Памела Дуглас

Искусство сериала: Как стать успешным автором на TV

Переводчик Марина Клеветенко

Редактор Юлия Быстрова

Руководитель проекта И. Серёгина

Корректоры М. Миловидова, С. Чупахина

Компьютерная верстка А. Фоминов

Дизайнер обложки Ю. Буга

Иллюстрация на обложке: 123RF/3dlabs2015

Originally Published by Michael Wiese Productions

12400 Ventura Blvd, #1111

Studio City, CA 91604

www.mwp.com

© Pamela Douglas, 2011

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Альпина нон-фикшн», 2017

Все права защищены. Произведение предназначено исключительно для частного использования. Никакая часть электронного экземпляра данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для публичного или коллективного использования без письменного разрешения владельца авторских прав. За нарушение авторских прав законодательством предусмотрена выплата компенсации правообладателя в размере до 5 млн. рублей (ст. 49 ЗОАП), а также уголовная ответственность в виде лишения свободы на срок до 6 лет (ст. 146 УК РФ).

* * *

Рае Ярбро и Джону Спенсеру с любовью

Предисловие к третьему изданию

Время великих перемен неизбежно порождает вопрос: что же остается незыблемым?

В 2005 году, когда было опубликовано первое издание этой книги, правила на телевидении были прозрачными и не вызывали вопросов. Часовая серия драматического сериала делилась на четыре части и каждые 13 минут прерывалась рекламой. Сериальный сезон на телеканале состоял из 22 серий и продолжался с сентября по май. Зритель, сидя на диване, «листал» каналы и смотрел любимые телепрограммы, которые шли строго по расписанию.

В те времена мне хотелось рассказать вам, как попасть в мир телевидения и делать свою работу хорошо. Во многом рецепты остались неизменными.

К выходу второго издания в 2007 г. многие правила изменились, но они по-прежнему не вызывали вопросов. Серии на эфирных телеканалах стали делить на пять или шесть актов; бесплатные кабельные каналы предлагали сериалы на основе классических киносценариев; продукция платных кабельных каналов вроде HBO и Showtime неизменно завоевывали признание критиков, а их бизнес-модель, основанная на отказе от рекламы, доказала право на существование. Для сценаристов открылись новые возможности в написании пилотных серий, но принципы написания пилотного сценария не изменились.

Тогда мне хотелось рассказать вам, как использовать новые правила, чтобы писать хорошо и добиться успеха.

В третье издание я поначалу хотела добавить в качестве примеров новые заметные сериалы и несколько свежих интервью, а также подробнее рассказать об альтернативных формах телевидения и интернете. Однако, проведя исследования, обнаружила, что больше никто – от опытных продюсеров до начинающих сценаристов, от руководителей телеимперий до создателей новых медиа – не придерживается правил. Сегодня игроки телеиндустрии задаются глобальными вопросами: что такое телевидение, что есть драма и сериал, как донести свой контент до аудитории, в чем состоят наши обязательства перед зрителями, существует ли массовый зритель?

Тем не менее многое по-прежнему остается незыблемым. Кого бы я ни расспрашивала о будущем телевидения – не только сценаристов выдающихся драматических сериалов, но и создателей вебизодов и реалити-шоу, – все упоминали Аристотеля. И хотя греческий философ изложил свои драматические принципы тысячи лет назад, чтобы описать типы трагедий в пьесах своего времени, его основные постулаты актуальны до сих пор.

Уметь рассказать историю, понимать, что движет нашими поступками, обладать мужеством обратиться к зрительским страхам и чаяниям, честно рассказать о главных вопросах человеческой жизни – все это по-прежнему зависит от таланта, мастерства и проницательности пишущего.

Поэтому в третьем издании вы найдете полный комплект сценариста: традиционные правила написания телевизионных драм в сравнении с новыми формами; традиционные системы доставки контента в свете новых технологий; интервью с героями индустрии, мнения которых гораздо больше противоречат друг другу, чем в предыдущих изданиях. Интервью и монологи охватывают широкую тематику: от глубоких социальных вопросов, которые волнуют создателя сериала «Прослушка» (The Wire), до винтиков и шестеренок так называемых реалити-шоу в изложении их продюсера; от работы сценаристов, имеющих дело с бурно развивающимся рынком, до программных решений компании AMC, о которых рассказал ее президент.

Когда-то я перефразировала слова из знаменитого кинофильма «Все о Еве» (All About Eve), посоветовав читателям покрепче пристегнуть ремни. Однако при нулевой гравитации проще позволить потоку увлечь тебя, спокойно наблюдая за происходящим вокруг. В нашем быстро меняющемся мире телевизионный сериал – это то, что остается неизменным.

Введение

Более тысячи студентов прослушали мой курс за 20 лет моего преподавания в киношколе Университета Южной Калифорнии. Одновременно развивалась моя карьера сценариста, я была редактором и продюсером телевизионных сериалов, получила премию Humanitas Prize, а также призы и номинации на «Эмми», награды Гильдии сценаристов Америки, работала в совете директоров Гильдии сценаристов. Все это время я совмещаю преподавательскую работу и написание сценариев.

В учебной аудитории я рассказываю о сути работы сценариста: о том, как искать в сюжете поворотные пункты, как писать, переписывать, делать замечания к текстам коллег и получать их замечания к своим, следить, как твой сценарий переносится на экран. Я работала сценаристом-фрилансером, однако мне довелось посидеть и «с другой стороны стола», слушая чужие питчи. Я писала для эфирного и кабельного телевидения практически во всех драматических жанрах. В моем лице студенты имеют дело с человеком, который знает, о чем говорит.

Представьте, что вы оказались на моем курсе драмы в середине семестра. Десять студентов сидят за столами, обложенные сценариями и DVD из нашей библиотеки: «Доктор Хаус» (House, М.Д.), «Хорошая жена» (The Good Wife), «Безумцы» (Mad Men), «Во все тяжкие» (Breaking Bad), «Декстер» (Dexter), «Прослушка». Лекция еще не началась, но студенты увлеченно обмениваются сценариями и дисками.

Обычно в начале семестра я спрашивала, у кого нет телевизора, чтобы составить пары из студентов, не имеющих телеприемника, и тех, у кого он есть. В 2009 г., когда я задала свой традиционный вопрос, руки подняли все до единого. Я удивилась: как писать спек-сценарии эпизодов для сериала, который ты не видел? Что это: лень или самонадеянность? Вовсе нет, мои студенты смотрели сериалы, но не по телевизору, а на экране компьютера или сотового телефона. Они знали гораздо больше сериалов, чем студенты прошлых лет, они были готовы.

На лекциях мы работаем как команда: сценаристы редактируют друг друга, а я выступаю в роли генерального продюсера, внося окончательную правку. Наш критерий – качество, а как примеры мы используем самые выдающиеся, злободневные и смелые сценарии сериалов, которые демонстрируются как на эфирном, так и на кабельном телевидении. И поскольку я стараюсь держать планку высоко, мои студенты не работают с банальными темами. Телевизионная драма зачастую отражает сложные и болезненные проблемы современного общества: расизм, сексизм, насилие, бездуховность, поиски гендерной идентичности, и сценаристы должны быть честны в своем отношении к этим проблемам, не забывая оттачивать писательское мастерство.

Иногда я делюсь со студентами собственными творческими задачами и позволяю им поучаствовать в их решении. Иногда показываю отрывки из сериалов и разбираю их элементы, объясняя, как они взаимодействуют в структуре. И тогда в процессе работы рождаются законченные сценарии, которые могут поспорить с лучшими произведениями, написанными для телеэкрана.

Такую же цель я ставлю перед вами – теми, кто будет работать с этой книгой. Мои студенты обладают тонким вкусом, умны и полны энтузиазма, а иные на редкость талантливы. Тем не менее они многого не знают. Когда я начала проводить летние открытые семинары, то обнаружила странные предрассудки, касающиеся телевидения, искусства телевизионной драмы и жизни сценариста. Это стало одной из причин создания книги, ведь я точно представляю, в каких знаниях нуждается начинающий сценарист.

Я подхожу к делу практически: чем лучше вы будете писать, тем больше у вас будет работы.

Когда вы будете читать эту книгу, представляйте, что вы на моей лекции. Я буду разговаривать с вами, задавать вопросы. Но даже если я не услышу ответов, надеюсь, в этих главах наше общение будет строиться в форме диалога и вы усвоите те принципы, которые я хочу до вас донести.

На страницах книги вас ждут полезные инструменты, подробная карта территории сериального мира, советы от тех, кто путешествовал по нему до вас. Главное – помните: для того, чтобы писать лучше, вы должны оставаться верными правде жизни и больше работать. Увидите сами – вы не одиноки.

Что нового в этом издании?

Если вы знакомы со вторым изданием, то заметите, как сильно обновилось третье. И хотя главы, посвященные ремеслу телесценариста, основаны на прежних принципах, небольшие изменения затронули всю книгу: современные сериалы заменили старые, больше внимания уделено интернету и новым медиаплатформам.

Если говорить о более существенных изменениях, то в книге теперь не 7, а 8 глав. Финальную главу, во втором издании представлявшую собой краткий обзор новых рынков, теперь можно назвать полноценным исследованием будущего телевизионной драмы в интернете, влияния на сценаристов новых медиаканалов, а также международных перспектив. Поскольку книга вышла на мировой уровень, я решила, что это немаловажное дополнение.

Статьи «Поговорим о…» дополнены разделами, посвященными комедиям-драмам и реалити-шоу. Раздел о процедурной драме, или процедурале[1], расширился, и теперь в качестве примеров в нем упоминается не только «Место преступления» (CSI), но также «Доктор Хаус» и «Хорошая жена». Расширен также раздел, посвященный пилотным сценариям.

Среди новых интервью я особенно горжусь диалогом с Чарли Коллиром, президентом кабельного телеканала AMC. Мне еще не доводилось беседовать с президентом телекомпании, но возросшая роль бесплатных кабельных каналов требовала адекватной реакции. В этом издании я предлагаю новые интервью создателей сериалов Дэвида Айзакса («Чертова служба в госпитале МЭШ» (M*A*S*H) и «Безумцы»), Мишель и Роберта Кинг («Хорошая жена») и автора «Прослушки» Дэвида Саймона. В разделе, посвященном реалити-шоу, вы прочтете откровенное интервью их продюсера, а также высказывания других сценаристов-продюсеров.

Я заново проинтервьюировала Стивена Бочко и, отредактировав старое интервью, объединила его с новым. Я также побеседовала с моими бывшими студентами, создав уникальное исследование о том, как складывалась их жизнь на протяжении 14 лет после окончания киношколы.

Чтобы освободить место для этих нововведений, мне пришлось отредактировать некоторые интервью из второго издания, убрав беседы с продюсерами «Остаться в живых» (Lost), «Звездного крейсера "Галактика"» (Battlestar Galactica) и «Дэдвуда» (Deadwood), равно как и главу-блог об «Анатомии страсти» (Grey' s Anatomy). Взамен я вставила отрывки из них в другие главы. Вы можете прочесть полные тексты удаленных интервью в разделе «Архив» на моем веб-сайте: http://www.PamDouglasBooks.com.

Подвергнуть третье издание серьезной переработке меня заставили отчасти бурные изменения, происходящие на телевидении, а отчасти то восхищение, которое заслужила эта книга и которое я очень ценю. Ее признали лучшей книгой о сценарном искусстве, но, помимо этого, я обнаружила, что ее читают две различные категории читателей. Прежде всего, это люди, которые хотят стать сценаристами: студенты и не только. В то же время растет другая аудитория: книгу читают, чтобы разобраться в современных медиа. К ней обращаются изучающие теорию критики и системы передачи информации, а в интервью (включая интервью для зарубежных изданий) меня чаще спрашивают о природе теледрамы, чем о том, как пробиться на телевидение или написать сцену. Раньше было иначе. Мне хотелось, чтобы благодаря комплексному подходу к содержанию моя книга стала признанным лидером в данной тематике.

Как работать с книгой

Если вы сценарист…

Все, что нужно, – это проштудировать каждую главу, ступень за ступенью.

Я советую поступить так: сначала прочесть книгу от начала до конца, чтобы получить общее представление. На этой стадии вам не нужно делать пометок или сочинять собственный сценарий. Осваивайте новую территорию и ее возможности. В этом вам особенно пригодятся главы 1 и 8, а также интервью.

Второе: приготовьтесь писать собственные сценарии. Неплохо начать хотя бы с двух: спек-сценарий для существующего сериала плюс оригинальный пилотный сценарий. Можете придумать несколько вариантов для каждого формата, главное – начать. Некоторые из вас давно не новички. В таком случае используйте работу с книгой для переделки готовых сценариев.

Если вы решили начать со спек-сценария, досконально изучите сериал, который выбрали. Это означает просмотр всех серий и связанных с проектом веб-сайтов. Совокупность идей, которая изложена в этой книге, подходит для любого классического драматического сериала с продолжительностью серии в один час.

Правило первое: выбирайте качество. Даже худшие сериалы привлекают лучших сценаристов из тех, которых могут найти. Лучшие – это те, кто способен создавать достоверные ситуации и живых героев. Подражая слабым и искусственным образцам, вы заставите сомневаться в вашем таланте. В начале 2011 г. вниманию агентов и продюсеров предлагались в основном спек-сценарии для сериалов «Во все тяжкие», «Декстер», «Доктор Хаус», «Хорошая жена» и некоторых других. Ищите достойные образцы для спек-сценариев среди номинантов на премии Гильдии сценаристов и «Эмми» за лучший сценарий.

Правило второе: выбирайте проекты, которые находятся в производстве. Проведите расследование, потому что некоторые сериалы могут доживать последний сезон. Едва ли стоит писать спек для отличного сериала «В лучах славы» (Friday Night Lights), который больше не снимается, хотя до сих пор идет в эфире. Причина чисто практическая: спек-сценарии к активным проектам больше востребованы. Это не значит, что не следует учиться на классических примерах вроде «Клана Сопрано» (The Sopranos). Совсем наоборот! Просто не стоит писать для таких шоу спек-сценарии.

Правило третье: выбирайте сериал, в который способны привнести свежий взгляд или опыт. Если вы не знаток культуры Нового Орлеана, даже не пытайтесь писать для сериала «Тримей» (Treme). И неважно, как глубоко вы исследуете тему, – все равно выйдет подделка. С другой стороны, вам незачем быть убийцей-психопатом, чтобы писать для «Декстера», хотя вы должны понимать, как думает герой.

Когда определитесь с проектом и хорошо его исследуете, возвращайтесь к книге. Перечитайте главу 3. Видите, в ней анализируется классический сериал? Теперь попробуйте разбить на сцены или последовательность сцен выбранный вами телефильм. Вычлените сюжетные линии А, Б, В (и, возможно, Г). Попробуйте заполнить таблицу для серии, пусть в самой грубой форме. Затем заполните решетку для вашего собственного эпизода.

После чего беритесь за главу 4 и пройдите все стадии: аутлайн, первый драфт, второй драфт и наведение глянца. Во время работы сверяйтесь со сценарием вашего шоу. Вы услышали голоса героев? Уловили ритм сцен?

Если вы решили писать пилотный сценарий, перечитайте раздел «Поговорим о том, как написать пилотный сценарий» между главами 4 и 5. Затем вернитесь к главе 4 и пройдите все стадии разработки сценария: аутлайн, первый драфт, второй драфт и финальная редактура.

Пока пишете, творите и забудьте о рынке. Когда закончите писать, воспользуйтесь советами о том, как пробиться на телевидение, из главы 6. И если вы достигли цели, значит, переходите к советам из главы 5 о том, как работать в штате. Но даже не мечтайте о деньгах, пока не напишете текст, который не стыдно предложить на продажу. Шальные деньги испортят вашу карьеру. Как я сказала, даже худшие шоу ищут лучших сценаристов.

Если вы преподаватель…

Эта книга построена на основе учебного плана, который я шлифовала годами и использую до сих пор, поэтому ручаюсь за его эффективность. Экземпляр книги есть у каждого студента, и я считаю полезным отсылать их к определенным страницам, чтобы прочесть, как писать питч и аутлайн, что такое структура сцены или акта и прочие аспекты повествования. Это не отменяет необходимости изучать сами предметы, но возможность учиться на примерах упрощает процесс.

Мы со студентами читаем главы в том порядке, в котором они представлены в книге, с учетом того, что курс спек-сценариев отделен от курса пилотных сценариев. Один семестр мои студенты изучают особенности работы телесценариста на курсе спек-сценариев, который в Университете Южной Калифорнии предшествует курсу по написанию оригинальных пилотных сценариев. Оба курса применяют эту книгу, но упор делается на разные главы.

Я также добавляю к тексту просмотры и анализ серий. Разбор двух фрагментов из сериала «Полиция Нью-Йорка» (NYPD Blue) в третьей главе – пример деконструкции сцен с точки зрения сценариста. На курсе спек-сценариев я начинаю с шоу, для которых студенты могут писать спеки, а после показываю отрывки из классических сериалов, демонстрирующие специфические техники. Я считаю, что полезнее учиться на классике, для которой студенты не пишут спеков, поэтому лучше воспринимают технические приемы. В этом смысле особенно показательны избранные сцены из «Клана Сопрано» и «Прослушки». На курсе пилотных сценариев я люблю показывать начальные сцены сериалов «Остаться в живых» и «Западное крыло» (The West Wing), которые демонстрируют, как фокусироваться на отдельном персонаже в составе актерского ансамбля. Впрочем, вы можете выбрать любой сериал, которым восхищаетесь. От вашего энтузиазма зависит многое.

Другое отличие книги от лекции – в том, что на лекциях нет приглашенных профессионалов. В книге они добавляют глубины и вдохновения. Однако на лекциях я разбираю и оцениваю то, что написано каждым студентом, поэтому мы работаем как творческая мастерская или сценарная команда сериала. Если вы профессиональный сценарист, процесс внесения правок знаком вам слишком хорошо. В этом смысле обучение похоже на любой проект, в котором вам когда-либо приходилось работать.

Я не использую и не одобряю «упражнений». Мне кажется, что работа не всерьез – своего рода литературная аэробика – опошляет творческий процесс и является пустой тратой времени. Любые принципы, которые могут быть восприняты из академических упражнений, усваиваются лучше, когда студенты заняты настоящим делом. Если они хотят завершить один (а лучше два) драфта телепьесы за несколько месяцев, им будет дорога каждая минута, которую лучше потратить на собственный сценарий.

Надеюсь, что, если вы взялись учить сценарному мастерству, вы сами являетесь сценаристом. Впрочем, возможно, кто-то из вас проводит семинары по бизнес-, маркетинговому или управленческому аспектам производства сериалов, и мне хочется быть вам полезной. Для вас эта книга даже более ценна, потому что она предлагает опыт и мнения профессиональных сценаристов, которые обогащают те знания, которые несете вы. Впрочем, наверняка в вашем учебном плане гораздо больше места уделено продажам, чем сценарному искусству. Эта книга может быть адаптирована для ваших целей, если вы обратите внимание на главы 1, 2, 5, 6, 8, которые показывают роль телевизионной драмы в социально-экономическом контексте и объясняют, как работает индустрия.

В дополнение к курсам по написанию спек– и пилотных сценариев, Университет Южной Калифорнии предлагает обзорный курс по истории телесериалов с 1950-х гг. по настоящее время с точки зрения сценариста. Его ведет один из моих коллег по сценарному отделению Школы кинематографического искусства, и курс пользуется популярностью среди изучающих гуманитарные дисциплины.

Я упоминаю об этом, чтобы расширить ваши преподавательские горизонты. Мне кажется, что мы, учителя, обязаны помогать людям приобретать знания в самом широком смысле слова. Человек, преподающий мастерство киносценариста, не позволит себе игнорировать фильмы – обладатели премии «Оскар» за последние пять лет (не говоря о «Касабланке», «Китайском квартале», «Крестном отце» и наследии Хичкока), ограничившись примерами из киноафиши текущего месяца. Впрочем, на телевидении есть сильный соблазн увлечься мимолетными хитами сезона. Будьте тверды.

Разумеется, вы учите студентов писать для сериалов, которые идут в эфире, и создавать спек-сценарии, руководствуясь карьерными соображениями, но в то же время понимаете, что лет через пять, а возможно, на следующий год, когда ваши студенты окончат университет, большинство этих сериалов никто не вспомнит. Как преодолеть это противоречие? Мой совет: ставьте на то, что долговечно. Вы можете дать студентам твердую почву под ногами, но идти по этой дороге им придется без вас.

Я советую вам, сценаристы и преподаватели, проникнуться этой книгой. Вы можете возвращаться к ней снова и снова, когда будете писать сценарии, и ваша карьера пойдет в гору.

Слово Джону Уэллсу

Джон Уэллс – исполнительный продюсер сериала «Саутленд» (Southland), в прошлом продюсировал сериалы «Скорая помощь» (ER) и «Западное крыло». Он также является президентом Западного отделения Гильдии сценаристов Америки.

Памела Дуглас: Если бы вы оказались в прошлом и смогли побеседовать с самим собой – юным студентом киношколы или колледжа, – есть что-то, что вы знаете сейчас и хотели бы знать тогда о написании сценариев и продюсировании телесериалов?

Джон Уэллс: Я хотел бы знать тогда, как много времени на это уйдет. Вы оканчиваете колледж и думаете, что вам потребуется от силы пара лет, и у вас нет никаких шансов, пока вы не испишете стопку бумаги в полтора фута толщиной. И только тогда вы начнете смотреть на мир глазами сценариста. Это ремесло, требующее чудовищного количества времени.

Я хотел бы, чтобы это больше походило на обучение игре на музыкальном инструменте. Спустя четыре-пять лет вы перестаете стесняться. Лет через десять осмеливаетесь назвать себя профессионалом. Это испытание для студентов, которые 12 лет учились в школе, затем четыре года в колледже и зачастую два года в магистратуре. Они думают, что после 16–18 лет обучения готовы к работе, а на самом деле только начинают свой путь.

Со стороны все выглядит обманчиво просто. Однако, чтобы овладеть необходимыми навыками – совершить все положенные ошибки, пережить все неудачи и продолжать двигаться дальше, – требуется очень много времени. Я не доверяю сценаристам, которые работают меньше 10 лет, и часто прошу показать мне другие работы, если мне понравился сценарий. Я понимаю, что, скорее всего, последний сценарий – это то, чем вы гордитесь, но мне важно видеть рост, сколько вы успели сделать и серьезно ли относитесь к этому длительному процессу.

Я руководил созданием более 600 сценариев и сам написал более 100, но, заканчивая писать, я всегда недоволен собой. Этому придется посвятить жизнь, и все равно вы никогда не достигнете совершенства. Я профессионально работаю 20 лет и каждый день узнаю что-то новое о профессии сценариста.

П. Д.: Вы могли выбрать любое медиа. Почему вы отдали предпочтение телевидению?

Д. У.: Мир кино, к которому я до сих пор причастен, не то медиа, где вы можете позволить себе исследовать характеры персонажей так глубоко, как хочется мне. В «Скорой помощи» есть герои, развитие которых я прослеживал на протяжении многих лет. Я не сравниваю себя с Диккенсом, но я слышал, что когда-то Стивен Бочко, объясняя, как он работает над сериалом «Блюз Хилл-стрит», сказал, что эта работа напоминает ему то, как Диккенс публиковал по главе в неделю.

К тому же для меня важен предмет разговора. На телевидении у нас есть возможность писать на темы, которые никогда не предложат сценаристу в кино.

Помимо прочего на телевидении гораздо проще творчески влиять на процесс работы, чем в кино. Все происходит быстрее, поэтому никто не вмешивается в творческий процесс. Вы можете видеть результат, причем сразу. Мне приходилось писать для кино, но проект не запускался в производство годами, и [когда меня просили сделать еще один драфт] я с трудом вспоминал, о чем писал три года назад. На телевидении спустя 10 дней после того, как вы дописали сценарий, уже готов съемочный материал.

П. Д.: Сейчас много говорят о том, как под воздействием кабельных сетей, интернета и цифровых технологий меняется телевидение. Что готовит будущее для телевизионной драмы?

Д. У.: Влияние технологий кратковременно, мы до сих пор делаем то, что делал Чосер много веков назад. До сих пор сочиняем истории. Я думаю, мы так устроены, что нас интересуют другие люди, мы любим слушать их истории, в которых ищем метафоры к нашим судьбам, и вместе с героями переживаем катарсис. Это никогда не изменится.

Мне кажется, для сценаристов настали волнующие времена, появилось множество способов воплощения сценариев в жизнь. Вы можете снять то, что написали, на цифровую камеру, купленную в ближайшем магазине. Можете делать на кабельных каналах шоу, которые невозможны на эфирном телевидении. Вариантов множество. Пусть у вас мало денег, зато есть мысли о человеческом бытии, которыми вы хотите поделиться. Это способ осуществить ваши мечты, а возможностей сегодня не в пример больше, чем раньше.

П. Д.: Что вы хотите сказать напоследок молодым сценаристам?

Д. У.: Это займет гораздо больше времени, чем вы думаете. Но не сдавайтесь. Просто продолжайте писать.

Случилось так, что несколько лет подряд я встречал на новогодней вечеринке сокурсника, с которым учился в Университете Южной Калифорнии. И каждый год я спрашивал, чем он занимается. Всякий раз он отвечал, что работает, и я понимал, что он имеет в виду один и тот же проект. И так продолжалось три или четыре года. Вы должны постоянно писать, в год минимум три-четыре спек-сценария для разных шоу. Вы должны писать, какую бы дневную работу вам ни приходилось выполнять ради пропитания. Вы просто обязаны это делать, если хотите добиться успеха.

Некоторые мои друзья получили работу или продали свои сценарии сразу после киношколы, но спустя три-четыре года им снова приходилось трудиться в поте лица в течение нескольких лет. Я не знаю ни одного талантливого и успешного сценариста, который не переживал бы плохие времена. Без этого невозможна жизнь художника.

Глава 1

Что особенного в телевизионной драме?

Гигантская аудитория

Вообразите миллионы экранов, и в каждом – телевизионное шоу. В каждом телевизоре, мониторе или мобильном устройстве – например, в вашем собственном – люди рассказывают истории о мечтах и проблемах, любви и ненависти, страхах и потерях. Вы переживаете за них больше, чем готовы признаться, даже обсуждаете их за глаза.

Иногда героев телешоу ругают в новостях. Они досадуют, хандрят, лгут или храбрятся. На них нападают, они защищаются и порой чудом избегают гибели. Но они – ваши старые друзья – обязательно возвращаются, они приходит туда, куда вы не пускаете посторонних, появляясь вечером после работы, в выходные, на экране мобильного, на компьютерном мониторе, когда вы одиноко сидите в аэропорту, когда вам не спится ночью. Они всегда рядом.

Возможно, один из них – отец мафии Тони Сопрано, который говорит дяде Джуниору: «Я думал, ты меня любишь» – и видит, как тот не в силах вымолвить ни слова. Или Дон Дрейпер из «Безумцев», который спешит домой на День благодарения, ожидая застать всю семью в сборе, но обнаруживает, что его никто не ждет. В пилотной серии «Хорошей жены» вас мгновенно захватывает сюжет, когда вы видите, как Алисия стоит рядом с неверным мужем, не отрывая глаз от ворсинки у него на пиджаке, словно думает, что, если она снимет ее, жизнь снова наладится.

Или в «Докторе Хаусе» вы вместе с героем делаете непростой моральный выбор между поведением гуманного диктатора-самодура и возможной гибелью пациента. Или в сериале «Тримей», когда вы мгновенно проникаетесь симпатией к ряженому индейцу в карнавальном костюме из огромных желтых перьев. Посреди разрушенных домов и пустынных улиц он поет и танцует со страстью, способной поднять мертвых и Новый Орлеан из руин, хотя после урагана «Катрина» прошло всего несколько месяцев. Радость и слезы рядом с вами, только для вас.

Подумайте об этом. Если вы почувствуете, как зрители относятся к любимым телевизионным шоу, вы поймете, какие именно истории им нужны и как обрести огромную власть над ними.

Три отличительные черты телесериала

Среди особенностей, отличающих сценарии телефильмов (как драм, так и комедий), которые идут в прайм-тайм, от сценариев других телевизионных программ, есть три крайне важные для сценариста: открытая сюжетная линия, «длинный нарратив» и совместная работа команды над сценарием.

Что такое многосерийность

При создании киносценария вам, вероятно, придется написать сюжетную конструкцию для протагониста, которая приведет его из одного состояния в противоположное. Герой стремится к цели, и, когда цель достигнута, истории конец. Некто, ранее неспособный к любви, изменяется, когда в его жизни появляется возлюбленная, ребенок или друг, и, пройдя через испытания, обретает способность любить. Некто хочет отомстить обидчику и добивается цели или погибает, пытаясь ее достичь. У каждого фильма есть конец. В сериалах все иначе.

Как продвинуть действие, если сюжетный конструкт себя исчерпал? Придумать новый, оставив идентичность героя узнаваемой. Помните, я говорила о героях, которые оживают, переставая быть для зрителя просто персонажами? Если ваши друзья попадают в передрягу, они остаются с вами и после того, как испытания закончатся. Вы вовлечены в процесс до и после финала истории.

Но осторожнее: это не означает, что персонажи теледрамы одномерны. Ваши герои не должны быть просто свидетелями событий прошедшей недели. Напротив: персонажей, которые не меняются под воздействием сюжета, нужно делать более объемными. Вместо того чтобы двигаться к цели горизонтально, они развиваются вертикально, напряжение создается за счет внутреннего конфликта. Герои могут раскрываться постепенно в каждом эпизоде на протяжении всего сериала, но зритель должен быть уверен, что Алисия Флоррик и Уолтер Уайт – те же самые люди, что и на прошлой неделе. Означает ли это, что они не способны меняться или развиваться? Разумеется, нет. Как и ваши друзья.

«Длинный нарратив»

Многосерийная драма существует в трех видах: антологии, завершенные эпизоды и «сериалы».

Антологии – самостоятельные истории, своего рода короткие кинофильмы, связанные только тематически. Антология «Сумеречная зона» (Twilight Zone) была выдержана в едином стиле, но состав исполнителей менялся каждую неделю. Будучи предшественниками нынешних сериалов, антологии пользовались особенной популярностью в 1950-х гг., а такие шоу, как «Театр 90» (Playhouse 90), представляли собой скорее театральные постановки. Сегодня антологии редки, и мы не будем рассматривать здесь особенности написания их сценариев.

В завершенных эпизодах состав исполнителей остается неизменным, но в конце серии каждая новая ситуация разрешается, или завершается. Так происходит в процедуралах «Место преступления», «Морская полиция: Спецотдел» (NCIS), в любой из версий сериала «Закон и порядок» (Law & Order) и фактически в большинстве развлекательных сериалов на традиционном центральном телевидении. Компании, приобретающие права для повторного показа, а также кабельные каналы предпочитают этот вид сериалов. Они скупают их оптом (обычно четыре сезона, или 88 эпизодов) и продают национальным или зарубежным каналам, которые могут запускать серии в любом порядке. Если серии не обладают «памятью», то есть отношения персонажей не развиваются от сезона к сезону, неважно, в каком порядке их показывать. Во всяком случае, так принято считать.

Большинство серий завершаются, даже если в них не окончены второстепенные сюжетные линии. Однако если сериал хорошо продуман, сценаристы и зрители следуют за героями, воспринимая их историю как непрерывно развивающуюся во времени.

В первых сезонах «Секретных материалов» в каждой серии рассказывалось о новом пришельце или паранормальном явлении, а романтические отношения между Малдером и Скалли подразумевались, но упор на них не делался. Затем зрительский интерес сместил акценты в сторону романтики, и в конце сериала коллеги превратились в любовников. Большинство серий «Секретных материалов» можно смотреть в произвольном порядке, однако развитие отношений между агентами захватывает не меньше, чем расследования.

Сегодня лучшие сериалы подобного рода всегда содержат продолжающуюся во времени драматическую коллизию. Например, сериалы «Доктор Хаус» или «Хорошая жена» основаны на развитии характеров главных героев. Однако с точки зрения сценария они сконструированы как «процедуралы» (подробнее об этом термине далее).

Для некоторых слово «сериал» ругательное, потому что так называют «мыльные оперы». У дневных сериалов «Молодые и дерзкие» (Young and Restless), «Главный госпиталь» (General Hospital) существует своя преданная аудитория, и они успешно существуют в заданных рамках. Однако сценаристы сериалов, которые идут в прайм-тайм, не любят сравнений с «мыльными операми»: виной тому излишняя мелодраматичность последних (попробуйте удерживать внимание зрителя каждый будний день), а также поточное производство и, как следствие, стереотипные персонажи, диалоги, лишенные изящества, неправдоподобные ситуации.

Сегодня наследниками «мыльных опер» можно считать подростковые сериалы. Сейчас их место постепенно занимает интернет, когда любой обладатель цифровой камеры и программного обеспечения для монтажа сможет снимать быстро и недорого, не приглашая звезд и не неся сложных производственных расходов. Подобную продукцию можно транслировать круглые сутки.

А как же сериалы, которые идут в прайм-тайм на платных и бесплатных каналах, а также в эфирном телевещании? Несколько десятилетий назад шоу вроде «Далласа» (Dallas) и «Тихой пристани» (Knots Landing) назывались «вечерним мылом» и мало чем отличались от дневных аналогов. Те времена прошли, и сегодня, говоря о сериалах, мы имеем в виду удостоенные множества призов шоу производства каналов HBO, Showtime, AMC и не только: «Безумцы», «Декстер», «Во все тяжкие», «Настоящая кровь» (True Blood), «Прослушка», «Тримей», «Клан Сопрано», «Большая любовь» (Big Love), «Тюдоры» (The Tudors), «Подпольная империя» (Boardwalk Empire), «Ходячие мертвецы» (The Walking Dead). И большинство признанных образцов жанра сочетают сериальный формат с завершенными эпизодами.

Сериал – это драматическое произведение, сюжеты в котором развиваются на протяжении множества эпизодов, а характеры главных героев меняются с течением времени. Это называется «долгим нарративом», то есть телевизионный сериал предлагает вам прожить с героями не час-другой, а сотни часов. Подумайте об этом: как писателю вам предоставляется возможность рассказать историю столь глубокую, что ее продолжительность измеряется годами. 12-летний показ «Полиции Нью-Йорка» занял около 250 часов экранного времени. Это не просто 250 отдельных расследований (на самом деле в два-три раза больше, ведь в каждой серии расследовалось несколько дел), это значит, что вы прожили 250 часов вместе с детективами и их заботами, 250 часов разбирались с тем, что герои натворили за 12 лет.

Когда смотрите сериал, обращайте внимание на то, как завершенные эпизоды сочетаются с «длинным нарративом». Это позволит вам не только представить внутреннюю конструкцию, но и глубже понять, какой должна быть история.

Работа в команде

На телевидении вы никогда не будете творить в одиночку. Команды, делающие сериалы, похожи на семьи, и даже если эпизоды пишутся разными сценаристами, на каждой стадии это совместный процесс. Сценаристы вместе ищут поворотный пункт в каждой сюжетной линии, редактируют сценарий. Иногда сценарист придумывает длинную сюжетную линию для нескольких эпизодов еще до того, как напишет сами эпизоды. В «Докторе Хаусе» и «Сестре Джеки» (Nurse Jackie) врачи-консультанты редактируют важные сцены. Иногда один сценарист редактирует текст другого или усовершенствует диалоги в чужом сценарии. Образ одинокого художника, корпящего в ночи над своим творением, не имеет ничего общего с реальностью телевидения. (Это вовсе не значит, что сценаристы несамостоятельны или что они не художники, – напротив, среди них встречаются невероятные таланты!)

Должно быть, вы слышали выражение, что все счастливые семьи похожи друг на друга, а каждая несчастливая семья несчастлива по-своему. Способны ли сценаристы уживаться, если собрать их в одном сериале? Как правило, отношения внутри команды бывают сложными, но именно это служит источником вдохновения и делает процесс творческим. Новичку есть у кого поучиться в команде. В главе 6 вы узнаете, как работать в команде и достичь успеха.

Однако, прежде чем вы решитесь писать для телевидения, вам следует избавиться от некоторых заблуждений.

Пять мифов о телевидении

Миф первый: телефильмы – это мини-кинофильмы

Это неправда, хотя на первый взгляд кажется, что это так. Да, телефильмы и кинофильмы представляют собой истории, разыгранные актерами, которых снимают на камеру и показывают на экране. К тому же многие сценаристы, режиссеры, актеры, операторы, монтажеры работают как в кино, так и на телевидении. Так, Майкл Крайтон и Стивен Спилберг были привлечены ветераном телевидения Джоном Уэллсом к созданию сериала «Скорая помощь». Продюсер кинобоевиков Джерри Брукхаймер делает сериал «Место преступления». Алан Болл, написавший сценарий кинофильма «Красота по-американски» (American Beauty), является исполнительным продюсером телесериалов «Клиент всегда мертв» (Six Feet Under) и «Настоящая кровь». Исполнительный продюсер телесериала «Декстер» Мелисса Розенберг написала сценарий кинохита «Сумерки». Фрэнк Дарабонт, трижды номинированный на «Оскара», в том числе за «Побег из Шоушенка» (The Shawshank Redemption), продюсирует телесериал «Ходячие мертвецы» на канале AMC.

Один забавный случай проливает свет на то, как связано написание сценариев для кино и телевидения. От моего агента я узнала, что несколько сценаристов ушли из команды, которая делала восхищавший меня сериал. Я недоумевала: сериал получал награды, продлевался на следующие сезоны, у персонажей сохранялся потенциал для развития. Не говоря о том, что сценаристы зарабатывали кучу денег. Возможно, исполнительный продюсер чудовище? Однако при встрече он произвел прекрасное впечатление, не казался безумнее других. Мне сделали предложение поработать в проекте, и я согласилась.

В первый день я ждала, что меня пригласят обсудить проект, дадут задание или текст сценария для редактирования. Напрасно. Я перечитала все журналы в приемной. На второй день я заметила, что остальные сценаристы не покладая рук стучат по клавиатуре. Почему обо мне забыли? Кого я обидела? В голове роились самые мрачные догадки.

Наконец обратилась к коллеге с вопросом: что вы пишете? Он округлил глаза: как, вы не знаете? Все работают над собственными киносценариями!

«Он хочет все делать сам, – объяснил он, говоря об исполнительном продюсере. – Мы нужны ему, чтобы было с кем обмениваться идеями и кому читать наброски. Считает, так выходит быстрее».

Я работала в команде телевизионщиков, а все вокруг писали киносценарии! Довольно скоро студия закрыла этот проект, и я потеряла работу. Однако эта история иллюстрирует аксиому: сценарист всегда сценарист, пишет ли он для телевидения, кино или какого-нибудь нового медиа.

И все же: чем больше вы узнаете о кино и телевидении, тем больше различий видите. Люди ходят в кино, чтобы пережить то, чего им не хватает в жизни, ради зрелищности и спецэффектов. За свои десять долларов зрители требуют сильных эмоций. А подростки – основные потребители киноблокбастеров – представляют себя на месте героев. Если вы посмотрите «Аватар» (Avatar) на телеэкране, гиганты превратятся в игрушки, а тысячные армии – в муравьев. Некоторым иллюзиям лучше оставаться иллюзиями.

Полнометражное кино выросло из совместного переживания – подумайте о полных залах любителей варьете. Телевидение не предлагает подобного опыта. Оно, похоже, произошло от радио. За поколение до появления телевизоров семьи собирались вокруг радиоприемников ради важной информации, будь то репортаж с мирных полей или с полей сражений. Любимые персонажи радиоспектаклей ссорились и мирились, каждый день заставляя кого-то (обычно женщин) плакать или смеяться. Не выходя из дома.

К тому же телевидение – это про жизнь. До эпохи радио люди получали информацию из газет. Теперь эстафету подхватило телевидение. Оно прочно соединяет в себе реальность и иллюзию, информацию и развлечение. Это не мир фантазии, а ткань повседневности.

А как же «Звездный путь (Star Trek) или «Тайны Смолвиля» (Smallville)? Какое отношение они имеют к жизни? Мне кажется, создателей сериала «Звездный путь: Следующее поколение» (Star Trek: The Next Generation) интересовали прежде всего люди и их отношения. И пусть их герои находятся вдали от дома, в окружении футуристических гаджетов, главное – отношения внутри команды, проверка пределов человеческих возможностей. По большому счету в этом сериале исследуются не далекие галактики, а то, как оставаться людьми в любых обстоятельствах.

Так и в «Тайнах Смолвиля» юный Кларк Кент – метафора обычного подростка, который пытается смириться со своей непохожестью на других, понять, кто он такой и как вести себя с друзьями. Это история о чувствах, а не просто зрелище.

Однако сказанное выше вовсе не означает, что вы должны писать без оглядки на кинематографичность. Пилотная серия «Остаться в живых» начинается с завораживающего визуального образа, который сразу создает у зрителя нужный настрой, но даже здесь внимание сфокусировано на страхе отдельного героя: мы видим глаз Джека, кроссовок на дереве, неизвестно откуда появившуюся собаку и только спустя какое-то время оказываемся в джунглях, вслед за Джеком исследуем местность, молча продвигаясь по направлению к пляжу. Глазами Джека мы видим разбившийся самолет, слышим первый крик о помощи. Все происходит здесь и сейчас, совсем близко, рядом с нами.

Будущих сценаристов учат писать наглядно, сводя к минимуму диалоги: «Сыграй, не проговаривай». Бесспорно, совет хорош, и я писала так, когда начинала работу на телевидении. Затем продюсер взял часть с описанием (я считала, что это хитрый способ сменить экспозицию) и сказал: «А тут лучше напишите пару реплик, иначе никто не станет смотреть». Не станет смотреть? Да это же мой лучший фрагмент!

Но вернемся к условиям, в которых потребляется телепродукция. Мы находимся дома, а не в темном зале кинотеатра. Внимание рассеяно, зрители едят, красят ногти, хлопочут по хозяйству. Вам хотелось бы, чтобы они не отрывали глаз от экрана, но добиться этого можно, только тщательно проработав диалоги. Зачастую люди слушают телевизор, а не смотрят. Что не так уж плохо. В кинотеатре зрители сидят далеко от экрана, подглядывая за жизнью персонажей, – телефильм заставляет вас поверить, что персонажи обращаются напрямую к вам, или, по крайней мере, друг к другу, но у вас дома. Это совершенно иная степень вовлеченности.

Когда студенты спрашивают меня, писать им для кино или для телевидения, я советую им попробовать и то и другое и потом спрашиваю, к чему у них лежит душа. Умеют ли они писать так, чтобы диалоги звучали естественно? Способны ли, несмотря на жесткие рамки, создать иллюзию сиюминутности? Умеют ли придавать своеобразие голосу каждого персонажа? Если у них нет таланта к написанию диалогов, я советую им попробовать себя в кино, возможно, описания удаются им лучше.

Осознав разницу между зрелищностью большого кино и преимуществами, которые дает экран телевизора или монитора, спросите себя: какого рода истории будут пользоваться успехом на «домашнем» экране?

Итак, телевидение – вовсе не лайт-версия кино, это другое медиа. И оно более масштабное, чем кино. Самые успешные кинофильмы посмотрят миллионы, не считая тех, кто загрузит их из интернета, возьмет в прокате или увидит на телеэкране. Но даже не слишком успешный сериал, если он продержится достаточное количество сезонов и его продадут нескольким телеканалам, посмотрят сотни миллионов – только подумайте об этих светящихся экранах по всему миру.

Миф второй: снимать телефильмы – дешево

Мне не кажется, что $5–20 млн за часовой телепродукт – это дешево, не говоря о $100 млн за сезон. Конечно, если сравнивать телевизионный час с двухчасовым кинофильмом, бюджет которого превышает ВНП некоторых стран, возможно, это не так уж много. Однако в успешных проектах никто не жалуется на плохие заработки, и для сценариста участие в сериалах – способ хорошо заработать (подробнее о работе в штате телеканала читайте в главе 6). Разумеется, не все проекты становятся успешными, и телевизионный бизнес больше напоминает промышленный конвейер, чем творческую мастерскую. Оплата (по крайней мере, на нижнем уровне) устанавливается гильдиями и союзами, а годовым бюджетом заправляют администраторы. Денег расходуется немало, но им всегда находится применение. Поэтому к концу сезона некоторые проекты сталкиваются с недостатком финансирования. Один исполнительный продюсер после моего прихода в сериал дал единственное указание: «В этом городе не должно быть дождя». Рассчитавшись с приглашенными звездами, заплатив за пересъемки и сезонный анализ популярности, продюсер понял, что до конца сезона не может позволить себе сцены с дождем. Легко заметить другие признаки перерасхода средств: «закольцованные» эпизоды, когда главный герой снова возвращается в прошлое. Есть вероятность, что эти воспоминания вызваны не ностальгией, а необходимостью сэкономить на новых съемках, пустив в ход уже отснятый материал.

И все же бюджет сериалов достаточен для решения драматургических задач. Ваше дело как сценариста – качество истории и глубина чувств в ней, а не желание потрясти зрителя невероятной зрелищностью, поэтому избегайте удаленных натурных съемок, сложных трюков, приглашенных звезд, массовок и компьютерных спецэффектов. Если вы пропишете подобное в сценарии, скорее всего, вас заставят это удалить и вам поневоле придется обратиться к главным героям, в которых заключена вся мощь телевизионной драмы.

Миф третий: на телевидении нет свободы художественного самовыражения

Бросьте, на кабельном телевидении возможно все: нецензурные слова, нагота, острые темы или провокационные образы, формальные эксперименты с киноязыком. Однако телеканалы лицензируются Федеральной комиссией по связи, которая обязует их учитывать в своей деятельности общественные интересы. Таким образом, местные каналы зависимы от госструктур, которые могут не продлить им лицензию, а медиакорпорации, владеющие собственными телеканалами, – от мнения общества, хотя со временем культурные стандарты меняются. Разумеется, с 1950-х гг., когда было принято показывать на экране супругов полностью одетыми и спящими в разных постелях, норма изменилась. Сегодня даже самое консервативное телевидение куда ближе к правде жизни. А HBO, Showtime и прочие кабельные каналы демонстрируют абсолютную творческую свободу.

Но цензура никуда не делась. В 2004 г. ее присутствие на телеканалах очень удивило создателей сериала «Скорая помощь». Речь шла о волнующем эпизоде, в котором 81-летняя пациентка узнает об онкологическом заболевании, и при этом частично ее грудь видна на экране. Это очень важный момент с точки зрения драматургии, уверяли продюсеры сериала, но телевизионные цензоры настояли, чтобы сцену перемонтировали, убрав с экрана изображение груди.

История с продажей телеканалом HBO сериала «Клан Сопрано» телеканалу A&E демонстрирует чудеса приспособляемости к новым условиям. Команда создателей сериала заранее снимала альтернативные сцены параллельно с основной версией. И хотя большинство «подчищенных» эпизодов не стали хуже, некоторые выглядят странно, например, когда Полли (крутой гангстер), отправляясь на убийство, слишком причудливо «сквернословит». Подобный подход заставляет некоторых серьезных сценаристов искать работу на кабельных каналах, где никто не мешает им свободно творить, впрочем, даже телеканал SyFy в «Звездном крейсере "Галактика"» вместо нецензурных слов использует слова-заменители.

Да, на телевидении существуют ограничения, но вот вам мой совет: не стоит быть цензором самому себе, когда пишете первый сценарий. Пусть ваши персонажи разговаривают, как обычные люди. Не изменяйте правде жизни. Если слово или образ придется отредактировать, сделайте это потом, но старайтесь, чтобы ваши герои походили на живых людей, ибо это залог по-настоящему сильного сценария.

Миф четвертый: все сериалы одинаковы

Однажды я услышала подобное утверждение от продюсера, успех которого пришелся на эпоху, когда зрители еще не получили доступ к бесчисленному количеству каналов и сайтов. Сегодня, учитывая богатство выбора, сериалы, написанные по шаблону, рискуют остаться незамеченными и прерваться после первых четырех серий.

Тем не менее у телевизионных сериалов есть свои правила, и вы найдете их перечень в конце главы.

Миф пятый: телевидение – болото

В 1961 г. член Федеральной комиссии по связи Ньютон Минноу заявил, что телевидение – это «большое болото», и определение прижилось. Минноу имел в виду шоу вроде «Бонанцы» (Bonanza), «Флинстоунов» (The Flintstones) и «Мистера Эда» (Mr. Ed). В те времена три медиакорпорации делили эфир, который не считался чем-то стоящим и предназначался для информирования и увеселения публики. Неудивительно, что «говорящий конь» не вдохновил члена Федеральной комиссии по связи.

Полвека спустя часть «болота» превратилась в свалку, где фальшивые любовники колотят друг друга в так называемых «реалити-шоу». Остальной эфир занимают проповеди и порнография, политики и торговцы сомнительными снадобьями, спортивные и псевдонаучные передачи, подающие надежды исполнители и поющие животные. А еще здесь находится место сценариям отменного качества, не уступающим лучшим образцам драматургии и кинематографии.

Именно на таких образцах я собираюсь сосредоточиться в процессе обучения, потому учиться следует на лучших примерах. А что касается болота, то, учитывая количество каналов, телевидение – это то, что выбираете вы.

Мне приходилось слышать, как люди презрительно называют телевидение развлечением для подростков. Да, это так, если в восемь часов вечера смотреть определенные каналы. Детские и подростковые сериалы и передачи заполняют эфир CW, Fox и некоторых кабельных каналов в ранние вечерние часы, привлекая зрителей, которым можно продать средства от прыщей.

Я не советую ориентироваться на подобные шоу, но понимаю, что юным сценаристам удобнее иметь дело с близкими по возрасту персонажами. Если студентка признается, что у нее не хватает опыта для описания взрослых отношений, но ей хочется совершенствоваться в мастерстве, я отошлю ее к хорошему сериалу с молодыми актерами. «В лучах славы» – отличный пример сценария, написанного со знанием школьной жизни. Поэтому, если вы хотите писать для подростков, смелее!

Считается, что прайм-тайм – это время от 20.00 до 23.00 вечера, которое делится на следующие отрезки:

• 20.00 – семейные ситкомы с участием детей, игры и конкурсы, подростковые мелодрамы;

• 20.30 – снова ситкомы, но не обязательно с участием детей, реалити-шоу, продолжение шоу для подростков;

• 21.00 – «умные» комедии для людей с тонким вкусом, часовые сериалы: романтические, драматические или подростковые;

• 22.00 – самые утонченные часовые сериалы для взрослых; на кабельных каналах так называемые получасовые «драмедии»; исторические многосерийные телефильмы.

Разумеется, сегодня вы можете записать любое шоу или сериал и посмотреть его в удобное время. Кроме того, каналы показывают повторы серий в течение недели. Большинство крупных каналов транслируются в интернете, и, даже если вы по какой-то причине пропустили серию, всегда можно посмотреть запись или повтор.

Вы можете решить, что традиционная сетка телепередач сегодня утратила актуальность. Странно, но, несмотря на наличие выбора, большинство зрителей предпочитают смотреть сериал именно тогда, когда его транслируют. Составители программ на телеканалах до сих пор пытаются переиграть друг друга, показывая лучшие передачи в одно и то же время. Зритель по-прежнему считает, что новая серия «Настоящей крови» стоит того, чтобы отложить все дела и воскресным вечером усесться перед телеэкраном, хотя ничто не мешает посмотреть ее в любое другое время.

Наиболее талантливые сценаристы предпочитают работать для сериалов, которые идут в эфире с 21.00 до 22.00, и именно на них я рекомендую учиться. Впрочем, пока вы еще новичок, попробуйте себя в формате сериалов, которые идут в 20.00 на каналах средней популярности.

Правила создания телесериалов

Часовая серия длится ровно час

На самом деле один сериальный час длится 45 минут плюс перерывы на рекламу, однако платные каналы могут отдать сериальному действию час целиком. Обычно сценарии таких сериалов составляют от 50 до 60 страниц, а если герои говорят много и быстро, как в «Западном крыле», доходят до 70 страниц. Если сериал делят на пять актов плюс пролог, сценаристу выделяется еще меньше экранного времени: акты длиной в восемь страниц и сценарий около 48 страниц. Если сценарий оказался длиннее, чем нужно (хотя количество страниц соответствует норме), сценарист должен сократить диалоги или ускорить действие. И наоборот: если сценарий короче, чем нужно, сценаристу придется изменить ритм, добавить глубины, а не просто текста. Кроме того, сценаристам при необходимости приходится переписать сценарий за ночь, что подводит нас к следующему правилу.

Дедлайны не выдумка

Ваш сериал в эфире каждую неделю, поэтому не может быть никаких послаблений, никаких оправданий, что муза вас оставила, никаких страхов, которые могут отразиться на качестве текста. Если вы не способны работать в таком ритме, продюсер наймет другого сценариста.

С того времени, как ваш эпизод запущен в работу, у вас одна неделя на аутлайн (общую событийную канву эпизода), несколько дней на его доработку, две недели на первый вариант телесценария, пара дней для внесения коррективов, затем неделя на второй вариант. Итого около шести недель от создания наброска (питча) до второго варианта (второго драфта). Впрочем, совершенствование и доработки могут увеличить время работы еще недели на две. Включившись в работу, вы начинаете жить в ритме сериала, и недостаток времени только бодрит. Вы слышите, как актеры произносят написанные вами реплики, понимаете, как сериал постепенно обретает форму, и сразу же видите его на экране.

Все это очень весело, пока не грянет гром. В сериалах в роли грома выступает сценарий, от которого отказываются в последнюю минуту. Почему так происходит? Допустим, во время презентации проекта сценария (питчинга) история не вызывала вопросов. Аутлайн грешил недостатками, но команда полагала, что все исправит в процессе, но, когда прочли первый вариант сценария, стало ясно, что проблему решить не удалось. Переделку поручают новому сценаристу. Время идет. Подготовительная работа, которая включает подбор натуры, декораций и актеров, начинается за неделю до начала съемок. Часы тикают. Еще один драфт – и снова неудача: персонаж совершает необъяснимый поступок, появляется сюжетная неувязка или неубедительный поворот сюжета. Команда за круглым столом переглядывается. Еще один вариант, теперь от продюсера. Время идет. В подобной ситуации не всегда виноват сценарист: например, вымышленное событие (природная или техногенная катастрофа, политическое убийство и т. д.) происходит в реальной жизни, и теперь эпизод выпускать нельзя. От сценария приходится отказаться. А тем временем подготовительные работы вот-вот начнутся, и пресса уже в курсе ваших планов.

Однажды за круглым столом мне пришлось выслушать подобную историю от уважаемого шоураннера. Актеры и технический персонал уже на съемочной площадке, объявлен день премьеры, а сценария все нет. В отчаянии шоураннер, прославленный сценарист, начинает диктовать секретарше, та распечатывает, курьеры сбиваются с ног, относя на съемочную площадку по странице текста зараз.

И тут кто-то из почитателей таланта продюсера за столом поднял руку:

– Это был ваш лучший сценарий?

– Напротив, – рассмеялся тот, – это была полная бессмыслица.

Серии делятся на акты

Отложите в сторону учебники, в которых пишется, что пьеса состоит из трех актов. Телевизионные драмы десятилетиями делились на четыре акта, хотя многие шоу состоят из пяти, а некоторые – из шести актов. Подробнее читайте об этом в главе 4, где анализируются телепьесы. А теперь вспомните, что случается каждые 13–15 минут во время показа фильма на бесплатном эфирном канале. Правильно: перерыв на рекламу. Перерывы случаются не в произвольном порядке, обычно в часовой серии их четыре, и они соответствуют логике сюжета: когда действие доходит до кульминации и обрывается «клиффхэнгером» (внезапным поворотом сюжета)[2]. Каждая из четырех частей «от рекламы до рекламы» и есть акт, похожий на театральный. В театре в конце акта занавес опускается, огни гаснут, и зрители отправляются в буфет. Этот способ жесткого прерывания действия применяется и на телевидении. Сценаристы ориентируются на рекламные паузы и используют их для создания напряжения.

Если вы поймете, как это работает, то обнаружите, что паузы вовсе не мешают вам творить, а дают возможность проявить изобретательность внутри ритмической решетки. А начав работать с 10–15-минутными блоками, возможно, вы захотите перенести этот метод в не связанные с телевидением сферы или использовать для написания киносценариев. В следующий раз, оказавшись в кинотеатре, обратите внимание на поведение зрителей. Каждые 15 минут они начинают ерзать. Не уверена, что это можно считать воздействием медиа на сознание современного человека или особенностью нашей психологии, поскольку перерывы в просмотре фильма каждую четверть часа существовали задолго до телевидения. В начале XX в. кинопленка наматывалась на бобины, которые киномеханик менял каждые 15 минут. Основываясь на этом историческом примере, некоторые киноведы описывают кинофильм как восемь эпизодов по 15 минут. Как бы то ни было, четырехактная структура стала исходным шаблоном для сценария кинодрам на телевидении.

Поскольку реклама на телевидении переживает не лучшие времена, в эпизод вставляется все больше роликов, что привело к возникновению эпизодов, состоящих из пяти актов. Прибавьте пролог, или тизер (вид «завлекающей» рекламы, читайте о нем в главе 3), который по размеру может быть равен акту. Таким образом, создается впечатление, что эпизод состоит из шести актов, от восьми до 10 страниц каждый. Правда, эпизоды на платных кабельных каналах вроде HBO или Showtime вообще не делятся на акты и по структуре больше напоминают кинофильмы.

Попытки вставить в эпизод как можно больше рекламы обречены. Зрители без труда пропускают рекламные паузы. В скачанных версиях реклама присутствует, но не в виде рекламных перебивок. Таким образом, годы блужданий между четырьмя, пятью и шестью актами в период между 2006 и 2011 гг., а также отказ от рекламных пауз на кабельных каналах привели к неожиданному итогу. Если вы прочтете первый драфт большинства часовых серий – от «Доктора Хауса», эпизоды в котором делятся на пять актов плюс тизер, до сериалов «Во все тяжкие» и «Прослушка», – то увидите, что четырехактная структура преобладает. С конструктивной точки зрения она проще, даже если впоследствии сценарий подвергается переработке.

В основе любого сериала – история классического формата

Сериалы не «Старбаксы», хотя порой без кофеина сценаристу приходится нелегко. Типичные телевизионные истории – своего рода «франшизы» – бывают полицейские/детективные, судебные, медицинские, научно-фантастические, приключенческие и семейные. В каждом случае вам необходимо учитывать ожидания зрителей, даже если вы собираетесь их обмануть. Создателей сериалов наличие таких классических форматов ограничивает и в то же время вдохновляет.

Чтобы понять, зачем нужны форматы, задайтесь вопросом: сколько сотен историй можно извлечь из единственного замысла?

Главное – найти «трамплин», который подталкивает драматический конфликт или интригу каждого эпизода. Подобный катализатор возникает естественным образом в большинстве детективных историй: совершенное преступление заставляет полицейского искать преступника; некто, попавший в переплет, умоляет адвоката помочь ему; больной обращается к врачу. В каждом эпизоде «крючок» кроется в особенностях того мира, в котором действует протагонист. В некоторых типах историй – например, в семейных, производственных, школьных и романтических драмах – «трамплин» менее выражен и основан скорее на конфликте между персонажами, чем на внешнем вмешательстве. Здесь двигателем сюжета являются личные побуждения (даже если они не проявляются внешне).

Несколько десятилетий назад аудитория ждала от форматных сериалов предсказуемой истории, в которой любая проблема разрешалась бы к исходу часа, как до сих пор происходит во многих процедуралах. Возьмем, к примеру, вестерны. Они построены по единому шаблону: городку угрожают плохие ребята (черные шляпы), хороший парень шериф (белая шляпа) противостоит слабым продажным горожанам, переманивая некоторых на свою сторону (роль для приглашенной звезды), защищает городок от черных шляп и исчезает в лучах заката.

А теперь, держа в голове эту формулу, вспомните сериал «Дэдвуд». Вроде бы в нем все как обычно: городишко, населенный отбросами общества, имеется и бывший шериф – главный герой, который оставил свой значок в Монтане и отправился в захолустье. Однако сходство с классическим вестерном мнимое. Все персонажи «Дэдвуда» выживают как могут и не ждут спасителя, пытаясь обрести смысл в условиях моральной опустошенности.

Определенно «Доктор Хаус», «Анатомия страсти» и «Медсестра Джеки» используют медицинскую франшизу, в которой врачи (и медсестры) каждую неделю спасают жизни пациентов. Однако если вы сравните их с сериалами прошлых лет вроде «Доктора Маркуса Уэлби» (Marcus Welby M. D), то увидите, насколько Хаус и прочие персонажи чутки к современным веяниям. Добрый доктор Уэлби, не испытывая моральных терзаний, в одиночку трудится в своем маленьком уютном кабинете. Однако в реальной жизни врачам и медсестрам приходится сталкиваться с проблемами этического и правового порядка – допустим, оказывать помощь и убийце, и его жертве, одновременно пытаясь совладать с собственными человеческими слабостями: чувством вины, усталостью, тщеславием, необходимостью делить время между работой и личной жизнью.

В «Анатомии страсти» мы видим любовные отношения и неуверенность в себе, в «Сестре Джеки» – наркотическую зависимость, в «Докторе Хаусе» – глубокие психологические проблемы главного героя. Для того чтобы выразить всю сложность существования медиков в современном мире, потребовалось изменить форму подачи материала. «Скорая помощь» использовала формат, когда множество коротких историй наслаиваются друг на друга, «Анатомия страсти» подхватила этот прием. С того момента, как ABC поставил «Анатомию страсти» в эфир вместо «Отчаянных домохозяек» (Desperate Housewives), сериал сменил концепцию. Исполнительный продюсер Шонда Раймс заявила журналу Los Angeles Magazine: «Это не медицинская драма. Это фильм об отношениях и немного о медицине. Я вижу это так, и только так».

Тем временем семейный формат вроде сериалов «Большая любовь», «Клан Сопрано» и «Во все тяжкие» процветает. Полагаю, к семейным франшизам следует отнести и «Настоящую кровь», поскольку эпизоды строятся на отношениях между персонажами (некоторые состоят в родстве или «живут» вместе), равно как и на внешних событиях. Иначе строится сериал «Предоставьте это Биверу» (Leave It To Beaver). Предлагаю вам выделить элементы, которые осовременивают классические сюжеты в ваших любимых сериалах. Попробуйте сравнить «Безумцев» и «Чудесные годы» (The Wonder Years): оба шоу основаны на конфликте персонажей, в обоих события происходят в прошлом. Что изменилось?

В детективном формате непритязательные произведения вроде «Детектива Монка» (Monk) не отступают от традиции: каждую неделю герой расследует новое дело. Сначала он идет по ложному следу (о чем зритель узнает, как правило, в конце акта перед рекламной паузой), а по истечении часа успешно разрешает загадку. И хотя навязчивый невроз героя является новым, привлекающим внимание элементом, с точки зрения структуры это типичная сюжетная линия «А» (подробнее о сюжетных линиях A, Б и В читайте в главе 3).

Едва ли такое копирование идей представляется творчески продуктивным, однако с точки зрения медиапланнеров – наверняка. Если вам придется работать в подобных форматных сериалах, вот мой совет: используйте шаблон, но населите его живыми персонажами, которых волнуют реальные проблемы. Если формат не дает простора для творчества, ваш рост едва ли заметят, зато вы сможете сосредоточиться на собственном творчестве, шлифуя мастерство.

В более утонченных полицейских/детективных сериалах, демонстрируемых как на кабельных, так и на общенациональных каналах, вам предстоит иметь дело с актерским ансамблем и запутанным сюжетом, основанным на актуальных новостях и социальных проблемах. Иногда темой становятся передовые судебные технологии, как в сериалах «Место преступления», «Грань» (Fringe) и некоторых других, где истинной звездой является наука. Детективы, как обычно, расследуют преступления, но главная приманка для зрителей – футуристические приборы, раздвигающие пределы человеческих возможностей.

Процедуралами называются сериалы, основанные на расследованиях, включая криминалистические («Место преступления»), детективные («Закон и порядок») и диагностические («Доктор Хаус»), которые приводят к разгадке тайны в конце каждого эпизода. Наряду с процедуралами, которые зрители смотрят по привычке, они страстно преданы теленовеллам с лихо закрученным сюжетом. Президент 20th Century Fox Television Дана Уолден в октябре 2006 г. заявила газете The New York Times: «Мы все время обсуждаем теленовеллы, а любая теленовелла – это сериал».

Сколько часов в неделю люди готовы посвятить теленовеллам, которые идут пять раз в неделю? Ведь пропустить несколько серий – все равно что читать роман с середины. Решений несколько: непрерывный показ (так крутят сериалы на кабельных каналах), повторы, видео в интернете и DVD. Успех продаж на DVD сериала «Остаться в живых» после первого сезона позволил развиться индустрии продаж полных сезонов. Телеканал Showtime, запустивший напряженный психологический триллер «Декстер», предложил поклонникам интерактивную игру на собственном сайте. Все чаще эпизоды популярных сериалов, таких как «Остаться в живых» и «Звездный крейсер "Галактика"», параллельной теледемонстрацией показывают в интернете.

Монументальные сериалы, основанные на историческом материале, такие как «Рим» (Rome) и «Тюдоры» (The Tudors), доказывают, что великие истории способны удерживать внимание зрителей не только в качестве многосерийного телефильма, но из сезона в сезон. И хотя исторические сюжеты предсказуемы: Марк Антоний и Клеопатра мертвы, как и Генрих VIII, не говоря о его женах, а «длинный нарратив» таких сериалов меньше, чем вечность, они являют собой пример глубокого проникновения в характеры персонажей. Отдав им должное, взглянем на сериал «Тримей», который блестяще справляется с созданием сюжета на современном материале в исключительных условиях места и времени.

Крупные бесплатные каналы до сих пор благоразумно ставят в эфир надежные классические процедуралы. Однако даже традиционные форматы со временем меняются. Так, тип боевика, процветавший во времена плохих парней из «Команды А» (The A-Team) или «Старски и Хатч» (Starsky & Hutch), трансформировался в «Ищейку» (The Closer), герой которой заявляет: «Я в Америке наблюдаю империю на смертном ложе, я турист, занимающийся благотворительностью среди наркоманов и сексуально озабоченных». В этом контексте сериал «Узнай врага» (Sleeper Cell) – амбициозная попытка показать героев и проблемы, незнакомые большинству американцев. В подобных произведениях место действия гораздо больше влияет на сюжет, чем формат.

Великая драма «Прослушка» не исчерпывается своим детективным форматом, хотя в сериале действуют копы и грабители. Равно и семейная драма, построенная на отношениях внутри группы персонажей, или драма о духовном поиске, основанная на противопоставлении смерти и воли к жизни, даже в аду. Чтобы достичь такого результата, нужно дать развернуться творческим амбициям создателей.

Это легко доказать на примере научной фантастики – жанра, который совершил прорыв, равного которому не было на телевидении. Продолжая штамповать бесконечные космические приключения вроде «Звездных врат» (Stargate SGI) и «Эврики» (Eureka), не говоря о фильмах ужасов – «Человек-комар» (Mansquito), – обслуживающих свою целевую аудиторию, не делая попытки ее расширить, канал Syfy, которым владеет корпорация NBS-Universal, создает обласканный критикой «Звездный крейсер "Галактика"» – суровую политическую аллегорию, заткнувшую за пояс «Западное крыло», а по уровню проникновения в духовный мир современного человека не уступающую лучшим драмам, идущим на платных кабельных каналах. Одновременно сериал «Грань» получает статус сетевого хита, сумев, не выходя за жанровые рамки, привлечь не только любителей научной фантастики, но и ценителей высококлассных драматических кинолент.

Результатом рискованного эксперимента канала AMC становятся не только «Безумцы» и «Во все тяжкие», но и «Ходячие мертвецы» – качественная драма про зомби.

Мне кажется, в сценариях современных научно-фантастических сериалов изменился взгляд на персонажей. В XX в. научно-фантастические сериалы вращались вокруг технологий, с помощью которых герои без страха и упрека сражались в битве добра со злом, что делало аудиторией таких сериалов детей и подростков. Героями современных научно-фантастических шоу, несмотря на несхожесть между собой сериалов «Остаться в живых», «Грань», «Звездный крейсер "Галактика"» или «Ходячие мертвецы», становятся обычные, далекие от совершенства герои, которые пытаются найти общий язык друг с другом и быть достойными гражданами планеты. Неудивительно, что подобные сериалы смотрят зрители всех возрастов. Если решите попробовать себя в научно-фантастической франшизе, учитывая богатейшие возможности, которые перед вами открываются, я советовала бы сосредоточиться на серьезном драматическом конфликте, а картонное мышление оставить киносценаристам.

Жизнеспособность телевизионной драмы в XXI в. основана на переосмыслении классических форматов. Однако это не означает, что последние больше не востребованы. Когда я была начинающим фрилансером и соглашалась на любые предложения, мне довелось поработать в команде детективного сериала «Майк Хаммер» (Mike Hammer). На первом совещании продюсер протянул мне список руководящих указаний на две страницы. Заголовок на первой странице гласил: «Схема сценария», на второй перечислялись приемы описания главного героя, например: «Майк изъясняется исключительно утвердительными предложениями». Вы же понимаете, что героя сомнения не красят?

Схема содержала следующие постулаты. В начале серии положительный персонаж обращается к Майку за помощью. В конце первого акта положительного персонажа убивают. Во втором акте Майк нападает на след убийцы, но перед рекламной паузой предполагаемого убийцу обнаруживают мертвым, однако убийства не прекращаются (что наводит на мысль о другом убийце). В третьем акте настоящий убийца нападает на Майка, и перед рекламной паузой тот оказывается в смертельной опасности. В четвертом акте Майк сражается с убийцей один на один. Догадайтесь, кто победит. Когда я приступила к работе, такая жесткая конструкция казалась мне верхом глупости, но постепенно я научилась получать удовольствие. Избавленная от необходимости мыслить глобально, я сосредоточилась на прорисовке второстепенных персонажей и ситуациях, которые должны привести к тому или иному повороту сюжета.

Несколько лет спустя боссы Children's Television Workshop – создатели «Улицы Сезам» (Seam Street) попросили меня написать пилот детского сериала, впоследствии названного «Автор-призрак» (Ghostwriter), который должен был строиться по правилам драм, идущих в прайм-тайм, включая длинные сюжетные линии, сложные взаимоотношения разноплановых персонажей и даже спорную проблематику. Я никогда не писала для детей, но предложение меня заинтересовало. Наша команда начала работу с выбора формата, в данном случае детективного, потому что поиск разгадки позволял задействовать всех персонажей и придать импульс каждой серии. Кроме того, мы старались писать о том, что волнует людей независимо от возраста, как они проявляют свою суть, что заставляет их смеяться, плакать и влюбляться.

«Автор-призрак» задумывался как сериал, который должен приобщить к чтению младших школьников. Каково же было удивление руководства телеканала, когда исследования показали, что сериал заинтересовал аудиторию от четырех до 16 лет. И дело не только в возрасте. Я полагаю, успех сериала превзошел ожидания благодаря реалистичным персонажам и следованию формату, способному выдержать не только игру очень юных актеров, но и некоторое количество образовательного материала, не теряя при этом увлекательности.

Но что, если формат вовсе не формат? Создатель «Закона и порядка» Дик Вулф заявил в интервью журналу Entertainment Weekly: «"Закон и порядок" – это бренд, а не форматный сериал. Это „Мерседес“ на телевидении. Автомобили бывают разные, но „Мерседес“ – это „Мерседес“». «Место преступления» – это форматный сериал. В нем меняется только место действия, в то время как все вариации «Закона и порядка» разительно отличаются друг от друга».

Нет сомнений, что «Место преступления», извечный конкурент «Закона и порядка», позиционирует себя как больший по размеру автомобиль.

С появлением в 2011 г. сериала «Игра престолов» (Game of Thrones), действие которого происходит в вымышленном средневековом мире, встал вопрос, удастся ли ему стать для жанра фэнтези тем, чем стал «Дэдвуд» для вестерна, а «Клан Сопрано» для гангстерских драм? Как «Дэдвуд», «Клан Сопрано», «Рим» и «Подпольная империя», сериал «Игра престолов» использует историю и экранную традицию лишь в качестве отправной точки для показа сложных отношений, поданных с прямотой, которая затмевает литературную основу. Реалистичная до натурализма «Игра престолов», вероятно, является реакцией на клише, свойственные жанру фэнтези, где абсолютное добро бесконечно сражается с абсолютным злом, в то время как в этом сериале злодеи испытывают угрызения совести, герои идут на компромиссы, а мораль допускает убийства. Это сложный нарратив, расширяющий возможности телевизионных сценариев.

Когда у вас созреет замысел гениального сценария, спросите себя, какой формат лежит в его основе. Даже для новаторского проекта, идущего вразрез со всеми традициями, формат может подсказать идеи для вашего сериала (подробнее об этом в главе 4).

На старт, внимание, марш!

Сценарии для драматических сериалов, идущих в прайм-тайм, – путешествие по огромной вселенной. Если вы отбросите устаревшие понятия о телевидении и из уважения к собственному таланту не позволите себе опускаться до упрощений, то сможете творить для самого мощного медиа в мире. В следующей главе вы найдете необходимые инструменты для этого путешествия, поэтому приготовьтесь вскочить в ракету на ходу!

Подведем итоги

Телевизионные драмы обладают следующими специфическими свойствами.

• Герои действуют в течение множества серий вместо того, чтобы развиваться в пределах завершенного сюжета, как в двухчасовом кинофильме. Особое внимание уделяется не переменам в героях под воздействием событий, а проникновению в их характеры.

• Сюжетные линии могут длиться в течение большого количества эпизодов. События не форсируются, а развиваются постепенно, не стремясь к разрешению. Тем не менее в большинстве сериалов часть историй «завершается» в течение эпизода, в то время как другая часть продолжает развиваться.

• Сериалы обычно не разбиваются на акты, которые отмечены «клиффхэнгерами» перед перерывами на рекламу, хотя на кабельных каналах этой схемы не придерживаются.

• Некоторые классические форматы могут стать «трамплинами» для сотен историй, в основе которых лежит единый замысел.

Что нового?

Новый подход к медиапланированию, новые рынки и способы просмотра стимулируют рост и развитие телевидения и предоставляют сценаристам неограниченные возможности. Примеры из современных шоу и по-новому интерпретированных классических сериалов демонстрируют некоторые из этих возможностей.

Поговорим о том, как писать «драмедии»

Приемы того, как разбавлять серьезные материи юмором, существуют ровно столько, сколько люди рассказывают истории. Представляю, как пещерный человек, сидя у огня, вещает про Храброго Муга, который так увлекся погоней за кроликом вокруг дерева, что у него закружилась голова. Вижу, как хитроумный рассказчик, заставив слушателей рассмеяться, неожиданно заявляет, что, пока Муг валялся под деревом, кролик вернулся и перегрыз ему глотку. Юмор подготавливает слушателей к потрясению. Шекспир умел создавать комический контраст в самых трагических сценах. Во всех великих шекспировских трагедиях есть место смешному. Но готовы ли мы назвать их «драмедиями»?

Попытки разделить истории на жанры предпринимали еще древнегреческие философы, которые полагали, что трагедия завершается смертью или разорением героя, в то время как комедия заканчивается для героев благополучно. Позднее это разделение упростилось: трагедиями стали называть пьесы, в которых герои в финале умирали, а комедиями – те, в которых не умирали. Слово «драма» обозначало нечто среднее между комедией и трагедией.

А затем наступила эпоха американского телевидения, которое нуждалось в определении коммерческих категорий. К 1960-м продюсеры придумали следующую систему: ситуационные комедии с получасовыми сериями (ситкомы) и часовые драмы. Обычно ситкомы использовали зрителей в зале или смех за кадром, чтобы никто не усомнился, где именно следует смеяться. Часовые драмы отличались серьезным подходом к проблемам, повествовали о жизни полицейских, врачей или стрелков с Дикого Запада. Даже сегодня, если вы посетите штаб-квартиры кабельных каналов, некоторых продюсерских компаний или актерских агентств, вы увидите это четкое разделение. С одной стороны расположены кабинеты комедийщиков с собственными руководителями и персоналом, с другой – тружеников драмы.

Вы можете провести презентацию нового сериала для вице-президента департамента драмы или вице-президента департамента комедии, но не для обоих сразу.

Идея о том, что получасовая серия – это всегда ситком, прочно закрепилась в головах зрителей, даже если создателям хотелось расширить горизонты. В конце 1980-х гг. я работала в команде сериала «Ресторан Фрэнка» (Frank's Place), продюсер которого желал поднимать серьезные проблемы в каждой получасовой серии. Действие происходило в похоронном бюро в Новом Орлеане, актерский состав в основном состоял из афроамериканцев (редкость что тогда, что сейчас), и речь в нем шла о жизни и смерти, расизме и социальном расслоении. Ничего хорошего это не предвещало.

Создатель сериала, талантливый сценарист-продюсер Хью Уилсон, до этого успешно работал в комедийном жанре, делая забавное «Радио Цинциннати» (WKRP in Cincinnati) и «Полицейскую академию» (Police Academy) в кино. Как он осмелился замахнуться на драму, рассуждали критики, в то время как зрители писали письма (самые настоящие письма, ведь дело происходило в XX в.), сообщая нам, что наш сериал недостаточно смешной. Что на это ответить? Эпизод, в котором старый человек умирает, не должен смешить. Он может быть душераздирающим, захватывающим, ошеломляющим, напряженным, но ни в коем случае не смешным. Битва была проиграна, а сериал превратился в получасовой ситком. Я не комедийный писатель, поэтому ушла задолго до конца, получив урок, как важно не питать несбыточных надежд.

Но в ХХI в. мы изменились? Как сказать… Теперь у нас есть «Медсестра Джеки», «Жеребец» (Hung), «Такая разная Тара» (United States of Tara), «Эта страшная буква "Р"» (The Big C), «Косяки» (Weeds), «Тайный дневник девушки по вызову» (Secret Diary of a Call Girl), «Красавцы» (Entourage) и особенно «Секс в большом городе» (Sex and the City), которые балансируют на грани драмы и комедии. А если посмотреть на драмы с часовыми эпизодами, такие как «Отчаянные домохозяйки», «Анатомия страсти», «Хор» (Glee) и особенно «Дурнушка Бетти» (Ugly Betty), «Юристы Бостона» (Boston Legal), «Элли Макбил» (Ally McBeal) и «Девочки Гилмор» (Gilmore Girls) считаются комедиями.

Как правило, отличительными чертами «драмедий» являются сохранность основных героев и сюжетных линий, включая эпизоды протяженностью в несколько серий, богатая предыстория и драматический конфликт в противоположность схеме, где аудиторию просто смешат через определенные промежутки времени. «Драмедии» могут отличаться легкомыслием, но если в них присутствует юмор, то иронический. С другой стороны, поскольку «драмедии» не являются драмами в чистом виде, их герои могут быть более легковесными, почти карикатурными – склонными паясничать, как в «Косяках» или «Этой страшной букве "Р"», или обмениваться язвительными и остроумными репликами, как в «Девочках Гилмор».

Что из этого следует? Советую вам разобраться в этих тонкостях, ибо вы вступаете в мир, где границы размыты. Термины вроде «драмедии» усложняют задачу сценариста, заставляя держать в голове все сериалы в виде аморфной массы из смеха и слез. С другой стороны, вам есть на что ориентироваться: на эталонные образцы, классические сериалы и зрительские ожидания.

Если вы пишете сценарии драм, то время от времени вводите в них что-то смешное, особенно в эпизодах, которые задуманы как трагедии. Если вы задумали написать что-то смешное, не следует забывать об основных драматических элементах. Основанный на обмене колкостями забавный диалог не может длиться дольше трех минут. И, за исключением детских приключенческих фильмов, непрерывное драматическое повествование не может обойтись без юмора. Если вы создаете современные телевизионные драмы, вы должны писать и смешно, и серьезно. Шекспир знал, что делал.

Слово Дэвиду Айзаксу

Дэвид Айзакс обладает множеством номинаций на премию «Эмми», в том числе за сценарии сериалов «Военно-полевой госпиталь» (M*A*S*H) и «Безумцы». А поскольку, прежде чем взяться за теледрамы, я успела написать немало сценариев всевозможных ситкомов, я спросила у него: в чем разница?

Памела Дуглас: Что делает сценарий комедией? Что делает его драмой?

Дэвид Айзакс: Если коротко, то комедия более ситуационная. Мы наблюдаем, как обычные люди, все время спотыкаясь, бредут по жизни. Комедия строится вокруг узнаваемого допущения, как в сериале «Все любят Реймонда» (Everybody Loves Raymond), в котором герой пытается обрести баланс между интересами семьи, в которой вырос, и новой семьи, которую создал сам, когда женился. Мы смеемся, потому что видим в героях себя: это моя семьи, это семьи моих знакомых. Такова традиция.

Сегодня комедии стали более ироничными и резкими, как «Студия 30» (30 Rock) или «Офис» (The Office), занявшись поисками смешного в социальных и прочих институтах. Они про человеческую уязвимость, про то, как мы на расстоянии смеемся над ошибками и огорчениями друг друга.

Драма, по крайней мере для меня, строится вокруг более серьезного конфликта. Жизнь, смерть, болезнь, злость, личные и семейные проблемы. Ставки куда выше. Неудивительно, что большинство наших телевизионных драм рассказывают о полицейских, врачах и адвокатах – именно они имеют дело с человеческими нуждами, бедами и проблемами.

П. Д.: Есть множество сериалов, которые соединяют драму и комедию, а порой некоторые ситкомы невероятно драматичны, в то время как полноценные драмы легковесны.

Д. А.: Мне кажется, дело в увеличении количества кабельных каналов. Стало больше пространства для экспериментов. У канала USA Network есть целый ряд сериалов, к примеру «Черная метка» (Burn Notice) или «Дорогой доктор» (Royal Pains), которые представляют собой иронические драмы. Сериал «Отчаянные домохозяйки» на канале HBO – это драма, высмеивающая драму. Сериалы на канале HBO вроде «Жеребца», «Красавцев» или «На дне» (Eastbound & Down) – на первый взгляд классические ситкомы, однако их героев не назовешь обычными. Ситкомы канала Showtime вроде сериалов «Косяки», «Медсестра Джеки», «Такая разная Тара», «Эта страшная буква "P"» берутся за серьезные темы, характерные для драмы.

П. Д.: Однако, являясь скорее психологическими драмами, чем ситуационными комедиями, почему они называют себя комедиями?

Д. А.: Наверное, следует отнести их к отдельной категории: черные комедии. Я сравнивал «Военно-полевой госпиталь» с этими сериалами, и мне кажется, нет ничего более драматичного, более болезненного для человека, чем война. Что может быть страшнее, чем молодая жизнь, загубленная ради мифических целей? Однако «Военно-полевой госпиталь» во многом принадлежит своему времени. В 1975 г. он поднимал острые темы, которые не кажутся таковыми теперь. Наше время требует большей смелости.

Перечисленные получасовые шоу относятся к той же традиции. Мне кажется, «Медсестра Джеки» – детище «Военно-полевого госпиталя», но «Джеки» заходит куда дальше в изображении действительно мрачных сторон жизни. Каждодневное безумие, с которым героиня имеет дело, показано примерно в таком же ключе, как в «Военно-полевом госпитале». Непрерывный поток раненых и умирающих, работа на износ, и даже самые сильные – Ястребиный Глаз и Ловец – понимают, что если не научатся видеть в работе смешное, то сойдут с ума. Джеки не служит в Корее, у нее есть муж и семья, но и ей приходится ежедневно спасать жизни. Видя горе на каждом шагу, Джеки ломается: начинает принимать наркотики, заводит случайные романы. Вы не осмелились бы снять такое 30 лет назад, но с тех пор границы возможного раздвинулись.

П. Д.: Много лет вы работали над комедиями, затем начали писать для «Безумцев». Сложно ли сценаристу перейти от комедии к драме?

Д. А.: Если вы пишете комедии вроде «Веселой компании» (Cheers) или «Фрейзера» (Frasier), которые снимаются перед живой аудиторией, вы имеете дело с заранее предопределенным конфликтом и должны действовать наверняка. Как комедийный сценарист вы придумываете свои истории в мире, где все предопределено.

Работая для «Безумцев», я внезапно понял, как важен подтекст. Это почти как в романе. Разница между линейной комедией и драмой огромна. Я вырос на классических телевизионных комедиях, в которых принято строить повествование так, чтобы оно постепенно приводило к открытому конфликту, желательно комическому. В «Безумцах» не бывает открытых конфликтов.

Приведу пример. В середине второго сезона мы следим за развитием персонажа по имени Пит, бухгалтером в рекламном агентстве. Пит и его жена пытаются зачать ребенка, но безуспешно, поэтому задумываются об усыновлении. Жена настаивает, для Пита ситуация осложняется тем, что у него роман с Пегги. Об этом не говорится открытым текстом, но зрители прекрасно понимают, что происходит с Питом и какое давление он испытывает. В сценарии была сцена, когда Пит возвращается с работы, а жена принимается уговаривать его поторопиться с усыновлением. Назревает ссора. Мы долго думали, что должно произойти между супругами. Затем я вспомнил, как однажды, когда я был ребенком, отец пришел домой с работы расстроенный, а мама приготовила на ужин блюдо, которое он не любил. Мы жили на втором этаже. Отец просто взял тарелку и выбросил ее в окно. Это потрясло меня. Ссоры не было, но в этом нелепом поступке проявилось все, что осталось невысказанным, – семейная пара, принадлежащая к сливкам общества, вела себя, словно простая рабочая семья. И Мэтт [Мэтью Вайнер] сказал, что это потрясающая находка.

П. Д.: Если начинающие сценаристы чувствуют, что обладают талантом комедиографа, но хотят писать драмы, что им делать? Возможно ли соединить и то и другое в часовой драме? Некоторые драматические сериалы с часовыми эпизодами называют себя комедиями. Телеакадемия и Гильдия сценаристов всякий раз сомневаются, куда отнести «Юристов Бостона», присуждая премию «Эмми»: то ли к комедиям, то ли к драмам. И примеров подобных гибридов множество.

Д. А.: Если коротко, то пробуйте и то и другое. Мэтью Вайнер писал исключительно сериалы с получасовыми сериями до того, как создал пилотный сценарий «Безумцев». Сценарий открыл Мэтту дорогу в сериал «Клан Сопрано», где под руководством Дэвида Чейза он набрался знаний. Когда сериал завершился, Мэтт вернулся к старому пилотному сценарию.

Главное – это герой. Драма это или комедия или то и другое, именно герой движет историю. Даже в процедуралах вроде «Места преступления» все построено вокруг сложных персонажей, чьи тайные желания или недостатки порой мешают работе. Когда пишете сценарий, начинайте с героев, и неважно, как далеко заведет вас ваша задумка, насколько ваша идея окажется необычной для комедии. Возьмем «Третью планету от Солнца» (3rd Rock from the Sun). Каким бы безумным ни казался этот сериал, его сценаристы создали узнаваемую группу персонажей. И пусть они прилетели с другой планеты, отношения между героями – это настоящая семейная драма.

Такие же чувства вы испытываете, когда смотрите «Прослушку» – возможно, лучший сериал на свете. Группа полицейских противостоит отвратительным героям, которых, в свою очередь, используют другие персонажи, еще более гнусные. И хотя эти копы собрались вместе не по своей воле и каждого одолевают собственные проблемы, странным образом зритель воспринимает их как семью. Вы гадаете, угрожает ли та сила, которой они противостоят, их жизням? Что с ними будет? Там много юмора, и весьма черного, но вы все равно смеетесь, потому что смех помогает разрядить атмосферу, снять напряжение.

Начинающий сценарист должен понимать, из чего создается персонаж и как он влияет на развитие истории. Настоящая драма и настоящая комедия описывают ситуации, заставляющие людей страдать, и испытания, выпадающие на их долю, а вы вместе с создателями сериала ищете способ помочь им.

Глава 2

Как сериал попадает на телевидение и что такое телевизионный сезон

Пристегните ремни: вам предстоит головокружительное путешествие длиной в два года – от возникновения идеи нового сериала стремительным рывком через год разработки, затем на бешеной скорости через полный сезон в эфире. Мы узнаем, что такое традиционный производственный цикл на телеканале, хотя из главы 1 вы уже поняли, что телевидение меняется. В наше время многие кабельные каналы (как бесплатные, так и платные) выпускают премьеры зимой или весной, не конкурируя с эфирными каналами, а некоторые эфирные каналы переходят на круглогодичный цикл показа премьер, чтобы конкурировать с кабельными, особенно летом. В конце я расскажу об этих изменениях, а теперь взглянем на схему (схема 2.1).

Первый год показывает, как месяц за месяцем разрабатывается и продается новый сериал. Заметили разделительную линию перед маем? Именно в это время телеканал принимает решение о запуске. Второй год отслеживает стадии процесса производства нового сериала.

Допустим, вас посетила гениальная идея нового сериала. Визг тормозов! Не надейтесь, что новичку доверят сценарий полностью. Есть традиция, освященная десятилетиями: становясь частью команды, вы поднимаетесь по служебной лестнице, пока не достигнете ступени, на которой телеканал готов выслушать вашу идею нового сериала. К тому времени вы успеете разобраться, как работает механизм, и научитесь выдавать по эпизоду в неделю. У новичка просто не хватит опыта. С вами не станут разговаривать, как бы ни была хороша ваша идея.

Почему сценарист-новичок не способен создать в одиночку успешный сценарий? Что такое драматический сериал? Это часовой фильм, который выпускается в эфир каждую неделю, и так происходит годами (как надеются продюсеры). Способность написать пилотный сценарий (первый эпизод) не доказывает, что вы сумеете написать 7-й, 20-й или 88-й эпизоды в конце четвертого сезона. Это также не гарантирует, что у вашего сериала есть «ноги» для другого проекта, рассчитанного на полный сезон. («Ноги» – это потенциал, запас историй, рассчитанных на годы вперед.) И совершенно очевидно, что вы не способны управлять многомиллионным бизнесом, в котором заняты сотни людей (актеры, декораторы, монтажеры, обслуживающий персонал и секретариат, режиссеры, шоферы, операторы, электрики, композиторы… не говоря уж о сценаристах).

Продавая или покупая сценарий телевизионного сериала, вы продаете или покупаете не идеи, а возможности их воплощения.

Впрочем, не все так печально. Есть обходные пути. В замкнутом кругу штатных сценаристов, которые становятся продюсерами, которые нанимают сценаристов, которые когда-нибудь станут продюсерами, можно найти лазейку. Иногда влиятельные люди из кинобизнеса, не имеющие телевизионного опыта, находят общий язык с маститыми телевизионщиками. Другой канал проникновения на телевидение чужаков – те 20 с лишним продюсеров, которые получили известность в небольших интернет-проектах или независимом кино, имеют опыт в журналистике или писательстве, включая графические романы (комиксы). Поскольку некоторые телеканалы пытаются следовать вкусам подростковой аудитории, они нанимают сценаристов до 30 лет. Но как им удается управлять шоу? Рассмотрим эту ситуацию на примере сериала «Одинокие сердца» (The O. C.)

27-летний создатель «Одиноких сердец» Джош Шварц стал самым молодым в истории продюсером собственного сериала с часовыми сериями. Он учился в Школе кинематографического искусства Университета Южной Калифорнии, когда продал сценарий кинофильма за полмиллиона долларов, а спустя несколько месяцев – свой первый телевизионный пилот, неожиданно став продюсером, ни дня не работавшим в команде. Канал Fox дал ему в помощь сценариста «Секса в большом городе» Аллана Гейнберга, который помогал выстроить истории в первых 13 эпизодах, и Боба Де Лаурентиса, 20 лет руководившего производством телевизионных шоу. Де Лаурентис следил за производственными процессами, Гейнберг управлял командой сценаристов, а Шварц писал и редактировал эпизоды. Как он сам рассказал в статье The New York Times: «Это не похоже на работу над киносценарием – ты должен научиться планировать сезон, следить за развитием персонажей. Я бы не справился в одиночку. Тут нужны опытные люди, которые знают, как поднять рейтинг, как использовать тизер. Мне пришлось учиться».

И это подводит нас к отправной точке.

Год первый Апрель

Создайте заявку

Итак, у вас появилась свежая идея – надеюсь, кроме нее у вас за душой есть что-то еще, даже если вы никогда не работали на телевидении. Идеи новых сериалов бывают самыми разными – от великих до смешных. С одной стороны, 15-летний опыт журналистской работы при полицейском управлении Балтимора становится основой для книги, которую опытные телевизионные продюсеры превращают в сериал «Убойный отдел» (Homicide: Life on the Street). А спустя десятилетие тот самый журналист Дэвид Саймон создает сериалы «Прослушка» и «Тримей». С другой стороны, комедийное шоу «Перлы моего отца» ($#*! My Father Says) основано на колонке в «Твиттере». У вас может не быть 15-летнего журналистского опыта или поклонников в Сети, но вооружитесь хоть чем-нибудь, по крайней мере достижениями на сценарном поприще.

Один из моих бывших студентов (о нем я расскажу в главе 7) начинал с независимого проекта «Неисправимые» (But I'm a Cheerleader), затем вместе с соавтором написал пилотный сценарий для телекомпании WB, стал членом сценарной команды сериала «Тайны Смолвиля» и спустя девять лет – исполнительным продюсером. Любой опыт – это лучше, чем никакого.

На этой стадии вы еще не думаете о съемках, а только пытаетесь договориться о встрече с известной продюсерской компанией. Стало быть, ваша первая цель – произвести впечатление. Допустим, ваша идея вызревала всю зиму, и в апреле вы готовы выразить ее в том или ином виде. Но в каком именно? Для этой стадии не существует точных рецептов. Вам нужно найти самый выигрышный способ представить вашу уникальную концепцию. Для этого у вас шесть возможностей:

1. Оформите заявку в телевизионном формате

Термин «формат» может сбить с толку, потому что широко используется для описания разных сторон кинопроизводства. «Формат» может относиться к кинопленке или объективу камеры, способу оформления сценария на бумаге, даже к жанру. В нашем контексте он означает заявку. Хотя формат – понятие расплывчатое, желательно наличие в вашей заявке определенных элементов, о которых все равно зайдет речь на встрече с продюсером. Большинство заявок пишутся в виде разрозненных заметок. Однако я советую вам описать все подробно, чтобы внести ясность для себя и продюсерской компании. Расположите элементы заявки следующим образом:

Титульный лист – придумайте название, которое привлечет внимание и задаст нужный тон (комический, жуткий, драматический, вызывающий, умиротворяющий – какой угодно). Название, скорее всего, изменится: считайте его временным. Ниже укажите жанр или категорию (подростковая драма, мелодраматическая комедия, политический триллер, научная фантастика и т. д.). Если ваш сценарий основан на книге, пьесе, кинокартине или комиксе, обязательно отметьте это, но убедитесь, что у вас есть право на использование темы. Информация об авторе пишется с новой строки. Внизу страницы поместите вашу контактную информацию. Если вас представляет агент или менеджер, титульный лист оформят в его офисе и укажут ваши контакты.

Зарегистрируйте заявку в Гильдии сценаристов (подробнее см. в Приложении), но не указывайте номер, это дурной тон. Также не приводите дат создания и номеров драфтов. Любой драфт – первый (по крайней мере, так должен думать продюсер); никто не станет возиться с отвергнутым или покрытым пылью веков материалом.

Сверху первой страницы напишите: «Логлайн». Это краткая аннотация к фильму, передающая суть истории, ее основную драматическую коллизию. Наверняка вас познакомили с этим термином на курсах сценаристов, но знаете ли вы, что он возник на телевидении? Десятилетиями Федеральная комиссия по связи заставляла владельцев телеканалов описывать все, что они выпускают в эфир. Логлайн можно уложить в одно предложение, например: «Лэсси находит потерявшегося мальчика». Затем в телепрограммах начали печатать краткие изложения серий, например, как в «Новой Жанне д'Арк» (Joan of Arcadia): «Жанна обнаруживает в себе недостаток самолюбия, когда Господь просит ее записаться на курсы ухода за собой».

Вскоре рекламные мини-анонсы стали использовать в киноафишах: «Том Круз в роли Нейтана Олгрена, героического американского офицера, нанятого японским императором для подготовки первой в стране армии. Захваченный в плен самураями, Олгрен поневоле проникается их образом мыслей и сражается, защищая то, что успел полюбить». Или возьмем пример попроще: «У женщин в Степфорде есть тайна». Уже давно полные логлайны, как в «Последнем самурае» (The Last Samurai), или «крючки», как в «Степфордских женах» (The Stepford Wives), стали обязательным компонентом презентаций (питчинга) сценариев фильмов, эпизодов и сериалов.

Логлайн сериала не должен стремиться к точности изложения отдельного эпизода. Ваша цель – довести до слушателя (именно слушателя, не читателя) основную идею, заинтересовать продюсеров вашим проектом. «Копы с MTV» – знаменитый логлайн сериала «Полиция Майами: Отдел нравов» (Miami Vice) из времен, когда MTV было у всех на слуху. Для «Анатомии страсти» по горячим следам успеха «Секса в большом городе» придумали подзаголовок «Секс и хирургия». Джош Шварц, впервые представляя «Одинокие сердца» и зная, что студия Fox ищет обновленную версию «Беверли-Хиллз 90210» (Beverly Hills 90210), презентовал свой проект как «90210 на пляже округа Ориндж», а позже признался, что это была уловка, чтобы протащить куда более осмысленный материал.

Если ваш логлайн готов, используйте первые страницы для обзора. Это не краткое изложение пилотного сценария (обычное заблуждение), а введение в мир и тематику проекта, включая место съемок, стиль, интонацию, контекст и, самое главное, героев. Хотя подробная характеристика персонажей последует ниже, главных лучше упомянуть в самом начале. Используйте краткие определения вроде «одинокая женщина средних лет, сотрудница службы надзора за условно осужденными, усыновившая ребенка» (из заявки «Эхо» Элисон Эндерс) или «29-летняя помощница конгрессмена, пошедшая наперекор своему боссу» (из заявки Рода Лурье «Столица»).

В обзоре намекните на «трамплины» для будущих сезонов, чтобы те, кто принимает решения, поверили, что у вашего сериала есть «ноги». Ищите источники развития будущих эпизодов, например: каждую серию героиня вынуждена выбирать между интересами семьи и запутанным судебным делом; каждую серию детективы расследуют три преступления, балансируя на тонкой грани между буквой закона и произволом; каждую серию мы влюбляемся в вампира, чтобы в очередной раз разочароваться. Заставьте читателей смеяться, плакать и влюбляться, запугайте их, разозлите. От успеха обзора может зависеть, предложат ли вам сделать питч, поэтому дайте себе волю.

Дополните обзор основой любого сериала – персонажами. Если аудитории безразличны главные герои, если зрителей не волнует, что происходит с ними каждую неделю, у вас ничего не получится. Помните, концепция – не главное в телевизионной драме, драму питает эмоциональное напряжение линий героев.

Выделите по странице для нескольких главных героев. Не больше. Да, есть впечатляющие примеры актерских ансамблей, количество персонажей в которых выражается двузначными цифрами, однако, если мы говорим о заявке, слушатель запомнит не больше трех-четырех. Поэтому сосредоточьтесь на ярком и многогранном герое, заставьте нас проникнуться его целями. Проделайте то же самое с его антагонистами или сообщниками, показав их тесную связь с протагонистом. Второстепенных персонажей опишите кратко, даже если их роль в дальнейшем будет возрастать.

Если вы описали персонажей, пришло время рассказывать истории. Можно, конечно, вместить в пару страниц первую серию (об этом читайте далее), однако телеканалы гораздо больше интересует, способны ли вы написать эпизод из середины сезона, потому что именно от этого зависит, будет ли сериал выходить без сбоев каждую неделю. Некоторые заявки размещают седьмой по счету эпизод, другие перечисляют логлайны от пяти до десяти потенциальных эпизодов. Выбирайте тот вариант, который больше подходит для вашего сериала.

Все это стандартные элементы заявки. Люди воспринимают питчи телесериалов как тщательно продуманные презентации пустышек, и до поры до времени не стоит пытаться оригинальничать в подаче, это скорее оттолкнет. Используйте фотографии, иллюстрации, вырезки, биографии: ищите что-нибудь забавное. Только не пытайтесь подкупить телевизионщиков, это только рассердит их. Разумеется, если вы поместите свою заявку в торт, ее непременно заметят, но не факт, что такая подача их порадует. Тем не менее если действие вашего сериала происходит в кондитерской, вам все же придется научиться печь торты!

2. Напишите пилотную серию

Сценарий пилотного сезона телеканал заказывает в процессе создания сериала, и я покажу вам на схеме, как продвигается работа до сентября (пока у нас на календаре апрель). Обычно продюсеры, разрабатывающие новый сериал, не берут уже написанные пилоты, потому что это дорого и никто не поручится, что предприятие ждет успех (большинство заявок, равно как и пилотных серий, ждет неудача). Кроме того, нельзя предугадать, что захочет изменить в сценарии телеканал. Зачем тратить $30 000 и даже больше на сценарий о гермафродите, который участвует в конкурсе красоты, если телеканал требует в качестве главного героя пуделя? Однако если вас как сценариста знают мало и вы уверены, что сумеете увлечь читателей, продвижение собственного пилотного сценария может привести к успеху.

Создатель «Безумцев» Мэтт Вайнер написал пилотный сценарий, трудясь над ситкомами. Сценарий не купили, но он был так хорош, что сценариста взяли в команду «Клана Сопрано». Годы шлифовки мастерства в этом великом фильме и завоеванные награды дали Мэтту Вайнеру возможность снять пилот «Безумцев» именно в том виде, в котором он задумывался первоначально.

Говорят, что создатель «Вавилона-5» (Babylon 5) Джозеф Майкл Стражински написал все пять сезонов, работая в команде «Звездного пути», и «Вавилон-5» был готов еще до подачи заявки. Однако я бы не советовала вам повторять этот подвиг.

Бог с ними, со 100 эпизодами, худшее, чем вы рискуете, – это еще один непроданный сценарий. Если он хорош, то можете предъявлять его вместе с другими сценариями или эпизодами. А когда вы завоюете репутацию (или познакомитесь с тем, кто ее уже завоевал), то просто снимете старый сценарий с полки.

Подробнее о том, как написать пилот, читайте в статье «Поговорим о том, как написать пилотный сценарий», размещенной между главами 4 и 5.

3. Напишите «запасной» пилотный сценарий

«Запасной» пилотный сценарий – это сценарий двухчасового фильма и, возможно, отличный способ продвинуть сериал. Смысл в том, что вы пишете пилот, замаскированный под киносценарий, то есть в сущности создаете завершенную историю. Однако ее ответвления и многообещающие в смысле развития характеров персонажи могут вполне стать почвой, из которой вырастет сериал.

Вы можете предложить его в качестве киносценария, и, когда вам заметят, что из этого выйдет сериал, сделаете удивленные глаза. Впрочем, если хотите, можете играть с открытыми картами. Зависит от того, с кем вы имеете дело, но в любом случае ваш агент должен быть в курсе ваших планов. Другой компромиссный вариант – многосерийный телефильм, или мини-сериал, обычно от шести до восьми серий. Если ваш киносценарий или сценарий многосерийного телефильма хорош, у вас появится шанс получить работу в шоу. Кроме того, «запасные пилоты» позволяют телеканалу снизить риски при выборе. В любом случае, если из этой затеи ничего не выйдет, у вас на руках останется готовый киносценарий.

4. Снимите демонстрационный ролик

Однажды некий продюсер пригласил меня обсудить сериал, который неожиданно попал ему в работу. Сериал в общих чертах был основан на каком-то кинохите, и решение о его покупке приняли после просмотра 15-минутного ролика, снятого одним из кинопродюсеров, который вскоре отказался от проекта, сославшись на занятость в других. И теперь новый продюсер лихорадочно опрашивал сценаристов, можно ли сделать из этого сериал. Проблема заключалась в том, что 15-минутный ролик, состоящий из «возможных сцен», где роли исполняли приятели кинопродюсера (которых никто не планировал приглашать в сериал), оказался полной бессмыслицей. Нет, с кинематографической точки зрения снято было невероятно атмосферно, но группа телесценаристов в кабинете исполнительного продюсера искала привычные элементы, о которых я вам рассказывала: а) «трамплины» для новых историй; б) персонажей с потенциально длинными сюжетными линиями; в) некую загадку или мотивацию для героев. Ролик оказался своего рода тестом Роршаха: каждый видел свое шоу, а значит, никакого шоу не было.

Даже если вы не голливудский продюсер, способный продать сериал, имея в активе всего лишь ролик из нескольких сцен, создание подобного ролика может оказаться полезным, если подойти к делу разумно. Вспомните о презентациях пустышек и вообразите продюсера, сидящего в кабинете. На часах четыре часа дня, и каждые 20 минут, начиная с восьми утра, он выслушивает нового соискателя. И тут входите вы с DVD-диском подмышкой. Возможно, это его разбудит.

Если хотите попробовать, то вот вам несколько советов.

Остерегайтесь долгих планов и глубокомысленности, свойственных студенческим фильмам. Разумеется, долгий зум на превосходно освещенной дверной ручке обладает глубоким символическим смыслом. Часто студенческие фильмы нацелены на фестивальную аудиторию, которая отдает им должное. Однако на телевидении, где принято снимать быстро, подобные приемы не слишком популярны. Поэтому убедитесь, что ваш ролик снят профессионально и отвечает природе телевидения.

Сделайте ролик достаточно коротким, чтобы оставить время для питчинга вашей идеи до или после фильма, включая технические настройки. У вас всего 15 минут.

Тщательно подготовьте собственно презентацию. Ваш ролик – это лишь красивое дополнение. В отличие от упомянутого кинопродюсера, вам не удастся оправдаться тем, что вы не знаете сериальных законов.

Получайте удовольствие. Яркий, оригинальный ролик может стать превосходной визитной карточкой, пока вас не взяли в штат.

5. С осторожностью собирайте «полный пакет»

«Пакет сценариста» состоит из элементов, которые повышают ценность вашего проекта. Он может включать участие сценаристов, более известных, чем вы, режиссеров, исполнителей главных ролей, возможно, некоторые особые условия (например, натурные съемки, анимацию и т. д.). Есть агентства, которые полностью комплектуют творческую команду из собственных звезд. Однако для вас на данном этапе все сводится к тому, чтобы привлечь звезду, которую зрители находят интересной; найти того, ради кого они возьмутся за пульт. Обычно этим занимаются студии и телеканалы, а не сценаристы, но, если вы решили «играть по-крупному», поразмыслите над тем, кого вы могли бы «принудить к сотрудничеству», выражаясь на сленге, «связать».

Когда сценарист, режиссер или актер «склеен», это значит, что он обязался участвовать в вашем проекте. Это не просто декларация заинтересованности, а нечто, подтвержденное письмом или даже контрактом. Впрочем, будьте осторожнее. Допустим, вам удалось заманить в шоу вашего кумира, а затем вы узнаете, что телеканал даст вам зеленый свет, только если на главную роль будет утверждена красотка с пышными формами. Но ведь вы уже договорились с вашим кумиром! И это только одна из причин, почему на этом этапе «пакет» собирают редко.

6. Обзаведитесь почитателями в интернете

Когда моя знакомая узнала, что крупная студия готова купить ее сценарий, то была на седьмом небе от счастья. На студии прочли пилот сериала, сценаристку представлял солидный агент, и у нее в арсенале уже были профессиональные достижения. Это будет прорыв, думала она, направляясь на первую встречу с новым работодателем, где ее огорошили вопросом: «У вас есть канал на YouTube?» Что? Нет, они, безусловно, заинтересованы в дальнейшем сотрудничестве, однако неплохо было бы понять, заинтересуется ли зритель. Другими словами, ей, сценаристке, предлагалось собрать съемочную группу, снять, разместить в Сети фрагменты будущего сериала и получить зрительские отклики, прежде чем телеканал решит, что с ним делать дальше.

Мою знакомую такой вариант не устраивал, однако он вполне может подойти вам. Если у вас есть необходимые навыки, оборудование и формату вашего сериала не противоречит интернет-показ (для такого продвижения лучше всего подходят комедии, которые легко разбить на фрагменты), то вот вам хитроумный способ обойти барьеры. Знаменитой попыткой подобного рода является «Четверть жизни» (Quaterlife), придуманная известнейшими кино– и телепродюсерами Маршаллом Гершковичем и Эдвардом Цвиком. Они размещали в Сети 10–15-минутные фрагменты «телевизионного» фильма, а когда телеканал проявил интерес, собрали их в полноценную часовую серию. Из этого ничего не вышло, тем не менее такой способ продвижения проекта эффективнее, чем рассуждения о будущих возможностях.

Итак, опробуйте все варианты – от первого до шестого, – если располагаете временем и деньгами. Это займет еще целый год. Поэтому, чтобы не отвлекаться, представим, что у вас на руках уже есть отличный формат, подкрепленный другими вашими работами, и перейдем ко второму пункту в схеме.

Май

Продюсерская компания

Итак, вы охотитесь на продюсерскую компанию, а наживка – ваш новый сериал. Именно в мае вы можете привлечь внимание продюсера, потому что предыдущий сезон завершен, а новый еще не начался. Если ваша заявка почти готова, можете прозондировать ситуацию во время апрельского «перерыва» (про «перерыв» читайте в разделе «Год второй»). Теперь ваша задача – найти компанию, которая представит вас как студии, так и телеканалу. Еще лучше познакомиться с продюсером, у которого «слепой контракт». Это значит, что телеканал обязался купить сериал у него в любом случае. Возможно, такой продюсер как раз занят поисками чего-нибудь нового.

Но как его найти? С помощью агента. Нравится вам это или нет, именно так принято в индустрии. Любой опытный агент в курсе, кто заинтересован в новом сериале, а кто в простое. Кого воспламенит ваша идея, и кто имеет выход на телеканал, который заинтересуется именно вашим предложением. Агент вводит вас в этот мир. Соответственно, если у вас уже есть агент, можете не читать этот раздел.

Я пошутила! Не обольщайтесь, без вас агент не справится. Агенты помогают тем, кто сам себе помогает.

Но что, если вы решите в одиночку броситься в бурное море? Найти продюсерскую компанию самому можно, а порой даже проще, чем агента. Исследуйте веб-сайты, пролистайте Daily Variety в поисках тех, кто заинтересован в производстве новых сериалов. Если вы способны предложить продюсерской компании магический эликсир или если вы молоды, талантливы, успели заработать репутацию и обладаете хорошей пробивной силой, возможно, вам удастся прорваться через секретаршу в приемной. Вы должны понимать, на какие жертвы готовы пойти, продвигая свой проект. И, говоря начистоту, важно, сколько вам лет.

Я не собираюсь вводить вас в заблуждение. Уверена, вы слышали о возрастной дискриминации в Голливуде. Многие, хотя и не все, телеканалы охотятся за молодыми талантами, хотя ведущие кабельные сети и крупные эфирные телеканалы предпочитают опытных сценаристов. Тем не менее эта тенденция выгодна молодым. Очень молодым. Я знаю старшеклассника, чей доморощенный пилотный сценарий чуть не купили.

В Университете Южной Калифорнии моим студентам от 25 до 35 лет, и однажды я пошутила, что лучше им вечно оставаться 29-летними. Той же осенью мне позвонила моя бывшая студентка и отличная сценаристка Дженнифер, которая окончила университет весной. Когда она устраивалась на работу, секретарша спросила, сколько ей лет. (Кстати, это незаконно.) Дженнифер, недавно отметившая 30-летие, вспомнила мой шутливый совет и недолго думая ответила: «Двадцать девять».

– Ах, простите, – проворковала секретарша, – наш потолок – 26.

Возможно, вам доводилось слышать о сценаристке, которую наняли в сериал «Фелисити» (Felicity), думая, что ей 18 лет, и уволили, когда оказалось, что ей за 30. Тем не менее юный возраст может помочь вам попасть на собеседование, однако там вам придется доказать свое превосходство над более опытными сценаристами.

Какую бы тактику вы ни использовали, начните с поиска компаний, создающих сериалы, похожие на ваш. В конце каждой серии размещен список участников проекта, иногда, при производстве особенно затратного эпизода, логотипы компаний-спонсоров, поэтому выясните, кто именно отвечает за процесс, и беритесь за телефон.

Выбрав цель, предложите компании презентацию вашей идеи. Не высылайте сценарий целиком, постарайтесь потрясти продюсера или его помощника синопсисом, и, возможно, найдется энтузиаст, который назначит вам встречу. Не ждите ответа от первой компании, прежде чем браться за написание письма второй. Пишите сразу всем.

На собеседовании вы должны сразу заинтересовать слушателя. Вам хотелось бы, чтобы им был исполнительный продюсер, но, если вас отправили к помощнику, не отчаивайтесь. Завербуйте себе сторонника на случай, если выпадет шанс повторить презентацию перед лицом, принимающим решения.

Чего от вас хотят? Энергии. Расплывчатое понятие, которое на практике означает желание выяснить, есть ли у вашего сериала потенциал. Помните, презентация сериала – это не пересказ содержания, где все сюжетные ходы должны быть на месте, а первый шаг в долгом процессе, и если компания заинтересуется вашей идеей, то вас, скорее всего, заставят многое переделать. Продюсеры будут оценивать, насколько вы гибки и способны к многолетнему сотрудничеству. Это своего рода «свидание вслепую». Если вы несговорчивы и не готовы изменить ни строчки, они пожелают вам удачи на другом телеканале.

Продюсеры будут оценивать жизнеспособность вашей идеи, что предполагает физическую возможность автора каждую неделю производить продукт в рамках бюджета. Однако задуматься об этом вам придется, только если ваш проект будет удовлетворять следующим требованиям: 1) абсолютно новаторский и уникальный сериал; 2) сериал, полностью соответствующий выбранному формату и жанру. Да, это парадокс. И выход один: быть оригинальным внутри формата, переосмыслять его.

Разумеется, вы понимаете, что главное в любом сериале. Смелее, вы знаете ответ: герои. Во время презентации придуманные вами герои должны понравиться. Впрочем, вы ведь уже поработали над заявкой, а значит, хорошо подготовились.

Итак, вы провели презентацию перед несколькими исполнительными продюсерами и выбрали компанию, у которой есть все: контракт со студией, горячее желание и возможности пристроить ваш проект, они не боятся сотрудничать с новичком, и главное – ваша идея их вдохновила. Все получилось?

Кто знает.

Июнь

Студия

Большинство продюсерских компаний напрямую связываются с телеканалами, потому что сериалы на телеканалах финансируются с дефицитом. Телеканалы платят за выход в эфир сумму, составляющую примерно 75 % от затрат на производство программы. Стоимость производства часовой драмы – $5 млн, дефицит составляет около $1 млн в неделю. Каждую неделю. Продюсерские компании не могут себе такого позволить.

Студии могут. Представьте, что студия – это банк. С юридической точки зрения всякий раз, когда студия вместе с продюсерской компанией берется за разработку нового сериала, это осознанный риск. Может пройти четыре сезона, прежде чем вложения принесут отдачу, а большинство сериалов закрываются задолго до этого срока. Но если сериал доживает до 88-й серии, то студия получает то, что именуется «кладезем», «джекпотом» или «Валгаллой». Теперь она может с прибылью сдавать шоу для повторного показа, продавать его кабельным и иностранным каналам. Единственный хит оправдывает годы неудач. И этот хит – ваш?

Вероятно, у вас нет письменного контракта с продюсерской компанией. Они выжидают, что скажет студия. Продюсер договаривается с вице-президентом департамента разработки сериалов той студии, с которой у него контракт. Если продюсеру нравится ваш сценарий, он проводит его предварительную презентацию, рекламируя вас как новую звезду.

Или не рекламирует. Возможно, он прощупывает почву, прежде чем взять ответственность на себя. Или рассылает ваш синопсис директорам студий. Возможно, он пытается понять, есть ли интерес к вашему сериалу, до того, как проведен питчинг. Будьте готовы к тому, что, если студия не проявляет к вам особого интереса, продюсер откажется от вашего проекта или отложит его. Вы поймете, что в ваших услугах не нуждаются, если в разговорах появится термин «участие в проекте», всплывут имена других сценаристов или вам позвонит «помощник продюсера». Это может означать реальное предложение, но, скорее всего, от вас хотят избавиться. Помните, вы всегда можете попробовать свои силы в другом центре.

Допустим, кто-то из «боссов телеэфира» находит вашу идею настолько интересной, что готов вас выслушать. Добро пожаловать в студию. Теперь вам вместе с продюсером придется отшлифовать и отрепетировать ваш питч перед встречей с вице-президентом.

Если ваш продюсер – влиятельный человек и у него слепой контракт со студией, последняя может доверить ему организовать встречу сценариста с телеканалом. Если он не столь влиятелен или не слишком верит в ваш проект, то попросит вас снова вывернуть душу наизнанку, проведя очередную презентацию. Хотя ваш оригинальный сценарий был переработан, вы по-прежнему представляете свою оригинальную идею. Только теперь рядом сидит продюсер и дело происходит в большом кабинете.

Предположим, вы прошли испытание. Переходим к следующему этапу.

Июль и август

Телеканал

Традиционный телеканал работает по модели леммингов: все создания сломя голову несутся к краю обрыва, и большинство срывается вниз. Подобное поведение характерно и для последующих стадий.

Летом все телеканалы открыты для сериальных питчей. Они объявляют или выставляют на торги точную дату, которая зависит от потребностей телеканала: сколько сериалов продляются, сколько слотов должны быть заполнены к осени. Некоторые телеканалы проводят питчинги в июне, некоторые – не раньше октября. Не тяните, иначе рискуете опоздать, хотя, когда бы вы ни присоединись к этой гонке, конкурентов будет больше, чем хотелось бы. Крупные компании, выпускающие успешные сериалы, приберут к рукам лучшее еще до того, как вам назначат встречу.

Процесс отбора отлично организован, хотя со стороны кажется игрой в наперстки. Каждый телеканал в сезон рассматривает около 500 питчей. Каждый отбирает от 50 до 100, и на их основе пишутся пилотные сценарии. По 10−20 сценариям снимаются пилотные серии, из которых только нескольким суждено стать сериалами. Количество меняется каждый год, но для примера возьмем один из четырех основных телеканалов: они отбирают 20 % в каждом туре – из 500 питчей выходит 100 пилотных сценариев, из 100 пилотных сценариев – 20 пилотных серий, из 20 пилотных серий – пять сериалов (см. схему 2.2). Таким образом, только у 10 % есть шанс, и это при равенстве условий, которое изначально недостижимо.

Вместо того чтобы сетовать на несправедливость, давайте порассуждаем о том, что вы способны сделать сами. Прежде всего, подумайте, как это выглядит с точки зрения сотрудника телеканала. Вице-президент, отвечающий за новые драматические программы, директор по новым сериалам (вместе с подчиненным менеджером) проводят встречи каждый день с утра до вечера на протяжении трех-четырех месяцев. Продюсеры сменяют друг друга каждые 20 минут. Бывает, что ваш продюсер представляет другой сериал, помимо вашего, и значит, конкурирует с ним.

В назначенный день все собираются в вестибюле, включая исполнительного продюсера, возможно, представителя студии, агента одного из ведущих агентств по найму. Также может присутствовать одобренный телеканалом влиятельный сценарист, который гарантирует написание пилотного сценария, или телезвезда.

Однажды я участвовала в питче, где присутствие актера-претендента на главную роль было решающим. В назначенный день актера вызвали на переозвучивание в студию, перенести встречу не удалось, поэтому мы пришли с его увеличенным портретом, который и усадили в кресло.

Вначале вас ждут обычные приветствия, словно вы находитесь в кругу друзей. А затем неизбежно наступает момент, когда продюсер говорит: «А теперь ваша очередь» – в комнате становится тихо, и все взгляды обращаются к вам. Представлять свой сериал боссам с телеканала – само по себе искусство. Некоторые из них кивают вам, улыбаются, и все идет как по маслу. Беседовать с другими – все равно что обращаться к камню. Несмотря ни на что будьте напористы. После беседы с улыбчивыми людьми вам может показаться, что контракт у вас в кармане, а после общения с непроницаемыми «кремнями» – что вы провалили вашу презентацию. И то и другое может оказаться ошибочным.

Если в течение недели-двух от телеканала нет вестей, студия (или ваш продюсер – в зависимости от договоренности) звонит сама. Обычно телеканалы отказывают сразу, и в этом случае студия назначает встречу со следующим по списку телеканалом. Такое может повторяться несколько раз, но после четвертой попытки студия обычно отказывается от вашего проекта. Помните, права на него до сих пор принадлежат вам, и никто никому ничего не должен.

Впрочем, давайте представим, что ваша идея потрясла боссов с телеканала остроумием, смелостью и новизной и они решили, что вашему сериалу предстоит стать хитом. А значит, вы прошли в следующий этап. Разумеется, это еще не зеленый свет, теперь вы не строите иллюзий. Речь идет лишь о сценарии пилотной серии. И это приводит нас на следующий этап.

C сентября по ноябрь

Пилотный сценарий

Кто бы ни писал сценарий пилотной серии, этот человек автоматически становится участником проекта, а иногда включается в список его создателей. Это гарантирует ему роялти за каждый эпизод, и отныне его имя навечно останется на экране, даже если он давно покинул проект. Не обольщайтесь, вам вряд ли удастся стать таким счастливчиком, только если ваш сценарий не станет стилеобразующим для всего проекта. Возможно, пилот уже написан? Если вы рискнете предложить свой вариант, то поставите продюсера перед выбором: обидеть вас отказом или согласиться. Ситуация неоднозначная, продюсеру неприятно просить вас пожертвовать собственным пилотным сценарием ради чужого. Однако, если вы поставите под удар весь проект ради пилотной серии, которая существует только в вашем воображении, вас действительно ждут неприятности.

Есть целый ряд профессиональных сценаристов, построивших карьеры на пилотных сценариях чужих сериалов. Они четко представляют себе, из каких ингредиентов состоит пилотный сценарий, держат в уме успешные примеры прошлых лет и знают, как угодить продюсерам телеканала. Такие специалисты получают до $500 000 за сценарий часовой серии, но еженедельно писать сценарии эпизодов будущего сериала предстоит не им. Выходит, что, принимая решение, руководство канала оценивает приукрашенную версию сериала, которая может иметь мало общего с последующими сериями. Похоже на недобросовестную рекламу, когда покупают одного сценариста, а пишут в итоге другие.

Но допустим, телеканалу вы понравились, руководству пришлись по душе ваш неповторимый писательский стиль, глубокое проникновение в субкультуру, юмор и страсть. А возможно, вы просто дешевле стоите: $30 000 за пилотный сценарий вместо полумиллиона. Теперь представители телеканала звонят в студию, сотрудники которой звонят продюсеру, который связывается с вашим агентом, и вы заключаете контракт.

Итак, с чего начнем? Пилотные серии бывают двух видов: основанные на предыстории или на непрерывном сюжете. Пилот с предысторией начинается с ретроспективы, а сюжет движет задача или ситуация, с которой главный герой пытается справиться на протяжении сериала. Например, сериал «Хорошая жена» начинается с судьбоносного для героини Алисии Флоррик события, когда ее мужа, окружного прокурора, снимают с должности и сажают в тюрьму. Оставшись с детьми на руках, Алисия решает вернуться к профессии адвоката. В адвокатской конторе она встречает людей, с которыми у нее завязываются отношения, пока она пытается освоиться с новой ролью в семье. Так элементы процедурала и сериала закладываются с пилотной серии, основанной на исходной предпосылке.

Действие сериала «Северная сторона» (Northern Exposure) начинается в Нью-Йорке, когда выпускника медицинского колледжа Джоэла Флэшмана отправляют работать врачом в городок Сисели на Аляске. Герой всеми силами противится такой перспективе, но вскоре мы видим, как он сидит и смотрит в окно поезда, который привозит героя в замерзшее местечко, где его встречает лось. Осваивая вслед за Джоэлом новый мир, мы знакомимся с персонажами, с которыми у него завязываются отношения, и их собственные сюжетные линии становятся частью общего сюжета.

В пилоте с непрерывным, продолжающимся сюжетом мир сериала остается неизменным, а персонажи с самого начала занимают четко определенные позиции. В этом случае стоит задача раскрыть их характеры и взаимоотношения без вмешательства внешних обстоятельств, как в случае с Алисией и Джоэлом. Примером пилота с непрерывным сюжетом может служить сериал «Скорая помощь», в котором показан обычный рабочий день в реанимационном отделении чикагской больницы. Появляются новые персонажи: медсестра Кэрол Хатуэй на носилках и юный интерн, доктор Джон Картер, но все основные герои сериала с самого начала действуют. То же самое можно сказать о сериалах «Большая любовь», «Прослушка», «Безумцы» и многих других.

Пилотная серия сериала «Подпольная империя», который начинается с того, что в 1920 г. бутлегеры в Атлантик-Сити празднуют принятие сухого закона, или сериала «Во все тяжкие», где в самом начале главный герой узнает о своей неизлечимой болезни, использует внешний повод, чтобы запустить отношения между персонажами на новый виток. Таким образом, их пилотные серии содержат элементы обоих типов.

Какой бы способ вы ни избрали, вам потребуются определенные навыки. В дополнение к писательскому мастерству, под которым подразумеваются умение нагнетать напряжение перед промежуточными кульминациями и создавать сложные, противоречивые персонажи, пилот потребует таланта к разработке экспозиции. Вы должны рассказать неподготовленному зрителю правила мира, в котором живут ваши герои, наметить движущие силы для длительного развития сюжета («трамплины»), не забыть о предыстории персонажей, чтобы зрители понимали происходящее на экране. Ваши герои должны очаровать их. Или, говоря проще, ваш пилот должен заставить их включить телевизор ради просмотра второй серии.

Некоторые технические приемы здесь схожи с написанием киносценария, ведь кинозритель поначалу тоже ничего не знает о героях. Однако с кино проще, чем с сериалами: если зрители уже купили билеты и сидят в темном зале, они готовы дать сюжету время на раскачку. На телевидении вы должны захватить их с первых минут, иначе они защелкают пультами. Используйте все, что знаете о способах ввода нового персонажа в театре, но закручивайте сюжет сразу. Ваша экспозиция не должна быть тяжеловесной (будьте кратки, помните, что действие лучше объяснения, используйте визуальные приемы, дробите их, сделайте экспозицию естественной частью сюжета, а не формальной вставкой и т. д.). Если главные герои будут так же полны энергии, как описано в заявке, которую вы презентовали, пилотный сценарий имеет шансы на успех.

Как бы там ни было, примерно 50 страниц должны быть предъявлены телеканалу ко Дню благодарения. Вы не раз переделаете их вместе с вашим продюсером, да и в студии захотят его прочесть. Все боятся провала, поэтому, если ваш сценарий не устроит всех заинтересованных лиц на 100 %, наймут другого сценариста для пилота, который станет вашим соавтором. Итак, весь октябрь и ноябрь вы и остальные сценаристы без устали переписываете сценарии. И вот ваш пилот готов. Город замирает в ожидании.

Декабрь и январь

Зеленый свет

На этом этапе варианты следующие: телеканал может запросить второй драфт сценария, вызвав у сценариста зубовный скрежет. Чего они хотят? Не нравится главный герой? Но он ничуть не изменился со времени презентации, и именно таким его купили! Оказывается, похожий пилот есть у другого телеканала, и теперь мне придется переписать все от начала до конца! Как следует понимать комментарий «недостаточно смешно», когда это драма и она не должна вызывать хохот? Нет, я не в состоянии сделать из истории о жизни заключенных сериал для раскрутки нового альбома Леди Гаги! Еще чего!

Перестав скрежетать зубами, вы вместе с продюсером и, возможно, специалистом из отдела новых проектов студии обсудите, что можно исправить, оставить как есть или оспорить. Если они решат, что ваши шансы невелики, студия может попросить вас кардинально переделать сценарий. В любом случае вам придется завершить его к Рождеству. Так же, как и всем остальным собратьям по перу.

И так же, как все, вы надеетесь, что ваш сценарий попадет в число тех 20−30 %, которым дадут зеленый свет. Это означает, что телеканал дает отмашку студии: можно приступать к производству пилотной серии. Телеканал может дать зеленый свет в период от декабря до января. Что приводит нас к следующему периоду.

С февраля по апрель

Пилотный сезон

Вместо снеговых туч в солнечных небесах зимнего Лос-Анджелеса повисло ожидание. Ему вторит сопение, с которым втягивают воздух все члены незанятых команд вплоть до последнего осветителя, все свободные телевизионные режиссеры и все актеры, контракты которых подразумевают участие в сериалах телеканалов. Джордж Клуни снялся в 15 неудачных пилотах, прежде чем в его жизни случилась «Скорая помощь».

Хотя все началось с вашего сценария, стоимость пилота, находящегося в производстве, возрастает за счет производственных расходов (локации, оборудование, персонал), что делает ее выше стоимости обычной серии. Например, в 2004 г. студия Disney потратила рекордные $12 млн на двухчасовой пилот сериала «Остаться в живых».

Полностью смонтированный пилот длится до 44 минут – это обычная телевизионная серия без рекламы. Однако иногда телеканал просит сделать 20−25-минутную серию, своего рода демоверсию. Это плохая новость для сценариста, поскольку ваш вылизанный 50-страничный текст необходимо сократить до 30 страниц, теряя при этом побочные сюжетные линии, нюансы, а порой рискуя растерять всю соль истории. Тем не менее телеканалы все равно будут заказывать подобные версии из-за того, что стоимость их вдвое ниже обычной цены пилота. Если такое случится, вам придется переписать сценарий заново. Выбора у вас нет.

За исключением изменений, которые потребуются на этапе производства серии (из-за особенностей кастинга, локаций, хронометража и прочего), к февралю работа сценариста завершается. Тем не менее я советую вам держать руку на пульсе. Если продюсеры разрешат, посещайте съемочную площадку, просматривайте текущий съемочный материал, ходите на совещания. Разумеется, вовсе незачем дышать в ухо режиссеру или мелькать в поле зрения работающих камер, просто не исчезайте из виду.

В течение апреля все пилоты монтируются и проходят тестирование. Тестирование – это своего рода ритуал. Случайным туристам в Лас-Вегасе (Лас-Вегас выбран, потому что туда приезжают туристы со всех концов страны) раздают сертификаты за $10 в обмен на условие оставить отзыв на просмотренный эпизод. Если какой-то пилот не набирает отзывов, его перемонтируют, ибо переписывать сценарий слишком поздно. Когда пилотная серия готова, переходим к следующему этапу

Май

Вы в эфире

Дальше путь лежит в Нью-Йорк. Разве не странно, что сериал, как правило, продюсируется в Лос-Анджелесе, там же базируется руководство телеканалов и студий, там производят пилотную серию, а решение принимается в 5000 км от Западного побережья? Дело в том, что решение принимается в том числе головными компаниями, которые отвечают за громадные инвестиции, и рекламодателями, надеющимися компенсировать вложения. Это время Большого Брата.

Теперь остается только ждать. Процесс ожидания не останавливает студийных начальников от вылазок в лобби лучших отелей, где проходят просмотры. Они не способны повлиять на результат, не могут принять участие в просмотре и обсуждении, так чего они ищут? Слухов. Утечек, намеков, чьей-то приподнятой брови, означающей жизнь или смерть сериала.

Однажды мне довелось писать пилот для компании, стены коридоров которой украшали постеры удачных сериалов, напоминающие о былых славных днях, но кабинеты были пусты. Все проекты завершились в прошедшем сезоне, а некоторые не были продлены на следующий. Из множества новых пилотов прошел только один – мой. Свет горел в единственном кабинете, где сидел исполнительный продюсер. Каждый день он приходит в офис и садился у телефона. Обедал у телефона. Ждал. Ждал звонка из Нью-Йорка. Иногда посылал секретаршу в город узнать, что слышно. Однажды я принесла ему ланч, но говорить нам было не о чем, мы просто сидели и молча смотрели на телефонный аппарат.

Наконец в середине мая телефон звонит: «Мы не планируем ставить ваш сериал в эфир». Никаких объяснений вы никогда не дождетесь, однако впоследствии окажется, что в тот год на рынке был переизбыток схожих проектов, или контракты были заключены заранее, или что-нибудь еще.

Но давайте вообразим, что в телефонной трубке вы услышали примерно следующее: «Вас ждут в Нью-Йорке». Это означает, что ваш проект попадает в одну из четырех категорий.

Полный сезон

Традиционный сезон составляет 22 серии, хотя некоторые сериалы включают 24 или 26. В действительности даже решение снимать полный сезон страхуется от провала: запуск в эфир означает «13 серий в производстве плюс девять в уме». Это означает, что 13 серий запускаются в производство, а решение о создании последующих девяти принимается исходя из оценки успешности первых 13.

Короткий сезон

Часто принимается решение, которое не слишком радует создателей сериалов. Оно означает, что телеканал будет снимать только шесть серий, если не четыре. Если сериал сумеет расположить к себе зрителей, вам закажут сценарии новых серий. Но спросите себя: скольким сериалам удается завоевать аудиторию за три недели показа? Ведь их столько, что потенциальный зритель может просто «не добраться» до вашего проекта. К тому же некоторым сериалам нужно время, чтобы «развернуться». Знаменитым эталонам жанра вроде оригинального «Звездного пути» или «Всей семьей» (All in the Family) потребовались месяцы, чтобы обратить на себя внимание зрителей.

Эта гора «мертвых» сериалов, убитых еще до того, как зритель успел оценить их, своим зловонием подавляет любую творческую инициативу. Руководители небольших телеканалов предпочитают не рисковать, однако политика, основанная на страхе, не приносит плодов, заставляя талантливых людей искать работу в кабельных сетях, где принято не ограничиваться одним сезоном или где сезон длится 12 серий (а иногда даже восемь), однако сериал обязательно продлевают на второй сезон. Обычно полный сезон разделяют на две части, и некоторым сценаристам нравится работать в таком ритме.

Середина сезона

Сериал, который запускается в эфир в середине сезона, – это лучший вариант, рассуждают некоторые продюсеры. Хотя поздний выпуск лишает ваш сериал места в осенней телепрограмме и ограничивает количество серий первого сезона, некоторым продюсерам такой расклад по душе: их проектам не приходится конкурировать с сентябрьскими премьерами, к тому же теперь можно не торопиться. Эфирные телеканалы тоже любят выпускать сериалы в середине сезона, ибо это создает иллюзию годового цикла, позволяя им конкурировать с кабельными каналами. К тому же возможность начать показ в середине сезона – своего рода подушка безопасности против неизбежных отмен и провалов. Если телеканал решит продолжить сериал и снять несколько серий в ожидании свободного места в сетке, у вас появляется возможность писать в свое удовольствие без спешки.

Но даже в этом случае как сценарист вы будете разочарованы. Вам придется дожидаться конца осени или начала зимы, чтобы узнать, выпустят ли ваше произведение в эфир. В такой ситуации трудно удержаться от мыслей о том, что сериал может не увидеть свет.

Резервные сценарии

Это меньшее, на что вы можете рассчитывать. И все же это лучше, чем ничего. Телеканал не готов запустить ваше шоу в эфир и хочет, чтобы вы развили тему. Возможно, их заинтересовала ваша идея, но что-то в пилотном сценарии не сработало. Кастинг, интонация, локация или что-то более принципиальное – направление, в котором развивается история. У вас появляется возможность доказать состоятельность идеи, доведя количество серий до пяти, иногда их называют «резервными пилотами». Это ваш шанс как сценариста, и, если вам отказали не по причине того, что ваш сценарий откровенно слаб, покажите свой талант во всей красе.

Но допустим, что контракт на 13 серий у вас в кармане. Видите резкий спад в мае на схеме 2.1? Держитесь крепче…

Год второй Июнь

Набор персонала

Еще не оправившись от головокружительного спуска, вы «приземляетесь» в июне, и у вас есть три месяца на написание сценариев часовых серий, которые будут выходить в эфир каждую неделю. Речь идет не о первой серии, а о сценариях пяти – семи серий плюс три серии «в корзине» (готовые к показу). Приходится начинать с чистого листа. У вас нет команды, офиса, производственного отдела – только телефон. И вам срочно нужны кадры.

Это не относится к сериалам с непрерывным сюжетом или тем, которые анонсированы заранее (равно как и к сериалам, идущим на кабельных каналах). Оптимистически настроенные продюсеры начитают читать сценарии и вести переговоры с агентами уже в феврале, особенно если пилот имел успех в узких кругах. Однако, пока решение о съемках не принято, персонал набирать нельзя. Поэтому некоторых продюсеров положительный вердикт по их проекту застает врасплох.

Однажды меня пригласили в команду сценаристов в июне, а собрались мы только в начале июля, хотя премьера была намечена на первую неделю сентября. Исполнительный продюсер, весьма уважаемый сценарист, написал пилотный сценарий, который не вполне соответствовал формату (иногда такие проекты называют авторскими, для души), и все решили, что у него нет шансов. Я думаю, на самом деле продюсер был настолько убежден в отказе, что укатил в отпуск, когда объявлялись решения о запуске проектов. И вот мы уселись за столом во временно арендованном студией офисе: четыре случайных сценариста и удивленный продюсер. «У кого-нибудь есть идеи?» – спросил он.

Однако подобное случается редко. За месяцы ожидания большинство продюсеров успевают подготовиться и, как только сериал запускают, начинают переговоры со сценаристами. Если вы в обойме с самого начала (допустим, это ваша идея или ваш пилот), считайте, что контракт у вас в кармане. Если вы пребываете в поисках работы, июнь – именно то время, когда открыты вакансии, которые очень быстро заполняются, а значит, ваш агент должен заранее позаботиться о вашем трудоустройстве.

В следующей главе рассказывается, как работать в команде, поэтому сейчас просто предположим, что к концу июня все сценаристы на месте и работа закипела.

Июнь и июль

Не покладая перьев

Если вы работаете на телеканале, забудьте, что лето – сезон отпусков. Июль и август – самое горячее время, когда сценаристы работают очень активно. И хотя в каждом проекте свои порядки, если вы в команде, вам каждый день придется искать поворотные пункты историй, обсуждать чужие черновики, одновременно трудясь над своим сценарием. (В главе 4 я расскажу об этапах работы сценариста.)

Первая серия готова: это пилот. Однако зритель едва ли проникнется вашим сериалом с первой серии. Таким образом, первые три эпизода можно рассматривать как пилотные. Вторая и третья серии должны соблюсти баланс между удовлетворением любопытства тех, кто не видел первую серию, повторив уже сказанное и познакомив с героями, и развитием сюжета, чтобы удержать тех, кто ее видел. Если в пилоте, основанном на исходной предпосылке, задаются условия, в которых герою предстоит действовать, то во второй серии действие должно начаться. Возможно, это самая трудная и наименее выигрышная серия во всем сериале.

Подумайте сами: зритель еще не привык к героям, а значит, не готов им сопереживать. Его любопытство удовлетворено в первой серии, однако вторая не должна уступать ей в напряженности. Это задача для более опытного сценариста – не для вас. Вашим первым заданием будет, скорее всего, четвертая или пятая серия, в зависимости от размера сценарной команды.

Пока сценаристы пишут, производство идет своим чередом. Вероятно, вас пригласят на кастинг актеров для вашей серии. Если проекту дан старт, съемки идут почти ежедневно. Несмотря на занятость, обязательно посещайте съемочную площадку. Услышав, как звучат ваши диалоги из уст актеров, возможно, вы захотите изменить ритм сцены, которую пишете. Несмонтированные съемочные материалы позволяют увидеть сильные стороны актеров. Если в процессе съемки между ними возникает особая «химия», вы захотите это использовать.

Прислушивайтесь к актерам. На телевидении сценаристы имеют влияние, и разумные актеры об этом знают. Они могут пригласить вас на ланч, чтобы поговорить о своем персонаже. В одном сериале, где мне довелось работать, актер рассылал сценаристам на день рождения изысканные открытки ручной работы. В другом – дарил сценаристам кружки с их именами. Некоторые продюсеры предупреждают сценаристов о том, чтобы они не поддавались на актерскую лесть. Я же советую отбросить страхи: хороший актер лучше других понимает своего героя, и это может стать для вас источником вдохновения.

По мере развития сюжета сценарист должен решить, позволить ли персонажам развиваться не так, как было задумано, или, напротив, оставаться верным первоначальной идее. Некоторые продюсеры начинают работу с того, что составляют схему основных сюжетных линий на весь сезон. Команды известных сериалов уже в начале июня (или другого месяца, предшествующего началу работы) собираются на выездные совещания. На белой доске они обозначают каждого персонажа своим цветом и прочерчивают горизонтальными линиями движение пяти основных персонажей от 1-й до 22-й серии. После того как горизонтальные линии развития намечены, проводится вертикальная линия, показывающая, как пути героев пересекаются (см. схему 2.3). Если вы работаете с таким продюсером, никаких вольностей вам не позволят.

Впрочем, некоторые продюсеры практикуют другой, более свободный подход. Команда, трудившаяся над сериалом «Северная сторона», дополняла список героев и сюжетных поворотов сериала после каждого драфта. В одном эпизоде сценарист мог придумать персонажу брата, тайное прошлое или фобию, после чего команда знакомилась со списком нововведений. Спустя годы они собрали все, что было придумано разными сценаристами, и составили сборник – своеобразную сериальную библию.

Термин «библия» в данном случае не содержит никакой религиозной подоплеки (если, конечно, вы не боготворите сериалы). Это документ, призванный помочь новым сценаристам и режиссерам вникнуть в суть и правила, по которым живет сериал. Полная библия содержит элементы сериала: расширенный синопсис (логлайн), обзор сюжетных «трамплинов», формат, интонацию, стиль, загадки, которые предстоит разгадать героям, краткие описания персонажей и основных ответвлений сюжета.

Самый выдающийся пример – библия сериала «Звездный путь: Следующее поколение». В ней около 100 страниц, она включает сложные схемы звездолета, разъяснения, как функционируют мосты на нем, определения технических терминов, характеристики не только каждого члена команды, но также анализ их взаимоотношений во времени; советы, о чем следует писать и о чем не следует; а также краткое содержание всех эпизодов, уже отснятых и находящихся в процессе создания. Все это стало возможным благодаря сотрудничеству создателей сериала с непрофессиональными помощниками. Мне кажется, это своего рода способ самозащиты от бесконечно повторяющихся вопросов фанатов сериала.

Впрочем, это крайний случай. Обычно библия сериала состоит из нескольких страниц, включая исходную предпосылку, описания персонажей и разновидности историй. Иногда, как в случае с «Северной стороной», она представляет собой копилку историй.

По правде сказать, у большинства сериалов нет библий. Их составление отнимает слишком много времени. Веб-сайты и блоги телеканалов, продюсеров, сценаристов и даже фанатские сайты заменили библию сериала в качестве источника информации. Однако если и писать ее, то июнь и июль – самое время.

Все лето, пока идет работа над сценариями, телеканал шлет свои замечания. Сценарий каждой серии читают юристы и цензоры. Замечания попадают к продюсеру, и, если вы начинающий сценарист, он отбирает и интерпретирует их для вас. Вы никогда не общаетесь с представителями телеканала напрямую. Ваш босс выбирает, когда дать бой, а когда отступить. Это всего лишь часть процесса.

Сентябрь и октябрь

Дебют

Когда пьесу ставят в театре, после спектакля вам дарят цветы и устраивают вечеринку. На телевидении вы заняты постпродакшном текущего эпизода, когда пилот выходит в эфир. (Постпродакшном называется все, что делается после съемок, – от монтажа до озвучивания.) А пилотная серия и вовсе написана год назад. И все-таки после первого показа сериала по телевизору запустите фейерверк на парковке.

«Ходячие мертвецы», сериал про зомби, вышел в Хэллоуин, после недельного фестиваля лучших кинофильмов в этом жанре. Для команды, работавшей над сериалом, сценарист и режиссер Фрэнк Дарабонт устроил настоящую костюмную вечеринку.

Даже если для людей, которые несколько месяцев трудились над сериалом, он давно не новинка, после показа в эфире он делается достоянием общества, освобождаясь из творческого кокона. На следующее утро общенациональные рейтинги уже лежат на столе у продюсера, который убеждает команду не придавать значения цифрам, а сосредоточиться на работе. Впрочем, начинающие сценаристы еще не испытывают давления рынка. Но как не воодушевиться, если ваш сериал понравился? Как не пасть духом, если вы «сыграли в пустом зале»? Просто запомните: бессмысленно обвинять телеканал или зрителей, которые не оценили сериал из-за своей… (подставьте нужное слово), или продюсера (уж он-то должен вовремя понять, что серия / вступительная сцена / музыка / актер / что-то провалится), или себя (я бездарность). Все это ерунда. Сериалу требуется время для обретения популярности. Но допустим, что 13 серий гарантированно выйдут на экраны, критики вас хвалят, маркетологи делают свое дело, зрители втянулись со второй или третьей серии и без ума от ваших героев, тогда на Хэллоуин – в конце октября – продюсеру позвонят с телеканала: «Можете снимать оставшиеся девять серий». Впереди у вас целый сезон, чтобы сериал «встал на ноги». Можете выдохнуть.

С ноября по март

Завершение сезона

Когда я писала сценарии на аутсорсе, в период между октябрем и февралем работала больше, чем в течение всего года. Все решения приняты, и напряжение начала сезона спадает. Согласно договору с Гильдией сценаристов, сериалы, идущие полный сезон, обязаны нанимать двух фрилансеров. Это не только расширяет возможности для новичков и «защищенных категорий» (например, меньшинств и инвалидов). В индустрии принято устраивать читки сценариев, написанных фрилансерами. Это позволяет уставшей команде отвлечься и посмотреть на проект свежим взглядом. Во всяком случае, так в теории.

На практике большинство сериалов пишутся штатными сценаристами, а люди со стороны, как правило, их приятели или сценаристы, которых уволили из других проектов по причине закрытия. Тем не менее рискните, предложив сделать презентацию осенью или зимой. Это отличный способ познакомиться с продюсерами и попасть на телевидение (подробнее об этом см. главу 6).

Когда библии сериала нет, а ознакомиться с его правилами необходимо, советую поискать информацию в интернете. Если сериал совсем новый и вас пригласили сделать презентацию, продюсер пришлет вам пилот и сценарий нескольких серий. Возможно, уделит вам 10 минут по телефону. Этого недостаточно, но, если телеканал хочет привлечь вас к проекту, кто-нибудь непременно введет вас в курс дела.

Сценаристы заняты до тех пор, пока не будет готов окончательный вариант 22-й серии. Не стройте планов на День благодарения. А что касается отпуска, то в этом году о нем придется забыть. У вас будет несколько дней отдыха на Рождество и Новый год. А возможно, вам придется лихорадочно дописывать свой драфт, сидя в горах оберточной бумаги от подарков.

В зависимости от того, насколько хорошо эпизоды будут гармонировать друг с другом (что во многом зависит от мастерства продюсера), к концу февраля ваша жизнь станет спокойнее. Другими словами, если ваш сценарий дописан, вы просто периодически вносите необходимые поправки или помогаете другим сценаристам проекта. Даже если вам совсем нечего делать, все равно держите руку на пульсе – ведь вы заинтересованы в продлении контракта на следующий сезон.

Если сериал имеет успех, о решении продлить его на второй сезон продюсеру сообщат довольно быстро, как случилось с «Хорошей женой» в 2010 г. Но судьба большинства новых сериалов все еще висит на волоске, как было с пилотами. Для сценариста это кошмар. Вам хочется написать финальный эпизод, который заставит зрителей вернуться к экранам следующей осенью, но, если вы не уверены, что второй сезон состоится, вас так и подмывает «хлопнуть дверью» и завершить все сюжетные линии.

Подобный казус случился в конце первого сезона «Безумцев». Во всяком случае, так мне рассказывали. Продюсер (Мэтт Вайнер) нисколько не сомневался, что сериал не продлят на второй сезон. Исходя из этого, он заранее решил, что в финальном эпизоде разрешится основной конфликт Дона Дрейпера: останется ли он в семье, среди любимых и любящих, или выберет одиночество. В оригинальном сценарии Дон возвращается домой на День благодарения и находит всю семью в сборе. Так было написано, так было снято. Окончательно и бесповоротно.

Однако вышло иначе. Уже «по пути на эшафот» на сериал посыпались номинации и восторги критиков. Зрители требовали продолжения. Но какого? Как гласит предание, один из стажеров (ставший продюсером) написал новую сцену. Дон возвращается домой, где его ждет семья, как и было в первом варианте сценария. Однако все это происходит в его воображении. Его дом опустел. Дон сидит на ступеньках. И это задает настрой следующему сезону, где все трудности только начинаются.

Гораздо чаще продюсер надеется, что сериал продлят, и делает ставку на клиффхэнгер (сложная дилемма или проблема героя, остающаяся неразрешенной к завершению серии или сезона), пока команда висит на краю пропасти. Это происходит, когда на дворе…

Апрель

Перерыв

Перерыв – наконец-то! Для сценариста телевизионного сериала весна – это зимние и летние каникулы в одном флаконе. Перерыв длится от полутора месяцев (с начала апреля до середины мая) до трех (с конца марта до начала июля). Если съемочная группа уверена, что сериал продлят, они свободны как птицы. Если сомневается, их агенты начинают выяснять, нет ли вакансий в других шоу. В любом случае на время все замирает. Многие проекты на время приостанавливаются. Даже секретарша уходит в отпуск после 40-недельного марафона.

Итак, мы вернулись туда, откуда начали, круг замкнулся.

Что нового?

Традиционные телеканалы обычно практикуют стандартные схемы работы. Однако в альтернативной вселенной кабельного телевидения вы обнаружите другие модели. К примеру, полный сезон сериала HBO «Дэдвуд» состоит не из 22, а из 12 серий. Сценарии всех серий были написаны в течение зимы и весны и готовы еще до начала съемок. Съемки начались в конце июля, как и на традиционных телеканалах, но второй сезон стартовал только в марте следующего года, когда большинство сериалов на телеканалах завершались.

Иногда сезон делят на две части: примерно после восьми серий следует перерыв, и спустя несколько месяцев шоу завершается. Финальный сезон «Остаться в живых» растянулся на два года с очень длинным перерывом посередине. Общеизвестно, что в финале сериала должна наступить развязка. Тут важно умение растянуть историю, сделав ее достаточно, но не слишком длинной, чтобы сохранить напряжение и при этом не надоесть зрителю. Новая модель задействует онлайн-телевещание; этим занимается компания Direct TV, которая профинансировала первый показ сериала «В лучах славы», после чего перезапустила его на канале NBC. Несомненно, кто-то уже задумывается, как получать финансовую выгоду от сезонов в интернете. Не говоря о том, что целый телемир, существующий вне сезонов, содержит сериалы всех времен, которые периодически покупаются, хотя давно не идут в эфире.

Главное – что́ именно вы хотите создавать. В 2000 г. Showtime купила права на британский сериал «Близкие друзья» (Queer as Folk). Никто не сомневался, что американская версия будет абсолютно беззубой. Еще бы, ведь ничего подобного здесь никогда не снимали! Но однажды сценаристы Рон Коуэн и Дэниел Липман, которые выступают за то, чтобы фильмы о жизни геев заняли свое место в сетке телевещания, прочли об этом проекте в воскресной газете. Они связались с Showtime и заявили, что возьмутся за сценарий, если им предоставят полную свободу творчества – невообразимую для телевидения! Однако Showtime предоставила им не только полную свободу, но и полный сезон из 22 серий. В журнале Гильдии сценаристов Written By Коуэн и Липман писали: «С нас сняли наручники, мы освободились из тюрьмы традиционного телевидения. И вопрос, который встает перед всеми бывшими заключенными, встал перед нами: „Итак, теперь у нас есть свобода, и что нам с ней делать?“»

В будущем вам предстоит работать в индустрии, правила которой уже не так тверды, как раньше. Привычные циклы меняются, новые каналы экспериментируют с новыми способами производства и доставки контента расширяющейся аудитории. Поэтому задайте себе вопрос: итак, теперь у нас есть выбор, и что нам с ним делать?

Подведем итоги

• Создание нового телевизионного сериала включает в себя определенные этапы – от разработки концепции до продажи телеканалу.

• Сериал, который выпускается в эфир, также проходит определенные стадии: от пилотной серии к производству, показу и повторному показу.

• Вначале сценарист пишет заявку или пилотный сценарий в надежде получить добро на производство пилотной серии, которая является прообразом сериала. Пилот, дополненный подробной заявкой со всеми ключевыми элементами будущего сериала, вступает в конкурентную борьбу с другими новыми сериалами за место в эфире.

• В классическом полном сезоне длиной в 22 серии команда сценаристов интенсивно работает 40 недель, после чего делается перерыв. Впрочем, большинство новых сериалов ограничены коротким сезоном.

• На кабельных телеканалах сезоны и производственные циклы могут отличаться, но процесс разработки включает те же этапы и возможности для сценариста.

Слово Чарли Коллиру, президенту компании AMC Cable TV

Памела Дуглас: Давным-давно зрители смотрели бесплатные кабельные каналы ради старых фильмов. И вдруг AMC вместе с HBO и Showtime стали делать выдающиеся драматические сериалы. Мне хочется понять, как вы к этому пришли. Вы поплыли против течения, потому что одновременно с «Безумцами» другие телеканалы еще снимали молниеносно развивающиеся истории, в «Безумцах» действие развивается настолько медленно, насколько возможно. Как так получилось?

Чарли Коллир: Мне повезло попасть в AMC в 2006 г., когда компания уже начала менять свои приоритеты. Мои боссы Эд Кэрролл и Джош Сапан вместе с талантливой командой профессионалов в сфере телевизионного программирования и разработки только что выпустили «Прерванный путь» (Broken Trail) – эпический многосерийный телефильм с Робертом Дювалем. Успех придал нам уверенности в том, что мы считали своей миссией, – пополнении нашей фильмотеки качественными оригинальными фильмами, которые в глазах истинного ценителя кинематографа не уступят старым образцам. И разумеется, нельзя не упомянуть о сотрудничестве с Мэттом Вайнером, который написал для нашего первого сериала историю, которой суждено было стать одной из самых грандиозных в истории телевидения.

«Безумцы» стали лучшей иллюстрацией нашей миссии. Перед показом мы выпустили в эфир «Славных парней» (Good Fellas), один из моих любимых фильмов. Можно сказать, что это кино о людях, которые думают, что они выше правил. И эта тема превосходно перекликается с темой «Безумцев» – истории людей, которые считают, что правила не для них. Это продукт высочайшего телевизионного качества.

П. Д.: Это относится не только к «Безумцам». Затем вы запустили «Во все тяжкие» и другие выдающиеся сериалы. Расскажите, как это было.

Ч. К.: В случае с «Безумцами» это был успех исторической драмы. Говорят, что «подражание – самая естественная форма телевидения». И как следствие, вскоре после премьеры нас завалили подобными историями – о разбитных девицах, музыке соул и 1970-х. Однако мы не хотели зацикливаться на исторических сериалах. Мы искали современную историю, которая по качеству и идеологии соответствовала бы шедеврам кинематографа, которые мы все любим. И так же, как в случае с «Безумцами», «Во все тяжкие» возглавил художник с собственным творческим почерком Винс Гиллиган. Он написал превосходную историю преображения героя Уолта Уайта, продуманную в каждой детали, и мы просто влюбились в сценарий. Мы купили пилот вместе с компанией Sony, превосходным партнером.

Верные той же стратегии, перед выпуском в эфир сериала «Во все тяжкие» мы устроили на канале «Парад злодеев». Целый месяц AMC показывала лучшие фильмы с Клинтом Иствудом, Чарли Бронсоном и другими антигероями. Рейтинги росли, и все это ради нашей оригинальной истории антигероя – сериала «Во все тяжкие».

Мы – компания Rainbow Media, у которой есть свои традиции в кинопроизводстве. Мы владеем каналами Independent Film и Sundance, и после просмотра пилотной серии «Во все тяжкие» кое-кто из нашей компании заметил, что, если добавить к ней еще 20 минут, получится лучший независимый фильм года. Это был замечательный пилот, из которого получился выдающийся сериал.

Все эти сериалы «авторские» – их делали художники, владеющие ясным и сильным языком. И это удовольствие – иметь дело с такими людьми. Хочется поскорее прочесть сценарий, и вообще я люблю общаться со сценаристами. Я ценю их талант, воображение, мастерство в создании персонажей и окружающей среды.

П. Д.: Странно. Вы президент телеканала и уверяете, что любите лично общаться со сценаристами. Не могу представить, чтобы кто-то другой на вашем месте в этом признался.

Ч. К.: Не поймите меня превратно. Я не обязан этого делать. Этим занимается команда, которая работает над продвижением оригинальных проектов, и, разумеется, я далек от профессионалов, которые каждый день трудятся в своих кабинетах. Тем не менее я считаю, что тот, кто работает в киноиндустрии и не ценит того, что мы производим, тех выдающихся профессионалов, которые создают лучшие образцы нашей продукции, ведет бизнес неправильно. AMC, как и Rainbow, отличает то, насколько высоко ценится здесь дух творчества. Цель, которую мы преследовали с самого начала, – создание благоприятной среды, куда будут стремиться лучшие из лучших со своими заветными проектами, потому что никто, кроме AMC, не даст им таких условий для реализации. Наше нововведение – все члены команды создателей сериала должны быть уникальными профессионалами. Надеюсь, это убедит наших партнеров в том, что AMC отличает особый подход, не практикующийся другими телеканалами.

П. Д.: Среди ваших последних проектов «Ходячие мертвецы» с Фрэнком Дарабонтом, который пришел из большого кино.

Ч. К.: Мы привлекли человека, который снял «Побег из Шоушенка» – фильм, который возглавляет все мыслимые рейтинги «лучших фильмов всех времен». И снова мы имеем дело с художником, у которого есть собственный голос, почерк и оригинальная история, а исполнительным продюсером выступает Гейл Энн Херд, которая сама делала выдающиеся фильмы, такие как «Терминатор» (The Terminator) и «Чужие» (Aliens).

Мы выпустили новый сериал на Хэллоуин. Это было в финале ежегодного кинофестиваля FearFest, во время которого в течение двух недель мы показываем фильмы ужасов в рамках специальной программы. Этим мы не только поддерживаем лучшие образцы в своем жанре, но готовим их фанатов к новым сериалам. «Ходячие мертвецы» сняты на пленку под руководством Фрэнка и Гейл и очень кинематографичны. Это еще один пример удачного единения лучших профессионалов и лучших фильмов ужасов с оригинальным сериалом AMC, снятым в том же жанре.

П. Д.: Что ждет нас впереди?

Ч. К.: В марте совместно с Fox Television Studious мы запускаем сериал, который станет нашей первой пробой в криминальном жанре. Называется он «Убийство» (The Killing) и основан на прогремевшем в Дании сериале с тем же названием. Сериал про убийство и связанных с ним тайнах, которые всплывают по мере расследования. Нас восхитили истории его героев: от семьи жертвы до истории детектива и того, от чего ей приходится отказаться ради успеха расследования. История еще одного персонажа, политика на пороге перевыборов, также связана с трагедией. Когда мы посмотрели датский сериал, то решили, что это самая захватывающая история в криминальном жанре из всех, что нам доводилось видеть. И мы загорелись идеей перенести эту уникальную историю в Америку. Мы сняли пилот, задействовав лучших из лучших. Сценарий отвечает всем законам жанра, а его исполнительным продюсером стала Вина Суд, известная по сериалу «Детектив Раш» (Cold Case). Нас очень вдохновляет этот проект.

П. Д.: Датский сериал достался вам от студии Fox Television Studious в виде готового проекта. В Лос-Анджелесе принято работать с оригинальным материалом, и люди спрашивают, как попасть в AMC. Вы заинтересованы в презентации новых проектов? Проводите ли вы питчинги, как телекомпании, которые производят сезонные сериалы?

Ч. К.: В нашей работе, как у прочих компаний, есть свой ритм, но, как правило, мы занимаемся работой над сериалами круглый год. Эволюция AMC совершалась довольно быстро, поэтому мы не работаем только над проектами текущего сезона, как делают, по вашим словам, другие телекомпании. У нас есть стандартные производственные циклы, и у самых талантливых (и самых загруженных) команд, как вы понимаете, есть сотни и сотни формальных обязанностей. Вне зависимости от жанра мы хотим рассказывать лучшие на телевидении неповторимые истории с собственным кинематографическим видением.

П. Д.: Не кажется ли вам, что первоклассные, медленные, интроспективные драмы, которые вы делаете, – это отчасти ответ безумному ритму современной жизни?

Ч. К.: Мы ценим истории, которые держатся на героях, потому что нам близок повествовательный подход, который принят в кино. Мэтт Вайнер и другие талантливые авторы рассказывают истории, где герои и драматический конфликт, основанный на развитии характеров, выходят на первый план. И как с вашими любимыми «персонажами» в реальной жизни, требуется время, чтобы их понять. И «Безумцы», и «Во все тяжкие» содержат детали, которые делают истории персонажей гораздо глубже, чем в типичном часовом процедурале. Мэтт Вайнер как-то сказал, что есть особый драматизм в ситуации, когда телефон звонит, но никто не берет трубку. Эти выдающиеся сценаристы учат вас тому, что жизнь, истории и развитие персонажей проявляются в мелочах. И мы готовы поддерживать этих художников, потому что нам нравятся их неспешные истории и внимание к деталям. Кстати, это не значит, что мы не любим экшен, хотя нельзя не признать, что в сериалах «Безумцы» и «Во все тяжкие» действие более размеренно, чем в обычной часовой теледраме. Мэтт говорит – и «Безумцы» лучшее тому подтверждение, – что, хотя большинство из нас никогда не работали в реанимационном отделении, не преследовали преступников на автомобиле и не раскрывали преступление за час, любой способен почувствовать драматизм ситуации, когда звонит телефон, но по тем или иным причинам трубку не снимают.

П. Д.: Весьма необычно для телевидения. Вы говорите, что вам повезло, но это выглядит как программное заявление.

Ч. К.: Мы стремимся к тому, чтобы наш бренд, AMC, узнавали. Наша цель – «качественное телевидение на бесплатном кабельном канале», и ради этого моя замечательная команда ищет и находит истории, которые развиваются в совершенно ином ритме, чем принято на телевидении. Мы очень гордимся произведениями, которые создаем.

Глава 3

Как сделан классический сценарий

На первый взгляд конструкция сериального эпизода очень сложна, но часовые драмы, особенно идущие в прайм-тайм, построены по единому образцу. Гораздо важнее схемы проработка характеров, талантливые диалоги, изобретательный сюжет, глубина замысла и прочие творческие задачи. Тем не менее я обнаружила, что, когда перестаешь тревожиться о том, выдержит ли конструкция событийный напор вашего сценария, легче дать волю воображению.

Вначале я даже советовала студентам попытаться разделять в себе творческое и аналитическое начало. Известно, что творческим натурам свойственна спонтанность и эмоциональность. Эти мгновения, когда страсть правит бал, бесценны, и если конфликт, вспыхнувший между героями, вдохновляет вас, не сдерживайтесь. Лучшие тексты рождаются в попытке ухватить ускользающий ветер. Однако потом советую отложить написанное и оценить вашу конструкцию аналитически.

Даже если вы способны создать 50 страниц сценария на одном дыхании (хотя я не верю, что такое возможно), имейте в виду, на телевидении это не работает. Вам придется работать в команде и согласовывать аутлайн (поэтапный, весьма подробный конспект с основными событиями истории) или список карт (пронумерованный список основных событий сюжета – подробнее об этом в главе 4), прежде чем вы возьметесь за написание телепьесы.

Планирование драматических эпизодов внутри серии

Перед тем как двигаться дальше, вспомните, что такое сцена, – вы наверняка читали об этом в учебниках по сценарному мастерству. Драматическая сцена – основной строительный элемент повествования на экране, который обладает завершенной драматической структурой. В каждой сцене присутствует заинтересованный протагонист, который чего-то хочет, и двигает действие по направлению к конфликту с не менее мотивированным антагонистом. Это основной элемент построения сюжета.

Написать сценарий телевизионной драмы не проще, чем киносценарий, хотя телесценарий короче. Это лишь усложняет вашу задачу, потому что те же самые элементы вам придется изложить в более сжатой форме.

На приведенной ниже схеме 3.1 вы увидите цифры. Они автоматически генерируются специальным программным обеспечением для «режиссерского сценария» (финального варианта, который уходит в производство), но вам не нужно проставлять их в вашей презентации. Я оставила их, чтобы ссылаться при разборе (и потому что они действительно проставляются в режиссерском сценарии). Эти цифры указывают на заголовки сцен (так называемые слаглайны), но это не классические драматические сцены.

Например, отдельный кадр в экстерьере не есть завершенная драматическая сцена – это место, где физически планируется съемка. Для наших целей драматический сегмент может включать один и более заголовков. Главное – найти не кадр, а шаг истории (примеры будут приведены далее)

Сюжетные линии А, Б и В

Мы рассмотрим сериал с параллельным повествованием. В приведенном ниже образце три сюжетные линии представляют собой независимые истории, в каждой из которых действуют разные второстепенные персонажи. Поскольку эти истории происходят в одном и том же месте – нью-йоркском полицейском участке, а основные персонажи остаются неизменными, линии порой соединяются, переплетаются или накладываются друг на друга. По стилю и интонации эти истории гармоничны, являются частями одного произведения, и вы можете найти тему, связывающую их внутри эпизода.

Самая объемная (или наиболее яркая) – линия А. Вторая по значимости – линия Б. Третья линия В иногда представляет собой комедийный эпизод внутри драматического фильма, или «связку» в виде повторяющегося происшествия или сквозного персонажа. Это разделение условно. Линии А и Б могут быть равнозначны, линия В в одной из серий может стать зерном, из которого вырастет главная линия последующих эпизодов, а произведение с привычными тремя сюжетными линиями может обернуться сериалом с двумя или четырьмя линиями. И снова я ориентирую вас на общую схему, а не даю жесткую инструкцию.

В некоторых сериалах больше трех линий, например в «Прослушке». Или только одна, как в «Декстере». Прежде чем пробовать себя в продолжении какого-либо сериала, основательно изучите, как он устроен.

Каждый сериал имеет свои особенности, но я предлагаю вам типовую схему, которая подойдет для большинства сериалов, идущих как на вещательном телевидении, так и на кабельных каналах. Можете заполнить ее, анализируя отрывки, приведенные в этой главе. Ради практики заполните таблицу во время просмотра сериала по телевизору. Но помните: хотите найти пятый акт, ищите два самых коротких. Обычно пятый акт – это четвертый, разделенный пополам. Однако я знаю сериал, в котором пополам был разделен первый акт. Если вы посчитаете страницы сценария (или зафиксируете время в актах), то увидите, как сериал приспосабливают к базовой структуре. Как только поймете, как с ней работать, сможете использовать эту простую схему на ранних стадиях планирования оригинального сценария (см. схему 3.1)

На схеме 3.1 вверху размещаются заголовки четырех актов часового эпизода. В главе 1 вы узнали, что на вещательном телевидении (но не на кабельных каналах вроде HBO) перерывы на рекламу случаются каждые 10−15 минут. Если разделить 60 минут на 15, получаем четыре акта. Сегодня часовая драма длится меньше часа – на самом деле менее 50 минут за вычетом рекламных пауз. И каждый акт продолжается не 15 минут, а около 12. Делим 48 на 12 и получаем те же четыре акта. Однако, планируя первый вариант сценарий, имейте в виду, что первый акт заканчивается на 17-й или 18-й странице, если в сериале есть тизер (про тизер речь пойдет далее), второй акт – примерно на 30-й странице, третий – на 45-й, а четвертый – на 60-й (или в промежутке от 50-й до 60-й страницы).

В левой части схемы 3.1 вы видите цифры от 1 до 7. Это сцены в каждом акте. Почему семь? На самом деле это число не принципиально. В некоторых случаях для одного акта хватает пяти крепких сцен, а в сериале, где сцены очень короткие, вы можете насчитать от девяти до десяти. В основе такой структуры – двухминутная сцена. Возвращаясь к арифметике, если акт длится 14 минут, а каждая сцена около двух, то, разделив 14 на два, получаем семь.

Пяти– и шестиактная структура

В 2006 г. некоторые сериалы на вещательных и кабельных телеканалах, включая популярные «Анатомию страсти» и «Остаться в живых», перешли на пять актов, а телеканал ABC заявил, что в новых сериалах будет придерживаться шестиактной структуры. Нетрудно догадаться почему: чтобы вставить еще больше рекламы. Я не знаю ни одного сценариста, который одобрил бы это нововведение, продиктованное, очевидно, отчаянной попыткой повысить прибыли на фоне падающих рекламных тарифов и привычки зрителей во время рекламы выключать звук, не говоря уже о тех, кто смотрит сериалы в записи.

Нравится вам это или нет, но нужно отдавать себе отчет, сколько актов в сериале, сценарий для которого вы планируете писать, и как в соответствии с этим перестроить структуру. Я считаю, начинать следует с четырех актов. Затем возьмите то, что служит тизером, и продлите его страниц на 10, чтобы создать новый первый акт. Начинайте с опасности, действия или провокации, потому что вы должны с самого начала зацепить зрителя (и читателя).

Каждый последующий акт должен быть короче, чем при четырехактной структуре, и составлять около 10 страниц. При шестиактной структуре, где каждый акт состоит примерно из восьми страниц, смотрите на шестой акт как на эпилог, финальную точку или сюжетный перевертыш. Иногда шестой акт продолжается не более пяти минут. В сериале «Части тела» (Nip/Tuck), который может служить примером шестиактного эпизода (или пятиактного шоу плюс тизер), сценаристы экспериментировали, завершая все драматические линии в конце пятого акта (что равнозначно четырем актам плюс тизер), а шестой используя для неожиданного сюжетного хода, который в некотором смысле являлся тизером следующего эпизода, потому что вводил новую тему, а не завершал сюжет серии.

Все новое…

…это хорошо забытое старое. После шума вокруг пяти-шести-семиактной структуры эпизода к концу 2010 г. маятник качнулся в обратную сторону. Наведя справки, я обнаружила два явления. Во-первых, сценаристы снова планируют свои истории в рамках традиционной четырехактной структуры, а в финальных версиях сценария добавляют пятый и шестой акты. Во-вторых (и это меня поразило), сценаристы, которые мне неизвестны, в сериалах, которые я не знаю, используют схему из этой книги. Иногда они оказываются в курсе ее происхождения, иногда коллеги просто передают им клочок бумаги. Маленькая табличка, которую я придумала для себя – и для вас, – зажила собственной жизнью. Поэтому смело берите ее на вооружение!

Среди продюсеров, которых я расспрашивала, оказались двое моих бывших студентов: Келли Соудерс, исполнительный продюсер «Тайн Смолвиля», и Венди Уэст, соисполнительный продюсер «Декстера». В главе 7 вы прочтете развернутые интервью с обеими, но их соображения относительно изменения структуры я приведу здесь.

Келли объяснила: «Мы всегда использовали в "Тайнах Смолвиля" четырехактную структуру с очень длинным первым актом. Поэтому мы разделили первый акт пополам – по три и четыре сцены в каждой "половине". В обычном акте шесть или семь сцен. Теперь у нас есть тизер и два маленьких акта. Мы смогли это сделать, потому что в конце первого акта делаем перерыв».

Я спросила Венди Уэст, как строится «Декстер», ведь у них нет рекламных пауз. Помните, что применительно к кино часто говорят о трехактной структуре (завязка, развитие и развязка), в которой второй акт в два раза длиннее первого и третьего, таким образом, выражаясь старомодно, первый акт – это фильм продолжительностью 30 минут, второй длится 60 минут, третий – снова 30. Однако, как только вы доходите до центрального поворота в середине второго акта (стандартный драматический поворот сюжета), вы получаете привычную четырехактную структуру. В этом контексте предлагаю вам ответ Венди Уэст на вопрос, как строится «Декстер» без формальных пауз в конце актов:

«Сериал возвращается к трехактной структуре. Мы разбиваем повествование при помощи персонажей, а затем сплетаем узор. Мы заносим все на чистую доску, и у пути каждого персонажа есть свое начало, середина и конец, поэтому я и говорю о трехактной структуре. Хотя на самом деле мы ничего не ломаем при помощи разбивки на акты. Мы делаем это с помощью героев. Обычно большие перемены происходят в истории Декстера, потому мы прежде всего разбиваем ее, не заботясь о том, как это повлияет на остальных персонажей. Перемены встроены в развитие Декстера в каждом эпизоде. Они происходят там, где и положено, – на страницах от 40-й до 45-й 50-страничного сценария».

Я задала такой же вопрос Питеру Блейку, штатному сценаристу «Доктора Хауса», когда он посетил мои лекции в Университете Южной Калифорнии. Он сказал: «Я сам так делаю и советую всем сценаристам в команде "Хауса" писать в рамках четырехактной структуры, а затем добавляю два перерыва на рекламу. Врачи должны решить, что за болезнь перед ними. Затем вынести диагноз. У них есть предположение и соответствующие методы лечения. В конце акта выясняется, что их теория неверна. Это очень простой способ прервать повествование. Мы должны увлечь зрителя, чтобы во время перерыва на рекламу он не переключился на другой канал. Обычно я беру простой медицинский сюжет, затем ввожу личную историю. Я тасую карты. Заметив, что какой-то из последних актов получился длиннее прочих, я делю его пополам».

Двухстраничная сцена

Я советую студентам использовать двухстраничный формат – отчасти потому, что неопытному сценаристу нелегко сократить материал до двух страниц, отчасти из-за того, что, если их не ограничивать, студенты теряют фокус и становятся многословными.

Изначально сцены на экране были длиннее и больше походили на театральные. Если вы посмотрите великие фильмы 1940-х, например с Хэмфри Богартом, то поймете, что сцены занимали пять и даже семь страниц сценария. Это медленное развитие внутри драматического момента, проживаемое постепенно, было обусловлено тогдашним ритмом жизни. Сегодня канал AMC, который ориентируется на классические фильмы, делает шоу вроде «Безумцев», где темп намеренно замедляется, чтобы отразить мельчайшие нюансы характеров и обстоятельств.

Однако мы будем говорить о схемах, практикуемых на обычном телевидении. Не знаю, вызвано ли такое изменение 15-секундными информационными модулями в «Улице Сезам», рекламой на телевидении, где 30-секундный ролик считается нормой, а минутный слишком длинным, скоростью работы процессоров, когда двухсекундная задержка в обработке запроса заставляет нас скрежетать зубами, глядя в монитор, ясно одно: компьютерное поколение быстро переключает внимание. Если аудитория успевает разгадать намерения сценариста раньше, чем задумывалось, вы упустили свой шанс. На современном телевидении минутный фрагмент предпочтительнее трехминутной сцены.

Обратите внимание, что я попеременно пишу то «минута», то «страница». Это условность. Страница в среднем соответствует минуте, но не всегда. Диалоги движутся быстрее, в то время как действие отнимает уйму времени. Однако, как и с прочими советами относительно структуры эпизода, я намечаю лишь общий контур, а не расставляю красные флажки!

Как пользоваться сценарной таблицей

Если вы используете таблицу, чтобы представить себе форму сериального эпизода, посоветую вам начать с записи сериала. Посмотрите эпизод до конца и назовите сюжетные линии: А, Б, В. Свяжите линию с одним из главных персонажей, затем кратко опишите сюжетную линию в одном предложении. Не останавливайтесь, пока не создадите логлайн для каждой сюжетной линии.

Вычленив сюжетные линии, пересмотрите эпизод. Теперь разнесите нужные буквы по клеткам таблицы. Например, если первая сцена первого акта – это линия Б, впишите букву «Б» в нужную клетку. Заполненная таблица станет похожа на шахматную доску, на которой линии А, Б и В следуют друг за другом в несколько хаотичном порядке.

Клиффхэнгер (понятие, близкое термину «интрига» – дилемма, проблема или загадка, которую предстоит разрешить в следующем акте, серии, сезоне) в конце акта необязательно напряженный момент в истории А – он может оказаться поворотным пунктом в истории Б. Вы также можете заметить, что одна из историй продолжается несколько внутрисерийных эпизодов подряд, особенно если следует «линии интереса», которую сценарист не хочет прерывать. Кроме того, одна история может вклиниться между эпизодами другой – это делается для создания впечатления, что между фрагментами истории прошло время (такой пропуск называется «эллипсом»).

Никаких правил относительно того, как должна выглядеть ваша «шахматная доска», не существует, поэтому не ломайте голову над порядком сцен. Вы отслеживаете драматическое напряжение сюжетных линий, а не заполняете кроссворд. Главное – увидеть, как параллельные истории дополняют друг друга.

Сценарная таблица также помогает отследить сюжетные линии, и – особенно если вы имеете дело с сериальным эпизодом – вас может удивить, когда одна из линий завершится в третьем акте, история В начнется только во втором, а четвертый акт будет целиком посвящен разрешению истории А. Это нормально. Повторюсь, приведенная структура актуальна для сюжета, разворачивающегося внутри стандартного четырехактного эпизода с клиффхэнгерами. Поэтому возьмите из других сериалов то, что вам нужно, но не стремитесь их копировать.

Если вы используете таблицу для создания оригинальной серии, то, вероятно, вам следует сначала вписать в клетки основные пункты: начало, клиффхэнгер и конец третьего акта, а также финал. Можете проделать эту операцию только для истории А или для А и Б, оставляя незаполненные клетки для истории В. Применительно к рекламным паузам бывает полезно вернуться к поэпизодному плану перед тем, как вписать действия, которые приведут к опасности или коллизии. Подобная возвратная техника может оказаться полезной при написании аутлайна (подробнее об аутлайне см. в главе 4).

Тизеры

Отрывки, размещенные в этой главе, взяты из сериала, серии в котором начинаются с тизера, хотя и не всегда. Тизер, также называемый «холодным открытием», представляет собой сцены, следующие перед титрами. Это может быть минутный «крючок», или 10-минутный эпизод, включающий несколько маленьких сцен и мало чем отличающийся от полноценного акта. Неважно, в каком формате он снят, тизер нужен, чтобы опередить извечного врага сценариста – телевизионный пульт. Тизер начинает часовую серию действием, образом, ситуацией или персонажем, которые формируют у зрителя заинтересованность, заставляющую его досмотреть титры до конца, и подводит его к первому акту.

Однако в последнее время телеканалы отказываются от титров вместе с музыкальной заставкой, предпочитая непрерывное действие. Роль приманки выполняет сам сюжет, а титры показывают во время первого акта.

Часто тизер заявляет тему серии. Например, в детективном сериале преступление может быть совершено или обнаружено в тизере. Возьмем для примера классический сериал «Полиция Майами: Отдел нравов», подробные тизеры которого показывают жизнь в Майами и дерзкое преступление, совершаемое в характерном антураже и обычно связанное с наркотиками. При этом главные герои никогда не появляются в тизерах. В тизерах «Доктора Хауса» второстепенные персонажи выстраивают неожиданную медицинскую коллизию, с которой Хаус и другие врачи столкнутся только в первом акте – в отличие от «Закона и порядка» (во всех сезонах) и большинства процедуралов, где персонажи возникают на месте совершенного преступления уже в тизере.

В большинстве судебных и медицинских сериалов тема, заявленная в тизере, становится толчком к событиям серии. Однако в «Хорошей жене» и «Анатомии страсти», где внимание сосредоточено на актерском ансамбле, в тизере иногда показывают пробуждение главных героев или то, как они собираются или едут на работу, запуская их личные сюжетные линии, которые разовьются в серии.

Сериал HBO «Клиент всегда мертв» всегда начинается с того, что кто-то умирает (самым странным образом), и это приводит нас в семейное похоронное бюро Фишеров, оттеняя идею сериала, что жизнь не вечна. Однако такой тизер редко становится компонентом драмы; это связь тематическая. Драма о жизни заключенных «Тюрьма Оз» (Oz), которая шла на HBO, также открывалась темой, а не историей – фактически философским монологом. «Декстер» пользуется примерно тем же приемом, напоминая зрителям о мире человеческой психологии, вместо того чтобы сразу развивать сюжет.

Однако, если вы начинающий сценарист, советую вам сосредоточиться на истории, а не на идее. Стремительно возрастающее драматическое напряжение заставит читателя листать страницы, а зрителя – гадать, что случится дальше. Рассказать хорошую историю непросто, и слишком многие студенты ошибочно полагают, что сумеют поразить зрителя глубиной заявленной темы или серьезным философским подходом вместо того, чтобы уделить внимание развитию сюжета. Лучший тизер должен стремиться к тому, чтобы стать лучшей драмой.

Об этих отрывках…

С любезного разрешения Стивена Бочко, исполнительного продюсера сериала «Полиция Нью-Йорка» и множества других выдающихся драматических телепроизведений, перед вами тизеры и первые акты двух удостоенных премии «Эмми» эпизодов, которые разделяют четыре года. Я выбрала эти исторические примеры отчасти потому, что ясность их построения поможет вам разобраться со структурой, отчасти потому, что они выдержали проверку временем.

Первый отрывок – из эпизода «Говорит Симоне», который был показан в начале 1995 г. Сюжет Стивена Бочко, Дэвида Милча и Уоллона Грина; телепьеса Дэвида Милча и Уоллона Грина. Этот эпизод вводит персонаж Бобби Симоне (в исполнении Джимми Смитса) в середине второго сезона. Остальные главные герои: Энди Сиповиц (Деннис Франц), лейтенант Фэнси, детективы Лесняк, Медавой и Мартинес, помощник окружного прокурора Сильвия Костас и секретарша Донна к этому моменту времени уже прочно обосновались в сюжете, прочие персонажи – второстепенные. Прочтите этот отрывок, стараясь вычленить сюжетные линии и размышляя о форме. Затем я проанализирую драматические элементы.

После чего вашему вниманию будет предложен второй эпизод, также с последующим обсуждением.

СИПОВИЦ входит из коридора в пиджаке, в руках у него бумажный пакет из аптеки. Он подходит к своему шкафчику, снимает пиджак и вешает его на открытую дверцу. Подойдя к раковине с пакетом в руках, он оглядывается, достает из пакета очки и примеряет перед зеркалом. На очках болтается большая бирка, которая свисает ему на щеку, пока он с несчастным видом разглядывает себя. Кто-то входит, и Сиповиц сдергивает очки с носа и прячет в пакет.

Он оборачивается и видит БОББИ СИМОНЕ, который идет к шкафчикам слева от двери, сверяясь с бумажкой в руке, на которой записан номер.

СИМОНЕ

Доброе утро!

СИПОВИЦ

Привет, как дела?

Сиповиц шагает к нему…

СИПОВИЦ (ПРОД.)

Энди Сиповиц.

Симоне узнает его, улыбается, протягивает руку…

СИМОНЕ

Бобби Симоне, приятно познакомиться, Энди.

СИПОВИЦ

Угу.

Сиповиц прочищает горло, шагает к двери и выходит. Держа паузу, Симоне перечеркивает фамилию Келли на шкафчике и вписывает свою, затем…

ПЕРЕХОД:

3 ИНТ. ПОЛИЦЕЙСКИЙ УЧАСТОК – ДЕНЬ 3

Сиповиц пересекает участок, направляясь прямо к кабинету Фэнси.

4 ИНТ. КАБИНЕТ ФЭНСИ – ДЕНЬ 4

Фэнси выглядывает и видит Сиповица.

ФЭНСИ

Доброе утро, Энди.

СИПОВИЦ

Плохо дело. Так не пойдет.

ФЭНСИ

Что случилось?

СИПОВИЦ

Видел того парня.

ФЭНСИ

Симоне.

СИПОВИЦ

Угу, так не пойдет.

ФЭНСИ

Что не так?

СИПОВИЦ

(отмахиваясь)

Не заводи меня.

Фэнси наблюдает, как Сиповиц мерит кабинет шагами. На заднем плане мы видим, что Симоне здоровается с Медавым и Мартинесом.

СИПОВИЦ (ПРОД.)

Да все не так. Как дела, понимаешь, все такое.

Телефон Фэнси звонит. Он берет трубку…

ФЭНСИ

Он спрашивал тебя, как дела? (в трубку)

Лейтенант Фэнси. (пауза)

Ясно. (вешает трубку)

У нас убийство.

ФЭНСИ (ПРОД.)

(пауза)

Будешь за старшего. Симоне возьмешь с собой, пока он не освоится.

Сиповиц недовольно качает головой…

СИПОВИЦ

А тут еще эти очки и все такое.

Мимо Фэнси Сиповиц выходит из кабинета.

5 ИНТ. СТОЛ ДОННЫ – ДЕНЬ 5

Донна поднимает глаза и видит Джеймса Абруццо.

АБРУЦЦО

Я пришел к Эдриенне Лесняк.

ДОННА

Ваше имя…

Не ответив ей, Абруццо подходит к столу Лесняк. Она только что пришла и убирает вещи со стола. Когда она замечает его, на лице появляется выражение усталого отчаяния.

ЛЕСНЯК

Джимми…

АБРУЦЦО

Что? Ты не оставляешь мне выбора.

Лесняк смотрит на него, сидя за столом…

ЛЕСНЯК

Не здесь, прошу тебя.

Он садится на стул лицом к ней…

АБРУЦЦО

Тогда где? Я не могу поговорить с тобой после работы, потому что не знаю, где ты сейчас живешь. Я не могу позвонить тебе сюда, потому что ты велела этой сучке не соединять тебя…

(громче)

И где прикажешь с тобой говорить?

ЛЕСНЯК

Нам не о чем говорить.

Абруццо встречает взгляд Донны…

АБРУЦЦО

Что вы на меня уставились?

Донна отводит глаза и снимает телефонную трубку.

Абруццо наклоняется к Лесняк и хватает ее за рукав.

АБРУЦЦО (ПРОД.)

Ты не знаешь, как сильно я тебя люблю.

Ты не знаешь, на что я готов ради тебя.

ЛЕСНЯК

Ты пьян, уходи.

Она пытается освободить руку, в это время позади Абруццо появляется Фэнси.

ФЭНСИ

Все, хватит, отстаньте от нее. Уберите руки от детектива Лесняк.

Абруццо медленно переводит глаза на Фэнси.

АБРУЦЦО

Сам отстань. Иначе я прострелю ей кишки.

ЛЕСНЯК

Джимми.

АБРУЦЦО

Пошли. Хотела поговорить со мной наедине, давай потолкуем наедине.

Он заставляет ее встать.

Все в участке замирают, и тут Фэнси бросается на Абруццо, хватает его руку с пистолетом и заставляет пальнуть в потолок.

Фэнси не отпускает руку Абруццо, не позволяя выстрелить вновь. Абруццо кулаком бьет Фэнси, который вцепился в него обеими руками.

Сиповиц бросается к ним, но Абруццо лягает его в живот, и он отлетает назад и приземляется задницей об стол.

Абруццо пытается выдернуть пистолет из рук Фэнси, но тот не отпускает.

Перепрыгнув через стол, Симоне подставляет Абруццо подножку, и тот растягивается на полу. Фэнси выхватывает пистолет из рук Абруццо, пока Симоне заламывает руки ему за спину.

Когда Сиповиц подскакивает к ним, морщась от боли, Симоне уже успел надеть на Абруццо наручники. Абруццо с трудом встает на ноги, окруженный полицейскими.

ЛЕСНЯК

(пытается объясниться)

Он из 27-го участка, лейтенант, он на службе.

ФЭНСИ

Теперь он под арестом. (обращается к Донне)

Вызовите окружного прокурора. (обращается к новичку)

Вы Симоне?

СИМОНЕ

Как дела, лейтенант?

ФЭНСИ

(обращается к Симоне и остальным детективам)

Этим я сам займусь, а вы на дело, у нас убийство, угол Тринадцатой и Третьей.

АБРУЦЦО

(обращается к Лесняк)

Довольна? Посмотри, что ты со мною сделала!

ФЭНСИ

Заткнись!

СИМОНЕ

(обращается к Сиповицу)

Больно?

СИПОВИЦ

Переживу.

(пауза)

Пошли, ты едешь со мной.

Камера меняет ракурс…

(РЕЗКИЙ ПЕРЕХОД)

ГЛАВНАЯ ЗАСТАВКА

6 НАТ. ПОЛИЦЕЙСКИЙ УЧАСТОК – ДЕНЬ 6

Сиповиц и Симоне идут к машине Сиповица на заднем плане, Медавой с Мартинесом садятся в другую машину.

СИМОНЕ

Лесняк и Абруццо встречались?

СИПОВИЦ

(кивает)

Она его бросила, ушла, вот у него и поехала крыша.

СИМОНЕ

Кажется, он дошел до ручки.

СИПОВИЦ

(пауза)

Ты где служил раньше?

СИМОНЕ

В уголовной полиции. Возил комиссара.

СИПОВИЦ

Хочешь сказать, тебя повысили по службе?

СИМОНЕ

Да.

СИПОВИЦ

(без выражения)

Славно.

(ПЕРЕХОД)

7 НАТ. УГОЛ ТРИНАДЦАТОЙ И ТРЕТЬЕЙ – ДЕНЬ 7

Фургон Сиповица подъезжает к месту преступления и паркуется рядом с машиной Медавоя. Мы видим, как Медавой и Мартинес выходят из машины. Сиповиц и Симоне высаживаются.

На улице напротив многоквартирного дома в строительных лесах лежит тело под окровавленной простыней.

Мигалки двух полицейских машин сверкают, фургон медиков припаркован у края тротуара. Сиповиц и Симоне подходят к телу.

Убитый мужчина, примерно 30 лет, в пропитанном кровью льняном костюме.

СИМОНЕ

Документы проверяли?

ПОЛИЦЕЙСКИЙ

Ждали вас.

МАРТИНЕС

(обращается к Сиповицу)

Мне начинать?

СИПОВИЦ

Давай, и пусть полицейские посмотрят номера припаркованных машин.

Пока они разговаривают, Симоне, натянув перчатки, вынимает из кармана убитого документы. Сиповиц с трудом наклоняется над телом.

СИПОВИЦ (ПРОД.)

(обращается к Симоне)

Две в грудь. Еще есть повреждения?

СИМОНЕ

Нет.

(читает документы)

Реймонд Альфонс Мартарано-младший, Бенсонхерст.

(поднимает глаза)

Сынок умника-папаши?

СИПОВИЦ

Или глупец, решивший сменить имя.

(обращается к Медавою)

Грег, проверь, приехали ли судмедэксперты, и доложи Фэнси, что у нас бандитская разборка.

МЕДАВОЙ

Понял.

Медавой уходит…

ПОЛИЦЕЙСКИЙ

(обращается к Сиповицу)

Мы нашли гильзы у края тротуара.

СИМОНЕ

Я разберусь.

Симоне оборачивается, просит полицейского удалить посторонних…

СИМОНЕ (ПРОД.)

Отодвиньте заграждение на 20 футов и дайте мне дорожный конус – огородить гильзы.

ПОЛИЦЕЙСКИЙ

Есть.

Тем временем Мартинес подходит к Сиповицу, показывая на мужчину на тротуаре.

МАРТИНЕС

Это консьерж, утверждает, что жертва знала одного из жильцов.

Сиповиц подходит к Голдману, мужчине средних лет в синей бейсбольной куртке.

МАРТИНЕС (ПРОД.)

Мистер Голдман, это детектив Сиповиц.

ГОЛДМАН

Привет.

СИПОВИЦ

(показывая на тело)

Вы знали убитого?

ГОЛДМАН

Мистера Рея Мартарано-младшего по прозвищу Большая Пушка? Да его тут каждая собака знала.

СИПОВИЦ

А кого убитый знал в вашем доме?

ГОЛДМАН

Номер 2с… Мисс Андерсон.

СИПОВИЦ

Где ее найти?

ГОЛДМАН

Она работает моделью. Хотите, позвоню ее агенту.

СИПОВИЦ

Хочу.

Внезапно за кадром раздаются выстрелы. Сиповиц оборачивается. Женщина кричит у двери дома через дорогу…

МИСС САВИНО

Помогите! Мою мать застрелили!

Симоне бежит через дорогу. На пороге квартиры он сталкивается с женщиной лет около 40. У нее на руках кровь.

СИМОНЕ

Где ваша мать?

МИСС САВИНО

Сюда… она здесь…

8 ИНТ. КВАРТИРА НА ПЕРВОМ ЭТАЖЕ – ДЕНЬ 8

Симоне врывается в квартиру. У окна сидит старая женщина, ее голова запрокинута набок. Мисс Савино остается у двери, Симоне бросается к ее матери.

МИСС САВИНО

Я вышла в бакалейную лавку.

Симоне разглядывает старую женщину, которая, очевидно, мертва.

МИСС САВИНО (ПРОД.)

Она умерла?

СИМОНЕ

(кладет руку женщине на плечо)

Да. Мне очень жаль.

МИСС САВИНО

Она была в своей квартире, рядом с собственным окном.

СИМОНЕ

Вы бы присели.

МИСС САВИНО

Это моя мать.

СИМОНЕ

Я знаю, соболезную.

Мисс Савино прячет лицо в руках и плачет, а в дверь, запыхавшись, влетает Сиповиц, за ним медик, которая направляется прямо к телу.

СИПОВИЦ

Что случилось?

Симоне отдергивает занавески. В стекле дырка от пули, убившей старую женщину.

СИМОНЕ

Случайная пуля.

(ПЕРЕХОД)

9 НАТ. УЧАСТОК – ДЕНЬ 9

Общий план…

10 ИНТ. КАБИНЕТ В УЧАСТКЕ – ДЕНЬ 10

Фэнси поднимается по лестнице, входит в кабинет, направляясь к столу Лесняк. Говорит тихо.

ФЭНСИ

Как себя чувствуешь?

Лесняк делает рукой неопределенный жест, не хочет говорить, чтобы не расплакаться.

ЛЕСНЯК

Я расстроена.

Фэнси кивает.

ФЭНСИ

Брось. Они забрали его в больницу на 72 часа, будут обследовать.

ЛЕСНЯК

Его держат взаперти?

ФЭНСИ

(кивает)

Я попросил окружного прокурора и дисциплинарный отдел, чтобы нас предупредили, если его выпустят.

(пауза, затем…)

ЛЕСНЯК

То, что случилось, я не могу выкинуть из головы. Я боюсь, что это снова случится.

ФЭНСИ

Эдриенна, ты слишком много думаешь, давай отложим до завтра?

Она качает головой.

ЛЕСНЯК

Я должна попытаться сегодня.

ФЭНСИ

Смотри, не переусердствуй.

ЛЕСНЯК

Ладно, спасибо.

Фэнси кивает, отходит, встречая только что прибывшего Сиповица. Лесняк уходит из кадра…

11 КАМЕРА НА СИПОВИЦЕ И ФЭНСИ 11

ФЭНСИ

Говорят, у нас уже два трупа.

СИПОВИЦ

Старая женщина 82 лет сидела в комнате у окна.

ФЭНСИ

Тут все с ума посходили из-за того, что это сын Мартарано. Организованная преступность, уголовная полиция…

СИПОВИЦ

(саркастически)

Ну, теперь дело точно раскроют.

ФЭНСИ

Что-нибудь вне протокола?

СИПОВИЦ

Никаких свидетелей. Он трахал модель, которая живет в том доме. Симоне пытается ее найти.

Они смотрят на Симоне, который сидит за бывшим столом Келли.

ФЭНСИ

Как он?

СИПОВИЦ

Ты знал, что он был водителем комиссара?

ФЭНСИ

(кивает)

Я видел его послужной список.

СИПОВИЦ

(притворяясь более раздраженным, чем на самом деле)

Мне потребовалось 22 года, чтобы дослужиться до своего чина, а он получил его за то, что отгонял мальчишек, трущих тряпками ветровое стекло.

Фэнси, не ответив, удаляется в сторону своего кабинета. Сиповиц подходит к Симоне.

СИМОНЕ

(прикрывая трубку рукой)

В агентстве знают, где она работает. Еще минуту.

Сиповиц кивает, видит, что входит Костас, идет к ней…

СИПОВИЦ

Как дела?

КОСТАС

Занималась делом Абруццо.

(спрашивает про Симоне)

Это новый детектив?

СИПОВИЦ

(кивает)

И кто его так назвал?

КОСТАС

Ты про имя или фамилию?

СИПОВИЦ

Если бы его имя было Симона, он был бы девушкой.

КОСТАС

Фамилия Симоне смахивает на французскую.

СИПОВИЦ

Может быть.

Они смотрят на Симоне, прислушиваясь, когда он повышает голос…

СИМОНЕ

Слушай, я потратил на этого самца уйму времени. Не хочу, чтобы он потерял цвет (пауза). Я не собираюсь спорить. Скажи Билли, пусть не вздумает шляться там со своим сизокрылым. Ладно, спасибо.

Симоне вешает трубку, замечает, что они на него смотрят.

СИМОНЕ (ПРОД.)

Я развожу птиц. Для голубиных гонок.

Костас кивает. Затем тихо говорит Сиповицу…

КОСТАС

Скажи ему, что держишь рыбок.

Сиповиц мотает головой. Симоне собирает бумаги и подходит к ним…

СИПОВИЦ

(представляя Костас)

Помощник окружного прокурора Костас.

СИМОНЕ

Приятно познакомиться.

КОСТАС

Взаимно.

СИПОВИЦ

(обращаясь к Симоне)

Что там с адресом?

СИМОНЕ

Она работает на Седьмой авеню.

(пауза, затем…)

КОСТАС

Должно быть, интересно выращивать голубей.

СИМОНЕ

Мне нравится, главное не сидеть в четырех стенах.

КОСТАС

Ох уж эти хобби.

СИПОВИЦ

(обращаясь к Симоне)

Пошли.

(ПЕРЕХОД)

12 ИНТ. ШОУРУМ ДЛЯ ПОКАЗА ОДЕЖДЫ – СЕДЬМАЯ АВЕНЮ – ДЕНЬ 12

Шум и гам, сигаретный дым, продавцы, покупатели, брокеры толпятся перед залитой светом прожектора сценой, где модели показывают весеннюю коллекцию. Сиповиц и Симоне проталкиваются сквозь толпу, следуя за Тельмой Леви, хорошо одетой женщиной лет 50 с деловым выражением лица.

ЛЕВИ

Как долго вы ее задержите?

СИПОВИЦ

Мы не знаем, пока не поговорим.

ЛЕВИ

Нельзя ли подождать, пока она закончит работу?

СИПОВИЦ

Нельзя.

Она проводит их в…

13 ИНТ. ГРИМЕРНАЯ – ДЕНЬ 13

Сиповиц и Симоне невольно таращатся по сторонам, неожиданно угодив в толпу полуобнаженных красоток. Костюмеры носятся с платьями в руках. Мисс Леви просит их подождать.

ЛЕВИ

Ждите здесь. Я ее приведу.

Работа кипит, и обнаженные модели вместе с костюмерами мужского пола и немногочисленными женщинами-портными, которые занимаются подгонкой одежды, их почти не замечают.

Шум оглушает. Сиповиц поднимает бровь, и Симоне добродушно замечает…

СИМОНЕ

Что за страна!

Появляется мисс Леви вместе с Полой Андерсон, красивой, сильно накрашенной и болезненно худой.

ЛЕВИ

Только побыстрее.

Леви уходит…

СИПОВИЦ

Я детектив Сиповиц, это детектив Симоне.

ПОЛА

Что случилось?

СИПОВИЦ

Вы знакомы с Реймондом Мартарано-младшим?

ПОЛА

Да.

СИМОНЕ

Когда вы видели его в последний раз?

ПОЛА

Вчера вечером, потом я ушла на работу.

СИМОНЕ

Он остался в вашей квартире?

ПОЛА

Что случилось?

СИПОВИЦ

Сегодня утром он был застрелен рядом с вашим домом. Вашу соседку убило случайной пулей.

Пола переваривает услышанное.

ПОЛА

Соседку с какого этажа?

СИПОВИЦ

Миссис Савино.

Видно, что Пола с трудом держит себя в руках.

ПОЛА

Мне ничего об этом неизвестно.

СИПОВИЦ

Давайте проедем с нами в участок, там мы во всем разберемся.

ПОЛА

Я работаю.

СИПОВИЦ

Уже нет. Вы едете с нами в участок.

Симоне подает ей халат.

СИМОНЕ

Почему бы вам не одеться, Пола?

Его тон окончательно ломает ее сопротивление, Пола набрасывает на плечи халат…

ЗТМ

КОНЕЦ ПЕРВОГО АКТА

Разбор

Прежде чем мы перейдем к содержанию серии, обратите внимание, что внешне сценарий телевизионной часовой драмы выглядит как киносценарий. Если раньше вы писали ситкомы, вас это удивит, потому что для написания получасовых комедий существует особый стандарт. Программы для написания сценариев сами зададут нужную опцию, поэтому выбирайте «standard», «screenplay» или другие опции, которые ваша система использует для обозначения сценарного формата.

Итак, серия, фрагмент из которой был представлен выше, начинается с тизера, который предшествует первому акту, хотя самого заголовка нет. В некоторых сценариях заголовок тизер ставится, в конце пишется ЗТМ (затемнение) и первый акт начинается с новой страницы. В других сценариях первая страница имеет заголовок первый акт, вне зависимости от наличия тизера. Единственный способ узнать, как начинается тот или иной сериал, – это прочесть сценарий. В любом случае второй, третий и четвертый акты начинаются с новой страницы.

Начало

Итак, слаглайн #1 представляет собой общий план здания полицейского участка. Сцена ли это? Нет! Вспомните, я уже объясняла, что сцена – это драматический эпизод, а не локация. Эти кадры всего лишь ориентируют зрителя в пространстве.

Слаглайн #2 открывается действием, которое без слов задает атмосферу и направленность серии. Что значит для человека в первый раз примерить очки? Как вы считаете, о чем он думает? Обратите внимание, как поспешно герой прячет их, когда в раздевалку входит Симоне. В главе 1 я писала о том, что телевизионный многосерийный фильм дает возможность детально показать внутренние переживания героя, и вот подтверждение: наедине с собой Сиповиц мучительно размышляет о том, что годы идут. Страх, что герой теряет зрение, дает зрителю ключ к пониманию того, зачем Сиповицу доказывать свою значимость в этой серии.

Персонажа Симоне играет молодой актер, высокий и привлекательный Джимми Смит. Если сравнить его с толстым, лысеющим, а теперь еще и нуждающимся в очках Сиповицем, то становится ясно, что тема соперничества закладывается с их первого совместного появления на экране. В сценарии нет описания внешности героев – в телесериалах, где все знают, как выглядят актеры, это не нужно. Фактически описания героев, которые часто имеют место в киносценариях, в сериале краткие, если вообще присутствуют. Тем не менее все эмоциональное ядро серии умещается в этом крошечном моменте.

Также обратите внимание, что диалог начинается уже на первой странице. Это типично для телесценариев, хотя, возможно, вам доводилось читать сценарии (особенно старые), в которых описаниям, атмосфере и действию без диалогов отводилось несколько страниц. Впрочем, посмотрите, что это за диалоги. На первый взгляд кажется, что герои просто здороваются. Однако не все так просто, верно? Ваша цель – сделать диалог живым и одновременно многозначным. Другими словами, позволить зрителю ощутить скрытое напряжение без нажима.

Вы можете проследить это напряжение до конца тизера, когда Симоне вычеркивает фамилию бывшего напарника Сиповица и вписывает свою. Это жест силы в эпизоде, который целиком посвящен борьбе за влияние. Однако, чтобы уловить направление драматических событий, двинемся дальше, к сцене в кабинете лейтенанта.

Проиграв молчаливое сражение Симоне (которое происходит только в его воображении), Сиповиц в слаглайне #4 идет к боссу, лейтенанту Фэнси, и жалуется на новичка. С драматической точки зрения это также целая сцена, потому что в ней есть конфликт между героями, пусть и слабый: Сиповиц заявляет о своих правах, стремясь избавиться от Симоне, но Фэнси его не поддерживает. В конце Фэнси усугубляет проблему Сиповица, велев взять Симоне в напарники и обучить.

Хотя вы можете возразить, сказав, что эту историю начинают две самостоятельные сцены, я сгруппирую материал слаглайнов с #1 по #4 в один эпизод, чтобы сделать повествование более зримым. Давайте назовем эту сюжетную линию А, ибо она в наибольшей степени влияет на весь сериал (хотя в сценарии ей не обязательно отдано самое большое количество страниц). На 62-й странице сценария (которая здесь не приводится) в самом конце эпизода начальное напряжение спадает, когда Сиповиц позволяет Симоне увидеть себя в новых очках и даже открыто демонстрирует свою слабость: «Теперь придется носить очки». Сюжетная линия этих героев будет продолжаться четыре сезона, но в этой серии конфликт исчерпан полностью.

Если вы заполняете таблицу, впишите «А» в следующий за «Т» квадрат. Логлайн сюжетной линии А мог бы выглядеть так: «Сиповиц испытывает тревогу, когда у него появляется новый напарник Симоне». Разумеется, это можно сказать иначе. Важно не то, как вы назовете сюжетную линию, а то, как вплетете ее в историю взаимоотношений главных героев.

Впрочем, мы еще не закончили с тизером. Появляется сюжетная линия Лесняк, которую я назову «В». Поскольку у вас нет сценария полного эпизода и вы не можете оценить, насколько важна для сценария эта линия, я расскажу вам. Детектив Эдриенна Лесняк – постоянный персонаж, чьи проблемы с бывшим бойфрендом (Абруццо) начались в предыдущих сериях, и в этой серии эпизодов ее борьба за то, чтобы освободиться от него, продолжается. Однако смысл этой линии глубже: тематически она усиливает историю, которая начнется во втором акте. Эта сюжетная линия требуется, чтобы помочь Лесняк расследовать дело женщины, также пострадавшей от жестокого обращения. Обе женщины пытаются обрести мужество, чтобы защититься от своих обидчиков, и личная драма Лесняк помогает зрителю глубже понять проблему.

Выяснение отношений между Лесняк и Абруццо продолжается на протяжении слаглайна #5, однако вы можете различить и другие, более мелкие компоненты: внутренний конфликт между Лесняк и Абруццо, драка, в которую вовлечены Сиповиц и Симоне, и финальное вмешательство лейтенанта Фэнси. В конце меняется не только Лесняк, но и Симоне весьма динамично проявляет себя перед новыми коллегами, не говоря о том, что драка также не проходит бесследно для отношений между Сиповицем и Симоне.

Если вы продолжаете заполнять таблицу, внесите «В» в следующий за «А» квадрат тизера, потому что в этом тизере два эпизода.

Единственный способ понять, что эта сцена завершает тизер, – это пометки «резкий переход» и «главная заставка». Первый акт начинается непосредственно после заставки, хотя в этом сценарии для него и нет заголовка.

Сцена 1

Слаглайн #6 – это целая сцена, хотя занимает она меньше страницы. Перечитайте ее еще раз и найдите драматические элементы: кто протагонист, а кто антагонист, когда наступает кульминация и как разрешается конфликт. Не ждите от меня ответов. Это хорошая тренировка умения писать сжато и учиться видеть, как продвигаются линии персонажей. Вы можете задавать себе эти вопросы при написании каждой сцены. Однако помните: любая сцена должны быть посвящена не только раскрытию характеров персонажей: в описанном эпизоде Симоне и Сиповиц, помимо прочего, занимаются расследованием убийства.

Ясно, что это сюжетная линия А, поэтому, если вы заполняете таблицу, впишите ее в первый квадрат первого акта.

Сцена 2

В слаглайне #7 начинается сюжетная линия Б, и, представляя собой рутинное полицейское расследование, она также вводит новый элемент: невидимый поединок между Сиповицем и Симоне. В этой сцене три основных компонента: во-первых, растущее напряжение, возникающее, когда герои обнаруживают, что имеют дело с бандитской разборкой; во-вторых, второстепенный персонаж, подводящий героев к следующему этапу в их расследовании. Эта конструкция может показаться простой, но в конце сцены возникает третий «эпизод», который вводит новый сюжетный поворот, когда мы слышим крики мисс Савино. (В таблице внесите «Б» во второй квадрат.)

Сцена 3

Слаглайн #8 – это еще одна сцена, относящаяся к сюжетной линии Б. Вы видите, что расположение линий не так важно, как умение сохранить зрительский интерес. И этому способствует неожиданный поворот сюжета, рождающий новые вопросы о том, кто убийца. Предполагается, что зрители, как и герои, не знают, что действительно важно, а что направляет расследование по ложному следу, – в этом заключается прелесть детективного жанра. («Б» отправляется в третий квадрат.)

Сцена 4

Для чего нужен общий план полицейского участка в слаглайне #9? Поразмыслите об этом сами, пока я не дам ответ. На самом деле ответов несколько: во-первых, это помогает переориентировать зрителя на интерьерную локацию после нескольких эпизодов на натуре; во-вторых, это сигнал о начале нового витка сюжета; и, наконец, это помогает оправдать пропущенное время – а времени прошло немало – и отделить появление персонажей в одном драматическом эпизоде от их появления в следующем, принимая во внимание, что они не могут перемещаться с такой скоростью.

Зачем в слаглайне #10 эпизод снова возвращается к сюжетной линии В? Этот эпизод длиной менее минуты не так уж важен для развития сюжета. Так почему же? Я советую вам задавать себе подобные вопросы, ибо они развивают писательское мастерство, даже если я не услышу ваших ответов. Варианты ответов: это освежает в памяти зрителей сюжетную линию «В», учитывая, что в следующий раз она появится только во втором акте; это усиливает напряжение вокруг Лесняк и заставляет нас ей сочувствовать; это дополнительная информация, которая осталась за рамками тизера. Последнее особенно важно: ни одна сцена не должна писаться для разъяснения чего бы то ни было. Если вы хотите сообщить зрителю какие-то факты, вплетите их в эмоциональный контекст, как сделано здесь. (Вписываем «В» в четвертый квадрат таблицы.)

Сцена 5

Обратите внимание, что следующая сцена выделяется указанием на то, что камера направлена на Сиповица и Фэнси в тех же декорациях и в том же времени, а также в ней нет обычного слаглайна, вроде «инт. полицейский участок – день». Вы все равно не можете использовать слаглайн, поскольку это все еще продолжение сцены 4, поэтому упоминание о камере здесь не для того, чтобы указать режиссеру, как снимать, а обозначение нового эпизода.

Слаглайн #11 занимает почти три страницы – многовато для материала, в котором почти нет внешнего действия. Что на самом деле происходит? Для начала вы должны знать, что у помощника окружного прокурора Сильвии Костас и детектива Сиповица роман (впоследствии она станет его женой). Костас красива, изысканна и умна – Энди Сиповицу с ней просто повезло. Она любит его и хочет помочь, несмотря на то что он слишком горд, чтобы прислушиваться к советам. А теперь вообразите, что появляется Бобби Симоне, привлекательный и мягкий. Держа в уме это соображение, перечитайте сцену еще раз.

Проследите истинный мотив Сиповица, его бесплодные попытки уязвить Симоне, интерес Костас к новому детективу и как за пустой болтовней мы ощущаем, что Сиповиц злится, испугавшись, что Костас предпочтет ему другого. Очевидно, что это сюжетная линия А, поэтому вписываем ее в пятый квадрат.

Сцена 6

Слаглайны #12 и #13 образуют шестую сцену, которая возвращает нас к сюжетной линии В, вводя Полу – второстепенный персонаж, которая, возможно, знает тайну убийства. Настойчивость полицейских и нежелание Полы сотрудничать образуют конфликт в этой сцене.

Это подводит нас к концу первого акта, который должен завершиться клиффхэнгером. Предвкушение неожиданного поворота в деле об убийстве Мартарано поддерживает драматическое напряжение, которое должно удержать зрителей у экранов во время перерыва на рекламу. Однако в этом эпизоде вы не найдете ошеломляющего клиффхэнгера, хотя сюжетная линия В определенно продвинулась вперед. Мне кажется, здесь внимание зрителей удерживает появление Бобби Симоне и интерес к тому, как оно отразится на сюжете всего сериала.

После того как вы вписали «В» в квадрат для шестой сцены, вы обнаруживаете, что количество сцен в первом акте недотягивает до семи. Это неважно. Если вы добавите к этим шести еще две сцены из тизера, у вас получится восемь сцен, которые длятся около 14 минут. В оригинальном сценарии первый акт занимает 16 страниц, включая тизер, запуская три параллельные сюжетные линии, поэтому можно считать его драматически завершенным.

Второй отрывок

Четыре года спустя «длинный нарратив» многогранных отношений между Сиповицем и Симоне подходит к завершению со смертью Симоне. Эпизод «Сердца и души» (сюжет Стивена Бочко, Дэвида Милча и Билла Кларка, сценарий Николаса Вуттона) раздвигает границы классического сериала, проводя Симоне через калейдоскоп флэшбеков к жизни после смерти и создавая эмоциональное и духовное измерение, которое редко встретишь на экране.

В тизере и первом акте мы увидим, как трагическое и комическое смешиваются и как постепенно растет напряжение, которое неожиданно разрешается во втором, третьем и четвертом актах. Прочтите сценарий, прежде чем мы приступим к обсуждению.

Присутствуют Сиповиц, Киркендалл и Мартинес. Учитывая конфигурацию комнаты и близость к двери кардиологического отделения, Мартинес занимает самую выгодную позицию, чтобы первым увидеть Симоне и помахать ему рукой, и это все больше раздражает Сиповица. После паузы…

СИПОВИЦ

Решил монополизировать это место?

МАРТИНЕС

(защищаясь)

Я еще ничего отсюда не увидел.

КИРКЕНДАЛЛ

(обращаясь к Сиповицу)

Он хочет помахать Бобби.

СИПОВИЦ

Мы все тут для этого, Мартинес.

МАРТИНЕС

Энди, я не сдвинусь с места.

КИРКЕНДАЛЛ

Я принесла поводок и могу повисеть на потолке.

СИПОВИЦ

Смешно.

Появляется Медавой в состоянии радостного предвкушения.

МЕДАВОЙ

Великое возвращение еще не состоялось?

КИРКЕНДАЛЛ

Привет, Грег.

Сиповиц раздраженно отводит взгляд, Медавой осматривает комнату.

МЕДАВОЙ

А ты, Джеймс, выбрал место в саду? Защищать Бобби от насекомых?

СИПОВИЦ

Они явились с утра и разбили палатку.

Мартинес фыркает, Медавой сохраняет невозмутимость…

МЕДАВОЙ

Здесь отовсюду хороший вид.

Сиповиц мерит комнату шагами.

(ПЕРЕХОД)

3 ИНТ. ПАЛАТА СИМОНЕ – УТРО 3

Симоне сидит в кресле в брюках и туфлях. Рубашка, которую аккуратно застегивает на нем Рассел, болтается на похудевшем после операции детективе. Рассел, в которой за физическим и нервным истощением ощущается возбуждение, с беспокойством изучает мужа.

СИМОНЕ

Готово?

РАССЕЛ

Я делаю тебе больно?

СИМОНЕ

Нет, нет.

РАССЕЛ

Еще немного.

(заканчивает с пуговицами)

Кажется, повязка протекла. Мне не хотелось задеть рану.

СИМОНЕ

Откинусь немного назад.

РАССЕЛ

У тебя теперь режим, Бобби.

Она пытается выдавить улыбку.

СИМОНЕ

Ну вот, сразу режим.

В ответ Рассел принужденно улыбается, наблюдая, как он прислушивается к нарастающим болезненным ощущениям. После паузы…

РАССЕЛ

Доктор Свон говорил, что шов может немного кровить.

СИМОНЕ

Повязка промокла?

РАССЕЛ

Нет, просто чуть пожелтела.

Симоне кивает. После паузы…

РАССЕЛ (ПРОД.)

Интересно, куда подевался доктор Свон?

СИМОНЕ

У нас полно времени.

РАССЕЛ

Он собирался выписать тебя 20 минут назад.

Симоне закрывает глаза. И хотя Рассел делает вид, что ничего особенного не происходит, она начинает испытывать иррациональный страх, что, если их не выпишут сейчас, их не выпишут никогда.

(ПЕРЕХОД)

4 ИНТ. ПРИЕМНЫЙ ПОКОЙ БОЛЬНИЦЫ – УТРО 4

Сиповиц придумал выход из положения, чтобы найти место получше.

СИПОВИЦ

Мне нужно позвонить.

КИРКЕНДАЛЛ

Дать сотовый?

СИПОВИЦ

По личному вопросу, поищу телефонную будку.

Он уходит, остальные смотрят ему вслед.

МЕДАВОЙ

(изумленно)

Знаешь, что делает Энди, Джеймс?

Пытается найти место получше.

МАРТИНЕС

(кивает)

Он до пенсии недотянет, если будет выкидывать такие коленца.

Сиповиц подходит к телефонной будке. ДОКТОР СВОН появляется из лифта и проходит мимо. Сиповиц, делая вид, будто разочарован тем, что ему не удалось позвонить, опускает голову и с задумчивым видом идет вслед за доктором к посту медицинской сестры.

(ПЕРЕХОД)

5 ИНТ. ПАЛАТА СИМОНЕ – УТРО 5

Симоне и Рассел оживляются, когда входит доктор Свон с документами на выписку.

ДОКТОР СВОН

Вижу, вам не терпится выписаться утром.

СИМОНЕ

Точно.

РАССЕЛ

У Бобби немного промокла повязка.

ДОКТОР СВОН

(кивает, еще не сознавая серьезности положения)

Некоторые швы долго заживают.

СИМОНЕ

Вот и Диана так считает.

Рассел заражается беззаботным тоном доктора.

РАССЕЛ

Там просто желтое пятнышко.

ДОКТОР СВОН

Давайте посмотрим.

Доктор Свон по-прежнему делает вид, что все в порядке, хотя в его лексиконе «желтое пятнышко» означает большие проблемы. Он начинает расстегивать рубашку. Симоне пытается заполнить тишину…

СИМОНЕ

Диана говорит, что собирается бросить работу в полиции.

ДОКТОР СВОН

Это хорошо, мне как раз требуется ассистентка.

Расстегнув рубашку, доктор Свон пытается скрыть, как пугает его выступивший на повязке гной из раны.

ДОКТОР СВОН (ПРОД.)

У вас выделения из раны.

РАССЕЛ

Шов заживает?

ДОКТОР СВОН

(отвечает спокойно, словно обсуждает шахматную партию…)

Не уверен. Мне нужны инструменты, чтобы осмотреть рану Бобби.

Камера застывает, словно подтверждая растущее подозрение, что с Симоне что-то не так, пока доктор Свон снимает повязку.

(ПЕРЕХОД)

6 ИНТ. КОРИДОР РЯДОМ С ПАЛАТОЙ СИМОНЕ – УТРО 6

Сиповиц подходит к посту медицинской сестры, оглядывается в последний раз, чтобы удостовериться, что коллеги за ним не следят, затем делает еще несколько шагов к палате Симоне. Когда он видит, что Рассел и доктор Свон снова укладывают Симоне в кровать, на лице отражаются шок и боль.

Глаза напарников встречаются. Сиповиц слабо машет Симоне рукой, Симоне кивает ему, и Сиповиц возвращается в приемный покой.

(ПЕРЕХОД)

7 ИНТ. ПРИЕМНЫЙ ПОКОЙ БОЛЬНИЦЫ – УТРО 7

Медавой замечает, что Сиповиц выходит из реанимационного отделения.

МЕДАВОЙ

(давясь смехом)

Правила для Энди – пустой звук. Вышел в коридор, чтобы помахать Бобби рукой.

Мартинес никак не может смириться с тем, что его обошли.

МАРТИНЕС

Зато я увижу, как Бобби выходит из лифта.

Входит Сиповиц.

МЕДАВОЙ

Ты вышел, чтобы помахать Бобби рукой?

СИПОВИЦ

Они снова уложили его в постель.

Киркендалл пугается.

МАРТИНЕС

Хотят перестраховаться?

СИПОВИЦ

Выглядит он неважно.

МЕДАВОЙ

Десять дней назад он перенес серьезную операцию, Энди.

Киркендалл замечает Рассел.

КИРКЕНДАЛЛ

Привет, Диана.

РАССЕЛ

Нам придется задержаться.

МЕДАВОЙ

(расстроенно)

Правда?

РАССЕЛ

У Бобби какая-то инфекция. Ему сделают томографию и почистят рану.

МАРТИНЕС

Энди сказал, его снова уложили в постель.

Рассел кивает…

РАССЕЛ

Идите на работу. Я позвоню, если что-то изменится.

КИРКЕНДАЛЛ

Звони при первой возможности.

Детективы пытаются выглядеть бодро, пока Рассел уходит. У двери она печально улыбается Сиповицу. Пауза. Сиповиц кипит…

СИПОВИЦ

(обращается к Мартинесу)

Ну что, поехали или так и будешь стеречь свое место?

Полицейские опустошены и расстроены.

(РЕЗКИЙ ПЕРЕХОД)

ГЛАВНАЯ ЗАСТАВКА

8 НАТ. ЗДАНИЕ ПОЛИЦЕЙСКОГО УЧАСТКА – УТРО 8

Общий план…

9 ИНТ. ПОЛИЦЕЙСКИЙ УЧАСТОК – УТРО 9

Сиповиц первым из детективов возвращается из больницы. Он держится сурово и отчужденно, словно на плечи давит тяжкая ноша. Фэнси вместе с Долорес изучают бумаги на столе. Они уже знают, что дела Симоне плохи. Сиповиц вешает плащ…

ФЭНСИ

Здесь твоя бывшая жена, Энди. Она в уборной.

СИПОВИЦ

С ней все в порядке?

ФЭНСИ

(уклончиво)

Кажется, в порядке.

Сиповиц кивает, даже эта неожиданная новость не может отвлечь его от тяжелых мыслей.

ФЭНСИ (ПРОД.)

Ты его видел?

СИПОВИЦ

(кивает)

Всего пару секунд из коридора.

ФЭНСИ

Похоже, ему стало хуже?

СИПОВИЦ

Не знаю.

Сиповиц замечает Кэти Сиповиц, свою бывшую жену и мать Энди-младшего, когда она появляется в коридоре. Кэти держится настороженно, сжимая сумочку в руках.

КЭТИ

Привет, Энди.

Сиповиц выходит в коридор.

СИПОВИЦ

Все в порядке, Кэти?

КЭТИ

Да, я просто вышла в уборную.

СИПОВИЦ

Я спрашиваю, зачем ты пришла?

КЭТИ

Я не вовремя? Могу прийти позже.

Сиповиц замечает, что от нее пахнет спиртным.

СИПОВИЦ

Пошли в кафетерий, там поговорим.

Поскольку женщина нетрезва, Сиповиц решает провести ее в кафетерий через заднюю дверь. Когда он ведет ее по коридору, мы видим, что Медавой и Мартинес поднимаются по лестнице.

10 ИНТ. КОРИДОР – ПРОДОЛЖЕНИЕ 10

Камера следует за Сиповицем и Кэти…

КЭТИ

Это ведь не самое страшное, что может случиться, правда, Энди? Самое страшное уже случилось.

Сиповицу стыдно, что она пьяна, и он не вслушивается в ее слова.

СИПОВИЦ

О чем ты говоришь?

КЭТИ

У меня проблемы, но это все ерунда по сравнению со смертью Энди.

СИПОВИЦ

Кэти, черт подери, ты снова взялась за старое?

КЭТИ

Что?

СИПОВИЦ

Заходи.

Они входят.

11 ИНТ. КАФЕТЕРИЙ – ПРОДОЛЖЕНИЕ 11

Он подводит ее к креслу.

КЭТИ

Я выпила всего чуть-чуть. Решила повидаться с тобой. Совсем капельку.

Он наливает ей кофе, ставит кружку перед ней, затем, смутившись, добавляет грубовато…

СИПОВИЦ

Тебе, как всегда, с молоком?

КЭТИ

Да, спасибо.

Сиповиц наливает молоко, смотрит на нее.

КЭТИ (ПРОД.)

(еле слышно)

Я меня проблемы, Энди. Меня арестовали в Секаукусе за вождение в нетрезвом виде.

СИПОВИЦ

Когда ты ехала сюда?

Она качает головой.

СИПОВИЦ (ПРОД.)

Значит, ты не первый раз позволяешь себе выпить капельку?

Она начинает плакать, прижимает руку ко рту…

КЭТИ

Не ругай меня, пожалуйста.

СИПОВИЦ

Ладно, ладно.

Кэти пытается взять себя в руки…

КЭТИ

Я выпила бокал, всего бокал, а полицейский сказал, что я не остановилась у знака, а я остановилась. Это тот, кто ехал передо мной, он не остановился.

СИПОВИЦ

Ты дышала в трубку? Они делали тест?

КЭТИ

Ты всегда говорил, что нельзя соглашаться на тесты.

СИПОВИЦ

А ты сказала тому полицейскому в Джерси, что твой бывший муж служит в полиции?

КЭТИ

Из этого не вышло бы ничего хорошего.

СИПОВИЦ

А про Энди-младшего ты ему говорила? Что он тоже служил в полиции Хакенсака?

КЭТИ

Я не могу говорить про Энди.

СИПОВИЦ

Скажи, как звали того полицейского. Когда это случилось?

КЭТИ

Девять недель назад.

СИПОВИЦ

(изумленно)

Девять? Черт подери, когда суд, Кэти?

КЭТИ

Вечером.

Он смотрит на нее с нескрываемым возмущением.

КЭТИ (ПРОД.)

(оправдываясь)

Я постеснялась просить тебя о помощи.

СИПОВИЦ

А нанять адвоката ты не постеснялась?

КЭТИ

Я думала, ты мне поможешь.

Он обрушивает на стол кулак…

СИПОВИЦ

Как я могу помочь тебе, Кэти, если ты ничего мне не говоришь?

Сиповица охватывает привычное раздражение, которое он испытывает, видя ее беспомощность, робость и страх. Она моргает, как делает всегда, когда он орет на нее или стучит кулаком по столу.

КЭТИ

О, Энди.

Он видит, как она съеживается, его рука тянется ко лбу. Он отводит глаза…

СИПОВИЦ

Бумаги с тобой?

Отводя глаза, она вынимает из сумочки повестку. Некоторое время он молча изучает бумаги, затем…

СИПОВИЦ (ПРОД.)

Пей кофе, а я попробую что-нибудь сделать.

КЭТИ

Может быть, мне не следовало сюда приходить?

СИПОВИЦ

Кэти, я сказал, пей кофе.

Камера отъезжает от Кэти, Сиповиц выходит…

12 ИНТ. КАБИНЕТ В ПОЛИЦЕЙСКОМ УЧАСТКЕ – ПРОДОЛЖЕНИЕ 12

Медавой и Мартинес за столом Мартинеса. Они почти не замечают Сиповица, который выходит из кафетерия и идет к своему столу…

МЕДАВОЙ

Знаешь, Джеймс, я никогда еще не чувствовал себя таким разбитым.

МАРТИНЕС

А мне работа совсем поперек горла встала.

Сиповиц изучает бумажку, которую дала ему Кэти, затем берется за телефон.

Тем временем Майкл Вульф, 28 лет, в пиджаке и брюках, входит в участок с папкой в руке.

ВУЛЬФ

(обращаясь к Долорес)

Меня зовут Майкл Вульф, мне нужно поговорить с детективом.

ДОЛОРЕС

Минутку.

Долорес смотрит на доску объявлений, кивает головой в сторону Медавого.

ДОЛОРЕС (ПРОД.)

Дежурит детектив Сиповиц, но к нему пришла бывшая жена…

МЕДАВОЙ

В чем дело?

ДОЛОРЕС

Он не говорит.

МЕДАВОЙ

Это может подождать?

Долорес, расстроенная, как и остальные, ухудшением состояния Симоне, позволяет себе проявить раздражение.

ДОЛОРЕС

Он не сказал. Под глазом у него синяк, и я понятия не имею, срочно это или нет.

МЕДАВОЙ

Ладно, я понял.

Мартинес бросает на напарника соболезнующий взгляд, а Медавой, собравшись с силами, идет принимать посетителя.

13 КАМЕРА СФОКУСИРОВАНА НА СИПОВИЦЕ 13

Он говорит в трубку…

СИПОВИЦ

Меня зовут детектив Сиповиц, я из пятнадцатого участка на Манхэттене. Вы остановили мою бывшую жену за нарушение правил 8 сентября…

Медавой подходит к зоне приема посетителей…

МЕДАВОЙ

(обращаясь к Вульфу)

Чем могу помочь?

ВУЛЬФ

На меня совершено нападение.

МЕДАВОЙ

Ясно.

Вульф показывает на свой глаз…

ВУЛЬФ

Меня зовут Майкл Вульф. Сын одной из моих постоялиц ударил меня, и я не собираюсь этого терпеть.

МЕДАВОЙ

Вы хотите выдвинуть обвинение?

ВУЛЬФ

Да, я хочу выдвинуть обвинение.

МЕДАВОЙ

Из-за синячка под глазом…

ВУЛЬФ

Да.

Медавой понимает, что от посетителя так легко не избавиться…

МЕДАВОЙ

Хорошо, идемте.

Пока Медавой ведет посетителя к столу, камера на Сиповице.

СИПОВИЦ

(удивленно говорит в трубку)

Она не сказала, пока вы не привезли ее в участок? Пока не составили протокол?

(слушает, кивает)

Нет, я могу… Нет, я вам верю.

(говорит доверительно в трубку)

Я объясню, наш сын работал в полиции Нью-Джерси, его убили, поэтому я не удивлен, что она снова взялась за старое…

(чешет шею)

Значит, вы не против, если я свяжусь с прокурором?

(пауза)

Хорошо, спасибо, я вам очень обязан.

Сиповиц нажимает на рычаг, набирает номер Костас…

СИПОВИЦ (ПРОД.)

(резко)

Ты знаешь кого-нибудь в офисе прокурора в Секаукусе?

СИПОВИЦ (ПРОД.)

(слушает, сердито)

Я говорил тебе, что они им займутся, и он еще наживет себе неприятностей.

(слушает)

Потому что мою бывшую жену арестовали за вождение в нетрезвом виде, тебе ясно, Сильвия? И она пришла ко мне за три часа до суда. А вместо того, чтобы критиковать мой тон, помоги мне вытащить ее из тюрьмы. Ты знаешь кого-нибудь в Секаукусе?

(пауза)

Хорошо, спасибо.

Он вешает трубку. Во время разговора мы видим, как Кэти выходит из кафетерия через заднюю дверь, крадучись, пробирается к лестнице и спускается по ступеням.

Сиповиц встает и идет к кафетерию. Когда он проходит мимо, камера останавливается на Медавом и Майкле Вульфе…

МЕДАВОЙ

Прежде чем мы составим обвинение, мистер Вульф, подумайте, как обвинение против сына повлияет на ее желание платить за квартиру?

ВУЛЬФ

Я учусь на последнем курсе в бизнес-школе Стерна…

МЕДАВОЙ

(а мне какое дело?)

Понятно.

ВУЛЬФ

Я управляю домом, пока мой дядя живет во Флориде. И меня меньше всего волнует, собирается ли мамаша этого качка платить за квартиру.

Обнаружив, что Кэти ушла, Сиповиц возвращается в отдел…

СИПОВИЦ

Сукин сын!

Выругавшись в непосредственной близости от Вульфа, Сиповиц направляется к кабинету Фэнси.

14 ИНТ. КАБИНЕТ ФЭНСИ – ПРОДОЛЖЕНИЕ 14

Фэнси сидит за столом, входит Сиповиц.

СИПОВИЦ

Могу я отлучиться?

ФЭНСИ

Хорошо.

СИПОВИЦ

Мне нужно найти мою бывшую жену-пьяницу.

Сиповиц идет к двери, останавливается…

СИПОВИЦ (ПРОД.)

Мне нужен сотовый.

Фэнси кивает, Сиповиц берет телефон, выходит из кабинета…

15 ИНТ. ПОЛИЦЕЙСКИЙ УЧАСТОК – ПРОДОЛЖЕНИЕ 15

Он идет к двери, останавливается у стола Долорес.

СИПОВИЦ

Я взял телефон.

ДОЛОРЕС

Хорошо.

СИПОВИЦ

Если позвонит моя жена или кто еще.

Долорес кивает. Сиповиц выходит.

16 КАМЕРА НА МЕДАВОМ И ВУЛЬФЕ 16

Медавой начинает заполнять форму, Вульф поправляет его…

ВУЛЬФ

Здесь «у», а не «о», и две «л». Буллянже.

Медавой поднимает голову, оценивающе смотрит на Вульфа, качает головой и усмехается.

ВУЛЬФ (ПРОД.)

Что здесь смешного?

МЕДАВОЙ

Ничего, мистер Вульф.

ВУЛЬФ

Кажется, у нас с вами разное представление о юморе.

МЕДАВОЙ

Ладно, это меня волнует меньше всего. Просто давайте заполним бланк жалобы на парня, который врезал вам, когда вы пришли выбивать долг у его матери.

ЗТМ.

КОНЕЦ ПЕРВОГО АКТА

Разбор

Начнем с сюжетных линий. А – это история о том, как умирает Симоне, Б – история Сиповица и его бывшей жены Кэти, В – Медавоя и Вульфа. Чтобы сделать классификацию более понятной, я использовала простые тэги, однако, когда будете писать собственный сценарий, надеюсь, вы напишете драматические логлайны. И тогда поймете, есть ли в вашей истории конфликт – настоящие это истории или просто ситуации. Взяв за основу этот эпизод, сформулируем логлайны так.

А: Смерть Симоне неизбежна, он пытается бороться, пока, наконец, не примиряется со своими воспоминаниями. Внутри этой линии Рассел, Сиповиц и остальные проживают арки от отрицания через гнев к смирению.

Б: Столкнувшись с алкоголизмом и отчаянием Кэти, Сиповиц вынужден преодолеть свой гнев, чувство вины и собственное алкогольное прошлое для того, чтобы помочь ей.

В: Медавой пытается сохранить профессионализм, глядя, как настойчивость наглого посетителя возрастает.

Обратите внимание, что каждую историю я начинаю с главных героев, хотя второстепенные (Кэти и Вульф) являются инициаторами событий.

Холодное открытие

Этот тизер представляет собой сюжетную линию «А» (от слаглайна #1 до слаглайна # 7), хотя он содержит несколько битов. Задумывая такое важное начало, я начну с мини-аутлайна, планируя каждый эпизод так, чтобы напряжение возрастало. Попробуйте составить ваш собственный список поворотных событий с начала до пометки «резкий переход», которая и завершает тизер.

У вас получились такие же эпизоды?

• Утомленные ожиданием, детективы обмениваются колкостями.

• Первое открытие: Рассел видит, что повязка промокла.

• Сиповиц решает выяснить, что происходит.

• Напряжение нарастает, когда доктор Свон подтверждает, что дела плохи.

• Это обнаруживает Сиповиц, мы наблюдаем за его переживаниями.

• Сиповиц и Рассел вводят детективов в курс дела, встревоженные, они возвращаются в участок.

Эти шесть эпизодов выстраиваются в драму, используя стандартную повествовательную прогрессию: предвкушение – ожидание – удивление. Зрителей заставляют испытывать предвкушение, которое вводит их в курс дела. Когда событие происходит, нас охватывает любопытство: чем все закончится? Однако сюжет делает неожиданный поворот (перевертыш), рождая чувство удивления, которое ведет к новому витку напряжения. Таким способом вы создаете на экране напряжение, что превосходно демонстрирует этот тизер.

Также обратите внимание на наличие юмора в таком мрачном эпизоде. Это проверенная годами практика: усиливать трагическую составляющую, противопоставляя ей комедию. Шекспир играл с глупцами и глупостью – заставляя хохотать зрителей своего времени – в самых трагических пьесах. Здесь эпизод начинается с легкого, почти глупого диалога – детективы препираются за место у окна. Затем, когда драма продвигается к первому акту, в образе мистера Вульфа нам представляют редкого дурака. Держа в уме эти соображения, обратимся к первому акту.

Акт 1

Сюжетная линия Б, построенная на взаимоотношениях Сиповица и Кэти (от слаглайна #8 до слаглайна #12), начинается с эпизодов, в которых испытывается на прочность эмоциональное состояние Сиповица, и так расстроенного тем, что здоровье напарника ухудшилось. Я уже упоминала о комическом эффекте – здесь, напротив, усугубляется трагизм. Как вы думаете, почему сценаристы начали первый акт именно с этих эпизодов?

Тут возможны варианты: пока состояние Симоне остается нестабильным, для основных персонажей нет простора для действия, за исключением Рассел и Симоне, хотя и здесь конфликт внутренний, они принимают решения рефлекторно. Решая проблему доведенной до отчаяния Кэти, которая вскоре уходит, Сиповиц находит отдушину после больничных помещений, вызывающих клаустрофобию.

Появление Кэти также дает возможность Сиповицу проявить его чувства по отношению к Симоне (в том числе гнев), иначе он просто сидел бы и грустил. На протяжении сериала основным качеством Сиповица как персонажа остается его нежелание сдаваться, даже когда ему противостоят опасные преступники, или, как в данном случае, перед лицом смерти. Он часто терпит поражение, но здесь, помогая Кэти, Сиповиц перестает ощущать себя беспомощным из-за того, что не может спасти Симоне.

Возможно, вам удастся найти другие причины, почему сценаристы выбрали сюжетную линию Б для начала серии и почему этот выбор можно назвать правильным.

По мере развития действия обратите внимание, как плавно сцены перетекают друг в друга внутри полицейского участка. В первом отрывке сцены легко отделялись друг от друга. Здесь вы видите множество сцен, объединенных временем и местом и искусно срежиссированных. Например, в слаглайне #9, когда Сиповиц и Кэти выходят в коридор, мы видим, как Медавой и Мартинес поднимаются по лестнице. Это сделано для того, чтобы мы не теряли связь с другими персонажами и их проблемами. Действие заставляет камеру следовать за героями, уводя зрительское внимание вслед за ними, но нам также не позволяют забыть о том, что происходит в помещении, которое мы покинули.

Сходным образом сюжетная линия В начинается с появления Вульфа, в то время как Сиповиц идет к своему столу. Обратите внимание, как сюжетная линия Б вкрапляется в сюжетную линию В в слаглайне #13, и до самого конца слаглайна вы можете наблюдать эту многослойность: Медавой и Вульф идут к столу Медавого мимо стола Сиповица; пока Сиповиц разговаривает по телефону, на заднем плане мы видим уходящую Кэти; Сиповиц пересекает комнату, оставляя нас с Медавым и Вульфом. Это сложный, но элегантный способ придать глубину (многослойность) происходящему на экране.

Этот многоуровневый подход – сцена внутри сцены при единстве места и времени – можно обнаружить в других сложно устроенных сериалах, поэтому обязательно посмотрите их. Однако, когда будете писать собственный сценарий, советую вам при планировании отделять сюжетные линии друг от друга, а соединять их, только если вы готовы перейти от аутлайна к телепьесе. (Подробнее об этом в главе 4.)

Что делать дальше

Читайте и анализируйте все хорошие телесценарии, которые попадутся вам на глаза. Разумеется, всю жизнь вы смотрели телесериалы, но понимание того, как эпизод выглядит на бумаге, поможет вам в освоении ремесла телесценариста.

Если вы четко представляете себе, как построены лучшие драмы, вы готовы к тому, чтобы взяться за собственный сценарий. А о том, с чего начинать, я расскажу в следующей главе.

Подведем итоги

• Большинство (хотя и не все) драматических сериалов используют параллельные непоследовательные сюжетные линии, которые обозначаются буквами «А», «Б», «В» и т. д. Обычно в эпизоде присутствует три сюжетные линии, хотя в некоторых шоу их больше. Каждую сюжетную линию обычно ведет один из главных героев.

• Сцены длятся около двух минут. От пяти до семи сцен составляют акт в классической телевизионной драме. Учитывая, что всего актов четыре, в часовом эпизоде примерно 28 сцен. Однако в сериале, где много диалогов, количество эпизодов в сцене может быть увеличено, а в сериале, где много действия, – уменьшено. В шоу, где пять или шесть актов, сцен может быть не больше 20.

• Тизер – это пролог к серии, и в нем могут начинаться одна или больше сюжетных линий.

• Анализируя качественные сериалы, используйте предложенную мной таблицу, чтобы представить структуру серии комплексно.

• Лучшие телевизионные сериалы демонстрируют принципы драматической арки, которая применима ко всем качественным сценариям.

Слово Стивену Бочко

Стивен Бочко – лауреат премии «Эмми», соавтор и исполнительный продюсер сериала «Полиция Нью-Йорка» и множества других сериалов, в том числе «Закон Лос-Анджелеса» (L. A. Law) и «Блюз Хилл-стрит» (Hill Street Blues). Для этой книги я брала у него интервью дважды: в 2004 и 2010 г. Ниже выдержки из этих интервью.

Памела Дуглас: Вас считают первопроходцем в создании сериалов – от «Блюза Хилл-стрит» до сегодняшнего дня. Менялось ли ваши взгляды на формат телевизионного сериала?

Стивен Бочко: И да и нет. Не думаю, что мы начинали «Блюз Хилл-стрит», замышляя изменить привычный формат. Мы просто работали, и с какого-то момента сериал начал сам себя создавать. Я имею в виду, что определенные вещи, над которыми мы работали, концептуально подталкивали нас к новым идеям.

Если вы создаете шоу с семью, восемью, девятью героями, спросите себя, способны ли вы драматургически связать такое количество персонажей внутри сериала с часовыми сериями. Едва ли. Тогда вы говорите: ладно, значит, придется выйти за границы формата и заняться мультисюжетом. Даже если персонаж появляется в трех сценах за час, эти три сцены должны быть гармоничной частью сюжетной линии длиной в 15 сцен, растянутых на множество серий. Это реакция на те внутренние изменения, которые мы произвели. Сериал сам начинает диктовать нужные ходы. Вероятно, самое умное, что я и Майкл [Козолл, сценарист, продюсер. – Прим. ред.] сделали, – это позволили ему повести нас за собой, вместо того чтобы пытаться запихнуть в установленные рамки. Мы просто позволили ему выйти за эти рамки.

П. Д.: Значит, вы не согласились бы взяться за сериал с 14 героями?

С. Б.: Нет, мы просто начали осознавать, чего мы делать не хотим. Мы не желали связываться с типичными полицейскими сериалами, которые нам предстояло писать и продюсировать годами, ибо не чувствовали, что способны привнести в этот формат нечто большее. Поэтому идея сосредоточиться до определенной степени на личной жизни полицейских показалась нам стоящей. Однако ни о чем другом мы не помышляли, просто идея получила органичное развитие.

П. Д.: Это стало прообразом целой волны сериалов, необязательно посвященных полицейским.

С. Б.: Следующий сериал, перенявший наш стиль, – «Сент-Элсвер» (St. Elsewhere). Он стартовал через год под руководством моего друга Брюса Пэлтроу. Они провалились, мы вытянули счастливый билет. Одна из причин, по которой люди до сих пор связывают мое имя с этим сериалом, – их удивительная похожесть по стилю и форме.

Но пришло время двигаться дальше. Когда мы начали приглядываться к «Полиции Нью-Йорка», мне не очень хотелось браться за очередной полицейский сериал. Если, конечно, мне не представится возможность изменить телевизионный формат. И я впервые подумал: а ведь это шанс.

П. Д.: Что именно вы хотели изменить?

С. Б.: Ничего экзотического. Мне хотелось расширить возможности языка и визуальной палитры. И полицейская драма казалась более приспособленной для этого, чем семейная или юридическая. Неприукрашенные будни полицейского участка подходили для экспериментов с киноязыком. И я решил: если уж идти до конца, то нужно использовать площадку, где это будет выглядеть естественно.

П. Д.: Что больше всего поражает меня во всех ваших шоу, это, прежде всего, их честность и реализм. У вас герои ведут себя так, как люди в обычной жизни.

С. Б.: Среди них есть расисты, кто-то трус, кто-то напуган, кто-то подлец, а порой люди просто не сошлись характерами. Это отношения среди сослуживцев, то, с чем сталкивается каждый. Кроме того, мы с Дэвидом [Милчем – сценаристом и телепродюсером. – Прим. ред.] хотели снова поработать вместе. Ему хотелось делать полицейский сериал. Я хотел изменить телевидение. С 1986 г., с «Закона Лос-Анджелеса», у нас не было успешных часовых сериалов, а на дворе стоял 1991-й. Часовая драма переживала не лучшие времена, а поскольку я занимался именно ею, то и я переживал не лучшие времена.

Я решил, что единственный способ возродить формат – это создать конкуренцию кабельным каналам. Я сделал презентацию для ABC, а они предложили мне взяться за полицейский сериал. Я посоветовал им быть осторожнее в желаниях, потому что моим условием будет присутствие на экране нецензурной лексики и обнаженной натуры. Одно дело согласиться на такое в теории, другое – получить сценарий, содержащий то, чего никогда не видели и не слышали на телевидении. Задумывалось, что сериал выйдет в эфир осенью 1992 г., но этого не случилось, потому что мы не смогли договориться относительно текста и откровенных сцен. Я сказал: или мы оставляем все как есть, или я ухожу. Поэтому выход сериала задержали на год.

За месяцы, предшествовавшие его выходу, мы получили тысячи писем – каждую неделю их таскали мешками – от религиозных организаций, которые тратят миллионы долларов на полностраничную рекламу в ведущих американских газетах. Они обрушились на нас, обвиняя в порнографии. Однако никто из них не видел ни одной серии фильма, который их оскорбил. Если бы они написали нам после просмотра, я бы не удивился, но эти письма не имели ничего общего с содержанием сериала, и единственное, чего я хотел, чтобы мне дали закончить.

Нас ждал успех, но это был не успех сериала, а следствие ажиотажа, который не под силу создать самой мощной пропагандистской машине. Хвала Господу, ибо, учитывая все эти сложности, если бы не высокие рейтинги, мы не продержались бы в эфире и трех недель. Но мы с честью вышли из этой передряги.

П. Д.: Возможно ли повторение подобной истории сегодня?

С. Б.: Нет, не думаю. Не сегодня. Возможно, в следующем году или через пять лет. Это повторяющийся процесс. Все дело в страхах. Когда телевизионная индустрия становится все более вертикально интегрированной, а телекомпании входят в состав громадных корпораций, они начинают испытывать страх перед государством, рекламодателями и собственными акционерами. Это страх раскачать лодку, связанный с рейтингами, рекламой, прибылями. В конечном счете это вопрос самозащиты. Мои сериалы идут без перерыва в прайм-тайм с 1981 г., и это настоящая ответственность и настоящее доверие.

П. Д.: Как вы считаете, чего ждет от вас зритель?

С. Б.: Хорошей истории.

П. Д.: Что это для вас значит?

С. Б.: Понятие «хорошая история» включает в себя многое. Прежде всего, у хорошей истории есть начало, середина, осложнение и разрешение. В глобальном смысле она дает зрителям удовлетворение от того, что время, проведенное за просмотром, прошло не зря. А если она заставляет их задуматься или взглянуть на проблему с другой стороны, совсем хорошо. Это громадные бонусы, но начинается все с хорошей истории.

П. Д.: Лучшие эпизоды «Полиции Нью-Йорка» дают мне гораздо больше.

С. Б.: А знаете почему? Хорошие фильмы основаны на хороших историях, великие – на великих. И когда вы рассказываете великую историю, то ей присущи такие элементы, как сложные моральные проблемы и этическая двойственность, то, что всерьез волнует людей. Все эти большие вопросы возникают, когда вы рассказываете великую историю.

Но начинается все с истории. Если вы говорите: «Я буду писать серию, посвященную свободе слова», вы забрели не туда. Начали с неверной посылки. Вы рассказываете великую историю – и возникает тема, это элементарно, как курс начинающего литератора. Я помешан на хорошей истории.

П. Д.: Были времена, когда вы делали три сериала одновременно. Как вам удавалось не потерять нить в каждом?

С. Б.: Я занимаюсь этим больше 30 лет и успел кое-чему научиться. А еще это вопрос управления временем. Я умею составлять расписание. Все эти проекты находятся на разных стадиях производства, поэтому сериал вроде «Полиции Нью-Йорка» по сравнению с новым требует совсем немного времени, потому что все мы говорим на одном языке. У сериала такая длинная и сложная память, что тебе ничего не нужно изобретать. В последнем сезоне «Полиции Нью-Йорка» я следил только за тем, чтобы, завершая сериал, мы не обманули зрительских ожиданий и чтобы зрители не решили, что их оставили в дураках.

И снова я возвращаюсь к истории, к особому пониманию того, что значит рассказать историю. Ты больше отслеживаешь линии героев, чем события, хотя должен следить и за этим. Ты берешь персонажей в путешествие длиною в сезон, которое естественным образом меняет их жизни. А зрители смотрят и говорят: «Мне грустно, но что поделаешь, мне будет недоставать этих людей». Время, которое я проводил со сценаристами в новом сериале, было посвящено исключительно линиям героев, потому что они неотделимы от историй, а поскольку мы использовали многочисленные истории настоящих полицейских, все происходило естественно.

Новый сериал требует приложения усилий, потому что это новые герои и новые идеи, но в хорошем сериале переворачивать карты – удовольствие. Уходит два, порой три года, чтобы выложить все карты на стол – драматически раскрыть характеры основных персонажей. Ах, так он алкоголик, надо же, выходит, она лесбиянка! Спустя три года приоритеты меняются, поддерживать сериал на плаву – нетривиальная задача. Но в начале, когда все получается, невероятное удовольствие – совершать открытия.

П. Д.: Вы работали над шоу для платных и бесплатных кабельных каналов. Не поделитесь, как это происходит? Когда вы решаете, что вам это интересно, что вы делаете дальше? Беретесь за телефон и…

С. Б.: Идеи приходят разными путями. Когда вы заняты в сериальной индустрии, вы становитесь машиной по производству идей. У меня есть близкий друг в музыкальном бизнесе, и однажды мы пошутили, что музыкальный бизнес лопнул. Его больше не существует. Диски стали одноразовыми, они нужны только для раскрутки концертов. Мы испытывали горечь. Даже в телевизионном бизнесе все встало с ног на голову. И я сказал ему, что если хочешь зарабатывать деньги, то стоит создать новую религию. Он ответил, что если учреждать новую религию, то это следует делать в манере Майкла Джексона. Это была шутка. И я сказал: ты не можешь создать Майкла Джексона, но это хорошая идея для телесериала. Мы посмеялись, а потом я позвонил Крису Джеролмо, музыканту и сценаристу, и сказал, что хотел бы обсудить один проект. Мы встретились, и я рассказал ему об этой идее. Я предложил потратить пару недель, чтобы все обдумать. И тогда мы, я, он и еще один человек, за пару недель придумали питч.

П. Д.: Вы начали с персонажей? С мира, в котором они живут? С сюжета для пилота? С чем именно вы пришли на презентацию?

С. Б.: С главным героем: кто он, какова его предыстория. Мы заявили тему, основную проблематику. Я всегда должен знать, о чем сериал в целом. Затем мы написали, но не аутлайн, а общую концепцию. Мы определились с началом, серединой и концом, а потом написали десять страниц с «крючком», на который планировали поймать зрителя. Я думал предложить это каналу Showtime, туда мы и пошли.

П. Д.: Вы думали о кастинге, локациях или конкретных сериях?

С. Б.: Мы думали об эпизодах. Однако нам не хотелось тратить время впустую, как свое, так и Showtime, поэтому предварительно я попросил агента прозондировать почву. И в Showtime выразили интерес.

П. Д.: Как вы думаете, что сыграло роль: ваше имя или идея?

С. Б.: Конечно, идея. Если бы они не заинтересовались, я поставил бы их в неловкое положение. Или себя. Мы ничего не писали, просто представили идею. Телеканал купил ее прямо на месте.

П. Д.: Что значит «купил»?

С. Б.: Они заказали пилотный сценарий. Мы расширили эти десять страниц до размера полноценного аутлайна. И отослали им. Сериал необычный, поэтому они хотели понять его формат. И это разумно. К тому времени, как мы отослали аутлайн, мы успокоились. Они сделали пару весьма толковых замечаний, мы внесли правку, они дали добро. И Крис Джеролмо написал сценарий.

Кстати, продать что-либо кабельному каналу гораздо труднее, чем эфирному, которое одновременно запускает 30 пилотов. Если кабельный канал решил запустить проект в разработку, это значит, его продюсеры по-настоящему увлечены, и чем труднее заставить их «откусить кусочек» от вашего сценария, тем больше уверенности, что, распробовав блюдо, они снимут пилот или целый сезон.

П. Д.: Как это сообразуется с вашим предыдущим опытом работы на телевидении?

С. Б.: Я делал свой первый сериал в 1969 г., а значит, я работаю на телевидении шестой десяток лет. Когда оглядываешься на жизнь, прожитую на телевидении… Я начал работать на студии Universal, еще учась в колледже. Ирония в том, что система, в которую я пришел, распалась и снова возродилась и теперь представляет собой версию той, в которой я начинал. Телевидением в 1960-е заправляли несколько студий. Они были единственными поставщиками трех крупнейших телесетей. Это был станок по печатанию денег.

Если ты работал на студии, с тобой заключался контракт. Мы трудились в штате на постоянном жалованье. И так продолжалось до конца 1970-х, когда благодаря налоговым вычетам для инвесторов возникли такие замечательные компании, как Lorimar. И тогда наступила золотая эра независимого телевидения, в которой власть получили сценаристы.

А затем отменили все налоговые послабления, и пятерка медиагигантов начала интегрироваться изнутри. Это стало современной версией того, с чего я начинал: пять гигантов, которые контролируют все аспекты бизнеса и убивают все независимое. Они уничтожали на корню любую попытку создать что-то неординарное, потому что по сути своей были бухгалтерами, для которых главное – прибыль.

П. Д.: Как, по-вашему, изменится телевидение в ближайшие пять лет?

С. Б.: Как бизнес-модель телевидение останется прежним. Это все еще выгодный бизнес. В ближайшие годы телевидение, сотовые телефоны и компьютеры станут едины. Поэтому интернет, который пытаются превратить в креативное медиа… видите ли, я не считаю интернет креативным медиа, это платформа. Мост. В интернете родится новый формат телевидения.

Я около полутора лет посвятил созданию идей для интернета типа оригинальных программ для веб-сайтов вроде Metacafe, потому что это было чем-то новым. Умные ребята из интернет-компаний сказали: мы будем делить прибыль поровну, но мы не продюсеры, и не собираемся ничего финансировать. Кому такое нужно? Это отстойник. Если они хотят реализовать свои активы, единственный путь в будущее – создавать продюсерские компании. Никто не знает, как монетизировать интернет.

В сущности, единственная интересная разработка в этом бизнесе – технология «двойного потока» в кабельном телевидении. Мы получаем бесплатные программы и программы по подписке. Здесь производится большинство интересных сериалов.

П. Д.: Вы не считаете интернет альтернативой телевидению?

С. Б.: Я считаю, что интернет вскоре станет единственной системой доставки контента. Вряд ли нам снова удастся создать условия для процветания маленьких независимых компаний.

П. Д.: Почему вы работаете на телевидении, а не в кино?

С. Б.: Телевидение – лучшая среда. Несмотря на все недостатки, здесь больше творчества и свободы, чем в кинобизнесе. Кинобизнес обращается в основном к детям и подросткам. Лишь немногие пытаются создавать что-то по-настоящему глубокое и серьезное в низкобюджетном кино, занимая свою нишу в кинопроцессе. Всех остальных заботят только спайдермены, бэтмены и им подобные, им важны только большие проекты. Но это не для меня.

Если хотите получать удовольствие, учиться и быть продуктивным сценаристом, пишите для телевидения, а не для кино. Вам не придется разделять заслуги с 15 другими идиотами. Вас не будут презирать 15 болванов в костюмах, у которых слишком много свободного времени, и все, чего они хотят, – это поскорее отправиться на ланч. Телевидение – это работа, вы начинаете и заканчиваете ее. И это замечательно. Если вам повезет c проектом, вы за пару лет станете автором стольких сценариев, приносящих роялти, сколько большинству киносценаристов не видать за всю жизнь. Поэтому для сценариста телевидение гораздо более подходящее место.

П. Д.: Что вы посоветуете студентам киношкол, которые задумываются о карьере сценариста на телевидении?

С. Б.: Пусть идут учиться на врачей. Не для того, чтобы стать врачами, а чтобы, когда они вернутся на телевидение, им было о чем писать. Живите. Это мое единственное пожелание большинству молодых сценаристов. Если вы собираетесь стать режиссером или продюсером – это одно. Есть определенные навыки, которые вы должны освоить. Но для того, чтобы стать сценаристом, у вас должно быть что-то за душой. Все мы проживаем отпущенное нам время, но, когда вам 21 год, вы еще не знаете жизни.

К сожалению, большинство молодых сценаристов формируют восприятие жизни из просмотра телевизора, поэтому им остается только на разные лады копировать чужие работы, но эти подделки не имеют ничего общего с реальностью. Поэтому я советую студентам не отказываться от мечты, но не сидеть сложа руки, а искать настоящую работу и проживать настоящую жизнь.

Поговорим о том, как пишутся процедуралы с Энн Донахью («Место преступления: Майами»), а также Робертом и Мишель Кинг («Хорошая жена»)

«Место преступления» – «самая успешная франшиза в телевизионной истории», если верить Лесу Мунвесу, президенту CBS – корпорации, которая транслирует сериал. Сериал, который продлевают каждый год в трех ипостасях – «Место преступления: Майами», «Место преступления: Нью-Йорк» и «Место преступления: Лос-Анджелес», – невозможно пропустить, да зрители и не пытаются. А если добавить другие процедуралы, то получится, что в целом большинство часовых драм на эфирных телеканалах (но не на кабельных) представляют собой процедуралы.

Почему?

Соавтор и исполнительный продюсер «Места преступления: Майами» Энн Донахью считает, что дело в прозрачной структуре процедуралов. Зрители любят завершенные истории, когда в финале торжествует справедливость, что редко случается в реальной жизни, они хотят быть уверены, что в конце каждого сезона плохие парни получат по заслугам.

Это не значит, что сериал «Место преступления: Майами» прост: расследование много раз меняет направление, научные исследования поражают сложностью, а судебные разбирательства впечатляют. Однако с точки зрения драматической конструкции и содержания формат предсказуем. Что подводит нас к определению: процедурал – сериал, каждая серия которого содержит законченную историю и в котором тайна важнее личных историй главных героев. Расследование, раскрытие преступления – ключевые понятия для «Места преступления» и других полицейских/детективных процедуралов. «Доктор Хаус» представляет собой медицинский процедурал, в котором цепочка улик приводит к виновному (в данном случае – к болезни), а в судебных процедуралах (таких как «Практика» (The Practice), «Юристы Бостона» и «Хорошая жена») крутые повороты в расследованиях и судебных слушаниях используются для того, чтобы выиграть дело.

Процедуралы были популярны еще тогда, когда на телевидении существовало три телеканала и каждую неделю шел новый сериал. В 1990-х «Закон и порядок» привнес в жанр процедурала серьезную и актуальную социальную тематику. В 2000 г. сериал «Место преступления» поднял планку еще выше. Чтобы написать пилот, Энтони Зуйкер, сценарист, не имевший опыта работы на телевидении, провел колоссальные исследования и даже присутствовал вместе с детективами на местах настоящих преступлений в Лас-Вегасе. Телеканал привлек к работе опытного продюсера-сценариста Кэрол Мендельсон, она пригласила Энн Донахью, которая получила премию «Эмми» за проект «Частокол» (Picket Fences) и одно время работала с ней в компании Steven J. Cannell Television.

Вначале «Место преступления» был запутанным процедуралом с научной составляющей, о которой сценаристы не имели понятия, и вставками, демонстрирующими рассеченную плоть, пронзенную пулями. У них было пять технических консультантов, и они должны были сообразить, как написать экспозицию, и скрыть свое невежество.

Мендельсон рассказывала журналу The Wire, что по мере развития сериала их приверженность фактам росла. Три исполнительных продюсера искали в газетах описания убийств, которые могли вдохнуть жизнь в сюжет, и зубрили криминалистику. Они создавали стиль «Места преступления», используя крупные планы микроскопических улик и необычные визуальные и звуковые эффекты, которые обыгрывали смены ракурсов, временны́е периоды или настроение. Мендельсон утверждала: «Суть сериала в деталях, а материалом служат реальные факты».

Когда пишешь сценарий процедурала, нужно суметь пробиться сквозь технические подробности к душе героев. Донахью говорит: «Ошибка, которую все, включая меня и остальных сценаристов, совершают в первом варианте сценария, – это стремление перегрузить сюжет загадками. Но поверьте мне, сюжет никого не волнует. История – другое дело. Если присмотреться внимательнее, вы увидите, что перед вами история парня, который не хочет проиграть или боится сойти с дистанции. То, что вызывает отклик у зрителя. Обычно это сюжетная линия А. Сюжетной линией Б будет история его любви – добился он взаимности или нет?

В наших сериалах А – это расследование, Б – эмоциональная составляющая. Как воспринимает преступление тот или иной персонаж и как преступление на него повлияло? А если кто-то из семьи убитого причастен к преступлению, как помочь им пережить трудные времена? Мы должны постоянно перемещаться между сюжетными линиями А и Б. Если в первом акте одна улика приводит вас к одному персонажу, другая – к другому и герои просто ставятся перед фактом, значит, вы делаете что-то не так.

Сейчас мы думаем над историей о няне. Убийство произошло в доме, где она работала. Были найдены отпечатки пальцев соседа, он утверждает, что забрался в дом с целью кражи. Но почему он бродил вокруг дома, всматривался в окна? Мужчина говорит, что встречается с няней. И внезапно мы перестаем воспринимать его как обычного вора – он сообщает нам информацию о человеке, которого прежде мы считали непричастным. Теперь мы видим, что няня ради своего бойфренда скрывает то, что знает об убийстве. Позднее мы обнаружим, что они оба друг друга покрывают.

Не все персонажи в процессе расследования, которое непременно должно быть основано на данных экспертизы, виновны, но все помогают двигать историю вперед. Еще одно правило: к концу первого акта, где-то на первых 17 страницах сценария, у вас должен появиться свежий труп. И реальный подозреваемый.

Задача любого сериала – развлекать. Сюжет – это главное, и сценарист должен рассказывать историю. Он не должен ни поучать аудиторию, ни демонстрировать политкорректность, ни высказываться по волнующим его вопросам. У героя должно быть заветное желание. На его пути должно возникнуть препятствие или осложнение.

Правильно сделанный сериал должен захватывать визуально и полностью соответствовать ожиданиям зрителей. Процесс кинопроизводства меняется, но он никогда не заменит собой искусство повествования. Меня вдохновляет история и ее неминуемое разрешение. Хороший финал всегда неожиданный и в то же время неизбежный. Именно этого ждут от нас зрители.

Каждая история, будь то медицинский, полицейский сериал или мелодрама, содержит в себе тайну. Тайна должна быть раскрыта. Когда зрители разгадают загадку? Какое наказание понесет злодей? Я не думаю, что здесь что-то изменится. Наши желания не меняются. Мы хотим финала, который казался нам невозможным».

Один из множества процедуралов на телевидении – сериал «Место преступления» – стал культовым и, возможно, является чистейшим образцом жанра. Другие фильмы с сильными элементами процедурала характеризует устройство сюжета, который закручен вокруг личностей главных героев. Сериал «Доктор Хаус» был бы другим без ненормального врача в исполнении Хью Лори и своеобразных отношений между членами его команды.

Один из сценаристов «Доктора Хауса», Питер Блейк, посетил мои лекции в Университете Южной Калифорнии и поделился секретами своей работы. Рассказывая о серии «Тиран», сценарист поведал нам: «Я спросил себя: из-за чего врач может убить пациента? Вероятно, чтобы предотвратить еще большее зло. Ты вечно ищешь самую трудную ситуацию, чтобы иметь возможность проявить себя как сценарист. Ты должен найти самого мрачного из всех возможных второстепенных персонажей. Здесь таким героем оказался диктатор, который готов совершить геноцид, и только смерть может его остановить. Все в сценарии должно подготавливать зрителя к этому моменту.

Ты создаешь "скелет" процедурала, затем наращиваешь "мясо". Это вопрос, дилемма, которая стоит перед героем. В серии, которую я написал для судебного процедурала "Практика", вопрос ставился так: что делать, если ты представляешь в суде беременную женщину, которая продолжает принимать наркотики? Если ты позволишь посадить ее в тюрьму, для нее это станет лучшим выходом, но ведь тебя наняли для того, чтобы она осталась на свободе. В этом сериале адвокаты часто оказывались перед моральным выбором.

В "Докторе Хаусе" нам приходилось иметь дело с конфликтами между врачами, между врачами и пациентами, между пациентами и их семьями – порой они развивались параллельно».

Примером умелого соблюдения баланса между процедуралом и классическим драматическим повествованием может служить сериал «Хорошая жена». Главной героине Алисии Флоррик пришлось столкнуться с дилеммой, которая знакома нам по новостям: неверный муж должен публично каяться, а его несчастная жена вынуждена стоять рядом перед телекамерами. Невозможно представить подобный сюжет вне рамок семейной драмы. Что общего у судебного процедурала, в котором каждую неделю расследуется новое дело, с историей личных отношений? Были ли два сериала объединены в один для простоты? Или это одно многослойное шоу?

В 2010 г. в статье для Chicago Tribune критик Морин Райан писала: «Давным-давно теледрамы на кабельных каналах сильно отличались от типичных телевизионных драм. И сегодня подобное утверждение порой соответствует истине, но „Хорошая жена“, возможно, пример самого удачного слияния двух восприятий…

Тем не менее, несмотря на похвалы неоднозначности и стилистике кабельных драм, создатели и исполнительные продюсеры Роберт и Мишель Кинг не забывают, что их сериал выходит в эфир на CBS, самом традиционном эфирном телеканале, и сделан «по классике», когда плохого парня непременно должны схватить в конце серии.

Я спросила Роберта и Мишель Кинг, как им удается сочетать одно с другим.

"Начну с того, как мы к этому пришли, – начал Роберт Кинг. – Мы не из тех, кто боится процедуралов. Мы ценим элементы процедуралов в кино. Самые интересные фильмы – те, в которых присутствует сюжетный перевертыш. Ленты Хичкока не что иное, как отлично сделанные процедуралы. И поэтому мы их любим. Однако мы видим, что телевидение выхолостило жанр процедурала, слишком часто к нему прибегая. Некоторые процедуралы очень хороши, гораздо лучше кино. Но их все равно слишком много.

Когда мы пишем пилотные сценарии, нас вдохновляет, что в хорошем процедурале события всегда имеют влияние на персонажей и есть множество способов это показать. Обычно в телевизионном процедурале есть персонаж, который так или иначе дорог герою. И герой – полицейский, адвокат или врач – должен помочь ему. Это не совсем честно, потому что вызвать зрительское сочувствие стопроцентно отдано персонажу, попавшему в беду.

Мы хотели, чтобы эта личная составляющая была близка к жизни. Это подразумевало создание сюжетной конструкции, построенной на персонажах, и только на персонажах. Ясно, что зрителю этого мало. Поэтому вам требуется проблема или целый процедурал внутри личной жизни персонажей, и тогда в сюжете появятся интересные повороты и открытия. Нам нравилось писать о том, что связано с человеческими отношениями, и мы хотели сделать их важной частью шоу".

Итак, в противовес "Месту преступления" сериал "Хорошая жена" изначально строился на личности героя. Однако, в отличие от сериалов, где все вертится вокруг свадеб и измен, "Хорошая жена" с первой, пилотной серии была нацелена на актуальную проблематику. Можно возразить, что еще "Закон и порядок" – империя процедурала – использовал материалы последних новостей, в том числе скандальные, для развития сюжета. Однако эти темы касались случаев судебной практики, тогда как в "Хорошей жене" к текущей политической кампании имеют отношение драматические конфликты между главными героями.

Я спросила сценаристов, почему они выбрали этот путь.

"В те времена, когда мы задумывались о нашем следующем сериале, – объяснила Мишель Кинг, – случилось несколько скандалов, в которых были замешаны политики: Крейг, Сэнфорд, Хаггард, Эдвардс, Спитцер. Мы задумались о той, чью историю еще никто не рассказал: о женщине, которая стоит рядом с известным мужчиной, уличенным в измене. Мы заметили две закономерности: во-первых, многие из этих женщин остались с мужьями, что само по себе интересно. Во-вторых, многие из них по профессии адвокаты"».

Мишель Кинг в интервью BitterLawyer.com: «Думаю, сериал начал создаваться в тот момент, когда мы спросили друг друга: о чем они думают? И мы с Робертом начали говорить об этом. Мы знали, героиня должна вернуться к работе, и у нас было столько женщин-адвокатов для примера».

Мишель и Роберт Кинг не имеют юридического образования, хотя в прошлом судебные процедуралы писали сценаристы с юридическим профессиональным прошлым, вроде Дэвида Келли, создателя «Практики», «Элли Макбил» и «Бостонской школы». BitterLawyer.com спросил их напрямик: «Вы не юристы. Как вы думаете, способствовало ли это большей сосредоточенности на драматических элементах в ущерб дебрям судебных разбирательств?»

«Не думаю, что это важно, – ответила Мишель. – Мы всегда начинаем с идеи, но обращаемся к помощи консультантов, чтобы придать истории достоверность».

Роберт продолжил: «Всегда сложно написать хороший текст и при этом не поступиться точностью. Сколько раз мы придумывали отличную идею, а юристы говорили нам, что в таком виде это не сработает».

Мишель шутливо добавила: «Это была долгая и славная история приспособления закона к нуждам драматургии».

В действительности сериал стоит на трех китах: первые два – семейная драма и юридический процедурал, но важнее третий – политическая сатира с острым взглядом на судей и закулисные махинации, благодаря которым выбирают того или другого кандидата. Элементы черного юмора расцвечивают типичную сцену из процедурала, когда суровая женщина-судья в военном суде входит со стаканом темной жидкости в руке, и спутник Алисии роняет: «Она снова на диете, нам конец».

В восхитительно запутанной обеденной сцене из второго сезона семейство Флоррик пытается произвести впечатление на потенциального спонсора избирательной кампании, пригласив его на празднование Йом-Киппура. Их попытки доказать свою приверженность интересам гей-меньшинств и свои произраильские взгляды идут прахом, когда умненькая дочка Алисии начинает спорить с гостем о блокаде Газы, ее брат-гей пытается убедить Алисию вернуться к мужу Питеру, аристократическая мать Питера ни с того ни с сего заявляет, что у Алисии есть друг-еврей, а сама Алисия по праздничному обычаю просит у гостя прощения, в то время как менеджер избирательной кампании Эли Голд (прототипом которого стал мэр Чикаго Рам Эмануэль) сражается за внимание гостя. Это и смешно, и волнующе, в этом есть и человеческое, и философское, а персонажи и сюжет поражают глубиной.

В некоторых сериях данный сериал ближе к «Западному крылу», чем к сериалу «Морская полиция: Спецотдел», который «Хорошая жена» сменила в сетке телепрограмм CBS. Должно быть, такой сериал было непросто продать традиционному эфирному телеканалу. До «Хорошей жены» Роберт и Мишель Кинг писали и продюсировали пилотные серии девять лет. Однако, даже имея такой послужной список, важно заручиться поддержкой большой продюсерской компании или студии, как я уже упоминала в предыдущих главах. Поэтому, прежде чем предложить идею телеканалу, они сделали питчинг для Scott Free, продюсерской компании Ридли и Тони Скоттов. Ридли Скотт, создатель фильмов «Чужие» и «Тельма и Луиза», вместе с братом Тони с тех пор много чего сделали на телевидении. Затем, когда идею запустили в производство, была набрана команда из сценаристов, ранее работавших в сериалах «Скорая помощь», «Большая любовь», «Практика» и «Юристы Бостона».

Роберт Кинг описал свою презентацию: «Идет скандальная пресс-конференция, на экране политик, но наша камера замечает в углу экрана его жену, которая стоит с ним рядом. Она-то нам и нужна. А затем мы видим ее глазами ворсинку, прилипшую к рукаву его пиджака. Это начальный эпизод, который, мы надеялись, заинтересует аудиторию».

Этот подход – поместить зрителя в эпицентр жизни персонажа, задав точку обзора, – стал фирменным знаком сериала. «В любой серии мы должны знать, каким будет начальный образ. Это своего рода ДНК истории», – объяснил Роберт Кинг.

Однако, когда пилотная серия позади, как они справляются с планированием последующих серий? Во многих традиционных процедуралах продюсеры вообще не прибегают к услугам команды сценаристов, потому что порядок серий непринципиален и зависит от конкретного расследования, а у главных героев нет важной общей истории. В таких сериалах существуют линии для второстепенных персонажей, и за них отвечает исполнительный продюсер, который иногда добавляет несколько сцен в финальный вариант сценария.

Однако «Хорошая жена» – это гибрид, поэтому Роберг Кинг объяснил: «В первый год мы планировали события в жизни главной героини. В отличие от сериалов для кабельных каналов, у которых 12 серий в сезоне, у нас было 23 серии, и нам нужен был двигатель, который запустил бы сериальный механизм. На телевидении нередки мелодраматические клише. Мы использовали любую возможность, чтобы избежать их: от текущих событий до смены парадигм».

Мишель Кинг рассказала Морин Райан: «Нам нравилось наблюдать за развитием нашей героини. Она поначалу не верила в собственные силы, но со временем все больше обретала устойчивость. Ее поведение не назовешь неэтичным, но ей пришлось погружаться в закулисные махинации гораздо глубже, чем ей хотелось бы… И хотя это сериал о последствиях политического скандала и о женщине, которая разрывается между двумя мужчинами, "Хорошая жена" никогда не опускается до мыльной оперы или мелодрамы. Мы имеем дело с более тонкими материями, хотя отношения Алисии с мужчинами – важная часть сюжета. Вначале мы писали пояснительные диалоги на полстраницы, а потом поняли, что они не нужны. [Актеры] способны донести до зрителя любой нюанс».

«Нас всегда восхищало, – объяснял Морин Райан Роберт Кинг, – как Клинтоны умудряются сохранять власть и влияние. И нам хотелось понять, пугает ли мужа Алисии то, что она обрела самостоятельность? Нуждается ли она в нем теперь так же сильно, как раньше?»

Роберт и Мишель Кинг объяснили, что, работая с командой сценаристов, они начинают с линий персонажей, а потом подгоняют под них расследование. Такой подход отличается от принятого в «Месте преступления», где расследование первично, или в «Докторе Хаусе», где используются сюжетные линии, причем линия А включает медицинскую загадку, линия Б посвящена самому Хаусу, а линия В – отношениям внутри команды, которые тесно связаны с очередным расследованием. В «Хорошей жене» суть, или главный вопрос шоу, можно сформулировать так: способна ли женщина доказать свою состоятельность, стоя рядом с мужем, который ее предал? Или даже так: способен ли честный человек выжить среди хищников? И каждый эпизод так или иначе отвечает на этот главный вопрос как в сценах в кругу семьи, так и в сценах в юридической фирме, где личные проблемы героини переплетаются с профессиональными.

В конце я спросила, чего Кинги ждут от новых сценаристов или что могут посоветовать студентам, которые задумали написать сценарий для их сериала? И ничуть не удивилась, что Роберт и Мишель ни словом не обмолвились о юридическом опыте – для этого в команде есть консультанты. Они также не упомянули об опыте работы в процедуралах, а сказали, что хотели бы работать с людьми, которые глубоко понимают суть шоу, внимательно смотрят все эпизоды и проводят собственные исследования (например, на веб-сайтах). Гораздо важнее личностный подход к отношениям между героями или богатый жизненный опыт, который можно соотнести с опытом экранной жизни персонажей. И этот совет равно хорош как для процедуралов, так и для любого другого шоу.

Когда эта книга готовилась к публикации, появился процедурал, который привнес в жанр новые возможности. Сериал канала AMC «Убийство» представляет собой свежий взгляд на формат полицейского сериала и как нельзя больше отвечает природе телевидения, держа зрителей в напряжении в течение всего сезона. Некоторые критики даже задались вопросом, а является ли «Убийство» процедуралом, ведь расследование бледнеет на фоне отношений между героями? Фактически элементы расследования и раскрытия характеров персонажей в этом сериале равноценны.

Мы обсуждали, равноценны ли они в «Хорошей жене». Здесь юридический (или политический) процедурал отделен от семейной драмы. Форматы пересекаются, но могут действовать отдельно друг от друга.

«Убийство» пошло дальше. Невозможно отделить тайну убийства Рози от скорби ее родителей и того, как это событие повлияло на их брак. Равно невозможно отделить личную жизнь детектива Линден от ее работы, ибо расследование и есть ее эмоциональная реальность. Линии множества подозреваемых, включая политиков, используются не просто в качестве отвлекающих маневров – каждый герой сражается со своими ангелами и демонами, и их переживания волнуют нас не меньше, чем разгадка драмы.

Основанное на датском телесериале, «Убийство» не похоже на большинство американских криминальных шоу, которые без задней мысли предлагают зрителю часовое расследование наводящего ужас преступления. Вина Суд, сценарист и продюсер «Убийства» и ветеран телевизионных процедуралов, была продюсером сериала «Детектив Раш». Сравнив эти два сериала, вы поймете, как далеко продвинулся жанр процедурала.

Глава 4

Как написать сценарий серии

Слушая голоса…

(Помещенное ниже импрессионистское эссе опубликовано в издании The Journal Гильдии сценаристов Америки.)

…Прижав трубу к губам, он прислушивался к звукам, что отражались от крыш, пока не уловил ритм в эхе. На нем он построил свою музыку. Люди назвали его гением, а он всего лишь понимал то, чего не понимали они, – нужно вслушиваться.

Это отрывок из короткого эссе, которое я написала в колледже, когда еще верила, что музыка разлита вокруг, а композитор лишь выхватывает мелодии из воздуха, облекая их в звук, статуя живет внутри мраморной глыбы и скульптор лишь отсекает лишнее, высвобождая ее, герои историй существуют еще до того, как написаны, а их жизни продолжаются за кадром. Герои говорят с тобой. Нужно лишь прислушаться.

Ты ловишь персонажа, как серфер ловит волну, терпеливо ожидая в спокойных водах, пока вода из невидимого и мощного источника не вздыбится вверх.

Чего ты хочешь? Что за детский лепет?

Мы-то знаем, как обстоят дела на самом деле. В некоторых сценариях поймать персонажа не легче, чем муху в полете.

Работающие сценаристы слышат иные голоса: «Либо хороший сценарий, либо к пятнице – одно из двух!» Да, да, я понимаю, и то и другое… и лучше к пятнице.

Голос моего первого босса в киноиндустрии до сих пор звучит у меня в ушах. Зеленым новичком с Восточного побережья я получила работу на студии в отделе разработки. Я принесла боссу сценарий моего нью-йоркского друга и нечаянной обмолвкой решила его судьбу. Я назвала сценарий прекрасным. И сегодня я слышу голос босса поверх толстой сигары: «Не болтай ерунды! – Он изображает знаменитый боксерский жест Нормана Мейлера. – Один на один. Действие! Действие! Ясно? – Босс прищелкивает пальцами у моего лица. – Это соберет 100 миллионов? Это? Уж мне-то не говори. Докажи, что это соберет 100 миллионов!»

Еще чего. Никто не может знать, что фильм заработает хотя бы десять центов. Но тогда я об этом не догадывалась.

Он не прищелкивал пальцами у твоего лица. Ты привираешь, а этот персонаж вышел из-под контроля. Останови его!

Ладно, ладно, не прищелкивал, но остальное – чистая правда. Вскоре я оставила работу на студии ради карьеры сценариста. Мой отвергнутый нью-йоркский друг получил Пулитцеровскую премию. А бывший босс удалился от дел, заработав больше, чем мы оба вместе взятые.

А как же голоса?

С ними непросто. Иногда приходится их обманывать.

Моя профессия – телевизионная драма. Мне довелось учиться у сценаристов-продюсеров, которые побуждали свою команду искать то, что волнует реальных людей, а не то, что вызывает смех или развивает сюжет. Где еще вы видели, чтобы на протяжении 22-часового повествования герои постоянно внутренне менялись? На ваших глазах. Рядом с вами. Мощно. Словно бурная река. Хотя бывают и сериалы-болота.

Однажды меня занесло в такой. Герои двигались, словно марионетки, в рамках заданного формата. Когда продюсер рассказывал, о чем мне следует писать, у меня в ушах звучали голоса героев: «Отпусти нас!» В таком сериале можно работать, если вы профессионал. Заниматься имитацией. Это похоже на исчерпавшую себя любовную связь. Такая же тоска.

И вот однажды посередине сценария героиня удивила меня репликой, которую она на самом деле не произносила. Галлюцинация! Ее голос рвался наружу. И стоило мне понять, как ее найти, она заставила ожить других персонажей, которые ей ответили. И они сделали свой мир цельным. Если однажды у тебя получилось, тебе уже не захочется ничего другого.

Выходит, так ты работаешь каждый день?

Нет. Обычно глядишь в экран монитора, в желудке плещется кофеин и ужас, и ты ничего не можешь поделать с героями. Голые факты и то, что должно случиться перед рекламной паузой, – а еще ветер, свистящий над пустынными берегами. Впрочем, одно я усвоила: ремесло может стать тем буксиром, который вытянет тебя туда, где слышны голоса.

Так ты возомнила себя Жанной д'Арк?

Не Жанной. Но ассоциация верная. Кайф, который ты испытываешь, когда сцена пишется сама, эта эйфория стоит того, чтобы стерпеть клевету и раздоры. Все равно что бодрствовать всю ночь, потому что ты и твой герой не можете оторваться друг от друга, и невозможно заснуть, и больше нет ничего… только прислушайся.

Я решила начать главу о том, как подготовить себя к первому сценарию, с этой статьи, чтобы, пока мы будем обсуждать винтики и колесики ремесла, вы не забыли о главном – откуда приходит вдохновение.

Ищите истории

Задумали вы написать пробный сценарий или соперничаете с коллегами-сценаристами за право написать серию, выбирайте темы, которые: 1) соответствуют миру сериалу; 2) вносят в сериал что-то новое; 3) можно сыграть на экране; 4) отражают ваш уникальный опыт или свежий взгляд. Да, никак не меньше четырех условий.

В главе 1 я обсуждала темы, которые благодаря глубине и близости зрителю выигрышно смотрятся на телеэкране. Поэтому ищите темы, которые позволят героям проявить себя в сценах с диалогами.

Чтобы проникнуться духом сериала, пересматривайте его, пока голоса персонажей не зазвучат у вас в голове. И тогда вы поймете, какие «трамплины» использует сериал, чтобы двигать сюжет, поймаете его темп и стиль.

Действие, облеченное в конкретную форму, есть основа любого сценария. Как и в киносценарии, вы строите вашу конструкцию вокруг событий, происходящих на экране. Я не упрощаю. Мне случалось встречать заумных студентов-психологов, которые забывали, что характер персонажа раскрывается в череде событий.

В конце концов, что вы хотите привнести в сериал? Ваша цель – длительные взаимоотношения между персонажами. Такой вид продолжительных отношений называется «циклом», и описывать их – одно удовольствие. Но помните: глобальные изменения сюжетной линии – прерогатива исполнительного продюсера. Наивно предлагать пробный сценарий, в котором Дон Дрейпер из «Безумцев» меняет пол, герой «Доктора Хауса» пытается всем угодить, тренер из шоу «В лучах славы» обнаруживает, что ненавидит футбол, а герои «Прослушки» пускаются в пляс по примеру персонажей Болливуда. Никогда не пишите историй, которые кардинально изменяют характеры главных героев или направление сюжета.

Вместо этого вспомните ситуации из жизни, которые происходили с вами или знакомы вам понаслышке, и поместите их в мир сериала. Страшно? Вы не одиноки. Даже создатель «Западного крыла», «Ночи спорта» (Sports Night), «Студии 60» (Studio 60) и множества кинофильмов, включая «Несколько хороших парней» (A Few Good Men) Аарон Соркин иногда не знает, с чего начать. На семинаре Гильдии сценаристов в 2004 г. он признался: «Поиск идеи – отвратительное занятие. Приступая к работе, ты пытаешься найти новую идею. С утра до ночи неудачные идеи вертятся в голове, и начинает казаться, что внутри у тебя идет худший на свете фильм. Ужасные, ужасные идеи, которые ни к чему не приводят. Ты измочален собственной неадекватностью».

Один из способов выйти из тупика – провести расследование. Некоторые сценаристы собирают горы вырезок из специализированных журналов и местных газет, другие рыщут в интернете и книгах. К примеру, если вы задумали писать для сериала «Место преступления», нелишним будет поискать научные загадки, особенно если они помогают раскрыть тайну персонажа. Если вы хотите работать в сериале «Большая любовь», найдите малоизвестные события из истории штата Юты или поразмыслите над тем, как эффективнее управлять магазином по продаже стройматериалов вроде Home-Depot. Для сериала «Закон и порядок» стоит почитать газетную колонку писем в редакцию, но ваше толкование законов должно отличаться оригинальностью. Я не призываю вас хитрить. Самые занимательные факты не помогут вам написать историю. Однако им под силу сдвинуть с места колесики вашего воображения.

Оживят и заставят вашу тему дышать главные герои. Это ключ к решению. Самая распространенная ошибка – доверить пересказ сюжета второстепенным персонажам. Это важно, поэтому перефразирую: никогда не пишите историй, которые с легкостью обойдутся без ваших главных героев. Если история больше подходит для кино, незачем тащить ее в телешоу.

Вот примеры правильного и неправильного подходов. Допустим, вы задумали серию, в которой действуют детективы Джейн и Салли. По сюжету некая воровка промышляет тем, что забирается на высокие здания с целью похитить туфли Manolo Blahnik.

Неудачный логлайн будет выглядеть так: бывшая альпинистка Порция Педи пытается ночью влезть на небоскреб Трамп-тауэр, чтобы украсть самые дорогие в мире шпильки, но благодаря детективам Джейн и Салли ее хитроумный план терпит крах.

А вот так гораздо лучше: Джейн сражается со страхом высоты на уступе небоскреба Трамп-тауэр, пытаясь освободить Салли, которую взяла в заложницы воровка туфель, и совместными усилиями детективам удается предотвратить кражу самых дорогих шпилек в мире.

Видите разницу? В первом варианте второстепенный персонаж несет на себе всю тяжесть сюжета, оставляя главных героинь в роли свидетелей, или пешек. Во втором варианте весь риск и тяжесть принятия решения достается героиням, и мы видим события с их точки зрения.

Определившись с темой вашего спек-сценария, напишите логлайн (этот формат расширенной аннотации обсуждался в главе 2, на случай, если вам захочется ее перечитать). Проще сказать, чем сделать: чтобы уложить историю в одно предложение, нужно иметь представление о сюжетной линии в целом. Это нелегко, но не забегайте вперед. Если вы определились с конфликтом, справитесь и с сюжетом, не только с предысторией.

Если вы имеете дело с эпизодом, основанным на сюжетной линии А, можете начать сразу после того, как сочините для нее логлайн, но вы должны быть уверены, что вашей истории хватит по крайней мере на 28 сцен. Если вы делаете сериал с двумя-тремя сюжетными линиями, придется написать три отдельных логлайна. Теперь вы готовы к работе…

Ломайте, не бойтесь

«Переломом» сюжета называют его главный поворотный пункт. В телесериале под этим понимается такая конструкция серии, при которой мощный клиффхэнгер возникает в конце акта, а сюжет начинается с зарождения конфликта в тизере (или первом акте), а разрешается в четвертом или пятом.

Это непросто, и даже опытные сценаристы порой сражаются с историями по нескольку часов или дней. Протестируйте себя, решив следующие вопросы.

1. Убедительность: как обычные люди поступили бы в подобной ситуации? Вы продвигаете сюжет, придумывая невероятные события, которые снижают к нему доверие, или позволяете персонажам действовать под влиянием опасности или конфликта? Что честнее?

2. Ключевой вопрос: вас волнует успех героев? Ставки достаточно честны и высоки, чтобы заставить аудиторию сопереживать вашему протагонисту? Сумеете ли вы эмоционально захватить зрителя?

Определившись с сюжетом, пора браться за структуру и расставлять вешки. Самую первую поместите в начало, ибо, как правило, сценарист неравнодушен к событию, ставшему причиной конфликта. Даже если вы имеете дело с простейшей историей, у вас есть варианты: хотите, чтобы конфликт возник по вине второстепенного персонажа или внутренней проблемы одного из главных? Или изменение планов главного героя будет вызвано вмешательством второстепенного?

На семинаре Гильдии сценаристов Аарон Соркин рассказывал, как он начинает писать: «Для "Западного крыла" мне достаточно идеи на полторы страницы. Я не шучу, ибо, если у вас есть хотя бы полторы страницы, не скажу, что пройдено полпути, но дом уже определенно показался на горизонте».

Что бы ни заставило вас увидеть на горизонте дом – голос персонажа, картинка, сцена преступления, неожиданное событие, противостояние или конфликт, – закройте глаза и попытайтесь оживить это. И тогда вы перенесетесь в мир сериала, и вам будет проще вдохнуть жизнь в последующие события.

Также обратите внимание на финал. Когда вы выбираете тему, нередко финал уже известен. Найдено тело жертвы, убийца – прохожий, который сообщил о находке, или симпатичный свидетель, или тайный воздыхатель, или кто-то еще. Ваша задача – не только раскрыть преступление, излечить болезнь или сохранить герою жизнь, но постепенно подвести изменившихся героев к финалу. Даже если вам известен финал, до него еще нужно добраться, и в этом заключается мастерство повествователя.

Еще один важнейший элемент серии появляется в конце третьего акта. Это так называемый «худший вариант развития событий». В драматургии худший вариант – это то, что мешает протагонисту достичь цели (или триумф антагониста), при этом вовсе необязательно, чтобы происходило что-то ужасное. К примеру, в вымышленном сериале про детективов Джейн и Салли, а также воровку туфель Порцию худший вариант развития событий возникает, когда Джейн, которая боится высоты, вынуждена лезть на небоскреб ради спасения Салли. Здесь рискует не только Салли, которую захватили в заложницы, но и Джейн, которая вынуждена бороться со страхом и боязнью оплошать, упустив шанс спасти Салли. Это и будет клиффхэнгер в конце третьего акта.

Другой пример. Врач боится, что жена его разлюбила, и пытается всеми силами вернуть ее. Между тем его пациент нуждается в срочной операции, а за окном идет дождь. С точки зрения сюжета драмы худший вариант развития – это уход от героя жены, а вовсе не смерть пациента или дождь, сменившийся ливнем, хотя эти обстоятельства усложняют его жизнь.

Если вы определились с «худшим вариантом» в третьем акте, основная конструкция почти готова, и вы можете вернуться назад, чтобы обдумать, как ваши персонажи пришли к кризису. Теперь расставим клиффхэнгеры в конце первого и второго актов. Развитие образа антагониста может подсказать вам идею. Часто (однако не всегда) во втором акте противодействие герою, которое зародилось в первом акте, нарастает. Вам известно, что в конце третьего акта это противодействие себя проявит, теперь вас ждет парочка сюрпризов. Вы можете обнаружить, что в первом акте протагонист недооценил антагониста, но понял свою ошибку и решил дать ему отпор. Во втором акте антагонист может оказаться не тем, за кого его принимают, или ваш персонаж пошел по ложному следу, или решил, что победил, а антагонист (или проблема) проявили себя с новой силой в конце второго акта.

В рамках нашего воображаемого шоу про Джейн и Салли в начале первого акта мы предполагаем, что некто крадет туфли, а в конце акта выясняем, что это преступная альпинистка, которая взбирается на небоскребы, и это открытие заставляет бравую Джейн дрожать от страха, потому что она боится высоты. Следовательно, во втором акте Салли приходится в одиночку противостоять Порции, которая становится все смелее. Фактически Джейн виновата в том, что Салли берут в заложницы в конце второго акта. В течение третьего акта тучи сгущаются, и становится ясно, что только Джейн может выручить Салли и ей придется победить свой страх высоты, иначе все будет потеряно. Четвертый акт – разрешение ситуации и прямое следствие «худшего варианта».

История глупее некуда, но мне хотелось в общих чертах обрисовать конструкцию. Ведь вы сочиняете куда более сложные и изысканные сюжеты, где не место картонным персонажам, не правда ли? Как бы то ни было, перечисленные ключевые этапы серии помогут вам заполнить таблицу.

Сценарная таблица

И снова она, прямиком из предыдущей главы! Однако теперь вам не нужно заполнять ее историями из чужого сценария, попробуйте внести в нее основные эпизоды, которые я описала: начало, финал, худший вариант развития событий для протагониста, конец первого акта, конец второго акта.

Аутлайн

Первый шаг в написании сценария – составление перечня сцен. Часто его называют «аутлайном», «степ-аутлайном», «списком карт», «тритментом», но все эти термины означают порядок событий в вашей телепьесе.

У понятия «тритмент» (от англ. treatment – комбинация. – Прим. ред.) есть специальное определение, которое используют в негативном смысле, и это не то слово, которое вы часто услышите на телевидении. Технически тритмент представляет собой от половины до двух третей объема законченного сценария в прозе (не в сценарном формате) и включает все сцены по порядку, а также атмосферу, стиль и описания. В сущности, в нем не хватает только диалогов. Поверьте, так никто не пишет. Если вас попросят написать тритмент, фактически это означает несколько страниц краткого изложения событий. Даже применительно к полнометражному кино термин может означать трехстраничный питч.

Термин «список карт» используется некоторыми продюсерами, чтобы описать нечто среднее между тритментом и аутлайном. Речь идет о том, чтобы разбить серию на акты и описать основные элементы, без детализации отдельных сцен. Поэтому здесь имеется в виду скорее обзор сюжетных поворотов, а не схема для написания сценария.

Вот пример аутлайна: «Пока Джейн, оцепенев от ужаса, висит на уступе, убеждая Порцию освободить Салли, та насмешливо советует ей спуститься и сделать это самой». Упрощенный эпизод выглядит так: «Джейн на уступе – Порция: "Сама ее держи"». Это своего рода реплика для внутреннего пользования, которая ничего не скажет стороннему читателю.

Это возвращает нас к аутлайну. Как вы знаете из главы 2, аутлайн – ступень в профессиональном процессе разработки сценария. На него заключается контракт, который создает основу для авторских отчислений, а оплачивается он почти как готовый сценарий. Если у вас срочный контракт и ваш аутлайн не понравился заказчику, на этом для вас все закончится, однако удачный аутлайн может означать, что вам доверят первый вариант сценария.

А как быть в том случае, если речь еще не идет о продюсерах и оплате? Как ни мало в этой работе веселья, я советую вам написать аутлайн, даже если вы работаете над спек-сценарием. Мой совет: никогда не отправляйтесь в путешествие без карты – часовые серии слишком сложны, особенно если вам приходится жонглировать несколькими сюжетами одновременно. Впрочем, если вы пишете для себя, рукописных заметок может оказаться достаточно, и на первых порах целостное понимание придет, если вы запишете, что должны делать персонажи в той или иной сцене. Что касается меня, то я обнаружила, что написание полного аутлайна эконоит мне кучу времени при написании сценария. Я уже не волнуюсь, что запутаюсь или повторюсь, к тому же мне не придется удалять уже написанные сцены, которые, как выяснится потом, не способствуют продвижению сюжета. Так что душевное спокойствие стоит потраченных усилий.

Как написать аутлайн

Никто не пишет аутлайн последовательно – с 1-го до 28-го пункта. Вместо этого начните с ключевых элементов, о которых я упоминала, после чего заполняйте таблицу до тех пор, пока не сможете записывать сцены в том виде, как принято в аутлайне. Начните с карточек, как делают многие сценаристы. Карточки – отличная идея, потому что они не пугают. Впрочем, если карточки вам не подходят, не пользуйтесь ими. Если в расположении карточек нет смысла, измените его. И вы можете «загрузить» ваши мысли в любом порядке, позволяющем вам творчески подойти к сценам, которые вам нравятся, вне зависимости от того, останутся ли они в сценарии.

Один из приемов – выбрать карточки разного цвета для каждой истории. Если вы сделаете все сцены для желтой истории, затем для зеленой, затем для синей и перетасуете их, то может оказаться, что вы потеряли зеленую историю во втором акте, а синяя закончилась в четвертом или сошла на нет в третьем (это ничего не значит, но, во всяком случае, у вас появятся вопросы).

Запомните, если в сериале несколько сюжетов, то их, вероятно, нечетное количество. Таким образом, если у вас 28 сцен в часовой серии, а история А доминирует, в ней может быть от 12 до 16 сцен. В истории Б будет от восьми до 12 сцен, а истории В достанутся оставшиеся, от трех-четырех до восьми сцен. Разумеется, если вы пишете в кратком импрессионистском стиле с семью-восемью параллельными историями, вы можете уместить короткую историю в один эпизод, хотя для драматического произведения это нетипично. Поймите, я не настаиваю на точном количестве сцен, а предлагаю один из вариантов планирования.

Допустим, вы начали с истории А. Сделайте карточки для каждой сцены, пересчитайте их. Если получилось 40 карточек, у вас проблема. Возможно, это скорее фрагменты сцен, чем полноценные сцены. Попробуйте уплотнить их, пока не останется от 10 до 20 карточек. Может быть, ваша история не умещается в серию. Какая ее часть представляет собой собственно конфликт и подойдет для часового эпизода? Вероятно, вы слишком многословны, а многочисленные ответвления вашей истории не способствуют продвижению сюжета. Какой бы способ лечения вы ни испробовали, доведите историю А до нужного размера.

А что делать, если ваши биты слишком короткие? Выберите противоположный метод лечения. Может быть, вы соединили несколько сцен в одной карточке. Попробуйте разделить их на двухминутные блоки и посмотрите, достигнет ли сюжет нужного размаха. Возможно, у вас недостаточно материала для основной истории. Если в ней недостаточно «мяса», «скрестите» ее с другой, подлиннее. Может быть, у вашего сюжета прекрасный потенциал, но вы не сумели расписать в подробностях то, что впоследствии можно будет развернуть на экране.

После того как закончите с одной историей, проделайте то же со второй и с третьей. Некоторые сцены из разных сюжетов могут происходить одновременно, и вы извлечете больше пользы из экранного времени, чем если бы каждый сюжет представлял собой отдельный маленький фильм. А когда вы соедините их, то обнаружите интересные контрасты, когда одна история позволит вам не заметить время в другой или сцена из истории А тематически отзовется в истории Б. Соединение сюжетов ведет к открытиям и требует гибкости.

Когда ваши оригинальные сюжеты закончатся и вы подберете сцены, которые будут предшествовать рекламному перерыву, прочтите карточки с ощущением, словно смотрите на экран. Не обманывайте себя. Если вам стало скучно, зритель наверняка заскучает. Впрочем, это всего лишь карточки, и на этой стадии еще не поздно многое изменить.

Теперь, когда основная структура готова, зафиксируйте ее на бумаге. Вот шпаргалка, которая позволит вам понять, как выглядит обычный аутлайн.

Название эпизода

Тизер

Резюмируйте тизер в нескольких предложениях, уделив больше времени описаниям и интонации, чем в последующих эпизодах. В сериале, где тизер укладывается в одну сцену, хватит одного предложения.

В сложных ансамблевых сериалах тизер может содержать несколько сюжетов, разбитых на отдельные блоки.

Первый акт

1. Нат. Локация – время

Сцены аутлайна нумеруются от цифры 1 в каждом акте и начинаются со слаглайна, как в сценарии. Делайте их краткими, как логлайны для сцен.

2. Инт. Локация – время

Каждый шаг – это сцена с драматической структурой. В каждой сцене есть протагонист (главный двигатель сцены) и цель, а также антагонист или противодействие достижению цели, даже в сценах длиной в одну минуту, или если конфликт слабый.

3. Инт. Та же локация – позже

Это драматические сцены, определяемые содержанием, а не только локацией и временем. Если в той же локации возникает новый конфликт, начинайте следующую сцену аутлайна.

Если истории сошлись в одной точке и вы используете фрагмент другой сюжетной линии, возможно, будет проще продолжить, при условии если вы сделаете пометку после сцены.

4. Нат./Инт. Несколько локаций – с утра до вечера

Одна драматическая сцена может разворачиваться в нескольких локациях, начинаясь со встречи персонажей, продолжаясь, когда они садятся в машину или выходят из нее, завершаясь где-то еще. В таком случае в слаглайне используйте период (с… до…), как показано выше.

5. Инт. Полицейский участок – день

Пример: входит Джейн, повторяя, как мантру, что она боится высоты, в то время как Салли соглашается примерить украденные туфли, если они встретятся со злоумышленницей на крыше прямо сейчас.

6, 7. Следите за тем, чтобы один акт поместился на одну страницу. Аутлайн часовой серии занимает около четырех страниц. Тем не менее каждая сцена обладает собственным ритмом и интонацией.

Если вы будете использовать эту форму аутлайна, чтобы определиться с локациями и временем, она поможет вам ориентироваться в том, что происходит на экране. Вот пример неправильного эпизода серии.

Инт. Полицейский участок – день

Джейн повторяет про себя мантру, пока едет на работу, затем останавливается, чтобы покормить голубей. Забывшись, она гладит птицу, с ужасом представляя себя летящим голубем. Тем временем Салли отвечает на телефонный звонок Педи, которая примеряет туфли, приглашая Джейн и Салли присоединиться к ней на крыше, где мы видим, как она приплясывает на высоких каблуках. Салли волнуется, сможет ли Джейн подняться наверх. Когда Джейн входит, повторяя свою мантру, Салли говорит ей… и т. д.

Ужасно, не правда ли? Похоже на детскую игру, где малыши должны найти все лишние на картинке предметы. Прежде чем я укажу на ошибки, попробуйте найти их сами.

Итак, готовы?

• Каждая сцена должна что-то привносить в конфликт или проблему. Здесь Джейн слоняется без дела, тратя экранное время, пока мы не добираемся до цели этого бита.

• Разговоры с животными дороги в производстве и отнимают много времени, поэтому в сериалах их используют, только если без них нельзя обойтись.

• Если вы находитесь в полицейском участке, вы не можете видеть Джейн на улице. Это будут съемки на натуре. Вы можете использовать в слаглайне период (с… до…), но в этом случае следует удалить сцены в автомобиле.

• Страх, который Джейн испытывает перед полетом, не виден на экране. Не используйте в аутлайне того, чего нельзя использовать в сценарии. Если вы все-таки намерены вставить эту линию в сценарий, пометьте, как показать ее на экране.

• Похожая проблема возникает с визуализацией Педи. В сценарии должно найтись место, чтобы представить ее зрителю. Это должно быть отмечено в аутлайне и желательно в каком-то значимом месте. В противном случае можно обойтись голосом Педи в телефонной трубке или упоминанием о ее предложении из уст Салли.

Схематически набросав сцены, можете сделать из ваших карточек аутлайн, чтобы продюсер (или вы сами) могли следить за сюжетом. При переходе от рукописных заметок к печатным может выясниться, что кое-что от вас ускользнуло. Допустим, действие происходит днем. Но в предыдущей и последующих сценах на дворе стоит ночь! Едва ли ваши персонажи работают ночью. Что делать: удалить эту сцену или перенести действие других? Не лишится ли сюжет напряженности? Какое число на вашем календаре? Лучше позаботиться об этом на стадии аутлайна, чем после того, как будет написано 50 страниц сценария!

Альтернативные формы аутлайна

Не все сериалы и не все сценаристы делают аутлайн таким детальным и уникальным. Некоторые расписывают сюжетную линию, но оставляют действия (где, когда и как персонажи отыгрывают свои конфликты) тем, кто пишет сценарии.

Однажды мне довелось писать для сериала «Год жизни» (A Year in the Life), который начинался как прекрасный мини-сериал о жизни семьи из Сиэттла. Короткий сезон оказался таким успешным, что было решено отснять полный. Продюсеры Джош Бренд и Джон Фелси, создатели сериалов «Северная сторона» и «Я улечу» (I 'll Fly Away), расписали линии на целый сезон, и, поскольку теперь это был полноценный сериал, серии расставлялись, словно пазлы в картине.

Первый аутлайн, который передали мне Бренд и Фелси, не был похож ни на что, с чем мне приходилось иметь дело раньше. В нем прослеживались психологическая и эмоциональная линии, но то, что можно назвать сюжетом или хотя бы сериями, было едва намечено.

В истории А глава семейства, овдовевший меньше года назад, предлагал руку и сердце женщине-врачу, особе самодостаточной и не нуждающейся в семье. В истории Б его внучку-подростка арестовали за вождение без прав. В истории В его новоявленная невестка занялась поисками первой в жизни работы и поссорилась с мужем. Немало событий на часовую серию, но в аутлайне, который мне передали, не было почти ничего о том, как чередовать эти истории.

К примеру, в одном из эпизодов было сказано следующее: «Зайдя на кухню после ссоры с женой, сын хочет рассказать об этом отцу, но не может. Предложение отца о замужестве отвергнуто его избранницей, и ему хочется поделиться с сыном, но он не решается. На протяжении сцены мужчины будут говорить о чем угодно, только не о том, что их волнует, тем не менее им удастся утешить друг друга». И это все.

Мне нравятся сложные задачи, но я не написала ни строчки, пока не сделала для себя мини-аутлайн. Теперь сцена происходила на кухне поздним вечером, каждый из героев удивлялся, что встретил другого, не желая показать свою уязвимость. Я сделала диалоги предельно уклончивыми, «ни о чем», каждый из мужчин демонстрировал другому свою силу. Ни драк, ни погонь, только два человека за столом, но в этом интимном моменте сохранялось невысказанное напряжение. Поверьте, нет ничего сложнее таких сцен, когда героям не угрожает опасность, а значит, вам не на что опереться. Конфликт основан на персонажах, противостояние идет изнутри.

Именно из-за сложности задачи я сделала пометки для поворотных пунктов этой крошечной сцены: когда герои входят, когда открывают холодильник, чтобы достать молоко, когда сын спрашивает, ответила ли избранница отца на его предложение, а после уводит разговор в сторону, упомянув о билетах на матч, когда в ответ отец вздохнет и многозначительно промолчит. Эта схема помогала мне, несмотря на то что никто, кроме меня, не догадывался о ее существовании.

Многие сценаристы делают из аутлайнов нечто среднее между подробнейшей шпаргалкой и декларацией о намерениях в свободной форме. В аутлайне сериала «Скорая помощь» не было цифр, но каждый шаг представлял собой подробно прописанную сцену со своей драматической структурой. Это особенно впечатляет, когда вы задумаетесь, как коротки сцены в этом сериале. Перед вами фрагмент из аутлайна серии «Бесплодные усилия любви» (Love's Labor Lost), получившего премию «Эмми», созданный Лансом Джентиле. Я благодарна компании Warner Brothers, исполнительному продюсеру Джону Уэллсу и сценаристу-продюсеру Лансу Джентиле за разрешение привести его здесь.

Эпизод 18

Тизер 7.00

– Росс и Грин перекидываются мячом рядом со зданием больницы. Мимо мчится автомобиль скорой помощи, в окне знакомое лицо. «Это Бентон?» – на ходу бросает Росс, пока другой автомобиль стремительно проносится мимо, после чего из него выносят окровавленного бандита.

– Росс, Грин и Хэттуэй бегут к окровавленному пациенту через вестибюль мимо Хали, которая приводит нас в первое травматологическое отделение, где видит расстроенного Бентона. Пожилая женщина со сломанным бедром – его мать Мей Бентон.

– Во втором травматологическом отделении Картер и Джарвик присоединяются к тем, кто пытается реанимировать пациента. Картер поражен тем, как Грин делает свою работу.

– Мей неловко, что сын видит ее обнаженной и страдающей от боли. Хали уверяет Бентона, что присмотрит за ней. Бентон хочет написать инструкции, она успокаивает его: «Не беспокойтесь – я обо всем позабочусь. Лучше помогите Грину».

– Бентон входит во второе травматологическое отделение, когда Грин готовится к торакотомии. Бентон натягивает халат, но Грин говорит, что ему не нужна помощь, пусть возвращается к матери.

– Когда к Мей приходит ортопед Дженет Блэр, Бентон настаивает, чтобы вызвали заведующего ортопедическим отделением.

– Во втором травматологическом отделении Грин и Хэттуэй провожают команду из операционной. Направляясь домой после ночной смены, Хэттуэй проходит мимо заведующего ортопедическим отделением доктора Грегори Нельсона, который идет в первое травматологическое отделение.

– Нельсон, недовольный тем, что его по настойчивой просьбе Бентона вызвали с совещания, соглашается взяться за лечение Мей. Бентон пытается предложить свои услуги вместо Блэр. Нельсон категорически отказывается, и они вместе с Блэр забирают пациентку в операционную. Бентон пытается вызвать лифт, но Нельсон запрещает ему подходить к операционной.

Все это происходит в течение первых минут эпизода, и теперь вы понимаете, каким стремительным бывает повествование, каким наполненным драматизма и почему для того, чтобы писать для таких сериалов, вы должны находиться на пике мастерства. Серия, которую предстоит писать вам, может оказаться не столь напряженной, но в этом аутлайне есть чему поучиться – умению сплетать линии героев, чтобы каждая из них стреляла, словно ядром из пушки.

К примеру, в самом первом эпизоде с появлением Бентона на скорой помощи спокойствие вмиг разрушается вводом истории А, но тут же перебивается историей Б, в которой из машины выносят окровавленного бандита. Вот это называется «привлечь внимание»!

Анализируйте и совершенствуйте ваш аутлайн, пока не добьетесь такой же мощи и ясности.

Список Сонни

Один из моих бывших студентов, Сонни Калдерон, признался, что во время учебы распечатывал «памятки» и развешивал их вокруг компьютера. В основном это были мои ответы на вопросы, заданные во время лекций. По мнению Сонни, эти четыре правила могут помочь тому, кто собирается писать свой первый драфт.

• Каждая сцена – это действие. Персонаж, который внезапно что-то осознал, не есть сцена. В любой сцене персонаж должен чего-то хотеть, но его желание должно встречать противодействие.

• Антагонист должен быть так же силен и мотивирован, как и протагонист. Если стороны стоят друг друга, в сюжете возникает напряжение. Нужно учиться смотреть на мир глазами антагониста.

• Ищите поворотный момент, когда протагонисту приходится делать трудный выбор, искать шаткое моральное равновесие.

• Закрепите вашу историю при помощи «худшего варианта развития событий для протагониста», когда пройдены три четверти пути. Это момент, когда протагонист может потерпеть поражение и должен разобраться с внутренней проблемой, чтобы противостоять угрозе.

Ваш первый драфт

Насколько скрупулезно следует придерживаться аутлайна? Это зависит от того, насколько близок ваш аутлайн к тому, что будет демонстрироваться на экране. Если вы работаете в шоу, ваш аутлайн проверит главный сценарист (а возможно, вся сценарная команда), после чего вам поручат написать первый драфт вместе с контрактом. Иногда аутлайн объявляют «закрытым», а это значит, что вам придется строго придерживаться сцен. В самых низкобюджетных и скороспелых проектах некоторые компании начинают подготовительные работы на основе аутлайна (это означает поиск локаций и составление предварительного расписания).

А как быть, если вы захотите что-нибудь изменить? Допустим, эта сцена из аутлайна задумывалась для того, чтобы раскрыть тайну персонажа, но теперь вы видите, что это случилось в предыдущем эпизоде, а значит, лишнюю сцену придется вычеркнуть. Изменения могут быть серьезнее: второстепенный персонаж обретает собственный голос, что не предусматривалось аутлайном, и теперь вы хотите по-иному расставить акценты в некоторых сценах.

Если это ваш пробный сценарий, меняйте все, что считаете нужным. Незачем рабски следовать аутлайну, если это лишено смысла! Однако, если сценарий предназначен для продюсера, лучше спросить, прежде чем вносить существенные изменения. Однажды я совершила подобную ошибку. Я писала сценарий и тщательно проработала аутлайн вместе с продюсером. Но, когда я добралась до четвертого акта, мне пришло в голову более изящное решение, поэтому, недолго думая, я внесла изменения в текст.

Спустя некоторое время после сдачи сценария продюсер позвонил и выразил недовольство изменением финала. Удивленная его напором, я молча слушала, пока не поняла, чего именно он хочет. Первоначальная концовка была его идеей. Неважно, лучше или хуже был мой вариант, продюсер обиделся. Не потому, что я отвергла его замысел, а потому, что он решил, что с его мнением не посчитались. Речь шла об уважении. И я сделала для себя вывод: всегда лучше спросить. Если вы посвятите босса в ваши планы, он едва ли отвергнет более удачный вариант.

Итак, как написать сценарий? Если вы добрались до этой стадии, наверняка вам уже приходилось это делать, и это не самое трудное. Если вы разобрались со структурой часовой серии и изложили историю, задействовав главных персонажей, следующее испытание – скорость. Серии должны быть готовы спустя две недели после того, как аутлайн утвердят. Это очень быстро для того, кто привык месяцами раздумывать над киносценарием. Разумеется, если вы пишете для себя, вас никто не сдерживает, но, если хотите работать на телевидении, привыкайте к сжатому графику.

Я расскажу вам, как уложиться в 14 дней. Допустим, в аутлайне 28 сцен (четыре акта и около семи сцен в каждом). Я люблю строго следовать аутлайну, поэтому пишу по две сцены в день. Вуаля! 14 умножаем на 2, получаем 28. Когда я пишу дома, а не в офисе, я каждое утро перечитываю и правлю то, что написала накануне. Затем делаю перерыв, после которого принимаюсь за первую сцену. Я отношусь к работе так, словно это самый важный текст в моей жизни. Стремлюсь перенести на экран самые яркие моменты жизни с глубоким подтекстом и мельчайшими оттенками и одновременно лихо закрутить сюжет. Представить сцену перед мысленным взором, прежде чем напишу хотя бы слово, отправиться на прогулку и записать свои мысли, закрыть глаза и постараться услышать голоса персонажей. Годится любой способ. А затем я пишу две-три страницы и делаю перерыв.

Спешка ухудшает качество текста, поэтому я должна начать следующую сцену отдохнувшей. Ланч, домашние дела, спорт, телефонные переговоры – я пытаюсь выключить мозг, хотя именно тогда, когда я совершенно расслабляюсь, идеи для следующей сцены или новые ракурсы уже написанной приходят сами. Гораздо позже, после обеда или вечером, я перечитываю и правлю утреннюю сцену. Затем все повторяется снова со второй сценой. На том я заканчиваю.

К тому времени, как я добираюсь до конца сценария, мой первый драфт уже отредактирован, потому что я каждый день вношу правки. Разумеется, так работают не все, да никто и не обязан мне подражать. Я знала сценаристку, которая начинала писать в 4 утра и продолжала без остановки, не оглядываясь, пока не иссякнут силы. Она говорила, что никому не позволяет читать это «месиво» повторов, отступлений и многословия. Моя знакомая считала этот текст черновым и принималась редактировать его после того, как добиралась до конца. Можно представить эту разницу подходов на примере живописи и ваяния. Художник аккуратно кладет на холст каждый мазок, пока картина не дописана. Скульптор высекает из камня грубую фигуру, после чего убирает «все, что не является статуей», если перефразировать Микеланджело. Один способ ничем не лучше другого – какой выберете, такой и правильный.

Если вы боитесь чистого листа, положите на него что-нибудь. Все равно что. Этот урок мне преподал мой учитель рисования. Он подошел к нетронутому холсту и плеснул на него чернилами, заставив меня выйти из оцепенения хотя бы для того, чтобы стереть пятна. Некоторые сценаристы начинают машинально записывать фразы, которые мог бы произнести персонаж, хотя не собираются начинать ими сцену. Некоторые пишут от руки, надеясь, что слова сами потекут на бумагу, другие наговаривают на диктофон.

На семинаре Гильдии сценаристов Аарон Соркин делился собственным опытом: «Когда я использую диктофон, я цепенею. Ходить и разговаривать с собой, сидеть за рулем и разговаривать. Печатать можно по-разному. Эти компьютеры не умеют издавать правильные звуки. Вроде того, который издавала печатная машинка. Мне нравится это клацанье».

Делайте что угодно, лишь бы заставить шестеренки вращаться, но придерживайтесь профессионального формата. Вы уже знаете, что необходимо специальное программное обеспечение, и вы должны понимать, как выглядит сценарий. Я советовала бы вам снова вернуться к примерам из третьей главы. Если вам требуется краткое напоминание, то вот шпаргалка:

ВТОРОЙ АКТ

ИЗ ЗТМ:

НАТ. ЛОКАЦИЯ – ВРЕМЯ ДНЯ

Действие занимает один абзац и печатается через одинарный межстрочный интервал.

Когда персонаж появляется впервые, его имя целиком пишется прописными буквами. Пример: ПЕРВЫЙ ГЕРОЙ входит. Впоследствии при появлении Первого героя его имя пишется с большой буквы (разумеется, за исключением диалогов).

ПЕРВЫЙ ГЕРОЙ

Диалог. Постарайтесь ограничиться пятью строчками и всегда старайтесь свести их количество к минимуму.

ВТОРОЙ ГЕРОЙ

Ответ может включать паузы, которые часто обозначаются…

(пауза)

После скобок диалог продолжается.

ПЕРВЫЙ ГЕРОЙ

(скобка)

В скобке указывается, как произнесена реплика, но кратко.

Если вы хотите, чтобы первый герой прошелся по комнате или сделал что-то еще, это относится к действию и не указывается в скобках.

ПЕРВЫЙ ГЕРОЙ (ПРОД.)

Если один и тот же персонаж продолжает говорить после действия, сделайте пометку (ПРОД.) после его имени.

ИНТ. ЛОКАЦИЯ – ВРЕМЯ ДНЯ

Описания нужны только для того, чтобы наметить драматическое напряжение, сюжетную подоплеку или скрытые мысли персонажа. Не увлекайтесь декорациями.

ПЕРВЫЙ ГЕРОЙ

Обратите внимание, что после нового слаглайна не нужно писать (ПРОД.), хотя говорит один и тот же персонаж.

(ДАЛЬШЕ)

ПЕРВЫЙ ГЕРОЙ

Если диалог длинный, как в данном случае, и обрывается на середине страницы, используйте слова «дальше» и «прод.», как показано выше. А впрочем, лучше не пишите длинных диалогов вообще!

ВСПОМОГАТЕЛЬНЫЙ СЛАГЛАЙН

Вспомогательный слаглайн может включать указание на положение камеры КАМЕРА НА…, или специфическое пространство, или часть сцены, например ШКАФ.

В пробном сценарии и первых драфтах не нумеруйте сцены, не пишите «продолжение» сверху и снизу страниц. Эти обозначения появляются только в режиссерском сценарии.

В конце каждого акта, а также в конце сценария следует…

ЗТМ.

Помните, вы пишете сценарий, чтобы его продать, а не чтобы облегчить жизнь режиссеру. Ваше дело – увлечь читателя. На семинаре Гильдии сценаристов мистер Соркин согласился с этим:

Продать сценарий – самое важное. Я пишу сценарий не для продюсера, чтобы он подбил бюджет, не пишу для оператора. Я пишу сценарий для вас, чтобы вы просидели над ним всю ночь, не в силах оторваться! Честно говоря, даже в моем нынешнем сценарии я стараюсь для вас. Возможно, что я напишу так: «наезд камеры, еще, еще ближе», но только ради того, чтобы читатель почувствовал напряжение момента. В основном я пишу ради диалогов, и диалоги – это первое, что вы читаете в сценарии. Описания только замедляют действие.

Постарайтесь закончить первый акт к 17-й странице (включая тизер, если он у вас есть), акт второй – к 3-й странице, третий – к 45-й странице и где-то между 50-й и 60-й страницами завершите четвертый. Это общие рекомендации, а не правила. Готовая серия может длиться от 44 до 53 минут (без рекламы), но вы не узна́ете, какова длительность вашего сценария, пока он не будет прочитан перед актерами и хронометрирован с секундомером. Я привела эти цифры только для того, чтобы вы сами себя проверили. Если вы не вписались в эти рамки (допустим, у вас вышло 30 или 90 страниц), пришло время устранить неисправности. Вот самые распространенные.

Устранение неисправностей

Если вы пишете слишком длинно:

• Возможно, вы многословны, слишком многое разъясняете или повторяетесь. Сделайте диалоги короче.

• Вы слишком увлеклись декорациями, указаниями и описаниями? Безжалостно режьте.

• Один из актов длиннее прочих, несмотря на то что целиком сценарий укладывается в заданные рамки? Сдвиньте перерыв, придумав другой клиффхэнгер, или переставьте сцены местами.

• Вы слишком сосредоточились на предыстории, второстепенных персонажах или побочных линиях? Вернитесь к исходному аутлайну и постарайтесь сохранить ясность изложения.

• Способствуют ли ваши сцены развитию конфликта? Вы заканчиваете их сразу после кульминации или после того, как цель достигнута? Если у вас написаны прологи или эпилоги к сценам, откажитесь от них.

• Слишком насыщенный сюжет? Если ваш аутлайн написан скрупулезно, большой беды нет, однако вы могли ошибиться, посчитав несколько сцен за один бит. Если это так, придется переосмыслить историю заново или отказаться от целой сюжетной линии. Это уже не редактирование, а переписывание (читайте далее обсуждение «второго драфта»).

Если вы пишете слишком коротко:

• Достаточно ли «мяса» на костях вашей истории? Сценарий – это не просто аутлайн с диалогами, он требует переосмысления каждого драматического момента как пережитого опыта. Убедитесь, что ваша история рассказана до конца, включая не только действия, но и реакцию на них.

• Закончена ли ваша история? Если ваш аутлайн лишь казался завершенным, а на самом деле содержал только тему и обстоятельства зарождения истории, вам придется вернуться к нему и придумать больше событий и поворотов сюжета. Перепишите аутлайн, прежде чем браться за переписывание сценария.

И наконец…

Простите, это еще не все. Процесс предполагает столько вариантов сценария, сколько вы способны осилить, и, если ваша серия запущена в производство, некоторые сценаристы продолжают дорабатывать во время постпроизводства и остановить их можно только силой, и то потому, что серия уже в эфире! К счастью, на телевидении это безумство ограничено жесткими рамками, потому что шоу выходит в эфир сразу.

Если вы пишете по заказу, пришло время сдать сценарий главному сценаристу. Однако, если вы опережаете график на день-два, не спешите. Дайте сценарию «отлежаться», затем окиньте его отстраненным взглядом, внесите поправки, но постарайтесь сдать сценарий вовремя. Телевизионный график не позволяет лодырничать, и бездельникам не видать работы на телевидении.

Если это ваш спек-сценарий и дедлайна нет, соберите отклики. Дайте почитать его кому-то еще, не обязательно коллегам-сценаристам или собственной бабушке, которая и так считает вас самым талантливым на свете. Порой читатели задают весьма полезные вопросы: «Почему она так поступила?» или «Не понимаю, почему они просто не помирились?» Иногда вы рискуете нарваться на ужасное: «Это задумывалось как пародия на "Баффи – истребительницу вампиров" (Buffy the Vampire Slayer)»? Пусть неумная реакция одного читателя вас не смущает. С другой стороны, читатель может разглядеть что-то действительно важное. Это великое благо – иметь возможность переосмыслить написанное.

Если ваши читатели слишком воспитанны или не знают, как ответить, задайте им три простых вопроса:

• Вы переживаете за людей, о которых рассказывает эта история?

• Что-то в этой истории вас задело?

• Как вы думаете, о чем этот сценарий?

Когда все распечатано, советую отложить сценарий на пару недель, если есть возможность. Дистанция позволяет разглядеть то, что можно изменить самому. Вы также найдете опечатки, которые пропустили, вне зависимости от того, насколько тщательно сверяли и вычитывали. Моя любимая опечатка – сценарий для сериала «Boston Public» («Бостонская школа»), который ничего не подозревающий студент сдал, не заметив, что пропустил на титульном листе букву «l» в названии.

Второй драфт

Главное – понять разницу между внесением изменений и переписыванием. Та правка, которой вы занимаетесь ежедневно: проверка орфографии и пунктуации, сокращение диалогов, избавление действия от всего лишнего, рубка голов и хвостов у затянутых сцен – все это нормальный рабочий процесс. Переписывание – совсем другая работа.

Переписывание подразумевает переосмысление структуры, а иногда персонажей. Вы имеете дело с той же историей, но пытаетесь окинуть ее свежим взглядом. Этого не добиться вычеркиванием или перестановкой слов. Придется возвращаться к чертежу.

Начните с отказа от старого сценария. Чем дольше вы цепляетесь за любимые фрагменты, тем сильнее привязываетесь к первому варианту. Сделайте глубокий вдох и вперед. Возможно, вам удастся использовать уже написанные страницы, какие-то сцены и даже эпизоды. Однако если вы решили переписывать, не тащите ничего лишнего, иначе рискуете свихнуться, пытаясь выстроить структуру вокруг сцен, которые ей не принадлежат.

В зависимости от замечаний, которые вы получили от продюсера или читателей, вашей серии может потребоваться новый аутлайн. Сможете вы использовать старый в качестве справочного пособия, чтобы по-новому организовать сцены, или имеет смысл начать все заново? В любом случае не держитесь за то, что не работает, добавляйте новые элементы, даже, если потребуется, новую арку.

Затем на основе нового аутлайна приступайте ко второму драфту, хотя, повторюсь, вы можете взять за основу первый. Не подумайте, что я советую вам отказаться от истории, которую у вас купили (если купили). Узнать, что от вас требуют второй драфт, неприятно, но альтернатива – разрыв контракта и передача вашего сценария другому сценаристу. Только не думайте, что все остальные запускаются в эфир с первой попытки, даже если продюсер сам переписал ваш сценарий! К тому же, если вас взяли в штат, второй драфт оплачивается.

Однажды со мной случилась забавная история. Я сдала первый драфт (речь шла о телефильме), после чего с телеканала перезвонили и пригласили встретиться. Это не предвещало ничего хорошего, ибо, если правка минимальна, они сообщают об этом письмом или по телефону. И вот мы – продюсер, топ-менеджер и я – явились к назначенному времени, готовясь отстаивать проект до конца. Представительнице телеканала явно недоставало опыта, она сидела и листала сценарий два часа, а в конце попросила переделать пять строчек. Пять строчек! Продюсер был так зол, что велел моему агенту выставить счет телекомпании за полный второй драфт, при том что платили они около $1000 за слово. Впрочем, не рассчитывайте на подобную щедрость. Обычно продюсеры сразу дают понять, что сценарий нуждается в переписывании.

Если вы пишете не по заказу, количество драфтов не имеет значения. Каждый сценарий, который вы продали, будет «первым драфтом», несмотря на то что вы успели переписать его 11 раз. Чтобы контролировать себя, проставляйте дату в правом нижнем углу титульного листа. Или можете установить верхний колонтитул, чтобы отслеживать даты переделок (некоторые программы для сценаристов содержат такое приложение). Только не проставляйте номер драфта и дату. И никаких цветных страниц – это для режиссерского сценария. Помните, экземпляр, который вы отсылаете продюсеру, должен сиять новизной, только что из принтера.

Наведение красоты

Технически это означает мелкие исправления, полировку текста, тонкие настройки и оттачивание диалогов. Наведение красоты не подразумевает переделки структуры, создания новых персонажей или сюжетных.

Иногда применительно к диалогам употребляют культурное «стирка». Это бывает, если автор мало знаком со средой, откуда происходит герой, и второму сценаристу нужно придать его речи естественность. Обычно подобные правки не оплачиваются.

Если вас взяли в штат, этой стадии в контракте может не быть, но даже если она есть, гонорар невелик. Впрочем, это неважно. Если после второго драфта вас оставили в сериале, полируйте все что можно, включая кресло вашего босса. Сценарии все время меняются, и чем активнее вы проявите себя в процессе работы, тем в большей степени конечный продукт будет вашим детищем. Разумеется, если вы в штате, вам придется регулярно наводить глянец на чужие сценарии, пока их авторы заняты чем-то более важным. Это нормальная ступень в подготовке сценария к производству.

Если работаете как фрилансер, полируйте текст, пока не засияет.

Что дальше?

Сделайте это еще раз! Если работаете для себя, придумайте другой сценарий, который проявит ваш талант в другом жанре. Если работаете в проекте, вам предстоит потрясение (я не шучу), когда вы увидите ваших героев на экране. И если сериал будет успешным, вы получите новую работу.

Неважно, как сложилась судьба конкретного сценария, – чтобы писать лучше, нужно писать больше. Если это ваша первая серия, вы сделали большой шаг вперед. Только подумайте, как много нового вы узнали! В следующий раз будет легче. Смотрите на это с юмором. Не ждите, что будет легко, но, если вы усвоили основы, в следующий раз наверняка получите больше удовольствия.

Наконец, если у вас в портфеле скопилось несколько сценариев, вы готовы к следующему этапу – работе в штате.

Подведем итоги

• Если вы пишете спек-сценарий (не заказанный студией), пройдите все этапы: аутлайн, первый драфт, второй драфт и наведение красоты.

• Аутлайн – перечень сцен в порядке, в котором они появляются в вашем сценарии. Это первая оплачиваемая ступень, которая создает основу для авторских отчислений, если вы работаете по контракту. Вы можете писать истории А, Б и В отдельно, а затем соединить их, обращая внимание, чтобы клиффхэнгеры приходились на фрагменты, предшествующие рекламной паузе.

• Все телепьесы пишутся в стандартном сценарном формате при помощи специального программного обеспечения.

• Переписать сценарий не значит отредактировать его, это подразумевает переосмысление структуры или персонажей.

• Наведение красоты – незначительная переделка, включающая полировку диалогов и сокращение сцен перед сдачей сценария.

• Собирайте отзывы на готовый сценарий и будьте готовы переписать его много раз перед тем, как отдать экземпляр продюсеру или агенту.

Слово Дэвиду Саймону

Стипендиат Фонда Мак-Артура и обладатель многочисленных наград за сериалы «Убойный отдел» и «Прослушка», Дэвид Саймон также является соавтором сериалов «Поколение убийц» (Generation Kill) и «Тримей» (Treme).

Памела Дуглас: Не могли вы бы поделиться с молодыми сценаристами секретами писательского мастерства?

Дэвид Саймон: Сложно выносить какие-то суждения о жизни, если у тебя мало жизненного опыта. У меня было преимущество – 15 лет после окончания колледжа и до ухода из [Baltimore] Sun я работал газетным репортером. Эти годы позволили мне увидеть жизнь, отличную от моей. А то, что пишется начинающими, как правило, основано на самолюбовании и самоудовлетворении, потому что они берутся писать, ничего не зная об окружающем мире. Они способны достичь высот писательского мастерства даже в юные годы, потому что умны. Они читают других сценаристов, учатся понимать динамику, но это не снимает вопроса: что они могут сказать об окружающем мире?

Для того чтобы вести серьезный разговор о жизни и обществе, нужно набраться жизненного опыта, пережить потери и трагедии, осознать, как меняется с возрастом человек. Не говоря о том, что с годами начинаешь видеть цикличность политической жизни и отличать истинное от мнимого.

Мне интересны сценаристы 40−50 лет, которые знают жизнь, а если им довелось побывать там, где мало кто был, и набраться жизненного опыта, это еще ценнее.

Утверждение, что вы переросли великие вопросы, – полная чушь. О великих вопросах писали еще древние греки. С тех пор ничего не изменилось. В политике ничего не изменилось. Идеи, которые защищал Сократ и за которые был отравлен цикутой, темы, волновавшие Эсхила и Софокла, волнуют нас и теперь. Политические силы, противостоявшие друг другу в Афинах, и сейчас в строю. Политические интриги времен Войны Алой и Белой розы и сегодня актуальны для драматурга, потому что мир изменился не так сильно, как мы думаем. Отношения между людьми не изменились.

Впрочем, если вы хотите быть современным, возможно, вам следует заняться диалогами, делать репортажи. Если я хочу написать о том, что происходило в Новом Орлеане в 2007 г., меня должно это волновать, я должен присутствовать на месте событий в 2007 г.

П. Д.: «Прослушка» до сих пор в эфире. Вы не думаете о возобновлении сериала «Тримей»?

Д. С.: Я был там несколько недель в ноябре, а потом в декабре после наводнения. Мы продали идею пилота HBO в 2005 г. сразу после наводнения. Я больше не мог сидеть за письменным столом, когда «Прослушка» и «Поколение убийц» выходили одновременно. Мне хотелось делать репортажи.

П. Д.: Выходит, задолго до того, как ваши герои появились в сценарии, вы разрабатывали их как репортер?

Д. С.: Мы работали два с половиной года, прежде чем решились на первый драфт. Нам также потребовалось время, чтобы понять, что ждет Новый Орлеан. Как вы можете написать арку, если не знаете, что хотите сказать?

П. Д.: У меня была возможность увидеть драфт оригинальной заявки сериала «Прослушка». Я обратила внимание, что в отличие от прочих тритментов и заявок, которые мне доводилось видеть, этот был очень подробным, минута за минутой. Почему вы сделали его таким?

Д. С.: Вообразите, что вы пытаетесь донести идею «Прослушки» до руководства HBO. Вы просите их взяться за полицейский сериал, между тем их успехи последних лет были связаны с совершенно иными проектами. В те годы их политика резко отличалась от принятой на телеканалах: шоу о сексуально активных жительницах Нью-Йорка, шоу, где в качестве протагониста выступал мафиози, шоу, откровенно рассказывающее о смерти. С подобными темами телеканалы обычно не связываются, потому что заняты тем, чтобы каждые 13 минут продать что-нибудь зрителю. Вы не убедите аудиторию, что ее безудержный консюмеризм значим и ценен, если перед этим 12 минут (в случае с «Кланом Сопрано», «Клиент всегда мертв» или «Тюрьмой Оз») демонстрировали, что основы общества не так крепки, как принято думать. На телевидении вы не можете позволить себе рассказать мрачную историю. Не можете прямо заявить, что человеческая жизнь в основе своей трагична. Все мы смертны и уязвимы. И если вы будете говорить об этом честно, вы не сможете рекламировать купоны на скидки. Таким образом, продавая сюжет, вы должны продавать рекламодателей, а это неприемлемо.

На HBO это понимали. И вот я пришел туда, чтобы предложить полицейский сериал. Однако моей целью было показать, что привычные телевизионные сериалы – обман. Нет, это не может быть целью. Цель сериала – рассказать историю. Это был дополнительный бонус. Я рассчитывал, что они останутся верны своим принципам в выборе проектов. Проблема заключалась в том, что, пока вы будете пытаться донести это до них и к шестой серии они поймут, в чем суть, история про плохих и хороших парней обратится в фарс. Потому что на самом деле это сериал о том, как деньги и власть влияют на жизнь людей в современном американском городе, и, пока вы не раскроете, сцена за сценой, в чем посыл вашей истории, они вам не поверят.

На той первой встрече я не признался, что каждый сезон мы будет браться за новую городскую проблему. Меня попросту засмеяли бы. Я хотел отстоять хотя бы первый сезон. В некотором смысле требовалось зайти так далеко, чтобы понять, что при всех внешних признаках наше шоу не похоже на те шоу, которые вы привыкли видеть на телеэкране, и почему.

П. Д.: В ваших сериалах меня больше всего поражает глубина персонажей. Однако, судя по вашим высказываниям, которые я читала раньше, «Прослушка» – это сериал о Балтиморе и социально-экономических проблемах. Разве персонажи не главное в шоу?

Д. С.: Нет. Но людям трудно это понять. Это не значит, что как сценарист вы не должны стремиться создать глубокие характеры. Ваши герои – это инструменты, с помощью которых вы рассказываете историю. Они не должны затупиться. Вы не построите дом с помощью негодных инструментов. Персонажи, актеры, режиссеры – все должно быть лучшего качества. Однако если вы думаете только о героях, то какая разница между тем, что делаете вы, и мыльной оперой, за исключением того, что вы пишете на другом уровне? Что вы хотите сказать об окружающем мире? Такого, что никто не говорил до вас.

Примерно 80 % того, что пишется для телевидения, нацелено на создание хитов с последующей франшизой любой ценой. Хотят больше дерьма, вот вам дерьмо. Главное – не потерять зрителя. До возникновения платных каналов американскому телевидению пришлось существовать на таком уровне. В этом смысле оно едва преодолело подростковый возраст, впрочем, очень быстро повзрослело. Модель, основанная на рекламе, разрушает целостность историй. Вы должны удержать как можно больше зрителей, чтобы запросить как можно больше денег, чтобы сохранить рекламные рейтинги. При такой экономической модели вы вынуждены подстраиваться под невзыскательные вкусы. Вы не можете позволить себе быть сложным или трагичным, вам приходится ставить на мелодраму.

Тем не менее за последние десять лет была придумана экономическая модель, которая позволяет рассказывать истории для взрослых, создавая нечто осмысленное. Придут зрители, что ж, отлично, по крайней мере, вам еще удается заманить их в балаган. Некоторые зрители смотрят HBO ради сериалов «Тримей» и «Прослушка», многие любят «Настоящую кровь» или что-то еще. До тех пор, пока я заманиваю зрителей в балаган, меня ценят. Это иная экономическая модель, при которой я в прямом смысле слова не обязан оглядываться на рейтинги. Меня волнует: перспективный сериал? Найдет ли со временем то, что я делаю, своего зрителя? DVD сериала «Прослушка» спустя два с половиной года после показа в эфире продаются лучше, чем раньше. Я должен знать, что сериал будут смотреть, иначе я работал зря. Но я не настаиваю, чтобы меня непременно смотрели в прайм-тайм.

П. Д.: Над чем вы сейчас работаете?

Д. С.: Мы – Тед Бернс, Дэн Фесперман и я – делаем сериал о работе ЦРУ после Второй мировой войны. Также мы с моим учителем Томом Фонтана [продюсер «Убойного отдела»] задумали сериал о покушении на Линкольна. Есть еще три-четыре проекта.

П. Д.: Есть еще что-то, чем вы хотели бы поделиться с читателем?

Д. С.: Изучите жизнь, прежде чем браться писать для любых медиа. Изучите мир, людей, не зацикливайтесь на себе. В определенном смысле журналистика и нон-фикшн – отличная школа для драматурга. Я не работаю с людьми, которым однажды приснилось, что они должны стать сценаристами на телевидении. Они хотят стать ремесленниками. Я не нанимаю телевизионных сценаристов для сериала «Тримей». Сценаристы, которых я нанимаю, любят Новый Орлеан или являются знатоками американского фольклора, остальные – журналисты и писатели из самого Нового Орлеана. Вот кого я нанимаю.

Сценаристы, пишущие для телевидения, приносят мне банальные сценарии. Поэтому на телевидении все так усреднено. Они понятия не имеют о бедности и расовых проблемах. Они не видели другой Америки и думают, что все, что им нужно знать, – это то, как работает телевизионная индустрия. Боже мой, они даже читают специализированные журналы! Я не нуждаюсь в сотрудниках, которые расскажут мне, как делается сериал на телевидении. Последнее, что мне хотелось бы делать, – это телевизионное шоу. Мне нужны те, кто знает Новый Орлеан, и те, кто знает о войнах между торговцами наркотиками и работе ЦРУ. Именно их неповторимые голоса я ценю. Поэтому, когда мне присылают резюме: проработал три сезона в этом проекте, был редактором в том, я спрашиваю: эй, а что ты знаешь о жизни?

Поговорим о том, как написать пилотный сценарий

Вначале было слово. Берясь за пилотный сценарий, вы становитесь создателем вселенной, которая включает пейзажи, людей, их противоречивые желания, опасности, которым они подвергаются, и т. д. И всегда в центре вашего мира тайны, такие запутанные, что для их раскрытия требуется от 88 до 100 часов. Тем не менее большинство сценаристов начинают работу не с этого откровения и даже не с героев. И в отличие от киносценариев, сюжетная линия, в рамках которой герои растут и меняются, не стоит на повестке дня сценариста в первый день работы.

Создайте «мир»

Многие сценаристы начинают с полного мысленного погружения в локацию, где им предстоит обитать годами. Создатель жесткой и реалистичной городской драмы «Прослушка» Дэвид Саймон настаивает, что его сериал – о Балтиморе. Каждый сезон фокусируется на одной теме, например школьное образование или средства массовой информации, но создатель утверждает, что его вдохновляла не возможность показать торговцев наркотиками, полицейских или тинейджеров с разрывающим душу реализмом, а Балтимор.

Для Саймона пилот возникает из географии и социально-экономических предпосылок. Иногда «мир» привязан к загадке, проблеме или герою гораздо сильнее, чем к местности. Никто не станет утверждать, что «Доктор Хаус» – сериал про Чикаго. Мир Хауса заключен в его диагностическом отделении, а внутри этого мира сюжетом движет необходимость героя преодолеть «мир боли» (его собственной). И никто не перепутает больницу, где работает Хаус, с больницей из «Скорой помощи», хотя обе расположены в Чикаго. Клиники из «Анатомии страсти» или из «Медсестры Джеки» тоже находятся в больших городах, хотя претендуют на собственные миры. Попробуйте найти отличия между «мирами» «Анатомии страсти», «Медсестры Джеки», «Доктора Хауса» и «Скорой помощи».

Соавтор «Остаться в живых» Дэймон Линделоф тоже начал создавать свой мир с места: таинственного острова, где самолет терпит крушение. Впрочем, сам он думает, что большинство сериалов начинаются с миров попроще: «Когда мы говорим о телевизионных шоу, то не должны забывать о формате, а формат – это и есть мир сериала. Больница, юридическая фирма, полицейский участок – с этих миров начинаются телесериалы. Вы знаете, какие истории заселяют такие миры. Мир посложнее – космический корабль, который бороздит просторы галактики, или необитаемый остров, причем зритель должен знать, что герою оттуда не выбраться.

Вопрос в том, кто будет взаимодействовать внутри этих миров. Это то, чем хорошее шоу про полицейских отличается от плохого сериала про полицейских, а хороший сериал про врачей от плохого сериала про врачей. Все врачи лечат пациентов, но вопрос в том, кто они. Оптимистичный сериал вроде "Анатомии страсти" сильно отличается от "Скорой помощи", но только благодаря героям. Если бы не герои, они были бы неотличимы друг от друга».

Во втором издании этой книги Линделоф подробно рассказал о том, как создавался пилот сериала «Остаться в живых». Если хотите прочесть его целиком, посетите сайт http://www.PamDouglasBooks.com. Здесь я приведу отрывок, в котором он рассказывает о зарождении проекта: «Обычно пилотный сезон начинается летом, когда студии скупают у сценаристов идеи. Затем сценаристы отправляются писать аутлайны и драфты. Перед Рождеством телеканалы и студии собирают драфты, чтобы в январе объявить о том, какие шоу запускаются в производство.

Тем не менее в конце января, когда все пилоты уже отобраны, президент ABC Ллойд Браун заявил, что хочет делать сериал о людях на необитаемом острове. Джей Джей Абрамс и я независимо друг от друга (тогда мы не были знакомы) ответили, что эта идея не подходит для сериала. Это не драматическое произведение. Разве "Последний герой" (Survivor) не реалити-шоу? Это игровая программа. Но Ллойд настаивал. У него была мечта, ему хотелось новизны. В те времена ABC мучительно пыталась найти удачный проект. Несколько лет у них не появлялось заметных сериалов, и они занимали 4-е место в рейтинге телеканалов. Каждый год они выпускали сериалы про полицейских, врачей и адвокатов – им захотелось смены декораций. Как профессионал Ллойд понимал, что на телевидении еще не было ничего подобного.

Он предоставил нам полную свободу. Я позвонил Джей Джею, хотя считал идею Ллойда худшей на свете – мне казалось, она не годится для сериала. Я сказал ему, что, если он возьмется делать сериал, ему не обойтись без громадного актерского ансамбля, и ему придется иметь дело со сложной многофигурной пьесой, и он ничего не будешь знать о героях. Может быть, стоит использовать флэшбеки, инсценировав истории героев до катастрофы. Таким образом, предстоит делать сразу два фильма: о том, что происходит после крушения самолета, и о том, что было до него. Мы понятия не имели, как такое делается. И я сказал ему, что это будет по-настоящему странный сериал. Вроде историй из "Сумеречной зоны". Здесь будут сюжетные повороты и перевертыши, и внутренний конфликт, рождающий противостояние персонажей».

Найдите «трамплины» в сюжете

Допустим, мысленно вы уже переселились в ваш новый дом – мир сериала. Что дальше? Писать? Нет, еще не время, хотя никто не мешает вам делать заметки. Сейчас вы должны представить себе, что заставляет ваш мир вертеться. Эта задача не ограничивается пилотной серией, вы должны найти «мотор», который будет двигать вперед действие. Персонажи сами приходят со своими проблемами? Но проблемы проблемам рознь, и они не всегда требуют вмешательства полицейских, юристов или врачей. Это могут быть проблемы в отношениях, встречи с представителями иных галактик или измерений, как в сериалах «Грань» или «Событие» (The Event), борьба героев с внутренними демонами, как в сериалах «Декстер» или «Безумцы». Если персонажи будут заняты решением некоей задачи, которая провоцирует конфликт, а внутри историй будут заложены внешние и внутренние опасности, вы сразу найдете «трамплины». Наличие потенциала для будущих историй отличает пилот от прочих текстов, которые пишутся для телеэкрана.

Заселите ваш мир

Теперь, когда вы поняли, как ваш сериал функционирует внутри проработанного мира, следующая задача – найти персонажей. Я умышленно говорю «найти», а не «ввести» или даже «создать», потому что, если ваш мир хорошо продуман, в нем уже живут ваши герои. Если у вас есть только три, четыре или пять персонажей, придется вернуться на ступень назад и поглубже покопаться в вашем мире. Это не значит, что вы должны знать всех без исключения персонажей большого ансамбля или что в процессе работы над сценарием они не возникнут сами и не скажут вам «привет». Для сценариста это всегда приятный сюрприз, но я не советую новичкам связываться с большим ансамблем. Несколько тщательно прописанных персонажей – уже много.

На этой стадии некоторые сценаристы придумывают персонажам биографии. Другие записывают сцены, фразы или образы, которые заставят героя «выстрелить». Однажды я писала пилот, в котором мне требовалось «промаркировать» (изобразить) героиню для презентации проекта. Я увидела, как в сумерках она несется по окраине Лос-Анджелеса на потрепанном кабриолете, босой ногой давя на педали и подпрыгивая задницей на сиденье в такт «Mustang Sally». В другом видении, ближе и ярче, она слизывала соус для курицы с оберточной бумаги, а владелец мотеля колотил в дверь. Только одно из этих видений осталось в сценарии, но оба помогли мне увидеть героиню на раннем этапе работы.

Во втором издании этой книги создатель великой драматической аллегории «Звездный крейсер "Галактика"» (версия канала SyFy) Рон Мур описывал, как нашел персонажей. Вначале проект его не заинтересовал, потому что оригинальному шоу 1970 г. не хватало глубины. «Однако, когда я пересмотрел его еще раз, – признавался он, – меня потрясла мрачная исходная посылка: апокалипсис уничтожил человечество. Это сериал о выживших людях и сайлонах, которые их преследуют. Мне показалось, что это интересный формат, потому что главное в нем – это мысль о неминуемой гибели и боязнь затеряться в просторах космоса. Я спросил себя: а что, если использовать эту предпосылку для шоу и выяснить, как в подобных обстоятельствах поведут себя люди? Если вы возьмете обычных, эмоционально неустойчивых людей, которые попали на корабль случайно, на что будет похож такой сериал?

Я знал, что хочу сохранить тему: кино о выживших на последнем космическом крейсере. Затем я понял, что старый сценарий – о семье, посмотрел на генеалогическое древо и решил внести изменения. Дочь в старой истории показалась мне бесполезным персонажем, и я выкинул ее. Затем я сделал Старбак женщиной, решив, что она будет суррогатной дочерью главного героя. У отцовской фигуры Адамы не было противовеса, ни фигуры матери, ни другого соперника среди гражданских, а я не собирался делать шоу про военных. Итак, исходная предпосылка сохранялась: остатки человеческой расы путешествуют по просторам Вселенной. Какой способ управления они избрали? Пытаются ли сохранять демократию? Будет ли президент реальным игроком в новом сценарии, в отличие от старого? И я решил, что мне необходим женский персонаж, который дополнит семью, и именно о ней будет сериал.

Другим персонажем, который вызвал мой интерес, стал Балтар. В оригинальном сценарии человеческая раса была не просто уничтожена – ее предали. Балтар предал человечество. Но почему он так сделал? Нет никакой весомой причины, почему кому бы то ни было могла прийти в голову такая мысль, и я решил, что Балтар предал неумышленно, по слабости. Во многом он там самый человечный персонаж с его способностью находить всему рационалистическое объяснение и снимать ответственность с себя. Он не стремится к злу, но неведомым образом постоянно совершает аморальные и губительные поступки.

Вот о чем был старый сценарий и как я пытался передать его особенности в новом».

Составьте план

Допустим, у вас есть мир сериала, «трамплины» и главные персонажи. Вы уже совсем близко к цели – написанию пилотного сценария. Только помните, что до того, как ваш пилот оценят зрители, вы должны покорить читателей, поэтому первые 10 (или меньше) страниц – решающие. Незачем ждать 88-й или 22-й серии, чтобы потрясти аудиторию. Пусть предвкушения охватят ее с самого начала.

Как создать атмосферу ожидания? Ответьте на главный вопрос драмы: тревожит (или забавляет) нас судьба главной героини? Чего ей так отчаянно хочется? Кто или что противостоит ей? Каковы ее шансы на победу или поражение? После чего закрутите действие, чтобы мы чувствовали: героиня близка к цели. А теперь резким движением выдерните коврик! Оказывается, не все так просто, продолжение следует.

Разумеется, я очень сильно упрощаю. Смысл в том, что вы должны с первых страниц так закрутить действие, чтобы мы испытали сочувствие хотя бы к одному из персонажей, и, кроме того, заявить франшизу. Я не советую вам описывать мир вашего шоу. Не менее важно, чем создать мир – недаром мы с этого начали, – заставить мир «дышать». Он должен производить впечатление живого, а не «сделанного». Мир вашего шоу и есть ваше шоу. Это место, где живут ваши персонажи. Если нужны объяснения, значит, что-то в вашем сериале пошло не так.

Наконец вы готовы составить план вашего пилота, как и любой последующей серии. Сколько в ней актов? Четыре? Пять? А тизер? Поразмыслите над таблицей и анализом структуры серии, о которых шла речь в главах 3 и 4. Раз уж вы являетесь создателем сериала, вам придется делать выбор (по крайней мере, до тех пор, пока не вмешается телеканал, впрочем, считайте его вмешательство удачей). Затем беритесь за аутлайн, первый драфт, редактуру и финальные правки.

Давным-давно пилоты писались для себя в надежде, что когда-нибудь по ним снимут сериал. Теперь агенты и продюсеры читают их. А порой по этим сценариям даже снимают сериалы. Поскольку существует такая возможность, я попросила мою коллегу Джорджию Джефрис поделиться опытом написания пилотных серий.

Слово Джорджии Джефрис

Джорджия Джефрис написала и спродюсировала сериал «Кегни и Лейси» (Cagney & Lacey), а также была наблюдательным продюсером в сериале «Чайна-Бич» (China Beach). Джорджия Джефрис преподает в Школе кинематографического искусства Университета Южной Калифорнии.

Джорджия Джефрис: Я написала восемь драматических пилотов – самая приятная работа на телевидении из-за возможностей, которые она предоставляет в установлении границ и исследовании нового мира.

На лекциях, посвященных пилотным сериям, я говорю студентам, что написать сериал – все равно что написать гибрид короткого рассказа и киносценария. В конечном счете это создание романа в фильме. Как Диккенс публиковал «фрагменты» из своих романов в дешевых журналах неделю за неделей, месяц за месяцем, так и сценарист пилотной серии создает сложных персонажей, чьи истории обладают долговременным потенциалом.

Наше время (и снова с должным почтением к Диккенсу) – «лучшее изо всех времен, худшее изо всех времен» для того, чтобы писать пилотные серии. Исключительно творческий подход, которого требует написание пилота, способствует высокому качеству продукта. Однако на этом рынке очень высока конкуренция. Покупателей хватает: платные, бесплатные кабельные каналы, эфирные каналы.

От 70 до 80 % пилотов, которые заказываются телеканалами, пишутся их собственными вспомогательными компаниями. Если речь идет о ABC, почти наверняка продюсированием будет заниматься Touchstone. И если у сценариста нет связей в Touchstone, едва ли его возьмут в ABC.

Ставки высоки как никогда, потому что многомиллионное производство сопряжено с постоянными потерями для вещательных корпораций. Они соперничают друг с другом, пытаясь вернуть аудиторию, которую потеряли благодаря интернету и видеоиграм. Это значит, что нам придется по-новому работать с целевой аудиторией, снимая все больше «коротких сериалов». Именно так в последнее время делают HBO и Showtime, заказывая от 10 до 16 эпизодов единовременно (с длинным перерывом посередине) вместо 22−24 традиционных. Это приводит к тому, что у творческого работника остается больше свободного времени, когда шоу закончено, и, напротив, зрителям требуется больше времени, чтобы найти свое шоу при таком богатстве выбора. Чем больше рынок расширяется, переосмысливая старые образцы, тем больше возможностей предложить себя в качестве сценариста пилотных серий для молодого таланта.

Памела Дуглас: Когда ваши студенты пытаются писать пилоты, от чего вы их предостерегаете? Каких ловушек советуете избегать?

Д. Д.: Больше всего меня беспокоит, что, приходя в класс, они пытаются подражать тому, что уже видели на экране. Я призываю их к творческому риску, советую дистанцироваться от того, что они смотрят, и тех пилотных сценариев, которые они прочли. Не зацикливаться на собственных психологических проблемах, а подумать, что они хотели бы увидеть на экране. Единственный способ писать эффектно – перестать задумываться о том, что возможно, а что невозможно.

П. Д.: Когда вы сами пишете пилот, с чего вы начинаете? С мира или персонажей? Что для вас эволюция, понимаемая как созидательный процесс?

Д. Д.: Я всегда начинаю с мира.

П. Д.: Интересно услышать это от такого «характерного» персонажа.

Д. Д.: Видите ли, для меня место – это персонаж. Первый пилот, который я написала для эфирного канала, рассказывал о молодой женщине-хирурге из Армейского медицинского центра Уолтера Рида в Вашингтоне. Это было весьма специфическое место – военный госпиталь, полный раненых солдат. Действие другого пилота – на сей раз для платного кабельного канала – также происходило в Вашингтоне, но в гораздо более рафинированном мире власти и интриг внутри Белтвея.

Персонажи какое-то время жили в моей голове, пока я не перенесла их в текст. Это случилось только после того, как я решила отвезти их домой в Иллинойс. Я сама со Среднего Запада, но я никогда не писала пилот, действие которого происходило бы там. Наконец-то нашлось место, куда мне захотелось их поместить.

П. Д.: Когда вы начинаете писать, у вас есть темы, которые вы намерены исследовать, но что происходит дальше? Как вы работаете? Пишете ли аутлайн? Задумываете арку на год вперед? Или начинаете прямо с исходной предпосылки?

Д. Д.: Я всегда писала тритменты, но меня никогда не просили сделать библию для будущих эпизодов. Я делала ее по собственной инициативе, проводя огромное количество исследований. После каждого из моих пилотных сценариев – поверьте, я не преувеличиваю – у меня остаются папки толщиной в 3–4 дюйма, заполненные персонажами и идеями. Я постоянно выдергиваю статьи из журналов, записываю то, что слышу по радио. У меня нет ощущения, что я могу расслабиться, потому что собрала достаточно «корма» в виде историй для волшебного сотого эпизода.

Помню, одним из первых замечаний, которое я получила после своего первого драфта, было такое: «Нужно развить первую историю, подвести к кульминации драмы раньше». Инстинкт подсказывал мне придержать развязку, чтобы поразить зрителя потом, но я поняла, что не могу позволить себе такой роскоши. Прежде всего, мне требовалось завоевать сердца боссов, но не раскрывать до конца всех секретов. Это значит писать более грубыми мазками, чем я люблю (я считаю, что лучшие сюжеты выписываются тонкой кистью, «между строк»). Я продолжала делать заметки, чтобы мои пилоты с самого начала набрали широту и объем и зрители знали, что на кону. Так я научилась подводить персонажей к эмоциональному краю в самом первом эпизоде.

Когда я учу студентов, как писать пилоты, я прошу их придумать по крайней мере 10 вопросов, которые свели бы зрителя с ума после окончания первой серии: что случится с тем или иным персонажем, как повернется сюжет? Если зрители думают, что знают ответы, они едва ли станут смотреть вторую серию. Также бывает полезно выбрать 10 синопсисов, которые студенты пишут для будущих эпизодов.

П. Д.: Вам больше нравится писать пилоты, чем киносценарии или эпизоды сериала?

Д. Д.: Да, потому что я думаю долго. Не два, а 24 часа в сутки.

П. Д.: Несмотря на то что все начиналось с кино, ваша работа гораздо объемнее.

Д. Д.: И предъявляет к сценаристу больше требований. Мы знаем, что такое проживать с персонажами 14 часов в день, каждый день, на протяжении сезона, и, если повезет, у тебя будет всего шесть недель перерыва. Я никогда не относилась к написанию пилота спустя рукава. Чтобы создать успешный сериал, нужно отдаваться работе душой и телом.

Глава 5

Те, кто рядом: работа в штате

Недавно одна из выпускниц моего курса спросила меня, какой главный урок я усвоила за время работы на телевидении. Вопрос застал меня врасплох. Разумеется, я отточила писательские навыки, стала понимать, что работает на экране, а что нет, научилась взаимодействовать с работодателями. Однако студентка спрашивала о другом: как построить карьеру, не повторяя чужих ошибок?

Я кратко расскажу о тех ошибках, которые совершила. Например, однажды отказалась от работы в штате, потому что мне пообещали три более привлекательных проекта. Один сериал не запустили в производство, во втором продюсер решил, что сам напишет пилот, а в третьем мне предпочли другого сценариста. И я осталась без работы больше чем на полгода. К счастью, я преподавала сценарное мастерство в Школе кинематографического искусства на протяжении всей карьеры, однако для сценариста вредно оставаться без работы надолго. Я рассказываю об этом случае в самом начале главы, посвященной работе в штате, за которую платят регулярно, помимо того, что у вас есть чувство защищенности. Вот мой совет: найдите себе дополнительный источник дохода (в журналистике или сфере создания веб-контента), или неписательскую работу, или партнера, который разделит с вами расходы. Но главный ли это урок из тех, что я хочу преподать студентам?

Я вспоминала о сценариях, которые могла бы написать лучше. Иногда, глядя на экран, испытываешь искреннюю благодарность по отношению к актерам и режиссерам, которые вдохнули жизнь в то, что ты написал. Но порой морщишься, недоумевая: «Как меня угораздило сочинить такую корявую фразу?» или «Вам тоже кажется, что это невыносимо затянуто? Почему я не сократила эту сцену? Нет, это вина режиссера… или все-таки моя?» И все же это не главное, подобные мысли приходят и уходят.

Размышляя над тем, что важно в построении карьеры сценариста, я пришла к единственному выводу: заводите друзей. Конечно, вам приходилось слышать поговорку: «Неважно, кто ты, – важно, с кем ты знаком», или, другими словами: «В этом городе все строится на связях». Этим легкомысленным сентенциям следуют некоторые агенты, менеджеры и продюсеры. Однако как сценарист вы не можете игнорировать такой взгляд на ситуацию.

Особенно если вы работаете в штате, где творчество является коллективным процессом, хотя вы вносите в него уникальный вклад. Сценаристы предпочитают работать с теми коллегами, которые позволяют проявиться их лучшим качествам. Это значит, что они выбирают соавторов, с которыми могут позволить себе творческие риски и кому можно доверить написание качественных диалогов, сюжетных поворотов, жизненных историй, юмористических сцен. Обычно сценарий, который «свободный художник» представляет каналу, говорит сам за себя. Однако ни один продюсер-сценарист не в состоянии прочесть их все. Продюсеры нанимают того, кого они знают.

Это не означает, что вы должны обхаживать боссов или втираться в доверие к членам их семей. Я говорю о создании сети, состоящей из профессионалов, которым вы можете доверять. Если вы справились с работой, вас запомнят. Вчерашние студенты часто организуют мастерские, которые не только позволяют им обмениваться впечатлениями о работе, но и оставаться на связи. Один из моих студентов-сценаристов наладил взаимодействие со студентом, который учился на продюсера и собирался стать агентом. После окончания киношколы юный агент получил работу, и его первым клиентом стал мой бывший студент. Впоследствии они вместе добились успеха.

Если вы не учились в киношколе, вы можете завязывать профессиональные контакты, посещая семинары, курсы, творческие мастерские, социальные сети и блоги. Или устроившись в скромный сериальный проект. Люди, которые занимают соседние с вашим кабинеты, не всегда будут сидеть в них. Кому-то повезет устроиться в проект попрестижнее, кто-то станет продюсером, кого-то попросят рекомендовать сценариста с навыками, которыми обладаете именно вы. Присоединяйтесь к профессиональным сообществам и, когда станете членом Гильдии сценаристов, будьте активнее. Если вы застенчивы или предпочитаете жить отшельником (или так сосредоточены на своих героях, что не хотите иметь дела с реальными людьми), сделайте над собой усилие, выберитесь из кокона. Больше всего я жалею, что слишком поздно это поняла, и советую вам не повторять моих ошибок.

Если бы это не касалось моих взаимоотношений с представительницей одного из телеканалов, я не стала бы приводить здесь историю, которая очень много для меня значит. Однажды, будучи у нас в гостях, подруга моей дочери обмолвилась о том, что у ее матери диагностировали рак груди. Девочка-подросток упомянула об этом походя, словно ее это мало трогало, и я поняла, что она просто не может принять того, что случилось, и совершенно не готова к операции, которая предстояла ее матери. Размышляя об этом, я поняла, что из этого может выйти драма – хотя меньше всего на свете мне хотелось писать о болезнях, – однако никто еще не пытался взглянуть на проблему с точки зрения дочери. Меня интересовала не болезнь, а отношения между матерью и дочерью, то, как под влиянием события, перевернувшего ее жизнь, девочка начинает воспринимать себя женщиной и размышлять о том, что может лишиться матери.

Следовало ли мне написать сценарий, тритмент (рекламный синопсис сценария, написанный в авторском стиле. – Прим. ред.) или питч и попросить агента организовать встречу с потенциальным продюсером? Ведь придется ждать ответа, потом самой встречи, потом встречу отложат и отложат опять. Состязаться с другими презентациями, которых неизвестно сколько… неизвестно сколько ждать ответа, который может оказаться отрицательным… полгода пройдет, прежде чем я получу работу, если вообще получу!

Вместо этого я решила позвонить. У меня уже был опыт сотрудничества с телеканалом CBS – четыре раза в сериалах и дважды в оригинальных телефильмах, – к тому же в прошлом году я оказалась за одним столом с вице-президентом телекомпании. Мы присутствовали на церемонии присуждения престижной премии Humanitas Prize, которой награждают кино– и телесценаристов. Я была финалисткой в категории «оригинальных драм», она отвечала за этот проект. Когда я проиграла, вице-президент наклонилась ко мне и шепнула мне на ухо что-то вроде: «Ничего, в следующий раз придумаем что-нибудь еще». Аплодисменты, которыми зал наградил моего соперника, помешали мне расслышать ее слова.

Однако мимолетного знакомства оказалось достаточно, чтобы она ответила на звонок. Мой питч отличался краткостью: «Давайте сделаем фильм о девочке-подростке – дочери женщины, у которой обнаружили рак груди». «Давайте, – ответила она. – Кого хотите в продюсеры?» Я выбрала компанию, с которой работала раньше и ценила за бережное отношение к труду сценариста, и продюсера, вкусу которого доверяла. Кроме того, я была уверена, что их утвердят, потому что они уже давно в профессии. Вице-президент не возражала. Один звонок – и дело было сделано. Год спустя проект «Между матерью и дочерью» (Between Mother and Daughter) получил Humanitas Prize. Разумеется, я рассказала о нем не ради того, чтобы похвастаться. Я хотела показать, как много значат связи – не обязательно личные, но основанные на взаимоуважении.

В других случаях мои попытки устроиться в проект терпели неудачу из-за того, что я не была вхожа в определенные круги – продюсеры просто меня не знали. Я знаю, как больно чувствовать себя никому не нужным. И чтобы избавить вас от повторения моих ошибок, предлагаю вашему вниманию повесть под названием:

Команда из ада

(слышен волчий вой, видны вспышки молний)

У всех, кому приходилось работать в штате телеканала, есть своя история с фронта. Плечо коллеги позволяет вам ощутить себя солдатом в траншее во время боевых действий. Либо вы становитесь друзьями не разлей вода, либо все время ждете удара сзади, либо и то и другое одновременно. К тому времени, как я впервые попала в свою команду из ада, у меня уже были реализованные проекты и опыт командной работы, хотя те шоу не относились к престижным или слишком быстро закрывались. Таким образом, это был мой первый опыт работы на ведущем телеканале, и я добросовестно совершила все ошибки, которые перечислены далее (только никакой книги с их перечислением в том время не было и в помине). Жаль, что у меня не было возможности прочесть эту книгу тогда.

Ошибка первая: не отдаляйтесь от команды

Так как сериал был только что запущен, под кабинеты команды был выделен целый пустой этаж. Исполнительный продюсер (или шоураннер, как принято говорить в телевизионных кругах) обошел сценаристов и предложил каждому выбрать кабинет. Я решила, что сумею лучше сосредоточиться, если попрошу рабочее место в самом дальнем углу. Тем временем мои смышленые коллеги вовсю разбирали кабинки рядом с кабинетом продюсера. Всякий раз, выходя из кабинета, он видел одни и те же лица – сотрудников, готовых по первому зову взяться за срочную переделку, тех, на ком держится сериал. К тому же они первыми узнавали все сплетни: кто из актеров обрел статус любимчика, а кто вышел из расположения, чем недовольно руководство телеканала, какие возникли производственные и творческие затруднения – и своевременно вносили изменения в свои сценарии.

Принцип «быть под рукой» применим ко всем ситуациям, описанным ниже, хотя не относится к высшим эшелонам: продюсер-сценарист не сидит в кабинете, потому что находится на съемочной площадке, а «творческий консультант» в некоторых шоу вообще не появляется в офисе, пока не позовут. Так что эти уроки для вас, новички.

Ошибка вторая: не смешивайте личное с рабочим

Со временем любая команда становится семьей, счастливой или несчастной. Теперь вообразите, что члены семьи заперты в комнате целый день, каждый день в течение шести месяцев. Представили? Когда сценаристы сидят за письменными столами и копаются в мотивах персонажей, между ними неизбежно возникает некая общность. «Когда мой парень не пришел, я сделала вот что…» Такое проникновение в суть проблемы может добавить сериалу реалистичности, что неплохо.

Однако довольно скоро чрезмерная открытость начинает мешать. Вы поймете, что перешли грань между сеансом групповой терапии и сценарными битами, по ощущению дискомфорта в кабинете или когда главный сценарист попросит вас не затягивать. Не забывайте, вы все вместе работаете над линиями героев и должны «услышать голоса» уже существующих персонажей. Однажды, когда вы станете главным сценаристом сериала, это станет личным высказыванием, а пока вы работаете в команде.

Даже если вы неизменно милы с коллегами в процессе, осторожно откровенничайте за обедом, у кулера с водой и т. д. Другие сценаристы могут воспринимать вас как соперника. Однажды, когда я трудилась в команде из ада, я остановилась у кабинета одного из моих «новых друзей» – назову его мистером Хорнсом. Как и я, он был начинающим сценаристом, который пытался удержаться на крутых ступеньках карьерной лестницы. Две крошечные розовые пинетки, принадлежащие его дочке, свисали с настольной лампы.

Я не могла пройти мимо – у меня самой был маленький ребенок. «Утром я ухожу, когда она еще спит, вечером возвращаюсь, когда уже засыпает, а в выходные снова берусь за сценарий. Вся надежда на шестимесячный перерыв», – вздохнул мистер Хорнс. Я посочувствовала коллеге и по секрету поведала, как тяжело приходится мне. Он покачал головой – его жена занималась только домом. «Вам не подходит эта работа», – заявил он прямо, пока я наблюдала, как из его головы лезут маленькие рожки. Не сомневаюсь, что он передал наш разговор боссу.

Ошибка третья: не планируйте ничего, кроме работы

К несчастью, мистер Хорнс был в чем-то прав. Работа в штате поглощает почти все ваше время и определенно – всю энергию. Это чудесно, если у вас нет ни перед кем обязательств, но успевать и на работе, и дома – задачка не из легких. Однажды я трудилась в проекте, где у всех были маленькие дети, но работу организовали так идеально, что почти каждый день мы начинали в 10.00, а заканчивали в 17.00. Старший продюсер пользовалась таким авторитетом, что ей разрешалось приходить в 8.30 и уходить в 16.00, чтобы забрать из школы детей. Впрочем, такое встречается редко.

Я не собираюсь начинать разговор об извечной женской проблеме: дом или карьера. Если вы соглашаетесь на работу в штате, ваша жизнь меняется. Вы больше не можете позволить себе ланчи с друзьями. Ваш удел – короткий перекус в кафетерии или на рабочем месте. Порой у вас только час между утренним совещанием и послеобеденным просмотром, или между кастингом и съемкой, или срочными правками и поиском поворотного пункта для следующей серии. Если вы отправитесь на ланч, то опоздаете на послеобеденное совещание. А что касается других ваших сценариев, размещения видеороликов с вашим котом на YouTube или ответов на длинные электронные письма – для всего этого существуют шестимесячные каникулы.

Ошибка четвертая: не берите работу на дом

Каждый сценарист в команде сочиняет собственные серии вдобавок к обсуждению и переписыванию чужих сценариев. Если сериал планируется на полный сезон, вы можете рассчитывать на два эпизода, однако, в зависимости от количества сценаристов в команде, расположения к вам босса и вашего умения делать питчинг, вы можете получить больше.

Возможно, вы привыкли работать на рассвете в домашних тапочках, врубать на полную мощность музыку, захлопывать за собой дверь и сидеть перед экраном монитора часами, а затем, посетив тренажерный зал, снова садиться за работу. Простите, ребята, все это не подходит для штатного сценариста. Лично мне сложно сосредоточиться, когда в коридоре шумят, а каждые полчаса тебя отрывают ради совещания или просмотра. Впрочем, есть сценаристы, умеющие «выключать» окружающий мир и преспокойно работать в офисе полный рабочий день. Возможно, вам помогут наушники.

Когда я работала в команде сценаристов, мне пришло в голову, что я сумею себя зарекомендовать, если, опередив график, сделаю мой первый сценарий безупречным, отшлифовав его дома за две недели. Я спросила мистера Хорнса, практикуется ли здесь работа на дому. «Почему нет? – просиял он. – Работайте, как вам нравится, только работайте. Просто не приходите, и все. И две, и три недели. Зачем тратить время на дорогу?» Я спросила разрешения у шоураннера – тот пожал плечами, занятый мыслями о чем-то другом.

И я осталась дома. На две недели. Стоит ли говорить, что за эти две недели персонаж, который был нужен мне для развития сюжета, погиб в сценарии предыдущей серии, телеканал отказался от главной локации, актеры закрутили роман, а мой кабинет занял стажер – «все равно там никто не сидит». К тому времени, как я принесла свой драфт, еще не успевший остыть после распечатки, он совершенно утратил связь с сериалом. Так же, как и я.

Учитесь на моем опыте: оставайтесь на связи, даже если днем вы не напишете ни строчки и вам придется писать дома по ночам.

Ошибка пятая: не держитесь за каждую строчку в своем сценарии

Разумеется, вы болеете за него всей душой. Только посмотрите, как он хорош: кульминация сцены сменяется неожиданным поворотом, весьма своевременно меняющим ход сюжета; точнейшие детали выявляют скрытое напряжение; тонкие штрихи в описаниях персонажей ловко намекают на их предысторию; реплики так точны, словно герои сами их писали. Большего от сценария и ждать невозможно. По крайней мере, так вы думаете, печатая: «ИЗ ЗТМ». Очень непросто выложить сценарий на всеобщее рассмотрение, и неважно, насколько коллеги к вам расположены и сколько раз до этого вы переживали подобное испытание.

Но приходит день, когда вы получаете электронное сообщение, и сценаристы, захватив свои ноутбуки, собираются в комнате, чтобы обсудить ваш сценарий. Обсудить, а не уничтожить. Не будем параноиками. Каким-то образом вы должны дистанцироваться от того, что написали. Думайте о том, что хорошо для сериала, а не о том, как потешить собственное эго. И неважно, как тяжело вы работали, что привело вас к такому-то решению или насколько вам жалко этот кусок текста.

Если команда – или главный сценарист, или продюсер – решат, что в вашем сценарии есть неясности и недоработки, которые мешают сюжету, или что вам не хватает правдоподобия, или какие-то сюжетные ходы не согласуются с другими сериями, не спорьте. Разумеется, ничто не мешает вам объяснить свою позицию, но не более того. Если вы не зря едите свой хлеб, вам хватит умения переписать собственный сценарий и представить измененный вариант, который будет лучше предыдущего.

Если не хотите, чтобы за вас это сделал кто-то другой.

Ошибка шестая: не критикуйте заведенный порядок

Утверждение о том, что настоящие сценаристы заполняют вакансии в телевизионных шоу, равносильно тому, что человеческие семьи состоят из людей. На самом деле эта фраза не объясняет, как все устроено изнутри. Любая команда вырабатывает свой стиль поведения, как и любая семья. Он зависит от общих интересов, жизненного опыта, воспоминаний и (в лучшем случае) общих целей. Если вам кажется, что со временем вы с вашей собакой стали похожи, что вы скажете о целой комнате сценаристов, совместно сочиняющих истории одних и тех же персонажей?

Часто тон задает исполнительный продюсер: официальный, расслабленный, меланхоличный, артистический, интеллектуальный, простецкий, фривольный, политический, романтический, раболепный… Иногда этот тон отвечает сути сериала, иногда нет. В случае с моей командой дух, царивший в коллективе сценаристов, не имел ничего общего с проектом. Он был проникнут откровенным женоненавистничеством.

Все совещания начинались одинаково: полчаса мои коллеги обсуждали футбол, баскетбол или бейсбол, в деталях описывая матчи и споря, кто из игроков лучше, пока я – единственная женщина в команде – сидела безучастно, потому что совершенно не разбираюсь в мужских играх с мячами.

И даже когда разговоры про спорт сменялись профессиональными, настрой оставался прежним. Однажды, когда мы работали над аутлайном важного эпизода и подошло время перерыва, весь персонал (за исключением меня) направился в туалет, где они еще 20 минут доделывали аутлайн.

Я ломала голову над тем, как найти подход к коллегам, для которых спорт и баскетбол на парковке важнее всего, что я пишу. Раздражение копилось, пока однажды я не взорвалась: «Вы закончили с вашими мужскими игрушками?» Мистер Хорнс не смог сдержать улыбки: наконец-то я сама себя утопила, теперь моя серия достанется ему и его достижения будут вознаграждены, по крайней мере он на это рассчитывал. Если бы я была мудрее и увереннее в себе, то постаралась бы стать членом команды, нашла общие интересы хотя бы с одним из коллег и обрела союзника. То, что я возмутилась – отнеслась без уважения к заведенным в команде порядкам, – привело к еще большему отчуждению и трудностям в работе.

Вспомните старшие классы. Все разбиты на группки, а вас недавно перевели из другой школы. Как стать своим? Наверное, начать с поиска общих интересов – кто-то откликнется, станет вам другом. Это очень важный урок.

Ошибка седьмая: не работайте где попало

Моя команда мне просто не подходила, и дело не в ошибках, которые я совершила. Есть множество других проектов, и, даже учитывая, что нужно где-то начинать (что вполне понятно), мои мучения того не стоили. Чтобы двигаться вперед, нужны рекомендации и хорошие сценарии. Опыт работы в проекте, о котором нельзя упомянуть в резюме, навредит вам больше, чем временный простой. Когда вы захотите устроиться в следующий проект, новый продюсер непременно позвонит старому или расспросит ваших бывших коллег о том, как с вами работалось.

Я проработала в том проекте полный сезон, но лучше бы я уволилась и больше времени уделила писательству или карьере. Я не советую вам непременно увольняться, если станет невмоготу. Если сериал приличного уровня и вы справляетесь, несмотря на непонимание коллег, оставайтесь, нарабатывайте капитал. Но если страдает качество вашей работы, уходите, предварительно переговорив с шоураннером, особенно если уговорите его написать резюме, которое вас не дискредитирует. С вашими знаниями и умениями вы без труда устроитесь в проект с куда более подходящей командой. Вы не одиноки. Почти каждый телевизионный сценарист испытывал подобные трудности хотя бы раз в жизни, каждому есть что убрать из своего резюме. И вы это переживете.

Хорошая команда

Журнал Американской телевизионной академии Emmy провел опрос среди нескольких продюсеров: «Как заставить творческий коллектив работать слаженно?» Исполнительный продюсер «Шпионки» (Alias) Джей Джей Абрамс ответил: «Нужны объединенные общей целью толковые сценаристы, которые заставят комнату ходить ходуном. Или шоураннер, или кто-то еще, способный сказать: „Проехали, пора двигаться дальше“. Главное – разобраться с актбрейками и финалом, а потом можно вернуться и отшлифовать их. Нужны люди, которые разделяют ваши взгляды, объединены общей целью и уважают друг друга».

Джей Джей Абрамс продолжает: «Вы не хотите, чтобы зритель заскучал, но не намерены выдавать все секреты. Как сделать так, чтобы это не выглядело надуманным? Шоу вроде "Шпионки" могут смотреться нелепо – как тут не потерять связь с реальностью? Будь я зрителем, я страшно разозлился бы, если бы шоу закончилось ничем».

Для Абрамса лучшее, что есть в командной работе, – это «сидеть в одном окопе с людьми, которыми ты восхищаешься, которых уважаешь и кто приносит идеи, заставляющие тебя улыбаться. Это просто фантастика. Когда все получается, вы радуетесь вместе. Или горюете, когда все идет хуже некуда. Но радуетесь вы или горюете, вы делаете это вместе».

Как это происходит

Чтобы объяснить, что такое слаженный состав, приведу пример Джона Уэллса, который был шоураннером в сериалах «Скорая помощь», «Западное крыло», «Саутленд» и многих других.

Представьте длинный стол темного дерева, занимающий почти весь конференц-зал. Десять кресел вокруг стола предназначены для четырех старших сценаристов, четырех сценаристов, одного штатного исследователя и мистера Уэллса. Дополнительные кресла и диваны для врачей-консультантов на ставке и, при необходимости, технического персонала. Все кресла развернуты к мониторам, на которых крутят текущий съемочный материал.

На стенах огромные белые стенды, на которых отмечены поворотные пункты сюжета для 12 эпизодов сезона. На стенде сбоку цветными маркерами перечислены идеи для сцен под заголовками: «Важные», «Серьезные», «Смешные» и «Прочие».

Команда начинает планировать сезон в первой неделе июня. Работая в группе шесть недель, они делают все эпизоды сезона: идеи и специфические сюжетные линии, затем «разбивают» их. Это значит, что команда вычленяет все поворотные пункты сюжета, сцены перед перерывом на рекламу, определяет количество эпизодов в арке и их структуру.

Затем один из сценаристов отправляется писать тритмент (расширенный синопсис). (Об аутлайнах и тритментах речь шла в главе 4.) Тритмент написан, коллеги делают замечания, сценарист вносит изменения. Еще один разбор, после чего пишется сценарий. Когда сценарий готов, следует еще один разбор. Сценарист делает второй драфт. Если все хорошо, эпизод готов к съемке. Итого процесс занимает около восьми недель.

Журнал Written By описал один день на съемках первого сезона «Скорой помощи». В тот день был сдан первый драфт и предстоял разбор сценария. Штатные сценаристы с экземплярами текста выходили из кабинетов, направляясь в конференц-зал. Уэллс сидел во главе стола, зал был полон. Принесли кофе, но команда не отрывалась от работы, читая страницу за страницей.

В серии, которая разбиралась, у подростка диагностировали муковисцидоз, и его мать боялась, что сын умрет. Поворот сюжета возникал, когда выяснилось, что мальчик не хочет, чтобы его спасали, и доктор Росс оказывается в неловком положении, вынужденный учитывать интересы матери, сына, а также следовать клятве Гиппократа. Кто-то спросил о подружке мальчика, кого-то интересовало, что решит Росс. Возникли дебаты, не повторяется ли сценарист, акцентируя те черты характера Росса, о которых зритель уже знает. Пока коллеги обменивались мнениями, сценарист делал пометки.

Впрочем, вам я посоветую использовать диктофон. Опытный сценарист схватывает на лету, новичок может растеряться. Тут возникают три проблемы. Прежде всего, вы можете не успеть записать все или не сумеете выделить из потока противоречивых высказываний действительно важное. Во-вторых, боясь что-то пропустить, вы напечатаете много лишнего. В-третьих, если вы уставитесь на экран, то не успеете поучаствовать в дискуссии. Если продюсер не возражает, включите диктофон и спокойно участвуйте в обсуждении, а после прослушайте запись и обдумайте все. Разумеется, вы можете делать нужные пометки на полях распечатки.

В конце совещания Уэллс заметил, что история почти готова, но не хватает главного события, которое определит эмоциональный ритм эпизода. Это вызвало спор о развивающейся депрессии другого персонажа. Затем Уэллс завел новую дискуссию о «разрядке смехом». Совещание продолжалось более четырех часов, пока они продвигались от сцены к сцене до самого финала.

Такие совещания проводятся каждый понедельник, среду и пятницу после обеда. Впрочем, не подумайте, что главное – это командная работа и мозговой штурм. В работе команды все по-прежнему зависит от мастерства каждого сценариста. Как сказал в интервью журналу Written By Уэллс:

У сценаристов есть глубинная связь с жизнью, которая роднит их с другими художниками. Вы должны возвращаться к истокам вашей работы и не позволять им… соприкасаться с миром поп-культуры, где мы пишем или говорим только о вещах, которые видим на телевидении и в кино.

Думаю, что вы как сценарист боретесь с этим, и, если в какой-то момент утратите эту связь, у вас будут большие проблемы. Пострадает ваша работа, и вам придется найти способ – если снова хотите писать – вернуться к истокам.

Для меня писательство – это и ремесло, и дар. С ремесленной точки зрения вы должны работать не покладая рук. Если смотреть на писательство как на дар, то он нуждается в защите. И один из способов защиты – убедиться, что ваш мир не становится ограниченным. И прежде всего, что вы не потеряли точку отсчета, потому что тогда вы будете писать одно и то же, вам больше нечего будет сказать. Сериалы становятся неинтересны людям, когда они чувствуют, что уже слышали это где-то еще, и не хотят слушать снова. Поэтому вы должны постоянно быть начеку. Не ради того, чтобы увидеть свое имя в титрах, но чтобы защитить то, что побуждает вас писать.

Ступени карьерной лестницы

Джон Уэллс находится на вершине успеха, разделяя это место с другими создателями драматических сериалов, включая Дика Вулфа с его детищем «Закон и порядок», Дэвида Келли, работавшего над сериалами «Практика», «Элли Макбил» и «Бостонская школа», и Стивена Бочко – автора «Блюза Хилл-стрит», «Закона Лос-Анджелеса», «Полиции Нью-Йорка» и «Адвокатской практики» (Raising Bar).

Каждый шоураннер на телевидении когда-то был сценаристом, и хотя для того, чтобы оказаться на вершине, нужно обладать талантом не только писателя, но и управленца, на телевидении все держится на писательских заслугах. В отличие от кино, где за творческий аспект отвечает режиссер, финансист, назвавшись продюсером, зарабатывает репутацию или создает киноимперию.

Начнем с самой нижней ступени.

1. Фрилансер

Фрилансер только пишет и не состоит в штате. Не являясь членом команды, он не участвует в совещаниях и просмотрах, не сидит в кабинете, не загружен текучкой. Будучи фрилансером, вы можете не знать никого, кроме продюсера, который вас пригласил и отвечает за вашу серию.

Однако у вас появляется шанс продемонстрировать ваши умения и таланты. Ваша телепьеса – если у вас разовый контракт – может открыть перед вами двери в постоянный штат того или иного шоу. Если вашу работу заметили и о вас заговорили, используйте этот шанс для карьерного роста. (Читайте в главе 6 о том, как попасть на телевидение.)

В соответствии с базовым соглашением с Гильдией сценаристов минимальное вознаграждение, если речь идет о сериале в прайм-тайм, не может быть меньше $30 000 за «сюжет и телепьесу». (Все цифры приблизительные, Гильдия периодически вносит изменения в базовые ставки.) Для сравнения: примерно столько же платят за двухчасовой сценарий для кинофильма с бюджетом около $5 млн. Если телеканал выдает разрешение на повторный показ каждой серии (а успешные сериалы идут в эфире неоднократно), вскоре вы получите примерно столько же в качестве авторского роялти. Позднее можете рассчитывать на новые авторские отчисления, если ваш эпизод перезапустят на кабельном канале или кто-то купит права для повторного показа. И этот процесс длится годами, хотя со временем денежный поток иссякает. В дополнение к этому вы можете получить солидные роялти из-за границы, потому что успешные американские сериалы хорошо продаются за границей. За повторные показы начинающий фрилансер получает более $60 000 за часовую серию.

Однако не все фрилансеры работают на крупные телеканалы, и не все работодатели гарантируют полный пакет. Такие расценки приняты в ABC, CBS, NBS и FBC (Fox). HBO и Showtime платят на том же уровне, как и другие крупные кабельные каналы. Однако, если вы пишете для маленького телеканала, вам могут заплатить около $20 000 за «сюжет и телепьесу». К тому же на кабельных каналах авторские отчисления рассчитываются иначе.

Вам могут не доверить написание финального варианта сценария. Неопытным сценаристам обычно предлагают «поэтапный» контракт без обязательств. Это означает, что вам предоставляется возможность написать аутлайн («сюжет»), и, если он не понравится или окажется, что ваша телепьеса не отвечает установленным критериям, соглашение расторгается. Кто-то другой (чаще всего штатный сценарист) напишет сценарий на основе вашего – или своего – аутлайна.

В подобных случаях ваше участие в проекте выносится на суд Гильдии сценаристов. Вас могут признать автором, если для сериала все же возьмут ваш сюжет, могут включить в список участников проекта, если вашему перу принадлежит более 50 % окончательного варианта, или исключить из него, если новому сценаристу пришлось менять более 50 % вашего текста. Если сценарий напишет кто-то другой, вы утрачиваете права на телепьесу, даже если сюжет, лежащий в ее основе, принадлежит вам.

Вас могут отстранить от работы после первого драфта. Если главный сценарист/продюсер решит, что вам не удалось услышать голоса персонажей, передать дух сериала или ваш текст недостаточно хорош (неостроумные или нудные диалоги, расплывчатые сцены, недостаток напряжения), сценарий отдадут штатному сценаристу или другому фрилансеру. Как и в случае с сюжетом, права на телепьесу рассматриваются Гильдией, и второй сценарист может получить часть прав или все права в зависимости от того, насколько существенно ему пришлось менять текст.

При поэтапном контракте вам платят отдельно за каждый этап. Если ориентироваться на расценки телеканалов, то сюжет стоит более $12 000, первый драфт – около $20 000, а второй оплачивается по договоренности сторон. Вы можете заметить, что это больше, чем при стандартном контракте на «сюжет и телепьесу», и это сделано намеренно, своего рода премия, если сценариста допускают до участия в следующем этапе (если «опцион включен»), хотя сам контракт не гарантирует продления.

Так же, как в модели «сюжет и телепьеса», вы получаете авторские отчисления от повторных показов в пропорции, равной проценту вашего участия (если вы ответственны только за сюжет, естественно, вы не получите полных отчислений от серии целиком).

Если бы сегодня работы для фрилансеров было в избытке, они жили бы припеваючи, работая над несколькими проектами в год, исследуя разные жанры и при этом успевая писать киносценарии, романы и просто наслаждаться жизнью. Однако сегодня большинство сценариев для телевидения пишутся штатными сценаристами.

Прежде чем я продолжу рассказ о карьерной лестнице, еще одно замечание о работе фрилансера: зачастую вам предлагают переписать чужой сценарий, а не создать оригинальный. Например, агент посылает образец вашего сценария продюсеру, которому нравится, как вы пишете, и вас приглашают встретиться. Вы приходите и делаете презентацию сюжета серии, но продюсер позвал вас не для того, чтобы купить ваш сценарий. Вместо этого он выслушивает ваши замечания и оценивает ваш творческий потенциал применительно к сериалу. Если вы произвели впечатление, он может поручить вам сюжет, который уже находится в разработке, но его необходимо переосмыслить на уровне аутлайна. Или телепьесу, которую следует переписать, оставив сюжет без изменений, или даже отлично написанную телепьесу, которая нуждается в «полировке диалогов», что подразумевает переделку реплик без изменения структуры. Соглашайтесь. Смотрите на это как на плату за входной билет.

Когда я работала фрилансером, со мной такое случилось на вестерне «Рай» (Paradise). Я ничего не знала о жизни на северо-западе в начале XX в., хотя смотрела сериал, а его персонажи вдохновляли меня. У меня был агент и небольшой послужной список, поэтому устроить встречу с продюсером оказалось несложно, однако я понимала, что одного сюжета недостаточно. Несколько дней я провела, занимаясь историческими изысканиями вплоть до охотничьих рассказов той эпохи. Иногда такие исследования помогают найти неожиданных героев или сюжетные ходы, и я считаю, что эти жемчужины реальности способны вдохнуть жизнь в повествование. Хорошо подготовив питч и начитавшись исторических изысканий, я пришла на встречу.

Один за другим мои питчи были отвергнуты. Компаниям не нужны истории, похожие на те, что уже запущены в производство. Когда я исчерпала запас историй и собирала бумаги, чтобы уходить, продюсер потянулся и снял с полки сценарий. Это был финальный драфт одного хорошего сценариста, которому никак не удавалось убедительно ввести в сюжет второстепенного персонажа. Им понравился мой стиль, к тому же (благодаря моим изысканиям) мне удалось привнести в сериал свежий взгляд. Продюсер решил, что я способна выявить потенциал сценария, и мне дали его переписать. И хотя в итоге мне пришлось разделить заслуги с первым сценаристом, следующий сценарий, который я написала для этого сериала, был моим собственным.

2. Штатный сценарист

Штатного сценариста иногда называют «малюткой», это новичок, впервые устроившийся в штат. Думайте об этой вакансии как о возможности набраться опыта после завершения образования, только в отличие от киношколы платить будете не вы, а вам, вашу работу будут оценивать по профессиональным стандартам, вы увидите жизнь без прикрас и не получите никаких социальных дивидендов – по окончании сезона вас или уволят, или оставят. Студентам лучших киношкол стажировка у заслуженных профессионалов не в новинку, но для других выпускников это может стать первой возможностью поучиться у практикующих сценаристов.

Позвольте вашим надеждам вырасти и расправить крылья и беритесь за любую работу по мере необходимости. Если вам доверили подтянуть одну сцену, не думайте, что заставите крутиться все колеса, перекроив сценарий или переписав все сцены, если только вас не поддержит босс. Вам могут поручить написать сценарий одной серии, особенно если кого-то из более опытных сценаристов приставят за вами присматривать. Это значит, что он может вмешиваться в процесс, когда захочет, но, если вы не справитесь, именно ему придется написать сценарий за вас. Никто не будет дожидаться, пока вы освоитесь. Если штатных сценаристов мало и вы пишете исключительно хорошо, вам доверят две серии, которые будут вашими по праву.

Штатные сценаристы получают жалованье с учетом минимальных ставок, установленных Гильдией сценаристов. Начинающий штатный сценарист в сериале, идущем в прайм-тайм, получает по меньшей мере $3000 в неделю ($12 000 в месяц). Однако ваш контракт может быть ограничен 20 неделями (или меньше) с оговоркой, позволяющей продолжить сотрудничество с вами до конца сезона. Вне телеканалов жалованье новичков может опускаться до $1000 в неделю. И если вы пишете сценарий, выплата зарплаты исключает авторские отчисления, так что дополнительных доходов вы не получите, пока не перейдете на следующую ступень.

3. Редактор / исполнительный редактор

Вы миновали две первые ступени, теперь попробуйте представить, что значит конкретная должность в том или ином сериале, ибо эти статусы могут быть почетными.

Для сценариста, давно работающего в сериале, агент каждый год ведет переговоры о новой должности. Редактор выше штатных сценаристов, но насколько выше, определяется размером команды и стилем работы шоураннера. Редактор может быть новичком или одним из бывалых штатных сценаристов в команде, где всех, кроме исполнительного продюсера, именуют редакторами, а порой сбивающее с толку наименование «исполнительный редактор» может означать главного сценариста.

В любом случае редактор – это не тот, кто с утра до вечера редактирует. Как и на всех ступенях лестницы, это сценарист, который занимается всем понемногу: ищет поворотные пункты в сюжете, делает аутлайны и первые драфты, переписывает. Обычно редактору доверяют два эпизода в сезон и могут попросить отшлифовать или переписать диалоги в чужих сценариях.

Если это ваша первая попытка пробиться и вам предстоит питчинг перед редактором, попробуйте выйти на кого-нибудь повыше. Обычно у редактора нет полномочий кого-либо нанимать, и, что гораздо хуже, у него нет никакой личной заинтересованности в том, чтобы преподнести ваш питч шоураннеру. С другой стороны, если редактор вас рекомендует и шоураннер ему доверяет, он может прислушаться к мнению подчиненного.

Редактор работает по договору определенное количество недель, как и штатный сценарист. Впрочем, платят ему больше – в пределах $6000 в неделю (в зависимости от срока контракта), к тому же он получает авторские отчисления за то, что напишет. Минимальные ставки около «фриланса» относятся ко всем должностям выше штатного сценариста, поэтому, если ваша заработная плата составляет примерно $24 000 в месяц и, кроме того, вы пишете аутлайн эпизода, за который получите около $12 000, за месяц вы заработаете $36 000.

Прежде чем вы унесетесь, воодушевленные перспективой выплатить все студенческие займы, хочу вас предупредить: вам достанется только часть. Агенту полагается 10 %, около 40 % составят федеральные и местные налоги, Гильдия заберет еще 3 %, не считая других обязательных выплат (по нетрудоспособности, социальному страхованию…). Если у вас есть адвокат, ему причитается 5 %, а если еще и менеджер (хотя на этом уровне оба вам ни к чему), вычтите еще 15 %. Большую часть отчислений произведут еще до выдачи чека. Впрочем, самого чека вы тоже не увидите. Его отошлют в агентство, которое высчитает свою долю и пришлет вам по почте свой чек. И помните: сериалы имеют обыкновение закрываться, а сценаристы зачастую месяцами сидят без работы. Как принято говорить в полицейских сериалах, «держите ухо востро».

4. Продюсер

Если вы просмотрите титры, то в них будет много позиций продюсеров и ко-продюсеров, однако все эти люди делают разную работу. Некоторые, как линейные продюсеры в кино, имеют дело с техническими вопросами, планированием, бюджетами и персоналом. Существуют также сценаристы, которые поднялись до статуса продюсера, но не имеют отношения к производству. Их работа, как и работа редактора, – писать и переписывать. Есть специалисты, которые занимаются и тем и другим: в основном пишут, но могут участвовать в производстве (кастинг и творческие совещания с режиссером и монтажером) и присутствовать на площадке.

Обычно продюсеры участвуют в формировании сезона и отвечают за качество серий вместе с исполнительным продюсером. И если серия снимается завтра, а в сценарии обнаружились недоделки (неважно, кто его писал), именно продюсер просидит над ним всю ночь, хотя права на сценарий, скорее всего, останутся у автора. Таков этикет: персонал высшего звена традиционно не претендует на долю авторства в том, что написано нижестоящими сотрудниками и фрилансерами.

На съемочной площадке продюсер должен прямо на месте внести изменения, если что-то не ладится или если режиссер либо актеры испытывают проблемы с диалогами или действием. Иногда ему приходится вместе со съемочной группой торчать под проливным дождем всю ночь. Компенсируются такие переработки не только удовлетворением от степени влияния на конечный результат, но и хорошими деньгами.

В отличие от редакторов продюсеры не получают заработной платы. У них есть «проценты» (часть собственности, выраженная в процентах от прибыли) и продюсерские отчисления от эпизодов, которые идут в эфире. Это приводит к странной бухгалтерии, когда продюсер все лето работает без оплаты, чтобы к осени выпустить шоу, после чего начинает зарабатывать приличные суммы (более $30 000) каждую неделю показа.

На этом уровне студия уже может поручить вам создание оригинального сериала, пока вы уверенно движетесь к следующей ступени.

5. Продюсер-супервайзер

Дистанция между редактором и продюсером, продюсером и продюсером-супервайзером измеряется степенью ответственности, но все они являются сценаристами. Некоторые супервайзеры на самом деле руководят сценарной командой или даже всем проектом, другие весь сезон пишут и переписывают эпизоды, как обычные сценаристы.

Если вы пытаетесь попасть в проект, скорее всего, вам придется проводить презентацию именно перед супервайзером. И хотя вопрос о вашем контракте согласовывается с исполнительным продюсером, продюсер-супервайзер может поручить вам работу и курировать ваш сценарий.

6. Креативный консультант

Еще одна таинственная должность. В кинопроизводстве так могут называть человека, о котором снимают фильм, или автора литературного произведения, по мотивам которого его снимают, или знаменитого писателя, который доводит до ума финальный вариант сценария, или эксперта, или племянника финансиста, или режиссерского тренера по йоге. Это отличная должность, хотя ее статус зависит от ситуации. Обычно креативным консультантом называют именитого писателя, который вносит замечания к сценариям, но не находится в офисе с утра до вечера. Он может, но не обязан писать сценарии или участвовать в совещаниях.

Как-то я работала в одном сериале, и соседний корпус занимал проект сериала в жанре боевика, где в штате состояли четыре исполнительных продюсера. Это были отличные сценаристы возрастом за 30, которые успели побывать сценаристами-продюсерами в других проектах и теперь получили повышение. Они не испытывали никаких проблем с написанием сценариев, чего нельзя сказать об их управленческих качествах. Кто по-настоящему руководит сериалом, выяснялось довольно скоро, стоило заглянуть на площадку и обнаружить «серого кардинала» предпенсионного возраста, занимавшего непонятную должность «креативного консультанта». Его заслуги были так велики, что он не хотел афишировать свое участие в скромном сериале, а места исполнительных продюсеров были заняты. Я думаю, он быстро обучил «исполнительных продюсеров» и покинул проект, но в те времена, которые застала я, «креативный консультант» фактически исполнял обязанности исполнительного продюсера.

7. Исполнительный продюсер / шоураннер

Исполнительные продюсеры бывают разные, и часто желание повысить кого-то по службе создает избыточное количество высших должностей в проектах, которые идут годами. Большинство этих исполнительных продюсеров (как вы уже поняли) – обычные сценаристы. Однако есть две категории исполнительных продюсеров, о которых вам следует знать, особенно если это ваш первый контракт.

В некоторых шоу место на самом верху занимают двое. Один исполнительный продюсер отвечает собственно за производство: технические вопросы, персонал, планирование, поиск локаций, оборудование и прочее. Другой является главным сценаристом и отвечает за содержание сериала, курируя все творческие аспекты создания и реализации сценария, включая режиссуру, монтаж и кастинг. Эти двое работают в команде – ценнейший дуэт. Иногда должность исполнительного продюсера занимает влиятельная персона, «величайший сценарист из ныне живущих», но едва ли вы встретите такого человека в кабинете сценаристов.

Из всех исполнительных продюсеров только одного называют шоураннером. Часто это тот человек, который создает серии из оригинальной концепции и может написать пилот, хотя так бывает не всегда. К примеру, пилот «Скорой помощи» написал Майкл Крайтон, который в титрах поименован исполнительным продюсером, хотя не работал в шоу. Имена других исполнительных продюсеров также присутствовали в титрах, но только один из них – Джон Уэллс – принимал ключевые решения и отвечал за каждый аспект шоу.

Чего бы я хотела пожелать вам в начале карьеры? Оказаться в шоу, которым руководит великий сценарист, ибо впоследствии вы будете этим гордиться.

Подведем итоги

• Эпизоды в сериалах пишутся командой сценаристов под руководством исполнительного продюсера/шоураннера. Штат может варьироваться от нескольких сценаристов-продюсеров до большой команды с разными категориями должностей.

• Если вас приняли в штат, вы пишете собственные сценарии серий, а также участвуете в поиске поворотных пунктов сюжета и помогаете другим сценаристам.

• Фрилансерам часто поручают вычитку сценариев для сценаристов вне штата.

• Штатный сценарист – самая низкая ступень в «табели о рангах» и возможность учиться у опытных членов команды.

• Редактор – следующая ступень после штатного сценариста. Редактор переписывает чужие сценарии и пишет собственные.

• Продюсеры и наблюдательные продюсеры – руководящие должности, они могут также возглавлять команду сценаристов.

• Исполнительным продюсером могут называть создателя сериала, шоураннера или одного из множества штатных сценаристов-руководителей. Шоураннер – высшая ступень карьерной лестницы, он отвечает за все аспекты шоу.

• Сегодня традиционной карьерной иерархии придерживаются уже не так жестко, что открывает различные возможности молодым талантам.

Поговорим о реалити-шоу

«Меня не уважают», – жаловался комик Родни Дэнджерфилд. Его слова зрители встречали благожелательным смехом – они понимали, что на самом деле он достоин уважения. Ныне то же самое можно сказать о сценаристах, которые работают над так называемыми «реалити-шоу». Их не уважают. Впрочем, есть разница: некоторые и впрямь считают, что они не заслуживают уважения. Фактически люди, которые придумывают сюжеты, расписывают каждую сцену, формируют характеры персонажей, разрабатывают их взаимоотношения и строят действие так, чтобы заставить зрителя смеяться, плакать, замирать в напряжении и сходить с ума, которые вкладывают в уста участников каждое произнесенное слово, в соответствии с принятыми в бизнесе стандартами даже не заслуживают, чтобы их называли сценаристами. Вместо этого их именуют продюсерами, редакторами, администраторами, ассистентами – только не сценаристами.

Дело в том, что, если назвать их сценаристами, им полагается соответствующая оплата и авторские отчисления. И это будет катастрофа для компаний вроде Freemante Media, одного из мощнейших мировых конгломератов, который производит «Американского идола» (American Idol). В 2007 г. только это шоу принесло $200 млн прибыли. Freemantle также заплатила по суду $250 000 за сверхурочные. Когда компания вернула сценаристам задолженность по заработной плате, заплатила налоги и гонорар ведущему Саймону Коуэллу размером $50 млн, ее прибыль все равно составила $199,5 млн. Разумеется, это мало, поэтому компания и впредь не собирается называть своих сценаристов сценаристами.

На самом деле проблема куда глубже семантического значения понятия «сценарист». В Соединенные Штатах и множестве других стран наемные работники вправе рассчитывать на определенные условия труда, включая достаточное время для еды и сна, и минимальную заработную плату. Исследование независимой компании Goodwin Simon Victoria Research, которое заказала Гильдия сценаристов, обнаружило, что сценаристы в реалити-шоу трудятся больше 60 часов в неделю. Без перерыва на обед, иногда без отдыха, без сверхурочных, получая почасовую оплату ниже минимальной, установленной по закону. Почему же выпускники колледжей берутся за работу, за которую возьмется не всякий батрак-поденщик на ферме?

Вы знаете почему. Возможно, кто-то из вас читает эту главу только потому, что хочет заполучить такую работу. Если вы вчерашний выпускник киношколы с камерой в руках и навыками монтажера, если вам помогают родители и у вас нет никаких заслуг и надежды их обрести, если вы готовы мало спать, есть на бегу и у вас нет других идей, как попасть в шоу-бизнес, то в Голливуде вас ждет не дождется акула – простите, продюсер реалити-шоу – с намерением сожрать – пардон, накормить и обогреть.

Давайте будем реалистами. Большинство того, что показывают на телеэкране (по эфирным и бесплатным телеканалам), – это вовсе не качественные драмы, которые упоминаются в этой книге. Тексты для телеэкрана, которые отличаются глубиной, тонкостью и достоверностью или повествуют о жизни, взаимоотношениях и социальных материях любой глубины, вместе с шоу, способными вызвать смех или доставить удовольствие оригинальностью сюжета, составляют около 25 % (в основном за счет платных кабельных каналов) эфирного времени. Остальное можно поместить в категорию «реального» телевидения, особенно если относить сюда все шоу от «магазина на диване» и ток-шоу до образовательных передач, конкурсов и документальных сериалов.

Это началось не вчера. Радиопрограмма 1940-х гг. «Скрытый микрофон» в середине XX в. эволюционировала в телепрограмму «Скрытая камера», став шаблоном для множества шоу с участием «людей с улицы». В каждом случае известный ведущий с заготовленным заранее списком вопросов ищет персонажей, которые не являются профессиональными актерами, но отобраны специальной командой по кастингу в соответствии с выбранными типажами. Позже части шоу монтируются, чтобы произвести нужный комедийный или развлекательный эффект. «Реальный мир» (Real World) и «Суд народа» (People's Court) продолжили традицию, изменяя только место действия и конфликт.

В книге «Реальное телевидение: Взгляд изнутри на самый горячий сегмент рынка» (Reality TV: An Insider's Guide to TV's Hottest Market) писатель и продюсер реалити-шоу Трой Деволлд возражает: «Неважно, в качестве предмета насмешек или примера для подражания для настоящих драм и комедий, но реалити-телевидение неразрывно сплелось с традиционным, сценарным телевидением».

Деволлд передает историю, услышанную от Джона Уэллса («Скорая помощь», «Западное крыло», «Саутленд»): «В юности он был очарован грубым реализмом полицейских драм Стивена Бочко, пока не начался бум реалити-телевидения. Благодаря «Копам» (COPS) он увидел настоящих, а не выдуманных полицейских за работой. И, несмотря на то что его любимые полицейские сериалы остаются классическими образцами качественного телевизионного продукта, для него они утратили ореол подлинности. Расцвет современного реалити-телевидения заставил Джона понять, что тем сериалам, в основе которых лежит сценарий, придется постараться, чтобы соперничать с реалити-шоу, если их создатели хотят сохранять эмоциональную вовлеченность зрителей.

Это понимание пригодилось ему совсем скоро, когда Джона попросили адаптировать сценарий Майкла Крайтона в телевизионный пилот для Стивена Спилберга. Результатом стал сериал «Скорая помощь» – ультрареалистическая медицинская драма в декорациях реанимационного отделения чикагской больницы – идеальный пример того, как современное реалити-телевидение повлияло на традиционное».

А теперь поговорим, как обстоят дела в действительности. Разумеется, Джон Уэллс, который дважды был президентом западного отделения американской Гильдии сценаристов, не может одобрять ущемления прав сценаристов в реалити-шоу (и не только в них). Многие создатели телевизионных сериалов (которые сами являются сценаристами) используют исследования, основанные на фактах, в качестве источника вдохновения для выдуманных историй. Дэвид Саймон опирается на свой опыт журналиста для создания персонажей, ситуаций и исследования социальных проблем, которые он так мастерски превращает в драмы. Однако в сериалах «Прослушка, «Тримей» и прочих он делает из них драматические произведения, используя профессиональных актеров и съемочные технологии, а все участники процесса получают причитающиеся авторские вознаграждения. В этом заключается разница между пониманием той правды (реальности), что лежит в основе хорошо написанных историй, и созданием фальшивки вместе с отказом платить людям, ее создающим, и попыткой внушить зрителю, что это и есть истинная реальность, а следовательно, не было никакого сценария.

Тем не менее в настоящей реальности людям нужно на что-то жить, поэтому некоторые профессиональные сценаристы работают и там и тут. Нужно отметить, что некоторые реалити-шоу нанимают сценаристов в соответствии с законами Гильдии. Дэвид Рупел, которому довелось побывать сценаристом и продюсером в традиционных сериалах («Убойный отдел») и поработать в реалити-шоу вроде «Большого брата» (Big Brother), «Острова искушения» (Temptation Island). рассказывал журналу Written By: «Как и в традиционных сериалах, написание сценария и продюсирование идут рука об руку. Большинство моих авторских гонораров в реалити-шоу получены за продюсирование, не за сценарии, однако я всегда использовал свои навыки сценариста. К примеру, когда Моника и Чандлер переспали в „Друзьях“ (Friends), это не что иное, как сюжетный поворот. Когда два племени не хотят объединяться, как изначально планировалось в шоу „Последний герой“, это коллизия. Подразумевается, что коллизии в реалити-шоу происходят сами по себе. Нет ничего более далекого от истины. Каждая сцена была продумана, обсуждена и прокручена в воображении, прежде чем вы увидели что-то на экране в реалити-шоу, большом или маленьком».

Телеканалы, продюсеры и создатели шоу ищут новые бренды, которые работали бы в рамках реалити-франшиз. Термины вроде «гибридного ситкома», «неигрового мыла» используются для презентаций таких сериалов, как «Простая жизнь» (The Simple Life) и «Взрослые Готти» (Growing Up Gotti). «Мягкий сценарий» – термин, которые телеканалы используют для таких шоу, как «Голливудские холмы» (The Hills) и «Настоящие домохозяйки из…» (The Real Housewives of Wherever). Навешивание ярлыков – попытка отделить реалити-шоу от стандартных сериалов, основанных на сценариях. Но чем больше разработка сюжета привязана к реальности и чем ближе к образным приемам, используемым в драме и комедии, тем менее четким становится это разделение. Возьмем, к примеру, шоу Ларри Дэвида «Умерь свой энтузиазм» (Curb Your Enthusiasm). Оно четко структурировано, однако позволяет импровизировать внутри сцен, как в фильмах независимых режиссеров вроде Дэвида Линча. И что здесь «реально»?

Смотрите на вещи проще. В статье «Создавая собственную реальность», опубликованной в журнале Written By, сценарист и продюсер Роберт Элисберг писал: «Очевидно, что корпорациям выгодно навешивать на игровые программы, комедийные программы и документальные сериалы ярлык реалити-шоу, потому что так им проще не оплачивать сценаристам обязательные медицинские страховки и ланчи, не тратясь на сверухрочные и налоги. Потому что так они обходят закон. Еще 100 лет назад такое было невозможно. И нет никаких причин терпеть подобное сегодня. Мы понимаем, что к чему. Как и общество, город, штат и федеральное правительство. Именно в этом настоящая проблема реалити-шоу».

Держа все это в уме, я отправилась интервьюировать Скотта Стоуна, успешного продюсера множества телевизионных реалити-шоу. С первого взгляда на его офис в Центральном Голливуде я поняла, что угодила в альтернативную вселенную. По стенам были развешаны провокационные постеры. Я читала, что Стоун вместе с Леви Джонсоном собирается запустить реалити-шоу «С любовью к Леви: Как занять кресло мэра». Если верить Hollywood Reporter, Джонсон заявил, что выборы мэра не его идея, она была подсказана ему Стоуном.

В таких декорациях я представляю вам следующего гостя – Скотта Стоуна.

Слово Скотту Стоуну

Президент Stone&Co., 25 лет успешно продюсирующий реалити-шоу, включая такие, как «Крот» (The Mole), «Шоу для мужчин» (The Man Show), «Дизайнер» (Top Design) и «Шоу Джо Шмо» (The Joe Schmo Show), Скотт Стоун расскажет, как делаются так называемые «реалити-шоу» и о том, какова роль сценариста в этом процессе.

Я спросила, что привлекательного зрители находят в таких шоу. Почему их смотрят?

Скотт Стоун: Потому же, почему они смотрят комедии и драмы. Всем нравится наблюдать за людьми, которые, угодив в пасть ко льву, сумели выйти сухими их воды.

Памела Дуглас: Это человеческая драма.

С. С.: На этом построено телевидение, в том числе игровые сериалы. Ты начинаешь с нуля, проходишь огонь и воду, но кто-то возвращается домой с пустыми руками, а кто-то срывает банк. Это драматическая структура. Везде одно и то же.

П. Д.: Не могли бы вы провести меня через этапы создания реалити-шоу, учитывая, что люди, для которых написана эта книга, ищут способы попасть в этот бизнес в качестве сценаристов?

С. С.: Реалити-шоу включают в себя множество поджанров – от классики, такой как «Нью-Йорские домохозяйки», «Выживший» или «Американский идол», которые в своей основе являются игровыми сериалами, до таких шоу, как «Ледовый путь дальнобойщиков» (Ice Road Truckers), представляющее собой скорее документальный сериал, и дневных ток-шоу.

В основе всего лежит идея. У кого-то она возникает. Идею записывают на бумаге. Должен признаться, что за четыре года в киношколе я писал очень мало, а сейчас только и делаю, что пишу. Наверное, 60 % моего времени уходит на написание и переписывание тритментов (сценариев без диалогов). В целом идея телевидения – это образ, возникший в чьей-то голове. С точки зрения сценариста, все начинается, когда кто-то заявляет, сидя за ланчем, что у него появилась идея для шоу.

Приведу пример. Мой помощник сказал, что любит «Сплетницу» (Gossip Girl). Он ходил в школу в Нью-Йорке, и школа из «Сплетницы» была точной копией его школы. Он захотел сделать реалити-шоу «Сплетница», поэтому сел и записал идею. Некоторое время спустя он спросил в Facebook и Twitter: «Ребята, никто не хочет поучаствовать в реалити-шоу "Сплетница"»? И они пришли с родителями и подписанными освобождениями от уроков, а мой помощник записал их на камеру. Затем выбрал интересных героев, перенес материал на лэптоп, что-то склеил, записал на DVD и заявил, что шоу готово.

Мой помощник не писал ничего, кроме объявления, которое разместил в интернете, но, когда он сделал DVD, я спросил у него: а где же тут шоу? Я вижу интересных героев, но как они взаимодействуют друг с другом? В чем смысл их историй? Первое, что спросят боссы телеканала, ради чего смотреть эти шесть серий? Нужна не только яркая сюжетная линия, но и понимание, откуда взялись и к чему придут герои. Поскольку речь идет о школьниках, стартовать можно с начала учебного года, а финишем станет выпускной. Это сюжетная линия, которую легко создать.

А теперь скажи, как будут взаимодействовать персонажи? О чем каждая из серий? В каждой серии должна быть завершенная история. Нам нужна серия, в которой девушка ссорится со своим бойфрендом, они ругаются, но в конце концов мирятся. Серия, в которой девушка хочет устроить вечеринку, ее мать против, но девушке обманом удается настоять на своем. Серия, в которой один из героев не хочет открыто заявлять о том, что он гей, и ему приходится признаться в этом лучшему другу.

И хотя основой для сюжетов послужили рассказы реальных людей, нам нужны именно истории, основанные на этих интервью, а не целиком, дословно списанные с них. Однако для того, чтобы продать идею – в чем заключается работа любого сценариста или продюсера, – должен быть кто-то еще. Тот, кто даст денег для осуществления идей. Сценарист ты или продюсер, ты вечно ищешь кого-то, кто даст деньги. И тогда я буду готов пойти на телеканал с твоей историей.

Единственный способ сделать это – записать все на листе бумаги, и вот она, готовая история. Есть шестеро подростков. У каждого свой характер. Вот так они взаимодействуют между собой. Вот прототип каждого из героев. У любого героя на телевидении должна быть большая арка, больше, чем жизнь, и неважно, комедия это или драма, потому что в противном случае кому это нужно? Мы записываем истории героев и пересказываем их во время питчинга, затем показываем отрывки DVD. Нас могут спросить: а если серий окажется не шесть, а восемь, за счет чего вы расширите сюжет? А если случится второй сезон, каким он будет? Поэтому вам нужно не только держать все в голове, но обязательно записывать на бумаге.

А затем на телеканале вам скажут: «Хорошо, вот немного денег, скажем, $25 000. Теперь вам нужно снять деморолик с героями. Покажите, как это будет. Достаточно восьми – десяти минут видео». Мы называем это пилотной презентацией, но на самом деле это ролик с распределением ролей.

Вдобавок у них есть все эти требования по разработке. Вот их список для шоу о команде, которая ищет старые дома и ремонтирует их.

• Синопсис идеи. Кто-то должен это написать.

• Тритменты серий. Полный тритмент для каждой серии.

• Детальное изложение первой серии. Это разбор акта за актом с шестью рекламными паузами, поэтому вы должны разбираться в структуре акта. Необходимы завязка, середина и напряженный финал с интригой (клиффхэнгер), который заставил бы зрителя смотреть следующую серию. И помните, вы пишете для реалити-шоу, поэтому не знаете, как поведут себя герои. Вы лишь строите предположения о том, как они себя поведут. Описываете ваше представление о том, каким должно быть шоу.

• Аутлайны для трех дополнительных эпизодов.

• Письменное описание тизера.

• Вариант названия и графического решения шоу.

• Идеи потенциального контента для интернета.

• Полный кастинг для команды ведущих и домовладельцев.

П. Д.: И всего $25 000 за такую уйму работы?

С. С.: В основном я бесплатно пользуюсь услугами моих сотрудников, которые делают другие шоу. Или вчерашнего выпускника колледжа, или начинающего продюсера. Если они сняли все сами, при этом умеют писать, продюсеру не нужно нанимать кого-то еще. Но вы видите, сколько тут работы.

П. Д.: И кто все это пишет?

С. С.: В данном случае исполнительный продюсер, которая работает на меня в Нью-Йорке. Большая часть суммы уходит ей и директору по кастингу. Она пишет, а я переписываю, если потребуется.

П. Д.: Вы называете ее продюсером, не сценаристом. Используют ли в реалити-шоу понятие «сценарист»?

С. С.: Обычно нет. Мы храним миф, что реалити-шоу не пишутся.

П. Д.: Именно об этом я и хотела с вами поговорить.

С. С.: Отчасти это из-за того, что люди, которые смотрят реалити-шоу, хотят думать, что так и есть на самом деле. Отчасти из-за того, что реалити-шоу основано на настоящих эмоциях. Мы берем людей, помещаем в искусственную ситуацию и смотрим на их реакцию, смеются ли они, плачут, сердятся, пьют и прочее. Так что технически эти люди не «написаны», хотя сценарий есть.

Все, что происходит в шоу, предварительно продюсируется. Возьмем, к примеру, шоу «Крот». Мы знаем локацию, в которой все происходит, знаем, что делает Крот, какую игру ведет. Это записано в библии толщиной в четыре дюйма со всеми подробностями, которые телеканал одобрил еще до того, как мы приступили к съемкам. Однако, как только вы помещаете туда живых людей, начинается документалистика.

Каждый, кто имеет к этому отношение, знает, как много приходится писать. Большую часть пишут исполнительный продюсер и супервайзер. Иногда продюсеры эпизода пишут свою часть. Есть еще ключевая фигура, которую мы зовем редактором. Он следит за тем, что происходит, и записывает все, что видит. Иногда у нас есть отдельный редактор для каждой камеры. Иногда обходимся одной камерой на шоу. Затем они возвращаются в монтажную и просматривают все, что снято. Иногда у нас есть расшифровка того, что говорится на экране. Мы снимаем 100 съемочных часов для каждого часового шоу. Потом берем расшифровку и, сверяясь с ней, по кусочкам собираем эпизод. Редактор соединяет весь материал, и в тех шоу, которые продюсирую я, пишет полный сценарий, который режиссер монтажа использует для сборки.

П. Д.: Это похоже на телепьесу?

С. С.: Зависит от редактора. Некоторые похожи, другие больше напоминают тайм-коды на странице. Это не совсем телепьеса с диалогами в центре, немного другой формат. Но можно сказать, что, если вы делаете часовое шоу, сценарий должен содержать около 45 страниц.

П. Д.: Значит, они пишут все, кроме диалогов.

С. С.: На этой стадии скорее редактируют, чем пишут.

П. Д.: Разве для любого фильма редактирование не является финальной стадией сценария?

С. С.: Согласен. Также много приходится писать на стадии подготовки к производству. Возьмем, к примеру, «Американского идола». Кто-то должен написать то, что скажут Райан Сикрест и другие ведущие. А значит, всегда есть сценарист, который пишет все эти слова, называем мы его сценаристом или нет. В шоу вроде «Выжившего» сценаристу приходится работать в многозадачном режиме: вы должны прописать подробности игры, затем подвести итог в финале: «Возвращайтесь в племя».

П. Д.: Вы когда-нибудь отодвигали героя на задний план и говорили в этой сцене от себя?

С. С.: Только не в шоу, где это является игровым элементом. Такое безответственное отношение к делу может повлиять на результат. Тем не менее конкурсанты, привыкшие к камере, часто ведут себя странно. Они осознают, что чем необычнее их поведение, тем больше экранного времени им достанется.

П. Д.: Но в неигровом мыле или документальной драме вы можете позволить себе большую вовлеченность?

С. С.: Они знают, что мы от них ждем. Мы не заставляем их разозлиться. Но если вы помещаете их в ситуацию, в которой их кто-то злит, устроили вечеринку, а тот человек стал задаваться, они видят, чего от них ждут.

Мы делаем это в процессе производства, за 3–4 дня до события. Допустим, хотим свести героев, потому что у них есть что обсудить. «Он изменяет мне с другой» – значит, в этой сцене мне нужна та, с которой он ей изменяет, чтобы они выяснили отношения до конца.

Я должен это смонтировать. Я организую их встречу в кафе, и они идут туда, зная, что мы хотим вызвать их на разговор. Мы посылаем одного героя на 42-ю улицу, другого – на 43-ю улицу, приставляем к каждому по камере и даем указание молчать, пока они не окажутся в кафе.

П. Д.: Это своего рода импровизация, примерно так делаются независимые кинофильмы.

С. С.: Вся загвоздка ненаписанных шоу – этот термин нравится мне больше, чем реалити-шоу, – это кастинг.

П. Д.: Но они же непрофессиональные актеры.

С. С.: Они становятся актерами через 2–3 дня. Это феномен второго сезона. Увидев себя на экране, они уже знают, что должны делать, чтобы им досталось больше экранного времени.

П. Д.: Вам известно, что Гильдия сценаристов утверждает, что с людьми, которые пишут для так называемых ненаписанных шоу, плохо обращаются. Они не получают медицинской страховки и пенсии от профсоюза, потому что продюсеры отрицают, что они пишут для них, поэтому Гильдия не может их защитить.

С. С.: В нашей компании платят сверхурочные, и у работников есть регламентированные перерывы. В период становления бизнеса была проблема с переработкой. Мы ищем способы решения и понимаем, что при круглосуточном режиме работы всем нам приходится трудиться от зари до зари. Наши сотрудники не работают с 9.00 до 17.00, но у нас все получают сверхурочные.

П. Д.: Но продюсерские компании не хотят заключать соглашение с Гильдией сценаристов.

С. С.: Раньше я заключал соглашения с Гильдией, когда нанимал на работу ее членов. Бюджет подобных шоу не резиновый. И потом, хотят ли этого сами работники, ведь быть членом Гильдии недешево. Они хотят вступить в Гильдию, чтобы получить определенные блага (такие, как медицинская страховка), так что это «Уловка-22» для самых неопытных.

П. Д.: Кстати, о самых юных. Из всех способов попасть в шоу-бизнес реалити-телевидение кажется самым простым. Если студентов заинтересует этот вариант, что они должны делать?

С. С.: Они должны понимать, что то, что они придумают, им не принадлежит. И не надо с пеной у рта защищать свои творения, потому что кто-то собирается их украсть. Все давно придумано до вас.

Да, это способ попасть в шоу-бизнес. И если вы умеете выражать свои мысли на бумаге, вы будете успешно работать в ненаписанных шоу, потому что понимаете, как сводить сюжетные линии. Мне кажется, самое правильное – это записывать ваши идеи. Если смотреть MTV несколько дней подряд, можно набрать идей на четыре ненаписанных шоу. Главное – перенести их на бумагу и изучать телевидение, чтобы понимать, что было и что есть. Шанс есть всегда, вам могут сказать, что ваша идея не нова, но изучайте бизнес и смело делайте питч. Ничто не мешает вам прийти в компанию, производящую ненаписанные шоу, и заявить, что у вас есть идея. Несколько лет назад я купил шоу у студента, который пришел ко мне со своим питчем.

П. Д.: Что значит «купили шоу»?

С. С.: Это значит, что я продал его шоу телеканалу. Купил у парня права с правом продажи на шесть месяцев, а когда продал шоу Spike TV, заплатил ему роялти.

П. Д.: Вы нанимаете редакторов и продюсеров эпизодов, которые закончили киношколы, где их учили основам писательского искусства. Что они должны продемонстрировать, чтобы вы их взяли?

С. С.: Лучше всего записать вашу идею и снять на камеру. Я не читаю киносценариев – у меня нет на это времени. Однако я могу посмотреть ролик на YouTube или короткий DVD на две-три минуты.

Главный здесь – продюсер. Поэтому, если вы работаете сценаристом в ненаписанном шоу, вы шестеренка в колесе, которое наматывает историю, в то время как в написанных сериалах все крутится вокруг сценариста.

Тем не менее каждый день 70 % времени я пишу. Звучит банально, но я сожалею, что в киношколе не научился писать лучше, впрочем, учитывая, чем я занимаюсь каждый день, умение писать – весьма ценный навык.

Глава 6

Как попасть на телевидение?

Я хочу рассказать вам историю, которая произошла на самом деле, по крайней мере, так говорят.

Давным-давно – на самом деле в середине 1980-х гг. – одна молодая женщина влюбилась, но не в мужчину, а в сериал, главную героиню которого словно списали с нее. Каждую неделю в назначенный день в 21.00 она усаживалась на диван перед телевизором, не отвечала на звонки и не переключала каналы. Она ловила себя на мысли, что постоянно думает о дилеммах и мотивах героев, и пересказывала друзьям истории, которые могли бы с ними приключиться. Она подмечала особенности речи каждого персонажа, то, как рождается и разрешается конфликт и как сюжетные линии сплетаются между собой. Наконец ее осенило: она должна написать это сама.

Женщина храбро уселась перед печатной машинкой, напечатала 60-страничный «спек» и отослала создателям сериала. Спек – это пробный сценарий, который пишется не по заказу, а по желанию автора. Никто не просит вас его писать, никто не собирается за него платить, но для нашей героини это был пропуск в новый мир. Вот только пробник вернулся непрочитанным с формальной припиской, что они не рассматривают рукописи, присланные по собственной инициативе. Но женщина была влюблена, поэтому сделала вторую попытку.

Второй сценарий оказался лучше первого просто потому, что был вторым, и она снова отослала его в шоу, где второй сценарий постигла судьба первого. За плечами у нашей героини не было ни киношколы, ни связей в бизнесе, ни опыта работы на телевидении, ни агента. И там, где она жила, никто не знал, как пробиться в мир сериалов. Но женщина была влюблена.

Подошло время третьего пробника. К тому времени женщина начиталась книг по сценарному мастерству и научилась находить в сериалах намеки на развитие сюжета. Она нацелила свой третий сценарий на то, чего недоставало в сериале, и приложила короткое сопроводительное письмо, в котором намекала, что ее сюжет уникален. И ее третий спек тут же купили.

Ничего подобного. Однако на этот раз в конверте лежало нечто удивительное – приглашение посетить офис, если когда-нибудь она окажется в Лос-Анджелесе. Естественно, она тут же купила авиабилет.

Удача ли, судьба или любопытство тому виной, но ей назначили встречу. С чем же она туда пришла? Вы, наверное, думаете, что с четвертым сценарием? Нет, наша героиня была умницей. Женщина принесла питчи, короткие пересказы десяти историй, идеально подходившие сериалу, – в два раза больше, чем обычно приносят сценаристы, – и представила их с блеском и глубоким проникновением в суть, уделив каждому сюжету не более пяти минут. И продала один!

Шутка. Ничего она не продала, но ушла со стопкой сценариев, описаниями текущих проектов, находящихся в разработке, и предложениями подумать над темами. Продюсер согласился выслушать ее питч еще раз.

И в следующий раз наша героиня услышала фразу, означавшую победу: «Пусть ваши представители свяжутся с коммерческим отделом». Значит ли это, что она продала свой сценарий или была принята в штат? Ничего подобного. Она получила задание написать аутлайн, а как вы знаете из главы 5, это первая оплачиваемая ступень работы сценариста. Помощник продюсера показал ей, как оформлять «список карт», и ей удалось (ура!) придумать подходящий сюжет, первый драфт к которому написала не она, а другой сценарист. Ей не хватало опыта для написания сценариев, хотя теперь она была в списке авторов. С таким багажом наша героиня переселилась в Лос-Анджелес, чтобы вблизи наблюдать, как будет создаваться эпизод по ее сценарию.

Затем барышня представила продюсеру сценарий еще одной серии. Он был хорош, и ей доверили написать первый драфт. Он не особенно удался, но она многому научилась, пока ее сценарий перерабатывали, а она знакомилась со штатными сценаристами, производством и постпроизводством. Затем начинающая сценаристка сделала презентацию, аутлайн и сценарий еще одного эпизода, которые были еще лучше, приобрела союзников в команде сценаристов. И наконец, когда сериал продлили на следующий сезон, женщину пригласили в штат.

Наша героиня прошла все ступени: штатный сценарист, редактор, продюсер, продюсер-супервайзер. И спустя три года в последнем сезоне стала исполнительным продюсером, руководя шоу, которое любила. Конец.

Внутри этой сказочной истории спрятаны подсказки, о которых ниже я расскажу подробнее. На самом деле каждый сценарист, которому довелось пробивать себе дорогу в проект, расскажет вам свою историю «с фронта», и в каждой будет что-то полезное. Вот моя.

Мысль о том, чтобы стать сценаристкой, мне, выросшей в Нью-Йорке, никогда не приходила в голову. Тем не менее я всегда что-то писала: стихи, рассказы, пьесы, статьи, и к 20 годам, к моменту окончания колледжа, на моем счету были награды и публикации в небольших журналах. В основном в моих юношеских статьях содержался идеалистический взгляд на потенциал телевидения, которое ждет великое будущее, если в героях телефильмов отразить сложное современное общество и реалии жизни в большом городе. Благодаря этим статьям меня взяли на работу программным директором экспериментальной телекомпании в Лос-Анджелесе. И я прилетела туда с одним чемоданом и ненужным зимним пальто, оказавшись в 3000 миль от родных и друзей. А несколько месяцев спустя телекомпания закрылась.

Однако я успела завести знакомства, и кто-то подсказал мне, что MCA-Universal ищет молодую женщину в отдел разработки полнометражных фильмов, потому что у них еще не было женщин-руководителей. За три года в MCA я насмотрелась на то, как легко получают работу сценаристы с именем, в то время как сценарии их менее известных коллег (даже тех, у кого были агенты) никогда не добирались до этажа, где сидело руководство, и даже если фильму давали зеленый свет, проходили годы между написанием сценария и премьерой, и за это время первого сценариста успевали заменить, и заменить еще раз. Однако несколькими этажами ниже, в телевизионном отделе, в съемочных группах, которые делали сериалы, сценарии запускались в производство в течение месяцев, и никто не покушался на чужие заслуги.

И я решила делать карьеру на телевидении. К тому времени я написала три пробных киносценария и многому научилась у профессионалов. Моим первым заданием стала правка диалогов в телефильме – типичная работа для новичка, не предусматривающая никаких авторских прав. Такое случается, когда известный сценарист сдает предусмотренный контрактом драфт, а малоизвестный редактирует, хотя его имя не появляется на экране. В таких случаях новичка никто не принимает в расчет, и эти две недели я проработала за фиксированный гонорар.

Однако эта работа свела меня с моим первым агентом. Если продюсер собирается вас нанять, пришло время искать агента. Я выбрала такого же новичка, как сама, и в дальнейшем наши с ним карьеры развивались параллельно.

Теперь я была готова написать эпизод/серию. Но с чего начать? Необходим свежий взгляд: просматривая сериал «Охотник Джон» (Trapper John, M. D.), я заметила, что одной из главных героинь создатели уделяют мало внимания. Я знала, что Мэдж Синклер – превосходная актриса, видела ее на театральной сцене, и решила, что за годы в эфире она достойна целой серии. Я попросила агента организовать презентацию. Будучи новичком, я ничего не знала о сюжетных линиях А, Б и В и четырехактной структуре, и мне пришлось учиться у продюсера. Тем не менее серию сняли, Мэдж заставила мою историю ожить. И в том же году она получила премию «Эмми» за первый написанный мною эпизод.

Я не осталась в этом сериале. Работала фрилансером в других, и прошло какое-то время, прежде чем меня взяли в штат, но мой первый опыт оказался прорывом.

Что подводит нас к правилам, о которых я расскажу далее.

Правила

Пишите о том, что любите

Это не потворство своим желаниям, а способ писать лучше. Чем вы отличаетесь от остальных новичков, которые собираются ворваться в мир телевидения? Для нашей героини из предыдущей истории идентификация себя с любимым персонажем, понимание трудностей, с которыми столкнется протагонист, придали ее историям жизненную силу. Вы можете найти себя в мире медицины, в адвокатских или полицейских расследованиях, уйти с головой в мир научной фантастики или искать вдохновения в семейных историях. Страсть и неравнодушие помогут вам придать историям достоверность.

Теперь выберите сериал, который смотрите часто. Это кажется очевидным, но я знала молодых сценаристов, уверенных, что сумеют перехитрить систему, взявшись за сериал, который не видели ни разу в жизни, и с легкостью справятся. Этот способ не работает. Прежде всего, в проект берут самых одаренных сценаристов, а не равнодушных прагматиков. Никогда не упрощайте – это ранит вас как художников и причиняет вред вашей репутации. В-третьих, так вы ничего не добьетесь, ведь вы «не чувствуете» сериал. И наконец, вы делаете спек, а не сценарий по заказу, что приводит нас к следующему правилу.

Не пишите спек-сценарий сериала, для которого делаете питч

Редкие продюсеры станут читать спек-сценарии к своим сериалам, да вам это и не нужно. Вдумайтесь: кто, как не продюсеры, знают подводные камни собственных шоу? Люди со стороны не догадываются, что продюсер готов завопить, услышав очередной питч про собаку, труп в бассейне или роман между актерами, которые (откуда вам было знать?) вчера поссорились. Однако продюсер другого сериала сможет без помех оценить ваше писательское мастерство.

Итак, пишите спек-сценарий для сериала, который отлично знаете, а питч делайте для сериала в том же жанре или сопоставимого качества. И тогда продюсеры «Скорой помощи» будут читать спек-сценарий «Полиции Нью-Йорка», чтобы оценить способности сценариста. В 2010 г. продюсеры процедуралов, научно-фантастических и семейных драм поголовно читали спек-сценарии к сериалу «Во все тяжкие», не имевшие никакого отношения к темам их собственных шоу, – они оценивали потенциал сценаристов.

Потенциал – это то, что вы должны продемонстрировать: талант плюс мастерство. Поэтому пишите для крутого сериала, который вам интересен. Обратите внимание на те, что давно пользуются успехом и отмечены наградами. (Списки сериалов, получавших призы, доступны в Гильдии сценаристов Америки и Американской киноакадемии, о которых подробнее читайте в конце книги.) Это поможет вам заострить ваши писательские навыки, а сложные герои придадут глубину диалогам.

Качество текста – важнейшее условие. И это подводит к следующему принципу.

Задавайте правильные вопросы

Обратите внимание, над чем размышляла героиня, когда впервые решила попробовать свои силы в написании сценария: о дилеммах и мотивах персонажей, историях, которые могли бы с ними приключиться, особенностях речи каждого, о том, как рождается и разрешается конфликт и как сюжеты сплетаются между собой. Все это должно присутствовать в эпизодах. Как только вы зададитесь вопросом о мотивах героев, спросив себя, почему они ведут себя так, а не иначе, вы обнаружите корни будущих сюжетов и подтекст, который позволит вам сделать ваших персонажей более яркими. Продюсеры ждут от вас именно такой детальной проработки характеров, которая закладывает фундамент для развития сюжета, в отличие от плоских героев, или «типов», которых приходится подталкивать для раскрутки сюжета.

Что может произойти с героями? Не используйте сюжетные линии, которые уже развиваются в шоу. Эти арки завершатся еще до того, как вы допишете ваш спек-сценарий, а за серьезные повороты в сюжете отвечает шоураннер, а не фрилансер. Вместо этого подумайте, что тревожит героев в состоянии покоя, – это продуктивнее, чем гадать, как разовьется сюжет в течение года.

Или используйте собственные знания применительно к главным героям. Допустим, вы фантазируете на тему сериала «Декстер», герой которого любит плавать на лодке, а вы по профессии морской биолог. Почему бы не подумать о морских созданиях, которые могут встретиться на пути героя и добавить сюжету напряжения? Когда шоу «В лучах славы» еще шло в эфире, самый интересный спек-сценарий, который мне довелось читать, написал сценарист из Техаса, не понаслышке знакомый с гремучими змеями и пыльными бурями. Его тексты дышали достоверностью.

В идеале речи каждого персонажа должно быть присуще своеобразие, она должна отражать его прошлое, уровень образованности, убеждения, ум и неповторимую личность. Вслушайтесь и спросите себя: отличается ли выбор слов и построение фраз у вампиров Билла и Эрика из «Настоящей крови» и чем отличается речь Пегги от речи Пита в «Безумцах»? Важнейшая задача для сценариста со стороны – услышать «голоса». Вы можете начать с актеров, но не обманывайтесь: главное – это текст.

Конфликты и структура сюжета в известной мере определяются часовым форматом, а на эфирных каналах еще и актбрейками (перерывами на рекламу), о чем вы читали в главе 3, но пусть это не слишком вас тревожит. Главное – завладеть вниманием. Продюсерские компании и агенты читают не больше нескольких страниц, и, если их не увлечь, ваш сценарий отложат. Напряжение не должно ослабевать, читателя следует удивлять как можно чаще, но не с помощью трюков, а сюжетными поворотами, вытекающими из характеров персонажей. Будьте непредсказуемы в мире сериала. К примеру, в истории о раке груди сделайте героем мужчину – и такое бывает. Будьте самобытны и оригинальны.

Как видите, все зависит от качества вашего текста, это верно и для киносценария, и для любого другого драматического произведения. Однако многое зависит и от самого сериала, для которого вы пишете. Проводите исследования. В отличие от героини из 1980-х, у вас есть интернет. Почти у всех сериалов есть веб-сайты, а у многих еще и фанатские сайты. Официальный сайт подскажет вам, как правильно пишутся имена героев, и поведает историю сериала. Иногда в текстах, написанных для сайта продюсерами, можно найти намеки на их вкусы или источники вдохновения. Изучайте фанатские сайты – возможно, они грешат неточностями, но лучшие из них содержат краткие пересказы серий, некоторые размещают уже вышедшие серии, что убережет вас от опасности написать то, что уже написано.

Правильные вопросы всегда касаются сюжетов и героев, а вовсе не спецэффектов, костюмов, бюджета, кастинга, слухов или маркетинговых трюков, поэтому не расслабляйтесь.

Обзаведитесь правильным инструментарием

Наша героиня из 1980-х гг. печатала на электрической пишущей машинке; сейчас никто так не делает. На вашем компьютере должно быть установлено – и это обязательное требование – профессиональное программное обеспечение. The Writer Computer Store (смотрите список ресурсов) поможет вам в выборе. Так, программа Final Draft популярна, однако Celtx бесплатна и доступна в сети. Каждый сериал использует определенную программу, в которой должны работать все сценаристы проекта, но для пробного сценария сгодится любая, которая создает стандартный сценарный формат. Как вы видели в образце из главы 1, сценарий часовой драмы выглядит так же, как киносценарий (ситкомы придерживаются другого формата). Чтобы ваш сценарий приняли к рассмотрению, он должен смотреться безупречно и профессионально.

Найдите своего представителя

Проще сказать, чем сделать. Наша героиня посылала сценарии, которые возвращались непрочитанными, пока ее упорство не привлекло внимания продюсера. Вы можете пойти по ее стопам, но даже в лучшие времена это займет годы, а нужно учитывать, что ей еще повезло. Поэтому давайте поговорим об агенте: зачем он нужен, как им обзавестись и что делать, если у вас его нет.

Телевизионные сериалы создают иллюзию доступности, даже дружелюбия, потому фанатам порой кажется, что нет ничего проще туда устроиться. Со стороны кажется, что писать для сериалов легче, чем на самом деле, поэтому, если бы телевизионные проекты не использовали технологии строгого отбора, их давно завалили бы любительскими сценариями. Кроме того, продюсерские компании не хотят столкнуться с судебным преследованием человека, который станет утверждать, что они похитили его сюжет. Поэтому компании редко читают сценарии, которые присланы «без предварительного соглашения» (по собственной инициативе и без посредника).

Вам нужен агент, который организует прослушивание, знает, где есть вакансии, и представит вас потенциальному работодателю. Агент в курсе, в каком шоу требуются сценаристы (или, по крайней мере, где готовы рассмотреть новую кандидатуру). Также агентство договаривается о сделке, составляет контракт и получает ваши деньги за вычетом 10 %.

Кинокомпании могут купить у вас оригинальный сценарий, но на телевидении не принято работать напрямую. Агент может знать об открытой вакансии или о том, что для недавно запущенной серии требуется сценарист с определенными заслугами в прошлом, точкой зрения или стилем. Агент рассылает сценарии клиентов, отвечающих этим требованиям. Прочтя такой сценарий, продюсер может пригласить вас на встречу. Или, если у вас есть идея для серии, агент передает продюсеру ваш сценарий, и, если тому понравится, он захочет услышать ваш питч.

Впрочем, система работает, даже если у вас нет агента. Вот что должно быть в вашем портфолио сценариста до того, как вы озаботитесь поисками агента:

• по крайне мере один полный оригинальный сценарий, который представляет вас с наилучшей стороны;

• по крайней мере один сценарий часовой серии для идущего в эфире сериала в жанре, в котором вы хотите писать;

• еще один сценарий часового эпизода в другой франшизе, который продемонстрирует ваши возможности в ином жанре;

• пилотный сценарий оригинального сериала, который покажет ваш авторский стиль и способность создавать часовые драмы с «потенциалом»;

• оригинальные сюжеты для презентаций.

Теперь вы готовы. Длинный список агентов доступен на портале Hollywood Directory и на сайте Гильдии сценаристов. Гильдия отмечает звездочкой тех, кто готов сотрудничать с новыми сценаристами, но не относитесь к этим пометкам слишком серьезно. Вакансии в таких агентствах могут быть заняты, в то же время другие агентства, не отмеченные звездочками, могут находиться в поисках именно того, что предлагаете вы.

Как разобраться в этом множестве имен? Постарайтесь выбрать тех, кто представляет сценарии, подобные вашим. Некоторые агентства работают в основном на Голливуд и ситкомы, поэтому отметьте тех, чьи клиенты известны работами на телевидении. Вам также придется выбирать между агентствами, собирающими «пакет», и бутик-агентствами. Крупные агентства предоставляют клиентам «полный пакет» для сериалов: актеров, режиссеров, продюсеров, а также сценаристов. Это может оказаться удачной идеей, если вас включат в «пакет» под управлением опытного шоураннера. С другой стороны, бутик-агентство предложит персональный подход, в котором нуждается начинающий сценарист.

Начните с телефона. Если у вас нет персональных предпочтений, звоните в любое агентство без предварительной договоренности. Не стоит звать самого агента, изложите любому, кто взял трубку, или одному из помощников, что вы пишете драматические сериалы для телевидения и ищете представителя. Вы можете узнать имена агентов, которые специализируются в этом сегменте, или агента-новичка, который набирает клиентов. Запишите имена. Из сотни звонков с десяток могут оказаться полезными. Помните, вам нужен только один агент.

Следующая ступень – письмо в одну страницу (или email) агентам, которых вы выбрали, и в нем вы изложите все ваши заслуги: награды за сценарии, диплом киношколы, пьесы, которые собрали хорошие отзывы, опубликованные тексты или статьи. Если у вас нет таковых, заинтересуйте адресата каким-нибудь другим активом, например большим запасом криминальных историй, который вы собрали в бытность полицейским. Перечислите то, что есть в вашем портфолио, к примеру: спек-сценарии для «Доктора Хауса» и «Во все тяжкие», два киносценария – романтическая комедия и напряженная драма. Вы должны добиться, чтобы агент захотел прочесть один из ваших сценариев.

А теперь ждите. Возможно, стоит перезванивать помощнику агента раз в неделю, но не нужно ни на кого давить. К тому же вы разослали письма в несколько агентств, поэтому будем надеяться, за шесть – восемь недель кто-нибудь откликнется на ваше предложение.

Несмотря на то что вы собираетесь писать для сериалов, агент может попросить вас прислать оригинальный сценарий, чтобы оценить ваш собственный стиль. Потом, когда он будет готов оценить ваше мастерство в написании сериальных сценариев, пригодятся ваши спеки эпизодов.

Допустим, это препятствие вы преодолели, теперь предстоят встречи с агентами. Хорошие агенты ищут клиентов с талантом и потенциалом роста, заботясь о том, где вы окажетесь через пять лет, и о том, как пристроить вас в штат на текущий сезон. Агент, который заинтересован в быстрых деньгах, скорее всего, бросит вас, если в первые несколько месяцев вы не оправдаете его ожиданий. Поверьте, вы заслуживаете большего.

Вы завязываете длительные отношения, поэтому вам нужен человек, который понимает, чего вы хотите, направит вас туда, где вы начнете строить карьеру, и обладает достаточным влиянием, чтобы открывать закрытые двери. Выбор за вами: голодный и юный, чуткий и понимающий или умудренный годами ветеран с длинным списком клиентов? Задачка не из легких.

Как, вам мало? Тогда вам нужен менеджер. Главная разница в том, что работа агентств регулируется законом и соглашениями с гильдиями, которые определяют размер вознаграждения и круг обязанностей агентов. Менеджеров никто не контролирует, так что решайте сами. Профессиональные компании функционируют почти как агентства, только берут за свои услуги 15 % и больше, в отличие от агентских 10 %. В оправдание большего процента круг обязанностей менеджеров может быть расширен. Иногда они берут на себя все деловые вопросы.

Менеджер может пригодиться вам, если агент недоступен. Они открывают те же самые двери. Их нет в списках гильдий, но вы найдете их в справочниках. Повторите ту же последовательность действий, что и с агентом: звонок, письмо, отсылка сценария и личная встреча.

Если с менеджером ничего не вышло, есть юристы, работающие в сфере шоу-бизнеса, которые имеют связи с продюсерами и могут протолкнуть ваш сценарий или выступить вашим представителем. Если вы наймете юриста, обычная оплата составляет 5 % от всех ваших экранных творений вместо почасовой ставки.

Ничего не получается? Вот еще несколько хитроумных приемов:

• Устройтесь на работу в действующий проект. На любую работу. Лучше всего помощником сценариста, потому что вы окажетесь в непосредственном контакте со штатными авторами и сможете за ними наблюдать. Подойдет и помощник продюсера, и даже секретарь. Ваша цель не карьера копииста, а обретение связей. Сценаристам, которые вас знают, будет трудно отказаться прочесть ваши работы. А находясь в эпицентре событий, вы поймете скрытые пружины шоу.

• Поступайте в киношколу, чтобы получить диплом сценариста. Лучшие киношколы помогают своим выпускникам найти работу, а друзья, которых вы там заведете, могут оказаться полезными.

• Напишите актеру. У многих из них есть свои маленькие продюсерские компании. Можете придумать яркую роль для персонажа, которому на экране уделяют мало внимания, и тогда актер сам будет «пиарить» ваш сценарий. Придется поломать голову, как подсунуть ему (или ей) ваш сценарий, но и это не проблема.

• Начните карьеру на новом альтернативном канале. Работа для сценариста есть не только на эфирных телеканалах и в общенациональных кабельных сетях, вы можете попробовать себя на специализированных каналах и в интернете. На этом рынке не принято работать через агентов (слишком мало денег), поэтому ничто не мешает вам обратиться напрямую к продюсеру, который разделяет ваш энтузиазм.

Поселитесь в Лос-Анджелесе

Наша героиня купила билет на самолет сразу, как только узнала, что продюсер хочет с ней встретиться. Ей повезло получить работу, но дедлайны, срочные переписывания, непредвиденные ситуации на съемках могут стать причиной того, что вашу встречу с шоураннером перенесут один раз, другой, третий. Сколько еще вам прозябать в этом мотеле?

Некоторые переезжают и находят постоянную работу, пока не подвернется что-то стоящее. Всем известно, что Голливуд наводнен несостоявшимися сценаристами, актерами и режиссерами, которые последовали за мечтой и до сих пор работают официантами – буквально и метафорически – десятилетия спустя. К счастью, сценарист может работать где угодно, поэтому не уезжайте из дома, пока ваше портфолио соберется, или поступайте в киношколу. Героиня нашей сказки сорвалась с места после первого приглашения. Она буквально срослась с любимым сериалом, и это позволило ей получить работу.

Если хотите писать сценарии для сериалов, вам прямая дорога в Лос-Анджелес. Некоторые сериальные проекты работают в других городах: Нью-Йорке, Майами, Ванкувере, Торонто. Дэвид Саймон снимает в Балтиморе. Однако большинство сценаристов работают в студиях. Как вы прочли в главе 3, написание сценария для телевидения – командная работа, поэтому придется вам жить среди пальм.

Секрет успеха

Мои студенты в Школе кинематографического искусства иногда спрашивают меня, удастся ли им пробиться в мир телевидения. Первые два года после киношколы самые трудные, однако я могу сказать, кто из них преуспеет в течение последующих пяти лет. Не обязательно самые одаренные, умные или общительные, хотя талант, мозги и связи еще никто не отменял. Нет, те, кто преуспеет, обладают главным качеством: они не сдаются.

Рассказы моих нынешних выпускников отражают реалии XX в., и эти реалии изменились по сравнению с тем, с чем сталкивалась я десять лет назад. С одной стороны, в худшую сторону, потому что реализоваться в качестве фрилансера стало все сложнее. Сегодня сериалы в основном привлекают штатный персонал, а фрилансерам достается вычитка сценариев.

С другой стороны, есть и позитивные изменения – благодаря большей открытости. И пусть фрилансерам достается все меньше эпизодов, в мире, где примерно тысяча каналов, количество сериалов растет: эфирные каналы, кабельные и сателлиты, которые делают оригинальные сериалы, плюс расширяющийся интернет-рынок. Когда я пыталась пробиться в мир телевидения, я проводила презентации исключительно перед мужчинами – старой гвардией, которая бдительно стояла на страже традиционных телевизионных форматов, испытанных и безотказных сюжетов. Такие сериалы – словно близнецы, истинное мучение для творца. Некоторые из этих продюсеров и сейчас в строю, но в век, когда телевидению приходится конкурировать с интернетом и новыми медиа за внимание зрителя, подобные шоураннеры – уходящее явление.

Среди новых трендов:

• проекты, в которых наряду со спек-сценариями предпочитают оценивать не сценарии сериальных серий, киносценарии или даже театральные пьесы, чтобы разглядеть оригинальную манеру сценариста;

• возможности, которые открывают пилотные сценарии оригинальных сериалов или использование спек-сценария пилота в качестве образца (читайте «Поговорим о том, как написать пилот»);

• гибридные форматы, включая драмедию, реалити-драму и музыкальную драму;

• более гибкая структура актов;

• смешение технологий: например, анимации и актеров;

• необычное содержание, включающее острую проблематику, откровенный взгляд на отношения между людьми, эксперименты с языком, фэнтези;

• компьютерная графика, позволяющая создавать локации и спецэффекты, которые были немыслимы прежде.

В главе 7 размещены две статьи, которые были опубликованы мной в Los Angeles Times, а после дополнены. В первой статье я беру интервью у студентов моего курса по мастерству телесценариста спустя шесть месяцев после окончания киношколы. По прошествии трех лет я снова взяла у них интервью, которые дополнила заметками через шесть и 14 лет после завершения обучения. Это современные репортажи с полей сражений за право называться сценаристами сериалов.

Вот пример Брайана и Келли. По окончании киношколы каждый уже был автором киносценариев и сценариев эпизодов для «Скорой помощи», «Полиции Нью-Йорка» и «Секретных материалов», но ни один агент не брал их под свое крыло, и им пришлось искать постоянную работу, не связанную с телевидением. Также, познакомившись с молодым независимым режиссером, Брайан целый год бесплатно сочинял для сатирического проекта «Неисправимые», повествующего о девушке, которую отсылают в молодежный лагерь, чтобы «излечить» от нетрадиционной сексуальной ориентации, и где она влюбляется в другую девушку. Независимый фильм снимался с крохотным бюджетом, но принес Брайану упоминание в журнале Variety как о многообещающем молодом сценаристе. Тем временем Келли пригласили писать сценарий для французской актрисы.

Год спустя они все еще работали кто где, пытаясь пробиться на телевидение, пока не решили действовать сообща. «Неисправимые» открыли им двери в независимую сеть WB, которая привлекала молодых сценаристов, не имеющих особых заслуг. Здесь они сделали презентацию оригинального сериала, и им поручили написать пилот (о чем раньше нельзя было мечтать). И хотя пилот не взяли в производство, но теперь боссы WB знали их и рекомендовали в сериал «Тайны Смолвиля». Дальше их история развивалась традиционно: написали серию, были приняты в штат, сделали карьеру в сериале. Когда сериал завершился в 2011 г., оба были продюсерами.

Итак, начав со сказки, мы прошли все круги. Все возможно. Вы непременно пробьетесь на телевидение.

Подведем итоги

• Чтобы попасть на телевидение, вы должны четко понимать, чем сценарий драматического телесериала отличается от других литературных форматов.

• Выберите для изучения высококлассный сериал. Постарайтесь услышать «голоса» персонажей, типы историй и их структуру.

• Выбрав цель, напишите спек-сценарий, но только не для того сериала, для которого делаете питч. Возможно, имеет смысл писать несколько спек-сценариев для разных сериалов в разных жанрах.

• Тщательно наведя глянец на спек-сценарий, найдите агента или менеджера, который предложит ваш сценарий продюсерам. Если повезет, то после того, как ваш сценарий прочтут, вас пригласят на встречу.

• Работа в проекте в любом качестве, включая помощника сценариста и администратора, поможет вам завести знакомство с теми, кто прочтет ваш сценарий.

• Для того чтобы пробиться на телевидение, молодому сценаристу могут потребоваться годы, поэтому пишите больше сценариев, оттачивая писательское мастерство, – и не сдавайтесь.

Что нового?

Прочтите главы 7 и 8, чтобы ознакомиться со свежими веяниями с полей сражений. Новые интервью с моими бывшими студентами («Четырнадцать лет спустя») поведают, как одна из них нашла работу, занимаясь сценариями интернет-роликов для автомобильной компании. В главе 8 вы ознакомитесь с возможностями, которые предоставляют интернет и работа за границей.

Глава 7

Жизнь после киношколы: подводные камни

В течение 14 лет я следила за судьбой студентов, которые посещали мой курс по мастерству телесценариста в Школе кинематографического искусства. Поначалу мне просто хотелось подобрать примеры того, как начинаются карьеры сценаристов, но встречи спустя годы позволили получить бесценный и неожиданный материал о том, как прожили это время семеро моих героев. Впервые проинтервьюировав их для Los Angeles Times в 1997 г., спустя месяц после окончания Школы кинематографического искусства, я снова расспросила их для Times три года спустя, затем еще четыре года спустя для первого издания этой книги, опубликованной в 2005 г., и, наконец, 14 лет спустя для третьего издания.

Оглядываясь назад, я вижу, что их достижения и трудности с высоты прожитых лет кажутся неизбежными. Не хочу сказать, что, стоя у порога аудитории в последний день их учебы в киношколе, я знала, что ждет моих студентов. Скорее, это похоже на наблюдение за семенами, которые однажды принесут урожай помидоров, но ты не знаешь, сколько плодов будет, до какого размера они вырастут, и никто не поручится, что они не зачахнут. Мои бывшие студенты родом из разных уголков страны, они заканчивали колледжи от Гарварда до мест, о которых вы никогда не слышали, ни у кого из них нет родственников в шоу-бизнесе, никто не богат, и ни о ком нельзя сказать, что в плане карьеры он оказался везунчиком. Всем пришлось трудиться, чтобы достичь успеха, на долю каждого выпадали тяжелые времена, но все выжили.

Все вместе эти четыре интервью образуют историю, которая подскажет вам, чего ждать, если вы решили стать сценаристом на телевидении. Главное, они дадут вам надежду. А если решите, что стараться бессмысленно, напомнят, что вы не одиноки. А когда дверь приоткроется, расскажут, как в нее войти. И если мои студенты преуспели, то почему бы вам не повторить их успех?

Выпуск 1997 г.

(Статья опубликована в The Los Angeles Times 9 февраля 1998 г.)

Встреча после разлуки. Спустя полгода после окончания Школы кинематографического искусства Университета Южной Калифорнии студенты моего семинара по мастерству телесценариста встречаются снова в своей бывшей аудитории. Встреча после разлуки, радость и грусть. Теперь мы собрались вечером, а уют школьных стен и компания сотен таких же, как ты, соискателей счастливого билета – все осталось позади. Некоторые радуются, заключив первый контракт. Другие все еще рассылают сценарии, которые написали за время учебы в киношколе, ищут агентов, уверяют, что не испытывают зависти. Хорошо.

Я десять лет учила таких же студентов в расчете на возможности, которые часовые драмы вроде «Скорой помощи», «Полиции Нью-Йорка», «Убойного отдела», «Закона и порядка», «Секретных материалов» и других предоставляют для самых смелых и острых сценариев. Теперь звезды предыдущих выпусков заняли места в индустрии – не только мои студенты, но и ученики других преподавателей. Это горячее время для молодых сценаристов.

Выпускники, которые собрались сегодня, понимают, какой властью обладает телевидение, и чувствуют ответственность за то, что несут зрителю, не боясь разрушать гендерные, этнические стереотипы и отношения, которые себя изжили. Подобное отношение не было свойственно предыдущим поколениям. И дело тут в новаторских сериалах, на которых нынешние студенты учились, резко отличающихся от тех, которые показывали на телеэкранах в предшествующие десятилетия.

Дрю Лэндис и Джулия Розен стали писать вместе еще в Университете Южной Калифорнии. Приехавший из Южной Кореи в США с приемным отцом-священником в 1970-х гг., Дрю занимался политикой в Вашингтоне, прежде чем присоединиться к Программе дополнительного образования сценаристов. Джулия выросла в Лос-Анджелесе, где снимала фильмы, которые получали призы на кинофестивалях. За время учебы они вместе написали спек-сценарии для сериалов «Скорая помощь», «Полиция Нью-Йорка», «Завтра наступит сегодня» (Early Edition), «Нас пятеро» (Party of Five), «Фрейзер» пилотную драму и два киносценария. Такое портфолио позволило им заключить контракт с агентством в Нью-Йорке, договориться о написании сценария телефильма и возможном трудоустройстве в проект сериала. И все это благодаря образцам сценариев и уверенности, что они хотят работать только на телевидении.

Дрю: «В одну из наших первых встреч агент спросил меня, почему мы хотим писать для телевидения. Потому что, когда я смотрю телевизор, мне нравится, как развиваются отношения героев, и я хочу каждую неделю рассказывать об этом по-новому».

Джулия: «Сегодня кино – это в основном комедия или экшен, но куда бы вас ни занесло в Америке, везде смотрят „Скорую помощь“ и знают ее героев. Для меня телевидение – это способ достучаться до людей, говорить с ними о насущных проблемах и завоевать их сердца».

Венди Уэст с детства хотела писать для телевидения. «Я нашла свой старый дневник, розовый, в зайчиках. Мне захотелось взглянуть, о чем я писала ребенком, но когда я открыла дневник, то обнаружила, что он заполнен записями вроде: "Сегодня в «Алисе» (Alice) Фло всех послала" – то, что было на экранах каждый день моего детства».

Благодаря спек-сценарию «Секретных материалов» Венди пригласили в сериал канала WB, но ее ожидания были обмануты. «Я была немного не в своей тарелке. Мой первый сценарий не слишком подходил этому сериалу. Работа в настоящем сериале требует от вас быть хамелеоном. Это не значит отказаться от собственного голоса, но вы должны подстроиться под стиль проекта, для которого пишете. В киношколе вас учат искать свой голос, поэтому кажется нелогичным, что теперь вы должны его потерять. Но только отчасти. Мы ожидаем увидеть что-то в стиле Венди Уэст, а вместо этого на экране кто-то терзается от любви».

Однако Венди не унывает и обращается к группе: «В лучшие дни это похоже на восемь часов наших занятий. Одна из причин, почему я пришла на телевидение, – это то, что мне нравится совместная работа. Нравится знать, что рядом те, кто поможет тебе справиться с аутлайном. Ты не одна, как бывает, когда ты пишешь киносценарий».

Этот призыв к объединению находит отклик среди молодых людей. До киношколы Джиб Уоллис писал и играл в независимых американских театрах и в театрах на лондонских окраинах. Сейчас он работает актером и ищет агента как сценарист. Джиб выбрал телевидение, потому что «в кино, если тебя захотят переписать, много ли останется от твоего оригинального видения? На телевидении, даже если ты младше всех и твой сценарий переписали, ты видишься с другими сценаристами за ланчем. Сценаристы работают со сценаристами, они тебя понимают».

У него есть мечта, но в последнее время ему не везло. «Сразу после окончания киношколы я разослал 50 писем, и, к моему удивлению, мне назначили шесть встреч. Я думал, что сорвал банк, нашел людей, которые хотят прочесть мой сценарий "Скорой помощи". Они попросили подождать несколько недель, но всякий раз, когда я звонил, мне говорили, что сейчас не время. Наконец они назначили встречу на июль, но набор персонала на телевидении заканчивается в июне! Я высказал надежду, что они успеют прочесть мой сценарий, но они ответили, что рады были его получить, но читать не собираются, потому что сейчас у них нет вакансий, и они пытаются найти работу для тех, с кем уже заключили контракты. И я понял, что в ближайшее время мне не протиснуться в это окошко».

У Эрика Трухарта гарвардский диплом по английской литературе, но и он после получения степени магистра изящных искусств ощущает разочарование. Эрик написал пять спек-сценариев, однако считает, что «невероятно трудно заставить людей читать… я много размышлял о том, что такое быть сценаристом». В Университете Южной Калифорнии Эрик учился у Глена Моргана и Джеймса Вонга, после – у них же, в сериале «Секретные материалы», сейчас он исполнительный продюсер сериала «Тысячелетие» (Millennium).

Поскольку попасть на телевидение нелегко, некоторые из выпускников занялись редактированием киносценариев, как Келли Соудерс. Она выросла на ранчо в Мичигане и писала прозу до того, как присоединилась к Программе дополнительного образования для сценаристов, а ее диплом удостоился самых лестных отзывов. Келли обнаружила, что, «если бы не курс по мастерству сценариста, мне пришлось бы туго. Я беру чужих персонажей в чужих историях и переделываю структуру, и этому меня научили здесь».

Она подчеркивает: «Качество ищите на телевидении. Не могу сказать, сколько раз я выходила из кинотеатра с мыслью, что больше туда ни ногой. В этих масштабных боевиках нет героев. А затем ты смотришь "Полицию Нью-Йорка" и "Скорую помощь" и понимаешь, что это лучшие сценарии из всех, что тебе доводилось видеть».

Они стремятся к правдоподобным персонажам и достоверному отображению на экране человеческого многообразия. Венди считает, что в «Убойном отделе» с «потрясающей» глубиной раскрыт мир афроамериканцев. «Сцены между Андре Брауэром и Джеймсом Эрл Джонсом завораживают – посмотрите, как Пэмблтон пытается замять преступление, чтобы защитить чернокожего героя».

Другие студенты вспоминают эпизод «Скорой помощи», в котором Бентону приходится лечить собственную мать, – как необычно видеть на экране афроамериканку, образ которой дышит таким достоинством. Они помнят, что среди главных героев «Закона и порядка» и «Надежды Чикаго» (Chicago Hope) есть латиноамериканцы, а среди персонажей сериала «Звездный путь: Вояджер» (Star Trek: Voyager) – азиаты и американские индейцы.

Венди соглашается: «На телевидении есть ролевые модели, которых нет на киноэкране. Как это замечательно, когда женщина-хирург спасает жизнь пациенту. И эти модели придуманы не сегодня. Правдивые женские образы встречаются еще в "Кегни и Лейси" – отношения героинь достоверны, они не просто полицейские, не просто сексуальные объекты. Очень важно, что именно женщины писали сценарии этих сериалов. Вероятно, им пришлось сражаться, чтобы не отступиться от правды».

Не все, однако, предпочитают сражаться. Я встретила Брайана Петерсона в кампусе, но уже не в джинсах, а в костюме и галстуке. Он решил поработать в университете, пока не напишет достаточное количество сценариев. «После киношколы снова приходится задуматься о том, кто ты такой». За столом понимающе кивают, а Брайан продолжает: «В последний месяц учебы мы все словно зомби. Мы чувствуем, как много поставлено на наши дипломные работы, и надеемся начать карьеру с оглушительного успеха. Я разослал запросы и вернулся в Монтану, чтобы взять паузу. Оказалось, мой дипломный проект не нужен на телевидении. Парочка агентов перезвонили мне и сказали, что мой сценарий "Скорой помощи" их впечатлил. И что, спросил я? И что, спросили они, где другие сценарии?»

Бывшие студенты пересказывают моменты сериалов, которые мы обсуждали во время учебы, например, когда доктор Грин теряет пациентку при родах, сомнительную тяжбу в «Практике», отношения в «Моей так называемой жизни» (My So-Called Life). Джибу нравится, когда «сериал экспериментирует с повествованием, как в „Элли Макбил“, где авторы не боятся смелых фантазий героини». Брайан хочет, чтобы «то, что я вижу на экране, оживало, как в „Твин Пикс“ (Twin Peaks), где создан особенный мир».

Помнить друзей. Разделять цели. Сегодня вечером проще негодовать из-за политиков, склонных цензурировать их творчество, чем коснуться темы поиска работы, которая требует пойти на сделку с совестью.

Эрик недоволен: «В очередной раз выступая против телевидения, Боб Дойл выразил недовольство "Полицией Нью-Йорка", заявив, что последним полицейским сериалом, заслуживающим внимания, была "Облава" (Dragnet). "Облава" – это сатира. Если людям хочется карикатурно поданного морализаторства, это их право, но реалистические драмы изначально имеют отношение к ценностям, потому что охватывают темы, которые волнуют всех, пытаются найти ответы на вопросы, имеющие отношение к морали».

Келли: «Телевидение предоставляет зрителю простой выбор: смотреть или не смотреть. Я не смотрю некоторые сериалы, однако это означает, что их не должно существовать. Это сериалы, которые никогда меня не заинтересуют, потому что они недостаточно честны. Для меня ложь также разрушительна, как насилие».

Джулия: «Сериалы вроде "Полиции Нью-Йорка" и "Скорой помощи" требуют от поклонников таких сериалов, как "Прикосновение ангела" (Touched By Angel), усилий, которые они не хотят затрачивать. Такие люди не желают, чтобы перед ними ставили сложные вопросы, им нужно что-то попроще, но поэмоциональнее. И этому тоже есть место на телевидении».

Эрик бросает Келли вызов: «А если бы тебе предложили работу, ты согласилась бы писать для одного из таких "ангельских" сериалов?»

Келли: «Не думаю. Я слишком далека от этого формата. Хотя никогда не говори "никогда" первой работе».

Ах, работа. Дискуссия замирает. Я возвращаю обсуждение к школе. Оглядываясь назад, что было самым важным?

Дрю: «Здесь мы с Джулией нашли друг друга».

Джулия: «Кажется, что вместе мы до сих пор учимся в Школе. Чья это сцена? Как выглядит сюжетная линия, так называемая "арка" твоего героя? Ты движешься постепенно, ступень за ступенью, вносишь изменения, пока не начнет получаться. Раньше я писала искренне, но не понимала, как сделать текст мощным и ярким. После окончания Школы мы сблизились и благодарим бога».

Келли: «Всю оставшуюся жизнь, сидя за компьютером, ты слышишь в голове голоса твоих учителей. Надеешься, они скажут что-то, что поможет тебе в работе».

Семеро бывших студентов оборачиваются ко мне, словно ждут, что я преподам им еще один урок, поделюсь неким секретом. Я знаю точно, что те из них, кто не сдастся спустя пять лет, «сделают это», как их предшественники. Они добьются своего, не надеясь на гонорары, пока мастерство не придет само. Они достигнут зрелости в «золотом веке» телевизионных сериалов. Они встанут на плечи сегодняшних гигантов.

Три года спустя

(Статья опубликована в The Los Angeles Times 5 июля 2000 г.)

Через три года после окончания киношколы они снова встретились. Они были студентами моего курса, недавно получившими диплом и в основном безработными, когда The Los Angeles Times опубликовала о них статью. С тех пор я выпустила еще шесть курсов по мастерству телесценариста в Школе кинематографического искусства Университета Южной Калифорнии, и на каждом были свои победы и поражения.

Сегодня бывшие студенты встречаются в залитом солнцем дворе моего дома, чтобы поговорить о том, что происходит в жизни после того, как Variety (ежедневная газета о шоу-бизнесе) объявляет вас одним из «десяти сценаристов, к которым стоит присмотреться», и какова сумма пособия по безработице; как воодушевляет перспектива стать сопродюсером сериала, о том, что вы чувствуете, когда внезапно узнаете, что ваш проект закрывается; как скрыть от продюсеров беременность и как не хватает времени, чтобы завязать серьезные отношения; как случайная встреча может привести к прорыву и как много зависит от поддержки старых друзей.

Когда мои бывшие студенты учились в киношколе, я предсказала, что любой из них, кто действительно хочет сделать карьеру телевизионного сценариста, кто не отступит перед трудностями, через несколько лет добьется успеха. Итак, давайте проверим.

Брайан Петерсон после окончания киношколы вернулся в Монтану, затем нашел работу в офисе, продолжая рассылать сценарии ночами. Недавно режиссер Джейми Бэббит, который задумал снять фильм «Неисправимые», сделал ему предложение. Своеобразное предложение: написать сценарий бесплатно.

Брайан рассказывает: «Я провел целый год, переписывая сценарий бесплатно, и вот, наконец, фильм был снят. О таком можно только мечтать: вы видите титры и говорите себе: "Господи, неужели это мое?"».

После проката фильма на фестивалях Variety назвал Брайана одним из «десяти сценаристов, к которым следует присмотреться». Несмотря на это, «всякий раз, когда они упоминали „Неисправимых“, они подчеркивали, что написал и снял кино Джейми. Люди, которые были не в курсе, отдали свою любовь сценаристу-режиссеру».

Брайан подводит итог: «После этого мы с Келли начали делать презентации пилотов для телевидения».

Речь идет о Келли Соудерс, чей дипломный сценарий «Моя мать – шлюха» был куплен продюсером вскоре после нашей первой встречи. Однако Келли недовольна: «На всех наших встречах меня просили снизить обороты. Я не собираюсь делать этого».

Около года Келли писала сценарий кинофильма, но он так и не был запущен. Она тоже посматривала в сторону телевидения, и, когда они с Брайаном решили осуществить совместную идею, агент устроил им встречи с командами телеканалов.

«Все, с кем мы там столкнулись, оказались фантастическими людьми, очень отличающимися от представителей кинобизнеса». «Мы хотели бы иметь возможность нанять всех, кто сидел за этим столом», – говорит Келли. Ее предложение встретили с благодарностью.

За время, прошедшее с тех пор, когда они были 20-летними аутсайдерами, до сегодняшнего дня, когда им под 30 и они работают в индустрии, Келли многое поняла: «Ты начинаешь защищать работу, которая для тебя важна. Так твоя самооценка не страдает». На что Брайан возражает: «Зато страдает чековая книжка».

Все понимающе стонут, даже Венди Уэст, первая из присутствующих получившая постоянную работу в сериале. Венди смеется, что, когда проект закрыли, она также стала первой, кто узнал, что размер пособия по безработице составляет $230 в неделю. Однако продюсер, с которым Венди познакомилась в проекте, пригласил ее в новый сериал, который тоже не вышел в эфир.

«Мы узнали о закрытии из газеты. А тем временем шел монтаж декораций. В тот же день их демонтировали и увезли».

Тем не менее Венди успела обзавестись связями, и, когда один из продюсеров перешел в спин-офф сериала «Закон и порядок» под названием «Закон и порядок: Специальный корпус» (Law & Order: Special Victims Unit), он взял Венди с собой. На втором году в проекте она получила должность редактора, а в следующем году стала сопродюсером.

Венди: «Это восхитительно, захватывающе, фантастично. [Исполнительный продюсер] Дик Вулф такой умница и талант, он не зря занимает свое место. Он сразу замечает те мелочи, которые не работают, но ты думаешь: "Ладно, никто не обратит внимания". А он показывает пальцем, и ты говоришь: ясно-ясно, переделаю».

Дрю и Джулия работают вместе еще со времен учебы, и, имея за плечами пять сценариев для разных сериалов, они первыми заполучили агента, и у них есть награды. Джулия объясняет: «Продюсеры очень чувствительны к мнению о вас других людей».

Они получили первую настоящую работу в «Удивительных странствиях Геракла» (Hercules), «пришли и сделали нахальный питчинг», – говорит Джулия. Дрю добавляет: «У них были люди в штате, которые собирались писать для сериала, поэтому вы могли расслабиться и сделать что-то свое».

Между «Гераклом» и работой в штате недолго просуществовавшего сериала D. C. Джулия вышла замуж за продюсера «Правдивой голливудской истории» (True Hollywood Stories) Эндрю Свифта и вскоре уже готовилась стать матерью.

Джулия, единственная из присутствующих имеющая семью, рассказывает: «Я скрывала беременность, пока работала в D. C. Люди считают, что, если у вас появляется малыш, вы тут же бросаете работу, но это не для меня. Для того чтобы быть хорошей матерью, я должна быть счастливой». Так вышло, что проект закрыли еще до рождения ребенка и все решилось само собой.

Все собравшиеся соглашались на временную работу, пока искали вакансии сценаристов, но Брайан предупреждает: «Никто не будет считать вас классным сценаристом, если вам приходится работать бог знает где целый рабочий день».

С другой стороны, Эрик Трухарт, позабыв о гарвардской степени по литературе, пишет сценарий анимационного фильма «Гай Футомаки: Ниндзя по вызову» (Guy Futomaki: Ninja Tempt), который он продал телеканалу Fox. «Это история опытного ниндзя. Его клан был уничтожен, и ему пришлось перебраться в Америку, где ему приходится искать временную работу, чтобы выжить».

Путь Эрика в профессию лежал через Голливуд в самом худшем смысле. «У меня был так называемый агент, который не заключил со мной контракт, но упомянул о "Гае" студийным боссам. Мы пришли, и там был этот 24-летний малый из отдела разработки в дорогой рубашке. Я сказал ему, что это анимация, а он мне: "Мы хотим фильм с живыми актерами". Я говорю ему: "А я думал, мы хотим что-то вроде «Симпсонов» (The Simpsons) и «Бивиса с Батхедом» (Beavis&Butthead)". Он не стал нас слушать».

Эрик качает головой: «Это классический Голливуд. Эти ребята не сами по себе зло, они делают, что им говорят».

В конце концов Эрик заключил контракт с Fox, а также его пригласили в интернет-компанию Стива Одекерка, автора популярных комедий вроде «Чокнутого профессора-2» (Nutty Professor 2). Здесь он время от времени писал сценарии для интернет-шоу своего приятеля. Эрик работал в таких проектах, как «Войны Большого пальца» (Thumb Wars) и «Большой Титаник» (Thumbtanic).

Через некоторое время он нашел работу в штате нового анимационного сериала компании Nickelodeon под названием «Захватчик Зим» (Invader Zim), которую Эрик охарактеризовал как «приемлемую», пока «Гай» находился в стадии разработки.

«Я впервые стабильно получаю деньги за сценарии. Странное ощущение».

Погрузившись в Голливуд, мои бывшие студенты говорят, что не хотят терять связь с реальной жизнью. Дрю и Брайан тренируются, чтобы бежать Чикагский марафон в пользу проекта борьбы со СПИДом Лос-Анджелеса. И Дрю, которого усыновили и привезли в Америку из Южной Кореи, надеется, что на телевидении появится больше людей с нестандартными биографиями.

Оказывается, спустя три года после окончания киношколы мое предсказание сбылось: те, кто смело бросался в бой, преуспели в начале карьеры. Теперь они спрашивают: что делать с их новообретенным статусом? Что главное?

Семь лет спустя

Они снова собрались у меня в августе 2004 г. Келли Соудерс вышла замуж. Джулия Свифт показала нам снимки ее «крошки», который превратился в красивого мальчика детсадовского возраста. Сегодня доходы всех, хотя бы частично, состоят из гонораров за сценарии, а некоторые смогли отказаться от побочных заработков. Мы начинаем с того, что передаем магнитофон по кругу, и каждый сценарист рассказывает, что случилось с ним после нашей последней встречи. Сохранившие студенческий энтузиазм, но ставшие мудрее, они делятся с вами своим опытом.

Эрик Трухарт: «Три года назад я пришел в анимацию, где получил отличный опыт работы в штате. В том сериале было всего три сценариста, включая меня и одного автора комиксов, который почти ничего не знал о структуре телесериала, но был очень забавный. На самом деле я многое понял о работе в команде комедийного сериала. Вы сидите и придумываете шутку, но иногда насмешить может простой вопль. Затем проект закрыли, и меня уволили.

Я также работал над собственной комедией "из старых запасов", которая стала хитом недели на портале L. A. Weekly, – «Министерство неизвестных наук» (The Ministry of Unknown Science); мы делаем эти сложные шоу, которые идут частично в прямом эфире, частично в записи. Около года нас представляло агентство CAA, пока мы не обнаружили, что их идеи того, как рекламировать шоу, расходятся с нашим видением. Зато мы поняли, что дело агента – вмешаться в последнюю минуту и помочь.

Для любого творческого человека важна высокая самооценка. Я думал, главное – закончить киношколу, и я буду готов делать то, чему меня обучили. Я был готов – это как учиться на дантиста. Я до сих пор считаю, что нет ничего лучше, чем писать сценарии для часовых драм, но мне ни разу не представилось возможности. Я испытываю большие трудности с тем, как продать себя в индустрии, но отношусь к этому философски. Сейчас я снова работаю в анимационном сериале. Похоже, мне на роду написано заниматься анимацией, но платят здесь маловато, и авторы «мультиков» не входят в Гильдию сценаристов».

(Другими словами, продюсерской компанией не подписан базовый договор с Гильдией, а значит, сценаристы не защищены в вопросах оплаты и условий труда и не могут рассчитывать на медицинские и пенсионные отчисления.)

Венди Уэст: «Я работала в драматических сериалах – медицинском и криминальном, – которые потом закрылись. Один из них назывался "Перекресток Гидеона" (Gideon's Fire), другой – "Линия огня" (Line of Fire). Я никогда не писала сценариев криминальных драм на вашем курсе, но сейчас занимаюсь именно этим. Если в фильме нет трупа, мне уже неуютно. Я считаю это интересным, потому что вы учили нас писать от сердца, а бизнес – это писать то, что продается».

Джиб Уоллис: «Мне доверили написать посвящение событиям 11 сентября. Я написал одноактную пьесу, и это было замечательно, я всегда любил театр. Зал был на 65 мест, зрители сидели в проходах. А затем люди начали заказывать мне пьесы на разные темы.

Так как мне все еще приходилось трудиться на обычной работе, это очень меня воодушевило. Когда вы учитесь в киношколе, вокруг вас талантливые люди, с которыми можно поговорить о сюжете и персонажах, но, когда вы заканчиваете учебу, вокруг становится больше людей, которые хотят обсуждать продажи и ремонты. Я состою в группе, которая носит название "Шесть драматургов", и для меня эта возможность регулярно встречаться и говорить об искусстве – лучшее, чем я занимался в киношколе».

Джулия Свифт: «Мы с Дрю [Лэндис] были вместе восемь лет. Мы написали пилот для компаний Regency и WB об одном странном периоде моей жизни, и это оказалось забавно и очень интересно. Когда вы пишете пилот, у вас есть возможность для маневра и постоянный заработок – чего еще желать. Но описывать собственную жизнь оказалось непросто, потому что я всегда скрывала эту ее часть. Мы участвовали в одном публичном мероприятии в CBS, и босс спросил меня [о новых идеях]. Я рассказала ему, что росла в семье гангстеров в Вегасе и Лос-Анджелесе.

Эта история про тот год, когда я поступала в колледж. Мой отец сдал моего деда в ФБР, и ему пришлось уносить ноги. Когда я смотрела "Клан Сопрано", меня всегда возмущало, что Тони жесток на работе и мягок дома, а так не бывает. Мы обсуждали сценарий по телефону с боссами телеканала, и, несмотря на то что героиню звали Майя, они называли ее Джулией. Они пригласили продюсера Карлтона Кьюза, и мы друг другу понравились. Он говорил Дрю: "Твое задание такое: иди домой, напои Джулию и расспроси о ее семье". Мы так и делали! Мы исписали страницы историями, которые вас удивят. Отдали сценарий Regency, и им понравилось. Но оказалось, все слишком "усложнено". В сценарии мы старались скрывать эмоции, и Карлтон со студией хотели усложнить, сделать их глубже, в то время как телеканал, напротив, желал большей легкости и открытости. Вот и думай, к кому прислушаться.

Сейчас мы пишем новый пилот, более драматичный, и студия готова с нами работать, но позвонил босс с телеканала, и, кажется, он готов передумать, так что кто знает? Раз уж вы с кем-то договорились, приходится быть гибкими, но это непросто».

Эндрю Лэндис: «Возможность общаться делает наше сотрудничество плодотворным. Это лучше, чем работать в одиночку: другой замечает то, что ты пропустил. Крепкое партнерство позволяет работать на перспективу».

Келли Соудерс: «Три года назад, до "Тайн Смолвиля", я не жаловалась на жизнь, писала на гранты для Калифорнийского научного центра, и у меня не было машины».

Брайан Петерсон: «Мы стали партнерами, а затем одновременно написали пилот для Fox и присоединились к команде "Тайн Смолвиля". Что выбрать: работу в штате или пилот? Мы всерьез спорили об этом.

После работы в "Неисправимых" я ходил на встречи, предлагал идеи. Мне удалось заполучить пару контрактов на рерайт чужих сценариев, но затем нам пришлось начинать все сначала на телевидении. Это потрясающе, потому что мы приобрели там знаний не меньше, чем в киношколе».

Келли: «На вашем курсе мы научились, как строить сцену, когда вступать, и этими знаниями пользуемся ежедневно».

Брайан: «Наши семинары, понимание того, к каким замечаниям следует прислушаться, а что пропустить мимо ушей, очень помогают».

Келли: «Сейчас в "Тайнах Смолвиля" мы переписываем других сценаристов, занимаемся производством, планированием, пишем собственные сценарии. Одним сценаристам в команде лучше удаются сюжеты, другим – характеры.

Мы отличная команда, но забавно, что у нас одни и те же сильные и слабые стороны. Сюжет у нас обоих всегда был слабым местом, но за последние три года в проекте мы многому научились».

Брайан: «Работая в команде, мы нашли наставников и много узнали друг о друге».

Келли: «Это потому, что те, кто стоят над нами, очень умны. Мы работали вместе несколько лет, но в свободное время, и у нас не было обязательств, мы не зависели друг от друга в денежном плане. Внезапно мы стали проводить вместе 24 часа в сутки, и это была борьба, наши первые дни в проекте. В конце первого дня Брайан был готов размозжить мне голову, а в конце второго я была готова его убить. Теперь после работы мы идем ужинать или заниматься спортом, мы научились отделять дружбу от работы».

Я задала вопрос всем присутствующим: если бы вы могли поговорить с собой в бытность студентом киношколы, что бы вы себе посоветовали?

Эрик: «Найти дневную работу, потому что зарабатывание на жизнь отнимает все время. Работа дает психологический и финансовый комфорт. И свободу распоряжаться собой, не думая о том, как выжить».

Келли: «Венди подарила мне магнит: "Если ты бредешь в аду, не останавливайся". Для меня это долгое путешествие. И если ты решил гнуть свою линию и держаться, держись до конца».

Брайан: «Писать пробные тексты в разных жанрах, потому что люди любят читать непохожие сценарии. Совершенствоваться, не стоять на месте. И как только появилась возможность, не ждать неделю или две, сценарий должен быть готов по первому требованию».

Дрю: «Вы должны налаживать связи, даже если вам трудно общаться с большим количеством людей. Если ваш сценарий готов, вы должны заставлять себя встречаться с людьми. Стараться не меньше, чем ваш агент. Часто работа находится случайно».

Эрик: «Устроиться в проект помощником сценариста. Просто чтобы проникнуть в эту среду. Есть множество историй о том, как помощник сценариста сделал питч и в сериал брали его идею».

Келли: «В сезоне у нас две серии для фрилансеров, и мы отдаем их помощникам».

Венди: «Мой совет: пишите. Отрасль меняется, все хотят чего-то необыкновенного. С тех пор как мы закончили киношколу, многое стало другим. Также важно работать в команде. Мне кажется, те, кто не работает в группе, утрачивают писательские навыки. Бывает трудно заставить себя писать, но хорошо, когда есть место, где ты должен что-то делать каждую неделю или две».

Джулия: «В киношколе нас учили, что мы должны писать то, что нам нравится, и мы вышли в большой мир, думая, что будем писать так, как хотим, но в то же время всегда сможем найти работу. Ты можешь писать в жанре, который тебе не близок, но проникнуться им, и рынок не останется глухим, потому что ты привнес нечто свое».

Венди: «Я постоянно напоминаю себе, что этим городом управляет страсть, и это чудесно. Но, читая наши сценарии, продюсеры боятся ошибиться с выбором, ведь сериал могут закрыть и они потеряют работу. Ты преодолел столько препятствий, пока сценарий не обрел окончательную форму, а тебя хотят низвести до среднего уровня».

Джулия: «Мне кажется, что, если это поколение выросло на сериалах HBO, что-то должно измениться, они не захотят возврата к усредненному уровню».

Брайан: «Набираясь опыта в индустрии, ты понимаешь, где именно тебе лучше работать. Все большие студии хотят заполучить свои "Эмми" и "Оскары", поэтому они будут поддерживать определенных продюсеров. Шанс заниматься творчеством есть, но это требует максимальной сосредоточенности».

14 лет спустя

Трудно было поверить в 2011 г., что 14 лет прошло с тех пор, как эти сценаристы, полные надежд и страхов, делали первые шаги в индустрии. А сейчас все так заняты, что еле выкроили время, чтобы собраться вместе. И вот мы снова у меня дома, за исключением Брайана Петерсона, но Брайана представляет его партнер Келли Соудерс.

Самое важное обнаруживается, когда магнитофон отключен. Венди Уэст в 2010 г. номинировалась на «Эмми», и она призналась мне, что в зале сидели ее родители. Джиб Уоллис просил донести до читателей, что изоляция губительна. Эрик Трухарт поведал, что в этом году начинает работу над сценариями драматических сериалов. «Я получил хорошие отзывы на свой спек, и мой менеджер рассылает их агентам, чтобы я мог получить место в штате. После всех этих лет экспериментов я возвращаюсь к тому, откуда другие начинали».

Келли просила, чтобы бюджет ее проекта не упоминался в книге. Она изменилась больше остальных. Будучи шоураннером/исполнительным продюсером «Тайн Смолвиля» (вместе с Брайаном) и девять лет руководя сериалом, она привыкла к ответственности, а дома ее ждут двое детей и ремонт. Хотя она утверждает, что постоянно испытывает стресс, Келли излучает профессионализм, который достигается годами работы на руководящей должности. Но когда я анализирую ее реплики в разговорах многолетней давности, то замечаю, что она единственная отстаивала свои сценарии. «На всех наших встречах меня просили сбавить обороты. Я не собираюсь сдаваться… Ты начинаешь защищать работу, которая важна для тебя». И тем не менее сегодня ей практически некогда писать.

Забавно, но, когда они с Брайаном продали свой пилот в 2000-х гг., до того как оказались в «Тайнах Смолвиля», Келли сказала, обращаясь ко всем: «Мы хотели бы оказаться в ситуации, чтобы иметь возможность нанять всех, кто сидит за этим столом». А теперь она и вправду наняла Джулию Свифт и Дрю Лэндиса, которые сидят тут же и улыбаются.

Мне показалось, Дрю тоже изменился. Во времена учебы я считала его скрытным, не любящим выставлять личную жизнь напоказ. Теперь он стал увереннее в себе и сегодня рассказал нам, что празднует вторую годовщину совместной жизни с партнером, а когда в Калифорнии легализуют однополые браки, они поженятся. Едва ли мы услышали бы от него такое признание 14 лет назад.

Джиб, всегда такой смешливый, посерьезнел, ухаживает дома за больным отцом. А когда-то все его трудности сводились к тому, чтобы выплатить студенческие долги… Впрочем, жизнь продолжается.

Кажется, Венди, в отличие от прочих, осталась внешне такой же, как много лет назад, хотя сегодня она исполнительный продюсер «Декстера» – высокая должность, которой добиваются годами. Наверное, она из тех людей, которые с годами почти не меняются. Ей нравится писать (как и Джулии), и, возможно, это одна из причин ее карьерного роста. Читатели, мотайте на ус.

Я спросила Келли, что изменилось после того, как она стала продюсером «Тайн Смолвилля», и как ей работается с другими сценаристами.

Келли: «Основная разница заключается в том, что теперь я имею возможность писать только 15 % времени. И мне этого не хватает. Мне нравится моя нынешняя работа, но я скучаю по писательству. Новая работа похожа на старую, хотя теперь я больше времени уделяю бюджету, менеджменту, телефонным переговорам.

Как работает наше шоу: группа сценаристов вместе ищет поворотные пункты шоу, делает грубый аутлайн, а потом кто-то пишет сценарий. В некоторых шоу сценаристы самостоятельно ищут поворотные пункты, но мы работаем командой. Много голов всегда лучше, чем одна. Мы исповедуем традиционный подход».

Я спросила, как Джулия и Дрю попали в шоу. Из-за старых связей по киношколе?

Келли не соглашается: «Им пришлось утверждать свой сценарий. В нашем сериале, когда мы отбираем кандидатов, мы отрываем первую страницу, нумеруем пробник и даем читать двум сценаристам. Каждый сценарий читают по крайней мере двое. Тот, кто наберет больше плюсов, окажется в нашем штате, и мы понятия не имеем, кто эти люди, когда читаем сценарии. Агенты постоянно звонят мне и просят рассмотреть тот или иной сценарий в первую очередь, но это вредит работе. Поэтому мы рассматриваем сценарии анонимно».

Джулия сказала, что их с Дрю приняли в проект, прочтя спек-сценарий «Безумцев» и пилот. Я так удивлена, что спрашиваю Келли: «Вы читаете спеки "Безумцев", отбирая людей в "Тайны Смолвиля", хотя трудно найти шоу, которые сильнее отличались бы друг от друга?»

Келли: «В нашем сериале уметь описывать действие не самое важное. У нас превосходная команда, которая творит невозможное. Главное – герои, поэтому мы читаем сценарии, в которых сюжет строится вокруг персонажей, потому что наш сериал в гораздо большей степени основан на характерах героев, чем может показаться».

Джулия: «До того как мы начали работать на Брайана и Келли, мы не виделись несколько лет. Я сидела в кабинете сценаристов, все высказывали миллионы идей. Брайан и Келли входили и выходили, они все держали в уме, они следили за всем, и как же профессионально они работали! Они не пропустили ни сцены, как бы их ни отвлекали. Брайан и Келли отличались от других продюсеров, которых я встречала прежде, и я сидела, раскрыв рот. В первый день я вышла из кабинета, бормоча: "О Господи!" Когда ты не видишься с кем-то очень долго и все время эти люди развивались, совершенствуясь и осваивая новое, это поражает. Пару дней я ходила вокруг да около, не решаясь с ними заговорить».

Дрю: «Главное, чему мы научились за два года в проекте, – это вырабатывать идеи. Брайан и Келли вдохновляют сценаристов на большие идеи, а они решают, что с ними делать дальше. Теперь мы понимаем, как работают многие вещи: как снять это, как сделать возможным? Теперь, когда я пишу, я думаю, как мой текст будет смотреться на экране, и это влияет на построение сцен. Твоя первоначальная идея может отличаться от более практичного запасного решения, которое ты вырабатываешь потом».

Пришла очередь Джиба: «Я, в отличие от этих замечательных телесценаристов, пишу для театра. В 2006 г. я написал пьесу, которую поставили в Нью-Йорке. Вернувшись из Нью-Йорка, я стал ассоциированным продюсером театральной компании и сделал рождественский телеспектакль. Интересно, что, хотя он прошел только четыре раза, его увидели люди из "Ассоциации геев и лесбиянок против диффамации" и меня номинировали на премию за выдающуюся театральную пьесу. Позднее та же театральная компании предложила мне стать художественным руководителем в сезоне 2011 г., и я обдумываю предложение. Это "Шесть драматургов" (Playwrights Six), старейшая театрально-драматургическая компания в Лос-Анджелесе».

Эрик: «Прошедшие шесть лет я зарабатывал на жизнь анимацией и комедиями. В основном имел дело с анимацией для семейного просмотра, и это хорошо, так как позволило мне поработать в новых для меня сериалах. Я делал питчи, у меня несколько пилотных проектов в стадии производства, и, хотя ни один из них еще не вышел в эфир, я приобрел опыт работы с шоураннерами, опыт фрилансерства. Я учился понимать стиль сериала, который еще не вышел на экран, учился взаимодействовать с людьми. Обратная сторона медали – то, что я зарабатывал мало, и это порой доставало. Многое из того, что я делал, сам я смотреть не стану, но надеюсь, детям нравится. Для сценариста такая работа хороша тем, что ты рано приходишь домой, – у большинства людей в Disney и Nickelodeon есть дети.

Я пишу много сценариев и работаю фрилансером в других проектах, чтобы свести концы с концами. Это не те проекты, где я хотел бы работать, но хорошая практика. Каждый сценарист в этом городе приходит к тому, что соглашается на работу, которой никогда не планировал заниматься».

В последний раз, когда мы виделись, Эрик писал и продюсировал для интернета, поэтому я спросила, продолжает ли он этим заниматься. Он с готовностью ответил: «Все уже поняли, что этим не заработаешь. В интернет через Hulu и iTunes пришли деньги, но зарабатывать здесь по-прежнему трудно. Работа по продвижению твоего материала в сети требует невероятных усилий, да и возраст дает о себе знать: оглядываясь назад, ты думаешь, что лучше сосредоточиться на чем-то более существенном».

Я знала, что Венди является сопродюсером «Декстера», одного из моих любимых сериалов, поэтому я спросила ее, как они его делают. Она объяснила: «Все вертится вокруг Декстера, в том числе из-за "голоса за кадром". Это помогает нам не запутаться. Главный вопрос: что происходит с героем, с его чувствами? Не событийное развитие сюжета, а созвучие конкретной серии эмоциональному посылу сериала (сезона). "Декстер" так успешен, потому что воздействует на чувства.

Самая важная задача – определиться с основной сюжетной линией (аркой) сезона и героя. Мы собираемся в феврале, потому что работаем вне сезона, с февраля по октябрь. И весь февраль восемь сценаристов заняты только обсуждением. Постепенно мы вычленяем все повороты сюжета, но обычно начало и финал мы прорабатываем сначала. Мы знаем содержание 12-й (последней) серии, и этому подчинено все остальное.

Разделение труда у нас происходит по принципу вовлеченности всех сценаристов в каждую серию. Прежде чем написать сценарий, мы очень много времени уделяем его обсуждению. Даже если сценарий подписан вашим именем и именно вы писали сцены, в нем может присутствовать чья-то фантастическая идея, но нет ощущения, что это идея моя, – она ваша. Я думаю, что мы все ощущаем себя на службе у Декстера. Я люблю этого персонажа, и мы хотим извлечь из него максимум. В этот сериал можно впихнуть все что угодно, и он выдержит.

Для меня стало даром небес, что "Декстер" так близок к тому, о чем я всегда хотела писать. О том, следуем ли мы нашим реальным желаниям. До какой степени Декстер осознает свою двойственность? Насколько его темная сущность им владеет? Хочет ли он ей противостоять? Странно, очень мрачно. У него такой искаженный взгляд на жизнь. А мне очень легко такое дается. Я ловлю себя на мысли, что думаю, как Декстер, и это странно и удивительно. Я каждый день не устаю благодарить судьбу за возможность работать именно в этом сериале».

Я спрашивала Келли, как они привлекают сценаристов в «Тайны Смолвиля», теперь спрашиваю Венди, как приходят новые сценаристы в «Декстер».

Венди: «С первой попытки я в этот проект не прошла. В самом начале мне просто очень повезло. Кроме того, у меня также было много материала в формате "Декстера", например, весьма подходящая в качестве образца история любви безумного серийного убийцы. Это была автомобильная реклама – 20 вебизодов, каждый по две минуты. Прежде всего, разумеется, следовало сделать пилот. Есть старая мудрость: никогда не отказывайся от работы. У меня было два свободных месяца, и я согласилась. Кто бы мог подумать, что это станет потрясающим опытом пилотного проекта. А режиссер, который снимал вебизоды, снимет некоторые из моих серий в "Декстере" и получит "Эмми" за лучшую режиссуру. В то время у него уже была работа в "Декстере", но ему нравилось устраивать такие партизанские вылазки: мы снимали пять дней, от восьми до 12 страниц сценария в день. Это было еще до того, как сетевой мыльный пузырь лопнул, и все мы верили, что из этого что-нибудь выйдет».

Я спрашиваю, как изменилась их жизнь за пределами работы, как они справляются, особенно Келли и Джулия, у которых есть дети. Келли отвечает: «Годами мы с Брайаном обсуждали, можно ли совместить жизнь и работу. И пришли к выводу, что нельзя. Я вижу своих детей не так часто, как мне бы хотелось. Я пытаюсь проводить выходные дома. Во время рабочей недели мои шансы прийти домой до того, как они уснут, ничтожно малы. Поэтому ты зависишь от людей, которые тебя окружают. Я не заезжаю в химчистку, не хожу в бакалейную лавку. Я работаю и каждую свободную минуту стараюсь провести с детьми. Это очень тяжело, и не имеет значения, кем ты работаешь в шоу. Бывает, помощники задерживаются дольше меня. Тогда я прохожу по офису и кричу: "Домой, все по домам! Вам положено здесь сидеть? Если нет, идите по домам!" Так что все сложно. У тебя есть работа, о которой ты мечтала, и это великолепно, и тебе не единственной приходится чем-то жертвовать. В таком же положении те, кто вокруг тебя.

Что до беременности, то это случилось зимой, и до пяти с половиной месяцев я просто никому не говорила. Когда все раскрылось, коллеги были потрясены. Я носила объемные жакеты, свитера и шарфы. Мой контракт был в самом разгаре, и я не хотела проблем. Наконец я призналась боссам. Я была единственной женщиной в шоу и единственной, кому удалось в первые годы работы занять руководящее кресло. Никто из женщин в истории этого шоу не беременел. Я вошла в кабинет, меня трясло. Я сказала: "Простите, что не призналась раньше". А они ответили: "Никому нет дела, что вы беременны". Они не могли бы проявить большего понимания».

Джулия: «Когда я была беременна сыном, я тоже это скрывала, потому что не хотела проблем. Это не значит, что я не задерживалась допоздна, если требовалось. Я сделала моего сына частью работы. Он обожает все, что я делаю. Я всегда говорю ему, что мамочка любит свою работу. А когда ему исполнилось четыре года, он придумал двухстраничный синопсис для сценария "Губки Боба" (SpongeBob).

Мы работали во многих проектах, и неоднократно мужчины спокойно обсуждали своих детей, а женщины молчали, потому что не хотели дать повод думать, будто дети отвлекают их от работы. Как-то раз один из мужчин-сценаристов рассказывал о своем недавно родившемся ребенке, и удивительный продюсер, с которым мы работали, Джон Тинкер, попросил всех замолчать и сказал: "Парни, вы когда-нибудь задумывались, что у женщин в нашем проекте тоже есть дети? Вы когда-нибудь слышали, чтобы они жаловались, что ребенок не давал им спать? Нет. Они себе такого не позволяют". Меня потрясло, что он поднял этот вопрос».

Джиб добавляет: «У меня нет детей, но есть один большой ребенок – мой отец. Ему 71 год. Это все равно что быть вечно беременным, потому что я для него скорая помощь. Он живет со мной четыре года, и, когда телефон звонит в определенное время, я бросаю все и спешу к нему, это срочно. Мужчины редко становятся сиделками – считается, это не мужское занятие. С другой стороны, я могу приглашать отца на премьеры в Нью-Йорке».

Эрик: «Я всегда работал не там, где хотел, надеясь, что когда-нибудь выйду на ровную дорогу. У меня было по две работы одновременно и просто не хватало времени на жизнь. Я не достиг стабильности, которая даст мне ощущение, что я могу что-то построить».

Дрю: «В отношениях с партнером мы привыкли жить насыщенной жизнью. Когда мы работали в проекте "Тайны Смолвиля" первый год, это был своего рода эксперимент: сколько времени я провожу дома? Сейчас он знает, что, если я пишу сценарий, он смотрит фильмы без меня или встречается с друзьями, пока я сижу дома. Особенность жизни с врачом в том, что он целый день выслушивает других людей. И когда я прихожу домой измученный – у нас в сериале 12 сценаристов, – ему хочется поговорить, потому что с утра до вечера он слушал. Что касается меня, то я хочу просто отдохнуть, поэтому приходится идти на уступки друг другу».

Венди: «Со мной все ровно так же! Ровно так же! Я вспоминаю об этом, когда у нас проходят вечеринки. Мне не хочется идти одной, но я нахожу какого-нибудь знакомого, и мы разговариваем. В тот момент, когда ты выходишь из машины, ты ненавидишь свое одиночество, но, с другой стороны, ты целый день не закрываешь рта, и вечером тебе хочется просто почитать книжку в тишине. Я чувствую, что у меня еще масса времени. Мне не кажется, что мне чего-то недостает».

Я попросила их дать совет начинающим.

Эрик: «Вы должны полюбить переписывать. Молодые сценаристы хотят, чтобы с первого раза все было идеально, но так не бывает. Рерайт – ваш лучший друг».

Венди: «А еще научитесь смотреть на рерайт иначе. Нам всем приходилось работать со сценаристами, которые обижались, когда получали замечания или им приходилось что-то переписать. Если условиться, что наша цель – создание идеального сценария, то хватайтесь за эту возможность обеими руками».

Келли: «Если вы думаете, что ваш сценарий не следует переписать хотя бы один раз, вы наивны. Работая в одной команде с Дрю и Джулией, люди удивляются их энтузиазму. Замечание к вашему тексту может возникнуть не потому, что кому-то он не понравился, а потому, что этот кто-то знает, что случится через четыре серии. Когда вы руководите проектом и постоянно в напряжении, необычайно важно, что рядом есть люди, к которым вы можете подойти в любую минуту и попросить помощи, они с готовностью откликнутся и предложат вам свои идеи».

Венди: «Защитная реакция обусловлена желанием сохранить собственный голос, но, когда вы работаете в сериале, сделать это невозможно. Тут возникает огромная дилемма: вы советуете молодому сценаристу вырабатывать свой почерк. А когда получаете работу в сериале, вам приходится отказаться от собственной личности. Вы должны служить. Как сценарист вы живете двойной жизнью. По ночам или в выходной вы возвращаетесь к собственному голосу или к сериалу вашей мечты. Я хотела бы, чтобы кто-нибудь сказал мне в годы учебы в киношколе: "Когда ты работаешь в команде, ты должна забыть о собственном голосе. Заставь твоего продюсера чувствовать себя звездой. Сделай для этого все"».

Глава 8

Будущее драматических телесериалов

Любые предсказания о будущем телевидения будут неточны. И не потому, что каждый сезон появляются новые сериалы, форматы приобретают популярность или теряют ее, рынок наводняют новые гаджеты, внедряются новые технологии, а в телевизионную дистрибуцию приходят новые бизнес-модели и целые индустрии. И не потому, что под воздействием событий мирового масштаба и личных переживаний зритель меняется, хотя все это приходится учитывать, когда вы пишете для телевидения.

Любые предсказания будут неточны, потому что основаны на предположении, что будущее линейно. А теперь вам придется потерпеть. Нет, я не собираюсь вести вас в мир научной фантастики или фэнтези. Я хочу дать совет, который пригодится вам, даже когда сериалы, о которых я упоминаю в этой книге, станут историей.

Некоторые физики-теоретики пришли к заключению, что в пространственно-временном континууме нет направления: ни вперед, ни назад. Много веков мистики предлагали воспринимать время как единый бесконечный миг. Разумеется, математикам и философам не мешало бы посмотреть сериалы «Остаться в живых», «Вспомни, что будет» (Flash Forward), «Грань», «Событие» или любой другой на канале SyFy. Вы уже знакомы с флэшбэками, толкованиями одних и тех же событий с разных ракурсов и путешествиями во времени: от глупых до провокационных. Что касается меня, то я считаю время спиралью, в которой пережитый опыт и сделанный выбор повторяются, хотя и в измененном виде, как в спирали ДНК. Это напоминает маятник.

Вот что я хочу сказать: в последние годы телевидение сильно продвинулось вперед. В начале XX в. ситкомы «вымерли», но к 2010-м комедии с получасовыми сериями снова оказались на передовой. Качественные драматические сериалы «убили» дешевые реалити-шоу, но, когда программу комика Джея Лено опрометчиво передвинули на 22.00, зритель затосковал по сериалам и часовая драма испытала подъем. Кабельные каналы и просмотр через интернет «уничтожили» эфирное вещание, но после 2009 г. его аудитория, равно как и аудитория кабельных каналов, выросла.

Теперь, когда купить камеру, монтажное оборудование и разместить свой опус в интернете может любой, некоторые эксперты утверждают, что скоро профессиональные шоу любого жанра станут редки (если не «вымрут» вовсе), а им на смену придут тысячи домашних поделок. То есть все бросятся смотреть триллер, в котором малолетка выскакивает из туалета, замотавшись в простыню, вместо того чтобы переключиться на «Ходячих мертвецов» Фрэнка Дарабонта. Сомневаюсь. Мне даже говорили, что телевидение само превратилось в ходячего мертвеца, в зомби, уничтоженного лихорадкой интернета. А теперь сделаем паузу.

Разумеется, некоторые индустрии вымирают с внедрением новых технологий. После того как бумага стала доступной, никто больше не выцарапывает буквы на камнях. Если вы специалист по новым технологиям, венчурный инвестор или агрессивный независимый продюсер с собственной студией, тогда вам следует следить за ежеминутной сменой конъюнктуры. Однако, если вы сценарист и ваша работа – написание сценариев настоящих телевизионных драм, я советую вам не суетиться.

Неважно, что происходит с Google TV, приложениями Apple, Hulu, DVR или числом актов в разных финансовых моделях, – как сценарист вы нужны всем. Вы – создатель контента. И если вы продолжите создавать убедительных героев, запаса прочности у которых хватит на «длинный нарратив», если ваши истории о времени и отношениях будут по-прежнему брать зрителя за душу, если вы способны сделать мир на экране убедительным, то не все ли равно, на каком носителе это будут смотреть?

Поэтому я советую вам отыскать центр маятника, неподвижную точку (или воронку спирали ДНК, как вам больше нравится). И пусть все вращается вокруг вас. А вы пишите себе.

Теперь, после того как я вас предостерегла, представляю нашего последнего гостя – Дэвида Готча, энтузиазм которого в отношении так называемого «нового телевидения» заслуживает того, чтобы выслушать его монолог не перебивая. После я выскажу еще несколько соображений.

Слово Дэвиду Готчу

Исполнительный продюсер «Теории Большого взрыва» (The Big Bang Theory) Дэвид Готч также был сценаристом-продюсером «Третьей планеты от Солнца» и «Основы для жизни» (Grounded For Life). Интерес к «новому телевидению» привел его в нашу дискуссию о будущем.

Дэвид Готч: Первый вопрос: что такое телевидение сегодня? Еще десять лет назад это было предельно ясно: от «Я люблю Люси» (I love Lucy) до «Скорой помощи». Вы знали, чего ждать от драматического сериала, чего – от ситкома. Сериал с получасовыми сериями – это всегда комедии, с часовыми – драмы с элементами процедурала, либо с элементами экшена, либо основанные на отношениях героев – жанровые признаки всегда четко выражены.

В наши дни телевидение меняется в двух направлениях. Первое – это дистрибуция. Как вы платите за просмотр этих драм и комедий? Мы видим изменения, которые принесла кабельная революция. Но сегодня есть и третье направление – множество явлений, к которым, обобщая, можно применить термин «интернет».

Второе – это то, что производство программ всегда стоило больших денег, а сегодня это уже необязательно. Сейчас появилось множество инноваций или модификаций внутри старых форм. Драма на эфирном телеканале идет 44 минуты без рекламы, но в интернете нет ограничений по размеру. И никто не мешает вам сузить историю или количество героев.

Телевизионный сериал о старинных деревянных лодках – на очень немногочисленного любителя, но даже для него найдутся свои рекламодатели. Если вы потратили на производство телефильма относительно небольшие деньги, он может принести хорошую прибыль. Отсутствие временны́х ограничений и ограничений бюджета предоставляет большие возможности для творчества.

На обычном телевидении вы должны сделать презентацию, написать пилот, получить одобрение руководства канала, снять определенное количество серий, и только после этого ваш проект пойдет в эфир. Если вы потерпите неудачу, потеряете все, что вложили.

Один продюсер переживал не лучшие времена. Он создал отличный сериал «Вероника Марс» (Veronica Mars), но после трех сезонов телеканал закрыл его. Что оставалось делать? И тогда вместе с друзьями он создал «Мастеров вечеринок» (Party Down). Просто снял пилот и выставил на продажу, а кабельный канал Starz его купил. Это пример пилота, который делался для себя – они просто решили развлечься, – но стал началом новой жизни.

Итог: человек может изменить телевидение разными способами. Низкая цена производства рождает новые возможности. Написать что-то, снять, взглянуть со стороны и сказать: «Нет, пожалуй, это не пойдет, придется переписать заново». У вас появилась возможность сделать рерайт частью процесса производства, потому что производственные затраты сократились. И это замечательно. Продукт, произведенный «на коленке», и тот, в производство которого вложены миллионы долларов, может иметь одинаковую стоимость.

Самая популярная в мире драма, если верить ее создателям, – это сериал «Доктор Хаус». И последняя серия в этом сериале снята на камеру, которая стоит меньше 100 долларов.

Теперь ничто не мешает вам снимать многосерийные фильмы. Все, что для этого нужно, – ваш талант. Вы можете придумывать героев, которые вам нравятся, а значит, велика вероятность, что они понравятся зрителям; создавать персонажей и ситуации, за которые вам не придется отчитываться перед телеканалом или студией.

Сегодня вы можете самостоятельно организовать дистрибуцию вашего проекта. Если никто не хочет платить за просмотр, разместите ваш проект в бесплатном доступе и создайте свою аудиторию. Сформировав свою фанатскую базу, вы вполне можете добраться до телевидения. И после того, как ваш сериал продержится на телевидении несколько лет, вы можете заключить контракт на продолжение. Сериал может родиться дома у его создателя, он может снять его, запустить в интернет, потом на телевидение, но сериал не заканчивается после того, как его снимают с эфира эфирного канала.

Что такое телевидение? В чем загадка великих сериалов? Они создают истории персонажей, за которыми зрителю хочется следить каждую неделю. А теперь мы имеем возможность делать такие сериалы без телевидения, без одобрения телевизионных начальников, без финансирования.

Я люблю свою работу на эфирном телевидении и не собираюсь уходить, но когда-нибудь это закончится, и я не хочу ограничивать себя рассылкой сценариев людям, которые будут решать, хороший ли я сценарист. Я умею писать сценарии, но могу снять собственный сериал, запустить его в интернет и создать аудиторию, состоящую не только из фанатов, но и из голливудских боссов, которые меня знают и которым интересны мои проекты.

Мы живем в замечательное время. Когда еще сценаристу предоставлялось столько возможностей? Сейчас мы на ступень ближе, чем наши деды, к тому, чтобы выйти с камерами в реальный мир и напрямую взаимодействовать со зрителем.

Другое измерение – возможность диалога с аудиторией. «Звездный путь» всегда был открыт для фанатов. Но сегодня фанаты, например сериала «Хор», могут следить за актерами в Twitter, вести диалоги с создателями сериала почти в режиме реального времени. Компьютерные инновации предлагают зрителям участвовать в создании телевизионного шоу онлайн. Представьте что сценаристов не десять, а тысячи и у каждого свои идеи. Если найти способ управлять процессом, вы можете создать сериал, у которого появятся тысячи преданных фанатов, и они будут не только его участниками, но и продавцами. Посмотрим, что из этого выйдет.

Выживут проекты, которые говорят со зрителем, те, что заставляют их возвращаться к экранам, чтобы узнать, как поживают их любимые герои.

Путешествие в будущее

На самом деле никакого путешествия не будет. Как я уже объяснила, любую попытку такого путешествия ждет неудача. Тем не менее, помня о прогнозах Дэвида Готча, я собираюсь представить краткий обзор инноваций образца 2011 г., которые могут влиять на работу сценариста.

Драматические сериалы в интернете

Создатель культового сериала «Баффи – истребительница вампиров» Джосс Уидон искренен в своей вере. Его сделанный на собственные средства «Музыкальный блог Доктора Ужасного» (Dr. Horrible's Sing-Along Blog) стал пионером в интернете. Он был доступен бесплатно, прежде чем начал продаваться на iTune, где занял верхние строчки чартов. Джосс Уидон говорит, что его вдохновлял онлайн-просмотр сериала «Звездный путь: Новые путешествия» (Star Trek: New Voyages), созданного фанатами на основе оригинального сериала.

В середине 2008 г. сценаристы бастовали и все сидели без работы. И тогда Джосс Уидон собрал членов семьи и приятелей-актеров, которые работали бесплатно. Когда журнал Written By попросил Джосса описать его бизнес-модель, тот ответил: «Люди, которые спрашивают у меня совета по бизнесу, похожи на тех, которые хотят узнать у парня, надувающего воздушные шары, о том, как клеить телок».

Когда забастовка окончилась, Джосс вернулся к работе над «Кукольным домом» (Dollhouse) на традиционном канале, хотя его экспериментальную работу 2008 г. (доступную на сайте Hulu) скачали миллионы зрителей. Однако вопрос остается без ответа, пишет журнал Written By: «Можно ли повторить его успех? Или подобный эксперимент мог позволить себе только Джосс Уидон с его преданными фанатами, поддержкой критиков и громким именем?»

Ларри Броди начинает свою статью «Поля мечты или минные поля» (Field of Dream or Mine Field») в январском номере 2009 г. журнала Written By так: «Год 2009. Год видео в интернете. Год, когда традиционный способ телепросмотра изменился навсегда. Год, когда все мы перестали беспокоиться и полюбили Hulu.сom. Закат традиционного телевидения. Восход Тотального Объединения. Время Конвергенции пришло.

Сдвиньте ваши удобные домашние кресла и входите в интернет с телевизора. Сдвиньте ваши еще более удобные и эргономичные офисные кресла и смотрите телепрограммы на вашем настольном компьютере. Станьте более продвинутыми и расслабленными и делайте это в собственной кровати. Это мир потокового телевидения, ребята! И в нем ни за что не нужно платить!»

Однако, беседуя со сценаристом, работающим в интернете, Броди слышит неожиданное: «Если все, что ты умеешь, – это жонглировать словами, создавая диалоги и образы, которые должны веселить, пугать и заставлять сопереживать, интернет может стать для тебя вдохновляющим новым медиа… конечно, если ты обладаешь ресурсами Джосса Уидона и можешь позволить себе нанять любую команду. А если твой проект провалится, тебе достаточно снять трубку, чтобы найти "настоящую работу". Но если ты обычный сценарист, который день и ночь находится поисках настоящей работы, тебе скорее придется рассчитывать на участие в чужом проекте, чем на собственный, чтобы разбогатеть».

Единственное решение – если вы твердо решили делать собственный проект в интернете – начинать с малого. Росс Браун, автор книги «Телевидение размером с байт» (Byte-Sized TV, Michael Wiese Productions, 2011 г.), вместе со своими студентами создает подобные сериалы. Я попросила его описать процесс:

«Я основываюсь на том, что мы делаем сериал. Если вы сняли забавное видео вашего кота, который лакает виски, или синхронизировали песню с движением губ в собственной спальне, это еще не сериал. Сериал состоит из множества эпизодов, в нем есть герои и главная идея. Мы обязательно пишем сценарий. Должен сказать, половина моей книги посвящена разработке концепции и написанию сценария. Производство и постпроизводство – это часть управления проектом.

Я настаиваю, чтобы мои студенты сделали питч, прежде чем писать пятистраничный сценарий. Как и в случае со сценарием большего объема, это поможет вам обнаружить, что исходная тематическая предпосылка сценария неудачна или у вас проблемы со структурой сюжета. Понимание того, что есть исходная тематическая предпосылка сценария, персонажи и "длинный нарратив", также важно для интернет-сериалов. Вы должны понимать, что такое драматическое напряжение.

Сейчас делают в основном комедийные сериалы. Сложно снимать короткие драмы, создавая драматическое напряжение за 3–5 минут. Мне кажется, сериал "Четверть жизни", составленный из восьмиминутных фрагментов, способствует развитию этого направления. Частично принципы проекта основаны на многолетнем опыте работы на телевидении его продюсеров (Маршалл Гершкович и Эдвард Цвик), для которых каждый акт – это маленькая серия. В телевизионных сериалах принята пяти-шестиактная структура серии. Кликая на каждую серию "Четверти жизни", ты словно возвращаешься к просмотру фильма после рекламной паузы.

Главные вопросы остаются прежними: о чем ваш сериал, как развиваются сюжет и персонажи? Рынок и то, как вы будете продавать ваш продукт, – вот что изменится. Лучшее, что будет сделано на интернет-телевидении, будет сделано по основе старой структуры. Новая версия аристотелевской драмы: начало истории, середина и конец. Это заложено в природе».

Вебизоды

Допустим, вы не Джосс Уидон и не Гершкович с Цвиком. Если вам не под силу создать интернет-сериал, потому что у вас нет денег и влияния (или поддержки того, у кого они есть), что еще предлагает сценаристу интернет? Допустим, вебизоды. Это оригинальные серии идущих на телеканалах сериалов, своего рода сериальная «добавленная стоимость».

К примеру, сериал ABC «Остаться в живых», нацеленный на широкую аудиторию, периодически «заигрывает» с интернет-пользователями. Когда для второго издания этой книги я интервьюировала Дэймона Линделофа, он заметил: «Мы не должны отрываться от основного сериала, и лучшие идеи всегда реализуются в нем. Между тем мы придумываем дополнительные сложные ходы, менее важные для развития наших героев, но добавляющие красок и деталей в сюжет.

Если Джеку и Кейт хочется знать, откуда взялись цифры в уравнении, то большинству зрителей нет до этого дела. Поэтому мы решили: пусть фанаты, которым это интересно, получат ответ. Это головоломка для любителей научной фантастики, и ее место в интернете. Но мы никогда не станем давать ее в телеверсии, иначе у зрителя голова пойдет кругом.

Это не альтернативная вселенная, а ее расширенная версия, которая позволяет глубже понять сериал».

Терри Борст, автор колонки Alt. screen в журнале Written By, видит эволюцию технологии «второго экрана» и интерактивного телевидения как расширение возможностей сценаристов и источник успеха шоу. «Интерес к драматическим, основанным на сценариях сериалам увеличивается не только благодаря качеству, но и простоте, с которой зрители могут находить друг друга в интернете, группируясь по интересам и обмениваясь новостями. Если перенести эту интерактивность в формат „одного экрана“, возможность расширить мир сериала возрастает».

Сейчас большинство сериалов существуют онлайн. «Декстер» хвастается 5 млн фанатов в Facebook, «Большая любовь» приглашает зрителей услышать откровения Марджин про Билла. Эти вебизоды создают ощущение личной вовлеченности, которая происходит отчасти из-за того, что вы смотрите их на экране компьютера, отчасти из-за того, что вы сами выбираете, когда это делать.

С точки зрения сценариста вебизоды имеют свои стилистические особенности. Команда «Остаться в живых» утверждала, что сценаристам пришлось поломать голову над подачей материала: «Формат, при котором зритель смотрит серии в одиночестве на маленьком экране, потребовал от нас более интимного, дневникового повествования. Мы намеренно избегали эпических сцен, свойственных основному сериалу, и использовали вебизоды для максимального раскрытия характеров героев».

Вы можете решить, что вебизоды – возможность пробиться для начинающего сценариста, и порой ради них штат сериала действительно расширяют. Однако, как правило, сценаристы основного проекта пишут и вебизоды, в основном чтобы сохранить качество на должном уровне, но и потому, что человеку со стороны трудно понять, куда движется сюжет.

Разумеется, это не отваживает фанатов от создания собственных сюжетов. Однако, если вы делаете собственное шоу в интернете, вам придется обратиться к примеру Джосса Уидона (допустим, это ваше хобби и вы можете себе это позволить), но, если у вас нет суперспособностей Баффи – истребительницы вампиров, едва ли это занятие обеспечит вам яркую карьеру.

Всемирная паутина мертва

В августе 2010 г. журнал Wired сотрясали бурные обсуждения статьи «Всемирная паутина мертва. Да здравствует интернет». В статье главный редактор Wired Крис Андерсон и редактор журнала, а также колумнист Vanity Fair Майкл Вольф делали глубокий анализ экономических и технических факторов, влияющих на интернет-медиа. Если вопрос настолько заинтересовал вас, вы легко найдете эту статью во всемирной паутине.

Итак, что происходит: в 2001 г. на долю десяти крупнейших веб-сайтов приходился 31 % просмотров, в 2006-м – уже 40 %, а к 2010 г. он достиг 75 % и продолжал увеличиваться. Инвестор Ури Милнер, владеющий 10 % Facebook, описал это так: «Большие высасывают траффик у мелких». Вольф пишет, что подобная эволюция – «знакомый исторический ход, феодальный и корпоративный одновременно, когда у самых слабых выбивают почву из-под ног те, у кого больше ресурсов, кто лучше организован и более эффективен, – и это, пожалуй, самое сильное потрясение для уравновешенного, нетребовательного, способного впитать все, словно губка, духа эпохи интернета».

Хватит обещаний поместить весь контент в облако и заменить десктоп на вебтоп. В конце концов, свободная, бесплатная и бесконтрольная сеть никому не нужна. Андерсон пишет: «История индустриальной революции – это история битвы за власть. Технология разрабатывается, распространяется, расцветают все цветы, а потом кто-то находит способ завладеть этим, запретив доступ остальным. Так происходит всегда.

Теперь пришло время всемирной паутине столкнуться с барьерами в распространении контента. Открытость хороша в немонетарной экономике всеобщего сотрудничества. Но постепенно наша терпимость к головокружительному хаосу бесконечной конкуренции иссякает. Как бы мы ни любили свободу и возможность выбора, мы также любим вещи, которые работают надежно и без сбоев. И если мы должны платить за то, что любим, что ж, мы готовы».

Что это означает для вас, сценаристы (известные как «создатели контента» в словаре нового медиа)? Вы по-прежнему будете размещать все что захотите во всемирной паутине. Как заметил Андерсон: «Так называемая генерирующая всемирная паутина, где всякий может создавать что хочет, и дальше будет процветать, питаемая такими нематериальными стимулами, как самовыражение, привлечение внимания, поддержание репутации. Однако представление о сети как об основном рынке для доставки цифрового контента ныне подвергается сомнению.

Интернет – настоящая революция, столь же глобальная, как и электричество. И благодаря тому, что мы делаем, она продолжается».

Вольф завершает: «Мы возвращаемся к миру, который всегда существовал, – в нем мы ищем преобразующего воздействия музыки и кино, а не легкого флирта с интернетом.

После долгого путешествия мы наконец-то возвращаемся домой».

Дом – это целый мир

Экспонат А: «Ходячие мертвецы»

В ноябре 2010 г. телеканал AMC анонсировал продление сериала на второй сезон после того, как рейтинги в категории взрослых зрителей от 18 до 49 лет достигли отметок, которых никогда не достигало ни одно шоу в истории кабельного телевидения. Одновременно компания Fox International Channels, занимавшаяся международной дистрибуцией шоу, объявила, что премьерный показ шоу побил все рекорды по числу зрителей в 120 странах Европы, Латинской Америки, Азии и Ближнего Востока. Сериал, показанный на 35 языках, собрал около 875 млн зрителей по всему миру. Американцы имели возможность смотреть его в прямом эфире, онлайн, на мобильных устройствах. Все это составные части «нового телевидения».

Однако, с точки зрения сценариста, это самое что ни на есть традиционное шоу. Дорогой в производстве драматический сериал с «длинным нарративом» силами профессиональных актеров, умело развивающий напряжение и конфликт между персонажами и написанный в рамках все той же четырехактной структуры, которая использовалась в сериалах XX в. Шоураннер – заслуженный американский сценарист-кинорежиссер, остальные сценаристы этого сериала трудились в других проектах. Если вы совершите путешествие в будущее из 1980-х, чтобы увидеть «Ходячих мертвецов», вы не обнаружите в устройстве шоу ничего нового.

Я говорю об этом не для того, чтобы подвергнуть сомнению ценность успешного проекта, а для того, чтобы вы не забывали о будущем. Международная дистрибуция важна для проектов, которые могут себе это позволить, и если вы создаете новый сериал, то должны помнить о потенциальных зрителях по всему миру. Однако, что касается ежедневной работы сценариста, то важным остается только ее качество.

Экспонат Б: Маленькая юрта в прериях

Нет, это не шутка, а настоящее название китайской адаптации «Маленького домика в прериях» (Little House on the Prairie), которая вышла в Китае в 2011 г. Есть еще «Место преступления: Мумбаи», «Ordre Public Intention Criminelle» – французская версия сериала «Закон и порядок: Преступное намерение». И так по всему миру. Разумеется, речь идет о взаимообогащении культур: сериал «Пациенты» (In Treatment) пришел из Израиля, «Офис» был снят на основе британского сериала, «Дурнушка Бетти» «переехала» из Мексики, множество сериалов, включая «Звездный крейсер „Галактика“», снимались в Канаде, а совместное производство (список был бы слишком длинным) включает такие значительные исторические сериалы, как «Тюдоры» и «Борджиа» (The Borgias).

Продюсер-сценарист сериала «Закон и порядок» Рене Балсер заметил в журнале Written By: «Добро пожаловать на новый электронный Шелковый путь. Веками такие товары, как шелк, табак, соль, рис, производившиеся в отдельных регионах мира, постепенно становились движущими силами международной торговли. Глобальные товары адаптировались, продолжая служить собственной культуре. Со временем такие адаптации сами стали предметом торговли на мировом рынке. Телевизионные сериалы можно отнести к таким глобальным товарам».

И это предоставляет еще больше возможностей создателям шоу, особенно сценаристам, у которых есть связи и чутье на международные проекты. Но осторожнее: будущее – это не век мирового Pax Television (по крайней мере, еще нет). Неожиданным результатом может стать потенциальная конфронтация с непохожими культурами, которые могут рассматривать Голливуд как поставщика идей колониализма при помощи индустрии развлечений. Когда голливудская продукция интегрируется в мировой рынок, культурная обеспокоенность и политические конфликты становятся частью дискуссии о культурной торговле в целом. Подробнее об этом вы можете прочесть, например, в книге Д. П. Сингха «Транснациональное искусство: Экономика развлечений и культурная идентичность» (Globalized Arts: The Entertainment Economy and Cultural Identity by J.P. Singh, Columbia University Press).

Все это сулит вам радужное будущее. Сценаристы, владеющие повествовательной манерой, принятой на американском телевидении, требуются во всем мире частично для того, чтобы делиться знаниями там, где телевизионная индустрия только развивается, частично, чтобы работать над адаптацией американских сериалов. Второе издание этой книги было переведено и опубликовано в Германии, Китае, Корее, Испании и не только, и мне часто приходится консультировать сценаристов из этих стран.

В то же время, если вы все еще пытаетесь создать собственное оригинальное шоу в интернете, подумайте хорошенько: электроны не знают стран и границ; деньги, равно как и зрители, водятся и за пределами 405-й и 10-й автострад в Лос-Анджелесе. Это часть будущего, которое я могу предсказать.

Здесь и сейчас

В работе 1967 г. «Средство само есть содержание» Маршалл Маклюэн рисует мир, в котором люди связаны не только тем, что они смотрят, но и тем, что они смотрят это сообща, – современный «электронный очаг», который вытеснил соседское парадное крыльцо. Его представление о телевидении, – особенно в прайм-тайм – как о сердце «глобальной деревни» до сих пор актуально.

Однако большинство американских семей сегодня могут выбирать, смотреть им что-то в записи, онлайн или в подкастах. Терминология Маклюэна преобразовалась в такие понятия, как «вещание, сдвинутое по времени» и «отложенный просмотр». Прежде чем выбрать, что смотреть, люди выбирают, как смотреть, и это напрямую влияет на то, что они смотрят. Рон Мур, создатель сериала «Звездный крейсер "Галактика"», сказал: «Это становится просто медиа, и разграничения теряют смысл. Телевидение и компьютер превращаются в одно. У вас есть один ящик или несколько, и вы загружаете туда все: от блогов до того, что сегодня мы называем телешоу и кинофильмами.

Я считаю, разделение аудитории на ниши – это хорошо. Когда телевидение было исключительно широковещательным, когда существовала только "большая тройка" телеканалов, она захватывала гигантскую аудиторию. Для того чтобы удержать такое количество зрителей, им приходилось создавать продукт с усредненными характеристиками. Теперь, когда аудитория сузилась, "Звездный крейсер «Галактика»" или сериалы, похожие на "Щит" (The Shield), могут обращаться к специфическому зрителю. Критики говорят о золотом веке телевидения, но я думаю, что эти великолепные сериалы не выжили бы в эпоху "большой тройки". Сегодня высококлассные проекты могут поддерживать себя с помощью преданных фанатов, которых интересует особенный материал».

Итак, что ждет сценаристов? Если вы читаете эту книгу, потому что надеетесь создать собственное шоу, вам следует обратить внимание на узконаправленные новые рынки. Но для хорошего сценариста возможностей хоть отбавляй. Спек-сценарии «с кишками», страстью и умением подать их профессионально всегда в цене. А умение рассказать историю будет цениться ровно так же, как ценилось в прошлые века. Мы гораздо больше нуждаемся в том, чтобы соединять культуры, а не разделять.

Система доставки контента неважна: эфирное телевидение, платный или бесплатный кабельный канал, мобильное устройство, Google TV, YouTube, интернет, потому что творческий процесс начинается с вас. Все, что вы узнали: что такое часовая теледрама, как осуществляется разработка телепроектов, как писать в команде, как создается сценарий и как сделать собственный эпизод и даже как пробиться на телевидение и что готовит нам будущее, – все это лишь дополнение к тому главному, что происходит, когда вы садитесь писать. И сейчас это время настало. Ваша очередь.

Заключение

Спасибо, что совершили это путешествие вместе со мной.

Если вы купили первые издания и держите в руках третье, вы знаете, что контент – собственно текст – основа всех форм телевидения, традиционного или нового. Ваш рост как сценариста никогда не заканчивается, и те, кого считают самыми конкурентоспособными в индустрии, постоянно пополняют свой багаж инструментов и идей.

Если вы впервые познакомились с книгой «Написать сериал», добро пожаловать! Новичок ли вы, начинающий профессионал или работающий сценарист, продюсер или режиссер, эта книга будет направлять вас в будущем. Тысячи читателей до вас работали с первыми изданиями в киношколах (где ею пользовались в сценарных классах), на сетевых курсах (где ее также требовалось прочесть), и постепенно о книге стали говорить. Мне всегда очень приятно слышать, когда кто-то признается, что прочел книгу несколько лет назад, а теперь заключил первый контракт или впервые получил место в штате и ищет последнее издание, чтобы освежить память или похвастаться своей осведомленностью, прежде чем с головой уйти в работу. А еще я слышала, что главы с советами по сценарному мастерству из этой книги в ходу среди сценаристов лучших телепроектов. А значит, вы в хорошей компании.

Список ресурсов

Гильдия сценаристов Америки (ГСА), Западное отделение (The Writers Guild of America (WGA), West)

www.wga.org

7000 West Third Street

Los Angeles, CA 90048

(323) 951–4000

Реестр интеллектуальной собственности ГСА (WGA Intellectual Property Registry)

(323) 782–4500

Открыто с 9.30 до 17.30 с понедельника по пятницу.

Подача заявок круглосуточно.

Мемориальная библиотека Джеймса Уэбба ГСА (WGA James R. Webb Memorial Library)

(323) 782–4544

Расположена на первом этаже ГСА.

Открыта для бесплатного чтения сценариев и просмотров с 10.00 до 17.00 с понедельника по пятницу, в четверг до 20.00 (закрыта в последнюю пятницу месяца).

Гильдия сценаристов Америки, Восточное отделение (ГСА (The Writers Guild of America, East)

555 W. 57th Street

New York, NY 10019

(212) 767–7800

(Не обладает собственной библиотекой сценариев.)

Филиалы Гильдии сценаристов находятся во многих странах – например, Гильдия сценаристов Великобритании или Гильдия сценаристов Новой Зеландии.

Музей телевидения и радио, Западное отделение (Museum of Television and Radio, West)

465 N. Beverly Drive

Beverly Hills, CA 90210

(310) 786–1000

Чтение и просмотр бесплатны и доступны любому желающему с 12.00 до 17.00 с четверга по воскресенье.

Музей телевидения и радио, Восточное отделение (Museum of Television and Radio, East)

25 W. 52nd Street

New York, NY 10019

(212) 621–6600

Размер вступительного взноса $10. Просмотры и семинары.

С 12.00 до 18.00 с четверга по воскресенье.

Академия телевизионных искусств и наук (Academy of Television Arts and Sciences)

5220 Lankershim Blvd.

North Hollywood, CA 91601

(818) 754–2800

(Академия не обладает собственной библиотекой сценариев.)

Словарь сценариста

А-Б-В-сюжетные линии (A-B-C stories) – параллельные сюжеты внутри эпизода. Линии обозначаются буквами (А, Б, В, Г…) Зачастую каждая следует драматической сюжетной линии (арке) одного из главных героев.

Авторские отчисления, роялти (Residuals) – дополнительные отчисления сценаристам и другим творческим работникам, когда шоу повторно запускается в эфир.

Агент (Agent) – некто, представляющий творческого работника. Литературный агент занимается продвижением сценаристов, с которыми у него заключены контракты, и обычно ведет их дела. Агенты работают по лицензии и получают комиссионные 10 %.

Академия телевизионных искусств и наук (Academy of Television Arts&Sciences) – организация, члены которой трудятся во всех областях телевидения. Помимо прочего продюсирует премию «Эмми».

Акт (Act) – драматическая единица, состоящая из сцен. Телевизионные драмы на эфирных каналах обычно состоят из четырех актов, которые ведут к клиффхэнгерам перед перерывами на рекламу, однако актов может быть пять или шесть. В сериалах на кабельных каналах, где нет рекламных пауз, эпизод может состоять из трех или четырех актов.

Антагонист (Antagonist) – герой, цели которого противоположны целям протагониста. Хотя иногда антагониста считают «злодеем», в качественной драме лучший оппонент – это «достойный антагонист».

Антология (Anthology) – сериал, части которого не объединены общим сюжетом и постоянными персонажами, например «Сумеречная зона».

Арка (Arc), или сюжетная линия героя, – процесс перехода героя из одного в другое драматическое состояние. Пример: персонаж, который холоден в начале, в конце влюбляется.

Аутлайн (Outline) – список сцен в сценарии, расположенных в заданном порядке в каждом акте, начиная с цифры 1. «Эпизод», или бит каждого аутлайна, – это своего рода логлайн для определенной сцены. Тем не менее в некоторых сериалах придерживаются более свободной структуры. Аутлайн – первая оплачиваемая стадия в процессе разработки сценария.

Базовое соглашение о минимальных ставках (M. B. A.) – соглашение между Гильдией сценаристов Америки и подписавшими сторонами (продюсерскими организациями) о минимальной оплате, медицинском и пенсионном обеспечении и прочих договорных вопросах.

Бесплатный кабельный канал (Basic cable) – телеканалы, доступные подписчикам бесплатно.

Библия (Bible) – путеводитель по сериалу, особенно для сценаристов или режиссеров, которые включаются в работу не сразу. Содержит биографии героев, правила мира, краткое описание последних эпизодов, а иногда рекомендации продюсеров относительно интонации, стиля или сюжетов.

Бит (Beat) – 1) сцена или ступень истории; 2) пауза в диалоге или действии.

В корзине (In the can) – серия, готовая к выходу в эфир.

В эфире (Pick-up) – решение телеканала выпустить (или возобновить) шоу в эфире.

Второй драфт (Second draft) – сценарий, который был переписан после получения замечаний от продюсера.

Второстепенные персонажи (Guest cast) – актеры, которые входят в состав постоянных персонажей и могут появляться в ограниченном количестве эпизодов сериала.

Выше линии (Above-the-line) – самые дорогие производственные элементы в бюджете проекта, обычно – продюсеры, режиссеры, сценаристы, иногда композитор или актер.

Девять в уме (Back nine) – оставшиеся девять эпизодов из 22 эпизодов традиционного сезона, после того как первые 13 готовы. Даже если решено снимать полный сезон, зеленый свет оставшимся девяти эпизодам дается при условии, что первые 13 хорошо приняты зрителем.

Действие (Action) – в сценарии изложение ниже слаглайна, описывающее то, что происходит на экране (см. также Описание).

Диалог (Dialogue) – все, что произносится персонажами, включая восклицания (например, вздохи), паузы, равно как и слова.

Длинный нарратив (Long narrative) – истории, обладающие достаточной глубиной и диапазоном, чтобы продолжаться годами, особенно в сериалах.

Драмедия (Dramedy) – гибрид драмы и комедии.

Завершенные серии (Closure) – в эпизодической драме завершенная история (достигшая цели или результата) в конце часа.

Заголовок сцены – см. Слаглайн.

Запасной пилот (Backdoor pilot) – двухчасовой фильм, из которого может получиться сериал.

Заявка, или формат (Format), – 1) заявка сериала, которая может включать описания характеров, жанр, трамплины для сюжетов, предложения для серий или пилотную серию; 2) структура сериала с потенциалом франшизы.

Зеленый свет (Greenlight) – одобрение сценария для запуска в производство.

Инт. (Int.) – сокращенно «интерьер», используется в слаглайнах.

Исполнительный продюсер (Executive producer) – главный сценарист-продюсер в телесериале, часто отвечает как за творческий, так и за бизнес-аспект проекта, осуществляет контроль над актерами, техническим персоналом и сценарной командой.

Клиффхэнгер (Cliffhanger) – напряженный финал; часто рискованная ситуация или возрастание ставок перед прерыванием акта на рекламную паузу, а также в конце сезона.

Короткий сезон (Short order) – решение выпустить в эфир неполный сезон, иногда всего несколько эпизодов нового шоу.

Креативный консультант (Creative consultant) – опытный сценарист-продюсер, который может осуществлять надзор, переписывать или писать эпизоды, однако он не всегда занят полный рабочий день вместе с остальным персоналом.

Крючок (Hook) – заранее спланированное действие или ситуация, которая должна привлечь внимание аудитории; также начало питча.

Логлайн (Log line) – краткое описание истории, которое умещается в одно предложение, иногда в два или три. В нем кратко пересказывается предпосылка и драматическая арка, или сюжетная линия.

Менеджер (Manager) – то же, что и агент, за исключением того, что менеджер не получает лицензию и может представлять клиентов в сферах, не связанных непосредственно с заключением контрактов. Обычно менеджеры получают 15 % комиссионных по сравнению с агентскими 10 %.

Мобизоды (Mobisodes) – эпизоды, доступные на мобильных устройствах, например сотовых телефонах. Обычно короткие, но могут состоять из нескольких серий.

Нат. (Ext.) – сокращенно «натура», используется в слаглайнах.

Ноги (Legs) – сериалы «с ногами» способны генерировать многочисленные сюжеты эпизодов.

Общенациональные рейтинги (Overnights) – быстрые опросы, которые дают предварительные цифры количества зрителей, смотревших шоу.

Описание (Description) – действия, образы и звуки на экране, исключая диалоги (см. Действие).

Пакет (Package) – обязательство актера или режиссера работать в определенном проекте для того, чтобы продать сериал кабельному или эфирному телеканалу; также все элементы для продвижения заявки, которые могут включать пилотный сценарий и имя исполнительного продюсера.

Первый драфт (First draft) – сценарий до правок, которые сценарист вносит по настоянию продюсера. Все спек-сценарии и драфты до сдачи называются «первыми драфтами» независимо от того, сколько раз сценарист самостоятельно переписывает сценарий.

Перелом сюжета (Breaking a story) – поиск основных поворотных пунктов, иногда актбрейков (событий перед перерывом на рекламу) в сюжете перед написанием подробного аутлайна.

Переписывание, или рерайт (Rewrite), – серьезный пересмотр сценария, который может включать изменение структуры, создание новых персонажей и сцен.

Перерыв, лакуна (Hiatus) – перерыв между сезонами, когда весь персонал отправляют в отпуск.

Пилот (Pilot) – прототип сериала; обычно первый эпизод.

Пилот с исходным условием (Premise plot) – продвижение сюжета, помещение главного героя в неожиданную ситуацию, путешествие, которое станет источником будущих историй.

Питч (Pitch) – пересказ истории потенциальному покупателю; торговая презентация.

Платный кабельный канал (Premium cable) – телеканалы, доступные подписчикам кабельных сетей за плату, например HBO или Showtime. На них нет рекламных пауз.

Поворотный пункт, точка невозврата (Plot point) – мощный «задний ход», или поворотный момент истории. Может совмещаться с клиффхэнгером и прерыванием акта (на рекламную паузу).

Полировка, наведение глянца, редактирование (Polish) – мелкие исправления в сценарии (обычно сокращение сцен и диалогов) или урезание режиссерского драфта в производственных целях.

Постоянные персонажи (Continuing cast) – главные герои, которые возвращаются каждую неделю и являются движущей силой основного сюжета в сериале.

Предпосылка, исходное условие (Premise) – побуждающий вопрос или проблема в начале; ответы на «что, если..?» или «почему?».

Предыстория (Backstory) – история, происходившая до событий на экране, обычно происшествия или отношения, которые сформировали героя.

Продюсер (Producer) – большинство телепродюсеров – это сценаристы, чей статус повышен благодаря опыту или заслугам. Продюсеры могут руководить другими сценаристами и переписывать их сценарии. В отличие от продюсера линейный продюсер отвечает за материальные аспекты производства.

Производство (Production) – собственно съемки. Иногда говорят, что сериал находится «в производстве», имея в виду также подготовку (написание сценария, кастинг, установку декораций) и постпроизводство (монтаж, запись музыки, спецэффекты).

Протагонист (Protagonist) – герой, который продвигает действие и принимает главные драматические решения; персонаж, за которого болеют зрители.

Процедуралы (Procedurals) – сериалы, главной движущей силой которых является тайна или загадка, которая раскрывается в конце каждого эпизода, Примеры: «Место преступления», «Доктор Хаус».

Разработка (Development) – процесс доведения проекта от концепции до производства; также период, когда сценарист и продюсер вместе проходят через все стадии шлифовки сценария.

Режиссерский сценарий (Shooting script) – финальный драфт, который идет в производство.

Резервные сценарии (Back-up scripts) – дополнительные эпизоды помимо пилота, которые телеканал заказывает, чтобы выявить потенциал проекта, если в сетке эфира для него не нашлось свободного окна; иногда их называют резервными пилотами.

Сезон (Season) – сезон на телевидении включает месяцы, когда шоу идет в эфире. Сезон на традиционном вещательном телевидении длится с сентября по май, однако кабельные сети и другие платформы придерживаются своего расписания.

Сериал (Serial) – цикл серий, сюжет в которых растянут на множество эпизодов, а характеры постоянных персонажей развиваются во времени.

Серия, или эпизод (Episode), – в телевизионной драме часовое приращение сезона. Также фрагмент непрерывного повествования.

Слаглайн (Slug line) – некоторые программы для написания сценариев используют термин scene heading. В сценарии за Инт. или Нат. следует наименование локации и время.

Спек-сценарий, или пробный сценарий (Spec script), – сценарий, написанный не по заказу, а в надежде на продажу. Начинающие сценаристы пишут спеки к уже существующим сериалам, чтобы продемонстрировать свои навыки.

Список карт (Beat sheet) (также см. Аутлайн) – список событий (поворотных пунктов) сюжета, часто изложенный в виде пронумерованных сцен, а иногда в виде очередности или кратких описаний целых актов.

Сцена (Scene) – самый мелкий драматический строительный элемент, обычно шаг, или бит, обладающий законченной драматической структурой. В производстве иногда этим термином обозначается действие, объединенное местом и временем.

Сценарист-фрилансер (Freelance writer) – сценарист, который не состоит в штате и которого нанимают для написания эпизода.

Съемочный материал (Dailies) – не смонтированные сцены, которые снимаются каждый день.

Сюжет (Plot) – драматическая структура шоу; то, как история развивается от предпосылки к разрешению.

Трамплин (Springboard) – ситуация в шоу, которая провоцирует действие; аспекты, обеспечивающие предпосылки для серий. Пример: в медицинской драме появление нового пациента создает трамплин для истории.

Франшиза (Franchise) – виды сценариев, которые создают узнаваемые драматические ситуации, например работа врачей, юристов или детективов. Успешные сериалы также могут задавать свой формат, создавая собственную франшизу, например «Место преступления».

Шоураннер (Showrunner) – главный исполнительный продюсер, отвечающий за сериал, тот, кто определяет курс шоу и контролирует все его аспекты.

Штатный сценарист (Staff writer) – первая ступень карьерной лестницы для сценариста, обычно ее занимают новички; иногда штатного сценариста именуют «малюткой-сценаристом».

Об авторе

Памела Дуглас – отмеченная наградами сценаристка, ее имя стоит в титрах многочисленных телевизионных драм. Удостоена Humanitas Prize за сценарий драмы «Между матерью и дочерью» (CBS), которая также номинировалась на премию Гильдии сценаристов.

Была номинирована на премию «Эмми» и получила NAASP Image Award за сценарий телесериала «Разные миры» (Different Worlds), шедшего на канале CBS. Дважды ее проекты выигрывали награды некоммерческой организации «Американки на радио и телевидении»: оригинальная драма «Поговорим о сексе» (Sexual Consideration) и серия в сериале «Год жизни» (NBC).

Писала сценарии для сериалов «Звездный путь: Следующее поколение», «Ресторан Фрэнка», «Рай», «Охотник Джон» и множества других.

Состояла членом совета директоров Гильдии сценаристов Америки.

В Университете Южной Калифорнии преподает сценарное мастерство, является штатным профессором Школы кинематографического искусства.

Памела Дуглас дает консультации и проводит семинары. Более подробную информацию и отрывки из предыдущих изданий книги смотрите на сайте: http://www.PamDouglasBooks.com или свяжитесь с автором по адресу: pamdouglaswords@aol.com.

Сноски

1

Процедурная драма (англ. procedural drama) – разновидность телесериалов, сюжет в которых строится вокруг каждого эпизода. Главной особенностью можно считать возможность для зрителя смотреть сериал с любой серии без ущерба для понимания сюжета. – Прим. ред.

2

Клиффхэнгер (англ. cliffhanger или cliffhanger ending) – столкновение героя со сложной дилеммой или последствиями своих или чужих поступков, в результате которого повествование обрывается, оставляя развязку открытой до появления продолжения. – Прим. ред.

Content

Памела Дуглас
Искусство сериала: Как стать успешным автором на TV

Предисловие к третьему изданию

Введение

Что нового в этом издании?

Как работать с книгой

Если вы сценарист…

Если вы преподаватель…

Слово Джону Уэллсу

Глава 1 Что особенного в телевизионной драме? Гигантская аудитория

Три отличительные черты телесериала

Что такое многосерийность

«Длинный нарратив»

Работа в команде

Пять мифов о телевидении

Миф первый: телефильмы – это мини-кинофильмы

Миф второй: снимать телефильмы – дешево

Миф третий: на телевидении нет свободы художественного самовыражения

Миф четвертый: все сериалы одинаковы

Миф пятый: телевидение – болото

Правила создания телесериалов

Часовая серия длится ровно час

Дедлайны не выдумка

Серии делятся на акты

В основе любого сериала – история классического формата

На старт, внимание, марш!

Подведем итоги

Что нового?

Поговорим о том, как писать «драмедии»

Слово Дэвиду Айзаксу

Глава 2 Как сериал попадает на телевидение и что такое телевизионный сезон

Год первый Апрель

Создайте заявку

1. Оформите заявку в телевизионном формате

2. Напишите пилотную серию

3. Напишите «запасной» пилотный сценарий

4. Снимите демонстрационный ролик

5. С осторожностью собирайте «полный пакет»

6. Обзаведитесь почитателями в интернете

Май

Продюсерская компания

Июнь

Студия

Июль и август

Телеканал

C сентября по ноябрь

Пилотный сценарий

Декабрь и январь

Зеленый свет

С февраля по апрель

Пилотный сезон

Май

Вы в эфире

Год второй Июнь

Набор персонала

Июнь и июль

Не покладая перьев

Сентябрь и октябрь

Дебют

С ноября по март

Завершение сезона

Апрель

Перерыв

Что нового?

Подведем итоги

Слово Чарли Коллиру, президенту компании AMC Cable TV

Глава 3 Как сделан классический сценарий

Планирование драматических эпизодов внутри серии

Сюжетные линии А, Б и В

Пяти– и шестиактная структура

Все новое…

Двухстраничная сцена

Как пользоваться сценарной таблицей

Тизеры

Об этих отрывках…

Разбор

Второй отрывок

Разбор

Холодное открытие

Что делать дальше

Подведем итоги

Слово Стивену Бочко

Поговорим о том, как пишутся процедуралы с Энн Донахью («Место преступления: Майами»), а также Робертом и Мишель Кинг («Хорошая жена»)

Глава 4 Как написать сценарий серии

Слушая голоса…

Ищите истории

Ломайте, не бойтесь

Сценарная таблица

Аутлайн

Как написать аутлайн

Альтернативные формы аутлайна

Список Сонни

Ваш первый драфт

Устранение неисправностей

И наконец…

Второй драфт

Наведение красоты

Что дальше?

Подведем итоги

Слово Дэвиду Саймону

Поговорим о том, как написать пилотный сценарий

Создайте «мир»

Найдите «трамплины» в сюжете

Заселите ваш мир

Составьте план

Слово Джорджии Джефрис

Глава 5 Те, кто рядом: работа в штате

Команда из ада

Ошибка первая: не отдаляйтесь от команды

Ошибка вторая: не смешивайте личное с рабочим

Ошибка третья: не планируйте ничего, кроме работы

Ошибка четвертая: не берите работу на дом

Ошибка пятая: не держитесь за каждую строчку в своем сценарии

Ошибка шестая: не критикуйте заведенный порядок

Ошибка седьмая: не работайте где попало

Хорошая команда

Ступени карьерной лестницы

1. Фрилансер

2. Штатный сценарист

3. Редактор / исполнительный редактор

4. Продюсер

5. Продюсер-супервайзер

6. Креативный консультант

7. Исполнительный продюсер / шоураннер

Подведем итоги

Поговорим о реалити-шоу

Слово Скотту Стоуну

Глава 6 Как попасть на телевидение?

Правила

Пишите о том, что любите

Не пишите спек-сценарий сериала, для которого делаете питч

Задавайте правильные вопросы

Обзаведитесь правильным инструментарием

Найдите своего представителя

Поселитесь в Лос-Анджелесе

Секрет успеха

Подведем итоги

Что нового?

Глава 7 Жизнь после киношколы: подводные камни

Выпуск 1997 г.

Три года спустя

Семь лет спустя

14 лет спустя

Глава 8 Будущее драматических телесериалов

Слово Дэвиду Готчу

Путешествие в будущее

Драматические сериалы в интернете

Вебизоды

Всемирная паутина мертва

Дом – это целый мир

Здесь и сейчас

Заключение

Список ресурсов

Словарь сценариста

Об авторе

Сноски