Анатолий Курчаткин

Книга жизни и мудрости Вивиана Вивианова. Подлинные записки видного поэта андерграунда. Книга вторая

© А. Курчаткин 2017

* * *

Полагаю себя обязанным напомнить читателю о его покорном слуге. Меня зовут Вивиан Вивианов. О чем я никогда не забываю. Чего бы хотел пожелать и всем моим читателям. Мое имя ко многому меня обязывает[1].

Как человек приверженный отеческим традициям я состою в браке. Это тоже обязывает к определенным вещам. Хотя бы к тому, что приходится урывать часть времени у творчества и уделять жене.

Есть у меня и дети. К сожалению, от разных жен, что обязывает к несколько большему количеству вещей, чем бы того хотелось. Например, к выплате алиментов. Что, разумеется, чрезвычайно осложняет мою жизнь в финансовом плане.

Поэтические произведения, созданные мной, стали заметной вехой в развитии отечественной поэзии. Мой поэтический язык свеж и оригинален, мои метафоры необычны и глубоки, мысль ясна, остра и философична. Я широко переведен в Европе, Азии и Америке, и если еще там не издан, то лишь по причине непонимания тамошними издателями чрезвычайной важности этого акта для развития и взаимообогащения культур. В Отечестве мои стихи и поэмы ушли в народ, и иногда я слышу, как соотечественники исполняют их за праздничным столом в виде песен, полагая, что и слова, и музыка у этих песен народные. Меня, конечно, так и подмывает просветить людей, что слова – точно мои, но как человек не пьющий, а то есть трезвый, я всегда от этого воздерживаюсь. Поверить не поверят, а получить можешь. Необходимость молчания доставляет, конечно, страдание, но с этим чувством приходится мириться и даже дружить, так как без страдания нет поэта.

Особое страдание мне доставляет телевизор. Который, когда ни включишь, непременно говорит и показывает что-нибудь такое, что хочется хватить его по экрану чем-нибудь тяжелым и заставить умолкнуть навеки. Однако я не делаю и этого. Опасаясь остаться с недостаточной мерой страдания и соответственно – вдохновения.

Страдания, испытываемые Отчизной, побудили меня к созданию новой книги жизни и мудрости. Полагаю, она не менее жизненна и глубокомысленна, чем Первая, и станет настольной у всякого мыслящего и честного россиянина. Я очень много страдаю и думаю и надеюсь, что мой источник вдохновения не иссякнет еще очень долго.

Ваш, мои дорогие, –

Вивиан Вивианов.

О других государствах

Россия – не единственная страна в мире. Есть и другие страны.

Вот, например, есть такая страна – Китай. Она несколько отличается от России. Во-первых, ее населяют не русские, а китайцы. Во-вторых, она расположена только в Азии, а Россия, как известно, и в Азии, и в Европе. В-третьих, китайцы разговаривают на китайском языке, который понимают только сами. В-четвертых, наконец, китайцы пьют не пшеничную, а рисовую водку, которую нас пить не заставишь.

Но сходства между нами куда как больше. Россия – страна приличных размеров, и Китай не маленькая. В России до начала 20 века правил император, и в Китае император был правителем. В России большую роль играет чиновничество, и в Китае чиновничество всегда было на первых ролях. Россия, было время, строила социализм, и Китай тоже пытался. Только если Россия полностью в нем разочаровалась и сбросила с корабля современности, то Китай разочаровался не до конца и сбрасывает его с корабля по частям. Россия, кроме того, пишет на кириллице, в которой, кроме нескольких братьев-славян, никто не разбирается, и в Китае употребляют для письма иероглифы. В которых, бывает, сами же и путаются. Россия страна изобретателей, и Китай страна великой научной мысли. В России изобрели велосипед, в Китае компас. Причем несколько даже раньше велосипеда. И наконец, самое главное, в России человеческая жизнь мало что стоит, и в Китае она не великая ценность.

При подобном сходстве невольно задумаешься, зачем такая страна, как Китай, нужна. Была бы одна Россия и простиралась бы от Финского до самого Тонкинского залива. Япония располагалась бы в наших прибрежных водах и не смела бы даже помыслить ни о каких островах Курильской гряды.

Единственная сложность, какой язык избрать в качестве государственного. Гортань у китайцев устроена каким-то таким образом, что, послушаешь их, все они говорят будто фистулой. Русскому человеку говорить фистулой, разумеется, не пристало. А заставить китайцев говорить по-русски… больно уж, честно говоря, их много, как заставишь? Политическая воля – безусловно, великая вещь, да ведь и ее возможности не безграничны.

С существованием Китая ничего не остается другого, как смириться. Хотя, конечно, совершенно бессмысленная страна.

Еще о других государствах

Как уже отмечалось, Россия – не единственная страна в мире.

К примеру, на западе Европы, омываемая водами Бискайского залива, лежит страна под названием Франция. Во Франции соответственным образом живут французы, говорят на французском языке и думают тоже на французском.

Последнее, впрочем, под большим сомнением – думают ли они вообще, – так как известно, что французы – очень легкомысленная нация. Они изобрели канкан – очень легкомысленный танец. Открыли радиоактивность – и тем проложили дорогу к изобретению атомной бомбы. Первыми поднялись в воздух – убив тем самым вековую мечту человечества парить в небе, как птицы. Даже в философии, чтоб поменьше думать, они изобрели такой жанр, как максимы, где самую сложную мысль умещают если не в два слова, то в две строчки.

Легкомысленность заставила французов совершить Великую буржуазную революцию. Чувствуй они ответственность за то, как та аукнется в России, приведя к революции Октябрьской, наверное, должны были бы воздержаться. Ничем иным, кроме как легкомысленностью, нельзя объяснить изобретение ими кинематографа. Умей они глядеть немного вперед, несложно было бы увидеть, что из всех искусств в России важнейшим окажется кино, и мастера советского кинематографа будут жестоко страдать от пристального внимания власти к их творчеству.

С Францией у России сыздавна существуют особые отношения. Еще в 11 веке мы отдали замуж за французского короля княжескую дочь и делали бы это на постоянной основе, но помешало татаро-монгольское нашествие. Русские богачи уже в 18 веке ездили во Францию проживать свои богатства. Русские дворяне выписывали к себе французских гувернеров в неограниченном количестве, а о гувернантках нечего и говорить. Во Францию спускать награбленное народное добро ездят и новые русские с цепями на шеях.

Из всего видно, Франция для того и существует, чтобы России было где оттягиваться. А для разрыхления почвы никаких княжеских дочек не жалко.

Очень, должно быть, трудно было Франции в советский период российской истории, когда русский человек не мог приехать на Лазурный берег и швыряться деньгами. Вот, наконец, дождалась.

Потому мы сейчас так и бедны, что все отдаем Франции. Все свои долги за семьдесят с лишним лет. Быстро ли отдашь! Отдавать и отдавать. Легкомысленная-легкомысленная, а свое назначение знает.

Очень жалею, что не родился в XIX веке. Учился бы в гимназии, знал французский, ездил за границу и был женат на дочери графа. Кроме того, имел бы собственный особняк в городе, в деревне – имение с домом на холме, тенистым парком и двумя тысячами десятин пахотной земли. Обязательно предотвратил бы и революцию 1905 года, и революцию 17-го, а В.И. Ленина не выпустил бы из Шушенского, ни одного, ни вместе с Надеждой Константиновной. Непременно примкнул бы к «Цеху поэтов», стал лучшим другом Гумилева и Ахматовой, отбив последнюю у первого и сделав ее своей наложницей. Писал бы стихи лучше их обоих вместе взятых и вошел в историю мировой культуры как лучший поэт всех времен и народов.

О том, что мог родиться в людской, быть буфетчиком и стягивать сапоги с пьяного гусара, перебравшего в борделе, не хочется и думать. Почему в мечтах тебе должно не повезти точно так же, как в жизни? Сожалея о несостоявшемся прошлом, примиряешь себя со своим настоящим.

Россия в обличье Советского Союза называлась страной Советов. Ельцин покончил с ними в октябре 1993, расстреляв главный Совет из танков и учредив вместо него Думу.

У всякого жизнеспособного растения, оборви ему даже все листья, остается, однако, в земле корень.

Бес попутал, играл тут у метро в лототрон. Проиграл все деньги, понял, что попал в лапы мошенников, стал требовать деньги обратно, – получил совет: канай, мужик, отсюда, пока жив.

Бросился к милиционеру, наблюдавшему за моей игрой, попросил помощи – и тоже получил совет: а катился бы ты!

Была Россия страной советов, ею и осталась.

Разное

Шопенгауэр, конечно, – философ.

И Гегель – тоже философ.

В институтах нас учили, что и Карл Маркс философ, но только вместе с Лениным.

Не пойму о сих пор: если только вместе с Лениным, то кто он без Ленина? Раньше не задавал этого вопроса, – могли посадить. Теперь задай – никто не ответит: все профессора по марксизму-ленинизму сидят на пенсии.

Все, видимо, нужно спрашивать вовремя. Хорошо бы только, чтоб за вопрос не сажали, а если б сажали, то просто обратно на свое место.

К вопросу о религиях

Христианство – очень привлекательная религия.

И мусульманство имеет массу привлекательных черт.

Христианство велит ближнему любить меня, как самого себя.

Мусульманство разрешает мужчине на законных основаниях спать сразу с четырьмя женщинами.

Христианство говорит ближнему, если я дам ему в морду, подставить ту еще раз, только другой стороной.

Мусульманство не разрешает пить вино, чтобы не походить на свиней, и таким образом из любой свиньи делает человека.

Христианство, чтоб человек не занимался утомительным фитнесом, предписывает ему несколько раз в год держать пост.

И мусульманство практикует то же самое.

Христианину после поста можно хорошо наесться.

И мусульманину после поста не возбраняется обожраться.

Настоящий христианин – совершенное создание, и вокруг головы у него светится нимб.

Настоящий мусульманин – создание не менее совершенное, что подчеркивает ношением белых одежд.

Христианство говорит, что в здоровом теле здоровый дух.

Мусульманство тоже считает так и велит правоверным умываться и подмываться несколько раз на дню.

Истинный христианин после смерти попадает в рай.

Туда же попадает истинный мусульманин.

Суметь бы постичь – это один рай или два разных? Если один – то зачем две разные религии? Если два – то какой из них лучше? Все же хотелось бы в вечной жизни наверняка иметь лучшую долю.

О роли личности в истории и народных массах

Что ни говори, личность в истории играет роль.

Народные массы тоже ее играют.

Личность – на сцене.

Народные массы – на зрительских местах в зале.

Личность получает аплодисменты и цветы. И обожание поклонников.

А народные массы спускаются в гардероб, где обнаруживают, что кто-то его обчистил и их номерки на оставленные пальто – бессмысленные кусочки пластмассы, которые ничего не значат.

О мафии

Радостно приветствую появление в нашей российской действительности такого явления, как мафия. Давно нам уже недоставало в общественной жизни теплых семейных отношений[2].

Россия всегда отличалась тем, что относилась к своим подданным, как к неродным. Теперь, с появлением мафий, хотя бы их члены будут защищены от чиновничьего произвола, жестокости правоохранительной системы и несправедливости при дележе богатств родины. Хотя бы они будут жить в мире счастья и благоденствия!

Одно огорчает: недостаточное число мафий. Нефтяная, зерновая, газовая, пивная, энергетическая… пальцев рук перечислить их все, может быть, и не хватит, а с пальцами ног – еще и останется.

Ратую за активное внедрение мафиозных законов во все сферы российской жизни. Чем больше у нас будет мафий, тем большее число людей будут жить лучше и счастливее. Поголовное превращение российских подданных в мафиози – гарантия нашего будущего процветания. Сделаем страну одной сплошной мафией – вот девиз, с которым пойдем к возрождению великой России.

* * *

В Государственную Думу Российской федерации

В Администрацию Президента Российской федерации

Всем заинтересованным лицам

Об экстрасенсорных и других паранормальных возможностях человека

Последние годы средства массовой информации и другие издания много пишут и говорят о так называемых экстрасенсах и всяких иных людях с необыкновенными способностями. Один будто бы читает с завязанными глазами в темной комнате, другой предсказывает землетрясения и ураганы, третий регулярно летает на Луну, причем даже без помела.

Считаю все это вредной и досужей выдумкой, преследующей увеличение тиражей данных средств массовой информации, а также зрительской аудитории – в случае с так называемыми электронными СМИ. О том, что это выдумка, знаю доподлинно и достоверно, так как самолично написал не менее двух десятков подобных статей и все их опубликовал под псевдонимами в различных газетах и журналах. Но я это делал вынужденно, будучи крайне стеснен в средствах и нуждаясь в гарантированном источнике дохода, а зачем это печатали те самые газеты и журналы, в которые я отдавал свои статьи? Их-то ведь никто не вынуждал!

Полагаю необходимым принять к закону о средствах массовой информации дополнение, которым бы раз и навсегда запретить публикацию всех подобных материалов. Я человек не богатый, постоянно нуждающийся, и неизвестно на что еще толкнет меня жизнь. Я за себя не отвечаю, я еще и не такое выдумаю, а средства массовой информации в погоне за тиражом это опубликуют.

В случае принятия подобного дополнения в обмен на мое чистосердечное признание считал бы справедливым выплатить мне как автору идеи соответствующий гонорар. Величина гонорара должна компенсировать всю упущенную выгоду, которую я бы имел, публикуя свои сочинения об экстрасенсорных и других паранормальных возможностях человека.

Упущенную выгоду средств массовой информации можно не принимать во внимание и никакой компенсации им не выплачивать. Они свое возьмут на рекламе.

Об олигархах

Не понимаю, как раньше Россия обходилась без олигархов. Газетчикам за их неимением приходилось писать о передовиках производства, телевизионщикам рассказывать о жизни рыболовецких артелей и трудовых достижениях работников советской науки. Ни тебе взрывов автомобилей, выбивания долгов бритоголовыми лбами, краж акций, картонных коробок, набитых долларами, о которых никто не может сказать, откуда они взялись и кому принадлежат.

Обзаведясь олигархами, Россия прорубила окно в новую жизнь. Что ни день, кого-нибудь если не взрывают, то арестовывают. Не арестовывают, так судят. Не судят, так он дает пресс-конференцию, на которой все тайны правительственной жизни – наружу. А если не дает пресс-конференции, то телекамера поймает олигарха бегущим к самолетному трапу, дабы ему отбыть за границу и дать пресс-конференцию уже там.

С олигархами российская жизнь стала занимательной и интересной. Посмотришь телевизор, почитаешь газеты – и понимаешь, что сегодня точно вешаться не следует, а должно погодить хотя бы до завтра. Нужно ведь узнать, чем там закончится очередная серия из жизни олигарха. Посадят его или нет. Разорят или помилуют. И что он, наконец, сам: вернет украденное или украдет еще?

Закон психологии: начав смотреть мыльную оперу, обязательно досмотришь ее до конца. А мыльные оперы, как известно, никогда не кончаются. В крайнем случае, если закончится одна, тут же начнется другая.

О животных

Вот если бы научить лошадь разговаривать человеческим языком. Какой бы изумительный собеседник появился у человека! Сколько бы ей можно было рассказать. А уж сколько бы рассказала она!

Подозреваю, что в древности отдельные лошади говорили. Такая говорящая лошадь, несущая на себе всадника, называлась кентавром. Потом всех кентавров уничтожили, так как они знали много человеческих тайн и стали шантажировать человека. Шантажу они, несомненно, у человека же и научились. Искоренить дурные человеческие наклонности – и можно смело приступать к обучению лошади человеческой речи.

Единственное, боюсь, человеческие пороки неискоренимы. Это убедительно доказал опыт России в ХХ веке.

Если так, о разговаривающей лошади остается только мечтать и продолжать беседовать с людьми. Которые каждое твое слово выворачивают наизнанку и обращают тебе во зло.

Остается утешаться тем, что и ты не лучше других и поступаешь с ними так же, как они с тобой. И не хочешь, а получается. Все же человеческая природа едина.

Еще о животных

Вот если бы научить разговаривать человеческим языком собаку. Собеседника, может быть, из нее бы и не получилось, но сторожевые качества умножились бы многократно.

На шаги незнакомца за забором она бы отвечала не лаем, а отборным, хорошо отрепетированным матом. Матом бы отгоняла от закрытых дверей приникшего с отмычкой к замочной личинке злоумышленника. Защищая хозяина от напавших на него хулиганов, оплеснула бы их таким трехэтажным, что они бежали бы в темноту куда подальше, будто их ошпарило кипятком. В общем, вполне достойно замещала бы собой человека в его зверином облике.

Ведь что там ни утверждай, а матерящийся человек куда страшнее лающей собаки.

Из дневника

Сегодня много размышлял о месте культуры в России. Пришел к мысли, места для культуры в России много, а вот самой культуры недостает.

Странно было бы при размерах России, чтобы для культуры не было места. Но надо же его и заполнить! В этом-то и вся загвоздка. Где при таких размерах взять столько культуры? Приходится оставлять место пустым. А незасеянное поле зарастает чертополохом – известное дело.

При советской власти, чтобы поле не пустовало, строили дома культуры и разводили там художественную самодеятельность. Плодоносила художественная самодеятельность плохо, но ведь не в урожае же дело. Главное, чтобы сорняк не лез.

Теперь дома культуры отданы под торговые центры, кое-где даже под обычные рынки, и сеять негде. Получается, места для культуры в России много, но места разместиться ей нет.

Не понимаю, каким образом пришел к подобному выводу. Кажется, это называется софистикой. Или логистикой[3]. Не знаю точно. У нас в Институте культуры ни того, ни другого не преподавали. До всего пришлось доходить своим умом.

По этому поводу написалось стихотворение:

Как необъятна ты, моя Родина!

Сколь велика ты и как державна!

Жить в тебе счастливо, радостно, славно.

Но почему кое в чем ты такая уродина?

Очень хорошее получилось стихотворение. Жаль только, что опять негде будет напечатать. Сплошной базар на месте культуры.

О российской истории

Российская история знает много достижений. У нас было государство Киевская Русь, через которое пролегал путь из варяг в греки. Варяги, чтобы пройти в греки, нуждались в нас, а греки, если бы не мы, сплошь стали варягами, и на месте Византии еще в одиннадцатом веке появилась бы Скандинавия. Таким образом, можно сказать, что Османская империя возникла на карте мира благодаря нам; не мы бы, так никакой Турции не существовало и в помине.

Позднее мы заслонили собой Европу от нашествия степи, – это известно всем. Сами жили двести лет в иге, не развивались и даже одичали, но степняков в Сорбонну и Оксфорд не допустили. А могли бы изобрести паровой двигатель поперед англичан и стать во главе мирового прогресса.

Еще мы колонизировали Урал с Сибирью и тем способствовали завершению эпохи географических открытий.

Америка бы тоже была наша, но по причине нашего поистине безграничного великодушия мы решили, что и другим народам следует где-то жить.

Прорубивши окно в Европу, мы принесли в нее много полезного и ранее неизвестного ей. Научили, например, делать мясо по-строгановски. А также запрягать лошадей тройкой. До тройки европейцы, сколько ни думали, сами додуматься никак не могли.

Но самое большое достижение российской истории – это, конечно, построение развитого социализма в отдельно взятой стране. Успешно построив его, мы явили миру такой пример, что теперь любая страна будет оглядываться на нас и сверять свой путь с нашим, чтобы не дай Бог его не повторить. Тут мы смело можем сравнить себя с путеводной звездой, по которой корабли ориентируются в открытом океане, чтобы не заплыть куда не следует.

В настоящее время российская история успешно стремится к новым достижениям. Наш российский капитализм уже стал самым диким капитализмом в мире и продолжает дичать дальше. Наши политики – самые коррумпированные политики, наши чиновники – самые хорошо ворующие чиновники, наши бандиты – самые безнаказанные и наглые.

Оглянешься на тысячелетнюю историю России – и понимаешь: есть чем гордиться русскому человеку!

Сокровенное

Отчего у мужчины растут борода и усы, а у женщины – нет?

Все-таки женская эмансипация не одержала еще окончательной победы.

Еще сокровенное

Зачем человеку столько болезней? Одного гриппа видимо-невидимо видов!

Будь я господом Богом, обошелся бы венерическими заболеваниями. Уж заболел – так за дело. А то ни что ни про что – и страдай.

Тоже сокровенное

В юности думал: вот бы человеку не нужно было есть. Сколько бы у него сразу освободилось времени!

Теперь понимаю: а чем бы он занимался в жизни, если б не добывал еду? Благодаря необходимости есть человеческая жизнь полна содержания и смысла.

О мироздании

Ученые утверждают, Вселенная бесконечна.

Готов допустить вероятность этого факта.

Но кто бы мне объяснил, что такое – бесконечность? Все, что существует, то конечно: материальное в пространстве, живое во времени. Бесконечно только то, чего нет. Что не существует. Что – ничто.

Так, во всяком случае, подсказывает мне жизненный опыт и ум, которым я от природы не обделен.

Получается, Вселенная – это ничто? Зеро, черная яма, дырка от бублика, которого тоже нет?!

Решительно не могу согласиться с таким заключением ученых.

Тогда, однако, следует, что Вселенная имеет предел – нечто вроде забора, и за этим забором находится уже не Вселенная.

Что начинается за Вселенной – вот вопрос! Как оно называется? Сумей ученые это определить – и все в нашем представлении о мироздании встало бы на свои места.

Но наши ученые, может быть, хорошие физики, однако очень плохие лингвисты, и до сих пор не нашли нужного слова. Так и живем по их воле в неопределенности, не имея о мироздании достоверного, точного знания.

О мировом масонстве

Недавно листал одну книгу о современных масонах и увидел там свое имя. Выяснил для себя, что я видный член этой организации и обладаю в ней большим авторитетом и властью. Провожу своих людей в депутаты, назначаю министров и руковожу действиями правительства. Не сумел еще только подмять под себя самого президента.

Очень порадовался своей славе. Если бы еще назначенные мной министры платили мне комиссионные за свое назначение! А одной славой жить трудно. Ни курочки на обед не купишь, ни новых башмаков вместо сносившихся.

О выдающихся людях Отечества

Михайла Шеин

Был такой во времена Смуты, боярин и воевода. Рубака – ужас какой. Возглавлял оборону Смоленска, выстоял против поляков двадцать месяцев. В плену вел себя тоже недурно, заставил бывших врагов относиться к себе с почтением и уважением. Восемь лет просидел в плену, вернулся – и снова стал покрывать себя подвигами и славой. Одним словом – опора трона, слуга царю. А и отец солдатам: в новую русско-польскую войну послали отбивать у неприятеля все тот же Смоленск, попал с войском в ловушку – выговорил условием капитуляции сохранение жизни всем своим ребятушкам и беспрепятственное возвращение в родную Московию.

За что по возвращении и был казнен. Отрубили голову на Лобном месте и показали всему честному народу: а чтоб неповадно было о смерде заботиться, всех нужно было костьми положить! Солдат русская баба еще нарожает, а славу Родине так просто не добудешь.

Жалко, конечно, Михайлу Шеина. Но должен же был понимать, в чем состоят интересы Отечества!

О литературе и вообще об искусстве

Литература в человеческой жизни занимает важное место. Она помогает человеку заполнить его досуг. Ее можно читать в поездах дальнего следования, электричках, метро и при желании даже троллейбусах. Также она позволяет человеку образовываться, расширяя свой кругозор. Показывает ему на примере художественных образов, что такое нравственная высота, а что низость. Заставляет переживать за выдуманных людей, заставляя тем самым забывать о собственных горестях.

У литературы, однако, есть большой недостаток. Читая, приходится не просто напрягать зрение, а бегать глазами по строчкам, – занятие однообразное и оттого утомительное. Некоторые от чтения книг до того утомляются, что им выписывают их на ночь как снотворное. Кроме того, писатели, стремясь показать себя людьми умными, а то и образованными, пишут иногда до того сложно, что чтение их превращается в труд потяжелее любого физического. А что же это за досуг, если тебе приходится проводить его рабом на каменоломнях Рима?

В этом смысле театр весьма выгодно отличается от литературы. Глаза, разумеется, тоже приходится напрягать и даже скакать взглядом с одного актера на другого, но все же актеры живые люди и своими размерами значительно превосходят типографский шрифт. Ко всему тому, ни один спектакль не длится так долго, как приходится читать самый завалящийся тощий детективчик. В семь вечера начало, в половине десятого конец. И это вместе с антрактом, во время которого еще сходишь в буфет и согласно древнеримской формулы жизни[4] удовлетворишь свои потребности из ее первой части.

Кино – это тот же театр. С той разницей, что буфет там вынесен не в антракт, а перед началом сеанса.

Имея столь очевидные преимущества перед литературой, театр с кинематографом выполняют те же самые функции: помогают человеку убить его свободное время, развлекают и забавляют, напоминают о вечных истинах, о которых он в реальной жизни давно забыл, и, рассказывая о чужих несчастьях, ненавязчиво убеждают его, что можно еще пожить и ему самому.

Однако и у театра с кинематографом есть существенные недостатки. Что в тот, что в другой нужно заранее покупать билеты, для чего приходится стоять в очередях, тесниться в толпе, ощущая у себя на затылке чужое дыхание, а это далеко не каждому бывает приятно. Я, например, ужасно не люблю, когда мне дышат в затылок. Конечно, против хорошенькой девушки никто ничего иметь не будет, но почему-то обязательно так получается, что за спиной у тебя пристраивается кто-то, не имеющий к хорошенькой девушке никакого отношения.

Далее. В театре, например, нужно снимать пальто и оставаться в костюме. Это весьма неприятный момент, так как далеко не у всех людей есть хорошие выходные платья, а яркий свет делает очень заметными всякие лоснящиеся места. За что лично я предпочитаю кино театру, так это за то, что там можно оставаться в пальто.

Имеются и другие недостатки. В книге, если никак не можешь продраться через нее насквозь, можно прочитать только самые интересные места, пролистывая страницы, а спектакль с кинофильмом, если уж пришел, непременно нужно смотреть насквозь, без всяких купюр. Наконец, как в театр, так и в кино положено ходить со спутником или спутницей, что наносит кошельку, из которого оплачиваются билеты, изрядный урон. Особенно в том случае, когда дело касается семейных пар. Потому что, как правило, кошелек у семейной пары общий. А следовательно, урон наносится обоим. Вне зависимости от того, кто расплачивался.

Самое, полагаю, экономное и полезное для человека искусство – уличные памятники. Во-первых, чтобы посмотреть на них, не требуется стоять ни в каких очередях за билетами. Во-вторых, не нужно вынимать ни копейки из кошелька. И в-третьих, совершенно необязательно созерцать их в течение двух часов, достаточно и нескольких минут.

Спрашивается, почему монументальное искусство не заняло в жизни общества того места, которого заслуживает, и бывает, можно обойти полгорода, прежде чем на твоем пути встанет какое-нибудь творение из бронзы, камня или хотя бы бетона? Почему профессия скульптора еще не стала у нас так же популярна, как профессия писателя, артиста, музыканта, – и в результате людям приходится тратить деньги на покупку книг и потом читать их, стоять в очередях за билетами на спектакли, а после еще их и смотреть, ходить на концерты симфонической и рок-музыки?

А потому что если все бесплатно пойдут созерцать памятники, перестав покупать книги и посещать театры с музеями, это ж сколько народу останется без куска хлеба![5] Вот сей-то народ и не дает монументальному искусству занять подобающее место. Культура культурой, а и прекрасное зиждется на корысти.

Люблю революционные преобразования. Чтобы бац – и все наоборот.

Чтобы, предположим, ночь стала днем, а день ночью. На месте гор появилось море, а на месте моря – горные кряжи. Самки бы оплодотворяли, а самцы рожали…

Природа между тем чрезвычайно консервативна. Установила один порядок вещей – и полагает, что так должно быть вечно.

Считаю, настоящий революционер должен стремиться к овладению ядерным оружием. И потом взорвать все боеголовки разом. Ночь после этого, может быть, в день и не превратится, но день в ночь – это наверняка. Море на месте гор и горы на месте моря – это тоже обеспечено. А с животным миром несомненно произойдет мутация, и если у самок не появится детородных органов самцов, то у последних-то они точно исчезнут.

Одно меня во всем этом волнует. Сумею ли насладиться картиной произошедших преобразований я сам? Или преображусь столь кардинально, что не буду в состоянии осознать новой картины мира?

Вот этим, к сожалению, революционные преобразования и нехороши: никогда в точности нельзя предвидеть всех возможных последствий.

О братьях-писателях

Андрей Платонов

С Платоновым лично я знаком не был, но с его творчеством и жизнеописанием знаком хорошо. Поэтому считаю необходимым высказать о нем несколько наболевших мыслей.

Распространено мнение, что Платонов был гением. Откуда оно взялось, остается неизвестным, но оспаривать его считается предосудительным.

Опасаясь быть непонятым, лично я готов оспорить это распространенное мнение.

Платонов, конечно, – большой писатель, тут спору нет, но никак не гений. Во-первых, у него не было бороды. Если же мы посмотрим на галерею гениев отечественной словесности, то ясно увидим, что все они носили бороду. Пушкин носил (пусть и в виде бакенбардов). Толстой носил. И Достоевский тоже был с бородой. С бородой, кстати, был и Антон Павлович Чехов.

Во-вторых, Платонов не имел никаких странностей. Пушкин, например, написавши гениальные строки, бегал по комнате в халате и кричал: «Ай да Пушкин! Ай да сукин сын!» Про Платонова ничего подобного неизвестно. Неизвестно даже, был ли у него халат. Толстой, в свою очередь, живя вполне благополучно и обеспеченно, годами прятал от себя веревку, чтобы случаем не сделать из нее петлю. Платонов же, ведя жизнь нищую и убогую, ни разу даже не помыслил о самоубийстве, во всех ситуациях оставаясь вполне душевно здоровым. Во всяком случае, ничего о его склонности к суициду опять же неизвестно.

В-третьих, он не страдал продолжительное время никакой тяжелой болезнью. У Достоевского, у того была эпилепсия. Без которой он, понятное дело, не был бы Достоевским. У Антон Палыча Чехова была чахотка, по-современному говоря – туберкулез. Не чахотка бы, так бы он и не сделался Чеховым, а остался автором юмористических рассказиков Чехонте. Справедливости ради следует заметить, что туберкулезом (чахоткой, по-старому) Платонов все же заболел. Но болел недолго и вскоре умер. Ко всему тому, когда это произошло, он уже написал все свои произведения, и болезнь не оказала никакого воздействия на его творческое развитие.

И наконец, последнее. Общеизвестно, что Платонов, зарабатывая на жизнь, подметал тротуары во дворе Литинститута. Другими словами, работал дворником. Да разве бы гений позволил себе такое? Конечно, была пора, и я шуровал в котельной. Но когда я вышел из андерграунда и стал вполне легальным поэтом, – чтобы я позволил себе так опуститься? Несмотря на самые неблагоприятные обстоятельства! Миссию, возложенную на тебя Небесами, должно нести с достоинством.

Будь Платонов гением, не сомневаюсь, прекрасно бы это чувствовал. Нам, кто отмечен Небесами, оттуда, свыше, это чувство и дается[6].

О великих изобретениях

Телевидение, конечно, – великое изобретение.

И радио великое изобретение.

Но все же, думается мне, ничто не может сравниться с кинематографом. Кинематограф ставит фильмы по книгам писателей и выплачивает им за это гонорары. Радио, правда, если запишут какой-нибудь отрывок и пустят в эфир, тоже платит, но разве же их гонорар можно сравнить с кинематографическим? То же и с телевидением.

Вот и судите, какое изобретение значительнее других.

Разное

Вино на радость нам дано. Это понятно. Главное, не перебрать, чтобы на утро не болела голова[7].

Но зачем нам дан табак? Сначала никак не понимали, что с ним делать и заталкивали в нос, отчего страстно чихали, а также впоследствии заболевали злокачественными опухолями уха-горла-носа.

Потом его стали курить. К чему сначала нужно долго привыкать, а после, когда привыкнешь, невозможно бросить, хотя по утрам донимает кашель, а впереди маячит угроза рака легких.

Пусть от вина – цирроз печени, но перед тем – хотя бы веселье, а что от табака?

Видимо, тем человек и отличается от животного, что не все в его поведении поддается объяснению основными инстинктами. У человека еще и душа есть. Вот она-то и требует табака. А уж зачем – это ее тайна. Не все человеку дано познать.

Опять о животных

Вот если бы слон умел плавать, как кит. А кит имел бы хобот, как слон.

Заяц питался бы мясом, а волк морковкой.

У лисы были бы ноги, как у кенгуру.

Медведь имел бы не такую длинную шерсть и вообще был размером с какую-нибудь таксу.

Птицы бы плавали, рыбы летали, пресмыкающиеся если не летали, то хотя бы подлетывали.

Насколько бы интереснее было жить в таком мире!

Кто скажет, что все это детские фантазии, отвечу: устами младенца глаголет истина. Скучно жить человеку в привычном!

Одно смущает: необычное сегодня – заурядное завтра. Новое поколение, глядя на кита с хоботом и волка с морковкой, возжелает, чтобы кит был просто слоном, а волк стопроцентно походил на зайца.

Так понимаешь, что все перемены – от лукавого.

Разное

Свежий ветер в жаркую погоду очень помогает жить.

Тот же ветер, когда холод да еще дождь, очень сильно отравляет существование.

Из этого делаем вывод: одно и то же явление в разных условиях может быть благом, а может злом.

В философии это называется единством противоположностей.

О приватизации

Часто думаю, зачем России нужна была приватизация?

Существует мнение, приватизация нужна была для того, чтобы двинуть вперед экономику. Но, как известно, двинуть экономику не удалось.

Существует другое мнение, что приватизация в России нужна была для того, чтобы все стали богатыми. Это, однако, тоже звучит странно, так как богатство раздали немногим, а остальным дали ваучеры.

Ваучеры – это такие бумажки, каждая из которых должна была весить две «Волги», а оказалась легче тополиного пуха. Кто вовремя продал ваучеры, не став их вкладывать ни в какой «Газпром» или «Норильский никель», смогли на вырученные деньги купить пару зимних сапог жене, летние полуботинки себе и воздушный шарик ребенку. А кто вложил их в «Газпром» и «Норильский никель», имеют теперь дивиденды – от жилетки рукава и в придачу сердцевину от бублика.

Те, кому достались сама жилетка и бублик, называются теперь олигархами, те, кому остальное, – электоратом. Олигархи выдвигают депутатов в парламент, а электорат их выбирает. Выдвинутые олигархами депутаты принимают нужные им законы, а электорат эти законы исполняет. Олигархи строят себе дворцы, а электорат получает зарплату на их строительстве. Олигархи хорошо и со вкусом отдыхают, а электорат обслуживает их отдых. В общем, связаны неразрывно и друг без друга не могут.

Вот для того, чтобы так скрепить нацию в единое целое, полагаю, и нужна была России приватизация.

О Счетной палате Российской федерации

Одно из крупнейших достижений демократической власти в России – появление у нас Счетной палаты. В коммунистическую эпоху имелся только партийный контроль, который то лишь и знал, что контролировать, а считал у нас все Госплан. Считал так, что в конце концов просчитался, и в стране образовался не только дефицит колбасы, но и власти.

Поэтому, когда демократы стали отбирать власть у коммунистов, оказалось, что у тех ее совсем нет и не то что удерживать, но и отдавать нечего. Демократам все пришлось начинать с нуля, и так как власти у них было мало, дабы знать точно, сколько ее и на что можно рассчитывать, они учредили Счетную палату. Которая точно учитывает, кто и сколько украл, кто и сколько взял взяток, кто и кого кинул. Благодаря этому в руках власти всегда имеется достаточно компромата на всех, на кого нужно, и они, чтобы тот не выплыл наружу, неизбежно будут проводить нужную власти линию, а если колебаться, то только вместе с нею.

При подобном положении вещей ни о каком дефиците власти у власти не приходится и говорить. Скорее, можно говорить об ее избытке. Так что неизвестно, что с нею делать и на что употребить. Отчего власть временами впадает в отчаяние и открывает борьбу против какого-нибудь олигарха, чтобы немного ослабить себя и тем самым вызвать тревогу у всего цивилизованного мира за свое будущее. Цивилизованный мир грудью встает на защиту наших демократических свобод, олигарх уходит в отставку со всех постов и уезжает влачить остаток своих дней в эмиграции где-нибудь на яхте посреди Атлантического океана, власть же неизбежно укрепляется.

А не Счетная бы палата, так, может быть, никакой демократии в России уже не было, а совершился коммунистический реванш, и мы бы теперь жили под железной пятой наследников Ленина.

Сокровенное

Делать добро приятно и, говорят, полезно для эндокринной системы. Зло, утверждают психологи, разрушает творящего его и вредно во всех смыслах.

Но как быть с теми, кто не отличает добра от зла? Получается, полезное – для них яд, вредное – во здравие?

Будь я царем Соломоном, носил бы кольцо с надписью «Все относительно».

О человеческом любопытстве

Почему паук кажется нам безобразным, а белочка умиляет?

Почему жаба отвращает, а стрекоза восторгает?

Почему червь нам противен, а ежа, хоть он и колючий, так и хочется взять в руки?

Много загадок задает природа, и не на все человек еще нашел ответы. А когда находит, то обнаруживает, не стоило их и искать.

Что проку в знании, почему бабочка радует глаз, а гусеницу любым способом хочется поскорее удалить из поля зрения. Гусеница все равно не станет милее, а обмирая в восторге от созерцания бабочки, не будешь вспоминать, каким она была страшилищем в прежней жизни.

Не врожденное бы любопытство, сколь много человек преуспел бы в наслаждении природой. А так и не наслаждается и не знает, что делать с ответами на ее загадки.

О выдающихся людях мировой цивилизации

Гомер

Гомер жил в незапамятные времена и положил основание сокровищнице мировой литературы, создав бессмертные произведения «Илиаду» и «Одиссею». В «Илиаде» действуют люди, цари и боги, и она написана гекзаметром. В «Одиссее» – те же действующие лица, она тоже написана гекзаметром, но особую роль там играет один древнегреческий царь, почему это второе из бессмертных произведений и названо его именем. В «Илиаде» подробно и достоверно описаны боевые будни древнегреческих воинов во время освободительной войны против Трои, похитившей прелестнейшую женщину Елену. В «Одиссее» столь же подробно и достоверно воссозданы картины морских путешествий той поры, когда острова Эгейского моря были заселены некими сиренами, то ли женщинами, то ли птицами, которые очень хорошо пели и тем препятствовали безопасному мореплаванию.

Предание гласит, что Гомер был слепой и исполнял свои бессмертные произведения под звуки лиры на центральных площадях древнегреческих полисов[8], переходя из одного в другой пешком. Лиру, должно быть, он таскал в заплечном мешке, а жил на то, что подадут слушатели – иначе говоря, на гонорар, хотя, может быть, в те времена этот вид дохода и именовался другим образом. Гонорарами, как известно, много на жизнь не заработаешь, и Гомер, несомненно, был весьма несостоятельным человеком. А то есть и не слишком уважаемым членом общества.

И вот этот не слишком уважаемый член тогдашнего общества сохранился в памяти веков, а все уважаемые – исчезли. Спрашивается, справедливо ли это?

Полагаю, вопрос риторический и ответа не заслуживает.

Кто хочет славы среди сограждан – кует деньгу. Кто хочет славы в веках – перебивается гонорарами. Для веков гонорар – более надежный вид доходов, чем все прочие.

Правда, остается не проясненным другой вопрос. Живут на гонорар – подчас похожий на самое настоящее подаяние – многие, а сохраниться в памяти веков удается единицам. Почему так? Ведь и Гомер был не единственным бардом древней Эллады, жившим на гонорары.

Есть, конечно же, мнение, будто Гомер – это совсем даже не один человек, а собирательное имя древних певцов, и так вот, значит, под одним именем они все сохранились в истории мировой цивилизации.

Любой понимающий человек, однако, признает данное мнение несостоятельным. Литература вам – не кинематограф, тут с коллективным творчеством не разбежишься. Был Гомер, был!

Что же до человеческой памяти, предпочевшей его прочим коллегам, остается признаться: не все объяснимо в природе! Иногда приходится и тушеваться.

А всем этим ротшильдам, рокфеллерам, березовским, гусинским и даже биллам гейтсам пусть судьба Гомера служит постоянным нравоучительным уроком.

Недоуменное

Любовь, как уверяют нас ученые, – это биохимия.

И ненависть, утверждают они, тоже биохимия.

И лень – биохимия.

Биохимия – даже способность к труду.

Интересно, если человек – сплошная биохимия, то какую роль играют в его существовании физика, математика и другие точные науки?

Восстановление справедливости

Компьютер, конечно, – великое достижение человеческой мысли. Всякий раз, когда сажусь за него, не устаю восхищаться.

Сильнее, однако, меня восхищают ножницы. Не изобрети их древние египтяне, портные не имели бы столь совершенного инструмента для своей работы, и мы бы до сих пор ходили в древнеримских тогах вместо пиджаков и сорочек. Тога же, как известно, крайне неудобна тем, что одна рука всегда занята, держа на себе свободный конец одеяния, а значит, несвободна для продуктивного и производительного труда. Между тем, без продуктивного и производительного труда мы бы никогда не достигли того развития производительных сил, который наблюдаем в настоящее время, а значит, не имели бы и никакого компьютера.

И это все – благодаря ножницам.

Конечно, кроме древнеримской тоги существовали и другие виды одежды, но какая же умная мысль придет в голову, если ты плохо одет? Плохо одетый человек плохо и думает, и никогда не изобретет ничего порядочного. Кто полагает иначе, никогда ничего не изобретал.

Я, правда, тоже за всю свою жизнь ничего не изобрел. Но у меня в жизни было другое предназначение. А будь я изобретателем, непременно нуждался бы в хорошей одежде, и не египетские бы ножницы, непременно ходил бы исключительно в древнеримской тоге. При этом – увы! – по причине занятости руки ничего бы не изобрел.

Как после этого не ценить ножницы? Египтяне, между прочим, утверждают знающие люди, еще и пуговицу с петлей придумали – и ничего, не считают, что облагодетельствовали человечество. Даже не взяли на свое изобретение патент. Во всяком случае, среди сохранившихся от них папирусов такового не обнаружено.

Опять о выдающихся людях Отечества

Иван Сусанин

Жил такой в 17-м веке. Большей частью даже в 16-м, но в 16-м ничего выдающегося он не совершил, и жизнь его там покрыта мраком неизвестности. А в 17-м веке, хотя и прожил в нем всего тринадцать годков, Иван Сусанин отдал жизнь за царя, не выдав поганым полячишкам местонахождения шестилетнего Михаила Федоровича, и тем обессмертил себя в народной памяти. Подвиг костромского крестьянина подтвердил собственноручно подписанной грамотой, данной его зятю Богдану Собинину, сам основатель династии Романовых, а после того сей факт подтверждался еще пять раз, вплоть до Екатерины Великой в 1767 г.

Не любит, однако, русский человек верить власти. Если власть говорит: «Да», – русский человек понимает: «Нет!» Если же вдруг власть скажет: «Нет», – русский человек без сомнения растолкует это как «Да!» И как появилась возможность прямо и честно заявить о смерти Ивана Сусанина все, что он думает, русский человек тут же это и заявил – спустя без малого век после указа великой императрицы, устами историка Костомарова. Может, и замучил кто бедного крестьянина, написал уважаемый профессор в ученой статье, а только не за какого не за царя, а так, из любви к искусству, удовольствия ради. Нужно было кому-то за царя жизнь отдавать!

В советское время Иван Сусанин попал в анекдот. «Знаешь, в чем была трагедия Ивана Сусанина? В том, что он действительно заблудился». И все потому, что советская власть тоже считала смерть Сусанина героической.

А вот написал бы родоначальник российской императорской фамилии в своей грамоте, что никакого добра вышеупомянутый крестьянин ему не сделал, никакого спасения он не помнит и никому благодарным быть не желает, а Петр Первый с Екатериной Второй это его царское утверждение поддержали бы, да коммунисты оказались бы с ними вполне солидарны, то уж тут русский человек разгулялся бы в своем праведном гневе, тут уж досталось бы от него власти! Костромской же крестьянин был бы объявлен на весь мир неоцененным национальным героем.

А так что же держать его за героя, когда и сама власть признает героем. Никакого кайфа в таком сюжете!

Коммунисты считают себя выразителями интересов народа[9].

В прошлые времена, когда они были у власти, у коммунистов были одни магазины, у народа другие, у коммунистов свои поликлиники, у народа свои.

Теперь коммунисты власти не имеют, но ходят в те же магазины, в которых отоваривается власть. И продолжают лечиться в тех же поликлиниках, в которых лечились прежде. Хотя эти поликлиники принадлежат теперь новой власти. У народа, как и раньше, свои магазины и свои поликлиники.

Спрашивается, почему коммунисты считают себя выразителями интересов народа? Вероятнее всего, потому, что выражают своим качеством жизни сокровенные мечтания народа о том, как бы хотелось жить и ему.

Гитлер хотел сократить славянское население к середине XXI века до 50 миллионов. Гитлер был «коричневым» (не путать с «голубыми»).

Наши демократы[10] сокращения населения не обещали. Они обещали всеобщее процветание.

У Гитлера задуманное не получилось. Как кончил Гитлер, всем известно.

У демократов[11] тоже не получилось обещанное. В отличие от Гитлера они живут и процветают.

Демографы утверждают, что в результате реформ демократов население России к середине XXI века сократится до 50 миллионов.

Демократы очень часто говорят о «так называемых красно-коричневых». Вот любопытно, если определить цвет демократов, то какого цвета будут они?

Разное

Бывают полотенца личные. Ими вытирают лицо и руки.

Бывают полотенца банные. Ими вытирают тело.

Бывают полотенца кухонные. Ими вытирают посуду, чтобы не ставить ее в буфет мокрой.

Еще бывают полотенца для ног. Которыми, естественно, вытирают ноги и желательно больше не вытирать ничего.

Иногда вместо банного полотенца употребляют банные простыни.

А в парикмахерской, если возникнет нужда побриться, парикмахер для смягчения щетины наложит тебе на лицо смоченную в горячей воде салфетку.

Что меня во всем этом многообразии восхищает. Ведь до всего нужно было додуматься!

Все-таки человек весьма не глупое существо.

Из дневника

Ходил на Пасху ко всенощной в ближайший храм. Народу было – не протолкнуться, стоял на улице, не заметил, когда совершился крестный ход. Понял, что тот уже был, только когда вокруг стали говорить: «Христос воскресе! – и отвечать: – Воистину воскресе!» Рядом со мной стояло чудное создание лет девятнадцати, в руках восковая свечка, в глазах свет и красота высокой духовности. Я ей, естественно, тоже: «Христос воскресе!» – и с открытым сердцем – похристосоваться. И что же это небесное создание? Вместо того, чтобы откликнуться на благую весть благой радостью, отозваться на поцелуй любви ответным поцелуем, выставляет перед собой руки, упирается ими в мою грудь и буркает «Христос воскресе!» вот так, и близко не подпуская к своим устам.

Во мне все прямо перевернулось. Нет, правильно говорят, молодежь ходит в храмы из моды. Никакой настоящей веры в душе. Никакой высоты христианского чувства!

Самое сокровенное

Помню, когда сидел в андерграунде, другим там не сиделось, и они уезжали в свободные страны. В свободных странах свобода встречала их радостно у входа, жала руку и оставалась встречать других, а дальше по жизни они уже шли сами.

Я же продолжал сидеть в андерграунде, скованный цепями по рукам по ногам, тяжело звенел ими и пел мрачные песни.

Потом свобода пришла и к нам. Мы ее встретили у входа, она пожала нам руки и тут же растворилась на просторах нашей необъятной родины, отправившись пожимать руки остальным. Кто как, а лично я после этого некоторое время пребывал в растерянности, не зная, что теперь делать дальше. С цепями я свыкся, привык и петь мрачные песни. Порою я даже подумывал оборвать мой творческий путь и замолчать навеки, оставшись в народной памяти жертвой советского тоталитаризма.

Но тут из других стран стали приезжать мои прежние друзья, овладевшие навыками жизни в условиях демократических свобод. Они брали у меня интервью под диктофон и печатали их в прессе зарубежных стран. Так о моем творческом кризисе стало широко известно мировой общественности. Мировая общественность живо отреагировала на переживаемые мной трудности и, чтобы помочь мне пережить их, стала активно приглашать меня к себе в гости – где я рассказывал о своем кризисе и тем самым изживал его (по Фрейду!), получая еще при этом и гонорары в твердой валюте.

Поездив по миру, я открыл в нем для себя много мне прежде неизвестного. В частности, что свободные страны отнюдь не лишены недостатков, и существенных, а мои прежние друзья не свободны от низких чувств: когда они увидели, сколь я сделался популярен, они радикально переменились в своем отношении ко мне и стали всячески вставлять мне палки в колеса, чтобы я поменьше ездил по миру, а слава бы моя уменьшилась, как равным образом и гонорары.

Благодаря этим открытиям творческий кризис был мною успешно преодолен. Я снова отчетливо увидел пороки, с которыми мне как художнику надлежит бороться, изъяны системы, которая кичится своим совершенством, ее слабости и червоточины. И теперь, когда я сажусь за письменный стол творить, мой мрачный талант снова находит темы, клеймит и жжет, возмущается и негодует.

Недаром говорят, у палки два конца. Человеческая судьба – та же палка. Одним концом тебя огреет, другим приголубит. Не только в условиях андерграунда можно творить.

Не устаю восхищаться, до чего совершенное существо человек!

Если бы у него была одна нога вместо двух, он бы не мог ходить, и ему пришлось перемещаться прыжками. Как это неудобно, легко проверить, подогнув одну ногу и попробовав поскакать на другой.

То же и с руками. Будь их у него не две, а одна, нетрудно представить, как бы ему было сложно есть суп с хлебом: все время клади ложку и бери кусок, клади кусок и бери ложку.

Главное же, голова. Будь их две, они бы постоянно спорили друг с другом, какая из них умнее, и жить было бы просто невозможно. А так живешь со своей одной и не знаешь с ней никаких проблем.

Все же, создавая человека, Бог потрудился на славу!

О дворянстве

В истории России большую роль сыграло дворянство. Сначала оно помогло Ивану Грозному прищучить бояр, благодаря чему удалось избегнуть новой феодальной раздробленности. Позднее, во времена Смуты, добилось отмены Юрьева дня – и тем способствовало установлению крепостного права. Дворяне успешно сражались в коннице и, если оставались живы, получали себе в кормление поместья. В поместьях они жили оставшиеся им до смерти годы, эксплуатируя закрепощенных ими крестьян и используя молодых крестьянок в качестве наложниц. Дети их, выросши, тоже шли в конницу и, если им везло, становились крупными военачальниками, прославляя свою фамилию в веках.

При Петре Первом дворяне отправились за границу учиться наукам, а также из конских седел пересели на морские суда и одержали победу над шведами при Гангуте. Дворяне руками своих лучших представителей, служивших в гвардии, возвели на престол дочку Петра Первого – Елизавету Петровну, чем обусловили появление в России в недалеком будущем такой выдающейся правительницы, как Екатерина Великая.

Дворяне успешно бились за свои права и первыми из других сословий получили освобождение от порки, а также от обязательного труда – в виде военной или государственной службы, – до сих пор служа примером нашим призывникам при уклонении от обязательной воинской повинности.

Дворяне первыми в России обучились в Европе хорошим манерам и этикету, положив основание отечественной культуре быта. Они же, кроме русского, заговорили на французском языке, показав всему миру, что если мы чего захотим, то сможем. Они же, наконец, первыми в российской истории объединились в профсоюзы, назвав их Дворянскими собраниями.

Александр II, упразднив крепостное право, подрубил дерево дворянства. Оно стало хиреть и засыхать, а Октябрьская революция подрубила его уже под самый корень. С той поры наши манеры испортились и продолжают портиться дальше. Мы разучились говорить на иностранных языках, а наши профсоюзы не в состоянии отстаивать наши права.

Минувшее десятилетие, однако, вселяет в сердца надежду.

В России воссоздано Дворянское собрание. Войти в него могут все, кто докажет, что предки его были дворянами. Надо думать, Государственной думой невдолге будет принят закон, запрещающий милиции избивать задержанных членов Собрания. Потом – закон об освобождении их от обязательной воинской повинности. Закон о минимальной заработной плате членам Собрания – равной прожиточному уровню…

Глядишь, так дворяне снова сыграют исключительную роль в возрождении России.

О купечестве

Купечество в истории России тоже сыграло большую роль. Особенно в истории отечественной культуры.

Если бы не их яркая жизнь, насыщенная событиями и необыкновенными приключениями, русское народное творчество не сложило бы замечательной былины про богатого гостя Садко, живо и образно запечатлевшей для нас будни и праздники наших далеких предков. Афанасий же Никитин не попал бы в Индию и не оставил нам никаких записок о хождении за три моря, которые вошли драгоценнейшим камнем в ожерелье древнерусской литературы. А наш великий поэт Михаил Юрьевич Лермонтов в более поздние времена не создал бы жемчужины русской поэзии – «Песни о купце Калашникове».

Не купцы бы, гордость русской драматургии А.Н. Островский не вылепил в своей бессмертной пьесе «Гроза» запоминающихся образов Дикого и Кабанихи. Которые, в свою очередь, вдохновили гениального русского критика Н.А. Добролюбова на статью «Луч света в темном царстве». Эта статья стала шедевром русской критической мысли XIX века и вошла в школьную программу изучения русской литературы.

Благодаря купцу Третьякову у нас имеется национальное достояние – Третьяковская картинная галерея.

Благодаря купцу Алексееву, ставшему Станиславским, у нас возникло другое национальное достояние – Московский художественный академический театр, МХАТ. Из купеческого образа жизни, требующего особого лицедейства при покупке и продаже товара, Станиславский вынес науку перевоплощения и разработал «театральную систему Станиславского», ставшую достоянием не только России, но и всего человечества.

Без купцов, любивших хорошенько обмыть удачную сделку в дорогом ресторане, некому было бы поддержать молодых цыганских артистов, и мы бы не могли теперь наслаждаться знаменитым цыганским романсом.

Советская власть купцов ликвидировала. Отдав закупку товаров товароведам, а продажу товаров – продавцам.

Результатом, как известно, – упадок искусств, социалистический реализм в литературе и стагнация в области оперы и балета.

Новая российская власть возродила купечество.

Возрожденного купца зовут коммерсантом. Его деятельность называется коммерцией. Он, как и купцы в прошлом, ездит по европам, азиям и америкам, покупает там что-нибудь подешевле и продает это что-нибудь здесь подороже. Полученный доход коммерсант перегоняет обратно в Европу, Азию или Америку и держит там на своем счету в банке, опасаясь, что в России его снова сделают продавцом или товароведом.

С его возрождением искусство не расцвело, литература не вспыхнула новыми красками, опера и балет все так же пребывают в стагнации. Однако же у возрожденного русского купца уже и сейчас неоценимые заслуги перед отечественной культурой. Ему мы обязаны появлением анекдотов о «новых русских».

Из дневника

Сел сегодня за компьютер работать. Для разминки решил разложить пасьянец. И потом целый день до вечера резался во всякие игры: гонял монстров, бегал от пиратов, жег корабли и вел звездные войны. Встал с чувством усталости, но глубочайшего удовлетворения.

И как раньше мир жил без компьютера? На работе работали, дома – тоже всякие дела, да еще воспитание детей. Куда-нибудь выбраться, получить впечатления – целое событие. Гостей к себе позвать, пообщаться – тоже труд: все прибери, пол вымой, сходи в магазин за угощением и еще стол накрой. Никакому разговору не будешь рад.

А теперь сиди себе дома – и полная куча всяких впечатлений. Как в какой-нибудь ЦПКИО сходил. И квартиру в порядок приводить не надо, и на угощение тратиться; треплись с кем сколько хочешь по электронной почте, – стоит копейки, удовольствия на рубль, если не больше.

Тусклая была жизнь до компьютера!

А ведь еще Интернет есть. Ни тебе в библиотеку тащиться, ни в кинотеатр, ни в магазин. Жизнь – как в раю.

Только вот откуда там в Интернете это все есть? Кто эти книги пишет, кино снимает, магазины держит? Кто? Когда все раскладывают пасьянсы и ведут звездные войны!

Или остался еще кто-то, кто работает?

Если так, ничего не понимаю. Для чего тогда нужно было компьютер изобретать?! Работать и без него можно.

До чего все же положительное явление, эта реклама по телевизору!

Во-первых, она глупа.

Во-вторых, и рассчитана на идиотов.

Посмотришь ее – и понимаешь: сколь все-таки ты лично и умен, и развит, и тонок!

А коммунисты, запрещая рекламу, лишали нас такого положительного психического стимулятора!

Из-за одного этого будешь антикоммунистом.

Вновь о выдающихся людях Отечества

Михаил Ломоносов

Великая загадка земли русской – появление на ней такой грандиозной фигуры, как Ломоносов. Атмосферу на Венере открыл. Закон сохранения материи сформулировал. Флогистон, который будто бы содержится в веществе и благодаря ему вещество горит, признал болезненной фантазией зарубежных ученых и изгнал его из числа химических агентов – подобно тому, как Христос торговцев из храма. И все это – задолго до Антуана Лорана Лавуазье, которому легко же было заниматься наукой у себя в просвещенной Франции.

А еще Ломоносов заложил основы современного русского стихосложения, благодаря чему каждый мало-мальски грамотный русский человек может теперь сложить вполне складные стихи по случаю дня рождения любимого человека или к юбилею начальника. Ломоносов написал также «Древнюю Российскую историю», которую и сейчас не стыдно предъявить другим народам в оправдание всех наших бед и злосчастий. Размышляя о причинах высокой смертности русского народа, пришел к выводу, что стране надобны доктора, лекари и аптекари, – и теперь, если какое нездоровье, нам есть к кому обратиться. В случае, если лечение не пошло на пользу, Ломоносов тут совсем ни при чем.

Существует мнение, что такой выдающийся сын земли русской не мог родиться в простой крестьянской семье и отец его – не кто другой, как сам Петр Великий. Который как раз за девять месяцев до рождения Ломоносова обретался по своим государевым делам в Холмогорах.

Готов был бы в это поверить, но только почему же у других царей не получалось родить столь выдающихся ученых? Конечно, и сам Петр был человеком незаурядным, однако и Екатерина Вторая не даром прозывалась Великой. А кого родила?

Так что, я полагаю, был Ломоносов загадкой, – загадкой и останется. А русский человек с еще большим правом может бить себя в грудь и восклицать: «Велика тайна ты есть, матушка Россия!»

Еще раз о других государствах

Странно, но факт: Россия – не единственная страна в мире.

В западном полушарии на континенте Северная Америка находится страна, называемая США.

США очень большая страна. Она простерлась от Атлантического океана до Тихого, заняв собой добрую половину североамериканского континента.

Но Россия все же больше, чем США. Причем в два раза. Без малого. И мы тоже простерлись от Тихого океана до бассейна Атлантического.

США очень развитая промышленная страна, и недра ее богаты полезными ископаемыми.

У России тоже есть промышленность, а недрами мы намного богаче Соединенных штатов.

В США много железных и шоссейных дорог. Но на дальние расстояния американцы предпочитают летать самолетами, которые сами же на своих заводах и делают.

Мы тоже делаем самолеты. И тоже на дальние расстояния предпочитаем летать. А если не летаем, то лишь по причине скудости средств в кармане[12].

США и сельскохозяйственная страна. Они выращивают пшеницу, кукурузу, овощи, фрукты, содержат миллионные поголовья скота – полностью обеспечивая свое население продуктами питания. Так что остается еще и на продажу.

И Россия страна богатых сельскохозяйственных традиций. Пшеница, кукуруза, овощи, фрукты растут и у нас, и у нас на пастбищном и стойловом содержании находятся миллионные поголовья скота. Правда, мясные продукты у нас дороговаты и не доступны всем слоям населения, но хлеб у нас самый дешевый в мире. А вегетарианство, между прочим, очень полезно для здоровья.

В США есть Голливуд. Его еще называют фабрикой грез. Голливуд снимает кинокартины и потом прокатывает их в кинотеатрах всего мира, получая за это большие деньги и насаждая таким образом по всему миру свое понимание и представление о жизни.

Наш Голливуд – это Мосфильм, Ленфильм, киностудия им. Горького и Свердловская киностудия вместе взятые. Наши киностудии тоже снимают картины. Но в кинотеатрах их не показывают, а возят по всему миру на кинофестивали и получают там призы. Приз – это, конечно, не деньги, но несомненное выражение уважительного отношения к таланту наших кинохудожников. О фильмах, получивших призы, пишут в газетах, рассказывают по радио, телевидению, – и о нашей жизни и наших представлениях о ней тоже становится известно.

Кроме Голливуда, у США есть еще ядерное оружие, которым можно уничтожить на земле все живое.

У России тоже есть такое оружие. И мы тоже можем уничтожить все живое.

В США живут потомки выходцев из Европы, Африки, Азии, а также потомки коренного населения американского континента – индейцев.

И в России живут потомки многих народов, когда-либо населявших наши просторы. За последние годы у нас во множестве появились даже негры. Их с охотой берут на работу в бары и рестораны, одевая во все белое, они получают российское гражданство, и в России среди прочих народов, как и в США, скоро будут жить их потомки.

В США говорят на английском языке.

В России тоже говорят на английском языке, особенно в последнее время. Но все же немногие и в особых случаях. В массе своей население России говорит на русском и другими языками не владеет.

Вот это и есть единственное реальное отличие России от США.

За исключением языка в США – все, как у нас[13].

Почему же они живут так богато, а мы так бедно? Их во всем мире боятся, но уважают. А нас раньше тоже боялись, но не уважали. Теперь и не боятся, и не уважают.

Почему же, почему, почему?!

Полагаю, есть что-то в природе и климате континентов неизученное, что и влияет своим особенным образом на благосостояние США и наше. На географической карте ясно видно: Тихий океан омывает США с запада, а нас с востока, Атлантический США – с востока, а нас – с запада. Ощутимая разница!

Разное

Дарвинизм утверждает, человек произошел в процессе эволюции от обезьяны.

Хорошо. Соглашусь.

Но от кого произошла в процессе эволюции обезьяна?

Стыдно признаться, оглядываясь вокруг, иногда думаю: а уж не от дьявола ли?

Из дневника

Был в гостях у одного федерального чиновника средней руки. Подавалось вино еще из подвалов Наполеона. Правда, не того, из-за которого Москва сгорела, а его племянника, который с нами в Крыму воевал. Тоже, однако, не молодое вино.

Несмотря на то, что не пью, не смог отказать своему любопытству и употребил два бокала. О качестве ничего не могу сказать, может быть, и ничего себе. Но откуда у госслужащего средней руки такое вино? Это ведь его годовой зарплаты на полбутылки бы не хватило!

Не удержался и задал хозяину вопрос о происхождении сокровища. А воруем, сказал мне хозяин. И понимай, как знаешь: то ли пошутил, то ли со всей прямотой так честно и признался.

На метро опоздал, денег на такси не хватило, шел ночною Москвой, и сложились стихи:

Во времена лихого воровства

Будь стоек бард и не греши.

Прекрасней золота осенняя листва…

Мы проживем и на гроши!

Вот единственный смысл ходить в гости к подобным людям – непременно подвигнут на создание нетленных произведений.

Еще о братьях-писателях

Ильф и Петров

С Ильфом и Петровым личного знакомства у меня не было – что легко объясняется несовпадением наших жизней во времени, – но их «Двенадцать стульев» я читал неоднократно, и можно сказать, что знаком с Ильфом и Петровым очень хорошо. Поэтому считаю необходимым высказать свое мнение и о них.

«Двенадцать стульев» – конечно, классика русской советской литературы, и благодаря им Ильф и Петров вошли в учебники по ее истории. Причем не только в учебники, но и в хрестоматии.

Однако в их творчестве есть одно белое пятно, которое кидает густую тень на все их творческое наследие, и в результате не позволяет воспринимать созданные им произведения в необходимом ракурсе.

Как известно, Ильф и Петров писали вместе, потому перед названием произведения и стоят два имени: Ильф и Петров. Читатель к этому привык и не задается удивленным вопросом, а между тем, это в высшей степени ненормально, чтобы одно произведение писали сразу два автора. Когда один писатель пишет сразу два произведения – это в порядке вещей. Какое-нибудь одно может быть отвергнуто издателями, и тут на свет появится другое. Всегда лучше иметь что-нибудь про запас.

Но чтобы двое делали то, что положено одному? Тут всегда есть какая-нибудь загадка! Писать вдвоем – это то же самое, что спать вдвоем с одной женщиной. Одновременно. И все это – постоянно, изо дня в день, долгие годы.

Без особой надобности на такое не пойдешь.

Сохранились чьи-то воспоминания, где Ильф с Петровым рассказывают о своем творческом методе. С утра созваниваются, затем встречаются, один начинает фразу, другой подхватывает…

Все это полный бред для непосвященных. Один может начать фразу и другой может подхватить, но чтобы потом тот, кто начал, согласился с тем, который продолжил? За свою долгую творческую жизнь я таких не встречал. А если начнет фразу другой, который продолжал, подхватит же ее тот, кто начинал до этого, то не согласится с ним уже тот, который начал фразу на этот раз. И будут они так начинать и продолжать с утра до вечера, и вечером обнаружится, что они не только ничего не написали за целый день, но еще и до того возненавидели друг друга – разреши им разорвать друг друга и никакого наказания, разорвут и клочков не оставят.

Я долго бился над загадкой феномена «Ильф и Петров», и наконец, разгадал ее. Кто-то один из них был неграмотным! Он все и сочинял. А другой только записывал. Правда, может быть, записывал не совсем так, как диктовал тот, что сочинял, но тот уже никак не мог это проверить, потому что не мог прочитать. Вот поэтому тот, кто записывал, и не соглашался на роль простого литзаписчика, а хотел, чтобы перед названием красовалось и его имя. Тот же, кто все сочинял и диктовал, не имел никакой возможности протестовать: ведь он же не имел никакого понятия, как выглядит его имя, записанное буквами!

Неграмотным, можно утверждать наверняка, был Ильф, так как после его ухода из жизни Петров до своей смерти прожил еще пять лет и даже работал военным корреспондентом в газете – чего бы никак не могло быть, будь он неграмотным. А то есть настоящий автор «Двенадцати стульев», «Золотого теленка» и даже «Одноэтажной Америки» – Ильф!

Справедливость требует, что во всех учебниках и хрестоматиях об этом факте творческого содружества Ильфа и Петрова говорилось прямо и открыто. Исходя из того же принципа справедливости, следовало бы и перед названием произведений указывать только его имя: Илья Ильф.

Однако в этом случае мы сталкиваемся с неразрешимой задачей: мы не знаем, сколь много отсебятины внес в текст, надиктовываемый Ильфом, Петров. Это тот самый случай, когда невозможно отделить зерна от плевел и ничего другого, кроме как смириться, не остается.

Поэтому имя Петрова перед названием сочинений Ильфа предлагаю сохранить, но так как по сути Ильф с Петровым представляли собой не коллективного, а единого автора, то, полагаю, нужно писать их фамилии слитно, хотя и через соединительную гласную «и»: Ильфипетров. Чтобы соединительная «и» не слышалась, произносить следует с ударением как раз на ней: Ильфи́́петров.

Если же наследники Ильфа и Петрова будут протестовать, а то и обратятся в суд, вычеркнуть произведения Ильфи́́петрова из списка русской советской классики, удалить из учебников, хрестоматий и не переиздавать. Место пустым не останется. Есть и другие произведения, другие авторы, особенно среди современных, которые ждут своей очереди на включение в эти списки, но, несмотря на то, что достойны, ничего такого еще не дождались.

Снова о братьях-писателях

Илья Эренбург

С Эренбургом я тоже не был знаком лично. Но на его похоронах нес венок от Института культуры, в котором тогда учился, и чувствую себя вправе поделиться о нем своими мыслями.

Эренбург прожил долгую жизнь и прославился статьями против фашистов во время Великой Отечественной войны, а также мемуарами, которые назвал «Люди, годы, жизнь». Кроме этого, он написал много стихов и романов, за которые получал Сталинские и Ленинские премии, а за некоторые из них получал по шапке – как, например, за повесть «Оттепель». По названию этой повести позднее была названа целая эпоха в жизни советского государства.

Эренбург в молодости долго жил в заграницах, был другом Пикассо и других известных деятелей мировой культуры, о которых и написал в своих мемуарах. Его мемуары были для советского человека окном в иной мир, и к этому окну, которое распахивалось на страницах журнала «Новый мир» под редакцией А.Твардовского, стояла густая очередь жаждущих заглянуть в него. Слава Эренбурга затмевала даже славу Евтушенко. (Слава Евтушенко тогда – это все равно, как сейчас слава Киркорова.) Эренбурга хоронили тысячные толпы народа, и вход на Новодевичье кладбище был оцеплен конной милицией.

Что же в остатке? В остатке – могила на Новодевичьем, покоиться на коем дано далеко не всем писателям, и несколько строк в Энциклопедии. А где же книги, которые он написал в таком множестве? Где читатели, так жаждавшие заглянуть в окно, которое он распахивал на страницах «Нового мира» под редакцией А. Твардовского?

Книги – на дальних полках библиотек, а читатели вместо того, чтобы смотреть в распахнутые окна, предпочитают прогуливаться по Елисейским полям собственными ногами.

Очень соблазнительно на примере Эренбурга сделать вывод, что слава прижизненная и слава посмертная – две разные вещи. Как бы, однако, не так! Посмертной без прижизненной – за редким исключением – не бывает.

Вот почему не всякая прижизненная переходит в посмертную? Какому-нибудь молодому соискателю кандидатской степени имело бы смысл взяться за изучение творчества И. Эренбурга, и он бы сделал себе крупное научное имя, сумей ответить на этот вопрос.

Опять о животных

Как известно, козлы любят капусту, и пускать их в огород с этим овощем никак нельзя.

Козлы, однако, не меньше любят кору молодых деревьев, и к ним их тоже нельзя подпускать.

Козлы, кроме того, вообще лезут туда, куда их не просят.

Козлы вздорны, драчливы и в отличие от коз не дают молока.

Вот потому о всяких тупых, надоедливых людях, которые всюду суют свой нос, но лучше бы сидели и не возникали, говорят коротко и внятно: козлы!

О мамонтах и Homosapiens

Мамонты, согласно данным науки, вымерли десять тысяч лет назад. Так как у них была длинная и густая шерсть, то жить в теплом климате им было невмоготу, и они жили поближе к холоду. Постольку поскольку они жили в холоде, то, когда вымерли, тела их попали в условия вечной мерзлоты и прекрасно сохранились. И сейчас мы то и дело находим окоченевших мамонтов, чтобы, глядя на их туши, размышлять о том, как повезло человеку, что он гладкокожий.

А имей такую же густую и длинную растительность, как мамонт, нашим предкам пришлось бы жить в суровой климатической зоне, – и они бы все вымерли. А так вот человечеству было даровано еще десять тысяч лет жизни, оно изобрело ядерное оружие, и теперь, если вымрет, то от него не останется никаких тел, и никто через следующие десять тысяч лет не сможет нас ниоткуда выкапывать и изучать по нашим костям наше строение. Что, каждому ясно, было бы в высшей степени неприятно.

Еще о выдающихся людях мировой цивилизации

Конфуций

Конфуций (Кун фу цзы) жил за пять веков до Христа. Он был китайцем и жил в Китае. Конфуций оказал большое влияние на Китай. Он учил древних китайских князей правилам управления и обращения с подданными. Князья уважали его и с удовольствием у него обучались.

Но Конфуций и сам хотел управлять. Однако князья не позволяли ему этого. И так Конфуций со своими верными учениками бродил по Китаю от одного князя к другому и предлагал свои услуги по управлению, но от него принимали только услуги по обучению. Он умер непризнанным и с чувством глубокого огорчения, что жизнь не удалась.

Прошло, однако, два века. И его последователь Мен цзы стал вести активную пропаганду идей, высказанных Конфуцием. Так как Мен цзы никому не предлагал своих услуг по управлению, а только занимался пропагандой, то к нему прислушались. Так Конфуций стал знаменитым, а из его взглядов создали систему, которую назвали конфуцианством.

Конфуцианство даже вошло составной частью в национальную китайскую религию – даосизм, хотя даосизм сначала появился как отрицание конфуцианства. Вот до чего популярными и востребованными оказались идеи Конфуция. Так воодушевляемый этими идеями Китай и прожил два с лишним тысячелетия, пока не воодушевился идеями Маркса и Энгельса.

Однако в настоящее время идеи Маркса и Энгельса сходят в Китае со сцены, и на нее вновь возвращается конфуцианство. Удивительно оказалось живучим. И может быть, Китай вновь будет воодушевляться ими два следующих тысячелетия. Или хотя бы одно.

Конечно, Конфуция как не оказавшего никакого влияния на европейское, а в частности, и российское мировоззрение, можно было бы не причислять к выдающимся людям мировой цивилизации, но все же Китай – это четверть населения земного шара, и сделать так было бы неверным. Хоть они и китайцы, а тоже люди.

Более того, имею предположение, благодаря Конфуцию они так и расплодились. Чтут родителей и предков, уважают правительство и остальных вышестоящих начальников, как их обязывает конфуцианство, – и следствием того у мужчин повышается продуктивность яичек, а у женщин – яичников.

Было бы хорошо, чтобы наши ученые поставили эксперимент и вскрыли степень влияния почитания предков и начальства на увеличение деторождаемости. Если мое предположение подтвердится и все действительно окажется так, то следовало бы начать насаждение конфуцианства и у нас. Дабы рождаемость у нас превысила, наконец, смертность. И тогда Конфуция уже не обинуясь можно было бы отнести к выдающимся людям мировой цивилизации.

О крестьянстве

Крестьянство в России всегда было самым бессмысленным сословием. Не воспитало в своих рядах такого количества выдающихся деятелей, как дворянство и купечество, не покрыло себя бранной славой, не создало творений искусства, которыми Отечество могло бы заслуженно гордиться. Конечно, Илья Муромец – крестьянский сын и Прасковья Жемчугова – тоже не из артистической династии, но, в основном, крестьянство пахало себе землю и, кроме этого, ничего больше знать не хотело. Ну, было, что хороводы водили, песни при этом пели и еще зимой на печи сказки рассказывали, но все это – совершенно непрофессионально, а только чтобы время убить. И как убили – тут же сразу за плуг, за серп, за вилы и давай наворачивать тяжелую физическую работу. Никаких полководческих амбиций, никакой художественной фантазии, чтобы запечатлеть свое имя для потомков в бессмертных творениях.

Нельзя, впрочем, отрицать того, что определенную роль в истории России крестьянство все же сыграло. Не оно бы, дворянам было бы нечего есть, а купечеству нечем торговать. Лошадей пришлось бы денно и нощно гонять в ночное вместо того, чтобы торбу с овсом на шею – и иди спи, а в случае, если захочется молочка, было бы необходимо заводить корову, самому ее пасти, доить и принимать у нее роды. Кроме того, дворянам в заботе о пропитании было бы некогда покрывать себя бранной славой, купечеству – ковать деньгу, и Отечество мало того, что было бы завоевано его врагами, но еще и осталось бы с пустой казной.

Коллективизация была сущим благом для крестьянства. Она отучила его от земли, привила ему склонность к перемене мест, которой раньше отличались только дворяне, любовь к творческому поиску – всего, что плохо лежит, – и крестьянин преобразился. Теперь это уже не то существо с ограниченным кругозором, которое ничего не видит, кроме своей земли, теперь, наоборот, – в гробу он эту землю видал. Из среды крестьянства за эти годы вышло много писателей, композиторов, художников, других высоких творцов, много бывших крестьян среди дипломатов, академиков, политиков. Наконец-то крестьянство стало играть в отечественной жизни вполне достойную роль.

Нельзя, правда, не признать, что за эти же годы у нас возникла определенная сложность с обеспечением народонаселения страны продуктами и дабы не голодать, приходится завозить картошку из Голландии, а мясо из Австралии. Но перед лицом восстановления исторической справедливости в отношении крестьянства – это, безусловно, проблема, не стоящая внимания. В конце концов, как утверждают врачи, голодание даже полезно. Обостряется работа мозга – и творческая фантазия начинает бить фонтаном. Можно представить, каких высот творческой фантазии мы достигнем, если перестанем завозить картошку, мясо, прочие продукты питания и перейдем на лебеду!

К сожалению, в массе своей русский человек все же ленив, инертен, полностью отучить его от традиционной деятельности – задача непосильная, и искоренить крестьянство до конца не удастся. Вероятней всего, так нам и придется терпеть его в своем составе, страдая от приземленности его желаний и устремлений. Может быть, даже и лебеды не придется попробовать. А то, глядишь, и своей картошкой с говядиной завалят, – тогда, делать нечего, придется отказываться от заграничного и есть свое. Свое-то, оно, известное дело, выгоднее для кармана будет.

Из дневника

Был сегодня у нас в ПЕН-клубе. Это такое сообщество писателей, чтобы поддерживать друг друга в трудную минуту жизни. Нет, деньгами не помогут и книгу издать – тоже пас, но дружеское участие, оно ведь тоже чего-то стоит!

Клуб – от слова «клубиться». Мы в ПЕН-клубе поддерживаем друг друга тем, что иногда собираемся и клубимся там, употребляя вино, водку, чай и кофе. Я бы предпочел черничный кисель средней крутости, но киселя в ПЕН-клубе еще ни разу не подавали.

Сегодня пил чай. Чай был марки «Ахмат» с бергамотом, и я остался доволен. Встретил много старых товарищей по андерграунду и других хороших людей. Вознесенский пожал мне руку, а Андрей Битов даже что-то сказал, только я не понял что, переспросить же посчитал неудобным. Ждали Евтушенко, но он лишь позвонил по телефону и сообщил, что в настоящий момент находится в творческом экстазе, почему и не может приехать. Мы все дружно поддержали его в этом и пожелали ему оставаться в таком состоянии как можно дольше. Ахмадулина тоже не пришла и не позвонила. Зато был Василий Аксенов из Америки. Он подарил мне свою новую книгу и японскую шариковую ручку, которой книгу подписывал.

Вернулся домой переполненный впечатлениями и полный вдохновения. Тут же сел к столу и стал сочинять:

Люблю товарищей моих – ПЕН-клуб,

Он дорог сердцу моему и люб.

Среди раздоров, склок и страшных свар

Он – будто на столе ведерный самовар.

Стоит, горяч, блестящ, творение умных рук,

Сзывая всех усесться в тесный круг

И хлобыстнуть стакан, и два, и три,

И жарким потом мощно изойти…

На этом месте, к сожалению, застопорило, просидел до пяти утра, пытаясь продолжить, но не вышло больше ни строчки. Видимо, исчерпал вдохновение. В следующий раз после ПЕН-клуба буду знать, что нужно сразу рассчитывать на две строфы, и не больше. Товарищеская поддержка товарищеской поддержкой, а творческим вдохновением никто с тобой не поделится, все приходится из себя черпать.

Вновь о других государствах

Испания

Среди прочих государств мира Испания занимает в сердце российского человека особое место.

Во-первых, об Испании писал Пушкин. Что именно он писал, никто не помнит, но все знают, что-то писал, а Пушкин – это наше все. Значит, и Испания – тоже наша.

Во-вторых, все знают о Дон Кихоте и Санчо Пансе. О том, что создатель этих нетленных образов мировой литературы Сервантес, знают знает уже меньшее количество людей, а читали роман и вообще единицы, но то, что действие романа происходит в Испании, знают все-таки все. И таким образом Испания становится для нас уже даже заселена.

В-третьих, в школе на уроках новейшей истории проходят, что мы хотели отдать испанским крестьянам обрабатываемую ими землю и для того воевали в Испании с войсками Франко. За пределами России наши войска воевали мало, и потому получается, что Испания – нечто вроде нашей удаленной губернии.

В-четвертых, наконец, в Испании жила народная героиня русского эпоса Кармен, которую в приступе ревности убил злодей Хосе. То, что Кармен создана воображением французского писателя Проспера Мериме и при своей жизни даже, наверно, не слышала о России, не имеет значения. Народное сознание удочерило Кармен, и она такая же наша, как Настасья Филипповна Достоевского.

В общем, остается лишь удивляться, что Испания не является частью России, отделена от нас двумя тысячами километров и ко всему тому там правит король, а в ходу у населения не русский, а испанский язык.

Единственное, что нам не нравится в Испании, – это коррида. Будучи людьми скотолюбивыми, никак мы не можем понять этой непомерной жестокости по отношению к быкам. Ну, там убивали бы льва. Или тигра. Или бегемота даже. Не говоря о крокодиле. Все-таки дикие животные, – к диким животным и отношение соответственное. Но гонять на арене быка, втыкать ему в холку всякие остроотточенные железные штуки, а потом закалывать шпагой! Конечно, бык – существо свирепое, но и среди собак встречаются свирепые особи, и даже среди кошек. Кто-нибудь может представить себе матадора, сражающегося на арене с кошкой?

Все же хотя Испания и наша, а не совсем таки нашенская. Все же погодим пока считать ее удаленной российской губернией. Пусть немного гуманизируются. Опять же и проблему басков пускай решат. А то нам не хватало только второй Чечни.

О людях и воробьях

Воробей – птица не зловредная, но надоедливая. Всюду лезет, суетится, норовит клюнуть, что плохо лежит. Мозолит глаза, одним словом. При нынешней нервной жизни – тяжелое испытание.

Спрашивается, что причиной нашего раздражения: суетливость воробья или наши нервы? Если нервы – тогда нужно лечиться. А если суетливость воробья от природы противна человеческому духу? Тогда получается: воробей и человек несовместимы. Кто-то один из них должен уступить место на земле другому.

У воробья, однако, избавиться от человека недостанет сил. А может быть, ему и вообще наплевать на человека. Человек же как гуманное существо не может поднять руку на маленькую птичку.

Что в такой ситуации делать?

Дилемма, которую почитал бы неразрешимой, если б не подозрение, что всему основой нашей нервы. Не могу только до конца в том убедиться. Самому отправиться к врачам и пройти курс лечения все недосуг, а медицинской статистики по данному вопросу не существует.

Так и приходится жить в неведении и сомнении.

Опять о выдающихся людях Отечества

Суворов

Кто не знает имени Суворова – тот не русский. Всякий русский знает имя Суворова, еще не появившись на белый свет. Никакого преувеличения тут нет. Теперь абсолютно точно доказано, что плод, носимый девять месяцев в утробе матери, все слышит, все мотает на ус (фигурально, конечно, говоря) и, рождаясь, уже обладает некоей суммой знаний и представлений о мире, заложенных в подсознание. А такого, чтобы за девять месяцев его утробного существования никто в окружении не помянул Суворова, просто не может быть. Именем Суворова названы улицы, проспекты и площади, в честь него детские военные школы называются суворовскими училищами.

Суворов – яркий пример русского человека, положившего всю свою жизнь на алтарь служения Отечеству. Он начал свой путь служения Отечеству со звания обычного капрала, что тогда, в середине 18 века соответствовало более позднему званию унтер-офицера. Унтер же офицер, как известно, никакой не офицер, а скорее, нечто вроде прапорщика в современной армии. Только прапорщик в современной армии, встав на денежное и продуктовое довольствие, так этим и удовлетворяется, не стремясь к лишним жизненным хлопотам, Суворов же сразу проявил себя инициативным и весьма активным молодым человеком, стремящимся к карьере, его отметили и выдвинули. И потом отмечали и выдвигали все выше и выше, пока он не достиг заоблачных высот – звания генералиссимуса. До него в России звание генералиссимуса имел только Алексей Шеин, внук Михайлы Шеина, а после – вождь всех времен и народов Иосиф Сталин, который, как известно, присвоил его себе сам.

Суворов получил звание генералиссимуса за храбрость и талант военачальника. Куда его ни бросали, он везде побеждал. Защищая Россию на южных рубежах, бил турок и взял штурмом Измаил. Защищая Россию на западных рубежах, бил поляков и взял штурмом Варшаву. Кроме того, защитил Россию и от восстания Пугачева, доставив того в цепях и клетке в Москву. И пока был жив, Наполеону Бонапарту даже не приходилось мечтать о том, чтобы пойти походом на Россию: Суворов разбил его войска еще в 1799 году на дальних подступах к ней – в Северной Италии. Суворов также любил простого солдата и ел с ним из одного котелка. Спал с ним в обыкновенной солдатской палатке и укрывался обычной солдатской шинелью. Желая поделиться опытом служения Отечеству, создал два научно-теоретических труда: «Полковое учреждение» и «Наука побеждать», написанных в простой и ясной форме, доступной каждому грамотному военачальнику.

К сожалению, грамотных военачальников у нас немного, и Суворова они не читают. Вопреки его завету побеждать не числом, а умением, они, в основном, рассчитывают именно на число, чему свидетельством опыт Чечни. Правда, и числом у них побеждать тоже не получается. Кроме того, едят они из отдельного котелка, спят в отдельной палатке, а ложась спать, укрываются вместо шинели индивидуальным одеялом.

Учитывая сложившуюся ситуацию, следует, видимо, подумать о том, насколько нам это нужно – помнить Суворова. А то ведь выходит сплошной невроз и томление духа: уроки одни, а выводы из них – совсем другие.

Имеется решительное предложение: дабы не травмировать общественное сознание дальше, следует отказаться от всего, связанного с именем Суворова. Улицы, проспекты и площади, названные в его честь, переименовать, суворовские училища впредь называть просто кадетскими. Что ж из того, что славная страница прошлого. Во благо Отечества кое от каких страниц можно и отказаться.

Опять разное

Жизнь дается человеку один раз – это понятно.

Непонятно, почему он живет так, будто у него в запасе по крайней мере еще жизнь?

И снова разное

Любви все возрасты покорны – это тоже понятно.

Непонятно, почему считается, что ее порывы благотворны. В порыве любви человек, бывает, творит такое – не хватает потом всей жизни, чтобы забыть!

Революции делают революционеры.

Контрреволюции – реакционеры.

Нормальной жизнь делают обыватели.

Об автомате Калашникова

За многое Россию можно хулить и порицать. И демократию не мы изобрели. И институт президентства не первые учредили. Метро у нас хотя и самое красивое в мире, а прежде нас до него англичане с французами додумались. Даже атомную бомбу мы по спертым чертежам склепали.

Но в чем у нас приоритет – так в создании автомата, надежнее которого нет в мире. О каком автомате речь, всем, думаю, понятно без дополнительных разъяснений.

Автомат Калашникова надежен в бою и неприхотлив в уходе. Скорострельность его необычайно велика, и убойная сила тоже весьма изрядна. Он прост в обращении и доступен для использования даже двенадцатилетним подростком. Что убедительно доказали подростки многих стран: Вьетнама, Камбоджи, Сальвадора, Афганистана, Чечни…

Автомат Калашникова принес России заслуженную славу во всем мире. Все знают, что это замечательное оружие изобретено и сделано у нас. Глядя через прицел автомата Калашникова на жизнь, конголезец, таиландец, гватемалец видят за целью образ нашей страны, и, пока автомат у них в руках, этот образ неотступно с ними. Автомат Калашникова сделал для пропаганды нашей страны больше, чем любой ансамбль «Березка», Большой и Малый театры вместе взятые, а также наши художники авангардисты и супрематисты. Автомат Калашникова – это наше лицо и портрет нашей Родины.

Автомат Калашникова, кроме того, принес нашей казне много денег. Мы продавали его по всему миру в собственном исполнении, продавали лицензии на его изготовление, поставляли за наличные и безналичные, в долг и по предоплате, – если б мы были так же бережливы, как французы, прагматичны, как американцы, и законопослушны, как немцы, мы бы вообще купались в валюте и, не зная, куда ее деть, подняли уровень жизни народа на необычайную высоту.

Но так как мы небережливы, непрактичны и совсем не законопослушны, купания в валюте у нас не вышло – о чем, собственно, жалеть и не приходится: мы бы обленились, стали наслаждаться жизнью, мысль наша потеряла остроту, и мы бы не смогли усовершенствовать автомат в соответствии с требованиями времени. А не имея возможностей для наслаждения жизнью, мы домодернизировали его до такого совершенства, что теперь из него можно сбить муху в полете, а не то что вертолет противника. Соответственно Калашников по-прежнему в цене, спрос на него не падает, и он по-прежнему представляет наше Отечество на всех континентах, являясь нашим лицом и портретом.

Благодаря автомату Калашникова Россия и в 20-м веке, как в свою пору в 19-м благодаря именам Толстого, Достоевского, Тургенева, сумела остаться самой популярной и значимой страной мира. И если кто скажет, что прославиться «Войной и миром» много престижней, чем просто войной (ну, вернее, ее инструментом), то мы с таким утверждением никак не позволим себе согласиться: а откуда б мы знали, что это такое, мир, если бы не война? Точно так же, как что это такое – добро, если б не зло?

Так что, может быть, автомат Калашникова – это почище всех толстых, достоевских и тургеневых будет! Может быть, Толстой, Достоевский, Тургенев – еще век-полтора, и забудутся, а Калашников будет жить и жить – в назидание и поучение всему миру. Разве что в соответствии с требованиями времени его иногда нужно будет модернизировать. Ну так ведь это и в Толстом, и Достоевском, и Тургеневе в соответствии с правилами современной орфографии и синтаксиса приходится исправления делать. Они от этого ни Бальзаком, ни Хемингуэем не становятся. Так и с Калашниковым.

Имел бы склонность к науке и технике, ни за что в жизни не стал бы поэтом! Непременно занялся бы изобретением оружия. Прославил бы Россию подобно Калашникову. Сколько и чего ни говори, а все же главное содержание 20-го века – война, а не мир.

Вновь о братьях-писателях

Пастернак

С Пастернаком, как, надеюсь, понятно, я лично знаком не был. Но всегда ощущал его очень значимой фигурой для себя и не сказать о нем нескольких слов просто не могу.

Вообще пастернак – это такое растение.

Можно сказать, поэт Борис Пастернак – это такое диковинное растение, непонятным образом выросшее на грядке отечественной словесности. Хотя к растению пастернаку он не имеет никакого отношения.

Вот был поэт Заболоцкий. Николай по имени. Тоже диковинное растение. Но как-то он был не так диковин, как Пастернак. И его вовремя выпололи, отправив в лагеря, чтобы он не мозолил глаза своей недостаточной диковинностью.

А Пастернак, удивляя всех своей непохожестью на другие растения поэтической советской грядки, рос, рос – и дорос до Нобелевской премии. Тут-то и спохватились. Потому как все-таки странно, чтобы давали самую престижную мировую премию подобным диковинным растениям. И принялись выдирать Пастернака из грядки.

Но так как Пастернак просидел на этой грядке довольно долго, то успел пустить довольно большие и разветвленные корни. И сколько его ни выдирали, удалось оборвать только вершки.

А после его смерти, последовавшей невдолге после этой операции по прополке, оказалось, что корешки благополучно пережили не только всю экзекуцию, но и дали новые обильные всходы.

Один из этих всходов – и ложная скромность тут неуместна – ваш покорный слуга. Я чувствую совершенно пуповинную связь с Пастернаком. Конечно, растение я уже другое, может быть, даже еще более диковинное, чем Пастернак, но корни у меня – его. Одно время я даже собирался написать продолжение «Доктора Живаго», но вовремя остановился, потому что, откровенно говоря, считаю его довольно слабым романом. Если еще откровенней, я и Пастернака-поэта считаю не очень сильным поэтом. Ну, там «сплетенье рук, сплетенье ног – судьбы сплетенье…» Это ведь каждый такое написать может.

Но чего не отнимешь, так не отнимешь – очень диковинное было растение. И корневую систему мощную развил. И хочешь все связи с нею перервать – и не получается. Опутывает тебя по рукам по ногам – и не отпускает.

Вот за то, думаю, и останется, в истории отечественной словесности, что питал выдающихся поэтов последующей эпохи своими соками. Перечислять этих выдающихся поэтов не буду, они и так у всех на слуху. Как человек прямой и откровенный скажу только о себе: без Пастернака я бы, конечно, не развился в столь колоссальную фигуру. Остался бы где-нибудь на уровне Заболоцкого. Николая. Ну, может быть, Введенского. Александра. Не выше.

Снова о животных

Вот если бы полярные медведи жили не в Арктике, а на экваторе!

Очень бы любопытно было понаблюдать, как они будут чувствовать себя там в своих толстых шубах. Начнут потеть или их хватит удар от перегрева? Высунут язык подобно собакам или, наоборот, им будет прохладно в самую большую жару, как кавказским чабанам в их папахах? И чем станут питаться в отсутствие рыбы? Как отреагируют на свое новое жизненное окружение в виде зебр, жирафов, крокодилов, питонов и других обычных обитателей тропиков? Возьмет их оторопь или их толстую шкуру не пробрать ничем?

Какие бы научные исследования можно было провести, каких научных результатов достичь – проведи ученые подобный эксперимент с переселением!

Но наши ученые поразительно непытливы, безынициативны, инертны и ни один из них до такого не додумался. Занимаются неизвестно чем и еще жалуются, что зарплаты маленькие! Моя бы воля, я б им вообще ничего не платил. Чтобы в науке остались одни энтузиасты. Глядишь, тогда бы она и двинулась вперед!

О Газпроме, кормильце земли Русской

Газпром – это становой хребет нашей экономики. Газпром приносит нам десять процентов всей валютной выручки. Газпром – основной налогоплательщик страны. Благодаря Газпрому получают пенсии пенсионеры, стипендии студенты, зарплату преподаватели школ и вузов. Газпром не только добывает газ и обогревает им всю Европу, он активно участвует в телевизионном бизнесе, платя журналистам большие деньги и тем обеспечивая свободу слова в стране. Потому что за большие деньги никто неправды говорить не будет.

Газпром – монополист, и за это его не любят экономисты-либералы. Экономисты-либералы привержены принципу конкуренции и считают его основой экономического процветания. По их получается, если разделить Газпром на много компаний, тогда газовая отрасль страны начнет процветать еще больше и благоденствие страны увеличится.

Позволю себе не согласиться с подобными взглядами. Конкуренция – это хорошо, но надо ведь и национальные особенности учитывать!

Допустим, разделим мы Газпром на десять компаний. Сейчас у Газпрома один председатель правления, один председатель совета директоров и одиннадцать обычных директоров. Это их сколько будет, когда мы разделим Газпром на десять компаний? Страшно даже подсчитывать. И каждому нужно по зарплате, по персональной машине, по кабинету с секретаршей, а также обеспечь его прочими благами в виде медицинской помощи в Кремлевской больнице, дачи в престижном районе Подмосковья, бесплатных путевок в санаторий, зарубежных поездок. Это – не считая всяких начальников департаментов, их замов, секретарш, пресс-секретарей, бухгалтеров, юристов, делопроизводителей… Совокупный доход всех десяти компаний, может, и возрастет, а налоговые отчисления точно уменьшатся. Россия – это вам не какая-нибудь Англия или Канада, у нас на всякую либеральную модель управа найдется.

Газпром – это наше национальное достояние, наш Большой театр, Московский кремль, Эрмитаж, и трогать его, членить на части не может быть позволено никому. Если быть по-настоящему откровенным, Газпром – это даже больше, чем Большой театр, больше, чем Эрмитаж, больше, чем Московский кремль вместе взятые. Газпром – это наша святыня, и при одном поминании его имени каждый россиянин должен опускаться на колени. Невозможно и помыслить, что бы стало со всеми нами, если б у нас не было Газпрома. Трудно представить, что можно жить еще беднее, но мы бы жили. Трудно подумать, что температура воздуха в квартирах зимой могла бы быть еще ниже, но она бы была. Трудно вообразить, что стипендии, зарплаты и пенсии могли бы быть еще меньше, но они бы были.

Предлагаю Русской православной церкви рассмотреть на очередном Поместном соборе вопрос о причислении Газпрома к лику святых. Чтобы каждый православный человек мог прийти в храм и возблагодарить небо за то, что у России есть такой заступник и благодетель. В качестве модели для изображения святого на иконе можно избрать равным образом как первого главу Газпрома – Черномырдина, так и второго – Рема Вяхирева. Можно взять черты обоих и совместить: хотя они и не похожи, но так мало отличаются друг от друга, что облик святого от этого не пострадает.

Хорошо было бы, чтобы и мусульманское духовенство рассмотрело подобный вопрос. И в случае его положительного решения уже девяносто процентов населения России будут иметь могущественного заступника не только на земле, а и на небе.

Вопрос же о разделении Газпрома на несколько компаний после возведения его в ранг святых, думается, тотчас отпадет сам собой.

Недоуменное

Утверждают, искусство облагораживает человека.

Интересно, а что оно делает с человеком и без того благородным?

О европейцах и русских

Европеец пьет свой джин с тоником и маленькими глотками.

Русский человек пьет водку залпом и водой не разбавляет.

Европеец всю неделю тяжело работает, а в уик-энд отдыхает.

Русский человек тоже всю неделю работает, а в уик-энд старается подхалтурить. «Подхалтурить» никакого отношения к «халтуре» не имеет, хотя и одного корня. Халтурит русский человек во время рабочей недели, а когда подхалтуривает, то пашет со страшной силой.

Европеец за свою работу в течение недели получает хорошие деньги, а в уик-энд никто ему ничего не платит.

Русский человек за работу в течение недели получает символическую плату, живет же на деньги, которые зарабатывает в уик-энд.

Каждый работающий европеец имеет собственный дом и автомобиль.

Работающий русский человек в большинстве случаев собственного дома и автомобиля не имеет. Чаще их имеют те, кто не работает.

Европеец долго не женится (не выходит замуж), а когда женится (выходит замуж), то старается завести побольше детей.

Русский человек женится (выходит замуж), когда получится, а детей страшно боится и, обзаведясь одним, на второго, а тем более третьего не решается, опасаясь их не прокормить.

Европеец каждый месяц платит из своих доходов некоторую сумму по медицинской страховке и в случае проблем со здоровьем идет к врачу, получая у того необходимую помощь.

Русский человек не имеет понятия, кто за него и что платит, но в случае проблем со здоровьем тоже идет к врачу – у которого получает множество ценных советов, как быть здоровым.

Выходя на пенсию, европеец начинает много путешествовать по другим странам и континентам – благо, дети выросли и хорошо зарабатывают сами, а его пенсия позволяет оплатить самую дальнюю поездку.

Русский человек, выйдя на пенсию, во всю продолжает подхалтуривать, потому что, хотя дети выросли и работают, – ничего не зарабатывают, а пенсии не хватает не то что на хлеб, но и на воду.

Вышедшему на пенсию европейцу, когда он приезжает по туристической путевке в Россию, кажется, что русские – точно такие же люди, как он.

Русскому человеку, когда он смотрит на дефилирующего по русской земле европейца, так не кажется.

Вновь о выдающихся людях мировой цивилизации

Будда

Будда родился и жил в Индии. Было это две с половиной тысячи лет назад. Даже чуть больше. Другими словами, еще до рождества Христова. По рождении его назвали Сиддхартха Гаутама. Потом он до того усовершенствовался в познании мира, что получил прозвание Шакьямуни, что значит «мудрец из племени шакья».

Шакьямуни был таким мудрецом, что на звании мудреца не остановился и широкими шагами пошел в познании мира дальше. Он отрешился от всех желаний, которые есть причина человеческого страдания в этом мире, и стал Буддой.

Будда – это тоже не имя. Будда – это нечто вроде прозвища. Как мы говорим Кузя, Горбатый, Очкарик. Будда означает «Просветленный». Иначе говоря, достигший такого состояния души и тела, что стал выше всех богов и прочих духовных существ.

Так как Шакьямуни-Будда был царского рода, а вел жизнь аскета, то люди его уважали и тянулись к нему. Слушали, что он говорит, и пытались ему подражать. А когда он умер, стали делать из него культ. И докультивировались до такой степени, что возникла целая религия под названием буддизм.

Буддизм не похож ни на христианство, ни на мусульманство. А на иудаизм похож только окончанием. Так же, как на коммунизм. Буддизм ставит человека, дошедшего до состояния Будды, на недосягаемую высоту – в начало всех начал. Которое есть абсолютный покой, абсолютное ничто – Нирвана. Что, надо отметить, полностью совпадает с современными представлениями физиков-теоретиков о мироздании. Эти самые физики-теоретики утверждают, что в начале всех начал был Большой взрыв, а взялся он из ничего, из пустоты, из абсолютного нуля.

И вот получается, когда человек достигает состояния Будды, то возвращается в это самое начало, им же, этим началом, и становясь. И по идее, стать Буддой, то есть началом всех начал – как то ни трудно, – может каждый желающий.

Возникает, однако, закономерный вопрос: ведь если я пожелал стать Буддой, то получается, я уже соступил с пути, ведущему к тому, чтобы стать им? Потому как прежде всего я должен убить в себе все желания! Но если я убью все желания, то как же я стану Буддой?

Неразрешимое противоречие. Не понимаю, как можно из него выпутаться. Не иначе, чтобы все в его учении встало на свои места, тут нужен сам Будда. И никакие ученые не в помощь. Если они такие ученые, почему никто из них не стал новым Буддой?

Думаю, что теоретически-то стать Буддой может каждый из нас. Но тайну, как это сделать, Будда-Шакьямуни унес с собой туда, в начало-начал. А из начала начал без Большого взрыва разве что-нибудь вырвется?

Так что, полагаю, нового Будду особо ждать не приходится.

Тем более что, скорее всего, для превращения в Будду желательно быть наследным принцем. Дабы иметь хорошую стартовую площадку для умертвления желаний. А у нас сейчас из-за широкого распространения моды на демократию монархий осталось – пересчитаешь по пальцам. Небу просто и выбирать не из кого!

Вновь недоуменное

У брюк есть штанины, чтобы можно было надевать их на ноги.

У рубахи и пиджака есть рукава, чтобы надевать рубаху и пиджак на туловище.

К ботинкам придаются шнурки, которые завязываются на узел и бант, чтобы ботинки не сваливались при ходьбе.

Шляпа подбирают по размеру таким образом, дабы тулья тесно охватывала голову, – иначе первый порыв ветра сорвет шляпу с головы.

Все разумно и совершенно в человеческой одежде!

Почему же так неразумен и несовершенен сам человек?[14]

О пролетариате

Пролетариат в истории России сыграл выдающуюся роль.

В отличие от Европы у нас его не было до второй половины девятнадцатого века. Потом в России началось развитие капитализма, и пролетариат появился как по мановению волшебной палочки. Не появиться он не мог: капиталист и пролетариат – сиамские близнецы, у них один кровоток, и друг без друга каждый из них прикажет долго жить. Единственно что кровоток у этих близнецов устроен таким образом, что кровь, в основном, циркулирует в жилах у капиталиста, а пролетариату достаются капли. Кровь эта называется иначе денежными потоками. Денежные же потоки, в свою очередь, когда они омывают организм капиталиста, называются прибылью, а когда попадают в организм пролетариата – зарплатой.

Появившись в России, пролетариат тут же заявил о себе как о передовом отряде всех трудящихся. Он стал ходить в воскресные школы, учиться грамоте, читать книжки западных социалистов, переведенные на русский язык, проводить маевки со стачками и по возможности вооружаться, и отнюдь не только булыжниками. Поэтому, когда к 1905 году в России созрела революционная ситуация, пролетариат тут же стал строить баррикады и громко объявлять с них о своем праве на финансовые потоки.

Тогда, однако, пролетариат не запасся еще достаточным количеством оружия, и его борьба за финансовые потоки потерпела фиаско. Пролетариат уполз обратно в свои трущобы и затаился там до следующей революционной ситуации.

Следующая революционная ситуация не заставила себя долго ждать. В феврале 1917 года пролетариат вышел на улицы, и царизм, решивший построить в России грабительский капитализм, пал. После этого во главе пролетариата встали левые социал-революционеры и левые социал-демократы (большевики). Под их руководством одетый в серые солдатские шинели и черные морские бушлаты пролетариат с легкостью снес голову гидре контрреволюции, устроив Октябрьский переворот, и началось его триумфальное шествие по всей России. Во время шествия он везде устанавливал советскую власть, а кто сопротивлялся, с теми как с врагами народа не церемонился.

К сожалению, триумфальное шествие было прервано гражданской войной. Но и в гражданской войне пролетариат сумел победить, и после этого никто уже не смел ему мешать строить под руководством социал-демократов (большевиков) новое светлое общество, где не будет никаких сиамских близнецов, а все денежные потоки станут отправляться на нужды пролетарского организма. И если этого не произошло, а в стране победила новая партийная номенклатура, повернувшая денежные потоки на нужды своего организма, то пролетариат тут совсем ни при чем. Он свою миссию движущей силы революции выполнил честно и благородно. Откуда ему было знать, что его вожди окажутся не лучше капиталистов.

Впрочем, и после этого пролетариат не перестал играть в России выдающейся роли. Причем одним своим именем. Все, что было сделано и достигнуто в советской России, было сделано и достигнуто от имени и именем пролетариата.

От имени пролетариата отправляли на строительство Волго-Балта и золотые рудники Колымы. От имени пролетариата провели коллективизацию и паспортизацию всей страны, не дав паспортов тем, кому давать не хотелось. От имени пролетариата штурмовали небо и Северный полюс, горные вершины и океанские глубины. Победили в Великой Отечественной войне, провели борьбу с космополитизмом, освоили целину и запустили спутник. От имени пролетариата развенчали культ личности, сняли Хрущева, ввели в Прагу танки, опустили железный занавес и построили Берлинскую стену.

А если бы не могущество его имени, то ничего бы и не развенчать, и не опустить, и не построить.

Доказывать все это нет никакой необходимости. Достаточно оглянуться на путь, пройденный Россией в 20 веке.

В новые времена, наступившие для России, пролетариат, похоже, больше не сможет играть своей прежней роли. Теперь на авансцену истории у нас выдвинулись олигархи[15], что во всех смыслах предпочтительнее. Во-первых, у олигархов все благополучно с финансовыми потоками, и эта проблема их совершенно не беспокоит. Во-вторых, им не нужно вооружаться из-под полы, – они совершенно официально содержат вооруженную охрану и в любую минуту могут преподнести кому угодно поучительный урок. В-третьих, они обладают всеми правами свободных граждан – свободно ездят за границу, свободно вывозят туда свои капиталы, – и у них нет никаких причин быть недовольными жизнью. Основываясь на всем этом, можно утверждать, что олигархи – это витрина России, нечто вроде ВДНХ – выставки достижений народного хозяйства, – и пренебречь подобными их качествами было бы преступно. «Равнение на олигархов!» – так можно сформулировать незримо присутствующее в воздухе веление нового времени.

Что до пролетариата, то, конечно, можно сожалеть, что, сыграв столь выдающуюся роль в нашей истории, он так бесславно и незаметно сходит с ее подмостков. Однако же вот и дворяне сыграли в истории России большую роль, а настала пора – вынуждены были подвинуться. Ничто не вечно под луной. Кто знает, может быть, и олигархам в один прекрасный день настанет конец.

«Человек – царь природы».

Считаю это утверждение по нынешним демократическим временам верхом неприличия и политической некорректности.

«Человек – президент флоры и фауны», так бы в соответствии с временем должна звучать данная мысль.

Ну, в крайнем случае, «Человек – президент животного мира». И с этого не сдвинусь.

О вреде политиков

Длина экватора 40 тысяч километров. Диаметр Земли – 12 тысяч. Расстояние до Луны – 350 тысяч километров, то есть всего восемь с половиной экваторов и двадцать девять диаметров.

Самолет пролетает расстояние в длину экватора за какие-нибудь 45-50 часов. Иначе говоря – за двое суток. И это – если не говорить о «Конкорде», который вообще справится за какие-нибудь 17-19 часов, считая время на взлет и посадку.

И вот при таком-то развитии техники мы до сих пор не наладили регулярного сообщения с нашим ночным спутником! Неужели причина только в космическом вакууме?

Полагаю, вакуум, как и другие технические сложности, тут ни при чем. Полагаю, вся причина в политиках. Политики опасаются, что Луна станет новой Америкой, только еще лучше, так как не заселена никакими индейскими племенами, и человечество все переберется от них туда. Вопрос отсутствия воздуха можно будет легко решить, как следует озаботив им наших научных гениев.

Не желая остаться без материала, из которого лепят историю, политики и наложили вето на сообщение со столь близким от нас небесным телом.

Воистину политики – камень преткновения на пути человечества к счастью!

Еще раз о других государствах

Англия

Англия – удивительно далека от России, все равно как декабристы от народа, хотя и расположена чуть дальше Франции и уж никак не дальше Испании. Франция хоть и не близко от России, но кажется – вот рядом, протяни руку и нарушишь границу, жди жандарма с наручниками. Об Испании и вообще говорить нечего, Испания, такое чувство, находится где-то на стыке Тамбовской губернии с Воронежской[16]. А Англия – ну будто на Марсе, точно не ближе.

Проще всего, разумеется, было бы предположить, что причина подобного парадокса – островное положение Англии. Все-таки мы все тут, на одном континенте, а она – одна-одинешенька, отдельно от всех, все равно как наказанная, восемьдесят километров бушующего Ла-Манша между нами и нею. Однако же вот Америка не за Ла-Маншем даже, а за Атлантическим океаном, но разве скажешь, что она от нас через пропасть? Конечно, не так близко, как Франция, не говоря уже об Испании, но все-таки недалеко; так и саднит все время в душе занозой, напоминает, не дает о себе забыть.

Англию же, бывает, не вспоминаешь и неделю, и две, и месяц. Ну, если только телевизор напомнит: о Маргарет там Тэтчер[17], о Тони Блэре[18], об очередном скандале в королевской семье[19]. А так – что есть Англия, что нет. Даже когда при случае по-английски приходится покалякать, думаешь, что говоришь не по-английски, а по-американски. Хотя, само собою понятно, такого языка – американского – и не существует.

Думаю, все дело в том, что уж очень Англия с нами соперничает. Так и хочет во всем быть впереди нас.

Иногда ей это даже и удается.

Вот мы поперли на Урал и в Сибирь расширять свои владения, а она подсуетилась – простерла свои щупальца и в Америку, и в Индию, а после даже и до Австралии добралась. Мы размахнулись – от бассейна одного океана до другого, она – на все океаны.

Вот мы поднатужились и родили двух художественных гениев мирового масштаба – Толстого и Достоевского. Англия же, предвидя подобное развитие событий, напряглась – и выдала художественного гения того же масштаба на два с половиной века раньше нас. Кстати, необходимо отметить, вышел он не прозаиком, а драматургом. А не спешила бы, не лезла так поперед нас, может быть, «Леди Макбет» и «Король Лир» были бы написаны прозой.

Или вот мы решили двинуть вперед науку. Выпестовали такого замечательного ученого, как Менделеев. Достижения и заслуги его перед миром известны. Во-первых, если б не он, мы б не имели Периодической системы элементов и в школе по курсу химии непонятно было бы, что преподавать. Во-вторых, не обладали бы столь отлично сбалансированным в своих составных частях национальным напитком, который под маркой «Столичной», «Московской», «Старки» так любим и приветствуем во всем мире. Англия, в свою очередь, предчувствуя наши успехи в сфере науки, поторопилась разразиться Ньютоном, который более чем за полтора века до Менделеева открыл и закон всемирного тяготения, и дисперсию света и даже разработал дифференциальное и интегральное исчисление. Но, надо отметить, вследствие того, что Англия очень спешила с его появлением на свет, он слишком опередил время и не смог разработать теорию относительности, которой после пришлось заниматься другим умам.

И так у нас с Англией во всем. Что мы – то и она. Если мы придумали кабаки, чтоб надираться там до положения риз, то она – пабы. Если мы, чтобы поднять производительность труда, сложили «Дубинушку», то она с той же целью ответила паровой машиной. Если мы для тепла надеваем валенки, свалянные из шерсти, то англичане для тепла укрываются клетчатыми пледами, которые не из чего другого, как из шерсти же и ткут.

При этом мы распахнуты нараспашку, а они там застегнуты на все пуговицы и еще галстук носят. Мы с кем угодно запанибрата, а они чопорны – будто у них внутри корсет надет. У нас дома́ – стены подперты, крыша залатана, а у них что ни дом – то крепость.

Будешь таких чувствовать близкими себе? Если б они еще с нами соперничать не пытались! А то соперничают, но чтобы хоть в чем-то походить на нас – ни в чем! Даже и не пытаются ничего перенять у нас. Блюдут свою самобытность.

Ну так если они такие, что же нам о них думать! Мы-то и сами по себе как-нибудь проживем. У нас простора достаточно. А вот где их полмира? Конечно, в последнее время и мы кое-что потеряли, но ведь не в такой же степени, как они! Как они только со своими пятьюдесятью миллионами на такой крохотной территории и помещаются.

Жалко, очень жалко Англию. Совершенно ей не по силам соперничать с нами. Ведь надорвется же когда-нибудь окончательно. А мы того и не заметим. Очень уж она от нас далеко.

Еще сокровенное

Какое это все-таки зло, женщина!

Конкретно имею в виду жену. Затеяла ремонт в доме. Грязь, грохот, стук, скрежет мастерка, чужие, наконец, люди под боком. Ходят со своим заляпанным ведром в ванную, берутся своими заляпанными руками за краны, льют воду, ходят в туалет, запорный клапан в бачке сорвали, унитаз забили – пришлось вызывать сантехника. А сантехник в доме – вообще конец света.

Зачем, спрашивается, ремонт, когда столько неудобств и нравственных страданий? Встретились в ПЕН-клубе[20] с Юрой Ряшенцевым[21], пожаловался ему на жизнь, он мне сказал: «А Шкловский[22] говорил, интеллигентные люди ремонтов не делают».

Пришел домой, посмотрел на жену и увидел: ни следа интеллигентности на лице. Спрашивается, как меня угораздило жениться на ней?!

Или же среди женщин настоящих интеллигентных людей не бывает?

Склоняюсь, откровенно говоря, к последнему.

Самое сокровенное

Чувствую угрызение совести из-за предыдущей записи.

Все же и среди женщин встречаются интеллигентные люди.

Преимущественно, правда, среди незамужних.

Среди замужних, конечно, тоже встречаются. Но если только это не твоя жена.

Еще раз о братьях-писателях

Булгаков

С Булгаковым мне пришлось познакомиться еще в студенчестве. Не с ним, конечно, самим, потому что он уже лежал в могиле, а с его творчеством. Так что, можно сказать, с Булгаковым я прожил всю жизнь, и имею о нем сказать кое-что важное и существенное.

Никакого ошеломления от знакомства с Булгаковым я не испытал. Писатель и писатель, разве что пишет недурно. Так раньше все писали недурно. Это горьковский призыв в литературу приучил писать так себе. У нас, например, в андерграунде многие писали даже получше Булгакова. А не печатались так еще дольше, чем его «Мастер и Маргарита».

Правда, надо быть откровенным, познакомился я с творчеством Булгакова еще до «Мастера и Маргариты». «Мастера и Маргариту» я прочитал уже после. Неплохой, конечно, роман. Читается. Местами даже смешно. Иногда занимательно. Но не великий роман, не великий! Не «Война и мир» тебе. Не «Братья Карамазовы». И с элементами бульварщины. Кровь там, отрезанные головы, бал у сатаны… Убрать все эти элементы, что останется? Да ничего! Содержания-то у романа – ноль! Без всяких там даже десятых. Ноль до запятой, ноль после.

А подняли его, возвеличили! За что подняли, за что возвеличили? Полагаю, всему причиной тайный сталинизм тогдашнего руководства Союза писателей СССР. Заявить открыто о своей приверженности развенчанному вождю всех народов не смели, а заявить хотелось. И вот тогда придумали ход с Булгаковым[23]. Помнили, что Сталин любил Булгакова, помнили, что Булгаков написал пьесу о детстве Иосифа Виссарионовича, – вот и дали добро на публикацию «Мастера…» Чтобы дать таким образом своим сторонникам знак, с кем обязаны быть мастера культуры.

Если кто скажет, что роман, наоборот, антисталинский, то я отвечу: а где там хоть слово против Сталина? Нет там таких слов! Наоборот: если Воланд – это Иосиф Виссарионович, то очень даже с большой любовью изображен вождь всех времен и народов. Во всяком случае, без всякого знака минус.

Как бы там ни было, кому следовало, те все поняли. И в 66-м году 20 века, спустя десять лет после исторического двадцатого съезда КПСС, развенчавшего культ личности, в русской литературе окончательно оформилось размежевание по принципу отношения к Сталину. Те, кто напечатал Булгакова, о нем и забыли, им не до Булгакова было. Те же, наоборот, кто был с другой стороны баррикад, его подобрали. Так «Мастер и Маргарита» приобрел репутацию антисталинского романа. Хотя о Сталине, повторю, там ни полслова.

А о «Роковых яйцах» и «Собачьем сердце» я вообще не говорю. Чушь собачья – в полном смысле слова. Сделали из собаки человека, а потом снова превратили в собаку. Это что, гуманизм? Чистейшей воды сталинизм, кристальнейший!

Имею подозрение, что все многочисленные любители Булгакова – латентные[24] сталинисты. Хотя, наверное, о том и не подозревают. А может быть, думают о себе совсем даже наоборот. Но на то и тестирование, чтобы выявлять непроявленное.

Творчество Булгакова – очень хороший тест на сталинизм. Вот в этом плане он – очень для нас сущностный и важный писатель.

А лично я мог бы быть образцом антисталиниста. Потому что никогда Булгакова не любил. И поэтому, полагаю, те, кто преклоняется перед Булгаковым (т. е. скрытые[25] сталинисты) никогда не будут любить мое творчество. К сожалению, убеждаюсь по противникам моего творчества, у нас невероятно много сталинистов. Просто невероятно!

О мировой истории

Мировая история состоит из многих историй.

Истории Тутанхамона. Истории Цезаря. Истории Ганнибала. Истории Джордано Бруно и истории Лютера. Истории Ивана Грозного и истории Сталина. Историй Колумба, Ермака, Кука, Нельсона, Кутузова, Нансена, Чкалова… И всяких других историй завоевателей, вождей, политических деятелей, тирано– и богоборцев, исследователей, военачальников, знаменитых разбойников, иногда – философов и ученых, если их зарубили, как Архимеда, или отравили, как Сократа.

Про истории Джона, Фрица, Ивана, Поля, Франтишека мировая история молчит. Частными историями мировая история не интересуется.

Говори после этого, что историю творят массы. Да если их допустить в историю, придется, чтобы выучить ее, учиться в школе всю жизнь! А ведь еще и кому-то работать нужно. Чтобы материальные ценности создавать.

Разное

Летом мир зеленеет, потому что деревья одеваются листвой, а земля покрывается травой.

Осенью листья облетают, трава жухнет, и мир становится черно-серым.

После осени наступает зима, выпадает снег, а так как снег белый, то белым делается и мир окрест.

Весной снег стаивает, превращаясь в воду, и, хотя светит солнце, а на душе радостно, мир вокруг стоит еще в более страшном виде, чем осенью.

Зачем нам даны эти смены времен года? Только привыкнешь к одному, как привычное уже спешит смениться новым.

Думаю, однако, что у Бога все не случайно.

А вот чтоб ты знал и не забывал, что ничто в мире не постоянно, говорят нам, сменяя одно другое, времена года. Сегодня ты счастлив, а завтра будешь несчастен, сегодня тебе не везет, а завтра привалит фарт.

Одного, однако, не могу понять: почему, если у меня не было денег вчера, то пусто в кармане и сегодня? Почему, раз пусто сегодня, я уже не жду, что там зашуршит завтра?

Какое-то необъяснимое нарушение законов природы!

Из дневника

Сегодня много размышлял о природе власти в России. Пришел к выводу, что у власти в России нет никакой природы.

Природа – это все же сочетание флоры и фауны. Метафорически говоря, можно сказать, что политики – это фауна, а флора – законы, в которых они живут. Но наша власть – сплошная фауна и никакой флоры. Фауне, однако, надо где-то жить, и если нет флоры, то что же это за фауна?

Таким образом напрашивается вывод, наша власть – уникальное явление мировой цивилизации. И как уникум подлежит тщательнейшему обережению – подобно тому, как мы оберегаем растения и животных, занесенные в Красную книгу. Мы должны холить нашу власть и лелеять. Превратись она в стандартную западную демократию, какая ей будет цена? Чем мы будем отличаться от всех прочих государств?

Приятно все-таки жить в оригинальной и самобытной стране.

И снова о выдающихся людях Отечества

Герцен

Герцен жил в 19 веке и был незаконнорожденным сыном очень богатого помещика Яковлева. Родился он на кафедре русской литературы XIX века[26], и это обусловило выбор им будущей профессии. Герцен стал писателем и публицистом.

Герцен по природе был очень сонным человеком и почти все свое детство проспал. Разбудили его декабристы, когда ему было уже тринадцать лет, выстрелив из пушки на Сенатской площади[27]. Он выглянул в окно – и душа его страданиями человеческими уязвлена стала[28]. После этого, несмотря на сонливость, он больше не мог смотреть на жизнь закрытыми глазами и, как только созрел физически и нравственно, стал в форме художественных произведений рассказывать людям о том, что видит.

Но до того Герцену пришлось пройти суровую школу жизни: без малого год просидеть под арестом, пожить бесправным ссыльным в удаленных от столиц городах. Для кого бы это прошло без пользы, а для Герцена стало благодатным временем созревания. Он увидел испод русской жизни, и тот оказался именно таким, каким виделся ему из окна детской, а после – из окон университета.

Вернувшись в Москву на постоянное место жительство, Герцен, однако, чувствовал себя не в своей тарелке, так как хотел увидеть испод не только русской жизни, но и зарубежной – дыбы была возможность сравнить. В своей тарелке Герцен почувствовал себя, только выправив заграничный паспорт и оказавшись за рубежами Отечества.

Там он открыл глаза еще шире и стал смотреть. Ему удалось многое увидеть. В том числе и французскую революцию 1848 года. Как и ее поражение. После чего он сильно захандрил и решил, что нужно делать революцию и в России.

Для того, чтобы подготовить Россию к революции, он перебрался в Лондон и открыл там Вольную русскую типографию, на которую не распространялись указы царской цензуры. Благо деньги были: родивший Герцена незаконным образом отец умер, и Герцен стал его законным наследником.

Открыв свою Вольную типографию, Герцен стал писать всякие воззвания к русским людям различных сословий, говоря в них, сколь немилосердна русская жизнь, а потом принялся и за выпуск журнала «Полярная звезда», на обложке которого в знак благодарности за свое пробуждение поместил портреты повешенных декабристов.

Русские путешественники, посещая Лондон, считали своим непременным долгом зайти к Герцену в гости. Там для них всегда был накрыт стол, и для иного обносившегося и потратившегося в заграничном вояже русского стол в герценовской столовой был единственным способом поддержать в себе физические, а с ними и нравственные силы. Посетители герценовского дома уходили из него не только с отягощенными животами, но и руками, унося кипы листовок, брошюр и журналов.

Затем Герцен вместе с приехавшим к нему старым другом Огаревым ударил в «Колокол». «Колокол» стал настоящим рассадником свободомыслия в России. Там печаталось уже Бог знает что. Русским путешественникам, активно продолжавшим блюсти традицию трапез в доме Герцена, «Колокол» подавали на десерт, и те потребляли его с жадностью и в неумеренном количестве. Герценовский десерт был так приятен вкусу русского путешественника, что тот, несмотря на пограничный карантин, зачастую не удерживался и привозил его в Россию, чтобы дать попробовать друзьям и знакомым.

«Колокол» Герцена разбудил разночинцев, и они стали народовольцами. Народовольцы разбудили мальчика Володю Ульянова, а проснувшись, он сразу понял, что нужно идти другим путем и выпускать не «Колокол», а «Искру», чтобы из нее разгорелось пламя.

Когда же пламя разгорелось, то в России стало так жарко, что многие, не выдержав, пошли по герценовскому пути, выправили себе заграничные паспорта и тоже уехали в Европу. Кое-кто до того спешил, что паспорта выправить не успел и вообще попал куда-нибудь в Китай или Турцию – куда было сподручнее унести ноги. Оказавшись за границей, они в отличие от Герцена прокляли революцию, а самого Герцена обвинили в том, что причиной его революционности было его незаконнорожденное положение. Был бы он будто бы законнорожденным, то не имели бы мы ни «Колокола», ни Ленина, ни революции. И вся история России пошла бы по другому пути.

Подобные умозаключения отдают беззастенчивой фрейдятиной, а фрейдизм, как известно, преодолен еще Юнгом в первой трети 20 века. Герцен, если говорить о нем, был ни при чем. Уж если судить, то всю историческую вину следовало бы возложить на его отца. Это же надо было: воспитывать незаконнорожденного как законно рожденного! Со стародавних времен каждому честному дворянину было заповедано: незаконнорожденных детей не признавать, бросать сразу и даже если придут, выросши, на порог, на порог не пускать. Потому как из незаконнорожденных никогда ничего путного не вырастает. Чай предки наши знали что заповедовать!

Пример Герцена ярко показывает, чем чревато нарушение заветов предков. Вот не нарушил бы Яковлев этих заветов, жили бы теперь в процветающей и благоденствующей империи. А так живи в криминальной России – и даже эмигрировать некуда: никто тебя не хочет к себе пускать!

Ну и о других государствах

Япония

Страна удивительная и странная.

Во-первых, расположена на островах. Подобно Англии-Великобритании.

И все ей этих островов мало. Хочет наши Курилы, и все тут. Отдай и отдай. То все острова, то половину. То хотя бы четыре. Предлагаем два – ни в какую. Четыре и не меньше. Какой-то у нее сдвиг по фазе с этими островами.

В начале 20 века вдруг посчитала островом Китай. Конечно, Китай – действительно остров. Отделен от всего остального мира и ни с кем никаких общих границ. Но остров только в определенном смысле, в культурном.

Япония же сочла его островом в самом прямом, географическом плане и захватила у Китая Манчьжурию, образовав там некое Манчьжоу-Го. Правда, мать-природу обмануть невозможно; как японцы ни закрывали глаза на реальное положение вещей, пришлось им признать континентальное расположение Китая. Отдали Манчжоу-Го обратно китайцам, а сами скатились на острова, где обитали прежде. Опять же подобно англичанам чуть несколько в более поздние времена.

Во-вторых, Япония, хотя и похожа во многом на Англию[29], заселена не англичанами, а японцами, которые говорят и пишут по-японски[30], а также принадлежат к желтой расе, то есть раскосы и узкоглазы. При этом они только на первый взгляд похожи на китайцев и корейцев; приглядевшись, видишь, что они очень от тех отличаются, – только непонятно чем. Определенно и тут у них сдвиг по фазе: быть ни на кого внешне не похожими, и все тут.

В-третьих, у Японии наблюдается еще сдвиг по фазе в области радиоэлектроники и автомобилестроения. Мало того, что их электроника самая передовая в мире, так она еще самая компактная и удобная в обращении, самая надежная и качественная. И производят они ее в таком количестве, что непонятно, где они на своих островах набрали столько земли, чтобы разместить производственные мощности.

То же и с производством автомобилей. А ведь автомобиль – это тебе не какой-нибудь плейер. И побольше весит, и места занимает значительно больше. А значит, и площади для своего производства требует изрядные. Не сдвиг бы по фазе, кому нужна была такая морока?

В-четвертых, при том, сколь японцы привязаны к своим островам, им на них никак не сидится. Куда ни поедешь, в какой стране света не окажешься, тут же тебе навстречу японец с фотоаппаратом. Протягивает фотоаппарат и, улыбаясь, просит на ломаном английском: не сфотографируете ли нас на фоне Пизанской башни? на фоне Эйфелевой башни? на фоне Кельнского собора? Конечно, понятно: насиделись у себя на островах за века своей изоляции от мира, но ведь нельзя же теперь у всего мира путаться под ногами! Мы, например, в России тоже немало лет просидели в изоляции, но ведь не рванули все за рубеж со своими мыльницами! Только в лице отдельных своих лучших представителей, имеющих хорошие деньги. А все остальные, рядовые граждане, обитаем себе скромно на родине и ни о каких вояжах не помышляем.

В-пятых, наконец, японцы совершенно ненормально привязаны к своим древним национальным обычаям и национальной одежде. Вместо джина и водки, которые пьет весь цивилизованный мир, они пьют свое саке. Если же пьют чай, то у них это не чаепитие, а по-прежнему целая чайная церемония, так что пока дождешься своей чашки чая, умрешь от жажды, а если все же дождешься первой, то о второй уже лучше и не помышлять. И кроме того, полагают своим долгом иметь у себя в шифоньере комплект кимоно, в которое наряжаются в торжественных случаях. Это можно себе представить, чтобы мы держали у себя в сундуках лапти и армяк и к приходу долгожданных гостей наряжались бы именно в них, а не во что другое?

Думаю, что с Японией, как ни с какой другой страной мира, нужно держать ухо востро и не сводить с нее глаз. От такой сдвинутой по фазе страны можно ожидать всего. Ну, как завтра уже не Китай, а вся Евразия помни́тся им островом? Или покажется, что пора им выходить в космос? Ведь не заметим, как перейдем на иероглифы, а на околоземной орбите международным языком станет японский. И еще кимоно учиться носить!

Спасаюсь только мыслью, что уж очень японцы дорожат своей репутацией страны восходящего солнца и как нация приверженная традициям не захотят от этой репутации отказаться. Останутся на своих островах.

А их сдвиг по фазе в области электроники и автомобилестроения можно и простить. Какая-никакая, а человечеству от него и польза есть. Разница все-таки, что за телевизор смотреть: наш «Рубин» или их «Сони». На какой машине ездить: нашем «Москвиче» или их «Тайоте».

Как известно, все рыжие коты в России теперь Чубайсы.

Почему Чубайсы – это понятно.

Непонятно, за что такое предпочтение семейству кошачьих? Разве собаки не столь достойны? И среди них встречаются рыжие.

Обалденная вещь – мобильник.

Цепляешь к поясу, идешь, куда хочешь, понадобилось, раз – и говоришь, с кем нужно. Пусть даже в это время ты в туалете.

Одно неприятно: счет потом выставляют такой, получаешь – обалдеваешь.

Кто после этого скажет, что мобильный телефон не обалденная вещь, будет не прав.

О цензуре

Жизнь моя тяжело исковеркана цензурой. С младых ногтей своего творчества я вынужден был скрываться в андерграунде и вышел из него уже густо убеленным сединами. Ненависть моя к цензуре беспредельна, цензоров я почитаю за злейших врагов отечественной словесности, достойных четвертования с повешением одновременно.

С другой стороны, наблюдая за современной художественной жизнью Отечества, ясно и отчетливо понимаю: без цензуры нельзя. Все же в определенных вещах должны быть некоторые рамки. А в некоторых вещах – даже очень определенные рамки.

Таким образом впадаю в неразрешимое противоречие: как творческий человек я непримиримый враг всяких цензурных ограничений, как гражданин я их приветствую и готов всячески поощрять.

Не понимаю, что этому причиной. Недостаток художественности моей натуры или переизбыток гражданственности? Однако в недостатке художественности никто меня никогда не упрекал, что же до гражданственности, позволю себе заметить, ее, как и здоровья, быть в переизбытке не может.

Остается одно: разделить в себе художника и гражданина.

Пусть восстанавливают цензуру, а она на меня наезжает. Буду тогда иметь в глазах общественности ореол борца и мученика. Как и подобает настоящему гражданину.

Вновь о выдающихся людях мировой цивилизации

Эразм Роттердамский

Эразм Роттердамский жил пятьсот лет назад и, как явствует из его прозвания, был родом из Нидерландов, попросту Голландии. Иногда его называли даже не Роттердамский, а Роттердамец. Сам Эразм Роттердамский называл себя еще Дезидерием. Что, в принципе, то же самое, что Эразм, только по латыни.

Жил Эразм Роттердамский уже после изобретения печатного станка и своей выдающейся ролью в истории мировой цивилизации всецело обязан Гутенбергу. Пользуясь изобретением замечательного немца, он печатал свои литературные труды в необозримом по тем временам количестве экземпляров, получал колоссальные гонорары, что было невозможно еще какие-то десятилетия назад, и эти гонорары, доставлявшие ему очень недурные средства к существованию, позволяли Эразму Роттердамскому писать новые труды.

Первым делом, чтобы прославиться в веках, Эразм Роттердамский издал сборник разнообразных античных пословиц и изречений мудрецов древности, самолично переведенных им на латинский язык, на котором бегло читали все образованные люди его времени. Потом он добрался до Библии – издав ее сначала на греческом языке, а затем и на латинском, на который опять же перевел самолично.

Для другого вполне амбициозного человека этого было бы уже достаточно, чтобы считать свою жизнь состоявшейся и почивать на лаврах. Эразму Роттердамскому, однако, этого было мало. Кроме Библии, он наиздавал в самоличном переводе на латинский язык еще массу других античных авторов, а также и свои собственные произведения, в которых заявил о себе как о человеке Возрождения и великом гуманисте. Среди этих его трудов особо массивной глыбой возвышается замечательное творение, имеющее неувядающее название «Похвала Глупости». В «Похвале Глупости» от Эразма Роттердамского досталось всему современному обществу. Он заклеймил едкой сатирой аристократию, нарождающуюся буржуазию, выродившееся католическое духовенство. Критика последнего была особенно важна и, можно сказать, предуготовила в странах Западной Европы почву для торжества Реформации, знамена которой высоко подняли Лютер в Германии и Кальвин в Швейцарии.

Деятели Реформации, воюя против папы Римского и его чиновничества, протягивали Эразму Роттердамскому руку дружбы, прося быть вместе с ними и поддержать в их справедливой борьбе. Деятели папской курии, в свою очередь, тоже ждали от него дружественных шагов и обещали за них епископство. Но Эразм Роттердамский остался верен избранному в молодости пути свободного литератора, хотя и в монашеской сутане. Он не присоединился к Реформации, но и не осудил ее. За это Лютер перестал считать его своим духовным отцом, а католическая церковь не дала ему епископства.

Будучи человеком Возрождения и великим гуманистом, Эразм Роттердамский не признавал границ и жил, кочуя по всей Европе, дружа с князьями, королями и императорами различных государственных образований. Особенно он любил дождливую Англию и провел в ее университетах, преподавая тамошним студиозам греческий язык, немалое число лет. В Англии он подружился с Томасом Мором, издал потом в Париже его «Утопию», но разделял ли утопические взгляды своего друга – неизвестно.

Можно сказать, что Эразм Роттердамский был как тот самый кот, который гулял сам по себе. Он послужил примером для многих людей свободных профессий, особенно литераторов. И сейчас молодые люди, собираясь посвятить себя служению слову, мечтают так же, как Эразм Роттердамский, ездить по всему миру, преподавать в университетах, дружить с другими выдающимися деятелями эпохи, быть принятыми во дворцах и учить их обитателей уму-разуму, получая за это приличное денежное вспомоществование. О том, кто им послужил образцом для подражания, они обычно не помнят. Бывает, правда, что имя Эразма Роттердамского они слышали. Но уж чтоб читать его – этого они никогда в жизни не делали.

Удел Эразма Роттердамского в нашем веке – быть поминаемым в энциклопедиях и прочих справочниках. А также наряду с известным конем Дон Кихота Росинантом, называемым студентами при сдаче экзаменов профессору зарубежной литературы Ренессансом, служить поводом к другой грубой обмолвке, которая нередко заканчивается изгнанием студента из аудитории и «неудом» в зачетке: Маразм Роттердамский, глядя на профессора чистыми глазами, произносит студент…

Под впечатлением от предыдущей главы

Люблю вкусно поесть!

Не понимаю, почему это невинное увлечение подвергается осуждению.

Конечно, еда, приятная для желудка, способствует впадению в обжорство. Обжорство же, в свою очередь, ведет к увеличению брюха. Толстое брюхо – безусловно, неприятная вещь. Тяжело дышать, тяжело ходить. И прочим, что совершенно необходимо в жизни и от чего рождаются дети, заниматься неудобно.

Но, в конце концов, если мне важнее вкусно поесть?!

А со всеми неприятными последствиями буду мириться.

Если мирюсь я сам, отчего общественное мнение столь беспощадно к моей слабости?

Столько лет прошло со времени, как Эразм Роттердамский написал «Похвалу Глупости», а мир нисколько не поумнел.

Теперь уже под впечатлением предшествующей главы

Кроме того, что люблю поесть, еще люблю смотреть, как работает экскаватор. Могу стоять рядом с ним, наблюдая за его действиями, часами.

Знакомый поэт, практикующий психоаналитик, сказал, что это следствие тяжелого и скудного детства.

Да, не скрываю, на всех восьмерых детей у нас была одна пара валенок, и та постоянно находилась в починке.

Но какая связь между валенками и экскаватором?

На этот мой вопрос знакомый поэт уже не ответил, а спустя время, так как я настаивал на ответе, пробормотал: «Тупой, как валенок».

Тут мне все стало понятно.

Когда идешь в валенках по свежевыпавшему снегу, то взрываешь его, вздымая в воздух белые буруны. И экскаватор, набрав в ковш земли, выпускает ее потом в другом месте, развешивая на миг в воздухе темную вуаль. Иначе говоря, без устали глядя на работающий экскаватор, я запоздало получаю эмоции, которых недополучил в детстве.

Только, спрашивается, почему психоаналитику было не объяснить мне это впрямую? Зачем нужно было унижать меня оскорбительным сравнением? Потому, что толковал со мною бесплатно?

Имею подозрение, у психоаналитика было в детстве две пары валенок, в которых он ходил посменно. И так натрудился еще в детстве, снимая их и надевая, что теперь ему без оплаты – все в лом.

Более того, имею подозрение, что у каждого психоаналитика было в детстве две пары валенок.

Сокровенное

Иногда думаю: есть все же НЛО[31] или нет?

Прихожу к выводу: может быть, они и есть, но поверить в их существование невозможно.

Того же, во что не веришь, не существует.

Из сего делаем окончательный вывод: НЛО нет.

Хотя в этом существует сомнение…

Разное

Чем больше человек отрицает, тем меньше он стоит сам.

Еще разное

Чем человек глубже, тем уже.

Хотя случается, что и узок, и неглубок. Причем не так редко.

Так же никак не скажешь, что чем человек шире в своих воззрениях, тем мельче. Хотя, как правило, широта не способствует глубине.

Иначе говоря, всякий плюс в человеческом мире влечет за собой минус. Но минус далеко не всегда влечет плюс.

И если в математике минус на минус непременно дает плюсовую величину, то в человеческом мире – никогда.

О духовенстве

Духовенство в истории России сыграло не меньшую роль, чем дворянство с купечеством.

Духовенство в виде своих лучших представителей, монахов, сидело по монастырям, маялось бездельем и, чтобы занять себя, начало вести летописи земли Русской. Так у нас появилась своя история, и в результате, когда настало тысячелетие России, мы знали, что подошло время его праздновать. А не духовенство бы, так мы бы и не имели понятия, когда отмечать этот замечательный праздник.

Духовенство было не только черное, дававшее обет безбрачия, но и белое, которое имело право жениться, и на радостях, что имеют такое право, они делали своим матушкам каждый год по ребенку, подавая в этом пример простому народу. Так благодаря примеру духовенства народонаселение России с веками неуклонно росло, и Россия смогла широко распространить себя как с севера на юг, так и с запада на восток, сделавшись в конце концов необозримо великой.

Духовенство в лице Сергия Радонежского духовно укрепило Дмитрия Донского на Куликовскую битву – освободиться от золотоордынского рэкета. Двое монахов даже отложили в сторону переписывание российской истории, переоделись в доспехи и сами поехали биться с проклятою татарвой – тем самым вписав в историю свои имена не просто как переписчиков, а ее делателей. Благодарная история их имена сохранила: Пересвет и Осляба. После того, как они первыми сложили головы, ополченцам ничего не осталось другого, как последовать за ними и вступить в бой. Так вот и черное духовенство сумело показать простому народу добрый пример. А не Пересвет бы с Ослябой, так, может быть, русский крестьянин и не решился бы поднять топор на хорошо вооруженного рэкетира, а Россия имела бы столицей не Москву и уж тем более не Санкт-Петербург, а Золотой Сарай.

Духовенство было хранителем культурных традиций народа. Так как оно понимало, что традиции вещь хрупкая и в веках легко рассыпаются в прах, то предпочитало хранить их в архитектурных формах, неустанно строя по всей Руси храмы. И настроило их в конце концов столько, что даже коммунисты не смогли за семьдесят три года своего правления снести все, и теперь, освободившись от коммунистов, мы имеем перед взором наши традиции в самом нетленном виде. Осталось лишь научиться следовать им.

Духовенство всегда активно способствовало всем начинаниям государственной власти, подавая народу пример и в этом. Когда у духовенства случались с властью разногласия, оно обычно вскоре шло на попятную, так как хорошо помнило историю Савла-Павла и отлично понимало, что против рожна не попрешь. Народ в этом деле не всегда шел за духовенством, и тогда оно предавало отдельных представителей народа, наиболее упорствующих в своем несогласии, анафеме. Анафема, как правило, оказывала на народ благотворное действие, и он возвращался в прежнее состояние покорности, что позволяло государству Российскому процветать и крепнуть дальше.

Случалось, конечно, что и среди духовенства попадались отдельные представители, не желавшие следовать общепринятым курсом и громко выражавшие с ним свое несогласие. Например, протопоп Аввакум, не принявший реформу православия. Однако с такими духовенство, призвав на помощь власть, расправлялось быстро и круто. Потому что в полной мере отдавало себе отчет, что Россия стояла и стоит на единомыслии, а если в ней воцарится разномыслие, то России конец. То есть, может быть, страна-то, со всеми землями и с народом, останется, но государство Российское существовать перестанет.

Большой вклад наряду с купечеством духовенство внесло в развитие отечественной культуры. Если бы не оно, в русском фольклоре не было бы того множества сказок о пьяницах и обжорах попах, которые мы имеем в настоящее время, того множества пословиц и поговорок о них, которые так украшают нашу речь. («Каков поп, таков и приход», «Кому тошно, а попу в мошно», «Попам да клопам жить добро»). А наш национальный гений А.С. Пушкин не сочинил бы своей замечательной «Сказки о попе и о работнике его Балде», которую проходят в школе, а отдельные родители даже читают детям еще в дошкольном возрасте. Кроме того, заботясь об украшении храмов, духовенство давало работу множеству живописцев, и те оставили нам в наследство великолепные настенные росписи и иконы, на которые мы ходим теперь любоваться и приобщаться высотам художественного духа.

В настоящее время, после семидесяти с лишним лет унижений и преследований со стороны коммунистического режима, духовенство переживает возрождение. Снова повсюду открываются новые храмы, власть ходит в церковь на исповедь и дает льготы для церковной коммерческой деятельности, от желающих стать священнослужителями нет отбоя.

Новых сказок и пословиц с поговорками о духовенстве пока не появилось, но все свидетельствует, что за ними дело тоже не встанет. А если земля русская расщедрится и снова родит Пушкина, то он непременно создаст новое гениальное произведение о Попе и каком-нибудь его работнике.

Последнее время Россию все чаще называют банановой республикой.

И это справедливо. Посмотрите, сколько бананов продается на улице!

Что же до ее сходства с некоторыми республиками Латинской Америки, то подобные параллели совершенно неправомерны.

Банановые республики Латинской Америки бананы вывозят, а мы ввозим. В свою очередь, они ввозят нефть, а мы ее вывозим.

Иначе говоря, они бананами торгуют, а мы покупаем. Торгуем же мы нефтью, которую покупают уже они.

Бананы они срывают с деревьев, произрастающих на поверхности земли. Мы же добываем нефть из земных недр.

О каком сходстве тут может быть речь? Никакого сходства!

Снова о выдающихся людях Отечества

Иван Павлов

Иван Павлов прожил долгую жизнь. 51 год в 19-м веке и еще 36 лет в веке 20-м. Однако встречаются и куда более основательные долгожители, и Павлов прославился отнюдь не этим.

Смешно сказать, но до Павлова наука не знала, зачем, например, человеку печень. Или там поджелудочная железа. Как равным образом и другие пищеварительные железы. Медицина до него не имела также понятия, что такое условные и безусловные рефлексы, и вообще не вполне понимала роль нервов в жизнедеятельности человека. Это только после Павлова мы получили возможность на крылатую фразу: «Все болезни от нервов». Мечту всех деятелей и простых тружеников науки, а также писателей и политиков – Нобелевскую премию – Павлов получил еще на заре деятельности Нобелевского комитета, причем не прикладывая к тому никаких усилий.

Материалистические объяснения Павлова жизнедеятельности человека нашли радостную и горячую поддержку у большевиков. Придя к власти, они оставили его заниматься наукой, а в день его 80-летия Совнарком издал даже специальное постановление, которым обеспечивались особо благоприятные условия работы руководимой им лаборатории. Несмотря на эту отеческую заботу о нем советского правительства, Павлов остался глух и нем к его требованиям и до конца дней, в противоречие со своей материалистической трактовкой человеческих рефлексов, оставался человеком верующим в Бога. Что, впрочем, ему как человеку, прожившему большую часть жизни в 19-м столетии, прощалось.

После смерти Павлова большевики хотели его забыть как дурной сон, но мировая общественность не позволила, безустанно празднуя его посмертные юбилеи и без устали ссылаясь на него в различных научных трудах. Тогда большевики вызвали имя Павлова из небытия, куда его отправили, и противопоставили Фрейду. Так Павлов после жизни стал играть несвойственную для себя роль идеологического противника Запада. В силу чего потерял прежнюю популярность у отечественных ученых, они перестали ссылаться на него в своих трудах и возвели себе в кумиры не кого другого, как Фрейда.

Пример Павлова убедительно показывает: сколько чего для родины ни сделай, она все равно употребит тебя так, как ей будет угодно.

Ну, и опять о животных

Известно, что в каждом человеке можно найти сходство с каким-нибудь животным.

Что, однако, из этого следует?

А ничего! Не переноси на животное свойства того человека, с которым он схож. Столь недоброго отношения к ним животные не заслуживают.

И опять о братьях-писателях

Мандельштам

Лично Мандельштама знать я не мог никак. Но в андерграунде у нас его стихи имели широкое хождение, и творчество Осипа Эмильевича знакомо мне до последней запятой. Считаю даже, что лучше меня с ним не знаком никто и настало, наконец, время, сказать о Мандельштаме и мне.

Должен признаться, когда-то, познакомившись со стихами Мандельштама, я пережил глубокий культурный шок. Шок выразился в том, что я мгновенно запомнил все его стихи и, разбуди меня среди ночи, мог цитировать их километрами и милями.

Однако прошли годы, и в памяти у меня от тех километров остались только отдельные строки и изредка строфы. Которые, чтобы вспомнить, нужно даже как следует поднапрячься. Конечно, можно сказать, что причиной тому моя память, но позволю себе заметить, что собственные стихи я помню отлично, а значит, память тут ни при чем. Значит, дело в стихах Мандельштама. Которые вовсе не того уровня, как это показалось вначале, и вот память удалила их, чтобы они не занимали места.

Нет, я вовсе не хочу сказать, что Мандельштам плохой поэт. Вполне ничего себе поэт. Но я считаю, на его поэзию накладывается его судьба. Может быть, не его бы трагическая судьба, стихи Мандельштама сейчас знали бы только специалисты. А так получается, что судьба подпирает стихи – и держит их, не давая им упасть в лету.

Лично я, например, пишу стихи посильнее мандельштамовских. И по темам значительнее, и по рифмам интереснее, не говоря уже о ритмике. Но такой славы, как у Мандельштама, до сих пор не имею. Объяснение этому вижу в одном: не столь трагическая судьба.

Правда, и к Мандельштаму слава пришла уже много спустя после его смерти. А я пока жив.

Но что же мне, специально устраивать себе трагическую судьбу?

А Мандельштаму все само собой далось, можно сказать – упало в руки. Не знаю другого поэта его поколения, которому бы так повезло. Даже Ахматовой так не подфартило: у нее всего лишь сына арестовали. Да еще он и жив остался.

Почему власть разлюбила поэзию? Когда любит, непременно кого-нибудь сажает.

Прочел в газетах о повышении пенсий пенсионерам, зарплаты бюджетникам, стипендий студентам, а также значительном общем повышении уровня жизни. Обрадовался за пенсионеров и за уровень. Особенно за уровень. Так он нуждался в повышении! А то пенсии повышают, зарплаты повышают, а уровень не растет.

Не иначе, резко повысились доходы у наших олигархов. Причем с внушительным опережением инфляции. Поделенные на общее население страны, они, наконец, и дали повышение уровня. Можем теперь отчитываться в международных организациях, прямо глядя им в глаза, и просить новые займы.

О наших предках

Старая истина: всякое настоящее зависит от своего прошлого.

Предками нынешних итальянцев были римляне.

Предками нынешних греков были эллины.

Нашими предками были славяне.

Римляне воевали. Эллины занимались искусством. Славяне ловили рыбу.

С той поры утекло много воды.

Итальянцы больше не воюют. Греки перестали заниматься искусством. Мы не ловим рыбу.

Итальянцы работают, у них растет общеваловой национальный продукт, и они живут все лучше и лучше. Греки тоже работают, и у них, пусть не так, как у итальянцев, но валовой национальный продукт также растет, жизнь их все улучшается.

Работаем и мы. Наше правительство уверяет, что валовой национальный продукт неуклонно растет и у нас. Но жизнь наша нисколько не улучшается. Наоборот.

Нужно же было нашим предкам ловить рыбу! Воевали бы или занимались искусством. Глядишь, жили бы теперь если не как в Италии, то хотя бы как в Греции.

Еще раз о выдающихся людях мировой цивилизации

Наполеон Бонапарт

Наполеон Бонапарт жил два века назад и прославился тем, что перевернул Европу.

По рождению он был корсиканец, но для своей миссии по переворачиванию Европы избрал Францию. Когда во Франции произошла Великая буржуазная революция, он тотчас воспользовался возможностями, которые открывет всякая революция перед амбициозными молодыми людьми, и так как был амбициознее других, вскоре встал во главе Первой французской республики. После чего, дав французам привыкнуть к своей особе, объявил себя императором, Францию империей, а поскольку любая империя – это симбиоз стран и наций, Наполеону, дабы оправдать новое название Франции, пришлось спешным порядком завоевывать прилегающие страны и присоединять к бывшей республике. В свою очередь, поскольку Франция, как и сейчас, находилась в Европе, завоевывать ему пришлось страны, также расположенные на европейском континенте. В результате чего он и перевернул Европу, а не другие части света. Всюду, куда приходил, Наполеон устанавливал свой порядок, вводил личную свободу граждан и объявлял свободу предпринимательства.[32]

Впрочем, если быть справедливым, нужно сказать, что Наполеон жаждал перевернуть не только Европу. Для чего, собрав громадное войско, двинулся в 1812 году на Россию. Ему хотелось уничтожить в России крепостное право и насадить в ней привычку к гражданским правам.

Россия, однако, от гражданских прав отказалась, предпочтя им всем крепостное, и, как один человек, подняла против Наполеона дубину народной войны. Наполеон, как свидетельствует беспристрастная история, взял Москву и даже сжег ее, но перевернуть Россию не смог. Увидев, что Россия ему не по силам, Наполеон бросил свое войско и с позором бежал обратно во Францию. Русское же войско, следуя по указанному им маршруту, не торопясь добралось до Парижа, и тут уже Наполеону ничего не оставалось делать, как отречься от всех своих амбициозных планов и подать с поста императора в отставку.

В начале 19 века Наполеон Бонапарт был кумиром революционно настроенной молодежи многих стран[33], но его истинное, непреходящее значение для мировой цивилизации состоит в том, что он всей своей судьбой наглядно подтвердил тот факт, что Россию перевернуть нельзя. Уж нам лучше крепостное право, но чтоб свое, родное. А кто нас тронет – того мы сами перевернем. И еще куда подальше, на какой-нибудь остров св. Елены сошлем.

Гитлер в 20 веке уроку Наполеона не внял – и оказался в итоге там, где ему Наполеоном и было предначертано оказаться. Ведь в чем причина устойчивости России в отличие от Европы? В том, что мы все не родное посылаем куда подальше!

Из дневника

Ходил в кино на объявленный гениальным американский фильм. Еле досидел, с трудом удержал в себе желудок. Искусства – ноль, режиссера – ноль, актеры – минусовая величина, сценариста повесить за ноги – пусть знает, каково это сидеть в зале, удерживая желудок.

Но американцы – ладно, с американцев что возьмешь, только что из плавильного котла, еще дымятся все. А мы-то что, спрашивается, зачем покупаем да еще показываем?!

Вижу одно объяснение: каверзный русский ум. Изображаем из себя последних идиотов, корчим рожу Иванушки-дурачка. Прикидываемся убогими. А сами той порой готовимся удивить мир новыми достижениями во всех областях общественной жизни. Чтоб поразились все! Ахнули! А мы бы себе посмеивались в ус от удовольствия.

Вот не могу только понять, что это будут за достижения. И откуда они вообще возьмутся.

Но если не так, то тогда уже совсем ничего не могу понять!

Еще из дневника

Ходил в гости к родственникам. Говорили о том, как спасти Россию. Пришли к общему мнению, что без иностранных инвестиций Россию не спасти.

Уходя, попросил денег в долг – чтобы было чем заплатить за такси. Хозяин, посовещавшись с женой, отказал. Обосновав свой отказ тем, что самому на жизнь не хватает.

Возвращался домой на общественном транспорте. Вышел с отдавленными ногами и оборванными пуговицами. Пришедши домой, написал стихотворение:

Куда ни оглянись – кругом жлобье.

Раскрыли пасти, скалят зубы.

А сколько их! Как муравьев.

И как циничны, хладнокровны, грубы!

Страна фальшивых чувств, фальшивых лиц.

Улыбка подлости сквозит сквозь сверхлюбезность.

Хоть упади пред ними прямо ниц, –

Хранят одной своей корысти верность.

Кажется, стихотворение не получилось. Слишком был взвинчен, отдался стихии чувств. Но как же спасем Россию, кто нам даст денег, если не желаем протянуть руку помощи даже родному человеку!

К проблеме сближения позиций российских коммунистов и либералов

В настоящее время, как свидетельствует статистика, в России очень много людей умирает и мало рождается. Коммунисты утверждают, налицо вымирание нации, либералы говорят – естественный отбор.

Полагаю, правы и те, и другие. Чтобы показать это, сведем позиции коммунистов и либералов в единой формуле: вымирание нации путем естественного отбора.

Наглядно видно, что никакого противоречия между коммунистами и либералами не наблюдается.

К проблеме деторождения в России

Согласно данным статистики уровень деторождения в России приблизился к опасному порогу, за которым – резкое сокращение населения России уже в ближайшее десятилетие. Из этих данных статистики недвусмысленно ясно, что мы нуждаемся в срочном увеличении деторождения.

Вопрос в том, как его достичь.

Понятно, что естественным путем достичь его не удастся. Проблемой деторождения озабочены общественно активные люди, которые в большинстве своем пожилые, делать же детей должны люди молодые. Которые в соответствии с веяниями времени – в отличие от людей пожилых – предпочитают заниматься активным сексом, а не убивать жизнь на детей.

Не удастся достичь срочного увеличения деторождения и применяя известный метод пряника, который успешно практикуется в индустриально развитых странах, где на каждого ребенка государство выдает такое вспомоществование, что хочется заниматься не только активным сексом, но и сексом продуктивным. Метод пряника, может быть, и неплох, но требует слишком больших материальных денежных вложений, а деньги государство уже обещало олигархам.

Для успешного решения стоящей перед обществом задачи по срочному увеличению деторождения не остается ничего другого, как прибегнуть к другому известному методу решения сложных проблем – методу кнута.

В данном случае необходимо прекратить отечественное производство, а также закупку за рубежом всяких контрацептивных средств, включая самое распространенное из них – «изделие № 2»[34].

К отмене производства и закупки контрацептивов придется присовокупить запрет на аборты, – что встретит в обществе определенное неодобрение. Его, однако, можно будет легко погасить, сославшись на мнение церкви, которая встретит подобный запрет с несомненным восторгом. Подпольные абортарии следует жестоко преследовать, прерванный половой акт, в свою очередь, объявить угрозой мужскому здоровью.

Если данные меры будут предприняты, можно с уверенностью говорить о стопроцентном успехе. Приученная к активному сексу молодежь не сможет отказать себе в удовольствии оргазма, – и через самое недолгое время Россия получит неслыханный всплеск деторождения.

Опять о выдающихся людях Отечества

Алексей Стаханов

Стаханов жил совсем недавно, и на просторах бывшего СССР, ставшего теперь СНГ, еще полно людей, знавших его лично, имевших честь жать ему руку и даже разговаривать с ним, в крайнем случае – видевших его, пусть и издалека.

Стаханов – самый выдающийся человек Отечества за все тысячелетие его существования. Мифологический герой древней Эллады Геракл рядом с ним – ребенок, герой русского фольклора Микула Селянинович, пахавший плугом, который не под силу поднять даже Илье Муромцу, другому герою русского фольклора, в сравнении со Стахановым – в лучшем случае подросток. Никто из них не мог бы за одну рабочую смену нарубить столько уголька, сколько его нарубил по просьбе партии и советского правительства Стаханов.

Стаханов наглядно показал русскому человеку, как нужно работать, чтобы Отчий край сделался богатым и процветающим, явил себя путеводной звездой первой величины, освещающей дорогу, ведущую к великой России.

К сожалению, Россия, бывшая тогда еще в обличье СССР, не сумела освоить опыт Стаханова. Продолжателей у него нашлось много, но все они пошли не тем путем. Стаханов предлагал им работать, не думая о себе, а они, наоборот, думали только о себе, мечтая не столько о трудовых подвигах, сколько о славе. Слава, однако, как известно, особа не щедрая, облагодетельствовавши одного, обходит затем стороной всех подряд, и последователи Стаханова, не получивши его славы, отказались и от трудовых подвигов. И хотя они назывались стахановцами, «х» в их прозвании на самом деле звучала как «к», и в чем они преуспевали год от году все больше и больше – так в употреблении традиционного русского напитка крепостью 40 градусов. В этом деле, если бы сошлись за одним столом, они легко заткнули бы за пояс и самого Стаханова, и Микулу Селяниновича, и тем более Геракла. В результате вместо повышения производительности труда Россия получила высокую травматичность на производстве, а вместо увеличения национального валового продукта на душу населения – его уменьшение.

Некоторые мистически настроенные СМИ утверждают, что причиной происшедшему – истинная фамилия Стаханова. Которая в действительности и в самом деле была Стаканов. И которую ему в приказном порядке изменили на более благозвучную. Изменить изменили, а сущность, хранимая в ней, осталась. И вот последователи Стаханова, увидевши, что его славы и благ жизни им не добыть, стали в соответствии с мистикой имени невоздержанно прикладываться к стакану.

Из чего вытекает, что Стаханов был избран во вдохновители нации или глубоко ошибочно, или тут – действия «врагов народа», прекрасно знавших, что они делают. Последнее представляется не чем иным, как гнусной отрыжкой сталинской эпохи, и следовательно, должно признать, что мы имеем дело с обыкновенной ошибкой. Был бы Стаханов в натуре Богачев, или Миллионов, или, скажем, Алмазов, то и были бы мы сейчас богаты, сплошь миллионеры и все с ног до головы в бриллиантах – как Америке даже и не снилось.

А те СМИ, которые утверждают, что Стаханов в одиночку не мог нарубить за рабочую смену столько уголька, достойны самого сурового осуждения. Что же мы, без своего Геракла, без современного Микулы Селяниновича должны были жить? Без героев нельзя. Как это без примера и путеводной звезды!

Сокровеннейшее

Если Бог создал меня по образцу своему и подобию, почему я совершенно не чувствую себя богом?

Более того, очень я себе не нравлюсь. Прямо-таки до ненависти.

Смущаюсь догадкой: что если Он создал меня от ненависти к себе? Не в силах выносить ее в одиночку?

Прекрасная же картина мироздания тогда вырисовывается!

Разное

Человек, согласно науке, на 86 процентов состоит из воды. По другим источникам, на 85 процентов. Что, однако, разница не большая.

И вот учителями жизни предлагается нам быть твердыми, как сталь, и крепкими, как камень.

Интересно, как человеку это может удаться, состоя из воды на столько процентов?

Одно из двух: или заблуждаются в своих воззрениях учителя жизни, или ошибаются ученые.

Думаю, впрочем, ошибаются ученые. Когда нужда подпирает, я и потверже стали и покрепче камня бываю.

К вопросу о свободной продаже земли

Толстой говорил, что земля Божья и продавать ее – грех.

Коммунисты заявляют, что земля принадлежит народу и продавать ее в частные руки – позор.

Либералы полагают, что земля ничья и, чтобы на ней был порядок, нужно передать ее именно в частные руки – дабы у нее появился хоть какой-нибудь хозяин.

Несомненно, что в первой части этих трех утверждений прав Толстой: земля – Божье создание и если кому может принадлежать, то только Ему.

Но тогда и плоды, взращенные ею, тоже Его. А мы их продаем. Даже те, что вольно растут в лесу, и всего нашего труда – побродить между деревьями, насобирать лукошко или ведро.

Получается, продавать землю – не грех. Тут Лев Николаевич уже несомненно не прав.

Вопрос в том, в чье владение ее продавать.

Если ее продавать народу, чтобы она принадлежала ему, как то угодно коммунистам, то должно сначала определиться, кого мы подразумеваем под оным и не подпадут ли под это понятие только члены одноименной партии, причем исключительно из ее руководящей части.

Если же продавать землю в частные руки, возникает опасность, что частных рук, способных к такой покупке, окажется слишком мало, – и в результате возникнет слишком много обделенных. А это уже чревато для общества самыми неблагоприятными последствиями.

Таким образом получаем окончательный ответ: продавать землю – отнюдь не грех, грех – торговать ею. Как ни старайся быть праведным, обязательно согрешишь.

Найти бы вот такого отъявленного мерзавца, которого никакой ад не страшит, – и пусть себе торгует российской пашней и недрами. Что не так – пусть потом горит в аду.

Единственная проблема – где на нашей святой Руси найти такого мерзавца. Нет такого! Вот оттого-то и говорят, что вопрос о земле в России не имеет решения.

К вопросу о трудовом кодексе

К вопросу о продаже земли тесно примыкает вопрос о трудовом кодексе.

Известно, что раньше у нас был социалистический кодекс, который, как опять же известно, никак не подходит для нашего капиталистического сегодня. Капиталисту, может быть, без кодекса и хорошо, но вот о государстве и наемном работнике этого никак не скажешь. Капиталист недоплачивает наемному работнику за труд – внакладе и наемный работник, и государство, которое недополучает с наемного работника налогов. Капиталист заставляет наемного работника трудиться сверх сил, – наемный работник теряет здоровье и, как следствие, трудоспособность, государство, в свою очередь, теряет раньше времени налогоплательщика.

Иначе говоря, вопрос о трудовом кодексе – коренной вопрос процветания государства и благополучия подавляющей части его народонаселения.

Проблема, однако, в том, что, заботясь о благе государства и подавляющей части народонаселения, нельзя забывать о благе капиталиста. Капиталист побуждаем к действию жаждой денег, и если его лишить возможности всласть утолять ее, он завянет и захиреет подобно садовому цветку без полива, и государство опять-таки потеряет налогоплательщика, причем крупного, а наемный работник – работодателя и все прочее, что из этого вытекает.

Казалось бы, разумно найти золотую середину и танцевать от нее, чтобы государство процветало, народонаселение благополучествовало, а капиталист чувствовал себя, как садовый цветок при добротном поливе.

Сложность заключается в определении местоположения золотой середины. Государство считает, что золотая середина – это когда собранных налогов хватает не только на персональные машины и бесплатные дачи для его чиновников, но и машины и дачи для их родственников. Народонаселение, жаждущее заработать на благополучную жизнь сдачей в наем своих рук, думает, что золотая середина – это когда зарплаты хватает не только на хлеб с кипятком, но и на чайную заварку. Капиталист же непоколебимо убежден в том, что золотая середина – это когда он утоляет свою жажду, не делясь ни с кем, а кто его к тому принуждает – его смертельный враг.

К сожалению, координаты золотой середины, обнаруженные странами, которые блуждали на капиталистическом пути ощутимо дольше, чем мы, совершенно не подходят для нашей специфики. У них полагают, что у чиновника не должно быть персональной машины и государственной дачи, наемный же работник, который на свою зарплату не может купить себе личную автомашину, несомненно просаживает полученные деньги в азартные игры и заслуживает – от греха подальше! – скорейшего увольнения, а что до капиталиста, если он не делится, то и с ним никто не станет делиться заказами, – и он пойдет по миру.

Все это, безусловно, странно и для нас неприемлемо. Что это за чиновник без персональной машины и дачи? Что это за пролетариат, у которого есть что-то еще, кроме своих цепей? И наконец, что это за капиталист, который не только сам утоляет жажду, но и дает утолять ее другим?

Имею предположение, что местоположение нашей золотой середины в вопросе трудового законодательства – такая же великая загадка, как и наша национальная душа. А если точнее, намертво связана с нею. И вот когда разгадаем загадку русской души, тогда и примем КЗОТ, который удовлетворит всем цивилизованным требованиям. Тогда и начнем процветать, благополучествовать и охотно делиться.

Так что лучше, чем сидеть-потеть над законами, от которых все равно никакого проку, рекомендовал бы нашим депутатам заняться загадкой русской души. Уж во всех смыслах пора бы ее разгадать. А то сколько теряем от такой неизвестности!

О проституции

Помню, когда был молодым человеком, полагал, что проституция – благо.[35] Главное, чтоб у тебя были деньги, а у нее – регулярный медосмотр.

Теперь, поживши, смотрю на проституцию с отвращением. Что за гадкая вещь![36]

Интересно, что причиной подобному изменению взглядов?

Видимо, помудрел.[37]

О нашем правительстве

Ничего хорошего о нашем правительстве не скажешь.

Ничего плохого говорить о нем не хочется. Сколько можно повторять одно и то же!

Ничего не говорить, однако, тоже не получается. Разве промолчишь, когда тебя бьет током? Непременно выматеришься.

Вот так наше правительство каждым своим новым решением активно способствует понижению культурного уровня населения.

Из дневника

Сегодня вечером долго смотрел на звездное небо. Очень пожалел, что плохо знаю созвездия. Нашел Большую медведицу, а Малую уже с трудом.

Еще пожалел, что не я написал вот это:

Открылась бездна звезд полна;

Звездам числа нет, бездне дна.

До чего Ломоносов гениальный человек был. Даже в стихотворстве!

Вдохновившись, вернулся домой и сочинил четверостишие:

Ночное небо – будто бездна.

В нем звезд – безмерное число.

Глядеть на небо мне полезно –

Я ощущаю ремесло.

В смысле, ощущаю свое занятие сочинением стихов полезным и нужным обществу делом. Ощущаю себя полезным и нужным обществу его членом.

Спустя час перечитал написанное. Что! Ничуть не хуже, чем у Ломоносова. Даже, может быть, и посильнее.

Одно, как всегда, отравляет радость: критики, конечно же, не сумеют оценить по достоинству, а то еще, хуже того, и вообще промолчат. Говорил и не устану говорить: нет никого хуже критиков. Даже правительство лучше их.

Остается утешаться тем, что и Ломоносов при жизни, при всей своей гениальности, был недооценен. Хотя, разумеется, тотчас вспоминается Державин, осыпанный звездами с бриллиантами.

Эх, пожалеешь лишний раз, что не очень хорошо знаешь звездное небо. А то бы написал стихотворение, где каждого критика лестно сравнил с каким-нибудь созвездием. Наверняка не смогли бы обойти такие строки благосклонным вниманием!

Ну, и еще раз о выдающихся людях мировой цивилизации

Эйнштейн

Эйнштейн жил совсем недавно, и его можно не обинуясь назвать нашим современником. В мире еще сохранилось немало людей, которые жали ему руку, здоровались с ним, а некоторые даже спорили с ним и ругались, и наверняка есть какой-нибудь тип, который наступил ему на ногу и не извинился.

Эйнштейн перевернул все наше представление о мироздании. Он показал, что время – вещь относительная, масса тела – тоже не постоянна, постоянна же только скорость света: 300 тысяч километров в секунду, не больше и не меньше.

Эйнштейн был евреем и убежал от преследования гитлеровского режима в Америку. Были предложения убежать ему от преследования гитлеровского режима в Советский Союз, но он отказался.

О чем остается только пожалеть. В Америке он занимался единой теорией поля, но не сделал больше никаких новых открытий. А у нас, при своей гениальности, точно что-нибудь бы открыл. В Америке за ним как ученым и человеком никто не наблюдал, а у нас он, можно со всею определенностью сказать, без надзора бы не остался. У нас под надзором Лаврентия Павловича[38] и не такие гениальные ученые открытия совершали. Лаврентий Павлович, надо ему отдать должное, при всех своих человеческих недостатках был очень талантливым надзирателем и администратором. Посадил бы Эйнштейна в какую-нибудь «шарашку», четыре стены кругом с утра до вечера, что там еще делать, как не изобретать? Палач палач был, а в своем роде тоже не без гениальности человек.

И вот два таких гениальных человека разошлись. Как тут об этом не пожалеть. Жили бы теперь с единой теорией поля, и приоритет в этом деле был бы у нас.

А так и у нас приоритета нет, и мировая наука единой теории поля до сих пор не создала.

Вот что значило ошибочное решение Эйнштейна поехать на запад, а не на восток.

Ну уж и еще раз о выдающихся людях Отечества

Сантехник Вася

Сантехник Вася родился вместе с советской властью. Можно даже сказать, что она родила его. Другими словами, была его матерью. Но ни она не заметила рождения Васи, ни он не задумался, кому обязан своим появлением на свет.

Сначала Вася был маленький и всего боялся. Боялся хозяина, к которому пришел ликвидировать засор в унитазе и менять прокладку в кране, боялся напортачить в работе и сделать ее плохо, так что потом что-нибудь прорвет, кого-нибудь зальет, а где-нибудь, наоборот, не выжмешь из крана и капли воды, как ни старайся. Особенно Вася боялся власти. Она казалась ему дамой строгой, суровой и решительной на расправу.

Она и вправду была такой. Если кто становился ей не по нраву, расправлялась с ним без всяких рефлексий. Кто бы то ни был: дворянского ли сословия, духовного ли, крестьянского…

Но к Васе власть была весьма снисходительна. Может быть, подсознательно она чувствовала в нем родное дитя. Во всяком случае, не ставила его ни за что ни про что к стенке, не ссылала в Сибирь, а уж о том, чтобы посадить на пароход и отправить в европы – о таком в отношении Васи она и помыслить не могла.

Правда, первое время власть держала в строгости и его – почему Вася ее и боялся, – но то была строгость любви, и, спустя некоторую пору, выросши и войдя в возраст зрелости, Вася это понял. А поняв, как обычно и случается с любимыми детьми, охамел. Приходя к хозяину в дом поменять потекшую муфту, стал орать на него и обещать устроить настоящий потоп, если хозяин срочным образом не разрешит его финансовые проблемы. Если хозяин оказывался не в силах разрешить Васины финансовые проблемы, Вася, не рефлексируя, исполнял обещанное. Хозяин пробовал жаловаться власти на Васю, но власть в ответ на жалобу делала такое суровое лицо, что хозяин понимал: лучше забрать жалобу обратно – и остаться живым.

С годами Вася распустился феноменально. Он начал покрикивать и на власть, а там и орать на нее, и если она делала что-то неугодное ему, грозил устроить потоп и ей самой. Несмотря на то, что она власть.

Со страху перед потопом, который грозил устроить Вася, власть перестала считать себя советской и объявила, что теперь она народная.

Камуфляж, однако, не удался. Вася мигом раскусил обман – и устроил власти такую жизнь, что она предпочла держаться от Васи как можно дальше, оставив его и хозяина квартиры, в которую он пришел, выяснять отношения без своего посредства. Чего Вася и хотел.

За годы, прошедшие с той поры, как власть оставила Васю в покое, он еще больше помогутнел, налился силой и такой уверенностью в себе, что если бы художник Васнецов жил в наши дни, точно написал бы своих богатырей с него. И Святогора, и Илью Муромца, и Алешу Поповича – всех. Но и без этого Вася сделался уже героем фольклора: о нем складывают частушки и анекдоты, былины и героические песни, сочиняют волшебные истории. Без него будут уже неполны самые святые наши отеческие предания.

В народе существует поверье, что сантехник Вася – это жизненное воплощение сказочного Кощея бессмертного. Только в отличие от Кощея, который на поверку оказался смертен – нужно было лишь добраться до сундука на дубу, выпустить утку, убить ее, достать яйцо, раскокать, а напоследок обломить кончик иглы, хранящей душу Кощея, – сантехник Вася бессмертен по-настоящему. Потому как уж чего-чего, а души у него нет.

И еще раз о животных

Я не собачник, но собак люблю. О чем уже имел удовольствие сообщить моему читателю[39]. Собака – друг человека, а как же иметь друзей и не любить их?

Последнее время, однако, все большей симпатией проникаюсь к корове.

Конечно, собака, если она порядочных размеров и обучена, способна защитить тебя от лихих людей. Но корова дает молоко, которое и само по себе необыкновенно питательный продукт, а также из него можно приготовить еще десяток не менее питательных продуктов – вплоть до сыра «Пармезан», который я вообще чрезвычайно ценю. При этом учить корову давать молоко совершенно не нужно!

Кроме того, корова дает навоз. Который является абсолютно незаменимым удобрением. Из земли, удобренной коровьим навозом, так все и прет: и злаковые, и овощи, и фрукты. Причем конечный продукт ни цветом, ни запахом ни в малой степени не напоминает продукт исходный. Собачьими же экскрементами, между прочим, никому ничего удобрять не советовал бы. Чистейший яд для растений.

Корова также служит для человека богатым источником животных белков, потребляемых им в виде бифштексов, котлет, биточков, а то и просто в виде отварной говядины. Правда, для этого корову приходится забивать, но согласитесь, странно было бы употреблять ее в пищу в живом виде! Собак, конечно, тоже можно употреблять в пищу, и такие случаи известны, но это сколько нужно перевести на собаку человеческой еды, чтобы она потом накормила тебя? Корова же питается тем, что человек не ест, и вся сложность в том, чтобы летом заготовить ей на зиму достаточно сена.

Из коровьей шкуры после соответствующей обработки шьем обувь и роскошные кожаные пиджаки. Из рогов и копыт получается замечательный столярный клей. Из собачьей же шкуры много не нашьешь – не тот размер, к тому же она непрочна. А что до рогов и копыт, то их у собаки вообще нет.

И наконец, корова издает звуки, называемые мычанием. Которые, хотя и довольно громки, однако весьма благотворно воздействуют на нервную систему человека. Чего никак не скажешь о собачьем лае.

В связи со всем этим меня мучает вопрос: почему корова не считается человеку другом? Или из-за того, что ее трудно в человеческом жилище держать? И раз она где-то там в хлеву, а не вместе с нами, то уже и не друг?

Наверное так. Думаю даже, что эта поговорка – «с глаз долой, из сердца вон» – именно про корову. Только со временем забылось, по какому поводу она была сложена.

Имей я квартиру побольше, вдобавок к собакам непременно завел бы еще и корову. Ходил бы с ней утром и вечером, спускаясь на грузовом лифте, гулять в ближайший парк[40]. Доил бы ее. Пил парное молоко. Сквашивал. Делал творог. А пришла бы пора – набил полную морозилку свежайшей вырезкой, не опасаясь никакого коровьего бешенства…

Что ни говори, а нынешняя жизнь в плане дружбы сильно обкрадывает человека. Приходится вот довольствоваться собаками и слушать вместо мычания их лай.

Математика и жизнь

Собака лает, ветер носит.

А если собака не лает, что же в таком случае делать ветру? Дуть попусту?

Разумеется, ветер может не дуть вообще.

Но если ветер не дует, а собака залает, – то кому ее лай носить?

В отличие от математики жизнь задает задачи, которые не имеют решения[41].

О работниках умственного труда

Работники умственного труда сделали для России столько, сколько не сделал никто.

Они написали ее историю и осмыслили пройденный Россией путь. Просветили ее и создали множество произведений искусства и литературы, чтобы население могло получать эстетическое наслаждение. Работники умственного труда насадили в России точные и естественные науки, развили инженерное дело, изобретя бесчетное число полезных в быту и при ведении боевых действий вещей. И если не смогли внедрить их в жизнь в самой России, то, внедрив в других странах, добыли России славу как самой умственно развитой стране.

Работники умственного труда всегда много думали о судьбе России и мечтали видеть ее народ живущим в благополучии и процветании. Для воплощения своей мечты в реальность они организовывали кружки и партии, шли в народ и приглашали его приходить к ним, много спорили друг с другом и даже с властью, к чему та далеко не всегда относилась снисходительно.

Работников умственного труда иначе еще называют интеллигенцией. Это не совсем верно. Потому что, с одной стороны, среди интеллигенции встречаются такие экземпляры, о которых никак не скажешь, что у них есть хоть капля ума. А с другой стороны, интеллигентных людей можно найти отнюдь не среди одних работников умственного труда. Иногда даже они бывают куда интеллигентнее, чем те, кто трудится посредством мозгов.[42]

Но все же подавляющую часть интеллигенции составляют те, кто зарабатывает себе на жизнь отнюдь не руками[43]. Это дает основание говорить о том, что интеллигенция, выражаясь математически, – производное от работников умственного труда. И если в каком обществе работников умственного труда нет, то там нет и интеллигенции[44].

Работники умственного труда в обличье интеллигенции подготовили и совершили в России революцию. Результаты революции оказались не совсем те, на которые рассчитывали работники умственного труда, и тогда они от революции отшатнулись. Однако на жизнь нужно было зарабатывать, и работники умственного труда пошли к революционной власти в услужение, складывая оды в ее честь, разрабатывая новые виды вооружения и творчески развивая марксизм, – что было совершенно оправданно, так как без их труда в России было бы еще хуже и она бы впала в полную дикость.

Когда вновь стало возможным спорить друг с другом, собираясь на кухнях, а с властью если не спорить, то хотя бы показывать ей фигу, работники умственного труда тотчас активно приступили к этим занятиям. В конце концов их усилия увенчались успехом. Россия созрела к новой жизни, и в стране осуществилась перестройка, которая привела ко второму этапу развития капитализма в России[45].

Теперь работники умственного труда, объединившись в различные фонды и институты, успешно анализируют достигнутые Россией в результате их деятельности успехи и вырабатываю для власти советы, как достичь успехов еще больших. Те из них, кто занимался созданием высокохудожественных произведений литературы, которые бессмысленно пылились на полках библиотек, в соответствии с требованиями времени создают детективы, триллеры и любовные романы, позволяя населению заполнить свой досуг, а издателям карманы.

Кроме того, отвечая все на те же требования времени, работники умственного труда усиленно работают над снижением уровня просвещения России, который, как стало ясно, оказался непомерно высоким. Для этой цели они используют радио и печатные СМИ, в особенности же телевидение, показывая самые скверные фильмы, какие только делают в Голливуде, ведя самые убогие развлекательные шоу, какие только можно придумать, а в информационных передачах говоря лишь о депутатах, президентской администрации и лидерах криминального мира. Особую роль в успешном осуществлении данной задачи играют телевизионные рекламные ролики, снимаемые специальными агентствами. Степень их идиотизма столь велика, что сомневаться в успехе задуманного невозможно.

Не нашлось дела только для одной категории работников умственного труда: ученых и инженеров. Однако в настоящее время Россия во все возрастающих размерах экспортирует их в другие государства мира, и это еще более укрепляет мнение о нас как самой умственно развитой стране.

Нет сомнения, что работники умственного труда еще много сделают во благо России. Ну а если у них что-то получится не так, причиной тому будут только неблагоприятные исторические обстоятельства и всегдашняя глупость нашей власти.

Философия и народная мудрость

Философия существует, чтобы объяснять человеку законы жизни. Кант, Гегель, Кьеркегор, Шопенгауэр – философы. Они писали длинно, скучно и темно. Из их сочинений ясно, что жизнь – очень мудреная штука.

Пословицы и поговорки, составляющие народную мудрость, также существуют для того, чтобы человек видел из них законы жизни. Пословицы и поговорки коротки, внятны и образны. Вот их примеры:

Жить прожить – не поле перейти.

Не говори гоп, пока не перепрыгнешь.

Нашим же салом – да нам по сусалам.

Из этого сопоставления наглядно видим: философия только рассуждает о жизни, народная мудрость жизнь знает.

Зачем, спрашивается, тогда философия, если есть народная мудрость?

А вот затем, что некоторые работники умственного труда[46] не верят в народную мудрость, как и в народную медицину, и пытаются до всего дойти собственным умом[47].

О братьях-писателях. В последний раз

Александр Фадеев

С Фадеевым я был знаком лично, и он гладил меня по голове. Это было в начале 50-х гг., когда я был школьником младших классов, а он приезжал к нам с творческим вечером от Бюро пропаганды советской литературы. О чем он тогда говорил, не помню, но руку его у себя на макушке помню хорошо, и это дает мне право говорить о нем глазами свидетеля.

Фадеев в юности был партизаном на Дальнем востоке и написал об этом периоде своей жизни роман «Разгром». Так как советская власть победила в конце концов и там, можно было б подумать, что он написал роман о белогвардейцах. Но на самом деле роман не о них, а о красных. И заканчивается разгромом красного партизанского отряда.

Эта странность не дает литературоведам покоя до сих пор, но никто из них до сих пор так ее и не объяснил. Помня руку Фадеева у себя на голове, полагаю, что дело в его гуманистической любви к людям. Не случайно ведь стилю он учился у самого Льва Николаевича Толстого. Уже тогда молодой Фадеев провидел, какая участь уготована русским людям после победы красных. И из жалости к ним специально закончил роман поражением будущих победителей, чтобы читатель хотя бы при чтении книги имел возможность порадоваться.

Конечно, возникает вопрос, как это может быть, когда Фадеев сам воевал на стороне красных?

Убедительное объяснение факту написания «Разгрома» вижу в том, что Фадеев оказался на стороне красных случайно. А потом уже было деться некуда.

Потому-то Фадеев, попав не туда, куда следовало, за всю оставшуюся жизнь так и не написал больше ничего путного. Потому-то потом и пил всю жизнь – хороня в себе великого гуманиста и творческого продолжателя Льва Николаевича Толстого. Его роман «Последний из удэге» невозможно читать. Его роман «Молодая гвардия» можно было читать только под прессом школьной программы.

О Фадееве сейчас принято говорить плохо, потому что он был главой Союза писателей и подписывал плохие характеристики на членов Союза, которых арестовали органы[48]. Что значит плохая характеристика, Фадеев прекрасно понимал, но подписывал.

Если бы он их не подписывал или давал хорошие характеристики, то о нем сейчас говорили бы хорошо, но сомнительно, чтобы он погладил меня по голове в начале 50-х. Думаю, на него подписали бы плохую характеристику много раньше. Причем еще лезли бы по головам, чтобы суметь подписать раньше других.

Все это, разумеется, не значит, что я оправдываю Фадеева. Как известно, не смог оправдать себя и он сам и оборвал свою жизнь пулей.

Вот пуля-то его и оправдала. Пуля великий адвокат. В этом с ней может соперничать только веревка. Если не порвется.

Иногда, вспоминая его руку у себя на макушке, думаю: а ну родись я на сорок лет раньше? Интересно, чью бы я судьбу разделил: Мандельштама или Фадеева?

Не хочется, буду честным, разделять ни той, ни другой.

Хорошо бы прожить достойно свою.

Пока я живу исключительно достойно. И хотел бы упрекнуть себя в чем-нибудь – и не находится в чем.

Еще из дневника

Перечитал главку о Фадееве. Как все-таки умею незаурядно мыслить! Все же не обделил меня Бог талантом. Оглянешься вокруг – и понимаешь: не то что некоторых.

Правда, догадал родиться в России. Но это не со мной первым такая штука вышла. Передо мной еще Александр Сергеевич был[49].

Разное

Тонкий гастрономический вкус способствует появлению толстого брюха.

И еще разное

Низость души способствует достижению социальных высот.

Недоуменное

Дождь – это вода.

Снег – это тоже вода.

Даже и лед – вода.

Вода также бывает еще в виде пара. Если довести ее до температуры кипения[50].

Человек, доведенный до температуры кипения, – это уже не человек, а зверь.

Спрашивается, почему вода – в любом виде вода, а человек в виде зверя – это уже не человек?

О всех других государствах

Кроме России, Китая и США, Франции и Японии, Испании и Англии[51], есть еще и другие страны. Всего числом более ста. Среди них встречаются крупные. Такие, скажем, как Индия. Когда и земли порядочно, и населения много. Имеются также страны большие размером. Такие, как Канада. О которой «крупная» не скажешь никак: земли порядочно, а населения – кот наплакал. О странах, у которых и земли мало, и населения – кот наплакал, так и говорят: маленькие. Пример: Люксембург, Монако, Андорра, Сан-Марино, Лихтенштейн… Некоторые даже и страной назвать неудобно, поэтому они прозываются герцогством или княжеством. Страны, у которых земли мало, но населены они очень плотно, называются густонаселенными.

Бывают еще индустриально развитые страны. Страны-изгои. Страны отсталые, страны с переходной экономикой, страны сырьевые придатки.

Во всех этих странах говорят на своем языке, имеют свое правительство, свою армию, свою элиту и своих знаменитостей. В каждой стране также своя денежная единица, иногда, к сожалению, неконвертируемая. Что причиняет массу неудобств как ее гостям, так и ее населению. Единственно, что гости говорят об этом открыто, население же, как правило, молчит. Если же и говорит, то только тихо, чтобы кто не услышал.

Так как страны расположены на разных широтах, то естественным образом все они обладают разным климатом, разной фауной и разной флорой. Если в одной стране дуют муссоны, то в другой в это время дуют пассаты, и если, скажем, где-нибудь в Гватемале свирепствует ураган, то это не значит, что в Непале не светит солнце. Уссурийский тигр обитает на севере Китая и не встречается в дебрях Амазонки. В свою очередь, кактусы, так радующие глаз на просторах Мексики, совершенно не встречаются на просторах Таиланда или Филиппин.

Политические режимы, существующие в этих странах, не зависят ни от климата, ни от географического положения страны. Как правило, они зависят от того, кто их содержит; и кто их содержит, тому они и служат.

Общими для многих стран являются религии, но это не мешает им воевать друг с другом и использовать богатства завоеванных государств исключительно для собственного обогащения.

Много еще чего можно сказать о всех этих остальных странах. Но как заметил поэт[52], хороша страна Болгария, а Россия лучше всех.

Иначе говоря, если родное Отечество лучше всех прочих стран, то что о них много и говорить. Тем более, что присмотришься, – каждая из них присутствует в России в своих характерологичных чертах в полной мере.

Во-первых, Россия – крупная страна вроде Индии. И земли – необъятно, и населения пока хватает.

Во-вторых, Россия одновременно – и очень маленькая страна. Как какой-нибудь Лихтенштейн. Ни земли, ни населения, и вся умещается в пределах московского Садового кольца. Чему свидетельством ежедневные передачи новостей по телевизору.

В-третьих, как нас учили еще в школе, Россия – страна индустриально развитая. Пусть хорошие трубки для телевизоров делать так и не научились, танки у нас – что надо.

В-четвертых, как выяснилось в последнее время, мы одновременно – страна отсталая, с переходной экономикой и вообще сырьевой придаток.

В-пятых, и язык у нас свой, русский (в отличие от Америки, Австралии или Новой Зелландии, где говорят по-английски), и состав правительства нам никто из-за границы не диктует, и собственную элиту, наконец, вырастили[53], и в армии – ни одного наемника, все свои, призванные в соответствии с Законом о всеобщей воинской обязанности. У нас теперь и рубль конвертируется. Правда, за один доллар почти тридцать целковых отдавать приходится, но за то, чтобы в нас все остальные страны отражались, как в зеркале, можно и тридцать с полтиной отдать.

В-шестых, так как Россия вольно раскаталась с севера на юг не на одну тысячу километров, то у нас произрастает столько всего и в таком изобилии, что эти кактусы за неимением места на земле мы вынуждены выращивать дома на подоконниках. Уссурийских же тигров не держим по той одной причине, что все равно их мигом повыбили бы браконьеры.

В седьмых, наш политический режим, как и в большинстве других стран, ничуть не зависит от климата. Разве что от инвестиционного. И кто ему этих инвестиций больше принесет, тому он и служит.

И последнее, наконец. Тут мы всех превзошли. Мы не только с соседними странами воевать можем[54], но и сами с собой. То с крестьянством. То с врачами. То с диссидентами[55]. Что, если честно, плохо выходит – так с обогащением. Но отдельные олигархи, военачальники и чиновники на той же войне с Чечней очень даже обогатились.

В общем, так вот посмотришь на карту мира – да сделаешь вывод: и нужно нам было замок с границы снимать! Ну, слетаешь в Бразилию. Ну, побываешь в Камбодже. А в Россию вернешься – тут тебе и Бразилия, и Камбоджа, и Перу с Лаосом впридачу. Стоило куда-то летать, деньги и время тратить. Были мы лучшей страной мира, ею и остались!

Прощальное

Читатель мой! Тебя люблю я.

Люби и ты меня душою всей.

Трудясь на ниве или в Чечне воюя,

Кто б ни был ты: банкир иль брадобрей.

Я для тебя творю. Стихи летят, как птицы.

Россия держит шаг в капитализма рай.

Повыползли из всех щелей мокрицы

И об одном вопят: «Дай денег! Денег! Дай!»

А мы с тобою дышим словом певчим.

Я – вот пишу. А ты читай, учись!

С тобою чрез меня сама глаголет вечность.

Достань кошель. Чек выбей. И не жмись.

В руках ты держишь книгу мудрости и жизни.

Се верный спутник твой в твоей любви к Отчизне!

Конец второй книги,

Конец Книги жизни и мудрости

2000 – 2003 гг.

Сноски

1

В переводе с латыни Вивиан Вивианов означает «Живой, сын Живого».

2

«Мафия», по-итальянски, – «семья»

3

Кстати: логика и логистика – это одно и то же или нет?

4

Хлеба и зрелищ!

5

И аз грешный собственной персоной.

6

Кстати: бороду я ношу с юности. Странностей у меня хватает, могу ими с кем-нибудь даже и поделиться. Есть и болезнь. Которую я несу как свой крест, понимая, что без нее не обойтись. Что за болезнь, не говорю, потому что пока это – сугубо личное.

7

Правда, полагаю своей обязанностью напомнить, что лично я не пью, хотя во избежание всяческих недоразумений и вынужден был всю жизнь изображать из себя вполне добропорядочного русского человека. Иначе говоря, пьющего со страстью и усердием.

8

Не путать со страховым полисом. Полис в Древней Греции – это город с юридическими и политическими правами государства!

9

Речь, разумеется, о коммунистических вождях. Рядовой коммунист ничего собой выражать не имеет права, а если вдруг попробует, то должен понести самое строжайшее наказание за инициативу и самоуправство.

10

Во всяком случае, так они себя назвали. Их оппоненты назвали себя «патриотами».

11

Напоминаю: так они назвали себя сами.

12

У американцев, кстати, тоже в кармане пусто. Они все вынуждены пользоваться пластиковыми карточками, так что некоторые из них в глаза не видели живых денег. И даже не представляют, как они выглядят.

13

Хотел бы напомнить, что между Россией и Китаем тоже никакого различия, кроме языка.

Но США и Китай – точно разные страны.

Сколь нужно быть уникальными, чтобы иметь тождественность с двумя различными державами!

14

См. стр. 55. Там эта же проблема была рассмотрена не в плане духовном, а физическом. На стр. 69 эта проблема была рассмотрена в плане аллегорическом.

15

Об олигархах.

16

Об Испании см. стр. 85. Там о ней сказано все, что должно.

17

Была там у них такая премьер-министром. До того твердолобая, что они сами же прозвали ее Железной леди.

18

Тоже премьер-министр. Кудрявый, но без прозвища.

19

Смешно сказать, но у них до сих пор монархия! Плетутся в хвосте человечества.

20

О ПЕН-клубе см. стр. 83.

21

Поэт. Много лет заведовал отделом поэзии в журнале «Юность» – в лучшую пору этого журнала, когда тираж его достигал 2 млн. экз. Меня ни разу не напечатал, чем, полагаю, покрыл себя неувядаемым позором. Автор слов известной песни мушкетеров из кинофильма про трех мушкетеров. Этим реабилитировался в глазах общественности и покрыл себя неувядаемой славой.

22

Виктор, естественно. Литературовед. Который на броневике Зимний брал. Не путать со Шкловским Евгением. Последний не литературовед, а критик. Еще даже и прозаик. И вообще, слава Богу, пока жив. Его отношение к проблеме ремонта мне не известно.

23

Напомню, что роман был опубликован в № 11, 1965 и № 1, 1966 журнала «Москва». Те еще годы!

24

То же самое, что «скрытые», но «латентные» звучит как-то весомее. Согласитесь!

25

В смысле, «латентные». Употребляю «скрытые» для разнообразия. Все-таки русский язык требует полифонического звучания.

26

Никакой шутки, все так и есть. Сходите на Тверской бульвар, д. 25, Литературный институт им. М.Горького. Там вам любой студент покажет место рождения выдающегося сына России. На двери комнаты надпись: «Кафедра русской литературы XIX века».

27

См. по этому поводу оч. точное высказывание В.И. Ленина.

28

Скрытая цитата из А. Радищева. Оч. уместная. Герцен – наследник А. Радищева по духовной линии.

29

Что, я надеюсь, нам уже удалось доказать.

30

Несомненно, и думают.

31

Неопознанный летающий объект. Другое название – летающая тарелка. К тарелкам, из которых едим, не имеет никакого отношения, сколько их ни запускай. Далеко не улетят и обязательно разобьются, если только не металлические. А эти будто бы летают со сверхзвуковой скоростью и разбивались только один раз, и то давно, в 1947 г. в Нью-Мехико (США).

32

Все же он был порождением буржуазной революции. Да еще Великой!

33

Все равно, как сейчас Че Гевара.

34

Иначе говоря, презервативы.

35

Не знаю, что думал в молодости по этому поводу Лев Николаевич Толстой, но до женитьбы на Софье Николаевне ох как гулял с крестьянскими девушками! Ох гулял!.

36

Так же, кстати, проживши жизнь, смотрел на нее и Лев Николаевич. Достаточно перечитать роман «Воскресение». Хотя, понятное дело, не всякий его и просто прочтет.

37

Если кто считает иначе, что он в таком случае скажет о Льве Николаевиче?

38

Берия. Глава НКВД и отец-куратор всех важнейших научных проектов.

39

См. «Первую книгу жизни и мудрости».

40

Сокольники, между прочим. Там же и сено бы косил.

41

Написавши это, вспомнил, что и в математике бывают задачи, не имеющие решения. Вот вам пример того, насколько тесно математика связана с жизнью!

42

Как так получается, я не понимаю. Это противоречие представляется мне неразрешимым, и перед его сложностью я отступаю.

43

Не путать с теми, кто зарабатывает на жизнь телом!

44

Об интеллигенции см. «Первую книгу жизни и мудрости».

45

О первом этапе см. соответствующую работу В.И. Ленина. Кто такой В.И. Ленин, см. Большую советскую энциклопедию или Советский энциклопедический словарь.

46

О работниках умственного труда см. предыдущую главку.

47

Которого им, к сожалению, не хватает.

48

Что это такое, старшему поколению объяснять не надо. Младшие, если не знают, пусть спросят у старших.

49

Пушкин, естественно!

50

100 градусов по Цельсию, если кто забыл.

51

О Китае, США, Франции, Японии, Испании и Англии читай выше.

52

Не я. М. Исаковский.

53

Вспомните заседания Думы. Того же Жириновского. Ну разве не элита? Всем элита элита!

54

Вроде Афганистана.

55

Сейчас вот, например, воюем с Чечней.

Content

Анатолий Курчаткин
Книга жизни и мудрости Вивиана Вивианова. Подлинные записки видного поэта андерграунда. Книга вторая

Сноски