Франциска Вудворт

Невеста Повелителя ирлингов. Дневник моего сна

© Ф. Вудворт, 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

* * *

Глава 1

Я смотрела, как счастливая сестра танцует свадебный вальс со своим мужем, и в сердце заползала пустота. Сегодня последний день, когда мы вместе. У нее начнется своя жизнь, где я уже буду занимать отнюдь не первое место. Раньше я не представляла свою жизнь без нее. Ее присутствие казалось вечным и незыблемым. Рая заменила мне мать, отца и всегда была рядом, готовая выслушать, помочь, поддержать.

«Не будь эгоисткой! – одернула я себя. – Она как никто достойна счастья».

Как же все переменчиво. После странного несчастного случая Раю как подменили. Ее амнезия лишила меня сестры и привычной жизни. Теперь уже я заботилась о ней и помогала адаптироваться к окружающему миру. Мне пришлось стать той стеной, на которую она могла бы опереться. Одни стычки с врачами чего стоят. Эти коновалы ее чуть в сумасшедший дом не направили, убеждая меня, что это ради ее же блага.

Я поморщилась от неприятных воспоминаний. Было очень страшно потерять сестру, ведь она единственный родной человек после мамы. И мне пришлось стать сильной. Помогать Рае и взять на себя все дела. Но как бы я ни убеждала себя, что теперь все хорошо, противный внутренний голос твердил мне об обратном. Прежней Раи нет. Есть новая девушка, которая по-иному говорит, двигается, смеется. Взять хотя бы ее манеры за столом или даже сейчас… Она танцует вальс, как будто всю жизнь занималась танцами. Осанка, уверенные, отточенные движения. Вот откуда все это?

После амнезии я часами рассказывала ей о нас, показывала фотографии, вспоминала детство. Неужели она уже никогда этого не вспомнит?

Из воспоминаний меня выдернул голос ведущего, который предложил гостям присоединиться к молодым. Тут еще, как назло, ко мне подошел отец.

– Потанцуем? – Нехотя я протянула ему руку и позволила увлечь себя к танцующим. Вот еще одно подтверждение того, что Рая изменилась. Будь она прежней, то ни за что на свете не пригласила бы на свадьбу отца. Для меня ее решение было шоком. Как бы я ее ни разубеждала, что это ни к чему, она упрямо твердила, что он отец и это не обсуждается. Почему-то при этих словах ее глаза становились очень грустными.

– Для меня очень много значит, что вы связались со мной и пригласили.

– Это было решение Раи, – безразличным тоном ответила я. Для меня этот красивый холеный мужчина уж никак не ассоциировался с отцом. Он бросил нас и много лет не участвовал в нашей жизни.

– Ты очень похожа на меня.

Я окинула его черты отстраненным взглядом. Действительно, у меня такие же непонятного цвета глаза. У зрачка светло-карие, а дальше цвет ближе к болотному. Интересно, они у него тоже зеленеют, когда он злится? Рисунок губ похож, нос у меня все же более изящный, да и волосы у него темно-русые, а у меня шоколадного оттенка, с легкой рыжиной, которая заметна на солнце.

– Жаль, что я это узнала лишь через много лет, – произнесла я и тут же на себя разозлилась. К чему этот разговор? Близкими людьми мы не станем, и претензий у меня к нему нет.

– До сих пор злишься? – внимательно посмотрел он на меня.

– Нет, – искренне ответила я.

– Тогда ты не откажешься показать город сыну моего партнера по бизнесу?

От такого предложения я чуть не споткнулась от неожиданности. Это еще зачем?! Хочет меня свести? Ну да, во втором браке у него сын, который разочаровал отца и вместо изучения бизнеса решил стать художником. Креативный парень, хоть я с ним и не знакома, но за одно это решение уважаю. Так он теперь вспомнил о дочерях? Одну уже окольцевали, и на меня теперь надежда? Мысли вихрем проносились в голове.

– Не думаю, что это хорошая идея. Рая улетает, на мне остаются Артем и работа. Почему бы ему не воспользоваться услугами гида?

– Я слышал, Артем остается с бабушкой, а ты лишь будешь ей помогать. Думаю, он не откажется сходить в зоопарк или в парк. Окажи мне эту услугу.

– Посмотрим, – расплывчато ответила я, не желая соглашаться и внутренне радуясь, что танец закончился и можно отстраниться.

– Я дам ему твой телефон.

Его настойчивость раздражала. Пришлось крепче сжать зубы, чтобы не сказать гадость. Успокаивала лишь мысль, что даже если и позвонит, то всегда можно вежливо сослаться на занятость и отказаться. Поэтому я кивнула и поспешила отойти, пока он еще что-нибудь не придумал.

– Тася, а кто свидетельница? – ко мне бочком приблизилась Зинаида Ивановна, наша дальняя родственница. Не отводя завистливых глаз от фигуры девушки, она спешила удовлетворить свое любопытство.

– Веста, подруга, – кратко ответила я.

Еще одна странность в копилку Раи. Веста появилась сразу после амнезии и стала часто у нас бывать. Я ее не знала, что было странно, но рассказанными мелочами из жизни сестры она меня убедила, что они уже давно дружат. Познакомились, пересекаясь по работе. На вопрос, почему Рая раньше о ней не заикалась, та лишь пожала плечами. Как-то незаметно она вошла в круг наших друзей, но была больше подругой сестры. В первое время после амнезии она очень поддержала меня. Часто звонила именно в те моменты, когда было тяжело, и предлагала помощь. Именно она посоветовала обратиться в клинику, где работал Антон. Можно сказать, благодаря ей они и встретились.

– Таких красивых подруг надо держать подальше от своей семьи, – авторитетно заявила Зинаида.

– У нее есть парень, – кивнула я на красивого широкоплечего парня.

– Парень не муж, – отмахнулась она, – а замуж все хотят. Вот влезет такая гадюка в семью…

Дальше можно было не слушать. Зинаида Ивановна села на своего любимого конька. От нее лет десять назад ушел муж к ее близкой подруге, и с тех пор на эту тему она может говорить бесконечно.

– А ты чего сегодня одна? Жениха нету? – неожиданно спросила она.

– Расстались, – улыбнувшись, я ускользнула от нее, избегая лишних вопросов. Вспоминать о Вадиме не хотелось. Мы встречались около полугода, но потом с сестрой случилось несчастье, и слишком часто я оказывалась занятой. Даже не удивилась, когда случайно увидела его в городе с другой девушкой. Он после этого звонил несколько раз, предлагая встретиться, но я ссылалась на занятость, и отношения тихо сошли на нет.

Я увидела, какими глазами Антон смотрит на Раю, и на душе потеплело. Все же ей с ним повезло. И дело не в том, что сегодня свадьба. С первой встречи, когда его взгляд остановился на ней, в его глазах как будто зажглось маленькое солнце. Вернее, она стала для него солнцем. Его черты смягчаются и на губах появляется улыбка, стоит ей оказаться поблизости.

«Тоже так хочу!» – проскользнула предательская мысль. Я мечтала о любви. Вернее, о ЛЮБВИ. Той самой, когда ради тебя и в огонь, и в воду. Когда мужчина защищает и оберегает тебя, когда в его руках ты чувствуешь себя защищенной и просто слабой женщиной… Тьфу ты! Вот явно отсутствие отца в жизни сказывается.

Рая всегда беззлобно посмеивалась и называла меня мечтательницей, говоря, что такие мужчины вымерли, как динозавры, и мне надо было родиться лет двести назад. Кто бы знал, что именно она первой встретит такую любовь.

– Тася, ты же не замужем, подходи! Сейчас букет бросать будут, – позвала меня Веста, собирающая девушек.

Я нехотя подошла ко всем. Желания получить вожделенный букет не было. Зачем он мне? Я не жила надеждой поскорее выйти замуж. Мне двадцать пять, и это еще не самый критичный возраст, чтобы беспокоиться на этот счет. Тем более это просто традиция, не гарантирующая замужество или счастливую семейную жизнь. Чего не скажешь о Зинаиде Ивановне. На этот счет у нее было собственное мнение, и она, как флагман, растолкала всех девушек и встала впереди, с выражением «враг не пройдет» на лице. А что, она тоже не замужем. Девушки малость приуныли от такого соседства. Мне стало настолько смешно, что я незаметно отошла ото всех и присела на стул.

Ведущий красиво обыгрывал ситуацию, сыпал шутками. Наступил момент икс, барабанная дробь – и букет летит. Я с полуулыбкой наблюдала за всем этим со стороны. Каково же было мое удивление, когда он как живой ускользнул из рук Зинаиды Ивановны, пролетев между ними, и, чуть изменив траекторию движения, упал на мои колени. В заторможенном состоянии я отметила, как ко мне поворачивается Веста и подмигивает. Она? Но как?!

Ко мне подошел ведущий. На автомате я взяла букет и помахала им, натянув улыбку на лицо, а сама находилась под впечатлением того факта, что полет букета нарушил все законы физики.

В эту ночь мне приснился странный сон. Ко мне на постель села Веста и задумчиво рассматривала меня. Я проснулась от ее взгляда и некоторое время удивленно смотрела на нее. Когда она это заметила, то произнесла:

– Ты же поняла, что Рая не твоя сестра?

Эта фраза прозвучала скорее как утверждение, и я замерла, не зная, что ответить. Веселая и обаятельная Веста, с кем я не первый день общаюсь, превратилась в далекую незнакомку с загадочным взглядом.

– Что ты знаешь об этом? – Я гордилась тем, как сформулировала вопрос. Вроде бы ничего не отрицаю, но и не подтверждаю.

– Все, – был краткий ответ.

– Расскажешь?

– Если ты ответишь мне на несколько вопросов.

– Каких?

Легкая улыбка скользнула по губам Весты, и она расслабленно вытянулась на постели. Потом повернулась на бок и подложила руку под голову, чуть привстав и смотря на меня сверху вниз.

– Ты бы хотела оказаться в мире, где существуют драконы, вампиры, кентавры… люди-птицы? Где с магией знакомы не понаслышке.

Я издала смешок и тоже привстала, подложив руку под голову, и наши лица оказались на одном уровне. В сумраке комнаты мы напоминали двух секретничающих подружек.

– Это было бы любопытно. Только что меня там ждет?

– Там ты встретишь предназначенного тебе мужчину.

– Хочешь сказать, что он там ночей не спит и меня дожидается? – прыснула я.

– Хочу сказать, что он там есть, – не поддержала моего веселья Веста.

– И кто же он? – стараясь сдержать смех, спросила я. – Вампир? Маг?

– Он ирлинг.

– Кто?!

– Человек-птица. Только я не вижу его. Чувствую, что он там есть, – чуть нахмурившись, произнесла она, как будто прислушиваясь к себе.

– И как же я его тогда узнаю?

– Судьба сведет вас, как только ты окажешься там.

Я рухнула на постель, уставившись в потолок. Занимательно. Мечтала о любви? Получите и распишитесь. Скосив глаза на Весту, спросила:

– С букетом ты пошаманила? – махнув рукой, она проказливо улыбнулась.

– Ну, так как?

Задумавшись, я через минуту ответила:

– Понимаешь, я о вампире когда-то мечтала. Этаком темноволосом брутальном брюнете, с телом воина. Или о мускулистом варваре, как Конан. А птицы… Не мой типаж. Я безразлична к пернатым.

– Я не шучу! – строго посмотрела на меня она. Я же состроила рожицу, выражая свое отношение к ее предложению.

– А если я скажу, что там твоя сестра?

– Никогда в это не поверю! Это я зачитывалась фэнтези, а предложи ты такое Рае, она бы покрутила у виска и послала бы тебя лесом.

– Я ей и не предлагала, – хмыкнула она, и я кивнула головой, как бы в подтверждение правоты своих слов. Раю этими предложениями не проймешь. Из нас двоих это я мечтательница. Была. С годами стала реальнее смотреть на жизнь. Люблю иногда почитать хороший роман, погружаясь в волшебный мир, но уже без прошлого увлечения.

Следующие же слова Весты меня припечатали: «Я ее без спроса перенесла. Так надо было». Резко сев на постели, уже я посмотрела на нее сверху вниз, буравя взглядом.

– Что ты сделала?!

– Она замужем. Счастлива. Так что нечего убивать меня взглядом, – поморщилась Веста, тоже садясь.

– Конечно, замужем. Она сегодня за Антона вышла, – напомнила я.

– За Антона вышла Ауэрия, а Рая за Шерридана. Он правитель кентавров.

– А Ауэрия у нас кто? – стараясь сохранять спокойствие, спросила я. Казалось, что я, как Алиса, разговариваю с безумным Шляпником.

– Принцесса, была женой Шерридана. Я ее в тело Раи перенесла.

– И ради чего она бросила мужа?! – хотелось спросить, как это в тело сестры, но вырвалось почему-то это.

– Я ее согласия не спрашивала.

– А мое тогда тебе зачем?

– Ты мне нравишься, да и с Рией мы подружились.

– Рией?

– Так теперь Рая себя называет, – отмахнулась она. – Ты не отвлекайся! Согласна?

– К сестре – да! – не раздумывая, ответила я.

– Тогда спи.

Хотелось сообщить, что я и так сплю, но последнее, что я помню, – улыбку Весты и мудрый взгляд, который совсем не вязался с ее юным лицом.

За два месяца до этого

Рая

Никогда так не волновалась, ложась спать. После нашего решения попробовать перекинуть привязку с Кроном на мою сестру, я не сразу решилась на разговор с ним. Во-первых, надо было проверить действие амулета. Будет ли он охранять мой сон от вмешательства Крона? Как оказалось, в ту ночь и последующую я спала без сновидений. Только на третью ночь я решилась на разговор с Кроном. Это был призрачный шанс, и мы понимали, что не все так легко. Было слишком много «если». Даже помимо согласия Крона, которого надо было убедить, есть еще моя сестра. Захочет ли она быть связанной с этим мужчиной, да еще в придачу получить крылья?

По Таше я соскучилась и очень беспокоилась. Привыкнув всю жизнь заботиться о ней, нелегко было оказаться от нее так далеко и понимать, что ты ничем не сможешь ей помочь в трудную минуту. Эта малявка еще с детства прочно вошла в мое сердце. И хотя ее имя Тася, но я всегда называла ее Ташей, с тех пор как она маленькой смешно коверкала свое имя.

Представив, что мы можем скоро с ней встретиться, я обеспокоилась. Как она это воспримет? Старшая сестра внезапно превратилась в младшую, ведь внешне мне восемнадцать. Оставалось лишь надеяться, что это не будет помехой и не оттолкнет ее от меня.

– Боишься? – На мои плечи легли родные руки, притягивая к себе. Шерридан. Что еще он мог подумать, когда я стою и гипнотизирую взглядом кровать. Он окутал меня своим теплом, согревая и даря уверенность. Я просто млею в его руках. Если бы было можно, то я бы как лиана обвила его, чтобы никогда не расставаться.

– Тревожно, – нехотя призналась я.

– Рия, даже если он откажется, в этом нет ничего страшного. Амулет оградит тебя от его вторжения в твои сны. А летать… Мы будем выбираться вдвоем в уединенные места, и ты будешь уже в реальности оттачивать навыки.

Я кивнула, но в душе сомневалась. Крон не тот, кто позволит себя игнорировать. Что-то мне подсказывало, что лучше не злить этого хитроумного изворотливого ирлинга. Надо постараться уладить все миром и с ним не ссориться.

Отбросив прочь неуверенность и сомнения, легла в кровать. С сожалением я посмотрела на амулет, что остался лежать на прикроватном столике. На мгновение захотелось надеть его и никогда больше не видеть Крона, спрятать голову, как страусу, избегающему опасности. Жаль, что это не в моем характере. Да и избегай я с ним встреч, не выяснив отношений… Что-то мне подсказывало, что он тогда найдет способ встретиться со мной. Имел же он наглость заявиться в мой будуар утром, под носом у Шерридана.

В кольце рук Шера чувствовала себя намного увереннее. Ради нас я обязана достучаться до Крона, найти слова и убедить его, что так будет лучше для всех. Пусть хоть встретится с моей сестрой. А вдруг? Она замечательная и намного лучше меня. Размышляя подобным образом, я настраивалась на разговор с Кроном и позволила нежным поглаживаниям Шера убаюкать меня. Он ничего не говорил, лишь делился со мной своими теплом и уверенностью, всем своим видом показывая, что защитит меня от всего мира.

«Как же сильно я его люблю!» – на моих губах появилась улыбка, и с этой мыслью я провалилась в сон.

Еще секунду назад я бодрствовала и была в постели, а теперь оказалась в огромной пещере. В центре находилось озеро с темной водой. Его окружали колонны, которые поддерживали куполообразный свод пещеры. Стены украшали барельефы, изображающие разные сцены из истории ирлингов. Освещение шло от магических светильников, дающих рассеянный свет. Создавалось впечатление, что я где-то глубоко под землей или в скале. И пусть пещера была огромна, но я испытала неприятное чувство клаустрофобии. Да, как-то не в таком месте представляла себе встречу с Кроном. Поежившись, огляделась.

Я стояла на ступенях, лицом к озеру. Когда развернулась, мой взгляд уткнулся в ступеньки, ведущие вверх. Медленно подняв голову, увидела, что они заканчиваются у величественного трона, вырезанного из камня, на котором сидел Крон. Он молча смотрел на меня, и даже на таком расстоянии было видно, что в глазах его клубится тьма.

От его тяжелого взгляда дрожь прошла по моему телу. Будет не просто, совсем не просто. Холод пещеры пронизывал меня, а я была лишь в тонкой рубашке и босиком. Закрыв на мгновение глаза, представила себе алое бархатное платье и… черт с ним, сапожки на меху. Подумав, к платью добавила плащ с воротником из горностая. Не скажу, что стало теплее, но уверенности мне это прибавило. С трудом удержавшись от тяжелого вздоха, гордо вскинула голову и, изящно приподняв платье, стала подниматься по ступеням к Крону. Сам он сидел не шевелясь и спускаться ко мне не спешил.

Внутренне страшась предстоящего разговора, поднималась неспешно. Разные мысли лезли в голову. Где я? Сама пещера напоминала тайный храм. Почему тайный? Так пространство было замкнутое. Входа видно не было, и интуиция мне подсказывала, что очутиться здесь можно лишь через портал.

Сам трон был достоин отдельного внимания. Он выступал из скалы и был украшен барельефами. В высоту метров шесть-семь, он заканчивался куполом, как в церквах, вот только вместо креста его венчало изображение божества с головой птицы.

«Цирбис!» – мрачно решила я. Оказаться в храме этого урода мне хотелось меньше всего. Почему Крон для встречи выбрал это место?

Как бы ни оттягивала этот момент, но ступени закончились, и я оказалась перед ирлингом. Он молчал, я же не знала, как начать разговор. Обратила внимание на то, что его руки лежали на подлокотниках трона, которые заканчивались черными глянцевыми полусферами. Ладони Крона покоились как раз на них. Мало того что ирлинг высокий, но трон находился на возвышении, и он взирал на меня сверху вниз. Лицо казалось высеченным из мрамора, и жизни в нем было не больше, чем в камне. Молчание затягивалось.

Наверное, в программу вечера входило не только созерцание моей персоны, так как он первый его нарушил.

– Неужели принцесса соблаговолила посетить меня? – несмотря на бесстрастное лицо, слова были пропитаны ядом.

Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что он зол как черт. Конечно, не стоило начинать встречу с ссоры, но и терпеть такое обращение я была не намерена.

– Почему у вас такой тон, как будто мы договаривались с вами о встрече и я не пришла?

– Мне не нравится, когда я не понимаю, что происходит.

«Вообще-то это многим не нравится», – отметила я. Нахождение в этом храме действовало на меня угнетающе.

– Объяснитесь.

– Почему я не мог дотянуться до вас? Даже используя ресурсы этого места, я натыкался на стену.

Ага, так я и рассказала. Аллилуйя! Амулет действительно действует! Тиски напряжения, что сжимали меня, от такого известия ослабли, и стало легко на душе. Теперь я действительно смогу обезопасить себя во сне от его визитов. Мне стоило огромных трудов скрыть свое ликование.

– Я даже не понимаю, каким образом мы встречаемся во сне. Отчего вы ждете ответа на этот вопрос от меня? – Я разыграла легкое удивление и тут же поинтересовалась: – А собственно, что это за место?

– Священный храм. Тайное место силы моего народа.

– И почему вы выбрали его для нашей встречи?

– Может, потому, что мне пришлось перенестись сюда, чтобы погрузиться в медитацию и попытаться дотянуться до своей Кьяри? – устало заметил он.

– Как давно вы здесь?

– Вторые сутки.

Он двое суток медитировал, пытаясь до меня дотянуться?! Не стоит удивляться, что к моменту нашей встречи он пребывал в несколько озверевшем состоянии.

– А магическое письмо написать не пробовали? – видя замешательство в его глазах, пояснила: – Если вы хотели меня срочно видеть, а встретиться во сне не получалось, то могли бы написать мне письмо и сообщить, зачем я вам так срочно понадобилась. – А действительно, был уговор на встречи во сне раз в неделю для полетов. Виделись мы с ним две ночи назад. Так какого черта он нахально пытался влезть в мои сны раньше времени? В душе я еще раз порадовалась наличию у меня амулета.

Лицо Крона дрогнуло, и черты смягчились, перестав напоминать каменную маску, тень улыбки коснулась губ. Видно, такое простое решение ему даже в голову не приходило. Пользуясь этим, я решила закрепить свой успех:

– Крон, давайте покинем это место, – зябко передернула я плечиками.

– Боюсь, что не могу. Сейчас я не во сне и привязан к этому месту.

Что-то обстоятельства нашей встречи складывались не очень благоприятно. Он в трансе, атмосфера в храме гнетущая. Начинать серьезный разговор как-то не с руки. Я даже немного растерялась, не зная, как теперь поступить.

– К трону вы тоже привязаны? – иронично спросила я. Мне надоело чувствовать себя школьницей на ковре у директора.

Тьма начала уходить из его глаз, делая лицо более человечным. Пальцы на сферах чуть пошевелились. Опершись на них, он тяжело встал. Интересно, как долго он сидел без движения? Если два дня, то все тело затекло. Ему бы подвигаться. Не задумываясь о том, что это лишь проекция его тела, как только он спустился с трона и приблизился ко мне, я выпалила:

– Давайте наперегонки, кто первый вниз! – Не давая ему возможности ответить и видя выражение крайнего изумления на его лице, я резко развернулась и, подхватив юбки, понеслась вниз. Вот точно общение с Асей сказалось!

Когда была примерно на середине, то черная тень пронеслась надо мной, и у подножия лестницы меня ждал Крон. Я набрала порядочную скорость, и инерция движения не позволила мне затормозить. Даже сама не поняв, как это получилось, на всех парах я влетела в распахнутые объятия Крона.

– Кьяри! – счастливо выдохнул он, сжимая меня в объятиях.

«Капец!» – подумала я, уткнувшись в его рубашку.

– Вы сжульничали! – возмутилась я, поднимая голову. Как утопающий хватается за спасательный круг, так и я решила возмущаться. Все лучше, чем чувство смущения, что затопило меня. Увидев его взгляд, я сразу же вернулась в исходное положение и уткнулась в рубашку. Так безопаснее. Я понимаю, что он, вероятно, два дня не ел, вот только в его глазах не желание съесть бифштекс преобладало.

Пары секунд мне хватило, чтобы перевести дух, и я уперлась в его грудь, желая отстраниться. Да не тут-то было. Он лишь крепче прижал меня к себе, да еще обнял крыльями, чтобы я точно не вырвалась. Слушая бешеное биение его сердца, я понимала, что все мои планы катятся в бездну.

– Отпустите меня! – потребовала я, не поднимая головы, но он меня не слышал.

– Кьяри, только тебе могла прийти мысль побегать наперегонки в этом месте! – Я не знала, куда мне деться от нежности в его голосе.

– Что вас так удивляет? Вам же пришла идея полетать, – проворчала я.

Гнетущую тишину этого места нарушил смех Крона. Опасливо взглянув вверх, я лицезрела его запрокинутую голову. Как только он отсмеялся и посмотрел на меня, я тут же вернулась взглядом к рубашке.

– Отпустите! – твердо произнесла я.

– Не проси меня об этом. Кьяри, я два дня с ума сходил, не в силах с тобой связаться!

– И зачем вы меня с таким упорством разыскивали? – спросила я, стараясь его отвлечь от этого факта.

– Твой последний визит породил много вопросов.

Подробно припомнив обстоятельства этого самого визита и все, что наговорила, я глухо застонала. Заберите меня отсюда! Как же стыдно.

– Сожалею! – нашла силы выдавить из себя и почувствовала, как мышцы его окаменели.

– Сожалеешь о своих словах? – осторожно спросил он.

Сожалела ли я? Нет. Правду говорят: «Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке». Так и я, выдала ему все, что было на сердце.

– Нет. Лишь о том, в какой форме это сказала… Да еще стыдно, что вы видели меня в таком виде. – Он молчал, а мне было неуютно находиться в его объятиях, и я уперлась в него руками, стараясь увеличить между нами расстояние. – Отпустите! Нам надо поговорить.

На этот раз он меня услышал и отстранился. Обретя долгожданную свободу, облегченно перевела дух. С непроницаемым выражением лица Крон смотрел на меня.

– Так о чем вы хотели поговорить? – официальным тоном спросил он.

Я открыла рот и тут же его закрыла. Мне пришла в голову мысль, что это место не самое лучшее для такого разговора. Насколько я понимаю, это храм Цирбиса и тайное место сосредоточения силы. Кто его знает, какие здесь действуют законы. Что, если каждое слово, сказанное здесь, станет известно Цирбису? Не самый умный поступок говорить о том, как мы собираемся обойти это божество, в его же храме.

– А вы о чем хотели спросить?

– После вас, принцесса.

– Давайте лучше вы, – вздохнула я.

– Мне настолько любопытно, о чем вы хотите поговорить, что мои вопросы подождут.

– Крон, давайте перенесем разговор на другой раз. Атмосфера этого места не располагает для задушевных бесед. Кстати, ничего, что я его видела? Или после этого вам придется меня убить? – пошутила я.

– Вы моя Кьяри и имеете полное право здесь находиться, – холодно произнес он, не поддержав шутки.

Мне очень хотелось, как и прежде, упрямо оспорить этот факт, но даже Веста его подтвердила. Поэтому я произнесла другое:

– Думаю, мое нахождение в храме божества, которое я не уважаю и презираю, не самая лучшая идея.

От моих слов по зеркальной глади озера пронеслась рябь. Та-а-ак! Неужели действительно слышит?! Я порадовалась своей предусмотрительности и нежеланию начинать серьезный разговор здесь.

– Крон, давайте перенесем нашу встречу в более приятное место.

– В мою спальню? – насмешливо приподнял он бровь.

– Я сказала – приятное, а не куда бы вам хотелось.

– Принцесса, но именно туда вы попросили вас доставить в прошлую нашу встречу, – продолжил насмехаться он.

– Вы мне теперь до конца жизни это вспоминать будете? – нахмурилась я. Было неприятно, что он меня уел. О своем же пьяном поведении во сне вспоминать было мучительно стыдно.

– О, до конца жизни я буду хранить эти светлые воспоминания!

– Крон, довольно! – Мое терпение небезгранично, и смотреть, как он паясничает, не было никакого желания. – Давайте встретимся завтра.

– Вы так уверены, что мне удастся с вами связаться? – уже другим тоном спросил он, пронзая меня внимательным взглядом.

– Сегодня же вам это удалось, – не дрогнула я. Ага, так я и призналась о наличии амулета. Как говорится, я не я, корова не моя. Попробуй докажи, из-за чего у него там проблемы со связью возникли. Я же вообще белая и пушистая и в этих делах абсолютно не разбираюсь.

– Вижу, вас не сильно беспокоит тот факт, что я не смог войти в ваш сон, – подозрительно заметил он с недовольными нотками.

– А что вас так удивляет? Меня это радует. Кому будет приятно, когда в его сны вторгаются, не всегда спросив разрешения? – искренне ответила я. Что, съел? Пусть привыкает к тому, что теперь практически всегда «абонент недоступен или находится вне зоны действия сети».

– Довольно неприятно, что, несмотря на мое хорошее отношение и помощь вам, в ответ я получаю лишь вашу неприязнь и недоверие. Вы не цените того, что вопреки тому, что ваш отец расторг ваш брак с кентавром и подписал брачный договор со мной, я пока не поставил под сомнение ваш брак, хоть и имею на это все права! – ледяным тоном произнес Крон.

Он за дурочку меня держит?! Неужели он думает, что я не заметила слова «пока не поставил»? Да он не сделал это лишь потому, что пока ему это невыгодно. Все встречи во сне ему необходимы лишь затем, чтобы усыпить мою бдительность и завоевать доверие. Я совершенно четко осознаю, что, как только это случится, он тут же предпримет попытки убрать Шерридана. Ведь пока я ему не доверяю и держу на расстоянии, случись что с Шером, и я тут же обвиню в этом ирлинга. Только это удерживает его от активных действий.

– Не надо относиться ко мне, как к симпатичной дурочке! Поговорим откровенно. Я прекрасно понимаю, что с тем фактом, что я являюсь вашей Кьяри не все так просто. И ваши бездействие и сдержанность продлятся не вечно!

– Ну, если вы так все хорошо понимаете, то должны также понимать, что наши встречи во сне – это единственное, что сейчас удерживает меня от активных действий! – зло бросил он. – И если их не будет… – с угрозой произнес он. – Хотите откровенно, без игр? – он произнес это таким тоном, что мне стало страшно, и я поняла, что совсем не желаю откровенности. Черт, пусть лучше он играет, и мы, как и прежде, будем балансировать на грани. Крон был пугающим и величественным одновременно. Передо мной стоял мужчина, и пусть внешне он выглядел не старше двадцати семи, но его выдавали глаза. Мне даже страшно представить его реальный возраст. В свои тридцать, я просто несмышленый ребенок против него. С кем я решила тягаться?! – Если я желаю поговорить со своей Кьяри, то хочу иметь возможность поговорить с ней. Я не бродяга, выпрашивающий милостыню, а Правитель ирлингов, и если я чего-то желаю, то беру это!

Я вся сжалась от страха, понимая, что довела его. В глазах опять клубилась тьма, и он еле сдерживался, хлеща меня словами. Было страшно до ужаса, и, злясь на свой страх и трепет перед ним, я вымолвила:

– Правитель ирлингов собирается навязывать свое общество чужой жене? – уже произнося это, я понимала, что совершаю непоправимую ошибку.

Он побледнел, его черты окаменели, и лишь глаза полыхали внутренним огнем.

– Крон… – с сожалением произнесла я, но ничего не успела сказать, так как он вытолкнул меня из сна.

Глава 2

«Идиотка! Какая же я идиотка! Почему не сдержалась и довела его?! Как теперь найти с ним общий язык и чем нам это грозит?» – все эти вопросы разрывали меня, и я сжалась от ужаса.

Почему сорвалась? Ведь не глупая и раньше тысячу раз общалась с неприятными людьми, сохраняя выдержку. Почему же с Кроном все иначе? Да, он меня бесит и выводит из себя. Пусть я сказала ему чистую правду, но можно же ее подать под разными соусами, не задевая его достоинство и не выводя из себя. Хотела же поговорить с ним по-человечески, а вышло…

И тут я поняла простую истину – я боюсь, боюсь до ужаса, до такой степени, что не могу здраво рассуждать и из-за этого делаю ошибки. Не за себя – мне Крон ничего не сделает, за Шерридана. Ведь только он стоит между Кроном и мной. Я его очень сильно люблю и боюсь потерять. Пусть он сильный воин и может за себя постоять, но это не умаляет моих страхов. Даже самого сильного можно хитростью и обманом заманить в ловушку.

Открыв глаза, я встретилась с внимательным и чуть напряженным взглядом Шерридана. Неужели он не спал и караулил мой сон?! Или это я его разбудила?

– Любимая, я, конечно, все понимаю, но мне не нравится, что ты просыпаешься с именем ирлинга на устах, – он произнес это спокойно, но я уловила легкие нотки недовольства.

– Шер, я тебя так люблю! – выдохнула я, прижимаясь к нему с такой силой, как будто он должен был исчезнуть в эту минуту.

Мой порыв оценили, и он меня обнял, зарывшись одной рукой в волосы и нежно поглаживая.

– Как все прошло?

– Хуже не бывает, – призналась я.

– Он отказался?

– Мы даже не дошли до обсуждения этого, – кратко я изложила наш разговор с Кроном и его угрозу насчет того, что лишь наши встречи во сне удерживают его от активных действий.

Шерридан молчал, обдумывая информацию, и я приподняла лицо, взглянув на него. Он выглядел бодрым и собранным, и я заподозрила, что он действительно не спал все это время.

– Ты не спал?

– Разве я мог заснуть, зная, что ты будешь встречаться с ним, решая вопрос о нашем будущем, – просто ответил он, и мне стало тепло на душе.

– И что ты думаешь? – хотелось узнать его мнение. Угроза Крона меня напугала. Как теперь быть? Я так радовалась амулету, и что мы имеем в итоге? Если я буду им пользоваться, то Крон слетит с катушек и начнет создавать нам проблемы. В то же время я не хотела больше встречаться с ним во сне. Ни к чему хорошему это не приведет, да и никаких нервов не хватит находиться постоянно в напряжении.

– Пусть мне это и не нравится, но я согласен, чтобы ты попробовала поговорить с ним еще раз, изложив суть дела. Если он откажется, то на этом все. Амулет защитит тебя во сне, а я обеспечу твою безопасность наяву. – Видя мои сомнения, он с силой произнес: – Рия, мы знаем, чего ожидать, и будем готовы.

– Мне страшно, – прошептала я.

– Тогда не надо с ним больше встречаться, если тебе это в тягость.

– Ты не понимаешь, мне страшно за тебя. Боюсь представить, что он может придумать, – озвучила я свои страхи.

– Я могу за себя постоять, – уверенно произнес он и тут же голосом, лишенным эмоций, спросил: – Или ты хочешь продолжить эти встречи во сне?

– Нет! – тряхнула я головой. – Несмотря на его угрозу, я понимаю, что они лишь оттягивают неизбежное и столкновения с ним не избежать.

– Тогда решено, – заключил он, и в его тоне я уловила нотки облегчения.

Это настолько меня поразило, что я с удивлением посмотрела на него. Неужели он хоть на мгновение мог подумать, что мне эти встречи нравятся?! Не в силах молчать, я его об этом спросила.

– Рия, в этом нет ничего страшного. Я все понимаю.

– Что понимаешь?! – в отличие от него, я как раз ничего не понимала.

– Если ты действительно его Кьяри, то, хочешь ты того или нет, между вами будет существовать притяжение.

– Но его нет!

– Рия, я же сказал, что все понимаю, – попытался успокоить меня он.

– С ума сойти! – вырвалось у меня. – Крон бесится из-за того, что его убедили мои слова о том, что он мне безразличен, зато собственный муж придерживается противоположного мнения.

Это настолько меня возмутило и обидело, что я решила от него отодвинуться. Ну, сколько можно?! Мне надоело доказывать это Крону, а как оказалось, надо было еще и мужу. Шер сжал меня в объятиях, пресекая такой маневр. Я сильно протестовать не стала, но произнесла:

– Шер, в нашу первую встречу, когда я только открыла глаза и увидела тебя, первой моей мыслью было: «Какой потрясающий мужчина!» Когда же я узнала, что ты как бы мой муж, то сам помнишь… – напомнила я ему о том, что у меня сработал хватательный рефлекс и тут же захотелось его потрогать и убедиться в реальности этого образца мужественности. При этих словах Шерридан не выдержал и издал смешок.

– Невозможно забыть, как ты сводила меня с ума своими прикосновениями!

– Я к тому веду, что еще до всех ритуалов между нами существовало притяжение. Ничего подобного при знакомстве с Кроном не было. Он меня настолько раздражал и выводил из себя, что единственным моим желанием было находиться от него как можно дальше, и мне приходилось делать над собой усилие, чтобы общаться с ним, так как на то время он был единственным источником информации.

Шерридан слушал меня, замерев. До этого мне даже в голову не могло прийти, что надо это озвучивать.

– После того как у меня появились крылья, ничего не изменилось. Мое восприятие Крона осталось прежним. И пусть мне тысячу раз твердят, что я его Кьяри, с ним мое сердце быстрее не бьется. Я не буду скучать по нему или жалеть, что больше не увижу. – Взгляд мужа потеплел, и я почувствовала, как все мое тело отозвалось на него и в крови заструилось возбуждение. – А вот за свое так называемое «понимание», тебе придется расплатиться!

Шерридан тут же подхватил мою игру и соблазнительно произнес:

– Чего желает госпожа моего сердца?

О, я много чего желала, о чем ему и сообщила. Время до рассвета пролетело незаметно, унося с собой тревоги и недопонимание.

Крон не пришел в мой сон ни в следующую ночь, ни в последующие. Напряжение нарастало с каждым пройденным днем, вернее, ночью. Впервые за все время я действительно желала и ждала встречи с Кроном, и этот гад не покидал моих мыслей. Дьявол, хоть сама ему письмо пиши!

Эти дни мы гостили у Аси. В их доме была уютная и теплая атмосфера. Стараясь избавиться от внутреннего беспокойства, я даже с ней по утрам бегать начала. Пару раз появлялся Коулсон, узнать, есть ли у нас новости, оставался на обед и исчезал. В очередной свой визит он сообщил, что Хранители выразили свое согласие на проведение ритуала, но этого мы и ожидали. В случае, если ритуал не сработает, он выбил для моей сестры право самой решать, где оставаться жить. Мотивировал это тем, что я ее единственная близкая родственница и уж если она узнает про подмену меня Ауэрией, то должна иметь возможность жить рядом со мной. Один шибко умный предложил просто стереть ей память, но, к счастью, его не поддержали и просьбу Коулсона удовлетворили. Оставалось поговорить с Кроном, но он, как назло, не шел на контакт.

С каждым прошедшим днем моя надежда на счастливый исход таяла. Я поклялась себе, что, если он объявится, буду держать себя в руках и постараюсь до него достучаться. Правду говорят, не надо злить уставшего мужчину, а если он еще и голодный, то вообще ховайся. Так что нечему удивляться, что наш с ним разговор не задался. С другой стороны, я его столько раз оскорбляла, что, надеюсь, это ему уже надоело, и возможность заполучить более покладистую Кьяри его прельстит.

«Успокаиваешь себя, Рая», – ехидно прорезался внутренний голос. С Кроном непросто с первого дня знакомства, и нечего надеяться, что все будет иначе.

– Рия, о чем задумалась? – оторвал меня от тяжких дум вопрос Аси.

– Да все о том же, – тяжко вздохнула я. Сегодня мы с ней остались одни. Дориан с Шерриданом отбыли во дворец. Там сегодня развлекательной программой значилась охота. К ней я спокойна, да и не настолько хорошо держусь в седле, чтобы участвовать. К моей радости и немалому удивлению, на нашем присутствии и не настаивали. Дориан по секрету сказал, что если там будет Ася, то охотники скорее сами застрелятся, чем тронут лесного зверя. На мой изумленный взгляд Ася чуть смутилась и пообещала рассказать. Потом.

– Да-да! Особенно не забудь рассказать о том, как благородный Флавиан, наш лучший стрелок, бесстрашный воин, одно имя которого заставляло трепетать врагов, трусливо бежал от тебя, сверкая пятками. Ты же ему репутацию подмочила, любимая.

– А зачем он оленя подстрелил? – возмущенно воскликнула Ася и лишь по смеху мужа поняла, что тот над ней подшучивает. Не успела она возмутиться, как он поцеловал ее в нос, посоветовал нам не скучать и, увлекая Шерридана за собой, отбыл.

Мы и не скучали. Ася предложила устроить пикник у озера, и, взяв корзину со снедью, мы отбыли. Живописная природа, тишина, которую нарушал лишь щебет птиц, создавали неуловимую атмосферу покоя.

– В такие моменты ни за что не скажешь, что мы не на Земле, – призналась я, лениво растянувшись на покрывале и наблюдая за облаками.

– Я так часто путешествую оттуда сюда, что иногда забываюсь, и если куда-то опаздываю, то по привычке прошу Риана открыть портал. Или просыпаюсь утром и пытаюсь сообразить, что мне предстоит: пары в институте или встречи с министрами, – усмехнулась Ася.

Мы немного поболтали об ее учебе, потом разговор перескочил на Дома помощи детям. Эта тема меня зацепила, и Ася увлеченно делилась опытом и дальнейшими планами.

– Ася, расскажи, каково это, когда формируется связь, – тихо попросила я чуть погодя. А у кого еще мне было спрашивать? Я помнила слова о том, что если бы не Крон, то и между мной с Шерриданом она бы сформировалась со временем.

– Это непередаваемо. Ты начинаешь чувствовать эмоции своей пары. На тот момент я и не думала выходить за Риана. Представляешь, как я испугалась, когда однажды утром смогла почувствовать его радость от того, что между нами начали формироваться узы. Да он целый день тогда транслировал на меня свое спокойствие, чтобы я не билась в истерике от такого «счастья», – рассмеялась она. – Ты чувствуешь его как часть себя. Его радость становится твоей радостью, его печаль воспринимается как своя, его страсть… – Ася умолкла и порозовела.

«Та-а-ак, а с этого момента поподробнее, пожалуйста», – рассмеялась про себя я, а потом посерьезнела.

– Знаешь, меня очень беспокоит то, что Крон был уверен, что со временем сможет мысленно общаться со мной.

– У нас это произошло в медовый месяц, – призналась Ася. – Как-то получилось, что я о чем-то подумала и услышала мысленный ответ Риана.

Меня немного успокоило, что ментальная связь сформировалась у них после свадьбы. Интимной близости у меня с Кроном точно не будет, так что о некоторых страхах можно забыть. Никому не говорила, но меня до дрожи пугала мысль, что однажды я могу услышать этого настырного ирлинга у себя в голове. Он меня и так доводит, а начни я его слышать телепатически, то точно бы себе харакири сделала.

Не знаю, желать ли мне таких уз или опасаться. Представляю, что было бы, если бы Шерридан узнал полную историю инцидента с оборотнями или другие случаи. С его темпераментом он бы разнес всех на фиг. Так что, здраво рассудив, я решила не заморачиваться по этому поводу. У нас с Шерриданом и так с пониманием все в порядке.

«А что? Пара разбитых ваз о голову мужа его очень облегчили», – сыронизировала я. А если серьезно, то для меня главное, что мы откровенны друг с другом. Без всяких уз он является частью моей души. Никогда не думала, что смогу без оглядки влюбиться, но Шер покорил меня с первого взгляда. При мыслях о нем на душе посветлело. Интересно, суждена ли нам с ним спокойная жизнь, а то что-то не успеем с одними неприятностями разобраться, как другие вырисовываются. Ведь не похить меня Эгнус, то я б не встретилась с Кроном. Может, он бы и посетил нас когда-нибудь с официальным визитом, но это было бы уже не то. Он бы не вкладывал в меня свою магию, чтобы защитить, не входил бы в мои сны, и у меня не было бы крыльев. Я сама еще не знала, как относиться к их существованию. С одной стороны, это приятный бонус, а с другой… Не исчезай они по моему желанию, то это стало бы проблемой. Одно «если бы не похитил» – и как много изменений оно потянуло за собой.

– Я тут подумала, – замялась Ася, а потом предложила: – Может, тебе оракула посетить?

Я помнила о Валериане. В своем рассказе она упоминала об их незабываемой встрече. Меня до сих пор удивляло, как она умудрилась после этого с ним подружиться. Хотя перед ее обаянием устоит разве что камень.

– Ася, если он мне скажет слушать свое сердце, то и я ему в глаз заряжу, не посмотрю на то, что он твой друг, – пошутила я, а потом задумалась. – Знаешь, а это идея! Он же оракул и априори видит наперед и знает, что будет. Я понимаю, что прямо он не говорит, но, может действительно что-то дельное посоветует.

Мы загорелись этой идеей, и было решено, что когда мужчины появятся, то мы обсудим дату поездки.

Ближе к вечеру к нашим девичьим посиделкам присоединилась Веста. Удобно устроившись в гостиной и потягивая вино, мы рассказывали ей, как у нас обстоят дела. Ее очень сильно заинтересовал храм, в котором во сне мы встретились с Кроном. Пришлось даже повториться и еще раз подробно описать озеро и саму пещеру, ступени, ведущие к трону, сам трон и скульптуру Цирбиса.

– Надо же… – задумчиво произнесла она.

– Что ты знаешь об этом месте? – спросили мы с Асей чуть ли не в один голос, заинтригованные ее реакцией.

– Я думала, это легенда. – Видя наши жадные взгляды, она пояснила: – Давно слышала упоминание о том, как младший сын Цирбиса, балагур и горячая голова, путешествуя, попал в переплет. Он что-то не поделил с гномами. Те его пленили и держали в недрах гор. Цирбис в конечном счете его нашел и вызволил, но те над ним успели поизмываться. Отец этим, сами понимаете, доволен не был, и во искупление гномы отстроили храм и покинули те места навсегда, запечатав все входы. В том месте, где пролилась кровь полубога, появилось озеро. Говорят, что, находясь в том храме и глядя на водную гладь, можно определить местонахождение любого ирлинга.

«Так вот почему он пошел туда», – вздохнула я и тут же встрепенулась: – Но я человек, а не ирлинг!

– Рия, ты его Кьяри, по этим узам он хотел тебя отследить и понять, в чем дело.

– Но он не смог меня найти! – радостно воскликнула я. Мне это показалось подтверждением того, что не такие уж эти узы и крепкие.

– Тебя ночью прикрывал амулет, а Коул для Аси настроил такую мощную защиту этого поместья, что он не мог дотянуться до тебя и днем, – разочаровали меня слова Весты.

Мне показалось, что слова о защите поместья и для Аси стали сюрпризом, так как она удивленно воскликнула:

– Но когда?! И почему я ничего не знаю?

– После покушения на тебя. Риан был в курсе. Ты же любишь это место, и вы часто отдыхаете здесь. Он хотел быть уверен, что тебе здесь ничего не грозит, – пояснила Веста и потом взглянула на меня: – Пользуясь тем, что ты его Кьяри, Крон может чувствовать тебя. По-крайней мере, что ты жива. Видимо, он тебя потерял, как только вы приехали сюда, а амулет оградил от него и во сне.

Дьявол, значит, мы все же связаны! Было неприятно это осознавать. Теперь беспокойство Крона стало понятно. Он перестал меня ощущать, явился во сне, а я пьяная, и выяснять, в чем дело, со мной бесполезно. Затем он вообще со мной связаться не мог, его это обеспокоило, и он попробовал дотянуться до меня через храм, но и там его ждал облом, пока я сама не явилась.

– Ася, а можно я попрошу политического убежища и останусь здесь жить? – слезно попросила я. А что? Амулет защитит ночью, защита поместья днем.

«Какой был бы замечательный щелчок по носу Крону», – мечтательно подумала я.

– А кентавра твоего куда девать? – ехидно поинтересовалась Веста. Вот же язва! Даже помечтать не дала, о чем я ей и сообщила.

– Попроси лучше Коула, чтобы он и вам такую защиту организовал, – фыркнула богиня.

– А это возможно? – сразу же став серьезной, оживилась я.

– Спроси у него, но думаю, он не откажет.

– И он согласится вернуться с нами?! – Меня одолевали сомнения, что такой занятой человек, как он, решится все бросить и отправиться в морское путешествие.

– Зачем? Я могу его перенести.

– А как же невозможность путешествия порталами через море?

– Рия, я богиня, и мне доступны иные пути, – напомнила она.

Действительно. Я с уважением посмотрела на Весту и отпила из бокала. Временами забываю, кто она есть на самом деле. Тут же вспомнилось, как она появилась тогда в моей спальне. Ведь явно же не морем добиралась, чтобы со мной познакомиться.

Смакуя вино, я поймала себя на том, что меня тревожит некое несоответствие.

– Веста, как-то странно все это: у Цирбиса сына пленили, а он в качестве компенсации удовлетворился всего лишь постройкой храма. – Извините, но это не укладывалось в мою картину мерзкого характера птица.

– Так его строили оставшиеся в живых после его гнева, – рассмеялась Веста. – Он им там все разнес, они поэтому и ушли. Знаешь ли, никто не захочет жить в месте, где повсюду следы гнева божества.

«А вот это уже больше похоже на правду», – хмыкнула я. Между прочим, посмотрев на бокал в своей руке, решила не увлекаться. Неизвестно, когда появится Крон, и спать ложиться лучше с ясной головой во избежание казусов.

Внезапно мне пришла в голову мысль:

– Веста, а ты меня не просветишь? У Крона же есть сыновья, а жена куда подевалась? – Мне это как-то раньше в голову не приходило. Вернее, меня его личная жизнь не интересовала.

– Умерли.

– Что значит умерли? Их было несколько?

– Первая умерла при родах. Насчет второй мутная история, я не знаю, куда она делась. Третья была человеком и умерла от старости. – Ух, я получила еще одно косвенное подтверждение тому, что ирлинг гораздо старше, чем выглядит. Надо же, «умерла от старости». Хм…

– А почему она умерла? Он не захотел продлить ей жизнь?

– Рия, продлить жизнь можно своей истинной половинке, лишь тогда связываются жизни, – как маленькой объяснила мне Веста. Ох, как же все у них запутанно.

– Крон говорил, что не даст мне уйти вслед за Шером. А если первым ирлинг умрет? Я умру вслед за ним? И вообще, у ирлингов или у кентавров продолжительность жизни больше? – кажется, меня прорвало на вопросы.

– У ирлингов. Они живут меньше, чем драконы, но дольше кентавров. Рия, не беспокойся сейчас об этом. Уж за Кроном ты точно не уйдешь, так как ваши узы еще не окрепли. Истинные спутницы уходят лишь потому, что, потеряв свою пару, не желают жить без них и угасают.

– В этом мире столько долгожителей, что голова кругом! – пожаловалась я. Уточнять, как долго живут кентавры, я не стала. Явно дольше, чем люди, а для моих расшатанных нервов это будет уже явно лишняя информация.

– Меня это тоже смущало в первое время, ведь Риан старше меня больше чем на сто лет, – улыбнулась Ася. – Да и в остальном… Как представлю, что мама с отчимом будут стареть, а я оставаться прежней… – Она тряхнула головой, отгоняя неприятные мысли.

Не сговариваясь, мы пригубили из бокалов. Мои мысли перескочили на сестру. Если бы только Крон согласился, то ее можно было перенести сюда. Даже если между ними ничего не сложится, благодаря разрешению Хранителей она сможет остаться здесь. О большем я и мечтать не смела.

Как хорошо, что удалось поговорить с Вестой. Она избавила меня от многих страхов. Посмотрев на них с Асей, я призналась себе, что мне очень повезло обрести таких подруг. Какое им дело до моих проблем? Насколько я поняла, Веста выполнила просьбу Хранителей, перенеся меня сюда, и уж никак не несла ответственность за мою дальнейшую судьбу. Пусть у нас первая встреча не задалась, но она же пришла проверить, как я, да и Ауэрию не оставила. А Ася… Такое чувство, что мы сто лет знакомы. Мне настолько комфортно у них в гостях, как будто я приехала к близким родственникам или старым друзьям.

– Девочки, хочу выпить за вас, – отсалютовала я бокалом. – Для меня много значит ваши дружба и помощь. Вы даже не представляете, насколько я вам благодарна! Жаль только, что мы так далеко живем друг от друга, – вздохнула я.

Они на мгновение смутились, а потом Веста преувеличенно вздохнула, картинно закатив глаза, и фыркнула:

– Блондинка! Мы же только недавно говорили о том, что я могу перенести к вам Коулсона. Так с чего ты взяла, что мы так же не можем заглянуть на вечерок с Асей? Только позови!

Я смотрела на нее ошарашенно. Во-первых, меня впервые в жизни блондинкой обозвали, в своей прошлой жизни я брюнеткой была, во-вторых, представив на мгновение, что мы сможем запросто пересекаться в любое удобное время, я не сдержалась и, как девчонка, завизжала от радости.

– Как же я вас люблю!

– Ася, ей больше не наливать, – строго сказала Веста, но было видно, что она смущена.

– Да я и полбокала не выпила!

– Так она еще и отлынивает?! – возмутилась Ася. Не выдержав, мы рассмеялись. В этот момент я поняла, что обрела настоящих подруг.

Темнело, но мужья наши еще не вернулись. Мы зажгли свечи вместо магических светильников. Их свет мягко освещал гостиную, бросая причудливые тени. Я с улыбкой смотрела, как Ася шутливо пререкается с Вестой, и чувствовала, как мои веки тяжелеют. Сегодня впервые на душе у меня было легко, как будто я избавилась от груза. Чувствовала я себя расслабленно, и меня неудержимо стало клонить в сон.

Казалось, всего на миг закрыла глаза, уютно устроившись на мягком диванчике, но когда открыла их, то оказалась среди гор. Теплый ветер играл с моими волосами, и яркое солнце слепило глаза, заставляя меня щуриться. По ярко-синему небу неспешно плыли пушистые облака. Внизу простиралась зеленая долина и змейкой извивалась река, убегая вдаль. Все цвета были контрастны и ярки, как в детстве.

В небе я увидела черную точку, которая быстро приближалась ко мне, увеличиваясь в размерах. Как черный ангел, с неба спустился Крон. Холодное лицо, вся его фигура, как всегда затянутая в черное, казались чем-то чужеродным здесь и контрастировали с мирным пейзажем.

– Принцесса, надеюсь, сегодня я пришел по расписанию? – с ледяным сарказмом спросил он и не ожидая ответа, приказал: – Выпустите крылья! Полетаем.

Резко отвернувшись от меня, как будто ему был противен один мой вид, он сделал несколько шагов и взлетел.

Ага, так я и послушалась. После вечера с подругами настроение у меня было благостное и совсем не хотелось его портить. Наверное, я столько раз мысленно прокручивала нашу встречу с Кроном, что к тому времени, когда он наконец появился, весь мой запал пропал. Совершенно не хотелось спорить, что-то доказывать. Опустившись на траву и обхватив колени руками, я подняла голову к солнцу, довольно жмурясь. Так бы и сидела вечно, но через некоторое время на мое лицо упала тень, лишая тепла солнечных лучей.

Открыв глаза, я увидела Крона. Надо же, какая неожиданность! Пользуясь тем, что он находится рядом, постаралась беспристрастно оценить его. Высокий. Сложение худощавое, но я, как никто, знала силу его рук. Темные волосы забраны в косу. Цвет не такой иссиня-черный, как у Шерридана, а скорее с каштановым отливом. Черты лица резкие, но не отталкивающие. Он совсем не красавец, но притягателен. Именно такое лицо любят художники, его интересно изучать. Сам он ассоциировался у меня с клинком – такой же холодный блеск глаз, смертельно опасен и несгибаем.

– И как это понимать? – голос приятный, но в данный момент в нем слышалась сталь. Это голос человека, привыкшего отдавать приказы и у которого нет и тени сомнения, что его могут ослушаться. В данный момент от меня ожидали ответа.

– Я не хочу сегодня летать, – спокойно ответила я. – Что это за места? Здесь очень красиво.

– Провинция Шартань-Ягат. Я здесь жил одно время, когда еще мой отец был жив, – последнюю фразу он произнес нехотя, как бы сомневаясь, стоит ли это говорить.

– Тогда понятно.

– Что вам понятно? – зло бросил он.

– Почему такие цвета яркие. Я это сразу отметила. Такое только в детстве или юности бывает. Каким вы были в то время, Крон?

– Принцесса, я не пойму вас, – нахмурился он. – Откуда такой интерес к моей персоне? Вы опять пьяны? – впился он напряженным взглядом в мое лицо, ища следы опьянения.

– Не надейтесь. Всего лишь полбокала вина в компании подруг. – Вот так всегда! Стоит один раз предстать в неприглядном виде, как тебя тут же в алкоголики запишут. – О чем вы мечтали в юности?

Крон был в замешательстве и не спешил отвечать. Умею я его шокировать. Зуб даю, что мое поведение ему явно понятно не было. После нашей последней встречи… Хм, он явно бесился в одиночестве. Где ему взять такой антидепрессант и психологическую помощь, какую я получила от подруг.

– Не хотите отвечать? Ладно. Думаю, о чем бы вы ни мечтали, но явно не о такой Кьяри, как я.

– К чему вы ведете? – Крон так и стоял, заслоняя мне солнце, широко расставив ноги и смотря на меня сверху вниз.

Действительно, к чему? Возможно, сегодня я впервые взглянула на него без призмы неприязни и недоверия, попытавшись увидеть человека, каким он был на самом деле.

– Думаю, вы достойны намного большего, чем получить такую Кьяри, как я. Прекрасно понимаю, насколько вас уязвляет тот факт, что вашей Кьяри стала жена и истинная спутница другого. Кьяри, которая постоянно демонстрирует вам свою неприязнь и твердит о том, что вы ей безразличны. Это несправедливо!

Выругавшись, Крон сделал ко мне несколько шагов и резко поднял меня с земли, хорошенько встряхнув за плечи.

– Ты с ума меня сводишь! Я говорил тебе об этом?

– Не помню, но давали понять неоднократно, – с юмором ответила я и несмело ему улыбнулась. Мне кажется, что, попади в него сейчас молния, он и то удивился бы меньше. Крон изумленно смотрел на меня. Его пальцы сжались на моих плечах. Увидев, что я чуть поморщилась, он тут же ослабил хватку, а потом его руки и вовсе соскользнули с моих плеч, и он взял мои ладони в плен.

– Прости… Что с тобой произошло?

– Говорят, чтобы понять другого человека, надо поставить себя на его место. Думаю, настало время поговорить откровенно. – Я мягко освободила свои руки и предложила присесть. Заинтригованный, он подчинился.

Помолчав мгновение и собравшись с духом, призналась:

– Я не Ауэрия. – Должна сказать, что мне не поверили. Взгляд Крона тут же стал подозрительным, и весь вид его говорил: «Что за игры?»

– Вы многое не знаете. По просьбе Хранителей Веста поменяла нас с ней местами. Мое настоящее имя… – я тут же замялась, некстати или, наоборот, кстати вспомнив о том, что у него хранится амулет принуждения, отданный ему Эгнусом. – Рия. И я из другого мира.

– И зачем им это понадобилось? – Крон скептическим взглядом смотрел на меня, пытаясь понять, правду ли я говорю.

– Хотели получить рычаг давления на Шерридана, чтобы он оставил мысли о дальнейших завоеваниях.

– Ничего не понимаю!

– Они обратились к Весте, чтобы та воспользовалась своими способностями и нашла ему истинную пару. Нас поменяли с Ауэрией телами, так как она уже была его женой. Хранители всегда могли добиться его покорности, шантажируя тем, что в любой момент могут вернуть настоящую Ауэрию.

– Ты хоть понимаешь, какой властью обладают Хранители? Зачем такие сложности?

– Они же Хранители. Помимо власти на них налагаются и обязательства. Напрямую вмешиваться они не могут. Теперь вы понимаете, что на самом деле никакой амнезии у меня нет. Это была отговорка, чтобы объяснить, почему я никого не узнаю.

– Зачем ты сейчас призналась?

– Чтобы объяснить дальнейшие события. Цирбис оказался недоволен вмешательством Весты на вашем континенте. Чтобы показать свою власть и щелкнуть ее по носу, он и наградил меня крыльями, да еще с пророчеством подсуетился.

– Что ты знаешь о пророчестве?! – был ошеломлен Крон. Похоже, эта информация была для узкого круга и хранилась в тайне.

– О том, что душа иного мира, расправив крылья, должна подарить вам сильного наследника? – иронично спросила я. – Он это придумал, чтобы Хранители не разорвали навязанные им узы.

Я посмотрела, какое действие произвели на него мои слова, но что-либо прочитать по его лицу было сложно.

– Крон, вы понимаете, что в угоду своему тщеславию, ваш бог Цирбис играет нами, как пешками? – проникновенно спросила я, всеми силами стараясь сыграть на его гордости и самолюбии. – Он сделал меня вашей Кьяри, прекрасно зная о том, что я истинная пара другого и вы никогда не станете для меня тем единственным.

– Откуда у столь юного создания умение в одночасье опустить с небес на землю, – тихо проговорил Крон на своем языке. Я чуть не проговорилась о том, что мне как бы тридцать, но вовремя прикусила язык.

– Не думайте, что я не ценю вашу помощь и отношение, – решила зайти с другой стороны. – Я прекрасно понимаю, что вы могли насильно забрать меня к себе, когда Эгнус подписал тот договор. Формально вы имели на меня все права, но не стали принуждать. Я благодарна вам за это!

– Какой прогресс, – невесело усмехнулся он, бросив на меня непроницаемый взгляд своих темных глаз. – И?

– Предлагаю перестать быть пешками и самим строить свою судьбу.

– Вижу, как построить мою, вы уже решили.

Я выругалась про себя, проклиная его излишнюю проницательность. Надо быть осторожной. У меня было такое чувство, что я иду по тонкому льду.

– Крон, что бы вы делали, не похить меня Эгнус и не будь всей этой войны? – Он смотрел настороженно, ожидая подвоха. – Возможно, посетили бы как-нибудь нас с визитом, – предположила я, развивая мысль, что пришла мне сегодня в голову. Сам ирлинг никак это не подтвердил, лишь чуть сузил глаза, ожидая продолжения.

– Вполне вероятно, что мы бы с вами пообщались в официальной обстановке, вы бы убедились, что у нас с мужем любовь и крепкий брак, и выкинули бы все мысли обо мне из головы после отъезда. Вы бы не беспокоились о моей защите, вплетая свою магию, и у Цирбиса не было бы возможности передать мне крылья. Не так ли?

– Я понял вашу мысль, – опять перешел на вы он. – Только что это меняет? Сейчас вы моя Кьяри. Существует пророчество, и, насколько я понимаю, даже Хранители не в силах теперь разорвать узы между нами.

– Хранители не могут, но есть другой вариант, – быстро произнесла я.

– И какой же? Отойти в сторону и не мешать вашему счастью? – с сарказмом спросил он, но в его голосе заструились еле слышные нотки гнева.

– Вовсе нет. У меня в моем мире осталась сестра. – Крон моргнул, не поняв такого резкого перехода. – Мы обсуждали сложившуюся ситуацию с архимагом. Он сказал, что по обоюдному согласию можно перекинуть связывающие нас узы на девушку, близкую мне по крови.

Глаза Крона потемнели, и, пока он не вспылил, я постаралась закончить свою мысль:

– Хранители согласились перенести ее сюда. Я лишь прошу познакомиться с ней. Она замечательная и в сотню раз лучше меня! Не замужем, и, насколько я помню, ее сердце было свободно. Пообщайтесь с ней! – Крон резко вскочил, и я поднялась вслед за ним, умоляюще глядя на него.

– Благодарю за устройство моей личной жизни! – его слова жалили, а глаза начали стремительно темнеть. Неужели опять я его довела?!

– Крон, я не хотела задеть вас или обидеть, – поспешно произнесла я, дотронувшись до его руки. – Это хоть какой-то выход из той невыносимой ситуации, в которой мы все оказались!

Он посмотрел на мою руку, затем взглянул тяжелым взглядом в мое лицо и неожиданно резко сорвался вверх. Я запрокинула голову, провожая его взглядом и не зная, что теперь делать. Хотелось верить, что он остынет и спокойно обдумает мои слова. Лететь за ним было бессмысленно. Все, что хотела сказать, я сказала. Теперь решение за ним.

Как оказалось, это еще не конец. Так же стремительно, как и удалился, Крон вернулся и навис надо мной. Посмотрев на его лицо, я внутренне содрогнулась. Глаза пылали темным огнем, выдавая его гнев, но заговорил он, не повышая голоса. Уж лучше бы кричал!

– Ты даже представить себе не можешь, как ранят твои слова! Рия, Рия… беспечный ребенок, который по частям режет мне сердце. Видно, я действительно проклят богами. Ты благодарна мне, что я не принудил тебя, заставив с собой уехать? – Его тихий смех при этом звучал криком души. – Да я проклинаю себя за то решение! Это самая главная моя ошибка. Я решил держаться от тебя подальше, но каково же было мое удивление, когда я почувствовал связь между нами и смог войти в твой сон. Решил не давить на тебя и не торопить, став другом. И к чему это привело? Ты пренебрежительно отвергаешь все мои попытки приблизиться к тебе, отвечая неприязнью и недоверием. Иногда ты забываешься и делаешь шаг ко мне, но как только осознаешь это – тут же следуют несколько шагов назад. Ты не оставила мне и тени надежды! Наказываешь меня за мою же мягкость с тобой. Довольно!

Я вздрогнула, как от удара. Он поднял руку и дотронулся до моей щеки, начав кончиками пальцев обводить черты лица. При этом я замерла, даже забыв дышать. Его прикосновение было обжигающим. Я была как зверек, застигнутый ночью светом фар. Понимала, что опасность близка, но была парализована его словами и действиями.

Его рука опустилась на мою шею, и внезапно он крепко сжал пальцы. У меня перехватило дыхание, я чувствовала себя пришпиленной бабочкой, а он приблизил свое лицо к моему:

– Ты встречалась со своим кентавром во сне без меня? – поразил его вопрос. Увидев смятение в моих глазах, он продолжил: – Это способность моего народа делить со своей Кьяри не только жизнь, но и сны. Между нами существуют узы. Ты даже приблизительно представить себе не можешь, как меня уязвило, когда ты притащила своего кентавра в наш сон, используя мои же силы! Наивный ребенок, отрицающий и не понимающий связующих нас уз. Ты моя и иная мне не нужна! Я не буду больше ждать. Пора прийти и взять то, что мое по праву.

Он резко меня отпустил, и я стала оседать. Очнулась на диване, судорожно дыша и держась за шею.

Глава 3

– Рия, ты как? – надо мной склонился обеспокоенный Шерридан. Я смотрела на него затуманенным взглядом, еще не придя в себя. Выругавшись, он подхватил меня на руки и сел на диван, усадив к себе на колени и прижав к груди.

– Что он с тобой сделал?! – зарычал Шер, при этом бережно сжимая меня в объятиях.

– Он отказался, – прохрипела я.

Ася метнулась и протянула мне бокал с вином. Посмотрев на нее с благодарностью, я его приняла. Зубы отбили дробь на хрустале, и только тогда я осознала, что вся дрожу. Я до сих пор чувствовала стальную хватку пальцев ирлинга на своей шее. Выпив до дна, вернула бокал.

Интересно, сколько времени прошло? Шерридан с Дорианом уже вернулись, а за окнами была ночь.

– Я долго спала? – смогла выговорить я, растирая шею.

– Нет. Мы не стали тебя будить, когда вернулись. Веста сказала, что сейчас ты не здесь, и мы решили не тревожить тебя и дождаться окончания вашего разговора, – пояснил Шер. Тогда понятно, почему сейчас все в сборе и с тревогой смотрят на меня.

– Чем он тебя так напугал? – спросила Веста.

– Сказал, что придет за мной, – осознав, что это крах всему, я уткнулась в Шерридана, а при мысли о том, что из-за этого я уже никогда не увижу Ташу, на глазах появились слезы.

– Уже поздно, обсудим все завтра, – поднялся со мной Шер и, попрощавшись со всеми, понес в нашу комнату. Я же зажмурила глаза и вдыхала его запах, стараясь успокоиться.

Почему так безумно страшно? Он же не кричал, не бил меня. Лишь жестко схватил за шею, показывая свою власть. Возможно, это и глупо, но в его обещании чувствовалась какая-то неотвратимость, и пусть я находилась от него безумно далеко, оно заставило меня дрожать и не чувствовать себя в безопасности.

Шерридан опустил меня на кровать, а сам присел, заглядывая мне в глаза.

– Рия, расскажи, как все было. Он тебя… обидел? – с трудом произнес он последнее слово.

Мне стало совестно. Было видно, что он переживает за меня и уже черт-те что подумал. Пришлось быстро брать себя в руки и передать наш разговор с Кроном. Потом убеждать, что я рассказала все и ничего не скрыла.

Пока он сканировал меня обеспокоенным взглядом, я качнулась к нему и положила руки на плечи. Безумно захотелось убедиться в том, что он рядом и нас никто не разлучит.

– Я так тебя люблю! – прошептала я. Взгляд светло-карих глаз потеплел, и в них разгорался огонь. Совсем как недавно Крон со мной, я дотронулась до его лица, изучая скульптурные черты.

– Извини, что не уберег тебя от этой встречи, – хрипло произнес он, поймав губами мою ладонь. От его поцелуя мое сердце забилось пойманной птицей, быстрее разгоняя кровь.

– Я сама на этом настаивала. Мы должны были попытаться. – Сейчас говорить об этом не хотелось, и я приложила пальчик к его губам, пресекая возражения.

Он его тут же поцеловал, а потом взял в плен своих губ и коснулся языком. Увлажнив и прикусив напоследок, отчего по мне как будто ток пропустили, он все же отстранился и произнес:

– Самое ужасное, что я его даже не могу ненавидеть. Будь на его месте, я бы тоже от тебя не отказался. – Я удивленно распахнула глаза от такого признания. – Но это не помешает мне его убить, как только он приблизится к тебе! – рыкнул он и тут же мягко произнес, поднимаясь сам и ставя меня на ноги: – Давай я помогу тебе с платьем.

Он развернул меня к себе спиной и расстегнул первую пуговицу. Провел пальцем по коже, отчего побежали мурашки и внутри все сжалось в предвкушении, и медленно приступил к другой. Каждый раз, касаясь в нежной ласке спины и заставляя меня прикусить губу, чтобы не стонать, он спускался все ниже и ниже. К тому моменту, как он с ними покончил, мои колени дрожали.

Шерридан потянул платье вниз, и оно упало к моим ногам. Рубашке повезло меньше – ее он просто порвал. Я стояла, затаив дыхание, ожидая его следующего хода. Оттого, что я его не видела, но чувствовала взгляд на своем теле, желание расплавленной лавой струилось по моим венам.

– Ты прекрасна. – Спиной я чувствовала тепло его тела, настолько близко он стоял ко мне.

«Почему тогда не прикасается?» – не могла понять я.

Напряженная тишина после его слов достигла предела. Мне хотелось повернуть голову и посмотреть на него, но что-то внутри не давало это сделать.

– Шерридан… – попросила я, умоляя к себе прикоснуться.

Первый поцелуй в шею заставил меня вздрогнуть, настолько неожиданным он был. Он до сих пор так и не прикасался ко мне, лишь его губы прокладывали дорожку поцелуев к плечам и обратно. Что за игру он затеял? От ожидания его дальнейших действий, все мое тело было натянуто как струна.

– Ты моя! – Его дыхание защекотало мне кожу.

Да кто же спорит? Я согласна! Но демон внутри заставил меня произнести:

– Так докажи это.

Его хриплый вздох был мне ответом. Что я творю?! От желания грудь потяжелела и просто молила о прикосновении. Еще немного, и я его умолять начну!

– Моя малышка хочет доказательств? – просто промурлыкал мой кентавр, принимая вызов, и его руки легли мне на талию. Он чуть повернул меня и приказал: – Упрись руками в столбик.

Заинтригованная, я подчинилась, и мои руки сжали столбик кровати. Прижавшись ко мне грудью, он дотянулся и передвинул их чуть выше.

– Держись, – шепнул он на ушко и… опять отстранился. Я чуть не выругалась от разочарования, потеряв тепло его тела. Он дразнил меня своей близостью и недоступностью, еще больше распаляя. Да он с ума меня сводил!

Я ощутила прикосновение к своему бедру, а потом он приподнял одну мою ногу, поставив ее на кровать. Сердце замерло, а потом понеслось вскачь. Пусть на мне еще оставались трусики, но я почувствовала себя абсолютно голой и невероятно бесстыдной.

– Неужели моя малышка сомневается? – Я глухо застонала, так как в этот момент его пальцы коснулись внутренней стороны бедра. Раньше Шерридан сводил меня с ума своими ласками, теперь же доводил до безумия ожиданием их.

Послышался шорох. Он опустился на колени, и уже его губы коснулись меня. Если бы я не держалась, то упала бы, так как ноги у меня враз ослабли.

– Видимо, ей надо напомнить, чья она. – В этот момент его пальцы дотронулись до средоточия моего жара, и я опять застонала. Все мои ощущения сконцентрировались на его прикосновениях. Закрыв глаза и запрокинув голову, я впитывала его ласку, отрешившись от всего.

Шерридан покрывал поцелуями мои ноги, а его пальцы скользили взад и вперед по промежности. Белье давно промокло, а мои бедра двигались в такт его движениям. Я вцепилась руками в столбик кровати и только благодаря ему еще держалась на ногах.

– Шер! – умоляюще выдохнула я, так как хотела большего. Желание пружиной закручивалось в моем теле.

– Чего ты хочешь?

– Тебя!

– Чья ты?

– Твоя! – Никогда еще так не радовалась звуку рвущейся ткани. Вместо пальцев – губы, и я закричала от удовольствия, что захлестнуло меня.

– Моя сладкая женушка… – От движений его языка я потеряла связь с реальностью. Он чуть прикусил внутреннюю сторону бедра, и я почувствовала, что сейчас взорвусь. Мое желание граничило с болью. Я находилась на грани и в то же время хотела большего.

– Шерридан! – воскликнула я, и было непонятно, требую или умоляю. Прогнувшись в спине, еще больше открылась для жадных ласк его горячего рта. Он ласкал меня лишь ниже талии, и от этого все ощущения сконцентрировались там, делая удовольствие более острым. – Пожалуйста…

Он оставил меня, и лишь благодаря тому, что услышала шелест снимаемой одежды, я замерла на месте в ожидании, а не набросилась на него. Вскоре его руки крепко обхватили мои бедра, и он вошел в меня до конца, заставив выгнуться ему навстречу.

Шер прижался ко мне так тесно, что я уже ничего не ощущала, кроме него. Повернув к нему лицо, устремилась к его губам, и наш поцелуй совпал с первым его толчком в глубине меня. Я отдала себя движениям его тела, языка. Чувствовала на его губах свой вкус, и это еще сильнее заводило меня. Наши тела ритмично качались, встречаясь с влажным звуком, и я тонула в приливе жгучего желания.

Крон может считать что угодно, но я душой и телом принадлежу своему мужу. Лишь в его сильных руках я забываю обо всем на свете, и весь мой мир концентрируется в нем.

Доведенной до исступления его руками и ртом, мне многого было не надо. Несколько глубоких и сильных толчков, и для меня это стало последней каплей. Я разбилась на тысячи осколков, содрогаясь в руках мужа. Шерридан ускорился и с гортанным криком присоединился ко мне, изливаясь.

Мое тело стало невесомым, а ноги ватными. Лишь его руки не дали мне упасть.

– Я люблю тебя! – шепнул он, сжимая в объятиях, и для меня это были самые дорогие слова на свете.

Мы все же добрались до постели. После пережитого, я расслабилась, и мне даже пальцем пошевелить было лень. Я уютно устроила голову на его могучей груди и слушала равномерное биение сердца, лениво размышляя о том, что надо бы и мне придумать для него в ответ что-нибудь эдакое.

Все тревожащие ранее мысли просто вышибло из моей головы. Единственное, на что я была способна в данный момент, так это наслаждаться близостью этого роскошного мужчины. Осознание того, что он весь мой, наполняло меня гордостью.

Внезапно мой покой был нарушен. Неожиданно Шерридан встал, осторожно переложив мою голову. В недоумении я посмотрела на него. И куда он так стремительно направился? Лишь когда он подошел к туалетному столику и, порывшись в шкатулке, достал амулет, до меня дошло. Когда он возвращался обратно, я не отказала себе в удовольствии полюбоваться им. Уверена, мне никогда не надоест смотреть на него обнаженного. Меня завораживало его сильное тренированное тело, зрелище того, как перекатываются мускулы под золотистой кожей.

Шерридан вернулся на кровать и надел мне на шею амулет, а потом, захватив мои волосы, неожиданно оттянул голову назад и подарил умопомрачительный поцелуй: требовательный, жадный.

– Если будешь на меня так смотреть, то мы повторим, – от его слов тело предательски заныло, наливаясь теплом. Сегодня он был непривычно властным. Я догадывалась, что явилось причиной, но мне это нравилось.

Увидев, что меня это не испугало, а наоборот, он рассмеялся и поцеловал в нос:

– Не нарывайся. Тебе надо отдохнуть. – Он притянул меня к себе, уложив мою голову снова себе на грудь.

Умом я понимала, что он прав, но ничего не могла поделать с разочарованием. Чисто по-женски мучило любопытство, а каким будет второй раунд? Я дотронулась до его груди и провела линию до живота, чувствуя, как напрягаются мышцы под моими пальцами. Не успела я коснуться шелковистой дорожки, что начиналась от пупка, как он накрыл мою ладонь своей, останавливая. Можно было бы обидеться, но я слышала, как забилось его сердце в ответ на мои прикосновения, и это доставило мне удовлетворение.

– Кажется, у меня непослушная жена.

– Желаешь наказать? – с надеждой спросила я.

– Желаю любить тебя, заставляя кричать мое имя.

– Знаешь, такие слова способны вскружить девушке голову, – рассмеялась я.

– Я потерял свою, как только увидел твой взгляд, когда ты открыла глаза. – Он отпустил мою руку и запрокинул мое лицо, держа за подбородок. Его язык уверенно раздвинул мои губы, а мой тут же поспешил навстречу, чтобы сплестись в жарком танце. Огонь возбуждения снова заструился в моей крови, прогоняя усталость. У меня кружилась голова от его вкуса, дыхания, а от слов «Ты моя!» сладко сжималось все внутри. Мой муж, мой любимый, мой страстный любовник. Ключевое слово – «мой». Не только он потерял голову, но и я каждое мгновение, что мы вместе, наслаждаюсь тем, что этот мужчина принадлежит мне. Он связал наши души, он, как наркотик в моей крови, и я не могу без него!

Моя рука продолжила свое движение, спускаясь к паху, и я обхватила свидетельство его желания, вырвав у него глухой стон:

– Рия, что ты делаешь со мной…

– Ничего из того, чего не делал бы ты. – Я почувствовала себя расшалившейся девчонкой. Меня завела его реакция на мои действия.

Моя рука скользила вверх-вниз, и я услышала, как он резко втянул воздух в себя, оторвавшись от моих губ и запрокинув голову. Пользуясь моментом, я прикусила ему шею, вырывая стон, а потом языком зализала место укуса.

Я была наказана. Шерридан опрокинул меня на спину и завел мои руки за голову.

– Дерзкая девчонка! – Его глаза были полны сдерживаемого огня, но я хотела, чтобы он сошел с ума, поэтому приподняла бедра и вжалась в него. Его стон прозвучал музыкой для меня. В отместку он опустил голову и прикусил мой сосок, потянув за него. Острое удовольствие пронзило меня, и теперь уже была моя очередь стонать.

Опять он сводил меня с ума, покрывая поцелуями грудь, шею. Скользил губами по щеке и целовал за ушком, шепча нежности.

– Ты… моя… – его жаркий шепот заставил меня дрожать от нетерпения. Я не могла оторвать глаз от скульптурных черт его лица, губ. Наши тела были тесно прижаты, и я ощущала его твердую, горячую эрекцию, что в данный момент прижималась к моей ноге.

Движение его бедер, и вся эта мощь устремляется в мою глубину. Я вскрикнула, когда он резко вошел в меня. В этот раз он не нежный. Его движения сильные, жесткие, но именно это заставляло меня плавиться. После недавнего раза я была влажная, и он легко двигался во мне внутрь и наружу, внутрь и наружу… И после каждого раза у меня перехватывало дыхание от его глубоких толчков. Я подчинилась ритму его тела, желая принадлежать ему без остатка, и мы танцевали самый древний танец мужчины и женщины.

Я тонула в ощущениях и наслаждении. Оно захлестывало меня, и, сжимаясь вокруг него, я взорвалась в неожиданно быстрой разрядке. Он врывался в меня снова и снова, так глубоко… так сладко, и замер на пике, изливаясь в меня.

– Рия…

У меня не было сил даже открыть глаза. Я почувствовала, как он целует меня в висок, и провалилась в сон без сновидений.

* * *

Шерридан не мог уснуть, бережно обнимая жену. Кто бы знал, что одна ее улыбка способна поставить его на колени. Для него она самое большое сокровище, и он, как дракон, готов ревностно оберегать ее от чужих глаз.

Отказ ирлинга не был для него неожиданным. Пусть он и не высказывал своих сомнений вслух, но в душе подозревал, что этим все и закончится. Никто в здравом уме добровольно не откажется от любимой женщины, а ирлинг ее любит. Пусть Рия этого не видит, но Шерридан заметил, какими глазами смотрел тот на его жену. Вот только она его, и делиться он не намерен! Ему стоило огромного труда не показывать свою ревность, когда она с ирлингом летала во сне. Единственное, почему он мирился с этим, – это то, что от этого зависела безопасность Рии. При мысли, что она могла разбиться, когда прыгнула со стены на его защиту, кровь леденела. Так что, скрипя зубами, он терпел и давал ей возможность овладеть навыками полета.

Нежно погладив жену по щеке, в который раз поблагодарил провидение, что подарило ее ему. По-хорошему, стоило благодарить Весту, ведь именно она перенесла ее из другого мира, но у него до сих пор не укладывалось в голове, что они так запросто общаются с богиней. Обычно боги лишь снисходят до людей. Эта неожиданная дружба нарушала привычные устои мира. Богов надо почитать, бояться, подчиняться… но дружить?! Что ж, Рия с Асей похожи тем, что идут своим путем, не оглядываясь на общественное мнение и общепринятые нормы.

Он поддержал идею посетить оракула. Может, тот даст ему ответ на сокровенный вопрос. Внутренние страхи не давали Шерридану покоя и сводили с ума. Больше всего на свете он боялся потерять любимую. Один раз ее похитили прямо из дворца. Его дворца! Единственное, что не дало ему тогда сойти с ума, – это слова Сэмюэльсона. Тот убедил его, что Эгнус – ее отец и ничего плохого ей не сделает. Лишь это смогло его удержать на месте и не ринуться очертя голову в расставленную ловушку.

Как хорошо, что тогда он еще не знал про то, как этот так называемый отец не побрезговал положить дочь на алтарь для проведения ритуала подчинения. Он бы его не пощадил, Эгнус молил бы у него о смерти. Пусть радуется, что легко отделался заточением в крепость.

Шерридан порадовался, что сейчас они в отъезде. В данный момент безопасности его жены ничего не угрожает. Мысленно он набрасывал приказы по усилению защиты дворца. Не стоило недооценивать ирлинга. Вряд ли тот пойдет на открытое противостояние, объявляя войну. Недавно они подписали очень выгодные договоры о сотрудничестве для их народов. Здесь стоило ожидать хитростей и интриг. Вероятнее всего, тот попытается забрать Рию так, чтобы и тени подозрений не упало на ирлингов.

«Ничего, я буду готов!» – сжал зубы Шерридан, посылая хищный взгляд в темноту. Он готов на все, чтобы защитить жену! Ее любовь делает его самым счастливым человеком на свете. С нежностью он погладил руку Рии, что покоилась на его груди. В этих хрупких пальчиках его сердце, и без нее ему не жить.

* * *

– Просыпайся, соня! – мне легонько подули в лицо, заставив состроить недовольную гримасу. Вот как раз просыпаться совсем не хотелось.

– Ммм… – издала неопределенный звук, стараясь дать понять, что меня лучше не будить.

– Рия, мы завтрак уже проспали.

– Угу… – Даже не открывая глаз, я почувствовала, как на губах Шерридана появляется улыбка.

– Малышка, просыпайся! – голос звучал настойчиво, давая понять, что не отступится. – Нам с Дорианом надо во дворец, обсудить некоторые вопросы. Я бы тебя не будил, но до отъезда необходимо решить с поездкой к оракулу.

Я потянулась и моя рука случайно легла на… в общем, на… Чтобы убедиться, я даже пальцы чуть сжала, заставив Шерридана шумно вдохнуть.

– Неужели ты думаешь, что я дам тебе поспать, если ты продолжишь в том же духе? – многообещающе произнес он.

Так, что это я? Пришлось распрощаться с ленивым полусонным состоянием и открыть глаза.

– Любимая, это считать приглашением? – продолжил дразнить меня Шер, и я убрала руку с самого сокровенного.

– А ты нуждаешься в приглашении? – в тон ему ответила я, приподнимая голову и встречая ласковый взгляд.

– Когда ты говоришь таким хриплым голосом… – Обещание повисло в воздухе, заряжая его между нами и прогоняя остатки сна.

– Не дразни! – пригрозил он, даря быстрый поцелуй. – У нас действительно мало времени.

Что ж, надо так надо. Я села, отбрасывая спутанные со сна волосы за спину и отчаянно зевая. Натолкнувшись на горящий взгляд мужа, возмущенно произнесла:

– Нет, ну так нечестно! Меня разбудил, а сам лежишь. – Шерридан стремительно обнял меня, и не успела я даже ахнуть, как оказалась лежащей под ним. Вот как он так умеет?! Ведь еще мгновение назад с ленивым видом смотрел на меня.

– Это все ты виновата. Нельзя утром выглядеть настолько соблазнительной, заставляя меня забывать о делах.

– И почему всегда женщина винова… – договорить я не успела, так как рот мне закрыли поцелуем. Властным, обжигающим, затягивающим, как омут. Я не то что связно мыслить, дышать забыла.

Так же стремительно, как и схватил, он выпустил меня из объятий и с довольным видом наблюдал, как я стараюсь восстановить сбившееся дыхание.

– Я понял, как тебя надо будить, – заявил этот наглец и встал с постели.

И где его совесть, спрашивается?! Мне, например, после такого поцелуя резко захотелось в ней остаться. И отнюдь не в одиночестве. Заметив мое разочарование, он рассмеялся довольным, чисто мужским смехом. У-у-у! Я запустила в него подушкой, от которой он с легкостью увернулся.

У дверей в ванную он приостановился и, обернувшись, проказливо улыбнулся, выглядя при этом настолько сексуально, что у меня дух захватило:

– Если присоединишься ко мне в душе, то я потру тебе спинку.

Никогда еще я не бежала в ванную комнату так быстро.

* * *

– Ася, а это точно удобно, если мы к нему без приглашения заявимся? – с сомнением спросила я.

– Рия, не забывай, что он оракул и наше появление для него неожиданным не станет.

– Тогда хорошо.

Было решено отправиться к нему сегодня во второй половине дня порталом. После того как мы позавтракали и согласовали насчет поездки, мужчины засобирались во дворец. На наше опоздание все тактично не обратили внимания, но им действительно надо было поспешить.

Дориан предложил совершить путешествие инкогнито, и мы его идею поддержали. Не хотелось путешествовать со свитой, привлекая к поездке лишнее внимание. Нас и так по возвращении ждало несколько официальных мероприятий. Наши каникулы заканчивались. Как бы ни было хорошо вдали от двора и всех церемоний, но положение обязывало. Эти дни я отсутствовала под предлогом плохого самочувствия, но затягивать дальше не стоило. Да и Асе надо было возвращаться к делам. Я, между прочим, пообещала ей посетить Дома помощи детям с официальным визитом и поприсутствовать на благотворительном приеме.

Как только мужчины удалились, по блеску глаз Аси я догадалась, что сейчас меня будут пытать насчет вчерашнего.

– Рассказывай! – не заставила она долго ждать.

– Да нечего рассказывать… он отказался.

– Ты хоть представляешь, как мы волновались за тебя?! – воскликнула она. – Мы с Вестой тихонько болтали, когда вернулись наши. Шерридан, увидев, что ты спишь, хотел тебя перенести, но Веста сказала, что лучше не трогать. Он сразу обо всем догадался и побледнел. Все время, что ты спала, он места себе не находил от беспокойства, а когда ты, задыхаясь, вскочила, то у меня чуть разрыв сердца не случился. Так что рассказывай, как дело было!

– Знаешь, я была уверена, что он хоть согласится попробовать. Мы не ссорились, а нормально разговаривали. Я рассказала ему о том, что меня вселили в тело Ауэрии, про Хранителей и Цирбиса. В который раз объяснила, что являюсь истинной парой другого и то, что я его Кьяри лишь из-за вмешательства Цирбиса. Когда же он узнал, что можно перебросить наши узы на мою сестру, – рассвирепел. Он даже познакомиться с ней отказался! – возмутилась я. При мыслях о сестре, сердце сжалось. – Ася, значит, я ее больше не увижу?

– Не знаю, – нахмурилась она. – Надо рассказать все Коулу. Может, он что посоветует или сможет Хранителей уболтать так ее перенести.

– Думаешь, получится? – задала я вопрос, со вспыхнувшей надеждой.

– Не знаю… Тут уж что они решат… Ты скажи, почему за горло держалась? Он тебя решил, как Дездемону, задушить? Что-то вроде «так не доставайся ты никому»?

– Хуже, Ася, хуже, – вздохнула я, с неохотой вспоминая тот момент. – Просто сжал пальцы на горле, давая понять, что не отступится, и пообещал прийти за мной.

– Теперь понятно, почему твой муж не выпускал тебя из постели, – пошутила она, но в глазах я уловила тревогу. – Ты больше не будешь с ним встречаться?

– Нет. Как видишь, он теперь всегда со мной, – я приподняла цепочку амулета, который покоился за корсажем платья. Пусть это и не очень удобно, но гораздо проще всегда его носить, чем беспокоиться о том, чтобы случайно не заснуть. – Мне кажется, Крон не передумает. Вчера его терпение лопнуло. Он перестал миндальничать со мной, решив действовать жестко.

Мы немного помолчали, а потом я не выдержала:

– Ася, не понимаю, на что он надеется?! Ну, похитит он меня. Зачем ему женщина, которая будет его ненавидеть? – Меня удивило, что она отвела глаза, а потом порозовела.

– Возможно, он полагается на связующие вас узы.

– И что с ними? Я же не люблю его, несмотря на то, что у меня появились крылья.

– Ты его вообще никак не чувствуешь?

– Нет, – покачала я головой и тут вспомнила одну деталь: – Крон упоминал, что способность входить в сны своей пары присуща их народу. Его еще очень задело, что я умудрилась перенести в сон Шерридана, воспользовавшись его же способностями.

– Как видишь, узы между вами есть. Из-за того, что ты связана с двумя, узы частично блокируются. Но ведь с течением времени они лишь крепнут и как это проявится в вашей ситуации, неизвестно. Могу лишь предполагать. Помнишь, я говорила, что когда между двумя образовывается связь, то они начинают чувствовать эмоции друг друга. Риан, например, делился со мной своим спокойствием, не давая мне волноваться по этому поводу. Теперь представь, что ирлинг начнет проецировать на тебя свои чувства.

– О таком даже думать не хочется. Ясно, что в его руки мне лучше не попадаться, – невесело усмехнулась я. Зябко передернув плечами, постаралась отогнать неприятные мысли.

* * *

Мы с интересом рассматривали толпу людей перед высокими воротами дома. Люди разных возрастов и сословий осаждали все подступы к нему.

– А мы точно туда попали? – с сомнением спросила я.

– Надеюсь, – отозвался Дориан, с недоумением оглядывая собравшихся.

Наше появление незаметным не осталось, и многие сверлили нас взглядами. Группа мужчин, внешним видом смахивающих на купцов, посовещавшись, отправила к нам одного из своих.

– День добрый, – поздоровался подошедший. – Вы к оракулу?

– Да, но у нас личный визит, – отозвался Дориан.

Мужчина на это усмехнулся в усы:

– У всех у нас личные причины. Вы в очередь запишитесь. Нечего здесь вперед всех переть.

Глаза Дориана похолодели. А что он хотел? С нашей маскировкой мы ничем не напоминали особ королевских кровей.

– Простите, уважаемый, – вмешалась в разговор Ася, – а почему все ожидают оракула здесь, а не у храма?

– Так там он предсказания дает, а здесь мы совсем другие вопросы решаем.

– Если не секрет, какие? – улыбнулась она ему. Видно было, что отвечать тому не хотелось, но искренняя улыбка Аси его подкупила и смягчила.

– Как оказалось, наш оракул даже королям да драконам в финансовых делах помогает. А мы чем хуже? Должны же мы знать, в какое дело деньги вкладывать да в какой день удачно будет груз с караваном отправить.

– А почему все тут дожидаются? Ведь под храмом никто не ночует и все строго по записи. Тяжело же вам здесь всем под открытым небом толпиться, – посочувствовала Ася. – В таверне намного удобнее очереди своей дожидаться.

– Права ты, дочка, – вздохнул мужчина. – Но оракул принимает в свободное время и когда у него настроение есть. Вот и ждем, чтобы не пропустить этот момент.

Мы переглянулись между собой, переваривая новости. Свободно нам пройти не дадут, это как пить дать.

– Вы записываться будете? – переспросил он и, неправильно оценив наши колебания, добродушно добавил: – Да не бойтесь. Из близлежащей таверны сюда поесть приносят. Там дальше и шатры есть, где отдохнуть можно. Если оплатите, вам и ужин туда принесут.

«Да, обложили оракула со всех сторон, – рассмеялась про себя я. – И даже со всеми удобствами».

– Спасибо за информацию, уважаемый, – кивнул Дориан, а потом открыл портал.

У мужчины отвисла челюсть, и он шокированно наблюдал, как мы направили коней туда.

– Но как же так?! А очередь? – вырвалось у него.

– У нас абонемент, – улыбнулась Ася, и портал с легким хлопком закрылся за ней.

Глава 4

Мы оказались по другую сторону высоких ворот, во внутреннем дворе. С улицы слышался гул голосов, обсуждающих наше исчезновение. К нам поспешили слуги, которых наше появление совсем не удивило.

– Валериан дома? – спросил Дориан, отдавая поводья.

– Господин ожидает вас. Он скоро освободится. Просил извиниться и предложить вам напитки.

Не удержавшись от улыбки, Ася мне подмигнула. Слова о том, что оракул будет осведомлен о нашем визите, подтвердились. Интересно, чем он таким занят? Я с любопытством осматривала нехилый домик оракула. Сразу видно, что не бедствует человек. С другой стороны, чему удивляться, стоит лишь посмотреть, как народ его дом штурмует.

Не успели мы разместиться в просторной гостиной, как появился хозяин дома. Я в первый момент его за секретаря приняла, но с радостным возгласом: «Вал!» – Ася вскочила с места и кинулась в объятия парня. Пользуясь моментом, я с удивлением рассматривала молодого человека. Никогда бы не подумала, что это оракул. Скорее смахивает на студента во время сессии. Худощавый парень с простым, ничем не примечательным лицом, чуть курносый нос, небольшая, аккуратно подстриженная бородка. Глаза усталые, с темными кругами под глазами, как будто он не высыпается.

– Вал, ты опять бороду отпускаешь? – шутливо нахмурилась Ася.

– Привычка, – тепло улыбнулся он ей. – Представь меня своим спутникам.

Спохватившись, Ася нас познакомила. С Шерриданом они пожали руки, оценивая друг друга, мне же Валериан поцеловал руку, подарив задумчивый взгляд.

– Вал, у тебя все в порядке? – с беспокойством спросила Ася, когда мы расселись и слуги принесли напитки. – Выглядишь ты, если честно, не очень.

– Работы много, – немного смутился он. – Ты же видела, что у дома творится.

– Видела. Даже рада, что попросила открыть портал близ городских ворот, чтобы прогуляться по городу. Появись мы сразу у тебя во дворе, то впечатление было бы уже не то, – усмехнулась она, а потом воскликнула: – Вал, вот тебя даже ненадолго одного оставить нельзя, тут же позволишь сесть себе на шею!

Оракул бросил на нее растерянный взгляд, но Асю понесло:

– Ты когда последний раз отдыхал?

– Сама же понимаешь, что мне надо работать.

– Работать, а не пахать! Это что за столпотворение у ворот? Да им только волю дай, они тебя заставят и днем и ночью на свои вопросы отвечать! Ты когда последний раз на воздухе был и просто гулял? – Судя по выражению лица Валериана, он уже и не помнил.

– Ася, но там столько людей ждут, я не привык оставлять просьбы без внимания.

– И не надо! Только делай это в определенное время, не в ущерб себе. Дай-ка мне лист бумаги. – Заинтригованный парень отдал приказ, и через минуту доставили требуемое. Ася села за стол и размашисто что-то написала. Отдала бумагу ожидающему слуге и приказала повесить на ворота. Валериан смотрел на нее непередаваемым взглядом, в котором сквозила нежность.

– Три дня?!

– Ага, – кивнула она. – Оракулу необходимо помедитировать и очистить сознание, чтобы ничто не затуманивало его ясный взгляд, – высокопарно произнесла Ася, заставив нас улыбнуться.

– Господин, все почему-то бегут от ворот! – ворвался в гостиную слуга.

– А это я написала, что всех тех, кто там продолжит стоять, гарантированно не примут, – отмахнулась Ася. – Условия дальнейшего приема посетителей будут объявлены позднее.

– Они же через три дня опять придут, – вздохнул оракул.

– Советую тебе за это время найти хорошую контору, которая бы взялась вести твои дела. Можно гномов нанять. Пусть принимают посетителей, узнают цель визита, а в зависимости от этого определяют стоимость услуги и время приема. Мой тебе совет, с учетом того, что ты еще и в храме работаешь, и наши дела с драконами ведешь, не больше часа в день. – Ася на мгновение задумалась, а потом добавила: – Лучше всего, чтобы твои услуги стоили о-о-очень дорого и к тебе было тяжело попасть. Это отсеет всех с вопросами по мелочам, которые лишь отнимают время.

– Ты права, уже было несколько посетителей, которые интересовались, стоит ли случать лошадь да когда лучше перегонять стадо, – горько улыбнулся он.

– Вот видишь! – кивнула она. – Если заломишь цену и сделаешь запись на месяц вперед, то человек подумает еще, идти или нет, а может, вопрос и сам отпадет. Принимали же они раньше сами решения, так что нечего с разной ерундой к оракулу бежать. А если тебе нужен серьезный клиент, то лучше возьмись еще за дела кентавров, – кивнула она в нашу сторону.

До этого мы тихо сидели, под впечатлением от их общения и кипучей деятельности, что развернула Ася, но стоило упомянуть о нас, как мы тут же встрепенулись. О том, чтобы оракул стал нашим финансовым консультантом, мы и мечтать не смели.

– Мы были бы счастливы! – выпалила я и лишь потом взглянула на Шерридана. Тот не обиделся, что я вылезла вперед, и послал мне улыбку.

– Поддерживаю свою супругу, – произнес он, и мы с ожиданием посмотрели на Валериана.

– Вал, клиент солидный, надо брать! – авторитетно заявила Ася. Это прозвучало настолько смешно, что все не удержались от улыбок, и это разрядило обстановку.

– Беру, – серьезно кивнул Вал, а потом расплылся в улыбке, и глаза его задорно блеснули: – Скажи, вот почему в каждый свой приезд ты переворачиваешь мою жизнь?

– Карма, – туманно ответила она, ничуть не смутившись. – Лучше ты мне объясни, как можно обладать такими способностями и начисто не иметь предпринимательской жилки? Радуйся, что у тебя есть такие друзья, которые способны позаботиться о твоих интересах!

– Я действительно рад. – Он послал ей такой теплый взгляд, что мы почувствовали себя лишними, а Дориан напрягся. Было видно, что к ней оракул относится по-особенному.

– Ася, почему у меня огромное желание дать в глаз хозяину дома? – лениво поинтересовался Дориан.

– Потому что ты ревнивый идиот, – фыркнула она, – и нечего перенимать у жены ее дурные привычки!

– Вы уже в курсе, что при нашем первом знакомстве она заехала мне в глаз? – спросил нас Валериан.

Я об этом знала, а вот Шерридан бросил удивленный взгляд на Асю.

– Никогда не думала, что работа оракула настолько травмоопасна, – пошутила я.

– И не говорите, – рассмеялся он. – Клиент такой нервный пошел, что хоть защитными заклинаниями обвешивайся.

– Я тебе каску подарю! – пообещала Ася.

Мы с ней рассмеялись, мужчинам же пришлось объяснять, что это типа защитного шлема. Затем она махнула рукой и пообещала привезти с Земли.

– Тебе тоже захвачу, – многообещающе посмотрела она на Дориана, всем своим видом показывая, что тому прилетит за его поведение.

– И мне захватите! – попросил Шерридан. На мой удивленный взгляд он с невинным видом пояснил: – У нас вазы часто летают.

Под откровенный мужской ржач я пыталась справиться с румянцем.

– Вал, а поехали к нам, – неожиданно предложила Ася. – У нас так здорово! Природа, тишина. Сменишь обстановку, отдохнешь, воздухом свежим подышишь. Порыбачим с тобой. Риана брать не будем, он рыбу ловить не умеет, – поддразнила она мужа.

– Это я-то не умею?! – тут же повелся он.

– Насколько я помню, в прошлый раз рыба от нас благополучно уплыла вместе с удочкой.

– Я же тебе наловил!

– Так не удочкой же, – отмахнулась она. Лицо ее стало мечтательным. – Ничего ты не понимаешь в рыбалке. Вся соль, что ты на природе, вокруг тишина, лишь шелест листвы. Забываешь о делах и заботах. Ты забрасываешь удочку и ждешь… Чувство азарта, когда клюет. Подсекаешь… сорвется или нет? И ни с чем не сравнимый триумф, когда достаешь свой улов.

– Ася, не знаю, как Валериан, но я уже готов отправиться с вами на рыбалку! – произнес с улыбкой Шерридан.

– У меня столько дел, – с сомнением вздохнул парень, но было видно, что идея посидеть в тишине с удочкой для него соблазнительна. Еще бы, после того столпотворения, что мы видели.

– У тебя три дня выходных! – напомнила Ася.

– В течение которых мне надо найти контору, которая бы взялась вести мои дела.

– Только не говори мне, что у тебя будут трудности с выбором, – фыркнула она. – У меня тоже дела, но они подождут. Давай хотя бы завтра у нас расслабишься? Отказ не принимаю!

– Вы не были еще у нас в гостях. Будем рады вас видеть, – внес свою лепту Дориан, после взгляда Аси, брошенного на него.

– Хорошо, – сдался Валериан. – Только извещу о своем отсутствии храм.

– Вот и молодец, а то я уже планировала похищение оракула, – призналась Ася, и мы не сдержали улыбок.

После Валериан пригласил нас на ужин. Сначала мы хотели сразу отправиться в обратный путь, но он убедил нас задержаться, так как к нашему приезду повар колдовал полдня над ужином и стол уже накрыли. Его сильно обидит, если мы ничего не попробуем. Не каждый день здесь собираются королевские особы, и он очень старался.

– Не буду говорить, у кого я его переманил и за какие деньги, – по секрету сообщил Валериан, – но для него станет ударом, если вы не оцените его труды.

– Вал, а разве ты не видел, что поедешь с нами? – удивилась Ася.

– Нет. Насчет себя я ничего не вижу, – признался он и тут же весело добавил: – Поэтому каждый твой приезд приносит массу неожиданностей.

Ужин прошел в непринужденной обстановке. Ни о чем серьезном мы не говорили. Повар действительно оказался на высоте, и мы выразили свое восхищение. Дориан пригрозил, что переманит его к себе, а Валериан сообщил, что ничего у него не выйдет, уж он-то знает. С оракулом не поспоришь. После ужина задерживаться мы не стали и все вместе отбыли обратно.

Был приятный теплый вечер, и Ася предложила прогуляться. Нехитрыми маневрами она вовлекла в разговор Шерридана, и как-то само собой получилось, что мы с Валерианом немного оказались впереди. Я поняла, что она предоставила мне возможность поговорить с ним наедине, и была очень благодарна за это. Понял это и он, так как после общих фраз о погоде сказал:

– Я в курсе вашей ситуации.

– И что вы можете сказать? – осторожно спросила я.

– Иногда стараясь избежать своей судьбы, мы лишь ее приближаем, – загадочно ответил он.

– Намекаете на то, что моя судьба связана с Кроном?!

– Он вам настолько неприятен?

– Да я лучше умру, чем буду с ним!

– Возможно, именно это и придется сделать. – Я встретилась с ним взглядом и чуть не споткнулась. В нем были знание и мудрость, которые скорее соответствовали бы старцу, а уж никак не молодому парню, а еще печаль.

– Наверное, тяжело быть оракулом, – с сочувствием вырвалось у меня. – Знать судьбы других и не иметь возможности сказать.

На мгновение тень поселилась в его глазах, но он быстро взял себя в руки.

– Ну то, что в вашей жизни будет много счастливых моментов, сказать я могу. И не переживайте насчет сестры, – подмигнул он.

Валериан больше ничего не сказал, давая мне возможность спокойно обдумать его слова. Наверное, хорошо, что я раньше не пыталась узнать свою судьбу и никогда не обращалась к гадалкам. Я пыталась осмыслить информацию, но мысли разбегались. Его ответ породил еще больше вопросов. Последние слова вселяли надежду, что все у меня будет хорошо. Вон даже про сестру упомянул.

«Неужели Хранители дадут добро на ее перенос?» – с затаенной надеждой подумала я.

Вот только первая часть предсказания вызывала беспокойство. Что он хотел этим сказать? Единственное, что приходило в голову, – это то, что, стараясь избежать участи стать Кьяри Крона, я лишь ее приближаю. Наверное, это так. Ведь не начни я с ним откровенный разговор, желая поставить все точки над «i», мы бы еще неизвестно сколько ходили вокруг да около. Своими поступками я подтолкнула Крона к активным действиям. Могла ли я поступить иначе? Думаю, нет. Мне претило встречаться с ним во сне. Казалось, что я неким извращенным способом изменяю Шерридану.

Лично мне бы не понравилось, если бы он во сне встречался с другой женщиной. И пусть я знаю о его любви ко мне, но не смогла бы справиться с ревностью. В этой ситуации Шеру памятник поставить нужно за терпение и понимание.

Еще я обратила внимание, что он так и не подтвердил, что моя судьба связана с Кроном, а вместо этого задал встречный вопрос. А его утверждение, что мне придется умереть?! Что он хотел этим сказать? Что после смерти Шерридана я смогу уйти вслед за ним, не желая становиться Кьяри? По идее, все сходилось.

Веста подтвердила, что ирлинги живут дольше кентавров. Раньше я как-то не задумывалась о смерти, но если реально смотреть на вещи, то наши жизни с Шерриданом связаны, и я действительно не хочу жить без него. Стать потом Кьяри Крона? Нет! Я не желаю этого. Жить с нелюбимым – увольте! Сколько нам ни отпущено с Шерриданом, эти годы я хочу прожить лишь с ним и детей хочу только от него. Пусть Цирбис подавится своим предсказанием! Не хочу играть по его правилам.

Когда Шерридан присоединился к нам, то бросил на меня обеспокоенный взгляд. К сожалению, порадовать его мне было нечем. Предсказание туманно, и только время расставит все по своим местам и поможет понять, что имел в виду Валериан.

Этим вечером нас решил посетить и Коулсон. Увидев Валериана, он поздоровался как со старым знакомым, а вот узнав, что тот оракул – удивился.

– Ася, в который раз поражаюсь кругу ваших друзей! Ты же знакомила нас на свадьбе. Почему утаила, кем является Валериан?

– Коул, это как сказать, что он врач. Все бы тут же начали жаловаться на свои проблемы и просить предсказание. А у нас был праздник, и Валериан был приглашен как друг. Я не могла его так подставить и заставить работать.

Я посмотрела на Асю, удивляясь ее тактичности. Она подумала о таких тонкостях, чтобы человек чувствовал себя комфортно на празднике. Судя по взгляду Валериана, он оценил ее поступок. А вот если он продолжит бросать на нее такие взгляды, то точно схлопочет от Дориана. Тот тут же придвинулся к жене и ненавязчиво обнял, заявляя свои права.

Коулсон явился узнать, есть ли новости. Они были, но, к сожалению, совсем не такие, как надеялись. Мы изложили результат разговора с ирлингом. Наша ситуация была не ахти. Хранители вмешиваться не будут, пока не появится ребенок от Крона. Ирлинг же прямым текстом заявил, что ждать больше не будет и придет за мной. Не успели закончить одну войну, как назревал конфликт, откуда не ждали. Согласятся ли Хранители перенести мою сестру сюда, неизвестно. Одна надежда на архимага. Он пообещал поставить этот вопрос завтра на голосование.

– Коул, хочу поблагодарить за защиту нашего поместья, – произнесла Ася. – Веста сказала, что она настолько сильная, что даже ирлинг не может чувствовать сквозь нее Рию.

Архимаг польщенно кивнул, а я в который раз восхитилась Асей. Ее намек я поняла, да и Шер схватил все на лету.

– В свете сложившихся обстоятельств, не могли бы вы установить такую же защиту и в нашем дворце? Были бы благодарны за ваш профессиональный взгляд на наличие слабых мест, – вступил в разговор Шерридан.

– Веста сказала, что может в любой удобный момент перенести, – поддакнула Ася.

– Буду рад посетить вас, – склонил голову Коулсон и послал Асе лукавый взгляд. Он прекрасно понял все ее маневры. – Друзья моих друзей – мои друзья.

Я не могла сдержать своей радости. Не ожидала, что он так легко согласится. Помощь Коулсона была неоценима, и как изящно он ее предложил. В этом мужчине чувствовались порода и аристократизм. Вот только в глубине его глаз таилась печаль. Интересно, сколько ему лет? Он женат?

Коулсон не стал задерживаться. Пообещав появиться, как только будут новости, он начал прощаться. Правильно, надо бежать, пока мы еще что-нибудь для него не придумали, а то мало того что он наши интересы у Хранителей представляет, так мы на него еще и защиту дворца навесили.

Прощаясь с Валерианом, он на мгновение помедлил и тихо спросил:

– Могу ли я вас посетить?

Мы были неподалеку, и я услышала ответ:

– Я знаю ваш вопрос, – при этих словах Коулсон весь подобрался и впился взглядом в оракула. – У вас будет второй шанс.

Как будто тяжелая ноша упала с плеч Коулсона, и он облегченно вздохнул. Быстро распрощавшись, он удалился.

– Только за него придется побороться, – еле слышно произнес Валериан ему вслед.

Решив разнообразить вечер, Ася притащила чемоданчик для игры в покер. Это она, конечно, сделала зря. Почему? А попробовали бы вы поиграть в карты с оракулом. Не знаю, каким образом он это делает, но после того как в очередной раз Валериан обобрал всех до нитки, мы завязали с азартными играми и пошли спать. Одно успокаивало, что играли не на настоящие деньги, а на фишки. Как оказалось, мой муж склонен к рискованным решениям и гений блефа. Если бы не оракул, то нам бы тяжко пришлось.

– Знаю, какой подарок привезти вам с Земли, – сказала Ася, видя азарт Шерридана.

– Играть будешь только со мной! – погрозила я пальцем Шеру. А вот нечего казну разбазаривать. Посмеиваясь, мы разошлись по комнатам, решив завтра встать пораньше на рыбалку.

* * *

Повелитель ирлингов отстраненным взглядом рассматривал своих сыновей. Под его взглядом те почувствовали себя неуютно, но старались не показывать виду, с непроницаемым лицом уткнувшись в тарелки. Семейный ужин, чтоб его!

Он видел их насквозь, знал, в чем их сила и слабости. Мариус, дитя от первого брака, отличался мощным телосложением. Чертами лица больше походил на мать, которую он почти не помнил. От него же он взял цвет волос, рисунок губ, которые чаще всего были плотно сжаты, да темные глаза.

«Жаль, что и умом тоже пошел в мать», – с сожалением вздохнул Крон.

Движения Мариуса четки и размеренны. Отличный воин. Многих заставил считаться с силой, что он представляет. Вот только не хватало ему дальновидности и изворотливости. При желании способен захватить власть, но не сможет ее удержать. Теряется среди интриг, и хорошо, что всей душой предан ему. Крон привык полагаться на него. Его правая рука, которая помогает держать в кулаке подданных.

При взгляде на младшего, его глаза вмиг похолодели. Тот встретил его взгляд не менее холодным взглядом, не опустив глаз. «Высокомерный ублюдок!», – в раздражении выругался Крон. Он даже не заметил, как они похожи в этот момент.

Его сын, к которому он так и не смог почувствовать хоть каплю тепла. А все из-за похотливой суки, его матери. Сладкотелой Лизарии, с серебристыми волосами и васильковыми глазами, в которых он когда-то утонул. Его вторая жена, которую он постарался вычеркнуть из памяти. Высокородная эльфийка по происхождению, она попала в плен и была подарена ему. Рабыня, которую он сделал своей женой. За это она отплатила ему тем, что под его носом завела любовника и планировала свергнуть его.

Он отомстил ей, убив того на ее глазах. Она бы тоже поплатилась жизнью за предательство, если бы не носила под сердцем ребенка. А так, после родов он расторг с ней брак и выдворил к ее семье, обрезав волосы и оставив шрам на лице, закрепив своей магией, чтобы ни один целитель не избавил от него. Он до сих пор сомневался в своем отцовстве. Даже она не знала, чей сын у нее в утробе. Крон сжал столовые приборы с такой силой, что побелели костяшки пальцев.

Как назло, внешне Таурониэль ничем не напоминал его, будучи ближе к матери своими длинными платиновыми волосами и сапфировыми глазами. Эльфийское строение тела, чуть заостренные уши. Фигура более гибкая, чем у старшего брата. Красив, как и мать, даже дымчато-серые крылья гармонировали оттенком с волосами. Он обладал изворотливым умом, замкнутым характером и прекрасным самообладанием. Менял любовниц, но до сих пор еще не женат.

«Стоит найти ему невесту», – мстительно подумал Крон и послал сыну улыбку, от которой тот напрягся.

Жаль, что сыновья между собой не ладят, в лучшем случае соблюдая холодный нейтралитет. Единственное, в чем их взгляды сходились, это, мягко говоря, в пренебрежительном и высокомерном отношении к людям. Они не простили ему третьего брака с человеком, считая, что этим он унизил память их матерей. Больше всего бесился Таурониэль, что его мать так легко заменила даже не Кьяри. Про участие Лизарии в заговоре и ее измене знали единицы, и они под страхом смерти держали язык за зубами. Для всех Крон просто увлекся человеческой женщиной и поэтому прогнал неугодную жену.

Именно сыновья были инициаторами перемен. Визит к Эгнусу являлся частью плана ослабить кентавров, натравив на них соседей, и пока те решали бы свои проблемы, грызясь между собою, ирлинги подождали бы результатов, а потом проглотили бывших своих союзников. Вот только все планы спутала одна хрупкая человеческая девушка. Кто бы мог предположить, что именно ее мнение станет для него важным.

Крон сделал вид, что прислушался к мнению Совета. Хотели войну? Получили. Но никто не ожидал его альянса с кентаврами. Неплохо все порезвились на землях Эгнуса. От этого его народ лишь выиграл, и теперь советники превозносят его дальновидность и правоту. Но Крону было плевать на это.

– Отец, при дворе ходят слухи, что ты встретил свою Кьяри, – подал голос Мариус.

– С каких пор ты стал собирать слухи? – насмешливо спросил Крон.

– Брат, не верь этой чепухе! Если бы отец ее встретил, то она бы уже сидела здесь с нами, – произнес Таурониэль.

И вроде бы вполне вежливые слова, но в подтексте явно слышалась насмешка. Послав сыночку тяжелый взгляд, Крон лишь скрипнул зубами, сохраняя бесстрастное выражение лица. Интересно, и чего они только сейчас забеспокоились? При дворе эти слухи ходили давно, но он ничего не опровергал и не подтверждал. Неужели прослышали о пророчестве и всполошились?

Он уже сейчас представлял, каким «сюрпризом» станет для них появление Рии. Им придется склонить головы перед его Кьяри. Представив, чего им будет стоить склонить гордые головы перед человеком, Крон не сдержал предвкушающей улыбки. Эта мысль помогла ему пережить неприятный осадок, оставленный словами Таурониэля. Ничего, скоро его Кьяри будет сидеть за этим столом, и он посмотрит на их вытянувшиеся лица.

* * *

– Я же говорила, что не быть тебе рыбаком! – фыркнула Ася, когда у Дориана сорвалась уже вторая по счету рыба. Сама она не поймала еще ни одной и начала строить шутливые предположения насчет того, что рыба хочет не есть, а играть, и ему на крючок идут любители острых ощущений.

– Шерридан уже три поймал.

– Так он солидный мужчина, Повелитель! Попробовали бы они ему не подчиниться. Риан, они там, наверное, уже очередь к твоей удочке устроили, как на аттракцион! – смеялась она.

– Ася, покусаю! – пригрозил тот.

– Рия, вот видишь оборотную сторону жизни с вампиром, – жалобно пожаловалась она, оглянувшись на меня. Как не большой любитель рыбалки, я со всеми удобствами расположилась на бережку, наблюдая за их успехами. – А ведь наша литература предупреждает об их темной стороне.

– Сейчас я познакомлю тебя с моей темной стороной, – притворно-грозно пообещал Дориан, и Ася, оставив удочку, стала спасаться бегством. Он хотел рвануть за ней, но в этот момент у него клюнуло. Резко дернув удочку на себя, он добился лишь того, что в очередной раз рыба махнула ему хвостом.

– Я же говорю – аттракцион! – смеясь, заявила Ася, находясь на безопасном расстоянии.

Медленно положив удочку, он двинулся к ней. Взвизгнув, она понеслась сверкая пятками в сторону леса. Они скрылись за деревьями, и очередной визг известил о том, что ее все-таки поймали. Мы не сдержали улыбок, когда до нас донеслось, как она, давясь от смеха, просила прекратить ее щекотать, а потом заверяла, что он самый лучший рыбак на свете.

Между прочим, зря Дориан напрягается из-за Валериана. Тот действительно смотрит на Асю с особенной теплотой, но без мужского интереса. Скорее как на младшую сестру. Сегодня он выглядел обычным парнем. Волосы чуть взъерошены ветром, рукава рубашки для удобства закатаны. Видно, что не так увлечен рыбалкой, как наслаждается возможностью отдохнуть и компанией. В отличие от Шерридана, который к процессу ловли рыбы отнесся ответственно.

Вообще, я с первого дня знакомства заметила, что в обществе Аси все чувствуют себя легко и раскованно, она, как маленькое солнышко, заряжает своим позитивом. А за их беготней с Дорианом невозможно наблюдать без улыбки. И кто поверит, что тому перевалило за сотню лет. Мне кажется, что с ней он забывает обо всем. Невооруженным глазом видно, что они безумно любят друг друга и счастливы. Кстати, что-то они притихли. Явно целуются, пользуясь моментом.

С улыбкой я перевела взгляд на своего мужчину и заметила, что он о чем-то тихо переговаривается с Валерианом. Причем лица у обоих серьезные. Оракул что-то ему сказал. Даже на расстоянии я заметила, как Шерридан внимательно вглядывается в его лицо, а потом, как бы убедившись в ответе, заметно расслабляется и из линии плеч уходит напряжение.

Интересно, что он ему предсказал? Но что бы это ни было, Шерридан выглядит успокоившимся, уже хорошо. Я вчера сказала о словах Валериана, но умолчала о том, что мне придется умереть. Не хочу его волновать, и так пророчество вызвало тревогу Шера.

Со своей стороны, я решила не брать лишнего в голову и жить как жила. Какой смысл пытаться предугадать будущее? Главное – это то, что я люблю мужа и хочу быть лишь с ним. Пусть Крон идет лесом со всеми своими претензиями. Спокойно дожидаться его нападения мы не будем. Вот и Коулсон согласился нам помочь проверить и усилить безопасность дворца. Шер вчера осторожно намекнул, что по приезде выделит мне личную охрану. Это известие я восприняла спокойно. Придется смириться, чего не сделаешь ради собственной безопасности и его спокойствия. Что бы ни говорил Валериан, но сидеть спокойно и ничего не предпринимать, когда ожидается нападение со стороны Крона, я не могу.

Наконец-то клюнуло и у Валериана. Ему попался карп, и надо было видеть его радость от улова. Он даже издал победный клич. Какой же он еще мальчишка, несмотря на то, что оракул!

– Вал, тебя можно поздравить? – поинтересовалась, подходя, Ася, держась с Дорианом за руки. Губы у нее чуть припухли, а глаза счастливо блестели.

– Ты смотри! – с гордостью он продемонстрировал улов.

– Молодец!

– Моя первая рыба, – признался он, улыбаясь открытой мальчишеской улыбкой.

– Ты раньше не рыбачил?! – удивилась Ася.

– Как-то не до этого было, – смутился он.

«Нелегко быть оракулом», – отметила я, и в душе шевельнулось сочувствие к этому парню.

– Риан, вот человек впервые в жизни на рыбалку выбрался и тут же рыбу поймал. Учись! – поддразнила она мужа.

– Валериан, а вам приходилось путешествовать? – поинтересовалась я.

– Еще нет, – ответил он, удивленный вопросом. – Я вырос при храме. Последний оракул предсказал, когда и где родится новый, и жрецы еще ребенком забрали меня в храм.

– Как забрали? – удивилась Ася. – У родителей?!

– Говорят, что я родился в бедной семье, и они с радостью отдали лишний рот.

– И ты больше не видел своих родителей?

– Информация о том, кто они и где их искать, не сохранилась. Тех жрецов, кто меня забирал, уже нет на свете. Да и мне всю жизнь твердили, что я избранный и обязан посвятить свою жизнь служению людям.

У меня чуть не сорвался с языка вопрос о том, почему же он сам их не найдет, пользуясь своими способностями, а потом вспомнила, что насчет себя он ничего не видит, и вовремя прикусила язык.

– Ты представляешь, они на нем деньги делали, не платя ему ни копейки! – возмущенно произнесла Ася, повернувшись ко мне.

– Но сейчас же все по-другому… – Я перевела взгляд с нее на него, намекая на тот дом, где мы были в гостях.

– А это мы немного изменили правила, – ответила Ася, весело подмигнув Валериану.

– Однажды в моей жизни появилась Ася и перевернула ее.

– Всего лишь дала в глаз, – засмеялась она, – и рассказала человеку о том, что всякая работа должна оплачиваться. А то жрецы с нас столько денег содрали за встречу с оракулом, а ему и копейки за это не платили.

Я пыталась переварить полученную информацию. Ничего себе! Мысль о том, что у него не было нормальной семьи и детства, резанула по сердцу, как и злость на жрецов. Додумались же ребенка у родителей забрать! Разве жизнь в храме может заменить тепло семьи? Да еще мозги с малых лет промывали о так называемом долге.

– Все было не так уж и плохо, – произнес Валериан, заметив мое выражение лица. – У меня были наставники, которые хорошо ко мне относились.

«Разве наставники способны заменить мать?» – мы переглянулись с Асей и, похоже, подумали об одном и том же. Ладно, оставим.

– Валериан, я спросила о путешествиях к тому, – напомнила я о начале нашего разговора, – что хотела бы пригласить вас к нам в гости. Если пожелаете сменить обстановку или отдохнуть, то добро пожаловать к нам.

– Будем рады вас видеть! – присоединился к моим словам Шерридан.

– Знайте, что у вас есть друзья, которые будут рады вас видеть в любое время.

– Спасибо. Ваши слова много значат для меня.

– Не беспокойтесь, мы воспользуемся опытом Аси и информацию о том, что вы оракул, оставим при себе, – улыбнулась я ему, – а то придется приставлять к вам охрану, так как Совет будет ходить за вами по пятам и донимать вопросами.

– Наши уже не единожды намекали, что было бы неплохо организовать личную встречу с оракулом для всех, а не только министру финансов, – по секрету сообщил Дориан, и все рассмеялись.

Ася осталась со мной на берегу, а Дориан присоединился к мужчинам и взял оставленную удочку. Из них всех Шерридан отличался наиболее мощной фигурой, и я с гордостью охватила взглядом своего мужчину. Как бы почувствовав мой взгляд, он обернулся и послал мне улыбку. Несмотря на то что Дориан не настолько внушителен внешне, в них двоих чувствовалась сила. Даже моему неискушенному взгляду было видно, что передо мной опытные и опасные воины. Это проскальзывало в ленивой грации движений, присущей хищникам. Валериан на их фоне смотрелся неопытным мальчишкой, неизвестно как затесавшимся среди них.

– Вал, а ты владеешь оружием? – неожиданно задала вопрос Ася. Похоже, мысли у нас текли в одном направлении.

– Нет, – ответил он, явно не ожидавший такого вопроса. – Насколько помнишь, я рос среди жрецов. – Мужчины окинули его удивленным и оценивающим взглядом. Как я поняла, в этом мире навык владения оружием считался обязательным для выживания.

– А научиться хочешь?

– Я как-то не задумывался об этом. – Увидев оценивающие взгляды мужчин, он усмехнулся: – Я не настолько беспомощный, как может показаться.

Заметив промелькнувший скептицизм на лицах своих спутников, он со вздохом отложил удочку:

– Давайте продемонстрирую, – произнес он. – Нападайте.

Увидев хищный блеск глаз наших мужчин, на месте Валериана я бы испугалась. Они тоже положили удочки и медленно распрямились. Так и хотелось крикнуть: «Беги, пока не поймали!» Вот только оракул сохранял спокойствие и никуда бежать не спешил.

Я не уловила тот момент, когда Дориан текучим движением оказался возле Валериана, но только того не оказалось на прежнем месте. Он крутанулся и оказался за его спиной. Легкий толчок в спину – и Дориан отправился купаться. Все случилось в доли секунды. Ася только ахнула, а потом рассмеялась, захлопав в ладоши, и крикнула мужу, который вынырнул:

– Любимый, раз уж ты там, рыбку захвати!

– Ехидна! – фыркнул он, подплывая к причалу. Валериан же с невозмутимым видом следил за Шерриданом. Тот, как хищник, начал кружить вокруг него. Он провел несколько пробных ударов, но оракул с легкостью уклонился. Танцуя вокруг друг друга, они перешли с причала на берег. Думаю, Валериан сделал это намеренно, не желая быть зажатым между двумя противниками, так как Дориан подтянулся и легко забрался на причал. Наблюдая за Шером с оракулом, он снял сапоги и вылил из них воду. Ася послала мужу воздушный поцелуй, продолжая следить за схваткой.

Между тем удары следовали один за другим. Валериан уклонялся, избегая захватов, но такой темп выматывал. В какой-то момент Шерридану удалось провести прием, и оракул полетел на землю.

– Неплохо, – заключил Шеридан, протягивая оракулу руку и помогая подняться. – Только чувствуется отсутствие физической подготовки. Перед вооруженным противником долго не выстоишь.

– Я могу прислать своего наставника, – произнес Дориан, подходя к ним. Во время движения он произнес заклинание, и одежда на глазах высохла.

– А почему раньше так не делал?! – ахнула Ася.

– В то время я был ограничен в магии, – напомнил ей он.

– Буду благодарен, – кивнул Валериан.

– Это зря, – хохотнул Дориан. – Он настолько требователен, что считай это местью за то, что отправил меня купаться.

– Необходимо научиться использовать дар предугадывать движение противника в бою. Чувствуется, что практики было мало, – произнес Шерридан.

«Не думаю, что оракулу раньше приходилось отбиваться от таких противников», – улыбнулась про себя я, а потом у меня мелькнула тревожная мысль.

– Валериан, а у вас есть охрана? – Все с удивлением посмотрели на меня, а я продолжила: – С вашими способностями вы являетесь лакомой добычей для многих, и я удивлена, как это вас еще не умыкнули.

Дориан переглянулся с Асей и тут же произнес:

– Я выделю отряд оборотней из личной охраны. – На протест обалдевшего от такой заботы оракула он не обратил внимания: – Одно дело предсказывать в храме, но когда становишься финансовым консультантом нескольких государств, стоит быть готовым к тому, что кому-то это не понравится. Рия права! Удивляюсь, как это раньше мне самому в голову не пришло. Не стоит быть беспечными.

Вот тебе и спокойный отдых на рыбалке. Не успев оправиться от схватки, Валериан стал обладателем отряда охраны и личного наставника и свидетелем жарких споров о том, какие магические штучки можно навесить на него, чтобы обеспечить безопасность. Ведь несмотря на свои способности, он обычный человек, не владеющий магией. Было решено ввести в охрану опытного мага, чтобы охранял от магических атак.

– Когда я была в плену у Эгнуса, то его маг навесил на меня маячок, чтобы в случае побега можно было меня найти. Может, нечто подобное применить и к Валериану? – подбросила я идею.

– Мне кажется, это уже чересчур! – воспротивился оракул. Он и так был в шоке от всех изменений.

– Хорошая идея! – тут же отозвался Дориан.

– Валериан, если вас похитят, то по маяку будет легко выйти на след. На мне было хитрое заклятие, которое никак себя не проявляло и активировалось лишь при поиске. – Дориан одобрительно мне кивнул, принимая к сведению.

– Да кому я нужен?! – воскликнул оракул.

– Вал, ты наш друг и нужен нам, – успокаивающе произнесла Ася. – И это действительно лишь вопрос времени, когда кому-то придет в голову «светлая» идея использовать твои способности единолично. Ты же не хочешь оказаться в заточении?

– При желании похитить можно любого, – вставила я свои пять копеек. – Не надо облегчать негодяям жизнь, отказываясь. – Шерридан тут же притянул меня к себе в защитном жесте, а я мысленно дала себе пинка: говоря о Валериане, я как-то забыла о том, что похищение грозит и мне.

– Соглашайся хотя бы ради моего спокойствия, я не прощу себе, если с тобой что-то случится, – проникновенно произнесла Ася, и от ее взгляда оракул дрогнул и, махнув рукой, согласился на все, что мы сочтем нужным.

Глава 5

Как-то так получилось, что увлеченные темой безопасности к рыбалке все охладели. Да и Валериана понять можно: будешь тут с удочкой стоять, когда тебе с двух сторон твердят, что следует соблюдать крайнюю осторожность в своих передвижениях, и дом собираются превратить в неприступную крепость.

Захватив улов и отдав его поварам на кухню, мужчины принялись обрабатывать оракула. Мы же с Асей долго на это смотреть не смогли и пошли его спасать, заявив своим мужьям прямым текстом, что Валериана пригласили в гости отдохнуть, а не лекции по самозащите слушать. Судя по взгляду парня, за свое спасение он у нас по гроб жизни в должниках.

Помня о том, что Валериан всю жизнь провел при храме и нигде не бывал, Ася ловко повернула разговор, заставив мужчин рассказать, где они успели побывать и что видели. Их байки даже мы слушали с огромным интересом. После обеда Валериан засобирался домой, но Дориан отпустил его лишь после того, как прибыло сопровождение. Он представил оракулу пятерых бойцов, которые теперь головой отвечают за него, и «обрадовал» известием о том, что остальные дожидаются его уже дома.

Встретившись взглядом с оракулом, у меня мелькнула мысль, что нечто подобное, если не хуже, дома ожидает и меня. Подавив тяжелый вздох, напомнила себе, что это все ради моей безопасности, но настроение немного упало.

Мы повторили свое приглашение к нам в гости, а Ася обняла на прощание и попросила быть осторожным. Наблюдая за тем, как оракул с охраной исчезает в портале, я подумала о том, как будут проходить визиты к нему желающих получить предсказание, и не сдержала смешка.

– Ты чего? – удивилась Ася.

– Представила, что теперь, чтобы попасть к нему, необходимо будет заполнить анкету и предоставить свою родословную до третьего колена, подтверждающую благонадежность, выдержать обыск, чтобы не пронесли колюще-режущие предметы и всякие магические штучки… В общем, треть всех желающих явно отсеется, если не половина.

– Родословная… Хорошая идея! – задумчиво произнес Дориан, и мы, обменявшись взглядами с Асей, не выдержали и расхохотались.

А вот вечером мне стало совсем не до смеха. Появился Коулсон с известием, что Хранители запретили перенос Таши в этот мир. По их словам, будет лучше, чтобы она, как и прежде, оставалась в неведении. Отношения с Ауэрией у нее сложились, и перенос ее в этот мир без веской причины нецелесообразен.

Услышав это слово, я просто взорвалась от ярости. Что значит – нецелесообразен?! Она же моя сестра! Почему ей даже выбора не дали? Почему они решили все за нас? От обиды и разочарования на глазах выступили слезы.

Коулсон смотрел на меня с сочувствием, но сказал, что сделал все что смог. Они готовы пересмотреть этот вопрос, если изменятся обстоятельства.

– Коул, почему так? – спросила Ася. – Меня же перенесли сюда без всяких разрешений.

– Это не совсем так. Ваш муж провел ритуал, призывая в помощь Весту, чтобы она перенесла ему суженую. Вы оказались из иного мира, но формальности были соблюдены.

– А если нам провести ритуал, чтобы и Ташу сюда перенести? – загорелись энтузиазмом ее глаза. – Веста! – позвала она ту, и через несколько тягучих секунд появилась богиня. Но в каком виде!

– Ася, ты не представляешь, от чего меня оторвала. Надеюсь, у тебя веская причина? – спросила девушка, одетая лишь в купальник. Оказавшись в центре гостиной и увидев нашу дружную компанию, она ойкнула, как девчонка, и тут же материализовала себе платье.

– Предупреждать надо, – проворчала она.

Мужчины везде мужчины, и увидев полуодетую богиню в фривольном виде, тут же заулыбались, а Коулсон произнес:

– Приносим свои извинения, что оторвали вас от… важного дела.

– Коул, мы в этом на Земле купаемся. Так что максимум, что мы сделали, – это вытащили ее с пляжа, – просветила архимага Ася. Его глаза заинтересованно заблестели, но он удержался от дальнейших вопросов.

Ася быстро рассказала новости и спросила:

– Скажи, мы можем провести ритуал для нее? Надо найти повод, чтобы перенести Тасю сюда.

Веста задумалась, потом чуть нахмурилась, а я, затаив дыхание, смотрела на нее, боясь надеяться. Сейчас решалось, смогу ли я встретиться с сестрой.

– Ее суженый среди ирлингов, но я не могу увидеть, кто именно, из-за Цирбиса. Все как в тумане… Если бы я смогла появиться на их территории, то сказала бы точнее. – Мы разочарованно выдохнули. В свете последних событий появление Весты среди ирлингов было бы чревато нехилым скандалом.

– Может, ее суженый – Крон? – с надеждой спросила Ася.

– Не знаю… – покачала головой богиня. – Это ничего не меняет. Без его согласия мы ничего сделать не можем.

– А ритуал?

– И кто его будет проводить? – саркастически спросила Веста. Тут только до нас дошло, что она переносит суженую для того, кто проводит ритуал. Если же он нам неизвестен, то все пропало.

– Рия, не переживай, – с сожалением произнесла она. – С Тасей все в порядке. Я присмотрю за ней.

Расстроенная, я нашла в себе силы благодарно ей кивнуть. Веста исчезла, а среди нас повисло молчание. Я поймала встревоженный взгляд Шерридана и постаралась взять себя в руки.

Обидно, но после разговора с оракулом, я почему-то была уверена, что Ташу перенесут сюда. Что же он хотел сказать мне своими словами? Что у нее все там будет хорошо и мне не стоит беспокоиться, или то, что мы с ней все же встретимся и не надо раньше времени расстраиваться? Эх, жаль, что он вернулся к себе, а то я бы устроила ему допрос с пристрастием! Что ж, делать нечего, придется ждать и надеяться, что со временем обстоятельства изменятся.

Пользуясь тем, что здесь Коулсон, Дориан завел разговор о защите оракула, и мужчины увлеклись обсуждением этой темы. Архимаг обещал лично заняться защитой его дома. На вопрос о поисковом маячке, он спросил, какой был на мне, а потом сказал, что есть еще несколько видов, и они принялись обсуждать, какой лучше применить в данном случае. Шерридана эта тема тоже заинтересовала, и он присоединился к разговору.

Ася подсела ко мне и дотронулась до руки:

– Не переживай! Хочешь, я привезу тебе фотографии Таши? Веста же с ней общается, и думаю, без труда сделает фото. – Я удивленно посмотрела на Асю. Действительно, она же может перемещаться на Землю! Если я пока не могу встретиться с Ташей, то хотя бы буду видеть, как она живет. Все лучше, чем ничего.

– Это было бы здорово! – с чувством произнесла я.

* * *

Незаметно летели дни. Шерридан заключил с отцом Дориана все, что планировал, и даже сверх того. Насколько я поняла, условия для торговли у нас льготные. Сейчас они обсуждают идею создания альянса между нашими государствами и Нептусом. На Драгона произвели впечатление силы, что задействовал морской Повелитель при войне с Эгнусом. Как говорится, такой союзник и самому лишним не будет.

Шер как-то мне признался, что иными глазами взглянул на женскую дружбу. Именно моя дружба с Асей открыла перед ним все двери и заменила месяцы кропотливых переговоров дипломатов. Благодаря Асе, нам стал доверять Дориан, и у них с Шерриданом завязались дружеские отношения, а вследствие этого и сам Драгон охотно пошел на сближение между государствами.

С Асей я посетила ее Дома помощи детям. Меня впечатлил масштаб благотворительной деятельности, что она организовала. Ее планы по созданию многих социальных программ помощи малоимущим семьям меня восхитили. Когда я поинтересовалась у Шерридана, как с этим обстоят дела у нас, он сказал, что среди кентавров детей-беспризорников нет, так как глава рода берет сирот под свое крыло и воспитывает в своем доме. Безразличие к детям больше присуще людям, процент населения которых в нашем государстве ниже, чем здесь. Когда я спросила, а как живется людям у нас, он, поняв к чему я веду, сразу согласился обсудить бюджеты создания таких Домов помощи в крупных городах. Правда, предупредил, что не все так быстро, так как после войны средства идут на восстановление, но в планы на будущее включить согласен. Обожаю его!

Для себя я сделала заметку: подробно изучить наше законодательство и социальные программы. До этого я больше была занята личными проблемами, чем государственными. По-хорошему, надо держать руку на пульсе и быть в курсе дел. Ася в этом плане стала для меня хорошим примером. Мне не стоит забывать, что я теперь не просто жена Шерридана, но еще и Правительница. У меня есть поддержка мужа и возможности делать что-то нужное. Было бы желание, а в какое русло направить энергию – найдем.

Хотя мне не хотелось уезжать, но время нашего визита подошло к концу. В последний вечер мы закатили дружескую вечеринку с Вестой и Коулсоном, обещая друг другу видеться почаще. Приглашали и Валериана, но он не смог. Чувствует мое сердце, что просто испугался, что нас еще осенит «светлыми» идеями на его счет. Как я слышала, к своему новому положению он привыкает с трудом, но благодарен за отсутствие толчеи у своего дома. Его понять можно, человеку, не привыкшему ходить с охраной, к такому привыкнуть сложно. Он обещал обязательно нас посетить со временем.

Веста предложила перенести нас сразу домой, пользуясь своей силой, но мы с Шерриданом в один голос отказались. Хотелось немного побыть наедине. Мы понимали, что по приезде будет много дел, требующих внимания, и хотелось продлить наш отпуск. К тому же на корабле можно не опасаться нападения ирлинга. Теперь я носила амулет не снимая. Пусть это было и не совсем удобно, зато мне снились просто сны и никто нервы не трепал.

Вообще, напились мы в этот вечер изрядно. Ася попросила показать еще раз крылья, для чего мы все вышли на улицу, а потом восторженно ахала и просила взять ее полетать. Дориан тут же побледнел, но я не заставила его волноваться, мягко отказав под тем предлогом, что у нас полеты в пьяном виде запрещены, а с пассажирами в особенности. Поднялась, правда, на пару метров над землей, но, заметив, как начал бледнеть уже мой кентавр, перестала буянить и вернулась на бренную землю в его объятия. Коулсон был восхищен видом прозрачных крыльев за моей спиной и смотрел на них с исследовательским интересом. Особенно его поразило как легко они исчезают и появляются, не нарушая целостности одежды. Без магии здесь явно не обошлось. Его глаза загорелись азартом. Интуиция мне подсказывает, что отдельно взятый архимаг скоро приступит к изучению магии ирлингов, желая узнать, каким образом появляются крылья у человека. А что? Люди всегда мечтали летать, еще со времен Икара.

* * *

Спросонья, потянулась к Шерридану и уткнулась в пустую подушку. В который раз за последние дни! С нашим возвращением на него навалилось столько дел, что встречались мы лишь урывками. Чаще всего мужа я видела лишь ночью. С трудом удалось подавить вздох разочарования. Что поделать, за время нашего отсутствия накопилась масса дел, требующих его немедленного внимания, и он пропадал с утра до ночи.

«Нет, такими темпами впору звать Весту, чтобы она умыкнула мужа от всех жаждущих его внимания в мое личное пользование хотя бы на денек», – вздохнула я, садясь на постели.

Между прочим, она предупредила меня, что если я захочу ее увидеть или что-то случится, то надо позвать ее по имени, и она услышит. Это если не будет на Земле. В общем, неплохой вид связи, наши сотовые отдыхают. Насчет оговорки, что она может не услышать, если будет на Земле, я сильно не переживала. И наши сотовые порой бывают вне зоны действия сети.

Кстати, я уже один раз опробовала связь, позвав ее и пригласив девчонок на девичник. Это когда особо тоскливо стало в отсутствие Шерридана. Мы провели самый веселый вечер с момента нашего возвращения. Особо моя охрана веселилась, когда услышала шум в моих покоях и ворвалась проверить, все ли в порядке. Весту обидело, что они даже не постучали и застали нас в неглиже. Что поделать, от нечего делать я решила ознакомить их с местной модой и дала на растерзание свою гардеробную. Девчонки принялись примерять наряды, повизгивая от удовольствия, а тут врываются суровые мужчины с оружием наперевес. Вот и отправились они своим видом водяных пугать. Веста их в какую-то глушь услала. Появились те лишь на следующий день, злющие как черти. С того дня в моей охране присутствуют и женщины. Шерридан учел прецедент.

Коулсон не стал затягивать с визитом и практически сразу после нашего возвращения посетил нас и занялся усилением защиты дворца. Он одобрительно отозвался об уже существующей, но нет предела совершенству. Надо было видеть, как ходят за ним придворные маги. Сначала они восприняли его появление в штыки, но, оценив опыт и степень доверия Шерридана, прониклись и следовали за ним, как цыплята за курицей, часто ведя диспуты.

После завершения работы он не стал возвращаться, а выразил желание попутешествовать и осмотреться. Шерридан не имел ничего против и выдал ему охранное кольцо со своей печатью. Не то чтобы архимаг нуждался в дополнительной защите, скорее это оберегало тех, кто с ним пересечется. Умный человек, увидев такое кольцо, связываться не будет, а дураков не жалко. Еще такое кольцо давало ему свободный доступ в любой уголок империи и облегчало общение с властями.

Потянувшись, я неспешно встала, попутно вспоминая, что из дел у меня запланировано на сегодня. По приезде не стала откладывать в долгий ящик и принялась изучать законодательство и устройство жизни кентавров. Как и ожидалось, их женщины были ограничены домом и никакой активной социальной жизни не вели. Исключение составляли те, кто обладал каким-нибудь магическим даром или целительством, что, собственно, было редкостью.

Я помнила благотворительные женские комитеты, организованные Асей, и хотела воплотить нечто подобное и у нас. Вот только, с какой стороны подойти к решению данного вопроса, я не знала. Мне нужна была помощница с хорошей организаторской жилкой, которая помогла бы мне, и я голову сломала, кого бы определить на эту роль.

Внезапно меня осенило – мать Шерридана! Как же я могла забыть о ней?! Нет, ну кто в здравом уме способен забыть о существовании свекрови? Я же до сих пор с ней так и не познакомилась. Да мне это даже в голову не пришло. Она покинула дворец с моим появлением. Где она сейчас? Ведь она долгое время была первой леди, знает все тонкости местной жизни, бесценный кладезь полезного опыта и знаний. Да она мать Шерридана, в конце концов! Где она сейчас живет и чем занимается? Эти вопросы стали главными на данный момент.

Я прошла в свой будуар, где меня уже ждали служанки. Быстро одевшись и позволив уложить себе волосы, направилась выяснять ответы у Сэма, отказавшись от завтрака. Потом. Загоревшись идеей, хотелось поскорее получить информацию. А кого еще спрашивать? Шер явно по горло в делах, и его лучше не отвлекать на такую щекотливую тему. Кстати, надо бы у него выяснить, почему это он до сих пор не познакомил меня с мамой?

Взбудораженная, я неслась по коридорам дворца, удивляясь самой себе. Почему это только сейчас пришло мне в голову? Охрана моей утренней пробежке удивилась, но вопросов не задавали и вымуштрованно скользили рядом. Причем две женщины по бокам от меня, а мужчины позади. Теперь даже по дворцу я передвигалась с охраной. Шерридан не забыл, что меня похитили у него из-под носа, и хотел перестраховаться. Чувствовала я себя при этом писаной торбой, с которой все носятся, но не возмущалась.

Меня удивило, где Шер нашел женщин-наемниц. Они оказались верльвицами из пограничных земель. Обе высокие, гибкие, с пшеничными волосами, заплетенными в множество косичек, и золотистой кожей. На лбу вязь клановых татуировок, значения которых я не знала. Одевались, как и мужчины, в брюки, за спинами – мечи. Под руками спрятаны метательные кинжалы. Я пыталась разговорить их и узнать, откуда они, но девушки хранили молчание. Заразы, ведь понимают все, что я им говорю! Про себя я их называла Гита и Зита.

Я поинтересовалась у Шерридана причиной их поведения. Со смешком он мне объяснил, что клан львов немногочислен. Женщины у них обладают правами наравне с мужчинами. Они славятся как лучшие наемницы. Для их клана честь предоставить своих людей в охрану жены Повелителя, но для самих девушек это наказание. Скука смертная таскаться за высокородной дамочкой, вместо того чтобы выполнять опасные задания.

Мы подошли к кабинету Сэма, и моя охрана, убедившись, что кроме него никого там больше нет, разрешила мне войти, оставшись ждать за дверями. Кстати, эти красотки в первый день с независимым видом остались в кабинете, отказываясь удаляться и оставлять меня наедине с другим мужчиной, игнорируя мои приказы. Поначалу я решила, что они просто не понимают меня, и смирилась с их присутствием, но, уточнив тонкости у Шера, на следующий день, когда они провернули такой же финт, просто порассуждала вслух, насколько довольна их послушанием и что буду просить мужа, чтобы они остались со мной на долгое время. Девочек как ветром сдуло из кабинета. Сэм тогда хохотал как сумасшедший, а я почувствовала, что одержала маленькую победу. Не хотят со мной общаться – ради бога, но считаться со мной и подчиняться приказам я их заставлю.

– Сэм, у меня к тебе вопрос на сто миллионов! – воскликнула я, как только мы остались одни. – Расскажи о матери Шерридана. – Тот медленно отложил бумаги, с которыми работал, и удивленно посмотрел на меня, явно не ожидая такого вопроса. Я же села в удобное кресло за столом напротив, в котором любила работать вместе с ним, и ждала ответа.

– Может, лучше обратиться с этим вопросом не ко мне, а к Повелителю? – в замешательстве произнес он.

– Сэм, ты сам знаешь, как он сейчас занят, – отмахнулась я. – Не сплетни же мне по дворцу собирать. Вот я и обратилась к тебе. Что она за человек? Где сейчас живет и почему ни разу не посетила нас даже в праздники?

Чуть помявшись, Сэм все же заговорил:

– После вашей свадьбы она удалилась в имение, которое находится в пригороде столицы.

– Как ее зовут? – с любопытством спросила я, так как даже имени ее не знала.

– Ее величество Марияна Алиния Сарская, из рода Кордасс. Королевство на юго-западной границе империи.

– Это был брак по любви?

– Нет, политический. С помощью его укрепили границы, избегая волнений.

– А…

– Гарем был, – с улыбкой произнес Сэм, предвосхищая мой вопрос. – Лишь ради вас Повелитель отошел от этой традиции.

– Она человек?

– Да, так же, как и вы.

На минуту я замолчала, обдумывая ответы. Она не истинная спутница, иначе умерла бы после смерти супруга. Интересно, любила ли она мужа? И как отнеслась к наличию гарема? Хотя выросла она при дворе, а там пусть не так открыто, но фаворитки у королей присутствуют всегда. Это у меня менталитет современный: своим не делюсь и за Шерридана порву любую.

– Почему она ни разу не появилась здесь?

– Теперь вы Повелительница, и она не может появиться при дворе без вашего приглашения. – Видя, как у меня отвисла челюсть, он продолжил, желая успокоить: – Насколько я знаю, Повелитель несколько раз посещал ее.

«Когда?! Почему мне ничего не сказал?» – так и хотелось закричать мне. Та-а-а-к, теперь у меня к Шерридану накопилось еще больше вопросов.

А неплохо они отношения со свекровью организовали. Никакого дележа власти – новая хозяйка на порог, а старая добро пожаловать в пригород. Главное, ничего страшного, если отношения не сложатся, – молодая хозяйка сама решает, общаться или нет.

Меня волновал вопрос, что она думает обо мне. Прошло столько времени, а я даже не изъявила желания с ней познакомиться. Шерридан еще молчит как партизан, даже не намекнул, что с мамой стоит познакомиться. Интересно, у них с матерью близкие отношения? Что-то мне подсказывает, что затянула я со знакомством и меня ожидает «радушный» прием. Ладно, посмотрим. Чего раньше времени бояться, но при мысли о том, что у меня есть свекровь, мне немного поплохело.

– Что она за человек? – спросила я, вся во власти своих мыслей.

– Не мне судить, – тактично ответил Сэм. – Спросите Повелителя, он подробно ответит на все ваши вопросы.

– Скажите хотя бы, пользовалась ли она весом при дворе? Ее уважали?

– Никто бы не посмел неуважительно отнестись к жене Повелителя, – ответил Сэм, и большего я от него не добилась.

Я не стала пока озвучивать свои планы по организации благотворительных комитетов, куда планировала привлечь женщин. По идее, неплохо бы задействовать мать Шерридана, но надо сначала с ней познакомиться и посмотреть, что она из себя представляет.

Вообще, планы у меня были наполеоновские. Хотелось многое изменить. Например, с медициной дело обстояло очень интересно. Существовали целители, которые лечили внешние повреждения и лекари. Последние боролись с болезнями и инфекциями с помощью настоек. Больниц как таковых не было. Они принимали на дому или ходили по вызовам.

На мой вопрос, почему нет больниц, Сэм даже не нашелся, что ответить. Пришлось рассказать, как с медициной обстоят дела у нас. То, что официально она бесплатная, вызвало у него шок. Здесь все иначе: если деньги есть – лечись, нет – справляйся сам.

Со школой дела обстояли так же. Было распространено обучение на дому. Вообще, насколько я помню историю, все просвещенные правители строили школы и больницы, заботясь о здоровье и повышая уровень образования своих подданных. Так зачем изобретать велосипед? Надо бы попросить Асю привезти нужную литературу, воспользовавшись, как говорится, опытом поколений, и заняться реформами. Ох, чувствую, в скором времени мне придется перелопатить множество книг.

Обдумывая все эти вопросы, меня не отпускало беспокойство по поводу моей свекрови. Было странно, что Шерридан о ней не упоминал. Не в силах дождаться вечера, чтобы с ним поговорить, я послала к нему слугу с сообщением, что хочу встретиться.

У Шерридана нашлось пять минут, и я поспешила к нему. В приемной ожидал народ, который при виде меня тут же стал кланяться. Никак к этому не привыкну. С другой стороны, хорошо, что мне, а не я. С моим характером и воспитанием перед кем-то расшаркиваться было бы сложно.

Проследовав в кабинет, я с удовольствием избавилась от излишнего внимания и охраны. Посмотрев на Шерридана, как будто получила удар под дых. Никак не привыкну, что этот потрясающий мужчина мой. Супруг сидел за столом. Среди папок, бумаг, весь в делах, он выглядел властно, внушительно и… очень сексуально. Я быстро пересекла разделяющее нас расстояние и скользнула к нему на колени. Уткнувшись носом в шею, блаженно вдохнула его запах, от которого закружилась голова.

– Соскучилась? – в голосе слышалась улыбка. Несмотря на занятость, он был рад видеть меня. Приятно, черт побери!

– Довольно неприятно просыпаться без тебя, – пожаловалась я. – Ты меня хоть буди, когда уходишь. Как порядочная жена, накормлю тебя завтраком, провожу на работу и лягу досыпать.

Шерридан издал смешок и покрепче сжал в объятиях:

– Смотря на тебя спящую, я могу заставить себя уйти, чтобы не тревожить твой сон. Боюсь, если я тебя разбужу, то предпочту позавтракать тобой.

«Можно подумать, что я была бы против», – фыркнула про себя я, но спросила иное:

– Ты хоть завтракал? – Шерридан вздохнул и провел пятерней по волосам. Все ясно. – Ше-е-е-р! Ну так нельзя.

– А ты?

Теперь настала моя очередь смутиться. Свой завтрак я тоже отложила на потом. Шерридан нахмурился, и я тут же произнесла:

– Может, вместе позавтракаем? Быстренько. Как раз и поговорим.

– О чем ты хочешь поговорить? Я думал, ты просто соскучилась.

– И это тоже, – подтвердила я, подарив быстрый поцелуй, – но нам надо обсудить один вопрос.

– Какой?

– Давай за завтраком, чтобы время не терять, – с намеком произнесла я, а то, если начнем говорить, поесть забудем.

Шерридан вызвал секретаря и отдал распоряжения. Сами же мы вышли через другие двери, оказавшись в небольшой комнате для отдыха, насколько я поняла, так как там стоял диван, стол со стульями, несколько шкафов с дверцами из матового стекла.

– Иногда я здесь ем, когда много дел, – пояснил Шер. В комнате была еще одна дверь. «Наверное, в ванную комнату», – решила я.

Он прошел к дивану и, сев сам, усадил меня к себе на колени.

– Так о чем ты хотела поговорить?

– Скажи, почему ты ни разу не упомянул о своей матери и до сих пор нас не познакомил? – в лоб спросила я и тут же почувствовала, как окаменело его тело.

– Почему это взволновало тебя именно сейчас? Тебе кто-то что-то сказал? – подозрительно прищурившись, спросил он.

– Шер, в чем дело? – я внимательно вгляделась в его лицо, пытаясь понять причину такой реакции. – Сегодня я впервые вспомнила о том, что у тебя есть мать, и поняла, что ты нас до сих пор не познакомил. На мой вопрос Сэму, почему она нас ни разу не посетила, он сообщил, что это я должна была отправить ей приглашение. Может, объяснишь, почему ты мне об этом не сказал?

– Рия, ситуацию с Ауэрией ты знаешь. Та вообще ни с кем общаться не хотела. Потом появляешься ты, и пока я завоевывал тебя, признай, было не до этого. Затем твое похищение и война. Чуть выдалось свободное время, как мы уехали в путешествие. Сейчас ты и сама видишь, сколько у меня дел. Когда?

С одной стороны, аргументы были логичные, я и сама вспомнила о существовании свекрови только сегодня. Не скажи мне Сэм о том, что Шер посещал ее несколько раз, я бы и поверила, а так… Он ездил к ней, ничего мне не сказав. Мне стало неприятно, что он от меня что-то утаивает или не совсем откровенен. Все же в этой ситуации не все чисто.

– Шер, открою тебе один секрет: нам, женщинам, лучше сразу сказать все как есть, иначе мы чувствуем, когда нам врут или не договаривают, и напридумаем себе такого… В общем, фантазия у нас богатая, мы себя так накрутим, что мужчине потом боком выйдет. Поэтому давай начистоту и откровенно.

Жаль, что в этот момент нас прервали. Ответить он ничего не успел, так как только я договорила, как открылась дверь. Принесли наш завтрак и стали накрывать на стол. Пока слуги суетились, мы молчали, а я не сводила с него глаз, убеждая сказать мне правду.

Слуги удалились, а я ждала ответа. Пусть по лицу Шерридана ничего не прочитать, но я чувствовала, что он колеблется. Наконец, приняв решение, он заговорил:

– Ауэрия очень сильно отличается от тебя. Когда мне в жены досталась дрожащая девочка, не желающая ни с кем общаться, по городу поползли слухи, которые дошли и до матери. Она убеждала меня, что я совершил ошибку с этим браком, и просила разорвать его, пока не поздно. Я и сам стал склоняться к тому, что брак между нами грозит закончиться катастрофой. Она до дрожи боялась меня, а я не насильник. Ауэрия не привлекала меня, но я решил переступить через себя и попытаться наладить с ней отношения, так как приближалось ее совершеннолетие и наш брак должен был осуществиться. Чем это закончилось, ты знаешь. – Его глаза потеплели, и он дотронулся до моей щеки, нежно очертив линию скул.

Об этом мне можно было и не напоминать. Ауэрия грохнулась в обморок на их совместном ужине, а очнулась уже я в ее теле. С первого взгляда Шерридан произвел на меня неизгладимое впечатление, а когда узнала, что этот сногсшибательный красавец – мой муж, почувствовала себя ребенком, получившим рождественский подарок.

– Ситуация резко изменилась. Моя жена, ранее не вызывающая никаких чувств, просто околдовала меня. Я как мальчишка сходил с ума, прилагая все усилия, чтобы ее завоевать. Ты затмила всех женщин и стала для меня единственной, половинкой моей души. Потом твое похищение, война… – он умолк, а я затаила дыхание. Как же приятны такие признания. Пусть не впервые он признается в своей любви ко мне, но каждый раз для меня это сродни маленькому чуду.

– Малыш, когда все закончилось, я направился к матери, желая рассказать ей о тебе и познакомить вас. – Шерридан на мгновение замялся, а потом произнес: – Как только я заговорил о нас с тобой, она перебила меня и стала убеждать, что после того как я завоевал Эгнуса, мне надо разорвать наш брак. Начала критиковать мое решение со временем передать власть сыну Эгнуса. Не выдержав, я вспылил. Сказал, что ты останешься моей женой и Правитель я, а не она, и не ей оспаривать мои решения. Потребовал относиться к тебе с уважением и сообщил, что ноги моей у нее не будет, если она продолжит отзываться о тебе уничижительно.

Я переваривала свалившуюся информацию, а Шерридан с тревогой смотрел на меня. От того, что он встал на мою защиту, на сердце потеплело. Я была благодарна ему за откровенность. Хорошо хоть ситуация немного прояснилась. Или запуталась? Что теперь делать? Похоже, у меня в наличии свекромонстр, и как налаживать с ней отношения, непонятно. И внутренний голос коварно спрашивал: а надо ли вообще их налаживать? Эх, усмирив минутный порыв, все же она его мать, я отбросила сомнения и спросила:

– Скажи, она знает правду обо мне?

– Нет, я не успел рассказать.

– Тогда, может, стоит ей дать шанс узнать меня получше? Расскажем ей всю историю. Она судит меня по поведению Ауэрии, а мы с ней разные люди.

Шерридан немного расслабился, но упрямо сжал губы:

– Не позволю ей плохо отзываться о тебе и не хочу, чтобы она оскорбила тебя словом или взглядом. Я познакомлю вас лишь тогда, когда она будет готова услышать меня.

«Ох, зная женщин, этого можно ждать долго», – вздохнула про себя я. Похоже, придется брать дело в свои руки. Ему я об этом, конечно, ничего не сказала, не став спорить. С лукавой улыбкой произнесла:

– Плохая из меня жена. Муж голодный, а я его разговорами отвлекаю. Желает ли мой Повелитель, чтобы я его покормила?

Повелитель возжелал тут же перейти к десерту, и его рука коварным образом стала поднимать мне юбки, но я быстро соскочила с его колен и потянула к столу, погрозив пальцем:

– Только после того, как ты поешь!

– Жестокая!

– Заботливая! – возмущенно поправила его и тут же бросила взгляд из-под ресниц: – Или предусмотрительная. Хочу быть уверенной, что, когда перейдем к десерту, мой муж будет полон сил.

Теперь настал черед возмущаться Шерридану, и он стал доказывать, что сил у него о-го-го, и сделал попытку вернуться к дивану, подхватив меня на руки. Я рассмеялась, чмокнула его и сообщила, что хочу есть. Мы тут же сменили направление движения и оказались за столом. Шерридан не успокоился, пока лично не накормил меня, и лишь потом позволил накормить себя. Не остались мы и без десерта. Когда я выходила из его кабинета, то щеки мои горели, прическа держалась на честном слове, и я старалась ни на кого не смотреть, быстро покидая приемную.

Глава 6

Идя по коридору, я тут же стала отдавать приказания:

– Повелитель позволил мне посетить его мать. Пошлите ей уведомление о моем визите, – я же не хочу, чтобы ее не было дома, когда я явлюсь, – и найдите мага, чтобы он открыл портал. Я сейчас иду переодеваться, и мы отправляемся.

Начальник моей охраны в словах не усомнился, лишь попросил разрешения взять с собой больше людей, на что я лишь фыркнула, что иду знакомиться с матерью Повелителя, а не нападать на нее.

«А там как пойдет. Может, и за подкреплением пошлем», – подмигнула я ему, пошутив, чем привела его в крайнее смущение. А вот по губам Зиты и Гиты скользнули понимающие улыбки. Неужели у них в клане со свекровями тоже напряженные отношения?

Расчет мой был прост. Шерридан занят, и к нему вряд ли сунутся проверять. Тем более я только от него, и о чем мы там говорили, неизвестно. Со знакомством со свекровью я решила больше не затягивать, и так уже сколько времени прошло. Лучше нам встретиться наедине. Есть вероятность поговорить прямо и искренне. Я не обольщалась и на радушный прием не рассчитывала. Хотела сама рассказать ей нашу историю. Думаю, любая мать будет счастлива за сына, что он нашел ту единственную, предназначенную именно для него, и любим.

Боялась ли я гнева Шера за свое своеволие? Нет. Я его вообще в гневе не боюсь. Тем более я хотела как лучше и планировала наладить его отношения с матерью. Так что, чувствуя за собой моральную правоту, смело шла к намеченной цели.

У себя в комнате я отправилась в душ, приказав служанкам подобрать приличествующий случаю наряд. Чувствовала я себя, как будто готовлюсь к важной деловой встрече, от которой зависит мое будущее. С другой стороны, в некоторой степени так и было.

«Нечего дрейфить! – сказала я себе. – После общения с налоговой и банками напугать меня трудно».

Мы вышли из портала, и я на мгновение замерла, рассматривая поместье, где мы оказались. Представшая картина была настолько идиллическая, как будто мы попали в сказку. Большой трехэтажный дом с остроконечными башнями по бокам напоминал какой-нибудь замок во Франции. Перед ним квадратное озеро, в котором отражается белокаменное здание. По бокам усыпанные гравием подъездные дорожки. Подстриженные зеленые лужайки и стройные ряды деревьев создавали впечатление, что дом утопает в зелени.

К нам навстречу поспешили слуги в ливреях. Поклонившись, они сообщили, что меня ждут и госпожа в парке. Жестом я остановила охрану, взяв с собой лишь девушек, и последовала за слугой. Сердце, конечно, трепетало, но я с усилием сохраняла невозмутимое выражение лица. Интересно, она тоже перед встречей волнуется? Почему мы в парке встречаемся? Или настолько «рада» визиту, что решила, чтобы моей ноги в ее доме не было? Ох, лучше себя не накручивать.

Мы обошли дом и углубились в парк. Впереди, по дорожке прогуливалась высокая стройная женщина в сопровождении нескольких компаньонок. Я сразу выделила именно ее, так как более дорогая одежда в темных тонах и королевская осанка отличали ее от остальных. Заметив мое приближение, она остановилась и ожидала моего приближения. С каждым шагом все больше я паниковала. Как с ней здороваться? Надо ли мне делать реверанс? С одной стороны, я как бы Повелительница и не должна ни перед кем кланяться, но она мать Шерридана. Не за руку же мне с ней здороваться!

На расстоянии пары метров от нее я остановилась. Мы молчали, рассматривая друг друга. Она сохранила свою красоту, и в темных волосах лишь на висках была седина. Высокий лоб, черты лица аристократические, немного длинноватый нос ее не портил, а придавал пикантность. Светло-серые глаза смотрели на меня холодно и свысока. Что ж, я не девочка, несмотря на юную внешность, и меня этим не запугаешь.

– День добрый, – произнесла я, первая нарушая молчание. Взгляд свысока разрешил мои терзания насчет того, приседать мне в реверансе или нет, и я стояла с прямой спиной, распрямив плечи.

– Чем обязана? – спросила она, когда молчание стало невыносимым.

– Думаю, нам давно пора познакомиться.

– Да? Откуда такое горячее желание? Ты не спешила с визитом.

Своим «ты» она выразила свое пренебрежительное отношение ко мне. Мне стоило труда погасить раздражение и сохранить спокойствие.

– Если мы останемся наедине, то я смогу объяснить причину.

– А с чего ты взяла, что мне это интересно?

Твою мать! Она играла со мной и прилюдно унижала. Видела перед собой восемнадцатилетнюю девчонку и всем своим поведением показывала, что ни во что меня не ставит. Вот только я не девочка и терпеть такое не намерена. Подняв подбородок, твердо произнесла:

– Я могу уйти, но тогда вы не узнаете много интересных вещей, касающихся не только меня, но и своего сына. – Мне надо было с ней поговорить наедине, без лишних ушей. Пришлось сыграть на любопытстве. Надеюсь, она перестанет так явно демонстрировать свою неприязнь, тем более я четко дала понять, что готова уйти.

– Я знаю все о своем сыне! – высокомерно произнесла она, но мои слова ее зацепили.

– Позвольте усомниться в этом. Шерридан хотел поговорить с вами, но ваш последний разговор не сложился.

– Повелитель! – жестко поправила она меня. В ее глазах промелькнуло недовольство тем, что я в курсе их разговора. Похоже, не стоило упоминать об этом.

– Да, он Повелитель, я Повелительница, – напомнила и о своем статусе не менее жестко я, теряя терпение. Сделав глубокий вдох и медленный выдох, продолжила: – Вот только в первую очередь он мой муж, вы его мать, мы одна семья, так что оставим формальности.

Понимаю, что Шерридан, потребовав от нее уважительного отношения ко мне, ее уязвил и теперь она отыгрывается на мне. Только мое терпение небезгранично. Еще немного, и я пошлю все к черту. Лично я не сделала ей ничего плохого, и нечего на меня шипеть, теша свое самолюбие.

Мы скрестили взгляды, и я выдержала поединок, не дрогнув и не опустив глаз.

– Недавно у меня распустились прекрасные розы.

– С удовольствием на них посмотрю, – в тон ей ответила я. Мы с ней почти одновременно сделали знак нашему сопровождению, чтобы они остались. Зита и Гита напряглись, но сдержались и не выказали своего недовольства, оставаясь на месте. Если бы в данный момент они меня ослушались, прибила бы!

Мы стояли у куста с розами, но каждая из нас была далека от восхищения цветами. Моя спутница о чем-то раздумывала, недовольно поджав губы, я же подбирала слова, с чего начать рассказ.

– Считаю своим долгом сообщить, что, на мой взгляд, дочь человека, который не держит своего слова и втянул нашу страну в войну, недостойна быть рядом с моим сыном! – первой нарушила молчание она и с вызовом бросила на меня взгляд. Да, не сдается наш гордый «Варяг».

– У нас говорят, что дети за родителей не в ответе! – тут же ответила я. – Но в данном случае вы совершенно правы. Ауэрия совсем не подходила Шерридану как жена.

Ее глаза расширились от удивления, когда смысл моих слов дошел до нее. Она бросила быстрый взгляд в сторону, откуда мы пришли.

«Надо прояснять ситуацию, пока она охрану не позвала», – хмыкнула про себя я и начала свой рассказ об обстоятельствах моего появления в этом мире. Умолчала лишь о Кроне и крыльях, для первого раза и так достаточно информации.

– Как видите, Ауэрия действительно была не самой удачной парой для Шерридана, – заключила я, – но сейчас она счастлива в моем мире и скоро выходит замуж.

Пока я рассказывала, мы успели дойти до беседки, увитой плющом, и присесть там. Видно после обрушившихся известий кое-кому необходимо было прийти в себя.

– Именно это хотел рассказать вам Шерридан и познакомить нас, но вспылил.

– Почему он сам не пришел? – Я на мгновение замялась, и она все поняла: – Он знает о твоем визите?

– Нет. Когда я спросила, почему он до сих пор не познакомил нас, то Шерридан сначала ушел от ответа, но потом признался. Поэтому я решила сама вас посетить и обо всем рассказать.

– Для своего возраста ты излишне самостоятельна, – заметила она.

– В моем мире женщины сами способны принимать решения. К тому же это Ауэрии восемнадцать, мне же в моем мире было тридцать, и я давно уже не ребенок.

– Понимаешь ли ты, что из твоих слов следует, что ты ему не жена? – неожиданно спросила она. – Это Ауэрия давала клятву в храме перед богами.

Вот же стерва! Интересно, все свекрови такие? Чего она добивается? Вывести меня из себя или проверяет на крепость? В душе зарождалось раздражение.

– Шерридан провел ритуал единения душ, так что я теперь больше чем жена. – Моя собеседница ахнула, а я, к своему стыду, не сдержала в душе торжества, заметив, что моя стрела попала в цель.

– Что?! Как он мог?! – Она была потрясена и еле выдавила из себя эти слова.

– А что вас так удивляет? Я его истинная спутница, даже боги подтвердили это. Правда, Шерридан провел ритуал раньше, чем узнал об этом, – не удержалась от последнего замечания я.

– Глупец! Теперь его жизнь зависит от тебя. – Она одарила меня раздраженным взглядом. – Стоит его недругам узнать о его слабости…

– Должна напомнить, что теперь и он моя слабость, – раздраженно заметила я. – О ритуале знаете лишь вы, но я верю, что эту информацию вы сохраните в тайне.

– Тебе мало того, что из-за тебя он избавился от гарема? В своем желании привязать к себе моего сына ты не гнушаешься ничем!

Я вздрогнула от злобы, с какой были произнесены эти слова. Что я ей сделала? Всего лишь всей душой люблю ее сына. От несправедливости обвинения у меня потемнело в глазах. Мне ничего не оставалось, как гордо вскинуть голову и произнести:

– Меньше всего я хотела бы подвергать жизнь Шерридана дополнительному риску. Он сам провел ритуал и лишь позже сообщил, что он значит. Как бы там ни было, но я не жалею об этом! Я люблю вашего сына и буду с ним в горе и в радости. И даже смерть не пугает меня. Не страшно уйти вслед за ним, гораздо страшнее жить без него!

Она скептически смотрела на меня, и, наверное, это вынудило меня добавить:

– Вам просто не понять этого, – намекнула я на то, что такой близости между ней и ее мужем не было.

– Да что ты можешь знать об этом?! – вскинулась она.

– Вы правы, ничего. Но не надо поспешно обвинять меня во всех смертных грехах, не зная обстоятельств.

После моих слов повисла тишина. Меня молча сверлили взглядом, и постепенно напряжение спадало. Я овладела собой и взяла себя в руки. Что ж, хотела откровенного разговора между нами – получила. Никто не обещал, что он будет приятным.

– Это все, что ты хотела мне сказать? – холодно спросила она.

Я чувствовала, что время нашей встречи подходит к концу. Секунду колебалась, говорить ей или нет, о своих планах. С другой стороны, вряд ли я еще раз захочу с ней встретиться, если она продолжит обращаться со мной в таком ключе, и было бы неплохо сразу выяснить ее позицию в данном вопросе. Она же была Правительницей, и может, забота о своем народе пересилит ее неприязнь ко мне, и мы сможем с ней общаться хотя бы по деловым вопросам.

– Нет, есть еще один вопрос, который я хотела бы обсудить с вами, – сдержанно ответила я и начала рассказывать о тех реформах, что хочу провести.

Как только я начала говорить, она не сдержала своего удивления, но потом овладела собой и слушала меня с непроницаемым лицом. Это нервировало, но, рассказывая ей о своих планах, я увлеклась и почувствовала воодушевление. Красноречиво убеждала, что такие изменения будут лишь на благо людей. Нам нужны больницы и школы. К тому же после присоединения к империи земель Эгнуса с выходом к морю кентаврам просто необходимы высшие учебные заведения, обучающие мореплаванию.

Выдохнувшись, я горящими глазами смотрела на нее, напряженно ожидая ответа.

– Насколько я понимаю, ты хочешь, чтобы я убедила своего сына в необходимости этого? – скептически спросила она.

– Я и сама способна обсудить с Шерриданом эти вопросы, – отрицательно покачала я головой. – Мы недавно вернулись из путешествия. Будучи в гостях, на меня произвела впечатление благотворительная деятельность, что развернула принцесса. – Я специально не стала называть по имени Асю, а упомянула ее титул для вескости слов. – Ею занимаются многие женщины из благородных семей. Я хотела бы нечто подобное организовать и у нас. Надеялась, что вы своими знаниями и опытом поможете мне в этом и станете во главе.

– Чтобы я помогала тебе?! – вырвалось у нее, и это меня задело.

– Во-первых, не мне, а народу, частью которого вы являетесь. И почему вы с таким предубеждением восприняли мои слова? Что плохого в моем предложении? Я предлагаю вам реализовать свой опыт в общественной деятельности.

– В этой стране руководят мужчины, а долг женщины воспитывать детей! Может, прежде чем разворачивать общественную деятельность, ты хотя бы выполнишь свой долг и принесешь империи наследника?

Мне как будто пощечину дали. В груди все заледенело. Так обидно стало. Руки задрожали, и я сжала их в кулаки, пряча в складках платья. Я не заслужила такого обращения. Зачем я распиналась?! Ничего у нас не выйдет, и о теплых родственных отношениях можно забыть. Прав был Шерридан, не желая нашей встречи с ней.

Я встала, и она поднялась вслед за мной:

– В моем мире женщины занимают ключевые посты в управлении страны наравне с мужчинами, и это не мешает им рожать детей, воспитывать их и вести активную жизнь, не ограниченную домом, – ледяным тоном произнесла я. Хотела на этом закончить и уйти, но не сдержалась и добавила: – Не понимаю, почему вы с таким предубеждением ко мне относитесь? Мы только познакомились, и лично я вам ничего плохого не сделала. Моя вина лишь в том, что я истинная пара вашего сына и люблю его. Хотите и дальше лелеять ваши надуманные обиды? Мешать не стану.

Я резко развернулась, чтобы уйти, даже сделала пару шагов, а потом замерла соляным столбом на месте, разглядев того, кто к нам приближается.

Четко печатая шаг, с окаменевшим лицом и яростно сверкающими глазами к нам приближался Шерридан. Он был вне себя и явно явился по мою душу. Интересно, как много он видел? Мы с его матерью были напряжены, и только слепой не заметил бы этого.

«Почему он так быстро? Откуда узнал, что я здесь?» – пронеслось в голове, а потом меня покинули все мысли. Я смотрела, как он приближается ко мне, злющий как черт, взглядом обещающий все кары небесные, и ничего не могла с собой поделать, любуясь им и гордясь. Это мой мужчина! Весь мир сузился лишь до него одного. Он мой воздух, он в моей крови, он центр моей вселенной. И когда он чуть ли не вплотную приблизился ко мне, все, на что я оказалась способна, это поднять к нему голову, скользя взглядом по камзолу, вороту рубашки, шее, твердой линии подбородка и крепко сжатым губам, и улыбнуться ему, встретив взгляд его карих глаз. Всем своим существом радуясь, что он рядом.

Шерридан вне себя, но мне не страшно. Я забыла, что как бы виновата, что не предупредила его, о ссоре с его матерью, о раздражении и обиде… Бог с ней, она подарила мне его. Я тонула в его глазах и ничего не могла с этим поделать.

– Прошу прощения… мама, но мне надо поговорить со своей женой, – отрывисто произнес Шерридан, не отводя глаз. Вспыхнул портал, и, подхватив меня на руки, он шагнул в него, и мы оказались в нашей спальне.

* * *

Остановившись у кровати, он поставил меня на пол и резко рванул на мне платье, разрывая его вместе с бельем. И пикнуть не успела, как обжигающий поцелуй запечатал мне рот. Я взлетела в воздух и оказалась обнаженной на постели. Свою одежду Шерридан тоже практически сорвал с себя, не озаботясь расстегиванием пуговиц и не сводя с меня горящего взгляда при этом.

Никогда его таким не видела. Он был в ярости, и в то же время присутствовало что-то еще. Движения рваные, торопливые. Интуитивно понимала, что меня ждет жесткий секс без долгих прелюдий. Я не боялась – это же Шерридан! Наоборот, рассматривая его широкие плечи, мощную грудь с темно-коричневыми сосками, узкие бедра, мужское достоинство в полной боевой готовности, чувствовала, как все внутри сладко сжимается в ожидании.

Ой! Взгляд задержался на мужском достоинстве. Пока я рассматривала мужа, он успел полностью обнажиться и двинулся на меня.

Не говоря ни слова, он широко развел мне ноги и лег между ними, накрывая мое тело своим. Чтобы не раздавить меня, перенес вес на руки и неожиданно укусил меня за грудь, заставив вскрикнуть не столько от боли, сколько от неожиданности.

– А сейчас, дорогая, я буду тебя учить послушанию, чтобы тебе больше и в голову не пришло своевольничать и до смерти пугать меня! – заявил он.

Вот! Страх – это было именно то, что я увидела в лице Шерридана, но не могла расшифровать, так как никогда не видела его испуганным. Лишь после его слов я поняла, что он испугался за меня.

– Руки за голову! – последовал приказ, и я подчинилась ему. В конце концов, пусть спустит пар. Заведя руки за голову, всем своим видом демонстрировала, что у него самая послушная в мире жена. Довольный, он отстранился и встал на колени на кровати.

– Запомни, сейчас ты наказана и не имеешь права прикасаться ко мне! – отрывисто сообщил он.

«Что ж, перенесу. Главное, чтобы он прикасался ко мне», – решила я, заводясь от его слов.

Несколько мгновений он помедлил, ожидая моей реакции. Что-что, а характер мой знал. Лишь убедившись в моем безоговорочном подчинении, позволил чувствам вырваться на волю и сорвался.

– Стань на четвереньки! – неожиданно властно приказал он.

Чуть удивившись, я перевернулась на живот и встала, повернувшись к нему ягодицами. Всего ожидала, но не того, что последовало дальше.

Мою кожу обжег увесистый шлепок по пятой точке.

– Это тебе за то, что ушла без предупреждения!

За первым шлепком тут же последовал второй:

– Это тебе за то, что обманула охрану!

Кожа горела огнем, но он продолжал:

– Это тебе за то, что ничего не сказала, о своих намерениях!

Никогда бы не поверила, что буду покорно сносить избиение, но он шлепал меня, приговаривая с каждым ударом, а я терпеливо сносила наказание, кусая губы.

Вся кровь прилила к моим ягодицам, и кожа стала невероятно чувствительной.

– Шер! – жалобно взмолилась я, и он остановился. Не оборачиваясь, я слышала его тяжелое дыхание, да и сама дышала, как будто пробежала марафон.

Поцелуй в поясницу был неожиданным. За ним последовал еще один и еще…

Шерридан неистовствовал, клеймя меня каждым поцелуем. Без долгих предварительных ласк он ворвался в меня, заставив выгнуться ему навстречу. Может, я извращенка, но он вошел без труда, так как там я была вся мокрой.

Это было какое-то безумие. Наши тела яростно сплетались, желая стать одним целым.

– Что ты творишь со мной?! – рычал он, потеряв контроль и превратившись в дикаря, тараня мое тело.

Это я?! Все мое тело – это один оголенный нерв. Невыносимо острое наслаждение пронзало каждую мою клеточку, и казалось, я больше не выдержу. Наше слияние было первобытным и неистовым. Я хотела его до безумия. Его движения были яростны. Он врывался в меня в диком темпе, заставляя от наслаждения кричать и комкать руками простыни.

Мир разлетелся на осколки, и я цеплялась за мужа, как в единственное незыблемое в этой реальности.

– Люблю тебя! – прошептала я сорванным от стонов голосом.

Эти слова как будто стали спусковым крючком для него. Он взорвался во мне, выплескивая горячее семя и увлекая за собой в еще одном оргазме.

Некоторое время в комнате стояла оглушительная тишина, нарушаемая нашим хриплым дыханием и бешеным стуком сердец.

Перевернувшись на спину и избавляя от веса своего тела, он увлек меня за собой, положив на себя, и с такой силой стиснул в объятиях, что затрещали ребра.

– Еще раз вытворишь нечто подобное, и я прикую тебя к себе!

Наши тела блестели от пота. Обессиленно уткнувшись в его шею и вдыхая запах разгоряченной кожи, я была согласна на все. Чувствуя его горячее дыхание и находясь в крепких объятиях, я как никогда ощущала себя на своем месте и очень счастливой.

Чуть погодя он заговорил:

– Не знаю, как это понимать… Мы с тобой недавно расстались, но я слушаю доклад советника и ощущаю беспокойство за тебя. Все мои инстинкты кричат, что с тобой не все в порядке. Наплевав на занятость и обозвав себя сумасшедшим, я, оставив все дела, иду к тебе, и что узнаю?! – Шерридан сделал паузу, а у меня от его слов все сонное состояние слетело. – Я узнаю, что моей жены нет во дворце и портал открыли по моему приказу!!!

Последние слова он прорычал, и будь я кошкой, то виновато прижала бы ушки. Я и так боялась пошевелиться, представляя, что он пережил.

– Рия, не молчи! Объясни мне зачем? Вот зачем ты к ней пошла?! – Шерридан перевернул меня и навис надо мной, требуя ответа. Да это просто допрос с пристрастием! Тон из требовательного превратился в обеспокоенный. – Она тебя оскорбила? О чем вы говорили?

Я уперлась руками в его грудь, немного отодвигая. Вот нечего на меня оказывать психологическое давление. Приходилось быстро соображать, что сказать, чтобы еще больше не испортить их отношения с матерью?! Ведь признайся я, как она меня приняла и в каком тоне со мной разговаривала, и его ярость гарантирована. В то же время при нашей встрече присутствовало много людей, и ему точно доложат все в красках. Бли-и-и-н!

– Шер, ничего страшного не произошло, – погладила я его по лицу, стараясь успокоить. Он на мгновение прикрыл глаза, а потом опять лег на спину и притянул меня к себе.

– Рассказывай! – приказал он.

– Извини, что не предупредила о своем решении, но ты бы меня не отпустил. Я не хотела, чтобы вы ссорились из-за меня, поэтому решила сама нанести визит. Будь к ней снисходителен, она же не знала, что я твоя истинная пара и мы любим друг друга, – попыталась я сгладить впечатление от нашей встречи с его матерью.

Шерридан ждал продолжения рассказа, и я решила не вникать в подробности:

– Мне удалось остаться с ней наедине и поговорить. Я рассказала, что не являюсь Ауэрией, и меня перенесли из другого мира для тебя. Теперь она знает о том, что ты провел ритуал и наши души связаны.

Руки, поглаживающие до этого мне спину, замерли:

– И почему мне кажется, что это известие ее не обрадовало?

– Ты прав, в восторге она не была, – вздохнула я, но тут же попыталась оправдать свекровь: – Она любит тебя и обеспокоена, что теперь я твое слабое место, чем могут воспользоваться враги.

Шерридан приподнял мне подбородок и заглянул в глаза:

– Рия, никогда даже не думай об этом! Ты моя сила. Когда ты рядом, я мир способен перевернуть. Не понимаю, как тебе это удается… Я в бешенстве шел за тобой, с огромным желанием отшлепать и научить послушанию, но лишь только увидел, как просветлели твое лицо и твой взгляд при виде меня, как все, на что я оказался способен, это не взять тебя в саду своей матери.

Не сдержавшись, я захихикала. Да, это был бы перебор. Какое счастье, что существуют порталы и далеко идти не пришлось.

– Я все еще зол, что ты ослушалась меня, – мрачно сообщили мне.

– Разве ты мне что-то запрещал? – лукаво взглянула я на него. – О том, что мне не надо посещать твою мать, не было сказано ни слова.

– Ри-и-и-я! – протянул он и шлепнул меня по ягодицам.

– Ай! – вскрикнула я, так как попа еще горела. – Куда бьют – туда целуют! – глубокомысленно выдала я и взвизгнула, когда меня подхватили и начали вертеть, чтобы поцеловать. Ладно бы целовал, но кусать мою филейную часть зачем?! Я визжала, брыкалась и хохотала, барахтаясь в постели.

К сожалению, это не отвлекло Шерридана от темы разговора. Раскрасневшуюся меня перевернули, наградили поцелуями и опять уложили к себе на грудь.

– Я хочу услышать, о чем вы еще говорили, – серьезно произнес Шер, когда мы немного успокоились. Черт, вот лучше бы еще раз меня укусил, чем возвращался к этой теме!

– Помнишь, я у Аси присутствовала на собраниях благотворительного комитета? – напомнила я. – Нечто подобное хочу организовать и у нас. Привлечь женщин к общественной деятельности.

– Рия, у нас другие порядки, – нахмурился он.

– Да-да, знаю. Ваши женщины лишь занимаются домом и ездят друг к другу в гости, – ехидно произнесла я. – А ничего и не изменится. Так и продолжат собираться вместе, только вместо сплетен и перемывания косточек знакомым начнут приобщаться к общественной жизни. – Да ваши мужчины мне еще спасибо скажут! – продолжила убеждать я Шерридана. – Ведь женщина, увлеченная делом, меньше пилит мужа и довольна жизнью.

Не выдержав, он хохотнул и с любопытством поинтересовался:

– А от матери ты что хотела?

– Хотела предложить ей возглавлять такие собрания, – ответила я, стараясь подавить разочарованный вздох.

– И что она?

– Ответила примерно то же, что и ты: у вас это не принято, и бла-бла-бла.

– Ты поэтому расстроилась? – Он взял меня за подбородок, желая прочитать ответ по лицу. Я замялась с ответом. Под страхом смерти я бы не стала говорить про ее слова о ребенке, для меня это была болезненная тема. Я так сильно хотела детей от Шерридана…

– Рия, когда я шел к тебе, то мое сердце сжалось от боли, и я знал, что это связано с тобой.

Это признание меня ошарашило. Мои глаза распахнулись, и я с надеждой посмотрела на мужа. Неужели?!

– Ася говорила, что если пара истинная, то со временем связывающие узы крепнут. Сначала они начали с Дорианом чувствовать друг друга, а потом смогли и ментально общаться. – В его глазах я увидела отражение своей радости, когда мы осознали значение этого. Наши узы крепнут!

Это была первая мысль, вторая же была: «Капец!» Если Шерридан сможет читать мои мысли, то о таких финтах, как сегодняшняя поездка, можно забыть. Н-да… Ладно, буду решать проблемы по мере их наступления, и беспокойство по этому поводу я отложила на потом. Да и как можно беспокоиться, когда тепло взгляда Шерридана согревало меня изнутри, заставляя быстрее биться сердце.

Внезапно его взгляд потемнел, и он проницательно посмотрел на меня:

– Не поверю, что отказ матери расстроил тебя до такой степени. Что она тебе сказала? – потребовал ответа он в приказной форме, и я почувствовала, как его тело окаменело в ожидании моего ответа.

Черт бы побрал его проницательность! Отвечать я не хотела, опасаясь еще больше настроить его против матери, и прибегла к извечной женской уловке – поцелуям. Осыпая его крепко сжатые губы дразнящими поцелуями, отчего они смягчились, я промурлыкала:

– Шер, это такие мелочи по сравнению с тем, что она подарила мне тебя… – И пресекая эту тему, настойчиво поцеловала его, сплетая наши языки. Метод отвлечения сработал, и, глухо застонав, Шерридан обнял меня, крепко прижимая к себе.

Мы полдня провели в постели. Несмотря на то что покидать ее не хотелось, его ждали дела. Я лежала, лениво наблюдая за тем, как одевается Шерридан. От вида мускулов, перекатывающихся под кожей, невольно почувствовала возбуждение. С ним я себя нимфоманкой чувствую!

– Рия, прекращай так смотреть! – рыкнул Шерридан, замерев с рубашкой в руках. – От твоего взгляда я обо всем забываю и точно никуда не уйду.

Меня так и подмывало спросить, а так ли уж необходимо уходить, но прикусила язык. Я прекрасно видела, сколько народу его дожидается, а он полдня гоняется за мной да нервы себе успокаивает. Пришлось подавить разочарованный вздох. У каждого мужчины свои недостатки. Мой оказался Правителем. Звучит красиво, но обязанностей море.

Как бы почувствовав мое состояние, Шерридан подошел, присев на постель, потянулся ко мне и поцеловал в макушку, с нежностью проведя по щеке рукой. Правильно, что не стал в губы, иначе я опять бы его в постель затащила.

– Не расстраивайся. Я постараюсь выделить день лишь для нас двоих, – пообещал он.

– Ловлю на слове! – улыбнулась я в ответ.

Меня мучил один вопрос, и я решила удовлетворить свое любопытство.

– Скажи, а какие отношения были между твоими родителями? Они любили друг друга? – Мне хотелось понять его мать. Что за жизнь у нее была?

Шерридан отстранился, и я обругала себя, так как его хорошее настроение пропало без следа. Импульсивно я накрыла его руку своей, не давай ему встать:

– Если тебе неприятно об этом говорить, то не надо. Просто хотела понять твою мать.

– Думаю, ты имеешь право знать, – глухо произнес он, не смотря мне в глаза. Отложив рубашку и сцепив руки в замок, он заговорил отрывистыми фразами: – В первую очередь это был политический брак… Мой отец был красив, и мать влюбилась в него с первого взгляда… Через несколько месяцев она забеременела. Приехав сюда, ей пришлось привыкать к нашему укладу и мириться с существованием гарема… У отца была фаворитка там. Говорят, он ее любил… После моего рождения она забеременела.

Шерридан сделал паузу, а я затаила дыхание. Было жаль мать Шерридана. Молоденькая девочка, влюбленная в мужа… Смирилась с тем, что муж, помимо нее, посещает еще и гарем. Чем она себя успокаивала? Что именно она жена и мать его сына? Представляю, как ее уязвило, что соперница тоже забеременела.

– Девушкам гарема дают противозачаточное. Ее беременность была с разрешения отца, – с трудом произнес он. Этот рассказ давался ему нелегко. – Мама, узнав это, пришла в ярость… Через несколько дней фаворитку отравили. Служанка, сделавшая это, сбежала, и нашли ее лишь через год. Под пытками она призналась, что действовала по приказу мамы. Служанку казнили, а отец больше ни разу не посетил постель матери. Должен сказать, что после этого родители испытывали друг к другу обоюдное чувство – ненависть. – Последние слова прозвучали с горечью.

– А как он относился к тебе?

– Он воспитывал из меня достойного преемника, – только и ответил он.

Эти слова сказали мне многое. Не выдержав, я забралась к нему на колени и обняла. Такого большого и сильного, но со шрамами на душе после несчастливого детства. Любой ребенок желает, чтобы родители любили друг друга и его. Если в жизни случается иначе, это ранит. По себе знаю. До сих пор не простила отца за то, что он предал мать и бросил нас, а ведь я к тому времени была уже не ребенок.

– Знаешь, у нас будут с тобой дети, и мы будем их сильно-сильно любить, – прошептала я. – И ты будешь самым лучшим в мире отцом. Я знаю это!

– Рия! – простонал Шерридан, с каким-то отчаянием сжимая меня в объятиях.

Я зарылась пальцами в его густые волосы и чуть оттянула их, заставляя посмотреть себе в глаза:

– У нас будет все по-другому! – убежденно произнесла я и поцеловала его. Он тут же перехватил инициативу, взяв в плен мои губы.

– Люблю тебя! – рыкнул он низким голосом, от страсти в его глазах я загорелась мгновенно. Он упал на постель, увлекая меня за собой, а потом перевернулся, оказавшись между моими ногами.

– А как же дела? – напомнила я.

– Подождут, – хрипло произнес он. – Я вдруг понял, что очень хочу наследников.

* * *

На следующий день мне доставили письмо от матери Шерридана, где она сообщала, что согласна с моим предложением и приглашала посетить ее. Если честно, не ожидала. Я показала его супругу, так как без него после вчерашнего выход из дворца был мне заказан.

– Лучше пусть она приедет сюда, – отрезал он и тут же добавил: – Я буду присутствовать при вашей встрече.

Что ж, ничего против не имела. Мне скрывать нечего, а Шерридан явно хотел лично убедиться, что она меня не оскорбит. Он вообще планировал принять ее в тронном зале, да я встала на дыбы. Она мать и член семьи, к чему весь этот официоз?

– Рия, в отличие от тебя, мне уже доложили, как она вчера тебя встретила, – ледяным тоном произнес он. – Ты моя жена и Повелительница, а она… Пусть будет благодарна, что мы вообще согласились на встречу. – Шерридан сузил глаза, что придало его облику хищный и опасный вид: – Никто не имеет права оскорблять тебя! Даже моя мать.

В глазах защипало, и я чуть не расплакалась. Он готов был защищать меня от всего мира. Даже в самых смелых мечтах я не могла представить себе такого мужчину. Часто моргая, я пыталась справиться с чувствами. Не знаю, почему накатило и я так расчувствовалась. Наверное потому, что прожила тридцать лет и даже тени подобного не было в моей жизни. Было страшно от того, что если бы не эта интрига Хранителей и вмешательство Весты, его бы не было в моей жизни. Я могла бы не встретить этого невероятного мужчину, и одни пустые отношения сменяли бы другие. Что в моей жизни было кроме привязанности к сестре и работы?

– Девочка моя, ты чего? – забеспокоился Шерридан. Быстро подойдя ко мне, он с тревогой заглянул в мое лицо.

– За таким, как ты, можно не то что из другого мира прийти, а хоть на край света, хоть за край. – Обняв его, я уткнулась носом в его камзол. Шерридан растерянно обнял меня и погладил по голове.

Наверное, мой срыв стал причиной того, что он без споров согласился встретиться с матерью по-семейному и пригласил ее на обед.

Глава 7

Наша вторая встреча с ней была совершенно иной. Первым делом она заявила, что счастлива за нас и будет рада оказать мне посильную помощь во всех моих начинаниях. После такого заявления Шерридан заметно расслабился, и совместный обед прошел в непринужденной обстановке. Видя, что со стороны матери мне ничего не грозит, он оставил нас, после того как ему доставили срочное сообщение. К этому времени мы уже переместились в гостиную и, потягивая напитки, рассказывали о своем путешествии.

Наибольшее впечатление произвел рассказ о Весте и ее способностях, а также то, что мы с ней в дружеских отношениях. О Кроне и моих крыльях мы с Шерриданом, не сговариваясь, не упоминали. Это была отдельная тема, которую не расскажешь мимоходом. Да и не хотелось портить легкую атмосферу встречи. Не знаю даже, стоит ли вообще об этом говорить. Это было настолько личным, а между нами были не настолько доверительные отношения.

С уходом Шерридана на мгновение повисло молчание, а потом она произнесла:

– Хочу извиниться за нашу первую встречу. Я ожидала встретить расчетливую интриганку, которая каким-то образом околдовала моего сына. Пусть мне нет прощения, но меня можно понять. Из-за отца Ауэрии разразилась война, и она не могла быть не в курсе его планов. К тому же исчезла она из дворца не без помощи своей дуэньи. А тут в войне мы победили, вполне логично расторгнуть брак, к которому вынудили… – Она глубоко вздохнула и нервно переплела пальцы рук, лежащих на коленях. – Что бы я ни думала прежде, но поняла, как глубоко ошибалась, когда увидела, какими глазами вы смотрите друг на друга… – Судорожно вздохнув, она прямо посмотрела на меня: – Мой сын любит тебя, это неоспоримо. В искренность твоих чувств я поверила лишь тогда, когда увидела выражение твоего лица, когда он появился. – Она посмотрела на меня немного растерянным взглядом, как будто до сих пор находясь под впечатлением от увиденного. – Он в ярости… а ты ему улыбаешься!

В данный момент она не скрывала своих эмоций и волнения и была со мной искренна. От прежней высокомерной королевы не осталось и следа. Передо мной сидела женщина, чертами лица, некоторыми жестами, неуловимо напоминающая Шерридана, и я не могла на нее обижаться. Осадок после вчерашнего исчез. Пусть наша первая встреча не задалась, но, посмотрев на ситуацию ее глазами, можно было понять, почему она поступила так, а не иначе. Я для нее никто, чужой человек. Убедившись в искренности наших чувств, она первая пошла нам навстречу и извинилась. Умение признавать свои ошибки зачастую дорогого стоит.

– Шерридан – это все, что есть в моей жизни, – дрогнувшим голосом произнесла она. – Я счастлива, что вы любите друг друга и у вас все иначе…

Она не договорила, но и так было ясно, что имеет в виду себя. Мое сердце сжалось, когда я вспомнила историю ее жизни. Она совершила страшную вещь, отравив любовницу мужа, но не мне ее судить. Разбитое сердце и уязвленная гордость порой толкают на ужасные поступки. Думаю, она всю жизнь расплачивалась за это. Что может быть страшнее, чем разбитые иллюзии и попранная любовь? Прожить жизнь с человеком, который тебя ненавидит, не в силах ничего изменить.

– Давайте начнем наше знакомство заново, – произнесла я, вставая и подходя к ней. Она тоже поднялась. – Раиса, можно Рия, – протянула я ей руку и шутливо добавила: – Ваша новоприобретенная невестка.

– Марияна… – и тут же осеклась. – Можно просто Мари. Меня так дома называли. – Она пожала мне руку. Ее пальцы были холодными, но рукопожатие крепким.

– После свадьбы у нас принято называть маму мужа мамой. – Я как будто сделала шаг над пропастью.

– Буду… рада, – ее голос дрогнул, и глаза подозрительно заблестели. – Добро пожаловать в семью! – Она распахнула объятия, и мы обнялись.

С этого дня она стала моей неоценимой помощницей. Ее опыт и знания были бесценны, а энергия удивляла. Куда только девалась холодная королева? Она как будто расцвела и ожила. С ее помощью мы организовали благотворительный комитет. Именно она провела беседу с дамами из всех более-менее значимых благородных семейств. Мои ожидания оказались верны, и женщины с радостью ухватились за возможность состоять в комитете под руководством матери Повелителя. Это было почетно и престижно.

Ее дом превратился в центр культурной жизни. Там проходили благотворительные вечера, встречи, чаепития. Сама она как будто помолодела и наслаждалась бурлением жизни вокруг нее. На некоторых вечерах присутствовала и я. Это помогло мне познакомиться со своими подданными, лучше узнать, как и чем они живут.

Шерридан был приятно удивлен моей дружбой со своей матерью и той деятельностью, что мы развернули. После того как наши отношения наладились, он пусть и с опаской, но отпускал меня к ней. Конечно, усилил охрану и требовал, чтобы я перемещалась порталами – для безопасности. Я как-то заикнулась, что, может, мне лучше стоит добираться к ней, совершая прогулки по городу, чтобы не дергать магов для открытия порталов, но он так на меня посмотрел, что я тут же умолкла. Кажется, была б его воля, так он бы и шагу не разрешил мне ступить из дворца.

Марияна теперь часто посещала нас. Мы обговаривали с ней дела, планы, иногда просто общались. Я рассказывала ей о своей жизни, сестре, она мне о Шерридане, когда он был ребенком. О своей жизни она вспоминать не любила. Когда я рассказала ей, как предоставила Шерридану сравнительный список по расходам гарема и примерную стоимость содержания армии, то она хохотала до слез.

Часто мы обедали или ужинали втроем, делясь тем, как прошел день и каковы планы. Мне кажется, что за это время Шерридан еще больше сблизился со своей матерью, да и та ценила такие семейные посиделки.

Однажды мы обсуждали размещение торговой делегации, что должна была вскоре прибыть, и у нас возник какой-то вопрос к Сэму, а найти мы его не смогли. Посланный слуга сообщил, что он в детской. Я решила пригласить Марияну туда и познакомить со своим братом. Вернее, сводным братом Ауэрии.

– Рия, он будет воспитываться во дворце? – удивилась Марияна.

– Мам, а как иначе?! Со временем ему перейдет престол отца Ауэрии. На мой взгляд, его надо воспитывать вместе с нашими детьми, чтобы крепли родственные узы.

– Ты в ожидании? – с надеждой спросила она.

– Нет, но мы над этим работаем.

Мы вошли в тот момент, когда Сэм агукал с ребенком. Черты его лица смягчились, он что-то рассказывал ребенку, а тот улыбался и норовил дернуть за волосы. Увидев нас, он удивился и, передав малыша няне, поприветствовал.

Марияна как будто застыла. Ее взгляд упал на ворот камзола, где остались следы от каши. Заметив ее взгляд, Сэм смутился и, взяв салфетку, промокнул пятна.

– Простите. Мне сообщили, что он капризничает и плохо ест. Пришлось прийти и самому покормить, – пояснил он. – Что-то срочное? Если вы позволите, то я переоденусь и буду к вашим услугам.

– Конечно, встретимся в кабинете, – согласилась я. Сэм ушел, а я, заинтригованная странной реакцией Марияны, увела ее из детской и насела на нее, пока она не призналась.

– Я не думала, что мужчина может быть таким… Никогда с Шерриданом… – сбивчиво произнесла она.

Все ясно. Отец Шерридана такой заботой о сыне не страдал. Вот у нее и случился шок, когда она увидела Сэма, который так трепетно относится даже не к своему ребенку.

– Все зависит от мужчины. А Сэм замечательный! Жаль, что он одинок… Сэм благородный, и в его душе столько нерастраченного тепла, что он взял под личную опеку ребенка. Мама, а может, вам замуж выйти? – неожиданно предложила ей я.

– Что?! – в ужасе посмотрела на меня она. – Я же старая!

– Вы еще красивая женщина и заслуживаете счастья! – уверенно произнесла я. – Любви все возрасты покорны и не надо ставить на себе крест из-за неудачного брака.

Марияна смешалась, а я не стала давить. Можете назвать меня сводней, но после этого инцидента я, сославшись на занятость, умоляла Марияну помочь мне в делах и часто сталкивала их с Сэмом. Может, это и покажется странным, но я впервые видела всегда спокойного и уравновешенного Сэмюэльсона выбитым из колеи и смутившимся, а происходило это лишь в присутствии Марияны. Получится у них что-то или нет, не знаю, но эти двое как никто заслуживают счастья.

* * *

В это утро я проснулась первой и постаралась ужом выскользнуть из-под руки Шерридана, стараясь его не разбудить. Меня поймали и прижали к горячему телу:

– Ты куда? – спросонья спросил он.

– Поспи еще, – тихо произнесла я. – Хочу навестить пораньше маму, пока не прибыла делегация и не началась суета.

Вопреки моим словам, Шерридан, как большой кот, потерся об меня и открыл глаза:

– Ты даже не представляешь, как для нее много значит, что ты ее так называешь.

– У нас так принято, – смущенно ответила я. Стоило признать, что со свекровью мне повезло. Моя мама умерла, а в ее лице я обрела женщину, готовую в любую минуту выслушать и помочь словом и делом. Правду говорят, что первый блин комом. Так и у нас первая встреча не задалась. Зато потом нам удалось построить доверительные отношения, и с каждым днем я все больше и больше привязывалась к ней, ценя ее отношение ко мне и по достоинству оценив ее ум и опыт. Марияна во многом помогала мне, ненавязчиво восполняла пробелы в знании этикета, но ни на чем не настаивала. Например, оказывается, в моем присутствии никто не имеет права сидеть. Это было забавно, когда я в первый раз посетила собрание благотворительного комитета у нее дома. Я тогда была ошарашена, когда при моем появлении все вскочили.

– Почему ты торопишься к ней? – привлек мое внимание вопрос Шерридана.

– Она обещала сегодня появиться не в трауре, но чует мое сердце, что не сдержит своего обещания. Хочу лично убедиться, какое платье она наденет.

– Рия, пообещай мне, что пока у нас будут гости, ты не будешь покидать пределов дворца.

– Шер, что не так? Ты чего-то опасаешься? – встревожилась я.

– Сердце мое, я каждое мгновение опасаюсь тебя потерять. Один раз я уже чуть не сошел с ума и боюсь, второй раз этого не переживу. Поэтому я хочу исключить малейший намек на угрозу. – Я удивленно посмотрела на него, не ожидая такого признания. Уверенный в себе и несгибаемый Шерридан признался, что боится?!

– Не смотри на меня так, – улыбнулся он краешками губ, а из глаз не уходило беспокойство. – Ты даже не представляешь, что для меня значишь… Ты мой свет, мое дыхание, мое сердце. До тебя моя жизнь была пустой.

– Из-за меня ты отказался от всех своих планов, – тихо напомнила я.

– Завоевать мир? – насмешливо, с оттенком горечи спросил он. – Неужели ты не понимаешь, что теперь ты мой мир. Если бы не желание сделать крепкой империю для наших детей, то я бы и на миг не покидал тебя.

Вдруг он улыбнулся хулиганской улыбкой, перестав быть серьезным и навис надо мной:

– Кстати о детях…

– Шер?! – возмущенно взвизгнула я. – Я поняла твой план! Сейчас мы подумаем о детях, а когда мы выберемся наконец из постели, то уже начнут прибывать гости, и ты меня никуда не отпустишь.

– Неплохой план, – кивнул он, и я не поняла, то ли он и правда это задумал, то ли ему моя идея понравилась.

С этим я была категорически не согласна. Нет, в любое другое время я только за, но не в данный момент. Хитро прищурившись, я дотронулась до его груди, нежно погладив, а потом резко переместила руки на бока и начала щекотать. Не ожидавший такого, Шерридан охнул и, чтобы не придавить меня своим весом, откатился в сторону. Я воспользовалась этим и спрыгнула с кровати. Вот честное слово, впервые так сбегаю.

Добежав до дверей будуара, я оглянулась, охватив взглядом этого роскошного мужчину, лежащего на кровати, и со словами: «Я люблю тебя!» – скрылась за дверью. «Будешь должна!» – донеслось мне вслед.

Пока я одевалась и расчесывалась, мои губы не покидала счастливая улыбка. Одно дело знать, что ты любима и сама любишь, сходя с ума по нему, а совсем другое, когда тебе признаются, что любят с неменьшей силой.

Когда я вышла, меня ожидал сюрприз в виде усиления охраны. Я только покачала головой. Скоро стараниями Шерридана у меня будет столько людей, что я смогу спокойно развязать войну. Что ж, если так ему спокойнее, то я потерплю.

Марияна не ожидала моего появления с утра пораньше, и мне пришлось подождать, пока она спустится. Зато мы вместе позавтракали. Я ей прямо сообщила, что пришла проверить, во что она сегодня будет одета.

– Не поверишь, но у меня такое чувство, что сегодня начинается новый этап моей жизни, – призналась она. – Вчера вечером я твердо решила, что, несмотря на свое обещание, не стану снимать траур, но, проснувшись утром и встретив новый день, я почувствовала себя такой свободной, как будто груз сняли с моей души.

– Вот это правильно! – довольно кивнула я. – Давно пора. Мы еще на вашей свадьбе погуляем! – Марияна, несмотря на все свои манеры, чуть не подавилась чаем при этих словах и запротестовала, что ей это не нужно, но я, ничуть не смутившись, продолжила: – Сегодня в честь прибытия делегации вечером будет бал, на вашем месте я бы присмотрелась к благородным господам. Если, конечно, Сэмюэльсон хоть кого-то к вам подпустит, – не удержалась, и лукаво добавила я. За последнее время эти двое сблизились и иногда, когда он думал, что никто не видит, в глазах Сэма сквозила нежность при взгляде на Марияну.

– Между нами ничего не может быть!

– Почему? Вы свободны, и он тоже. Вы оба пережили в своей жизни боль и разочарование. Почему бы вам не позволить себе быть счастливыми?

– Мое прошлое не позволит…

– Пусть лучше прошлое остается в прошлом! Вы не только вдова, но уже и свободная женщина. Давно пора снять траур, и я рада, что вы решились на это. – Затем я перевела тему на ее туалет и попросила показать мне платье.

Из темного синего бархата, со скромным вырезом декольте, оно было элегантным и строгим. Для Марияны это был огромный шаг вперед.

Я уже засобиралась домой, как Марияна радостно сообщила:

– Вчера расцвела элегия! Пойдем покажу.

Я, когда гуляла в саду с Асей, обратила внимание на цветы и выразила свое восхищение. Когда об этом узнала королева, то она при нашем отъезде в подарок передала мне много растений. В свою очередь, я поделилась этим богатством с Марияной.

Мы вышли в сад. Зита и Гита хоть и на расстоянии, но двинулась следом. Мимоходом я отметила, что они чем-то обеспокоены.

«Наверное, гости начали прибывать, и мы запаздываем», – решила я. Действительно, за всеми разговорами время пролетело незаметно, а надо было еще подготовиться к приему и узнать у Сэма, все ли в порядке с размещением гостей.

– Он потрясающий! – делилась впечатлениями Марияна. – Бархатистый фиолетовый цветок с запахом ванили.

Воодушевленная, она чуть вырвалась вперед. Я же на мгновение сбилась с шага. Как будто день потерял свои краски, и меня охватила апатия. Я даже не вскрикнула, когда сильные руки подхватили меня, и я взмыла в воздух. Чуть повернув голову, я заметила, как с растерянным видом обернулась Марияна. Что Зита и Гита несутся в нашу сторону, но не успевают. Они вертят головами по сторонам, как будто меня не видят.

– Посмотрите наверх! – так и хочется сказать мне, но с губ не срывается ни звука.

– Спи, – услышала я приказ. Веки отяжелели, и, проваливаясь во тьму, я успела отстраненно подумать, что, проводя апгрейд в защите дворца, нам и в голову не пришло сделать то же самое в поместье Марияны.

* * *

Шерридан одевался, когда ему сообщили, что начали прибывать гости. Сегодня он на удивление долго не мог заставить себя подняться. Лежал на подушке жены, которая пахла ею, и на губах его блуждала улыбка. Он слышал, как она собирается в другой комнате. Хотелось пойти и вернуть ее в постель, но он сдержался. Рия права, если он сделает это, то они не скоро выберутся из спальни. К тому же она была решительно настроена посетить его мать.

Стоило отметить, что общение с Рией благотворно влияло на мать. Впервые за долгое время она выглядела счастливой и как бы ожила. Ему уже докладывали, что она много времени проводит с Сэмюэльсоном. В сообщении звучал подтекст, что ему не понравилось. Когда он поднял эту тему в разговоре с Рией, то та только рассмеялась.

«Шерри, только не говори, что ты, как ребенок, ревнуешь мать, – дразнящим смехом рассмеялась она. – Если и так, то что в этом плохого? Тебе бы понравилось год за годом ложиться в холодную постель? Если они обретут семейное счастье, то я буду только рада».

Он тогда пытался объяснить про ее высокое положение и что она вдова его отца. На что она лишь ехидно на него посмотрела и сказала, что прошло достаточно времени, все приличия соблюдены и его матери давно пора снять траур. Разве он не желает ей счастья?

Шерридан тогда смешался. Он как-то не представлял, что его мать может выйти еще раз замуж. Для него это было дико. В то же время слова жены заставили его усомниться в своей правоте, и он решил оставить все как есть.

Он уже собирался выходить, когда, постучавшись, вошел обеспокоенный Сэмюэльсон.

– Повелитель, не знаю, насколько это серьезно… От системы безопасности пришло сообщение, что от линекийцев через портал прошло шестнадцать человек, и были подготовлены комнаты. Но при их размещении оказалось, что их всего пятнадцать. Я говорил с ними. Они утверждают, что их было пятнадцать. Я взял на себя смелость оповестить охрану и послал через портал людей, чтобы они выяснили, сколько действительно человек прошло с той стороны. Поговорил с нашими людьми, что их встречали, те тоже утверждают, что их было пятнадцать.

Шерридан выругался. Благодаря Коулсону и его нововведениям, они теперь отслеживали количество человек, перемещающихся во дворец через портал. До этого система сбоев не давала.

Первым его приказом было срочно вернуть жену во дворец. Он старался подавить нарастающую тревогу. Не нравилось ему такое несовпадение.

С линекийцами у них был мир. Как и остальные, они прислали своих представителей для обсуждения прохождения торговых путей. Что за интригу они затеяли? Или это не они? Их земли не так уж и далеко от предгорий. Движимый беспокойством, он открыл портал к матери.

По переполоху среди слуг он с ужасом понял, что опоздал. Пройдя в сад, он застал охрану жены в смятении.

– Что произошло? – отрывисто потребовал отчета он. Глазами нашел бледную как полотно мать, а Рии нигде не было видно.

– Повелитель, госпожа исчезла у нас на глазах. Просто растворилась в воздухе. Открытия портала зафиксировано не было, – отрапортовал начальник охраны.

– А вы куда смотрели?! – рявкнул он.

– Госпожа с вашей матерью вышли в сад. Мы охраняли периметр. Никого поблизости не было, правда, оборотни что-то учуяли.

– Ко мне их!

Подошедшие львицы сообщили, что в воздухе витал запах постороннего мужчины. Госпожа как будто споткнулась и исчезла у них на глазах. Следов ее перемещения зафиксировано не было.

Как могла она исчезнуть на дорожке аллеи без открытия портала?! Медленно подняв голову вверх, он посмотрел на небо, с ужасом осознавая, что здесь, в отличие от дворца, нет защитного купола, препятствующего проникновению с неба. Тянущая боль начала распространяться от сердца, заполняя грудь и мешая дышать.

– Сын… – к нему подошла мать, протягивая руки.

Медленно опустив голову и посмотрев на нее, он прошептал помертвевшими губами:

– Вас преследует злой рок, мама, лишать мужчин нашего рода любимых женщин. – Резко развернувшись, он ушел и не видел, как от его слов она пошатнулась и начала оседать на землю.

Шерридан открыл портал и вернулся во дворец. Здесь ему больше делать было нечего. На автомате он принялся раздавать приказы, чтобы перекрыли границы, но понимал, что поздно. Если это ирлинг, а его интуиция подсказывала, что так оно и есть, то никакие границы того не удержат. Шерридан направил магов отследить магический след, если он остался и заперся у себя в кабинете, стараясь справиться с потрясением и найти выход. Как раненому зверю ему хотелось выть, и он не хотел, чтобы его видели в таком состоянии.

Его уединение нарушил Сэмюэльсон. По лицу своего наставника он понял, что тот уже в курсе. Бросив сочувствующий взгляд, он заговорил:

– Дознаватели работают с линекийцами, пытаясь выяснить, каким образом посторонний мог примкнуть к ним и были ли они в сговоре. – Чуть замявшись, добавил: – Я взял на себя смелость приказать информацию о похищении Повелительницы хранить в тайне.

Шерридан горько улыбнулся:

– У меня уже второй раз похищают жену. Кому скажи – засмеют. Даже тролли будут насмехаться над тем, что я не способен сохранить принадлежащее мне. – Помимо личной трагедии, произошедшее грозило обернуться огромным ударом по авторитету.

– В прошлый раз решившиеся на это умылись кровью, и смеяться никому не хотелось, – тактично заметил Сэмюэльсон.

– Мы не готовы сейчас к войне с ирлингами. К тому же нет никаких доказательств их причастности, и союзники меня не поддержат. – Шерридан отчетливо понимал, что слишком многим не нравится усилившееся влияние кентавров. Пусть после войны с Эгнусом они затаились, но дай им только шанс…

«Значит, надо обратиться к новым союзникам», – промелькнула здравая мысль.

– Срочно найдите Коулсона. Он мне нужен. Необходимо сообщить принцу Дориану о похищении. Пусть его жена свяжется с Вестой. – Шерридан не думал о гордости, собираясь просить о помощи. На Хранителей надеяться не стоило, те вмешиваться не будут, но богиня могла помочь.

Он одобрил решение Сэмюэльсона соблюдать секретность. Возможно, удастся вернуть Рию, не предавая факт ее похищения широкой огласке. Оставалась еще надежда на кольцо с порталом перехода. Подарок архимага для Рии на крайний случай. Его, как и амулет, Рия не снимая носила всегда.

Шерридан вспомнил, как она шутила по этому поводу, забавно морща носик: «Я скоро на рождественскую елку буду похожа, увешанная амулетами». Как будто наяву ее увидел, и боль в груди напомнила о себе с новой силой. Он обязательно ее вернет, иначе все, что ему остается, это тихо сдохнуть.

– Всем остальным сообщите, что Повелительница почувствовала недомогание и слегла. Пусть под дверями дежурит охрана, создавая видимость, что она по-прежнему там, – отдавал он четкие распоряжения, как будто боль потери не разрывала его на части, грозя свести с ума. – В связи с этим по возможности отменить все запланированные празднества. Встреча с торговыми делегациями пройдет, как и планировали, в штатном режиме.

– Предлагаю всем слугам в поместье вашей матери стереть память о происшедшем. Я не хочу, чтобы по городу уже сегодня гуляли слухи о похищении. Остальные будут молчать под страхом смерти, – предложил Сэмюэльсон, и Шерридан одобрительно кивнул.

– Там как раз работают маги, проконтролируй.

– Как вы смотрите на то, чтобы частично сообщить правду? – Видя заинтересованность Повелителя, Сэмюэльсон продолжил: – Огласить, что с линекийцами проник неизвестный, совершивший нападение на вашу семью и которому удалось ускользнуть. Это объяснит, почему перекрыли границы и ведутся поиски.

– Нападение на кого?

– Хотя бы на брата госпожи и будущего наследника. Заговорщик, который решил устранить ребенка, чтобы внести смуту и заняться переделом власти. Из-за этого происшествия госпожа слегла от потрясения и не может никого видеть. По крайней мере, здорового ребенка мы сможем всем продемонстрировать. И это поможет прижать Совет, а то что-то слишком быстро они стали забывать, кто их победил и в состав чьих земель они теперь входят. У нашей службы безопасности будет повод перешерстить их ряды в поисках заговорщиков.

Идея была хороша. Это отвлечет на первое время внимание от отсутствия его жены. Если бы не случившееся, Шерридан по достоинству оценил бы блестящий план, а так он лишь произнес:

– Подготовь сообщение.

Откланявшись, Сэмюэльсон удалился. Оставшись один, Шерридан почувствовал, что стены кабинета давят на него и навалилась глухая тоска, сдавливая виски и грудь. Еще этот прием сегодня, на котором он просто обязан присутствовать… Самоконтроль трещал по швам, и кабинет огласил душераздирающий рев, выплескивающий боль от потери любимой. Ирония судьбы, еще недавно он говорил Рии, что не вынесет ее потери, а когда это действительно случилось, вынужден вести себя как ни в чем не бывало.

* * *

Сделав все необходимые дела, Сэмюэльсон поспешил к Марияне. Только мысленно он мог позволить себе ее так называть. Вслух же он обращался к ней «госпожа», про себя добавляя «моего сердца». Он всегда трепетно относился к ней, издали восхищаясь и сочувствуя.

Ее отношения с мужем ни для кого не были тайной, и их обоюдная ненависть давно стала предметом шуток. При дворе не многие осуждали ее за устранение фаворитки. Рождение той сына могло принести в страну раскол. Роланда слишком много на себя взяла. Все знали, что она веревки вила из Повелителя, и тот ни в чем не мог ей отказать. Узнав о благополучных родах жены, она сделала вид, что слегла от горя и желает умереть. Повелитель повелся на провокацию и в доказательство своей любви приказал перестать давать ей противозачаточное. Возможно, одумавшись, он бы и изменил свое решение, но фаворитка не упустила свой шанс и забеременела.

Слишком многим в гареме не нравилось возвышение Роланды, и они мечтали ее устранить. Но как это сделать? За малейшую попытку любой из них грозила бы смерть. Вот они и использовали молодую жену Повелителя. С их подачи служанка донесла известие о беременности Роланды до ее ушей и натолкнула на мысль избавиться от соперницы. Сыграли на ее разбитом сердце и беспокойстве о сыне. Служанка намекнула, что в случае рождения сына, та приложит все усилия, чтобы отравить Шерридана, выдвигая своего ребенка в наследники.

Сам Сэмюэльсон знал об этом, так как в то время присутствовал на допросе этой самой служанки. Но эта информация не смягчила Повелителя, и он возненавидел свою жену.

На его глазах хрупкая девушка превратилась в женщину, лишь одно оставалось в ней неизменным – тоска и холод в глазах. Всем было известно, что Повелитель сторонится жены и проводит ночи в гареме. Не найдя счастья в семейной жизни, Марияна нашла утешение в сыне. Для Сэмюэльсона было подарком небес, когда его назначили наставником наследника. Он бы жизнь за Шерридана отдал и не из-за долга, а по велению сердца. Однажды это и пришлось сделать. Жаль, что его тогда не убили. Быть калекой среди кентавров хуже смерти. Он бы сам ушел из жизни, но удержали его слова Шерридана о том, что он ему нужен.

Многие годы он жил только работой и лишь сейчас стал мечтать о большем. Понимал, что надеяться бессмысленно, но был счастлив просто видеть и говорить с Марияной. Его восхищало в ней все: как она говорит, как двигается, ее мягкая улыбка, что появлялась на губах, когда она смотрела на сына с невесткой. Для него она оставалась все той же молоденькой девушкой, которую он впервые увидел рядом с Повелителем.

Сэмюэльсон мог только представить, как ей тяжело, что Рию похитили из ее дома и на ее глазах. Он хотел первым делом встретиться и выразить свое почтение и поддержку, но был вынужден сначала поговорить с магами и передать им приказ Повелителя стереть память слугам и приказать охране Рии держать язык за зубами о случившемся. Лишь покончив со всеми делами, он поинтересовался, где находится мать Повелителя. Ему сообщили, что ей стало плохо, и ее сопроводили в беседку, где она попросила оставить ее одну. Обеспокоенный, он двинулся в указанном направлении.

Марияна сидела застывшей статуей, и невидящий взгляд ее был устремлен в одну точку. По щекам катились слезы, но она их даже не замечала. Она была настолько погружена в себя, что пропустила появление Сэмюэльсона.

Как только он увидел ее заплаканное лицо, что-то дрогнуло у него в душе. Он опустился возле нее на колени, взяв ее ледяные руки в свои.

– Ее найдут! Мы знаем, кто за этим стоит, и приложим все усилия, чтобы вернуть Рию!

Как будто выйдя из транса, Марияна перевела свой взгляд на него, и Сэмюэльсон вздрогнул от пустоты в нем.

– Все кончено… Мне незачем больше жить.

– Что ты такое говоришь?! – В ужасе от ее слов, он даже не заметил, как перешел на ты.

– Шерридан прав, я проклята! Из-за меня погибла Роланда и из-за меня похитили Рию. Если бы я не позвала ее в сад… – судорожно вздохнув, она опустила голову и ее плечи поникли.

– То ее бы похитили, когда она проходила через портал, или во дворце, или в любом другом месте. Марияна, здесь нет твоей вины!

– У меня ничего не осталось, – не слыша его, качала она головой. – Я потеряла мужа, да он и не был никогда моим, сын отвернулся. Я приношу несчастье. Мне нельзя никого любить. Не успела обрести дочь, как с ней случилось такое. Если бы я держалась от нее подальше, то она была бы сейчас с моим сыном. Это все моя вина! Мне лучше умереть. Я приношу беду и никому не нужна.

– Ты мне нужна! – закричал он и встряхнул ее за плечи, стараясь привести в чувство. – Не знаю, что сказал Шерридан, но он не осознавал, что говорит. Он тебя любит. Рия тебя любит. Я тебя люблю!

При этих словах в ее глазах появилась искра жизни, которая начала перерастать в удивление от последующих слов:

– Если ты уйдешь, то мне тоже незачем жить!

Марияна была потрясена. Только сейчас она стала осознавать, что происходит вокруг. Каким образом здесь оказался Сэмюэльсон?! Было странно видеть его взволнованным и потерявшим контроль. Он же всегда сдержан, с мягкой доброй улыбкой, а сейчас кричит на нее! И эти слова… Наверное, она что-то не так поняла.

Заметив, что взгляд Марияны стал осмысленным, Сэмюэльсон с трудом овладел собой и мгновенно принял решение:

– Сейчас ты соберешь вещи, и мы уезжаем.

– Куда?!

– В мое поместье. Оно уединенное. Там ты придешь в себя, уж я за этим прослежу.

– Что вы себе позволяете?! – слова вырвались сами собой. Это кричала благородная дама, возмущенная произволом. – Я не могу!

– Можешь. И мы уже на «ты», если ты не заметила, – спокойно заметил Сэмюэльсон. Волнение ушло. После принятого решения он был уверен и решителен.

– С каких это пор? – Марияна не могла понять, что происходит и каким неуловимым образом их отношения изменились. Никогда еще он не был к ней настолько близок, и, смотря в его лицо вблизи, она впервые заметила, что он очень красив. Почему она раньше не замечала, насколько благородны его черты? Осознание того, что она воспринимает его как мужчину, заставило ее смутиться и вернуло краски лицу.

– С сегодняшнего дня. После случившегося для всех Повелительница от потрясения слегла и не покидает своих покоев, а мать Повелителя поехала по святым местам.

– Так Рия… – с надеждой не закончила она.

– Нет, – качнул он головой. – Я сказал: для всех – по-особому выделил он последние слова. – Сейчас маги стирают память слугам, чтобы никто не помнил о произошедшем. Всем будет сообщено, что произошло покушение на брата Рии, которое удалось предотвратить, но нападавшему удалось сбежать. Это оправдает поиски. Лишь ты будешь знать, что на самом деле произошло, и тебе будет тяжело вести себя как ни в чем не бывало после пережитого. Самый лучший выход – это уехать.

Сэмюэльсон достал платок и начал промокать следы слез на щеках Марияны. У той перехватило дыхание, и она замерла от его прикосновений. Он же держал себя так, как будто ничего странного не происходит. Как будто он каждый день вытирает ей слезы!

– В саду ничего не произошло, слуги будут удивлены, если застанут свою госпожу в слезах, – невозмутимо объяснил он.

Придирчиво осмотрев результат своих действий, он, скорее всего для себя, тихо произнес:

– Слегка расстроена, но это объяснимо. По идее, сейчас ты от меня узнала про нападение на ребенка. Желая отблагодарить богов за счастливый исход, ты отправляешься посещать храмы. Сейчас ты встанешь и отдашь приказание собирать вещи, – настойчиво произнес он, и столько силы было в его словах, что как зачарованная она подчинилась и встала со скамейки.

Глава 8

Шерридан только закончил совещание, когда ему сообщили, что Сэмюэльсон вернулся и хочет встретиться с ним.

– Все улажено? – спросил он, когда тот вошел в кабинет.

– Да. Охрана госпожи у ваших покоев, слугам подчистили память. Кто бы ее ни похитил, он не оставил следов. Маги ничего не нашли, и порталы ни в саду, ни поблизости не открывали.

Шерридан кивнул. Нечто подобное он и ожидал услышать, так что это не стало для него сюрпризом. А вот следующие слова заставили его резко вскинуть голову.

– Хочу сообщить, что я удалюсь на некоторое время в свое поместье. Все дела я сегодня же передам своему помощнику.

– Сейчас не время для шуток! – Но Сэмюэльсон не дрогнул, выдержав тяжелый взгляд. Шерридан не мог понять, что на того нашло. Нашел время! Именно сейчас ему необходима помощь доверенных людей.

– Я говорю серьезно. Ваша мать не может оставаться у себя после произошедшего, и она погостит у меня.

– Как это понимать?! – рявкнул Шерридан. Поступок Сэмюэльсона был вопиющим. Он сошел с ума? Похоже, именно так, раз собирается жить с его матерью у себя в поместье, забросив все дела и бросая его в такой момент. В душе начала подниматься волна гнева. Такое можно было расценивать не иначе как предательство.

– Вы не понимаете? – ничуть не дрогнул Сэмюэльсон, и в вопросе даже звучала издевка. – Я тоже не понимаю, что такого вы сказали своей матери, что я застал ее полностью разбитой и в слезах, с твердым желанием уйти из жизни!

Шерридан моргнул. Гнев схлынул, и впервые за весь день он вспомнил о матери и о тех словах, что ей сказал. Он не подумал. В тот момент ему было настолько плохо и больно, что он ненамеренно выплеснул всю свою боль на нее.

Заметив раскаяние Повелителя, Сэмюэльсон уже спокойнее, но твердо произнес:

– Я еду к себе и не вернусь, пока не буду уверен, что она пришла в себя и ничего с собой не сделает. Для общественности ваша мать совершает паломничество по святым местам. Сообщение я уже подготовил.

– Ты нужен мне здесь, – упрямо заявил Шерридан. – Я извинюсь перед ней.

– Сейчас не лучшее время для извинений.

– Сейчас не лучшее время для отъезда! – Несмотря на раскаяние, он почувствовал раздражение из-за упрямства человека, которому всецело доверял и на которого привык полагаться.

– Здесь я уже ничем помочь не смогу, и в моем присутствии нет необходимости.

– Позволь мне самому это решать!

– Можете казнить меня за измену и неподчинение приказам, но я уезжаю, – твердо произнес Сэмюэльсон. Поклонившись, он развернулся и пошел к выходу.

В бессильной ярости Шерридан наблюдал, как его покидает друг и наставник. У самой двери тот остановился и обернулся.

– Хочу добавить, что приложу все усилия, чтобы ваша мать стала моей женой.

– Просишь у меня ее руки? – язвительно бросил Шерридан. Сегодня мир поистине сошел с ума.

– Нет. Ставлю в известность. За это тоже можете меня казнить, – произнеся это, Сэмюэльсон вышел и тихо прикрыл за собой дверь.

* * *

Я проснулась и открыла глаза. Некоторое время лежала неподвижно, пытаясь сообразить, где я оказалась. Комната была знакома, но это не наша спальня. Через секунду воспоминания придавили меня, и я резко села на постели.

Нечего удивляться, что эта комната показалась мне смутно знакомой. Нет, я здесь раньше не бывала, а посещала во сне, будучи не совсем трезвой. Крон тогда принес меня к себе. Повернув голову, я увидела его, собственной персоной. Он лежал на боку, заложив руку за голову, и наблюдал за мной своими темными глазами из-под полуопущенных ресниц, которые бросали тени на его щеки. Судя по тому, что разговор начинать не спешил, он решил поиграть со мной, как кот с мышкой.

Как и в прошлый раз, в комнате царил полумрак, разгоняемый огнем в камине. Сбылись все мои кошмары. Меня похитил Крон, я в его спальне и в полном его распоряжении. Когда подоспеет помощь, неизвестно, и надеяться я могу лишь на себя. Что ж, стоило признать, что я попала, но паники не было.

– У вас мрачно, – сообщила ему, передернув плечами.

– Я поменял простыни.

Действительно, на этот раз они были не черные, а глубокого шоколадного цвета. Ага, радикальные изменения. Ха-ха!

– Этого мало. – Господи, о чем я болтаю?! Меня похитили, а я интерьер обсуждаю.

– Принцесса, можешь все здесь изменить по собственному вкусу.

– Не думаю, что захочу задержаться здесь так надолго.

– А придется, – отрезал он.

Я возмущенно посмотрела на него, взгляд задержался на сапогах из мягкой кожи, в которых он лежал на постели. Перевела взгляд на себя, пошевелив пальцами.

– Вот сразу видно, что вы не женаты! Меня разули, а сами в сапогах на постель завалились.

Крон оторопело посмотрел на меня, а потом, откинув голову, рассмеялся. Я насупилась. И что такого я сказала? Да любая женщина за такое голову своему благоверному оторвет. У меня Шерридан такого себе не позволяет.

– Принцесса желает, чтобы я разделся? – насмешливо приподнял он бровь.

– Принцесса потерпит, – язвительно ответила я. При чем здесь «разделся»?! Между раздеться и разуться большая разница. Или у него мысли уже в эту сторону?

«Пора покидать кровать», – поняла я.

– К тому же это ваша постель. Если вам нравится спать в грязи, то это не мои проблемы, – заявила я, расторопно покидая сие гнездо разврата. Или, вернее сказать, рассадник микробов?

– Теперь это твоя…

Договорить он не успел, так как я оглянулась и перебила его:

– А где моя обувь? Здесь пол холодный.

Теперь Крон уже не выглядел таким лениво-довольным. Приятно, что мне удалось немного подпортить ему настроение. Обиделся, что обвинила его в нечистоплотности?

Он тоже встал и, обходя кровать, что-то подобрал. Подойдя ко мне, он склонился на одно колено. В его руках были мои туфельки.

– Я могу сама, – произнесла я, протянув руку за обувью.

– Мне не сложно. – Он не сделал и движения, чтобы отдать мне туфли. Что ж, не драться же с ним. Я позволила ему меня обуть. Завершив процедуру, он поднялся, и мне пришлось приподнять голову, чтобы посмотреть в его лицо.

Чуть помолчав, рассматривая меня, он произнес:

– Должен признать, что ты не перестаешь меня удивлять. Когда я смотрел на тебя, ожидая твоего пробуждения, то мог представить любую реакцию, когда ты очнешься: гнев, слезы, истерику… А ты спокойна, да еще дерзишь.

– Ну, знаете… Я тоже могла ожидать, что вы будете бить себя в грудь и самодовольно заявлять: «Я сделал это!» – а вместо этого вы приносите мне туфли.

У Крона сделалось такое выражение лица… как будто гнев боролся с нежностью. Я не дала ему выбрать, так как оба варианта меня не устраивали. Ирлинг в гневе страшен, а его нежность в моем положении во сто крат хуже его ярости, и беспечно задала вопрос:

– А меня кормить будут?

– Принцесса, или ты полнейший ребенок, или очень умная женщина, – выдал он и отошел от меня.

И что на это скажешь? Насчет умной женщины приятно, но уж лучше бы он воспринимал меня как ребенка.

– Пришлю служанку, чтобы она помогла тебе переодеться. Жду встречи за ужином, – сказав это, он покинул комнату.

Я удивленно смотрела ему вслед. Его поспешный уход напоминал бегство. Мне удалось выгнать ирлинга из его же комнаты?!

С его уходом в комнате стало как будто светлее. Да мне и дышать стало легче! Напряжение медленно отпускало, и странное дело, лишь сейчас мною начал овладевать страх. Я прекрасно понимала, что положение мое аховое. Быстро Шерридан меня не вызволит, и надеяться сейчас надо лишь на себя. Что ждет меня сегодня ночью?

Вспомнив, как Крон заморозил все мои чувства и приказал спать, я вздрогнула. При желании он вполне способен принудить меня в постели. Пусть я не буду ничего чувствовать, но и сопротивляться ему не смогу. Что же делать? Думай, Рая, думай!

– Веста! – несмело позвала я, а потом повторила более уверенно: – Веста-а-а!

Шли минуты. Ничего не происходило, подруга не появлялась, и я пригорюнилась. Она вполне могла быть сейчас на Земле и меня не слышать, или в дело вмешался Цирбис. Устало проведя по лицу рукой, я замерла – перстень! На мне был подарок Коулсона. Ладонь непроизвольно легла на грудь – амулета не было. Значит, Крон его снял, а с перстнем у него вышла засада. Архимаг предупредил, что снять его я смогу лишь сама, но попросил всегда носить с собой – на экстренный случай. Мысленно я послала ему горячую благодарность.

На камень перстня надо капнуть каплю моей крови, произнеся при этом фразу, что он заставил заучить наизусть, и сработает портал, настроенный на дворец Шерридана. Коулсон предупредил, что в случае, если я буду на другом континенте или если еще по какой-либо иной причине перенос окажется невозможен, меня просто перекинет на несколько километров от места активации кольца. В любом случае при нападении или похищении я могла быстро переместиться.

У меня отлегло от сердца. Сжав кольцо, я почувствовала себя утопающим в открытом море, когда ему сбросили спасательный круг. Интересно, сработает ли кольцо? Вернее, сможет ли оно переместить меня к Шерридану? Или я окажусь за несколько километров от замка Крона? Именно это опасение не позволило мне тут же активировать кольцо. Если я окажусь черт-те где, то у меня есть крылья и передвигаться я смогу по воздуху, но перед этим не мешало бы поесть. Чувство голода настойчиво давало о себе знать.

Ладно, за столом Крон меня явно насиловать не будет, так что можно задержаться и на ужин, а мне надо не только переодеться, но и переобуться. Путешествовать в туфлях не очень-то и удобно. Ко мне вернулись хорошее настроение и оптимизм. И где там служанка?

* * *

День тянулся неимоверно медленно. Шерридан особо остро чувствовал каждую убегающую секунду. Казалось, еще немного, и он сойдет с ума. Сегодня вся его выдержка испытывалась на прочность. Он сходил с ума, но был вынужден провести прием и вести себя, как ни в чем не бывало, принимая с невозмутимым видом пожелания здоровья супруге.

Рия… Что с ней?! Поиски результатов не дали, несмотря на то, что была поднята вся служба безопасности. От Дориана тоже не было никаких вестей, и архимага найти не удалось. Этот день можно было смело причислить к одному из худших в его жизни. Казалось, что боги наказали его за чрезмерное счастье.

При первой же возможности он покинул прием и заперся в своем кабинете. Идти в покои, где нет жены, сил не было. Время утекало, наступил вечер, а он до сих пор не знал, что с его супругой. Почему она не воспользовалась кольцом? Шерридан хотел надеяться, что ее просто одурманили, и у нее не было пока такой возможности. Службе безопасности был отдан приказ отслеживать все перемещения, особенно на границе с ирлингами. Шерридан был уверен, что именно тот ее похитил. Наглость, с которой было совершенно похищение, приводила его в бешенство. Он ругал себя за то, что утром не удержал жену. Обещал, что позаботится о ее безопасности, и оказался бессилен защитить.

Именно он допустил, что Рия в руках Крона, который считает ее своей Кьяри. Что ж, за ее жизнь и безопасность он мог не волноваться. А насчет остального… Шерридан холодел при мысли, что тот может сделать ее своей. Воображение подсовывало картины, как она бьется в руках ирлинга, и он сжимал кулаки и скрипел зубами от бессилия.

Нет, так и сойти с ума недолго! Шерридан встал и заметался по кабинету как раненый зверь. Надо думать, как спасать любимую, а не накручивать себя. Стоит сразу смириться с тем, что ирлинг может взять ее. Это будет только его вина и наказание за беспечность. Он был уверен в чувствах Рии, и, что бы ни случилось, тому достанется не сердце, а всего лишь тело…

Споткнувшись на этих размышлениях, Шерридан в который раз ощутил боль в груди и зарычал. Об этом лучше сейчас вообще не думать. Главное, продумать план возвращения жены. Ему нужна ясная голова, а такие мысли выворачивают душу.

И ведь некому довериться. Сэмюэльсон покинул его в самый тяжелый момент. И пусть он ушел исправлять его ошибку, заботясь о матери, уход друга он воспринял не иначе как предательство. Больше никому иному он не мог признаться в своей слабости. Мысли Шерридана метались в поисках выхода, и он не удивится, если после сегодняшнего дня поседеет.

Стук в дверь прервал его метания. Вошел секретарь и сообщил, что прибыл принц Дориан с супругой. Шерридан облегченно вздохнул. Их, по-любому, перенесла Веста, иначе бы они так быстро не появились, а значит, появилась надежда хоть что-то выяснить, воспользовавшись помощью богини.

Шерридан решил принять их в кабинете. Здесь стояла защита от прослушки, а их разговор должен остаться в тайне. Смотря на полные участия и тревоги лица, он почувствовал, что находится среди друзей. Они равны, с ними можно не притворяться и не держать лицо. Они не используют его слабость против него и готовы бескорыстно оказать поддержку. Даже богиня Веста, которая всегда была в образе легкомысленной блондинки, в данный момент была предельно собранна и не скрывала своей тревоги.

Как оказалось, Ася с Дорианом были на морской прогулке и вернулись лишь к вечеру. Письмо, отправленное им, хоть и было срочным, но требовало передачи лично в руки. Вот так и вышло, что получили они его лишь к вечеру, когда вернулись на берег. Ася срочно связалась с Вестой, и вот они здесь.

– Она не звала меня, – тут же произнесла Веста в ответ на вопросительный взгляд Шерридана.

– Это ничего не значит, – тут же вмешалась Ася. – Ее могли опоить, или она находится без сознания под действием чар.

– Как это произошло? – спросил Дориан.

Шерридан бросил удивленный взгляд на Весту. Обычно та всегда оказывалась в курсе событий.

– Это не моя земля, и мне тяжело читать, – туманно пояснила та.

Что ж, он кратко ввел их в курс дела и рассказал, какую легенду придумали, объясняя отсутствие Рии. Воцарилось молчание.

– А если это не Крон? – спросил Дориан.

– А кто еще способен так ее умыкнуть? – хмыкнула Ася. – К тому же у того есть амулет, который обеспечивает его невидимость. Мне Рия рассказывала. Именно так они познакомились, когда он проник на охраняемую территорию, где ее держал Эгнус. – Информацию о том, что с помощью его же он проникал и в будуар Рии уже здесь, она решила не озвучивать.

– Она мне об этом не говорила, – нахмурился Шерридан, на что Ася лишь пожала плечами.

– Тогда это объясняет, каким образом она исчезла на глазах моих людей, – задумчиво произнес Шерридан. – Я уже склонялся к мысли, что ирлинг обратился за помощью к Цирбису. Ее исчезновение больше похоже на то, как путешествуете вы.

– Если это он, то я смогу почувствовать его след, – произнесла Веста. – Только мне надо на место, откуда она пропала.

Вот так и получилось, что слуги в поместье Марияны были шокированы появлением Повелителя в компании незнакомых людей. Ничего не спросив, те проследовали в сад, побыли там минут пять и так же внезапно исчезли.

К сожалению или к счастью, но Веста ничего не обнаружила. По всему выходило, что Рию похитил именно Крон. Они вернулись в кабинет и принялись совещаться дальше.

– Если она позовет, вы сможете ее перенести? – напряженно спросил Шерридан Весту.

– Я сделаю это, – подтвердила она. – Цирбис, конечно, будет вне себя, но это мелочи.

– Я не хотел бы создавать вам проблем, – поморщился Шерридан. Он слышал о том, как уже однажды Весту наказали. Если Хранители примут сторону Цирбиса, то ей не поздоровится. Это же будет прямой вызов Цирбису с ее стороны.

– Рия моя подруга, – твердо ответила та. – За долгую жизнь я научилась ценить друзей и ими не разбрасываюсь. – Внезапно она рассерженно зашипела и в сердцах призналась: – Почему я не подумала об этом раньше! Если бы я обменялась с ней кровью, то могла бы найти ее в любой точке планеты. – Они обменялись понимающими взглядами с Асей, и Шерридан сделал вывод, что Асю она может теперь найти всегда. Но что толку сейчас сокрушаться об этом.

– На Рии были поисковые маячки, но их активация ничего не дала – их сняли. Лишь кто-то достаточно опытный и сильный мог заметить их и снять. Ирлинги, с их умением видеть ауру, входили в число тех немногих.

– Коулсон знает о случившемся? – спросил Дориан.

– Нет. Я послал на поиски своих людей, но его еще не нашли.

– Будем надеяться, что он скоро объявится. У Рии же его кольцо? – полувопросительно спросила Веста, вспомнившая, что видела его на руке подруги в последнюю встречу.

– Да. Но она его еще не активировала. Я приказал следить за всеми перемещениями на границе.

– Тогда нам остается лишь ждать, – вздохнула Ася.

– Я могу попробовать войти в ее сон, – подала голос Веста, – но мне надо будет вернуться в свой храм. Это требует много сил.

На этом они решили расстаться, пообещав тут же встретиться, если появятся новости. Шерридан не ожидал, что при прощании к нему подойдет Ася и крепко обнимет. Он в растерянности посмотрел на Дориана, не зная, как реагировать.

– Все будет хорошо, – убежденно произнесла Ася. – Мы вытащим ее!

Ася была невысокого роста и смотрелась ребенком по сравнению с его мощной фигурой, но эта хрупкая девушка передала ему частичку своей уверенности, и для него много значило это «мы».

– Спасибо! – от всей души поблагодарил он ее, неловко обнимая за плечи. Впервые за целый день он почувствовал надежду.

Почти сразу от Дориана пришло сообщение, что Хранители вызвали к себе Весту, а через час он сообщил, что они категорически запретили ей вмешиваться, под угрозой запрета посещать Землю. В первый момент Шерридан не понял, почему это так важно, а потом вспомнил, что та встречается с братом Аси. От той была приписка, что это ничего не меняет. «Они забыли, что, перемещаясь между мирами, я могу переносить и своих родных!» Он так и видел ее хитрую улыбку. Дальше она написала, что Веста отправилась в храм и для начала планирует встретиться с Рией во сне. «Мы с вами!» – написала она в конце, и Шерридан осознал, что это действительно так.

* * *

Я осмотрела свое отражение в зеркале критическим взглядом. Пурпурное бархатное платье как перчатка обтягивало меня до талии, а потом струилось красивыми складками, подчеркивая бедра. Квадратный вырез был скромным и украшен черными кружевами, как и манжеты рукавов. Аргументом в пользу его выбора стал сам материал – бархат, не так сильно замерзну в дороге, и скромный вырез на груди. К тому же настроена я была победно, и мне хотелось бросить Крону вызов и немного похулиганить, поэтому такой яркий цвет. Еще одним аспектом было то, что если меня порталом перебросит лишь на несколько километров и придется до границы добираться своими силами, то, сняв плащ, я привлеку внимание наших людей издалека. Королевский пурпур являлся прозрачным намеком на мою персону.

Служанка пыталась убедить меня, что будет намного лучше, если приподнять волосы наверх и завить, чтобы они свободно спускались на спину, но я приказала уложить их в косу вокруг головы. Я же собираюсь отправиться в путь, и распущенные волосы мне ни к чему.

Еще одним шоком для нее стало мое желание надеть вместо туфель под платье сапоги. Пришлось врать, что у меня ужасно мерзнут ноги, и в туфлях никак. Та странно покосилась, но принесла мне сапоги на небольшом каблучке. Я добила ее, ко всему прочему потребовав плащ. Ее уверения, что замерзнуть я не успею, для меня аргументом не стали, и я в корне их пресекла.

«Не знаю, как она еще не закатила глаза и не обозвала меня сумасшедшей», – подивилась я выдержке служанки, когда она сопроводила меня в соседнюю комнату! Там оказался накрытый стол на двоих, на котором горели свечи, в их отблеске красиво переливался хрусталь бокалов.

Крон дожидался меня и даже успел принять душ, судя по чуть влажным волосам.

«Интересно, это куда он бегал, если я его спальню оккупировала?» – хохотнула про себя я. Мысль о том, что встреча со мной после пробуждения обескуражила его настолько, что он решил охладиться, рассмешила меня.

Меня удивило, что далеко идти не пришлось. Все же я ожидала ужина в общем зале, а не в такой интимной обстановке. Слуги удалились, оставив нас наедине. В иной момент меня бы это обеспокоило, но сейчас я чувствовала себя защищенной, благодаря кольцу, и как никогда уверенной в собственных силах.

Как оказалось, я его тоже удивила:

– Принцесса, зачем тебе плащ? – не сдержал изумления он, подходя ко мне.

– Шутите? – рассмеялась я, удивляя его еще больше. – Я в горах и уже наяву, а не во сне. – «Тонкий» намек на то, что после ужина хочу подышать воздухом и осмотреть окрестности.

– Рад… твоему энтузиазму. Позволь, – он зашел мне за спину и снял с плеч плащ, перекинув его через спинку стула. Потом усадил к столу. Перед глазами было столько вкусностей, что рот мгновенно наполнился слюной.

– Позволь, я за тобой поухаживаю. Что ты будешь? – Я хотела всего и побольше, чем изрядно его удивила. Может, иным дамам при ужине с ним и кусок в горло не лезет, но мне надо было хорошенько подкрепиться, к тому же я с утра не ела.

Крон наполнил наши бокалы и сел, смотря на меня с загадочным выражением глаз. Явно пытался понять, что со мной и почему я ему истерики не закатываю.

– За встречу? – предложила я тост. – Умеете вы в гости приглашать.

Несколько мгновений мне казалось, что он возразит, что я уже не в гостях. Просто кожей чувствовала, что у него эти слова вертелись на языке, но после секундного раздумья, он принял мой беззаботный стиль общения и поддержал тост.

– Рассказывайте! – потребовала я, как только утолила первый голод.

– Что бы ты хотела услышать? – Он демонстративно обращался ко мне на ты с момента моего пробуждения, и это меня коробило, но я не подавала вида. Начни я возмущаться, он вполне мог поставить все точки над «i», а я не хотела, чтобы он озвучивал, что не в моем положении что-то требовать.

– Как что? Конечно, рассказ о том, как вы меня виртуозно умыкнули, – послала я ему улыбку. – Я же, можно сказать, все свое похищение проспала.

– Позволь, это останется моим секретом.

– Но мне же интересно… – протянула я, состроив обиженную мордашку. Почему бы не воспользоваться своей юной внешностью. Этакий любопытный наивный ребенок. В действительности мне надо было вытянуть из него подробности моего похищения. Кто ему помогал? Есть ли у него тайные союзники? Среди наших людей есть предатели? Все очень просто. Когда я вернусь, это поможет избежать повторения случившегося. Не могу же я всю свою жизнь провести во дворце, боясь сделать шаг за его пределы. Он же явно готовил мое похищение. Надо узнать, где у нас в охране слабые места.

Он откинулся на спинку стула, одарив меня задумчивым взглядом. Сам он все это время практически ничего не ел, предпочитая наблюдать за мной. Пытается понять, что я задумала?

Я уже думала, что мой вопрос останется без ответа, но он заговорил:

– Узнать о готовящемся визите линекийцев было не сложно. Обычная практика, что портал открывает принимающая сторона. Выяснить время открытия тоже труда не составило. Дальше дело техники.

– Как вы узнали, где меня искать?

– В будуаре тебя не было. Там дожидались твоего возвращения служанки и сетовали, что ты задерживаешься у матери кентавра. Как только я это узнал, отправился туда.

– Вы знали, где она живет?

– Я даже знал, что ты там часто бываешь, – усмехнулся он.

Что ж, выходило, что похитить меня было до обидного просто. И какого черта тогда мы содержали такую прорву охраны?! Разочарованная, я пригубила из бокала.

– Что в моем рассказе тебя так расстроило? – заметил он перемену в моем настроении.

– Обидно, что все у вас так легко получилось, – вздохнула я. – Ни тебе героических подвигов, ни сражений за прекрасную даму.

– Принцесса хотела бы, чтобы я убил кентавра? – иронично спросил он.

«Принцесса хотела бы, чтобы кентавр придушил наглого ирлинга», – про себя возразила я.

– Конечно нет! Я его люблю, знаете ли, – воскликнула я. При этих словах взгляд его похолодел на несколько градусов, но он промолчал. – Скажите, а каковы ваши дальнейшие планы в отношении меня? – задала я щекотливый вопрос.

– Провести с тобой ночь, а завтра представить тебя как мою Кьяри народу.

– А ночь со мной проводить обязательно? – наморщила я носик, огорошенная его ответом.

– Принцесса, практически всегда крылья у Кьяри проявляются лишь после физической близости. Если мы сегодняшнюю ночь проведем отдельно, то этим я во всеуслышание заявлю, что ты была близка со мной ранее.

Так он еще и о моем моральном облике заботится?! Опа! Я во все глаза смотрела на Крона. Мамочки, как хорошо, что у меня есть кольцо! А то представляю, перед каким бы выбором я оказалась. Или проведи ночь с ирлингом в одной постели – что-то я лишних диванов у него в спальне не заметила, или фактически всем дай понять, что наставляла рога мужу.

Что-то после этого известия аппетит у меня пропал напрочь. Я аккуратно промокнула губы салфеткой и посмотрела на Крона. Он внимательно отслеживал каждое мое движение и реакцию. Так хищник следит за своей добычей, прежде чем броситься. Пусть он выглядел в данный момент расслабленно, но меня это не обманывало. Я поняла, что с визитом пора закругляться. Чем порезать палец? Столовым ножом? Не выйдет. Слишком внимательно он смотрит. Хотя… надо бы его отвлечь.

– Скажите, а у вас дети есть?

– Да. Два сына. – Не скажу, что данная тема ему показалась приятной. Он чуть изменил положение тела и отвел глаза. Тем лучше, надо воспользоваться. Я незаметно опустила руки на колени, прихватив столовый нож.

– Расскажите о них, – попросила я, в этот момент стараясь порезать себе палец до крови.

– Не сейчас, я завтра тебя с ними познакомлю.

– Благодарю за ужин, – стремительно встала я, прикладывая пораненный палец к кольцу, – но у меня на завтра другие планы.

Глава 9

Меня бы должно было насторожить, что Крон хоть и встал, но не сделал и попытки меня остановить, когда вспыхнул портал. В тот момент я не обратила на это внимания и решительно шагнула в него, и… пройдя насквозь, вышла с другой стороны.

– С возвращением, принцесса, – насмешливо произнес Крон, неспешно подходя ко мне.

Портал захлопнулся, а камень в моем кольце пошел трещинами и осыпался. Я онемела от растерянности. Это что сейчас было?!

– Ты забыла, как мы блокировали открытие порталов в крепости? – между тем продолжил он. – Твое кольцо оказалось невозможно снять. Оставалось лишь спровоцировать тебя на открытие портала. Конечно, было бы сложно долгое время поддерживать здесь блокировку, но я рад, что ты не стала с этим затягивать.

Я не могла справиться с потрясением. Мои кулаки сжались, и я вонзила в ладони ногти, стараясь не закричать. Меня провели, как сопливую девчонку!

– Не расстраивайся, у тебя бы все равно ничего не вышло, – ласково произнес он, погладив меня по щеке. – На тебе мои поисковые маячки. Куда бы ты ни перенеслась, я знал бы, где тебя искать.

Я отшатнулась, избегая его прикосновения, и все еще не в силах прийти в себя, раздавленная произошедшим. Он взял меня за руки и, найдя ранку, поднес мою безвольную руку к губам, высасывая кровь. Убедившись, что крови больше нет, он поцеловал пораненный палец и отпустил.

Крон отошел. Взял мой плащ и, набрасывая его мне на плечи, произнес:

– Мне кажется, сейчас самое время выйти на воздух.

Как сомнамбула я проследовала на широкую террасу, опоясывающую комнаты, ведомая им. Холодный воздух остудил мое лицо. Мысленно я ругала себя последними словами. Самонадеянная дура! Вот кто я. Меня, как ребенка, обвели вокруг пальца. Я вспомнила свою самоуверенность и ощутила горечь. Как я вообще могла подумать, что Крон не заметил кольцо?! Стоило признать, что он умен и все просчитал на несколько ходов вперед. Видел меня насквозь и просто подталкивал в нужную сторону. Да одно то, с какой легкостью он провернул мое похищение, уже должно было заставить меня задуматься. Хитроумный, изворотливый сукин сын!

– Скажите, слова о том, что вы проведете со мной ночь, а завтра представите меня как Кьяри, были для того, чтобы заставить меня открыть портал?

– Рия, разве я хоть раз врал тебе?

– Ауэрия! – машинально поправила я. Нет, он ни разу мне не соврал. Умалчивал, шантажировал, но всегда был предельно честен. Это-то и бесило!

– О нет! И ты, и я прекрасно знаем, что это не твое имя. Может, скажешь свое настоящее?

– Если вспомнить о том, что у вас есть амулет подчинения, оставленный Эгнусом, то с моей стороны это было бы чистым безумием.

Крон тепло рассмеялся. Легко, свободно…

«Радуется, гад, что обыграл меня по всем фронтам, и наслаждается своей победой», – в раздражении подумала я.

– Скажите честно, вы решили превратить меня в управляемую куклу?

– Откуда такие мрачные мысли, принцесса?

– А как еще? Вашей Кьяри я быть не желаю и в завтрашнем фарсе добровольно участвовать не намерена. Вы не оставляете мне выбора, кроме как постараться покончить с собой, чтобы избежать участи безвольной марионетки. – Действительно, что делать? Если я не проведу с ним ночь, то все решат, что я изменяла Шерридану, а если проведу, то это все равно измена. Получается, я прыгну к нему в постель сразу же после похищения. И не важно, будет между нами что-то или нет, факт останется фактом. Это раньше ирлинги были закрытой расой, а сейчас, после установления торговых отношений, информация обо мне обязательно выплывет и распространится как лесной пожар, позоря Шерридана. Даже если он меня потом спасет, от такого не отмоешься.

– Принцесса желает умереть? – прозвучал насмешливый вопрос. – Прошу! – Крон чуть ли не приглашающий жест сделал, указывая на край террасы. Она была без перил, и вниз уходил обрыв. Никакой безопасности. Да и к чему она ирлингам, у которых есть крылья. Я сделала несколько шагов к краю и посмотрела вниз.

Как быть? Умирать не хотелось, я отнюдь не самоубийца, но всплыли слова оракула о том, что, возможно, мне придется умереть. Может, он имел в виду как раз этот случай? Чтобы я убедила ирлинга, что для меня смерть предпочтительнее, чем быть с ним. Я не верила, что Крон даст мне умереть.

– Принцесса медлит или поняла, что мои ласки не так уж и страшны? – продолжил издеваться ирлинг. Эти слова, да еще насмешливый взгляд, подтолкнули меня к тому, что я сделала шаг в бездну.

Мне никто не помешал и не удержал. Ветер трепал мой плащ за спиной. Глаза слезились. В воздухе я перевернулась и теперь видела, как с огромной скоростью приближаются острые камни. Когда до них оставалось совсем чуть-чуть и я уже сжалась и готова была ощутить, как они вопьются в мое тело, мои собственные крылья без моего желания проявились и затормозили падение. С гулко бьющимся сердцем я зависла не более чем в десятке метров над острыми камнями.

Мимо промелькнула тень, и на камни опустился Крон, глядя на меня снизу вверх.

– Удивлена? Есть такой инстинкт – самосохранение. Можешь прыгать хоть по нескольку раз на дню, разбиться тебе не удастся.

Как же мне захотелось выцарапать его глаза! Я с жизнью попрощалась и, пока летела, мысленно уже несколько раз умерла, а он так невозмутим и спокоен. В крови бурлил адреналин, и я яростно стала набирать высоту, решив подняться повыше и сложить крылья.

Крон не полетел за мной. Он спокойно наблюдал, как я падаю и падаю и как в самый последний момент мои крылья отказываются повиноваться мне и у самой земли делают судорожные взмахи, останавливая падение.

– Довольно, – решительно отрезал он, заметив, что я выбилась из сил после безуспешных попыток. Он подхватил меня на руки и стал подниматься. Я настолько вымоталась, что была вся потная и слабее котенка. Лишь злость позволила мне взлететь и упасть в последний раз.

– Ненавижу. Как же я вас ненавижу, – процедила я, чувствуя свое бессилие.

– А я тебя люблю. И счастливее меня это чувство не делает.

Он вернулся на террасу и, пройдя по ней, занес меня в спальню, положив на кровать. Адреналин схлынул, и я почувствовала усталость и слабость. Я проиграла. Он всегда на несколько ходов впереди меня. Против него я как беспомощный ребенок. Что я вообще могу ему противопоставить?! Все разочарования вечера настолько вымотали меня, что я начала тонуть в безысходности, а когда он начал снимать с меня платье, то меня вообще затопило отчаяние. Так плохо мне не было, даже когда Эгнус похитил меня. Я знала, что Шерридан придет за мной и надо лишь подождать. Ни на минуту я не теряла надежды. А что сейчас? Сможет ли он вернуть меня, и не будет ли поздно?

Крон ловко избавлял меня от одежды, как будто делал это тысячи раз. Платье он снял, затем сапоги и чулки. Я осталась в одной рубашке. Стало тошно от происходящего. Когда он потянулся к завязкам рубашки и его рука легла на мою грудь, я не сдержалась:

– Крон, пожалуйста…

– Не проси, я не остановлюсь, – он навис надо мной, заглядывая в глаза.

Но я просила не об этом. С первого же его прикосновения я поняла, что просить об этом бесполезно. Все его движения, когда он раздевал меня, были неспешны, но неотвратимы. В данный момент я хотела того, чего раньше боялась, но сейчас мне это казалось спасением, и я готова была молить об этом:

– Вы же можете… – жалобно попросила я, – отключите мне чувства.

Это оставалось моей последней надеждой. Я не чувствовала больше в себе сил бороться с ним. Он подорвал мою веру в себя и собственные силы. Раз за разом обыгрывая меня, он дал мне почувствовать, насколько я беспомощна против него. Сейчас я была с ним один на один, и надеяться мне не на что.

Крон замер, вернее, даже не так – окаменел. Впившись взглядом, он пытался что-то найти в моих глазах.

Не знаю, что он увидел в моем сломленном взгляде, но из его груди вырвался рык. Он отшатнулся от меня и сел на постели ко мне спиной. Ударив по матрасу кулаками, он яростно сжал простыни. Я не видела его выражения лица, но по тому, с какой силой он сжимает руки, догадалась, что он всеми силами старается овладеть собой. Плечи его сгорбились, и он опустил голову.

Я замерла, боясь дышать и не зная, чем мне это теперь грозит. Страх тонкой струйкой просачивался в душу. Не сделала ли я еще хуже себе? Если в первом случае он отлично владел собой и был решительно настроен овладеть мной, то сейчас я явно вывела его из себя, и он потерял над собой контроль. Я не знала, не грозит ли мне это теперь грубым изнасилованием. Хотя какая разница? Что это меняет в конце концов?

– За что ты так со мной? – раздался полный муки вопрос, и голос его дрогнул.

– А вы за что? Я же вам всегда говорила, что люблю мужа, не флиртовала, не делала попытки соблазнить. В чем моя вина?!

– Я видел это, – признался он глухо. – Решил оставить, уйти… а потом ты пришла в мой сон. Это уже было свыше моих сил, Рия! Ты моя Кьяри, моя половинка, и мне плевать на игры богов, так как лишь ты пробуждаешь во мне чувства. Я люблю тебя за твой смех, дерзость, даже за то, что так стойко сопротивляешься мне. Ценю твою верность и бешусь, что она принадлежит не мне.

О господи, не надо! Я не хочу этого слышать. От этого лишь еще горше.

– Не надо возлагать на меня ответственность за ваши чувства, я их не искала!

– Даже так… Между нами существуют узы, от которых ты бежишь, но они есть, хотя тебе это не нравится, – с сарказмом произнес он.

– Я предлагала выход! Но вы даже не захотели познакомиться с моей сестрой, – с обидой ответила на это я.

– Твой архимаг способен попробовать перекинуть привязку, но он не в силах вырвать из моего сердца любовь, если даже я сам на это не способен. На что ты меня обрекаешь? – оглянулся он на меня. – Быть связанным с другой, когда люблю тебя? Ты не думала о том, что после того как она родит мне ребенка, мне незачем будет жить и я решу уйти?

Я непонимающе смотрела на него. Что он хочет мне этим сказать?! Я села на постели, стянув на груди вырез рубашки и подтянув колени.

– Я устал жить еще до встречи с тобой. Все было серо, и ничто не радовало. Меня на этом свете удерживал долг перед моим народом оставить после себя сильного преемника. Лишь встреча с тобой перевернула все во мне, впервые за много лет пробудив чувства. Ты живая, неиспорченная, настоящая… Я всегда добиваюсь того, чего хочу. Как видишь, ты в полной моей власти. У меня есть все права на тебя, но мне нужна ты, а не кукла. Если бы ты только дала мне надежду! – зарычал он. – Имей надежду, я бы тебя подождал. Но ты же полностью закрываешься, ты даже во сне закрылась амулетами! Ты не позволила мне стать даже другом! Рия, ты сама не оставила мне иного выхода. Дай мне надежду, – голос его дрогнул.

– Я сейчас готова пообещать что угодно, лишь бы вы меня не трогали, – вырвалось у меня.

Крон горько рассмеялся:

– Рия, Рия… Моя жестокая, но честная девочка. – Казалось, он попрекает и в то же время гордится мною. – Ты не даешь мне даже маленького места в своей душе. Я не хотел спешить и тебя принуждать. Почему? Почему ты не позволила стать тебе другом?

– Я боялась, что, как только начну вам доверять, вы тут же воспользуетесь этим и поспешите устранить Шерридана, – честно ответила я. Хотел откровенности – пожалуйста.

Он в молчании смотрел на меня, ничего не отрицая. Его взрыв чувств не оставил меня равнодушной. Может, действительно настало время поговорить начистоту.

– Крон, вспомните, как мы познакомились, – напомнила я. – Эгнус расторг мой брак и подсовывал вам, вы проявляли ко мне интерес, и я понимала, что если не буду тверда и хоть на мгновение расслаблюсь в вашем обществе, то не успею оглянуться, как окажусь здесь. Да я как по минному полю тогда ходила! – Подавив тяжелый вздох, я продолжила: – А потом эти визиты во сне и крылья. Ведь не будь я тверда в своих чувствах к Шерридану, вы бы тут же объявили меня своей Кьяри и постарались бы забрать. – Внезапно я кое-что вспомнила и меня как обожгло. Я возмущенно посмотрела на Крона: – Вы… Вы… Вы хитроумный подлый интриган! Когда вы пришли ко мне в будуар и требовали, чтобы я полетала с вами, вы рассчитывали, что люди увидят мои крылья, и вы бы с полным правом объявили меня своей! Все бы считали, что я переспала с вами. Хотели задеть гордость Шерридана, вынуждая меня отпустить?

Я поразилась его коварству. Моей репутации пришел бы конец, и все считали бы Шера рогоносцем. Как хорошо, что я рассказала обо всем Шерридану и он не допустил, чтобы я совершила ошибку. Только почему он ничего мне не сказал? Внезапно я поняла, что он меня оберегал. Понимал, что я расстроюсь из-за того, что могут подумать люди.

Ни следа раскаяния не появилось на лице Крона, лишь глаза заблестели:

– Рия, ты даже не представляешь, как сильно я люблю, когда твои глаза вот так сияют.

Тьфу на него! Я поняла, что попала и до этого интригана мне далеко. Вот и лесть в ход пошла. Явно большой опыт управления женщинами. Как еще сменить наш гнев на милость, как не закидать комплиментами.

– Даже не думайте, что комплименты прокатят, – мрачно сообщила я, в душе бушуя от гнева. – Да я… да я вам за это… – мозг судорожно искал план подходящей мести, – ремонт вам здесь сделаю! – мстительно процедила я, а этот… не знаю даже как его назвать, откинул голову и расхохотался.

Самоубийца! Я была так зла… да меня затрясло от возмущения! А он смеется?! Я забыла о страхе, об опасности, что мне грозит. Схватив подушку, я прицелилась и кинула в него. Он как раз опускал лицо, и она его припечатала, отскочив на пол. Вид у него стал презабавно растерянный. Не знает он русских женщин! Я искренне пожалела, что у меня нет скалки или половника. Нет, всегда считала себя интеллигентным человеком, но тут неизвестно что из меня поперло, явно бабушкины корни из деревни. Я бы его и коромыслом с удовольствием огрела! Подцепив следующую подушку, я не успела замахнуться, как была остановлена его взглядом. Опустив голову туда, куда он был устремлен, я тут же ойкнула, прижав к груди подушку и плюхнувшись на попу. Как назло, от смущения начали гореть не только щеки, но и уши.

Взгляд Крона потяжелел, и я покрепче прижала к себе подушку. Мое чувство самосохранения и в хвост и в гриву костерило не вовремя проснувшийся темперамент. Я могла ожидать, что мы опять пойдем по второму кругу в попытке меня принудить, но последующие слова ирлинга заставили отвиснуть мою челюсть.

– Я хотел бы завтра пригласить тебя на свидание, – сдержанно произнес он.

Я закрыла рот и сглотнула. Мысли разбегались как блохи. Какое свидание?! Завтра? Меня как бы похитили, и я тут готовлюсь свою честь защищать до последнего. И мысль, полная надежды: «Значит, он меня не тронет?» Нет, ну после изнасилования явно на свидание не приглашают. Блин, да какое свидание?! Я замужем!

– К-какое свидание? – сподобилась выдавить из себя я, так как он ожидал ответа.

– Рия, я пытаюсь ухаживать за тобой, – пояснил Крон, немного раздраженный моей недогадливостью.

– З-зачем?

Крон издал что-то среднее между полувздохом и полувсхлипом и резко встал с кровати, повернувшись ко мне спиной. Несколько секунд он постоял, сжимая-разжимая кулаки, а потом прошел в гардеробную и вернулся оттуда с халатом.

– Надень, – бросил его мне на кровать.

Я сцапала черный шелковый халат, явно мужской. Подушка – это, конечно, хорошо, но халат надежнее. Крон отвернулся, а я начала быстро одеваться, отложив подушку, и не нашла ничего лучшего, как спросить:

– А зачем вам столько женской одежды в гардеробной?

Поймите правильно, этот вопрос меня, еще когда я к ужину переодевалась, озадачил. В первый момент я хотела отказаться надевать платье, но служанка меня заверила, что все новое. Вот я и была в раздумьях. Спальня его. Он не женат. Откуда дровишки, спрашивается?

– Не думаю, что тебе понравится ответ, – приглушенно ответил он.

– Да?! – удивилась я, завязывая поясок. – Так там явно не вашего размера, вон даже мне платье подошло.

Плечи Крона напряглись, он издал стон и вылетел из комнаты. Я проводила его удивленным взглядом. Мне кажется, за сегодняшний вечер он уже второй раз так убегает.

Нет, ну этих древних правителей не разберешь. Сам же говорил, что скучно жить, ничто не радует. Мало ли как он там стресс снимает.

К тому моменту, как он вернулся, я уже перебралась в кресло у камина. Просто как дальше быть и надолго ли он ушел, я не знала. В постели оставаться не хотелось, а то зайдет, а там я дремлю. Зачем же человека вводить в заблуждение, еще подумает, что его жду.

Как и в прошлый раз, волосы Крона были влажны. Надо же, какой странный: как на постель, так в сапогах, а голову по нескольку раз на дню полощет. Я решила быть вежливой и извиниться:

– Крон, прошу меня простить за любопытство, – начала я, как только он вошел и заметил меня, сидящую в кресле, поджав под себя ноги. – Содержание вашей гардеробной уж никак меня не касалось.

– Рия, не испытывай моего терпения! – напрягся он.

– Я просто хотела сказать, что в своей спальне вы имеете право ходить в чем пожелаете! – быстро закончила я, всем своим видом показывая, что понимающе отношусь ко всем его причудам.

Он посмотрел на меня, загадочно блестя глазами, потом его лицо дрогнуло, и он расхохотался. В кресло рядом с моим он просто рухнул. Когда, отсмеявшись, он посмотрел на меня и увидел мое обескураженное лицо – последовал еще один взрыв хохота.

– Рия, меня убивает наповал сочетание в тебе невинности и искушенности. Ты готова спокойно отнестись к тому, что я могу расхаживать в женском платье, но тебе и в голову не пришло, что все эти наряды я купил для тебя.

– Ну, знаете, – смутилась я. – В моем мире богатые люди как только не бесятся. – Тот бросил на меня заинтересованный взгляд, но я лишь отмахнулась, старательно пряча смущение. И вообще, щеки у меня от огня в камине порозовели! Я себя какой-то извращенкой почувствовала. Стыдно признаться, но мне и в голову не пришло, что все эти наряды для меня.

Внезапно мое настроение резко упало. Наряды для меня?! Получается, он приготовил для меня гардероб, и все указывает на то, что спать мне предполагалось в его комнате. Отпускать меня явно никто не планирует. И к чему это приглашение на свидание? Наверное, я чего-то не понимаю. На мой взгляд, не приглашают на свидание человека, с кем спят вместе. Неужели он изменил свои планы в отношении меня? Я исподтишка бросила на Крона взгляд, пытаясь понять, что он задумал. Оказалось, он в это время рассматривал меня. Натолкнувшись на удивительно нежный взгляд, я тут же отвела глаза. Так и хотелось ойкнуть. Не привыкла я к демонстрации чувств с его стороны, меня это напрягало.

– Завтра я представлю тебя как свою Кьяри, – произнес он, и я тут же возмущенно посмотрела на него.

– Только через мой труп!

– Рия, мы это уже проходили, – нахмурился он. Я хотела высказать все, что думаю по этому поводу, но последующие слова заставили меня замереть. – Не бойся, твоя репутация не пострадает. Твои крылья прозрачные, чего не было ни у одной Кьяри. Так как во сне они у тебя белые, то, скорее всего, они обретут цвет лишь после завершения связи. Мы заявим, что Цирбис избрал тебя, но ты станешь моей женой лишь после того, как боги закончат жизненный путь кентавра.

– А где гарантия, что вы этот самый путь не укоротите сразу же после церемонии? – язвительно спросила я.

– Каюсь, я думал об этом, – ничуть не смутился он. На мой яростный взгляд он рассмеялся: – Принцесса, должен поставить тебя в известность, что твой кентавр тоже планировал укоротить мою.

Что?! От такого заявления я несколько растерялась. Шерридан никогда и словом не заикался об этом.

– Не смотри так удивленно. Думаешь, я не знаю, что сразу же после подписания между нами мирных договоров и открытия границ, люди твоего кентавра начали выискивать недовольных моим правлением с целью организовать бунт и меня свергнуть?

Я сидела как громом пораженная. Не верить ему у меня оснований не было, но Шерридан… Я не знала, как к этому относиться. В эти планы он меня не посвящал.

– Оставим это, – отмахнулся Крон, заметив мое состояние. Мне показалось, что он доволен тем, что эта информация мне была неизвестна. – Я решил отказаться от этого намерения. Можешь не переживать, с моей стороны твоему кентавру ничего не грозит.

– Почему? – еще больше удивилась я.

Он вмиг посерьезнел и буднично произнес:

– Потому что это причинит тебе боль. Как оказалось, я не в силах вынести твой сломленный взгляд и готов на все, чтобы никогда больше не увидеть его.

Я смотрела на него и не находила слов. Это признание сказало мне о многом. Он мог часами уверять меня в своей любви, но я бы относилась к его словам скептически. Цирбис назначил ему Кьяри, которая должна родить ему наследника, вот он в меня и вцепился. Сейчас же я впервые задумалась о том, что, возможно, он меня действительно любит.

Я не знала, что сказать. Да и что ответишь мужчине, когда он открывает тебе свое сердце, а твое целиком и полностью принадлежит другому. Поэтому я сменила тему:

– Может, не стоит представлять меня всем завтра? Дайте мне хотя бы несколько дней осмотреться, – попросила я.

Крон понял мой маневр, но не стал настаивать на продолжении темы. Внезапно на его лице появилось коварное выражение:

– А ты позволишь пригласить тебя завтра на свидание? – спросил он.

– Вы так и не ответили на вопрос: «Зачем?»

– У меня не было возможности ухаживать за тобой. Все мои попытки ты воспринимала в штыки, боясь, что я заявлю на тебя права. Но теперь ты здесь, и я хотел бы иметь возможность завоевать твою благосклонность.

– Что вы имеет в виду под благосклонностью? – подозрительно спросила я.

– Право прикасаться к тебе и не видеть, как ты от меня отшатываешься. Дать тебе возможность узнать меня и ближе познакомиться с тобой. Повторяю, я буду ухаживать за тобой и надеюсь, ты дашь мне возможность завоевать твое сердце.

– Что значит «право прикасаться»? – мой голос дрогнул.

«Он что, собирается трогать меня, а я должна терпеть?!» – нервно подумала я. Тогда чем это отличается от изнасилования?

– Я буду прикасаться к тебе, – заявил он, подтверждая мои худшие опасения, но тут же их развеял: – Но у тебя будет возможность в любой момент меня остановить. – Я облегченно выдохнула, и он еле заметно улыбнулся, заметив это.

– И как долго продлится мой визит к вам? – задала я тревожащий меня вопрос. Причем сформулировала его так, что вроде бы и не сомневаюсь, что он меня отпустит. Хвала Карнеги, иногда его советы приходятся кстати.

По блеску глаз Крона поняла, что он по достоинству оценил мой вопрос.

– Мне бы хотелось, чтобы навсегда, – лениво улыбнулся он, заставив остановиться мое сердце, – но думаю, полгода будет достаточно.

– Шутите? – ахнула я. – Да после этого только ленивый не перемоет мне кости.

– Что сделает?!

– Это означает, что только ленивый не будет обо мне сплетничать, – пояснила я, и Крон хмыкнул.

– Твое предложение?

– Пара недель.

– Даже не обсуждается! – отрезал он. Мы немного поспорили и сошлись на месяце, и то только благодаря тому, что я сделала умоляющее лицо и назвала его по имени.

Надо признаться, на такое даже не надеялась. Морально готовилась к изнасилованию, и это чуть не произошло, а теперь меня будут соблазнять. С одной стороны, хрен редьки не слаще, но это как посмотреть. По крайней мере, у меня появилась возможность сказать «нет», и через месяц я вернусь к Шерридану. Подозреваю, что Крон будет настаивать на своих визитах во сне, и мне придется пойти на это. Как бы это ни было неприятно, но все познается в сравнении. Это не самая большая плата за спокойную жизнь с любимым без страха похищения. К тому же он дал слово, что не предпримет попытки убить Шерридана, и я почему-то ему верила. Хотя… клятву все же взять с него надо. А потом я как представила себе этот месяц у ирлингов и тут же помрачнела. Пыталась уговорить себя промолчать, но…

– Что не так? – спросил Крон, заметив изменение моего настроения.

– Ничего не получится…

– Это почему же? – голос его похолодел.

– Ну, как вы себе это представляете?! – воскликнула я. – Меня похитили, и на следующий же день я, будучи женой другого, спокойно принимаю от вас знаки внимания! Не ставьте меня в положение жены, сбежавшей с любовником, который с ней месяц поразвлекся, а потом вернул мужу.

– Возвращаться не обязательно, – жестко произнес Крон, и я взглядом выразила свое отношение к его словам. – К тому же ты моя Кьяри, и наши взаимоотношения уж никак нельзя охарактеризовать как «поразвлекся».

И все же меня было не переубедить. Крон раздраженно побарабанил пальцами по подлокотнику кресла и после недолгого раздумья произнес:

– Хорошо. Мы будем встречаться во сне. Но обедать и ужинать мы будем вместе! – категорично произнес он, и я побоялась спорить.

А это выход! Днем я буду свободна от его общества. К тому же меня беспокоили предстоящие знаки внимания с его стороны. Пусть уж лучше они будут во сне.

– По рукам! – согласилась я. Крон понял это буквально. Встав с кресла, он подошел и взял мою руку, запечатлев на ней долгий поцелуй, не отводя от меня глаз.

– Я рад, – с хрипотцой произнес он, – что мы пришли к соглашению.

С облегчением я упала на широкую кровать, до сих пор не веря в свою удачу. После нашего соглашения Крон проводил меня в смежную спальню, в которую можно было пройти через будуар. На прощание он еще раз поцеловал мне руку и пожелал приятных снов. Руку! Он ограничился рукой, и это вселяло надежду.

Пришли служанки, которые, пока я купалась, перенесли вещи из гардеробной Крона в мою комнату, разожгли камин и расстелили кровать. Переодевшись, я всех отпустила и юркнула в постель. Пусть я и проспала целый день, но после пережитых потрясений ощущала себя усталой и морально вымотанной.

Чувствовала я себя как заключенный на эшафоте, которому в последнюю минуту сказали, что казнь отменяется и за примерное поведение в заключении его отпустят через месяц. Вспомнив, что меня чуть не изнасиловали, я содрогнулась. Ведь он меня практически сломал, и это пугало.

Хотелось здраво оценить ситуацию, которая сложилась. Похитив меня, Крон был решительно настроен провести со мной ночь и на следующий день объявить меня Кьяри. Ужас!

После всех перипетий вечера мы пришли к тому, что я позволяю ему за мной ухаживать в течение месяца и он будет ко мне прикасаться. Минус? Однозначно. Но! Он пообещал, что я в любой момент могу его остановить, – это плюс. Через месяц он меня отпустит. Отпустит! В это не верилось, от этого захватывало дух. Он пообещал, что не тронет Шерридана. Для меня это очень много значило.

Мне удалось выторговать у Крона отсрочку – меня объявят Кьяри через три дня. Это меня волновало и смущало. С одной стороны, если верить тому, что никогда еще не было Кьяри с прозрачными крыльями, это не ударит по авторитету Шерридана. С другой… меня пугал сам факт, что меня официально объявят Кьяри. Это пусть и формально, но привязывало меня к Крону.

Как к этому отнесется сам Шерридан? Я не сомневалась, что он в курсе, кто меня похитил. Мы знали об угрозе, жаль только, что так и не удалось ее предотвратить. Вопрос в том, что крылья у меня существуют и нет гарантии, что однажды этот факт не вылез бы наружу в самый неподходящий момент. Только теперь, узнав все тонкости, я представляю, какой волной пересудов это бы обернулось. Не лучше ли сразу заявить об этом, пресекая возможные сплетни?

Да, я Кьяри Крона, их бог избрал меня, но… они прозрачные! Полюбуйтесь, никакой измены не было. При правильной подаче информации народу можно даже найти политические выгоды этого факта. Если я должна буду со временем стать женой ирлинга, то это гарантия дружбы между нашими народами, так как мои дети от Шерридана займут трон кентавров. И пусть никакой женой я становиться и не планировала, но людям об этом знать не надо.

Мне сейчас необходимо оттянуть время. Возможно, и Шерридан что-то придумает. Мне даже удалось то, на что я и не рассчитывала, – все ухаживания будут происходить во сне. Елки-палки, будем считать это моими личными вынужденными кошмарами. Все же это намного лучше, чем на виду всего двора Крона.

Я натянула до подбородка одеяло и довольно улыбнулась. Правду говорят, если вам достался лимон – сделай из него лимонад.

«Мне удалось переломить безнадежную ситуацию в свою сторону», – удовлетворенно подумала я, уплывая в сон. И пусть война не окончена, но в этом маленьком сражении победила я.

Во сне я блуждала в тумане. Голос Весты звал меня издалека, и я устремилась на зов. Постепенно туман начал рассеиваться, с высоты птичьего полета я увидела белый храм в лесу и через мгновение ощутила свое тело, стоящее на мраморных ступенях храма.

– Ну, наконец-то! – воскликнула Веста, выходя мне навстречу. На ней было свободное длинное одеяние, напоминающее греческую тогу.

– Веста! – радостно воскликнула я, взбегая по ступеням и бросаясь в ее объятия.

– Ты как? – с беспокойством заглянула она мне в глаза. – Он не…

– В порядке. Сплю в смежных покоях. Одна.

– Заходи и рассказывай!

Мы разместились на мягких диванах в одной из внутренних комнат храма. Веста так быстро вела меня, что я даже не успела подробно рассмотреть внутреннюю отделку. В отличие от тайного храма Цирбиса, здесь царила светлая и воздушная атмосфера.

– Как Шерридан? – первым делом спросила я.

– Держит лицо, но сама понимаешь… – махнула рукой она. – Давай сначала ты о себе, а то я не знаю, сколько у нас времени.

Я быстро рассказала про свое похищение, что очнулась только вечером. О безуспешной попытке уйти через портал. Как меня чуть не изнасиловал Крон, и о своем соглашении с ним.

– Веста, что ты об этом думаешь? Мне удалось оттянуть объявление меня Кьяри лишь на несколько дней.

– Ты веришь, что он тебя отпустит?

– Сама не знаю… Я уже ничего не понимаю! – воскликнула я. – Мне он показался искренним. Да и перед народом он объявит, что я стану его лишь после того, как закончится жизненный путь Шерридана. Крон сообщил, что знает о планах Шера его убить, сам же поклялся этого не делать, так как это причинит мне боль.

– Знаешь, мне кажется он тебя действительно любит, – задумчиво произнесла Веста.

– Мне страшно представить, что будет, когда он поймет, что взаимностью ему я ответить не смогу, – высказала я вслух то, что меня тревожило.

– Рия, решай сама. Я могу забрать тебя оттуда.

Я бросила удивленный взгляд на подругу. Та выдержала мой взгляд, но я молчала. Что-то здесь было не так. Не может быть все так просто, иначе бы мы встретились не во сне, а болтали бы у нас во дворце, посмеиваясь над безуспешной попыткой Крона.

– И у тебя не будет проблем? – подозрительно спросила я.

– Ничего такого, с чем бы я не смогла справиться, – беззаботно произнесла она, но я почему-то не поверила.

Вместо того чтобы махнуть рукой и согласиться, я начала вслух рассуждать о том, о чем думала перед сном:

– Если мне удастся вытерпеть этот месяц, то можно больше не опасаться новых покушений. Подозреваю, что во снах мне придется с ним встречаться, но это малая плата за спокойную жизнь и отсутствие беспокойства за безопасность жизни Шерридана. К тому же мне можно будет не бояться пересудов из-за наличия у меня крыльев. Это укрепит империю, так как ирлинги будут нашими союзниками, с чьей стороны мы можем не ждать предательства. Веста, мне бы узнать, что думает обо всем этом Шерридан?

– Да с ума он сейчас сходит, а не думает! – призналась она. – Надо будет после нашего разговора его посетить и успокоить. Мне кажется, он считает, что ирлинг первым делом затащил тебя в постель, и теперь на стенку лезет от ревности.

– Он был недалек от истины. Крон планировал провести со мной ночь и завтра же объявить меня своей Кьяри.

– Удивляюсь, как тебе удалось заставить его пойти на это соглашение.

– Сама не пойму… Казалось, уже надеяться не на что и он меня сломал, как в самый последний момент он остановился и заговорил о том, что ему нужны я и надежда на взаимность.

– Я же говорю – любит, – вздохнула Веста. – Будь ему нужен лишь наследник, он бы не церемонился.

– Веста, от этого не легче! С ним я себя чувствую как канатоходец, боясь сделать неверный шаг. Да еще это ухаживание…

– Ты сможешь удержать его на расстоянии?

– А есть варианты? – невесело хмыкнула я. – Мне придется каким-то образом его убедить, что я вижу в нем мужчину, на чувства которого смогу в будущем ответить.

От всей этой ситуации было противно. Притворство не являлось моей сильной стороной, а уж в отношениях тем более. Мне понадобятся все мои моральные силы и выдержка, чтобы не сорваться и не озвучить правду. С другой стороны, почему я должна чувствовать себя обманщицей? Я борюсь за спокойную жизнь с Шерриданом. Почему мужчинам можно играть с нами, используя власть и не самые честные методы, а нам нельзя, что ли? В первую очередь буду думать о собственной семье и нашем будущем!

– Я справлюсь! – уже уверенно произнесла я. – Ты, главное, поговори с Шерриданом и скажи, что я его очень люблю.

Мы еще разговаривали с Вестой, когда я почувствовала, что меня утягивает. «Цирбис призвал духов из нижних миров… слишком много сил на связь… до встречи…» – донеслось до меня, и я провалилась в обычный сон без сновидений.

Глава 10

В эту ночь не только Шерридан, но и Марияна не могла уснуть, переполненная впечатлениями дня. Похищение невестки на ее глазах, слова сына и чувство, что жизнь кончена, сменились удивлением от поведения Сэмюэльсона и полной растерянностью.

Как вихрь он ворвался в ее жизнь, самовольно взяв на себя право распоряжаться ею, и она не знала, как к этому относиться. Когда она собрала вещи и была готова к отъезду, он сказал, чтобы она не брала с собой слуг, он сам проводит ее в поместье.

А как же сопровождение? Разве можно ей оставаться наедине с мужчиной, который не является ее родственником?! Как же ее репутация? Когда она озвучила свои мысли, то он лишь улыбнулся и сообщил, что если она переживает, что ее репутация пострадает, то он может хоть сейчас на ней жениться. И пока она хватала ртом воздух, не находя достойного ответа, он спокойно усадил ее в карету и сам сел следом. При этом у нее возникло стойкое ощущение, что ее похищают.

Поместье поразило ее как красотой архитектуры, так и красотой природы, но даже навскидку было заметно, что не хватает ухоженности. Чуть смутившись, Сэмюэльсон заметил, что редко здесь появляется, а потом коварно сообщил, что будет рад, если она поможет приструнить слуг и возьмет руководство ими в свои руки.

Не успела она хоть немного прийти в себя после такого заявления, как Сэмюэльсон оставил ее. Извинился за то, что ему надо разобраться с делами, и приказал слугам беспрекословно слушаться ее. Слуги и она проводили его одинаково растерянными взглядами.

Что ж, переодевшись, Марияна решила осмотреться и надолго пропала в комнате, оборудованной под студию, куда случайно забрела. Там был мольберт и краски. Когда-то давно она довольно хорошо рисовала, но с годами забросила былое увлечение. Сейчас же при виде мольберта у нее возникло чувство, как будто она встретила старого друга. Руки сами потянулись к краскам, и она потеряла счет времени. Это помогло ей выкинуть из головы тревожащие мысли и забыть обо всем.

К вечеру вернулся Сэмюэльсон, и они поужинали. Вдвоем. Наедине. Это было настолько непривычно, Марияна и не помнила, когда она в последний раз оставалась с мужчиной наедине. Это заставляло ее сосредоточиться на собеседнике, подмечать самые незначительные мелочи. Как появляется в его глазах задумчивый огонек, когда он рассказывает ей историю этого поместья, как неожиданно становится тепло от его улыбки, предназначенной ей. Его лицо притягивало ее. Глаза, в которых светились ум и сила, лучики морщин в уголках глаз, когда он улыбался, его губы…

Марияна поймала себя на том, что непозволительно долго рассматривает его губы и Сэмюэльсон уже некоторое время молчит.

– Я хочу нарисовать вас, – неожиданно произнесла она и тут же испугалась, что это не к месту прозвучало. Не в ее правилах забывать о манерах.

Она уже хотела взять свои слова обратно, когда прозвучало: «Буду счастлив». И что-то такое было в его глазах, что заставило ее смутиться и что не давало ей уснуть теперь. Она перебирала в памяти, как он провел ее до дверей комнаты, как поцеловал руку, задержав в своих теплых руках.

Она долго не могла понять поведения Сэмюэльсона, и лишь среди ночи ее озарило – он за ней ухаживает! Не проявляет уважение к ее статусу и положению, а ухаживает! Это было возмутительно, неожиданно и… волнующе. Марияна не знала, как на это реагировать и что делать с румянцем, что обжег ей щеки.

* * *

Была ночь, а Шерридан так и не смог заставить себя пойти отдыхать. Перейдя из кабинета в смежную комнату, он прилег там на диван, закинув под голову руку и устало вытянув ноги. Бросив взгляд на стол, за которым, казалось, совсем недавно они завтракали с женой, Шерридан с горечью прикрыл глаза. Это невыносимо! Он не выдержит еще раз потерять ее. Как будто сердце вырвали. Каждая мелочь напоминает о ней и об ее отсутствии.

Было бы легче, если бы требовалось собирать войска, готовить нападение… а он вынужден был провести прием делегации, делать вид, что все в порядке и ничего не произошло, и выслушивать донесения от службы безопасности. Это испытывало на прочность все душевные силы и выдержку. Сильнее всего убивало то, что в данный момент он ничего не в силах сделать, чтобы помочь Рие.

Стук в дверь отвлек его от невеселых мыслей, и охрана доложила, что к нему прибыл гость, которого он приказал привести к нему в любое время суток, как только он появится.

Даже в такое позднее время, с дороги, архимаг выглядел свежо и элегантно. После приветствия Шерридан предложил ему сесть в кресло и спросил, не желает ли он чего. Архимаг желал выпить, и он, плеснув ему и себе, прихватил с собой бутылку и сел в кресло рядом.

– Что у вас произошло? – спросил Коулсон, пригубив из бокала. – Я почувствовал активацию кольца вашей супруги. Слышал, было покушение на наследника?

– Покушения не было. Рию похитили. – Архимаг подался вперед, и Шерридан рассказал ему, как обстоят дела.

Неожиданно слова Коулсона дошли до его уставшего сознания:

– Вы сказали, она активировала кольцо? – встрепенулся он. – Но сюда она не перенеслась, значит, надо сообщить на границе, чтобы были наготове. – Он быстро поднялся, желая передать сообщение.

– Бесполезно, – махнул рукой Коулсон, чтобы Шерридан сел. – Я попробовал отследить вектор перемещения, но его не было. Не знаю, что там случилось, но порталом она не прошла.

Как будто весь воздух выпустили из кентавра, и он рухнул в кресло. Кольцо оставалось его последним тайным козырем. Надежда на быстрое решение проблемы таяла как дым.

– О, вижу все в сборе, несмотря на поздний час, – материализовалась Веста. – Меня в свою компанию примете?

Шерридан встал и сходил еще за одним бокалом, плеснул в него, а потом замер в замешательстве от того, что сделал. Можно ли предлагать такой крепкий напиток хоть и богине, но даме?

Веста развеяла его колебания, подойдя и приняв бокал:

– После тех новостей, что я узнала, мне как раз надо выпить чего-нибудь покрепче, – призналась она.

– Что с ней?! – дрогнул голос Шерридана, и руки сжались в кулаки.

– Она в порядке. У ирлинга. Он ее не тронул, – быстро произнесла Веста, видя состояние кентавра.

Не скрывая облегчения, он вернулся в кресло и, сделав основательный глоток из бокала, посмотрел на богиню, ожидая рассказа.

– Все не так уж и плохо, как можно было бы ожидать, – мягко произнесла она и передала все, что рассказала ей Рия.

Во время ее рассказа Шерридан бледнел, краснел от гнева, а потом задумался.

– Веста, считаю, что мы вынуждены прибегнуть к вашей помощи. Я не верю, что он ее отпустит, – убежденно резюмировал он. – Скорее всего, это задумано, чтобы без принуждения представить ее двору как Кьяри. Ирлинг выигрывает время, чтобы ее соблазнить. Верю, что насиловать он не хочет. Она ему не на год нужна, а такое женщина не скоро простит. За этот месяц он рассчитывает любыми путями уложить ее в постель, а там уже убедить, что после этого у нее нет морального права возвращаться ко мне.

– Рия это понимает, – согласилась Веста, – но, Шерридан, она не наивная девочка и выросла в несколько ином обществе. У них девственницы намного более искушенные, чем все ваши куртизанки. – При этом заявлении архимаг не сдержался и присвистнул. Веста бросила на него насмешливый взгляд. – Ирлинг будет иметь дело с опытной женщиной, которая видит насквозь все его ухищрения.

– И все же я считаю, что риск слишком велик. К тому же, если он ее отпускать не собирается, нахождение Рии у него я считаю неприемлемым.

– Я бы так не спешил, – вмешался в разговор Коулсон, и кентавр бросил на него раздраженный взгляд. Лишь выдержка не позволила ему сказать резкость.

– Я тут прогулялся по империи… к соседям заглянул, и вот что я скажу – слишком многие считают, что кентавры в этой войне отхватили себе слишком жирный кусок, который стоило бы переделить. Когда я услышал о нападении на ребенка, что находится у вас на воспитании, то ничуть не удивился. Этого стоило ожидать. Сначала устранят его, потом стравят всех в борьбе за власть. Вероятнее всего, ваши нынешние союзники, поодиночке или со временем объединившись, потребуют передела территорий. Предоставят кипу документов, подтверждающих права на земли, и на правах союзников будут требовать доброй воли в возврате собственности.

– К чему вы ведете? – нахмурился Шерридан. Он прекрасно осознавал обстановку, но рассчитывал, что у него будет несколько лет покоя, а потом путем политических интриг он будет сглаживать острые углы и недовольство.

– К тому, что глухое недовольство витает в воздухе. Если направить его в нужное русло, то его можно разжечь в пожар, и вас ожидают проблемы с соседями.

– Вижу, что у вас есть идея, – скрипнул зубами кентавр.

– Есть. Насколько я понял, ирлинг собирается представить народу свою Кьяри. Надо его в этом поддержать. – Стоит сказать, что при этих словах челюсть отвисла и у Шерридана, и у Весты. – Такое мероприятие просто обязаны посетить вы, и надо бы позвать представителей всех дворов ваших союзников. Сделаем это событие политическим.

Глаза Шерридана блеснули пониманием, а Коулсон принялся развивать свою мысль:

– Это покажет ваше единство с ирлингами, и такой союз если не остудит, то заставит задуматься многие горячие головы. Если кто и планировал использовать их против вас, то после этого забудет о своих планах. Никто не удивится, если вы надолго не задержитесь с визитом – вам надо разобраться с «нападением» на брата супруги и наказать виновных. Ваша жена останется, желая поближе познакомиться с народом, который в будущем станет ее. Приличия будут соблюдены, если там останется с визитом… например, ваша мать.

– Гениально! – воскликнула Веста. – На ирлинга свалятся гости, и у него голова будет болеть не только как соблазнить нашу Рию, но и как развлечь такую прорву гостей. Придав этому событию огласку и выразив свое спокойствие по поводу того факта, что она Кьяри, вы вынудите ирлинга исполнить свое обещание.

Внезапно Шерридан помрачнел и бросил на архимага тяжелый взгляд:

– Вы понимаете, что предлагаете мне оставить любимую в руках другого, который будет ее соблазнять? И сделать это надо в угоду политике. Вы хоть можете представить, что я буду чувствовать?! – горько спросил он.

– Могу, – голос архимага прозвучал глухо, а в глазах мелькнула тень старой боли. Они смерили друг друга взглядами, и никто не отвел глаз.

– Мне кажется, сейчас самое время составить ирлингу письмо, – наигранно бодро произнесла Веста.

И вот тут они оторвались. За витиеватой вязью вежливых слов насмешливо сообщалось, что Шерридан «рад», что теперь не только их народы союзники, но и они практически одна семья. И Шерридан понимает и прощает друга за то, что в радостях от факта обретения Кьяри он забыл сообщить ее мужу, что забирает ее познакомиться с народом. Шерридан вообще выказал полное понимание и брал на себя урегулирование всех формальностей, таких как приглашение гостей на церемонию представления Рии подданным, и сам обязался быть. И конечно же, он не против, что его жена погостит месяц у него и подышит горным воздухом. Вообще в горах воздух замечательный. Вот и его мать тоже задержится на месяц, он же не против? Ведь они понимающие и цивилизованные люди.

– Я хочу видеть его лицо, когда он это прочитает, – давясь от смеха, произнесла Веста, перечитав то, что у них получилось. Она бросила на архимага уважительный взгляд. В мастерстве составления вежливых, но колких фраз тому не было равных.

– А я рад уже тому, что вскоре увижу лицо Рии, – произнес Шерридан.

* * *

Он проснулся впервые за много лет с улыбкой на губах и в радужном настроении, с предвкушением встречая новый день. Этой ночью он решил дать возможность отдохнуть своей Кьяри и не вмешивался в ее сон. Пусть расслабится и перестанет нервничать.

Ему до сих пор не верилось, что она здесь, рядом. Стоит сделать несколько шагов – и можно ее увидеть, прикоснуться. Его радовало, как все сложилось, и он был доволен их соглашением. Ему действительно было больно видеть сломленный взгляд на лице любимой, он совсем не этого хотел и не о таком мечтал. Радовало, что у него хватило сил вовремя остановиться и не совершить непоправимого. Гораздо увлекательнее соблазнять любимую женщину, чем принуждать. Медленно оплетать ее соблазном, вводя в искушение. И ничего, что это будет происходить во сне. Он станет ее искушением, горячим полуночным соблазном. Так даже лучше. Во сне ей будет легче расслабиться и потерять осторожность.

При мыслях о Кьяри на душе потеплело. Он вспомнил, как она сидела в кресле, поджав под себя ноги, в его халате. Рия даже не подозревала, насколько притягательно выглядела для него в этот момент. Так по-домашнему, соблазнительно… Хотелось сорвать с нее эту деталь туалета и сжать в объятиях, покрывая поцелуями лицо. Он еле сдержался.

Она неподражаема и сводит его с ума. Вспомнив, как она посчитала, что женская одежда в его шкафу необходима ему для личного использования, Крон рассмеялся. Он вообще никогда столько не смеялся, как при общении с нею.

Камердинер, который принес одежду, чуть ее не уронил, услышав смех господина. Слишком редким было это явление.

– Могу ли я узнать причину вашей радости? – осторожно спросил он. Пользуясь тем, что служил уже много лет, он мог позволить себе эту дерзость. – Это как-то связано с той прекрасной госпожой, что поселилась в смежных покоях?

– Я скоро представлю двору свою Кьяри, Гардиан, – признался Крон. Сказать это вслух уже доставило ему удовольствие.

– От всей души поздравляю и рад за вас! – с чувством произнес камердинер. Все знали, что найти свою Кьяри большая редкость и удача.

– Значит, она человек?

– Уже нет. Цирбис одарил ее крыльями и благословил наш союз.

– Это замечательная новость! Еще раз поздравляю! Значит ли это, что мы скоро будем готовиться к свадьбе?

– Не так скоро, как хотелось бы, – заметил Крон, – но поверь мне, это будет скоро.

Гардиан склонил голову, не став лезть с вопросами, уточняя странную оговорку господина. Он всегда знал черту, которую не стоит переступать. К тому же он уже был в курсе, что эту ночь господин провел в одиночестве. Если учесть, что крылья Кьяри обретала лишь после близости, это вызывало вопросы. Но он всегда знал, когда стоит прикусить язык. Не его дело сплетничать.

Закончив с одеванием господина, он передал тому утреннюю почту и пошел распорядиться насчет завтрака.

Просматривая почту, взгляд Крона зацепился за письмо от кентавра. Интересно, что тот ему пишет? Наверняка возмущается и требует вернуть ему жену. Коварная улыбка заиграла на губах ирлинга. Ему было даже немного жаль соперника. Тот потерял свою суженую без надежды на возвращение. Кентавр еще не знает об этом и может тешить себя надеждами.

Возможной войны Крон не боялся. Если кентавр решит атаковать в лоб, то его ждет сюрприз. Недаром доверенные лица разжигали недовольство среди его бывших сторонников. Немного политических игр и интриг, и тому станет не до жены, а придется защищать границы империи.

Крон уже хотел отложить письмо в сторону, но все же решил прочитать. Отвечать он сразу не будет. Он планировал написать кентавру после представления Рии народу в качестве его Кьяри и уведомить о ее новом статусе.

С ленивой улыбкой победителя он вскрыл письмо, и после первых же строк его хорошего настроения как не бывало. Как? Вот скажите на милость, как тот узнал?! Из письма следовало, что кентавр в курсе, где находится его жена, и знает об их договоре. Формулировка некоторых фраз заставила ирлинга заскрежетать зубами.

Крон зарычал и, как ядовитую змею, отшвырнул от себя письмо, сжимая от ярости кулаки. В этот момент тьма клубилась в его глазах, и он был страшен.

– Ваш завтрак, господин! – в комнату вошел камердинер, но одно лишь слово «вон!» заставило исчезнуть того из комнаты.

С трудом справившись с собой, Крон был вынужден признать, что кентавр его переиграл. Его! Осознание этого сильно ударило по его самолюбию. По всему выходило, что уже сейчас Шерридан уведомляет и приглашает к его двору всех глав государств. Наглость данного действия вызывала желание придушить наглого мерзавца!

Крон и сам планировал их пригласить, но без кентавра. Теперь уже думать об этом было поздно. Наглец!

«Вот что бывает, когда недооцениваешь противника», – скривился ирлинг.

Ничего, пусть в этом он его переиграл, но их противостояние еще не окончено. Так даже лучше. Рию успокоит факт присутствия мужа на церемонии. Кентавр не скрывал, что дела не позволят ему остаться и при дворе задержится его мать. Пусть так. Рия быстрее успокоится и будет чувствовать себя в безопасности. Это ему на руку и облегчит задачу по приручению непокорной Кьяри.

«Но как он узнал об их соглашении?! – эта мысль не выходила из головы ирлинга.

Неужели она встречалась с кентавром во сне?! Представив на мгновение ее в объятиях того, Крон потемнел лицом и, подняв письмо, направился получать ответы.

* * *

Разговор с Вестой меня успокоил и придал уверенности. Одно дело – ощущать себя беззащитной, и совсем иное – знать, что в любой момент тебя могут спасти. Я решила сыграть по правилам Крона. Если станет совсем уж невыносимо, всегда можно обратиться к Весте и попросить меня перенести. Хотя злоупотреблять ее дружбой не хотелось. Я догадывалась, что вмешательство богини будет иметь последствия для нее, и не хотелось подставлять подругу. Оставим это уж на самый крайний случай.

Поэтому, несмотря на то что меня похитили и я нахожусь далеко от дома, можно сказать, у черта на куличках, настроение у меня было с утра на удивление хорошим.

«А Крон действительно напоминает падшего ангела, утащившего в свои владения невинную деву, – усмехнулась про себя я. Сходство усилила его приверженность к черному цвету, и крылья способствовали аналогии. – Ничего, будем воспитывать. Я ему такое за этот месяц устрою, что будет еще Шерридану доплачивать, чтобы забрал жену обратно», – подбадривала себя я.

Утром пришли несколько девушек, представившиеся моими горничными, и помогли с выбором одежды. Интересно, а где вчерашняя барышня, что мне помогала? Неужели нервы не выдержали? Они как раз завершали мою прическу, когда без стука открылась дверь и вошел Крон.

Я вообще его появление не сразу заметила. Лишь по тому, что все девушки напряглись и умолкли, я догадалась, что в нашем полку прибыло. Вот это тихое появление без стука мне совсем не понравилось. Это хорошо, что я уже одета и в приличном виде. А если бы еще спала? Настроение испортилось мгновенно.

Крон сделал знак, и все девушки мгновенно покинули комнату, оставив нас наедине. Я встала, и мы сверлили друг друга одинаково раздраженными взглядами. Так я-то понятно почему, а ему кто с утра на хвост наступил? Как оказалось, мой муж.

– Что это?! – гневно спросил он, протягивая мне письмо.

Пробежав глазами послание, я не сдержала улыбки от уха до уха, восхищаясь мужем. Это еще больше взбесило ирлинга, и его глаза начали стремительно темнеть.

– Лимонад, – ответила я, улыбаясь во все тридцать два.

– Что?! – моргнул он, не поняв моей логики.

– Лимонад, – повторила я. – Есть такое выражение: «Если вам дали лимон – сделайте из него лимонад». Вот Шерридан его и сделал.

– При чем здесь это?! – раздраженно рявкнул ирлинг.

– Крон, позвольте узнать, почему, собственно, вы нервничаете? Вы хотели меня объявить Кьяри? Шерридан созывает на это событие всех глав государств. Как истинный Правитель, он думает о судьбе наших государств и из-за личных трений не собирается портить отношения между нашими народами. Он показывает вам, что принимает этот факт. У нас с вами договор на месяц. Он обставил мой визит здесь так, чтобы он не вызывал кривотолков, и присылает свою мать.

Я видела, что Крон взбешен, но при такой постановке вопроса придраться ему было не к чему. Я же в душе ликовала. Без ума от своего мужа! Надо же было все так обыграть. Он не только смирился с моим решением, но и обставил все с наибольшей выгодой для нас. Один приезд Марияны чего стоит, даже я до такого не додумалась.

– Я хочу знать, откуда он узнал о нашем соглашении, когда мы лишь вчера его с тобой заключили? – грозно процедил Крон. – Ты встречалась с ним во сне? Что еще между вами было? – допытывался он, нависая надо мной.

«Ну просто ревнивый муж, устраивающий разборки своей благоверной», – нервно подумала я, вслух же сказала:

– Прошу заметить, что в данный момент он мой муж и ваш тон неуместен.

– В данный момент не самый умный поступок напоминать мне об этом, – угрожающе произнес он. И вроде тихо так сказал, но опасность я почувствовала мгновенно.

По-хорошему, мне бы надо было сгладить ситуацию, но я понимала, что спустишь такое раз, и потом отчитываться буду постоянно. И ведь я права!

– Перестаньте меня запугивать, – так же тихо и напряженно произнесла я. – Ваше поведение возмутительно! Ворвались в мою спальню без стука и начали кричать и требовать объяснений, как ревнивый муж. Как бы вам это ни не нравилось, но вы им не являетесь. Наш договор включает в себя, что вы не будете подрывать мою репутацию в течение этого месяца. Как мне верить вам, когда с первого же дня вы его не придерживаетесь?

Крон чуть отшатнулся, и было заметно, что старается взять себя в руки. Я облегченно выдохнула и уже более спокойно произнесла:

– Я встречалась во сне с Вестой. Все были обеспокоены моим внезапным исчезновением, и она хотела узнать, все ли у меня в порядке. Я рассказала ей о нашем соглашении и попросила успокоить Шерридана. Если на этом ваш интерес исчерпан, то буду благодарна, если вы оставите меня и вернете служанок, я еще не закончила свой туалет.

– Веста – это та богиня, что тебя перенесла?

– Да.

– Почему она входит в твои сны?

Мне так и хотелось съязвить что-то типа: «А вы считаете это только вашей прерогативой?» – но я прикусила язык и сдержанно ответила:

– Потому что мы подруги.

– С богиней?!

– Да! – с вызовом произнесла я.

Круто развернувшись, Крон покинул мою комнату.

«Вот тебе и с добрым утром!» – подумала я, провожая его взглядом. Как только за ним захлопнулась дверь, все мои мысли вернулись к Шерридану. Какой же он молодец! Его письмо ирлингу – это шедевр! По возвращении домой я повешу его в рамочку, надеюсь, копию Шер сохранил, и буду перечитывать для поднятия настроения и оставлю на память потомкам. Я преклоняюсь перед ним! Как удачно он сумел вывернуть ситуацию. С затаенной надеждой я ждала встречи с мужем. Хотелось так много ему сказать…

Отворившаяся дверь и шелест шагов уведомили о том, что вернулись служанки. Подавив вздох, я терпеливо дождалась, когда они закончат с прической. Завтракала этим утром я одна. Не буду врать, что меня расстроило отсутствие ирлинга.

«Наверное, Крон оценил масштабы грозящих ему неприятностей и принялся срочно готовиться к приему гостей», – подумала я, прилагая усилия, чтобы ехидно не захихикать. Вообще, несмотря на то что Крон с утра испортил мне настроение, оно неуклонно поднималось. В самом деле. Подумаешь, месяц. Вот и Марияна здесь погостит. Будет доверенный человек, с кем можно спокойно общаться, не опасаясь интриг.

Жаль, что заняться мне было нечем. Может, и правда ремонт Крону сделать, чтобы жизнь ему раем не казалась? Шучу. Служанки сообщили, что я могу спокойно передвигаться в данном крыле и осмотреть все, что меня интересует. Вообще, замок был большой и как будто составлял единое целое с горным массивом. Это мне вчера в глаза бросилось, когда я самоубийцу изображала. При строительстве ирлинги замечательно использовали горный рельеф.

Мне захотелось на воздух, и я попросила меня проводить. Препятствовать мне не стали, лишь выделили охрану. Парк был многоярусный, с множеством лестниц, дорожек, мостиков, которые хитроумно переплетались и выводили к самым неожиданным местам. То к искусственному озеру с золотыми рыбками, то к водопаду с задорно журчащей водой и каменным берегом, то к беседке с цветами. Меня удивило, что было много зелени, цветов, разнообразных плодовых и хвойных деревьев. По такому парку можно было гулять часами, и каждый раз взгляд находил что-то новое и интересное.

После всех этих спусков и подъемов я немного притомилась и присела в беседке с мягким полукруглым диванчиком. Устало вытянув ноги, я довольно жмурилась, глядя на невероятно синее небо. Охрана держалась в сторонке, и я спокойно откинулась на спинку, прикрыв глаза. Нет, явно надо заняться пробежками, как Ася, а то ноги с непривычки гудели. Вокруг была тишина, лишь откуда-то доносилось журчание ручья, создавая расслабляющую обстановку.

Не знаю, сколько я так просидела, но кто-то закрыл мне свет, встав на проходе, и я открыла глаза, желая выяснить, что за непорядок.

Как оказалось, свет мне загораживали два парня. Один высокий, крепкий, как дуб, с гривой темно-каштановых волос и холодным взглядом, второй отличался от него, как солнце и луна. А почему, собственно, луна? Наверное, его длинные пепельные волосы своим холодным цветом напомнили мне ее. Он был более худощав и гибок. И пусть они были совсем не похожи, но вот одинаковыми их делали высокомерное выражение лиц и холодный взгляд.

– Так-так-так, и кто здесь у нас? Откуда птичка? – произнес темноволосый.

– Если и птичка, то явно не певчая, мальчики, – в тон ответила я.

– Видно, отец себе новую игрушку притащил, – скучающим тоном произнес светловолосый. – Он человечек любит.

«Надо же, сказал это так, как будто его отец зоофилией увлекается», – хмыкнула я, а потом меня как током ударило: «Отец?!» Мама дорогая, так это сыночки Крона?! Сев прямо, я стала изучать их уже более внимательным взглядом, ничуть не стесняясь. А что? Им можно меня нагло разглядывать, а мне нет?

– Нравимся? – лениво улыбнулся светловолосый, неправильно истолковав мой интерес.

– Я бы не сказала. Никогда не привлекали самоуверенные ублюдки.

– Что?! Да ты знаешь, кто мы? – одарил меня темноволосый взбешенным взглядом.

«Догадываюсь. А вот вы, мальчики, даже представления не имеете, кто я такая», – подумала я, оскалившись в отнюдь не любезной улыбке. Хищную улыбочку они оценили и, не понимая ее причины и моего самоуверенного поведения, впились в меня одинаково раздраженными взглядами.

– У девочки вскружилась голова от оказанного ей внимания, – процедил светловолосый. – Она еще не понимает, что здесь ненадолго.

Оценив юмор ситуации, я расхохоталась. Идиоты. Все как раз наоборот: я мечтаю остаться здесь ненадолго, а вот их папаша планирует меня здесь задержать.

– Ребят, вот честное слово, не позорьтесь. Вы даже не представляете, насколько сейчас смешны. – Мои слова и смех посчитали еще одним оскорблением, и это явилось для них последней каплей. Слаженным движением они подошли ко мне с разных сторон и, взяв под белые рученьки, вывели из беседки.

– Ты или я? – спросил белобрысый брата, взглянув на того поверх моей головы. Блин, и где эта охрана, которой, как всегда, нет поблизости?

– В прошлый раз манерам учил я, так что давай теперь ты эту девку воспитывай.

Преувеличенно тяжко вздохнув о своей нелегкой воспитательской доле, белобрысый ухватил меня под мышки и стал подниматься в воздух.

– Вот идиот! – По тому, как над головой зашипели, сделала вывод, что свое замечание произнесла вслух.

Мы поднимались все выше и выше, и неожиданно рядом мелькнула еще одна тень.

– Я решил тоже поразвлечься, – произнес здоровяк.

И вот, набрав приличную высоту, белобрысый неожиданно ослабил захват, и я полетела вниз. Нечто подобное я ожидала и не закричала. Вернее, вскрикнула, когда меня поймал брюнет и начал подниматься вверх.

– Чего молчишь? – ухмыльнулся он. – От страха язык проглотила? – Не дождавшись ответа, он меня уронил, и я упала в объятия белобрысого. Парень хоть и красивый, но вот выражение лица у него было как у маньяка-убийцы со стажем.

– Что же ты молчишь? – зловеще улыбнулся он. – А в беседке такая говорливая была. – И разжал руки. Сволочь!

– Деточка, ты бы соображала быстрее, а то мне уже скучно, и в следующий раз я могу тебя не поймать, – сообщил поймавший меня здоровяк, набирая высоту.

– А ты не лови, – посоветовала я. Мой ответ заслужил удивленно-приподнятой брови, ну прям как отец, и со словами: «Как скажешь», – он меня отпустил.

Белобрысый поймал меня и стал набирать высоту.

– А ты ничего, – сообщил он, лениво меня рассматривая. – Вижу, моему брату игра надоела, и мы придумаем иную. Сейчас ты расстегнешь мне штаны и поработаешь губками, и тогда, может быть, я спущу тебя на землю в целости и сохранности… – он сделал угрожающую паузу, в течение которой я пыталась сдержаться и не выцарапать ему глаза, – если мне понравится.

– А можно ответ я шепну на ушко? – дрожащим голосом произнесла я, как нельзя кстати мстительно вспомнив, что уши у эльфов очень чувствительны. А у этого гада как раз проглядывали сквозь волосы примечательные уши. Усмехнувшись, он наклонил голову и подставил свое ухо к моим губам. Чуть удлиненное, с нежным пушком, которое чувствительно дрогнуло от моего дыхания.

– Обойдешься! – шепнула я и вцепилась в его ухо зубами, ощущая металлический привкус крови. Честное слово, я себя в этот момент Тайсоном почувствовала, так как желание откусить на фиг эту часть тела непреодолимо присутствовало.

Испустив пронзительный крик, он с силой оторвал меня от себя и отшвырнул. Развернувшись в воздухе, я увидела внизу здоровяка, который смотрел на меня, не делая и попытки поймать, и весь его вид говорил, что он только и ждет, когда я начну умолять. А хрен тебе! Показав ему средний палец, я сплюнула кровь, жаль, что не ему на голову, и выпустила собственные крылья. Молитесь мальчики, чтобы я здесь дольше чем на месяц не осталась, а то покажу вам кузькину мать!

Элегантно приземлившись возле здоровяка, я с удовольствием отметила, что он рассматривает мои прозрачные крылья с забавным удивлением на лице.

«Полюбовался, и хватит!» – мысленным приказом я убрала крылья. Рядом приземлился блондин.

– Сука! – выдохнул он, держа платок у уха.

– Зови меня мамой, сынок, – оскалилась я. – Считай, что сейчас оттаскала за уши, а если не угомонишься, то перейду к другим частям тела.

– Кто ты такая? – задал вопрос брюнет.

– А тебе папа не сказал? – съехидничала я.

– Во что ты меня втянул? – зло посмотрел на брюнета братец.

– А ты что такого ей сделал, что она тебе ушко покусала? – зло огрызнулся тот в ответ.

Я смотрела на них, переводя взгляд с одного на другого. Слишком уж привычно они переругивались.

– Знаете, вы напоминаете мне элитных бойцовских собак, которых стравливают между собой, чтобы злее были. – Я привлекла их внимание, и они оба уставились на меня. – Да что с вами такое, парни?! Ладно, бабы отца достали, вам их любить не надо, но между собой чего грызетесь? Вы же братья! По идее, только друг другу доверять и можете в этом мире, так как одна кровь. А вы?! У меня сестра есть, так я за нее любого порву, а вы друг друга рвете. Противно смотреть… – Сплюнув не столько из презрения, сколько от того, что еще чувствовала кровь блондина на языке, я посмотрела на их вытянутые лица и пошла от них. Ушла, правда, недалеко…

– Что здесь происходит? – ледяным тоном произнес Крон. Я как раз хотела спуститься по ступеням, а он поднимался и увидел меня, а за моей спиной маячивших великовозрастных оболтусов.

– Воссоединение семьи, я думаю, – не удержалась и съехидничала я.

Единым порывом Крон взлетел и приземлился перед сыновьями. Заинтригованная, я решила не спешить уходить и понаблюдать за их общением.

– Как это понимать? – процедил он. – Охрана сообщила, что вы сказали им, что они упустили мою гостью, которая ищет их в другой части сада. Зато в небе они наблюдали очень интересные полеты. Вам крылья надоели?! – рявкнул он последнюю фразу так, что даже я подскочила. В воздухе ощутимо запахло грозой.

– Что за крик, а драки нет? – вставила я свои пять копеек, вмешиваясь в эту семейную идиллию и подходя поближе.

– Ты не пострадала? – совсем другим тоном, с беспокойством, спросил меня он. Вообще-то это у нас блондин раненый.

– От чего?! От игры в пятнашки? – фыркнула я, делано хлопая ресницами.

– Пятнашки?! – уставился на меня Крон и два его сына в придачу.

– Слушайте, это вообще-то ваша вина, – обвиняющим тоном произнесла я. – Заняться у вас нечем. Мне стало скучно гулять по парку. Тут ребята предложили подурачиться в воздухе. Какие проблемы?! Имеете что-то против игр молодежи? – спросила я, коварно намекая, что он уже в это число не входит.

– Желаешь поиграть? – полыхнул глазами Крон, почувствовав завуалированное оскорбление.

– Спасибо, наигралась. Есть хочу, – заявила я и, посмотрев на парней, добавила: – Желательно бифштекс… с кровью. – Даже мне самой моя улыбка, что скользнула по губам, не понравилась. Парни ее тоже оценили, как и намек.

– Вы не проводите? – перевела я взгляд на Крона. Тому ничего не оставалось, как предложить мне руку. Когда я уходила, то спину мне сверлили два недоуменных взгляда. Не-е-т, мальчики, сдавать я вас не буду. Я вашим воспитанием сама займусь!

Глава 11

– И как это понимать? – произнес Мариус. Новая фаворитка отца сбивала с толку нестандартным поведением. Вместо того чтобы удариться в слезы, нажаловаться и просить наказать обидчиков, она их выгородила.

– Что мы с тобой просчитались, и нам придется разгребать последствия, – заметил Таурониэль.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Сам подумай! Она явно не молодое мясо на одну ночь. Ты крылья ее видел? Я, например, такие вижу впервые, – признался он. – Зубастая девочка, – отнял он от уха платок, проверяя, остановилась ли кровь.

– Я слышал, что его не было сутки, и никто не знает, где пропадал. Вернулся уже с ней. – Тот факт, что ее поселили в смежных покоях, он озвучивать не стал. Именно это послужило толчком к тому, что они решили поставить на место нахалку. Их задело, что какой-то девке выделили покои, какие по праву должна занимать лишь жена.

Таурониэль опять прижал к уху платок. Надо же, как она его приложила. Девчонка с характером. А девчонка ли? Если у нее крылья, то возраст может быть не столь юным, как внешность. Но у нее они прозрачные! Невероятно, но факт. Где же отец откопал ее?

– Ты заметил, что она подчеркивает между ними дистанцию, а он обращается на ты?

– Думаешь, они еще не любовники? – нахмурился Мариус.

– Да какая разница! Ты задумайся о том, где он ее поселил. Даже если еще нет, то это ненадолго.

– Бесстрашная, стерва! Ты ее улыбку напоследок видел? – в голосе прозвучало невольное уважение.

– Братец, даже не смотри! Тебе за нее отец не только крылья оторвет, но и все остальное, – хмыкнул Таурониэль. Вообще, происходило невероятное. Впервые они разговаривали больше двух минут и обходились без взаимных оскорблений. – Чувствую, что что-то происходит, о чем мы не знаем, и мне это не нравится, – поделился он.

– Спешно готовятся к приезду гостей. Отец собирается сделать какое-то объявление.

– Думаешь, женится?! – нахмурился Таурониэль.

– Тогда бы было объявление о свадьбе и приглашение гостей, а так… У меня неприятное чувство, что от нас что-то скрывают.

Таурониэль хотел по привычке съязвить, что может чувствовать его тупой братец, но прикусил язык. Внезапно вспомнилось полное презрения лицо светловолосой стервы, когда они пререкались с Мариусом. Лучше промолчать. Происходило нечто непонятное, и в данной ситуации с братом лучше держаться вместе. По крайней мере, на данный момент.

– Давай сделаем так, – предложил Таурониэль, – я прижму всех, кого можно, чтобы выяснить о ней все и что вообще готовится, а ты попробуй наладить отношения с этой девкой и порасспроси ее.

– Почему я, а не ты? Это же на тебя пачками вешаются.

Таурониэль еле сдержался, чтобы не пройтись по тупости братца. Вот в кого он такой? Гениальный тактик на поле боя не видел дальше собственного носа в иных вопросах.

– После того как она прошлась зубками по моему уху, я к ней и близко не подойду.

– Боишься? – с насмешливым удивлением спросил Мариус.

– Она не поверит в мою неожиданную симпатию к ней. А ты ей ничего такого не сделал. Придумай, как ее привлечь. Ну, там тренировку в саду устрой, мускулами поиграй. Женщины любят обнаженное красивое тело. А там, глядишь, и сболтнет тебе что-нибудь лишнее.

– Она говорила, что у нее есть сестра, – вспомнил Мариус, прищурив глаза. – Хотел бы я познакомиться с этой крошкой.

– Я бы так не спешил. А если она такая же зубастая, как и сестричка?

– Я не против, если пару раз укусит.

– Даже самое дорогое?

– Ты о чем? – нахмурился Мариус, и Таурониэлю оставалось лишь беспомощно закатить глаза. Нет, пусть брат мечтает о крошке, а его больше волнуют планы отца, которые вызывают тревогу.

– Не будем терять время. Пойду навещу любовницу Гардиана, камердинера отца. Уж она-то всегда в курсе последних событий.

– Она не кусается? – поддел брат.

– Нет, у нее как раз о-о-чень нежные губки, – произнес Таурониэль, уходя.

* * *

– Занятные у вас сыновья…

– Я с ними поговорю, – процедил сквозь зубы Крон.

– Поздно с ними разговаривать. Воспитывать с детства надо было, – фыркнула я. – Между прочим, а кто занимался их воспитанием?

– Слуги, учителя… – в замешательстве ответил Крон.

– А вы где были? Что-то мне подсказывает, что в вашей семье не принято было выбираться в поход или на пикник.

– Ну, почему, в поход мы ходили, – начал оправдываться Крон. – Как-то гоблины забрались на наши земли, пришлось уничтожить. – Увидев мое вытянувшееся лицо, он понял, что сказал что-то не то.

– Мм… а сколько им тогда было?

– Мариусу сорок пять, а Таурониэлю… шестнадцать. – Увидев мой непередаваемый взгляд, он быстро добавил: – Да там ничего серьезного не было. Мы быстро справились. Да и я с ними пошел лишь потому, что захотел развеяться.

Умереть не встать, семейный отдых по-царски. Что-то мне поплохело. Веселое детство у блондина было. Вспомнив, что старшему уже тогда было сорок пять, я задумалась, а сколько же сейчас? Внешне они выглядели как ровесники, года на двадцать два – двадцать три. Крон на их фоне смотрелся не отцом, а старшим братом.

– А младшему сейчас сколько?

– Сорок два.

Все, держите меня! Что-то с этими долгожителями я себя ущербной чувствую.

– По уму не скажешь, – хмыкнула я, вспомнив их поведение.

– Не обманывайся, Таурониэль хитер и изворотлив.

– Ничего, и не таких обламывали, – тихо произнесла я.

– Что?

– Дружная у вас семья, говорю. – Поняв, что я явно не хвалю, Крон замкнулся и доведя меня до дверей моих покоев, оставил переодеваться к обеду.

* * *

Крон смотрел на первую ласточку грядущих неприятностей и думал, что с этим делать. Вернее, ласточек было две. Кентавр прислал двух львиц, с уведомлением, что это личная охрана Рии. Можно подумать, у него своей охраны нет!

Он вспомнил, как они первые почувствовали опасность тогда, в саду, и нервничали. Их даже начальник охраны одернул, а зря. Надо было ему к ним прислушаться. У оборотней слух и обоняние развиты в разы лучше, и пусть они его не видели, но запах постороннего унюхали. Пусть это и оказалось бесполезным против него, Кьяри он похитил у них из-под носа, но наемниц он запомнил.

И сейчас они хотели охранять свою хозяйку. Нет, наглость кентавра переходила все границы! Ему хотелось вышвырнуть их обратно с довольно резким отказом, но потом он вспомнил, что вытворила сегодня его охрана. Это же надо было поверить словам принцев и оставить Кьяри одну в их обществе. И когда они увидели, что девушка в небе с принцами, то не посмели вмешаться, а побежали с докладом к нему. После такого провала он всех разжаловал и отправил охранять стада, так как людей им доверять нельзя.

Может, и правда оставить? Они будут преданы Кьяри и никаким иным приказам подчиняться не будут. Эти наемницы смогут ее оградить от нежелательного общества его сыновей. Что-то ему подсказывало, что те теперь всеми силами будут стараться выяснить, кто она такая. А наемницы умеют держать язык за зубами.

«Да, сыновей ждет сюрприз!» – усмехнулся Крон. Говорить им раньше времени, что Рия – Кьяри, он не планировал. Пусть помучаются.

Рассматривая наемниц, которые стояли в зале для приемов с непроницаемыми лицами и ждали его решения, он склонялся к тому, чтобы позволить им остаться. Забота о Кьяри превыше всего, да и ей будет приятно увидеть знакомые лица.

Осталось дело за малым.

– Вы хотите охранять госпожу. Но как я могу доверить вам ее, если вы оказались не способны ее защитить? – коварно ударил он по самому больному.

– Это легло пятном на нашу честь. Если госпожа пожелает, мы согласны смыть кровью наш позор или умереть за нее, защищая до последней капли крови, – ответила одна из девушек.

– К сожалению, мы не обладаем крыльями, чтобы защищать нашу госпожу от опасности с неба, – проговорила вторая, явно намекая на то, что узнала его запах, – но на земле с нами мало кто сравнится.

– Лишь боги решают, кого одарить крыльями, – холодно ответил на это Крон. В их словах он не сомневался. То, что они не смогли защитить свою хозяйку, действительно легло пятном на их репутацию. Если он откажется от их услуг, то и к себе в клан вернуться они не смогут, чтобы не навлекать позор на свой род. Наемницы оказались в щекотливом положении, и стоило этим воспользоваться.

– И какой от вас толк, если вы не сможете защитить госпожу от нападения с воздуха? – продолжил дожимать их он.

– Пусть мы не летаем, но цель в воздухе поражаем хорошо! – запальчиво проговорила одна из наемниц.

– Даже если не видим ее, слух у нас хороший… Если бы командир охраны не одернул нас, запретив приближаться к госпоже… – с сожалением вырвалось у другой.

– Что ж… Как бы там ни было, но, надеюсь, вы понимаете, что я не могу оставить при своем дворе двух воительниц, которые мне не подчиняются и в любой момент могут нанести удар в спину, – вкрадчиво произнес Крон.

Девушки тут же напряженно посмотрели на него, догадываясь, к чему он ведет. Но выбора у них не было. Если он не допустит их к охране госпожи, то их ждет позор. Поэтому, сверкая глазами и удлинившимися клыками, что выражало крайнюю степень гнева, они поклялись на все время пребывания при его дворе подчиняться ему во всем и ни в коей мере не помогать покинуть дворец Рии без его на то согласия.

* * *

Ужинала в этот вечер я в одиночестве и была рада кратковременной передышке. Чем темнее становилось за окном, тем сильнее проявлялась моя нервозность. Понятное дело, что сегодня во сне меня ожидает встреча с ним. Такой ошибки, как вчера, он не совершит и больше не позволит, чтобы в мой сон вмешивался кто-то еще. Уже практически перед сном, когда я отпустила слуг, искупалась и, переодевшись в халат, планировала лечь спать, раздался стук в дверь и вошел Крон.

За то, что постучал, спасибо, но кто в такое время в гости ходит?! Я напряженно замерла, ожидая, когда он объяснит, зачем явился.

– Принцесса, не откажешься выпить со мной по бокалу вина перед сном?

В первое мгновение я хотела резко отказаться, но… Ссориться с мужчиной в собственной спальне, когда рядом расстелена постель, не самый умный поступок. Поэтому, подавив раздражение, я согласилась и прошла с ним в будуар. Надо же, на маленьком столике уже стояли вино и ваза с фруктами.

– Вы были настолько уверены в моем ответе?

– Принцесса, не надо сверкать глазами. Я всего лишь надеялся.

К сожалению, рядом со столиком стояла кушетка, и мне ничего иного не оставалось, как сесть там. Крон разлил по бокалам вино и, протянув мне бокал, сел рядом. Не настолько близко, чтобы соприкасаться, но достаточно для того, чтобы я внутренне напряглась.

– А почему такое странное расположение комнат? – поинтересовалась я, желая избавиться от его тягучего взгляда и отвлечь. – Логичнее было бы эту комнату обставить как гостиную, где можно иногда собраться вместе за поздним ужином или завтраком.

Меня это еще вчера удивило. Я проснулась в его спальне, и ужинали мы в смежной комнате. Другая дверь из его спальни вела в эту комнату, которая по обстановке являлась женской, а потом уже шла моя спальня.

– Здесь раньше так и было. Моя третья жена изменила планировку, – нехотя произнес он.

– Почему? – Я тут же вспомнила, что он не единожды был женат и третья жена была человеком.

– Мне нравилось наблюдать, как Алисия расчесывает волосы перед сном, или утром в пеньюаре пьет чай, или сидит за книгой у окна…

Я так и представила, как эта женщина ждет здесь мужа, когда он освободится от дел. Только почему в таком случае у них были разные спальни? В глазах Крона промелькнула печаль. Вспомнил о ней? Тяжело, наверное, наблюдать, как на твоих глазах стареет твоя жена. Мои глаза немного расширились. Такого Крона я не знала.

– Вы ее любили? – тихо спросила я.

Крон отвел взгляд, задумчиво смотря в пространство:

– По-своему. После моего второго брака Алисия привлекла меня своей нежностью и невинностью, спокойным характером. Она дала мне успокоение…

«Готова поклясться, что она вышивала или ткала», – мелькнуло у меня в голове.

– И я не хочу говорить о своем втором браке, – посмотрел он на меня с предупреждением, предвосхищая мой вопрос. – Если желаешь, можешь здесь все изменить по своему вкусу.

– Спасибо, но меня здесь все устраивает, – нейтральным тоном произнесла я. Начать вносить изменения означало подстраивать пространство под себя, а я здесь не планировала оставаться надолго. Проще воспринимать как гостиницу. Интерьер может нравиться или нет, но ты не будешь в нем ничего менять.

«Вообще странно, что во мне Крон нашел? Я же абсолютно не похожа по характеру на Алисию. Уж я-то не спокойна, и характер у меня далеко не покорный», – с недоумением подумала я.

– Твой характер как огонь. Ты искренняя, порывистая, упрямая. Мои дни были серые, пока случайная встреча не взорвала мой привычный мир. Мне нравится твой сильный характер, он как алмаз и каждый раз ослепляет своей новой гранью. Ты заставляешь меня чувствовать себя живым, прогоняя из души холод.

В его словах было столько страсти, чувства, что я занервничала и залпом допила вино, отставляя бокал и судорожно придумывая повод, чтобы удалиться. Ну их в баню, все эти разговоры по душам. Что-то я к ним морально не готова.

Крон тоже отставил бокал и первый поднялся, протягивая мне руку:

– У меня есть для тебя сюрприз.

Черт! Черт! Черт! Я не хотела никаких сюрпризов. Моим единственным желанием на данный момент было убраться из этой комнаты. Но он ждал, и мне ничего иного не оставалось, как вложить свою руку в его, поднимаясь. Его ладонь была горячей по сравнению с моими похолодевшими пальцами, и это тепло распространялось по руке. Он провел меня к выходу.

«Мы что, идем куда-то гулять?!» – с недоумением посмотрела на него я, когда он распахнул двери. Когда же перевела взгляд в коридор, то не сдержала радостного визга:

– Девочки?!

– Я почему-то предполагал, что ты именно так и отреагируешь, – с трудом сохраняя серьезный вид, произнес Крон.

Он сделал приглашающий жест, и верльвицы вошли в комнату.

– Думаю, вам есть о чем поговорить, – произнес Крон, поднося мою руку к губам и уходя в свою комнату.

Мы молча проводили его взглядами.

И тут меня как обожгло. О господи, представляю, что они подумали! Я в халате, за ручку с Кроном поздно вечером. Мама дорогая!

Как только за Кроном закрылась дверь, девушки в едином порыве опустились на колени, протягивая мне на вытянутых руках кинжалы.

– Госпожа, мы не сумели уберечь вас, теперь наша жизнь в ваших руках.

И что мне полагается делать?! В этот ответственный момент открылась дверь и вернулся Крон. Челюсти у нас отвисли. Ухмыльнувшись при виде верльвиц, он продефилировал к столику, неся в руках два бокала и две бутылки.

Забрав свой бокал, он подошел ко мне и посмотрел на девушек, так и протягивающих мне кинжалы.

– Развлекаетесь? – насмешливо спросил их он, а потом посмотрел на меня: – Я бы мог заметить, что принцессы с охраной не пьют, но они приступают завтра с утра, – с намеком произнес он, а потом склонился к моему уху и тихо добавил: – Не задерживайся.

Мы проследили за его уходом. Я была потрясена. Девушки же… Как бы правильнее сказать… Если бы Крон начал танцевать на их глазах стриптиз, они и то были бы потрясены меньше.

Нет, я и раньше догадывалась, что он очень опасный человек, но сейчас увидела его во всей красе. Как он грамотно подставил меня, представ со мной в этакой домашней обстановке. И ведь ничего вызывающего, если не считать выводов, которые так и просятся. А то, насколько хорошо он знает меня, пугало. Он не сомневался, что я не откажусь посидеть с верльвицами и поговорить. Слова «не задерживайся» были намеком мне о встрече во сне, но как же двояко они прозвучали для острого слуха оборотней! Я готова была восхититься его коварством и зарычать от бессильной ярости.

Посмотрев на девушек, так и стоящих с кинжалами, в сердцах сказала:

– Ну, хоть вы ерундой не занимайтесь! Пойдемте к столу.

Они неуверенно поднялись и подошли, но садиться не стали.

– Наша честь требует…

– Девушки, ваша честь может спать спокойно! В моем похищении вы не виноваты. Будь даже там сам Шерридан, то ничего бы не успел сделать. Летать вы не умеете, так что закрыли тему.

Я посмотрела на вино, на дверь в спальню Крона и, подхватив бокалы, произнесла:

– А давайте-ка переместимся лучше ко мне.

Они не растерялись и, взяв вино и фрукты, двинулись за мной.

Поразмыслив, куда податься, я не нашла ничего лучшего, как разместиться в креслах у камина. Поставив бокалы, я придвинула круглый столик поближе к ним и притащила пуф. Верльвицы с замешательством наблюдали за моими манипуляциями.

– Чего застыли? Размещайтесь, – махнула я им. Те поставили фрукты и вино на столик, но садиться не спешили.

– Мы не можем…

– Да ладно вам. Сами слышали, что к обязанностям приступаете лишь завтра. Девчонки, а как вас все же зовут? – с любопытством спросила я, усаживаясь в кресло.

– Для нас недопустима близость с объектом… – попыталась объяснить одна из них.

– Девочки, вы сами сказали, что ваша жизнь в моих руках, так куда уж ближе? – ласково спросила я. Аргумент был убийственный.

– Зарина, – представилась одна, садясь наконец в кресло.

– Рина, – назвалась вторая, присаживаясь на пуф.

Я рассмеялась, а они настороженно посмотрели на меня.

– Просто я вас про себя Зитой и Гитой называла, – видя их недоумение, пришлось на ходу объяснять, немного привирая, не рассказывать же им про классику нашего кино. – Имена двух близняшек… которые отлично справлялись с врагами… и боролись с несправедливостью.

– Воительницы? – с подозрением уточнила Рина.

– Они самые! – с честным видом заверила я, и девушки польщенно улыбнулись.

Я разлила по бокалам вино и, протянув им, подняла бокал: – За встречу! – А потом не удержалась и призналась: – Вы даже не представляете, как я рада вас видеть!

Дома они своим непробиваемым видом и игнорированием моих приказов часто доводили меня до белого каления, но увидеть их здесь, это как получить привет от Шера. Это равнозначно его словам: «Я рядом».

– Признайтесь, как вас допустили ко мне? Вы поклялись в верности ирлингу? – при упоминании о последнем девушки помрачнели.

– Нам пришлось принести клятву, что, пока мы здесь, будем подчиняться его приказам и не будем помогать вам сбежать, – призналась Зарина.

– Но мешать вам сбежать мы не обещали, – с намеком произнесла Рина, победно сверкая глазами.

– Ох, девочки! – рассмеялась я. Приятно было знать, что и Крон не всемогущ и способен что-то упустить. – Мой муж просил что-то передать?

Зарина полезла за пазуху и протянула мне письмо. Отставив бокал, я с бьющимся сердцем вскрыла его и достала лист бумаги. Шерридан писал, что он прибудет послезавтра и мне стоит быть готовой к тому, что увидимся мы лишь на приеме. Ругал, что я затеяла опасную игру, и признавался, что безумно меня любит и сходит с ума. Просил быть осторожной и при малейшей опасности вызывать Весту, и плевать на последствия.

Я прижала письмо к груди, а потом бросила его в камин. Девушки рисковали, передавая его мне, и пусть сейчас оно превращалось в пепел, слова я запомнила наизусть.

– Расскажите, что происходит дома? – с тоской попросила я.

Не ожидала узнать, что мое исчезновение удалось сохранить в тайне и всем заявили о покушении на моего брата. Объявление меня Кьяри вызвало поддержку Совета, который уже подсчитывает преимущества от этого факта. Данная информация держится в секрете до официального мероприятия.

В свою очередь, я рассказала, что Крон умеет отключать мои чувства, затормаживая меня, и именно этим воспользовался при похищении, что в себя пришла лишь здесь. Пришлось признать, что я действительно его Кьяри и даже продемонстрировать крылья, которые вызвали восхищение девушек и несколько завистливых взглядов.

Обрисовала ситуацию, в которой Крон собирается меня соблазнять в течение этого месяца, а мне надо всеми силами этого избежать. Видя замешательство в их глазах, пояснила, что по нашему соглашению я у него гощу месяц, а потом он обещал меня отпустить и отойти в сторону, дожидаясь своего часа. Верльвицы не удержались от фырканья, с чем я согласилась и призналась, что и самой верится с трудом. В общем, ближайшие наши планы – это не даться в руки Крона и уносить отсюда ноги по истечении месяца или раньше, если станет слишком жарко. Тут я впервые задумалась о том, что Марияна в таком случае может стать заложницей, но успокоило то, что если переносить будет Веста, то ей не важно, сколько человек.

Мы проговорили с девушками допоздна, и в конце вечера они признались, что, отправляясь на задание охранять богатую фифу, пусть и жену Повелителя, они не ожидали, что я буду такой… – неопределенно махнув рукой, они выразили глубину своих чувств. Эх, подозреваю, вино, что притащил нам Крон, оказалось коварное, как и он сам.

В свою очередь, я признала, что с тем, как серьезно у них обстоят дела с честью, я понимаю их желание не спускать с меня глаз, и извинилась, что злилась на них за это. Довольные друг другом, мы расстались. Девушки на чуть нетвердых ногах пошли на выход, а я добралась до кровати и рухнула спать.

* * *

Я провалилась во тьму, и несколько событий случилось одновременно: моего лица коснулось чье-то дыхание, и губы тут же оказались в плену. Как вихрь, который подхватывает осенний лист и несет в неизвестном направлении, так и меня уносило неизвестно куда под напором обжигающей страсти. Я была дезориентирована. Вокруг стояла непроглядная тьма, и все чувства оказались сосредоточены на тактильных ощущениях.

Поцелуй был стремительный, обжигающий, затягивающий, как самый глубокий из омутов. Мне живо вспомнились наши самые жаркие ночи с Шерриданом, и я подалась навстречу, раскрываясь и отдаваясь во власть таких опытных губ и сильных рук, что жадно изучали мое тело.

Наше прерывистое дыхание было неразделимо. Горячая ладонь легла на мой затылок, фиксируя мою голову, чтобы я и не думала отстраниться. Как будто я хотела этого!

Пусть не надеется! Понятия не имела, каким образом ему удалось ворваться в мой сон, лишь его близость имела значение. Тоска по мужу, по его ласкам заставила меня отбросить все вопросы и просто отдаваться его рукам и губам, безмолвно показывая, как сильно я скучала. А мне его безумно не хватало! Я привыкла засыпать и просыпаться в его объятиях. Мое тело, как скрипка, было настроено на него, и ему лишь стоило посмотреть на меня с желанием, как все внутри тянулось к нему. Я точно не относилась к числу тех жен, у которых, чуть дело доходит до постели, начинает болеть голова.

Не прерывая поцелуя, он уложил меня на постель, а я обвила ногами его талию, желая прижаться как можно теснее. От его близости тело вспыхнуло мгновенно, и я сходила с ума от неутоленного желания. Внизу живота все сжималось, и я безумно хотела ощутить себя наполненной им.

Я чувствовала желание и нетерпение прижимающего меня к постели мужского тела. Оно как яд просачивалось сквозь мою кожу, туманя разум.

Хотела зарыться в густые волосы мужа, притягивая его ближе, но мои руки перехватили, не дав дотронуться и заводя их за голову. У меня из груди вырвался разочарованный стон. Неужели он не понимает, как мучительно хочется прикоснуться к нему? Непрерывный поцелуй сменился сотней быстрых поцелуев, а потом глубоким, всепоглощающим и сводящим с ума.

Я дрожала от желания и горела от жара, исходящего от его тела. Его губы сместились на шею, чуть прикусывая ее, и я запрокинула голову, открывая ему полный доступ. Дорожка из поцелуев спустилась по ключицам к груди, и он втянул в рот сосок, что заставило меня выгнуться ему навстречу. Тело как будто молнией пронзило. Он сосал мою грудь, и движения языка вызывали тянущую боль внизу живота.

Шерридан медленно-медленно затягивал мою грудь в рот, вбирая в себя все больше и больше плоти. Его рот был теплым, а твердый нажим зубов заставил меня ахнуть. Пульс стучал в ушах, и я потерлась о его член, зажатый между нашими телами, намекая о своем нетерпении. Мне не нужны были долгие прелюдии. Я безумно желала его.

– Ше-е-е-р! – застонала я, так как больше всего на свете хотела именно в этот момент ощущать его в себе, и…

И я резко вскочила на постели, дрожащая от желания и с бешено бьющимся сердцем. В первые мгновения я не понимала, где я, но свет от камина освещал спальню моих покоев. Внутри все дрожало от разбуженного желания, и кажется, губы еще пульсировали от страстных поцелуев и ныла грудь. Испугавшись, я проверила, на месте ли одежда, но рубашка была цела, и в комнате никого не было.

Соскочив с кровати, я подбежала к зеркалу, чтобы посмотреть на себя. Глаза лихорадочно блестели, но на коже не оказалось следов чужих прикосновений. Что это было? А вернее, кто? Шерридан ли? Сон под влиянием вина? Но хмель уже прошел, и я была растеряна. Желая полностью прояснить голову, пошла в ванную и умылась холодной водой, а потом, подумав, решила принять холодный душ, который прогнал из тела остатки сна.

Завернувшись в халат, я долго смотрела на тлеющие угли в камине, пытаясь понять, был ли это просто сон или… Вот об «или» мне даже думать было страшно. Неохотно вернувшись в постель, я долгое время не могла уснуть, вертясь с боку на бок. Когда же наконец заснула, то оказалась на вершине горы, где меня дожидался Крон.

– Принцесса, долго же тебя ждать пришлось! – с укором заметил ирлинг. Как бы я ни всматривалась в его лицо, но никакого подтекста или намека не заметила.

– С девочками засиделись, – ответила я.

Кивнув, он предложил:

– Полетаем? – И мы взмыли в небо.

* * *

«Утро добрым не бывает!» – это был девиз моего сегодняшнего дня. Проснулась я разбитая, как будто вагоны разгружала. Вызверилась на служанку, которая пыталась засунуть меня в корсет, и, наоборот, выбрала платье зеленого цвета с воротником стоечкой, застегивающееся маленькими пуговками до самой талии, А-образного силуэта. Спереди разрез, открывающий нижнюю юбку цвета слоновой кости. Рукава тоже расширялись книзу и спускались до самого пола. Подкладка у них была в цвет нижней юбки. От локтя с внутренней стороны шел разрез, позволяющий рукам быть свободными. Ко всему этому я добавила строгую высокую прическу, завершив свой туалет. Все лаконично и максимально закрыто.

Все мои усилия пропали даром, так как завтракала я одна. Не скажу, что расстроилась, но хотелось бы сразу обозначить свою позицию. Если я и согласилась, чтобы он за мной ухаживал, но это совсем не означало, что упаду в его объятия. А всему виной мой сон! До сих пор не могла понять, что это было: игры подсознания, визит Крона или моя связь окрепла, и я смогла без помощи ирлинга втянуть в свой сон Шера?

Произошедшее злило меня и лишало покоя. Я же привыкла мгновенно отзываться на ласки Шерридана и поэтому так среагировала. Представив, что вместо него могла целовать Крона, меня просто трясло от злости и возмущения.

«Пожалуйста, пусть это будет просто сон!» – молила я, давая себе зарок впредь быть настороже и, если приснится эротический сон, сначала давать в зубы своей фантазии, а потом уже разбираться.

Обидно, но последующая встреча с Кроном во сне так ничего и не прояснила. Он вел себя как обычно, не старался прикоснуться ко мне, соблюдая дистанцию. Я бы даже сказала, был несколько отстранен и вежлив. Извинился, что эти дни не сможет оказывать мне должного внимания, так как подготовка предстоящего визита гостей требует всего его внимания. Можно подумать, что я без него скучаю.

Решив развеяться, я отправилась в сад. Хорошо хоть, меня избавили от охраны, а сопровождали лишь Зарина и Рина. К слову сказать, они сегодня тоже были сдержанны и с непроницаемыми лицами. На работе.

Гуляя, я набрела на дивную картину. Брюнет, обнаженный по пояс, увлеченно тренировался с мечом. Видно, делал это уже давно, так как тренированное тело блестело от пота. Выпады следовали один за другим, и меч мелькал серебряной молнией. Я даже остановилась, любуясь зрелищем.

Мое появление было замечено, и он остановился, шутливо мне поклонившись.

– День добрый.

– И тебе того же, – ответила я. – Вижу, физические нагрузки благотворно влияют на твое воспитание.

– Что ты хочешь этим сказать? – чуть нахмурился он.

– Ну, так вчера вы со мной посчитали лишним даже поздороваться, – ехидно произнесла я. – Наверное, слишком спешили в небе поиграть. В детстве мало партнеров для игр было, теперь наверстываете?

– Девочка, поверь, вчерашняя была самая безобидная, – скрипнул зубами он.

– А ты, наверное, до сих пор из детского возраста не вышел, если еще не понял, что со мной играть у тебя руки коротки.

– Я бы не советовал быть настолько уверенной, – угрожающе прищурился он. – Если я пожелаю, то никакая охрана тебя не спасет.

– Госпожа, можно я поучу его манерам? – приблизилась ко мне Зарина.

– Киса, тебя за ушком почесать? – оскалился брюнет.

– Развлекайся, – разрешила ей я.

Воткнув меч в землю, парень поманил ее к себе пальцем. Они начали кружить вокруг друг друга.

– Хочешь потанцевать? – дразнил ее он. – С девушками я предпочитаю танцевать в горизонтальной плоскости.

Молниеносно бросившись к ней, он сжал ее в объятиях и спеленал крыльями. Когда через секунду он отскочил, то сплюнул кровь из прокушенной губы, а Зарина фыркала, как рассерженная кошка.

– Страстная девочка, – ухмыльнулся он и снова бросился к ней. Она уже была наготове и, ускользнув от захвата, сама провела бросок. Мгновенно вскочив с земли, он уже не был так доволен. Произведя серию ударов, которые были так быстры, что мне казались размытыми, одним он достал Зарину, и она покатилась по земле.

Я испугалась за девушку, но текучим движением она поднялась, и они снова закружили друг вокруг друга. Удары, блоки, удары. Для моих глаз они двигались слишком быстро, как пара танцоров в безумном танце. Когда их пара распалась в очередной раз, на груди брюнета расцвели кровавые полосы от когтей.

Удивительно, но готова поспорить, что в его глазах появилось восхищение.

– Что здесь происходит? – раздался требовательный вопрос, который остановил готовых броситься друг на друга противников.

«Можно подумать, и так не ясно», – вздохнула я и повернулась к Крону.

– Ничего особенного, – пожала я плечами. – Ваш сын был настолько любезен, что позволил моим девочкам поточить о себя коготки. Скучно парню. Заняли бы вы его чем-то, – посоветовала я и, кивнув девочкам, отправилась гулять дальше, оставив отца с сыном поговорить. Надо же, уже второй раз сталкиваемся, а до того чтобы представиться, так и не дошли. Плохо у них здесь с манерами.

Быстрое появление Крона свидетельствовало о том, что за нами следят. Мысленно я отметила этот факт.

– И с каких пор твои тренировки проходят здесь? – долетел до меня вопрос, заданный Кроном сыну.

«Хм, неужели представление с мечом было для меня?» – усмехнулась про себя я.

Когда мы отошли подальше, я тихо спросила:

– Зарина, ты как?

– Размялась, – кратко ответила она.

– Спасибо.

– Это моя рабо… – не закончила она, а потом исправилась: – Мне было в удовольствие.

– Поточила коготки, сестричка? – поддразнила ее Рина.

– Рина! – одернула та сестру.

– Зарина, или я ничего не понимаю в мужчинах, или у тебя здесь появился кавалер, – сообщила я ей.

Та только фыркнула, и мы пошли дальше.

Глава 12

Я смотрела на море человеческих лиц, не в силах сосредоточиться ни на одном. Лишь кожей чувствовала завистливые взгляды многих дам. Все мои чувства были сосредоточены на мужчине, стоящем рядом. Вернее, я стояла между двумя мужчинами, но лишь один поглощал все мое внимание, и лишь к одному я тянулась всей своей душой.

Вот и наступил день торжественной церемонии. Еще с утра мне сделали высокую прическу и принесли церемониальный наряд, состоящий из нижнего платья и верхнего, украшенного драгоценными камнями. Наряд был тяжел и давил к земле, а еще надо было держать осанку и голову.

Все хлопоты вокруг меня я воспринимала отстраненно. Больше всего меня занимали вопросы, прибыл ли уже Шерридан и где его разместят. Зарина сообщила, что его должны разместить в этом крыле, и я тешила себя надеждой, что нам хоть ненадолго, но удастся увидеться.

Как оказалось, действительно тешила. Опустив глаза, Рина вошла в комнату и сообщила, что муж мой прибыл, но стоило мне вскочить с места, как она уведомила, что Крон дал приказ не допустить нашей личной встречи. Представляю, как он потешался, отдавая им этот приказ. Это был щелчок Шерридану выставить против него его же слуг. После того как девушки принесли клятву Крону, им ничего не оставалось, как подчиниться приказу.

– Рина, я все понимаю, но хоть издали я могу его увидеть?

– Посмотрю, что можно сделать, – расстроенно произнесла она и вышла. Через несколько минут она позвала меня. Выйдя на порог комнаты, я увидела справа, наискосок от моих покоев, застывшего так же в дверях комнаты напротив Шерридана. Между нами стояли девушки. Все, что мы могли, это смотреть друг на друга.

Как же я по нему соскучилась! Мне стоило огромного труда не расплакаться, а послать ему улыбку. Какая же изощренная пытка видеть его и не иметь возможности прикоснуться. Я послала ему воздушный поцелуй, а он поймал его и приложил к сердцу. Теперь уже я улыбалась искренне, глядя на него. Он послал мне в ответ много-много воздушных поцелуев. Я сделала вид, что поймала их в охапку и прижала к себе. Мы улыбались как два идиота, а верльвицы старательно отводили глаза, чувствуя себя лишними. И в этот миг все козни Крона показались такой мелочью. Главное, что мы любим друг друга и все у нас будет хорошо.

Вот и в миг, когда все смотрели на меня и торжественно объявляли, что я Кьяри Крона, единственное, что я чувствовала, это тепло от стоящего рядом Шерридана. Лишь потом я узнала, что за право стоять рядом со мной ему пришлось побороться, они очень долго спорили насчет этого момента с Кроном. Тот убеждал, что это нарушение всех правил, а Шер аргументировал, что наша ситуация и так нарушает все правила. И уж если у меня предполагается два мужа – один нынешний и второй будущий, то и стоять я должна именно с ними, а не с одним из них.

Вот и гостей мы приветствовали тоже стоя и все втроем. По правилам церемонии мы должны были восседать на троне с Кроном, но я его женой не являлась и как такового права на трон ирлингов еще не имела. Принимать гостей одному, а чтобы я в этот момент стояла с Шерриданом, Крон наотрез отказался, поэтому пошли на такой компромисс. Вот и от посещения храма Цирбиса тоже пришлось отказаться. По традиции Кьяри должна была провести ночь в храме, стоя на коленях перед статуей Цирбиса и благодаря за крылья, а жрецы в это время читали бы молитвы и жгли благовония. Я же наотрез отказалась, наплевав на эти традиции.

«Вы считаете, что я испытываю благодарность? – спросила я Крона. – Ноги моей в его храме не будет, а если принудите, то я такой там скандал закачу, что ваши жрецы поседеют!»

На меня не подействовали уговоры и воззвания к благоразумию, и Крон отступил. Было решено сделать щедрые пожертвования в храм. Меня это вполне устроило, не мои же деньги.

Для меня стало полной неожиданностью среди многих гостей приветствовать Асю и Дориана. Они приехали с дипломатической миссией. Без сомнения, Веста поспособствовала их появлению у нас, а сюда они перенеслись уже вместе с Шерриданом. При виде друзей я не сдержала радостной улыбки. В нашем полку прибыло! Явно они не на день приехали.

После приветствия гостей Крон протянул мне руку, и я вложила свою ладонь в его. Наступил завершающий момент. Заиграла музыка, и мы спустились в зал. Людская толпа расступилась, как море, освобождая нам дорогу. Легким пожатием руки Крон дал мне знак, что пора выпустить крылья. Я подчинилась, и по залу пронесся единый вздох толпы, когда за моей спиной появились прозрачные крылья. Мы взмыли в воздух и закружились в танце под музыку.

Впервые мы танцевали его наяву. До этого Крон учил меня этому танцу во сне. Днем у него было слишком много дел, и я его практически не видела. Н-да, и платье у меня во сне к земле не тянуло своим весом. Мы взмыли к куполу зала, который сиял тысячью огней, ослепляя нас. Крон кружил меня, а я была рада тому, что под платьем у меня множество пышных нижних юбок, а то было бы зрелище для тех кто внизу.

«И что за чепуха лезет в голову в такой ответственный момент?» – не смогла я сдержать нервного смешка, старательно повторяя все па. Как я узнала, таким образом танцует лишь Правитель. Все остальные, как обычно, кружатся в танце по залу.

Когда в завершение я упала в объятия Крона, а он меня прогнул в спине, я облегченно вздохнула. Что-то к концу танца я начала уставать. А потанцевали бы вы в бронежилете! Вес платья не намного от него отличался. Мои крылья были сложены, и крепко прижимая меня к себе, Крон приземлился, элегантно коснувшись пола. Заиграл следующий танец, и его я должна была танцевать с Шерриданом.

Ни единый мускул не дрогнул на лице Крона, когда он подвел меня к мужу, а я знала, что он был против нашего совместного танца. Мы даже спорили с ним до хрипоты. Он указывал на то, что я его Кьяри и, вообще, между нами договор, я же в ответ заметила, что будет странно, если я не уделю и одного танца своему мужу. Крон не уступал, пока окончательно не вывел меня из себя. Мы это обсуждали как раз после того, как он «обрадовал» меня информацией по поводу Храма. В общем, я была раздражена и заявила, что или я танцую с ними двумя, или вообще ни с кем!

Скрепя сердце он согласился на единственный танец, но тут же отыгрался, заявив, что так как вся официальная часть к этому моменту будет завершена, то он вполне понимает, что у Шерридана есть неотложные дела, и ничего не имеет против, если он удалится. И этак, между прочим, добавил, что во время праздника, и нашего танца в частности, его служба безопасности будет блокировать открытие порталов. Р-р-р!

Удивительно, несколько минут назад я парила в воздухе с Кроном, но лишь кружась в танце с Шерриданом, у меня было полное чувство, что я лечу. Особенно остро я чувствовала прикосновение его рук. Пусть мы едва касались друг друга пальцами, танцуя, но я ничего не могла поделать со счастливой улыбкой на своем лице.

– Мне придется уйти после этого танца, – сообщил он.

– Я знаю…

– Больше всего на свете я хочу уйти отсюда с тобой!

– Именно поэтому хозяин бала блокирует открытие порталов, – усмехнулась я.

– Я бы этого хозяина… – беззлобно произнес Шерридан. Мы ничего не могли с собой поделать, будучи настолько счастливыми в это мгновение, что для злости или раздражения не оставалось места. – Как ты?

– Развлекаюсь, играя на нервах у сыновей ирлинга.

– Рия! – рассмеялся Шер.

– Как дома дела?

– Совет счастлив, что ты Кьяри, и подсчитывает выгоды. Народу сообщили, что ты останешься на месяц у ирлингов с дружественным визитом, в сопровождении моей матери, и… мне кажется, у них роман с Сэмюэльсоном и скоро будет свадьба.

– Это здорово!

– Да? А я еще сам не понял, как относиться к данному факту. Он чуть скандал не закатил, когда я сказал, что она нужна мне здесь. Мне! Хотел поехать с ней, но ирлинг не позволил моей правой руке находиться здесь, даже если они собираются пожениться. «Не испытывайте моего терпения. Вам не кажется, что при моем дворе скоро кентавров будет больше, чем ирлингов?» – спародировал он Крона.

– Я восхищаюсь тобой! – призналась я. – Твое письмо – это шедевр!

– Ты читала?

– Разозленный Крон дал мне его прочитать, но думаю, сам пожалел об этом.

– Мы его с Вестой и Коулсоном сочиняли, – по секрету сообщил он.

– Те еще интриганы! – рассмеялась я.

– Не могу без тебя… – вырвалось у него. – Пообещай, что не будешь рисковать и позовешь Весту!

– Обещаю.

Танец закончился, и, поцеловав мне кончики пальцев, с непроницаемым лицом Шерридан подвел меня к Крону, по лицу которого тоже ничего нельзя было прочитать. Лишь по тому, что в его глазах клубилась тьма, можно было сделать вывод, что он в ярости. Эх, мне бы их умение владеть лицом. Я же, глядя на Шерридана, не могла скрыть своей тоски.

После ухода Шерридана Крон процедил:

– Я был бы просто счастлив, если бы танцуя со мной, ты проявляла хотя бы половину такого же энтузиазма.

– На вас такое платье надень, я тогда посмотрю, как вы со счастливым видом полетаете, – мрачно ответила я.

– А что не так с платьем?!

– Да оно весит целую тонну! Еще немного, и я с ног свалюсь, на радость всем тем дамочкам, что прожигают меня взглядами. Ваши любовницы? – между прочим поинтересовалась я.

– Понятия не имею, о ком ты.

– Их что, так много, что вы не помните, кто был в вашей постели? – Я была раздражена из-за разлуки с мужем и пыхтела как самовар.

– Зачем говорить о прошлом? Значение имеет, кто будет.

– У вас тоже гарем? – рассеянно спросила я, выискивая глазами Асю. Любопытно, мы можем с ней поговорить?

– Что значит тоже? И при чем тут гарем?

– Да у Шерридана был небольшой, штук этак триста. У вас они тоже в отдельном крыле?

– Кто?

– Гарем!

– Какой?!

– Ну не мой же! – огрызнулась я.

– Принцесса, хватит смотреть по сторонам! Кентавр давно ушел, – раздраженно рыкнул он, выходя из себя.

– А можно и я уйду? – с надеждой посмотрела на него. – Ну, правда, официальная часть закончена, а я под этой тяжестью уже с ног валюсь, – повела плечами я.

Крон несколько мгновений смотрел на меня, глотая резкие слова, но ему удалось справиться с собой, и он отрывисто разрешил:

– Иди. Тебя проведут.

Стараясь не подпрыгивать от счастья, я степенно удалилась, и плевать, что спину мне прожигал взгляд Крона.

«Что ж, если принцесса устала, значит, она будет отдыхать!» Видно, этим девизом руководствовался Крон. Как бы я ни хотела увидеть Марияну и Асю, но девочки меня предупредили, что все встречи на сегодня мне запрещены. Это что, месть за то, что я сбежала с праздника?! Шипя от раздражения, я позволила служанкам меня разоблачить и всех разогнала.

Приняв ванну, я позвала верльвиц и поинтересовалась, не известно ли им, где хотя бы разместили Асю с мужем и Марияну. Как оказалось, не в нашем крыле точно. Обидно. Мои предположения насчет того, что Марияну будут держать подальше от меня, сбывались.

Мне ничего иного не оставалось, как пораньше лечь спать. Я долго ворочалась, вспоминая события дня. Встречу с Шерриданом, наш танец, его уход… Так грустно стало. И пусть я была в окружении друзей, которые готовы оказать мне моральную поддержку, но чувствовала я себя очень одинокой.

Наконец-то уснув, я совсем не удивилась, повстречавшись во сне с Кроном.

– И вы здесь? А как же гости?

– Я ушел почти сразу после тебя, – сообщил он.

Я смотрела на него и не находила слов. Замечательно! Теперь гостям будет чем заняться, предполагая, почему мы так рано сбежали. Крон же, не обращая внимания на мое раздражение, подошел ко мне и предложил:

– Потанцуем, принцесса? Теперь на тебе нет тяжелого платья, и я надеюсь увидеть более счастливое выражение лица.

Действительно, на мне было сиреневое струящееся платье, явно из фантазии Крона. О нет, придраться не к чему, там не было выреза до пупа или провокационных разрезов, все прилично и закрыто, но слишком уж оно меня облегало, подчеркивая фигуру.

Я не спешила принимать его предложение, а вместо этого произнесла:

– Вам не повезло.

– В чем?

– Я не умею притворяться.

Лицо Крона потемнело. Я понимала, что дергаю тигра за хвост, но не могла сдержаться. Легла я спать не в самом лучшем расположении духа, так что, как говорится, получи, фашист, гранату! Не знаю, чем бы мне это грозило, но реальность дрогнула, и мы оказались в подземном храме Цирбиса. На этот раз в начале ступенек я была в компании с Кроном.

– Зачем вы нас сюда притащили? – прошипела я, поежившись.

– Это не я, – глухо произнес Крон.

С долей страха я медленно подняла глаза, ожидая увидеть на троне… Но нет, трон оказался пуст. Неожиданно меня привлекло движение выше. Над троном был купол, который венчала скульптура Цирбиса. Вот она как раз сейчас и ожила. Выглядело это, хочу я сказать, жутко. У меня создалось впечатление, что Цирбис специально нас перенес к началу лестницы, чтобы мы прониклись его величием и ощутили свое ничтожество, взирая на него снизу вверх. Должна сказать, что у него получилось.

Каменное изваяние Цирбиса склонило голову набок, изучая нас. Меня под этим взглядом словно парализовало. А может, всему виной холод пещеры, который пронизывал насквозь, леденя кровь.

– Сын мой, – разнеслось эхом по пещере. – Доволен ли ты своей Кьяри?

– Более чем. Благодарю, – склонил голову Крон.

Ох, чувствовала я, к чему он клонит. Я смотрела на виновника своих бед, стараясь преодолеть робость и вернуть себе боевой настрой. Встреча с Богом, даже во сне, способна кого угодно выбить из колеи.

– Тогда почему ты не посетил мой храм и почему я не увидел там твоей Кьяри? – раздался гневный вопрос. – Почему до сих пор ты не завершил вашу связь и ее крылья не обрели цвет? Может, тебе и в этом помочь? – прозвучал насмешливый вопрос.

Крон молчал. Действительно, не будет же он говорить, что ему попалась строптивая Кьяри, которая высказала все, что думает по поводу этого самого храма, и не спешит радоваться возникшим узам. Не по-мужски это. Вот Крон и молчал, принимая вину на себя.

– Если вы хотели увидеть в храме меня, то, может, стоило у меня поинтересоваться, почему меня там не было? – подала голос я, а Крон бросил на меня предостерегающий взгляд. Я приняла к сведению, но он не мой мужчина, чтобы заступаться за меня. К тому же одна только мысль, что Цирбис может сделать мои крылья и в реальности белыми, привела меня в ужас. Это же будет катастрофа!

Цирбис наклонил голову, прожигая меня взглядом.

«Соберись, Рая!» – сказала я себе. Сколько раз я костерила его на чем свет стоит. Наконец-то столкнулась с виновником всех бед, и не мешало бы сказать ему пару ласковых лично.

– Мы можем поговорить наедине? – холодно спросила я. Не буду же я говорить о том, как я «рада» узам с Кроном при нем же. Мне у него еще месяц жить.

– Зачем?

– Благодарить буду, – оскалилась я.

– Рия! – предостерегающе воскликнул Крон, но исчез. Мне стало немного жутко остаться наедине с этим существом, но я постаралась подавить свой страх.

– Я поклоняюсь иным богам и мне нечего делать в вашем храме. Даже если опустить это, я не пришла туда, так как не видела, за что мне стоит вас благодарить. За то, что сделали Кьяри Крона? Не дождетесь! У меня есть муж, которого я люблю, и я его истинная пара. С чего вы вообще решили, что меня осчастливили?

– Неблагодарная! Я дал тебе крылья!

– А я их у вас просила? Зачем мне крылья, когда у меня муж кентавр?

– Вы смертные так непостоянны, – ядовито произнес Цирбис. – Я дам цвет твоим крыльям, и твой муж сам от тебя откажется.

– Только попробуйте! – запальчиво выкрикнула я.

– И что ты сделаешь, смертная? – насмешливо-издевательским тоном спросил меня он.

Это катастрофа! Я же не отмоюсь после такого! Даже если Шерридан мне поверит, то остальных не убедить. Я судорожно думала, ища выход.

– Понимаю, что люди для вас лишь пыль под ногами, с вашим-то могуществом, но вы забываете, что я пришла из иного мира.

– И что это меняет?

– Пусть мы и люди, но знаем, как лишать сил богов!

– Что?! – яростно вскричал он.

– Вы сильны, пока в вас верят и вам поклоняются. Только попробуйте вмешаться, и если вы вынудите меня стать Кьяри, я построю здесь храмы для Весты и разрешу другим народам строить храмы своим богам!

– Ты смеешь мне угрожать?! – его возглас разнесся под сводом пещеры, отражаясь многократно.

– А что вы мне сделаете? Отберете крылья? Да я только рада буду! Убьете? Руки коротки! Я по вашему же пророчеству еще сына Крону родить должна.

От моей наглости онемели, а я судорожно пыталась вспомнить все, что знала о Цирбисе. У него же вроде жена человеком была. Что же он так презрительно о людях?!

– Вы же сами женаты на человеческой женщине, так откуда такое презрение к людям? – задала я вопрос. – Как вы можете, познав истинную любовь, разрушать ее у других?!

– Люди не умеют любить! – прошипел он, а вот у меня после таких слов отвисла челюсть. Мама дорогая, так у нас никак разлад в божественном семействе?! То-то мужик злобный такой.

– Если не способны удержать любовь женщины, то себя обвиняйте, а не женщину! – выдала я, и почувствовала себя камикадзе, так как пещера затряслась от божественного гнева и сверху посыпались камни. Мне еще повезло, что меня не задело, но один упал прямо у моих ног, просвистев мимо лица.

– Себя?!

Я почувствовала острую необходимость заговорить ему зубы, иначе такими темпами он меня, как букашку, раздавит и не заметит. Кто его знает, проснусь ли я, если он меня тут пришибет.

– А что вы хотели? Столько лет вместе. У нас даже после десяти лет брака кучу книг пишут, как освежить отношения и вернуть любовь, а вы вместе сколько прожили? То-то же! И что вы сделали для того, чтобы вдохнуть в свои отношения новую жизнь? – патетически воскликнула я. – Женщина не может дарить свою любовь постоянно, она хочет чувствовать отдачу. Вот что вы делали для своей женщины? Наверняка чуть что не так, и вы ее крыльев лишили?

– А что мне еще оставалось? – как-то устало отозвался Цирбис.

«Бинго!» – пронеслось у меня в голове. Чувствовала я себя как канатоходец. Кто-то внутри тихо стонал: «Что я несу?!», но меня было не остановить, страх подгонял меня.

– Думали, осознает? Ага! Представляю, как она разъярилась. Вот мой вам совет, – проникновенно проговорила я: – Скажите, что готовили ей сюрприз и хотели подарить новые крылья.

– Новые?

– Радужные! – выдала я. – Что она у вас единственная и неповторимая, вот и крылья для нее единственные в своем роде. Да женщина вам после подарка такую ночь любви устроит…

Последние слова я говорила в пустоту, так как Цирбис исчез!

– Рия! – вырвали меня из сна. Склонившийся надо мной Крон тряс меня, и в его глазах плескался страх.

– З-зачем ж-же меня так трясти, – проговорила я, и зубы у меня почему-то стучали. – Отмахнувшись от рук Крона, случайно задела свой лоб и почувствовала что-то липкое. С удивлением я увидела кровь.

«Камнем зацепило», – отстраненно подумала я. Представив, что он мог рухнуть мне на голову, я потеряла сознание.

В себя я пришла, когда меня осматривал целитель. Заметив, что я открыла глаза и дернулась от его прикосновений, он тут же успокаивающе произнес:

– Все в порядке. Царапину на лбу я залечил, а больше повреждений нет. Где же вы умудрились пораниться, ваше величество?

– Общение с богами не всегда бывает безопасным, – хрипло проворчала я.

– Тогда вы еще легко отделались, – философски заметил целитель, отходя от кровати. – Могу порекомендовать выпить успокаивающей настойки.

– Я лучше чего-нибудь покрепче выпью.

– Тоже вреда не будет, – усмехнулся он.

Откланявшись, он удалился, а я осталась в комнате с Кроном и верльвицами.

– Что произошло? – спросила я.

– Это я бы у тебя хотел узнать, – напряженно произнес Крон.

– Мы почувствовали запах крови и ворвались в спальню. Его величество пытался вас разбудить, но вы не приходили в себя. На вашем лбу была кровь, но его величество сказал, что это не он, – произнесла Зарина, бросив на Крона подозрительный взгляд.

– Как мы можем вас охранять, когда не знаем, от чего защищать?! – воскликнула Рина.

– Девочки, поверьте, против того, кто это сделал, вы бессильны, – поморщилась я и с благодарностью приняла от Крона бокал с янтарной жидкостью. После полученного стресса хотелось выпить.

– Как ты? – спросил Крон, присаживаясь на постель.

– Может, это вы мне объясните, почему рана, полученная во сне, появилась и в реальности?! – возмутилась я.

Тот бросил взгляд на верльвиц, намекая чтобы они покинули помещение.

– Во сне? – встревоженно произнесла Зарина и одарила Крона мрачным взглядом, не обещавшим ничего хорошего.

– Это не он, – тут же произнесла я.

Подчиняясь властному взгляду Крона, девушки удалились, оставив нас наедине. Тут только до меня дошло, что он на моей кровати, в моей спальне и на мне лишь ночная рубашка, а в руках бокал. Я залпом выпила, ахнув, когда обожгло горло, но приятное тепло начало распространяться по телу, прогоняя страх. Всучив Крону пустой бокал, потребовала:

– Отвернитесь!

Мою просьбу выполнили после секундной задержки, а я, не теряя времени даром, выбралась из постели с другой стороны и поспешила облачиться в халат, благо, раздеваясь перед сном, повесила его на кресло у камина. Завязав пояс, я почувствовала себя увереннее. Обойдя кровать, влезла в тапочки, что стояли возле ног Крона, и мне стало еще и теплее.

– А теперь рассказывайте! – потребовала я, глядя на Крона сверху вниз. Ему такая расстановка сил не понравилась, и он встал, нависая надо мной.

– Я?! А может, ты расскажешь, чем руководствовалась в своем желании поговорить с Цирбисом наедине? – зарычал он. – Ты хоть понимаешь, что я чуть с ума не сошел от страха за тебя? Безголовая девчонка!

– Почему рана проявилась в реальности? – нахмурившись, спросила я.

– Мы были не в простом сне. Он призвал нас в место своей силы.

– Убей он там меня, и я бы умерла в реальности? – прошептала я, и взгляд Крона подтвердил, что я права. Мне вдруг так страшно стало.

– Может, это научит тебя быть более осторожной? О чем вы с ним говорили?

– О любви, – рассеянно ответила я, переваривая тот факт, что находилась в смертельной опасности.

– Что же такого ты ему сказала, что он вызвал землетрясение?

– И вас трясло?! – подняла я ошарашенные глаза на него.

– Дворец тряхнуло не сильно, многие и не поняли, в чем дело. Наибольшие разрушения в пещерах. Много обвалов.

Да, гнев богов страшен. Мне действительно повезло отделаться случайной царапиной. Как бы я ни ненавидела Цирбиса, но не стоило забывать об осторожности. Вспомнив все, что я ему наговорила, и свою сбивчивую речь о семейных отношениях, я глухо застонала.

– Налейте еще, а? – попросила я Крона.

Бросив на меня ироничный взгляд, он пошел в смежную комнату, а я двинулась за ним. Чем подальше от спальни, тем лучше. Безопаснее разговаривать на нейтральной территории. Именно поэтому я не пошла за Кроном в его комнату, а села в кресло, поджав под себя ноги.

Через минуту Крон вернулся, неся графин и два бокала. Похоже, после пережитого и он решил выпить. Оценив мое расположение в кресле, он произнес:

– Присоединяйся, принцесса, – демонстративно ставя принесенное на стол, он выжидающе посмотрел на меня. Нехотя я покинула нагретое место и пересела на кушетку. По его губам скользнула еле уловимая довольная улыбка, и он опять вышел, вернувшись с фруктами, после чего и сам сел.

– Могу я теперь узнать, что там произошло? – спросил он, протянув мне пузатый бокал.

– Мы поговорили, – кратко ответила я, качнув жидкость в бокале и наблюдая за маслянистыми потеками.

– Я заметил. Следы вашего разговора налицо.

– Слушайте, не моя вина, если у ваших богов нервы не в порядке! – воскликнула я, защищаясь.

– Принцесса, скажу по секрету, что у тебя дар выводить из себя. И не только богов.

Вот тут он попал в точку. Как назло, мне припомнилась моя первая встреча с Вестой. Н-да… Стараясь скрыть смущение, я сделала маленький глоток.

– Скажите, а почему у меня в комнате нет собственного бара? – постаралась я перевести тему, чем заслужила полный замешательства взгляд Крона. – Что за дискриминация?

– Принцесса, мне кажется или ты испытываешь тягу к крепким напиткам? – приподнял он насмешливо бровь.

– Ну, знаете! – обиделась я. – После всех потрясений, что со мной происходят, собственный бар мне просто необходим. В лечебных целях. Вот!

Крон не выдержал и, откинув голову, откровенно расхохотался. Мне же так обидно стало. Ладно, это мне внешне восемнадцать, но я же зрелая женщина и способна отвечать за свои поступки. Так почему должна чувствовать себя как подросток? Мне что, теперь и бокал вина выпить нельзя, чтобы себя пьяницей не почувствовать?

– Ничего смешного не вижу! – буркнула я в расстроенных чувствах. – Вот зайдет Ася ко мне поболтать, так мне что, бежать к вам в спальню и проводить изыскательски работы в поисках бутылки вина?

Мое замечание еще больше рассмешило Крона. Он что же, себе эту картину представил? Мне вот, например, не смешно!

– Мне будет приятно, если ты посетишь мою спальню даже по такому прозаическому поводу, – не удержался от насмешливого замечания Крон.

«У-у-у, еще и издевается, гад!» – тоскливо подумала я.

– Ради такого я даже покажу, где храню свои стратегические запасы! – не унимался он. – Только сначала расскажи, о чем ты говорила с Цирбисом?

Опять мы вернулись к тому, с чего начинали. И что ему сказать? Не о семейных же проблемах их бога. Если я об этом заикнусь, то Цирбис меня точно убьет! А вот заикнись я о том, что угрожала их богу или убеждала его в истинной любви к мужу, то меня Крон убьет. И как быть?

– А покажите-ка мне ваши стратегические запасы! – попросила я, бросив взгляд из-под ресниц. Крон завис, и я его понимаю. Явно не ожидал, что я добровольно решусь посетить его спальню.

– Прошу, – сделал он приглашающий жест, вставая.

Мы прошли к нему в спальню и, подойдя к панели, ничем не отличающейся от других, он нажал на лепнину, и вот тут Сезам открылся. Я даже ахнула, узрев многообразие бутылок и графинов с разноцветной жидкостью, которая искрилась от подсветки.

– Ух ты! – завистливо протянула я. – А можно и у меня в комнате такой?

– Принцесса, для этого достаточно просто переехать ко мне, – хрипло прошептал он мне на ухо и приобнял сзади за плечи.

Я сделала шаг в сторону, освобождаясь от его рук. Чуть развернувшись и насмешливо посмотрев на него, произнесла с деланым изумлением:

– Скажите, вы действительно считаете, что то, что я живу в другой комнате, помешает мне уполовинить ваши запасы?! – У Крона стало такое забавное выражение лица, как будто его оглушили.

– Скажите, а что мы с вами пили? – спросила я его, возвращаясь взглядом к бару. Он указал мне на бутылку, и, потянувшись, я ее взяла. Поворачиваясь, натолкнулась на удивленный взгляд Крона.

– Девочки тоже перенервничали, им не помешает выпить, – пояснила я.

– Принцесса, они не смогут в полной мере оценить этот напиток. Возьми что попроще.

– Главное, что я оценила, – нахально улыбнулась я.

Тут до Крона дошло, и его глаза хищно прищурились:

– Правильно ли я понимаю, что вы компанию охраны предпочитаете моей? – тягуче спросил он.

– По крайней мере, они надо мной не смеются и из-за одного выпитого бокала в пьянстве не обвиняют! – вскинула я подбородок, ничуть не смутившись. Не дав ему ответить, по-деловому спросила: – А бокалы у вас где?

Крон махнул рукой, указав направление, и лишь потом до него дошло, что он сделал. Не обращая на него внимания, я взяла бокалы и, развернувшись, натолкнулась на Крона, который, как оказалось, шел за мною следом, и выражение лица у него было нехорошее.

– Слушайте, я сегодня ночью такое пережила, что мне надо снять стресс, и желательно в компании, с кем я могу расслабиться, – просто и без всяких игр произнесла я, сменив тактику. Надеюсь, он будет человеком и меня поймет. Я смотрела на него, выдержав его взгляд и ожидая решения.

Видела, как он колеблется, как уязвленное самолюбие борется с пониманием того, что в данный момент на меня лучше не давить. И он отступил.

– Принцесса, со временем я покажу вам много способов, как можно снять стресс.

Поняв, что опасность миновала и меня отпускают, я снова натянула маску нахального подростка:

– Вы секс имеете в виду? – прямо спросила я и, пока он опешил, бочком начала пробираться к выходу. Крон застыл на месте, как хищник следя за каждым моим движением и поворачиваясь за мной. – Замечательный способ! Отлично избавляет голову от ненужных мыслей. Только не знаю, как у вас, а мои моральные принципы не позволяют мне применять такой метод ни с кем, кроме мужа. Даже с э… предполагаемо будущим. Верность – наше все!

Я чуть не ляпнула: «Залог нашего здорового будущего», но это уже был бы перебор. Достигнув дверей, я облегченно выдохнула и уже собиралась выйти, как кое-что вспомнила и оглянулась:

– И, Крон, давайте сегодня обойдемся без снов. Я хочу выпить и просто уснуть, – на этой оптимистичной ноте я тихо закрыла за собой дверь.

Бросив взгляд на столик, где стояли фрукты и наши с Кроном бокалы, я решила, что бог с ними, девчонок попрошу принести. Мне казалось, что в любую секунду распахнется дверь и Крон прорычит: «Рия!» Поэтому от этой самой двери я понеслась пулей.

Запыхавшись, я выглянула в коридор, чем встревожила верльвиц, которые тут же подобрались.

– Девчонки, за мной! – приказала я, показав им бутылку с бокалами.

– Мы на работе, – замялась Зарина.

– Вот и будете охранять меня в спальне! – отрезала я. Те сразу поняли мой намек. – А в это время нам никто не помешает снять стресс, – подмигнула я им.

Я же все прекрасно понимала, что и они перепугались. У них же честь, если бы они еще одно нападение на меня прошляпили… Ох, нервная у девчонок работа. Молоко им, что ли, выдавать?

Глава 13

За Рией закрылась дверь, а Крон титаническим усилием воли сдерживал себя, чтобы не броситься за ней. Умом понимал, что еще рано, но больше всего на свете ему хотелось поймать нахалку. Его ограбили, его обществом открыто пренебрегли, но все, что ему хотелось, это сжать непокорную Кьяри в объятиях и зацеловать так, чтобы у нее дух захватило, как у него от нее.

Крон подошел к бару и налил вина, чтобы немного прийти в себя. Она его с ума сводит! То он сгорает от ревности, наблюдая за ее танцем с кентавром, то сходит с ума от страха, когда она решает поговорить с Цирбисом наедине или когда, не в силах ее разбудить, вынужден бессильно наблюдать, как по ее лицу струится кровь и сама земля содрогается, выдавая гнев бога.

«А ведь она так и не сказала, что у них с Цирбисом произошло», – неожиданно понял Крон. И только тогда до него дошло, что вся эта затея с походом в его спальню была лишь для того, чтобы отвлечь его от этого вопроса. Его провели! И кто? Девчонка! Изящно обвела вокруг своего пальчика.

Его так и подмывало пойти к ней и отшлепать, но он понимал, что если сейчас выйдет из комнаты, то его уже ничто не остановит. Он забудет о своих обещаниях, договорах и просто сделает ее своей. Потому что лишь рядом с ним ее место. Потому что слишком сильно испугался сегодня за нее, считая, что потерял навеки. Крон понял, что никогда добровольно не расстанется с этой девушкой. Манящая, дерзкая, с огненным характером и неуловимая, как ртуть, она как луч солнца озарила его жизнь.

Она его с ума свела, спокойно рассуждая о сексе, и при этом удаляясь от него. Он полностью поддерживал ее взгляды насчет верности, его не устраивало лишь одно – он хотел, чтобы ее верность принадлежала только ему. Она будет принадлежать лишь ему! Ему нравилось в ней все: живой ум, непокорный характер, чувство юмора и острый язычок, который лишал остатков самообладания. С такой, как Рия, вечность покажется мигом.

Кьяри только ушла, а он уже ощущал пустоту. Крон выпил и чуть скривился от горечи. Дело было не в содержимом бокала – все же пить в одиночестве горько. В обществе Рии все обретало краски. Она его злила, смешила, забавляла, возбуждала. Он не мог пойти к ней сейчас, он не мог прийти к ней даже во сне, так как она попросила. Крон был не в силах оставаться в своей спальне, где совсем недавно была она и еще витал аромат ее духов. Отставив бокал, он накинул плащ и вышел на балкон, взмывая в небо.

* * *

Проснулась я в бодром расположении духа. Наверное, этому поспособствовало то, что я нормально выспалась, без всяких этих ночных встреч. Нет, если так дальше дело пойдет, то для меня скоро счастьем станет провести ночь без сновидений. А вот верльвицы меня удивили. Зарина была мрачна как туча, зато Рина раз за разом бросала на нее насмешливые взгляды.

– Рина, что с сестрой? – шепотом спросила я.

– Да ей с утра букет преподнесли, до сих пор фыркает, – так же шепотом ответила она мне.

– Неужели?..

– Он самый! – подтвердила она.

– Я же говорила, что она его впечатлила, – самодовольно улыбнулась я.

– Я все слышу! – прошипела Зарина, с трудом сохраняя бесстрастное выражение лица.

– Зарин, ну хочешь, еще об него коготки поточи, – благодушно разрешила я и тут же зловеще добавила: – Только, боюсь, тогда унесет он тебя за леса густые, горы высокие, под самые облака, в замок свой темный.

Мы посмотрели с Риной друг на друга и, не выдержав, расхохотались. Зарина хмуро посмотрела на нас, забавно сморщив носик. Если бы был у нее сейчас хвост, то он бы нервно бил по земле.

«Кстати, надо бы попросить их обернуться. Интересно же!» – подумала я.

Подтрунивая над Зариной, мы пошли в сад. Крон разрешил встречу с Асей и Марияной, и они ждали нас там. Увидев знакомые лица, я готова была расплакаться от счастья.

– Как ты? – тут же бросилась ко мне Ася.

– Да вот, предложили горящую путевку в горы, не смогла отказаться, – пошутила я, и мы обнялись.

– Марияна, – приглашающе раскинула руки я.

Та со слезами на глазах подошла ко мне и замялась на мгновение:

– Ты не злишься на меня?

– За что? – опешила я.

– Тебя же украли из моего дома. Если бы ты не приехала ко мне…

– То меня бы все равно похитили, – перебила ее и крепко обняла. Мне показалось, что после этих слов она немного расслабилась. – Не все так плохо, – весело сказала я им. – Месяц подышу горным воздухом, и домой.

– Рия, ты вчера почувствовала землетрясение? – спросила Ася.

– Ага, – беспечно подтвердила я. – Это я с Цирбисом общалась.

– О, и почему здесь еще все стоит? Я думала, ты так зла на него, что камня на камне не оставишь, – пошутила она.

– Мы с ним мало пообщались, не успела довести до нужной кондиции.

– При дворе шепчутся, что бог гневается на то, что Повелитель не спешит заявить права на свою Кьяри, – сказала Марияна, с тревогой глядя на меня.

– Было дело. Он даже угрожал цвет моим крыльям дать без завершения связи, но я в ответ ему тоже кое-чем пригрозила.

– Ты пригрозила богу?! – ахнула Марияна, широко открыв глаза, а мы с Асей лишь понимающе переглянулись. В нашем мире нет такого преклонения, да и общение с Вестой наложило свой отпечаток.

– Чем его зацепила? – деловито спросила Ася.

– Пригрозила построить храмы Весте здесь и разрешить всем народам строить храмы своим богам. Они же сильны, пока в них верят.

– Умница! – улыбнулась Ася. – Теперь понятно, почему так землю тряхнуло.

Я не стала говорить, что это от другого. О личной жизни Цирбиса лучше молчать.

Мы проговорили очень долго, но надо было собираться к обеду. Так как меня признали Кьяри, да и гостей понаехало немало, мое присутствие рядом с Кроном на всех мероприятиях было обязательно. Ничего, буду знакомиться с женами послов да узнавать, как у них жизнь устроена. К примеру, ирлинги от кентавров выгодно отличались тем, что их женщины вели более свободный образ жизни и были менее скованы этикетом, да и гаремы у ирлингов официально приняты не были, это я вчера Крона из вредности доставала. Никто, конечно, не запрещал мужчине иметь наложниц для утех, но это не афишировалось.

Я-то пользовалась попустительством Шерридана и совала свой носик везде, куда хотела, наплевав на то, принято это там или нет, а вот другие женщины этим похвастаться не могли. Наш благотворительный комитет, организованный с Марияной, явился прорывом в их устоявшейся жизни. Ничего, вот вернусь домой, я еще такие реформы организую, что мало не покажется.

Невольно восхитилась прозорливостью Крона. Позволив мне первым делом встретиться с подругами, он добился того, что я была в прекрасном расположении духа и чувствовала себя уверенно. С Асей мы договорились по утрам бегать, а узнав, что Марияна стала рисовать, пообещала найти ей все необходимое. Мне очень хотелось поговорить с ней по поводу Сэмюэльсона, но я сдержалась, так как понимала, что ей будет неудобно обсуждать такую личную тему при Асе.

Меня удивило, что за время нашей встречи, да и в прошлые разы, в саду никого не было, ну не считая деток Крона. Зарина пояснила, что, оказывается, это личная территория монаршей семьи и попасть сюда можно лишь по приглашению. Что ж, тем лучше, меньше народу – больше кислороду.

Расставшись ненадолго, мы поспешили каждая к себе. Время еще было, и я решила перешерстить свою гардеробную. Если буду бегать с Асей, то мне необходима более спортивная одежда. Ревизия шкафа меня разочаровала: имелось все что угодно, кроме брюк. Что же делать?!

«Интересно, а у Аси нет запасного спортивного костюма?» – подумала я, но отмела эту мысль. Она была пониже меня и вряд ли мне подойдут ее вещи. И как быть? Внезапно мне пришла в голову нахальная мысль. Недолго думая, я вышла из комнаты, пересекла будуар и вломилась в покои Крона. Хозяина не было, на что я и рассчитывала. Мой взгляд первым делом притянула панель, скрывающая стратегические запасы, так неосмотрительно показанные мне вчера. Недолго думая, я направилась туда. После недолгих поисков нашла кнопку на лепнине, что открывала эти богатства, и еще раз восхитилась разнообразием выбора. Подумав о том, что уж сегодня мы точно с Асей посидим, я стащила пару бутылочек вина. Чего уж мелочиться, не бежать же за добавкой?

Довольная добычей, я направилась в гардеробную. Логика моя была проста: Крон худощав, и можно позаимствовать у него брюки или бриджи. Да у него наверняка столько вещей, что он и не хватится пропажи, а мне будет в чем бегать. Рассуждая таким образом, я нырнула в закрома, чувствуя себя при этом Ларой Крофт.

Чего там только не было, а вот над цветовой гаммой можно было бы и поработать. Эта приверженность к черному цвету наталкивала на размышления. С другой стороны, представив Крона в канареечном или алом цвете, я начала хихикать.

После недолгих поисков я нашла зауженные брюки и прекрасные мягкие бриджи, мне они как капри будут, и уже хотела уходить, как мой взгляд притянул свитер. Белый! Он был на верхней полке, поэтому я и не заметила его сразу. Встав на мысочки, я потянулась, но не достала совсем чуть-чуть. Пару раз подпрыгнув, я зацепила его и еще несколько вещей, что лежали поверх него, и в итоге все это полетело на меня. Сделав шаг назад, я наступила на подол своего платья. В итоге плюхнулась на попу, потеряв равновесие, и меня завалило вещами.

Капец! По закону вселенской несправедливости именно в этот момент раздалось шокированное:

– Принцесса?!

Тряхнув головой, сбрасывая какую-то тряпку, что перекрывала обзор, я увидела потрясенного Крона. В этот момент я пережила всю гамму ощущений воришки, застигнутого на горячем.

Сидя в окружении его вещей, прижимая к себе его брюки и бриджи, я вскинула голову и, сдув пряди волос, упавшие на лицо, произнесла:

– Мм… Вы знаете, я могла бы сказать, что это совсем не то, что вы могли бы подумать, но вынуждена признаться – самое то!

– Что «то»? – не мог прийти в себя Крон, оценивая учиненный мною разгром.

– Мм… – Ну не говорить же, что я вещи у него тырю, поэтому возмутилась: – А что вы здесь делаете?

– Я?!

– Нет, что здесь делаю я, я знаю, – сообщила ему.

– Зашел переодеться, – на автомате ответил он.

Сразу видно, тонкая психика шокирована происходящим и на время зависла.

– Ну, тогда не буду вам мешать, – бодро произнесла я, вставая сначала на четвереньки, а потом уже на ноги. Добытые вещи я тут же спрятала за спину. С тоской посмотрела на белый свитер, но брать еще и его на глазах у Крона мне было как-то неудобно.

Бочком, бочком, я по дуге обходила Крона, а он смотрел на меня, как будто видел впервые.

Сглотнув, он спросил:

– Принцесса, могу я поинтересоваться, а зачем тебе мои брюки и нижнее белье?

– Что?! – воскликнула я, рассматривая свою добычу. Брюки уж никак на нижнее белье не тянули. Бриджи?! Я крутила их и так и этак, но с трусами они имели мало общего. Возмущенно я посмотрела на ирлинга: – Где?

Крон кашлянул, смешавшись, и пояснил:

– Зимой под брюки мы надеваем… – он указал глазами на бриджи.

– А-а-а, то-то, я смотрю, они приятно мягкие, – расслабилась я. Не трусы, и слава богу! – Ну, я пойду! – заявила я, а потом, оглянувшись на свитер, вернулась. Решительно подойдя к нему, я присоединила его к своей добыче.

– Все равно вы белое не носите, – пояснила свои действия я пристально наблюдающему за мной Крону и потопала на выход, пока он в себя не пришел.

– Принцесса, ты так и не ответила, зачем?! – остановил меня его вопрос.

– Бегать с Асей буду по утрам.

Он смотрел на меня, я на него. Было видно, что он ничего не понимает.

– В моих вещах?!

– А у меня брюк нет! – ощетинилась я.

– Правильно ли я понимаю, что Ася – это Анастасия, супруга принца Дориана и принцесса Синхов Д’Аргонов?

– Она самая, и моя подруга по совместительству. Мы с ней из одного мира.

– Она тоже в нижнем белье мужа бегает? – приподнял бровь Крон.

От такой формулировки я заскрипела зубами.

– У нее есть спортивный костюм с Земли, она и мне подарила, да только, когда вы приглашали меня к себе в гости, багажом не озаботились, – раздраженно заметила я, всеми силами стараясь не смутиться. – Да какая разница, в чем я бегать буду? В саду ведь все равно кроме нас никого не будет.

– Моя Кьяри… воровка! – глубокомысленно заметил ирлинг и, чуть помедлив, добавил: – И собирается ходить в мужских вещах.

– Бегать! – поправила я и тут же возмутилась: – А почему сразу воровка? Я позаимствовала!

– Вино тоже? – кивнул он на забытые мною на столике бутылки.

– Спасибо, что напомнили, – проворчала я, возвращаясь, и захватила и их под ироничным взглядом ирлинга. – Крон, не жадничайте, вам это не идет, – нагло заявила я и, задрав подбородок, вышла из комнаты. Было обидно, что, когда я закрывала дверь, ирлинг издавал звуки, очень похожие на смех.

Короткой перебежкой я добежала до своей спальни и под изумленными взглядами служанок, которые меня уже дожидались, сгрузила свою добычу на кровать. Осмотрев сии богатства, я вспомнила выражение лица Крона, когда он меня обнаружил у себя в гардеробной, и согнулась от хохота. Вместе со смехом уходило нервное напряжение, что я пережила. Более абсурдной и нелепой ситуации и не придумаешь.

Я посмотрела на бриджи, которые оказались зимними подштанниками ирлинга, и зашлась во втором приступе смеха. Мамочки, это же надо было так попасться?!

– Госпожа?! – неуверенно проговорила одна из девушек, выражая всеобщее недоумение.

Я разогнулась и постаралась придать себе невозмутимый вид.

– Это и пальцем не трогать! – приказала я, указывая на вещи и вино. – Что там с платьем на сегодня?

Пока мне помогали одеться и причесывали, я обдумывала, какой черт толкнул меня на эту глупость?! Ведь можно же было как-то иначе выйти из положения. Да у тех же Зарины и Рины спросить, нет ли у них пары лишних брюк. Так нет же, поперлась! Почему обратиться к верльвицам мне даже и в голову не пришло? Ну и что, что они выше меня. Крон выше их, а пошла я к нему. Ну что за детство в попе заиграло?

Пришлось признаться себе, что захотелось хоть как-то ему насолить. И возможность у него что-то украсть вызывала удовольствие. Что-то типа: ты меня украл, а теперь я у тебя сворую! Мелочно, но приятно. Мне даже за устроенный кавардак стыдно не было. Жаль, что не ему его убирать придется.

«А может, он теперь пожалеет, что я его Кьяри?» – с надеждой подумала я. Ну в самом деле, зачем ему такая женщина, которая будет таскать его вещи да воровать спиртное из бара? К своим горячительным богатствам мужчины относятся трепетно.

«Надо бы его бар разорить», – решила я, а вспомнив, сколько там всего интересного, и какое потрясающее разнообразие хранят закрома Крона, решимость окрепла. Чувствую, нас с Асей ждут веселые вечера. Жаль только, что Весты нет, с ней было бы намного веселее. Пригласить в вечернюю компанию Марияну мне даже в голову не пришло. Она же мать Шерридана, и я не могу потерять лицо. Вспомнив о верльвицах, я повеселела. Девчонки – наши люди, поддержат и не откажутся помочь в этом благородном занятии.

Между прочим, неплохая идея. Крон и так намекал на мою тягу к крепким напиткам. Так поддержим его в этом заблуждении. Надо бы ему сообщить, что женский алкоголизм неизлечим, и пусть задумается, нужна ли ему такая Кьяри.

«Может, он еще не дождется истечения месяца и попросит Шерридана забрать жену?» – размечталась я.

День стал для меня чередой неприятных сюрпризов. Во-первых, за обедом меня разместили рядом с Кроном, как будто я его жена. На мое тихое возмущение, почему я не сижу хотя бы во главе стола с другой стороны, он обольстительно улыбнулся и напомнил о нашем договоре.

«Принцесса, у меня и так мало времени, так не лишай меня тех крох, что я могу провести в твоем обществе», – произнес он и, взяв мою руку, поцеловал. Р-р-р!

Далее шли беседы с гостями, прогулка в обществе Крона, еще один бал, который я открывала опять же с ирлингом и с которого мне не удалось так же быстро сбежать, как в прошлый раз. Прощаясь поздно ночью, Крон, целуя мне руку, многообещающе сказал: «До встречи!» И тут я уже не сдержала раздражения: «Послушайте, мы с вами встречались утром, провели весь день и вечер, могу ли я хотя бы ночью просто поспать?»

Стоит ли говорить, что мне уже было не до посиделок, и уставшая я завалилась спать.

Утром, во время пробежки, я жаловалась Асе:

– Я с ума здесь сойду! Мало того что дома не люблю всех этих официальных мероприятий, так меня Крон решил ими добить. У меня уже скоро вместо вежливой улыбки оскал будет. А все эти дамочки? Льстивые улыбки, а за глаза злобные, завистливые взгляды. Можно подумать, я сама этому ирлингу навязалась. Главное, все почему-то считают, что я должна быть счастлива, став Кьяри Повелителя!

– «Это же такая честь! – передразнила я одну дамочку. – Мало того что вас отметил сам Цирбис, так вы еще избранная Повелителя».

– А сами готовы меня разорвать за это, как будто я их место заняла. Ася, ну почему я это терпеть должна? Да еще из-за мужика, который даже не мой?

– Рия, да я сама не большой любитель всех этих мероприятий, – понимающе вздохнула Ася. – А насчет дамочек… Со стороны заметно, как ирлинг с тебя глаз не сводит, вот все они и бесятся. Увела у них возможность возвыситься. Мало того что ты чужая жена, так еще и человек. И ведешь себя странно, по их мнению. Тебе крылья дали, а ты не спешишь занимать место Кьяри. Я тут обратила внимание, что ирлинги ведут себя преимущественно высокомерно по отношению к людям.

– Тебя не обижали? – с беспокойством спросила я.

– Кто бы посмел, когда рядом Риан, – фыркнула она. – К тому же я принцесса Синхов Д’Аргонов, а драконы круче ирлингов. Малейшее оскорбление мне – и конфликт обеспечен.

Мы запыхались и перешли на шаг. Много не поговоришь, когда бежишь.

– Можно подумать крылья делают ирлингов венцом творенья, – хмыкнула я.

– Язвы мы! – улыбнулась Ася, и, улыбаясь ей в ответ, я почувствовала, как меня немного отпускает раздражение, после того как спустила пар.

– Ты лучше скажи, кого ограбила? – усмехнулась Ася, окидывая меня многозначительным взглядом.

Между прочим, брюки оказались мне велики, а вот бриджи в самый раз, благодаря тому, что были из плотного трикотажа с небольшим начесом внутри. Свитер на мне смотрелся как платье, но я закатала рукава, и получился сносный комплект.

– Вот именно что ограбила. Догадайся кого.

– Только не говори, что…

– Его самого, – подтвердила я и рассказала, как было дело. Мало того что Ася расхохоталась, так еще и верльвицы сзади давились от смеха.

– Между прочим, у меня там две бутылки вина нас дожидаются, – сообщила я.

– Ты и их тоже?!

– А то!

Днем мне удалось поговорить с Марияной. Мне она показалась чем-то встревоженной.

– У тебя все в порядке? – был первый ее вопрос.

– Да. Все хорошо. Только надоели эти официальные мероприятия.

– Должна тебя расстроить, но тебе следует их посещать и почаще демонстрировать свои крылья.

– Что?! – ахнула я. Такого предложения от нее я точно не ожидала.

– При дворе все заметили, насколько сильно Повелитель увлечен тобой, и делают ставки, как скоро потемнеют твои крылья.

– Что-о-о? – мои возгласы не отличались разнообразием, но если первый раз я испытывала удивление, то сейчас гнев.

– Заметь, никто не торопится уезжать, все выжидают. Если твои крылья потемнеют, то можно заключать немного иные договоры…

Ее намек я поняла. Если я остаюсь у Крона, то последует гнев Шерридана, и тогда можно объединяться и дружить против кентавров. Зачем по нескольку раз своих представителей посылать. Что же делать? Получается, надо как-то давить на Крона, чтобы он выставлял гостей под первым благовидным предлогом. И как это сделать, если ему в данный момент это явно не выгодно?

– А почему мои крылья должны потемнеть? – неожиданно нахмурилась я.

– У всех ирлингов крылья с годами темнеют.

– Во сне они у меня белые, – поделилась я, и Марияна на меня удивленно посмотрела.

– Во сне?!

И тут я прикусила язык, так как вспомнила, что она не знала о том, что я встречалась во сне с Кроном. С другой стороны, какая теперь разница. Пришлось признаваться:

– У ирлингов есть такая особенность, они могут входить в сон своей пары.

– И он?..

– Да. Когда еще меня похитил Эгнус и я была в крепости, Крон впервые вошел в мой сон, и у меня там появились крылья. Училась летать я тоже во сне. Шерридан знал об этом. Когда он меня вызволял, я прыгнула со стены, чтобы защитить его, когда в его спину хотели метнуть копье. Тогда крылья проявились и в реальности, не дав мне разбиться, спасая его. – Марияна смотрела на меня во все глаза, а я нехотя рассказывала. Не люблю вспоминать это время.

– Так вот, во сне они у меня белые, а так как сон отображает реальность, то и в реальности после завершения связи они должны побелеть. Впрочем, это не важно, пусть хоть до посинения этого ждут. – Не дождутся! – зло закончила я.

– И как часто он входил в твой сон? – в некотором замешательстве спросила Марияна.

– Они с Шерриданом договорились, что раз в неделю.

– Договорились?!

– Крон настаивал, что я должна летать, и Шерридан согласился, так как неизвестно, когда может пригодиться это умение. Но мы решили, что лучше это делать во сне. Это было до поездки к Асе. А там она дала мне амулет, препятствующий ему входить в мои сны. Именно после этого Крон сорвался и похитил меня.

– Но почему ты ничего мне об этом не говорила? У тебя же были крылья, и ты молчала?!

– Мариян, а что бы это изменило? Крон перестал приходить в мои сны, и я хотела забыть о нем как о дурном сне.

Мы немного помолчали, пока она переваривала информацию, и я решила сменить тему:

– Лучше расскажите о себе. Как у вас с Сэмюэльсоном? Скоро свадьба?

Марияна смутилась. Вот честное слово, смутилась и отвела глаза:

– Наверное, никакой свадьбы не будет.

– Что?! – разочарованно выдохнула я. – Но почему?

– Все слишком быстро. К тому же возникли непреодолимые обстоятельства.

– Это же какие?

– Рия, я бы не хотела об этом говорить.

– Мама, я тоже о многом говорить не хотела бы, но мы свои люди. К тому же я давно заметила, что Сэм любит вас. – При моих словах она бросила на меня взгляд, в котором мелькнула надежда, и тут же отвела глаза. – Что вы, что Сэм для меня очень дороги, и потрудитесь объяснить, почему это вы не можете быть вместе?

– Я попросила его обернуться в кентавра, чтобы нарисовать, и он отказался! – быстро проговорила она, как будто боясь передумать.

Челюсть моя отвисла. Честное слово, я не видела связи.

– Наверное, это из-за давней травмы ноги. Для него это больная тема. Какое отношение это имеет к чувствам?

Марияна повернула ко мне голову и прямо взглянула:

– Если он не может быть открыт со мною до конца, то о какой совместной жизни может идти речь? Не хочу повторения своего первого брака. – После недолгой паузы она произнесла: – Я вижу, какие чувства между тобой и сыном. Я рада, что между вами настоящая любовь. Ты для него все. Ради тебя он перекраивает устоявшиеся традиции… А Сэмюэльсон ради меня не может даже обернуться.

– Когда он узнал, что вы нужны здесь, то устроил скандал Шерридану. – Марияна бросила на меня удивленный взгляд. Видимо, об этом она услышала впервые. – На мой взгляд, закатить скандал Повелителю может лишь безумно влюбленный мужчина.

Я накрыла ее руку своей и убедительно произнесла:

– Марияна, дайте ему шанс и не будьте столь категоричны. Мне кажется, что вы, что он долгое время были очень одинокими людьми и не привыкли показывать свою боль. – Я улыбнулась и шутливо закончила: – Вот вернетесь, и он на радостях не только в кентавра обернется, но и станцует. Вы скажите, вам краски и мольберт доставили? Крон обещал позаботиться.

– Да, все принесли, – приняла она перемену темы.

– Вы бы не хотели нарисовать пейзажи? Здесь очень красиво, и осталась бы память о визите.

– Рия, если ты не будешь осторожна, то у тебя эти пейзажи будут всегда перед глазами, – строго напомнила она.

Это да. Даже не поспоришь.

Глава 14

Слова Марияны вселили тревогу. Вечером мы собрались с Асей и верльвицами у меня. Порасспросив девчонок, узнала, что они тоже слышали слухи, что бродят при дворе, но не хотели расстраивать. Да и кому приятно узнать, что на тебя делают ставки.

Видя, что я расстроилась, Ася начала расспрашивать верльвиц об их клане, где они бывали. Слово за слово рассказала и о нашем мире. Наверное, для них наша жизнь была такой же далекой и необычной, как для нас их. Для девчонок стало потрясением, что Асю сюда перенесла сама Богиня. У них тоже свои боги, но до личного общения они не снисходят, поэтому-то и были потрясены, что с Вестой мы друзья.

Ася вспомнила некоторые смешные эпизоды из своих приключений, девчонки из своих, и наш заливистый смех периодически оглашал комнату. Должна сказать, что Ася чуть ли не уговорила их перекинуться, так ей хотелось посмотреть на них в другом обличье, единственное, что их сдержало, надо было раздеться, но Зарина продемонстрировала частичную трансформацию руки с длинными острыми когтями.

– Ничего себе маникюрчик! – восхищенно ахнула Ася. На меня тоже вид загнутых острых когтей произвел впечатление. Я поняла, что Зарина действительно лишь поточила коготки о сына Крона. Так как захоти она, и могла бы спокойно сердце вырвать.

Кстати о последних. После церемонии эти красавцы на глаза мне так и не попадались. Видимо, прониклись осознанием, с кем поиграть решили. А вот цветы Зарина каждое утро получала, о чем сообщила по секрету Рина. Между прочим, я обратила внимание на созвучность имен девочек, о чем их и спросила. Как оказалось, они двойняшки и Зарина старшая сестра.

– Рина, может, тебе обратить внимание на блондина? – предложила я. – Старший брат по сестре сохнет, пусть и младший не отстает. Парни видные, но оболтусы, таких только в крепких руках держать надо. Или коготках, – добавила я, хитро взглянув на Зарину.

– Пепельный блондин – красавчик, я на него еще на приеме внимание обратила, – поддакнула Ася. – Ты бы присмотрелась.

Девчонки смешно зафыркали в ответ.

Наверное, легкая атмосфера вечера, пара бокалов вина, которое, кстати, уже заканчивалось, и подтолкнули меня пойти пополнить запасы.

– Я на промысел! – заявила я и выскользнула из комнаты. Вот в чем плюс пить с Вестой, у нее вино по щелчку пальца появляется. Меня даже предупреждающий окрик Аси: «Рия!» – не остановил.

Хочу сказать, что на этот раз я была вежлива. Да-да! Даже постучала. Но мне никто не ответил, и я зашла. В комнате было пусто, и я быстро прошла к бару. Не тратя время, выбрала бутылочку вина и закрыла, как было. Раздался звук открываемой двери, и из ванной комнаты вышел Крон, завязывая пояс халата.

Упс! Что называется, а мы вас не ждали…

– Принцесса?! – Он тут же заметил в моих руках бутылку вина, и его глаза недовольно прищурились.

– Вечер добрый, – вежливо произнесла я.

– Кому как…

На этом моя вежливость закончилась:

– Скажите, у вас проблемы с поставками вина, что вы на меня волком смотрите?

– С поставками у нас все в порядке, – произнес он, подходя ко мне. – Только тебе не приходило в голову, что я бы это вино предпочел выпить с тобой?

«Мало ли у кого какие предпочтения», – хмыкнула про себя я. В компании Крона я точно пить не желаю.

– Ты еще долго?

– Мешаем? – задиристо спросила я.

– Ваш смех доносится даже сюда.

– Вас раздражает смех?

– Меня раздражает, что ты забываешь о нашем договоре и предпочитаешь вечера проводить не в моей компании. Довольно неприятно слышать, как у вас весело, находясь в одиночестве.

– У вас нет друзей, с кем провести вечер? – удивилась я.

– Принцесса, у Повелителя нет друзей.

– Хреново вам живется, хочу я сказать, – сообщила я. – Извините, но к себе пригласить не могу, у нас девичник.

– Ася и верльвицы?

– Они самые.

– И как принцессе пьется в компании охраны?

– Прекрасно! Корона не падает. Мы, девушки с Земли, простые, – отчеканила я.

– Принцесса, мне кажется или ты тоже чем-то раздражена? – приподнял он бровь.

– Да вот вы напомнили о нашем договоре, а сами все с гостями и с гостями. Они уезжать когда собираются? – Бутылку в руках я перехватила за горлышко и с этаким намеком похлопывала по ладони.

– Принцесса?! – с изумлением воспринял он мой жест.

– Что «принцесса»?! Знаете, довольно неприятно узнать, что эти самые гости тотализатор устроили, когда же вы меня отымеете! – зарычала я.

– Что, прости?!

– Что слышали! Какими глазами мне после такого своей свекрови в глаза смотреть?!

– Ее приезд был идеей кентавра!

– Да что вы говорите? – ядовито удивилась я. – Значит, если бы ее не было, то все в порядке? Делайте ставки, господа?!

– Принцесса?!

– Слушайте, разбирайтесь с ними сами! Я теперь каждое утро буду демонстрировать особо любопытным свои крылья, мне сплетни не нужны, и пусть идут лесом! Кривляться на всех мероприятиях больше не хочу. Мне эта придворная жизнь даром не нужна! Я лучше с Асей и Рианом пообщаюсь или с Марияной начну пейзажи рисовать. На память!

– Рия, ты повысила на меня голос?

– Крон, вот если я повышу голос, то, поверьте, у вас даже сомнения в этом не будет! – рыкнула я, злющая как сто чертей. – И если уж заговорили о договоре, то считаю встречи во сне излишними. О том, что я Кьяри, объявили официально, значит, и встречаемся днем официально! Но у вас же гости…

Как бы зла я ни была, но понимала, что от этих шакалов надо избавляться, поэтому и давила. Пусть лучше считает мое нетерпение от них избавиться уязвленным самолюбием женщины.

– А тебя не смущает, что среди этих самых гостей и твоя подруга?

– Не смущает. Против них ничего не имею. Они на меня ставок не делали.

– Мне необходимо подписать договоры.

– Что за договоры? – тут же заинтересовалась я, сменив гнев на милость.

– Принцесса… не забивай этим свою красивую головку.

Если бы он дал мне пощечину, то я, наверное, оскорбилась бы меньше. Я смотрела и не находила слов. Наверное, привыкла к тому, что Шер со мной как с равной, и по привычке ожидала такого же отношения.

«Это не мой мужчина, и обижаться глупо», – сказала я себе. Было просто неприятно. Могла бы сказать, что Шерридан не считает зазорным со мной обсуждать дела, но зачем? Просто придала бутылке вертикальное положение, тихо поставила ее на столик и, обойдя по дуге Крона, так же тихо вышла из комнаты.

– Рия, что случилось? – с тревогой спросила Ася, как только увидела выражение моего лица. В ожидании меня она металась по комнате.

– С Кроном пообщалась.

– И?

– Высказалась по поводу гостей и устроенного тотализатора.

– И что он?

– Ничего. Ему договоры с ними подписывать надо.

– Ты из-за этого расстроилась?

– Я не расстроилась, мне просто неприятно.

Раздавшийся стук в дверь прервал наш диалог. Вошедший слуга на подносе принес фрукты и две бутылки вина. Ясно, от кого подарочек. Оставив подношение, слуга с поклоном удалился. Мы в молчании проследили за его уходом.

«Пейте девочки, а в дела мужчин не лезьте?» – со злостью подумала я. Взяв бутылку за горлышко, я собралась пойти и разбить ее о двери Крона.

– Рия, не смей! – бросилась ко мне Ася, перехватывая на выходе.

– Да что он себе позволяет?! – Да даже если бы я и планировала через много лет остаться с ним, то после этого фиг бы ему!

– Из-за чего на самом деле злишься? – проницательно спросила Ася, настойчиво отводя меня от двери.

– Спросила о договорах, что собирается заключать, а он посоветовал не забивать красивую головку.

– Самоубийца! – резюмировала Ася.

Мне так смешно стало. Вот она-то меня прекрасно понимает. Что она, что я привыкли быть в курсе дел своих мужей.

– Бутылку дай, – отобрала она у меня снаряд. – Подумай о том, что, если расколошматишь, это тут же станет известно слугам и новость расползется по дворцу. Да и Крон вынужден будет отреагировать. Оно тебе надо?

В этом она была права. Лишние пересуды и сплетни ни к чему. И так слишком пристально все за нами наблюдают. В общем, к подношению мы не притронулись, да и настроение было испорчено, и вскорости мы разошлись.

Мне снился табун лошадей, среди которых выделялся один вороной жеребец. Я как бы с высоты наблюдала за их стремительным бегом в бескрайней степи. Внезапно меня куда-то потянуло, и я оказалась в смежной комнате между нашими спальнями.

– Я же просила не входить в мой сон! – выразила я свое недовольство Крону, дожидавшемуся меня возле столика, за которым мы несколько раз сидели. На нем стояли фрукты и вино. Что-то после сегодняшнего на эту композицию у меня аллергия.

– Принцесса, ты решила в одностороннем порядке. Должна бы понимать, что это противоречит любому договору.

– А с чего вы взяли, что я что-то понимаю в договорах?! – захлопала ресницами я. – И спасибо, что напомнили…

Я пошла к себе в комнату, где обнаружила на столике фрукты и вино, как и оставила их нетронутыми перед сном. Взяв две бутылки, я вышла и с огромным удовольствием запустила их в двери Крона под его изумленным взглядом. Звук разбившегося стекла для меня звучал как музыка.

– В общем, вы поняли, что я хотела сделать с вашим подарком, – сообщила я, любуясь делом своих рук.

– Почему у меня такое чувство, что одной фразой я оттолкнул тебя сильнее, чем до этого всеми своими поступками? – спросил он, становясь за моей спиной.

«Потому что это так и есть», – хотелось сказать мне, но я промолчала. Мужчина может домогаться женщину, доводя ее своим вниманием, но лишь обозвав ее дурой, добьется того, что она по-настоящему выйдет из себя. Не стоит нас недооценивать. За такое мы мстим, и мстим изощренно.

Крон властно обнял меня за талию и решительно произнес:

– Пойдем! – увлекая меня к двери.

Не успела я открыть рот и сказать все, что думаю об этом «пойдем», как он произнес:

– Я взял с собой документы, хотел поработать перед сном, – он приподнял меня над полом, перенося через осколки, и открыл дверь, занося в свою спальню. – Но сначала ваш смех мешал сосредоточиться, потом разговор с тобой выбил из колеи. Так и не сложилось.

Известие о том, что не только у меня было испорчено настроение, но и он не смог работать, было бальзамом на мою душу. Он испортил вечер с подругами, и было приятно, что и у него он не задался. Вот такая я мелочная.

Отпустив меня, он прошел к столу, на котором высились папки документов, и, собрав их в кучу, перенес на постель, бросив посередине.

– Прошу, – сделал он приглашающий жест рукой и, не обращая больше на меня внимания, развалился на постели, подложив повыше подушки и открыв одну из папок, углубился в изучение документов.

Я оказалась перед выбором: или уйти к себе, или присоединиться к нему. Честно говоря, у меня уязвленное самолюбие боролось с любопытством. К сожалению, любопытство побеждало. У меня была возможность сунуть нос в документы Крона, и я не могла устоять перед такой возможностью.

Обойдя кровать, я потянулась за папкой, решив сесть почитать в кресле у камина.

– Только здесь, – не поднимая глаз, произнес он.

– Это еще почему?

– Считай это моей прихотью.

Я сверлила его возмущенным взглядом, но он всем видом показывал, что ему безразлично, какое решение я приму, изучая документ.

Мысленно высказав пару ласковых, я забралась на постель, тоже подложив подушки повыше, и потянула к себе папку. На мой маневр не обратили внимания, и я углубилась в изучение документов.

А документы мне попались интересные. Как оказалось, ирлинги вели добычу железной руды, и это были отчеты. Потянувшись к другим папкам, я натолкнулась на отчеты по добыче мрамора, соли, серебра.

– Да вы просто Хозяйка Медной горы! – выдохнула я, поднимая на Крона глаза. Как оказалось, он уже давно наблюдает за мной.

– Кто?! – не понял он.

– Не важно, – отмахнулась я.

– Принцесса, ты первая женщина, которой это интересно, – кивнул он на документы.

– Да вы богаты как Крез!

– Как кто?

Но я опять отмахнулась. Долго объяснять.

– Как это может быть неинтересно?!

– Обычно… всех интересовал конечный результат, – усмехнулся он. Видя, что я не понимаю, пояснил: – Деньги.

– Ну, это мне тоже интересно, – не стала отнекиваться я. – Какой у вас годовой доход?

Ответом мне был искренний смех Крона:

– Моим доходом напрямую тоже интересуются впервые.

Ладно, доход не важен. Пока у него хорошее настроение, надо бы понаглеть и договоры посмотреть, о чем и спросила:

– Можно наброски договоров посмотреть?

Нехотя он достал несколько папок и придвинул ко мне.

Я взяла документы и на некоторое время отрешилась от всего. Интуицией чувствовала, что меня допустили в святая святых и если бы не ссора, то не видеть мне этих документов как своих ушей. Поэтому и изучала внимательно. Пробираясь через высокопарную вязь слов, старалась докопаться до сути. Чем больше читала, тем сильнее хмурилась. Не знаю, сколько прошло времени. Отложив последнюю папку, я повернулась на бок и крепко задумалась. Голова трещала от обилия информации, и глаза слипались.

Когда Крон решил укрыть меня одеялом, я открыла глаза и посмотрела на него.

– Вы собираетесь с нами воевать?

– Принцесса, разве я с тобой воюю? – приподнял он бровь.

– Не делайте вид, что не поняли, – устало сказала я. – Вы собираетесь поставлять железную руду нашим соседям и еще планируете вкладываться в их экономику, участвуя во многих проектах. Зачем бы еще вам их вооружать и укреплять?

– Быстро же ты разобралась, – чуть поморщился он, а потом откровенно произнес: – Они – моя страховка.

– Неужели? И от чего? – язвительно спросила я.

– Если одна строптивая принцесса опять решит, что не желает иметь со мной ничего общего.

Я отвернулась от него, натянув на себя одеяло. Вопрос в том, когда он собирается воспользоваться своим преимуществом. То, что он вполне способен спонсировать несколько войн, я уже поняла. Крон – угроза не только для меня, и это не радовало.

Он больше ничего не сказал и забрал папки. Я же лежала и чувствовала, как капкан захлопывается. Даже если он меня сейчас и отпустит, то такое чувство, что по-настоящему мне от него никогда не избавиться. С этими невеселыми мыслями я унеслась в сон.

* * *

Крон смотрел на спящую Кьяри, и по его губам скользнула невеселая улыбка. Впервые он заманивал женщину в свою постель с помощью документов. Если бы об этом стало известно… Крон поморщился.

Он понял, какого дурака свалял, лишь тогда, когда после его необдуманных слов ее глаза вмиг похолодели и она тихо ушла. Всему виной его раздражение. Довольно неприятно слышать доносящийся из ее комнаты смех, пытаясь сосредоточиться на бумагах. Он остро почувствовал свое одиночество и недовольство тем, что им так явно пренебрегают. В раздражении он решил принять ванну, чтобы не слышать звуки веселья в соседних комнатах. И надо же было, выходя из ванной, застать свою Кьяри, опустошающую его бар!

Впервые женщина закатила ему скандал, открыто заявляя о своем недовольстве. Он даже не знал, как на это реагировать, так как такого никогда ранее не случалось. Все его женщины знали правила игры и боялись вызвать его недовольство. Даже его вторая супруга в глаза ему всегда улыбалась, что не мешало ей плести заговоры за его спиной.

Рия же другая. Крон прекрасно понимал, чего все ждут при дворе, но не ожидал, что Кьяри прямым текстом озвучит это. Слышать из ее уст такие слова стало для него шоком. Откуда она знает о ставках, когда он сам ничего не слышал об этом?! Хотя чему удивляться? Этого следовало ожидать. Весь двор с замиранием следит за развитием их отношений. То, что она является чужой женой, добавляет лишь остроты интриге.

Она даже не подозревает, как напугала его. Крон помнит тот миг, когда из ее глаз ушли все эмоции, оставляя холод. Лучше бы она и дальше бушевала! Он физически почувствовал, как она от него отстранилась и между ними выросла стена. Да он готов ей предоставить полный доступ ко всем документам, лишь бы не видеть больше того взгляда. Что он, впрочем, и сделал. Интуиция подсказывала, что, если он хочет исправить ситуацию, лучше поспешить, и он пришел к ней во сне. Специально помимо договоров взял другие бумаги, чтобы ее отвлечь, но ничего не получилось.

Надо признать, что она его удивила. Рия умела работать с документами и не просто листала их, а изучала. Не так уж и много времени ей понадобилось, чтобы между строк увидеть угрозу кентаврам. И пусть эти договоры еще в стадии набросков, ничего не решено, но она сразу поняла, к чему все идет.

Впрочем, может, это и к лучшему. Теперь она знает, что он больше не позволит себя игнорировать. Ему не хотелось вспоминать то время, когда доступ в ее сны стал ему закрыт и даже та тонкая нить между ними оказалась оборвана. Повторения не будет, он усвоил урок.

Крон проснулся. Повернув голову, увидел пустующую половину кровати. А чего он ожидал? Сейчас она спит у себя. Так близко и в то же время неимоверно далеко от него. Он вспомнил, как она хмурилась, читая документы, ее удивление, когда изучала отчеты с рудников. Улыбнулся, припомнив ее вопрос о годовом доходе. Не сдержал смешка, когда всплыла картина, когда она разбивала вино о его двери. Интересно, она к нему так и не притронулась? Что-то подсказывало, что нет. Ему захотелось проверить и, покинув кровать, он пошел к ней.

Тихо толкнув дверь, вошел в ее комнату. Рия спала, как и во сне, на боку. Между бровей пролегла складка, как будто она хмурилась. На столике он обнаружил нетронутые вино и фрукты. Его подношение проигнорировали. Хорошо хоть не разбила.

Он подошел поближе и взглянул на ту, которая, сама того не желая, похитила его сердце. Он и не предполагал, что его Кьяри станет девушка из иного мира, не похожая на всех, кого он знал. Принцесса, спокойна пьющая в компании охраны, имеющая в друзьях богиню и не боящаяся дерзить Цирбису. И чужая жена. Как бы он ни хотел об этом факте забыть, она ему не давала.

Повинуясь импульсу, он откинул одеяло и взял ее на руки. Развернувшись, он обнаружил замершую в дверях верльвицу. Надо же, не дремлют. Со своей ношей он пошел на нее.

Было ясно, что происходящее ей не нравится, но она ничего не могла поделать. Внезапно она приняла какое-то решение и метнулась к столику, схватив бутылку с вином, и замерла, молчаливо давая понять, что еще один его шаг – и она ее разобьет, будя хозяйку.

– Не смей! – одними губами произнес Крон, сверля ту взглядом. – Я ее не трону.

Лишь после последних слов и недолгого колебания, она поставила бутылку на место, а Крон вышел.

Вернувшись к себе, он положил драгоценную ношу на кровать и укрыл одеялом. Она так и не проснулась, лишь повернулась на бок, укутываясь в одеяло. Несмотря на глубокую ночь, сна не было. Он взял папку с документами и лег на свою половину кровати.

Надо признать, так было намного лучше. Виновница его бессонницы была рядом, и это приносило некоторое успокоение его душе. О том, что будет утром, задумываться он не хотел.

* * *

Просыпаться не хотелось совершенно. Лишь мысль о том, что мы собирались побегать с Асей с утра, заставила меня открыть глаза. Все же бегать лучше на пару. Не будь договоренности с Асей, точно бы поленилась вставать. Распахнув глаза, сразу же поняла, что нахожусь в спальне Крона. Ее интерьер ни с чем не спутаешь.

«Я что же, сплю?!» – растерянно подумала я. Повернув голову, увидела и хозяина. Он просматривал документы, лежа на своей половине кровати. Влажные, зачесанные назад волосы говорили о том, что недавно он принимал душ. Из одежды на нем были лишь брюки. Опустив глаза ниже, отметила, что он разут. Хорошо хоть, сапог нет, а то сон это или нет, но прибила бы.

Мой взгляд пропутешествовал обратно по его телу. Надо же, несмотря на худощавое телосложение, рельеф мышц, где надо, имеется. Натолкнувшись на взгляд Крона, спросила:

– Я еще сплю?

– А как ты думаешь, принцесса?

Хм… Не обращая на него внимания, я села и выпустила крылья, взметнув бумаги Крона порывом воздуха.

«Фух, прозрачные!» – с облегчением отметила я, а то, если засыпать и просыпаться во сне, недолго и связь с реальностью потерять. Убрав крылья, я рухнула обратно на постель. Затем меня накрыло осознанием, что сейчас утро, я не сплю и я в постели ирлинга!

– Принцесса, о чем задумалась? – отвлек меня вопрос Крона.

– Размышляю о вашем убийстве, – честно ответила я, садясь на постели. – Как я здесь оказалась?

– Ты заснула, не помнишь?

– Вот ведь загадка: заснула во сне, а проснулась в реальности, – мрачно произнесла я, сверля его взглядом.

– Позавтракаешь со мной? – как ни в чем не бывало спросил он.

– Вот вас убью и позавтракаю!

– Принцесса, да ты с утра кровожадна, – усмехнулся он.

– Крон! – мой голос зазвенел от возмущения. – Может, у ирлингов в процессе ухаживания и принято чужую жену в свою постель перетаскивать, но в моем мире за такое можно и по морде схлопотать!

– Так это же за чужую, а ты моя Кьяри, – спокойно ответил он, но взгляд потемнел.

– Знаете, начинаю понимать Шерридана. Идея вашего физического устранения кажется единственной возможностью жить спокойно, – зло произнесла я, поднимаясь с постели. – Пока ваши сыновья будут грызться за власть, им будет не до нас.

– Значит, то, что я пообещал кентавра не трогать, для тебя ничего не значит? – угрожающе произнес он.

– А зачем вам его трогать? – пожала я плечами, обходя кровать. – Когда это можно сделать чужими руками. Вот вооружите соседей, нужную политику проведете, и вперед на кентавров, а там, глядишь, и загнется в бою.

– Ты считаешь, что я не держу слово? – слетел он с кровати, преграждая мне путь.

– К чему тогда все эти договоры?

– Они еще не подписаны.

– Тогда зачем бумагу мараете?

– Я спрашиваю, ты считаешь, что я не держу слово? – настойчиво спросил он.

– Я считаю, что вы изворотливый сукин сын. И при желании сможете его обойти.

– Какие нежные слова с утра, принцесса, – процедил он, делая шаг ко мне.

Я инстинктивно отступила и тут же пожалела об этом.

– Нет, а чего вы ожидали? – Я перестала отступать и тоже шагнула к нему, уперев руки в бока. – Мало того что врываетесь в мою спальню и сонную тащите к себе, так еще и неосмотрительно делитесь коварными планами, дав ознакомиться с документами. А потом ожидаете, что я буду счастлива и сиять как майская роза?! Почему у вас пол холодный? – требовательно спросила я невпопад, поджимая пальцы.

Открывший рот для гневной тирады Крон его тут же закрыл и посмотрел на мои поджатые пальцы ног, выглядывающие из-под рубашки.

– Меньше всего я ожидал, что ты будешь рассуждать о моем убийстве, – глухо произнес он, неожиданно подхватывая меня на руки.

– Вы самоубийца? – сдерживая себя из последних сил, поинтересовалась я. – Вы на руки меня взяли, чтобы мне удобнее было вам глаза выцарапывать?

– Вообще-то затем, чтобы ты не заболела, – рыкнул он. Затем его взгляд опустился на вырез моей рубашки и на грудь, которая от прохладного воздуха, хм… стала более рельефна. Взгляд ирлинга потяжелел, и он выдохнул сквозь стиснутые зубы. Подняв на меня глаза и давая рассмотреть, что за мысли бродят в его голове, он напряженно произнес:

– Завтрак или постель, принцесса?

– Огласите, пожалуйста, весь список, – напряженно произнесла я, упираясь в его грудь и стараясь выскользнуть из его рук. С чувством самосохранения у меня был полный порядок, и я понимала, что надо бежать.

Зарычав, он в несколько шагов достиг кровати и сел на нее, стискивая меня в руках. Это он выбор типа сделал? При таком раскладе я и на завтрак была согласна. Я старалась соскользнуть с его колен, но хватка его рук была железной.

– Замри! – приказал он. Странно, но я послушалась. Только сейчас до меня дошло, что мое ерзанье не прошло без последствий, и мне неожиданно стало страшно. Замри так замри, я даже дыхание затаила, замерев.

Секунды шли, и я чувствовала, насколько он весь напряжен.

– Мы с Асей бегать с утра договаривались… Она уже ждет меня, наверное, – тоскливо произнесла я через некоторое время.

– В моей одежде бегать? – хрипло спросил он.

– Крон, да вы скряга! – заключила я, с облегчением чувствуя, как хватка его рук ослабевает.

– Хочешь посетить сегодня сокровищницу? – предложил он, и я с изумлением подняла на него глаза.

– А не боитесь, что я и ее ограблю?

Взгляд ирлинга теплел на глазах. Прислонившись ко мне лбом, он прошептал мне в губы:

– Я тебе даже ключи дам.

– Могла бы сказать, что с ключами любой дурак сможет, но ладно. Согласна. С ними действительно удобнее.

Странная улыбка расцвела на губах ирлинга. Могла бы поклясться, что в его глазах появилась нежность. Отстранившись, он встал, держа меня на руках, и понес из комнаты.

– В сокровищницу?! – с беспокойством воскликнула я, растерянная неожиданным перемещением.

– Одеваться, – усмехнулся он. – Ты же хотела побегать.

Это да. Хотела. И от него бы я бежала без оглядки в первую очередь.

Он принес меня в мою спальню и под изумленными взглядами служанок, опустил на постель. Они хотели тихо смыться, но приказ: «Тапочки госпоже!» – заставил их изменить направление движения.

– Позавтракаем вместе. Я подожду тебя, – произнес он и вышел из комнаты.

Я же сидела как оглушенная, испытывая смешанные чувства. Хотелось что-нибудь разбить или разрыдаться от безысходности. После пережитого испуга меня потряхивало. Он, как акула, с каждым разом сужает круги, и неизвестно, когда будет финальный бросок.

– Госпожа… – служанка поднесла мне тапочки.

– Все вон! – приказала я. Встав, начала собираться на пробежку. Сегодня мне как никогда надо было проветрить голову и подумать, что делать дальше. Очень хотелось позвать Весту и покончить со всем этим одним махом, так как никаких нервов не хватит с этим ирлингом. Одно сегодняшнее утро чего стоит!

Может, я так и сделала бы, не прочитай ночью документы. После этого масштаб проблемы вырос в разы. Верни меня Веста Шерридану – и разразится война. С Кроном надо как-то договариваться, но я не понимала, что здесь вообще можно сделать, или устранять его. Впервые в жизни я действительно серьезно задумалась об убийстве другого человека, и мне стало тошно от этого. В первую очередь от себя, что я оказалась способна на такое.

Представив на секунду, как выглядела в глазах слуг утренняя сцена, глухо застонала. Пристрелите меня кто-нибудь!

– Госпожа? – в комнату заглянула Зарина.

– Не знаешь, Ася уже в саду?

– Да, только спустилась.

– Тогда пойдем, – вздохнула я, выходя из комнаты.

– Хотела сказать… – замялась она.

– Да?

– Сегодня ночью…

– Крон перенес меня к себе, – закончила за нее я.

– Да. Я не имела права его останавливать из-за нашей клятвы. Хотела разбудить, но он запретил, пообещав, что не тронет.

– Не тронул, – подтвердила я. – Только, Зарин, лучше в следующий раз буди, а то я с ума с такими пробуждениями сойду.

Видно было, что она испытывает чувство вины, но я ее не обвиняла. Что она могла сделать против него? Зарина серьезно кивнула, и мы вышли из комнаты.

Глава 15

Ася, увидев мое расстроенное лицо, хотела задать вопросы, но я попросила:

– Ася, давай сначала побегаем. Не могу сейчас об этом говорить, – попросила я, и мы понеслись по дорожке. Сегодня я бегала как никогда, как будто стараясь убежать от проблем. Просто слушала свое дыхание, прогоняя прочь мысли и остатки страха.

Сегодня впервые мне удалось выдержать темп Аси. Обычно мне это не удавалось. Я как-то спросила, как это у нее получается, на что она рассмеялась и предложила побегать с оборотнями наперегонки.

Нашу пробежку прервала спустившаяся с неба сладкая парочка. Сыночки ирлинга заявились. Сегодня они были вежливы и даже поздоровались. Правда, на этом их вежливость и закончилась.

– Впервые вижу принцесс, одетых как побродяжки, – заметил пепельный блондин.

Ладно, я в шмотках Крона, но за Асю мне стало обидно. Ее модный спортивный костюм был выше всяких похвал.

– Не одежда красит человека, сын мой, – наставительно заметила я. – Например, тебя в какие шмотки ни одень, а приятнее не станешь. Так и виден озлобленный ребенок с кучей комплексов.

– Да постарше тебя буду, – процедил он.

– А по уму не скажешь. Приятно, что хоть наличие комплексов не отрицаешь, – хмыкнула я. – Ребята, если с любезностями покончено, то перейдем к делу. Зачем явились?

– Это правда, что вы с отцом завершили связь? – спросил брюнет.

– Мальчики, если ожидаете, что распахну объятия с возгласом: «Дети мои!» – то напрасно, – съехидничала я, а про себя прокляла служанок и их несдержанный язык.

– Ася, не обращай внимания на этих обормотов, – повернулась я к ней. – Насколько понимаю, это сыновья Крона. Нас, правда, так и не представили, их отец посчитал это лишним, а им не хватило манер сделать это самим. На самом деле очень гостеприимные ребята и просто мечтают, чтобы я осталась здесь надолго. Видишь, даже пришли лично убедиться, сердобольные.

– Вижу, – усмехнулась она.

У сердобольных вытянулись лица и, кажется, закончилось терпение. Блондин шагнул, но не ко мне, а к Асе и со словами: «Здесь замечательный вид сверху. Позвольте вам показать» – взмыл в небо, прижимая ее к себе. Девочки охраняли меня и к ней не кинулись.

– Спасай подругу, – улыбнулся брюнет, а мы на крылья полюбуемся.

«Убила бы!» – подумала я, взмывая в небо.

К счастью, увидев все, что требовалось, тот не стал бросать ее, а начал спускаться мне навстречу. Успокоило, что Ася не выглядела испуганной, скорее заинтригованной.

– Идиот! – воскликнула я, подлетая к ним.

– Да ладно. Видно, у меня судьба такая на принцах кататься, – усмехнулась она. – Но должна сказать, что на драконах круче. Там и скорость выше, и мы с Керри такие пируэты делали.

– Хочешь скорость? – прищурился блондин, зависая над землей.

Ася не успела ответить. Насколько я ее знала, ответила бы скорее утвердительно. Вдруг раздалось сакраментальное: «Что здесь происходит?»

Крон. Явился не запылился.

– Да вот сынок ваш решил в роли гида поработать, гостям вид сверху показать. Правда, согласием забыл поинтересоваться, – сдала с потрохами блондина. А будет знать, как подруг хватать! Это хорошо, что Асю этим не испугаешь, а если бы иначе?

Мы опустились на землю, и Крон тут же подошел к Асе.

– Приношу свои извинения за возникшее недоразумение. У нас есть более интересные места для прогулки с дамой. Позвольте пригласить вас на экскурсию в сокровищницу, где вы сможете выбрать что-нибудь себе на память. – Ася ошарашенно кивнула, а он продолжил: – Прошу меня извинить, но мне необходимо срочно поговорить с сыном, вернее, с сыновьями, – бросил он многообещающий взгляд и на брюнета.

Они удалились, а Ася разочарованно выдохнула:

– Вот не мог он попозже появиться?! Все веселье испортил.

– Ася, ты неисправима! – не сдержала улыбки я. В этом вся она. Ее возможность полетать привлекает больше, чем возможность заполучить дорогое украшение.

– А теперь рассказывай! – потребовала она, присаживаясь на лавочку. – Это что сейчас было?

– Крон ночью перенес меня к себе в спальню, и обеспокоенные детки кинулись с утра проверять, не потемнели ли у меня крылья.

– Что значит – перенес? – ахнула она.

– А то и значит. Засыпала у себя в постели, а проснулась у него. Если учесть, что он и во сне ко мне приперся, так я вообще думала, что у меня крыша поедет.

– Не пора ли Весту вызывать? – спросила вроде беспечно, но в голосе слышались нотки беспокойства.

– Ася… – Вот как ей объяснить?! – Понимаешь, он ночью, то есть во сне, дал посмотреть мне документы и договоры, что они готовят. Так Крон собирается поставлять нашим соседям железную руду, а это оружие, и финансовые вливания планирует. Боюсь, даже если Веста меня перенесет, то стараниями ирлинга нам не избежать войны.

– Дела… А зачем он тебя перенес к себе? Приставал?

– Понимаешь, этот гад разрешил документы изучать лишь на его кровати. Сам лег и углубился в бумаги, а мне что называется, сама решай, насколько это тебе интересно, – поморщилась я. – Видно, эта картина настолько пришлась ему по душе, что он решил ее и в реальности реализовать. Представь, просыпаюсь утром и понять не могу, то ли я во сне проснулась, то ли это реальность. Ум за разум заходит! Закатила ему скандал и чуть в постели с ним не оказалась. – Тьфу ты! Сама даже скривилась от того, как это звучит. Пришлось объяснять про босые ноги и как он меня на руках в мою спальню вернул. Про служанок, что эту картину увидели и, как сороки, весть разнесли.

– Попала ты…

– Сама понимаю, но как быть? У меня уже терпения не хватает, а с сегодняшним пробуждением нервы вообще ни к черту. И заметь, месяц только начался!

– Может, зря Шерридан этих всех пригласил на церемонию?

– А что ему еще оставалось? Думаешь, их бы Крон не пригласил? – хмыкнула я. – Вот только тогда было бы намного хуже. А так он показал, что контролирует ситуацию и их не боится.

Умных мыслей ни ей, ни мне в голову так и не пришло, и мы пошли обратно, надо было переодеваться и готовиться к походу в сокровищницу, куда нас пригласили.

Вернувшись в свою комнату и застав там служанок, я хищно улыбнулась и потребовала собрать всех, кто мне прислуживает, отвечает за одежду и убирается. Пришлось подождать, пока все соберутся. Хм, не думала, что здесь столько людей вертится.

После чего я с милой улыбкой голодного крокодила их уведомила, что если с этого момента что-либо происходящее в этой комнате или в моей жизни станет достоянием общественности, то я потребую у Повелителя вырвать им языки.

– Девушки, запомните один раз и надолго, сболтнет одна – языков лишатся все! Свободны.

Теперь можно с чистой совестью и переодеваться. Удивительно, после моей тирады все стали в разы услужливее. Чувствуют свою вину или наконец восприняли меня всерьез и почувствовали угрозу?

После того как я приняла душ и оделась, мне сообщили, что завтрак накрыт в соседней комнате. Проследовав туда, я была приятно удивлена отсутствием Крона.

«Что ж, я его ожидать не обещала». – С этой мыслью села за стол, отпустив слуг. Не люблю, когда в рот заглядывают, а себе еду на тарелку я и без них способна положить.

Я намазывала хлеб маслом, когда в комнату вошел Крон.

– Ты уже завтракаешь? – с толикой разочарования произнес он.

– Я же не знала, насколько у вас воспитательный процесс затянется, а аппетит нагуляла, – сообщила ему. – Или вы предпочли бы, чтобы я голодала?

– Нет, конечно, – как-то неуверенно ответил он. Интересно, его всегда дожидались, что ли?!

Он сел напротив. Отметил отсутствие слуг. Под моим взглядом чуть улыбнулся и стал сам наполнять себе тарелку.

– Хочу выразить свое сожаление об утреннем инциденте. Не понимаю, что на них нашло. Я ведь уже предупреждал…

– Беспокоятся о вашей личной жизни. Узнали о том, где я спала этой ночью, и поспешили с поздравлениями.

– Откуда узнали? – чуть нахмурился он.

– Подозреваю, от не в меру говорливых слуг. Те тоже, видно, испытали радость и поспешили ею со всеми поделиться.

Крон бросил на меня пронзительный взгляд, пытаясь понять мое настроение.

– Я прикажу сменить служанок.

– Зачем? Я этот вопрос уже решила.

– Приказала сменить?

– Нет, вопрос с болтливостью. – Крон ожидал продолжения, но я ничего не собиралась больше говорить. Откинувшись на спинку стула, потягивала ароматный чай.

– Если хотите извиниться перед Асей и наказать сына, прикажите ему действительно устроить экскурсию для нее, – предложила я. В глазах Крона мелькнуло удивление, и я пояснила: – Асе это будет интересно, а блондина унизит приказ сопровождать человека.

– Блондина?

– А как еще мне его называть? Вы же не потрудились представить мне своих сыновей. Даже странно, уже не первый раз с ними общаюсь, а имен так и не знаю, – уколола я.

– Я исправлю это упущение. Только не думаю, что ее мужа обрадует такая прогулка, – заметил он.

Тут он прав. Дориан будет не в восторге от того, что его жена в объятиях с другим в небе летает. С другой стороны, я представляла, как обрадуется Ася возможности полетать.

– А давайте мы устроим прогулку завтра сразу после пробежки, – предложила я, а с мужем она этот вопрос сама решит.

– Как скажешь, – согласился он.

Я подождала, пока он поест, и налила ему чай, подлив и себе. После чего решила задать волнующий меня вопрос:

– Вы не могли бы мне сказать, а как вы вообще представляете наше дальнейшее сосуществование после окончания этого месяца?

Крон удивленно приподнял брови, отставив чашку.

– Что ты имеешь в виду, принцесса?

– Мне непонятно. Месяц закончится, и я вернусь к мужу. Ваши дальнейшие действия? Будете заезжать время от времени в гости на чашку чая? Проверять, все ли в порядке с вашей Кьяри и не собирается ли мой муж на тот свет?

– Как причудлив ход твоих мыслей, – только и ответил он.

– И все же… Вы ясно дали понять, что игнорировать вас уже не получится. Хочу знать, чего ожидать в последующие годы.

– Принцесса, месяц еще не закончился. Куда ты спешишь? – ушел от ответа он.

– А что изменится за этот месяц? Муж у меня как был, так и есть, как и мои чувства к нему. В серьезности своих намерений вы меня убедили. Статус вашей Кьяри для всех озвучили. Что дальше? Ответьте, как вы видите дальнейшие годы?

– Мы это обязательно обсудим, но сейчас у меня несколько встреч, прежде чем мы пойдем в сокровищницу. Встретимся через час, – поднялся он, так и не допив чай.

– Правда? – усомнилась я, не сделав и попытки подняться. – И почему у меня ваш уход от ответа вызывает подозрение, что с этим не все так гладко?

– Подозрительная моя, – улыбнулся Крон. – Поверь, мы все решим.

На этом он меня покинул, а я задумчиво смотрела ему вслед.

– В том-то и дело, что не ваша, – тихо сказала я. Меня терзали смутные сомнения, что его решение мне явно не понравится.

– Чувствую себя как в сказке «Али-Баба и сорок разбойников», – зачарованно выдохнула Ася, осматривая пещеру размером с футбольное поле, сплошь заполненную золотом и серебром. В свете магических светильников драгоценные украшения сверкали тысячами огней то тут, то там.

– А нам ты сегодня отводишь роль сорока разбойников? – поддразнила ее я, тоже находясь под впечатлением от увиденного. Чего здесь только не было! Сундуки с драгоценными камнями, разнообразные украшения, статуэтки из золота и серебра, выше человеческого роста и совсем маленькие. Глаза разбегались, и мы не знали, куда смотреть.

Увидев гору золота, Ася разбежалась и прыгнула на нее. Перевернувшись, она раскинула руки, изображая ангела.

– Всегда мечтала так сделать, – радостно сообщила она. – Присоединяйся!

– Ты еще предложи золотой дождь устроить! – рассмеялась я. Энтузиазм Аси заражал, и, если бы не присутствие ирлинга, я бы к ней присоединилась, когда еще так в золоте побарахтаешься.

– Неплохая идея, – заявила она, садясь и подбрасывая монеты вверх. Они упали с характерным звоном, разгоняя тишину в пещере.

Крон выпал в осадок от непосредственности Аси. Сам виноват, допустил женщин к самому дорогому, теперь пусть терпит.

Мы переходили от одной скульптуры к другой, рассматривали украшения и непонятные артефакты. Честно, если бы не энтузиазм и веселье Аси, мне было бы немного жутко. Мы находились глубоко под землей, а размер помещения давил, заставляя чувствовать себя букашкой.

Крон со снисходительной улыбкой наблюдал за нашими метаниями.

– Это отличается от вашей сокровищницы? – поинтересовался он.

Мы с Асей посмотрели друг на друга и, судя по нашим одинаковым выражениям лиц, подумали об одном и том же.

– А в нашей-то я и не была, – протянула она.

– Я тоже, – подтвердила я.

– Рия, как же так? Мне за столько времени и в голову не пришло посетить сокровищницу?!

– И я об этом даже не задумывалась.

– Вы знаете, я, конечно, сравню, но мне кажется, ваша вне конкуренции, – сказала она Крону, и тот не сдержал довольной улыбки.

«Мужчины и их игрушки», – усмехнулась про себя я.

– Выберите для себя то, что вы бы хотели в подарок, на память о своем визите, – предложил польщенный Крон.

Ася бросила на меня вопрошающий взгляд, и я ее успокоила:

– Не беспокойся, твоя воздушная экскурсия состоится завтра после пробежки.

Она счастливо кивнула и пошла смотреть драгоценности.

– Принцесса, можешь взять все, что тебе понравится, – сказал он мне.

– Спасибо, конечно, но принять в подарок я не могу, а если подбирать украшения к туалетам, то полагаюсь на ваш вкус. Мой гардероб заказывали вы и лучше меня знаете, что там есть.

– Почему это не можешь? – тут же напрягся он.

А что тут понимать?! Неужели ему надо объяснять элементарные вещи?

– Я не знаю какие у вас правила этичных норм, но меня воспитывали, что нельзя принимать дорогие подарки от мужчины, не являющегося твоим мужем. – Я, конечно, лукавила, но не могла представить, как возвращаюсь домой с драгоценностями, а потом дефилирую в них перед мужем.

– Ты моя Кьяри, – с нажимом произнес он.

Я хотела сказать, что муж-то у меня Шерридан, но не стала трясти красной тряпкой и примиряющее произнесла:

– Давайте не будем спорить. Все, что надо надеть на официальные мероприятия, я надену, но о большем не просите.

– Рия, ты только посмотри! – воскликнула Ася, и я поспешила к ней.

Демонстрируя мне ожерелье, она тихо спросила:

– Я вовремя?

– Как никогда, – одними губами произнесла я.

Крон отыгрался. Он начал подбирать мне украшения.

«Принцесса, я хочу узнать, как будет смотреться это ожерелье», – произнес он и сам застегнул на мне его. «Принцесса, давай примерим этот браслет», – говорил он, и его пальцы касались моего запястья, застегивая замок украшения. Он придирчиво рассматривал, оценивал, гармонирует или нет с моей кожей и под какой туалет подойдет. Одно украшение следовало за другим, что-то он откладывал, что-то возвращал на место. И прикасался, прикасался, прикасался.

Ася видела мой мученический взгляд, но ничего не могла поделать. Она пыталась его отвлечь, спрашивая о том или ином украшении. Он отвечал, но заканчивалось все тем, что он примерял на меня очередную побрякушку. Холодный блеск глаз говорил о том, что он прекрасно понимает, насколько меня напрягает каждое его прикосновение, и это месть мне за то, что я отказалась принять от него подарок.

– Довольно! – не выдержала я, когда он потянулся ко мне с очередным ожерельем. – Я себя уже рождественской елкой чувствую!

– Кем? – удивился он такому сравнению.

– В нашем мире мы празднуем начало года, и у нас принято к этому празднику наряжать елку игрушками, гирляндами, – подала голос Ася.

– Зачем? – не понял ирлинг.

Мы с Асей переглянулись, замявшись и не в силах подобрать подходящее объяснение.

– Традиция! – выдохнули мы с ней одновременно. Действительно, почему под Новый год мы тащим в дом хвойные деревья? Если ель считается рождественской, значит, связана с христианством. Но откуда и почему пошла такая традиция, мы вспомнить, хоть убей, не могли.

Как-то само собой мы начали наперебой припоминать о разных дорогих сердцу мелочах: о традиционном салате оливье, бое курантов, как в этот миг миллионы людей замирают перед телевизором и открывают шампанское, традиционном салюте и поздравлениях.

На какой-то миг я ясно вспомнила свой мир, куда мне уже не попасть.

– Как хорошо, что хоть у тебя есть возможность бывать дома, – вздохнула под конец я.

– Как это? – удивился Крон, о котором мы на какое-то время просто забыли.

– Хранители позволили мне путешествовать между нашими мирами. К тому же я еще учусь там, – призналась Ася.

– Учитесь?!

– Да. На ветеринара.

От этой новости ирлинг выпал в осадок.

– А как ваш супруг относится к этому?

– Положительно, он же путешествует со мной, – улыбнулась она.

– Вы только его можете переносить? – поинтересовался ирлинг.

– Ну почему же… На свою свадьбу, которую мы отмечали здесь, я перенесла своих родных сюда.

И тут мы посмотрели с Асей друг на друга. Интересно, а может ли она меня с собой перенести? Я бы многое отдала, чтобы посмотреть на сестру, пусть и издали. И ирлингу можно дать понять, случись что с Шерриданом – и у меня есть обратный билет домой, а он останется с носом. Теперь я точно не перейду к нему как переходящее знамя. В нашем мире он меня не достанет. Почему же нам это раньше в голову не пришло?!

Кажется, подобные мысли посетили и Крона, так как взгляд его вмиг похолодел и стал каким-то оценивающим. Это длилось несколько мгновений, а потом лицо его стало непроницаемым.

– Позвольте узнать, пришлось ли вам что-нибудь здесь по душе? – сменил тему он.

– Спасибо, но мне ничего не надо. Лучшим подарком явилась возможность очутиться здесь и посмотреть на эти сокровища. Поверьте, воспоминания об этом никогда не померкнут.

– Мне льстят ваши слова, – чуть поклонился Крон, – но я не могу отпустить вас без подарка. Я, кажется, знаю, от чего вы не откажетесь.

Он отошел и вернулся буквально через несколько минут. В руках у него было дерево высотой сантиметров сорок, сделанное из драгоценных камней, в ветвях которого сидела птица. Меня поразило, с какой точностью был вырезан каждый листок, а птица смотрелась как живая. Внизу был ключ, и когда его повернули несколько раз, птица ожила, взмахнула крыльями и полились чистые звуки пения, разгоняя тишину пещеры.

– Позвольте преподнести вам этот скромный подарок на память.

Ася была очарована и не отказалась, а Крон завершил на этом нашу экскурсию.

День и дальше продолжил преподносить сюрпризы, вернее, Крон. Днем он произнес благодарственную речь. Поблагодарил всех гостей за то, что нашли время посетить его в момент радости, то есть обретения Кьяри, и объявил, что, так как время моего визита ограничено, он не может тратить его на дела. В связи с этим все деловые вопросы он рассмотрит позже, а сегодня для всех будет дан бал в завершение торжеств.

Иными словами, гости дорогие, спасибо, что пришли, но вам пора. Как и для многих, такое его решение явилось для меня неожиданным. Я ломала голову, что именно явилось причиной: мои слова во сне сегодняшней ночью или угроза, исходящая от Аси.

Вечером на балу мне удалось переговорить с ней. Она сообщила, что Дориан сегодня подписал договоры с Кроном, и они, как и все, отбывают завтра. Это явилось для меня неприятным сюрпризом. Ася стала для меня близкой подругой, и ее поддержка много значила.

Я попыталась поднять эту тему с Кроном, чтобы он разрешил им задержаться, но он напомнил мне о соглашении, и что теперь никто не будет мешать нашему с ним общению. Я была просто «счастлива».

Из всех гостей оставалась лишь Марияна. Спасибо хоть на этом.

На следующее утро нам удалось вместе с Асей побегать. Вот только девочки предупредили, что получили распоряжение Крона, чтобы они не оставляли нас наедине и при первом же подозрении на открытие портала пресекали все попытки, изолируя меня от подруги. Мои подозрения насчет того, что Крон почувствовал угрозу, исходящую от Аси, подтвердились. В парке была усилена охрана, и уверена, что открытие порталов тоже блокируется.

Сразу же после пробежки появился и сам Крон с сыновьями. Теперь он представил нам их лично. Таурониэль с самым любезным видом предложил Асе руку и сообщил, что будет счастлив показать ей окрестности. Мариус заявил, что не может позволить волноваться моей охране, и предложил взять одну из девушек с собой. Неудивительно, что выбор его пал на Зарину. У той хоть и появилось мученическое выражение на лице, но она не протестовала, когда он подхватил ее и взмыл в небо. Мы же с Кроном последовали за ними.

Должна признаться, что вчера, когда я продемонстрировала окружающим свои крылья, послышался вздох окружающих. Вот зуб даю, что на их цвет делали ставки и стонали проигравшие. Так что, с одной стороны, хорошо, что гости уезжают, плохо только, что Асе нельзя остаться.

– Вот что он делает?! – процедил Крон, который держался рядом со мной и смотрел вслед удаляющемуся сыну. Таурони… тьфу ты, язык сломаешь. Блондин резко ушел вверх, и если бы не радостный визг Аси, я бы уже рванула за ними. Превратившись в точку, они штопором начали пикировать вниз. Лишь у самой земли раскрылись крылья, и они начали набирать высоту.

– Йо-хо-хо! Круто! – донеслось до нас.

– Даже не думай! – прошипела Зарина Мариусу, но было поздно. Тот тоже сорвался вверх.

«Убью!» – донеслось до нас гневное рычание.

Мы с Кроном зависли в воздухе и наблюдали за их взлетами и падениями. Не знаю, как насчет осмотра окрестностей, но свой полет девочки запомнят надолго. И если Ася издавала радостный визг, то верльвица оглашала округу рычанием и угрозами оторвать все лишнее. В конце она просто оплела его, как лиана, и лишь шипела.

Мы привлекли внимание других ирлингов, но приближаться к нам не смели. Внезапно я кое-что вспомнила и произнесла:

– Крон, перед отъездом Аси верните ей амулет, что вы с меня сняли. Я его брала на время, он не мой.

– Это случайно не та занятная вещица, из-за которой я не мог войти в твой сон? – протянул он.

– Она самая.

– А я считаю его своим трофеем. Зачем мне его возвращать? Чтобы он опять попал в твои руки, ограничивая встречи во сне?

– Вы ясно дали понять, что этого больше делать не стоит. К тому же он позаимствован совсем у других людей и его надо вернуть. Дориан с Асей заберут его с собой.

– Как скажешь. Надеюсь, ты оценишь степень моего доверия тебе, – в голосе послышались бархатистые нотки. Я выдавила из себя вежливую улыбку, мысленно посылая его куда подальше с этим доверием. Ага, доверяет он! Усилил охрану и блокирует порталы, чтобы я никоим образом не улизнула с Асей.

– Рия, это в сотни раз лучше американских горок и любого аттракциона! – сообщила она, едва мы успели приземлиться в саду. – Ты такая счастливая, имея возможность летать!

Зарина радости не разделяла и была бледна. Не успели ее ноги обрести землю, и она как ошпаренная отскочила от Мариуса. Вот только после полетов они ее плохо держали, и как нельзя кстати пришлась твердая рука принца, что ее поддержала. Помощь она не оценила и двинула локтем ему в пресс, заставив резко выдохнуть. К его чести, руку он убрал лишь после того, как убедился, что она может стоять самостоятельно.

– Дорогая, ты объяснишь, что здесь происходит? – раздался вежливый вопрос Дориана. Вот только спокойный голос совсем не вязался с яростным взглядом, который он устремил на руку блондина, которая все еще покоилась на талии Аси.

– Дориан?! – ахнула она, не ожидая увидеть мужа, а потом вырвалась из объятий ирлинга, который неохотно ее отпустил, и подскочила к нему, запрокинув счастливое лицо:

– Это так захватывающе! Непередаваемо! У меня просто слов нет!

Дориан властно ее обнял и мягко спросил:

– Что именно, любимая?

– Полет!

– Ты называешь полетом то, когда взмывала под облака и камнем падала вниз? – спокойный голос даже меня не обманул. И слепому было ясно, что вампир сдерживается из последних сил. Лишь Ася этого не понимала, охваченная эмоциями после пережитого.

– Это непередаваемо! Даже с Керри по-другому.

– Согласен. Я тоже испытал непередаваемые чувства, когда услышал твой визг и понял, кто именно камнем падает вниз. Лишь наша связь и то, что ты не испытывала страха, позволили мне сдержаться и не разнести здесь все к бездне! – В конце фразы уже явно слышались рычащие нотки, и Ася удивленно посмотрела на мужа.

– Риан, но это так здорово! Мне ничего не грозило, Таурониэль меня крепко держал. Жаль, что мы сегодня уже уезжаем, я бы хотела повторить.

– Действительно… жаль. – Он бросил поверх головы Аси на блондина хищный взгляд, явно давая понять, что мечтает того растерзать. Потом посмотрел с укором на меня: – Рия… Не ожидал.

– Дориан, я бы никогда не подвергла Асю опасности, – искренне произнесла я, чувствуя уколы совести. Могу представить, что он чувствовал. У меня были свежи воспоминания, когда Шерридан наблюдал с земли, как я летела вниз, не в силах выпустить крылья. Хорошо еще, Крон меня тогда поймал. Хотя он меня тогда и сбросил с высоты.

– Риан, это была замечательная экскурсия! Я сама об этом попросила! – бросилась на мою защиту Ася. – Да я год жизни отдать готова, чтобы это повторить.

– А я годы жизни потерял, наблюдая за тобой.

– Она была в надежных руках, – подал голос блондин, но лучше бы уж молчал.

– Я доверяю лишь своим, – ледяным тоном отрезал Дориан и обратился к Крону. – Ваше величество, благодарю за прогулку, устроенную моей супруге. Прошу нас извинить, но мы скоро отбываем, и нам надо собраться, – поклонился он присутствующим.

– Собраться?! Ведь все давно упаковано, – удивилась Ася.

– Извини, любимая, мне нужно срочно пообщаться с тобой, – ласково произнес он. – К тому же тебе душ принять надо, и мне… контрастный.

Коротко распрощавшись, он увел Асю, а я поняла, что мы даже и не поговорили с ней толком перед отъездом.

– Жаль, что я раньше не обратил внимания на эту малышку, – проводил задумчивым взглядом их пару Таурониэль.

– Забудь! Они истинная пара. Дориан тебе за нее лично горло перегрызет, – хмыкнула я.

– Она просто не знала настоящих мужчин.

– Блажен, кто верует, – не удержалась я от насмешливого замечания. Бросив на меня недовольный взгляд, он взмыл в небо.

– Благодарю за доставленное удовольствие от вашего общества. До скорой встречи, – попрощался Мариус вроде бы и со мной, но напоследок перевел взгляд на Зарину и взмыл в небо.

Я же посмотрела на Крона, и у меня всплыл очень интересный вопрос:

– А скажите на милость, каким образом оказался Дориан в закрытом саду, куда вход лишь по приглашению?

– Обязательно выясню этот вопрос, – нагло улыбнулся мне Крон и взмыл в небо.

– Вы!.. – яростно выдохнула я, но до меня донесся лишь его смех.

И тут до меня дошло, как ловко меня подставили. Всего-то и надо было полетать там, где бы нас увидел вампир. Крон прекрасно понимал, что за такую прогулку своей жены мне он спасибо не скажет, вот и решил создать условия, чтобы «поблагодарил» лично. Как бы еще Дориан оказался в закрытом саду? Без разрешения ирлинга никак. Здесь везде охрана.

Хитроумный сукин сын! Он испортил мои отношения с Дорианом. Явно решил действовать через него, чтобы тот ограничил общение своей жены со мной. Р-р-р!

Ведь узнать о прогулке постфактум это одно, а лично наблюдать – совсем другое дело. В первом случае Ася бы легко его успокоила, а теперь ей придется долго утихомиривать ревность мужа и снимать стресс после пережитых волнений за нее. Вот гад! А как все тонко продумал? Вроде бы и совсем ни при чем, не узнай я ранее от верльвиц о том, что доступ в эту часть ограничен.

Я готова была взорваться от возмущения и злости на Крона. Кажется, мне тоже необходим контрастный душ, иначе пойду и разнесу ему всю комнату на фиг! Это же надо быть настолько коварным?! Пыхтя как самовар, я отправилась к себе. Было огромное желание придушить Крона.

Глава 16

Как будто чувствуя это, он не попадался мне на глаза, пока не пришло время прощаться с гостями. За их отбытием я наблюдала со смешанными чувствами. С одной стороны, хорошо, а с другой… теперь ирлинг начнет уделять мне больше внимания, что не радовало.

К счастью, амулет Дориану он отдал и поблагодарил за визит. По блестящим глазам стоящей рядом с ним Аси можно было догадаться, что мирились они долго… в постели. И все же, прощаясь со мной, Дориан был сдержан. Ненавижу Крона!

– Хочешь пофехтовать? – неожиданно предложил он, когда гости отбыли.

– Я вам поражаюсь! Вы просто мысли мои прочитали о том, как я мечтаю использовать вас вместо подушечки для булавок.

– Принцесса, чем я заслужил? – притворно удивился он, а вот глаза весело блестели.

– Крон, не доводите до греха, а то в вас полетят тяжелые предметы!

– Принимаю это за согласие, – улыбнулся он, что еще больше меня взбесило. – Если желаешь, можешь переодеться. Могу поделиться гардеробом.

Нет, ну какой он умный?! Можно подумать, я буду фехтовать в платье с тяжелыми юбками. И подкол про гардероб я прочувствовала.

– Обойдусь! – рыкнула я, направляясь к себе. Идея с фехтованием была хороша. Мне срочно нужно было спустить пар, иначе я его покалечу. Возможность потыкать в него чем-то острым казалась пределом мечтаний.

Придя к себе, я выбралась из платья и надела бриджи, в которых бегала, рубашку, а сверху удлиненный жакет с разрезами по бокам. Волосы подняла наверх и закрутила, чтобы не мешали. Бросив взгляд в зеркало, поразилась, насколько злые у меня глаза. Действительно, раздражение просто переполняло меня. Что бы ни случалось со мной раньше, но я умела владеть собой. В чем же дело сейчас?

Стоило признать, что Крон попросту бесил меня. У него дар выводить из себя. Раздражало положение, в котором оказалась, и то, что выхода я не видела. Очень хотелось послать все к чертям собачьим, а я была вынуждена терпеть его общество. Статус Кьяри был мне как кость в горле. К тому же тяжело морально, когда от тебя зависит судьба народа. Меня не прельщала роль Елены Прекрасной, из-за которой разразилась война, а Крон ясно дал понять, что развязать войну в его силах. Последней каплей стала его попытка испортить мои отношения с друзьями. Что дальше? Злая как фурия, я вылетела из комнаты.

– Мне кажется, это не очень хорошая идея, – заметила Рина, сопровождая меня в зал, где ждал Крон.

– Почему? Ранить он меня не ранит, так что вам переживать нечего, а у меня по крайней мере появилась возможность при встрече с ним оказаться с оружием в руках, о чем я часто тайно мечтала.

– Вы его хоть в руках держали? – с сомнением спросила Зарина.

– Посмотрим, – хищно улыбнулась я, и они от меня отстали.

Дальше мы шли молча, но девочки всем своим видом выражали неодобрение.

Зарина открыла дверь, пропуская меня. Крон уже ждал, и при виде меня его глаза удивленно расширились.

– Принцесса?!

Интересно, это на него мой внешний вид такое впечатление произвел?

– Какие-то проблемы? – угрожающе прищурила я глаза.

– Никаких, – чуть улыбнулся он, но, натолкнувшись на мой злой взгляд, улыбку с лица убрал и предложил пройти и надеть защиту. Что показательно, полностью экипировав меня, о себе он не позаботился. Что ж, не маленький. Его безопасность меня не заботила.

Количество разнообразного оружия поражало. Хотя чему удивляться. У него два сына, и ясное дело, что зал часто используют для тренировок. Уж Мариус точно. Я уверенно прошла к шпагам и выбрала себе оружие. Моя решительность Крона позабавила. Он тоже взял шпагу, и мы вышли на середину зала. Верльвицы застыли у стены, следя за нами.

Став в стойку напротив Крона, я ему отсалютовала.

– Принцесса, ты меня поражаешь и преподносишь сюрпризы, – после секундной заминки отсалютовал он мне в ответ.

Интересно, а чего он ожидал, предлагая фехтование? Рассчитывал на урок, как правильно держать оружие, обучение стойке и показать пару базовых движений? Обломись! Когда я еще училась, меня мой папаша на теннис отдал, но с ракеткой у меня не задалось. Долгое время отбрыкивалась от занятий, но он настаивал. Тогда я предложила альтернативу – фехтование. Это показалось ему достойным и благородным занятием. Не в пример ракетке, со шпагой у меня сложилось. Я даже на соревнованиях выступала и занимала не последние места. И пусть я долгое время не тренировалась – после его ухода из семьи я забросила занятия, – но навыки-то остались. Так что, не тратя времени зря, я пошла в атаку.

В сражении важна холодная голова, а не эмоции. Давно забытые отточенные движения помогли мне откинуть все лишнее, сосредоточившись на поединке. Крон не нападал, заняв оборонительную позицию, изучая меня. В защите он был мастер. Выпад, отступление… опять выпад… Я пыталась выманить его на ответные действия, но он не поддавался.

Сколько же времени прошло с тех времен, когда я фехтовала… Раньше с горящими глазами бегала на занятия, полностью выкладываясь на тренировках. Сейчас я в другом мире, ином теле, а память осталась… Постепенно нетренированное тело Ауэрии начало уставать. Все же руки у меня слабые. Крон, как назло, решил поиграть и понемногу пошел в наступление. При очередном ударе рука моя дрогнула, и его шпага вспорола мой рукав.

– Рия! – воскликнул Крон, но я воспользовалась его замешательством и провела прием, выбивая шпагу. Уверена, что не отвлекись он, и мне бы это никогда не удалось. Кончик моей шпаги замер напротив его сердца.

Ни единый мускул не дрогнул на его лице. Он даже подался вперед.

– Мое сердце принадлежит тебе. Можешь взять его, – спокойно произнес он.

Надо же, я даже несколько секунд раздумывала над его предложением, а потом опустила клинок, снимая маску.

– Зачем вы это сделали?

– Что именно?

– Не притворяйтесь, вы прекрасно понимаете, из-за чего мы здесь. Ася и так уезжала, зачем надо было портить отношения?

– Разве я испортил вашу дружбу? – спросил он, делая шаг ко мне.

– Вижу, с вами бесполезно разговаривать, – отвернулась я, но он схватил меня за руку, разворачивая к себе.

– Что с твоей рукой?

– Всего лишь одежда. Отпустите, – отрывисто произнесла я, и он освободил мою руку. Я сразу же отошла от него, желая вернуть оружие на место. После чего начала снимать защиту. Крон замер позади меня, но я игнорировала его присутствие.

– А как я должен был реагировать, когда на моих глазах вы осознали, что она может перенести тебя обратно?

– Вам не приходило в голову, что я могу скучать по своему миру? Что у меня там осталась родная сестра, и я бы многое дала, чтобы хотя бы издали увидеть ее? – тихо спросила я.

– Рия… – его руки легли мне на плечи.

– Отойдите! – не повышая голоса, потребовала я. Его пальцы чуть сжались на моих плечах, но через мгновение он отступил, убрав руки.

Я закончила снимать защиту, а потом повернулась, взглянув прямо на него:

– Чего вы испугались? Что я сбегу туда от вас? Глупо. У меня здесь муж, и моя жизнь связана теперь с вашим миром. К тому же вы ясно дали понять, что способны развязать войну, а мне бы не хотелось, чтобы по моей вине гибли люди. Поэтому мне и непонятно. Зачем?

Благодаря фехтованию, мне удалось овладеть собой. Раздражение ушло без следа, а вместе с ним и остальные лишние эмоции. Осталась лишь главная причина того, из-за чего я вышла из себя. Мне было неприятно, что из-за меня Крон спровоцировал конфликт. Дориан дрожит над Асей. Пусть ей ничего не угрожало, и я порадовала ее этой прогулкой, но для его нервов это явилось серьезным испытанием.

Крон молчал, а его темные глаза оставались непроницаемыми.

– Знаете, сегодня был насыщенный день, и я, пожалуй, пойду, – произнесла я, так и не дождавшись ответа. – С вашего позволения я бы хотела иногда тренироваться здесь.

– Я могу заниматься с тобой.

– Я бы предпочла, чтобы со мной позанимались девочки.

– Почему? Сомневаешься в моем опыте? – в голосе слышалось напряжение.

– Нет. Просто они обучены сражаться с более сильным противником, и я бы хотела перенять их тактику боя.

– Как тебе будет угодно, – отрывисто произнес он.

Я кивнула и уже собралась уходить, как меня остановили его слова:

– Никогда не знаешь, что за мысль придет в твою светлую головку. С тобой мне всегда приходится думать на опережение.

Надо же, Крон все же ответил на ранее заданный вопрос, пусть и таким своеобразным образом.

– Не льстите мне. Уверена, вы привыкли думать на опережение еще задолго до моего рождения, – не удержалась я от небольшой шпильки, «тонко» намекнув на его возраст.

Развернувшись, я пошла на выход. Крон не стал удерживать меня. Моя охрана бесшумно последовала за мной.

Конец второй книги

Content

Франциска Вудворт
Невеста Повелителя ирлингов. Дневник моего сна

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16