Уласевич Светлана Александровна

Не будите спящего дракона! Сага о Драконах. Трилогия

КНИГА 1. ПОЛТОРА МЕТРА НЕДОРАЗУМЕНИЙ, ИЛИ НЕ БУДИТЕ СПЯЩЕГО ДРАКОНА!

Посвящается моим родителям — за то, что имели мужество когда-то сотворить и воспитать меня!

Истинно ваша доча

Маленькое ПРЕДИСЛОВИЕ

Дорогие друзья!

Данная книга написана в соавторстве с моим милым цензором — попугаем Кириллом, который все творческое время добросовестно бегал по клавиатуре, честно отрабатывая свой корм «от звонка до звонка». Поэтому все претензии прошу предъявлять… мне. Итак, поехали!

Часть первая

ЗНАКОМСТВО С КИЛЛЕРОМ

Когда думаешь, что миновал черную полосу жизни, оказывается, что это была всего лишь белая!

Закон Мэрфи

— А может, натурой возьмешь? — робко раздалось в телефонной трубке мобильника.

— Ну нет, сударь, прошли времена князей да бояр, взимающих оброк сомнительными продуктами!

— Я имею в виду ЭТО, — конфузливо пояснил клиент.

— ЭТО это в какой валюте? — подозрительно сощурилось левое полушарие мозга. — В долларах, рублях, евро? Я свою часть контракта выполнила: экзамен сдать помогла, будь добр, заплати, как договаривались!

— Души в тебе нет, — укоризненно простонали по ту сторону границы.

— Есть, но исключительно для близких людей! Так что плати!

— Но я же студент, — проблеял оппонент.

— А я что? НЕТ?!

Нет, я, конечно, понимаю пословицу «Курица — не птица, женщина — не человек», но я тоже бедный, голодный студент и воздухом питаться не умею! И так дела хуже некуда: плату за репетиторство задерживают, до стипендии три месяца, ибо летняя сессия только закончилась, а значит, в таком же положении почти все мои клиенты. Прибор в лаборатории перегрелся да сдох, измерять дальше не на чем, рабочий реактив в самый неподходящий момент иссяк. Мало того что эта зараза дорогая и надо переделывать двенадцать новых экспериментов по три серии минимум, тут еще комп с предыдущими результатами накрылся! Программист их случайно стер, да так, что восстановить не может! Мастер-р-р!

Ноутбук научного руководителя с дублирующей папкой уехал на конференцию в Швецию, диск с резервной копией мама, «наводя порядок», куда-то сунула и забыла куда! (В голове давно поселился тревожный звоночек, что она его просто, как обычно случайно, выкинула и теперь боится признаться. Вообще, после нежданных уборок родительницы вся квартира находится на военном положении, и вещи, срываясь с привычных районов обитания, обнаруживаются в неизвестно каких местах.) В общем, хана заделу для диплома! Плоды трудов нескольких лет псу под хвост! Как теперь заикнуться о магистратуре?

Ко всему прочему, на танцах возникли затруднения, подруга предала, молодой человек в самый неподходящий момент ушел, и бегут все от меня, словно крысы с тонущего корабля, только Витя остается. Тут еще третий день какие-то подозрительные типы по пятам следуют! Вот и сейчас один из них уже битый час за мной так ненавязчиво плетется, от самого дома увязался, гад! М-да, лестные жизненные перспективы! Но проблемы надо встречать с улыбкой! Вот нынче собираюсь в Крым съездить, отдохнуть, развеяться, а там вернусь и все решу. Благо за путевку заранее заплатила!

Зайти следом в здание подозрительный тип не решился. Собственно, он только меня настораживает, а остальным не внушает никаких тревожных мыслей: средний рост, довольно щуплое телосложение, коротко стриженные светло-русые волосы, простоватое лицо. В общем, ничем не запоминающаяся, безобидная внешность, вот только меня она почему-то крайне беспокоит. «Такой прирежет — и не заметишь!» — шипит интуиция, и (о странность!) все остальные органы ей безоговорочно верят, подгоняя и без того паникующие ноги.

Металлические набойки звонко цокали по мрамору служебной лестницы. Жизнь бьет ключом… по голове. Такое чувство, что все несчастья мира устроили симпозиум за моей спиной и услужливо шествуют следом! Я, как какое-то инферно: куда ни гляну — все превращается в пепел и прах! Вот и сейчас стоило войти в фойе, как лифт при виде вашей покорной слуги сломался. Но что такое двадцать четыре этажа для девочки на высоких шпильках?! Поднимаемся-с. Позади уже двенадцать. Надеюсь, ступеньки подо мной не обвалятся? А то мне вообще-то дико везет последнее время!

Сверху прямо на меня важно катился дядя Боря, директор предприятия. Самая идеальная фигура в природе — шар, материя в нем располагается наиболее компактно. Так вот, глядя на начальника Виктора, я в сотый раз убеждалась в аксиоме, что абсолютно все в природе, включая людей, стремится к этой форме. Шефу перевалило за сорок, и теперь он являл собой такого вот добродушного веселого колобка, человека крайне сердечного и щедрого, относящегося к своим подчиненным с отеческой теплотой да заботой.

— К жениху нашему направляешься, дочка? — довольно прищурился он.

Собственно, так он называл меня редко. Чаще «блохой» или «козой», а еще «вошью», время от времени награждая титулом «У, нечисть полосатая!».

— К нему, к нему, родимому, — решила не спорить я, все равно не докажу обратного. В голове директора я уже давно замужем за Виктором, ведущим бухгалтером данного предприятия.

Борис Аполлонович спустился еще чуть ниже, обернулся, оценил мои ножки и благодушно причмокнул:

— Ох и повезло же парню!

— Э нет, дядя Боря, — свесилась я с перил, — внешность девушки еще ни о чем не говорит, главное — язык!

— Вот ядрена вошь, — раздосадованно сплюнул он, грозя пухлым кулачком, — опять пререкается! Как тебя Витька без кляпа терпит?!

— Вашими молитвами, наверное!

Уже через два пролета послышалось, как он довольно смеется в кулак.

Итак, меня зовут Света, и в данный момент я направляюсь в кабинет своего друга детства Охотника Виктора Олеговича, чтобы забрать последнего с работы и увезти домой собирать чемоданы. Ибо если этого не сделать, то собирать его вещи мы будем уже завтра утром по дороге к аэропорту и двумя семьями.

Собственно, вот как в жизни получается: с молодым человеком меня на юг никогда не отпускали, зато с Виктором — пожалуйста! Да я, впрочем, и не жалуюсь, любовь приходит и уходит, а Витька остается навсегда. Наши отцы — лучшие друзья прямо с садика. Вместе жили, вместе учились, вместе отрабатывали практику, даже на свидания порой с одними и теми же девчонками ходили по очереди.

Вот и женились почти одновременно. И поселились как-то совсем рядом — соседи по этажу, правда, в хорошей новостройке. Ну, думаю, никто не удивится, что и жены их забеременели почти одновременно. Олег и Сашка, естественно, в то время ждали мальчиков, дабы продолжить добрые традиции настоящей мужской дружбы, но, увы, родилась я. Совсем не по плану, зато в один день с Витькой.

Папаши, конечно, сначала расстроились, но мы с Виком так здорово стусовались, то есть нашли общий язык, что скоро такой маленький конфуз, как мой женский пол, дорогие родители и не замечали. Мы даже ванну принимать друг без друга отказывались. Как-то — нам было по пять лет — эту практику попытались прекратить. Ну и скандал же тогда закатил Виктор!

Впрочем, он даже теперь переодевается в моем присутствии без тени смущения. Хотя чего там стесняться? Тело у него красивое. Высокий, подтянутый, спортивный брюнет с зелено-оливковыми выразительными глазами. Девушки по нему еще с садика сохнут и табунами за ним бегают. А он разборчивый, гад, — у той ноги кривые, эта тупая, третья вообще не катит для серьезных отношений — и относится друг к своему цветнику крайне легкомысленно, осмелюсь даже сказать, потребительски. Каждую неделю — новая девушка. Тасует парень свой гарем тщательно и регулярно, как, по его мнению, и должна поступать взрослая, половозрелая особь мужского пола в самом расцвете своих сил и возможностей. А если какая особо приставучая леди попадется, так он знакомит ее со мной, как с официальной пассией.

Что сказать? Бывали разные случаи. И скандалы и угрозы, а однажды даже пришлось доказывать свое «отношение» к Виктору. Благо я его вплоть до всех родимых пятнышек и их расположения знаю. Одно из них — наша гордость — общее. Точнее, у нас обоих почти на середине живота есть совершенно одинаковые родинки. Мы даже думали в детстве, что такое должно быть у каждого человека, пока Вик не подсмотрел в ванной за мамой и не выяснилось, что это только наша уникальная черта.

Но вернемся к другу. Собственно, с красивыми, умными и серьезными девушками ему также не особо везет, но уже по другой причине. Почему-то на все более-менее важные свидания Виктор таскает меня. А теперь представьте, ждет его очередная куколка, такая вся из себя причесанная, накрашенная, одетая с иголочки, нервничает: «Понравлюсь ли?» И вот появляется Он! Шикарный парень! Умный, красивый, интеллигентный, обходительный, элегантный, воспитанный, да еще с черным поясом по карате, такой весь мужественный, надежный защитник.

И тут из-за спины героя выглядываю я, эдакое вот маленькое алгебраическое дополнение! Как ни упираюсь каждый раз, как ни отговариваюсь — бесполезно. Наверное, просто не освоила физические контраргументы, потому что всякий раз меня перекидывают через плечо и несут на место встречи. Пробовала даже убежать, но в случае с Витькой это сделать сложно, а угроза, что испорчу все свидание, вообще не действует.

Однажды в Крыму он пригласил девушку на вино, и, так как ключи от номера самый сильный держал у себя, мне пришлось смириться. Когда часам к двенадцати мы вдвоем почти споили жертву и я уже собралась удалиться, дабы у напарника была возможность продолжить маневр, Вик по старой привычке предложил меня проводить.

Чего он, собственно, тебя тягает? — спросите, наверное, вы. У него что, мозгов нет? Есть! Как выяснилось, молодому человеку просто нравится наблюдать реакцию прекрасного пола на вашу покорную слугу, и вообще он заявил, что если девушка настроена на серьезные отношения, то пусть привыкает ко мне, так как он намерен продолжить счастливую традицию дружить семьями.

Я же лично считаю, что Витька всего лишь любит девушек и патологически не переносит ответственность в виде уз Гименея. Такой вот обаятельный донжуан. Как говорится, «nomen est omen». Что в переводе с латыни означает «Имя говорит само за себя». Охотник есть охотник! Что поделаешь? Положение обязывает!

Что касается моих сердечных пристрастий, то все они единогласно заявляют, что мой самый большой недостаток — Вик. В отличие от друга, я его стараюсь поклонникам не показывать до поры до времени, но нахал знакомится с ними сам. И после протянутой для рукопожатия руки и его дружественной улыбки несчастные исчезают из моей жизни как тени. И что самое обидное, паразит словно чувствует, где и когда это горемычное свидание!

Был, правда, один настойчивый, даже Виктора вынес. Так тот познакомил его со своей очередной девушкой. Не знаю, на что друг детства надеялся, но парень выдержал и это! Хотя как, ума не приложу. Честно. Сама признаю — я той красавице не ровня. От нее, назовем девушку Машей, всех парней в дрожь бросало и слюна на пол капала, да что говорить, ей вслед даже памятники оборачивались!

Так вот стали мы гулять парами, ну и, как водится, наши половинки подружились. Жизнь текла размеренно, плавно и приятно, пока не пролегла в той, можно сказать, dead line, в прямом смысле этого выражения. Да-да, именно настоящая полоска убийственного везения, апогей которого пришелся на торжественный уход Михаила!

В тот день мы с Виком собирались в театр. Еще одна его особенность, о которой я не упомянула. Друг очень сильно любит искусство, особенно вотчину Мельпомены, но еще ни одна из его девушек не выдержала его одержимости дольше года. И, конечно, по его словам, ни с кем из них он не может смотреть пьесу так же, как со своей подругой детства. Я думаю, это-то и является истиной причиной разрыва отношений. Потому что, если надо, женщины могут вытерпеть почти все, особенно театр в больших количествах, а вот сравнение с другой, да еще не в свою пользу, действует на них не хуже тапки на таракана.

В общем, после долгих уговоров и личных переговоров Виктора с моей половинкой они вдвоем решили, что я имею право сходить с другом в театр без своего парня.

И мы с «братишкой» поехали, но так и не доехали. По дороге на остановку разрыли яму. Небольшую такую, шириной в два метра, длиной в метр и глубиной всего лишь в полтора. А отгородить сие творение от внешнего мира господа строители, как и полагается, забыли. А может, они выполнили данный гражданский долг с честью, да заборчик уже успели разнести местные честные люди для своих хозяйственных целей. В любом случае на самой середине узкой асфальтированной дорожки зияла такая вот яма-ловушка. И горе тому, кто попытается прокрасться домой поздней ночью на высоких шпильках, решив для скорости срезать угол! Но это уже другая история, а мы вернемся к нашей.

Так вот, мы как всегда опаздывали и решили ее просто благополучно перепрыгнуть. А так как я надела вышеупомянутые шпильки, то друг галантно взял меня на руки. Ему с его тренировкой перенести нас обоих через какую-то дыру в земле, пусть и большую, ничего не стоило. И все бы хорошо, если бы не забава предприимчивых ребятишек. А заключалась она вот в чем: скучающие шестилетние карапузы засели в кустах, которые росли как раз по обе стороны дорожки, выжидали прохожих и, когда те пытались преодолеть препятствие, по очереди высовывали из укрытия палку с молодое деревце, радостно крича: «Апорт!»

Однако, видно, не все чада умели выговаривать определенные буквы, потому что, когда очередь дошла до нас с Виком, какой-то детеночек, молниеносно сунув прямо под ноги моему другу палку, торжествующе провозгласил: «Аборт!» Даже не успев послать того к логопеду, мы полетели вниз.

Откуда в середине засушливого лета на дне взялась вода — понятия не имею, наверное, фортуна специально для меня старалась, но вляпались мы в грязную жижу по самые уши! Естественно, театр уже отпал. Как назло, в сумочке не оказалось ключей, а родители должны были вернуться только поздно вечером, и Вик галантно предложил постираться и просушиться у него. Забросив в стиральную машину все наши шмотки, друг отправил меня в душ, а после водных процедур предложил свою длинную рубашку. Сам же, на правах хозяина, одеждой себя особо не обременил, обмотав коротенькое полотенце вокруг талии.

И тут надо было заявиться его девушке! А Витька, гений самопальный, додумался спрятать меня в своей спальне и забыл додать шорты в комплект! А постель он вообще почти никогда не убирает, постоянно пребывая в боевой готовности…

Думаю, не стоит расписывать, какой эффект произвела на Машу голая девица в одной только рубашке, да и то не своей! И поди объясни ей, что мы случайно одновременно свалились в яму с грязью (в разгар засухи), что девушка потеряла ключи (я до сих пор не знаю, как они могли испариться из сумочки, если собственноручно их туда клала), что парень просто забыл дать даме шорты, а предательски смятое, разоренное ложе в таком состоянии пребывает еще с утра! Сей факт, вопреки ожиданиям, ее отнюдь не успокоил, только еще больше разозлил. В общем, я узнала о себе много нового.

В разгар скандала позвонил Миша (в театре предполагался антракт, а у нас оказалась кульминация). Через полчаса он был на месте. А еще через час я уже была абсолютно свободна. Странно, что любимый мне не поверил и так приревновал к моему другу, что даже на следующий день не захотел выслушать.

На сем, полагала я, мои злоключения закончатся. Наивная! То было всего лишь началом! Здоровущей, жирнейшей полосы невезений! Если жизнь — это зебра, то мне попался какой-то неправильный мутант или я подошла к тому месту, откуда у нее начинается хвост!

Итак, мы едем с другом на старое место в Крым зализывать раны. Точнее, реабилитироваться, похоже, буду одна я. Витю, сдается, грандиозный скандал особо не потрепал, более того, он всю неделю ходил такой довольный, словно провернул дельце на миллион.

А вот и предпоследний этаж с памятным плакатом над входом в святая святых, в бухгалтерию. «Хлопнешь дверью — умрешь от монтировки!» — гласит надпись. Узнаю почерк друга!

Вообще-то Вик экономист, но в данный момент работает ведущим бухгалтером в строительстве, временно исполняя обязанности главного. На работу парня взял Борис Аполлонович, близкий друг моего отца и дяди Олега. Помимо своих обязанностей Олегович иногда просматривает и систематизирует объяснительные записки служащих, которые на него с радостью сваливает дядя Боря.

Вот и сейчас это чудо с увлечением читало мятый белый листок.

— Привет, — не поднимая головы, бросил он. — Я тебя уже заждался.

— Ага, вижу. Разве за таким бестселлером найдется время для скуки по любимой подруге?!

— Нет, ты только вслушайся! «Я, Косой А. Н., вовсе не был пьян в конце смены в пятницу. Ел траву, лежа на газоне, потому что сломалась коса, а план надо было выполнять любой ценой»!

Так, что-то мне подсказывает, что через несколько минут в этом ворохе белых бумажек буду копаться и я! Что поделаешь? Надо же помочь другу разгрести завал, а то он здесь заночует!

По странному стечению обстоятельств к Вику стекались оправдательные тексты со всего предприятия. Боюсь даже предположить, с чего бы так.

Я села за стол и также углубилась в стопку объяснительных. Благо уже не в первый раз и что с ними делать знаю. Так, кто тут у нас? «Я, Муха С. С., явился на работу с красными глазами оттого, что на улице жгли листья и дым пошел в глаза. А запах — это со вчерашних именин». Угу! Следующий! «Я, Винокуров К. Е., бегал вчера по служебной лестнице в куртке с привязанным к ней стулом, потому что был в сильном отравлении минеральной водой. Обещаю, что больше в заведении „Пивной паб“ я обедать не буду». Осталось только гадать, что прораб делал в здании предприятия, а не на стройке! Далее следовал разномастный лепет о сознательных и бессознательных попойках, после которых совершенно случайно забирают в медвытрезвитель. О злодеях-соседях, которые вызывают ОМОН из-за громкого храпа. О технике безопасности, гласящей, что лучше прогул, чем явиться на службу в нетрезвом состоянии, о коварном жидком стуле, который приковывает несчастных пролетариев к толчку на целые недели, об изнасиловании спиртными напитками прямо на рабочем месте! О зловредных трамваях, которые вместо обычных пятнадцати минут утром едут целых тридцать пять, спотыкаясь на каждом шагу, о пробках, что возникают на пути этого самого злополучного трамвая, и злодее-водителе, который с похмелья забыл, куда ехать. Лаконичное послание «призрака стройки», который появляется раз в месяц, в день выдачи зарплаты, с заранее подготовленной объяснительной запиской: «Я, Курчатов Т. В., не был на работе с… по… в связи с отдыхом организма». Причем единственное, что изменяется в его оправдательных клонах, — дата и подпись (в зависимости от степени трезвости более или менее корявая).

Внезапно среди вороха клочков мое внимание привлек аккуратный, сложенный конвертиком альбомный листок. Интересно, чей бы это мог быть? На шероховатой, слегка желтоватой бумаге красовались ровные, чуть раскосые строчки, выведенные каллиграфическим почерком:

«Силой, вверенной мне досточтимым, великодушным и благороднейшим из всех благородных Великим Князем, являющимся Правящим Драконом дома Аргелла, сообщаю[0], что землям Его и всему имуществу Его, а также крови Его грозит смертельная опасность. Если сейчас же не предпринять никаких мер, род Драконов исчезнет навсегда.

С трепетом и глубочайшим почтением.

Ваш верный и преданный слуга Артур Семину».

Ну и что это такое? Изучив настоящие чернила и заковыристую подпись, я с явным осознанием, что это шутка, протянула листок Виктору:

— И как прикажете сие понимать, сударь? Кто-то начитался фантастики?

Друг пробежал глазами бумагу и внимательно посмотрел на меня:

— Свет, может, тебе отдохнуть?

— В смысле? — осторожно спросила я, холодея от догадки: там либо простая объяснительная, либо чистый лист, либо он меня разыгрывает!

— Ну, посиди немного около окошка, — замялся Вик, подтверждая возникшие опасения, — посмотри на улицу, а я сам все здесь сделаю.

Ну уж нет! Этого я допустить никак не могу! Если не взять на себя львиную долю бумажного вороха, то пораньше Виктора с работы не утянешь!

— Расслабься! — улыбнулась ваша покорная слуга, загребая к себе кучку побольше. — Я просто проверяю, вменяем ли ты и помнишь ли про завтрашнюю дорогу!

Друг натянуто усмехнулся, давая понять, что шутка не удалась, и вновь углубился в любимое занятие. Он обожает читать объяснительные. Говорит, некоторые бывают лучше многих анекдотов. В принципе в чем-то он прав.

Знаете, если неоднократно систематизировать подобные записки, то можно выявить некоторые тенденции, сделать психологический портрет, узнать о взаимоотношениях в коллективе, выявить, кто чем живет, и вообще написать целый триллер с элементами боевика. Так, например, прогул одного из бухгалтеров начался с того, что по дороге на работу он встретил первую школьную любовь, где и задержался на несколько дней, а закончился огромным плакатом над дверью в туалете: «Да! Я, Дорофеев С. П., действительно лечился с 23.05 по 23.06 в кожно-венерологическом диспансере на предмет раздражения кожи, а не от того, о чем вы все подумали!» Или похождения второго сотрудника бухгалтерии с такой безобидной фамилией, как Кроликов. Завязалось все просто и скромно: «Из-за переполненной электрички я, Кроликов А. Е., получил обидную травму в виде зажатия дверью моей интимности, чем и прошу извинить мое сегодняшнее опоздание». Витька тогда ему даже посочувствовал, сказал, что после такого за явку на работу орден вручать надо, а не выговор давать! Дня через два дядя Боря принес следующий сюжет: «Я, Кроликов А. Е., сотрудницу бухгалтерии к сожительству не принуждал и не домогался, а просто слегка облапил шутки ради и для поднятия жизненного тонуса своей оконечности». Вик и тут тогда заступился: «Ну подумаешь, мужик кого-то ущипнул! Он же получил травму своего самого ценного, можно сказать, три дня оно не подавало признаков жизни, и он решил проверить, как система работает! Это взаимопомощь!» Через неделю пришло следующее недоразумение: «Я, Кроликов А. Е., в женский туалет попал не из-за хулиганства, как меня хотят обвинить, а из-за конкретного недержания живота. Не моя вина, что мужской туалет был закрыт, а гражданка потерпевшая вломилась в кабинку, испугав и себя, и меня». Четвертое послание друг уже объяснить мог, но не хотел: «Я, Кроликов А. Е., после смены прятался в женской раздевалке нашего оздоровительного комплекса не с целью подсматривания, а по юморному характеру слегка подвыпившего состояния души». А потом было: «Я, Кроликов А. Е., подсматривал в окно женской бани нашего оздоровительного комплекса, в который коллеги ходят после работы, ради эстетического наслаждения красотой обнаженных тел, а не для ручного удовлетворения похоти, как утверждает наш сторож Анохин, застукавший меня на месте». Где-то через месяц после данного неприятного обстоятельства сюжет хулиганства слегка изменился: «Я, Кроликов А. Е., в окно женской бани нашего оздоровительного комплекса не заглядывал, потому что у меня в котельной уже есть специально оборудованный глазок в женское моечное отделение, установленный конечно же без моего ведома неизвестно кем». Надо ли говорить, что после такого прекрасная половина коллектива вообще объявила бойкот служебной халяве.

И вот в таких условиях приходится работать моему другу детства! А неделю тому назад случилось такое, о чем Виктор вообще старается не упоминать, а дядя Боря до сих пор смеется до боли в животе при одном лишь взгляде на кислую, хмурую мину моего товарища.

Выяснилось все очень просто. Два дня назад, на праздновании нашего с Виком дня рождения, дядя Боря извлек из внутреннего кармана пиджака листок и торжественно зачитал: «Я, Кроликов А. Е., в понедельник, не стану скрывать, позволил себе малость расслабиться и нарушить трудовую дисциплину бутылкой водки, после чего перецеловал поголовно всю бухгалтерию в полном составе, включая кота Ваську, чтобы не попадался мне впредь под игривое настроение». Размазывая по лицу слезы, шеф поведал, что еще никогда не видел Виктора, скакавшего по столам так, что ему позавидовал бы кенгуру! Надо сказать, Кроликов свою фамилию оправдал только в плане прыгучести, ибо преследовал парня с грацией гепарда.

В общем, все выпили за тяжелую руку моего друга и его хук справа, который отправил злыдня в глубокий нокаут и в больницу на пару дней.

Вы уж извините, что так разболталась, расписываю какие-то левые «местные достопримечательности», просто пытаюсь таким образом успокоиться и прийти в равновесие. Не знаю почему, но альбомный листок здорово выбил меня из колеи. Странный какой-то. Ибо если это розыгрыш, то кто-то действует поистине с размахом, так как чернила взяты самые настоящие, не современные синтезированные и очищенные в лаборатории, а древние, сделанные вручную, необычного состава. Явно старинный и, скорее всего, фамильный рецепт, характерный только для определенного рода. Это я, как химик, могу авторитетно заявить даже после осмотра невооруженным глазом! Бумагу такую тоже просто так в «Канцтоварах» не найдешь, да и текст написан настоящим пером. Очень, очень дорогая шутка. А если это не забава, то связываться с организатором либо оказаться на его пути ой как не хочу! Нам, мелким, лучше не ввязываться в проблемы больших!

На мое счастье, больше пергаментных листков среди вороха не попадалось. Не похоже на проделки Вика. Хоть он и умеет, равно как и я, писать настоящим пером и в принципе в состоянии за год накопить на такие чернила, но уж слишком серьезно отнесся друг к моему душевному равновесию, да и глупым транжирством он, будучи прагматиком, отнюдь не страдает. А простым работягам делать больше нечего, как подкалывать бухгалтерию, да и денег у них на такую забаву вряд ли хватит.

Я еще раз взглянула на угол, где лежала странная весточка, и по спине пробежал холодок. Там царила пустота! Может, под стол слетела? Но пол отнюдь не порадовал, сияя чистотой. М-да, неужели начинает ехать крыша? Чтобы немного развеяться, встала из-за стола и подошла к окну. Вот гадство! Внизу на улице ошивался тот самый подозрительный тип, который следовал за мной от дома! Так, спокойно, Свет, спокойно. Может, тебе все просто кажется?

— Вот дрянь! — Сзади вдруг послышался удар кулаком по столу.

— Что случилось? — нервно подскочила ваша покорная слуга, отрываясь от созерцания городской панорамы.

— Ты только посмотри! — Вик протянул мне белый листок. — Этот гад снова в форме!

«У меня, Кроликова А. Е., язык не поворачивается описать вам причину моего сегодняшнего опоздания. И это к лучшему. Иначе бы вам стало стыдно за своего коллективного члена».

— Отлично.

— Что отлично? — не понял Вик, глядя, как я встаю и начинаю собирать его дипломат.

— Так мы и назовем нашего млекопитающего друга семейства зайцев!

— Свет? — вдруг робко позвал Витька.

— А? — Я осторожно подняла голову.

Неужели что-нибудь забыла или упустила из виду?

— Напомни мне, чтобы я никогда не позволял тебе давать имена моим детям.

— А что такое?

— Так, ничего.

Уже покидая кабинет, я почему-то оглянулась и увидела аккуратный, скрученный свиток пергамента на освобожденном от записок столе. Странно. Откуда он взялся? Неужели вновь галлюцинации?

«Даже и не думай! — строго пригрозило левое полушарие мозга. — Нам проблемы ни к чему!»

«Хозяйка, — робко отозвалась правое, — если мы его не потрогаем, то так и не узнаем, иллюзия это или нет! А тогда как мы сможем оценить собственное здоровье?»

«А что тут гадать?! — огрызнулась левая половина. — Эта эмоциональная правая дура сошла с ума и подбивает тебя, хозяйка, на крупные неприятности!»

«Заткнись! — окрысилась та. — Ты вообще левая в женском организме! И сегодня моя неделя командовать. Твоя будет на следующей!»

«Когда придется расхлебывать последствия твоей бурной деятельности?! Нет уж, увольте!»

«Отлично! Я наконец-то буду главной! Действуй, Света, приказы начальства не обсуждаются!»

Якобы желая еще раз проверить, закрыто ли окно, я подошла к подоконнику и на обратном пути, осторожно, чтобы Вик не заметил, смахнула в сумочку загадочный свиток. Нет, для оптического обмана он был слишком осязаем.

Торжественно вручив мне ключи, друг отлучился в туалет, а мы с пергаментом остались один на один. Ну что ж. Проверим мою психику. Если окажется чистым, значит, сошла с ума, если нет, то все равно загляну по возвращении домой в учебник по психиатрии.

«Уважаемый князь! — было выведено уже другим, но не менее аккуратным почерком. — Если Вы не объявитесь на зов в ближайшее время, мы вынуждены будем по умолчанию признать владельцем всего Вашего имущества и полноправным правителем со всеми вытекающими из этого последствиями Вашего законного совершеннолетнего наследника».

Подписи на этот раз в конце ультиматума не следовало. Почему-то последнее письмо в моем подсознании воспринималось именно так. Если первое было предупреждением, причем от человека, явно уважающего загадочного князя, потому что даже титул написал с большой буквы, то второе явно попахивало угрозой, и уже от тех, кому его родословная до лампочки. Обращение просто «князь», а не «Ваша светлость» или «Ваше высочество», словно для авторов представитель правящего дома Драконов не авторитет. Текст безукоризненно вежлив, но в нем читается явный намек на то, что составители имеют ранг более высокий. А куда уж выше? Если я правильно поняла их иерархию, то Великий Князь — это полновластный монарх, после него только бог! Что же это за люди? Что за правитель? И какие тут драконы? А если это шутка, то кому понадобилась так разводить и кого?

Недолго думая я отомкнула кабинет Вика, вошла и аккуратно положила свернутый тем же манером пергамент на место. Меньше лезешь в чужие проблемы — дольше живешь!

«Молодец! — с облегчением вздохнуло левое полушарие мозга. — Слушай умные клетки своего организма!»

«Р-р-р!» — отозвалась правое.

— Что случилось? — удивился подошедший Вик, глядя, как я вожусь с ключами, запирая кабинет.

— Так, ничего, — пожала плечами ваша покорная слуга. — Мне показалось, мы забыли выключить кондиционер.

— Это нервное! — кивнул друг, и его рука легла на мою талию. — Поехали отдыхать.

— Поехали.

Может, хоть теперь мужик, следящий за мной, отстанет?

Не буду рассказывать, как мы собрали чемоданы, как долетели до Крыма. Это скучно и неинтересно. Самое веселье началось потом, когда мы пошли после ужина на пляж.

Великолепное закатное небо, игривое, уже порядком остывшее море, нежный песок и Виктор, беззаботно растянувшийся на берегу с книгой. Всласть налюбовавшись пейзажем, я решила пройтись вдоль косы по воде. Люблю плескаться и собирать камни с ракушками.

Вдруг, уже выходя на берег, я заметила на дне что-то напоминающее старинный медальон. Рука сама потянулась вниз, и через секунду на раскрытой ладони лежал округлый плоский черный камень с наросшим на нем белым узором в виде то ли причудливого японского иероглифа, то ли цветка, то ли маленького скелетика ящерки.

В ту же секунду со стороны заходящего солнца на горизонте появилась кавалькада черных средневековых рыцарей. На фоне закатного неба, все в боевом облачении, с мечами и копьями наперевес, они неслись в нашу сторону на громадных взмыленных жеребцах, как призраки. Конские очи из-под черного панциря лат просвечивали демоническим фиолетовым огнем, словно весь отряд подняла с того света какая-то неведомая сила. Зрелище завораживало, вызывая одновременно первобытный страх и трепет восхищения.

— Красиво, да?! — выдохнула я, обращаясь к подошедшему Вику.

— Свет, уйди с дороги, — он заботливо взял меня за талию, — они все-таки несутся на нас.

— Но красиво! Правда?

— Ага, наша лепешка на песке будет смотреться не так эстетично!

Странно, но операторов, снимающих фильм, поблизости не было. Хотя, наверное, они остались позади, или актеры разгонялись до нужной скорости вдоль кромки пляжа, а кинозастава находилась где-то впереди, за изгибом. К моей радости, рыцари остановились возле нас. Я как раз успею набросать эскиз, прежде чем эта дикая погоня тронется в путь.

Горячие кони яростно ржали, били копытами, хрипели и становились на дыбы, роняя на песок белую пену. Всадники постоянно их осаживали, награждая внушительной плетью. На огромных классических щитах красовался проткнутый копьем дракон, изрыгающий пламя и истекающий кровью.

— Смерть Драконам! — выкрикнул один из них, подъезжая к нам почти вплотную.

Судя по виду, главный. Дорогие, более качественные доспехи, богато украшенная сбруя, массивная золотая цепь на груди. Кажется, раньше такие медальоны были у магистров орденов. Его громадный жеребец при виде меня взвыл дурным голосом и встал на дыбы, но воин веско заехал ему меж ушей и устремил на нас свой пламенеющий фиолетовым светом взор. Мы с другом не двигались. Собственно, а чего бежать? Вдруг им надо спросить, как куда-то проехать, или общение с бесплатной массовкой входит в сюжет фильма?

— Смерть Драконам! — громогласно повторил он, впиваясь в нас щелями забрала.

— Хорошо, смерть так смерть, — смиренно согласилась я, откровенно не понимая, чем же не понравились им эти изящные, грациозные ящеры из мифов и легенд.

Старший поперхнулся и уставился на меня. Остальные тоже как-то неловко переглянулись. Видно, я что-то не то сморозила, но гневного крика «Стоп! Снято!» не последовало. Как, впрочем, не объявился и чудесный режиссер этого фильма.

— Вы кто? — опешила железная голова.

— Отдыхающие, — пожал плечами Виктор. — А что? Что-то не так?

— В смысле люди? — уточнил главарь.

— Ну не звери же! — огрызнулся Виктор. — И скажите вашим подчиненным, чтобы не таращились на мою девушку!

Младшие сотрудники немного смутились, но сканировать мое бикини от этого не перестали. Старший, и сам грешивший с ними за компанию, кашлянул и выдавил, отводя взгляд:

— Извините, обознались.

Он гневно пришпорил коня, и вся кавалькада со звоном и лязгом снялась с места, продолжая путь.

— Ну что, пойдем отсюда? — спросил Вик, подходя к покрывалу и кидая в пляжную торбу на время забытую книгу.

— Давай, — поежилась я и потянулась за сухими вещами, но переодеться нам не дали.

Буквально через секунду всадники снова выросли перед нами.

— Извините, — кашлянул старший, — вы случайно не находили в море странный предмет?

— Какой? — выдохнула я, ощущая, как находка буквально прожигает мой стиснутый кулак. — Здесь порой такое плавает, что и забеременеть можно.

— Это камушек, — ухмыльнулся через шлем главный. — Овальный, черный и плоский, с белым рисунком наверху. Узор напоминает чем-то дракона на вираже.

Что у них, на бедных ящерах свет клином сошелся?! Странные какие-то. Вик отрицательно мотнул головой и повернулся ко мне. Полсотни светящихся фиолетовых глаз уставились на меня, и где-то глубоко в душе шевельнулся женский инстинкт все отрицать.

— Нет, — уверенно мотнула головой я. — Я вообще редко смотрю на дно, когда плаваю.

— Убить их! — скомандовал главарь. — Она лжет!

Виктор молниеносно сгреб меня за шиворот, метнул песок в глаза предводительского коня и кинулся прочь. Скотина снова истерично взвыла и, смею предположить, встала на дыбы. Видно, в ее вопле было что-то обреченное, потому что остальные лошади заржали, но, кажется, следом не поскакали. Скорее всего, этот черный мамонт числился у них вожаком.

Благо линия пляжа отгораживалась от внешнего мира каменной стеной и мы расположились очень близко к ней, поэтому преодоление нескольких метров заняло считаные секунды, но плохо все же, что преследователи верхом и отрезали путь к морю. Попробуй-ка вылови нас оттуда, если, конечно, лошади не одеты в нержавейку или могут скакать под водой как по суше. Похоже, по звукам, что вся эта шобла справилась с замешательством и с лязгом да гиканьем помчалась вслед.

«Ну что, хозяйка? — ехидно осведомилось левое полушарие. — Отдыхаешь от проблем? Развлекаеш-ш-шься?»

Блин! И угораздило же меня выловить этот долбаный камушек! Было же море, солнце, песок да красавец-мужчина под боком! Чего еще не хватало?!

«Неприятностей на нижние девяносто!» — едко подсказала все та же половинка мозга, правая впервые благодушно согласилась и добавила пару сочных выражений.

Ух ты! А я и не подозревала, что умею так бегать! И где сейчас физрук с секундомером?! А то говорил, меня только за смертью посылать! Впрочем, кажется, она, не дождавшись, скромно понеслась за мной!

— Разделяемся! — шепнул Вик, толкая меня в сторону чужой базы, а сам кидаясь в направлении поля и виднеющихся вдали кустов.

Витька от природы бегает великолепно и с детства занимался легкой атлетикой, поэтому покрыть в четыре раза большее расстояние за то же время для него вообще не проблема, а если учесть еще лязгающий сзади стимул, то и вовсе пустяк, раз даже я иду на мировой рекорд!

Что касается меня, то ваша покорная слуга, как вы уже поняли, на такие подвиги не способна, могу долго и нудно бежать, но, увы, не спринтер, поэтому друг и толкнул меня в сторону кратчайшего пути. До базы метров десять, и, если снова судить по звукам, там дискотека. Ах да! Сегодня новый заезд, и все собрались на площади, чтобы совместно выпить, потанцевать и познакомиться. Значит, меня никто не засечет!

Достигнув первого же домика, я с радостью прыгнула с дороги в ближайшие кусты. Далеко позади раздалось дикое конское ржание. Похоже, кавалькада оказалась на развилке. Я вобрала воздуха, чтобы хоть как-то спрятать шумное дыхание, хотя сердце колотилось так, что, думаю, было слышно за версту.

База здесь хорошая, деревянные хатки сплошь и рядом утопают в зелени да цветах, поэтому прятаться и отступать очень легко и удобно, а стоящий повсюду аромат цветущих растений собьет с толку даже собак.

Рыцари появились почти мгновенно. Конечно, для коней какие-то метры — плевок! Внезапно главарь остановился и жестом приказал затормозить остальным. Кавалькада застыла на месте моментально, словно поголовно замерзла.

— Она где-то здесь, — прогудел магистр, сканируя фиолетовым светом кусты, — я это чувствую!

Стараясь передвигаться как можно тише, я осторожно углубилась в заросли. Если судить по составу, то рыцари всем скопом бросились за мной. Хочется верить, это не из-за пикантно сшитых лоскутков ткани на моем теле.

«Э нет! — едко отозвалось левое полушарие. — Лучше пусть из-за них! Потому что иначе, выходит, им нужна конкретно ты, и гады знают, где тебя искать!» «Ну вот! — возмутилась правая. — Все ты испортишь! Даже почувствовать себя прекрасной, привлекательной женщиной не даешь!» «Пусть чувствует в другом месте! — огрызнулась левая половинка. — И при других обстоятельствах! А теперь заткнись и не мешай профессионалам работать!» «Это рыцарям, что ли?» — издевательски уточнила правая. В ответ логико-математический склад ума продемонстрировал удивительные задатки филолога, согласовав совершенно несовместимые части непечатного русского. «Отлично! — радостно вздохнул новоиспеченный лингвист. — Теперь, когда эта правая дура временно впала в ступор, давай-ка, хозяйка, убегая, подумаем, кому и зачем мы так нужны! А еще как эти придурки нас засекают?!»

Преследователи еще раз вслушались, но, кроме шелеста травы да доносящихся отголосков музыки, ничего не услышали.

— Разделитесь, — приказал вожак, — она все еще где-то здесь!

Левое полушарие мозга лихорадочно соображало, что делать, правое пыталось закатить истерику, но благополучно осаждалось остальными органами, попа прилежно пятилась, когда дверца следующего домика открылась и явно подвыпивший мужчина радостно провозгласил:

— О, Колян! У нас на клумбе полуголая нимфа! Девушка, можно с вами познакомиться?

— Позже! — рявкнула я, срываясь с места.

— А почему? — раздалось вслед, но его крик потонул в топоте моих поклонников.

Думаю, наутро парни серьезно задумаются, стоит ли напиваться до такой степени, чтобы на клумбах мерещились голые девушки, за которыми гоняются орды бешеных рыцарей.

На всех парах я врезалась в танцующую массу людей. Погоня, не сбавляя хода, кинулась следом. Раздался крик, визг, ругань дородных украинок и гулкие железные удары, словно кто-то со всей дури молотил по пустым кастрюлям. Лямант[1] постепенно нарастал. Я обернулась. Магистр прорывался вперед из куча-малы и был в каком-то метре от меня, его команда застряла где-то в середине народного бунта.

Коварная женская интуиция еще на клумбе посоветовала прихватить булыжничек из окаемки, чтобы в любое удобное время нейтрализовать чувствующего меня главаря. Теперь этот миловидный камешек приятно отягощал руку и, похоже, даже не подозревал, что настал его звездный час.

Увернувшись от протянутой руки, я развернулась и со всей силы метнула снаряд в рогатый шлем преследователя. Наверное, это был лучший бросок в моей жизни! Овальная торпеда со всей скорости врезалась прямо в решетчатое забрало. Раздался какой-то странный гул, словно звонарь ударил в церковный колокол. Рыцарь охнул и сполз с коня.

Недолго думая я выскочила из толпы и нырнула в пролет между домиками. План был максимально прост. Если учесть, что, кроме бикини да выловленного в воде камушка, у меня ничего нет и в первый раз рыцари не вычислили нас, то, следовательно, они чувствуют именно мою находку. Элементарно! Как я раньше до этого не додумалась?!

«Да, как?! — ехидно осведомилось правое полушарие, обращаясь к левому. — Ты же у нас вроде бы мозг?!»

«Лучше поздно, чем никогда!» — смущенно огрызнулась вторая половинка.

Теперь все что нужно — избавиться от найденыша и смыться. Но бросать его абы как коварная женская интуиция опять же не позволила. Смою в унитаз! И пусть эти меднолобые ищут сколько хотят, а еще лучше пусть ныряют!

Санитарный домик стоял на отшибе. Культурное такое местечко с цементированным полом, резными кабинками и новой сантехникой. Погони пока не было слышно. Видно, магистр еще пребывал в глубокой задумчивости, если, конечно, совсем концы не отдал, а без него рыцари вычислить меня не могли.

Я заскочила в третью слева кабинку, закрылась и повернулась к унитазу. Камешек приятно грел руку, словно лаская, расставаться с ним, к сожалению, очень не хотелось, будто это было мое, родное. Рисунок теперь действительно напоминал летящего в небе дракона, развернувшегося в воздухе для какого-то боевого маневра. С каждой минутой его черты все четче и четче открывались для моего зрения. Как это я сразу не смогла его разглядеть?! Еще с каким-то цветком спутала! Ха! Да здесь даже слепому понятно!

Преследователи все еще не появлялись, но я с каждой секундой ощущала, что находка нравится мне все больше и больше. Она завораживала, вдохновляла, пробуждала какие-то странные, доселе неизвестные и одновременно какие-то до боли знакомые, родные чувства. Захотелось внезапно выйти навстречу этой кавалькаде и надавать им всем по ушам, чтобы неповадно было впредь оскорблять драконов!

Где-то вдалеке послышались звуки погони.

«Пора, Света, пора! — лихорадочно заскреблось левое полушарие. — Давай, хозяйка! Мы же хотим жить?»

«Как ты можешь! — возмутилась правая половина. — Он же такой красивый! Хозяйка, давай оставим его себе!»

«И почему мне в сестры досталась такая дура?!» — вздохнула левая половина мозга.

«Я не дура! Я просто женственная, — фыркнула правая и мстительно добавила: — В отличие от некоторых!»

«Кхм, хозяйка?»

Да-да, уже-уже! Я в последний раз взглянула на милый сердцу камушек.

— Прости меня, малыш, — внезапно сорвались с губ слова, и, поцеловав, я бросила его в унитаз.

Дикое ржание магистерского коня раздалось уже почти над ухом. Сейчас надо мгновенно выскочить из кабинки и свернуть за угол. Там проходит стена, разделяющая пляж и базу. Если ее перемахнуть, то потом никакие рыцари не страшны. Я уже схватилась за щеколду и сделала шаг вперед, когда почувствовала, что не могу сдвинуться с места ни на миллиметр! Какая-то неведомая сила тянула обратно.

Лучше бы я не оборачивалась! Светящийся фиолетом унитаз с жадным чавканьем и амбициями заграничного пылесоса поглощал все вокруг. Ё!!! На ум наперегонки заскочила сразу же пара сочных выражений на эту тему. Вряд ли господа отдыхающие погладят меня по головке за этого троглодита! По крайней мере, именно таким всепожирающим чудищем пугали нас в нежном возрасте. Тем временем мое детище главным блюдом выделило меня и с голодным чмоканьем усилило тягу. Пришлось упереться в его сиденье ногами и руками.

Надо ли говорить, что в этот момент дверь кабинки резко рванули в сторону.

— Занято! — машинально брякнула я, стоя раком на унитазе и увертываясь от летящих в него предметов.

— Во б…! — выдохнул стоящий на пороге интеллигентный средневековый рыцарь, наблюдая мою корриду с бешеной сантехникой.

При виде огромного, сытного магистра фарфоровый левиафан радостно взвыл и усилил тягу еще раз в двадцать. Драконоборец машинально уперся ногами и руками в косяк, жалобно глядя, как от стенки отрывается прибитая гвоздями коробка для туалетной бумаги. В ту же секунду она с диким свистом заехала мне в висок. Последнее, что помню перед тьмой и удушьем, — звук сливающейся воды и чью-то гортанную отрыжку. Выражение «засосать в унитаз» больше не использую!

* * *

Ох! И повезло же мне с семейкой! Нет слов… одни мысли, а лучше яды…

Маргарита Валуа

Вынырнула я в белом мраморном фонтане прямо рядом с плюхнувшейся в воду монетой. В ту же секунду раздался ликующий мальчишечий крик:

— Пацаны! Сюда! Тут голая девка купается!

Да что они все, с ума посходили? Я же в купальнике!

А шпингалет, возбужденно подпрыгивая, продолжал увещевать:

— Я туда целый медяк бросил и желание загадал! А оно исполнилось! Ну идите же, посмотрите на мою русалку!

Похоже, копейка — первое капиталовложение в меня. Надо будет подобрать на память. Словно в ответ на мои мысли над ухом раздалось:

— Пятак подними, пригодится еще!

Я обернулась. Прямо передо мной возвышался мраморный писающий купидон и мирно мочился вашей покорной слуге на темечко.

— Свет, я здесь! — послышался укоризненный голос откуда-то сбоку. — И не пялься так на пухлого амура! Ты его смущаешь! — На позолоченном каменном бортике вальяжно сидел Виктор в наряде средневекового вельможи и безмятежно улыбался. — Вижу, моя русалочка, ты все же нашла воду и активировала камешек! Кстати, да нырни ж ты за налогом в свою казну!

Я послушно последовала совету и с ужасом обнаружила рядом с монеткой мой драконий камушек.

— Бери-бери, — ласково улыбаясь, подбодрил друг. Ох, не люблю я, когда он такой хороший, не к добру это! Словно прочитав мои мысли, Вик ухмыльнулся: — Да бери же! Здесь тебе ничто больше не грозит! По крайней мере, хуже, чем уже, ты не вляпаешься! А он, между прочим, твой по праву.

Тем временем к фонтану, который, кстати, находился посреди замкового двора, подкатилась довольно приличная толпа. Виктор окинул пришельцев властным взором, ни дать ни взять сиятельный господин осматривает слуг, и спокойно осведомился:

— И что вы здесь делаете?

Женщины и мужчины вежливо попятились.

— Я пришел за своей русалкой! — выпрыгнул вперед настырный мальчишка.

— Она не русалка, — криво усмехнулся Вик, — и не твоя.

Он протянул мне руку и помог выйти из фонтана. Тут я вспомнила, что забыла выловить свой черный камушек. Но стоило обернуться и взглянуть на него, как тот взвился из воды и ввернулся в ладонь, словно маленький котенок, напрашиваясь на ласку. Толпа ахнула и поклонилась, а мальчуган побледнел и хрипло выдавил:

— Простите, миледи! Обознался.

Недолго думая Виктор увлек меня в замок.

— Что здесь происходит?

— Скоро узнаешь, — снова улыбнулся он, уверенно шагая по просторным каменным коридорам.

Собственно, а куда он меня ведет? И откуда знает, куда идти? И он ли это вообще?

— Высокородный рыцарь, не одолжите ли даме плащ? — демонстративно ежась, осведомилась я.

— Во-первых, — ухмыльнулся Виктор, — я не благородный средневековый дурак, а современный прижимистый бухгалтер, во-вторых, бесценную вещь ручной работы я тебе не дам, намочишь еще! А в-третьих, всегда любил смотреть на обнаженных девушек или, на худой конец, в откровенных купальниках!

Так вот зачем ты, зараза, уговаривал меня напялить это злосчастное бикини?! Убью!!! Но в этом весь он! Что ж, придется довериться собрату.

— А куда мы идем?

— Узнаешь!

— Что за конспирация?

— Просто я смакую момент. Забавно будет взглянуть, как вытянутся их рожи.

— Чьи?

Но ответить он не успел. Мы вошли в хорошо освещенный просторный зал.

— Наконец-то! — повернулся в нашу сторону седовласый мужчина с благородными чертами лица и осекся, залившись ядреным пурпуром при виде моих более чем скромных завязочек.

Ну спасибо, Витька! Удружил! Теперь главное к этому памятнику спиной не поворачиваться, а то беднягу удар хватит, если не кое-что похлеще! Вот, значит, как зарабатывают неприятности на свое мягкое место!

— Что?! — возмущенно выдохнула благородная девица в свадебном платье, глядя на меня, как на таракана. — Отвечай, — заорала она, подходя ближе, — куда делся мой красивый, умный, благородный, нежный, все понимающий будущий супруг?! И кто ты такая?!

Виктор откашлялся:

— Дамы и господа, позвольте представить вам княжну Драко.

— Что?! — выдохнула куколка в белом, возмущенно тараща на меня глаза. — Этот заморыш и есть князь… Драко? М-мой муж?!

— Да, красавица, — весело улыбнулся Вик, — в этом весь закон подлости! Только найдешь красивого, умного, благородного, в общем, идеального, как он, бац, — и женщина!

— Нет! — закричала беспокойная собеседница так, словно ее режут. — Я не хочу умереть старой девой!

— А я здесь при чем?! — Чего-чего, а нетрадиционной ориентации за собой пока не замечала!

— Так! — Взяла она себя в руки и обернулась ко мне: — Ты знаешь стратегию боя, умеешь владеть мечом, драться или хотя бы, на худой конец, колдовать?

— Нет.

— О господи! — прошептал ее пожилой спутник, ошеломленно опускаясь в кресло. — Мы влипли!

— Отлично! — радостно потирая руки, вздохнула женушка. — Долго ты не проживешь! И твой брат женится на мне!

— Э нет! Погоди, блондиночка! — встрепенулся Виктор. — Неужели ты думаешь, что я буду стоять и смотреть, как укокошат мою сестру, чтобы потом радостно вляпаться во все это дерьмо и стать мишенью для убийц, королей, герцогов, графов, баронов, маркизов, горожан, священников, нечисти, извращенцев и вообще всех и вся этого мира?! Нет уж! Увольте! Ищи себе другой способ потерять невинность, а я пас!

— А что здесь, собственно, происходит?

Все, кроме Вика, уставились на меня с неподдельным ужасом и изумлением. Вспомнили, на мою голову! Наконец пожилой человек с благородными чертами лица опомнился и, подскочив с кресла, галантно поклонился:

— Ради всего святого, простите меня, ваша светлость! Позвольте представиться, я Артур Семину, придворный лекарь, маг и управляющий вашим замком. Мои предки веками служили у вас, светлейшая княжна. А это ваша жена, прекраснейшая леди Ладиина Каракурт.

Что ж, это многое объясняет! Как говорил кто-то умный из древних, и я повторюсь на латыни: «nomen est omen!» Другого имени очаровательной «мужеубийце» и не надо!

«Слушай, хозяйка, — вздохнула левая половинка, — нам с правой эта стервочка не нравится! Может, убьем ее под шумок?»

А уголовную ответственность разделим на троих?

«А мы профессионально! — нашлись мозги. — Что тебя, зря столько лет на химфаке за казенные деньги учили? Не все же виагру вместо аспирина обидчикам подкладывать!»

Лучше помогите мне понять, почему Артур кажется знакомым! Где я уже слышала или видела это имя?

«А не этот ли мужчина грешит любовью писать на альбомных листиках?»

Точно!

«Хозяйка, ау! От тебя ждут реакции на приветствие!»

А?

«Представься, тебе говорят! Вон как все на тебя выжидающе смотрят!»

— Очень приятно! Балаур Светлана Александровна.

Артур улыбнулся и покачал головой:

— Вы княжна, досточтимая Светлана. И очень высокородная. Вы последняя из древнейшего рода воинов-Драконов!

Виктор деликатно кашлянул, и управляющий, глядя ему в глаза, твердо повторил:

— Последняя из официальной семейной линии, бастарды не в счет!

— Вик что, мой брат?

— Он ваш кузен, — поклонился Артур. — Видите ли, ваш дедушка, ныне покойный князь Драко, соблазнил его бабушку, и князья Олег и Александр получились сводными братьями. Но позвольте мне объяснить все по порядку. Вы принадлежите к древнейшему роду потомственных воинов-полководцев. К сожалению, сейчас из-за смутного времени я не могу показать вам ваши вотчины, так как они пострадали из-за войны с Михеем эль Туциром. Это один из ваших врагов, а полный список вот! — Он помахал внушительных размеров свитком. — Я написал вам его на память, вдруг вы кого забудете. Синим цветом отмечены недруги, чьих жен или дочерей скомпрометировали ваши предки или отец, до того как женился. Они, естественно, хотят от вас ответа, каждый по-своему, но в общем смысле того же. Красным отмечены те, кто просто жаждет вашей смерти, зеленым те, кому безразлична ваша судьба, главное, чтобы вас не было. Черным я выделил тех, кто алчет вашей смерти в муках и пытках. Не желаете ознакомиться? — С этими словами он протянул весь этот пухлый свиток мне.

— Это что?! — озабоченно выдохнуло левое полушарие. — Перепись населения?

— Почти, — бесхитростно кивнул советник.

Надо ли говорить, какой цвет преобладал в карманной памятке? Единственный зеленый человечек был благодушно вычеркнут из списка с пометой напротив: «Погиб». Уж не в давке ли страждущих моей смертушки его затоптали?

— Похоже, ваших Драков не очень-то любят!

— Да ваших предков никогда не обожали! — радостно махнул рукой управляющий. — Боялись — да, ненавидели — да, уважали, но не питали нежных чувств. Однако не волнуйтесь, пытаться снискать симпатию народа вам и не нужно, ваша обязанность — навести здесь порядок. Видите ли, мы, мягко говоря, в упадке. Враги раздирают княжество на части, Михей эль Туцир, в вашем списке номер один черным цветом, собирается подмять под себя этот мир. Он могущественный колдун и стирает все с лица земли одним щелчком пальцев. Соседние княжества и графства, вплоть до самого захудалого дворянчика, бесчинствуют и разоряют наши земли. Нечисть взбунтовалась и тоже стала нападать, народ в шоке, ему нужен князь и герой. Вы — символ и гарантия того, что все обойдется, вы — наша надежда и защита!

— Я?!

«М-да, влипла!» — вынесла приговор аналитическая половинка.

— Да! — радостно подпрыгнул управляющий.

«Нет!!!» — заорал организм, предчувствуя недоброе.

— Вы поведете войска к победе!!! — не менее фанатично взвыл дяденька.

— Но я не воин!

— У вас это в крови! — не согласился новоявленный подстрекатель в самоубийцы.

— Да я даже за себя постоять не могу!!! Нашли, блин, Змея Горыныча! У меня, между прочим, голова одна, а не несколько! Так что идите на фиг со своей мясорубкой! Я пас!

Ну какой из меня воин?! А тем более полководец! Культурная, урбанизированная девочка с силенками, как у котенка! Нет, неженкой, конечно, не слыву, но такие науки, как стратегия, фехтование, рукопашный бой и прочие необходимые мелочи, в мою учебную программу не входили. Сколько ни пыталась научиться приемам самообороны, все насмарку. То ли из-за недостатка массы тела, то ли из-за слабости захвата, но Вик скручивал мое тельце в узел, и знания, не приносящие положительного результата, постепенно вылетали из головы.

Отчасти провал в боевых искусствах объяснялся еще и танцами, которыми я занималась с восьми лет. Благодаря им и моему желанию развить гибкость до неимоверных пределов, ваша покорная слуга может спокойно заехать ногой в нос любому среднестатистическому мужчине. Единственный минус то, что в данном процессе рефлекторно тянется носочек и балетное па теряет силу. В это время вытянутая конечность оказывается уязвимой для вражеского захвата, поэтому данный прием автоматически вычеркивается из списка. Бить ниже пояса тоже рискованно, ибо тогда лупить приходится на века, чтобы агрессор уже не мог разогнуться. Либо надо быть первоклассным спринтером, так как в случае провала сие самый надежный способ взбесить мужчину до исступления. Так как врожденный гуманизм не позволяет калечить и без того вымирающую половину человечества и бегаю я плохо, то данный талант не применяется вообще. Увы, стремление подавать движения красиво, размашисто, но крайне осторожно и легко, хватать партнера нежно и безболезненно запеклось в крови уже, думаю, навсегда.

— Этого не может быть! — упавшим голосом прошептал управляющий, оправившись от шока. — Мы терпим бедствие, мы вызвали князя…

— Послушайте, Артур, здесь какая-то ошибка! Я не княжна.

— Недавно вам исполнился двадцать один год, — жалобно произнес он, скорее утверждая, чем спрашивая, — вы гуляли по берегу моря и нашли черный камушек с изображением летящего дракона, он и сейчас у вас в правой руке. Это ваш фамильный герб. Если вам нужны доказательства, разожмите кулак и взгляните на него.

К моему великому изумлению, на ладони лежал овальный черный медальон с изображением того же дракона.

— Вот видите! — обрадовался управляющий, надевая его мне на шею. — Он вас признал. Только в руках настоящего князя он приобретает истинную суть. Он вас нашел и признал, если положить амулет на стол, то он сам прыгнет к вам.

— Он и из фонтана к ней скачет! — подтвердил молчавший до этого мой дорогой друг.

— Потому что они связаны, — кивнул приободренный Артур. — Это не просто герб или символ! Это изображение ее предка. Они часть друг друга. Скажите, ваша светлость, а вы не чувствовали тепло, исходящее от амулета? — прищурился управляющий. — Или желание любоваться им бесконечно?

— Это что, первый симптом помешательства?

— Нет. Странно, что вы его не признали, — пробормотал Семину.

В этот миг медальон, словно разозлившись, огнем ужалил мою грудь. Я вскрикнула и отшатнулась. В ту же секунду злыдень стал холодным как лед. Он что, не любит, когда я вру? Или просто обиделся? Рука сама машинально легла на него сверху и погладила.

Артур улыбнулся и продолжил:

— Сразу же, как вы нашли амулет, появились Призрачные Гончие.

— Это такие черные рыцари с фиолетовыми светящимися глазами?

— Да.

— А кто они? — Сказалась привычка собрать о проблеме как можно больше информации.

— Мои подданные, — буркнул Виктор.

— Что?!

— Если мне приходится доказывать вам ваше происхождение, — вежливо вмешался управляющий, — не угодно ли будет пройти в картинную галерею к фамильным портретам?

На самом видном месте висело огромное, во весь рост, изображение отца в средневековом расшитом золотом платье, довольно странного, однако, покроя.

— Это князь Александр Драко, — тоном экскурсовода продекламировал управляющий, — ваш дражайший батюшка. В традиционном боевом костюме, — добавил он, верно истолковав мой заинтересованный взгляд.

— Красивый мужчина! — томно вздохнула стоящая сзади леди Каракурт.

Я уже и забыла о ее существовании!

«Напрасно, — прошептало левое полушарие, — тебе еще ситуацию с заочным замужеством разруливать! Грядет брачная ночь, как выкручиваться будем, хоз-зяйка?»

«Да, — выдохнуло правое, — в мои планы не входило тебя женить! Разве что выдать замуж, и не за женщину!»

Давайте не будем торопиться, авось все эти лавры принадлежат не мне.

«Ну-ну, — прошипело левое, — надейся!»

— Рядом вы можете видеть его сводного брата, Олега Венатора. Смертельного врага. В вашем списке, ваша светлость, семейство Венатор стоит на втором месте, выделено черным.

— То есть вы хотите сказать, что Виктор — мой враг?

— Причем злейший! — улыбнулся Артур. — Испокон веков его род жестоко преследовал и убивал ваш, числясь самым ярым, верным и первым из всех недругов, но теперь в силу некоторых причин лишь на втором месте официально.

— А формально я твой друг!

— Итак, как гласят легенды, ваш род пошел от дракона, который жил много тысяч лет назад. Кстати, ваша фамилия Балаур на одном из языков земного мира означает «дракон». А Венатор означает «охотник».

Кто бы сомневался! Похоже, у Виктора это в крови! Вот только отсутствие ящеров, за которыми надо гоняться, сердцеед компенсировал девушками. Поймав мой оценивающий взгляд, Вик обворожительно улыбнулся и мягко кивнул придворному магу:

— Артур, вы немного отвлеклись!

— Ах да! Простите! Так вот, в один чудесный день к нему в пещеру забрела прекрасная девушка по имени Марана.

— Бедный ящер! — вздохнул братишка, возведя глаза к потолку.

— В общем, вашему пращуру, видно, ничего не оставалось, как в нее влюбиться. Девушка ответила взаимностью, и у них родился сын, великолепный сильный мальчик. А за вашим предком даже в те времена гонялись охотники. И был среди них один особенно ярый, ваш прародитель, — указал на Виктора управляющий, — но ему никак не удавалось поймать нашего дракона. Узнав о рождении у Аргелла наследника, он стал преследовать того еще неистовее. Но пока беспутный носился за своим врагом, сын Мараны подрос и обесчестил дочь драконоборца. К гневу отца прибавилось бешенство рогатого жениха, и тот также поклялся извести семя паскудника на корню.

Так чья-то навязчивая мания переросла в семейный подряд. Дальше по сюжету где-то через три поколения юная княжна Драко соблазнила своего преследователя-недруга (хотя га сторона предпочитает придерживаться мнения «совратила»), В общем, взаимоотношения наших с Виком родов не только сводились к выяснению, у кого меч острее да рука длиннее, но также неизменно да методично вращались около постели. Кто-то кого-то соблазнял, кто-то кому-то клялся оторвать все выпирающие части тела, и постепенно порча вражеского генофонда стала маленькой семейной традицией.

Думаю, к тому времени, как мой любвеобильный дед прелюбодействовал с супругой супостата, оба клана уже здорово породнились. К несчастью, официальный дедушка Вика был бесплоден, а так как истинной Венатор была бабка и против такого «божественного вмешательства» не возражала, то пикировку между противоборствующими сторонами вскоре благополучно неофициально замяли. Сводные братья выросли во взаимном мире да согласии и перепортили совместно всех девиц в округе, отчего список личных врагов увеличился вдвое. Вот такая вот, блин, дружба семьями!

Итак, совместными любвеобильными стараниями моих пращуров перечень врагов почти полностью совпадал с переписью населения, включая не только крупные родовитые представительства, но даже мелких, забытых в официальном подсчете дворянчиков.

Папа с дядей усовершенствовали и дополнили неприятельский учет семьями священнослужителей, королей да прекрасных колдуний, а также, не обременяемые расовыми предрассудками, не обошли вниманием и высокородные кланы нечисти. В черный список попали эльфы, друиды, оборотни, вампиры, один вид неизвестного названия, пара людоедов и даже суккубы! Как им такое удалось провернуть, ума не приложу! Знаю одно: все, до чего не добрался папа, стало жертвой дяди! Поэтому там, где меня не прибьют, четвертуют Вика, и наоборот.

А потом наши предки женились и остепенились. Слабо верится, но факт.

Мои скорбные размышления прервал портрет. Точнее, это было изображение удивительно красивого, черного с рыжевато-красным отливом дракона, благодушно, словно на троне, сидящего у пещеры в горах на фоне потрясающего пейзажа. Желтые прищуренные глаза ящера хитро и озорно блестели, временами, казалось, лукаво подмигивая. Весь его бесстыже-наглый и одновременно торжественно-благородный вид завораживал, вселяя уважение и восхищение.

— Нравится? — тихо спросил подошедший управляющий.

— Красивый.

— Полностью согласен! — выдохнул Виктор. — Он великолепен!

— Кто? — опешила леди Каракурт. — Здесь же пустая стена!

— Они видят дракона, — пояснил Артур. — Только истинные потомки Аргелла могут видеть своего родоначальника.

Так вот он какой, зачинщик всей этой катавасии! И все-таки обаятельный, гад! Словно в ответ на мои мысли дракон на картине подмигнул и улыбнулся, а медальон стал чуть теплее.

— Итак, теперь вы верите в происхождение своего рода? — вкрадчиво уточнил господин Семину.

— Не совсем. У меня еще пара вопросов.

— Я слушаю, — обреченно вздохнул придворный лекарь.

— По достижении его отпрыском двадцати одного года князь, получается, утрачивает право на трон. Так?

— Не совсем. Князь правит сколько ему заблагорассудится, а дети по достижении совершеннолетия считаются официальными наследниками. Вас, кстати, должны были нам представить в ближайшее время. А очередь следующего господина приходит тогда, когда предыдущий уступает место главнокомандующего. При этом право владения остается за всем семейством, а право управления только за властвующим Драконом.

— Тогда почему на зов не откликнулись отцы?

— Возможно, они слишком заняты и не услышали, — пожал плечами Артур. — В таком случае престол автоматически перешел к вам.

— Несостыковка, — буркнула я, но перед глазами уже стоял тот пергамент из Витькиного кабинета.

— Все в порядке. Свет, — поморщился Вик. — Ты что, забыла, что сейчас горячий сезон? Нашим предкам даже в туалет некогда сходить!

При упоминании о сантехнике в душе шевельнулся образ старого знакомого из кабинки номер три.

А ведь братишка действительно прав! Наши отцы совместно открыли туристическую фирму и с наступлением «горячего сезона» пропадают там с утра до ночи. Что-что, а им вправду некогда разбираться с фамильными проблемами! Придется согласиться. Выходит, тот загадочный князь — мой отец, а я — наследница, со всеми вытекающими из этого последствиями. Вот повезло так повезло! Хоть вешайся от радости! Но кто же тогда те ультиматисты? Э нет! Так быстро подписываться на неприятности не стоит!

— Артур, а есть какие-нибудь испытания на истинность князя?

— Собственно, четыре из них вы уже успешно прошли.

— Какие? — опешила ваша покорная слуга.

Блин! И когда успела?!

«Мои поздравления! — гадостно прошипело подсознание, свернувшись компактным комочком внизу живота. — Еще чуть-чуть, и ты возьмешь первый приз в номинации „Козел отпущения“! Давай! Дерзай!»

Мозги слаженно матерно согласились.

Надо срочно что-то предпринимать!

Придворный маг вежливо подождал, когда мой взгляд снова сфокусируется на нем, и начал атаку:

— Начнем с фамильного сходства. Надо отметить, вы очень похожи на отца.

Ладно, против этого действительно не попрешь. Что еще?

— Вас признали медальон и Призрачные Гончие, которые веками натренированы преследовать и истреблять род Драконов.

— Погодите, а разве они чувствовали меня, а не камень?

— Вначале так, но постепенно призраки настраиваются на вас, так как ваша кровь и медальон — вещи одного порядка.

— А Вик? Он же тоже Драко. Они его чувствуют?

— Естественно, но следует также учесть, что именно его предки создали Гончих, поэтому они чуют его еще и как хозяина.

— Значит, я могу ими управлять? — встрепенулся братишка.

— Не стоит обольщаться, молодой человек, власть над ними вы получите только тогда, когда восстановитесь на троне своего княжества, а оно также захвачено. Поэтому до этих пор Гончие с превеликой радостью прибьют за компанию и вас.

— И кто же управляет моими холопами? — хмуро вздохнул Виктор.

— Михей эль Туцир.

— Вот за кого надо было выходить замуж! — скорбно вздохнула леди Каракурт.

Вот не поворачивается у меня язык назвать ее «леди Драко»! Никогда не признаю этот брак!

Общий враг — это хорошо! Это двойные неприятности на его пятую точку! Хотя Вик утверждает, что с таким недругом, как я, противнику гуманнее будет застрелиться самому.

— Мэтр, — осторожно спросил брат, — а вы можете мне объяснить, почему я так странно сюда попал?

— А как, если не тайна?

— Я спрятался в кустарнике. Внезапно земля под ним разверзлась, оттуда, словно змеи, выползли корни и обвили мои ноги. В общем, это газонное насаждение с опытом заправского людоеда сожрало меня на глазах у подъехавших рыцарей.

И снова мне вспомнилась коррида в туалете. Кажется, у меня появился пикантный секрет, если, конечно, магистр не проболтается. Что странно, кости целы и висок не болит! Память тоже вроде бы в порядке. Артур проследил машинальное движение моей руки к голове и улыбнулся:

— Очевидно, княжна успела активировать переход, поместив медальон в ту стихию, где его нашла. В вашем случае в воду.

— Это я уже знаю, — поморщился Вик. — Мне интересно, есть ли в этот мир переходы попроще?

— В первый раз всегда как получается, — ободряюще похлопал его по плечу управляющий. — У вас, надеюсь, сомнений по поводу вашего происхождения не возникает?

— Нет, — широко улыбнулся Вик. — У меня меньше проблем с населением, поэтому так настойчиво отпираться не стоит.

— Где это меньше?! Над списком работали оба рода! А расхлебывать мне одной?!

— Так вы признали?! — радостно подпрыгнул управляющий.

— Нет!

— Правильно, Света, все отрицай! — подбодрил Витька.

— Но вы увидели дракона!

— И что с того? Может, это мои глюки!

— Ваша фамилия говорит сама за себя!

— Простое совпадение!

— Хорошо, — вздохнул придворный маг, — тогда будьте так любезны пройти три оставшиеся испытания.

— С удовольствием! — в тридцать три зуба плотоядно оскалилась моя природная вредность.

— Соблаговолите пройти за мной, — деловым тоном попросил управляющий и направился прочь из галереи.

Мы вошли в просторную комнату, облицованную серым с серебряными прожилками мрамором. Неровный пол образовывал в центре низину, от которой во все стороны шли желобки в четыре угла, в которых на невысоких стеклянных столиках хранились различные предметы. Прямо посередине углубления возвышался постамент с книгой.

— Это Проверочный зал для отпрысков Дракона, — объявил Артур, останавливаясь возле каменной подставки. — Старайтесь не наступать на канавки и не становитесь в центр. Уважаемая испытуемая, возьмите, пожалуйста, в руки книгу, раскройте и прочитайте, что вам уготовано.

Огромная красная книга, словно только и дожидаясь последних слов управляющего, практически сама скользнула в протянутые руки, раскрывшись почти посередине. Как ни странно, она весила совсем ничего, хотя казалась внушительной. Пустые страницы стали постепенно наливаться багряными строками, составленными из витиеватых букв.

Дай крови мне твоей напиться!

И я скажу тебе в ответ,

Что ждет тебя, краса-девица,

Чрез миг, а может, десять лет.

— Поздравляю, — послышался над ухом голос придворного лекаря, — вы только что прошли пятое испытание. Книгу могут взять в руки только потомки Дракона. Там дальше что-то про кровь говорится? Так?

— Да, а откуда вы знаете?

— Во-первых, я маг, а во-вторых, эти слова читает уже не одно поколение Драко. Будьте любезны, безымянный палец вашей левой руки.

С этими словами он проколол мою подушечку длинной медицинской иглой. Небольшая капелька крови появилась, осмотрелась и, не впечатлившись, похоже, представшим зрелищем, скрылась обратно. Все мое нутро рефлекторно сжалось. Обычно в такие моменты медики, берущие анализы, накидывались на мой палец с жадностью вампира, ковыряли несчастную ранку с энтузиазмом бормашины по пять раз и выдавливали злополучную дозу так, что из кабинета вашу покорную слугу выносили вперед ногами.

— Шестое испытание пройдено.

— Как? — не поняла я, ожидая худшего.

— Ваша кровь ушла обратно.

— Но ведь свернуться может абсолютно любая! — запротестовал во мне скептицизм ученого.

— Да, — подтвердил управляющий, — но не каждая может вот так!

С этими словами он взял мою руку, прошептал что-то над проколом и попросил поместить палец над чашевидной впадиной в центре постамента, на котором держалась книга. В ту же секунду из ранки брызнула под напором струйка крови, мгновенно впитываясь в серый камень.

Через минуту на полу во впадине, где стоял постамент, появилась алая лужица.

— Теперь ваша кровь покажет внутренние способности своего хозяина, — тихо провозгласил Артур Семину. — Смотрите внимательно, в какую из четырех сторон она направится. Если в угол, где стоит меч, значит, человек по природе воин и полководец. Книгу в соседнем углу выбирают ученые и маги, чашу, обвитую змеей, — лекари и хитрецы, а кудель означает хранителя семейного очага, правда, мы сие трактуем уделом жены для женщин и отцов да ремесленников у мужчин. Испокон веков ваши предки выявляли таким образом свои скрытые возможности, занимая наиболее подходящее место.

Тем временем, перестав увеличиваться в размерах, лужица равномерно распределилась вокруг постамента и замерла, словно задумавшись, потом взяла и ПОПОЛЗЛА ВВЕРХ, в сторону книги! Когда первый ручеек был уже на полпути, одновременно, словно спохватившись, противоположно друг другу от общего сбора отделились еще две струйки и потекли вопреки всем законам физики к мечу и чаше.

— Невероятно! — пробормотал придворный маг, наблюдая, как моя кровь тихо и методично карабкается вверх по склону желобка.

— Я тоже думаю, что насчет воина она здорово ошиблась! — скорбно согласилась ваша покорная слуга.

Нашли терминатора в латах! Я же вашим рыцарям даже до пупка не достану!

«А ты бей, куда дотянешься!» — посоветовало левое полушарие.

«А потом беги, беги куда глаза глядят и со всей мочи!» — прошипела женская интуиция.

— Нет! — возмущенно мотнул головой Артур. — Фантастично то, что она выбрала одновременно три направления, а не одно, как все нормальные до нее.

«Все не как у людей!» — вздохнула правая половина мозга.

«Зато смирись с невозможностью быть главной! — возрадовалось левое полушарие. — Даже высшие силы утверждают, что удел хозяйки — наука! И я, как самая рациональная из нас двоих, здесь первостепенная! Так что прими и угомонись!»

«Вот погоди! Влюбится хозяйка, тогда посмотрим кто кого!»

«Заткнись и не каркай!» — вдруг огрызнулась левая половина.

«Ты же не веришь в приметы!» — ядовито отозвалась правая.

«Не верю», — согласилась аналитическая половина мозга.

«А зря! — вдруг ехидно пропело правое полушарие. — Смотри, куда последние капли поползли!»

«ЧТО?! — раненым лосем взревело с другой стороны. — Ты ЧЕГО нам НАКАРКАЛА, ГАДИНА?! ВЕДЬМА! ЭЙ, ЭРИТРОЦИТЫ! НАЗАД! ПРОЧЬ! КЫШ ОТ КУДЕЛИ! КЫШ ОТ КУДЕЛИ, КОМУ ГОВОРЮ?! Нам еще научные труды ваять! И ВООБЩЕ ЖИТЬ И ЖИТЬ!!!»

— Это еще что такое? — опешил наш гид, провожая взглядом кокетливо виляющую четвертую струйку. — Это какой-то бред! Вы не можете быть одновременно всеми! В лучшем случае два сочетания, но никогда все четыре!

— А я могу протестироваться? — тихо спросил Вик, не в силах сдержать улыбку.

— Да, конечно, — растерянно кивнул придворный маг, глядя на застывшие алыми ленточками струйки крови, безапелляционно обвившие подставочки с облюбованными ими предметами. Теперь они напоминали гибких, довольных жизнью котят. — Давайте ваш палец.

Словно сговорившись с моей, кровь Виктора повела себя точно так же.

— Глазам своим не верю! — выдохнул придворный маг. — Что здесь вообще происходит?!

— Поколение некст, — довольно улыбнулся новоявленный Драко, демонстративно облизывая палец. — Скорее всего, за столько поколений произошло накопление всего самого лучшего.

«Или худшего!» — машинально поправило левое полушарие генетический прогноз.

— А какое седьмое испытание? — раздался за спиной заинтересованный голос леди Каракурт.

Нет, эта своего не упустит?

«Слышь, хозяйка, а давай ее все-таки тюкнем где-нибудь втихаря? — прошипело левое полушарие. — Эта дама до добра не доведет!»

«Поддерживаю!» — вдруг согласилась правая половина.

Может, внять совету? Мозги редко когда бывают ТАК солидарны!

— Княжне, как поборнице справедливости, надо одержать верх над оборотнем в каменном колодце на дне замка, — безмятежно ответил управляющий.

— Что?! — опешила я.

Все-таки надо было внять совету!

«Поздно уже!» — вздохнули слева.

— Мы на такое не договаривались!

— Когда вы изъявили согласие официально пройти все испытания, вы заключили словесный уговор. Если теперь вы его разорвете, то умрете.

— Блин! Да я и так умру! Я вам кто, Рембо?

Леди Каракурт скептически окинула меня взглядом и безапелляционно изрекла:

— Не знаю, про кого она лопочет, но в доспехах ваша княжна утонет, а кольчугу может вместо платья носить! Похоже, я скоро стану вдовой!

— Типун тебе на язык, паучиха белобрысая! — фыркнул Вик. — Мне она нужна живой!

— Это какой-то кошмар! Витя, ущипни меня!

— Да не волнуйтесь вы, — успокаивающе потрепал меня по плечу Артур. — Вы же настоящая княжна и размажете противника одной левой. К тому же у нас как раз и оборотень в плену есть!

— Да, Свет, — поддакнул братишка, не в силах сдержать улыбку, — порви его, как тузик грелку!

И этот туда же! Может, он действительно враг, раз так радостно подзуживает?

Честно говоря, сражаться с оборотнем желания не было никакого. Я уже сама готова поверить в то, что являюсь ее светлостью княжной Драко из рода воинов-Драконов. Более того, склонна даже возглавить армию и убить того злопыхателя, как его там, только бы не оказаться в двадцати метровом каменном колодце диаметром в десять метров, наедине с голодной зверюгой! И почему я такая недоверчивая?! Другие веками пытаются обосновать свою принадлежность к дворянству, а мне, видишь ли, аргументы подавай! Все! Не хочу больше доводов! На все согласна, только отпустите домой!

Тем временем придворный маг с сияющей улыбкой посторонился и жестом предложил мне прошествовать к двери. Кажется, еще чуть-чуть — и я поверю в бред, что вежливость действительно берет свое начало с древних времен, когда мужчины пропускали женщин в пещеру первыми, на случай если в оную в отсутствие хозяев забрела какая-нибудь тварь. Кто кого по сюжету должен был схарчить, история умалчивает, но вот то, что некоторым дамам палец в рот не клади, явный намек на естественное приспособление к трудным условиям.

Вик безмятежно спускался по крутой лесенке рядом, беззаботно насвистывая что-то а-ля «Вперед, чемпион!». Внезапно путь нашей скорбной процессии преградила высокая худая фигура.

— Знакомьтесь, ваша светлость, — улыбнулся Артур, указывая на хмурого тощего старца с каменным лицом. — Это Литавр, ваш оружейник. Он поможет подобрать меч.

Блин! А я уже обрадовалась, что нам что-нибудь помешает!

— Прошу, — угрюмо пригласил старик в открытую боковую дверь.

Оружейная была довольно просторной комнатой, уставленной стеллажами с различными мечами, кинжалами, ножами, секирами, булавами, копьями. На стенах, словно картины, висели разнообразные по форме щиты с моим гербом. Была здесь, правда, и пара иных рисунков, как понимаю, для приведения противника в недоумение.

Итак, что же подобрать для милого сердцу друга, дожидающегося в колодце? Всевозможной конфигурации шипастые и гладкие булавы лучше подходят для ближнего боя и с равным по силе противником. Так как мощи у зверя хоть отбавляй, а эти слитки железа безумно тяжелые, то надо выбрать что-нибудь полегче.

Взгляд остановился на копье. «С рогатиной на медведя», — проскользнула в голове ассоциация.

«Стоп! — оживилось левое полушарие. — А ведь это мысль! Почему бы нам, хозяйка, не действовать с копьем по тому же принципу?»

— Даже с самым облегченным и укороченным копьем госпожа не развернется в колодце, — спокойно предупредил Литавр, видя мою протянутую руку. — Смею рекомендовать серебряный меч.

Насколько помню, плотность железа меньше, чем у этого благородного металла, а следовательно, мое блестящее орудие убийства будет еще тяжелее, чем полновесная сталь! А кроме того, представленные на обозрение двуручники были в среднем полтора метра!

«Не горюй! — ехидно хрюкнуло левое полушарие. — Ты их выше на целых семь сантиметров!»

«Семь — это хорошее число!» — поддержало правое.

Да идите вы обе! Засунули в неизвестный мир, сделали козой отпущения, женили на стерве, натравили на оборотня и теперь еще издеваются!

«Это не мы!» — злобно отозвались изнутри.

Молчать, пока зубы торчат!

«Ну смотри, хозяйка, — философски откликнулось левое. — Зубы-то твои!»

У-у! Как я зла! Кому же на земле сейчас хуже, чем мне?

— А могу я взять арбалет?

— Увы, госпожа, — грустно улыбнулся Артур. — Это против правил испытания, только оружие ближнего боя, но, если вас это успокоит, ваш брат может взять арбалет и подстраховать сверху.

— Я стрелять не умею, — признался Вик. — Точнее умею, но, грешным делом, могу пристрелить Свету.

— К тому же надо помнить, что расстояние маленькое, а стены колодца рикошетят, — хмуро буркнул Литавр, доставая с нижней полки огромный клинок.

— Я возьму лук и подстрахую! — все же решил братишка.

«Лучше сразу ее пристрели, Робин Гуд! — фыркнуло левое полушарие. — По крайней мере, время сэкономишь и хозяйка мучиться не будет!»

— Я подожду вас наверху. — Леди Каракурт повернулась к двери.

Да уж, снайпер из друга, мягко говоря, никудышный. Может, написать на всякий случай завещание? Даже если оборотень не загрызет, Вик меня точно случайно укокошит, и что обидно: из лучших побуждений!

Пока мы потерянно топтались в центре комнаты, Литавр с Артуром, мирно переговариваясь, инспектировали запасы предков. Наконец оружейник вздохнул и вытянул из закромов длинный серебряный клинок с изящной черненой рукоятью, которую венчала то ли зеленая стекляшка, то ли настоящий изумруд.

— Вот, — протянул мне находку старик, — женская модель, облегченный вариант.

Не знаю, что они там облегчили, но меч из моих рук мертвым грузом рухнул на пол, оставив в дубе внушительную засечку.

— Извините.

Управляющий с хранителем горестно вздохнули, наблюдая, как я пытаюсь отодрать свое грозное оружие от пола. Артур повернулся к оружейнику и тихо, чтобы никто не услышал, зашептал:

— Литавр, будьте добры, помогите госпоже донести оружие до места усекновения в целости и сохранности.

Угу, а там торжественно вручайте! Я благополучно сама зарежусь! Лучше бы этого не слышала! Наверное, в компенсацию дальнозоркости природа наградила меня прекрасно развитыми остальными четырьмя чувствами.

Старик хмыкнул, поднял с пола меч, словно какую-то игрушку, и побрел к выходу.

— Идемте, госпожа, — бросил он, — я вас провожу.

Стараясь не думать, кто кого усечет, я поплелась за ним.

На душе скребли не кошки — пантеры! Если бы они могли принести хоть какой-то вред, я бы давно лежала в луже крови на лестнице, по которой мы медленно и методично спускались.

Внезапно желудок взвыл не хуже оборотня, заставив испуганно подпрыгнуть шедшего впереди Литавра. Озабоченный проблемами хозяйки орган успокоился, но внутри поселилось противное ощущение. С каждым шагом под ложечкой начинало сосать все сильнее и сильнее. К горлу подкатила тошнота.

Все! Хватит! Весь организм сопротивляется! Так чего же я его насиловать буду?! Все! Я кончаю играть в эти игры! Отпустите меня домой!!! Я хочу проснуться!

Старик, почувствовав, что за спиной никто не хлюпает носом, обернулся и смерил меня спокойным взглядом.

— У вас пути назад нет, — вздохнул он, — и это не сон. К тому же мы уже пришли. Остался еще один этаж.

— Я не пойду!

— Вы согласились пройти испытание, и залог того — жизнь. Все, кто отказывался, умирали на месте мгновенно. Погибнув в этом мире, вы исчезнете и в том. Я не шучу и не лгу. Подумайте. Если вы не сделаете шаг вперед, то мы вас больше никогда не увидим.

— Это бред!

— Взгляните на ваши руки. Видите бледно-розовые рубцы на кистях? Если вы остановитесь, ваши вены сами вскроются и кровь ни при каких обстоятельствах не свернется. Ох, юная княжна, лучше б вы сразу согласились с тем, кто вы есть! Мы не хотим вас терять, вы наша последняя надежда.

— Тогда почему Артур позволил мне согласиться на испытание?

— Он, старый дурак, просто в вас верит, — горько вздохнул оружейник и, помолчав немного, добавил: — И я, могильный пень, почему-то тоже.

Затем сплюнул и пошел вниз. Нет, после таких слов трусить почему-то мерзко и противно. Хм. Раз я Драко, может, мне действительно повезет? А?

Чуть не закричав: «Подождите!», я попрыгала через ступеньки за проводником. На мгновение показалось, что он обернулся и улыбнулся, но только на мгновение. Розовые рубцы, как ни странно, исчезли!

Наконец мы остановились около дубовой двери. Литавр сочувственно посмотрел на меня и перекрестил.

— Как только открою, — тихо сказал он, протягивая меч, — быстро заскакивайте.

Рыцарская игрушка снова заставила своего нового владельца согнуться почти пополам. Всегда знала, что махать мечом не хахоньки, но чтоб до такой степени! Проводник проследил за моими потугами поднять оружие и тяжко вздохнул:

— Вы скоро?

— Одну минутку! — пропыхтела я, хватаясь за рукоять обеими руками.

— Ну так я открываю?

— Стойте! А где гарантия, что тварь не стоит под дверью и не караулит?

— Ее нет, — покачал головой старик. — Поэтому я и прошу вас, госпожа, вбежать быстро, чтобы я успел закрыть за вами.

Вот такая перспектива ой как не нравилась! Лучше бы вместо меча было копье — крепкое, длинное и надежное! Однако мой подданный почему-то ждать, пока я соберусь с духом, был не намерен, нервно теребя ключи, он поглядывал уже с нескрываемым раздражением. Рубить таким длинным клинком бесполезно. Сил не хватит не то что замахнуться, но даже поднять. Эх, Света, Света. Самое время вспомнить свои плюсы, если хочешь жить. А чем похвастаться?

Ну, плаваю отлично и в любой воде, разбираюсь в ядах и лекарствах, шустрая, но этим оборотня не удивишь. А вот с копьем мы бы, может, еще поборолись… наверное. И меня осенила блестящая идея. Если положить лезвие плашмя на ладонь левой руки, а правой взяться за рукоять, то клинок станет действовать по принципу гарпуна с устойчивым фиксированным прицелом. Теперь, если оборотень решит прыгнуть прямо в дверях, сразу напорется на серебряное оружие. О том, что будет, если не получится, лучше не думать.

— Давай, — приготовилась я, встав напротив двери.

Держать меч таким образом было гораздо легче.

Более идиотского па, а точнее стойки, поди, никто никогда не видывал. Если бы рядом оказался хоть кто-то, сведущий в оружии и драке, то либо лопнул бы со смеху, либо сгорел от стыда. Старик вздохнул и отомкнул замок. Послышалось сдавленное рычание.

Мне повезло. Зверь действительно стоял напротив, подобравшись и приготовившись к прыжку. Вздумай он встать около стеночки у двери — и битва в девяти вариантах из десяти была бы проиграна, едва успев начаться. Хотя она и так в девяти из десяти была не в мою пользу.

Узрев направленный на него клинок, оборотень передумал нападать сразу. Сзади щелкнул замок двери. Теперь мы были один на один. Волк это понял и снова зарычал. Он был крупнее своих собратьев, но не такой огромный, как в легендах, грязный, растрепанный, с жадными, голодными глазами. Но страх, от которого должны бы подкашиваться ноги, голодная животина не внушала, видно, я уже перебоялась, и теперь на место ужаса пришло желание скорее со всем покончить. Поняв это, противник замолчал и внимательно уставился на меня.

Он изучал врага. А точнее его возможности. Ждал, когда тот начнет двигаться и тем самым проявит свою неповоротливость либо, наоборот, прыть. Какой-то дальней частью своего сознания я ощутила это и осталась стоять неподвижно. Пусть гадает. И боится.

— Ну что, серый? — стараясь говорить как можно мягче и распевно, начала я. — Скучно тебе тут?

Где-то слышала, что человеческая речь гипнотизирует пантеру. Может, с оборотнями это тоже происходит? В любом случае болтовня сбивает концентрацию неопытного противника.

— Оба-на! — послышался сверху довольный голос Виктора. — Она избрала самую верную тактику!

— Какую? — заинтересованно спросил Артур.

Скорее всего, они наблюдали сверху. Оборотень насторожился и вслушался, но, как и я, не стал задирать голову, чтобы посмотреть.

— Уболтать врага до смерти! — рассмеялся парень.

Да, Вик, в этом ты прав! Сие я могу, но зверь, очевидно, принял слова за шутку и презрительно хмыкнул. А напрасно!

— Послушай, — тихо произнесла я, стараясь сделать интонацию монотонной и усыпляющей, — я не собираюсь убивать тебя только для того, чтобы доказать принадлежность к какому-нибудь роду. Я слишком ценю жизнь, чтобы так с ней обращаться.

По сути это было правдой. Оборотень то ли понимал слова, то ли уловил суть намерения, но он сел и склонил голову набок, став похожим на простую, сильно недокормленную домашнюю собаку.

— Давай договоримся.

Противник моргнул, задумался и кивнул.

— Ты можешь говорить в таком виде?

«Собака» отрицательно покачала головой.

— Тогда даю честное слово, что не трону тебя во время превращения.

Оборотень внимательно всмотрелся в мои глаза, словно сканируя душу и наконец удовлетворенно хмыкнул. Затем отошел к стенке, встал на задние лапы, которые тут же стали утолщаться, приобретая человеческие формы, грудная клетка расширилась, голова сплюснулась, когти втянулись в пальцы. И вот на месте противника стоял грязный мужчина, почти юноша.

— Ну и что ты хочешь мне предложить? — хрипло спросил он и откашлялся, прочищая горло.

— А чего ты хочешь? — уточнила ваша покорная слуга и тут же вспомнила, что стою перед противником в одном бикини, которое в этом мире вообще за одежду не считается! Вот блин! Да что же за день такой?! Еще проблем с озабоченными нелюдями не хватало! Ну спасибо, брат, удружил!

«Хозяйка! — всхлипнуло правое полушарие, защищая Вика. — Ну кто же знал, что тебе сегодня Конана-варвара придется разыгрывать?!»

Тем временем собеседник, следящий за моим мысленным диалогом горящими глазами, вдруг улыбнулся и пожат плечами:

— Вообще-то лучше свобода.

Улыбка была приятной, как в принципе и голос. Противник, как ни странно, в человеческом обличье располагал к себе.

— А почему тебя посадили?

— Я оборотень, — горько усмехнулся он, преодолевая свою половину камеры, — разве это не повод, чтобы уже здесь сидеть?

— Вообще-то нет.

— Не слушай его! — вдруг раздался сверху крик Вика. — Он врет! Он людоед! Поэтому здесь и сидит!

Очевидно, в порыве Виктор забыл про взведенный арбалет, и сорвавшийся болт, дрожа оперением, вонзился у моих ног. Я вздрогнула. В ту же минуту оборотень снизу плашмя ударил ладонью по нацеленному мечу. Тот легко взвился вверх, описывая дугу и увлекая по инерции за собой держащую руку. Я потеряла равновесие и раскрылась, но пальцев не разжала.

Мужчина прыгнул, схватив одной рукой за горло, другой — за руку с мечом, и впечатал меня в стену. В кожу впились грязные ногти, пронзив дикой болью, от которой по телу растеклась безудержная ярость, мобилизуя организм. Левой рукой я попыталась оторвать его тиски от горла, но бесполезно. Воздуха не хватало.

В ту же секунду какая-то часть моего сознания предупредила, что еще мгновение — и чужая сила заставит разжать пальцы правой руки. А враг стоял уверенно и твердо, довольно широко расставив ноги. Решение пришло мгновенно, точнее машинально. Упершись левой ногой в стену, я сделала один из самых мощных взмахов своей правой. Берцовая кость на всех парах врезалась во что-то мягкое. Если бы там было чему хрустеть, оно бы непременно захрустело, так ласково я приложила противника! Оборотень охнул, замер и рефлекторно разжал пальцы. Что есть силы я ударила еще раз туда же и пнула ногой уже в грудь. Раз ты такая тварь, дорогой, то детей у тебя больше не будет! Это уж точно! Как профессионал заявляю!

Мужчина отлетел назад и рухнул, схватившись за причинное место. От боли он не мог даже пошевелиться либо застонать. И тут во мне проснулся гуманист! Я подошла к нему и рубанула мечом по шее, чтоб не мучился. Голова отлетела прямо к распахнувшейся двери.

На пороге стоял бледный Виктор. Грудь его часто вздымалась и опускалась. Очевидно, спуск по крутой лестнице вниз на пять этажей он преодолел за эти секунды, в руках он сжимал длинный тонкий кинжал.

— С тобой все в порядке? — спросил он, наконец справившись с дыханием.

— Да. А ты пришел добить меня?

— Вообще-то его, — кивнул на тело Виктор.

— А больше арбалетом сверху не пробовал?

— Что ты! — вздохнул друг, словно мячик пиная вражью голову. — Я и так испугался, что тебя чуть не убил! Из нас двоих снайпером-то всегда была ты!

Ну да. Насмотревшись вестернов, дети придумали себе забаву: играли в индейцев-каннибалов. Двоюродная сестра Виктора Женя вместе с подругами тогда несколько лет кряду не слезали с дерева, а мы за то время здорово поднаторели в стрельбе из лука и в метании различных предметов по бегущей и неподвижной мишеням.

Надо обязательно включить оружие дальнего боя в свою экипировку. Настоящий боевой лук вряд ли осилю, а вот арбалет, может, и да. К тому же кроме превосходства над луком по точности стрельбы и убойной силе у арбалета есть очевидные преимущества: он не требует долгой тренировки да твердой руки, являясь более простым в обращении. Неплохо было бы еще с верхним магазином раздобыть, да такой, чтобы не восьмью — десятью болтами заряжался, а тридцатью — пятьюдесятью! И желательно в минуту! Пусть будет скорострельным. Так сказать, средневековым прообразом современного автомата! Ох и размечталась я, красавица!

— Идем к Артуру, — тряхнула я головой, — у меня есть пара идей.

— Мне запастись бронежилетом и железными трусами? — осторожно уточнил Вик, кидая взгляд на скрюченный труп.

— Если за двадцать один год, что мы вместе, я так и не нанесла ущерб твоему генофонду, чего ты волнуешься теперь?

— А вдруг у меня еще все впереди?

Артур стоял наверху напротив лестницы и нервно теребил мантию. Увидев нас, он радостно бросился вперед.

— Госпожа! Княжна! Как вы? — затараторил он. — С вами все в порядке? Вас не укусили? Как ваше самочувствие? Вас можно осмотреть? Теперь вы понимаете, что настоящая?

— Даже если и сомневаюсь, вслух больше высказываться не буду! Осмотрите меня, пожалуйста.

Обследование выявило пять синяков на шее, ушибленную спину, полностью синюшную правую кисть и порезанную ногтями оборотня вену. Только теперь, когда адреналин в крови стал падать, пришла дикая боль. А Артур грамотный врач, надо отметить. Что ни говори, а предки-воины явно имели голову на плечах, когда выбирали, на кого полагаться.

Лекарь первым делом промыл рану и аккуратно продезинфицировал спиртом. Наконец-то хоть что-то свое, родное! Я смотрела на прозрачную, летучую жидкость с таким умилением, что мастер оторвался на миг от своего занятия и внимательно посмотрел мне в глаза.

— Все нормально? — тихо спросил он, осторожно косясь на спирт.

— О да! — радостно кивнула госпожа княжна.

Ну как объяснить ему, что я химик? Причем будущий исследователь. В этом дорогая кровушка не ошиблась!

В его лаборатории я чувствовала себя как дома. Родные колбы, склянки, перегонные аппараты. Милая стихия! Надо будет попросить в дорожку пару жизненно необходимых реактивов.

Вошла хмурая леди Каракурт, бросила на меня мимолетный взгляд и презрительно скривила удивительно красивые губки.

— Жива. А день так хорошо начинался! Я могла стать вдовой.

— Артур, распорядитесь о том, чтобы отправить госпожу Ладиину домой.

— Сию минуту, ваша светлость, — склонил голову лекарь и потянулся к колокольчику для вызова слуг.

Внезапно новоиспеченная супруга с грацией пантеры подпрыгнула к нему и схватила за руку.

— Нет! — надрывно закричала она. — Не отправляйте меня домой! Я не хочу в монастырь!

— Не поняла.

— Так подумай, убогая! — сверкнула глазами благородная дама. — После одного замужества моя рука уже никому не нужна. В нашем мире и так невест хватает! Батюшка запрет меня в монастырь, как уже испорченную.

— Но брак же не состоялся!

— Да какая разница! Я побывала в вашем замке, а он испокон веков числится гнездом порока и разврата!

— Тогда уходи на все четыре стороны.

— Э нет! Лишиться дворянского титула я не намерена! Я хочу хорошо жить, вкусно есть и спать на золотых простынях вместе с красавцем-мужем, и желательно королевичем!

— А плойку, чтоб губки закатывать, не хочешь?

— Мне нужно все, и побольше!!!

— Так что ты мне предлагаешь, лечь в гроб и похорониться?!

Леди Каракурт отпустила руку управляющего и стала задумчиво нарезать круги по комнате. Наконец она остановилась и изрекла:

— Я еду с вами!

— Куда? — не понял Виктор.

— Спасать этот гнусный мирок! — фыркнула Ладиина.

Похоже, отделаться от нее не удастся. Эх, встретить бы Гименея да его же цепью по голове! Ладно, по крайней мере, к такой язве редко какая зараза рискнет прицепиться. А там что-нибудь придумаем.

Под чудодейственной мазью лекаря раны и синяки рассасывались сами собой. Вот бы так и остальные проблемы исчезали, так нет же. Хорошо еще, что купальник высох, а то совсем бы околела. Стоп!

— Артур, можно один вопрос?

— Да? — осторожно повернулся ко мне он, явно настороженный таким тоном.

— На что вы надеялись, когда выпустили меня в одном бикини, с серебряным мечом наперевес против оборотня?

Мужчина покраснел до корней седых волос и сконфуженно отвернулся:

— Простите, госпожа, но я совсем забыл, что вы без одежды. Еще с первой минуты нашего разговора я навел на себя морок, чтобы не смущаться, а потом с этими доказательствами все просто вылетело из головы. Простите великодушно.

— А для остальных я в одежде?

— Нет, — обреченно вздохнул придворный маг, — но я сейчас быстренько все исправлю!

Леди Каракурт презрительно хмыкнула и отвернулась. Теперь понятно, почему во время моего лечения толпы слуг преимущественно мужского пола косяками ходили лицезреть свою благородную госпожу! Вот аттракцион получился! Надо было хоть медяк за просмотр брать, тогда, глядишь, и казна бы приумножилась!

— Артур, можно вас попросить о сапожках, у которых каблук был бы способен изменяться от тонкого и высокого до нормального? Вы не попробовали бы наколдовать?

— Одну минуту! — просиял маг и быстро исчез.

Через некоторое время нам принесли дорожную одежду. В особенный восторг привели широкие, как у самураев, штаны, скрывающие движения ног, и просто восхитительные сапожки на бархатной подушечке. Вот уж не знала, что здесь можно встретить классическую элегантную модель двадцатого века! Аккуратные носы, пятки и небольшие устойчивые каблучки были обиты серебром.

— Нравится? — тихо спросил управляющий. — Эту обувь изготовили когда-то для вашей прапрабабки, изведшей, между прочим, почти половину мира. Она вошла в историю как одна из самых опасных представительниц рода Драко.

— Это та, которая еще моего прапрадеда на спор соблазнила? — тихо уточнил Вик.

— Да, — радостно кивнул Артур. — Благородная госпожа Дорвана прослыла страшной женщиной. Именно она создала эту модель. Заостренная форма носов, чтобы легче бить противника, отделка серебром для усиления эффекта. Каблук по желанию может трансформироваться во что хотите, надо только представить во что и мысленно сказать: «Оп!» Следует признать, ваша прародительница знала толк в оружии.

— Значит, это ее вещи?

— Нет, что вы! — смущенно улыбнулся управляющий. — Это всего лишь копия потомкам на будущее. Видите ли, ваша прапрабабушка любила расправляться с врагами продемонстрированным вами в колодце способом, а так как носы очень острые, покрыты металлом и серебро наносит нечисти жуткие, болезненные, плохо заживающие ожоги, то к концу жизни ее недруги объединились и разорвали в буквальном смысле виновницу своих проблем на части. Сапожки же вошли в историю как самое жестокое орудие пыток и убийств, для них в те времена учредили отдельное сожжение на костре. Вы даже не представляете, скольким великим семействам они попортили возможность продолжения рода!

— Стойте! Значит, если я в них объявлюсь, то меня сразу же четвертуют?!

— Вы же Драко, — спокойно пожал плечами Артур. — Вас и так четвертуют, а у обуви серебряные застежки, поэтому снять их с ноги нелюдям будет не так-то просто. Врагам Дорваны специально для этого пришлось объединиться, да и прошло много времени. Помнить о них могут лишь современники вашей прапрабабки, а молодежи некогда копаться в музее и старых летописях.

— Свет, соглашайся, — не выдержал Витька. — Прикинь, как прикольно будет наблюдать гоняющихся за тобой старых мстителей на костылях!

Что ж, по крайней мере, в них еще никого не убивали.

«Всегда есть шанс быть первыми!» — угрюмо буркнуло левое полушарие.

* * *

Если предположить, что физически здоровый парень двадцати лет может насобирать пять килограммов черники, а физически здоровая молодая девушка — три, то из этого вовсе не следует, что, пойдя в лес вместе, они в лесу наберут вдвоем восемь кило ягод.

Народная мудрость

Выехали мы из замка на следующий день, уже ближе к вечеру. Благодаря стараниям Артура на моих коленях лежали два свитка. Один небезызвестный черный список, а второй — карта нашего пути с пометками, куда надо заглянуть по дороге. Сзади шагом ехал впервые севший на лошадь Вик и с интересом читал выклянченную у придворного мага историю вражды с нашими недругами.

Не мудрствуя лукаво, мы решили убить сначала Туцира, а уже потом наводить на землях порядок. Ведь, скорее всего, мелкие князьки, узнав о трагической смерти своего криминального авторитета, убоятся соваться в наши с Виком вотчины, тем более когда там объявились хозяева.

Вот только сначала надо найти, а точнее заглянуть к провидице, королеве Луары Гвиневере. Ибо эта молодая женщина единственная, кто может указать, как же на самом деле выглядит Михей и где его искать. Вот тебе и великий злодей! Наделал тьму пакостей, а его внешность и место проживания никому не известны! Конспиратор, блин. И откуда тогда Гвиневера знает истинный облик врага? Она что, его любовница? Дочь? Мать? Сестра? И зачем ей помогать нам? Странная, непонятная ситуация. И как вести себя с Гвиневерой — тоже вопрос.

Немногочисленную армию Артур убедительно попросил с собой не брать, дабы окончательно не растерять оную по дороге и не привлечь вдобавок лишнего внимания. Помня древнюю армейскую мудрость: «Не выгляди броско — это привлекает огонь противника. Не привлекай на себя огня противника — это раздражает людей, что тебя окружают!», мы согласились. Клятвенно заверив, что воины появятся, стоит лишь их вслух позвать, придворный маг посоветовал заручиться по возможности еще и поддержкой союзников. Собственно, а что нам еще остается, если у меня какая-то сотня, а у противника войска больше, чем в России?

Проинспектировав как следует лабораторию подданного, я добровольно-принудительно позаимствовала у него приличную горку реактивов, лекарств, ограбив даже на специальный магический перстень. Артур заклинанием невесомости сделал мой меч нетяжелым для женской руки. Что касается арбалета, то здесь столь большой и светлой мечте пришел крах.

— Сколько?! — выдохнул Виктор, услышав мою идею. — Да даже у автомата Калашникова тридцать патронов!

— Женщины! — хмыкнул присутствующий на совещании оружейник. — Что с них возьмешь?!

Сие меня заело, и я выдохнула страшное женское слово: «ХОЧУ!» Семену с Литавром мгновенно помрачнели и горько вздохнули. Всю ночь мужчины пыхтели, бормоча под нос нечто неразборчивое на незнакомом мне языке. Ближе к вечеру уже само мое имя стало синонимом матерного.

К утру сегодняшнего дня глас рассудка сумел-таки победить чисто женскую вредность, и мы пришли к консенсусу. Управляющий вручил мне все тот же арбалет с десятью болтами, но со съемным верхним магазином. Таким образом, перезарядка будет проходить за считаные секунды. Правда, магазинов всего три, а дальше их снова нужно будет самостоятельно заряжать, но уже в спокойной, «домашней» обстановке. Так что придется после битвы шастать по полю и собирать «патроны» или искать ближайшего кузнеца. Вдобавок ко всему вместо исходных восьми кило маг облегчил цацку до двух. И на том спасибо. Услышав благодарность, Артур с облегчением вздохнул, проинструктировал нас напоследок и поскорее выпер из замка, пока госпожа княжна еще чего не утащила или не придумала нового геморроя.

— Эй, девка! — окликнул меня мужик, через деревню которого мы проезжали. — Не хочешь продать свою клячу моим псам на мясо?

Конь у меня и вправду не фонтан. Высокий, тощий, с выпирающими мослами и ребрами под всклокоченной шкурой, хромой на все четыре ноги черный жеребец. Получив сию жертву анорексии в пожизненное пользование, пришлось первым делом вычистить беднягу и накормить, правда, от этого он лучше выглядеть не стал, но заметно прибалдел под хозяйской рукой. Чтобы надеть седло, пришлось сделать в подпруге лишнюю дырочку. Однако Артур, выдавая нам этих единственных уцелевших лошадей «специальной княжеской породы», озабоченно предупредил, что мой еще и с норовом. Вот только с каким, хотелось бы знать.

Словно почувствовав, что о нем говорят, живое пособие по изучению анатомии остановилось и флегматично повернуло в мою сторону голову, уставившись огромными желтыми глазами. И такое выражение было на морде, что бедную скотинку захотелось обнять и плакать.

— Это не кляча, а боевой конь! — решила я и дернула поводья.

Жалко стало. Хотя, что скрывать, люблю лошадей, и всегда любила, даже мечтала когда-то в детстве иметь. А это, собственно, хоть и не Сивка-Бурка, а скорее Росинант, но все-таки первое воплощение моих детских грез.

Скакун приободрился и похромал прочь от деревни очень интенсивно, желая, наверное, поскорее скрыться, пока я не передумала. Нет, не отдам, по крайней мере, пока сам не издохнет. Хотя если он и дальше так перенапрягаться станет, то ждать падальщикам, похоже, уже недолго.

В лес мы, как ни странно, въехали без эксцессов. О более быстром аллюре мечтать и не приходилось. Несмотря на то что на земле мой братишка настоящий Рембо, во всех других стихиях он жертва природы. Вика благополучно укачивает во всем, что хоть мало-мальски неровно движется. Сколько помню, все началось с детской колясочки.

— Свет, давай остановимся на ужин, — простонал Вик. — Я есть хочу!

При этом мой скакун, которого я также постоянно рефлекторно, можно сказать, подкармливала, вопросительно повернул голову ко мне, как главному завхозу, и уставился жадными голодными желтыми глазами.

— Ты же полчаса назад сгрыз кольцо колбасы! — уже не зная, к кому из них обращаюсь, возмутилась я.

Конь-то тоже мясцом не погнушался! Ганнибал Лектор начинающий!

— А я опять хочу! Да и черничка вон выглядывает, давай, пока не стемнело, поклюем.

Витька, как птенчик, — кормежка каждые сорок пять минут и помногу. Куда только пища девается?

Мы отъехали от дороги и приютились на полянке. Лошадей не распрягали. Артур настоятельно рекомендовал этого не делать, заверив, что специальная походная уздечка не заржавеет, даже если кони будут в ней есть и пить, а сами животные никак от нее не устанут и не пострадают. Соорудив костер, Вик скоропостижно кинулся собирать чернику. Он ее обожает. Ладиина благодушно соизволила принести в котелке воду и тоже загорелась собирательством ягод, кинувшись вслед за парнем, как изголодавшийся василиск.

Не знаю, сколько прошло времени, но никто не возвращался. Более того, их даже не было видно и слышно. Уже и ужин приготовила, но народ не шел. И после криков тоже никто не объявился. Неужели неприятности продолжаются?

— Кося, оставляю все на тебя! — кивнула я жеребцу и направилась в лес.

Не знаю, может, следовало бы учесть эти хитрые прищуренные глаза, но сейчас меня волновало одно: где шляется, простите за выражение, моя компания!

Словно в ответ на злобные мысли, впереди раздался протестующий треск веток и чье-то гневное ворошение да сопение. Легки на помине! Долго жить будут!

На полянке среди черничных кустиков происходила борьба не на жизнь, а, скорее всего, насмерть или на кое-что другое. Растрепанная, запыхавшаяся и почему-то злая леди Каракурт с хваткой бывалого упыря оседлала распластанного на земле Виктора, пытаясь содрать с парня одежду и попутно затыкая чем попадется красавчику рот. Взъерошенный и ободранный Вик сопел и отбивался от нее, тихо матерясь, как заправский сапожник.

Никогда не думала, что его может вот так легко распять на земле какая-то девица! Если, наверное, и были до этого какие-то эксцессы, то уж точно обратные. А леди Каракурт тем временем бросила глупые попытки заткнуть жертве насилия рот и хищно схватилась за пряжку ремня с явным намерением во что бы то ни стало добраться до содержимого штанов. Вик вцепился в них мертвой хваткой, явно не желая сдаваться без боя. Хм, не замечала раньше за братишкой такого целомудрия.

А может, ему нравится эта эротическая игра? Ведь, насколько я знаю, растянуть в горизонтальной позе моего друга без его желания не так-то просто!

— Развлекаетесь? — решила я все-таки проверить версию.

В уже сгущающихся сумерках очи Ладиины полыхнули красным огнем. Никогда на женском лице еще не встречала такой откровенной ярости и ненависти! А что я такого сделала, собственно? Увидев меня, Вик облегченно обмяк на земле и расслабился.

— Ну наконец-то! — вздохнул он. — Опоздай ты еще минут на пятнадцать, и я бы никогда в жизни уже не смог смотреть адекватно на женщин и на эту долбаную чернику!

Бордовая леди Каракурт вскочила и со скоростью торпеды помчалась к привалу, одарив меня предварительно уничтожающим взглядом.

— Ну и что же ты не смог отстоять достойно свою честь? — ухмыльнулась я, подавая Вику руку.

— Не поверишь, — ошарашенно выдохнул он. — У нее силища, как у вурдалака!

— Так, может, стоило согласиться? Был бы хозяином положения.

Друг уставился на меня, как монашка на развратника.

— Вот не поверишь, — оскорбленно выдохнул он, — я не всех подряд хочу!

— Неужели я наткнулась на единственное исключение?

— Нет, — буркнул Вик. — Есть еще ты, сестрица!

А вот на полянке нас ждал сюрприз. Мой ходячий скелет, сочтя ужин бесхозным и на своем единственном попечении, благополучно вылизал весь котел. Узрев наше праведное возмущение, он попытался изобразить на ехидной морде самое искреннее раскаяние, отчего та окончательно приобрела откровенно наглое выражение. Затем конек задрал хвост и навалил приличную кучу. Это что?! Компенсация?!

Назову скотинку Злыднем!

Пришлось довольствоваться хлебом с салом и чесноком. Ладиина, как ни странно, удушливым овощем не побрезговала. Неужели не нечисть?

— Лада, скажи, пожалуйста, — осторожно начала я. — Нежить в этом мире чеснок употребляет?

— Боится, — хмуро ответила она, продолжая жевать. — Но не вся.

— А какая, если не секрет?

— Только низшая: упыри, вурдалаки всякие.

— А бойкая?

— Если вы обо мне, — сверкнула глазами красавица, — то я человек.

— Точно? — недобро прищурился Вик.

Леди Каракурт вздохнула и грустно закусила губу.

— Думаю, тебе лучше признаться! — тоном инквизитора посоветовал Вик. — А то сдадим отцу и пусть сам с тобой разбирается!

— Мать мою, — злобно сверкнула глазами куколка, — вампир совратил, оттого отец меня не ценит и вам отдал. Думал разбавить княжеские гены кровью безродной нежити, совершив таким образом месть и получив мир с князьями. Кто же знал, что у Александра дочь. Я не родная, бастард. Из посторонних никто не знает, но батюшка мне каждый день об этом напоминал. А вообще, то, что крестьяне обычно называют нежитью, на самом деле просто другие расы. У здешних почему-то «нежить» синоним «нелюдя». Как будто те не дышат со всеми одним воздухом, не любят, не мечтают, не воспитывают детей и не строят планы на будущее.

Блики костра плясали на ее бледном аристократическом лице, оттеняя хорошо скрытую грусть, гнев, боль и какую-то тоску.

— А ко мне чего пристала? — хрипло спросил Вик. — Неужели так дамой стать захотела?

Большие глаза гневно сверкнули, но тут же погасли. Наконец красивые губки леди дрогнули.

— Думала, забеременею, и ты, как истинный дворянин, женишься. Вернись я обратно, мой папаша в лучшем случае запрет меня в монастырь, в худшем сам приставать начнет, старый извращенец. Ну что? — уныло хмыкнула она. — Довольны? Можете отсылать. Я постараюсь как-нибудь это пережить.

— Надо же, а я думала, ты меня просто ненавидишь.

— А у меня, оказывается, уважительные причины, да? — с издевкой вскинула бровь Ладиина.

— Да. Назад тебе нельзя.

В течение минуты на лице баронессы отразилась целая вереница чувств. Удивление, надежда, гнев и разочарование.

— Смеешься, да? — с вызовом бросила она.

— Нет, Лада, предлагаю перемирие.

— С чего бы это? — недоверчиво покосилась она.

— Не знаю, может, потому, что мы волей-неволей оказались в одной лодке. Давай так: ты помогаешь нам разобраться с Туциром, а я в свою очередь позабочусь о твоем отчиме.

— А если ты обещаешь больше ко мне не приставать, я торжественно обязуюсь убрать всех лишних наследников! — быстро добавил Вик, откусывая приличный ломоть сала. На нервной почве он ест еще больше.

С минуту леди недоверчиво переводила взгляд с меня на Вика, а затем тряхнула головой.

— Запоминай, — деловито начала она. — Их трое. Все мужчины в расцвете лет, официально мои родные братья. Глупы, но очень сильны. Остальное — по обстоятельствам.

— Значит, по рукам? — уточнила ваша покорная слуга.

В красивых глазах мелькнули веселые, озорные искорки.

— По рукам, муженек! Ты мне приданое, я тебе прикрытие!

— А от вампира у тебя больше никаких побочных качеств нет? — предусмотрительно нарушил идиллию Вик. — Ну там лунатизм, перекус человеческой кровью по ночам, еще какие-нибудь милые женские штучки?

Но ответить девушка не успела. На поляну, опираясь на посох, вышел высокий тощий путник, чье лицо скрывал глубокий капюшон.

— Мир вам, странники! — провозгласил он.

— И тебе, старче, также.

— Разрешите обогреться у костра.

Да кто тебе мешает? Грейся на здоровье, вот только ты мне не нравишься, дяденька! Вик, не один год изучавший натуру своей ближайшей подруги, покосился опасливо, словно прочитав мои мысли. Что ж, с него станется. Иногда, кажется, я сама его думы, как в раскрытой книге, вижу. Ничего не подозревающий старик спокойно громыхнул костями у огня, но устроился так, чтобы остаться в тени.

Леди Каракурт задумчиво посмотрела на меня. Что, это уже коллективная фобия?

— Знаете, дяденька, мы, пожалуй, уже тронемся, — улыбнулась я, запихивая котелок в сумку.

— Да, — спохватился Вик и направился к своему коню, — и так засиделись.

— Костер оставляем вам, — лучезарно улыбнулась Лада, помогая Вику вскарабкаться на коня.

Сама она, так же как и я, в седло заскакивала почти машинально. Видно, здесь это входило в образование. Вот, наверное, почему мои родители поддержали детское желание научиться «скакать на лошадке» и так отчаянно пытались уговорить Вика! Зря братец отказался!

— Никуда вы не поедете! — Старик резко вскочил и громко свистнул.

В ту же секунду на поляну выскочили около тридцати хорошо сложенных высоченных мужчин, аккуратно беря нас в кольцо. Здравствуй, неприятность! Давно не виделись!

Мой конь презрительно фыркнул и легонько куснул за коленку, словно приглашая сесть.

— Вы что, разбойники? — осведомилась Лада, вдевая ногу в стремя.

— Так у нас ничего нет! — тоном прижимистого хозяина предупредил современный бухгалтер.

Фу, кажется, все готовы.

— Нет! — ухмыльнулся старик, скидывая капюшон. Елки! Его глаза светились, как два фонарика. — Нет, князь Драко, мы — твоя смерть!

Ноги сами рефлекторно ударили по бокам коня, пуская в галоп. Мой скакун ехидно заржал и попытался изобразить свечку. Не вовремя, скажу вам по секрету. Мужики кинулись на нас, и в эту же секунду лошади сорвались с места и понеслись со скоростью ракеты.

Подмятый под копыта старик взревел от боли и попытался цапнуть когтистой лапой моего скакуна за хвост. Я обернулась. Мама дорогая! Мужики трансформировались в волков и готовились к прыжку. Сердце сделало рьяный кульбит и поздоровалось с пищеводом. Голодный желудок взвыл дурным голосом, и в ту же секунду ему ответил один из оборотней!

Не знаю, что он хотел своим воем сказать, но знакомиться со сладострастно уставившимся вдруг на меня мужчиной желания нет!

— Скачи, коняшка! — не выдержала я, наблюдая, как седовласый путник превращается в огромного мускулистого зверя с двумя полноценными рядами отнюдь не старческих белых клыков.

Мой доходяга истерично взвизгнул и стартанул за вырвавшимися вперед спутниками с резвостью жеребенка.

Волки взвыли и бросились следом. Теперь было по-настоящему страшно! Удивительно, но первым в нашей компании несся мой хромой на все четыре ноги жеребец, далее сильная, полноценная кобыла Виктора, обогнавшая призового скакуна Ладиины на целых два корпуса.

Все еще пребывая в шоке от данного открытия, я обернулась. М-да, по круглым глазам попутчицы и ее коня смею предположить, что до сих пор тот отсутствием резвости не страдал! С другой стороны мерно колыхался уже зеленый Виктор, постепенно сползая набок.

— Держись, солдат! — Я притормозила и подтянула друга в седло.

— Свет, больше не могу! — еле сдерживая рвущийся наружу ужин, выдохнул он.

— Скажи это им! — кивнула я.

Вик мельком обернулся, и лицо его приобрело вдобавок ко всему еще и бледно-серый оттенок.

— Как пришпоривать коня? — быстро уточнил он, моментально забыв о желудке.

— Ножками, брат, ножками! — крикнула я, выруливая на лесную дорогу.

Почувствовав под копытами утоптанную почву, мой рысак ускорился еще сильнее! Ладиина перегнулась, хлестнула плетью Витькину лошадь и пришпорила свою. Волки отстали где-то за поворотом, но, судя по звукам, не сдавались.

Внезапно впереди послышалось странное громыхание, а уже через секунду на нас неслась огромная, запряженная четверкой лошадей свадебная карета! Посреди ночи! В лесу! И кому же это дома не сидится?!

Словно в ответ на мои мысли из окошка выглянула довольная женская головка и с интересом посмотрела на поравнявшегося с ней Виктора. В этот момент желудок серо-буро-малинового братика сделал отчаянный кульбит и предательски выплеснул содержимое. Дама завизжала так, словно ее режут, летящий ужин торжественно впечатался в стенку кареты и слегка повстречался с фатой.

Что ж, говорят, если птичка пометит, то это к счастью и деньгам. Может, и этой паре суждено грести золото лопатой, если, конечно, кучер отскребет кое-что другое от дверцы.

В этот момент за спиной раздался уже знакомый истерический визг и сдавленный волчий вой. Это свадьба врезалась в нашу стаю и, похоже, придавила каретой пару особей.

— Так им и надо! — сверкнула глазами Ладиина, пришпоривая коня. — Нечего в первую брачную ночь носиться по лесу как угорелые!

В этот момент Злыдень тонко заржал и прибавил ходу. А вот теперь стало по-настоящему жутко! Мой скакун рассекал по дороге так, что все окружающие предметы слились в одну смазанную кривую! Я отпустила поводья и доверилась интуиции животного. Уже краем глаза заметив, как подрываются сзади две черные точки…

Конь остановился почти мгновенно, едва не выбив из седла. Сзади тихо и мирно сползали со своих скакунов Вик и Лада.

— Ну что? — сгибаясь от приступа тошноты, спросил братишка. — Оторвались?

— Вроде бы. По крайней мере, я ничего не слышу.

— Вот только где мы? — жалобно огляделась Ладиина. — Я этих мест не знаю.

— А ты что, знаешь все деревца в стране? — не выдержал Вик, осматривая стройные ряды сосен, окружающих поляну.

В ту же секунду уцелевшие остатки пищи подоспели из желудка к горлу друга, и его снова вырвало. Итак, что мы имеем: глубокая летняя ночь, дремучий загадочный лес, полнолуние, освещенная мертвенным светом поляна, парень, блюющий на ней, бледно-зеленая леди в свадебном платье и с данными вампира, хрупкая девушка-танцовщица вместо китобоя в латах, три свесившие языки лошади, список врагов полнее, чем перепись населения, да целая стая волков-оборотней где-то вдалеке. Блеск! Идеальная команда киллеров! Трепещите враги! Если не сдохнете на месте от смеха, то инфаркт мы вам точно обеспечим, вот только Вик придет в себя, и ждите!

— Надо продолжить путь. Здесь нельзя ночевать.

— Куда, Света? — оторвался на миг от своего занятия брат. — Я больше не могу.

— Она права, — вздохнула Ладиина. — Папа говорил, в лесу спящие люди для оборотней — живая мишень. Надо уходить.

— Куда? — ехидно уточнил Виктор. — У кого-нибудь есть компас?

— Он же был у тебя!

— Значит, уже нет! — не хуже всякой нечисти сверкнул глазами друг.

Отчасти он прав: мотаться по лесу, идя неизвестно куда, опасно. Так и на преследователей можно наткнуться. С другой стороны, оставаться здесь, на открытом месте, тоже несерьезно. Словно читая мои мысли, Злыдень уткнулся храпом в плечо и фыркнул.

— Надо довериться животным, может, они нас выведут.

— Скорее заведут! — буркнул Вик, вставая с колен.

— Хорошо. Тогда что ты предлагаешь?

— Мы потерялись. Так давайте выспимся. А если нас найдут оборотни, то пусть ведут в берлогу, по дороге мы узнаем, где оказались, и смоемся.

— Ты что, идиот? — фыркнула Лада. — Да ты хоть знаешь, что они с пленниками делают?!

— И вообще, Вик. Мне, как княжне, особо не прет с ними общаться. Какие они там по счету в черном списке?

— Тринадцатые.

Всегда везло на это число!

— Увы, отнюдь не самые слабые, — вздохнула леди Каракурт, словно подтверждая мои мысли. — Эти звери способны на многое.

— А чего, собственно, они со мной не поделили?

— Как чего? — недоумевая, пожала плечами супруга. — Территорию, конечно.

— Тогда зачем им моя смерть в муках? Неужели не проще так убить, не изгаляясь?

— Видишь ли, сестрица, — хищно осклабился Вик, — когда-то давным-давно один Серый король решил жениться. Но его невеста, наверное по незнанию, запустила в свою спальню немножко не того молодого князя.

— Ясно. Можешь не продолжать. Только знаешь что? Ждать, пока нас найдут мохнатые мстители, я не намерена! Жить хочу! Так что по коням — и поехали!

С горем пополам мы снова взгромоздили Вика в седло и тронулись в путь. Злыдень, как ни странно, перестал хромать, видно прочувствовав всю ответственность момента, и с грустью брел в темноте. Честно говоря, такой прыти от своего костлявого пегаса я не ожидала. Что-то в нем не так. Не совсем обычный это конь.

Словно прочитав мои раздумья, жеребец повернул голову, точно удостоверяясь, на месте ли я, и, сверкнув горящим глазом, ехидно заржал. Привычным движением я потрепала холку и обернулась к Ладе. Во мраке ночи отчетливо была видна белая пена ее скакуна. И вот вам первая особенность! Ни у Злыдня, ни у братишкиной Чернули я не то что мыла, даже малейших признаков усталости не обнаружила! А еще от них совсем не несло конским духом, точнее, они совсем не пахли! Ничем, словно это были какие-то призраки!

— Интересно, — послышался недовольный голос Вика, — это специальное седло можно как-нибудь трансформировать в кровать? Уж больно спать хочется!

Отвечать, честно говоря, не было сил, поэтому я чуть отползла назад, легла на тонкую спину животного и обхватила его шею руками, отпустив поводья. Жеребец озабоченно обернулся, тихонько фыркнул и слегка сбавил шаг, а следующий миг все тело уже проваливалось в объятия Морфея…

* * *

Самая сильная мышца в человеческом организме — язык!

Реальная анатомия

Прав был какой-то человек, заявивший, что жизнь состоит из ряда грубых пробуждений. Когда меня стащили за ногу с коня, я даже не поняла, что, собственно, происходит.

— Глянь ты! — раздался сверху скрипучий голос. — Она даже не очухалась пока!

В ту же секунду где-то рядом послышались еще два шлепка о землю, и недовольный мужской голос уточнил:

— Где мои ключи от танка?

Яркое солнце помешало разглядеть обидчиков, но постепенно взгляд фокусировался, и проявляющаяся картинка с каждым разом все больше и больше не предвещала ничего хорошего. А что положительного в высоком тощем старце, напялившем на голое тело бледно-серый балахон, особенно если он гонял тебя по лесу всю ночь? Оборотни! Мы все-таки нарвались! Или это просто кошмар?

— Тьфу, сгинь нечистая сила! — послышался полусонный голосок Ладиины.

В ту же секунду раздался звучный удар по щеке, и утренний лес прорезал дикий женский визг, по высоте не уступающий ультразвуку. Где-то рядом заматерился интеллигентный современный бухгалтер. Нет, коллективных глюков не бывает, если, конечно, вместе не кутили. Но мы-то люди без вредных привычек! Почти.

Двое мужчин, скручивающих мне руки толстенными канатами, выругались и кинулись усмирять моих спутников. Странно, что эти бугаи в первую очередь бросились стреноживать мое мелкое беззащитное тельце. С чего, собственно, столько чести?

— Идиоты! — словно прочитал мои мысли вожак. — Мужчину вяжите, а девке просто заткните рот!

— Какой именно?

Злобные желтоватые глаза встретились с моим любопытным взглядом, и мужик усмехнулся.

— Той, которая вопит, естественно!

— А, понятно! — кивнула я и заорала так, что шарахнулись даже лошади.

Мужиков на поляне хватила легкая контузия. Застыл с отвисшей челюстью даже Вик. Не теряя времени, я резко подорвалась с земли и кинулась к Злыдню. Ох! И полезны же занятия танцами! Долгие, изнурительные тренировки позволили почти мгновенно вывернуться из неудобного положения, в один прыжок преодолеть расстояние до лошади, схватиться за гриву и, сделав замах, вскочить в седло.

В ту же секунду мощный хищный удар сбил Злыдня с ног. Жеребец взвизгнул и хорошенько припечатал меня своими костями к земле. В тот же момент сильные руки намертво прижали к траве.

— Режь скотину! — заорал предводитель, трансформируя руку в когтистую лапу.

Конь истерично заржал и, укусив держащего оборотня, вскочил на ноги. Мужчина взревел не своим голосом, прижимая кровоточащую конечность к груди. Глядя на рану, создавалось впечатление, что того цапнул добрый крокодил! Тем временем мой жеребец узрел меня и, подскочив, лягнул держащего хозяйку старика. Хищник увернулся и прикрылся мною.

Глаза скакуна злобно сверкнули, и на долю секунды мне показалось, что в них промелькнула задумчивость. Затем Злыдень громко заржал и кинулся прочь. Услышав его, Чернуля подхватилась и помчалась следом.

— Там этим тварям и конец придет! — тряхнул головой предводитель, запихивая вашу покорную слугу в пыльный мешок.

— Позже мы эту дрянь найдем и съедим! — подтвердил его мысль кто-то, и ко мне загрузили еще чье-то беспокойное тело. Судя по поведению, Ладиину.

Думаю, ни для кого не секрет, что путешествовать таким образом очень неудобно. А если не знаете, поверьте лучше на слово. Как-то раз Вик на спор поместил меня в свою дорожную сумку и пересек так весь город с запада на восток. Правда, тогда он оборудовал данную обитель маленькой подушечкой и пакетиком сухофруктов в компенсацию, накрыв меня сверху одеялом для маскировки.

Неизвестно, как реагировали пассажиры на чавкающую сумку, но на вопрос кондуктора друг ответил, что везет своего только что кастрированного злобного ротвейлера из клиники, а транспортирует таким способом, потому что скотина бросается на всех, кого увидит. Какую картину в своем воображении нарисовал бедняга, история умалчивает, но расстегнуть молнию и проверить он так и не решился.

Вытряхнули нас на черный мраморный пол огромного, погруженного в полумрак зала. На стенах мерно потрескивали факелы. Окон не было. Значит, либо это подземное помещение, либо оно находится в самом центре замка. Напротив нас на высоком каменном троне развалился мощный мужчина. Несмотря на седые волосы, черты его все еще были моложавыми и очень красивыми. Такому типу людей седина обычно идет, придавая дополнительный шарм и изящество.

— Так-так-так… — протянул он, легко соскакивая с кресла. — И кого же нам сегодня привели?

— Мы поймали князя Драко! — хрипло выдохнул старик, поднимая Вика на ноги.

Лада, протестуя, вытаращила глаза и выразительно посмотрела на меня, но говорить через здоровенный кляп пока не научилась. Хвала грязной потной тряпке! А покамест лавры всемирного козла отпущения достались Витьке.

Конечно, никто не ожидал, что вместо потомственного китобоя в латах или очередного супермена в этот мир закинет полутораметрового котенка, не знающего даже, с какой стороны подойти к боевому мечу, который, кстати, в данный момент мотается где-то по лесу, притороченный к седлу моего скакуна. Если тот еще жив. Соседи до сих пор спрашивают, в каком же я классе. Нечего сказать, уродилась киллер всех времен и народов!

Серый король тем временем подошел к Виктору и приподнял пальцами его подбородок. Елки! Вик — метр восемьдесят пять да косая сажень в плечах, а этот индивид его на полторы головы выше и прилично шире! Вот уж порадовала госпожа эволюция врагом-шкафом! И как мне прикажете с этим мамонтом разбираться?! По сравнению с ним даже мой братишка дохлым кажется![2]

— Ну здравствуй, князь Драко! — едко усмехнулся кошмар моей реальности бледно-зеленому Вику.

То ли друг осознал последствия присвоения моего титула, то ли беднягу опять укачало. Скорее всего, последнее. А может, это у него еще и нервное?

— Я не князь, — сражаясь со спазмом своего желудка, выдохнул он.

— Вот как? — ухмыльнулся вожак и, проанализировав состояние парня, осторожно отступил. — И кто же ты тогда?

К счастью, позавтракать Витька не успел, а вчера почти все потерял, поэтому страдал теперь, можно сказать, виртуально, без последствий для свежевымытого, блестящего мраморного пола или для чьих-то модных замшевых сапог.

Наверное, прежде чем ответить, братик мысленно перебрал весь перечень своих кровников и, мысленно застонав, тихо сказал:

— Я лорд Венатор.

— Вот как? — саркастически склонил голову набок Серый король. (Блин, надо будет выучить свой черный список наизусть, если выживу.) — А что же делает у тебя на груди медальон князя?

С этими словами он протянул руку к выбившемуся из-под одежды амулету, но дотронуться до того все же не решился. Мой амулет спокойно грелся под рубашкой. Перед отъездом Артур выдал копию морского найденыша Вику, строго-настрого наказав нам не снимать их ни при каких обстоятельствах.

Кажется, одно из неизведанных свойств наших «дракончиков» то, что мы, даже потерявшись, сможем найти друг друга по зову медальона. Со временем, правда, и без них научимся чувствовать один другого на расстоянии подобно тому, как Гончие ощущают своих жертв и хозяина.

Вик жалобно скосил глаза на подарочек придворного мага и нагло соврал:

— Я нашел его на дороге и хотел с его помощью отыскать истинного князя, чтобы исполнить клятвенный долг моей семьи.

— Умно, — кивнул мой накачанный враг. Под его странного вида одеждой, состоящей из облегающих штанов и надетой на голое тело то ли длинной накидки, то ли халата, мерно перекатывались мускулы. — Умно врешь.

— Нет, правда!

Главный оборотень расхохотался и осторожно дотронулся до медальона. Затем резко ударил Вика наотмашь.

— Дурак! — выдохнул он. — Неужели ты надеялся меня обмануть?

— Каким образом?! — не менее нагло возмутился Вик.

— Даже самому глупому ребенку известно, что в присутствии хозяина медальон Дракона теплеет!

— Он нагрелся от тела!

— Идиот! На простом человеке он становится ледяным! Или ты хочешь сказать, что Драко сейчас среди нас? Может, она? — Он ткнул пальцем в бледную Ладиину. — Или она? — Серый король взглянул в мою сторону и поморщился.

Эх, знал бы дядя, что попал в точку! Наверное, еще никогда этот зал не принимал одновременно трех Драко. Но если сейчас ничего не предпринять, то через секунду исчезнет весь род!

— Медальон может быть на нем теплым! — не выдержала я, глядя на занесенный над головой брата гигантский кулак. — Во время вражды женскую половину рода Венатор периодически соблазняли воины-Драконы. В нем есть примесь княжеской крови, и амулет может чувствовать это!

— А ты кто такая? — недобро прищурился вожак и кивнул на моих спутников. — Их незаконнорожденное дитя?

Присутствующие в зале оборотни дружно захохотали. С чего, собственно?

— Нет! — фыркнула я, осторожно перенося свой вес на согнутые ноги. — Я его маленькое алгебраическое дополнение!

Король наконец-то опустил занесенную руку и миролюбиво спросил, все еще не оборачиваясь в мою сторону:

— Сколько тебе лет, девочка?

— Двенадцать. — Не знаю почему, наверное, от страха, цифры в голове перевернулись и тельце собралось в компактный комочек.

Вожак отошел от Вика и задумчиво обернулся в мою сторону. По спине побежали крупные, явно тропические мурашки. Еще никогда не испытывала такого сильного и навязчивого желания слиться с полом!

Серый король вяло зевнул и коротко приказал:

— Убить князя! Мне наскучил этот спектакль!

— Нет! — подорвалась я. — Не трогайте его! Я Драко! Не он! Я!

Мама миа! Эта глыба пошла на меня! А что я могу? Максимум заболтать его до смерти! Минимум — получить инфаркт прямо сейчас. Говорят, в такие моменты надо полагаться на удачу.

— Нет! — заорал Вик. — Я князь Драко!

Вожак обернулся к моему другу, демонстративно распахнул и скинул с себя халатик, обнажив накачанный торс. Вытянутая вперед рука на мгновение превратилась в когтистую лапу и снова вернулась в прежнее состояние.

— Знаешь что, князь, — тихо сказал он, берясь за пряжку ремня, — я лично вырву у тебя сердце.

И он принялся медленно стаскивать штаны, явно собираясь трансформироваться. Блин! Если сейчас ничего не предпринять, другу конец! И снова торжественность момента нарушила я:

— Вы что?! С ума сошли, показывать ребенку стриптиз?!

Обнаженная гора мускулов повернулась ко мне. Умру, но не дам близкого человека в обиду!

— Дядя, — тоном пятилетнего карапуза заявила я, завороженно глядя на голого гиганта. — Мне еще рано смотреть такие картинки. Моя нежная психика этого не выдержит!

— Моя тоже! — тихо признался Вик, обреченно взирая на нагого атлета.

— А я бы, пожалуй, еще раз посмотрела, — осторожно подняла вверх палец смущенная Ладиина. Стоп! А куда делся кляп?! Она его что, съела? — Повернитесь, пожалуйста, снова в мою сторону. И лицом, если можно.

— Что здесь происходит?! — взревел покрасневший Серый король, обводя взглядом застывших от изумления оборотней.

— Это я у вас спрашиваю, — откровенно рискуя, подала голос ваша покорная слуга. — Стоите тут, пугаете детей на ночь глядя. Знаете, такое раз приснится, — все еще сидя на полу, обрисовала я рукой картину, и оттого рамки образа выше пояса мужчины не поднялись, — мало не покажется!

— А он и сейчас малым не кажется, — с видом знатока констатировал Вик.

— А мне нравится, — осторожно заметила Ладушка, с ног до головы оценивая Серого короля. — Симпатичненько так.

Похоже, мужик здорово попал, так как Вик понял идею хоть как-то отвлечь супостата. Не знаю, насколько это хорошая мысля и что из этого получится. Но хуже уж точно не будет!

— А по-моему, ножки волосатые, — повернулась я к Ладе, поддерживая игру. — И кривоватые слегка.

— Зато большой… потенциал, — вступился Вик.

— Жрет, видно, тоже много! — проворчала я.

— Зато все натуральное, свое! — не унимался мой друг.

— Есть к чему прислониться! — восторженно прошептала леди Каракурт, фотографируя мужчину глазами.

— И за что взяться! — поддержал братишка. — Вон какие аппетитные кусочки! Женщины не собаки, на кости не бросаются!

— На такой каланче повеситься можно! И старый уже! — не уступала ваша покорная слуга.

— Зато опытный! — не дал товар в обиду экономист.

— Это что?! — пришел наконец в себя ошарашенный вожак. — Смотрины?!

— А что, нет? — ехидно уточнила я.

— Почему бы и не полюбоваться? — пожала плечами леди Каракурт, пожирая глазами обнаженного короля.

— Раз бесплатно показывают! — закончила я.

— Ты! — взревел оборотень, приближаясь ко мне.

— Почему она?! — ревниво вскрикнула Ладиина. — Я, может, тоже хочу!

— Дядя! — интуитивно отползая назад, выдохнула я. — Не трясите передо мной… своими телесами!

— Как же! — фыркнул за спиной Вик. — Испугали кота сосиской!

— Это не сосиска! — откровенно возмутилась наша спутница.

— Пока что! — автоматически брякнула я.

Ой! Зря, дура, не удержалась! Покрасневший до кончиков ногтей вожак одной рукой сгреб мои сорок шесть килограммов пока что живого веса и приподнял на добрый метр над землей.

— Ты! — прошипел он, забыв наконец-то о намерении убить моего брата. — Ты поплатишься за мой позор, маленькая дрянь!

— Мужчина! — закричал Вик, вызывая огонь на себя. — Опустите девочку на землю! Она высоты боится! Ее сейчас вырвет!

Серый король благоразумно вытянул руку со мной перед собой, но пальцы не разжал.

— Убейте меня, — тихо прошептала я, осознавая, что теперь, в таком состоянии, он так просто мою просьбу не исполнит.

— Нет, — злобно зашипел оборотень. — Ты будешь наказана, я отдам тебя на забаву моему сыну!

— А я? — раздался обиженный голос леди Каракурт.

— Что ты? — не понял мужчина, впервые озадаченно глядя на нашу спутницу.

— Я не хочу умирать девицей!

— Что?! — взревел Виктор, пользуясь ситуацией. — Ты моя будущая жена и должна смириться со своей участью!

— И не подумаю! — сверкнула глазами Ладиина. — Почему все достается этой малолетней дряни, а мне ничего?! И не лгите, что вы просто брат и сестра! Вы еще и любовники! Я видела, как вы смотрите друг на друга! Я все знаю!

— Прекрасно! — ухмыльнулся Серый король, опуская меня на пол. — Ты не умрешь сейчас, князь. Вначале ты посмотришь, как твои женщины будут принадлежать моему сыну, а потом ты скончаешься в страшных муках. А теперь, — он обернулся к подчиненным, — свяжите мелкой руки за спиной и отнесите их всех в гостевые покои.

Кто сказал, что язык — страшнейший враг? При грамотном использовании он может даже отсрочить казнь на неопределенное время. А там, глядишь, и до Киева доведет, а оттуда до дома рукой подать: подумаешь, какие-то три тысячи километров.

* * *

— Профессия подсудимого?

— Акробат.

— Господа присяжные, закройте, пожалуйста, окно!

— И что дальше? — осторожно спросил лорд Венатор, когда нас сгрузили на пол просторной, хорошо освещенной комнаты с огромной кроватью посередине.

— Надо подумать, — призналась я, стараясь перевернуться на спину.

— Давай быстрее, — вздохнул Вик, с опаской косясь на дверь. — Мне, если честно, совсем не хочется встречаться еще и с сыном, отца выше крыши хватило!

— Правильно! Хорошего понемножку!

Я наконец-то перевернулась на спину. Теперь осталась самая малость: закинуть ноги за голову, стараясь сложиться как можно компактнее, и осторожно продеть тело через кольцо, образованное связанными сзади руками. Таким образом, спутанные кисти окажутся впереди, а там можно приспособить висящие над кроватью кинжалы.

— Ты с ума сошла? — округлила глаза доселе молчавшая Лада, созерцая мои попытки. — Сейчас придет его сын, а ты тут балуешься!

— Думаешь, ему не понравится новая поза Камасутры? — озабоченно повернулся к ней Вик.

— А что это такое? — заинтересованно загорелись голубые глазки.

— О!.. — протянул мой друг. — Это такая полезная книжка, где собраны довольно любопытные позы.

— Какие? — жадно вцепились в парня васильковые очи.

— Акробатические! — не выдержала я.

— Твои, что ли? — фыркнула златовласая красавица.

— Спокойно, — ухмыльнулся Вик, с пониманием дела наблюдая за моими потугами, — помолчи немного, Свете сейчас труднее, чем тебе. Дорогая, по-моему, ты слишком откормила свою попу!

— Заткнись! — Вот знает же, как сказать даме антикомплимент!

— Лорд Виктор, — пораженно прошептала Ладиина, видя, что мне наконец-то удалось преодолеть самую сложную часть юного тела, ягодицы, — у нее вообще кости есть?

— Теоретически да, — блаженно улыбнулся мой друг, — а практически — сама видишь!

Завязывать руки за спиной, конечно, эффективно, если только жертва не занималась с детства пластикой. В кои-то веки дожила до момента, когда скажу спасибо растяжке, а ведь тогда хотелось плакать и ругаться!

На мое счастье, кинжалы висели довольно низко, поэтому уже через минуту вся наша компания растирала затекшие кисти.

— Думаю, на сегодня лимит восторженных впечатлений исчерпан! — с каким-то странным сожалением вздохнула Лада.

— Не спеши, — одернул ее Вик. — Отсюда еще надо выбраться!

И правда, надеяться на то, что нас не караулят под дверью, абсурд!

— У нас есть арбалет! — Ладиина потрясла добытым с соседней стенки орудием.

— И две стрелы! — фыркнул мой брат. — А если их там трое или четверо?

Я подошла к окну. Далеко внизу, где-то на расстоянии двадцати метров, находился вымощенный булыжником внутренний двор, обнесенный высоченной стеной. И, как назло, ни дерева, заглядывающего в окно, ни мягкой подстилки в виде соломы, как в приключенческих фильмах, не наблюдалось. Только голая каменная мостовая.

Правда, в шестидесяти сантиметрах под окном пролегал довольно широкий карниз.

— Может, как в романах, свяжем простыни и спустимся в комнату под нами? — предложила Лада.

— Во-первых, мы не знаем точную высоту этажа, — поморщился Вик. — Во-вторых, не факт, что нам хватит материала, в-третьих, он может оборваться. А стать чьей-то отбивной я пока не хочу!

— И нет гарантии, что окошко внизу открыто, а создавать лишний шум, вися высоко над землей, как-то нежелательно.

— Что же тогда делать?

— Попробуем по карнизу обойти замок по периметру. Вдруг какое окошко и будет открыто?

— Я высоты боюсь, — побледнела леди Каракурт.

— А ты не смотри вниз. Держите кинжалы, старайтесь втыкать их посильнее между кирпичами.

— А ты?

— Возьму одну из стрел.

— Ей рост позволяет свободно гулять по карнизу, — улыбнулся Вик, передавая мне арбалет. — Иди первой, нам понадобится твое прикрытие.

— Захвати веревки, чую, они нам тоже еще пригодятся.

Господи, какое счастье, что в этом мире викингов, строя замки, архитекторы просто не предугадали врага моего калибра и двух любителей острых ощущений нормального размера! Любой другой захватчик в доспехах давно бы лежал внизу сплющенным железным блином.

Как назло, все окна были закрыты, а в некоторых покоях даже блуждали люди, или оборотни, лучше сказать. Впереди маячил поворот, честно говоря, ползти по другой стороне было довольно страшно и проблематично. А что там поджидает?

Однако угол замка наша компания преодолела на удивление легко. И — о чудо! Первое же попавшееся окно встретило радостно трепыхающимися на ветру шторами. Осторожно приблизившись, я заглянула внутрь.

Убранство открытой для обзора части комнаты чем-то напоминало обстановку нашей, но значительно уступало в роскоши. Край шикарного персидского ковра подходил прямо к подоконнику. Где-то слева поскрипывала кровать, и, судя по звукам, там либо кто-то кого-то мучил, либо развлекалась молодая пара.

Я уже собралась двигаться дальше, как на плечо легла сильная мужская рука.

— Ты куда? — шепотом уточнил Вик.

— Кажется, мы там будем лишними.

Друг детства внимательно прислушался и гаденько ухмыльнулся.

— Полезай, третьей будешь!

— Что?

— Это ты что! Неужели думала, что я упущу такой шанс?! Да им сейчас туда хоть целый спецназ запусти — даже не заметят!

— Скорее десант! Высота-то какая!

— Тем более лезь! — безапелляционно заявил брат и подтолкнул вперед.

На широкой, можно сказать, царской кровати действительно радовались жизни два обнаженных тела. К счастью, придавленная мужчиной партнерша ничего не могла видеть из-за его широкой накачанной спины. Глядя на мерно перекатывающиеся мускулы, я невольно засомневалась, стоит ли целиться в сердце. Ведь застрянь стрела в мышцах — и мы живыми уже точно не выйдем! А череп арбалетный болт, по идее, должен взять, он же создан для пробивания брони.

В этот момент женщина извернулась и узрела меня. Прорезавшийся крик на корню уничтожил любовник, резко заткнув ей рот ладонью. По тому, как он это сделал, видно было — подобное происходит не впервые. Вот только пассия резко ударила партнера по лицу и вытянула руку в сторону окна.

Мужчина недоуменно обернулся.

— Подкрепление вызывали? — улыбнулся Вик, перелезая через подоконник.

— Вы кто? — хрипло спросил мужчина, изучая взглядом нацеленную в его голову стрелу.

Спросил просто так, для проверки, потому что ответ читался на его высоком лбу большими горящими буквами и чуть ли не по слогам: «Пси-хи!» А как, собственно, дорогой читатель, вы бы назвали наглую троицу, бесстыже влезшую в окно вашей спальни на высоте двадцати метров, да еще посреди полового акта?! Причем одна девица направляет вам меж глаз арбалет, а другая, блондинка, взяв под прицел вашу партнершу, жадно пожирает ваше нагое тело глазами.

— Только закричите, — предупредил Вик, так же бесцеремонно осматривая обнаженную девушку, — и получите болт прямо в лоб.

Мужчина взглянул на Вика, как мясник на тушку. Взгляд не загнанной в угол мышки, а кошки, причем очень злой и хладнокровной, которую отвлекли от любимого занятия. Где-то на уровне зрачков полоскалась тихая ярость.

У меня под ложечкой заскреблось какое-то существо, кажется, страх. Что-то в последнее время он там прочно обосновался. Пара с него квартплату взимать.

Тем временем мужчина цепким взглядом обежал нашу компанию, гадко ухмыльнулся, нарочито медленно откатился от любовницы и улегся на спину, заложив руки за голову.

— Ну что ж, любуйтесь, — криво улыбнулся он, насмешливо глядя на незваных гостей.

Он был спокоен, как может быть спокоен только тот, кто чувствует себя в полнейшей безопасности. Вероятно, даже руки спрятал для того, чтобы продемонстрировать возможность в любую минуту оторвать пришельцам головы, как нашкодившим котятам. Эх, почему у меня арбалет, а не пулемет?! Хотя имей я в руках даже гранатомет, вряд ли бы помогло.

Что ж, надо ковать железо, пока это его всего лишь забавляет. Авось повезет!

«Что-то мы в последнее время слишком много полагаемся на удачу!» — вздохнуло левое полушарие.

— Леди, не соблаговолите ли вы подняться и прошествовать вон в тот дальний угол?

— Убираешь конкурентку? — ухмыльнулся развалившийся на шелковых простынях пленник.

— Может быть, — машинально брякнула я, изучая длинные, разметавшиеся по подушке черные волосы.

Глаза цвета спелой вишни оценивающе смотрели на меня. Кого-то он мне напоминал. Сильное, мускулистое тело, тонкие, почти пронзительные черты лица. Красивый, очень красивый хищник. Сложившаяся ситуация его откровенно развлекала. Может, попробовать на этом сыграть?

Вивисектор — так я окрестила оборотня, исходя из внутренних ощущений, — что-то сказал, от чего братишка, с энтузиазмом тарантула пеленавший заложницу в простыни и шторы, застыл с отвисшей челюстью, переводя взгляд то на него, то на меня. Ладиина поперхнулась и, залившись краской, уставилась на вашу покорную слугу. Даже из кокона на меня устремился взгляд василиска.

— Простите, — оставила я на минуту попытки уловить постоянно ускользающее сходство, — вы что-то сказали?

— Страдаете девичьей памятью?

— Я задумалась.

— Надеюсь, над моим предложением?

— А каким?

— Свет, очнись! — вскричал Вик. — Этот гад предложил тебе отложить арбалет и хорошенько его ублажить в качестве моральной компенсации!

— Вот уж не думала, что его интересуют дети! — фыркнула Лада и получила от пленника такой взгляд, что из ало-красной превратилась в бордовую.

— Извините, но можно вас привязать к кровати?

Такой реакции не ожидал никто, даже мой любимый братец, уставившийся на меня с видом строгого папаши, заставшего свою единственную дочь за развязной дикой оргией!

— Вы хотите прикрутить мои руки и ноги к столбикам постели? — поперхнулся смешком Вивисектор, глядя на меня уже с откровенным удивлением и легким испугом. — Я правильно понял?

— Да, — твердо ответила ваша покорная слуга, спокойно глядя пленнику в глаза.

Не волнуйся, парень! У меня хватит наглости так с тобой поступить!

— Не ожидал от столь милой леди таких необычных вкусов, — признался он и улыбнулся, демонстрируя белоснежные, слегка заостренные клыки. — Что ж, попробуйте. Только пусть меня приковывает дама, а не мужчина, такого кощунства над собой не допущу.

Зря он так. Судя по тому, как злобно полыхнули глазки нашей девицы с упыриной силой, мало ему не покажется! Ладиина с плотоядной ухмылкой отбросила в сторону веревку, подошла к кровати, наклонилась и извлекла из-под нее толстую железную цепь с наручниками на конце.

— Что это? — ошарашенно выдохнул лорд Венатор.

— Гостевая комната, — хмыкнула леди Каракурт, пристегивая не ожидавшего такого поворота событий брюнета. — Видите ли, дама не всегда бывает согласна или кавалер. — Она одарила многообещающим взглядом молодого оборотня, защелкивая одну из оков на ноге. — И архитекторы решили облегчить сию проблему хозяевам.

— А ты откуда знаешь? — не выдержал Вик.

— В нашем мире это обычная практика, — пожала плечами Лада. — Привыкайте.

— Ну вот, — с насмешкой вздохнул оборотень, наблюдая за нами веселыми глазами. — Пара хрупких дам распяли меня, обнаженного и беззащитного, на кровати. Что дальше?

— Кляп! — настоятельно потребовало последовательное левое полушарие, введя правое в глубокую прострацию.

— Так, леди, — рассмеялся мужчина, буравя озорным взглядом, — вы уже начинаете меня пугать своими вкусами! Можно хоть получить поцелуй от прекрасной дамы?

— Ладушка, это по твоему адресу.

— Мне что, нужно прикручивать мужчин к кровати, чтобы сорвать поцелуй?! — возмутилась она.

— Вик?

— Нашла крайнего! — поперхнулся брат. — Во мне женского разве что волосы! — Он указал на собранный на затылке хвостик. — Я на такое кощунство не пойду! И не проси!

— Леди, а вы? — обворожительно улыбнулся оборотень.

— Я немного занята, — извинилась я, взглядом указывая на все еще нацеленный в его сторону арбалет. — Простите.

— Что ж, — ухмыльнулся он, — значит, я сам вас поцелую!

С этими словами мужчина рванулся вперед так, что затрещала массивная дубовая древесина. Оковы напряглись, натянулись, как ниточки, но уцелели.

«Какой там кляп?! — взревело правое полушарие. — Мотать отсюда надо!»

«Ого?! — ехидно осведомилось левое. — Кто-то наконец освоил великие тайны анализа? Хозяйка, наша бездарь впервые в жизни права! Шевели копытами, я жить хочу!»

— Цепи выдержат и оборотня, — быстро предупредила Лада, наблюдая нашу панику.

— А кровать? — ядовито справилась левая половинка мозга.

Лада посмотрела на взбешенного оборотня, оценила масштаб ущерба и побледнела.

— И что же теперь делать?! — ехидно уточнил Вик.

— Ты меня спрашиваешь? — огрызнулась Ладиина.

— Бежать! — Я наконец нащупала постоянно ускользающую ручку двери.

Оба полушария единодушно согласились и послали мощный импульс ногам.

* * *

Любовь — это короткая цепь, на которую двое пытаются посадить друг друга.

Что-то большую часть данной геройской освободительной одиссеи я провожу в бегах, причем от своих же потенциальных жертв! Похоже, этот мир конкретно вляпался, раз сделал ставку на меня!

К счастью, в коридоре никого не оказалось, но, к сожалению, подпереть дверь также было нечем, поэтому, не мудрствуя лукаво, мы рванули по плохо освещенному коридору замка.

Сзади послышался треск разлетающихся щепок. Я обернулась. Мама дорогая! Наш пленник, даже не удосужившись одеться, так и несся за нами, частично прикрученный к кровати! Останки ложа жалобно громыхали по каменному полу, постоянно норовя зацепиться за стены.

Какая точка моего тела придала дополнительный импульс ногам, ума не приложу, но в тот момент я обогнала даже нашего чемпиона по легкой атлетике, Вика! А физрук еще говорил, что бегать не умею! Очень даже умею! Когда хорошо попросят!

Грохот, который устроила наша четверка, мог бы и мертвого из могилы поднять, не то что переполошить весь замок! Я с ужасом думаю, что будет, когда наша жертва эротического безобразия оторвется наконец от кровати и побежит в полную силу!

В этот момент двери покоев стали открываться, являя недовольные лица. Не знаю, какой эффект производили наши спринтерские упражнения и квадратные глаза, но вид гремящего сзади цепями голого преследователя с перекошенным от ярости лицом производил неизгладимое впечатление. Слабонервные мгновенно удалялись с нашего пути, бледнея, как мертвецы, а более сильные просто почтительно прижимались к стенам, не рискуя присоединиться к личной вендетте.

Теперь я поняла, кого же напоминал нам этот милый злобный юноша, оставляющий за собой след из щепок да опилок! Мало того что мы довели до белого каления Серого короля, так еще достали его сына! Блеск! Жизнь удалась!

В какой-то момент Вик увлек нас в боковую комнату и, заперев, подпер дополнительно собой дверь.

— Ты?! — раздался яростный вопль.

Люди, не поминайте нечисть всуе! Прямо перед нами, дыша, как компрессор, высился престарелый стриптизер! Фортуна! Я тебя люблю! Впереди взбешенный папочка, сзади — злющий, как василиск, Черный принц! Один жертва моего языка, второй — бурной бесстыжей фантазии. Молот и наковальня отдыхают!

— И что дальше? — упавшим голосом уточнила леди Каракурт.

— Отскакиваем от двери, — быстро бросила я.

И вовремя! Дуб просто разлетелся в щепки! На пороге, тяжело дыша, стоял взмыленный Вивисектор. На ногах его были уже только кандалы, заканчивающиеся резными деревянными ножками, а вот руки еще оставались прикованными к чудом уцелевшей спинке кровати.

— Это что?! — не выдержал седовласый терминатор, подобрав отвисшую челюсть.

— Уж явно не эротическая забава! — огрызнулся Черный принц.

— Что ты с ним сотворила, дрянь?!

А что я могла с ним сотворить?! Сынок отцу только в возрасте уступает! Найдите мне того мастодонта, что этого мамонта завалит!

— Любовь — это короткая цепь, на которую двое пытаются посадить друг друга! — философски изрек Вик, но взгляд его упал на торчащий из-под пока что целой кровати кусок кандалов.

— Что?! — рявкнул взбешенный папаша.

В ту же секунду Лада метнулась вперед, сбивая Серого короля с ног, их падение как раз произошло около пока еще ничего не подозревающей мебели, девушка откатилась, ухватила торчащую из-под кровати цепь, и в следующую минуту раздался победный щелчок около левой щиколотки седого терминатора. Он извернулся и полоснул в воздухе трансформировавшейся лапой, Лада подскочила и ушла из-под удара, воспользовавшись вампирьей реакцией.

В этот момент Вивисектор прыгнул навстречу и сделал мах руками вперед. Тяжеленная дубовая спинка, брякнув цепями, с грузным грохотом приземлилась там, где только что находилась Лада. Похоже, мою женушку решили прихлопнуть, как муху! Что ж, я их очень понимаю!

Подскочив к одиноко стоящему на столике кувшину с водой, я метнула фарфоровый сосуд в удачно подставленный вражеский висок и проорала уже старый добрый боевой клич:

— Бежим!!!

Мои подельники слаженно юркнули в освободившийся проход. И снова полутемные, полупустые коридоры, только теперь за нами гонятся двое прикрученных к кроватям мужчин. Статус нашей троицы растет на глазах!

Долго так продолжаться не может. Надо вниз! Там спасение! Сядем на лошадей и ускачем, если, конечно, ворота не закрыты, но там что-нибудь придумаем.

— Вик! Надо искать лестницу!

— Ага, Свет! Ее тут нет!

Тогда нужна внешняя стена замка. Вроде кони проходили по мосту, следовательно, внизу ров. Надеюсь, с водой. Значит, так: справа комнаты с видом на внешний двор. А слева?

— Народ, сюда!

Вдруг фортуна соизволит на мгновение обернуться нужной стороной?

Мы буквально влетели в пустую комнату. Ура! Пока везло.

— Вик, ров есть?

— Да!

— С водой?

— С крокодилами!

— Лада, баррикадируем дверь.

— Свет, ты собираешься туда прыгать?! — взвился брат.

Блин! Я и забыла, что он панически боится воды!

— Свет, я не только не умею плавать! — словно прочитал мои мысли Вик. — Там огромные, доисторические рептилии! С вот такими ряхами! Ты понимаешь?!

— А там — злобные двухсоткилограммовые жертвы эволюции с вот такими зубами! — махнула я рукой назад. — Соображаешь?!

— Хорошо! — вдруг согласился лорд Венатор, делая приглашающий жест к окну. — Вперед! Ты же у нас дракон, вот и договорись со своими древними родственниками! А мы сверху посмотрим!

М-да, там, внизу, действительно плавали настоящие динозавры! В такой бассейн побоится прыгать даже камикадзе!

В этот момент дверь сорвалась с петель и на пороге, вздымая грудь, стояло огромное пепельно-серое чудовище, крупнее обычного волка раз в двадцать. На задней лапе мохнатого мамонта красовалась цепь с лакированной ножкой на конце.

Увидев нас перед собой, он даже растерялся, не зная, кого придушить первым. Наконец зверь кинулся в мою сторону. Лестно, но неприятно. И снова спасибо танцам! Говорят, какой-то артист с позиции стоя делал прыжок из-за кулис прямо на сцену, преодолевая каждый раз расстояние в четыре — шесть метров. Охотно верю!

Вик и Лада снова метнулись к дверям.

— Нет! — заорала я, отпрыгивая в сторону. — Там засада!

Словно в подтверждение на пороге появились два огромных серых волка. Вивисектора среди них не было. Видно, здорово его кувшином приложила! Так вот почему я первая и почетная жертва!

Вик и Ладиина затормозили в прыжке и кинулись в противоположную сторону. Лохматые воины не спешили на помощь своему королю, усевшись на пороге. Стражники, что ли?

Тем временем серебристый вожак ударил наотмашь попавшуюся под лапу Ладу и снова кинулся на меня. Девушка отлетела к стене, как игрушечная, а я поняла, что увернуться не смогу. Поэтому отскочила легонько в сторону и, пока зверь пару секунд, тормозя, боролся с инерцией, метнулась ему на спину.

Серый король встал на дыбы не хуже породистого жеребца, и я что было силы сжала его бока бедрами, намертво вцепившись в длинную шерсть на загривке. Огромный волк взвыл и стал как бешеный носиться и скакать по комнате. Стражники растерянно раззявили пасти, но вмешиваться в безумное родео не торопились.

— Вик! Сделай что-нибудь!

— Что? — отозвался брат, стягивая со стенки кинжал. — Вы и так неплохо смотритесь!

В этот момент Лада схватила со стены второй клинок и бросилась к окну. Умница! Хоть один человек додумался! Вик последовал за ней. Мой «скакун» метнулся наперерез. Я с силой ударила его по бокам серебряными каблуками. Ну уж нет! Не пущу!

Оборотень взревел и с остервенением принялся меня стряхивать. Но не тут-то было! От страха я вцепилась в него как клещ! Говорят, хватательные инстинкты у человека бессмертны.

И тут халява кончилась! Волк стал заваливаться на бок с явным желанием покататься по полу и придавить надоевшую блоху. Я попыталась отпрыгнуть в сторону, но тяжелая туша с радостью прижала мою ногу. Мраморный пол встретил бедную головушку не особо ласково…

Очнулась я в той же комнате. На пороге по-прежнему сидели двое стражников, вот только Серого короля не было видно. Руки-ноги целы и не связаны, слегка качает, но это естественно. Волки никак не отреагировали на мое хилое передвижение. Странные какие-то слуги. Или у них особый приказ?

За окном раздался красочный заковыристый мат. Вик!!! Ноги сами подскочили к подоконнику, на резкое движение голова отозвалась глухой болью, словно мозги превратились в один огромный синяк, плавающий в водном пространстве.

«Не дождешься! — вдруг злобно прошипело левое полушарие. — Но я тебе это еще припомню!»

«Эй! Бестолочь! За чувства я отвечаю! — хрипло просипело правое. — И я хозяйке это помяну!»

Да заткнитесь вы обе!

«И это ты своим мозгам? — ехидно отозвалась левая половинка. — В такой момент?!»

«Похоже, она действительно конкретно ляснулась!»[3]

У-у! Спелись!

По отвесной стене с энтузиазмом альпиниста карабкались мои компаньоны, сзади медленно и спокойно, смакуя каждое движение, цепляясь когтями за кладку, поднимался папаша Вивисектора.

— Нет! — заорала я и дернула все еще болтающуюся на моем уровне цепь. — Стоять!

Оборотень отреагировал на появившийся раздражитель, как слон на муху.

— Света! Сделай что-нибудь! — закричал, цепляясь за край крыши, Вик.

— Что? — ехидно уточнила я, припоминая свою корриду. — Вы и так неплохо смотритесь!

— Что хочешь, милая! Только убери его отсюда! Я же СОБАК боюсь!

— А крокодилов внизу не страшишься?

— Там не крокодилы! Там — ошибка природы! — жалобно взмолился друг, пытаясь подтянуться.

И что прикажете делать?! С такими родственниками инстинкт самосохранения можно послать куда подальше, а заодно не мешало бы завещание написать! Эх. Прости меня, моя головушка, до сих пор я наивно полагала, что ты у меня не для еды, но просьба друга — священна. Помирать, так с боем!

Мозг ехидно промолчал.

Я снова схватила ускользающую цепь, обмотала вокруг руки и дернула на себя. Ага! Легче танк тащить на буксире! Придется снова отвлечь супостата.

«А ты за хвост дерни!» — злорадно посоветовало левое полушарие.

«А что потом — лучше не думать!» — скорбно вздохнуло правое.

Так как сия подвижная конечность была уже вне пределов досягаемости, пришлось встать на подоконник, еще раз намотать цепь на руку до упора и, покрепче ухватившись, выползти на стену. Резная лакированная ножка кровати на конце создавала натуральный эффект тарзанки, вот только зверюга сверху игривого настроения не навевала.

Почувствовав на задней лапе лишние сорок шесть килограммов, Серый король наконец-то обернулся. Недолго думая он отставил свою левую конечность и тряхнул со всей силы.

Крокодилы внизу явно оживились, зато мои пальцы впились в спасительные звенья и дуб, наверное, не хуже челюстей бульдога. Оборотень выругался и резко дернул лапой. На сей раз впечатать меня в стену не удалось: ноги рефлекторно подтянулись вперед, мягко спружинив.

Вик тем временем залез на крышу и втащил туда Ладу. Рассерженный зверь хотел снова что-то предпринять, но тут сверху ему на темечко свалился кусок черепицы, который, срикошетив, едва не задел и вашу покорную слугу. Братишка засмеялся и радостно помахал жертве ручкой. Оборотень плюнул на меня и снова полез вперед.

И что дальше, снайпер? Лорд Венатор побледнел и переместился ближе к шпилю. Осторожно передвигаясь следом за объектом, я вытянула свободную ногу и мысленно трансформировала каблук в длинную тонкую иглу, затем что есть силы ткнула ее в правую лапу зверя. Точнее целилась туда, но попала супостату в зад…

Раздался душераздирающий рев, сопровождаемый запахом паленой шерсти и поджаренного мяса. Наверное, здоровенной иголкой со всей силы и так больно, а уж с прижиганием небось Москва видна! Однако по тому, как злобно зыркнул обернувшийся оборотень, голову посетила крамольная мысль — а не попала ли я случайно в другое стратегически важное место? Но нет, небольшая подпалина аккурат в верхней правой половинке ягодицы успокоила мою мятежную душу. И пока враг окончательно не очухался, ударила еще раз. Ура! Попала!

Противник снова взвыл и опять попытался, опершись на раненую конечность, стряхнуть вашу покорную слугу, но не тут-то было! Хватательный рефлекс у людей развит буквально с пеленок! Я вновь попробовала ранить врага, но тут Серый король втянул когти и прыгнул вниз. Сверху раздался протестующий мужской крик.

Мы летели прямо к крокодилам! И, как назло, снова не за что зацепиться!

«Хана!» — пронеслось в голове напоследок единодушное, и сильная мужская рука схватила меня за ногу чуть ниже колена. Цепь рванула, размоталась около руки, ударила лакированной ручкой по пальцам и злющий, аки скорпион, Серый король плюхнулся прямо на морду огромному, старому крокодилу. Ох и не повезло же рептилии!

— Далеко собралась? — осведомился уже знакомый, слегка рычащий баритон.

— Поплавать! — огрызнулась я, глядя, как подо мной кипит да пенится уже алая вода. Сопровождалось сие действо сдавленным рыком и визгом.

Оборотень против крокодила. Кому из них больше не повезло, непонятно, но весело обоим — это точно! Да! Без труда не вынырнешь из пруда!

Продолжая держать меня надо рвом, Черный принц взглянул вниз и присвистнул. Волосы его все еще мокрые после встречи с кувшином, с правой стороны от виска идут кровоподтеки, но ран уже нет.

— Может, стоит выбрать менее бурную сауну? — произнес он наконец. — Мою, например.

— Ты так уверен, что купание пройдет спокойно? — разозлилась я, чувствуя, как к голове начинает приливать кровь.

Он засмеялся, легко подбросил меня в воздух и, поймав одной рукой уже за шиворот, развернул к себе.

— Ванна с Драконом — это интересно! — улыбнулся он, кивая на выбившийся из-под одежды медальон. — Кто-то обещал мне горячую ночку!

— Кажется, я и так произвела неизгладимое впечатление. Может, хватит с тебя острых ощущений?

— Пока что нет! — криво ухмыльнулся оборотень и стал медленно, смакуя победу, притягивать меня к себе.

Как все-таки похожи отец и сын! Блин! Везет мне, как утопленнику! Хотя если вспомнить самое начало данного победоносного крестового похода, то я в некотором смысле и утопла!

Вдруг что-то черное мелькнуло у виска. Клацнули звучно то ли челюсти, то ли клюв. Принц испуганно отдернул руку и разжал пальцы. В следующий миг длинные острые когти сомкнулись на плечах моей кожаной куртки, не причинив, как ни странно, никакой боли.

Огромная угольно-черная птица издала победный крик, сделала над замком прощальный круг, словно привыкая к ноше, и понеслась в лес.

«М-да, ничего себе денек выдался!» — вздохнуло правое полушарие.

«А ведь еще не вечер!» — вкрадчиво уточнило левое.

Да уж! Этот мир действительно сошел с ума или окончательно дошел до ручки, раз решил вверить свою судьбу в мои мощные руки, предоставив мне почетную роль киллера великого и могучего зла!

Часть вторая

ПО ДОРОГЕ К НАВОДЧИКУ

Одна из радостей путешествий — это возможность посещать новые города и знакомиться с новыми людьми.

Чингисхан

Пока я гадала, является ли нежданный спаситель очередным врагом или прихватил меня так, в качестве пищи, сочтя, что плохо висела, меня довольно грубо приземлили на душистую зеленую поляну. Не хочу открывать глаза и возвращаться в буйную реальность! Не хочу!

— Свет, ты жива? — уточнил надо мной едкий мужской голос, и на лоб шмякнулась сочащаяся водой примочка.

— А что? Мечтаешь занять наследное место? Могу уступить, совершенно бесплатно причем.

— Нет уж! — фыркнул Вик. — Чтоб меня так вся страна любила?! Я пока жить хочу! Поэтому знай: если ты отбросишь коньки, я тебя с того света достану и сюда верну!

— Рада, что ты так обо мне заботишься!

— Как вы, леди? — На лоб осторожно легла тоненькая рука. — Я временно не хочу быть вдовой!

Я наконец-то соизволила подняться и осмотреться. Небольшую приветливую полянку со всех сторон по традиции окружали вековые сосны. Компаньоны безмятежно развалились на сочной траве, облокотившись на дорожные сумки, и наслаждались передышкой. Невдалеке пасся рослый скелет, обтянутый черной шкурой.

— Злыдень! — радостно взвизгнула я, видя скотинку в добром здравии. — Иди ко мне, мой дорогой!

Конь хитро сверкнул фиолетовым глазом и, подойдя, довольно ткнул в плечо храпом, что-то тихонько фыркнув.

— Как же я по тебе соскучилась, малыш!

— Но-но! — ревниво прищурился Вик. — Ты даже брата так нежно не обнимаешь!

Жеребец на минуту отвлекся от ласки и ехидно заржал, повернув голову в сторону моего друга. Стоп! А почему у него глазки другого цвета? И что это за высокая черноволосая девушка, держащая скакуна Ладиины за уздечку? Куда делась птица?

— Не представите меня своей новой знакомой?

Лорд Венатор проследил брошенный взгляд и ухмыльнулся.

— А это Чернуля! Девочка, иди ко мне.

Девушка улыбнулась и, плавно покачивая пышными бедрами, подошла к нам, грациозно поднырнув под руку Витьки.

— Видишь ли, — немного смущенно улыбнулся брат. — Наши кони — метаморфы. Они могут превращаться в любое существо, которое только увидят или представят. Но при этом должен сохраняться их вес, поэтому удается сделать уменьшенную либо увеличенную копию. Например, дракон в их исполнении будет небольшой, до четырехсот килограммов, а птичка, как та, что тебя спасла, довольно внушительной! А специальная походная уздечка заколдована и превращается в соответствующую упряжь после каждого превращения наших скакунов! Здорово, да?

— А разве девушка подходит под твое объяснение?

Вик задумчиво покосился на бывшую лошадку и усмехнулся:

— Здесь сохранен объем, но весит наша красавица килограммов четыреста.

— Это они тебе поведали?

— Нет, — мотнул головой брат, обнимая за талию стоящую рядом Чернулю. — Они не говорят, общаются только между собой, но на человеческом языке ни слова.

— А еще они очень умные, — кивнула я на черноволосую девушку, — ведь сумела же она сразу найти кратчайший путь к твоему сердцу.

Вик без смущения чмокнул красавицу в щеку, та зарделась, кокетливо взмахнула длинными ресницами и превратилась в стройную, ладную лошадку. Странно, что Артур нас не предупредил о таком повороте событий. Или он не знал?

Злыдень мягко ткнул меня в спину и потерся мордой о щеку. Получается, они как собаки: все понимают, но сказать что-либо не в силах. После нашего пленения они умчались в лес, превратились в людей и позаботились, вероятно, о жеребце Ладиины. Значит, интеллекту них не только есть, но, похоже, еще и довольно высокий. Следовательно, они относятся к разумной расе, просто их речевой аппарат не приспособлен для нашего языка. Может, они общаются телепатически?

Я обернулась к коню, который тут же сбросил маску замученной жизнью доходяги, представ передо мной огромным, мускулистым жеребцом с фиолетовыми глазами и чуть ли не огненным паром из ноздрей, и мысленно попросила его превратиться в кого-нибудь другого. Ничего подобного! Мой богатырский скакун недоуменно посмотрел на меня и отвернулся.

— Кось, а покажи мне дракона.

Злыдень задумчиво обернулся в мою сторону, моргнул и в ту же секунду трансформировался в небольшого, размером с зубра, черного блестящего ящера с кожистыми нетопыриными крыльями. Уздечка действительно мгновенно подстроилась под изменения тела. Ух ты! Вот так повезло с подопечным! Это же настоящий клад!

Мой любимец хитро прищурился, и мясо на его костях стало медленно таять. Через минуту передо мной стояло ходячее пособие по анатомии уже в драконьем варианте, но, исходя из закона сохранения массы, более крупное. Зрелище еще то! Ночью приснится — мало не покажется! Хотя что-то в этом есть! Злыдень оценил мои размышления, хитро моргнул и приглашающе кивнул в сторону седла.

— Нам надо ехать.

— Свет, нам надо отдохнуть, искупаться, поесть!

— Поедим позже или прямо на скаку, искупаемся в конце дня, чтобы потом не глотать пыль, а отдыхать ты будешь на том свете, если мы сейчас не оторвемся от погони!

— Вы думаете, они там в состоянии? — подала наконец голос молчавшая леди Каракурт.

— Да они нас в первую очередь будут стремиться уничтожить! Мы оскорбили до глубины души их короля. Затем, не дождавшись принца, сами нашли его, нагло ворвались в спальню, отвлекли от очень важного занятия, спеленали, как мумию, его любовницу, приковали хозяина к кровати. Неизвестно чем еще с ним занимались, но довели до такого состояния, что он раздолбал мебель и кинулся нас преследовать, плюнув на свой вид! Потом мы подняли на уши весь замок, снова пристегнули к кровати, но уже отца, ранили в висок принца, едва не лишив корону наследника. Далее проехались верхом на правителе и спустили того в конце концов в омут с крокодилами! И что, думаете, после такого будет?! Мы же самая настоящая угроза для общества! Нас четвертуют гуманизма ради!

— М-да, — задумчиво протянул Вик, — на коронацию Черного принца нас вряд ли пригласят.

— По коням! — тряхнула головой Ладиина.

— Кстати, чуть не забыла. А как вы здесь оказались?

— Нас Чернуля со шпиля сняла, — улыбнулся брат. — Как они нас нашли? Ума не приложу!

— Что ж, огромное им спасибо!

Метаморфы хитро покосились на меня и довольно моргнули. Идеальный вариант был бы улететь, но Лада ни в какую не захотела бросать своего питомца, и я ее понимаю. Поэтому мы просто поскакали по лесной дороге прочь от виднеющегося вдали замка. Надо будет купить по пути перцу и присыпать след.

Где-то через два часа галопа зеленый лорд Венатор перестал требовать обед. Хоть какая-то польза от его вестибулопатии![4] Сбавить темп родственничек тоже уже не просил, отдавая все силы на борьбу с желудком. С каждым мгновением гневные глаза все чаще и чаще злобно косились в мою сторону. Не волнуйся, милый, я под твоим обстрелом не умру, а вот тебе стоит потренироваться в быстрой езде. Чую, с нашим боевым девизом это умение тебе ой как пригодится, братишка!

Вдруг где-то рядом раздался холодящий кровь визг и затем тонкий жалобный скулеж. Вик дернулся и, потеряв равновесие, сполз с седла. Ладиина побледнела и опасливо притормозила коня.

— Что это еще такое?

— Возможно, умдырь, — шепотом произнесла она, опасливо озираясь.

— Модификация собаки Баскервилей? — карабкаясь в седло, уточнил мой брат.

— Я точно не знаю, — тихо прошептала леди Каракурт, — только слышала о них в детстве. Это огромные, покрытые щетинистым панцирем существа, которые питаются ранеными животными или очень мелкой живностью. Они водятся в этих лесах. А перед своим отъездом в замок Драко я случайно подслушала, как отец кому-то жаловался, что умдыри в последнее время здорово расплодились.

— А зачем ты коня притормозила? — ехидно уточнил лорд Венатор. — Избавиться от нас решила? Подкормить подрастающую фауну страны?

— Нет! — возмутилась красавица. — Просто они всегда нападают на движущуюся дичь. У них что-то в мозгу перемыкает. Даже если ты невкусный, но убегаешь, они нападут.

— И что нам делать? — фыркнул мой братик, не спеша, впрочем, спешиваться.

Скулеж тем временем повторился. Такое впечатление, что кто-то побил собаку и она сейчас просто плачет, жалуясь на жизнь.

— Знаете, все-таки непохоже, чтобы там кого-то ели.

— Еще не вечер! — ехидно осклабился Вик.

— Скорее всего, какое-то животное просто попало в беду или сломало ногу.

— Тогда у него еще все впереди! — отрезал братец. — Вот придут умдыри!..

— А ведь их действительно может привлечь звук.

— Тогда поскакали! — тряхнул головой Вик.

— Нельзя, — тихо прошептала Лада. — Скорее всего, животные уже где-то поблизости, и, помчавшись, мы просто вызовем огонь на себя.

— А другой дороги нет?

— Знаете, лорд Венатор, люди как-то не стремятся работать и уж точно не имеют никакого желания соваться в эти дебри, если только не хотят свести счеты с жизнью весьма оригинальным способом!

— Тогда что здесь делаем мы?! — не выдержал логический мужской склад ума.

— Другой дороги просто нет! — рявкнула Ладиина, и ей откликнулся тихий скулеж где-то метрах в двадцати от нас.

— А чего эта тогда здесь есть?! — ругнулся Вик.

— Оборотни, эльфы, вампиры не боятся умдырей!

— Да добейте вы эту скотину, чтобы не мучилась! — нервно дернулся мой брат, заслышав очередное повизгивание. — Она мне злиться мешает!

Животное действительно надо как-то заткнуть, иначе все станем живым и сытным блюдом. Оставив Ладу с лошадьми, двое Драко взяли оружие и пошли в лес.

Вскоре на лесной тропке около полянки мы увидели огромного черного волка, как-то неестественно лежащего на земле. Услышав шаги, он резко повернул голову и уставился на нас немигающим, внимательным взглядом.

Он не боялся, но катана в руках Витьки и арбалет в моих особую радость в зверя не вселили. Скорее всего, ему прекрасно известно о человеческом оружии, а с некоторым он, возможно, даже знаком лично.

— Целься, — тихо приказал Вик. — Я с мечом в ближний бой ввязываться не хочу.

Это скромность. На самом деле братишка может покрошить в капусту, наверное, даже умдыря! Фехтование — его слабость с самого детства. Как он говорит: «Надо же как-то возместить отсутствие меткости». Думаю, и здесь он заблуждается, немного практики — и мир получил бы второго Робин Гуда. Если бы не его вестибулопатия, лорд Венатор стал бы непобедимым воином. Наверное, природа это учла и решила зачем-то компенсировать.

Волк тем временем осознал наши намерения. И, тихо откашлявшись, произнес:

— Извините, молодые люди, но не могли бы вы на минуту опустить оружие? Я лорд Кейсариус из рода Каптулус. Злой колдун превратил меня в волка, и теперь я вынужден скитаться по свету, пока не умрет мой обидчик, поэтому, пожалуйста, не лишайте меня надежды пережить своего врага.

— И что же ты тут делаешь, Капитулус?

— Каптулус, — вежливо поправил волк Вика. — Как сие ни прискорбно, я попал в капкан!

— Здесь же нет людей!

— А вы тогда кто?

— Мы так, — махнул рукой Вик. — По отдельной системе градации.

— Психи, что ли? — ехидно сверкнул глазами собеседник.

Что-то зачастили в последнее время нам ставить такой диагноз! Второй раз за день, блин! Однако какой противник! В безвыходном положении, стонет от боли и находит еще силы язвить! Уж не решил ли он, что это мы капкан установили?

— Ну если вам так комфортно, мы, пожалуй, продолжим путь.

— Нет, леди! Стойте! — встрепенулся волк. — Вы что, хотели мне помочь?

— Нет, за вашей шкурой пришли! — не выдержала я.

— Если поможете мне угробить моего обидчика, даю слово, я вам свою шкуру на память подарю!

— И зачем она ей тогда старая, поношенная? — ядовито ухмыльнулся Вик. — На паперти стоять?

Зверь вздохнул, кажется, на его морде отразились некоторая грусть и обреченность.

— Хорошо, — вкрадчиво произнес он. — Я, лорд Кейсариус из рода Каптулус, торжественно вам, леди, клянусь, что если вы освободите меня из капкана и поможете убить врага, то я возьму вас в жены.

— Что?! — возмущенно выдохнул Вик. — Еще жених на нашу голову?! Нет уж! Увольте! Света, пойдем!

— Что?! — ошеломленно вскричал собеседник. — Вы действительно отказываетесь от предложенной перспективы?! Вы точно не психи?

— В том-то и дело, что нет! — отрезал Вик. — Какая нам выгода от волка непонятного происхождения, раздающего направо и налево предложения руки и сердца? А может, ты хромой, косой, кривой старый урод? Или тебя раздирают на части кредиторы? Или твой враг — настоящий монстр? Или все вместе? Я, знаешь ли, и так умаялся спроваживать ее кавалеров!

Все, парень, ты попал! Кажется, у братишки включился инстинкт торговца! А коммерческая жилка у него та еще! Продаст снег зимой эскимосу! Дай волю — и наживется даже на собственной семье, прохвост!

— Да как вы можете меня так оскорблять?! Я преуспевающий мужчина в расцвете лет! Молодой, красивый маг, наследник короны! Да ко мне принцессы в очередь выстраиваются!

— Не вижу ни одной! — тоном прокурора заявил Вик. — А единственная кандидатка потеряла дар речи от вашей наглости!

Ой! Чую, сейчас мне цену набивать начнет! Такого наплетет — любой барышник обзавидуется!

— Да как вы смеете?! — взбесился мой несостоявшийся жених. — Да любая женщина в этой стране мечтает занять место в моей постели!

— А теперь слушай меня, плейбой блохастый! — гневно сверкнул глазами лорд Венатор. — Света — не любая! Ты хоть знаешь, кого с плинтусом сравнял?! Ты оскорбил до глубины души красивую, умную, добрую, веселую, находчивую благородную даму!..

Ага! Ты еще скажи: отличницу, спортсменку, комсомолку!

— Единственная и неповторимая…

Да уж! Спешите любить! Последняя княжна из рода Драко! Раритет, крайняя редкость, так сказать. Торопитесь, ибо завтра меня разорвут на части многочисленные доброжелатели!

— Может, за ней полстраны гоняется?

Скорее, вся, если верить черному списку!

— Может, за ней короли табунами бегают?

Носятся по замку в полуголом виде. Никто не спорит.

— Рыцари вообще хранят ее образ глубоко в сердце и истинную леди чувствуют за версту!

Хм… Это он про Призрачных Гончих?

— Да я ее кавалеров чуть ли не метлой разгоняю! Последнего целый год спроваживал! Стойкий, зараза, попался!

Ага, ага! Стоп!

— Это Мишку, что ли?! — очухался мой мозг, точнее, его правая половина.

— Вашим женихом был Михей эль Туцир?!

— Нет, это тезка! — отмахнулся за меня Вик.

— Зачем ты это сделал?!

— Да что тут непонятного?! — встрял волк. — Он вас для себя берег, да вот предложение сделать духу не хватало! А тут я не вовремя в капкан подвернулся!

— Заткнись! — взвился лорд Венатор. — Это дело семейное!

— Ага! — сверкнул глазами говорящий зверь. — Конечно, именно такое! Папаша приказал жениться на другой, возможно, познатнее или побогаче. И он теперь как собака на сене: сам не съем и никому не дам!

— Так! Ша, карапузики! Разорались тут, как бабы базарные! Нас не то что умдырь, глухой услышит!

На мгновение спорщики застыли с открытыми ртами, забыв от неожиданности, что хотели друг другу сказать. Наконец Виктор осторожно обернулся ко мне и спокойно заметил:

— Кто бы говорил, Света.

— Вот и дайте мне высказаться по этому поводу!

— Да! — поддержал меня лохматый кандидат в женихи. — Пусть леди сама огласит свое желание!

Вик поморщился и вопросительно посмотрел на меня.

— Ваши рука и сердце мне, если честно, нужны как собаке пятая нога, — (из волчьей пасти вырвался возмущенный вздох, от которого лицо моего брата расплылось в блаженной улыбке), — но я вас выпущу, — продолжила я, глядя на зверя в упор, — однако при двух условиях. Первое: вы ни за что и никогда не нападете на нас и окажете всяческую поддержку в борьбе с нашими врагами.

— Принести вассальную клятву? — тихо спросил волк.

— Пока рано, достаточно вашего честного слова.

Я решила не выдавать до поры до времени наших с братом истинных имен. Мало ли что? Я же не помню весь черный список наизусть.

— Хорошо, — кивнул угольный визави, — если желаете остаться инкогнито, ваше право, я даю слово, честное благородное слово оберегать вас от всяческих опасностей и неприятностей, которыми только может разродиться богатое воображение судьбы!

— Да ты, брат, только что вляпался по самые уши! — хихикнул Витька. — Потому что для Светки фортуна не скупится на фантазию! Можешь начинать составлять завещание.

— А второе условие? — Зверь не обратил на моего друга никакого внимания.

— Вместо вашей руки и сердца за мной остается право на любое желание.

— Хорошо, но я не буду убивать, предавать, ублажать предложенных женщин и творить прочих не соотносящихся с общественной моралью поступков.

— Любое, — отчеканила я. — Или мы уходим.

Где-то совсем рядом раздался утробный ноющий вой. Жертва капкана вздрогнула и уставилась на нас жалобными глазами. Ну уж нет. Уступать тебе я не собираюсь! Мало ли что может понадобиться в будущем приличной, культурной девушке в незнакомой варварской стране?

Очевидно, волк это понял и смиренно вздохнул:

— Согласен. Мое тело и душа единожды будут покорны воле прекрасной госпожи.

— Страшная женщина! — ухмыльнулся Вик, наклоняясь к капкану, чтобы мне помочь. — Никогда своего не упустит!

— Вся в тебя, братишка!

— Вижу, семейка у вас еще та! — буркнул волк, отворачиваясь. — Надеюсь, прекрасная леди знакома с искусством врачевания?

— Еще как! — кровожадно подтвердил Витька, глядя на его израненную лапу. — Никогда не даст человеку умереть спокойной, естественной смертью! А тех пациентов, что не успели вовремя сбежать, прячет под песчаными холмиками с крестиками наверху. Так что, если захочешь изощренно свести счеты с жизнью, обращайся к моей сестренке! Помню, как-то она подсунула мне собственноручно сделанную панацею, так я потом два дня с толчка не слезал!

Не знаю, понял ли наш лохматый страдалец, что такое «толчок», но морда его заметно вытянулась и приуныла.

— Может, прекрасной леди не стоит себя утруждать? — вкрадчиво осведомился он. — Я как-нибудь перебьюсь. А?

— Да не волнуйся ты так! — ободряюще потрепал его по холке Вик. — Как говорил Гиппократ, Света лечит, но природа все равно излечивает! На тебе все заживет как на собаке. Это не ее пилюли, от которых я едва концы не отдал!

— Но мне же надо было знать побочное действие лекарства! — не выдержала ваша покорная слуга. — К тому же тогда я на тебе отработала еще и практику реанимации. Мое же второе средство помогло!

— Ага! Только так, что врачи потом две недели головы ломали, какой дрянью накачали мой организм, что моча любой тест на беременность с положительным результатом проходила! Даже проверили, грешным делом!

— Но ты сам же вызвался волонтером!

— Ну да! А кто еще на такое согласится, как не родная кровинка?! Кто же знал, что ты законченная садистка?! Могла бы на своих хахалях опыты проводить, их же тогда столько развелось, хоть дихлофосом трави!

— А может, мне тогда стоило твой гарем задействовать?! И вообще, хватит ябедничать! Что обо мне человек подумает?!

— Да пусть порадуется, что я вовремя спас его от необдуманной женитьбы, а то жрал бы до конца своих дней плоды твоих лабораторных экспериментов, а точнее экскрементов, если бы, конечно, не откинул копыта еще во время медового месяца, а там, глядишь, ты и годовщину отпраздновала бы на могилке виновника торжества!

— Ну смотри! Придет война — попросишь хлеба!

— У тебя?! — праведно возмутился брат. — Только если тещу отравить решу!

* * *

Заземление — целебное металлическое растение со штыревой корневой системой.

Но назвать, кого еще он хотел отравить, фортуна не позволила. Вековые сосны с треском разошлись в стороны, и на тропинку вывалилась огромная, носорогообразная ящерица, закованная в толстую, непробиваемую броню. Массивные челюсти явно были предназначены для дробления и пережевывания костей. Сомнений не оставалось, перед нами красовался умдырь.

— Не двигайтесь! — предупредила я, и животное резко повернуло в мою сторону шипастую голову.

Неужели они чувствуют вибрации воздуха? Когда Ладиина рассказала про их повадки, мне в голову пришла наивная мысль, что эти твари неподвижные предметы просто не видят. Хотя данный недостаток для падальщика довольно странен. Такое поведение больше свойственно хищнику.

Животное тем временем изучило мое замершее тело и, недовольно хрюкнув, отвернулось к волку. Благо перекись успела остановить кровь и, скорее всего, даже перебить запах, разрушив наиболее пахучие молекулы. Для верности я хорошенько смочила бинты мятной вытяжкой из парфюмерных запасов моего придворного лекаря. А он еще возмущался, зачем мне в дорогу понадобилось грабить его только что обновленную коллекцию эфирных масел!

— Кейси, что вы знаете про умдырей? — осторожно спросила я благоухающего, как майский цветок, волка.

— Немного, и все не слишком хорошее, — признался тот, замирая под огромным зеленым носом.

Зверь принюхался, звучно чихнул и отступил к вытянувшемуся по струнке моему братишке. Пока нам везет. Тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить!

— А как с ними боролись ваши предки?

— Откровенно говоря, эти твари появились совсем недавно. Лет двадцать или тридцать назад. Откуда — никто не знает. Убить их можно, выстрелив в глаз, а ранить практически невозможно.

Ящер тем временем обнюхал Вика и облизнулся. Кажется, он что-то учуял! Боюсь даже предположить что!

— Вик, у тебя опять в кармане колбаса? — прокурорским тоном прошипела левая половинка мозга.

— Да, — бледнея, признался он. — Хотел на ходу пообедать.

Да он просто герой труда! С его-то вестибулопатией умудриться еще и пожрать! Как, если не секрет?! А главное, когда успел стащить колбасу, гад?! Да-а, как говорил мой знакомый патологоанатом: «Если женщина — это всегда загадка, то мужчина — что-то непонятное!»

К несчастью, оказывая первую помощь, я отложила арбалет на траву, а Вик, поднимая пациента, воткнул катану в землю. Так что своевременно добраться до оружия мы просто не успеем! Огромная пасть зверя раскрылась, обдав всех смрадным дыханием. Похоже, он решил попробовать моего братишку на зуб.

Я четко сделала шаг назад в сторону арбалета. Умдырь взвился и резко обернулся ко мне, забыв на минуту о первой жертве. Я замерла. Нет, он действительно видит только движущиеся мишени!

— Брось колбаску на капкан! — одними губами попросила я Виктора. — Только плавно лезь в карман, словно ты дерево, колышущееся на ветру!

— Легко сказать! — огрызнулся он, но осторожно последовал моему совету.

Как хорошо, что, после того как мы разрядили капкан, Вик установил его снова! Мясной огрызок взвился в воздух прямо перед носом умдыря и мягко приземлился около железной угрозы.

Зверь молниеносно сориентировался по траектории полета пищи. Кусок колбасы больше не двигался, но источал ни с чем не сравнимый аромат мяса. Это вам не современные продукты, никакой сои, вкусовых добавок и прочей дряни! Умдырь опасливо принюхался и раскрыл пасть.

Как он может что-нибудь чуять, если сам источает такое зловоние, что прямо тошнит?! Или свое не пахнет? Видно, ко всему прочему у животины плохой порог чувствительности обоняния. Скорее всего, именно поэтому оно и стало падальщиком. Разлагающиеся трупы слышно за версту. Здесь хороший нос не нужен.

Тем временем длинный, метровый язык ящера стал осторожно ощупывать землю около капкана. Наша троица затаила дыхание. До приманки оставалось сантиметров десять, когда этот любопытный орган имел неосторожность наткнуться на пусковой механизм. Раздался щелчок, и зверь взвыл дурным голосом.

Я думала, железные зубцы перекусят язык, но данный орган оказался на диво крепким. Обиженный умдырь, завывая не хуже самой горластой баньши, встал на дыбы, пытаясь высвободить драгоценную часть тела из стальных тисков. Капкан оторвался от земли, явив длинную стальную цепь с толстым серебряным штырем на конце, накрепко вбитым в дерн. Как только мы такое не заметили?!

Зверь, поняв, что оказался постыдно прикованным, стал прыгать по кругу, разбивая все на пути и роняя на землю капельки крови. Вик выдернул катану и, подхватив меня, вовремя оттащил в сторону.

— Бежим? — философски предложил он снова обнародовать «боевой девиз» ныне правящих Драко.

— Нет, — я потянулась к своему арбалету. — Кейси долго лежал раненым, запах крови, скорее всего, привлек других умдырей, двинувшись, мы только вызовем огонь на себя. Надо немного обождать.

— Понятно, — кивнул братишка, — отступаем к деревьям. Слушай, Свет, а где та вонючая дрянь, которой ты намазала нашего лохматого соратника?

— Лучше разотрись травой с сосновой иглицей, потому что запах мяты для этого места чужой, и, когда он выветрится, господа умдыри захотят с ним поближе познакомиться.

Братишка слегка побледнел и стал старательно тереть руки о еще зеленые иголки и кончики лапок подвернувшейся на свою беду молоденькой ели. Недолго думая я последовала его примеру. Расстроенное животное прыгало рядом, не в силах совладать с натянутой цепью. Такое соседство слегка нервировало. Да и на будущее следовало что-нибудь предпринять.

— Викуша, зайка! — ласково обратилась я к сидящему рядом другу.

Тот насторожился и недобро посмотрел на меня.

— Опять намереваешься что-то попросить? — пронзительно сверкнул он глазами.

— Я хочу этот капкан!

Присутствующие представители мужского пола поперхнулись и уставились на меня еще хуже, чем на психа. К тому хотя бы сочувствие полагается проявлять.

— Ты уверена, что тебе нужен именно этот?! — скептически поинтересовался брат, кивая на прикованного к нему злого, как пантера, умдыря. — Да и зачем он тебе?

— В хозяйстве пригодится! — буркнула я.

— Мужу в постель подкладывать? — ехидно осклабился родственничек, многозначительно покосившись на Кейси.

Хм, а идея-то, впрочем, неплоха! Ох и повезет же какому-то счастливчику! Но проблема в том, что внутри жило четкое ощущение, что сие полезное заземление действительно мне в скором времени понадобится. А интуиция редко когда меня подводила. М-да. Нехорошо.

— Леди, — осторожно начал стоящий рядом волк, жалобно глядя на вспахавшего уже добрую версту умдыря. — В любой деревне мы можем купить тысячу таких вот капканов. Вам точно необходим именно этот?

Честно говоря, меня так и подмывало в лучших традициях женской стервозности заканючить, что хочу только эту цацку, и никакую другую, но теперь гораздо больший интерес представлял длинный серебряный штырь, вбитый в землю. Уж не охотится ли кто здесь на нежить? Капкан и цепь стальные, чтобы не поранить пойманный объект, а вот крепление — благородный металл высшей пробы, чтобы жертва не могла сама выдернуть. Если догадка верна, то кому это нужно? Зачем? И почему другие умдыри не появляются? Куда они все подевались?

— Кейси, а какие виды разумных тварей здесь водятся?

— В смысле? — не понял он.

— Звери, способные думать, работать с предметами и не ладящие с серебром.

— Ну к таким можно отнести оборотней, наверное.

— А еще?

— Затрудняюсь ответить.

— А кто-нибудь поблизости живет?

— Нет! Вы что?! — праведно возмутился лохматый друг, испуганно округлив глаза. — Психи и те сюда боятся соваться!

А мы тогда кто?! Ну спасибо, Ладушка! Удружила!

Тут тишину нарушил слабый треск где-то впереди. Наконец-то!

— Прижмитесь к деревьям! — скомандовала я, доставая из колчана стрелу с наконечником в виде широкого полумесяца.

Помню, когда добрый дядя Артур вложил мне их в протянутую руку, еще удивилась, зачем такие нужны. «Вдруг кого-то из вас повесят, — задумчиво пожал тогда плечами мой придворный маг, — зачем надеяться на чудо, если можно его сделать самим, перерубив веревку?» Вот только если вздергивать будут меня, то мне поистине придется уповать на везение, не зная, что лучше: довериться судьбе или дивной меткости снайпера рода Венатор.

Острое как бритва лезвие легонько оцарапало руку, возвращая в реальность. Да уж, похоже, мои предки испытали на своей шкуре все превратности судьбы, раз продумали даже это! Теперь, кстати, очень пригодится!

— Что ты делаешь? — изумился Вик, видя, как я беру на мушку постоянно прыгающего умдыря.

— Слишком мало крови. Когда явятся его собратья, надо, чтобы был потоп, тогда до нас им не будет никакого дела.

В этот момент прикованный умдырь дернулся так, что серебряный кол вылетел из земли со скоростью торпеды и, мотаясь на цепочке, стал живым продолжением языка животного. Зверь исступленно завертел мордой, но избавиться от прицепившегося к его языку капкана не смог. Затем повернулся к нам и злобно прищурился.

— Ты уверена, что хочешь ранить его именно сейчас? — вкрадчиво уточнил брат. — Он, кажется, догадался, кто подложил ему такую свинью!

Но в этот миг деревья предательски затрещали, и на поляну вывалилось еще трое умдырей. Недолго думая я спустила тетиву. Стрела взвизгнула и, словно масло, почти отрезала длинный свисающий язык, оставив лишь тонкую ниточку, соединяющую живую и уже отмирающую части. Животное взвыло и дернулось. Ткань не выдержала веса прикованного железа, порвалась, и — о удача! — капкан вместе с цепью, колом и отрубленным органом описал плавную дугу, приземлившись рядом со мной, едва, правда, не поранив ногу.

Умдыри сначала резко обернулись в мою сторону, но их отупевший от боли собрат заскулил и запрыгал по поляне так, что мгновенно привлек к себе внимание. Из свежей раны фонтаном била горячая кровь, орошая все дымящими пятнами. Какая же у них температура? Звери глухо рыкнули и кинулись на раненого собрата.

— Меня сейчас вырвет, — прошептал Вик, глядя, как животные разрывают еще живую, огрызающуюся жертву на части и поедают прямо на ходу.

Сразу видно: парень никогда не смотрел по телевизору прямых трансляций пластических операций! Там и не такое показывают. Помню, однажды одной мадам срезали лишние кило, так хирург тогда работал с энтузиазмом мясника, грубо сгружая в тазик отборное сальце — только засаливай. Я в первые минуты еще думала, что американцы кабанчика зарезали. Ан нет.

А про пластику лица вообще молчу. Там у некоторых женщин после операций видок такой, словно они с трактором взасос целовались. Пиршество на поляне и рядом не стояло!

Около нас треснули кусты, и на место оргии вывалились в тяжелом галопе еще двое тварей. Я слегка дернулась от неожиданности, но новобранцы устремились в самую гущу событий, не замечая вокруг ничего, кроме катающейся по земле остервенело рычащей кучи.

— Сколько голов обычно в стае?

— Раз на раз не приходится, — прошелестел Кейси, стараясь не смотреть на кровавое месиво.

— А с какого расстояния они могут услышать себе подобных?

— Километров со ста.

— Слишком мало особей, — прочитал мои мысли Вик.

— Вы так считаете? — ехидно осведомился волк, кажется борясь со спазмом в желудке. — Знаете, нам для кончины вполне хватит и этих.

— Ждем еще минут пять, а потом короткими перебежками двигаемся в сторону лошадей.

— Вы думаете, они выжили? — желчно осведомился наш новоиспеченный друг.

— Не каркай! — цыкнул Вик, также, наверное, не желая думать, что причина маленького количества гостей — то, что часть хищников добрались до наших подопечных.

И тут обступающие полянку деревья просто обвалились под тяжестью выскочивших на место пира тварей. Пятнадцать здоровенных, хорошо откормленных зверюг налетели на своих собратьев, бросаясь не только на уже порядком сдавшую жертву нашего произвола, но и на своих же соплеменников.

Завязалась драка не на жизнь, а на смерть. Ничего не видящие, кроме врага, опьяненные кровью умдыри грызлись и катались одним огромным щетинистым комом.

Кажется, пора. Я подхватила капкан и, согнувшись под его тяжестью, короткими перебежками направилась в ту сторону, где ждала Ладиина. Сзади жрали друг друга буквально живьем огромные голодные твари, их рык, вой, стоны и визг дикой какофонией стояли в ушах, отчего хотелось убраться из этого места как можно скорее, но, увы, торопиться нельзя. Думаю, такие же чувства владели и моими спутниками.

Наконец мы осторожно выбрались на пустынную дорогу.

— Что за?.. — ляпнул было Кейсариус и осекся, завороженно глядя на зависших в воздухе небольших змеевидных драконов.

Если у него и появились какие-то замечания, то заколдованный принц благоразумно смолчал.

Мой скакун держал в лапах жеребца Ладиины, Чернуля же — ее саму. Молодцы, ребята! Таких животных надо на руках носить!

Словно прочитав мои мысли, Злыдень ехидно оскалился и опустился чуть ниже. Витькина кобылка села на землю, предварительно водворив туда свою ношу.

— Вы только полюбуйтесь, что ваши твари со мной учинили! — возмущенно выдохнула красавица, приводя уже изрядно помятое и пожеванное свадебное платье в порядок.

— Вот и умницы! — похвалил Вик и, подхватив опешившую леди на руки, уселся в седло, пристроив упыриное дитятко перед собой.

Уж не в качестве ли щита он решил ее использовать?

Чернуля приподнялась над землей, схватила в одну лапу Кейси, другой осторожно подцепила кончиками когтей край моей куртки и взмыла ввысь, зависнув прямо над своим вожаком. Так же бережно, словно хрустальную вазу, она опустила меня на спину ящера, подождала, пока я пристрою как-нибудь к задней луке свой железный трофей, и подала обомлевшего от страха волка. Мы разместили того перед седлом так, чтобы передние лапы зверя свисали с одной стороны, а задние с другой.

Затем метаморф с облегчением взмахнула перепончатыми крыльями и устремилась вперед. Злыдень ехидно выпустил небольшую струйку пламени и кинулся за ней. Все! Кажется, повезло! Слава богу! Хоть конец дня удачный!

— Ух ты! — завороженно выдохнул Кейси, посмотрев вниз. — Призрачные Гончие! В полном боевом облачении! Потрясающе! — (Блеск! И почему я не разделяю его восторга?) — Интересно, что они здесь делают?

Я взглянула на несущуюся внизу кавалькаду черных рыцарей и философски пожала плечами. Не признаваться же, что это мои железные поклонники! Может, стравить их с предыдущими?

— Кося, — ласково похлопала ваша покорная слуга своего ящера по шее, — спустись, пожалуйста, чуть ниже, я хочу рассмотреть этих Борзых.

— Гончих, — вежливо поправил Кейси.

— С ума сошла?! — вскричал Вик и тут же прикусил язык, боясь ляпнуть лишнее.

— Наш новый друг меня ими заинтриговал, — мило улыбнулась я, давая брату понять, что задумала очередную пакость, — к тому же мне жутко интересно посмотреть, что же случилось с нашими умдырями!

Злыдень повернул ко мне голову и хитро прищурил фиолетовый глаз. Кажется, он прекрасно понял преступные намерения хозяйки! До чего же умное животное! Просто прелесть!

Вик тоже ухмыльнулся, увидев милое выражение моего личика, и направил своего коня за нами. Что-что, а разбираться в моем настроении он приноровился даже лучше родителей! Мы вообще удивительно умеем чувствовать друг друга, словно близнецы.

Следующие секунды напомнили «Супервосемь». Незабываемые ощущения! Шустрый, маневренный дракон прямо на вираже подрезал магистра, едва не скинув несчастного с седла. Впрочем, и нас тоже. Кейси вздрогнул и непроизвольно выпустил когти, отчего Злыдень взвыл и выместил злобу на ком-то из рыцарей, наотмашь хлестнув хвостом.

За спиной раздался гулкий грохот падающей кастрюли и странная заковыристая брань, вроде бы на латыни. Что ж, смею предположить, нас заметили!

Где-то над ухом просвистела стрела, и Злыдень ускорился. Рыцари радостно взревели и кинулись в погоню. Смотревший на все квадратными глазами Кейси благоразумно молчал. Правильно, любопытные долго не живут! Впрочем, медлительные тоже!

Тем временем Злыдень притормозил, подпуская ближе громыхающих агрессоров, и, оказавшись в зоне досягаемости стрелы, свернул в лес, устремляясь прямиком к разъяренным умдырям.

Увлеченные погоней рыцари напрочь проигнорировали звуки грызни впереди и на всех парах врезались в катающийся по земле клубок. В ту же секунду пятнадцать зубастых злобных морд обернулись к неожиданному агрессору. Магистр что-то прокричал, скорее всего, сигнал к отступлению, хотя его фраза больше походила на очередную заковыристую брань. Кавалькада охотно развернулась, но было поздно: голодные и ожесточенные трупоеды кинулись на них.

Теперь железным мстителям было не до Драконов, а зависать и смотреть за борьбой конкурентов в деле отъема наших бесценных жизней не было сил, поэтому мы развернулись и понеслись прочь.

Нет, мой Злыдень просто прелесть! Мне много раз доводилось ездить верхом, но никогда прежде я не встречала скакуна, который бы так великолепно чувствовал наездника — метаморф понимал с полуслова, словно читал мои мысли, предугадывал малейшие желания. Уникальная связь и единение! Наверное, стоило родиться князем со всеми вытекающими из этого последствиями уже только ради того, чтобы заполучить такое сокровище!

— Я люблю тебя, малыш! — самозабвенно прошептала я, ласково гладя черную чешую.

Дракон обернулся, посмотрел внимательно лукавыми, уже желтыми глазами и, изогнув шею, нежно лизнул меня в щеку.

— Привязываешь любовников к кровати, проявляешь недвусмысленный интерес к животным. Чего еще я о тебе не знаю, сестричка? — ехидно осведомился Вик, непонятно откуда извлекая еще один шмат колбасы.

* * *

В общении с животными главное быть чуткими и нежными.

Вивисектор

Мы отлетели уже на приличное расстояние, когда желудок напомнил о своем существовании. Злыдень деловито повернулся ко мне и хмуро кивнул в сторону жующего Вика. Думаю, еще пара суматошных дней — и мой питомец заговорит, точнее, сможет на всех языках мира клянчить еду, если, конечно, раньше не откинет копыта с голодухи!

Братишка сумрачно посмотрел в нашу сторону и прижал к груди копченое уже полукольцо, как самую дорогую и любимую девушку на свете. Да, пора делать привал, а то мы так все с голоду помрем, а точнее, лишимся пищевых запасов, потому что предусмотрительный лорд Венатор успел приторочить сумки с едой теперь уже к своему седлу. Словно прочитав мои мысли о стоянке, метаморф осмотрелся и пошел на плавный вираж.

Под нами все еще был лес, но мой питомец опускался на небольшую уютную полянку со стоящим на краю домиком.

— Ну и где мы? — хмуро выдохнул Вик, все еще прижимая к сердцу колбасу и сумрачно осматривая сосны, смешанные с густыми елями.

— А я почем знаю? — огрызнулась Ладиина, оглядывая заброшенную хижину и жадно косясь на вкусно пахнущую копченость.

— А у вас, Кейси, есть какие-нибудь мысли на этот счет?

— Нет, — мотнул головой лохматый сообщник, так же прервав медитацию на Витькин кусок. — Я никогда не был в этих местах.

Где-то совсем рядом журчала речушка. Отлично! Значит, можно искупаться, поесть, постирать одежду и отправиться дальше. Тем временем мой вечно голодный Росинант попытался отбить у Вика стратегически ценный продукт, но проиграл и, фыркнув, превратился в тощее подобие пегаса. Недолго думая бедная животина стала с энтузиазмом газонокосилки стричь сочную лесную траву, словно мы и ее вот-вот проглотим, ничего не оставив. Чернуля последовала его примеру. Да уж, повезло бедолагам с хозяевами!

— А есть впереди какая-нибудь гостиница, село или город? — быстро жуя, уточнил братишка.

— Только в дне пути, — сглотнул слюнки Кейси, — скоро лес должен закончиться, и пойдут бесконечные поля, а потом примерно в трех днях пути начнутся владения Гвиневеры.

— Значит, нам надо заночевать здесь. — Лорд Венатор отправил в рот последний кусок колбасы, со смаком облизал пальцы и направился к хатке. — Пойду посмотрю, что с этой хибарой можно сделать.

— Я думаю, ее надежней всего будет спалить! — вынесла свое решение леди Каракурт, хмуро глядя на почерневшее деревянное строение.

Я молча последовала за братом. Не знаю почему, но после слов Кейси в душе поселилось какое-то тревожное чувство, причину которого я понять не могла.

По пыльному, но еще пока целому полу шастали буржуазного вида тараканы (и где раскормились так?), на террасе и по стенам бегали довольно длинные зеленые ящерки, что привело Ладиину в неописуемый восторг, под окном обосновались птицы, а над дверью прилепилось осиное гнездо. Честно говоря, весь этот зоопарк немного нервировал.

— И что будем делать? — робко уточнил Кейси, явно не привыкший к таким апартаментам.

— Как что? — криво усмехнулся мой братишка. — Обустраиваться на ночь, конечно!

— В этом месте?! — скептически скривилась леди Каракурт, презрительно глядя как раз на своего откормленного тезку, старательно плетущего паутину вместо только что разорванной.

— Именно в нем, — невозмутимо подтвердил Витька и мужественно вошел в пугающую неизвестность.

Внутри домик оказался довольно уютным. Главная комната, служащая одновременно гостиной, кухней и столовой, была довольно чистой, если не считать пыльного пола да внушительной паутины по углам. Печь, правда, была вся закоптелая и наполовину разрушенная, но мы топить ее, впрочем, и не собирались. Во-первых, лето на дворе навевало мечты о прохладе, а во-вторых, без прочистки дымохода и должных ремонтных процедур мы могли запросто ночью отравиться угарным газом. Дубовый стол и четыре стула вокруг него еще сохранили нужную прочность.

Во второй, угловой комнатке обнаружились две крепкие кровати и жалкое подобие сундука, старательно изгрызенного внизу мышами, которые, кстати, и сейчас, несмотря на гостей, копошились и пищали под полом.

— Я здесь не останусь! — упрямо прошептала Ладиина, вслушиваясь в их возню.

— И чем тебе не нравится это место? — злобно сверкнул глазами Вик.

— Здесь МЫШИ! — трагическим шепотом пояснила красавица.

— Скорее всего, крысы, — поправил Кейси, анализируя совсем не детский топот под нами.

— Тем более! — взвизгнула Ладиина. — Это не место для благородной леди!

— А там умдыри, — махнула я рукой в сторону леса, — думаешь, подходящая для тебя компания?

Девушка запнулась и заколебалась, Вик, пряча улыбку, подошел ко мне и демонстративно поцеловал руку.

— Лесные крысы вырастают огромных размеров, — тихо прошептала Ладиина, явно предпочитая гигантских умдырей в лесу.

— Вот и прекрасно! — кивнул Вик. — Я как раз голоден как волк!

Леди Каракурт побледнела, а мы начали обустраиваться в этом дивном уголке природы, носящем все признаки хорошей экологии. Первым делом попросили Кейси исследовать обстановку. Пусть он ранен, пусть заколдованный человек, но инстинкты и чутье-то у него сейчас гораздо лучше, чем у нас. Тропу хищника или врага он заприметить в состоянии. Ведь непонятно, почему отсюда ушли люди. Судя по запустению, дом тут кукует в гордом одиночестве от силы лет пять.

Кейси вернулся где-то через полчаса и сообщил, что все в порядке. Недолго думая Вик определил леди Каракурт сметать пыль и подметать пол, а сам вместе с Кейси смотался в лес за хворостом, чтобы развести на полянке небольшой костерок. Вопреки запретам Артура я распрягла коней и, захватив чистую одежду, направилась вместе с ними к речке купаться.

Странно, за все это время я так и не узнала, как же зовут жеребца Ладиины. Животное, почувствовав чужую, но ласковую руку, сперва опешило и растерянно заглянуло мне в глаза, но, не узрев там ничего для себя опасного, робко поплелось следом, то и дело пытаясь подсунуть свою морду снова под ладонь. Это вызвало у Злыдня приступ заметной ревности. Собственник, однако!

О блаженство! Холодная вода нежила и бодрила. Под руку подвернулся мой любимый тощий пегас. Что ж, пожалуй, начнем с тебя. Я уже хотела выйти на берег за щетками и скребками, как Злыдень обернулся и подал мне мотающийся в зубах нужный мешочек. Все свое ношу с собой! Потрясающе! Конь ехидно фыркнул и услужливо подставил личной массажистке спину.

Сколько себя помню, чистка после тренировок расслабляла не только меня, но и животное после нашего совместного тесного общения. Лошадь, скорее всего, готова была терпеть такую заразу только ради тех тридцати минут под моей рукой, вооруженной скребком и щеткой. Восстановив таким образом душевный баланс, мы снова расставались до следующего урока.

Моему Росинанту, похоже, также нравится процесс чистки. Кроме релаксации под это занятие вдобавок и хорошо думается. Так что совместим приятное с полезным.

Итак, что мы имеем? Чужой, непонятный мир — но уже и какой-то свой, родной. Рука машинально легла на приятно греющий тело медальон. Странно, прошло всего три дня, а кажется, что целая жизнь. В происхождении нет и капли сомнения, а родословная, земли, замок, подданные воспринимаются теперь как должное, как само собой разумеющееся! Более того, я даже испытываю чисто собственнические инстинкты и хочу выдворить непрошеных гостей восвояси!

Но сценарий моего крестового похода просто абсурден! Зачем? Зачем тащиться к королеве Гвиневере? В угоду традиции? Для того чтобы узнать, как выглядит этот Михей эль Туцир? Неужели его действительно никто никогда не видел? Тогда откуда она знает истинный облик врага? Она что, его любовница? Дочь? Мать? Сестра? И зачем ей помогать нам? Странная ситуация. Надо быть осторожнее с королевой Луары. И опять же: откуда она знает истинный облик врага?! И с какой радости ей нам помогать? И кто она сама такая? Друг, предательница, нейтральное звено?

Не люблю неопределенности. Пойди туда, не знаю куда, принеси то, неведомо что! Как с этим бороться, если даже не в курсе с кем?

И тут еще этот лес, заброшенная хижина, умдыри. Такое чувство, что кто-то занимается биологическими и генетическими опытами. Но опять же: ЗАЧЕМ?

Мои мысли прервал треск кустов.

— Купаешься? — Вик с нескрываемым удовольствием скользнул взглядом по моему отплывающему телу.

— Думаю.

Без тени смущения лорд Венатор не спеша разделся и осторожно зашел в холодную воду. Плавать мой друг не умеет, панически боясь воды, поэтому всегда плескался там, где мог передвигаться по дну.

— О чем? — наконец спросил он, аккуратно приближаясь ко мне в своей неисправимой манере.

— Обо всем этом, — отмахнулась я.

С Витькой слова были не нужны. Мы и так легко понимали друг друга. Странно, но все, кто видели нас вместе, ни секунды не сомневались, что мы брат с сестрой, хотя я никогда не замечала внешнего сходства. Видимо, это что-то неуловимое, на уровне высших материй. Наверное, где-то на небе, за гранью жизни и смерти, наши души сплелись в клубок так тесно, как это происходит у близнецов или у очень сильно любящих людей. Интересно, сможем ли мы когда-нибудь отпустить друг друга?

Вик подобрался ко мне почти вплотную, поднял пальцем подбородок и заглянул в глаза.

— Не волнуйся, — прошептал он. — Мы справимся, сестренка, я с тобой. Я всегда буду с тобой. Я…

Вежливое покашливание заставило нас обернуться.

— Извините, что помешал, — робко переступил с лапы на лапу Кейси, стараясь не смотреть в нашу сторону, — но леди Каракурт зовет в лагерь. Говорит, все готово.

— Хорошо, — кивнул Вик, — мы скоро будем. Свет, подожди, пожалуйста, меня, я не хочу купаться один на один с блондиночкой.

— Все еще боишься?

— Еще как! — фыркнул он, обдавая меня кучей брызг.

К великому разочарованию моего брата и местных пиявок, Ладушка купаться наотрез отказалась, заявив, что благородной леди в простой реке мыться не пристало. Что ж, ее дело. Кейси, несмотря на свой титул, все же искупался и теперь блаженно грелся у костра, позволяя мне расчесывать свою шерсть. М-да, похоже, и эта зверюга под моей рукой прибалдела. Злыдень ревниво косился в нашу сторону, явно вынашивая жестокий план мести лохматому сопернику. Может, следовало его назвать Отелло?

Бутерброды, сделанные Ладииной, откровенно напоминали «Кошмар на улице Вязов». Даже неприхотливый Злыдень осторожно скосил глаз на перекошенное строение из хлеба, масла и колбасы, придавленное сверху для драматического эффекта цельной головкой чеснока, и брезгливо отвернулся. Зато Вика сие творение ничуть не смутило. Его вообще редко когда напугаешь едой. Впрочем, тому, кто умудрится отравить братца бутербродиком, можно смело вручать Нобелевскую премию! Посему мы самоотверженно поужинали и в настоящее время проводили совет стаи.

— Надо признать, вы удивительно справились с умдырями! — подставляя еще не чесанный бок, заявил Кейси. — Где вы так изучили их повадки?

Льстит, гад, на ласку напрашивается. Интересно, какой из него человек? Волк-то очень смазливый получился. Кажется, парня Казиларг заколдовал. Не мой прямой враг, но в списке вроде бы тоже числится, номером третьим, если память мне не изменяет. Ладно, пора делиться своими опасениями и соображениями с народом.

— Нигде. Я просто сделала пару выводов, сопоставила сведения нашей спутницы и ваши. Теперь я почти на сто процентов уверена, что умдырь — лабораторно выведенное существо.

— Стоп! — не выдержал Вик. — Ты хочешь сказать, что где-то на этой территории помимо тебя обитает еще один такой же садист с извращенной фантазией?!

— Да. И мне бы очень хотелось с ним встретиться!

— Что?! — осклабился Вик. — Чтобы вы смогли обменяться опытом?! — И в сердцах добавил: — Тогда этому миру точно будет полный трындец!

— А может, я расстроена, что данная экологическая ниша уже занята, и хочу устранить конкурента!

— Тебе и так проблем мало? — вкрадчиво уточнил братик. — Еще разборок с коллегой захотелось?

— А что, леди Светлана тоже маг-натуралист? — осторожно вклинился в разговор Кейси.

Лада с интересом покосилась в мою сторону.

— Кто? — не поняли мы с братом.

— Ну это тот, кто выводит различные виды животных и растений по своему усмотрению, — робко пояснил лохматый спутник.

— Нет, — смущенно улыбнулась ваша покорная слуга, — я больше специализируюсь по неживой природе.

— Некромант?! — испугался собеседник и сжался в комочек под моей рукой, трусливо поджав хвост.

— Вроде того, — безмятежно улыбнулся Вик, абсолютно не желая оправдывать собственную сестру. — По крайней мере, мало кто выжил после ее экспериментов.

— Ты то учти, что и желающих вначале было не шибко много! — обиделось мое тонкое нутро ученого-исследователя.

— Еще чего не хватало! — взвился Вик. — Тебе с твоими способностями только оружие массового поражения создавать!

— Я в косметологию пойду!

— Отлично! Сообщи тогда о марке, чтобы я всех знакомых успел предупредить!

— Да ладно тебе! Я же год от года расту, становлюсь все более и более профессиональной!

— Вот это меня и пугает! Видишь ли, квалифицированный маньяк гораздо хуже любителя-недоучки!

— Кстати, о них! Кейси, вы не знаете, кто бы на такое был способен? — попыталась я срочно перевести разговор в другое русло.

— Честно говоря, затрудняюсь ответить, — сконфуженно произнес он, осторожно отодвигаясь от меня подальше. — Этот мир полон магов.

— Да почему он тебя так заинтересовал?! — взбесился Вик. — Очарована его богатой извращенной фантазией? Профессиональный интерес?

— Именно! Мне кажется, если мы сейчас не решим этот вопрос, то очень скоро мир огребет неприятности по самое не хочу! А у нас еще на одну проблему станет больше, и очень, кстати, большую!

— Я слушаю, — вдруг спокойно произнес друг, пододвигаясь ближе.

За что уважаю парня, так за то, что, как и все представители своего племени, он не будет распыляться на ерунду, но всегда вовремя увидит ту грань, когда необходимо отнестись к происходящему серьезно. И тогда уж выложится по максимуму.

— Видишь ли, когда я услышала об особенности зрения умдыря, то сочла сие ошибкой природы либо рудиментом. Звери могли перебраться на новые места и не успели еще утратить прежние приспособления. Но, как мне сообщили, они вообще появились недавно, следовательно, это не может быть остаточным свойством. После встречи с умдырем я окончательно поняла, что его изъян — нос, а не зрение, как казалось поначалу. Эта тварь изначально задумывалась хищником, универсальным, всеядным убийцей, но, видно, в процессе создания произошел сбой, и получился небольшой производственный брак. Сотворив монстра, мастер, скорее всего, протестировал его. Не знаю, обнаружил он тогда этот порок или нет, но прежде, чем создавать серию, наш маньяк выпустил последствия эксперимента в леса, чтобы посмотреть, как животинка приживется в среде. Эти места, насколько можно судить, не слишком людные, поэтому огласки опасаться не стоит, вдобавок ко всему они изобилуют представителями других рас. Идеальный полигон для действий. К сожалению, из-за плохой чувствительности носа тварь не смогла конкурировать с прочими хищниками и стала падальщиком. Так как только трупы воняют довольно прилично.

— К сожалению?! — поддел меня брат.

— Извини, оговорилась. Суть здесь в другом: кому-то понадобилось оружие массового поражения. В данный момент наш злобный гений, скорее всего, исправляет ошибку, создавая следующий вид, если, конечно, уже не сотворил.

— То есть сейчас мы можем нарваться на усовершенствованную версию? — вкрадчиво уточнил Кейси.

— Ага! И разве это не здорово? — ехидно улыбнулась я, с опаской глядя на лес.

Возможно, эта тварь сейчас оттуда за нами и наблюдает, но о своих подозрениях спутникам я решила не говорить.

— Я не отличаюсь любовью к подобным животным, — тихо признался Вик, непроизвольно потянувшись к катане.

— Но откуда такое знание предмета? — осторожно покосился волк на вашу покорную слугу.

— Я бы так поступила, — честно ответила я, поставив себя на место террориста.

Спутники посмотрели на меня, как на чудовище. Господа, расслабьтесь! Я всего лишь женщина!

— Скорее всего, тут два варианта, — попыталась я отвлечь их внимание от своей скромной персоны, — либо это Михей, либо кто-то из его врагов.

— Или кто-то из пяти ведущих магов мира просто развлекается, — хмуро добавил Кейси. — Тогда мы ищем проблему на пустом месте.

— Тогда зачем их плодить в последнее время?

— Может, они сами?

— Гибриды или лабораторные эксперименты чаще всего бесплодны, за исключением тех случаев, когда создатель специально над этим работает. Но умдырь слишком защищен от внешнего мира. Делать такое существо свободным в репродукции, особенно если это экспериментальные образцы, очень опасно. А так как наши знакомцы проверки не прошли, то они должны быть стерильными. Хотя если ученый псих, то можно ожидать чего угодно.

— Ведущие маги могли сделать их размножающимися, чтобы просто посмотреть, как мы будем уничтожать такую пакость, — вставил Кейси. — Забавы ради.

— Давайте будем лучше пессимистами и преувеличим опасность, чем недооценим ее, — спокойно сказал Вик.

— Хорошо, — кивнул лохматый собеседник, — но зачем тогда кому-то их множить, если те не удались?

— Либо чтобы отвлечь внимание от своей основной работы, либо это уже начальная стадия хорошо спланированного нападения на мир. Михей способен на такое?

— Безусловно, — подтвердил Кейси, снова осторожно подлезая под мою руку.

Вот ведь прохвост!

— А кто еще? — Что-то мне подсказывало, что Михею со своей властью делать больше нечего, как уповать на темперамент всяких лабораторных экспериментов. У него и так армия будь здоров! Скорее всего, это проделки одного из его врагов, а еще вернее — союзника, который собирается впоследствии свергнуть главаря. — Кейси, вы говорили, что маг. А какого уровня?

Волк поперхнулся и испуганно уставился на меня.

— Не волнуйтесь, — поспешила я успокоить его и на всякий случай почесала за ухом, — я не подозреваю вас, просто хочу соотнести мощь противника.

Собеседник немного смутился и застенчиво признался:

— Ну я совсем недавно перешел на десятый уровень.

— Это много? — уточнил Вик.

Побледневшая Ладиина зашлась в кашле. Кейси посмотрел на него с нескрываемым изумлением. Увидев это, брат поспешил уточнить:

— Я совсем не разбираюсь в магии.

Все еще пришибленный таким вопросом Кейси если что и заподозрил, то решил промолчать и, вежливо кивнув, пояснил:

— Первая степень — простейшие сглазы и порча почти на бытовом уровне, лишь зачатки магии, вторая-третья — заурядные деревенские колдуньи, четвертая — уже городские колдуньи, привороты, лечение и прочая дребедень. Среднестатистические профессиональные чародеи — от пятого до седьмого, чем выше ранг, тем больше могущества, естественно. Все, что выше восьми, градируется уже с приставкой «сверх».

— И насколько силен восьмой уровень? — вкрадчиво уточнил Витька, продолжая прикидываться балбесом.

Лохматый спутник ответил ему снисходительным взглядом:

— Ну если седьмой уровень уже способен трясти землю, сворачивать небольшие горы, то восьмой оперирует булыжничками покрупнее! — И, отбросив ехидный тон, пояснил: — В принципе любой профессиональный маг может управлять стихией или более тонкими материями типа мира мертвых или чужих душ, но для того, чтобы это делать, надо быстро пополнять внутренние резервы, иначе мир усопших может забрать тебя к себе. Поэтому очень мало магов седьмого уровня рискуют заниматься некромантией.

— Значит, сила мага измеряется скоростью пополнения им магического резерва? — не выдержала я.

— Да, — ошарашенно кивнул Кейси. — А вы разве этого не знали?!

Блин! Прокололась!

— Ну, — поспешила исправиться я, — у меня всю жизнь были на это немного иные взгляды. Мне казалось, степень зависит от врожденных способностей.

— И от этого тоже, — согласился заколдованный принц, — но признайте: от способностей зависит только скорость восполнения резерва. Если у мага седьмой степени она три-четыре часа, то у восьмой — два-три.

Значит, ориентировочно у девятой степени — час-два, у десятой — час-полчаса. Если прикинуть, что Кейси самого заколдовали, то это мог сделать, скорее всего, либо равный, либо кто-то выше. Интересно, а сколько всего степеней?

Словно прочитав мои мысли, Вик задал интересующий вопрос.

— Официально двенадцать, — последовал ответ. (Та-а-ак, значит, с ними лучше не связываться! Их интервал, получается, совсем никакой!) — Но есть мнения, что степень ведущих магов — тринадцатая.

А это еще кто такие? Я едва удержалась, чтобы не задать еще один уточняющий вопрос. Вик задумчиво кивнул, тоже не желая пока лезть с расспросами. Действительно, если мы не знаем, кто они такие, то можем легко попасть впросак, ибо вряд ли еще где в стране встретится парочка «не местных», кроме Драко, а давать в лапы незнакомому волку сие ценное знание просто рискованно. Ладно, про ведущих выясним позже.

Вернемся пока к нашим баранам. Итак, что мы имеем? Некроманты, натуралисты и просто очень опасные враги — это все, кто имеет восьмую степень или выше. Наверное, их не слишком-то много, раз люди боятся и мир пока существует. Что ж, круг подозреваемых сужается.

— Кейси, а кто из магов способен наштамповать целый лес щетинистых монстров в рекордно короткие сроки?

С минуту собеседник думал, а потом стал перечислять:

— Я, Казиларг дʼЛорк, Мортифор и Карнификус из клана Лупус, Михей эль Туцир, Лерри ванн Дерт, Нох-рам-Лукуш, леди Гвиневера, — (Оба-на! Всплыла, красавица!) — Аркʼментрʼморк, Тхварыш и Сумтарыш, Мелистей, Переполлетт, Тван кон Су. Это из ныне действующих и признанных. Еще к этой группе можно отнести пару эльфийских и вампирьих колдунов, которые себя пока просто не пытались проявить, а также следует причислить ныне правящего Драко. Я, правда, не знаю, маг он или нет, уж больно скрытен новый наследник, но если учесть, что его отец был воином крови, то, вполне вероятно, этот уродился колдуном. Тем более о нем сейчас также ничего не слышно. Сидит, наверное, где-нибудь и разрабатывает такую вот гадость.

«Да уж! Если бы!» — с сожалением вздохнула левая половина мозга.

— А с чего вы решили, что он может оказаться чародеем?

— Во-первых, все Драконы — прирожденные маги, а их потомки относятся к клану сильнейших воинов и отличаются крайним профессионализмом в отнятии жизни, поэтому всегда тяготели к некромантии, выведению новых видов и прочей гадости.

Опа! А я-то еще думала, чего меня так на это тянет?!

— А во-вторых, у них в поколениях наблюдается почти строгое чередование волшебников и витязей.

— И такой же силы? — заинтересовался Вик.

— Разной, — поежился волк, подставляя мне свой загривок. — От седьмой до двенадцатой бывали, поэтому лучше с ними не связываться, хотя они и так приличные дряни!

Ладиина одобрительно хрюкнула, обводя нас довольным взглядом. Ладно, с тобой мы позже разберемся, благоверная! Ну это ж надо! Еще и в десятку маньяков умудрились попасть! Профессиональный рост просто налицо! А какие дальнейшие перспективы повышения? Вселенский апокалипсис?

Ладно, если попросить его теперь кратко охарактеризовать претендентов, на это уйдет уйма времени, а сумерки начинают сгущаться. И если таинственному злопыхателю удалось реализовать свою пламенную идею, то нас, возможно, уже выслеживает этот совершенный хищник, поэтому хватит выяснять личность террориста, пора позаботиться о себе. К тому же на секунду мне показалось, что в лесу мелькнула пара светящихся красных глаз.

— Добро. — Я небрежно поднялась, разминая ноги. — Время позднее, пора готовиться ко сну. Вик, а куда ты дел старые матрасы?

— Вынес их за дом, — пожал плечами брат. — А что, ты решила стать единственным почетным донором для местного клоповника?

— Нет, просто давайте их сейчас сожжем.

— Зачем? — подала голос Лада. — Они ведь сырые, старые и вонючие. Будет очень много дыма!

Вик скептически посмотрел на ночное небо и тихо спросил:

— Свет, что ты задумала?

— Мне нужна вонь от матрасов, — беспечно пожала плечами ваша покорная слуга, наблюдая, как Кейси во второй раз за день поперхнулся собственной слюной.

— А больше тебе ничего не нужно? — прошипела Лада. — Ну там крови девственниц, слез дракона или помета вон тех ящерок? Говори, мы что-нибудь придумаем!

— Леди, у вас действительно крайне странные желания, — осторожно вставил Кейси. — Может, стоит как-нибудь себя ограничивать?

А вот братишка повел себя на удивление спокойно:

— Хочешь отпугнуть вонью ту дрянь, что засела в лесу и наблюдает за нами? — задумчиво предположил он, озабоченно поглядывая на поляну.

Вопросов больше не было. Уже добрые два часа мы сидели в избушке и глотали едкий, удушливый дым, надеясь, что твари в лесу сейчас гораздо хуже, чем нам. Особенно если учесть, что из горящих тюфяков стройными колоннами ретировались вышеупомянутые клопы и слаженным строевым маршем устремлялись в заросли. Треск ломающихся кустов говорил о неземном восторге будущих доноров, улепетывающих во все стороны.

Пару раз пробегавшие мимо волки порывались выть, но, вдохнув всей грудью местное зловоние, заходились кашлем и, злобно отфыркиваясь и чихая, продолжали путь, явно костеря про себя на чем свет стоит здешнего скунса.

Злыдень и Чернуля превратились в двух огромных серых псов и, свернувшись калачиком, мирно спали у двери в спальню, заткнув носы лапами. Торна, жеребца Ладиины (я узнала-таки его имя), разместили во второй комнате. Недолго думая Вик растянулся на моей кровати, заявив, что не позволит сестре спать с незнакомым мужчиной, пусть и превращенным в волка, ибо самое малое, что можно от него нахвататься, это блохи! Кейси фыркнул и демонстративно улегся в центре комнаты.

Поерзав на деревянных досках, братишка обозвал постель тренажером для мазохиста и, подмяв под себя для пущей мягкости родную кровинку, сладко засопел.

Дежурных мы не выставляли, положившись на чуткий слух волка и собак, потому что вынюхать что-либо в такой гари было просто невозможно.

Проснулась ваша покорная слуга от четкого ощущения опасности и тишины. Вик, Лада и Кейси мирно еще посапывали, а вот Злыдень и Чернуля успели трансформироваться в драконов и теперь, предостерегающе полураскрыв крылья, внимательно следили за окном. Боевая стойка. Значит, у нас гости. Молодцы, ребята!

Злыдень повернулся на мгновение ко мне и хитро подмигнул. За стеной настороженно фыркал Торн. Закрыв предварительно Вику рот, я шепотом позвала брата по имени. Тот лениво открыл глаза и обернулся, кивком головы спросив: «В чем дело?» Я указала на стену. Поняв, что на дворе кто-то есть, Вик тихонько поднялся и полез будить Ладиину.

За окном сидело штук десять тварей. Огромные, со взрослого гризли, они имели такой же горб на холке, длинные десятисантиметровые когти, такой же нос и похожую морду. Плохо. Очень плохо. Нюх медведя — один из самых тонких на свете. Некоторые полярные мишки способны учуять добычу более чем за сто километров, строение морды обеспечивает удивительную силу челюстям, снабженным одновременно и клыками и жевательными зубами травоядного, что еще хуже при укусе. Плечевой нарост говорит о сплошном мешке мышц, что делает лапы зверя опять-таки более мощными, позволяя ворочать валуны весом до четырехсот килограммов на одну конечность, об ударе вообще лучше не думать. Вдобавок ко всему этих особей оснастили слегка удлиненными задними ногами, что, скорее всего, придает их бегу большую скорость и прыгучесть.

Но сквернее всего было то, что твари подходили по очереди к пепелищу костра и мерно на него мочились!

— Что они делают? — Вик припал к окну с другой стороны.

— Тушат бывший костер, чтобы мы не могли воспользоваться огнем.

— Хочешь сказать, что нам все-таки удалось найти усовершенствованную особь? — ехидно осведомился брат.

При этих словах Лада, не таясь, подскочила к окну.

— Дура! — сквозь зубы процедил Вик, оттаскивая ее.

Но было поздно. Вожак стаи заметил, что жертвы проснулись, и что-то рявкнул своим.

— Они взяли нас в кольцо! — истерично прошептала девушка. — Эти твари повсюду! Я не хочу умирать!

Другие особи оскалились и начали медленно наступать. Без сомнений, они знали, что мы в доме. Скорее всего, пришли на запах костра. Другие животные отправились бы подальше от извечного врага, но не они. Им нужен был человек. Учуяли пепел и решили, что их цель здесь. Охотники хотели напасть на спящих, но не удалось, и теперь, раздраженные, они на ходу меняли планы.

— Они взяли нас в кольцо! — раскачиваясь на полу, стала всхлипывать Ладиина. — В кольцо! Кольцо! Кольцо!! Кольцо!!! Я хочу жить! Я слишком молода, чтобы умирать! Я слишком красива для этого! Красива! Слышите?!

— Кейси, сейчас самое время отозвать своих питомцев!

— Это не я!!! — вскричал волк. — Вы что, думаете, я хотел бы вот так помереть в этой старой вонючей хижине?!

Хищники тем временем пригнулись к земле, готовясь к прыжку. Времени не оставалось, соображать придется быстро.

Вряд ли их натравили: истинного вида Драко пока почти никто не знает, надеюсь. Да, Черный принц видел медальон, но это всего лишь означает, что я — одна из рода. А кто истинный князь — загадка.

Допустим, мы рядовая добыча. На месте создателя я бы сделала животных послушными не только себе, но и другим, скорее всего, даже женщинам и детям, чтобы усилить мощь армии. Следовательно, едва ли мой конкурент положился на запах, уж очень изменчива эта субстанция. Тогда остаются амулеты, магическое повиновение или специальные команды. Первые легко потерять или захватить, что крайне неудобно, второе, вполне вероятно, требует времени, что тоже плохо в бою, когда хозяин может смениться за считаные секунды. Остается…

— Кейси, на каких языках говорят в вашем мире и каких национальностей наши подозреваемые? — Да, придется себя выдать, но лучше сейчас выжить! А мы и так уже прогорели, конспираторы-недоучки!

— Исконно родной для каждого международный, на котором мы сейчас общаемся, и язык чернокнижников.

Смутная догадка заставила сердце перевернуться в надежде. Так в нашем мире когда-то называли латынь. Может, и здесь она? Вряд ли злоумышленник воспользуется своим исконным, ибо, если действовать масштабно, он может оказаться неудобным для другой расы, всеобщий тоже едва ли подойдет, иначе тварями будет командовать любая сообразительная жертва.

Глухой удар сотряс цельные бревна избушки, выбив утыканный в щели мох. Жеребец Ладиины испуганно заржал, заметавшись по соседней комнате. Оконная слюда лопнула и разлетелась на куски. Дерево вокруг рамы треснуло.

— Memento mori, — почти автоматически сорвалось с моих губ.

— Откуда вы знаете язык некромантов?! — подпрыгнул от удивления Кейси.

— Свет, если все, что ты бормотала себе под нос о специальных командах и языках, правда, то мы спасены, — просиял Вик. — Ты же знаешь латынь!

— Солнце! Очнись! Я знаю только термины, немного специальной лексики да пару пословиц, глаголы не развиты в медицинской практике, в основном отглагольные производные, а наш поток вообще никто латыни не учил. Я волонтер-самоучка и не проходила повелительного наклонения!

— А ты вспомни! — заорал брат, с ужасом наблюдая за трясущейся стенкой.

Воодушевленные удачным началом штурма твари зачастили с атаками и бились о преграду уже головами.

— Как можно вспомнить то, чего не знаешь?!

— Но у тебя же получалось это на экзаменах! Чем сейчас ситуация хуже?!

— Во-первых, тем, что вместо преподавателя — двухсоткилограммовый гамадрил с аршинными зубами! Один из которых как раз застрял мордой в окне и не может решить, куда лучше: назад или вперед!

— Так сваяй им что-нибудь типа «С глаз долой, из сердца вон!». Нас устроит! — пропыхтел друг, отрубая катаной лобастую голову твари.

Лада с Кейси согласно закивали и брезгливо оттолкнули многострадальную башку.

— Думаешь, хищников так шокирует болтливый завтрак, что они забудут о еде?!

— А огрызающийся филей их устроит?!

— Не знаю! Сам спроси!

— Кстати, я тоже жрать хочу!

— Сейчас?!

— Да!

В этот момент стена разлетелась на куски, и огромный самец ворвался в помещение. Я рефлекторно вскинула в протестующем жесте руку и что было силы закричала, подскочивший сзади Вик рванул меня назад, и вместо героического «Стоять!» получилось паническое «Ста!».

И — о чудо! Опешившая зверюга затормозила прямо в прыжке и, плюхнувшись задом, проехалась на острых щепках еще с метр. Наверное, при этом злоумышленник загнал себе должное количество заноз в нежное место, потому что взвыл к концу щербатого маршрута не хуже собаки Баскервилей, но с места не сдвинулся, уставившись на меня внимательным горящим взглядом.

Что ж, надо ковать железо, пока горячо. Я сделала шаг вперед и, ударив кулаком в грудь, провозгласила:

— Suus! — будем надеяться, я сказала ему именно «свой!», а не что-то другое.

Тварь, похоже, истолковала слово верно и благодушно, словно собака, высунула язык, застучав кончиком хвоста по полу.

— Вот видишь! — с облегчением вздохнул Вик, отпуская мою талию. — Можешь же, когда захочешь!

Тем не менее остальные звери следовать примеру вожака явно не собирались и, оскалившись, продолжили наступление. Набрав побольше воздуха в легкие, я снова повторила подвиг. Создания мгновенно затормозили и озадаченно посмотрели на самый маленький и самый нервный завтрак, прикидывая: а стоит ли с такой хлопотливой мелочью связываться? Наедок на один зуб, а лечение потом на всю жизнь!

Так, если «стоять» будет «ста», то почему бы не перевернуть на латинский манер «сидеть»? Авось…

— Sedete! — рявкнула ваша покорная слуга так, что зверюги мгновенно плюхнулись на попы, инстинктивно прижав уши.

Дернулся и сел даже Кейси. Ах ты, зараза, знал нужные слова, но с подсказками не спешил! Ладно, конспиратор лохматый, с тобой позже разберусь. В этом мире никому доверять не следует, только брату.

— Надо же! — ухмыльнулся Вик, кивая на смущенного маленького хищника, из-под которого во все стороны стала расползаться большая желтая лужа. — А я еще гадал, как ты с учениками справляешься!

— Только тактом и лаской!

— Ага! — осклабился брат. — Вон сколько такта вытекло! Кейси, вы там случайно не обделались?

Волк возмущенно покосился на моего родственника и уже хотел ответить, как затрещали прилегающие к деревьям кусты, и на поляну вывалились покореженные и местами пожеванные черные рыцари на взмыленных и взъерошенных конях. Четыре часа утра! Чудесно! Достойное начало дня! И чего некоторым жестянкам дома не сидится?!

Магистр обжег меня из-под забрала убийственным взглядом и тут же настороженно покосился на окружившую нас стайку. Что ж, прекрасно, по крайней мере, не надо ломать голову, куда деть наших тварей!

— Caedere! — вскинула я руку, указывая на пришельцев.

Твари медленно развернулись и, рыча, стали медленно наступать на чужаков. Похоже, инфинитива они слушались так же, как и команду. Очень продуманный у меня враг. А вот моим супостатам, кажется, действительно в этот раз не повезло, потому что единственное, что сейчас вспомнилось на латыни, было «убить!».

— Вик, помоги Кейси забраться на спину моему дракону, уходим. Лада, проверь, как там твой конь, жив ли еще.

— Да пошел он! — отозвалась она, пытаясь вскарабкаться на спину Чернули. — Благородной леди не пристало ходить за лошадьми!

— Хорошо, сама проверю.

В зале царила мертвая тишина, но я все-таки решила переступить порог. У крайней стены, буквально вжавшись в бревна, стоял Торн, от страха, наверное, забывая даже дышать. Признаюсь, не ожидала застать беднягу живым! Фантастика! Хотя что удивительного? Стены главной комнаты и входная дверь, несмотря на зияющие дыры, почти не пострадали, словно в первую очередь охотились на нас! Неужели все-таки прицельное нападение? М-да, зря надеялась на халяву!

— Идем, малыш, — прошептала я, беря несчастное животное за узду.

При первой же возможности отдам его в хорошие руки, а здесь жалко оставлять. Да и зря я жеребца, что ли, чистила? Не для этих же тварей!

Тем временем на дворе развернулась настоящая битва. Порядком измотанные после встречи с тупыми умдырями, уже здорово обслюнявленные новыми противниками рыцари ожесточенно отмахивались от наседающих со всех сторон хищников. Рассвирепевшие от такого отпора твари вовсю пытались образумить строптивый завтрак и вынудить смириться с судьбой, действуя крайне хитро и ловко.

Пара особей уже стащила с коня одного вояку и теперь усиленно изучала крепление лат, пытаясь добраться до вырывающейся консервы, совсем не разделяющей их энтузиазма. Все-таки жизнь — это самый лучший способ сохранения мяса!

На этот раз в седло я вскарабкалась самостоятельно. Взлетевший Злыдень подхватил Торна и описал широкий круг над грозящим мне кулаком магистром. Не выдержав, я обернулась и послала тому воздушный поцелуй.

* * *

Познай себя.

Фалес

— Но-но! — погрозил мне пальцем летящий рядом Вик. — Воздушный поцелуй — первый шаг к сексу по телефону!

— А «по телефону» это как? — жадно обернулась Ладиина.

Волк ошарашенно поперхнулся, но тоже не смог скрыть возникшего интереса, явно намереваясь почерпнуть что-нибудь полезное на будущее.

— Это никак! — окрысился лорд Венатор. — Одна морока да сплошные счета, особенно если не туда попадешь.

— Это как?! — опешили одновременно наши спутники.

Данная теория, видимо, совсем не сочеталась с теоретическими представлениями одной златовласой особы и с практическими знаниями лохматой, ибо столь изумленных и озадаченных взглядов я еще не встречала. Ну разве что когда Вик откопал где-то дополненную и усовершенствованную местными умельцами версию Камасутры.

— Как-как, — проворчал великий просветитель, вспоминая, как однажды случайно дозвонился до Америки, и отец потом устроил полноценное, крупномасштабное расследование по поводу космического счета. — Пальцами кривыми! Вот как!

— А-а-а! — понятливо протянула Лада, делая вид «плавали — знаем!».

А вот усиленно осмысливающий сказанное Кейси если что и уяснил, то предпочел промолчать. Наконец он робко повернул ко мне голову и деликатно кашлянул:

— Леди, можно задать вам нескромный вопрос?

— Конечно! — щедро разрешил за меня Витька. — Валяй.

Волк вопросительно посмотрел на меня, и я молча кивнула.

— А почему вы захотели уединиться именно с Призрачными Гончими?

— А что-то не так? — хитро покосился брат.

— Ну они немного не в состоянии… — замялся Кейси.

— Теперь уже да! — ухмыльнулся профессиональный донжуан, оглянувшись и оценив масштаб побоища.

За нами в лесу торжественно красовался образованный поваленными деревьями кратер. Так, словно на месте нашей бывшей стоянки приземлилась летающая тарелка. Н-да, а потом еще люди гадают — а чей-то у меня круги на полях?! Знайте, читатели: там тоже ночуют драконы!

Все, надеюсь, больше я этих гончих живучих гадов не увижу! До чего же достали в последнее время. Хоть с кем-то разобралась!

— Ну вообще-то они фантомы, — словно гром среди ясного неба раздался голос заколдованного принца.

— Что?! — Призрачные мечты хоть кого-то убить рушились как карточный домик. — Мы все это время дразнили бесплотных духов?!

— Не сказал бы, — тихонько вздохнул Кейсариус. — Шарахнуть по маковке они могут весьма весомо и реально!

— Слушай, а откуда ты про них знаешь? — не выдержал Вик. — Ты, часом, не заинтересованное лицо? Ну жертва, например?

— Нет! — встрепенулся Кейси. — Что вы! Нет, хвала Великому Эквилибриуму, создавшему этот мир, и ведущим магам мира, нет! Про Призрачных Гончих каждый уважающий себя житель Геи с детства знает! А потом еще в школе лишний раз учит, чтобы в случае столкновения знать, как себя вести! Странно, что вы это пропустили. Прогуляли, что ли?

— Вот не поверишь, — вздохнула Лада. — Они не местные!

Черный волк неопределенно хмыкнул и недоверчиво покосился на нас.

— Издеваетесь?

— Нет! — замотала головой Ладиина. — Они…

Вик мгновенно зажал ей рот свободной рукой и легонько, но внушительно тряхнул. В последнее время он делает заметные успехи в езде! И что странно: в полете на драконе его вестибулопатия отступает! А раньше даже в самолете укачивало!

— Мы хотим вернуться домой, — обворожительно улыбнулся братик. — И хотели бы немного разобраться в происходящей ситуации. Не поможете ли, лорд Каптулус?

— Хорошо, — кивнул Кейси. — Чем могу служить?

— Расскажите, пожалуйста, что здесь вообще происходит. Что за сумасшедший дом?

— О! — усмехнулся Кейси. — Все произошло год назад. Наш мир, Гею, создал когда-то, давным-давно Великий Эквилибриум и пошел дальше творить, а вместо себя поставил четырех ведущих магов. Они обладают колоссальными возможностями и обязаны следить за порядком, время от времени люди им молятся, и те помогают. Иногда маги грешат с простыми смертными, и тогда рождаются сильные колдуны, как Михей эль Туцир, например. Его уровень двенадцатый — чтобы восстановить резерв, необходимо пятнадцать минут максимум. Кроме того, он великий воин и крайне коварный стратег. Примерно с год назад он начал свою эпопею по завоеванию мира. Покорив людские княжества, он принялся за иные. Сейчас не тронуты только маленькие людские земли на севере, почти все леса эльфов, часть угодий оборотней, темная территория вампиров, да еще сопротивляются вотчины Драко.

Так, если мир почти завоеван, то моя задача частично упрощается. Несмотря на бесчисленное войско противника, перетянуть на свою сторону сопротивляющиеся земли, если только там довольно гордые и свободолюбивые правители, будет гораздо проще. К тому же мне уже настоятельно хочется встретиться с создателем лесных чудовищ, хотя бы потому, что сейчас, когда процесс не завершен, он попытается действовать, а следовательно, будет торопиться и особо бояться утечки информации, и тогда его тоже можно попытаться завербовать, грозя в противном случае рассказать все Туциру. Главное — успеть до того момента, как мастер биохимии решится раскрыть свои карты.

Да и на худой конец можно обратиться к главному врагу, ведь тот пока не знает моего к нему отношения. Априори я противник, но ведь это всегда можно изменить, заключить союз, втереться в доверие, а потом снова изменить. Итак, какой расклад у супостата?

— А кто его союзники?

— Ближайший соратник Казиларг, потом Аркʼментрʼморк, Мортифор и Карнификус из клана Лупус только недавно заключили с ним договор и совместно напали на земли Дракона. А остальные у Михея — рабы. Считается завоеватель только с этими.

— Почему?

— Территория и сила. Хоть Казиларг и человек, но очень жадный и хитрый, к тому же чрезвычайно талантливый маг-натуралист, любящий эксперименты. Аркʼментрʼморк — правитель суккубов, его армии крайне жестоки и хорошо обучены, таких лучше держать в союзниках. Мортифор и Карнификус — необузданные, свирепые оборотни. Думаю, их Михей побаивается, к тому же, поговаривают, Мортифор один из самых одаренных колдунов. По сплетням, его уровень около двенадцати.

Интересно. А кого из них я спустила в ров с крокодилами?

— Но это все мелочи. Больше всего Туцир страшится князя Драко!

— Почему?

— О, это та еще дрянь! — искренне засмеялся Кейси. — Его род начался от дракона Аргелла и жрицы Смерти Мараны. Такая дикая смесь породила удивительных воинов — сильных, смелых, отчаянно хитрых, коварных и страшно падких до женщин. Кровь дракона дала себя знать, и эти князьки портят девушек еще хлеще своего прародителя! Так что держите, лорд Виктор, свою сестру подальше от этого вселенского семени!

— Благодарю, — каверзно улыбнулось зловредное исчадие. — Я это учту. А у вас, кстати, есть сестра?

— Да! — просиял наш лохматый спутник, абсолютно не замечая квадратных глаз Ладиины и ее тщетных, потому что рот леди был все еще зажат, попыток что-то сказать. — Златовласая красавица Лиллиэн с глазами цвета неба и грацией лани! Недавно ей исполнилось восемнадцать. Но ее я берегу как зеницу ока! Ни один злыдень не подберется!

— Прекрасно! — Глаза главного проказника страны хищно сверкнули. Блондинок он всегда любил, точнее, коллекционировал! — Не познакомите?

— Почту за честь, — кивнул этот рьяный хранитель, даже не подозревая, что беда по имени Виктор его уже заприметила.

Ох, чую, скоро чести семейства Каптулус будет нанесен смертельный урон, а мне придется продлить черный список еще на пару строк.

— Хм, Кейси, — постаралась я вернуть разговор в прежнее русло и тем самым отвлечь брата от твердых намерений исполнить священный долг нашего рода, — так что там дальше о земноводных проказниках?

При упоминании о живых порождениях зла, волк брезгливо скривился и продолжил:

— Дракон передал наследнику свои земли и улетел, а новый правитель объявил, что даст приют и защиту каждому, кто поселится на его земле. Было много шуточек, намеков, скепсиса. Но потом самые не обремененные предрассудками и лояльные к ящерам геи все-таки решились обжить предложенные земли. Низкие налоги, прекрасная почва, комфортные условия проживания. Новые подданные обитали себе припеваючи, и скоро у соседей стала буйно колоситься зависть. Они напали на удачливых собратьев, но пришел хозяин-Дракон и надавал обидчикам по шее. С тех пор ходит легенда, что подданные князя, что бы ни говорили, на самом деле любят своего повелителя и даже прощают ему кое-какие шалости, а к жертвам-девушкам еще и уважение проявляют. Но это только миф. Хотя правители всегда разбираются с агрессорами и прогоняют захватчиков в шею. Драконы очень ревностно относятся к собственной территории и не терпят чужого самоуправства, поэтому многие мечтают быть под властью князя, хоть и боятся своего господина до колик. И в принципе есть чего. Это универсальные воины и машины для убийств, жестокие, хладнокровные и одновременно крайне вспыльчивые да злобные, хоть и красивы, обольстители, как эльфы! Но самое страшное — это женщины рода Драко!

— Что? — хмыкнул Вик, задумчиво покосившись на меня. — Неужели здесь не нашлось достаточно крепкого напитка?

— Не смешно! — отрезал заколдованный принц. — Молитесь, чтобы не встретиться ей на пути. Правду говорят, что кровь Дракона всегда себя как-нибудь проявит. Уж здесь она постаралась! Удивительно красивые, обворожительные и притягательные, эти женщины в противовес имеют мерзкий характер. Правда, не такой гадкий, как у мужчин.

«Ни фига! — праведно возмутилось правое полушарие. — Еще хуже! Особенно когда слушает логическую левую половину!»

— Они гораздо опаснее и более непредсказуемы, холоднее, расчетливее и коварнее. Жениться на Драко то же самое, что подписать себе смертный приговор!

М-да, лестное резюме получается!

— Еще ни один из внешних супругов[5] не умирал естественной смертью. Кто-то пал жертвой яда, кто-то заклятия, кто-то просто не выносил напряжения. Говорят, женщин-Драко боятся даже ведущие маги мира, а ведь это уже не простые смертные! И тем не менее перед обаянием рода Аргелла невозможно устоять! И многие мужчины вновь и вновь попадались в прелестные сети, мечтая о взаимности, а получая в ответ холодную могилу. Так что, лорд Виктор, как друга, убедительно вас заклинаю: старайтесь не попадаться княжнам и княгиням на глаза, потому что, если они вас заметят или, еще хуже, вы приглянетесь этим тварям, никто и ничто уже не сможет вас спасти!

— Я знала, что ты дрянь, — не выдержала леди Каракурт, наконец справившись с кляпом, — но чтоб такая!

— Что?! — испуганно вытянулась и без того длинная волчья морда нашего милого друга. — Что вы сказали?!

Никогда не думала, что звери умеют бледнеть вместе с шерстью! Да, сдала нас блондиночка, как стеклотару! Хорошо еще клятву у Кейси вовремя стребовали о защите и неприкосновенности!

— Кейсариус, думаю, самое время для вассальной присяги! — мило улыбнулась ваша покорная слуга.

— К-кому? — запинаясь, обомлел тот.

— Мне.

— В-вы к-княжна? — не веря собственному «счастью», уточнил заколдованный принц, прижав уши к голове чуть ли не до хруста в суставах.

— Д-да! — радостно передразнила его я. — И кто-то, кажется, обещал на мне жениться!

Картинно закатив глаза, волк плавно, словно благородная девица, упал в обморок. Я осторожно потрясла обмякшее тельце. Бесполезно! Новоявленный жених решительно притворялся мертвым.

— Свет! Что ты с ним сделала?!

— Да ничего! Ты же свидетель! Я просто пошутила, а он, наивный, поверил!

— И не стыдно над детьми и братьями нашими меньшими так издеваться?

— А что он на нас наговаривал? Послушаешь, так нас в малолетстве расстрелять следовало! Что за частное гестапо? Что мы, звери? Хотя, конечно, хорошо, что репутация скверная, лишний раз не полезут, но не все же сразу! Я и так начинаю чувствовать себя маньяком со стажем!

— А я всегда говорил, что под этой невинной хрупкой оболочкой скрывается Джек-потрошитель! Но никто мне не верил!

— На себя посмотри!

— Я мирный Казанова, а не симпатичный экспериментатор с пургеном!

— Чего?

— Да брось, мои друзья до сих пор не могут забыть чаек с фенолфталеином! Даже щелочную среду во рту предусмотрела! Это ж надо было выдать каркаде со слабительным! Чай из лепестков роз! Попробовав, не забудете никогда! Ха! Да из них потом неделю эти цветики-семицветики лезли! Хотя слово ты сдержала: они до сих пор помнят!

— А нечего было пошло подкалывать и фамильярничать!

— Так сказала бы мне!

— Ага! Чтобы они ту же неделю зубы по асфальту собирали? Нет, я все-таки гуманистка.

— Что?! Да они к концу карантина умоляли меня пристрелить их! А один умудрился еще и простыть, так вообще чихнуть боялся! О! Наш принц пришел в себя!

Очнувшийся Кейси лежал, боясь пошевелиться. Но поздно, он уже привлек столь нежеланное внимание.

— Леди, — осторожно начал он. — Прежде всего хочу попросить у вас прощения за столь нелестные слова о вашем роде. На самом деле я очень его уважаю и, простите, опасаюсь. Также хочу извиниться за мою глупость, ибо не сумел распознать в вас…

— Великого врага? — услужливо подсказал Вик.

— Достойную дочь своего отца, — чуть ли не сквозь зубы процедил волк и обреченно добавил: — Если благородная госпожа желает, то я с радостью женюсь на вас и буду счастливейшим супругом на свете.

— Потому что долго не проживешь! — твердо закончил мой брат. — Если повезет, умрешь быстро и безболезненно, только ничего малиново-розового из ее рук не пей: ни чайку там экзотического, ни сока свекольного или морсика какого-нибудь. А если совсем припрет, обращайся, я тебя, как ближайшего родственника, просто так задушу, по старой памяти.

— Благодарю вас, лорд, — безукоризненно вежливо кивнул заколдованный принц, но по тону казалось, что он сам не прочь удавить будущего шурина.

— Не волнуйтесь, Кейси, я пошутила.

На минуту показалось, что вместо вселенского облегчения на морде соратника отразилась какая-то досада. Но только на минуту.

Да, с каждой секундой узнаю о своей семье много интересного, обидно только, что из чужих уст! Как ловко слепили пращуры имидж «смертельно опасных существ»! И как нам теперь его поддержать?! Особенно мне, полутораметровому «исчадию»?! Что я могу?

Мои предки действительно всегда были хорошими бойцами, а прапрапрадеды даже гениальными полководцами и имели лично пожалованные российской императрицей награды. Бабушки, и вправду удивительно красивые женщины, и в шестьдесят умудрялись кружить мужчинам головы. Но меня никто не учил военному делу и самозащите, никто не рассказывал про двойную жизнь![6] Если Вик прошел не одну школу боевых искусств и умеет блестяще фехтовать, то я с этим же мечом могу только танцевать! И то, стыдно признаться, танец живота! Так как же я могу защитить других? Как справиться с поставленной задачей?

Ладно, хватит ныть, мы можем ровно столько, сколько знаем. А образование мне, слава богу, дали хорошее!

— Раз теперь вы в курсе наших с Виком дел здесь, не поведаете ли далее о великой битве за добро и зло? Расскажите нам, пожалуйста, о Гвиневере.

— Что ж… Она королева небольшой страны. Луара почти круглая, как Луна. Туцир побоялся завоевывать эти земли, опасаясь лишь прогневить владычицу.

— С чего так?

— Гвин — оракул, пророк. Испокон веков она предсказывала удачи и невзгоды, урожай и бесхлебье.

— Что ж войну не предугадала? — фыркнул Вик, уже опять что-то жуя.

— Вообще-то она сказала Туциру остерегаться рода Драконов!

Н-да, очень ценное предсказание! Особенно если учесть, что это твердят почти все и вся во все времена! Такое вот удачное и актуальное наставление предков!

— И он ее не трогает, потому что боится, что она накаркает неудачу?

— Ну да. Воины довольно суеверный народ.

— Бред! — хором рявкнули мы с братом.

— Поживите здесь — и не в такое верить будете! — обиделся волк.

— Вот как? — вскинул бровь Вик. — Например?

— Например, нельзя вспоминать князей Драко лишний раз — обязательно объявятся!

— И что, действует? — ехидно осведомилась ваша покорная слуга.

— Ну… — замялся Кейси. — Вообще-то когда я вляпался в капкан, то первое, о чем подумал, что для полного счастья еще Драко всей фамилией не хватало. И появились вы.

— Да, — почесал затылок Вик. — Совпадение страшное.

Далеко внизу под нами простирались поля. Злыдень пока нес перегруз, абсолютно не чувствуя усталости, но изводить его так не следовало. Солнце еще лениво, словно после перепоя, осторожно поднималось в небо, каждую секунду рискуя скатиться обратно. И только мы, такие психи-жаворонки, трясемся в седле с утра пораньше!

Внезапно желудок Виктора взбурлил, как стакан кипятка, и издал долгий ноющий звук.

— Ой! — прошептал брат, хватаясь за живот. — Кажется, нам придется сделать экстренную остановку!

— Мне, сдается, тоже, — смущенно признался Кейси, опасливо прислушиваясь к организму.

В этот момент мой желудок выдал сочувственную тираду терпящим несчастье собратьям и, свернувшись в узел, робко поскребся изнутри: «Хозяйка, а может, и мы кустики в чистом поле поищем?»

А что мы такое вчера ели? Ха! Похоже, Ладиине удалось отработать Нобелевскую премию! Это же надо умудриться отравить всех бутербродами!!! Н-да, надо будет проконсультироваться с ней насчет методики!

— Леди, — осторожно подала голос виноватая зараза. — Мне нужен серебряный горшочек.

— А серебряный кол тебе не подойдет? — выдохнула я, лихорадочно умоляя Злыдня спуститься.

— В задницу! — добавил не менее злющий Вик, из последних сил борясь со своим расстройством. — Что за напасть такая?! Третий день пища дольше пяти минут в желудке не задерживается! Не так, так этак!

— Я тоже пострадала! — возмутилась Ладиина.

— Чтоб я тебе еще раз продукты доверил!..

Но продолжать спор не было смысла. Наш отряд стремительно терял высоту и наконец-то приземлился в чистом поле, в результате чего счастливые пассажиры почти профессионально рассредоточились по всем сторонам света.

— Леди! — раздался за спиной капризный голосок с явно назревающей истерической нотой. — Здесь же ничего: ни кустика, ни деревца! Я так не могу! И здесь вдобавок мужчины, пусть один и заколдованный!

— Поверь моему богатому опыту отравителя, им сейчас не до тебя!

— Но я все равно не могу!!!

— Блин! Лада! — сорвалась ваша покорная слуга. — Где-то совсем рядом Призрачные Гончие волтузятся с усовершенствованной моделью хищника. Чем дольше ты канючишь, тем больше вероятность, что они застанут нас здесь, посреди поля, в самый пикантный момент! Ты этого хочешь?! Собираешься сдать кросс по пересеченной местности в обстановке, максимально приближенной к боевой?!

— Нет.

— Так иди и привыкай к полевым условиям! Живо!

Но стоило нам вернуться к драконам, как бедные желудки снова взвыли почти одновременно, умоляя задержаться еще ненадолго. М-да, смертоносные мы коммандос! Трепещите враги! К завтрашнему дню поспеем, надеюсь!

* * *

На Руси обходились без особых технических выкрутасов. Основными орудиями пыток были дыба, кнут и факел. На крайний случай из человека могли нарезать ремней или поокунать зимой в ледяную прорубь. В общем, все патриархально, по-домашнему.

Но закончить наше важное дело, как и следует из всех законов подлости, нам не дали. С восточной низины прямо на нас выехала кавалькада серебристо-серых рыцарей. Ё! Ни минуты покоя!

— Что вы здесь делаете? — пробасил предводитель, останавливаясь напротив меня.

Блин, какое-то сплошное дежавю! Только эти пришельцы, в отличие от предыдущих, были людьми. Огромные, тяжеловесные мышастые кони били копытами землю и опасливо косились на наших драконов. Из-под открытых забрал выглядывали нормальные человеческие лица и с интересом рассматривали нас.

— Поля удобряем, — непроизвольно вырвалось у вашей покорной слуги.

Незваные гости немного растерялись, явно не ожидая такого ответа. В тишине было слышно, как скрипуче, словно старый маховик мельницы, вращаются их тяжелые рыцарские думы. Наконец вожак вспомнил, что он здесь вроде бы главный, и с толикой неуверенности пробасил:

— Эти земли принадлежат его сиятельству графу, досточтимому магу Казиларгу!

— Вообще-то нет! — внезапно встряла Ладиина. — Эти владения — исконная собственность княжны Драко!

Блин! Как не вовремя! Ну что ей мешало сказать: «Вот и прекрасно!», раскланяться и спокойно уехать, а потом подумать, как бы лучше этого мерзкого экспроприатора прибить?! Так нет же! Сдала! Еще, блин, и пол наследника Драконов подсказала! Умница! Нет слов, одни мысли!

Естественно, что, услышав слова нашей прекрасной занозы, мужики мгновенно опустили забрала и ощерились копьями. «Ёптр турен имбарр!!!» — как говорит мой брат. Что-то подсказывает, что сложившуюся ситуацию кроме непечатного русского лучше всех характеризует именно эта фраза.

— Господа рыцари, простите мою больную сестру, она немного не в себе, — вкрадчиво начала я.

— Твоя сестрица недурна собой, — причмокнул предводитель рыцарей, — пожалуй, мы возьмем ее нашему господину на потеху, там ее умственные способности не нужны.

— Нет! Не надо! — взмолилась Ладиина и обернулась ко мне. — Госпожа, защитите!

— Забирайте! — махнул рукой подошедший лорд Венатор. — Сами же и вернете, но уже с доплатой!

— Пожалуй, мы прихватим еще малышку, — осклабился обнаглевший вожак. — Когда-нибудь из нее вырастет настоящая красавица, ну а если хозяин не дождется, то поставит на ней пару своих лабораторных экспериментов.

— Только через мой труп, — мягко улыбнулся братец, вежливо оттесняя меня за свою спину.

— Ну это мы можем устроить! — обрадовался серый магистр, выхватывая меч.

Вик плавно увернулся от его выпада и рубанул своим только что небрежно висевшим за спиной самурайским клинком. Главарь охнул и осторожно дотронулся до тонкого, едва заметного пореза внизу живота. Из рассеченной стали сочилась кровь.

— В атаку! — рявкнул раненый и тут же оказался выбитым из седла шипастым хвостом моего дракона.

Для пущего эффекта Злыдень меланхолично присел на свою жертву и философски поднял глаза к небу, игнорируя отборные, заковыристые ругательства, а может, запоминая на будущее.

Остальные рыцари накинулись всем скопом, но Вик лишь тонко улыбнулся. М-да, кажется, наши противники не ожидали встретить в изящном красивом юноше виртуоза меча! Как все-таки приятно чувствовать себя за широкими плечами настоящего мастера! Хвала мужчинам во все времена! Враги умение моего друга, похоже, также оценили и, решив не тратить попусту силы, кинулись на нас с Ладой.

Недолго думая я рванула к арбалету и всадила болт в лоб первому достигшему меня недоброжелателю. И тут же прицелилась в следующего. Обычно шлем самая прочная и непробиваемая часть доспеха, но магия творит чудеса! Второй рыцарь, а это оказался помощник предводителя, даже не взглянул на упавшего собрата и во весь опор помчался на меня. Очередная стрела отскочила от его железной башки как горох от стенки. И третья, четвертая, пятая, шестая, седьмая, восьмая… Да что ж такое?! Почему все в молоко?! Неужели у него тоже какая-то защита?! Ладно, раз так противника не возьмешь, прибегнем к хитрости. Чаше всего встречаются восьмизарядные арбалеты, притворимся, что это наш случай. Пусть противник почувствует себя в безопасности. Итак, приступим!

Испуганно вскрикнув, ваша покорная слуга будто в растерянности огляделась по сторонам, затем опустила арбалет и покаянно склонила голову. Потом подняла на супостата глаза с самым жалобным выражением из всех имеющихся в ассортименте. Противник замедлил ход и остановился передо мной, намеренно упиваясь чужой беспомощностью, и поднял забрало. На холеном личике от уха до уха цвела снисходительно-ехидная улыбка. Я тут же вскинула арбалет и выпустила девятую…

Прочие ловцы удачи поспешно осадили коней, явно не торопясь становиться счастливыми призерами, и уже с опаской взирали на вашу покорную слугу. Предосторожности ради я засветила очередным болтом в шлем ближайшего противника. Не успев произнести и звука, тот мягко сполз под ноги коню. Неприятели задумчиво посмотрели на мелкую и злобно огрызающуюся добычу, как и лесные хищники, откровенно прикидывая — а стоит ли связываться с такой морокой?

И кинулись на безоружную леди Каракурт. Та нерадостно взвизгнула, конь нападавшего испуганно встал на дыбы, хрупкая красавица вмиг перехватила передние ноги жеребца и резко крутанула. Опешившие от подобного произвола и всадник и животина с квадратными глазами завалились набок.

Какой-то хмырь вскинул арбалет, целясь в Ладиину со словами: «Сгинь, вселенское отродье!» Но прежде чем стрела вылетела в цель, сработали мои инстинкты. Рука мгновенно опустилась к бедрам, где находились притороченные Артуром «на всякий случай» кинжалы, и я МЕТНУЛА в неудачливого киллера боевой нож! Самое шокирующее то, что ваша покорная слуга ПОПАЛА, и именно туда, куда целилась! Жертва клинка грузно свалилась с лошади.

Ну и дела! Резкий крик заставил обернуться. Прямо на меня на всех парах несся широкоплечий рыцарь с оголенным мечом. Перезаряжать арбалет не было времени, и я снова метнула кинжал в незащищенную голову, параллельно кувырком уходя в сторону. Клинок попал прямо в глаз!

Так вот зачем однажды папа с дядей Олегом предложили нам сыграть в одну милую семейную игру! Вооружив своих пятилетних чад необычными для повседневной жизни ножами, они велели метать их в начерченный на земле квадрат. При попадании кидавший отрезал себе кусок владений по линии клинка. Побеждал тот, кто забирал все. Когда мы освоили забаву в совершенстве, радетельные родители повесили на дерево мишень, мотивируя тем, что пока на настоящий дартс денег не хватило. А потом были движущиеся предметы… Я и забыла совсем об этом, помню только, что ножи были отнюдь не кухонные и не перочинные. Мамы еще против наших упражнений выступали. А зря, как выяснилось!

Я обернулась к дерущемуся брату и устранила арбалетом еще троих, оставшихся двоих Вик благополучно прирезал сам. Видя такой расклад, недобитая часть отряда развернулась и тяжелым галопом понеслась прочь! Оставшиеся без седоков лошади поскакали вслед. Их испугали мы?! Неужели? На всякий случай я посмотрела по сторонам. Да, все-таки мы! М-да, выходит, не все еще потеряно!

На земле валялось одиннадцать трупов и один недобиток, жутко ругающийся по-латыни. Злыдень все так же задумчиво медитировал на нижней части его туловища и совсем не собирался слезать.

Я пошла собирать свои кинжалы и, если возможно, стрелы. Вик спокойно и бесцеремонно потрошил жертв на наличие золотых цепей, колец и прочих драгоценностей. А мысля-то хорошая! Вряд ли нашим супостатам те еще понадобятся, а нам как-никак компенсация за моральный ущерб. И ваша покорная слуга охотно помогла брату. Да-а, а мы вдобавок ко всему еще и мародеры! Растем, однако!

— И что будем с ним делать? — сухо осведомился братец, карающим ангелом нависая над ругающейся тушкой.

Злыдень обернулся и заинтересованно посмотрел на нас, явно не желая расставаться со своим новоиспеченным стулом со встроенным естественным обогревом. Предводитель, а первым напал именно он, был высоким, насколько можно судить по открытой части туловища, мужчиной лет сорока — тридцати пяти с каштановыми, еще без седины волосами. Открытое, благородное лицо с волевым подбородком. Такие часто — прекрасные исполнители, верные и преданные хозяину и совсем неспособные на подлость и предательство. Таких легко обмануть хитрому и трудно разубедить даже умному.

И тем не менее перед нами лежал слуга Казиларга, так почему бы не расспросить его о господине и опытах того над животными? Конечно, вряд ли он что-нибудь знает, но ведь попытка не пытка!

— Вы ничего не узнаете! — прохрипел пленник, поняв наши намерения. — Даже под пытками!

— Зачем же так радикально?! — хищно ухмыльнулся Вик. — Вот сейчас Света тебя залечит, и ты сам нам все расскажешь!

Узник покосился на нас, как на больных, а точнее, полных идиотов.

— Нет! — многообещающе усмехнулся брат, кивая головой. — Это ты просто не знаешь, к кому попал! Надеюсь, вопреки Светиным стараниям ты выживешь и сможешь что-нибудь толковое рассказать, умоляя о смерти!

Похоже, наш улов все-таки прислушался к его словам и посмотрел на меня уже с большей осторожностью и уважением. Хотя здоровая доля скептицизма во взгляде все-таки присутствовала. И правда, что может сделать такой ребенок? Какое изощрение придумать? Вот только средневековые среднестатистические мозги пока и предположить не могли, что перед ним далеко не дитятко, а любитель-хирург-недоучка, другими словами — современный законченный садист!

Первым делом мы кое-как связали жертву, и я осмотрела рану. Броня спасла супостата от смерти, сдержав собой удар, на теле осталась только болезненная, но не сильно опасная вытянутая царапина сантиметра в полтора глубиной. Может, попробовать ее зашить? Без наркоза, конечно, буду я еще на всяких хамов ценные реактивы переводить! Заодно и потренируюсь! Ведь штопать людей мне еще не доводилось.

Кажется, последнюю фразу я произнесла вслух, потому что рыцарь из гневно-пурпурного резко стал мертвенно-бледным. В принципе его жизнь нас не интересует, главное, вытрясти информацию, а если при этом я его случайно прирежу, то в военное время это ведь не убийство, а самозащита. Успокаивая таким образом свою совесть, я изучала современный медицинский набор, который мне, опять же на всякий случай, подсунул Артур Семину. Ох и запасливый же он мужик! Увы, некоторые предметы я видела впервые, не говоря уже о том, что не знала, как их применять! Не помогала даже богатая изощренная фантазия.

Пока ваша покорная слуга строила догадки, хищно и пытливо осматривая каждый экспонат на предмет совместимости со своим подопечным, лабораторный кролик уже пережил стадию тихого ужаса и перешел к более откровенным действиям: гусеничкой попытался отползти от нас, милосердных, подальше. Наверное, он надеялся лишить меня удовольствия опробовать новые цацки, но освобожденное от доспеха брюшко откровенно мешало передвижению, и предводитель рыцарей смахивал на беременную куколку тутового шелкопряда.

Вдруг мне под руку попался странный предмет, чем-то напоминающий цилиндрические тиски, оснащенные внутри шипами, к ним прилагались необычные чудные щипчики, явно для выдирания и выкручивания пальцев, но почему-то гораздо большего размера.

— Вик, не подскажешь, для чего это? — осторожно уточнила я, потрясая своей находкой, при виде которой Кейси деликатно поперхнулся, Ладиина залилась краской, а пленник пришел в такой священный ужас, будто ему пригрозили отпилить тупым топором голову или еще что-нибудь ценное.

— Свет! — застонал от смеха брат. — Ну где же твой инстинкт маньяка? Подключи воображение и догадайся сама!

М-да! Я задумчиво посмотрела на жертву, с какими-то неестественно круглыми глазами и отчаянно, с диким энтузиазмом бьющуюся головой о лежащий рядом камень. Ударяясь головой о стену, можно потерять сто пятьдесят калорий за час. Неужели он таким способом надеялся поскорее похудеть и уползти от нас куда подальше? Странно. Даже Витькино предупреждение о моих кривых руках его так не расстроило! Ладно, какое бы ни было применение этих орудий пыток, я найду им еще одно!

— Братик, — нежно улыбнулась я, — не разденешь ли нашу добычу? Я хочу изучить анатомию!

— Нет! — истошно заорал рыцарь, видя в моих глазах хищный блеск экспериментатора. — Умоляю ведущими магами мира: не отдавайте меня ЕЙ!!!

— Да ты не бойся! — плотоядно улыбнулся лорд Венатор, ловко срезая с него одежду. — Сразу осуществить свое намерение ей силенок не хватит, придется делать попыток пять, не меньше, так что, может, и умрешь раньше, чем она одолеет твою стратегически важную часть тела. Надеюсь, дети у тебя уже есть?

От представленной перспективы мужик заорал еще громче и с удвоенной силой дернулся вперед. Вик встал и галантно поклонился, приглашающим жестом указывая на рвущуюся и хрипящую, как впервые оседланный мустанг, жертву:

— Действуй, Чикатило!

Кто такой Чикатило, обнаженное тельце конечно же не знало, но, догадавшись спинным мозгом, а может, и другой какой частью организма, что это что-то не совсем хорошее, вконец потеряло самообладание и, нервно подпрыгивая на земле в положении лежа, стало пытаться откатиться подальше.

Демонстративно лязгая инструментом, я мягко подошла к нему почти вплотную.

— Как вас зовут?

Не ожидавший такого поворота событий незнакомец на минуту замер и изумленно посмотрел на меня. Ну да, палачи обычно не стремятся узнать личность жертвы. Имя заставляет смотреть на объект уже как на человека, а это многим усложняет работу. Исключение составляют только законченные маньяки и садисты. Явно просчитав то же самое, пленник посмотрел на меня уже с откровенным ужасом.

— Я жду. — Я присела рядом с колотящимся в паническом экстазе клиентом.

— Колье де Кольет, — прохрипел он, буравя меня взглядом. — Маркиз де Кольет.

— Очень приятно, — машинально улыбнулась ваша покорная слуга, но вот моему собеседнику, похоже, было отнюдь не приятно. — Дом, дети, семья?

— А ты не боишься, девочка, что, узнав обо мне много, уже не сможешь выполнить работу? — ядовито усмехнулся он. — Ты вроде меня пытать собралась или это такой новый способ познакомиться с мужчиной?

— Она некромант, — тихо пояснил подошедший Кейси.

Лицо допрашиваемого мгновенно стало из мертвенно-бледного белым и уже каким-то спокойно-безразличным.

— Что ж, — безучастно вздохнул он, расслабленно обмякнув на траве. — Это многое объясняет. Итак, миледи, меня зовут маркиз Колье де Кольет, я владею Мельницким замком на севере графства Казиларгус, близ летней резиденции моего сюзерена.

— Где это? — деловито уточнил Вик, раскрывая походную карту.

— Город Корвус, пять дней пути отсюда.

— Семья? — осторожно напомнила ваша покорная слуга.

Собственно, убивать этого мужчину мне совсем не хотелось, но оставлять свидетеля, видевшего в лицо истинного князя, тоже было глупо. Пусть сейчас он об этом лишь догадывается, но, если леди Каракурт снова ляпнет лишнее, нам точно не поздоровится. А так будет шанс заткнуть рыцарю рот.

Услышав вопрос, маркиз гневно сверкнул глазами и до судороги стиснул зубы. Значит, есть, и, похоже, он ее очень любит. Что ж, оно к лучшему.

— Господин, я всегда смогу допросить ваш труп.

Рыцарь еще раз полоснул меня бритвенным взглядом и неожиданно кротко попросил:

— Миледи, я имел неосторожность нарваться на Дитя Смерти, идущее по своим делам, оскорбить его и ввязаться в драку. Простите меня великодушно за глупость, не мое дело, кто вы, зачем и куда направляетесь, но умоляю вас своей душой: не трогайте их, накажите меня за мою дурость, но не их. Они ни в чем не виноваты! Прошу, госпожа, пощадите! Душу свою отдам взамен, рабом вашим буду до скончания веков!

Вид у пленника теперь был отчаянный. Он не лгал. И действительно был готов расплатиться за жизни близких любой ценой. Ха, а ведь вначале кто-то нам нагло дерзил! Кивком дав ему понять, что подумаю, я отошла в сторонку и подозвала волка.

— Кейси, о чем он говорил?

— Он принял вас за Дитя Смерти, — тихо пояснил спутник. — Это маги-некроманты, практикующие заказные убийства. Существа крайне опасные, жестокие, капризные и раздражительные, особенно когда их прерывают во время выполнения задания.

— Но почему?

— Во-первых, представители этого клана почти всегда имеют крайне безобидный вид, чаше всего принимая обличье ребенка или подростка, а во-вторых, наша компания и вправду напоминает их типичные рабочие отряды.

— То есть?

— Когда маг уходит на задание, то берет с собой воина-оружейника в качестве телохранителя и любовника, если, конечно, вкусы позволяют. Слуга защищает хозяина от любых смертных агрессоров ценой собственной жизни, что фактически ваш брат и сказал: «Только через мой труп!» Иногда некромант берет с собой своих рабов, чтобы те прислуживали в дороге. Чаще всего это превращенные в животных люди, зомби или более усовершенствованная модель трупа. Ну и ездят они. — Кейси кивнул на Злыдня, уже принявшего вид тощего дракона, — как раз на таких вот исчадиях вселенной.

— Хорошо, а Ладиина?

— Вероятно, он принял ее за жертвенную девицу или за еще какую-нибудь вашу блажь. Собственно, пленник интересоваться и не будет. Он и так рискнул огласить вслух вашу профессию, а это очень серьезный проступок, заслуживающий неминуемой смерти. Когда Дитя идет по улицам, люди стараются делать вид, что не замечают его и не интересуются им и уж конечно не намекают на профессию.

— Значит, если я начну расспрашивать нашего друга про Казиларга, он подумает, что того кто-то заказал?

— Да, вполне вероятно, потому что Дети довольно скрытны и лишний раз не распространяются о своих делах.

— А одновременно можно выполнять два заказа?

— Если специалисту это удобно, то почему бы нет? — спокойно ответил Кейси.

— Чудесно! Значит, так, мой мохнатый друг: с этого момента мы именно такой отряд, предупреди, пожалуйста, моего брата, пока я пообщаюсь с нашим приятелем.

Пленник мирно лежал на спине и внимательно смотрел в лазурное небо, словно желая запомнить его на всю оставшуюся жизнь.

— Твоя душа мне пока не нужна.

Колье вздрогнул от неожиданности и настороженно повернул голову ко мне.

— Расскажи мне о своей семье, — продолжила я. — И не отпирайся, ты же благородный лорд и не позволишь даме в такой прекрасный день копошиться в трупных останках!

Рыцарь обреченно вздохнул.

— Мою жену зовут Радой.

— Сколько ей?

— Тридцать пять. Моей дочери Ларе десять, а четыре года назад моя любимая порадовала меня сыном Войлоком.

Что-то было не так. Нет, он не лгал, но что-то недоговаривал, скрывал и оттого едва заметно нервничал. Ну конечно!

— А сколько лет твоему старшему сыну?

Как пожаловалась однажды Ладушка, в этом мире полным-полно невест на любой вкус и цвет. О контрацепции пока слышать не доводилось. Значит, в среднем через год после свадьбы должно появиться дитя. Если Ларе десять, то на момент свадьбы Раде было около двадцати пяти. Вряд ли при таком ассортименте кто-нибудь польстился бы на столь старую девицу, если, конечно, та не красавица или богатая наследница, но тогда едва ли она так засиделась бы. Итак, дорогой маркиз, что же мы скрываем?

Колье встретился с моим вопросительным взглядом и вздрогнул, на минуту на лице его отразился истинный испуг.

— Шестнадцать, — скорбно прошептал рыцарь. — Он…

— Твоя гордость, надежда и оплот? — закончила за жертву я.

— Да. Только не трогайте его! Умоляю!

— Имя.

— Пожалуйста!

— Имя!

— Кольет, — почти прошелестел несчастный папаша.

Ну кто бы сомневался!

— Прекрасно. А теперь расскажи мне, почему вы патрулируете владения сюзерена?

— Несколько дней назад было два пространственных перехода, а потом рог Драконов известил, что на земли пришел новый наследник. Господин приказал нам задерживать всех более-менее подозрительных личностей.

Как же, помню я тот длинный, протяжный гудок на все окрестности! Сколько умоляла Артура повременить, не сигналить пока. Но нет, дворцового мага было не переубедить. Так надо! Традиция, блин! И вот как таким мелким, как я, провернуть потихоньку свои дела и смыться? Мы же Драконы и не обязаны действовать честно! Нет, блин, все должны знать, что появился наконец козел отпущения! Р-р-р!

— Прекрасно. И как князь выглядит?

— Господин не смог дать точного описания. Приблизительно это довольно высокий, темноволосый воин с хитрыми темными очами. Очень красивый. Коварный, не обремененный моральными устоями, падкий до женщин, ездит на огромном черном жеребце с желтыми змеиными глазами.

Я едва удержалась, чтобы не оглянуться на Злыдня. Какой же он у меня все-таки прекрасный и умный! Это же надо так профессионально маскировать себя, а заодно и свою хозяйку! Конечно, в образе тощей доходяги он светил желтыми зенками. Но кто мог тогда заподозрить в полудохлой кляче княжеского скакуна?

— А какие еще особые приметы у Драко?

— Как и все драконы, он должен оставлять за собой шлейф из скандалов и попорченных девиц. Нам приказано просто идти на шум.

Чудесно! И как мне, девушке, соблюсти священную семейную традицию?! Ладно, скандалы по просьбам трудящихся я, возможно, и осилю, но вот барышень — увольте! Или Вика припахать во благо отечества?

— А если князь не будет оставлять за собой следов?

— Это невозможно! — уверенно выдохнул Колье. — Кровь Дракона обязательно проявит себя!

Блеск! И этот туда же! Интересно, а кто-нибудь спрашивал у моей крови ее мнение по этому поводу?

— И все же.

— Нам приказано следовать в замок королевы Гвиневеры. Господин сказал, он обязательно направится к ней.

— Почему?

— Ему нужна информация.

— Какая?

— Кажется, по поводу Михея эль Туцира, но я точно не знаю. Я случайно услышал обрывок разговора и сделал определенные выводы, скорее всего ошибочные.

Ну ничего себе у них система оповещения работает! Откуда враги владеют такими данными?! И что еще им известно?! Нас предали? Кто? Артур? Или в нашей команде есть подсадная утка? Или маршрут в Луару входит в обязательную программу каждого освободителя и общеизвестен?

— Кто еще догадывается о данной точке похода Драко?

— Вообще-то все. Любые герои испокон веков стремятся к Гвиневере. Она — великая прорицательница, и многие преклоняли перед ней колена с просьбой узнать свою судьбу. Наверное, и князь хочет испросить у нее благословения, — пожал плечами маркиз. — Я честно ничего не знаю, но на месте князя тоже захотел бы заручиться поддержкой королевы.

«Чудесно! — ядовито ухмыльнулось правое полушарие. — Каждый недозрелый и перезрелый псих в этом гребаном мирке знает, где ты и кто ты! Может, аукцион на свою голову устроишь?!»

— Хорошо, а что ты можешь сказать о своем сюзерене?

— О графе? — испугался Кольет. — Я не могу говорить о нем! Он меня убьет!

— Ну это не первостепенно! — сверкнула ваша покорная слуга самой нежной и многообещающей улыбкой некроманта.

Пленник понял ее верно и, судорожно сглотнув, робко произнес:

— Господин не отличается уравновешенным характером и благородством, сварлив, жаден, практикует натуральную магию и опыты над животными, часто наказывает провинившихся слуг довольно садистскими методами. Честно говоря, он чудовище.

Подходящий подозреваемый!

— Тогда почему ты ему служишь?

— Иногда просто не бывает выбора, — довольно злобно прошептал Колье и внезапно с надеждой посмотрел мне в глаза: — Госпожа, а сколько стоят ваши услуги?

— Почему это интересует тебя, смерд? — мигом насторожилась я, пытаясь держать марку.

— Если бы вы взялись за моего повелителя, я бы заплатил любую цену, кроме, конечно, моей семьи. Все золото мира!

— Золото? — быстро подвернулся под бок Вик, сверкнув алчным бухгалтерским взглядом. — Мы обязательно подумаем!

Вот это поворот! Похоже, Казиларг здорово маркизу насолил! Если подумать, нам данного супостата все равно устранять, так почему бы за это еще не получить деньги? Совместить, так сказать, приятное с полезным? К тому же, если мы согласимся, у нанимателя будет хороший повод молчать в тряпочку!

— Где мы можем его найти?

— Резиденция в замке Корвус, — охотно пояснила жертва. — Это хорошо укрепленный город, и граф обитает там большее время. Иногда он путешествует к своим союзникам, но делает это либо через телепорты, либо с большим количеством охраны.

Выложив все как на духу, новоиспеченный наниматель не отвертелся-таки от почетной и тяжелой миссии моего первого хирургического подопытного кролика. Надо сказать, воин стоически вытерпел все мои эскапады и даже трясущиеся от волнения руки, заявив, что их лекарь работает не многим нежнее живодера на скотобойне, так что у меня есть все шансы стать здесь востребованным специалистом. Вот только в какой области, я уточнять побоялась.

Однако вопреки всем стараниям вашей покорной слуги часа через три наш пациент уже лихо вскочил на коня Ладиины и с легким сердцем помчался домой. От счастья забыв даже одеться. Скакуна маркиз обещал вернуть по первому же требованию. Собственно, он так и поступит, это точно, ну а пока Ладушкиного жеребца ждет сытая, уютная жизнь в теплом стойле и постоянная забота, даже если мы не вернемся. Пристроила. Хоть кому-то из нас повезло.

— Я тебе это еще припомню! — прошипела благородная леди Каракурт, глядя вслед своему скакуну. — Чтоб, как какой-то паж, делить с вами седло!..

— Так иди по дороге! — фыркнул подошедший Вик. — Мы не возражаем!

Леди недовольно взвизгнула и удалилась. Лучше бы спасибо сказала за то, что мы о ее питомце позаботились! Ведь еще неизвестно, что нас ждет!

— Знаешь, — улыбнулся брат, наблюдая за удаляющимся Колье де Кольетом, — а я еще жалел, что у нас с тобой паяльника нет, а тут и без него одной тобой обошлись!

— А какой нам от него толк в чистом поле, без розетки? Разве что по голове лупить до полного изнеможения, — машинально отозвалась я.

«Да, хозяйка, — вздохнуло правое полушарие, — с таким подходом люди к тебе никогда не потянутся!»

«А оно нам надо? — огрызнулось левое. — Чем хуже о нас мнение, тем меньше желающих обидеть. Так зачем разрушать таким трудом заработанный пиар?»

«Не слушай ее, хозяйка! Князь должен быть примером благородства и справедливости!»

«Чушь!»

«Заткнись! И не мешай работать!»

«Я мешаю?! Да я нас спасаю от тебя, дуры эмоциональной!»

«От меня?! Да я здесь официально править должна! А эта ненормальная вместо меня тебя слушается! Стыдно себе признаться, не то что коллегам!»

«Так отдайте правление мне, если вы поделить не можете! — отозвался спинной мозг. — Вернемся к былым временам, когда эти сапиенсы с дубинами бегали».

«Заткнись, жертва эволюции! — на удивление единодушно рявкнули полушария. — Без тебя разберемся!»

— Господа, — осторожно встряла я, пытаясь унять разгулявшееся в голове буйство.

Нет, ну нашли время ссориться! Лучше не придумаешь! Как будто мне в недружелюбном, жестоком мире, посреди чистого поля, с расстройством желудка да рулоном врагов еще этого не хватало!

«Отстань, хозяйка! Мы заняты!» — отмахнулись те.

«Ты постоянно сбиваешь ее с истинного пути!»

«Какой путь?! — истерило левое полушарие. — Ты его видишь?!»

— А я вижу разрастающиеся точки приближающихся к нам оборотней! — не выдержала я. — Что делать будем, мозговитые мои?!

«И ты еще спрашиваешь?! — взвились те. — Бежать, конечно!»

«И не приставай к нам больше с такими глупыми вопросами!» — добавила левая половинка.

«Эй вы там, извилистые! — не выдержал мозжечок. — Когда клетками шевелить начнете?! Почему я за все время похода за вас отдуваюсь, а?!»

* * *

Качество наших дорог отрицательно сказывается на культуре речи купцов и простых путешественников.

Черные точки действительно на удивление быстро разрастались в огромных, взлохмаченных от долгого и настойчивого бега по нашим горячим следам волков. Звери в арьергарде озабоченно прихрамывали, придерживая на весу перебитые конечности. Значит, с умдырями или с их разумным продолжением все-таки повстречались! На душе сразу стало лучше. Мелочь, а приятно!

Да, Свет, если отнести драконов к ящерам, а тех к земноводным, то бишь к гадам, то ты, следовательно, — маленькая гадина!

— Бежим!

Долго упрашивать спутников не пришлось. Видя неумолимо надвигающуюся перспективу, Вик со сноровкой заправского ковбоя вскочил в седло на трехметровом драконе и мгновенно подобрал поводья. Разделившая его энтузиазм Ладушка с ловкостью кошки вскарабкалась на луку сзади. Злыдень услужливо присел, помогая хромому волку вскарабкаться себе на холку. Что-что, а драпать мы уже умеем вполне организованно! Профессионально, можно сказать!

Наша карательная экспедиция взлетела почти перед самым носом несостоявшихся жертв. Блин! Да мне дадут спокойно доехать до Гвиневеры или нет?! За каких-то четыре дня умудрилась настартовать столько раз, сколько не получилось за год занятий физкультурой вместе с зачетами! Большой серебристый волк встал на задние лапы и превратился в тощего седовласого старика, который словил нас вначале.

— Ты еще за все ответишь, бесстыжая девка! — заорал он, потрясая в воздухе кулаком.

В этот миг Злыдень зашел на вираж, задрал хвост и метко сбросил настоящую драконью торпеду. Предводитель отряда не смог увернуться от гигантской теплой лепешки и только злобно взвыл, когда та со снайперской точностью приземлилась ему на голову. Злыдень довольно посмотрел вниз и, хитро покосившись на меня, вдруг заговорщически подмигнул. Нет, ребята, все-таки нет ничего лучше, когда твой подопечный — настоящая, состоявшаяся личность, а не тупое послушное животное! Неудивительно, что мои предки так бились за эту специальную княжескую породу и дорожили ею! Вот только как им удалось ее приручить — не знаю. Но что мне известно, так это то, что я за своих метаморфов тоже буду стоять до конца!

Злыдень вдруг обернулся и, внимательно посмотрев на меня, довольно хмыкнул, почтительно склоняя обтянутый черной кожей драконий череп. Проследив движения вожака, Чернуля тоже грациозно кивнула мне изящной головой. Закон вежливости гласит все возвращать, и я деликатно поклонилась обоим.

— Свет, что ты сделала? — опешил удивленный Вик. — Почему они тебе церемониально кланяются в полете?

— Я чувствую изменение магического фона, — осторожно встрял Кейси. — Госпожа только что завершила какой-то ритуал.

Злыдень обернулся и лукаво посмотрел на меня. А в моей душе уже жил точный ответ на все вопросы. Я разгадала твою загадку, тощая бестия! Ты живешь до тех пор, пока дышу я, последний потомок Драконов, твой хозяин и партнер. Давным-давно вымирающий вид дал согласие на симбиоз с зарождающимся княжеским родом. Дракон дает часть своей жизненной силы и обеспечивает защитой. Метаморф же служит верой да правдой и помогает князю тогда, когда сила и магия того бесполезны. С тех пор их дети рождаются друг для друга и связаны нитью единства, которая становится ощутимой лишь с момента клятвы, которую я только что случайно дала. Теперь я могу переживать мысли, чувства и состояние подопечного!

— Вик, — решила ваша покорная слуга воссоединить брата с его живностью, — дай Чернуле клятву о взаимопомощи и защите, а затем поклонись, и ты все узнаешь сам! Она была рождена для тебя!

Лорд Венатор одарил меня скептическим взглядом, но решил, по-видимому, что с психами лучше не спорить, и недоверчиво последовал совету. А уже через минуту сиял от открывшейся истины, как начищенный самовар.

Вот только бегущие по следу оборотни портили настроение. Волки мчались не отрываясь, несмотря на усталость, раны и скорость несущихся метаморфов!

— Кейси, сколько оборотни могут преследовать добычу?

— Трое суток без передышки и не сбавляя хода, — озвучил мои опасения волк, — при этом им нет необходимости даже питаться!

— А если очень разозлятся? — вкрадчиво уточнил Вик, предчувствуя мои страхи и вспомнив масштабы учиненного в замке Серого короля разгрома. — Если они очень-очень разозлятся?

— Дней пять точно, а если очень-очень, то до полного изнеможения.

«Трындец!» — выдало аналитическое заключение левое полушарие. Значит, нас будут гнать до самой Гвиневеры! Вот только Злыдень с Чернулей не выдержат такой гонки! Новые ощущения говорили, что уже часов через пять они почувствуют усталость, а через сутки падут замертво! На земле в лошадином обличье трое суток еще и продержались бы, но аллюр был бы более медленным и доступным для противника. Подняться за облака и оторваться мы не можем, потому что замерзнем. И что прикажете делать?

«Писать завещание!» — взвизгнула правая половина.

«Думать!» — рявкнула левая.

«А может, пожрем?» — робко предложил желудок.

— Кейси, вы можете наколдовать, чтобы нам без шубы было тепло?

— Увы, в звериной ипостаси мои возможности ограничены, или, честно говоря, никакие, — стыдливо потупил голову спутник.

— А рассказать, как это сделать? — заинтересованно сверкнул глазами мой брат. — У нас ведь тоже есть способности, сестренка!

— А раньше вы к таким силам обращались? — уточнил лорд Каптулус. — Без практики задействованные стихии запросто могут разорвать вас на части.

«Э нет, господа! — не выдержало левое полушарие. — Этот вариант нам не подходит! Экспериментировать будете позже, без нас желательно!»

— А в какой стороне деревня? Вы говорили, она в дне пути.

— Вон там, госпожа, — кивнул в сторону волк, — но это отклонение от маршрута, и к тому же нам придется пересекать владения эльфов, чтобы добраться до Гвиневеры.

— А как они с оборотнями? — встрял Вик.

— Вообще-то ладят, — вздохнул Кейси, — но вот с Драко на ножах оба!

— Я не хочу умирать! — вдруг встряла молчавшая до этого Ладиина. — Я слишком молода и красива для этого! И уж тем более не собираюсь делать это девицей!

— Предупреди об этом врагов, а не нас! — прорычал Витька. — Может, помогут чем!

— А что впереди? — робко уточнило левое полушарие.

— Поля, поля, а потом Грозовой перевал.

— Это еще что такое? — не выдержал лорд Венатор, отбиваясь от истерики Лады.

— Луговая полоса шириной около ста километров, на которой бесперебойно сверкают молнии, ударяясь в землю.

— Ёптр! — выдохнул братишка в унисон с моим правым полушарием.

Ну да, верхом на летящем драконе мы будем самыми высокими точками, и вряд ли нас минует участь поджаренных цыплят!

«Хозяйка! — утробным голосом отозвался спинной мозг. — Не к добру это!»

«А может, все-таки пожрем?» — вздохнул желудок.

— В деревню! — безапелляционно скомандовало левое полушарие.

Злыдень плавно зашел на вираж и коршуном устремился в сторону селения, которому сегодня потенциально повезло стать полигоном княжеских разборок. Орда оборотней, узрев наш маневр, тихо переругиваясь, направилась следом. План был максимально прост: первыми достичь земли обетованной, превратить метаморфов в коней, натереться петрушкой и скрыться в лесу, если таковой там имеется. На худой конец, воспользуемся местечком как буферной зоной или окопом. Надеюсь, оно хотя бы отгорожено частоколом от внешнего мира. Блин, и почему наши подопечные не в состоянии плеваться огнем, как настоящие драконы?! Так бы ж-жух — и тридцать лысых обгорелых дядек готовы!

Вскоре на горизонте замаячила кромка леса, а возле него размытые далью силуэты хаток.

«Не вижу ни одного пошлого намека на забор!» — заистерило правое полушарие.

«Не к добру это!» — простонал спинной мозг.

«Н-да, хозяйка, — отозвалась левая половинка, — тебе определенно не везет. По крайней мере, так, как подфартило утром, уже не будет. По закону вероятности лимит удачи исчерпан!»

«Куда уж больше?!» — ехидно осведомилась правая сторона.

«Жить будем! — выдохнула интуиция. — Но недолго!»

«А может, все-таки пожрем?!»

Итак, потомки Дракона на всех парах мчались к деревне, пребывающей пока в блаженном неведении о надвигающемся счастье, оборотни темными точками маячили позади, когда мой взгляд упал на землю.

— КОНОПЛЯ! — возликовало нутро вашей покорной слуги.

— Может, тебе еще батон с гашишем организовать?! — взвился братишка. — За нами двухсоткилограммовые чудовища несутся, а тебя на сельское хозяйство потянуло!

— Ты не понял! Запах цветущей конопли отбивает нюх даже у охотничьих гончих! Если убегающий от гнева пана мужик или заяц ныряли в нее — то поминай как звали! Белорусские крепостные в ней сутками отсиживались! Хозяева только локти кусали!

— А косить травку не пробовали? — ехидно осведомился лорд Венатор.

— А толку портить такой стратегически важный и дорогой продукт?!

— Что-то я не слышал о Великом торговом наркотическом пути через эту страну! — скептически отозвался Вик. — Или по его следам в советские времена проложили нефтепровод «Дружба»?

— Темнота! Чему тебя только родственные связи научили?! Из конопли растительное масло делали! И соседям сбывали.

— Потому что сами употреблять не решались? — уточнил братишка, пикируя в заросли следом за Злыднем. — То-то, смотрю, казаки под боком слишком буйными были! Так нажрешься ядреных блинчиков — и не только черепушку побреешь!

— Да нормальное масло было, качественное! — не выдержала я, перераспределяя седельные сумки на трансформировавшемся в здоровенную ящерицу метаморфе. — Сами ели, и ничего! По крайней мере, так бабушка рассказывала.

— Ну да! — скептически присвистнул Вик, осматривая вымахавшие в человеческий рост растения. — Еще мак под окнами высевали, чтобы было к столу логическое продолжение конопляных блинчиков! — И вдруг загорелся: — Слушай, а марихуану или гашиш наши предприимчивые предки нигде не сподобились выращивать и делать?[7]

— А что тебя вдруг на историю потянуло?

— Так если воскресить национальные традиции, — золотистым огнем заблестели очи талантливого экономиста, проникшегося древними обычаями, — мы бы…

— Ш-ш-ш! — шикнул Кейси. — Они идут!

— Кто? — опешил ушедший в финансовый астрал братишка. — Налоговая инспекция?

— Почти! — огрызнулась Ладиина. — Оборотни! Злые и беспощадные!

— Блондиночка! — вздохнул бухгалтер, поднимая вверх палец. — Ты даже представить себе не можешь, насколько права! — И присел, обхватив голову руками. Наверное, вспомнился баланс.

Надо сказать, знатная у местных умельцев выдалась конопля! Высоченная, густая, вонючая! Даже у нас дыхание от запаха сперло! Будем надеяться, ни один уважающий себя оборотень не полезет в эти наркотические джунгли. К сожалению, что эти серые гады делают, мы, сидя посреди необъятного поля, знать никак не могли. Оставалось полагаться на тонкий слух заколдованного принца.

Коней наших враги и так учуять не в состоянии, потому что метаморфы в защитных целях запаха не имеют, значит, надо избавиться от своего, чтобы, покинув убежище, все еще не оставлять следов. Вдруг потерявшие нюх оборотни возьмут в деревне собак? Срезав стебелек, я принялась усиленно им растираться, жестом указав следовать моему примеру.

Где-то вдалеке слышно было, как оборотни, шумно переругиваясь, достигли края поля, расчихались и вдруг смолкли. Мы замерли. Кейси вслушался, но преследователи не проявляли никаких признаков жизни. Полчаса в немом неведении натянули нервы до предела, поэтому, когда Ладиина выпрямилась и заявила, что ей сидеть здесь надоело и не нравится, мы чуть не закричали.

— Нас только что засекли! — обреченно прошептал Кейси.

— Убью заразу! — кинулся на спутницу Вик.

Та завизжала и бросилась бежать.

«Вот теперь нас точно заметили!» — педантично констатировала левая половинка мозга.

«Добей дуру!» — азартно вклинилась правая, поощрительно наблюдая, как Вик словил жертву, повалил на землю и принялся душить.

— Вик, стой! Лада, заткнись! — метнулась я вперед, пытаясь оттащить сопящего от натуги друга за уши. Где там! — Эй! Сюда же оборотни идут!

«Ты еще „ау“ покричи!» — проворчало левое полушарие.

— Секундочку! — пропыхтел новоявленный киллер. — Вот додушу эту дрянь и побежим! Будешь вдовцом, тьфу, то есть вдовой!

Вздохнув, я от души отвесила по пощечине обоим. Борцы охнули, сморгнули и глупо уставились на меня.

«Не к добру это!» — прошептал спинной мозг.

Где-то вдалеке стало отчетливо слышно, как к нам усиленно продирается сквозь дурманные дебри серый карательный отряд.

— Значит, так: лес вон там, прямо перед нами. Сейчас мы паровозиком протаптываем тут круг диаметром метров десять, затем с него солнышком разбегаемся в разные стороны, шагов через тридцать делаем петлю и сходимся вон там, ближе к лесу. Нас преследователи не чуют, но будут ориентироваться по примятой траве, поэтому чем лучше мы сделаем свою работу, тем дольше мохнатые поклонники будут блуждать по местным зарослям.

— Нас, скорее всего, окружили, — вздохнул Вик.

— Да, но поле огромное, а их всего тридцать штук. Все не охватишь, поэтому между врагами будут лазейки. Злыдень, Чернуля, будете лучиками, бегущими в сторону супостатов. Если что — вылетайте, на худой конец, подберете нас в процессе погони.

Метаморфы тут же раздались вширь и побежали по кругу, словно каток приминая стебли конопли. Мы по протоптанной дорожке устремились следом. Спустя пять минут каждый уже бежал в своем направлении, старательно отсчитывая шаги. Как ни странно, через полчаса блужданий в неохватном поле мы все-таки встретились, и — о чудо! — без потерь. Довольный донельзя Злыдень послал мне в мозг схему целого лабиринта, который они на пару с Чернулей наваяли, пока мы горбатились над своими индивидуальными заданиями.

Сзади, сопя как компрессоры, уже открыто ругались на незнакомом языке оборотни, абсолютно не опасаясь напугать ускользающую дичь. Недолго думая наша бригада помчалась к лесу. Вряд ли преследователи обладают верхним видением и способны проследить нашу траекторию.

— Вперед! — раздался до боли знакомый стариковский голос. — Они прямо по курсу!

Вот блин! В людском обличье они же под два метра!

«Зато и медлительней!» — утешило правое полушарие.

«Да? — отозвалось левое. — А что им мешает теперь обратно превратиться в волков?»

Ш-ш-ш! Не каркайте!

Вскочив на Злыдня, я подобрала поводья и мягко намекнула на рысь. Не оставшись в долгу, ящер тут же перешел в галоп! Кейси вздохнул, но прокатиться верхом не решился, потрусив следом.

— Ё! — послышалось сзади Витькино мнение о предложенном аллюре.

Но вопреки моим опасениям лорд Венатор мужественно подпрыгивал на спине извивающейся и телепающей языком гигантской ящерки, постепенно приобретая свой естественный зеленоватый оттенок. Замыкала нашу гоп-компанию ухватившаяся за Чернулин хвост леди Каракурт. Вдруг впереди раздался истошный женский крик. Лада?! Нет, наша спутница, держась за черный хвост, мирно и сосредоточенно, как водный лыжник за катером, скользила пузом по земле в конце процессии.

А вот прямо перед нами в священном экстазе орала узревшая нас влюбленная парочка, которая по глупой прихоти решила именно сегодня заняться любовью в конопле!

«Ну кто же знал?!» — оправдывая их, вздохнула правая половина мозга.

Так, похоже, у меня намечается явная тенденция мешать любовникам в пикантные моменты! Ну да ладно, я же — Драко, а следовательно — настоящая гадина!

«Вперед!» — мысленно приказала я Злыдню, и тот сделал длинный прыжок через обнаженное препятствие. Чернуля взвилась вслед за вожаком, держащаяся за ее хвост Ладиина тоже взлетела в воздух и, описав красивую дугу, приземлилась аккурат на вопящую кучу-малу, а точнее на мужчину.

Парень взвыл в новой, более высокой октаве и скрутился в позу зародыша, прикрывая рукой причинное место, в которое наша дама как-то умудрилась попасть коленом.

— Извините! — сквозь зубы бросила леди Каракурт, продолжая на животе свой спринтерский путь.

Деревенская барышня на одном дыхании выдала вслед какую-то тираду, из которой до ушей удалось долететь только окончанию «ять!». Интересно, а как голубки отреагируют, когда по ним вдогонку за нами промаршируют тридцать двухсоткилограммовых оборотней?

«Отрицательно!» — подсказало левое полушарие, и в ту же секунду позади разыгралось настоящее буйство, сопровождаемое истошным визгом, переходящим в ультразвук, и ядреной руганью с обеих сторон. На пике одного из прыжков Злыдня я обернулась и увидела, как с памятной прогалинки разбегаются в разные стороны в колышущемся море конопли две шустрые бороздки, преследуемые высокими тощими фигурами.

«Кажется, ты все-таки разнообразила эротические будни местной парочки, хозяйка! — вздохнула левая половинка мозга. — Этот день счастливцы не забудут никогда!»

Шум и гам вокруг стал усиливаться, незнакомые заковыристые выражения перемежались традиционными русскими. Злыдень снова вынырнул на простор, и впереди обозначился высоченный, здоровенный оборотень, словно мама родная раскинувший нам объятия на целых два метра! Вот гадство!

«В слона», — мысленно попросила я трансформироваться Злыдня и послала нужный образ.

Метаморф подошел к перевоплощению творчески и видоизменился в непонятное чудище с хоботом, нашпигованным четырьмя рядами внушительных резцов, и короткими утюгообразными ногами. Глаза встречающего округлились так, что, наверное, затрещал череп. Парень дрогнул и попытался отскочить, но мой слоновий мутант ловко подпрыгнул и подмял незадачливого загонщика под себя, оставив позади широкую, хорошо утоптанную полосу и супостата, звездочкой раскинувшегося на ней.

Чернуля махнула хвостом, забрасывая все еще скользящую по земле Ладу себе на спину позади Вика, и прямо на ходу преобразилась в тонконогую скаковую лошадку. В ту же секунду мы вырвались с поля и выскочили прямо на окруживших сельхозугодье местных тружеников.

Фантазию Злыдня те одобрили заковыристой бранью, кидаясь от нас врассыпную. Я придержала сумки, и Злыдень тут же видоизменился в статного, мощного жеребца и рванул в лес.

— Загубили эльфийское поле, поганцы! — донесся вслед удрученный голос. — И нам ушастые срыв экспорта не простят!

* * *

Столб… ему все прощается за прямоту.

«Отлично! — ядовито выдохнуло левое полушарие, оценивая масштаб утюжных полевых работ. — Это так, по-твоему, „тихо и незаметно пересечь вражескую территорию“?! Да нас остроухие за свою коноплю теперь в фарш порубят!»

«Не к добру это!» — согласился спинной мозг.

«А может, все обойдется?» — робко встряло правое полушарие.

«Да раньше беременность рассосется, чем эти ушастые драгдилеры простят порчу товара!» — обнадежила левая половинка.

«Откуда ты знаешь? — не согласилась ее сестра. — Может, они тоже из конопли масло делают?»

«И экспортируют?! — фыркнул внутренний аналитик. — Ты только подумай, на кой ляд лесным жителям арендовать поле, с которого получишь не слишком много для внешней реализации довольно дешевого продукта? Где экономическая выгода?»

«Может, у них масло дорогое?»

«Ты еще скажи, что они его за нефть выдают!»

«А МОЖЕТ, НАКОНЕЦ ПОЖРЕМ?!» — тираннозавром взревел желудок, и ему тут же откликнулись собратья спутников.

А почему бы и нет? Погоня вроде отстала. Отъехали тоже уже довольно далеко. Мое лояльное рассуждение о том, что неплохо бы подкрепиться, послужило для Злыдня признаком надвигающегося обеда, отчего он мгновенно затормозил и заинтересованно обернулся ко мне.

— Свет, в чем дело? — озабоченно спросил сине-зеленый Вик.

Странно, почему он не выступает с инициативой обеда?

«Так вестибулопатия же!» — вступилось правое полушарие.

«Раньше это его не останавливало!» — подозрительно отозвалось левое.

— Давайте быстренько пообедаем. Доставай продукты.

— Э-э-э… — потерянно выдохнул брат. — Понимаешь, когда мы рыскали в конопле, а потом убегали, я их случайно потерял. Простите.

— ЧТО?! — слаженным хором взревел наш голодный карательный отряд. — ТЫ ХОЧЕШЬ СКАЗАТЬ, ЧТО ВСЕ НАШИ ПРИПАСЫ ОСТАЛИСЬ ВАЛЯТЬСЯ ГДЕ-ТО НА ДУРМАННОМ ПОЛЕ?!

— Мы, конечно, можем вернуться, — пожал плечами Вик. — Если вы так настаиваете.

— КУДА?! — опешила Лада. — НАЗАД, В ТО МЕРЗКОЕ ТВОРЕНИЕ ВСЕЛЕННОЙ?!

— Возвращаться — плохая примета! — встрял Кейси.

— Да, вряд ли нас встретят там с распростертыми объятиями. И разборок с хозяевами поля как-то не хочется!

— Да, — мстительно прошипела леди Каракурт. — Драко никогда не любили, и я теперь знаю почему!

— Спасибо на добром слове, женушка!

«Эй вы там! — взвыл желудок. — Долго еще друг перед другом расшаркиваться будете? Я, между прочим, жрать хочу!»

Да, а вокруг ни кустика чернички, ни земляничной поляны! Только какие-то сомнительные грибочки. Хорошо еще, что фляги с водой, как вечный водохлеб, зажала у себя! Костер разводить нельзя, так что дичь подстрелить мы тоже не имеем права, если, конечно, не сожрем ту сырой. Выслушав фантастические перспективы, спутники вздохнули и решили продолжить путь. После Ладушкиных бутербродиков вариант с местными поганками вообще не рассматривался.

Вечерело. Покрасневшее солнце мирно катилось к закату. Подгоняемые диким голодом, мы устало плелись по протоптанной неизвестно кем лесной дороге. Нет, нам, конечно, повезло несколько часов назад наткнуться на ладную черничную полянку на бывшем болоте. Вот только к обеденному столу вместе с большими, сочными ягодами полагались здоровущие и голодные, как собаки, оводы. Поэтому кто кому устроил сытное пиршество, еще неизвестно.

Резкий толчок затормозившего Злыдня вывел меня из оцепенения. Прямо перед нами на расстоянии в десять шагов друг от друга высились трехметровые обтесанные пеньки деревьев с заковыристыми рунами и странным извилистым тавром, что-то смутно напоминающим.

— Что это?

— Это верстовые столбы, отмечающие границы вашего княжества, госпожа, — почему-то грустно вздохнул Кейси.

Так это все мои владения?! МОИ?!

«И конопляное поле тоже!» — педантично напомнило левое полушарие.

«Тебе же сказали, что оно эльфийское!» — не выдержало правое.

«И что с того, если оно на нашей земле?»

«И не стыдно?» — укорила правая половина.

«Стыдно! — вздохнула левая. — Почти свое имущество попортили!»

Вблизи выжженное на дереве клеймо чернело бойцовским дракончиком, замершим на вираже. Мой знак! Меня охватило какое-то странное, сильное чувство гордости и собственного величия. Только сейчас, увидев на верстовых столбах символ дома Драконов, я перестала воспринимать вотчины и титул абстрактно и действительно осознала себя княжной! Потомком древнего и славного рода. Госпожой. Хозяйкой земли. Правительницей!

Тысяча лет!

Тысячу лет кто-то, кто лучше меня, защищал и оберегал свою собственность. Тысячу лет продолжается жизненная нить, звеном которой являемся мы с Виком. Частичка семьи, потомки великих, хитрых и сильных воинов, магов, врачей, ученых. Существа, несущие в себе гены драконов, могучих, великолепных, свирепых, грациозных ящеров, венцов мироздания.

Возможно, когда-нибудь наши портреты украсят фамильную галерею родового замка, и праправнук Артура Семину станет показывать их потомкам со словами: «Вот такой бесстыжей заразой и обаятельным мерзавцем были правящие Драконы первой половины двадцать первого века!» А дети, возможно, с интересом и любопытством посмотрят на нас и пойдут любоваться лукавым Аргеллом, а в конце обяжутся расхлебывать какую-нибудь очередную заварушку.

Из патетического настроения вывели странные потеки на столбах в метре от земли. Вокруг сухо, но они еще почти свежие.

— А почему вешки мокрые?

— Видите ли, — смущенно потупил глаза лорд Каптулус, — пять дней назад эти земли были объявлены собственностью лорда Мортифора Лупуса Карнификуса, и глава оборотней пометил их как свою территорию.

— Что?! — задохнулась душа от праведного драконьего гнева. — Какой-то лох заграбастал мою территорию?! Убью!!! На кусочки порву, на ленточки порежу!

— Ты еще их сама пометь! — ехидно хмыкнул братец.

— И помечу! Вик, Кейси, отвернитесь!

Еще никогда душа не металась по телу в такой дикой ярости. Вот уж не думала, что когда-нибудь буду переживать по поводу утраты буквально секунду назад приобретенной собственности! Но сердце рвало и метало, словно от него оторвали самый дорогой, самый любимый кусочек! Натура требовала боя и справедливости! Странно как-то, но тем не менее я не сдамся! Это МОЕ! Законное! И я буду биться! Я покажу им, КТО здесь ХОЗЯИН! А пока пусть знают: ЭТО МОЯ ТЕРРИТОРИЯ! Ибо нельзя втихаря отнимать имущество! Это грязно, подло и несправедливо! Так пусть знают, что это принадлежит МНЕ!

В суровую реальность вернули только мысли о том, что, чтобы окончательно заверить таким образом право на владения, придется обежать по периметру всю границу, а она, если верить карте, обещала быть довольно протяженной.

«Да, — вздохнуло левое полушарие, изучая на столбике плоды моих усилий. — Нет зверя страшнее бешеного хомячка! Хотя бы второй пометь приличия ради, а то сочтут, что кто-то просто до кустиков не добежал!»

Но о чудо! На втором столбике уже красовалось МОЕ пятно.

— Заговоренные верстовые столбы, — пояснил Кейси, догадавшийся по моему молчанию, что я нахожусь в немалом замешательстве. — Что происходит с одним, то и со всеми. Крайне удобно. Не надо лишний раз выкапывать и переставлять метки или отскабливать каждый столбик по новой при смене хозяина. Особенно если те быстро чередуются.

— Значит, теперь все в курсе о заявленных мною правах на эту землю?

— Да, — кивнул он, — но думаю, все же зря вы это сделали.

— Почему? Теперь они знают, что это мои владения, и я собираюсь драться за них до конца.

— Видите ли, — замялся Кейси, — вас могут не совсем правильно понять.

— То есть? — Внутри забился тревожный звоночек.

— Ваш запах женский, — мягко, словно ребенку, начал объяснять Кейси. — А у оборотней… э-э-э… когда самка ищет партнера в определенные периоды своей жизни, то приходит на территорию выбранной кандидатуры и метит поверх его росписи.

— То есть ты хочешь сказать, — осторожно начал Вик, пришпоривая коня, — что теперь за Светой по всей стране вдобавок ко всему прочему будут гоняться еще штук пятьдесят озабоченных гадов?!

— Ну, скорее всего, заинтересован будет только один, — потупился волк, — самый главный.

— То есть я только что сделала неприличное предложение королю оборотней?!

— Угу! — кивнул заколдованный принц и постарался спрятаться от буйной меня за бессовестно хохочущим Виком.

— А может, пронесет? — Мой голос вдруг жалобно дрогнул, словно я и сама не верила в подобное. — Я же все-таки не оборотень!

— Увы, леди, — мухобойкой припечатал меня тон Кейси, — древний закон гласит во что бы то ни стало исполнять мужчине желание дамы вне зависимости от ее расы и возраста, а также собственных предпочтений. «Dura lex, sed lex!»

«Закон суров, но это закон!» — услужливо перевела правая половина мозга.

— А если он не сможет? — попытался найти разум лазейку.

— По-моему, Серый король в прекрасной форме! — не согласился Вик. — Но если что, сынок подменит, а его способности ты имела счастье лицезреть лично!

Блеск! Ну почему у моих друзей есть одна любопытная черта: с искренним интересом наблюдать, как я вляпываюсь в очередные неприятности, а потом снимать мерки на гроб?!

«Ты лучше скажи спасибо, что территорию дракона не пометила! — ядовито отозвалось левое полушарие. — А то еще ящеров по пятам не хватает! И кто сказал, что активный мужчина — лучший подарок?!»

Правая половина благоразумно промолчала.

М-да, показала, кто здесь хозяин! Теперь эвакуируюсь с территории в срочном порядке! Что делать, не знаю, а ведь придется что-то предпринимать, когда двухсоткилограммовый оборотень, оснащенный внушительным рядом зубов, испросит ответ за пикантную шутку и вообще за все хорошее. Н-да, нелестные жизненные перспективы! Вик, засранец, до сих пор отсмеяться не может, только и держится в седле за счет цепких объятий Ладиины!

— Эх ты! — сердечно всхлипнул брат, вытирая счастливые слезы. — Другие врагов на смертный бой вызывают, а она!..

— Ага! Как же! — огрызнулась женская интуиция, вспоминая почти двухметрового Черного принца. — Вызовешь тут такого! Его, наверное, в детстве вместо молока стероидами кормили!

— Угу, — хрюкнул в рукав братишка, — вынашивали грандиозные планы по твоему торжественному уничтожению! Токмо кто же знал, что вместо могучего, вонючего, волосатого воина судьба пришлет в насмешку полтора элитных метра?! Слушай, — вдруг серьезно повернулся он ко мне, но в глазах его продолжали плясать огоньки, — а может, ты все-таки верную тактику избрала? Залюбишь несчастного до смерти, и взятки гладки, типа «Не виноватая я, что такой хилый попался»!

Р-р-р!

— Если такой умный, что же сам не помочился?

— Так я ж не женщина!

— Исправить? — лязгнула я памятным цилиндрическим инструментом, извлеченным из сумки. Наконец-то просекла, как им пользоваться!

Брат оценил грозное приспособление и снова истерично заржал, сползая на шею кобылки. Нет, ну никакого сочувствия к попавшей в бедственное положение сестре! Пургена ему, что ли, в воду добавить, чтоб до конца похода чихнуть боялся? Нельзя так обижать маленьких! Особенно химиков!

— Привал! — гордо объявила я, узрев небольшую уютную полянку и мстительно глядя на флягу.

Словно прочитав мои намерения, братишка демонстративно убрал ее от меня подальше. Ну-ну, надейся, все равно не спрячешь!

Владения Драко и эльфов ложились друг на друга внахлест. Собственно, кромка леса, следуя карте остроухих, является их законной границей, но мои верстовые столбы приписывают мне полоску охотничьих угодий шириной около ста километров. Возможно, из-за этого и возникало когда-то много споров, но, как порадовал Кейси, теперь ее негласно считают общей, лишний раз, правда, предпочитая не соваться.

Все это время мы мирно топали по буферной зоне, старательно обходя чужую землю. Неизвестно, какие на ней установлены магические жучки, а встретиться с разъяренными хозяевами разоренного поля ой как не хотелось! Теперь, когда мы почти преодолели вражескую территорию и подошли к концу кромки, можно и отдохнуть.

Я пустила Злыдня пастись и блаженно устроилась в корневищах дуба, образовавших настоящую удобную колыбель. Уф! И бывают же такие дивные творения природы! Настоящее чудо! Даже вставать не хочется! Может, и переночевать здесь? Как доложил наш верный шпион Кейси, это опушка, а в каких-то метрах трехстах раскинулась еще одна деревушка, в которой сейчас готовят ужин.

«Шкварки жарят, гады! — простонал желудок. — Даже я слышу! И что ж тебя, хозяйка, на геройскую жизнь потянуло?!»

Нет, можно, конечно, туда направиться, но село-то чужое и вряд ли питает симпатию к Драко. У местного населения вообще какая-то священная традиция ненавидеть и бояться мой род! Да и врагам легче найти нас в избушке, чем на неизвестно какой по счету опушке!

— Кхм, леди, извините, но вы лежите под моим тотемным деревом, — вывел меня из задумчивости приятный, мелодичный голос.

— Извините, я уже ухожу! — машинально пробормотала я, вставая.

Елки! Молодой изящный эльф, небрежно прислонившись к дереву, с задумчивым интересом рассматривал вашу покорную слугу. Только этого еще не хватало! Судя по позе, он любовался мною минуты три, прежде чем заговорил. Надеюсь, я не бормотала ничего вслух? Увидев мое раздражение и замешательство, он слегка поклонился и обворожительно улыбнулся:

— Что вы, леди, я вас не прогоняю, просто предупреждаю.

— О чем?

Вот теперь юноша чем-то всерьез озадачился. Блеск! И что я на этот раз ляпнула?

— Кейси!

Но звать его не было необходимости. Узрев новое действующее лицо, весь отряд мгновенно перебазировался поближе, с любопытством наблюдая за развитием событий. И молчали, вежливо предоставляя вашей покорной слуге самой разбираться с проблемой.

Черный волк робко подошел ко мне и по-собачьи завилял хвостом. Вик и Лада лишь недоуменно пожали плечами. Странно, почему заколдованный принц намекает не изображать из себя Дитя Смерти? Надо быть осторожной. Эльфу тем временем надоело стоять бесплатной декорацией, и он осторожно осведомился:

— Значит, вы не знали?

— Нет, а что?

— Ну если девушка оказалась под тотемным деревом эльфа, то вправе настаивать на близости, не страшась отказа, — с очаровательной улыбкой пояснил он. — Так что я жду.

Блин! И что же за день такой?! Столбики! Деревья! Но стоило мне открыть рот для вежливого отказа, как боковым зрением я заметила метнувшуюся в нашу сторону серо-зеленую фигуру.

— Я согласна! — радостно провозгласила Лада, плюхаясь в гнездовье корней.

— А… — запнулся парень, жалобно глядя на меня, — а как же леди? Она была первой!

«Извращенец! — прокомментировало левое полушарие. — Цепляется за тебя, когда рядом такая красавица!»

«Тикать отсюда надо!» — отозвался спинной мозг.

«Хозяйка, спроси, может, у него есть чего пожрать?» — поскребся изнутри желудок.

Но продуктов у парня и так видно, что нет. Никаких рюкзачков, кошельков, сумочек, только странная прямая палочка. Посему, наверное, юноша живет где-то рядом и просто вышел прогуляться. Нехорошо, действительно надо уходить.

— Леди! — вывел меня из задумчивости настойчивый певучий голос. — Скажите своей спутнице, чтобы соблюдала очередь!

— Извините, господин, но нам нужно спешить. До свидания. Лада?

— Ну уж нет! — злобно прошипела Ладиина, пытаясь расстегнуть серо-зеленые после знакомства с коноплей остатки свадебного платья. — Никуда я не пойду, пока этот красавчик не исполнит обещанное!

— Вот и чудненько! — встрепенулся лорд Венатор. — Одной проб… в общем, меньше! Оставайся, а мы пошли!

С этими словами братишка мгновенно подхватил пожитки и без рукопожатий, благодарностей и едкой фразы «Совет да любовь», дабы не спугнуть клиента, кинулся к Чернуле. Но объект все понял сам и прытко рванул в сторону леса.

— Куда?! — клещом ухватилась за его палочку леди Каракурт.

— Домой! — пискнул эльф, пытаясь выдернуть тросточку из цепких ручонок.

— А как же обещание? — хищно осклабилась Ладиина, притягивая жертву к себе. — Давай, я жду!

— У меня сегодня выходной! — совсем не по-джентльменски рявкнул молодой человек, вспахивая упирающимися ногами землю.

— А почему для нее рабочие будни? — кивнула в мою сторону госпожа Каракурт. — Или для детей у тебя скидки?

«Хозяйка! — скорбно вздохнуло левое полушарие. — Ты плохо влияешь на ее рассудок! В твоем присутствии он начинает мыслить логически!»

На секунду парень задумался, из-за чего потерял еще четверть трости. Предчувствуя близкую победу, Лада усилила напор. Эльф фыркнул, вывернулся и с силой рванул палку на себя. Но хрупкая с виду девушка проявляла чудеса цепкости и мощи. От азарта драки у нее уже глаза стали отсвечивать красным.

— Леди! — вдруг жалобно взмолился нелюдь, явно не ожидая такого подвоха от слабой и беззащитной с виду женщины. — Отпустите меня домой! Меня родители ждут!

— Лучше скажи жена! — ухмыльнулся лорд Венатор, пристегивая сумки.

— И дети! — быстро сообразил паренек.

— Ну уж нет! — фыркнула взмокшая леди Каракурт. — Никуда ты не уйдешь, пока не выполнишь обещание, а потом на мне женишься! — И рванула эльфа на себя.

— Что?! — возмутился ушастый красавчик и уперся всеми четырьмя конечностями, словно котенок, которого хотят макнуть в кое-что коричневое и липкое.

Но дама оказалась ему под стать и, извернувшись, ловко припечатала его к земле. Осознав, что справиться самостоятельно с этим кошмаром не сможет, эльф извернулся и раненым лосем взревел:

— Помогите!!!

А вот лишний шум нам ни к чему! В ту же секунду я осознала, как на пару с Виком затыкаю жертве потенциального насилия рот. В огромных сапфировых глазах вьюноши отражались искренний испуг и уже откровенная паника. «Н-да, нарвался, на свою беду, на маньяков в лесу!» — крупными буквами читалось на его лице. Я попыталась оттащить Ладу.

Ха! Помнится, когда-то я утверждала, что легче танк на буксире тащить, чем оборотня на цепи? Так вот: леди Каракурт — целый эшелон! Так же пыхтит, сопит и ничем не остановишь! Даже стоп-краном по голове!

«Знаешь, хозяйка, — снова вздохнуло левое полушарие, — а у тебя все-таки есть тайное оружие! Натрави на врагов Ладушку, и если те выживут, то сами удавятся, не вынеся позора!»

В этот момент кусты затрещали и на полянку вывалилось штук тридцать встревоженных эльфов.

«Ёптр?» — попыталось проанализировать обстановку правое полушарие.

«Полный!» — согласилось левое.

Внезапно Ладиина отскочила от жертвы и закричала, указывая на нас:

— Держите их! Это Драко!

Убью заразу!

«Давно пора!» — согласилась левая половинка.

Пришельцы недобро осклабились и стали планомерно окружать нас, на манер мельницы вращая такими же, как и у нашего эльфенка, тросточками. Лорд Венатор, обнажая катану, вновь вежливо оттеснил меня за спину и двинулся навстречу. И тут с обеих сторон палочек смертоносными цветами выскочили длинные лезвия. Движения противников стали плавными и изящными. Блин! При всем мастерстве Вик не сможет противостоять этим молодчикам, даже будь те похуже воинами, их все равно слишком много!

Я призывно взглянула на Злыдня, но тот лишь предупреждающе покачал головой, медленно пятясь в лес и советуя не ввязываться в драку, спокойно сдаться и дождаться, когда он придет и вытащит меня из тюрьмы. Это, конечно, блестящая идея, и я полностью ее поддерживаю, но, кажется, ушастые ниндзя числятся в черном списке номером седьмым!

«Вот видишь! — прошептало правое полушарие. — Семь — счастливое число. Сдавайся в плен, а твои подопечные тебя потом найдут и выручат!»

«Да, хозяйка! — вздохнул желудок. — Даже в тюрьме жрать дают! Соглашайся!»

«Это после игрищ в конопле?! — взревело левое полушарие. — Да вы понимаете, что метаморфам не к кому будет возвращаться, едва лесные ее схватят?! Я уже молчу о том, что родители за совращение их великовозрастного чада под различными сомнительными растениями по головке не погладят!»

Я вопросительно взглянула на Кейси, но тот лишь смущенно потупил морду.

— Простите! — Я вскинула руки вверх. — Но здесь какая-то ошибка! Мы мирные путешественники, идем по своим делам, никого не трогаем!

Эльфы остановились, но оружие не убрали. Не верят.

«Хозяйка, глаза попроще! А то они у тебя слишком хитрые!»

— Милорд? — осторожно кивнул самый высокий, обращаясь к нашей жертве. — Вы в порядке?

В голове зазвенел тревожный звоночек. Во-первых, «милорд» — это обращение к дворянину, значит, мы уже нарвались, во-вторых, если этот памятник сейчас придет в себя и промямлит что-нибудь вразумительное — мы влипнем конкретно, а если нас не покрошат в капусту и еще выяснят про коноплю! О-о! Только бы парень не очухался, пока мы не отбежим куда подальше! Умоляю вас, Высшие силы!

— Они, — вдруг подал голос малыш. Нет! Только не это! Но мальчик, по закону подлости, глубоко вздохнул и, запинаясь, продолжил: — Они меня… я, в общем… А он! — обличающе указал он на Вика.

— Протестую! — встрял лорд Венатор. — Прошу изнасилование таковым не считать, ибо я вымотался на нем больше всех!

ЧТО?!

Нападающие эльфы тоже застыли смущенными памятниками, с нескрываемой опаской поглядывая на сомнительной ориентации мужчину, словно тот в любой миг мог наброситься и на них. Но Вик схватил мою руку и дернул к отступающим метаморфам.

— Да хватайте же их! — взревела пришедшая в себя Ладиина. — Они Драко!

Воины наконец опомнились, осознали свое большинство и смазанной тенью кинулись на нас. Моя рука снова инстинктивно метнула подвернувшийся под руку нож в размытую реальность. Кажется, я попала, ибо кто-то из недоброжелателей жалобно взвыл и согнулся пополам, выпадая из ритма. В ту же секунду на голову опустилась тьма…

* * *

Чем больше свидетель узнает, во что вляпался, тем сильнее хочет удавиться сам!

Народная мудрость

Приходить в себя на холодном мраморном полу под истошные девичьи рыданья довольно противно, особенно если первое, что увидишь, это озабоченные красные глазки здоровенной крысы, не знающей, как лучше тебя использовать — в виде горячего блюда или подождать, пока ужин околеет, да схарчить в качестве холодной закуски.

— Пошла вон!

Крыса отбежала чуток и вопросительно обернулась, проверяя, не передумала ли я расстаться с этим миром. Ну уж нет! Будем жить, пока живется!

— Блин! Света! — взорвался откуда-то сверху брат. Ого! Вик сидит на нарах и целится в меня камнем! — Не могла, что ли, еще чуток тихонько полежать?! Я целых два часа выжидал, пока это животное клюнет на твои тощие кости как на приманку!

— Ну спасибо! — фыркнула я, вставая и отряхиваясь. — Уважил родную кровинку! А Кейси не мог приспособить для этих целей? У него, между прочим, шуба есть! Кстати, где он?

— Я здесь, — робко появилась рядом с Виком волчья голова. — Извините, леди, но я ужасно боюсь различных грызунов!

Прелестно! В моей команде самурай, страдающий вестибулопатией, фобиями воды и собак, озабоченная упырица с задатками Павлика Морозова и заколдованный беспомощный волк, боящийся мышей! Чудесно! Уже про себя молчу, дабы окончательно не травмировать психику супостатов.

Блин! Да кто же так мерзко плачет?! Легка на помине! В углу, свернувшись в серо-буро-бывшесвадебный комочек, рыдала наша предательница. Елки! Даже в тюрьме отдохнуть от брачных уз не даст! Встретить бы Гименея, да его же цепью по голове!

— Ужин был?

— Был, — сознался лорд Венатор, скромно потупившись.

— И? — вопросительно взвыли мы в унисон с желудком.

— Ну понимаешь… — замялся брат. — Там всего стакан воды был да краюха хлеба, а ты все равно без сознания…

— Ближе к телу! — Хотя что гадать? Ответ уже известен.

— В общем, мы его съели, — невинно глядя мне в глаза, заявил обладатель молодого, растущего организма.

— Жрал он! — мстительно добавила Ладиина, оторвавшись от своего важного занятия.

— А ты вообще молчи! — огрызнулся Вик. — Свет, ты представляешь, эта дура сдала нас, потому что думала, что эльфы от такой радостной новости ее озолотят и выдадут за какого-нибудь красавчика!

«М-да, — вздохнуло левое полушарие. — Вот что бывает, когда правит правая половина!»

«Откуда ты знаешь? — огрызнулась сиамская сестричка. — Может, Ладе сие твоя коллега посоветовала?»

«Молчала бы!»

Стоп! Только этого не хватало! За нами гоняются все и вся, мечтая убить, сверху навесили почетную миссию не только козла отпущения, но еще и местного героя-освободителя, заочно женили на приставучей озабоченной стерве, сообщили всем врагам о далеко идущих планах, окрестили дрянью, загнали до полусмерти, оглушили чем-то, сейчас сижу голодная как собака в тюрьме извечных кровников, дожидаясь пытки, а мои мозги принялись выяснять отношения! Пять баллов! Другого места и ситуации подыскать не могли? И когда уже закончится эта извечная проблема сиамских близнецов? Вы хоть заметили, в какую сторону крыса убежала? Я жрать хочу!

«Извини, хозяйка!» — стыдливо потупились спорщики.

«Вы упустили еду?! — взревел желудок. — Убью! Идиоты!»

В решетчатое оконце пробивался порядочный сумрак. Где-то вдалеке послышалось, как звякнул ключами тюремщик, разговаривая о веселой пьянке. Значит, сегодня за нами не придут. Я влезла к Вику на нары, сместив Кейси на нижний этаж. Вряд ли его в волчьем виде будет домогаться госпожа Каракурт. Ко всему надо относиться позитивно. По крайней мере, впервые за всю нашу карательную экспедицию выдался спокойный, безмятежный вечер! Хоть отдохнем, выспимся. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь я буду относиться к тюрьме, как к курорту!

— Возьмите меня обратно в свою команду!

Ну почти как к курорту.

— Нет, Лада, отвали, — вздохнул Вик.

— Я больше не буду вас предавать! Я буду самой хорошей, самой покладистой!

— Изыди, дрянь! — отвернулся к стеночке мой брат.

— Княжна! Пожалуйста! Не оставляйте меня здесь, я просто этого не переживу, здесь холодно, гадко и сыро! Это не место для благородной леди! В конце концов, я ваша жена! И вы дали клятву не оставлять меня ни в горе, ни в радости!

— Я?!

— Ну ваш заместитель, — поправилась красавица.

— Какой?!

Узнаю кто, прибью на фиг!

— В каждой церкви есть специальные слуги, которые в случае заключения брака между разделенными расстоянием людьми присутствуют на бракосочетании в качестве недостающей половинки. Это их работа. За день так раз десять женятся.

— Так что ж ты того в качестве мужа не приспособила? — заинтересованно повернулся от стенки Витька.

— Во-первых, — блеснула глазами куколка, — кто же знал, что мне в мужья достанется такая пакость! А во-вторых, святые отцы специально набирают для данной услуги хромых, косых, безродных уродов, дабы те действительно не сманивали невест.

— Да что ж нам так не прет?! — выругался Вик, явно сетуя на недальновидность священнослужителей.

— Так вы возьмете меня?

— Мы подумаем.

— Возьмете?

— Я же сказала, подумаем! Спать!

Лада недовольно заворочалась на нижних нарах. Да, размышлять есть над чем! Во-первых, как обрадовал меня родной братик, мы посягнули на честь племянника эльфийского правителя Лерри ванн Дерта. Да-да, зацепили непосредственно кровника, причем мага двенадцатой степени. На меньшее мы уже не размениваемся!

Во-вторых, этот малец не кто иной, как мой сводный братишка! Сын совращенной сестры колдуна, которая не вынесла укоров своих, к счастью уже покойных, родителей и наложила на себя руки, оставив маленький ушастый сверток на попечение заядлого холостяка. Так что к моим грехам припишут еще и загубленную лихую молодость их короля. Блестящий расклад! Кому бы это все сбагрить? Как же пройти к заповеднику, где разводят козлов отпущения?! Я бы купила пару штучек оптом!

Утро ознаменовалось довольно грубым пробуждением. Где-то часов в десять дверной засов дернулся, и в приоткрытую дверь, словно в клетку с тиграми, вошел статный вооруженный воин при параде и с плеткой наперевес.

— Кто из вас Драконус правящей династии? — сурово спросил он, поигрывая кнутом.

— А зачем он вам? — недоверчиво уточнил Вик.

Но вместо ответа в то место, где он только что сидел, врезался бич.

— Хорошо, хорошо! — примирительно поднял Вик руки. — Уже иду.

— Нет! — Я схватила его за плечо. — Не стоит лгать, я пойду.

— Ты в своем уме?! — прошипел он мне в ухо. — Они же собираются отдать князя под пытки! Я тебя не пущу!

— В своем! — твердо шепнула я в ответ. — Во-первых, у них может стоять специальное устройство, которое определяет истинность титула, тогда убьют нас обоих, а во-вторых, если со мной что-нибудь случится, то ты продолжишь род.

— Не пущу!

— Долго вы еще будете обниматься? — ехидно уточнил стражник. — Я знал, что все Драконы бесстыдники, но чтоб такие!

— На всякий случай — прощай!

— Нет! — Вик попытался меня удержать, но что — меня зря столько лет танцами мучили?

Вопреки ожиданиям остроухий красавчик повел меня не в нижние подземелья, где по крикам можно было догадаться о наличии пыточных камер, а наверх. Надо отметить, эльфы — настоящие эстеты! Таким изяществом, красотой, фресками может похвастаться далеко не всякий дворец! Потрясающе!

Наверное, в этом мире традиция делать тронный зал в центре замка и без окон. Странно. Почему так?

«А ты вспомни, к чему привело открытое окошко одну жаждущую уединения пару!» — прошипело левое полушарие, напоминая про принца оборотней.

Как выяснилось, его зовут Мортифор, а Карнификус, его отец, пять лет назад добровольно передал бразды правления сыну и теперь только время от времени заменяет монарха, когда любвеобильное чадо немного занято более насущными делами, адекватными молодой половозрелой особи в самом расцвете сил и возможностей.

Расположившийся на троне эльф, как ни странно, вызывал симпатию. Тонкие, изящные черты лица, большие синие глаза, золотистые, слегка вьющиеся волосы. Ни морщинки, но определенно чувствуется, что это взрослый, состоявшийся мужчина, а не юнец.

— Итак, — мягко произнес он, вставая и подходя ко мне.

«Метр восемьдесят пять!» — услужливо констатировало левое полушарие.

Будем надеяться, другие супостаты помельче окажутся.

«Ага! — ехидно осклабилось то же полушарие. — Ты еще помечтай, чтобы Михей метр в прыжке оказался!»

Мужчина тем временем бросил удивленно и задумчиво рассматривать вашу покорную слугу и вновь подал голос:

— Итак, ты законная княжна правящей династии Драконов?

— Да. А вы Лерри ванн Дерт, как понимаю?

— Верно соображаешь, — благосклонно кивнул он и, приказав стражникам выйти, кивнул на стул: — Присаживайся.

— Благодарю.

Эльф снова на меня задумчиво посмотрел и взялся за резной графин.

— Вина?

— Нет, спасибо.

И снова я удостоилась странного взгляда.

— Я что, как-то не так себя веду? — не выдержала я.

— Нетрадиционно, — кивнул нелюдь и с легкой улыбкой пояснил: — Нетрадиционно для Драконов.

— Так отпустите меня домой! — простодушно предложила ваша покорная слуга, но он лишь откровенно рассмеялся, словно услышал старый добрый анекдот. — А как должны вести себя Драко?

— Что я, дурак? — иронично фыркнул собеседник. — На свою голову просвещать тебя насчет обычаев и привычек вашей вредной династии! У вас и без родительского вмешательства пробиваются исконные мерзопакостные инстинкты!

— По племянничку судите?

— И по нему тоже, — кивнул правитель.

— Вы его любите?

И вновь меня удостоили внимательным, задумчивым взглядом. Блин! Да что за напасть такая?!

«Хозяйка, ты блины-то всуе не поминай! — с тоской простонал желудок. — Жрать и так хочется!»

— Люблю, — серьезно ответил собеседник. — И за него вас в капусту покрошу!

— Между прочим, он первый начал! — возмущенно наябедничало правое полушарие. — Организовал под тотемным деревом настоящий бордель! И сделал неприличное предложение!

— И ты, естественно, согласилась! — хищно осклабился эльф.

— Нет! — разочаровала я ушастого.

Тот посмотрел на меня, как инквизитор на еретика. Хм, кажется, я позорю честь собственного дома, попирая семейные традиции. Нехорошо как-то получается.

«Ну-ну, — скептически хмыкнуло левое полушарие, — думаешь, если папа узнает, что ты благополучно исправишься, ему легче станет?»

«О нет! — вскрикнула пятая точка, всегда верно предчувствуя беду. — Ищите другой выход, ребята!»

В принципе, дальнейший разговор можно считать полезным. Я узнала о себе и собственной родословной много нового с позиций нетрадиционной эльфийской лексики и комбинированного, сугубо объективного мнения лесного народа. Особенно когда внесли странный, удивительно реалистичный макет, который я сначала приняла за схему аэродрома для летающих тарелок. Лерри ванн Дерт, не скупясь в выражениях, популярно объяснил мне, что это поле после наших экзерсисов!

Внимательно вглядевшись, я все-таки смогла опознать в том диком, ныне устрашающем творении из вспаханных канав и примятой травы полигон наших недавних пряток, в основном благодаря уже довольно слабо сохранившемуся очертанию «солнышка» аккурат в самой середине. Когда же правитель сунул под нос этот лабиринт пьяного Минотавра и сердечно вопросил, как такое возможно, я откровенно призналась, что не знаю, но, если он пустит меня с друзьями на другое поле, охотно покажу. Чем привела венценосного собеседника в окончательный восторг.

Экспорт травы мы действительно сорвали, и довольно большой. Теперь орки будут в бешенстве и конечно же соберут благородный крестовый поход «чистить нелюдям ушастым их наглую харю». Хотя, по словам Лерри, когда они ужрутся коноплей, то ведут себя ничем не лучше, только пристают уже к другим расам. Так что ближайший годик лес сотрясется от конкретных восстаний. Но мне же лучше! В конце концов, кто из нас кому враг?! Чем больше эстеты заняты проблемой торгово-экономических отношений, тем меньше одержимы идеей живьем снять шкурку с правящего князя Драконов!

Видя довольную мину зачинщицы, правитель пригрозил выдать меня тысяче разгневанных орков, просветив тех предварительно, кто повинен в нынешнем неурожае. На что я торжественно прониклась моментом и клятвенно пообещала как-нибудь помочь. И еще раз удостоилась дикого взгляда.

Больше всего наш разговор напоминал знакомство с противником. Лерри задавал вопросы про мою жизнь, интересовался моим мнением о сложившейся ситуации, изучал реакцию, поведение, запоминал. Я в принципе старалась провернуть то же самое. Особенно интересовало эльфа, что же я сделала лорду Карнификусу, что он пообещал лично разорвать меня голыми руками, хотя подобной забавой не грешил уже добрую сотню лет. Когда же вместо праведного испуга на моем лице отобразилось искреннее удивление: «Как, он еще жив?!» — мужик призадумался.

Почему Мортифор объявил меня в мировой розыск, я конечно же догадываюсь. Более того, выяснилось, что весть о помеченных столбиках и получившемся таким образом непристойном предложении облетела уже всю округу, а точнее всю Гею. Теперь каждый уважающий себя людь и нелюдь строят предположения, гадают и делают ставки на предстоящее представление. И это при том, что на месте князя Драко ожидают увидеть высокого черноволосого женатого мужчину с косой саженью в плечах!

Нетрудно догадаться, какие слухи, домыслы и сплетни вертелись вокруг новоявленных любовничков, но, когда королю оборотней пара принцев прислала свои портретики с предложением рассмотреть кандидатуры (что наделало еще больше шуму), лорд Лупус Карнификус не выдержал и настоял, чтобы Артур Семину публично объявил титул и пол князя, чем окончательно скрепил древний обычай столбиков.

Теперь мир разделился пополам: на уверовавших в нормальную ориентацию правящих кругов и на всегда знающих истинную суть вещей. Последние теперь надрываются, доказывая, что сие сделано лишь для спасения доброго имени, и пытаются переубедить «верующих», которые в понимании ситуации пошли еще дальше.

Кто-то ныне утверждает, что я решила вывести новую породу — оборотнедраконов, дабы прищучить Михея, кто-то — что сделала исключительно из любопытства да старых добрых семейных традиций и в скором времени еще пройдусь по остальным кланам нежити, начиная по старшинству с правителей. Самые реалистичные постановили, что я решила перед смертью хорошенько развлечься. Нашлись и Витькины единомышленники, утверждающие, что сие мое секретное оружие и ваша покорная слуга таким образом собирается залюбить супостата до смерти. Идея народу в целом понравилась и тут же завоевала большинство. Единственное, остался открытым вопрос, кто из нас кого залюбит.

Пикантный тотализатор впервые за всю историю Геи объединил под своей крышей представителей всех наций, сословий, полов и возрастов, чего не случалось даже за Великую всеобщую войну с другим измерением сто пятьдесят пять лет тому назад. Оживила, блин, народные массы! В общем, все как в клятве римских консулов: «Я сделал все, что мог, кто может, пусть сделает лучше!»

Лерри, естественно, поинтересовался моим мнением и радостно сообщил, что ставки не в мою пользу. Сам он, кстати, тоже поставил на Мортифора, иронично посетовав, что если бы я видела оборотня в деле, то все поняла бы. Я успокоила правителя, что с данным аспектом уже ознакомлена, а за всеми подробностями посоветовала обращаться непосредственно к объекту. И без того продолговатое лицо эльфа окончательно вытянулось, и, потерев подбородок, глава ушастых кланов пообещал пересмотреть свое мнение на мой счет.

По крайней мере теперь владыка смотрит на меня не с мужским интересом, а с настоящей опаской. Ибо, оказывается, этот утонченный эстет торжественно поклялся двадцать пять лет назад (после того как его сестру застукали в объятиях моего папочки) сотворить с женским отпрыском Драко такое, отчего сами Драконы покраснеют! А если учесть, что за триста лет ушастик повидал многое, меня данная перспектива отнюдь не греет! В общем, дочерей своих в эльфийские леса пускать не буду и всяческие столбы накажу обходить за версту, а также деревья, скамейки и прочую дрянь, что бесхозно торчит из земли!

Еще Лерри интересовало, что я хотела доказать, выйдя на ритуальный бой с оборотнем в колодце фамильного замка голышом. Надо признаться, у народа уже и этому нашлось объяснение. Изделие под названием «бикини» ни дать ни взять заинтриговало эльфа, когда же я набросала систему веревочек, тот прямо оцепенел.

— Это невозможно! — возмутился он, жадно сканируя пышногрудую зарисовку в практическом отсутствии купальника.

— Ты про что? — усмехнулась я, с гордостью глядя на набросок Памелы Андерсон. Зря, что ли, меня приглашали в художественную школу? Очень реалистично получилось. — Про формы или про одежду?

Но эльф не ответил, окончательно уйдя в астрал. У него даже дыхание стало соответствующим. Н-да, недаром меня все-таки в детстве Вик запрягал перерисовать картинки из «Плейбоя» для его друзей! Даже эстет-нелюдь одобрил.

— Хочешь, голую нарисую? — миролюбиво предложила я, а рука с угольком уже давно гуляла по новому листу, являя миру обнаженную натуру.

При виде черно-белого искушения Лерри охнул и поспешно отобрал уголек со словами: «У, бесстыжее отродье!» Но два готовых рисунка, как ни странно, не порвал. Врагам, что ли, подарит, дабы те ночами спать не могли?

Снова садясь за стол, он едва заметно коснулся висков и слегка поморщился. Ну-ну, эти симптомы нам хорошо известны! Я машинально покосилась на единственную несовместимую с тронным залом вещь: внушительную зеленую лягушку в гигантской стеклянной чаше, оснащенной лесенкой. Живой барометр флегматично и как-то обреченно смотрел на окружающую реальность огромными выпученными глазами, знаменуя понижение давления. Собственно, это и без нее известно, так как моя голова тоже любит отзываться на природные изменения мигренью. Вот как сейчас.

— Если болит голова, почему не используете магию?

— Не могу, — честно ответил Лерри.

Вот это да! Создавая Гею, Великий Эквилибриум, видно, случайно задумался и чуток переборщил, наделяя колдовским даром. В противовес он придумал удивительную штуку: всесильные маги, способные двигать горы, поворачивать реки вспять, исцелять от смертельных болезней, в реальной жизни не могут магически справиться с собственной головной болью, простудой, болезнью и вынуждены терпеть. Все другим, но не себе. А лекарственные травы жители, привыкшие в случае нужды уповать на волшебство, просто разучились готовить и употреблять. Печально.

— В таком случае надо пожевать ивовые прутья, — улыбнулась ваша покорная слуга, искренне радуясь, что усилия преподавателя органики не прошли даром.

Собственно, именно аспирин выделили из коры ивы сметливые ученые, наблюдая за народными традициями. Правда, для лучшего эффекта рекомендуется отвар из оного продукта, но, на худой конец, думаю, сойдет и так.

Король измерил вашу покорную слугу пристальным сапфировым взглядом и вкрадчиво уточнил:

— Ты издеваешься?

— Нет, я тоже страдаю от изменения давления и с удовольствием пожую за компанию.

— Жрущий дерево дракон — это зрелище! — ухмыльнулся Лерри.

— Вот видите! — воскликнула я, искренне надеясь убедить собеседника. — Будет что потомкам рассказать!

Нелюдь встал и, учтиво поклонившись, пропустил меня вперед, к выходу. Видя шагающего за спиной пленницы патрона, охрана вежливо расступалась, провожая нас внимательными взглядами, готовая в любой момент кинуться защищать босса от великой и могучей меня. М-да, как все запущено…

Через десять минут извилистых готических коридоров, тонких, почти воздушных переходов и удивительно красивых проходных залов мы оказались в просторном замковом саду перед старой, гигантской ивой.

— Ну? — мягко усмехнулся Лерри, галантно приглашая к толстенному, в три человеческих обхвата, деревцу. — Дамы вперед. Приятного аппетита.

М-да, корявый, поросший зеленым мхом, болеющий неизвестно какой дрянью ствол с зачатками гнили у корней энтузиазма жука-короеда не навевал. Я скептически осмотрела потенциальную панацею, которой легче отравиться, чем излечиться, и растерянно покосилась на невозмутимого эльфа.

— Что-то не так? — откровенно пряча ехидную улыбку, вскинул тот брови.

— А может, поищем другое деревце?

Нет, мигрень-то пройдет в любом случае, но не такой же ценой! Смею согласиться, Вик был прав, придумывая лозунг для моей «торговой марки»: «Светино снадобье обязательно подействует, только как, это уже ваши проблемы!» А мне же еще эликсир бессмертия ваять! Правда, с таким успехом вероятнее получится карманная ядерная бомба. Но все равно погибнуть от собственной руки как-то непонтово (или непрестижно, по-научному говоря). Не знаю, что почувствовал предполагаемый пациент, наблюдая за моральными терзаниями своего новоявленного лекаря, но противиться не стал.

— Как вам угодно, — вежливо склонил он венценосную голову, однако края его губ предательски поползли вверх.

Следующий антиквариат если и отличался от предыдущего, то уже хорошо оформленной плесенью на крючковатом стволе и какой-то странной черноватой слизью на листьях. И это хваленая эльфийская внимательность к растениям?! Н-да, бить надо местного садовника, и желательно чем-нибудь увесистым и шипастым! У-ух, добрая я девочка!

— Приятного аппетита! — раздался сзади насмешливый певучий голос. — В чем дело, госпожа Драко? Снова что-то не так?

То ли красавчик решил, что я над ним потешаюсь, оттягивая время, то ли вздумал поиздеваться над вашей покорной слугой, то ли еще что, но это он зря. Нельзя дразнить своего будущего врача, особенно если тот Дракон и в придачу экспериментатор!

«Слышь, ты! Маньяк самопальный! — не выдержало левое полушарие. — Кончай козни строить! Нам нужно хорошее впечатление!»

«А отомстить можно и позже!» — промурлыкало правое.

Что ж, со здравым смыслом не спорят, а посему мы покорно сдулись и вкрадчиво уточнили:

— А нет ли у вас чего понежнее, помоложе, поздоровее?

Вариант «помоложе» оказался высоченным столетним растеньицем, в пьяной позе склонившимся над прудом — словно, проснувшись поутру с похмелья, потянулось к водичке да так и замерло, прихваченное некстати подкараулившим радикулитом. Но в целом предложенный экспонат был здоров. И то хлеб.

Вот только что употребить-то? Жевать дряхлую, пыльную кору — паршивая перспектива, да и вряд ли в отмершей ткани сохранились какие питательные элементы, кроме пыли да жуков. Ближе к макушке эпидермис вроде как-то получше, вот только мы, жаль, не дятлы, остаются молодые сучки, которые колышутся в сотне метров над землей. Н-да, будем надеяться, они помогут. Не хотелось бы прослыть обманщицей.

— Милорд, не могли бы вы раздобыть вон те веточки? Я, как истинная леди, не умею лазать по деревьям.

Лерри хитро покосился на вашу покорную слугу, явно желая узнать, с каких это пор достойный отпрыск скандального рода стал благовоспитанной леди, но вежливо промолчал.

«Ну-ну! — хмыкнуло левое полушарие. — Глаза попроще, хозяйка!»

Тем не менее эльф скинул куртку и с грацией кота, совсем не увязывающейся с трехсотлетним возрастом, вскарабкался наверх.

«Самое время делать ноги!» — методично напомнил спинной мозг.

Ага, и бросить в темнице друзей? Да и куда? Скорее всего, сад окружает высокая стена, вокруг полно охраны, да и от мага двенадцатой степени вряд ли удастся далеко убежать! Нет, мы оправдаем оказанное доверие.

Спустившийся правитель откровенно удивился, застав пленницу на положенном месте, но ничего не сказал, лишь галантно подал веточки, разделив поровну. Присев под деревцем, ваша покорная слуга задумчиво сгрызла предварительно продезинфицированный собственной слюной прутик. Мыть его в пруду было довольно рискованно: мало ли какая там еще зараза поселилась, а просить у короля воды и уходить из столь безмятежного уголка природы ой как не хотелось! Ушастый властитель фривольно пристроился рядышком.

Как удалось выяснить ранее, лесных чудищ, несмотря на все подозрения и благоприятные обстоятельства, к сожалению, штамповал не он. Хотя, по всей видимости, был бы не прочь поэкспериментировать. Если слова Кейси правда, то эльфы отчаянно сопротивляются новоявленному захватчику, и лишняя помощь им бы не помешала. Может, заключить с ушастыми временный союз? Если, конечно, обстоятельства не изменились.

— Лерри, как вы относитесь к Михею эль Туциру?

Вопрос в лоб правителя слегка ошарашил и заставил задуматься. Грубо работаю, каюсь. Вот только выяснять данное обстоятельство хитростью, как-нибудь издалека, незаметно от жертвы опыта не хватит. Вряд ли трехсотлетний эльф, сто пятьдесят лет правящий государством, окажется глупее или наивнее двадцатиоднолетней девушки, пусть и выросшей в жестоком техногенном мире.

— Зачем тебе это? — серьезно спросил монарх, даже забыв о вежливости.

— Хочу заключить военный альянс. Если проблема Михея и ваша и наша, почему бы не сделать ее обшей?

— И что ты предлагаешь? — заинтересованно повернул эльф голову в мою сторону, отчего мы едва не соприкоснулись носами.

— Временное прекращение вражды и полная взаимопомощь. Может, объединить наши усилия и доставить супостату двойные неприятности?

— Насколько мне известно, твоя армия сейчас не в лучшей форме и не так многочисленна, как раньше. Твои вотчины в упадке, княжна, казна почти опустошена, и войско Дракона будет не сильной подмогой, а вот тебе самой позарез нужны союзники. И какая мне тут получается выгода? — хмыкнул правитель, косясь на мои губы.

— Я не прошу у тебя воинов, просто предлагаю не вставлять дополнительно ко всему палки в колеса. Только самоубийца и душегуб станет выводить свою рать на открытый бой в чистое поле против такой силы, моя борьба партизанская, мелкая, исподтишка, но с максимальным уроном для противника. Пусть нечестно, подло, грязно, зато действенно. Я же, по-вашему, тварь, дрянь, так почему бы не вести себя соответственно? Все неугодное можешь спихнуть на меня, а если победим, то разделим лавры и ты снова будешь в ажуре, чистеньким и беленьким.

Все это время эльф задумчиво слушал меня, философски наблюдая за водной гладью. Носок изящного замшевого сапога безмятежно раскачивался в такт шелестящей листве. Король молчал. На прекращение бурной тирады и воцарившуюся тишину никак не отреагировал, полностью погрузившись в себя. Не будем мешать.

Я устроилась поудобнее в корнях дерева и прикрыла глаза, стараясь как можно полнее впитать мир и спокойствие окружающей природы, всю ее красоту и безмятежность. Ведь когда еще такое выдастся? Вдруг моя смерть уже не за горами? Так будет хоть что вспомнить. Надо отдохнуть и набраться сил.

— Господин, — неожиданно осторожно прервал нас высокий белокурый эльф в тонких блестящих латах. — К вам прибыл его сиятельство граф Казиларг, просит аудиенции.

— Ты меня не видел! — встрепенулся Лерри ванн Дерт. — Через десять минут поищите в спальне.

— Хорошо, — поклонился парень и исчез, одарив напоследок крайне изумленным взглядом.

— Уходим, — прошипел король и, подхватив меня под локоть, потащил в только что открытый портал.

* * *

Мужчина и женщина, встретившись наедине, не подумают читать молитву «Отче наш».

Народная мудрость

Вывалились мы в просторной, уютной комнате, обитой мягкой изумрудно-зеленой тканью. У противоположной стены, как алтарь, красовалась огромная широченная кровать, на которой ночью запросто смогли бы заблудиться и не найти друг друга два переростка-мамонта.

— Раздевайся! — Эльф резко рванул шнуровку моей куртки и толкнул на гипертрофированное ложе.

— Ну щас! — огрызнулась я, хватаясь за кинжал и совершенно не понимая причины столь резкой перемены в поведении супостата. Был же нормальным!

— НЕТ времени! — почти прорычал он, заламывая мне руку и набрасываясь на одежду с новым энтузиазмом, попутно пытаясь высвободиться из своей. — Не буду скрывать, мне понравилось твое предложение, — пропыхтел он, норовя стряхнуть с левой конечности спущенные штаны.

— Это какое? — подозрительно прищурилась я, придавленная его изящной, но отнюдь не слабой рукой.

Ума не приложу, как ему, так здорово стесненному в движениях, удалось этак быстро меня разоружить, раздеть и уложить в крайне невоинственной позе?! Вот, видно, что значит, когда жизненный опыт встречается со всемогущей юностью!

— Про общих врагов! — пояснил эльф и почти с омерзением отбросил в сторону не желавшие расставаться с хозяином штаны. — Мне нужно время, чтобы обдумать твою затею. А тут Казиларг, ёптр турен имбарр! Чтоб ему пʼэрст упт им чичу, и по полной!

— Круто! А что это значит?

— Маленькая еще! — огрызнулся Лерри и досадливо прикусил язык за свою несдержанность.

— Ну вот! — демонстративно надулась я. — Как на кровати распинать, так не дитя, а как значение ругательства узнать, так не доросла! Нехорошо!

— Драко! — тряхнул меня король. — Я жду серьезности!

— Я внимательно слушаю! Только пока ничего, кроме новых ругательств, не узнала! И раздеваться зачем?

— Для убедительности, — коротко пояснил эльф. — Чтобы обмануть одно заклинание на тот случай, если Казиларг решит проверить мою искренность, а он это сделает, поверь. Эта жадная дрянь проведала, что ты у меня в плену, и решил тебя забрать. Пока лысый хрен будет пудрить мне мозги, его слуги, руку даю на отсечение, обыщут весь замок. Спальня — самое охраняемое место во дворце.

— А я думала — лаборатория!

— И она тоже, но вряд ли кто подумает, что я потащу пленника в свой альков, а не туда. Что-что, а мужеложцем меня назвать никто не осмелится, да и князь-воин едва ли будет лежать и ждать, пока его какой-нибудь хмырь обидит! Узнав о том, что я был с женщиной, Казиларг не сочтет мое запоздание подозрительным и не насторожится, а кроме того, не посмеет подослать ко мне в спальню своих агентов. Поэтому здесь ты в безопасности.

— Ну да, это только если мир ждет терминатора в латах, а не наглого таракана женского пола! Но не забывай про тотализатор и заявление моего управляющего!

— Казиларг мнит себя самым умным и считает, что Дракон специально помочился на столбы, чтобы создать шумиху и увести народ подальше от истины. Когда все ищут женщину, он будет нацелен на мужчину.

— А Михей?

— Он, скорее всего, еще до конца и сам не решил.

— Ты за это ручаешься?

— Слушай, княжна, — сверкнул глазами эльф. — Если бы мои шансы удачно соврать являлись ничтожными, я бы не рисковал и спокойно сдал тебя врагу. Тем более что вчера вечером из твоей камеры даже крысы врассыпную убегали!

— А про обходные пути заклинания он знает? — осторожно уточнило левое полушарие.

— Нет, — решительно тряхнул гривой ушастый властитель. — Это чисто моя находка. И то обнаружилась случайно.

Кажется, догадываюсь как!

— Хорошо, допустим, меня не найдут, но обыскивать будут темницы, а там мои друзья!

— Не волнуйся, я о них позабочусь. Спрячь кинжалы под подушку и лежи на кровати в довольно откровенной позе, чуть что — натягивай простыню до ушей и кричи.

— А с чего мне тебе верить? Может, ты собираешься сдать меня врагу в таком виде?

— Придется, княжна, довериться, — тонко улыбнулся эльф и, полностью освободившись от одежды, нырнул ко мне на кровать.

Собственно, если бы он хотел меня выдать, то не разыгрывал бы подобный спектакль. Вряд ли Лерри пытается таким образом усыпить мою бдительность. Как-никак маг двенадцатой степени смог бы найти способ, как скрутить и без того довольно слабого противника да благополучно сдать Казиларгу из рук в руки. Ну что ж, а вдруг повезет?

— А я не испорчу вашу репутацию?

— Нет, — ухмыльнулся ванн Дерт. — Любовь с людьми в наше время считается не таким уж извращением, как раньше.

— Но я выгляжу ребенком.

— И что? — фыркнул эльф. — Может, мне захотелось испытать чего новенького?

Взгляд мой упал на висящие в изголовье метательные ножи. Длинные, тонкие, смертоносно изящные. Именно с НИМИ учили нас в детстве обращаться! Не кухонные и не перочинные.

— Что это? — Я указала на ножи.

— Это орты, традиционные боевые кинжалы большинства эльфийских кланов.

— Рабочие?

— Естественно! — возмутился король, протягивая руку к изящному лезвию. — Они самозатачивающиеся, идеально сбалансированные, никогда не ржавеют!

— Их метают?

— Да, но на них построена даже часть специальных атак.

— Для женской руки?

— Нет! — снова взбунтовался ванн Дерт. — Это исконно мужское оружие!

— Можно подержать?

— Конечно, — пожал он плечами, но передал мне другой клинок, первый оставив при себе на всякий случай.

В ладони орт словно жил самостоятельной хищной жизнью, даря ощущение спокойствия и уверенности в завтрашнем дне. Да, именно на них отрабатывались наши с Виком рефлексы! Кто бы мог подумать, что серебристая смертоносная сталь может подарить такое приятное чувство вернувшегося беспечного детства?! Нет, папа неспроста оттачивал мои навыки именно на этом оружии, да еще для мужской руки!

— А что за дискриминация?

— Что? — не понял эльф.

— Ну, почему женщины не могут владеть столь удивительно изящной вещью?

— Потому что эта штучка, — ядовито улыбнулся ванн Дерт, — одна из самых капризных! Далеко не всякий воин, обученный метать ножи и кинжалы, сможет справиться с ортом. Но зато тот, кто умеет это делать, запросто владеет любыми другими видами летающего оружия, даже если видит его впервые! Освоение орта требует времени и опыта. Такая игрушка подвластна лишь перворожденным, то есть нам, эльфам!

О! Сие многое объясняет, особенно мое меткое попадание! Теперь ясно, зачем заботливые папаши тренировали нас с Виком с самого детства! Ну а по части перворождения драконы вряд ли чем уступают ушастым красавцам, только пока незачем нервировать пожилого дядюшку! Чем больше недооцениваешь врага, тем труднее потом расхлебывать!

Лерри с интересом проследил мой задумчивый взгляд, устремленный на оружие.

— Сразу видно, что ты Драко! — ухмыльнулся он, и, узрев вопросительное возмущение, пояснил: — Лежишь в постели с красивым обнаженным мужчиной и думаешь об оружии!

— Значит, такой мужчина! — фыркнуло логичное левое полушарие, игнорируя возмущенный писк правого.

— Мужчина здесь как раз таки нормальный, — спокойно глядя мне в глаза, заметил эльф. «Поддерживаю!» — заявила правая половинка моего мозга. — А вот на ком-то колющих и режущих предметов больше, чем одежды!

— А что, прикажешь мне на тракт с собой рукоделие брать?!

«Поддерживаю! — ухмыльнулось левое полушарие. — Хотя, знаешь, хозяйка, спицей в глаз можно тоже хорошо заехать!»

Лерри тонко улыбнулся и тоже хотел что-то сказать по этому поводу, но раздался деликатный стук в дверь. Недолго думая он прыгнул на меня. Наверное, в этом мире рефлексы организма в преддверии вечной опасности обостряются.

— Ты что?! — прохрипел скрючившийся в три погибели горе-любовник, держась за самое дорогое.

— Извини, я случайно.

— Лучше скажи — инстинкты!.. — простонала жертва. — Я смотрю, это у вас какая-то милая семейная традиция калечить мужчин!

— А ты что, встречался с Дорваной? — вдруг вспомнилась мне знаменитая прапрабабушка.

— Еще та стерва была! — сплюнул ванн Дерт. — Хорошо еще не носком сапога заехала. — И, внимательно вглядевшись в мое лицо, злобно добавил: — Ты, кстати, на нее похожа!

В этот момент стук повторился, и из-за приоткрытой двери появилось озадаченная блондинистая голова.

— Господин?

— Я занят! — раздраженно рявкнул ушастый властитель.

Ну вот! Даже играть не надо! Все естественно, натурально!

Эльф деликатно кашлянул, стараясь не смотреть в нашу сторону:

— К вам приехал граф Казиларг, просит аудиенции.

— Скоро буду, — буркнул ванн Дерт, вставая с ложа и пытаясь на ходу завернуться в единственную на двоих простыню.

Ни фига! Я ее тоже облюбовала! Потеряв надежду вытряхнуть вашу покорную слугу из собственного шлейфа, Лерри злобно двинулся к одежде, полагая, что мой здравый смысл сообразит выпустить золотистый шелк. Протащив меня за собой до края кровати, эльф рыкнул и бросил попытки отбить простыню.

— Я, пожалуй, подожду вас за дверью, ваше величество, — выдохнул смущенный паренек и поспешно ретировался из спальни.

Видно, не каждый день обнаженный патрон закатывает подобные сцены с наглой расхристанной девицей.

Ух ты! Вик, как на пожаре, одевается за минуту, но этот еще быстрее! Опыт, однако! Правда, после того как брата застукали на месте преступления родители очередной девушки и пожаловались дяде Олегу, который клятвенно пообещал во всем разобраться, обстоятельства слегка изменились. Заботливый родитель действительно уделил данному вопросу особое внимание, вооружившись секундомером и прочитав непутевому сыну чисто мужскую лекцию (как теперь понимаю, то был бесплатный мастер-класс). В настоящее время за ту же минуту способное чадо успевает не только одеться да застелить постель, но еще и накрыть на кухне стол для чаепития.

— В чем дело? — растерялся король, заметив мой пристальный взгляд.

— Я не верю.

— Во что? — опешил он. — Я же дал слово чести!

— Да нет, — поморщилась я, — не верю, что ты от любовницы.

— Вот как? — ехидно ухмыльнулся эльф. — И почему же?

— Ты слишком аккуратно одет.

— Это тебе так кажется! — язвительно хмыкнул ванн Дерт. — А любой эльф, оборотень или прочие нелюди скажут обратное!

— И люди тоже?

На мгновение он растерялся, потом спокойно пожал плечами:

— Ну Драконы, с которыми мне приходилось сталкиваться, всегда безошибочно определяли, хотя вы не совсем люди. — И вдруг мстительно сверкнул глазами: — Особенно женщины!

«Ну да, — хмыкнуло левое полушарие. — А если вспомнить, что „курица — не птица, а женщина — не человек“, и наложить сию народную мудрость на твое происхождение, то ты, хозяйка, по их меркам, вообще местное исчадие!»

— Лестно слышать, — хмуро кивнула ваша покорная слуга, заслужив довольную улыбку противника. — Но кто в вашем списке, не имея в родословной примеси иных, способен был замечать то же самое?

Теперь Лерри действительно задумался.

— Ну, некоторые маги это чувствуют, еще воины и те, кто привык работать с мелочами. А что?

— Ничего, просто, насколько я знаю, Казиларг — абсолютный человек,[8] и даже не воин, и, как докладывали, особой наблюдательностью не страдает! Заметная разница между вами ему не бросится в глаза!

Нечаянный союзник замер и наградил меня долгим, задумчивым взглядом — теперь он смотрел на меня с уважением, легкой опаской и еще с каким-то непонятным чувством.

— И что ты предлагаешь? — серьезно, как к равной, обратился он ко мне за советом.

— Иди сюда. Внесем пару штрихов.

Лерри покорно наклонился, позволяя мне расстегнуть на нем рубашку почти до середины груди, слегка распустить хвостик и растрепать волосы. Взглянув в зеркало, нелюдь зафыркал, как кот, попавший в лужу, и тотчас попытался скрыть беспорядок. Ну уж нет! Потерпишь на благо отечества! Эх, жалко нет здесь помады! Хотя…

— Слушай, у тебя косметика есть?

Мой благородный порыв не оценили и меня удостоили уничижительным взглядом.

Значит, нет. Да, неправильные нынче эльфы пошли! Ах, как бы классно заполучить сюда суперстойкую красную помаду! В ту же секунду на кровать рядом с моим бедром шлепнулась современная водостойкая «Буржуа» с мерцающим эффектом! Маг посмотрел на меня, как на оживший музейный экспонат.

«Кольцо, — услужливо подсказало левое полушарие. — Когда ты думаешь, то всегда что-нибудь теребишь или прокручиваешь украшения вокруг пальца. Возможно, так ты просто активировала артефакт, который стащила у Артура Семину!»

Благодарю.

«Всегда пожалуйста!»

Не мудрствуя лукаво ваша покорная слуга намазала губы и чмокнула Лерри в грудь, на пять пальцев ниже ямки, образованной ключицами.

— Застегиваться начнешь в самый последний момент, на ходу, чтобы он видел, и только в конце спрячешь след поцелуя!

Хотя, прячь не прячь, отпечаток моих губ красным клеймом просвечивал даже через тонкий белоснежный шелк рубашки.

— Угу, — хмуро вздохнул любовничек, подставляя шею. — Только будь добра, не оставляй на мне своих фамильных традиционных отметин!

— Это еще каких? — опешила я.

— Синяков.

— Я же тебя бить не собираюсь!

— Да нет, — поморщился он. — Как же они у вас там называются? Засосы, кажется. Их предки Дракона любили оставлять на своих соблазненных жертвах.

Это что еще за странный поворот событий?! И откуда он об этом знает?

«Девочка! — вздохнуло левое полушарие. — Данный субъект был лично знаком с твоей прапрабабкой! Чай, не мальчик уже!»

— Что, горькие воспоминания? — Интересно же узнать о знаменитой родственнице из первых уст!

— Да нет, — ухмыльнулся эльф, хитро скосив на меня глаза. — Они как раз сладкие. Только эта ваша уникальная черта для нашей маскировки губительна, тебя засекут сразу, ибо никто больше так не поступает и не пытается подделать.

— Почему?

— Драконы очень щепетильны в том, что касается их славы, пусть иногда и дурной, поэтому подобных шутников ждет жестокая месть: Драко наставят рога обидчикам, их внукам и всем потомкам вплоть до седьмого колена и сделают это так, что о сем скорбном факте будут знать абсолютно все.

— Много лет традиции?

— Почти тысяча. Как гласит легенда, именно такое послание оставил Аргал, сын Мараны, на шее дочери незадачливого прародителя рода Венатор, сделав тем самым крайне неприятный сюрприз отцу девушки и ее жениху. Правда, у красавицы через девять месяцев родился малыш, не совсем похожий на ее законного мужа, но это уже мелочи.

Еще один алый поцелуй расцвел на шее эльфа, чуть ниже уха.

«Может, еще с левой стороны поставить? — ухмыльнулось левое полушарие. — Для симметрии!»

«Не стоит! — осадила правая половинка. — Так более стильно!»

— Что-то в этом есть, — вздохнул ванн Дерт, рассматривая себя в зеркало.

— Лерри, а вы не знаете, почему нас иногда Драконусами обзывают? — спросила я, вспомнив стражника в тюрьме и выкрики некоторых сельских жителей.

— Отчего же! — хмыкнул правитель, интуитивно касаясь шеи как раз в месте поцелуя. — И сам был когда-то любопытным, интересовался. Узнал на свою голову.

— Сколько держится отметина Драконов? — решила проверить я дикую догадку.

— Не меньше недели, — машинально брякнул мужчина и тут же прикусил язык.

— Дорвана просветила?

Эльф обернулся и тонко улыбнулся:

— Я недооценил тебя, маленький Дракон! Запомни, в вампирьем языке суффикс — ус имеет два значения: «зловредный» и «кусачий». И то и то в отношении вас подходит по смыслу! — Он направился к выходу. — Мне пора.

— Последний вопрос. Почему ты не уберег сестру сто лет спустя?

— А ты попробуй остановить совсем молодую женщину, движимую любопытством в смеси с бурлящими гормонами, да уберечь от симпатичного, удивительно обаятельного, деятельного мужчины! — грустно улыбнулся Лерри и, указав на кровать, властно бросил: — Жди здесь!

Щас-с! Я проводила ехидным взором вышедшего с чувством выполненного долга эльфа.

Меня даже папа с мамой уложить в кроватку не могли, пока отец не додумался привязывать одеялом к постели! Так что отдыхай, ушастый властитель!

Гонимая неимоверным голодом, ваша покорная слуга тут же подорвалась с царского ложа и кинулась исследовать комнату на предмет наличия скрытых сейфов с едой. Мечтательница, однако! Но авось?

Найденный в процессе обыска бар со столетними винами под данную категорию натощак не подходил. Как учила когда-то мама: «Не все полезно, что в рот полезло!» Став химиком, я взглянула на это изречение с другой стороны: яд надо делать максимально вкусным и аппетитным!

Увы, съестного изящный красавец в будуаре явно не держал. «Блин!» — вздохнули мы в унисон с желудком. Зато книги восхищали и притягивали глаз. Удивительно красивые, с золотым и серебряным тиснением на аккуратных замшевых обложках, они стояли на полках в определенной последовательности. И ни грамма пыли! В то время как на всем остальном, кроме оружия, расписываться можно! И это щепетильные, помешанные на чистоте эльфы? Лерри, не терпящий беспорядка в одежде?

«Ну не доверяет мужик горничной, что с него возьмешь?» — фыркнуло правое полушарие.

«А почему? — хитро отозвалось левое. — Правильно! Потому что все вокруг нашпиговано охранными заклинаниями, а наш утонченный педант живет лишь магией да оружием, перечитывая каждую из книг довольно часто».

Впечатление портил только здоровенный, толстенный, потрепанный черный том на журнальном столике.

«Зачитал до смерти!» — констатировала правая половина мозга.

«Скорее орехи колол! — уточнила левая. — Или врагов лупил!»

Изучать фолианты, хоть и была библиофилом, я все-таки не спешила. Невежливо. Признаюсь, ненавижу, когда мои книги трогают без спросу, а еще хуже — незнакомцы и грязными руками. Будь я магом, заколдовала бы от шаловливых лапок, и довольно жестоко, еще и поэтому вражеской коллекции я касаться не спешила. А вдруг и у него тот же шиз? Да и колдовские тома сами по себе редко бывают безобидными.

Взгляд снова упал на лежащий на столе талмуд. Чем-то он меня заинтриговал.

«Так почитай! — прошептало правое полушарие. — Тебя же не предупреждали ничего не трогать!»

«Ей вообще не разрешали с кровати вставать!» — напомнило левое полушарие.

Нет, мне определенно хочется хотя бы пролистать его! Вряд ли, правда, Лерри позволит взять такое сокровище с собой.

«Если, конечно, в сердцах вслед не запустит!» — хмыкнула левая половинка.

Стоп! А ведь идея! Спасибо!

«Всегда пожалуйста!»

«Хозяйка, а ты уверена, что нам стоит тащить с собой в дорогу такую тяжесть?» — робко вклинилась правая половина.

«Слушайте, да ну ее, эту книжку! Давайте лучше пожрем! Я уже скукожился весь!»

И это дельная мысль, если честно! Ладно. Завернувшись с головы до ног в золотистую простыню так, что осталась только щель для глаз, я осторожно приоткрыла дверь в коридор.

У противоположных дверей с напускным скучающим видом стоял статный блондин, небрежно поигрывая каким-то шестом.

«Бойцовская палочка! — мстительно припомнило левое полушарие. — У нее еще лезвия с двух сторон выскакивают!»

«Не к добру это!» — вздохнул спинной мозг.

«Хозяйка! Кадри быстрей этого белявого, я жрать хочу!»

«Мы рассмотрим его кандидатуру!» — благосклонно пообещала правая половина.

«Кому-то же брюнеты нравятся? Или это так с голодухи поперло?!»

Парень тем временем все так же вроде бы небрежно огляделся.

«Стражник!» — тут же определило левое полушарие.

«Замаскированный!» — добавило правое.

«Явно Лерри для нас расстарался!»

«Так воспользуемся же оказией!» — хищно прошипел желудок.

«Вперед! — подбодрила женская интуиция. — Пока сюда никто не пришел!»

Я открыла дверь шире и высунулась почти до пояса.

— Эй, уважаемый!

— Ай! — испуганно подпрыгнул эльф, узрев высунувшийся из спальни патрона кокон.

Наверное, меня приняли за сбежавший из пробирки господина эксперимент, потому что взгляд «ОНО ЕЩЕ И РАЗГОВАРИВАЕТ!» говорил сам за себя. Не будем разочаровывать подрастающий организм!

— Малец! Есть что пожрать?

— Ау-э? — робко предположил мужественный охранник.

— Не, это не подойдет! — поморщилась я. — Мне бы мясца, колбаски, салатика там, фруктов.

— Там любовница милорда, — робко проблеял ушастый секьюрити, указывая на спальню.

Опля! Он что, воображаемому чудищу предлагает меня сожрать?! Ох, как подмывало изречь: «Так она же невкусная!», но природная осмотрительность не позволила. Вдруг еще копьем проткнут в целях предосторожности или из вендетты!

— Так это же я! — обрадовала ваша покорная слуга впечатлительного эльфа.

Кажется, у него близорукость! Потому что, проморгавшись, парень уставился на меня с еще большим ужасом и трепетом.

— Г-гусеница? — робко и недоверчиво проблеял он.

— Нет, червяк! — огрызнулась я.

Фу, слава всевышнему! А я уж беспокоилась, что во мне Дракона признали!

— А-ах! — издал хлопец низкий и протяжный стон, прислоняясь к стенке.

Похоже, Лерри все же сочтут извращенцем! Мало того что животное, а точнее насекомое, так еще и мужского пола!

«Хозяйка! — злобно вклинился желудок. — Что ты там с парнем делаешь?! Почему я слышу странные звуки и не вижу еды?!»

«Молчи, несчастный! — вздохнула левая половина. — У нас тут критическая ситуация: слабонервный впечатлительный юноша!»

— Малец! — рявкнула я. — Ты принесешь мне наконец еды или тебя съесть?!

— О-ох! — подскочил восприимчивый отрок. — Одну минуточку!

Наконец-то! Семеня мимо зеркала, я машинально в него взглянула и сама чуть копыта не откинула! Мама миа! Из зеркала на меня смотрело огромное, золотистое, палочкообразное чудище! Эта бесстыжая простыня облегала без единой складочки, действительно создавая устрашающий эффект! Ух! Понимаю несчастного! Надо будет провентилировать сей вопрос с Лерри.

Парень обманул. Обед принесли через тридцать секунд. Да такой, словно собирались накормить целый полк! Оно и к лучшему!

Через час дверь распахнулась и влетевший в апартаменты Лерри застал вашу покорную слугу за довольно непочтительным занятием, а именно: сидящей по-турецки на кровати и упоенно догрызающей бывший когда-то внушительным копченый окорок.

— Мне сообщили, что во дворце завелся огр, — спокойно известил он, лишь слегка приподняв бровь при виде творимого на его постели самоуправства.

— Не волнуйся, это всего лишь я! — как истинный Драконус, душевно успокоила я супостата и деловито пристроила кость на край пустого блюда.

— Весь поднос? — в священном ужасе выдохнул эльф, оценив таки масштаб моего обеда.

— Угу, — покаянно созналась я, наблюдая, как глаза мужчины приобретают идеальную форму блюдец.

Еще однокурсники подсчитали, что так как у мелких животных обмен веществ раз в пять быстрее, то брать меня в жены крайне невыгодно, ибо просто не прокормишь. Похоже, этот же вывод читался и на шокированной физиономии Лерри.

— Как?.. — простонал он, откровенно пытаясь понять, куда же в меня мог уместиться целый поднос снеди.

Нет, я, конечно, молчу, что большая часть его содержимого уложена в золотистую шелковую наволочку, втихаря содранную с подушки и определенную под мешок. С Лерри не убудет, а мне еще моего бухгалтера из голодного края кормить, да и Кейси взрослый мужчина с волчьим аппетитом, молчу уже о даме с упырьей наследственностью и о двух прожорливых метаморфах!

— Понимаете, я как крокодил: жру раз и на полгода, — стараясь выглядеть как можно более убедительной, изрекла прапраправнучка Дракона.

— Этого следовало ожидать, — устало вздохнул эльф, смирившись с потерей десяти килограммов мяса. — С такой-то наследственностью! — Затем взгляд его на миг остановился на пожеванной таки после моих экзерсисов простыне, и челюсть у Лерри откровенно отвисла: — КАК?! — выдохнул он. — КАК ТЕБЕ ЭТО УДАЛОСЬ?! На них же заклинание НЕСМИНАЕМОСТИ! Что бы ни случилось — ни одной складочки!

Так вот откуда «гусеница»!

— КАК ТЫ ЭТО СДЕЛАЛА?

Насколько я знаю, в подобных случаях лучше пожать плечами и покаянно склонить голову!

— Ладно, — махнул рукой монарх. — Я сказал Казиларгу, что просочившиеся слухи о твоем пленении — сплетни, но, боюсь, мне не поверили, так что немедленно уходи!

— Прямо так? — ехидно осведомилась ваша покорная слуга.

— Да! — рявкнул эльф, сгреб мои пожитки, торопливо сунул мне в машинально протянутые руки и непочтительно подтолкнул меня к раскрытому окну.

— Ты что? — уперлась я обеими ногами. — Я летать не умею!

«Особенно после обеда!» — подтвердил желудок.

В этот момент у подоконника появился мой новоиспеченный братишка, сидящий на серебристом пегасе. Узрев вашу покорную слугу в одном исподнем, эльфенок мучительно покраснел.

— Лерри! — все еще упираясь, пропыхтела я. — Прошли те времена, когда любовниц выставляли на балкон в чем мать родила! Даже обманутые жены против такой негуманной традиции, ибо, видно, сами тоже грешны!

Парень зыркнул на своего монарха, как прихожанка на попа-развратника, и жалобно выдохнул:

— Мэтр?

— А ты что? — обратилась я к малышу. — Следующий на очереди греть его постель?

Переварив услышанное, молодой нелюдь едва не выпал в осадок, приобретя окончательную помидорную кондицию.

— Не обращай внимания, — бросил ему более стойкий дядюшка. — Драконы все такие! Да одевайся же ты, мелочь бесстыжая! Не смущай ребенка!

Ребенка?! Это который под своим тотемным деревом целое бюро интимных услуг организовал?! И я еще бесстыжая?! Да почему?! Местный вариант белья являл собой бриджи с начесом да кружавчиками. Для удобства я убрала ажур и укоротила их до шортиков. Ну, ушастые моралисты, погодите!

— Значит, так, — перевел дух Лерри ванн Дерт, когда я оделась. — Сейчас ты садишься к Норри и едешь к Гвиневере, свою шоблу подбираешь на опушке леса. Племянничек с этого момента полноправный член твоей команды, ибо является гарантом моих интересов. Поняла?

— Так точно! — усмехнулась ваша покорная слуга. — Если меня будут спрашивать слабонервные впечатлительные блондины, передай, что я превратилась в бабочку и улетела!

— Что? — растерянно моргнул Лерри, возмущенно покосившись на разобранную постель, как на поруганную святыню.

Да, несчастный явно не ожидал, что в его отсутствие я буду принимать здесь кого-то еще! Ну да что ж я буду разрушать таким трудом заработанную семейную репутацию?

— Ну, я уже полетела! — во все тридцать два зуба осклабилась ваша покорная слуга и метнулась к висящим в изголовье ортам. — Только заберу кое-что в качестве моральной компенсации!

— За что? — снова опешил Лерри, наблюдая, как его фамильное оружие скрылось во вместительном пузе золотистой наволочки.

— За несостоявшуюся ночь любви! — ухмыльнулась я, на манер Деда Мороза перекидывая мешок за плечи и предусмотрительно отбегая подальше.

— ЧЕГО?! — дошло наконец до врага.

«Хозяйка, ты рискуешь! — опасливо екнуло левое полушарие. — Надеюсь, книга, ради которой ты все затеяла, того стоит!»

«Нет слов! — прошипело правое. — Одни матюки!»

— Да не расстраивайся ты так, — планомерно отступая за стол с лежащим на нем вожделенным фолиантом, проникновенно начала я. — В твоем-то возрасте с кем не бывает! Я никому не скажу!

— Убью! — не хуже оборотня взвыл опущенный в самом расцвете лет мужчина и смазанной тенью кинулся ко мне.

«А-а-а!» — хором заорало разномастное содружество органов моего организма, и тело, само себе удивляясь, ушло от захвата. Наверное, критические ситуации пробуждают скрытые резервы.

«Это какие? — ехидно фыркнуло левое полушарие. — Помирать от инфаркта?»

«Умеешь же ты за считаные секунды доводить людей и нелюдей до белого каления!!! Р-р-р!!!»

«Хозяйка, БЕРЕГИСЬ!» — заорал спинной мозг, вместе с мозжечком посылая меня на противоположный конец стола, подальше от дрожащего от ярости ванн Дерта.

Надеюсь, он его не перепрыгнет!

— Убью, дрянь! — прошипел король и, узрев наконец потрепанный том, в исступлении схватил его и швырнул в меня. — Умри, бесстыжее отродье!

Ни фига, дядя! Тяжелыми предметами в меня с пяти лет кидаются!

«Почему не с трех? С такими-то способностями?»

Ловко извернувшись, ваша покорная слуга поймала книжку и, отвесив полупоклон — спасибо, мол, — нырнула в окно. Пристроившись за спиной обалдевшего от увиденного братика, пришпорила пегаса.

— Тварь! — раздался позади рев раненого тигра. — Хитрая маленькая тварь!

— Не волнуйтесь! Я никому об этом не скажу!

А что? Мелкий участник естественного отбора должен уметь быстро бегать, мощно думать и грамотно находить защитников!

* * *

Гены пальцем не заткнешь!

Народная мудрость

К пункту назначения мы летели молча, каждый погруженный в собственные мысли. Норри, по всей видимости, скромно переваривал увиденное и переживал крушение светлого, чистого, безупречного образа учителя. А меня мучили скорбные мысли о том, что изменится после выяснения внешнего вида Михея эль Туцира и как скромная, слабая женщина, заточенная в замке, сможет мне помочь в таком тонком и деликатном деле, как торжественное уничтожение супостата. Еще больше интересовал вопрос, как сие смогу совершить я!

Что делать с малышом — тоже отдельная тема. Надеюсь, мне больше не скинут никаких братиков и сестричек, уж очень не хотелось бы чувствовать себя воспитателем детсада на выгуле.

«Что ты, хозяйка?! — прошипела левая половина мозга. — Если прикинуть удивительную вероятность, что все пострадавшие сбросят на тебя своих чад, то ты будешь уже не куратором бригады, а вождем нации! Пора отрабатывать определенные жесты и вступительную речь!»

Хм, а ведь нормальная перспектива! С такими родителями и никакой армии не надо!

Серебристый пегас пошел на вираж, и ваша покорная слуга узрела вольготно расположившуюся на лугу около воды знакомую до боли разношерстую компашку. Блин! Ну почему они Ладиину в камере не забыли?! А?

«Потому что нельзя, ля-ля-ля. Потому что нельзя, ля-ля-ля. Потому что нельзя быть на свете счастливой такой!» — пропело левое полушарие.

«Умолкни! — вздохнуло правое. — Ни слуха, ни голоса!»

Наше явление встретили весьма настороженно, а точнее во всеоружии: Кейси оскалившись и предупреждающе взъерошив на загривке шерсть, Вик — с катаной наперевес. И только леди Каракурт осталась безмятежно лежать на сочной траве. Не верят, что я — это я. Правильно, не стоит.

Не ожидавший такого приема спешившийся эльфенок слегка попятился. Ну-ну, а на что ты рассчитывал, малыш? Что Витька кинется ко мне с распростертыми объятиями и сразу признает сестричку? Ни фига! Авторитетно заявляю! Этот парень крайне недоверчив, что и приветствую! Вдруг я подменыш какой? Происк врагов?

— Что ОНА здесь делает?! — Резкий вопрос истинной княжны слегка разрядил обстановку.

Вик улыбнулся и кивнул:

— Ты не поверишь, следом увязалась!

— Не поверю, — кивнула ваша покорная слуга, — насколько я знаю, всучить тебе что-то вопреки твоему желанию равноценно получению Нобелевской премии в области экономики!

— Считай, эти ушастые драгдилеры ее уже отработали! — злобно буркнул лорд Венатор, из чего смею заключить, что баталия там разыгралась нешуточная.

Что ж, видно, в эльфийском штате тоже есть профессионалы своего дела, да еще с зубками почище братишкиных! Уважаю, Лерри!

— Я снова в команде! — гордо отрапортовала Ладиина, соизволив оторваться от земли и нахально предстать перед грозными очами «супруга».

— Ничего подобного!

— Но, леди! — вскрикнула она. — Неужели вы оставите меня, слабую и беззащитную, посреди злобного, темного леса, кишащего всякими тварями?!

— Да, негуманно как-то по отношению к лесу получается! — скромно подтвердил Вик.

— Именно это мы и собираемся сделать! — радостно призналось правое полушарие.

— Возьмите меня в команду! — неожиданно взвыла леди Каракурт и бухнулась мне в ноги.

Отвратительный прием! Ненавижу истерики! (Как наблюдать, так и самой закатывать.) Особенно такие, от которых вся живность шарахается! Как же ее отключить?

«Поленом по темечку! — услужливо посоветовала аналитическая половинка мозга. — И бежать, бежать куда глаза глядят. Пока ОНА не очухалась!»

— Стоп!

Мгновенно стихнувшая «женушка» посмотрела на меня, как провинившаяся собака на хозяина. Наверное, я потом пожалею. Простите меня, мои мозги.

— Хорошо. Я возьму тебя с собой, но учти одну вещь. Мы — команда, мы — в одной лодке и должны быть все вместе, один за всех и все за одного! Ясно? Поэтому если ты еще раз нас предашь, я вынуждена буду тебя убить. Не за то, что обижусь, хотя не факт, а хотя бы для того, чтобы обезопасить себя и других от подобного в будущем. Поняла?

— Да, — послушно кивнула она.

— Хорошо, тогда потом не сетуй, что тебя не предупреждали!

Девушка пристыженно понурила голову и тихонько отошла в сторонку. Надолго ли только такая покладистость и сладостная тишина? В этот момент из леса вынырнули Злыдень с Чернулей и радостно устремились в нашу сторону. Лед недоверия окончательно растаял. Меня признали метаморфы!

— Рад тебя видеть, сестренка! — душевно обнял Витька, оттесняя в сторону моего метаморфа.

Злыдень злобно шикнул и в отместку куснул его за ягодицу, Вик взвыл и душевно поведал моему Росинанту о его противоестественном появлении на свет, чем поверг благовоспитанного Норри ванн Дерта в шок. Смерив взглядом его малиновые уши, торчащие из-под копны золотистых волос, мой друг плотоядно ухмыльнулся и хитро поинтересовался, не желает ли блондинчик продолжить под ближайшим дубом так бессовестно прерванное его слугами занятие.

Молодой нелюдь возмущенно покраснел, набрал в легкие побольше воздуха для пламенной тирады, но кусты вдруг с треском раздвинулись, и на полянку высыпали трое невысоких типов в черно-белых балахонах. На смуглых вытянутых лицах красовались огромные тонкие носы с горбинкой. Большие раскосые черные глаза смотрели с интересом и хитринкой.

— О нет!.. — тихонько простонал Кейси. — Сарки! Только этого нам не хватало!

— А кто они такие? — шепотом спросил Вик.

— Дряни! — еле слышно, но решительно выдохнул Норри. — Эти твари поклоняются ведущему магу Харпунусу, в народе прозванному Хапугой, покровителю финансовых операций и махинаций, то есть торговцев, банкиров, жуликов, аферистов и, как ни странно, замужних женщин.

«И чего здесь необычного-то?» — удивилось левое полушарие.

«Заткнись! — прошипело правое. — Я хочу послушать!»

— Эта раса, — продолжил эльф, — крайне падкая на деньги и сплетни, отчего и занимает соответствующие должности. Хуже Драко на всю страну могут ославить только они!

— Итак, — сделал шаг вперед самый высокий и тощий, стараясь не обращать внимания на наше замешательство, — нам нужен Драконус нетрадиционной ориентации!

— Простите?

— Нам нужен тот садомазохист с извращенными, суицидальными наклонностями, который додумался пометить столбы Мортифора! — услужливо улыбнулся самый носатый. — Не подскажете, где его найти?

— К сожалению, ничем не можем вам помочь! — синхронно, на все тридцать два зуба улыбнулась наша команда, невинно хлопая ресницами.

— Какая милая природная осторожность! — картинно поаплодировал кругленький человечек, стоящий справа от тощего сарка. — Вот они, истинные Драконы!

— Господа, вы ошиблись! Мне очень жаль.

— Простите, леди! — улыбнулся мне самый высокий. — Простите нашу бестактность: лезть с расспросами, не представившись! Поверьте, это лишь от рассеянности, вызванной вашим сногсшибательным очарованием! Мы представители скромного фонда мирового тотализатора и всего-то хотели выяснить пару пунктиков.

— Пункт первый! — нашелся самый носатый, раскрывая блокнотик. — Правящий Дракон мужчина или женщина?

— Извините, но МЫ не знаем!

— Значит, она! — кивнул на меня самый высокий.

— Жаль! — вздохнул пухленький. — Можно было так развернуться!

— Да ты только посмотри на нее! — не выдержал самый носатый. — Какой простор для споров! От внешности до возможностей!

— Точно! — просиял пухлячок и мгновенно сориентировался: — Леди! Общественность интересуется, как вы расцениваете свои шансы против лорда Мортифора?

— Извините, но Я НЕ ДРАКО!

— Леди, — вздохнул самый высокий. — Но зачем же отпираться? Мы все равно уже знаем, что вы — это вы!

— Откуда?!

— Дайте интервью — ответим!

— Заплатите гонорар — дадим! — сверкнул глазами стоящий рядом Вик.

— Точно Драконы! — выдохнул самый носатый.

— Сколько? — измученно вздохнул самый высокий.

— Пятьдесят процентов от всей прибыли, вырученной за использование этой информации!

— Едрить урту ять! — выругался пухленький. — Это же разорительность! У вас совесть есть?!

— Какая совесть?! — отозвался носатик. — ЭТО ЖЕ ДРАКОНЫ!

— Зато теперь мы точно знаем, что они самые, — философски вздохнул высокий.

— А вы не боитесь дурной славы? — сверкнул глазами толстенький. Похоже, он у них заведует финансовой частью. — Ведь мы можем так опорочить…

— Кхм-кхм, — вежливо осадил его самый высокий. — Астормах, они же ДРАКОНЫ! Для них черная слава что для тебя дивиденды!

— И незачем делать им бесплатный пиар! — отрезал носатый.

— Хорошо, — вдруг поднял руку вверх самый высокий, прерывая спор спутников. — Время — деньги, мы согласны.

— Заключим контракт? — плотоядно ухмыльнулся наш бухгалтер, недобро сверкнув глазами.

Н-да, эльфы его здорово раздраконили, теперь он ничего не упустит! Второй раз за день себя сделать братишка не позволит.

— А может, потом? — заулыбались пришельцы.

— Э нет! — тоном питона Каа прошипел дипломированный специалист. — Сейчас-с!

— Что ж, давайте поговорим, — хитро прищурились сарки, еще не подозревая, что только что крупно попали на деньги.

Через час препирательств, ругани и криков господа наконец-таки опомнились и утрясли все пункты контракта, придя к хлипкому консенсусу.

— Это не ДРАКОН! — стонал пухлячок. — Это финансовый крокодил! Откуда вообще на свете такие бесстыжие твари берутся?!

— У своих родителей спроси! — не остался в долгу Вик.

— Теперь я понимаю, почему вас отстреливать надо! — не унимался толстячок.

Собственно, все переговоры преимущественно вели именно эти двое, оставив носатому и высокому роли разнимающих по углам, когда финансисты исчерпывали аргументы и сходились вплотную.

— Налоговую на вашу голову, паршивцы носатые!

— Стоп! — вдруг резко рявкнул высокий и, обернувшись к Вику, вежливо произнес: — Пожалуйста, без проклятий, уважаемый! Приступим к делу.

— Итак, — вздохнул носатый, снова доставая блокнотик, — общественность интересуется, как вы расцениваете свои шансы против лорда Мортифора.

— Честно говоря, затрудняюсь ответить.

— Значит, положительно, — тряхнул головой самый высокий. — Миру нужна сенсация, а не реальность.

Носатый покорно кивнул и поспешно записал сказанное.

— Для чего вы пометили столбы?

— Это случилось по ошибке. Я хотела предупредить лорда Лупуса Карнификуса, чтобы тот проваливал с моей территории, и не знала про закон.

— Все понятно! — улыбнулся корреспондент, орудуя карандашом. — Так и запишем: в эротических целях.

— Что-о-о?!! Я же сказала: по ошибке!

— Да-да, именно специально! — пробормотал тот, диктуя сам себе. — Вы уже встречались прежде с лордом Мортифором?

— Один раз, случайно.

— При каких обстоятельствах? — сверкнул глазами ушлый репортер.

— При неофициальных, — подсказал Вик, видя мое замешательство.

— О!!! — оживились сарки. — Это была ночь любви?

— Вообще-то день, — уточнил лорд Венатор. — И не с моей сестрой.

Кажется, Мортифор нас убьет!

— А подробнее? — загорелись главные сплетники Геи.

В моей голове зазвенел тревожный звоночек.

— Ну все детали мы не видели, — обворожительно улыбнулся Витька, — так как прибыли уже ближе к финалу, однако кое-что поведать можем.

Все! Конец! Теперь нас точно убьют! Медленно и жестоко! Из прострации меня вывел следующий вопрос:

— Как вы думаете, на столь неожиданный шаг вашу сестру толкнула внезапно вспыхнувшая любовь или природное любопытство?

— НЕ ТО И НЕ ДРУГОЕ!

— О-о-о!!! Холодный расчет! Жестоко! Ваши цели?

— Забрать обратно свои земли! — ответил за меня Вик. — И добавьте немного любопытства.

— ЧТО?! Убью!

— Так, значит, вы признаетесь, что таким оригинальным способом хотите уничтожить противника? — оживились прохвосты.

— Да я вас сейчас убью! Это ж надо так все перевирать!

— Э нет! — опомнились сарки. — Нас не надо! У нас жены, дети!

— Хотя в ознакомительных целях можно было бы и попробовать, но только без жертв! — осторожно поднял вверх палец пухлячок.

Его спутники одобрительно закивали.

— ЧЕГО?! — в унисон взревели мы с Виком.

— Поняли! — примирительно вскинул руки самый высокий. — Мы уже уходим! Ребята, за мной!

— С вами был Лихтеншант Хобса, с самыми правдивыми и достоверными сведениями! — пробормотал носатик, дописывая очередную пакость в блокнотике и поспешно исчезая в сиянии портала.

Бегите-бегите! Я до вас еще доберусь! Нельзя обижать маленьких!

«И больших тоже! — предусмотрительно добавило левое полушарие, напоминая про Мортифора. — Где могилку будем столбить, хозяйка?»

Подальше отсюда!

Но далеко уйти не удалось. Голодный мужчина-бухгалтер хуже налоговика-инквизитора! Шумно втянув ноздрями воздух, Вик с точностью до крошки разложил по компонентам содержимое «золотого мешочка», после чего объект моей внезапно вспыхнувшей клептомании мгновенно изъяли.

Однако стоило моим спутникам оперативненько разложить еду на самопальной скатерке, как кусты вновь затрещали и явили миру высокую, под два метра, тощую фигуру почтенного старца, пожаловавшего в компании двух более габаритных юношей. По поведению явно телохранители. Хм? А с чегой-то так я решила? Странно, но это я просто ЗНАЮ! Н-да, чудно.

— Нам нужна леди Сангиус Ангуис Торта Орис-Беллигеро Омаг Драко, правящая династия! — властно заявил дедушка.

Блин! Это что, лес или приемный кабинет?! И откуда они все знают наше секретное местонахождение?! Кто-то же вроде только что из темницы сбежал!

— Мы шахих не жнаем! — отмахнулся от них полуобглоданной костью лорд Венатор.

— Ижвините! — пропыхтела леди Каракурт, утрамбовывая в рот здоровенный шмат сала.

Пришелец слегка поморщился и повернулся ко мне. Серые глаза оценивающе прошлись по фигуре, одежде, задержались на сапогах, кистях, локтях, плечах, лбе, пристальное внимание было уделено даже деревцу, к которому я прислонилась.

— Итак, — улыбнулся седовласый мужчина. — Меня зовут Мелистей, пусть мое имя будет для вас, маленькая княжна, заверением самых мирных и дружелюбных намерений.

Ого! Это, кажется, еще один претендент на хозяина лесных животных! Друид.

— Здравствуйте.

— О! — улыбнулся старик. — Вот в чем Драконов не упрекнешь, так это в вежливости! Что бы ни случилось, всегда и везде!

— Ну это спорный вопрос! — скромно призналось правое полушарие. — Просто вам не выпадала оказия убедиться в обратном. Но чем могу служить и как вы меня нашли?

— Хо! — весело выдохнул собеседник, садясь в пустое пространство.

В ту же секунду из земли, словно змеи, выскочили древесные корни и сплелись в изящный стул. Круто! Я тоже так хочу!

— Магия леса! — мягко пояснил он. — Творит чудеса. Кроме меня, никто не способен вычислить, где вы.

О святая простота! Знал бы ты про сарков!

— Не стоит сбрасывать со счетов эльфов! — неожиданно холодно отозвался Норри, выходя из тени деревьев.

— О! — издевательски вскинул брови старец, и мне вдруг сразу стало неприятно его присутствие. — Молодой ванн Дерт! Официальный наследник эльфийского престола! В такой… хм… необычной компании! Что скажет ваш приемный отец, милорд?

ЧТО?! Дядюшка усыновил малыша?!

«Вляпались!» — констатировало левое полушарие.

Да, плоховато складываются обстоятельства!

«Не „плоховато“, а хреновато! — поправила аналитическая половинка мозга. — Нам еще политических игрищ не хватало! Одно дело сдать Лерри в случае неблагоприятного исхода нашей карательной экспедиции хладный труп бастарда дома Драконов, а другое — официального эльфийского наследника! Теперь кого-то придется беречь как зеницу ока! И попробуй только не уследи за ребенком!!!»

— …просвещаешься? — долетела до меня последняя фраза их нежной беседы.

— Вполне, — грубо отрезал молодой не-человек и не остался в долгу перед собеседником: — А что в такой… хм… необычной компании делает глава друидской общины? Особенно в преддверии выборов? И как отнесутся ваши коллеги к тому, что вы тайком встречались с отпрыском того, кто перепортил их дражайших и горячо любимых дочерей, загубил, так сказать, цвет нации?

— Если маленький дятлик не настучит, никто не узнает. Но, думаю, бедненькой птичке стоит знать, что в лесу любят летать совы, и стоит лишний раз подумать, прежде чем тревожить их покой!

Услышав это, малыш гневно поджал губы и полоснул обидчика бритвенным взглядом. Странно, я думала, с возрастом умнеют. Вот что стоило сказать друиду, что совет в курсе сей делегации, и не опускаться до грубых угроз? Нет, с каждой минутой он все меньше и меньше мне нравился.

Уловив перепад моего настроения, Мелистей обернулся ко мне.

— Извините, — с полупоклоном сказал он, — с возрастом старики становятся раздражительными и несдержанными.

— А я думала, мудрыми и уравновешенными, — хмуро отозвалась ваша покорная слуга.

В конце концов разбираться с совами, защищая братишку, придется, чую, не кому другому, как мне с Виком.

— О! — снова поклонился он. — Это прерогатива лишь Драконов!

— Кончай льстить! А то у нас от твоих сладких речей попа слипнется! — вдруг рявкнул Норри.

Этот тихий и безобидный мальчик! Н-да, похоже, напряженные у них взаимоотношения!

— Это так учат нынче дипломатии? — с притворным удивлением вздернул брови Мелистей. — Что скажет ваш дядюшка?

Молодой человек покраснел и, фыркнув, отвернулся, но не ушел, а встал рядом со мной и навострил уши. В прямом смысле этого слова! Никогда не видела, чтобы ушная раковина так удивительно отъезжала и настраивалась подобно спутниковой тарелке!

— Советую перейти к сути проблемы.

— Да, княжна, конечно. Вы не возражаете, если я буду вас так называть? Прекрасно, итак, у меня к вам небольшое деловое предложение. — Уши эльфенка вытянулись и оттопырились еще сильнее, но друид безмятежно продолжил: — Вам, наверное, уже известно, что эльфы выращивают и экспортируют оркам коноплю. По счастливой случайности, нашими молитвами, наверное, высшие силы послали вас на их поле, и вы ненароком его попортили. — При этих словах малыш просто задрожал от негодования, но старый интриган проигнорировал реакцию принца и закончил: — Так вот. Не были бы вы так любезны вытоптать и их резервное поле? Оно как раз здесь неподалеку, у меня и карта имеется!

— А что с этого получим мы? — осторожно уточнила левая половинка мозга.

— Что?! — взвился Норри и уставился на меня, как на предателя всего человечества. — Ни за что! Как вы можете даже предположить такое, княжна?! Вы же заключили…

— Молчи, малыш! — мгновенно заткнул ему рот подобравшийся сзади Вик. — Кажется, дело пахнет огромными деньгами!

Ну да! А что же еще способно оторвать экономиста от стола! Но заткнул лорд малыша вовремя! Еле пронесло.

— Иди-ка отдохни в уголочке! — С этими словами брат мягко оттолкнул в сторону поборника интересов эльфийской казны.

— Сто золотых, — не раздумывая протянул руку друид.

А ты скряга, дяденька! Одна конопля тянет на сто тысяч, а за сто золотых только небольшую ферму да породистую скотинку к ней можно купить! Правда, на кой она мне, полновластной княжне? Примерно то же самое высказал ему, но вслух, братишка. Парни-делегаты приуныли, но не сдались. Даже пригрозили погнать нас в сторону несчастного поля. На что Вик любезно послал их в кругосветное путешествие по интимным местам и предложил самим утюжить объект, когда же он назвал свою цену, то проложить маршрут по вышеупомянутым достопримечательностям не менее учтиво предложили уже нам.

Деньги, конечно, еще никому не помешали, но информация в этом мире ценится дороже. Собственно, думаю, мы все-таки можем себе позволить вытоптать коноплю, содрав по максимуму с друидов, а потом спокойно уладить дело с Лерри, ибо я даже знаю как! Спасибо другу-ботанику и спецкурсу по анализу и выявлению наркотиков! Остальные мысли я постаралась придержать, вдруг пришельцы телепаты?

— Мелистей, не поведаете ли мне в качестве жеста доброй воли, как вы относитесь к Михею эль Туциру?

— Мы стараемся держаться в стороне от человеческих склок, — спокойно и слегка высокомерно ответил политический лидер друидов.

— Но ведь это уже касается не только людей! — мягко напомнил Вик, поняв, куда я клоню.

— Леса и горы не трогают, мы и не волнуемся.

— Пока, — с нажимом закончил Вик.

— Чего вы хотите? — встрепенулся выборный правитель.

— В обмен на услугу мы просим лишь вассальной клятвы и полной в соответствии с ней военной поддержки! — добила я.

Надеюсь, у старика крепкое сердце.

— Но я не могу! — вскинулся он. — У нас демократия. Я не волен распоряжаться коллективной собственностью и имуществом!

— Подумай, — вздохнула ваша покорная слуга. — Завоевав все, Михей в любом случае вспомнит про вас и попытается подчинить, особенно если вы занимаетесь столь прибыльным и выгодным торговым бизнесом. В таком случае у вас будет большая проблема и хорошо если не столь огромные экономические санкции или налоги. Объединившись с нами, вы точно уничтожите такую проблему, плюс мы еще испортим бизнес вашим конкурентам, что значительно отяготит чью-то казну. Ну что здесь невыгодного? Что вашей коалиции или республике мешает отвлечься на небольшое время от вражды с Драконами и посмотреть на нас как на вольнонаемных высококвалифицированных рабочих да заключить контракт? А потом опять все пучком: презирайте мой род, ненавидьте, вставляйте палки в колеса! Если вы у них президент, то предлагаю протолкнуть сию идею на совете, если все получится, то вы еще и себе на выборах обеспечите большинство голосов, как наиболее прозорливый правитель. Так что решайте, но на все у вас три минуты!

— Один момент! — просиял загоревшийся правитель и исчез в портале.

— Свет, — потянул меня за рукав Вик.

— Одну минуту, нас могут подслушивать, ведь магия леса творит чудеса!

Друг понятливо кивнул и направился к жующим спутникам.

— Ты не можешь так поступить! — всхлипнул над ухом уже знакомый певучий голос. — Ты же слово дала! Драконы обязаны его держать! Где твоя честь?!

— Малыш, запомни: в любви и на войне все средства хороши!

— Отличные слова! — появился в портале сияющий Мелистей. — Вы изменили семейный девиз?

Если бы я еще помнила, каким он был!

«Сражаться везде, сражаться всегда, убить, раздавить, уничтожить врага! — услужливо подсказало правое полушарие. — Хозяйка, тебя же Артур им полчаса компостировал! Ты что, забыла?»

«Действительно, пора менять семейные ценности! — вздохнуло более прагматичное левое. — Неудивительно, что вотчины в упадке! Никакой хозяйственности и практичности!»

— Нет! Что вы! Как можно предавать фамильные догмы?!

«Правильно, хозяйка! — поддержала левая половинка. — Пусть враги смотрят на вас, как на глупых, благородных, самоотверженных психов! О смене приоритетов им знать вовсе не обязательно!»

— Это хорошо, — улыбнулся старик. — Традиции надо сохранять и оберегать!

— Что вы решили? — перебил друида мой брат.

Мелистей поморщился, но промолчал и, преклонив правое колено, торжественно, от лица всего своего народа, принес клятву. Превосходно! Контракт состоялся, мы обменялись инструкциями, магическими вестниками, посредством которых сможем вызвать друг друга на помощь, и пожеланиями удачи.

— Ой, минуту! — окликнула я дедушку, уже собирающегося нырнуть обратно в портал. — Скажите, пожалуйста, а таких милых зверюшек, как умдыри, вывели случайно не вы?

— Что вы! — улыбнулся Мелистей. — Если бы то была моя работа, разве бы я заключал сейчас с вами контракт о конопляном поле? Я бы просто послал их туда.

— Но тогда бы все подозрения пали на вас! — мягко заметила левая половина моего мозга.

— И почему вы не удивились, услышав, что они лабораторные животные? — вклинился Вик.

— Потому что ни один вид не появляется так быстро из ничего. Им нет аналогов в нашей фауне. Я и сам уже о подобном подумывал, но не придавал значения. Похвально, что молодежь тоже умеет делать кое-какие выводы!

— А почему не придавали значения? — уточнил лорд Венатор.

— Мало ли кто развлекается? — пожал плечами друид.

— У меня есть выгодное предложение для их хозяина, — улыбнулась ваша покорная слуга. — Не подскажете ли нам, кто это мог быть?

— К сожалению, ничем не могу помочь, — вздохнул собеседник, — но, думаю, искать надо молодых, ибо для таких опытов нужны юношеский задор, крепкая хватка и глубокий идеализм, чтобы полагаться на своих несовершенных созданий, которые в любую секунду могут тебя съесть, поранить, а еще проще предать.

Он не врал. Откуда знаю? Понятия не имею, но где-то внутри живет твердое ощущение его искренности. Может, это действие амулета? Надо будет уточнить у кого-нибудь о возможностях и свойствах Драконов.

— Благодарю за совет! — поклонилась я.

— И я вас, госпожа Драко, также! — улыбнулся друид и скрылся в портале.

Намек понят, голоса тебе обеспечены. Ну что ж, будем сотрудничать. Любой политический лидер старается, чтобы на чужих тронах сидели те, с кем ему легче договориться. Меня пока твоя власть тоже устраивает. Будем надеяться, и ты меня поддержишь. А там посмотрим.

— Итак, — тихонько спросил лорд Венатор, — каковы дальнейшие планы?

— Доедаем и идем топтать поле.

— Свет, — еле слышно шевельнул губами друг, полагаясь на мой слух. — Выгода выгодой, но как мы с Лерри ванн Дертом ситуацию разруливать будем?

Я огляделась. Обиженный Норри стоял на другом конце поляны и кидал в мою сторону злобные взгляды, недвусмысленно поигрывая при этом палочкой, то выщелкивая, то вновь пряча в нее тонкие иглы лезвий.

— Следи за ним, — так же тихо отозвалась я. Слух у брата тоже крайне чуткий. Да и в последнее время мы стали удивительно четко понимать друг друга без слов. Артур говорил, что рядом с себе подобными Драконы развиваются быстро, а родственники могут даже общаться телепатически. Мы и раньше-то были близки, а теперь амулет окончательно ускорил развитие, и с каждым днем связь крепнет и крепнет. — Малыш злится и может все испортить, а еще пытается подслушать.

— Я это знаю, как и то, что в порыве гнева он может даже прочитать наши мысли.

— Ты прав. Но этого никак нельзя допустить.

— Хорошо, буду начеку. Ну так как?

— Легко. У Лерри на клумбах цветет опийный мак, и бедняга жаловался, что никак не может избавиться от этого сорняка. Такой урон его цветам, представляешь?

— Еще как! — сладко прошипел братик, обнимая меня за талию. — Сестричка, я тебя люблю! Какую же правильную профессию ты выбрала!

С этими словами он поцеловал меня в щеку и отправился доедать плотный комбинированный обед-ужин-завтрак, пока наши спутники не слопали бесхозно оставленную еду с присущим им оптимизмом и активностью.

Норри бросил еще один уничижительный взгляд в мою сторону и присел у корней дерева, с искренней обидой и неприязнью косясь на жадно вгрызающихся в мясо и урчащих, как тигры, членов команды.

— Присоединяйся! — щедро махнул ему полуобглоданной костью подобревший от хороших вестей Вик.

— Нет уж, спасибо, — едко ответил паренек. — Я не голоден!

— Ну смотри, — философски присвистнул мой друг, — ибо когда еще такая возможность выдастся!

Вот теперь малыш действительно струхнул! Идеализм идеализмом, а здравый смысл так просто не заткнешь, особенно если тот сопряжен с желудком!

— КАК?! — опешил молодой подрастающий организм. — У нас совсем НЕТ ЗАПАСОВ ЕДЫ?

— Угу, — хмыкнул волк, предусмотрительно доедая еще и кость. — Мы их пошеряли!

— Где-то в поле с коноплей! — страдальчески вздохнула Ладиина.

— Да, даже если и пополним запасы в ближайшей деревне, — продолжил лорд Венатор, — еще неизвестно, когда такая радость выдастся, с нашим-то плотным графиком и почти стопроцентной востребованностью!

Последняя угроза окончательно добила формирующегося мужчину. Похоже, когда вербуют в герои, то забывают упомянуть о перспективе голодной смерти. Неудивительно, что многие потом почти с голыми руками кидаются на драконов в страстном желании поскорее удавить огромную мясную тушу и зажарить на костре! Подвиг тут порой ни при чем! Почему так уверенно заявляю? Да уже как-то обдумывала сию перспективу натощак!

«Каннибалка!» — презрительно фыркнуло правое полушарие.

«Э нет! — прошипел желудок. — В еде, как и на войне, все средства хороши!»

Мальчик себя, а точнее собственную гордыню, пересилил! Если так, конечно, можно охарактеризовать стремительно исчезающую порцию и потрескивающие при этом уши в такт интенсивным движениям челюстей! Надо сказать, внутренняя борьба шла недолго, видно, у Норри тоже лидирующие позиции занимает левое полушарие.

«Будем надеяться!» — предусмотрительно отозвалось мое собственное.

Минут через пятнадцать парень попивал травяной отвар уже довольно изящно и церемонно, словно не на гнилой кочке в лесу, а на королевском приеме.

Итак, это мой еще один новоиспеченный братишка! Но уже сводный. Я с интересом вгляделась в молодого нелюдя, ища уловимое сходство со мной. Но нет, ясные лазурные глаза, золотистые вьющиеся волосы, тонкий орлиный нос, вытянутое, с заостренным подбородком лицо. Красивые черты, но, к сожалению, ничего общего.

«Ну почему же? — выдохнуло правое полушарие. — А разрез глаз? У тебя они тоже большие!»

«Так это хозяйке от мамы досталось!» — напомнило левое.

«А кисти? — не унималась правая половинка. — Смотри, какие изящные! Прямо как у тебя!»

«Нет, — не согласилась логическая сторона, — форма другая, у Светы даже со скидкой на рост пальцы чуть толще и короче».

«Ты еще посетуй, что в пробирки не лезут! Мыть мешают!» — обиженно фыркнула сиамская сестричка.

«А химику длинные фаланги и не нужны! — отозвались с другой стороны. — Ему надобен мозг! Дабы воспользоваться тонким ершиком и не совать разные конечности, которые, кстати, пролазят, во всякую дрянь!»

— Леди? — поперхнулся молодой нелюдь, столкнувшись с моим заинтересованным, изучающим взглядом. И при этом тут же поднялся.

«Метр восемьдесят пять! — услужливо выдало левое полушарие. — В кого ж ты, хозяйка, так подкачала?»

А подошедший парень тихо, но грубо прошипел:

— Госпожа Драко, я, конечно, делал вам когда-то по глупости довольно непристойное предложение, но в свете произошедших событий…

— Встань в очередь! — похлопал эльфа по плечу подошедший Вик.

— Что? — растерянно сбился несчастный.

— Если ты с непристойными предложениями, то встань в очередь! — услужливо пояснил мой брат. — У нас тут уже два хвоста образовалось: один с законным матримониальным предложением, — он ехидно покосился на Кейси, — а другой просто так. Тебе какой больше нравится?

— Но я ее брат! — резко возразил Норри, забывая о конфликте. — И к…

— И что? — перебив его, ехидно осведомился Вик. — Я тоже ее брат, но, как видишь, льготами не козыряю!

«Что-то не в ту степь нас понесло!» — озаботилось левое полушарие.

«А я говорила, что он неспроста всех ее кавалеров убирает!» — встрепенулась правая половинка.

«Да молчи, женщина! Он просто так подавляет назревающий конфликт!»

«Ну-ну, аналитик! Дружба между парнем и девушкой чаше всего незаметно перерастает в беременность! И это говорю не я, а народная мудрость!»

«Тоже мне авторитет!»

«Не скажи! — огрызнулась правая половина. — В конце концов, именно предкам мы обязаны тем, что они на личном опыте проверили, какие грибы ядовиты, а какие нет!»

«Да признай наконец, параноик ты наш, что они любят друг друга как брат с сестрой! И Вик просто ревнует, как ревновал бы отец… если бы знал».

«Ну-ну, — скептически проворчало правое полушарие, — мы представляем же лишь каждого четвертого!»

«А что зря нервировать родителей? — парировало левое. — Эти клетки не восстанавливаются!»

Тем временем один мой дражайший братик довел второго уже едва ли не до припадка. Кажется, стадию гнева и разбора моих полетов все-таки благополучно прошли, теперь наступала пора истерики. Вот у кого надо учиться доводить людей до белого каления!

— Да поймите же вы! — жалобно увещевал сводный, едва не плача. — Она, конечно, очень даже ничего, но я не могу! Нет! В смысле могу! Но не в том смысле! Во-первых, она моя родственница, во-вторых, дядю обокрала и предала! Оргию в его спальне закатила! А теперь еще и с конкурентами контракт заключила! Да, раньше я был не прочь, но теперь — ни за что! Если бы только инцест — нисколько бы не сомневался! Но тут же предательство собственных моральных принципов! Нехорошо!

— Кхм-кхм?

Оба мгновенно обернулись к постыдно игнорируемому предмету разговора, только если эльф гневно сверкнул очами, то Виктор невинно захлопал ресницами.

«Ха! Хозяйка! Да он, похоже, тебя ревнует!»

— Выживаешь конкурента из своей экологической ниши? — нежно прошипела я Витьке. — Боишься, что теперь вся сестринская любовь достанется другому?

Друг лишь хитро улыбнулся и скромно потупил глазки, карикатурно зашаркав ножкой по траве. Еще один Отелло, блин! Могут со Злыднем уже профсоюз создавать! Как можно было такое подумать?!

«Мы порой ревнуем родных, — спокойно заметило левое полушарие. — Мать ревнует сына к невестке, отец дочь — к будущему зятю, сестры и братья — к шуринам и деверям. Так устроено человеческое сознание. Привыкай, хозяйка!»

— Леди! — резко обернулся ко мне Норри. — Мне ваша любовь не нужна! Можете ее сами знаете куда себе засунуть! Я умру, но не буду с вами спать!

— Стоп! — протестуя, вскинула я руку. — Никто не собирается тебя совращать.

«Ну разве что Ладиина! — предусмотрительно оговорило левое полушарие. — Вон как смотрит! Чуть ли не облизывается!»

— Так что спи спокойно, братишка!

«До поры до времени!»

В эту секунду кусты, словно занавес семейной сцены, с треском раздвинулись, и на поляну вывалилась ватага деревенских мужиков с вилами, лопатами, кирками и прочей сельхозутварью наперевес.

— Вот ОН! — радостно встрепенулись мордовороты при виде Норри.

— Держи паскуду! — скомандовал голенастый крепыш.

— Стойте, доблестные мужи! — протестуя, вскинула я руки. — Здесь какая-то ошибка!

— Да никакой, госпожа! — сплюнул крепыш. — Каждый знает, что у пограничных с лесом деревень три беды: волки, зайцы и эта белобрысая дрянь! Вторые сутки из-за этой скотины лес прочесываем!

— Ну теперь-то не уйдет! — крикнул кто-то из-за его спины.

— Уж мы ему яйца отрежем! — подтвердил кто-то слева.

— А за что? — невинно округлила глаза ваша покорная слуга, уже с первых нот предчувствуя ответ.

— Да всех девок в деревне перепортил, гад! — сплюнул плотно сбитый предводитель. Вот ведь драконья наследственность!

— Так уж всех?! — возмутился Вик, но по ехидному блеску в его глазах смею предположить, что теперь у ничего не подозревающих мужиков появилась еще одна проблема — брюнетистая. Брат мой конкуренции не терпит и, похоже, вредную семейную традицию решил курировать лично!

— Вот те крест! — огрызнулся вожак.

— А большая деревня-то? — уточнил Вик, уже как непосредственно заинтересованное лицо.

— Дворов этак сто пятьдесят, — почесал в затылке староста.

— А девок сколько? — продолжил допрос мой брат.

— Да уже ни одной! — взревел кто-то сбоку.

— Да неужели?! — разочарованно выдохнул Вик.

— Да вот те крест! — рявкнул крепыш. — С пятнадцати и далее! Даже старыми девами не побрезговал, жеребец ушастый! Так что, господин, держи своих девок подальше от этого поганца!

— Да они сами кого угодно!.. — не выдержал Норри.

Мы с Виком тут же синхронно наступили ему на обе ноги.

— Вы не понимаете! — попыталась я спасти ситуацию. — Наш парень не по этому делу! Он больше мальчиками интересуется!

— Что?! — взвыли мужики в унисон с эльфом. — Эта дрянь едритова еще и на наших пацанов позарилась?!

— Убить гада!!!

Дипломатические переговоры закончились. Недолго думая мы с братом подхватили эльфенка под белы рученьки и кинулись к метаморфам.

— Ну что, малыш? — прошипел обомлевшему донжуану лорд Венатор. — К конопляному полю сам поведешь, или нам с сестрой еще в карту смотреть?

* * *

Мы видим тяжелую и потную борьбу молодых и не очень молодых людей.

В. Уткин

Что сказать? В этот раз нам повезло меньше. Протоптав на объекте вместе с сельчанами приличную схему Пекина, мужики наконец плюнули и подожгли поле на фиг. А что им? Конопля-то все равно не их, не жалко. Жарким летним днем травка горела быстро и споро, пришлось улетать прямо с середины. Вслед нам, словно дамский платочек, вился на прощание характерный дымок, обволакивая мир стойким дурманом. Ох и выдастся в соседних деревнях веселая ночка! Угорят все! Но сие уже их проблемы.

А мы молодцы! Контракт выполнен!

Вот только на малыша жалко смотреть. Весь сжавшись, он сидел на Чернуле перед седлом и едва не плакал, провожая взглядом погорелую финансовую надежду.

— Не боись, детеныш, зола удобрит землю, и в следующем году на этом поле такой урожай вырастет — закачаешься! — решила я подбодрить его.

— Отстань! — огрызнулся он и добавил что-то эльфийское навороченное. Явно не комплимент.

Что ж, видно, больше всего ребенка грызло не то, что он не смог нас остановить, а факт личного участия в погроме казны собственного государства, отягощенный вдобавок ко всему титулом наследника. Но, увы, когда за тобой гонятся тридцать здоровых мужиков с самыми кровожадными намерениями, ноги, что бы ни кричали честь, достоинство и гордость, все равно бегут.

Не понимает, несчастный, что мы и так нашли поле. Этакий гигантский, поросший буйной растительностью с характерным запахом квадрат на опушке леса грех не заметить! Не понимает, что он ни в чем не виноват. Не уяснил еще главного принципа политики. Маленький идеалист. Вот и сейчас, вместо того чтобы проанализировать ситуацию и извлечь положительный урок, ребенок смотрит на меня уничижительным взглядом, кусая губы в кровь, связанный по рукам и ногам данной клятвой.

— Сколько ты под своим тотемным деревом обычно набираешь? — вдруг примирительно спросил Вик, тоже пытаясь отвлечь бедолагу от тяжких дум.

Нам еще его суицида на почве раскаяния не хватало! Мчащаяся по воздуху на пегасе Норри Ладиина тоже притормозила и прислушалась.

— Ну… — замялся эльфенок. Вика, в отличие от меня, он в штыки не воспринимал. — Однажды получилось тридцать человек. А что?

— Понятно! — ухмыльнулась я. — Спрос превышает предложение!

— Ну почему же?! — возмутился парень, на миг даже забыв про враждебное отношение к вашей покорной слуге. — Предложение как раз-то было удовлетворено! — Но при этом казанова так скривился, что, сдается мне, эти тридцать настырных девиц до сих пор ему в кошмарах снятся.

Хотя что сказать? Силен братишка! Интересно, это какая кровь ему такие нечеловеческие возможности обеспечила, эльфийская или драконья?

— Может, и мне дерево посадить? — сладко потянулся Вик, прикидывая открывающиеся перспективы.

— Ты лучше дом построй! — мгновенно проанализировала ситуацию моя левая половинка мозга и выдала оптимальное для данных условий решение: — Публичный!

Оба парня, услышав последнее предложение, откровенно просияли и восхищенно посмотрели на меня. Затем один вспомнил про вражду и снова надулся.

— Драконы! — почти с отвращением прошипела леди Каракурт, пришпоривая коня.

«Никаких моральных угрызений! — охотно подтвердила правая половинка. — Вы хоть знаете такое страшное понятие „совесть“?»

«Брось! — поморщилась левая. — Ты лучше прикинь, что будет с ванн Дертом, когда Света вернет ему племянничка по окончании тесного общения с Виком!»

«Угу, — хмыкнула сестрица, — на эльфийской территории взорвется секс-бомба замедленного действия, эпицентром станет дворец правителя!»

Он и раньше-то скромностью и праведностью особо не страдал, только масштабы были поменьше! Может, его Лерри специально нам всучил, чтобы парень проникся духом Дракона? Как говорится, в родной питательной среде бактерии развиваются быстрее.

«Зачем? — не поняло правое полушарие. — Он ведь не хочет испортить ребенка!»

«Нет, — вздохнуло левое. — Все для того, чтобы нас в совершенстве изучить и впоследствии убить! Чем лучше знаешь врага, тем реальнее эта возможность. Дракона понять может только дракон!»

«А может, он действительно просто отстаивает в походе интересы государства? А?»

«Скорее всего, и то и другое».

«А если у Норри дрогнет рука? Ведь все-таки родная половинка, единственная, что может понять, утешить, успокоить».

«Это после поля-то?! Никогда!»

Вечер в этот раз наступил почти незаметно, поэтому пришлось срочно спускаться на чье-то ухоженное пшеничное поле. Ох и не повезло оному! До замка Гвиневеры было еще далеко, поэтому решили разбить лагерь прямо на поле, не рискуя тащиться в деревню. Благо погодка как парное молоко, да и колосья высотой в человеческий рост! А ведь это метр семьдесят где-то! Что у них тут за удобрения? Или это последствия магии?

Что могу сказать? Ночевали мы стандартно. Точнее, ближе к полуночи я проснулась от странной возни. В двадцати шагах от нас с Виком среди высоких колосьев пшеницы происходила борьба… не на жизнь, а на смерть или, скорее всего, снова на кое-что другое. Взлохмаченная, пыхтящая и сосредоточенная леди Каракурт на этот раз довольно спокойно и методично распинала на земле уже почти раздетого Норри. Оседланный парень вырывался и отчаянно сопротивлялся, отчего в руках потенциальной насильницы оставались внушительные клочья одежды.

Вампир против эльфа! (Если учесть их половинные крови.) Вот всегда мечтала посмотреть кто кого! Пока результат не в пользу ушастого.

Что самое интересное, и Вик в свое время, и этот теперь, не кричали, пытаясь справиться собственными силами. Ох уж эта мужская гордость! Узрев меня, зависшую сверху философской Фемидой, Норри одарил вашу покорную слугу ненавидящим взглядом и забился еще отчаяннее! Уж не решил ли он, что я соизволила к ним присоединиться?

Леди Каракурт в девичестве, а ныне Драко, за спиной «супруга» не заметила, но так же, как и я, почувствовала лопнувшую надежду в душе парня, очевидно просчитавшего, что с двумя ему не справиться. И битва была проиграна. Никогда, никогда, малыш, не сомневайся в собственных силах, как только сдашься — конец. Ты еще можешь бороться, сопротивляться, но исход предрешен. Враг почувствует отчаяние и станет сильнее, вот и сейчас, довольно хрюкнув, супостатка мощным рывком прижала жертву к земле и потянулась к пряжке ремня.

— Изменяешь, дражайшая супруга?

От неожиданности победительница аж подпрыгнула. Хм, даже я испугалась собственного голоса. Не по-человечески вышло, как-то низко и с шипящими интонациями.

— Ты! Ты!! Ты!!! — задыхаясь, выкрикнула неудавшаяся прелюбодейка и, подскочив с жертвы, кинулась прочь.

Ничего, найдется. Надо будет провести потом с ней разъяснительную беседу о психологии и поведении драконов. Я еще раз посмотрела сверху вниз на глядящего зверенышем братика, прикидывая степень потрясения юного идеалистического мозга, и присела, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. Как ни странно, оставшись со мной наедине, он отнюдь не расслабился, а, наоборот, еще напряженнее застыл. Анализ совсем не давался, потому разум не нашел ничего лучше, как спросить в лоб:

— Как ты?

— Прекрасно! — ядовито огрызнулся Норри.

— Так, может, обратно позвать? — не выдержала я.

Но парень уже взял себя в руки и при данной угрозе лишь злобно зыркнул да снова что-то пробормотал на непонятном певучем языке.

«Порядок, — вздохнуло правое полушарие. — Раз ругается, значит, жить будет!»

— Добро пожаловать в семью, малыш! — обрадовала я ребенка и, поднявшись, протянула ему руку. — Идем.

— Зачем? — ядовито фыркнул эльф. — Можно и здесь, раз уж место утрамбовали!

— Чего?

— Да брось! — поморщился он, откидываясь на землю и хватаясь за многострадальную пряжку ремня. — Думаешь, не знаю, для чего ты меня освободила? Считала, из благодарности кинусь в твою постель? Не кинусь! Но отдамся, потому что больше нет сил сопротивляться, ибо уж лучше ты, маленькая дрянь, чем она! Ну не стой же столбом! Иди, празднуй победу! Давай! — прошипел он, расстегивая штаны. — Я буду послушным!

— Идиот! — В сердцах я пнула его в бок, развернулась и пошла прочь.

Наверное, пинок получился слишком сильным, потому что эльф непроизвольно охнул и затаил дыхание, но ничего, ему полезно. Придет в себя, полежит, подумает о жизни. А я еще беспокоилась за него, дура! Это ж надо так плюнуть в душу! У-у! Как я зла! Как вообще можно подумать такое?! Нет, этот мир явно сошел с ума!

Лады в лагере не было. Ничего, пусть прогуляется, ей тоже полезно. Виктор сонно шарил рукой по плащу, пытаясь выяснить, куда же делась полутораметровая грелка.

— Я здесь, — тихо прошипела я, укладываясь рядом.

— Малышка! — не открывая глаз, просиял брат, обнимая меня и укрывая плащом.

— С девушкой своей не перепутай!

— Как можно, милая? Как можно?! — возмущенно прошептал он, зарываясь лицом в мои волосы.

Пришел Кейси и улегся в ногах. Вот уж серый кардинал! Не видно и не слышно! И куда это он ходит по ночам? Ладно, потом выясню.

Но спалось отчего-то плохо. Хотя что гадать? Наверное, сказывалась обида. Бросало то в жар, то в холод, то в странное небытие, когда тело не двигается, но мозг ощущает, что бодрствует. Всю просто трясло. И где же тебя носит, Морфей?! Негодяй ты этакий! Чтоб тебя! Очевидно, древнее божество услышало мои гневные отповеди, но распахнуть объятия не отважилось, решив, что проще просительницу веско приложить чем-нибудь по затылку. По крайней мере, именно такие ощущения были первыми, когда проснулась.

Надо мной озабоченно склонилась Ладиина.

— Госпожа Драко! — взволнованно прошептала она. — Норри ванн Дерта нигде не видно!

— Ничего! Пусть погуляет! Он мальчик уже взрослый, не заблудится! И тебе подумать о своем поведении полезно!

«Благоверная» злобно фыркнула и пошла стелиться в стороне. И снова сон не шел! Блин! Да что же за напасть такая?! Морфей, зараза ты этакая! Ко мне, кому говорю! Но тот, видно, решил не наступать второй раз на одни и те же грабли.

Рядом заворочался встревоженный чем-то Вик. Рука его снова легла мне на талию, и душу охватило странное спокойствие. А потом вновь навалилось необъяснимое забытье. Одна часть мозга непонятным образом бодрствовала, другая утверждала, что это лишь сон. Чудное ощущение между забвением и явью. Казалось, что я мужчина, попал в какую-то деревню, шляюсь по пустым улочкам, наталкиваюсь на довольно симпатичную незнакомку. На душе хреново. Та тянет на сеновал. Иду…

Потом еще откуда-то три девицы… Что-то шепчут… раздеваются… Я не возражаю. Н-да! И это приличные женские сны?!

Сознание вернулось к месту ночлега. Сидит и смотрит на меня со стороны, зараза! Слейся со мной и дай уснуть!

«Ни хрена!» — ухмыляется то. Неужели у меня такая ехидная хитрая улыбка?

Трясет и бросает в жар, сердце колотится как от физических нагрузок. Непорядок! Тело же отдыхает! Пульс должен быть в норме!

Снова сеновал… На улице какая-то ругань и крики… Распахивается деревянная дверь… Мужики с вилами… Провал…

Но стоило ощутить долгожданный покой, как меня стали настойчиво трясти за плечо.

— Леди Драко, проснитесь! Проснитесь!

— Чего еще?

— Норри в деревне схватили, хотят повесить! — Озабоченный женский голос явно принадлежал Ладиине.

— Прекрасно! Одной проблемой меньше! — проворчала ваша покорная слуга и перевернулась на другой бок.

И так чувствую себя нянькой на прогулке детсада! Права была когда-то подруга, сказав: «Если Господь хочет тебя за что-то наказать, Он делает педагогом или воспитателем!»

Но просто так уснуть не удалось.

«Хозяйка! — озабоченно заскреблось левое полушарие. — Думаешь, Лерри ванн Дерт простит нам, если ты не укараулишь его племянника?»

«Где могилку столбить будем?» — услужливо осведомилось правое.

Заткнитесь, зануды! Голова и так трещит и раскалывается словно с похмелья!

Рядом застонал Вик. Похоже, не одной мне хреново! Но с ним-то что такое? Вроде же спал как сурок!

— Госпожа! — раздался над ухом озабоченный голос Кейси. — Может, все-таки спасете своего сводного брата? Судя по звукам, там уже натягивают веревку!

Конечно, спасу! Куда я денусь?! Вот только надо подумать как!

«А размышлять-то некогда! — услужливо пропело правое полушарие. — Действуй, хозяйка!»

С левой стороны скептически хмыкнули.

Ладиина, свеженькая и бодренькая, словно это не она ночью распинала на земле бедного ребенка, суетилась с сумками, рассовывая их по седлам. Злыдень вдумчиво смотрел на меня змеиными желтыми глазами. А что, если снова изобразить Дитя Смерти? Тем более что я теперь, не выспавшаяся и злая, выгляжу на все сто!

Решив с командой придерживаться именно этой идеи, мы выделили Ладиине пегаса Норри и попросили ждать на окраине поля, а сами сели по коням, если так можно охарактеризовать очередной шедевр Злыдня, и тяжелым галопом понеслись в сторону ничего не подозревающей деревни.

Народ гулял и гудел так, словно ожидалось не рядовое повешение, а большой национальный праздник. Невозмутимый эльфенок со связанными руками и накинутой на шею петлей гордо стоял на хлипком трехногом табурете и каким-то непостижимым образом умудрялся удачно на нем балансировать! Все-таки неспроста в этом мире ходят слухи об уникальной способности лесного народа держать идеальное равновесие!

Собственно, народ так увлекся зрелищем, что даже не заметил нашего торжественного появления. Они уже бились об заклад, что будет дальше, и собрались каждые десять минут отрывать у табурета по ножке, когда упитанный, румяненький мужичок, явно староста по замашкам, обернулся и побледнел. В ту же секунду над толпой повисла гробовая тишина.

Да-да! Я уже заметила, что воображению Злыдня только чудовищ для голливудских ужастиков создавать! А если учесть, что к симбиозу «Чужого» и еще какой-то страшной саблезубой скелетообразной твари под седлом не менее угрюмого существа в глубоком капюшоне сознание среднестатистического средневекового жителя просто не готово, то те буквально прилипли к земле, глядя на нас, как кролики на удава!

«Молчание ягнят! — ехидно хмыкнуло левое полушарие. — Эх, жаль, хозяйка, мы у забора еще косу не прихватили! Для драматического эффекта!»

Осознав свой звездный час, Злыдень с гордо поднятой мордой направился через толпу к виселице. Народ молча поспешно расступался, избегая прямых взглядов на меня. Насколько известно, в таких случаях молчание действует лучше всего. За мной, вооружившись и разыгрывая роль телохранителя-любовника, ехал Вик. Кейси, беззвучно ощерившись, шествовал рядом. Но самоубийц, чтобы на нас напасть, не было. Что ни говори, спектакль удался!

Остановившись напротив Норри и долго, внимательно на него посмотрев, я наконец обернулась к старосте, не торопясь со словами.

— Г-г-госпожа, — проблеял он, уставившись в глубь моего капюшона, но, не услышав ничего в ответ, заикаясь, продолжил: — А-а м-мы т-тут п-проходим-мца в-вешаем! О-он з-за э-эт-ту н-ночь п-пят-терых д-девиц н-на с-сеновале п-попортил! Е-ел-ли п-пойма-л-ли! С-с-су-су-щая б-бе-бе-стия!

— Мне он нужен, — твердо и на удивление низко получилось у меня.

— Бе-бе-р-рите н-на з-з-д-до-р-ровье! — испуганно махнул рукой тот.

В тот же момент Злыдень молниеносно скакнул на эшафот, легонько толкнув эльфа боком. Тот потерял равновесие и стал заваливаться вперед. Не теряя времени, ваша покорная слуга, приподнявшись в стременах, перерезала веревку на шее, и мальчишка автоматически перекинулся через луку седла. В ту же секунду Злыдень метнулся назад, встал, прощаясь, на дыбы и снялся в галоп.

У поля к нам присоединилась Ладиина на пегасе, но тормозить и усаживать болтающегося как вьючный мешок эльфенка мы не спешили. Пусть подумает над своим поведением!

«Да уж, хозяйка! — вздохнуло левое полушарие. — Лучше уж детским садом заведовать, по крайней мере, там карапузы, когда расстроятся, по бабам не ходят!»

Но беспокоило меня сейчас другое. Выходит, всю ночь я видела события глазами Норри!

«Хорошо еще, что похождений Виктора не наблюдаешь! — заметило левое полушарие. — Он у нас тоже мужчина взрослый, здоровый, в самом расцвете лет и возможностей!»

Да и Норри, собственно, не дилетант! Я еще раз взглянула на висящего мешком картошки парня и непроизвольно шлепнула его по пятой точке. Совсем распоясался! И так жизнь не сахар, тут еще он нервничать заставляет!

Юный ванн Дерт, насколько смог, поднял голову и сверкнул злющими синими глазищами.

— И не надейся! — буркнула я. — Это не приставание, а воспитательный процесс! Умри ты, негодник, и твой дядюшка с нас бы шкуру живьем снял за то, что недосмотрели! Отныне обо всех своих похождениях докладываешь мне! Погулять — схему маршрута, в кустики — точные координаты, купаться — глубину водоема, погодные условия и температуру воды, с дамами отдохнуть — место, число участников, их паспорта и справки из кожвендиспансера!

— Может, еще и тебя с собой брать? — огрызнулся малыш.

— В качестве участника или стороннего наблюдателя? — оживился поравнявшийся с нами Вик.

Детеныш невольно задумался и, опомнившись, мучительно покраснел. Хотя ему и так в таком положении кровь к голове прилила.

— Свет? — вздохнул лорд Венатор. — Ну что за концлагерь «Земляничка»?!

— Пусть учится играть по взрослым правилам и видеть последствия своих поступков! Как-никак будущий политик! Ситуация и так не сахар, а нам еще с ним нянчиться не хватало!

Злыдень ускорился, но Виктор не отставал. Блин! После того как они стали с Чернулей общаться телепатически, мой друг вообще забыл про такой диагноз, как вестибулопатия! Последней радости в жизни лишили, прохвосты! Шучу, конечно, но порой все же всерьез жалею.

Вдруг перекинутый через седло эльфенок не выдержал и прохрипел:

— Стой! Развяжи мне руки.

— Зачем? И так прекрасно едем! — огрызнулась правая половина мозга, отвечающая за злопамятность.

— Я построю портал до замка Гвиневеры, — скромно пояснил он. — Я маг двенадцатой степени. Наверное, от дяди передалось.

«Ого! — обрадовалось левое полушарие. — Полезное приобретение! Хоть какая-то моральная компенсация!»

— Еще один маг в команде нам не помешает! — одобрительно кивнул Вик, останавливаясь.

— Да? — растерянно выдохнул ссаженный на землю малыш. — А кто другой? — И при этом подозрительно покосился на меня.

Нет уж! Дудки!

— Знакомьтесь, — указала я на Кейси. — Лорд Кейсариус Каптулус, временно недееспособный!

— Но вы же умерли! — ошарашенно воскликнул Норри, впервые услышав полное имя нашего волка. — Вас убил лорд Мортифор Лупус Карнификус!!!

— Что?! — опешили мы.

Часть третья

ЗНАКОМСТВО С ЗАКАЗОМ

— Хм, дорогуша, у вас странные линии судьбы на руке! Вас заколют, освежуют, засолят и съедят, а вашу шкуру выскоблят, высушат, выделают и покрасят!

— Извините, а можно сначала снять кожаные перчатки?

Итак, мы уже битый час торчали под воротами огромного, стремящегося вверх в лучших традициях готики замка. Мрачная твердыня, надо сказать. Норри открыл портал, но стражник заявил, что королева изволит наслаждаться ежедневными водными процедурами и гостей до их окончания никогда не принимает. Велели ждать. Облом. Четверть страны пропахать, чтобы так ворота чмокнуть!

— Мы ехали, ехали — и наконец доехали! — подражая Чебурашке, фыркнул Вик, садясь на траву.

Кейси за это время сумел покаяться пять раз. Насчет Казиларга он нас обманул. Парня никто не заколдовывал, кроме его самого. Вражда лорда Каптулуса и Мортифора Лупуса Карнификуса длится с самого детства. Однако все это время стычки были незначительными, пока три года назад Кейсариус не решился нанести решающий удар. Но оборотень оказался сильнее, и Кейсариусу пришлось спасаться бегством. Черный принц до сих пор в страшной ярости и не упустит момента его убить. К сожалению, магия короля оборотней настолько сильна, что он не может вычислить нашего компаньона лишь в облике волка.

Если Кейси хоть на миг станет человеком — Мортифор тут же к нему телепортируется и прикончит. Н-да, жуткая история! Хорошо еще, что я не дала нашему пушистому трансформеру клятву прикончить Морти, теперь расхлебывала бы! Хотя мне в любом случае надо как-нибудь угробить младшего Лупуса, если сама хочу остаться живой. Однако опять же, как выжить, выйдя на битву против лучшего боевого мага нового времени?! Какой-то порочный круг получается! М-да! Блестящие перспективы!

Итак, что еще мы имеем? С каждым мгновением складывающаяся ситуация все больше подходит под описание: пойди туда, не знаю куда, убей того, не знаю кого! Для того чтобы выяснить описание объекта, пришлось проехать полстраны, а ведь Туцир, наверное, за это время еще дальше продвинулся! А я в придачу вляпалась по самое не хочу!

И звери эти, чтоб им треснуть! Одно хорошо — из тринадцати потенциальных хозяев умдырей Лерри и Мелистея можно вычеркнуть. Да и Михея, думаю, тоже не следует считать. Остается десять. И где-то среди них тот единственный, что может помочь, вот только как потом нейтрализовать его самого?

В этот момент ворота распахнулись и худенький мальчик, стараясь не смотреть в нашу сторону, пискнул:

— Следуйте за мной, Сангиус Ангуис Торта Орис-Беллигеро Омаг-морт Драко, правящая династия!

Вроде бы меня. Честно говоря, свое полное родовое имя не помню, поэтому решила отзываться на самое длинное. Да и благоразумные предки предусмотрели для особо одаренных потомков (то есть таких, как я) окончание-подсказку «правящая династия», так что вычислить, что обращаются именно ко мне, получилось без труда.

По строгим, монументальным залам меня вели одну, отправив спутников обживаться в покоях и приходить в себя с дороги. Прорицательница желает разговаривать с Верховным Драконом наедине. Что ж, поговорим. Руки непроизвольно и на удивление привычно прильнули к висящим на поясе парным кинжалам из семейной коллекции.

Ведущий меня паренек испуганно покосился и быстренько отвернулся. Он вообще всю дорогу старался не смотреть в мою сторону и с явным напряжением повышал темп ходьбы, стоило нам поравняться. Блин, такое чувство, что не хрупкую девушку конвоировал, а вел на привязи грозного василиска. Зато стоящие на посту стражники пялились вовсю. Кто-то с жалостью, кто-то с изумлением, кто-то с любопытством, но чаще почему-то оценивающе и с каким-то похабным вызовом. Самые смелые даже воздушные поцелуи посылать умудрялись. М-да, ничего не понимаю в этом мире!

Наконец массивные двери отворились, явив громадный монументально-помпезный зал, и мальчишка радостно юркнул назад.

— Ну здравствуй, законнорожденная, подлинно кровная дочь отца-Дракона, ныне правящая княжна со способностями лекаря и мага-некроманта, хранительница родового имени и корня, верховный воин дома Драконов! — перевела мой титул стоящая у горящего камина фигура. (Естественно, из всего полного титула правдивыми являются только первые пять слов.) — Как прекрасно, что имя Дракона — его визитная карточка! Не правда ли?

— Отвратительно! — с удивлением услышала я собственный охрипший голос. — Слишком много говорит о хозяине!

Особа звонко рассмеялась и обернулась. Гвиневера, королева Луары, оказалась красивой плотной женщиной с удивительно большими, умными глазами.

— Здравствуй, маленький Дракон! — мягко и почти нежно улыбнулась она. — Рада приветствовать тебя в своем доме. Не желаешь ли отобедать? — Она жестом указала на сервированный на две персоны стол, заставленный всякой снедью.

«Да! Да!! ДА!!! — радостно отозвался желудок. — Хозяйка! Действуй! Те жалкие листья салата, что ты с утра в рот закинула, еще пищевод с голодухи переварил! Ну не стой же столбом!!! Вперед, ДРАКОН!»

— Ваши друзья уже едят, — словно прочитав мои мысли, ласково улыбнулась колдунья, разливая вино по хрустальным фужерам. — Не волнуйтесь, не отравленное. — И, желая подтвердить искренность своих слов, отпила из бокала.

— А почему, собственно, я должна вам доверять?

— Сотни до тебя верили, чем ты лучше? — В меня впились огромные, мышасто-серые глаза.

— Ничем, даже хуже. Те хоть воинами да героями были.

Колдунья окинула меня задумчивым взглядом и протянула вперед руку. Теперь наши зрачки были на одном уровне. В ту же секунду мой медальон опасливо похолодел, и я почувствовала, что кто-то мягко и ненавязчиво пытается проникнуть в мысли и сознание. Зря, чужая душа — потемки! И, не желая разочаровывать леди, я представила, как несусь сквозь Вселенную со скоростью света, мимо мелькают звезды, планеты, галактики. Чужак не запомнит дороги, а вернуться в реальность сможет только один…

Ведьма в ужасе отпрянула, поспешно отведя бездонные очи.

— Ты здорово недооцениваешь себя, маленький Дракон, — хрипло прошептала она. — Я не желала тебе зла, просто хотела посмотреть. Прости, если напугала или разозлила. Ты можешь мне доверять, я любила и люблю твоего прадеда Лорриэля, сына Дорваны. Ваш род я никогда не брошу и не предам. Какие бы слухи ни ходили за пределами этого замка, знай: здесь твое тайное убежище.

— А как же Михей эль Туцир, ваш нынешний возлюбленный?

— Не возлюбленный, — жестко поправила прорицательница, — а враг, которого следует хорошо изучить! Я хрупкая, слабая женщина, а не рыцарь в сияющих доспехах, чтобы дождаться тебя, надо было как-то вертеться, да и тебе добытая мною информация ой как пригодится! Так что не переживай, маленький Дракон, Лорриэль все знает и одобряет!

— Как, если он давно умер?!

— В моем сознании нет разделения между этим и загробным миром, они существуют одновременно и одинаково реальны для меня. Будущее, прошлое, настоящее лишь река времени, в которой я купаюсь ежедневно. Здесь, в этом замке, твоя покорная слуга может общаться с любыми душами, давно почивших или еще не рожденных, пить чай, беседовать, играть в карты. Я не старюсь и не молодею, живу и могу ощущать любого мертвого также физически, как и тебя саму. Но взамен этого дара никогда не смогу перешагнуть порог собственного дома, иначе — смерть. Однако я все еще здесь, потому что там ваши предки, миледи, переживают и волнуются за вас, хотят помочь, и я — посредник. Драконы любят своих детей, госпожа, и им неважно, сколько поколений разделяет вас. Надеюсь, как сейчас вам, через несколько десятков лет буду помогать вашим детям. И, возможно, когда-нибудь вы сами будете шептать через меня слова поддержки и одобрения своим потомкам. Вот тогда с вами и побеседуем всласть.

Почему-то на глаза навернулись слезы. Да, твои корни и то, что оставишь после себя, — правда святое. Н-да, не так представляла я визит к гадалке! Передо мной сидела самая настоящая колдунья, а не среднестатистическая шарлатанка с апломбом выше головы, как ожидал скептический рассудок. Более того, после ее слов отовсюду — за спиной, сбоку, сверху, снизу — мне стал слышаться шепот. Тысячи невидимых глаз оглядывали, оценивали и обсуждали меня, тысячи незримых рук тянулись ко мне и боялись дотронуться.

— Что они говорят?

Королева прислушалась и неловко покраснела.

— Тебе с матом перевести или без? — И поспешно пояснила: — Понимаешь, Лорриэль куда-то отлучился, тут остались только предки твоих врагов и первый сын Мараны, Арагон, родоначальник вашего рода. Собственно, они там сцепились друг с другом. Он тебя защищает.

То, что духи между собой повздорили, было понятно и так. Воздух вокруг значительно сгустился и похолодел. По помещению гулял ветер, сбивая все на своем пути, вместо шепота слышались уже завывания и крики, среди которых мелькали смутно знакомые слова: «ёптр», «турен», «имбарр», «чича!», «пэрст им!», «кэтэбэн пор куло!».

«Пошел в задницу», — машинально перевело последнее выражение правое полушарие.

Что?!

«Уши на что?! — огрызнулась лингвистическая половина. — Кто из нас дружил с испаноговорящей одноклассницей?!»

По комнате гуляла уже настоящая буря. Время от времени в сгустившемся тумане мелькали чьи-то кулаки и неприличные жесты. Королева сидела основательно смущенная и пылала просто нездоровым румянцем при виде творящегося в зале безобразия. Да, разгулялись пращуры вовсю! По-видимому, скучно им там одним в загробном мире.

— О! — в какой-то момент обрадовалась Гвиневера. — Лорри появился!

Но лучше от этого не стало. Наоборот, туман сгустился еще больше, а ругались на латыни. Мой мозг лихорадочно заработал, запоминая новые полезные слова. Уши венценосной собеседницы предательски горели благородным королевским пурпуром. Да уж, хорошо сходила к гадалке. И когда духи угомонятся?

— Не знаю, — растерянно пробормотала прорицательница. — Ничего не понимаю! Что вы такое сделали, что дедушка Мортифора клянется лично спустить вам штаны и, простите за выражение, надрать задницу? А что на это отвечают ваши предки, можно я переводить не буду? Там цензурные только пробелы! Тут полклана покойных Лупусов набежало и орут, что вас, такую заразу, еще в колыбели надо было придушить! Папа Лерри грозится вам уши оторвать, другие ванн Дерты не столь пристойны в своих пожеланиях. Ой! Мама Норри почему-то за вас заступилась! Обозвала родителей ушастыми маразматиками! Какие-то крестьяне появились. Вы им в последнее время ничего не делали?

— Нет, — браво солгала ваша покорная слуга. — А что?

— Они требуют какой-то справедливости, чтобы вы выдали им блондинистую паскуду, простите за выражение.

— Не знаю, о чем они! — поспешно подсказала женская интуиция.

— Я так и поняла, — кивнула королева, жадно отпивая из бокала, и едва не выронила последний: — Ой! Венаторы прибыли! Быть беде! Скажите, а что вы сделали Каракуртам?! Вы вправду на Ладиине женились?

— По ошибке.

— Это вы им скажите! — пролепетала женщина, указывая на висящие в воздухе за моей спиной ножи.

— МАМА!

— Ее тут, слава богу, пока нет! — раздался над ухом насмешливый мужской голос. — Вот что, правнучка ты моя, кхм, бесценная! Бери-ка Гвин под ручку и дуйте к выходу! Сейчас твои остальные предки подтянутся, и мы тут конкретный базар устроим! Тебе еще рано при разговорах взрослых присутствовать!

— Но Михей! Мне же надо его как-то убить!

— Так в чем проблема? — удивился, как я поняла, Лорри. — Иди и убей!

— А как? Я у вас хотела спросить!

— Блин, девочка! Ты меня от такого мордобоя отвлекаешь! Ну возьми какую-нибудь умную книжку почитай! В общем, обращайся, если что, а пока не мешай, я занят! — И с хлопком присоединился к своим.

— Гвиневера, могу я с Дорваной пообщаться?

— Увы, — поникла королева. — Ее же предали, и враги, опасаясь ответной мести, уничтожили не только ее тело, но и дух. Она ушла бесследно.

— А с кем я могу поговорить в этом сумасшедшем доме?!

— Не знаю, — растерянно развела руками бедная женщина, с ужасом наблюдая творящееся вокруг буйство. Как раз в этот момент шторы вместе с карнизом с треском обвалились.

— Арагон! — заорала вдруг я во всю мощь, пытаясь перекричать стоящий бедлам. К кому обратиться за помощью, как не к родоначальнику, первому сыну Мараны? Он самый старый, должен все знать!

— Малышка? — раздался над ухом растерянный бас. — Ты еще здесь?! Что тебе Лорри сказал?! Баиньки! На горшок — и в люлю! Шагом марш!

— Мне нужна помощь!

— Э нет! Я пас! Детей я давно уже не укладывал!

— Нет! Как убить Михея мне, хлипкому, жалкому созданию?! Подскажите что умное!

— Это ты-то хлипкое, жалкое создание?! — хохотнули над другим ухом. — Ребенок, не смеши мои тапочки! Ты — Дракон! И вдобавок ко всему — шедевр эволюции!

— В полтора метра при врагах-гренадерах?!

— Слушай, — доверительно кашлянул предок, еще ниже склоняясь к моему уху. Я даже почувствовала его слабое мерное дыхание. — Эти дяди и тети, что сейчас ругаются в зале, очень нервничают. Знаешь почему?

— Еще бы! Я бы тоже переживала, если бы по души моих потомков явилось такое несчастье, как я!

— Правильно! — радостно хмыкнул сын Аргелла. — Они тебя боятся! Время от времени в нашей семье рождаются могущественные личности, и ты одна из них! Просто воспользуйся своими возможностями.

— Какими?! Я ничего о себе не знаю.

— Детка, ну возьми почитай какую-нибудь умную книжку! — вздохнул многопрадед. — У знающих людей спроси. Ты же у нас сообразительная, сама разберешься! А теперь бери колдунью и сматывайся, твой пращур сейчас ядро метать будет!

И с этими словами огромный хрустальный шар для гадания взвился в воздух и полетел в самую гущу тумана. Гвиневера побледнела и обхватила голову руками. Снаряд врезался во что-то и срикошетил обратно.

— Бинго! — раздался счастливый голос Арагона. — А знаешь, малышка, ты молодец! Такую бучу устроила! Ох, давно этак не развлекался!

— Да, — прохрипел рядом чей-то голос. — Встречая каждое новое после себя поколение, понимаешь, что великая слава Драконов будет жить и тебе еще есть кем гордиться!

— Ура достойному потомку!

— Хана поганому отродью! — рявкнули сзади, и с десяток ножей сорвалось в мою сторону.

«Бежим, хозяйка!» — взревел организм, и, схватив обомлевшую королеву, ваша покорная слуга понеслась к выходу.

Колющие предметы врезались по другую сторону захлопнувшейся двери точнехонько по фигуре.

— Я думала, мы тихо и спокойно побеседуем, — пришла в себя королева. — Мне никогда и в голову не приходило, что такое возможно! Там сейчас не зал для спиритизма, а полигон воинственных призраков! Извините, но мне не удастся вам погадать.

— Да я и не стремилась, мне бы узнать, как Михея прищучить, и все!

— О! — обрадовалась несчастная женщина. — В этом я могу вам помочь!

В этот миг из двери вылезла призрачная голова чьего-то взъерошенного предка, кажется Мортифора, и заорала:

— Вот она, едритова прохиндейка! Держи ее, народ!

Что означает сие страшное словосочетание, мозг не знал, но почему-то безошибочно догадался, что речь идет о вашей покорной слуге. Я умоляюще взглянула на Гвин и кинулась прочь.

Королева догнала меня только на пятом повороте. М-да, либо я снова иду на мировой рекорд, либо она бегает хуже меня.

— У нас двадцать четыре часа, — тяжело отдышавшись, сообщила венценосная особа. — Надеюсь, к этому времени усопшие успокоятся и мне не придется делать капитальный ремонт во всем замке.

— А потом что? Вся эта почившая шобла направится за мной?! Чтобы я в дороге не скучала?

— Возможно, — серьезно кивнула прорицательница. — Но вы не волнуйтесь, такого сильного вмешательства быть не должно. Духи обретают материальность только в сейсмически активных зонах, как, например, территория моего замка. Хотя по кладбищам теперь гулять я бы вам тоже не советовала! Особенно у фамильных склепов ваших врагов.

— Хорошо. Так что с Михеем?

— О! — улыбнулась доморощенная Мата Хари. — Это не простой вид мага. Туцир — хамелеон! Он способен менять свою телесную оболочку без каких-либо усилий и энергетических возмущений! Мгновенно! Представляете?

— Да уж! Восторг! — Еще не хватало, чтобы враг за секунды превращался в кого угодно! — То есть он может обернуться моим другом, братом, мной?

— Да! — радостно подтвердила возникшие у меня опасения прорицательница. — Но единственное, что у него не изменяется, это аура, которую я и могу вам показать!

«Прекрасно! — ядовито прошипело левое полушарие. — Час от часу не легче!»

— Смотрите! — Королева щелкнула пальцами, и на стене возникло размытое красно-черное изображение. — Запоминайте, где и сколько пятнышек, ибо такая же расцветка ауры может встретиться и у других людей, да и у вас самой — когда вы злитесь, она становится почти такой же, как и у него.

— И как мне узреть ее у врага?

— А разве вы так не видите?! — изумилась эта прекрасная женщина. — Ни у меня, ни у братьев?

— Нет! Абсолютно! И никогда не владела таким даром!

— Что ж, — вздохнула Гвиневера. — Есть еще один признак. Так и знала, что вам он понадобится. Второе, что не изменяется при трансформации, это врожденные телесные отметины и особенности. Они остаются с магом на всю жизнь. Так вот, вверху на левой ягодице у вашего врага родимое пятнышко в виде крупной клубнички.

— Чего?!

— Больше никаких признаков, — ошарашенно развела руками несчастная женщина.

Блеск! Мы пропахали столько километров только для того, чтобы узнать, что у данного супостата клубничка на одном месте?! Это что ж мне теперь, прикажете с каждого потенциального подозреваемого штаны сдирать и пятую точку осматривать?! Убью!

— Может, у вас еще какие вопросы? — озадаченно спросила ее величество.

— Да. Где у вас тут кухня?

Нет, ну что за мир такой попался?! Сплошные маньяки, психи да извращенцы! И что самое, блин, обидное: я у них считаюсь наиглавнейшей! Другие ценные артефакты и полезных питомцев собирают по измерениям, я же — проблемы да родственников! Не жизнь, а одни расстройства!

* * *

Свое место в жизни найти нетрудно — трудно его занять.

Народная мудрость

Но поесть спокойно мне не дали. Если вы думаете, что сотню воинственных призраков способен остановить какой-то защитный контур, то вынуждена разочаровать. Увы! Сие случается только в сказках! А потому, когда мои спутники нежились в бане, вкусно ели и просто отдыхали (некоторые в компании смазливых служанок), ваша покорная слуга весь день уверенно нарезала круги по просторному замку, увертываясь от всевозможных летающих предметов. Не всем частям тела повезло так, как голове, но тем не менее жизненно важные конечности я все же сберегла, отделавшись синяками да царапинами.

Пару раз, когда я пробегала мимо апартаментов членов моей команды, меня донимал соблазн заскочить к ним, дабы и им стало так же весело, как мне, но совесть побеждала. А точнее, когда решение созревало, вожделенные покои были уже далеко. М-да, с такими темпами меня скоро можно будет на Олимпийские игры посылать!

Угомонить усопших супостатов удалось только поздно вечером, да и то когда в многочисленных коридорах не осталось ни одной вещи, которую можно было бы разбить, сбросить, метнуть, оторвать от стены и швырнуть в вашу покорную слугу. В комнаты я благоразумно не забегала, ибо там ассортимент снарядов на любой вкус: от ночного горшка (порой даже полного) до заряженных арбалетов. Правда, в некоторых покоях фарфоровые снаряды отсутствовали, так как были выставлены в коридор…

В общем, на третьем холостом круге духам надоела игра в дом летающих кинжалов, и они под жалобные молитвы Гвин покорно удалились восвояси, явно лелея надежду вернуться после капремонта.

Приняв ванну, я уныло брела, переступая через исковерканные доспехи и куски разбитых статуй, по ободранному, сплошь утыканному копьями маршруту своего спринта. Вмятины и зазубрины от тяжелых предметов сиротливо смотрели со всех сторон, хотя чаще встречались вогнанные по самую рукоять ножи и кинжалы. И все это великолепие было усыпано осколками фаянса (причем не только от расписных изящных ваз) и заляпано… соответствующим содержимым. Думаю, обыкновение выставлять для выноса свои судна с ночи в коридор отменят навсегда. Уф, если бы не закаленное тренировками тело да посильная помощь предков, живой с этого полигона я не выбралась бы!

Стражники весело щурились, отвешивая поклоны и желая бурной ночи. Ну да, в этом мире желать спокойной ночи Дракону просто неприлично, особенно тому, кто бросил непристойный вызов самому Мортифору Лупусу Карнификусу! Вот уж допрыгалась, мать, так допрыгалась! Чем больше узнаю об этом перспективном маге, тем больше хочется самой удавиться!

С такими невеселыми мыслями я вошла в спальню и обалдела. На моей кровати, растянувшись во всей красе, мирно спал Вик. Одежду он никогда не жаловал, особенно в постели и уж тем более в чужой! (Истинная гордость и оплот дома Драконов!) На плече брата мирно покоилась, насколько можно разглядеть в лунном свете, золотистая головка кого-то скромно завернутого в простынку. Да что им, свет клином на моей территории сошелся?! В замке пятьсот пятьдесят других покоев! И только эти Гвин заколдовала от проникновения духов!

Так вот почему караулящие под дверью стражники хитро предупредили: «Если будет мало, вы всегда можете рассчитывать на нас!»

Блин! И ушла бы в другие апартаменты, да ведь некуда! Во всех остальных — полный набор колющих, режущих, бьющихся предметов плюс отсутствие защитного контура! А проснуться от удара стилета ой как не хочется! И вообще, кто второй? Ладиина? Нет, у той волосы длинные, а эти только до плеч и вьющиеся. Наверное, очередная служанка. Пора будить!

— Вик? Ты комнаты случайно не перепутал? Может, освободишь теперь от оружия свою спальню?

— Зачем? — не понял, потягиваясь, он. — Я как раз тебя жду!

— Весьма оригинально, надо сказать! — ухмыльнулась ваша покорная слуга, кивая на потревоженное тело.

— Что? — выдохнул брат, оборачиваясь к обнимающей его соседке.

— Ой! — подтвердил приятный тенор, и слаженный мужской крик огласил окрестности.

Завершился истерический дуэт глухим падением более хрупкого тела.

Щелчок пальцами, и магический светляк явил картину в цвете.

— Что ты здесь делаешь?! — прорычал лорд Венатор, нависая над растянувшимся на полу Норри ванн Дертом.

— Тебя не спросил! — огрызнулся тот, потирая ушибленную пятую точку.

— А надо бы! — взбеленился лорд Венатор. — Я ее брат! КОГДА, ЗАЧЕМ и КАК ты сюда прошмыгнул, ушастик?! Не видел, что место уже занято?!

— Да не было вас! — взревел эльфенок, упирая руки в бока. — И вообще! Что ТЫ здесь забыл?!

— Господа! — рявкнула я, пресекая зарождающийся бедлам. — Что ВЫ ЗДЕСЬ забыли?!

Братья осеклись и спокойно повернулись к новоявленному источнику звука, нисколько не смущаясь обнаженного вида. Хотя чего там стесняться? Такой спортивной формой гордиться надо! Их одежда действительно аккуратно сложена на стульях в противоположных углах комнаты. Прямо как на ринге. Еще тут бокса, а скорее греко-римской борьбы для полного счастья не хватало!

«Хозяйка! — отозвалось левое полушарие. — Самое время воспользоваться столь чудесным случаем и проверить братишек на отсутствие памятной родинки!»

«И после этого ты меня бесстыдницей называешь?! — вскипела правая половинка. — Твое дело логарифмы считать, а не голых мужиков рассматривать! Это моя прерогатива!»

«Ладно, — примирительно вздохнули с левой стороны, — позже посмотрим, когда они сами спиной повернутся».

— Итак, что лорд Венатор здесь делает, я еще могу предположить. — «Особенно если учесть, что Ладиина еще с утра к нему в спальню скреблась!» — Но что тут ищете вы, милорд, да еще в таком виде?

Вопреки ожиданиям юный ванн Дерт нисколько не стушевался, лишь принял эффектную позу и тихо, но спокойно произнес:

— Я, собственно, пришел к вам.

— А по какому вопросу?

И вот тут парень смущенно покраснел. Вик оценивающе смерил его взглядом и от души расхохотался. Затем подхватил шмотки противника и, бросив эльфенку, властно рявкнул:

— Вон!

— С какой стати?! — огрызнулся тот. — Я первым пришел!

— А я с ней больше двадцати лет сплю!

Последняя фраза прозвучала настолько страшно, что в комнате воцарилось скорбное молчание.

— Хорошо, — вздохнул наконец Норри, сгружая вещи на сундук около кровати. — Втроем так втроем.

— А это не тебе решать! — коварно осклабился Вик и бровью указал на меня. Сам же нагло направился к кровати.

Я машинально скользнула глазами по его пятой точке, с радостью отметив «свой!», и тут же наткнулась на возмущенный, обличающий взгляд ванн Дерта. Ну-ну! Свои мысли о Драконах придержи при себе! Да уж! Повезло с работенкой!

Вик тем временем удобно устроился на кровати и, сладко потянувшись, приготовился к предстоящему развлечению. Норри злобно смерил его взглядом и вновь обернулся ко мне.

— Леди, — мягко начал он, становясь на одно колено и заглядывая своими сапфировыми глазищами прямо в душу, — прошу позволить мне разделить с вами ночь.

— Брысь! — великодушно фыркнула я и направилась к кровати.

— Нет! — вскрикнул эльф и, перехватив мои кисти, резко развернул меня к себе.

Я попыталась вырваться, но не тут-то было! Под кожей хрупкого с виду красавца притаились стальные мышцы. Запястья словно в тисках зажали! Все-таки надо отдать должное силе Ладушки, сумевшей когда-то его распять!

— Нет! — повторил нелюдь, глядя мне в глаза. — Не отказывайте мне! Умоляю! Там Ладиина! Она не просто скребется в дверь! ОНА НАШЛА ОТМЫЧКИ К ЗАМКУ МОЕЙ СПАЛЬНИ! Прошу вас, не выставляйте меня! Я выполню любое ваше желание! Любой каприз! Умоляю!

— Любое? — встрепенулось левое полушарие.

Парень на секунду осекся, но, поняв, что отступать поздно, клятвенно подтвердил.

— Прекрасно! Запомни это на будущее! А теперь вставай!

Едва Норри вскочил на ноги, я отстранилась и украдкой взглянула на него со спины. Угу, мечтательница, раз надеялась провернуть сие незаметно для тренированного воина! Резко обернувшись, эльф схватил мой подбородок и, задрав вверх, едко осведомился, глядя в глаза:

— Ну что? Нравится?

— Ага! — нагло огрызнулась ваша покорная слуга и рассказала про знаменитую примету врага.

Пока мужчины бессовестно ржали, я отстегнула пояс с кинжалами, разулась и полезла на кровать, устраиваясь поверх одеяла. Одеваюсь я, честно говоря, ничуть не медленнее Вика, но будет ли завтра с утра эта минута с нашей-то востребованностью и популярностью? Тьфу-тьфу-тьфу, чтобы не накаркать!

— А вы раздеваться не будете? — удивленно осведомился Норри, глядя, как я прячу кинжалы под подушку.

— Нет, — выдохнула ваша покорная слуга, — вы лучше объясните мне, как друг друга не заметили. Вроде куриной слепотой не страдаете или я чего-то не знаю?

— Ну, чисто теоретически, — юный ванн Дерт перевернулся на спину и, заложив руки за голову, уставился в потолок, — такое в замке Гвиневеры вполне возможно. Так как он стоит в сейсмически активной зоне, то раздвоение и слияние реальностей вполне обычное для здешних мест явление. Мы оба вошли в существующую для каждого действительность, разделись и уснули, а потом расщепленное пространство слилось. Я слышал, что дворец прорицательницы может откалывать подобные шутки с гостями, но никогда не верил. Надо же!

— То есть, таким образом мы можем проснуться в постели с голодным крокодилом? Или к нам в спальню заглянет тираннозавр?

— Ну чисто теоретически это вполне вероятно.

Молодец, малыш! Утешил да успокоил! И почему мне почти расхотелось спать? Хотя нет, ошиблась, глаза просто слипаются. Ладно, если сюда заглянет еще какая тварь и помешает спать, я ее сама съем вместе с анализами!

— Хотя, — вдруг продолжил свои рассуждения эльфенок, — стража у двери должна будет нас предупредить. Они потомственные жители замка и ко всем его выкрутасам привыкли, да и в охранники берут только тех, кто видит сквозь реальности.

— Так вот почему они так ехидно улыбались и предлагали себя, если будет мало!

— Что ж, — юный ванн Дерт сладко зевнул, — мы обязательно воспользуемся их предложением. У левого стражника как раз дочка в самом соку, и он переживает, что не углядит за столь любопытным и непослушным созданием.

— Действительно, — Вик потянулся, — грешно упустить такое приглашение! Посидим с девочкой вечерок.

Да, в кои-то веки я поняла, что с Драконами шутки плохи!

Уже в полудреме я почувствовала, как ко мне обернулся эльфенок и на талию легла тонкая, изящная рука. В тот же миг справа на нее обрушилась другая, более широкая и уверенная, сбрасывая и шлепая каждый раз при попытке вернуться на место. Развернулась небольшая потасовка. Сил пошевелиться и утихомирить прохвостов просто не было, сознание мирно плыло в объятия Морфея. В конце концов братья пришли к консенсусу и, обняв меня с двух сторон, мирно засопели.

* * *

Дипломатия — искусство говорить «хороший песик», пока не найдешь подходящий булыжник.

Народная политическая мудрость

Проснулась я от четкого ощущения опасности. Под потолком продолжал светиться невыключенный магический светляк, а надо мной, злобно ухмыляясь, стоял Мортифор Лупус Карнификус с занесенной для удара рукой. В сомкнутых пальцах виднелся кинжал с длинным матовым черным лезвием.

«Все! Капут!» — пронеслось в мозгу, когда острие понеслось вниз.

В ту же секунду над ухом мелькнула серебристая молния, направленная злоумышленнику в сердце. Противник отскочил, позади него в стену впился орт. В тот же миг сверкнула вторая молния, раздался сдавленный стон, и смертоносный клинок вместе с отрубленной кистью отлетел в сторону, гулко шмякнувшись о ковер. Несостоявшийся убийца вдруг растерянно взглянул на кровоточащую руку. Что-то не так. Насколько помню, реакции Черного принца были быстрее.

Догадка пришла мгновенно. Подскочив к врагу, я схватила штаны за пояс и дернула вниз. Такого аморального поступка мужчина явно не ожидал и совершенно онемел от шока. Видно, не каждый день противники вместо добросовестной атаки тебя раздевают! А учитывая еще наш имидж Драконов, думаю, несчастному представилась весьма непристойная перспектива.

— Наш клиент! — заорала я, узрев в нужном месте клубничку.

Объект, не желая упускать шанс, схватил вашу покорную слугу здоровой рукой за горло, но в воздухе материализовался вооруженный катаной Вик и отрубил вторую кисть. Отодрав от горла еще теплую конечность, я рефлекторно запустила ее вперед, угодив покалеченному недругу в лоб. Михей отшатнулся назад, но запутался в спущенных штанах и грохнулся на пол. В тот же миг Вик рубанул сплеча, но катана поразила ковер как раз в том месте, где находилась шея поверженного противника, а из-под одежды выскочила и помчалась к выходу белая болонка. Через секунду та уже юркнула в приоткрытую дверь.

— Держи тварь! — заорал Венатор и ринулся в погоню, совсем забыв о своей собачьей фобии.

Недолго думая я кинулась следом. За мной, вырвав из стены орты, молчаливой тенью метнулся Норри.

Естественно, стражников за дверью не наблюдалось. Но каков же был наш шок, когда на ковре в коридоре вместо одной беглянки мирно обнюхивались целых три!

— И какая из них наша? — хмуро осведомился ванн Дерт, рассматривая похожих как две капли воды песиков.

— Не знаю, — растерянно признался Вик. — Они перемешались! — И вдруг твердо тряхнул головой. — Убьем всех!

— Нельзя! — Неизвестно откуда вынырнул Кейси. — Это священные собаки, несущие в себе энергетический запас, беспричинное высвобождение которого вызовет природный катаклизм или мощный взрыв!

Насколько удалось выяснить про хамелеонов, обернуться те могут только в млекопитающее, так что вариант с блохами отпадает. Мышей вокруг не видно. После превращения в более мелкую тварь царапины и раны исчезают! Так что враг запросто может быть одной из сидящей перед нами идентичных животин.

— А какая из них не пахнет? — осведомилась аналитическая половинка мозга, вспомнив еще одну особенность хамелеонов.

— Да здесь все пропиталось собачьим духом! — вздохнул волк. — Не могу определить.

— И как теперь найти нужную? — рыкнул Норри, хищно взвешивая орты.

— А ты протяни руку, — посоветовал Вик, — какая цапнет, та наша!

— Вы?! — внезапно раздался обличающий женский крик из открывшейся соседней двери.

При виде госпожи Каракурт собаки испуганно подпрыгнули и бросились врассыпную.

— Лада, лови! — дружно указали мы на бегущую к ее ногам болонку.

— Чего? — притворилась, что не поняла, Ладиина и ловко поймала, но не песика, а обнаженного Вика. В ту же секунду она попыталась затащить добычу в свои покои.

— Не время! — прошипел он, выкручиваясь из цепких объятий. — Собаку хватай! Что хочешь сделаю!

Воспрянувшая духом Ладиина отлипла от Вика и поспешно кинулась в погоню за мохнатой перспективой воплощения своей заветной мечты. Увы, животное от сложившейся ситуации оказалось отнюдь не в восторге и, нервно взвизгнув, припустило со всех лапок. Однако Лада так просто сдаваться не желала и, совершив почти трехметровый прыжок, цепко схватила беглянку.

Вторая собачка, оказавшись в гуще событий, растерянно замерла, за что и оказалась мгновенно придавленной лапой Каптулуса. Зато третья, жутко завыв, шустро увернулась от мужских рук, проскочила у Норри между ног и помчалась прочь по коридору. Сцапав добычу Кейси, мы кинулись следом.

Удача была уже близко, когда тварь внезапно свернула за угол. В ту же секунду у каждого из нас вырвалось по сочному эпитету. Обнюхивая друг друга, роясь в осколках разбитых статуй, по коридору прохаживалось штук тридцать упитанных белых болонок! Убью ту дрянь, что выпустила их гулять! Это ж надо! Именно сегодня ночью!

— И? — осторожно выдохнул Норри, озадаченно осматривая армию пушистых клонов. — Что теперь? У нас, между прочим, осталось всего семь минут, чтобы найти и убить Михея, иначе он восстановит резерв и прикончит нас. Мое охранное заклинание говорит, что как раз сейчас его люди входят в замок, ожидая приказа о нападении.

— А ауры ты видишь?

— Знаешь, — язвительно хмыкнул эльф, — спасая чью-то жизнь, я не располагал временем рассматривать врага! Так что толку от этого умения никакого!

— А если я покажу тебе свои воспоминания?

— Обряд на полчаса минимум! — фыркнул маг. — Есть еще укороченный вариант, но с летальным исходом для источника информации. Устроит?

— Она должна быть красной с черными рваными пятнами и закручивается словно воронка урагана!

— Леди, — вздохнул Кейси, — так как эти собаки аккумулируют энергию, у них у всех пурпурная с черными вкраплениями, постоянно изменяющаяся аура. Скорее всего, Михей предугадал вашу осведомленность. Среди них мы будем искать его целую вечность!

— А если их побрить?

— Слишком энергоемкое заклинание, — поморщился Норри, отпуская свою ношу на пол.

Одной болонкой больше, одной меньше… Какая разница, если та не Михей?! (Он проверил).

— А если только зад? — хитро прищурился лорд Венатор.

— И у всего живого в окрестности! — хищно ухмыльнулся эльфенок.

О! Наш человек! То есть Дракон!

— Что о нас люди подумают?! — внезапно взвилась Ладиина, перехватывая кисти мага.

— Что мы Драконы! — фыркнул Вик, оттаскивая леди от колдующего братца.

«Да уж! — вздохнуло правое полушарие. — Дальше падать некуда!»

«Смотри, чтобы снизу враги не постучались!» — фыркнула левая половина мозга.

«Типун тебе на язык!» — отозвалась ее сиамская сестренка.

«Язык, между прочим, хозяйский!» — ехидно отозвались с другой стороны.

Наверное, заклинание получилось очень хорошо. Потому что стоило взметнувшейся шерсти осесть на пол, как Кейси судорожно взвизгнул и присел, пряча облысевший филей, но Вик ловко перехватил его за хвост, со словами «ну и работенка!» наклонился, осмотрел и изрек:

— Порядок.

В ту же секунду в коридор вломилось с десяток человекообразных, покрытых густой длинной шерстью существ. Что-то гневно выкрикивая, они свирепо оскалились и нацелили на нас копья.

— Что это? — выдохнул Вик.

— Урки, — пояснил Кейси. — Северная разновидность орков. Наемники.

— Догадываюсь, что не банкиры! — рявкнул лорд Венатор. — Какого хрена они такие злые?!

— Попали под заклинание! — жалобно всхлипнул эльфенок. — А у них отнятие шерсти, тем более в таком месте — страшнейшее оскорбление, смываемое лишь кровью обидчика.

— В таком случае хорошо, что мы им другие жизненно важные органы в запале не отхватили! — вздохнуло левое полушарие.

— Действительно хорошо! — испуганно согласился Норри, на всякий случай пробегая глазами по врагам, чем окончательно привел последних в «восторг».

— А может, ну его, этого Михея? — осторожно предположил Вик, ненавязчиво отступая. — В другой раз убьем!

— А среди них есть богатые женихи? — вкрадчиво уточнила ваша покорная слуга, надеясь, вдруг Ладиина ими соблазнится.

— Нет уж! — прошипела леди Каракурт, поняв ход моих мыслей. — Меня эти мужики не вдохновляют!

— Как не вовремя! — всхлипнул Вик и, схватив меня за руку, кинулся прочь по коридору.

Мы бежали прямо по визжащим и рычащим болонкам, отдавливая им хвосты, лапы… в общем, все, что под ногу попадалось. В какой-то момент я отфутболила под зад собачонку и заметила на ее коже клубничку. Тело само метнулось к торчащему из стены кинжалу, но Вик с силой рванул меня, увлекая вперед.

— Это ОН!!!

— Не время! — рявкнул брат, буксиром таща меня в конец коридора.

С другой стороны ко мне внезапно подскочил эльфенок и тоже подхватил под руку, увлекая за собой. Сзади шумно впилось в пол вражеское копье. Ноги охотно ускорились. В такой странной композиции мы неслись по коридорам, словно гоночный болид по автотрассе, роль пилота, как вы уже догадались, досталась вашей покорной слуге. Братья не возмущались, только упрямо рвались вперед, перепрыгивая через руины статуй. Сзади не менее упорно мчались злобные, как и собаки, урки, попутно выдыхая уже смутно знакомые, но печально неизвестные слова «ёптр», «турен», «имбарр».

— Слушайте, мы что, так и будем весь крестовый поход от врагов убегать?

— А ты предлагаешь принять бой? — огрызнулся Норри. — Вперед! А я посмотрю. Эти твари шутя кабана на две части разрывают. Хочешь побыть сегодня альтернативой?

В этот миг мы круто свернули за угол и уткнулись в тупик. Юный ванн Дерт сплюнул и, как понимаю, певуче выругался. Кейси беззвучно ощерился, готовясь защищать нас до конца. Вик же бросился лихорадочно дергать дверные ручки. А вот вездесущая Лада где-то по дороге отстала. Враги приближались.

Увы, все покои заперты!

«Нельзя быть такими везучими!» — прошипело правое полушарие.

«Природа, видно, тоже так думает, раз решила-таки прикончить! — фыркнуло левое. — Хозяйка, думай быстрей, я не для того горбатилось четыре года над химией, чтобы нас затоптали какие-то мохнатые уроды!»

Топот стал еще громче.

— Норри, ты можешь пробить стену?

— А дальше? — огрызнулся малыш. — Почти весь резерв уйдет! Как с врагами прикажешь справляться?

— А никак! — понял мои мысли Вик. — Убежим, раз это у нас хорошо получается! Главное только комнату с внешней стороны замка найти.

К счастью, здешние сооружения охранных стен по периметру не имели. Защищенная магией кладка обладала чудесной прочностью и тарана не боялась. То же самое можно сказать и про резные витражные окна, выдерживающие удар пушечного ядра. Действительно, зачем лишний раз напрягаться и строить стену, если и так все прекрасно стоит? А уж если маги нападут, та все равно преградой не станет. Так зачем зря утруждаться? Какая прекрасная, сказочная лень! Кто бы мог подумать, что она уже во второй раз спасает наши шкуры!

Топот тем временем приближался, Норри расслабился, прикрыл глаза, прошептал пару слов, затем резко воздел руки, и стена с грохотом обрушилась. Блин! Что угодно ожидала увидеть, но только не это! Ну что за мир такой попался?! В интимном полумраке, среди романтично горячих свечей наслаждалась жизнью влюбленная парочка! Точнее, это она делала до того, как надежная стенка спальни этак помпезно обвалилась, явив двух обнаженных мужчин в компании до зубов вооруженной девочки. Теперь же все еще обнимающиеся молодые люди озадаченно взирали на незваное подкрепление. Польщенная подобным вмешательством леди восхищенно уставилась на новоприбывших, опасаясь спугнуть. Кавалер же нашему отряду отнюдь не обрадовался.

— Не волнуйся, — успокоил его юный ванн Дерт, — нам нужна только дверь или окно.

Леди разочарованно вздохнула.

— Но, — лукаво подмигнул ей лорд Венатор, — мы обязательно вернемся.

Дама попыталась изобразить возмущение, но так и не смогла скрыть восторга. Наверное, когда за нами выскочат штук тридцать злобных урков, ее счастье поубавится, ну а пока, послав Кейси за одеждой и Ладииной, мы мирно нырнули в другой коридор.

Буквально следом раздался душераздирающий визг и озабоченное хрюканье. Эльфенок увлек нас в сторону как раз в тот момент, когда мимо на спринтерской скорости пронеслась печально знакомая парочка. За ними, забыв про нас, гнались уже крайне воодушевленные урки, причем большая их часть пытались поймать юношу.

Но стоило нам с облегчением вздохнуть и свернуть за угол, как мы наткнулись на новый отряд! Через полчаса отчаянных гонок и прыжков мы наконец стояли на стене замка. Загнавшие нас наверх урки радостно подпрыгивали, медленно окружая. Из башни прибывали все новые и новые солдаты. Попасть в лапы наемников ой как не хотелось, а к Михею — еще больше.

— В ров!!! — истерично скомандовал инстинкт самосохранения.

— Свет, ты что?! — заорал Вик. — Я же плавать не умею!

— Не волнуйся, — радостно отозвался здравый рассудок, — мы раньше разобьемся!

Брат нечленораздельно хмыкнул и красноречиво явил оттопыренный средний палец. Вряд ли сие можно считать жестом согласия. Однако эльфенок таких комбинаций пока не знал, а я коварно промолчала, поэтому, подхватив двоюродного братишку с обеих сторон, мы сиганули вниз.

Вода приняла нас великолепно. Наверное, оттого, что прыжок мы выполнили идеально правильно. Может, действительно после отдыха в олимпийскую сборную податься? Если организаторы умудрятся раздобыть урков, то золото по прыжкам с трамплина, спринту или марафону обеспечено! Внезапно мою голову посетила запоздалая мысль.

— Слушай, Норри, а здесь случайно крокодилы не водятся?

— Нет. — Брат вздохнул с облегчением и вдруг смертельно побледнел. — Ой! — испуганно всхлипнул он. — Я совсем забыл о кракене!

— Это такое огромное волосатое чудище с миллионом зубов? — осторожно подал голос Вик.

— Да, — неуверенно кивнул Норри.

— Такое, как у нас за спиной? — педантично продолжал допытываться смотрящий назад Вик.

— Что? — обернулась наша команда. — А-А-А!!!

— О-о-о!!! — радостно взревела сплошь нашпигованная зубами пасть.

— У-у-у!!! — не разделили ее ликования мы.

— Ы-ы-ы! — попытался урезонить свой обед монстр.

— Ё-о-о! — не хуже чудовища заорал Вик, пытаясь нас как-то пришпорить. — Гребите, ядерный батон!!!

Осознав, что пища нынче пошла нервная и несговорчивая, зверь горестно вздохнул и перешел к более активным действиям. Вик, надо сказать, тоже. Отчаянно заработав ногами, он засандалил озадаченному монстру по носу. Зубастая башка оглушительно взревела и поднырнула вниз. Окончательно запаниковав, друг забился еще отчаяннее и, извернувшись, оцарапал нам с Норри бока не хуже кракена. Сей неприятный контакт окончательно привел нас в чувство и послужил славной отмашкой к блестящему старту. Возможно, в тот момент мы обогнали бы даже катер! Раз даже не умеющий плавать братик шел на мировой и олимпийский рекорд!

На берег мы не выскочили — вылетели! Пулей! А то и быстрее! Сил на матюки просто не осталось! Ни у нас, ни у голодного, косящегося из воды чудовища.

— А вы неплохо плаваете, миледи! — ухмыльнулся, отдышавшись, юный ванн Дерт.

— Три года в школьной сборной по плаванию, — машинально сорвалось с языка.

Могу на что угодно побиться, что кракен при данных словах обиженно засопел! Он даже глаза из-под воды вытащил, чтобы нас, бесстыжих, совесть замучила, а может, чтобы запомнить и впредь со столь шустрыми и наглыми не связываться.

— Есть ли предел вашим талантам? — едко хмыкнул Норри.

Тварь тоже замерла, с интересом вслушиваясь.

— Когда на кону жизнь или деньги, то нет! — ответил за меня Вик.

— Типичный отпрыск своего рола!

Ну да, предложи Дракону звонкую монету, и ради нее он вспомнит то, чего не знает, сделает то, что не умеет, гласит древняя народная мудрость! Смею предположить, Норри от нас тоже недалеко ушел, однако философствовать на данную тему времени не было. Как раз в этот момент на замковой стене появилась навьюченная нашими пожитками леди Каракурт. Перекинув ногу, она поправила тюки и на секунду задумалась, готовясь к прыжку.

— Нет!!! Лада! Стой! — со всей мочи заорали мы. — Там кракен!!!

Но девушка нас не услышала и с громким визгом ухнула в воду. Воспрянувший духом монстр торпедой понесся в ее сторону. Блин! Только не это! Однако, поравнявшись с новой добычей, страшное волосатое чудовище вдруг почему-то замерло. Не знаю, что сказала или сделала наша красавица, но кракен неожиданно развернулся и еще быстрее помчался в противоположном направлении.

Все это время вслушивающийся в пространство Норри бессовестно заржал и, прислонившись к дереву, выдохнул:

— Видно, кракен тоже мужчина!

Но развить свою мысль дальше, паразит, не захотел.

* * *

— Как прошел праздник?

— Не знаю, еще не рассказывали.

Следом за Ладииной появился и Кейси с нашими пожитками. На одевание ушли считаные секунды. К сожалению, во время переправы Ладушка не позаботилась о сухости пожитков, и теперь всех колотило от ночного холода. Не желая терять ни минуты, мы сели по коням и помчались в сонную темноту леса. В небе занимался рассвет, а позади зарождалась погоня. В общем, все нормально, все как обычно.

«Да уж, хозяйка! — проворчало левое полушарие. — Съездила в Крым отдохнуть, развеяться!»

— Леди, — со мной поравнялся Кейси, — я знаю, как помочь вам видеть ауры. У барона Каракурта есть древний артефакт, приспособленный именно для этого. Все, что от вас требуется, это явиться к тестю и забрать законное приданое. А замок его как раз в трех часах пути на восток.

— Но с какой радости старому барону Людвигу сдался этот амулет?! — удивленно воскликнул Норри.

— У ожерелья Прозрения есть одно побочное действие, — вклинилась Ладиина. — Оно дарует носящему мужскую силу в любовных утехах.

— Значит, без боя старый развратник его не снимет! — вздохнул Вик.

Собственно, мне, как законному супругу, а точнее супруге, от консервативного барона ничего не светит, если, конечно, этим же амулетом в лоб, простите за каламбур, не засветят. Поэтому решили за мужа выдать Вика, нас же приписать к княжеской свите. Благо тесть, по словам его приемной дочери, ничем, кроме собак, не интересуется, слухов сторонится, а всякие ипподромы обходит за версту, считая их происками проходимцев (собственно, именно так и называют в народе сарков). А посему, на всех парах скача к замку папочки, мы искренне надеялись, что мировой бум до него не докатился и объект в своей глуши ничего не слышал про великую и могучую меня. В конце концов, самое время положиться на старое доброе русское авось!

«Хозяйка! — простонал желудок. — Шесть часов утра на горизонте. Когда есть будем?»

«Заткнись, троглодит! — огрызнулось правое полушарие. — Нас самих пару часов назад едва не схарчили!»

«Это не оправдание! — жестко отрезал неумолимый орган. — Я понимаю, что хозяйка теперь почти никогда не спит, но какого она ничего не жрет?!»

Однако его дальнейшее бурление осталось без внимания, ибо лапы елок раздвинулись и на довольно большой поляне перед глазами предстала грозная и величественная твердыня баронов Каракуртов. Гигантская каменная стена, узкие бойницы, желоба для слива смолы, тяжелые, массивные ворота.

— Вот не понимаю, — пробормотал лорд Венатор, осматривая неприступную крепость посреди леса, — на фига все эти навороты? Они что, с белками воевать собрались?

— Ты у меня спрашиваешь? — фыркнула Ладиина. — Мое дело — примерять наряды да вышивать мужу рубашки золотой иглой! Я в военное дело не лезу!

Норри презрительно хмыкнул и неприязненно покосился на красавицу. Кейси насторожил уши и опасливо притормозил.

— Леди, — внезапно повернулся он к Ладиине, — сколько человек обычно было в вашем доме?

— Откуда я знаю?! — поморщилась та. — Много, а что?

— А где ближайшая деревня?

— В полутора километрах отсюда, на опушке. А в чем дело?

— По звукам и голосам, похоже, там собралось все селение, — произнес лорд Каптулус, оборачиваясь ко мне. — В замках своих сюзеренов крестьяне обычно ищут прибежище от всяких напастей, а учитывая, что этот находится довольно далеко, те зря сюда не потащились бы. Входы наглухо закрыты, бойницы наготове. Вы уверены, что хотите постучаться в ворота?

«Вперед, хозяйка! — вздохнуло правое полушарие. — Хуже уже не будет!»

«Не слушай эту наивную дуру! — вклинилось левое. — Нам еще стрел в задницу или смолы за шиворот для полного счастья не хватало!»

«Нам бы пожрать не помешало! — встрял желудок. — Вперед, хозяйка, там еда! Я уже отсюда чую запах жареного кабана!»

Голодный Дракон, штурмующий крепость за кусок шашлыка. М-да, печальное зрелище, но вполне вероятное.

— Выбора нет, — озвучил мои сомнения Вик. — Идем внутрь. Лада на правах дочери хозяина шагает первая и стучится.

«Отличная идея!» — оживилось левое полушарие, приготовившись к предстоящему зрелищу.

Госпожа Каракурт общего энтузиазма не разделила. Вздохнула и, подойдя к воротам, опасливо постучала. Но с другой стороны никакой реакции не последовало. Странно. Не торопясь особо, мы осторожно направились к ней.

«Ну-ну, хозяйка! — вздохнуло левое полушарие. — Замок на поляне, рва нет, прыгать со стены неудобно будет. Может, соломку на всякий случай подстелешь?»

«Посреди леса?! Какую?!» — истерично взвизгнула правая половина.

«Вот ту!» — охотно указала на перевернутый воз ее сестра.

Опрокинутая телега выглядела так, словно на ней кто-то несся в замок со скоростью света, но не справился с управлением, перевернулся и решил добежать до цели на своих двоих, не обременяясь даже нажитым скарбом.

«Не к добру это!» — внезапно вспомнил о своих функциях спинной мозг.

Ладушка толкнула массивную дверь рукой, и та открылась. Двор замка выглядел так, словно по нему пронеслось инферно или, на худой конец, стадо горных козлов, ибо были оттоптаны даже стены. Никто нас не встретил, не считая мирно лежащего рядом с воротами трупа. Но вот тот перевернулся на спину и громко захрапел.

— Пьяный в зюзю! — поморщился Кейси, держась подальше от винных паров.

— Глинтвейн! — страдальчески выдохнула леди Каракурт, хлопая себя по лбу.

— Что это? — не понял Вик. — Имя врага?

— Что-то вроде, — презрительно хмыкнул юный ванн Дерт. — Это человеческий праздник виноделия. Длится неделю. На нем все перепиваются так, что трезвыми бывают лишь дети да деревья!

— Ну что ж, — на правах главного вздохнул Вик, — вперед!

Следуя за шлейфом винных паров (и прочими признаками бурной попойки), мы благополучно, перешагивая через тела мертвецки пьяных, добрались до главного зала. Вопреки ожиданиям атмосфера в нем царила довольно трезвая. Гости просыпались, измученно отрывая головы от скатерти, кому больше повезло — из салатов, и снова тянулись к выпивке. Сам же хозяин что-то оживленно рассказывал во главе стола, ни разу не упустив возможности ущипнуть за филей пробегавших мимо служанок. Те подпрыгивали, взвизгивали и спешили дальше, разнося по залу кувшины с вином.

Естественно, появление странного, до зубов вооруженного отряда в праздничной суматохе было сродни визиту наряда ОМОНа, вызванного на слишком шумную свадьбу. Зажиточные крестьяне и среднего достатка вельможи нырнули под столы, нечисть и рыцари мгновенно протрезвели. Сам же барон испуганно икнул и озадаченно посмотрел на серо-буро-малиновый-бывшесвадебный комок, постепенно узнавая в нем немножко не свою дочь.

— Дитя? — наконец решился признать он Ладиину. — Что все это значит?

— Рад познакомиться с вами, дорогой тесть! — бодро отрапортовал лорд Венатор, делая шаг вперед. — Позвольте представиться, князь Сангиус Ангуис Торта Орис-Беллигеро Омаг-морт Драко, правящая династия.

— И его семья, — выступила вперед ваша покорная слуга, нарушая идиллию. Надо же, ни слова лжи!

Окружающие странно переглянулись и осторожно уточнили:

— И эльф?

— И он тоже! — гордо отрапортовала я.

— И зверюшка? — не поверил урк, которого я с непривычки приняла за мужика, спящего затылком в салате.

— Ага!

Теперь уже часть присутствующих странно захихикали, другие с томным интересом устремили взгляды на Вика.

— Милорд! — простонал Норри. — Они про нас не то подумали! Решили, что мы ваш гарем! Причем кроме девочек прописали туда и меня с Кейси!

— Добро пожаловать в семью, малыш! — потрепала я по плечу эльфенка.

— Что?! — опомнился Вик и яростно подпрыгнул. — Они что, приняли меня за законченного извращенца?!

— Вот и прекрасно, — жестко прошипела я. — Улыбайся и не смей портить таким трудом заработанную семейную репутацию, и в частности уже нашу!

— Очень приятно, — пролепетал обомлевший счастливый папаша. — А мы тут праздник отмечаем. Потихоньку. Не желаете присоединиться?

— Нет, — улыбнулся Витька, — мы к вам по делу. Точнее за приданым.

— Что?! — испуганно подскочил барон, не в силах сдержать страха за нажитое добро. — Неужто вам дочка не угодила? Зачем еще деньги вымогаете, гады, то есть господа Драконы?

— Любому мужчине нужна компенсация за безвременно погубленную холостую жизнь, — невозмутимо парировал лорд Венатор.

— Особенно если это потомок Аргелла! — хрюкнул кто-то сзади.

— Да брось, Матвей! — фыркнул все тот же урк, оборачиваясь к тому, кто внес комментарий про моего предка. — У этих тварей моральных угрызений нет! К ним даже Творец снисходителен, ибо все знают, что у мужчины-Дракона на два ребра меньше, чем у женщины, так как из одного ребра Великий Эквилибриум создал ящеру жену, а из второго — любовницу!

При этих словах взоры присутствующих жадно устремились на вашу покорную слугу.

— Вот поэтому, — многообещающе улыбнулся Вик, обнимая меня и не давая возможности возразить, — мне и нужно ожерелье Прозрения со своим знаменитым побочным свойством! Как видите, семья у меня большая, обязанностей много.

Тесть покраснел и затрясся еще сильнее. Похоже, перспектива потерять сей ценный амулет тяготила его еще больше, чем похудение кошелька.

— Зачем вам артефакт? — пролепетал он, нервно облизывая губы и теребя манжеты. — Вы молодой, красивый, здоровый. Кровь кипит-бурлит! Вам только глянуть — и все прекрасно! Так зачем эта безделушка?

— На всякий случай, — очаровательно улыбнулся Вик.

Блин! Объяснить причину истинной нужды при таком количестве народа мы не можем. Вдруг среди них шпионы, да и барон Каракурт, по слухам, на стороне Михея, но и Витькин аргумент невесок, тут требуется нечто посущественнее.

— Видите ли, — вдруг неожиданно выступил вперед Норри ванн Дерт, — мы планируем несколько расширить семейство…

Ха! Интересная идея! Может, и прокатит!

— А меня возьмете? — внезапно оживился урк.

— Мы рассмотрим вашу кандидатуру, — проникновенно заверила я.

Остальные присутствующие воодушевленно загудели. Не знаю почему, но принадлежать к семье Драконов оказалось очень престижно! То ли в этом мире переизбыток самоубийц-мазохистов, то ли население Геи тронулось умом, но в последующие полчаса в гарем набивались все! От мала до велика, от мужчин до женщин. Какой-то извращенец попытался втюхать даже своего котенка. Вот никогда не пойму этих блаженных! Нас ненавидят, презирают, боятся и при малейшей возможности пытаются устроить самосуд и показательную казнь с применением пыток. Так какой смысл ужом лезть в наш род?! Что за синдром бабочки, рвущейся к огню? Неужели о Драконах, как о любовниках, настолько лестные слухи, что многие готовы на все, лишь бы испытать сие на личной шкуре? Ох уж этот семейный имидж! И родственнички! Зла на них нет! И слов! Цензурных!

Все это время тесть пребывал в самом траурном настроении. Даже невооруженным глазом было видно, что, заламывая руки, он отчаянно пытался придумать, как же от нас избавиться и сохранить столь ценный для себя артефакт. Наконец лицо его озарилось недобрым светом, воспользовавшись тем, что все внимание уделено нам, барон подозвал мальчишку-слугу, черканул какую-то записку и, шепнув тому что-то на ухо, отослал.

«Ой не к добру это!» — всхлипнул спинной мозг.

Недолго думая я поспешно отвернулась и послала мысленный образ паренька Злыдню с просьбой остановить и изъять почту. Тем временем барон Каракурт важно поднял вверх руку.

— Дорогие мои! — слащаво провозгласил он. — Я буду просто счастлив помочь моему дорогому зятю в его сложном и нелегком деле… хм, обустройства семейства. Но есть, к сожалению, одна проблема. Вот уже неделю наш замок окружают какие-то странные твари. Их огромные, бесшерстые тела похожи на скелет то ли собаки, то ли медведя и обтянуты очень прочной кожей.

— Похоже, праздник не прошел бесследно! — презрительно фыркнул Норри. — Это ж надо было так упиться!

— Мы бы с радостью отдали вам амулет, — приторным тоном вещал дальше тесть, — но без него невозможно предсказать, когда ОНИ снова появятся, а следовательно, мы умрем либо от голода, оказавшись под осадой этих тварей, либо в их зубах…

— И тот и тот вариант меня полностью устраивает! — тихонько прошипела Ладиина.

— Поэтому, дорогой князь, если вы убьете этих тварей, я с радостью отдам вам ожерелье Прозрения!

Ну и сволочь же у меня тесть! Если мы погибнем не от зубов очередного эксперимента нашего супостата с больным воображением (а это именно его работа, руку могу дать на отсечение), то скоро сюда заявится вызванное папочкой подкрепление! Замок Корвус Казиларга дʼЛорка в двух днях пути, или в полутора на хороших лошадях, резиденция Гвиневеры с засевшим там Михеем — вообще в трех часах! Надеюсь, о присутствии Михея поблизости барон не знает.

«Тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить!» — отозвалось левое полушарие, плюнув на то, что не верит в суеверия.

Тут еще Злыдень телепатировал, что записки у задержанного мальчишки не оказалось. Плохо. Значит, тот успел ее передать кому-то. Или адресату, или следующему гонцу.

«Тикать отсюда надо! — простонал спинной мозг. — Не к добру это!»

— А где сейчас твари? — осторожно уточнил Вик.

— Амулет говорит, в лесу вокруг замка, — спокойно пожал плечами барон.

— Почему же, когда мы пришли, ворота оказались нараспашку? — ехидно осведомилось левое полушарие.

— Видите ли, — улыбнулся барон, — эти животные не переносят запаха алкоголя. От пьяных они шарахаются как от огня…

— И я даже знаю почему, — проворчал юный ванн Дерт. — Я сам здесь сейчас от их дыхания окочурюсь!

— Мы даже записки гостям писали, чтобы те прибывали уже вдрызг упившись, — продолжал тесть. — И вправду звери, как и в первый день, выскакивали из чащи, пугая приезжих до полного отрезвления, а затем убегали обратно. Как вы прошли через лес, вообще чудо!

Действительно! Как? Если только нас здесь не ждали.

«О-о! Не к добру это! — всхлипнул спинной мозг. — Тикать надо! Копчиком чую!»

«Заткнись, жертва эволюции! И без тебя тошно!»

Ладно уже, что эти гаврики, вместо того чтобы вооружиться и покрошить зверюг в капусту, сидят тут и надеются, что те сами благополучно издохнут, так еще и подмога вот-вот нагрянет! Хотя если их самопальной бормотухой полить стены замка, то даже карательный отряд Михея побоится к оным подступить!

Впрочем, бред все это. Лабораторно выведенные убийцы не станут пасовать перед запахом. Противно, да. Но ведь приказ есть приказ! Тогда чего медлят со штурмом? Ждали нас? Да, наш маршрут теоретически до банальности стандартен и в принципе почти всем известен. Но где гарантия, что мы захотим ему следовать? Если все рассчитано именно на наше бедное, несчастное сборище недоразумений, то придумавший план — гениальный стратег и аналитик, ибо, по местным убеждениям, предугадать действия Дракона невозможно. А если не страдать манией величия и прикинуть, что хозяин «пьяных глюков» коварных планов в отношении убиения либо загрызания отдельных личностей не вынашивал, то тормозить с нападением существа будут, если среди гостей замка их хозяин! От такой догадки по спине пробежал холодок.

— Кейси, — наклонилась я к уху волка, — кто из здесь присутствующих может быть нашим подозреваемым магом-натуралистом?

— Честно говоря, затрудняюсь ответить, — прошептал тот. — Половина лиц в салате!

Ладно, пойдем другим путем. Попробуем амулет банально стащить! Мы же все-таки Драконы — воровать так воровать!

— Господин барон, нам нужно несколько часов отдохнуть. А потом мы с радостью избавим вас от напасти. Не соблаговолите ли распорядиться насчет покоев?

— Конечно-конечно! — просиял старый Бармалей.

— А пока, — ослепительно улыбнулся лорд Венатор, обнимая меня и Ладу за талии, — не дадите ли нам на несколько часов амулет, проверить его, так сказать, в действии?

Вот уж не думала, что затею стащить амулет поймут с полувзгляда! Да уж! Если муж и жена — одна сатана, то брат и сестра — вообще твари родные! Хотя мы с Виком всегда мыслили в одном русле.

— Детки, милые, — молитвенно сложил руки барон Каракурт, — умоляю, дайте мне с ним натешиться в последний раз!

— Ой, чую, — злобно прошипел над ухом Вик, — это ожерелье мы снимем лишь с трупа!

Уже выходя из зала, я почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд и, резко обернувшись, столкнулась с черными, пронзительными глазами жгучего брюнета. Ничуть не смутившись, он тонко улыбнулся и слегка отсалютовал мне бокалом, словно бросая вызов.

* * *

Если женщина — ангел, значит, она пришла по вашу душу.

— Ну и что будем делать? — язвительно хмыкнул Норри ванн Дерт, когда дверь в спальню захлопнулась.

— Может, все-таки убьете моего отчима и снимете с него этот амулет?! — с надеждой выдохнула Ладиина.

— В собственном замке, в разгар пирушки, на глазах у сотни слуг и телохранителей?! — рявкнул Вик. — Ты в своем уме?!

— Нам в любом случае придется разобраться с новыми особями, — вмешалась ваша покорная слуга. — Иначе мы окажемся запертыми здесь до конца наших дней. А судя по тому, что по пятам уже во всю мчится погоня, ждать остается недолго.

И, сев на кровать, я поделилась с остальными своими сомнениями, наблюдениями и догадками. Команда выслушала меня молча, хмуро переглядываясь между собой. Парни проверили готовность оружия, а затем расселись около принесенной еды и не менее мрачно стали ее поглощать. Не выдержав такого произвола, ваша покорная слуга также замолкла и потянулась к куриной ножке.

— Значит, ты предполагаешь, — хлопнул по моей руке Вик, отбирая ножку, — что хозяин этих тварей среди присутствующих?

— Я видел Оох-рам-Лукуша, — ответил за меня Норри, — сына Нох-рам-Лукуша. Враги знают его как прекрасного, талантливого воина и мага. — И вдруг мстительно добавил: — И, похоже, он проявил недвусмысленный интерес к нашей сестренке!

— Когда успела?! — ревниво взвился Вик.

— Уже уходя, — спокойно сдал меня эльфенок, развалившись в кресле и равнодушно наблюдая мое возмущение. — Он отсалютовал ей бокалом, тем самым пригласив в свою постель, а она не отвела глаз, выразив таким образом свое согласие.

— Бред! Здесь что, нельзя на врагов смотреть?!

— Смотреть можно, — вдруг не хуже Вика взвился юный ванн Дерт, — но не пристальным же взглядом в глаза, когда вам делают неприличные предложения! А вы ко всему прочему ему еще слегка кивнули!

— Свет, — зашипел Вик, — ты сюда сражаться приехала или курортные романы крутить?!

— ЧТО Ж ЕЙ ТАК ВЕЗЕТ?! — взвыла леди Каракурт. — Уже третий, а мне ни одного!

— Четвертый! — вдруг машинально поправил Норри ванн Дерт.

— Что? — ошалели мы.

— Этого не забудьте. — Нелюдь презрительно кивнул на волка. — С его матримониальными намерениями.

Ладушка истерично взвизгнула и до крови закусила губу. Эльф же вдруг криво усмехнулся, отчего стал сильно похожим на своего дядю, и хладнокровно продолжил:

— Я предлагаю вам, леди, спуститься к нашему гостю в зал и продолжить столь удачно начатое знакомство. Только пригласите его в свою спальню, а здесь уж мы его допросим. А заодно и проверим, не перевоплотившийся ли это Михей. Ибо по времени он уже должен быть здесь.

— Блестящая перспектива! А где гарантия, что он не зажмет меня где-нибудь по дороге?

— А это, миледи, уже ваши проблемы! — нехорошо ухмыльнулся остроухий, рассматривая меня далеким от братского взглядом. — Ах да! Чуть не забыл! Вампиры — телепаты, так что постарайтесь при нем не думать о наших планах!

Час от часу не легче!

«М-да, хозяйка! — вздохнуло левое полушарие. — Везет тебе, как утопленнику!»

— А если он загрызет меня?

— Вряд ли. — Тонкие губы эльфа снова растянулись в улыбке. — По крайней мере, не раньше, чем получит желаемое.

— Не волнуйся, Светик! — Вик подтолкнул меня к двери. — Если с тобой что-нибудь случится, я его кастрирую и живьем в землю закопаю!

— Да, но ведь ты сделаешь это уже после! — крикнула я мгновенно захлопнувшейся двери.

— Идемте, леди, — вздохнул чудом выскользнувший за мной Кейси. — Я вас провожу.

К счастью или к несчастью, Оох-рам-Лукуш главный зал не покинул. Высокий, прекрасно сложенный, он трезвым недоразумением возвышался около стола, неторопливо потягивая вино из все того же бокала. Мимо пробегающие служанки нет-нет да и заглядывались на его аристократическую и слегка диковатую красоту. Не портили эффект даже удлиненные заостренные ушки с массивными золотыми кольцами в мочках. Вот уж никогда не думала, что сережки у сильного пола могут смотреться мужественно! Да, таким и должен быть хищник.

Бросив на него откровенный взгляд, я развернулась и что было сил припустила к выходу из зала. Собственно, чем ближе к спальне я буду, когда он меня догонит, тем больше вероятность благополучного исхода. Надеюсь.

Наверное, еще никогда я не преодолевала лестницу с такой скоростью! Дай мне волю, и телепортацию освоила бы!

— Леди! — В пятидесяти метрах от заветной двери меня подхватили сильные руки. — Куда вы так спешите?

— К себе, — пискнула ваша покорная слуга, пытаясь расслабиться, чтобы объект не заподозрил неладное.

— Вы от меня скрываетесь или так рьяно приглашаете? — страстно прошептал он мне в самое ухо.

— Женщина только в одном случае бежит быстро — когда догоняет мужчину, и медленно, когда от него убегает.

Оох-рам-Лукуш засмеялся и, опустив меня на пол, прижал к колонне.

— Так вот ты какой, Дракон! — восторженно прошептал он, нависая надо мной и внимательно разглядывая. — Странно, для нелюдя у тебя неправильный прикус. Я думал, твои клыки, как у вампиров и оборотней, слегка удлиненные и выпирают вперед, а твои зубы ровные и прямые, как у людей.

Ну спасибо, дантист! Уважил! Я что, лошадь, чтобы мне в зубы заглядывать?! У самого-то челюсти, как у тигра уссурийского! И слюна капает!

— Ой, извините! — спохватился вампир, видно прочитав мои мысли. — Я не хотел вас обидеть! Просто впервые вижу настоящего Дракона, и мне все интересно! А что такое «дантист»?

«Мой брат, когда выбил зубы моему особо настойчивому и неучтивому поклоннику», — пронеслось в голове прежде, чем там оформился ответ.

Нелюдь понимающе хмыкнул, страшной перспективы не убоялся и продолжил беззастенчиво разглядывать меня.

— А с чего вы, собственно, взяли, что я потомок Аргелла, а не простой человек?

— На тебе амулет рода, — кивнул кавалер на выбившийся из-под куртки медальон. — Ты ведь сестра лорда Виктора, правящей династии. Верно?

— Я в его гареме.

— И что? — ухмыльнулся вампир, вновь впиваясь в меня своими знойными глазами. — Это вполне нормально для соблюдения чистоты линии, магия исключит любые генетические отклонения, свойственные близкородственным бракам. Многие так поступают. Каждый маг, начиная с пятой степени, за отдельную плату способен провести обряд, не говоря уж о вас с вашими способностями! Но вы и сами это знаете.

Так вот отчего в поле Норри заподозрил меня в недобрых намерениях! И, видно, до сих пор не исключает покушения на свою честь!

— А относительно меня у вас такие же коварные планы? — хитро прищурился Оох-рам-Лукуш, снова прочитав мои мысли.

— Хуже! — клятвенно заверила ваша покорная слуга жертву и, вывернувшись, схватила объект за руку. — Идем.

— С удовольствием! — оживился нелюдь и, подхватив меня на руки, направился к лестнице.

— Куда?!

— Ко мне, — не понял моего возмущения воздыхатель. — Вы что-то имеете против моей спальни?

Имею ли?! Конечно, имею! Во-первых, уже потому, что там тебя не ожидают два облома! А во-вторых, они ж до вечера мои бренные останки искать будут! Но, к счастью, господин Лукуш этих мыслей не заметил, полностью поглощенный целованием моей шеи.

«Загрызет! — всхлипнуло правое полушарие. — Как пить дать загрызет!»

«Типун тебе на язык!» — уже в какой раз проигнорировало ее убеждения левое.

«Не к добру это! — всхлипнул спинной мозг. — Тикать от него надо!»

— Моя комната ближе, — стараясь гнать от себя тревожные мысли, прошептала я.

— Веский аргумент! — весело выдохнул Оох-рам-Лукуш и двинулся по указанному маршруту.

Правда, перед спальней ему пришлось поставить меня на ноги. Отомкнув замок, я призывно улыбнулась и вошла внутрь. В ту же секунду дверь за мной захлопнулась — и черный вихрь, подхватив в воздух, швырнул меня на кровать.

«Ребята! Вы где?» — пронеслось в мозгу прежде, чем гость накрыл мои губы жарким поцелуем.

И в ту же секунду по спине пробежал холодок, ибо до мозга наконец-то дошло, что братьев в покоях не было! Ну и что теперь делать?! Потому как по ситуации действовать что-то не хочется!

«А я предупреждал!» — коварно отозвался спинной мозг.

«Кто-нибудь, помогите!» — заорала женская интуиция.

«Хозяйка, вспомни семейный девиз! — встрепенулось правое полушарие. — Сражаться везде, сражаться всегда, убить, раздавить, уничтожить врага!»

«Вперед! — ехидно отозвались нервы. — Назвались гусями — спасайте Рим, то есть хозяйку!»

«Да, — фыркнуло левое полушарие. — Врежь ему, Света! А потом забудь, что ты медленно бегаешь, или прыгай в окно, но не думай, что не умеешь летать!»

«Поздно, — вдруг горестно выдохнул спинной мозг. — Мы уже выполнили приказ!»

В ту же секунду вампир громко охнул и согнулся пополам, придерживая самое дорогое. Не теряя времени, ваша покорная слуга подскочила и метнулась к двери.

— Ты что? — выдохнул он, наконец справившись с чувствами.

— Это называется дипломатическая неприкосновенность.

— Тогда какого ты меня сюда позвала?! — рявкнул вампир, как ни странно не торопясь нападать.

Неужели верит, что все Драконы — прирожденные машины для убийств? Даже такие мелкие, как я?

Тут из-под балдахина у изголовья кровати вынырнул лорд Венатор с обнаженной катаной и, приставив острие к горлу гостя, скомандовал:

— Раздевайся!

С другой стороны балдахина вышел не менее решительно настроенный Норри ванн Дерт, накидывая на жертву блокирующую магию сеть.

— Ребята, — опешил Оох-рам-Лукуш. — Вы что?!

— Ладно, — поморщился Вик. — Верх можешь оставить, главное штаны сними.

— Или приспусти, — тоже решил побыть великодушным эльфенок.

— Ой! А можно я это сделаю?! — вылезла из-под кровати леди Каракурт.

— У меня дипломатическая неприкосновенность! — вдруг нашелся вампир и с отчаянной мольбой и надеждой посмотрел на меня.

— А мы на твою жизнь и не претендуем! — прошипел мой друг детства, в какой-то миг становясь удивительно похожим на Дракона. — По крайней мере, пока!

Вампир вдруг побледнел, потом покраснел и затем тихо, но твердо заявил:

— Я буду кричать.

— Спокойно! — встряла в разговор ваша покорная слуга. — Мы просто хотим поговорить!

— Весьма странно, надо сказать! — фыркнул Лукуш.

— Извините за причиняемые удобства, но нам просто нужны правдивые ответы.

— А с чего вы, собственно, уверены, что я их вам дам? — вдруг осклабился вампир.

— А иначе мы натравим на тебя Ладушку! — мстительно ухмыльнулся Вик.

Лукуш смерил блондинку оценивающим взглядом и хмыкнул:

— Напугали кота сосиской!

— Тебе потом на ней по всем правилам жениться придется! — доверительно сообщил Норри.

— Задавайте свои вопросы! — вдруг поспешно согласился вампир.

Хм, а Драконы в его родословной случайно не отмечались?

— Какова цель твоего прибытия сюда?

— Вот не поверите! — истерически хмыкнула жертва. — Приехал в поисках новых впечатлений. Получил, — хмуро констатировал он, обводя нас взглядом, и пояснил: — Глинтвейн — веселый праздник. Люди перепиваются, забывают про предрассудки, начинают относиться к тебе как к своему, праздники обычно шумные, можно хорошо оттянуться. Девушки тоже забывают про приличия, их легче соблазнить. А мне от этого только плюс, а то в трезвом состоянии они от вампира быстрее ветра бегут.

— В таком случае не переживайте, я отпишу местным красавицам, чтобы они утешили вас в компенсацию за причиненный моральный ущерб.

— Благодарю вас, леди! — язвительно хмыкнул Лукуш.

Увы, злобных тварей вывел не он, за действия отца не ручается. Так как правитель вампиров ни перед кем, а уж тем более перед собственным сыном не отчитывается. Действия его — тайна, но подданные не возмущаются, ибо правитель всегда в первую очередь блюдет их интересы. Опять мы нарвались на великих мира сего! Везет, однако! Я снова печально смерила рост супостата. Когда явится гневный папаша для выяснения отношений, будет жарко. Вряд ли он ниже сына. Но почему все враги от ста восьмидесяти и выше?! И как прикажете нам, маленьким и беззащитным, с такими мамонтами бороться?!

«Ты еще помечтай, чтобы Михей эль Туцир метр в прыжке оказался!» — ехидно хмыкнуло левое полушарие.

«А не окажется, — вздохнуло правое. — В истинном обличье его фиг застанешь, да и так вряд ли он статистику разбавит! И в кого ты, хозяйка, такая?»

Парень поведал о собственной невиновности, о политическом и военном положении своей расы, о ее предпочтениях, а также о том, что на празднике кроме него из сильных магов присутствуют также Переполлетт, сын Мелистея, и Охронус дʼЛорк, сын Казиларга, прибывшие, как они утверждали, по тем же причинам. Думаю, других он заложил уже чисто из вредности.

— Отлично! — потер руки Вик. — Свет, отправляйся за ними.

— Фигушки! Тебе надо, ты и иди!

— Не отрывайся от коллектива, — угрожающе прошипел Вик. — А то коллектив оторвется на тебе!

— Нет, ну правда! Нашли великую искусительницу! Пусть лучше Норри идет! Скажет Переполлетту, что нужно переговорить с глазу на глаз — и все! Да и зачем его трогать, Мелистей же отказался от авторских прав!

— Во-первых, — вздохнул Вик, — кто-то сам всегда утверждает: доверяй, но проверяй! А во-вторых, ванн Дерт не подойдет, ибо эльфы с друидами не ладят.

— А можно я пойду?! — вклинилась Лада.

— Сиди здесь! — одернул ее Норри. — Ты наша ударная сила!

— У всех братья как братья, одной мне земноводные попались! — И это еще мягко сказано, ибо на язык просится совершенно другое слово!

Те меня поняли, но раскаяние проявить не поспешили. Попытка надавить на совесть также прошла вхолостую. М-да! Похоже, оная у нас напрочь отсутствует! Или сие — единственное, что у Драконов впадает в глубокую, беспробудную спячку!

— Вперед, Света! — Вик шлепнул меня пониже спины, выталкивая за дверь. — Красавицы могут все!

— Так то красавицы, а то я!

Оба брата смерили меня задумчивым взглядом, горько вздохнули и выперли навстречу новым приключениям. Да, с такими родственниками и врагов не надо! А ведь придется еще один политический конфликт с друидами улаживать! Хоть бы сынуля не успел пожаловаться папуле до того, как тот вышлет обещанную нам помощь.

К моему великому удивлению, с молодым друидом мы столкнулись на лестнице, словно тот шел к нам в покои сам!

«Отлично, хоз-з-зяйка! — хищно прошипело левое полушарие. — На ловца и зверь бежит!»

— Добрый день! — лучезарно улыбнулся высокий пепельноволосый юноша.

Если Вик, придерживающийся золотой середины, спортивный и слегка подкачанный, Норри, с детства занимавшийся эльфийским боевым искусством, тонкий, но гибкий, то этот был по-настоящему хрупким! Даже каким-то слегка женственным.

— Я слышал, вы собираетесь расширять семью, — продолжил тем временем он.

— А вы что, хотите присоединиться? — ехидно буркнула я.

— Весьма заинтересован! — обрадованно кивнул друид. — Думаю, это будет забавно.

— Ну что ж, — улыбнулась я. — Идемте, обсудим семьей вашу кандидатуру.

Что сделали братья с этим экспонатом, для меня осталось тайной за семью печатями, так как буквально сразу же меня выпихнули за последней жертвой. Итак, если все пройдет хорошо, останется семь подозреваемых. Да уж! Хорошо сражаюсь с великим злом! С такими темпами союзников не прибавится, а убавится! Да и прибить нас успеют прежде, чем до объекта доберемся! Как же стащить амулет у папаши Каракурта? И вообще, каким образом союзники Михея узнают его? Не снимают же с него штаны для идентификации личности?

Вопреки ожиданиям сынок Казиларга оказался маленьким и пухленьким.

«Почти наша ростовая категория!» — обрадовалось правое полушарие.

Но на этом удача заканчивалась. Вышеозначенный колобок с энтузиазмом термита уминал попавшуюся в радиусе его пухленьких ручек еду, ничуть при этом не интересуясь противоположным полом. Вот уже тридцать минут я сидела напротив, мрачно наблюдая, как он облизывает ребрышки бывшей когда-то баранины. Блюда вокруг методично пустели. Может, хоть теперь он обратит внимание на противоположный пол?

«Хотя бы для того, чтобы ему принесли добавки!» — мрачно добавило левое полушарие.

Чем же тебя привлечь, дорогуша?

— Извините, — вдруг поднял на меня глаза объект. — Вы свою порцию будете?

«Завтрак съешь сам, обедом поделись с другом, а ужин отдай врагу! Гениально, хозяйка! ОТДАЙ ужин врагу!»

«И чтоб он лопнул, зараза! — методично вставило левое полушарие. — А еще лучше пусть подавится! И насмерть! Нет, пусть все наши супостаты обожрутся и сдохнут! А то все множатся и множатся, паразиты!»

«Эх, знали бы недруги, что вы с хозяйкой такие „добрые“!» — скорбно вздохнуло правое полушарие.

«Думаешь, сами бы скончались?» — оживилась прагматичная половинка.

— Так вы свою порцию есть будете? — не дождавшись ответа, терпеливо повторил Охронус. — Знаете, местные повара дивно готовят баранину на ребрышках, но она, к сожалению, закончилась. Единственная у вас на тарелке, а вы к ней даже не притронулись. Вот я и спрашиваю: не желаете ли поделиться с ближним своим? Ведь эти слуги сейчас уберут и сами на кухне сожрут! Я их, прохвостов, хорошо знаю!

— Я смотрю, вы большой чревоугодник! — улыбнулась я, черпая ложкой соус и поливая мясо.

Эффект получился такой, словно я не баранину приправляю, а купаю перед ним голую девицу!

Юноша загорелся, нервно облизнулся и жадно подался вперед.

— Да, — захлебываясь слюной, кивнул он, слегка раздраженный моим неопределенным ответом.

— Я тоже люблю вкусно поесть, — задушевно призналась ваша покорная слуга.

— Да? — Собеседник окинул меня скептическим взглядом, впервые посмотрев как на женщину. — А по вам не скажешь!

— Очень активный образ жизни, — пожала плечами я. А ведь действительно, с этим крестовым походом даже потолстеть некогда! Все беги да беги. — Знаете, — вдруг заговорщически наклонилась я над столом, — как гурман гурману признаюсь по секрету. У меня есть скатерть-самобранка. Расстелешь — и получишь любые блюда, какие только пожелаешь! Вина, коньяки — даже тысячелетней выдержки. И готовит она гораздо вкуснее самых искусных поваров.

— Ну да? — заинтересовался виконт, даже отрываясь от колбасы.

— Не верите — идемте проверим! — Я подхватила со стола тарелку и потрясла перед носом у жертвы искушения. — Закажем баранину и сравним, чья вкуснее.

На секунду колобок поднялся, но, повозившись со стулом, вдруг прокряхтел:

— А почему бы вам не принести скатерть сюда?

— Чтобы ее отняли? — делано изумилась ваша покорная слуга. — Братья велели никому о ней не говорить именно по этой причине. Я такая хрупкая, беззащитная… Ничего не могу отстоять! Это вам я проболталась исключительно потому, что вы мне нравитесь! Но вы же сохраните мою тайну и не позволите братьям наказать меня?

— Нет-нет! — притворно закивал головой Охронус, стараясь спрятать вспыхнувший в глазах жадный огонек. — Но вы же покажете это чудо мне?

— Ой! Вы такой хороший, такой благородный человек! — восторженно всплеснула я руками. — Как я могу вам отказать? Идемте!

И, подхватив на всякий случай баранину, направилась к спальне. Виконт как завороженный двинул следом.

На этот раз процесс связки-пытки прошел на удивление легко и быстро. Младший дʼЛорк особой храбростью и силой не отличался.

«Умом, кстати, тоже, — ухмыльнулось левое полушарие, наблюдая за допросом. — Интересно, а отец как?»

Засунув несчастному кляп, парни потащили жертву к шкафу метр шестьдесят на метр шестьдесят. Думаю, пленник там отсидится с удобствами. Но каково же было мое изумление, когда, услужливо открыв братьям дверцу, я столкнулась с двумя парами озадаченных глаз! При виде еще одного, крайне толстого квартиранта скрюченные в три погибели узники откровенно запаниковали.

— Малышка, посторонись! — прокряхтел Вик, полностью игнорируя их тихое отчаяние.

Увидев мрачную перспективу, Охронус уперся всем чем только можно. Но в связанном состоянии его возможности были ограничены. Тем не менее около получаса ушло на рьяную утрамбовку. Парни, ругаясь как сапожники и обливаясь семью потами, настойчиво прессовали нервно потеющего и сопротивляющегося колобка. Спеленатые словно мумии пленники не менее усердно и усиленно выталкивали ногами, головами и всем телом потенциального сокамерника обратно, что-то отчаянно мыча. Думаю, вряд ли цензурное.

— Втяни живот, пухлый! — прошипел лорд Венатор, которому уже порядком надоела сложившаяся ситуация.

Естественно, Охронус последовать его совету и не подумал, еще сильнее раздувшись.

— Ах так?! — не на шутку разозлился Вик и, прежде чем я смогла что-то сообразить, врезал несчастному в живот.

Тот охнул и на миг от боли оцепенел, чем и не преминули воспользоваться мои братья. Однако в шкафу бдили и полудохлую тушку вытолкнули обратно.

— Надо еще Переполлетта вырубить! — мстительно прошипел Норри.

— Лучше вампира, — внес свои коррективы Вик. — Он здесь самый активный и сильный.

— Да вы что?! — не выдержала я. — Пожалейте их!

— Свет, это издержки производства, — хмыкнул Вик. — Отвернись, а лучше иди прогуляйся.

— Не стоит, — пресек идею эльф. — Мало ли кто еще к ней пристанет, пока мы заняты!

— Тогда не избивайте младенцев!

— Да с чего они тебе сдались?! — прорычал Вик.

— Жалко, — развела руками ваша покорная слуга.

— Они враги! — напомнил Норри.

— А мне все равно больно на них смотреть! Вы поставьте себя на их место.

— Типун тебе на язык! — отозвался Вик. — А нас тебе не жалко? Столько времени с ними мучимся!

— А может, вы их попросите не сопротивляться? — предложил юный ванн Дерт. — Просьбу леди они даже скрепя сердце выполнят.

— А иначе мы им поможем! — прошипел Вик.

— Нет, — мотнула головой ваша покорная слуга, чувствуя себя Гитлером. — Мне их глаза в кошмарах до конца жизни сниться будут.

— В таком случае отвернитесь. Я обещаю быть милосердным, — произнес Норри и, когда я отвернулась, злобно добавил: — Избирательно!

В тот же миг раздались пара приглушенных ударов и скрип захлопывающегося шкафа.

— Фу! — шумно перевели дух братья, с облегчением привалившись к дверцам шкафа.

— И что ж ты такая добрая на нашу голову! — проворчал Вик, поворачивая ключ в замке и отходя от дверцы.

Вовремя, надо сказать! С другой стороны так забарабанили, что шкаф ходуном заходил. А затем послышались почти детский всхлип и чье-то сдавленное рычание. Кажется, там готовится убийство! Сынок Казиларга испуганно заскулил. Полагаю, вполне обоснованно. Меня бы тоже трясло, окажись я неизвестно на какой срок запертой в шкафу с голодным, раздраженным, неудовлетворенным вампиром. А насколько помню, хуже всего пришлось именно Оох-рам-Лукушу, ибо он волей рока очутился снизу. Хотя Норри все время пытался переложить ответственность на Переполлетта.

— Может, проясните ситуацию? — робко предложила ваша покорная слуга. Вдруг там действительно кто-то кого-то бьет?

— Ничего, — злобно прошипел ванн Дерт, — переживут!

И властно щелкнул пальцами. М-да, а мальчик-то портится на глазах! Что ж я к концу Лерри сдам?!

«Не боись, — отозвалась совесть. — Мужик, когда ребенка Драконам на руки сбывал, чай, догадывался, что не в пансион благородных девиц определяет!»

«А в пансионе малыш здорово оттянулся бы!» — со смаком отметило левое полушарие.

Шкаф тем временем перестал дергаться, звуки тоже мгновенно исчезли. Заметив наши с Виком изумленные взгляды, эльф небрежно пояснил:

— Маскирующее заклинание. Никто их не увидит и не услышит, пока я не позволю.

Да, чем больше узнаю свою семейку, тем страшнее жить на свете!

Дипломатический скандал, увы, обеспечен. Но что же здесь произошло в мое отсутствие?! Почему мои братья так вызверились на бедняг?! Развить эту мысль, к сожалению, не получилось, ибо стоящая у окна леди Каракурт вдруг испуганно закричала:

— О нет! Во двор замка въезжают Призрачные Гончие!

В ту же секунду дверь спальни сотряслась от стука.

— Именем господина барона Каракурта откройте!!!

* * *

И все-таки уникальный это вид спорта — марафон. Ведь никто не заставляет, а бегут!

— Одну минутку! Мы не одеты! — крикнула ваша покорная слуга и подтолкнула братьев к подоконнику.

— Не выйдет! — сквозь зубы прошипел Вик, указывая на арбалеты, нацеленные на наше окно. — Эти доисторические снайперы меня нервируют!

— Меня тоже, — признался Норри, пятясь обратно.

В ту же секунду дверь с грохотом обвалилась, подняв в воздух тучу каменной пыли и штукатурки.

— Вот она! — ткнул в меня высушенным, тощим пальцем долговязый старик. — Вот настоящая княжна!

Ну надо же какое счастье! Даже оборотни подтянулись! И всё мне?!

— Взять их! — рявкнул массивный, плотный мужчина с огромным квадратным подбородком. Дорогая одежда и специальные нашивки говорили, что перед нами не кто иной, как воевода барона Каракурта.

Мужчина повторил команду, и неизвестно каким-то образом протрезвевшие солдаты барона двинулись на нас.

— Ни с места! — не хуже рыцаря гаркнула я. — Еще один шаг, и мы убьем заложников! Барон же не хочет осложнений с государствами вампиров, друидов и Казиларгом дʼЛорком? Заклинание завязано так, что, если вы попытаетесь нас убить, поранить или пытать, пленники умрут!

— Круто! — тихонько похвалил меня Вик. — Ты террористом случайно нигде не подрабатывала?

Нет, только в школе. Учителем химии. И нянечкой в детском саду.

— А теперь наши требования! Уберите арбалетчиков, приведите к окну наших скакунов, к седлу моей лошади привяжите ожерелье Прозрения, а затем дайте спокойно уехать. На безопасном расстоянии мы снимем чары, даю слово Дракона!

— Ты не в том состоянии, чтобы ставить условия! — прошипел кто-то со стороны окна.

О елки-палки! На подоконнике, подобрав под себя ноги, сидело жуткое, похожее на гибрид летучей мыши и человека существо. Белесая кожа свисала как у шарпея. Огромный округлый череп, наоборот, был обтянут кожей, отсутствие губ создавало видимость постоянного оскала.

— Это еще что за птеродактиль?! — выдал мою мысль Вик.

— Лорд Тван кон Су, к вашим услугам, — ехидно поклонился жуткий тип.

— И кто-то из наших предков покусился на его дочь?! — помимо воли вырвалось у меня. — Неужели в нашу семью затесались извращенцы?!

— Не скажи! — вдруг встал на защиту народа Твана Норри. — Женщины их вида очень даже ничего! Прекрасные девы с лебедиными крыльями за плечами. Прямо ангелы! Это только мужчины такие.

— Потому что их довели! — хмуро констатировал лорд Венатор. — И, видно, эти самые херувимчики.

— Если бы у меня была такая альтернатива, — мрачно кивнула на Твана Ладиина, — я бы тоже выбрала Дракона! Или, на худой конец, в монастырь ушла!

— Ого! — не сдержался Вик. — Серьезный аргумент!

— Ну хватит! — взвился господин кон Су. — Не злите меня!

— Действительно, — поддакнула ваша покорная слуга. — Не нервируйте дяденьку, а то еще с окна свалится!

— Твои слова да богу в уши! — пробормотал Вик.

— Тьфу-тьфу-тьфу, чтобы сбылось! — горячо подтвердила Ладиина.

— Стрелу тебе в задницу! — внес свою лепту Норри.

— А-а-а! — внезапно со всей силы заорала ваша покорная слуга и метнула в бэтмена одну из притороченных к рукаву звезд.

Где-то слышала, что тигры могут парализовать добычу собственным ревом.

Первая проба нового оружия не совсем удалась. Звезда тоже не попала. Мышак, увертываясь, качнулся в сторону, и пущенное мною орудие вылетело в окно, блеснув серебристым бликом. Тут нервы какого-то арбалетчика не выдержали, и сбылась великая эльфийская мечта! Арбалетный болт с чавканьем впился в так неосмотрительно подставленную мишень. Господин кон Су взвыл и кинулся вперед.

— Норри! — метнулась я магу. — Делай на всех портал!

— Куда?

— Куда угодно, лишь бы из замка!

Парень кивнул и принялся что-то шептать.

— Он колдует! — заорал недобитый птеродактиль. — Помешайте им!

Молодые рыцари кинулись разом в комнату, отчего в дверях произошла давка и вследствие ее заминка, позволившая моему сводному брату открыть портал. В ту же секунду мы оказались стоящими у стены замка прямо перед сотней взведенных арбалетов.

«Хрен редьки не слаще! — мрачно прокомментировало левое полушарие. — Ну что за день такой?! Ёптр турен имбарр!»

— Давай назад, Копперфилд! — прорычал Вик, рефлекторно заслоняя собой нас с Ладой.

— Обратная отправка через пятнадцать минут! — прошипел Норри.

— Думаете, доживем? — доверчиво уточнила Ладиина.

— Ни с места! Оружие на землю!

— Руки за голову и встали к стене, — буднично закончил за них Виктор.

— Убейте их! — заверещат невесть откуда взявшийся барон Каракурт.

— Именем Мортифора Лупуса Карнификуса отдайте их нам! — заорали подбегающие к стене оборотни.

— Позвольте разобраться с ними профессионалам! — прогромыхал магистр Призрачных Гончих.

— Подайте их мне! — проверещал севший на стену Тван кон Су. Все еще не извлеченная стрела, словно единственное перо в хвосте петуха, гордо красовалась на пятой точке, вздрагивая от малейшего движения. — Я их убью, четвертую, закопаю, пристрелю, утоплю, задушу, отравлю, замучаю до смерти, порежу на кусочки, сожгу, скормлю крысам, разорву на части, освежую, съем!

— Мужик, ты определись сначала! — хмуро буркнул Вик.

— А своим животным скормить не хочешь? — подсказала ваша покорная слуга.

— Каким? — неподдельно изумился враг.

— Ах у тебя их несколько?! — злобно возмутился Вик.

— Да! — гордо заверил Тван. — Черные, рыжие, серые и белые крысы!

— Крысы — понятие растяжимое, — поднял вверх голову эльф. — Кого именно из чудовищ вы так называете?

— Как кого?! — нервно подпрыгнул Тван. — Грызунов обычных! С хвостиками и зубками которые! Ты, ушастый, смотрю, совсем свихнулся!

— На себя посмотри, лысый! — огрызнулся Вик.

Так, пятеро уже точно невиновны, Михей тоже вряд ли причастен к лесным беспорядкам, значит, остается семь подозреваемых!

Тем временем на сцене появилось новое действующее лицо. Злобные волосатые всадники на коротконогих пепельно-серых лошадках, у которых странным образом был обрит зад. Сами урки тоже старались лишний раз не приподниматься в седле.

— Именем великого императора Михея эль Туцира отдайте Драконов нам! — проревел самый крупный и лохматый (отчего проплешина на его филее просматривалась еще ярче) индивид.

— Ну нет! — заверещал Тван. — Каракурт в обмен на сохранение ожерелья Прозрения обещал их тела и души мне!

— Еще чего! — взвыли черные рыцари. — Мы за ними полстраны объехали!

— А мы натерпелись больше всех! — заорали оборотни. — Они наш замок разгромили и поставили под угрозу жизнь и здоровье королевской семьи!

— Вы еще поплюйтесь! — фыркнул Вик.

И о чудо! Враги за нас сцепились! Было бы здорово, если бы они поубивали друг друга!

«Или же получили тяжелые увечья! — меркантильно добавило левое полушарие. — Поголовно желательно!»

«Да вы что?! — возмутилась совесть. — Нельзя быть такими везучими!»

«А жаль!» — в унисон вздохнули оба полушария.

Осторожно взяв братьев за руки, я едва заметно стиснула их ладони, намекая смыться, пока нас не поделили. Норри понимающе пожал мои пальцы в ответ и стал готовить портал. В тот же миг над головой раздался легкий серебряный звон и на плечи опустилась свинцовая тяжесть…

Первое, что удалось ощутить, — ледяной холод и твердую поверхность под собой. Глаза открылись не сразу. Итак, что тут у нас? Серый каменный потолок, сырые стены, гранитный пол. Тюк соломы в углу. Ба! Вторая тюрьма за каких-то семь дней! Да, с такими темпами мне грозит стать закоренелым зэком!

Рядом кто-то застонал. Ладиина.

— Тише! — шикнул на нее Вик. — Мы слушаем новости!

— Какие? — сумрачно вздохнула блондинка.

— Они все еще ищут заложников! — хмыкнул Норри, навострив уши. В прямом смысле! Вот уж никогда не думала, что утонченные, изысканные эльфы способны так ловко орудовать собственными органами слуха, настраиваясь на нужную частоту! — Отказались давать нам еду, пока не скажем.

— А чего так ласково? — осторожно поинтересовалось левое полушарие.

— Боятся, — гордо пояснил эльф. — Когда я наложил на пленников пелену безмолвия и незримую вуаль, то завязал заклинание на независимом источнике, поэтому и после того, как выкачали мою магическую силу, пленники не объявились.

— Значит, их сейчас не видят и не слышат?

— Да, — кровожадно кивнул братишка. — Их смогут обнаружить лишь те, кому я позволю.

— А сколько времени мы здесь?

— Около шести часов, — пожал плечами Вик.

«Пленникам в шкафу хуже! — сердечно заверило левое полушарие. — Особенно если вспомнить, в каком состоянии вы их оставили!»

И я мысленно содрогнулась. М-да, без воды, без еды, без права на туалет, тесно прижатыми друг к другу. Брр! Дипломатического скандала точно не миновать!

— Прибыли Нох-рам-Лукуш и Мелистей, — душевно поведал эльфенок, прислушиваясь к стене. — Ругаются как сапожники. Казиларг на подходе.

— Чудесно! — ехидно хмыкнуло левое полушарие. — Чем больше, тем веселее!

— Тут мы их всех вместе и прибьем! — просияла Ладиина. — Да?

— Непременно! — иронично скривился Вик. — Вот Михея подождем, чтобы лишний раз по стране не бегать, и обязательно всех здесь похороним!

— Ой! — Меня начала разбирать тихая истерика. — А ведь неплохая идея достать противника так, чтобы не ты за ним, а он за тобой повсюду бегал! Удобно! Идешь себе по делам, а когда надо остановился, подождал и врезал!

— В таком случае не волнуйся! — заверил вдруг Витька. — Эти трое поклялись, что из-под земли нас достанут и всю душу вытрясут!

— За что? Я же извинилась и обещалась отписать местным красавицам, чтобы те компенсировали ущерб!

— А Норри и отписал, — ухмыльнулся Вик, — только степным уркам, с подробной инструкцией, где и как болезных искать.

— ЧТО?! — Истерика стала громкой. — Смерти моей хотите?

Насколько мне удалось узнать о новом мире и про орков да урков в частности, те в любовных пристрастиях особого различия между мужским и женским полом не делают и скромностью особой не страдают. А мы… им… принцев… АБЗАЦ!!!

— Не дрейфь! — с энтузиазмом отозвался Вик, великодушно похлопывая меня по плечу. — Урки с принцами связываться не захотели и отписали отцам, типа, так и так, ваши детки загуляли и попали в передрягу, Драконы просили сотрудничать. Но мы не захотели. Вот только местонахождение, ужравшись конопли, указать забыли. А когда их спросили, уже не помнили. А письмо Норри еще вначале скурили, чтобы не пропадало зря. Сказали, косяк получился отменный.

— Скандала с друидами не избежать!

— Отнюдь! — оптимистично фыркнул Вик. — Норри еще послал Верховному друидскому совету письмо, где поведал, что сын президента в силу своей распущенности оказался не в том месте и не в то время. А посему Драконы ответственность за полученный эффект не несут и просят простить возникшее недоразумение, так что Мелистей сейчас здесь по личной инициативе!

— Так, господа, пора отсюда сматываться, пока враги не пришли к консенсусу! — во весь голос заорала женская интуиция.

— И каким же образом? — ехидно осведомился ванн Дерт, поворачивая ко мне уши.

— Где Кейси?

— Я здесь, — робко раздалось под дверью. — Как вы, леди?

— Лучше не бывает! Ты можешь добыть ключи от камеры?

— Постараюсь, — прошелестело в ответ, и легкие шаги стихли в глубине коридора.

— Нас что, совсем не охраняют?

— Кейси говорил, нет, — покачал головой Вик.

— А зачем? — обреченно вздохнул Норри. — В камере антимагический контур. Любую энергию высасывает просто моментально. Выйти можно, лишь если развяжут руки да откроют дверь. Все другие способы просто невозможны!

— Свет? — вопросительно повернулся ко мне Вик, многозначительно уставившись на связанные за спиной руки.

Да-да, так нас оборотни уже связывали, знаем. Обломились мохнатые!

— Свет! — уже настойчивее повторил брат. — Ты нам нужна!

Нашел панацею, прохвост! А самому слабо? Тем не менее вся команда с интересом покосилась на вашу покорную слугу, словно это только мои проблемы! А что случится, вздумай кто изменить фасон пут? А?

«Кстати о них! — встрепенулась левая половинка. — У нас тут по крайней мере два активно действующих представителя этого мира, один из которых временно недееспособный враг. Может, обезопасим как-нибудь наш маленький секрет?»

— Норри ванн Дерт, Ладиина, поклянитесь, пожалуйста, что никогда никому никаким способом не выдадите, не воспользуетесь информацией и не дадите советов по поводу увиденного сейчас.

Скрепя сердце и скрежеща зубами малыш выдавил-таки из себя клятву и уже с плохо скрываемым любопытством уставился на вашу покорную слугу.

Ох, и какое счастье, что пленников в этом мире связывают однотипно! Я довольно отработанно перевернулась на спину для осуществления стандартного маневра: закинуть ноги за голову, сложиться как можно компактнее и продеть тело через кольцо, образованное связанными сзади руками. А там уж приспособить к делу спрятанные за голенищем кинжалы. Н-да, народ совсем беспечный! Даже разоружить пленников поленились! И как они до сих пор еще живы?!

— Дорогая! — вздохнул Вик, наблюдая за моими потугами поудобнее устроиться на холодном неровном полу. — Либо ты стареешь, либо действительно слишком откормила свою попу!

— Нашел чем обрадовать женщину! — Нет! Ну каков наглец! Как своим подружкам, так комплименты самые изысканные, а мне — одни расстройства!

— Она не женщина! — фыркнул эльфенок. — Она Дракон!

И этот туда же! Уйду я от вас! Тем не менее во второй раз получилось куда лучше, чем в предыдущий. Тело наконец нашло наилучшую точку опоры. Опыт, однако! Скоро стану профессионалом! Ноги с легкостью проскользнули в образованное кольцо.

— Лорд Венатор, — вдруг пораженно прошептал Норри, все еще не веря собственным глазам, — у нее вообще кости есть?

— Теоретически да, — блаженно улыбнулся Вик, — по крайней мере вчера все на месте были! Но если не веришь, можешь сам прощупать!

При мысли о вышеозначенной перспективе истинный потомок Аргелла откровенно просиял и одарил меня заинтересованным, далеким от братского взглядом, даже забыв о действующей вражде. Ну погоди, Витька! Я тебе это припомню! Нашелся мне змий-искуситель!

— Госпожа, — тихонько поскреблись за дверью, — все готово.

Вовремя, однако!

— Прекрасно, а теперь отопри нас, пожалуйста.

— Но я не могу превратиться в человека! Мортифор меня сразу заметит!

— Ты так и собираешься всю жизнь бегать от своих врагов? Думаешь, оборотни не уловили твой запах и не доложили ему об этом?

— Давай, Кейси! — вступился эльф. — От одной секунды с нами ничего не станется. Все и так знают, что мы здесь!

— Мы сродни грозовой тучке! — вмешался Витя. — Следом уже такой хвост, что грех пропустить, чем не заметить! А сарки так постарались, что ты уже на весь мир прогремел в прямом эфире! Так чего теперь таиться? Стань на минуту человеком, а потом снова превращайся в кого угодно!

Хм! А ведь неплохая идея насчет тучки! Куда бы мы ни пошли — сзади целый выводок врагов и ворох разрушительных последствий. Так, может, вернуть барону должок и покружить у замка, сделав его эпицентром бури?

В какой-то момент мы даже не поняли, каким образом щелкнул замок и отворилась дверь. Мелькнула часть голой человеческой ноги — и на пороге вновь робко стоял волк. Отлично! Маньяки на свободе! Гуляй душа!

— Слушай, Лада, а тебе этот замок нужен?

— Нет! — повернулась ко мне красавица. — Я буду жить в палатах мужа.

— Предлагаешь использовать замок в качестве полигона? — хищно сверкнул глазами Вик.

— Надо же отплатить за гостеприимство!

— О да! — прошипел эльфенок, подбирая с пола не отнятое у нас оружие. — Месть — это блюдо, которое следует подавать холодным!

Как выяснилось, темницы в этом мире тоже строили по нескольким вариантам. Орочьи, например, являлись глубокими ямами, в которые не только сажали узников, но и сливали отходы. Гномьи и человеческие представляли собой бесконечные запутанные коридоры с отходящими по обе стороны комнатушками-клетями. Эльфийские, наоборот, представляли собой череду или гроздь смежных помещений, построенных таким образом, чтобы узник по дороге в свою камеру мог пройти через вереницу пыточных. Причем изысканность и утонченность эльфов проявляется, оказывается, не только в одежде и искусстве, ибо ухоженные красавцы всегда стараются провести заключенного через комнаты допроса так, чтобы тот мог в полной мере насладиться работой палача. А после того как мой ушастый братец прокомментировал минусы попавшейся на пути дыбы, мне вообще расхотелось враждовать с Лерри ванн Дертом.

Как вы уже, наверное, догадались, барон Каракурт, в отличие от всех нормальных людей, построил свои темницы именно по последнему типу. И как назло впереди за дверью послышались сдавленные крики да стоны.

— В чем дело? — обернулись спутники, не расслышав за спиной знакомого сопения.

— А мы не можем как-нибудь обойти? — робко отозвалась ваша покорная слуга. — Там кого-то мучают.

— Увы, леди, — окончательно смутился Кейси, словно происходящее впереди являлось его личной виной. — Это единственный путь на свободу. Придется потерпеть.

— Возможно, нас и не заметят, — ухмыльнулся Вик, осторожно берясь за резную ручку.

Странно, конечно. С чего им нас не углядеть? У палачей что, глаз нет? Ладно, авось так авось.

ЁПРСТ! Да что же творится в этом мире?! Прямо перед нами на каком-то зубчатом столе устроилась неистово-страстная парочка местных садомазохистов! Нет слов, одни мысли! Рядом неодобрительно цокнул Норри, но стоило мне приписать братишке высокие нравственные идеалы, как он тут же презрительно пробормотал:

— Это ж надо, какое ценное пыточное устройство портят, дилетанты позорные!

М-да, а я-то многого не знаю о сводном братике! Интересно, это драконья кровь или эльфийское воспитание так сказывается? И неужели мы с Виком на него похожи?

«Аллилуйя! — ехидно отозвалась правая половина мозга. — Она наконец-то прозрела!»

Молодые люди тем временем озадаченно уставились на нас. Авось не заметят, говорите?! Вик, видно, тоже опешил, ибо забыл даже ляпнуть любимое: «Подкрепление вызывали?» А может, побоялся, что те не погнушаются принять предложение. В любом случае Вик застыл молчаливым столбиком. Даже Лада держала себя в руках, лишь слабо выдохнула: «Охренеть!» Так, при детях больше не выражаться!

Недолго думая я осторожно подпихнула братишек в сторону следующей двери. Слава богу, хоть за ней тихо. Пока.

— Эй! — вдруг активизировался обнаженный молодой человек, видя наше молчаливо-паническое бегство. — Вы куда?

— А? — растерянно и как-то жалобно всхлипнула Ладиина.

— Мы другую камеру поищем, — нашлась ваша покорная слуга.

— Все?! — выдохнула девушка.

— Угу, — мрачно отозвался юный ванн Дерт.

— И собачка? — подозрительно прищурился юноша.

— И она, — зябко передернул плечами Витька.

— А может, к нам присоединитесь? — томно изогнулась красавица.

— Нет! — в унисон взвизгнули мы и почти хором ляпнули: — Мы вообще-то скромные!

И не сговариваясь рванули к дверям. Парочка проводила нашу слаженную компанию удивленно-озадаченным взглядом.

— Ты знал? — гневно прошипела ваша покорная слуга лорду Каптулусу, поспешно пересекая следующую камеру.

— Ну ведь вам… то есть нам… не привыкать? — Волк состроил на морде невинное выражение, подобострастно заглядывая мне в глаза.

— Еще раз такое без предупреждения устроишь — на шапку пущу!

— Ты, Кейс, смотри, — хмыкнул, обернувшись, Вик. — Она всегда держит слово!

Норри неожиданно покосился на меня с безмерным уважением. Оказывается, эти ушастые садисты, как никто другой, ценят верность данным клятвам и обещаниям. И сами их всегда выполняют, что еще раз убеждает держаться от них подальше и никогда не подводить.

Как ни странно, из подземелий мы выбрались без приключений. Но разве может дальше так везти? Правильно! Стоило оказаться в коридоре, как мы очутились прямо перед носом у двадцати озадаченных урков, по какому-то неведомому закону подлости решивших облегчиться именно в этом месте! Каково же было их изумление, когда стена, на которую они нацелили свои орудия, словно засмущавшись столь нецензурной картины, вдруг отползла в сторону, явив миру нашу команду! В культурный шок впали даже Вик с эльфом.

С минуту мы озадаченно таращились друг на друга, пока наконец их предводитель не заорал:

— Хватай тварей! Мелкую гадину мне!

А я-то при чем?! Это все Норри! В этот момент сильные руки Витьки подхватили вашу покорную слугу, перебросили на плечо, и мир завертелся. Острая нужда урков дала нам небольшую фору. Правда, теперь расстояние между нами постоянно сокращалось. Вик уставал, но опускать меня на землю не торопился, мужественно неся на руках. Если сейчас что-то не предпринять — кранты!

— Малыш, масло наколдуй! — пришла в голову шальная мысль, когда мой взгляд остановился на горящих факелах. Значит, мелкая во всем виновата, да? Ну так не обессудьте, лохматики! Я вам тут ТАКОЕ устрою! Не будите в маленьких зверя!

— Какое? — пропыхтел ванн Дерт.

— Горючее!!!

— Я могу только конопляное.

— Да без разницы! Быстрее давай! — все еще болтаясь на плече братца, пропыхтела я.

Через пару минут в моих руках оказался небольшой кувшинчик, но факелы, как назло, кончились!

«Ну да ладно, авось хоть поскользнутся!»

Я не уследила, какое из полушарий посетила столь оптимистичная мысль, и руки перевернули сосуд, стараясь по максимуму окропить дорогу позади.

— Давай еще!

— Нужно время… баланс!..

— Тогда подержи! — фыркнул Вик и метнул меня Норри.

На мгновение сердце ушло в пятки, а нижние девяносто пугливо сжались от предвкушения скорого свидания с каменным полом, но чьи-то сильные и уверенные руки ловко поймали меня где-то на пути вниз. Уголки губ эльфенка вдруг коварно приподнялись. Неужели сейчас специально уронит? За все хорошее… В невинных сапфировых глазищах спасителя мелькнул лукавый огонек, и мою пятую точку ущипнули! Рука рефлекторно отвесила пощечину. Тварь! В такой-то момент!

— А я думал, тебя сам факт возмутил! — раздался над ухом саркастический голос.

Я замахнулась во второй раз, но, увидев озорные смешинки в обманчиво невинных глазах, плюнула на это дело. Интересно, а давно малыш на мои мысли настроился?

— Только что, — признался братец. — И никогда не думал, что рыться в женской головке так забавно!

«А то! — одобрительно хмыкнуло правое полушарие. — Только на левую половину не лезь! Она зануда страшная!»

«Тварь подколодная!»

«Ну, теперь ты знаешь генератора ругательств!»

Эльф весело хохотнул и понимающе подмигнул. У него-то в мозгу правая половина уговаривала конечности еще раз пощупать вашу покорную слугу, а левая ее костерила на чем свет стоит, безнадежно пытаясь найти аргументы против.

Тем временем урки поравнялись с разлитым маслом, поскользнулись, брякнулись, сочно выругались, шумно потянули носом и восторженно взвыли. В ту же секунду часть преследователей бухнулись на колени и стали торопливо слизывать разлитое масло. Остальные кинулись за нами с еще большим рвением. Вик, все это время разбивая стоящие в нишах вазы, также удвоил собственные усилия. На битом фарфоре враги немного затормозили, но энтузиазма не убавили. Ну и мы скорости не снизили! Какому мазохисту охота общаться со злобными, волосатыми, воинственными наркоманами подозрительной ориентации?

Естественно, по всем законам жанра впереди оказался тупик! Однако на этот раз данное обстоятельство наша команда восприняла без лишних истерик. Норри ванн Дерт как-то даже профессионально, отработанным движением увлек всех в мгновенно открытый портал. Последнее, что донеслось до наших ушей, — звук ударяющихся об стену голов.

Но с переносом, увы, повезло не больше, чем в прошлый раз, ибо теперь мы всей бригадой стояли на третьем ярусе опоясывающего центральный зал балкона. Снизу на нас мгновенно уставились сотни вражеских глаз. Выходы на нижние этажи оказались в противоположном конце данной постройки, и, что самое противное, из них уже на всех парах неслись в нашу сторону неприятели.

— Вниз! — коротко скомандовал ванн Дерт, хватая и бросая Вику висящие на стенах штандарты. — Спустимся по ним.

— Я высоты боюсь! — всхлипнул Вик.

— Нестрашно, — хмыкнул эльфенок и даже как-то профессионально столкнул друга за пределы балкона. — Меньше родственников — больше наследства!

— Не дождешься! — прошипел Витька, мертвой хваткой цепляясь за гобелен, и с неизвестно откуда взявшейся грацией кошки последовал на нижний ярус.

Поразительно! Чего только Драконы не могут сделать ради денег! Следуя примеру Вика, Ладиина схватила Кейси под мышку и просто спрыгнула вниз, мягко приземлившись прямо в центре зала!

«Ну что же мы, от них отстанем?! — внезапно подначила правая половина мозга. — Вперед, хозяйка, настал и твой звездный час! Смотри, воины уже довольно далеко отбежали от дверей в противоположном конце этого долбаного балкона, так что сразу поймать тебя не успеют! Хватай вон ту цепь, на которой крепится к потолку люстра, и полетели, как в старинных фильмах!»

«Ой! Не к добру это!..» — простонал спинной мозг.

«Стойте, дебилы!» — рявкнуло левое полушарие, но было уже поздно.

М-да! Все-то правая часть мозга учла: и траекторию, и направление, замах и длину тарзанки, кроме хозяйского веса и простых законов физики. Один из которых F=mg… А точнее: люстра была большая, диаметром два метра, с десятью ярусами свечей… Полностью отлитая из свинца, то есть тяжелее сорокашестикилограммовой девушки, и поэтому, когда ваша покорная слуга взялась за отвязанный конец цепи, то почувствовала себя ракетой, летящей в неведомые космические дали.

* * *

Женщина — слабое, беззащитное существо, от которого невозможно спастись!

Древняя народная мудрость

Избавившееся от потенциальной энергии потолочное светило к концу пути приобрело значительную кинетическую энергию и с садистской точностью приземлилось на какого-то здоровущего типа, который как раз в этот момент замахнулся на Вика. Друг отскочил и благодарно отсалютовал неразлучной катаной:

— Молодец, сестренка!

— Сними меня отсюда! — пропищала ваша покорная слуга, болтаясь на цепи под потолком.

— Зачем? — хмыкнул Вик. — Здесь драка, жарко, грязно, мужики потные, кровища повсюду. Зачем тебе путаться под ногами, а? Повиси еще немного, мы скоро.

Ёпрст! А что еще остается, как не держаться?! Ведь в противном случае не просто расплющишься к концу полета в блин, а со всей силы хряснешься в ощеренную свечками и острыми украшениями железяку! С таким же успехом можно прыгать с трамплина в волчью яму! Вот только ладони потеют да руки слабеют! Держаться нет сил!

«И какой задницей ты физику учила?!» — злобно раздалось из левой половины головы.

«Напомню, — ехидно отозвались с другой, — что ее учила ты! Это не моя прерогатива. Мы за гуманитарные науки отвечаем!»

«Тогда какого ТЫ полезла?! Нас теперь только волшебство спасет! О! Идея!»

— Норри! Норри! — истошно заорала ваша покорная слуга. — Выручай, зайка!

Явно не ожидавший такого обращения эльф улучил момент, чтобы безопасно поднять озадаченные очи к потолку, и прибалдел, узрев «кровинку» наверху. В ту же секунду на него бросилось с десяток урков, и парень вынужден был вернуться к прежнему занятию.

— Леди, — не поднимая головы, крикнул он, — вы правильно выбрали самое безопасное место! Побудьте-ка лучше пока там!

А куда я денусь?! У меня одна альтернатива — вниз, на железного ежа! Ладони вспотели еще сильнее и соскользнули на два звена. Чудес-с-сная перспектива! Что еще предложишь, госпожа Удача? Мне тут уже скучно болтаться.

— Попалась?! — раздался за спиной противный голосок, и в следующее мгновение перед глазами, усиленно махая крыльями, предстал перевязанный, словно в подгузнике, Тван кон Су. — Сейчас ты мне за все ответишь! — потирая ручки, прошипел он. — Я тебя съем!

— НАРОД! СПАСИТЕ! — истошно заорал инстинкт самосохранения. — Вик! Норри! Снимите меня отсюда или уберите этого нетопыря-переростка! Он меня нервирует!

Братья озадаченно переглянулись, но, занятые битвой, не торопились. Но что, я буду спокойно висеть и ждать, когда меня безмятежно схарчат? Не дождетесь!

«Правильно, хозяйка! Вмажь ему!» — отозвался организм, не желающий быть чьей-нибудь закуской.

Акробатикой никогда не занималась, но чего только не сделаешь при желании жить? Поджав ноги, я подкараулила момент и со всей силы пнула зазевавшегося врага прямо в… В общем, куда дотянулась. Супостат взвыл и схватился за причинное место. Теперь у него две травмы. Одна сзади, другая спереди. Для симметрии.

— За это ты поплатишься! — простонал он и, хищно ощерив иглообразные зубы, полетел за мою спину.

Ну нет! Там жрать или кусать ничего не нужно! Мне еще все пригодится!

«Особенно нижние девяносто!» — истерично отозвались те.

Запаниковав, я стала раскачиваться. Авось старый извращенец не сможет изловчиться и пристроиться к моей тушке, а еще лучше — не успеет увернуться и получит по зубам!

Судя по сдавленному стону обидчика и чему-то твердому при столкновении, мое последнее пожелание сбылось! Летающий изверг обозлился, вновь попытался нападать — и ваша покорная слуга снова куда-то попала.

— А ну отвали от нее, ковбой Хаггис недоделанный! — вдруг раздался строгий голос Вика, и в сантиметре от моей тушки пронеслась стрела с лунообразным наконечником.

— Ты что творишь?! — взвилась я, опасливо поджимая ноги к груди. — Прибить решил, чтоб не мучилась?!

— Ты же знаешь, какой из меня снайпер! — вспылил в ответ он. — Уйди лучше с прицела! Я стреляю!

— Б… Вик! Я что тебе, муха, чтобы ползать по потолку?! Я тут вишу… висю, между прочим!!!

Хотя последнее мягко сказано! Защищаясь и атакуя, мы с Тваном так увлеклись, что теперь ваша покорная слуга раскачивалась под потолком не просто как маятник, а носилась взад-вперед, как оголтелая вошь на хвосте у кобылы. Больше всего ситуация походила на экстремальный аттракцион в парке развлечений, где возможность удержаться на карусели — проблема не директора заведения, а самого клиента.

— Тогда кто не спрятался — я не виноват! — рявкнул Витька, с энтузиазмом маньяка натягивая лук.

Стрела пролетела в добрых двадцати метрах от летающего сморчка, зато у самого моего уха, пощекотав оперением щеку! Блин! Матюков на него не хватает! Руки в такой обстановке вспотели окончательно! Еще чуть-чуть — и точно хана, не от падения, так от дружеской стрелы! Есть еще вариант, что кон Су постарается… Но его шансы меня угробить с каждой секундой падают, зато у моего родственничка растут!

— Слушай, Робин Гуд начинающий! А ты точно не хочешь стать наследным Драконом?

— Тьфу-тьфу-тьфу! Не под руку будь сказано! — встрепенулся брат. — Слушай, малышка, повиси чуть в сторонке, пока я с ним разделаюсь!

А я что, против убраться с линии огня?! Только за! Но как?! Лорд Венатор страдальчески вздохнул, словно мое пребывание наверху продиктовано не безвыходностью, а исключительно женским упрямством, и с добрую минуту усердно пытался взять летающего туда-сюда гибрида на мушку, пока раздраженно не рявкнул:

— Эй! Мышак озабоченный! Хватит к филею сестры примеряться! Замри на пару минут! Не видишь, я в тебя целюсь!

На это Тван кон Су ехидно хмыкнул и демонстративно явил миру, а точнее Витьке, оттопыренный средний палец. Похоже, в этом мире такие комбинации все-таки знают! Вик нервно дернулся, злобно подпрыгнув, и очередная стрела просвистела в опасной близости от пятой точки вашей покорной слуги. Господин кон Су разразился неприятным смехом и едкими комментариями в адрес чудесной меткости моего друга. Внезапно тренькнула тетива — и летун, рефлекторно схватившись за сердце, рухнул вниз.

— Мишень должна почтительно стоять на месте и держать свое мнение при себе, а не мельтешить перед глазами, смущая стреляющего! — наставительно выдохнул юный ванн Дерт, опуская лук.

— Норри, братик мой любимый! Спасибо тебе, зайка! — пытаясь перестать наконец раскачиваться и ухватиться за цепь крепче, пропищала я.

Лорд Венатор ревниво хмыкнул, покосился на удлиненные уши эльфа и довольно признал:

— А ведь и правда зайка!

— Не за что, гадина бесстыжая! — раздался в ответ незнакомый скрипучий голос в воцарившейся тишине.

Источник звука был где-то на моем уровне. Неужели у Тван кон Су здесь целый выводок? Я подняла глаза и столкнулась с сотней нацеленных в вашу покорную слугу стрел.

«Плохая примета!» — скорбно вздохнул спинной мозг.

«Без тебя догадались, жертва эволюции!» — огрызнулись мозги.

Оказывается, воины с третьего яруса никуда не уходили. Пока мы разбирались с летуном, эти снайперы самопальные взяли нас на мушку! Внизу, увы, ситуация тоже складывалась не ахти. Бывшие противники братьев также отошли к стенам и взвели луки. Всем этим командовал маленький румяный дядька с физиономией «приласкай меня, кирпич!»

— Что, Драконы? — свесился тот с перил третьего яруса. — Попались!

— Чтоб ты свалился! — сплюнул юный ванн Дерт.

Кругленький тип что-то злобно хрюкнул себе под нос и направился к лестнице. Видно, его уже проинформировали, что сегодня пожеланиям моего братца суждено сбываться, и, судя по всему, решил не рисковать. Через несколько минут он важно выкатился в главный зал. Едва ли не в самый центр.

— Итак, трепещите, никчемные создания! — картинно воздел новоявленный колобок руки кверху.

Но отчего и где мы должны трепетать, никто так и не узнал. Ибо в середине вражеской торжественно-проникновенной речи сверху на ошалевшего оратора со всей дури навернулась я.

— Вот оно, сногсшибательное обаяние, — заметил, ухмыляясь, Вик.

— А нам не говорили, что эта дрянь еще и летать умеет! — озадаченно буркнул кто-то из лучников. — Надо было побольше цену заломить! Одно дело девку на земле прирезать, а другое — с летающей гадиной сражаться!

«Угу, конечно! — хмуро отметила я, сидя на пухлом пружинистом пузе оцепеневшего от неожиданности супостата. — Офигенно летаю! Особенно если подтолкнут или помогут добрые люди!»

Видно, в роду вашей покорной слуги значились кошки, ибо каким-то странным, непостижимым образом мне удалось подмять при приземлении злопыхателя под себя.

— Леди, держите его! Это господин Казиларг! — раздался голос Кейси.

Угу! Легко сказать! Уйми тут такую махину, особенно когда та пришла в себя и с криком «Ах ты проклятая тварь!» отшвырнула меня в сторону, словно котенка! В тот же миг из кончиков вражеских пальцев вырвалось голубоватое свечение — и мир сразу стал намного больше и, блин, черно-белым! Окружающие испуганно ахнули. Все еще не понимая, в чем дело, я невольно опустила взгляд на ноги и внутренне похолодела — вместо них были лохматые, вроде белые лапки. Я что, БОЛОНКА?! Короткий взгляд на Норри, и его не менее мрачный кивок под прицелом сотни стрел подтвердил возникшие опасения. Ёптр турен имбарр! Если лорд Каптулус говорил о таком колдовстве правду, то вернуться в прежнее обличье получится лишь со смертью этого жирного гоблина! Ну что ж. Не будем долго ждать! Приступим! Ну держись, дядя! Ибо нет зверя страшнее разгневанной женщины! А я уже злая как собака! Собственно, нынче я и есть собака! Р-р-р!

Не теряя ни секунды, ваша покорная слуга развернулась и помчалась на врага. Нисколько не убоявшись праведного гнева Дракона и даже не заподозрив неладное, граф дʼЛорк победоносно расхохотался. В метре от предполагаемой жертвы я прыгнула, целясь в так неосмотрительно подставленное горло. Загрызу на фиг! И плевать, что данная порода к этому не располагает! Будет располагать!!!

Увы, кровожадным планам не суждено было сбыться сию минуту. Наверное, обернись я овчаркой, волкодавом или боксером, то, может, допрыгнула бы. А так ваша покорная слуга долетела супостату лишь до пояса. Точнее чуть ниже. Туда, где мужчины предпочитают нежность и ласку. Находящийся в зале сильный пол возмущенно охнул. Даже лорд Венатор сочувственно поморщился. От шока мои челюсти сжались еще сильнее. Не в силах больше сдерживаться, жертва взвыла на такой высокой ноте, что ей позавидовал бы и ультразвук. Чем еще сильнее напугал меня. А когда я нервничаю, то всегда стискиваю зубы до хруста… Противник судорожно попытался удалить вашу покорную слугу со своего стратегически уязвимого места, но, осознав, что оторвать меня удастся только с частью себя любимого, бросил сие опасное занятие. Естественно, его манипуляции взволновали меня еще больше. А это уже сами знаете к чему ведет — зубки и ломом не разожмешь!

В общем, через минуту мужик больше ничего не предпринимал, не кричал и даже не дышал. Тело супостата уже само болезненно оседало на пол. Вряд ли ему теперь до колдовства. И уж точно он больше не рад собственной идее превратить безобидную мелкую девочку пусть и в маленькое, но все же зубастое животное. Ну да, что ж мы, Драконы, жалеть обидчиков будем? Раньше следовало думать, когда лезли! Маленького обидеть каждый может!

«Но не каждый это переживет!» — хищно хмыкнуло левое полушарие.

«Правильно, хозяйка! — отозвался весь организм. — Вперед! В атаку! Сражаться везде, сражаться всегда, убить, раздавить, уничтожить врага!»

Стоило врагу опуститься на колени, как ваша покорная слуга разжала челюсти и прыгнула снова. Дряблая шея оказалась мягкой и податливой. Из горла колдуна вырвался судорожный хрип, и он окончательно обмяк на полу. Мой рот стало заполнять что-то теплое и соленое, а тело принялось незамедлительно увеличиваться в размерах.

— М-да, малыш, — раздался сверху бархатистый раскатистый голос. — Может, прикус у нее и неправильный, зато укус — прекрасный!

Это еще что за дантист на мою голову выискался? Мама родная! Прямо надо мной навис настоящий прирожденный убийца! От него так и веяло опасностью! Черные, пронзительные, причудливо скошенные, но удивительно большие глаза под изящными, вразлет бровями. Высокие скулы, тонкий, аристократический нос на заостренном смуглом лице, чувственные, лукаво изогнутые губы. М-да, теперь понятно, от кого Оох-рам-Лукуш унаследовал свою удивительную и слегка диковатую красоту!

Словно прочитав мои мысли, визави тонко улыбнулся:

— Ну здравствуй, госпожа Сангиус Ангуис Торта Орис-Беллигеро Омаг-морт Драко, правящая династия дома Драконов!

Да, наверное, не одно женское сердце покорил этот низкий, проникновенно-чувственный голос! Нежданный собеседник снова слегка усмехнулся и едва заметно кивнул. То, что передо мной находился сам правитель вампиров, сомневаться не приходилось. Даже сходства с сыном не требовалось — властелина ни с кем не перепутаешь! В удлиненных заостренных ушах массивные золотые кольца. Длинные черные волосы разобраны на тонкие косички, в которые по всей длине вплетены золотые и красные бусинки. Конец каждого дреда венчает вырезанная под клык бусина из прозрачного сверкающего камня. Стоящий рядом с ним Оох при всей своей мужественности по сравнению с отцом казался маленьким шкодливым ребенком. Блин! Есть у меня хоть один враг ниже ста восьмидесяти?!

— Думаю, больше нет! — хмыкнул Нох-рам-Лукуш, указывая на распростертого подо мной Казиларга.

«Вот видишь, хозяйка, — радостно заметило левое полушарие, осматривая измочаленную тушку врага, — когда надо, ты кого хочешь ухайдокаешь!»

«М-да, — мрачно согласилось правое, столь редко отвечающее за гуманизм. — Упаси бог оказаться в числе твоих объектов! Милосерднее несчастных сразу четвертовать, чем тебя натравливать!»

— Надо сказать, вы весьма странно расправляетесь с противниками, — озадаченно вздохнул владыка кровососов.

Видно, настучали ему уже про оборотня в колодце добрые дяди сарки. Ну да ладно, жестоко, зато действенно! И пусть трепещут враги-мужчины! Я уже иду! Кто там следующий?

Прочитав мои мысли, Нох невольно вздрогнул, присел на корточки и, заглянув в глаза, вкрадчиво произнес:

— Слушай, княжна, а может, заключим временное перемирие?

Хм, кажется, начинаю догадываться, кто в черном списке числится под номером четыре!

— Хорошо, — ухмыльнулась ваша покорная слуга, — условия следующие…

Внезапно господин Лукуш побледнел и, схватив за подбородок, притянул меня к себе.

— Что вы делаете? — рефлекторно прошипела я, пытаясь вырваться из цепких пальцев, бесцеремонно поворачивавших мое лицо.

— А я говорил тебе, что она на Дорвану как две капли воды похожа! — внезапно раздался слева насмешливый певучий голос.

Моя спина испуганно похолодела. О нет! Еще и Лерри ванн Дерт собственной персоной на мою голову пожаловал! Да что ж так везет-то, а?!

— Нет, — растерянно пробормотал вампир, отпуская вашу покорную слугу и почтительно отступая назад. — Здесь другое. — Затем мужчина повернулся ко мне и, слегка поклонившись, произнес: — Леди, какими бы ни были условия нашего договора, я их принимаю!

— Но вы же даже не выслушали! — опешила левая половина полушария.

Враги врагами, но нельзя же так! Или я чего-то не понимаю в этой жизни? Хотя нет, вот ушастый властитель прочищает мозги вампиру.

— Это не имеет значения, — отмахнулся от эльфа Нох-рам-Лукуш. — Я уже дал слово!

Внезапно меня во второй раз круто развернули, и уже более тонкие пальцы впились в мой подбородок, поворачивая лицо к свету.

— Лерри! — одернула я ушастого властителя, внимательно рассматривавшего меня. — Вы что себе позволяете?!

— Извините, миледи! — мгновенно опомнился эльф, поспешно убирая руки. — Я просто хотел вас получше рассмотреть.

— Кажется, у вас уже была прекрасная возможность, дядя! — вдруг холодно обронил Норри, выразительно обводя взглядом все еще не смытые следы от поцелуев и становясь по левую руку от меня.

На лице вампира не дрогнул ни один мускул, но я почему-то отчетливо осознала, что при последних словах в его глазах полыхнула откровенная ярость. Оох-рам-Лукуш если что и заметил, то не подал виду. Лерри ванн Дерт вмешиваться тоже не спешил. Хм, странно. Очень странно! Сначала бесцеремонный осмотр, а потом это слепое принятие любых условий. Причем я снова откуда-то знаю, что вампир их честно выполнит и не предаст!

Почему он так поступил? Самое обидное, что интуиция подсказывает: дело здесь во мне. Но что Нох-рам-Лукушу нужно от меня?

«Хозяйка, — вздохнуло правое полушарие. — Может, не будем у него уточнять и лезть тем самым в бутылку? Чай, не джинны!»

«А ты хочешь, чтобы зубастый нам потом счет выставил?!» — взревело левое полушарие.

Но ведь нутром чую — не скажет. Если кто-то по какому-то чудесному стечению обстоятельств приказал ему подсобить Дракону, то бывший враг уж точно не признается. Чтобы ваша покорная слуга не могла этим воспользоваться. Однако расставить точки над «i» не мешало бы!

— Извините, ваше величество, но в силу только что скрепленного договора не могли бы вы сказать, почему приняли все условия безоговорочно?

Нох-рам-Лукуш прошелся по мне намеренно долгим, задумчивым взглядом и с галантным поклоном, глядя в глаза, произнес:

— Отнесите это к своему убийственному очарованию! Я в восхищении, госпожа!

— В таком случае ты рискуешь схлопотать ЭТО! — мрачно отозвался Лерри, указывая на краснеющие на шее и груди следы от помады. — Чем только ни пробовал — не смывается, зараза! И еще в темноте светится! Все придворные дамы обижены! Вторую ночь как монах! Что за дрянью ты меня измазала, Драко?!

М-да, и после этого он еще что-то от племянника хочет? Тут что Драконы, что сами эльфы — один фиг! С такой наследственностью ребенку только одна забава!

«Три! — педантично подсказало левое полушарие. — Ты еще войну и вкусную еду забыла!»

Уголки губ эльфенка лукаво приподнялись, и он задорно подмигнул, полностью соглашаясь с мыслями. Наш молчаливый диалог его дядю отнюдь не обрадовал. А что вы хотели? С Драконом поведешься — ничего хорошего не наберешься! Блин! И откуда я все это знаю?

— Послушайте, леди, — хмуро произнес Лерри. — Я даже прощу вам одно из испорченных конопляных полей, только сотрите с меня вашу гадость!

— Два поля! — встрял Вик, становясь по правую руку от меня. — Ты простишь нам ВСЕ!

— Да как вы смеете?! Где ваша совесть?!

«Спит давно и беспробудным сном!» — резюмировала правая половина мозга.

«А зачем она нам нужна? — фыркнула левая. — Появляется не вовремя! Мешает принимать решения! Одни убытки от нее!»

— Послушайте, — положил руку на сердце Вик. — Как мужчина мужчину я вас очень понимаю! Поверьте, я знаю, что такое наша современная, суперстойкая косметика, на личном опыте! Да еще вот такая дрянь с мерцающим эффектом! Но учтите также и тот факт, что если этой пакостью вы обязаны Свете, то такая гадость не только ночью светиться будет, но и отскрести ее получится только вместе с кожей! Уж я-то за столько лет сестричку изучил! Работает качественно и на века. Поэтому войдите в положение малышки — ей же все это удалять! У нее же час на идею с воплощением — и два года усиленной мозговой работы, как нейтрализовать. А вы от нее здесь и сейчас всего хотите!

— А вы встаньте на мое место! У меня же вся государственная казна ухнулась! По сравнению с этим мои интересы — мизер!

— Ну хорошо, — вздохнул Вик. — Мы вам еще флакончик со специальным средством для снятия макияжа приложим, валерьяночку и в качестве бонуса книжку весьма любопытного содержания. Для взрослых. С картинками такими откровенными.

— Мальчик! — спокойно, но крайне твердо произнес Лерри. — Мне триста лет! За это время я такого навидался! Так что делай выводы сам!

— О! — взбодрился лорд Венатор. — Так, может, вы мне что нового посоветуете?

Подрастающее поколение также заметно оживилось и мгновенно подтянулось к эльфу. Чуть ли блокноты с ручками не достали.

— Дети! — насмешливо вздохнул Нох-рам-Лукуш, извлекая из-за пояса странной формы кинжалы. — Кажется, на сегодня познавательная лекция отменяется! Ибо у нас гости!

Следуя его взгляду, мы обернулись. Вот б…!!!

«М-да, хозяйка! — мрачно выдохнуло левое полушарие. — Ну ни хрена себе курорт выдался!»

«Вот это я называю полный песец!» — истерично взвизгнуло правое, обозревая потихоньку входящих в зал огромных скелетообразных тварей.

«Ой не к добру это! — простонал спинной мозг. — Тикать надо!!!»

«Полный капут!» — подтвердила интуиция.

Описывая животных, местные явно ошиблись. Да и вообще, трудно определить, на кого они больше походят! Слегка вытянутое, поджарое, как у гепарда, тело, около метра тридцати в холке, почти скелет, обтянутый кожей. Но в то же время чувствуются сила и выносливость, способность преодолевать огромные расстояния. Мышцы и связки вытянутые, очень гибкие. Такой зверь выгнется и проскользнет в любую щелку.

Чудовища приближались мягко, плавно, словно стелились по полу, перетекая из положения в положение, как делают это сильные, опытные бойцы. Довольно широкие лапы ступают легко, по-кошачьи, выпуская и тут же вбирая длинные, острые когти. Лапы, как у пуделей, на концах длинная бледно-желтая шерсть образует кисточки. Голова довольно массивная, с развитой черепной коробкой и лобными долями. Если внутри мозг, то по размерам он сопоставим с человеческим или даже чуть больше. Челюсти внушительные, с длинными, острыми зубами. Есть в этих существах что-то от медведя, что-то от волка, что-то от льва, а что-то от гиены. В общем, универсальная пасть! Брр! Никогда не думала, что такое возможно.

Нежданные гости подходили медленно, словно смакуя каждое движение и упиваясь нашим страхом. Огромные, мощные, словно у ящериц, хвосты мерно покачивались в такт.

— Нох-рам-Лукуш, думаю, теперь самое время отослать своих питомцев куда подальше!

— Леди! — вздохнул вампир. — Если бы сие являлось моим творением, я не готовился бы сейчас к бою!

— Так, может, Казиларга попросим отозвать своих монстров? — подала голос молчавшая до этого Ладиина.

— Мертвого? — ехидно хмыкнул Норри.

— Так, может, воскресите?

— Женщина, будь милосердна к врагу! Ему и так от Светки досталось! — прошипел Витька.

— А все равно не получится, — поморщился Оох-рам-Лукуш. — У Драконов тяжелая рука, раз упокоенные ими больше никогда не встанут.

— Может, поговоришь со зверюшками? — легонько подтолкнул меня в спину лорд Венатор. — У тебя вроде как есть подход к братьям нашим меньшим.

— Тварь с тварью всегда найдет общий язык! — буркнула под нос Ладиина.

— Так, может, тебе с ними пообщаться? — вдруг оживился Норри.

— А мы пока убежим подальше, — радостно кивнул Оох-рам-Лукуш.

Вожак стаи, словно поняв о чем речь, насмешливо хмыкнул. Да, непростые живчики! Ой какие непростые! Стараясь не выдать собственного страха, я вышла вперед и, как в предыдущих случаях, ударила кулаком в грудь, сказав по-латыни «Свой». Звери на минуту замерли и вопросительно взглянули на предводителя, крупную, цвета слоновой кости самку.

«Не повезло! — вздохнуло левое полушарие. — Женщины есть женщины! Будь они людьми, кошками или собаками. Всегда коварнее и злее».

«Кому ты говоришь? — фыркнула правая половина. — Она и сама знает!»

Тем временем главная осторожно замерла, словно прислушиваясь к собственным ощущениям.

— Сидеть! — приказала ваша покорная слуга, и зверь послушно сел на задние лапы.

Рубиновые глаза смотрели мирно и спокойно, с адекватной для боевого животного долей послушания, но в моей голове по-прежнему продолжал звенеть тревожный колокольчик.

Что-то не так! Какое-то несоответствие. Как будто они притворяются, что подчиняются!

«Господин Лукуш, вы можете прочитать, что у них на уме?» — мысленно попросила я.

— На минуту мне показалось, что задние ряды закрыты для телепатии, — произнес старший вампир. — Зато вожак думает приблизительно так: «Еда! Много еды! Хорошей еды!»

Вот оно! Эврика!

— Ты ведь прикидываешься! — громко обратилась я к сидящей напротив зверюге. — Ты не простой хищник, а лабораторно выведенный убийца, и мы твое задание, а не дичь! И не делай вид, что не понимаешь меня! Тебе язык ни к чему! Ты ведь телепат, верно?

«А ты догадлива, маленький Дракон! — раздался в мозгу низкий, утробный голос. — Ж-жаль будет тебя убивать!»

— Стой! Давай договоримся!

Зверюга вдумчиво склонила голову набок, словно приглашая огласить условия контракта.

— Я буду твоим новым хозяином вместо погибшего старого.

— Лж-же-ш-ш-шь! — прошипела зверюга. — Мой хоз-з-зяин ж-жив! Я чувс-с-ствую с-с-с ним с-с-связ-з-зь!

— А кто он?

— Не могу с-с-сказ-з-зать!

— А если я стану твоим новым хозяином?

— С-с-старых-х-х не предают, маленький Дракон! Я с-с-скована клятвой! Ес-с-сли ос-с-слуш-ш-шаюс-с-сь — умру!

— Хорошо, а служить мне будешь?

— А что ты нам мож-жеш-ш-шь предлож-жить?

— А что вы сейчас имеете?

— Х-х-хитрая маленькая бес-с-стия!

— Условия должны быть выгодными, поэтому я и хочу знать, что совершенствовать.

— Лож-жь! Ты прос-с-сто боиш-ш-шьс-с-ся дать с-с-слиш-ш-шком больш-ш-шую цену!

— Ладно, слушай. Я предлагаю вам свою защиту и опеку. Буду заботиться и охранять вас, холить и лелеять.

— Наказ-з-зания будут?

— Только если провинитесь.

— Ж-жес-с-стокие?

— По степени вины.

— Тогда оглас-с-си преж-жде вс-с-сю градацию. Мы долж-жны оценить с-с-соответс-с-ствие провиннос-с-сти воз-з-змез-з-здию.

Добрых пятнадцать минут мы на пару с Виком оговаривали примерные возможные нарушения и кары. Животные, усевшись на задние лапы, слушали внимательно, буквально впитывая каждой клеточкой, казалось, еще чуть-чуть — и они достанут конспекты да все подробно запишут. Ведь незнание закона не избавляет от ответственности, зато знание — запросто. Твари явно были в курсе данной истины и не торопились с ответом. Мы же оставляли за собой возможные лазейки. Время от времени чудовища совещались между собой, переругиваясь и споря. Наконец вожак снова повернула голову в мою сторону:

— 3-з-значит, ты предлагаеш-ш-шь нам ох-х-хранять твои вотчины?

— Да.

— Они больш-ш-шие?

— Скоро будут очень, можно сказать, огромными, — вставил свое слово Норри.

— Уш-ш-шас-с-стый имеет право вмеш-ш-шиватьс-с-ся? — осведомилась предводительница.

— Да, это мой сводный брат.

— С-с-сколько ещ-щ-ще у тебя родственников?

Провокационный вопрос, блин!

— Точно не знаю, но, думаю, еще много.

— И вс-с-сех-х-х оберегать?

— Только официально признанных родными.

— То ес-с-сть вас четверых-х-х?

— И моих людей, — поспешно подняла палец ваша покорная слуга. — А их много! Все, кто живет на моих землях, под моим покровительством — неприкосновенны! Вы же будете обитать на моей территории, не боясь облав и отстрелов, будете пользоваться уважением у населения, которое станет периодически вас подкармливать, сможете охотиться в моих лесах, полях и реках. Во время же войн солдаты противника — ваши.

— И много ты воюеш-ш-шь?

— Почти всегда.

— А врагов с-с-сколько?

— Почти все население этого мира.

— О! — оживились остальные животные. — Нам это нравитс-с-ся! С-с-соглаш-ш-шайс-с-ся, Уна!

— Подумай, — вмешался Вик, также бесстрашно подходя к животному. Чего только экономист не сделает для выгодного контракта! — Ведь после выполнения задания вас, скорее всего, просто уничтожат. Кому нужны такие опасные существа под боком? Да еще самостоятельно принимающие решения! Мы же предлагаем вам тихую, сытую жизнь, но при условии соблюдения наших правил и контроля рождаемости.

— А обес-с-спечить такую дос-с-стойную защ-щиту, как говорите, с-с-смож-жете? Что будет, ес-с-сли ос-с-стальные гос-с-сударс-с-ства выс-с-ступят против вас-с-с?

— Мы же Драконы! Всегда себе на уме! Нам на роду написано не считаться с чужим мнением!

— А мир и так против нас! — встряла покорная слуга.

— А ваш-ш-шу репутацию мы не ис-с-спортим? — осторожно уточнила вожак.

— О чем вы? — фыркнул Вик. — Чем чернее пиар, тем лучше!

— Нам это нравитс-с-ся, — согласилась Уна, потом помолчала и осторожно выдохнула: — А как нас-с-счет доверия, гос-с-спож-жа Драко? На вас-с-с мож-жно полож-житьс-с-ся?

— Как и мне на тебя.

— Тогда подойди ко мне, маленький Дракон, и полож-жи с-с-свою правую руку мне в пас-с-сть. Пос-с-смотрим, нас-с-сколько ты чес-с-стна.

Острые зубы основательно, но все же осторожно зажали кисть. На миг душу охватил страх. А что, если она обманет? Что, если отхватит руку по локоть? И как тогда? Не просто покалечусь, но и рабочей конечности лишусь! Да, химику нужны мозги, но и руки тоже. А что сейчас чувствует Уна? Каково ей бросить одного хозяина и полностью перейти под власть другого, совершенно незнакомого и чужого? Ведь лучше знакомый маньяк в переулке, чем незнакомый за углом! Н-да.

Осторожно приблизив левую руку к голове животного, я стала легонько почесывать за ухом.

«Что это?» — послышался в голове шепот.

— Ласка.

— Это то, что оговаривалос-с-сь в поощ-щрениях? — оживилась хищница.

— Да.

— А ты будеш-ш-шь включать ее почащ-ще?

— Если будете хорошо себя вести.

— Х-х-хорош-ш-шо-то как! — взвизгнула предводительница, остальные тоже заметно заволновались, уговаривая Уну согласиться.

Оказывается, их создатель для простоты контроля связал их одной нитью. Что чувствует один из стаи, то и все остальные. Что видит кто-то из них, то может передать и остальным. Вожак же координирует и направляет войско, получая приказы непосредственно от хозяина. Причем в любой форме, как вербально, так и через ментальный контакт.

— Мы с-с-соглас-с-сны, гос-с-спож-жа! Только не убирай руку, погладь ещ-ще!

— Вот тебе ещ-ще и твоя правая рука! — внесла свою лепту Уна, раскрывая пасть.

— Хоз-з-зяйка! — радостно взвыли остальные животные, наслаждаясь почесываниями за ухом. — Что бы там ни говорили ос-с-стальные, ты, хоз-з-зяйка, — прос-с-сто прелес-с-сть!

И это они о Драконе? Да уж! Дожили! Куда катится этот мир?

* * *

Пессимист — хорошо информированный оптимист.

Любимая поговорка моего папы

— Не делай поспешных выводов, Лукуш! — торопливо воскликнул Лерри ванн Дерт из соседней комнаты. — Не будь дураком!

— Разве я часто принимаю неудачные решения? — шепотом уточнил Нох-рам-Лукуш, присаживаясь на стул.

Стараясь ни о чем не думать, чтобы вампир не смог меня вычислить, я попыталась поудобнее устроиться у приоткрытой двери. Каюсь, шла мимо по коридору, услышала собственное имя — не смогла удержаться! Подслушивать нехорошо, но ведь разговор обещает быть интересным! Ведь давно уже хочу узнать о причине столь удивительной покладистости главы зубастых монстров!

— Ты не понимаешь! — Эльф сел напротив Лукуша. — Она совсем не то, что ты видишь!

— А откуда тебе известно, что говорят мои глаза? — фыркнул вампир.

— Ты все еще любишь ее?

— Я не живу прошлым, ибо оно ворует настоящее. Мои воспоминания чудесны, но это уже БЫЛО. Она удивительно похожа, но не ОНА.

— Я не о том. Ты ведь искал в ней черты другого существа, верно? Признайся! Я пойму. И сам грешен тем же самым. Секрета Дорваны нам не разгадать!

— Лерри, мы с тобой довольно прилично ладим, — поморщился вампир, вытягивая ноги, — так что будь добр, не лезь ко мне в душу! Я это очень не люблю.

— И тебя околдовала? Кого ты в ней видишь? Нуждающегося в помощи беззащитного ребенка или коварную умную красавицу?

— Я вижу в ней воина, эльф, сильного, неукротимого духом бойца. Волю, энергию, мощь, ум, коварство, расчет, доблесть, благородство, честь, верность, заботу, любовь, честность, милосердие, жестокость, хитрость, надежду. Она — прошлое, настоящее и будущее дома Драконов. И малышка справится, что бы о себе ни думала.

— А зверя? Ты видишь в ней зверя?

— Лерри, — усмехнулся Лукуш, отпивая вино из высокого бокала, — она и есть ЗВЕРЬ!

— Тогда почему ты ей помогаешь?

— Пусть это будет моим маленьким секретом, эльф.

— Берегись ее, Лукуш, если надо, она пройдет по тебе и не остановится!

— Как и ты, я, Мортифор или любой другой грамотный воин. Чего ты хочешь от девочки? Атласного бархата и золотого шитья? Она — БОЕЦ! Отпрыск дома Драконов! Гремучий коктейль генов и эпох! Новое поколение! Не жди от других того, чего не сможешь сделать сам!

Эльф молча встал и направился к выходу. Я метнулась в соседнюю комнату. Фу, еле успела! М-да, странный разговор получился у политических лидеров!

— Подслушивать нехорошо! — насмешливо фыркнул Виктор, убирая стеклянную вазу между стеной и собственным ухом.

— Просто аморально! — кивнул Норри ванн Дерт, стоявший у окна. Один его орган слуха был направлен на соседнюю стену, а другой — во двор, к вражеским лагерям.

— Кто бы говорил! — хмыкнул Оох-рам-Лукуш, отнимая ухо от стены.

Еще один ушастый нашелся! Я невольно взглянула на его лицо. Без фингалов. Значит, все досталось друиду и Охронусу. Стоп! А что этот тип делает в нашей компании?

— Знакомлюсь с будущей семьей! — ухмыльнулся вампиреныш.

— Ты что? Еще один мой брат?!

— Слава Создателю, нет! — выдохнул Оох-рам-Лукуш. — По крайней мере, папа в отцовстве не сомневается!

— А мама? — вкрадчиво уточнил Вик.

— Уже ничего никому не расскажет! — обворожительно улыбнулся вампир.

— Вы ее что, закопали? — не выдержал Вик.

— Ага! — радостно подтвердил юный Лукуш. — Метров триста ямку с папой на пару отрыли! Теперь в ближайшие пятьсот лет она нас с отцом не побеспокоит! Плюс пока откопается.

— И не жалко тебе родительницу?

— А с чего? Она же живая!

Во садисты! Это ж надо было! Еще не мертвую! Без права на апелляцию! И небось без суда и следствия!

— Леди! — вдруг опомнился принц вампиров, подходя ближе. — Не бойтесь! Мы не монстры какие! Наша раса живет долго, бесконечно долго, поэтому время от времени мы впадаем в спячку, уходим, так сказать, на покой. Так уж получилось, что лучший отдых — под землей, поэтому мы ложимся в специально оборудованные кровати.

— В гробы, другим словом, — встрял Кейси, укладываясь у моих ног.

— А родственники нас закапывают, — невозмутимо продолжил Оох, — на определенный срок. А так как характер у наших женщин, надо признать, прескверный, то любой любящий супруг, сын или отец ждет не дождется, когда его бесценная половинка или кровинка отправится в объятия Морфея.

— А почему не своего часа? — поинтересовалось левое полушарие.

— Потому что мужики не упускают момента порезвиться всласть! — мрачно хмыкнула Ладиина.

— Ладно, это все хорошо, но что вы все-таки здесь делаете?

— Я же сказал, — терпеливо вздохнул Оох-рам-Лукуш. — Знакомлюсь со своей новой семьей.

— Только нас закапывать не надо! — ехидно предупредил Вик.

— Они и сами благополучно это сделают, если еще чуть дольше поживут! — хмуро заметила Ладиина и, неодобрительно зыркнув на меня, добавила: — А тебе вообще давно уже пора покончить с собой!

«Это с тобой мы скоро покончим! — злобно прошипело правое полушарие. — Вот только разберемся с более насущными проблемами!»

— Мы в гарем никого не берем! Вик, Норри, ну объясните ему! И почему Лада к нему не пристает? И вообще, что здесь произошло, пока я спала?!

В кои-то веки решила вздремнуть пару часиков — и нате! Все с ног на голову перевернулось!

— Ну, во-первых, вы продрыхли не пару часов, а добрые сутки! — буднично заметил Оох-рам-Лукуш. — Мы уж боялись, что не добудимся вас.

— Да, сестренка, — встрял лорд Венатор. — Ты впала в спячку, как настоящий, добросовестный дракон. Мы даже магией не смогли тебя поднять.

— Да она даже не чихнула! — подпрыгнула Ладиина. — Словно нас рядом и не было!

Странно! Сон у меня всегда довольно чуткий.

— Мы заметили! — ухмыльнулся вампир. — У изголовья поднос с едой уронили, так вы даже не пошевелились. Спали как убитая!

— А там, между прочим, мясо было! — обличающим тоном возмутился Витька.

«Вот уж действительно странно! — подтвердило левое полушарие. — Студент такого ни за что бы не пропустил! А уж тем более мы!!!»

«Стоп! — подпрыгнул желудок. — А где сейчас это мясо?!»

Компания смущенно потупилась. Понятно. В большой семье клювом не щелкают. Так что же произошло за это время? И почему мы еще живы да на свободе? Ведь Михей, по идее, уже весь замок должен был разнести по кускам!

— Он-то как раз сюда явиться не осмелился, — снова прочитал мои мысли вампир. — Как только узнал, что произошло с Казиларгом, прислал дополнительные войска и засел в собственном замке.

— Реанимировать свое мужское достоинство, — докончил Вик. — Надо признать, крошка, ты ему знатно тогда под хвост заехала! Как орали тут под стенами урки: всюду угодила! В общем, в ближайшие дни нашего супостата будут волновать исключительно мирные цели, а именно сохранение собственной репродуктивной способности.

— А посему он прислал сюда еще войско кентавров, — не отрываясь от окна, добавил юный ванн Дерт. — Кстати, они сейчас там очень активно и крайне жестоко со всеми спорят!

— О том, убивать нас или нет? — с надеждой выдохнула ваша покорная слуга.

— Нет, — ехидно протянул эльфенок, оборачиваясь ко мне. — О том, кому же выпадет такое удовольствие!

Обнадеживающая перспектива, блин!

«Тикать отсюда надо! — всхлипнул спинной мозг. — Копчиком чую: не к добру это!»

«Да уж явно не к счастью! — огрызнулось левое полушарие. — Ибо чуют мои извилины, хозяйка, как только мужик оклемается, простой смертью ты не отделаешься!»

— Где Уна?

— Здесь. — В комнату внезапно вошел Нох-рам-Лукуш. За ним молчаливой тенью следовал Лерри. — Новый союз дал вам прекрасное преимущество. Благодаря зверям замок полностью перешел под наше управление, а буквально первые две вылазки этих хищников надежно отбили у противника желание брать замок штурмом. По крайней мере, пока. Если вы закончили подслушивать и решать свои мелкие проблемы, то предлагаю обсудить, что делать со всей этой ордой под стенами. Урки, оборотни, Призрачные Гончие, обычно люто враждующие друг с другом, теперь объединились с одной-единственной целью: укокошить вас!

— И если бы не клятва, я бы им искренне помог! — мрачно буркнул Лерри. — После того что вы сделали с конопляными полями, мне вас лично придушить хочется!

— А если в компенсацию за моральный и финансовый ущерб да в обмен на вечную дружбу я предложу свои услуги?

— И что же ты собираешься так дорого оценить? — хмыкнул эльфийский правитель, невольно осматривая мою фигуру придирчивым взглядом.

— Работу химика.

— Это какая-то неизвестная нам повинность? — оживились все, кроме меня и Вика.

— О! — протянул мой друг детства, беря инициативу в свои руки. — Это такая крайне полезная профессия, которая может стать альтернативой вашей конопле! Обсудим договор?

— Княжна? — подняв пальцами мой подбородок и заглянув в глаза, осведомился старший ванн Дерт. Да что ж у них в последнее время за заразительная привычка такая? — Ты действительно можешь сделать то, о чем говорит твой брат?

— Да.

— Клянешься?

— Даю слово.

— Она всегда держит его, дядя, — внезапно заступился за меня эльфенок. — Этому можно верить.

— Хорошо, — кивнул Лерри и обернулся к Вику: — Если вы представляете экономические интересы дома Драконов, я с радостью оговорю пункты контракта.

И мужчины отошли в сторонку.

— Мне созывать войска? — вкрадчиво уточнил молчавший все это время Нох-рам-Лукуш, внимательно глядя мне в глаза. При этом он слегка наклонился вперед, обдав непонятным, но очень приятным и откуда-то знакомым запахом. — Без помощи вы вряд ли долго продержитесь. Запасы замка в связи с праздником почти опустошены. Барон Каракурт хоть и подчинился вашей воле, но сейчас упорно продумывает предательство. Его войска целенаправленно напились. Если бы не ваши новые подопечные да горстка воинов, перешедшая к вам от убиенного Казиларга, мы бы уже пали. Но, боюсь, против луков кентавров они долго не продержатся, плюс армия суккубов на подходе. А она признана самой жестокой и опасной в мире, после Драконов, конечно. Если желаете помериться силами…

— Нет, — поспешно заверила я. — Мы не пойдем на поводу у врагов и не примем навязанный бой. Дайте лучше маячок, по которому вы всегда сможете выслать свою армию, а мы вас, когда надо, позовем.

— А как вы собираетесь решать ситуацию теперь?!

— Стандартно! — ухмыльнулась ваша покорная слуга. — Норри, сделаешь портал на всех подальше отсюда?

— Увы! — хмыкнул сводный брат. — По периметру замка расставили блокираторы магии. Уйти можно только на своих двоих.

Ладно, жить захотим — что-нибудь придумаем! Сейчас главное с тестем разобраться. А точнее стрясти с него ожерелье Прозрения. Словно по мановению волшебной палочки дверь громко хлопнула и на пороге появился дорогой родственничек. Вспомнишь кое-что — вот и оно! Надеюсь, он не будет жить долго!

— Убирайся из моего замка! — истерично заорал барон Каракурт, размахивая пухлыми ручками. — Мало того что эта брюнетистая и блондинистая заразы всех служанок в замке на пару поиме… обесчестили, — (братья ухмыльнулись, переглянувшись, и дали друг другу «пять». У, спелись паразиты!), — так еще за тобой войска всех сильных мира сего к стенам подтянулись!

— Вы когда успели?! — праведно возмутилась ваша покорная слуга.

— Пока ты спала, — невинно хлопая глазами, ответил Вик. — Надо же было нам чем-то заняться!

«Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало!» — мрачно прошипело левое полушарие.

— Мы пытались вас разбудить! — оправдываясь, вскинул руки эльфенок. — Да не получилось! Но не расстраивайтесь вы так! Это не первая и не последняя оргия. В следующий раз мы вас обязательно позовем!

— Чур, я в компании! — оживился юный Лукуш.

— Без базара! — великодушно кивнул лорд Венатор.

Кажется, догадываюсь, кто был зачинщик. Хотя касательно Норри тоже ни в чем нельзя быть уверенным.

«Да уж, хозяйка, — мрачно вздохнуло левое полушарие. — Дожила! Для няни детсада авторитета никакого! Раз подопечные такое предлагают!»

— Подцепите какую заразу — будете знать!

— Но у нас же есть ты! — Вик похлопал меня по плечу. — Злобный доктор Айболит, перспективный убийца всего живого. Что-нибудь придумаешь!

— А зачем? — изумился Норри. — К Драконам же никакая дрянь не липнет!

«Кроме наших врагов!» — с сожалением вздохнуло левое полушарие.

— Наоборот, — встрял, ухмыльнувшись, Оох-рам-Лукуш. — Вы не просто устойчивы к болезням, но и сами кого хочешь вылечите! Особенно любовный недуг. Да еще таким приятным способом! Милое дело к вам обращаться!

«Санитары леса, блин, — мрачно буркнуло левое полушарие. — А нам потом волнуйся за этих прохвостов!»

— Кстати, леди, — повернулся ко мне юный вампир. — Можно будет к вам обратиться, в общем… заглянуть вечерком… пару раз… в качестве профилактики?

— Ну уж нет! — взревел всеми забытый мой нервный тесть. — Оргию в собственном доме не потерплю! А ты, — старичок обернулся ко мне, — не увиливай от темы! Убирайся из моего замка, я сказал! Ты как магнит притягиваешь неприятности! Сидел себе спокойно в замке, наслаждался уютом…

— Белок пугал, — встрял Вик.

— Да какая разница! — отмахнулся дедок. — Главное, что тихо и мирно, а тут за каких-то два дня к стенам все действующие армии мира подтянулись! Они же здесь камня на камне не оставят! Убирайтесь вон из моего родового гнезда!

— Отдай ожерелье Прозрения — уйдем!

— АГА! Сейчас! Так я его тебе и поднес на блюдечке! Размечталась!

— В таком случае — наслаждайся! — Я царственным жестом обвела вид за окном. Надо признать, мне от вражеского лагеря тоже несладко. Даже изжога начинается. Но если этому скупому колобку хуже, то как-нибудь перетерплю. — Вик, скоро там урки в атаку пойдут? А то скучно как-то!

— Кормить не буду! — пригрозил хозяин замка.

— Щас-с-с! — одновременно рыкнули Виктор и Норри. — Мы сами возьмем!

— Ты не выдержишь столько взаперти, княжна! — продолжал увещевать меня барон.

— Папочка, — улыбнулась как можно коварнее и противнее ваша покорная слуга, — сами по себе Драконы уже не подарок, а так как я женщина, то отравить кому-то жизнь — мое святое предназначение! И я выбрала тебя! Я тут зазимую, поселюсь, корни пущу — но с места не сдвинусь. Я как противный, бессовестный таракан переживу вас всех! Вы вытравите меня только вместе с собой.

— Мужик, она никогда не обещает ничего просто так! — подтвердил Вик. — И всегда держит слово. Ты попал. Крупно. И в полную ж…!

— Где твое уважение и почтение к старческим сединам?! — взвился неугомонный тесть.

— Я же Дракон и не обязан никого чтить и уважать!

— Неправда! — завопил папаша. — Вы не такие! Вы благородные!

— А я неправильный Дракон! Я маленький и гадкий! В семье не без урода!

— Оно и видно! — истерично всхлипнул престарелый жмот. — Держи, тварь! — И метнул в меня массивную цепь с большим круглым медальоном. — Только убирайся из моего замка.

— Спасибо, папочка! — лучезарно улыбнулась я, поймав амулет. — Когда захотите, вы можете быть таким лапочкой! Пошли, ребята!

— А как же месть? — обиженно выдохнул Норри ванн Дерт. — Мы откажемся от первоначального плана?

— Ну как можно забыть про вендетту?! — успокоила я эльфенка.

— Ты же слово дала! — взвизгнул барон Каракурт.

— Правильно, — кивнула ваша покорная слуга. — Я обещала, что, получив амулет, мы выйдем из замка, но не говорила, что уберемся прочь. Пошли, ребята, у стен покружим, чтобы дорогому тестю жизнь медом не казалась! Отплатим, так сказать, за все хорошее!

— Тварь! — понеслось вслед. — Гадкая, мерзкая, беспринципная, маленькая подлая тварь!

А что вы ждали? Хотели ДРАКОНА — получите! А то чуть что — мы виноваты! Обзываете самыми последними словами! Ни во что не ставите! Приписали все пороки, а чуть миру поплохело, так сразу нам спасать?! Сели на голову, ножки свесили и понукают! Спасай, Драко, ты же можешь! Ты же у нас сильный и благородный, хоть и дрянь порядочная! Так вот, друзья, не буду плясать под вашу дудку! Дракон так ДРАКОН! Считаете тварью — получите, распишитесь! Все! Пора встряхнуть этот мир! Мы маленькие, но очень злые!

* * *

— Рядовой Рабинович, какие шаги вы сделаете, увидев врага?

— Большие!!!

— И что дальше? — хмыкнул Вик, идя по левую руку от меня. — Будем действовать по обстоятельствам?

— А у тебя есть план?

— Да, — подтвердил он. — Смыться отсюда подальше!

— Хороший план! — одобрительно кивнул Норри, шедший по правую руку. — Я за!

— А я что, против?! — хмыкнула ваша покорная слуга. — Принять сражение равносильно самоубийству! Плюс мало ли какие неприятные сюрпризы нам Михей со своими союзниками подготовили? Нет, мы не будем рисковать. Господин Лукуш, вы можете оставить нам магический маячок и в случае необходимости прислать армию?

— Конечно. А вы предлагаете мне исчезнуть и оставить вас, миледи, в столь бедственном положении?!

— Думаю, вам не следует рисковать, открыто проявляя лояльность ко мне. Ведь вы еще союзник Михея! Мне бы не хотелось, чтобы он узнал о нашем соглашении.

— Не волнуйтесь, госпожа. — Вампир галантно поклонился. — Никто и никогда не узнает того, что случилось за этими стенами. Но я по-прежнему не могу оставить прекрасную даму в беде.

Почему-то мне вдруг представилась его жена в тесном стальном гробу глубоко-глубоко под землей. Мужчина явно прочитал мои мысли и заметно смутился. Оох-рам-Лукуш фыркнул и намекнул, что в данном случае в явной беде остались кроты и прочие жители подземного мира. Если под землей кто разумный и обитает, то он наверняка лет через сто явится к кровавой цитадели с просьбой к правителю откопать свое сокровище обратно. Ну и зачем тогда надо было жениться на такой стерве?

«Эх, нам бы эту бабенку да в борьбе с Туциром!» — хмыкнуло левое полушарие.

— Нет! — побледнел вампир. — Что хотите просите, но я ее раньше срока не откопаю!

А жаль! Где-то под землей такое психологическое оружие пропадает! Ладно, будем искать альтернативу. Может, Ладушку против него выставить?

«Пожалей врага, садистка!» — вздохнуло все то же полушарие, а Нох-рам-Лукуш окончательно стушевался.

— Так вы все-таки уверены, что сможете обойтись без моей помощи?

— Да, ваше величество, — кивнула я. — Надеюсь.

В конце концов, мы же убегать через потайной ход будем. А зачем нам там столько народу? Только внимание привлекать.

— Хорошо, — явно нехотя согласился вампир. — Я улечу из замка летучей мышью, с вами останется мой сын. По нему я и найду вас, когда придет время.

— Но… — попыталась было возразить ваша покорная слуга.

— Никаких но! — строго отрезал кровавый правитель. — Он не будет в тягость. Оох прекрасный воин и маг. И, если надо, сумеет вас выручить. Да и мне так мне будет спокойнее.

— Не поняла?

— Что вы не вляпаетесь в очередной переплет, — спокойно пояснил владыка.

— А вот это уже от вашего отпрыска ну никак не зависит! — фыркнул лорд Венатор. — К тому же как вы собираетесь объяснять его присутствие в нашей компании, если никак не связаны с правящими Драконами?

— Скажу, что захватил вас, но сложные обстоятельства в замке вынудили меня на несколько часов отправиться домой. Я оставил вас на попечении своей кровинки, но вы за это время сбежали. Оох отправился за вами, но поддался женскому очарованию и теперь в плену прекрасных глаз госпожи правящего дома Драконов. Увы, мне, безутешному отцу, ничего не остается, как смириться с этим капризом и ждать возвращения блудного сына, ибо очень не хочется ссориться с наследником из-за таких пустяков.

— Ничего себе мелочи! — хмыкнул лорд Венатор. — Сын, по меркам вашего мира, путешествует, откровенно говоря, не просто в неподходящей компании, а с полным семейством Драконов! Да на вашем месте все отцы тут локти кусали бы! Мало ли чего драгоценное чадо может от нас нахвататься?!

— Это все преходяще, — усмехнулся вампир. — Пройдет. Юность перебесится и успокоится. А пока с кем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало. Остальные правители меня поймут. И сами придерживаются подобной концепции. Не так ли, Лерри?

Шагающий рядом эльфийский правитель ответил невозмутимой миной. Нох-рам-Лукуш тихонько хмыкнул и, поцеловав мою руку, произнес:

— А сейчас, прекрасная госпожа, к своему великому сожалению, вынужден вас покинуть. — Он поклонился и направился к окну.

— А вы? — обернулась я к старшему ванн Дерту. — Вас не будут травить за то, что племянник оказался в такой отвратительной компании?

— Не имеют права, — улыбнулся глава эльфов. — Конечно, попробуют угрожать, но так как вы лично выжгли мои драгоценные поля, то особо шантажировать вашего покорного слугу больше нечем, да и нет им пока дела до непролазного, угрюмого для чужаков эльфийского леса. А что касается Норри, то, как гласит народная пословица, сколько Дракона на земле ни ублажай, он все равно в небо смотрит. Поэтому подумают, что в ребенке взыграла бунтарская дрянная кровь. А тут уж скорее не осудят, а посочувствуют, ведь почти в каждой благородной семье подрастают такие вот бастарды.

Да уж! Прекрасный мир! У меня тут что, каждый десятый — братик?!

— Ну почти! — прочитал мои мысли юный Лукуш.

— Лерри, а вы можете позаботиться, чтобы барон Каракурт не проболтался об истинных событиях в замке?

На миг в прекрасных сапфировых глазах промелькнула такая холодная жестокость, что мне даже стало жалко пухлого тестя. Да и самой захотелось очень и очень дружить с этим обманчиво невинным красавчиком.

— Скажите, миледи, а он вам очень нужен? — вкрадчиво уточнил эльфийский правитель, явно обдумывая что-то недоброе.

— Нет! — отрезала леди Каракурт, наконец подводя нас к потайному ходу. — Можете отчима убивать!

— Лада! — ужаснулся Вик.

— Вить, мы ей его голову обещали. Помнишь? — Я положила руку на его плечо, успокаивая.

Честно говоря, и самой немного жутко, но уж лучше мы его, чем он нас… того. А тут еще через посредников оказия подвернулась! Милое дело, если так можно выразиться.

— И братьев замочить обещали! — холодно напомнила блондиночка, открывая пыльную железную дверь потайного хода.

— Кстати, а где они?

— Вот! — указала красавица на смотревшие из зияющего прохода хмурые лица трех амбалов, стоявших позади высокого широкоплечего мужчины. За всей честной компанией ютились красивые изящные воины с парными саблями на изготовку.

— Здрасте! — выдохнули мы и кинулись по ступенькам обратно.

Блин! Ну когда же я запомню, что короткий путь всегда заминирован?! Лестница стремительно кончалась. Хорошо бежим! А что дальше?

— Понятия не имею! — прочитал мои мысли эльфенок.

— Я тоже! — поддакнул Вик.

— Когда братьев убивать будете? — прошипела госпожа Каракурт, подбирая подол платья.

— Видишь вон того высокого злобного дядю? — ехидно уточнил Норри, кивая через плечо.

— Красивого такого шатена с большими шоколадными глазами? — влюбленно промурлыкала женушка.

— Да, его, — подтвердил эльфенок. — Так вот, это Аркʼментрʼморк, глава суккубов.[9] Если он нас догонит, то мы все будем бедными-бедными!

— Почему? — не выдержал пытливый ум блондинки.

— Ты беги! — прорычал эльф. — А я тебе потом объясню!

Как назло, враги в этот раз попались шустрые. Или их специально так подобрали, зная спринтерские способности нашей четверки? Нужно срочно что-то предпринять!

«Уна! — мысленно позвала я новоиспеченного союзника. Надеюсь, свойство мысленной связи хозяина и подопечного работает? А то как-то не хотелось бы погибнуть во цвете лет! — Уна, ты где?»

«3-здес-с-сь, — отозвался в мозгу тихий голос. — А ты чего опять бегаеш-ш-шь, хоз-з-зяйка?»

«Как узнала?»

«Да твоя аура по вс-с-сему з-з-замку раз-з-змаз-з-зана! Упраж-жняеш-ш-шься?»

«Нет, дорогая! Убегаю!»

«Ой! — опомнилась собеседница. — П-поняла! Уж-ж-же идем! Держ-ж-жис-с-сь, хоз-з-зяйка!»

— О-о! О-ох! Тьфу! В общем, Лукуш! Ты, как самое нейтральное звено, беги к конюшням, выводи наших животных! Ждите во дворе. Тебя вроде пока нашим не считают, может, и прокатит.

— А как я ваших животных узнаю?

— Бери самых наглых — не ошибешься! — встрял Вик.

— А если те заупрямятся? — продолжал допытываться юный вампир. — Я слышал, с хвалеными скакунами Драконов такое часто случается.

— А если заартачатся, блин, — пропыхтел Вик, — я им глаза на ж… натяну!

— Что?! — ужаснулся принц вампиров. — Так и передать?!

— Именно! — согласилась ваша покорная слуга.

У поворота юный Лукуш вместе с Кейси незаметно отбились от нашего стада и скрылись в нише. Враги их отсутствия, кажется, не заметили, продолжая упорно преследовать нас. Да уж! Друзей бы таких постоянных, как противники!

В этот момент впереди показались мчавшиеся к нам новоиспеченные союзники. Уна, родная! Как же вовремя!

«Рада с-с-слу-ж-ж-жить, хоз-з-зяйка! — прочитала мои мысли вожак стаи. — Нас-с-с, кс-с-стати, догберами з-з-зовут! А теперь беги, раз-з-звлекайс-с-ся, мы тебя с-с-сами в конце найдем!»

Заботливо пропустив нас, звери плотной стеной сомкнули ряды и двинулись на наших врагов. Раздалась красочная ругань, я ее уже на всех языках научилась распознавать за время нашего короткого турне. Но, увы, полюбоваться будущей битвой мне не дали.

— Сюда! — прошипела Ладиина, толкая меня за отодвинутый гобелен.

За ним петляла вниз крутая лесенка. Вик и Норри с грацией горных козлов уже осваивали нижние ступени.

— А куда ведет этот ход? — поинтересовалась ваша покорная слуга, почувствовав сырой, затхлый воздух.

— На волю! — твердо ответила Ладиина и под нашими подозрительными пытливыми взглядами добавила: — Через склеп!

— ЧТО?! — опешила команда, мгновенно останавливаясь.

— Лада! Нам же нельзя в сейсмически активную зону! — укоризненно прошипел Вик.

— Так она же небольшая! — непонимающе хлопнула ресницами блондинка, решительно упираясь руками в стены.

— Даже в малипусенькую! — гневно прорычал Витька. — Нельзя — и точка!

— Народ, — вздохнул Норри, прислушиваясь к звукам наверху, — если мы не будем двигаться дальше, то в любом случае попадем туда! Запасные отряды Аркʼментрʼморка только что стали обшаривать потайные ходы, а если мы еще немного здесь задержимся, то разбуженные нашим присутствием предки Каракуртов могут восстать из могил и закусить четырьмя не сильно сговорчивыми оболтусами прямо здесь! Что выбираем?

— Ладно, — вздохнул Вик, пропуская Ладу вперед. — Веди, Сусанин. Авось пронесет!

Ступенек через тридцать мы оказались в небольшом, классическом для фильмов ужасов склепе. Сырые серые стены, огромные каменные саркофаги, мертвая тишина. Хм, похоже, этого местечка даже плесень боится! Или усопшие Ладушкины предки периодически встают из своих убежищ и делают генеральную уборку? Только так подумала, как крышка ближайшего каменного прямоугольника дрогнула, и из нее потянулась костлявая рука.

— Ой! — растерянно пискнула блондиночка, когда из следующего гроба к ее груди потянулась еще чья-то загребущая лапка.

«Не к добру это!» — взвыл спинной мозг.

Угу, как будто я сама не догадалась! И тут…

— ПОДЪЕМ, ГАВРИКИ НЕДОДЕЛАННЫЕ! — тоном армейского старшины заорал над головами смутно знакомый голос. — К ВАМ ДРАКОН СДУРУ ЗАГЛЯНУЛ, А ВЫ ЕЩЕ СПИТЕ!!!

Стоит ли говорить, что мертвые массы заметно оживились? Разбуженные «солдатики» поспешно вскакивали, скидывая на пол тяжелые плиты, разбивая их вдребезги, а призрак дедушки Мортифора (да-да, именно тот, который обещал лично спустить мне штаны и индивидуально провести воспитательный процесс) продолжал натужно орать, пытаясь растормошить остальных.

— Заткнись, паскуда! — Вик подхватил с земли осколок разлетевшейся плиты и запустил в источник звука.

Толку от этого было мало, если не считать, что с минуту фантом и мой брат мерили друг друга огненными взглядами, а затем горластый пращур черноволосого красавца возмущенно взревел:

— Братва! Сюда! Здесь не просто маленькая пакость! У НЕЕ ЕЩЕ ЕСТЬ БРАТ!

— Ребенка не трожь! — гаркнул внезапно появившейся предок лорда Венатора.

За ним активно подтянулись и прочие Витькины родственники.

— Идиот! — взревел представитель Лупусов. — Ты на него только взгляни — да у него вашего только имя! Драконьими привычками и душой за версту несет!

— А нам плевать! Он частично все-таки НАШ!

— Уходим! — одними губами прошептала ваша покорная слуга, глядя, как предки начинают выяснять отношения.

Что-что а я уже знаю, к чему это обычно приводит! Мы мерно отступали к противоположной двери, когда истеричный женский визг заставил всех вздрогнуть:

— НОРРИ! ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ В ТАКОЙ НЕПОДХОДЯЩЕЙ КОМПАНИИ?!

«Бабушка!» — дошли до меня страдальческие мысли сводного братика.

Она всегда была моралисткой и даже после смерти ежегодно являлась к внучку, чтобы в очередной раз покапать на мозги насчет непристойного поведения.

— А ТЫ?! — внезапно обратилась она ко мне. — ДА-ДА, МЕЛКАЯ ДРЯНЬ! Не пяться к двери и не делай вид, что меня не замечаешь!

Ну удружила! Все души и умертвия вспомнили-таки про причину своего подъема и дружно повернули головы в нашу сторону. Да, мерзкая личность мамаша Лерри ванн Дерта! Хорошо, что уже мертва! А то кому-то так не повезло бы со свекровью!

— Не смей так кривиться, глядя на меня, гадина! — продолжал визжать реющий под потолком призрак властной, стервозного вида блондинки, прочитав мои мысли. — Я еще у тебя не спросила, что ты делала голой в спальне моего сына!

— Вы же теперь на небе, должны все знать! — огрызнулась ваша покорная слуга, методично пятясь к заветной двери.

— ТВАРЬ!

— Девочку не ТРОЖЬ! — раздался сбоку знакомый бас Арагона. — Она у нас интеллигентка!

— Да какая она интеллигентка?! — взревела мертвая эльфийка. — Сволочь она едритов…

В этот момент предок зажал ей рот и, продолжая сдерживать вырывающуюся врагиню, лукаво нам подмигнул. Дама яростно засопела, пытаясь избавиться от кляпа, отчего ее слишком пышная для лесного народа грудь заходила ходуном. Знаменитый предок такой провокации не вытерпел и, коварно ухмыльнувшись, пристроил одну свою ладонь на аппетитном объекте, второй рукой продолжая зажимать жертве рот. Такого оскорбления нравственное женское достоинство не потерпело, и, сжав кулаки, моралистка разъяренно попыталась отстоять свою честь, что на ее положении никак не отразилось, разве только объятия родича стали еще крепче.

— Мертвый, а все туда же! — презрительно сплюнул дедушка Мортифора, а мой собственный легендарный пращур, продолжая лапать под шумок блондинку, радостно воззвал к подмоге:

— Драконы! Сюда! Сюда, бестолочи крылатые! Ко мне, на потеху! Тут очередная драчка намечается!!! Наша малышка опять оживила народные массы!

Воздух заметно сгустился, отовсюду в склепе стали слышаться ругательства и мелькать чьи-то кулаки. Судя по нарастающим проклятиям и нецензурным изречениям в адрес Драконов, мои родственники пунктуально прибывали. А посему от нас наконец-то отвлеклись. Спасибо, родичи! Пора сматываться!

— Лада! Куда ведет эта дверь?

— На кладбище, — еле слышно простонала женушка, потирая нижние девяносто.

За время нашего короткого поползновения к выходу ее успели ущипнуть за филейную часть три мумии, пять непонятно чьих призраков и еще два зомби отчаянно пытались добраться до аппетитной груди, отчего девичье желание таскаться с нами по сейсмически активным зонам заметно поубавилось.

— Человеческое хоть захоронение? — встрял Вик, опасливо берясь за ручку.

— Конечно! — фыркнула Ладиина.

— Да плевать уже КАКОЕ!!! — прошипел Норри. — Вы оглянитесь, и, думаю, вам расхочется останавливаться!

Мы послушно обернулись на раздавшийся за спиной нечеловеческий рык. О да! Такого дикого, необузданного желания двигаться и переполнявшей тело энергии я давно не ощущала! Вот что значит здоровый, полноценный отдых!

— Вперед! — Норри увлек меня за талию по направлению к каменной двери. Кажется, в нем тоже проснулся азартный спринтер!

Увы, снаружи картинка получилась ничуть не лучше, чем там, откуда мы пришли. Разбуженные возней в склепе покойники сердечно встретили нас прямо у выхода. Только вот на простых смертных, даже давно почивших, эти ощеренные крылатые, когтистые да зубастые красавцы ну никак не походили! Или у Лады неправильное понятие о людях?

— Блин! Лада! Если это человеческое кладбище, то я балерина! — озвучила ваша покорная слуга собственные мысли. — Тут же различных экземпляров на целый заповедник хватит!

— Если это все твои предки, то я понимаю, в кого ты такая! — не выдержал Вик, пятясь к ограде кладбища.

Коллективная интуиция убедительно советовала поскорее покинуть опасную зону.

— Тут, между прочим, и ваши родственники есть! — огрызнулась госпожа Каракурт, пиная очередную выбравшуюся из земли конечность.

— Ты это всерьез или просто образно мыслишь? — вздохнул Вик, наблюдая, как из-под ближайшей каменной плиты вылезает чья-то загребущая рука.

— Каракурты многих достойных представителей своих рас в собственных застенках насмерть замучили! — сверкнула глазами драгоценная женушка. — Вон, кстати, один из ваших! — кивнула она на высоченный полусгнивший труп не то зверя, не то человека, вырывающий из земли могильную плиту.

— И у кого из нас такие ужасные гены? — простонал Вик, методично подталкивая меня в сторону ограды.

— Княжна, на вас, между прочим, похож! — заметил Норри.

В этот момент полуразложившейся изверг метнул в нас добытую плиту.

— Точно! — подтвердил Вик, отскочив от снаряда в сторону. — Особенно характером!

— Это, наверное, потому, что у него характерные эльфийские уши в небо торчат! — поделилась своим наблюдением ваша покорная слуга, отступая назад.

— И чего предки забыли в этом убогом уголке земли? — признал-таки собственное родство Норри.

— Еще помедлишь — и сможешь спросить это у них лично! — бросил лорд Венатор, срываясь с места в галоп.

Недолго думая мы припустили за ним. Наши филейные части окончательно воодушевили голодную орду обитателей глубин, и те с радостным ревом да урчанием кинулись за ними. Естественно, наш энтузиазм от этого только возрос. Вдруг двери склепа с грохотом отлетели — и на воздух вывалилась клубящаяся масса вздоривших призраков.

— Не уйдете! — злобно прошипел над самым ухом неизвестно откуда взявшийся дедушка Мортифора, и меня по голове ударило что-то тяжелое.

В следующий миг земля качнулась и перевернулась. Грохот собственного падения послышался глухо, будто со стороны, а в глазах уже царила тьма…

* * *

Шла по лесу Красная Шапочка, а навстречу ей — злой Серый Волк. И говорит он:

— Красная Шапочка, я тебя съем!

— Не ешь меня, серый, лучше приласкай, как мужчина красавицу!

На похоронах Серого Волка медведь не выдержал:

— Эту Шапочку, эту злую, нехорошую женщину БОЛЬШЕ В ЛЕС НЕ ПУСКАТЬ!!!

Первое, что я увидела, придя в себя, были острые носы чьих-то элегантных замшевых сапог. Что-то мне везет в последнее время обувь с близкого ракурса рассматривать.

— Ну здравствуй, княжна Драко, — раздался над головой мягкий, проникновенный голос, от которого по спине поползли сладкие мурашки.

Но стоило мне задрать голову, чтобы получше рассмотреть хозяина элегантной обуви, как озноб появился по другой причине, ибо обладателем столь волнующего, сексуального голоса оказался тот самый высокий, потрясающе красивый шатен с выразительными шоколадными глазами. Кожаная одежда плотно облегала мускулистую, но не перекачанную фигуру. М-да, таким формам позавидовал бы не один голливудский актер, а фото стало бы эталоном для пластических хирургов! Чувственные губы изогнулись в лукавой усмешке. Мужчина улыбнулся и подал мне руку, помогая подняться.

«Метр восемьдесят семь! — вздохнуло левое полушарие. — Что такое не везет и как с этим бороться?! Хозяйка, что ж ты творога в детстве мало ела?!»

«Или стероидов», — мрачно добавило правое полушарие.

В этот момент к Аркʼментрʼморку подбежал какой-то пожилой человек, окинул нас ехидным взором и стал что-то радостно шептать господину на ухо. Норри тут же навострил свои локаторы и помрачнел. М-да, мало того что в этом мире все и вся хотят отыграться на женском представителе дома Драконов за причиненный любвеобильными предками ущерб, отплатив той же монетой, так еще и для суккубов, питающихся энергией от физической близости, поймать Драко — большая удача, ибо количество энергии, которую наш брат отдаст, нельзя передать словами! Елки! Вот вляпалась так вляпалась! Уж лучше бы Мортифору попалась! Или Призрачным Гончим. Или уркам. Хотя нет, гуманнее было бы в ров к крокодилам еще в начале нашего пути! Блин! Ну почему во всех прочитанных мною историях у героинь есть этакий принц-телохранитель, который неизменно появляется в нужный момент, чтобы накостылять злобным обидчикам, и только у нас спасение утопающих — дело рук самих утопающих?! Вот как выжить в таких условиях маленькому, беззащитному, безобидному Дракону?!

Пока я грустно размышляла, нас связали и конвоировали в противоположный конец поляны, подальше от замка тестя, все ближе и ближе к лесу.

— Ну-ну, — хмыкнул Вик. — И где главарь намерен осуществить свои коварные замыслы относительно нас? В землянке?

— О, не переживай насчет комфорта! — внезапно развернулся идущий впереди Аркʼментрʼморк. — Все свое ношу с собой!

При этом властитель суккубов снял с шеи медальон с кристаллом, в котором находилось трехмерное изображение готического замка, и легонько подул на вещицу. В тот же миг горный хрусталь стал исчезать, а замок внутри него стремительно расти. И вот уже перед нами выкристаллизовываются величественные серебристо-серые шпили тянущихся вверх башен. Казалось, здание не из камня, а изо льда, оно все так и тянулось в небо, поражая нереальной для земного строения легкостью и возвышенностью.

— Мой господин, — прервал помпезность момента все тот же седовласый слуга, — твердыня не поместится, мы не отошли на достаточное расстояние!

— Сам знаю, Арстархʼэркʼхром! — огрызнулся монарх и картинно хлопнул два раза в ладоши.

В тот же миг замок взлетел вверх и, затормозив над кронами деревьев, продолжил стремительно расти и расширяться. Когда процесс завершился, его широкие врата распахнулись и навстречу Аркʼментрʼморку прямо из воздуха стала выплетаться резная каменная лестница.

— Офонареть! — восторженно выдохнул Вик. — Я тоже хочу таскать свой дом на шее, как эта улитка!

— Возможно, я исполню твою мечту и превращу тебя в ракушника! — огрызнулся обиженный инкуб.

— Только попробуй! — осклабился кузен. — И сестренка за меня тебе глаза на филей натянет!

От столь опрометчиво данного обещания я аж нервно икнула. И как дражайший братик представляет себе этот душераздирающий процесс в моем исполнении?! Очевидно, прочие суккубы да инкубы данную жуткую картину жестокой вендетты также никак не могли вообразить, ибо бессовестно заржали. Конечно, когда еще услышишь угрозу мышонка разорвать гепарда на части! Вот только властитель суккубов почему-то не разделил их веселья, а задумчиво покосился на вашу покорную слугу.

Вдруг к седому помощнику правителя суккубов подбежал какой-то бледный юноша и стал что-то торопливо нашептывать на ухо, не в силах скрыть собственного волнения. Лицо Арстарха по мере получения информации становилось все мрачнее и мрачнее. Наконец он торопливо кивнул, отсылая парня обратно, и робко подошел к правителю, что-то сосредоточенно в уме подсчитывающему.

— Мой господин! — Он осторожно дернул владыку за рукав. — У нас проблемы!

Аркʼментрʼморк поморщился и величественно подставил собственное ухо. Естественно, на физиономии данного индивида ничего не отразилось, но по тому, как он стал постукивать хлыстиком по сапогу, смею предположить, новости мэтру не понравились.

— Норри, что там у них?

— Не могу знать, — всхлипнул эльфенок. — Там антиподслушивающие заклинания! Но из того, что удалось все-таки уловить, похоже, нас кто-то оспаривает. И весьма основательно!

Хм, даже не знаю, что пожелать! Вдруг другая заинтересованная сторона окажется еще хуже суккубов? Не будем загадывать поспешных желаний. Лучше подумаем, как смыться. Тут Аркʼментрʼморк картинно взмахнул рукой, прерывая слугу, и коротко приказал нашим конвоирам:

— Отведите их в замок и присмотрите. Я скоро приду.

С этими словами он развернулся на каблуках и направился к замку барона Каракурта. А нас повели по резной лестнице в твердыню. Да, сбежать отсюда проблематично! Если только крылья в спешном порядке не отрастим. Внутри замок оказался еще громаднее, чем снаружи.

— Заклинания, свертывающие пространства! — восторженно пояснил Норри, с интересом вертя головой, словно сюда не на казнь, а на экскурсию приехал.

Хотя его, как наследника эльфийского престола, вероятнее всего просто пожурят за непристойное поведение и сдадут на руки заботливому дядюшке, а вот мы с Виком да Ладушкой, если не пошевелимся во благо собственной шкуры, огребем по полной программе! Тем временем нас впихнули в небольшую уютную комнатку и с грохотом закрыли дверь.

— М-да… — разочарованно протянул Вик, оглядываясь по сторонам. — Ни оружия на стенах, ни подсвечников, ни факелов! Ничего бьющегося, колющего или тяжелого!

— Даже не развязали, гады! — вздохнул Норри. — Эти заговоренные веревки всю энергию высасывают!

— Бедные мальчики! — раздались внезапно со всех сторон томные женские голоса. — Несчастные, лапочки! Ну, идите к нам! Сейчас мы вас пожалеем, приголубим, приласкаем!

— Это еще откуда? — не понял Вик.

— Мы здесь! — хихикнули дамы, и стенка постепенно стала становиться прозрачной, являя пышную смежную комнату.

Там, развалившись на подушках, диванах, кроватях и мехах, возлежали ТАКИЕ женщины, что даже мертвый воскреснет! Потрясающе красивые, на любой вкус и цвет, они томно потягивались и вздыхали, приглашая к себе. Полупрозрачные одежды только еще больше провоцировали, чем скрывали. Казалось, их тела светились. Мощная, подавляющая волю энергетика звала и манила. Да что говорить, на секунду даже мы с Ладой зависли, прежде чем смогли оторваться от открывшегося зрелища!

— Идите к нам! — умоляюще протянули одалиски свои руки. — Нам скучно! Идите! Мы вам поможем, приласкаем, обогреем, успокоим. К нам!

— А как это сделать? — промурлыкал Вик, пожирая глазами пышногрудую блондинку.

— Просто встань и иди через стену! — хохотнула та. — Не бойся, наша магия тебя пропустит! Ну, чего же ты медлишь, малыш? Иди!

— А руки развяжете?

— Ну конечно! — воскликнули дамы. — Мы исполним все твои желания, все капризы, все фантазии! Только иди!

И Вик, поднявшись, направился к стене.

— Нет! Стой! Куда?!

— Малая, не бойся, я скоро вернусь! — блаженно улыбаясь, отмахнулся он. — Мне надо немного расслабиться.

— Ты успокоишься навсегда, идиот! — рявкнул Норри. — Они же суккубы!

— Малыш, они всего лишь хрупкие, беззащитные существа! — фыркнул Витька. — И к тому же они развяжут мне руки!

— Но какой ценой! — подскочила на ноги ваша покорная слуга и встала между другом и стеной.

Эх, жаль, что у меня руки за спиной связаны, а перевести их вперед не было времени!

— Свет, — терпеливо вздохнул Вик, обходя меня. — Для женщины любовь — это подарок, для мужчины — приятный акт дарения.

— Вик! Они суккубы! — Я грудью толкнула обезумевшего парня в противоположную сторону.

— И что с того? — пожал плечами сохранивший равновесие Вик. — Разве они не женщины?

— Они — демоны! — четко и внушительно, как маленькому ребенку, произнес юный ванн Дерт.

— Чудесно! — плотоядно улыбнулся Вик, с решимостью тарана двигаясь вперед.

Мои попытки его остановить или задержать ничего не стоили.

— И их много! — повысил голос молоденький эльф.

— Еще лучше! — хищно осклабился донжуан и, ловко увернувшись от вашей покорной слуги, шагнул сквозь стену.

Да что ж это такое?! Вик! Братик! Кровинка! Только не ты! Ну почему, ПОЧЕМУ я, дура такая, не додумалась, как еще тебя удержать?! Никогда себе не прощу!

— Не стоит, — грустно покачал головой Норри, — против притягательной магии суккубов нет приема и нет средства, если у тебя связаны руки и нет защитного амулета. Его даже каменная стена не удержала бы!

— А почему она на тебя не подействовала? — запоздало сообразила я.

— Потому что у меня выкачан почти полностью магический запас, — эльфенок грустно улыбнулся и стал похож на удрученного ангела, — а так как еще до того, как нас схватили, я колдовал на пределе возможностей, черпая силу из собственной ауры, то теперь ваш покорный слуга довольно непривлекательное для суккубов блюдо. Мало энергии. Полученный результат не покроет затрат на ее извлечение, поэтому демоны и ослабили зов касательно меня, но не думай, что я не хотел! Если бы госпожа Ладиина не села мне на ногу, я бы первым побежал! Вот никогда не думал, что скажу когда-нибудь спасибо этой леди! — Повернувшись, эльфенок кивнул Ладе и попытался отстраниться. — Благодарю, можете больше не держать!

— То есть, если бы Лада отпустила тебя и помогла удержать Вика, все обошлось бы?

— Не думаю, — вздохнул сводный братец. — Остановить собравшегося куда-то Дракона практически невозможно, проще отменить восход солнца. Но не волнуйтесь, миледи, убить нашего брата тоже не так легко! Сейчас мы что-нибудь придумаем, и все будет хорошо!

В этот момент двери распахнулась и на пороге показались двое наших конвоиров. Осмотрев комнату и не найдя Виктора, они презрительно хмыкнули и направились к вашей покорной слуге.

— Вставай, княжна! — ухмыльнулись мужчины, кончиками плети побуждая меня подняться. — Господин желает тебя видеть! Радуйся! Настал твой звездный час!

Угу. И почему хочется кричать, но не от радости?!

Совершенно неожиданно Норри разорвал сдерживающие веревки и, вскочив на ноги, попытался помешать меня увести. Но не тут-то было! Один из конвоиров смазанным движением ушел братишке за спину и нанес ряд отточенных, практически незаметных для глаза ударов, отчего малыш мгновенно рухнул на пол безжизненной куклой.

— Еще герои есть? — насмешливо хмыкнул мужчина. — Ну что, княжна, тебя тащить или сама пойдешь?

Вопрос, видно, задали лишь для формальности, ибо практически сразу меня подхватили под связанные руки и, невзирая на протесты и просьбы отпустить, поволокли по длинным коридорам. Но каково же было мое удивление, когда в царских покоях вместо правителя суккубов оказался его седовласый помощник. Арстархʼэркʼхром, кажется. Однако изумляться долго не пришлось, ибо в ту же секунду меня сзади подхватили сильные руки и, бесцеремонно раскачав, метнули на огромную, шестиспальную кровать. Матрац спружинил не хуже батута, отчего я взлетела к верху балдахина. Полог натянулся сколько мог и с силой отправил меня обратно. В полете я попыталась перевернуться, чтобы встать на ноги, но не успела и, приземляясь, постаралась сделать все возможное, чтобы бесстыжее ложе вновь подкинуло меня вверх с той же силой.

Седой тем временем с немым удивлением наблюдал, как меня, словно баскетбольный мячик, мотает между кроватью и балдахином, в бесплодных попытках взять ситуацию в свои руки. Очевидно, такого вандализма над хозяйской кроватью и ее нерационального использования помощнику правителя видеть еще не доводилось. К сожалению, остановить сию бешеную карусель и у меня самой при всем желании не получалось. Неудобно связанные за спиной руки, проснувшаяся не к месту полученная в прошлом на танцах травма правой ноги вкупе со свежими синяками и ссадинами конкретно мешали балансировать. Тем не менее была в данных обстоятельствах и хорошая сторона: какие бы приличные или неприличные намерения ни одолевали супостата, осуществить их в данный момент весьма проблематично.

Вероятно, эта же мысль посетила и светлую голову инкуба, потому как он щелкнул пальцами, и дикий аттракцион прекратился.

— Итак, — коварно ухмыльнулся демон-искуситель, с грацией хищника приближаясь ко мне.

Увы, в его намерениях сомневаться не приходилось. Все читалось по глазам. Вот только на кой я ему сдалась? Да еще, судя по всему, тайком от правителя и в его же покоях? Что за извращение? Тьфу, и везет же мне на престарелых маньяков! У них что, все поколение дефективное?

— Меня сейчас вырвет! — нашлась ваша покорная слуга, мгновенно сползая с кровати.

Кажется, обломали дяденьку. Мужчина поморщился, но отступил.

— Где у вас тут уборная? — прошелестела я, стараясь как можно убедительнее прикинуться больной.

— Ну уж нет! — хмыкнул инкуб. — Никуда ты из спальни властителя не выйдешь!

— Тогда можно я на этот новенький красивый ковер нагажу? — пробормотала ваша покорная слуга, примеряясь к толстому, явно дорогому аналогу наших персидских. — Он, наверное, эксклюзивный, ручной работы. Плохо чистится, а? А может, это подарок его любимой тещи?

— К окну! — проревел побледневший советник монарха.

Хм, кажется, угадала.

— Руки хоть развяжите, а то неудобно как-то. Вдруг еще слишком перегнусь и из окна вывалюсь?

— Ничего с тобой, Дракон, не сделается! — проворчал инкуб. — Приспичит, ты и летать научишься!

Но руки все-таки развязал. Ура! Однако весь энтузиазм пропал, стоило мне подойти к подоконнику. Ну почему окно во внутренний двор выходит? Голые булыжники мостовой и ничего способного смягчить прыжок! Ладно, будем дальше время тянуть!

— А что внизу подумают, если на них такое свалится? Ведь данное обстоятельство может бросить тень на вашего патрона! Нехорошо, наверное.

— Ничего, — мстительно сверкнул глазами инкуб. — Я переживу. Кстати, если увидишь такого высокого слащавого типа — можешь не стесняться!

— А кем он вам приходится? — оживилась ваша покорная слуга, пытаясь заговорить ему зубы. — Или у него счеты с Аркʼментрʼморком?

Так, какие у нас еще есть женские уловки? Головная боль, простуда, отсутствие настроения и… О! ЖЕНСКИЕ ДНИ!

— Ты решай давай свои проблемы, и перейдем к делу, — раздраженно просек мою симуляцию нелюдь.

— А к какому? — прикинулась я чайником.

— Сейчас узнаешь! — ухмыльнулся он, и в его желто-карих глазах зажглись алые огоньки.

Мягким, хищным шагом он стал томно приближаться.

— Эй-эй! Меня все еще тошнит! — оборвала торжественность момента ваша покорная слуга.

— Врешь, — низко рыкнул инкуб, снимая на ходу тунику. — И голова у тебя не болит, и здорова ты, как дракон, и дни подходящие, а настроение я тебе сейчас обеспечу! — С этими словами он взялся за пряжку ремня.

Нет, ну точно извращенец! Как там по инструкции с подобными обращаться?

— Дядя, — я строго вскинула палец, — мне стриптиз нельзя смотреть! Я еще маленькая!

— Угу, — издевательски хмыкнул демон, снимая на ходу штаны. Теперь он остался в какой-то набедренной повязке.

Блин! И везет же на престарелых эксгибиционистов! Хоть ты им тут кружок стриптиза открывай! Чтобы было чем заняться долгими зимними ночами.

— Повторяю, — я непроизвольно попятилась назад, — я еще несовершеннолетняя! Статья… большая!

— Не сомневаюсь! — довольно кивнул визави, стаскивая последнюю часть костюма.

Хм, а ведь не совсем старик! Пусть волосы седые, но на лице почти ни морщинки, движения ловкие да ладные, как у подростка. Тем не менее сразу видно, что инкуб со стажем! Обнаженное тело завораживало — стройное, атлетически подтянутое, оно звало и влекло к себе. Голос собеседника, если так можно назвать активно настроенного мужчину, обволакивал, подчинял чужой воле. И все-таки ноги непроизвольно пятились от столь прекрасного образца противоположного пола куда подальше.

— Не напрягайся, малышка, трон Драконов могут занять только взрослые особи. Я все знаю! Лучше иди ко мне! Наконец-то в вашей семье родилась девочка! Я так долго этого ждал!

— А что, у вас давние счеты с моей семьей? — уже в который раз наворачивая круг около журнального столика, поинтересовалась ваша покорная слуга.

— Ничего слишком личного! — отмахнулся советник, методично следуя за мной. — Не убегай, красавица, мне не за что на тебя злиться… пока что, а потому обещаю быть нежным.

— Тогда какого я вам сдалась?! Не проще ли подыскать кого постарше или покрасивее?!

— Мне нужен отпрыск дома Драконов! — с настойчивостью маньяка повторил советник.

Нет, ну вот извращенец! Темп постепенно ускорялся, скоро, чую, перейдем на спринт.

— Иди сюда, красавица! — еле сдерживаясь, прошипел смертельно опасный любовник. — Иди сейчас, не то хуже будет!

— Сено к корове не ходит! — машинально огрызнулась я.

Так, если правильно догадалась, то мужику нужна моя жизненная сила, чтобы стать, как гласят легенды, самым могучим инкубом, а следовательно, узурпировать власть! Вот только я не собираюсь никому способствовать продвижению по карьерной лестнице! Не хочу и не буду!

— Ну что ж! — сверкнул глазами Арстархʼэркʼхром и кинулся вперед.

Я метнулась к окну, однако седой, несмотря на кажущийся возраст, ловко перехватил меня за пояс и притянул к себе. Недолго думая я цапнула его за руку. Демон взвыл и невольно отпрянул. На предплечье выступила кровь.

— Ёптр турен имбарр! — выдохнул советник суккубов, осматривая рану.

А ЧТО вы хотели? Только от жизни собачьей Драконы бывают кусачими! Не теряя времени, я снова кинулась к окну, враг щелкнул пальцами — и я ударилась в прозрачную стену. Ну ладно! Развернувшись и клацнув зубами у самого носа противника, я бросилась к кровати. Влетела на нее в прыжке, оттолкнулась и взмыла к балкам, держащим балдахин, ухватилась за деревянный брус, подтянулась и — ура, НАВЕРХУ! Да здравствуют танцы! Да процветают в мире высокие поддержки, требующие физической подготовки и элементарных акробатических навыков! Виват! Виват! Виват!

Тяжело дыша, инкуб остановился и, задрав голову, поманил пальцем:

— Слезай!

— Благодарю, мне и отсюда прекрасно видно! — Я замерла на своем насесте химерой Нотр-Дам. Настроение было соответствующее.

Господин Хром скрипнул зубами и стиснул кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Затем подпрыгнул, пытаясь ухватить меня за ногу. У, чтоб тебя перекосило, гад! И — о чудо! — мужик взвыл и согнулся в три погибели, держась рукой за спину. Хм, похоже, дядю прихватил радикулит! Страдальчески потирая поясницу, Арстарх попытался выпрямиться, но не смог. Ну что, старый диверсант? Доскакался? Так тебе и надо! В твоем возрасте на кладбище могилку столбить надо, а не за девочками бегать!

В этот момент дверь отворилась — и на пороге появился озадаченный конвоир.

— Милорд? — Он удивленно замер при виде обнаженного, взмыленного советника с прострелом в спине и застывшей на вершине кроватного столбика предполагаемой любовницы.

М-да, не каждый день увидишь такую картину!

— Господин, у вас точно все в порядке? — озадаченно осведомился он.

— Да! — рявкнул разозленный Арстарх. — Не видишь, я занят!

— Тогда ладно, — жалобно проблеял конвоир, силясь получше меня разглядеть. — Только мне сообщили, что переговоры владыки с оборотнями почти подходят к концу и еще он вас срочно вызывает.

— Хорошо, — буркнул Арстарх, от души ругнувшись. — Я постараюсь поскорее разобраться во всем, а пока присмотрите за ней. Дверь не открывать даже под предлогом пожара!

И, метнув на меня напоследок многообещающий взгляд, помощник правителя кое-как, не разгибаясь, оделся и, ковыляя, вышел. М-да, довела дяденьку! Щелкнул дверной замок. Похоже, так просто отсюда не выйти! Кое-как спустившись, я подошла к окну. Прозрачная перегородка пропускала воздух и даже ветер, но, увы, по-прежнему не пускала наружу. Что же делать?! А где-то там Вик терпит атаку стада суккубов! А что с Норри и Ладой — вообще неизвестно. Надеюсь, малыш не сильно пострадал. Очень не хотелось бы перед Лерри отчитываться за то, что не углядела за братиком. И Кейси с Оох-рам-Лукушем где шляются? Неужели трудно догадаться, куда мы запропастились? Насколько мне удалось изучить интеллект волка, для него сия загадка — раз плюнуть! Вот уж серый кардинал! Не видно и не слышно! Выживу, обязательно с ним разберусь! Хорошо еще седой вовремя ушел. Повезло. Но ведь может и вернуться! Обработает спинку местным аналогом «Фастумгеля», отмажется как-нибудь от срочного вызова — и опять в атаку. Или, еще хуже, Аркʼментрʼморк в свои законные покои заглянет! Тьфу-тьфу, чтобы не накаркать!

— Так вот ты какая! — внезапно раздалось за спиной.

Широко ухмыляясь, какой-то высокий тощий самодовольный юнец прислонился к косяку. Краем глаза я успела уловить, как дверь вновь обретает привычную окраску, переставая быть прозрачной. Нет, это покои монарха или проходной двор?! Заходи кто угодно, бери что хочешь! Никакого уважения к правящему дому!

— Сейчас я с тобой позабавлюсь!

Ох и не нравятся мне намерения местной элиты! Ну что за мир такой попался?! Сплошные извращенцы!

— Слушай, малыш, катился бы ты отсюда! Вот-вот правитель вернется.

— Дядя?! — хмыкнул парень. — Нет, к нему срочная делегация. Это часа на два. Но не волнуйся, красавица, я найду чем тебя занять! — И он принялся раздеваться.

Блин! Еще один эксгибиционист! Только уже подрастающее поколение! Зла на них нет! Вот так и начинаешь поневоле звереть!

— Слушай, Аполлон, я не собака, чтобы на кости бросаться! — скептически покосилась я на его выпирающие ребра.

Прямо живое пособие по анатомии какое-то!

— А теперь? — игриво ухмыльнулся искуситель, томно отбрасывая штаны.

ЭРОТИКА! Живой Кощей Бессмертный! Смотреть страшно, не то что желать! Неужели все суккубы и инкубы, прежде чем превратиться в роскошных, красивых самок и самцов, проходят вот такую чахлую зародышевую стадию?! Или этого для особых извращенцев держат?!

— Ну что? Впечатляет? — улыбнулся он.

— Ага! — ошарашенно кивнула я. — Нет-нет, набедренную повязку не снимай! Хватит с меня пока потрясений!

— О! — берясь за последнюю часть своей одежды, воскликнул юноша. — Это зрелище ты не забудешь никогда!

— Охотно верю! — Я судорожно сглотнула. — Ну давай хоть что-то оставим напоследок… интригующей тайной. Скажи, а тебя вообще кормят?

— Да! Утром, днем и вечером!

— Гербалайфом, что ли? — не выдержала левая половина полушария.

— Не увиливай от основной темы! — обиделся парень. — Иди сюда, продолжим наше знакомство!

— Ты бы оделся. Замерзнешь ведь!

— Я с тобой согреюсь! — хищно пообещал он и кинулся на меня.

Размечтался, малыш! Недолго думая отработанным приемом я оказалась на вершине уже полюбившегося столбика. Но племянник правителя оказался гораздо активнее седого. Подпрыгнув, парень уцепился за верхнюю балку и принялся раскачиваться, чтобы залезть. Может, он и выглядел скелетом, но весил прилично, ибо от данных действий вся конструкция, держащая балдахин, жалобно треснула, скрипнула и стремительно поехала долу. С диким грохотом мы навернулись вниз, подняв к потолку облако пыли. Благо в последний момент я успела подпрыгнуть, чтобы мягче приземлиться. А вот соблазнителя партнеры по танцам, видно, никогда не роняли, и в отсутствие опыта тот приложился к мраморному полу прилично. Громыхание костей не смог заглушить даже толстенный ковер.

Второй раз от мужиков убегаю, а они все не отстают! Может, сменить тактику? Взять пример с Ладиины?

«А что? — хмыкнуло правое полушарие. — Хуже уже не будет!»

«Ой не к добру это!» — вздохнул спинной мозг.

Ну что ж, детеныш, ты меня раздраконил! Теперь держись!

— Вот ты и попался, зайка! — Я прыгнула на все еще барахтающегося в красном бархате парня. Как там Ладиина всем угрожала? А! Вспомнила! — Сейчас мы с тобой повеселимся!

— Что?! — испуганно всхлипнули под плотной тканью. — Что вы собираетесь со мной сделать?!

— Ух и устрою я тебе неизгладимые впечатления! — распиная тельце на полу, злобно прошипела я, как можно достовернее копируя свою женушку. — Мало не покажется! Этот день ты запомнишь навсегда, шалун!

— Что? — изумленно пропыхтели в ответ и, переварив информацию, робко добавили: — Ой! Нет! Отпустите! Я передумал!

Хм, кажется, работает!

— Ну уж нет! Так просто ты отсюда не уйдешь! — как можно более угрожающе пообещала я.

С минуту добыча молча отбрыкивалась, явно осмысливая ситуацию, а затем тишину разорвал пронзительный крик:

— Помогите!!!

Что могу сказать? Уловка удалась! Новоиспеченная жертва отчаянно забарахталась, пытаясь вырваться на волю.

«Ну уж нет! — злобно прошипела какая-то темная часть моего сознания. — Так легко ты не отделаешься!»

Всегда было интересно, кто сильнее: суккуб или Дракон? То ли мне попалась слишком чахлая особь, то ли эта раса в большей степени любовники, чем воины, но парень постепенно проигрывал, отчего крики о помощи звучали все громче и истеричнее.

Кое-как ему удалось-таки выкарабкаться из-под полога. Рывок вперед, подсечка, грохот костей — и жертва снова на полу. А Витькина наука даром не пропала!

— А ты, оказывается, шалунья! — восхищенно присвистнул вошедший Арстархʼэркʼхром, в недоумении осматривая перевернутую вверх дном спальню, раздолбанную кровать, а также распростертого точно в центре почти обнаженного племянника правителя и меня, гордо его оседлавшую.

Жертва подо мной наконец пришла в себя и истошно закричала:

— Помогите! Насилуют!

— Кто меня звал? — просунулась в окно воодушевленная голова Ладиины. — Подкрепление требуется?

— Да! — радостно заорала я и живо посторонилась, предоставляя свободу госпоже Каракурт. — Принимай салагу!

Пару секунд женушка скептически осматривала предложенного кандидата. Потом поморщилась и махнула рукой:

— Ладно, сойдет для сельской местности! — И прижала юношу к полу.

Выберемся — я ее точно в благодарность замуж выдам!

— Нет! Стойте! Что вы делаете?! — испуганно встрепенулся Арстархʼэркʼхром, поспешно запахивая халатик, накинутый на голое тело. — У малыша же будет психическая травма на всю жизнь!

— А у меня что, не останется?! — огрызнулась ваша покорная слуга. — Да мне до конца дней его хрящи и ваши, между прочим, в кошмарах являться будут! Если Драконы чем и виноваты, то после сей памятной картины считайте, что мы квиты!

— Отпусти ребенка и давай поговорим цивилизованно! — вскинул руки советник.

— Еще чего! Нашел дуру! — прошипела я. — Чтобы ты нас схватить приказал? Не дождешься! А мальчишке полезно будет, а то как Дракона совращать — так взрослый уже, а как за поступки отвечать — так маленький?! Ну ничего, сейчас обесчестит Ладушку, женится, как порядочный, научится отвечать за свои поступки, а заодно и поправится немного на семейных харчах.

— Что?! — истерично взвизгнули инкубы.

А затем малыш задергался еще сильнее.

— Арстархʼэркʼхром! — истошно заорал юноша в лучших мужских традициях. — Спаси меня, ибо, если я на НЕЙ женюсь, дядя тебя собственноручно кастрирует!!!

— Что здесь ПРОИСХОДИТ?! — раздался раздраженный рык всуе упомянутого Аркʼментрʼморка.

Мрачный властитель грозовой тучей стоял в дверях и в легком обалдении осматривал перевернутые вверх дном личные апартаменты, почти в щепки разломанное ложе, босого советника в халате на голое тело, наглую девчонку, качающую права, а также вторую девицу, гордо восседающую на его обнаженном племяннике.

— Дядя, помоги! Насилуют! — жалобно пискнул вышеозначенный субъект.

Все, капут! Влипли!

— Итак, я жду объяснений! Это у вас такой острый приступ радикулита, Арстархʼэркʼхром?

— Это все ОНА! — поспешно сориентировался седой, обличающе ткнув в меня пальцем. — Как вы и приказали, я привел негодницу в ваши покои, где она и взяла в заложники вашего племянника. А я, бедный и несчастный, пытаюсь усмирить ее дрянную кровь!

— Что?! — взревела ваша покорная слуга. — А ты расскажи патрону, из-за чего тебе спину прихватило! Поведай, как собирался воспользоваться моей жизненной силой, чтобы свергнуть правителя и захватить власть!

— Но ведь Дракона нельзя таким способом убить и завладеть его силой, — робко заметил растрепанный юноша. — Я в дядином дневнике прочитал, что это единственные создания, неподвластные нашей магии!

— Ну спасибо! Обрадовали! — раздался со стороны окна возмущенный голос. — Раньше предупредить не могли?! — негодовал Норри, перелезая через подоконник. — И какого я с Виком не пошел?! Там такие женщины были! Пятьдесят штук! И все просто персики!

— Что? — поперхнулся Аркʼментрʼморк. — Дракон в моем гареме?!

В этот момент в дверь робко постучали, и вошедший стражник озадаченно кашлянул:

— Ваше величество, там в женском крыле небольшие проблемы.

Владыка бросил тревожный взгляд на дверь и рявкнул:

— Так! Оставайтесь все на местах, я сейчас вернусь!

Он поспешно вышел, приказав на всякий случай замку никого не впускать и не выпускать без его ведома. В тот же миг мои ноги словно приклеились к полу! Оказывается, у этого портативного замка еще много неприятных сюрпризов припасено, но хотела бы я управлять так же собственным жилищем!

— Наверное, стоило напомнить правителю, что лорд Венатор тоже относится к нашему дому и за него мы будем мстить, — озабоченно пробормотал Норри, внимательно прислушиваясь к происходящему.

— Думаешь, помогло бы? — хмуро фыркнула Ладиина, устраиваясь на жертве поудобнее.

Замок огласил истошный мужской рев. Вздрогнули все, даже стены замка. Одно утешает: крик вроде не Витькин!

— У него все еще впереди! — мрачно заметил Норри, прочитав мои мысли. — Так орать могут только очень-очень венценосные индивиды!

— Слушай, а Аркʼментрʼморк быстро бегает? — робко поинтересовалось левое полушарие, просчитывая пути к спасению.

Словно в ответ на мой вопрос в покои ворвался сильно озадаченный и озлобленный правитель сладострастных демонов.

— Княжна! — с порога закричал он, бухаясь на колени и буквально подъезжая на них к моим ногам. — Пощади! Не знаю, что за тварь у тебя в команде…

— Как это не знаешь?! — взвился обделенный женским вниманием Норри. — Говорят тебе, там Дракон!

— Да какой Дракон?! — отмахнулся Арк. — Залюбил двух моих основных жен так, что, похоже, выкачал из них всю энергию! Весь гарем в шоке! Оставшиеся пять цариц и наложницы шарахаются от него как от чумы, не говоря уже о том, чтобы подойти! А этот гад там вовсю разошелся и уходить не собирается! В общем, княжна, умоляю: отзови своего слугу! Он же мне всех девочек перебьет, если еще на сутки там останется! Спасу нет! Они уже и сами не рады, что так вляпались, а этой заразе все нипочем! Спаси, госпожа! Создателем прошу! Что хочешь сделаю, только убери ЕГО!

— Ёптр турен имбарр! Я тоже хочу! — сплюнул младший ванн Дерт.

— И я!!! — взвыла Ладиина, раздраженно подпрыгивая на жертве.

— Дядя! Пожалуйста! — всхлипнул малыш. — Помогите! Я больше никогда никуда влипать не буду! Обещаю!

— Дайте вассальную клятву — отзову братика.

Правитель суккубов удивленно моргнул, прикидывая, что же я сама за тварь, раз у меня такие страшные родственники! Затем тихо произнес:

— Присягу дать не могу, потому что связан обетом верности с Михеем эль Туциром, которому обещал при малейшей возможности поймать и доставить вас.

— А поклянитесь в таком случае не причинять семейству Драконов зла и не чинить препятствий в наших планах. — Эльфенок коварно улыбнулся, отчего на минуту стал похожим на Вика.

М-да, а ведь есть родственное сходство!

Аркʼментрʼморк на минуту задумался, а потом не менее лукаво ухмыльнулся и, встав передо мной на одно колено, церемонно принес клятву. Как ни странно, внутренние ощущения подсказывали, что данное инкубом слово пока в силе, поэтому я попыталась мысленно связаться с Виком. Угу. Где там! Проще в Пентагон дозвониться, чем пробиться в головушку брата! А посему, подойдя к чудом уцелевшему столику, я написала короткую записку и отослала со стражником.

— А теперь, может, малыша отпустите? — спросил правитель, вздохнув с облегчением, когда довольный донельзя Вик перешагнул порог спальни.

— Только если вы нас освободите! — торопливо поднял вверх палец Норри ванн Дерт.

— Вы не в том положении, чтобы диктовать условия! — возмутился советник властителя суккубов.

— Кажется, уже в том! — весело парировал взявший на себя инициативу переговоров эльфенок, хитро поглядывая на распростертую на полу парочку. — Поверьте, господин Аркʼментрʼморк, мне отсюда лучше видно.

— Хорошо, — обреченно вздохнул инкуб. — Даю слово, только не мучайте больше ребенка!

— В таком случае учти! — предупреждающе прошипел эльф. — Если не выполнишь обещания, будешь иметь дело уже с двумя Драконами!

— С тремя, — подняла палец ваша покорная слуга. — Уж я для изменника не поскуплюсь! Мир переверну, но даже с того света достану!

— Прекрасно! — хищно сверкнул глазами правитель. — А теперь я хочу знать, что здесь произошло! — И резко обернулся к советнику: — Я тебя всего лишь на двадцать минут за главного оставил, а за это время мою спальню успели разгромить, племянника чуть не изнасиловали, а по гарему прошелся Дракон!

— Это все она! — упорно повторил седой. — Эта гадость во всем виновата!

В шоколадных глазах зажглись свирепые алые огоньки. А так ли сильна клятва главы демонов-искусителей? Ведь правитель хозяин своему слову: как дал, так забрал! Надо срочно приводить аргументы в свою пользу!

— Да с какой стати мне сдался ваш племянник?! Аркʼментрʼморк, повторяю, этот тип — предатель и собирается вас свергнуть!

— Да кого вы слушаете?! — взвился Арстархʼэркʼхром. — Она же гадина без стыда и совести! Дрянь, только и способная, что клеветать на честные души! Я вам верен и предан, а эта тварь решила подорвать ваше ко мне доверие, чтобы легче было вас погубить!

— ДОВОЛЬНО! — гневно рявкнул владыка, отчего по моей спине пробежал озноб.

Даже Вик вытянулся по стойке «смирно».

Внезапно Аркʼментрʼморк шагнул ко мне и, сгребя за шиворот, понес к окну.

«Похоже, нас все-таки отпустят! — истерично всхлипнуло левое полушарие, проанализировав ситуацию. — В свободный полет! И без парашюта!»

«Не к добру это! — отозвался спинной мозг. — Поверь, хозяйка, копчиком чую!»

Спасибо, мои дорогие! Как будто я сама не догадалась, что дело пахнет керосином! Однако прошла минута, две, а придавать ускорение мне не торопились. Перебирали аккуратно волосы свободной рукой, вращали, но не били и не бросали. Набравшись смелости, я открыла глаза и вздрогнула, оказавшись нос к носу с властителем суккубов. Его большие шоколадные очи были напротив моих. Дневное солнце высветило упавшую на высокий лоб челку в такой же золотисто-бронзовый оттенок, как и у меня. Вот всегда удивлялась странной шутке природы: если разбирать мои волосы на тонкие пряди и подставлять на свет, получишь либо золотисто-бронзовый, либо медный цвет, а в целом образуется непокорная темно-шатенистая грива.

— Твою мать! — прошептал Аркʼментрʼморк, внимательно рассматривая мое лицо. — Неужели Лорриэль выполнил свое обещание?

— Какое? — не поняла ваша покорная слуга. — Я ни о чем таком не знаю!

— Вот гадина! — внезапно прошипел Аркʼментрʼморк, опуская меня на землю. — Даже с того света умудрилась взять нас троих за яйца!

— Кто?

— Неважно, — отмахнулся властитель и, вытянув руку в сторону седого, щелкнул пальцами, коротко приказав: — Замри! — Затем повернулся к нашей шайке и заботливо поинтересовался: — Ребята, может, вы голодны?

— А не отравите? — в лоб выпалила Ладиина.

— Нет, — хмыкнул повелитель и тихо добавил: — Ни за что и никогда! — Он поклонился и галантно подал мне руку: — Миледи, позвольте проводить вас к столу.

М-да, да и что же они все во мне находят?! Эта мысль навязчиво не давала покоя, пока мы всей честной компанией шли к выходу. После смотрин отношение к нам инкуба кардинально изменилось! Мало того что нас до отвала накормили, так еще и вручили немного про запас, показали, в какой стороне замок врага, и даже пообещали придержать собственные войска, как только Михей их призовет. Даже не знаю, радоваться или волноваться. Ну что они все во мне видят? Что ищут в чертах? Вот и эльф озадаченно косится, но молчит.

— Норри, — еле слышно позвала я сводного брата. — Что во мне не так?

— Все как надо, миледи, — бодро отозвался он, стараясь не смотреть мне в глаза.

— Врешь! Если все нормально, почему же правитель суккубов побелел как полотно, когда я поперхнулась вином? И что значат его слова про гадину и Лорриэля? И почему Нох-рам-Лукуш без условий и торгов принес мне вассальную клятву? И дядя твой почему так задумчиво косится, словно я изверг какой?

— Мне неведомы мысли великих, — безмятежно парировал эльфенок, но моя душа почувствовала фальшь.

— Ну хорошо, тогда ответь, чего так сильно испугался племянник Аркʼментрʼморка, когда мы спорили с седым?

— Наверное, того, — вздохнул Норри, — что у вас глаза в тот момент глубокой ярости отсвечивали алым огнем.

И все?! Да у меня ж это с детства! Когда злюсь — алый оттенок, когда задумала пакость или хитрость — зеленый, если равнодушна к чему-либо — серый. Что же необычного?

— Рад, что с вами все в порядке! — прочитал мои мысли Норри, но распространяться на эту тему не стал.

Почему-то внезапно открывшаяся истина облегчения не принесла. Что-то по-прежнему было не так.

— Малыш, ты от меня что-то скрываешь? — вкрадчиво уточнила ваша покорная слуга.

— Я? — картинно выдохнул юный ванн Дерт, и мое нутро вновь почувствовало обман.

Невольно вспомнились вопросы Лерри ванн Дерта про зверя внутри меня и спокойный ответ вампира. Брр, чувствуешь себя несущим смертоносную куколку солдатом из фильма «Чужие». Кто же я? Что же я?

Но продолжить допрос мне не дали, ибо стоило нам выйти за ворота твердыни и оказаться на небольшом пролете резной лестницы, как навстречу бросились Кейси с Оох-рам-Лукушем.

— Наконец-то! — выдохнул вампир. — А мы с Кейсариусом уж думали, не отправиться ли за вами!

— Очень жаль, что не решились! — весело хмыкнул Витька. — Вы столько интересного пропустили.

— Да уж! — горько вздохнул Норри, но мне послышались в его голосе нотки облегчения.

Ну уж нет, малыш! Так легко ты не отделаешься! Так и быть, допрос отложу, но помнить о нем буду! Обещаю!

Часть четвертая

УДОВЛЕТВОРИТЬ КЛИЕНТОВ

Даже самая смелая фантазия не изобретает ничего нового, а лишь комбинирует в различных вариантах элементы уже известного.

Декарт

Животных вампир с волком оставили в лесочке привязанными к дереву, предположив, что тащить на гигантскую лестницу хромую на три ноги клячу медлительно и нецелесообразно. О том, что она может превратиться в крылатого ящера, юный нелюдь не знал, а Кейси почему-то не вспомнил, поэтому мы теперь всей честной компанией методично и в темпе вальса спускались с лестницы, стараясь при этом выглядеть незаметными. Ага, мечтатели! Копперфилды, блин! С таким же успехом можно слона через таможню тащить!

Шесть фигурок, четыре из которых довольно рослые, на открытой, просматриваемой со всех сторон лестнице просто невозможно было не заметить! А посему встречающие у подножия злобные урки сюрпризом не являлись. К сожалению, противники умышленно отсекли нас от метаморфов, которые с огромными усилиями пытались порвать привязь и ринуться на помощь. М-да, вот они, прелести свободы! Из одной крайности в другую! Осознав невыгодность нашего положения, урки победно хмыкнули, взвешивая в руках оружие.

— Кажется, нас сейчас будут бить! — вздохнул Оох-рам-Лукуш. Мысль путешествовать с Драконами уже не казалась ему блестящей и захватывающей.

Уф, обидно, что Аркʼментрʼморк не мог доставить нас на землю собственным порталом. Его магию легко вычислить, и в предательстве не возникло бы сомнений. А мы так хотели, чтобы его удар по Михею оказался неожиданным. С другой стороны, теперь милая семейная прогулка по лестницам все равно смотрится подозрительной! С чего это нас отпустили? Эх, попал мужик. Жаль! Так надеялись на его помощь!

Тем временем урки еще раз взвесили в руках оружие, готовясь к бою. Мужчины тяжело вздохнули и мягко оттеснили нас с Ладой назад. Кейси беззвучно ощерился, замерев между вашей покорной слугой и моими братьями, отчего образовался дополнительный круг обороны. Обстановка стремительно накалялась. Каждый готовился к бою.

— Стойте! — внезапно раздался сверху истошный мужской крик.

Оба-на! Подобрав полы длинных черно-белых одеяний, перепрыгивая через три ступеньки, к нам неслись три колоритные личности. Одна высокая и тощая, вторая пухленькая, третья носатая.

— Подождите! — орали они. — Не убивайте пока друг друга! Одну минуточку!

Как вы уже догадались, к нам на всех парах приближались старые знакомые — сарки. И, кажется, я догадываюсь, кто их сюда послал! Взгляд непроизвольно метнулся на зависшую в небе твердыню, и на какой-то миг мне показалось, что оттуда за нами напряженно наблюдает глава суккубов. Ай да Аркʼментрʼморк! Вот хитрец! Рано, конечно, говорить спасибо, но авось как-нибудь сейчас придем в себя да выкрутимся.

— Фух! — облегченно выдохнул носатый, склоняясь в три погибели. — Еле успели!

Пухлячок лишь молча кивнул, пытаясь отдышаться. Ему, как самому «спортивному», досталось больше всего. Такую лестницу за очень короткое время не каждое сердце выдержит! Вот что деньги делают с людьми и нелюдями!

— Добрый день, господа, — уважительно поклонился высокий. Насколько помню, он у них главный и самый цивилизованный. — Прежде чем начнется мордобой, мы бы хотели взять экстренное эксклюзивное интервью у княжны для дальнейшего тотализатора.

Урки понимающе хрюкнули, спокойно сели на траву, достали какой-то порошок и закурили.

— А какие нынче ставки? — подал голос их предводитель, выпуская кольца сизого дыма.

— Один к одному, но не волнуйтесь, уважаемый Кнур, ваш вклад за Мортифора пока процветает!

— А можно его забрать обратно? — осторожно уточнил главарь.

— Почему?! — возмутился высокий. — Вы же столько потеряете!

— Видите ли, Артамин Извергулович, мы собираемся ее сейчас прибить.

— А вы уверены? — по-прежнему вкрадчиво уточнил высокий. — Вы не хотите передумать? Вы абсолютно убеждены, что у вас получится завалить Дракона?

Мохнатые на минуту засомневались, затем из второго ряда робко поднялась рука, и тихий голос уточнил:

— А можно поднять ставку на Мортифора?

Хм, интересно, это извращенец или оптимист подал голос? Ведь если собрались убивать, то что останется Мортифору делать с моей дохлой тушкой? Или они знают что-то об оборотне, чего не ведаем мы? Ой мама, не дай таким предположениям сбыться!

Тут из третьего ряда поднялась еще одна рука, и тоненький запинающийся голос поставил НА МЕНЯ! Уф! Все-таки оптимисты! Даже я не строю столь радужных прогнозов относительно сложившейся ситуации. Хотя это хорошо, что они уже сейчас не исключают факт нашего побега, ведь если противник сомневается в победе, то шансы другой стороны значительно возрастают. Тут опять поднялась рука, и поставили на Мортифора. Сарки переглянулись, и пухлячок мгновенно кинулся в ряды собирать и записывать прогнозы лохматых.

Сие бурное действо продолжалось еще добрых пять минут, в течение которых к лестнице успели подтянуться Призрачные Гончие, бывшие подчиненные барона Каракурта (а теперь вроде мои), пара оборотней-разведчиков и четверка инкубов из твердыни. Пришельцы внимательно всех выслушали, поделились своими соображениями и, не выдержав, также сделали ставки. Причем самый юный из оборотней поставил на МЕНЯ! Товарищ щедро отвесил непутевому поколению подзатыльник и, поставив, как истинный патриот, на своего короля, утащил юношу прочь для воспитательных целей, полагаю. Спустившиеся с парящего замка инкубы, наоборот, горячо поддержали опять же мою сторону. Присутствующие внимательно прислушались к мнению пострадавшей стороны и внесли коррективы в собственные прогнозы. Кхм, кажется, тут все с ума посходили!

Наконец прием ставок закончился, и сияющий, как начищенный самовар, пухлячок вернулся на место.

— Итак, леди! — улыбнулся мне высокий. — Позвольте взять у вас интервью.

Оживленные зрители предвкушающе насторожили ушки и радостно расселись вокруг. Даже Призрачные Гончие устроились на траве. Что-что, а вот зачем им выигрыш — ума не приложу! Они же духи! Самое время драпать, пока все расслабленны. Но тут мне на плечо предупреждающе легла тяжелая Витькина рука, и приглушенный голос кузена деловито поинтересовался у стоящих позади сарков:

— Прибыль как всегда пополам?

— Естественно! — кивнул высокий. — Как договаривались.

— Зачем вам деньги?! — встрепенулся пухлячок. — Вы же без пяти минут покойники! Вам сейчас о душе думать надо!

— А я и думаю! — огрызнулся Вик. — И ей с золотом как-то спокойнее!

— Богатство — зло! — назидательно изрек носатый.

— Ага! — парировал мой экономист. — Пойдешь на рынок — и зла не хватает!

— А на кой вам, мертвым, земные блага?

— Слушай, если у нас такие плохие шансы, так, может, нашу долю до восьмидесяти процентов поднимем? — вкрадчиво уточнил лорд Венатор.

— Иди ты! — сплюнул пухлячок. — Ведь назло выживешь! Я вашу породу знаю!

— Астормах, успокойся! — строго одернул его высокий. — Мы уже договаривались, а клятвы, данные Драконам, лучше не нарушать! У тебя пятеро дочерей, должен думать, с кем загрызаться!

— О! — оживились мои братья. — И все взрослые?

— Адресок дашь? — спросил Норри.

— Ни за что! — взвизгнул пухлячок.

— Не переживай. — Вик потрепал эльфенка по плечу, — в контракте посмотрим.

— Кхм, — кашлянул высокий. — Может, к интервью вернемся?

— Пункт первый! — мгновенно среагировал носатый, раскрывая блокнотик и оттирая бушующего пухлячка на задний план. — Как вы можете охарактеризовать произошедшее в замке?

— Э-э-э… — Как назло, в голову не шло ни одного подходящего слова.

— Понятно! — перебил носатый. — Разминка перед бурей!

— Именно так! — очаровательно улыбнулся Виктор. — Мы решили немного отдохнуть перед дракой, спустить пар древним, проверенным методом.

— И оттого вы за пять минут довели всех обитателей замка до кондрашки, ураганом прошлись по королевскому гарему и, оставшись недовольными да неудовлетворенными, в отместку разгромили спальню верховного демона-искусителя, чуть не изнасиловали его самого, его племянника, его главного советника, а также двадцать элитных стражей, доблестно пытавшихся предотвратить неизбежное!

— Пиши, что они и пострадали! — хмыкнул с заднего плана пухлячок.

— Естественно! — отмахнулся носатый. — Это даже не обсуждается! Так что вы можете сказать по этому поводу?

— Об этом я ничего не знаю, — невинно пожал плечами Виктор. — Это все она. — И обличающе указал на меня.

Окружающие нас урки сдавленно кашлянули и испуганно отсели на два метра подальше. В косых взглядах стала сквозить откровенная опаска. Ну да, что ж я за тварь такая, раз даже инкубов чуть не угробила?

— Так вы признаете вину? — подпрыгнул носатик. — Может, передадите пострадавшим свои извинения?

— Всей душой сожалею, — скорбно вздохнула ваша покорная слуга.

— Что не смогли задержаться еще подольше! — внезапно вклинился Вик. — Нам искренне досадно, что срочные дела не позволили еще чуть-чуть задержаться и довести все дела до конца!

— Кажется, после такого заявления суккубов удар хватит, — пробормотал пухлячок. — Ну да ладно! Заработаем на валерьянке! Надо будет напомнить зятю, чтобы поднял цены.

— А что такое вы сделали с советником, что бедняга до сих пор разогнуться не может и поминает вас самыми последними словами? — окончательно воодушевился репортер, своим длинным носом чуя сенсацию.

— А что может сотворить молодой здоровый Дракон в самом расцвете сил и возможностей? — лукаво подмигнул Вик, выступая на первый план. — Сестренка, не скромничай! Признайся, что мужик сам виноват, не рассчитав своих сил и возможностей! В его возрасте о таких вещах уже надо думать!

— О! — встрепенулся Лихтеншант, энергично записывая. — Прекрасно! Почти ничего самому сочинять не приходится! Так запишем также, что Драконы надеются, что Мортифор в данном плане посильнее окажется! Кстати, уважаемый Виктор, а где в это время были вы?

— В гареме, — с улыбкой мартовского кота ответил тот.

— Это с пятьюдесятью прекрасными дамами? — оживился пухленький. — Или к правителю успел еще дополнительный гарем подъехать?

— Да какая разница? — поморщился носатый. — Напишем, со ста пятьюдесятью…

Угу, вот так и рождаются мифы!

«А также неприятности на нижние девяносто! — методично напомнило левое полушарие. — Думаешь, Мортифор очень обрадуется, когда ему передадут „твои пожелания“?»

М-да, точно надо искать могилку! Ибо в самом лучшем случае этот красавец за такие финты тихо и методично размажет меня по стенке.

— Кстати, а что вы такого сделали, что леди Аркʼментрʼморка запаниковали?

— Да ничего особенного, — скромно потупился Вик.

Наша внутренняя связь подсказала мне, что он и сам в недоумении по поводу случившегося.

— И правда ли, что дамы остались чуть живы? — продолжал тем временем допытываться пронырливый сарк.

— Я бы никогда не смог причинить прекрасному полу вред, — обезоруживающе улыбнулся Вик, отвлекаясь от собственных мыслей.

— Значит, правда, — вздохнул носатый, усердно конспектируя в своем блокноте. — Наверное, еще пару часов — и вашими жертвами пали бы все женщины в замке!

— Только половина! — ревностно вклинился Норри.

— Что?! — возмущенно покосился на юного ванн Дерта брат. — Ты такого низкого мнения обо мне?

— Нет, — хищно улыбнулся тот. — Просто вторая половина досталась бы мне!

— Настоящий ёптр-отряд получается! — хмыкнул пухлячок.

Что означает сие страшное словосочетание, я решила не выяснять. Подожду до лучших времен.

Парни весело хмыкнули и дали друг другу «пять». А хорошо они спелись! Что в этот момент записывал носатый, не знаю, но присутствующие испуганно загудели. Поступившая информация откровенно шокировала и угнетала.

— Итак, — потирая ручонки, произнес носатый. — Общественность по-прежнему интересуется, как вы сами расцениваете свои шансы против лорда Мортифора?

— Как всегда положительно, — с очаровательной улыбкой вклинился Вик. — Пусть готовит завещание! Мы уже идем!

— Еще слово — и я признаюсь, что столбики пометил ты! — прошипела ваша покорная слуга. — И будешь сам с ним разбираться, оптимист ты этакий!

— Думаешь, ему понравится замена? — ехидно хмыкнул кузен. — Я-то, конечно, с твоей легкой руки, оказывается, не гнушаюсь эльфами мужского пола да самцами-волками, несмотря на всю мою боязнь собак, но вот не уверен, что Мортифор примет такую идею столь же кротко, как предыдущее твое желание привязать его к кровати! Так что улыбаемся и машем, сестричка! Еще один оборотень до кучи картины совсем не испортит!

— Кого куда привязали? — оживились сарки, подслушав нашу тихую перепалку. — Лорд Лупус Карнификус правда такое позволил?

— Естественно! — отозвался Вик. — Они даже ложе потом разломали! Я свидетель!

Кажется, понимаю, почему очевидцы долго не живут! Прозвучавшее заявление произвело фурор. Ну все! Теперь точно конец! Ну, Витька, ну, братик ты мой любимый, паразит бессовестный! Ты что творишь, засранец?! Вот такого Морти наверняка не простит! Хана!

— Так поэтому Мортифор требовал у Аркʼментрʼморка, чтобы ему выдали схваченную княжну? — поинтересовался носатый, потирая ладони. — Лорд Лупус Карнификус хотел повторения романтического вечера?

— Вполне возможно, — обворожительно улыбнулся Вик. — Но мы хотим заметить, что именно отсутствие Аркʼментрʼморка в собственной спальне спасло жизнь верховному инкубу! Ибо если сестренка за что-то берется, то всегда доводит дело до конца!

— Правда? — загорелся Лихтеншант Хобса. — И как вы намерены разобраться вот с этим почтенным воинством, собирающимся вас убить? — Он обвел рукой урков. — Сдадитесь?

— Ну уж нет! — прорычала я, разозленная самоуправством Витьки с сарками в складывающемся интервью и вообще всеми обстоятельствами. — Мы будем сражаться! Злобно и жестоко! До конца! И вот как мы собираемся вам, дорогие мои, сдаться! — В сердцах я показала лохматым фигу.

За моей спиной послышался шокированный вздох.

— Ты что творишь?! — прошипел на самое ухо разъяренный Норри ванн Дерт. — Ты хоть знаешь, что фигой, этой незамысловатой комбинацией из трех пальцев, наши дамы легкого поведения выражают готовность обслужить клиента, а в культуре урков сие означает непристойное предложение?!

— Откуда мне это знать?! Я девушка приличная!

— Ага! — чуть не засвистел от бешенства эльф. — Ты это теперь им скажи! После того как сделала непристойное предложение всему войску!

— Что, всем-всем? — озадаченно вклинился лорд Венатор, взирая на лохматое воинство.

Все прочие враги тихонько смылись, чтоб не попасть под горячую руку.

— Да! — перешел на драматический шепот Норри. — И если ты еще не понял, то мы, как члены семейства, тоже включены в приглашение! А по случившемуся в замке сам знаешь, что они разницы между женщиной и мужчиной не делают!

— Не так я мечтал начать с вами свою боевую карьеру! — истерично всхлипнул Оох-рам-Лукуш.

— М-да, — вздохнул Кейси, прекрасно зная, что и для волка исключения не сделают. — Лучше бы меня в лесу умдыри загрызли!

И тут случилось чудо! Ряды урков дрогнули и отступили!

— Извините, — пробормотал предводитель, поднимая руки ладонями к нам. — Мы пошутили! Мы не собирались вас убивать или брать в плен, мы сюда просто так, на вас посмотреть прибежали! Ну, в общем, мы уже пошли. Поюморили, посмеялись, и хватит! Спасибо за все! До свидания! А лучше — прощайте!

И лохматые воины стали поспешно ретироваться в лес. Отходящий последним предводитель внезапно обернулся и произнес:

— Артамин Извергулович, сделайте еще за меня равную ставку на княжну.

— Но где же ваша выгода?! — возмутился сарк. — Прибыль-то уменьшится!

— Зато деньги сохраню! — отозвался главарь. — Кто-нибудь из них да победит.

Да уж! В конце останется только один! И это будет крест на моей могилке! Единственный плюс в жизни молодого Дракона!

— Ну что? — спросил носатый, взирая на коллег. — Теперь к Мортифору?

— Угу, — хмыкнул высокий, и, попрощавшись, сарки исчезли в портале.

* * *

Жизнь — постоянное движение: одни шевелят извилинами, другие хлопают ушами.

Народная мудрость

— Фу! — с облегчением выдохнул Вик, спускаясь с лестницы и направляясь к животным. — Кажется, я впервые в жизни понял, что такое счастье!

— Я тоже! — поддакнул Норри. — Никогда так не беспокоился за свою честь.

— У меня тоже вся жизнь перед глазами прошла! — признался Оох-рам-Лукуш, оглядываясь в ту сторону, куда ушли урки.

Братья рефлекторно последовали его примеру, и только меня дернуло посмотреть вперед, в грядущее светлое будущее. М-да! Лучше бы не смотрела!

— Вик! Кажется, у нас начались критические дни! — упавшим голосом прошептала ваша покорная слуга, в священном ужасе наблюдая за приближающимися кентаврами.

До подопечных оставалось еще метров сто, а громадные, массивные человекокони с обнаженным оружием неслись прямо на нас в тяжелом галопе. Елки! А я, наивная, считала, они только в мифах существуют! Но, видно, госпожа Фортуна и здесь постаралась! И где она выкопала, блин, таких здоровенных?!

— У НАС?! — ехидно переспросил Вик, все еще оглядываясь. — А я думал, они по определению могут быть только у тебя!

— Тогда перестань пялиться назад и определи для себя степень опасности! — рявкнула я, дернув его за рукав.

— Во б…! — хором охарактеризовал надвигающееся ужасающее будущее Вик.

— Полный песец! — мрачно подтвердил Норри, хмуро глядя на приближающуюся армию.

— Бежим! — решила последовать я новому семейному девизу.

— Спокойно, миледи! — поймал меня за руку эльф. — Ты знаешь, почему генералы не бегают?

— Потому что пузо мешает? — нашлась ваша покорная слуга, пытаясь незаметно вырваться.

— Нет, — криво ухмыльнулся юный ванн Дерт, подхватывая мою вторую руку. — Потому, что в мирное время это вызовет смех, а в военное — панику! Миледи, если мы сейчас побежим, то кентавры нас просто затопчут. Больше всего на свете они презирают трусость и малодушие. Хотя если останемся стоять тут всем скопом, нас все равно покрошат в капусту. Единственный выход — это если вы, княжна, как наш предводитель и полководец, выйдете им навстречу. Возможно, тогда ситуация улучшится. Диалог предводителей перед боем для этой расы является обычным делом. Главное, не бойтесь.

— Иди, Свет, — подтолкнул меня в спину Вик.

— Угу, посылать хорошо! Не вам же с этим мастодонтом общаться! — пробормотала ваша покорная слуга, направляясь навстречу новым неприятностям.

— Ты не волнуйся, — твердо произнес мне вслед друг детства. — Если что, я обязательно тебя выручу.

Только легче от данного заверения не стало. Поджилки все равно отчаянно тряслись. «Спокойно, спокойно!» — как мантру повторяла я сама себе, отчего истерика лишь нарастала. При приближении враги выглядели еще внушительнее. Огромные, мускулистые, с тяжелым массивным оружием наперевес и щитами диаметром чуть ли не в мой роет.

«Не к добру это!» — проснулся спинной мозг.

«Эх, хозяйка, и что тебя на геройскую жизнь потянуло?» — вздохнуло левое полушарие, но закончить мысль не смогло, ибо в эту самую минуту передо мной резко затормозил предводитель отряда.

Сказать, что это было нечто огромное, — ничего не сказать! Два метра в холке только лошадиной части, а на оценке полного роста, с человеческим туловищем, мой глазомер просто сбился.

«М-да, — выдала заключение все та же аналитическая половина. — И откуда для нас такие здоровенные враги берутся?»

Главарь, а именно он добрался до меня первым, тем временем перекинул меч из одной руки в другую и нетерпеливо загарцевал перед носом. Я с тоской смотрела, как блестит на солнце его светло-желтая шкура. Кажется, такую масть называют буланой. С длинным черным хвостом смотрится очень красиво. Да и сам мужик не урод: широкие плечи, мускулистый торс с золотистыми нагрудниками вместо доспеха, а глядя на лицо, невольно вспоминаешь мифы про Геракла — длинные черные волосы собраны в хвост золотой пряжкой, такой же побрякушкой заколота и густая смоляная борода.

— Ты удирать собираешься? — вкрадчиво уточнил он, в который раз нервно пританцовывая под моим задумчивым взглядом.

— Бегаю плохо, — внезапно призналась я.

Хоть убейте, а повернуться спиной к этому опасному существу при всем желании не смогу.

Главарь хмыкнул и еще раз оценивающе посмотрел на вашу покорную слугу. Остальные кентавры переминались с ноги на ногу и многозначительно косились друг на друга. Мне показалось, или в их взглядах промелькнула толика уважения?

«Молодец, миледи! — раздался в голове насмешливый голос Норри. — У кентавров фраза „плохо бегать“ означает медленный аллюр, а это в свою очередь подразумевает высшую степень воинского искусства, так как позволить себе такую роскошь могут только настоящие мастера боя. Данное умение у них считается величайшим достоинством!»

— Так ты и есть всемирно известный нынешний правитель дома Драконов? — окончив осмотр, уточнил главарь.

— Да, — призналась я, лихорадочно прикидывая место кентавров в списке врагов.

Вроде извращенцы в семье не попадались, и ничем особо обидным мы данную расу не оскорбили. Разве что прапрабабушка на спор проскакала сто верст на каком-то из их правителей.

— Так, может, договоримся? — вдруг миролюбиво предложил вожак.

— Тхварыш, ты что, с ума сошел? — выехал вперед не менее гигантский индивид с белоснежно-белым крупом и пепельно-серыми волосами. — Ты только посмотри, с кем из-за малодушия собираешься заключить мирный договор! Это слабое, хилое создание! Дохни — и сдует!

— Она — Дракон, Сумтарыш! — рявкнул главарь, отчего я нервно подпрыгнула. — А сие означает, что перед тобой жестокая универсальная машина для убийства, которая настолько уверена в себе, что даже не умеет нормально убегать!

— Это мелкое недоразумение? — презрительно выдохнул Сумтарыш. — Да мой щит и то больше, чем она!

— Не обманывайся внешней безобидностью! — возразил вожак. — Эта малышка спустила в ров с крокодилами Карнификуса, ушла живой от Мортифора, изрядно потрепала Призрачных Гончих, ранила Михея, загрызла Казиларга, деморализовала свирепейшее войско суккубов и повернула вспять армию урков!

— Да ей просто везло! — выдохнул белоснежный кентавр, потрясая копьем. — Ты что, не видишь, что перед тобой котенок, а не лев? Ты стал слишком мягкотелым, Тхварыш, я беру на себя командование войском!

— Ты глупец, Сумтарыш! Ну да у меня нет сейчас времени отстаивать свое право водить табун. Давай так: если завалишь Дракона, я охотно подчинюсь твоей воле. В противном случае ты посмертно узнаешь, что эта малышка неспроста вышла к нам одна и практически без оружия.

— Чудесно! А впутывать меня в свои разборки обязательно? — не на шутку разозлилась ваша покорная слуга. — Может, просто поздороваемся друг с другом и разбежимся?

— Увы, — вздохнул предводитель, игнорируя ехидное хмыканье претендента на власть. — Мы наемники Михея. А следовательно, имеем право только на два варианта развития событий: либо исполняем приказ и убиваем семью Драко, либо переходим под ваше командование. Но тогда мы обязаны знать, что не ошиблись в выборе хозяина.

— Ну что, братья? Зададим трепку мелкой выскочке?! — рявкнул Сумтарыш, потрясая копьем. — Кто со мной? Я возвышу помощников, когда установлю свой новый, усовершенствованный режим!

От группы отделилось одиннадцать массивных кентавров. Прелестно! Просто восторг!

«Смелей, Света! — раздался в голове насмешливый шепот Вика. — Одним из наших предков был сам Чингисхан! Война у тебя в крови!»

Так дайте мне орду да шашку — и все дела!

«Можем только обеспечить гробницу в степи, — отозвалось левое полушарие. — Точнее, на этой поляне. Устроит? Думай, хозяйка! Я не для того четыре года с тобой горбатилось, чтобы погибнуть во цвете лет! Нам еще статью писать и тому криворукому программисту уши оторвать надо!»

«Или какую-нибудь другую часть тела!» — мстительно промурлыкало правое полушарие.

— Воинов в живых оставлять? — решила блефовать я.

— Зачем? — искренне удивился Тхварыш. — Они выступили против меня, следовательно, никогда не смирятся с существующим режимом. Это расходный материал, княжна, поступайте с ними, как сочтете нужным!

— В атаку! — рявкнул Сумтарыш и кинулся на вашу покорную слугу.

Толстенное копье вонзилось в землю в миллиметре от ноги. Фу! Еле увернулась! Спасли танцы и Витькины уроки. Не ожидающие от меня такой прыти враги удивленно замерли. Краем глаза я заметила, как дорогой друг детства, обнажив катану, кинулся мне на помощь. В ту же секунду к нему подскочила Ладиина и двинула кулаком в висок. Вик от удара слегка отлетел, упал на землю и не поднялся! Спешащий ко мне Норри изумленно притормозил, а госпожа Каракурт, воспользовавшись моментом, вырубила и его. Затем по-хозяйски подхватила бесчувственных мужчин за шиворот и деловито потащила в сторону леса. Не поняла юмора?! Что она с ними под шумок делать собирается?! От шока я даже не сразу осознала, что осталась совершенно ОДНА перед небольшим, но крайне опасным войском! И Кейси и вампиреныш куда-то исчезли. Кто-то из кентавров деликатно откашлялся, привлекая мое внимание.

Итак, двенадцать амбалов на хрупкую, слабую девушку! Не стыдно? Браконьеры, блин! Драконы, между прочим, — ценные реликтовые животные! Нас надо холить и лелеять, а еще лучше занести в Красную книгу и пылинки сдувать!

«Слышь, редкость, — хмыкнуло левое полушарие, приводя меня в чувство, — шкуру спасай: она у тебя тоже дорогостоящая!»

Еще одно копье впилось в дерн в сантиметре от меня. И внезапно тело среагировало само: в шею обидчика полетел притороченный когда-то к бедру нож. Мгновение — и кентавр с тихим стоном схватился за горло, из-под пальцев потекла алая струйка. Перебита артерия. Плохо для пострадавшего, хорошо для меня.

— Ах ты тварь! — взревели остальные нелюди и метнули копья.

Прыжок, кувырок, смена траектории, кувырок, бросок. И еще два ножа одновременно вонзились в шеи нападающих. «Так, трое готовы!» — как-то отстраненно и равнодушно отметило собственное сознание. Такое чувство, будто в организме включился режим автопилота! Опять прыжок, кувырок, отскочить, еще кувырок, нырнуть под копье, отскочить, метнуть в соседа последний кинжал.

Оставшиеся враги с изумлением взирали на четыре трупа. Признаюсь, шок посетил и меня. Вот уж никогда не предполагала, что способна на подобное! Нет, конечно, умение кувыркаться и навык ловко работать с предметами я приобрела благодаря танцам, папа научил обращаться с ортами в любых условиях, но что еще загрузили мне в подсознание в детстве, отчего я, хрупкая да беззащитная, машинально, без тени волнения или сожаления укокошила четырех гигантов?! Кто я? Что я?

Время потрясений прошло, и противники вновь кинулись в атаку. В ту же секунду мною снова овладело равнодушие, а внутри словно щелкнул какой-то переключатель. Прыжок, кувырок, отскочить. Вся битва представилась странным, незнакомым танцем. «Уйти с линии атаки. Не торопиться, — подсказывал какой-то незнакомый внутренний голос. — Выбрать мишенью самого крайнего справа, он прихрамывает». Хм! А мне нравится, как действует мое тело! Смена траектории, кувырок, бросок. Орт послушно вонзается в шею ближайшего врага. Пять. Интуиция подсказывает не терять последний орт. Ах теперь я гадина? А что вы хотели? Вот теперь я маленький, но очень злой Дракон! Кажется, последнюю мысль я озвучила, даже вроде больше прошипела. И вдруг наваждение спало, оставив перед фактом, что я стою и изображаю из себя терминатора перед семью вконец озверевшими мужиками!

Сумтарыш скомандовал что-то на незнакомом языке, сердце на его слова отозвалось тревожным предчувствием, под ложечкой засосало. Шестеро кентавров недобро ухмыльнулись и, перекинув в правую руку громадные широкие мечи, стали медленно теснить меня от трупов с оставшимся в них моим оружием. Последний человекоконь снял с плеча гигантский лук и пристроил длинную, массивную стрелу. Упс! Сдается, дело пахнет керосином! Нох-рам-Лукуш хвалил кентаврийские луки и удивительную меткость их создателей. Если не пристрелит этот юноша, то вполне благополучно зарубят надвигающиеся мамонты! Решение пришло само собой: ваша покорная слуга развернулась и со всех сил драпанула к лесу.

Помнится, я как-то говорила, что бегаю плохо. Так вот: ошиблась. Когда на кону собственная шкура, оказывается, могу, и даже очень неплохо! Как успело выразиться левое полушарие: «Припустила с первой космической!» Не знаю, насколько соответствовало истине замечание моего мозга, но мчалась я знатно, просто летела! Особенно подбадривал тот факт, что у преследователей не две ноги, а четыре.

Естественно, затормозить на таких скоростях да с собственной инерцией просто нереально, поэтому, когда прямо по курсу вырос лагерь Призрачных Гончих, а точнее костер с подвешенным над ним котелком, обегать оказалось поздно. Помню, когда-то на физкультуре у меня имелись проблемы с прыжками в высоту. (Ну пробегала я под палкой. Что с меня взять?) Так вот, теперь никаких затруднений не возникло! Кто-то из рыцарей даже присвистнул, глядя, как лихо преодолела ваша покорная слуга какие-то метр двадцать. В ту же секунду я юркнула между палаток, а сзади раздался глухой металлический звон и отборная ругань. Похоже, кто-то из кентавров не вписался.

Привал рыцарей-драконоборцев сменился еще одной стоянкой. Круглые синие, зеленые, желтые, оранжевые шатры причудливым узором вились вдоль опушки леса. Убегая, я невольно метнулась в сторону самого большого, ярко-красного с позолотой конуса.

— О нет! — Я была схвачена сзади чьими-то руками, как выяснилось, принадлежащими молодому оборотню-стражнику, тому самому, что поставил когда-то на меня. — Пожалуйста, княжна, — прошептал он. — Если вы разнесете королевский шатер, с меня голову снимут! Умоляю, смените траекторию!

— Шеф у себя? — неожиданно кивнула я на временное пристанище Черного короля.

— Нет, — мотнул головой собеседник.

Звуки погони слышались совсем близко. Блин! Не успею смыться!

— Спрячь! — Я бросилась под длинный, до земли, плащ парня, присев и прижавшись к его ноге. — Видно меня?

— Нет, — обалдело ответил оборотень.

— Хорошо, — слегка успокоилась ваша покорная слуга и поспешно добавила, демонстрируя последний орт: — Только учти: если я у твоих ног, это еще не значит, что я не смогу тебе навредить.

— Да понял уже! — выдохнул юноша, поплотнее запахивая плащ. — Только и не думал я вас предавать!

Стоило ему смолкнуть, как земля задрожала и тело фактически почувствовало, как тормозят совсем рядом тяжелые, массивные кентавры.

— Эй, парень, — окликнул Сумтарыш, — пробегающую Драко видел?

— Туда направилась, — бодро отозвался юный страж.

— Спасибо! — И враги сорвались с места в тяжелом галопе.

— Ушли? — через несколько минут выдохнула я, когда земля перестала дрожать.

— Ага. — Оборотень распахнул плащ. — Идите, путь свободен! Я их к замку направил.

— Спасибо. — Я поднялась.

— Так мне передать Мортифору, что вы к нему заходили? — простодушно уточнил парень.

— Передай, — пожала плечами ваша покорная слуга.

А что? Хуже уже не будет.

— Отлично! — радостно хлопнул в ладоши оборотень. — Ну что? До свидания?

— Всего хорошего, — кивнула я и поспешно направилась к лесу.

После того как посидела, заставить тело двигаться быстро было крайне трудно, мышцы дрожали и отказывались перенапрягаться, дыхание сбилось.

— И вам также всего хорошего! — засиял улыбкой юный укрыватель и трогательно помахал мне на прощание рукой. — Берегите себя!

Нет, ну ничего не понимаю в этом мире! Или я ненормальная, или враги сошли с ума. М-дям-с. Ладно, доберусь до леса — устрою этим жеребцам сафари. Мало не покажется!

— ВОН ОНА! — внезапно раздался за спиной победный рев Сумтарыша, нарушая мои кровожадные планы. — Говорил, не могла она так быстро добежать до замка!

Р-р-р! Да как же вы мне все дороги! Что ж, все враги такие догадливые? Просто тошно становится! Свернув с лесной тропинки в кусты, я понеслась напролом. Если в малиннике окажется медведь, то ему жутко не повезет! Но, видно, фортуна сегодня оказалась на стороне косолапого. Я же, относительно благополучно преодолев колючие заросли, выскочила к быстрой, довольно широкой речке. Берега густо поросли высоким камышом, левее от меня, прямо от лесной дорожки к воде вела тропинка. Похоже, сюда часто ходили за водой или купаться.

Вздохнув, я выпрыгнула на тропинку (среди множества чужих следов мои потеряются скорее) и бросилась в сторону речных зарослей. В них-то и спрячусь! Пережду погоню, обдумаю сложившуюся ситуацию. Мочить обувь да одежду, естественно, не хотелось, но уж лучше это, чем смерть от руки каких-то психов с манией величия. Вода оказалась на удивление теплой, течение слегка относило в сторону. Я отползла от берега подальше и, уцепившись за стебель камыша, закрыла глаза, наслаждаясь тишиной и покоем. Фу! Наконец-то повезло!

— Так-так-так, — раздался над ухом насмешливый голос. — Кто тут у нас?

Совсем рядом из воды торчала голова какого-то парня. Волосы сизые, переливающиеся то зеленцой, то синевой, кожа бледная, почти голубоватая, оттенок губ ближе к фиолетовому, и только глаза нормального стального цвета. А в целом ничего, симпатичный такой парень, мог бы запросто работать моделью, если бы, конечно, не удивительные краски его внешности. Интересно, в этом мире некрасивые водятся или это только мне лучшие экземпляры попадаются?

— Какая аппетитная девушка! — сладко протянул незнакомец, продолжая откровенно меня рассматривать.

— В каком смысле? — осторожно уточнила ваша покорная слуга.

В душе что-то екнуло, женская интуиция тихо заскулила.

— В самом прямом! — хищно улыбнулся парень, и в тот же миг вокруг меня вынырнуло еще штук двадцать голов.

Ой, мамочки!

«Хозяйка!.. — с каким-то тихим злорадством протянул спинной мозг. — Не к добру это!»

Спасибо тебе, родной мой, без твоего предупреждения ну никак не догадалась бы! Так, надо с этими что-то делать! Не хочу быть обедом — вдруг отравятся, а мне потом мучайся на том свете совестью!

— Не надо меня есть! Я невкусная и костлявая! — повернулась я к первоначальному собеседнику. Все-таки мужчины доверчивее и добрее, с ними всегда можно договориться, в отличие от женщин. — Зато за мной такая колбаса бежит!

Присутствующие недоверчиво покосились.

— Нет, честно! — продолжила я. — Отпустите меня, и я вам приведу много еды, вкусной еды! Вот столько! — И развела для пущей убедительности руками.

— Не верь ей, Талик! — раздался за моей спиной женский голос. — Она тебя просто обманывает! Уж я-то знаю, на что наша сестра способна ради желания выжить!

— Я не твоя сестра! — огрызнулась ваша покорная слуга, оборачиваясь.

Блин, и где эта хваленая женская солидарность?! Обвинительница была удивительно красивой, с волнистыми перламутровыми волосами и огромными сапфировыми глазами, вот только губы опять подкачали, радуя глаз нежным сиреневым оттенком. Хотя порой помада пострашнее встречается. Увидев мое лицо, незнакомка окончательно помрачнела и, злобно прищурившись, сообщила:

— Дорогой, не верь этой обманчиво невинной симпатичной мордашке! У нее глаза прирожденной лгуньи!

В этот момент на берег выскочили мои преследователи.

— Вот! — указала я на Сумтарыша и его команду. — Семеро здоровых, откормленных кентавров. Выбирайте: или я, или они! Но быстрее, а то уйдут!

Водный народец сглотнул слюну, отвел глаза от семерых человекоконей и бросил скептический взгляд на мою голову и торчащие из воды плечи. В эту минуту все их расчеты читались на лицах. Даже если вопреки законам пропорции я окажусь айсбергом, то все равно на всех не хватит, а там по берегу, нервно переругиваясь, бродили огромные, сочные, а главное большие, деликатесы. Первым сориентировался Талик:

— Ты правда сможешь их привести?

— Да, если пообещаете не тронуть меня.

— Согласен! — тряхнул гривой юноша. — Действуй!

Оторвавшись от камышей, я, уже не скрываясь, поплыла в сторону берега. Естественно, меня тут же заметили.

— А! — обличая, заорал Сумтарыш. — Попалась!

— Кто? — участливо поинтересовалась ваша покорная слуга. — Вы что-то ловите?

— Ага! — решил съязвить предводитель карательного отряда. — Таких мелких и вертких!

— Это блох, что ли? — не осталась в долгу я.

Драконам палец в рот не клади!

— Ну все, гадина! — взревели преследователи, потрясая мечами. — Ты нас достала!

И кинулись в воду. Ждать, когда они подберутся поближе и снимут с меня шкуру, я, естественно, не собиралась и мощными, но не слишком рьяными гребками поплыла на глубину. Разозленные кентавры, к счастью, отступать не собирались. Стоило последнему оказаться по круп в воде, как вынырнул водный народец. Дальше все напоминало сценки из ужастиков: мои нежданные союзники, злобно оскалившись, затягивали кентавров под воду живьем, и там, где они только что были, поднимались пузыри и кровавые разводы.

Однако любоваться этим не было времени: Сумтарыш оказался действительно превосходным бойцом и, увидев, что происходит, кинулся за мной, по пути прорубаясь через ряды изголодавшегося речного народа. Естественно, те сдаваться не собирались и вовсю нападали на предводителя кентавров, но тот, как танк, упорно продвигался ко мне с явным намерением прихватить с собой в загробный мир еще одну крайне вредную личность. Само собой разумеется, ваша покорная слуга добровольно мигрировать на тот свет не собиралась. Так мы и кружили, пока кто-то по ошибке не дернул меня за ногу. Через секунду, правда, отпустили, признав союзницу, но время оказалось упущено, и расстояние между мной и Сумтарышем стремительно сократилось. Поняв, что дальше отплыть не успею, я набрала в легкие побольше воздуха и нырнула. Выручайте, былые умения!

Угол погружения получился довольно резким, но мне только этого и было нужно: десять секунд — и я больше метра как под мутной водой. Выше всплывать и не стоит, иначе Сумтарыш заметит и проткнет мечом. Извернувшись телом, выровнялась по течению и сделала мощный гребок руками. Вперед, к жизни! Не всплывать, держать глубину. Перепонки прогнулись внутрь. Теперь звуки на поверхности казались приглушенными и почти нереальными, а на первый план выходили те, что рождались под водой. И тихо здесь не было. Открытые глаза не особо помогали ориентироваться: кентавры сильно взмутили илистое дно, да и сама вода приобрела алый оттенок, но все же лучше так, чем совсем вслепую. Так хоть кинжал можно относительно вовремя заметить. А оружия здесь тоже хватало! Даже утащенные под воду, враги продолжали сопротивляться, и время от времени мимо меня на помощь собратьям проплывали остальные жители реки. Иногда их замечал глаз, иногда улавливались колебания рядом. Сохранять прямое направление помогала многолетняя привычка держать центр дорожки в бассейне. Воздух кончался, захотелось всплыть. Нельзя! Держаться!

Суета вокруг стала меньше, значит, я удаляюсь от эпицентра драки. Ноздри прилипли к носовой перегородке, диафрагма рефлекторно сократилась, давая знать, что нужен кислород. Еще чуть-чуть! Мои движения стали жестче и чаше. Нужно как можно быстрее отплыть подальше, чтобы уцелевшие враги, если таковые есть, не заметили. Легкие стали гореть. Казалось, я каждой клеточкой ощущала, как расходуется последний кислород из мышц. Ну же! Еще немного за гранью реального! Давай!

«Все, хозяйка, — произнесло левое полушарие через некоторое время. — Еще пару секунд — и мы уже не вынырнем!»

Последний толчок вверх, привычный страх не успеть — и вдыхаемый воздух причиняет такую боль, что темнеет в глазах.

Второй раз нырять не хочется, но надо. Все внутри возмущается, но вынуждено подчиниться воле. Итак, прикинем расстояние. В среднем дыхание я задерживаю на две минуты — на две тридцать, если идти, как сейчас, по грани. Пятьдесят метров проплываю за пятьдесят восемь секунд, значит, за минуту где-то пятьдесят один и семь десятых. Эта речка быстрее, чем у нас на даче. Скорость течения той пять километров в час, или восемьдесят три и три десятых метра в минуту. Если учесть, что я плыву по течению, наша общая скорость где-то сто тридцать пять метров в минуту. Значит, за один нырок я преодолела расстояние примерно в триста десять с половиной метров. И так два раза. Шестьсот двадцать один. Все! Больше нырять не буду! Не выдержу! Всплыв, перевернулась на спину, так чтобы из воды торчал только нос, и погребла дальше, восстанавливая дыхание.

Вот каждый раз зарекаюсь больше так не нырять, но ради блага шкуры можно и поступиться принципами. Плевать на яркие воспоминания! Никогда не забуду, когда однажды тренер решила записать нас на какие-то комплексные соревнования, а поскольку пловцы маленького роста, как правило, достойных скоростей не дают да там еще нужно было нырять и собирать со дна фишки, то на ныряние поставили меня. Когда на тренировке-репетиции тренер высыпала в бассейн комплект шашек и велела не выныривать, пока не соберу, я думала, это шутка, пока наставница не встала у бортика с багром наперевес. М-да, вот такие приятные воспоминания. Хотя если бы не она со своей методикой, я нырять так никогда и не научилась бы! Жестокая школа жизни получилась, но хорошая.

Размышляя таким образом, я погребла к берегу. Сил больше не оставалось. Драки вверх по течению уже не было, лишь время от времени проплывали мимо остатки одежды да прочие легкие предметы. Кажется, кентавры погибли безвозвратно. Меня передернуло. М-да, жутко получилось. До этого момента крестовый поход еще не воспринимался мною настолько серьезно. Да, я знала, что могла умереть. Но везло, и все воспринималось, как компьютерная игрушка… до сих пор…

— Эй, ты уверена, что не мавка? — окликнул знакомый голос.

Я обернулась. Неподалеку, высунувшись по пояс из воды, стоял недавний знакомец с фиолетовыми губами.

— А кто это такие?

— Это мой народ, — улыбнулся Талик.

— Нет, я не ваша.

— Жаль, — вздохнул он и, подняв на меня стальные глаза, прошептал: — Ты не подумай, мы не изверги, но нам просто необходимо питаться мясом, всех компонентов в воде не наберешь. А отходить от рек мы далеко не можем. Вот и приходится так охотиться. Мы не жестокие.

— Не мне вас судить, — отмахнулась ваша покорная слуга, пытаясь вскарабкаться на крутой берег.

Как назло, сил не хватало! Ну еще чуть-чуть, Света! Давай же! Последнее усилие — и ползком до лагеря!

В ту же секунду я почувствовала, как чьи-то сильные руки подтолкнули меня за пятую точку опоры вверх. Невольно взвизгнув, я просто вылетела на берег.

— Извини, — невинно пожал плечами сизый, — я не хотел пугать, только помочь.

Поверила бы, если бы не лукавый огонек в потемневших глазах! Мог же и за талию подхватить, а не сразу за нижние девяносто лапать. Эх, мужчина он и под водой мужчина: никогда не упустит шанса. Ладно, подсадил — благодарю, считай, что квиты.

— Спасибо.

— Это тебе спасибо, — спрятав лукавую усмешку, кивнул парень и, слегка поклонившись, нырнул в воду.

Я же вздохнула и направилась в лес. Какое-то странное чувство (скорее всего, внушенное медальоном) говорило, что Вик находится по диагонали от моего нынешнего месторасположения. На этот раз медведь в малиннике все же попался, вот только, взглянув на нечто грязное, ободранное и мокрое, с треском выползшее из кустов, Михаил Потапыч решил на всякий случай с ЭТИМ не связываться. Видно, вид у меня совсем непрезентабельный, раз даже зверь побрезговал.

В лагере царило оживление, а точнее, около привязанных к дереву наших метаморфов. Уцелевшие после всех моих безумных маневров враги плотно сгрудились на краю полянки и оживленно что-то обсуждали. Кто-то шокировано стоял столбиком, кто-то возмущался, защищая «бедных мальчиков», а кто-то улюлюкал и подбадривал некую «деваху» сальными шуточками да советами. Я обошла бы стороной всю честную компанию из кентавров, Призрачных Гончих, пары оборотней, инкубов, суккубов и слуг барона Каракурта, если бы не оброненная кем-то фраза: «Так им, Драконам, и надо!»

Не поняла, это что там такое назревает? Сердце кольнуло недоброе предчувствие. А следом накатило ощущение паники. Явно не мое, а кого-то из братьев… или, может, обоих.

«Хозяйка! — вздохнуло левое полушарие. — Кажется, там наших обижают!»

Нетвердым, но решительным шагом я направилась к растущему на глазах кольцу активных зрителей. Сил что-либо говорить практически не осталось, поэтому, приблизившись, я просто похлопала одного из людей по плечу. Коренастый мужик недовольно обернулся и испуганно замер, сильно побледнев. Шутки в радиусе пяти метров тут же прекратились, и народ поспешно расступился передо мной, словно море перед Моисеем. Прочие любители шоу также заметили нового участника и затравленно икнули, глядя на вашу покорную слугу, как кролики на удава. И в этот момент я действительно могла бы заткнуть за пояс любую анаконду: на поляне истерично бились и пытались освободиться от пут двое связанных обнаженных мужчин. А между ними лихорадочно металась почти раздевшаяся Ладиина, не зная, кого окончательно выбрать: зеленоглазого брюнета или голубоглазого ушастого блондина. Женская жадность, похоже, побеждала, и дорогая соратница решила обесчестить обоих. Увы, кляпы мешали братьям высказать собственную точку зрения по данному поводу. Наконец приоритетной жертвой был выбран Вик, и шустрая блондиночка радостно оседлала возмущенное, вырывающееся тело.

— И что здесь происходит? — притворно ласково поинтересовалась ваша покорная слуга, но из горла вырвалось только какое-то злобное шипение.

Ладушка вздрогнула и медленно подняла на меня испуганные очи, тем не менее не торопясь слезть с Вика.

— П-пон-н-нимаете, — заикаясь, начала она, глядя на меня, как на ожившего мертвеца. Думаю, после недавнего необычного кросса да водных процедур, уставшая и промокшая, я выглядела не краше экспонатов на ее фамильном кладбище. — П-пон-н-нимаете, — вновь повторила супруга, — он-н-ни д-долго н-не могли п-п-прийти в с-с-се-бя. Я уже с-с-стала б-бес-с-сп-покоитьс-с-ся, н-н-не п-п-приб-била ли их с-с-случаем. А п-п-потом п-п-подумала: может, они от жары сознание потеряли?

Угу! Это после кулака-то в челюсть и в висок? Ты за кого меня принимаешь, красавица? Ладно, идем дальше.

— Н-ну, я их р-раздела. А о-они все л-лежали и л-лежали. И тогда я опять подумала: не п-п-проп-п-пад-дать же добру! Т-только он-н-ни п-п-прос-с-снулись не вовремя…

— И ты их связала?

— Я-я-йа х-х-хотела как л-л-лучше! — проблеяла Ладиина. — Вы п-п-погибли, а м-молод-дому н-н-нас-с-след-днику н-н-нужна ж-жен-на…

— Мы окажем вам поддержку… — тихо произнес приблизившийся все еще шокированный Тхварыш, робко переминаясь с ноги на ногу. — Если вы так со своими обращаетесь, то как же с врагами?!

Любители зрелищ обеспокоенно обменялись взглядами и стали поспешно расходиться.

— Мы примем, — поспешно кивнула ваша покорная слуга. — Лада, освободи их!

Кентавр легонько поклонился и бодрым галопом направился в сторону шатров.

— ЖИВА! — радостно прошептал Вик, брезгливо сбрасывая остатки веревок, и кинулся ко мне, сжимая в объятиях. — Прости, малышка, что не успел. Я так за тебя волновался!

— Угу, — хмыкнула я, чувствуя, как расслабленное после перенапряжения тело подхватывает стремительный водоворот.

В глазах стремительно потемнело. В следующую секунду я плавно ушла в обморок в родных объятиях…

* * *

Когда дерется тигр со львом, то побеждает обезьяна, с пригорка наблюдавшая за схваткой.

Китайская пословица

Серые тени сумрачно носились под потолком огромного просторного зала, на черном с серебряными прожилками мраморном полу покоились иные, более черные и плотные, сущности. Причислить их к первым было просто невозможно. Это я почему-то знала абсолютно точно. СУЩНОСТИ бы обиделись. У стен стояли еще более модифицированные твари. Высокие, худые, укрытые мешковатыми рясами с глубокими капюшонами, из овалов которых вместо лиц время от времени выглядывала клубящаяся тьма. Духи мрака, по-другому не назовешь. Рядом с ними мрачно застыли представители еще одного вида существ, в длинных темно-серых мантиях, расшитых серебром. Тоже с надвинутыми капюшонами, но если заглянуть внутрь, то обнаружишь не темноту, а туманное очертание лица. Откуда я это знала — понятия не имею, но факт оставался фактом. Тем не менее находиться около этих странных существ было еще неуютнее, чем около темных.

Массивная дверь отворилась, и на сцене появились двенадцать высоких, широкоплечих воинов, похожих друг на друга как две капли воды. Прошагав в центр, они ударили кулаком в грудь перед странным существом, восседавшим на троне, и в два шага разбились на две ровные колонны. Тут же дверь снова распахнулась, и вошел тринадцатый. Пройдя через коридор своих воинов, он также остановился перед необычным правителем и, ударив кулаком в грудь, встал на одно колено.

— Все готово, Орту? — вкрадчиво уточнило тихим глухим голосом одетое в темно-синий балахон создание, перед которым они все кланялись.

— Да, мой господин! — коротко кивнул мужчина. — Со дня на день Носящий перстень и Владеющий замком встретятся, один из них станет хозяином обоих артефактов, и при таком сочетании портал между мирами откроется. Кто бы из них ни победил, в выигрыше останемся мы.

— Нас интересует, выживет ли основной ставленник?

— Вероятность более девяноста процентов, мой господин, ибо замок Владеющего стоит на пересечении энергетических линий. Артефакт постепенно подпитывает Владеющего, скоро он станет непобедимым. Но даже если выиграет второй, мы сумеем и к нему найти подход.

— Ищи, — кивнуло существо в балахоне. — Тщательно ищи: Носящий перстень не человек, его сложно контролировать! А я не люблю проколов.

— Их и не будет, мой господин. К тому же Владеющий уже сейчас готов завоевать весь мир и добровольно сложить его к нашим ногам.

— Хорош-ш-шо, — прошипело создание. — Я хочу…

Но дослушать столь интересный разговор не удалось, мир завертелся, и меня выплюнуло в какой-то пустынный длинный коридор. Походка была странной и непривычной. Слишком тихой, слишком плавной, скользящей. Смущало и полное отсутствие света, но, несмотря на темноту, я прекрасно различала окружающие предметы и лица на картинах. Стоп! Портреты? Это же фамильная галерея моего замка! А почему я крадусь, если хозяйка?

В ту же секунду сознание отделилось от тела, и я увидела высокую мужскую фигуру в плаще, тихо скользящую дальше по коридору. Недолго думая я помчалась следом. Моих шагов также не было слышно, хотя я и не пыталась скрыться. Пришелец даже не обернулся. Хм, несмотря на темень, у меня четкое ощущение, что где-то я его уже видела!

Наконец этот герой-загадка остановился около большого портрета в золотой раме и тихо вздохнул:

— Ну здравствуй, красавица. Давно не виделись.

Звук его голоса заставил меня похолодеть. Если не ошибаюсь, это Нох-рам-Лукуш! Что ему здесь надо? Я осторожно зашла за спину вампира и взглянула на картину. На портрете была изображена потрясающе красивая женщина, вальяжно расположившаяся на огромном каменном фамильном троне Драконов. В одной руке она держала черную маскарадную маску, в другой — скипетр. На голове изящная корона с острыми зубцами. Хитрая, всезнающая улыбка красиво очерченных губ, рыжие вьющиеся локоны и невероятно зеленые глаза придавали ей вид коварной соблазнительницы.

— Не поверишь, я скучаю по тебе, а вот ты, скорее всего, нет. Или ты нас всех троих по-своему любила, а? Молчишь? Вот за что ты так со мной?

— Понимаю, мужа обидела, но за что же любовника? — раздался бархатный, обволакивающий голос слева от меня.

— Ну здравствуй, Морк, — улыбнулся вампир без тени агрессии, — присоединяйся. У нас тут с Дорваной интересный разговор наклевывается.

Так это моя прапрабабушка, на которую якобы я похожа?! Да у них что, глаз нет? Как можно сравнить меня и эту красавицу? Мы же рядом как ежик и дикобраз!

«Вот иголки и похожи! — оптимистично заметило левое полушарие. — Такие же длинные и колючие!»

— И как? — осведомился тем временем инкуб. — Отвечает?

— Может, ты с ней поговоришь? — хмыкнул зубастый владыка.

— Если ответит — вам обоим лечиться надо! — раздался певучий голос справа.

— О, Лерри! — усмехнулись мужчины. — Мы тебя уже заждались!

— Добрый вечер, господа, — насмешливо улыбнулся эльф, зажигая магический светляк. Картинная галерея мигом преобразилась и заиграла новыми красками. — Давно мы так не стояли!

— Угу, — хмыкнул инкуб. — Муж, любовник и временное увлечение! Полный набор!

— Не совсем, — хмыкнул эльф. — Не хватает еще последнего, с которым она от нас сбежала.

— Он не в счет, — поморщился демон-искуситель, делая шаг в сторону, к соседнему портрету.

На нем был изображен удивительно красивый черноволосый юноша. Тонкие черты лица, изящный аристократичный нос, изогнутые в иронично-загадочной, слегка вредной улыбке губы и милые ЗАОСТРЕННЫЕ ушки. Вот это номер! Лорриэль? Это кому же мы таким генотипом обязаны?

— Итак, господа, у кого какие предположения? — продолжил Аркʼментрʼморк. — Нас трое — сын один.

— Ну если судить по ушам, то ты, Морк, отпадаешь, — хмыкнул Нох-рам-Лукуш.

— Не факт, — вздохнул инкуб и приподнял собственную гриву, обнажив слегка заостренные уши.

— Цвет волос мой, — хмыкнул вампир и покосился на эльфа. — С генетической точки зрения блондинами здесь и не пахнет!

— Это если он натуральный брюнет, — хмыкнул Лерри. — Друзья, мы уже сто пятьдесят пять лет гадаем на кофейной гуще! Может, хоть раз воспользуемся чем-нибудь посущественней?

— Ага! — хмыкнул инкуб. — Ты опять хочешь полюбоваться, как кровь Драко свернется фигой вместо того, чтобы поведать истину, как положено любой порядочной крови?

— Когда ты о своем отцовстве спрашивал, она тебя вообще в интимный круиз послала! — прошипел эльф.

— Мне-то хоть ответила! — отозвался демон-искуситель. — В отличие от некоторых! — И покосился на вампира.

— Мне тоже ответила, — тихо признался тот, — даже направление указала.

— В общем, давайте думать по старинке, — подытожил Аркʼментрʼморк. — Итак, что мы имеем: нынешняя княжна похожа на всех нас троих, но больше на меня и Луку, сын Дорваны похож на тебя, вампир, но при этом имеет мое обаяние и магию, а имя вообще носит эльфийское! От Лерриного отличается на две буквы. При жизни он послал нас на… в общем, сами знаете. После его смерти это благополучно вытворяет его кровь. Кровь последующих потомков покладистостью также не отличается. И мы уже сто пятьдесят пять лет пытаемся узнать одну маленькую женскую тайну! Ладно уже с этим отцовством, мне уже просто интересно, КТО из нас!

— Что я могу сказать? — ухмыльнулся Нох-рам-Лукуш. — Дорвана всегда умела изящно сделать гадость. Вот даже после своей смерти она умудрилась взять нас троих за жабры.

— Я бы выразился по-другому, — пробормотал инкуб.

— В силу возникших обстоятельств для меня вопрос отцовства особенно актуален, — произнес Лерри. — Предлагаю нам троим объединить свои знания и усилия. Хватит скрывать друг от друга информацию!

— Ага! — скептически хмыкнул Лукуш. — Чтобы потом счастливый прапрадедушка наблюдал, как двое из нас будут соблазнять кровинку?

— Зато в проигрыше останется один, — улыбнулся Лерри. — А выиграют двое. Не можем же мы все проиграть!

— Так! — перебил его вампир. — Сюда кто-то идет! Бежим!

Первое, что я увидела, открыв глаза, это три склоненные надо мной встревоженные физиономии потрясающе красивых мужчин. Не будь они моими родственниками, посчитала бы, что умерла и попала в рай, а так мы с левым полушарием сошлись во мнении, что оказались все-таки в аду.

— Почему?! — возмутился юный Лукуш, прочитав мои тяжкие думы. — В нашем мире кровные связи не возбраняются!

— Зато для меня родственники — святое!

Эльф с вампиром заметно приуныли, Витька злорадно хмыкнул и подал блюдо с едой. Пока я пребывала в бессознательном состоянии, братья изрядно поколдовали над моим обмякшим телом. Надо признать, довольно плодотворно: царапины и ссадины исчезли без следа, все мое существо так и переполняла энергия, и даже голова, несмотря на два странных краткосрочных, суматошных сна, не болела. Пока я спала, братья успели заключить мирный договор с кентаврами, натравить на Призрачных Гончих Уну с командой, вызвать мои личные войска, а также написать весточку Лерри и Нох-рам-Лукушу.

Итак, на нынешний момент сложилась следующая ситуация: Михей заперся в замке в окружении большущей армии. Явно нервничает, бедняга. (Честно говоря, я бы тоже психовала, если бы по мою душу собиралось явиться такое несчастье, как я.) Кроме своих у него там находится большая часть войск Казиларга и основные отряды урков. Только этим враг решил не ограничиваться и призвал вдобавок ко всему армии забвения — погибших воинов всех времен и эпох. Но и на этом дяденька не подумал останавливаться и сформировал пару армий из зомби. А также пару крупных отрядов из упырей, вурдалаков и прочей низшей нечисти. Хм, похоже, враг конкретно боится!

«Это ж надо было так довести мужика! — восхитилось правое полушарие. — Вы всего-то и общались пару миллисекунд! А какой эффект!»

«Лучше бы его кондрашка хватил! — вздохнуло левое полушарие. — Или инфаркт!»

Даже при том, что мы имеем армию эльфов, друидов и вампиров, а также крохи собственной, — этого не хватит. Хоть инкуб и придержит свою армию, а на нашей стороне Уна и ее компания. Фамильные войска Венаторов, включая Призрачных Гончих, по-прежнему подчиняются Михею, у него в союзниках остался и народ Тван кон Су, а ведь есть еще огромные полчища оборотней со своими знаменитыми смертоносными когортами!

— Народ, — перебила я распинающихся братьев. — Мы идиоты!

— Почему? — обиженно удивился Норри.

— Потому что хозяин животных не кто иной, как Мортифор!

— С чего ты взяла? — буркнул Вик.

— Помнишь нашу ночевку в хижине? Тогда на нас напали более продвинутые твари. Так вот, в соседней комнате находился жеребец Ладиины, но звери ломились почему-то к нам! А теперь вопрос: будь ты голодным хищником, кого бы выбрал — человека или лошадь?

— Я бы остановился на более крупной добыче, — заметил Норри.

— Вот именно! Нападение на нас было противоестественным.

— Почему? — вмешалась Лада. — Те чудики могли чувствовать, что за стенкой не одна душа, а несколько, и уповать на количество.

— Нет, — мотнул головой Вик. — Света права. Им нужны были мы. Если они хотели изобразить голодных хищников, то должны были ломиться и к коню, а не нападать строго на нас. А единственными, кто мог заполучить образец нашего запаха, были Мортифор и Карнификус! Вряд ли Серый король после рва с крокодилами был на что-то способен.

— Значит, пора взять оборотня за хвост! — хлопнула в ладоши леди Каракурт.

— Смотри, чтобы он тебе руку не откусил! — мрачно предостерег Норри. — С этим типом лучше не шутить!

— Но общаться все равно придется! — вздохнула ваша покорная слуга. — Вить, пошли кого-нибудь к оборотням договориться о нашей с ним встрече.

— Ты с ума сошла?! — рявкнул друг детства. — Я тебя к Мортифору одну не пущу!

— Что-то мне подсказывает, — вздохнул Норри ванн Дерт, — что никого другого Черный король просто не захочет видеть.

— Нет! — решительно отрезал Вик. — Она его столбы пометила!

— Это были МОИ СТОЛБЫ!

— НЕВАЖНО! Я не пущу тебя одну, хрупкую и беззащитную, к огромному опасному оборотню! Мало ли что он с тобой сделает?!

— Переговоры тем и прекрасны, — встрял эльф, — что чаще всего исключают рукоприкладство.

— Но не устраняют стопроцентно!

— Вить, ну не злись, я ведь подготовлюсь к предстоящей встрече, оружие возьму, ваш инструктаж пройду!

— К тому же Мортифор хоть и опасный противник, но не лишен благородства, — вступился Норри за друга своего дяди. — Издеваться над слабым — не его метод.

— Вот видишь! А я буду очень осторожна!

— Свет, ты просто не понимаешь. — Вик встал передо мной на колени, заглядывая в глаза. — Ближе тебя у меня нет в мире другого существа. Если с тобой что-нибудь случится, я не знаю, что со мной будет. Ты не просто сестра, ты мой лучший друг, мой советчик, моя совесть. Ты часть меня, моего детства, юности, молодости. Ты — мой свет. Понимаешь?

Я молча кивнула и обняла того, кто действительно был мне ближе всего на свете. Глядя на наши объятия, Норри украдкой вздохнул. На миг мне показалось, что в сапфировых очах промелькнула тень зависти.

— Ты рано паникуешь, — улыбнулась я, гладя Вика по голове, — к Мортифору же еще никто не ходил. А вдруг он всю нашу компашку примет?

— Это вряд ли, — хмыкнул эльф. — Пойду переговорю со стражниками.

— Нет, стой! Пусть Вик сходит.

Норри пожал плечами, но остался.

— Оох, вызови, пожалуйста, как можно быстрее своего отца, — попросила я вампира.

Тот кивнул и вышел.

— Итак, смею предположить, вы хотите что-нибудь узнать? — ухмыльнулся Норри. — О Мортифоре, думаю?

— Нет. Что связывало Дорвану и Нох-рам-Лукуша? — выпалила я. Эта загадка мучила меня с самого пробуждения.

Эльфенок растерялся, но проигнорировать в лоб поставленный вопрос не получалось.

— Законные узы брака, — сказал он наконец.

Хм, значит, полученные во сне данные оказались относительно достоверными?

— А Дорвану и Аркʼментрʼморка?

— Они были любовниками, — глухо произнес малыш.

— А твоего дядю и Дорвану?

— Не знаю.

— Вот как? Почему бы это тебе, племяннику, не знать?

— Потому что при дворе не болтают о том, что ныне правящий монарх был чьим-то временным увлечением! — выпалил эльфенок и осекся, осознав, что натворил.

Итак, блондин, брюнет и шатен. Полный набор. Выходит, сон не солгал. Интересно, а что тогда означает первое видение? Что за Владеющий и что за Носящий?

Пока я предавалась подобным размышлениям, полог откинули и в палатку заглянул огромный широкоплечий воин.

— Кто тут из вас Дракон? — хмуро уточнил он.

— Она, — ткнул пальцем раздраженный эльф.

— Что-то маловата ты для Дракона! — смерил меня оценивающим взглядом мужчина.

— В детстве часто болела! — огрызнулась ваша покорная слуга.

Испорченное настроение Норри начинало меня злить. Похоже, постепенно мы с ним обретаем связь не хуже чем у близнецов. Вот уже и расположение духа способны друг другу передавать. Воин тем временем глубокомысленно кивнул и скрылся.

— Что это было?

— Твоя специальная армия, — съязвил Норри. — Правь и наслаждайся! Остолопы остолопами!

— Ты напрасно злишься, никто не узнает, что ты проговорился, — пообещала я.

В эту минуту полог снова отодвинули, и внутрь залез уже другой качок, от первого отличающийся лишь еще большими габаритами. А так их можно было бы счесть близнецами: квадратная челюсть, мощный подбородок, немного низкий лоб. Это что, все мои таранные войска такие? Мужик тем временем спросил:

— Значит, ты и есть наш ужасный воин-Дракон? Воевода армии?

— Нет, балерина! — съязвила ваша покорная слуга.

— А что это, такой новый вид борьбы? — не понял солдат.

— Ну если только пуантом в глаз. — Я сама не поняла, что всерьез задумалась над поставленной задачей.

— Чем-чем? — окончательно опешил боец.

— Тапочкой! — разъяснила для особо одаренных ваша покорная слуга.

Мужчина задумался (что при его внешности смотрелось особенно неповторимо), кивнул и вышел. Тут же буквально у входа раздался его звучный бас:

— Нормальная у нас княжна, может даже лаптем врага убить!

М-да, вот так и рождаются мифы! Эльф хмыкнул, подавляя смешок, и, подойдя ближе, протянул для примирения руку. Пока я ее жала, в палатку снова заглянул очередной солдат, клон первых двух.

— Значит, ты наш воин-Дракон?

— Нет, танцовщица! — решила признаться ваша покорная слуга.

— А ты еще и шутница! — обрадовался воин и скрылся. В ту же минуту мир огласило новое сообщение: — Наша княжна еще и веселая!

Норри вздохнул и покачал головой. Внезапно полог снова откинулся, и внутрь просунулась голова очередного солдата:

— Просили передать, ваша светлость, что лорд Мортифор готов вас принять у себя в замке. Одну. Портал будет построен через пятнадцать минут.

* * *

Компромисс — равенство двух компроматов.

Портал вынес меня на небольшую полянку перед замком. Дальше надо пешком. Благодаря усилиям братьев на встречу я ползла упакованная, как танк. Привычные широкие штаны, скрывающие движения ног, с меня сняли, сказав, что на дипломатические переговоры в таком откровенно военном виде идти неприлично, и выдали другие, облегающие и слегка расклешенные от колена. К бедрам прицепили по кинжалу, а наверх выдали длинное, до пят, платье из какой-то тяжелой, незнакомой ткани. Классический приталенный фасон с небольшим вырезом спереди. Но самое интересное, что если провести по бедрам рукой поверх платья, то оружие не почувствуется! На меня надели куртку, потом шустро расфасовали по закромам одежды такое количество колющего и режущего оружия, что я удивляюсь, как шла и не звенела, вдобавок ко всему к рукавам прицепили по кинжалу (специально на виду, чтобы при обыске забрали), вручили меч и торжественно послали на встречу. Жуть! — как говорила когда-то Эллочка-людоедка.

Впервые в жизни я волновалась так, что от напряжения была готова взлететь. Сказать, что боялась ступить на дружелюбно опущенный мост и добровольно пройти в чертоги врага, — ничего не сказать. В памяти до мельчайших подробностей жили прошлые приключения, а боевая ипостась оборотней вообще до сих пор перед глазами стоит. В жизни не видела такой сильной, первозданной ярости, как тогда! И, честное слово, больше не хочу, а уж быть ее причиной — увольте!

Кроме того, не давали покоя сказанные на прощание слова Вика о том, что Мортифор, похоже, серьезно мною заинтересовался. Ошибся брат или нет, но сердце стучало как бешеное. Так, спокойно, Свет, спокойно! Представь, что работаешь с ядовитым взрывоопасным веществом! Спокойствие и терпение. Я постаралась унять трясущиеся коленки и, сделав последний вздох, твердо ступила на гостеприимно опущенный мост.

Во внутреннем дворе было безлюдно, если не считать старого, весьма поцарапанного крокодила, сидящего на цепи, и довольно потрепанного седого оборотня, кормящего рептилию парным мясом.

— О! Я смотрю, у вас образовалась сильная привязанность! — окинула я взглядом лорда Карнификуса.

Надо признать, купание во рву не прошло для короля бесследно, впрочем, для крокодилов тоже.

— А! — злобно хмыкнул отец Мортифора. — Явилась-таки! Долг отрабатывать?

— Какой?

— Столбики, — с издевательской улыбкой напомнил оборотень. — Ты не волнуйся, мой сын не забыл!

— Я тоже помню, что он занял чужую территорию! — улыбнулась я и направилась дальше.

У входа в замок меня встретил тот самый парень-стражник, что когда-то поставил на меня, а потом укрывал от погони.

— Здравствуйте, княжна! — радостно отозвался тот. — А меня, после того как я отговорил вас бежать через королевский шатер и спрятал под своим плащом, повысили!

— Поздравляю.

— Это все вам спасибо! — радостно отозвался тот. — Не знаю почему, но его величество лично мне руку пожал и сто золотых пожаловал! Идемте, я вас к нему провожу!

И, взяв за руку, паренек аккуратно поволок меня в тронный зал. Когда передвигаешься по замку на своих двоих, то начинаешь понимать, насколько здесь запутаны коридоры. Специально, что ли? Чтобы враги не выбрались?

— Ты же проведешь меня обратно? — поинтересовалась я у парня.

— Конечно! — отозвался тот. — Если захотите.

Хм, а что, он надеется, что я здесь корни пущу? За время моего отсутствия тронный зал сильно не изменился. Нет, черный мраморный пол конечно же никуда не исчез, но преобразились стены, которые теперь переливались всеми оттенками синего, зеленого и цвета морской волны. Вместо факелов висели картины, из которых обильно лился магический свет, сильно напоминающий солнечный. Сейчас помещение больше походило не на склеп, а на каменную беседку в лесу. Казалось, еще секунда — и влетит какая-нибудь птичка, сядет на спинку трона и запоет. Неужели это Мортифор его так под себя отделал? Уютно получилось!

Я покосилась на пустующий трон. Мой проводник озадаченно огляделся по сторонам и смущенно произнес:

— Подождите, пожалуйста, я сейчас его позову.

И куда-то исчез. В зал стали входить огромные, мускулистые оборотни в просторных, легко снимающихся одеждах. Плохо, очень плохо! Насколько мне теперь известно, оборотни крайне часто в бою прибегают к промежуточной трансформации и, чтобы легче было обнажиться, придумали специальную одежду, чем-то смахивающую на обычное кимоно. Я хмуро покосилась на их босые ноги. А вот это особый знак, предупреждающий, что оборотень готов напасть в любую минуту. Плохо. Очень. Они что, пленить меня решили? Под тяжелыми взглядами двухметровых (а боевая элита и королевские телохранители вообще два двадцать!) мускулистых мужчин мне стало совсем неуютно. Наконец появился давешний провожатый.

— Надо еще немного подождать, — как ни в чем не бывало сообщил он. — Извините.

— Ничего, я не спешу.

Босое воинство на диво слаженно и злорадно хмыкнуло. Вдруг боковая дверца резко распахнулась, едва не сорвавшись с петель, и в зал буквально впрыгнул Мортифор. Торопливо закрыв дверцу за собой, он напряженно привалился спиной к мореному дубу. В следующую секунду раздался взрыв, от которого подпрыгнули стены и слегка осыпалась штукатурка. Черный принц смущенно улыбнулся, оборотни же восприняли произошедшее с каменным спокойствием. Ха! Как мне знакома такая ситуация! Стоп! Неужели мне удалось нарваться на коллегу? Да, его мантия вполне может сойти за лабораторную одежду.

Тут оборотень повернулся в мою сторону, и лицо его искренне просияло, будто он встретился с другом, а не с врагом:

— Княжна! Как я рад вас видеть! — Он быстрыми шагами приблизился.

Теперь, в более мирной обстановке, он не производил такого жуткого впечатления, как во время нашей последней встречи. Мортифор даже оказался сантиметров на двадцать ниже своей свиты из супергренадеров. Наверное, поставь его с Виком, он будет все-таки выше, но не намного. Неужели у страха настолько большие глаза?

— Как видите, не одна вы не оправдали надежд своего отца по поводу роста, — улыбнулся Мортифор, каким-то образом поняв, о чем я думаю.

— Знаете, будь я вашего роста, мои враги давно бы сами пересмотрели свое мнение относительно веревки и мыла!

Он непринужденно рассмеялся и хитро прищурился:

— Но вы же еще живы!

— Да, но не буду врать, что не рассматривала такого варианта.

Улыбка слетела с его красивого лица, и оборотень тихо, но крайне твердо и как-то тепло произнес:

— Поверьте, миледи, не стоит так радикально решать проблемы. Вы извините меня, мне нужно переодеться. Не возражаете?

— Нет.

Оборотень кивнул, и до меня долетел затерявшийся в его одежде и волосах слабый запах окислов азота.

— Вы что, динамит делали? — чисто машинально брякнула я.

— Нет, — так же автоматически отозвался оборотень, — азид свинца синтезировал.

И только тут до него дошло, что он ляпнул! Мы с диким удивлением уставились друг на друга, постепенно осознавая, что действительно коллеги! Вот так финт ушами! И кто меня за язык тянул? Вдруг с такими тайнами долго не живут? А азид свинца, между прочим, инициирующее взрывчатое вещество для капсюлей детонаторов!

«Ох не к добру это!» — простонал спинной мозг.

— Мне нужно переодеться, — прервал возникшее молчание Черный король, — подождите меня, пожалуйста, совсем немного.

И, поклонившись, направился к выходу. Охранники почтительно расступались, стараясь находиться от патрона как можно дальше. И только теперь я заметила, что Мортифор, хоть и был ниже остальных, слабым отнюдь не казался. Всю его фигуру буквально окутывала аура власти и какой-то дикой, первозданной мощи и могущества. Это только со мной он был веселым и непринужденным.

Вернулся оборотень через пятнадцать минут, в шелковом темно-синем кимоно и домашних тапочках на босу ногу. Мокрые волосы слегка завились и разобрались на прядки. Похоже, кто-то экстренно принимал душ.

— Идем, — улыбнулся он, протягивая руку.

Жест получился таким простым и непринужденным, что я, совсем не задумываясь, вложила свою ладонь в его. Оборотень снова улыбнулся и повел меня прочь.

— Я не сильно люблю принимать в тронном зале, — сказал он, словно оправдываясь. — Мне больше нравится в неофициальной обстановке.

Мы прошли пару коридоров и оказались перед небольшой дверцей из красного дерева. Мортифор распахнул ее и вошел, снял у кромки толстого персидского ковра тапки и направился к лежащим в центре подушкам.

— Входи, — позвал он и сделал приглашающий жест.

Комната была устроена в восточном стиле и оформлена в теплых, солнечных тонах. Я вошла, аккуратно пристроила собственный меч у порога. Толку мне от него все равно мало, ибо, как уже говорила, могу с ним только танцевать, и то танец живота. Обстановка, конечно, соответствует, но как-то не располагает. К тому же остальное оружие все равно осталось при мне. К моему величайшему удивлению, меня не разоружили. Неужели надеялись, что я рискну здоровьем напасть на их милого владыку и мы покрошим друг друга в капусту? Мортифор тем временем посмотрел на меч и присвистнул:

— Мудрость? Ну надо же! Не ожидал!

— А что ожидали? — поинтересовалась я, разуваясь.

Может, и глупо поступаю, но сидеть в обуви на ковре неприлично, то же самое, что с ногами в постель. От моего собеседника и это не укрылось. Он кивнул и одобрительно улыбнулся. Во взгляде сквозило неприкрытое уважение.

— Я ожидал Искушения, — пояснил он, подавая мне подушку. — У Драконов, как известно, четыре меча: Мудрость, Ярость, Смерть и Искушение. Все их в свое время создали, чтобы убить Дракона, и все они стали его собственностью. Теперь потомки в зависимости от специализации пользуются либо одним, либо другим. Да что я вам рассказываю, вы же и так это знаете!

А вот не знаю! Почему о своей семье я все узнаю из чужих уст?

— Расскажите, пожалуйста, — внезапно попросила я.

Мортифор улыбнулся и растянулся передо мной на подушках.

— Располагайтесь, — пригласил он и хлопнул в ладоши. В тот же миг дверь отворилась и прислуга внесла подносы с едой. — Вы, полагаю, голодны. Нет?

«Да! — прошипел желудок. — Пришло время обеда!»

— Не бойтесь, — усмехнулся мой визави, видя мои сомнения над блюдом с подкопченным мясом. — Не отравлено. — И первым взял кусок. — Если думаете, что я знаю, какой из этих аппетитных кусочков приправлен ядом, а какой нет, то давайте сделаем так! — Он поднял блюдо и крутанул на пальце.

Я завороженно наблюдала за мясной каруселькой. Чтобы такое проделать, нужна немалая ловкость. Мортифор тем временем остановил блюдо и вежливо предложил:

— Выбирайте, я съем.

Оригинальный вариант русской рулетки! Я указала на приглянувшийся кусок. М-да, похоже, удача не на моей стороне.

— А яды на оборотней действуют? — Я решила проверить все версии, прежде чем есть.

— В основном нет, — лучезарно улыбнулся Мортифор, — но если какие и действуют, то не смертельно.

Не скажу, чтобы полученная информация меня успокоила! Но, блин, есть все-таки хочется! Ай, ладно! Поверим!

«Вот так и приручают диких зверей, нежностью да лаской! — прошипело левое полушарие. — Надеюсь, хозяйка, путь к твоему сердцу не лежит через желудок?»

«А почему бы нет? — отозвался, чавкая, оный. — Чем вам не нравится такой расклад? Хоть питание будет регулярное! И вообще, хозяйка, мне нравится, как тут кормят! Ты почаще с этим высоким общайся!»

Аналитическое полушарие горестно вздохнуло.

— Я, кажется, вам сказку обещал, — вспомнил оборотень, подливая в мой бокал апельсиновый сок. — Так вот, гематитовый клинок Смерти выковали когда-то сами Драконы и против Драконов. Так как клинки принадлежат нынче вашему роду, можете догадаться, кто победил. Гномам вы обязаны Яростью с рубином на конце рукояти. Чем им не понравились Драконы, ума не приложу. Нет, естественно, ваши предки и тогда белыми да пушистыми не были, просто гномов они как-то не трогали, женщинами их не интересовались. Короче, это были два не имеющих ничего общего вида, но горный народец отчего-то на вас обиделся. Обидчики долго не прожили, а оружейная Драконов разжилась еще одним шедевром. Мудрость, стилизованную изумрудом, сплели из заклинаний эльфы. Но их ставленнику не хватило опыта и силы, чтобы победить Дракона. Искушение же создали друиды. Это длинный, тонкий, серебристый клинок с огромным желтым топазом у крестовины. Он единственный ковался для женской руки и единственный, что вошел в вашу семью нетрадиционным путем. Как сообщила однажды его хозяйка своим заказчикам, она, цитирую, случайно, нечаянно, слегка забеременела от потенциальной жертвы и теперь не знает, что делать и как дальше быть, ведь убить своих детей не может, как, впрочем, и их отца. В общем, князь решил проблему радикально и женился на несостоявшейся убийце. И она благополучно сражалась с «подлым родом Аргелла» до конца своих дней, успешно пополнив «вражеский стан» еще семью отпрысками.

Мортифор оказался на удивление интересным рассказчиком! Увлеченная его повествованием, я и не заметила, как подползла к нему чуть ли не под бок. Оборотень тем временем невозмутимо подливал мне сок и подкладывал в мою тарелку еду, а я, как маленький ребенок, ела и слушала. И только когда он замолчал, я осознала, что лежу совсем близко к нему и не тороплюсь отдаляться. Удивительно, но рядом с ним было так тепло и уютно, так надежно и спокойно! Может, все дело в звере, который живет во мне? Говорят, у оборотней он тоже есть. Так вдруг эти твари внутри нас спелись?

— Мортифор, а ты чувствуешь во мне зверя?

— Естественно, — хмыкнул оборотень. — Сильного и свирепого.

— Нет, я серьезно!

— И я, — улыбнулся Мортифор. — Внутри тебя живет хищный, злобный зверь, но сейчас он спит.

— Почему?

— Откуда я знаю? — снова улыбнулся нелюдь, глядя на меня хитро прищуренными глазами.

— А я могу твоего зверя чувствовать?

— Конечно! — кивнул оборотень и томно потянулся. — Вполне вероятно, ты и сейчас его чувствуешь, просто не знаешь, что это за ощущение.

— А что сейчас твой зверь делает?

— Спит.

— Кстати, а кто он?

— Я, — улыбнулся Мортифор, демонстрируя небольшие заостренные клыки. — Ты и твой зверь неразрывны и едины, но не разные личности. Это сложно объяснить, просто однажды ты это поймешь.

— Угу, — буркнула я, снова чувствуя себя солдатом, несущим смертоносную куколку.

— Не бойся, — словно прочитал мои мысли оборотень. — Он тебе не повредит в том смысле, в котором ты это воспринимаешь.

Ладно, пора с этим заканчивать и переходить к делу. Отползать от Мортифора все так же не хотелось, но стоило. Лучше не рисковать.

— Спасибо за разъяснение. — Я поднялась и села по-турецки. — Я пришла…

— Знаю, — спокойно перебил он. — Зверье мое. Смею предполагать, я их больше не увижу? Жаль. Каковы твои условия, княжна?

— Ты возвращаешь мне мои земли и оказываешь нам военную поддержку.

— Не пойдет, — мягко улыбнулся оборотень.

— А иначе мы все рассказываем Михею.

— Теперь догберы у тебя, как докажешь, кому они принадлежали раньше? Ведь сказать мое бедное зверье ничего не может, ибо связано клятвой.

— Я найду способ, поверь!

— Хорошо, — миролюбиво кивнул оборотень. — Верю. Но даже если так, мне это уже особых проблем не доставит. Хлопоты — да, но ничего сильно серьезного. Давай лучше поступим так, княжна. Мы с тобой заключаем договор и вместе нападаем на Михея, твои земли я верну тебе, а сам заберу завоеванные вотчины Туцира.

— Но они же сейчас огромны!

— Твои земли тоже немалые! Плюс надо будет вернуть часть отвоеванных кусков твоим нынешним союзникам. То на то и выйдет. Поверь.

— А с какой стати тебе быть со мной мягким и пушистым?

— Честно говоря, как воин, ты подаешь большие надежды, поэтому не хочется с тобой лишний раз ссориться. А во-вторых, у меня тут возник очень интересный план. Ты уже знаешь, как собираешься уничтожить Михея? Ладно, можешь не говорить, просто выслушай. Ты тонкая и хрупкая, в этом мире тебя почти не знают, и пока ты как смертельно опасный воин, извини меня, себя не зарекомендовала. Михей тебя уже ненавидит, не доверяет, но терминатором не считает, а поэтому может подпустить к себе.

— В смысле? — В душе шевельнулось недоброе предчувствие.

— Ты сможешь к нему подойти, меня он хоть и допускает в собственный замок, но всегда держит дистанцию. Я слышал, ты экспроприировала у Лерри одну потрепанную, старую книгу. А знаешь, чем она так интересна? Она испепеляет врагов, стоит ею прикоснуться к ним. Мы ее замаскируем под сборник каких-нибудь стихов или еще чего безобидного, дадим тебе в руки, я же объявлю, что взял тебя в плен, и проведу в замок. Михей явно захочет с тобой расквитаться за причиненный ущерб. Не красней, я знаю, как ты с ним разобралась, между прочим, все обошлось, но зуб у него на тебя большой. Так что он явно тебя к себе подпустит, а там ты его и стукнешь книгой. Я все время буду рядом и в случае чего подстрахую. Ну как?

— Довольно рискованно.

— Осадить Михея в замке не легче. Он хорошо подготовлен. Погибнет уйма народу, а так есть шанс все сделать тихо и быстро. Про книгу известно только Лерри и мне. Вот такая это редкость, заметить книгу магически невозможно, она ничем от простых предметов не отличается. Можешь разыграть раскаяние и преподнести эту книгу якобы в дар или в обмен на собственную жизнь. Но так лучше не делать, потому что, отданная добровольно, она может не сработать.

— Мне нужно посоветоваться с братьями.

— Хорошо, — кивнул Мортифор. — Если согласишься, приди вечером ко мне в лагерь. Мы разыграем маленький спектакль. А насчет союза как? Договорились?

Ну что, Света? Надо решаться! С одной стороны, здравый смысл твердил, что не может все быть так просто и легко, с другой — внутреннее чутье подсказывало, что Мортифор не предаст и заинтересован в том, чтобы я выжила. Я ему нужна для чего-то другого. Откуда знаю? Опять же понятия не имею! Что-то в последнее время это у меня становится уже нормой. Ну что ж, поехали!

— Я согласна.

— В таком случае, госпожа, прошу скрепить наш договор поцелуем!

— А что, просто дать клятву и ударить по рукам уже не модно? — осторожно осведомилась ваша покорная слуга.

— Если я по вам ударю, — ехидно улыбнулся Мортифор, — то одной проблемой на свете станет меньше! Я всегда так скрепляю договор! По поцелую можно легко определить, лгут тебе или нет.

— Даже если посол мужчина?

— Вот поэтому ко мне посылают женщин-дипломатов! — ухмыльнулся оборотень.

«Н-да, — вздохнуло левое полушарие. — Неплохо устроился!»

«Ладиины на него нет!» — выдохнуло правое.

«Тогда бы точно договор не состоялся! — хмыкнула аналитическая половинка. — Ввиду преждевременной кончины одной из сторон!»

«И мне трудно даже предположить какой!» — хмыкнула правая.

— Что ж, давайте.

Осторожно, словно боялся, что я его загрызу, лорд Мортифор наклонился и мягко прильнул к моим губам. Вот чего-чего, а нежности от заклятого врага, оборотня и убийцы я никак не ожидала! Но ведь это не повод, чтобы отвечать грубостью. В ту же секунду его поцелуй стал откровенно жадным, страстным, завлекающим, опутывая меня, словно паук муху.

«Влипла!» — пронеслось в голове.

Мортифор оказался уже бесстыдно сверху, устраиваясь удобнее. Рука его ловко скользнула под платье, погладила мое колено, поползла по бедру вверх и… наткнулась на кинжал. Не прерываясь, супостат аккуратно отцепил оружие и положил рядом. Его левая рука уже осмотрительнее повторила маневр с другой стороны и наткнулась на притороченный боевой нож. Ну да, каюсь, не совсем разоружилась! Я же на дипломатические переговоры пришла! Хорошо еще под куртку в сторону лифа не лезет — там у меня серебряные звезды хранятся!

Интересно, а как он подготовился к нашей встрече? Торс под накидкой голый, вроде ничего не спрячешь. Но проверить все-таки стоит! Недолго думая я запустила руки под его одежду. Вдруг по пальцам проскользнуло что-то холодное. Проверила — пусто. Прошлась по спине и по талии вдоль штанов. Пусто. Невероятно!

«А ты спереди пощупай!» — упоенно прошептало левое полушарие.

«ЧТО?! — взорвалось правое. — Ты на что хозяйку толкаешь, бесстыдница?! Даже я, тупая, по твоим словам, блондинка-дегенератка, знаю, что спереди оружие НЕ СПРЯЧЕШЬ, ИБО ВЫНИМАТЬ НЕУДОБНО!»

«Вот и проверим! — невозмутимо отозвалась сиамская сестрица. — А то что, ему можно нас ощупывать, а нам, значит, нет?!»

«Да ты хоть представляешь, чем сие закончится?!»

«Да, — уверенно отозвались с левой стороны. — В лучшем случае мы найдем то, что ищем, в худшем — нам сломают руку!»

«ДУРА!!! — заорали с противоположной стороны и захлебнулись в матюках. — Я бы сказала, что из этого выйдет, да хозяйку пугать не хочется! И после этого кто-то утверждает, что я во всем виновата?!»

«А ты предлагаешь все так оставить?! — взревели с другой стороны. — Смотри! Он уже под лиф лезет, а там у нас звезды хранятся! Ой! Опять что-то холодное, железное по пальцам скользнуло, когда ты ему бока щупала! Вперед пошло! Давай, хозяйка! Не отставай! Лови! Ой! Уходит, тварь! Решительней!»

«Нет!!! Стоять! Сапер ошибается только раз!!!»

«Поздно! — обреченно выдохнул спинной мозг. — Мы это уже сделали».

У-УПС! Мои шаловливые пальчики действительно нарвались на эфес какого-то незнакомого оружия! Ого! В таком-то месте! И как Мортифор его так незаметно замаскировал?!

«Хозяйка, — робко отозвалось правое полушарие. — А ты уверена, что это именно рукоять?»

«А что еще? — фыркнуло левое полушарие. — Твердое, холодное и с каким-то камнем на конце! Давай-ка, Света, приступим к разоружению вражеской ядерной державы!»

«Ну-ну, — страдальчески всхлипнула правая половинка, — только учти, аналитик, что нам лишние проблемы ни к чему!»

«Не дрейфь! — с энтузиазмом отозвались с другой стороны. — Сейчас извлечем и проверим свои догадки!»

Тут тонкие, но удивительно сильные пальцы аккуратно перехватили мою руку и отвели в сторону. Немного откатившись, Мортифор настороженно замер, не сводя с меня внимательных глаз.

— Думаю, на сегодня хватит обнародовать наши самые потаенные желания, — тяжело дыша, произнес он, покосившись на мило лежащие кинжалы.

Да уж! Если мы хорошенько пошерудим друг по другу, то апофеоз сего действа грозит вылиться в солидную кучку арсенала между нами. Похоже, лорд Мортифор тоже любитель прятать веские аргументы в рукаве!

— Я смотрю, вы основательно подготовились к общению с дамой!

Оборотень откинулся на подушки и захохотал. Нет, мне, конечно, лестно, что для меня, такой «великой и могучей», не поленились притащить оружие, да еще в такой опасной близости от стратегически важного для мужчины места! Хм, явный намек, что кого-то мелкого давно пора давить, и чем-нибудь потяжелее, потяжелее, а еще лучше — было бы в колыбели придушить гуманизма ради!

— Для милого противника ничего не жалко, — все еще давясь приступами смеха, простонал Мортифор.

Ну-ну! Если у нас дипломатия и дальше в таком русле проходить будет, то я точно не поскуплюсь и притащу тебе в кровать наш охотничий капкан! Оторву, так сказать, от сердца, лишь бы устроить одному слишком ловкому оборотню неизгладимые воспоминания!

Красавец-лорд успокоился, осторожно достал похожее на кинжал оружие и демонстративно положил между нами на ковер.

— О нет! — протестуя, вскинула я руки. — Меч между врагами — плохая примета!

— Потому что один из них рискнет им воспользоваться? — прищурился король, скрывая смешинки.

— Не знаю, как вы, а я верю в народные суеверия!

Мортифор тонко улыбнулся и откинулся на подушки, а я направилась к двери и стала торопливо обуваться, пока он еще находится в расслабленном состоянии и по тому, как постукивает пальцем по серебряному подносу, можно определить местонахождение недруга. Внезапно звон прекратился. Резко крутанувшись, я схватила подобранные кинжалы и замерла в оборонительной позиции.

Оборотень все так же спокойно лежал на подушках, заложив руки за голову, и внимательно смотрел на меня.

— Ну что вы! — с легкой улыбкой возмутился он.

«До чего же обаятельный, гад!» — вздохнуло правое полушарие.

— Таких врагов, как вы, княжна, надо ценить и опасаться одновременно. Хотя убить вас себе дешевле, и желательно это сделать исподтишка, через предательство, но я не могу так поступить с восхитительным противником. Совесть не позволит.

— У вас она есть?

— Временами, — невозмутимо кивнул собеседник. — Но только для избранных.

— И чем же обязана такому уважению?

Мортифор еще раз внимательно посмотрел на меня, и его губы разошлись в приятной улыбке.

— Вы удивительный противник, как зеркало отражающий то, что вам направят. За добро платите тем же, но стоит опуститься до мерзости — и получишь изумительно жестокого, расчетливого врага, без моральных норм и принципов! Я в восхищении, леди Драко!

Интересно, мне от этого переживать или радоваться?

— Я провожу вас. — Черный король плавным движением перетек в вертикальное положение и галантно подал мне руку.

Оборотни испуганно, опасливо и с каким-то активным интересом косились на живую Драко, идущую под ручку с их повелителем, но почтительно расступались и кланялись. Попытки патрона кокетничать со своим врагом бедные нелюди воспринимали с какой-то искренней озабоченностью и тревогой.

— Мортифор, можно задать вам один вопрос?

— Я слушаю, леди Драко.

— Все никак не идет из головы то оружие.

Мой собеседник не смог подавить довольной улыбки.

— Вас рекомендовали как лучшего воина, — продолжила я, — но до сих пор для меня загадка, как вы собирались его извлечь.

«Вот и радуйся, хозяйка, что для нас сие осталось тайной! — вздохнуло левое полушарие. — Ибо вряд ли прозревшие жили долго!»

Мортифор хмыкнул, явно прочитав мои мысли, тонко улыбнулся и мягко, почти нежно сказал:

— Вы имели честь познакомиться с оптом, госпожа.

Что такое загадочный «опт», ваша покорная слуга не знала, но почему-то от данного признания по спине пробежали мурашки. Надо будет уточнить у своих, что сие за зверь. Черный принц покосился в мою сторону и уважительно присвистнул:

— Потрясающая выдержка!

— Благодарю. Скажите, а вы его специально для меня приготовили или были еще какие избранные?

— Водились, — не стал таиться враг. — Но смогли… кхм… обнаружить только вы.

Ну да! Вы покажите мне того психа-дипломата с садомазосуицидальными наклонностями, который полезет к правителю, оборотню и просто очень сильному мужчине в его, скажем так, укромное место! Тут нужны не только нетрадиционные наклонности и колоссальная смелость, но и очень БОЛЬШАЯ НАГЛОСТЬ! Хотя если это дамы… Я еще раз оценила атлетические габариты врага. Что ж, многим остается только посочувствовать.

Мы покинули замок, прошли по мосту и остановились около портала.

— Если одобрите мою идею, — прошептал оборотень, — приходите. Я буду ждать. — И, поцеловав мне руку, открыл портал.

В лагере меня встретили с явным облегчением. Даже Норри украдкой вздохнул.

— Что там случилось? — подскочил ко мне встревоженный Вик. — Почему так долго?

— Торговались, — буркнула ваша покорная слуга. Не признаваться же, что там в действительности произошло?! — Народ, а что такое «опты»?

— Он взял на переговоры опты?! — подпрыгнул Норри.

— Ничего удивительного! — фыркнула Ладиина. — Будь я на его месте, еще и ёптры прихватила бы! И судя по тому, что она еще жива, те бы там не помешали! Смею предположить, Мортифор мертв?

— Нет.

— Тогда почему ты еще дышишь?! — не выдержал женушка и, справившись с собой, чуть тише произнесла: — Ничего не понимаю! Тебя звери не жрут, магия почти не берет, в воде с мавками не тонешь, вот теперь кто-то пережил даже опты! Что ты за тварь такая, а?

— Карманный волкодав, — прыснул Вик и покатился со смеху при виде озадаченных лиц.

Таких пород на Гее не знали.

Итак, я узнала, что книга, прихваченная у Лерри, обладает чудной способностью испепелять при соприкосновении всех врагов хозяина. А по тому, что она изрядно потрепана, можно предположить, что утонченный монарх не гнушался швырять томик во всех неугодных. Магия на меня перестает действовать или срабатывает наоборот. А опты — это такие дряни, с которыми лучше не встречаться!

Если «орт» произошел от древнеэльфийского «непокорный» и слушается только мастера летающего оружия (правда, любого, кто может завладеть им), то «опты» пошли от слова «ручные» и подчиняются лишь единственному, честно приобретенному хозяину. На дипломатические рауты их любят брать, потому что те способны легко передвигаться по телу хозяина и уклоняться от обыскивающих владельца рук. Значит, пока я у Мортифора по спине шарила, эти твари вперед переползли?! Наверное, последнее я произнесла вслух, ибо Вик вдруг подозрительно прищурился и тоном строгого папаши уточнил:

— Где ты щупала Лупуса Карнификуса?

Но я не ответила, потрясенно переваривая следующую часть информации. При контакте с незнакомой рукой или если хозяин встревожен, опт может броситься на чужака! Оттого это миленькое оружие и запретили на всех официальных приемах, и вот почему Мортифор перехватил мою руку! Боялся, что его клинок меня прирежет! Как хорошо, что я об этом до нашей встречи не знала!

— Чем ты там занималась?! — прошипел Вик, раздраженный моим молчанием.

— Политикой! — огрызнулась ваша покорная слуга.

Нет, ну не признаваться же, что во время переговоров мы друг друга чуть не раздели!

— Теперь это так называется? — послышался презрительный смешок юного ванн Дерта.

— Ага! — подпрыгнул Вик. — Я все твоему папе расскажу!

— Только попробуй, — машинально брякнула я, — и Маша узнает, что ты не собираешься на ней жениться, Леночка познакомится с Дашенькой, Сашенькой, Оленькой. А еще лучше — все сразу их родителям поведаю!

— Ты не сможешь! — испуганно всхлипнул Вик.

— Спорим? — коварно прищурилась я.

— Душить таких сестер надо, — вновь подал голос Норри, — и еще в колыбели!

«Хозяйка! — вздохнуло левое полушарие. — Тебе на редкость повезло: у тебя здравомыслящие и целеустремленные братья! На всякий случай ложись спать подальше от них!»

* * *

— Заяц, что ты тут сидишь и пишешь?

— Диплом.

— А на какую тему?

— Как зайцы едят волков.

— Ты что, оборзел, косой?! А ну пойдем вон в те кустики разберемся, кто кого!

— Хорошо, но давай-ка лучше в те.

Заходят, а там медведь берет волка, скручивает в узел и подает улыбающемуся зайцу.

— Запомни, серый: неважно, какая тема, главное — кто научный руководитель!

Через полчаса возмущенные братья успокоились, в нашу палатку вошли наконец-то прибывшие Нох-рам-Лукуш и Лерри ванн Дерт, и я поведала им о гениальном плане Мортифора.

— Слишком рискованно! — отрезал Вик, внимательно выслушав.

— Но может сработать, — заметил Норри.

— Малыш прав, — кивнул его дядя.

— Но можем ли мы доверять оборотню? — задумчиво потер подбородок вампир.

— Миледи, — вдруг осторожно начал эльфийский правитель, — можно задать вам нескромный вопрос?

— Я слушаю.

— Когда вы были у Мортифора и договорились о сделке, он вас поцеловал?

Братья тут же подозрительно прищурились. Ой, чую, сейчас устроят мне очередную лекцию по поводу соблюдения моральных принципов и норм! Нашлись, блин, гувернантки! Я ведь их не пасу! И малину им не порчу! Хм? А почему я о Мортифоре думаю, как о потенциальном увлечении? Неужели он мне нравится? Я вспомнила поцелуй, и тело тут же отозвалось приятными ощущениями внизу живота. Не знаю, как далеко зашли бы мои мысли, если бы не деликатное покашливание вампиров. Ой!

Лерри заметил наше общее смущение и помрачнел. Братья стиснули зубы и взвесили в руке по кинжалу.

— В общем, — произнес старший ванн Дерт. — Светлане опасность не грозит. Мортифор ее не бросит.

— Но можно подстраховаться! — поднял вверх палец Виктор. — И придумать еще пару запасных планов на случай провала.

— Думаю, это нужно обсуждать вместе с оборотнем, — заметил Нох-рам-Лукуш.

Остальные дружно одобрили и выпихнули меня, хрупкую да беззащитную, из палатки в сторону волчьего лагеря «искать приключения на свою голову». Надо признать, я очень скоро их нашла. Тот высокий тощий старик, с которым у нас постоянно не ладятся отношения, поймал вашу покорную слугу в момент порчи вражеской палатки и потащил на расправу к королю. Несмотря на нашу взаимную «любовь», действовал старик на удивление аккуратно. Видно, боялся Мортифора.

Улыбающийся король встретил меня с распростертыми объятиями и сытным ужином.

«Я, кажется, уже обожаю этого мужчину!» — выдохнул желудок, почуяв запахи.

«Мне он тоже нравится, — отозвалось правое полушарие. — Регулярное питание — залог состоятельности и стабильности!»

С левой стороны опять горестно вздохнули.

Выслушав наше предложение, Черный король согласно кивнул, и буквально через два часа за столом собралась вся честная компания. Чтобы враги ничего не заподозрили, на встречу каждый из нашей команды шел по строго согласованному сценарию: братья заявились «спасать сестричку из лап мерзкого чудовища», но были «схвачены» и препровождены в палатку Мортифора, где теперь крайне рьяно спасали меня от куска пирога. Вампиры пожаловали на дипломатические переговоры и вот уже час сидели напротив меня за столом, задумчиво вращая в руках бокалы с вином. А старинный друг короля Лерри решил просто заглянуть на огонек.

— Все это, конечно, хорошо, — вздохнул Норри, выслушав наш план. — Но что мы будем делать, если вариант с книгой по какой-нибудь причине провалится?

— Попросим Ладу ему ужин приготовить! — Вик мстительно сверкнул глазами.

— И после этого ты кричишь, что я жестокая?! — возмутилась ваша покорная слуга. — Но в принципе, братишка, мысль отравить хорошая! Лерри как-то говорил, что вы здесь настолько привыкли к магии, что совершенно забыли секреты приготовления лекарственных трав.

— Волшебники не просто забыли, — хмыкнул Мортифор, — они даже не пытались это наверстать и теперь очень многого не знают!

— Но в рукаве у каждого уважающего себя чародея есть специальные контрзаклинания, позволяющие выявить отраву! — возразил Нох-рам-Лукуш.

— А какой принцип лежит в их основе? Они настроены на определение и оценку причиняемого вреда организму? Или, может, на характерные признаки отравы? Или сравнивают анализируемое вещество с уже известными?

— Последнее, — вздохнул Мортифор. — Но в свое время Михей перепробовал все яды, и теперь, чтобы его отравить, нужно создать действительно что-то новое! А это не так-то просто! Без профессионала не обойтись! А где взять за какие-то несколько часов настоящего эксперта-отравителя, да еще с креативным подходом?

— По странному стечению обстоятельств, — вздохнул Вик, глядя на меня, — у нас такой специалист есть!

Эта ночь стала самой незабываемой в моей жизни. Мы с Мортифором до утра не сомкнули глаз… работая в четыре руки над синтезом нового яда… Мир, наверное, тоже не забудет того часа, когда объединили усилия химик-неорганик и биохимик! Ругаясь, споря и плюясь, мы все-таки совершили невозможное, и к восходу солнца в наших руках находилась бутылочка уникального эксклюзивного вина.

— Готово? — сумрачно уточнил Витька, когда моих братьев конвоировали обратно в шатер.

Под его глазами залегли фиолетовые тени. Они с Норри и Оох-рам-Лукушем также бодрствовали всю ночь, готовя порох. Сначала Мортифор не хотел доверять им такую простую механическую работу, но потом смирился.

— У нас да. А у вас? — в свою очередь спросил Черный король.

— Пять мешков, — хмуро ответил Вик. — Вы, дорогие мои, просто изверги! Я уже эти весы ненавижу!

— Все помнят свои обязанности? — спросил вошедший в палатку Нох-рам-Лукуш.

— Давайте повторим, — вздохнул Мортифор, потирая глаза, — а то я человеческую природу знаю. Значит, так: мы со Светой телепортируемся в замок.

— Я прикидываюсь ветошью и бью супостата книгой по голове.

— Если не получится, я предлагаю вино, — подхватил оборотень.

— Мы в это время проникаем в замок и минируем на всякий случай ворота, — лучезарно улыбнулись Вик и Норри.

— Ну а мы ведем войска, — заключили Нох-рам-Лукуш и Лерри ванн Дерт. — Если что, взрывайте ворота, будем штурмовать.

— Ну что? — вздохнул Вик. — С богом?

— С удачей! — рыкнул Мортифор и, подцепив меня под руку, шагнул в портал.

Тронный зал Михея вопреки традициям имел по периметру огромные витражные окна и находился, судя по виду из них, почти под самой крышей. Помпезный, огромный, выполненный в светлых тонах, с резными, стремящимися вверх каменными колоннами. В архитектуре присутствовали одновременно и эльфийские мотивы, и так любимая вампирами готика, и нечто человеческое, приземленное.

— Я тебя уже заждался, Мортифор, — произнес стоящий у ближайшего к трону окна мужчина. — Ты всегда был пунктуальным. Что-то случилось?

— У меня для тебя подарок, — буднично заметил оборотень, толкая меня в сторону врага. Я рефлекторно прижала к груди замаскированную под Библию книгу. — Вчера совершенно случайно поймал.

Михей эль Туцир перестал барабанить тонкими пальцами по подоконнику и обернулся к нам. Теперь он принял облик высокого темноволосого мужчины с аристократичными чертами лица и благородной бородкой. Интересно, это его настоящий облик?

— Так-так-так! Кого я вижу! — хищно улыбнулся он, подходя ближе. — Княжна Драко собственной персоной!

«Метр семьдесят восемь! — всхлипнуло правое полушарие. — И этот выше!»

«Не, — хмыкнуло правое полушарие. — По сравнению с остальными — мелкота! Не дрейфь, хозяйка, справимся!»

— И как же вас так угораздило попасться? — сочувственно вопросил тем временем враг.

— Так же как и вам под мою ногу! Помните? Вы еще болонкой тогда были!

— Да! — прошипел Михей, подходя еще ближе. — Такое не забудешь! Ну и ты, княжна, мою месть надолго запомнишь! Обещаю!

Дверь отворилась, и вошел слуга с серебряным подносом, на котором красовались бутыль и два фужера.

— Такое событие надо отметить! — улыбнулся Михей, принимая подношение.

— У меня есть редкое вино, — улыбнулся Мортифор. — Разопьем?

— Давай начнем с моего, — улыбнулся Михей, разливая алую жидкость по бокалам.

Пока он это делал, я постаралась подобраться к объекту поближе. На худой конец, книгу можно будет и швырнуть. Но тогда у супостата появится шанс увернуться или отскочить, а моя эскапада вызовет ненужное подозрение. Тем временем Туцир взял свой бокал и отошел к трону. Мортифор осторожно приблизился к своему фужеру и задумчиво всмотрелся в его глубину.

— Ты мне не доверяешь? — вкрадчиво уточнил маг-хамелеон.

— Извини, — ровным голосом отозвался оборотень. — Просто привычка.

— Вот как? — Резные брови Туцира изумленно изогнулись. — А я слышал, яды на оборотней не действуют!

— Не все, — парировал Мортифор.

— Ну? — поднял свой кубок Михей. — За доверие!

И махом осушил бокал. Фу! Кто же так пьет вино? Это ведь не водка! Мортифор задумчиво пригубил из своего бокала, словно смакуя. На миг его в глазах промелькнула тень озадаченности.

— Ты мне не доверяешь? — опять ласково спросил мой враг номер один.

— С чего ты взял? — отозвался недруг номер тринадцать.

— Не пьешь. Это признак недоверия. Я обижаюсь.

— Не стоит. — И оборотень вновь пригубил вино.

— Тогда до дна, дорогой, и приступим к нашим делам!

— Хорошо, — кивнул Мортифор и выпил.

— Прекрасно! — ухмыльнулся правитель и хлопнул в ладоши.

Дверь отворилась, и вбежавшие лучники взяли нас на прицел.

— Что все это значит? — вкрадчиво поинтересовался Черный король.

Но больше уже так, для проформы. И он, и я прекрасно поняли, что нас предали. Но кто? Кому это нужно?

— Тебе следовало бы знать, Морти, что я не люблю изменников! Леди Драко, будьте любезны опустить на пол столь опасную для меня книгу!

— С удовольствием! — рявкнула ваша покорная слуга и швырнула книгу во врага.

Тот, естественно, отскочил. Но попытка не пытка! Надо срочно связаться с братьями!

К величайшему моему удивлению, мысленный контакт не получался, я все никак не могла настроиться, как будто кто-то включил специальный глушитель. Наконец в голове раздалось хмурое Витькино: «Чего тебе?»

«Планы провалились, — поспешила передать я, — минируйте стратегически важное место в замке! Посоветуйся с Норри. Он этот мир дольше нас знает!»

«Хорошо! — последовал короткий ответ. — Отвлеки его!»

С этим как раз проблем не было: Михей самозабвенно читал нам обоим пространную лекцию о вреде предательства, пока Мортифор, внезапно побледнев, не свалился на пол.

— Наконец-то! — с облегчением выдохнул Туцир. — Я уж думал, он никогда не уснет! Вот теперь, княжна, мы и останемся одни! Унесите его! И книгу тоже!

Появившиеся слуги торопливо сгрузили оборотня на носилки, положили туда книгу и поспешно исчезли вместе с ношей. Без надежной зашиты и поддержки Мортифора у меня на сердце стало тревожно и даже как-то тоскливо. Под ложечкой неприятно засосало.

«Готово!» — раздался тем временем в мозгу ликующий голос лорда Венатора.

«Что?» — не поняла ваша покорная слуга.

«Туалет заминирован!» — радостно отозвался Вик.

«Что?! — опешила я. — Кто просил обкладывать порохом толчок?!»

«Ты же сама сказала — стратегически важное место!» — растерянно отозвался кузен.

«В замке!!! Стратегически важное место в замке! Его опоры! Я хотела поразить уязвимое место в твердыне, чтобы с легкостью ее захватить! Или ты думаешь, мы созвали все эти войска, чтобы всем скопом штурмовать сортир?! Почему с Норри не посоветовался?!»

«А мы и посоветовались! — огрызнулся Вик. — Выбрали самый посещаемый! Михей только туда ходит!»

«И как ты предлагаешь мне его туда заманить?! Романтическое свидание назначить?!»

«Подсыпь ему что-нибудь! — нашелся Вик. — Ты же специалист по пургену!»

«Ага, — непроизвольно съязвила ваша покорная слуга, — и поставить снайперов у туалета! Ничего, что я здесь стою под прицелом двадцати лучников? Трубите наступление!»

— Ну, что задумалась, княжна? — насмешливо осведомился Михей, присаживаясь на трон. — Братьям мысленно жалуешься? Напрасно.

— Это еще почему? — нахохлилась я.

— Потому что в это самое время мои слуги поймали их на первом этаже замка.

— Бред!

— А ты проверь! — услужливо ухмыльнулся Туцир.

Вот что странно. Мужчина потрясающе красивый, а мне ему кирпичом по темечку заехать хочется! Я мысленно позвала братьев, но в ответ услышала лишь тишину.

— Молчание? — саркастически уточнил враг. — Это потому, что их ударом по голове оглушили! Они сейчас не в нашем суетном мире.

— А ты откуда знаешь?

— Взгляни на кристалл, — хмыкнул он и указал рукой на окно, в которое постоянно смотрел.

В мозаике из стекла при более внимательном взгляде проявлялась картина: бессознательных Вика и Норри волокли вниз по лестнице, следом за носилками с Мортифором, которые тащили шестеро мужчин.

— Они направляются в подземелье, — пояснил Туцир. — Знаешь, крайне удобно иметь такое вот окошко: сидишь на месте — и всегда знаешь, кто чем занимается.

— Зачем тебе целый мир?

— Власть! — Глаза Михея жадно загорелись. — Власть — это сила! Могущество! Ты, рожденная, чтобы править, чтобы наводить ужас и вселять в души никчемных созданий страх, растрачиваешь собственные возможности впустую! — Черты вражеского лица заострились и погрубели. — Вместо того чтобы порабощать целые народы и захватывать города, вы, Драконы, сидите в своих вотчинах и бездействуете! Вы стали слабыми и трусливыми! Вы вырождаетесь, и поэтому я взял на себя роль хозяина мира! Я изменю законы вселенной! Я создам новые династии! Сегодня род Драконов погибнет навсегда! И это будет так легко, что мне даже жаль! А ведь подумать только: я когда-то боялся тебя! ТЕБЯ! Я даже заглядывал в ваш мир, чтобы познакомиться с вами получше! Знаешь, я ожидал увидеть если не князя-воина, то хотя бы высокую, красивую девушку, коварную, умную, стервозную, жестокую, но никак не полутораметровое недоразумение! Вот уж в семье не без урода! Ты только взгляни на себя! Хрупкое, беззащитное существо! Даже мухи не обидишь! Вы, Драконы, имеющие власть над жизнью и смертью, вместо того чтобы подчинить мир, поставить его на колени, предпочли служение людям! Кого вы защищаете, кому стремитесь помочь? Этим тварям? Ничтожным, слабым, глупым, эгоистичным созданиям, недостойным лизать подошвы моих сапог и заслуживающим лишь смерти? Вот кого ты спасаешь? Своих подчиненных? Да они же вас, ящеров, ненавидят, презирают. Дай им поблажку — и воткнут кинжал в спину. Твое благородство изжило себя. Ты — реликт, милая, ничтожный остаток былой славы и могущества. Ты была взвешена, изучена и признана негодной!

— Почему? — Мой голос прозвучат на удивление хрипло.

— Что? — не понял Михей.

— Если мы такие никчемные, почему же ты стремишься нас убить?

— На всякий случай, — спокойно пояснил он. — Видишь ли, существует прекрасное правило: никогда не оставлять врагов в живых!

Как же, знаю! Его даже Макиавелли советовал придерживаться!

— Но не переживай, красавица, — рассмеялся Туцир, — ты умрешь последней, сейчас я пойду и казню твоих братьев, так что мой тебе совет: прими поражение достойно! Ты исчерпала все средства.

— В таком случае, могу я загадать последнее желание?

— Рановато, но почему бы и нет? Чего ты хочешь?

— Ну, я все-таки Дракон и, уходя из этого мира, хочу унести поцелуй мужчины.

Лицо Михея озарила самодовольная улыбка. Враг снисходительно кивнул и, подойдя вплотную, жарко припал к моим губам. Страстно прильнув к нему всем телом, я запустила пальцы в его волосы. Михей застонал и обнял меня еще сильнее. С каждой секундой он увлекался все больше и больше, и в момент, когда враг полностью расслабился и забылся, я что было силы врезала ему коленом в пах и, подпрыгнув, ударила по невольно подставленному затылку сцепленными в замок руками. Затем кинулась на потерявшее равновесие тело, придавив собственным весом, и нажала на сонную артерию.

Да, пусть я хрупкое, слабое, беззащитное существо, пусть абсолютно не умею постоять за себя и не в силах поднять тапку на таракана, но за близких людей кому угодно горло порву! Враг не выйдет из этой комнаты живым, а если и сделает это, то только через мой труп!

— Сучка! — прохрипел колдун. — П-п-подлая!

А что ты хотел?! Как нам, мелким, по-другому выживать прикажешь?! Если бы каждая женщина показывала свое истинное лицо мужчине, мир давно бы вымер! И не у одного тебя настольная книга «Государь»! А мне даже продолжение предложили написать! Так что получи, фашист, гранату! Вот такая я!

Противник попытался вырваться, что заставило меня удвоить усилия. И о чудо! Я победила! На мгновение глаза распластанного подо мной мужчины изумленно распахнулись, и в них отразился страх, смешанный с недоумением.

— Ты не можешь меня убить! — просипела жертва. — Женщины от рождения милосердны.

Ты в это еще веришь, милый?

Внезапно резкий удар отбросил меня назад. Я приложилась головой о стену. Во рту стала скапливаться соленая жидкость.

— Господин, с вами все в порядке?

Только что вошедший громила в стальных латах склонился над все еще скрюченным Михеем. Так вот чья ладошка отметилась на моей щеке!

— Беги в темницы, — прохрипел Михей. — Вели казнить Драконов!

Ну уж НЕТ! БРАТЬЕВ в обиду НЕ ДАМ! И пусть сама умру, но НАШ род будет жить! Не пущу!

И огромная массивная дверь под моим взглядом вдруг с грохотом захлопнулась! Мужчины резко обернулись ко мне. В их глазах читалась явная настороженность. Кажется, меня только что внимательно и по-новому оценили. Громила метнулся к выходу и дернул за ручку. Бесполезно! Навалился плечом — без изменений. Она словно приклеилась к стене!

— Убей тварь! — пояснил растерянному подчиненному все еще пребывающий в нокдауне правитель. — Это она держит!

Рыцарь кивнул, вынул меч и пошел на меня. Михей хмыкнул и поднялся. Ах так?! Двое здоровенных мужиков на одну хрупкую, слабую, беззащитную женщину?! Ну держитесь, паразиты! Мало вам не покажется! Я — дочь своих родителей, внучка достойных предков! Мой прапрапрадед сдерживал Наполеона под Москвой, его потомки сражались в мировых войнах, кровью высекая и подтверждая славу Георгиевского креста и оружия: ЗА НЕУСТРАШИМУЮ ХРАБРОСТЬ! Пращур Чингисхан прошагал полмира! Я дитя воинов, полководцев, завоевателей! И я сама боец! Я — Дракон! Сражаться везде, сражаться всегда, убить, раздавить, уничтожить врага!

Лоб вдруг прорезали рога. Что?! Ай, ладно, потом разберусь, сначала этих гавриков забодаю! Михей испуганно попятился. Что, страшно видеть истинный облик женщины? Ну ничего, парень, теперь ты об этом никому не расскажешь!

— Г-г-господин? — робко пролепетал громила, отступая к двери.

А чего это он так скукоживается?

На руках прорезались огромные загнутые когти. Ну все, мужики, вот теперь вы конкретно попали! Я вам покажу кузькину мать! На всю жизнь заречетесь с НАШИМИ связываться, а тем более — с женщинами!

Громила с удвоенным энтузиазмом принялся таранить дверь. Бесполезно. Ваша покорная слуга презрительно хмыкнула — и из ноздрей вырвалось пламя. Пламя? Пламя?! ОГОНЕК!

— Бежим! — взревел Михей и, прихрамывая, кинулся к окну.

НЕ ПУЩУ! Вместо слов из горла вырвался дикий, проникновенный рев. Громила испуганно икнул и бросился за патроном. Комната стала стремительно уменьшаться в размерах. Не люблю преграды! Легкое движение плеч — и массивные каменные стены обрушились словно детский конструктор. Обтесанный валун попал по хвосту. Истошно взвыв, я встала на дыбы. Ненавижу боль! Я от нее прихожу в бешенство! Шипастый хвост врезался в боковую стену. (У меня еще и хвост есть?) Эх! Развернись душа! Гулять так гулять!

— А-а-а! ДРАКОН! — заорали обитатели замка, разбегаясь кто куда.

А чем вы раньше думали, когда маленьких обижали?!

Михей с громилой успели тем временем благополучно десантироваться во двор. Ну уж нет! Не уйдете! Еще один рев огласил окрестности. А ничего у меня рык! Впечатляет! Надо будет в школе еще чуть-чуть проработать. Я дернулась следом за врагами, стена, не выдержав моего веса, поехала, и ваша покорная слуга сверзилась с пятого этажа прямо под нос оцепеневшему Туциру. Но тот, растратив весь резерв на заклинание левитации, нанести вред Дракону не мог, разве что попытаться задушить голыми руками. Осознав это, супостат кинулся бежать к маленькому деревянному домику. В туалет? В такой момент? А плевать! Все равно достану! Р-р-р!

Дождавшись, когда Михей скроется в желанном укрытии, я с силой дохнула на ветхое строеньице. И только тут вспомнила, что один из ТОЛЧКОВ заминирован! «Вот дерьмо!» — успела проскочить в голове мысль, прежде чем ГРЯНУЛ ГРОМ! Злосчастный клозет взмыл в воздух со скоростью ракеты. Полетело еще кое-что. Кто не спрятался, я не виновата! Подступающие к замку войска союзников притормозили и закрылись щитами.

«Знаешь, хозяйка, а ты была права!» — резюмировало левое полушарие, осматривая двор.

— Офигеть! — раздался удивленный голос из-за каменных обломков.

— Витька?

— МАЛАЯ?! — робко выдохнул брат, озадаченно осматривая большущего говорящего Дракона. — Это ты? Или тебя съели? Хотя нет, тогда бедняга давно бы мучился с изжогой.

— Нахал!

— Чистая правда! — возмутился этот прохвост. — Ты только посмотри, что натворила!

Ого! А мои плевки не прошли бесследно! Замок горел синим пламенем. Точнее то, что от него осталось после тотального разгула «слабой, хрупкой, беззащитной женщины».

— Ой! — вдруг опомнился Вик. — Мы видели в подвалах бочки с порохом, до того как нас схватили! Сейчас тут все взорвется! Беги!

Зря он рявкнул это так громко! Услышанное окончательно повергло челядь и воинов Михея в панику. Теперь все они с криком и визгом спешили покинуть горящий замок. Образовалась давка. О нет! Так мы быстро не скроемся.

— Свет, полетели отсюда! — рявкнул Вик, по хвосту карабкаясь мне на хребет. — Сейчас здесь все рванет!

— Где Норри?

— В противоположном конце замка. Мы разделились, чтобы скорее тебя найти, договорились встретиться в лагере. Он уже знает об удачном исходе, я послал мысленное сообщение. Не волнуйся, с ним пегас.

— Когда все успели?

— Нет времени объяснять! Давай, истребитель, на старт!

— Я не умею!!!

— А ты хлопай крыльями — и взлетай! — пришпорил меня Витька. — Ну скорее же!

Что ж, попробуем! Итак, начнем с разгона, но как тут сделать шаг, чтобы не раздавить кого невзначай?!

— Рожденный ползать, уйди с взлетной полосы!!! — гаркнул Вик, и истеричная толпа послушно разделилась на две беспокойные колонны.

На пятом шаге я подпрыгнула и неуклюже взмахнула крыльями. Никакого эффекта. Снова прыжок, взмах. Ёптр турен имбарр! Не знаю, что означает, но, думаю, моменту подходит! Прыжок. Взмах. И тут Вик с силой вонзил мне в спину между чешуйками шпоры. Незапланированный, болезненный взмах — и мы ВЗЛЕТЕЛИ!

— Аллилуйя! — с облегчением прошептал на спине брат.

С каждым взмахом мои движения становились все четче и увереннее.

Вдруг с нами поравнялся серебристый конь Норри. На влажном боку алела кровь! Буквально одновременно нас с братом кольнуло плохое предчувствие. От войск навстречу нам взлетел на своем крылатом скакуне Лерри ванн Дерт.

— Вик, садись на пегаса! Лерри, помогите ему! — крикнула я приблизившемуся правителю.

— Ты не успеешь! — прошипел, прочитав мои мысли, Вик.

— Если будешь торговаться, то точно!

— Леди, — горько кивнул головой ушастый владыка, — вы зря стараетесь. Если эльф падает с лошади, то только мертвым.

— Все равно заберите брата!

— Свет!

— Вик, не спорь со мной, пожалуйста! И не волнуйся, у меня шкура толще!

Вик скептически хмыкнул, но повиновался, правильно расценив, что сейчас с огромной огнедышащей гадиной лучше не пререкаться. Ванн Дерт лишь молча кивнул, прикладывая руку к груди, а я впервые в жизни пошла на вираж…

К моему возвращению паника слегка улеглась, и замковый двор опустел, если не считать ничего не боявшихся мародеров, снующих туда-сюда. Один из них как раз подбирался к распростертому на земле Норри. Молодой эльф лежал неподвижно, на животе. Из спины торчала стрела. По шелку рубашки стремительно расползалось кровавое пятно. Полыхающий всюду огонь добрался до дворца. Надо спешить!

Сложив крылья, я ринулась вниз. Как успела притормозить у земли, вырулить вверх да еще прихватить с собой Норри, ума не приложу! Но в ту же секунду раздался оглушительный взрыв, и вслед ударила жаркая волна, подтолкнув меня вперед. Фу, успела! Я направилась к лагерю, и тут моя радость поубавилась. А приземляться-то как?! Да еще с раненым?!

К счастью, чуть поодаль от стоянки колосилось поле. Все лучше, чем лес! Несмотря на надежды, посадка получилась отнюдь не грациозной, как любят описывать в сказках, и, увы, далеко не мягкой. Правда, эльфенка, чтобы не травмировать, я постаралась отпустить раньше. Сама же тюкнулась оземь и пролетела кубарем метра три уже в человеческом обличье, затем кое-как на четвереньках доползла до спасенного и свалилась рядом, пытаясь отдышаться. Норри охнул и открыл глаза.

— Зря ты меня спасла, — прошептал он.

— Ну знаешь ли, я не для того полполя мордой — или уже лицом? — пропахала, чтобы ты мне тут умирать собрался! — огрызнулась ваша покорная слуга, пытаясь подняться.

— Прости, — прошептал мальчик, — но я ничего не могу с собой поделать. В наконечнике смертельный яд… Все тело онемело…

— Какой?! Что за яд?!

— Ты такой не знаешь. — Парень из последних сил горько улыбнулся. — Это магическое растение, здесь твоя наука бессильна.

— Так, может, магия?.. Что делать надо? Я могу попробовать!

— Есть только один способ. Но я не позволю тебе им воспользоваться…

— Ну! — Я тряхнула постепенно обмякающее тело. Буду я еще время на его понты терять! — Говори, поганец! Не то точно задушу!

— Кровь Дракона, — прошептал тот, закрывая глаза.

Э нет! Будь со мной! Открой глаза! Хорошо бы еще стрелу извлечь, но боюсь, он от моих усилий только больше крови потеряет. Пусть сначала про противоядие расскажет!

— Вся кровь? — Я опять злобно тряхнула распростертое тело.

— Нет, — еле слышно прошептал Норри. — Совсем чуть-чуть из вены… на рану…

И все?! Так просто? Нет проблем! Сломав древко, я удалила стрелу. Не знаю, кому в результате моих манипуляций было хуже, пациенту или врачу. Руки тряслись и дрожали. Говоришь, кровь Дракона и прямо на рану? Просто и без затей? Попробуем! Эх, жаль, нет времени Лерри звать! Перевернув Норри на спину, я расположилась над ним и, отцепив от его пояса кинжал, сделала разрез на запястье вдоль вены.

— НЕТ! — внезапно широко распахнул глаза эльф. — НЕ СМЕЙ! Твоя кровь даст излеченному большую власть над тобой! Он будет знать все твои слабости, все мысли, желания, предугадывать любые действия и ходы наперед, таким образом, ты вручишь свою жизнь в руки излеченного! Я не могу принять…

Малыш хотел еще что-то сказать, но потерял сознание. Поздно отпираться! Пора, дитя, учиться брать на себя ответственность. Думаешь, не знаю, в чем хотел признаться? Ты собирался меня убить. Еще тогда, до встречи. Стать героем, как считал по наивности. Лерри почему-то в душе этого не одобрял, но по законам чести не мог препятствовать. И мне сейчас по тем же законам рассудка стоит подняться и уйти, оставив тебя умирать. Но я не могу. Мы с Виком уже приняли тебя в семью, а СВОИХ не бросают! И теперь, малыш, пора научиться принимать решения, делать выбор и нести за собственные поступки ответственность. Как и пристало особе королевской крови, будущему правителю и вообще Дракону! Как это делаю я…

Алые капли, казалось, медленно падали в подставленную рану, и — о чудо! — посинение стало постепенно проходить, кожа приобретала привычный здоровый оттенок, края раны потихоньку поползли друг к другу, срастаясь и восстанавливаясь прямо на глазах. И вот уже только разорванная одежда напоминает о случившемся. Последняя капля упала на грудь эльфа и мгновенно впиталась! Я с удивлением посмотрела на собственный порез. Моя рука регенерировала не хуже чем у монстров в фильмах ужасов! Обалдеть!

Юный ванн Дерт судорожно вздохнул и открыл глаза.

— Зачем ты это сделала? — прошептал он. — Ты же больше не несла за меня ответственности перед Лерри! Да и он не имел бы права требовать твоей крови в любом случае. Это была моя оплошность. Я нарвался на стрелу.

— Так ты желал умереть? — осведомилась ваша покорная слуга, опускаясь на землю. — Извини!

— Нет, — признался Норри, приподнимаясь на локтях и нависая надо мной. — Я очень хотел жить. Но я же, кажется, успел тебя предупредить!

— Ну ты нахал! Тебя от смерти спасли, а ты еще наезжаешь!

— Просто, — потупился малыш, — просто я хотел тебя убить… Раньше…

— Я знаю.

— ЧТО?! — опешил он. — И ты все равно дала мне в руки смертельно опасное для себя оружие?! Почему?

— Потому что мы с Виком уже приняли тебя в семью, считали СВОИМ, а СВОИХ — не бросают! Их вытягивают хоть с того света. Понял? Для нас родной очаг и близкие люди очень много значат, я уже говорила тебе об этом. Но не волнуйся. Мы не навязываемся. Сейчас у тебя есть выбор: ты можешь либо остаться при своих намерениях и высказать их открыто, либо включить в свою жизнь нас. Мы примем любое решение. Это ТВОЯ жизнь! ТВОЕ решение.

— А вы примете меня? — вдруг робко осведомился парень. — Нет, не поймите неправильно, я очень люблю дядю. Он заменил мне все. Я его наследник. Но с вами… Мне еще никогда не было так весело, так тепло и уютно… Меня никто не избегал, не презирал, не издевался надо мной… Впервые в жизни я чувствовал, что меня понимают… Не осуждают. И даже поддерживают! Раньше только дядя воспринимал меня таким, какой я есть. Лорд Венатор — чудесный брат. Я всегда мечтал о таком. А вы… это просто вы… Но сможете ли вы меня принять после того, что я собирался сделать?

— Да, если ты искренне изменил свое решение и действительно хочешь принадлежать к нашей семье.

— А Лерри? Я не могу его предать!

— Никто не просит тебя отказываться от того, что ты уже имеешь. Ты лишь можешь открыть для себя новую семью. Живи с дядей. Будь наследником эльфийского престола, просто одновременно станешь вхож в дом Дракона.

— Я бы с удовольствием! — признался Норри. — Но сначала надо сделать еще кое-что.

С этими словами он взял мою только что зажившую кисть, рассек снова и, полоснув по своей, сложил наши руки порезами друг к другу.

— Со своей кровью я даю тебе все лучшие качества эльфийской расы, но самое главное — я даю тебе в обмен свою жизнь. Отныне никто и никогда не сможет воспользоваться мною, чтобы причинить тебе вред, ибо это сразу же убьет и меня. Думаю, лишняя страховка не помешает.

— Ты как никогда прав! — ухмыльнулась ваша покорная слуга.

Эльф помолчал, а затем вновь поднял на меня голубые глазищи.

— Теперь я могу носить титул официально признанного бастарда дома Драконов? — робко уточнил он. — Вы признаете меня своим братом, миледи?

«Знаешь, хозяйка, — прошептало левое полушарие, — может, вы и похожи друг на друга как ежик на дикобраза, но глаза у него как раз-то твои, такие же большие, вредные и хитрые!»

— Признаю, — хрипло произнесла я ритуальную фразу.

Эльф радостно взвизгнул и порывисто обнял меня. Отчего затрещали все косточки. Дитя! Ну ей-богу! Ой, мама! Сейчас задушит! Осознав, что еще чуть-чуть — и сестры не станет, малыш отпустил новоприобретенную кровинку и лег рядом, все еще сияя как начищенный чайник.

«И улыбка тоже твоя, хозяйка!»

— Ой! — просиял парень. — У тебя моя улыбка! И ямочка на щеке, когда смеешься!

— Это все папино.

— Ты, говорят, на него очень похожа. Какой он?

— Приезжай в замок — покажу и, если хочешь, познакомить могу. Портрет Аргелла хочешь увидеть?

— Ага! Слушай, а у тебя есть такая круглая родинка вот тут, на животе? Я еще думал в детстве, что она у всех эльфов есть, пока в ванной за дядиной любовницей не подсмотрел! Ох и визгу было!

— А что Лерри? — отсмеявшись, уточнила я.

— Ничего, — признался Норри, — правда, мне тогда четыре года было, дядя промолчал, но, наверное, в уме зарубку на будущее сделал, потому что всерьез занялся моим воспитанием.

— И вижу, безуспешно!

Братец плутовато улыбнулся и вдруг полез проверять, есть ли у меня эта самая родинка. И, обнаружив признак Дракона, пришел в неописуемый восторг.

«Да, — вздохнуло левое полушарие. — Еще одно дитя на нашу голову!»

Я вздохнула и прикрыла глаза. Нестерпимо хотелось спать.

— Что с тобой? — вдруг встревожился Норри.

— Малыш, сегодня я повела войска в бой, развлекала врага беседой, превратилась в дракона, разрушила замок, научилась летать, а также приземляться, спасла тебя, а до этого всю ночь бодрствовала в компании с одним симпатичным оборотнем. Как ты думаешь, устала ли я после этого? — К концу тирады ваша покорная слуга просто провалилась в сон.

Где-то уже на грани реальности я услышала горестный вздох, почувствовала легкое прикосновение чьих-то губ к своим, а затем тело подхватил ураган и, оторвав от земли, понес прочь…

* * *

Всё — когда под портретом появилась вторая дата.

За стальным блестящим столом сидели два странных существа. Словно два расплывчатых облака. Как ни странно, находиться рядом с ними было тепло и приятно, словно рядом с родителями.

— Алекс, ты не боишься, что наши дети могут погибнуть? Все-таки мир Аргелла довольно жесток!

— Нормальный мир, Олег, не страшней зоопарка. Кстати, мне сообщили, что малышка потихоньку осваивает боевую трансформацию.

— Мне все равно тревожно.

— Олег, пусть учатся самостоятельно искать выход из любой ситуации. Грядет грандиозная война, и на счету будет каждый воин. Так пусть дети практикуются сейчас, чем когда будет уже поздно.

— ОНА СПИТ! — послышался истошный крик над моим ухом.

— А мне ПЛЕВАТЬ! — огрызнулся низкий рычащий тембр.

Раздались звуки жаркой потасовки, и из комнаты вылетели два не совсем хрупких тела. Мама миа! Ну когда же они успокоятся и дадут мне поспать?! Насколько помню, в последний раз над моим бренным телом так орали, когда Норри принес меня в лагерь, после чего, выяснив отношения, братья перенеслись порталом в родной замок и решали, кому из них меня раздевать для сна. Кончилось сие буйство тем, что эльф с Драконом в четыре руки сорвали одежду с сонного тела и заботливо укрыли простынкой. Чего же сейчас им неймется?!

Раздались решительные шаги в направлении ложа, и властная рука сорвала простыню.

— О! — В низком, слегка рычащем голосе послышались мурлыкающие нотки. — Мне нравится, как спят Драконы!

«МОРТИФОР!» — дошло наконец до мозга, и мое тело само подорвалось на метр в высоту с положения лежа. Руки мгновенно потянулись к простынке.

— Доброе утро, красавица! — ухмыльнулся вышеозначенный субъект, без тени смущения присаживаясь на край кровати так, чтобы придавить многострадальное одеяло. Глаза его еще раз внимательно прошлись по моей фигуре, и на губах заиграла лукавая улыбка. — Подумать только, моя любимая пижамка!

Еще один с задатками Дракона! Ну спасибо, братья, удружили! Я еще раз попыталась вырвать простыню из-под ухмыляющегося супостата. М-да, паразит! Словно прочитав мои мысли, тот наконец нехотя приподнялся и горько вздохнул, глядя, как я заворачиваюсь в отвоеванный шелк.

— Зачем пришел?

Оборотень еще раз послал в мою сторону шутливый жаркий взгляд и, не найдя поддержки, притворно вздохнул. Затем вынул из-за пазухи карту и разложил на кровати.

— Думаю, нам пора обсудить границы владений, — произнес он, по-хозяйски растягиваясь на моей кровати, и, приглашая, похлопал по перине. — Я, как благородный рыцарь, подождал бы еще немного, но уж больно долго вы спите, миледи, а мне надо спешить.

— Отвоеванный замок оставляю себе!

— Ладно, — поморщился Черный король. — Хоть первоначально уговор был немного иным, уступаю. Тем более что теперь туда проще экскурсии на руины водить, чем заново его отстраивать.

Еще полчаса мы, согласовывая границы, мирно угрожали друг другу всем, что подворачивалось под руку, истошно спорили, возмущались, ругались. В общем, получали от дипломатии огромное удовольствие. Наконец расхохотались и ударили по рукам.

— Кажется, все!

— Слушай, княжна, — вновь впился в меня своими пронзительными глазами Мортифор, оглядывая простынку. — Помнится, кто-то пометил мои столбики! Может, рассчитаемся?

— Во-первых, это была моя территория!

— Ах, значит, я тебе должен? — ухмыльнулся оборотень, вставая. — Нет проблем! Хоть сейчас!

— Нет, Мортифор Лупус Карнификус. Мы можем это просто забыть?

— Княжна, — мягко произнес он, вздохнув, — это правило установил когда-то один из создателей. Зачем? Не знаю. Видно, кто-то из наших тогда здорово провинился перед творцами. В общем, отменить невозможно. И поверь, за нарушение закона следует крайне неприятная кара. Так что не хочу с этим шутить.

— А отсрочить можно?

Оборотень кивнул:

— Даю тебе полгода, чтобы найти лазейку, если не успеешь, быть тебе мамой или трупом.

— Неужели убьешь?

— Нет, — ухмыльнулся он, — просто это единственная причина, по которой я не смогу осуществить первое.

— Значит, буду стараться.

Вдруг нелюдь резко подался вперед и, схватив за затылок, привлек меня к себе.

— Договор скреплен, — произнес он, прервав поцелуй. — До следующего раза, княжна.

Мортифор направился к выходу. У двери он обернулся:

— И все-таки неправильное ты существо, Драко, другая бы воспользовалась ситуацией.

— У других не столько проблем!

— Большому кораблю — большая торпеда, Дракон, — пожал плечами оборотень и, улыбнувшись, вышел.

Хм, выражение нашего мира. Не нравится мне это! Я попыталась продолжить прерванное занятие, но сон не шел. В душе поселилась непонятная смутная тревога. Что-то не так. Я встала, оделась, нашла Артура Семину и выклянчила артефакт телепорта.

Прав был когда-то один следователь, утверждая, что убийца всегда возвращается на место преступления. Уже битый час ваша покорная слуга задумчиво созерцала двор, где стояло отхожее место. Что-то не сходилось. Чего-то не хватало! Жаль, что я опять впала в беспробудную спячку и братья сразу же перенесли меня в родной замок! По горячим следам можно было бы больше понять.

— Что ты так долго? — Мои плечи привычно обняли родные руки, и Вик передразнил любимую рекламу: — Кормишь туалетного утенка?

Видно, моему управляющему сегодня крупно не повезло, ибо у кого еще Вик мог выклянчить запасной портал?

— Вик, а ты видел останки Михея?

— Шутишь? — хмыкнул кузен. — Его же, наверное, по всей стране разметало! Штаны на юге, голова — на севере!

— Вот именно, должны были остаться хоть какие-то обрывки одежды, кинжалы, цепочки, но ничего нет!

— Шмотки могли сгореть, а драгоценности и оружие приватизировали мародеры.

— На этом месте сильный остаточный магический фон, — раздался звонкий приятный голос. Вик убрал одну руку, и на мое левое плечо легла изящная эльфийская ладонь. — Скорее всего, Туцир здесь держал спрятанный от магов резервный портал.

— Так вот почему он, увидев меня, к туалету кинулся!

— Свет, — хмыкнул Вик, — не хочу тебя расстраивать, но в образе злющего, оскаленного дракона ты производишь неизгладимое впечатление! Ладно-ладно! Не смотрите оба на меня так! Пошутил! Просто мне неприятно думать, что эта крыса могла выжить! Я его с первого взгляда невзлюбил!

— Поверь, ваше чувство взаимно!

— Думаешь, он выжил? — вдруг с надеждой покосился на меня Вик, взвешивая в свободной руке кинжал.

— Я подожгла туалет сразу, как враг в нем скрылся. Но вполне вероятна и такая возможность.

— Ну что ж, — прошипел лорд Венатор. — Если он выжил, то пожалеет об этом!

Братья переглянулись и обменялись многообещающими улыбками. Да, быстро мои родственнички спелись! Мужчины кивнули друг другу и невинно посмотрели на меня. И только сейчас, глядя на них, я впервые увидела себя со стороны и осознала нашу схожесть. Несмотря на то что наши глаза карие, зеленые да синие, они у нас все равно одинаковые: большие и хитрые. Парни прочитали мои мысли и расхохотались. Мы такие разные — и все-таки мы вместе!

— Норри, как нам добраться домой, на Землю?

— Теоретически если миссия выполнена и вас больше здесь ничто не держит, то силой желания!

— Тогда пойдемте в замок, расставим точки над «i».

Союзники как раз собрались в тронном зале, ожидая нашего возвращения. Поблагодарив каждого из них, я подошла к старшему ванн Дерту.

— Лерри, помните, я обещала вам альтернативу погубленной конопле? Так вот, те зловредные сорняки, что растут у вас на клумбах, опийный мак. Как химик, могу посильно помочь в обработке.

— Благодарю, — величественно кивнул эльф.

— Ах да! — Я приняла от Артура орты и знаменитую книгу, которую Мортифору удалось спасти. — Возвращаю вам ваши вещи, большое спасибо.

— Оставьте их себе, — милостиво кивнул эльфийский владыка, — в качестве подарка по случаю помолвки.

Ух ты! И когда успел, ушастый? Впрочем, рада за него.

— Поздравляю!

— И я вас! — вдруг хищно улыбнулся эльф.

— Что? — опешила ваша покорная слуга.

«Хозяйка, что на этот раз ты сделала не так?!» — прошипело левое полушарие.

«Ик! — отозвался спинной мозг. — Не к добру это!»

— Если девушка забирает у мужчины орты, — любезно пояснил Лерри, — то таким образом она предлагает ему себя в качестве супруги. И если избранник обратно свое оружие не принимает, то таким образом соглашается на брак. Так вот, миледи, оставьте мои орты себе!

— Но ведь я не эльфийка!

— А какая разница, если кандидатура подходящая? — философски пожал плечами ушастый интриган, убирая руки за спину.

Блин! Опять вляпалась! А ведь еще с Мортифором не разобралась!

— Ты знал?! — обернулась я к Норри.

— Конечно! — с невинным видом ответил он.

— Тогда почему не сказал?!

— Сначала из вредности, а потом забыл, — признался парень. — А теперь считаю, что моя святая обязанность брата хорошо пристроить тебя в жизни. А дядя — хорошая кандидатура.

— Зря я тебя в поле не оставила! Так, Лерри, забирайте свои вещи, а то не буду работать с маком!

— Но вы же обещали! — возмутился правитель.

— Я дала слово оказать посильную помощь, но не максимальную!

— Но я же заплачу!

— По полной программе, невзирая на возможное будущее родство? — оживился Вик.

— Естественно, — кивнул эльф.

— Чудесно! — сверкнул глазами Вик.

— Вить, — попыталась я остановить его.

— Не лезь, Света, — отмахнулся он, — иди погуляй, а мы тут поговорим с хорошим богатым эльфом.

— Вить!

— Свет, я уже буквально сроднился с будущими деньгами! Я даже слышу, как они зовут меня папой! Иди погуляй в сторонке, а мы тут оговорим все нюансы.

— И не стыдно продавать сестру?

— Я не продаю, а временно сдаю в хорошие руки!

Зла на них нет! Вот бы он Ладу так рьяно пристраивал! Хотя теперь ее под свою опеку забрал настоящий отец — Нох-рам-Лукуш! Думаю, в скором времени моя зазноба выйдет замуж за какого-нибудь герцога или графа и будет жить с ним долго и счастливо, пока не закопает благоверного на ближайшие пятьсот лет…

Братья продолжали усиленно обсуждать договор с эльфийским правителем. А в моей голове рождались все новые и новые вопросы. Во-первых, куда делся Кейси, пока я спала? Почему Михей безошибочно разгадал наш план? Нас кто-то предал? И как братья сумели сбежать от конвоиров? Каким образом удрал из замка Мортифор? От обилия тревожных мыслей в висках стало покалывать.

Ладно, обо всем этом спрошу у братьев, когда те освободятся, а пока пойду посижу у фонтана. Я сделала шаг на улицу и оказалась на пляже! Настоящий крымский пляж! Вот и наше с Виком любимое место с брошенными вещами, которые мы так и не успели забрать, убегая! Неужели за то время, пока мы носились по Гее, наши шмотки никому не понадобились? Обалдеть! Хотя сомневаюсь, что наше добро столько пролежало и осталось неприкосновенным. Может, нам попалась временная петля?

Солнце уже встало из-за горизонта, но народ еще только-только начинал подтягиваться. Стало припекать. Недолго думая я переоделась, расстелила покрывало, легла и блаженно закрыла глаза. Обо всех проблемах подумаю завтра! Наконец-то тишина и покой.

— Ты был прав! — раздался надо мной певучий голос сводного брата. — Здесь рай для мужчин!

— Да ладно, — отозвался второй до боли знакомый голос, и по обе стороны от меня растянулись два родных тела.

Забавно, когда-то давным-давно я мечтала о старшем братике и даже собрала мамины вещи в чемодан, заявив, чтобы без него не возвращалась. Естественно, мой каприз не исполнился. Зря, пожалуй, я перелопатила все грядки с капустой в деревне. И аист, лентяй, заказ не принес, а о Дедушке Морозе вообще молчу…

Кто же знал, что в тот момент, когда я впервые открыла глаза, моя мечта уже исполнилась? Где-то рядом почти одновременно с вашей покорной слугой надрывался в крике от возмущения этим холодным непонятным миром маленький Вик.

А потом мы лежали в кроватках и думали о возвышенном, а именно: о натуральном мамином молоке и о том, что теперь перед сном было бы неплохо его покушать, — а эта толстая тетка в белом халате ничего не понимает…

А в другом измерении нянчился с ушастым свертком безутешный эльф…

Мама, папа, дядя Олег, тетя Ира — никакая это не дружба, а самая настоящая большая, странная, буйная семейка, появившаяся благодаря союзу дракона и одной удивительно красивой, но очень упрямой женщины. И, наверное, она была очень умной, раз смогла завоевать сердце любвеобильного ящера и даже спровоцировать того на предложение. То, чего не добились рыцари и терминаторы в латах, смогла сделать одна хрупкая, слабая женщина. И кто же знал, что этот брак положит начало одному веселому, буйному, находчивому, но крайне вредному и мерзопакостному роду…

Мы такие разные, и все-таки мы вместе! Мы — семья, и это прекрасно, восхитительно, достойно лучших слов. И за это можно бороться, рискуя жизнью, за это стоит стоять до конца. Мир существует, пока есть близкие люди, любовь и родственные узы.

ЭПИЛОГ

Папина машина уже час весело мчалась по проселочной дороге.

— Мне нужно с тобой серьезно поговорить, — наконец оторвался от руля князь Александр. Все это время родитель озабоченно смотрел вперед, нервно вцепившись в баранку. — Ты уже выросла, — осторожно начал он.

— Если ты о том, что вы меня не в капусте нашли, то я уже знаю.

— Нет, — нервно улыбнулся отец, — мы с мамой тебя сделали вполне традиционным способом.

— Что ж, — ехидно проворчала я, — спасибо, что не отклонялись от общепринятой схемы!

— Ты как со мной разговариваешь?! — возмутился предок, но глаза выдали смешинки. — Вырастил на свою голову, понимаешь ли! Никакого уважения! И вообще, на тему детей мы с тобой, помнится, уже на шестнадцатилетие разговаривали, когда бесстыжему детенышу была поставлена задача освоить технику правильного пития спиртных напитков!

— Спешу сообщить старшему командному звену, что оная уже успешно освоена, проверена и даже сдан экзамен по устранению похмелья! Так что, дражайший родитель, можете спать спокойно: фамильные знания не пропадут и со всей ответственностью будут переданы благодарным потомкам!

— Прекрасно! И все-таки мне с тобой серьезно надо поговорить!

Ой! Неужели ему рассказали о наших похождениях в мире Аргелла?

— Да знаю я о твоей геройской одиссее! — отмахнулся отец. — Слушай сюда, малыш: к нам идут огромные…

P.S. В темном зале собрались почти все достойные представители великой расы эргов.

— Я слушаю, — произнес старший из них.

— Великий магистр, проект завоевания Геи провалился! — испуганно пролепетал нижайший слуга.

— ЧТО?!

— Все маленький Дракон, точнее, она очень большой получается, когда трансформируется… Она… она устранила нашего ставленника.

— Ты хочешь сказать, что нынешняя Драко, эта пигалица, разрушила наш план?!

— Да, мой господин! У нее везде родственники! Эта их Драконья привычка плодить всюду где ни плюнь бастардов, а бабы…

— Довольно! Я не хочу это слышать! Вот уже сто пятьдесят пять лет Драконы не совали нос куда не следует!

— Так то ж были мужчины, а теперь опять родилась баба!

— И вы не смогли справиться с беззащитной, хрупкой женщиной?!

— Это не женщина, это Дракон! Три тонны агрессии и полная пасть зубов! Настоящая гадина!

— И что она сделала с Михеем? — насмешливо фыркнула фигура на троне. — Покусала? Соблазнила?

— Взорвала в туалете…

— Стоп! Не продолжай! Уволь от подробностей!

— Но, возможно, он выжил! Тело так и не нашли! К тому же…

— Я сказал ХВАТИТ! Не желаю слушать о проделках этой бестии, искупавшей мою гениальную идею в дерьме! Кажется, ты говорил, у нас есть запасной вариант?

— Да! Ведь остался жить Носящий перстень. Мужчина все еще под контролем. Почему бы не разыграть партию с ним? Мы все равно откроем врата, мой господин!

— Хорошо, — вздохнул магистр, — действуйте. И еще… — Он поднял палец. — Этот ваш маленький Дракон… Если данная дрянь снова влезет туда, куда не надо, я вас убью!

— Но это же их мир! Драконы не смогут стоять в стороне!

— Тогда уничтожьте их! Истребите даже память о мерзких ящерах!

КНИГА 2. ПОЛТОРА ЭЛИТНЫХ МЕТРА, ИЛИ ПОЛУЧИТЕ БОДРОГО ДРАКОНА!

Посвящается всем моим друзьям. И особенно: Рябининой Виктории Викторовне, без участия которой не появилась бы серия про Драконов, Сауткиной Анне Валерьевне, которая постоянно подталкивала меня «не писать в стол», Иванец Марине Григорьевне и Трисс Меригольд за мужественное отлавливание «блох», Кашириной Елене Алексеевне за вылавливание тех блох и тараканов, которые уцелели после нашей любительской охоты, а также Диментову Борису Лейбовичу («дяде Боре») за дельные советы и помощь.

Автор

Дорогие читатели!

Данная книга написана по-прежнему в соавторстве с моим милым цензором — попугаем Кириллом, поэтому все претензии, как обычно, прошу предъявлять… мне. Поживу — увижу, доживу — узнаю, выживу — учту!

Часть первая

ЗАКЛЯТИЕ ДОМА ДРАКОНОВ

1

Сколько волка ни корми, всех лосей заповедника на него не спишешь.

Н. Кублицкий

— А может, натурой возьмешь? — раздался в трубке мобильного телефона робкий голос очередного клиента.

Да, похоже, некоторые вещи никогда не меняются! Вот уже третий «гений мысли» за последние полгода! Эта песня хороша — приступай сначала! Никакого разнообразия и креативности в логике заочников, скинувших мне свои контрольные. Интересно, данный экземпляр будет как предыдущие заказчики или все-таки окажется оригинальным и предложит еду?

— Молодой человек, — терпеливо вздохнула я. — Ведь я вас с первой встречи предупреждала, что не взимаю оброк сомнительными продуктами!

Хотя с тех пор, как в моем доме обосновался вечно голодный, ушастый, блондинистый «бедный родственник», можно пересмотреть и этот пункт.

— Я имею в виду ЭТО, — конфузливо пояснил находчивый юноша.

— ЭТО, это в какой валюте? — мстительно сощурилось левое полушарие мозга. — В долларах, рублях, евро? Я тебе контрольную решила, заплати, как договаривались!

— Ну что ты за человек?! — возмущенно отозвались из трубки.

— Я — студент! — язвительно откликнулась ваша покорная слуга. — И вдобавок ко всему женского пола! Так что мой тебе совет: заплати, иначе я твои контрольные в унитаз спущу!

Мой собеседник затравленно икнул, и в следующую секунду в трубке телефона раздались короткие гудки. Будем надеяться, мальчик побежал спешно собирать деньги. Да, злая я, каюсь. Но что поделаешь? Не обижайте студентов, потому что они и так студенты! Мои уши предательски загорелись. Хм, верный признак того, что нынешний клиент поминает сейчас меня самыми последними названиями, и слово «человек» в них вряд ли фигурирует. Хотя, если задуматься, я и вправду не человек. Я — дракон.

Итак, давайте знакомиться. Меня зовут Светлана Александровна Балаур. Моя фамилия означает «дракон», и скажи кто полгода назад, что я на самом деле большой зубастый агрессивный ящер, рассмеялась бы тому в лицо. Но, увы, за последние полгода моя жизнь круто изменилась. Как выяснилось, в параллельном мире (Гее) у меня есть фамильный замок, вотчины, войска и даже подданные, а сама я являюсь высокородной княжной. Полное свое имя почти запомнила, вот только так и не научилась выговаривать, не спотыкаясь на словах. Ну да визитерам еще хуже. Думаю, «госпожа Сангиус Ангуис Торта Орис-Беллигеро Омаг-морт Драко, правящая династия» звучит вполне гордо. Каждое слово в данном зубодробительном титуле несет определенный смысл и сообщает незнакомцам о способностях обладателя.

Таким образом, мое длинное имечко говорит, что ваша покорная слуга является законнорожденной, настоящей кровной дочерью отца-дракона, ныне правящей княжной, со способностями лекаря и мага-некроманта, хранительницей родового имени и корня, верховным воином дома Драконов. И все это помещается в эдаких полутора амбициозных метрах! Что касается моего милого нежно и горячо любимого двоюродного брата Виктора, то он после просмотра КВН иначе, чем «полтора элитных метра», отказывается меня называть.

Да, моя великая безумная детская мечта сбылась: я больше не единственный ребенок! Теперь у меня есть двоюродный брат Виктор и один сводный брат Норри. Точнее, мое заветное желание исполнилось еще давно и с лихвой. Просто я об этом не знала! Учитывая любвеобильную природу моего папы и дяди, а также их решительный и деятельный характер, чисто теоретически получается, у меня на Гее каждый десятый — сводный братик или сестричка. А потому определить точное количество родственников в мире Аргелла (на Гее, другим словом) крайне затруднительно.

С Виктором Олеговичем Охотником, моим кузеном и по совместительству лордом Венатором, потомком великих охотников на драконов, мы дружим с самого рождения, которое выпало у нас на один и тот же день. Естественно, то, что мы родственники, заботливые папаши скрыли, хотя и растили каждого из нас как своего собственного ребенка, воспитывая с равной любовью и теплотой. А так как наши квартиры соседствуют, и мы с Виком практически все время проводили вместе, то еще в садике мой дорогой братик со всей страстью детского максимализма решил непременно жениться на своей подружке Свете.

В школьные годы его решение окрепло, а к двадцати годам сформировалось окончательно. Итак, наметив будущую жену и приблизительную дату знаменательного события (лет эдак в двадцать семь — двадцать восемь), братик начал отчаянно выгуливаться, не забывая при этом отваживать моих поклонников. Надо признаться, делал он это профессионально. После его протянутой для рукопожатия руки и «дружеской» улыбки несчастные исчезали из моей жизни как тени.

Особенно намучился кузен с моей последней пассией — Мишей. Во время ухаживания моему молодому человеку пришлось пройти и огонь, и воду, и летящее дефиле Витькиных подружек. Наиболее трудно, полагаю, далось последнее, ибо девушек братик отбирал таких, что даже мертвый не останется равнодушным, а пройти мимо них — чистой воды измывательство над мужской природой. Однако небеса наградили меня упертым поклонником! А когда тот сделал предложение, друг детства окончательно забил тревогу.

Гениально устранив соперника, Виктор Олегович уже радостно потирал ладони в предвкушении совместного отдыха, на котором, судя по всему, планировалось мое великое соблазнение. Однако судьба подкинула парню очередной гигантский облом: мы попали на Гею, прямо в фамильный замок, где братик узнал, что чуть не совратил родную кровинку.

Конечно, на Гее близкородственные браки не считаются чем-то из ряда вон выходящим, наоборот, даже поощряются и оправдываются такими громкими лозунгами, как «чистота линии» и «сохранность породы». Любой средний по силе маг устранит все нежелательные мутации, возникающие при инцесте, отчего в мире Аргелла вполне обыденная ситуация, когда братик тащит под венец сестричку, отец дочку, а мама сына (последний случай очень редок). Женитьба на двоюродных, троюродных и прочих родичах как проблема вообще не рассматривается. Другое дело, что нас с Виком воспитали по-другому.

Для меня брат — святое. Моральные принципы и ценности кузена точно такие же, поэтому другу пришлось срочно корректировать свой матримониальный план. Пересмотрев жизненные ценности и идеалы, лорд Венатор осознал причины, побуждавшие его желать такого союза. Подсознательно понимая, что настанет день, когда наши пути разойдутся, он решил удержать меня подле себя самым известным и распространенным способом — замужеством, а также скрепить великую дружбу наших родителей настоящим родством.

Благо я безупречно подходила для роли супруги. У нас одинаковые вкусы, увлечения, взгляды на жизнь. Мы превосходно ладим и понимаем друг друга с полуслова. С возрастом люди меняются, и счастлив тот, кого эти изменения не делают чужими. В данном плане мы были везунчиками. Драконья природа помогала нам развиваться в одном направлении, учиться смотреть в одну сторону. Мы разные, где-то прямо противоположные, но общие точки соприкосновения помогали нам уживаться и идеально дополнять один другого. Молчу уже о том, что Вика вполне устраивали моя внешность и характер.

Становясь старше и сравнивая меня с другими девушками, друг лишь еще сильнее уверялся в собственном выборе. И хотя его любовь ко мне была больше братской, Витька твердо вознамерился сделать меня матерью своих детей.

Новоиспеченное родство заметно огорчило друга. Сужу по тому, как Вик, едва вернувшись домой, отвел папу с дядей в сторонку и, зажав в угол, злобно прошипел: «Ну, спасибо, мужики, удружили! Где я еще себе такую жену, как Света, достану?!» «Деда за любвеобильность благодари! Чего ты нас третируешь?» — фыркнул дядя Олег. «У-у-у! Драконы!» — сжал кулаки кузен, сдерживая другие, менее цензурные слова.

После нашего насыщенного отдыха, от которого я до сих пор отойти не могу, папаши объявили маме и тете Ире, что являются сводными братьями. Дескать, недавно заметили, что удивительно похожи и по приколу решили сделать анализ на ДНК, а там такие интересные результаты! Мамаши вздохнули (видно, тоже хотели нас с Виком поженить) и принялись хлопотать над «дитятками» с удвоенной теплотой и заботой. В итоге теперь Витька опустошает свой холодильник, а потом идет подчищать наш.

Молодой растущий мужской организм, блин! Ведь уже давно под метр восемьдесят семь вымахал, а все равно ест как не в себя! И куда только лишние калории деваются? Хотя догадываюсь, конечно, в какую энергию трансформируются поглощенные продукты, но озвучивать не буду, ибо Машенька, Олечка, Леночка, Дашенька и еще не помню кто, меня не простят.

Правда, с некоторых пор у кузена появился конкурент — Норри, мой второй сводный братец-полуэльф. Однако тут скорее не соперничество, а «напарничество». Похожий на принцев со сказочных гравюр золотистый блондин с голубыми глазами не только пользуется огромным успехом у девушек, но и обладает таким же неуемным драконьим аппетитом. В результате братья быстро спелись еще на Гее, а на Земле их дружба окончательно укрепилась.

Наличие компаньона особо радовало Вика. Ведь если раньше я хоть и могла посидеть с ним за компанию в час ночи на кухне, то совместный поход по бабам из-за моей нормальной ориентации, увы, исключался. Теперь же братья в перерывах между татаро-монгольскими набегами на холодильники развлекались вовсю, к великому умилению отца и дяди Олега.

Появился в нашем доме малыш практически сразу после отдыха в Крыму. Провожая нас на автобус, эльфенок заявил, что хочет познакомиться с остальной семьей. Папаши так и не решились сказать маме и тете Ире, что приехавший к нам погостить «их племянник с Украины» на самом деле наш с Виком сводный братец-полуэльф из параллельного мира. И, подозреваю, они не столько заботились о психическом состоянии жен, сколько боялись обнародовать факт отцовства. Пусть это было давно, пусть в параллельном мире, пусть и с нечеловеком… Но, хоть ты и дракон, хоть и великий да могущественный, с разгневанной женщиной лучше не связываться. Мы, слабый пол, в некоторых вопросах вообще крайне злопамятные, мстительные и опасные создания. Наверное, именно великолепное знание нашей натуры и помогло драконам выжить до сих пор.

Зазвонивший мобильник вывел меня из задумчивости. Неужели клиент опомнился?

— Привет, — раздался в трубке мамин голос, — что делаешь?

— Нервничаю, — честно призналась я.

И, правда, до самого главного в моей жизни события осталось чуть больше часа. Желудок нервно взвыл и скукожился. ГОСЭКЗАМЕН! Как много сказано этим словом! Семь видов химии, на каждую по три листа вопросов, напечатанных мелким, компактным шрифтом. Когда месяц назад я взглянула на башню из тридцати трех учебников и прикинула, как бы всю эту информацию загрузить в мозг, последний взбунтовался. Выразили свое «фи» и ранее загруженные в голову знания, язвительно заявив: «Извини, хозяйка, но мест нет!» Однако не быть мне драконом, если б я так быстро сдалась! Прихватив все необходимое, я перенеслась на Гею, где время текло существенно медленнее, и, запершись в комнате, принялась за подготовку.

За столетия сосуществования с хозяевами-Драконами невозмутимые слуги привыкли ко всему: и к непредсказуемости господ, и к опасному нраву прекрасных властительниц рода Драко, и к «женским дням», на время которых весь замок переходил на специальный режим, предназначенный для выживания в особо критических, аварийных и экстремальных условиях. Но к чему подданные оказались не готовы, так это к ГОСу!

Что означает сие жуткое слово, никто не знал, но общей массой решили, что это нечто уж очень кошмарное, раз заставляет их владычицу так трепетать да дрожать. Челядь с ужасом наблюдала в замочную скважину за запершейся в спальне взвинченной госпожой, трясущейся над священными артефактами под названием «конспекты» и время от времени повторяющей какие-то страшные проклятия типа «ядерный парамагнитный резонанс», «теория кристаллического поля». А так как с каждым днем мои нервы, а, следовательно, и нервы слуг накручивались до предела, то бедные с нетерпением молились, чтобы это несчастье по имени ГОС поскорее кончилось, и замок вернулся к нормальному укладу! Ибо одно дело перетерпеть специальный режим недельку, а другое — жить в нем добрых два месяца!

Время на Гее — это что-то кошмарное и из ряда вон выходящее (собственно, как и сам мирок). Когда на горизонте восходит второе солнце — Глаз Аргелла, время течет хаотично: то быстрее, то медленнее, чем на Земле, то минута в минуту. Никакие законы физики в этот период не действуют, поэтому огнестрельное оружие на Гее распространения не получило. Ибо не знаешь, в какой момент и как оно отреагирует. Вдруг взорвется в твоих же руках?

И лишь когда Глаз Аргелла покидает горизонт, оставляя место постоянному солнцу, наступает относительный порядок с законами физики, а время начинает вести себя прилично и течь в два раза медленнее, чем на Земле. В итоге одни земные сутки эквивалентны сорока восьми часам на Гее, чем я бессовестно и пользовалась, готовясь к экзамену (мне повезло со стабильным временем, Глаз Аргелла зашел ровно за ночь до моего первого пришествия в мирок).

Можно было бы, конечно, попросить Артура Семину, моего управляющего, придворного чародея и лекаря, сотворить временную петлю, как он сделал в наше первое пришествие, когда тринадцать дней соответствовало десяти часам на Земле. Но зачем зря напрягать человека? Оставим лучше этот способ для решения более насущных и глобальных проблем.

Тем временем мама, не дождавшись развития беседы с моей стороны, вздохнула и решила сменить тему:

— Как там Коленька?

Николай — это Норри в интерпретации на русский язык.

— Нормально, — отозвалась я, глядя на подтянутые мужские ягодицы, торчащие из-за дверцы холодильника, в котором мой эльфийский братик вот уже двадцать минут что-то деловито и увлеченно лопал. — Как всегда охотится в холодильнике.

— Бедный мальчик! Что же он в нем найдет? — ужаснулась родительница, припомнив пустующие полки. — Там еще с утра мышь повесилась!

— Вот на нее он и охотится!

— Сало кончилось! — скорбно проинформировал брат, оторвавшись от своего занятия.

— Мам, тебе привет от Коленьки, — перевела я.

— Хорошо, — понимающе усмехнулась мама, — передай мальчику, что в два часа дня тетя Ира печет пирожки на всю семью, а я его с Витенькой вечером покормлю. Пока. Удачи, доча.

В трубке раздались короткие гудки. Норри тем временем вынырнул из холодильника и с удрученным видом взглянул на меня, гипнотизируя огромными сапфировыми очами.

— А покушать совсем ничего не осталось? — жалобно уточнил он.

«Вот до чего ГОС довел, — ехидно отозвалась совесть. — С самого утра брат некормленый ходит!»

«Ничего! — возразило левое полушарие. — Переживет! У него был плотный первый, второй и третий завтрак, и это, не считая нынешнего перекуса! Исходя из моих теоретических подсчетов, до ужина дотянет!»

Я еще раз взглянула на тонкого и звонкого эльфа, только что умявшего здоровенный шмат соленого сала, которое нам прислали настоящие (в отличие от липового Норри) родственники с Украины и которое вот уже три месяца благополучно выдерживало нападки двух взрослых здоровенных драконов, но не пережило встречи с одним хрупким, изящным представителем лесного народа.

«Раньше он столько не ел!» — заметило правое полушарие, обращая внимание на тот факт, что теперь почти все мои заработки уходили на питание одного блондина.

«Прежде при нас он не успевал так активно выгуливаться!» — парировала левая половинка мозга, намекая на вполне традиционное времяпрепровождение двух молодых, не обремененных какими-либо серьезными обязательствами драконов.

Тем временем братец, осознав, что жалобный вид, увы, больше не работает, решил перейти к тяжелой артиллерии.

— А может, омлетик поджаришь? — с надеждой измученного голодом страдальца попросил он. И где так внешностью научился спекулировать?

— Извини, милый, мне пора выезжать, на ГОС лучше не опаздывать. Попробуй что-нибудь сварганить себе сам.

Новость о тети-Ириных пирожках немного взбодрила эльфенка, а я, подхватив вещи, помчалась в универ.

Улица дохнула колючим, промозглым ветром в лицо. Февраль. Минус двадцать. Из-за большой влажности холод пробирает до костей. «Хозяин собаку не выгонит, а нам экзамен поставили!» — проворчало левое полушарие.

Интересно, как там Вик? Кузен вчера уехал к другу на свадьбу в другой город. Так как добираться на поезде в такой мороз было и неприятно, и неудобно, Витька взял машину дяди Олега. Сегодня должен вернуться. Хотя, зная природу брата да его магнетическое обаяние, раньше обеда парня можно не ждать.

На выходе из троллейбуса какой-то хлыщ рискнул здоровьем и попытался вырвать у меня из рук сумочку с конспектами! Каков же шок был у мужика, когда хрупкая, беззащитная девочка не только не отпустила «добычу», но еще и дернула ту к себе так, что вор поскользнулся и приложился копчиком о мостовую. Наверное, в тот момент в моих глазах загорелись алые огоньки, ибо, уже отойдя метра на два, внутренним зрением почувствовала, как злоумышленник торопливо перекрестился, сплевывая и бормоча под нос: «Свят-свят-свят!» Сам виноват! Нечего было на дракона нарываться! Особенно такого, у которого на носу экзамен жизни! Нервная я сегодня!

И вообще, после того как, сражаясь со своим врагом Михеем эль Туциром, я обернулась злобным зубастым ящером и разгромила замок, мой организм стал резко перестраиваться, знаменуя последнюю стадию взросления дракона — Пробуждение боевой трансформации. До этого все мои способности и таланты находились в спящем, латентном, так сказать, состоянии. Например, предчувствие будущих событий и «чувство правды», благодаря которому легко распознать ложь собеседника, оказались обычными качествами драконов, а я, наивная, полагала, что у меня хорошо развитая интуиция. Наше с Виком взаимопонимание, даже большее, чем связь близнецов, всего лишь результат родственной близости, усиленной проведенным вместе детством.

Драконы в присутствии друг друга начинают стремительно развиваться, не только достигая уровня самого умного и опытного в их кругу индивида, но и значительно прогрессируя далее. Если детеныши ящеров растут вместе, то между ними всегда устанавливается ментальная связь. А если они к тому же еще и родственники, то такие драконы могут действовать как единое целое. У них одни мысли на двоих, одни чувства, одни ощущения. Неудивительно, что Вик поначалу принял нашу связь за любовь. К сожалению, в книгах о драконах очень нелестные отзывы — дескать, из-за своей мстительности, жестокости и агрессивности по отношению друг к другу рептилии не стремятся воспитывать собственное потомство вместе.

Из доступных источников информации выяснилось также, что драконы обладают уникальным даром чувствовать природу и свойства магических артефактов, драгоценных камней, благородных металлов. А я-то, наивная, считала, что золото и украшения люблю в силу принадлежности к слабому полу! А оказалось, я их подбирала так, чтобы они помогали мне в той или иной ситуации. Изумруд — для ясности ума, рубин — накопитель энергии, кошачий глаз — от опасности.

Как выяснилось, в категорию «опасность» оберег включал и преподавателей: браслет из кошачьего глаза исправно холодел при приближении экзаменатора, пытавшегося поймать студентов на списывании. Таким образом, не поднимая головы, я всегда могла знать о передвижении «врага» и вовремя спрятать шпору. Училась я хорошо (даже прекрасно), но, как и все, была человеком со своими маленькими земными радостями, а потому «памятками» не брезговала и писала их всегда. Правда, редко пользовалась.

Самое интересное, что любовь к драгоценностям в последнее время проявилась и у братьев. Хотя с Норри все понятно. Обряд излечения посредством крови дракона не только сильно связывает исцеленного с ящером, но и наделяет того некоторыми качествами и чертами отдавшего кровь. Поэтому неудивительно, что с каждым днем эльфенок все больше и больше становится похожим на меня.

Кстати, знаменитая жадность драконов — не миф. Нам действительно трудно расстаться с накопленными сокровищами, как, впрочем, и со всей остальной собственностью, независимо от времени ее пребывания в лапах потомков Тьмы и Света.[10] Данное качество наиболее ярко выражено у Вика.

То, что драконы — воплощения магии, также оказалось правдой. Побочным эффектом, а скорее достоинством является то, что мы способны колдовать даже без знания формул и заклинаний, одним лишь усилием воли. Правда, для нас с Виком данный раздел пока понятен так же, как квантовая физика для дуба на поляне. Радует то, что волшебство на взрослого, зрелого дракона не действует.

Помимо прочего обострились слух, зрение, обоняние, скорость реакции и движений. Ведь чисто теоретически скорость движения дракона во время атаки достигает шестисот метров в секунду. Узнав это, мы с братьями долго не могли прийти в себя. Да и сейчас верится с трудом. Тем не менее, после того как у каждого из нас возникло внутреннее зрение, позволяющее с закрытыми глазами видеть все, что происходит вокруг, мы пересмотрели свое мнение относительно невероятности некоторых вещей. Время от времени начала приходить недюжинная сила боевой трансформации. Теперь в одну из таких частичных трансформаций я могу вышибить ногой стальную дверь или отлупить взрослого мужчину.

К сожалению, пока свойства проявляются хаотично, чаще всего во время стрессов, испуга, злости или волнения, больше мешая, чем помогая. Родитель успокоил, что, как только тело приспособится к новому состоянию, все само собой устаканится. С братьями таких ломок пока не происходило. Может быть, потому, что некоторые свойства драконов они уже научились эксплуатировать вовсю? Например, природное обаяние, силу и ловкость. В любом случае, мечтаю, чтобы это взросление поскорее закончилось, а то от меня в данный момент больше проблем и неприятностей, чем толка. И в первую очередь опасность я представляю для самой себя. А расслабляться нынче нельзя.

Как сообщил мне еще полгода назад отец, грядут большие трудности, стрессы и битвы. Пока ничего более точного родитель сказать не смог, ибо они с дядей Олегом беду больше чувствуют, чем видят. Вероятнее всего, мир снова пытаются захватить. И смею предположить, поработить Гею хотят те прозрачные личности, которых я видела в своих снах. Увы, но на Земле они мне не снились. То ли расстояние велико, то ли задумали чего и затаились. В общем, надо держать ухо востро и быть наготове.

Металлические набойки звонко цокали по мрамору университетской лестницы. Есть у меня примета: перед экзаменом никогда не ездить на лифте. Вдруг застрянет, с моей-то удачливостью? Уф, на шестой этаж добралась без приключений. На площадке народ озабоченно что-то списывал, дописывал, расфасовывал по карманам. Мои друзья сбились в компактный кружочек и что-то сосредоточенно доучивали. При моем появлении они подняли головы, дружно кивнули и расступились, пропуская в кучку.

— Привет, — оторвалась от конспекта Алеся и, глянув на мой левый безымянный палец, присвистнула: — Ничего себе перстень! Где взяла?

— Вчера по выставке камней с братьями гуляли, там и купили, — отозвалась я, тоже невольно заглядываясь на руку.

Серебряное кольцо, сделанное под старину, на первый взгляд смотрелось слегка массивным, но именно в его грубости и резкости проявлялась красота. Но больше всего в украшении завораживал адуляр — натуральный лунный камень: прозрачный, с бледно-голубыми отсветами, он задумчиво мерцал, напоминая загадочный свет ночного солнца. Время от времени камень мутнел, и тогда казалось, будто внутри клубится туман, постепенно концентрируясь, закручиваясь воронкой и перерастая в бурю, словно чей-то дух пытался вырваться на волю. Драконья суть прикипела к камню сразу, едва я его увидела. Удивительно, но стоило примерить кольцо, как адуляр мягко засветился изнутри, а легко надевшийся на палец перстень категорически отказался сниматься. Пришлось братьям раскошелиться и купить дорогой сестричке понравившуюся цацку.

— Начинается! — вздохнул Леша, кивая на лестницу, на которой появились члены комиссии. — Идут!

— Нет, чтобы на лифте поехать и застрять! — сплюнул Андрей.

— Да ладно тебе, — отмахнулась Алеся, — пятнадцать минут осталось! Живем пока!

Вдруг зазвонил мой телефон.

«Вик!» — опознало правое полушарие мелодию, поставленную на брата.

«Надо ответить! — встрепенулось левое полушарие. — Он сейчас за городом и, зная про твой ГОС, просто так не побеспокоил бы!»

«Не к добру это!» — вздохнул спинной мозг.

— Все хорошо? — выпалила я первое свое опасение в трубку телефона.

— Не совсем, — тихо простонал кузен.

— Вить, не пугай меня! С тобой все в порядке?!

— Со мной-то да, но, Свет, я отцовский бумер помял!

— Как? — опешила я.

Машину Вик водит не первый год, причем шофер он первоклассный.

— На нас лось выскочил! И атаковал!

— Не поняла! Что вы ему такого сделали?

— Да ничего! — возмутился друг детства. — Этот буйный был! Сам первый начал!

— Так они сейчас вроде смирные!

— Ага! — перешел на шипение брат. — Этот был бешеным! Рога полтора метра! Представляешь?!

— Стоп! — зависла я, переваривая полученную информацию. — Какие рога у лося в феврале?! Они их, самое позднее, в декабре сбрасывают и до апреля — мая лысыми ходят!

— Да говорю тебе, на моей совести рогатый труп! — взвился Витька.

— Кого?!

— ЛОСЯ! Я же тебе говорил: выскочил на шоссе и давай бодаться!

— А почему труп? Не сошлись характерами? Твой лоб оказался крепче?

— Свет, не издевайся! Мы его почти намертво сбили, а за нами егеря ехали. Олег и говорит: «Сейчас лесники как увидят, что мы натворили, мало не покажется!» А тут еще Санька был немного пьян.

— Так это он был за рулем?

— Нет, я.

— Трезвый?

— Естественно! Я же не пью, только развозил своих оболтусов после свадьбы по домам! Точнее, вез их всех к нам на дачу.

— Что?! Какая дача?! Минус двадцать на улице! У нас же там дубак такой! Кровь стынет в жилах!

— Ой! Что ты! Они прохрапели всю ночь и не заметили! Да и какая кровь может быть после такой попойки! Мы же друга в семейную жизнь провожали! Понимаешь?

— Угу. Однако если у твоих друзей вся физиологическая жидкость в организме на спирт заменилась, как же ты, такой праведный, в выстуженном доме перекантовался?

— Божьей помощью! — буркнул кузен.

— И как звали твою богиню?

— Богиня в ресторане осталась, — вздохнул брат и с оптимизмом добавил: — Завтра в гости звала. На даче я один был.

— И ничего не принимал для сугреву? — прищурилась ваша покорная слуга.

— НЕТ!

— И ты, идеально трезвый, утверждаешь, что на твою машину в феврале набросился рогатый лось?!

— Да правду тебе говорю! Я ехал на допустимой скорости, никого не трогал, а этот выскочил и давай на машину кидаться, как будто я ему сделал чего! Честное слово, не лось — а маньяк какой-то! Он первый начал!

— Ну да, ему есть от чего расстраиваться! У него же рога выросли!

— Свет, не иронизируй! Мы честно не виноваты! Правда, доказать некому. Не кусты же придорожные в свидетели призывать?

— Вы б еще белок привлекли! — огрызнулась я, шокированная новостями.

— Белки спят! — рявкнул брат.

— А, ну да! — машинально отозвалась ваша покорная слуга, — февраль, однако!

— И ночь была! — в тон мне откликнулся кузен. — Короче, чтобы избежать последствий, мы его решили оттащить в придорожные кусты. А он, скотина, нашу идею не понял. И содействовать ее реализации сначала не хотел, но Егор с Димкой ему по башке железной палкой пару раз дали… Честно говоря, я не знал, что папа в багажнике возит набор каких-то массивных железных палок различной величины, топор и большие мешки из полиэтилена… В общем, кое-как мы его уговорили лежать тихо и еле-еле до кустов дотянули. Думали, сдохнем в процессе. Здоровенный с-с-самец оказался! Хорошо еще Егор с Димкой в спортзале по двести пятьдесят кило поднимают, одолели с горем пополам.

— Изверги! А если б вас, таких красивых, егеря догнали и в процессе застали? Что бы вы сказали? Что увидели на дороге спящего лося и решили в сторонку оттащить, чтобы другие машинки его не переехали?

— Нет, мы его, вдрызг пьяного, тащили за рога домой, к жене-лосихе! — съязвил брат. — Слушай, Свет, нас егеря, хвала богам, не догнали, но проблема-то осталась. Я своих охламонов на дачу привез и, пока по комнатам растащил, совсем умаялся и тоже спать завалился. А сегодня утром смотрю и мурашки по коже: бумер мало того, что помятый, в обшивке дырки от рогов, на крыше вмятина, багажник деформирован и не закрывается, заднее стекло треснуло, бампер в крови. Ты случайно не подскажешь, чем это все отдраить? Да и машина после столкновения с животным кошмар на улице Вязов напоминает.

Мое сердце предательски екнуло. Столкнуться на большой скорости с лосем равносильно самоубийству! Да и машинка бы тогда была капитально всмятку, а тут какая-то уж больно оптимистичная картинка получается.

— Слушай, Вик, а с тобой точно все в порядке?

— Да, пара царапин, но в целом нормально. А что?

— А то, что я очень удивляюсь, почему вы остались живы!

— Ты этим недовольна?

— Нет! Что ты! Просто я очень удивлена! И машинка выглядит именно так, как ты сказал? Не хуже?

— Свет, ну зачем мне тебе врать? Это я папе соловьем заливаться буду. А ты же мой адвокат и должна знать ситуацию как есть.

— И ты мне за одиннадцать минут до ГОСа предлагаешь комплексно решить проблему?

— Свет, солнышко, мне только что папа звонил, спросил, как его машинка, я сказал, что загляденье. Помоги, а? С меня же шкуру спустят! С дядей Сашей поговори, может, он чем поможет? Ты же у нас дипломат в семье! А так как у тебя ГОС, то вдвойне прокатить может!

Что, правда, то правда. Есть в нашей семье традиция в случае успешной сдачи экзамена, зачета и тому подобного исполнять желание счастливчика. В пределах разумного, конечно! Книгу приглянувшуюся подарить, любимое блюдо приготовить, домашние обязанности отменить и прочие мелочи. Вот только можно ли Витькину ситуацию отнести к мелочи? А, ладно: попытка не пытка!

— Добро, — наконец смилостивилась я, отрываясь от собственных размышлений. — Перезвони через две минуты.

К счастью, номер отца оказался не занят.

— Как сдал, мелкий? — раздался в трубке его веселый голос.

— Еще только через десять минут будет.

— Тогда чего звонишь? — хмыкнул родитель. — Вряд ли я чем могу помочь. Это только ты у нас химик! И в кого такая?

— В соседа? — чисто машинально брякнула я, решив по привычке позлить. Ведь и без всяких тестов видно, что мы копия друг друга, только одна большая и взрослая, а вторая уменьшенная и женском варианте.

— Э нет! — раздался хохот в ответ. — У ближайшего живущего по соседству дракона тоже «три» по химии, и то потому, что у меня списывал!

— Ладно, пап, — вздохнула я, прерывая шутливый разговор, и решила «рубануть сплеча», — Виктор бумер дяди Олега разбил!

— Как РАЗБИЛ?! — судорожно выдохнул родитель. — Она же БРОНИРОВАННАЯ плюс заклятия прочности и сохранности!

ЧТО?! Так вот почему машина не сильно пострадала! Правда, зачем предкам такое средство передвижения, полагаю, лучше не спрашивать.

— Пап, ну ты же знаешь, что мы все можем! Помоги, пожалуйста! И не говори дяде Олегу, хорошо?

— Так, — уже серьезным голосом произнес отец. — У тебя пять минут, чтобы обрисовать ситуацию и привести веские разумные аргументы, почему я должен это сделать!

Я собралась и попыталась, как можно яснее передать Витькин рассказ, опустив, естественно, скользкие и интригующие подробности. Папа слушал молча. Но по сопению становилось ясно, что влип братик конкретно, а с ним и я.

— И что ты предлагаешь? — слишком ласково прошипел в конце повести отец.

Ой! Не к добру это! Если родитель так злится, то дядя Олег из-за порчи любимой машинки вообще озвереет! Еще снимет со стенки охотничье ружье и устроит сафари на сына. А стреляет дядя Олег в отличие от Витьки метко.

— Пап, я же тебе рассказала все, чтобы ты представлял картинку в комплексе, — осторожно начала я. — Плюс, если егеря вдруг все-таки видели этих пьяных оболтусов и ситуация выплывет наружу, возьмешь на себя? Вы же вроде разрешение на убийство зверя оформляли…

Папаши постоянно охотились, реализовывая, наверное, таким образом, природные инстинкты драконов, а потому всегда следили, чтобы все соответствующие документы были в порядке, да и как раз по возвращении дяди Олега собирались выехать. Как предки добывали дичь, история умалчивает, но без трофея они никогда не оставались. Бывший правящий Дракон тяжело вздохнул, отчего последние фразы, опасаясь отцовской реакции, я уже просто мямлила:

— Машинку мы, конечно, постараемся привести в порядок. Но если не успеем, ты заступишься за нас перед дядей Олегом?

— И как это мне перед братцем обставить акт такого вандализма? — язвительно прошипел родитель. — Как новый вид охоты? А когда вы на куропаток пойдете, нам Lamborghini предоставить? А для уток катер купить или истребитель?

— Подойдет и зенитная установка, — машинально поддела я.

— Да, детеныш, — вздохнул папа, явно сожалея, что когда-то согласился завести детей. — Говорил мне отец, что вы отомстите мне за него, а я, наивный, не верил!

— Зато и у тебя когда-нибудь будут внуки! — поспешила утешить я предка.

— Не сейчас, надеюсь? — хмыкнул он.

— Нет! — бодро отрапортовала я, холодея в душе.

Срок, отведенный Мортифором, подходил к концу, а я так и не нашла выход! И если оборотень сдержит свое обещание, а он слов на ветер не бросает, то дедушкой папа станет еще раньше, чем Витька отмоет бумер! Собственно, мое время истекает сегодня через три часа!

Папаша шумно выдохнул и тихо произнес:

— Если ситуация с лосем выплывет, я что-нибудь придумаю, а вот с машиной пусть Вик решает сам. Брату ничего не скажу, но он возвращается из командировки завтра. У вас, малышня, ибо подозреваю, ты Витьку в беде не бросишь, на все двадцать четыре часа. Я буферной зоной между вами и взрослым злобным драконом не буду.

— И на том спасибо, пап!

— Удачи, котенок!

Так, до ГОСа еще пять минут. Успею брату позвонить, предупредить о дяде Олеге. Однако Витя опередил меня.

— Ну что там у нас? — выпалил друг, едва я подняла трубку.

— Жить будем плохо, но недолго, — обнадежила я. — Как я поняла, папа, если очень сильно припрет, все-таки поможет, но сильно я бы на него не рассчитывала. Так что бумер отскребай, как хочешь. А лучше доверь это дело профессионалам. И еще дядя Олег с делами справился раньше, поэтому приедет не в пятницу, а завтра.

— Когда? — опешил Вик.

— Не знаю, может, утром, а может, днем! Давай, друг, спасай наши шкуры — гони машинку в ремонт! Кстати, ты в курсе, что она бронированная?

— Так вот почему Димка удивлялся, что дверцы машины тяжеловаты и стекла какие-то тройные! — радостно воскликнул брат. — А Егор божился, что колеса каучуковые! А я-то, наивный, думал, им по пьяни мерещится!

— А сам ЭТОГО не заметил?!

— Ну, я никогда не ездил на других машинах, — растерянно пробормотал брат. — А тарантас на уроках вождения забыл, как страшный сон.

— Самое главное, именно благодаря этому вы и выжили! — добавила я. — Так что думай, куда пристроить наш семейный танк.

В этот момент дверь в аудиторию открылась, и председатель комиссии пригласил всех на сдачу.

— Ладно, все, мне пора! — выдохнула я и положила трубку.

Но телефон снова зазвонил. На дисплее большими буквами высветилось: «Это Артур Седину. Поднимите срочно!»

У дверей образовалась небольшая толпа. Что ж, успею ответить.

— Алло!

— Княжна, срочно возвращайтесь на Гею! — раздался встревоженный голос Артура Семину.

— Я не могу! У меня сейчас ГОС!

— Немедленно! — отрезал управляющий. — Княжна, вас только что прокляли. Если вы сейчас же не появитесь у нас, то через пять минут умрете!

— Артур, сделайте что-нибудь, потому что если я через тридцать секунд не войду в аудиторию, то в любом случае буду трупом!

— Понял! — хмыкнул чародей. — Высылаю Норри!

— Балаур, заканчивайте разговоры! Вас экзамен ждет! — позвал председатель комиссии.

Отключив телефон, я уныло поплелась в сторону открытой двери. Что за проклятие? Почему я? И в чем оно заключается, если нужно срочно вернуться на Гею?

«Не о том ты, хозяйка, перед экзаменом думаешь! — проворчало левое полушарие. — Давай лучше решим, как их впечатлять будем, а? Что мы, зря пять лет на казенных харчах горбатились? Всякую гадость нюхали?»

В этот момент на лестнице появился запыхавшийся Норри.

«Срочно! — раздался в голове его испуганный крик. — Срочно что-нибудь придумай, как нам улизнуть! Артур не шутил!»

«М-да, — вздохнуло левое полушарие. — Ну что за жизнь пошла? ГОС и то не как у людей!» Не в силах придумать чего оригинального, я решила «откосить» в лучших традициях прекрасной половины человечества, а именно: закатить глаза и плавно уйти в обморок. На завершающем этапе падения чуть себя не выдала, боясь, что Норри не успеет подхватить. Однако все обошлось.

— Что с ней? — не на шутку встревожился входящий в аудиторию преподаватель.

— Голодный обморок, — пожал плечами эльф. — Не ела ничего, волновалась, готовилась, вот и довела себя. Я кстати, Коля, ее троюродный брат.

— А что вы тут делаете?

— За ключами от дома заехал. Я свои потерял. Ладно, давайте я сестричку к воде отнесу.

— Зачем? — спохватился председатель комиссии. — Кладите ее на скамеечку, я сейчас стакан воды вынесу.

— О, что вы! Не стоит утруждаться! — картинно воскликнул брат и поспешно потащил меня в туалет. Благо, бывая со мной в универе, эльф знал, где находится уборная. Достигнув конца коридора, малыш толкнул ногой дверь, вошел и певуче выругался.

— Что случилось? — ожила я, соскакивая с его рук. В дамской комнате никого не оказалось.

— Мне портал на Гею не удалось открыть при переходе через порог!

— И что это значит?

— Нас кто-то заблокировал! — всхлипнул юный ванн Дерт. — Какой-то очень сильный и могущественный маг! Но ничего! Я про запас захватил это! — вдруг мстительно прищурился брат, извлекая из кармана камень с летящим драконом, служащий на Гее моим медальоном.

Неужели я его дома забыла? Странно, обычно с талисманом Драко я не расставалась с тех пор, как нашла! Плюс этого камня заключается в том, что в него вмонтирован скрытый портал на Гею. Аварийный вылет, другим словом.

— Нужно срочно активировать камень! — рассуждал тем временем Норри, оглядываясь по сторонам. — Где ты амулет первый раз нашла?

— В море.

Брат еще раз осмотрелся в поисках подходящего резервуара с водой. Угу! Размечтался! Просто мочить медальон для активации и последующих пространственных путешествий не имеет смысла. Как выяснилось опытным путем, погружать его нужно в незамкнутый сосуд. То есть просто стакан или тарелка не подойдет, необходим отвод куда-нибудь во внешний мир. А если учесть, что следом обычно тебя засасывает, то выбирать контейнер погружения рекомендуется тщательно. На первых порах, еще не сильно освоив прыжки между мирами, я опускала камень в ванну. А где здесь можно найти что годящееся?

Взгляд Норри остановился на унитазе.

— Нет, — прошептала я, поняв ход его ужасных мыслей.

— Ты же сама говорила, что умывальник не подойдет! — спокойно парировал Норри. — Да не переживай! Это же будет лишь раз в жизни!

«Это у него будет впервые! — ехидно отозвалось правое полушарие. — А я не хочу повторять столь приятные ощущения!»

— Только через мой труп! — озвучила я общее желание организма.

— Спокойно! — Эльф вскинул руку и метнул камень в унитаз.

В тот же миг сантехника загорелась фиолетовым светом и начала стремительно всасывать окружающее пространство.

«М-да, хозяйка, — выдохнуло левое полушарие, глядя на активированный унитаз. — Некоторые вещи не меняются!»

— Нет! — взвизгнула я и попыталась бежать, но Норри ловко подхватил меня за талию, поднял в воздух и направился в сторону фарфорового Левиафана.

Последнее, что запомнилось перед тьмой и сливом, — вкрадчивый вопрос левого полушария «Хозяйка, а может, тебя действительно прокляли?»

2

Неприятности не стоят в очереди — они входят все сразу.

Владислав Гжегорчик

Вынырнули мы с Норри стандартно в белом мраморном фонтане, прямо перед писающим купидоном. Только на этот раз, к моему великому злорадству, мраморная статуя мочилась на золотистую макушку брата. Однако мое тихое торжество разрушила медная монетка, больно стукнувшая по темечку.

— Ой! Извините, княжна! — раздался следом полный раскаяния мальчишечий голос — Я не хотел.

— Опять свою русалку ждешь? — вздохнула я, поднимая брошенную деньгу.

— Надежда умирает последней, — развел руками пацаненок.

Дитя было упорным в своем желании. За прошедший год моя казна за его счет пополнилась на целых триста шестьдесят шесть медяков. И когда только юный упрямец поймет, что не плавают тут русалки? Только злобные мокрые драконы.

Мальчишка тем временем цепко и совсем по-взрослому оглядел мою затянутую в одежду фигуру и произнес:

— Как вы появлялись в прошлые разы, мне нравилось больше!

— Это еще почему? — хрипло спросил пришедший в себя Норри.

— Потому, что тогда она была без одежды! — воскликнул паренек.

— Хм, мужчиной растет, засранец! Правда, «без одежды» это громко сказано! На первых порах, еще не освоив межмировую телепортацию, я пользовалась, как уже говорила, своим фамильным медальоном, погружая тот в ванну. Естественно, следуя по пути наименьшего намокания, я шла в ванную комнату, напускала воду, переодевалась в купальник и активировала талисман. На Гее же выходила из фонтана и переодевалась в закрытой беседке, которую попросила установить поблизости.

Мой же обратный путь домой сопровождался у мужской половины замка настоящим праздником. И отнюдь не потому, что «кошка с дому — мышке воля»! А в силу того, что единственным открытым резервуаром с водой был все тот же фонтан, до которого надо было добраться все в том же изначальном виде. Естественно, дабы не нервировать сильную половину человечества, я никогда не сообщала о дате своих уходов и приходов, предпочитая появляться и исчезать в полночь или глубокой ночью. Но, видно, у мужчин на генетическом уровне заложено чувство места и времени на такие вещи, или они держат у беседки часового, ибо каждый раз, крадучись к фонтану, я чувствовала себя как на сцене Большого театра.

На просьбы уважать свою госпожу обитатели замка сокрушенно каялись и рассказывали чудесную легенду, что если увидеть ныряющую в полночь в фонтан обнаженную девушку, то весь год будет сопутствовать счастье. Ох, чую, данной примете всего год и отнюдь не желание поймать Синюю птицу гонит зрителей к окнам с видом на замковый двор. Мое тело, конечно, далеко от пышных форм признанных Голливудом красавиц, но какой мужчина откажется от бесплатного представления?

— Да, я бы тоже хотел на это посмотреть! — пробормотал братик, то ли соглашаясь с мальчишкой, то ли читая мои мысли.

— Выбирайся из фонтана, мечтатель! — фыркнула я, перепрыгивая через мраморный бортик.

Медальон рода Драко, словно маленькая собачонка, кинулся за мной и принялся втискиваться в сомкнутый кулак.

— Чтоб я еще когда согласился так путешествовать! — простонал Норри, хватаясь руками за голову. — Больше никакой сантехники! Только через мой труп!

Тихое злорадство снова подняло голову. Я перенесла второй раз гораздо легче, чем первый.

«Опыт, однако!» — ехидно хмыкнуло левое полушарие.

«Так, глядишь, и привыкнешь!» — поддело правое.

Интересно, а как там Вик? Ведь если я перед скачком на Гею не обособлю свое сознание от братьев, то их так же автоматически переносит в замок. А сегодня я, кажется, забыла это сделать! В этот момент вода в фонтане забурлила, и на поверхность вынырнул Витька!

— Какая сволочь медальон Драконов активировала?! — злобно выругался он. — Я только-только по малой нужде отлучился!

— Он! — давясь смехом, ткнула я на спешащего к бортику Норри.

— Стоять! — взревел лорд Венатор, хватая эльфенка за ногу. — Иди сюда, зараза блондинистая! Я тебя сейчас убью, паразита!

— За что?! — отбиваясь от Витьки, пискнул тот.

— За эксперимент твой хренов! Когда в процессе унитаз фиолетом засветился и все подряд всасывать стал, я чуть не обделался! А дальше… В общем, не хочу об этом вспоминать!

— Но мы тоже так путешествовали! Другого пути просто не было!

— Я тебе щас покажу другой путь!

Глядя, как братья мочат друг друга в фонтане, я радостно вдохнула воздух полной грудью и направилась в замок. Все-таки есть справедливость на свете! Жизнь прекрасна!

«Особенно когда есть с кем разделить самые незабываемые моменты твоих путешествий!» — злорадно хмыкнуло левое полушарие.

Навстречу нам выскочила Дуо, старшая дочь Уны — вожака догберов. Слегка вытянутое, поджарое, как у гепарда, тело, около метра тридцати в холке, почти скелет, обтянутый кожей. Сильные, выносливые, быстрые, гибкие, удивительно умные хищники. Их вывел Мортифор для завоевания мира, и, думаю, ему бы это удалось, если б год назад я не переманила чудовищ на свою сторону. О чем ни я, ни они не жалели.

Увидев меня, Дуо по-собачьи завиляла хвостом, запрыгала вокруг и торжествующе взвыла, оглашая окрестности сотрясающим душу ревом. В ту же секунду со всех концов света, словно эхо, стал повторяться ее клич.

— ХОЗ-З-ЗЯЙКА ВЕРНУЛАС-С-СЬ! — раздалось в голове множество радостных голосов.

От слишком сильного ментального контакта в глазах потемнело, и земля ушла из-под ног. Дуо тут же оказалась рядом, словно змея обвивая меня своим удивительно гибким телом и не давая тем самым упасть. Бледно-желтая, как у сфинксов, шкура была теплой и приятной на ощупь, словно замша.

Окрестности все еще разрывал длинный протяжный вой, знаменующий очередной приход князя-Дракона на родину. Слыша данную катавасию, жители Геи обычно осеняли себя священными знаками, в надежде, что несчастье по имени Света обойдет их стороной. Враги скрежетали зубами, а мои подданные нахально ухмылялись. Ведь теперь, когда хозяин в доме, никто и глянуть косо в их сторону не посмеет. Слуг Дракона всюду пропустят, все простят, лишь бы отделаться от них поскорей.

— Княжна вернулась! — выскочила навстречу обрадованная челядь, ничуть не опасаясь Дуо.

Догберы вообще прекрасно прижились в вотчинах Драко, охраняя границы владений от врагов, шпионов и несанкционированных эмигрантов, торговые караваны от грабителей, города и деревни — от всякого сброда. Вначале иностранные купцы с опаской косились на моих стражей порядка, но потом очень даже привыкли. А теперь, осознав собственную выгоду, вообще предпочитают путешествовать только по моей земле. Ведь единственное, что от торговцев требуется, — заплатить пошлину за ввоз товара и охрану во время путешествия. Не обремененные жадностью догберы не воруют, не нарушают договора и работают за еду, которой часто оказываются камикадзе, рискнувшие здоровьем ограбить караван.

«Где Уна?» — мысленно спросила я Дуо.

— Кресс-с-стьяне попрос-с-сили маму поймать з-з-за-беж-жавш-шего к нам на территорию вурдалака. В данный момент они его активно ловят, — довольно прищурилась догбер. — Я тут за с-с-старш-шую!

Да, не повезло вурдалаку! Остается лишь посочувствовать ему!

Между моими подданными и догберами также практически сразу сложились прекрасные отношения. Привыкшие служить Дракону, люди довольно спокойно восприняли новых чудовищ. «Ну, подумаешь, страшные! — услышала я как-то рассуждения одного из старост. — Хозяйка, вон, поговаривают, в боевой ипостаси не краше! Аж враги в туалет драпали! Нам ли сплетням верить? Ну, клянут все дракона, типа, гадость жадная, злая, до крови и девок охочая. А вона, сколько сотен лет живем припеваючи! И отцы, и деды жили! Ящеры-то эти своих не грабят, а свирепствуют лишь с врагами. Несправедливость терпеть не могут, не говоря о том, чтобы самим ее чинить. Крови никогда не просили, а если девку какую и потискают, дык только с ее согласия! Моя, вон, сестрица всю жизнь эти воспоминания хранит как самые лучшие! Так чего вы, братки, на зверюшек косо смотрите? Аль княжне нашей не доверяете?»

Крестьяне поверили, а когда заметили, что догберы все понимают, стали на них чуть ли не молиться. И теперь мои Стражи порядка, наверное, самые почитаемые жители вотчин Драко.

Способные читать мысли, догберы всегда, насколько бы сумбурной ни была речь просящего, поймут и исполнят поручение. Отбившуюся от стада корову приведут, опасную нечисть прибьют, заблудившегося в лесу ребенка найдут, грабителя, вора, насильника — съедят. Поговаривали даже, что особо ушлые жены уговаривали догберов помочь отвадить мужа от выпивки. Моя стая, конечно, запах алкоголя и табака не любит, но порой женщина с женщиной все-таки находит общий язык, и тогда исцеляемому остается лишь посочувствовать. Хотя результат лучше, чем у всяких знахарей и экстрасенсов.

Пока я так размышляла, через толпу челяди успел пробраться Артур Семину.

— Княжна! — Он обнял меня так, что затрещали ребра. — Как же хорошо, что вы быстро вернулись! Я так волновался, что не успеете! Ну, идемте, вам, наверное, сначала надо переодеться, поесть, а потом я введу вас в курс дела.

— А разве это не срочно?

— Срочно, — согласился маг, — но теперь, когда первого удара вы избежали, у нас есть немного времени. Ой, как прекрасно, что и братья с вами! — окончательно засиял управляющий, глядя на вылезших из фонтана хмурых парней. — Обед через полчаса, милорды!

Вик с Норри тут же оживились, переглянулись и помчались наперегонки переодеваться.

«Хозяйка, — встрепенулся желудок, — порой тебе следует брать с родственников пример!»

По дороге в княжеские покои Артур успел поведать все последние новости замка, сдал краткий отчет о состоянии вотчин и, поклонившись, отворил передо мной дверь спальни.

— Обед накроют в малой гостиной, миледи.

— Хорошо, спасибо, — кивнула я.

Малая гостиная — небольшая, уютная комнатка — прекрасно подходит для приватных бесед с глазу на глаз. Кроме того, в ней установлены антипрослушивающие заклинания особо высокого уровня. Хотя, как ни странно, слуги не стремятся узнать тайны своих господ и, как только чувствуют, что наклевывается важный разговор, уходят, предпочитая не видеть и не слышать. Зато их любопытство с лихвой отыгрывается на иных мелочах вроде купающихся в фонтане девушек или прочих неофициальных ситуациях.

— Опять я все пропустил! — раздался сзади обиженный мужской голос.

— И не совестно телепортироваться в спальню правящего Дракона? — устыдила я развалившегося в кресле, Оох-рам-Лукуша.

Интуиция подсказала облачиться в походную одежду. Правда, теперь на смену уже привычным широким штанам и курточке пришли средневековая шелковая блузка и обычные штаны, на которые удобнее крепить кинжалы или метательные ножи, а поверх всего этого надевалась длинная накидка, имитирующая платье с глубокими, до бедер, разрезами по бокам. Таким образом, одновременно убивалось два зайца: с одной стороны, великая княжна правящего дома Драконов выглядела более солидно и женственно, с другой стороны — волшебная ткань накидки превосходно скрывала наличие оружия при визуальном и тактильном осмотрах. Единственное, что осталось прежним, — знаменитые сапожки Дорваны, смоделированные легендарной прапрабабкой. Обувь по истине уникальная: серебряный каблук изменяет длину, форму и остроту по мысленному желанию хозяина, острый, обитый серебром нос так и создан для неожиданных, неприятных ударов.

Вампир, все это время с интересом наблюдавший, как к моему туалету штрих за штрихом прибавляется очередная деталь, вдруг осознал, что на него смотрят, и, подняв голову, невинно осведомился:

— Извини, ты что-то сказала?

— Я спросила, не стыдно ли тебе вот так вламываться без спроса в мою спальню, — терпеливо повторила я, уже предчувствуя ответ.

— Нет, — проказливо ухмыльнулся собеседник, отхлебывая вино из прихваченного с собой бокала. — Вдруг я не опоздаю и застану тебя за чем-нибудь интересным?

— Тоже веришь в примету, что если увидеть девушку, ныряющую в полночь в фонтан, то весь год будешь счастливым?

— Хм. — Визави был заинтригован. — А такое бывает?

— Возможно все, — обнадежила я, — только, если хочешь зрелищ, засаду надо делать не в спальне, а у фонтана!

— В спальне надежней! — широко улыбнулся молодой Лукуш, демонстрируя немалые клыки.

После того как Нох-рам-Лукуш признал Ладиину собственной дочерью, его сын со спокойной душой объявил себя членом нашей семейки и почти поселился в замке. Братья прекрасно нашли общий язык с юным наглым вампиром и теперь балагурили втроем. Чую, с такими темпами в окрестностях появится много необычных деток: наглых зеленоглазых, блондинистых голубоглазых и смуглых черноглазых. Две трети будут с удлиненными ушками, а одна треть еще и с остренькими зубками.

Время от времени, а точнее очень часто, вампиреныш терроризировал меня внезапными появлениями в спальне, за что всегда получал тапкой или мокрым полотенцем по знаменитым ушам. Столь бурно реагировала я только потому, что уж больно нравилось мне гоняться с чем-нибудь наперевес за шустрым, вертким нелюдем. В процессе он превращался в летучую мышь, тем самым еще больше подогревая мой охотничий азарт.

Подозреваю, наследник вампирского престола в нашей игре «кошки-мышки» нашел отдушину. Здесь ему не приходилось постоянно себя контролировать и держать в рамках. Можно было расслабиться и развлекаться. В общем, гоняться друг за другом со злобным шипением или криком доставляло нам обоим огромное наслаждение, отчего мы не спешили прекращать ребячество.

Правда, последние два месяца шутнику не везло. Как он ни пытался, оторвать меня от учебы не получилось. Взгляд Оох-рам-Лукуша остановился на кровати, которая раньше была завалена книгами, конспектами, черновиками, шпорами.

— О! — воскликнул он. — Свершилось чудо? Кому мне нужно воздать хвалу за исчезнувшие учебники?

— Экзаменационной комиссии.

— Хвала! — картинно воздел руки к небу вампир. — Знаешь, — вдруг серьезно произнес он, — драконы в твоем возрасте обычно спят не с книгами.

— И что ты предлагаешь?

— Как обычно, — сладко потянулся молодой вампир, — себя.

— По ушам получишь! — привычно отшутилась я, направляясь к зеркалу, чтобы надеть фамильный медальон Драко.

Оох-рам-Лукуш засмеялся и подошел сзади. В зеркале отразилась странная, но удивительно гармоничная пара. Рослый, прекрасно сложенный мужчина и невысокая, изящная девушка. Темно-алый бархат приталенного платья-накидки на фоне черного шелка и кожи. Уверенность и сила против женственности и хрупкости. Мы были разными и чем-то неуловимо похожими одновременно. Длинные черные волосы вампира против моей каштановой, стриженной под волчицу гривы. Черные, пронзительные, причудливо скошенные очи в противовес моим классическим, хоть и большим, но человеческим глазам мягкого шоколадного цвета. Высокие четкие скулы против мягко обозначенных моих. И, тем не менее, я была словно отражением его аристократической, слегка диковатой красоты. Может, тому причиной совершенно одинаковые чувственные, лукаво изогнутые губы с приподнятыми вверх уголками. Может, еще что. Но по ту сторону зеркала стояли два сильных, уверенных в себе существа, две равноценные хищные твари, несмотря на внешнюю безобидность одной из них.

Оох-рам-Лукуш взял из моих рук цепочку с медальоном и аккуратно помог застегнуть. Между моей мраморно-белой шеей и его смуглой рукой обозначился четкий контраст.

«Ну и кто из вас после этого вампир?» — ехидно хмыкнуло левое полушарие.

Оох-рам-Лукуш прочитал мои мысли и тонко улыбнулся. Я отошла от зеркала к прикроватному столику. Интуиция вновь настоятельно подсказывала добавить еще один официальный штрих в свое облачение и надеть фамильный перстень. Но стоило это сделать, как родовое кольцо с бордовым турмалином и перстень с адуляром, словно поссорившись, крутнулись на пальцах в разные стороны, по максимуму удалившись друг от друга. Ладно, снимем пока склочного новичка, пусть в шкатулке подождет, тем более что фамильный перстень гораздо роднее телу.

— Я совсем запутался, — внезапно произнес вампир, вновь подходя ко мне и обнимая за плечи.

— В чем? — не поняла я.

— Понимаешь, — вздохнул собеседник, — иногда я воспринимаю тебя как чужака, а порой — как вампира. Более того, я чувствую в тебе что-то родное, неуловимо близкое. Свое. Исконное. Где бы я ни был, меня тянет к тебе. Сильно. Непреодолимо. Ты меня всегда понимаешь, помогаешь, утешаешь, если что-то не так. Рядом с тобой потрясающе уютно и комфортно. У меня есть сводная сестра, Ладиина, но ты мне гораздо ближе, чем она, словно ты моя родная сестра, а не она. А сейчас я чувствую, что тебе грозит опасность, поэтому вот! — С этими словами он протянул мне тонкое золотое кольцо с резной гравировкой и маленьким рубином.

— Что это? — опешила я.

— Прими, пожалуйста. Это мое обручальное кольцо. — И, заметив мое вытянувшееся лицо, стал поспешно и сбивчиво объяснять: — Понимаешь, я очень дорожу твоей дружбой и не собираюсь ее терять, а потому хочу защитить тебя от грозящей опасности. На Гее самым ценным и дорогим для аристократа является его невеста, поэтому в обручальные кольца мы вкладываем специальные охранные и защитные заклинания, а если избранница окажется в беде, мы всегда сможем найти ее и прийти на помощь. Это что-то вроде маячка, говоря на вашем языке. Увы, у нас, вампиров, нет таких же колец, чтобы защищать сестру, потому что с женщинами нашей расы даже камикадзе не решится связываться. Так что я предлагаю тебе вот это и прошу взять.

Я растерянно смотрела на протянутое кольцо и боялась к нему прикоснуться. После всех пикантных ситуаций, возникших на почве недоразумений, идея с подобной защитой отнюдь не казалась безобидной. Хватит, я уже одолжила однажды у одного эльфа орты и показала одному оборотню, кто в доме хозяин, пометив собственные верстовые столбики. В результате от одного я должна забеременеть, и пока единственное, что может меня от этого спасти, — смерть одного из нас. А второй напрочь отказывается принять орты обратно, с пеной у рта утверждая, что добровольно подарил. Что самое противное, ушастый властитель не торопится заводить новые орты, а это (как признался как-то по секрету Норри) по традициям эльфов и Высшему закону все еще оставляет меня его официальной невестой. И после того, как со мной разберется первый истец, он может по праву Высшего закона потребовать стать его женой, тем самым, связав меня по рукам и ногам.

Что ни говори, а перспектива навязанного брака меня отнюдь не радует. Как и все драконы, будучи существом свободолюбивым, я предпочитаю сама выбирать свою судьбу и управлять собственной жизнью. Да и от разрыва с женихом только-только оклемалась. Все-таки любовь не проходит по щелчку пальцев, нельзя выключить сердце и жить спокойно. Нужно время. И вот только сейчас начинаю постепенно входить в прежнее русло и заглядываться на противоположный пол. Местный колорит красавцев существенно ускорил реабилитацию. Но на слово «замужество» и все с ним связанное по-прежнему стойкая аллергия. То ли это временное и постепенно пройдет, то ли проявилась душа дракона, а точнее ее мужская часть.[11]

— Ну что же ты? — вывел меня из раздумий Оох-рам-Лукуш. — Бери. Это всего лишь кольцо.

— Ага! Это ты так думаешь! А я уже взяла один раз всего лишь оружие!

Действительно! А вдруг я опять влипну? Вдруг малыш чего-то недоговаривает? Хоть я и испытываю к нему исключительно теплые чувства, но замуж не хочу. Сама не знаю почему, но Оох-рам-Лукуш с течением времени все больше и больше воспринимается как брат, а это сильнее и сильнее убивает влечение к нему как к представителю противоположного пола.

— Обещаю, что это только временно, — произнес Оох-рам-Лукуш. — Только пока тебе грозит опасность. А потом я возьму кольцо обратно по первому же требованию.

— Даешь слово?

— Даю! — клятвенно подтвердил юноша и надел кольцо на мой безымянный палец. — Теперь мне спокойнее.

Что самое интересное, я тут же почувствовала возникшую между нами связующую нить. В дверь постучали и вежливо попросили поторопиться. Кивнув на прощание новоиспеченному защитнику, я подхватила княжеский венец, служащий по совместительству обручем, и вышла.

Настоящую корону Драко потеряли около ста пятидесяти пяти лет назад, во времена правления Дорваны. Прапрабабушка была последним Драконом, который ее носил. После того как ее схватили и уничтожили враги, корона странным образом испарилась. Артур Семину подозревает, что реликвия вошла в коллекцию трофеев одного из убийц. Самое печальное, что нельзя ни определить ее местонахождение, ни призвать обратно. Восстановить по иллюстрациям также невозможно. Стоит мастеру начать работать над копией, как изображения модели либо исчезают с листа бумаги навечно, либо умелец сходит с ума или умирает вследствие несчастного случая. Поэтому подданные решили не мудрствовать лукаво и сделали вместо короны тонкий обруч из черненого серебра, вставив в центре треугольник из рубина.

В малой гостиной шел пир горой. Братья с энтузиазмом термитов поглощали предложенные блюда, на мое появление они, вместо того чтобы церемонно встать и поклониться, лишь поспешно кивнули и вернулись к прерванному занятию. Артур взмахом руки отослал слуг и лично отодвинул для меня стул, помогая сесть к столу. Затем устроился рядом и стал терпеливо дожидаться конца обеда. Видно, переживал, что мы поперхнемся от радужных новостей.

— Итак, — отодвинулась я от стола. — Рассказывайте.

Братья согласно кивнули, но жевать не прекратили. Полагаю, их от законного перекуса не отвлечет даже мировой апокалипсис.

— Что вы знаете о Ведущих магах мира? — осторожно начал придворный маг.

— Только то, что их пятеро, и они имеют максимальный магический потенциал, — честно призналась я.

Озабоченная приближающимся ГОСом, ситуацией с Мортифором, а также восстановлением из упадка собственного княжества, я как-то не интересовалась Ведущими магами мира. Знала, что они сильны, что связываться с ними не стоит, но ни биографии, ни жития, ни молитв не читала. Понимаю, непростительная глупость, но из всего обилия информации приходилось выбирать первостепенную, а прочее оставлять на дальнейшее изучение.

Маг вздохнул, понимая мотивы столь явной невежественности, и принялся рассказывать:

— Давным-давно Создатель сотворил наш мир. Однако через некоторое время Он понял, что управление Геей никак не согласуется с Его творческой личностью. Ему хотелось идти вперед, навстречу новым открытиям, приключениям, хотелось совершенствоваться, а тут надо было присматривать за целым миром да еще исполнять просьбы его жителей. И тогда Мастер подошел к делу по-своему. Он сотворил пятерых сильнейших на свете чародеев, наделив их абсолютными полномочиями в управлении Геей.

— То есть он создал богов? — перебил управляющего Вик.

— Нет, — поморщился Норри. — В нашем мире вообще не существует такого понятия. Ведущие маги мира — просто существа, наделенные огромным могуществом, но они, так же как и все, живут, надеются, влюбляются, развлекаются и умирают.

— Но у них же у каждого есть множество храмов. Я сам видел, разъезжая со Светой по стране!

— Есть, — согласился Артур Семину. — Но эти храмы больше переговорные пункты, чем места поклонения. Если вам нужен, например, совет или исполнение желания, вы идете в храм, читаете специальную молитву, чтобы Ведущие маги смогли уловить ваше присутствие, а затем загадываете желание, приносите подношение, своеобразную плату за услуги, и со спокойной душой отправляетесь домой. Ведущие маги все сделают сами.

— Другими словами, храм — это большой своеобразный мобильник, а молитва — исходящий звонок абонента, — услужливо пояснил Норри.

— Не стоит все так кардинально упрощать, юноша, — вздохнул придворный маг. — Следует заметить, что кроме бытовой помощи людям Ведущие маги обязаны следить за равновесием и порядком в мире, а потому способны вмешиваться в чужие судьбы. И вообще, они здесь высшая инстанция, а за свои поступки отвечают только перед Создателем.

— А почему на моей земле мало храмов?

— Потому что Драко не признают Ведущих магов мира. Драконы никому не молятся, ничего не просят, и все предпочитают делать сами. Надо признать, Ведущие маги мира тоже откровенно недолюбливают вас.

— За что? — обиделся Вик. — Мы милые и пушистые!

Управляющий сцедил в кулак улыбку и продолжил:

— Это очень долгая история, мои господа. Сейчас нет времени рассказывать, но, думаю, в свободное время вы с большим удовольствием почитаете длинную и увлекательную повесть о взаимоотношениях ваших предков с Ведущими магами мира, а также с их сестрами и дочерьми. Честно говоря, ею вся Гея старше восемнадцати зачитывается.

— А что, детям неинтересно? — Меня вдруг пробрало любопытство. Что же там за легенды такие?

— Несовершеннолетним данную литературу читать запрещено, — ухмыльнулся Норри. — Это только орки да урки ввели ее в школьную программу в качестве учебного пособия. Ну да они всегда были извращенцами.

— Что же там такое написано?! — загорелся Вик.

— Я тебе потом на ушко перескажу, — хитро подмигнул эльф, — чтобы сестричку не смущать страшными семейными тайнами. У предков, оказывается, многому можно научиться!

Ой! Кажется, я догадываюсь, что там за книжка! Полагаю, рядом с ней полная версия «Тысяча и одной ночи» отдыхает!

— Кхм, — откашлялся Артур Семину, только подтверждая мои опасения. — Позвольте вернуться к прежней теме. Это очень важно. Запоминайте. Всего в мире существует пять Ведущих магов. У каждого из них свои возможности и сферы влияния. Например, Квипрокво имеет специфический дар чувствовать неприятности и казусы. Он специалист по недоразумениям.

— Прямо как ты! — поддел меня Вик, но под серьезным взглядом Артура потупился и принялся поспешно вылавливать что-то в тарелке.

— Всюду, где он появляется, случаются несчастья, глупости и казусы. Из любой, даже самой хорошей вещи он может сделать хлам, разрушить любую, даже самую стабильную линию судьбы, что приводит к невероятным последствиям. Его дар устроен так, что он просто не может не вредить. В народе его прозвали Зап@дло. Есть даже поговорка: только гладко все пошло, появилось Зап… в общем, Квипрокво. На фресках данного мага изображают с завязанными глазами, чтобы ненароком порчу не навел. Обращаются к нему только в крайних случаях, и обычно когда надо кому-то что-нибудь напакостить. Красавица Либ-им-и-до покровительствует влюбленным, способна вызывать желание, приносить любовь, королева приворотных зелий. К ней чаще всего взывают влюбленные либо недовольные жизнью девицы, желающие выйти замуж (а также парни, мечтающие скрасить досуг). Девиз Прекраснейшей: «Любви много не бывает!»

— Это уж точно! — согласился Вик, Норри одобрительно кивнул. — Надо будет заглянуть к красавице на досуге!

— И тщательно проработать данную концепцию! — поддержал эльфенок.

Ох, чую, скоро в жизни одной женщины появятся очень насыщенные будни!

Артур Семину энтузиазма братьев не разделил:

— Скоро вам представится такая возможность, милорды, но лучше, чтобы ее у вас не было. Поверьте, к данному магу, как и ко всем прочим, лучше не соваться. Не скрою, они вас откровенно ненавидят и вряд ли порадуют лояльностью и гуманизмом.

— Это за книжку-то? — обиженно выдохнул Вик.

— Скорее за ее содержание, — хмыкнул Норри.

— А точнее, за то, что оно основано на реальных событиях, — отрезал Артур. — И не факт, что он окажется женщиной.

— А что? Точных сведений нет? — скривился Виктор.

— Магов изображают очень условно, — пожал плечами управляющий. — Ведь статуи каждый раз вырезать заново очень дорого. Так что никто не знает, что там на самом деле. Однако продолжим: третьим магом является Колиго Авидидас, в народе прозванный Хапугой. Он способствует получению прибыли, финансовым махинациям, удачным сделкам, покровительствует банкирам, торговцам, вымогателям, шантажистам, аферистам и, как ни странно, замужним женщинам.

— А вот это вполне понятно почему! — хмыкнул Вик, вспомнив, как тетя Ира выбивала на днях у дяди Олега немного денег «на шпильки». Шпильки, как выяснилось, стоят очень дорого. Или речь шла об эксклюзивных туфлях из крокодиловой кожи?

— Девиз, высеченный на порогах храмов, — невозмутимо продолжил придворный маг, — «Хорошая вещь нужна всем».

— В корень зрит мужик! — восхитился Витька.

— Думаю, вы уже догадались, какая раса прямо-таки поселилась в его храмах? — улыбнулся советник.

— Неужели сарки официально признали его своим папочкой?

— Совершенно верно, миледи! — кивнул управляющий. — Хотя в принципе он для них значит еще больше. Я бы сказал, кумир и пример для подражания. Сарки его холят, лелеют и даже готовы отдать ему пятьдесят процентов собственной прибыли.

— А вот это уже клиника! — не одобрил прижимистый бухгалтер. — Не ожидал от парней подобной глупости!

— Да, права народная поговорка, гласящая, что хуже сарка может быть лишь чахнущий над златом дракон!

Придворный советник невозмутимо продолжил:

— Айрессен Задир — владыка власти и войны, кровожадный, хладнокровный воин. Покровительствует королям, царям и прочим сильным мира сего, а также военачальникам, наемным убийцам, психологам и философам.

— Жизненное кредо, небось: «Чем тяжелее аргумент, тем лучше»? — попыталась угадать я.

Длинная лекция почему-то начинала тревожить. Зачем Артур это все рассказывает? Неужели мы перебежали дорожку сильным мира сего?

— Надо признать, вы почти угадали главный принцип данного волшебника, — улыбнулся маг. — Задира, как принято его называть за глаза, руководствуется заповедью «Семь раз избей, один раз зарежь!».

Сердце предательски екнуло.

«Ох, не к добру это все, хозяйка!» — прошипел спинной мозг.

«Молчи уже! — цыкнули на него мозги. — У тебя все не к добру!»

— Последний маг — Тих-о-инь, что в переводе с древнего языка народа Твана кон Су означает «бог с искусными руками». Он благоприятствует карманникам, взломщикам, ворам и всем, чья работа связана с ловкостью рук. А потому под данную категорию подпадают также фокусники, иллюзионисты, ювелиры, музыканты, художники и врачи. Люди его прозвали Тихоней.

— За дружелюбие и мягкий характер? — с улыбкой предположил Вик. Последняя группа профессий у него опасений не вызывала.

— Угу, — кивнул Норри с таким выражением лица, словно Витька напрасно недооценивает служителей искусства. — Тихоня очень милосердный, если так можно назвать жизненное кредо: «Семь раз отрави, один — припугни!»

— Ой, Свет! — картинно всплеснул руками Витька. — Кажется, это еще один твой родственник! Или покровитель? А ты столько лет не знала о его существовании! Или, может, у него уроки брала?

— Считай меня самородком! — огрызнулась я и обернулась к управляющему. — Наше проклятие как-то связано с этими магами?

— К сожалению, да, — вздохнул Артур Семину. — Так уж вышло, что Ведущие маги мира хоть и могущественны, но все же смертны. И для того, чтобы обезопасить мир от отсутствия или дефицита покровительства, Создатель в свое время придумал систему взаимозаменяемости. Согласно ей, время от времени рождаются колдуны, по величине и природе силы равные Ведущим магам. И если с Ведущим магом происходит несчастный случай, новое поколение занимает место умершего. На случай, если Ведущий маг сойдет с ума от обилия власти или просто от природы жесток и халатен по отношению к своим обязанностям, Мастер предусмотрел систему поединка, по которой соискатель может отправиться в храм Проклятых и вызвать мага на бой. Для этого надо бросить свое имя и часть себя в озеро Пропащих душ. Однако Ведущие маги мира изменили правила по собственному усмотрению. И соискатель уже не может действовать в одиночку, теперь ему нужно найти еще четверо напарников с соответствующим оставшимся магам уровнем силы и природой магии. Затем члены команды обязаны одновременно отправиться в замки магов, что находятся в пяти частях света, пройти испытания и синхронно сесть на трон Ведущего мага мира. Если хотя бы один из них опоздает, умрет в дороге или займет чужое место — вся пятерка погибает. Ну а если они все-таки доберутся до замков, пройдут испытания и в силу какой-то невероятной везучести сядут одновременно на трон, им надо будет еще победить Ведущих магов мира. Можно, конечно, вначале убить их, а потом занять престол, но такого еще никому не удалось сотворить. Естественно, предприимчивые жители Геи очень скоро придумали своеобразное проклятие: раздобыть частичку врага (локоны, ногти, клеточки кожи, кровь или еще что) и бросить ее в озеро Пропащих душ. Автоматически срабатывает система вызова, и несчастный обречен. Если у него не хватает магического резерва, он сразу погибает. Если с первым пунктом все в порядке, то жертва должна в течение часа объявиться на Гее, показывая тем самым, что принимает вызов. Уклонение от принятия вызова — смерть.

— А как тогда выжить? — скромно поинтересовался Вик.

— О! — горько улыбнулся Артур Семину. — Нужно всего лишь в течение часа принять вызов на поединок, найти недостающих четырех членов команды, определить, какому магу соответствуют твои способности, отправиться к нему в замок, пройти все испытания, добраться до трона и победить конкурента.

— Звучит как самоубийство, — оценил ситуацию Витька.

— Скорее как проклятие! — хмыкнул Норри. — Потому что провернуть это все надо за шестнадцать суток!

— Тогда точно полный песец! — согласился лорд Венатор.

— Ну, это не такой уж малый срок. Маги вообще хотели сократить его до суток, но Великий Эквилибриум не разрешил, — попытался успокоить нас советник. — А для вашего мира я постараюсь создать временную петлю, чтобы на Земле вместо восьми полноценных суток прошло около восьми минут. Ведь, насколько известно, у вас, княжна, остались там крайне важные дела.

— Артур, что бы я без вас делала?! Вы — прелесть!

— Что вы, — смущенно покраснел придворный маг. — Это всего лишь моя работа.

Работа работой, а вознаградить управляющего стоит. Такого советника, чародея, врача и управляющего замком в одном лице днем с огнем не сыщешь! Надеюсь, мне удастся выяснить, что ему нравится больше всего, и порадовать подарком, если, конечно, переживу очередные приключения.

— Значит, за шестнадцать суток мне надо найти еще четырех несчастных, связать их и отконвоировать к замкам Ведущих магов мира? Уж очень я сомневаюсь, что хоть один псих-камикадзе рискнет связаться с Драконами и Ведущими магами мира.

— Ну, тут круг можно сузить, — скорбно вздохнул Артур. — Проклятие уничтожает не только врага, но и членов его семьи.

— В таком случае, если верить статистике, из-за данного проклятия погибнет большая часть населения Геи! — заметил Вик. — Это же самый настоящий теракт!

— Увы, — хмыкнул Норри, сосредоточенно массируя виски. — Насколько начинаю припоминать, в условиях поединка упоминаются только официально признанные члены семьи.

— То есть папа и мама?! — испугалась я.

— Нет, — мотнул головой Артур. — Ваша собственная семья. Так как вы пока не замужем и детей не имеете, то под данную категорию подпадают ваши сводные братья и сестры.

— Значит, теперь нам надо найти лишь двух оставшихся Драконов? — переспросил Норри. — И определить, кто из нас кто?

— А там всего ничего! — истерично хмыкнул Вик. — Добраться до замков и замочить тех, кто весь мир может раскатать тонким слоем!

— Один Тих-о-инь чего стоит! — скорбно кивнул Артур.

— А вот тут ошибаетесь! — покачал головой Вик. — Если его противником будет Света, я бы подумал, на кого поставить!

— Но у Светы есть еще свойства Квипрокво! — осторожно поднял вверх палец Норри.

— Что еще раз доказывает, что одному Ведущему магу мира действительно не повезет!

— На вашем месте, господа, я бы сильно не торопился определяться с собственной специализацией, — предупредил управляющий. — На мой взгляд, у каждого из вас в особенностях магической силы присутствуют две, а то и больше способностей Ведущих магов мира. Поэтому присмотритесь внимательнее друг к другу, постарайтесь выделить одну доминантную черту силы, ведь ошибки в данном случае смертельны.

— Но возникает иная проблема, — решила озвучить я свои размышления. — Если мы не выявим сейчас, какому чародею соответствуем, как нам отыскать недостающих членов команды?

— Очень просто, — Артур протянул мне два небольших странных предмета. Один из них походил чем-то на спиртовой термометр с градуировкой от нуля до тринадцати. Второй предмет представлял собой герметично запаянный стеклянный цилиндр, заполненный каким-то твердым темно-коричневым с красноватым отливом веществом. — Перед вами два древнейших фамильных артефакта. Вот это, — указал он на термометр, — измеритель магического резерва. До какой отметки поднимется столбик жидкости, такого уровня силы является находящийся рядом с вами маг.

— То есть для анализа достаточно лишь рядом находиться? — поспешила уточнить я.

— Да, — кивнул маг.

— А прибор не будет искажать свои результаты в присутствии другого мага? Нас, например?

Отпрыски Драко всегда имели магические способности. И очень часто резерв моих предков был около двенадцатого уровня. А насколько помню из проведенного когда-то Артуром теста на способности, у меня есть все шансы стать хорошим магом очень даже высокого уровня.

Словно в ответ на мои мысли, уровень жидкости в «термометре» дернулся и пополз вверх, соизволив остановиться ровно между цифрами двенадцать и тринадцать.

— Это еще что такое? — фыркнул, кивнув на колеблющийся прибор, Витька.

— Может, так на него действует наш коллективный фон? — предположила я.

— Нет, — отмахнулся Артур. — Сейчас он показывает только ваш собственный уровень силы. Ваших братьев я уже проверял раньше, и теперь прибор реагирует только на вас, приравнивая их магическую силу к уровню постороннего шума. И так будет с каждым новым испытуемым. Что касается вашей силы, то, думаю, это временный и побочный эффект вашей последней стадии взросления дракона.

— Но ведь это нам на руку! — вмешался Норри, у которого магический уровень, насколько помню, около двенадцати.

— О да! — согласился управляющий. — Такой высокий уровень силы дает вам всем хороший шанс выжить. По крайней мере, очередное условие испытания вы прошли.

— Стоп! — вдруг хлопнул ладонью по столу Вик. — А когда вы меня измерить успели?

И тут Артур, к великому нашему изумлению, покраснел. Не поняла! Почему мой придворный смущается?

— Видите ли, — сконфуженно начал он, теребя край рукава и не в силах поднять на нас глаза, — до меня дошли слухи о ваших, лорд Венатор, приключениях во дворце суккубов.

— Это тогда, когда великий и могучий Арк’ментр’морк ворвался ко мне и, во что бы то ни стало, попросил убрать Вика из спальни его жен? Кажется, они там сознание потеряли. Вот только почему — непонятно. Вряд ли бы Вик успел за столь короткое время многое.

— Глава суккубов отказался комментировать, что там произошло,[12] — продолжил тем временем Артур. — Но у меня закрались интересные подозрения. Однажды ночью я подкараулил вас, когда вы направлялись к очередной служаночке…

— Убью! — прорычал брат.

Я положила руку ему на плечо. Спокойно, Витька, пусть наш друг договорит. Импульсивность — не мой конек. Сначала думай, потом делай.

Артур втянул голову в плечи и продолжил:

— Тогда, милорд, ваш уровень силы, к моему великому удивлению, оказался около шести. Но когда вы стали заниматься с девушкой… хм… ну понимаете чем…

— Убью! — уже коротко и убежденно тряхнул головой Вик.

— Ваш уровень энергии принялся стремительно расти до двенадцати! — быстро проговорил Артур Семину и сжался.

Повисла гробовая тишина.

— Значит, Вик способен трансформировать любовную энергию в магическую? И его регулярные загулы не что иное, как естественная необходимость поддерживать на постоянном уровне магический резерв?

— Браво, Свет! — захлопал в ладоши Вик. — Ты всегда умела красиво назвать самые нелицеприятные вещи! А можно, я отныне буду пользоваться этим емким научным оправданием?

— А у Норри тоже такие способности?

— Не знаю, — пожал плечами Артур. — С ним я подобных экспериментов не проводил.

— Уж не хотите ли вы и меня проверить?! — с подозрением прищурился эльф.

— Давай, брат! — потрепал его по плечу Вик. — Поработай на благо науки!

— А Света? — внезапно спокойно спросил юный ванн Дерт. — У нее тоже такие способности?

— Без понятия, — отозвался Семину. — Я ее ни разу не ловил за этим делом. Но подозреваю, что они у миледи также присутствуют.

— Значит, так! — вдруг сверкнул глазами Норри. — Учтите. Если вы заставите проходить испытание меня, то сестренка тоже не отвертится!

— Спасибо! А меня-то за что?

— А вдруг в тебе скрытые способности Либ-им-и-до? — невинно округлил свои сапфировые глазки Норри и коварно добавил: — Надо знать! Ведь ошибка в нашем деле недопустима!

— Уши оторву! — вдруг посерьезнел Вик.

— Зачем? — притворно изумилась я. — Я чаем его напою — они сами отвалятся!

— Кажется, я догадываюсь, кто вы, госпожа, — пробормотал Артур, опасливо покосившись на меня.

— Может, я тоже сугубо во имя науки хотел проверить! — надулся эльф.

— Так и я тебя чайком напою чисто ради фундаментальных исследований! — отозвалась я.

— И станут они фундаментом, брат, тебе на могилку! — резюмировал Вик, придвигая Норри мой бокал с вином.

Эльф отпрянул от подношения, как бес от ладана.

— Ладно. — Я решила перевести разговор в другое русло и подняла второй загадочный предмет с бурым порошком. В моих руках начинка цилиндра сразу же стала жидкой, вязко расползаясь по стенкам. — Что это? Тиксотропический гель?[13]

— Не матерись, Свет! — одернул меня Вик. — Говори нормально! Я же не сыплю при тебе своими профессиональными терминами!

— Ваш брат отчасти прав, — вздохнул управляющий. — Но еще вам следует быть осторожнее со словами. Tixisis — почти на всех языках нашего мира означает очень жаркое, страстное объятие. А, сказав «тиксотропический», вы обозвали какой-то гель крайне любовно озабоченным, причем в активной форме.

«М-да, — вздохнуло левое полушарие. — Изучай местную культуру, хозяйка, второго Мортифора мы не переживем! Нам бы с первым разобраться!»

«Не поминай его всуе! — огрызнулась правая половинка мозга. — Вдруг припрется?»

От данной мысли по телу пробежала дрожь. Нет, Мортифора я не боялась, но какая-то часть меня (наверное, более ответственная и мудрая) настоятельно советовала не шутить с Черным королем.

— Обязательно последую вашему совету, Артур, и буду следить за собственной речью, — торжественно кивнула я, продолжая теребить в руках странный предмет с уже багрово-бурой жидкостью.

— То, что вы видите перед собой, является Корнем Драко, — лекторским тоном произнес Семину. — Этот артефакт позволяет определить принадлежность к роду Драко. Внутри хрустального цилиндра находится кровь вашего самого первого предка — Аргелла. В присутствии его потомков кровь, чувствуя родственную связь, вновь становится жидкой.

— В таком случае ей и застывать-то не положено! — фыркнул Вик.

— Ошибаетесь, милорд. Вопреки расхожему мнению, отпрысков Драко хоть и много, но не настолько. К тому же артефакт на данный момент настроен на самую близкую связь и покажет вам только тех, на кого может пасть проклятие.

— А нас он, как и предыдущий артефакт, будет воспринимать фоном? — уточнил Норри.

— Да, милорд.

— Ладно, — вздохнул Вик, сгребая артефакты себе. — С одной проблемой более-менее разобрались. Вопрос второй на повестке дня: что нам делать с разбитым бумером, который в данный момент стоит весь пропитанный кровью во дворе на даче? Отогнать его в сервисный центр до возвращения отца мы не успеем, равно, как и починить. Или, Артур, вы сделаете еще одну временную петлю?

— Увы, — развел руками чародей. — Столько работать с временными потоками просто невозможно. Максимум, что у вас будет по прибытии на Землю, — пара часов.

— А за такое время мы даже спрятаться не успеем! — вздохнул Вик.

— А если купить новую машину? — предложил Норри.

— И как ты предлагаешь нам, двум студентам, за два часа заработать на новый бумер?! Ограбить банк?! Подработать террористами?!

— Света права, — поднял голову Вик. — Отец машину за восемьдесят тысяч евро купил! Где нам такую сумму поднять?

Мы с Норри обомлели. Юный ванн Дерт, уже успешно освоившийся с нашим миром, присвистнул. М-да, без террора такие деньги не насобираешь!

— Ладно. Пошли возьмем мою государственную казну.

— Ее нельзя! — встрепенулся Виктор. — Все деньги в обороте! Мы не можем снять их раньше, иначе попадем на крупную сумму!

— А сейчас у нас, по-твоему, что?

— Нет! — твердо отрезал лорд Венатор. — Все равно рубить на корню такой проект не позволю! Пусть уж лучше папа с меня шкуру сдерет, но от задуманного не отступлюсь!

— Чудесно! И что ты предлагаешь взамен? На паперти стоять? Помогите, мол, двум бедным студентам и безработному эльфу накопить за час на БМВ последней модели! Спасите тем самым вымирающий вид дракона!

— Дядя за Свету и не такие выкупные даст,[14] — тихо подал голос Норри.

— Сколько? — оживился Вик.

— Золотом по ее весу, — отозвался эльф, откидываясь на спинку стула. — Это, кажется, около сорока шести кило?

— Слушай, Свет, а может, тебе поправиться немного? Килограммов эдак до пятидесяти, для круглого счета? — загорелся прижимистый бухгалтер, поворачиваясь ко мне.

Сначала я даже не поняла ход его мыслей, а когда осознала сказанное, чуть со стула не упала.

— Ты в своем уме?!

— А чем тебе Лерри не нравится? — вскочил Вик, уперев руки в бока. — Красивый, умный, надежный, опытный! Уже воспитал одного дракона! Воспитает и прочих детей, включая тебя!

— ЭТО НЕ МОЕ!

— Как это НЕ МОЕ?! Такие деньги! Бери ушастого! Твоим будет!

— Нет!

Ничего против лесного властителя я не имела, однако почему-то в душе по отношению к королю эльфов чувствовалась непонятная отстраненность. Последнее время Лерри, мотивируя тем, что соскучился по племяннику, почти поселился в моем замке и при каждом удобном случае ненавязчиво ухаживал. Тонко, галантно, красиво. Однако я каждый раз чувствовала себя зверьком, на которого тихо и методично расставляются силки и капканы. Кто знает, может, это Лерри лося Вику подстроил?

«С него станется! — вздохнуло левое полушарие. — Уж больно скользкий тип!»

«Но какой симпатичный!» — томно вздохнуло правое полушарие.

— Света, подумай! Где мы еще столько денег за раз возьмем?

— А давай мы тебя женим! Все папаши с удовольствием выложат немалую сумму за такого аппетитного дракончика! Подумай!

— Но я не могу жениться! Это вредно для мужского организма! Оттого за брак, наверное, и доплачивают!

— В таком случае с дядей Олегом тебе будет полезно общаться!

— Все равно не женюсь!

— Кто сказал про женитьбу?! — раздался высокий, пронзительный голос у дверей. — Я готова!

— Лада?! — испуганно прошептали мужчины.

На пороге стояла высокая, потрясающе красивая блондинка в новом свадебном платье.

— Что ты здесь делаешь? — замерла я от изумления.

— Я к тебе, муженек! — лучезарно улыбнулась бывшая леди Каракурт, в настоящем Ладиина-рам-Лукуш, незаконнорожденная дочь короля вампиров Нох-рам-Лукуша.

— Как муженек?! — опешила я.

— Все очень просто, — ухмыльнулась Ладушка, постукивая перчатками по ладони. — У вампиров в отсутствие последнего мужа за жену несет ответственность предыдущий супруг. А брак наш никто не отменял! Ты же, сплавив меня папаше, на радостях развестись забыла!

О боги! За что мне сегодня такие наказания?! Вот уж действительно проклятие! В кои-то веки убеждаюсь, что неприятности не стоят в очереди! Они приходят все и сразу!

— А где твой последний благоверный? — с надеждой спросила я. Авось сумею вернуть бедолагу скорбящей зазнобе, дабы она отцепилась от меня.

— Он от меня закопался в пирамиду на пятьсот лет! Сказал, что устал, паразит!

— Да не убивайся так, Нох-рам-Лукуш обещал тебе более знатного.

— Этот-то и закопался! — взвизгнула Лада. — Они все три от меня окопались! В земле спрятались, кроты самопальные! Глубоко! И место замаскировали! Не достать!

На последней фразе девушка перешла на вой и рыдания. Да, тяжела жизнь мужчины-вампира! Сначала тебе жена все нервы истреплет, потом (не дай Эквилибриум!) родится дочка, которая продолжит благородное дело мамаши (зачастую с ней на пару), а затем надо еще для кровиночки подыскать такого же волонтера-мазохиста и, в конце концов, насобирать приданое. А оно у вампиров самое высокое в мире! (И я уже догадываюсь почему!) Вдруг Ладиина прервалась и совершенно спокойным голосом объявила:

— Ну, ничего, Света! Ты найдешь мне следующего мужа! И как можно быстрее! Я больше не хочу спать одна! Особенно после того, как второй не успел закопаться и вынужден был исполнить супружеские обязанности!

— Ладушка, зайка, мы сейчас немного заняты!

— А мне плевать! Я мужа хочу! — затопала она ножками, как капризный ребенок.

Да, с каждым годом все тяжелее!

— Может, ей валерьянки дать? — пробурчал у самого уха Норри. — Кошкам вроде помогает!

— Ладушка, милая, есть у нас для тебя такой человек! — вдруг воркующим тоном начал Вик. — Как раз переживали, почему такое добро пропадает!

— Богатый? — мгновенно прекратила свою истерику Лада и перешла на деловой тон.

— Очень! — клятвенно заверил брат.

— Красивый? — продолжила допрос наша блондиночка.

— Неимоверно! — внезапно поддержал брата Норри.

«Вы что творите?!» — возмущенно обернулась я к братьям.

«Смотри! — радостно прошипел Вик и незаметно кивнул на Корень Драко, внутри которого перекатывалась густая бурая жидкость. — Артефакт признал Ладиину твоим близким родственником!»

«В общем, — мысленно отозвался Норри, — с очередной закопкой ее мужа она вновь стала членом твоей семьи! Собственной!»

«И более того! — пропел Вик. — У нее, я смотрю, почти двенадцатый уровень силы! Наверное, наследственность отца сказывается!»

«Так мы нашли четвертого дракона?» — встрепенулась в душе надежда.

«Более того, — ухмыльнулись братья, — он к нам сам пришел!»

М-да, похоже, сегодня у Ладиины тоже неудачный день! Это ж надо так вляпаться! Не повезло малышке. Хотя, вслушиваясь, как братья натравливают ее на одного из Ведущих магов мира, я подумала, что, возможно, и у мага сегодня также не совсем прекрасный день. Ведь Ладушка про него уже узнала!

В этот момент дверь отворилась, и молоденький страж, запинаясь, пролепетал:

— Ваша светлость! К вам лорд Мортифор Лупус Карнификус! Настаивает на аудиенции.

При последней фразе мое сердце предательски ухнуло вниз. М-да, плохой денек выдался!

«А ведь еще не вечер!» — ехидно хмыкнуло левое полушарие свою любимую фразу.

3

Либо вы часть решения, либо вы часть проблемы.

Элдридж Кливер

— Вот блин! — Вик в сердцах ударил по столу. — Только оборотня нам для полного счастья не хватало! Влипли!

А вляпались мы (точнее я) конкретно! Сколько ни пыталась, ни билась нарыть что-нибудь по теме традиций и столбиков — все впустую. Информация об оборотнях оказалась закрытой! Впервые прибыв на Гею, я и представить не могла, что мы можем потревожить и раздразнить такую сильную и скрытную расу!

Из доступных знаний лишь поверхностные сведения о быте и укладе оборотней. Дескать, живут на севере и северо-западе мира такие вот злобные, свирепые, неуравновешенные типы, с которыми лучше не связываться. На всякий случай, а точнее, чтобы каждый «этих типов» мгновенно опознал и успел вовремя спрятаться, во всех книгах давалось их краткое, но весьма емкое описание: «Высокие (средний рост взрослой мужской особи около двух метров, у представителей благородных семейств — 2,25 м), мощные, удивительно ловкие, обладают огромной физической силой». И краткая приписка внизу: «Хуже их только Драконы!»

— Я тебя к этому терминатору не пущу! — Вик перехватил мой задумчивый взгляд на дверь. — Свет! Ты у меня одна, а он любого из нас на ленточки порежет и по земле тонким слоем раскатает!

И это правда. В одной из фамильных книг предки настоятельно рекомендовали своим любопытным, неуемным потомкам не злить оборотней, так как даже в человеческой ипостаси те обладают мощью всех трансформаций и гораздо сильнее Дракона в людском обличье. И до того, как мы (глупые чада) успеем перевоплотиться в ящера, они нас сто раз успеют разорвать на мелкие кусочки. Конечно, если мы (вредные недоросли) все-таки успеем превратиться в чешуйчатых гадов, то не поздоровится противнику.

Собственно, по силе и выносливости оборотни стоят на первом месте, опередив не только князей Драко, но и людоедов с каменными троллями. Тот факт, что данная раса обладает невероятной живучестью, а их враги повышенной смертностью, тоже не добавил оборотням популярности. Впрочем, вервольфы от недостатка внимания не страдают, прекрасно перенося изоляцию. Время от времени они выбираются в ближайшие города и деревни для покупки продуктов или торговли собственными изделиями из шкур, чешуи и костей убитых тварей. Чудовища в лесах оборотней также долго не задерживаются: либо их вырезают хозяева территории, либо они сами поспешно уносят ноги на более безопасные земли.

Нетрудно догадаться, что все вышеперечисленные знания и отсутствие идей по разрешению возникшей с Мортифором ситуации особого оптимизма не навевали. Мысли бешеным хороводом вертелись в голове, отчего ни на чем не получалось сфокусироваться. Сердце отчаянно колотилось, готовое вот-вот выскочить из груди. Но, к моему великому удивлению, столь бурная реакция организма объяснялась не только растерянностью и тревогой, но и сильным желанием увидеть Черного короля вновь! Эта странная и непонятная прихоть обитала где-то глубоко-глубоко в душе. До сегодняшнего момента я ее почти не замечала, но вот она вновь всплыла на поверхность.

— Честно говоря, Вик, я не думаю, что Мортифор собирается убивать Свету… — вывел меня из задумчивости озадаченный голос Норри.

Пока я разбиралась в собственных чувствах, братья о чем-то приглушенно переругивались. Артур сидел за столом и притворялся частью интерьера. Ладиина подалась вперед, чтобы лучше слышать разговор. Эльф озадаченно водил длинными чуткими пальцами по столу.

— …насколько помню, на традиционном пиру Драко в честь победы он вместе с дядей проявил к сестрице немалый интерес.

Думаю, так можно сказать. Рассказываю. Будучи от рождения веселыми и жизнерадостными, Драконы ввели обычай каждую свою победу отмечать шумной, беззаботной гулянкой. Вот и в тот раз, через неделю после разгрома Михея, Артур Семину привел мое родовое гнездо в порядок и разослал всем союзникам и друзьям приглашения на праздник. Бурная попойка была в самом разгаре, когда Норри внезапно откинулся на спинку стула и страдальчески застонал.

— Что такое? — испугались мы с Виком.

Эльфенок не ответил, только кивнул на двух мужчин, аккуратно обходящих столы с пирующими гостями и целенаправленно приближавшихся к нам. Если красота одного из них поражала своей тонкостью и аристократичностью с легкой долей надменности, то второй был воплощением страсти, огня, чувственности. Вот никогда не думала, что друзья так эффектно смотрятся вместе! Вся женская половина гостей буквально сканировала пришельцев, овеянных властью и силой.

— Что-нибудь случилось? — тревожно спросила я, когда Лерри с Мортифором в легком поклоне зависли недалеко от стола. Тогда еще первым был страх, что нам опять нужно куда-то ехать и что-то решать.

Пришельцы переглянулись, и ушастый правитель утвердительно кивнул, не в силах скрыть серьезности и крайней озабоченности. Нас троих передернуло от испуга, а оборотень с эльфом не выдержали и расхохотались.

— Надеюсь, вы догадались занять нам место? — хмыкнул, отсмеявшись, Мортифор, и прибывшие не сговариваясь, плюхнулись на соседние с моим стулья, нагло потеснив зашипевших братьев.

Разгулявшиеся гости подобного нарушения этикета не заметили, а Вик с Норри решили громко не возмущаться, дабы не привлекать лишнего внимания. Неизвестно еще, как присутствующие могли истолковать нахождение эльфа и оборотня на вторых по почету местах.

— Миледи, не выпьете ли со мной моего коллекционного вина? — вежливо осведомился Лерри ванн Дерт, наполняя мой бокал до краев.

— Не делайте этого, — раздался над левым ухом рычащий баритон Мортифора. — У эльфов вино очень хмельное! Опьянеете и потеряете бдительность! Выпейте лучше моего вина.

— Миледи, — послышался у правого уха укоризненный шепот Лерри. — Вино оборотней еще крепче! Что бы ни нашептал про меня этот прохвост — берегитесь! Мортифор тот еще искуситель, на его счету много разбитых сердец!

— Если этот ушастый гад твердит о моих победах на личном фронте, — отозвался с другой стороны лорд Лупус Карнификус, — то спешу уверить, что у него их больше, так как кто-то меня на целых двести семьдесят два года старше!

— Если ваш сосед упомянул мой возраст, то спешу заметить, что он в мужчине не самое важное, главное — опыт.

— Эльфийские мужчины — бренд, конечно, крайне раскрученный, но, к сожалению, не самый лучший, — съехидничал Мортифор.

— Тем не менее, оборотни тоже не шибко котируются! — парировали с другой стороны.

— Стоп! — не выдержала я, чувствуя, что голова и без вина начинает раскалываться на две половинки. — Разве вы не друзья?

— Друзья! — хором согласились эльф и оборотень.

— Притом самые лучшие! — добавил с улыбкой Мортифор.

— Тогда почему вы друг на друга наговариваете?

Мужчины переглянулись и ухмыльнулись, словно работали сообща по четко разработанному плану. И, наконец, Лерри, лукаво улыбаясь, произнес:

— Это называется здоровая конкуренция.

После того ужина между двух огней, Лерри частенько заглядывал в гости, а в последние три месяца, как уже говорилось ранее, практически поселился в моем замке. Большую часть времени ушастого властителя не было видно и слышно. Он действительно много часов проводил со своим племянником, посвящая принца в негласные правила ведения политики и тренируя в битве на ортах. Надо признать, их тренировочные бои притягивали меня как магнитом. Кто знает, может, на это Лерри и рассчитывал? Так как частенько сражался в одних бриджах. В такие дни служанки под дверьми тренировочного зала просто млели.

Однажды эльфийский правитель предложил мне свои услуги в освоении ритуального боя на ортах, и с тех пор мы виделись с ним регулярно, каждое утро. Иногда Лерри приглашал меня на конную прогулку или просил составить компанию в шахматы, пару раз дал совет, что делать с завалившими замок лживыми любовными посланиями.

Оказывается, несмотря на все минусы, супружество с Драконом крайне модно и престижно. Что-то сродни покупке дорогой породистой собачки, и желательно выставочной. А потому представители знати просто достали нас с Виком и Норри своими предложениями руки и сердца, а также многочисленными визитами.

Мортифор же за все это время ни разу не появился. Только через три земных месяца, когда я отсиживалась от внешнего мира дома, пришло письмо:

«Здравствуйте, милая княжна!

Честно говоря, не ожидал, что по прошествии полугода Вы попытаетесь сбежать от своего долга таким низким и грубым способом, как телепортация в иной мир. Если Вы думаете, что я Вас там не найду, то сильно ошибаетесь.

С безграничным уважением, восхищением и мыслями о Вас,

Мортифор Лупус Карнификус».

Вглядываясь в безупречно ровные строчки слегка косого и резковатого, но очень аккуратного и по-своему красивого почерка, я судорожно пыталась сообразить, что делать дальше. Как уже говорилось, несмотря на все старания, найти что-нибудь по данному обряду не получилось. А потому мозг не придумал ничего лучше, как отсрочить «казнь» и настрочить Черному королю следующее послание:

«Уважаемый лорд Мортифор Лупус Карнификус!

У меня и в мыслях не было (каюсь, было, но побоялась) столь грубо и дерзко нарушить наш договор (да плевать, в принципе, на метод! лишь бы откосить!). К сожалению, срочные дела (подходящий к концу срок нашего договора) призвали меня на Землю. Очень печально, что данное случайное совпадение (угу, как же! случайное!) привело Вас к таким нелестным выводам обо мне. (И что ж ты такой сообразительный, гад?!) Однако прошу меня милостиво простить, но когда мы обсуждали наш договор, то я подразумевала шесть земных месяцев (конечно, не подразумевала, но если так хоть чуть-чуть можно выкрутиться, то теперь подразумеваю).

С безграничным уважением,

Светлана Сангиус Ангуис Торта Орис-Беллигеро Омаг-морт Драко, правящая династия».

(Ха! А у меня титул подлиннее будет! Мелочь, а приятно.)

Буквально в тот же день пришел ответ:

«Что ж, миледи, Вы поймали меня за хвост! Ну да я сам виноват: не стоило расслабляться в присутствии прекрасной дамы. Так и быть, я принимаю отсрочку. В Вашем мире пройдет полгода, в моем — год. Но прошу Вас впредь на иные временные измерения не ссылаться, ибо я расценю это как нарушение договора. Да и больше времени предоставить Вам, милая княжна, не могу, так что решайте проблему или решайтесь.

С безграничным уважением, восхищением и все теми же мыслями о Вас,

Мортифор Лупус Карнификус».

И снова тишина. Мортифор не появлялся, не писал писем и вообще никоим образом не напоминал о себе. Книги, опять же кроме настоятельных рекомендаций не связываться с оборотнями, ничего нового не сообщили. На все вопросы о своем друге Лерри извинялся и отрицательно качал головой. С каждым днем становилось все тревожней, но, с другой стороны, вместе с волнением росло и непонятное желание увидеть Мортифора. И вот теперь я его увижу. Только вот что делать-то?

— Знаешь, меня это отнюдь не успокаивает! — фыркнул Вик.

Похоже, я снова упустила нить разговора. Так, надо успокоиться и все трезво обдумать, прежде чем идти на переговоры. Никогда не следует ставить вопросы ребром, иначе они могут выйти боком.

— Ребята, я что-то прослушала? — осторожно начала я.

— Прослушала?! — переспросил Вик. — Да как ты можешь так спокойно сидеть и витать в облаках, зная, что по твою душу явился Мортифор?!

— Ну не совсем по душу, — поправил Норри.

— Точнее, совсем не по душу! — расплылась в ядовитой улыбке Ладиина. — Ты, кстати, в курсе, что обо всех его любовницах ни слуху, ни духу?!

— То есть? — не поняла я.

— Они пропадают бесследно! — злорадно пояснила Ладушка.

— Не совсем пропадают, — внезапно вступился за оборотня Норри. — Лада, не пересказывай сплетен. Просто о возлюбленных лорда Мортифора известно так же мало, как и о пассиях моего дяди. Мать Лерри была очень строгой моралисткой, отчего дяде в юности приходилось тщательно скрываться, и постепенно это вошло в привычку. Мортифор в этом плане на него похож. Он не любит афишировать свои победы, равно как и обнажать чувства. Оборотни от природы замкнуты и скрытны. Кроме того, я как-то подслушал их с дядей разговор и узнал, что Мортифор очень много путешествовал по мирам и большинство его любовниц оттуда.

— Угу! — хмыкнула Ладиина. — А как ты объяснишь дорогой сестричке следующее событие? Как-то сарки решили осветить личную жизнь короля оборотней, и, когда нашли любовницу Мортифора, та отказалась говорить об этом? Причем подобным образом поступили и все прочие его пассии, пока сарки не отказались от идеи!

Повисла гробовая тишина. Ладиина откинулась на спинку стула с чувством выполненного долга и сладко чему-то улыбалась. Артур Семину отбарабанил пальцами по столу нервную дробь, а Вик шумно вздохнул. И только мне почему-то было на удивление спокойно. Вполне вероятно, что Черный король подошел к выбору любовниц тщательно, и все они оказались очень даже благородными женщинами, не желающими оглашать интимные подробности своей личной жизни на весь мир. Что здесь странного? Я, наоборот, не понимаю тех, кому нравится кричать об этом на каждом углу. Любовь касается только двоих, и прочим там делать нечего.

— Я не знаю, как это истолковать, — тихо ответил эльф. — Но, может быть, Мортифор взял с них слово молчать?

— Для чего? — фыркнул Вик.

— Не пугай сестру своими домыслами.

— Пугаю?! — взвился лорд Венатор. — Да я, между прочим, за нее волнуюсь!

— Я тоже тревожусь, — спокойно поднял вверх руку Норри ванн Дерт.

— И я, — робко поднял руку Артур Семину.

— А я нет, — улыбнулась Ладушка. — Потому что если со Светой что-нибудь случится, то правящим Драко станешь ты, Виктор, и я перейду по наследству к тебе. А уж тогда ты от меня не отвертишься!

— Ты же слово когда-то давала от братьев отстать! — разозлилась я.

— Аристократ — хозяин своего слова, — томно потянулась Лада. — Слово дал, слово взял. Я — женщина и имею право передумать.

Краем глаза я заметила внезапно метнувшуюся смазанную тень и в следующую секунду увидела Вика, нависающего над побледневшей Ладииной.

— Запомни! — прорычал он в лицо опешившей девушке. — Я буду последним ублюдком, если позволю кому-то обидеть мою сестру! Я ту тварь на кусочки порву! И если ты по какому-то недоразумению перейдешь ко мне по наследству, то пожалеешь, что родилась! Ты от меня сама на пятьсот лет закопаешься! Яс-с-сно?! — Голос брата балансировал на грани звериного рыка инфразвука.

Еще никогда, никогда я не видела его, веселого, жизнерадостного балагура, таким злым и жестоким. И уж тем более по отношению к противоположному полу! Всегда обходительный, терпеливый и снисходительный Вик в такой ярости! Даже мне стало страшно.

— Ты меня поняла?! — рявкнул кузен, и я почувствовала, как звуковая волна вибрацией прошла не только через Ладу, но и через меня.

— Да, — испуганно прошептала Лада, забившись в самую глубь стула. Она была шокирована не меньше, а может, и больше нас. Все ее тело мелко и нервно дрожало под холодным горящим взглядом Вика.

— Будешь защищать Свету ценой собственной жизни?

— Да, да! Конечно! — пролепетала Ладиина.

В таком состоянии она готова была пообещать что угодно. Вик выпрямился, и я впервые увидела в его зрачках алые всполохи. Затем брат вернулся на свое место и принялся поглощать еду. Если раньше он питался как птенчик (каждые сорок пять минут и помногу), то теперь ел один раз в день, но на протяжении всех суток. Впрочем, Норри от него тоже не шибко отставал. Да и я, каюсь, в последнее время стала составлять братцам компанию. Может, это от нервов у нас проявился такой массовый жор?

— Какие у тебя планы по поводу переговоров? — подал голос Норри, обгладывая куриную ножку.

— Попробую прикрыться проклятием и попросить отсрочку, — призналась я.

«Только сначала накорми его! — ехидно отозвались с левой стороны. — Ибо чаще всего у мужчин настроение находится в прямой зависимости от полноты желудка: сытый мужчина — довольный мужчина. А с довольным мужчиной можно вести переговоры. К тому же плотно накормленный мужчина вдвойне хорошо: он становится неагрессивным, ленивым и хочет спать, а, следовательно, согласится на все, лишь бы поскорее добраться до кровати и устроить себе тихий час».

Эльфенок улыбнулся, прочитав мои мысли, и покровительственно кивнул:

— Мне обе твои идеи нравятся, только будь осторожна в выборе слов. Оборотни очень вспыльчивы, хотя по их правителю этого и не скажешь.

— А еще он очень хитрый и изворотливый, — подал голос Артур Семину. — Любит ловить своих врагов в различные западни. Мои коллеги сравнивают его с пауком.

— Пауком в народе считается на самом деле мой дядя, — с улыбкой поправил Норри управляющего. — А для Мортифора больше характерно поведение дракона или змеи. Сложные, просчитанные ходы, изощренные ловушки и бездна терпения в засаде или неожиданные яростные атаки.

— И ты такие ценные знания хранил при себе?! — не выдержала я.

— Да я их всего на прошлом уроке дипломатии от дяди по секрету узнал! Не хотел тебя перед ГОСом беспокоить! Ты и так нервная была!

— А я вам каждый день повторял, — напомнил Артур Семину, — будьте осторожны с Мортифором. Этот правитель как весенний лед: с виду надежный и прочный, а потом раз — и не заметил, как под водой!

— Спасибо вам, дорогие мои. Что еще посоветуете? Застрелиться?

— Пока ничего плохого по отношению к Мортифору я не имею и детей люблю, но маленькие шустрые карапузы хорошо, когда их ждешь, а не когда они навязаны тебе какими-то столбиками. Да и отца своих детей, равно как и время их появления, хочется выбрать самой. Терпеть не могу принуждения.

— Ты, если он начнет настаивать на исполнении закона со столбиками, его замужеством припугни, — внес свою лепту Вик. — Скажи ему, типа, я девушка приличная, детей без брака не ращу. Обычно на парней это действует. Хорошее отпугивающее заклинание, — и покосился на Ладу, — даже лучше, чем угроза.

— Только не в данном случае, — покачал головой Норри. — Миледи, если вы уже заметили, все в этом мире немного…

— Озабоченные? — ехидно закончила я фразу за братика.

— Озадаченные, — снисходительно поправил Норри. — Вот уже много лет на Гее существует демографический кризис.

— И ты его активно устраняешь, — улыбнулась я.

— Я патриот своего мира! — гордо выпятил грудь эльфенок.

— Пожалуй, я помогу тебе в этом нелегком деле, брат, — Вик потрепал ушастого по плечу.

— Я с вами! — раздался радостный голос из-за гобелена, и на свет явилась ухмыляющаяся голова Оох-рам-Лукуша. — Нельзя только на ваши плечи взвалить столь ответственную и тяжелую миссию!

М-да, я смотрю, в этом мире все патриоты! В прошлый раз, куда ни сунусь, все только и занимались устранением демографической проблемы!

Оох-рам-Лукуш выбрался из своего убежища и, уже совершенно не таясь, направился к нам.

— Вернемся к предыдущей теме, — Норри постучал пальцем по столу, привлекая внимание. — Так как мы вымираем, то каждая раса не только стремится поднять рождаемость на удовлетворительный уровень, но и сделать так, чтобы каждый последующий ребенок был умнее, красивее и талантливее родителей. А потому в нашем мире хорошая невеста ценится на вес золота.

— Но у вас же их переизбыток! — вспомнила я вечные жалобы Ладиины.

— Выбор большой, — ухмыльнулся Оох-рам-Лукуш, присаживаясь на подлокотник моего кресла и цепляя из золоченого блюда ножку курицы. — Но каждый себе желает самую-самую!

— И уж тем более никто не откажется от Дракона! — кивнул Артур Семину. — Теперь ваша светлость понимает причины обрушившейся на ваш замок лавины брачных предложений?

— Да, Свет, — как-то недобро улыбнулся Норри, поигрывая ножом и вилкой перед тарелкой с отбивной. — Твоя родословная — лакомый кусочек. И при всей нелюбви Мортифора к Драконам он вряд ли упустит шанс припрячь тебя к эволюции, тем более что уже три года подыскивает жену.

Артур Семину взглянул в окно и осторожно откашлялся, привлекая внимание.

— Извините, ваша светлость, но дольше заставлять ждать короля оборотней нежелательно. Это некрасиво, а еще минут тридцать — будет оскорблением.

— Да, спасибо, что напомнили, — вздохнула я, вставая из-за стола.

От полученной информации легче не сделалось. Наоборот, знания повисли над головой дамокловым мечом.

— И еще, — Норри схватил меня за руку и усадил обратно на стул, — постарайся не целоваться с Мортифором. Совсем недавно, опять же на уроке дипломатии, дядя мне по секрету поведал, почему лорд Лупус Карнификус всегда скрепляет договор поцелуем. Природа магии оборотней заключается в том, что они владеют законами жизни и смерти, но наиболее легко им дается убийство. А Мортифор — единственный колдун, который умудрился создать заклинание, контролирующее исполнение данной клятвы, и научился привязывать его к жертве через физический контакт.

— Так вот почему папаня отправил своих врагов с дипломатической миссией к оборотням! — хлопнул себя по лбу вампиреныш. — Умно!

— А что с ними стало? — понимая, что, возможно, напрасно интересуюсь, спросила я.

— Отец продумал все так, что интриганы оказались нарушителями данной Мортифору клятвы. Заговорщики скончались в страшных муках, а вампирская корона успешно отмазалась, свалив всю вину на них, — с радостной улыбкой сообщил юный Лукуш. — Забавно, до этого момента я считал скоропостижные, не обремененные загадочными обстоятельствами смерти предателей простым совпадением, несчастным роком. Наверное, папа все-таки догадался отвергнуть подозрительную случайность.

О небо! С какими садистами приходится общаться! И что самое обидное — я главная среди них!

— Получается, Мортифор уничтожает клятвоотступников на расстоянии?

— Да, — кивнул Норри. — При помощи поцелуя он привязывает к жертве заклинание, которое в случае предательства уничтожает виновного. Причем усовершенствовал магическое плетение так, что оно теперь убивает не только дипломата, но и весь его род. А потому король оборотней принимает только тех послов, которые являются родственниками правителей, и, естественно, женского пола. Хотя иногда может вести переговоры с послами иных могущественных родов. В таком случае он либо оказывает милую услугу другому правителю (такую, как вампирской короне), либо косвенно регулирует внутреннюю политику в чужой стране по своему усмотрению, усиливая или уничтожая наиболее влиятельные, сильные кланы.

Так вот почему этот гад сразу целоваться лез! Спокойный, холодный расчет! Ох, дальновидный, засранец!

— А я? — Мой голос вдруг сорвался. — На меня он тоже что-то навесил?

— Да, — кивнул Норри. — В первый раз ты получила заклятие, контролирующее исполнение клятвы. Но оно было двусторонним, ведь тогда Мортифор тебе тоже давал слово. Полагаю, именно из-за двусторонности заклинания дядя и был уверен, что он тебя не обманет. Вы оба сдержали свое слово, обещания исполнились, и плетение распалось.

— А во второй раз?

— А природу второго заклинания я не знаю, — растерянно развел руками Норри. — Но оно другое.

— Честно говоря, больше похоже на оберег, — задумчиво пробормотал Оох-рам-Лукуш, сканируя рукой мою ауру. — Такое чувство, будто он защитил тебя от всевозможных несчастий на целый год.

— Как ты это узнал? — встрепенулся Норри. — Я всю жизнь изучаю магию, но, увы, не могу определить природу данных чар.

— У Светы мое кольцо, — снисходительно улыбнулся вампиреныш. — За счет этого я чувствую степень ее безопасности. Если бы заклинание было направлено против княжны, я бы узнал. А оно сходно с магией моего обручального кольца.

— Чего?! — рявкнул Вик.

— Ваша светлость, время, — встревожено напомнил Артур Семину.

Ну вот! Только пошли интересные темы! Что ж, пора в бой. Одно не пойму: зачем Мортифору вешать на меня защитное заклинание?

— Спасибо, Артур. — Я поднялась из-за стола. Мужчины также поспешно встали. — Распорядись, чтобы нам с Мортифором подали на стол. И накормите его телохранителей, если это, конечно, возможно.

— Как прикажете, моя госпожа, — почтительно склонился Артур и осенил меня напоследок священным знаком.

Что ж, думаю, это мне понадобится. По пути в тронный зал нервное напряжение нарастало.

В одном из коридоров я наткнулась на высоченных хмурых охранников в шлемах причудливой формы. Легкая одежда, чуть медлительная грация движений. Оборотни. Личная охрана Мортифора. Очевидно, выслав телохранителей за пределы комнаты, Черный король хотел выказать свое доверие и желание поговорить со мной наедине. Элитные воины проводили меня задумчивыми хмурыми взглядами.

Они почему-то меня не любят. Хотя, думаю, любой охранник злится, когда его подопечный остается один на один с опасностью. И пусть в человеческом облике я гораздо слабее, но ведь всегда есть шанс повернуть ситуацию в свою сторону. Правда, убить оборотня не так-то просто. Не стоит обольщаться его неспешностью и кажущейся заторможенностью. Такая грация связана с их массой, а не с физическими данными.

Оборотни обладают удивительно прочным скелетом, в неорганическую основу которого входит не только гидроксиапатит (как у людей), но и другой неизвестный, очень тяжелый материал. Средний вес костяка оборотня около ста пятидесяти — двухсот, а порой и трехсот килограммов; если прибавить к этому мясо, мышечную массу, воду и прочие составляющие живого организма, то получим около четырехсот килограммов (притом особь будет стройной и подтянутой!). Естественно, привыкшие носить такой вес оборотни обладают особой, неповторимой грацией. Что чаще всего и является их визитной карточкой.

Ну, вот и пришли. Вздохнув, я взялась за ручку двери и почувствовала себя дрессировщиком, входящим в клетку с тигром. Вот только мой хищник гораздо опаснее. Да и сама я далеко не безобидная зверюшка.

Мортифор стоял спиной к двери, сцепив руки сзади, и, кажется, рассматривал резьбу на спинке трона. Насколько помню, там изображалась история создания драконов, а также фрагменты из безумного воздушного танца первой и главной пары мироздания: дракона Света и драконицы Тьмы.[15]

Черные волосы гостя непокорной гривой, как шерсть у дикого волка, спадали на широкие плечи. Плотный темно-зеленый плащ почти полностью скрывал фигуру. Услышав мои шаги, он медленно, чтобы никоим образом его движение не сочли агрессивным, обернулся.

— Княжна! — радостно улыбнулся мужчина, приветственно кланяясь. — Здравствуйте! Рад вас видеть!

— Взаимно, Мортифор! — Я подала ему руку для поцелуя.

Что бы ни говорил Артур про осторожность, к правителю оборотней я испытывала огромную благодарность. Ведь если бы не он, моих горячо любимых Норри и Вика могло бы уже не быть. Во время хитрой вылазки в замок Михея моих братьев схватили и поместили в подземелье. Мортифора, предварительно отравленного ядом, слуги на радостях забыли связать и потащили, как есть. К счастью, всякие смертоносные зелья на оборотней не действуют, могут только оглушить на некоторое время. Подданные Туцира не рассчитали концентрации, и лорд Лупус Карнификус очнулся на полпути в камеру, прирезал охрану и вытащил моих шалопаев. Без него они бы навсегда остались погребенными в руинах разрушенного мною замка. Так что и мою совесть он спас. Никогда не смогла бы жить спокойно, зная, что послужила причиной смерти родных.

Мортифор взял протянутую для приветственного поцелуя руку, развернул ладонью вверх и приложился к ней губами. Легко, нежно, очень вежливо, но от того, как он верхней губой слегка прихватил кожу, мое сердце забилось быстрее. Тонкий слух оборотня, очевидно, уловил изменение моего пульса, и уголки его губ еле заметно приподнялись. Лорд Лупус Карнификус замер, явно ожидая моей реакции и внимательно глядя в глаза, будто пытаясь прочесть мысли.

Такой поцелуй не входит в нормы общепринятого придворного этикета, считаясь больше интимным, но и неприличным не значится, имея свою область применения. Таким прикосновением выражают в неофициальной обстановке наивысшую степень уважения и доброго расположения, но в то же время точно таким же касанием выказывают желание соблазнить. Именно двоякость этого лобзания и обеспечила ему большую популярность при дворе на всех неофициальных мероприятиях.

О значении поцелуя Мортифора я предпочла не думать, сосредоточившись на облике гостя. Для оборотня его наряд был полностью нетрадиционным уже хотя бы тем, что состоял из большого количества одежды, которую к тому же невозможно быстро снять.

Черные кожаные штаны, заправленные в высокие замшевые сапоги болотно-сизого цвета. Плотная белая рубашка, поверх которой надета удлиненная безрукавка из темно-зеленой кожи, больше напоминающая доспех. Вся она расшита серебристыми линиями, напоминающими рельефы мускулатуры, но сплетающимися на груди в непонятные магические символы. На руках коричневые перчатки почти до локтя. Чуть ниже талии — перевязь с мечом, когда полуторник скрывался плащом, возникало ощущение, что на воине просто декоративный пояс. А вот его длинный плащ, перехваченный спереди серебристой цепью, похоже, сделан из того же материала, что и мое верхнее платье-накидка, потому что постоянно льнул и обволакивал фигуру хозяина, искусно скрывая присутствие этого самого оружия. Если бы Мортифор при приветствии специально не показал эфес меча, я бы его не заметила. Так обмануть глаза способна только магия.

— Вот и вы ко мне на беседу с вескими аргументами явились, — пожурила я визави, глядя на притороченный сбоку клинок.

— Леди, — широко улыбнулся Мортифор, сильно наклоняясь вперед, чтобы наши глаза оказались на одной линии, — могу на что угодно поспорить, что и у вас под накидкой найдется для меня пара вполне приличных доводов!

При этом он безошибочно посмотрел туда, где были приторочены кинжалы. Видно, помнит, прохвост!

— Зачем вы взяли оружие? — Я направила на Мортифора один из своих самых трогательных и жалобных взглядов. — Я всего лишь слабое, беззащитное существо.

— В той же степени, в какой я белый и пушистый кролик, — спокойно парировал оборотень, гладя на меня насмешливыми глазами. — Я тоже очень хрупкое и ранимое создание!

— Голодны? — вспомнила я законы гостеприимства.

— Нет, спасибо, — улыбнулся собеседник. — Предпочитаю не есть на переговорах. Видите ли, я тогда становлюсь сонным и ленивым. Еще потеряю бдительность.

— Боитесь, что я покушусь на вашу невинность? — ляпнула я, не подумав. Елки-палки! Ну, кто за язык тянул?! Ведь всячески старалась обходить опасную тему!

Но Мортифор лукаво улыбнулся и сокрушенно покачал головой.

— Увы, миледи, — чуть ли не с самым настоящим раскаянием вздохнул он, — но моя невинность вас не дождалась. И притом уже давно.

— А я считала оборотней, как и волков, моногамными! — поспешно попыталась я увести разговор в иное русло. Заодно и про оборотней больше узнаю.

— А мы такие и есть, — не понимая, сморгнул Мортифор.

— То есть какие?

В этот момент открылась дверь, и дрожащая служанка внесла поднос с едой. Кинув нервный взгляд на Мортифора, она поспешно просеменила к небольшому столику, стоящему чуть поодаль от трона, около окна. На торжественных приемах его убирали, но в домашней обстановке мне почему-то нравилось обедать здесь, любуясь открывающимся видом. И вообще, очень этот уголок зала запал в душу. Девушка тем временем торопливо накрыла стол и, прикрывшись подносом, словно щитом, помчалась к выходу.

— Почему люди вас так боятся? — не выдержала я. Что-то мне подсказывало, что мне позволено задавать такие вопросы Мортифору.

— У нас плохая репутация, — пожал плечами собеседник. — Разве вы не читали в умных книжках? Очень сомневаюсь, что за все это время вы ни капельки не искали информации по нашей расе. Разве не так?

— Вы правы. Я пыталась, но, к сожалению, ничего не нашла. Вы очень скрытные.

— Что есть, то есть, — улыбнулся оборотень.

— Пройдем к столу?

Собеседник молча кивнул и подал левую руку. Хоть Мортифор и отказался от обеда, не стоять же нам посреди зала? А приглашать гостя за пустой стол стыд и позор для любой хозяйки. Вдруг он в процессе разговора проголодается? Да и я сама стала замечать за собой повышенный аппетит. Вот и сейчас — вроде ела сорок минут назад, а желудок уже скромно намекает подкрепиться. У самого стола оборотень притормозил, прищурился и стал водить в воздухе правой рукой, словно прощупывая что-то.

— Интересно! — пробормотал он и добавил: — Миледи, это случайно не ваше любимое место?

— Одно из них. А что такое?

— Хм, значит, легенды не лгут, утверждая, что драконы любят сидеть на пересечениях энергетических линий! Может, мне вас к себе домой пригласить благоприятные места поискать?

— О! Такое место в вашем замке я уже нашла! Это — крыша! — вспомнила я, как удачно у нас получилось оттуда бежать. — И, зная, как ваши подданные меня любят, чувствую, я оттуда на протяжении всего своего визита не слезу.

Мортифор не смог сдержать смешка. Видно, воспоминания о Вике, Ладиине и обо мне, а также о нашей великой гонке от правителей оборотней все еще свежи в памяти обитателей твердыни «Волчья пасть».

— А какие еще ваши любимые места в замке?

— Ров с крокодилами, — ответила я, вспомнив, как успешно спустила туда папашу моего визави.

— Считаете, там благоприятная карма? — еле сдерживая улыбку, поинтересовался оборотень.

— Самая что ни есть! — проникновенно заверила я.

— А для кого?

— Полагаю, для крокодилов.

— Как же я мог забыть, что вы всегда в первую очередь будете заботиться о братьях ваших меньших! — хмыкнул собеседник, намекая на мое родство с земноводными.

— Ничего себе меньших! — возмутилась я. — Вы хоть видели, каких динозавров откормили у себя в болоте?!

— Ну, вы же сами сказали, что там благоприятное место! — от души рассмеялся Мортифор. — Вот они и напитались хорошей энергетики!

— Которая регулярно сваливалась им на головы?

— А не все ли равно, как на нас снисходит благодать? Мой отец до сих пор вспоминает купание во рву собственного замка. Слушайте, а может, переедете туда жить? Будете среди моих крокодилов главной гадиной. Отдохнете от мирских проблем, развеетесь.

— Только если с вами, — буркнула я.

— Меня, в отличие от вас, за своего там могут и не принять! — притворно вздохнул Мортифор.

Меня его шутка задела, точнее обидела. Крокодил, конечно, по-своему красивое животное, но вряд ли какая-нибудь девушка захочет слышать сравнение с ним. Тем более что в последнее время земноводные и рептилии действительно стали относиться ко мне со странным нежным трепетом.

— Ну, кто-то же должен быть закуской! — пожала плечами я, возвращая шпильку.

Улыбка тут же слетела с лица собеседника.

— Извините, княжна, — прижав руку к сердцу и слегка наклонив голову, пробормотал он. — Я не хотел вас оскорбить. Я всего лишь подразумевал, что дракон может найти общий язык с любым земноводным.

— Не желаете ли откушать? — нейтрально произнесла я и подала ему блюдо с ломтиками мяса.

Мортифор насторожился и внимательно посмотрел в глаза, словно пытаясь понять, что у меня на уме. Я не сказала, что прощаю, и предложила ему угощение. По негласному этикету данного мира это означает, что я затаила обиду, и это дает мне полное право совершенно оправданно его отравить. С другой стороны, я предложила еду, проявив дружелюбный жест, и отказ дипломатически некорректен.

Рука Мортифора потянулась к ломтику ветчины и замерла. Мужчина еще раз внимательно взглянул мне в глаза, но вряд ли нашел в них что-нибудь оптимистичное для себя. Шутка собеседника больно резанула по самолюбию. Раскрытая душа захлопнулась и холодной змеей свернулась глубоко внутри. Принимать извинения не хотелось.

Оборотень так и сидел с зависшей над мясом рукой и напряженно всматривался в мое лицо. Я спокойно и вежливо улыбалась, ничем не выдавая истинного настроения. Эту черту я унаследовала от матери. Можно сказать, национальную черту. Белорус никогда не покажет гостю своей обиды или недовольства его поведением. Это невежливо по отношению к гостю. Враг тоже не увидит реакции белоруса, белорус все примет с каменной миной, а потом пойдет и отомстит. Холодно, продуманно и по степени вины. Чаще всего не сразу, а через некоторое время, когда противник расслабится и потеряет бдительность. По крайней мере, так меня учила мама, и драконья часть моей души полностью одобряла данную тактику.

— Ну что же вы боитесь? — хмыкнула я. — Яды же на вас не действуют, ваше величество.

— Вы очень талантливы, ваша светлость, — признал Мортифор и наконец-то решился взять мясо. — Поверьте, я честно не хотел вас обидеть.

Драконья сущность подтвердила правдивость его слов, но указала на скрытый факт. Да, глубоко внутри собеседник действительно не хотел меня ранить, но в то же время такую шутку он отвесил специально, чтобы посмотреть на мою реакцию. По какой-то неведомой мне причине ему нужно было меня слегка разозлить.

Однако теперь Мортифор сильно сожалел о проделанном эксперименте. Он чувствовал, что во мне что-то изменилось, и это ему очень не нравилось и, кажется, огорчало. На этом мое чутье прервалось. Когда же, наконец, мои способности перестанут проявляться фрагментами и выйдут на постоянный уровень? Скорей бы закончилась эта последняя стадия взросления.

Мортифор молча жевал, внимательно изучая мое лицо. Я также взяла ломтик ветчины и положила в рот. Да уж, если ваш враг — химик и вы едите с его рук, то это самоубийство. Но если оба противника — химики и обедают вместе, то это акт взаимодоверия. Оборотень ел медленно, вдумчиво. Я его не торопила. Отчасти из-за привитых матерью законов гостеприимства, по которым прерывать гостя невежливо, равно как и подгонять, отчасти обдумывая дальнейший разговор. Узнать больше о расе собеседника после прозвучавшей шутки уже не получится. Нить непринужденности и доверительности пропала, а в таком случае это будет расценено как выведывание информации. Спрашивать о цели приезда невежливо, да и лезть в бутылку не хотелось.

Возникшая ситуация раздражала. Я злилась на себя за то, что позволила себе обидеться на такой пустяк и разорвать непосредственность общения. Дурацкий поступок. Раньше такого не было. В голову внезапно пришла мысль, что делать глупости человек начинает тогда, когда влюбляется, ведь любовь отнимает мозги у тех, у кого они есть, и дает тем, у кого их нет. Левое полушарие тут же подхватило эту мысль за шкирку и с раздраженным шипением вышвырнуло куда подальше. Скорее всего, такие перепады настроения связаны с последней стадией взросления дракона. Да, точно! Как я раньше об этом не подумала?

Мортифор закончил есть, поблагодарил и, откинувшись на спинку стула, поинтересовался:

— Полагаю, вы догадываетесь о цели моего визита?

Все то же внутреннее чувство вновь мне подсказывало, что говорить на эту тему он не желает, но и увиливать от разговора больше не было смысла. Это ему не нравилось. Отвечать на его вопрос мне хотелось не больше, чем ему задавать, но пришлось:

— Думаю, истек срок нашего договора.

— Да, — кивнул оборотень, — я пришел узнать ваши идеи по увиливанию от павшего на нас заклятия.

— Я ничего не нашла по столбикам, — честно призналась я.

— Немудрено, — хмыкнул визави. — Это очень древнее заклятие, и на протяжении веков мои собратья сделали все, чтобы уничтожить малейшую информацию о нем, пока кому-то не приспичило справить нужду на верстовом столбе!

— Это был мой столб, и я заявляла о правах на собственную землю!

— Но думать же сначала надо было!

— Предупреждать стоило! — парировала я. — Зачем вы устранили всю информацию?! Теперь бы не было таких казусов!

— Нет, были бы! — осклабился Мортифор, и на его красивом лице проскользнули волчьи черты. — Какая девица или вдова упустила бы шанс выскочить замуж за оборотня? Да повалят сотни!

— Не шибко вы и котируетесь!

— Конечно! — сверкнул глазами оборотень. — А как нам еще защититься от данного проклятия?

— Неужели так мучительно сделать одинокой женщине ребенка? — вдруг прорезалась собственная язвительность. Стало обидно за бедных одиноких женщин. Мало ли какие причины могут толкнуть их на такой шаг?

— К вашему сведению, — рыкнул Мортифор, — оборотни — самые заботливые родители! Никакой самец в трезвом уме и твердой памяти не бросит собственного ребенка! Кем бы ни была мать детеныша, как бы он к ней ни относился, он всегда пойдет за ней следом, пожертвовав возможностью найти свою половину и влюбиться! А каково женатому вервольфу изменить любимой супруге, вы не думали? У нас, между прочим, верность — одно из ценнейших качеств! Одному мужчине — одна женщина! В отличие от всех остальных рас полигамия противна нашей природе! И в данной ситуации страдает не только спутница-волчица, но и муж. С одной стороны, ему омерзительна близость с другой женщиной, поскольку он знает, что дома плачет его любимая, а с другой — он не может поступить иначе!

— Почему?

— Не может — и точка! — отрезал визави. Он что-то скрывал.

— Действительно?

— Это проклятие, — твердо произнес Мортифор, немного успокаиваясь.

Похоже, в его случае, как и в моем, единственная альтернатива — смерть.

— Сроки четко ограничены?

— Этого я не могу тебе сказать, княжна, — тихо произнес собеседник.

— Мортифор, если я больше узнаю о твоем проклятии, то вместе мы сможем найти выход из сложившейся ситуации.

— А у тебя на данный момент совсем нет никаких идей? — прищурился визави.

— Увы, — честно призналась я. Ссылаться на занятость и прочие причины бессмысленно и как-то по-детски.

Оборотень хмыкнул:

— А что же тогда ты хотела мне предложить?

— Отсрочку в семнадцать дней, — выложила я карты на стол, чуть-чуть накинув себе времени.

— И что же такого поворотного в данном сроке?

— Мое проклятие, — ответила я и рассказала о Ведущих магах мира.

Мортифор выслушал все внимательно и спокойно, в какой-то момент нахмурился, но это, скорее всего, мне показалось.

— Да уж, — вздохнул он. — Не каждому так везет, как тебе. Что ж, так и быть, я дам тебе еще семнадцать дней.

Почему-то мне хотелось поверить в его внутреннее благородство, но мерзкий червячок сомнения не давал покоя. Еще с детства я знала, что великодушию властителей не стоит доверять. К сожалению, драконье чутье истины в данный момент уснуло. С чего Мортифору быть по отношению ко мне таким добрым? Хотя, может, ему самому невыгодно со мной связываться? Ведь если он сказал мне правду о родительской заботе оборотней, то получается, что впоследствии ему придется пойти за мной хоть на край света. А в силу произошедших событий стоило королю оборотней настоять на исполнении требования, как он сам оказался бы в ловушке уже моего проклятия. Пусть не как член семьи, но как отец ребенка. Как правитель, он не имеет права собой рисковать. Похоже, мне повезло. Так, может, подфартит еще больше?

— Мортифор, а у тебя случайно нет идей, как избежать твоего проклятия?

— Вообще-то я хотел предложить тебе обучение в школе Универсальных искусств. Она находится в свернутом пространстве. Полный срок обучения тридцать три года, при том, что в нашем мире пройдет около тридцати трех минут. За это время, думаю, ты смогла бы найти выход. Однако теперь, из-за того что ты оказалась ввязанной в поединок с Великими магами мира, тебя не примут.

— Почему?

— Там готовят первоклассных бойцов, — пояснил оборотень. — Таких, которые могут бросить вызов кому угодно и победить. Ведущие маги мира в данном случае уже будут не силой, а жертвой. Потому и запрещено поступать в школу с умыслом против тех, кто отвечает за благоденствие миров.

— А после? — загорелась я. Наверное, просыпается во мне дракон и, в частности, любовь к войнам.

— Тоже нельзя, ибо тогда ты займешь место одного из Ведущих магов мира, а лицам, занимающим такие ответственные посты, опять же запрещено обучаться в школе Универсальных искусств, потому что в таком случае вероятно злоупотребление властью.

— А ты?

— Я ее уже закончил.

— И неужели там на самом деле готовят универсальных воинов? — прищурилась я.

— На самом деле, — подтвердил Мортифор, оборачиваясь к окну. — Условия проживания и обучения очень жесткие. При огромных наборах до выпуска доживают единицы. За пятьсот лет существования школы окончить ее удалось только тридцати двум. Но, думаю, ты бы стала тридцать третьей.

— Если ты такой крутой солдат, зачем тебе телохранители?

— Я правитель, — легко улыбнулся Мортифор. — Так положено.

— А больше идей по поводу проклятия нет?

— Увы, — развел руками оборотень. — Есть еще один способ, но он тебе не понравится, поэтому это все, что я могу предложить. Итак, семнадцать дней. Скрепим договор?

Собеседник поднялся и приблизился почти вплотную к моему креслу. Вспомнилось строгое предупреждение Норри не целоваться с Мортифором. В данной ситуации это был бы действительно опасный поступок. Я не знала, что задумал король оборотней. Вдруг я снова попадусь в какую-нибудь паутину?

— Давай я лучше слово дам. — Я задрала голову, чтобы посмотреть мужчине в глаза.

— Нет, — строго отрезал Мортифор. — Честное слово, от драконов, не достигших зрелости, я не принимаю.

— Почему? — разозлилась я. — Что мы, обманщики какие?

— Когда станешь взрослой, поймешь, — тоном родителя ответил оборотень. — Слово взрослого дракона приравнивается к клятве, и добиться его от вашего брата просто невозможно. Подрастающие драконы могут спокойно нарушить данные обещания.

— Я не такая! — возмутилось все мое существо.

— А откуда мне знать? — склонил голову набок Мортифор.

— Честно, я не хочу тебя обмануть, просто не могу скрепить договор поцелуем.

Мысли судорожно прокручивались в голове в поисках веского основания. Сдавать Норри, а вместе с ним и Лерри не хотелось, получать на себя очередное заклятие тоже не тянуло. Внезапно мой взгляд упал на тоненькое золотое кольцо с рубином. Оборотень его тоже только теперь заметил.

— О-о-о… — протянул он, но в его безобидном междометии послышался холод и яд. — Понимаю! Мы обручены и не хотим изменять! Мне стоит принести вам с Оох-рам-Лукушем свои поздравления? Я смотрю, у вампиров к вам, Драко, уже какая-то наследственная предрасположенность!

Что ответить, я не знала. С одной стороны, хотелось рассказать, что это все просто для моей защиты, но, с другой стороны, тогда мне пришлось бы скрепить договор традиционным способом и получить на голову очередное заклятие. А их у меня уже столько, что пора присматривать уютное местечко на кладбище!

— Что ж, — произнес Мортифор уже спокойным, нейтральным тоном, отступая на шаг. — Я все-таки дам вам, ваша светлость, оговоренные семнадцать дней, но учтите: через двадцать пять дней прибывает моя невеста, и к этому времени я хочу покончить со всеми незавершенными делами. Мое почтение! — И, коротко кивнув, оборотень развернулся на каблуках и вышел из зала, хлопнув дверью так, что треснула и осыпалась штукатурка.

А я стояла как громом пораженная и смотрела ему вслед. Признание о невесте почему-то полоснуло по сердцу не хуже ножа. В голове крутились его слова об оборотнях: «А каково женатому оборотню изменить любимой супруге?! Близость с другой женщиной ему омерзительна… В отличие от всех остальных рас полигамия противна нашей природе!» Странно, расставшись с любимым человеком, я не испытывала столько боли, сколько сейчас при новости о счастливой личной жизни одного малознакомого оборотня.

Однако теперь начинаю понимать, отчего оборотни относятся к классу опасных, непредсказуемых существ! Настроение у них действительно скачет как блоха на проволоке. Буквально минуту назад беседовали с Мортифором относительно спокойно — и вдруг он вызверился, увидев обручальное кольцо вампиреныша. И что он постоянно от меня скрывал в процессе разговора? Почему ненавидит Драконов, но ко мне снисходителен? Что за заклятие навесил мне при заключении прошлого договора? Ну почему опять сплошные загадки?! Неужели в моей жизни ничего не может быть тихо, мирно и спокойно, как у людей?!

«А ты и не человек, хозяйка, — отозвалось левое полушарие. — Ты — дракон!»

«И потому у тебя все не как у людей!» — поддержала сиамскую сестричку правая половинка.

В двери тронного зала просунулась голова Артура Семину.

— Извините, — пробормотал он. — К вам лорд Нох-рам-Лукуш. Просит срочной аудиенции. Прикажете впустить?

4

Дедушка — человек, достающий из кармана фотографию внука быстрее, чем ковбой выхватывает свой револьвер.

Неизвестный американец

Будет ли у меня сегодня хоть минутка покоя? Так хотелось зашиться куда-нибудь в скромный уголочек замка и хорошенько обдумать сложившуюся ситуацию. От обилия информации голова шла кругом, и мысли бешеным хороводом вертелись в голове. Я присела на краешек стула около стола, собралась и кивнула:

— Впустите, только пусть Миленка обновит закуски.

Что поделаешь, семейный закон предписывает накормить гостя. Может, оттого посетители так часто заявляются в мой замок? Пожрать на халяву?

Вошедший вампир лучезарно улыбнулся и согласно кивнул:

— Кормят здесь действительно сытно и вкусно!

Опять прочитал мои мысли!

— Опять вы слишком громко думаете, — шутливо парировал гость.

Нох-рам-Лукуш как всегда был на высоте. Изысканный черный костюм расшит тонкой золотой нитью, и больше никаких излишеств и украшений. Все очень просто, но в то же время говорит о статусе владельца. Король вампиров относился к тому редкому типу существ, которые и в грязном рубище будут выглядеть властелинами.

Черный кожаный плащ заколот золотой пряжкой в виде летучей мыши. На голове традиционная прическа: длинные волосы разобраны на причудливые, в виде шнурков, косички, в которые по всей длине вплетены золотые и рубиновые бусины. Конец каждой дреды венчает вырезанная в форме клыка подвеска из горного хрусталя. В удлиненных заостренных ушах массивные золотые кольца — атрибут правителя. У Оох-рам-Лукуша кольца тоньше, так как он принц и еще не приобрел солидности.

Вообще-то серьги у вампиров являются показателем семейного положения. Во время бракосочетания супругам прокалывают мочки и вдевают в них одинаковые украшения. Если вампир имеет нескольких жен, то на первую сережку цепляются дополнительные серьги либо небольшие подвески по количеству благоверных, как только одна из них засыпает — соответствующее ей украшение снимается.

И только правители с наследниками носят золотые кольца с рождения, что символизирует их вечные неразрывные узы со своим народом. Типа, женат на собственной короне. Прочие супружеские союзы уже отмечаются как вторые, третьи и так далее. У Нох-рам-Лукуша дополнительных колец нет, это значит, что его ненаглядная все еще не проснулась и мужчина временно свободен.

Вампиры — странный народ. Их женщины взбалмошны, стервозны и очень опасны, мужчины терпеливы, снисходительны и очень галантны. Из-за полигамии их личная жизнь крайне запутана и разнообразна. Пока один из супругов спит, второй имеет право вновь сочетаться браком либо со смертным существом, либо с себе подобным. Поэтому, как только муж засыпает, благоверная торопится к отцу и не слезает с его горба, пока тот не находит ей новую жертву. В результате очень часто между женатыми на одной вампирше мужчинами возникает настоящая дружба и взаимопонимание.

Они вместе проводят досуг, отдыхая от своей зазнобы, составляют график семейной жизни и отправляются в спячку по очереди или договариваются и делят супружеские обязанности пополам (отчего на душу каждого из них выпадает меньше скандалов), а потом закапываются в пирамиды одновременно. И тогда красавица (точнее, ее несчастный отец) ищет очередного козла отпущения. За пятьсот лет бодрствования супруги новоиспеченный муж проникается истинной симпатией и уважением к своим собратьям по несчастью и охотно вливается в компанию. И вот уже мужчины делят общество своей ненаглядной на троих, четверых, пятерых, шестерых…

Самой счастливой ячейкой общества у вампиров является команда из семи особей: одной жены и ее шести «половинок». В таком случае на каждого выпадает по одному дню недели, а на седьмой представители сильного пола берут выходной и дружно прячутся от своей дамы в каком-нибудь кабаке, заливая печаль вином и восстанавливая израненную душу нежной женской лаской (чаще всего человеческих представительниц).

Насколько знаю, Нох-рам-Лукуш вампирш не любит, предпочитая другие расы. Он и на нынешней королеве женился только из монаршей необходимости. Однако поговаривают, нелюдь просто феноменально умеет обращаться со своей склочной супругой и почти неуправляемой новообретенной дочуркой Ладииной. Однажды я спросила вампира, как ему это удается. На что тот с улыбкой ответил, что после жены-Дракона ему и сотня зубастых красавиц не страшна.

В последнее время он, также как и Лерри, частенько навещал меня. Только в его обращении больше чувствовалась отеческая опека и какое-то покровительство. Порой я ловила на себе его внимательные взгляды, но в них не было мужской заинтересованности. Скорее мучительный, терзающий его многие годы вопрос: «Моя или не моя внучка?» Он приглашал меня на прогулки, расспрашивал о детстве, любимых занятиях, предпочтениях в еде.

Как ни странно, мы во многом оказались похожими. Но больше всего поразила старого Лукуша наша с ним общая черта в задумчивости или волнении хмурить лоб и нервно кусать губы. А так как зубы у меня острые, то часто от этого очень здорово страдаю я сама, цапая себя до крови. Особенно перепадает левой половине рта. И что удивительно, у Нох-рам-Лукуша те же проблемы! Данная повышенная «кусачесть» приводит кандидата в мои прапрадедушки в особый трепет и восторг.

Чаще всего визиты зубастого властителя неофициальны и протекают в очень теплой семейной обстановке. Но сейчас он был предельно собран и серьезен.

— Приветствую вас, княжна Сангиус Ангуис Торта Орис-Беллигеро Омаг-морт Драко, правящая династия дома Драконов, — слегка поклонился он, стоя передо мной.

— Приветствую и я вас, лорд Нох-рам-Лукуш, правитель вампиров, Властелин крови и всего, что связано с ней, — поклонилась я в ответ.

Мужчина натянуто улыбнулся. Глядя, как мой визави время от времени нервно, не раскрывая рта, покусывает нижнюю губу с левой стороны, я невольно стала делать то же самое. Заметив это, вампир усмехнулся и взял себя в руки.

— Вот уже столько лет живу, а все никак не могу избавиться от этой вредной привычки, — тихо покаялся он.

Да, для правителя нехорошо, а порой и просто опасно вот так выдавать свое волнение. Маска великих мира сего должна быть беспристрастной и непроницаемой. Но за Нох-рам-Лукушем я таких промахов не замечала. Свою постыдную слабость монарх проявлял лишь в очень узком близком кругу, среди тех, кому мог довериться процентов на восемьдесят. И то, что меня он подсознательно относил к особо приближенным, льстило и делало царя вампиров в моих глазах более человечным.

— Значит, у меня еще все впереди?

— Конечно, — тепло заверил он. — Княжна, можно с вами перейти на неофициальный тон? — И, дождавшись моего согласия, продолжил: — До меня дошли странные и тревожные слухи.

Вдруг его глаза задержались на моем безымянном пальце, где красовалось кольцо Оох-рам-Лукуша, и правитель вампиров взорвался.

— Так, значит, странный слух — правда?! Я ему уши оторву!!! Ну, сынуля, ну, паразит! — взревел Нох-рам-Лукуш. — Погоди!!! Я тебе покажу, как тянуть под венец гипотетическую родственницу!

— Он это сделал только ради моей защиты! — поспешила я вступиться за друга.

— А ты уверена? — вдруг ехидно сощурился вампир.

Под ложечкой предательски засосало, предвещая неприятности. Этот тон мне не нравился. Уж слишком серьезным был собеседник. Неужели опять влипла?

— Он мне слово дал, — растерянно пробормотала я.

— Какое именно? — осторожно уточнил визави.

— Он поклялся, что я буду считаться его невестой временно, — попыталась я вспомнить прежнее обещание юного вампира.

Нох-рам-Лукуш сжал кулаки, взвыл сквозь стиснутые зубы и пару раз попрыгал на месте, пытаясь унять ярость. Данная реакция меня еще больше напугала. Во-первых, он никогда до этого не выдавал так явно своих чувств, а, следовательно, потерял контроль из-за сильнейшей ярости, а во-вторых, если бы все было хорошо, вряд ли зубастый властитель так злился бы!

— Деточка, — собеседник, наконец, успокоился, но голос его сочился ядом, — в жизни нет ничего более постоянного, чем временное! Думаю, пришло время выучить все-таки некоторые наши обычаи. А именно тот, где говорится, что словам неженатого вампира ВЕРИТЬ НЕЛЬЗЯ! И клятвы его ничего не значат! Видишь ли, у нас до брака жизнь детей, их душа и судьба принадлежат семье. Только после женитьбы мужчина становится хозяином своей жизни и новообретенной семьи. И только с этого времени он обязан держать свое слово, а до того… — Правитель махнул рукой, выражая тем самым полную свободу действий юных клятвоотступников. — Знаешь, сколько раз в год мы это правило обманутым человеческим девицам повторяем? Только им, наоборот, обещают жениться, а тебе…

— Я ему уши оборву! — Угроза с шипением и свистом вырвалась из горла, будто ее произнесла не я, а чужое, свирепое существо внутри.

— Уши ему по-любому оборвать надо! — согласился Нох-рам-Лукуш. — Даже если он собирается сдержать свое слово с тобой, этот гаденыш мне все карты спутал! Он же заявил своей невесте, что ты собираешься стать его первой и главной женой! И, испугавшись тебя, мой великий Дракон, девица закопалась в пирамиду на тысячу лет!

В голове раздался хохот братьев и поздравления Оох-рам-Лукуша с удачным избавлением. (Благодаря нашему ментальному контакту Витька с Норри частенько любили подслушивать политические разговоры через меня.)

«Нет, ну какой молодец! — восхитился Норри. — Одним кольцом двух зайцев!»

«Свет, а ты авторитет, однако! — хихикнул Вик. — Может, и мне своих пассий тобой пугать?»

«Надо будет взять на заметку!» — согласился эльф.

— Нет, ну ты представляешь, на ТЫСЯЧУ ЛЕТ! Тысяча лет отсрочки! Да за такое не только уши оборвать надо!

— Почему чуть что — сразу уши?! — обиженно раздалось из-за гобелена, и миру явился возмущенный принц вампиров. — Ты, пап, на это с другой стороны посмотри: я одним махом решил две проблемы — защитил Свету и избавился от нежелательной женитьбы! Ты только прикинь, какой из меня король получится в свое время!

— Безухий король получится, потому что я их тебе прямо сейчас оборву! — рявкнул Нох-рам-Лукуш, кидаясь на сына. — Ты такой альянс развалил! Второй по влиятельности и древности род после нас! Я об этом браке пятьдесят лет договаривался и еще пятьдесят ждал, пока у них девочка родится, молчу уже о двадцати годах ее взросления!

— А если б у них мальчик получился, мне и на нем пришлось бы жениться?! — огрызнулся юный Лукуш, улепетывая по тронному залу от отца.

— Но ведь не родился же! — пропыхтел отец, догоняя верткого сына.

— И кому мне за это сказать спасибо? — огрызнулся тот.

— Думаю, в случае мальчика тебе бы подыскали другую невесту, — вставила слово я.

— А толку? — фыркнул юноша, с грацией кота забегая на стену.

Папаша от сына не отставал. Впервые видела мужчин, не хуже мух бегающих по стенам и потолку! Вот только мухи меньше следов оставляют.

— Свет, ты этих незамужних представительниц благородных семей видела? Одна стервознее другой! А у моей нареченной родители вообще полные психи! Сомневаюсь, что они могли сделать что-нибудь менее достойное!

— И ты меня в этом гадючнике сделал крайней?! — возмутилась я и пожалела, что являюсь здесь, на полу, лишь наблюдателем.

— Нет, ты в данном серпентарии королевская кобра! Они тебя боятся, как кролики удава! Ты, Света, мой свет, мое спасение!

— Убью! — рыкнула я и кинулась-таки на помощь Нох-рам-Лукушу.

Но я, к сожалению, по стенам бегать не умею, однако на принца мое рвение произвело впечатление, и он, изловчившись, запрыгнул на люстру.

— Да не кипятитесь, вы оба! — Парень опасливо подтянул ноги, опасаясь, что мы его все-таки достанем. — Это же хорошо, что она закопалась! Я уже согласен обвенчаться с ее гробницей! И даже готов провести ночь в ее пирамиде!

— Если ты так пытался увиливать от нее, что же сейчас легко согласился? — прищурилась я.

— Во-первых, — свесился с раскидистой люстры Оох-рам-Лукуш, — папаня слов на ветер не бросает и мне свои уши жалко, а во-вторых, зная, что ты моя невеста, зубастая красавица свой покой не нарушит, ей тоже своих ушей жалко. А я сказал, что если она до конца срока высунется, то именно это ты с ней и сделаешь! Ну а в-третьих, ночь-то я проведу на верхних ярусах. Что я, придурок, в самое логово лезть?

— Знаешь, лапушка, если тебе папаша ушки не оторвет, то это сделаю я!

— А где же я брачные сережки носить буду? — подражая ребенку, надулся малыш.

— В носу, как племенные быки!

Нох-рам-Лукуш вздохнул, устало потер виски и, обернувшись ко мне, тихо спросил:

— Может, прогуляемся по вашей картинной галерее?

— Как вам будет угодно, — кивнула я.

Правитель протянул руку, я положила ладонь на его стиснутый кулак, и мы вышли из зала, оставив Оох-рам-Лукуша наедине с люстрой.

Давно я не была в фамильной галерее. В последнее время она вызывала у меня гнетущее чувство. Жизнь драконов удивительно долгая, теоретически мы почти бессмертны, но еще ни одному из моих предков не удалось умереть естественной смертью. Все они ушли в расцвете сил и возможностей.

Я шла мимо изображений удивительно красивых женщин, могучих, широкоплечих мужчин и поражалась. Неужели эти вандалы с мечом мои предки?!

«Хозяйка! — вздохнуло левое полушарие. — Ну ты же видела наших врагов! Неудивительно, в таких нервных условиях у твоих прадедов развились естественные адаптации!» А я кто? Ошибка природы? «Ну, в семье не без урода», — потупилось левое. «Да что ты ей говоришь?! — шикнуло правое. — Не переживай, хозяйка, маленькие созданы для любви!» «Ну, молодец, утешила! — протянула ее сестра. — Госпожа до сих пор про столбики забыть не может! Успокоила, ёптр турен имбарр!»

Вампир, тем временем, подвел меня к портрету Дорваны. Я заметила, что он всегда непроизвольно стремится сюда, словно притягиваемый магнитом.

— Свет, я слышал, у тебя грандиозные проблемы, — тихо произнес он, глядя на мою прапрабабку, как на икону. — Я не могу в такую трудную минуту оставить тебя одну и хочу помочь. — С этими словами он снял с безымянного пальца свой массивный перстень с рубином и протянул мне. — Не как невесте, нет. Хватит с нас обоих этих уз. Я хочу дать тебе свою защиту, как кровному члену семьи. Я перед лицом моей мертвой супруги признаю тебя, княжна Сангиус Ангуис Торта Орис-Беллигеро Омаг-морт Драко, правящая династия Драконов, своей праправнучкой.

От торжественности его тона по моей спине пробежали мурашки. И в ту же секунду мое сердце сжалось — столько горечи и тоски было в стоящем передо мной мужчине, столько боли и безмерной грусти. С одной стороны, я очень хотела, чтобы его слова оказались правдой, и мы действительно были родственниками, это дало бы ему хоть какое-то утешение. Но, с другой стороны, я не могла его так обмануть. Нужно выяснить все у крови.

— Твоя кровь снова пошлет меня на три буквы, а я уже и без всяких тестов согласен признать тебя своей, — прочитал мои мысли вампир. — Все мое — твое.

— Но я так не могу. Не могу присвоить чужое. Прости, но что-то внутри меня требует истины.

Нох-рам-Лукуш внимательно вгляделся в меня и вдруг улыбнулся.

— Подумать только! Мы опасались, что небеса падут на землю, когда это произойдет, а все получилось тихо и мирно! О святая кровь, неужели мы дождались этого дня?!

— Какого? — насторожилась я. Еще новых неприятностей мне не хватало! Что еще он во мне увидел? Я так скоро собственной тени шугаться начну.

— Не бойся, — по-отечески обнял меня вампир. — Наверное, ты знаешь, что родоначальник твоего рода, великий Аргелл, являлся сыном Сумрака? Давным-давно первым существом была драконица по имени Тьма. Ей в мужья создали дракона Света. У них родились Сумрак и Заря. А потом брак Света и Тьмы распался, и от их побочных связей появились прочие драконы. Но они были уже другими. Только потомки Сумрака и Зари несут в себе дуализм природы. Тьма хитрая, коварная, соблазнительная, агрессивная, смертоносная, опасная. Свет — нежный, ласковый, любящий, всепрощающий и всепонимающий. Два антипода, два взаимоисключения в одном сосуде. До сих пор в вашем роду доминировали гены Тьмы, и только в тебе, похоже, проявились гены Света.

— Мой папа назвал меня в его честь. Он сказал, что, как только я родилась, сквозь облака пробился лучик света.

— А когда на свет появился Вик, на город опустилась тьма, — прочитал мои мысли Нох-рам-Лукуш. — До чего же вы уникальные братик и сестра! Полагаю, ты все еще хочешь генетической проверки?

— Да.

— Что ж, не думаю, что из этого что-нибудь получится, но давай. — Он вынул из поясных ножен длинный тонкий кинжал. — Мне нужна твоя кровь, малышка.

Я послушно протянула руку. Нох-рам-Лукуш сделал небольшой разрез вдоль вены, подставил изъятую неизвестно откуда прозрачную чашу и начал сцеживать. В моих ушах зазвенело, в глазах стало стремительно темнеть. Чьи-то сильные руки подхватили меня и удержали на месте, не давая упасть в обморок. Да, если во мне и есть гены вампира, то они какие-то неправильные! А в следующую секунду на мою голову обрушился мрак.

Я мчалась среди звезд и планет, рассекая Вселенную могучими перепончатыми крыльями. Что позади, что впереди — неважно. Есть только ощущение полета, оно пьянит, уносит прочь от сомнений, от тревог, от всего мелкого и несущественного. Вот я зашла на вираж, и передо мной раскрылась следующая галактика, настолько красивая, что от восхищения я замерла, и в ту же секунду неведомая сила подхватила меня и выплюнула наружу.

Очнувшись, я поняла, что прижата к сильной мужской груди.

— Как ты? — испуганно произнес Нох-рам-Лукуш, придерживая меня одной рукой и помогая присесть на стоящий у стены кожаный диван. Во второй его руке была чаша с моей кровью.

— Обряд уже завершен? — поинтересовалась я, окончательно приходя в себя.

— Нет, — мотнул головой родич (почему-то меня тянуло именно так назвать вампира), — я хотел, чтобы ты все видела. Да и процедура определения родства пройдет гораздо проще. Все-таки ты же у нее хозяйка, а, следовательно, с тобой она особо спорить не должна. Возьми чашу и, когда я отойду от тебя на несколько шагов, спроси у своей крови, являюсь ли я твоим прапрадедушкой, и попроси это как-нибудь обозначить.

Я сделала в точности как он сказал, но кровь в чаше осталась неподвижной.

— Так ты ответишь на мой вопрос или нет? — прошипела я, тряхнув чашу.

И — о чудо! — кровь в ней свернулась в фигу! Это мне, что ли?! Своей хозяйке?!

— А если по-хорошему?

Вместо одного кукиша мне показали два. Ну что за кровь нынче пошла?! Совсем страх потеряла!

— Скормлю вампиру! — пригрозила я. Надо же хоть как-то приструнить прохвостку!

Кровинка дрогнула и, трансформировавшись в стрелку, указала на Нох-рам-Лукуша.

— Что? Ему скармливать? — не поняла я.

Кровь перегруппировалась в слово «Дура!». Повторила сие высказывание бегущей строкой несколько раз, чтобы я ясно поняла, кому данный «комплимент» адресован. Затем добавила: «Этот твой», — и снова указала на вампира. Нох-рам-Лукуш, уже все отлично сообразивший, счастливо засмеялся и, в два прыжка оказавшись рядом, сжал меня в объятиях. Я чуть чашу не выронила. Кажется, в процессе он умудрился даже поцеловать меня в макушку. Только я стала размышлять, показалось мне это или нет, как новообретенный дедушка чмокнул меня в темечко еще раз и с довольным видом отступил к портрету Дорваны. Я снова глянула в хрустальный сосуд. Кровь тут же отреагировала и трансформировалась в следующую строку:

«Слышь, хозяйка, ты б своему прапрадеду прививку от бешенства при случае сделала! Что-то он буйный какой-то!»

— Будешь обижать дедушку, вылью на пол! — шепотом пригрозила я ей. Пусть утихомирится и ведет себя прилично.

«И кому ты сделаешь хуже? — огрызнулась кровь. — Буду ползать по замку и всяческие гадости показывать!»

Вот уж не знала, что моя собственная кровь такая дрянь! И — подумать только! — ЭТО было внутри МЕНЯ!

«Скажи лучше спасибо, что, когда у тебя анализы берут, я из пробирок не выпрыгиваю и лаборантов не пугаю! А ведь МОГУ! И так хочется порой! Там у вас иногда такие экземпляры попадаются. Грех не пугнуть».

Да уж, если во мне живет свет, то в моей крови явно обитает тьма! Тяжела жизнь дракона! Из-за фрагментарности души внутри словно несколько независимых личностей квартирует! Такое свойство, конечно, классно, когда в силу каких-то обстоятельств находишься в длительной изоляции. Тут уж можно оторваться на славу! И поспоришь сам с собой, и философские беседы с собственными органами проведешь, у желудка прощения за чипсы и прочие радости кулинарии попросишь, с печенью договоришься. В общем, удобно. Возникающий эффект общения помогает не одичать и не сойти с ума от скуки, но вот в нормальных человеческих условиях иногда хочется заглянуть к психотерапевту.

Тем временем Нох-рам-Лукуш, довольно улыбаясь, взял меня за подбородок и принялся внимательно рассматривать.

— Слушай, дедушка, а куда мне теперь эту кровь девать?

— Давай мне, — улыбнулся он, протягивая руку. — Я с ней буду на досуге общаться, когда тебя рядом не будет.

«НЕТ, НУ ТОЧНО ПСИХ! — торопливо пробежала строка из моей крови. — ХОЗЯЙКА, НЕ ОТДАВАЙ МЕНЯ ЕМУ! ПО ГЛАЗАМ ВИЖУ, ЧТО ОН МАНЬЯК!»

Что еще пыталась сказать моя кровь, не знаю, потому что прапрадедушка закрыл хрустальную чашу какой-то специальной крышкой, достал из кармана черный платочек, заботливо обернул сосуд и спрятал в полах плаща.

— Слушай, а ты теперь меня замуж не выдашь под шумок? — вдруг насторожилась я. Есть у вампиров пагубная страсть пристраивать своих отпрысков (особенно женского пола) в хорошие руки.

— Что ты! — отмахнулся вампир. — Зачем тебе застревать в этом гадючнике? — И, горько улыбнувшись, вздохнул. — К тому же один печальный опыт меня научил никогда не принуждать Дракона к чему-либо.

— Ты заставил Дорвану выйти за тебя замуж? — изумилась я и посмотрела на портрет знаменитой прапрабабки.

Она была крайне независимой, свободолюбивой личностью с твердым характером. Ее, русскую дворянку, родители хотели обвенчать с отпрыском богатого знатного рода. Юный идеалист решил пойти (или уже пошел?) в священники. Тут я утверждать не берусь, так как слушала семейную байку вполуха, да и само повествование с каждым последующим исполнением обрастает все новыми и новыми подробностями. Знаю одно: родичи жениха желали вернуть парня на «путь истинный». Наши предки тоже не хотели упускать столь выгодную партию, вмиг решившую бы все возникшие финансовые проблемы. Планировалось также укрепить семейные связи. Но Дорвана в ночь перед свадьбой вылезла через окно и сбежала с любимым человеком. Поэтому, глядя на Нох-рам-Лукуша, я не могла поверить, что он преуспел в том, что не смогли предки, и нашел способ воздействовать на мою своенравную прапрабабку!

— Скажем так, я не оставил ей выхода, — вздохнул Нох-рам-Лукуш. — Только, как мне удалось поймать ее в свои сети, пусть останется моим маленьким секретом.

— А если кто-то точно так же будет ловить меня? — Очень тревожно было осознавать, что есть способы воздействия на драконов, а я не знаю, как их обойти. Терялось чувство защищенности.

— Тогда я тебе расскажу, — потрепал меня по волосам дедушка.

— А если уже поздно будет? — вздохнула я.

— Тогда тому манипулятору здорово не поздоровится, — хохотнул вампир, — ибо у тебя есть большой зубастый дедушка, который, если что, загрызет твоих обидчиков!

— Как вы познакомились с Дорванной? — решила задать я всегда интересовавший меня вопрос.

— Она влезла в мое окно, — улыбнулся вампир.

Мне сразу вспомнилось, как мы всей компанией ввалились в окно Мортифора. Да, кажется, у Драконов это семейная черта, наследуемая по женской линии!

— А чем ты тогда занимался? — холодея в душе, спросила я. Неужели и прапрабабушка побеспокоила вампира в пикантный момент?

— Книжку читал! — прыснул в кулак Нох-рам-Лукуш. Он явно был в курсе моих мыслей и, видя мое недоверчивое лицо, рассмеялся еще пуще. — Нет, правда, — выдохнул он, утирая выступившие слезы, — я еще думал, что это проделки очередной придворной дамы! Они были одержимы идеей, что если я обесчещу кого-то из них, то непременно женюсь. Поэтому леди всеми правдами и неправдами проникали в мою спальню и предлагали себя. Все надеялись стать королевами, дурочки. На мое заявление новоявленной гостье, что ей ничего не светит, она окатила меня презрительным взглядом и фыркнула, что я ей нужен как собаке пятая нога, а потом спросила, где ближайший выход из замка. Я был настолько поражен, что лишь молча ткнул пальцем на дверь. Она поинтересовалась, куда попала. Я снова только и смог, что обвести рукой собственные покои. Она оглядела мою спальню, подобрала полы свадебного платья и, кинув: «Ладно, потом разберусь!», ушла. Последнее, что я услышал перед тем, как она хлопнула дверью, было: «Ну, ничего себе через окошко вылезла!» Я долго потом сидел и приходил в себя, не понимая, как она в таком пышном платье могла проникнуть в окно моих покоев. Пройти по карнизу просто невозможно. И зачем ей путешествовать в такой роскошной и абсолютно неудобной одежде?

ОГО! Неужели моя дорогая прапрабабушка попала из огня да в полымя?! Бедная! Представляю, какой шок у нее был, когда за границами родного окна появился другой мир. Насколько мне известно, она тоже долгое время не знала, что является драконом. И платье она не выбирала. Родители забрали у нее всю одежду, заявив, что из своей комнаты она выйдет только в свадебном платье. Ну, она и вышла, только не в дверь, а через окно. Вот так, полагаю, неудачная попытка выдать своенравную дочурку замуж привела на Гею очередного полновластного свирепого Дракона, от правления которого содрогнулся весь мир. Думаю, ее брошенного на Земле жениха действительно охраняли и благословили Высшие силы!

А вот Нох-рам-Лукушу не повезло.

— Крест у меня такой, — хмыкнул вампир, четко улавливая мои мысли. — Поверь, по сравнению с некоторыми вампиршами Дорвана, оказалась отнюдь не худшим вариантом! Кстати, с тех пор бытует примета, что тот, к кому дракон влезет в окно, станет его суженой или суженым.

— Не надо суеверий! — поспешно перебила я.

Хватит и того, что Вик в сочельник разрезал по именам черный список врагов и втихаря засунул мне под подушку. А так как во время сессии я всегда сплю на конспектах, то, потянувшись утром за самым бесценным, извлекла записочку с именем «Мортифор Лупус Карнификус» и подробным описанием всех зверств, которые враг номер три обязан со мной сделать в случае поимки. (В силу произошедших событий Мортифор с тринадцатого места попал в тройку «призеров», уступив первенство на мою голову все еще не пойманному и пропавшему без вести Туциру и какому-то дракону Ромке.)

На этом Витька не остановился и разослал всем врагам уведомления: «С великим прискорбием вынужден Вам сообщить, что гадание на суженого-ряженого ныне правящей княжны Драко Вы не прошли… Если желаете, мы можем погадать другим методом. Просьба выслать десять золотых на покупку свечей…»

Когда же «благая весть» дошла до оборотней, Мортифор (слава богу!) пребывал в отъезде, зато его заменял лорд Карнификус Лупус Интерфекториус…[16] Подданные, наверное, часа два наблюдали добродушное матерное общение своих лидеров… Да, обогатили мы тогда словарный запас друг друга порядочно.

А все из-за того, что я посоветовала очередной Витькиной девушке подарить ему на Новый год книжку «Пособие для начинающих отцов» с закладкой, сделанной из теста на беременность, с двумя полосками (для тех, кто еще не знает: это означает положительный результат). Вторую полоску дорисовывала я лично. (Еле нужный цвет подобрала!) Витьку тогда чуть инфаркт не хватил. Он потом еще часа два отойти не мог, а когда оклемался, всю праздничную ночь за мной с боккэном наперевес гонялся. Эх, как новогоднюю ночь проведешь, так потом и весь год. Тьфу-тьфу, чтоб не накаркать. Но если брат думает, что я за бег с препятствиями мстить не буду, то ошибается! Ох, и любим же мы друг друга!

Слушающий все это время мои мысли вампир прилагал усилия, чтобы не улыбнуться, но под конец не выдержал и расхохотался.

— Миледи, пообещай мне, что никогда не будешь дарить мне новогодних подарков!

— Ну, у вас есть еще дни рождения, — плотоядно напомнила я вздрогнувшему правителю.

— Ну, так что, внучка, примешь, наконец, кольцо? — поспешил Нох-рам-Лукуш сменить тему.

— Спасибо, — улыбнулась я, протягивая руку. Перстень правителя отличался от колечка сына только массивностью и большими размерами рубина. Странно, что вампиры дарят невестам кольца, а не серьги.

— Серьги нельзя носить до свадьбы, — пояснил старший Лукуш. — А задача кольца — охранять невесту. Ну а мое кольцо заодно и символ власти. Оно указывает на то, что ты член моей семьи.

Убедившись, что фамильная реликвия зубастого народа обрела законное место на моем указательном пальце, прапрадедушка расцеловал меня в обе щеки и вызвался проводить до покоев.

Мне хотелось немного отдохнуть и привести мысли в порядок. Спальня идеально подходила для данных целей. Прежде чем лихорадочно кидаться искать недостающего в нашей пятерке Дракона, надо все тщательно продумать и проанализировать. Ведь маги такой высокой силы довольно редки. И чаще всего они уже многого добились, а потому стоит внимательно изучить родословную ныне действующих правителей и полезно бы спросить о блуждающих в народе слухах. Характер магии чаще всего как-то себя проявляет.

Если объект наших поисков неизвестный пока самородок, то можно попросить Артура Семину сплести какое-нибудь магическое заклинание, отслеживающее именно таких выдающихся личностей. Хотя стоп! Если Нох-рам-Лукуш — мой новообретенный дедушка, то, может, это он?

— Увы, — покачал головой вампир, прочитав мысли. — Твой управляющий, наверное, уже объяснил тебе, что проклятию подчиняются только члены твоей семьи. Вот Ладушка, оставаясь твоей женой, все еще под него подпадает. Но ни я, ни мой сын в статусе твоего жениха не подойдем. Чтобы кто-то из нас вписался в рамки, тебе надо выйти за кандидата замуж. Однако не думаю, что это послужит выходом, ведь вам надо подобрать последнего участника так, чтобы он обладал недостающими вашей компании способностями.

— Мы даже со своими определиться не можем! — пожаловалась я и вкратце пересказала диалог с Артуром в малой гостиной.

Вампир прищурился и внимательно взглянул на меня. На мгновение показалось, что все тело просканировали.

— Да, задачка! — вздохнул нелюдь по окончании процедуры. — В тебе действительно много чего намешано. Давай для удобства дадим способностям Ведущих магов мира кодовые обозначения. Назовем дар Квипрокво Недоразумением, силу Либ-им-и-до Очарованием, Айрессена Задира окрестим Задирой или Воином, Тих-о-иня — Тихоней, а Колиго Авидидаса — Хапугой. Так вот, внучка, в тебе странным образом перемешались Недоразумение, Очарование, Тихоня и Задира! Даже сейчас я смотрю и не могу выделить главное. Сложная вас ожидает задачка!

Ладно, пойдем от противного, попробуем действовать методом исключения.

— А у Ладушки, какие способности?

— У нее Задира, Недоразумение и, как ни странно, Очарование.

— А какое сильнее?

— Не знаю. Думаю, вам надо пробыть рядом чуть больше времени, чтобы выделить друг в друге и в первую очередь в себе наиболее доминантные способности. Присматривайтесь друг к другу внимательнее.

— Это нам уже говорили, — вздохнула я. — Только время идет, а решать что-то надо. А моих братьев ты можешь просканировать?

— Чуть позже, — кивнул вампир, — а пока разговор с тобой натолкнул меня на одну любопытную мысль.

Он остановился, прикрыл глаза и принялся делать надо мной пассы руками. Иногда казалось, что он плетет из воздуха кружева, но при этом я никакой магии не ощущала. Интересно!

— Что ты только что сделал? — спросила я, как только он закончил свой странный обряд.

— Я внес некоторые изменения в магию кольца, — отозвался правитель вампиров. — Теперь оно не просто тебя защищает, но еще и поможет подобрать недостающего члена команды наряду с измерителем магического резерва и Корнем Драко. Только двух твоих артефактов недостаточно, чтобы успешно найти именно недостающего Дракона.

— Почему?

— В мире все-таки довольно приличное количество магов с двенадцатым уровнем силы, и среди них, вполне вероятно, окажется бастард дома Драконов. И не один, если учесть ваш наследственный темперамент. Но, увы, встреченный кандидат может не обладать нужной спецификой дара. Теперь же мой перстень исправит это упущение. Я не знаю, кто из вас кто. Тут вам надо будет самим определиться. Мое же заклинание будет автоматически вычленять наиболее характерные черты исходящей от вас магии, и, как только в поле досягаемости окажется тип с недостающими вам способностями, рубин в перстне засветится. К сожалению, специфику дара он вам не покажет.

— А если в наше поле зрения попадется кто-то с подходящим даром, но более низким резервом или не Драко? — уточнила я. Ведь если мы не можем определить природу своей магии, что нам мешает присмотреться к тому, какой дар должен быть у недостающего члена команды, и методом исключения постепенно вычислить свой?

— Увы, — вздохнул Нох-рам-Лукуш. — Я указал в параметрах заклинания обязательный отклик двух твоих артефактов и исправить не могу.

— Ладно, будем искать, — смирилась я, подходя к родной двери.

Надо радоваться и тому, что имеем. А помог мне прапрадедушка знатно! Можно сказать, голову из петли вытащил.

— Я зайду позже. — Вампир легонько поклонился и, развернувшись на каблуках, отправился на поиски моих братьев.

Я вошла в спальню. За время моих переговоров и рассуждений день за окном стал клониться ко сну. Моя комната постепенно погружалась в легкую дымку сумерек. Люблю вечернее время. Полумрак приятен для глаз и будит в душе ощущение романтики. Я зажгла на туалетном столике возле зеркала свечу, и одновременно с ней вспыхнули расставленные по комнате магические светильники.

Обожаю огонь. Он помогает думать. А подумать есть над чем! Сначала Вик со своим странным агрессивным лосем, бронированная родительская машинка, потом проклятие, визиты сильных мира сего. Интересно, может, недостающий член команды к нам сам придет?

«Не стоит мечтать о несбыточном, хозяйка», — вздохнуло левое полушарие.

«Давай лучше пожелаем, чтобы невеста Мортифора споткнулась и шею себе свернула!» — ехидно вставило правое.

Не напоминайте! И без того тошно! Загнав неприятные воспоминания и переживания куда подальше, я снова настроилась на рабочий лад. Итак, у меня шестнадцать дней, ну уже почти пятнадцать. За это время надо: а) найти недостающего члена команды; б) определить собственные способности; в) узнать, где искать замки Ведущих магов мира. (Уж очень я сомневаюсь, что они стоят на видном месте. В противном случае их бы давно осадила орда просителей и недовольных.) Потом не мешало бы продумать методы борьбы с этими самыми магами. Вряд ли они встретят нас хлебом-солью. Хотя если приготовить отравленный каравай или соль заменить цианистым калием, то вполне может быть. Правда, я на месте магов поджидала бы гостей со снайперской винтовкой на крыше, подстраховавшись двойным рвом с крокодилами и парочкой магических ловушек. Вот такая я радушная девочка!

А после драки с Ведущими нужно будет придумать, как разобраться с Мортифором, вернуться домой, сдать экзамен и починить бумер дяди Олега. М-да, весело. Эх, знать бы еще, кто подкинул нам это проклятие! Должки следует возвращать, и с процентами!

Мои кровожадные мысли прервал робкий стук в дверь.

— Миледи, — просунулась голова служанки. — Лорд Артур Семину просил вам передать, что прибыл лорд Арк’ментр’морк и нижайше просит вашей аудиенции.

— Проводите его в тронный зал. Я сейчас спущусь.

Уходить из уютной спаленки не хотелось. Во-первых, потому что не успела до конца систематизировать информацию, а во-вторых, потому что от нервного напряжения банально устала. Общение тоже отнимает уйму энергии, а очередной гость вообще на этом специализируется. Что же Арку от меня понадобилось?

В последнее время мы с ним прекрасно ладили. Как только я стала претенденткой в его праправнучки, инкуб (я старалась называть Арка именно так, зная, что инкубы, хотя и не подают виду, но все же обижаются, если их неправильно называют), как и вампир, с меня буквально пылинки сдувал. Дети у суккубов крайне редкое и очень долгожданное явление. Обычно раз, максимум два, озаряет оно бесконечно долгую жизнь супружеской пары. А потому отношение к малышам очень бережное. Родители трясутся над бесценным чадом и относятся к нему с чуть ли не с священным трепетом. Убить ребенка — страшнейший грех, караемый у демонов любви больше чем смертью. Надо ли говорить, что внуки у инкубов еще более редкое явление, чем дети, а потому еще более ценное.

Никогда прежде меня никто так не баловал, как Арк’ментр’морк за прошедший год. Всевозможные балы, карнавалы, прогулки, подарки. Сначала я ко всему относилась настороженно. Все-таки инкуб был когда-то сердечным другом моей прапрабабушки — и вдруг он пытался заменить ее мною? Но глава суккубов опекал меня, как наседка цыпленка, и постепенно нелепые подозрения отступили. Неужели весть о проклятии дошла и до него?

Поправив одежду и взглянув на счастье в зеркало, я вышла в суровый, жестокий мир.

У двери меня ждал сюрприз. Вэрт’ментр’морк, племянник Арк’ментр’морка, нервно топтался на месте, теребя что-то в руках. Увидев меня, он радостно встрепенулся и одним прыжком оказался рядом.

— Княжна! — прошептал он, сияя как начищенный самовар.

«Беспредел! — проворчало левое полушарие. — Никакого инстинкта самосохранения!»

А ведь когда-то мы натравили на него Ладушку! Хотя после пары торжественных визитов в замок предполагаемого прапрадедушки малыш напрочь перестал нас бояться. В жизни он оказался хорошим ребенком. В меру послушным, в меру шаловливым, прилежным учеником, но, как и все подростки, чрезмерно любопытным. Переходный возраст протекал у него не столь бурно, как у некоторых представителей современной молодежи, но своих казусов тоже хватало. Одно наше первое знакомство чего стоит! Правда, потом детеныш проникновенно каялся и просил прощения. Это он умеет делать почти профессионально, так как частенько лезет не туда, куда можно. За что и получает по мягкому месту тяжелой дядюшкиной ручкой.

Оправившись от первого испуга и подружившись с нами, паренек теперь первым выбегал нас встречать, когда мы приезжали в замок. Каждый наш визит был для него праздником. Ведь пока гости справедливо мучились по утрам похмельем и прочими последствиями бурных ночей, неуемная энергия драконов позволяла братьям не только участвовать в празднествах, но и стоять на ушах весь день, составляя компанию племяннику правителя. А зачастую братишки были для него главными инструкторами шалостей, мне же отводилась роль внештатной няни. Когда Арк уезжал из своих владений, то без всякой опаски и зазрения совести подбрасывал «ребенка» мне. Жители моего замка почему-то такие поступки инкуба окрестили «злостными терактами».

И ведь не боялся, прохвост, что мы ему наследника испортим! А может, он его специально нам на воспитание отдавал? Чтобы малыш набирался опыта от драконов? Кто знает…

Как я уже говорила, подросток был крайне любопытным и везде лез. Ну и, конечно, начинал интересоваться противоположным полом. Пару раз попытался подсмотреть за мной в ванной, за что традиционно получил полотенцем по ушам и долго ходил извинялся. Затем переключил свое внимание на молоденьких служанок. Результатом охоты «великого Каа» стала нервная икота у девушек и их возросшие спринтерские способности.

Когда напряжение в замке достигло критической точки, братья взяли малыша под белы крыла и отвели в деревню, после чего детеныш стал смотреть на Вика и Норри как на великих гуру. Хотя какой он уже ребенок после воспитания моими охламонами? И действительно, парень изменился, стал спокойнее и увереннее в себе. Даже сел за книги! Служанок больше не терроризировал, но в глазах появился лукавый огонек и какое-то темное знание, время от времени на его губах расцветала хитрая усмешка. Если раньше девушки посмеивались над ним, зачастую задирая, то теперь старались пробегать молча.

Вернувшись, Арк’ментр’морк заметил перемену в племяннике, тонко улыбнулся и пожал моим братьям руки. Затем поклонился мне, поблагодарив за гостеприимство, и скрылся с Вэнтром в портале. Больше я их не видела.

— Княжна, — повторил племянник, робко касаясь моего плеча.

За прошедшее время он сильно изменился. Теперь передо мной стоял не тощий Кощей Бессмертный со всеми признаками истощения, а молодой высокий юноша. Кости обросли мясом и мышцами, приобретя довольно аппетитные формы. Прошла подростковая угревая сыпь, лицо возмужало, и с него исчез налет детской наивности. Волосы потемнели, приобрели благородный медный оттенок, на щеках угадывалась начинающая отрастать щетина. Не тот ранний пушок, нет, эти щеки уже познакомились с бритвой, причем довольно давно.

Похоже, за время нашей разлуки юноша успел восполнить и иные пробелы в образовании. Концентрация темного знания в зеленых глазах заметно возросла. Изменилась и его аура, став плотнее и шире. Теперь от молодого инкуба веяло уверенностью, силой и магией, смешанной с каким-то магнетическим очарованием. Передо мной стоял уже не мальчик, а мужчина. С возрастом красота Вэрта дозреет и приобретет еще большую притягательность. Нынче служанки не посмели бы над ним смеяться и вряд ли убежали бы.

Племянник правителя нервно переступил с ноги на ногу, отчего образ «великого и могучего» слегка пострадал.

— Я слышал, над тобой нависла опасность, — тихо произнес он, и по моей спине пробежали мурашки.

Не страха, нет. С последней нашей встречи голос малыша слегка опустился по тональности и оказался точно таким же, как у дяди! Интересно, это ему по наследству передалось или у всех инкубов чарующий голос по долгу службы?

А быстро же здесь расходятся слухи! Любое СМИ нашего мира по сравнению с местной системой оповещения просто отдыхает!

— Да, Вэрт, бывает, — грустно согласилась я.

— Я хочу подарить тебе кое-что. — Лицо инкуба вновь посетили неуверенность и прежнее юношеское смущение. Щеки малыша залил легкий румянец, и он протянул мне изящное золотое колечко с розовой шпинелью. — Я его сам сделал. Возьми, пожалуйста.

— Зачем? — опешила я, уже догадываясь, что он скажет.

— Понимаешь, — замялся Вэрт, — в нашем мире самым ценным является невеста…

— Это я уже знаю, — перебила я юношу. — Я не понимаю, почему ты свое кольцо отдаешь мне?

Племянник правителя вновь покраснел и тихо ответил:

— Я хочу защитить тебя, потому что люблю.

На секунду у меня земля ушла из-под ног. Я стояла и не знала, как тактично отказать этому начинающему жизнь юноше, не потревожив сильно его чувств и не создав ему на будущее комплекс неуверенности или неполноценности. Куда я смотрела? Ведь знала же, что на свете довольно частое явление, когда юноши влюбляются в своих молодых учительниц, а девочки — в учителей. Но не придала значения, считая, что со мной такого никогда не произойдет. А теперь что? Ох, Вэрт! Что же ты наделал?! Еще этих проблем ко всему прочему на мою голову не хватало! И куда твой дядя смотрел, подкидывая тебя мне?! Сам ведь тоже не первый год живет на земле!

А Вэрт все стоял и протягивал мне кольцо, и рука его от долгого напряжения начинала меленько дрожать. Вот влипла так влипла!

— Вэрт, извини меня…

— Это из-за оборотня? — перебил меня инкуб.

— Что? — опешила я.

— Да брось! — сверкнул глазами юноша. — Моя раса питается не только энергией, мы специализируемся еще и на любви! Мы ее видим, чувствуем, знаем. Кого ты пытаешься обмануть?

«А может, действительно все на Мортифора спихнуть?» — оживилась правая половинка.

— Раз ты все знаешь, почему предлагал? — решила я ответить вопросом на вопрос. Лучшая защита — это нападение!

— Может, я на будущее репетирую, — вдруг спокойно пожал плечами Вэрт и, видя мое недоумение, рассмеялся. — Ну надо же мне будет когда-нибудь делать любимой девушке предложение, я буду волноваться, не знать, что сказать. А тут такой хороший способ потренироваться…

— Не поняла! — невольно вырвалось из груди возмущение. — Я тут ответ продумываю, боюсь, как бы твои чувства не задеть, а ты надо мной просто издеваешься?!

— Да нет, — мотнул головой инкуб. — Я действительно тебя люблю. Ты не бойся задеть мои чувства, я ведь не маленький и догадываюсь, что ты мне скажешь: что первая любовь не настоящая, что это пройдет, и так далее, и тому подобное. И отчасти будешь права. У нас, инкубов и суккубов, первая любовь всегда безответная и практически недостижимая. Она знаменует у нас последнюю стадию взросления. Мы учимся искренне и преданно любить.

— Дурдом! — вынесла вердикт я, оседая по стеночке. — Твой дядя оторвет мне башку, а после и тебе оторвет!

— Да ладно, — поморщился юноша. — У каждой расы свои заморочки. У эльфов вон взрослым считается юноша, сумевший в одиночку взрастить поле конопли.

— А? — опешила я.

— Не «а», а «о»! — поправил меня инкуб. — Эльфы же владеют магией роста растений. Вот у них правящая верхушка и решила: зачем тратить силы на выращивание деревьев и прочей лабуды, если можно вложить ее в выгодное дело. Так они сразу двух зайцев убили: и юноши экзамен на совершеннолетие сдают, и прибыль казне получается. А у урков совершеннолетие признается тогда, когда кандидат в мужчины у эльфов этот самый урожай конопли выкрадет, а у орков мужчиной признается тот, кто отберет эту самую добычу у урков…

— То есть у вас первая любовь — испытание?!

— Не совсем, но близко. Многие у нас объект воздыхания с ранних лет присматривают. Считается, чем он необычнее, чем круче. Правда, любовь зла, полюбишь… В общем, не того, кого хотел. Чувства ведь разуму неподвластны. Я боялся, что со мной что-то не так, что я какой-то дефективный, пока не встретил тебя. И тут — бац! Влюбился! В дракона!

— Да уж, отличился! — буркнула я.

— Ага! — восторженно кивнул юноша. — Мне все прочие завидуют! ЦЕЛЫЙ ДРАКОН!

— Самое главное, что пока живой!

— Вот именно! — подтвердил Вэрт. — И я не намерен тебя терять! Это ведь первая любовь превращает нас из невзрачной куколки в тех прекрасных бабочек, что ты видишь. Но ты не бойся, бери кольцо, оно не кусается. Я ведь тебя защитить хочу.

— Значит, если я погибну, твое взросление остановится?

— Нет, — мотнул головой собеседник. — Ведь я все равно буду любить тебя.

— В таком случае, извини, малыш, но меня сегодня очень четко проинструктировали не доверять словам несовершеннолетних представителей какой-либо расы.

— Слушай, а если я сделаю кольцо просто артефактом, охраняющим владельца? Ты возьмешь его?

— Я не могу подвергать твою жизнь опасности. Арк’ментр’морк этого не переживет! Или я, если попадусь ему на глаза. Ни то ни другое меня не радует!

— Княжна, — лицо юноши вдруг стало серьезным, — я всю свою жизнь наблюдаю мучения дяди. Он любил когда-то вашу прапрабабку, но, сильно обидевшись, не пришел однажды ей на помощь. И теперь его почти все время гложет чувство вины. Возможно, мои чувства когда-нибудь и пройдут, но сейчас я тебя люблю и хочу знать, что сделал все возможное, чтобы помочь любимому существу. Дай мне шанс жить с миром. А я в свою очередь обещаю тебе не быть идиотом и не лезть на рожон.

— Сколько тебе нужно времени, чтобы переколдовать кольцо?

— Пару минут.

— А сможешь?

— Я студент, — ухмыльнулся Вэрт. — Я все могу!

Будучи сама студенткой, я ему поверила. Студент — сонное, теоретически умное существо, естественно, не желающее трудиться, в критических ситуациях типа сессий или экзамена рождающее шедевры. Порой преподы диву даются, как нам это удается. И что самое обидное: в трезвом уме и твердой памяти фиг повторим!

— Слушай, а почему кольцо? Ведь у каждой расы свои предметы свадебного обряда: кольца, серьги, различные браслеты, пояса, татуировки. Почему же все спихивают мне кольца? Никакого разнообразия и фантазии!

— А на них теперь мода пошла, — отмахнулся инкуб. — Вот каждый и отрывается на перстнях.

Хм, весело! С такими темпами у меня палец перестанет гнуться. Если вдобавок ко всему заявится Лерри, а потом Кейси… А ведь еще у Артура надо будет стребовать то кольцо-артефакт, что в прошлый раз в дорогу брала, и новоприобретенный перстень с лунным камнем надеть. Ой, мама! Что ж это получится? Прямо ходячий ювелирный магазин! Или еще лучше — ВЛАСТЕЛИН КОЛЕЦ!

«Хм, хозяйка, — оживилось левое полушарие мозга, — а ведь ты того хоббита в росте немногим обошла!»

— Слушай, Вэрт, а может, ты кольцо в браслет переделаешь? — предприняла я последнюю попытку навести порядок в украшениях.

Как-то не хотелось постоянно ассоциировать себя с хоббитом, тем более что в голове крутился вариант с гоблинским переводом, особенно тот момент, где гном мечтал о жене с квадратной головой, чтобы удобнее было ставить кружку пива. М-да, неисповедимы пути женской логики!

— Свет, я студент, а не волшебник, — укоризненно вздохнул юноша. — Я пока только учусь.

— Извини, — устыдилась я собственной наглости. Да уж, матушка! Забыла пословицу про дареного коня? — И спасибо за заботу. Из тебя когда-нибудь получится отличный муж!

— Знаю! — ухмыльнулся инкуб и вновь принялся колдовать.

К месту, кстати, прорезались способности взрослеющего дракона. Я буквально видела творящуюся вокруг магию, ощущала ее каждой клеточкой души. Малыш не врал и действительно изменял некоторые параметры кольца, оставляя за ним главную функцию: защищать носящего. Хоть одной проблемы я избегу, приняв такой подарок. Осталось только поведать это правителю суккубов прежде, чем он меня прибьет.

— Ну, вот и все! — улыбнулся племянник Арк’ментр’морка, надевая мне на мизинец колечко. — Только я еще кое-что хотел бы проверить.

— Что? — насторожилась я, почуяв неладное в его тоне.

— Не бойся, — ухмыльнулся Вэрт’ментр’морк, медленно наступая на меня.

Воздух вокруг его фигуры сгустился, и я почувствовала, как начинает концентрироваться вокруг парня магия. Юноша призывал свою власть. Черты его стали меняться, становясь более мужественными, красивыми и притягательными. Я попыталась отступить, но ноги словно приросли к полу. Рассудок требовал бежать в противоположном направлении, но тело, попав под воздействие магнетизма инкуба, стремилось вперед. Его магия с моей, похоже, уравновешивали друг друга, отчего получалась полная неподвижность. Что за фигня? Почему, когда советник испытывал на мне свои чары, я могла им противостоять и даже двигаться в противоположном направлении? А здесь я ничего не могу поделать!

— Я все-таки инкуб высшей крови, — хмыкнул юноша, словно прочитав мои мысли.

Ой, надо будет учесть на будущее! Поставим в уме галочку никогда не провоцировать Арк’ментр’морка.

Вэрт тем временем приблизился ко мне почти вплотную, пальцем поднял мой подбородок и, наклонившись, поцеловал. А малыш уже здорово натренировался в данном деле! Только вот тикать от этого экспериментатора надо, а то за подобные опыты мне его дядя точно голову оторвет! Он и так вряд ли обрадуется, увидев на мне кольцо племянника. Мозг сразу же просчитал возможные варианты долгой и проникновенной беседы с верховным инкубом, а также вспомнил, что на стенах тронного зала есть колющее и рубящее оружие, и в кровь поступила ударная доза адреналина.

Вдруг юноша испуганно от меня отшатнулся и обиженно взвыл:

— Ты у меня здоровенный пласт энергии изъяла!

— Чего? — опешила я.

Кровь еще продолжала стучать в висках. То ли это было последствием поцелуя Вэрта, то ли результатом усиленной работы сердца, которое, предчувствуя скорый разговор с Арком, продолжало поспешно готовить тело к незапланированным вечерним упражнениям. Усталость и сонливость как рукой сняло.

— Ты у меня добрую часть энергии выкачала! — со смесью испуга, удивления и восхищения прошептал Вэрт.

— Нечего было экспериментировать! — буркнула я. — Нашел крысу лабораторную!

Хотя ученые в каком-то смысле все лабораторные крысы. Только в большей или меньшей степени.

— Ну, мне же хотелось попробовать свои силы на Драконе! — надулся парень. — Такой шанс дается раз в жизни! И интересно было, правда ли ваша энергия способна сделать нас самыми могущественными. Вот только в фолиантах нигде не говорилось, что вы сами можете отнять у нас всю энергию!

— Обещаю, если я что найду по этому вопросу, обязательно тебе сообщу.

— Ладно, иди, а то тебя дядя ждет, — смилостивился малыш и, подойдя ближе, боязливо чмокнул на прощание в щеку.

Внимательно прислушался к себе и облегченно вздохнул, по-видимому, найдя свой оставшийся энергетический резерв в целости и сохранности. Затем махнул рукой и помчался прочь.

Я же направилась в тронный зал. По мере приближения захотелось развернуться и бежать обратно. Но, к моему удивлению, Арк’ментр’морк встретил меня довольно радушно. Скользнув взглядом по кольцу Вэрта, он лишь понимающе улыбнулся:

— О! Я смотрю, у моего племянника появилась первая любовь!

— Злитесь? — осторожно уточнила я, приготовившись к внезапному старту.

— Радуюсь! — засмеялся правитель суккубов. — Проходи, не бойся, я не буду тебя есть. И четвертовать тоже. Вэрт уже взрослый мальчик и имеет право сам принимать решения. К тому же параметры кольца, кажется, слегка изменены? Просто охранный артефакт?

— Да.

Похоже, я напрасно недооценила магические способности главы суккубов. Все-таки взрослый, опытный маг, а не студент. Интересно, а он мне тоже колечко принес? Вопрос сорвался с языка быстрее, чем удалось подумать. Молодец я! А еще княжна называется! С таким нерадивым правителем страна долго не продержится!

— Угадали, — доброжелательно отозвался инкуб, присаживаясь за столик, на котором расторопная Миленка в который раз обновила сервировку. Сейчас она как раз несла нам вино на подносе. — Полагаю, к вам уже успел заглянуть Нох-рам-Лукуш? — уточнил он, извлекая из вазочки гроздь зеленого винограда, и, оторвав ягоду, отправил ее в рот.

В данном движении было столько изящества и сексуальности, что служанка, как раз кинувшая на инкуба взгляд, заворожено застыла. Арк плутовато ухмыльнулся и, уже глядя в глаза нечаянно пойманной жертве, оторвал вторую ягоду, томно отправил ее в рот и, раскусив виноградинку, откинулся на спинку стула, откровенно смакуя сладость плода.

«И без всякой магии девушка попала», — мрачно констатировало левое полушарие.

Я резко хлопнула в ладоши. Служанка вышла из оцепенения и, смущенно покраснев, торопливо поставила поднос на столик и кинулась прочь. Инкуб проводил ее тонкой улыбкой.

— Очаровательные у вас тут служаночки, — обернулся он ко мне, — симпатичные, энергичные!

— Ага. Вэрт уже оценил, — заметила я.

Арк плотоядно ухмыльнулся, явно собираясь составить еще и свое мнение. Затем опомнился и посмотрел на меня.

— Ну да я отвлекся, извините. Итак, полагаю, Нох-рам-Лукуш опередил меня с визитом и предложил помощь? Я тоже не могу оставить вас беззащитной в сложившихся обстоятельствах и желаю предоставить защиту моего дома. Я хочу признать вас своей праправнучкой. Конечно, кроме моей поддержки вы станете наследницей всего моего имущества.

— А как же ваш племянник?

— За него не беспокойтесь, — вскинул руку инкуб. — Вэрт получит наследство своих родителей. Это также огромное состояние, за которым я в данный момент присматриваю и постепенно обучаю юношу управлению собственными угодьями. Что касается трона, то тут, увы, власть я передам ему, потому что он является чистокровным инкубом и знаком с нашими порядками и законами. Кроме того, у вас уже есть собственный трон. Надеюсь, вы не в обиде?

— Нет, что вы! — тихо отозвалась я. — Но, боюсь, вынуждена вас огорчить.

Расстраивать инкуба очень не хотелось. Ведь я знала, как у них ценятся дети и как он радовался мысли, что я его праправнучка. Но врать ему я тоже не могла. Опять же совесть не позволяла.

— Милорд, мне искренне жаль, но сегодня днем мы с Нох-рам-Лукушем провели анализ моей крови и выяснили, что моим прапрадедушкой является он, — почти прошептала я. Почему-то в горле застрял комок.

Инкуб принял данную весть на удивление мужественно.

— Значит, Дорвана, — пробормотал себе под нос Арк’ментр’морк, — родила Лорриэля от законного мужа — вампира и назвала сына на эльфийский манер из вредности? Чтобы мы все помучились?

— Я не берусь отвечать за поступки своей прапрабабушки, — осторожно начала я, — но похоже на то.

— А ведь мы сто пятьдесят пять лет терзались вопросом! Страдали! Вот ведь су… нехорошая женщина! — выдохнул собеседник. — Однако я все равно собираюсь признать тебя своей праправнучкой, Света.

— Но ведь у меня уже есть один прадедушка! Как вы себе это представляете?!

Арк’ментр’морк отложил виноград, плавно встал из-за стола и подошел ко мне.

— Ты когда-нибудь замечала, насколько мы с тобой похожи? — вдруг тихо произнес он.

— Иногда, — почти шепотом призналась я. — Но, полагаю, в свете нынешних событий это лишь совпадение. Мне честно очень жаль. Я не хотела вас разочаровывать.

Интересно, что мы с Акр’ментр’морком действительно похожи. Собственно, я — вылитый папа в уменьшенном и женском варианте, а вот отец, что самое смешное, очень похож на инкуба! Конечно, не берусь утверждать, что они просто близнецы, но шоколадные глаза и темно-каштановый цвет волос с золотисто-бронзовым оттенком у нас у всех общие. Каждый раз, когда родитель либо я заявляемся в парикмахерскую, мастера приходят в экстаз, утверждая, что такого редкого цвета волос еще не видели.

Что именно господа виртуозы находили в данной окраске, мы с папаней не понимали, пока однажды стилисты не устроили показательное шоу с нашими волосами. Они, разбирая их на тонкие пряди и подставляя на свет, сооружали различные прически без всякой покраски или прочих операций, получая либо золотисто-бронзовый, либо медный, либо темно-коричневый цвет волос. К тому же у Александра Драко потрясающее обаяние. Конечно, драконы сами по себе очаровательны, но иногда мне кажется, что данный дар у папы развит сверх меры.

— Знаешь, милая, — вдруг улыбнулся инкуб. — Когда я ехал сюда, то собирался независимо от всяких проверок признать тебя своей праправнучкой.

— Я так не могу. Нечестно присваивать то, что тебе не принадлежит.

— Даже если это добровольно дарится? — прищурился инкуб.

— Тем более не могу! Ведь у вас еще могут быть свои дети!

— Увы, — горько выдохнул мужчина. Кажется, я невольно наступила на его больную мозоль. Что за день такой? Одни потревоженные и разбитые чувства, точно прокляли! — Вероятность рождения моего отпрыска меньше одного процента, если не ниже! Видишь ли, у инкубов высшей крови шансы на появление двух детей ничтожнее, чем у простых суккубов. А у меня уже был ребенок.

Мое сердце предательски екнуло. Вот нутром чую, что случилось что-то ужасное. Взгляд собеседника на миг затуманился и погрустнел, а затем Арк обернулся ко мне и вымученно улыбнулся.

— Моя милая, моя маленькая княжна, я в трезвом уме и твердой памяти по-прежнему считаю тебя своей наследницей, но позволь рассказать все по порядку. Первый раз я заподозрил в тебе свои гены в замке, точнее, на руинах собственной спальни, когда твои глаза в гневе сверкнули красным. Алые всполохи в приступе ярости характерны для суккубов, в редких случаях для вампиров, ну и еще для представителей некоторых древних рас. Драконам это несвойственно. У вас в гневе глаза становятся черными либо горят зеленым. Старейшие создания ни с кем не совместимы, кроме самих себя. Нох-рам-Лукуш тоже не мог подарить тебе такое наследие. И это навело меня на мысль. Потом я обратил внимание на цвет твоих глаз и редкий оттенок волос. Не мне читать тебе лекции по генетике, но, думаю, ты догадываешься, что вероятность простого совпадения в данном случае ничтожно мала. А твое обаяние, конечно, можно приписать природному магнетизму драконов, но вот способности Вика никак на гены рептилий не спишешь! Помнишь экстренную ситуацию в моем гареме?

— Как же, забудешь ее! — буркнула я.

Инкуб понимающе хмыкнул.

— Тогда мои красавицы здорово нарвались. Очевидно, из-за насыщенного графика боевых действий вы были сильно измотаны, плюс сказался стресс и сильнейший испуг. В общем, Вик одним поцелуем выкачал почти всю энергию из моей главной жены и едва ли не досуха опустошил резерв второй. А он всего лишь держал ее в объятиях, даже не пытаясь приласкать, просто успокаивал. Как утверждают прочие наложницы, их контакт длился около пятнадцати минут.

— И что, все остальное время Витька играл с твоими прелестницами в догонялки? — искренне изумилась я.

— А то! — фыркнул инкуб. — Повторить подвиг двух моих первых цариц уже никто не решился. Они испугались перспективы бесплодия. А покинуть границы гарема не могли из-за моего приказа. В общем, бедные девочки до сих пор вспоминают ваш первый визит. Витькины жертвы пролежали в коме целые сутки.

Так вот почему знаменитый царский гарем и носу не показывал, когда мы заезжали в гости! Собственно, даже служанки обходили Виктора стороной. Впрочем, и я сегодня смогла отличиться, энергетически завампирив Вэрта. И самое смешное, чувствую себя так, словно только что проснулась. Ну, дела.

— Я инкуб высшей крови, — продолжил тем временем Арк’ментр’морк. — Такое под силу только мне. И то, когда очень-очень сильно вымотаюсь.

— Но ведь служанки в моем замке пока живы и здоровы, — осторожно возразила я.

— Возможно, лорд Венатор питается понемногу и не настолько устает, как тогда, — пожал плечами правитель. — В любом случае, другой твари с такими же чертами вы не найдете. Это, бесспорно, наши гены, и не просто чьи-то там, а мои. Наша династия древняя и еще никогда не прерывалась. У прочей высшей знати таких сильных способностей нет.

Вот странно! Учитывая трудности в вопросах беременности, правящая династия суккубов должна бы была уже раз десять поменяться. Как же им удалось сохранить непрерывность крови? Хотя спросим об этом в другой раз.

— А на что вы тратите полученную энергию?

— Большая часть идет на поддержание жизни и работоспособного состояния тела, питание ауры, накопление внутренней энергии, а остальное на магию. Наш резерв пополняется.

— То есть возрастает?

— Ну не совсем так. У нас своя специфика. Как бы тебе это доступно объяснить?.. В нашем мире степень силы мага оценивается по скорости возобновления магического резерва. Чем быстрее чародей восстанавливается после энергоемких заклинаний, тем быстрее он может дальше колдовать. Обычно маг пополняет свой резерв, вбирая в себя рассеянную вокруг энергию. Мы же практически неспособны аккумулировать энергию мира, и нам приходится черпать уже готовую от живых существ. Поэтому существующая система оценки силы дара к нам неприменима, и большинство инкубов считаются магически не одаренными. Но есть среди нас и исключения из правил, которые способны пополнять свой энергетический резерв, подключаясь к энергетическим потокам вокруг. Вот они-то и считаются магически одаренными, и их оценивают по существующей шкале. Вначале у таких уникумов средний уровень силы находится около шести. Позже новичок учится контролировать свой дар, знакомится с заклинаниями прочих рас, и его потенциал достигает запланированной природой точки. Отследить наших вундеркиндов можно по колебанию степени силы. Молодые инкубы еще не способны изымать из мира энергию в нужном объеме, но когда они черпают силу традиционным для нас способом, то их магический уровень достигает истинной высоты. У вашего брата все признаки молодого необученного инкуба.

Да, пора менять существующие системы оценки! Сколько допущений, поправок, оговорок и прочего сора! Без ста граммов не разберешься! Однако коренные жители, похоже, данную систему классификации впитали с молоком матери и чувствуют почти на интуитивном уровне. Ну да бог с ними, с их заумными, запутанными постулатами, мне бы в данной ситуации разобраться!

— У вас есть идеи, как такое могло случиться?

— Конечно! — обворожительно улыбнулся инкуб. — Как я уже говорил, у меня была дочь Лия. Когда мы… кхм… прелюбодействовали с вашей прапрабабушкой, то заключили договор, что, если у нее родится сын от вампира, а у меня дочь, мы поженим наших детей. Через некоторое время на свет появился Лорриэль, а у меня — дочь, но сама Дорвана погибла, так и не раскрыв отцовства. А посему я о соглашении благополучно молчал, пока Лия его не откопала, роясь в моем кабинете. Она почему-то была уверена, что мне во что бы то ни стало нужно выполнить условия клятвы, иначе случится несчастье. Я посмеялся и велел ей забыть о давнем обещании. Но Лия решила все по-своему. И вот моя восемнадцатилетняя идеалистка сбежала ночью из замка и направилась через портал к тридцатитрехлетнему дракону, который жил в то время у своей любовницы Гвиневеры. Ваш прадед встретил новоприбывшую невесту крайне скептически и хотел отправить назад, но Лие как-то удалось его переубедить. И он, в конце концов, ее принял. Так они втроем и жили. Муж, жена и любовница. Что творилось за стенами заколдованного замка Гвиневеры, для всех, включая меня, секрет, но через четыре года в их странной семье появился ребенок. Кто был его матерью, гадают до сих пор. Вскоре малыш заболел, и Гвиневера велела отвезти его к знаменитому целителю. Лия вызвалась сопровождать князя Драко и ребенка. Предсказание Гвиневеры сбылось, и через три месяца дитя выздоровело. Но по дороге домой на них напали Призрачные Гончие, и Лия погибла… Израненный Лорриэль вернулся в Луару, и они вместе с Гвиневерой вырастили ребенка. Теперь я точно уверен, что юный князь Леонид был моим внуком.

— А может, лучше проверим? — осторожно спросила я.

Все-таки предпочитаю иметь достоверную, проверенную информацию, если такие качества к ней применимы. Хоть я и забрала часть энергии у Вэрта, это еще не значит, что у меня и Вика их гены. Вдруг мы с братом просто мутировали? Я, как выяснилось, порой и сны вещие вижу, но это же не значит, что мы с Гвиневерой родственники.

— У тебя же сегодня брали кровь на анализ, — вздохнул инкуб. — Неужели хочешь повторить удовольствие? Руку не жалко?

— А если вторую?

— Давай.

Я протянула правую руку. Арк’ментр’морк проделал с ней точно то же самое, что и вампир, только второй раз я в обморок не падала. Прогресс! Вместо прозрачного сосуда с крышкой инкуб приспособил взятый со стола высокий широкий бокал на ножке. Можно подумать, местная посуда предназначена для слонов, а об объемах мерно-выпивательных емкостей вообще молчу! Воистину сделано с размахом для драконов. Набранная кровь тем временем приобрела форму ящерки и свернулась на донышке сосуда. А она у меня индивидуальность, однако!

— Ну, — правитель суккубов протянул мне бокал и отошел на десять шагов в сторону, — ты уже знаешь, что делать. Спрашивай.

Я посмотрела на собственную кровь, притворяющуюся то ли мертвой, то ли спящей, и осторожно встряхнула фужер.

— Эй, ты еще живая?

«Чего тебе? — трансформировалась та в бегущую строку. — Надоели уже, всякими острыми предметами в сосуды тыкать!»

— Скажи, а нет ли у меня случайно родственной связи вот с этим достопочтенным господином?

«А куда делась предыдущая партия крови?» — задала кровь вопрос и, превратившись в ящерку, пытливо прищурилась.

— Отдала в хорошие руки.

«М-да, хозяйка! Не ценишь ты себя! Знала бы ты, какое редкое и дорогое удовольствие кровь дракона! Ну да ладно, меня ты посадишь в просторный аквариум в лаборатории Артура Семину. Он найдет, что со мной сделать. Только предупреди, чтоб не лез ко мне всякими там палочками, ложечками, пипетками, а еще без КАСТРЮЛЬ, КОТЛОВ, РЕТОРТ и прочей стеклянной гадости! А то знаю я вас, ученых-экспериментаторов!»

— А ты на мой вопрос ответишь?

«Да, пожалуйста! Отвечаю!» — И, вновь трансформировавшись в ящерку, обернулась к мужчине и послала ему воздушный поцелуй.

— И что это значит? — опешила я.

— Это значит, — улыбнулся Арк’ментр’морк, подходя ближе, — что у тебя есть большой обаятельный прапрадедушка, который, если что…

— Поняла, — перебила я. Если вампир моих обидчиков загрызет, то домысливать, что с оными сделает инкуб в расцвете лет, картина не для среднестатистической психики, а потому фразу за него закончила я: — Если что, вы убьете моих обидчиков.

— Верно! — еще шире улыбнулся новообретенный прапрадедушка и протянул свой перстень.

Ну, ни фига себе у нас с братьями гены! Какая-то продвинутая версия дракона получается! Ну, Дорвана, ну, прапрабабушка, завернула ты семейную историю! Это же, как заклятых врагов надо было отвлечь, чтобы они вместо твоего убийства занимались улучшением породы?! А какие еще недруги поучаствовали в селекции? Где бы узнать, скажите, пожалуйста? Вдруг там людоед отметился?

«Скорее уж хоббит!» — съязвило левое полушарие.

«Так их вроде в данном мире не существует. Правда, есть гномы», — прорезалась логика у правой половинки мозга. Лучше б она не проявлялась! Представителей горного народа при всем моем уважении в своих генах я не хотела. Надо будет на досуге проштудировать фамильные записи, а то что ни день, то сюрприз!

Это что ж теперь получается: круче меня только яйца? Хотя на самом деле я как была ходячим несчастьем, так им и осталась. А может, мне родословную свою составить? Типа, не бейте меня, злые дяди: я редкий породистый дракон! Выставочный экземпляр! Стоп! Нас трое: два мальчика и девочка. Ой! А ведь у всей чистокровной живности незавидная судьба! Ей находят какую-нибудь столь же родовитую пару и благословляют плодиться да размножаться! Вот и мне навяжут какого-нибудь матерого чешуйчатого гада. Не хочу! Может, меня к ушастым гуманоидам или к лохматым четырехсоткилограммовым зверькам тянет? Может, захотелось экзотики? Вот такая я извращенка!

Сдав трансформировавшуюся в ящерку кровь довольному донельзя Артуру Семину, я отправилась в спальню. Если со мной еще кто-то пожелает пообщаться, то приму только завтра. Все! Хватит! Пусть в теле не было и следа усталости, все равно день выдался крайне насыщенным и многое следует обдумать.

Арк’ментр’морк спросил, чем может помочь. Я его попросила попробовать определить наши способности. Не то чтобы не доверяла Нох-рам-Лукушу. Нет. Просто привыкла делать выводы из определенной выборки, а две точки зрения уже лучше, чем одна. Да, жизнь начинает принимать серьезные обороты. Ну да не все же нам веселиться?

5

Действие профессионала легко предсказать.

Но мир полон любителей.

Народная мудрость

Серые тени сумрачно носились под потолком огромного просторного зала, на черном с серебряными прожилками мраморном полу покоились иные, более черные и плотные, сущности. О! Здесь я раньше уже была! Знакомый готичный интерьерчик. Вон у стен стоят какие-то модифицированные твари. Высокие, худые, укрытые мешковатыми рясами с глубокими капюшонами, из прорезей которых вместо лиц время от времени выглядывает клубящаяся тьма. Рядом с ними, как и в прошлый раз, мрачно застыли представители еще одного вида существ, в длинных темно-серых мантиях, расшитых серебром. Тоже с надвинутыми капюшонами, но, если заглянуть внутрь, обнаружишь не темноту, а туманное очертание лица.

Сегодня они еще угрюмее и злее, чем в прошлый раз. С чего бы это? Последние полгода я была паинькой. Работала, училась, отстраивала княжество и никуда, ну честно никуда, не лезла. Так что вряд ли они такие радостные из-за меня.

Массивная дверь отворилась, и на сцене появились двенадцать высоких, широкоплечих воинов, похожих друг на друга как две капли воды. Кажется, это какая-то их охрана или ударная пехота. Странно, очень уж данные типы смахивают на оборотней. Та же замедленная, тяжеловатая грация движений, схожая комплекция. За полгода у меня на вервольфов глаз наметан. Раз сказали предки избегать лохматых трансформеров, значит, так и будем делать.

Прошагав в центр, солдаты остановились перед странным существом, восседавшим на троне, синхронно ударили кулаком в собственную грудь и в три шага разбились на две ровные колонны. Сейчас войдет еще один. О! Я права! Дверь снова распахнулась, и вошел тринадцатый. Пройдя через коридор своих людей, он, так же как и предшественники, поприветствовал необычного правителя и встал перед ним на одно колено.

— Что случилось, Орту? — вкрадчиво произнесло существо.

— Ваши посланники, — коротко ответил тот. — Мы их нашли. Они готовы обо всем доложить, мой господин.

— Позвать, — лениво махнул широким рукавом монарх.

Дверь отворилась, и в зал просочились две бестелесные тени в коричневых балахонах.

— Прости нас, наш господин! — залепетали они прямо с порога и пали ниц.

— Вы мне одно скажите, — прошипел правитель, приподнявшись с трона. — Какой идиот додумался таранить машину животным?

— Мы просмотрели перечень видов, обитающих на Земле и, в частности, в той местности, и решили сымитировать несчастный случай, — поднял голову один из коленопреклоненных. — Мы не знали, что у их стальной повозки лоб крепче окажется. В их мире столкнуться при езде с большим животным — верный способ умереть.

— Так почему вы не выбрали самого крупного зверя?

— А что, есть еще больше? — изумился второй, стоящий слева.

— Идиот! — прошипел правитель. — Мои слуги доложили, что там водятся иные животные — зубры.

— Длина туловища около трехсот тридцати сантиметров, — выступил вперед предупредительный Орту. — Высота в холке достигает двух метров, вес около тонны. Это надежней было бы.

— Мы не знали, — проблеяли провинившиеся.

— Ну да ладно с этим, — вдруг слишком благодушно отмахнулся правитель. — Скажите мне одно, гении мои, почему вы напали на кузена Дракона. Я же велел вам убить главного!

— А что? Это была не она? — изумились те.

— Разве похож этот высокий, широкоплечий индивид на мелкое, хрупкое недоразумение? И вообще, как вы умудрились перепутать мужчину с женщиной?

— А люди еще и двух видов бывают?! — вновь невпопад воскликнул левый.

Кажется, у него действительно проблемы с умственными способностями.

— Ага, — хмыкнул Орту. — Человеческое племя делится на две расы: люди и женщины.

— А чем они отличаются? — поинтересовался левый.

Полагаю, для них, как бестелесных тварей, проблемы полов неактуальны.

Правитель тяжело вздохнул. Из просторных рукавов появились две скелетообразные пожелтевшие кисти и принялись массировать голову в тех местах, где у человека должны быть виски. Но что там у данного гаврика, я не знаю и боюсь даже предположить. Орту вопросительно взглянул на своего владыку. Насколько понимаю, этот исполнительный мужчина — предводитель вошедших воинов.

Меня с детства учили определять сильных лидеров. (Данное знание крайне полезно для правителя.) И Орту, похоже, в их числе. Даже если не обращать внимания, как он держится по отношению к правителю и остальным солдатам, его выдает слишком плотная аура, которая как визитная карточка.

Смею предположить, Орту входит в личную гвардию необычного правителя, а может быть, и является его главным телохранителем. Я отчетливо чувствую между этими двумя нити связи и взаимопонимания почти на телепатическом уровне, словно они уже долго друг с другом работают. Будто в подтверждение моих мыслей странное существо кивнуло Орту, отвечая на его немой вопрос и разрешая пояснить. Воин выступил вперед и с улыбкой начал:

— Женщины — это биологическое оружие, созданное для уничтожения мужского рода, но действуют на нервы всему живому.

— Зачем же тогда их держат? — изумились сущности в плащах. — Почему не истребили такой сильный и опасный раздражитель?

— Несмотря на то, что длительное нахождение рядом с женщиной опасно для здоровья, полное ее отсутствие еще опасней, — с самым серьезным видом ответил Орту.

Хм, вот интересно, откуда он такую до боли знакомую информацию взял? Уж, не в Интернете ли? Тогда получается, мужчина и на Земле прекрасно ориентируется! А это плохие новости! И высказывается он чрезвычайно смело. Значит, правитель его ценит, раз позволяет некоторые вольности. А тогда, возможно, Орту обладает еще большей властью, чем я предполагала. Вот только какой и в каких масштабах?

— Орту, не умничай, — вздохнул правитель. — Выдай этим идиотам нормальную информацию, а не художественно обработанную тобой!

— Как прикажете, мой господин, — поклонился воин и сухим лекторским тоном начал: — Кто первым создал людей, неизвестно. Предполагают, что это был один из первых и самых гениальных Мастеров. Сама по себе раса людей странная и полностью алогичная, ее организация, поведение и мышление больше подчиняются законам хаоса, чем порядка, что еще раз доказывает неординарность и мастерство их Создателя. Теоретически женщины и мужчины относятся к одному виду, но со стороны может показаться, что это две совершенно различные расы. Женщина — это антимужчина. Две противоположности, соединение которых приводит к возникновению новой жизни. Данную идею постарались воспроизвести и другие Мастера, из-за чего теперь чаще всего в расах существует два пола, мужской и женский. Самое оптимальное число партнеров при половом размножении.

— Ты им не теорию возникновения дуализма полов гуманоидных рас рассказывай, а поясни, как их различать! — перебил слугу властитель, полагаю, уже порядком уставший от аудиенции. — И как можно проще!

— Дракон способен существовать одновременно в двух ипостасях: человеческой и ящерообразной. Общий вид зверя вы знаете: четыре лапы, два крыла, полная пасть зубов. Самки по размерам мельче самцов, но с более крепкой чешуей. По реакциям и скорости движений они быстрее, агрессивнее, злее и коварнее мужского пола. Очень злопамятны, в способах мести гораздо находчивее и изощреннее. С рождения ядовиты. В боевой трансформации связываться не рекомендую, в иных ипостасях, впрочем, тоже. Человеческие женские особи также меньше мужчин, но недостаток габаритов с лихвой компенсируется их характером: они не во многом отстали от женщин-драконов. Самое интересное, что данная закономерность прослеживается и в других расах. В трезвом уме и твердой памяти с людскими женщинами связываться также не советую.

— Личный опыт не приплетай! — прошипел правитель.

— Более вредные и вспыльчивые, — невозмутимо мотнул головой Орту. — Половой диморфизм выражается рудиментарным развитием молочных желез у мужчин по сравнению с женщинами и более широким тазом у женщин.

— Э? — глубокомысленно изрекли сущности в капюшонах.

— Орту, поясни, — вздохнул властитель.

— Молочные железы — это вот. — Мужчина обрисовал руками полушария у себя на груди. — У женщин они гораздо больше.

— Зачем они себе такие отращивают? — удивился левый.

И как эта святая простота у них там еще жива? Вряд ли он долго продержится при дворе.

— Может, они, как изученные нами верблюды, накапливают в них жир и в голодное время кормятся? — предположил правый.

— Почти, — прыснул в кулак предводитель воинов. — Первичная функция молочных желез — кормить детенышей, а вторичная, и, скорее всего побочная, — привлекать мужчин.

— И что, действует? — снова спросил левый.

Любопытный малый!

— Вполне, — криво ухмыльнулся Орту. Похоже, по себе судит. — С рождения и до завершения этапа полового созревания мужчина проходит путь, в котором возвращается к тому, с чего начинал, — к женской груди.

— Свидетельствует ли это о деградации мужской особи? — осторожно спросил правый в капюшоне.

— Скорее о следующем этапе развития, — улыбнулся предводитель воинов.

— Орту, еще одно лирическое отступление, и я прикажу отрезать у тебя главный отличительный признак мужчины, и женские груди тебя интересовать перестанут! — Владыка хлопнул костлявой рукой по подлокотнику трона.

— А что за признак? — оживился левый.

— Пожалуй, я лучше на картинках им все покажу, — поспешно пробормотал побледневший воин.

— Вот видишь, Орту, какой ты изобретательный, стоит лишь привести тебе веские аргументы, — из глубины капюшона правителя послышался веселый смешок. — Значит, так, идиоты: идите с моим помощником и внимательно его слушайте. А потом покончите, наконец, с родом Аргелла!

Проснулась я в своей кровати. За окном еще чернела ночь. Интересные у меня сны, надо признать! Энергия, изъятая у Вэрта, все еще кипела в теле, пробуждая жажду деятельности. Странно, что я вообще заснула! Ведь просто легла на кровать и задумалась о загадках. Хотя на одну из них ответ уже пришел.

Разбитая Виком машинка на совести этих странных, враждебных энергосущностей, которые активизировались и хотят нас прибить! Вовремя, блин! Нам бы с местными проблемами разобраться, а тут еще эти! И как там бумер поживает? Стоит, небось, бедненький, на холоде, мерзнет, хозяев вспоминает. Вик целую истерику закатил, когда вернуться на Землю и загнать машинку в гараж не получилось. Наши переходы кто-то тупо блокировал. Полагаю, тот самый злоумышленник, что на нас проклятие навесил.

Нох-рам-Лукуш и Арк’ментр’морк просканировали братьев и Ладиину. Результат получился неутешительный. Во-первых, у нас у всех магия оказалась комбинированной и одновременно несла в себе по частичке от всех способностей.

Занятно, что многие жители Геи стараются о Квипрокво не упоминать, дабы ненароком не накликать беду, и часто называют только четырех магов мира, а потому нам нужно быть предельно осторожными в формулировках. Насколько помню, даже Кейси не упоминал «отца Недоразумений». А ведь его никак нельзя причислить к необразованной темноте! Значит, народные суеверия имеют хоть какое-то рациональное зерно в своем основании. Интересно, где сейчас Кейси? Вопреки ожиданиям ни он, ни Лерри в замке не объявились. Хотя, может, я все проспала? Утром узнаю.

После того как Вик с Норри завалились в мою спальню поделиться впечатлениями и позвали с собой новообретенных прапрадедушек, Оох-рам-Лукуша и Артура Семину, покои на несколько часов вновь превратились в балаган с элементами мозгового штаба. Мы строили догадки, разрабатывали планы на будущее, обменивались информацией, ели, пили, смеялись. Новообретенные родственники вновь нас просканировали, но уже более тщательно и более чувствительными заклинаниями, выдав наличие способностей в процентном содержании.

Итого получилось: у Ладиины больше всего выражены способности Воина, Квипрокво и, как ни странно, Либ-им-и-до. Братья долго не могли понять: то ли это вампир с инкубом так шутили, то ли у Создателя проявился столь черный юмор. Самое смешное, что у меня доминирующие способности оказались почти те же, что и у Ладушки, только вместо Либ-им-и-до талант Тихони. Впрочем, у Вика с Норри также оказались два одинаковых с Ладииной дара: Воин и Либ-им-и-до. Только у Витьки еще были способности Хапуги, а у Норри — Тихони. Плохо. Очень плохо. Никакой определенности. А мы так надеялись, что после выявления преобладающих способностей хоть что-то прояснится! И как искать недостающее звено?

Над этим вопросом мы думали довольно долго. В процессе обнаружилась еще одна неприятная подробность: найти нужного члена команды не так-то просто. От отчаяния мы просканировали на всякий случай Нох-рам-Лукуша, его сына, Вэрта и Арк’ментр’морка, но у них, несмотря на уровень силы, природа магии оказалась очень уж специфической и не подходящей под условия проклятия, отчего у всех нас мозги чуть не закипели. И коллективным разумом мы решили обратиться за советом еще к Гвенивере и нашему самому главному предку — Аргеллу.

Думаю, настала пора его побеспокоить. И ничего, что прошла почти тысяча лет и я его уже неизвестно какая по счету прапраправнучка. Жизнь драконья бесконечно длинная, а потому какая-то тысяча лет для них — мгновение, и мы ему, что дети родные. Так что самое время напомнить прадеду о его прямых обязанностях, а именно: забота о непутевом поколении!

Кроме того, Аргур уже успел провести первичный поиск уникумов и нанести их на карту. Мы быстро скорректировали маршрут по точкам, которые нужно посетить. Нетрудно догадаться, что большинство их лежало на территории Драко. А потому, чтобы предотвратить преждевременную панику среди населения и не усложнять себе задачу поисками и отловом затаившихся кандидатов, мы решили объяснить свою пьяную траекторию инспекцией владений. Ой, чую: вряд ли кто из людей пойдет с нами по собственной воле. Хватит и того, что подозреваемых в дарования было более чем достаточно. Если бы мне пришлось придумывать им девиз, то вышло бы что-то вроде: «Мы потомки Драконов, и имя нам — легион!»

Наметив хоть какой-то план действий, мы назначили час отбытия на утро и мирно разошлись по комнатам отдыхать. Хотя Нох-рам-Лукуш с Акр’ментр’морком были так рады обрести праправнучков в лице Вика и Норри, что спокойный вечер моим братьям вряд ли светил. Меня джентльмены пожалели. Хотя, с другой стороны, какой от меня толк в традиционной мужской пьянке и совместном родственном походе по бабам?

Я плюхнулась на кровать и хлопнула в ладоши. Свечи одна за другой загорелись, и комнатку укутал уютный полумрак. Из окна подул ветер, принеся свежесть ночи. Я потянулась за изъятой когда-то у Лерри книгой. Не знаю почему. Просто безотчетный порыв. Спать не хотелось, а энергии было столько, что можно больше и не ложиться, утром все равно буду выглядеть как огурчик. Кажется, начинаю понимать суккубов! Халявная энергия — самая вкусная!

Книга с виду была старой. Первое, что я сделала, став ее полновластной хозяйкой, это состряпала новую обложку поверх старой. Печально смотреть на дряхлые, потрепанные тома, жалко. Увы, никакого толку от фолианта добиться не удалось, ибо страницы его были белыми и неисписанными. Я осмотрела его вдоль и поперек. И ультрафиолетом светила, и даже попыталась выявить наличие симпатических чернил. И к Артуру на экспертизу носила. Все впустую. Экспроприированный томик был крепким орешком. Лерри тоже не смог ничего о нем поведать, сказав, что он лишь устраняет врагов. Книга передавалась из поколения в поколение, и никакой иной способ ее использования не известен.

Но если этот артефакт создан только для устранения врагов, почему он в форме книги? Почему не любой иной безобидный предмет? В чем соль?

— И что мне с тобой делать? — вздохнула я, листая пустые страницы. — Подарить, что ли, кому? Все равно швыряться книгами не могу, не приучена.

«Не надо меня отдавать! — вдруг проявились на странице витиеватые строки. — Оставь себе!»

— А что мне с тобой делать? Страницы пустые. Единственный толк от тебя, если попытаюсь вернуть тебя Лерри взамен на его обещание отозвать притязания на мои руку и сердце.

«НЕ ВОЗВРАЩАЙ МЕНЯ БЕЛОБРЫСОМУ! — взмолилась книга. — Я тебе все расскажу, только избавь от ушастого ига! Верой и правдой служить буду!»

— А как?

«А пообещаешь мною вечно владеть?»

— А с чего ты взяла, что я хорошая хозяйка?

«Чувствую. Ты меня, узнав о моей способности испепелять врагов, только один раз швырнула и то потом извинялась. Я у тебя уже год. А ты с меня пылинки сдуваешь и обложку новую сделала. Ты мне нравишься! Вот!»

Чудесно! С разумными артефактами я еще никогда не общалась. Может, действительно, хорошая находка?

— А что ты можешь?

«Я знаю все обо всем. Все ответы на все вопросы!»

Ух, ты! Как чудесно! Вот это действительно повезло! Сейчас мы вопросы и решим! Ура! Ура! Ура!

— А скажи-ка мне…

«Сначала пообещай владеть!» — строго перебила книга. Красные, витиеватые буковки поспешно складывались в бегущие строки, словно кто-то невидимой рукой печатал на компьютере.

— Хорошо, обещаю. А теперь скажи: где нам искать недостающего члена команды?

«Я такой информацией не располагаю!»

— А как же заявки про все обо всем?!

«Ты проще вопросы задавай!» — огрызнулась книга.

— Хорошо, способности какого Ведущего мага мира во мне преобладают?

«Это тоже слишком сложный вопрос! И про братьев твоих я ничего не скажу!»

— А как мне избежать проклятия со столбиками?

«Не знаю».

Я скрипнула зубами. Блин! На самые актуальные вопросы она ничего сказать не может! Кажется, начинаю понимать Лерри и его предков.

— А что ты мне можешь рассказать о Мортифоре?

«Информация закрыта».

— Слушай, книга, я теперь уже точно знаю, почему тебя Лерри во всех швырял! Я сейчас с ним очень солидарна.

«Я попытаюсь это выяснить! Честно-честно! Только не отдавай меня назад белобрысому!»

— А чем он тебе так не нравится?

«Кидал много».

И все?!

— А что можешь сказать о нем?

«Умный, хитрый, расчетливый, очень аккуратный. А впрочем, сама читай».

Через пару минут страницы книги заполнились текстом с иллюстрациями. Передо мной была полная биография эльфийского правителя со всей его родословной и изображениями от пеленок до нынешнего дня. Причем отчет был не просто официальным изложением фактов, а поразительно полным повествованием с очень личными, а порой и интимными подробностями. Вплоть до картинок!

Одно из сведений повергло меня в шок. У строгой матушки Лерри была легкомысленная сестра — Пиала, которая сбежала с князем Драко (дедушкой Дорваны). В результате отцы Дорваны и Лерри были двоюродными братьями, а сама Дорвана приходилась Лерри, если я нигде не ошибаюсь, двоюродной племянницей! Но ни его, ни ее данное обстоятельство в процессе соблазнения не смущало! Хотя чего я возмущаюсь? Здесь-то правила иные. Получается, что мы, как и любые монархи других миров, также в какой-то мере приходимся друг другу родственниками. А точнее, я праправнучка двоюродной племянницы Лерри. Очаровательно! Интересно, а оборотни в нашей родословной тоже отметились?

«Нет», — отрезала книга.

— Точно? — изумилась я.

«Да. Драконы в родословной оборотней потоптались, лохматые в вашей — нет».

— У меня есть родственники среди оборотней?

«Да».

— Близкие?

«Были точно. Два брата».

Опа! У меня прямо холодок по спине пробежал. Это что ж получается? Мне за родственниками надо на территорию оборотней тащиться? Прямо в пасть ко льву? Если я границы Мортифора без спроса переступлю, меня гостьей не посчитают, а повторно выяснять с правителем оборотней отношения ой как не хочется!

— Насколько они подойдут под проклятие?

«Они ваши сводные братья. Вероятность девяносто процентов».

А-а-а! Вот засада! Да что они там все сговорились, что ли?

— А кто они?

«Я выясню».

— Сколько тебе нужно времени?

«На все вопросы уйдет пара дней».

— Блеск! А что пока посоветуешь?

«Не нарывайся! И береги себя».

— Да ты просто кладезь полезных советов! И как это я раньше не догадывалась беречь собственную шкуру?!

«Не язви. Ты мне нужна!»

— Зачем?

«Хорошая хозяйка». — И в конце фразы появился современный смайлик, часто употребляемый в Интернете.

— А что еще ты можешь мне поведать интересного?

«В проклятие тебя втравил оборотень».

— Кто?

«Знаю расу, но не вижу личность. Очень могущественный магический резерв у данного существа».

Неужели Мортифор? Между лопаток вновь пробежал холодок. Многое в данном правителе было загадкой. Я его мало знала, но иногда казалось, я попадала на его волну и могла понимать. И то, что мне открывалось, было пугающе неоднозначным. В нем по какой-то странной случайности могли уживаться самые непримиримые крайности. Благородство с коварством, милосердие с жестокостью. Но самым страшным его оружием был тонкий, острый как бритва ум. И Мортифор, будучи очень красивым мужчиной, умело скрывал его за маской сексуальности. Полагаю, он не хуже эльфов умеет спекулировать собственной внешностью. Враги расслаблялись и недооценивали лохматого интригана. А зря.

А если подумать о его экспериментах с поцелуями и полученных возможностях, то вообще становится жутко! Полагаю, он ведь не просто заклинания подбирал, но и изучал их, испытания проводил, нащупывал границы воздействия. Возможно, в процессе его исследований кто-то себя терял, убивал близких и умирал сам. Хотя это все мои домыслы, и, возможно, он обрел эти способности более мягким путем? Не стоит обвинять кого-то слишком поспешно, но и оправдывать, думаю, тоже.

Мне никогда не нравились плохие парни. А опасные тем более. Но что-то в Мортифоре меня влекло. Что — не знаю. Может, это просто спелись наши звери. Ведь природа сущности у драконов и оборотней, как ни странно, в чем-то очень похожа. Может, еще какая-то непонятная магическая фигня. То ли из-за того, что я дракон, то ли из-за того, что княжна, но для меня он не был ни хорошим, ни плохим. Он был правителем. А у каждого из властителей свои секреты в шкафу, свои тайны. Все мы неоднозначные личности. И мои прапрадедушки, и Лерри, и даже я. Я глава дома Драконов всего год, но грани светлого и темно-серого уже основательно размылись. Все мы не белые и пушистые.

У сильных мира сего свои законы, свои правила, свои нормы морали. Мы не можем жить жизнью простых смертных. Не можем быть слишком мягкосердечными, идеалистичными и великодушными. Перечитывая Макиавелли, я вновь и вновь убеждалась в этом. Как-то зашла ко мне в гости подруга, взяла полистать «Государя», увидела на полях мои заметки да выделенные маркером абзацы и пришла в шок. «Какое счастье, — вздохнула она, сбросив оцепенение, — что ты не правитель!» «Угу, — хмыкнула я, разливая чай, и подумала: — Какое счастье, что ты никогда не сталкивалась с миром Аргелла!»

Мы должны быть практичными. А если следовать данному правилу, то до проклятия я не только представляла для Мортифора угрозу, но и являлась солидной головной болью. Потому что, исходя из полученной информации, наказание за отлынивание от исполнения наложенных обязательств — смерть. А тогда если Морти не успеет со сроками, то погибнет. Согласитесь, это очень нервирует. Самым удачным решением для оборотня было просто избавиться от меня. Если учесть еще, как он ненавидит драконов…

Оборотни с драконами испокон веков терпеть друг друга не могли. Это прописано во всех книжках, ну а об отношении одного конкретного индивида к милым симпатичным ящерам я узнала не только из книжек. Мортифор в интервью саркам не стеснялся высказываться по поводу рода Драко, хотя тогда меня и не знал. Да и Норри при первой же возможности сообщил мне это сенсационное известие. В общем, кругом да около Мортифору моя смерть была выгодна.

Так, первый кандидат есть. А кому еще я мешаю? Из оборотней я знаю сносно только двоих, пардон, троих. Мортифора уже обсудили. Его отцу, лорду Карнификусу, моя смерть тоже выгодна, если я представляю угрозу для жизни его сына, не говоря уже о простой нечеловеческой мести. Правда, если он захотел снова узурпировать власть, то с меня будет пылинки сдувать. А Мортифор с отцом, насколько удалось понять, не совсем ладят. Скорее как кошка с собакой. И находят взаимопонимание, только если хотят надрать задницу кому-то третьему. Вот такая вот у них любовь.

Кейси мне задолжал собственную жизнь. Конечно, если он довольно подлое существо, то может пойти против своей клятвы. Однако я не вижу у него мотива.

Есть еще длинный тощий старик, возглавляющий мобильный отряд оборотней. Как же его зовут, а? Не помню. В общем, мы друг с другом тоже не ладим, но он вряд ли предпримет что-нибудь за спиной хозяина. Он, скорее исполнитель, чем вольный художник. Хотя, может быть, это кто-то из оборотней, которых я не знаю. А тогда они могут быть пешками в игре кого-то со стороны. Но кого?

Вик на мой трон не метит. И не только потому, что любит меня. Получить княжество, только-только вставшее на ноги и расширяющее свое могущество, пока невыгодно. Во-первых, потому, что правитель с иным образом мышления может все испортить, а во-вторых, зачем напрягаться самому, если это может сделать кто-то другой? Будь я прагматичным родственником, дождалась бы окончания процесса, а потом уже уничтожила помеху. Хотя с той крепкой и преданной «любовью», которую испытывают к представителям моего рода и, в частности, к главам Дома, только камикадзе или душевнобольной захочет занять мое место. Однако жажда власти и не такое делает.

Что касается моих врагов, то все они, послав мне письма с предложениями руки и сердца, временно затаились в надежде заполучить меня в собственную родословную. Поднять престиж своего рода, прибрать к рукам богатые земли, а потом втихую отравить благоверную — заманчивая перспектива. А если учитывать, что мы ответы пока никому не отослали, поддерживая интригу, и приплюсовать к этому учиненное Виком рождественское гадание, они сейчас тихо ждут и надеются. Убей меня сейчас — и все друг с другом перегрызутся за мои земли, как шакалы за кость.

Лада до схемы с проклятием просто не додумалась бы, не говоря уже о том, чтобы подговорить кого-то из оборотней. Она бы меня украдкой где-нибудь в темном уголке чем-нибудь тяжелым по затылку стукнула.

Да, действия профессионалов легко предугадать, но мир, к сожалению, полон любителей! Ладно, вернемся к книге.

— Какие еще у тебя свойства?

«Я знаю все обо всем, испепеляю врагов, но их же и притягиваю. Однако ты мне уже дала слово, что от меня не избавишься! Так что владей и наслаждайся!»

— Чудесно! — вздохнула я. — Ты и половины ответов на мои вопросы не знаешь!

«Просто слишком они у тебя сложные!»

— А может, просто кто-то слишком самоуверенный и не все знает? — огрызнулась я, и тут меня осенила идея. — Слушай, а если ты такая всеведущая, скажи мне, кто те личности, что мне снятся.

«Я выясню этот вопрос».

— Чудесно! А что-нибудь полезное ты мне можешь сказать?

«Иди спать. Завтра будет трудный день».

— Да ты просто провидица! — вновь съязвила я, откладывая книгу на прикроватную тумбочку.

Ох, и тяжела жизнь маленького, беззащитного дракона!

Часть вторая

ГОРЕ-ИНСПЕКТОРЫ

1

Если имеется подходящий народ, можно сделаться вождем народа.

Дон-Аминадо

Отъезд планировался на восход солнца. Для меня утро фактически плавно перетекло из ночи, и, так как братьев в пять часов во дворе не оказалось, смею судить, подобный расклад получился не у меня одной. Как я и предполагала, родственников в замке вообще не обнаружилось. Кинув клич по окрестным деревням и городкам, мы только к семи часам смогли выцепить стайку моих родичей из столичного борделя Волыменской империи!

Как они умудрились за какие-то считанные часы оставшейся ночи очутиться на территории этого маленького, но очень гордого человеческого княжества, помпезно именующего себя не иначе как империей, ума не приложу. Но факт остается фактом. А они мало того, что добрались, так ведь и отдохнуть успели!

К семи тридцати вся честная компания, уставшая, но крайне удовлетворенная, вывалилась из портала. Чья была идея наведаться именно туда, никто не сознался. Более опытные и матерые прапрадедушки невинно хлопали глазами и упорно отмалчивались, хотя всеми фибрами души чую, что именно они подстрекатели. Молодняк благородно взял вину на себя. Вот она, мужская солидарность!

Артур дал нам последние указания и энергично помахал ручкой вслед. Небось, опять тихо радуется, что я, наконец, оставила его лабораторию в покое. Но ничего, пусть не расслабляется, я еще вернусь! Тем более что у меня там эксперимент недоделанный остался.

Хитрые да довольные прапрадедушки пожелали нам удачи, наказали звать в случае чего и, сердечно чмокнув меня в щеки, подцепили каждый своего наследника под локоток и скрылись в порталах. Особо упирался Оох-рам-Лукуш, но глава вампиров решительно сгреб возмущающееся чадо за длинные острые уши и, хорошенько тряхнув, пригрозил, что второй раз женит, если непутевое дитя посмеет еще что пикнуть.

Достойный потомок своего отца попытался поторговаться, но Нох-рам-Лукуш назвал какой-то род, отчего малыш мгновенно побледнел и заткнулся. Лада прыснула в кулак и захлопала в ладоши. Я невзначай спросила ее, что там за девушка такая, сумевшая перепугать вампиреныша до икоты. На что она ответила, что по сравнению с той красавицей она тихое, покладистое и ласковое существо. А тяжелый рок у мужчин-вампиров! Если там каждая вторая такая, как Ладушка, то удивляюсь, как это еще вампирская раса не вымирает! Да вампирам орден надо дать «За безграничное терпение и неустрашимую храбрость»!

По пунктам назначения, отмеченным на карте, мы неслись, можно сказать, со скоростью истребителей, так как времени в обрез, а в сроки необходимо уложиться. Первые три селения изрядно уставшие за ночь братья фактически проспали. А так как я в эти деревни ранее уже наведывалась и видела кандидатов в лицо, то особо задерживаться не стала. Народ отчитался, что все хорошо, помощи пока не требуется, традиционно выдал мне котомку дополнительных продуктов и отправил дальше. Почему-то подданные, как меня увидят, непременно стремятся накормить. Порой, чуть ли не силой за стол усаживают. И плевать, что я княжна. В вопросах еды мои крестьяне непреклонны. Братьям, правда, такое положение вещей очень нравится.

Еще два населенных пункта мы миновали быстрым маршем. Так как эти места и людей я также посещала ранее, то сократила общую беседу на тему: «Как у вас тут дела» — по максимуму, а нужным кандидатам просто давала подержать фамильный артефакт в знак расположения или награды за что-нибудь. Причины выдумывала прямо на месте в связи с ситуацией. И пока все шло хорошо. Никто ничего не заподозрил. Правда, и нужного человека мы также пока не нашли.

Насытившихся ночным гулянием братьев волновали только еда да сон, и местным красавицам ничто не грозило. Нам опять втюхали котомку продуктов «на всякий случай» и сердечно помахали ручкой. Наверное, нет ничего лучше, чем вид уезжающего господина.

Злыдень очень радовался долгожданной разминке и не щадил сил. А так как с моим взрослением умножилось не только мое могущество, но и его, то скорость передвижения получалась в два раза больше предыдущей. Судите сами: пять селений за семь часов. И это при том, что мы еще разговаривали с населением! Я считаю, просто убойный темп. Но мы не имеем права расслабиться, если хотим выжить в данной ситуации.

А на сегодня намечено посещение еще четырех селений. Пользоваться порталами мы можем очень ограниченно, так как транспортировать магическим путем в нашей компании может только Норри. Хоть он и сильный маг, способный быстро восстанавливаться, но переносить больше одного раза в день четырех взрослых людей вместе с конями да поклажей очень трудно и вредно для здоровья. Да, у нас есть переправляющие артефакты, но их мало и лучше поберечь на совсем уж черный день.

Метаморф скосил на меня ехидный глаз и зашел на вираж. Раньше бы он столько сил понапрасну тратить не стал. А теперь решил, что может себе позволить некоторые вольности, вредина! Злыдень хмыкнул и потянулся в сторону Витькиного седельного мешка. Опять братишка себе продукты прихватизировал! Сонный, а принципам все равно не изменяет! Не удивлюсь, если он их еще и хомячит с Норри на пару прямо во сне и на полном ходу метаморфов.

Забавно, но с моим княжеством, замком и некоторыми артефактами на моей территории у меня есть магическая связь. Пока я ее не ощущаю, но это очень заметно со стороны. При одном из первых моих посещений Геи я сильно удивилась, когда возникшая передо мной твердыня оказалась гораздо больше и выше. Изменилось не только убранство моего родового гнезда, но и внешний вид городов. Словно по всей стране мгновенно сделали капитальный ремонт.

Артур мне тогда пояснил, что все здания, фундамент которых замешен на крови Драко, а также любые артефакты или люди, исцеленные кровью дракона, связаны с правящим потомком рода Драконов. И если возрастает могущество главы дома, то это сказывается на всем, к чему мы приложили свою лапу. Здания сами по себе реконструируются за считанные секунды, если надо, модернизируются. Города расширяются и совершенствуются, артефакты становятся мощнее, у исцеленных улучшается не только здоровье, но и проявляются какие-нибудь физические или магические способности. Все это не только экономически выгодно для княжества, но и дает его правителю огромный контроль над своими владениями, а также создает для владыки своеобразную защиту, поэтому все основные города, стратегически важные пункты и ответственные посты желательно связывать своей кровью.

А так как мои предки были страшными перестраховщиками, то привязали на себя не только рекомендуемое, но почти все, кроме живущих на территории людей. Хотя и до некоторых из них умудрились добраться. Поэтому, если погибнет род Драко, наступит полный песец и всей структуре княжества. Дороги потрескаются и размоются, здания да города разрушатся, артефакты, в том числе и бытовые, перестанут работать, многие мои вассалы умрут, ну и другие неприятные мелочи. Вот еще одна причина подданным беречь меня и моих потомков.

Ложка дегтя в данном случае то, что все это тянет энергию из меня. Я вроде батарейки для всего княжества, но так как чисто теоретически являюсь порождением магии и истинно магическим существом, то могу себе позволить такую роскошь. Хотя великого и могучего повелителя стихий, сотрясателя воздуха и прочей ерунды из меня не получится, не ждите. Я мало, чем отличаюсь от простых смертных. Просто где-то строят на крови животных, а где-то на крови собственного князя. Много последней не требуется, но за прошедшие полгода я поняла, почему не люблю стройки и ремонты.

Лечить своей кровью кого-нибудь после Норри я не пыталась. Как мне доступно пояснили, обмен ею с другим живым существом для меня равносилен самоубийству, ибо тот, у кого в жилах моя кровь, приобретает надо мной безмерную власть. По этой причине для вассальных клятв используется кровь моих предков, которая хранится в специальных резервуарах. Таким образом, дворяне привязываются, но причинить мне вреда не могут. Три месяца назад кровь сцеживали у нас с Виком для нужд наших будущих праправнуков. До сих пор от того планового забора не могу оправиться.

Злыдень снова зашел на вираж. Это значит, что скоро деревня, и он сможет отдохнуть, поэтому теперь резвится вовсю. Хотя мы с ним частенько выезжали на прогулки, метаморф тосковал вот по таким стремительным и длительным марш-броскам. Для путешествия мы выбрали его самую быстроходную форму: дракона. Я люблю летать, но столько часов в седле и на такой скорости вряд ли кому понравится. Да и холодно в седле над землей. Хотя во время передвижения на метаморфе и включается специальная магия, охраняющая всадника от переохлаждения, излишнего ветра в лицо и прочих радостей пути, при длительных путешествиях меня все равно знобит. А мороз моя драконья суть ненавидит.

Согласно легендам, мы произошли от змей. Насколько это правда, не знаю, но драконы — существа полухолоднокровные. Мы можем по своему усмотрению регулировать режим жизни нашего организма. В ипостаси ящера мы чаще всего холоднокровны, в человеческом обличье теплокровны. Хотя нормальная температура тела членов нашей семьи тридцать пять и пять. А когда в комнате очень холодно, то сердце начинает биться реже, кровь сама по себе идет только к мозгу и жизненно важным органам, отчего температура кожи бывает очень близка к температуре окружающей среды.

В последней деревне нужно будет на часик задержаться. Во-первых, обед, а во-вторых, как и всех рептилий, меня отчаянно тянуло погреться на солнышке. Для нас это не просто блажь, а жизненная необходимость. Шкура дракона — своеобразная солнечная батарейка. Она легко улавливает энергию дневного светила и передает тепло находящимся под кожей капиллярам, кровь разогревается и расходится по всему телу.

Таким образом, кроме энергии, от пищи мы получаем дополнительную «халявную» энергию, которая также поддерживает тонус нашего организма. Благодаря такой системе мы можем жить на двух-трех плотных перекусах около полугода, в то время как при полностью теплокровном образе жизни мы бы очень скоро окочурились.

Однако, несмотря на все это, драконы, особенно их мужская половина, едой никогда не брезгуют. И в частности теперь. У нас троих словно какой-то жор начался. Очень тянет на сильно калорийную пищу и минералы.

О! Вот и прибыли! Мы приземлились на просторной полянке перед деревней.

— Наконец-то! — ворчливо выдохнула Ладиина, неуклюже спускаясь с седла. — У меня ваш пегас уже в печенках сидит!

Своего породистого жеребца она так и не забрала у Колье де Кольета, поэтому на время путешествия мы вручили ей одного из пегасов Норри. Что касается маркиза де Кольета, то он владеет Мельницким замком на севере бывшего графства Казиларга, одного из приспешников Михея.

Встретились мы с ним, когда его сюзерен приказал останавливать всех подозрительных личностей в округе. И бедняга тогда нарвался на нас. Начало знакомства получилось очень печальным для мужчины, зато теперь наши отношения обнадеживают. Мы не только его отпустили, вручив коня Ладиины, но и приняли заказ на убийство его господина. Теперь земли Казиларга принадлежат мне, а Колье де Кольет вместе с прочими дворянами принес мне вассальную клятву и приглядывает за порядком в бывшем графстве, а ныне округе Казик (название в честь бывшего владельца).

За убийство своего господина он все-таки заплатил, сказав, что уговор нужно выполнять. Нынешним своим положением очень доволен и всегда встречает нас с братьями как родных. Интересно, а годков через семь, когда его дочка Лара подрастет, он нас так же радостно будет встречать?

Сейчас малышке одиннадцать, но уже теперь она смотрит на Вика и Норри как кошка на сало, причем выделить фаворита из них двоих все никак не может. Глядя, как во время обеда девочка расторопно подкладывает парням в тарелки лучшие кусочки, ищет любой повод ненавязчиво оказаться рядом или, как она, пользуясь своим юным возрастом, садится к ним на колени и просит рассказать сказку, понимаю, что в душе каждого мужчины живет озорной мальчишка, а почти в каждой девочке-подростке живет уже готовая хитрющая взрослая баба!

— И поездка мне ваша до колик надоела! — донеслось до меня ворчание Ладиины. — Почему мы едем к моему жениху какими-то окольными путями? Почему сразу к нему не направимся?

— Потому, — нашелся Вик, — что мы не можем заявиться к нему вот так, напрямик, и начать сватать тебя.

— Думаешь, испугается? — вдруг деловито перебила его Ладиина, подозрительно прищурившись.

Похоже, три, то есть четыре, ее замужества немного изменили нашу леди. Эта повзрослевшая и задающая вопросы Ладушка начинала меня беспокоить. Что еще ей наплели братья в мое отсутствие, не знаю. Но как нам продержать ее в счастливом неведении еще шестнадцать дней?! Кто-нибудь, помогите!

Я прислушалась к словам Витьки, который слегка обнял Ладу за плечи и воркующим тоном ей что-то втирал.

— Ну почему это сразу струсит? — ласково шептал он. В какой-то миг Витька просто преобразился и стал еще красивее, чем был. Такой честный, искренний, ангельский взгляд. — Ты же у нас умница, красавица, мечта любого мужчины! Просто невежливо так вот врываться к могущественному и состоятельному мужчине. К тому же, так как сейчас ты входишь в нашу семью, то переговоры будет вести Света. А ей, как княжне, необходимо провести инспекцию своих территорий, чтобы высчитать, какое дать за тобой достойное приданое и показать господину, что мы очень состоятельный и уважаемый род.

— А разве одного ее имени недостаточно? — подозрительно прищурилась Ладиина.

Однозначно, ее новая версия мне не нравится!

— Нет, — мягко улыбнулся Вик, заглядывая жертве в глаза. — Совсем недавно наше княжество было в упадке и на грани разорения, сейчас мы более-менее начинаем подниматься и стабилизироваться. Но если мы вот так попрем к мужику и скажем: «Здрасте, возьмите в жены нашу Ладушку», он подумает, что мы хотим завладеть его деньгами, и откажет. А мы ведь не хотим отказа, правда?

— Нет, — судорожно сглотнула Лада. — Не хотим!

Вот мы и стараемся быть вежливыми и разумными.

— Так эта вся инспекция для меня? — растерянно пробормотала Лада, заворожено глядя моему брату прямо в рот.

— Да, милая, — произнес Вик таким голосом, что даже у меня мурашки побежали по коже. Как будто он не на вопрос ответил, а предложил свое сердце, душу и все звезды мира.

— И спешка для меня? — совсем растаяла Лада.

— Для тебя, — томно шепнул брат, и его голос словно меховой перчаткой гладил кожу, шептал что-то на уровне подсознания, обещал исполнение всех желаний. — Все для тебя, милая. Только для тебя.

— Для меня… — пролепетала Лада и при поддержке Вика медленно осела на траву. В этот момент она стала вдруг кроткой, слабой и беззащитной. — Для меня, — повторила она и счастливо улыбнулась. — Для меня!

Ну, Витька! Ну, змей! Теперь понимаю, почему мужчин-драконов надо бояться! Так обольстят, таких наплетут сетей, что света белого не увидишь! Даже я ему верю! Неужели эта магия драконов?

— Ага, — подтвердил мои мысли подошедший сзади Норри. — Я тоже так могу. — И, склонившись внезапно к моему уху, жарко прошептал: — Отпустишь нас на обед?

Безобидная фраза прозвучала так интимно и соблазнительно, что у меня жар прилил к коже.

— Когда это вы так научились?

— Совсем недавно, нам о таких способностях твой отец рассказал и пару уроков дал. Очень классная штука, кстати!

— Еще бы! — фыркнула я и задала мучающий меня весь день вопрос: — А тебя дядя женить еще не собирается?

Вот не шла у меня из головы утренняя сцена с вампиренышем. Неужели и Норри в ближайшем будущем придется спасать?

— Нет, — ухмыльнулся тот. — У нас с Лерри договор: пока вся человеческая округа не пополнится ушастыми орущими свертками, я не женюсь!

— И потому ты пакостишь в дальней округе, — докончил за эльфа мысль подошедший к нам Виктор.

— Верно, — обрадовано кивнул Норри. — Пока мир не пополнится ушастыми детишками, я не успокоюсь! Перворожденные — вымирающая раса. Ее же надо как-то поднимать!

— Знаешь, наверное, именно из-за вашего неуемного темперамента вы и вымираете, — ухмыльнулась я.

— Да ладно тебе, — хмыкнул Вик. — Просто люди нас не понимают, им чуждо чувство прекрасного!

— У рогатого мужа, получившего от жены такой орущий ушастый сверток, вряд ли первые мысли о великом и возвышенном, — согласилась я.

Невольно вспомнился случай из истории рода. Пока самый первый из рода Венатор гонялся по всему миру за моим предком Аргеллом, его сын Аргал вырос и обесчестил дочь врага. Папаша, естественно, пришел в бешенство. Мало того, что его милую, любимую дочурку испоганили, так еще и не кто иной, как мерзкая чешуйчатая гадина!

Жених Мары также пришел в ярость и объявил своим священным долгом найти и оторвать мерзавцу все выпуклые части тела. И только дочь Венатора стояла тихонько в уголке и улыбалась, а через девять месяцев родила малыша. Уже к тому времени муж красавицы окончательно закипел и удвоил свои усилия в погоне за Аргалом. Но чем больше он мстил за рога, тем чаще навещал младший Драко Мару, и семья супостата пополнилась еще одним наследником. Было ли среди двенадцати отпрысков хоть одно биологическое дитя несчастного драконоборца, история умалчивает, но народ единодушно прозвал данного графа Оленем.

— Пошли обедать, — зевнул Вик и хлопнул меня по плечу.

В деревне нас встретили на диво благодушно. Видно, по околице уже прошел слух, что княжеская семья разъезжает с инспекцией. Нас узнавали сразу, улыбались и кланялись. Кандидат в драконы оказался как раз владельцем постоялого двора, на первом этаже которого располагалась корчма. Устроившись за столиком около окна, мы заказали сытный обед. Хозяин лично принес еду. Я украдкой взглянула на артефакты и расстроилась. Магический резерв данного объекта был в районе пяти. А Корень Драко молчал.

Глядя на веселого, добродушного корчмаря с солидным пивным брюшком, я пыталась понять, что же привело нас к нему. В параметрах первоначального поискового заклинания мы заложили возможную принадлежность к роду Драконов и потенциальную совместимость с условиями проклятия. Возможно, когда-то давным-давно среди его предков отметились Драконы, оставив в наследство благодушный нрав, благодаря которому к его обладателю тянутся люди.

А может, у мужчины очень хорошо развита экономическая жилка.

Я огляделась — в почетном углу красовалась уменьшенная статуя Хапуги. Ну, кто бы сомневался! Скорее всего, природные способности хозяина вкупе с небольшим магическим потенциалом очень способствуют бизнесу. Корчму дядьки Тавора знали на много верст вокруг. Даже в мой замок доходили о ней слухи.

Еда и правда была потрясающей, хотя Ладушка ее не оценила. Закончив обед, она с надменной миной направилась во двор.

— Желаете еще чего-нибудь, ваша светлость? — оказался рядом хозяин.

— Нет, спасибо, все было просто изумительно.

— Ой, спасибо большое! — улыбнулся Тавор. — Похвалили, уважили! Вы бы отдохнули немного. Вон, какие уставшие, запыленные.

— Нам торопиться надо, — вздохнула я. — От плана отстаем.

— Ну, хоть два часа полежать-поспать! — возмутился корчмарь. — Вам, госпожа княжна, здоровье беречь надо! Мы же без вас не выживем! Отдохните часок, не загоняйте себя. Вам еще, не допусти Ведущие маги мира, с врагами, если что, сражаться. Что же мы без вас делать будем?

— Другого князя найдете, — хмыкнула я.

— Вот уж не факт. — Мужчина резко наклонился ко мне и, понизив голос, произнес: — Вот только не думайте, ваша светлость, что мы вас не любим! Мы вас ценим и уважаем. А еще каждая собака в нашем княжестве знает, что все здесь на вашей крови держится. И если будет плохо вам, то и всем нам, поэтому не думайте, что нас не волнует ваше физическое и моральное состояние! Мы вас, между прочим, всем скопом откармливаем, а вы только худеете!

— Как всем скопом? — не поняла я.

— Вас что, в других деревнях не кормят?! — возмутился Тавор.

— Так это… заговор? — стало постепенно доходить до меня.

— Угу, — хмыкнул Тавор. — С целью поддержания вашего здоровья и благополучия.

— И когда это вы успели организовать тайный орден по подкормке вымирающих видов?! — опешила я.

— Пока была просто договоренность, но спасибо за идею! — оживился Тавор.

Если взять за основу его пробивные способности, ту толику магического таланта и личную харизму, то я догадываюсь, кто станет магистром этого ордена.

— Свет, а может, тебе действительно немного отдохнуть? — улыбнулся Вик. — А мы с Норри пока пойдем по деревне прогуляемся, свежим воздухом подышим во благо здоровья.

Братья слаженно кивнули. Они уже начинали засматриваться на проходящих мимо симпатичных селянок. И, похоже, готовились к охоте, а перед ней ловеласы никогда плотно не ели. Теперь же, учитывая наш нынешний жор, где-то через пятнадцать минут мы будем полуголодными, и братья смогут шагнуть в мир приключений.

Эльф согласно закивал. Угу, знаю я, как они подышат! Один взгляд шалопаев на селяночек, сгрудившихся на другой стороне улицы, очень прозрачно говорит о намерениях!

— Миледи, — Норри положил свою ладонь на мою руку, — не будьте фашистом. — Ну-ну! Нахватался уже от Вика словечек! — Отдохните сами и дайте отдохнуть нам. Всего один час погоды не сделает, а всем нам реально станет лучше. Я, например, до сих пор отогреться от полета не могу.

— Я тоже, — кивнул Вик.

Честно говоря, меня и саму до сих пор пробирал озноб. Только я собиралась на солнышке погреться, а вот братья для этих целей избрали тепло человеческого тела.

— А вашу спутницу мы в самом дальнем номере на все это время запрем, — заговорщически подмигнул Тавор, кладя свою широкую ладонь поверх наших.

— В корень зришь! — осклабились братья. — Мы за каждую минуту ее заключения тебе по двойному тарифу заплатим!

— Обижаете, — хмыкнул мужчина. — Я вам ее совершенно бесплатно запру, да так, чтобы княжна ее весь отдых не видела и не слышала!

— Блин! А заманчивая перспектива-то!

— Ладно, — вздохнула я. — Два часа.

— Ой, хорошо! — Братья подорвались с мест.

— Только без глупостей! — вскинула я руку.

— Обещаем! — торжественным хором ответили шалопаи и, чмокнув меня в щеки, подозрительно бодро направились в сторону выхода.

Отойдя на достаточное расстояние, Вик обнял ушастого компаньона за плечи и прошептал:

— Значит, так: ты поднимаешь ушастую популяцию, я — чешуйчатую.

Ох, чую, добром их похождения не кончатся. Тьфу-тьфу-тьфу, чтобы не проговориться! Я смотрела им вслед и просила Высшие силы, чтобы братья не нарвались на неприятности или чтобы им ненароком не оторвали этот самый рабочий инструмент для поднятия популяции.

— Да не волнуйтесь вы, — внезапно положил мне на плечо руку корчмарь. — Ничего с этими повесами не случится. Не знаю, как в других деревнях, а мы драконов любим. И жениться, если что, их не заставят. Понимают же, что драконы — это птицы, то есть ящеры, другого полета. А теперь идите отдыхать, а мы спутницу вашу где-нибудь втихую запрем.

— Спасибо.

— Да не за что, — ухмыльнулся Тавор. — У самого жена была стервой, так что на своей шкуре знаю, каково вам.

— А я теперь понимаю вас, — призналась я. — А особенно вампирам теперь сочувствую.

За то время, пока Ладушка пребывала в роли моей официальной жены, я успела натерпеться многого. И истерик, и скандалов, и неприятностей из-за нее. День, когда Нох-рам-Лукуш пристроил дочь первому вампирскому мужу, был не только для меня, но и для всего замка национальным праздником. Не думала, что из-за одной женщины может быть испорчено столько нервов!

— Да, не повезло болезным, — согласился мужик и пожал мне руку.

На два часа я устроилась на крыше прилегающей к зданию конюшни. На этой стене окон не было, поэтому, как сказал Тавор, никто меня здесь не побеспокоит. Раздеваться не хотелось, поэтому по максимуму стянула костюм, обнажив кожу насколько возможно. Хорошо лежать и греться на солнышке!

Где-то вдали чувствовались отголоски благодушного настроения братьев.

«Норри», — тихо позвала я.

«Что? — тревожно отозвался тот в моей голове. — Что-то случилось?»

«Расскажи мне о Мортифоре, тебя ведь дядя пичкает всякой информацией и о лучшем друге должен был просветить».

«Вот это как раз-то и нет! — отозвался эльф. — Они все-таки друзья, он мне только говорит, как с ним политически ладить».

«Так расскажи, я послушаю».

«А тебе не кажется, что я сейчас занят?» — язвительно прошипели в голове.

«Кажется, но я все равно хочу послушать!»

«Позже», — огрызнулся Норри.

«Расскажи что-нибудь сейчас!»

«Это ты нас за женскую компанию наказываешь, да? Свет, может, это последний загул в нашей жизни, а ты нам оторваться не даешь!»

«Типун тебе на язык! А чего ты Морти недолюбливаешь?»

«Света, умоляю, уйди из моей головы! Я тебе все, что хочешь сделаю! Все расскажу, только оставь меня теперь один на один с двумя прекрасными видениями!»

«Ладно, прошу лишь, будьте осторожны!»

Сладко потянувшись, я перевернулась на живот и заглянула в книгу-артефакт. Но она ничего путного не поведала, сказав, что еще собирает информацию. Вдруг во дворе корчмы послышался шум. Я осторожно подползла к краю крыши и посмотрела вниз.

К дядьке Тавору въезжал настоящий караван оборотней! Эту расу я узнаю из тысячи. Впереди ехали два всадника налегке, похоже, разведчики, затем шесть пар воинов в черных кожаных доспехах, огромная шикарная карета, еще шесть воинов в доспехах и завершала процессию пара нагруженных разным хламом телег.

Разведчики соскочили с коней и направились в корчму, явно узнать, есть ли свободные места. Воины осмотрелись, скользнув взглядом по крыше конюшни, но меня, видно, не заметили или не сочли стоящей угрозой. Я в принципе высовываться и зверствовать не собираюсь. Во-первых, потому что не псих, а во-вторых, мне и так все хорошо видно.

— Приехали, — вдруг раздался скрипучий, раздраженный голос как раз под тем местом, где я лежала.

Где-то я уже слышала этот голос. Я сосредоточилась, пытаясь вспомнить его обладателя.

— А шуму-то сколько наделали! — произнес незнакомый мягкий баритон.

— Главное, чтобы они больше внимания не привлекали, — отозвался все тот же скрипучий голос. — Мы ведь на территории Драконов.

Кажется, этот дивный голосок принадлежит высокому тощему старцу, с которым мы вечно выясняем отношения! Как же его зовут, а?

Вдруг послышались длинные, протяжные вдохи, словно кто-то внимательно принюхивался к воздуху.

— В чем дело, лорд Каутинус?

О! Вспомнила! Каутинус! Да, точно он!

— Да мне уже мерещится запах княжны Драко, — раздраженно хмыкнул Каутинус.

— Но это невозможно! — возразил собеседник. — Мы от нее довольно далеко!

— Знаю, — огрызнулся тот. — Но мне все равно кажется, будто она рядом. Эти земли насквозь провоняли духом Дракона!

— А она, правда, такая вредная?

— Хуже! — рыкнул собеседник. — До знакомства с ней инфаркт был для меня незнакомым иностранным словом. И вот еще что, Атус, сделай одолжение: на землях Дракона не упоминай ее всуе. Еще объявится ненароком!

Угу, если я сейчас от любопытства слишком вытяну голову, то им прямо на руки свалюсь!

— А такое возможно?

Очень даже вероятно, вот сейчас потеряю равновесие — и ловите!

— С молодой княжной все возможно.

Правильно, Каутинус, в корень зришь!

— Только помни: не упоминай больше ни ее имени, ни названия расы.

— Все настолько плохо?

Да нет, почему же, я восстановила равновесие, на вас не упаду. Радуйтесь!

— Еще хуже! И дернуло же невесту Мортифора припереться раньше времени!

— Хоть мы с тобой, Каутинус, и в натянутых отношениях, но в этом плане солидарны! Действительно, могла бы и подождать. Зачем торопиться под венец раньше времени?

— Принесла нелегкая, да еще и через земли Драко пожелала ехать. Совсем оборзела, дура!

— Да, здесь она и вправду погорячилась! Мы не любим непрошеных гостей!

«А тем более всяких невест!» — прошипело правое полушарие.

— Ладно, пошли выполнять свой долг.

С этими словами мужчина отошел от стены и направился в сторону каравана. Это действительно оказался тот самый старец. Его спутник был молодым, едва миновавшим юность мужчиной, но шагал рядом спокойно и уверенно.

— Подождите, — прошептал он. — А княжна и вправду красивая?

— Я же просил тебя не упоминать о ней всуе!

— Но ответьте! — взмолился юный оборотень.

Они отошли уже на приличное расстояние, я с досады закусила губу. Почему-то очень хотелось узнать мнение этого старца. И вдруг я услышала:

— Да, — тихо прошептал Каутинус молодому напарнику. — И все-таки это красивая гадина и умная, зараза!

Настроение резко поднялось! Комплименты приятно получать всегда, а если их сквозь зубы произносят за твоей спиной враги — славно вдвойне. Но мое ликование длилось ровно до того момента, как отворилась дверца кареты и наружу вышла она.

Невеста Мортифора оказалась высокой черноволосой красавицей. Тонкие, благородные черты лица, изящные кисти рук, гибкая, стройная фигура. Дама небрежно кивнула разведчикам и лебедью проплыла в таверну.

«Если Мортифору нравится такой тип женщин, то у нас нет шансов», — горько отметило правое полушарие. И на душе стало почему-то погано. Я вспомнила предыдущую любовницу Мортифора (по крайней мере, ту, которую видела в нашу первую встречу) — и на душе стало еще хуже. Леди Мора Канис Руфус Авидус, как называли ее слуги, очень походила на предыдущую фаворитку. Увы и ах, но я не его тип женщины!

Я вздохнула и прилегла на крыше. До отъезда оставалось еще полчаса. Надеюсь, оборотни успеют разгрузиться и устроиться, чтобы мы могли беспрепятственно и незаметно покинуть деревню.

Тут мне на плечо легла тяжелая мужская рука.

— Княжна, — прошептал Тавор, — тут ко мне в таверну невеста Мортифора приехала. Может, и ее мы куда-нибудь по-тихому запрем?

— Зачем? — не поняла я. Хоть оборотниха мне и не понравилась, но ведь это не повод проявлять по отношению к незнакомой бедной девушке агрессию.

— Ну, она же все-таки невеста Мортифора Лупуса Карнификуса.

— И что? — фыркнула я, подавляя мерзкую рожу ревности. Не виновата девушка в том, что понравилась Мортифору больше, чем я.

— А мы за вас болеем! — выдохнул мужчина.

— Что? Только не говорите, что сарки еще какую-то лотерею организовали!

— Да, — кивнул он, — почти с самого начала. Они как узнали, что вы к оборотню в окно влезли, так немедленно брачный тотализатор и устроили. Три четверти Геи поставили на то, что вы с ним половинки друг друга. А когда ваш брат продал саркам информацию о рождественском гадании, ставки резко повысились.

Так вот откуда у нас дополнительный доход в казне взялся! А Витька мне плел, что умудрился создать здесь прообраз акционерного общества и это инвестиции! М-да, с его талантом к тридцати годам он станет миллионером!

— А вы за кого болеете?

— Конечно же, за вас! Хотя ставить против вас сейчас намного выгоднее. Но невесту эту мне все равно прихлопнуть хочется.

«Нам тоже!» — вздохнуло правое полушарие.

«И не стыдно?» — укорила совесть.

«Стыдно, — согласилось все то же полушарие, — но все равно хочется!»

— Не трогайте ее, — скрепя сердце приказала я. — Лучше попытайтесь выведать ее ближайшие планы. И, в частности, не замышляет ли она чего злого против нас с братьями.

— Я ей задумаю! — хмыкнул в бороду мужчина. — Слабительного в жаркое, и чтоб чихнуть боялась!

Хм, кажется, в его родословной все-таки отметились Драконы! Наш человек!

2

Смело выходи из себя, если другого выхода нет.

Януш Васильковский

Минут через тридцать активность на постоялом дворе уменьшилась. Оборотни, распределив обязанности, быстро разгрузились и заселились. Надо признать, основную командующую и координирующую роль сыграл Каутинус. Без его жесткого и крикливого участия подданные леди Моры Канис Руфус Авидус еще часа три бегали бы по двору, пытаясь самоорганизоваться. Руководство Каутинуса значительно сэкономило мне время, за что я была ему очень благодарна. Куда подевался тощий старец потом, мне было безразлично.

Пора уходить. У нас еще три селения по плану. Осторожно, чтобы не производить лишнего шума, я поднялась на ноги и направилась к краю крыши, откуда легче всего спускаться и забираться. У самой кромки мне в лицо внезапно метнулась ласточка.

«К дождю», — пронеслось в голове прежде, чем я поняла, что, уклоняясь от птицы, оступилась и падаю вниз. Внутренности рефлекторно сжались, готовясь к неласковой встрече с землей. И не успела я попрощаться с бренным миром, как меня подхватили сильные руки.

— Что за?.. — раздался удивленный скрипучий голос, и последовало возмущенное: — Ты?!

— Здравствуйте. — Я открыла глаза на руках у лорда Каутинуса. — Спасибо, что поймали, без вас я бы разбилась.

На лице оборотня отразилось колебание. Все его чувства советовали ему разжать руки и продолжить мое падение, но здравый смысл ехидно подсказывал, что от этого уже будет мало толку. И ничего, кроме ушибленного и, возможно, разозленного дракона, он не получит.

Рядом со старцем прыснул в кулак его молодой напарник, явно поняв причину замешательства своего старшего партнера.

— Не за что, — горестно вздохнул, наконец, Каутинус, бережно опуская меня на землю. — Поверьте, леди, я не хотел.

— Да, — кивнула я. — Еще пара таких добрых дел, и вам грозит стать хорошим человеком, то есть оборотнем.

— Лорд Каутинус, я искренне не понимаю вашего возмущения, — улыбнулся молодой напарник. — К вам прямо с неба упала прекрасная незнакомка, а вы в таких расстроенных чувствах!

— Лорд Атус, помните, я советовал вам не поминать драконов всуе? Так вот. Вы накаркали — и один из них как раз перед вами!

— О, приятно познакомиться! — протянул мне руку молодой вервольф.

Похоже, он следовал старому доброму правилу Станислава Ежи Леца: «Нельзя смотреть на врага с омерзением — а вдруг понадобится его сожрать?» Что ж, я не против прогрессивной молодежи, только бы она меня не ела.

— Импера Светлана княжна Сангиус Ангуис Торта Орис-Беллигеро Омаг-морт Драко, правящая династия, — представил меня юноше Каутинус.

Ух, ты! Он назвал меня «импера»! Этот титул прибавляется только при признании князя истинным властителем земель. И еще при очень большом уважении. Неужели мой враг обо мне лучшего мнения, чем я предполагаю? Под моим внимательным взглядом Каутинус поежился и тихо произнес:

— Раз уж нам повезло на вас нарваться, леди, может, утрясем мирно недоразумения, возникшие из-за того, что мы пересекли границы вашего княжества без вашего ведома? Мы очень спешили и не могли сделать лишний крюк в сторону пограничных сборщиков. Можем ли мы возместить этот ущерб по двойному тарифу?

Хитрый мужчина! Вика на него нет! Стоп! А это идея! Братик ни за что не простит мне такого экономического самоуправства. Все дела мы обычно решаем вместе.

«Вик?» — мысленно потянулась я по нашей ментальной связи. Особо не старалась, вдруг парень чем-то очень сильно занят.

«Чего тебе?» — раздалось через тридцать секунд.

«Мне тут оборотни-нелегалы предлагают заплатить пошлину в двойном размере. Так сказать, возмещение за моральный ущерб».

«Восьмикратную стоимость бери. Нас же четверо, и чувства каждого из нас они задели».

«Вик, мне как-то неудобно с них такую сумму стрясать. Это как-то не по-человечески».

«Во-первых, ты и есть не человек, ты дракон! А во-вторых, неудобно милостыню просить, а ты берешь законно тебе причитающееся!»

«Вить, но их тут целый караван!»

«Ух, ты! Эта мысль меня возбуждает!»

«Только эта? А не что-нибудь другое?»

«Свет, не стоит недооценивать такой надежный афродизиак, как перспектива хорошей прибыли!»

«Я не утащу столько денег! Это же небольшой сундучок! А я всего лишь слабая, беззащитная девушка!»

«Я тебе помогу, сестренка! И вообще, запомни: когда речь идет о таких деньгах, даже Ладушка забывает, что она представительница слабого пола! Что ты за дракон такой, если золото утащить не можешь?!»

«С совестью».

«Да, большой недостаток, но не волнуйся, это лечится!»

— О чем она задумалась? — прошептал Атус.

— Я с Виком советовалась, — призналась я. — Он требует восьмикратную сумму и с каждого!

— Что? — икнул младший оборотень.

Кажется, теперь он меня очаровательной не считает. Мужчинам вообще тяжело расставаться с деньгами, пусть и с казенными.

— Помнишь, ты у меня спрашивал, что может быть хуже одного дракона? — обернулся к юноше Каутинус. — Так вот запомни: хуже дракона может быть только целое семейство драконов!

— Так вы заплатите? — осторожно уточнила я.

— А что? Есть еще какой-нибудь вариант? — скептически посмотрел на меня Каутинус. — Где ваш финансовый крокодил? То есть лорд Виктор граф Венатор Ангуис-Беллигеро Торта Орис Омаг-амор Драконус, кузен главы дома Драконов?

Наверное, единственная, кто не тискал служанку в углу, когда Аргур Семину пытался нам втолковать геральдику и особенности построения родового имени, была я. Поэтому теперь произнесенный титул Вика не вызвал у меня никакого страха или замешательства.

Так как Вик мой кузен, а не родной брат и является наследником собственного дома, то его родовой титул следует первым, а затем уже идет наша часть. Вначале, кажется, идет тип ветви: бастарды или официально зарегистрированная линия, затем способ обретения имени: через замужество или по праву рождения. Если первое — прибавляется «Матримор», если второе, то «Сангиус». Но наследников обычно больше, чем престолов, поэтому «Сангиус» прибавляется только к титулу наследника главы дома Драконов. А так как Вик — сын официально признанного брата главы дома Драконов, то бастардом его тоже назвать нельзя.

Дальше, как вы знаете, идет название наших способностей, в данном случае «Ангуис-Беллигеро» означает, что Витька официально признан главным хитрецом дома Драконов, а «Омаг-амор» указывает, что брат пополняет свой магический резерв через любовь. Вот только суффикс «нус» после «Драко» прибавляется исключительно к вреднейшим членам нашего семейства. Раньше так пытались обзывать меня, но после знакомства с Виком эту честь единолично присудили ему.

— Ну, как вам поверхностное введение в титулы семейства Драконов? Без ста граммов не разберешься!

— Вик, а также принц Норри ванн Дерт, лорд Ангуис Торта Орис Омаг-Беллигеро Драко, официально признанный бастард дома Драконов, где-то рядом. Они просили меня принять у вас деньги.

— Хорошо, — вздохнул Каутинус. — Мой кошелек в таверне. Следуйте за мной.

Мы обошли конюшню и уже приближались к входу в постоялый двор, когда я услышала нарастающие женские крики. Один из голосов принадлежал Ладиине! Мысленно выругавшись, я сорвалась с места, взлетела по ступенькам и оказалась на первом этаже, где располагалась таверна.

Там, уперев руки в бока, друг против друга скандалили моя жена и невеста Мортифора! Что послужило причиной ссоры, уже неизвестно, но втягивал скандал всех остальных как воронка урагана.

— Может, ты и невеста главного оборотня, но обивает он пороги нашего замка! — крикнула Ладиина.

— ЧЕГО?! — взревела Мора Канис Руфус Авидус.

— Вот за ней он ухлестывает! — Ладушка ткнула в меня пальцем.

Вот ведь подстава! И что я Ладе сделала-то? За что она со мной так?

— Не бывать этому! — рявкнула оборотниха и кинулась на меня.

Инстинкт сработал раньше, чем мозг сообразил, что происходит. Я швырнула в агрессоршу стоящий на столе кувшин с водой и, отпрыгнув на несколько метров назад, прямо к порогу, предложила:

— Давай цивилизованно поговорим!

Хотя, наверное, неудачная идея начинать переговоры с метания глиняных предметов. Леди Мора, или как ее там, отбила летящий снаряд когтистой лапой, но это не спасло девушку от находящейся внутри него воды. И теперь она гневно сверкала на меня зеленющими глазами из-под мокрых обвисших волос.

— Прости меня! — Я вскинула руки в примирительном жесте. — Это просто рефлекс. Я в последнее время нервная очень и искренне приношу свои извинения.

— Кровью смоешь! — прошипела красавица. Хотя теперь она миловидной отнюдь не казалась.

— Слушайте, ну что вы на меня накинулись? Какая-то девица всего лишь бросила вам в лицо голословные утверждения, а вы уже так разозлились. Вы меня совсем не знаете. Вот чем я вам не угодила?

— Уже угодила, — тихо прокомментировал стоящий сзади Атус.

— Я за это уже извинилась!

— И, правда, — поспешно выступил вперед Каутинус.

А все-таки смелый мужчина! Встать между двумя ссорящимися или готовыми к ссоре женщинами требует большой отваги! А ведь он еще знает, что одна из нас оборотень, а вторая дракон!

— Миледи, — обратился он к невесте Мортифора, — спешу вам напомнить, что в данный момент мы находимся на территории Драко и перед вами находится глава правящего дома, которая искренне принесла вам свои извинения. Начинать ссору с хозяином на его территории крайне неразумно, тем более что тот настроен пока миролюбиво.

— А мне плевать! — рявкнула Мора. — Я наследница дома Канис Руфус, невеста лорда Мортифора Канис Дирус Лупус Карнификуса, повелителя оборотней и Скользящего между жизнью и смертью! Я никогда не буду склоняться перед каким-то там вшивым драконом!

— У драконов паразитов не бывает, только у собак, — автоматически поправила я.

— ЧТО?! — зарычала Мора. — Ты смеешь оскорблять меня?!

— Миледи, вас заносит! — внезапно гаркнул Каутинус. — Вы оскорбляете главу дома Драконов на ее территории! Она уже полновластная владычица своей земли, а вы всего лишь наследница крупного и богатого рода и пока не невеста моего господина, а только приехавшая на смотрины девушка! И мой властелин заключил перемирие вот с этой госпожой, а вы своим агрессивным поведением нарушаете приказ нашего повелителя!

— Я любимая дочь самого могущественного и богатого рода! И свадьба моя с Мортифором состоится! И это так же верно, как я стою перед вами, а вы, Каутинус, или как вас там, еще очень пожалеете, что оказались на моем пути!

Мора отвернулась, что позволило нам со старцем слегка расслабиться. И это было ошибкой. Девушка метнулась ко мне молниеносно, оттолкнув на ходу Каутинуса мощным ударом когтистой лапы. Это дало мне несколько лишних секунд, чтобы выпрыгнуть из таверны и кинуться прочь. Находясь в человеческом обличье, я Море не соперник, она разорвет меня на мелкие кусочки. Перефразируя высказывание харизматичного лидера одного большого государства: «Нет дракона, нет проблемы». Я, конечно, понимаю, что за любовь надо бороться, но не по трупам же идти!

Атус задержал разбушевавшуюся женщину еще на пару секунд. Я попыталась на бегу трансформироваться, но как бы не так! Ну, вот почему, когда позарез нужно, так фиг тебе?! А как не надо — так, пожалуйста?! Чтобы усложнить агрессорше жизнь, я юркнула между домов. Хотя сбежать от оборотня не так-то просто! Вот везет так везет! Что ей Ладушка наплела?! И какой идиот выпустил мою женушку раньше времени?!

Разъяренный рык раздался почти рядом. Быстрая же она, зараза! Нет, я, конечно, понимаю, что за всю жизнь кожа человека сменяется приблизительно тысячу раз, но это же еще не повод сдирать с меня шкуру живьем! И тем более не повод для меня относиться к собственным покровам столь пренебрежительно, чтобы позволить каким-то незнакомым теткам его снять!

О! Приоткрытая дверь сеновала! В запахе свежескошенной травы будет легче затеряться. А там по балкам на крышу. А с крыши на вторую крышу, а там будем действовать по обстоятельствам.

— Света?! — раздались удивленные возгласы Норри и Вика. Рядом с парнями на стоге сена хихикали четыре симпатичные девушки.

— Сматываемся! — бросила я, карабкаясь по перекладине наверх. — У нас проблемы! Если сюда заскочит бешеная черноволосая девица, вы меня не видели, не знаете и не драконы!

— Не уйдешь! — В помещение ворвалась Мора.

— Девушка! — очаровательно улыбнулся ей Вик, становясь на ее пути. — Вы прекрасное лунное видение!

По мне, так кошмар! Но Мора удивленно притормозила и взглянула на моего брата.

— Куда спешишь ты, ангел дивный?

«Убить твою сестру!» — мысленно хмыкнула я, но оборотниха на оклик остановилась, все еще заворожено глядя на Вика. Как бы плохо я ни относилась к преследовательнице, вынуждена признать, что они с моим кузеном были красивой парой. Примерно одного роста, подтянутые, черноволосые, с пронзительными зелеными глазами. Если бы не руки-лапы у девушки, вообще картинка бы получилась.

Одна из крестьянок пошевелилась, зашуршав соломой. Мора сморгнула, словно сбрасывая оцепенение, резко вскинула голову, вновь переключаясь на меня. Лорд Венатор деликатно кашлянул, привлекая ее внимание. Красавица медленно обернулась к Витьке, улыбнулась, а в следующую секунду злобно полоснула когтями его по груди.

— Прочь с дороги! — рыкнула она.

— Ну и дура! — фыркнула одна из селянок.

— Что?! — снова отвлеклась от погони леди Канис Руфус.

— Дура, я говорю, — безбоязненно повторила крестьяночка. — Не знаешь, от чего отказываешься.

— Может, ей блондины нравятся? — поспешно сменил тему Норри, выступая вперед и вызывая огонь на себя.

Я тем временем успела забраться на самый верх. В отличие от Вика эльфа Мора разглядывала нас еще быстрее.

— Убирайся с дороги, смазливый! — И его попыталась достать когтями моя преследовательница, но юный ванн Дерт успел отскочить.

— Точно дура! — заметила вторая девушка.

— Я вас сейчас! — огрызнулась Мора и кинулась на них. Похоже, женская язвительность на нее действует лучше мужского обаяния.

Раздались ругань, звериный рык, женский визг, глухие удары, но я уже вылезла на крышу. Строение подо мной ходило ходуном. Сверху я видела, как вылетели наружу полуодетые братья и все четыре девушки.

— Что ты ей сделала?! — крикнул Вик. — Мы тебя только на два часа без присмотра оставили, а ты уже успела найти новых знакомых! Как ты ее умудрилась так вывести из себя, что даже магия драконов действует через раз?!

— Не знаю, — призналась я. — Я ей просто, наверное, не понравилась.

— А ее убить можно? — поинтересовался Норри.

— Нет, это невеста Мортифора! Будет дипломатический скандал!

— А ты считаешь, так его не будет?! — язвительно прошипел Вик. — Между прочим, это ты сейчас болтаешься на крыше на ладан дышащего сарая! Думаешь, я оставлю сие безнаказанным?

— Извини, сестренка, оглушающие заклинания на нее не действуют! — простонал Норри. — Держись там, я сейчас что-нибудь придумаю.

— А может, усыпить ее? — внесла контрпредложение я.

— Навечно, желательно! — добавил Вик, прижимая к груди окровавленную рубашку.

Стягивающийся отовсюду народ с вилами его поддержал. Я перепрыгнула на соседнее здание, и очень вовремя, потому как на крышу вылезла Мора. Увидев меня, она разогналась и прыгнула ко мне. Я перелетела на третью крышу. И горестно вздохнула. До четвертого здания было далековато, и оно уже не сельскохозяйственная постройка. А людьми рисковать не хочу.

Однако крыша второго здания вес приземляющегося на нее оборотня не выдержала и обвалилась. Раздались истеричное лошадиное ржание и мычание коров.

— Витька, беги к оборотням, предупреди их, что, если они сейчас же не отзовут свою взбесившуюся женщину, мы будем расценивать это как нападение и бить на поражение! — крикнул Норри, плетя какое-то сложное магическое заклинание.

Кузен послушно сорвался с места в сторону таверны. Мора тем временем выкарабкалась из хлева и, трансформировавшись в женскую особь человека-волка, стала подходить к моему пристанищу. В данной ипостаси она была где-то под два метра, крупнее и массивнее, покрытая рыжеватым с подпалинами мехом. Мускулистые руки венчали массивные черные когти. Вот в таком бы виде ее Мортифору на смотрины! Лишний раз бы подумал, ЧТО в жены берет!

— Не трогай нашего дракона! — раздался вдруг возмущенный детский крик, и со всех сторон на обидчицу посыпался град камней и заостренных дротиков.

Мора взвыла, обернулась к детворе и зарычала, но малыши только удвоили свои усилия. Оборотниха встряхнулась и юркнула внутрь моего убежища, отложив разборки с мелкотой на позднее время. Она решила либо забраться по несущим балкам ко мне на крышу, либо сломать каркас и завалить все здание. Ни то, ни другое мне не нравится. И почему мне так везет нарываться на неадекватных женщин?!

Ну, где же вы, драконьи способности?! Самое время научиться летать! И вообще, хорош из меня защитник, от первой же потенциальной угрозы убегаю! Дети для Моры и то большую угрозу представляют!

Вся конструкция предательски содрогнулась. Мама! Похоже, она решила не лезть ко мне, а заставить крышу упасть к ее ногам.

«Ну и какая ваша часть за дракона отвечает?» — прошипела я своим мозгам.

«Не знаем! — истерично взвизгнули те. — Ты бы, хозяйка, руками помахала!»

«Ага! Может, мне еще и над ухабами попрыгать?!»

«Хорошая мысля, хозяйка!» — обрадовались те.

«Плохая! — встрял инстинкт самосохранения. — Кочки на земле, а там злобный женский оборотень!»

«Дилетанты!» — прошипело сознание и нырнуло в темные закрома моей души.

В ту же секунду мир стал меняться через зеленые, черные и ослепительно-белые тона. Под моим стремительно возрастающим весом крыша обвалилась сама. Несущие стены увеличивающегося объема также не выдержали и с треском хлопнулись на землю, словно раскрывшийся цветок. И мы с Морой оказались лицом к лицу. Точнее, морда к морде.

С минуту чудовище озадаченно и растерянно хлопало глазами, таращась на мою вытянутую морду в каком-то миллиметре от своей головы, затем оно собралось и полоснуло по ней когтистой лапой. Острые как бритва когти царапнули по жесткой чешуе и отскочили, не причинив никакого вреда. Только около носа зачесалось.

— Ой! — по-девчоночьи взвизгнула красавица и кинулась бежать.

Ой? Всего лишь ой?! Я тебе сейчас покажу настоящий «ОЙ»! Ты у меня навсегда запомнишь, как дракона обижать!

Я взревела и кинулась за ней. Так и подмывало поджарить бестию, но вокруг были дома моих подданных, а жечь людей и собственную деревню, где пока что любят своего хозяина, как-то совестно и непрактично.

Эта нехорошая женщина оказалась умнее и проворнее, чем я предполагала, кинувшись к таверне. Паразитка влетела внутрь здания на пару секунд раньше, чем моя лапа успела ее достать, и мои когти всего лишь впились в захлопнувшуюся дверь. У-у-у! Как я зла! От избытка чувств у меня даже кончик хвоста нервно забарабанил по мостовой.

Я высвободила лапу из двери и, присев во дворе, стала ждать. Рано или поздно ей надо будет выйти. Мой хвост по-прежнему продолжал отбивать лихорадочную дробь. Со всех сторон стекались подданные, вооружившись мечами, секирами, косами, граблями, булавами… В общем, кто чем.

Идеальный, конечно, вариант — поджечь таверну и зажарить гадину лохматую в собственном соку, но, опять же, здание принадлежит Тавору. А к нему я испытываю большую симпатию и вредить его бизнесу очень не хочу. Да и крыша конюшни пострадает. А мы с ней провели два таких чудесных часа на солнышке, и я уже успела к ней привыкнуть!

— Эй! — раздался крик где-то слева.

Я обернулась. С крыши соседнего дома махал руками Тавор и указывал на располагающееся у его ног полотно.

«В таверне никого, кроме оборотней, нет!» — гласил отрез белой ткани. Корчмарь махнул рукой, и двое пареньков развернули следующую простыню. «Жги смело! Плату за услуги у оборотней я уже взял!» Мальчики поспешно свернули это послание и раскатали следующее: «А сам постоялый двор удачно застрахован у сарков!» Затем была вторая простыня, гласящая, что выплата покроет убытки сверх меры, и полотенца, заверяющие, что он за неделю отстроится заново и у него уже есть новый, усовершенствованный проект, да только старое здание сносить было жалко.

Ай да Тавор! Ай да предприниматель! Витькина школа! Однозначно, в его роду были наши! Ну, раз хозяин разрешил, то почему бы не помочь ему? Я набрала воздуха и от души дохнула.

Постоялый двор загорелся синим пламенем. Из окон с воем стали выпрыгивать оборотни, трансформируясь прямо в полете и мягко приземляясь на задние лапы. Я попыталась выделить из них рыжего с подпалинами, но там почти все были такими, а наклоняться над каждым и всматриваться в первичные половые признаки как-то несолидно. Да и обидчица успеет убежать. Хотя теперь обидчица-то я.

От досады я плюнула. Деревце, на которое попала моя слюна, мгновенно съежилось и оплавилось.

— Довольно! — Ко мне подскочил высокий тощий серебристый получеловек-полуволк, в котором я опознала Каутинуса. — Довольно, ваша светлость! — Он примирительно поднял когтистые руки. Ну и работка у него: всюду собой рисковать! — Мы приносим вам свои глубочайшие и искреннейшие извинения!

— Ваше раскаяние в карман не положишь! — раздраженно фыркнул оказавшийся рядом Вик. Испорченную рубашку он снял и теперь щеголял обнаженным накачанным торсом. Царапины на груди благодаря драконьей регенерации почти затянулись. — Ваша сумасшедшая баба едва не прибила мою слабую, беззащитную сестренку, заставила волноваться нас с братом, а также ее жену и подданных, для которых она надежда и оплот! И позволила это все ваша девочка тогда, когда мы гостеприимно пустили вас на свою территорию!

— Сколько? — страдальчески вздохнул Каутинус, поднимая глаза к небу. С нами дела он вел уже не первый раз и понимал, что спорить и отпираться просто бесполезно. Особенно когда за дело берется мой милый брат-казначей.

— Давайте посчитаем! — охотно встрепенулся Вик. — Светин сломанный ноготь на правой лапе — сто золотых, царапинки на чешуйках морды лица — двести золотых, наши с братом нервы — по триста золотых на каждого, полное отчаяние Светиной жены — еще триста золотых!

— Что-то она не особо переживает! — рыкнул Каутинус, указывая на Ладушку, мирно сидевшую на лавочке соседнего дома и невозмутимо полирующую ногти.

— Это от нервов, — бросил Вик. — Продолжим расчеты, милейший. Нервы Светиных подданных, особенно детей, это по три золотых каждому из них, а детям по четыре. Затем разгромленные сеновал, конюшня и амбар — это еще по двадцать золотых хозяину и по три золотых с каждого разрушенного здания нам. Теперь потеря такого важного и экономически выгодного пункта, как постоялый двор дядьки Тавора. О нем и его корчме слава шла на много верст вокруг, и мы стабильно получали доход в виде ста золотых монет. Теперь двора нет, значит, сто монет в компенсацию утраченной прибыли и еще сто за моральный ущерб, так как я каждую ночь буду оплакивать корчму дядьки Тавора.

— Мы, похоже, тоже, — мрачно буркнул Каутинус.

— И самому Тавору еще сто золотых за потери, — невозмутимо продолжил лорд Венатор. — И не забудьте про восьмикратную пошлину с каждого члена каравана! Итого: две тысячи девять золотых нам, Тавору сто три золотых, восьмидесяти женщинам и мужчинам по три золотых, это двести сорок, двадцати детям по четыре золотых, это восемьдесят, и вон тому хозяину строений шестьдесят три золотых.

— Вы нас по миру пустите! — возмутился подошедший Атус. — Нам еще дальше ехать!

— Ах, да, и едете вы теперь в объезд! — жестко отрезал Вик. — Мы вас на своей территории больше не принимаем!

— А как же нам тогда до лесов добраться?

— На своих четырех!

— Это грабеж!

— Раньше думать надо было, когда на Свету нападали!

— Не пререкайся, парень, — вздохнул Каутинус, кладя лапу на плечо младшего напарника. — Но, лорд Виктор, у нас нет таких денег. И мой напарник прав, нам не на что будет доехать до наших лесов.

— А мы вам одолжим под пятьдесят процентов, — улыбнулся Вик.

— Нет! — отшатнулся Каутинус. — Нет! За такое мой повелитель с меня точно шкуру снимет и у камина постелет! Да и полной суммы у нас все равно нет!

— Хорошо, — покладисто кивнул Вик. — Тогда выплачивайте четыреста восемьдесят шесть золотых народу сейчас, а мы Мортифору чек пошлем. Норри, там как, готово?

— Уже, — ухмыльнулся эльф, и из-под его чутких пальцев в воздухе материализовался длинный исписанный пергамент.

— Очаровательно! — выдохнул Вик, пробежав по нему глазами, и протянул Каутинусу. — Подпиши.

Оборотень замотал головой и отступил. Словно Вик ему предлагал подписать не расписку, а договор на вечное рабство его бессмертной души.

— Слушай, — вздохнул лорд Венатор. — Мортифор все равно о произошедшем узнает, и тебе придется писать отчет. Так чего тянуть? Днем раньше, днем позже.

— Тебе легко говорить, не с тебя же шкуру снимут, — буркнул Каутинус.

— Хочешь бесплатный совет? — улыбнулся Вик.

Оборотень подозрительно прищурился и отступил.

— Не верю я в драконью благотворительность, — покачал головой он.

— И правильно делаешь! — согласился кузен. — Я и сам в нее не верю! Но когда на меня нападает благодушие — пользуйся. Так вот, в отчете свали всю вину на Мору, а себя поставь как основного Светиного защитника. Таким образом, ты не только выставишь себя белым и пушистым, но, может, и получишь чего.

— Угу, пинка под зад.

— А ты сделай — а мы посмотрим, — подмигнул Вик. — Что-то мне подсказывает, что ты не пожалеешь.

— А с чего вдруг тебе чего хорошего мне советовать?

— Может, совесть проснулась? — пожал плечами брат.

— У вас?! Да скорее конец света близится! — вздохнул оборотень и, зажав перо между когтями, размашисто расписался в пергаменте.

— Слушай, — склонился Норри к Витькиному уху, — если у тебя проснулась совесть, усыпи ее! От такого добра — одни убытки.

Пробежав напоследок глазами документ, Норри на него дунул и отпустил. Бумага превратилась в голубя и полетела на северо-запад. Ох, чую, Мортифор будет очень рад получить наше послание! Оборотни, видно, тоже это предчувствовали, так как понурились и пошли вызволять из-под завала уцелевшие вещички.

Рядом оказался приплясывающий Тавор.

— Ой! Спасибо тебе, княжна! — счастливо прошептал он, гладя мою лапу. После трансформации мой слух стал еще тоньше, поэтому его шепот был прекрасно слышен. — Мне сарки стандартную страховку от природных катаклизмов давать отказались, потому что предыдущая корчма от молнии сгорела. Только одну страховку и выдали: если корчму разрушит в припадке гнева правящий глава дома Драконов без предварительного сговора и злого умысла. Думали, обули меня, дурачка, ведь всем известно, что князья Драко никогда не наносят ущерб на собственной территории. А тут такой шанс! Я вам триста золотых за ваше здоровье в казну Драко пожертвую!

— Это ты правильно мыслишь! — одобрил Вик, затем отошел на несколько шагов назад, окинул меня взглядом и произнес: — Так вот ты какая, малышка!

А какая? Мой первый и единственный раз полной трансформации протекал в очень нервных условиях в замке у Михея, и разглядывать себя просто не было ни времени, ни смысла.

— Красавица моя! — благоговейно прошептал Вик. — Ты просто прелесть! Жаль, нет зеркала.

— А это можно организовать! — улыбнулся Норри. — Хотя магический резерв по пустякам тратить в нынешних условиях глупо, но для тебя, сестренка, так и хочется сделать исключение! Ты действительно прекрасна!

Эльф что-то прошептал, щелкнул пальцами, и воздух передо мной сформировался в огромное призрачное зеркало. Из него на меня смотрел изящный изумрудно-зеленый дракон. Длинная узковатая морда, большие золотистые рога, жесткие гребни по хребту, костяные наросты на концах суставов крыльев. Но больше всего, конечно, завораживал цвет чешуи. Очень глубокий, мягкий. На солнце он переливался всеми оттенками зеленого и золотистого.

Норри подошел ближе и потрогал чешую.

— Странно, — пробормотал он. — Твоя кожа на ощупь очень мягкая и теплая. Даже не верится, что она выдерживает удар меча.

— Но когти-то вынесла, — возмутилась я. Собственный голос звучал ниже, с хрипотцой и свистящими звуками.

— Тебя поцарапали! — напомнил Витька. — А разница между когтями и мечом большая!

— Может, проверим? — предложил эльф.

От подобной перспективы у меня внутри все похолодело и сжалось. Не люблю, когда в меня тыкают острыми и холодными предметами! И вдруг все чешуйки на моем теле встали дыбом и, словно падающее один на один домино, перевернулись в другую сторону! Новая шкура была глянцево-черной с красноватым отливом и гораздо тверже предыдущей.

— А вот эта выдержит! — улыбнулся Норри, гладя обратную сторону чешуи. — Так вот что означает термин «боевая шкура»! Изумрудный — твой природный цвет, а в боевой шкуре ты черная! Именно такой тебя дядя и запомнил!

Я взглянула в зеркало. Изменился не только окрас, пасть у меня слегка раздалась, когти и еще больше вытянулись, наросты на суставах крыльев удлинились и зазубрились, гребни на шкуре вытянулись да заострились, в некоторых местах появились дополнительные костяные пластины с шипами на концах. В боевой шкуре я была немного массивнее и как-то жестче, словно на прежнюю изящную форму напялили массивный бронежилет.

Интересно, а как выглядят братья во второй форме?

— Увы, мы еще даже в завершающую стадию взросления дракона не вступили, — прочитал мои мысли эльф.

— А жаль, — вздохнул Вик. — Прикольно было бы полетать, на себя посмотреть.

— Скоро, надеюсь, полетаем, — улыбнулся Норри. — Ну что, Света, полетели?

— Как? Я не знаю, как назад превратиться!

— Со временем ты вернешься к прежней форме. Чаще всего это происходит, когда адреналин спадает.

— Уже спал, но я все такая же!

— Значит, тебе надо хорошенько в звериной ипостаси поработать, — решил Норри. — И я даже знаю как. В этот раз мы все полетим на тебе. Твоя скорость передвижения еще быстрее, чем у метаморфов, поэтому мы покроем большее расстояние. Тут как раз есть пара деревень, которые нам совсем не по пути. Навестим их, а потом вернемся на прежний маршрут. А я с помощью магии сделаю так, чтобы мы в полете не замерзли и не упали. Ну, как, сестренка, прокатишь?

— Только если я потом на твоем горбу покатаюсь!

— Договорились! — улыбнулся Норри. — Забираемся, ребята!

3

Чудеса авиапутешествий: завтрак в Варшаве, обед в Лондоне, ужин в Нью-Йорке, багаж в Буэнос-Айресе.

Янина Ипохорская

Моя трансформация выиграла нам два дня. Воспользовавшись ситуацией, мы сделали пару очень значительных крюков от намеченного пути. Своего и Ладушкиного пегасов Норри отпустил пастись на вольные луга. Стоит ему позвать — и волшебные кони явятся к хозяину по первому свисту. Таким образом, и лошади отдохнут, и я лишний раз не буду надрываться. Таскать на себе Вика, Норри, Ладиину, превратившихся в людей метаморфов и дорожную поклажу и так оказалось довольно утомительно.

В драконьем обличье я действительно перемещалась гораздо быстрее. Как-то Норри мне доказывал, что дракон способен развивать скорость до шестисот километров в минуту. Я не верила, ведь это всего лишь в тридцать раз меньше скорости света! Но теперь стала постепенно склоняться, что, может, какое-то зерно истины в данной информации и есть. Подобной быстроты я, конечно, не достигла, но за оставшиеся полдня успели мы много.

Жалко, положительных результатов по-прежнему не было. Мы сделали довольно большой крюк по территории, а она у меня немаленькая! Пролетели около заветного драконьего леса. Когда-то там стоял замок «Сердце Дракона», но со смертью Дорваны исчез. Впереди осталось только посетить глухую деревеньку на окраине владений, а потом вернемся к первоначальному маршруту.

Небольшое селение называлось Ёптр-на-куличках и располагалось среди царства непролазных чащоб да зловонных болот, недалеко от границы моих владений и территории вампиров. Надо признать, его название полностью соответствовало местоположению. Как тут еще люди живут, непонятно. Чем дальше я летела к пункту назначения, тем сильнее хотелось повернуть обратно.

Неудивительно, что эти территории у меня никто отвоевать не пытается. За такие земли еще хорошенько доплатить надо, чтобы кому-то втюхать! И почему именно в этом локальном аду наблюдаются очень сильные магические всплески?! Ноги бы нашей здесь не было!

Сколько оставалось до цели, я не знаю, ибо на карте вместо положенной широты и долготы красовалась черная окружность с припиской: «Деревня где-то радом, до хрена топать по трясине, махать крыльями тоже прилично». В общем, где-то на подходе к нашему Ёптру я не выдержала и случайно превратилась обратно в человека. Последние силы вложила в то, чтобы удачнее приземлиться. Увы, кусты, которые сверху смотрелись такими пушистыми и мягкими, на деле оказались неизвестной колючей шипастой дрянью.

— Да, Свет, — судорожно вздохнул Норри, очухавшись после экстренного падения, — летать на тебе было бы совершенно безопасно, если бы внизу не было земли! И почему из всех растений на поляне ты для посадки выбрала именно самое колючее и ядовитое?!

— Мне оно показалось наиболее подходящим, — честно призналась я.

— Да уж, лучше не придумаешь! — хмыкнула Лада, отплевываясь. Ее платье из снежно-белого уже давно превратилось в грязно-серые обрывки с зелено-желтоватыми пятнами ядовитого сока.

— А ты вообще молчи! — огрызнулась я. — Что ты Море наплела, что она на меня тираннозавром накинулась?!

— А чего она вела себя там как истинная хозяйка? Я ее на место ставила!

— Прекрасная работа! Меня чуть не сожрали в процессе!

— Это ты ее чуть не съела!

— А тебе что, жалко? — вдруг обиделась я. Между прочим, это меня Мора чуть не угробила!

— Брейк! — встал между нами эльфенок.

— Меня больше волнует закон подлости, по которому у Светы батарейка села в самой глуши! — перевел разговор в другое русло Вик.

Я растерянно оглядела полянку, на которой нам удалось почти благополучно совершить аварийную посадку. Деревья, деревья и еще раз деревья. Впереди, кажется, очередное болото намечалось. Населенные пункты здесь находятся друг от друга на приличном расстоянии, и жители немного диковаты. Даже мои догберы сюда нечасто забредают. Солнце быстро клонилось к закату. В летнюю пору на Гее быстро темнеет. Плохо дело!

— Вик, разверни карту, посмотри, где ближайшая деревня.

Лорд Венатор со вздохом раскрыл наш путеводитель и достал компас.

— Нормальные деревни остались позади, а впереди только наш Ёптр, — хмыкнул брат.

— Там, если верить плану. — Норри указал на север.

— Много пилить? — екнула моя душа.

— Прилично, — буркнул Вик и, сложив карту, направился к чащобе. — Пошли. Раньше дойдем, скорее поедим. Я уже проголодался.

— Погоди! — вдруг насторожился эльф, взял у Витьки карту и развернул ее снова. — Здесь очень интересное пятнышко с магическими отпечатками! И почему я его раньше не заметил?

В следующую секунду юный ванн Дерт что-то прошептал и подул на живописную масляную кляксу. И на ее месте появилась новая надпись, оставленная той же рукой, что и предыдущее послание. «Если что-то будет вонять, рычать и пытаться укусить вас по самое не хочу, дайте ему по морде и бегите!» Интересно, кто из моих предков сердобольно оставил своим потомкам такие точные и емкие наставления?

И вот уже несколько километров мы скорбно топали по ночному лесу. Пока ничего «потного, вонючего и рычащего» нам не попадалось. Тьфу-тьфу-тьфу! Так как в местных зарослях средством повышенной проходимости оказался только человек, то метаморфы не спешили превращаться в животных и следовали за нами в людском обличье. Построить портал Норри не мог, потому как никогда прежде здесь не бывал, а пользоваться магическим перемещением без точной наводки или точных координат чревато последствиями. Да уж, прокатила братишек!

Через несколько часов желудок Вика предательски взвыл. Наши с Норри желудки солидарно ему отозвались. Лада вздохнула и сбила палкой очередную колючку.

— Далеко еще? — надула она губки (в темноте я стала видеть очень хорошо).

— Не знаю, — огрызнулся Вик, и его глаза блеснули алым. Верный признак плохого настроения. — На карте больше ничего не написано. Если выберемся, я потомкам более точные указания оставлю!

— Я добавлю, — хмуро пообещал Норри.

Ох, чую, вряд ли там будет что цензурное.

Чем дольше мои братья оставались без еды, тем ниже опускалось их настроение. Но Ладушка этого, похоже, не замечала.

— А здесь что-нибудь водится? — продолжала допытываться она.

— Стандартный набор хищного зверья плюс огрхи, — рыкнул Норри.

— Ой! — испуганно сжалась Ладиина и стала затравленно оглядываться по сторонам.

Плохой признак! Если даже наша Ладушка трусит, то дело пахнет керосином. Я мысленно потянулась к Норри и стала ненавязчиво так рыться в знаниях своего эльфийского родича. Огары, огр, о! Огрх! Итак, что мы имеем?

Огрхи появились сравнительно недавно, всего лишь сто лет назад. Огромные, массивные звери, очень напоминающие мутантов-крокодилов, только с длинными ногами и какой-то непонятной мордой. Вечно голодные и всеядные. Охотятся исключительно стаей, нападают одновременно, слаженной командой. На суше способны передвигаться со скоростью шестьдесят километров в час. Челюсти разгрызают даже стальные доспехи. При отсутствии добычи заглатывают камни, коряги и прочий сор. Желудок переваривает все. Интересно, какие шансы, что мы пройдем мимо этой беды?

— Никаких, — хмуро отозвался на мои мысли Норри.

— Не надо быть таким пессимистом! — укорила я эльфа.

«Точно-точно! — наставительно подхватила правая половинка мозга. — Проблемы надо встречать с улыбкой на губах!»

— Как скажешь, — пожал плечами юный ванн Дерт, отступая в сторону. — Вон огрхи бегут! Предлагаешь радостно оскалиться?

«Лучше арбалет заряди!» — вздохнуло левое полушарие.

— Мы влипли! — взвизгнула Ладиина, пятясь назад.

— Не отбивайся от группы! — рявкнул Норри. — На одиночек они нападают в первую очередь!

Наша красавица осела на землю и истерично завыла. Приближающиеся хищники настороженно замерли. Похоже, такое громкое и режущее уши сопровождение к обеду их немного дезориентировало. Вожак принюхалась (у огрхов матриархат) и осторожно двинулась дальше.

— Они собираются нас сожрать! — заорала Лада, испуганно глядя на гигантских оскалившихся животных.

— Ни фига! — злобно прошипел Вик, вскидывая арбалет. — Я и сам сейчас кого хочешь съесть могу! Ну, идите же сюда! Идите к папочке!

Словно поняв его, звери вновь заколебались. Наверное, было интересно посмотреть со стороны, как два голодных хищника этого мира — древний кровожадный, беспощадный дракон и современный агрессивный огрх — столкнулись друг с другом в поисках пищи. И еще минуту назад решенный для оргха вопрос обеда теперь плавно перетекал в дилемму: кто же кого?

Голодный дракон всегда не подарок, а прожорливый от природы мужчина — тем более! Словно в подтверждение этой истины желудок Вика утробно заурчал. Наши с Норри желудки ему солидарно ответили. Местные властители чащоб и болот остановились, их ноздри напряженно раздувались, вбирая воздух.

Я взглянула на Вика. В какой-то миг мне открылась его аура. Эфирный Витькин дракон изогнулся, готовясь к нападению, и нетерпеливо постукивал кончиком хвоста по земле. У Норри наблюдалась та же картинка. Мой внутренний ящер также зашевелился и заворчал. Ему было голодно и не спалось. А впереди так вкусно пахла еда!

Из моего горла вырвался низкий, грудной рык, верхние губы Вика и Норри дернулись, повторяя звук.

Вожак огрхов издала тонкий, жалобный свист и отступила назад. Внезапно пришло осознание, о чем она думает. «Странные двуногие звери… не такие, как раньше… другие… пахнут хищниками… два самца и самка… прайд… голодные… злые… рядом добыча… очень громкая… пусть сами ее едят!» Это не было телепатией, скорее походило на безмолвное общение животных, когда волк понимает, что с медведем лучше не связываться.

Твари опустили массивные длинные хвосты в знак покорности и, развернувшись, поспешно скрылись.

— Кажется, нас только что признали более опасными хищниками, — заметила я.

— Знаю, — огрызнулся Вик. — Только моему желудку толку от этого мало!

— Пошли дальше, — вздохнул Норри, — а то я скоро камни заглатывать начну!

Мне тоже зверски хотелось есть, стычка не на шутку раздразнила аппетит. А Ладушка, увы, с нами не в качестве добычи. Я начинала жалеть, что мы так легко отпустили огрхов! Чтобы хоть как-то отвлечься, я решила выяснить у эльфа пару интересующих меня вопросов.

— Норри, я слышала полный титул Мортифора, но «Канис Дирус Лупус» в нем не упоминалось! Почему?

— Это внутреннее уточнение, — радостно отозвался ушастый. Похоже, разговор его также отвлекал от еды. — Оборотни делятся на несколько кланов. Полное имя вервольфа помогает понять, с каким именно родом ты имеешь дело, и выстроить соответственно собственное поведение. Людям чаще всего такие нюансы мало, о чем говорят, и они называют всех упрощенно «Лупусами». Хотя правильнее было бы «Канис Лупус». Это наиболее распространенный клан обычных оборотней. В книгах описывают именно их. Повторять не буду, ты и так знаешь. Канис Руфус, или Рыжие волки, — очень могущественный и богатый клан. Крайне хитрые и умелые предприниматели. Бойцы посредственные, но берут коварством.

— Учту на будущее! Мора как раз из этого рода!

— Среди оборотней положение Руфусов настолько укрепилось, что они начинают угрожать правящей семье, — продолжал свою лекцию Норри. — Несмотря на нежность и заботливость по отношению к своим детенышам, в сообществе оборотней правит сила и жесткий контроль. Пока Мортифору удается удерживать свои позиции, но Рыжие стараются их подорвать.

Значит, Мора — вариант политически выгодного брака? Вот почему красавица так уверена, что Мортифор на ней женится! Или он ее любит? Хотя может ли правитель позволить себе такую роскошь, как любовь?

«Не отвлекайся! — буркнуло левое полушарие. — Такую лекцию пропустишь!»

— Норри, извини, что перебиваю, но где ты раньше был с такими сведениями?!

— Дядя мне их в последний момент поведал, прямо перед нашим отъездом! — обиделся эльф.

— Что-то я не помню на прощании Лерри, — подозрительно прищурилась я.

— Так он мне прямо в Волыменской империи лекцию читал! Нашел, блин, место и время! Сказал, пока я все не запомню, не отпустит!

— Подлец! — сочувственно поддержал брата Витька.

— Лерри был с вами в публичном доме?

— Заглядывал, — уклончиво ответил Норри. — Не знаю, почему дядя раньше мне ничего из этого не рассказал. Хотя, возможно, он дал слово не разглашать внутреннего устройства оборотней! Ведь Мортифор мог догадаться, что все известное мне дойдет до тебя. А лохматые не любят давать заклятым врагам любую информацию о себе. Дальше продолжать?

— Да, конечно, — смиренно кивнула я. Развели тайны Бургундского двора! И что теперь изменилось, если Лерри решил открыть тайну? Или ему Мортифор дал добро?

— Красные волки, Куон Альпинус, сокращенно Куоны, также плохие воины, но хорошие актеры и ремесленники. Очень красивые, нрав миролюбивый. К сожалению, их мало. Тилацины, они же Сумчатые волки, очень недоверчивы и всегда держатся особняком. Они в политику не лезут и спокойно принимают сторону сильного. Гуары, Гривастые волки, прекрасные бойцы. За счет длинной гривы убить их довольно трудно. Альбусы, Канис Лупус Альбус, Белые волки — основная боевая пехота оборотней. Они гораздо крупнее Гуар, недостаток мастерства и неуязвимости компенсируют силой и выносливостью. Это танки в мире вервольфов. Альбус сражается до последней капли крови и далеко за гранью боли. Хуже их только Дирусы, Канис Дирус, Ужасные волки, это настоящие машины для убийства. Они самые крупные, сильные и агрессивные представители оборотней. Этот клан — венец боевой эволюции ликантропов. Их девиз: «Победи или умри». Смертельные ранения их не останавливают и не ослабляют, боеспособны до последнего вздоха.

Я вспомнила полный титул Мортифора и содрогнулась. Ну, ничего себе, скажите на милость, врага отхватила! Все люди как люди, и только я отличилась. Нет чтобы хлюпика какого.

— Норри, из всех видов оборотней природное везение столкнуло меня именно с самым опасным. Я права?

— Ага! — улыбнулся ушастый брат. — Из-за обостренного чувства благородства этот малочисленный клан почти вымер, но тебе удалось нарваться на его последнего представителя! Будь ты среднестатистическим жителем, вероятность вашей встречи была бы меньше процента!

— Так, может, я прообраз Квипрокво? — сопоставила я факты.

— Не спеши приписывать себе его талант! — покачал головой Норри. — Так как ты Драко, то твои шансы равнялись один к одному. Любой враг хочет с тобой расправиться, поэтому встреча с Мортифором была неизбежна.

— Так, значит, Дирусы очень благородны? — вмешался в разговор Вик.

— Уже не совсем, — вздохнул Норри. — Дирусы правят очень давно. Те, кто не умерли из-за коварства и хитрых происков врагов, приспособились и очень многое переняли от Руфусов.

— Это я уже заметила, — хмыкнула я.

— Я рад, — улыбнулся Норри. — Насколько мне удалось вынести из наблюдений, Мортифор-друг — очень благородное и преданное существо, но Мортифор-правитель — его полная противоположность.

— Слушай, у меня создалось впечатление, что ты недолюбливаешь Морти.

— Есть немного, — признался Норри. — Когда я был маленьким, дядя Лерри воспитывал меня вместе с ним. И на первых порах почему-то очень часто обращался за советом.

— Это, каким же таким образом? — изумилась я. — Тебе сейчас двадцать четыре, Мортифору — двадцать девять. Это значит, что на момент твоего рождения ему было пять лет!

— У оборотней взросление протекает быстрее, чем у людей. При счастливом, безоблачном детстве один год их жизни приравнивается примерно к двум человеческим. В неблагоприятных условиях взросление вервольфов ускоряется в два раза. А если ликантропу грозит смертельная опасность, то его совершеннолетие достигается за два года.

— Ничего себе темпы! Это же, как интенсивно должен работать организм, чтобы за столь краткий срок успеть перестроиться из младенца во взрослого мужчину?! Кости, мышцы, мясо, нервная, соединительная ткань! Я уж молчу про развитие мозга!

— Да, оборотни в это время очень прожорливы и если не успевают набрать нужный запас макро- и микроэлементов, то весь внутренний резерв и энергия отдается главным функциям, прочие нужды организма удовлетворяются по минимуму. Чаще всего вервольфы в таком состоянии гораздо худее, бледнее и слабее своих благополучных сверстников. Но зато по окончании двух лет через неделю активного жора они полностью приходят в норму и в полную силу.

— Если доживут до этого дня, — заметил Вик.

— Верно, — согласился Норри. — Смертность при таком взрослении достигает пятидесяти процентов.

«Каждый второй», — мысленно подсчитала я.

— А какая же тогда выгода?

— Во-первых, — улыбнулся ушастый лектор, — повышенная выживаемость уцелевших индивидов. После такого развития убить их крайне трудно.

— Ничего удивительного! После такого детства я бы маньяком стала! Как у них еще психика выдерживает? Вот уж действительно, что нас не убивает, то делает сильнее!

— А во-вторых, — продолжил эльф, — в случае катаклизма или внезапной войны у особи, достигающей зрелости за два года, намного больше шансов выжить, чем при нормальном взрослении. Ведь этих десяти лет может и не быть в запасе.

— Получается, если у меня когда-нибудь появится дитятко-оборотень, то его лучше не пугать. А то пикнуть не успеешь, как ОНО вымахает и еще ползамка в придачу сожрет!

«Хозяйка, — заскреблось левое полушарие, — а чего это ты на себя детей-оборотней примеряешь? А?»

— Проехали.

— А что с умственным развитием произойдет в таком случае? — задала я больше всего интересующий меня вопрос.

— Мозг и нервная система у оборотней формируются и развиваются гораздо быстрее, чем у прочих рас, за исключением драконов, конечно. Поэтому в детском возрасте каждый вервольф — гений по сравнению с остальными сверстниками. Но после совершеннолетия этот процесс замедляется, и уже во взрослой жизни прочие народы догоняют ликантропов в умственных способностях.

— А если ребенок получился действительно вундеркиндом? Не временным явлением?

— Тогда он таким и останется, — улыбнулся Норри. — А окружающим очень не повезет.

— Будет гораздо хуже, если у драконов родится гений! — засмеялся Вик.

— Ну, если у меня на самом деле способности Квипрокво, то мое дитятко точно потрясет мир.

«Тогда тебе следует к Мортифору обратиться, — заметило левое полушарие. — От вашей совместной мутации Гея точно застрелится!»

«А что? — поднял голову экспериментаторский дух. — На это воистину интересно было бы посмотреть!»

«Не к добру это!» — вздохнул спинной мозг.

Ладно, вернемся к прежней теме.

— Значит, на момент твоего воспитания Мортифор уже был взрослым?

— Да, — кивнул юный ванн Дерт. — Но, честно говоря, для меня он всегда выглядел внушительным. Я его боялся. Все маленькие эльфы в детстве эмпаты,[17] и я чувствовал ненависть и неприязнь принца оборотней. Правда, она была только вначале, но мое первое впечатление до сих пор стоит между нами. Дядя воспринимает Мортифора как равного, в детстве, когда я еще не знал настоящего возраста Мортифора, я считал их ровесниками, а иногда, глядя в глаза вервольфу, думал, что лорд Лупус Карнификус старше. До вчерашнего дня я не понимал, почему Мортифор был таким взрослым в моем детстве.

— А я не могу взять в толк, почему нигде в книгах не говорится про взросление оборотней? Я столько фолиантов перелопатила! Как можно сохранить тайну от такой кучи народу?

— Дядя сказал, что когда-то давным-давно оборотни были самой могущественной расой на Гее.

— А где были драконы? — вмешался Вик.

— По легенде вервольфов, драконы тогда еще не появились, — пожал плечами Норри. — Ликантропы процветали, жили в мире и безопасности и думали, что их могущество никогда не иссякнет. Никто тогда не подумал бы покуситься на волчат, так как против виновного ополчилась бы вся раса. Но потом появились драконы, и мощь Лупусов пошатнулась. Новая раса была гораздо сильнее и опаснее лохматых, постепенно драконы упрочили свои позиции. А потом вспыхнула война оборотней против драконов. Обе стороны понесли огромные потери, но вервольфы пострадали больше. Выжил лишь каждый десятый, а вместе с численностью упал и престиж клана в глазах других народов. Молодых нелюдей стали убивать и обижать. Вот тогда, чтобы защитить себя, ликантропы принялись методично уничтожать любые сведения о самих себе. Они ушли на свои территории, отгородились от внешнего мира и стали тщательно оберегать свои тайны. Время шло, сжигались библиотеки, рассыпались пылью древние фолианты, и прочие расы постепенно забывали секреты лохматых. Теперь оборотни — одна из самых загадочных и опасных рас на Гее. Леса Лупусов находятся на самом северо-западе материка и граничат с Белым океаном. Большую часть года этот океан покрыт толстым слоем льда, и в том суровом климате не выживает никто, кроме представителей клана Альбус. На северо-востоке земли вервольфов граничат с лесами друидов, но последние стараются не связываться с лохматыми. На востоке проходит рубеж с эльфийскими лесами, но мы большей частью заняты проблемами с Драко, друидами, орками, урками и некоторыми людскими княжествами. На спокойных, почти незаметных оборотней эльфы привыкли не обращать внимания. Нас не трогают — мы их не трогаем. На юге…

— С оборотнями граничим мы, — улыбнулся Вик. — Географию я знаю.

— Тогда вы и про их взросление должны были знать. Эти сведения хранятся в Великой фамильной библиотеке дома Драконов.

— Света? — обернулся лорд Венатор.

— Вить, эта библиотека находилась в замке «Сердце Дракона», который исчез после смерти Дорваны, — вздохнула я. — Я никак не могла добраться до этих сведений.

— Чудесно, — улыбнулся Норри. — Значит, я не зря угробил всю ночь на заучивание курса всемирной истории! Пока прочие отдыхали с прелестными видениями, дядя буквально взял меня за уши и силком вдалбливал данные знания!

— Сочувствую, — улыбнулась я.

— Спасибо, — совершенно серьезно кивнул сводный братишка. — На юго-западе леса оборотней граничат с территорией суккубов, но они тоже не лезут в политику оборотней. А тайну своего взросления вервольфы держат так: никто не покидает родные леса до совершеннолетия. А там уже по внешнему виду взрослого мужчины не скажешь, рос этот оборотень два года, пять или десять лет. Кроме того, семейные пары живут в центре территории, а по краям находятся пограничные редуты, охотничьи сторожки. Да и сами леса оборотней имеют очень дурную славу. Там водятся очень странные и экзотичные хищники.

— И что, за всю историю не нашлось ни одного камикадзе?

— Те, кто спаслись от зверья, не убежали от вервольфов.

— Хорошо, допустим, здесь они своих детей скрывают, но как спрятать принца от общественности? Уж сарки бы точно заметили, что за десять лет Мортифор очень вырос!

— Теоретически у оборотней трон не наследуется.

— Что?

— Правитель вервольфов никогда не умирает своей смертью. Его убивает более удачливый претендент на трон. Вступать в борьбу за власть можно только по достижении совершеннолетия. А до этого о соискателях ни слуху, ни духу.

— Умно. Короли появляются на политической арене уже взрослыми, а сколько они зрели до этого — неважно. Но тогда получается, трон может захватить любой!

— Да, — прочитал мои мысли Норри. — Власть захватывает сильнейший. Однако чаще всего случалось, что самыми сильными противниками королей были именно их дети, так возникали династии правящих семей Лупусов.

— То есть сын убивал отца? — ошарашено выдохнула я.

Для меня подобный расклад был дикостью. Как можно убить своих родителей? Тех, кто вырастил тебя, выкормил, заботился, ночей недосыпал, недоедал, изматывался, но отдавал тебе лучшее? Как можно поднять руку на тех, кто были первыми существами, которых ты увидел, открыв глаза?!

Норри вздохнул и молча кивнул.

— Офигеть! Добрый мирок!

— У правителей нет обычной жизни, у них иные законы. Хотя некоторые принцы, как и Мортифор, вызвав короля и любого желающего претендента на поединок власти и победив в бою, щадили своих родителей. Карнификус теперь временно заменяет Мортифора, когда тот в отъезде, и присматривает за порядком.

— Все это, конечно, интересно. Но зуб-то у тебя на Мортифора за что? — не выдержал Вик.

— Ну… — замялся Норри. — В детстве я был довольно капризным и вредным ребенком. Мне нравилось выводить из себя других. Вот однажды Мортифор и посоветовал дяде спустить мне штаны и отстегать хворостиной!

Ого! Кажется, в плане педагогического воспитания мы с Мортифором единомышленники! А березовая каша, смотрю, пошла Норри только на пользу.

Между деревьями сверкнул огонек.

— Что это?! — всполошилась Лада. После встречи с огрхами она вела себя тише воды ниже травы.

— Кажется, пришли! — облегченно вздохнул Вик.

4

С точки зрения биологии, если что-нибудь вас кусает, оно, скорее всего, женского пола.

Скотт Круз

Селение, к которому мы вышли, оказалось на удивление небольшим и было окружено по периметру горящими кострами. Издалека оно выглядело относительно прилично, вблизи смотрелось неряшливым и запущенным. То тут, то там по улицам бродили женщины в непонятных мешковатых платьях.

— Интересно, — заметил Вик. — А где мужчины?

— Давай подойдем ближе, может, и узнаем, — тихо предложила я.

Повышать голос в такой мрачной обстановке не хотелось. И вообще, чем дальше мы продвигались в деревню, тем сильнее росло в душе гнетущее чувство беспокойства. Я мимолетно взглянула на артефакты, кровь дракона оставалась твердой, зато магический уровень окружающих колебался в районе двенадцати! Что здесь такое?

— Чего вам, странники? — преградила нам путь высокая худая женщина с безжизненным лицом.

Я выступила вперед:

— Мы княжеская семья Драко, объезжаем с инспекцией владения. Я бы хотела поговорить с вашим старостой.

— Следуйте за мной, — холодно пригласила незнакомка и, развернувшись, поплыла к большому дому на окраине.

— Не нравится мне это место! — выдохнул Вик.

— Мне тоже, — отозвался Норри.

— И я не в восторге! — громко заметила Ладиина, и женщина на нее удивленно обернулась, но ничего не сказала и продолжила путь.

— Лада, мне кому тебя скормить, чтобы ты научилась держать язык за зубами? — прошипела я, зажав локоток супруги.

Жена ошарашено взглянула на меня, поежилась, но промолчала. Надолго ли? Тем временем мы вошли в обветшалый дом. Внутри было еще хуже, чем снаружи. Всюду царил полумрак, но даже он не мог скрыть неряшливости помещения. Такое чувство, что здесь не убирались несколько лет. Может, у местных правило какое, типа: «От чистоты не воскреснешь, от грязи не треснешь»? Странно все.

Из глубины комнаты выступила еще более высокая и худая женщина в алом балахоне. Вытянутое мертвенно-бледное лицо, глубокие тени под глазами, бескровные, белесые губы. Брр!

— Кто вы? — От ее холодного, безжизненного контральто у меня по коже побежали мурашки.

— Это семья Драко, — ответила за нас проводница. — Разъезжают с инспекцией по владениям.

— Чудесно, — осклабилась староста. — Вы, полагаю, устали, господа? Не желаете ли поесть и отдохнуть?

— С удовольствием, — кивнули братья, стараясь сохранить спокойствие.

Сухопарая хозяйка хлопнула в ладоши, и со всех сторон появились девочки разного возраста. Все как одна высокие и очень худенькие.

— Знакомьтесь, дети мои, это князья Драко.

— Здравствуйте, князья Драко, — безжизненным хором ответили они.

— Обслужите их! — небрежно махнула рукой староста и вышла из избы.

Девочки тут же стали суетиться вокруг нас, ставя на грязный, засаленный стол не более чистые тарелки. Похоже, здесь искренне верят, что микроб хилый — от грязи помрет!

— Это что, каждая соринка — в желудке витаминка? — прочитал мои мысли Норри.

Из тарелок есть не хотелось. Мало ли что в таких условиях подцепить можно? Хотя Драконы теоретически не болеют, проверять на собственном опыте я не хочу.

— Вы на детей посмотрите! — прошептал Вик. — Все на одно лицо! Не женщина, а ксерокс какой-то!

Сходство действительно было странным. Маленькие девочки работали удивительно слаженно, словно одно целое.

— Пирожки! — провозгласила самая младшая, лет пяти, протягивая поднос с каким-то вытянутым скрученным недоразумением. — Пирожки! — повторила она, давая название кошмару на подносе. — Кому пирожки?

— С чем пирожки-то? — сглотнул Вик, отстраняясь от сомнительного блюда.

Метаморфы также смотрели на все с нескрываемым ужасом.

— Разные! — простодушно ответила малая.

— Ну, какие, например? — допытывался брат, стараясь не смотреть в сторону предложенного угощения.

— Эти вот сегодняшние, эти вчерашние, а вот эти позавчерашние! — так же ровно ответила малышка.

Кажется, нас здесь собираются как минимум отравить! Боюсь представить их план-максимум!

— А почему вокруг деревни жгут костры?

— От зверья, — сухо ответила самая старшая, лет пятнадцати. — В полнолуние они звереют.

— Я тоже, — доверительно сообщил мне Вик. — Если мне еще какую гадость в том же духе предложат, я их однозначно с голодухи покусаю!

— Зря ты это сказал! — судорожно вздохнул эльф. — Девочкам это, похоже, не понравилось!

Мы обернулись к детям и обомлели. Черты их лиц заострились и еще больше вытянулись, глаза засветились зеленоватым огнем, ногти на руках удлинились в десять раз.

— Думаю, пора нам вспомнить семейный девиз, — подала идею я.

— Это там, где сражаться? — прищурился Вик.

— Нет, там, где драпать! — мотнула головой я.

— Спасибо, все было очень вкусно, мы еще заглянем! — подорвался со стула Норри.

Девочки пригнулись и зарычали, Лада заорала, и малютки на миг шарахнулись. Это дало нам лишние мгновения, чтобы выскочить из дома.

— И куда дальше?

— Подальше отсюда! — скомандовала я и показала пример братьям.

— Ловите их! — заорали малолетние хищники.

И со всей деревни к нам кинулись женщины. А с мужчинами они что сделали? Сожрали, что ли? Мы юркнули между дряхлыми постройками и заскочили в пустующий хлев.

— Мне страшно! — всхлипнула Ладиина. — Я хочу домой!

— Не поверишь, я тоже! — похлопал ее по плечу Вик.

— Куда дальше? — спросил Норри.

— Прочь из этой хибары. Здесь мы как в ловушке.

— Что это за твари такие?

— Ш-ш! — приложил Вик палец к губам Лады. — Молчи.

Мы осторожно выскользнули из хлева и столкнулись нос к носу с очередной дамой.

— Вот они! — громко закричала она и на диво бодро кинулась на нас.

Норри махнул рукой, активируя воздушный кулак, и злопыхательница отлетела в сторону. Мы побежали дальше.

Если сейчас ничего не предпринять, нас поймают и однозначно сожрут. Вот бы сжечь это осиное гнездо! Я попробовала трансформироваться в дракона. Обычно от страха у меня это здорово получается! Но, видно, организм еще не успел отойти от предыдущего превращения, и ничего не произошло. Тогда я мысленно попросила Злыдня трансформироваться и перенести нас через линию из костров хотя бы до леса. Мой метаморф попробовал измениться и в ужасе раскрыл глаза. У него НЕ ПОЛУЧАЛОСЬ! Что-то в этом воздухе или в земле однозначно было не так! Вот везет так везет!

Я потянулась ментальной связью к догберам. К сожалению, ближайший зверь был в ста километрах от нас. Прибудет только через час. Увы, один в поле не воин. А пока соберется подкрепление и явится сюда, пройдет еще час. Плохо!

Значит, из деревни придется улепетывать на своих двоих. Отвратительно! Вряд ли мы успеем до того, как нас догонят. Тут мне на глаза попалась бельевая веревка с развешенными на ней женскими платьями-балахонами.

— Надевайте! — Я кинула братьям по шмотке. — Может, так мы сможем поближе подобраться к кромке леса, а там припустим со всех сил.

Увы, шмоток было всего четыре, а нас шестеро! Злыдень и Чернуля уступили нам свои балахоны и, поклонившись, скрылись в тени. Они попытаются отвлечь внимание на себя. Мы облачились и постарались как можно спокойнее двигаться дальше.

Часть пути мы преодолели без проблем, но на этом наша удача закончилась. Одна из тварей, оказавшись рядом, повела носом и учуяла наш запах.

Последние сомнения в том, что перед нами нелюди, развеялись, когда одна из них попыталась схватить нас, но попала рукой в костер. Ее конечность мгновенно вспыхнула ярко-зелёным пламенем. Мы выскочили за линию костров и помчались со всех ног к лесу. Кажется, я начинаю делать успехи в легкой атлетике, так как от страха иду вровень с Виком и Норри!

В лес мы практически вломились. От быстрого бега ветки хлестали по лицу. Не разбирая дороги, мы мчались гуськом по ночным зарослям, пока шум погони позади более-менее не стих. Как мы в процессе не попали в болото или не переломали себе ноги, думаю, стоит списать на наличие адреналина в крови и банальное везение лидера, выбиравшего путь. Вот если бы ребят вела я, мы бы попали в пасть огрха как минимум.

Мы остановились на небольшой проплешинке, чтобы отдышаться. Норри вновь прислушался.

— Ну что там? — тихо спросил Вик.

— Пока ничего, — мотнул головой эльф.

— А что дальше делать будем? — все еще стуча зубами от страха, спросила Ладиина. — Сумки-то там остались.

— Продукты? — испуганно выдохнули братья.

— И вещи, — припечатала я.

Поклажу несли в руках метаморфы. А чтобы хоть как-то облегчить нам путь, они взяли даже наши маленькие наплечные мешки. Только у Вика остался небольшой рюкзачок с картой и бутербродиком-заначкой.

— А вот это действительно проблема, — вздохнул Вик.

— Возвращаться — плохая примета! — заметил Норри.

— Тогда давайте пойдем дальше! — торопливо сглотнула Ладиина.

Честно говоря, повторно посещать деревню мне также очень не хотелось. Мы переглянулись и поняли, что впервые в жизни наши желания совпали. Но оставить метаморфов на произвол непонятных тварей мне совесть тоже не позволяла. Да, куда ни кинь — всюду клин!

Вдруг впереди между деревьями что-то блеснуло.

— Что это? — опять насторожилась Лада.

— Не знаю, но предлагаю обойти это стороной, — задумчиво покачал головой Вик.

Действительно, лезть на огонек и на собственной шкуре проверять, что там такое, не хотелось. В жизни всегда есть место подвигу. Хороший воин должен вовремя это место обнаружить и обойти стороной. В общем, будем разумными. Еще двадцать минут мы продирались сквозь бурелом и заросли хвоща, огибая сверкающее нечто по широкой дуге. И каково же было наше изумление, когда перед нами вновь предстала деревня, окруженная кострами!

Она практически была клоном предыдущей, только в балахонах, как сомнамбулы, разгуливали мужчины. От села капитально разило магией. Я это чувствовала уже и без всяких артефактов.

— Здесь что-то не так, — глубокомысленно заявила Лада.

— Да, — ухмыльнулся Вик. — Для болот и глубинки здесь просто подозрительная плотность населения!

— Что-то мне подсказывает, что это совсем не Ёптр-на-куличках, — вздохнула я.

— Судя по хлопотам, что они нам устроили, то это как раз таки нужные деревни! — проворчал Норри.

И тут сзади послышалось подозрительное рычание. Мы обернулись и обалдели. Нас почти окружили сомнамбулы-мужчины, на поводке у каждого было по огромному черному псу с большой зубастой пастью.

— Взять их! — скомандовал один из мужчин и спустил зверя с поводка.

Первую собаку Норри попытался пристрелить из лука. Полученный в лоб болт настроение кобеля не улучшил. Наше, впрочем, тоже.

— Бежим? — скромно предложила Лада.

— Ага, — кивнули мы и кинулись за ней следом.

К сожалению, единственная плешь между их рядами вела к деревне. Понадеявшись на удачу, мы кинулись в ту сторону. Нелюди так обрадовались, что мы идем к ним в руки, что милостиво пропустили наш отряд в село. Мы же времени не теряли и пересекли их логово за считанные минуты. Увы, по ту сторону опять же был лес.

— Ну и куда дальше? — Вик поравнялся со мной. (Я не говорила, что от страха уже его обогнала?)

— Может, вернемся в первую деревню за оружием и сожжем всех на фиг? — предложила Ладушка.

— А если не успеем? — фыркнул Норри. — И как ты собираешься их палить? У тебя в сумке завалялся огнемет? Или ты думаешь, они будут стоять и ждать, пока мы их испепелим?

— А вот мы нашим девочкам вполне можем привести компанию, — заметил Вик.

— Нет уж! Если эти твари еще и размножаться начнут!.. Нам всем тут не жить!

— В этих болотах вообще никому не выжить! — буркнул Норри. — И дети в первой деревне уже есть.

— В этой тоже, — указала я на бегущих за нами мальчиков. — Только пока у них, похоже, однополое размножение.

— Так, может, так все оставим? Вдруг они сами умрут? — отдышавшись, предложила Ладиина.

— Держи карман шире! — спустила я блондинку на землю.

— Сюда, Свет! — Вик схватил меня за руку и увлек за угол дома.

До горящих костров оставалось каких-то шестьдесят метров. Что-что, а в первую деревню мы возвращаться не будем! Еще не хватало брачным агентством подрабатывать! Норри подхватил меня под вторую руку, и бежать стало легче. Мы преодолели огненную линию и почти добежали до леса, когда нелюди спустили с цепи своих огромных псов. Слава Создателю, у женщин таких тварей не было!

— Разделяемся, — прошипел Вик и толкнул меня.

Норри побежал по третьему направлению, и только Лада увязалась за мной. Хоть и в длинном пышном платье, но бегала она гораздо лучше меня. Может, супруга надеялась, что я окажусь позади и собака кинется на меня? Не дождется! Как только красавица меня обогнала, я кинулась в сторону, в кусты, и удача мне изменила. Нога резко пошла вниз, и через секунду я уже кубарем катилась по почти отвесному, поросшему колючим кустарником и тонкими деревцами склону.

Пока я ласточкой летела на дно оврага, мозг автоматически анализировал ситуацию. Моя скорость передвижения значительно увеличилась, это плюс. Но способ спуска мне решительно не нравился, это минус. В процессе я не могла контролировать траекторию пути, это еще один минус, зато пес от меня отстал, это все-таки плюс. Мой путь усеян не лепестками роз, а хвоей, острыми корнями, камнями и колючими растениями, а в конце обрыв. Это опять же минус! Приземление получилось мягким: в воду. Это плюс!

Увы, речушка оказалась холодной, мутной и больше напоминала болото. Это минус.

— Так-так-так, — раздался над ухом насмешливый голос. — Давно к нам не заглядывал ужин!

Ну, это я уже однажды слышала! Я смело обернулась и обомлела. Вынырнувшие позади твари походили на мавок, как я на дракона! В отличие от водного народа эти были не бледно-перламутровыми с голубоватым оттенком, а коричневыми и темно-зелеными! Цвет их распущенных волос варьировал от грязно-желтого до черного, правда, у всех присутствовал какой-то темно-синий отлив. Такие же, как и у мавок, глаза светились зелеными и желтыми огоньками, как иногда случается на болоте. Может, это болотный народец?

— А где мавки? — осторожно спросила я.

— А чем мы тебя не устраиваем? — капризно надули губки красавицы, подбираясь ко мне поближе.

Блин! Одни женщины! А с ними у меня общаться не особенно-то получается! А-а-а! Засада!

— А я к Талику в гости, — брякнула я первое, что пришло на ум.

Талик — один из представителей речного народа. Симпатичный такой парень с сизыми волосами, стального цвета глазами и фиолетовыми губами. В прошлый раз мы с ним очень мило поговорили. Может, именно потому я и вспомнила его сейчас?

— Нашла где его искать! — фыркнула интересная девушка с темно-зеленой кожей, желтыми глазами и черными волосами. Губы у нее были темно-бордовые, почти человеческие.

Красавица продвигалась чуть впереди, из чего я сделала вывод, что она предводительница местной стаи. Или правильнее сказать косяка?

— А разве это не река? — решила я сыграть дурочку.

— Это за-бо-ло-чен-на-я ре-ка, — по слогам произнесла собеседница.

— Ну, тогда извините, — пожала плечами я и развернулась к берегу.

— Куда?! — взвыли болотные дивы и окружили меня со всех сторон.

— Домой, — спокойно ответила я. — Раз вы не хотите звать мне Талика, я пошла назад.

— Не так быстро, — заметила вторая прелестница с темно-синими волосами и коричневой кожей. — Ты свалилась нам на голову, а мы такие голодные.

— Я тоже есть хочу! — парировала я.

— Но ты одна, а нас много! — ухмыльнулась синеволосая.

— Но я костлявая и невкусная, — прибегла я к основному своему аргументу. — А временами еще и ядовитая! Вот как сейчас! — решила я перестраховаться на всякий случай.

— Ничего! — хмыкнули дивы. — Мы любим ребрышки. — И кинулись на меня.

— Стойте! — вскинула руку их темно-зеленая предводительница, становясь между мной и стаей. — От нее странно пахнет!

— Ну, знаешь ли! — вдруг обиделась я. — Побегала бы ты всю ночь по вашим зарослям и кустарникам, посмотрела бы я, как потом благоухала!

Драконы очень чистоплотны! Мы терпеть не можем грязи и при возможности по несколько раз в день купаемся! И произнесенный дамой аргумент хоть меня и спасал, но считался оскорблением, на которое я среагировала прежде, чем подумала.

— Нет, — мотнула головой темно-зеленая, подплывая ближе ко мне. — От тебя пахнет иным. Чешуей, змеями, крокодилами… такой знакомый, почти родной запах!

А я думала, почему мне жабы и всяческие гады стали благоволить! После того как я вступила в последнюю стадию взросления дракона, в террариуме меня принимали как родную! Похоже, и местным я понравилась.

Вдруг вожак болотного народца стремительно метнулась ко мне и, крепко схватив, плотно прижала к себе. Я оказалась к ней спиной в очень беспомощной позиции. Плохо дело! А я уж обрадовалась, что пронесет!

— Мне нравится твой запах, — томно прошептала мне на ухо эта дива и, проведя носом от моего уха до ключицы, неожиданно нежно поцеловала в шею. Одна ее рука зафиксировала корпус, а вторая любовно скользнула на талию. — Очень нравится!

Я не поняла, она меня есть собирается или кое-что другое?! Красавица с низким мурлыканьем игриво прикусила мне мочку уха, отчего все сомнения относительно ее намерений отпали. ОЙ, МАМА! ВО ЧТО Я ВЛЯПАЛАСЬ?! Я рефлекторно дернулась прочь, но в хрупких руках скрывалась поистине нечеловеческая сила. Меня еще сильнее прижали к себе, да так, что я почувствовала спиной каждую выпуклость и вогнутость фигуры моей пленительницы.

Блин, если я скажу, что уже жената и мое сердце занято, она, скорее всего, меня съест, а если промолчу, то сама попаду в ее гарем! И вырваться не получается: скрутили так, что и пошевелиться не могу! Хрен редьки не слаще! Что же выбрать? Спасите, кто-нибудь!

— Эгея?! — раздался вдруг возмущенный женский возглас.

Я, насколько позволяли объятия, повернула голову в сторону, откуда донесся крик. Там, уперев руки в бока, возвышалась светло-коричневая красавица с темно-зелеными волосами и изумрудными глазами.

— Ты что творишь, неверная?!

— Дора, у нее такой запах… Вот сама понюхай!

НЕ НАДО! Вторую красавицу я не переживу! Дора недобро глянула на меня, но, видно, мои глаза высказали все, что я по этому поводу думаю. Вдруг девушка облегченно улыбнулась и во весь голос закричала:

— Талик, тут к тебе гостья пришла! Говорит, что соскучилась! Иди сюда немедленно, иначе мы ее съедим!

— Дора! — возмущенно и слегка растерянно крикнула Эгея. — Дора, замолчи!

— Что за шум, а драки нет? — вынырнул из воды молодой парень с сизыми волосами, бледной кожей и стальными глазами. Увидев меня, он приветливо улыбнулся и раскрыл руки для объятий. — Здравствуй, княжна!

Эгея нехотя выпустила меня из своей бульдожьей хватки.

— Как поживаешь, красавица? — весело щебетал тем временем Талик, обнимая меня. — Опять за тобой кто-нибудь гонится?

— Угу, — кивнула я. — Две деревни каких-то непонятных тварей. В одной одни женщины, в другой — сплошь мужчины. Все как один хмурые, злые и похожи друг на друга как клоны!

— Умроки двух видов? — изумился мавка. — Вот это да! Их и одного-то вида нечасто встретишь, а два и на одной территории — это просто нонсенс! Как ты умудрилась их вывести на своих землях?

— Не знаю, они сами расплодились! — пожаловалась я на несовершенство мира.

— Этот вид нечисти просто так не появляется, — покачал головой Талик. — Здесь нужна нежеланная случайная смерть и сильное магическое возмущение двенадцатого уровня силы! А если их у тебя несколько видов, то смертей было как минимум две. Чаще всего встречаются женские особи.

Так, может, наш клиент все-таки где-то здесь обитает? Интересно, а деревня Ёптр еще жива?

— Умроки сильно опасны?

— Очень, — серьезно кивнул Талик. — Когда они созревают, то нападают на все живое в округе.

— Значит, моя деревня не выжила, — мрачно констатировала я. Жалко-то как!

— Это Ёптр-на-куличках? — уточнил Талик.

— Ага.

— О! Цела пока твоя деревня. Я только несколько часов назад подглядывал, как ее девки в речке купались. Красивые барышни! Жаль, пропадают без мужской ласки! Невест там больше, чем женихов!

— Ничего, — пробормотала я, — мои братья уже идут.

— Это лорд Венатор и Норри ванн Дерт? — внезапно оживились болотные дивы. — Они здесь?

— Да.

— Ой! А познакомишь?

— Дамы, — вздохнула я, — вы же голодные. А братишек вам скармливать не хочу.

— Да не будем мы вас есть! — отмахнулись красавицы. — Сожрать можно и кого другого, а драконы-то незаменимы!

Мне нравится их позиция!

— Так познакомишь с братьями-то?

— Только если вы их мне назад вернете целыми и невредимыми! И желательно довольными жизнью!

— Ой! Конечно-конечно! — запрыгали девушки. — Слово даем! Нам в болоте так скучно! А тут целых три дракона явились! Хоть какое-то разнообразие!

— Киморам можно верить, — кивнул Талик.

— Киморы? — переспросила я.

— Болотный народец, — кивнул мавка. — Это наши прямые родственники, можно сказать, двоюродные братья и сестры. Только киморы живут на болотистых территориях, и у них присутствуют гены земноводных, — Талик покосился на Эгею, — отчего они находят привлекательными и мужчин, и женщин. Не так ли, Эгея?

— Я думала, драконы тоже такие, — вздохнула красавица.

— Я за других индивидов не отвечаю, но сама, извини, не уродилась, — развела я руками.

Эгея внимательно посмотрела мне в глаза, долго не отводила взгляд, а затем тихо произнесла:

— А всем известно, что у тебя и жена есть.

— Есть, — призналась я, — но не супруга, а обуза. Честно говоря, подумываю, кому бы ее сбагрить в ближайшее время.

— Не врешь!.. — изумленно протянула Эгея и внезапно улыбнулась, протягивая руку. — Друзья?

— А почему бы и нет? — Я пожала ее холодную ладонь.

Рядом мгновенно нарисовалась ее ревнивая подруга. Я на всякий случай сдала назад.

— Не бойся, — хмыкнула Дора. — Ты мне больше не соперница, а значит, причинять тебе вред не вижу смысла. К тому же драконов лучше иметь в друзьях. Согласна?

На удивление рассудительная особа! Мне нравится! Рукопожатие светло-коричневой киморы было уверенным и сильным. Если бы передо мной не стояла фигуристая красавица, я бы приняла его за мужское. Но вернемся к нашей проблеме.

— Так как появляются умроки? Талик, объясни, пожалуйста, подробней.

— Ну, возможно, в этом лесу заблудилась магически одаренная девушка и погибла от несчастного случая. Ее сильное желание жить и магическое возмущение привлекают всякие сущности, которые постепенно и превращаются в умроков женского пола. Нелюди селятся в заброшенных деревнях и постепенно набираются силы, взрослеют и потом нападают. Умроки мужского пола появляются так же.

— А как их уничтожить?

— Можно сжечь, — пожал плечами мавка.

— Но они такие питательные, — прошептала одна из кимор.

— Что? — не поняла я.

— Приводи обидчиков — мы съедим твою проблему, — перевел Талик.

— А с вами ничего не случится? — испугалась я.

— Случится, — кивнули болотные дивы. — Мы потолстеем! Умроки не селятся около водоемов и болот, потому что мы единственные нелюди, которые можем ими питаться, как простой дичью. Прочие хищники их боятся.

— Но эти же поселились! — возразила я.

— Потому что у них не было выбора, — терпеливо заметила Эгея. — В этих местах больше нет иных заброшенных деревень. Оттого они и жгут костры вокруг своих стоянок. Мы можем выходить из воды на недалекое расстояние, но, увы, не можем пересечь огненный круг.

— Так вот от какого зверья они костры жгут!

— Именно, — кивнули киморы. — Так ты приведешь их нам?

— А две деревни осилите?

— Мы мавок позовем.

— Хорошо, только со мной в воду прыгнут еще братья, Ладиина и два метаморфа.

— Мы их не тронем, — решительно кивнула водно-болотная братия.

— Тогда ждите, я постараюсь мигом.

— Света, — Талик прижал руки к груди, — кажется, я тебя люблю!

Вот и правда путь к сердцу мужчины лежит через его желудок! Вдруг в моей голове раздался возмущенный Витькин крик:

«Свет! Меня убивают!»

«По какому адресу?» — насторожилась я, вылезая из воды.

«Блин, Свет, какой адрес?! Здесь темень кругом, заросли кругом и какие-то призрачные сущности во главе этих клонированных мужиков с их собаками! СВЕТ, ты же знаешь, как я СОБАК БОЮСЬ!»

«Хорошо, а в какой ты стороне?» — постаралась я выяснить направление.

«А я знаю?!» — вскинулся брат.

«Север от юга отличить не можешь?»

«Ёптр, здесь одно болото! Никаких ориентиров!»

«Болото, говоришь? Тогда прыгай в него и кричи: „Киморы, buon appetito!“»[18]

«Издеваешься?!»

«Делай! Доверься мне! Кричи!»

«А кого жрать будут? Их или меня?»

«Их!»

«О! Тогда uno momento!»[19]

Сама же обернулась к новоявленным союзникам и крикнула:

— Девочки, внимание, первый уже пошел! Только брата моего случайно не скушайте, а то я вас самих потом съем!

Тут слева от меня раздался крик. Киморы мгновенно нырнули в том направлении. Я мысленно потянулась к Норри, но тот не отвечал. Тогда я сосредоточилась на медальоне Драко и желании найти второго брата. Украшение вздрогнуло и дернулось вперед, указывая направление. И вело оно в деревню.

Я связалась с метаморфами и велела им вести женщин-умроков за собой в речку. Злыдень пообещал сделать все в лучшем виде и просил не беспокоиться по поводу исполнения, положившись на него. Судя по их внутреннему состоянию, питомцы измотаны, но пока не ранены. Где носит мою белобрысую жену, не знаю, но, надеюсь, ее ничто не сожрало. Хотя если благоверная еще сильнее испугается, то сама кого хочешь схарчит, и не только морально! А теперь займемся Норри.

Сводный брат обнаружился в самом центре села. Родич постоянно вращался волчком и расстреливал агрессоров молниями. Судя по внушительным кучкам пепла, погибли многие, но умроков смерть собратьев не останавливала. Эльфенок начинал сильно уставать и истощаться, что только еще больше подбадривало нелюдей. Кроме мужчин в деревне были теперь и женщины. Только бы эта погань дальше по лесу не разбрелась!

Я подхватила с земли внушительный сук и кинула в гущу толпы.

— Эй, болезные, нежного девичьего мясца не желаете?

От подобной наглости нелюди замерли. Норри сразу же этим воспользовался и испепелил еще пятерых. К сожалению, рядом с ним осталось еще штук сорок.

— Ты что творишь?! — возмутился брат.

— Иди ко мне, Норри!

Ушастый хмыкнул, но медленно, постоянно отстреливая молниями наиболее близких противников, стал приближаться ко мне. Умроки заворожено за всем наблюдали. Похоже, большей бессовестности они еще не встречали. Ну, так привыкайте, господа! Ум, наглость и вредность — наша фамильная черта!

И вдруг гады сорвались с места.

— Бежим! — крикнула я и понеслась к реке.

Норри почти мгновенно поравнялся со мной.

— Это и есть твой грандиозный план? — язвительно хмыкнул он.

— Просто верь мне, — через вдох отозвалась я и повернула влево.

К реке мы пойдем не по прямой траектории, чтобы нелюди увлеклись и не смогли сообразить, что к чему. Умроки вошли в азарт и не успели затормозить у края склона.

И вот мы дружным кубарем летели вниз. Во второй раз путь показался мне уже не таким тернистым. То ли с местом повезло, то ли адреналину спасибо сказать, то ли человек и вправду ко всему привыкает. А может, я так наслаждалась эмоциональным состоянием братца, что просто забыла про свое.

Изящный, грациозный эльф молча катился рядом. Лишь в голове у меня мелькали обрывки его мыслей: «Чтоб я еще… ёптр… доверился… ёптр… Свете! И гора эта… ёптр тур… камешек!.. тур… колючка! Ёптр… корень!.. турен имбарр! Мой копчик! Ай, камешек меж лопаток! Ёптр! Снова колючка! Сколько их тут?! Ой, ухо! Ё… Больно! Зараза!»

К тому же умроки, кувыркаясь за нами следом, все равно стремились догнать нас и укусить! Настроение эльфа от сего обстоятельства не улучшалось.

С шумным сочным «плясь!» мы огромным комком шлепнулись в воду. Едва черная гладь сомкнулась над нашими головами, нас подхватили чьи-то руки и стали оттаскивать прочь. Норри попытался отбиваться, но я успокоила его, что это свои. Нас с братом переправили на другой конец реки и выгрузили на берег. Там уже сидел и трясся от холода Вик, пытаясь закутаться в мокрый плащ.

— К-к-ка-ак в-водич-ка? — уточнил он.

— Прекрасно! — ядовито отозвался Норри, стаскивая верхнюю одежду и выжимая ее.

Видя плотоядный взгляд братьев, я стала осторожно пятиться к лесу, вызвавшись быть главным сборщиком хвороста. Вода в водоеме бурлила, и никто из нас не стремился смотреть в ту сторону.

«Хоз-з-зяйка? — раздались в голове приглушенные голоса догберов. — Хоз-з-зяйка? Ты где?»

«Здесь, — отозвалась я и мысленно передала зверям картинку берега. — Но мне нужно, чтобы вы прочесали лес и убили вот этих тварей». И я вновь послала им картинки умроков.

«Умроки? — изумилась Уна. — Что они з-з-здес-с-сь делают?»

«Покушаются на наши владения».

«Тогда с-с-смерть!» — единодушно кивнули мои лапушки и скрылись в лесу.

На небе занималась заря. Ну, наконец-то! А я уж думала, эта ночь никогда не кончится! Появились метаморфы с Ладииной. Девушка шла бледная и притихшая, но в целом живая и невредимая. Где-то в лесу догберы уничтожали уцелевших нелюдей.

Мокрые, голодные, поцарапанные, мы громко стучали зубами и жались друг к другу, пытаясь создать и сохранить тепло. Наши шмотки висели около костра и слегка дымились. После ночных приключений мы сидели ни живые, ни мертвые. Вот так прокатились! Все время то убегали, то по болотам шлялись, то по земле катались.

Сытые и довольные мавки и киморы повылазили из воды и весело щебетали с братьями. Правда, к костру не подходили. Братья вели себя безупречно вежливо и галантно, рассказывали смешные истории, забавляли шутками. В результате девушки были в восторге и даже пригласили братишек отдохнуть после нашей геройской эпопеи на берегу Великого озера. Мы все радостно согласились.

— Княжна, — рядом со мной присел Талик, — а ты всегда в подобные неприятности вляпываешься?

— Регулярно, — вздохнула я.

— Тогда прими вот это колечко, — Мавка протянул мне голубой перстенек. — Это печатка водного царя. Как будет грозить тебе опасность, смело прыгай в воду — мы слопаем всех твоих обидчиков!

— А что по этому поводу думает ваш владыка? — Я осторожно покосилась на предлагаемый подарок.

— Папа только согласится, — улыбнулся Талик. — Может, еще и похвалит меня за то, что я решил вопрос регулярного питания для своего народа. Бери, не бойся. Кроме царского расположения, кольцо больше никаких дополнительных смыслов не несет.

— А я не знала, что ты такой высокородный кавалер!

— Наверное, все-таки в жизни действует принцип: подобное притягивается подобным. Потому что, куда ни пойду, всюду натыкаюсь на равных. Хотя, может, это мы, мятежные принцы и принцессы, так друг на друга похожи, что все хотим приключений и ищем их на свои головы и задницы в одних и тех же местах? Скорее всего, последнее.

— Я тоже не знал сначала, что ты княжна, — хмыкнул тот. — Так что квиты!

Вдруг вода в реке забурлила, и на поверхность вынырнул очень высокий черноволосый мужчина. Огромные глаза незнакомца горели желтым огнем, кожа была словно покрыта слоем черной глины. Пришелец вышел на берег и направился ко мне.

— Приветствую тебя, княжна Драко! — глубоким баритоном поприветствовал он и легонько поклонился. — Я Норкар, владыка кимор, прошу тебя принять и от меня дар, особый знак расположения моего народа.

С этими словами он протянул мне кулон с малахитом на серебряной цепочке. Ну, хоть какое-то разнообразие!

— Отныне никакая топь и трясина не будет страшна ни тебе, ни членам твоей семьи. Мой народ радостно подставит спины под ваши ноги. И для нас будет честью расправиться с вашими врагами. Принимаешь ли ты мой скромный дар, княжна Драко?

— С удовольствием, — ответила я и склонила голову.

Владыка кимор надел на меня медальон. Я осторожно дотронулась до его плеча. Кожа Норкара была покрыта чем-то средним между черной глиной и илом. Я попыталась нащупать пальцем твердость тела, но глина размазывалась, а палец мягко уходил внутрь. Норкар плавно отстранился.

— Это и есть мои покровы, — произнес он. — Глина и ил — одни из ее составляющих.

— Насквозь не проколешь, если тебе интересно, — Эгея встала рядом с болотным владыкой. — Чуть глубже находится твердая кожа. Это так, оболочка.

— Эгея, дочь моя, разве ее светлости это интересно?

Дочь?! Это что же, еще одна принцесса на мою голову получается? А ее подружка кто? Герцогиня?

— Приятно познакомиться. — Я присела в реверансе.

— Взаимно, ваша светлость, — лукаво улыбнулась Эгея, возвращая поклон. — Будем взаимовыгодно сотрудничать.

Похоже, мне впервые в жизни удалось встретить двух адекватных женщин помимо Гвиневеры! Хотя и они со своей изюминкой оказались.

5

Если вы ущипнули себя, но видение не исчезло — ущипните видение.

Геннадий Малкин

Догберы полностью расправились с последними умроками лишь к полудню, и мы, относительно добродушные, но очень голодные, сердечно распрощавшись со всеми, выдвинулись в сторону деревни.

По пути нам опять встретились огрхи. Увидев нас, они поджали хвосты и вежливо сошли с дороги.

«Развелось тут хищников! Не продохнуть! — удалось мне услышать раздраженную мысль вожака. — И чего этим двуногим дома не сидится? Скоро самих, как щенят, сожрут!»

Живьем своих господ здешние подданные еще ни разу не видели, но слышали, наверное, много, потому что, когда Витька, подтрунивая, спросил старосту:

— Ну и какие у вас тут в деревне развлечения?

Тот простодушно ответил:

— У нас только две забавы, ваша светлость, и обе уже спят. Но, если хотите, мы их быстренько разбудим!

— Не стоит! — выдохнули братья и попросили плотный ужин.

В процессе поглощения пищи они даже на девушек не заглядывались, видно, сильно устали. Витька с Норри эстеты и любят смотреть на девушек. Легкий флирт на уровне переглядываний, подмигиваний всегда поднимал им настроение. И совсем недавно я стала понимать причины этого.

Мы с Витькой связаны крепче близнецов, мы как одно целое, но в двух ипостасях. Словно единую душу разрезали пополам, да так хитро, что в Витьке преобладают таланты прародительницы Тьмы, а во мне — Света. Некоторые наши качества одинаковы, а некоторые — диаметрально противоположны. Вместе мы гармоничное единое целое. Я подумаю — Витька сделает, и наоборот.

И если я благодаря преобладающим генам Света подпитываюсь энергией солнца, то Витьке такой способ совсем не пригоден. Тьма хитрая, коварная, соблазнительная, она питается страстью и всем, что творится под покровом ночи. Потому Витьке и нужно тепло человеческого тела. Его загулы не блажь, а необходимость. Чего не могу сказать о Норри. Вот в нем-то все гармонично, но свою драконью природу он любит отпускать на свободу.

И вот теперь два моих любимых дракона методично поглощали еду, ни на что не отвлекаясь. На нас же пришла посмотреть вся деревня. Набившись в дом старосты и держась на почтительном расстоянии от стола с продуктами, подданные внимательно следили за каждым нашим движением.

Разрумянившиеся, одетые в праздничные сарафаны девушки кокетливо жались к печке и кидали на братьев жаркие взгляды. Время от времени я слышала их шепоток и предположения, кто из них приглянулся моим шалопаям.

Витька с Норри на их дележку никак не реагировали и продолжали уплетать еду. Я наелась до отвала и теперь медитировала над полной тарелкой в том блаженном состоянии, когда желудок уже не может, но глаза еще хотят. Клонило в сон. Ночные приключения давали о себе знать.

Мужская половина деревни плотным рядком устроилась на лавках с другой стороны избы и внимательно пасла своих внучек, дочек, племяшек, а некоторые и жен. Сейчас дядьки сильно напоминали мне шпроты в банке.

На чердаке, словно мыши, копошились те добры молодцы, кому не хватило места в главной комнате. Время от времени я чувствовала на себе их заинтересованные взгляды. Ну да не каждый день доведется увидеть вблизи настоящего, живого дракона!

— А она и вправду в дракона превращается? — тихо прошептал кто-то сверху.

— Мой двоюродный брат говорит, что сам видел!

— Да врет он! — фыркнул другой мужской голос. — Он и тень свою за дракона примет!

— Большой, зеленый, зубастый! — продолжал доказывать все тот же парень.

— Все так говорят.

— Она еще черной может быть! — гнул свою линию местный эксперт по драконам.

— А в розовую не превращается? — хмыкнул скептик.

— Кал ей, не ерничай! — вдруг одернул его совершенно незнакомый баритон. — Брат Савия действительно мог видеть! У меня свояк у Тавора работал, так сегодня утром весточку прислал, что она их постоялый двор сожгла. И действительно была зеленым драконом, а когда на нее братья мечами замахнулись, то почернела.

— Это от злости, что ли?

— Да нет, боевую шкуру надела, как выразился тогда эльфийский принц.

— А чего она с ними в боевой режим перешла? Они что, не ладят? Вон с виду как мирно и сообща мясо трущат![20]

— Да ладим мы, ладим! — ворчливо отозвался Вик, подняв голову в сторону чердака. Похоже, он тоже втихую наслаждался мужским разговором. — Экспериментировали мы с Норри. Понятно?

На чердаке раздались тихие восклицания, послышалась напряженная возня, а затем воцарилась тишина. Витька заботливо подлил мне в кружку сока. Как будущую жену он меня рьяно воспитывал, но после крушения его матримониальных планов как новоиспеченную сестру — отчаянно баловал. Норри тоже относился ко мне с большим трепетом и почтением, особенно когда я готовила еду.

— И все-таки я не верю, что в такой безобидной маленькой упаковке может скрываться большой зубастый дракон! — раздался на чердаке приглушенный голос скептика. Все-таки парни не ушли. — Куда лишние килограммы деваются и откуда берутся?

А ведь действительно вопрос! Откуда? Я, честно говоря, не знаю, но после каждого превращения на меня такой жор нападает! Быка готова съесть. О! Соленые огурчики! Вкуснотища! Мм! Вот их я еще кило, наверное, с удовольствием слопаю. Странная вещь: в последнее время ем как не в себя, но только худею. Вот и теперь снова проголодалась! И это за ломящимся от угощений столом!

— Знаешь… — раздался совершенно незнакомый голос с чердака. Так, парней там, похоже, как минимум четыре. — Может, она и не выглядит грозной, но жрет, как полноценный ящер!

Я аж поперхнулась. Это кто там такой скупой? Я их тут защищаю, живота не щадя, а они мне куска хлеба жалеют!

— Слушайте, — подал голос, кажется, Савий, — а может, это морок? Может, она только прикидывается хрупкой?

— Надо пощупать, — решил кто-то из мужчин.

— Я вам дам распускать руки! — пригрозил Вик чердаку. — Я вас так пощупаю — мало не покажется!

— О, — выдохнул один из стариков. — Кажись, дракон нашими парнями заинтересовался!

— Дык они ж с ушастым вроде как по бабам мастера, — заметил другой дедок.

— А хто их знаить? — фыркнул первый. — Можа, им и мужики нравятся?

— Надо было сына в соседнюю деревню послать! — всхлипнул третий старик.

— Психи! — прошипел Вик.

— Ты лучше дочку свою спрячь! — фыркнул староста. — Это понадежней будет!

— А для княжны? — спросил кто-то из мужиков. Кто не знаю — поворачиваться к ним и выдавать себя не хотелось.

— Что для княжны? — не понял староста.

— Ну, если княжне кто из парней понравится, что делать?

— Не убудет от того счастливчика, — проворчал староста. — А вообще, мужики, если вам делать нечего, то прячьте своих детей и себя уж не забудьте.

— Ну, я старый… — протянул кто-то из сильной половины.

— А хто их, зверюг, знаить? — вставил словцо все тот же дедок. Старый провокатор! — Можа, и ты ей на что сгодишься?

— Это вряд ли. Как зверюга авторитетно заявляю.

— Да что вы квохчете?! — возмутился кто-то из мужчин. — Все равно впустую. Зачем ей ваши сынки, когда у нее шашни с оборотнем?

— Да ты что?! — навострили уши дедки.

А еще говорят, что женщины сплетницы!

— Ага, — кивнул информатор. — Поговаривают, она, как столкнулась с невестой лохматого, так всю корчму начисто спалила!

— А я всегда говорил, что, когда бабы ссорятся, мужику лучше в окопе сидеть!

— Ой! Какой там скандал был! Аж пыль столбом стояла!

— А та вторая выжила?

— Да что с зверюгой, станется! Встала, отряхнулась и пошла. Только княжне нашей все космы повыдирать обещала.

Я не поняла, это продолжение сплетни или меня об опасности предупредить забыли?

— А теперь подумайте, мужики, стала бы оборотниха угрожать нашей без причины?

— Стала бы! Эта дама все может! Она неадекватная!

— Не-а, — дружно кивнули мужики.

Протестую! Более неуравновешенной особы я еще не встречала!

— Не сопи так возмущенно! — склонился к моему уху Вик. — В женском углу эту историю в еще более животрепещущем ракурсе пересказали! Там такие подробности от очевидцев — мама дорогая, даже мне как-то неловко.

Р-р-р! Я прислушалась к женскому разговору, но там уже сменили тему.

— Ой, Галая, смотри, твой сын на княжну битый час зарится!

— Нечего ему туда смотреть! — подбоченилась мать.

— А вдруг это судьба? — мечтательно выдохнула одна из женщин.

— Какая?! — презрительно хмыкнула Талая. — От оборотня по морде получить?

— Ну а вдруг они сойдутся? — не унималась романтичная дама.

— Это кто? Мой сын с оборотнем?

— Да нет! — обиделась мечтательница. — Княжна с твоим сыном.

— Та-а-акк, — протянула разумная мамаша. — Без фантазий, девоньки!

— Но почему?! — возмутились селянки. Похоже, их на самом деле зацепила перспектива нашего с сыном этой Галаи совместного будущего.

— Вы на ее пальцы гляньте внимательно, — вздохнула Галая. — Кольца заметили?

— Ага! — загорелись деревенские барышни. — До чего же красивые! Изящные, дорогие! Один другого краше!

— Я тоже такие хочу! — капризно пискнул кто-то из них.

— А теперь обратите внимание на ее другую руку. Видите фамильный перстень Драко? Серебряный с большим темно-бордовым камнем. А рядом с ним еще одно кольцо из этого же металла с прозрачным перламутровым камнем? — Это она, наверное, про адуляр.

— Ну, видим мы все, — ворчливо отозвалась мечтательница. — Что ты этим хочешь сказать? Что твой сын ей не пара?

— А то, что испокон веков князья Драко были воинами и в поход брали только необходимое. Все свои украшения они, даже женщины-драконы, оставляли дома. Единственное, с чем не расставались, — это фамильный перстень и особо ценные артефакты. Но даже эти украшения они делали практичными. Серебряное кольцо или перстень очень хорошо помогает в драке с нечистью или нелюдями, боящимися этого металла. Из всего делаем вывод, что украшения из освященного металла принадлежат княжне. А вот золото драконы хоть и любят, но в поход берут исключительно в виде денег. А теперь подумайте: почему практичная Драко носит на пальцах так много изящных золотых колец, ведь такое количество не только в драке мешает, но и вещичка из столь мягкого металла может погнуться да испортиться?

Поразительно умная женщина! Что она делает в этой глубинке? И о драконах много, наверное, знает! Надо будет потом пообщаться. Дородные деревенские красавицы тем временем усиленно думали или честно пытались.

— Жадность? — наконец предположил кто-то.

Галая вздохнула и закатила глаза.

— Еще варианты есть?

— А может, они для нее что-то значат?

— Или обозначают, — с нажимом подчеркнула Галая, и дамы снова впали в прострацию. — Ну подумайте, что может обозначать золотое колечко, например, на безымянном пальце?

— Замужество! — озарило кого-то из девушек.

— Ай да умница моя! — язвительно похвалила женщина. — А теперь усложним вопрос: а если колец несколько?

Дамы снова задумались. Я в это время прислушалась к мужскому разговору.

— Что-то бабы наши притихли, — произнес кто-то из мужчин. — Уж не заболели ли?

— Или задумали чего?

— Чего? — язвительно хмыкнул староста. — Коллективное объединение своего мозга?

— Ну, твоя жена их на многое подбить может, — заметил кто-то из стариков.

— Галая глупостями не занимается, — отрезал староста.

Значит, эта рассудительная женщина твоя супруга? Логично, пара должна соответствовать друг другу. А ты, кажется, неглупый мужик.

Среди женщин наметилось оживление.

— Несколько мужей? — предположила все та же девушка.

— Молодец, Майя, такими темпами из тебя выйдет толк, если уже весь не вышел. А теперь думаем, девочки, какой жених может предложить золотое кольцо.

— Состоятельный! — хором ответили те. — Ну, конь и корова у него в хозяйстве точно имеются.

— Непременно! — сердечно заверила Галая. Кажется, ей даже нравилось издеваться над бедными почтенными матронами. — А сейчас прикиньте: чьи притязания княжна могла бы принять?

Дамы озадаченно моргнули. Чисто теоретически их список был бесконечным, и выбрать кого-то одного они не могли.

— В общем, так, — снова взяла слово Галая — Вон то, изящное с острым резковатым рисунком, похоже, вампирское. Второе, сходное с первым, снова вампирское.

— Два кровососа?! — ужаснулась мечтательница. — Зачем ей столько?

Для галочки! Коллекцию собираю!

— Ладно, — сдалась Галая. — Проще говоря, моему сыну нечего соваться в разборки правителей.

— Так, может, на моей Доньке ее брат женится? — предложил кто-то.

— Это который? — ядовито уточнила Галая.

— Желательно, конечно, ушастенький. Он ведь королем ельфийским когда-нибудь станет, но черненький тоже богат…

— Дамы, неужели вы еще не поняли, что женатый дракон — это оксюморон?[21]

— Что ты за женщина такая? Как что, так незнакомыми словами ругаться! — возмутились селянки и, ворча, принялись расходиться.

Интересно, каким ветром занесло такую образованную женщину в такую глушь? Только я поднялась из-за стола, чтобы спросить у нее об этом, как в избу вихрем ворвалась еще одна женщина.

— Чур, меня! Чур, меня! — затараторили под нос бабы, делая охранные знаки и еще быстрее разбегаясь по углам. — Чтоб тебя, ведьма!

Сама же нарушительница спокойствия невозмутимо прошагала к Галае и тихо спросила:

— Я ничего не пропустила?

— Нет, — безмятежно покачала головой та. — Ты их нашла?

— Нет! А где наша княжна?

— А вон, — едва заметным кивком головы указала на меня жена старосты.

Я, чтобы не стоять рядом со столом истуканом, снова села на стул и стала теребить в руках хлебушек.

— Красивая, зараза! — с улыбкой одобрила ведьма. — А через пару годков еще больше расцветет!

— И я так думаю, Айрис, — согласилась Галая.

— Но худая, — цокнула языком Айрис. — А что, вы ее на хлеб и воду посадили? Почему ее братья едят, а у нее пустая тарелка? Надо накормить беднягу, а то еще, не допусти Ведущие маги мира, с голодухи ноги протянет. Кожа да кости! Куда вы смотрите?!

— Тут Тавор предлагал создать орден по подкормке вымирающих видов.

— Однозначно вступим! — тряхнула головой женщина и решительно направилась ко мне.

Я попыталась поспешно встать и смыться во двор, но опоздала. На плечо легла твердая женская рука.

— А что это вы не кушаете, ваша светлость? — улыбнулась знахарка, осторожно убирая правую руку, а левой накладывая мне горы еды на тарелку, особенно упирая на соленые огурчики. — Вам теперь надо хорошо питаться! Мясца побольше и огурчиков соленых!

— Слышали?! — вдруг со всех сторон зашелестели восторженные женские голоса. — Ведьма сказала, что наша светлость должна есть! Неужели княжна в положении?

— Однозначно! — припечатал кто-то. — Айрис эти вещи прекрасно чует!

— А от кого?

— От оборотня, конечно! У них же с ним все шашни были!

Я аж соленым огурчиком подавилась. Даже если я буду все отрицать, мне не поверят, только еще больше укрепятся в собственном заблуждении. Ой, мама! Вот теперь я точно попала! Остается только надеяться, что новая сплетня не скоро выберется из этих болот в свет. Боюсь представить себе реакцию Мортифора, когда до него долетит сия благая весть!

«Раньше до нашего красавца дойдет счет за моральный и материальный ущерб! — ехидно напомнило левое полушарие. — И отчет о событиях в деревне! А еще хуже — взвинченная пострадавшая невеста до него доберется!»

«Ох, не к добру это!» — привычно завел свою волынку спинной мозг.

«Да, — согласилось правое полушарие. — Ничего из вышеперечисленного оборотня не обрадует!»

«Я больше за вас отдуваться не буду! — рыкнул мозжечок. — Будете извилинами шевелить!»

И во все это меня втравила Айрис. За что?! Под моим взглядом местная ведьма струхнула и попятилась.

— Вам для ускоренной трансформации эти продукты полезны! — громко сказала она, одновременно оправдываясь передо мной и пытаясь опровергнуть новую сплетню, но ситуацию было уже не спасти.

М-да, что такое не везет и как с этим бороться? Ладно, раз уж ведьма ко мне подошла, хоть пообщаемся с ней всласть!

— Вы местная знахарка?

— Да, — кивнула она. — Меня зовут Айрис. Я знаю многие травы и обладаю целительскими способностями. Но местные все равно боятся.

— Потому что темнота, — хмыкнула подошедшая Галая.

— Вы извините меня, пожалуйста, что так получилось, — вздохнула Айрис. — Я как-то не подумала. Я, правда, не хотела навредить вам. Просто увидела у вас истощение и испугалась. Вы ведь еще взрослеете, верно?

— Папа говорит, на последней стадии.

— Вам надо есть больше мясного, жирного и много минералов с водой. Не знаю почему, но именно такие продукты приходят мне в голову, когда я сканирую вас. И, кстати, вашим братьям тот же рацион будет очень кстати. Особенно лорду Венатору.

— Спасибо! — кивнул Вик, — учту. — И потянулся к куску сала.

— Можно с вами поговорить в укромном месте?

— Конечно! — кивнули женщины и вывели меня на воздух. На солнышко!

История Галаи оказалась простой и банальной как мир. Женщина действительно получала образование в престижной Дворянской академии. Обычно аристократия своих дочерей не обучает, предпочитая просто выдавать замуж. Но бывают и исключения. Некоторые бароны считают, что их красавицам образование не повредит, и тогда девочки учатся наравне с мальчиками. Тем более что мест в академиях и институтах хватает, потому как человеческий род не спешит учиться. Да и сами учебные заведения чаще всего располагаются на территориях нелюдей, что еще больше отпугивает человеческих абитуриентов.

Когда Галая была на третьем курсе, ее родители трагически погибли, не успев написать завещание. И по людским законам все наследство перешло к ее дяде Актавию. Жадная тетка не хотела, чтобы племянница получила свою долю денег. Ведь любая девушка с дипломом об окончании Дворянской академии приравнивалась в правах наследования к мужчинам, а, следовательно, могла претендовать на свою равную долю имущества.

Тогда алчные опекуны прервали обучение девушки и отправили несчастную в эту деревню к двоюродным кузенам отчима тетки. Те свалившемуся на голову «гостинцу» от дальней сомнительной родственницы не обрадовались и предложили девушку в жены любому желающему. Марк сжалился над несчастной и предложил Галае свою руку и сердце.

Сам он жил в деревне с рождения. Его отец был потомственным старостой. Семья Марка, из поколения в поколение, приторговывая на ближайших рынках, приумножала свой капитал, и парень смог получить образование в небольшой Вампирской академии. В жены он хотел умную женщину. Это и подкупило юную девушку. Как выяснилось, Галая не прогадала.

Жили они с Марком душа в душу, воспитывая троих детей. Старший сын с дочкой теперь учатся в Дворянской академии, а младшенький (тот, что на меня заглядывался) решил остаться в деревне и во всем помогать отцу.

К моему великому удивлению, через Ёптр-на-куличках проходит купеческий путь в земли вампиров! А магистраль-то на карте не обозначена! Эх, Витьки на них нет! Надо брату сказать. Объезд караванам неудобен, а через мои территории короче, безопаснее, даже, несмотря на то, что догберы сюда не забредают и караваны не охраняют, и купцам дешевле пострадать от зверья, чем от двуногих грабителей. А у меня еще и пошлина снижена!

Предприимчивые сельчане настроили на окраине деревни по всему периметру гостевые домики, которые сдают уставшим путникам. Сами строения небольшие, уютные и ничем не отличаются от простых хат. Оттого я их сначала и не заметила, приняв за чье-то жилье. Корчмы здесь не держат, но голодные путники, не желающие сами себе готовить, могут купить продукты либо готовый ужин у местных хозяюшек, которые на воротах оставляют специальные знаки.

Так что Галая прекрасно обжилась в болотистой глуши и даже стала находить в том свои прелести. Мстить гадким родственникам она отказалась.

Ведьма поселилась здесь по идеологическим соображениям. Оказывается, если выбирать между костром и изгнанием на земли Дракона, последнее является меньшим злом. Поначалу ей было жутковато, все ждала, когда объявится злобный дракон и потребует свою непомерную дань или еще чего похуже. Но шло время, никто не появлялся, и чем больше она знакомилась с местными обычаями, тем легче становилось у нее на душе. К великой иронии, селяне сами побаиваются Айрис, но жечь не спешат, а стоит кому заболеть — тут же торопятся с гостинцами и просьбами помочь.

Правда, в последнее время в окрестностях стали происходить необычные события. Началось все с того, что перестали ходить караваны, потом не вернулась пошедшая за грибами сиротка Ийя. Ее отправился искать младший брат Марка и тоже исчез.

— Когда это случилось? — мигом насторожилась я. Ведь что-то дало всем странностям начальный пинок под зад.

— Две недели назад, — грустно ответила Галая. — Марк очень расстроился. Первую неделю мы прочесывали все вокруг сутки напролет, но ничего не нашли. Теперь поиски прекратились, но Айрис еще наведывается в лес и ищет молодых.

— Тит, братишка Марка, был очень хорошим охотником, — подала голос знахарка. — Да и Ийя не могла просто так заблудиться. Она к нам прибилась еще в детстве, ее нам караванщики подбросили, когда в очередной раз к вампирам шли.

— А как вы со зверьем справляетесь, если мои догберы не часто сюда забредают? — насторожилась я. — Кто же караваны охраняет?

— Их охранники, — улыбнулась Галая. — Купцам выгоднее один раз проехать сотни километров, кишащих зверьем, чем направиться в объезд. Да и нам хорошо! И товары привезут, и бизнесу полезно, и зверье хищное лишний раз постреляют.

— А сиротка та случайно не обладала магическими способностями? — насторожилась я.

— Они у нее очень высокие были, — кивнула собеседница. — Полагаю, около двенадцатой степени. Я ее сама обучала и растила. Родители ее в деревне от болезни погибли. Караван слишком поздно до нас добрался, лихорадка глубоко пустила в них корни. Я не смогла их спасти, они уже сгорели от температуры, но Ийю я выходила. Поговаривают, в ее роду была ваша кровь.

— А Тит?

— У Тита тоже хорошие способности были. Они у меня на уроках и сдружились. В этом году пожениться собирались, да не сложилось.

— А сбежать не могли? — спросила я, по привычке проверяя все варианты. Собственно, и так уже ясно, чья смерть поспособствовала появлению умроков. Непонятно только, как они, выросшие тут, могли случайно погибнуть.

— Не могли, — печально покачала головой Галая. — У них все условия для жизни были, да и, стоило захотеть в город уехать, мы бы чем могли помогли. Всем селом.

Хорошо, с молодыми людьми разобрались. Но что-то же подтолкнуло их к случайной смерти. Ну, как можно заблудиться в родном лесу?

— А что еще за странности стали происходить?

— Собаки пропадали, волки перестали по ночам выть, и в реке наблюдалось необычное оживление, словно в ней рыба большая плескалась, а на болоте слишком часто стали видеть болотные огни.

Ну, река и болото — это, скорее всего мавки с киморами оживились, чувствуя близкую дичь, а волки и собаки — первые признаки созревания умроков. Дальше им требуется более крупная пища. Вовремя мы с ними столкнулись! Еще чуть-чуть, и не было бы у меня деревни, но зато зрел бы на западе большой геморрой.

— А до исчезновения молодых людей что-нибудь необычное было?

— Караваны перестали ходить, — напомнила Галая. — Это очень странно, потому что у вампиров как раз в это время праздники и большинство ярмарок, а более выгодного пути не найти. Раньше к этому времени штук пять где-то проходило.

— И магический фон слишком часто колебался, — добавила Айрис. — Но такое на болотах случается.

— И все?

— Да, — кивнули женщины, — больше как-то и не припомним.

Я зевнула и покачнулась. Усталость явно дала о себе знать. Веки слипались, и из всех моих желаний на первый план выползло одно: поскорее принять горизонтальное положение. Галая сразу же поняла мое состояние и любезно проводила к месту отдыха.

Мне отвели небольшой аккуратненький домик для гостей рядом с избой старосты. Братьев поблизости не наблюдалось, из чего я сделала вывод, что они либо еще трущат что-то в хате у старосты, либо решили прогуляться. А может, им тоже выделили отдельные домики. Спросить было не у кого: Галая тактично оставила меня в уединении.

Я повесила в коридоре плащ, закинула на плечо рюкзак и направилась в спальню. После утреннего купания в реке и недавнего плотного обеда все движения производились на автопилоте.

Комнатка оказалась маленькой, очень уютной и, что самое удивительное, богато убранной. Хм, а домик-то, похоже, для ВИП-персон, а не простых купцов! Староста не промах! Наши дорожные сумки кто-то пристроил на расписном сундуке около огромной высокой кровати. Возле окна на столе лежала Витькина запасная катана, а рядом оказались остальные пожитки. Значит, братья сюда вернутся. Хорошо. Когда мы вместе, возникает ощущение безопасности. Я сгрузила к прочим вещам свой рюкзак и развернулась к постели. Резкий стук в дверь застал меня на половине пути.

— Извините, — в проем просунулась рыжая голова какого-то парня. — Я к вам по делу.

— Ну что ж, проходи, — вздохнула я. — Ты извини, но я выслушаю тебя лежа.

— Ничего-ничего! — замахал руками он. — Так даже лучше.

И решительно вошел в комнатку. Примерно Витькиного роста, хорошо сложенный, юноша фигурой больше напоминал эльфа, чем простого крестьянского парня. На симпатичном лице озорно горели большие зеленые глаза. Не портили его миловидности даже веснушки.

— А вы, правда, дракон? — почему-то смутившись, спросил он.

— Правда, — зевнула я в кулак.

— Ну, тогда я готов! — бодро отрапортовал парень, вытягиваясь по стойке «смирно».

— К чему? — насторожилась я и на мгновение даже проснулась.

— Ну, как же, — растерянно развел руками юноша. — Вы дракон, я мужчина. Я жду.

— Чего? — подозрительно прищурилась я.

— Вы же дракон? — почему-то начиная злиться, спросил парень.

— Ну, допустим, — кивнула я.

— Тогда вы должны знать, что обычно драконы делают с непорочными девицами.

— А ты у нас девица? — Я склонила голову набок. Совсем недавно эта привычка появилась.

— Нет! — возмущенно отмахнулся парень. — Но и вы же не мужик!

— Тогда, может, невинный? — осведомилась я, глядя в его хитрющие глаза. Вот ни за что в это не поверю. Уж больно он моих братьев напоминает.

— Вот блин! — всерьез огорчился юноша. — А с этим-то прокол! Так что, мне идти девственников звать?

— Стой! — окончательно проснулась я.

Огр бы их побрал с этим ненавязчивым сервисом! У меня в княжестве проблемы, мир атакуют какие-то уроды, над собственной жизнью нависла угроза, ГОС все еще не сдан, дома бумер разбитый остался, пятого члена семьи все никак не найду, а они мне еще парня прислали! Я устала! У меня даже нет сил сбросить напряжение древнейшим способом! Единственное, чего я хочу, — это отдохнуть от всех и вся!

«Да, — мрачно резюмировал мозг. — Если дракон отказывается от секса, то мир действительно в дерьме!»

— Так, значит, я сгожусь? — мгновенно воспрянул духом местный пройдоха.

— Нет. У меня для тебя иное задание. Возвращайся в зал и проследи, чтобы никто меня не беспокоил ближайшие два, нет, четыре часа.

— А что вы будете делать? — заинтересовался юноша.

— Ты не поверишь, — хмыкнула я. — Спать!

Парень горестно вздохнул и побрел к двери, бормоча: «Кто этих драконов поймет!» Напоследок он обернулся и, не найдя поддержки, вышел прочь.

— Ну что там? Ну, как там? — встретил его возбужденный шепоток у порога. — Велела другого звать?

— Сказала не беспокоить, — мрачно отозвался рыжик. Ой, чую, у этого пройдохи тоже в роду драконы отметились! Жалко только, не подходит он нам!

— Значит, у нее уже есть планы, — решили парни.

— Ага, — хмыкнул мой бывший собеседник. — Здоровый сон.

— Чтоб дракон и спал? — фыркнули басовитым хором. — Да это она тебе лапши на уши навешала! Не верим!

А мне все равно! Я перевернулась на бок и уже хотела пожаловать в объятия Морфея, но сон как назло не шел. Разбудили, блин! Я улеглась на живот и уткнулась носом в подушку. Бесполезно!

Вздохнув, поднялась с кровати. Надо немного походить. Авось тело вспомнит про усталость и вырубится. Взгляд мой снова привлекла запасная Витькина катана. Я взяла японский меч в руку и сделала легкий мах. Рукоятка из акульей кожи прекрасно ложилась в ладонь и не скользила. Хороший баланс. Прекрасная вещь!

Ощущение клинка в руке подняло настроение. С детства люблю оружие, особенно метательное, но то, что теперь с таким интересом и знанием рассматриваю абсолютно непривычную мне катану, говорило о пробуждении драконьих способностей. Значит, скоро мое взросление завершится, тело придет в баланс, и я обрету полную силу. Тогда, если верить Артуру Семину, любое оружие я буду чувствовать чуть ли не на генетическом уровне. Война у меня в крови.

Вдруг мою голову посетила шальная мысль. Я перекинула меч в другую руку и принялась вращать его, постепенно раскручиваясь в танце. С катаной я танец живота еще не танцевала. Попробуем? Дракон я или нет?

На каждое движение в голове накладывался ритм, и постепенно он все возрастал и возрастал. И вот уже я просто скользила, увлекаемая музыкой.

Кажется, где-то в середине моего развлечения кто-то сорвался с крыши, жалобно затрещали кусты под аккомпанемент тихого мата. Но мне было все равно, мелодия звала и вела дальше. Это уже не начальный танец, но и не чужой. Нечто иное, завораживающее, соблазнительное и смертельно опасное. Что-то до боли знакомое. «Арршшаус Рруау», — пронеслось в моей голове. «Танец Дракона».

Согласно легендам, дракон в битве двигался, словно в танце. Столетия жизни, духовного и умственного развития, наблюдения за миром, совершенствование военного искусства родили «Арршшаус Рруау».

Искушающий танец, сопряженный с отточенной техникой убийства. Неторопливые, томные движения отвлекают внимание противника, в то время как собственный ум холоден и готов к убийству. Каждое движение, каждый поворот, пасс выверен и рассчитан до мелочей для того, чтобы нанести молниеносный смертельный удар.

Этот танец преимущество для женских особей дракона. Он убивал и более умелых противников. Его изобрели давно, а гены позаботились о том, чтобы движения навсегда остались в нашей памяти.

«Арршшаус Рруау». Много о нем не расскажешь, потому что никому еще не удалось досмотреть до конца. Идеально для него подходят полупрозрачные, летящие ткани.

Именно этот танец любила Дорвана. Она, как и я, с детства не обучалась боевым искусствам, но суровые будни вынудили ее выучить его до мелочей и усовершенствовать. Вот почему отец одобрил танцы, даже в искусстве мы научились убивать.

В дверь резко забарабанили, и клинок, еще секунду назад бывший продолжением руки, потяжелел и стал неудобным.

— Княжна, княжна, откройте! — раздался взволнованный знакомый тенор, и за дверью жалобно заскулили, заскреблись.

— Кейси?! — изумленно ахнула я, наблюдая огромного черного волка на пороге. — Что ты здесь делаешь?!

— Вас ищу, — просто ответил он. — Можно войти?

— Конечно. — Я посторонилась. — Что-то случилось?

— Ничего особенного. — Волк вошел в комнату. — Я, как только узнал вашу ситуацию, сразу же поспешил на помощь. Я был в отъезде, в иных мирах, и не сразу получил все новости. Еле нашел вас в этой глуши. Что вы здесь делаете? От Мортифора прячетесь?

— А что, есть повод? — мгновенно насторожилась я. Наш чек на круглую сумму вполне мог до него дойти.

— Ну-у, — протянул Кейсариус, — Лорд Мортифор был очень рад получить ваше пламенное послание в виде чека на круглую сумму и длинное-предлинное письмо от леди Моры. В общем, король оборотней был так рад, что пожелал лично вас увидеть и передать вам весь свой восторг.

Ясно, намек понят. Лучше мне из глубинки пока не вылезать.

— А почему он тогда меня не нашел? Остыл?

— Спасла вас, как ни странно, леди Мора. Полагаю, сама того не желая. После того как ее выкинули из ваших земель, красавица почему-то направилась к друидам. И так рьяно отстаивала там свои права, что возникли очередные политические осложнения. В общем, Мортифору временно стало не до вас.

— Ясно. Не девушка, а ходячая политическая катастрофа. На месте Мортифора я бы такую проблемную невесту еще на подходе к королевству где-нибудь в земле закопала.

— Думаю, он уже рассматривает данную идею, — задумчиво протянул Кейси.

— Кейсариус, можно вопрос? А почему Мора ехала через мои земли? Разве все оборотни не живут на одной территории?

— А что вы знаете об оборотнях? — насторожился представитель этой расы.

Ой, блин! Вот дура! Вервольфы-то о себе распространяться не любят. Полагаю, они и информацию уничтожают! Сейчас как нарвусь на лохматых киллеров!

— Мало, очень мало. Я сделала такой вывод потому, что у меня на карте больше территорий оборотней нет, а люди считают вашу расу не совсем общительной.

— И ваше умозаключение получилось верным, — вздохнул Кейси. — Раньше бы я хранил эту тайну, но так как в данный момент я в опале, то отвечу на ваш вопрос. Да, все оборотни обитают на одной территории, но клан Руфус очень ушлый и предприимчивый, поэтому содержит свои предприятия на иностранных землях, где и живет. Многие из них умеют очень хорошо маскироваться под местное население.

— Это как? — опешила я. Трудно не заметить эдакого большого, тяжеленного верзилу с неуравновешенным темпераментом.

— Руфусы немного мельче и легче представителей всех остальных кланов. Многие специально красят волосы и стараются двигаться как местные жители. Мора, например, живет на людских землях. Ее отец занимает влиятельный пост при дворе Сардинии.

— И никто не догадывается, что она оборотень?

— Если король это и знает, то предпочитает держать в секрете, так как очень задолжал ее дражайшему батюшке. А Мора сейчас официально приболела и уехала лечиться на воды.

— Сейчас — это после нашего с ней общения?

— Нет, — хмыкнул волк, — такая версия была, когда она поехала на смотрины к Мортифору. Но теперь, думаю, ей действительно не повредит поправить здоровье.

— У психолога? — ядовито поддела я. Все-таки обидела меня Мора своим поведением!

— Полагаю, травматолог ей тоже не помешает. Я прав?

— Нет, кажется, я не успела ее покалечить.

«А жаль!» — вздохнула злопамятная часть моего существа.

— Кейси, а если ее тайна раскроется?

— Это зависит от суммы, которую предложат саркам за сохранение информации. А пока оборотни не торопятся им платить, потому как надеются, что Мора выйдет-таки за Мортифора.

— А ты, к какому клану относишься?

— Я изгнанный, у меня больше нет родового имени. Моя мать была из рода Альбус, а отец человеком.

Я внимательно посмотрела на Кейси. Кто знает, может, это мой недостающий брат?

— Пить-есть хочешь?

— Было бы неплохо, — тихо признался волчара.

— Располагайся, — благодушно кивнула я и отправилась в дом старосты за едой.

Пока Кейси ел, чистился и устраивался, я незаметно взглянула на артефакты. Уровень магии двенадцатый, а вот с родством, увы, проблема. Да, если нам повезло с Ладушкой — это еще не значит, что и последний член команды явится сам.

Супругу, кстати, разместили в самом отдаленном домике, чтобы особо не действовала на нервы. Витька с Норри о чем-то серьезно беседовали со старостой. Я решила не вмешиваться, все равно узнаю, если что-то важное. И, пока Кейсариус приводил себя в порядок, достала из сумки магический фолиант и влезла на кровать королевских размеров.

— Ты извини, я сегодня плохо спала, — зевнула я, раскрывая книгу. Может, мой артефакт раздобыл сведения об оборотнях или ответы на иные вопросы?

— Могу ли я к вам присоединиться? — осторожно спросил Кейси. — Понимаете, я не привык спать на полу. Холодно. Не бойтесь, я в человека не превращусь и не обижу вас, когда вы будете отдыхать.

— Наверное, неудобно постоянно находиться в волчьем обличье?

— Я уже привык, — скорбно вздохнул зверь. — Четыре лапы еще ничего, а вот блохи совсем достали.

— Что?! — Я отползла подальше от вскочившего на постель волка.

— Да не бойтесь вы, — улыбнулся, а точнее, оскалился он. — От них я уже избавился. Что я, зря в ваш мир перемещался за специальным шампунем для домашних животных? Даже ошейник приобрел! Вот!

И он действительно продемонстрировал мне тонкий кожаный ремешок, точно такой же, как у тети-Ириного Барсика.

— Еле подобрал нужный. Продавцы фыркали: «Как будто для себя выбираете!» Так и хотелось им правду ответить!

— А не проще ли с Мортифором помириться, чем так мучиться?

— Да псих он! — окрысился Кейси. — Миледи, мой вам совет: не доверяйте Мортифору и держитесь от него подальше.

Почему-то нелестный отзыв о короле оборотней меня насторожил. Хоть мы с главным вервольфом и мало общались, но впечатление неуравновешенного он не производил. Да и Лерри вряд ли бы стал дружить с невменяемой особью. Может, Кейси не такой уж и союзник?

Волк тем временем подобрался ближе и заглянул через мое плечо в раскрытую книгу. Как назло, милый фолиант решил обрадовать меня новой информацией о лохматых трансформерах и, в частности, об их короле.

— О! — изумился Кейсариус. — Интересуетесь расой оборотней? Или только одним ее представителем? — кивнул он на изображение Мортифора.

Артефакт постарался представить житие запрашиваемого объекта как можно полнее, включая самые разнообразные, порой и очень откровенные портреты. В данном случае книга по умолчанию на самую первую страницу поместила изображение обнаженного Мортифора за минуту до трансформации. М-дя.

Я захлопнула книгу и обернулась к волку.

— Врагов нужно знать в лицо.

— Судя по картинке, и не только, — вдруг язвительно хмыкнул Кейси.

— Ты вроде спать собрался, вот и спи! — рыкнула я.

Оправдываться, что это проделки книги, а не мой личный заказ, было глупо. Во-первых, кто поверит, что вредный артефакт любит всех объектов показывать в обнаженном виде? Исходя из такой логики, он просто создан для Драконов! А во-вторых, я ведь не возражаю против настолько развернутой информации! Почему бы не полюбоваться красивыми мужчинами во всех ракурсах? Дракон я, в конце концов, или не дракон?

Может, еще на досуге досье на Арк’мент’морка и Лерри заказать? И на Кейсариуса, когда он отвернется? Надо же и мне как-то развлечься. Не все же Вику с Норри оправдывать фамильную славу. Хоть во мне и преобладают гены Света, тот, в конце концов, тоже был драконом! Вот такое я бесстыжее создание.

Волк скуксился и, хмыкнув, принялся устраиваться на кровати. Слушать его версию о Мортифоре не хотелось. Сначала надо ознакомиться с официальной и более-менее объективной информацией, а уж потом сравнивать и делать выводы.

Я снова раскрыла книгу. Кейси послушно лежал в ногах. Хорошо. Не люблю, когда мне в затылок дышат и заглядывают через плечо. Итак, приступим!

Детский портрет Мортифора Лупуса Карнификуса меня просто поразил. Румяный большеглазый карапуз радостно кому-то улыбался, прижимая к груди тряпичного мишку. Прямо купидончик эпохи Ренессанса! Даже не верится, что Морти когда-то был маленьким!

На следующей картинке уже сидел напряженный худой мальчик с грустными глазами. Его взгляд заставил меня похолодеть. Семилетние дети не смотрят с такой тоской, горечью и ненавистью. Стиснутые кулаки и никакой игрушки. Так и напрашивается эпиграф: украденное детство. Интересно, а куда делись промежуточные портреты? Я вчиталась в подписи и обомлела. Между датами двух изображений было около семи месяцев разницы! Значит, что-то заставило Мортифора расти быстрее обычного. Его детство действительно украли.

Я внимательнее вчиталась в биографию. Мортифор был третьим сыном лорда Карнификуса от графини Айвы Домини. Клан девушки не указывался. Интересно, а есть ли у оборотней вымершие линии? Я тут же поинтересовалась у лохматого друга.

Кейсариус приподнял лобастую голову с лап и сладко зевнул.

— Есть, — ответил он, наконец. — Последняя представительница Лупус Аурелиус умерла около двадцати девяти лет назад при родах. Клана Золотых волков больше не существует, и мы о нем не упоминаем. У нас принято не называть и не писать полных имен умерших предков без веской причины, потому как считается, что полное имя способно вызвать их из небытия. А впустую это делать не стоит, так как души пращуров могут стать неприкаянными призраками. — Кейсариус снова положил морду на лапы и притворился спящим.

Ладно, вернемся к нашим оборотням. Вначале лорд Карнификус Канис Дирус Лупус Интерфекториус ухаживал за леди Летой Канис Руфус Отис, но в самый последний момент женился одновременно на трех девицах! Как ему удалось обойти законы оборотней, книга умалчивала, но факт оставался фактом. Причем беспрецедентным и уникальным! Кроме Леты и вышеупомянутой Айвы у старого прохвоста была еще одна законная жена: Кара Лупус Альбус Цициди. Интересно, как младшему сыну удалось занять трон? Нет, понятно, конечно, что корона у оборотней не наследуется, а завоевывается. Но реально ли младшему сыну победить в бою двух старших?

Угу, смотрим дальше. Два прочих брата: лорд Арвэст и лорд Орис старше Мортифора всего на две недели. Родились мальчики почти одновременно. Хм. Это наводит меня на странные подозрения! Я взглянула на изображение всех троих отпрысков Карнификуса. Оба братца вымахали теми еще бутузами! Если Морти был высоким, худющим, забитым подростком, то эти двое просто дышали свежестью и силой. На голову выше и шире в плечах, сытые, откормленные, они по-хозяйски обнимали младшего, который между ними выглядел сжавшимся и напряженным. Старшие принцы хоть и были от разных матерей, но имели удивительное сходство: черноволосые, зеленоглазые с лукаво изогнутыми чувственными губами. В них уже чувствуется огонек. И как же сильно они напоминали мне Вика!

Я снова окунулась в биографию. Но там ничего не говорилось о причинах, заставивших Карнификуса жениться одновременно на трех. Умалчивалось и о старших братьях. Зато Мортифор на всех фотографиях выглядел изможденным и забитым. Он рано заинтересовался знаниями, пропадал в библиотеках, начал путешествовать по мирам, феноменально обращается с временными потоками. Надо будет взять на заметку! Очень запомнилось изображение принца в библиотеке. Тощий, хрупкий подросток скрючился над книгой и лишь на мгновение оторвался взглянуть на внезапного посетителя. В глазах страх, обреченность и какая-то мучительная решительность.

Что же заставило Мортифора так быстро повзрослеть? Дочитать я не успела, на голову, словно мешок с песком, свалился сон. Никогда так резко не отрубалась!

Передо мной вновь колыхались сумрачные тени. Холодный тронный зал. Знакомый интерьер! Что-то зачастил он мне сниться! На троне бесновалось существо в капюшоне. Их местный король, полагаю.

— Почему вы не убили Дракона?! Почему опять напали на ее кузена?!

— Милорд, — обиженно всхлипнули бестелесные сущности, которым в прошлый раз было поручено убить меня. — Милорд, лорд Венатор был в женской одежде!

— Они все были в женской одежде! — запричитал правый. — Мы с Орту изучили картинки, мы все знали! Мы управляли умроками, но драконы очень шустрые оказались!

— Почему мужчины переодеваются в женскую одежду? — вопросил левый, тот самый, который любознательный. — Чтобы привлекать самок?

— Это говорит о болезни, — пояснил Орту, пряча улыбку. — О плохой такой болезни, большом отклонении от нормы.

Все это время широкоплечий воин карающим ангелом стоял за двумя коленопреклоненными слугами.

— Так, может, подождать, когда они сами сдохнут? — предположил левый.

— НИКАКИХ ЖДАТЬ! — взревел правитель. — МНЕ ПЛЕВАТЬ, ЧЕГО ОНИ ТАМ ОДЕВАЛИСЬ ИЛИ РАЗДЕВАЛИСЬ! МАРШ ИСПОЛНЯТЬ ПРИКАЗ, ИДИОТЫ! И НЕ УМНИЧАЙТЕ, А ТО ГОЛОВЫ ОТРУБЛЮ!

Вопреки всему меня выкинуло не в спальню домика для гостей, а в другой зал. Точнее, большую библиотеку. Высокие серые стены тянутся ввысь, в окнах витражи, все вокруг роскошно и уютно. Так и хочется взять со стеллажа из красного дерева книжку и почитать, свернувшись на одном из диванчиков. Почему-то я знала, что, если захотеть, возникнет плед, в который можно будет еще уютнее укутаться, и чашка горячего чая для полного комфорта.

А какой здесь стоял аромат! Обожаю запах старинных фолиантов! В комнате он смешивался с чем-то освежающим и чем-то мягким, теплым, уютным. Я прошла между рядов устремляющихся к потолку полок с различными томами. Здесь были и магические, и простые, и очень старые. Из этого мира и из других миров. Миллионы гигабайт информации, если перевести ее на современные измерители знаний. Как успеть это все прочитать за одну жизнь? Тут же в голову пришел ответ, что время здесь течет иначе.

Я шла вдоль стеллажей, движения, казалось, не принадлежали моему телу, и обзор был иным, словно я выше ростом. Кто я? Что я? Я прислушалась к внутренним ощущениям. Да, это решительно чужое тело! И оно мужское, другой центр тяжести. Стоило мне так решить, как до меня дошли его ощущения. Он был раздражен, растерян и расстроен. Еще вчера жизнь не омрачалась ничем. Молодой красивый правитель. Власть, деньги, женщины, вино, балы.

А сегодня — на руках орущий ушастый сверток! И нет больше любимой младшей сестренки. Умерла. Попросила заботиться о малыше и скончалась. Он, конечно, дал слово, но что делать с грудными младенцами, мужчина в самом расцвете сил и возможностей не знал! Сначала попытался перепоручить его кормилицам. Однако мать короля строго-настрого запретила им приближаться к ребенку. И так как некоторые вето в эльфийской культуре не может оспорить и сам правитель, то няни не отважились пойти наперекор и отказались смотреть за драконьим отродьем.

Леди Мириал, мать Лерри, всегда была моралисткой. Поведение собственной дочери она считала в высшей степени аморальным (ходят слухи, сама же ее и отравила). Собственного внука она окрестила Норрио,[22] что означает на эльфийском «мертвый», и очень надеялась, что малыш таким и родится. Но ее мечты канули в Лету. Теперь заботливая бабушка уповала, что без еды, питья и со злым роком в имени драконыш быстрее сдохнет.

Сначала Лерри хотел оставить все как есть. Но голодный ребенок проорал всю ночь. Детская находилась по соседству с покоями правителя, и когда тот, не выдержав шума, подошел к кроватке, то увидел огромные возмущенные глаза. Большие сапфировые очи любимой сестры…

Он не смог оставить племянника умирать и сам взялся воспитывать несчастного. Но что делать с маленьким грудным ребенком? Мужчина не знал. Не сбрасывают как-то эльфийским правителям на воспитание маленьких детей! Р-р-р! С Драко должок! Первое, что сделал Лерри, — подправил имя крохи на Норриеля. Воскресающий. Пусть ему везет в переделках.

И вот теперь эльф направился сюда. За поворотом мужчина увидел бледного, тощего юношу. Скрючившись, он сидел над книгой и что-то внимательно читал. Под глазами залегли глубокие тени, на белом, почти мертвенном лице ни кровинки. Тонкие длинные пальцы аккуратно листали желтые страницы огромной старинной книги. Как, он еще жив? Лерри не первый раз встречал здесь этого мальчика. Всегда какой-то измученный и побитый, он тихо сидел в уголке и читал, читал, читал. Они с ним никогда не здоровались, но уже перешли на следующую стадию молчаливого узнавания. Иногда кивали и еле заметно улыбались друг другу. Правда, с каждым разом мальчик выглядел все старше и старше, а интервалы между встречами были удивительно маленькими!

— Мне кажется или в прошлый раз ты был младше? — вдруг не выдержал Лерри.

— Так и есть. — Уголки губ юноши еле заметно приподнялись. Голос его уже изменился, став баритоном. — Я оборотень, взрослею быстрее, когда мне грозит опасность.

— А тебе грозит?

— Братья меня не очень любят, — пожал плечами парень. — Точнее, ненавидят.

— Почему? Ты старший сын?

— Я единственный единокровный сын своего отца, — горько улыбнулся тот. — Меня зовут Мортифор Лупус Карнификус.

— Лерри ванн Дерт, — протянул руку мужчина, и в ту же секунду меня выплюнуло из его тела.

Я наблюдала со стороны, как оборотень и эльф налаживают отношения.

— Так зачем ты здесь? — Юный оборотень откинулся на спинку дивана, попивая ароматный чай.

— У меня проблема, — вздохнул Лерри и рассказал о своей беде.

— Я понимаю, что племянник дорог тебе, но мой тебе совет: придуши его в колыбели, пока не поздно, — вдруг жестко сверкнули глаза молодого мужчины. — Драконы — мерзкие, злобные, кровожадные существа, и никакое воспитание не может их изменить. Я знаю, о чем говорю, два мои старших брата — бастарды Драко. Оборотни ничем их не обижали и не оскорбляли, растили вместе со мной, но они постоянно стараются меня убить. Это не глупые детские шалости. Нет, им нравится видеть мое страдание, мою боль. Я никогда не делал им зла и долгое время пытался подружиться, но им не нужен третий в команду. Я для них лишь добыча, игрушка, и каждый день молюсь выжить.

— Я все-таки хочу попытаться, — твердо тряхнул головой Лерри. — Он сын моей сестры, в нем и моя кровь. Это мой племянник.

— Глупо так рисковать, но я все-таки уважаю твой выбор, — вздохнул Мортифор. — Стеллажи с книгами по уходу за младенцами там. Но, если хочешь, я могу показать тебе на практике, как менять пеленки.

На минуту Лерри заколебался. Видно, решал, стоит ли доверять ребенка столь радикально настроенному против драконов оборотню.

— Ты мне веришь? — Мортифор протянул руку.

Лерри тряхнул золотистыми волосами, поднялся с дивана и, взяв руку юноши, скрылся в изумрудном портале. К моему удивлению, меня потянуло вслед за ними.

Мы оказались в просторной, залитой солнечным светом комнате. Посередине стояла кроватка. В ней кричал и дрыгал ножками маленький синеглазый карапуз. Мортифор спокойно шагнул к нему. Лерри вздрогнул, но не преградил путь оборотню. Юноша тем временем подошел к кроватке и аккуратно взял ребенка на руки. Маленький Норри заорал и забился, но Мортифор принялся легонько его баюкать и что-то говорить, отчего ребенок быстро успокоился.

— Где ты научился так обращаться с детьми? — удивленно выдохнул Лерри. — У меня впервые тишина в покоях!

— Когда братья меня вконец достали, я попросился в гости к тете, а у нее трое грудных младенцев. Пришлось помогать, — улыбнулся Мортифор, осторожно перекладывая ребенка обратно в кроватку. — Давай вначале его покормим, а потом уже пеленки сменим, а то скоро по твоим апартаментам распространится характерный душок.

— Все так плохо? — насторожился правитель.

— Привыкай! — хмыкнул оборотень. — Зачаруй молоко коровы и не забудь проверить на запястье. Оно должно быть теплым, но не горячим!

Я проснулась, лежа на левом боку и прижимаясь всем телом к чему-то большому, пушистому и теплому. Ага, рядом со мной во всю длину вытянулся Кейси, пристроив свою лобастую голову мне на плечо, моя правая рука покоилась на его ребрах, я прижимала зверя к себе, как большого плюшевого мишку. Странно, я не люблю спать с игрушками. Почему же его так заграбастала?

Раскрытый фолиант неудобно уткнулся острым краем под копчик. Я так на книге все время и проспала? Позор! Чтобы я уснула за чтением, да еще таким увлекательным! Однако надо признать, выспалась я хорошо. В комнату ворвались братья.

— Это еще что такое? — изумились они, глядя на волка в моих объятиях. — Он тебя охраняет или соблазняет?

— А вы как думаете? — отозвалась я.

— Кейси, привет, — улыбнулся Норри. — Давно не виделись.

— Давно, — кивнул волк, сползая с кровати.

— Ну, здравствуй, друг блохастый! — радостно осклабился Вик, цепляя пальцем его ошейник.

— Ну, здравствуй, друг чешуйчатый, — в тон ему отозвался оборотень. — Только я уже чистый, как комнатный Барсик!

— Может, и такой же кастрированный? — поддел его Витька.

— Обижаешь! — фыркнул волк. — За такое я тебя и пометить могу! Будешь моей ходячей вешкой территории!

И Кейси демонстративно задрал заднюю лапу! Ничего себе! Наглеет, однако, наш интеллигентный друг!

— Все-все! — примирительно поднял руки лорд Венатор. — Я уже вижу, что ты очень даже мальчик!

— Я думал, у оборотней паразитов не бывает, — осторожно заметил эльф.

— У людей тоже чисто теоретически их быть не должно, но есть! — хмыкнул зверь. — Что мы, не мясо, что ли?

Да, обрадовал! А Мортифор что, тоже блохастый?! Хотя чего это я переживаю? Это Море придется разоряться на шампунь от блох, не мне!

— Свет, — обернулся ко мне Вик, — пока ты тут спала, мы разведали приблизительные причины появления умроков.

— Ага, — улыбнулся Норри. — Чуть дальше по нашей транзитной магистрали завелась какая-то магическая хрень. Первый караван в начале сезона останавливался в деревне, но вот до вампиров не дошел. И второй караван тоже не добрался. После этого купцы стали ездить в обход.

— Ты представляешь, какие мы деньги теряем?! — возмутился Вик. — Слушай, давай проверим этот маленький участочек дороги! Тут всего ничего, каких-то сто пятьдесят километров по болотам.

— А братьев когда искать будем? Если мы не выживем, нам деньги уже до голубой звезды будут!

— А если выживем, то без них нам ой как плохо будет! — в тон мне ответил мой главный казначей. — А нам еще бумер или ремонтировать, или новый покупать. Помнишь?

— Деньги не главное в жизни!

— А как же тогда люди? — мгновенно сориентировался Вик. — Неужели ты так и оставишь нашу деревню без помощи? Ведь если в скором времени через нее не наладится караванный путь, она вымрет от голода!

Уел, зараза! Вот никогда своего не упустит! Недаром я назначила его своим казначеем. Под строгим и чутким руководством предприимчивого братца финансовое положение рода Драко подозрительно быстро наладилось. А что самое обидное, хитрый гад всегда знает, какие струны моей души затронуть, чтобы добиться желаемого! Естественно, мне совесть не позволит бросить людей в беде. Но, блин, и недостающие звенья цепи надо срочно найти.

— Ладно, — сдалась я. — Решим вопрос. Тем более что я не просто спала, а нашла наших недостающих братьев. Целых двоих. Если один не подойдет, будет запасной вариант.

— И кто же это? — У Норри загорелись глаза.

— Сводные братья Мортифора, — гордо провозгласила я. — Лорд Арвэст и Орис как их там. В книге все написано. Вот!

— Миледи, — осторожно кашлянул Кейсариус, — если вы имеете в виду двух старших братьев лорда Мортифора, то они уже одиннадцать лет как мертвы.

— Как?! — опешила я, судорожно припоминая все, что было о них написано в книге. Кажется, о смерти там ничего не говорилось.

— Их убил Мортифор Лупус Карнификус, — спокойно ответил Кейси.

В глазах на мгновение потемнело. Я совсем не знала двух моих братьев, но терять их было почему-то грустно. Я представила, что это не какие-то неизвестные мне парни, а Витька или Норри, и на душе окончательно поплохело.

— Это был поединок за трон? — Я, наконец, пришла в себя.

— Нет, — мотнул головой Кейси. — Поединок состоялся позже.

Мне вспомнился сон, в котором худющий, заморенный Мортифор боролся за каждый день своей жизни. Может, мои умершие братья были не такими уж и хорошими? В конце концов, я не знаю, что там случилось. Не мне судить других. А в нынешней ситуации вообще не место и не время отвлекаться на хроники прошедших дней. Итак, как бы жестоко это ни звучало, но двух братьев можно вычеркнуть. В данный момент нужно думать о спасении нынешних братьев и собственной шкуры. Интересно, с каких пор я стала такой прагматичной? Неужели это качества дракона? Вот тебе и благородные самоотверженные создания! Ладно, об этом подумаю завтра, если выживу.

— Норри, у нас есть кандидаты на вампирских землях?

— Да, какой-то лорд Ивар-сан-Мар. Мы с Витькой уже связались с Нох-рам-Лукушем.

— Дедушка его найдет и предоставит нам тепленьким, — ухмыльнулся лорд Венатор. — Кстати, он передает тебе привет и ждет на тортик. Правда, мы зайдем?

— Мечтай, троглодит! — фыркнула я. — Еще кто-нибудь есть по дороге?

— На границе с вампирской стороны тоже деревушка с подозрительной магической активностью, — сообщил Норри.

— Это может быть и не только наш клиент, и что-то мне подсказывает, что разбираться с этим делом придется срочно, готовьтесь к отбытию, а я свяжусь с догберами и попрошу их проверить все точки на наличие умроков или иной магической гадости. Отчет пусть передают одному из нас, будем вычеркивать пустышки с карты.

— Я сплету специальное заклинание и завяжу на догберов, — предложил эльф. — Лишние точки будут вычеркиваться автоматически, а нам не надо будет отвлекаться на выслушивание докладов.

— Норри, тебе когда-нибудь говорили, что ты прелесть?

— Да, — ухмыльнулся братишка. — Ты каждый день нам с Витькой это твердишь.

— Вот и чудненько.

— Ну что, на подозрительный участок дороги? — потер руки Вик.

— Что-то мне подсказывает, что он сам нас найдет, — настиг меня очередной приступ пессимизма.

Через полчаса мы отправились в путь. На улице смеркалось, на болоте что-то зловеще чавкало, ухала сова, а четыре вредных дракона вышли на ночной промысел. Надеюсь, дикие твари нам по пути не попадутся. Все-таки не хочется портить фауну на собственной территории.

С одной стороны, староста и радовался, что мы так быстро отправились устранять проблему, с другой — сильно переживал за наше здоровье.

«Эх, мужик, — хмыкнуло левое полушарие. — Не о том печешься! Ты тварей лесных пожалей!» Если верить народной мудрости, то «столкнуться с Драко — плохая примета, а темной ночью в лесу — и вовсе неприятные последствия!»

Так как на нас четверых было только два метаморфа, то Норри пристроился мне за спину, по-хозяйски обхватив за талию и уткнувшись носом в затылок. А Ладушка села за Витькой. Кейси превращаться в человека отказался, мотивируя тем, что за ним гонятся оборотни. А чтобы нас дополнительно не нагружать, он вызвался следовать за нами по суше.

Через пять минут езды эльф уже сильнее навалился на меня, каким-то непостижимым способом пристроив свою голову на моем плече, и сладко посапывал. Вик тоже время от времени клевал носом, периодически откидываясь назад. В такие моменты Лада, пользуясь недееспособностью мужчины, пыталась его втихую полапать, что тут же будило Вика и отнюдь не прибавляло тому хорошего настроения.

Злыдень предложил трансформироваться в какое-то непонятное животное с широкой спиной. Вся форма зверя в целом чем-то здорово напоминала диван. Хм, а может, ленивец Емеля из сказки ездил не на печи, а на метаморфе?

Несмотря на то, что идея в целом была очень даже хорошей, мы ее не без сожаления отвергли. Увы, но такая форма зверя не только передвигалась медленнее, но и по болотам не ходок.

Тогда Злыдень с Чернулей трансформировались в каких-то земноводных, здорово напоминающих комодских варанов, но с крыльями, мягко оттолкнулись и взлетели. Норри судорожно дернулся и проснулся.

— Что это было? — тихо прошептал он.

— Увеличиваем скорость езды.

— А-а-а, — протянул эльф и через минуту снова засопел на моем плече.

Я оглянулась. Витька, оказывается, даже взлет проспал! М-дя. И куда делась его вестибулопатия?

«Драконы такими мелочами не страдают!» — услужливо напомнил мозг.

Значит, не одна я старею! Это радует.

Метаморф тем временем пошел на широкий парящий круг.

Я глянула вниз и удивилась: мало того, что мое зрение мгновенно перестроилось на ночное, оно еще и в сотни раз острее стало. Я теперь с легкостью видела даже мельчайшие детали на земле. Раньше такого не было!

«А хочешь, мы еще все в ИК-режиме посмотрим?» — услужливо предложил организм.

«В другой раз поэкспериментируем», — не без сожаления отвергла я идею. Сейчас надо найти и устранить основную проблему, а это лучше делать старыми проверенными методами.

«Впереди слева что-то есть», — отвлек меня от размышлений Злыдень.

Я присмотрелась. Маленькая точка внизу действительно напоминала небольшой постоялый двор. Мы ринулись туда.

Через час планирования мы оказались перед странным строением. Деревянный двухэтажный дом стоял около дороги. Вместо забора высокий, метра под два частокол. Мое воображение почему-то тут же нарисовало на его острых концах побелевшие человеческие черепа. М-дя, ну и воображеньице! Хотя, признаться честно, выглядела постройка довольно мрачно. Даже ее новенький и вполне комфортабельный вид ничем не примечательной, обыкновенной гостиницы сильно настораживал.

Особенно мне не понравилось, что по мере нашего приближения к ней она словно перемещалась по земле, то отдаляясь, то подступая, будто не могла решить, прятаться от нас или нет. Возможно, благодаря этому свойству гостинице удавалось появляться на пути усталых странников, вырезая целые караваны, и скрываться от поискового заклинания на огромные расстояния. Что он и сделал с Норри, удалившись на сто пятьдесят километров в непролазные болота. Эдакий гостеприимный домишко с зубами! Что ж, пора ему показать, что мы и сами с зубами. Приступим?

Мы спешились и встряхнулись. Ночная прохлада очень способствовала бодрому настроению. Из леса появился взмыленный Кейсариус.

— Однако! — отдышавшись, выдохнул он. — Ну и темп вы взяли!

— А ты что думал? В сказку попал? — ухмыльнулся Вик. — Пошли?

— Минутку! — остановил меня проснувшийся Норри. — Давай-ка сыграем с ними небольшую шутку!

Я почувствовала, как тонкие нити магии охватывают фигуру стоящего рядом со мной Вика, но ничего не произошло.

— И что это было? — не поняла я.

— Миленькая иллюзия, — хихикнул Вик. — Не знаю, как ты, Света, а я Норри вижу красивенькой эльфийкой.

— Точно такую же иллюзию я наложил и на Виктора, — произнес эльф. — А наш Кейси теперь симпатичный такой волкодав. Полагаю, твое взросление подходит к концу, так как магия на тебя перестает действовать. Взрослая особь неуязвима для магии и не поддается иллюзиям.

— Не понимаю! — в зевке возмутилась Лада. — Что мы тут делаем и почему эти двое в женщин превратились?

— Чтоб враги не догадались! — ухмыльнулся Вик.

Правильно! Пусть лучше нас недооценят, чем переоценят. Эльф довольно кивнул, наши метаморфы превратились в обычных, но очень худых и заморенных лошадей. Ну, враги, трепещите: мы идем!

Внутри постоялый двор, несмотря на новизну, выглядел несколько заброшенным. Стены из какого-то темного красного дерева, приглушенный свет и мрачный упитанный хозяин у барной стойки. Сам субъект здорово смахивал на старого хряка, даже нижние зубы, словно клыки, проглядывали из-под губы. В углу у столика копошилась тощая, заморенная официантка. Бледная кожа, синяки под глазами и тоже как-то странно оттопырена нижняя губа. Это еще что за вид нелюдей?!

«Они б еще табличку „Мы не лопари“ повесили!» — мрачно прошипел в голове Норри.

«А что это такое?» — одновременно поинтересовались мы с Витькой.

«Вид нечисти, который питается кровью, мясом и костным мозгом. Очень сильные и агрессивные. Появляются в местах, где есть магические возмущения, но обычно их создают колдуны. Лопарей боятся даже вампиры. Уж больно они непредсказуемые».

«Прекрасно! Мы тоже не мягкие и пушистые!» — мысленно рыкнул Вик, но со стороны это выглядело как кокетливый взмах ресницами. Они и в жизни у него потрясающе длинные, густые и подкрученные, а у иллюзии интересно какие?

«Офигенные, — мысленно ответил Норри. — Наша Вика — знойная красотка!»

«Ты тоже ничего, Норриелия, — промурлыкал Вик. — Особенно мне нравится твоя душа третьего размера!»

«Я не поняла, мы лопарям морды бить пришли или соблазнять?»

«На месте разберемся», — шаловливо подмигнул мне Витька.

— Чего-нибудь желаете? — прорычал хозяин корчмы.

— Да, — улыбнулся Норри, беря инициативу в свои руки. — Комнату на четверых, и позаботьтесь о наших измученных лошадях и собаке.

Главный лопарь довольно кивнул и прокаркал:

— Пять золотых.

— Что?! — подскочил от возмущения Вик. — Это же форменный грабеж!

— Плати, — еле слышно прошипел Норри.

— И не подумаю! — тихо огрызнулся брат. — Ты их расценки слышал? Чтоб я заплатил за то, чтоб мне мое же здоровье тут попортили!

Лопарь хмуро наблюдал за нашими препирательствами.

— Если не нравится цена, ночуйте на улице, — выдал он. — На болоте нынче тепло.

— Нет-нет, — поспешно вскинула руки я. — Нам все нравится. Вика, плати.

— Свет, ты в своем уме? Тебя случайно бешеная собака по имени Расточительство не покусала?!

«Не переживай, мы вернем, — попыталась я успокоить расстроенного казначея. — Считай, мы ему на время ссудили».

«Угу, — мстительно прищурился Вик, запуская руку за монетами за пазуху. Со стороны, думаю, это смотрелось так, будто девушка запустила руку в корсаж. Смею также предположить, это выглядело очень сексуально, так как хрупкий тощий юноша, подглядывающий из кухни, чуть ли не слюни пускал. Наверное, у Вика тоже душа третьего размера, если не больше. — Я с него эти деньги вместе с процентами и его шкурой сдеру! Р-р-р!»

Корчмарь принял деньги и ухмыльнулся так, что показались внушительные нижние клыки. Видно, забылся от радости. Я оглянулась на Вика и увидела, как по лицу братишки пошла рябь. М-дя, в ближайшее время ему опасно ходить в налоговую инспекцию, еще расстроится и трансформируется в дракона, вот будет активный рабочий день для госслужащих. Лопарь тем временем крикнул того самого тощего юношу и велел ему проводить нас в комнату, а позже позаботиться о лошадях.

Тот охотно выскочил из укрытия, едва ли не облизываясь, и, подхватив все наше имущество, рванул вверх по лестнице. Причем в процессе подъема он старательно пытался не упускать из поля зрения Витьку.

— Окосеешь, болезный, — прошипел под нос парень.

— Что? — радостно отозвался пацан, надеясь, что разговор продолжится.

— Я говорю, погода хорошая, — хищно улыбнулся Вик.

— Да-да! — жарко поддержал его наш портье. — А хотите прогуляться со мной под луной?

— Непременно, — кивнул Вик и буркнул под нос: — Ты будешь вторым, с кого я шкуру спущу!

— Думаю, наша сестра Виктория немного устала, — Норри положил руку на плечо провожатого. — Полагаю, она прогуляется с вами в другой раз.

Парень сначала сник, а затем смерил иллюзорную грудь Норри и уточнил:

— А вы тоже устали?

— Мы все устали! — рявкнула Лада. — А если ты не оценишь мою грудь, я тебя на ленточки порежу!

— У вас она тоже ничего, — пролепетал опешивший юнец и, внеся наш багаж в комнатку, торопливо вышел, напоследок бросив: — Ужин будет через пять минут.

— Интересно, — ухмыльнулась я, когда дверь закрылась, — мы на этом ужине гости или блюдо?

— Через пять минут узнаем, — философски пожал плечами Вик.

— Убогая комнатушка! — вынесла свой вердикт Лада. А я уж переживала, что мы давно ее жалоб не слышали! — И почему я с вами тут торчу, вместо того чтобы сидеть дома и кушать с золотых тарелок?

— Ты опять замуж хотела, — напомнил Вик. — Забыла?

— И сейчас хочу! — заныла Лада, садясь на узкую жесткую койку.

Всего коек было три. Одна чуть шире, видно, двухместная, но с большой натяжкой, и еще две категории «хуже некуда».

— Предлагаю разыграть роль жертв, — подал голос Норри.

— Зачем? — не поняла Ладиина.

— Для интереса, — подмигнул ей Вик.

Мы заказали ужин в номер, попросили забрать посуду утром. Посидели где-то полчаса для приличия и, погасив свет, распределились по кроватям, притворяясь спящими. Неизвестность будоражила, успокаивало только то, что с нашими метаморфами Кейси. Если что, он им поможет. Почему-то вредность предложила у входа расставить охотничий капкан, который я когда-то забрала как трофей после встречи с умдырями и неизвестно по какой причине взяла в дорогу эту милую, полезную в хозяйстве вещь. Братья мою идею поддержали не столько из вредности, сколько из желания избавиться от этой бандуры. Кто, вы думаете, тягал эту железяку на своем горбу всю дорогу? Уж не я, конечно.

Где-то через полчаса за дверью послышался жалобный скрип половицы. Через минуту скрип повторился, словно за дверью кто-то переминался с ноги на ногу. Судя по весу, это тот самый «влюбленный» юноша. Один. Он либо застенчив, либо кого-то ждет. Мы переглянулись, проверяя готовность друг друга.

Робкая рука легла с той стороны на дверную ручку, и та медленно повернулась, в следующую секунду дверь приотворилась. В комнату на цыпочках вошел наш носильщик. Ишь вежливый какой! Даже разбудить боится! Дверь он плотненько за собой прикрыл. Щелкнул какой-то механизм. Ага, значит, решил в одиночку с нами разобраться? Напрасно!

Тем временем наш злоумышленник сделал в нашу сторону шаг — и настал звездный час капкана.

— Ёптр турен имбарр! — огласил комнату сдавленный стон.

— Итак, наш милый зубастый извращенец, что ты забыл в комнате тихих, беззащитных девушек? — елейным тоном уточнил Вик, вставая с кровати и поправляя иллюзорную грудь. Судя по его жесту, она у Витьки действительно немалого размера.

Если капкан на входе сначала и охладил парня, то теперь он, похоже, быстро приходил в себя, так как проследил за Витькиными руками горящим голодным взглядом. Интересно, а ему такая большая холодная штучка на ноге не мешает? Конечность не болит?

— Я сын корчмаря, — произнес он. — Если вы снимете с моей ноги эту штуку и добровольно приласкаете, то ваша смерть будет не столь мучительной. Мы вас просто убьем, а потом сварим в котле и съедим.

Вот и ответ на мой вопрос. Похоже, для лопарей капкан любви не помеха.

— Что ж, — ухмыльнулся Вик, хищно подходя к жертве, Пока не подозревающей подвоха, — мы тебя приласкаем. Так приласкаем, что ты на всю жизнь запомнишь!

— Милый противный мальчик, — Норри ущипнул лопаря за пятую точку.

— Ай! — дернулся бедняга. — Больно!

— Конечно, — улыбнулся Вик. — Желание клиента закон!

— Погодите! — опешил малыш. — Я не хочу боли!

— Поздно! — хищно осклабились братья и кинулись на несчастного. К чести лопыренка, тот оказался очень проворным и тут же запрыгнул на потолок вместе с нашим капканом.

— Папа, помоги! — во все горло заорал он оттуда. — Меня насилуют!

— Ишь размечтался! — фыркнула Ладиина, демонстративно отворачиваясь от парня.

А вот криков мы не могли допустить! Я схватила со стола кувшин с водой и запустила в сидящего на потолке парня. Тот, зараза, увернулся, но замолчал.

— А может, договоримся? — жалобно произнес он, переползая ближе к окну.

Э нет! Так не пойдет! Витька с Норри поняли меня с полумысли и встали спиной к окну, обнажив оружие. Правильно. Третий этаж, как говорит нам наш опыт, совсем не помеха для экстренного выхода. Мы и сами драпать будем через него. Юный лопарь наши намерения понял и осторожно отполз назад.

— Так как насчет договора? — робко повторил он.

— Э нет! — ухмыльнулся Норри, снимая иллюзию. — Ты у нас такой аппетитный мальчик!

— Да ты что! — огрызнулась я. — Щуплый и ненаваристый! И костями вон гремит больше, чем капканом.

— Суп будет потом, — Вик, с которого тоже сошла иллюзия, томно потянулся. — Так как насчет прогулки под луной, шалун?

— Я-я-я н-немного обознался, — побледнел лопарь, пытаясь удержаться на потолке.

— Это твои проблемы, — мурлыкнул лорд Венатор, на которого напало издевательски-игривое настроение. — Нас ты устраиваешь!

— Ты уверен? — хмыкнула я. — У вашего избранника какой-то болезненный вид. Весь красно-зеленый. Не поймешь, то ли злится, то ли его сейчас вырвет.

— Вряд ли это их остановит! — мстительно пропела Лада.

— Мама! — закричал юный злоумышленник и попытался вырваться в окно.

Но там его встретила жаркими объятиями Ладушка. Напрасно несчастный понадеялся на женскую слабость и хрупкость. Наша красавица слона на скаку остановит и хобот ему оторвет. Что уж говорить о маленьком хрупком лопаре? Правда, в самый последний момент ему удалось-таки вырваться. Оставив в Ладиининых руках куртку и рубашку, он снова взлетел на потолок.

— Капкан верни, клептоман! — разозлилась я.

— Я не вор! — вдруг обиделся лопарь. — Ваша вещь сама на меня набросилась!

— Действительно клептоман, — согласился Вик. — Но такой душка!

И с этими словами он послал нашей жертве воздушный поцелуй. Нелюдь вздрогнул и отполз подальше. Гоняли мы парня по потолку боевой тростью Норри. Естественно, в процессе малыш, похоже, вопил от восторга и звал отца с друзьями разделить его радость. Но механизм запора сыграл с юным лопарем злую шутку — и помощь в нашу комнату пробиться не могла. В какой-то момент нам удалось-таки поймать нашу шуструю жертву, связать и заткнуть рот.

— И что дальше? — хмыкнула, отдышавшись, Лада.

За дверью бушевали лопари. Судя по ляманту,[23] их там было довольно-таки много.

— Предлагаю поджечь таверну. Только надо это сделать очень быстро, чтобы жертвы не разбежались.

— В таком случае сначала нам надо смыться отсюда, — заметил Вик.

— Да нет проблем! — фыркнул Норри и направился к окну. Вот что значит семейные инстинкты!

— Adios,[24] пупсик! — Напоследок Витька потрепал лопаря по голове.

Мы покидали таверну традиционным способом. Что-что, а так сматываться мы уже прекрасно умеем! Осторожно прошли по карнизу в сторону конюшен. Хорошо, что в этом мире архитектурная планировка одинаковая, у таверны с конюшней крыша единая.

Внизу бесновались родственнички загубленного лопаренка. Ну, почти загубленного. Мы ему нервы малость потрепали и где-то литр кровушки выпили. Главное — тихо пройти. Мы уже почти благополучно миновали крышу, когда Лада нечаянно оступилась. Несколько маленьких камушков с грохотом сорвались вниз. Новый звук тут же привлек внимание врага.

— Вот они! — заорал хозяин корчмы. — Убейте маленькую! Она здесь заводила! Убейте — и все дела!!!

Угу! Сейчас я тут буду стоять и ждать, когда меня на фиг уничтожат! Размечтались! И вообще, почему сразу я? Мучили Витька с Норри, я только капкан подложила. Что за несправедливость?!

— Норри, поджигай эту шарашку, мы уходим!

Я мысленно позвала метаморфов, а сводный братец метнул в сторону обидчиков здоровенный огненный шар…

6

Дороги на самом деле не ремонтируют, а только перемещают дорожные ямы, чтобы водителю было труднее запомнить их.

Херб Шрайнер

Так шустро мы еще никогда не убегали. Норри поджег фаерболом таверну и испепелил большинство лопарей. Это плюс. Минусом стало то, что уцелевшие жертвы возжелали разорвать нас на куски и теперь методично преследовали по ночному лесу. Злыдень с Чернулей, обернувшись мною и Виком, некоторое время пытались привлечь внимание нечисти к себе, но после того, как метаморфы завели часть преследователей в болото, лопари сообразили о подвохе и вернулись к первоначальной цели. Раньше такая верность меня бы порадовала, но не теперь.

К сожалению, твари в болотной жиже не тонули, а после экстренного купания их отношение к нам еще больше ухудшилось. Норри отстреливался фаерболами как мог, но при таком количестве врагов даже сильный маг не успевает вовремя восстановиться. Мы попытались их зарубить, но лопари оказались удивительно живучими и даже с отсеченными руками и ногами продолжали нападать. Молчу уже об их живущих собственной жизнью конечностях. Вот умеем же мы довести врагов! Может, эта какая-то наследственная черта?

Итак, самым рациональным на данный момент выходом из ситуации было очень даже резво бежать по болотистому лесу. Кочки, кусты, какие-то колючки больше не являлись существенным препятствием.

— Еще пару минут такого аллюра, и я взлечу! — прошипел Вик.

— Надо менять семейную концепцию, — покаялась я. — Нельзя же все время уходить от проблемы! Если бы бегство спасало от смерти, заяц был бы бессмертным!

— Давай обдумаем это, когда убежим от тех, — оборвал меня Норри и, подхватив за руку, ускорился.

Пару минут мы мчались рядом, поддерживая друг друга, затем Норри на секунду выпустил мою руку, чтобы смахнуть с мокрой от пота щеки прилипшую прядь, и моя нога попала в какой-то глубокий провал. Я потеряла равновесие, упала, и земля подо мной обвалилась.

— Света! — успел испуганно крикнуть эльф, а я уже на максимальной скорости скользила по почти отвесному склону вниз, краем глаза заметив, как в мою сторону прыгнул Вик, первым сориентировавшись в ситуации и опередив остолбеневшего от неожиданности Норри.

Конец горки или чего там еще, по чему я так удачно съезжала, заканчивался трамплином, что, увы, выяснилось эмпирическим путем. Меня подбросило в воздух. К сожалению, закона тяготения никто не отменял, и тело потянуло вниз. В ужасе я приготовилась к грандиозному буму, вот только с землей не встретилась, а приземлилась на что-то теплое, но, к сожалению, твердое. Правда, мое колено попало во что-то мягкое. Сдавленное рычащее ругательство и недовольное шевеление подо мной выдало живое существо. Постаравшись сфокусировать зрение, я присмотрелась к амортизатору моего падения.

— Мортифор?! — ошарашено выдала я, лежа на мужчине. — Что ты здесь делаешь?!

Ухо оборотня дернулось, улавливая какие-то звуки. И он резко крутнулся, прижимая меня к земле, а сам нависая сверху. В ту же секунду на него свалился Вик.

— Ёптр турен имбарр! Какая скотина забетонировала лесные дорожки?! — выразил свои мысли по данному поводу брат, — Мортифор?!

Вервольф прикусил губу, но промолчал. И тут же на него и Витьку свалилось второе тело — не менее расстроенного эльфа. Мортифор надо мной не шелохнулся. Только чуть-чуть вниз наклонился, словно на него свалилось не сто пятьдесят кило суммарного веса, а какое-то недоразумение. Боюсь, если бы Морти не заслонил меня собой, мой позвоночник не выдержал бы этого. Я взглянула на оборотня. Бедняга. Полагаю, ему здорово досталось. И только я так подумала, как на всю кучу-малу свалилась еще и Ладиина!

— Господа, — простонал король оборотней, — ну вы и кони!

— Это у Светы кость тяжелая! — оправдалась Лада, не спеша слазить с парней.

— Правда? — насмешливо протянул Лупус Карнификус, небрежно стряхивая с себя лишний груз. — Ни за что не догадался бы! А что вы здесь делаете?

— То же самое мы у тебя хотели спросить, — отозвался Норри.

— Я тут гуляю.

— НОЧЬЮ НА БОЛОТЕ?! — в который раз поразилась я.

— Ладно, — рыкнул Мортифор. — Я тут врага выслеживаю. Кейсариусом зовут. Не знаете такого? За вами хвостиком почему-то шляется! А вы что тут делаете?

— А мы с лопарями разбираемся.

— Убегая от них? — язвительно хмыкнул оборотень.

Не обращая на нас внимания, Норри навострил уши и пробормотал под нос какое-то заковыристое ругательство. Слух у эльфов, как и у оборотней, крайне чуткий. В этом я успела убедиться во время нашего последнего крестового похода.

— Сматываемся, — вклинился юный ванн Дерт. — Они идут!

Мортифор непроизвольно брезгливо поморщился.

— У каждого додика своя методика, — обиделась я и вскочила на ноги.

— Нечего критиковать наш способ решать проблемы! Может, это наша новая тактика — изматывать врагов длительными пробежками.

— Они близко? — уточнил Вик.

— Они уже здесь! — раздался ехидный голос.

Мы обернулись и обомлели. Небрежно отряхивая несуществующие пылинки со своих длинных черно-белых одеяний, стояла троица знакомых сарков, перекрывая путь к отступлению. Самый высокий и тощий — Артамин Извергулович, если я правильно помню. Их руководитель, всегда вежливый и галантный, но свое дело знает и без мыла в любые щели влезет! Носатый — Лихтеншант Хобса — что-то вроде журналиста, вот только врет, как дышит. А толстенький и маленький, Астормах, заведует финансовой частью, за прибыль не убоится сразиться и с самим драконом. Впрочем, сам дракон тоже не прочь схлестнуться с ним за кровную копейку с гонорара. А потому сарк каждый день ставит свечку за то, чтобы Витьку где-нибудь в подворотне прихлопнули.

— Вас еще не хватало! — простонал лорд Венатор.

— Вот видишь, Астормах, — простодушно улыбнулся высокий. — Что я тебе говорил? Они уже по нам соскучились!

— А где ребенок? — вдруг спохватился носатый.

— Тут, — буркнул пухлячок и извлек из-за спины робкого худенького юношу в длинном черно-белом балахоне.

Тот глянул на нас исподлобья и смущенно покраснел. Даже не верится, что сарки могут быть такими!

— Знакомься, стажер, — ткнул парня в плечо Лихтеншант Хобса. — Вот это — ДРАКОНЫ. Вон та, самая маленькая и безобидная с виду, — самая опасная, так как стоит ее обидеть, и получишь сразу не одного злого дракона, а троих!

— И сейчас все трое заняты! — хором сообщили мы и попытались обойти профессиональных акул ипподрома и тотализаторов.

— Куда это вы все собрались на ночь глядя? — прищурился пухлячок.

— А интервью кто давать будет? — возмутился носатый, раскрывая вездесущий блокнот. А я уж беспокоилась, что он его забыл где-нибудь!

— Контракт тот же. Если хотите, подпишем сейчас, — поспешно сориентировался Артамин Извергулович.

— Позже! — отмахнулся Вик.

— Ух, ты! — обрадовались те, изрядно удивившись. — Так, может, и договор пересмотрим? Зачем вам пятьдесят процентов?

— Правильно, — кивнул Вик. — Нам нужно девяносто, но торговаться будем позже. А сейчас до свидания.

— Ну, уж нет! — возмутился Лихтеншант, слюнявя карандаш. — Мы не для того столько по этим кошмарным вонючим болотам слонялись, чтобы только с вами поздороваться!

— Но, согласись, — ущипнул носатого за локоть самый высокий, — оно того стоило! Ты только взгляни на них. — Он указал на нас с Морти. — Ну разве они не прелесть? Скажите, а чья была идея назначить свидание ночью на болоте и в самой опасной части Клыкастого материка? Кто из вас настолько романтичен?

Меня прямо передернуло от данной мысли. Если это романтика, то я злобный психованный дракон!

— Мы спешим!

— Молодые люди, вот только не надо ваших пустых отговорок! — замахал руками пухленький. — Мы и так за вами полстраны гонялись! Даже на болото последовали. Ну и выбрали же вы местечко для прогулок!

— Они уже близко! — прошептал Норри, испуганно оглядываясь на лес.

— Кто? — оживились сарки. — Вы кого-то ожидаете?

Тут из ближайших кустов появились взмыленные метаморфы, плавно перетекая из человеческой формы в гигантских запряженных варанов. Я кинулась им навстречу, как заправский джигит, с ходу вскакивая в седло. Норри тут же пристроился за спиной. Витька с Ладой оседлали Чернулю. В то же мгновение из кустов появился первый лопарь. Норри рефлекторно среагировал фаерболом. Преследователь осел кучкой серого пепла. Со всех сторон уже были отчетливо слышны треск, рык и топот. Ночной лес просто шевелился.

— Ёптр турен имбарр! — Мортифор по звукам оценил количество лопарей.

— А то мы не знали! — фыркнул Норри. — Ну что, дядя Морти, драпаешь с нами?

— Какое драпать?! — возмутились сарки, отнюдь не впечатленные первым лопарем. — А интервью кто давать будет?

— Можете к ним обратиться, — предложил Вик, величественным жестом указывая на троих гадов, первыми выскочивших из леса.

Сарки покосились на активно продвигающихся к нам пришельцев и побледнели.

— Что это за хрень такая? — спросил самый пухленький, безошибочно определив по голодному взгляду хищников, что те успели включить его в свой ужин.

— Плотоядная! — ухмыльнулся кузен и обернулся к Мортифору. — Ну так что, Морти? Одобряешь наш метод или будешь сражаться?

— Иди в задницу! — огрызнулся оборотень и испепелил троих, медленно отступая вместе с нами.

— Да куда угодно, лишь бы подальше отсюда! — рыкнул Вик, глядя, как из зарослей появляются новые.

Норри с Мортифором стреляли в них уже по очереди. Очень, кстати, слаженно и единодушно.

— А можно тоже с вами в задницу? — встрепенулся стажер, двигаясь вместе с нами.

Ха! А малыш перспективный! Умеет оценить опасность и вовремя сориентироваться по обстоятельствам!

— Стажер, мы уже в ж… — поэтично выразился носатый, покровительственно хлопая его по плечу и шаря по одежде. Явно карманный портал ищет.

Злыдень тем временем тихенько обошел озадаченных сарков и настойчиво крался в лес.

— Когда я сюда трудоустраивался, мне не говорили, что придется работать в таких нервных условиях! — истерично взвыл пухлячок, тоже лихорадочно ощупывая свою мантию.

— Астормах, это же драконы! — фыркнул Лихтеншант. — Пора бы уже и привыкнуть, что у них каждый день — ЧП!

— Эй, герои, — окликнул их Виктор. — Будете и дальше там рефлектировать или побежите с нами? Айда наперегонки до вампирской границы?

— Там нас папа ждет с арбалетами на изготовку, — вклинилась Лада.

— Надеюсь, не по вам стрелять будет? — испугались сарки.

— На его месте я бы пристрелил, — тихо пропыхтел пухлячок. — Меньше проблем было бы.

— И доходов у нас тоже! — дал ему подзатыльник самый высокий.

Лопарей уже было больше, чем фаерболов у Мортифора и Норри. Сарки это мигом оценили и подобрали полы длинных одеяний.

— В какой хоть стороне эта ваша граница? — проворчал пухлячок, судорожно оглядываясь.

— За мной! — бросил Мортифор и помчался через лес напролом.

Надо признать, бегущий оборотень — завораживающее зрелище. До сегодняшнего дня я, наверное, просто не понимала, что человеческий облик — это всего лишь форма. Ловкость, сила и скорость остаются в любой трансформации. Мортифор легко и быстро скользил по лесу, словно это были не непролазные заросли, а банкетный зал. Иногда казалось, что деревья сами расступались перед ним, пропуская вперед. Вервольф мчался так спокойно и непринужденно, без особых усилий выдерживая темп метаморфов, что я не могла не удивиться.

«Лес — стихия оборотней, — раздался в голове голос Норри. — Им даже лошади не нужны. Они одна из самых быстроходных рас».

«А сарки тоже быстроходные?» — спросила я у брата, кивая на наших знакомых, ничуть от нас не отстававших.

«Спишем это на внезапно открывшиеся способности, подкрепленные хорошим стимулом», — озадаченно пробормотал Норри.

С нами поравнялся Артамин Извергулович.

— Княжна, — на удивление ровным для такого шустрого аллюра голосом начал он, — мы приносим свои извинения. Действительно, были не правы, сейчас мы уйдем телепортом и не будем мешать вам драпа… то есть разбираться со своими проблемами, но знайте, что мы за интервью обязательно вернемся, поэтому выкроите, пожалуйста, для нас немного времени в вашем графике. Мое почтение! — Он нащупал-таки телепорт на своей мантии и исчез в голубом сиянии.

— С вами был Лихтеншант Хобса с самыми правдивыми и достоверными сведениями прямо из горячей точки, где драконы вместе с Мортифором плечом к плечу доблестно сражаются с какими-то голодными, противными и очень быстро бегающими тварями, — раздалось у меня над ухом бормотание носатого, который прямо на бегу умудрялся строчить что-то в блокноте. В следующую секунду сарк исчез в голубом свечении.

— Мы с тобой еще обсудим последний пункт договора! — пригрозил Вику пухлячок и активировал портал.

— Передай привет средненькой дочке! — крикнул ему вслед кузен.

— Светлана, — вдруг повернул ко мне голову Мортифор, — пока есть возможность, хочу вас предупредить: не доверяйте Кейсариусу. Он далеко не нежный и благородный принц.

— Забавно, он о вас тоже высокого мнения. Далеко еще до границы?

— Восемьдесят километров.

— А успеем? — осведомился Виктор, оглядываясь назад. Лопари практически не отставали, наоборот, наращивали темп. — Свет, не хочешь полетать и поплевать огнем?

А то не хочу! Конечно, хочу спастись! Я попыталась сосредоточиться на своих ощущениях, выискивая в душе отвечающую за дракона часть, но внутри царила пустота. Сердце заполнило разочарование и ощущение полного бессилия. Я постаралась, насколько это возможно при такой езде, выпрямиться, закрыла глаза и вновь мысленно вызвала внутри себя моего дракона.

— Ветка! — раздался истошный крик Витьки, и меня что-то с силой хлестнуло по лицу, выбивая из седла и рук растерявшегося Норри.

Тело мгновенно получило сигнал сгруппироваться, чтобы относительно безопасно приземлиться после падения. В последний момент мне это удалось. Теперь надо пару раз перекатиться. Пока кости целы. Повезло. И в ту же секунду я почувствовала свободное падение вниз. Блин! Да что ж меня сегодня роняют и роняют! Следом за мной полетели сухие листья и палки. Мама родная! А в этот раз я во что вляпалась?

Яма представляла собой конус, который завершался какой-то шахтой. От страха мне не удалось как следует затормозить, поэтому тело на всей скорости влетело в эту самую каменную шахту. Ход был квадратным, довольно тесным и уходил вниз где-то под углом в шестьдесят градусов. При этом он был неровным и постоянно вилял. Очень некстати вспомнились водные горки аквапарка.

Я постаралась ногами и руками прекратить скольжение, но куда там. Только ладони ободрала о каменные стены, которые через несколько метров стали удивительно гладкими и отполированными, что еще сильнее ухудшило процесс остановки. Серебряные каблуки высекли пару искр, но ни за что не зацепились.

В какой-то момент меня выкинуло в чуть более свободное пространство, но спуск не прекратился, а, наоборот, продолжился под более крутым и отвесным углом. Наконец стены стали вновь немного шероховатыми; и в последний момент мне удалось резко выкинуть в стороны руки и ноги, проехаться еще метра три, превозмогая боль, и наконец-то затормозить. Хорошо, что темно и я не знаю, что стало с моими ладонями. От боли захотелось выть.

Я посмотрела вверх. Напрасно. Из-за неровностей ходов, по которым я проехалась, ночного света не было видно. Точнее, вокруг был равномерный мрак, хоть глаз выколи. Если учесть, сколько и на какой скорости я скользила, то обратный путь вряд ли одолею. Ладони жгло и саднило, ноги-руки тоже болели, напряженные мышцы, при помощи которых я держалась в проходе, стали меленько подрагивать, вдобавок ко всему голова раскололась на два воинственно настроенных полюса. А глубоко внутри поселился страх. Я не знаю, что будет дальше. Не знаю, как отсюда выбраться, не знаю, что там внизу. И, боги, как же я хочу жить!

«Норри, Вик, вы где?» — мысленно позвала я братьев.

«Мы тут с лопарями. А ты где?!» — спросили они.

«Не знаю, ход какой-то или вентиляционная шахта. Как выбраться, не знаю!»

«Подожди немного, к нам сейчас Оох-рам-Лукуш подойдет. Может, он чем поможет».

«Валяйте, мне все равно ничего другого не остается!»

Где-то через пять минут, которые мне показались вечностью, в голове раздался еще один озадаченный голос:

«Свет, ты где?»

«А если б я знала!»

«Маршрут вспомнишь?»

«Чего, падения? Только на чисто бытовом уровне».

«Это каком?» — заинтересовался вампиреныш.

«Ж-ж-ж, бум, шмяк. Ж-ж-ж, бум, шмяк. Потом бум, бум, шмяк и еще пару раз шмяк, шмяк, бум. Ну что? Информативно?»

«Вполне, — раздался на удивление спокойный голос вампира. — Кажется, ты попала в чью-то гробницу. Точнее, в ее вентиляционную шахту».

«На моей территории ведь нет гробниц вампиров!» — возмутилась я.

«Лучше пусть это будет нелегальная гробница вампиров, чем что-нибудь еще! — осторожно вмешался Вик. — Плюс в таком случае мы сдерем с нарушителей штраф и двойную аренду на ближайшую тысячу лет с последующим повышением до тройной».

«Вик, ничего, что твоя сестра подвисла, как паук, в какой-то шахте в неизвестно скольких метрах от земли и с перспективой свободного падения?!» — разозлилась я, пытаясь подавить страх. Почему-то я очень сомневалась, что все будет хорошо.

«Конечно, я за тебя волнуюсь! — возмутился тот. — Но надо же мне как-то отвлечься от переживаний!»

Моя нога предательски соскользнула. Я подалась вперед, ударилась плечом и уперлась им в каменную стенку шахты, попутно стараясь найти свободной ногой дополнительную точку опоры.

«Ребята, делайте что хотите, но достаньте меня отсюда!» — заорала я, чувствуя, как подкатывает истерика.

«Ты только не волнуйся!»

«Не волноваться?! Да я паникую, блин!»

«А вот этого делать нельзя! — вклинился Норри. — Если ты не сдержишь своих эмоций и от испуга превратишься в дракона в шахте или в гробнице, то задохнешься и погибнешь!»

«Норри, скотина! Кто тебя утешать учил?!»

От подобной перспективы пульс подскочил, а ладони вспотели. Тело и так уже порядком устало. В конце концов, я не гимнастка в цирке и даже не акробатка находиться так долго в подвешенном состоянии в прямом и в переносном смысле.

«Ребята, кто за мной лезет?»

«Чисто теоретически я», — отозвался Оох-рам-Лукуш.

«А почему теоретически?»

«Потому, что я не могу придумать, как это сделать практически и не свалиться тебе на голову».

«Чудно. Думай быстрее, у меня уже мышцы устали».

Да. То ли еще было, будет еще хуже! И в эту секунду моя вторая нога соскользнула, и, потеряв равновесие, я полетела вниз.

«Хозяйка! — обиженно взвыла правая половинка мозга. — Зачем ты так подумала?! Сглазила!»

«Необъяснимо, но факт!» — вздохнула левая половина.

«Спасайся, кто может!» — заорал спинной мозг.

От испуга пульс еще сильнее подскочил, и в то же мгновение из глубин моей души стало подниматься нечто темное и древнее.

«Нет! Нет! Только не сейчас! Нам нельзя!» — заорал инстинкт самосохранения.

«Держи его, Света! — заорало левое полушарие. — Не давай вырваться на свободу!»

Время на миг остановилось и замедлилось. Сознание стало восприниматься огромным океаном, на глубине которого жил и плавал мой внутренний зверь, и теперь он оказался у самой поверхности. Если он вынырнет — я превращусь в дракона. Если погрузится обратно — я останусь человеком. Вопрос: как его загнать на дно?

«Думай о хорошем! — взвизгнула интуиция. — Не смей бояться!»

И тут я приземлилась. В какой-то момент мне показалось, что мозг подпрыгнул и перекувыркнулся в голове. Опасность миновала. Зверь рыкнул и ушел на глубину. Адреналин схлынул, и вот тут-то пришла адская боль. Захотелось выть и кричать, но притом сделать это молча, так как голова просто раскалывалась. Я попыталась пошевелить пальцами рук и ног. Каждое движение давалось с трудом, но тело пока меня слушалось. Значит, каким-то чудом мышцы и кости уцелели. Стало поташнивать. Плохо. Очень плохо. Неужели сотрясение мозга?

«Правая, левая, вы как?»

Ответа не последовало. Блин!

«Не паникуй! — прошипели где-то слева. — Лучше полежи немного, дай нам прийти в себя».

Да, не вовремя я вздумала учиться летать! Как мне воевать и мир спасать в таком состоянии? А ведь еще и бегать, и скакать на лошади, и драться надо. А у меня нынче одно желание: лечь и чтобы никто не трогал. А экзамен как сдать, если у меня с головой проблемы?

«Пока нет, но, если будешь продолжать в том же духе, появятся! — пригрозило левое полушарие. — Прекращай паниковать! Где твой оптимизм?»

«А что хорошего? — вздохнуло правое полушарие. — Лежим в какой-то темной, глубокой яме, и никто нас спасать не собирается. Наверху лопари, проблемы и еще раз проблемы».

«Ну, по крайней мере, мы спустились. Это радует», — попытался заикнуться природный оптимизм.

«А впереди — неизвестность!» — припечатала правая половина мозга.

Это пугает. Ладно. Я перевернулась на живот и осторожно встала. Интуиция подсказывала убраться с этого места, потому как если Оох-рам-Лукуш поскользнется, то упадет прямо на меня, а это я могу и не пережить. Кстати о вампиреныше.

«Лука, ты как там? Идешь мне на выручку?»

«А ты еще жива?» — робко уточнил он.

Он что, надеется, что я здесь копыта откинула и нет необходимости лезть в тесную неуютную дыру? Не дождется!

«Нет, это с тобой мой призрак разговаривает!» — разозлилась я, и в голове тут же отдалось мучительной болью.

Не в силах сдержать стон, я прислонилась к стеночке. От слетевшего с губ звука голова разболелась еще сильнее. Значит, будем страдать молча.

«С тобой все в порядке?» — раздался озабоченный и встревоженный голос Вика.

«Не тошнит? Голова не кружится? — внес свою лепту Норри. — В обморок не падала?»

«В обморок нет, но в остальном чувствую себя на букву „ха“, и это не „хорошо“».

«Тебе срочно нужна медицинская помощь! — встрял вампир. — Поброди по гробнице, поищи хозяина».

«Ты уверен, что это хорошая идея? А если хозяин, вместо того чтобы помочь, решит меня съесть? Или добить, чтоб не мучилась? Вдруг здесь все-таки не вампиры живут, а какие-нибудь иные твари?»

«Для сотрясения мозга ты рассуждаешь слишком здраво!» — облегченно вздохнул Норри.

«Это не значит, что меня не нужно спасать!» — забеспокоилась я.

«Давай так, — произнес Оох-рам-Лукуш. — Норри сейчас попытается подлечить тебя на расстоянии, а потом ты пойдешь искать хозяев, а я тем временем придумаю, как спуститься».

«Хорошо, но учти: если я встречусь здесь с какой-нибудь дрянью или превращусь в мумию, ты будешь первым, за кем я вернусь с того света!»

«Заметано!» — отозвался тот.

«Свет, присядь ненадолго», — посоветовал Норри.

Я последовала его инструкциям и закрыла глаза. По-честному, хотелось лечь и поспать, но что-то подсказывало этого не делать. Где-то пять минут ничего не происходило, а потом боль стала постепенно утихать. В голове прояснялось, а мышцы прекращали ныть. Даже какой-то заряд бодрости появился.

«Все! — отрапортовал Норри. — Иди».

«И да пребудет с тобой сила!» — передразнила я рыцарей джедаев и поднялась на ноги.

Чувствовала я себя на порядок лучше. Итак, говорите, хозяина поискать? Что ж, надеюсь, мы переживем встречу друг с другом. Я огляделась. Зрение тут же перестроилось на ночное видение, поэтому я более-менее сносно смогла рассмотреть маленькое квадратное помещение, в которое попала. Напротив меня чернел проход. Что ж, все равно делать нечего. Двигаясь по стеночке, я пошла туда.

Удивительно, но планировкой постройка очень напоминала древнеегипетские гробницы. Все-таки пригодился мне зачетный доклад по Древнему Египту на экзамене по мировой художественной культуре. Так, если я не ошибаюсь, то впереди должна быть более просторная комната. Ага, значит, это все-таки гробница кого-то из вампиров. Интересно, если я найду хозяина, он покажет мне выход? Но пока во всех комнатах было пусто. Наконец впереди затрепетал огонек. Я пошла на него и через пару комнат оказалась в хорошо освещенном зале.

В самом центре помещения сидели трое мужчин и азартно резались в карты, попивая вино. Один из них выигрывал, а двое других очень даже эмоционально проигрывали. Вначале мое появление никто не заметил. Но вот ближайший ко мне потянулся за вином, залить печаль, и обнаружил, что сосуд опустел. В поисках новой бутылки он поднял голову и увидел меня.

— О! Девушка! — заворожено произнес он, разглядывая меня своими миндалевидными, причудливо скошенными глазами.

Я в свою очередь с интересом смотрела на первого в моей жизни вампира с темно-синими глазами. В его черные косички по всей длине были вплетены синие ленты различных оттенков, что еще больше подчеркивало цвет глаз, которые у вампиров обычно черные или темно-коричневые. Кожа данного индивида тоже отличалась от общепринятых стандартов и вместо бронзового оттенка была мраморно-белой, что ему очень шло.

— Брось, Касандр! — фыркнул второй вампир, сгребая к себе выигрыш. — У нас нет времени выслушивать твои фантазии!

Третий вампир повернул ко мне голову и тоже удивленно замер. А я в свою очередь лицезрела второго в своей жизни необычного вампира. Его кожа, как и у Касандра, отливала серебром, но глаза были темно-бордовыми, и такие же ленты вились в переплетениях волос, отчего возникал эффект мелирования.

— Нет, Ивар, он не грезит, — растерянно пробормотал Бордовый.

— Ивар-сан-Мар? — удивилась я. Кажется, этот везучий вампир кандидат в нашу пятерку.

— Вы меня знаете? — растерянно отозвался третий нелюдь, бросая карточный выигрыш и выходя из-за стола. Он с интересом окинул меня взглядом, подходя ближе, а моя челюсть снова отпала.

Последний индивид оказался самым необычным представителем своей расы из всех, что мне когда-либо доводилось видеть. Даже по сравнению с двумя предыдущими. Находясь от него на довольно-таки большом расстоянии, я сначала заметила только густые черные волосы, в которые по всей длине были вплетены золотые бусины. При его приближении я заметила, что расположение украшений имеет определенный порядок, и они складываются в замысловатый узор, будто кто-то небрежно накинул на его голову золотую сетку, образующую на макушке рисунок солнышка, лучи которого расходились по всей длине волос и заканчивались крупными каплевидными подвесками.

Но прическа была лишь слабой попыткой подчеркнуть расплавленное золото его глаз! Они действительно были золотыми! Не желтыми, не янтарными, не светло-карими, а цвета расплавленного золота. Кожа его тоже обладала приятным золотистым оттенком и, казалось, светилась изнутри. Такою солнечного чуда среди народа ночи я еще не встречала!

— Девушка! — пришел в себя Синий, подходя ближе ко мне. — Вы все-таки не сон!

— Мы вас сейчас очень рады видеть! — улыбнулся во все тридцать три Бордовый, обнажая довольно длинные клыки. — Мы такие бедные, одинокие вампиры!

И только Ивар-сан-Мар молча смотрел на меня, пытаясь прочесть мои мысли. Я физически ощущала его тревогу.

— Так откуда вы меня знаете? — повторил он.

— Да какая разница? — прошипел Касандр, обнимая меня за талию. — К нам в гробницу заглянула такая симпатичная девушка!

Я мягко вывернулась из объятий опьяневшего Синего и решила на всякий случай предупредить:

— Уважаемый, не будите во мне зверя.

— А кто он у вас? — сразу же заинтересовался Бордовый. — Летучая мышка? Кошечка?

— Хомячок! — прыснул в кулак Синий. — Но мы его не боимся!

— А если мой хомячок весит три тонны, летает и плюется огнем? Не страшно? — полюбопытствовала я.

С тех пор как Нох-рам-Лукуш официально признал наше родство, на вампирской территории дракону объявлена всеобщая амнистия, а нарушение указа о моей защите и неприкосновенности карается смертью. Надеюсь, эти гаврики о новом законе слышали.

— Не-а, — активно замотал головой Синий, отвечая то ли на мой вопрос, то ли на мои мысли.

Похоже, винные пары добрались-таки до юного здорового организма, и с каждой минутой парень пьянел все сильнее и сильнее.

— Нет, — повторил Синий. — По твоему описанию это не хомячок, а дракон получается! А это невозможно! — И пьяненько так захихикал.

— Это почему же?! — возмутилась я.

— Потому, что единственный дракон женского пола сейчас возится с моей женой. А рядом с тобой я ее не наблюдаю!

Так это что, мужья Ладиины?! Или только один из них?

— Леди, кто вы? — твердо повторил Ивар, пытливо глядя на меня.

— Считайте меня хозяйкой, которая пришла взять с вас квартплату, — улыбнулась я. — Эта гробница расположена на моей территории!

— Так ты и в самом деле дракон?! — поразился Касандр.

— А вы первый муж Ладушки?

— Нет, — быстро протрезвел бедняга. — Я второй! Касандр-рам-Дар, тот несчастный, что не успел вовремя закопаться и исполнил супружеские обязанности.

— И что в этом плохого? — не поняла я.

— За тридцать часов общения она достала меня до печенок, — вздохнул тот. — Даже во время любовных утех литр крови выпила!

— Что говорить обо мне? Я общаюсь с ней гораздо дольше!

— А я первый муж достопочтенной леди Ладиины, если не считать вас, — протянул мне руку Бордовый. — Фарт. Точнее, Фарт-рам-Ром.

— Светлана Александровна Балаур. — Я пожала его руку. — Княжна Драко.

— Ивар-сан-Мар, — с улыбкой поклонился Золотой.

— Третий Ладушкин супруг? — спросила я.

— Нет, — раздался спокойный голос за моей спиной. — Третий муж — это я. Лорд Дарт-сан-Мар к вашим услугам.

— Map? — Мозг зацепился за последнюю часть имени.

Насколько я знаю, у вампиров оно строится в соответствии с определенными законами. На первом месте само имя, далее приставка «рам» и следующее за ним название клана. — Вы родственники?

— Двоюродные братья, — улыбнулся Ивар.

Что ж, кузен Золотого тоже оказался уникальной личностью! Если один был солнцем, то второго можно смело назвать луной. Загар Дарта был холодного бронзового оттенка с каким-то жемчужным мерцанием, а глаза — серебристо-серыми! В черных волосах почти такой же, как у Ивара, рисунок, только из серебряных бусин. Да! Нох-рам-Лукуш хорошо позаботился о своей дочери! Такой гарем ей составил! Я так залюбовалась мужчинами, что не сразу обратила внимание на необычную приставку «сан» перед названием клана. Раньше я такой не встречала.

— Это значит, что мы — полукровки, — прочитал мои мысли Ивар.

— А какая вторая часть? — Во мне внезапно проснулся дух исследователя.

— Эльфийская, — улыбнулись братья.

Вот только клыки у них были очень даже вампирские.

— Я так понимаю, эти доблестные мужи скрываются от своей благоверной. Но вы что тут делаете? — обернулась я к Ивару. — Моральная поддержка?

— Я кандидат в ее четвертые мужья, — понурил голову юноша.

— Как? — опешила я. Насколько знаю, Нох-рам-Лукуш не искал для Лады новую жертву.

— О! — усмехнулся Ивар. — Если б ваш род был бы не столь чистокровным, а отец таким же амбициозным, как мой, вы бы не задавали таких наивных вопросов.

— А мой родитель задолжал правителю крупную сумму, вот только расплачиваюсь за это я, — вступил в диалог Фарт. — А вот что вас вынудило так себе жизнь испортить? Непонятно!

— Моя женитьба — маленькое недоразумение, — вздохнула я.

— Э нет! — возмутился Касандр. — Недоразумение — это когда я сказал батюшке, что лучше сдохну, чем женюсь, а мне дали по ушам и женили.

— Ну, тогда неудачное стечение обстоятельств.

— Неудачное стечение обстоятельств — это по глупости оставить своего папашу на пятнадцать минут с правителем, — горько отозвался кузен Ивара. — Этого оказалось достаточно, чтобы они обо всем договорились!

— В любом случае я пострадавшая сторона! — рыкнула я. — Вот что бывает, когда вовремя не появишься в собственном мире, а подданные не знают твоей половой принадлежности!

— А! — понимающе протянули мужчины. — Сочувствуем, брат, то есть сестра. Слушай, а если ты не по этим делам, то как же вы с ней ладите?

— А никак! — вздохнула я. — Она меня все пилит и пилит!

— Вдвойне сочувствуем! — выдохнул Касандр. — Мы с нее хоть супружеский долг стребовать можем, а ты вообще ни за что страдаешь!

— Слушайте, братцы, а вылезайте вы из этой гробницы дней через пятнадцать, отвлеките ее хоть на пару дней. Как коллег по несчастью прошу.

— Не! — испуганно замахала руками сильная половина зубастого народа. — Столько не продержимся.

— Слушай, а ты, кажется, с суккубами в родстве? — встрепенулся Касандр. — Может, их припашешь?

— Угу! — хмыкнул Ивар. — Ты мне покажи того психа, который согласится взять в жены вампиршу! Это только мы отечественный продукт поддерживаем.

— И то в последнее время на иностранных красавиц заглядываемся, — заметил Дарт.

— А если осужденных заключенных заставить жениться на вампиршах? — встрепенулся Фарт.

— Преступность у суккубов и так практически отсутствует, а с таким законом вообще исчезнет! — отрезал Ивар.

— Я и к ним обращусь, и к вам! Ну, пожалуйста, ну очень надо!

— Так, может, поделим обязанности? — встрепенулся Фарт. — Ивар женится на Ладе, каждый из нас с ней по дню проводит, а вы забираете ее на выходные.

— Слушайте, Фарт, а у вас случайно сарков в роду не водилось? — прищурилась я.

— Бабушка была, — сознался вампир. — А как вы догадались?

— Ну, если учесть, что в неделе семь дней и три из них вы выделили на наше с Ладой общение, то считайте это женской интуицией. А по поводу вашего предложения — ничего не выйдет!

— Конечно, не выйдет! — возмутился Ивар. — Я не хочу жениться! Мне еще жить и жить!

— И не женись. Пусть эти трое хитрецов с Ладушкой по два дня побудут. А я, как самая слабая и беззащитная, так уж и быть, испорчу себе воскресенья.

— А в вашем роду сарков не наблюдалось? — подозрительно покосился на меня Фарт.

— Она же чистокровный дракон! — просветил друга Дарт. — От ее брата даже сарки плачут!

— Так, может, согласитесь на мои условия, а? А то Вика натравлю!

— Не надо! — дружно встрепенулись мужчины.

— Смилуйся над нами, кровопийца! — взмолился Касандр. — Она же невыносима!

— От такого же и слышу! — парировала я. Теперь я очень понимаю мужчин, которым не повезло с женой.

— А может, ты ей еще одного мужа найдешь? — с надеждой посмотрел на меня Дарт.

— А лучше еще двух! — поднял вверх палец Фарт. — Тогда мы сможем мучиться с ней по одному дню, а в воскресенье коллективно прятаться в пирамиде. Вино, девочки… А для вас, княжна, мы бассейн, сауну, массаж организуем. Согласны?

«Свет? — внезапно раздался в голове голос Вика. — Ты там еще жива?»

«А как ты думаешь?»

«Раз язвишь — значит, пока в норме, — спокойно отозвался брат. — К тебе тут Оох-рам-Лукуш лезет».

«Погодите, не торопитесь».

«Так ты все-таки нашла хозяина? Он тебя на поверхность доставит?»

«Сейчас спрошу».

— Ребята, а вы меня из гробницы выведете?

— Да, конечно, — кивнул Касандр. — Только Ладе не говорите, где мы. Хорошо?

— У вас пятнадцать дней, — жестко напомнила я. — А потом я вас сдам как стеклотару.

— Души у вас нет! — всхлипнул Фарт. — А еще, говорят, женщины гуманны!

— Я не женщина, я — дракон! — отмахнулась я.

«Свет, — вновь связался со мной Вик. — У нас тут плохие новости. Этого загадочного Ивара наш прапрадедушка нигде найти не может! Как сквозь землю провалился!»

«Знаю».

«Откуда?!»

«Я его нашла. Под землей».

«Он еще жив?»

— Нет, я умер! — тряхнул головой Ивар, вклиниваясь в наш разговор. — Я лучше повешусь, чем на ней женюсь!

— Вас для меня искали, — призналась я.

Вампир удивленно уставился на меня.

— Для вас?! Так, значит, я погорячился, спрятавшись здесь? Но, право же, я не понимаю, зачем вам какой-то полукровка, когда самые чистокровные лорды мира готовы услужить?

На миг я задумалась. А что ему ответить? Что экзотики захотелось? Не поверит. Я уже почти год в рейтинге самых нестандартных драконов Геи. Что замуж хочу?

От последней мысли мой внутренний зверь аж поперхнулся и закашлялся. «Да-а, — протянуло левое полушарие, — тут, натурально, соврать не получится!»

А даже если и получится быть убедительной, то вряд ли кто поверит. Ни для кого не секрет, что за год пребывания на Гее меня интересовало все, кроме последней темы. Битва, экономика, оружие, магия, география мира, политика, этикет. Наверное, драконы какие-то неправильные, но белое неудобное платье и замордованный ушастый принц у алтаря в моих планах не значились. Смею предположить, Витька с Норри о подобной перспективе также не задумывались.

Что касается моего слишком примерного для дракона поведения, то тут, видно, сказывается преобладание генов правильного дракона Света. Мы с Виком — близнецы-антиподы. Если раньше в потомках Сумрака гены Света и Тьмы в основном находились в равновесии, то у нас с братом они резко разделились по полюсам. Что-то у нас общее, но чаще то, чего нет у меня, с лихвой преобладает в Вике. И наоборот. И если кузену любовные похождения нужны, чтобы набирать энергию, и любовь при этом необязательна, то мне, увы, нужна последняя. Иначе не интересно. Удовольствие не то.

Да и общение с Мишей, признаюсь, не прошло бесследно. И вроде полгода прошло после расставания, вроде успокоилось сердце, но все равно что-то мешает. Наверное, потому, что чувства не проходят моментально, по крайней мере, у меня. Иногда жалею, что во мне преобладают гены Света. Тьма проще относится к чувствам и легче воспринимает мир. Вот только хорошо ли это?

Ну да ладно, оставим философию. Что Ивару ответить? Сказать, что братиков ищу для воссоединения семейства? Что хочу предоставить им законные равные права?

«На мучительную смерть! — хрюкнуло левое полушарие. — Князем быть, конечно, хорошо, но не Драко. Это факт!»

Ага, а если он слышал про проклятие, то я его отсюда ни за какие коврижки не выманю. Что же сказать?

— Мне говорили, в вас есть капелька драконьей крови. Вот и интересно было на вас посмотреть.

— Очень многие в этом мире имеют толику драконьей крови, — спокойно заметил Ивар.

— Но в вас, мне сказали, ее половина, как и в Норри. Хотелось бы собрать всех родственников в кучу.

— Чтобы пойти громить Ведущих магов мира? — хмыкнул вампир. — Увы и ах, но во мне нет драконьей крови. При всей моей непонятной симпатии к приключениям я ничем не могу помочь.

— И все-таки я хочу лишний раз проверить! — Эх, жалко, нет у меня с собой амулетов изучить это солнышко на профпригодность! — Вдруг вы струсили и сейчас мне вдохновенно врете?

— Я никогда не лгу! — возмутилось золотое чудо. — Даже если мне это выгодно!

— Не верю!

— Хорошо, — хмыкнул он. — Я вижу, вам необходима медицинская помощь.

— Да, — призналась я, в открытую потирая виски. — Ваша вентиляционная шахта очень некстати вырыта посреди дороги!

— Чего?! — возмутился Касандр. — Какая дорога?! Там же болота и непролазные кустарники кругом!

— Ну, думаю, теперь там после наших с лопарями пробежек очень даже ровная вытоптанная дорожка.

— Психи! — возмутился Фарт.

— О! Кстати, только что со мной связался Вик и требует штраф за размещение шахты в общественном месте!

— Какое общественное место?! — возмущенно подпрыгнул Фарт. Похоже, гены сарков все еще оставались сильными. — Когда мы строили, то даже в кошмарах предположить не могли, что по тому бурелому и топям кому-то вздумается гулять!

— Похоже, дракон — средство повышенной проходимости, — мрачно резюмировал Дарт.

— Ладно, — отмахнулся Ивар, — со штрафами и санкциями позже разберемся. — И снова повернулся ко мне. — Вы знаете, как действуют целительские способности вампиров?

«Они основаны на магии крови, — вдруг раздался в голове голос Оох-рам-Лукуша. — Я слышал весь ваш диалог. Позволь этому юноше тебя исцелить. В процессе он раскроется — и ты все узнаешь!»

— Так вы разрешаете мне вам помочь?

— Да.

Тонкие холодные пальцы легли на лоб. Боль, головокружение и тошнота тут же отступили. По всему телу разлилась приятная истома, несущая за собой легкость и тепло. Жить сразу стало легче. Хм, как я еще так долго в таком состоянии продержалась? Наверное, это свойство драконов акцентироваться на первостепенных задачах, потому как, стоило встретить вампиров и столкнуться с проблемой, собственное самочувствие отошло на второй план. Главное было — найти решение.

Вот только никакого родства с Иваром я не почувствовала. Как это определить?!

— А я уже определил, — спокойно отозвался Ивар. — У нас с вами нет общей крови.

— Что, совсем-совсем? — огорчилась я.

— Ни малейшей, — покачал головой вампир. — А теперь позвольте мне проводить вас к выходу. — И, галантно предложив свою руку, повел меня прочь.

Шагая по коридорам гробницы, я внимательно всматривалась в его лицо. Как жаль, что врожденное чувство правды решило в этот раз уснуть. Я не знала, доверять ему или нет.

— У меня нет причин вам врать, — спокойно ответил на мои терзания проводник. — Скорее всего отец уже подписал с Нох-рам-Лукушем брачный контракт, и, став четвертым мужем, я автоматически попаду под вашу власть.

— Что?

— Ваш брак с Ладииной — односторонний. Ее приемный отец барон Каракурт, заключая союз, ничуть не заботился о благополучии дочери, и потому вы являетесь ее полноправным властелином и хозяином всего ее имущества, в том числе и нас. Вы можете распоряжаться нами по своему усмотрению.

— То есть? — не поняла я.

— Можете делать с нами все, что захотите, — спокойно пояснил Ивар. — Мы ваша собственность. Отбирая нас для леди Лады, ваш прапрадедушка очень старался учесть и ваши вкусы. Иногда мне даже казалось, что он больше пекся о ваших интересах, чем о Ладушкиных.

— Офигеть! — сползла по стеночке я. Они что, намекают мне, что у меня не только жена есть, но и целый ее гарем? — Значит, я могла приказать вам выйти из пирамиды — и вы бы вышли?

— Конечно, — кивнул Ивар. — Но забавно было с вами поторговаться, раз вы не знали своих прав.

Возьму на заметку. У вампиров, если ты не знаешь своих возможностей, никто тебе не подскажет. Какая милая раса!

— Я тебя сейчас задушу! — рыкнула я.

— Пожалуйста, — кивнул Ивар и встал передо мной на колени. Для моего удобства он даже волосы от шеи откинул. От чего я окончательно обалдела. — Я только об одном вас попрошу: не разводитесь с Ладииной.

— Что?!

В какой дурдом я попала?! Что это за парад психов?!

— Как я уже сказал, вы в браке с Ладииной главная. И, если она будет нас обижать, вы единственная сможете встать на нашу защиту. Ну а мы в первую очередь обязаны подчиняться вам, а уж потом Ладе.

— Нет! Гарем вы мне не навяжете!

— Пожалуйста! — взмолился юноша, хватаясь за полы моей накидки. — Если вы разведетесь, она нам всю душу вытрясет.

— Но почему ваш брак неравный?

— Равные браки — большая редкость. Они чаще всего у простолюдинов встречаются. Односторонние браки очень выгодны для того, кто в нем главный. А Нох-рам-Лукуш никогда не упустит своей выгоды. А здесь еще он о вас с собственной дочерью заботился. Мало ли для чего мы вам пригодимся? А мы будем очень хорошими подчиненными, даю слово!

Ну, прапрадедушка! Ну, аферист! Это он так позаботился о том, чтобы я в этот гадючник не влезла! Втихаря втравил!

«Он же правитель! — заступилось за предка левое полушарие. — А вековые инстинкты так просто не исчезают!»

«Да и мальчики ничего! — благосклонно заметила правая половинка. — С таким гаремом мы быстро пойдем на эмоциональную поправку!»

— То есть теперь мне никак не выдать Ладу за кого-то равного по власти и богатству и не сбагрить ее на веки вечные? — огорчилась я. — Кто же согласится, если все ее мужья ко мне в подчинение попадают?

— Ну почему же, — пожал плечами Ивар. — Если вам все-таки повезет найти такого добровольца, то вы можете выдать замуж нашу Ладу. Но мы тогда официально перейдем к вам. Там в брачном контракте пунктик такой есть. Я пока с собратьями по несчастью сидел, его вдоль и поперек изучил.

— И где, блин, выгода? Избавлюсь от одной — получу сразу четверых!

— Зато мы спокойные и покладистые! — встал на свою защиту Ивар. — Мы не будем беспокоить вас по мелочам. И уж тем более не будем пилить! Что мы, идиоты, обретенный рай собственными руками гробить?

— Ладно, — вздохнула я. — Вставай с колен, пошли на выход.

Потом с этим дурдомом разберусь. Сейчас главное из ближайших неприятностей выбраться и выжить. А из гарема, может, группу шпионов организую или еще чего придумаю.

«Ага! Откроешь ресторан и заставишь их там стриптиз танцевать!» — хмыкнула правая половинка мозга.

«А что! — оживилась левая. — Дешевая рабская сила, доход получится приличным. Вик одобрит».

Кажется, в последнее время повадки и качества драконов просыпаются слишком часто. Ивар на возникшую прагматичность ничего не сказал, лишь нервно передернул плечами. Через двадцать минут мы оказались у выхода из гробницы.

— Дальше идите сами, — вздохнул вампир, отворяя передо мной массивную железную дверь. — Я не выйду, там Лада. Всего вам хорошего.

— И тебе, — улыбнулась я нелюдю и шагнула в темноту ночи.

Пока я ползала по шахтам, падала, слонялась по гробнице и болтала с Ладушкиными мужьями, небо стало светлеть. Скоро рассвет. Надо быстрее расправляться с лопарями, а то еще одна ночь на болотах — и я квакать начну! Или озверею.

«Вик, Норри, Лука, вы где?»

«А ты где?»

Я быстро описала местность, надеюсь, братья найдут. Ночной воздух дышал сыростью и прохладой, поэтому стоять на месте, ожидая родных, было зябко и тоскливо. Где-то ухала сова, что-то басовито квакало со стороны болота (и смею предположить, это что-то было крупным), внезапно этот звук оборвался, и на его место пришло сочное чавканье. Знать, что в нескольких метрах от тебя нечто крупное лопает кого-то более мелкого, — волнующее ощущение. Если не тревожное. Интересно, этот неизвестный хищник сочтет меня съедобной или все-таки поостережется?

Только я так подумала, как на поляну вынырнула огромная тварь, напоминающая доисторического крокодила. Мама родная! А я и не знала, что на моих болотах водятся такие редкие виды! Конечно, подкармливать ценный реликт собой лично я не собиралась, твердо решив, что оная гадина мною подавится. И одним вымирающим животным на планете станет меньше.

Зверь неторопливо подошел ко мне. Все хищники на Гее, даже если сытые, всегда нападают на убегающую добычу (наверное, срабатывают инстинкты), поэтому я осталась неподвижной, втайне надеясь, что он меня не заметит. Как бы не так! Чудовище приблизилось ко мне вплотную так, что его обнюхивающая вытянутая морда оказалась в сантиметре от моего носа. «Главное: не бояться! Главное: не бояться!» — мысленно повторяла я самой себе, вот только менее страшно мне от этого не становилось.

Однако гад (в какой-то момент я непонятным образом отчетливо поняла, что передо мной самец) не торопился на меня нападать. Высунув длинный тонкий язык, он внезапно нежно лизнул меня в щеку. «Своя, — внезапно пронеслись в моей голове его мысли. — Хорошенькая!»

Ну, здрасьте! Мне еще тут озабоченных крокодилов-переростков не хватало! Я решительно отступила назад, мягко, но твердо отстранив его морду. Чудик удивленно посмотрел на меня. В желтых глазах с вертикальными зрачками смешались изумление, легкая обида и разочарование. Наконец он отвернулся и грустно потопал в сторону леса.

«Понятно, — снова донеслись до меня его мысли. — У самки дни повышенной раздражительности. Лучше не связываться».

Я обалдело глянула ему вслед и махнула рукой. Артур мне, конечно, сообщил, что в какой-то момент поголовно все хладнокровные твари, имеющие хоть какое-то отдаленное родство с драконом, сочтут меня своей, но я, видимо, все равно не была к этому готова. Минут через двадцать появились запыхавшиеся Вик, Норри и Оох-рам-Лукуш. Увидев меня, вампир просиял и, кинувшись навстречу, сжал в объятиях.

— А я уже боялся, что никогда не огребу от тебя по ушам мокрым полотенцем! — прошептал он, уткнувшись носом в волосы. — С кем я шалить буду, если с тобой что случится?

— И думать о таком не смей! — строго пресек Вик, решительно отдирая меня от вампира и прижимая к груди. — Никогда больше не пугай меня так, сестренка!

— Меня тоже! — сказал Норри, обнимая с другой стороны.

В двойных объятиях братьев было тепло и уютно, но пора возвращаться в пугающую реальность.

— А где остальные? — спросила я, не без сожаления покидая родные руки.

— Метаморфы бегают по лесу, пытаясь собрать лопарей в кучу, чтобы мы могли нанести им сокрушительный удар, — ответил Вик, не торопясь меня отпускать, словно боялся, что я опять во что-нибудь вляпаюсь. — Кейси куда-то пропал.

— Мортифор вместе с вампирскими лучниками пытаются истребить эту заразу, пока не рассвело, — продолжил отчет Норри. — Если мы опоздаем, у всех начнутся большие проблемы. Эта гадость очень быстро размножается, и буквально к следующей ночи их будет в три раза больше первоначального количества.

— Везет же нам на всякую заразу! — в сердцах сплюнула я.

— Кстати о заразе, — встрепенулся Оох-рам-Лукущ, — Лада закатила истерику, и трое лучников отца пытаются ее успокоить.

— А сколько дедушка выделил?

— Две боевые двадцатки.

— Но в лесу они сильно разбрелись, поэтому вряд ли успеют до утра истребить всех лопарей, — озабоченно заметил Вик. — Нам надо какой-то более действенный метод.

— Может, догберов отозвать?

— Они все не успеют, — отрицательно мотнул головой Норри, — да и задание у них очень важное, чтобы пренебрегать им.

— А если загнать лопарей в тупик и взорвать? — предложил Вик. — Свет, ты можешь это устроить?

Я задумалась. Пиротехник в первую очередь должен уметь правильно оценить возможность протекания реакции горения и взрыва в той или иной химической реакции. Это позволяет не только правильно и рационально подобрать компоненты смеси проектируемого пиротехнического изделия, но, главное, остаться в живых и не утянуть в лучший мир не готовых к этому посторонних людей. Оплошность порой дорого обходится. Так в 1921 году в Оппау и в 1947 году в Техас-Сити прогремели грандиозные взрывы нитрата аммония. Оба случая произошли при попытках взрывным способом раздробить слежавшиеся запасы нитрата аммония, используемого в качестве сельскохозяйственного удобрения.

— Извините, братишки, но наспех взрывать мы никого не будем. Это очень непредсказуемо и опасно, особенно если вспомнить, как вы в прошлый наш крестовый поход заминировали туалет, который только по удивительно счастливой случайности оказался любимым порталом Михея.

— А если ты в дракона превратишься и поплюешь огнем? — предложил Оох-рам-Лукуш. — Сверху многих испепелишь.

— Ситуация та же, что и с взрывом. Вокруг нас сплошные болота. В таких местах часто встречаются залежи торфа, а так как болота очень старые, то, полагаю, торфяники обширные. Если я случайно попаду огнем на один из них, то возникнет торфяной пожар. Мало того, что такую пакость просто так не потушишь, так неизвестно, какое количество территории провалится под землю, когда ископаемое выгорит. А горит оно быстро, и из такого дымящего котлована даже тренированные пожарные не всегда выбираются. Тогда не только лопари, но и мы с вами окажемся в ловушке.

— Света дело говорит, — вступился Вик. — У меня так друг-спасатель на Полесье едва не погиб. Сверху дерн остается, а ступишь — и провал.[25]

— Можно еще кимор привлечь, но не уверена, что они всех слопают.

— Попытка не пытка! — радостно улыбнулся Вик. — Зовем метаморфов и не будем терять времени. А то лопари разбегутся по болоту, как тараканы.

— Эх, жалко, мой арбалет остался в поклаже у Злыдня, — вздохнула я.

— Сейчас будет у тебя цацка, — ухмыльнулся Вик, кивая в сторону поляны.

С той стороны выскочили две обнаженные грудастые красавицы, в которых мне с натяжкой удалось опознать своих метаморфов. Надо сказать, их предприимчивость пришлась как нельзя, кстати, потому как за питомцами гналось двенадцать лопарей исключительно мужского пола. Судя по их возбужденному курлыканью, они не могли решить, что лучше сделать с ускользающей добычей — съесть или развлечься.

Недолго думая Оох-рам-Лукуш вскинул лук и выстрелил. Стрела попала в самого последнего, и при соприкосновении с ней лопарь вспыхнул и рассыпался кучкой пепла.

— Старая добрая осина! — клыкасто ухмыльнулся вампир и выпустил еще две стрелы.

— А теперь будет старый добрый пульсар, — хищно осклабился эльфенок и выпустил сразу пять.

Каждый из огненных шаров попал в цель, и на поляне появилось пять новых кучек пепла. Лопари испуганно заметались.

— Спокойно, господа! — довольно прошипел эльф, обновляя заклинание пульсаров. — Трупы в крематорий поступают в порядке живой очереди!

Подскочившая к нам Чернуля кинула хозяину арбалет. Витька поймал оружие и сделал пару выстрелов. За последние полгода он неплохо натренировался в стрельбе, но промахи еще случались. Наверное, когда взросление лорда Венатора завершится, их не будет. А пока кузен помпезно пристрелил находящийся на краю поляны кустарник. Правда, оттуда что-то ойкнуло и взвыло, но лопарям от этого было ни холодно, ни жарко. Они уже заметили нас и, оценив ситуацию, кинулись наутек.

— Ну, нет! — рыкнул Вик, опознав в одном из них корчмаря. — Этот гад с меня пять золотых содрал! Не уйдет, скотина!

И кинулся следом за супостатом. Похоже, нет нечего опаснее дракона, у которого отобрали деньги, поэтому бывший корчмарь испугался не на шутку и со всех ног припустил в сторону густого колючего кустарника.

Мы вскочили на обернувшихся варанами метаморфов и помчались следом. Я отцепила от луки седла мой облегченный арбалет и прицелилась в ближайшего лопаря. От моего болта нечисть также осыпалась кучкой пепла. Стрелять по бегущей мишени понравилось, и я тут же выстрелила во второго. Хорошо! Кажется, начинаю понимать отцов с их любовью к охоте.

— Толстого не тронь! — предупредил Вик, прицеливаясь. — Он мой!

Трактирщик испуганно пискнул, обернулся и, увидев грозного Вика, сиганул в кусты.

— Зараза! — выругался брат и направился за ним.

— Там болото! — выкрикнул Оох-рам-Лукуш.

Блин! Я пришпорила Злыдня и кинулась за братом. Метаморф понял мою тревогу и не обиделся на столь грубое обращение. Наоборот, он в срочном порядке отрастил крылья и сделал огромный прыжок. Я оказалась на краю трясины почти одновременно с Виком, который в пылу погони мчался за лопарем прямо в топь.

— Норкар! — испуганно закричала я. — Норкар! Мой брат на твоей территории! Помни о соглашении!

И тут свершилось чудо! Лопарь с визгом ушел под грязную воду, в то время как Чернуля легко бежала по глади. Под ее ногами при каждом шаге возникали темно-зеленые кочки. В том месте, где провалился корчмарь, кипела и бурлила вода. Витька сделал круг и вернулся на берег.

— Ребята! — крикнул он расходящимся в стороны кругам. — Этот гад у меня деньги стащил. Пять золотых! Помогите бедному дракону! Совершите справедливость!

— Держи, пройдоха! — Из воды вынырнула темно-зеленая красавица с перепачканным кровью ртом и кинула увесистый кошель. — Там твои деньги и проценты за вкусный ужин!

— Приятно иметь дело с умными партнерами! — ухмыльнулся Вик, взвешивая в руке кошель.

— Вить, я придумала, как нам разобраться с лопарями.

— Как? — заинтересовались спутники.

— Наша маленькая охота навела меня на мысль. Вызови Призрачных Гончих и натрави на лопарей. Пусть твои рыцари с ними разбираются, а то только ржавеют без дела.

— Они не могут заржаветь! — педантично заметил Норри. — Они же призраки!

— Зато прибить могут очень даже материально. И по болотам легко поскачут.

— Хорошо, — кивнул Вик. — Я постараюсь, только не отвечаю за результат.

Отъехав от нас на некоторое расстояние, лорд Венатор закрыл глаза и, полагаю, сосредоточился. Свою охоту он вызывал нечасто. С моими догберами и то больше общался.

Минут пятнадцать ничего не происходило. Я обеспокоено взглянула на небо. На востоке уже начинало зеленеть. Если верить Норри, лопари через пару минут начнут активно искать убежища. Конечно, киморы их теперь достанут из-под любых кочек и коряг, вот только болотный народец далеко не отходит от своих мест обитания и может кого-нибудь пропустить.

Вдруг земля вздрогнула, и прямо перед нами выстроился свиным клином отряд внушительных черных рыцарей. Вороные кони нетерпеливо гарцевали и кусали удила, выпуская из ноздрей языки пламени. Оказавшись в родном мире, рыцари больше не маскировались и выглядели внушительнее, чем в первую нашу встречу.

Вперед выехал печально знакомый мне магистр. После того как мы взорвали Михея в туалете, рыцари вновь вернулись к законному хозяину и предложили Витьке быстренько меня зарубить. И, несмотря на то, что брат категорически запретил причинять мне вред, приказав, наоборот, служить верой и правдой, отношения с Призрачными Гончими у меня не совсем ладились. Особенно они были натянутыми с их магистром, которому в свое время от меня досталось больше всего. Видно, при жизни он был мстительным человеком.

Вот и сейчас рыцарь прожег меня фиолетовым взглядом и обернулся к Витьке.

— Чего изволите, хозяин?

Вик кратко изложил суть проблемы и приказал немедленно выполнять. Рыцари синхронно кивнули и пришпорили коней. Огромные жеребцы дико взвизгнули и перешли в галоп. В какой-то момент они оторвались от земли и понеслись по воздуху. Я удивленно посмотрела на кузена. Не помню, чтобы Гончие летали! Иначе в свое время нам очень худо пришлось бы.

— Это их новое свойство, — пояснил Витька. — Проявилось совсем недавно. Артур сказал, это связано с моим взрослением. Вроде как по мере того, как набираюсь могущества я, возрастают способности и силы моих слуг.

— Ну что, домой? — предложил юный Лукуш. — Думаю, теперь справятся и без нас. А вам, ребята, переночевать надо.

— В замок не поедем, — предупредила я. — Нам время экономить надо. Мы лучше потом нагрянем погостить.

Вампир согласился и повел нас к вампирской границе. Мы шли не торопясь, периодически останавливаясь и добивая прячущихся лопарей. На небе споро занималась заря. Где-то у самой границы нас встретил Кейси.

— Княжна! — обрадовано кинулся он навстречу. — Как я за вас волновался!

Злыдень тут же мысленно поведал, что Кейси очень ловко освободил их из конюшни, загрызя трех конюхов-лопарей. Без его чуткого руководства метаморфы не выжили бы, но в мою душу по отношению к Кейси все равно закралось подозрение и недоверие. Не люблю, когда мне лгут. А такие скользкие личности чаще всего оказываются с двойным дном. Вот только на чьей он стороне?

— Миледи, — вновь заговорил Кейсариус, — я дико извиняюсь, что уничтожил всего лишь пятерых врагов, но мне пришлось всю ночь прятаться от рыскавшего по лесу Мортифора.

— Он был занят более насущными проблемами, — заметила я. — И вряд ли стал бы тратить время на ваше убийство.

— Я не мог так рисковать, — тихо произнес волк.

— Что же вы не поделили? — фыркнул Вик. — Из-за чего такой помпезный сыр-бор?

— Мортифор мстит мне за один проступок.

— Какой? — удивился Норри. Если наш эльф в легком недоумении, то Морти, получается, не такой злопамятный, как я думаю.

— Я не могу этого сказать, — покачал мордой наш лохматый лорд. — Я обещал хранить тайну.

— Ладно, пойдемте есть! — зевнул Оох-рам-Лукуш. — Когда я нервничаю, у меня просыпается аппетит, а сегодня мне прилично выпало стрессов!

Постоялый двор, он же по совместительству корчма, оказался уютным чистым строением в два этажа. Улыбчивый хозяин тут же предложил нам лучшие комнаты и велел слугам наполнить для каждого из нас ванну. Все еще истерящую Ладу разместили отдельно от меня и на максимальном расстоянии. Доставившие ее в корчму лучники попросили литр самогона для лечения душевных ран, нанесенных нашей Красавицей. Метаморфов сытно накормили и почистили.

Обед нам подали в тенистую, увитую розами и живой изгородью беседку во дворе. Плотно поев, мы, разморенные и усталые, отправились наверх для долгожданного сна. Глаза отчаянно слипались. Я из последних сил вскинула голову, чтобы оценить количество ступенек впереди, и обомлела. Навстречу спускался лорд Каутинус собственной персоной! Старый заклятый враг. По обе стороны от него шагали молодые высокие воины.

Вик, заметив опасность, тоже застыл на середине лестницы. Я обернулась — и настроение окончательно опустилось ниже плинтуса. У основания лестницы тоже стояли оборотни.

Вот блин! Как не вовремя мы, сытые и сильно уставшие, оказались в окружении! А Мортифор, наверное, еще очень злится за непочтительное поведение со своей невестой и выставленный счет. Пусть он и помог нам разобраться с лопарями, но ведь там опасность грозила всем. А в случае опасности даже хищники с травоядными бегут бок о бок в мире и согласии! Видно, не зря Кейси отказался покидать снятую комнату. Вот только почему нас не предупредил, гад?!

Видя наше отчаянное положение, Каутинус не смог сдержать плотоядной улыбки.

— Попалась, бестия! — довольно прошипел он, заступая нам путь. — Из-за тебя меня наказали за проваленное задание и послали ловить преступника на вампирской территории! Меня! Потомственного дипломата! Правую руку правителя! Но теперь-то и ты у него не в фаворе!

— Милорд, — осторожно произнес его напарник. Тот, что был при встрече с леди Морой. Атус, кажется. — Милорд, у нее на пальце КОЛЬЦО!

Тощий старец присмотрелся к моим рукам и витиевато выругался.

— Ничего не понимаю! — прошипел он и, обернувшись к подчиненным, коротко буркнул: — Уходим! — Затем посмотрел на меня и, поклонившись, учтиво произнес: — Извините за беспокойство, миледи!

Бедный, бедный враг! Вот уже второй раз за три дня он ведет себя по отношению ко мне безукоризненно вежливо. Наверное, никогда не предполагал, что такое когда-либо произойдет. Воины-оборотни грозно придвинулись к моим братьям. Те рефлекторно схватились за оружие.

— Их тоже не трогайте! — строго предупредил старик. — Вдруг она бросится защищать родичей? Еще поранится, объясняй потом, что нечаянно ее поцарапали!

Вервольфы отступили и, построившись, хмуро промаршировали мимо. Стоящие у подножия лестницы оборотни оглянулись, осмотрев нас напоследок, и присоединились к своим собратьям. Каутинус подошел к корчмарю и расплатился. И лишь когда хлопнула входная дверь, я смогла прийти в себя.

— Народ, что это было?

— Не знаю, — пожал плечами Норри. — Пошли в номер, я спать хочу.

— Может, они побоялись связываться с Нох-рам-Лукушем? — предположил Вик. — Здесь-то мы под его защитой.

— Нет, — мотнул головой наследник вампирского престола. — Они не папы испугались. Их какое-то кольцо на Светиной руке остановило.

— Какое? — вздохнула я, разглядывая свой набор. У меня скоро, как у Терминатора, пальцы железными станут от обилия украшений! Знать бы еще, какое из них помогло!

— Пошли в номер, разберемся. — Вик обнял меня за плечи. — Полежим, подумаем. Может, Кейси объяснит причину. А то он в последнее время только нахлебничает по-тихому!

Все еще пребывая в шоке, мы поднялись по лестнице. В комнате нас встретил настороженный волк.

— Они уже ушли? — жалобно вопросил он, вылезая из-под кровати.

— Так оборотни за тобой охотились?

— Вполне возможно, — кивнул лорд Каптулус. — По крайней мере, я не верю в то, что здесь мог оказаться еще какой-нибудь преступник. А если учесть, что Мортифор лично участвует в охоте, то смею предположить, что их цель я.

— Кейси, что ты скрываешь? Почему король оборотней лично хочет накрутить тебе хвост на палку? Почему он носится за тобой по ночному болоту, вместо того чтобы сидеть у себя в замке, тихо править и дожидаться невесту?

— Леди, — вздохнул Кейсариус, — я не могу назвать вам причину, так как дал слово молчать. Могу сказать лишь, что я не всегда был белым и пушистым и в свое время смертельно обидел Мортифора. О чем теперь и жалею.

— Ты что, у него девушку увел? — хмыкнул Витька.

— Оборотни однолюбы, — заметил Норри. — Это как минимум должна была быть невеста.

— Думаю, это не столь важно, — перебил измышления братьев вервольф. — Что вас так поразило там, за дверью? Свету вон до сих пор трясет.

— Нас оборотни почему-то не тронули, — сдала всех Лада. — Вроде и напасть собирались, но в последний момент заметили на ее пальце кольцо и мирно отступили. Даже извинились! Представляешь?

— Да-а, — протянул наш лохматый попутчик. — Ну и дела. А что вы, Светлана, думаете по этому поводу?

— Не знаю, — честно призналась я. Что-то скрывать уже не было смысла. Лада снова нас всех предала и, похоже, даже не заметила сего прискорбного факта. Но на всякий случай я решила повторить нашу первоначальную версию. — Может, оборотни испугались кольца правителя вампиров? В конце концов, мы на его территории и члены его семьи. Мог бы быть дипломатический скандал.

— С вами рядом стоял наследник вампирского престола, — спокойно заметил Кейси. — Думаю, если бы они боялись только Нох-рам-Лукуша, то вполне удовлетворились бы видом принца и не упоминали бы о каком-то кольце. Каутинуса не так легко испугать. Вы позволите взглянуть на ваши пальцы, миледи?

Я молча протянула свои руки волку. Поздно уже таиться. Все равно он ночью может легко рассмотреть все украшения, а так ему и ответить придется, во что новое я вляпалась. Чего же везет-то так, а? Кто бы ответил?

Лорд Кейсариус взглянул на кольца и тихонько присвистнул:

— Офигеть!

Он во все глаза таращился на мой серебряный перстень с лунным камнем. Тот самый, что я с братьями недавно приобрела на выставке камней. Ну и кто мне расскажет, что не так с моей покупкой?

— Где вы взяли этот перстень? — Волк, наконец, пришел в себя.

— Купила на ярмарке в своем мире.

— Быть того не может! — возмутился волк. — Неужели вы думаете, что фамильное кольцо правящей королевской семьи оборотней можно вот так легко приобрести на рынке?!

— Не понял, — тряхнул головой Вик. — Чье это кольцо?

— Глазам своим не верю! — прошептал Кейси. — Но это родовое кольцо Мортифора!

— Оно не может быть им! — рыкнула я. — Оборотни терпеть не могут серебра, а оправа здесь именно такая. Я дракон! Я чувствую! Или скажете, что Дирусы мазохисты и любят носить прожигающие кожу штучки?

— Оправа древнего перстня из мельхиора, — задумчиво протянул наш лохматый эксперт по вервольфам. — Но я до сих пор поверить не могу, что это всего лишь точная копия! Кому понадобилось изготовить дубликат?

— Может, это просто совпадение? — предположил Вик. — Ведь бывает же порой, что совершенно одинаковые идеи приходят абсолютно разным творческим людям.

— Что бы это ни было, но, похоже, у нас появились новые проблемы, — мрачно изрек Норри. — Фамильное кольцо на чужом пальце обычно означает помолвку между хозяином и тем лицом. А это значит, что Мортифору станет очень интересно, когда это он успел обручиться с княжной без собственного согласия. А Каутинус ему обязательно доложит о своем путешествии. И тогда, боюсь, мы его окончательно достанем: вервольфы не любят шутить на такие темы.

— Но ведь это всего лишь недоразумение! — возмутилась я. Не понимаю, чего здесь злиться?

— А я не могу взять в толк, почему они поверили, — задумчиво отозвался Норри. — Ведь, по идее, перстень должен находиться у законного владельца, пока не будет принято окончательное решение.

— В таком случае нет проблемы, — бодренько отрапортовала я. — Когда оборотни поймут, что лопухнулись, нас здесь уже не будет.

— А если у Мортифора нет кольца? — внезапно подал голос Кейси.

— Нет! — всхлипнул Вик. — Нам не может так сильно не везти!

— Честно говоря, я не верю, что мое кольцо настолько похоже на фамильный перстень Мортифора, — попыталась я успокоить брата. — Оправу еще можно подделать, но нигде в природе не встретятся два абсолютно идентичных камня. Это невозможно.

— Ну, посуди сама, — фыркнул Кейси и кивнул на мою испепеляющую врагов книгу. — Спроси о фамильном адуляре Дирусов.

Я последовала данному совету. Какая полезная в плане информации у меня книга! Загляденье просто! Всегда любила энциклопедии. Магический фолиант послушно показал мне фамильный перстень вервольфов. С минуту я изумленно таращилась на лунный камень, точную копию того, что был у меня на пальце. А потом внутри все похолодело при виде надписи: «ПРОПАЛ».

— Вить, Норри, — хрипло позвала я братьев, — кажется, у нас проблемы.

— Ой-ё! — озвучил свое мнение лорд Венатор, заглядывая через мое плечо в книгу.

— Однозначно, — хмуро подтвердил Норри. — Теперь, полагаю, в краже обвинят нас.

— Но это же нелогично! — возмутилась я и рефлекторно попыталась снять кольцо. Куда там! Вредный перстень вцепился в палец, словно клещ. — Зачем мне носить у всех на виду ворованную вещь?

— Об этом подумают после того, как нас убьют, — мрачно заметил Вик.

— Это вообще не тот перстень!

— Это опять же заметят после того, как нас убьют, — холодно добавил кузен.

— Свет, — печально и как-то обреченно вздохнул Норри, — ты мне одно скажи: проклятие Ведущих магов мира, отсутствие пятого кандидата, твоя личная войнушка с невестой Мортифора, умроки, лопари, какая-то непонятная магическая хрень… нам что, проблем мало?

— Ты забыл про разбитый бумер, — похоронным тоном напомнил Вик.

— Ну да, и это, — нервно шевельнул острыми ушами сводный брат. — Сестренка, тебе не кажется, что у нас уже достаточно проблем? Зачем еще кольцо на нашу голову?

— Ты так говоришь, как будто я это специально устроила! А, между прочим, на выставке мы его все вместе приглядели! Это вы мне такой подарок сделали!

— Но кто просил тебя выбрать именно этот перстень?! Там была куча золота! Нет! Нам захотелось серебра и адуляра!

— Камень меня выбрал! Он мне тогда еще подмигнул!

— Ага! Может, он тебе еще и ручкой помахал?! — хором рявкнули братья.

— Не издевайтесь! Вы же драконы! Вы же знаете, что такое, когда вас выбирает драгоценность.

— Меня золото постоянно выбирает, но не приносит таких проблем! А на твою пятую точку они как магнитом притягиваются!

— Так, может, потому и липнут? — философски заметил Норри. — К такой красивой части тела я бы и сам с удовольствием прилип!

— По ушам получишь, кровосмеситель ушастый! — рыкнул Витька. — Запомни: сестра — это святое!

— Помню, — послушно кивнул эльф. — Но от этого ее аппетитный зад менее красивым не станет.

— И это тоже прибавит нам приключений! — обреченно подвел итог Вик, возведя очи к небу.

Хм, кажется, я начинаю догадываться, какой Ведущий маг мира чисто теоретически должен мне покровительствовать.

Часть третья

НЕУЛОВИМЫЙ КАНДИДАТ

1

В плохие старые времена было три легких способа разориться: самым быстрым из них были скачки, самым приятным — женщины, а самым надежным — сельское хозяйство.

Уильям Питт Амхерст

Нелегко быть княжной. Это только на первый взгляд кажется, что круто родиться с короной на голове. Власть, деньги, богатство. Девушки еще прибавят прекрасного принца или короля в мужья (совсем не задумавшись, что венценосные особы — товар малочисленный и не всегда прекрасный). Мы же остановимся на банальной ответственности за жизни людей и за все свое большое хозяйство. Не знаю, как решают свои проблемы прочие правители, но Драконы, оказывается, просто патологически не могут оставить собственные территории и подданных без поддержки.

После инцидента с оборотнями мы устроились на кроватях и попытались уснуть, но нам продолжали приходить сообщения об уничтожении лопарей. Где-то обнаружили еще одно гнездо умроков. Через магический кристалл с нами связался Артур Семину, коротко отчитался про жизнь в княжестве, попросил рассудить пару исков и сбросил записки с жалобами и прошениями. Война войной, а делами страны я должна заниматься постоянно, поэтому не понимаю, как некоторым принцам и принцессам удается смыться от всех государственных забот и успешно шастать по дорогам энное количество лет.

Постепенно под кипой бумажной работы братья, растянувшись на кроватях, сладко задремали. Я покосилась на пристроившегося на коврике у двери Кейси. Вот тот еще жук!

Кто он? Что он? Волк спокойно спал, свернувшись калачиком. А еще говорил, что на полу спать не может, прохвост!

Я аж зевнула от зависти. Отчаянно хотелось отдохнуть. Так, нужно взять себя в руки и досмотреть жалобы. Одна молоденькая крестьянка предъявляла претензии Норри ванн Дерту, который провел ей экскурсию по эльфийскому лесу и даже обеспечил, как выяснилось через девять месяцев, ушастым, вечно орущим сувениром. Размер алиментов и моральной компенсации потряс меня до глубины души, не говоря уже о требовании немедленной женитьбы. Я вчиталась в письмо и скрипнула зубами от злости. Вот уж не думала, что на моих землях найдутся такие корыстолюбивые лжецы!

Указанные сроки были взяты с потолка! Видно, охотнице за мужем невдомек, что ее объект мог находиться в другом мире. Более того, аккурат в тот час наш вечно голодный растущий дракон, опустошая просторы холодильника и прилежащих к нему кухонных территорий, наткнулся на мамин чай для похудания. Для тех, кто с этой гадостью не сталкивался, поясняю: вещь настолько хорошая, что нужного эффекта достигаешь буквально за несколько дней, так как вся еда и жидкость в тебе долго не задерживаются. Так что в тот момент Норри был на экскурсии в туалете, а точнее, на экстренном заседании. И прочие мирские заботы его банально не волновали.

Терпеть не могу лжецов! Я тут же написала Артуру и попросила разобраться, сделать тест на отцовство и, если девушка солгала, навеки выселить ее со всей семьей и ближайшими родственниками из моего княжества. Пусть будет уроком не только ей, но и всем прочим лгунам.

Остальные прошения и жалобы были простыми и обыденными. Кто-то с кем-то не поделил корову, кто-то у кого-то отбил мужа… В общем, рутина, и только последняя жалоба выделялась из общей массы. Где-то в центре моего княжества, в деревне Козлевка (это ближе к эльфийским и людским территориям) стали происходить необычные вещи: то охотники заплутают, то скот целым стадом в болото кинется, то наутро у всего мужского и женского населения волосы окажутся заплетенными в косы. Самые свирепые цепные кобели за забор нос высунуть боятся. М-да! Дела!

Я открыла карту, чтобы посмотреть, где именно находится это загадочное селение, и обалдела. На карте оно было отмечено флажком, который означал, что там может обитать наш загадочный кандидат в пятые Драконы. Я связалась с Уной. Догбер поведала о странной магической активности в том районе. Да! Однозначно, стоит посетить это местечко. Обведя его кружочком, я от души потянулась и наконец-то легла в кровать. Стоило принять горизонтальное положение, как тут же навалился сон, глубокий и без сновидений. Видно, полученные приключения дали о себе знать.

Проснулась я от аппетитного мясного запаха. В окно ярко светило солнце, озаряя все уголки комнаты. По форме теней на полу было ясно, что время близится к обеду.

— О! — раздался над ухом довольный Витькин голос. — Что я тебе говорил? Истинный дракон никогда не проспит обед! Света, вставай, а то сейчас мясо кончится!

— Только попробуйте! — зевнула я. — И я вас самих тогда съем!

— Вот! Видишь?! — притворно возмутился Вик, указывая на меня. — И в этом все драконы!

— Кто бы говорил! — фыркнула я. — Тираннозавр велоцираптора хищником обзывает!

Пока мы обедали, я пересказала братьям добытую информацию.

— Да-а, — задумчиво протянул Вик. — Это место однозначно следует посетить. Уже хотя бы для того, чтобы помочь беднягам.

— Я могу построить портал, — прикинув что-то в уме, предложил Норри. — Правда, потом буду абсолютно бесполезен в течение нескольких часов.

— Почему? — изумилась я. — Ты же быстро восстанавливаешься.

— Магический резерв да, но построение переходов на такие расстояния изматывает также и физически. Я буду как выжатый лимон. — При его словах глаза Лады хищно блеснули.

Похоже, она все еще не отказалась от моего ушастого брата. Если Вик ее теперь пугал, то с эльфом она надеялась справиться. Заметив, что я на нее смотрю, Лада подняла голову и взглянула на меня. Правильно, девочка, смотри в глаза своей проблеме. Я еле заметно качнула головой и словно невзначай дотронулась до шеи, намекая, что в случае чего устрою женушке большой кирдык. И не посмотрю, что родственницы. Ладушка быстро и точно меня поняла, побледнела и судорожно сглотнула. Братья нашего безмолвного диалога не заметили. И только Кейси, задумчиво прищурившись, смотрел на меня.

— А что могло поселиться в этой деревне?

— Честно говоря, не знаю, — пожал плечами Норри. — Возможно, это мстит невинно загубленная душа. Если там хороший всплеск магической энергии, то, вероятно, кого-то принесли в жертву. А ты что думаешь, Кейси?

— Это может быть просто один из видов бытовой нечисти. Одичавшая. А магические всплески — результат ее шалостей.

— Из-за чего так могло случиться?

— Ну, допустим, кто-то переехал и не забрал с собой домового, — безмятежно ответил Кейси. — Это самый частый случай.

— Ты с таким уже сталкивался?

— Нет, — мотнул головой волк. — Но доводилось слышать.

— Ну что, поехали? — хлопнула по коленям Лада.

Мы пораженно воззрились на нее. Раньше за нашей красавицей подобной жажды деятельности не замечалось. Может, ее подменил кто, пока мы спали?

— Ты чего вдруг такая активная? — Вик словно прочитал мои мысли.

— Ну, — пожала плечами Лада, — чем раньше вы со всем разберетесь, тем быстрее я получу обещанного жениха. Или вы уже забыли?!

— Нет-нет! Мы помним! — замахали руками братья.

Нет, все-таки Ладушка наша, своя.

До деревни мы добрались без приключений. Да и как можно, путешествуя таким способом, нарваться на неприятности?! Это то же самое, что пойти ночью в собственной квартире в туалет и столкнуться с диким голодным гризли. Хотя с меня и такое может статься. Но Норри, к счастью, не я.

Козлевка ничем не отличалась от других моих деревень. Чистенькая, опрятная. Каждый домик ровненький, ладненький, набело выкрашенный. Где-то крыши из золотистой соломы, стебелек к стебельку, словно специально подбирали, а где-то — аккуратная красная черепица. Очень представительная деревня. Кажется, здесь делают лучший на Гее козий сыр. Хотя для меня это сомнительное удовольствие. Я и молоко-то козье не жалую, а уж сыры ничьи не люблю. В отличие от Витьки.

Увидев нас, вышедших из портала, жители зашушукались и бодренько попятились к вилам и граблям. Мы тоже насторожились и сбились плотнее. Как ни странно, мои руки автоматически потянулись к ортам. Взрослею, наверное.

— Да вы что?! — раздался внезапно гневный мужской крик, и на площадь выкатился невысокий кругленький мужчина, чем-то напоминающий кругляш их хваленого сыра. — Да вы что! — вновь повторил он, становясь между нами и селянами. — Князьев наших не признали?!

Народ отступил, но грабли убирать не спешил. Вот, значит, как меня любят подданные.

— Здравствуйте, княжна! — подбежал ко мне наш нежданный защитник, почтительно кланяясь. — Я, Тьен Козе, староста этой деревни. Мы рады видеть вас у себя в Козлевке.

При этих словах селяне потупились и спрятали грабли за спину, но опять же выпускать их из рук не собирались. Какой у меня все-таки любящий народ!

— До меня дошла ваша жалоба о всяких необъяснимых явлениях. И вот мы приехали разобраться.

Крестьяне вздохнули с облегчением и «разоружились». Мы тоже расслабились.

— Может, пойдем ко мне в хату? — предложил Тьен Козе. — Вы, небось, проголодались?

— Очень! — охотно подтвердили братья, игнорируя наше с Ладииной и Кейси замешательство. Только пятнадцать минут назад пообедали!

«И что с того? — фыркнул мой желудок. — Тебе, хозяйка, тоже не мешает подкрепиться. А то бегаешь, нервничаешь. А ценные элементы организму кто будет добывать? Я, что ли?»

Староста радостно повел нас в дом, где на столе уже дымилась приготовленная еда. Жена Тьена оказалась такой же маленькой и кругленькой, но удивительно подвижной. Она, словно факир, мгновенно меняла блюда, подливала и накладывала разные вкусности на пустые тарелки. Витька с Норри, поглощая пищу, тем не менее, успевали еще и задавать вопросы по проблеме. Господин Козе охотно отвечал.

— Да, завелась какая-то пакость. Да, вечером дороги может перепутать, и пьяный муж до дома не дойдет. А иногда волосы всем жителям деревни в косички заплетет, детей сажей вымажет, у коз молоко сдоит, козлов как овечек побреет. И вроде вреда людям сильного не делает, но добро хозяйское портит.

Я внимательно слушала и думала, как бы ненароком задать вопрос о пятом кандидате в нашу команду. Кажется, это какой-то Микола Лукшский. Здесь он не совсем местный и на нашу территорию недавно переселился.

— А когда это все началось? — решила я внести свою лепту в допрос.

— Да с несколько месяцев назад, когда Миколка хату свою построил, — простодушно пожал плечами староста.

— Думаете, это как-то связано с ним? — почуяли след братья.

— Да нет, — мотнул головой Тьен, — Микола — мужик простой. Он даже в домовых не верит и молока им не ставит. Он с этой мракобесиной вряд ли связан.

— А где мы можем его найти?

— Самая новая изба на отшибе, — ответил мне Тьен. — Только захворал, бедняга.

— Вот мы его и проведаем! — хищно улыбнулись братья.

Почему-то мне нашего пациента стало жаль.

Хата на окраине нашлась довольно быстро. Ладненькая, только что построенная, она даже лесом еще пахла. Дверь вопреки всем законам логики оказалась незапертой. Наверное, сказывается новый закон, по которому догберам разрешается питаться преступниками, в том числе и ворами. Конечно, моим Стражам порядка дозволялось есть только по-настоящему виновных, не трогая невинно оклеветанных. Благодаря своим способностям питомцы легко справлялись с задачей и здорово поправились за последние полгода, а количество преступлений уменьшилось в десять раз. Правда, расплодилось слишком много пустых доносов. Может, мне и клеветников под закон подвести?

Вышеупомянутый Микола Лукшский лежал на постели и горел в лихорадке. Староста сказал, что он заболел где-то с неделю назад. Резко свалился, да так и не встал. Время от времени крестьяне приходят помочь ему с продуктами и что-нибудь по дому сделать, но стараются не частить. Интересно то, что больше никто в деревне не заразился, да и сам Микода заболел внезапно и неожиданно. Погода вот уже несколько месяцев отличная, сам мужчина за те несколько лет, что прожил у нас, ни разу не захворал. А тут нате. Раз — и слег.

Подойдя к больному, я дотронулась до его лба тыльной стороной ладони. Глаза Миколы удивленно распахнулись.

— Кто вы? — испуганно выдохнул он, пытаясь подняться на локтях. Но ослабевшие руки его не держали.

— Свои, — спокойно отозвался Вик, осматривая помещение. — Спи.

— Спи, — Норри тряхнул ладонью в его сторону, и Микола тут же откинулся на подушки словно подкошенный. Увидев мой возмущенный взгляд, эльф спокойно пояснил: — Не волнуйся, это ненадолго, если учесть, сколько сил у меня осталось, то оклемается наш пациент где-то через час. Мы за это время как раз успеем здесь освоиться, а бедняга избежит лишних поводов для волнения.

— Да уж, — ухмыльнулась я, наблюдая за тем, как Вик, по-хозяйски открутив ножку табурета, извлек из нее свернутую пачку бумажных денег.

— Дилетант! — в сердцах прошипел лорд Венатор. — Ну кто их учит так деньги прятать?!

Положив добытое на стол, кузен прошелся по комнате, носком сапога простукивая половицы. В красном углу он остановился, присел и стал аккуратно исследовать доски. Я невольно засмотрелась на манипуляции его длинных ловких пальцев. В этот момент он напоминал хирурга, ощупывающего пациента, чтобы поставить диагноз. Вдруг Вик замер, словно лев перед прыжком, затем ловко поддел край доски и приподнял ее.

— Ну, что я говорил?! — торжествующе произнес он, извлекая из укрытия солидный мешочек с золотом. — Совсем никакого понятия о сохранности нет!

— Ну что ж, — я повернулась к Норри, — ты только что спас Миколу от инфаркта. Можешь собой гордиться.

— Вить, — укоризненно отозвался эльф, — мы ж его не грабить пришли!

— Нет, — спокойно кивнул головой Вик. — Но я ему только что оказал большую услугу. Когда он проснется, я научу его лучше прятать свои сбережения.

— Ну да, ну да, — хмыкнула Ладушка.

— А вы, леди, молчите и не гремите своими двадцатью монетами, спрятанными в лифе платья, — презрительно фыркнул Вик, не удосуживаясь даже обернуться к девушке.

— Но как?! — возмутилась Лада, испуганно хватаясь за грудь.

Я лишь молча пожала плечами. Ни для кого не секрет феноменальное сродство Вика к деньгам.[26] Не удивлюсь, если они действительно зовут его «папой» и ведут с ним такие же продолжительные диалоги, как я со своим мозгом или желудком.

Я вернулась к Миколе. Увы, но он не оказался нашим пятым членом команды. Возможно, и было какое родство, но очень далекое. Однако это не повод вот так бросать несчастного и двигаться дальше. И в первую очередь не мешало бы сбить ему температуру, снадобье заварить.

К сожалению, господин Лукшский оказался не тем человеком, что сушит под потолком целебные травки на черный день. Ладно, за ними сходим в деревню позже. А пока попробуем сбить температуру самым банальным и проверенным в народе способом — растиранием спиртом с последующим обертыванием в простыню.

Так же как Вик безошибочно определяет местонахождение денег и ценных бумаг, так и мне, химику, не составило ни малейшего труда вычислить из всех наливочек самогон. Проверив по запаху свою находку, я достала склянку и попросила братьев помочь мне раздеть и растереть пациента.

Все это время Лада тоже рвалась в бой. Без многочисленных одеял Микола оказался очень симпатичным, ладно сложенным мужчиной средних лет. Решив занять нашу зазнобу какой-нибудь общественно полезной работой и помня печальную историю с бутербродами (я ее до конца дней не забуду!), мы единогласно отправили Ладушку в деревню купить козьего молока, которое хоть и противное, но самое полезное. По хозяйству нашу красавицу лучше не напрягать. А на молоке мы сами и кашу сварим, и пациента горячим питьем с медом напоим.

Леди Каракурт не было долго. Где-то около часа. За это время мы успели не только сбить жар пациенту, но и навести порядок в его доме, наметить дальнейший план действий и точки своего маршрута.

Норри успел даже сбегать в деревню за целебными травками и продуктами. Но с Ладушкой там не столкнулся.

Когда мы уже стали не на шутку волноваться, дверь отворилась и торжественно вошла взъерошенная и порядком поцарапанная Ладиина. Интересно, где это она шастала и с кем воевала?

— Вот! — Наша леди царственным жестом подала Витьке какой-то заляпанный грязью кувшинчик. — Ваше молоко!

Брат заглянул внутрь и здорово озадачился. Еще около пяти минут он вдумчиво вращал в руках сосуд, пытаясь более тщательно рассмотреть содержимое.

— Хм… — растерянно пробормотал он. — Его содержимое меня невольно путает. Что ты думаешь, Норри? — И протянул кувшин для осмотра эльфенку.

Второй мой брат глянул внутрь, испуганно вскинул брови, осторожно понюхал, резко отшатнулся и чихнул. Да что же там такое? Я тоже хочу посмотреть! Но Норри проигнорировал мои протянутые руки и поднял сосуд выше.

— Леди Ладиина, не будете ли вы столь любезны, пояснить нам, где взяли данный кувшин? — смущенно спросил он.

— Что значит где? — фыркнула наша красавица. — Света сказала раздобыть молока, вот я и подоила коз. Тут в хлеву их много.

— А почему из предполагаемого молока шерсть торчит? — продолжил допрос эльф.

— Ну, может, немного шерсти попало, — пожала плечами девушка.

— Немного?! — ахнул Вик. — Да здесь меха больше, чем молока! Молчу уже о комках грязи!

— Ну, может, чуток пыли и осело, — послушно согласилась супруга.

— Совсем малость! — взвился Норри. — Да сюда полхлева нагадило! Как ты их доила?

— Ну, эти скотины бодались… — Ладиина рефлекторно потерла ушибленный бок, и я только теперь заметила аккуратный отпечаток копыта у нее на платье. — В общем, когда я поймала одну из этих сволочей, та не захотела мне помочь. Ну, я ее головой об стену, чтоб стояла смирно. Она меня, за палец укусила. Я ей кулаком в глаз и снова головой об стену. Она взбрыкнула, я опять ее головой о стену…

— И что, ты весь хлев так доила? — опешила я.

— Ну-у… — замялась Лада. — С первой козы молока не очень-то получилось. Пришлось к другим обращаться. Некоторые звери убежать хотели, но разве ж кто от меня уйдет? Они, правда, тоже несговорчивыми оказались. Пришлось парочке рога сломать…

— ЧТО?! — взвыл не вовремя пришедший в себя больной и от испуга подскочил на метр в высоту из положения лежа. — МОИ ПОРОДИСТЫЕ КОЗОЧКИ!!! ЧТО ТЫ С НИМИ СДЕЛАЛА, ТВАРЬ?!

— Говорил я, что в хлеву какой-то шабаш творится. А вы мне не верили, — укоризненно заметил Норри.

Микола скорбно застонал и вдруг замер, словно его осенила какая-то страшная догадка.

— Слушай, — тихо заговорил он, лихорадочно сверкая глазами, — а я же со своими козочками и козлов держу. ТЫ ЧТО, И МОИХ МАЛЬЧИКОВ ПОДОИЛА?!

— Не хочу тебя расстраивать, друг, — вздохнул Витька, — но нашей красавице все равно кого доить. Что козлов, что мужиков.

Норри еле заметно улыбнулся и с невинным видом вышвырнул кувшин в окно. Поймав наш коллективный взгляд, он, как ни в чем не бывало, пожал плечами и невозмутимо заявил:

— Извините, случайно выскользнуло. Надеюсь, вы не расстроились? Оно же все равно несъедобное.

Мы молча обернулись к притихшей Ладиине.

— Козлов я не доила, — кусая губы, произнесла она. — Наверное.

— ЧТО? — опешили мы.

— Темно там было! — взорвалась наша блондинка. — А они там все на одно лицо, то есть морду!

— Ты что, определяла пол животного по морде лица?! — воскликнул Вик. — А вниз, под капот, так сказать, не смотрела?

— Да смотрела я! — закричала Лада. — Смотрела! Только чаще мне их об стенку швырять приходилось! Такие драчливые, заразы!

Мужик на кровати издал приглушенный всхлип и, подорвавшись, кинулся к дверям. Похоже, никакая болезнь его не остановит, если что-то угрожает делу его жизни.

— Лада, милая, ответь мне только на один вопрос, чисто из научного интереса. Там кто-нибудь выжил после твоей дойки?!

— Надеюсь, — скромно пожала плечами Ладушка.

Абзац! Помогли, называется, тяжелобольному! Я от шока в первую минуту даже и не подумала, с какого это перепугу Лада, вместо того чтобы, как ей велели, идти в деревню и принести молока, поперлась в хлев и решила ДОИТЬ! Вряд ли у местных дворянок имеется спецкурс по данному предмету. Я уж молчу о ее чудовищных методах!

— Песец!.. — простонал Вик и, хохоча, сполз по стеночке. — Ладушка, девочка, поделись секретом, какой террорист учил тебя вести домашнее хозяйство?

— Я потомственная дворянка! — взорвалась Лада. — Как выяснилось, дочь правителя вампиров! С какого перепугу я должна учиться грязной работе? Пусть у меня с отчимом отношения были натянутые, но козлов и коз я только на картинках или издалека видела!

Да, как и следовало ожидать, спецкурса по сельскому хозяйству у дворянок нет! Надеюсь, экономике Миколы нанесен не серьезный ущерб. Тут тишину прорезал душераздирающий крик. Кажется, мужик дополз до хлева.

— Моя самая лучшая коза!!! — подтвердились мои догадки.

— Естественно, — пробормотала себе под нос Лада. — У нее было самое большое вымя… и самый гадкий характер.

Только отошедшие от веселья братья снова перегнулись пополам и повалились на землю. Я направилась к двери. Нужно помочь хозяину оценить размер ущерба. Ну, на худой конец посочувствовать.

— Мы с тобой! — простонали братья и на четвереньках поползли за мной следом.

Мужик рыдал над чуть живой большой лохматой козой с солидными рогами и шальными глазами. Увидев вошедшую следом за нами Ладу, она выдала истеричное «мля!», по интонации и выражению больше созвучное с великим и могучим словом русского языка, и попыталась поспешно куда-нибудь сбежать. Прочие козы сбились в кучу в самом дальнем углу хлева и меленько дрожали, глядя на нашу красавицу, как кролики на удава. Ну, Ладушка, ну, КОЗА! Общества по защите животных на тебя нет! Кто ж тебя надоумил?

— Лада, а почему ты не поступила, как мы договаривались? — обратилась я к задумчиво прислонившейся к косяку Ладиине.

— Да только вышла за порог, как встретила грязную девочку, — спокойно ответила красавица. — Ну, я ее и спросила, где купить молока. А она и говорит: «Зачем тебе до деревни идти, если в хлеву полно коз? Пойди подои». И я пошла. Сама не знаю почему, но пошла. И ведь не задумывалась в тот момент, что не умею. Казалось — все могу.

— И ты действительно многое смогла! — оценил ущерб Вик.

— Да, — вздохнул Норри. — Вон у той козы, похоже, будет инфаркт!

— А разве такое возможно?

— Возможно, — уверенно кивнул эльф. — Если их свести с нашей девицей.

Я попросила описать девочку. Лада дала более-менее подробный портрет, но слушавший нас хозяин несчастных животных лишь ошарашено покачал головой.

— Я не знаю никого, кто подходит под такое описание, — тихо произнес он. — У нас такие дети не живут.

— Но она прекрасно знает вас, — заметила я. — И при этом, кажется, имеет на вас зуб.

— Это-то меня и тревожит, — вздохнул больной.

— Так! — вдруг опомнилась я. Нехорошо простуженному человеку стоять босиком на холодном, хоть и застеленном соломой полу. — А ну, марш обратно в дом!

— А как же мои козы? — всхлипнул Микола.

— Братья разберутся, — пообещала я. — Норри, ты у нас только по растениям или еще по животным специализируешься?

— По всем, — вздохнул эльф. — В нашей команде приходится быть специалистом широкого профиля. Идите, я посмотрю, что можно сделать.

Мы с Виком отвели Миколу в дом. Напоили валерьянкой, Ладу снова послали за настоящим молоком. И на этот раз коровьим. Хватит с нас коз. Надеюсь, больше в деревне никто не пострадает. Еще раз напоили пациента валерьянкой. Я взяла принесенные Норри веники засушенных целебных трав и заварила ромашку. Вошел задумчивый Норри.

— С вашими животными все будет в порядке, — поспешил успокоить эльфенок больного. — Но я бы посоветовал вам дать им недели две отдохнуть от своих обязанностей.

Мужчина облегченно вздохнул и откинулся на подушки.

— Все это больше похоже на проделки мелкой бытовой нечисти, — задумчиво предположил Норри.

Мы с Виком дружно кивнули. Невинно загубленные души так по-детски и мелочно не мстили бы. Вот только кто так отличился?

— Скажите, у вас с домовым хорошие отношения?

— Чего? — испуганно прохрипел Микола.

— Ну, вы разве не подкармливаете своего домового? — вкрадчиво уточнил эльф. — Разве у вас другие так не делают?

— Деревенские делают, — согласился мужчина. — Но я на землях Дракона пришлый. Всего пару лет как обосновался. Как только я вывел новую, особо удачную породу и мои козы с козлами стали славу по всей округе собирать, прежний хозяин начал здорово меня притеснять. Налоги завысил, гад. Вот я однажды не выдержал и на эти земли подался. Здесь жить оказалось действительно легче. Село на козьих сырах специализируется, так что я очень востребован. Подати нормальные, разбойники как-то не водятся, караваны частенько проходят. Порой, правда, какое-то жуткое зверье пробегает, но в деревне успокоили, сказали, что это хозяйские псы. Их, если что, покормить нужно, а они и помочь могут. Я сначала этих хищников побаивался. Думал, они моих коз передерут, но чудовища их не трогали. Лишь однажды эти Стражи порядка у меня есть попросили. Спокойно кашу проглотили и ушли. А нового хозяина своего так и не видел. Ну, разве не жизнь? Единственное, не верю я, что он дракон. Ну не может ящер так по-человечески со всеми обращаться!

— Но он дракон, — вздохнула я. — И вдобавок ко всему она.

— Да бросьте, — скривился мужчина. — Не может такого быть!

— Но это правда, — подтвердил Вик. — Равно как и то, что княжна перед вами.

— Разыгрываете? — обиделся Микола. — Мы, конечно, еще не успели с вами познакомиться. Но это же не повод дурить человека! Я в эту сверхъестественную чушь не верю! Не может дракон превращаться в человека. Куда лишняя масса девается?

— Не знаю, — честно призналась я. — Но факт остается фактом. А почему вы в домовых не верите?

— Я родился и вырос на человеческих землях, о вампирах, эльфах, суккубах и прочих я только слышал, видел пару раз урков и орков. Отродясь вокруг нас был простой, понятный мир. А на ваших вотчинах нечисть на нечисти и нечистью погоняет. Здесь даже люди другие, домовому мисочку со сливками ставят, лешему гостинец приносят, водяному первый литр самогона сливают, а своему хозяину-дракону чуть ли не поклоняются. Хоть они и хают его прилюдно на человеческой территории, во время праздника Благословления всем скопом чуть ли не по две свечки за здравие своего князя ставят. Уж я-то видел, не первый год живу. Даже дети малые, только-только из колыбели вылезли, а уже бегут и кричат: «Тятька, тятька, дай свецку за длакона поставить!» Честно говоря, я уже и сам за Драко ставить свечки стал. На такого хозяина действительно надо молиться! У меня одни доходы, даже с его налогами! И ничего сверх меры не требует! А теперь скажите, может ли бездушный, жестокий ящер так по-человечески ко всем относиться?

— Может, — кивнул Вик. — Только это большой секрет. Кстати о доходах. Хочу вас немного проконсультировать.

Витькина лекция длилась около часа. За это время Лада успела вернуться с настоящим молоком и (о чудо!) без приключений. Мы с Норри приготовили ужин и покормили остальных. Убедить Миколу в том, что я действительно дракон, удалось лишь с пятого раза. И то, думаю, он согласился, только чтобы мы поскорее от него отстали. Поймать домовенка мы решили ближе к ночи. Вот только что-то меня смущало.

Во-первых, насколько успела узнать, домовые больше похожи на старичков, нежели на молоденьких рыжих взлохмаченных девчонок с веснушками на пол-лица, во-вторых, они не враждуют со своими хозяевами, и, в-третьих, они живут в старых домах. На новое место их должен пригласить либо перенести хозяин. Норри мгновенно понял мое смятение и тут же среагировал, обернувшись к Миколе:

— Скажите, а вы дом ставили случайно не на месте какой-нибудь постройки?

— А что, нельзя? — встрепенулся мужчина. — Вы налог за это хотите содрать?

Вот теперь он быстро признал во мне власть имущую.

— Нет, — поморщился Витька, словно переступая через себя. — Никаких налогов в ближайшие три месяца не будет. Мы просто вам помочь хотим.

Мужчина уставился на нас, как на психов. Ну да. Где это видано, чтобы князья лично разбирались с проблемами какой-то деревни? Ну, так это у людей, а здесь, как он успел подметить, все не так.

— Здесь когда-то изба разрушенная стояла, — сдался Микола под нашим долгим молчанием. — Я бы свою рядом построил, да фундамент здесь уж больно хороший был, качественно сделанный. Вот я и поставил новую избу сверху.

— А хлев на чем построили?

— На заброшенной бане, — покаялся мужчина.

Мы переглянулись и поняли: вот оно! Эта девочка — банница. И мстит она, похоже, за то, что на ее доме отгрохали особняк для коз и козлов. Наверное, на ее месте я бы тоже разозлилась. Ну да это ее проблемы, мы таких шуток не прощаем.

Напоив пациента еще раз валерьянкой, мы отправились на экстренное совещание.

— Банница выйдет после темноты, — заметил Норри.

— Я ей шею сверну! — прошипела Лада.

— Нет, ты будешь приманкой, — пресек ее наполеоновские планы Вик.

— А вам не кажется, что Ладу она уже знает и вряд ли подойдет? — забеспокоилась я.

— И правильно сделает! — рыкнула супруга.

Я невольно задумалась, а как Ладиина общается с простыми смертными. Это с нами она временами вежлива и вынуждена смиряться с господским произволом. А с крестьянами как? Почему банница заколдовала именно Ладу и направила в хлев? Хотя, может так статься, что наша красавица просто оказалась не в то время и не в том месте. А может, и нет.

— Лада, а как ты встретилась с банницей?

— Только я вышла за порог, как передо мной оказалась девочка, — послушно ответила она. — Повторяю еще раз: маленькая, конопатая, рыжая. Я ее спросила, где взять молока. Она мне сказала, что в деревню идти незачем, и послала в хлев.

— И все? — Что-то мне подсказывает, что это сильно отретушированная версия событий.

— Все, — невинно заверила Лада.

Ладно, не будем настаивать. Пару часов мы решили поспать. Надо пользоваться любым моментом тишины и покоя, потому как неизвестно, когда нам в следующий раз выдастся такая возможность. Братья отрубились сразу, чуть позже уснула Ладиина. В какой-то момент и я сама не поняла, как очутилась в мрачном готическом зале. Ну, здравствуйте, пессимистичные серые сущности! Что беспокоит вас на этот раз?

— Время выходит! — бесновался на троне их предводитель. — Почему откладываете завоевание мира? Что это за гениальный план такой, который настолько гениален, что не работает в этом простом, несовершенном мире?!

— Мы все продумали до мелочей, — спокойно ответил Орту, стоя перед господином на одном колене. — Но наше влияние на Носящего перстень исчезло. Маги больше не чувствуют связи.

— Умер наш ставленник? — спокойно уточнил правитель.

— Нет, мой лорд. Наша марионетка жива и здорова, вот только она больше нам не подчиняется.

— Насколько помню, аналитики еще раньше предупреждали, что он крайне неуправляем и непредсказуем.

— Да, — кивнул Орту. — Но мы не могли взять кандидата попроще вроде Михея или Казиларга. Он бы просто не смог завоевать этот мир.

— Михею же это почти удалось, — тихо возразил правитель.

— Вот именно, мой господин, что почти, — ухмыльнулся Орту. — Михей был обречен изначально. Он, конечно, сильный маг с уникальными способностями, достаточно волевым и сильным характером, но на Гее его бы просто съели более сильные акулы. В любом ином мире наш ставленник чего-нибудь и добился бы, но не там. Мир Аргелла очень жесток, и слабые правители там долго не задерживаются, по крайней мере, на нелюдской части. Столь многое Михею удалось завоевать только благодаря эффекту неожиданности и временным распрям владык между собой. Но если бы они все объединились, то уничтожили бы противника и без драконов или нашего кандидата.

— Если там все такие сильные, то почему предложили именно этих кандидатов, Орту?

— Это была моя инициатива, — склонил голову слуга. — Из всех правителей у Михея было больше всего шансов завоевать мир. Так уж ему улыбнулся случай. Это просчитали наши аналитики еще за сто лет до событий. Помните?

— Да.

— А Носящего перстень выбрал именно я, потому что из всех кандидатов у этого было максимальное число степеней свободы. К тому же стоило учесть такой неизвестный параметр, как дракон, а с ним с большей вероятностью мог справиться наш кандидат.

— Почему Драко вообще не уничтожили?! Ведь первое правило предводителя гласит: «Если в твоем плане существуют неизвестные параметры — исключи их».

— Если это возможно, — уточнил Орту. — А второе правило гласит: «Если это невозможно, то постарайся по максимуму просчитать вероятности и предсказать его поведение».

— Но драконов невозможно предсказать! Тебе ли не знать это, Орту? Неужели так трудно было убить маленькую, хрупкую девушку?

— Во-первых, все драконы крайне живучи, а во-вторых, она на подсознательном уровне вычисляла киллеров и старалась от них сбежать.

— Что они за профессионалы, если от них можно так просто уйти? — хмыкнул правитель.

— У маленькой Драко обнаружились интересные способности, мой господин. Когда девочка чувствовала опасность, она, по-видимому, хотела быть незаметной и просто отводила глаза нашим людям. Мы перепробовали все расы, но магия этого дракона сильнее.

— Вот уж воистину создал по своему образу и подобию! — ворчливо пробормотал правитель. — Не удивлюсь, если в какой-то момент они и миры создавать начнут.

— А с убийцей драконов она разминулась буквально на пару минут.

— Счастливица!

— Да уж, — кивнул Орту. — Правда, тогда за ней гнались Призрачные Гончие.

— О-о-о! — протянул правитель сущностей. — Гончие — единственное стоящее творение, которое умудрились создать эти псевдоохотники за драконами.

— Да, мой лорд, — согласился Орту. — Вот и мы понадеялись, что Гончие ее ухлопают, но, увы, не получилось.

— Что так?

— Как вам уже известно, сначала ей повезло, точнее, не повезло тем рыцарям, что с ней связались, а потом она оказалась двоюродной сестрой их хозяина.

— Да, драконы хорошо устроились.

— О! Они разноплановы, — подтвердил Орту. — У них родственные связи растут и множатся, причем, самое обидное, с сильными мира сего.

— А что с моими подхалимами?

— Их последнее творение, умроки, печально провалилось.

— А что мой тонкий и гениальный план про лопарей? Почему ты молчишь, Орту?

— На основное гнездовье наткнулись драконы.

— Что?!

— Извините, мой лорд, но наши аналитики и предположить не могли, что этих малолетних психов понесет ночью на болота, да еще на окраины собственных земель.

— Только не говорите, что они еще живы. Ну, чего ты опять молчишь, слуга?

— Я не говорю, — тихо вздохнул Орту. — Увы, но Драко еще живы, однако мы работаем в данном направлении.

— Работайте, работайте. Свернитесь в узел, но мне нужен этот мир! И объясните нормально, почему исчезла связь с Носящим перстень?

— По всей вероятности, у него пропало кольцо.

— Что?

— Это еще неизвестно, но шпионы доложили, что не видели на его пальце кольца.

— А куда оно могло деться?

— Не знаю, мой лорд.

— А где оно?

— Не знаем, мой лорд.

— Как?!

— Оно либо уничтожено, либо находится в изолированной от магии зоне, либо какой-то супермогущественный маг его блокирует.

— Подозреваешь, что это Ведущие маги мира вставляют нам палки в колеса?

— У них есть на то причины, — кивнул Орту. — Ведь если армия эргов вступит на Гею, ваши солдаты выпьют из мира всю энергию, и он перестанет существовать. Им просто нечем будет править.

— Да, власть — ценный товар.

— Вы как всегда правы, мой лорд, однако мы сделали официальный запрос с просьбой выдать кольцо. Верховный совет дал разрешение на обыск. Маги пошли навстречу.

— Это даже подозрительно.

— Очень, мой лорд, особенно потому, что мы нигде не обнаружили кольца.

— А кто обыскивал?

— Видящие.

— Они профессионалы в своем деле. Если к пропаже кольца причастны Ведущие маги мира, то они нашли надежное убежище.

— Возможно, мой лорд.

— А следить за ними не пробовали?

— Мы послали своих соглядатаев, но маги сейчас крайне осторожны. У них возникли какие-то большие проблемы.

— Ничего себе! Что же могло их так испугать?

— Скорее расстроить и взволновать, мой лорд. Мы расследуем это дело.

— Расследуйте, но главное — доставьте мне на блюде голову Дракона!

Я проснулась в холодном поту. Сердце бешено колотилось, и пульс отдавался в висках. Давно я не просыпалась с такой реакцией из-за кошмара. Вот только приснившееся не было простым кошмаром. Где-то на Земле кто-то на самом деле решительно настроился нас убить, и мне было страшно. Это не пустая угроза, которую можно проигнорировать либо подумать, что все само собой рассосется. Даже попадая в неприятности, я не боялась так, как сейчас. На химфаке нас учили не стоять и тихо паниковать в случае экстренной ситуации, а спокойно и хладнокровно решать возникшую проблему. В характере дракона заложен тот же принцип, поэтому при попадании в очередную переделку страхи отходили на второй план, и я отвлекалась на поиски выхода. Там все было просто и понятно. А здесь — знаешь, что над головой висит меч, но чей он и за что на тебя ведут охоту, непонятно. Неизвестность пугает.

Я встала и направилась к двери. Захотелось подышать свежим воздухом. После пережитого спать больше не хотелось. Братья все еще сладко дрыхли. С минуту я любовалась на их безмятежные лица. Они походили на ангелов. Темного и светлого, по каким-то непонятным причинам нашедших друг с другом общий язык. Норри забеспокоился и завозился, словно ему тоже снился кошмар. Вик во сне тут же перевернулся к нему лицом и положил свою руку брату на плечо, словно безмолвно говоря: «Держись, друг, мы с тобой!» Эльфенок всхлипнул и затих. Я поправила на них одеяло и вышла на крыльцо.

На улице уже порядком стемнело. Долго же мы проспали. Я вдохнула вечернюю прохладу и подставила лицо легкому ветерку. Здесь, на окраине деревни, было одновременно и уединенно, и оживленно. Кудахтали вдалеке куры, крякали утки, заржала где-то лошадь, ей в ответ мекнула то ли коза, то ли козел. Сзади же раздавались звуки леса. Я втянула носом запах сосны. Хорошо-то как! В городе такого чистого воздуха не найдешь. Как бы голова не разболелась от слишком хорошей экологии.

— Классные колечки! Поносить дашь?

Я обернулась на источник звука и увидела невысокую рыженькую девочку, аккуратненький, задорно вздернутый носик и совершенно очаровательные веснушки. Если это наша банница, то удивительно обаятельное создание.

— Так что с колечками? Поносить дашь? — надула она губки.

— Извини, я не могу их снять.

— Зачарованные? — Девочка склонила голову набок, заинтересованно сверкая зелеными глазами.

— Нет, мне дали их поносить. И, я думаю, скоро придется возвращать.

— Ты смотри, — пробормотала под нос банница. — А ты ведь действительно в это веришь!

Я похлопала рядом с собой по крыльцу, приглашая ее сесть. Заколдовать меня банница пока не пыталась и вела себя относительно дружелюбно, поэтому бросаться на нее с мечом наголо я не собиралась. Может быть, в спокойном, мирном разговоре мы лучше поймем друг друга и придем к консенсусу.

— Ты с парнями путешествуешь? — кивнула на запертую избу банница.

— Да.

— Берегись! — наставительно заявила он. — Им всем нужно только одно!

— И что же? — полюбопытствовала я, пряча улыбку в уголках рта.

— Не знаю, — скорбно вздохнула девочка. — Мне пока не рассказывали.

— А кто тебе обо всем говорит?

Банница покосилась на меня, немного отодвинулась и, нахохлившись, сообщила:

— Это секрет.

— Как тебя зовут?

— А тебя как? — сверкнула глазами девочка, отодвигаясь от меня еще дальше.

— Света.

— Све-та, — по слогам произнесла собеседница, словно пробуя мое имя на вкус.

— Есть хочешь? — вспомнила я добрую старую традицию, которую воспитала во мне мама.

Девочка явно заинтересовалась:

— А что есть?

— Каша, молоко, мед. Выпечкой в деревне угостили.

— Пирожками с повидлом? — загорелся ребенок.

— Есть немного, если мои братья их не съели.

— Давай! — отчаянно махнула рукой девочка. — И молока побольше возьми, если только оно не то, что ваша спутница надоила.

Я вновь подавила улыбку и пошла в дом. Там по-прежнему было сонное царство. Обогретый и отпоенный отварами Микола сладко спал, отвернувшись к стене. Лада скорбно сопела на лавке в уголочке, бормоча во сне, что этот фасон свадебного платья ей не подходит и ее будущий пятый муж просто монстр, но по сравнению со мной очень даже ничего. Однако! Вот уж не знала, что я хоть каким-то боком фигурирую в сновидениях Лады, пусть и кошмарах. Пойду-ка лучше отсюда. Быстренько собрав продукты для внепланового пикничка, я вышла на крыльцо.

— А я уж думала, ты не вернешься! — сказала банница.

— Почему? — изумилась я.

— Да так, — пожала плечами девочка. — Не обращай внимания. Пирожки есть?

— Конечно!

Мы скоренько разложили еду и принялись за перекус. Обычно я по вечерам не ем, но тут что-то зверски захотелось.

— Ну что, за нас? — Я подняла кружку молока в импровизированном салюте.

— За нас! — улыбнулась банница, и мы чокнулись глиняными кружками.

— А за что ты Ладу в козий хлев послала? — спросила я.

— Что? — невинно хлопнула ресницами банница, но я заметила, как она стушевалась.

— Да ладно, не притворяйся. Я знаю, кто ты.

Девочка еще больше смутилась, вся как-то подобралась и, сложившись в компактный комочек, тихо уточнила:

— Бить будешь?

— Нет, мне просто интересно, за что ты с ней так.

— Не хочу оправдываться, но твоя спутница ужасно хамит незнакомцам. Она обозвала меня малолетней дурой ни за что ни про что, и я решила сделать из нее взрослую дуру.

— А Микола тебе, чем не угодил? За что ты с ним так?

— А почему он мою баньку разрубил и какой-то хлев построил?! Мне она, между прочим, от отца в наследство досталась, а тому от деда. Фамильная реликвия, так сказать. И дядюшку моего он обижает, отстроил новые хоромы, гоняет бедного и даже не благодарит за это! А ведь он у меня уже старый, трудно за домом и таким хозяйством присматривать!

— А деревню почему терроризируешь?

— А чего надо мной вся наша братия смеется? Сапожник без сапог! Домовой старосты, сволочь, издевается.

— И ты одна ведешь священную войну со всей деревней?

— Да какая это война, — скромно потупилась банница, и кончики ее ушей предательски заалели. — Так, баловство одно.

— Слушай, а если мы поговорим с Миколой и представим вас друг другу, ты станешь примерной девочкой?

— А он будет нас уважать и подкармливать?

— Думаю, если хоть раз увидит вживую, то да.

— Хорошо, только ты ему про коз не говори, ага? Не хочу портить отношения со своим будущим работодателем.

— Может, он тебе и новую баньку отгрохает.

— Было бы неплохо! — вздохнула банница. — Меня, кстати, Кали зовут.

— Приятно познакомиться. — Я подлила ей в кружку молока.

— Взаимно, — кивнула девочка. — Странно, ты меня даже опоить не пытаешься!

— А надо? — ухмыльнулась я.

— Не-а, — улыбнулась собеседница. — А что с дядей делать? Ему уже действительно трудно по хозяйству справляться. Я, конечно, помогать пытаюсь, да у меня квалификация другая.

— А детей у него нет?

— Есть, да все в город подались на вольные хлеба, говорят, тут деревня, перспективы никакой. Ограниченные возможности.

— А если написать им письмо и предложить одному вернуться? Сказать, что есть вакансия домового в большом процветающем хозяйстве? Микола говорил, его козлы и козы на всю округу известны. И не только породой, но и целебным молоком, из которого производится одна из самых дорогих и эксклюзивных марок козьего сыра.

— Гадость несусветная! — поморщилась девочка.

— И не говори, — согласилась я. — Но народу почему-то нравится.

— Достаточно пары богатых извращенцев и такой же пары богатых тупиц, чтобы создать новое веяние, — вдруг по-взрослому заявила Кали. — Ладно, пойду с дедом переговорю.

И куда-то упорхнула, просто растворившись в воздухе. Только пятки сверкнули.

— Ну и чему ты мою племянницу учишь? — вдруг раздался сзади скрипучий, сварливый голос.

— Здравствуйте, господин домовой, — сориентировалась я. — Не желаете ли молочка?

— А какое молочко? — Дед материализовался из воздуха. Невысокий, худенький, сморщенный. Этакий божий одуванчик, если б не горящие лукавые глаза.

— Коровье, и пирожки еще остались. Уважьте, угоститесь.

Старичок для виду помялся, но видно было, что мои слова ему польстили. Он присел рядышком и шустро цапнул самый большой пирожок. Я налила ему молока в кружку Кали. Домовой принюхался, шумно поведя носом, и отхлебнул.

— Хорошо! — прищурился он, одним укусом заглатывая полпирожка. Вот тебе и беззубый старичок.

— А ты, гляжу, и сама молоко за милую душу трущишь!

— Да, дядька, я заметила, что она его не хуже нечисти лопает. — Из воздуха возникла взъерошенная банница.

— А она и есть хуже нечисти, — ухмыльнулся домовой. — Правда, княжна?

— Княжна?! — изумилась девочка. — Это ты дракон?

— А что, это очень плохо?

— А автограф дашь? — загорелась банница. — Ну надо же! Я пила молоко с настоящим драконом! Все в деревне обзавидуются!

Домовой улыбнулся в усы и с гордостью взглянул на племянницу.

Где-то через полчаса проснулись братья, а за ними и Микола. Переговоры с домовым прошли более чем успешно.

Господин Лукшский согласился отстроить новую баню, выплачивать по серебрушке в месяц за работу и каждый вечер проставлять свежее козье молоко. Оставив больного заботам домового и банницы, мы направились дальше.

С одной стороны, путешествовать на ночь глядя — сомнительное удовольствие, с другой — нам очень нужно поскорее добраться до Гвиневеры и посоветоваться с ней. Больше отклоняться от маршрута не имеет смысла. Все равно пятого Дракона своими силами мы не нашли, хотя и проверили основные точки. Может, теперь провидица что путное посоветует?

Норри построил портал, ориентируясь на деревню Коноплянка. Это та самая деревня, что находится около конопляных эльфийских полей. Мы там около месяца провели, восстанавливая испорченное имущество. Но местные жители до сих пор на нас косо посматривают и кулаки рефлекторно сжимают. Эльфийское правительство тогда высказало своим крестьянам-работникам большое нечеловеческое «фи» и наказало рублем, так что драконов в деревне поминают так, что мне до сих пор икается.

2

Конопля — это не трава, а дерево. Только ему вырасти не дают…

Из умозаключений одного нерадивого эльфийского школьника

Из портала мы вышли точно на окраине конопляного поля. Норри хоть и поспал немного, но сразу побледнел и осел на землю. Все-таки два магических перехода за день, да еще с прочим колдовством — многовато. Зато сейчас отдохнем, а там до Луары рукой подать.

Заночевать мы решили прямо на конопляном поле. Не столько по старой памяти, сколько в целях экономии сил и времени. Заглянуть в замок Лерри, конечно, заманчивая перспектива, но вряд ли мы оттуда уйдем быстро и сразу.

А в деревню лучше не соваться, так как местные жители, несмотря на все исправительные работы, до сих пор не могут простить наши с оборотнями полевые эстафеты. Я прямо спиной чувствую, как у них руки чешутся приласкать нас чем-нибудь увесистым.

В другую, соседнюю деревню тоже лучше не соваться, ибо там слишком много ушастых блондинистых отпрысков, и рогатые мужья да женихи поминают Норри так, что ему не только икается, но еще и знаменитые уши горят.

В общем, остановимся в поле. Вредить посевам мы не собираемся, а посему, думаю, эльфы нам простят. А если что, надеюсь, с Лерри договорюсь.

Где-то среди ночи я проснулась оттого, что кто-то настойчиво тряс меня за плечо.

— Свет, Свет, проснись! — лихорадочно шептал Норри.

— Что случилось? — рыкнула я спросонья. Биологические часы говорили, что время еще крайне позднее, точнее, очень раннее.

— Там кто-то нашу коноплю ворует! — всхлипнул Норри.

У каждого эльфа существует инстинкт сберечь и защитить конопляное поле. Узнав, что ушастые неровно дышат и трясутся над своими сельскохозяйственными угодьями, я долго смеялась. Но, основательно промучившись с братьями, восстанавливая нанесенный эльфийской казне ущерб, практически сроднилась с ныне засеянной культурой и теперь очень понимала лесных жителей.

Сон как рукой сняло. Я столько с Витькой и Норри работала, так старалась, и вот теперь какой-то гад посмел испортить плоды наших трудов? Какой-то камикадзе рискнул рвать МОЮ КОНОПЛЮ?! Не позволю!

— Пошли посмотрим! — прошипела я, подрываясь с земли и цепляя оружие. На всякий случай прихватила с собой и арбалет. Не мною замечено, что осторожные люди живут дольше.

Норри молча стоял рядом, нервно кусая губы. Такое чувство, что он уже был не рад, что привлек меня.

— А может, не надо? — вдруг пошел он на попятную. Видно, подумал, что эта затея ничем хорошим кончиться не может.

— Надо, Федя, надо! — процитировала я Шурика из «Операции „Ы“» и приказала: — Веди.

Брат вздохнул и со скорбным видом направился в центр поля. Метров через двадцать мы нарвались на злоумышленников.

Ими оказались урки. Семеро. Один, самый высокий и лохматый, с кольцом в ноздре, командовал процессом. Трое самых маленьких, в одних набедренных повязках, с деловым видом жали нашу коноплю и, складывая в небольшие снопики, грузили на своих более крупных собратьев. Причем делали это в середине поля, чтобы с окраин не сразу заметили. Ну, держитесь, прохвосты! Я вам сейчас устрою! Руки так и зачесались прогнать этих гавриков с наших территорий. У! Как я зла!

— Погнали! — скомандовала я, вскидывая арбалет и готовясь к атаке.

— Свет! Ты что?! — возмутился Норри.

— Ах да, ты прав, мы Вика забыли позвать, — согласилась я и мысленно крикнула Витьке: «Спасай, брат, терпим экономические убытки!»

«Что?! — мгновенно вынырнул из забытья кузен. — Свет, Норри, вы где? И какая экономика? Поле кругом!»

«Это наше поле и воруют!»

«Это кому же жить надоело?!» — возмутился брат.

«Уркам».

«Ждите, я сейчас!»

Через две минуты рядом с нами появился бодрый, свежий Вик с двумя катанами и арбалетом за плечом. Были бы у нас гранаты, он бы и их захватил. Рядом хмуро зевало наше основное психологическое оружие — Ладиина и сонно щурился чуть поодаль Кейси.

— Ну что? В атаку? — ухмыльнулся Вик.

— Ребята! Вы что?! — истерично выдохнул Норри. — Мы же поле испортим!

— Плевать! — решительно тряхнул головой лорд Венатор. — Зато этих гадов достанем! Или ты позволишь всяким гаврикам наши труды коммуниздить?! Пугнуть их однозначно нужно, чтобы впредь неповадно было.

— Тут где-то наш мобильный охранный отряд должен быть, — осторожно заметил принц. — Может, его вызвать?

— Однозначно! — согласился Вик. — Всех собирай, но и сам не плошай! Их всего семеро!

Норри вздохнул и закусил губу. Отчасти я его понимала. Навредить родным угодьям для него нечто сродни святотатству. Совершеннолетним считается эльфийский юноша, сумевший в одиночку взрастить и сохранить поле конопли, а потому повредить священному растению не просто дурной тон, но и страшная подлость по отношению к собратьям.

Вот уже пять сотен лет продолжается эта милая традиция. С того самого дня, когда правящая верхушка решила, что ушастым юношам на экзамене незачем тратить силы на выращивание деревьев и прочей флоры, если можно вложить их в выгодное дело. Так они сразу двух зайцев убили: и отроки экзамен на совершеннолетие сдают (каждый в отведенный ему год), и стабильная, ежегодная прибыль казне получается.

У основных потребителей конопли — орков и урков — тоже есть милые национальные традиции. Как мне уже рассказывал Оох-рам-Лукуш, у урков совершеннолетие признается тогда, когда кандидат в мужчины выкрадет этот самый урожай конопли у эльфов, а у орков мужчиной признается тот, кто отберет эту самую добычу у урков…

Но сегодня уркам не повезло! Нельзя воровать коноплю у дракона! Мы оглянулись и посмотрели на Норри.

— Ну что? — прошипел Вик. — Покажем лохматым обезьянам, как портить наше поле? Их всего лишь семеро!

В глазах эльфа зажегся священный огонек войны. Как будущий король, он не мог допустить порчу государственного достояния. А как дракон, вдвойне не мог простить посягательства на свои территории.

— Идем! — решительно прошипел он, поигрывая традиционной боевой палочкой лесного народа.

Я вскинула арбалет. Вик, ухмыльнувшись, пару раз крутанул в руке катану и, вложив ее в ножны, также остановился на арбалете. Ладиина сонно зевнула, Кейси же встряхнулся и, судя по всему, тоже приготовился к бою.

Увидев нас, урки вначале обалдели. Они даже жать от удивления перестали.

— Вы кто такие?! — рявкнул самый крупный и волосатый урк с кольцом в ноздре. Видно, их главарь.

Около него сразу нарисовалось трое плечистых урков (те, что таскали на плечах снопы). Мелкие особи в набедренных повязках и с серпами в руках также бросили свое занятие, подтянувшись к остальным.

— Хозяева поля! — рыкнул Норри, принимая на себя роль лидера переговоров.

— А-а-а, — протянули воры и, смерив его презрительным взглядом, продолжили свое занятие.

— А ну, руки прочь от нашей конопли! — не выдержала я.

— А ты еще кто? — фыркнул их главарь.

— Дракон в пальто! — огрызнулась я, вскидывая арбалет. — Убирайся, а то самое ценное у тебя отстрелю!

Урк пристально посмотрел на меня, особое внимание уделив готовому к полету болту. Остальные члены его команды уставились на нас тяжелым взглядом исподлобья.

— Да, — наконец вздохнул волосатый, — с твоим ростом ты можешь. Скажи одно: зачем тебе защищать ушастых?

— Я это поле садила.

— Вот как? С каких это пор перворожденные нанимают малолетних человеческих гастарбайтеров?

— Тебя сейчас не это должно волновать! — огрызнулся Вик, также наводя на него арбалет. Зная меткость кузена, я бы точно стала тревожиться. Вот братик запросто может промахнуться и попасть в самое ценное.

— Слышь, Ургай, — обратился к высокому стоящий рядом урк. — А блондинка с ними ничего. Можно дорого продать на невольничьем рынке или вождю подарить.

— Да и маленькая тоже симпатичная, худовата слегка, но и на нее найдутся любители, — согласился третий, стоящий по правую руку.

— А парни какие красавцы! — крикнул четвертый, у которого шерсть отливала голубизной. — Что ушастый, что чернявый! Прямо слюнки текут!

— А волка вы тоже в оборот возьмете? — хмыкнул Вик.

Урки внимательно взглянули на Кейси. Тот беззвучно ощерился, всем своим видом показывая отношение к данному вопросу.

— Можно и его приспособить, — вальяжно решил четвертый извращенец.

— У него еще ошейник против блох, — доверительно сообщил Вик.

— Не нарывайся, куколка, — ухмыльнулся четвертый.

— Не делите шкуру неубитого дракона! — разозлился Норри, поигрывая палочкой.

— Ха! Видали мы этих драконов! — хохотнул третий.

— Тише! — рыкнул их предводитель. — Не поминай гадов всуе.

— А толку? — не к месту решила поддержать беседу Ладиина. — Мы уже здесь!

На минуту воцарилась тишина. Мы с врагами долго смотрели друг на друга. Семеро урков в полном боевом облачении, правда, уставшие от сбора урожая, и четверо невыспавшихся драконов.

— В атаку! — внезапно рявкнул главный урк и кинулся на нас. На полпути он вдруг резко притормозил, побледнел, словно до него только что дошло сказанное, быстро поправился: — То есть бежим! — и кинулся назад.

Я уж было, приписала победу грозным нам, но, обернувшись, увидела наших метаморфов в облике костлявых демоноподобных полулошадей-полудраконов с горящими глазами и дымом из ноздрей.

Урки продолжали убегать, но поздно: мы уже «сели на коня».

— Мочи лохматых! — издал боевой клич Витька и выстрелил из арбалета.

Как я и предполагала, Витькина стрела попала в молоко, точнее в ногу самому маленькому и лохматому урку. Тот взвизгнул, развернулся и метнул в Витьку серп. Столь негрозное с виду оружие в умелых руках воина полетело в кузена с амбициозностью метательного ножа. И тут мое собственное тело сработало полностью автономно. Секунда-две — и вот я с удивлением смотрю, как выпущенный моей рукой орт сбивает серп, а второй кинжал летит в обидчика. Тот попытался уклониться, но не успел.

— Один есть, — жестко заметил Норри.

Шестеро остальных урков, видя такой расклад, припустили со всей силы, разбегаясь в разные стороны. Я призвала орты обратно, особо не надеясь на удачный исход, но клинки, к великому удивлению, послушно влетели обратно в руки. У ортов и оптов есть очень полезное свойство левитировать обратно к владельцу. К сожалению, самоочищаться они пока не научились.

Норри свистнул своего пегаса и буквально на ходу пересел на коня. Мы разделились на три «конных» отряда и один пеший в лице Кейсариуса.

Урки скакали по полю, словно зайцы, пытаясь скрыться либо замести следы. Никто из них не рисковал выбегать в лес, зная, что там мы их поймаем гораздо раньше, чем в высокой вонючей конопле. Нам такой расклад доставлял какое-то извращенное удовольствие. Видно, сказывался инстинкт хищников: добыча убегает, добычу надо поймать! А съедобная она или нет, уже далеко не важно.

Витька с особенным азартом гонялся за четвертым извращенцем, не теряя надежды его пристрелить, и приговаривал: «Симпатичный, значит?! Чернявенький? Куколка? А вот тебе куколка!» Несчастный урк был утыкан стрелами, как дикобраз, но продолжал убегать, явно чувствуя, что пощады ему не будет.

Норри, как истинный хозяин поля, гонял предводителя, мне же достались все остальные цели. Лепота! Мишени этому не радовались и, убегая, бормотали: «Ёптр турен имбарр! Если это экзамен на мужество, то какой же будет на воина?!»

Преследуя злодеев, мы так увлеклись, что не заметили, как и сами вытоптали приличную часть поля. Если на первых порах урки и пытались отбиваться, то теперь банально убегали. Нашему инстинкту это нравилось еще сильней. А в конопляном поле все отчетливей и отчетливей протаптывались дорожки…

Иногда нам приходилось убегать гуськом, отчего тропинка утрамбовывалась сильнее. Там, где за нами след в след мчалась погоня, проложенный путь превратился чуть ли не в магистраль. Урки почему-то кружили по полю, и их траектория становилась все извилистей и извилистей. В какой-то момент мы снова все встретились и с гиканьем да криками погнались за уцелевшими лохмастиками. Ни дать, ни взять — дикая охота.

И вдруг конопля резко опала, и перед нами оказалось штук тридцать урков, нацеливших на нас луки. Ургай облегченно вздохнул и поковылял к ним навстречу:

— А я уж думал, вы никогда не появитесь!

— Но ведь пришли! — прорычал ему какой-то рослый, плечистый, с шерстью синеватого отлива урк во главе отряда.

— Браток! — закричала внезапно Витькина жертва, из-за стрел похожая на дикобраза. — Браток! Спасай! Этот изверг чернявый вон что со мной сделал! — Урк указал на себя, а затем поспешно юркнул за спину подмоги.

— В атаку! — рявкнул родственник обиженного, и новоприбывшее подкрепление лавиной покатилось на нас…

Думаю, в жизни каждого предводителя наступает момент, когда нужно верно оценить свои шансы и вынести единственно верное решение.

— Бежим! — озвучила я новый негласный боевой девиз.

Убегали мы знатно, используя тактику урков: разделяясь и затаиваясь в высокой конопле. Иногда встречались и молча ждали, когда преследователи в пылу погони пробегут мимо. В один из таких моментов сзади послышалось деликатное покашливание. Мы испуганно обернулись.

— Здравствуйте, — вежливо начал Артамин Извергулович, позади которого маячили неизменные пухлячок, носатый и юный стажер в качестве довеска. — Вы нам интервью обещали.

— Пригнитесь, Артамин Извергулович! — почти хором шикнули мы, сравнив его рост с высотой травы.

Сарк изумился, но все-таки пригнулся. Носатый и пухлячок последовали его примеру. Стажер, чья макушка на пару сантиметров была ниже уровня травы, остался стоять в полный рост.

— Вы нам интервью обещали, — начал высокий.

— Шепотом, пожалуйста! — снова перебили его мы.

— Да что здесь происходит?! — взорвался пухлячок. — Это что за издевательства?!

— Тише!

— Чем вы тут занимаетесь?!

— В засаде сидим! — огрызнулся Вик. — Артамин Извергулович, обещаю: мы дадим вам интервью, но немного позже. Сейчас мы опять немного заняты.

— Ну, уж нет! — взорвался пухлячок. — Я не для того в это вонючее поле тащился, чтобы снова обломаться!

— ТИШЕ! — цыкнули мы, но было уже поздно: урки услышали возмущенные вопли и с боевым улюлюканьем бросились к нам.

— Что это? — мгновенно всполошился пухлячок. Он явно почуял неладное.

— Это наша «засада», — сдала всех Лада.

— Опять что-то зубастое и магическое? — вжал голову в плечи носатый.

— Да нет, на этот раз все традиционное, свое, — улыбнулся Вик и властно скомандовал: — Бежим!

— Да что ж это такое?! — всхлипнул пухлячок и, подобрав полы одеяния, побежал вместе с нами.

Вероятно, сарки не сразу вспомнили о своих карманных порталах и поддались коллективному кретинизму. Артамин и носатый прокладывали путь, но впереди всех, как самый молодой и еще не настолько солидный, мчался стажер. Сразу ясно — студент! Видно, ученики всех стран и измерений одинаковы.

— Что ж вы за люди такие? — продолжал сетовать на ходу пухлячок. — Как ни явимся — одни разборки!

— Астормах, ты забыл, что они не люди, а ДРАКОНЫ! — поправил коллегу носатый.

Стажер бежал молча, но результативно.

— А кто за нами гонится? — наконец пришел в себя Артамин. Все-таки ему, как лидеру, быть сообразительным положено. — По крикам, мне кажется, это урки.

— Ой! Блин! — выругался Лихтеншант. — Мы же на прошлой неделе их так ославили, что они обещали с нас шкуры живьем содрать и вместо ковриков постелить!

— И на хорошие проценты кинули! — всхлипнул пухлячок. — За что они поклялись нам еще и мужскую гордость отрезать да на столбе у шатра повесить.

— Когда? — испугался Артамин.

— Ну, вот видите! — фыркнул Витька. — А все драконы, драконы. А вы вон и без нас классно нарываться умеете!

— Ну, мы тогда попозже у вас интервью возьмем! — тут же нашелся высокий и потянулся к одеяниям в поисках портативного портала.

— Ой, мама! — запричитал пухлячок. — Я свой портал обновить забыл!

— Я тоже! — ударился в истерику Лихтеншант.

Высокий сарк молча на бегу ощупывал свои одежды. По его прикушенной губе было ясно, что у начальства с телепортацией также назревают проблемы. Спас положение стажер.

— У меня нормальный портал, только я вас с собой возьму, если на работу к себе распределите!

— Да ты мазохист, однако! — пропыхтел пухлячок. — С такой работы тикать надо, а не нарываться на нее!

— Молодец, малыш, из тебя будет толк, — похвалил Лихтеншант. — Только сначала надо ставить условия и брать с людей слово, а потом уж раскрывать карты и говорить, что у тебя есть.

— А теперь активируй портал — и мы подумаем над твоей кандидатурой.

— Сначала слово дайте!

— Поздно, если ты нас отсюда не унесешь, мы твою кандидатуру даже рассматривать не будем!

— Сначала вам надо будет отсюда выбраться! — огрызнулся студент.

— А мы драконов попросим! — хмыкнул носатый.

— Ну, сейчас! — пропыхтел Вик. — Если мы вам поможем, все последующие семьдесят процентов гонораров будут наши!

— Так, студент, иди сюда, — сориентировался Артамин Извергулович, — нам дешевле тебя принять, чем с драконами договориться!

— А как насчет зарплаты? Я на стипендию не проживу!

Да, знакомая песня, независимо от времен и миров.

— Поздно! — отмахнулись сарки.

— Ну, совсем чуть-чуть! — взмолился студент.

— Пошли, разберемся! — смилостивился Артамин Извергулович.

— Нет! Сначала слово дайте! — встал в позу стажер.

— Слушай, ребенок, если мы сейчас не смоемся, зарплата тебе будет уже ни к чему!

И сарки исчезли в портале.

— Малыш, если возникнут проблемы с трудоустройством, ты к нам обращайся! — крикнул им вслед Виктор.

И мы остались с урками один на один.

— Может, ради разнообразия бой примем? — предложила я.

— Бой был бы с семью особями, а не с тридцатью! — выдохнул Норри. — А в таких случаях лучше бежать.

— И где же ваш холеный патруль? — в сердцах сплюнул Вик.

— Не знаю, — рыкнул Норри, — но, если живы останемся, я им уши пообрываю!

Юному ванн Дерту приходилось хуже всего. За него главари, опознав эльфийского наследника, назначили награду и приготовили ему очень незавидную для мужчины участь.

— Ребята, — осенила меня гениальная мысля. — А чего мы как придурки по полю носимся? Можем же в воздух взлететь.

— Нет, не можем, — отмахнулся Норри. — Потому что они дротиками отравленными стреляются.

— А сейчас почему так с нами не разбираются? — удивилась я, и тут над ухом что-то просвистело.

— Ну и кто просил тебя каркать? — не выдержал Вик.

— Я не каркала, я только спросила! И сколько у них этих дротиков?

— До фига, — ответил эльф. — Значит, так: разделяемся и зашиваемся в самые густые заросли и сидим там тихо. Дротики легкие, и их легко сбить, в лесу урки нас прикончить смогут, а здесь только наплюются вволю без эффекта.

Мы разделились и поскакали в нашей манере «солнышка». Теперь о сохранности конопли не было и речи. Хоть бы свою шкуру спасти! Вот попали так попали. Внезапно Злыдень скакнул резко вперед и в сторону. Сбросив меня на землю, он мысленно попросил меня притаиться и ждать, а сам вернулся на прежнюю дорогу.

Погоня приближалась. Сидеть в густой, резко пахнущей траве и чуть ли не каждой клеточкой ощущать присутствие врага было страшновато. А вдруг они заподозрили подвох? А вдруг заметят меня? Крики все приближались. Похоже, их там огромная орда, значит, тропка после прохода всего волосатого табора расширится, а тогда они могут запросто нарваться на меня. Мышцы от сидения затекли.

Вдруг преследователи притормозили и затихли. Из травы я голову не высовывала (хотя при моем росте это и так сделать было проблематично), но на что угодно могла поспорить, что они остановились напротив меня и теперь внимательно вглядываются в колышущуюся от ветра и нашей погони траву.

— Вот они! Они там! — внезапно закричал кто-то из урков, и стадо врагов возобновило движение, пройдя в каких-то семи метрах от меня. Кажется, только что я сбросила пару кило.

«Хозяйка, а давай чем-нибудь зажуем стресс!» — встрепенулся желудок.

«Чем? Коноплей? Я с собой продуктов не таскаю».

«Неправильная ты хозяйка, — вздохнул желудок. — И чем же я так перед небесами провинился, что меня отдали тебе?»

Минута без дела прошла относительно легко и спокойно, но когда пошла вторая, я готова была взвыть волком. Не то чтобы у меня шило в одном месте, но сидеть без дела и знать, что где-то там крупные проблемы у твоих братьев, — это чересчур. Я попробовала сосредоточиться и вызвать своего дракона. Как там учили? Расслабиться и позвать зверя.

Ага! Так он и отозвался! Аж десять раз. Спит себе, наверное, сволочь, и не думает, что у хозяйки очередные неприятности. Я попыталась разозлиться и хорошенько встряхнуть своего внутреннего дракона. Ноль реакции. Словно и нет его! Вообще ничего не чувствую.

Ладно, вернемся к внешнему миру. А там происходило неизвестно что: то крики, то ругань. Внезапно у моей руки приземлилась длинная деревянная иголочка с черным кончиком и перышком на другом конце. Так, Свет, спокойно. Это, наверное, какой-то заблудившийся индивид, так как, судя по звукам, орда находится в другом конце поля. Тем не менее, мои руки рефлекторно потянулись к оружию. А точнее, к ортам. Арбалет у Злыдня остался. Хорошо еще простые метательные ножи есть.

Стараясь действовать как можно тише, я вынула из ножен клинки. Урк напал внезапно, резко выпрыгнув передо мной с боевым кличем. Но вопреки привычной логике мое тело на резкий звук отреагировало несколько агрессивно, метнув орт прямо в горло источнику крика. Нападающий захрипел, схватился за перебитое горло и осел на землю. В глазах его застыло удивление. Видно, прежние его жертвы цепенели от ужаса.

Я вынула орт, обтерла его об штаны урка, затем воткнула по рукоять в землю, чтобы по максимуму убрать кровь и жир, достала и снова обтерла об одежду врага. По правилам почищу позже, в более спокойной обстановке. Оставаться на месте уже не было смысла, и я начала осторожно пятиться в заросли, стараясь выпрямлять за собой коноплю.

Сколько я так ползла, не знаю, но закончился мой маршрут весьма предсказуемо. Какая-то сила резко дернула меня назад, придавливая к земле и одновременно с этим приставляя к моему горлу нечто острое и холодное. Однако через секунду эта самая сила передумала и, убрав клинок, зажала мне ладонью рот. А затем быстренько прошептала на ухо Витькиным голосом:

— Свои!

«Что ты здесь делаешь?» — мысленно спросила я брата, решив на всякий случай не говорить вслух.

«Меня Чернуля в зарослях оставила, а сама побежала врагов отвлекать».

«А что с Норри?»

«Минуту назад связывался с ним. Он где-то ближе к окраине поля притаился, пытается вызвать патруль».

«А кого тогда урки гоняют? Злыдня и Чернулю?»

«Как ни странно, в основном Ладиину. Ну, еще Кейси вносит свой вклад в общее дело. А то в последнее время он только колбасу на халяву жрет».

Вдруг боевой клич раздался совсем близко. В следующую секунду конопля вокруг нас оказалась срезана удлиненными серпами, и мы очутились в окружении врагов. М-дя, вот и расслабились. Что ж, пора драться. Вик молча отодвинул меня за спину и обнажил катану. Я тоже приготовилась к бою.

Большой плечистый урк и Ургай злорадно ухмыльнулись, дав своим подданным знак начать атаку, и тут на сцене появилось новое действующее лицо. Буквально из-под земли позади наших и вражеских спин выросла эльфийская конница во главе с мрачным Норри ванн Дертом.

— Убить лохматых! — коротко приказал он.

Урки осознали, что расклад сил изменился, и быстро сориентировались.

— Бежим! — заорал предводитель, и враги, плюнув на нас, кинулись врассыпную.

Эльфы раскрыли свои боевые палочки, превратив их в подобие шипастых булав, и принялись бить ими урков. Чем-то все действо напоминало поло на траве.

— Не зевай! — крикнул мне Норри и бросил в руки мой арбалет.

Я прицелилась и выстрелила, внося свою лепту в охоту. К сожалению, цели очень живо передвигались и скоро оказались вне предела моей досягаемости. Эльфийская конница бросилась за ворами в погоню, уже не замечая, что гонит обидчиков по полю, в пылу преследования вытаптывая самое дорогое.

После опустошения арбалетного магазина на душе было как-то легко и спокойно. Я решила не задумываться над тем, почему это мне, мирной и спокойной девушке, в последнее время после убийств становится так хорошо, и побежала следом за остальными. Тело охватила какая-то дикая радость и восторг. Я даже руки в стороны расставила и взмахнула ими на манер птицы. По траве было приятно мчаться, ветер свистел в ушах, заходящее солнце окрасило все в золотистые тона. Я снова взмахнула руками и на первых порах не поняла, что они у меня уже превратились в перепончатые крылья. Трансформация произошла так плавно и естественно, что я даже не заметила, как перетекла из человеческой формы в драконью. От удивления я вздохнула — и из пасти вырвался огонь, тут же подпалив остатки чудом уцелевшей конопли.

— Ой! Извините, я нечаянно! — крикнула я, и из горла вырвалось очередное пламя, подпалив еще один чудом уцелевший участок, а вместо слов получился грозный рык.

И вот тут меня заметили.

— Едрит твою мать! — выругались выражением нашего мира окосевшие эльфы.

— Ептр турен имбарр! — Витька нахватался чужих фраз. Культурная ассимиляция налицо.

— Мама родная! Что ж это за экзамен на мужество такой?! — всхлипнул кто-то из урков.

Большинство его сородичей воспроизвели общий смысл в менее цензурных вариантах.

— Вот теперь Лерри меня точно убьет! — уловил тонкий слух дракона тихий голос Норри. — А потом попросит некроманта меня поднять и снова убьет!

3

Дальние родственники все же недостаточно далеки.

NN

Мы сидели в небольшой уютной комнатке, смежной с тронным залом. Напротив нас расположился мрачный Лерри, перед которым стоял очередной макет «солнышка». Дежа-вю, однозначно. Патрульных, невольно ставших нашими соучастниками в порче имущества, отчитали и отослали сгребать пепелище.

Норри сидел, понурившись, всей своей позой выражая крайнюю степень отчаяния. Вик нацепил невозмутимую мину и в целом казался спокойным и уверенным в собственной правоте, если б время от времени не ерзал на жестком стуле. Кейси расположился у наших ног, положив голову на лапы и поджав уши. Ладиину снова успокаивали где-то в коридоре. Подозреваю, истерику наша дива только для того и закатила, чтобы побыть в обществе красивых обходительных эльфов. Ну да пусть это будет на ее совести.

Моя же совесть превратилась в настоящего дракона и грызла меня изнутри. Так погано я давно себя не чувствовала, однако с раскаяниями не спешила. Инстинкт самосохранения подсказывал мне вообще не высовываться. Наверное, то же самое говорила интуиция братьев, потому мы все играли в молчанку. Первым сдался Лерри.

— Ну и как это понимать? — хмуро выдохнул он, указывая рукой на разоренное поле.

— Мы коноплю спасали! — невинно заявил Вик.

— Вот так?! — возмутился старший ванн Дерт. — Как мне доложили, там все поле ходуном ходило!

— Ну, может, гоняясь за урками, мы увлеклись слегка, — тихо покаялся Витька.

Норри умудрился кивнуть, не поднимая головы. Мне кажется, ушастый братец нынче пребывал в глубочайшей депрессии.

— Это называется «слегка увлеклись»?! — рыкнул Лерри. Будь он драконом, я бы сказала, что мужчина «взлетел» — А выжженные участки теперь как восстанавливать?!

— Но зато урки теперь икают и боятся поодиночке ходить в туалет! — продолжал гнуть свою линию Виктор.

— Они теперь вообще ходят под себя, — заметил правитель. — Всем уцелевшим отрядом. Загадили уже всю камеру.

— Вот видите! — обрадовался Вик. — Значит, теперь никакой здравомыслящий урк и орк не рискнет сунуться на наши территории.

— Может быть, — согласился ушастый владыка. — Но у меня сельскохозяйственные угодья, а не аэродром для драконов! А, судя по тому, что мне принесли, — он снова указал на макет, — это вообще похоже на полигон взбесившихся рептилий!

— Извините, я искренне сожалею, — наконец выдавила я из себя слова раскаяния. — Это произошло случайно. Правда. Мы не хотели.

Лерри взглянул на меня и вздохнул. В его огромных сапфировых глазищах была такая скорбь, что мне стало еще хуже. Умеет же разбудить совесть, гад! Вон, даже Вик не знает, куда глаза девать!

— Вот что, мои дорогие Драко, — устало потер виски эльф. — Восстанавливать разрушенное будете опять сами, в том же месте и почти в то же время. Я даже временный барак велел не разбирать. Как чувствовал, что пригодится!

— Вот что значит мудрый, дальновидный правитель! — польстил кузен, пытаясь сгладить обстановку.

Лерри на это заявление только мрачно вздохнул. Раздраконенная совесть вновь подняла свою шипастую голову.[27] Да когда ж ты уснешь, скотина?! Я уже осознала степень своей вины, раскаялась и готова приступить к исправительным работам. Спи! Правильно гласит закон, сформулированный сотрудниками Министерства труда США, что каждая решенная проблема порождает новую неразрешимую проблему. Урков мы, конечно, пугнули, но какой ценой!

— Княжна, — простонал Лерри. — Не смотрите на меня так! Когда вы на меня так смотрите, я почему-то чувствую себя виноватым.

— Извините.

Ушастый владыка снова вздохнул и покачал головой.

— Мы свободны? — с надеждой спросил Норри.

— Да, — кивнул Лерри, — кроме княжны. С ней, как с лидером, я бы хотел обсудить план предстоящих работ.

Братья поспешно вскочили, бросили на меня сочувствующий взгляд, но, тем не менее, радостно смылись. Я вздохнула не хуже Лерри. Сидеть и получать по голове — тоскливая перспектива! Где бродила Ладиина, я не знала, но, пока Лерри не докладывали о ее активных приставаниях к стражникам, я была спокойна. Старший ванн Дерт устало потер виски. Знакомые симптомы.

— Опять голова болит?

— Немного, — кивнул правитель и, встав с высокого роскошного кресла, направился к дальнему углу комнаты.

Там он постучал по стеночке, выдерживая определенный ритм, та подернулась рябью и явила скрытые полки, нижние из которых представляли собой довольно обширный бар всевозможных спиртных напитков, на верхних же обитали различные баночки да скляночки, подозреваю, с самопальной бурдой. Взяв маленький фиолетовый флакончик, мужчина вернул стену в прежнее состояние.

Буквально через секунду в зал вошел мальчик с подносом белого вина. Так, а что за вина в баре тогда стоят? Отравленные, что ли? Для особо почетных гостей? Лерри взглянул на мою изумленную физиономию и тонко улыбнулся. Слуга поставил принесенное на столик около моего кресла и обошел меня по широкой дуге, словно я в любой момент могла кинуться на него и покусать. М-дя. Что за слухи обо мне ходят при эльфийском дворе?

Ушастый владыка жестом отослал пугливого юношу и подошел к подносу, снял два бокала и лично их наполнил. В ближайший фужер он накапал содержимое флакончика и перемешал.

— Экстракт из ивы, — с улыбкой ответил он на мой немой вопрос. — Как видите, общение с вами протекло для меня с пользой. А у вас голова не болит?

— Нет пока. — Я приняла протянутый бокал с вином.

— Ну что, за наше сотрудничество? — предложил тост Лерри.

— За сотрудничество и процветание наших государств, — согласилась я.

Мы чокнулись. Бокалы отозвались мелодичным звоном, по которому всегда определяли хрусталь. Вино оказалось слегка терпковатым, но сладким и очень мягким. Печальный опыт подсказывает, что такие напитки имеют коварное свойство сильно и незаметно бить по голове. Надо будет отставить бокальчик или незаметно выплеснуть содержимое в стоящий рядом фикус. А то еще упьюсь натощак.

Эльф стоял у окна и спокойно цедил вино, задумчиво поглядывая на меня. Что он туда намешал? Транквилизатор, что ли? Чтоб я его драгоценное поле больше не испортила?

— И что мне с вами делать? — посетовал Лерри, ставя свой бокал на широкий подоконник и подходя ко мне почти вплотную.

Он оперся руками на подлокотники кресла, нависая надо мной и обдавая ароматом летнего леса, свежей зелени и еще чего-то непонятного, но очень приятного. Наши лица оказались почти на одном уровне, и Лерри заглянул мне в глаза.

На всякий случай я поставила свой бокал на столик около кресла и выставила перед собой руку, требуя сохранить дистанцию. Пока мое взросление не завершилось, лучше не смотреть мне в глаза и не ограничивать внутреннего пространства. У драконов, как и у большинства хищников, это является вызовом, отчего мой внутренний зверь может среагировать спонтанно и по своему усмотрению. Лерри, кажется, понял и поспешно отодвинулся. Правильно, я тебе не Норри. Бастард дома Драконов и истинная княжна правящей династии — разные вещи. Каким-то странным образом законное происхождение влияет на гены, делая нас больше драконами, чем всех остальных отпрысков, рожденных, так сказать, по другую сторону одеяла. Как следствие, мы более опасны и непредсказуемы. И недавний инцидент, думаю, это очень хорошо доказывает.

Встав, я направилась к окну. Увы, вид из покоев был на лес и как раз в сторону конопляных полей. Естественно, за деревьями их было не видно, зато хорошо бросался в глаза остаточный дымок. Лерри подошел ко мне сзади и обнял за плечи. Не знаю почему, но это моему зверю жутко не понравилось. Я почти физически почувствовала, как он глухо рыкнул и предостерегающе забил кончиком хвоста, вот-вот готовый вынырнуть на поверхность.

— Вы снова почти лишили меня годового дохода, — прошептал мне на ухо Лерри.

— Впервые слышу, чтобы нотации так жарко читали на ухо, — отозвалась я, нарушая законы дипломатии, то ли из-за ослабнувшего контроля над драконом, то ли из-за того, что вино оказалось-таки хмельным и временно притупило мозг. Надо будет быть осторожней с эльфийскими винами.

Старший ванн Дерт молчал, лишь по-прежнему держал свои руки на моих плечах. А мой зверь тихо бесновался. Похоже, вино его здорово раздразнило. Еще один пункт в пользу того, чтобы быть осмотрительной со спиртными напитками. Кто-то напивается до зеленых драконов, а кто-то, упившись, в них превращается. М-дя. Интересно, подозревает ли Лерри, какая опасность ему грозит? Одолеваемая любопытством, я обернулась. Эльф задумчиво смотрел на меня.

— Почему ему можно, а мне нет? — тихо пробормотал он и, резко подавшись вперед, припал к моим тубам.

От шока я просто отпрыгнула. Я уже привыкла считать Лерри своей семьей, и целовать его было для меня то же самое, что Норри или Виктора. Да и дракону это не понравилось. Впервые вино вызывает подобную агрессию моего зверя. Эльф непонимающе взглянул на меня:

— В чем дело?

— Вы же мой родственник! — возмутилась я.

— Только через Норри, — поморщился эльф.

Вот уж нет! После случая с ортами я специально перелопатила собственное генеалогическое древо и обнаружила там одну интересную вещь. Тетушка Лерри сбежала с Драконом, дедушкой Дорваны. В результате Лерри с папой моей знаменитой прабабки являлись двоюродными братьями, а она сама — его двоюродной племянницей. Тьфу! Не фамильные хроники, а сплошная «Санта-Барбара»! Ну и наградила же меня судьба семейкой! Кто их просил из родословных такое макраме делать?!

— Вы еще мой двоюродный… — Я осеклась, обдумывая, как же назвать нынешнее родство, и остановилась на более простом варианте: — Я праправнучка вашей двоюродной племянницы.

— Ты еще более дальние связи вспомни! — возмущенно подпрыгнул Лерри.

— Мне говорили, эльфы чтят и более далекое родство, — тут же задала я интересующий меня вопрос. Вот только интонация получилась утвердительной, что окончательно выбило Лерри из колеи.

Чего-чего, а на разговоры он не рассчитывал. По глазам вижу. Но, блин, мне же интересно, правду ли в книгах пишут!

— Чтят, — огорченно согласился правитель лесного народа, — но это не мешает нам на них жениться.

Ага, а вот меня что-то не тянет на родственников. В мире и так достаточно различных вариантов. Зачем собственную линию, так сказать, вырождать? Это мне в подсознание четко заложили.

— Меня не так воспитали.

— И это я уже слышал, — вздохнул ушастый владыка. — Только этот мир, увы, не резиновый, и в вашей родословной отметились почти все, кроме оборотней. И дедушка Мортифора, между прочим, очень обиделся на драконов за этот факт.

— Так вот почему у оборотней зуб на драконов!

— Нет, вражда была и раньше. Но когда дед Мортифора предложил Дорване, образно выражаясь, заключить временное и плодотворное перемирие, она отвергла притязания, ответив, что ей не нужен в постели еще один верный пес. И это еще сильнее усугубило состояние войны.

Блин! Да где же мне раздобыть полную версию семейного бытия?! А то получается, драконы всем насолили, а я об этом узнаю последней. И почему почти каждый знает про нас даже такие мельчайшие подробности, а я нет?!

— А кем вы были для нее? — вновь задала я вопрос, который лучше держать в голове. Ну да нечего мне было хмельное вино давать.

— Ушастой экзотикой, — горько улыбнулся эльф. — Малолетним разнообразием. И, между прочим, Дорвану факт нашего родства не волновал.

— Возможно, вот только я не Дорвана.

— Знаешь, иногда я жалею об этом! — выпалил старший ванн Дерт и, резко развернувшись, вышел из комнаты, хлопнув дверью так, что осыпалась штукатурка.

Вот только заскоков Лерри мне не хватало! Моя и братьев жизни под угрозой, княжество в опасности, сущности какие-то икру мечут, ГОС на носу и куча простых мелких проблем, а его выяснять отношения потянуло. Хотя, с другой стороны, есть повод не остаться на ужин и продолжить путь. Я направилась к Вику в комнату, но его там не оказалось. Ладно, у меня еще резервный брат имеется.

Постучав, я вошла в покои Норри. Эльф стоял у окна, спиной к двери, с бокалом золотистого белого вина в руке. Похоже, это у них семейное.

— Дядя опять напортачил? — не оборачиваясь, спросил он.

— Что? — удивилась я. — О чем ты?

Норри обернулся ко мне и грустно улыбнулся.

— Мы же немедленно уезжаем, да?

— Да, — кивнула я. — Зови Вика, Ладу и Кейси. Мы срочно отправляемся к Гвиневере.

— Вот видишь, — вздохнул брат. — Если бы дядя все сделал, как задумано, мы бы остановились здесь на ночь и, возможно, даже на утро.

— Я не Дорвана. Я Светлана Александровна Балаур, правящая княжна Драко, другое существо! Иная личность! — разозлилась я.

Терпеть не могу, когда в тебе видят чью-то тень, бледное подобие. Не надо мне заслуженного другим человеком отношения. У меня своя жизнь, своя судьба, свои друзья!

— Я знаю, — коротко согласился Норри. — Просто любовь часто бывает слепа и глуха, особенно если хочет выдать желаемое за действительное. Как часто многие придумывают себе несуществующий образ и наделяют им объекты воздыханий! А реальность совсем иная.

Я с удивлением посмотрела на брата, этот серьезный и рассудительный Норри был мне незнаком.

— А ты случайно не влюбился?

— Я? Не дождешься! — ухмыльнулся эльф, становясь прежним. — В любом случае, ты подумай насчет дяди. Он мужчина умный, скоро поймет, что к чему, и, думаю, вряд ли отстанет.

— На его месте я бы временно отдохнула от драконов. А где Вик?

— Витьку сейчас лучше не отрывать, — покачал головой Норри.

— Ну, уж нет! Мы уходим!

«Вик?» — мысленно позвала я кузена.

«Мм?» — отозвался тот.

«Чем ты там занимаешься?»

«Очень полезным занятием!»

«Сворачивай его, ноги в руки — и сюда. Мы срочно отправляемся к Гвиневере».

«Значит, лопухнулся ушастый», — услышала я его последнюю мысль, и, кажется, она предназначалась не для меня. М-дя, и этот, похоже, за Лерри болел. Может, им уже ставки делать?

«А почему бы и нет? — хмыкнуло правое полушарие. — Лерри мужчина красивый, да и драконов знает, быстрее найдете взаимопонимание. А уж как с драконятами умеет обращаться, раз такого племянника вырастил!»

«Правая, ты опять за свое?! — возмутилась левая половина мозга. — Кончай свои свах-услуги! Нам еще ГОС в ближайшее время сдавать!»

«Пусть эту битву Лерри и уступил, но война еще не проиграна!» — пробурчала правая сторона.

«Слышь, стратеги, — огрызнулся желудок. — Нам бы пожрать чего!»

Тут середина комнаты озарилась голубым сиянием, и из портала вышел взъерошенный Вик. В одной руке он держал жареную куриную ножку, в другой — кусок хлеба.

— Ну, чего тебе? — хмуро спросил он.

— Так ты ел? — удивилась я.

— Точнее, поглощал половину кухонных запасов, — ответил Норри за Витьку.

«Вот где правильный хозяин! — всхлипнул желудок. — Чего ж мы такие не такие?!»

— А я думала, ты с девушкой, — призналась я.

— Любовь приходит и уходит, а кушать хочется всегда! — наставительно сообщил лорд Венатор и с наслаждением вгрызся в прихваченное яство.

«О! Хозяйка! Пусть меня трансплантируют ему!»

Обойдешься! Цени что имеешь.

— Выступаем!

4

Только агенты по страхованию жизни совершенно точно могут сказать, что вас ожидает.

NN

До замка Гвиневеры мы добрались за несколько часов и совершенно без проблем, что само по себе уже было подозрительно. Луара маленькая, но очень самодостаточная страна. Никому не нужен идеально кругленький пятачок земли, находящийся в сейсмически активной зоне, зато почти все рыцари и правители частенько приезжают к королеве-провидице за советами, привозя с собой разнообразные дорогие подарки и делая солидные капиталовложения.

Народ, привыкший жить на границе жизни и смерти, времени и пространства, поражает своим мировоззрением и менталитетом. Его ничем не удивишь, не поразишь, он немного отрешенный от жизни и абсолютно дружелюбен по отношению к драконам, что само по себе странно, но очень приятно.

Нас радостно проводили в тронный зал. Гвин сидела на высоком резном троне и устало потирала виски. Какая-то она сегодня поникшая и бледная. Увидев нас, она встала и улыбнулась.

— Добро пожаловать в мой замок, княжна! — Она распахнула руки для объятий.

И вот вам характерная черта луарцев: наше последнее посещение замка спровоцировало в нем капитальный ремонт, а она искренне утверждает, что рада нас видеть! Поразительно! Кто другой нас уже со снайперской винтовкой на крыше встречал бы после того разгрома, что мы с призраками учинили.

— Как тебе новый интерьер? — улыбнулась королева, обводя рукой покои. — По-моему, лучше прежнего.

— Это да, — согласилась я. — А вот с призраками что? Они снова не вырвутся?

— Посмотрим, — пожала плечами Гвиневера.

Посмотрим?! Мне кажется, или здесь действительно попахивает мазохизмом? А если мы опять все разгромим? Таких гостей, как мы, дешевле убить, чем ежегодно принимать! Да и проверять на собственной шкуре крепость магических оков я не хотела. Видно, старею. В детстве ищешь приключений, с возрастом — стараешься их не находить.

— Вас сначала покормить или сразу в медитативный зал? — спросила Гвин.

— Нам бы поесть, — услышала я собственный голос и сильно удивилась сказанному.

Неужели это я предложила?!

Братья горячо поддержали мою инициативу. Естественно, сначала нас проводили в наши комнаты, где мы умылись, причесались и привели себя в порядок. Надолго ли? Если призраки снова вырвутся из защитного крута, покой нам будет только сниться.

После плотного обеда Витька с Норри изъявили желание присутствовать при общении с духами. С одной стороны, эта идея мне очень понравилась, ведь, если что пойдет не так, убегать будет не так грустно, как в прошлый раз (в компании все-таки веселее), да и шансов выжить станет больше, так как на трех целях труднее сфокусироваться, чем на одной. Но, с другой стороны, я просто физически не могла не предупредить братьев о последствиях. Родная кровь все-таки!

Возможного исхода юные драконы не убоялись. Наоборот, пришли в приятное возбуждение и заявили, что это одного маленького беззащитного дракона всякие обнаглевшие бестелесные сущности могут обижать, а с тремя им лучше сидеть в своем магическом контуре и не высовываться. Ну-ну! Интересно, это у меня родственники такие смелые или безрассудные? Хотя, когда мы действуем все вместе, частота инфарктов у наших врагов возрастает. Вот только может ли быть инфаркт у призрака? Правильно, дорогие мои, вот и я так думаю.

Медитативный зал все так же был выдержан в мрачных тонах, монументален и помпезен. Ремонт здесь ничего не изменил. Вот только камин не горел, так как в прошлый раз взбесившиеся духи пытались и огнем воспользоваться для устранения большого и страшного дракона. В огромные готические окна вновь вставили витражи, дверь починили и, по-моему, заменили, так как зазубрин от ножей и прочих острых предметов на ней как не бывало. Чуть сбоку у стены, подальше от окна, на маленьком антикварном столике находился большой шар из горного хрусталя. Что-то мне подсказывает, что старый погиб смертью храбрых, завершив свою карьеру в роли метательного ядра. Я с опаской переступила порог.

Братья, наоборот, бойко вошли в зал. Сразу видно — непуганые звери! Это мы с Гвин — стреляные воробьи. Кстати, по тому, как она украдкой осенила себя священным знаком, смею предположить, ей тоже боязно сюда входить в нашем присутствии. Однако пока все было тип-топ. Никто не появлялся и ничем в нас не целился.

Королева осторожно села за столик и взглянула в шар. Мне показалось, или слегка дохнуло холодом? Я поежилась и отступила от стола подальше. Сомнительное удовольствие эти гадания. Братья нетерпеливо переминались с ноги на ногу.

— Ну что там? — не выдержал Вик. — Где нам искать пятого гада?

— А зачем искать? Подыхайте всей семьей! — раздался скрипучий ворчливый голос, от которого у меня мурашки по спине побежали.

Кажется, это дедушка Мортифора появился. Гвиневера испуганно шарахнулась в сторону.

— Я вас не вызывала! — пролепетала она.

— Вот еще! — фыркнул призрак. — Я сам пришел!

— Помочь? — спросила Гвиневера, и по ее тону я поняла, что она сама в это не верит.

— Помочь-помочь! — ехидно отозвался он. — Чтоб эти гады никогда больше землю не коптили.

— Не обижай детей! — рыкнул голос с другой стороны.

— Лорри!.. — страдальчески простонала Гвин и закусила нижнюю губу.

— Да какие это дети?! — возмущенно взревел дедушка Морти. — Это ходячий конец света! Этих щенков еще в детстве утопить стоило!

— Это тебя утопить надо было! — громогласно взревел Арагон. — До сих пор рвешь и мечешь, что щенки не от тебя?

— Было бы о чем жалеть! — фыркнул дедушка, и я увидела облачко пара над плечом Гвиневеры. — По крайней мере, мои дети знают, кто их отец!

— Я тоже знаю! — прошипел Лорри. — Но не скажу!

— Да признайся, что просто не в курсе! — засмеялся дед Мортифора.

— Эй, духи ушедших драконов, какого вы еще не появились? — воззвал Арагон, тоже, видно, обидевшись на предка Морти. — Мы уже минут пятнадцать с вшивым оборотнем собачимся!

В зале заклубился сизый туман. От Артура я уже узнала, что так обычно появляются драконы с половинкой Тьмы. Вызывали мы месяца три назад одного моего предка спросить, куда это он награбленное золото спрятал. Вик очень хотел с помощью этого клада пополнить нашу казну.

— Оборотни, ко мне! — воззвал дедушка Мортифора.

Как же его, блин, зовут?!

Воздух еще сильнее сгустился и уже ощутимо стал остывать. То тут, то там стали проявляться и исчезать чьи-то руки, ноги, фрагменты плеч, голов. Так, эти симптомы мне знакомы, пора пятиться к дверям. Гвин это тоже поняла и заволновалась. Да-да, кажется, сейчас начнется гулянка! Арагон у нас в роду — главный заводила. Да и прочие драконы не прочь побуянить.

— Норри! — раздался визгливый женский голос. — Что ты делаешь в плохой компании?

А вот и бабушка-моралистка заявилась.

— Отдыхаю душой и телом! — вдруг открыто заявил сводный братец, глядя на призрак пышногрудой эльфийки.

— Эта компания неприемлема для наследника престола и вообще для воспитанного скромного эльфа!

— А я не эльф! — огрызнулся Норри. — Я дракон! И эта компания мне нравится!

— Лерри бы никогда себе такого не позволил! Вот с кого тебе следовало брать пример!

— А я и взял!

— Что-то незаметно! — съехидничала бабушка.

— Дядя, к твоему сведению, в молодости покуривал травку и совершил кругосветное путешествие по спальням всех фрейлин во дворце и прямо у тебя под носом! — взорвался брат.

— Что?! — взревел призрак и мгновенно исчез в портале.

— Норри, — окликнула я братца, — ты в курсе, что только что наслал на своего родича злобного призрака-моралиста? Как будто ему конопляных полей было мало.

— Ой! — опомнился тот.

— Поздно его жалеть, — вздохнул Вик, тоже пятясь к двери. — У Лерри там один призрак, а у нас целая сотня!

— Нам круче, — согласилась я.

— Зашибись просто! — оценил ситуацию Норри. И где он столько наших слов нахватался?

А буйство вокруг возрастало. Бархатные шторы начинали трепетать от загробного ветра, что говорило о ширине открывшегося в загробный мир портала. Ругань становилась все более отчетливой. Правда, пока на нас с ножами не кидаются, и то хлеб. Тьфу-тьфу-тьфу, чтобы не накаркать. Я вроде дракон, а не ворона, но в последнее время кликать беду у меня получается очень даже профессионально.

— Господа! — трагически заломила руки королева Луары, когда на пол упала расписная эльфийская ваза. — Господа, помните про защитный контур!

Словно в подтверждение ее слов на мраморном полу вокруг столика с шаром вспыхнула белым пламенем линия. Мы с братьями на всякий случай вышли из горящего круга.

— Да дался нам твой защитный контур! — фыркнул Арагон, пересекая запретную черту и материализуясь.

Я взглянула на призрак родоначальника и поняла, почему по нему сохли девицы. Высокий, плечистый, удивительно красивый. В больших черных глазах светился ум и лукавство. Он мне улыбнулся и подмигнул. Протянув руку, коснулся моей щеки. Я почувствовала только холодок на коже.

— Где нам пятого Дракона искать? — решила воспользоваться я моментом.

— Не знаю, малышка, — пожал плечами предок. — Ты у папы спроси. Может, он поможет.

— Мой папа?! — изумилась я.

— Нет, мой, — улыбнулся Арагон.

На минуту я зависла, не в силах его понять. Это предок иронизирует или действительно имеет в виду Аргелла?

— Знаешь, где находится Нечистый материк? — спросил он.

— Это Проклятый, что ли? — Я похолодела.

Как я уже говорила, всего на Гее пять материков, расположенных в одном полушарии. Два из них населены только людьми. Один, Клыкастый материк, получил такое название, так как обжит оборотнями, вампирами, эльфами, друидами, драконами и особо отчаянными человеками, принявшими наше подданство. И есть еще Проклятый и Темный материки.

Когда-то Проклятый материк населяли люди, но после войны магов там возникла экологическая катастрофа. Сейчас там абсолютно аномальная зона, со своими странными законами и всяческими мутантами. Никому там не выжить, и посещать его никто особо не стремится. А если и рискнет, Гиблое море, огибающее континент, ему все равно не пройти.

— Да нет. — Призрак побледнел, если такое применимо к духам. — Нечего тебе, малышка, на Проклятом материке делать! По крайней мере, до тех пор, пока не дашь потомство. Я про Темный говорю.

Час от часу не легче!

— Там же нечисть обитает! — возмутилась я и улыбнулась иронии.

А забавно, наверное, со стороны звучит. Люди нас считают нечистью, а мы, нечисть в их понимании, боимся нечисти Темного континента.

— Малышка, — ласково произнес родич. — Не бойся ты так. Как бы страшны они ни были, я бы на их месте с тобой не связывался.

— А нечисти мне это тоже на каждом углу твердить? Или сразу транспарант нацепить?

— Не ерничай, дитя! — строго одернул меня предок. — Значит, так: когда все рассеется, узнаешь у Гвиневеры все, что она думает и чувствует по поводу пятого кандидата, а потом направляешься к Аргеллу на Темный материк, на Драконий хребет около озера Слез. Папа там часто обитает.

— А вдруг он не захочет мне помогать?

— Для нас родственные узы значат много, и предок всегда поможет потомкам. Для него тысяча лет — мгновение, и мы все ему как дети.

— Ага, спасибо, общую концепцию уловила.

— Только, пожалуйста, малышка, не доведи нашего единственного живого предка до инфаркта, хорошо?

— Постараюсь.

— Слово дай.

Я задумалась. Дать слово не такая уж обременительная обязанность, но почему-то я не могла этого сделать. Не то чтобы я собралась довести моего прадеда до ручки. Нет. Просто физически сделать это как-то не получалось.

— Не могу, — честно призналась я.

— Молодец! — вдруг похвалил предок. — Взрослеешь, кроха! А теперь мне пора. — И он отступил в сторону круга.

Я проследила за ним и обомлела. Пока мы с Арагоном разговаривали, около защитного контура творился настоящий шабаш. Предки оборотней и драконов пошли друг на друга бугуртом,[28] причем вытворяли это в боевой трансформации. Со стороны даже красиво и очень познавательно было посмотреть. Никогда не задумывалась, что может противопоставить оборотень в боевой трансформации дракону. Оказывается, немало.

Вервольфы в своей промежуточной трансформации выше и крупнее человека. Если учесть, что их средний рост два — два двадцать, то делайте выводы. В боевой трансформации эдакий монстрик росточком под три метра, широк в плечах, силен и нечеловечески проворен. Дракон же в полной боевой трансформации от таких фехтовальщиков может только улететь или испепелить, что крайне трудно сделать со столь ловким и быстрым противником.

В ограниченном пространстве медитативного зала наша полная трансформация оказались слишком огромной и неповоротливой для боя, в то время как оборотни чувствовали себя очень даже прекрасно. Я с интересом наблюдала за представлением. Думаю, предки недаром показали мне именно эту особенность.

— Молодец, кроха, — хмыкнул над ухом Лорри. — Смотри и мотай на ус! Когда-нибудь да пригодится. А теперь внимание.

Словно по команде мои родичи уменьшились до размеров, сравнимых с габаритами оборотней, тоже оказавшись в какой-то промежуточной трансформации между человеком и драконом. Рост под три метра, все тело покрыто чешуей, и в целом в нем угадываются человеческие пропорции, вот только суставы на руках и ногах заканчиваются шипами, с которых капает какая-то подозрительная слизь. Мускулистые ноги от бедра до колена почти человеческие, а вот дальше мощные лапы, как у динозавра, с оттопыренным верхним когтем, как у велоцираптора. Подвижная шея относительно длинная, но крепкая. Морда драконья, вот только около глаз, носа и на затылке какие-то странные наросты. Что это?

— Дополнительные органы зрения, — ответил над ухом Лорриэль. — Таким образом, обзор данной трансформации достигает трехсот шестидесяти градусов. Очень удобно, когда твой противник агрессивно настроен.

— А это не отвлекает?

— Наверное, любое другое существо с иной нервной системой оно, может быть, и ввело бы в прострацию, но не нас. Все продумано до мелочей.

— Угу, — хмыкнула я, наблюдая, как один из моих многочисленных родичей врезал кому-то шипастым хвостом по зубам и слегка расправил кожистые крылья для поддержания равновесия. Другой родич использовал массивный хвост в качестве дополнительного баланса. — А крылья в битве не повредятся?

— А ты не суй их, куда не надо, — посоветовал родич. — Плюс у некоторых из нас крылья могут вырабатывать электрический заряд, который сработает похлеще шокера.

— А хозяин сам этот заряд не схватит?

— Ребенок, не задавай глупых вопросов, — поморщился предок. — Читай умные книжки.

Я вспомнила, что в море плавают скаты, и они еще сами себя не убили. И решила отложить данный вопрос немного на потом. Сейчас бы пятого кандидата найти. Да и странно, что Ведущие маги мира нам пока палок в колеса не вставляют. Хотя, с другой стороны, может, они надеются, что мы сами благополучно убьемся и проблема рассосется сама собой? Хм, уже чисто из вредности стоит выжить.

— Ну что, братва, развернемся? — вдруг вывел меня из легкой задумчивости громогласный призыв.

— Банзай!

Это дедушка Мортифора, по-молодецки свистнув, вышел из защитного контура. Вот неугомонный старичок! И чего ж ему на том свете от жизни не отдыхается?

— Как?! — в шоке выдохнула Гвиневера, наблюдая, как призраки один за другим пересекают магический круг. — Да что ж это творится?! Господа! — Она нервно закусила нижнюю губу. — А как же мой защитный контур?!

— Да дался нам твой контур! — презрительно фыркнул дедушка Мортифора. — Когда рядом драконы!

— Но как же! — всхлипнула Гвиневера. — Я же колдовала! Моя пентаграмма должна вас всех беспокоить!

— Нас драконы беспокоят! — отрезал дедушка Мортифора. — А твоя магия по сравнению с этим нежный зуд в одном месте.

— Вы психи! — не выдержала королева Луары. — Вы неправильные духи! Я же магические ограничения девятого уровня наложила!

— И что с того? — участливо склонил голову набок дедушка Мортифора.

Как же, блин, его зовут? Что-то с ударами и взаимодействием было связано. Я вспомнила, как последнее будет звучать по-английски. Interaction. О! Интерфекториус! Прикольная ассоциативная цепочка.

— Свет! — Королева бросила на меня умоляющий взгляд. — Пожалуйста, не покидайте тронного зала. Если они все за вами погонятся, то весь замок разнесут. А я лишь недавно капитальный ремонт сделала и некоторые части заново отстроила.

— А жизнь у нас только одна, — хмыкнул Вик, подпихивая меня в сторону двери. — Извини, Гвин, но мы ценные реликтовые виды, занесенные в Красную книгу.

— Нет в ней такого, — буркнула я.

— Будет, — уверенно тряхнул головой Витька.

Подставлять бедную Гвиневеру мне не хотелось. Все-таки родственница, да и в прошлый раз пострадала ни за что. Что ж мы за гости такие, что после нас одни расходы?! А во сколько маленькой стране обошелся капитальный ремонт замка? Правильно, очень дорого. Королевство Луара процветает в основном за счет гадального туризма. Надо что-то предпринять. А то мы так Гвин с сумой по миру пустим.

А что, если попробовать идею с кольцом, которое похоже на фамильный перстень? Интересно, а дедушка Морти клюнет? Если да, то с этим перстнем действительно что-то нечисто. Невольно вспомнились призрачные сущности, сетовавшие на исчезновение кольца, с помощью которого они контролировали Носящего перстень. Любопытно, а кто из великих мира сего попал к эргам в сети? Вампир? Эльф? Инкуб? Оборотень? Или кто-то, о ком я не знаю? И что за аномальная зона? Проклятый материк? Хотя Артур говорил, что по мере взросления на меня тоже перестанет действовать магия. Так, может, аномальная зона — это какой-нибудь взрослый дракон? Или даже я?

Я взглянула на руку и снова задумалась. А есть ли среди этих перстней нужный эргам?

— Не спи — прихлопнут! — Вик за шкирку оттащил меня с линии полета хрустального гадального шара.

М-дя, и этот вспомогательный реквизит, чувствую, погибнет смертью храбрых.

— Сейчас не время рефлектировать о жизни, — добавил с другой стороны Норри. — Надо либо драться, либо убегать. Так как с призраками в бой вступать бесполезно, то единственно верное решение — смываться.

— Гвиневеру жалко. Второй раз реконструировать замок накладно будет.

— А что ты предлагаешь? — хмыкнул Вик.

— Есть идейка, — призналась я и, перекрестившись, выступила вперед. — Эй! — окликнула я клубящуюся массу. — Погодите!

— Смотрите-ка, кто заговорил! — рыкнул дед Мортифора.

— Не вклинивайся в разговоры старших! — одернул меня Арагон. — Иди погуляй пока. А лучше смойся.

— Нет, пусть мелочь выскажется! — сказал Интерфекториус. — Я хочу послушать, что она скажет.

Все резко смолкли и посмотрели на меня. Может, когда-то, при жизни, они и были врагами, но теперь им скучно и хочется развлечений. Возможно, они именно по этой причине и поддерживают возможность вражды.

— Ну! — нетерпеливо переступил с ноги на ногу кто-то из призраков оборотней.

— Дорогой и уважаемый Интерфекториус, очень хорошо, что вы мертвы, потому как моя новость может вас порядком шокировать.

— И что же такого жуткого ты мне можешь сообщить? — презрительно хмыкнул старый вервольф.

— Видите ли, я и ваш внук решили создать один маленький, но очень зубастый союз! — улыбнулась я и протянула вперед руку с перстнем. Так, теперь главное не переиграть.

— Что?! — взревел призрак при виде адуляра. — Как такое могло случиться?!

Ага, видно, оборотень все-таки признал кольцо. Плохо, очень плохо. Попробуй теперь докажи, что это другое украшение. А отдать свою собственность я, как истинный дракон, просто физически не могу.

У предка Мортифора от негодования даже речь отнялась. Присутствующие молча наблюдали за его сольной истерической пантомимой на тему «Неудачная пара». Жаль, что Морти не унаследовал этой же черты, с некоторым сожалением подумала я.

— Не находишь, что в этом есть даже какой-то шарм? — толкнул его в плечо Арагон. — Веками оборотни и драконы были на ножах, пока одному лохматому не вздумалось влюбиться в дракона. И вот теперь через столько лет его потомок решил повторить подвиг дедушки.

— Заткнись! — рявкнул Интерфекториус. — Этого вообще не должно было случиться!

— Последний раз я утверждал то же самое очередной любовнице, которая поставила меня перед фактом, что беременна, — спокойно заметил предок.

— Не убивайте своих родственников! — быстро сориентировался Вик. — Мы хорошие!

И, видя, что дед Мортифора начинает смиряться с печальной новостью, кузен на всякий случай сделал глаза Бэмби. В последний раз такое честное и невинное лицо было у лорда Венатора, когда из холодильника пропала палка колбасы, а Норри, не зная, что исчезло, покаялся в пропаже отбивных.

— Ладно, — вздохнул Интерфекториус и махнул рукой остальным духам. — Пошли отсюда.

Призраки вервольфов стали медленно исчезать в голубоватых порталах. За ними последовали улыбающиеся драконы. Ситуация с Морти откровенно забавляла их. Последним уходил дед Мортифора. Вдруг он резко обернулся, мгновенно переместился и, нависнув надо мной, прошипел:

— Только учти, мелкая: обидишь моего внучка, я с тебя шкуру спущу! — и исчез.

Угу, это кто еще кого обидеть может!

— Вот уж не знал, что ты решила возродить вымирающий редкий вид, — хмыкнул над ухом Арагон. — Интересно будет посмотреть на результат вашего генетического эксперимента. — И тоже исчез.

Стоило ему скрыться в портале, Гвиневера облегченно вздохнула и осела на пол.

— Хвала Высшим силам!.. — простонала она. — Все-таки есть милость на свете!

— А где нам пятого Дракона искать? — спросил Вик.

— Вы с ним встретитесь тогда, когда меньше всего будете этого ждать, — тихо ответила прорицательница, закрыв глаза.

— Не понял! — насупился кузен. — Нам что, пойти в трактир и веселиться, а он сам к нам придет?

— Идите на человеческие земли. Ах да, загляните еще к Каракуртам. Неделю назад ко мне прибыл посыльный с мольбой попросить вас навестить Каракуртов. Интуиция говорит мне, что вам нужно сначала туда, а уж потом дальше путешествовать.

— А в какие человеческие земли нам надо заглянуть?

Гвиневера закрыла глаза и задумалась.

— В принципе неважно, — тихо произнесла она. — Поступайте так, как вам велит ваше сердце. Скоро вы встретитесь с пятым Драконом. И, увы, не все будут рады этому обстоятельству.

5

Прежде чем о чем-то мечтать — подумай, а вдруг сбудется.

Народная мудрость

Замок Каракурта был там, где мы его оставили в прошлый раз, и встретил нас грозным и величественным молчанием.

— Ничего не понимаю! — озадаченно пробормотал Норри, осматривая пустую поляну и безмолвный замок. Гигантская каменная стена была облита какой-то гадостью и блестела на солнце, а массивные ворота были наглухо закрыты. — По виду замок находится на военном положении и терпит осаду.

— Судя по тому, что в нем вновь собралась вся деревня, я бы тоже так решил, — кивнул Кейси. — Люди просто так за полтора километра не будут перетаскивать свои вещи в имение сюзерена. Да и сам замок должен быть открыт хотя бы для слуг.

— Но проблема в том, что я не вижу нигде врага, — подала голос я и прислушалась к своим обострившимся чувствам. Слух не уловил никаких звуков пребывания человека и уж тем более посторонней армии. Нюх тоже не нашел никаких подозрительных запахов. — Внутреннее зрение говорит, что в радиусе тридцати километров мы единственные люди и нелюди, не считая тех, кто засел в замке. Более того, я даже крупных хищников в окрестностях уловить не могу.

— Ну не с белками же они воюют! — фыркнул лорд Венатор, осматривая готовую к битве крепость посреди леса.

Я прикинула в уме даты и время. Нет, Глинтвейн еще не начался.

— Люди, а какие ближайшие праздники?

— Им еще не время, — вздохнул Норри. — Я тоже сначала подумал об этом, но увы и ах. Сейчас у крестьян должен быть активный сбор урожая.

— М-дя, — выдохнул Вик. — Все чудастей и чудастей.

— Пошли, что ли, посмотрим? — предложила Лада.

Мы переглянулись. Приближаться к воинственно настроенному замку нам не хотелось. Самоубийц в команде не наблюдалось. Да и все мы по характеру довольно осторожные нелюди, и соваться в подозрительные места не наше хобби. Ладушка смело рвалась вперед. Мужчины ее галантно пропустили.

Вопреки здравому смыслу нас кипящей смолой обливать не собирались. Повезло! Правда, ворота нам тоже не спешили открывать. Точнее, вообще проигнорировали стук. Братья переглянулись, о чем-то молча друг с другом договариваясь, а потом повернулись спиной к воротам и стали слаженно стучать в них ногами. Поднявшийся шум слегка встряхнул замок. Окошечко в воротах приоткрылось, и из него хмуро гаркнули:

— Кто там?!

— Сто грамм! — не удержался от подколки Витька.

— Идите вы со своей самогонкой! — раздраженно отбрили нас нехарактерной для стражника фразой. — Не до выпивки сейчас! Нам бы драконов дождаться.

— Так мы пришли, — внесла свою лепту в переговоры я.

Из окошка высунулся сморщенный красный нос, а на стенах, как грибы после дождя, возникли лучники с взведенными арбалетами.

— Да, — вздохнул Вик. — Похоже, нас здесь действительно ждали.

— Гвин не могла нас предать, — не согласилась я. — Она бы не послала нас в ловушку.

— Смотря сколько ей заплатили, — хмыкнул прагматичный Вик.

— Или чем шантажировали, — поддержал брата Норри.

— Гвиневера? — вдруг оживился стражник по ту сторону врат. — Вы говорите о королеве Луары?

— Ну да, — вдруг подала голос Лада. — И почему вы на нас наставили арбалеты?

— Это Ладиина, позор нашего барона, — послышался еще один голос из глубины двора. — Никто с ней добровольно путешествовать не будет. Значит, это действительно драконы.

— Идите к калитке с северной стороны замка, — буркнул стражник и закрыл окошко.

Мы последовали инструкциям. Я обернулась к Ладиине. Почему-то мне резанули слух произнесенные слова и стало жалко красавицу, пусть она нас порядком и достала. Девушка шла, понурив голову. Щеки ее предательски горели.

— Не обращай внимания, — решила утешить ее я. — В жизни много случается несправедливости.

Лада удивленно взглянула на меня, захотела что-то сказать, но в последний момент сдержалась и лишь молча кивнула.

Мы вошли в фамильное прибежище Каракуртов. Внутренний двор походил на стоянку цыганского табора. То тут, то там среди наспех собранных телег сновали чумазые дети. Женщины развешивали белье. К нам кинулась почти вся деревня.

— Дракон! Дракон! — закричали они.

Последний раз они встречали меня так, когда хотели попросить благословить урожай. Кто-то ушлый пустил слух, что благословленное драконом поле цветет и пахнет. Полагаю, корни данной сплетни растут с тех времен, как я отбатрачила на Лерри, выращивая коноплю.

— Доченька! — кинулся нам навстречу хозяин замка. — Зятек! — Он раскрыл мне объятия.

Так, опыт подсказывает, что барону от нас что-то позарез надо, иначе он наше родство не признал бы и под пытками. А лезть обниматься ко мне после того, как мы с Витькой утащили у него ожерелье Прозрения… Видно, Каракурт в большой беде.

— Что случилось? — Мы решили сразу взять быка за рога.

На секунду нам показалось, что взорвалась бомба. Крестьян просто прорвало, и все они причитали, кричали и молили одновременно. Норри даже уши поджал и руками их на всякий случай закрыл.

— По очереди! — гаркнул Вик. — Говорит только один.

Крестьяне снова вспомнили, как попросили меня благословить их поля.

— Никакой мочи нет! — жаловались они тогда. И даром что не мои подданные. — Ничего не растет, а что проклюнется, то насекомыми уничтожается!

Проникшись сочувствием к бедным крестьянам, я решила тогда им помочь. Что бы там ни думали и ни считали жители Геи, но в одном они оказались правы: магия является неотъемлемой сутью дракона. Нам не обязательно читать заклинания или делать пассы руками, достаточно лишь пожелать. И так как с каждым мгновением я взрослею и взрослею, то все могло получиться. А потому я щедро и от всей души благословляла каждое поле.

Помню, у гряд с картофелем взыграли мои белорусские корни, Наверное, из славян больше всех любят картофель белорусы. Он у нас не просто излюбленный, но, можно даже сказать, национальный продукт. На лето нас с Виком родители отправляли к бабушке в Беларусь, где нас и откармливали драниками да колдунами. До сих пор как вспомню, аж слюнки текут! Мм! Вкуснятинка! В общем, будучи истинным любителем бульбы, я не могла не пожелать обожаемому продукту богатых урожаев, да еще таких, чтобы в конце сезона корнеплод сам убирался с полей и в мешки складывался!

«Угу! — язвительно хмыкнуло тогда левое полушарие. — Ты еще пожелай, чтобы он колорадского жука сам уничтожал!»

И я, конечно же, вспомнив, сколько в свое время потратила времени на дачных грядах, собирая несметные количества противных жуков, а потом их уничтожая, чтобы отстоять свое право на данное лакомство, просто физически не могла не пожелать родимой бульбе устойчивости ко всяким несанкционированным пожирателям.[29]

В этом году природа словно издевалась, и на хваленую магию драконов ей было наплевать. Зима выдалась суровой и холодной, весна с летом тоже ничем хорошим не порадовали. На долю полей выпали и потопы, и неожиданные заморозки, и засуха. Погибли пшеница, рожь, ячмень…

Но все злоключения были мелочью по сравнению с тем, когда бульба доела последнего колорадского жука и, будучи сильно голодной, вышла на промысел в деревню…

Дальше шел нецензурный пересказ первой встречи с моей оголодавшей картошкой, причем даже пробелы в повествовании удались матерными.

В замке Каракуртов объявили военное положение, а более крупное лесное зверье решило убраться куда подальше. Благо моя картошка катается по земле и не уходит далеко от полей. Хотя встречным крестьянам и этого хватает.

— Да быть того не может! — не выдержала я. — Где это видано, чтобы картошка питалась мясом? А перерабатывает она его как?

— Нормально переваривает, раз вечно голодная! — буркнул кто-то из задних рядов.

— Значит, так, княжна, — взял на себя роль лидера барон Каракурт. — Ты эту картошку породила, ты ее и убей.

— А не веришь, что это твое творчество, так, поди, на стену, посмотри, оно как раз к замку подкатилось! — пророкотал стражник.

Мы кинулись на стену. Интересно же все-таки! Благо мое детище не летает. А внизу творилось настоящее безобразие.

Клубни картофеля катались по земле и, по-моему, пытались рыть подкоп под замковую стену. Зубов у своего растительного шедевра я не обнаружила, но и увиденного мне хватило для качественных полноценных кошмаров.

— Офигеть! — оценил ситуацию Норри.

— М-да. — Вик задумчиво почесал макушку. — Народ в принципе кормить можно, вопрос только в том, будет ли он это есть.

— Издеваетесь, да? — обиделся стоящий рядом стражник. — Смотрите. — И он бросил вниз солидный кусок сала.

Картошка ринулась на подношение, как огромная стая пираний, и через секунду от сала не осталось ничего. Зато клубни устроили между собой склоку, по-видимому, за первенство в стае. Очаровательно! Теперь мне точно обеспечены кошмары!

— А если нам пробежаться по фамильному кладбищу Каракуртов, активировать его и натравить трупы на картошку? — предложил Норри. — Зомби ее съедят, а потом грамотный некромант положит их обратно.

— А если наша картошка схарчит мертвечину, как тогда ее есть? — надулась я.

— А ты что, решила из нее драники сделать?! — ужаснулся Вик.

— Ну не пропадать же продукту! — возмутилась я. — Все-таки его кормили, поливали, силы и время затрачивали!

Братья посмотрели на меня как на фашиста. Я же взглянула на клубни картошки, грызущие внизу полено, и задумалась. Как истинная хозяйка, я просто не могла позволить пропасть столь вкусному корнеплоду. С другой стороны, неизвестно, что еще, кроме сала и бревна, он сожрал в наше отсутствие.

— Хорошо, — вздохнула я. — Ваша взяла. И что вы предлагаете?

— А что вы можете сделать? — оживился стражник. — Мы его уже и спалить, и щелоком облить пытались — все без толку. Живет, зараза!

Мы снова покосились на картофель, который к этому времени уже пытался жевать замковые стены. Судя по тому, какие царапины в камне оставались после общения с моим детищем, зубы у корнеплода все-таки были. М-дя. И почему я привыкла все делать качественно? Даже пакости?

— Ладно, Свет, — вздохнул Норри. — Ты пока понаблюдай за своим детищем и подумай, как от него избавиться доступными тебе средствами, а я схожу в библиотеку Каракурта и почитаю магические книги. Может, они чем помогут. А Витька пусть проведет с Ладушкой ревизию доступных артефактов.

Мы разделились. Я обернулась к прыгающим внизу клубням картофеля и прикинула, как бы облить их всех самогонкой да поджечь. Вопрос только, где и как нагнать такое количество спиртного в рекордно короткие сроки, используя ограниченное количество сырья, а потом уберечь конечный продукт от обезумевших от страха жителей замка. И как картофель облить по максимуму?

Вдруг ко мне на стену выбежал запыхавшийся, испуганный слуга.

— Миледи! Миледи! — чуть дыша, закричал он. — Там с Виктором беда случилась!

— Где он? — не на шутку испугалась я.

— В подземельях, — ответил мальчик. — Идемте, я покажу.

— А Норри?

— Мы уже послали за ним, — буквально прочитал мои мысли расторопный мальчик и кинулся вниз по ступенькам.

Я ринулась за ним.

При мысли, что Вик может умереть, по спине поползли холодные мурашки, а в животе и горле образовался тугой комок. Я буквально летела по крутым лестницам вниз, вдруг за очередным поворотом мне на макушку опустилось что-то тяжелое.

«Блин! — пронеслась в голове последняя мысль. — Да что ж мне так везет!»

А следом была тьма… Звезды неслись вперед, сменяясь планетами, астероидами, кометами. Созвездия, галактики, туманности. Все смешалось в одну удивительно красивую кучу, а затем резко вспыхнул свет и чей-то голос прошептал:

— Еще не время.

Очнулась я в пыльном, вонючем мешке. Сквозь плетения ткани прорезался свет. Руки и ноги оказались связанными, причем в этот раз мне веревкой перехватили локти. А в таком случае, как ни выворачивайся, все впустую.

Мешок дернули и грубо вытряхнули меня на траву. Тело отозвалось болью. Ему в последнее время не нравилось, когда его роняли и роняли. А, судя по ощущениям, я добрую часть лестницы пересчитала собственными ребрами. Наверное, если б не пробудившаяся повышенная прочность и жизнеспособность дракона, я вообще после таких передряг была бы уже мертва. Яркий свет слепил глаза.

— Так-так-так, — раздался надо мной ехидный женский голос. — А в таком ракурсе она не такая уж и страшная.

— Не дразните ее, ваша светлость, — осторожно заметил вкрадчивый мужской голос.

— Лето, не выступай, — раздраженно поморщилась женщина, в которой я узнала Мору. — Приступайте! — махнула она стоящим поодаль мужчинам.

В руках одного из них мелькнул шприц. Пять лет студенчества на химфаке научили меня, что шприц в чужих руках ничем хорошим не светит. Я заметалась, пытаясь вырваться, но веревки еще сильнее стянулись вокруг запястий. Двое воинов за плечи прижали меня к земле.

— Приятно смотреть, как ты боишься, — нежно улыбнулась Мора. — Думаю, тебе интересно будет знать свою судьбу. Мы вколем тебе вещество, блокирующее трансформацию, и отдадим на съедение дракону. Согласись, забавно будет посмотреть, как один дракон съест другого и ничего не заподозрит.

Э нет! У меня нет времени ни на каких драконов! У меня там хищная картошка бесчинствует! Мне вернуться надо! Попробуем по-хорошему.

— Что я тебе сделала? — обратилась я к девушке. — Отпусти меня, и я даю слово, что забуду об этом инциденте и даже не буду мстить.

Ее советник, массивный седой оборотень, тут же встрепенулся и ухватился за мои слова:

— Миледи, она предлагает хорошую сделку. Соглашайтесь. Данному драконом слову можно верить.

— Ты не понимаешь, Лето, — устало вздохнула Мора. — Она — моя соперница, а, следовательно, должна быть мертва.

— Это только слухи! — запротестовала я. — Зачем тебе наживать врагов из-за непроверенной информации?

— У тебя на пальце его кольцо.

— Это мое кольцо, просто оно очень похоже на кольцо Мортифора.

— Я не могу так рисковать. — Мора закусила губу.

Хм, интересно, что все вокруг губы кусают. Может, у них есть вампирские корни?

— Какой риск, Мора? Я тебе сейчас правду говорю.

— И все равно! — отчаянно замотала головой девушка. — Мой отец за Мортифора приличную сумму отвалил.

Что? Поверить не могу, что Мортифора так легко купить! Он все-таки правитель, а не мальчик по вызову.

«Хм, хозяйка, а если посмотреть на это с позиции денег, то тебе Морти достался за тридцать три доллара, причем бесплатным приложением к кольцу».

— Мора, если все уже решено, зачем меня убивать?

— Сделку заключили родители. — На ее лице впервые проявилась тревога. — Мортифор об этом пока не знает.

У меня отвисла челюсть.

— Это как же ему не сообщили о самом главном?

Мора не ответила, только нервно дернула плечом.

— Тебе незачем об этом знать, даже если ты и умрешь через час. Колите.

— Мора, не делай этого. Отпусти меня, и я Мортифору тоже ничего не скажу.

Произнесенные слова почему-то ножом полоснули по сердцу. Я не могла так предать не сделавшего мне ничего плохого вервольфа, но, с другой стороны, я должна выжить, чтобы спасти себя, братьев и свой народ. Жизнь — самое ценное, что у нас есть. А я еще и правитель, и ответственность за свое княжество и благополучие подданных никто пока не отменял.

— Мора, я тебе не соперница, — продолжала увещевать оборотниху я. — Видишь, у меня на пальце много колец. Я не обязана выходить замуж за Мортифора. И вообще, я помолвлена с Лерри. Твои люди уже видели на мне его орты.

— Это правда, — встрял Лето. Молодец, мужик! Я тебя уважать начинаю. — При ней орты эльфийского правителя. А он простой встречной свое фамильное оружие не отдаст.

Хорошо, что Лерри еще не успел всем поведать, что собирается завести новые орты. Или, может, это я такая наивная и верю, что он собирается это сделать. А на самом деле эльф просто выжидает момент, чтобы подловить меня на чем-нибудь? В любом случае, его козни сейчас мне на руку. Да и, если так посмотреть, Лерри мне нравится, врать будет проще.

— Я не могу так рисковать, — замотала головой Мора. — Не могу оставить ее живой! А вдруг она все-таки бросит своего эльфа? Тогда у Мортифора будет шанс!

Блин! Влюбленная женщина — катастрофа для здравого смысла!

— Леди, будет дипломатический скандал, — снова вступил в игру Лето. — Лерри триста лет, жениться он решил только сейчас и вряд ли обрадуется, если столь тщательно выбранную им невесту уберут с политической арены. Смею даже предположить, ему это ну ОЧЕНЬ не понравится! И Мортифору тоже не понравится размолвка с дружественной державой. И тогда с политической арены уберут уже нас.

— Это только если нас поймают! — Глаза красавицы лихорадочно блеснули. — Но нас ведь не поймают. Княжна просто бесследно исчезнет.

— На вашем месте я бы не думал, что Мортифора легко обмануть, — тихо заметил Лето.

— Он в меня влюбится и будет делать все, что я скажу, — истово зашептала Мора. — Он будет меня на руках носить и мои следы целовать.

Наивная! Мне даже жалко ее стало. Упаси меня Высшие силы от подобных заблуждений.

— Вкалывайте вещество! — решилась Мора.

— Мора, я хотела с тобой по-хорошему, но ты не согласилась. А теперь я клянусь, что и с того света тебя достану! Ты мне за это еще заплатишь! — прорычала я, из последних сил пытаясь разорвать веревки.

Лето побледнел и отступил назад. Его госпожа осталась на месте, с презрительной улыбкой наблюдая, как двое мужчин прижали меня к земле, а третий пытался выгнать воздушный пузырек из шприца.

Я попробовала призвать своего дракона. Зверь рыкнул и заинтересованно поднял вверх голову. Быстрее, идиот! Мы терпим бедствие! Выныривай скорей! Ящер заворчал и заворочался, начав раздраженно стучать кончиком хвоста. Ему не нравилось такое обращение. А мне, блин, очень хотелось жить.

Словно почувствовав мой страх, дракон стал осторожно выбираться из глубин души наружу. Да шевелись же ты, гад! Нам сейчас антидот вколют — и прощай навеки! Зверь испугался последней мысли и рванул вперед. Я дернулась, веревки треснули. Двое мужиков выругались и сильнее прижали меня к земле. Третий оборотень от испуга едва не выронил шприц. Совладав с собой, он кинулся ко мне. «Быстрее, засранец!» — крикнула я внутреннему зверю, но его опередил другой паразит. Юноша трясущимися руками, стал закатывать мне рукав.

— Быстрее! — рыкнула Мора, видя, что эксперимент выходит из-под контроля.

То же самое я рявкнула своему зверю.

— Я не могу нащупать ее вену! — истерично всхлипнул оборотень, лихорадочно тиская мою руку.

— Коли куда хочешь, только быстрее! — взвыла Мора.

А мой мир стал размазываться и видоизменяться. Из горла вырвались уже низкочастотные звуки, во рту стало тесно от клыков. Шея слегка удлинилась. Я извернулась и цапнула одного из держащих меня за плечо. Тот взвыл и выругался. Ноздри уловили аромат крови, который в данный момент мне показался самым лучшим запахом в мире. Двое здоровенных оборотней уже не казались такими сильными, веревки лопнули, освобождая руки и ноги. Удерживающие меня воины отлетели в стороны как тряпичные куклы. Они теперь казались мне и не такими уж большими. Кубарем покатился и третий.

Мора испуганно закричала и бросилась бежать. Ну, нет, тварь! Теперь ты у меня попляшешь. Я кинулась за ней и прыгнула. Мы покатились по земле. Оборотниха истерично взвизгнула и попыталась расцарапать мне лицо руками. От испуга она даже про трансформацию забыла. Я в ответ принялась ее душить. Моя слюна капала ей на лицо, а она у драконов либо ядовитая, либо способствует развитию всяческих инфекций. И то и другое мне сейчас на руку.

Вдруг мои размеры стали стремительно уменьшаться. Сила резко покинула руки, зубы изменились до нормального размера. Мора извернулась и с силой толкнула меня прочь от себя. Я отлетела на добрых три метра и затормозила о чьи-то ноги. Лето тут же отступил назад. Я с удивлением взглянула на ставшие вновь человеческими руки и попыталась призвать внутреннего дракона. Но в ответ была лишь тишина.

— Еле успел! — облегченно вздохнул третий оборотень, потрясая пустым шприцем.

— Получишь премию, — хрипло заверила Мора и обмякла на траве, пытаясь отдышаться. — Свяжите ее и киньте дракону.

«А чтоб тебе мир медом не показался! — в сердцах сплюнула я. — Надо было сразу голову отгрызть и не мучиться!» Одна надежда: если придушить ее мне не удалось, так, может, моя слюна ей какую болезнь принесет? Оборотень, которого я цапнула, стонал и пытался растереть онемевшую руку. Его рана посинела и воспалилась.

— Срочно вколите ему лекарство, — тут же среагировал Лето, видя творящееся безобразие. — И вам, госпожа, не мешало бы что-нибудь вколоть против развития инфекции.

Вот ведь подлец! Жаль, что не умею испепелять глазами. Под моим взглядом Лето поежился и растерянно развел руками:

— Извините — служба!

Два других воина скрутили мне руки за спиной и рывком подняли с земли. Если останусь живой, я и вам это припомню! Р-р-р! Интересно, а в какой момент своей жизни я стала такой злопамятной?

Меня тем временем потащили сквозь кусты и всевозможные хвощи. Я пыталась сопротивляться, но оборотни спокойно подняли меня над землей, и всю оставшуюся дорогу я просто провисела. Увы, дорога была недлинной. Буквально метров через сто мои похитители вошли в фиолетовый портал и вышли на довольно-таки просторной поляне, где на солнышке грелся огромный фиолетовый дракон.

Завидев приближающихся оборотней, он тут же поднял голову. Мужчины, недолго думая, сгрузили меня на опушке и мгновенно телепортировались обратно. Я осталась со своей проблемой один на один. Та уже заинтересованно ползла в мою сторону. В первом приближении тварь оказалась огромной, во втором и третьем приближении — еще больше. Интересно, а мои враги рядом со мной чувствуют то же самое?

Хотя красивый, гад. Изящное тело, поджарое. Фиолетовая чешуя отливает на солнце всеми цветами радуги, перепончатые крылья аккуратно сложены за спиной, когти черные, матовые, словно отполированные. Вот только из пасти катает слюна, что очень портит первое впечатление.

Отползая назад, я наткнулась на что-то твердое и острое. Моя находка оказалась человеческим черепом. М-да. Это только в сказках да юмористических рассказах людям попадаются добрые драконы, не едящие людей или по каким-то причинам чтящие вегетарианство. Мне же, похоже, попался полноценный, качественный дракон, не гнушающийся человечинки. (Хотя какой я человек?) Однако в данном случае это мне, увы, не поможет. Я продолжила осторожно отползать.

Дракон, видя мои старания, в один прыжок преодолел разделяющее нас расстояние.

— Ну и куда они пошли?! — рыкнул он.

— Кто? — в первый момент не поняла я.

— Да дуболомы эти! — фыркнул дракон, указывая на место, где минуту назад оборотни построили порталы.

— Знала бы, непременно заложила бы! — в сердцах призналась я.

— Да, — вздохнул ящер, укладываясь со мной рядом и хвостом перекрывая путь к спасению. — Не поляна, а сплошной проходной двор. Вот уже который день вокруг всякие паразиты крутятся. Я уж боялся, что это охотники за головами ко мне пожаловали, а оказалось, какие-то психи мне жертву принесли. А что с тебя возьмешь? — Он скептически оглядел меня. — Сто граммов костей да кружка крови!

Вот не надо! Я далеко не скелет! Танцовщицы вообще не дохлые лебеди, тело у них не изможденное худобой, а красивое и женственное. Так что есть у меня мясо, где надо, просто все подтянуто. Но говорить об этом голодному дракону только из-за ущемленной женской гордости я не торопилась, как, впрочем, и о том, что сама дракон и с перепугу могу запросто его схарчить. Переживет мое ущемленное достоинство!

— Нет, ну какие наглецы! — тем временем продолжал разглагольствовать дракон. — Прикрылись дохлым созданием! Лучше б они мне корову приволокли, идиоты!

— Беспредел! — поддакнула я, истово кивая. Пока дракон одержим болтливостью и не торопится меня есть, я согласна говорить с ним хоть всю жизнь.

— Тебя ж и не почувствуешь даже! Только кости между зубов застрянут. Выковыривай их потом. А сварить — опять же никакого навара, да и продукты сама сожрать можешь.

— А вот тут вы дали маху! — обиделась я. — Какое жрать, когда тебя варят. Это же невозможно!

— Ага, — презрительно фыркнул ящер. — Поймал я на днях тощего вампира. Студентом назывался. Так, пока варил, он мне всю картошку сожрал, из вредности, как потом признался. Сказал: «Ах, раз ты со мной так, то фиг тебе продукты в супе останутся!»

— Так он что, выжил?! — изумилась я.

— Да, — горестно кивнул дракон. — Съел всю картошку, выскочил из котла и улетел. Для вампиров температура, похоже, не так критична.

— Соболезную.

— Да ладно, — отмахнулся дракон. — Мне уже месяц не прет на еду.

— Вдвойне сочувствую. Только и меня не стоит есть. Я ядовитая.

— Да кто тебя есть собирается? — фыркнул дракон, ногтем перерезая сдерживающие меня веревки. — Ты ж мне только желудок раздраконишь. Как звать тебя, заморыш?

— Лана, — назвала я свое редко употребляемое имя. Все-таки княжну Драко он, возможно, и знает. — А вас как?

— Ромка, — протянул лапу дракон.

Я ухватила его за коготь и слегка потрясла. Будем считать, лапопожатие свершилось. Так, насколько помню, Ромка у меня числится во врагах. Хорошо, что не полное имя назвала.

— И как ты сюда попала? — поинтересовался ящер.

— Сюда — это куда?

— Ко мне на Темный материк, — улыбнулся во всю пасть дракон и широко зевнул. — Странная ты. Маленькая, хрупкая, но я в тебе что-то родное чувствую. Ты какая-то своя. Так что тебя свело с этими психами?

— Несчастный случай. Я никого не трогала, честно. Они сами меня нашли и попытались скормить дракону, то есть вам.

— Странно, — прищурился ящер, устраиваясь на солнце поудобнее. — Ты уверена, что их не достала и никому дорогу не перебежала?

— Я нет. Но госпожа этих оборотней так считает, а вообще это все гигантское недоразумение.

Дракон задумчиво закрыл глаза, словно что-то в уме прикидывая и просчитывая.

— И часто с тобой такие недоразумения случаются? — наконец произнес он.

— Очень, — призналась я и рассказала про умроков да лопарей.

Дракон посмеялся, затем шустренько отполз в пещеру и вернулся с массивным серебряным браслетом.

— Вот тебе мое колечко. — Он протянул мне обруч. — Очень сильный оберег. Как только тебя кто-нибудь обижать начнет, зови меня, не стесняйся. Я с радостью прилечу и съем всех твоих противников.

— Спасибо! Это очень щедрое предложение!

— Да, пожалуйста! — прищурился польщенный дракон. — Для себя же стараюсь! Может, тебя доставить куда?

Хм. В верном русле думает мужик! Около его пещеры я вряд ли огребу неприятности, а, следовательно, чтобы были новые, меня нужно вывести в свет. Только вот куда попросить меня доставить? Раз уж я на Темном материке, было бы чудесно забежать к прадеду. Однако тот с Ромкой на ножах, а нужно себя не выдавать. Как бы это забежать к предку и не столкнуть лбами двух здоровенных ящеров?

— Слушай, а зачем меня куда-то доставлять? — улыбнулась я. — Ты дай мне самой до дому добраться.

— Ага! — хмыкнул Ромка. — А вдруг тебя съедят?

— Вот заодно и кольцо твое проверим! — как можно бодрее заверила я. — Ты же говорил — сразу прилетишь и всех съешь.

— Ну ладно, — согласился Ромка. — Только будь осторожна, здесь все-таки не парк для прогулок. И зови меня, если что!

— Обязательно! — заверила я и отправилась на поиски новых приключений.

6

Алименты — последствия сантиментов.

NN

Честно говоря, я совсем не камикадзе бродить по Темному материку. Мой расчет был максимально прост: отойти подальше от логова Ромки, а затем построить портал к деду. Думаю, пора его попросить о помощи. Как мне сообщили, тысяча лет разницы для него пустяк, как у нас мгновение. И я, неизвестно какая по счету «прапраправнучка», для Аргелла все равно внучка. Так что самое время напомнить прадеду о его прямых обязанностях, а именно: заботе о непутевом поколении!

Как строить порталы, я знала чисто теоретически. Норри говорил, что раз я порождение магии, то могу прокалывать межмирное пространство в любом месте и в любое время. Достаточно только пожелать. А то, что Мора блокировала мне трансформацию, еще не значит, что уничтожила все способности дракона. Пусть Ромка и не учуял моего зверя, но кровь его позвала. Он все равно воспринял меня своей. Что ж, проверим мои теории?

Я вспомнила висящий в фамильной галерее портрет Аргелла. Вероятно, его изобразили не на пустом каком-то фоне, а около настоящего логова. Я сконцентрировалась на потрясающе красивом горном пейзаже, которым часами любовалась в свободное время, на отполированном выступе скалы и той уютной пещерке, пытаясь мысленно воспроизвести до мелочей. Туда. Хочу именно туда!

И — о чудо! — воздух подернулся синеватой дымкой, а в следующий миг я уже стояла на той самой каменной площадке, что изображена у меня в фамильной галерее. Так, значит, это место действительно существует. Повезло мне.

Моя цель сидела на выступе и грелась на солнышке, здорово смахивая с такого ракурса на перекормленного, сытого крокодила. Хотя это сходство было чисто эмоциональным, внешне ничего общего у них не было. В реальности предок был еще красивее, чем на портрете. Удивительно черная с рыжевато-красным отливом чешуя блестела и переливалась на солнце тысячами бликов и огней. Форма тела мощная и одновременно очень изящная, ни одной лишней линии. Каждая клеточка зверя так и дышит силой и величием, завораживая и восхищая. Да, очаровательный у меня предок. По крайней мере, пока молчит и лежит с закрытыми глазами.

Я, не таясь, пошла к нему навстречу. Ящер тут же насторожился и, подняв голову с лап, одарил меня внимательным взглядом.

— Привет! — жизнерадостно улыбнулась я, хищно осматривая с более близкого расстояния свою жертву. Красив, паршивец.

— Ты кто? — опешил дедушка, осматривая меня с головы до ног.

— Как кто?! — возмутилась я. — Я та, кто пришел напомнить тебе о твоих прямых обязанностях!

— И каких же? — оскалился дракон.

— Семейных! — не хуже предка осклабилась я.

— Вот как? — фыркнул Аргелл. — А не слишком ли мы молоды, чтобы так нагло врать старшим, да еще и древним злобным ящерам?

— А не слишком ли мы молоды для склероза?

Предок взревел и, недобро мелькнув в воздухе раздвоенным змеиным языком, хищно прищурился. Ну-ну, испугал ежа голой попой! Не обращая на него ни малейшего внимания, я гордо прошествовала вперед, прямым ходом направляясь к пещере.

— Эй! — опешил пращур. — Ты куда?

— Домой!

— Чего?! — раненым зубром взвыл дражайший родственник. — Иди отсюда, девочка! Я тебя не соблазнял! Уж что-что, а такую беспардонность я бы точно запомнил! Уж лучше язва желудка, чем такая язва под боком!

Та-а-к, а у моего дедушки, оказывается, до сих пор есть порох в пороховницах! А я-то, наивная, еще гадала, в кого же мои родичи такими любвеобильными удались! Ладно, обрадуем старика, надеюсь, сердце у него здоровое.

— Я твоя дочь!

— ЧТО?! — У древнего реликта отвалилась челюсть. — Да я лет тридцать уже не шалил!!! Или ты хочешь сказать, что сие непорочное зачатие произошло, когда я случайно пролетал над деревней?!

— А может, я колдунья и только молодо выгляжу!

— Ну не за двадцать же твой истинный возраст!

— За двадцать!

— Ну не настолько!

— Откуда ты знаешь?

— А если б я сказал, что лет пятьдесят уже отшельничаю, ты бы и столько себе накинула?!

— Так, дядя, не отпирайтесь! Я — последствие ваших необдуманных поступков, так сказать, ошибка молодости! И это точно!

— Так я исправлю сейчас это недоразумение! — оскалился дракон, и тяжелый черный хвост шлепнулся прямо у моих ног.

Ха! Не ты первый и не ты последний мечтаешь прихлопнуть меня, как муху!

— Ты не убьешь родную кровиночку!

— Такую?! — возмутился ящер. — Запросто! И вообще, с чего мне тебе верить?

— А как же хваленая драконья интуиция?

— Если б я ей доверял, столько бы не прожил, — парировал родственник.

— Хорошо, а зов крови? Разве ты не испытываешь его ко мне?

— Единственное, что я к тебе испытываю, — пригнул голову дракон, чеканя каждое слово, — нормативной лексикой не передать, а выразить сугубо прикладным методом лапы чешутся!

— Не пыхти, папаша, — прошипела я, доставая из-под рубашки фамильный медальон. — Я все-таки твоя любимая, обожаемая прапраправнучка, ныне правящая княжна Драко.

Такому повороту Аргелл явно не обрадовался. Похоже, даже очень расстроился невозможности случайно меня прибить.

— Хорошо, — злобно скрипнул он зубами, обреченно глядя на меня. — И чего же ты хочешь, маленькая… дрянь?!

— Алиментов!

— Чего?! — опешил дед.

— Алиментов! — хищно повторила я, снова направляясь к пещере. — Золотца в логове, небось, прилично припас?

— Ты что, меня ограбить пришла?

— Да нет, только забрать то, что причитается мне по праву. За тысячу лет знаешь, какие проценты набежали?

— ЭТО МОЕ! — взревел монстр, кидаясь к берлоге и закрывая ее грудью.

— А как же забота о подрастающем поколении? Знаешь, дети — не домашние животные, если что, на улицу не выбросишь. Тут ответственность на всю жизнь!

— А как насчет обратного? — сверкнул глазами предок. — Как насчет опеки над преклонного возраста больным родителем?

— Хорошо, — кивнула я. — Тебя сдать в дом престарелых? Как радетельная внучка, я могу это устроить даже быстрее, чем того требует установленный порядок.

— Может, ты меня сразу Призрачным Гончим выдашь? — вкрадчиво уточнил пращур, балансируя над пропастью ярости. Кончик его хвоста раздраженно барабанил по порогу пещеры. — Чего уж там мелочиться!

— Действительно, — согласилась я. — Шкуру оставлю себе, она еще пригодится, буду в черные дни дергать чешуйки и продавать магам на коктейли. Когти тоже кому-нибудь загоню, из зубов сделаю ожерелье, пещеру сдам в аренду, золото загребу в казну, хоть какая-то от тебя польза выйдет, родственничек!

— Слышь, ты, к-кровинушка? — От возмущения Аргелл стал заикаться. — Может, мне тебя сразу хвостом пришлепнуть и сказать, что так и было?

— И загубить собственный род? — нагло осведомился «благодарный потомок» в моем лице.

— У меня, кажется, еще прапраправнук есть! — занося надо мной хвост, прищурился пращур. — Так сказать, запасной вариант.

— Да, есть, — кивнула я. — Мы с Витькой — близнецы-антиподы.

— И кто из вас лучший вариант? — подозрительно подобрался прадед. Похоже, это значение было для него знакомо.

— Я, — простодушно пожала плечами ваша покорная слуга, констатируя факт.

— То есть он еще хуже? — скорее себе, чем мне, пробормотал Аргелл.

— Да, — на всякий случай подтвердила я его догадку. — Так кровь сказала.

— О Великий Эквилибриум!.. — горестно простонал дракон, закатывая глаза и убирая от меня нацеленный хвост. — С рождения за мной гонялся этот маразматик Венатор, возглавляя всяких дебилов с вилами, от меня отвернулись родственники, жена оказалась сущей стервой, теща — законченной ведьмой, так ко всему прочему и потомок — исчадие Вселенной. За что, Эквилибриум?

— Ну-ну, маленький, — я ободряюще похлопала его по ноге, — не все так запущено, я же с тобой!

Почему-то от этих слов предок окончательно сник, лег на землю и, обхватив голову лапами, горько зарыдал.

— Чего ты от меня хочешь, маленькая гадина? — жалобно всхлипнул он.

Будем считать, что, назвав меня «гадиной», он классифицировал меня как вид и признал-таки наше родство!

«Мне кажется, он имел в виду, что ты — пакость!» — робко вздохнуло правое полушарие.

«Да, — согласилось левое. — Правая половина права. Ты, хозяйка, все-таки довела дедушку!»

— Так чего ты от меня хочешь? — настороженно повторил вопрос предок.

— Твоей нежной родительской опеки! — решила рубить сплеча ваша покорная слуга.

— Нет, — не выдержал он, — мне говорили, что Драко уродились наглыми и бесстыжими, но не до такой же степени!

— Ну, зачем же так возмущаться? Как будто вы белый и пушистый!

— Садись, — вздохнул Аргелл и подставил мне лапу. — Рассказывай, что произошло.

Краткий пересказ предок воспринял на удивление спокойно и терпеливо. Где-то он кивал, где-то сильно задумывался над чем-то. В конце рассказа он долго размышлял, взвешивая и анализируя предлагаемые нами варианты поиска пятого Дракона.

— Видишь ли, внучка, — тихо произнес он. — А я ведь не знаю, где тебе искать еще одного кандидата. Странно, что ты его сердцем не чувствуешь. В наших кругах, чтобы найти родственника-дракона, достаточно лишь сконцентрироваться, и зов крови сам тебя приведет А здесь же что-то непонятное творится.

— А Ведущие маги мира могли нам помешать?

— Вполне, — кивнул предок. — Вы же бросили им вызов. Удивительно, что они до сих пор слишком пассивны. На месте Ведущих магов мира я бы вас давно уже грохнул. Уж слишком вы большая угроза.

— Может, они готовят нам какую-нибудь пакость? — предположила я.

— Скорее всего, — согласился предок. — И еще, правнучка, что это у тебя за браслетик такой на руке? Очень похоже на фамильное кольцо оболтуса Ромки. Надеюсь, ты с ним не связалась?

Я взглянула на браслет и решила, что отпираться не имеет смысла.

— Надеюсь, ты не собираешься просить у него помощи? — насторожился дедушка. Что-то в этой истории ему явно не нравилось.

— Не волнуйся, — успокоила я его. — Я не собираюсь прибегать к помощи Ромки. Что-то меня в нем насторожило. Слишком уж быстро он решил меня защищать, да еще колечко дал.

— Правильно! — обрадовался собеседник. — Ромка далеко не так прост. Да ему было невыгодно тебя есть, потому что ты маленькая, а также можешь принести ему пользу. Видишь ли, он заколдован и самостоятельно не может покинуть пределы Темного материка. Но если ты его призовешь с помощью кольца, то он сможет вырваться. А это очень плохо. Ромка далеко не мягкий и пушистый. Войну с драконом ты не потянешь. Отдай лучше мне браслет. Со мной ничего плохого не случится.

— Спасибо большое за заботу, — от души поблагодарила я прадеда, передавая ему браслет.

— Не за что, — буркнул польщенный родич. — Для себя же стараюсь. Ты ведь вроде как моя внученька. А тебя еще клан Канис Руфус обидеть посмел? — вдруг недобро прищурился дракон. — Леди Мора. Я прав?

— Да, — с видом оскорбленной невинности кивнула я.

Ой, чую, в ближайшее время у Рыжих волков назревают большие проблемы. Ну да сами напросились. Может, Аргелл и не был мною доволен, но обижать кровиночку не даст. Смею даже предположить, что дедушка постепенно привыкает ко мне и даже начинает проявлять заботу о подрастающем поколении.

После созерцания браслета прадед обратил внимание на мои пальцы. И мне вновь пришлось давать отчет по каждому кольцу. Аргелл внимательно слушал, что-то прикидывая в уме. В какой-то момент он слазил в пещеру, вернулся со свитком родословной и стал вносить в нее коррективы да заполнять белые пятна.

— А это кольцо откуда? — Он указал на перстень с адуляром.

— Я купила его на выставке, дома. А что? — насторожилась я.

— Странно, — тихо произнес дракон. — Оно пустило корни в твою ауру. Разве ты не чувствуешь?

— НЕТ, — ошарашено замотала головой я и попыталась его снять. Куда там! Кольцо намертво въелось в палец.

— Не торопись снимать, — предупредил прадед. — То, что перстень пустил корни в твою ауру, не так уж и плохо. Так делают многие артефакты и обереги для максимально хорошего и качественного взаимодействия с хозяином. Другое дело, что тот, кто завладеет им, сможет нанести тебе серьезный вред, так как у него будет в кармане слепок твоей ауры. Поэтому никому не отдавай кольца, что бы тебе ни говорили. Ясно?

— Да, — кивнула я. — Спасибо.

— Я думаю, тебе надо было знать о данном свойстве, — спокойно заметил родственник. — А вот где тебе искать пятого кандидата, я, как уже говорил, не знаю, — вздохнул он. — Но, полагаю, тебя к остальной компании надо доставить?

— Да, — осторожно начала я. — Мне на другой материк надо.

— Женщины! — прошипел прадед, вытаскивая из пещеры седло и плед. — Разреши поставить ногу, так и полностью на загривок влезут!

— Ну, пожалуйста! — взмолилась я.

— Стоп! — резко прервал меня дракон. — Вот только не надо ваших стандартных методов убеждения! Мой Эквилибриум! Даже слова одни и те же! И где только вас этому учат?

— Впитала с молоком матери, — улыбнулась я. — А та с молоком своей матери. А та…

— Довольно! — вздохнул дедушка, подставляя шею, чтобы я могла взобраться выше. — Седлай, кровинушка, только подпруги закрепляй сначала вручную, а потом магией. Эх, найти бы того гения, кто вас придумал, да поговорить с ним по душам. О чем он тогда думал?!

— Боюсь, его уже съели прошлые недовольные, — отозвалась я, заканчивая седлание прадеда и забираясь в седло. Надеюсь, я надежно закрепила его магией.

— Вполне возможно, — кивнул ящер и взлетел.

На настоящем драконе я ехала впервые в жизни, и это мне очень понравилось. Особенно классно, когда под тобой удобное седло. Эх, жаль, что чаще всего я сама катаю. Ну, ничего, вот откормлю Витьку с Норри и буду на них ездить.

Дедушка взмыл вверх, сразу стало холодно. Аргелл что-то просвистел, прошипел — и вокруг меня образовался теплый контур. Вот что значит забота о всаднике!

Надо признать, моя скорость передвижения по сравнению с дедушкиной — черепашья. Где-то за тридцать минут мы уже были на Клыкастом континенте, а еще через пять минут кружили над замком Каракурта, выбирая место для приземления. Интересно, как я при такой скорости не почувствовала никакого дискомфорта от передвижения?

— Мы, драконы, прокалываем реальность, — словно прочитав мои мысли, пояснил дед. — От такой процедуры пройденный путь сокращается в сотни раз, а вместе с тем экономится и время. Чем старше дракон, тем опытнее он в таком виде передвижения. Скоро и ты научишься.

— А научите?

— Хорошо, — кивнул прадед, — только заверши процесс взросления для начала. А потом еще пожалеешь, что попросила меня об этом!

Встречать нас на стену высыпали почти все замковые и сельские жители. Наверное, дракон в вечернем небе выглядел весьма поэтично. Аргелл встал к стене боком, и я соскользнула в Витькины объятия.

— Как вы тут без меня? Придумали, что с картошкой делать?

— Какое там! — отмахнулся лорд Венатор. — Мы за тебя перепугались. Норри весь замок прочесал. После того как ты исчезла, на Каракурта совершили неудачное покушение. Он все понял и пришел к нам с повинной, признавшись в сговоре с Морой. Мы, когда узнали, что они собирались с тобой сделать, чуть не убили барона на месте. К сожалению, этот гад не знал, к какому именно дракону тебя потянули и где он обитает. А что, лохматые придурки сдали тебя в лапы дедушке?

— Нет, — мотнул головой Аргелл, — но внучка и кракену зубы заговорит. А ты, значит, ее близнец-антипод?

— Здравствуй, дедушка! — лучезарно улыбнулся Вик, распахивая объятия.

— Здравствуй, внучек, — попятился от него дедушка. — А где эльфенок?

— Я тут, — вышел вперед Норри.

Аргелл внимательно оглядел каждого из нас по отдельности, а потом всех вместе.

— Да, — наконец изрек он. — Красавцы! Есть чем гордиться!

Вдруг где-то вдалеке послышалось жужжание, словно к замку приближался рой огромных пчел. Народ тут же забеспокоился и стал поспешно эвакуироваться со стен. Около башни возник небольшой затор. Женщины впали в истерику.

— Что это? — нахмурился прадед, вслушиваясь в дальние звуки и наблюдая творящееся безобразие.

— Это Светина хищная всеядная картошка летать научилась, — сплюнул Вик.

— Чего?! — опешила я.

— Того! — вздохнул Витька. — Из добрых побуждений ты, сестренка, сотворила оружие массового поражения! Мне и в кошмарах такая хрень не снилась! Морти при завоевании мира надо было не монстров создавать, а к тебе за консультацией обратиться!

— Сжечь пытаешься — уходит из-под огня, верткая скотина! — гневно добавил Норри.

— А если ее съесть? — предложил Аргелл.

Кажется, данную версию мы уже обсуждали.

— А ты, поди, поймай ее сначала! — ответил на идею прадеда Вик. — А потом убей эту гадость живучую! У нее ж ни головы, ни глазок, ни ручек, ни прочих жизненно важных органов. Этакий колобок-убийца, плюс еще морозо- и жароустойчивая! И даже кислота ее не берет! О чем ты думала, Света, когда ее создавала?!

— О повышенной живучести выводимого продукта, — призналась я.

— Ну, тогда нам песец! — вынес вердикт Витька. — Монстры Мортифора невинные дети по сравнению с твоей картошкой! Ты с ней весь мир завоевать можешь.

— Только обуздать ее надо, — хмуро добавил Норри.

— Тяжело с тупой силой, — согласилась я.

— Не скажи! — возразил эльфенок. — Твоя картошка еще и развивается! Вот уже летать научилась, может, она через пару дней и тройные интегралы начнет высчитывать? Ты ее умной, часом, не делала?

— Ну, я хотела, чтобы она сама в ящики складывалась, — призналась я и в целях самозащиты напустила самый безобидный вид.

— Ёптр турен имбарр! Света! А как же нам выжить?!

— А если попросить Аргелла ее съесть? — обернулся Норри к Вику.

— Тогда ему ее тщательно пережевывать нужно, — заметил тот.

— Почему? — встряла я в их разговор.

Сам прадед пока не вмешивался, с интересом слушая нас.

— Потому что я не уверен, что эта гадость не съест его изнутри, — признался Вик, и Аргелла передернуло.

— Может, оборотням подарить это биологическое оружие массового террора? — Норри задумчиво возвел глаза к небу. Интересно, это он сейчас как дракон говорит или как наследник дружественной оборотням державы?

— А утилизировать потом как, когда она на хороших харчах размножаться начнет? — фыркнул Вик и вдруг осекся, недобро так глянув на меня. — Свет, а ты случайно не желала, чтобы эта хрень была плодовитой?

— Желала, — покаялась я.

— Ну, тогда нам точно капут!

— Если выберемся отсюда живыми, крестьяне, наверное, лет десять картошку сажать не будут, — предположила я. Быть съеденной мирным корнеплодом — пугающая и печальная перспектива.

— Шутишь? — вклинился в мои горькие раздумья Вик. — Да они уже зареклись сажать ее когда-либо! Это теперь здесь запрещенное растение!

— Ну, так что? — взял быка за рога Норри. — Попросим прадеда помочь непутевым потомкам или будем сидеть и ждать, когда Светина зубастая всеядная картошка перепрыгнет через стену и загрызет нас заживо?

— Жалко дедушку, — вставила я свои пять копеек.

— Не боись, внучка, — вдруг тепло произнес Аргелл. — Не так уж легко меня убить!

И с этими словами прадед взлетел и направился в сторону леса. Норри тут же накрыл нас защитным куполом. Я огляделась: во дворе замка не осталось ни души. Что ж, очень своевременно, так как из леса вылетела картошка.

— Вот блин! — не выдержала я, глядя на то исчадие, в которое превратился мой корнеплод.

— Всего лишь блин? — хмыкнул Вик. — У меня есть эпитет лучше!

— У меня тоже, — кивнул Норри.

— А эта ваша защита хоть выдержит? — испугалась я.

— Должна, — философски ответил Норри.

Мне от его теорий легче не стало. Я вон тоже вроде должна быть мощной непобедимой гадиной. А реально?

— Ты за дедушкой смотри, — одернул меня Вик.

Дед тем временем вытворял всевозможные воздушные выкрутасы. Атаковал, нападал, уходил в мертвую петлю. Картошка, как ни странно, с точностью повторяла его виражи. М-дя, похоже, она действительно самообучающаяся. Что-то из урожая Аргелл поймал на лету. Вот только жевать, улепетывая от остальных хищников-корнеплодов, было неудобно. В результате в борьбе дракона с моей картошкой победила картошка.

Дед, сплюнув недожеванные остатки картошки, сделал над нами круг, мысленно послав сообщение, чтобы разбирались с проблемой сами, а он уже стал стар для таких выкрутасов, и улетел отдыхать.

— Ну и что нам теперь делать, когда последняя надежда улетела? — хмыкнул Вик, заметив, что теперь зубастая картошка обратила внимание на нас, трех относительно аппетитных людей под прозрачным воздушным куполом.

В следующую секунду нас облепили со всех сторон голодные экземпляры. Вот тут-то я и рассмотрела их зубы. Интересно, что вместо глаз они использовали принятое в быту понятие «глазки». Тепловые рецепторы у них в том месте, что ли?

— Дедушка обещал вернуться. Может, пока они все прилипли к нам, попросить его испепелить их?

— Всех не получится, — мотнул головой Норри. — А остатки могут напасть на деда.

— А твой защитный купол может гореть? — одновременно осенило нас с Виком.

Норри что-то прикинул в уме и кивнул:

— Может, только тогда мой резерв очень быстро истощится — и вся эта кишащая масса рухнет на нас.

— Свят-свят-свят, — поежился Витька, сплевывая через плечо.

Что-то раньше я за ним подобного не замечала. Наверное, это так действует на нас стресс.

— Слушай, — оживился Вик, — а ты вроде хотела, чтобы эта картошка сама в ящики складывалась. Так, может, тебе покомандовать ею?

— Да, Свет, — поддержал кузена Норри. — Я помню, как тебя дети слушались, да и с умроками ты круто разобралась.

— И как же картофелины меня поймут? У них же даже мозга нет!

— Ну, если им хватает сообразительности атаковать нас, значит, не все потеряно, — тихо заметил Норри. — Да и видят они нас как-то.

— И инстинкты у них стайных хищников, — спокойно прокомментировал Вик. — Давай, Свет, в любом случае, попробовать стоит!

— Мы же тебя не за купол высылаем! — возмутился Норри. — Отсюда веди с ними беседу.

Ну что ж. Я внутренне собралась, успокоилась, затолкала подальше страх и уверенно вышла вперед.

— Стоять! — рявкнула я картофелю и дернула рукой, жестом приказывая отступить. — Отставить!

Бульба замерла и — о чудо! — послушалась. Она зависла в метре от защитного контура. Я просто кожей чувствовала, что все ее внимание направлено на меня. В нем было любопытство, смешанное с настороженностью. И в этот момент мне стало жалко ее уничтожать. Может, получится полюбовно договориться?

— Я вас создала, — представилась я. — Я ваша хозяйка! Слушаться только меня! А иначе на драники пущу!

Что такое драники, картошка не знала, но испуганно отлетела от меня подальше.

— Понятно, что надо меня слушать?

Клубни сбились в кучу, словно совещаясь, а потом вдруг перестроились в гуманоидную форму и кивнули созданной головой. М-да, с такими темпами она действительно скоро начнет считать интегралы!

Куда же пристроить столь ценное приобретение? Мозг предложил для начала остановиться на болоте. Там у меня флора и фауна разная, у бульбы появится нормальная здоровая конкуренция. Возможно, видоизменятся некоторые пищевые цепи. А иногда я буду посылать их сторожить границы моих владений. Тогда нелегальные иммигранты исчезнут.

— В таком случае, уходите с человеческих земель и летите ко мне на болота, — скомандовала я. — И по пути не смейте никого жрать! Я скоро приду, разберусь.

Картофель построился ровными, идеальными квадратами, прямо как римские легионы, и полетел в нужном направлении. Фу, пронесло. Осталось только надеяться, что моя зубастая флора и фауна не спасует перед новыми обитателями болот.

Братья облегченно вздохнули и радостно заключили меня в объятия. Норри убрал магический купол, и мы пошли в замок обрадовать людей, что опасность миновала.

7

Наш стрелок попал в тройку призеров, точнее — в серебряную медалистку.

NN

Нашу весть приняли сначала недоверчиво: «А вы уверены, что она все-таки не вернется?» Потом очень даже бурно и радостно. Барон Каракурт от избытка чувств даже обнял нас я слюняво поцеловал, а затем велел выкатить бочонок лучшего вина и угостить всех. Селяне обрадовались халяве и ограбили погреб барона на целых два бочонка. Из кухни принесли еду, кто-то заиграл на губной гармошке, и началось празднество, которое тут же сделали официальным и постановили отмечать каждый год. И называлось оно Торжественное изгнание бешеной картошки. Мы же стали собираться в дорогу.

— Останьтесь! — взмолились все хором. Даже барон настаивал, что само по себе уже было странным.

— Извините, — повинились мы. — Нам надо бежать.

— Ну, хоть ненадолго! — выступил вперед староста деревни. Помнится, в свое время с идеей благословить поля тоже он ко мне подходил. — Вы же нас от позорной гибели спасли! Дайте нам вас отблагодарить.

— Соберите нам продуктов в дорогу и считайте, мы квиты, — сориентировался Норри, протягивая пустой мешок.

Крестьяне — народ понятливый, второй раз повторять не пришлось. Правда, сборы еды слегка затянулись из-за того, что народ постоянно спорил, желая отобрать нам самые лучшие продукты.

Наконец через двадцать минут Витька с Норри прикрутили огромный мех к седлу Чернули, и мы направились к воротам.

Вдруг в замок въехала внушительная кавалькада рыцарей, за ними на приземистых конях-тяжеловесах скакали в кожаных доспехах существа, очень похожие на оборотней. Я вгляделась в их темно-бронзовую кожу и кошачий разрез глаз. Хм, строение тела как у вервольфов, смею предположить, и скелет у них такой же прочный и тяжелый, вот только ощущение несколько иное, чем от оборотней.

«Это ксары, — мысленно пояснил мне Норри, чувствуя мое удивление, — последняя разработка Ведущих магов мира, созданная для служения им самим. Ксары действительно имеют с оборотнями много общего, но физически слабее и могут превращаться лишь во львов, причем ограниченное число раз. Плохо, что они здесь вместе с рыцарями».

Весь этот внушительный отряд остановился прямо перед нами. Ой, не к добру это!

— Княжна Светлана Сангиус Ангуис Торта Орис-Белли-геро Омаг-морт Драко? — пророкотал из-под забрала возглавлявший компанию широкоплечий рыцарь, доставая из сумки какой-то сверток.

— Да, — кивнула я.

— Именем Ведущих магов мира, несравненного Квипрокво, великого Айрессена Задира, прекрасной Либ-им-и-до, находчивого Колиго Авидидаса, искусного Тих-о-иня, вы обвиняетесь в умышленном создании биологически опасного вида с целью уничтожения ни в чем не повинной деревни. Просьба убрать оружие и сдаться.

Мне показалось или крестьяне издали облегченный вздох?

— Но здесь какое-то недоразумение! — возразила я. — И мы уже разобрались с вопросом, правда? — Я обернулась к подданным Каракурта.

— Вы нас умышленно прокляли, — с противной улыбочкой покачал головой барон Каракурт. — После вас наша рожь и пшеница не уродились, на животных напал мор, а ваш картофель вообще чуть нас всех не уничтожил.

— Но это произошло случайно! У меня и в мыслях не было кому-то вредить! — возмутилась я. — И с картофелем мы сами разобрались!

— Это я уже слышал, — прервал меня главный рыцарь отряда и обернулся к сельчанам. — Имеете ли вы претензии к княжне Драко?

— Имеем! — хором откликнулись крестьяне.

Вот и делай людям добро! Эх, жаль, моя картошка их не сожрала!

— Имеете ли вы претензии к княжне Драко? — обернулся рыцарь к барону Каракурту.

— Имею, — все с той же улыбочкой кивнул он.

— Имеете ли вы претензии к княжне Драко? — обратился рыцарь к сыновьям барона.

— Имеем! — хором повторили они.

— Итак, княжна, вы обвиняетесь в умышленном вредительстве и арестованы, — подвел итог главный рыцарь.

— Протестую, — вскинул руку Норри. — Мы требуем опротестования приговора! И подробного расследования.

— Кто подает протест? — оживился рыцарь.

— Мы, — выступили вперед братья. — Лорд Виктор Венатор и принц Норри ванн Дерт, официально признанный бастард дома Драконов.

— Родственники, — спокойно констатировал факт предводитель отрада и вновь обернулся к барону Каракурту. — Считаете ли, что княжна нанесла ущерб умышленно?

— Считаю, — кивнул барон.

— Считаете ли, что княжна нанесла ущерб умышленно? — обратился рыцарь к крестьянам.

— Считаем! — хором ответили те.

— Считаете ли нанесенный княжной ущерб умышленным? — повернулся предводитель отряда к сыновьям барона.

— Считаем! — слаженно кивнули те.

— Подробное расследование проведено, княжна признана виновной и приговаривается к смертной казни через повешение.

— Мы подаем повторный протест на решение суда! — крикнул Норри.

— Повторное опротестование приговора в отношении женщины обжалованию не подлежит, — с усталым видом отрезал рыцарь.

— Да бросьте! — возмутился Вик. — Долой предрассудки — женщина тоже человек!!!

— Закон есть закон! — упрямо ответил рыцарь.

— В таком случае я, наследник эльфийского престола лорд Норри ванн Дерт, подаю жалобу на барона Каракурта и его деревню в том, что он оклеветал княжну Драко. И требую рассмотреть это дело самым тщательным образом, как того требует закон в отношении королевских особ!

— Жалоба должна быть подана письменно и на соответствующей бумаге с гербовыми печатями, — спокойно отбрил его рыцарь.

— Будет через пятнадцать минут! — заверил Норри и скрылся в портале, бросив мне напоследок, чтобы держалась и не сдавалась.

— Быстрее! — вдруг оживился меланхоличный рыцарь. — Пока наследник исчез, связывайте ее и вешайте! Пока не подана повторная жалоба, мы имеем право на мгновенное исполнение приговора.

Вик кинулся на мою защиту, но силы оказались не равны. Крестьяне и рыцари оттеснили его от меня и стали постепенно окружать, пытаясь прижать к стене и задавить большинством. С таким раскладом Вик однозначно пострадает. А этого нельзя допустить, иначе род Драконов увянет. Я послала брату мысленную просьбу бежать.

«Ну, уж нет! Я тебя не брошу!»

«Лучше уйди сейчас, чтобы помочь мне потом! Если нас обоих схватят, много мы не выиграем! Пожалуйста, Вик, подумай!»

«Мне все равно не нравится эта идея!» — произнес Витька, но вскочил на Чернулю.

Та взмахнула уже трансформировавшимися крыльями и взлетела на стену. Ладиина, как ни странно, оседлав Злыдня, последовала за ним. Мой метаморф попытался напоследок прихватить и меня, но рыцари дали в него залп из стрел. Тяжелые болты врезались в чешуйчатое тело, и на каменную мостовую упали крупные темно-бордовые капли. Злыдень, несмотря на ранения, попытался повторить попытку, но я приказала ему улетать и лечиться. Мертвый друг мне не нужен. А здесь мы при всем своем желании много не противопоставим существенно превосходящему в силе и количестве противнику.

Я в это время попыталась трансформироваться в дракона, но, видно, блокирующее трансформацию зелье еще действовало. Пара ксаров кинулись ко мне. Я бросилась бежать в направлении кладбища. Если я его активирую, то преследователям добавится мертвый и очень голодный геморрой. Однако прочие представители не дремали и рванули наперерез, раскидывая сеть. Я снова попыталась превратиться в дракона и взлететь, но зверь никак не отзывался, словно был в коме. Меня поймали и скрутили. Тут и пришла мысль позвать Ромку, да вот уже сделать это невозможно. И почему хорошая мысля приходит опосля?

Один из ксаров принес шприц, в котором я опознала злосчастное средство, блокирующее трансформацию. Нет! Боги, нет! Но было поздно. Мне снова его вкололи. Надеюсь, внутренний зверь такие перегрузки выдержит.

— Вешайте ее скорей! — закричал рыцарь. — Пятнадцать минут истекают!

— В замке нельзя! — вскинул руки Каракурт. — Драконы имеют плохую привычку призраками возвращаться на места своей смерти! Особенно если та была преждевременной и принудительной.

— Шутишь? Я тебя с того света не просто достану. Я вам всем напоследок еще и помидоры благословлю! Узнаете, почему славяне называли их «бешеной ягодой»!

— Там на опушке осина росла, — вставил свои пять копеек староста. — Самое место для дракона. Говорят, если их повесить на этом дереве, они не возвращаются.

Ну, мужик, я тебе это еще припомню! Терпеть не могу неблагодарности! Я от души вам помочь старалась, а вы в эту душу плюнули! Я вернусь и тоже плюну. Огнем! Обещаю.

Меня довольно грубо поволокли к воротам замка. Несмотря на то, что я так бодро обещала всем отомстить, на душе скребли кошки и было очень-очень страшно. Я мысленно воззвала к Вику, пытаясь понять, где он сейчас находится. Брат оказался на противоположном конце поляны. Злыдень был в очень тяжелом состоянии. Передав брату всю доступную мне информацию, я стала лихорадочно соображать, что же можно сделать в таком состоянии.

Увы, но я даже свои кольца не могла потереть, так как рыцари учли данную вероятность и связали мои руки в кулаки. Пытаясь пошевелить пальцами, чтобы вызвать кого-нибудь из подмоги, я мысленно обратилась к догберам. К сожалению, ближайшая особь находилась в часе бега от меня.

Моя паника усилилась, когда через нижний сук осины перекинули толстенную засаленную веревку. Ох! Как жить-то хочется! Как хочется улететь подальше отсюда! Самое обидное, что насильно введенное в организм зелье блокирует мою трансформацию! Люди это знали и, довольно посмеиваясь, пытались меня повесить!

«Вик, Норри, ПОМОГИТЕ!!!» — со всей силы ментально заорала я, когда два местных амбала поставили меня на хлипкий, непонятно как сколоченный табурет и накинули на шею петлю.

По традиции здесь решили ломать ножки моей опоры по очереди, однако быстро, чтобы успеть до прихода Норри, отведя на всю потеху четыре минуты.

«Норри! — истошно заорала я, пытаясь сохранить равновесие на хлипком табурете. — Ваша раса испокон веков лидирует в эквилибристике. Срочно нужен СОКРАЩЕННЫЙ МАСТЕР-КЛАСС!»

Эльфенок, несмотря на разделяющее нас расстояние, ответил. Правда, звук был очень тихий, как при плохом интернет-соединении.

«Теоретически эти знания должны были передаться тебе с моей кровью».

«О! Мне сейчас нужны сугубо практические навыки! А еще лучше спасите меня! Я не так часто вас о чем-нибудь и прошу!»

«Действуй, Витька, — раздался в голове голос Норри. — Я не успеваю восстановиться для постройки повторного портала. У тебя самая выгодная позиция, поэтому возьми стрелу с серпообразным наконечником и выстрели в веревку. В народе существует поверье, что если веревка при повешении оборвется, то узнику еще не пришло время умирать, и Свету отпустят. Только постарайся успеть до того, как они выбьют из-под сестрички табурет, потому что при повешении у осужденного чаще всего ломается шея, а если не ломается, то он долго и мучительно задыхается. Я, честно говоря, не уверен, что Светина шея выдержит».

«Спасибо, брат! Ты всегда умел меня успокоить!» — прошипела я. Коленки предательски задрожали. Все-таки боюсь я смерти.

«Норри, а может, ты все-таки постараешься добежать? — жалобно отозвался Вик. — Я все-таки ужасно плохой снайпер! Не под руку будь сказано!»

«И тебе спасибо, второй мой брат! Ты всегда умел обнадежить! НАЙДИ ХОТЬ КОГО-НИБУДЬ, УМЕЮЩЕГО СТРЕЛЯТЬ!»

«Нет тут никого! Только кусты и наши метаморфы, но они не могут, я уже спрашивал, а Ладиине, извини, не доверяю».

«Ох, не к добру это!» — отозвался спинной мозг.

«Тогда успокойся, сосредоточься и прицелься, — выдал последнюю рекомендацию Норри. — Я не успеваю, но уже иду. Думай о хорошем!»

«Это ты кому из нас посоветовал?» — насторожилась я.

«Не переживай, сестра! — отозвался эльф. — Береги свои нервы, они тебе еще понадобятся! Расслабься».

«Тебе легко говорить, не стоя тут на хлипкой табуреточке с грязной веревкой на шее!»

Тут обвинитель окончил читать сокращенный вариант речи, местные передумали и решили выбить из-под меня табурет одним махом, не растягивая удовольствия. Угрюмый палач одобрил идею и поспешно двинулся ко мне.

— Нет! Не виноватая я! — закричала я, и в следующий миг произошло несколько вещей: мужик пнул табурет, а из леса вылетели две стрелы.

Как в замедленной съемке, я видела их приближение ко мне: одна стрела летела слишком низко (примерно на уровне моей груди), вторая — чуть выше головы, и я понимала, что первая непременно попадет в меня. Народ ахнул, а стрела, как и рассчитал рассудок, угодила мне в грудь, вторая же обрезала веревку, и я рухнула на поляну.

— НЕТ!!! — раздался из леса оглушительный Витькин рев, переходящий в инфразвук, а мой мир погрузился во тьму…

Очнулась я, стоя над сгорбленной Витькиной спиной. Поляна пустовала, а последние жители вперемешку с отрядом рыцарей и ксаров стремительно убегали в замок. За ними, превратившись в каких-то жутких чудовищ, мчались Злыдень и Чернуля. Мой метаморф выглядел ужасно. Скелет дракона, обтянутый черной кожей, в крыльях дыры. Он буквально таял на глазах, вот только исходившая от него ярость могла уничтожить несколько крупных городов. Почему-то в данный момент я поняла, что, если умру, он уйдет вслед за мной, но перед смертью выбросит такое количество горечи и жизненной силы, что взрыв ядерной бомбы покажется цветочком. Очевидно, приспешники Ведущих магов мира это поняли и теперь пытались спастись в подвалах замка.

Ладиина устроилась в позе лотоса на помосте и, закрыв глаза, о чем-то думала. Брат сидел на траве, баюкая мое тело на руках и безудержно рыдая:

— СВЕТИК, милая! Прости меня, я не знаю, какая сила эту злосчастную стрелу вниз повела! Ведь вторая же попала! Как же я без тебя, сестренка?!

Из леса выскочил перепуганный, бледный Норри. Увидев открывшуюся картину, он еще больше побледнел и стремительно бросился к брату.

— Ну и чего ты сидишь?! — прошипел он, нависая над Виком.

— А поздно трепыхаться, — вместо Витьки отозвалась Ладиина. — Стрела попала прямо в сердце. Она мертва.

— Пульса действительно нет, — хрипло прошептал Вик. — Я не знаю, какому богу молиться и на какое чудо надеяться.

— Мортифор! — выдохнул Норри, забирая меня к себе на руки. — Идем! Если кто и может нам помочь, так только он!

Я шагнула следом за троицей в открытый эльфенком портал. Магия дракона освободила его от необходимости пассов руками. Ох, только бы не застать Морти за чем-нибудь личным и неприличным, как мы умеем!

Вывалились мы прямо посреди тронного зала. Мортифор сидел на троне и разбирал дела своих подданных. Как раз жалобу одного из них Норри и прервал, ворвавшись в зал. Нагло обогнув коленопреклоненного крестьянина, эльф прошествовал к трону.

— Приветствую тебя, лорд Мортифор Канис Дирус Лупус Карнификус, повелитель оборотней, Скользящий между жизнью и смертью!

Мортифор сидел бледный как полотно, мрачный и задумчивый. Длинные пальцы нервно барабанили по подлокотникам трона. Норри тем временем опустился перед Черным королем на колени и, положив мое тело на мраморный пол у подножия трона, торопливо произнес:

— К твоей силе обращаюсь я, о Скользящий между жизнью и смертью, прошу тебя о милости! По закону мира я предлагаю за исцеление свою жизнь!

— Нет! — торопливо произнес оборотень, вставая. — Не твою жизнь хочу, а его. — И указал на Вика.

— Я согласен! — отозвался Витька, падая на колени. — Только спаси ее, если можешь.

— Да будет так, — церемонно кивнул Скользящий между жизнью и смертью и совсем не торжественно рявкнул: — Все вон!

Оборотни поспешно подскочили с колен и кинулись к дверям. Норри похлопал по плечу Вика и, подхватив Ладиину под локоток, устремился вслед за остальными. За считанные секунды огромный зал опустел, массивные двери захлопнулись, и было слышно, как с другой стороны их заложили деревянным брусом. Что же здесь тогда будет, раз такие приготовления?

Мортифор торопливо скинул накидку, обнажив накачанный торс, снял с пояса кинжал, начертил его острием на своей груди пару непонятных символов, а затем сделал себе разрез на кисти вдоль вены и, макая палец в кровь, принялся торопливо чертить пентаграмму, время от времени, освежая рану. Затем осторожно положил меня в центр магического рисунка.

На секунду он завис надо мной, вглядываясь в лицо.

— Пожалуйста, княжна, — прошептал он, нежно проведя рукой по голове, — потерпи еще немного, не спеши убегать.

Затем резко поднялся на ноги и принялся ходить по кругу, читая какое-то заклинание. Его интонация и голос меня завораживали, хотелось приблизиться к мужчине, послушать речь, лечь в круг и слиться с собственным телом. Но какая-то другая неведомая сила тянула вверх, к мраморному потолку. Вперед! Через него, через весь замок к самым небесам!

Баритон Мортифора зазвучал громче, словно повелитель оборотней почувствовал мои сомнения и стремился мне помочь в выборе, подтолкнуть в нужном направлении. Тяга в небо тоже стала сильнее. Речь Мортифора стала настойчивее, теперь его голос требовал, приказывал, ввинчиваясь в мою голову и подавляя волю. Мужчина принялся танцевать, и я окончательно приземлилась. Какие небеса, когда тут такой интересный обряд?!

Я уже сделала шаг к своему телу, когда чей-то голос сурово изрек: «Хватит, княжна, твое время истекло!» И странная сила оторвала меня от пола и швырнула в небо…

Я летела в холодной темноте космоса в образе чудесного дракона. Шкура моя была уже не зеленой, а светилась серым перламутром, меняя цвет от абсолютно черного до нестерпимо белого, сияющего подобно свету. Размах крыльев стал гораздо больше, чем в жизни, а ощущение скорости и легкости пьянило. Так бы и летела вечно, неизменно, неважно куда!

Мимо проносились планеты, астероиды, кометы, а впереди, словно золотая спираль, виднелась следующая галактика. Она светилась во тьме, звала меня, манила, и вся моя душа с радостным трепетом стремилась к ней, фантастической красоте, ожившей сказке. Красота!

— Княжна! — внезапно раздался мощный рык, вибрацией прошедший через мое тело.

Вокруг по-прежнему было пусто, но физически я уже ощущала рядом чье-то присутствие. Кто-то следовал за мной и пытался поймать. Двигался не так быстро, как я, но уверенно и настойчиво. Не догонишь!

— Света! — повторился рык. — Немедленно вернись, иначе будет поздно!

А зачем мне куда-то возвращаться? Я гуляю и никуда не спешу, я свободна от времени, от тоски и от забот. Я свободна! Свободна! Свободна!

— Тебя ждут, Света! — ласково прошептал откуда-то знакомый голос с рычащими нотками, сменив тактику. — Ты необходима своим родным, друзьям, людям!

Зачем? Короткий миг — и мы снова будем вместе, лететь в бесконечность, навеки свободны, навеки счастливы и безмятежны.

— Немедленно вернись, твою мать! — не на шутку разозлился неведомый собеседник. — Поворачивай назад, вредина непослушная!

Да кто ж меня так отчитывает? Я обернулась и обомлела. Мама дорогая, роди меня обратно! Позади меня в центре воронки, всасывающей все подобно черной дыре, ругалась волчья пасть. Точнее, что-то среднее между мордой зверя и человеческим лицом. Но пугал не его вид. А мощь магии, сочившейся из образа и клубившейся вокруг него, как ледяной пар.

— Вернись, княжна, — прошептал образ, — пожалуйста!

Э нет, брат! Я с чудовищами не связываюсь! Еще схарчишь ненароком. Погребу-ка я отсюда!

— Ах, так?! — скрипнула зубами голова. — Ну, держись!

И образ трансформировался в гигантского мощного зверя. От страха я замахала крыльями в два раза чаще, но зверь не отставал. Воронка позади чудовища втягивала все, что есть, включая и меня. Только незнакомца не трогала, и он продолжал меня догонять. Как в кошмаре, в котором ты бежишь со всех сил, но остаешься на месте. Спасите, кто-нибудь!

— Не уйдешь! — прошипел преследователь, в следующий миг его мощная когтистая лапа ухватила меня за хвост и дернула назад.

— Мама! — испуганно взвизгнула я и провалилась за ним во тьму круговорота…

Часть четвертая

ПЯТЫЙ ДРАКОН

1

Замечательный напиток текила: выпил — почувствовал себя кактусом, причем наутро иголки обычно растут внутрь!

NN

— Что с Драконом?

— Ведущие маги мира совершили на нее покушение.

— И?

— Ее брат пытался сыграть с ритуалом несвоевременной смерти.

— И?

— У рыцарей Ведущих магов был амулет Квипрокво, и первая стрела отклонилась от намеченной траектории, попав ей в сердце, но, к сожалению, он выпустил вторую стрелу.

— Это что-то меняет?

— Вторая стрела перерезала веревку.

— Но она уже была мертва?

— Да. Однако непонятно, как это событие может сработать на Гее. Это мирок со своими законами.

— Насколько мне известно, со стрелой в сердце не живут даже драконы.

— А вдруг Великий Эквилибриум сочтет ритуал выполненным?

— Где тело?

— Лорд Венатор и принц эльфов ее куда-то утащили.

— И вы не можете отследить маленькую княжну?!

— Нет. От нее не исходит признаков жизни, а наши аналитики задумчиво разводят руками и говорят, что она под землей.

— В таком случае не стоит переживать. Люди и им подобные расы на Гее обычно прячут своих усопших под землей.

— Знаете, милорд, я бы не стал так расслабляться. От дракона всего можно ожидать.

— Даже возвращение с того света? Не преувеличивай, Орту! К тому же нам просто не может так не везти!

Очнулась я с удивительным ощущением уюта и защищенности под мерный, приглушенный стук какого-то тяжелого железного предмета обо что-то массивное железное же и шуршание сухих листьев. Вокруг витали ароматы лекарственных трав, среди которых лидировал запах мяты, шалфея и еще чего-то непонятного, но очень приятного. Я не торопилась открывать глаза, наслаждаясь теплом и комфортом. Хотелось понежиться и заурчать.

«Хозяйка, — осторожно откашлялось левое полушарие. — А тебя не смущает, что мы лежим на чем-то мягком и просторном?»

«Это кроватью называется», — ехидно заметила правая половина мозга.

«Да хоть тахтой назови! — рыкнула левая. — Важно, что она не наша!»

«Ой, не к добру это!» — всхлипнул спинной мозг.

«Чего паникуете?» — изумилось правое полушарие.

«Потому что лежим голышом на чьих-то шелковых простынях!» — мрачно резюмировала аналитическая половина мозга.

«Руки-ноги не связаны!» — парировала правая.

«Это поправимо, — успокоили с левой стороны. — Да и в нынешнем состоянии Свете много не надо!»

А в каком я состоянии?

«В раненом!» — хором рявкнули в голове.

«Ох, не к добру это!» — завел привычную волынку спинной мозг.

Хлебом не корми, дай на беду покаркать!

Тут же вспомнились предыдущие события. Стрела в сердце, Мортифор, круг какой-то. Тьма. Я попыталась пошевелиться.

Ни фига! Тело словно приковали к кровати. Удивительная слабость, но боли или прочих неприятных ощущений нет. Либо мне уже лучше, либо я под каким-то наркозом. Мозг вроде не затуманен. Что за хрень мне вкачали?

Ладно, откроем глаза и посмотрим мрачной действительности в лицо. Как ни странно, моя мрачная действительность стояла ко мне спиной в одних черных шелковых шароварах и растирала что-то в железной ступке. Рядом на небольшой портативной плитке кипел и булькал ароматный отвар. Кстати, именно он порождал этот самый приятный запах. Мортифор периодически его помешивал, добавляя новые ингредиенты и попутно растирая травы в ступке.

С минуту я любовалась привычными, но удивительно ловкими манипуляциями. Потом переключилась на обнаженную загорелую спину, на которой при каждом движении оборотня перекатывались внушительные мускулы. От спины мой взгляд плавно перетек на тонкую талию, а затем и на упругие, подтянутые ягодицы, выгодно подчеркнутые черным шелком штанов. Аппетитный зад!

Интересно, значит ли это, что я проголодалась?

В этот момент оборотень обернулся и лучезарно улыбнулся.

— Доброе утро, княжна! Спасать вас уже становится моей дурной привычкой!

— Должна же от врагов быть хоть какая-то польза!.. — простонала я.

— Как вы себя чувствуете?

В моей голове пронеслись воспоминания о произошедших событиях. Я попыталась приподняться на руках, но безуспешно. Мортифор отложил снадобья, подошел ко мне и помог сесть.

— Закон подлости какой-то! — пожаловалась я. — Огонь противника всегда попадает в цель! И существует только одна вещь точнее огня супостата — это когда по вам стреляют свои!

М-да, печальный вывод из жизненного опыта!

— Ну, извините, — хмыкнул Мортифор. — Стрелы не осведомлены, что старший по званию имеет привилегии! Хотя, должен признать, вы все равно отлично выглядите.

— В мужских комплиментах таится попытка соблазна, — привычно поддела его я.

— Чем сильнее желание, тем изысканнее комплименты, — ничуть не смущаясь, кивнул Мортифор.

Я улыбнулась. Каким бы реалистом я ни была, его слова подняли мне настроение, пусть и были сказаны для моего утешения.

— Сколько я пролежала?

— Не слишком долго, — уклончиво ответил оборотень. — Кстати, я не знал, что у вас на копчике татуировка в виде дракона, точь-в-точь как на ваших фамильных гербах.

— Угу, — хмыкнула я, стараясь не покраснеть. — Это долгая история.

Столь экстравагантным тату я обязана Витьке. Это была его своеобразная месть за новогодний подарок, где я посоветовала использовать тест на беременность. Оказывается, Вик, взрослея вместе с будущим химиком, тоже времени зря не терял. И в один прекрасный день (на Рождество), опоив меня снотворным, велел другу нарисовать временное тату. Теоретически оно должно было смыться через неделю, а вот практически картинку не взял ни один растворитель, и ношу я ее по сей день.

Запахи мяты и шалфея усилились. Мортифор встал и подошел к своему рабочему столу, а я принялась осматривать комнату. С нового ракурса обзор оказался лучше.

Покои были оформлены в теплых, но темных тонах. Собственно, даже простыни были черными. У стен стояли высоченные стеллажи с книгами на любой вкус Древние фолианты постепенно сменялись более новыми, с не истертыми корешками. Под самым потолком я заметила полочку современных земных томов, среди которых основное место занимала Большая Энциклопедия. Очевидно, наши книги на Гее не столь актуальны. Особнячком выделялись магические книги. Теперь, по мере взросления, я видела их остаточный фон и даже могла почувствовать содержание.

У стены, где хозяйничал Мортифор, находились современные лабораторные столы. Темное покрытие на удивление органично вписалось в средневековую роскошную комнату. Слева от меня около кровати находилась маленькая тумбочка, а чуть дальше — огромный письменный стол. Справа размещался старинный платяной шкаф. Окон в покоях не было. То ли оборотень помнил прошлый опыт и боялся, что я сбегу, то ли комната была ниже уровня земли или в какой-то изолированной части замка. Хотя выглядела очень уютной и обжитой.

— Что это за место?

— Моя комната, — не оборачиваясь, ответил Мортифор, высыпая в кипящее снадобье растертые травы.

— Я думала, у тебя другие покои, — тихо призналась я.

— У меня их две, — бросил через плечо оборотень. — Эта подземная комната моя самая первая и любимая. Здесь прошли мои детство и юность. Шикарные апартаменты на третьем этаже я получил, став королем. Но ни там, ни тут я не принимаю гостей женского пола. Ты первая.

— Что, совсем-совсем первая? — поразилась я. — А куда же мы тогда вломились при нашем первом знакомстве?

Мортифор захохотал и, вытирая выступившие слезы, кивнул.

— То была гостевая комната одной придворной дамы. А в свои личные покои я никого не вожу, это моя территория. Так что ты самая первая гостья. — Он обвел помещение рукой. — Ну, как? Нравится моя берлога?

— Мило. — Я снова огляделась по сторонам.

— Ты еще книг не видела! — подмигнул оборотень.

О! Книги я обожаю! Люблю узнавать новое. Тут Мортифор тонко подметил мою слабость!

— Я их уже отсюда чувствую, — кивнула я.

Улыбка слетела с лица мужчины, сменившись серьезным выражением. Под его внимательным, изучающим взглядом я слегка поежилась.

— Не бойся, — тут же среагировал на мою настороженность оборотень. — Я свою библиотеку люблю, но за нее не четвертую. По крайней мере, пока ты моя гостья.

— А с чего такая честь? — поинтересовалась я.

— Уж больно в тяжелом ты была состоянии, — признался Мортифор. — Пришлось дежурить около тебя сутками, согревать, поддерживать жизненную энергию. Мы даже спали вместе. — Он озорно подмигнул. — Вот только боюсь, вопроса со столбиками это не решит.

Значит, Мортифор все это время был рядом? Интересно, а где шастали мои братья? Почему-то стало обидно, что они оставили меня одну. Их поддержка очень пригодилась бы, когда я была по ту сторону сна. Драконы в присутствии друг друга даже выздоравливают быстрее. Неужели они меня бросили? Хотя нет, быть этого не может! Нам весьма сложно долго быть в разлуке.

— Норри с Виком очень хотели быть рядом, — словно прочитав мои мысли, произнес Мортифор, — но больше одного дракона в своей святая святых я не потерплю! Так что извини меня, княжна, но пришлось вышвырнуть их пинком под зад. Надо признать, без боя они тебя не отдали. Хотя они только помешали бы лечению. Молчу уж о том, что наше целительство имеет свои секреты и не рассчитано на широкую аудиторию.

Я кивнула. Раз ноу-хау, значит, ноу-хау.

— А где теперь братья?

— В гостевых покоях.

— Не камера, надеюсь?

Зная характер братьев и их отношения с Мортифором да приплюсовав вышесказанное, дорогие шалопаи могли очутиться в местах и похуже. Оборотни не любят войн, но если дерутся или злятся — берегись!

— Нет, — ухмыльнулся Мортифор. — Но меня уже посещали мысли их переселить. Уж больно настойчиво они хотят тебя проведать, особенно лорд Виктор. Обещал, что, если с твоей головы хоть волосинка упадет или руки распущу, у меня «здравоохранение будет в десяти местах».

Узнаю своего братика! Думаю, сейчас он сидит и прикидывает, как бы спустить с лестницы превосходящего в массе противника.

— Могу я их увидеть?

— Пока нет, — жестко обрезал оборотень. — Тебе нужен полный покой. И так еле откачал. Норри хоть и разгильдяй, но правильно сообразил, что тебя ко мне надо.

— Почему? — заинтересовалась я.

— Видишь ли, — король вервольфов вновь вернулся к своему вареву, — у каждой расы есть свои специфические магические способности. Мы можем использовать любое заклинание, но некоторые нам будут удаваться особенно легко и мощно. Например, у суккубов и инкубов великолепно получаются привороты, отвороты и все, что связано с любовью. Вампиры специализируются на магии крови. Они прекрасно лечат все болезни, связанные с кровью, останавливают артериальные и венозные кровотечения любой сложности, устанавливают отцовство.

Я сразу же вспомнила Нох-рам-Лукуша и возникшие у него затруднения.

— Кровь дракона не в счет! — прочитал мои мысли Мортифор. — А в остальном вампиры — асы, они даже родовые проклятия способны снимать.

— Как и власть над существом получить, — заметила я. — Ведь подчинение самой главной физиологической жидкости дает ключ ко всему организму. Тут и убить его можно, приказав, например, крови не идти к сердцу, или заставить существо истечь кровью из малейшего пореза.

— Можно, — спокойно кивнул Мортифор. — Но вампиры в основном свою силу используют во благо. Они прекрасные целители.

— А друиды? — тут же вспомнила я общепринятые представления, так часто упоминаемые в книгах.

— Они большую свою часть занимаются деревьями и растениями, — поморщился Лупус Карнификус. — Они в первую очередь поддерживают здоровье природы, в частности, растений и животных, люди их мало интересуют. Да и не умеют они лечить разумные расы. А если для лекарства надо будет сорвать целебные травы, то друиды встанут на сторону последних. По ним, пусть лучше умрет больной ребенок, чем драгоценная однолетняя былинка.

— А эльфы чем занимаются, если друиды за флорой и фауной смотрят?

— Тут между этими двумя расами часто возникают столкновения.

Хм, и я даже знаю почему!

— И не только на почве конопли! — снова прочитал мои мысли Мортифор. — Нечего так улыбаться, княжна!

Эльфы с друидами жили как кошки с собаками. Одним из камней преткновения были поля конопли. За урожай урки и орки выкладывали огромные деньги. В основном потому, что материальные ценности и предметы искусства мало интересовали воинственных кочевников. Их главными целями было: хорошо пожрать, выпить, покурить и завалиться на шкуры с какой-нибудь рабыней.

Своего скота или ремесла у урков и орков нет, если не считать грабеж, разбой да наемничество в армии. Из имущества: конь, оружие да меховое одеяло, реже палатка. Все остальное считалось лишним барахлом, которое они радостно сбагривали купцам и перекупщикам. А потому за коноплю платили очень щедро, снимая с себя все, вплоть до портков. Естественно, эльфы и друиды боролись за такого покупателя. И вечно конкурировали в качестве выращиваемого продукта. Мои последние нововведения значительно отяготили казну Лерри ванн Дерта, еще больше натянув отношения с Мелистеем.

— Друиды еще не любят эльфов потому, — прервал мои размышления Мортифор, — что у них есть небольшой перехлест магических способностей. Эльфы тоже способны лечить растения и животных, но их возможности гораздо шире. Лесной народ может вызывать рост растений, создавать новые виды, чудесно владеет ремеслами, особенно теми, что связаны с искусством или стрельбой.

— А гномы кузнецы?

— Да. Они прирожденные геологи, кузнецы, литейщики. Великолепно делают оружие, различные машины, механизмы.

— А люди? — вдруг заинтересовалась я.

— А люди преуспели в уничтожении, — мрачно вздохнул Мортифор. — Им прекрасно удается изобретать оружие массового поражения. Вечно беспокойные, они стремятся вперед, зачастую не задумываясь о последствиях, нарушают равновесие и плюют на это. Никому не верят и сами лгут.

— А вы? — решила я слегка сменить тему. — В фолианте говорилось, что вы владеете магией жизни и смерти. В чем это проявляется?

— Мы тоже способны убивать, — хмыкнул Мортифор. — Жестоко и цинично, в огромных количествах. Но мы можем также вытянуть душу, находящуюся за гранью, способны вернуть ее в мир живых. Мы легко можем создать новую жизнь, необычный вид, а также нам прекрасно удается магия превращений. Так что Норри правильно поступил, что принес тебя ко мне. Нох-рам-Лукуш не смог бы помочь.

Зелье запахло еще сильнее, скорее всего, приготовилось. Оборотень снял его с подогрева и перелил в пиалу, с которой подошел ко мне.

— Пей, — приказал он.

— Что это? — Я осторожно принюхалась к приятному аромату.

— Зелье приворотное, — ухмыльнулся Мортифор.

Я машинально задумалась, перебирая в уме все, что знаю по данному вопросу. К сожалению, тут мои познания оказались скудными. Крайне негативно относясь ко всяким приворотам и иже с ними, я мало уделяла внимания данному вопросу. И опознать даже самое простейшее зелье не могла.

Вот не понимаю, как можно навеки привязать к себе кого-то, игнорируя его желания? А если его потом разлюбишь? Или как жить и знать, что твой избранник любит тебя только из-за колдовства?

— Да ты пей, не бойся, — хмыкнул Мортифор. — Во-первых, тебе пора уже знать, что приворотные зелья ни на оборотней, ни на драконов не действуют. А во-вторых, я лучше проиграю, чем всю жизнь буду помнить, что добился благосклонности не своими силами.

— А что это? — на всякий случай решила уточнить я.

— Лекарство, — в тон мне отозвался визави.

— А шалфей и мята там зачем? — продолжала упорствовать я. Насколько знаю, эти травы больше при простуде помогают. В моем случае я не знаю, как их применять.

— Для драматического эффекта! — начал раздражаться оборотень. — Пей давай! В бессознательном состоянии с тобой было проще!

— Ну, извини, — пожала плечами я и потянулась к чаше.

Мортифор мягко отстранил мою руку и, придерживая мне затылок, поднес пиалу к моим губам.

Зелье оказалось приятным на вкус, слегка терпким и теплом разливалось по животу. На сердце сразу стало хорошо.

— А теперь извини, — отставил Мортифор чашу в сторону. — Мне надо осмотреть твою рану.

С этими словами он сдернул с меня одеяло и принялся спокойно разматывать бинт на груди. Исчезли из глаз игривые огоньки, он больше не флиртовал, теперь передо мной был серьезный, сосредоточенный на работе целитель. Как любил говаривать один мой знакомый лейтенант: «Врач половой принадлежности не имеет».

С одной стороны, мне было очень приятно, что Мортифор относится ко мне с таким суховатым профессионализмом, отсекая в данный момент все частное и личное. А с другой стороны — смотреть в его спокойные, сосредоточенные глаза было даже обидно. М-да. Кто нас, женщин, поймет?

Когда соскользнул последний бинт, показалась идеально чистая белая кожа с небольшим розоватым пятнышком в том месте, куда попала стрела. Ни шрама, ни рубца.

— Невероятно! — выдохнул Мортифор, осторожно касаясь пальцами нежной кожицы. — Еще вчера я прикидывал, когда снимать швы, а сегодня все исчезло! Даже нитки рассосались! Или, точнее сказать, твой организм их тоже переварил.

«Естественно! — хмыкнула я про себя. — Не пропадать же добру и дополнительным микроэлементам!»

— Ничего себе регенерация! — тем временем восторгался Морти, все еще гладя зажившее место, но в этих поглаживаниях не было никакого сексуального подтекста, чисто профессиональный интерес.

— А почему зашивал? Разве не проще было бы воспользоваться заклинаниями? — поинтересовалась я.

— Да потому, — улыбнулся Мортифор, — что магия на взрослого дракона не действует, даже целительская! Думаешь, тебе Создатель на всякий случай такую регенерацию продумал?

— Погоди! Я еще несовершеннолетний дракон!

— Теперь уже нет, — покачал головой оборотень. — По закону подлости твое взросление завершилось именно в тот момент, когда ты получила стрелу, плюс-минус пятнадцать минут погрешности. Поэтому выхаживать тебя пришлось по старинке. Кстати, а что видят драконы, когда умирают?

— Космос, — не задумываясь ответила я. — Мы летим среди тьмы, звезд, планет. Удивительное чувство покоя и безмятежности. А что чувствуют оборотни, когда умирают?

— А мы бежим среди леса, — тихо ответил визави. — Вокруг колышется высокая трава, ветер свистит в ушах и играет с шерстью. На душе мир и удовлетворение. Эйфория. Возвращаться не хочется.

— Когда успел? — поразилась я, только сейчас поняв, что Морти говорит со знанием дела, словно на собственной шкуре испытал!

— Давно, — сморгнул оборотень. — Отец вытащил.

Я вспомнила свой сон про Мортифора и его сводных братьев-драконов и решила проверить информацию:

— Детская шалость?

— Можно и так сказать, — хмыкнул оборотень. — Не всякий поверит, что твои собственные братья захотят тебя убить.

— Сочувствую.

— Не стоит, — устало вздохнул Мортифор. — Это было давно.

— А что с ними стало?

— Тебе не захочется этого знать, — предупредил оборотень.

— Я взрослая девочка.

— Я знаю, — улыбнулся визави. — Скажем так, это был метод око за око. Драконы совсем не мирные и добрые существа, княжна. Перестань равнять всех по себе. Обрати внимание даже на лорда Венатора.

— Вик благороден! — вступилась я за брата.

— Не сомневаюсь, — согласился собеседник. — Но, также как ты унаследовала способности дракона Света, он получил частичку Тьмы. Это не значит, что твой брат кинется на всех с оголенным мечом или решит захватить мир, однако, если обидят его близких, он пустит в ход все свое изощренное воображение и не поскупится для врагов навыками Тьмы. А ты сама пощадишь человека, убившего Вика или Норри?

Я задумалась. Раньше ответ был бы категоричным — «нет», а теперь даже не знаю. Какая-то часть души, наверное, та, что отвечала за дракона, требовала крови и мести с лихвой. Я поежилась от собственных ощущений. До сих пор я старалась жить мирно и спокойно, относясь к людям с теплотой и пониманием. Да, случалось, предавали, подводили, плевали в душу, но я давала сдачи только при экстренной необходимости, все остальное время предпочитая игнорировать обидчиков и не мстить. Быть выше этого. Теперь же внутренний зверь требовал крови.

Мортифор молча кивнул, понимая ход моих мыслей.

В дверь постучали. Вошедший мальчик попросил владыку явиться в тронный зал. Лорд Лупус Карнификус извинился и вышел.

Я снова огляделась. Невольно мой взгляд задержался на тумбочке с гематитовыми четками. Однако Мортифор неординарная личность! Как подсказывало мне драконье чутье, гематит, и в частности эти камни, был далеко не прост. Извечно на Гее его считали спутником магов-заклинателей, которые с помощью гематита вызывали духов и чертили пентаграммы.

В данных четках заключалась большая энергия, которая помогала воздействовать на людей и нелюдей, поэтому владелец никогда никому не должен желать зла — камень и сам устранит врагов. И в то же время гематит требует сильной воли и стойкости от хозяина. Если тот не будет растрачивать отданную камнем энергию или окажется недостаточно сильным духом, — камень сломает психику владельца. Поэтому стоит десять раз подумать, прежде чем связаться с гематитом. Мортифор же, судя по потертости четок, пользовался ими часто и уже давно. Смелый мужчина! Я, лежа на кровати, ощущала покалывание исходящей от них силы.

Вдруг дверь резко распахнулась, и на пороге появились братья.

— Наконец-то! — Они бросились ко мне и тут же засыпали вопросами: — С тобой все хорошо? Как ты себя чувствуешь? Есть хочешь? Мортифор тебя не обижал?

— Я рада, что он вас ко мне пустил.

— Он ничего не знает, — Вик опасливо оглянулся на дверь. — Мы сюда пробрались по собственной инициативе. Если у тебя все в порядке, надо поскорее сматываться. Во-первых, до истечения срока осталось четыре дня, а во-вторых, мне не нравится его задумчивость и те взгляды, что он на нас бросает. Он что-то замышляет.

— Мортифор жизнью рисковал, спасая сестру, — вдруг встал на защиту оборотня Норри. — Не думаю, что он намерен причинить ей зло. Мне удалось подслушать его разговор с дядей. Мортифор, выручая Свету, сам чуть не погиб. Карнификус в бешенстве, но на нас пока распространяется неприкосновенность.

— Не знаю, — поежился Вик. — Мне все равно не нравится его взгляд. И эта задумчивость.

Вдруг дверь резко распахнулась, ударившись о косяк, и на пороге появился взлохмаченный, запыхавшийся отец Мортифора. В одной руке он без видимого напряжения держал все наши пожитки.

— Видит Эквилибриум, княжна, — прошипел он, — я тебя ненавижу, но то, что задумал с вами сделать Мортифор, мне не по душе. Поэтому бегите, Драконы, бегите отсюда, пока не стало слишком поздно! — С этими словами он бросил наши пожитки на кровать и прикрыл дверь. Быстро подошел к шкафу, извлек оттуда мою одежду вместе с оружием и кинул мне. — Одевайся, княжна, я вас провожу до замковой стены. Там вас ждут ваши метаморфы, исцеленные и накормленные. И эта бешеная блондинка, как ее там.

— А с чего такая доброта? — насторожился Витька. Он никогда не доверял оборотням.

— Уж лучше я вас в бою убью, чем проверну то, что задумал Мортифор, — повторил отец короля. — Да, я вас ненавижу, но даже для меня кое-что бывает слишком.

Странно, но мое чувство правды говорило, что Карнификус не лжет. Он искренне верит в произносимое. Что же такое задумал Мортифор? Витька повторил вслух мой мысленный вопрос.

— Вы уверены, что хотите испытать это на собственной шкуре? — язвительно ухмыльнулся отец короля. — Поверьте, Морти далеко не мягкий и пушистый. Я не зря назвал его «смертоносным» и искренне этим горжусь. А теперь слушайте, я не буду больше оправдываться и объяснять, что да как. Я отвлек сына на пятнадцать минут. Либо вы воспользуетесь предоставленным шансом, либо нет. Вам решать. Мне еще перед Мортифором за ваше бегство ответ держать.

— И все-таки с чего такое благородство? — повторил вопрос Витька.

— Да или нет? — напряженно выдохнул Карнификус, опасливо оглядываясь на дверь.

— Почему? — твердо стоял на своем Витька.

— А ты, княжна, веришь мне? — тревожно обернулся ко мне Карнификус. — Ты же чувствуешь, как дракон, что я говорю правду. Ведь так?

— Да, — кивнула я, но на душе почему-то было очень горько. Предательство всегда оставляет осадок. Зачем Мортифор спас меня, если собрался убить? Но Карнификус говорил правду, это я знала точно.

— Слушай, княжна, я вас, конечно, ненавижу, но иметь таких врагов, как вы, себе дороже. Давайте я помогу вам сбежать, а вы пересмотрите условия нашей вражды. И, может, замнем ее по-тихому?

— Посмотрим, — встрял Вик. Теперь, выяснив основной мотив оборотня, брат успокоился. — Одевайся, — бросил он мне.

Я попыталась встать. После нескольких дней постельного режима тело слушалось с трудом. Как ни странно, боли в груди не последовало. Я действительно выздоровела, вот только почему-то клонило в сон. Стряхнув с себя оцепенение, я принялась поспешно одеваться под пытливым взором трех пар мужских глаз. Вот только мне было не до них. Когда возникает угроза жизни, как-то не до стеснительности.

Наконец я прицепила орты и приготовилась к бегству. Глаза отчаянно слипались. Неужели Мортифор подмешал мне снотворное? Мир покачнулся. Сильные мужские руки подхватили меня и не дали упасть. В глазах стремительно темнело.

— Свет, что с тобой? — раздался встревоженный голос Вика.

— Кажется, сынок ей «Забвение дракона» подмешал, — словно издалека донесся голос Карнификуса. — Это единственное снотворное, которое действует на драконов. Хватайте ее на руки и пошли. Нельзя терять времени.

В ушах нарастал звон и шум собственной крови, пульсирующей в висках, а в следующий миг мир погрузился в глухую темноту…

2

Мы все закипаем при разных температурах.

Ралф Эмерсон

Очнулась я на чем-то мягком и теплом. Пахло свежесрубленной сосной, ванилином и блинами. Где-то сбоку тихо переговаривались голоса.

— Ну и что теперь будем делать? — прошептал Вик. — Осталось четыре дня. Куда податься — неизвестно. Где искать этого самого пятого Дракона — опять неизвестно! Не знаю, как ты, а я хочу жить!

— Мы можем к дяде обратиться, — тоже шепотом ответил Норри. — Можно схитрить. По проклятию дракон должен быть членом семьи. Это не обязательно родные брат или сестра Светы. Можно заключить с Лерри брак, и тогда он станет пятым Драконом.

— Ага, — хмыкнул Вик. — А как заставить Лерри удовлетворять остальным условиям проклятия? Ты уверен, что твой дядя — недостающее звено? Я вон даже не знаю, кто из нас кто. Это раз. А во-вторых, что станет с твоим народом, если Лерри погибнет? Много у вас наследников?

— Угаснет род, — грустно произнес юноша.

— Браво! Давай лучше что-нибудь иное придумаем. Гвин сказала, что он сам нас найдет.

— Да вот прямо сейчас! — рыкнул Норри.

— Тише!.. — простонала я. От снотворного голова словно налилась свинцом, вдобавок ко всему гудела и болезненно реагировала на громкие звуки. — Имейте совесть, пожалейте бедного раненого дракона!

— Ты уже почти здорова, — заметил с улыбкой Витька, подавая мне стакан воды. О! То, что доктор прописал. Я с жадностью припала к сосуду. — Есть хочешь?

— Очень!

— Мы заказали плотный ужин на четверых, — вставил Норри. — Лада сейчас принесет.

— А где мы?

Я огляделась. Помещение напоминало стандартный номер таверны. Вот только было чистенькое, свежее и обито совершенно новыми сосновыми досками. Кроме моей кровати в комнате было еще три узкие койки, большой сундук, стол и два крепко сбитых стула.

— В таверне, — озвучил мою догадку Вик. — Как нам и советовала Гвиневера, мы решили податься на человеческие земли. Соотнесли число маячков на карте с прогнозами. В общем, теперь мы в Арлетте. Летели по воздуху и как можно дальше. Надеюсь, здесь мы в безопасности. Карнификус обещал запутать следы.

— А что Мортифор хотел с нами сделать, не узнали?

— Нет, — покачали головой братья.

Тут вошла Ладиина с нагруженным подносом в руках. Если бы не вампирская сила, девушке пришлось бы очень туго.

— Садитесь к столу, — произнесла она. — Я сделала все так, как вы и приказали, просто взяла еду и отнесла вам.

— Отлично! — улыбнулся Вик, подхватывая у нее поднос.

— Когда уже мы к моему жениху поедем? — уперла руки в бока Ладиина. — Почему мы кружим по материку без какой-то цели?

— Мы уже едем к твоему суженому. Скоро. Четыре дня уже осталось, — успокоил ее Вик.

— Ладно, — вздохнула Лада и, взяв яблоко, села на кровать около окна. — Он хоть богат?

— Очень.

— Красив?

— Импозантен, — уклончиво ответил Вик.

— Ну ладно, — успокоилась Ладушка.

Я взяла свою порцию рагу и принялась за еду. С окончанием взросления мой аппетит нормализовался, зато братья продолжали есть как лоси. За окном начинало смеркаться, небо заволакивали тучи, словно в предвестье грозы. Если разразится ненастье, это в принципе будет нам на руку. Вот только непонятно, чего Мортифор на нас так вызверился? Или моя смерть давно уже числилась в его планах?

— Норри, а до тебя не доходили никакие слухи насчет оборотней?

Эльфенок задумался.

— О том, что Мортифор замыслил в отношении тебя какую-то пакость, я впервые услышал от Карнификуса.

— Тот еще интриган, — поморщился Витька. — Такие типы скользкие как бильярдные шары.

— Но он говорил правду! — возразил Норри.

— Я тоже это заметил. Вот только что-то у меня в голове не состыковывается, — озабоченно отозвался лорд Венатор.

— У меня тоже, — призналась я.

— И я ничего не понимаю, — кивнул юный ванн Дерт. — Что мы упустили из виду?

В следующий миг дверь чуть не сорвало с петель. Мы испуганно обернулись и застали на пороге злющего Мортифора. Вид его был необычным. Черты лица по-звериному заострились, став жесткими и суровыми. Черные волосы разметались по широким плечам и, казалось, немного взъерошились, как у оскалившегося зверя. Когда-то темные, словно спелые вишни, глаза горели холодным голубым огнем.

Таким мы его еще не видели. Этот Мортифор был гораздо старше и опаснее того, которого мы знали. Сейчас перед нами был разозленный до чертиков, смертельно опасный хищник. И хоть он не балансировал на грани трансформации, а пребывал в человеческой ипостаси, что-то глубоко в душе подсказывало: ничего человеческого в нем не осталось. Неужели он так вызверился на нас? Из-за чего? Из-за того, что мы ушли не попрощавшись?

— Зачем ты задумала убийство, княжна?! Я верил тебе! А ты все это время плела козни!

— Что? — опешила я.

— Не лги! — зарычал оборотень. — Имей смелость признаться в лицо!

— Да зачем мне это нужно? — разозлилась и я. — Ты же мне жизнь спас! Что я, скотина неблагодарная?!

— Ты дракон, и этим все сказано!

— Да неужели? — Я чуть не взлетела от злости и возмущения.

За кого он меня принимает?! Да я физически не могу сделать подлость сотворившему мне добро! Норри стоял бледный как полотно. За Мортифором в комнату медленно входили прочие воины. И сразу стало тесно. За окном раздался рокот приближающегося грома.

— Все вы, драконы, одинаковы! Хитрые, расчетливые дряни, живущие подлостью и коварством!

— ЛОЖЬ!!!

— Имей смелость признать свои корни!

— Да при чем здесь корни?! С чего ты так взбеленился?!

— Я тебя от смерти спас, а ты украла наш родовой артефакт! И поспешно смылась из замка!

— Да я даже не знаю, что это такое! И с чем его едят!

— Да неужели?!

— Ужели! Ну, обыщи нас, если хочешь! Вперед! — Я указала на вещи. — Ну же, чего ты стоишь? Боишься узнать, что тебе попался честный дракон? Или, хочешь, я сама тебе наши пожитки выверну. Вот, смотри!

Я кинулась к своему рюкзаку и одним махом вывалила все его содержимое на кровать. В комнате раздался изумленный вздох, и я потрясенно уставилась на золотую статуэтку бегущего волка, которая оказалась как раз посередине кучи вещей. Этого у меня не было!

— Честный дракон, говоришь? — презрительно хмыкнул вервольф, и его слова ножом полоснули по сердцу.

— Это не мое! Слово даю!

— Конечно, не твое! Это МОЕ!

— Я не брала! Четное слово!

— Ага, она сама к тебе в сумку влезла! Покататься решила!

— Да зачем мне эта бандура?! Подумай сам! Золота у меня и так хватает.

— Ты собралась уничтожить наш род.

— На фига мне это нужно?! — вскричала я. — Мортифор, брось свои параноидальные идеи! Я геноцидом не страдаю!

— А как же предсказание древних? Ни один из наших кланов не угомонится, пока будет жива хоть капля крови другого!

— Что? — удивилась я. Произнесенная фраза звучала как старинное заклинание или цитата.

— Только не делай вид, что не знаешь этого! Перелопатив столько книг о нас, ты не могла его не найти! У тебя же одна из самых полных и обширных библиотек! На худой конец, ваш ушлый управляющий мог просветить! Знаешь, княжна, я думал, ты другая, но вижу, что вы, драконы, все одинаковы!

— Да бред все это! Я не желала тебе зла! А библиотеку мою слегка разграбили. Я ничего не знаю! Да и как бы я вас уничтожила с помощью этой статуэтки? Как? Лупила бы по головам до полного изнеможения?

— Не притворяйся, княжна!

— Да что мне притворяться?! Я и так ничего не знаю!!!

— Ах, так? В таком случае отдай мое кольцо! — И он указал на злосчастный перстень с адуляром.

Ну, сейчас! Сразу вспомнился наказ Аргелла никому ни при каких обстоятельствах не отдавать кольцо. Да и любой мужчина знает, что отнять у женщины драгоценности практически нереально, стребовать имущество у дракона — еще сложнее. А если женщина одновременно еще и дракон, то это самый быстрый способ самоубийства!

— Ну, что замерла? Отдавай!

— Мортифор, это не твое, это мое кольцо!

— Да неужели?

— Да! Я его в своем мире на выставке купила!

— А мне неважно, где ты его взяла. Я ощущаю в нем фамильный камень!

— Но здесь серебряная оправа, и я это чувствую так же явно, как ты камень. Это не может быть твоим кольцом! У вас оправа из мельхиора была. Оно не может быть твоим!

— Нет! Оно мое!

— Да нет же! Я слово могу дать!

— Поклянись лучше, что никогда не причинишь мне и моему народу вред!

Я замерла. Стребовать у дракона клятву или честное слово практически нереально. Не из-за нашей вредности, а потому, что это очень сильно связывает и ограничивает нас. Нарушить данное слово мы не можем, даже если тот, кому мы его дали, кинется на нас с ножом. И это тоже следует учитывать прежде, чем разбрасывать опрометчивые обещания. Привычка сдерживать язык закрепилась у нас чуть ли не на генетическом уровне, поэтому практически невозможно переступить через себя и дать слово. Из-за редкости и обязательности исполнения наша клятва ценится очень высоко.

А теперь если я дам слово, то стану полностью беззащитной перед оборотнями. А где гарантия, что они не пожелают мне зла, не кинутся на меня с намерением убить, не нападут на страну?

— Ну, чего молчишь, Драко? Не можешь дать такой клятвы?

Что ему еще ответить?

— Прости, Мортифор, но я не знаю намерений оборотней на мой счет, поэтому не могу дать таких обещаний.

— Видит Эквилибриум, княжна, я все хотел мирно решить, но, если ты не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Я все равно возьму с тебя эту клятву. Ты не просто больше никогда не пожелаешь зла нам, но даже защищать нас будешь ценой собственной жизни. А кольцо уже сможешь оставить себе навсегда! — Мортифор щелкнул пальцами, и над его ладонью возникла светящаяся сфера, в которой бился маленький золотой дракончик. — Не зря в обмен на свои услуги мы требуем чью-то жизнь. Выбирай, княжна: либо мы празднуем заключение полного союза с объединением армии, казны и прочих аспектов, либо справляем поминки по твоему брату.

Рука короля оборотней преобразовалась в когтистую лапу, и он слегка царапнул когтем сферу. Дракончик дернулся и затрепетал, а Вик охнул и побледнел. Мортифор сжал кулак чуть сильнее, сфера подернулась рябью, а дракончик отчаянно забился. Витька, схватившись за сердце, осел на пол.

— Ну? — усмехнулся оборотень. — Что ты решила?

— Что такое полный союз?

— Он включает в себя брак, — тихо пояснил Норри. — Две страны становятся одним целым.

Ладиина отошла в угол и усиленно пыталась притвориться мебелью.

— Так что, княжна, ты согласна?

— Не слушай собаку!.. — простонал Вик. — Дав клятву, ты свяжешь себя обязательствами, и вряд ли тебя так просто отпустят. Ты готова сломать собственную жизнь? Подумай!

— Действительно, княжна, подумай! — сверкнул глазами оборотень и сжал руку в кулак.

Сфера с хрустальным звоном лопнула, и дракончик, издав истошный писк, оказался зажатым в руке. Вик пронзительно закричал и скорчился на полу в позе зародыша.

— Нет! Не смей его мучить! — заорала я. — Прекрати!

— Твое решение, княжна! — жестко отрезал Мортифор, сверкая холодными голубыми глазами. — Одно движение пальцев, и я сверну шею его зверю, а без него лорд Венатор не сможет существовать.

Вик на полу сжался еще сильнее и, по-моему, даже стонать от боли не мог. Лицо его стремительно бледнело и заострялось, теряя жизнь. Тело его истощалось и умирало буквально на глазах.

— Не трогай его, пожалуйста!

— Решение! — непреклонно напомнили мне.

— Я согласна, согласна, только отпусти его! Верни ему жизнь!

— Позже, княжна, если ты выполнишь условия обряда.

— Выполню, только ты хоть хватку ослабь! Не мучай его!

— Ты лучше время не тяни, — рыкнул Мортифор. — Повторяй за мной. Я, княжна Сангиус Ангуис Торта Орис-Бел-лигеро Омаг-морт Драко, правящая династия дома Драконов, беру лорда Мортифора Канис Дирус Лупус Карнификуса, повелителя оборотней, Скользящего между жизнью и смертью, в законные мужья и повелители.

При первых же словах клятвы за окном грянул гром, словно в протест совершающемуся обряду. Холодный, колючий ветер, хлопнув ставнями, ворвался в комнату, обдав всех морозом до костей. Плащ Мортифора взлетел чуть ли не до потолка огромными кожаными крыльями.

— Не останавливайся, продолжай, — одернул меня оборотень.

Я оглянулась на скорчившегося на полу Вика и послушно продолжила. На слове «повелитель» мой внутренний зверь взбунтовался, и язык временно прилип к нёбу. Я наступила себе на горло и закончила-таки клятву.

— А теперь возьми кинжал и вскрой им себе вену на кисти правой руки. Разрез нужно сделать вдоль, чтобы кровь не свернулась.

— Знаю, — буркнула я.

Рука с кинжалом немного дрожала. Когда я вскрывала вену для Норри, была критическая ситуация и мозг действовал четко, спокойно, как привык работать при чрезвычайных происшествиях. Вскрыть же вену в мирное время непонятно для каких целей, да еще на правой, рабочей руке было дико.

Я взглянула на страдающего Вика и, стиснув зубы, решительно полоснула по руке. Мортифор взял мою руку и принялся пить из пореза, аккуратно слизывая кровь. Вик по-прежнему лежал тихим страдающим комочком. Ладиина подавила рвотный рефлекс и отвернулась к стеночке, зажав рот ладонью. Норри побледнел еще сильнее. Не поняла. Разве это не входит в обычный обряд?

Оборотни за спиной короля ухмылялись. Кто-то, учуяв запах моей крови, облизывался. Мортифор оторвался от моей раны, вытер тыльной стороной ладони губы и прорычал:

— Я, Мортифор Канис Дирус Лупус Карнификус, повелитель оборотней, Скользящий между жизнью и смертью, беру княжну Светлану Сангиус Ангуис Торта Орис-Беллигеро Омаг-морт Драко, правящая династия, в законные жены и повелительницы. Договор заключается на равных правах и скрепляется кровью. — Он вскрыл кинжалом свою вену, и я испугалась, что он прикажет мне пить.

Но нет. Мортифор взял мою руку и расположил ее так, чтобы моя кровь капала в его рану. Так же как и с Норри, края пореза, исцеляясь моей кровью, стали срастаться. В самый последний момент оборотень прижал свою руку к моей.

«Наша кровь смешалась, — тихо констатировало левое полушарие. — Надеюсь, наш вервольф здоровый, потому как теперь по твоим жилам потекла капля и его крови».

Я взглянула в по-прежнему голубые, холодные глаза мужчины. Теперь в его жилах течет моя кровь. Норри как-то говорил мне о власти, которой обладает исцеляемый над исцеляющим. Есть ли она теперь у Мортифора? И что мне даст его кровь?

«Процесс регенерации завершен», — отчитался организм. Мортифор разъединил наши исцелившиеся руки.

За окном сверкнула молния, озарив комнату ярким светом. От ее вспышки кольцо Нох-рам-Лукуша подмигнуло алым глазом. С некоторым запозданием грянул такой громовой раскат, что деревянные стены таверны содрогнулись. С черных туч на землю обрушились тонны воды, словно плотину прорвало. Повеяло прохладой и сыростью. Витька резко вздохнул и обмяк. Затем медленно разогнулся и сел на полу. У меня на душе полегчало.

— А теперь закрепим наш брак соответствующими символами! — прорычал Мортифор и, подавив холодную улыбку, слегка поклонился. — Пожалуй, начнем с дамы. Где твои фамильные кольца, княжна?

— Не знаю, — злорадно улыбнулась я.

Так как мужики-драконы обычно не спешат жениться, то закинули их куда подальше. В семейных архивах сказано копаться на чердаке среди гор хлама и рухляди, а это равнозначно поиску иголки в стоге сена. Предки не зря так старались, прятали, ибо браком хорошее дело не зовут!

А даже если Морти их и найдет, то мало ему не покажется! Фамильные обручальные перстни серебряные! В зависимости от настроения носящего трансформируются то в шипы, то в кастет, то еще во что-нибудь колючее или режущее. Вот такие добрые драконы в семейной жизни! Так что предвкушай, милорд, бурную семейную жизнь! Я постараюсь, чтобы она была недолгой! Плевать, что на оборотней яды не действуют! Я что-нибудь придумаю!

Король оборотней если и заметил вредные огоньки в моих глазах, то никак не отреагировал. Его глаза по-прежнему продолжали светиться холодным голубым огнем.

— Так призови свои кольца! — хрипло произнес он.

— Я не знаю как! — по-прежнему радостно отрапортовала я.

— Просто позови! — рыкнул оборотень и дернул магическую нить, которой связывал Вика.

Брат конвульсивно сжался и застонал. Норри наблюдал за всем происходящим расширившимися от ужаса глазами.

— Фамильные кольца, ау, — без тени выражения буркнула я, демонстративно выставив ладонь. В ту же секунду, к моему удивлению, в нее упали два массивных перстня из черненого серебра.

— Умница! — ухмыльнулся Мортифор, глядя на мое вытянувшееся лицо.

И это фамильные обручальные кольца Драконов?! Да они при угрозе свадьбы должны от хозяев убегать, а не в ладони прыгать! Предатели! Ну, ничего! Мортифору их носить тоже несладко будет! Насколько помню, серебро жжет вервольфам кожу не хуже каленого железа! Я выбрала больший перстень и надела на протянутый палец. Но каково же было мое изумление, когда НИЧЕГО НЕ СЛУЧИЛОСЬ!

— Сюрприз! — ехидно осклабился Мортифор и, спокойно взяв оставшееся кольцо, надел на мой безымянный палец. — Я полукровка, милая, серебро на меня не действует!

Последней радости лишил, засранец!

— А теперь, — еще язвительнее продолжил оборотень, — моя очередь!

И извлек из воздуха ОШЕЙНИК! Огромный, массивный, кожаный ошейник с длинными (около десяти сантиметров) шипами.

— Это еще что за причиндалы?! — Я невольно попятилась.

— Узы Гименея! — не в силах сдержать смешка, прокомментировал Мортифор. — Наши. Традиционные. Ну, чего убегаешь, дорогая? Иди сюда!

— Не-е-ет!

— Да-а! — отозвался оборотень. — Иди сюда, милая, я еще не отпустил твоего брата.

Вздохнув, я послушно сделала шаг вперед. Мортифор надел мне на шею эту пытку Гименея.

ЧТО?! КУДА?! ЗАЧЕМ?! Я попыталась сорвать новоприобретенное украшение, но ничего не получилось. Не удалось даже нащупать замок. Вот повезло так повезло! Все люди как люди! Одна я отличилась! Кому-то колье с бриллиантами дарят! А мне… Ёптр турен имбарр! По-другому не скажешь!

Мортифор тем временем извлек второй ошейник и, склонившись в три погибели, попросил меня надеть ЭТО на него. О! С каким удовольствием я напялила бы на ненаглядного супруга стальной ошейник-удавку для волкодава! И шипами внутрь, чтобы при каждом удобном случае кожу кололи! Да на длинную металлическую цепь мерзавца!

— А теперь последняя часть ритуала! — произнес Мортифор и, наклонившись, поцеловал меня.

От бессилия и досады внутри проснулось что-то настолько злобное и вредное, что я, не задумываясь его укусила. А кусаюсь я знатно! Наверное, вампирья наследственность сказывается.

Оборотень мои гены, похоже, тоже оценил по достоинству, потому как от боли даже подпрыгнул, но поцелуя не прервал. На губах почувствовался металлический привкус железа. Значит, до крови муженька прихватила. Хорошо!

В ту же секунду мою нижнюю губу цапнули так, что из глаз посыпались искры, а спину, словно кипятком окатили, и рот стал заполняться уже моей кровью. Рефлекторно я дернулась назад. Сильные руки, охватывающие меня, отпустили. Мортифор медленно выпрямился и демонстративно облизнулся. Однако из левого уголка его рта вновь побежала алая струйка.

— Запомни! — тихо прорычал он, сверкая холодной голубизной глаз. — Как ты со мной, так и я с тобой!

Затем, взметнув полы плаща, подхватил статуэтку Золотого волка и вышел прочь, хлопнув дверью так, что бревна в стенах содрогнулись. Оборотни вздрогнули и робко попятились к двери. Первый приоткрыл ее и опасливо выглянул наружу. В щелочку протиснулся золотистый дракончик и, издав радостный писк, кинулся к Вику. В следующую секунду он нырнул в тело брата и растворился. А вервольфы крадучись покинули нашу комнату.

Норри осел на кровать и облегченно вздохнул:

— Слава Эквилибриуму! Обошлось!

— ОБОШЛОСЬ?! — взвился пришедший в себя Вик. — Ты посмотри, что он со Светой сделал!

По моему подбородку все еще текла кровь. Губа болела так, что хотелось выть. Кажется, вот так люди и превращаются в волков! Кстати, а «поцелуй» Мортифора случайно не заразен? Может, и я теперь в спешном порядке обрасту шерстью? М-да, плохая была идея впиться зубами в злющего, кусачего оборотня!

— Все могло быть гораздо хуже! — хрипло прошептал эльф, читая мои мысли. — Мне только однажды на уроке дипломатии о таком рассказывали! Глаза у оборотней становятся ярко-голубыми в случае крайней ярости. Это их предел, когда все человеческое отступает и на первый план выходит жажда смерти. В такие моменты не выживает никто.

— Тогда откуда известны такие подробности? — ехидно хмыкнул лорд Венатор.

— Посмертно, — спокойно ответил Норри. — Один маг решил изучить проблему появления вырезанных под корень деревень и городов. И когда он нашел более-менее уцелевший труп и допросил его, то еще долго пребывал в шоке. Оборотни с рождения имеют дело со смертью и идут по грани. Их магия построена на жизни и смерти. Наверное, это как-то связано с перевоплощениями. Так вот, находясь в сильнейшей ярости, оборотни уже не думают, а просто убивают. Один вервольф способен вырезать под корень большой город в несколько тысяч человек, прежде чем насытится смертью и остановится. Я уж молчу об отпрыске элитного рода. И то, что мы сегодня выжили, можно причислить к большому, очень большому везению! Более того, думаю, следует отметить самообладание Мортифора. Ведь вместо того, чтобы убить Свету, он на ней женился! Причем на равных правах!

— Да уж! Умеет он найти подход к женщине! — язвительно проворчал Витька, подходя ко мне и стирая платочком кровь с подбородка.

Хоть Вик и подразумевал обратное, но, как ни странно, оказался прав! Преподнесенный Мортифором урок капитально протрезвил голову. Желание кусаться, беситься, злиться, закатывать истерики и всячески доводить новоиспеченного мужа исчезло напрочь! Более того! Что-то мне подсказывает, что в ближайшее время я буду очень тихой и послушной супругой!

«М-да, — вздохнуло левое полушарие. — Может, нашему оборотню в дрессировщики драконов податься? Я смотрю, такой талант пропадает!»

Правая половинка не ответила, все еще пребывая в шоке от случившегося.

— Надо за льдом сбегать, — Витька встряхнул платок.

— Не стоит! — поднял руку Норри. — Укусы оборотней быстро заживают, в основном благодаря их целебной слюне. К сожалению, не могу сказать того же самого про укусы дракона, поэтому молитесь, миледи, чтобы к брачной ночи Мортифор остыл.

— Еще чего! — фыркнул Вик. — Так я ему и отдам сестренку! По хвосту получит!

— Не советую, — Норри предостерегающе поднял вверх палец. — Я тоже Свету очень люблю, но, когда оборотень в такой ярости, остановить его мы не сможем, а вот разозлить еще больше — запросто!

— Да куда уж сильнее? — фыркнула я.

Норри растерянно пожал плечами.

«Хозяйка, — вздохнуло левое полушарие. — Если никто из жертв не пережил степень „голубых глаз“, это еще не значит, что это предел оборотней!»

«Не к добру это!» — прошипел спинной мозг.

Ссориться с Мортифором расхотелось напрочь. Теперь я понимала, почему в книгах настоятельно рекомендовали не действовать оборотням на нервы и вообще держаться от них подальше!

Норри соскочил с кровати, подошел ко мне, приложил холодную руку к губе, прошептал пару мелодичных слов и подул. В ту же секунду засохшая кровь разлетелась во все стороны пурпурными бабочками. Ранка исчезла, но губа все равно продолжала болеть. Скорее уже по привычке.

Новый Мортифор меня поразил. Я хоть и предполагала подобное, но, если честно, не была к этому готова. Теперь, когда шок стал спадать, постепенно включалась голова. И что-то здесь было нечисто. Это раз. Импульсивно бежать отстаивать свободу не хотелось. Это два. Прежде чем что-то делать, надо во всем спокойно разобраться.

— Норри, а что ты говорил о браке на равных условиях? — Я непроизвольно дотронулась до ошейника.

Еще одно расстройство! Вот повезло так повезло! У всех рас то кольца обручальные, то серьги, то браслеты, то пояса, то татуировки, и только у оборотней — ошейники! Массивные, кожаные, с огромными шипами! Что я, металлистка какая, такое украшение носить? И снять эту пакость невозможно! Я будущий работник умственного груда! Как мне с ним в серьезные организации и научные учреждения на собеседования являться?! Да меня же на порог не пустят!

— Честно говоря, не понимаю, как Мортифор, будучи в такой ярости, потребовал от тебя брак на равных условиях! — вздохнул эльф. — Браки, где партнеры равноправные личности, у нас не распространены. Чаще встречаются односторонние браки, где муж — полноправный хозяин и властелин жены. Супруга в данном случае занимает промежуточное положение между рабыней и вольным человеком. Теоретически она свободна, но в то же время во многом зависит от благоверного. Она не имеет права ему перечить, ослушаться и даже отдохнуть от домашних дел не может без ведома мужа. Мужчина в это время живет полноценной жизнью. Собственно, если бы Мортифор хотел тебя унизить или наказать, то он вынудил бы заключить этот вид брака. Но он дал тебе равные права. Все, что может он, — можешь и ты. Мортифор не имеет права тебе приказывать, только просить, а ты в свою очередь можешь либо выполнить его просьбу, либо нет.

— А побить он ее может? — внезапно ожила Ладушка.

Все бракосочетание она простояла в углу, элегантно притворяясь мебелью или подавляя рвотные позывы, а вот теперь активировалась. Странно, почему она этих прав не знает, ведь уже три раза замужем побывала!

Этот вопрос ей задал Вик.

— Я не обратила никакого внимания на брачный контракт, — пожала плечами красавица. — Мужья так быстро закопались, что, вероятно, тоже не успели его прочитать. Да и честно, мне все равно, односторонний это брак или равноправный, я буду делать что хочу.

— Угу, — хмыкнул Вик. — Пока не наткнешься на такого вот Мортифора!

— Сплюнь три раза! — осенила себя священным знаком Ладиина. — Подумать только! А я когда-то о нем мечтала! Слава Эквилибриуму, что не сбылось! Этот не то что меня, он сотню драконов построит! Уж лучше за орка или урка выйти, чем за такого!

Кажется, Ладушка только что сделала сенсационное для себя открытие: определила тип мужчины, с которым ни за что не захотела бы связать свою жизнь!

— Ладно, — вздохнула леди Каракурт. — Не уводи от темы! Так может он ее побить или нет?

— Может, — кивнул эльф, — но, исходя из равенства, Света имеет право защищаться.

— Ну, спасибо! Успокоили! Очень обнадеживающая перспектива! Порой мне кажется, что против Мортифора и танк не выдержит. Куда уж мне, хилой да слабой?

— Но не переживай ты так! — неверно истолковал мою кислую мину Норри. — Ведь ты тоже можешь, в случае чего, его побить!

— Тогда какое же это равноправие? — вздохнула я. — Ведь Морти тоже может защищаться!

Кажется, у меня только что появился еще один веский аргумент не доводить благоверного. Хотя Мортифор и не производит впечатления мужчины, способного поднять руку на женщину, я больше никаких прогнозов в отношении его делать не буду.

«Не дрейфь! — успокоило меня левое полушарие. — Прогнозы сделаю я, и Мортифор все же не из тех мужчин, кто поднимает руку на женщину!»

«У него найдутся иные методы!» — сердечно успокоила правая половинка.

— Зато ты осталась полноправной княжной! — решил утешить меня Норри. — А ведь могла потерять положение и титул. В одностороннем браке муж забирает все имущество и титулы жены. Наверное, когда Мортифор требовал равноправного брака, то в большей степени думал о ваших детях, так как в данном случае они будут наследниками одновременно двух престолов. Только изменять Мортифору я бы не советовал. Оборотни — единственная раса, которая умудрилась контролировать данный вопрос.

— Уж не с помощью ли этой штуки? — Я указала на ошейник. — Он что, меня в процессе задушит?

— Ага! — радостно кивнул Норри. — Но не волнуйся, Мортифора он тоже при неверности задушит!

— Вот тут я его как мужчина не понимаю! — вздохнул Вик. — Это ж надо подписаться на такое добровольно!

Брат возмущался, а я теребила ошейник и думала о будущей жизни. Значит, шаг вправо, шаг влево — задушит? Теперь понятно, почему оборотни — самая верная раса! Вот так и разрушаются мифы о моногамности!

Решить вопрос по поводу внезапной вспышки агрессии Мортифора нужно было как можно скорее. А он все еще злился. Это нам доложили служанки, для которых источником информации стали притихшие у двери господина оборотни. У меня губа уже не болела, а вот у Морти, похоже, не зажила. Насколько помню из фамильных хроник, укус дракона не только болезненный, но и способствует развитию всевозможных инфекций, а в некоторых случаях вообще ядовитый.

Все эти примочки, как нетрудно догадаться, созданы лишь для успешной охоты. Укусил жертву и жди себе, когда бактерии в твоей слюне сделают свое дело и зверюга обессилеет или сдохнет. А если все провернуть с ядовитой слюной, то вообще загляденье — обед готов за считанные секунды.

Хотя мои предприимчивые предки приспособились эти свойства использовать в жизни, а именно — для устранения неугодных супругов. Чуть что — невинно хлопаешь ресницами, делаешь большие глаза и ссылаешься на несчастный случай.

Мортифору очень повезло, что на него яды не действуют, а в собственной слюне содержатся антисептики. Так бы через полчаса можно было бы идти лопать благоверного. В этом плане он мой антипод.

«Да вы просто созданы друг для друга! — ехидно хмыкнуло левое полушарие. — Грызи эту тварь сколько хочешь — все равно выживет!»

Да, нашла коса на камень. Однако пора идти к Мортифору. Вопреки простым законам жизни вервольф с течением времени не отходил, а только еще больше закипал. Если сейчас со всем не разобраться, то к вечеру мы получим очень большого и очень злого оборотня.

Естественно, входить в клетку с тигром, то есть в номер к благоверному, без четко продуманного плана не хотелось, но как можно предугадать поступки разъяренного оборотня? Эта раса вопреки общественному мнению отличается завидной уравновешенностью. Конечно, не вампирские мужчины, но тоже на уровне. Поэтому, как нам удалось его раздразнить, ума не приложу.

Первое, что я сделала перед разговором, это послала мужу в номер плотный обед. Надеюсь, через полчаса еда осядет в желудке и придаст Морти более благодушное настроение.

3

Брак — это мирное сосуществование двух нервных систем.

Народная мудрость

Казалось, минуты текли целую вечность. С одной стороны, я хотела, чтобы час икс поскорее настал, с другой — чтобы никогда не наставал и не пришлось во всем разбираться. Норри с Виком предложили разработать план разговора, но вскоре бросили дурное дело, потому как угадать, в каком русле потечет наш разговор, практически нереально. В результате эльфенок вручил мне законсервированное сонное заклятие, которое в случае опасности нужно лишь активировать и перекинуть на объект.

Когда ожидание стало невмоготу, я вздохнула и вышла за дверь. Хм, давненько я так не рвалась навстречу неприятностям. Бывает. Оборотни по-прежнему сиротливо жались под господской дверью. Неужели ужин не подействовал?

— У себя? — спросила я.

— Угу, — хмыкнули они неслаженным хором, продолжая опасливо коситься на дверь, словно та могла на них кинуться и покусать.

— И часто у него такие приступы бешенства?

— Первый раз, — ответил молодой юноша, и ему тут же отвесили тяжелый подзатыльник.

— Чего надо? — хмуро выдохнул солидный зрелый воин, инициатор оплеух.

— Поговорить с ним, — призналась я.

— Ну, иди, — лукаво усмехнулся ближайший к двери вервольф и поклонился, сделав приглашающий жест.

Я тут же воспользовалась ситуацией, уже краем уха услышав, как на того оборотня накинулись остальные.

— Ты что натворил?! — возмущались они.

— А что? — хмыкнул тот. — Если наш король выйдет из себя, то у нас одной чешуйчатой королевой станет меньше.

— А если она трансформируется и будет защищаться, то у нас одним правителем станет меньше! — взревел все тот же солидный вервольф.

— Ну что? Посмотрим — кто кого?

Номер Мортифора оказался гораздо просторнее нашего, можно даже сказать, королевский люкс, состоящий из нескольких покоев. Самого оборотня в гостиной не обнаружилось. Судя по тишине, он немного успокоился. Это радует.

Дверь смежной комнаты была приоткрыта, и оттуда раздавались приглушенные голоса. Я на цыпочках направилась туда. Подслушивать, конечно, нехорошо. Но вдруг от узнанной информации зависит жизнь близких мне людей?

«Ага-ага, оправдывай свои пороки!» — хмыкнуло правое полушарие.

«Заткнись! — отрезало левое. — Кто владеет информацией — владеет всем миром!»

— Прости, Лерри, — шептал Мортифор. — Ты же знаешь, что я ни за что не предал бы нашу дружбу, сделав пару нечестных ходов. Да и силой завоевывать любовь — не мои методы, ты же знаешь. Но мне кто-то подмешал в вино «Ярость дракона». Я никогда еще так не злился.

— Кто бы это ни сделал, он тебе вряд ли друг, — тихо ответил правитель эльфов.

— Или княжне, — заметил Мортифор. — Возможно, он надеялся, что я в ярости прикончу княжну.

— Либо она, защищаясь, прикончит тебя.

— Ты как всегда прав. Я еще не знаю ее намерений относительно меня. Раньше мне казалось, что она неспособна ударить в спину, но у нее мой родовой талисман и моя кровь в жилах, чтобы активировать артефакт.

— Артефакт ей могли подбросить, а исцеление твоей кровью оказаться чистым совпадением.

— Возможно, но если бы ты или я были такими доверчивыми, то вместо нас давно правил бы кто-нибудь другой. Я не верю в случайности.

— И потому ты хочешь держать Свету на коротком поводке?

— Став моей супругой, она уже не сможет причинить мне вред без вреда для себя. Это как собственную руку отрезать.

— Да, но ты в той же ловушке.

— Я не планировал враждовать с ней, Лерри, ты же знаешь. И вообще, я планирую, когда более-менее наведу порядок в собственной стране, отпустить княжну, чтобы у нас с тобой были равные шансы.

— Думаю, тебе не стоит торопиться, — вдруг тихо произнес Лерри. — Она видит во мне в первую очередь родственника, а те для нее неприкосновенны. Это очень обидно, конечно, но говорит о том, что мне придется здорово постараться. И вряд ли повезет. У тебя в этом плане больше шансов. Не в моих правилах сдаваться или уступать, но тебе, мне кажется, она нужнее, чем мне.

— Лерри, ты мне ее уступаешь?

— Скорее даю тебе значительную фору.

— Что случилось?

— Скажем так, я посмотрел на вещи с другой стороны. И мне теперь нужно время, чтобы разобраться в себе.

— Это как-то связано с твоей первой любовью?

— Да, с первой зрелой. А теперь, извини, мне нужно идти.

— Спасибо, ушастый, — вдруг с чувством произнес Мортифор.

— На здоровье, лохматый, — благосклонно фыркнул правитель эльфов.

Я поспешила отойти подальше от двери, но было поздно. Она резко распахнулась, едва не врезав мне по носу, и на пороге возник Мортифор. Единственное, что я успела, это занести руку, якобы собираясь постучать.

— Ну, как? — улыбнулся он, подходя ко мне. — Много полезной информации почерпнула?

— Да не очень, — призналась я.

— Видно, поздновато пришла подслушивать, — посетовал оборотень.

— Что поделаешь? — пожала плечами я. — Ты очень злился. Кстати, как ты? Полегчало?

— Ага, валерьянка творит чудеса, — подмигнул мне Мортифор.

— Серьезно?! — изумилась я.

— Нет, — хмыкнул оборотень. — Другой отвар.

— Дашь рецептик?

— Обязательно, — кивнул он, — ты же теперь моя законная супруга, должна знать, как успокоить благоверного.

— Или упокоить, — буркнула под нос я и схлопотала внимательный взгляд мужа. М-да. — Я пошутила. Честно.

— Придется поверить, — вздохнул Мортифор и жестом пригласил к столу. — Выпьешь вина?

— Почему вы все хотите меня споить?! — возмутилась я.

— Все — это кто? — заинтересованно склонил голову набок мужчина.

— Ну, самым последним был Лерри, — сдала я оборотню его лучшего друга. — Кстати, а где он? Вы же с ним только что разговаривали.

— Через зеркало. — Мортифор махнул рукой в сторону смежной комнаты. — Самый простой и удобный способ. Не просто говоришь, но еще и видишь. Земные ученые уже активно и довольно успешно разрабатывают технологии, несущие подобную идею. Ну да ладно. Расскажи про ушастого. Ему удалось тебя опоить?

— Да не очень, — призналась я. — Мой внутренний зверь возмутился и чуть не вырвался на свободу.

— Интересно! — В уже темных глазах Мортифора загорелись исследовательские огоньки. — А на меня твой зверь не реагирует?

Я прислушалась к внутренним ощущениям. Нет, внутренний дракон спал. Почему-то сейчас при беседе с Мортифором в душе царили комфорт и чувство защищенности.

— А теперь? — спросил Мортифор и навис надо мной, ограничивая внутреннее пространство. Наши губы оказались в какой-то паре сантиметров друг от друга. Я буквально кожей чувствовала силу его ауры, но дракон по-прежнему СПАЛ! Причем в процессе абсолютно бессовестно похрапывал.

— Нет реакции.

— В смысле от зверя? — несколько нерешительно уточнил оборотень. Неужели ему так важно быть в моих глазах привлекательным?

— Да, дракон по-прежнему где-то на дне.

— Это хорошо, — расслабился Мортифор. — Твой зверь признал нас супругами.

— Это значит, что я теперь не смогу на тебя напасть?

— Типа того, — согласился он, садясь в кресло напротив. — Но больше это значит, что если один из нас впадет в бешенство или ярость, то второй всегда сможет достучаться до здравого смысла половины. — И тихо добавил: — Полагаю, нам стоит разобраться в наших отношениях.

— Думаю, ты прав, — согласилась я. Пусть тема и не совсем приятная, но расставить точки над «i» стоит.

— Не волнуйся, — хмыкнул супруг. — Я не собираюсь принуждать тебя к физической близости. Насилие — не мой конек. Я долго думал и хотел предложить тебе брак как наиболее удачное решение для нас обоих. Но только я собрался это сделать, как ты сбежала. Потому, извини, пришлось немного форсировать и подправить твое решение. Относись к нашему браку как к очень хорошему надежному союзу, где каждая из сторон выкладывается за общее благо по полной. Плюс можешь спокойно подходить ко мне, даже когда я в звериной ипостаси и диком бешенстве. Наши узы не позволят мне причинить вред своей жене и наоборот. Нам обоим соглашение на руку. Смотри, если тебе понадобится помощь, то выступит вся армия оборотней. А они у меня хорошо обученные, тренированные солдаты, ничем не уступающие твоим войскам.

Я вспомнила, сколько усилий уходит на обучение и содержание моей армии. Молчу уже о затратах, о которых хлопочет Вик и строго контролирует данный вопрос. Да, мне-то поддержка оборотней выгодна. А что Мортифору с этого?

Мой вопрос его немного смутил. Мортифор прикусил губу, затем вздохнул и произнес:

— Уговаривая тебя, я бы, вероятно, промолчал кое о чем, но раз уж мы заключили союз, то, думаю, стоит признаться. Дело в том, что у меня сейчас несколько сложная ситуация, и очень кстати пришлась бы поддержка могущественного союзника.

Так, приплыли! А в этот раз я во что вляпалась? Причем заметьте — лежала раненая и никого не трогала! Неприятности сами меня нашли! Что я, медом намазана? Или какая-то любимая жертва?

— Полагаю, стоит поведать тебе об оборотнях поподробнее. Что ты знаешь о структуре власти у вервольфов? Хотя нет. Что ты вообще о нас знаешь?

— Мало чего, — призналась я. — Тебе одновременно с предложением руки и сердца следовало также предоставить мне справочник по содержанию и разведению оборотней в бытовых условиях.

— Это будет, — кивнул Мортифор. — Надеюсь, ты знаешь, что власть у нас не наследуется, а завоевывается? — И, увидев мой кивок, продолжил: — Отсюда, как ты уже догадалась, текучесть королей у нас огромная. А чтобы предыдущий монарх не переизбрался на второй срок, основной претендент его убивает.

— А как же тогда Карнификус выжил? — попыталась я казаться несведущей. Незачем Мортифору знать, что я в курсе некоторых событий.

— Я победил отца в битве, а потом сохранил ему жизнь. И теперь, когда отлучаюсь в иные измерения, оставляю его на троне заместителем. Очень удобно, знаешь ли. Я, честно говоря, не хотел быть королем. Это папа настоял. Родившись третьим сыном правителя, я надеялся провести обычную жизнь, заботиться о семье, воспитывать детей. Может, был бы купцом или парфюмером. Или заводчиком редких видов, Я обожаю путешествовать, люблю исследовать, узнавать и создавать что-то новое. Света, если бы ты знала, сколько в мире интересных параллельных измерений! Есть миры, построенные совершенно противоположным образом. Словно антимиры. Там не действуют общепринятые законы.

— Об этом мы с тобой еще поговорим, — улыбнулась я. — Не увиливай от неприятной для тебя темы. Что там с твоим политическим положением?

— Оборотни бывают нескольких видов. Это тебе уже рассказали, полагаю. Я вообще смею предположить, что вся известная Норри информация уже давно и благополучно перекочевала в твою прекрасную головку, а потому не хлопай так невинно ресницами и не делай большие глаза. На будущее: наша связь позволяет мне улавливать малейшую фальшь. Равно как и ты мою ложь легко распознаешь.

— Беспредел! — возмутилась я.

— И не говори, — согласился Мортифор. — А вкупе с ошейником верности — это вообще концлагерь «Земляничка» получается. Я прав?

— Мысли тоже читать можешь? — хмуро осведомилась я.

— Ага. Скоро, когда связь с тобой наладится.

Блин, с такими темпами ничего личного в душе не останется! И так уже братья шастают в моей голове, когда им вздумается, теперь еще и Мортифор на эту волну подстроился! Так что там у него за разногласия со своими?!

— Не совсем разногласия. Просто подозреваю, что Руфусы хотят меня свергнуть и поставить своего ставленника. Ты же знаешь, что это очень хитрый и изворотливый клан. Они прекрасные купцы и бизнесмены, а потому у них всегда водятся внушительные запасы золота. Теперь их численность увеличилась, и они борются за влияние. Моя основная армия состоит из Гуар и Альбусов. Но они постепенно вымирают. Особенно Альбусы. Им трудно привыкнуть к нашему климату.

— А разве все оборотни не ютятся на твоей территории?

— Нет. Мы, также как и прочие расы, живем не только на Клыкастом материке, но и по всей Гее, в небольших количествах на каждом континенте. Пока люди этого не знают, мы можем спать спокойно. Альбусы испокон веков обитали в суровом, холодном климате. Это северные народы нашей расы. Так как никто из жителей Геи не претендует на обитание в ледниках и окраинных землях, эту тайну почти никто не знает. А проживающие там человеческие расы, очень замкнутые и недалекие народы, либо никогда не выходят в свет, либо уже давно сотрудничают с нашими и не выдают секрет. В последнее время наблюдались особенно суровые заморозки, и большое число моих родичей погибло. Все реже и реже Альбусы покидают свой дом и идут ко мне на службу в более теплые широты. В результате численность моей армии приблизительно сравнялась с численностью тайной армии Руфусов. В любой момент в стране может разразиться гражданская война. Если меня убьют, отец не сможет удержать престол — и в архивах моего народа возникнет новая правящая династия.

— Очаровательно. А почему тебе не может помочь Лерри?

— Лерри — эльф, и для моего народа он в первую очередь представитель другой расы. Мой народ отрицательно воспримет вмешательство чужаков в личную политику. Так война разразится еще раньше, и я потеряю своих союзников.

— А я чем в этом плане лучше? Я вообще дракон, ваш извечный лютый враг.

— Ты, как моя жена, автоматически причисляешься к внутреннему кругу. Пусть ты и представитель иной расы, но для оборотней ты — будущая мать моих детей, их потенциальных правителей, а следовательно, уже «своя». Плюс ты, так же как и мы, можешь превращаться в другое создание, а это тебя и так делает гораздо ближе к нам, чем все остальные гуманоидные расы.

— В общем, если бы Лерри был женщиной, ты бы женился на нем, а так приходится довольствоваться мною? — ухмыльнулась я.

— Довольствоваться — это слабо сказано! — Мортифор поднял вверх палец, пряча в уголках рта лукавую улыбку. — У тебя армия укрепилась и с каждым днем становится все сильнее и сильнее, а это делает тебя как супругу еще привлекательней!

— Очаровательно, — вздохнула я.

— Вот и я о том же! — кивнул супруг, стараясь не рассмеяться. — Ты уж извини меня за произошедшее. Хотелось договориться по-хорошему, но, когда возникла угроза жизни, я должен был себя застраховать.

— Как? Браком?

— Да, клятва спасает.

— Но ведь я даже не знаю, что за статуэтку подложили мне в рюкзак.

— Ну, я-то этого не знал. А артефакт слишком могущественный и способен уничтожить род оборотней на корню.

— Сама понимаешь, в такой ситуации я не могу просто верить на слово. От этого не только моя жизнь зависит.

— Ты уверен, что нужно рассказывать это мне? — перебила я собеседника.

— Ну, ты же не знаешь, — спокойно возразил он.

— Ну, так, может, лучше и не знать? — в тон ему предложила я.

— Нет, теперь тебе стоит знать. Этот артефакт может активировать только тот, кто несет в себе кровь правящей династии.

— Намекаешь, что я оборотень? — усмехнулась я.

— Нет, — качнул головой вервольф. — В твоих жилах течет моя кровь. Оборотни неспроста держат способ исцеления в секрете и требуют у поручителя жизнь. Мы возвращаем души с грани с помощью собственной крови и жизни. И те, кому мы дали свою кровь, обретают над нами огромную власть.

— Прямо как драконы! — изумилась я.

— Да, в этом плане мы очень похожи, — согласился Мортифор. — Мы тоже не сможем убить исцеленного, не сможем причинить ему вреда, в то время как тот способен всадить нож нам в сердце. Когда ты сбежала с Золотым волком, я сначала подумал, что ты все подстроила, чтобы уничтожить наш род.

— И суд, и собственную смерть? — ехидно хмыкнула я.

— Это все можно легко просчитать, — спокойно парировал собеседник. — Норри в отчаянии несет тебя к оборотням как единственным компетентным целителям, я берусь за это дело и открываю путь к своей спальне, где хранится артефакт, вдобавок ко всему делюсь собственной кровью, кольцо у тебя уже есть, а остальное — дело техники. Изящно и естественно. Никаких подозрений, просто случайность.

— Но для чего мне ваша смерть, ты не подумал?! — опять возмутилась я. — На свете множество предсказаний, с чего мне слепо верить в это?!

— У «Ярости дракона» есть плохое свойство затуманивать мозг. Я просто не мог логически мыслить. И тогда мне казалось вполне реальным то, что ты хотела избавиться от извечных врагов или, на худой конец, просто отвязаться от столбиков.

— Кстати о них, — встрепенулась я. — Что теперь делать будем?

— А ничего, — обворожительно улыбнулся Мортифор. — Видишь ли, брак подразумевает наличие детей, и потому если оборотень женится на той, что пометила его территорию, то таким способом он дает ей пожизненное обещание и гарантию исполнения проклятия. Вследствие чего временные рамки перестают действовать. Это самый надежный способ отсрочки. Я не предлагал тебе его раньше, так как вряд ли бы ты согласилась. Если ты кого-нибудь любишь, — вдруг тихо произнес оборотень, — то, когда моя ситуация более-менее наладится и я перестану бояться кинжала в спину, я тебя отпущу. Обещаю.

— А не жалко терять такую выгоду?

— Буду жалеть не о выгоде, а о расставании с тобой, — грустно улыбнулся оборотень. — Ты мне все-таки нравишься, поэтому не думай, что я не воспользуюсь подвернувшимся мне шансом.

— Ну да, где еще удастся заполучить такую армию, — проворчала я.

— У меня, как ученого, есть еще мечта посмотреть на результат скрещивания оборотня и дракона в несколько ином сочетании, когда дракон женская особь, а оборотень — мужская, — спокойно заметил Мортифор. — И не просто посмотреть, я бы с удовольствием его воспитал.

— И не одного, — в тон ему решила ответить я.

— Естественно! — фыркнул Мортифор. — Как минимум штук пять для начала.

Вот это да! А я-то думала, что вся наглость этого мира досталась пополам нам с Виком, а оказалось, мы всего лишь в очереди за этим нахалом стояли! Ну да, вскрытие покажет.

Мортифор, ничуточки не смутившись моего взгляда, спокойно повернулся к окну и пригубил вино из бокала.

— Может, спустимся в зал и поедим? — спокойно предложил он.

Мой желудок радостно взвыл, полностью одобряя новоиспеченного мужа. В принципе, перекусить — хорошая идея. Мортифор как раз ворвался к нам посреди трапезы, и с едой как-то не заладилось. А возвращаться за едой в свой номер не имеет смысла, потому как братья, полагаю, на нервной почве уже давно все прикончили.

Я кивнула и молча приняла протянутую руку.

Открывшаяся дверь едва не прибила скучковавшихся под ней любопытных оборотней. Даже солидный зрелый воин, раздававший до этого всем оплеухи, устроился третьим слоем.

Наше появление они восприняли довольно настороженно и удивленно. Все-таки мы друг друга не убили, что уже само по себе странно.

В обеденном зале было людно. Туда-сюда сновали верткие официантки, разнося подносы с едой. Шумно отмечали какой-то праздник гномы. Тихонько пили в другом уголке купцы и начальники караванов, заедая вино жареными свиными ребрышками с картофелем. Скромненько ели в противоположном конце зала худенькие благородные барышни, их честь и сохранность блюли суровые плечистые телохранители, в роду у которых, подозреваю, не обошлось без оборотней. Но даже на их фоне свита Мортифора казалась динозаврами. При их приближении люди непроизвольно вжимали голову в плечи и старались слиться с окружающей средой. Мы с Морти шли чуть поодаль и, как мне казалось, не слишком выделялись из толпы. Супруг со своим двухметровым ростом еще мог сойти за человека, я же вообще не представляла никакой опасности.

— Ошибаешься! — шепнул мне на ухо спутник, снова прочитав мои мысли. — Если ты заметила, на тебя даже головорезы вон в том темном углу стараются не пялиться. Интуитивно они сочли тебя куда более опасным противником, чем всех нас.

— Бред. Это только потому, что ты со мной.

— Ну-ну, лиса тоже красивая да пушистая, вот только куры не обольщаются, — тихо заметил супруг.

Мы сели за освободившийся столик у стены и заказали еду. Охрана расположилась поодаль. Витьки с Норри поблизости не наблюдалось. Странно. Неужели они сыты?

Откинувшись на спинку стула, я закрыла глаза и попыталась расслабиться, сосредоточившись на звуках таверны: характерном стуке ложек о деревянные миски, грохоте дубовых чарок о столешницу, скрипе мебели, скрежете отодвигаемых стульев, переругивании сотрапезников, повизгивании официанток, которых щипали за выступающие части. Все это сливалось в единый коллективный гам, перекрывающий шум грозы на улице.

Вдруг входная дверь громко хлопнула, ударившись о стену. Я резко распахнула глаза и увидела сгорбленного промокшего путника в темно-сером плаще, по которому ручьями стекала вода. Позади нежданного пришельца в открытом проеме сверкала молния, и грохотал гром. Все окружающие примолкли и с удивлением посмотрели на вошедшего. Тот сразу сориентировался, закрыл дверь и откинул капюшон.

— Фу, — выдохнул он. — Ну и погодка! Давно не бывало такого ненастья. Видно, Драконы свадьбу играют! А, Кузька?

— И не говори! — подтвердил один из коренастых бородатых мужиков за соседним столом, приглашая вошедшего присоединиться. — Со времен последней свадьбы такого ненастья не бывало.

Промокший пришелец шустро обогнул зал, оставляя позади себя небольшие лужицы, и плюхнулся на стул.

— О чем они? — удивилась я, глядя на Мортифора.

— Понимаешь, — улыбнулся оборотень, — испокон веков клятвы, заключаемые между сильными мира сего, сопровождаются колоссальным выбросом энергии и, как следствие, сильным ненастьем. Чем сильнее магические способности вступающих в брак, тем хуже погода. Так как Драко обладают наибольшим потенциалом и редко кому дают клятву, кроме брачной, то в народе есть примета: если на дворе гроза или ураган, то это Драконы свадьбу играют.

— Самое смешное, что они правы, — вздохнула я.

— Так не на пустом же месте примета возникла, — улыбнулся супруг. — Если не возражаешь, после ужина я бы хотел еще кое-что обсудить с тобой.

— Не проблема, — кивнула я и принялась за только что принесенное блюдо.

Ужин протекал на удивление спокойно. Мортифор поглощал еду, и по мере его насыщения я просто физически чувствовала, как уходит из оборотня остаточная агрессия. Видно, плотная еда способствует более быстрому преодолению действия различных эликсиров. Учту на будущее.

— Морти, а можно вопрос? — прервала я кажущуюся безмятежность и, внимательно взглянув на оборотня, добавила: — А точнее, два.

— Давай, — благосклонно кивнул муж, аккуратно поедая жареные ребрышки.

— Куда делся твой ошейник? — Я указала на его шею.

— Вот он, — улыбнулся супруг, слегка опуская ворот рубашки и указывая на цельный серебряный шнурок.

— Но как? — просто обалдела я.

— Это второй вопрос или внезапная реакция? — хитро прищурился визави. Затем улыбнулся и дотронулся до моего ошейника.

В ту же секунду я почувствовала, как тот сжимается и уменьшается, приобретая металлический холод. Я пощупала трансформировавшиеся узы Гименея. Ощущения подсказывали, что это такая же, как у Мортифора, цепочка.

Оборотень улыбнулся:

— Я забыл вначале наложить на ошейник видоизменяющее заклятие, но теперь не волнуйся. С этого момента он будет автоматически подстраиваться под твой наряд и соответствующе выглядеть. Правда, когда ты обратишься к драконьей ипостаси, он снова станет собой.

— И на том спасибо, — вздохнула я. Ходить с кожаным украшением на шее не в моем стиле. Особенно в свете предстоящего собеседования в серьезных научных учреждениях и организациях. Там такое неприемлемо.

— Так какой ваш второй вопрос, драгоценная моя? — размешивая в кружке какой-то травяной чай, спросил Мортифор.

— Почему ты потребовал Витькину жизнь, а не Норри, как тот изначально тебе предлагал?

— Для подстраховки, — пожал плечами он. — В случае опасности от тех, кого мы излечили, мы забираем жизнь близких им людей либо шантажируем обидчиков. Когда даешь кому-то свою кровь, чтобы выжить, нужно связать того кровью. А угрожая, будь готов исполнить обещание. Смерть племянника очень огорчила бы моего лучшего друга. У правителей, конечно, дружба не принята, но и я не идеален, как видишь. Виктор же Лерри не нужен, да и ты друга детства знаешь гораздо дольше, чем Норри. В этом плане лорд Венатор — идеальный короткий поводок для тебя. У тебя вообще слишком много близких людей, а это лишние рычаги управления тобой.

— И что ты предлагаешь? Убить их? — разозлилась я.

— Нет, — мотнул головой Мортифор. — Я просто прошу тебя учитывать этот фактор в будущем. Правителю следует страховать и защищать свои уязвимые места. Думаю, Вик уже сделал правильные выводы и поостережется. А вот, кстати, и он!

Я оглянулась, проследив за взглядом оборотня. По лестнице спускались Норри и Витькой, что-то воодушевленно обсуждая. Увидев меня с Мортифором, Вик нахмурился и помрачнел, бросив в сторону оборотня злобный взгляд. Улыбка Норри тоже увяла. Братья молча подошли к нам и остановились около столика.

— Здравствуйте, — вежливо улыбнулся супруг, жестом приглашая присесть. — Есть будете?

— Будем, собака! — кивнул Вик.

— Витька, без оскорблений! — возмутилась я. Чего таить, Мортифор мне нравился, и обижать его не хотелось.

— Что ты, милая, — обворожительно осклабился кузен, явно прикидывая, с какой бы стороны лучше снять с зятя шкуру. — Я его не оскорбляю, а просто классифицирую нашего нового члена семьи с биологической точки зрения.

— Гад! — рыкнул Мортифор и, перехватив мой взгляд, невинно хлопнул ресницами. — Но я тоже классифицировал вашего брата!

Да, кажется, это у них взаимное. Норри молчал, однако по его виду можно было предположить, что он прикидывает, где взять действующий на оборотней яд и какое количество понадобится израсходовать на одного известного нам индивида.

— Если ты ее обидишь, хотя бы настроение испортишь, я с тебя шкуру спущу! — пригрозил Вик.

— Ну, надо же, какие мы заботливые! — вскипел оборотень. — А где ты был, когда ее вешали? Или когда стрелял ей в сердце?

Вик дернулся, словно от пощечины, и в следующую секунду с низким рыком кинулся на Мортифора через стол. Брат до сих пор болезненно переживал тот выстрел. Я его уже тысячу раз простила, а его все чувство вины гложет.

— Стоп! — рявкнула я, хлопнув по столу ладонью. Мне еще их междоусобиц не хватало!

Мужчины сморгнули и мгновенно остановились. Рядом замерли подоспевшие телохранители короля. Норри сидел напряженный, как струна, в любой момент готовый прийти мне на помощь. Вик взглянул на меня глазами затравленной собаки. Он очень сожалел о собственном промахе и о случившемся союзе.

— Мортифор, не смейте оскорблять моего брата, — отчеканила я. Когда злюсь, всегда перехожу на вежливый тон. — Я сама потребовала от него оставить меня и бежать, а в моей смерти он также не виновен. Это были происки Ведущих магов мира. И если вы когда еще наступите ему на эту мозоль, я на вас очень обижусь.

— Извини. — Мортифор покаянно склонил голову.

Краем глаза я заметила, как ухмыляющийся Вик продемонстрировал зятю оттопыренный средний палец. М-да, а не так-то легко будет наладить спокойную обстановку в семье.

— Перекусите? — предложил Мортифор, стараясь придерживаться нейтрального тона.

Витька с Норри тут же оживились, видно решив, что война войной, а ужин должен быть строго по расписанию. Я почувствовала, как они прикидывают в уме, что бы потом сделать с моим лохматым супругом. Сошлись, кажется, на несчастном случае и теперь мысленно спорили, как это устроить. При этом старательно пытались зашифровать свои намерения от меня. Эх, добрые мои! Интересно, а Мортифор может читать их мысли через меня?

— Наивные, — улыбнулся оборотень, давая ответ на мой невысказанный вопрос.

М-дя. Весело, однако! С такими темпами у меня семейка в ядерный реактор превратится!

— Что ты сказал? — встрепенулся Вик.

— Ничего, — улыбнулся Мортифор. — Это так, мысли вслух. Ты ешь, ешь, не отвлекайся.

Норри замер и подозрительно взглянул на вервольфа.

— Вы что, яда туда подсыпали? — спросил эльфенок.

— Как можно?! — возмутился Мортифор. Хотя нутром чую, что над этой идеей он задумался. — Просто вам сейчас нужно максимально сбалансировано и плотно питаться.

— С чего бы? — насторожился Виктор.

— А ты не догадываешься? — ехидно улыбнулся король оборотней. — Когда дракон начинает постоянно и плотно есть, а его рацион напоминает меню беременной женщины? Да и характер становится капризным.

— То есть намекаешь, что скоро я, как и Света, превращусь в огнедышащую гадину? — осторожно спросил кузен.

— Ты и так гад, — хмыкнул Мортифор. — Для полноты картины тебе осталось только чешуей обрасти.

— Я же просила!

— Но я не обзываюсь! — невинно хлопнул ресницами Мортифор. Только сейчас заметила, какие они у него длинные и подкрученные. — Я просто констатирую факт, что взросление вашего брата тоже почти завершилось и от трансформации его отделяют буквально считанные дни или часы! То же самое касается Норри.

— Если я превращусь в дракона, ты первый об этом узнаешь! — сердечно пообещал Вик и хищно вгрызся в свиные ребрышки.

— Так зачем вы пришли? — попыталась я отвлечь внимание братьев от их будущей жертвы, которая в данный момент молча заигрывала со мной. М-дя.

— Мы тут проштудировали твой испепеляющий врагов фолиант и нашли очень интересную информацию, — оторвался от еды Вик.

— Мы искали пятого Дракона, — добавил Норри. — Ну и уже давно подозреваем Кейси.

— И представляешь, что мы нарыли, — снова взял слово Витька. — Единственный, кто носил имя Каптулус, была женщина!

— Хочешь сказать, что наш Кейси леди? — хмыкнула я.

— Посмотри ему под хвост, и ты убедишься, что он очень даже мальчик! — буркнул Вик, явно вспомнив, как мы опознавали врага по ягодицам.

— Дело не в этом, — хитро ухмыльнулся Норри. — А то, что рода Каптулус у оборотней не существует.

— Зато есть человеческий род магов, — довольно улыбнулся Вик. — Чей представитель, женившись, дал свое имя леди Каре Лупус Альбус Цициди.

— Одной из бывших жен лорда Карнификуса? — встрепенулась я.

Следящий за нашим разговором Мортифор вздрогнул.

— Именно! — радостно подпрыгнул на стуле Норри. — Наконец-то мне открылась тайна, куда она бесследно пропала. Оказывается, ее обвинили в измене, что, по законам лохматых, одно из серьезнейших преступлений, караемых смертью или изгнанием. Эта красавица избрала второй путь и вышла среди людей замуж, родив очаровательную дочурку Лилиен. Что самое интересное, Кейси родился гораздо раньше, чем был заключен второй брак, и звался он до этого…

— Арвэст, — припечатал Вик. — Сводный брат нашего новоиспеченного зятя.

— Но погодите! Он же тогда и мой сводный брат!

— Или Виктора, — поправил Норри. — С кем застукали леди Каптулус, в книге не написано, но он наш родственник однозначно!

— Он и дракон, и оборотень одновременно! — улыбнулся Вик. — Да и сам Каптулус имел толику волчьей крови. Может, потому он с Карой так и сдружился.

Я взглянула на Мортифора. А ведь он теперь тоже член моей семьи. Ну вот! То ни одного кандидата, то сразу два! Что ж мне так не прет?! Однако теперь понятно, почему Мортифор воюет с Кейси. Его сводные братья пытались его убить. Только вот куда делся наш лохматый принц и почему сразу не признался? Ведь проклятие и по нему шарахнет?

Странно, в душе было ощущение, что я что-то упустила. Но что? Я снова взглянула на наблюдающего за нами заинтересованного Мортифора. И тут меня осенило!

Почему Мортифор в разговоре со мной ни разу не упомянул о Кейси? Ведь изгнанный, обиженный на жизнь оборотень — прекрасный, достоверный источник информации. Но король оборотней почему-то сбросил его со счетов. И, когда я проверяла Кейси артефактами, он не числился моим родственником! А что, если?..

— Кейси ведь мертв? Я права? — спросила я, глядя в темные глаза супруга. — Ты ведь должен говорить мне правду, так?

Мортифор не на шутку встревожился и даже немного смутился. Мне показалось или в его глазах промелькнула растерянность? Видя необычную реакцию моего супруга, братья хищно подались вперед. Я просто физически ощущала, как оборотень напрягся и занервничал.

— Да, — наконец кивнул Мортифор.

— Что? — опешил Вик. — Ты нашего пятого кандидата убил?!

— Уже давно, — нехотя признался оборотень.

— Насколько давно? — насторожился Норри. — Значит, я был прав, когда при нашем первом знакомстве заявил, что Кейсариус мертв?

Тут Мортифор окончательно подобрался и приготовился к самозащите, словно мы с братьями в любую минуту могли напасть. Да чего ему опасаться?

Вдруг голову посетила жуткая догадка. А что, если?..

— Только не говори мне, что ты был КЕЙСИ!

— В таком случае я промолчу, — пожал плечами визави.

От шока я просто онемела. Нет, ну каков паразит! Все это время он был рядом, изучая нас, слушая, наблюдая, как мы попадали в различные неприятности, и внутренне посмеивался. А о столбиках я вообще молчу! Он был рядом, но ничего не сказал! Убью!

Кажется, последние мои мысли отразились у меня в глазах, потому что Мортифор резко подорвался со стула, телохранители напряженно подались вперед, но замерли, видя, что мы пока не нападаем.

— Куда спешишь, зятек? — Братья скрестили руки на груди. Вопреки моему мнению, нападать на Мортифора они не собирались. Только глаза у родичей загорелись черным, что означает скорую месть. — Садись на место, мы с удовольствием послушаем!

Мортифор оценивающе взглянул на братьев и спокойно вернулся на место.

— Что ж, я убил лорда Каптулуса, то есть Арвэста, и Ориса тоже десять лет назад, когда они сначала попытались убить меня, а потом покусились на честь сводной сестры Кейсариуса. На самом деле лорд Кейсариус Каптулус, принц Длатский был той еще мразью. Я не планировал разыгрывать перед вами представление, просто хотел догнать и убить. Но в гневе не заметил капкан в своем же лесу. Когда я уже приготовился к глупой и бессмысленной смерти, то услышал ваши голоса и, чтобы вы меня не узнали и выпустили, в срочном порядке надел личину самого ненавистного и самого хорошо изученного врага. А потом подвернулся случай узнать вас поближе, и я продолжил свой маленький обман. Правда, характер Кейси создал совершенно иным, сделал его благородным, где-то ранимым, где-то трусоватым. Извините, конечно, за ложь, но мне понравилось с вами путешествовать.

— А как тебе другие поверили! Сарки, например?

— В конце концов, мы с Кейси выросли вместе, — грустно улыбнулся Мортифор — Я изучил его очень хорошо. Перед чужими я показывал осторожность Кейсариуса. Как видите, иногда я могу быть очень убедительным.

Убедительным? Да по этому притворщику МХАТ плачет! Вот что политика делает с людьми и нелюдьми! Значит, пятый Дракон у нас все-таки один. Это радует.

Я взглянула на кольцо Нох-рам-Лукуша и только сейчас заметила, что оно светится алым светом. Значит, тогда были совсем не блики молнии в рубине, а знак, что мы нашли подходящую по природе магии кандидатуру! И все остальные требования теперь сходятся, член семьи и маг двенадцатой степени. Ну, хоть какая-то радость к концу дня!

Вот бы еще разобраться, кто из нас кто, и двинуть на поединок с сильными мира сего. М-да, попал Мортифор! О чем я ему не преминула сообщить:

— Может, столбики ты и отодвинул на будущее, зато в остальном вляпался конкретно. Раз ты всегда был с нами, то о проклятии уже знаешь. И вводить тебя в курс дела не нужно.

Собеседник хмуро кивнул и осторожно уточнил:

— А у вас точно нет ни малейших идей, кто из вас кто?

— Не-а! — радостно отозвались братья, довольные, что хоть как-то удалось испортить настроение зятю.

— М-да, — вздохнул Мортифор. — Так, может, сейчас над этой задачкой подумаем?

— Ну, давай подумаем, — осклабились шурины.

Оборотень еще раз вздохнул и накрыл всех пологом безмолвия. Теперь нас никто не подслушает. Около часа мы пытались решить, кто из нас кто. Братья не скупились на ядовитые замечания и комментарии. Мортифор тоже оказался той еще язвой. Когда к компании присоединилась Ладушка, наше общение вообще стало походить на пикировку в серпентарии. Вино к тому же оказалось неразбавленным и молодым. В результате ничего, кроме потраченных нервов и возросшей агрессии, наш диалог нам не дал. Плюнув на все, мы еще раз выпили с горя и связались с Нох-рам-Лукушем.

Довольно потрепанный и взъерошенный вампир (интересно, чем он там занимался в таком виде?) явился минут через пятнадцать. Тихо рыкнув, прапрадедушка растормошил уже порядком захмелевшую компанию, отвесил Витьке с Норри по воспитательному подзатыльнику, шлепнул меня под зад и одарил муженька «нежным» взглядом, явно прикидывая размер гроба для нового члена семьи. Помнится, он обещал загрызть того, кто насильно склонит меня к браку. Ну-ну. Затем, как самый старший и ответственный, прочитал лекцию о пользе решения задач на трезвую голову.

На что я возмутилась, заявив, что древние скифы вообще принимали решения в застольях, предварительно напившись до зеленых чертиков. И, что удивительно, это вело их к победам! Правда, я умолчала, что принятые решения скифы выполняли только тогда, когда поутру на трезвую голову не приходили от них в ужас. На это Нох-рам-Лукуш еще раз шлепнул меня по пятой точке и приказал «этому столику больше не наливать». Затем тяжко вздохнул и провел анализ крови зятя.

Однако тут со способностями опять получилась неразбериха. У Мортифора одновременно обнаружились задатки и Воина, и Тихони, и даже Либ-им-и-до (чуть в меньшей степени, но все же). Это здорово всех расстроило. Братья с горя даже перекусили. Опять. Нох-рам-Лукуш сказал, что посоветуется еще с Акр’ментр’морком, и, наслав на нас отрезвляющее заклинание, исчез в портале.

Гроза постепенно стала стихать, и приезжие начали медленно расходиться по комнатам. Местные жители, заглянувшие в таверну, тоже стали разбредаться по домам. В пустеющем зале наша разношерстная компания выглядела особенно пикантно.

— Может, и мы, наконец, отдохнем? — сдался Вик, откидываясь на спинку стула.

— Все равно дальше спорить бессмысленно, — поддержал кузена Норри. — Для более удачного решения нам надо лучше друг к другу присмотреться.

— Или сильнее напиться, — поддел его Мортифор, хитро косясь на меня.

— Знать бы еще, кто нас подставил со статуэткой, — поделилась я наболевшим. Как любой полноценный дракон, я просто не могла оставить такое оскорбление без должного внимания. Инстинкт требовал вычислить и отомстить! — Может, это Ведущие маги мира? Они уже пытались избавиться от нас втихую.

— Не думаю, — отрицательно мотнул головой Мортифор. — Пусть они сейчас и пытаются нас убрать, это на них немного не похоже.

— А откуда тебе знать, что для них характерно, а что нет? — нахохлился Вик.

— Скажем так, у нас с ними уже были небольшие разногласия, — уклончиво отозвался Мортифор. — И здесь они бы действовали гораздо решительнее. Есть у меня несколько иные подозрения.

Мы все превратились в слух, но оборотень своими догадками не поделился, сославшись на то, что для начала хочет их проверить.

— А пока я начну магический поиск координат замков Ведущих магов мира, — произнес он. — Затем мы введем их в параметры группового портала и попробуем решить нашу проблему.

— Помощь нужна? — ни с того ни с сего предложил Норри.

— Нет, спасибо. У меня хорошая команда магов. Они поддержат заклинание и просчитают все вероятности. Нам лучше в это время отдохнуть.

— А разве место жительства Ведущих магов мира не известная информация? — удивился Виктор, даже забыв про вражду с Мортифором.

— Нет, — спокойно ответил тот. — Маги тоже люди, и им необходимо уединение. Вот они и скрывают свои дома, чтобы отгородиться от вечных просителей и простых зевак. Ах, да — держите. — Он положил перед Виком связку ключей.

— Что это? — удивился кузен, глядя на брелок со значком «БМВ».

— Это свадебный подарок моим дорогим шуринам, — улыбнулся Мортифор. — Я в личине Кейси слышал про ваши проблемы с машиной князя Олега. Купить новую, да еще полностью удовлетворяющую всем требованиям, вы не успеете, а моя бэшка, думаю, вполне подойдет. Только поменяйте номера, обработайте салон аэрозолем на основе петрушки, чтобы перебить мой запах, и в конце подстрахуйтесь духами. Но учтите, что это лишь временная замена. Впрочем, если хотите, я предоставлю вам своего механика, который сделает из моей машины точную копию машины князя Олега, и никакие техосмотры не придерутся.

— Подлизываешься, лохматый? — прищурился Вик. — Думаешь, я обменяю сестру на машину? — Но ключи все-таки взял.

— Я не подлизываюсь, — покачал головой Мортифор. — Я просто пытаюсь наладить с вами сносные отношения.

— Не дождешься! — фыркнули те, но смотреть на зятя стали куда благосклоннее.

— Знакомые у меня есть, но ты лучше зови своего механика, — решил Вик. — Если что-то делать, то качественно.

— Хорошо. Я его предупрежу.

— Но откуда уверенность, что твоя машина подойдет? — изумилась я.

— В отличие от ваших отцов я живу на Гее, но очень часто бываю на Земле. Как правитель, я никогда не должен забывать о том, что враги могут достать меня в любой точке мира и реальности, поэтому должен подбирать себе соответствующую машину. Вряд ли за такой короткий срок вы сможете найти подходящую, поэтому берите, пока дают. А у меня, что удивительно, с вашими отцами вкус вплоть до цвета сошелся. Они такие же перестраховщики, как и я. Вот адрес стоянки, номер машины и доверенность. А это на всякий случай моя записка сторожу, что я позволяю вам ее забрать.

Братья все еще продолжали пребывать в ступоре, когда довольный Мортифор обернулся ко мне:

— А теперь не соблаговолите ли, миледи, подняться в мой номер, чтобы я мог вручить вам ваш свадебный подарок?

— Теперь это так называется? — презрительно хмыкнул Вик, оправившись от потрясения. — Неужели ты полагаешь, что, получив машину, пусть и редкую, я так просто отпущу сестру?

Хм, вообще-то поздновато быть моей нянькой. Я уже взрослая девочка. Хотя забавно посмотреть на их перепалку.

Мортифор не стал возмущаться и спокойно ответил:

— Я действительно отдам ей подарок и отпущу. Ну, возможно, мы еще немного поговорим.

— Знаю я эти разговоры! — проворчал лорд Венатор. — Сам с девушками почти каждый вечер разговариваю, а если повезет, то и пару раз в день. Пятнадцать минут вам на все.

— Час, — решительно мотнул головой Мортифор.

— Двадцать минут, — отрезал Вик.

Норри кивнул, соглашаясь. Так, похоже, братишки решили строго блюсти мою честь. Угу, наивные. Если захочу, все равно не упасут. Убегала же я раньше из-под Витькиной опеки. Не зря они с Мишкой, бывшим моим женихом, как кошка с собакой жили. Были причины. Правда, вечный надзор выработал у меня плохую привычку постоянно шифроваться и даже в мыслях не выдавать своих желаний. По крайней мере, в Витькином присутствии. Я и раньше подозревала, что он их подслушивает. А теперь точно знаю! Так вот, незачем братику знать о моих намерениях.

— Пятьдесят минут! — продолжал торговаться Мортифор. — К подарку прилагаются инструкции, мне нужно время, чтобы их озвучить.

— Ой! Как интересно! — картинно всплеснул руками Вик. — А я тоже хочу послушать!

Я из-за спины Мортифора показала Витьке кулак, что означало: «Прекращай комедию и не порти мне малину, а то пожалеешь!» Их торг начинал меня уже здорово раздражать. Пора его сворачивать. Оборотень словно почувствовал, что я на его стороне, и вкрадчиво произнес:

— Если Света захочет, то потом тебе все расскажет. — И, повернувшись ко мне, протянул правую руку. — Идем?

На секунду мне показалось, что Морти украдкой показал Витьке оттопыренный средний палец левой руки. Судя по тому, как скрипнули зубами братишки, наверное, все-таки это было реальностью. Вот паразиты! Когда же они угомонятся? Витька забарабанил пальцами по столешнице. Видно, зять его все-таки достал. Я представила, как кузен в драконьей ипостаси будет разозлено постукивать хвостом. Приятно осознавать свою похожесть. Уже подходя к лестнице, я услышала, как Вик прошипел Норри:

— Еще ни один из ее кавалеров не бесил меня так, как этот!

Что ж, Витька, имеешь все основания психовать. В сравнении с моими бывшими избранниками Мортифор мне нравится все больше и больше. Вот только почему брат ревнует?

Неужели еще не отказался от своих матримониальных планов? Нет, это вряд ли. Тут что-то другое. Может, он через ментальную связь чувствует мое хорошее отношение к оборотню и злится, что они с Норри больше не единственные любимчики?

У двери Мортифора дежурили двое оборотней-телохранителей. Похоже, они стоят здесь по очереди, потому что еще час назад я видела их в таверне за столом. Что ж, хорошая система. Так понемногу и всем достается. Супруг открыл дверь и пригласил меня внутрь. Миновав гостиную, он направился прямо в спальню. Интересно, что за артефакты он там держит?

Я вошла и как раз застала Мортифора за извлечением из дорожной сумки элегантной прямоугольной коробочки. Аккуратно положив ее на кровать, он сел на постель и жестом пригласил меня присоединиться.

Что же в той коробочке? Во мне взыграло нешуточное любопытство. Драконье чутье встрепенулось и заволновалось. Хм, так оно реагирует только на что-нибудь драгоценное. Золото, платину или бриллианты чистой воды. Хотя изумруды, рубины и сапфиры тоже нас вполне устроят.

Когда я села с другой стороны коробочки, драконья сущность просто заурчала от восторга. Да что же там такое?! Видя мое непроизвольное волнение, Мортифор лукаво улыбнулся и приподнял крышку. На бархатной подушечке лежала древняя корона. Простой золотой с вкраплениями платины обруч, инкрустированный рубинами, изумрудами и бриллиантами различной расцветки. Что это корона, можно было определить лишь по маленьким, еле заметным зубчикам спереди. Я застыла от восторга. Эту корону я бы узнала из тысячи.

— Это?.. — прошептала я, едва совладав с охватившим меня волнением.

— Да, — мягко кивнул оборотень. — Это утерянная реликвия дома Драконов. Ваша корона. Я давно уже хотел тебе ее вернуть, но не подворачивалось удобного случая, а вот теперь, в свете нынешних событий, думаю, она тебе очень понадобится. Ну, чего сидишь? Надень.

Я сняла с головы муляж и взяла в руки оригинал. Корона прямо засветилась в моих руках и потеплела. От нее коже стали передаваться легкие покалывания, будто реликвия ластилась ко мне, ее настоящей хозяйке.

Подойдя к зеркалу, я надела украшение на себя. И в ту же секунду лоб словно опалило огнем от боли. Мортифор мгновенно среагировал на мой вскрик и, подскочив, попытался снять корону, но та словно вросла в голову.

— Прости, — прошептал он. — Я не знал, что твой же фамильный артефакт может причинить тебе вред.

Словно в ответ на его слова боль мгновенно ушла. Теперь корона не обижала меня и лишь приятно давила на голову. Я с удивлением взглянула, как еле заметные зубчики обруча вытягиваются в острые зубцы. Мортифор встревожено кусал губы.

— Все нормально, — успокоила его я. — Мне уже не больно. Хотя такое чувство, будто корона вросла в череп.

— Знаешь, судя по тому, что мне не удалось ее с тебя снять, твои ощущения не лишены смысла, — обеспокоено пробормотал он. — А ты сама ее снять можешь?

Я попробовала. Корона словно нехотя отпустила мою голову. Правда, без нее мне было уже как-то тоскливо. Странное ощущение. Впервые сталкиваюсь с таким сильным, мгновенным привыканием. Надеюсь, зависимости у меня от нее не будет. Я вернула корону на место. Теперь золотой обруч наделся безболезненно и даже стал легонько массировать кожу. Ага, намек понят. Нам не нравится, когда нас снимают. Что ж, учтем.

— А теперь больно? — осторожно спросил оборотень.

— Нет. А ты можешь ее снять?

Мортифор снова попробовал и вновь безрезультатно. Более того, в какой-то момент он вскрикнул и отскочил, потирая руку.

— Она меня током ударила, — пояснил он, видя мой удивленный взгляд. — Значит, это правда, что корону Драко без согласия князей с их головы не снимешь, только с трупа.

— А если я тебе сейчас разрешу это сделать? Рискнешь? — Во мне проснулся исследовательский интерес.

— Ну, давай попробуем, — нехотя согласился муж.

На мою озвученную вслух просьбу поправить корону реликвия отреагировала весьма благосклонно и позволила Мортифору снять себя с моей головы. Угу. Значит, то, что сказал Мортифор, правда.

— А как она оказалась у тебя?

— Ты уверена, что хочешь это знать? — робко осведомился собеседник.

Впервые вижу у Мортифора такую неуверенность. Неужели он боится, что сказанные слова сработают против него? Заставят меня мстить, например?

— Да ладно уж, выкладывай. Я приму правду, какой бы горькой она ни была.

— А можно, я все-таки не буду тебе это рассказывать?

— Почему?

— Это не очень красивая история. Я не хочу, чтобы она подпортила наше отношение друг к другу.

— Ты в ней участвовал?

— Нет. Но в ней принимал участие мой дед.

— Говори, не бойся. Я не обижусь на тебя за чужие проступки.

— Ну что ж, — вздохнул Мортифор. — Эта корона попала ко мне от деда. Он участвовал в коллективном нападении на Дорвану. Именно он отрубил ей голову и забрал себе корону по общей договоренности. Не думай, он взял вашу реликвию не в качестве трофея. Если ты заметила, с внутренней стороны твоей короны выгравирована надпись: «Да будет носящий ее всегда одет». Драконы всегда умели трансформироваться не переодеваясь. И дедушка думал, что с помощью вашей реликвии найдет такой же путь и для нас. Видишь ли, очень неудобно каждый раз раздеваться перед превращением. А если мы этого не сделаем, то в человеческой ипостаси будем уже без одежды. Ладно еще, если войско в поле обнаженным окажется. А если, например, на девушку в городе маньяк нападет и она от страха обернется? Что, ей потом по городу голой идти? В таком виде на нее же еще больше неприятностей свалится. А в волчьей ипостаси мигом пристрелят.

Действительно, неудобно выходит. Хотя после такой девочки в городе однозначно количество криминальных элементов снизится.

— Но я и без короны оставалась в одежде после трансформации, — вспомнила я свое первое превращение и все последующие.

— Но как же так? — растерялся Мортифор. — А что же тогда означает данная фраза?

«Да будет носящий ее всегда одет». Меня посетила странная догадка. Я подошла к зеркалу и представила, что собираюсь на бал. В мельчайших подробностях продумала свой наряд — и в ту же секунду моя походная одежда стала точно такой, как в мыслях, а корона превратилась в тонкую ажурную диадему. Я подумала о спортивном стиле — и вот на мне родное трико, а на голове простой обруч. Так вот что означает данная фраза! Я вернулась к исходной одежде. Как я буду выглядеть, если на мне останется только корона, я решила узнать позже. Думаю, удивленно наблюдавшему за моими переодеваниями Мортифору и так хватило представления.

— Спасибо за корону.

— Не за что, — улыбнулся он. — Надеюсь, она принесет тебе счастье.

4

«СУПРУЖЕСКИЙ ДОЛГ. Исполняется впервые».

NN

Вдруг Мортифор насторожился. Даже в человеческой ипостаси его уши резко заострились, словно у зверя, почуявшего неладное.

— Что? — осторожно спросила я, подходя к нему ближе.

Супруг приложил палец к губам, призывая к молчанию.

Внезапно дверь комнаты с треском обвалилась. В следующую секунду сильные руки Мортифора схватили меня за талию и кинули на кровать, устраняя с линии атаки.

— Беги!

В комнату ворвалось омерзительное существо. Худощавое человекообразное тело, черная, складчатая, как у шарпея, чешуйчатая кожа. Огромные орлиные крылья за спиной. Голова напоминала череп, обтянутый кожей, в глубоких глазницах сверкали маленькие красные глазки, вместо ноздрей красовались провалы. Довершала картину пасть, полная острых иглообразных зубов.

— Что это такое?

— Гарпия, — коротко ответил Мортифор, медленно отступая к столу, где лежал его меч.

Тварь гортанно рявкнула и прыгнула на моего супруга. Тот отозвался предостерегающим рыком и уклонился от нападения в сторону, метнув в противника неизвестно откуда взявшийся кинжал. Хм, учту, что он никогда не ходит безоружным.

Клинок попал гарпии в плечо, однако та лишь мотнула головой и кинулась уже на меня. Мои инстинкты сработали раньше, чем мозг. Тело само ушло с линии атаки, метнув в нападающую орт.

Серебряное лезвие застряло в коже где-то ближе к груди, и это не понравилось твари гораздо больше. Она взвыла и уже целенаправленно кинулась на меня. Я метнула второй орт, целясь в глазницу. Увы, наученная горьким опытом гадость увернулась и прыгнула снова.

В ту же секунду неведомая сила повалила меня на пол. Мы с Мортифором откатились с линии атаки и скоренько заползли под кровать. Тварь обиженно взвыла и попыталась выковырять нас оттуда лапой. Но постель была огромных размеров, а конечность чудовища слишком короткой. Залезть же за нами ей мешали крылья. Мортифор толкнул меня под зад, намекая отползти в левую сторону. И как в воду глядел: гарпия попыталась атаковать с правой стороны.

— Я же сказал: беги! — раздраженно выдохнул он, пристально наблюдая за потугами чудовища.

Мы в это время отползли на середину.

— А ты? — Бросать друзей или знакомых в беде не мое хобби.

— А я исполню свой супружеский долг.

— Это с ней, что ли?! — почему-то возмутилась я, намекая на гарпию.

— Ревнуешь? — В голосе Мортифора послышались насмешливые нотки.

— Знаешь, конкурировать с такой «красавицей» как-то стыдно, — проворчала я.

— Самый первый и главный долг мужа — защищать свою жену. А то, о чем ты подумала, только на третьем месте в списке семейных обязанностей.

Что у оборотней на втором месте, не было времени выяснять, ибо в этот момент гарпия запрыгнула на постель. Матрас прогнулся под ее немалым весом, и нам пришлось спешно отползти от середины, чтобы не быть раздавленными.

— Морти, извини, что отвлекаю тебя, но, может, с этой тварью удастся договориться?

— После того как ты чуть не прикончила ее кинжалом? Сомневаюсь. Да и вообще, это основные слуги-убийцы Ведущих магов мира, и они не успокаиваются, пока не исполнят приказ. Маги обычно посылают гарпий одного с жертвой пола, чтобы ничто не могло помешать убийству.

— А что, кто-то может совратить это чудо?

— Жить захочешь — и крокодила совратишь! — фыркнул Мортифор, прислушиваясь к замершей наверху охотнице.

— А кто к нам пришел?

— Девочка. И ты ее, как женщина женщину, сейчас очень сильно раздражаешь.

— Ну, это чувство у нас взаимно!

— Милый, извини, что опять отвлекаю, но как эту тварь убить?

— Изрубить на кусочки и сжечь.

— Ага. Понятно. Так и поступим.

В этот момент охотница подпрыгнула на кровати и грузно приземлилась, матрас прогнулся практически до пола, мебель треснула. Мы с Мортифором отпрянули в разные стороны и быстренько выбрались из-под кровати. Находящаяся посреди постели гарпия победно рявкнула. Морти кинулся к лежащему на столе мечу.

— Свет, отвлеки ее как-нибудь!

Да нет проблем, милый! Эта склочная женщина как раз решила, что я без ортов самое слабое звено. Напрасно, крошка, мы и сами с зубами! Я попыталась призвать ушедший в молоко орт, но он почему-то не пришел. Тогда я метнула один из спрятанных на рукаве кинжалов. Тот попал ей в шею. Чудовище обиженно взвыло и хлестнуло шипастым хвостом схватившегося за гарду меча Мортифора. Хвост ударил супруга как раз по руке, и тот выронил вожделенное оружие.

— Не так агрессивно отвлекай! — крикнул Мортифор, ныряя за клинком под стол.

Помягче так помягче. Я схватила оказавшуюся под рукой вазу с цветами и кинула в голову охотнице. Меткость всегда была моим коньком. Гарпия взвыла и снова обернулась ко мне. В ее глазах мелькнуло тихое бешенство. Видно, мокрой головы и висящих на ушах цветочков она мне, как женщина женщине, ну никак простить не могла. Я извлекла второй клинок. При виде метательного ножа пыл гарпии слегка умерился и она притормозила.

В этот момент в дверь вежливо постучали.

— Милорд, что это за звуки? С вами все в порядке?

Блин! А другого момента они выбрать не могли?! Например, раньше прийти! Гарпия дернулась и обернулась к подкравшемуся сзади Мортифору. Тот, видя, что эффект неожиданности упущен, рубанул сплеча. Но охотница уже уклонялась с линии атаки, и меч вместо шеи прошелся скользящим движением ей по боку, слегка ранив крыло.

Тварь озверела и резко крутнулась, вновь собираясь ударить обидчика своим опасным хвостом. Я не успела отскочить, и ее жесткое крыло, больно хлестнув, отбросило меня на кровать. Оскалившаяся гарпия прыгнула за мной. Мортифор с мечом наперевес кинулся к нам, пытаясь вклиниться между мной и охотницей.

Если вес взрослого маленького дракона и тяжелой гарпии старое и порядком потрепанное ложе еще выдержало, предательски скрипнув, то под тяжестью обрушившегося следом четырехсоткилограммового оборотня его ножки подломились, и оно рухнуло на пол. Полу, как ни странно, подобные фортели оказались не по зубам, и мы прямо на кровати с грохотом обвалились на первый этаж, взметнув облако трухи и пыли. Не поняла, они что, набили свежие доски поверх старой, прогнившей основы? Это в человеческом понимании модернизация?

И без того притихшая таверна окончательно смолкла. Десятки растерянных глаз обратились в нашу сторону, среди них были и мои братья, пересевшие за столик к оставшейся части оборотней-телохранителей Мортифора.

— Да-а, — протянул Вик, наблюдая наши застывшие скульптуры на изломанной кровати. — Я знал, что у вас будет бурная семейная жизнь, но не до такой же степени! Это у тебя такие понятия о разговоре, Морти?

— А я одного понять не могу, — притворно вздохнул Норри, ссаживая с колен очаровательную служанку. — Зачем вы еще гарпию с собой позвали? Вам что, друг друга не хватает?

Приторможенная от полета гарпия сморгнула, переварила информацию и, кажется, смутилась. В следующую секунду она взревела и кинулась на нас. Мортифор по-хозяйски сгреб меня за шкирку и кинулся к телохранителям. Те вскочили из-за стола и обнажили мечи. Норри быстро сообразил, что к чему, и, схватив со стола кувшин с пивом, кинул гарпии в лицо. Витька тоже понял, что нам нужна помощь, и запустил в охотницу обгрызенным мослом.

Душ из спиртного и удар костью охотнице еще больше не понравился, и она, пригнувшись, низко зарычала. Братья тоже извлекли оружие и приготовились драться.

— Милорд, с вами все в порядке? — Из дырки в потолке просунулись две головы стороживших нас телохранителей.

Так вы решились все-таки войти в комнату лорда? Молодцы!

— Не дайте ей уйти! — приказал Мортифор, кивая на гарпию. Меня же толкнул в сторону телохранителей, приказав: — Берегите королеву!

Сам перекинул меч в правую руку и встал в боевую стойку чуть впереди своих подданных.

Телохранители вздохнули и разделились. Четверо остались со мной, окружив меня с четырех сторон, а остальные направились на помощь сюзерену. Гарпия оторопело посмотрела на десяток вооруженных амбалов во главе с Мортифором и, кажется, немного растерялась. Я послала ей из-за могучих широких спин воздушный поцелуй. Чудовище оскалилось и попыталось обойти оборотней стороной в попытке добраться до меня. Как же! Нашла дуру! Без ортов в ближнем бою я геройствовать не собираюсь!

А вот мужа ее поползновения в мою сторону очень разозлили, и он коротко рыкнул:

— В атаку! — первым кидаясь на врага.

Гарпии, естественно, такой расклад сил сильно не понравился, и она бросилась к двери.

— Не уйдешь, зараза! — ухмыльнулся Норри и послал в ее сторону какое-то заклинание.

Чудовище взвыло и замедлилось в десятки раз. К ней тут же подоспели оборотни и, взяв в кольцо, принялись рубить. В какой-то момент я видела только их широкие спины в кожаных доспехах да мечи. Когда они расступились, на месте охотницы Ведущих магов мира был фарш. Очень непрезентабельное зрелище, поверьте. Раньше меня могло бы вырвать, но теперь драконьей сущности даже понравилось. Звериную половинку моей души очаровывал запах крови и мяса. От этих новых ощущений меня охватил страх. Кто я? Что я? Что со мной стало?

— Норри, поджигай, — скомандовал Мортифор, и брат послушно запустил в кровавую кучу пульсар.

Бывшая гарпия загорелась холодным бледно-зеленым огнем.

— Милорды! — подоспел к нам хозяин постоялого двора. — Милорды! — растерянно повторил он. — Что же это делается? — Он указал на изломанную кровать, пробитый потолок и прочую разруху.

Остальные посетители сидели бледные и протрезвевшие. Кого-то благополучно вырвало. Сам же хозяин был белее мела и нервно дрожал. Я чувствовала, как в нем боролись страх и жадность. С одной стороны, после гарпии ему было боязно делать нам замечание, с другой — экономическая жилка требовала возместить ущерб.

— Не переживай, — великодушно отозвался Мортифор. — Мы за все заплатим. Приготовь к утру список. Только без обмана, пожалуйста, мы очень расстраиваемся, когда нам лгут. А когда мы расстраиваемся…

— Я понял, — коротко поклонился хозяин таверны, облизывая языком пересохшие губы. — Все будет в наилучшем виде. Честно и без обмана. — И он поспешил исчезнуть с наших глаз.

— А что это было за заклинание? — повернулся Мортифор к Норри. — Я еще не встречал ничего, что могло бы так легко справиться с гарпией. Отличная работа, малыш.

Польщенный Норри покраснел:

— Спасибо, милорд. Это я в библиотеке как-то нашел.

— Поделишься?

— Как скажете, милорд, — поклонился Норри. После похвалы грубить или спорить ему не хотелось. — А кто наслал на вас гарпию?

— Ведущие маги мира. И теперь, скажу я вам, они попали! Норкар!

— Да, мой лорд! — выступил вперед пожилой смуглый оборотень.

— Что там с поисковым заклинанием? Вы выследили координаты замков Ведущих магов мира?

— Вы дали нам схему, и мы еще работаем, господин. У них там стоит плавающий манок, и координаты все время меняются. Обработка завершится к вечеру четвертого дня.

— Но у нас осталось всего три дня, — встряла я. — Ваши сроки слишком долгие!

— Но мы никак не можем ускориться, ваше величество, если только вы не поделитесь с нами своей кровью. Кровь дракона поможет нам вычислить истинные координаты к завтрашнему утру.

Мортифор вопросительно посмотрел на меня. Отдавать свою кровь было ой как неприятно. Но если это поможет делу, то так и быть.

— Сколько вам нужно?

— Немного, миллилитров тридцать.

— Вы еще литр попросите! — возмутился Вик.

— Литр не нужен, только тридцать миллилитров, — упрямо мотнул головой оборотень.

— У вас есть во что сцедить?

Оборотень взял со стола металлическую чарку, вылил спиртное и произнес:

— Да, есть.

Чудесно! Я взяла протянутый мне кинжал и сделала разрез вдоль вены. Оттуда нехотя показалась кровь. Взяв кубок, я принялась в него сцеживать.

Мортифор тем временем подошел к кучке пепла, что была когда-то гарпией, выудил из золы свой кинжал, мои орт с кинжалом, обтер их и протянул мне. Второй орт остался в комнате на полу, позже заберу.

— Что делать будем? — поинтересовался Норри.

— Мои маги будут работать с заклинанием поиска, а нам предлагаю поспать, так как завтра выдастся очень напряженный день. И не только из-за Ведущих магов мира. Мои слуги уже разослали всем извещение о браке. Поздравления могут здорово нас затормозить.

— Так, может, удобнее перебраться в какое-нибудь менее людное место? — вступил в разговор Вик.

— В этом есть смысл, — кивнул муж, — но лучше завтра. Во-первых, за ночь никто не успеет нас найти, Ведущие маги ждут свою гарпию и не будут пока вмешиваться, а во-вторых, мы уже заплатили за ночь, так чего пропадать добру?

Вик одобрительно хмыкнул и молча кивнул. Он любил экономически рациональных людей, однако говорить Мортифору комплимент не спешил.

Внезапно кровь перестала идти, и рана резко заросла.

— Что случилось? — изумился Вик.

— Наверное, тридцать миллилитров уже накапало, — произнес пожилой оборотень, Норкар, кажется. Он взял чарку и вежливо мне поклонился. — Спасибо, госпожа.

Остаток вечера был спокойным. Мы разошлись по комнатам и легли спать.

5

Брак — единственная азартная игра, благословленная церковью.

Народная мудрость

Наутро пришло письмо от свекра. На сообщение Мортифора Карнификус ответил скупо: «Поздравляю!» И прислал свадебный подарок — «Набор по уходу за драконом»: эликсир забвения, огромный намордник, дубина и магический поводок. Что ж, похоже, у нас со свекром сходные взгляды на супружескую жизнь!

А через несколько часов прибыл и он сам. Мы как раз только-только позавтракали, и я бежала по лестнице на кухню расплатиться с хозяином (Витька решил, что, увидев мои большие грустные глаза, хозяин забудет про пролитое вино, которое почему-то стало стоить как дорогой гномий самогон). В один из своих грандиозных прыжков через четыре ступеньки я и налетела на злобно сверкающего глазами свекра.

— Здравствуйте! — лучезарно улыбнулась я, приседая в приветственном реверансе.

Карнификус зыркнул на меня так, словно хотел живьем пригвоздить к полу или, на худой конец, испепелить.

— Вот что, доченька, — прошипел он, нависая надо мной, — будь добра, не попадайся мне сегодня на глаза! Для твоего же блага прошу! А теперь скажи: где мой сын?

— Там. — Я указала на дверь номера Мортифора.

Оборотень кивнул и мрачно прошествовал мимо. Следом за ним промаршировали его телохранители.

— Псс! — Норри с вершины лестницы махнул мне рукой, приглашая подняться. — В соседнем номере есть картина с дырочками для подсматривания и подслушивания, — заговорщически прошептал он.

Скучающие у двери Мортифора оборотни-телохранители, услышав это, прямо подпрыгнули от возмущения.

— Только попробуйте нас заложить! — цыкнула я на них и пригрозила кулаком. Затем благодарственно кивнула Норри и скрылась за указанной дверью.

В номере у стены с отверстиями уже примостился Вик.

— Подглядывать нехорошо! — наставительно фыркнул он, увлеченно наблюдая за комнатой Мортифора.

— Заткнись и лучше помоги неслышно приставить стул! — огрызнулась я.

Брат оторвался от своего занятия и скоренько помог мне в этом нехитром деле.

— Много я пропустила?

— Да нет. Они только-только поздоровались.

Я аккуратно приоткрыла свою щель, стараясь, чтобы сквозь отверстие не попал свет и не выдал нас с Витькой. В гостиную набились телохранители Карнификуса, и оттого просторная комната казалась маленькой. Мортифор стоял у окна, а за его спиной бесновался отец.

— Ты хоть понимаешь, что натворил?! — кипел Карнификус, меряя шагами комнату из угла в угол.

Хм, так и дырку в ковре протоптать недолго!

— Вполне, — холодно кивнул Мортифор.

— Ты осознаешь, что своим поступком поставил под угрозу весь клан? Руфусы в ярости, их численность теперь почти сравнялась с численностью Альбусов и Гуар, если, не приведи Квипрокво, начнется гражданская война, то мы друг друга вырежем на корню!

— Даже если бы я женился на Море, это не решило бы проблему, — отозвался Мортифор. — Я давно наблюдал за Канис Руфусами, они хотят власти. Не ее части, не приближения к трону, а полноценного, единоличного господства! Брак со мной не унял бы амбиций этого рода, но сильнее приблизил бы их ко мне на расстояние удара, а даже Ведущим магам мира и Создателям иногда нужно спать.

— И ты решил, что лучше знакомый дракон под боком, чем неизвестный оборотень в мешке? — хмыкнул Карнификус.

— Именно, — отозвался мой новоиспеченный муж. — Насколько мне удалось узнать свою бывшую невесту, она, как и папаша, крайне властолюбива, очень сложно было бы с ней уживаться, даже если бы я устранил всех ее родственников.

— А ты не думал, что Драко тоже может претендовать на твой трон? Ведь она еще лучше Моры знает, что такое власть.

— Света — полновластная княжна, у нее уже есть власть и собственное государство. Мое королевство ей не нужно. Зачем ей лишний геморрой? Во-вторых, мы связаны кровью, и она не может причинить мне вред. Если она меня убьет, то погибнет и сама.

— А если она воспользуется чужими руками? — заинтересованно обернулся Карнификус.

— Никаким способом, где присутствовал бы злой умысел, — улыбнулся оборотень.

— Драконы — не те существа, которых можно держать на поводке, — покачал головой Карнификус.

— А я и не держу ее.

— Но Света и не сокол! — заметил свекор. — Нельзя приучить дракона прилетать тебе на руку по первому же свисту! Ты же сам знаешь, эти твари не приручаются.

— Но они знают, что такое уважение, и им не чужды благородные чувства.

— И это говоришь мне ты?! У тебя было два брата, чтобы сполна осознать, что такое настоящий дракон!

— Думаю, все зависит еще и от воспитания, — задумчиво произнес Мортифор. — Я давно наблюдаю за Светой и ее семейкой. Они другие. Они знают, что такое благородство. Они друг друга любят. Да и Норри — хороший пример достойного воспитания.

— Юноша, совершивший кругосветное путешествие по борделям?

— Любой молодой человек в его возрасте немного любвеобилен, — парировал Мортифор. — Но при этом он любит своего дядю и страну.

— Ага, — хмыкнул Карнификус, — Кейсариус тоже любил свою сестричку, так что чуть не взял ее силой!

— Для Вика родственные связи — священны, — покачал головой Мортифор.

— Угу, настолько, что он смотрит на тебя настоящим волком! Ты не заметил? Он тебя размазать по стенке хочет. С чего бы? Не задумывался?

— Лорд Венатор ревнует, — спокойно ответил Мортифор. — Я в курсе. Но тут иное. Всю жизнь они были друг с другом неразлучны, и тут появляюсь я со своими клятвами. Я встал между ними, и это выводит Виктора из себя. Его любимая дорогая сестра больше до конца ему не принадлежит. И мы будем кусаться, препираться и всячески портить друг другу жизнь, пока не придем однажды к консенсусу.

— А не боишься, что Виктор сделает тебе подлость исподтишка? — прищурился Карнификус.

— Этот если и будет делать мне гадости, то в открытую, чтобы я знал, — улыбнулся Мортифор. — На подлость лорд Виктор не пойдет. У него тоже есть принципы. Как видишь, куда ни кинь — всюду выгода. Мы служим друг другу поддержкой и гарантом безопасности. Никто не захочет связываться с могущественным родом, у которого союз с таким же могущественным кланом.

— Когда-то мы были самым могущественной расой на Гее. А теперь только вторые.

— Но нынче не те времена, — возразил Мортифор. — И после моего брака мы больше не вторые, мы уже часть великого. Мы с драконами отныне равны. К тому же мне нравится княжна Света, мне искренне симпатична, и я ее уважаю. Лучшего развития событий я и предложить не могу.

— Не можешь? А о чем ты думал, когда, породнившись с ней, ввязался в семейное проклятие? Куда ты смотрел?!

— Сразиться с Ведущими магами мира — это тебе не в песочнице подраться! Что будет с нами, если ты погибнешь?!

— А о чем ты думал, когда проклинал семью Драко?! — вскричал Мортифор, оборачиваясь к отцу.

Карнификус осекся и, кажется, растерялся. С минуту он молчал, по-видимому не зная, что сказать. А потом понурил голову и тихо произнес:

— Я чувствовал, что тебе чем-то запала в душу эта девчонка. Я же не слепой. Я так и знал, что она могла повредить нашему союзу с Руфусами. Я столько сил отдал, чтобы уговорить их на союз. Я хотел прекратить гражданскую войну, сын, пойми.

— И потому, когда я спас Свету и хотел ей предложить военный союз, ты ее напугал и подбросил в ее вещи наш фамильный артефакт, а меня опоил «Яростью дракона»?

— Я же не знал, что все так получится! Она просто катастрофа какая-то! Мне и в страшном бреду не могло пригрезиться, что вы с ней сойдетесь! Я хотел всего лишь твоего союз, а с Руфусами. Уж лучше с ними союз, чем с драконами.

— И ты надеялся, что я в ярости убью Свету? А не думал, что она могла убить меня, папочка?

— Она только-только с того света и была еще очень слаба. Лорд Венатор из-за клятвы жизни не мог бы поднять на тебя руку, а Норри, как наследник дружественной державы, вынужден был бы смириться.

— Но отношения с эльфами у меня подпортились бы! Папа! Ты своим поступком чуть не разрушил единственный надежный союз! Сколько раз я тебя просил не принимать без моего ведома никаких глобальных решений! Просто поддерживай в мое отсутствие то, что есть. Ты уже свое откомандовал, теперь доверься мне. Два капитана потопят корабль, сколько уже об этом говорить?!

— Я стараюсь для твоего же блага!

— Папа, для моего же блага не предпринимай теперь ничего против Светы и ее семейства!

— Я вышлю тебе своих аналитиков, они помогут вам вычислить координаты Ведущих магов мира.

— Спасибо за это, папа, но не увиливай от темы. Обещай, что ничего не предпримешь против Светы и ее семейства.

Карнификус вздохнул и скривился, словно дать такую клятву ему было невыносимо. Наконец он что-то решил и, понурившись, мрачно произнес:

— Обещаю. Но будь осторожен, — вздохнул он. — Самые сильные раны наносят те, кому ты доверяешь. Они вырывают твое сердце живьем и разрывают его на кусочки! — Карнификус вышел, громко хлопнув дверью.

— Спасибо, отец, я учту, — тихо вздохнул Мортифор и прислонился лбом к оконному стеклу.

Я аккуратно закрыла щель и тихонько слезла с табурета. Так, теперь мы знаем, кто виновен в нашем проклятии. Жаль только, сразу отомстить нельзя, но ничего, драконы живут долго. Мы можем и подождать. Судя по мыслям Витьки, он мою тактику разделял. Приятно, когда в семье царит мир да согласие.

Обождав немного, мы осторожно приоткрыли дверь. Все еще стоящие в коридоре телохранители Мортифора прожигали нас возмущенными взглядами. Напрасно старались. Совесть у нас не проснется. Она у нас, как и у всех драконов, любит впадать в длительную, беспробудную спячку.

— Карнификус ушел? — нагло спросил Вик.

Телохранители не ответили, но, так как самый молодой непроизвольно кивнул, мы решили, что уже можно выходить. В этот самый момент дверь соседней комнаты открылась, и в коридоре появился Мортифор. Взглянув на нас, он ухмыльнулся и произнес:

— Прошу только сразу не мстить. Теперь мы все в одной лодке.

— В какой лодке? — послышались сзади любопытные голоса.

Мы обернулись и замерли. Ну, кто бы сомневался! За нами, перемигиваясь и перешептываясь, стояла троица сарков вместе со стажером. Если учесть тот промежуток времени, который образовался между известием о нашем союзе и их появлением, то сарки не трогали нас достаточно долго.

И, правда, они благополучно переждали брачную ночь, заявившись даже и не рано утром, а ближе к середине дня, что поистине можно рассматривать как акт великой щедрости и уважения. А может, это следствие хорошо развитого инстинкта самосохранения, потому как оборотней лишний раз не рекомендуют нервировать. А если он в дополнение ко всему еще и с драконом… Вы бы рискнули потревожить такую пару? Я лично нет.

— Значит, слухи о вашем браке правда? — встрепенулся Артамин Извергулович.

— И каково это, спать с драконом? — загорелся стажер, теребя Мортифора за шелковый рукав.

— Извините мальчика, милорд, — побледнел их главарь, видя, как изменился в лице Мортифор. — Он еще зеленый и не знает, что оборотням не принято задавать такие вопросы.

— Достопочтенный Мортифор, как вы можете охарактеризовать свой скоропостижный брак? — поспешно сменил тему носатый, доставая свой неизменный блокнотик и карандаш.

Может, диктофон ему подарить? Сарки окружили нас, как хищники добычу.

— Стоп! — вскинул руки Вик. — Никаких интервью, пока не будет составлен и подписан контракт!

— И как тебя, такого вредного, еще в лесочке где-нибудь не прикопали? — проворчал пузатенький и извлек из воздуха кипу пергаментных листков приблизительно формата А4.— Держи, троглодит!

Вик принял бумажки и быстро пробежал глазами написанное.

— Не пойдет, — через некоторое время вынес он вердикт.

— Как не пойдет?! — возмутился пухлячок. — Это же стандартная версия договора!

— А потому и не прокатит, что мы не стандартные клиенты! — огрызнулся Вик. — Вы что думаете, я такой лох, позволю вам на нас бешеные бабки срубить, а нам самим получить только десять процентов от вашей прибыли?! Значит, так: восемьдесят нам, двадцать вам.

— Это грабеж! — подпрыгнул Астормах.

— Не нервничай, пузатик, с твоим весом это чревато инфарктом.

— Да ты сам ходячий инфаркт! Ворюга!

— Я — бизнесмен, — осклабился Вик. — Кому не нравится, пусть уходит!

— Ты не бизнесмен, ты мой кошмар! — отозвался пухленький. — Семьдесят нам, тридцать вам.

— Шестьдесят пять нам, тридцать пять вам, и я забываю адресок твоей дочки.

— Что за драконовские методы?!

— А я и есть дракон! — огрызнулся Витька.

— Значит, так, — встрял самый высокий. — Пятьдесят процентов нам, пятьдесят вам, и ты помнишь адресок его дочери.

— Заметано! — ухмыльнулся Вик.

— Убью заразу! — раненым зверем взвыл Астормах и кинулся с кулаками на Витьку.

Сарки его подхватили под ручки и оттерли назад.

— Как ты мог рассчитаться моей дочерью?! — прошипел пухленький главарю.

— А нечего было ему контракт на всеобщем давать, — огрызнулся тот. — Такие деньги из-за твоей глупости потеряли!

— Да я ему на нашем дал! — обиженно засопела потерпевшая сторона. — И, между прочим, на старинном редком труднопереводимом диалекте! Чтоб наверняка.

— Тогда как же он понял?!

— Вы что думали, я финансовых документов на чужом языке не пойму? — ухмыльнулся Вик. — Я — дракон, и, если дело касается денег, я вам и на китайском заговорю!

— Ну, ты и хапуга! — присвистнул носатый.

— От таких же и слышу! — парировал Вик.

Сарки тут же расцвели и скромно потупили глазки. И тут меня осенило.

— Вик… — Я осторожно тронула брата за рукав. — Вить, не злись, они тебе только что самый величайший комплимент сделали. Ты забыл, кому они поклоняются и кого считают своим папочкой? Для них же сравнить кого-то с Хапугой равносильно присуждению самой престижной и дорогой премии мира!

— Мне лучше комплименты делать в фунтах стерлингов и в швейцарском банке, — буркнул друг.

— Вот и я о том же! А самое смешное, что ты действительно Хапуга!

— Что? — опешил Вик, возмущенно глядя на меня.

— Не Задира, не Тихоня, не Квипрокво, не Либ-им-и-до, а именно он. Ни у кого из нас не выражены так сильно экономические способности!

Гнев и обида на лице брата тут же улеглись, уступив место скрытой гордости.

— Ну, хоть с кем-то определились, — хмыкнул польщенный Вик и обернулся к саркам. — Ладно, господа, вы подправили контракт?

— Вот, — улыбнулся пухлячок и протянул листки.

— Не понял, — злобно ухмыльнулся Вик после скорого просматривания. — А почему все те же десять процентов и язык другой?

Сарки застыли соляными столбами. Похоже, разозлить нас они все-таки боялись больше, чем потерять лишнюю прибыль.

— Упс, — сглотнул, опомнившись, Астормах. — Извините, поспешил, контракты перепутал! — И мгновенно извлек из воздуха нужный.

Теперь я уже и сама была на сто процентов уверена, что контракт именно тот, который нам нужен. А классный специалист мой братишка! Надо будет почаще с ним консультироваться.

Когда все формальности были улажены, сарки взбодрились и вновь обернулись к Мортифору.

— Итак, — взял на себя командование Артамин Извергулович. — Уважаемый Мортифор, как вы можете охарактеризовать свой скоропостижный брак?

— Ну почему же скоропостижный?! — возмутился Вик. — Это было долгожданное и бурное соединение двух безумно любящих друг друга сердец! Они тогда от счастья друг друга чуть не убили. Не правда ли, дорогой зять?

— Истинная, — оборотень как-то недобро улыбнулся. — Это действительно был тщательно обдуманный и продуманный союз. И мой бесценный новообретенный родственник абсолютно бескорыстно и самоотверженно мне в этом помог! Никогда не видел у шуринов такого радушия и открытости по отношению к зятьям, как у них ко мне!

— Значит, у вас хорошие взаимоотношения с братьями супруги? — уточнил Лихтеншант Хобса, недоверчиво щурясь.

— О, они меня обожают, — улыбнулся Мортифор и потрепал обоих парней по голове. — Не правда ли, ребятки?

— Да, — скрипнул зубами Вик. — Мы в тебе просто души не чаем!

— Так бы и задушили от нежности! — добавил Норри.

— А как же чувствует себя дорогая новобрачная? — обернулся ко мне носатый.

— Она просто в восторге, — ответил за меня Мортифор.

— Да, — хмыкнул Вик, косясь на мое фамильное обручальное кольцо, которое, почувствовав мое настроение, трансформировалось в данный момент в кастет. — Продемонстрируй, милая, степень своей радости!

— Ой! А это случайно не те самые кольца, которые в зависимости от настроения супругов превращаются в оружие? — встрепенулся стажер.

— Те самые, — подтвердил Мортифор, наблюдая, как фамильное кольцо Драко на его руке перетекает в небольшой щит для защиты от кастета. Ага, видно, кольца сами определяют, кто здесь главный, и решили мне подыграть. С другой стороны, им, похоже, очень симпатичен Мортифор. С чего бы?

Сарки нашу наглядную демонстрацию нежных чувств стоически проигнорировали. Или, по крайней мере, сделали такой вид.

— Ах вы, шалунья! — всплеснул руками Артамин Извергулович, улыбаясь чуть ли не во все зубы. — Это же надо было так правдоподобно разыгрывать шапочное знакомство! И как долго вы хранили в секрете вашу помолвку?

— Почти с самой первой встречи, — мстительно припечатала я.

— О да… — томно протянул Мортифор. — Это была любовь с первого взгляда! Как только я ее впервые увидел…

— Со взведенным арбалетом и болтом, нацеленным промеж глаз, — внесла я свою лепту в рассказ.

— …то понял, — невозмутимо продолжил Мортифор, — что никогда прежде по отношению к женщине не испытывал таких сильных и бурных чувств. Я смотрел на нее, так неожиданно и стремительно ворвавшуюся в мою жизнь…

— Ну, это очень мягко сказано!

— …и понимал, что готов пойти за ней хоть на край света…

— Полагаю, чтобы открутить мне башку.

— …Все, что было в моей жизни до нее, — мелочи и суета…

— Охотно верю, мы и не такое можем! Мы просто чемпионы пакостей!

— …В общем, в тот момент я понял, что крепко и безоговорочно влюбился, и немедленно сделал княжне предложение…

— Весьма оригинальным способом, — вмешался Вик, прекрасно помнивший, как ставился вопрос. Высокие чувства там и рядом не стояли!

— Княжна думала почти сутки, — охотно давал интервью Мортифор. — И вскоре согласилась также не менее оригинальным способом, пометив мои столбики.

— Значит, примета, что тот, к кому Драко влезет в окно, станет их половинкой, работает?

— Несомненно, — кивнул Мортифор.

— Ваш брак на равных правах. А чья это была идея?

— Моя, — признал авторство оборотень. — Вы только взгляните на нее! Ну, как можно обидеть такое хрупкое, нежное, ранимое существо?!

— И правда, — кивнул Астормах, — кто рискнет здоровьем?

— Исходя из равенства заключенного союза, каждый из вас вправе гульнуть налево. А посему всех очень интересует вопрос: как вы, княжна, относитесь к факту измены?

— Ну, этот вопрос относителен, — вступил в разговор Вик. — Если измена со стороны Мортифора, то в силу сложившихся обстоятельств мы простим. Света же заводить левые романы не намерена.

— Хм, интересная позиция! Значит, вы не собираетесь наставлять мужу рога?

— Я скорее удавлюсь. — Озвучила я печальную истину. Экспериментировать с ошейником не хотелось.

— Ух, ты! — подпрыгнули сарки. Видно, я только что сказала нечто сенсационное. — Мортифор, как вы можете объяснить такую удивительную позицию вашей жены?

— Думаю, всему причиной ее высокие моральные идеалы и трепетное отношение к священным узам брака, — хитро улыбнулся тот, ласковым жестом теребя цепочку у меня на шее. Он тоже понял мои мысли про ошейник.

— Кстати о браке, — встрепенулся высокий. — Ваша семейная ячейка крайне необычна. У правящего Драко одновременно есть и муж, и супруга. Что вы можете сказать по этому поводу?

— Ну, на протяжении веков мои предки были весьма колоритны и оригинальны. Надо же и мне как-то отличиться, — пожала плечами я.

— О! Об этом не беспокойтесь! — успокоили меня сарки. — Вы уже вошли в исторические хроники Геи! И, поверьте, вас еще долго не забудут!

— Благодарю. А можно сделать краткое заявление?

— О да, конечно! — закивали головами сарки.

— Я хочу передать привет трем мужьям моей драгоценной супруги и сообщить, что, если они через пять дней не заберут ее у меня, я их из-под земли достану!

— Я также присоединяюсь к просьбе моей ненаглядной супруги, — улыбнулся, обнажив внушительные клыки, Мортифор, — и хочу добавить, что, если все-таки они по истечении отведенного срока не явятся и тем самым испортят мне медовый месяц, я их в эту же самую землю на веки вечные закопаю!

— Вот на этой оптимистичной ноте мы и заканчиваем свой репортаж о торжестве любви и справедливости, — встрепенулись сарки, очевидно осознав, что также вторглись в сроки медового месяца оборотня и дракона. — С вами был Лихтеншант Хобса с самыми правдивыми и достоверными сведениями!

— Интересно, они сами хоть понимают, что наплели? — хмыкнул стажер, ступая в открытый портал.

— Зато они были очень убедительны! — фыркнул носатый, подталкивая студента.

Когда последний сарк скрылся в портале, Мортифор обернулся к нам и объявил:

— Предлагаю через двадцать минут собраться и еще раз обдумать, кто из нас кто. Через двадцать пять минут будут координаты, и мы выезжаем за город, чтобы местный магический фон не помешал нам строить портал.

— Хорошо, — кивнула я и направилась по лестнице вниз.

— Ты куда?! — возмутился Вик. — Сказали же, что скоро уходим!

Я транслировала брату характерную картинку птичьего домика с вырезанным сердечком на двери. Вик все понял и молча уступил дорогу. Жаль, что такие нужные строения обычно находятся на заднем дворе таверны. Постояльцы тоже люди, и добежать им, увы, не всегда хватает времени. Вот и сейчас один из купцов пристроился у стены.

Чего я не ожидала, так это того, что за скрипучей дверцей меня ждал портал…

6

Огромное преимущество экзаменатора состоит в том, что он сидит по лучшую сторону стола.

Эдуар Эррио

Выкинуло меня прямо на лестничном пролете перед дверью до боли родной аудитории. Блин! Здесь же время идет медленнее, чем на Гее! Я же в сроки уложиться не успею! Так, срочно в туалет, нырять обратно!

— Балаур! — раздался позади меня радостный мужской окрик. — Вот вы где! Ну, наконец-то! Заходите в кабинет.

Слава богу, одежда успела вовремя перестроиться в первоначальную. А то был бы прикол, заявись я на экзамен в походном костюме с ортами наперевес. Кстати, само оружие оказалось спрятанным под свитером, который получился из волшебной накидки, так что ничего не торчало и не привлекало внимания. Главное теперь вместо шпоры кинжал не вытащить. ОЙ! А где же шпоры?! Неужели я их на Гее вытрясла?!

— Константин Георгиевич, я еще неважно себя чувствую, — пролепетала я председателю комиссии. И плохо мне было по-настоящему, потому что в данный момент я вспомнила, что оставила шпоры вместе с настоящей одеждой в фамильном замке.

— Ничего, там вытянешь билет, отойдешь. — Дружески похлопав по плечу, он буквально втолкнул меня в аудиторию.

Угу! Обнадежил! За столами уже сидели все наши преподаватели. Судя по их взволнованным лицам, они переживали еще больше нас. Помнится, мой научный руководитель говорил: «Вы думаете, это вам экзамен? Нет! Это нам экзамен!»

Блин! Вот попала так попала! Как же смыться отсюда? Ведь если мы не явимся в срок, то умрем. Вот будет для преподавателей стресс, если я посреди экзамена окочурюсь.

— Сумочку на заднюю парту. В руках лист бумаги и карандаш. Садитесь вот сюда. — Мне указали на свободный стол.

Сзади огорченно выдохнули однокурсники. Все-таки, когда мы пишем работу и сидим, тесно прижавшись друг к другу, нам пишется успешнее и спокойнее. Да и спросить, если что, можно. Я с тоской оглянулась на Алесю и Андрея. Они хмуро помахали мне из дальнего конца аудитории. М-дя. Хотя, что я расстраиваюсь? Студенты физтеха вообще советуют приходить на экзамены со свежей головой, так как во многом придется разбираться впервые. А голова свежее, чем у меня, вряд ли найдется.

— Тяните билеты.

К столам рванулась настоящая лавина. Думаю, не одним поколением учащихся замечено, что если вытягиваешь билеты «стадом», то есть большой шанс вытянуть удачный. На самом деле эта примета основана на том, что некоторым в такой толкотне удается незаметно перетянуть билет.

Как же быстрее отсюда сбежать? Так, один час здесь — два часа на Гее. Вот только каких два часа? Временной петли или обычного времени? Кто бы мне ответил? Хотя если и два обычных часа, то время еще есть, я надеюсь. Ведь петля была построена так, чтобы я к экзамену успела. Или нет? Блин! Я во всем этом запуталась! Что ж я это у Артура не уточнила?! Сейчас бы меньше нервничала. Хотя, может, и больше.

— О чем задумались? — вежливо осведомился секретарь комиссии. — Тяните билет.

Я чисто машинально взяла ближайший листок. Душа кричала и рвалась обратно. Интуиция вопила: «Караул!» А я не могла понять причин: это у меня на экзамен такой стресс или все-таки на Гею нужно срочно вернуться?

— Номер тринадцать, — заглянула секретарь в мой билет. — Поздравляю!

Преподаватели энтузиазма секретаря не разделили и взглянули на меня сочувствующе. Как ни странно, этот номер вот уже несколько лет подряд гарантированно приносил несчастье выпускникам. Что ж там за темы такие?

Сев за стол, я взглянула на напечатанные строки и внутренне содрогнулась: последний вопрос был про жидкие кристаллы, и принимал его Котик. Вернее, Котов Владимир Павлович, в миру именуемый Котиком или просто Павловичем. И в том же миру «Павлович» давно трансформировалось в «Падлыч». (И вполне заслуженно, между прочим!)

Вот и настал мой апокалипсис! С этим молодым, но чрезвычайно требовательным и строгим преподавателем нас связывали прочные, неизменные узы холодной войны. Точнее, юный профессор, еще недавно сам сидевший за партой и вкушавший прелести студенческой жизни, воевал со всей нашей братией. В силу возраста ему еще не надоело играть в «злого дяденьку», и от Котика страдал не один поток студентов. Прочие преподаватели утверждали, что это пройдет. Но нам, увы, выпало счастливое бремя быть теми, на ком пока еще «отводят душу».

Особенно чем-то полюбилась Котику я. При первом же знакомстве он, просматривая ведомость, заявил:

— Я вижу тут много хороших оценок. И даже несколько высших баллов! И у кого? У женщин! Так вот, зарубите себе на носу: этот сложный предмет женщина на «превосходно» сдать не сможет, а женщина с фамилией Балагур тем более.

— Балаур, — поправила его я. — Это в румынской мифологии означает существо, похожее на дракона. А драконы очень умные и мудрые. Довольно распространенная в Молдавии фамилия.

— Значит, вашими предками были цыгане? — Он посмотрел на меня поверх очков.

— А может, драконы? — улыбнулась я.

— Ну-ну, надейтесь! — фыркнул он.

И с той поры понеслось. На всех письменных работах Владимир Павлович, надеясь поймать меня за списыванием, постоянно кружил у моей парты. Угу, наивный, чутье дракона его бесшумная походка не обманет. Каждый семинар начинался с моей экзекуции у доски. Я уже сама выходила к ней, едва за Котиком закрывалась дверь. Выработалось как рефлекс.

Одногруппники сначала подкалывали, а потом втихую стали делать ставки: отвечу — не отвечу на каверзные вопросы, касающиеся углубленного знания программы. Я сначала учила, читала рекомендованные книги и отвечала из принципа, а потом попросилась к букмекерам в долю — и мои старания стали оплачиваться. Хоть какая-то компенсация за то, что Котик мне снился в кошмарах. Впрочем, при виде меня юный преподаватель тоже вздрагивал, видно, и я его достала. Целый год я упрямо выучивала его предмет, после меня Владимир Павлович перестал задавать вопросы на высший балл, потому как я из вредности на них отвечала. Не всегда, конечно, но и этой малости хватало, чтобы молодой профессор тихо поскрипывал зубами. Экзамен я тогда тоже сдала хорошо.

И вот теперь настал час расплаты. Впереди меня ждет Котик, а в моей голове свежо как никогда. М-дя. Наспех набросав ответы на остальные вопросы, я пошла отвечать. Сейчас отстреляюсь и отпрошусь в туалет.

Так быстро я еще никогда не отвечала, по скорости слов в минуту я, наверное, переплюнула автомат. Лица принимающих экзамен преподавателей чередовались как картинки в калейдоскопе. И вот он, последний роковой вопрос: жидкие кристаллы. Котик расплылся в улыбке, как Чеширский кот.

Жидкие кристаллы — вещества, обладающие одновременно свойствами жидкостей (текучесть) и кристаллов (анизотропия). По структуре они представляют собой жидкости, похожие на желе, состоящие из молекул вытянутой формы, определенным образом упорядоченных во всем объеме вещества. Наиболее характерным их свойством является способность изменять ориентацию молекул под воздействием электрических полей, что открывает широкие возможности для применения последних в промышленности.

Открыл это чудо в 1888 г. австрийский ботаник Ф. Рейнитцер. Он случайно заметил, что у кристаллов холестерил-бензоата и холестерилацетата было две точки плавления и соответственно два разных жидких состояния — мутное и прозрачное. Однако другие ученые не обратили особого внимания на необычные свойства этих жидкостей. Долгое время физики и химики в принципе не признавали жидких кристаллов, потому что их существование разрушало теорию о трех состояниях вещества: твердом, жидком и газообразном. Ученые относили жидкие кристаллы то к коллоидным растворам, то к эмульсиям.

В результате мы их изучали и в коллоидной химии, и в физической химии, и в химии твердого вещества, и в химии высокомолекулярных соединений, и в курсе строения вещества. Однако всюду они шли отдельной, относительно неразвитой темой, так как каждый преподаватель ссылался на лекцию своего коллеги. В итоге студентам курса пришлось объединить свой разум и кое-как наскрести коллективными усилиями сносный текст по теме «Жидкие кристаллы». Но наше резюме по этой теме оказалось обобщенным, а вот спрашивал Котик глубоко. Значит, буду молиться, чтобы обошлось.

Преподаватель слушал с непроницаемым выражением лица, а потом вдруг резко перебил:

— Сейчас в повседневной практике среди мелких сувениров можно найти так называемые «кольца настроения». — Коварно улыбаясь, он протянул мне мельхиоровое колечко, лицевая сторона которого была покрыта темно-фиолетовой полоской. — Продавцы утверждают, что оно меняет цвет в зависимости от настроения. Как вы считаете, можно ли так утверждать?

Да, помню, мы с друзьями, найдя такое чудо на выставке, тоже задались подобным вопросом. Всей группой лапали кольца, и они действительно меняли цвет, но чаще всего останавливались на фиолетовом, который означал счастье. Может быть, эти кольца кто и калибровал, потому как, успешно ускользнув с лекций, мы на самом деле пребывали в приподнятом настроении. А может, это было простым совпадением. Никого грустного рядом не было, чтобы опровергнуть теорию.

Я взглянула, как Владимир Павлович вращает в руках ставшее фиолетовым кольцо. И что делает вас таким счастливым, господин Котик? Неужели общение со мной или предвкушение скорой расправы?

«Ни фига! — встрепенулось правое полушарие. — Что я, зря столько твой факультет терпела? Давай, левая, вперед! Пришел твой звездный час!»

— Я не совсем верю в озвученную теорию, — отозвалась я, вращая предложенное кольцо. В моих руках оно стало желто-зеленым, что говорило о крайней удрученности. — Скорее всего, здесь используется свойство жидких кристаллов изменять цвет под воздействием температуры. Я допускаю, что эмоции могут стимулировать различные биохимические процессы, в результате которых температура организма может измениться, но следует учитывать, что каждый человек индивидуален, и его температурная реакция может быть далека от среднестатистической. Например, нормальная температура моего тела — тридцать пять и пять. Возможно еще, что часто встречаемая фиолетовая расцветка соответствует нормальной температуре человеческого тела. А продавцы, чтобы привлечь больше покупателей, истолковали этот окрас как счастье. Правда, Джеймс Фергюсон использовал жидкие кристаллы для обнаружения не видимых простым глазом тепловых полей, которые возникают при протекании в теле человека какого-нибудь воспалительного процесса.

— Хорошо, — кивнул преподаватель. — А у вас и, правда, такая низкая температура?

— Да.

— Интересно! А не скажете ли мне, какой тип жидких кристаллов используется в ЖК-мониторах?

Блин! У меня там где-то княжество в опасности, мы на встречу с Ведущими магами мира опаздываем, братья меня, наверное, обыскались уже, а мне надо предположить, какие кристаллы используются в жидких мониторах. Так, что мы имеем? Смектики, нематики и холестерики. Последние чаще всего встречаются в человеческом организме и преимущественно представляют собой соединение холестерина и других стероидов. Значит, остаются смектики и нематики. Одни имеют слоистую структуру, другие нет. Что же?

Вдруг в дверь постучали, и в приоткрытую щелочку просунулась взъерошенная голова Мортифора.

— Здравствуйте, — вежливо улыбнулся он. Я почувствовала, как оборотень сбросил на комиссию какое-то заклинание, призванное смягчить и расположить к себе. И оно подействовало, иначе бы его выгнали взашей немедленно, а так все преподаватели и даже однокурсники благосклонно посмотрели на прервавшего экзамен нечеловека. — Извините, что вас всех прерываю, но у меня очень срочное и важное дело. Я уезжаю в командировку и через час должен быть в аэропорту, а ключи забыл дома. Могу я забрать запасные у жены?

Девушки со смесью интереса, зависти и недоумения переглядывались между собой. Каждой было интересно, чье же это такое импозантное чудо.

— Хорошо, — благосклонно кивнул председатель комиссии. — Кто ваша благоверная?

— Вот! — улыбнулся Морти, указывая на меня.

Женская половина зыркнула на меня с такой ненавистью, что я чуть со стула не упала. Друзья удивленно ахнули, но Мортифор злобно взглянул не на них, а на моих кавалеров, что пытались ухаживать за мной последние полгода. Как он их так безошибочно вычислил? Что, над ними таблички какие или прочие знаки причастности?

— Это точно ваша жена? — недоверчиво покосился на оборотня Котик.

Мортифор ухмыльнулся и поднял руку, демонстрируя кольцо, а затем полуобернулся и незаметно для комиссии показал моим поклонникам сжатый кулак. Не поняла! Это что за хулиганство?! Но, похоже, никто, кроме меня и чертыхающихся пострадавших, его манипуляции не заметил!

— Когда успела, госпожа? — хмыкнул Людвиг Вильгельминович, наш любимый защитник. — Еще на консультации была без кольца!

— А она шустрая, — улыбнулся Мортифор. — И не обижайте мою жену, она у меня в щекотливом положении.

Хм, и насколько щекотливое мое положение? Что такое успело стрястись, пока я тут отвечала?! На нас пошли войной? Ведущие маги послали вторую гарпию? Братья во что-то влипли? Блин! У меня на Гее критическая ситуация, а мне тут надо вспомнить, а точнее, угадать вид кристаллов в ЖК-мониторах!

Комиссия истолковала слова благоверного иначе, удивленно ахнула и осторожно покосилась на меня. Словно я стала бомбой замедленного действия. (С некоторых пор на факультете боялись принимать экзамены у девушек в интересном положении.) Я с разрешения преподавателей подошла к сумочке и достала ключи от дома.

— Все так плохо? — прошептала я.

— Ужасно! — припечатал Мортифор. — Ведущие маги мира выслали еще одну гарпию и вмешались во временную петлю. Теперь время поджимает, а без тебя мы не можем вернуться обратно. Быстрее!

Я вновь села перед экзаменатором. Чудесно! Просто великолепно! Что же мне делать?!

— Ну, так что? — напомнил Котик, и в глазах у него зажегся предвкушающий огонек.

— ЖК-монитор состоит из электроники, обрабатывающей входной видеосигнал, — начала я тянуть время. — ЖК-матрицы, модуля подсветки, блока питания и корпуса. Совокупность этих составляющих определяет свойства монитора в целом.

— Может, вы и чертеж представите? — ехидно уточнил Котик.

И представлю, и сконструирую тут на месте, и даже новый изобрету, только отпустите! У меня там княжество бесхозное и Ведущие маги мира буянят! Я вам даже историю создания мониторов расскажу! Итак, twisted Nematic film!

«Скрученная нематическая хрень», — перевела правая половина мозга.

«Дура! — рыкнуло левое полушарие. — „Film“ значит пленка, покрытие!»

Неважно! Все, что надо, я уже поняла! Вид кристаллов заложен в самом названии!

— Нематики, — озвучила я свое озарение. — В ЖК-мониторы входят нематики.

— Эй, парень! — одернул Котика Людвиг Вильгельминович. — Хватит уже мучить девочку! Отпусти, а? И мы ее отпустим, если она в таком положении.

Да! Да! Я в жутком положении! Мне срочно на Гею нужно! Свою жизнь отвоевывать!

— Последний вопрос! — покачал головой Котик и обернулся ко мне. — Назовите мне способы, как можно структурировать кристаллы.

Я с облегчением вздохнула и скоренько их перечислила.

— А еще? — вопросительно взглянул Котик.

Я задумалась и притянула за уши температуру, как еще один вариант.

— А еще?

А что еще? Большее здравый смысл и предположить не мог. Экзаменатор смотрел на меня с хищным предвкушением. А-а-а! Люди, караул, помогите! Хорошего балла лишают!

«И незачем так орать, — раздался в голове спокойный голос Мортифора. — Я и так все слышу!»

«Где Норри с Виком?»

«Твои конспекты листают».

Как они их достали, мне было неинтересно. Главное, чтобы это помогло.

«Ну, у тебя и почерк, сестричка! — выдохнул Норри. — Такое чувство, что ты хвостом писала!»

«Да, — согласился Вик. — В тебе, Светка, погиб великий врач!»

«Помогите лучше с вопросом! — огрызнулась я. — Способы структурирования кристаллов. Все, кроме тех, что я уже назвала».

«Пальцем, — ответил Мортифор. — Ты забыла про палец».

«Издеваешься?»

«Нет, я серьезно!»

— Что с вами, Светлана? У вас такое лицо, будто вы с кем-то спорите!

— Я думаю.

— Очень эмоционально!

— А я в лицах думаю! — огрызнулась я и посмотрела в глаза своей проблеме.

Мой раздражающий фактор поежился, но промолчал.

«Так кто-нибудь поможет мне с этим последним вопросом?»

«Пожми плечами, улыбнись ему и скажи, что структурировать кристаллы можно и пальцем».

«Думаешь, прокатит?»

«Абсолютно!»

«А ты уверен?»

«Тебя зовут княжна Драко?»

«Да».

«Уверена?»

«Паразит!»

«Не угадала, я — млекопитающее!»

«Хищное!»

«Ну не без этого».

— Знаете, у меня такое чувство, что вы с кем-то спорите.

— Так и есть, — нашлась я. — Мой здравый смысл воюет с научной интуицией.

— И кто побеждает? — участливо поинтересовался Котик.

— Пока ничья, — горестно вздохнула я. Не признаваться же, что моя «интуиция», он же моя большая портативная шпора стоит сейчас в коридоре и теребит за уши Норри. А, ладно! Была, не была! — Еще можно пальцем структурировать, поэтому если ткнуть в ЖК-монитор пальцем, то вокруг появляется радужное пятно.

— Правильно, — вдруг искренне улыбнулся Котик и черкнул что-то в своем листке. — А теперь скажите правду: вы когда-нибудь пользовались на моих письменных работах шпорами?

Так! С преподавателями нужно быть осторожным, так как все, сказанное тобой, может быть использовано и против тебя. Особенно пока в зачетке не стоит оценка.

— Я не умею списывать, — уклончиво произнесла я, так как из-за обострившейся драконьей сущности соврать не могла, а отрицательный ответ был бы не совсем правдой.

Котик вздохнул, еле заметно улыбнулся, кивнул каким-то своим мыслям и вдруг уважительно произнес:

— С вами приятно было иметь дело. Желаю вам дальнейших успехов.

— Спасибо, — опешила я.

Чего-чего, а похвалы от Котика не ожидала. Думала, я его раздражаю. А оказывается, он меня даже уважает!

Я облегченно вздохнула, встала, сказалась больной и вновь отпросилась в туалет. Алесю на всякий случай подрядила забрать мою зачетку. Что-то мне подсказывало, что, попроси я об этом Лешу или Андрея, Мортифор их сначала с лестницы спустит, а потом протянет руку и скажет: «Приятно познакомиться!»

В коридоре меня уже ждали изнервничавшиеся братья во главе с оборотнем. На лавочке под дверью тихо сидела Ладиина и теребила оборки длинного белого платья. Проходящие мимо студенты и студентки с интересом косились на такую странную композицию из трех импозантных мужчин и девушки-царевны. Что с ней сделали братья, неизвестно, но вела она себя очень-очень примерно.

— Чего ты так долго?! — набросился на меня Витька.

— Не все в жизни зависит от нас. Давайте быстрее портал строить!

— А он не работает, — спокойно произнес Мортифор. — Ведущие маги мира сначала закинули тебя сюда, а потом заблокировали, чтобы ты не могла вернуться. Мы проскользнули чудом. Придется пользоваться вашим стандартным телепортом, встроенным в медальон Драко. Где здесь поблизости открытый источник воды?

— Нет!!! Только не это! — простонал Норри, осознав, что снова придется иметь дело с унитазом.

Вика тоже перекосило. И только Морти пока пребывал в блаженном неведении. Что ж, его счастье.

Я и сама не в восторге, но, увы, ничего лучшего предложить все равно не могу. Все претензии предъявлять Ведущим магам мира. Одного понять не могу: неужели тот мужчина у стены активировал портал на Землю? Или был одним из них?! Ведь строить там ловушку без какого-либо активатора глупо. А вдруг кто посторонний попадет? Ладно, позже разберусь.

— Идемте! — Я повела отряд в дальний конец коридора.

Студенты с удивлением смотрели на бегущий по коридору отряд, состоящий из хрупкой девушки, трех широкоплечих мужчин и матроны в белом средневековом платье. Когда мы все на одном скаку заскочили в женский туалет, позади раздался дружный вздох. Видно, такого дурдома родной университет давно не видел.

Уборная, если не считать одной закрытой кабинки, оказалась пуста. Однако сюда в любой момент может кто-нибудь зайти, а активировать портал у всех на виду опасно. Все-таки официально магии на Земле не существует. Да и я, честно говоря, не хочу, чтобы однокурсники засекли меня в процессе ныряния в унитаз. Нет уж!

— Сюда! — Я запрыгнула в крайнюю кабинку.

Так как за мной шли Мортифор, Виктор, Норри и Лада, то пришлось продвинуться дальше. Только бы мы все влезли! Все-таки на такое количество народу она не рассчитана.

— Мы все сюда не поместимся! — попытался возразить Норри.

В этот момент скрипнула дверь соседней кабинки, и на нас уставилась изумленная студентка. Ну да! Не каждый день увидишь, как в узкую кабинку пытаются втиснуться две девушки и трое парней. Вот блин! Это точно войдет в легенды универа!

— Давай, студент! — рыкнула я на брата. — Залезай, если стипендия тебе дорога! Книгу я только одну спрятала. Нам и так на всех может не хватить!

Норри от удивления даже притормозил. «Что это за бред?!» — говорили его глаза. Зато Мортифор понял мою идею мгновенно и раздраженно фыркнул, подыгрывая:

— Да что ты с ним нянчишься? Ребята, закрывайте кабинку. Время поджимает, а мне еще тему искать! — И он буквально втащил к нам непривычно молчаливую Ладиину. — Где твои конспекты?

Витька молодец, тоже сообразил, что к чему, и отвернулся к стене, изображая чтение спрятанной на руке шпоры. Норри все еще ничего не понял, но сделал шаг в нашу сторону. Студентка успокоилась. Открывшаяся ей картина стала ясной и понятной: пятеро студентов спрятали в туалете учебник и теперь он им одновременно нужен. Вполне обычная ситуация. Девушка улыбнулась и, подняв вверх кулак, пожелала удачи:

— Ни пуха, ни пера!

— Спасибо, — растерянно отозвался Норри.

Мортифор тут же закрыл дверь и вытянул руку, требуя медальон:

— Так где, блин, книга?!

— Вот, — отозвался Витька, протягивая медальон.

— Хорошо, — кивнул оборотень и бросил артефакт в воду.

— Что это?! — истерично выдохнула молчавшая до этого Ладиина, указывая на загоревшийся фиолетовым светом унитаз.

— Не переживай, это не смертельно, — заверили ее братья и толкнули первой…

Последней моей мыслью было: «Только бы никто не вошел!»

7

Счастье — это когда у тебя есть большая, дружная, заботливая, любящая семья в другом городе.

Джордж Берне

Вынырнули мы в деревянном колодце. Прелестно! Просто чудесно! Здесь нас и похоронят. Вода ледяная, при всем желании продержимся в ней максимум полчаса. Стены скользкие, и тесно так, что не пошевелиться. В общем, тяжелый случай. Покричать, что ли?

Но, как ни странно, таких радикальных решений не понадобилось. Буквально через пару секунд сверху послышался встревоженный мужской голос:

— Милорд, это вы?

Мы задрали головы и увидели Норкара, перегнувшегося через край колодца.

— Спусти нам ведро с веревкой! — приказал Мортифор.

— Одну минуту! — отозвался тот и исчез.

В туже секунду раздался скрип быстро раскручивающегося ворота — и на нас полетело стальное ведро с веревкой.

— Ныряй! — скомандовал Норри, уклоняясь от сброшенного сверху «снаряда».

Мы все попытались уйти под воду, но теснота помешала, и я схлопотала жестянкой по плечу. Везет, блин!

— Свет, давай, — подтолкнул меня снизу Мортифор. — Становись ногой в ведро и хватайся за веревку. Будешь первой.

— А меня там твои подданные не прибьют? — насторожилась я, выполняя его инструкции.

— Ты же их королева, — фыркнул, отплевываясь, оборотень и крикнул: — Поднимай!

В проеме показались сразу две лохматые головы, а затем вновь раздался скрип ворота, веревка дернулась и стала медленно подниматься вверх. Держаться было очень неудобно, руки соскальзывали, намокшая одежда тянула вниз. Однако страх сорваться и сломать себе шею, падая, помогал держаться за спасительную соломинку.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем моя голова достигла края колодца. Ворот прокрутили еще немного, и меня подхватили чьи-то руки, не без усилия отрывая от веревки. Как хорошо снова оказаться на земле! Один из оборотней вручил мне огромное пушистое полотенце. Спасибо. После холодной воды тело колотило. Вытершись и закутавшись в плед, я наблюдала, как оборотни вытащили следом Ладиину, потом Норри, Виктора и, наконец, Мортифора.

Норкар воодушевленно хлопотал вокруг своего господина, то и дело норовя укутать его дополнительным пледом. Прочие оборотни смотрели на своего лорда с видимым облегчением. Похоже, они очень ценили Черного короля.

— Милорд, у вас осталось совсем мало времени! Пока вы отсутствовали, Ведущие маги мира вмешались во временную петлю, и теперь до истечения срока остались считанные часы!

— Сколько? — коротко уточнил Мортифор.

— Пять часов.

— Надо срочно выезжать за город и строить портал!

— Твои маги смогут это сделать? — спросил Норри у Мортифора.

— Запросто! — хмыкнул супруг. — Предлагаю срочно собраться и выезжать. А по дороге решим, кто из нас кто.

Норри наспех сотворил заклинание сушки одежды. Ладиина тихо стенала в сторонке. Бунтовать вслух она опасалась. Надо будет потом спросить у братьев, что они с ней сделали. Какая-то она нынче потерянная.

Оборотни принялись слаженно собираться. Они у Мортифора удивительно выдрессированы. Ни одного лишнего движения. Ни одной потерянной минуты. Все четко и по существу. А двигаются просто синхронно, как одно целое.

Я побежала в сторону таверны, Витька последовал за мной. Видно, после всех событий он побоялся отпускать меня одну. Надо признать, слуги Мортифора здорово позаботились о наших вещах, и все осталось в целости и сохранности.

Через пять минут мы спустились во двор. Рослый оборотень подвел ко мне под уздцы Злыдня. Чувствуя торжественность случая, метаморф превратился в высоченного черного жеребца с змеиными желтыми глазами и торчащими из пасти клыками. Чисто из вредности он то и дело норовил наступить услужливому оборотню на ногу, но парень демонстрировал чудеса проворства. При мне Злыдень слегка успокоился, и юный вервольф вежливо подсадил меня в седло, затем вскочил на своего скакуна и поехал чуть поодаль. Похоже, у лохматого негласный приказ меня защищать.

Витька устроился на Чернуле, Норри кликнул своего пегаса, а Ладушку посадил себе за спину один из оборотней. Я ожидала, что вот сейчас наша красавица воспользуется ситуацией. Но оборотни действовали на нее угнетающе, и она, робко обхватив мужчину за талию, тихо сжалась у него за спиной. Непонятный случай!

Хозяин таверны лично вышел на крыльцо и помахал ручкой вслед выезжающей кавалькаде. С чего нам такая честь? К братьям пристроилось по оборотню. Справа со мной поравнялся еще один воин с пышной гривой волос. Наверное, это Гуара. Гуара скользнул по мне взглядом и, заметив мой интерес к его персоне, коротко кивнул головой, обозначив поклон. Хм, мелочь, а приятно! Мортифор притормозил своего золотистого жеребца и поравнялся со мной.

— В сорока километрах отсюда в лесу есть небольшая полянка. Там мы построим групповой портал. А пока предлагаю нам всем пятерым настроиться на мыслесвязь. — Он протянул мне изящный хрустальный кулон. — Так нам будет проще обойти ловушки в замках магов. Одно дело, когда ломаешь голову над проблемой один, и совсем другое, когда тебе могут помочь еще четверо.

Я приняла артефакт и повесила на шею. Мортифор тем временем подъехал к Витьке с Норри. Лада приняла украшение молча и без возражений, что опять же странно. Остальное время мы учились пользоваться артефактами и настраивали связь.

«Свет! — повернулась ко мне Лада. — Вы что, всерьез решили сразиться с Ведущими магами мира?!»

Настроенная линия оказалась слишком громкой. Я поморщилась и пожала плечами:

«У нас нет иного выхода».

«Я не хочу в этом участвовать!»

«Тогда ты умрешь!»

«Что?!»

«Лада, только не надо делать вид, что ты не догадалась, что здесь происходит!»

«Я замуж хочу, а не драться!»

«Я тоже много чего хочу, но это ничего не меняет! Если ты откажешься драться, то умрешь».

«Но я не хотела такой судьбы!»

«Я, что ли, хотела?!»

«Я требую развода!»

«Учти, Свет, — встрял в наш разговор Виктор. — Жену, как и гранату, надо бросать подальше от себя!»

«Лада, я не дам тебе развод. Вот явимся к магам, победим их — и тогда делай что хочешь. Кстати, никто не запрещает тебе жениться, то есть выйти замуж за поверженного врага. А у него уж и земли, и богатство!»

«Но как я его заставлю?!»

«Ну, у тебя есть время что-нибудь придумать», — улыбнулся Вик.

Лада надулась и отвернулась. Да, сложная ее ждет задачка. Впрочем, и нам тоже нелегко придется.

Через час из-за деревьев показалась небольшая полянка. Часть отряда выехала вперед, спешилась и рассредоточилась по разным сторонам света. Обследовав поляну, они скрылись в лесу. Через пять минут разведчики вернулись, сообщив, что все чисто. И к делу приступили маги Мортифора. Невольно я залюбовалась их четкими и согласованными движениями. Словно в танце, они вырыли на поляне пятиконечную звезду, посыпали канавки какой-то пылью. Пятеро оборотней заняли по лучику и синхронно стали чертить в них идеально одинаковые символы. М-да, современные хореографы за такую труппу полжизни отдали бы!

Я так задумалась, что даже не заметила, как к Злыдню подошел Мортифор и протянул в мою сторону руки, помогая спуститься. Витька, Норри и Ладушка уже сидели в сторонке на пожитках. Братья жевали по огромному бутерброду. Госпожа Каракурт мрачно постукивала хлыстиком по ноге.

Что ж, самое время нам разобраться, кто из нас кто. Я села рядом с братьями и извлекла из рюкзака блокнотик. Решая задачки, полезно записывать данные. Итак, чертим таблицу с пятью колонками и пятью строками. По горизонтали в шапке располагаем наши имена, по вертикали — имена Ведущих магов мира. Мортифор с наслаждением вытянулся на траве по правую руку от меня и с интересом наблюдал за моими действиями.

— У кого какие предположения? — хмыкнул он, срывая травинку и надкусывая конец.

— Ну, с Виком мы, хвала Высшим силам, определились! — Я сделала пометку в блокнотике. — Он — Хапуга. Больше ни у кого из нас такой талант не выражен так ярко. Воин присутствует у большинства из нас, поэтому давайте отложим его напоследок. А вот Западло в большей степени распределен между мной и Ладой.

— Предлагаю присвоить эту номинацию ей, — улыбнулся Вик. — Столько раз, сколько она нас сдавала, не осилит никто! По ней орден Почетного предателя плачет!

— Но ведь Квипрокво отвечает не столько за предательство, сколько за недоразумения, — возразила я. — А вот такого количества казусов, сколько произошло со мной, не было ни у одного из нас.

— Да, — согласился кузен. — Влипаешь ты, сестренка, качественно. Как еще жива до сих пор?

— Так давайте ее и пошлем! — обрадовалась оживившаяся Ладиина.

— Посмотрим, — буркнул Норри, награждая красавицу мрачным взглядом.

Благодаря нашей родственной связи я чувствовала, что эльфенок побаивался Квипрокво, считая его самым опасным противником, и посылать меня к этому магу не хотел. Видя реакцию Норри, леди Каракурт снова сдулась и насупилась. Мортифор молча наблюдал за нами, философски грызя травинку.

— Если допустить, что Света — Недоразумение, — вдруг подал голос оборотень, — то Лада должна занять место Либ-им-и-до, потому что Воин, как выяснилось, у нее развит в меньшей степени. Тогда остаются Воин и Тихоня. Оба свойства, к сожалению, у нас с Норри развиты в одинаковой мере. И нам придется гадать на кофейной гуще.

— У нас кофе нет, — скорбно отозвалась моя супруга.

— Я образно выразился, — холодно улыбнулся Мортифор. — Суть остается в том, что вероятность ошибки пятьдесят процентов.

— Хорошо, Морти, но если к Квипрокво отправить Ладиину, то Очарованием у нас будет Норри, и мы с тобой опять же упираемся в одну стену! У нас с тобой Воин и Тихоня тоже развиты в равной степени!

— Муж и жена — одна сатана, — буркнул Вик.

— А что тебе мешает стать Воином, а мне Тихоней? — улыбнулся Черный король.

— Мортифор, ты, конечно, крыса лабораторная, — обернулся к нему Вик, — но если вспомнить, что у Тихони девиз «Семь раз отрави, один — припугни», то Света в данном деле более поднаторела.

— А ты вдобавок ко всему окончил величайшую школу воинов, — вставила я свои пять копеек. — Ты прирожденный воин. Кому как не тебе попытать счастья с Айрессеном Задиром?

— Ладно, — согласился пятый Дракон. — Допустим, вы правы, но тогда Очарование — Норри?

— Я бы отправила его к Тихоне, а Ладиину к Либ-им-и-до, — принялась настаивать я.

— А вам не кажется, что Ладиина и покровительница любви — понятия немного несовместимые? — тихо подал голос Норри.

— Ага, — поддержал его Вик. — Как селедка с молоком!

— Норри, то, что ты пользуешься успехом у женщин, еще не факт, что ты являешься Очарованием. Вик вон практически от тебя не отстает, но ведь он не Либ-им-и-до, а Хапуга. Давайте посмотрим на Тихоню немного с иной стороны. Он — маг с искусными, ловкими, умелыми руками. Кому могут пригодиться такие умения? Взломщику, вору, фокуснику, волшебнику. Большинство заклинаний сопровождается пассами рук. И у Норри такие заклятия получаются на высоте. Это его конек. Я считаю, что колдовство — самая сильная сторона Норри. Малыш, ты этого даже не замечаешь, но твое волшебство — как дыхание, свободное и непринужденное. Ты феноменально впитываешь и осваиваешь новые заклятия. И гарпия как раз яркий тому пример. А Квипрокво все-таки не предатель, а ходячие проблемы.

— По-моему, это второй синоним Ладушки, — не согласился эльфенок.

— Знаешь, Света, а в твоих рассуждениях что-то есть! — задумчиво произнес Мортифор, водя ладонью по траве.

— Твое мнение не считается, — встрепенулся Вик. — Ты субъективен по отношению к Свете.

— Но я заинтересован в том, чтобы она осталась жива, — возразил оборотень. — Я хочу выпутаться из переделки живым и с живой женой, а потому не буду принимать ее сторону только ради того, чтобы заслужить благосклонность. Я тут выслушал ваши аргументы, подумал и понял, что Недоразумение у Лады развито ограниченно, в то время как Света на казусах едет и ими же погоняет!

— Действительно, — вдруг согласился Норри. — Квипрокво поклоняются, когда хотят кому-то насолить. Ведущего мага мира просят просто навестить того человека, а не убить. И предатели стараются ему не молиться, потому что боятся, что их делишки могут выплыть наружу. Из-за Лады у нас было много неприятностей, но все они подстроены ею. Это не случайность. Так, может. Света права? И Лада не Недоразумение, а Либ-им-и-до?

— К тому же, — вмешалась я, — обратите внимание, что я, глава дома Драконов, ни одной проблемы не решила огнем и мечом. Я влипала в неприятности, но мне дико везло. А теперь вспомните поговорку: «Только гладко все пошло — появилось Квипрокво». Михей почти завоевал мир, как на его пути появилась я. И грандиозные планы провалились.

— Но он задел тебя за живое, — заметил Вик. — Он вступил на твои территории и покушался на твой трон. Тут в любом случае ты должна была ему помешать.

— Хорошо, — скрепя сердце согласилась я. — А Мортифор? Когда мы в первый раз встретились, он ничем мне не мешал и не угрожал. Отдыхал с прекрасной дамой, а мы ему испортили свидание. Потом Лерри. У эльфов уродилась чудесная конопля — и тут появились мы. У Каракурта мы отняли ожерелье Прозрения, Казиларг почти нас захватил — и мы его обломали. Кентавры могли меня убить, но я свела их с мавками. Умроки почти созрели и готовы были для большого жора, но я опять же столкнула их с естественными хищниками, лопари чудесно питались караванами, пока той же дорогой не погнало нас. Уркам почти удалось собрать урожай — и снова объявились мы. А картошка вообще вне конкуренции! Я хотела сделать добро, а получилось биологическое оружие. Очень часто я просто стояла в стороне, такое чувство, что вокруг меня появлялось магическое возмущение, которое сводило вместе взаимоисключения.

— Да, — задумчиво согласился Вик. — В этом есть доля истины.

— Вот именно, Вик! У меня были неприятности, но у моих врагов их было гораздо больше!

— Может, жребий потянем? — предложил Норри. Брата все еще грызли небольшие сомнения, и он решил их проверить таким простым и незамысловатым способом.

— А давайте! — согласилась я, подбирая две палочки. — Вот длинная и короткая палочки. Сейчас каждый из нас по очереди будет тянуть одну из них. Если в большинстве случаев вытянется короткая, победит моя версия, длинная — прав Мортифор. Приступим?

— Нет! — спохватилась команда. — ТОЛЬКО НЕ ИЗ ТВОИХ РУК!!!

— И, правда, малая, — ухмыльнулся Вик, забирая у меня палочки. — Хоть твоя «вина» еще и не доказана, пусть лучше это буду я.

— А где гарантия, что полученное гадание не будет недоразумением? — встрепенулся Мортифор. — Ведь его предложила Света.

— А что же тогда делать? — растерялась я.

Мортифор на минуту задумался, а потом произнес:

— Если в тебе преобладает талант Квипрокво, то ты запросто можешь провоцировать недоразумения. Давай проверим вас с Ладой несколько иначе. Вот две палочки: короткая и длинная. Вы с Ладой по очереди будете их тянуть. Если выпадет длинная палочка, то Вику надо будет поцеловать взасос Ладиину, а если короткая, то Норри.

— Что?! — взревели братья.

— Ну, Квипрокво в основном насылает неприятности или недоразумения на других, а не на себя, — невозмутимо пожал плечами Мортифор. — Я считаю, это лучше всего отобразит суть нашей маленькой проверки.

— Но почему Вик должен целовать меня?! — возмутился Норри.

— Вик — мужчина нормальной ориентации. Выбор короткой палочки в данном случае будет и недоразумением, и неприятностью.

— Выбор длинной меня тоже не обрадует! — сообщил кузен.

— Жалко подарить девушке поцелуй? — возмутился Мортифор.

— Этот поцелуй может вылиться в скоропостижную женитьбу! А это уже большие неприятности.

— Хорошо, — отрезал Мортифор, — тогда давайте в случае длинной я буду целовать Свету.

— А в случае короткой — Виктора! — прошипел Норри.

— Что?! — возмущенно подскочили Вик с Мортифором.

— А что? — невинно взмахнул ресницами эльфенок. — Вы друг друга терпеть не можете. Самое то для Квипрокво! А чтоб никаких искажений не было — дайте слово, что обязательно поцелуетесь. Тогда результаты гадания будут верными.

— Я на эту гомосятину не подпишусь! — прорычал лорд Венатор.

— Меня, думаешь, радует такая перспектива?! — буркнул Мортифор.

— А кто тебя знает? — огрызнулся Виктор. — Нормальному мужику такая порнография в голову бы не пришла!

— Но идея на удивление изящна! — встала я на защиту Мортифора. — Это действительно тест на Недоразумение в чистом виде!

— Так, может, сразу примем твою точку зрения и все? — жалобно взмолился Виктор.

— Нет, надо проверить! — возмутился Норри. — А вдруг мы все-таки ошибаемся?

— Тогда почему, блин, я? Вот ты тоже Мортифора не любишь!

— А ты его терпеть не можешь! — отозвался Норри. — Это будет лучше для гадания. А меня с детства учили выживать. И твердили, что ради спасения и гарпию поцеловать можно, не то, что мужчину.

— Вот и целуй его сам! — огрызнулся лорд Венатор.

— Мы еще тест не провели, а вы уже скандалите! — возмутилась я. — А вдруг пронесет?

— Из твоих уст, Света, это звучит устрашающе! — фыркнул Вик.

— Вить, пожалуйста, согласись ты на это глупое испытание.

— Свет, ты не знаешь, о чем просишь!

— Вик, от этого теста зависит наша жизнь! — прорычал Мортифор. — Поверь, я тоже не в восторге от перспективы тебя целовать. Но это как раз-таки не смертельно! Переживем.

— Давайте придумаем другой тест!

— Нет времени! — рыкнули мы хором.

Витька закрыл глаза и задумался. На лице его отразилась такая мука, что мне даже стало его жалко.

— Хорошо, — вдруг вздохнул он. — Даю слово, что поцелую этого пса. Тяните скорее ваши гребаные палочки, пока меня не стошнило!

Норри скоренько взял палочки и отвернулся. Через полминуты он повернулся к Ладиине и протянул ей два кулака с торчащими на одинаковую высоту палочками. Наступила гнетущая тишина. Наша красавица потянулась сначала к левому кулаку, потом отдернула руку и потянулась к правому, затем вновь передумала и вообще опустила руки, тупо глядя на палочки. Виктор молча кусал губы в сторонке. Поторапливать Ладушку он боялся. Мортифор спокойно грыз травинку. Или у него хорошее самообладание, или с ним что-то не то. Наконец Ладиина остановилась на первоначальном варианте — левом кулаке — и вытянула длинную палочку. Мы все вздохнули с облегчением.

— Ну что ж, Светина теория верна, — встрепенулся Виктор. — Поехали.

— Куда? — остановил его Норри. — А проверить? Вдруг Света не Квипрокво?

— Действительно, вдруг я тоже вытяну длинную палочку?

— У меня от ваших «вдруг» сердце екает! — огрызнулся Вик.

— Так хочется получить мой поцелуй? — поддел его Мортифор.

— Иди в задницу, извращенец!

— Я не по этим делам, милый. Но для тебя могу поискать среди слуг, — издевательски протянул оборотень. Похоже, Мортифору безумно нравилось доводить Вика.

Норри тем временем перемешал палочки и обернулся ко мне. Витька с Мортифором мгновенно прекратили перепалку и затаили дыхание. Я в отличие от Ладиины быстро приняла решение и уверенно вытянула короткую.

— НЕТ! — заорал Вик. — Света, я тебя убью!

— Иди ко мне, шалун! — расхохотался Мортифор, распахивая объятия. — Цыпа-цыпа-цыпа!

— Отвали от меня, извращенец! — отпрыгнул от оборотня Вик. — И не смотри на меня так! Меня сейчас вырвет!

— А теперь без шуток, — вдруг серьезно произнес король вервольфов. — Я дал слово, что поцелую лорда Венатора. Я предлагаю выкупить это желание.

— Так можно! — ошарашено произнес Норри. — Так вот почему вы были таким спокойным!

Мортифор ухмыльнулся и кивнул.

— Пятьдесят золотых, — назвал вервольф цену.

— Ты так низко меня ценишь?! — возмутился Вик, в котором тут же проснулась коммерческая жилка. — Пятьсот!

— Милый, мне дешевле тебя поцеловать! — Мортифор сделал шаг в сторону Витьки.

— Стоп! — выставил кузен перед собой руку. — Пятьдесят так пятьдесят! Договорились!

Я с изумлением смотрела, как Вик впервые в жизни проиграл торги. Но кузен пострадавшей стороной себя не чувствовал. Наоборот, он очень даже был рад, что так легко отделался. Мортифор также не грустил по поводу случившегося.

— Ну что ж, — обрадовано вскочила Ладиина, — поехали?

— Не терпится к Либ-им-и-до? — буркнул Вик.

— У меня же все мужья закопались, — пожала плечами Лада. — А Света устройством моей личной жизни не занимается. Вот и приходится все делать самой!

— Ох, и не повезло же магу, — тихо прошептал Норри. — Кто бы он ни был, я ему искренне соболезную!

В этот момент к нам подошел Норкар.

— Милорд, — опасливо косясь на нас, произнес он, — все готово. Изволите идти?

— Да, — кивнул Мортифор и повернулся к нам. — Сейчас каждый из нас встанет на соответствующий его магу луч пентаграммы и по моей команде на счет «три» мы все дружно подпрыгнем, активировав портал. Исходя из координат, мы должны будем попасть в коридор замка, ведущий в тронный зал. Увы, там повсюду полно ловушек, поэтому смотрите в оба. Радует лишь то, что, пойди мы от ворот замка, разнообразных капканов было бы гораздо больше.

— Было бы еще лучше, если бы мы сразу в зал переместились! — заметил Вик.

— К сожалению, это максимально близкая, доступная для портала точка, — развел руками оборотень. — Лада, я был в замке Либ-им-и-до, в коридоре тебе надо ступать только на черные плиты. Хотя, возможно, все уже изменилось, поэтому проверь вначале камушками. Норри, а тебе вообще лучше левитировать по коридору. Правда, Тихоня любит держать гарпий. Так что будь начеку. У Хапуги, я слышал, охранная система похожа на земную, где по всему коридору натянуты лазерные лучи.

— Прелестно! — выдохнул Вик, забыв о вражде. — Что-нибудь еще?

— Не знаю, — пожал плечами Мортифор. — Я к нему не совался. У Квипрокво я тоже не был. С ним мы друг другу на расстоянии вредили.

— Ну что, пойдем? — вздохнул Норри, подбирая с земли свои вещи и расчехляя боевую трость.

— Одну минутку! — произнес Мортифор и обернулся ко мне. — Я давал слово, что поцелую Свету.

С этими словами он сгреб меня в охапку, поставил на ствол поваленного дерева и жадно прильнул к губам. Уходить сразу расхотелось. В этом поцелуе было все: и нежность, и вызов судьбе, и прощание, и надежда. Но только я стала отвечать, как оборотень мягко отстранился и, опустив меня на землю, прошептал:

— Пусть между нами хоть что-то останется неоконченным, недосказанным, чтобы был повод вернуться. Ты только вернись, княжна! Просто постарайся выжить. — И, резко отстранившись, отошел к пентаграмме.

Мы хмуро последовали за ним. Проникать в чужой замок и сражаться с магами очень не хотелось. Нам с Витькой никогда не нравилась война, мир да покой предпочтительнее. Ну почему все, кому не лень, стремятся обидеть или спровоцировать честных, маленьких, безобидных дракончиков?

Трудившиеся над пентаграммой оборотни помогли нам занять нужные места. Нас осыпали какой-то пылью. Кто-то из оборотней осенил нас священным знаком и пожелал удачи.

— Все готовы? — спросил Мортифор.

Мы еще раз проверили, все ли взяли, собрались с мыслями, приготовились если не к бою, то к длительным физическим упражнениям и сообщили об этом Мортифору.

— В таком случае… — хмыкнул он. — Раз, два, три!

И мы дружно подпрыгнули…

8

Если атака проходит действительно хорошо, то это значит, что вас ждет засада.

Старая военная мудрость

Портал с хлопком замкнулся за моей спиной, и я с ужасом осознала, что стою нос к носу с удивленной гарпией. Блин! Вот везет так везет! Гарпия задрала верхнюю губу и угрожающе зарычала. Ни дать, ни взять сторожевая псина, застукавшая вора с поличным.

«Свет, что у тебя там происходит? — раздался в голове встревоженный голос Норри. — Почему я чувствую твои страх и тревогу?»

«Тут гарпия прямо на пути. Точнее, это я у нее на пути».

«Мальчик или девочка?»

«Знаешь, абсолютно нет разницы, кто оторвет мне голову! Мальчик это будет или девочка!»

«Я бы передал тебе заклинание, да, боюсь, ты его не освоишь! Попробуй с ней договориться».

Гарпия тем временем зарычала еще громче и сделала шаг ко мне. Ой, блин! Договориться, значит? Да нет проблем! Вот сейчас она, то есть он, мною закусит, а потом мой призрак будет договариваться уже с кем угодно!

Я огляделась. Увы, впереди был серый и длинный коридор без всяких развилок. Голые каменные стены сужались у потолка, где горели магические факелы. К сожалению, никаких ниш, никаких ям. Некуда бежать. А назад отступать тоже нет смысла. Во-первых, только больше заблужусь, во-вторых, гарпия гораздо шустрее и проворнее меня в человеческом обличье. А если я сейчас превращусь в дракона, то разнесу весь замок и не успею сесть на трон. Орты в борьбе с чудовищем тоже не принесут пользы. В памяти еще свежи воспоминания, когда отряд оборотней в поте лица рубил одну несчастную гарпию мечами, а та еще длительное время оставалась жива. Попробовать повторить их подвиг с ортами то же самое, что убить и разрезать бритвой слона.

Гарпия (или правильнее гарпий?) нападать тем временем не торопилась. А что, если воспользоваться старым проверенным методом? Стараясь, чтобы мой голос звучал как можно увереннее, я ударила себя кулаком в грудь и произнесла:

— Свои!

Чудовище склонило голову набок и моргнуло, внимательно изучая меня, затем подалось вперед, принюхиваясь. Я отпрянула. Гарпий недовольно заворчал.

— Нечего меня нюхать! Я своя! Просто заблудилась!

Визави снова наклонил голову, но уже в другую сторону, будто раздумывая, каким боком я могу быть «своей» и стоит ли вообще со мной связываться. Однако его неуверенность придала мне сил. Значит, я действительно каким-то макаром могу сойти за свою. Что ж, поднажмем.

— Ты что, не узнал меня, жмурик?! Немедленно проводи меня в тронный зал!

Под моим напором гарпий слегка попятился и втянул голову в плечи. Теперь он не выглядел так грозно, как вначале, а смахивал на пристыженного пса, который не признал свою хозяйку. Он принюхался, но я, уже окончательно обнаглев, отвела рукой его обтянутый кожей череп и дала легкий подзатыльник.

— И нечего меня обнюхивать! Я мылась! А если у кого-то насморк или кто-то не смог запомнить мой запах, то это его проблемы! Веди меня, жмурик! Немедленно!

Чудовище жалобно хмыкнуло и, опустив крылья, поплелось по коридору. Я последовала за ним.

«Эй, Свет? Ты там еще жива? — раздался в голове встревоженный голос Норри. — Как дела?»

«Порядок. Мы с ним договорились. А ты как?»

«Пока живу, надеюсь».

«Продолжай в том же духе, на ужин мама шкварки обещала. Да с картошечкой!»

«Тогда я обязательно вернусь!» — оживился Норри. Несмотря на эльфийское происхождение, вкусы у него самые, что ни есть славянские.

«Вик, как ты там?»

«Нормально, — раздался в голове голос Витьки. — Я их знаменитую лазерную систему отключил и сейчас топаю в сторону тронного зала. Прикинь, там такая простая система была! У входа в коридор у всех на виду набор различных кнопочек с надписью на русском: „Кнопки для лохов. Рычаг отключения системы находится у основания пола“. В общем, я сделал, как велели — и все получилось!»

«Рада за тебя, но помни — бесплатный сыр только в мышеловке».

«Да ладно, малая. Я осторожен».

«Удачи».

«И тебе того же!»

«Морти, а ты как?»

«Лучше не бывает! — отозвался супруг. — Сейчас выколю глазик одному агрессивному циклопу, и станет еще лучше. Вы там главное не торопитесь. У меня тут еще десять каких-то мух-переростков. И плотоядный цикламен листики тянет».

«Ну, ты там тогда того, держись! — опешила я. Меня пока встречали не так бурно. — Постарайся, чтобы тебя не съели».

«Не боись, — хмыкнул Мортифор. — Подавятся!»

Интересно, а как там Лада? Что ей встретилось на пути? Бешеные суккубы?

«Ничего! — огорченно отозвалась она, услышав мои мысли — Всюду пусто! Куда этот маг запропастился? Хожу только юбкой полы подметаю!»

«Может, пока стратегию обдумай?»

«И без тебя знаю, что делать!» — огрызнулась леди Каракурт.

Я хотела, было, ей ответить, но слова застряли в горле. Прямо передо мной оказался величественный тронный зал из чистого хрусталя. Огромные прозрачные, переливающиеся на солнце колонны устремлялись ввысь. Прямо по центру под красным балдахином находилось пышное красное кресло, вероятно выполняющее функции трона. Слева от него у стены журчал фонтан из белого мрамора, украшенный золотыми скульптурами. По всему периметру красовались вазоны с экзотическими цветами и пальмами. Открывшаяся картина потрясала и завораживала. Вот уж не думала, что такая архитектура и обстановка может быть в замке у Квипрокво. Эстет он, однако! Мне нравится!

Я расчехлила орты и последовала за гарпием. Жаль, что мы пришли сюда с войной. Вот классно было бы посидеть с магом в мирное время у фонтана, поболтать о жизни. Ступая как можно тише, я перешагнула порог. В зале никого не было. Сердце стучало и рвалось из груди. Стараясь совладать со страхом, я стала искать в окружающей обстановке знакомые черты. Если встречаешь что-то родное, то положительные чувства вытесняют негативные и это помогает собраться. Мне, по крайней мере. О! Вон, ближайшее растение напоминало нашу комнатную драцену, которую мама полгода назад отвезла на работу. Хм, даже горшочек похож.

Я спряталась за какой-то разлапистый куст в большой глиняной бадье. Здесь можно подождать, когда остальные члены команды доберутся до тронного зала, и на глаза магу не попасться. Гарпий удивленно затормозил рядом мной, растерянно моргая.

— Так-так-так! — внезапно раздалось за моей спиной. — Кого ты мне привел, Жмурик?

— Жмурик? — машинально переспросила я, не сразу сообразив, что этот деловой женский голос до боли знаком.

— Да, это его имя, — ответили мне, и тут до кого-то что-то, кажется, дошло!

— Доча? — ошарашено выдохнула собеседница. — Что ты здесь делаешь?

— Мам, это твой замок? — не менее удивленно отозвалась я и опешила.

Вот это да! Моя мама — КВИПРОКВО! Офигеть! Так вот от кого у меня такие способности! Бедный папа, два мага, специализирующихся на неприятностях, слишком много даже для такой большой и дружной семьи, как наша.

Мама с минуту напряженно смотрела на меня, а потом быстро залепетала:

— О том, как ты случайно нашла портал ко мне в замок, поговорим позже. А сейчас уходи отсюда немедленно. Жмурик проводит тебя обратно. Жмурик!

Гарпий услужливо рявкнул и шагнул вперед.

— Проводи мою дочь ко мне домой в мир Земли.

— Мама! Стой!

— Нет времени! — отрезала родительница и затараторила: — Сейчас сюда с минуты на минуту явится для битвы один из рода Драко. Эта поганая семейка — самые настоящие драконы! Крайне мерзкие и назойливые создания, должна сказать! Особенно этот их последний наследник, точнее наследница. Слухи все-таки подтвердились. Я сама ее не видела, но если все, что о ней говорят, правда, то она, то еще отродье! Вот ведь поганые гены! Наверное, ее мамаша та еще мегера!

«Ей виднее», — ехидно заметило левое полушарие.

Мама взглянула на часы и растерянно пробормотала:

— Не понимаю, почему Драко задерживается? Уж как эти драконы мне за последние пятнадцать дней надоели! Особенно их самый главный дракон. Так бы и задушила собственными руками! Это ж надо! Весь мир с ног на голову перевернули, паразиты чешуйчатые! Нас валерьянку пить заставили. Сколько крови попортили, сволочи! Ненавижу драконов!

— Что, совсем-совсем? — растерялась я. Надо прощупать почву.

— Совсем-совсем! — подтвердила мама. — Я их с детства ненавижу, просто на дух не переношу! Как подумаю о Драко, меня просто трясти начинает! Наглые, ехидные, любвеобильные, самовлюбленные твари! В какой мир ни пошли — всех баб перепортят! А сколько они нашему роду неприятностей доставили! Слава Эквилибриуму, я предыдущего главного дракона, этого Александра, никогда не встречала! Но он и издалека мне доставляет много хлопот. Хотя чего это я тебе жалуюсь? Ты же все равно не в курсе дел! Тебе, доченька, пора убираться с линии огня.

— Я не могу, мам.

— Это еще почему? — изумилась она.

Блин! Как же ей сказать? А, ладно! Была, не была!

— Потому, что дракон, которого ты ждешь, это я.

Мама икнула и посмотрела на меня внимательнее.

— И давно ты знакома с этим миром?

— Год, — призналась я.

— Только не говори, что вышла замуж за Драко и теперь, как член семейства, находишься здесь! — в ужасе прошептала мама.

— Нет, мам, — покачала головой я. Мама облегченно вздохнула. А напрасно, милая! — Я урожденная Драко. Причем правящая глава дома Драконов. Та самая наделавшая шума наследница.

Родительница побледнела, шумно втянула ноздрями воздух и расхохоталась.

— Хорошая шутка, зайчонок. Это ж надо иметь смелость выдать себя за дракона! Только больше так не шути. Драко юмора не понимают, еще заинтересуются тобой. А им на глаза лучше не попадаться!

— Мам, я серьезно!

— Дочь, — снисходительно улыбнулась мама, — тут ты заигралась. Ну, подумай, как у меня, не дракона, может быть дочь-дракон?

И тут до нее дошло, КАК такое возможно.

— Балаур! — взревела обманутая маман. — Только не говори, что мой дорогой любимый муж является чешуйчатым любвеобильным гадом!

— В таком случае молчу, мам.

— Ну, Александр Леонидович Балаур! Ну, погоди! Ты у меня еще попляшешь! — В глазах у мамы загорелись недобрые огоньки.

Упс! Кажется, у батюшки намечаются нехилые проблемы! Надо маму как-то отвлечь от него, пока не поздно. Все-таки родителей я предпочитаю иметь в полном комплекте и в добром здравии желательно.

— Мама, а на месте Хапуги тогда кто?

Заданный вопрос выбил госпожу Балаур из колеи праведного гнева. Она вздохнула и спокойно произнесла:

— Там правит твоя тетя Ира. А что такое?

— К ней Вик пошел.

— Ну, тогда за него можешь не волноваться, — растерянно отозвалась мама и снова закипела: — Нет! Ну, какие подлецы! Еще и Иркин хахаль дракон! А мы, дуры, радовались, что заарканили лучших друзей! Мы все это время спали с драконами и не знали! А они, наверное, долго смеялись, что так ловко облапошили двух могущественных дур! Но это им так легко с рук не сойдет.

«А вот теперь папины проблемы из нехилых стали огромными!» — резюмировало левое полушарие мозга.

— И хорошо, конечно, что Вику ничто не грозит. Но как там Норри? Интересно, если два Ведущих мага мира нам знакомы, то остальных мы тоже знаем? Или это просто случайность? Кто восседает на месте Тихони? Дядя Боря?

— Нет, — ответила мама. Видно, я размышляла вслух. — На месте Тихони — моя сестра. Твоя тетя Марина. Помнишь?

О да! Тетю Марину не забудешь! С виду тихая, спокойная, но в душе ураган. А с ее дочкой Владленой мы лучшие подруги. Сколько шалостей сделали! Эх, давно в Минске не была, надо будет навестить сестричку.

— Ой! — осенило меня. — Мама! Норри и тетя Марина незнакомы!

Ай-ай-ай! Что сейчас будет! Тетя Марина хоть и очень добрая, но строгая леди. Врагам она спуску не дает. Это я давно уже уяснила. А рука у нее тяжелая. Бедный, бедный Норри!

— А кто такой Норри? Племянник и наследник эльфийского правителя? Что тебя с ним связывает?

— Это Коленька, мам.

— Что?!

— Он мой сводный брат. Но ты только не злись! Лерри говорил, что это до свадьбы произошло. А временные потоки…

— Да знаю я про временные потоки! — перебила меня мама. — Почему он мне сразу все не сказал?!

— Мам! Там Норри один на один с тетей Мариной!

— Один момент, — успокаивающе подняла руку мама. — Сейчас разберемся. — Она извлекла из мантии сотовый телефон и быстро набрала номер. — Алло? Риш, привет, это я. Сейчас к тебе в тронный зал наведается такое ушастое, вечно голодное недоразумение. Да-да, большие голубые глаза, золотистые волосы, очаровательная мордашка и коварная улыбка. Так он уже у тебя? Что ты с ним делаешь? Связываешь? Ой! Не трогай ребенка, пожалуйста. Это, оказывается, мое чудо. Приемный сынок. Что, не брать такого лукавого юношу? Хлебну еще с ним? Ну, Риш, ты же знаешь, как я всю жизнь хотела мальчика. Да и Светке сводный брат нужен. Пожалей, а? Преемником твоим станет. Твоему тигру морду начистил? Хвост подпалил? Милая, ты меня извини, но твоему зверю давно пора показать, где раки зимуют. Эта твоя скотина вконец оборзела. Даже мне в тапочки нагадил. Хорошо, дай парню трубочку. Алло, Коленька? — вдруг нежно защебетала мама. — Коленька, сынок, извинись перед твоей тетей Мариной за то, что обидел ее котика, сделай все, что она скажет, и дуй домой. Я пирожки с вишней испеку. Да-да, про сало помню, пожарю. И картошечки отварю. Послушаешь меня? Вот чудесный мальчик! Целую! — Мама отключила трубку и обернулась ко мне с видом победительницы. — Ну вот и все!

— Нет, — испуганно помотала я головой. А как же там Морти? — А кто заседает вместо Задиры? Дядя Боря?

— Да не беспокойся ты за дядю Борю, — отмахнулась мама. — Задира на самом деле наш сосед снизу, милый тихий пьяница дядя Вася.

— Что? — опешила я.

Вот никогда бы не заподозрила, что тихий пьяница с нижнего этажа является Ведущим магом мира и, более того, специализируется на войне! Всю жизнь дядя Вася являлся примером скромного, кроткого мужчины, который тихонько пьет в уголке и там же отсыпается. Пару раз, конечно, он напивался до стадии боевой готовности и грозился прижучить весь этот мир. Но такие случаи скорее исключение, чем правило. Я представила великую встречу Мортифора и дяди Васи, и мне немного стало не по себе. Это кто ж кого ровным слоем раскатает? С одной стороны, я болела за оборотня, с другой — мне почему-то было очень жаль дядю Васю.

— Не боись, — словно прочитала мои мысли мама. — Дядя Вася — мужик умный. На рожон никогда не полезет. Скорее всего, они сейчас тихо-спокойно обо всем договорятся, и сосед наш останется жив. Кстати, а кто к нему пошел?

— Мортифор Лупус Карнификус.

— ЧТО?! — взревела мамаша. — Какое отношение имеет к тебе эта лохматая скотина, второй после Драко в рейтинге моих врагов? Только не говори, что это еще один твой брат!

— Нет, мам.

— Слава Эквилибриуму! Раз Драко нынче для меня неприкосновенны, война с Мортифором Лупусом Карнификусом — единственное, что осталось.

— Мам, он мой муж.

— ЧЕГО?! Этот несносный оборотень покусился на мою дочурку?!

«Так, а теперь и у Мортифора назрели крупные проблемы», — философски заметило левое полушарие.

Мама тем временем окончательно «села на коня». Предыдущие новости вкупе с нынешними сработали не хуже детонатора для бомбы. Бедный Мортифор! Теперь драка с Айрессеном Задиром покажется ему детским лепетом по сравнению со встречей с моими родителями. Это ж надо! Тесть — дракон, а теща — Квипрокво. Вляпался конкретно лохматый.

— Мам, ты его только не трогай!

— Это еще почему?!

— Он мне живым нужен!

— Зачем?

— Потом объясню! — Я не придумала ничего лучше, как тупо отсрочить разбирательство. — Скажи лучше, как ситуацию разрешать будем.

— Это как раз таки легко, — раздраженно отмахнулась мама. — Мы же здесь все свои. Зачем нам вас убивать? Назначим наследниками и отпустим по домам. Не возражаешь?

— Нет, конечно! А можно?

— Конечно! Мы же свои люди — сочтемся.

Как прекрасно, когда везде свои! Стоп! А если все свои, то к кому мы отправили Ладушку, нашу бомбу с часовым механизмом?! К дяде Боре?!

— Да нет же! — фыркнула родительница, видя мой искренний испуг. — Дядя Боря наш любимый друг семьи. А Либ-им-и-до крайне мрачный и несговорчивый тип. Столько крови выпивает в процессе общения. И истерики его вечные, придирки. Совсем невозможно вести с ним дела. Вот бы прибил его кто. Слушай, а кого вы к нему послали?

— Ладиину.

— Ее не знаю, — озадаченно пробормотала мама. — Это твоя или Витькина сестра?

— Нет. Это моя супруга.

— ЧТО?!

— Мам, ну ты же помнишь тот скандал про мой пол? Так вот, я до сих пор с ней раскрутиться не могу. Отсылаю ее, а она все равно возвращается как бумеранг.

— Теперь понятно, почему ее имя кажется подозрительно знакомым. Стоп! Слушай, а не его ли повторяет Коленька, когда ему жуткие кошмары снятся?

— Его, — подтвердила я.

— О! — радостно потерла руки мамаша. — Значит, магу не повезет?

— Ну, если он могущественный маг…

— Да какое! — фыркнула мама. — Тщедушное тельце, трусоват, и скудные магические способности. Только и может, что строчить привороты да строить гадости.

— Боюсь, Ладиина все равно ему не конкурент! — встревожилась я.

— Что? — фыркнула мама. — Сейчас исправим. Жмурик, лети к замку Либ-им-и-до и свяжи Ведущего мага мира. Что-нибудь добавишь?

— Одну минуту.

Прежде чем командовать, надо переговорить с Ладииной.

«Лада, как там у тебя дела?»

«Нет тут никого!»

«А тронный зал нашла?»

«Да, пустое кресло и никого».

Я сообщила это маме.

— Все ясно, — поморщилась та. — Этот лох прячется где-нибудь в уголке, надеясь, что мы убьем одного из вас. Пусть идет к трону. Я все равно подстрахую ее гарпией.

«Лада, сейчас к тебе прилетит гарпия по имени Жмурик. Ты ее не бойся. Она поможет тебе сражаться с Либ-им-и-до, если что. Когда гарпия прилетит, вели ей сесть на трон — вдруг маг устроил с ним какую-нибудь ловушку. Если все будет хорошо, иди к трону и жди нашего сигнала. По счету „три“ мы все одновременно сядем на престол. Хорошо?»

«Присылай давай», — буркнула госпожа Каракурт.

Мы передали Жмурику инструкции, и мама открыла для него портал прямо в тронный зал. Надеюсь, у Ладиины все будет хорошо. Теперь нам надо всем одновременно сесть на трон. М-да, задача!

— Мам, а синхронность обязательна?

— Плюс-минус пять минут, — отозвалась она. — Мы подправляли все вместе и исправлять должны так же. А Либ-им-и-до я не хочу ввязывать. Пусть лишится своего места.

— Ты не знаешь, о чем говоришь! Ладиина в роли Ведущего мага мира — настоящая катастрофа! А если не она, то кто будет править?

— М-да, это серьезный вопрос, — озадачилась мама. — С другой стороны, пусть она сначала на трон сядет, а уж потом мы все решим. Дело в том, что если мы все признаем вас своими преемниками, то Либ-им-и-до тоже придется признать Ладу преемницей или жениться на ней.

— Это еще почему?

— Не задавай пока левых вопросов, — перебила меня мама. — Мне сейчас с остальными переговорить надо.

И мама ушла в астрал. Я взглянула на ее сосредоточенное лицо, по которому пробегали эмоции. Видно, она мысленно общается с остальными магами так же, как мы с помощью кулонов общаемся друг с другом. Не понимаю только, почему тете Марине мама звонила, а не связалась мысленно. Вот уж воистину, женская душа — загадка!

Наконец мама открыла глаза и облегченно улыбнулась.

— Все хорошо! Я договорилась с остальными магами мира, и мы решили сделать вас своими преемниками. Иди к трону. По счету «три» сядешь на него.

— А Ладиина?

— Либ-им-и-до так хочет жить, что согласен на ней жениться. Контракт они с Нох-рам-Лукушем обсудят позже.

— А мы не сделаем этот мир хуже? — испугалась я. — Ведь ты говоришь, характер у этого мага отвратительный, где гарантия, что после женитьбы на Ладушке его нрав окончательно не испортится?

— Посмотрим, — философски пожала плечами мама. — Будет хуже, мы что-нибудь придумаем. А теперь иди к трону.

Я послушно пошла в сторону красного кресла и поднялась по мраморным ступенькам. Вот и сбылась моя мечта. Я в этом замке не враг, а желанная гостья. Буду еще сидеть у фонтана и разговаривать с мамой. А может, золотых рыбок еще разведу.

— Готова? — спросила мама. Я кивнула. — Раз, два, три!

И вот эпохальный момент настал. Я села на трон, и ничего не произошло. Ни гром не грянул, ни молния не блеснула. Ничего.

— Все? — настороженно спросила я маму.

— А что ты хотела? — насмешливо уточнила она. — Отныне вы наши преемники. А теперь дуй домой, поспи, отдохни от пережитого. С твоим оборотнем я позже разберусь. Сначала твоему папаше голову откручу!

— Но, мама!

— Все, Свет, спать! — отрезала родительница. — Я не позволю тебе помешать нашей с твоим отцом разборке!

И она подула мне в лицо какой-то пыльцой…

9

Нет в жизни звука более захватывающего, чем стук в дверь.

Чарлз Лэм

В темном зале опять собрались почти все достойные представители великой расы эргов. С такими темпами я скоро их всех в лицо, точнее в капюшон, знать буду!

— Я слушаю, — произнес старший из них.

— Великий магистр… — испуганно пролепетал уже другой нижайший слуга.

Несчастный очень переживал. Успели казнить уже троих его предшественников, умудрившихся опозориться и испортить проект завоевания Геи. Приносить дурные вести ему не хотелось, ибо чуяло нутро, что добром сие не кончится. Шея уже начинала ныть.

— Итак, чего ты молчишь?

— Мой господин, — дрожащим голосом пролепетал никчемнейший из никчемных, опасаясь разогнуть спину: — Мне велели передать, что два самых могущественных рода Геи объединились.

— ЧТО?! — взревел правитель эргов.

— Оборотни и Драконы объединились, — пролепетал гонец.

— Как?! Их вражда длится сотни веков, и их неприязнь заложена в самом подсознании!

— Вам виднее, господин, но они все равно вместе. И стадия взросления маленького дракона завершилась. Теперь она взрослая боеспособная особь.

— Р-р-р!

— И это еще не все! Драко оказались в родстве с Ведущими магами мира.

— Да что они там все, охренели?! — взревел правитель.

— Не знаю, мой господин, — пролепетал слуга. — Но наша задача всерьез осложняется.

— А перстень-артефакт?

— Все еще у нее. — Слуга вжал голову в плечи. — И мы никак не можем на нее воздействовать. По крайней мере, пока она на Гее.

— Ну, все! — рыкнул правитель эргов. — Меня эта маленькая дрянь достала! Позвать ко мне лучшего охотника на драконов!

— Но у вас нет лицензии на убийство драконов! — выступил вперед Орту.

— А где она?

— Все еще на подписи в небесной канцелярии.

— Все равно! Позовите лучшего охотника на драконов!

— Лучший не возьмется за это дело, мой лорд, — тихо заметил Орту. — У них общий прадедушка, а охотники чтят и более дальние узы и не будут убивать свою родственницу.

— И ЗДЕСЬ ДРАКОНЫ ОТМЕТИЛИСЬ?!

— Увы, мой господин. Вот такие они пробивные. У них везде свои.

— Тогда привлеките второго в списке!

— Будет сделано, мой господин!

Очнулась я в просторной светлой комнате. Первое, что попалось на глаза, — бордовый бархатный балдахин собственной кровати. Все-таки я в замке Драко. Чудесно.

На тумбочке слева стояла большая кружка молока и маленькая записка.

«Здравствуй, дочь, — гласила она, — сегодня ты умудрилась нечаянно подложить мне самую большую в мире свинью, поэтому сие послание я пишу в огромной спешке. Надеюсь, успею вовремя скрыться от твоей мамы. В следующий раз, когда замыслишь пакость, помни: твоему отцу уже не двадцать. Пожалей бедного родителя.

P.S. Надеюсь, мои внуки отомстят за меня.

P.P.S. Прав был Питер Устинов, когда говорил, что родители — это кость, на которой дети точат свои зубы».

Да, допрыгались предки! Вот что случается, когда каждый старается вести двойную жизнь втайне от половинки. Блин! Да как это у них получилось?! Папа все эти годы успешно скрывал от мамы, что дракон, а та не упомянула, что Ведущий маг мира на Гее. Обалдеть! Либо любовь слепа, либо мне пора к ним на мастер-класс по запудриванию мозгов.

В дверь постучали. Я рефлекторно заглянула под одеяло. Вместо любимой спортивной майки размера XXXL на мне была надета какая-то сорочка чуть ли не викторианского стиля. Значит, меня укладывала спать мама. Все пытается навязать мне свои вкусы, наивная!

Дверь приоткрылась, и Мортифор тихо уточнил:

— Можно войти?

— Заходи, — пригласила я и, подтянувшись выше, оперлась на подушки.

— Я пришел с тобой поговорить, — тихо начал он, присаживаясь на краешек постели. — С проклятием мы уже разделались, поэтому, полагаю, нужно разобраться со всем остальным. Я знаю твое самое заветное желание: обрести свободу. Я отпущу тебя.

При этих словах внутри что-то оборвалось. Да, я терпеть не могу, когда мне что-нибудь навязывают, но при мысли, что наша с Мортифором связь разорвется, на душе стало пусто и неуютно. Наверное, он будет рад от меня избавиться.

— Я отпущу тебя, — продолжал тем временем удивительно серьезный Мортифор, — но не потому, что хочу этого. Нет. Просто я знаю, что силой и принуждением от Дракона ничего не добьешься. Вы не терпите диктата и подчинения. Я отпущу тебя, но не сейчас. Видишь ли, моя политическая ситуация все еще не стабилизировалась, а союз с Драко здорово укрепляет политические позиции. А впрочем, я ведь не это хочу тебе сказать, — Мортифор запнулся, словно нервничал. Он волнуется? Неужели? Мужчина сделал небольшой вдох и, глядя мне в глаза, произнес: — Я бы хотел… Я прошу тебя остаться, потому что люблю. Понимаю, звучит неожиданно и дико. И вроде совсем необоснованно. Но я влюбился в тебя. Не сразу, нет. Путешествуя под личиной Кейси, я узнавал вас больше и постепенно подпадал под твое обаяние, пока в какой-то момент не осознал, что влип. Ты проникла в мое сердце тихо, незаметно, ненавязчиво. Я даже не понял сначала, что со мной происходит. Почему мне хотелось доверять тебе, помогать тебе…

А я слушала его и не понимала, почему же так сильно колотится сердце, а в душе, словно солнце выглянуло из-за облаков. Почему я уже с минуту боюсь дышать, опасаясь прервать его? Почему хочется засмеяться от радости и расцеловать целый мир? Почему внутри так легко, что кажется, взлетишь? И почему никогда раньше, когда слушала признания в любви, мне не было так хорошо? А Мортифор взял мою ладонь в свою и продолжил:

— Свет, я прошу тебя дать мне шанс. Я не буду ничего требовать и ни на чем настаивать, просто будь рядом. Я много раз повторял и еще повторю: отнесись к нашему браку как к военному союзу, получая от него все выгоды. Мой род второй после твоего по могуществу. Вместе мы сила, с которой не всякий решит связываться. И, может быть, когда-нибудь ты меня полюбишь. Но если твое сердце завоюет кто-нибудь другой, я тебя отпущу, даю слово. Ты подумаешь?

Сначала мне хотелось сразу ответить. Но нет. Не быть мне драконом, если я вот так, с налету признаюсь в ответной симпатии. Но и ответить нужно грамотно, тактично. Чтобы он сам до всего дошел. Да и пусть поухаживает, помучается. Чем сложнее нам что-то достается, тем сильнее мы это ценим. Но что же сейчас сказать? Тут некстати вспомнился ошейник от блох, который мне с таким энтузиазмом демонстрировал Кейси, а точнее, Мортифор в его личине.

«Интересно, а у оборотней есть блохи?»

«Вот умеешь же ты испоганить романтику!» — прошипело правое полушарие.

«Ну, мне же интересно!» — капризно захныкало левое.

— Свет? — настороженно окликнул меня Мортифор. — О чем задумалась?

Я взглянула на стремительно мрачнеющего оборотня и мотнула головой:

— Не обращай внимания. Так, о мелочи.

Действительно мелочь! Подумаешь, блохи! Если они и есть — шампунь куплю. Должны же быть у милого хоть какие-то недостатки. Я дотронулась до его плеча.

— А насчет шанса помни: все в твоих руках. — Сорвавшиеся с губ слова получились какими-то тихими и интимными.

Мортифор внимательно взглянул мне в глаза и просветлел.

— Вот как? — хитро улыбнулся он. — И насколько же все в моих руках?

— Не знаю, — прошептала я.

— Так, может, проверим? — предположил он и осторожно прикоснулся к моим губам.

Я не отстранилась, наоборот, встала на колени и обвила руками его шею. Мортифор замер, словно не веря в происходящее, а потом нежно и в то же время по-хозяйски привлек меня к себе. В какой-то момент все окружающее пространство словно перестало существовать, а мир съежился до одного-единственного существа и элементарных, примитивных вещей…

Вдруг дверь резко распахнулась, и на пороге появился Вик.

— Собирайтесь! — резко произнес он. — На северо-востоке Артур зафиксировал всплеск чужеродной магической энергии. К нам вторглись враждебные гости.

— Ёптр турен имбарр! — тихо прошипел Мортифор, уткнувшись носом в мою ключицу. — Ну чего им стоило подождать пару часов?!

Полностью солидарна. Я с тоской посмотрела на непонятно как оказавшуюся на полу сорочку. (Есть у неглиже такое противное свойство не очутиться на теле хозяйки в самый неподходящий момент.) Оборотень проследил мой взгляд, тонко улыбнулся и закутал меня в простыню. Витька тоже со знанием дела оценил сложившуюся ситуацию и гневно прищурился.

— А ты выметайся отсюда, и в темпе вальса! — рыкнул он на Мортифора. Терпеть не могу его игры в строгого папашу! — С тобой срочно хочет увидеться Светин отец. И между нами, мальчиками, он заряжает охотничье ружье! Так что скажи мне спасибо, что я помешал тебе усугубить свою вину!

— Поверь мне, шурин, я отплачу тебе такой же услугой! — сверкнул глазами Мортифор, поправил одежду и, поцеловав меня в лоб, вышел из комнаты.

Вик вздохнул, поднял с пола сорочку и аккуратно повесил на стул. Затем достал из шкафа мою походную одежду и положил на постель.

— Не переживай, Свет, — успокаивающим тоном произнес он, гладя меня по голове. — Хоть твой отец и меткий стрелок, но этот кобель очень верткая да шустрая зараза. Переживет, А вот тебе срочно надо быть совсем в другом месте.

Я встала с кровати и поспешно оделась.

Ну, все, дорогие мои враги, я зла! Кто бы вы ни были, сегодня вам очень не повезло! Вы у меня узнаете, как нападать на маленький, беззащитный мирок и отвлекать тем самым больших зубастых драконов от важных дел! Я вам покажу кузькину мать! Я Квипрокво, и я женского пола, а потому вам еще больше не повезло!

КНИГА 3. ПОЛТОРА ВОИНСТВЕННЫХ МЕТРА, ИЛИ БЕРЕГИТЕСЬ ЗЛОБНОГО ДРАКОНА!

Посвящается тебе, мой дорогой читатель!

Спасибо за терпение и понимание!

За дельные советы и помощь в сражении с черновой рукописью хочу поблагодарить:

Диментова Бориса Лейбовича («дядю Борю»), Иванец Марину Григорьевну, Каширину Елену Алексеевну, Саманову Викторию Александровну, а также Рябинину Викторию Викторовну за участие и поддержку.

Без вас эта книга была бы совсем другой.

Также спасибо большое Марине Морозовой за профессиональное «переписывание» текста, бесценные советы и комментарии.

Автор

У меня всего два режима работы: злой и спящий.

Боевая ипостась Светланы Драко

ПРОЛОГ

(Для тех, кто хочет вспомнить содержание предыдущих книг)

Итак, здравствуйте. Меня зовут Балаур Светлана Александровна.

Говорят, внутри каждой девушки живет какой-нибудь зверек: у кого-то это котенок, у кого-то — хомячок. Так уж вышло, что мой «хомячок» хладнокровный, чешуйчатый и плюется огнем. Да-да, не смейтесь: во мне живет дракон. Самый настоящий.

Полагаю, любой человек и нечеловек хоть однажды желал, чтобы у него где-то на земле оказался собственный замок. Моя детская мечта сбылась. Правда, вначале эта «явь» обернулась чем-то из разряда «бойтесь своих желаний». У меня действительно имелся замок, но, увы, без привычных удобств и в другом мире. А сама я, как выяснилось, принадлежу к благородному и могущественному роду Драко, которому уже около тысячи лет.

Но в комплекте к имуществу и титулу наследуется много проблем, военных конфликтов и список врагов, по длине соперничающий с «Повестью былых лет Геи». (Собственно, именно по ходу истории мира он и пополнялся.) К счастью, со мной на Гею перенесся мой двоюродный брат Вик, с которым мы основательно встряхнули родной мирок, нашли еще одного братишку и конкретно озадачили правителей эльфов, вампиров и инкубов. Стоило мужчинам меня увидеть, как у них в голове рождался вопрос: «А не мой ли она потомок?» И пока они выясняли степень моего возможного родства, мы с Виком получили их поддержку и, заключив временное перемирие с оборотнями, уничтожили главного злодея.

Мои сомнения в нечеловеческой сущности разрешились, стоило мне превратиться в дракона. Вот тогда и пришлось всерьез задуматься о собственном образовании. Как дракон я должна была научиться управлять своими способностями и возможностями, как правитель — знать географию и историю Геи, а также населяющих ее рас, их привычки, повадки, возможности. И мое образование началось с истории возникновения Геи.

В фамильной библиотеке Драко хранятся сразу несколько версий. Начну с довольно высокопарной.

Легенда о Сотворении мира и первого дракона

Людская версия

В начале создал Творец небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Мастера носился над водою. И решил Всемогущий: «Да будет свет!» И стал свет. И увидел Творец, что он хорош, и отделил свет от тьмы. И назвал свет днем, а тьму ночью. День первый.

И решил Мастер создать твердь и отделил воду, что под твердью, от воды, что над твердью. И назвал твердь небесами. И было это в день второй.

А на третий день Бог создал сушу и отделил ее от воды. И назвал сушу землей, а собрание вод — морями. И потом разбил чудный сад, создав траву, деревья и кусты, приносящие плоды. И все это очень Ему понравилось.

И сказал Творец: да будут светила на тверди небесной для знамений, и времен, и дней, и годов, чтобы освещали землю: большое светило днем и малое — ночью. Так возникли солнце и луна и звезды и появились суточные и годовые ритмы. День четвертый.

На пятый день решил Творец, что пора населить моря и небо живностью, — и наполнились воды рыбами и пресмыкающимися, и полетели по поднебесью птицы.

Но мало этого показалось Мастеру, и решил Он разместить в своем саду дивный зоопарк и вывел всевозможных диковинных животных, в том числе и драконов. И увидел Творец, что не хватает в Его заповеднике хозяев, и сказал: «Создадим человека по образу Нашему и подобию и дадим ему власть над тварями, что в море, и над пернатыми, что в небе, и над всем живым, что наполняет землю». Так создал Он человека по образу Своему. И повелел людям плодиться и размножаться, и наполнять землю, и обладать ею, и дал им власть над тварями в море, и над пернатыми в воздухе, и над всеми животными, двигающимися по земле. И привел также драконов и наказал им всячески служить и помогать человеку. День шестой.

А на седьмой день Всевышний отдыхал.

Однако драконы придерживаются несколько иного мнения. Причем их версия существует в двух вариантах.

История возникновения мира

Версия для маленьких драконов

Итак, в начале была Тьма. Что бы ни говорили людские хроники, мы, древнейшие и мудрейшие, знаем, что первое совершенное существо, которое Великий создал по Своему образу и подобию из мрака бездны, было драконом. И было оно женского пола, дабы дать жизнь всему сущему, и впитало в себя всю черноту ночи, всю таинственность, красоту и притягательность мглы, и назвал Виртуоз Свой шедевр Тьмою. И расправила драконесса крылья свои, и помчалась по бескрайним просторам Вселенной.

Но чтобы не грустила она в пути, создал Маэстро ей спутника, полную противоположность, и назвал новое существо Светом. И была у него чешуя цвета слоновой кости, и сияла она во мраке бездны, освещая путь красавцам-супругам. И слились два дракона в вечной нити судьбы, вечном танце Света и Тьмы, вечной борьбе Доброты и Коварства. День первый.

И родились от этого брака хитрец Сумрак и прелесть Заря. И вобрали они от родителей лучшее, что имели те. Кожа Сумрака была сине-сизой, и тяготел сын больше к мраку. Зорюшка же родилась алой, как страсть, и тянулась она к светлой стороне. И восхитился Творец Своими созданиями, и сплел из сияния Света еще одного дракона — золотистую красавицу Солнце. День второй.

Но влюбился в себе подобную Свет и забыл про жену-противоположность. И обозлилась Тьма, как и все драконы, и объявила предателям войну. И поныне, где есть Солнце со Светом, нет места Тьме, а где Тьма — там неуютно Свету и Солнцу. Но встали дети на защиту отца. И теперь между ночью и днем летят в бесконечность Заря да Сумрак. День третий.

Но не любит Творец, когда ссорятся дети Его, и решил Он на четвертый день разбить чудный сад, чтобы отвлечь шедевры Свои от междоусобицы. И создал Мастер траву, деревья да кусты. И придумал Маэстро разместить в получившихся джунглях дивный зоопарк, и вывел всевозможных диковинных животных драконам для пропитания. Но не хватало в заповеднике рабочих, чтобы ухаживать за всей этой красотой и поддерживать ее для драконов, и создал Виртуоз людей. И велел им служить и подчиняться Перворожденным. День пятый.

А в шестой день Всевышний много чего натворил, да так, что на следующие сутки уже отдыхал. Но мы-то ведь драконы, а не люди, чтобы обращать внимание на такие мелочи. Это только человеки отслеживают, что там творил какой-то демиург, а у нас есть занятия поважнее.

А совсем рядом с этой рукописью лежит зачитанная до дыр «взрослая» версия Сотворения мира, каковую мы и приводим ниже.

Вариант для «всех своих»

Для посвященных и совершеннолетних драконов

Итак, в начале царила пустота. Но свято место пусто не бывает, и во Вселенную приехал Мастер. Так как для Гения ничто не помеха, Свое первое творение Он вылепил в темноте и из сгустка мрака, и это был дракон.

И конечно же он оказался бабой! А что вы хотите? Маэстро работал в полной… темени! Вот и забыл додать кое-какие недостающие детали! Впрочем, надо признаться, Он не учел еще пару душевных качеств, таких как совесть, доброта, отзывчивость, милосердие. Итого, получилась абсолютная гадина! То есть земноводное в полном смысле этого слова. Но обещав, — женись. В общем, что получилось, то получилось. Создатель вздохнул и назвал зверюгу Тьмой (и надо сказать, имечко подошло ей как нельзя лучше!).

Первый блин, так сказать, комом. Но худое начало — энтузиазму не помеха! И Господин решил созидать дальше, а чтобы зловредный «лаваш» не мельтешил перед глазами, Творец создал дракоше землю и небо. Однако Он здорово недооценил Свое создание! А ведь оно было бабой! И естественно, по законам жанра баба стала капризничать, что ей скучно, муторно, одиноко.

И решил Всемогущий отвлечь болезную, а для того создал ей… мужа. И назвал дракона Светом, а чтобы Тьма сильно его не обижала, Искусник извлек из ящера одно ребро и сделал костяные наросты и шипы по всему телу. (Миф о создании бронежилета.) Звездные войны. Эпизод первый.

Но бедняга, в отличие от Мастера, не питал иллюзий относительно дам, и в частности своей будущей жены, редкостной гадины, то есть земноводной в полном смысле этого слова! «О Великий Создатель! — как и все мужчины, взмолился он. — За что я перед Тобой провинился? Почему отдаешь меня этой… женщине?» — «Не боись, — прошептал Маэстро. — Исполняй свои обязанности прилежно, и из второго твоего ребра Я сделаю тебе любовницу!» (Миф о создании первого договора.)

И был Свет усердным супругом, и родились у них с Тьмой дочь Заря и сын Сумрак. И увидел Мастер, что сие хорошо, и создал в соответствии с обещанием красавицу-Солнце. (Миф о выполнении первого договора.) И стал Свет целыми днями пропадать у любовницы. (Миф о супружеской верности.) Само собой разумеется, дамы с первого взгляда возненавидели друг друга. Где есть Тьма, нет места Солнцу, и, естественно, наоборот. (Миф о женской дружбе.) Звездные войны. Эпизод второй.

Но так как Солнце тоже было бабой, а значит, редкостной гадиной, то есть настоящей земноводной в полном смысле этого слова, то Тьма побоялась связываться с равной, то есть с такой же зубастой, когтистой скотиной, то есть крупным рогатым животным в полном смысле этого слова, и переключилась на благоверного.

Как истинный мужчина, Сумрак понял отца и встал на его защиту. (Миф о мужской солидарности.) Как настоящая женщина, Заря поняла мать и тоже встала на защиту отца, ибо дочери смерть предка была невыгодна. (Миф о первом адвокате.) Звездные войны. Эпизод третий.

«О Великий Творец! — как и все представители сильного пола, взмолился Свет. — Что я Тебе сделал?! Мало того что Ты создал мне редкостного характера жену, так еще и одарил любовницей исключительной вредности! Одна требует алиментов, вторая — свадебного платья! За что поставил между двух огней?!» — «Не боись», — вновь прошептал Мастер и сделал Свое творение человеком. (Миф о возникновении камуфляжа.) — «Господин! — укоризненно качнул головой дракон. — Пусть облик мой изменился, но суть осталась та же! Благоверные легко найдут меня на голой земле!» И Творец создал траву, деревья и кусты, дабы подопечный мог в них надежно прятаться. (Миф о первом полигоне.) Звездные войны. Эпизод четвертый.

«Повелитель! — все так же укоризненно качнул головой беглый супруг. — Пусть есть где прятаться, но я же единственное живое создание на земле! Рано или поздно мои половинки выжгут здесь все на фиг и найдут меня!» (Миф о женской солидарности.) — «Действительно!» — почесал затылок Виртуоз и создал в маскировку Своему творению похожих на него людей. (Миф о появлении людей. Им эту версию не рассказывать!) А чтобы вся банда не умерла с голоду, Творец создал животных. Звездные войны. Эпизод пятый.

Но покой Создателю только снился! «Творец! — услышал он укоризненный голос Сумрака. — Что я Тебе сделал?! За что Ты оставил меня в вечном террариуме? Мама сцепилась с Солнцем, сестра истинная гадина, то есть земноводное в полном смысле этого слова. Я хочу зажить наконец по-настоящему, в мире и покое. Сделай мне из двух моих ребер красавицу-жену и прелесть-любовницу!» — «А ты уверен?» — робко переспросил Творец. — «Абсолютно!» — заверил его Сумрак. (Миф об одних и тех же граблях.) И выполнил Всемогущий просьбу создания Своего, ибо просите, и будет вам! И зажили они все… весело! Звездные войны. Эпизод шестой.

А на седьмой день Всевышний наслаждался сотворенным блокбастером. И научился Сумрак (от великой нужды) превращаться в человека, и попросил у отца укрытия. (Миф о первом политическом убежище.) И дамы, оставшись наедине друг с дружкой, тоже научились принимать хрупкий беззащитный облик (миф о женской сущности), и зажили все с тех пор еще веселее. А звезды, которые вы видите ясной ночью в небе, не что иное, как сбежавшие с земли драконы. Звездные войны. Эпизод седьмой.

Забавно, что эльфийский вариант истории утверждает, что первыми были эльфы, вампирский — вампиры, гномы твердят о первых гномах, инкубы и суккубы распространяются о любви.

Народ Тван кон Су никакой версии не приводит, зато орки и урки на две страницы вещают о Великом дыме и первом окурке. Но больше всего меня поразила последняя рукопись о Создателях. Итак, как вы уже поняли, в начале…

Вся правда о создании дракона

О, женщины! Кто вас придумал?!

Если Творец, о чем Он думал?!

Земля была безвинна и пуста, и тьма летала над бездною, и Дух Творца носился над водой… Но это все было потом, а в начале женщина! Не-эт, не дракон! Госпожа, рожденная по образу и подобию Мастера. Зачем и для чего Он ее создал, оставим на совести нашего Маэстро.

Главное то, что без ее жаркого и активного участия, как, впрочем, всегда и получается, у нашего Искусника никогда не получился бы дракон. Собственно, наш Мастак собирался, следуя школьной программе, создать ящерку. Маленькую такую, не больше ладошки.

Но нет бедствия хуже скучающей женщины! Помощница, назовем ее так, перепробовала за какой-то час все виды женских истерик и, не получив от погруженного в расчеты благоверного никаких признаков ответа, решила заняться уборкой. То, что красавица перепутала реактивы, стало мизером по сравнению с той чудовищной слизью, которая полезла на следующий день из пробирки Мастера!

Не в силах больше с нею справиться, Великий притащил кастрюльку-скороварку, сгрузил в нее ужасающие последствия Своего эксперимента, залил утилизирующей жидкостью, и, так как спиртовка не могла обеспечить длительного прогрева для разложения органики, Виртуоз отнес свое «творение» на кухню, снял с огня кипящий бульон и поставил в срочном порядке Свою бурду.

Благоверная оной подмены не заметила и спокойно закинула в кастрюльку нарезанные овощи и мясо, приправив все ударной дозой специй, к величайшей радости светящейся зеленой жидкости. Что-то неладное чудо-женщина заподозрила лишь тогда, когда из-под крышки на нее уставилась черная как уголь клыкастая голова. Но позвать мужа женская гордость опять же не позволила. Кто ж признается, что не умеет готовить?

Лишь окончательно умаявшись бить половником вылезающую гадину (возможно, именно этот эпизод лежит в основе злопамятности Тьмы), Помощница решила запереть «неудавшийся супчик» в противоположном конце замка, в странной комнатке с толстой свинцовой дверью. Супруг всегда старался обходить стороной это помещение, наведываясь внутрь лишь в крайних случаях, а посему можно было не опасаться, что «бульон» заметят до того, как леди придумает способ его кустарно утилизировать. Собственно, почему у покоя были такие толстые свинцовые двери и с какого перепугу размещался он в дальней части здания, красавица не задумалась. Не обеспокоил ее и факт странного отношения мужа к данной комнате.

Так она и поступила. Наутро госпожа застала в кухне озабоченного Мастера, лихорадочно обшаривающего помещение.

— Милая, — наконец решил тот обратиться к подруге. — Ты не видела здесь дурно пахнущей кастрюли?

— Какой? — всполошилась та, надеясь все-таки утаить неудавшийся шедевр.

— Той, которую я поставил вместо этого бульона! — извлек Мастер из-под стола недоваренный суп.

— Ой! — обрадованно хлопнула в ладоши красавица. — Так это была твоя кастрюлька?! Как хорошо, что я не вылила ее.

— Куда? — испуганно охнул Искусник.

— Не волнуйся, — весело пожала плечами Помощница. — Я заперла твою зверушку в маленькой странной комнатке со стенами и дверью из свинца!

— Кого ты поместила в ядерный реактор? — вкрадчиво уточнил Маэстро, пытаясь пригладить вставшие дыбом волосы.

— Твою зверушку, — беззаботно ответила прелестница. — Черная такая, чешуйчатая, с пастью, полной зубов. Надо сказать, довольно мерзкое создание. Однако череп у нее крепкий! Не взял ни половник, ни чугунная сковородка!

Но договорить ей не дал грохот в дальнем конце замка. Подхватив полы халата, Виртуоз кинулся в сторону домашнего реактора, а уже через пять минут матерился на всех языках мира.

— Дура! — орал Он. — Ты только посмотри, что наделала! Эта зверюга теперь растет не по дням, а по часам!!!

— У меня есть новости похуже, — скорбно вздохнула красавица, глядя Мастеру за спину, — твоя зараза еще и летает! И, кажется, плюется огнем…

Так появился первый дракон… Очень злобный из-за негуманного обращения с животными.

Думаю, Гринпису последнюю легенду лучше не показывать!

Но пока мы с Виком осваивались в новом мире, неизвестные недоброжелатели решили подложить нам очередную свинью. А именно прокляли на бой с Ведущими магами мира. В сжатые сроки мы должны были не только определиться со своими способностями, найти пятого члена команды, но еще и умудриться победить сильнейших магов. К счастью, нам повезло. Пока мы искали пятого дракона, он пришел к нам сам в лице Мортифора — короля оборотней.

По способностям Ладиина оказалась прообразом Либ-им-и-до, мага, отвечающего, как ни странно, за любовь. Мортифору выпала роль Айрессена Задира, Ведущего мага-Воина. Норри принял на себя судьбу Тих-о-иня, мага «с искусными руками», а Вик личину Колиго Авидидаса (в народе Хапуги). Ну а мне достался Квипрокво, Ведущий маг мира, обладающий даром создавать Недоразумения. Что вполне закономерно. К счастью, драться нам не пришлось, так как эти самые маги оказались нашими родителями. А зачем делить место, которое и так тебе достанется. И все бы хорошо, если бы неизвестные враги не перешли в активное наступление, нарушив границы мира и оторвав меня от очень увлекательного занятия.

Итак, поехали!

Часть первая

ОДИН ПРОТИВ ВСЕХ

1

Хорошо могла бы сложиться судьба Серого Волка, если бы он не заговорил в лесу с незнакомой Красной Шапочкой…

NN

Райдер Цециди

Дракон был красивым. Большой, изумрудно-зеленый, он гордо кружил в лазурном небе. Я не мог определить, самец это или самка, но мощь зверя завораживала. Да, в ближайшие дни мне придется здорово потрудиться. Нет, как эрговский воин, я не волновался. В конце концов, это не первый мой дракон. Без ложной скромности признаюсь, что уже давно заслужил титул элитного убийцы. На моем счету много ящеров всех мастей и «шерстей». Но еще никогда я не стоял вот так и не любовался своей будущей добычей.

Потенциальная жертва сделала надо мной еще один вираж и понеслась прочь, к золотистой линии горизонта бескрайнего пшеничного поля. Нужно идти по следу.

Купол, который создала Дорвана Драко, в очередной раз сработал на славу. Все-таки слишком сильные эмоции вложила умирающая драконесса в него, слишком отчаянно хотела она защитить собственное потомство: при перемещении у меня произошла частичная амнезия. Почему я так уверен в своем диагнозе? Да потому что помню все, что не связано с нынешним заданием. Хотя нет. Я все-таки помню, как мне приказали убить правящую княжну дома Драконов. Вот только знать бы еще, как она в человеческой ипостаси выглядит!

Как ни странно, но заполучить изображение княжны или слепок ее ауры не получалось. На Гее княжна никак не отображалась на наших артефактах, словно ее и не было в поле видения, а написанные картины и рисунки при пересечении щита сгорали, сохраненная информация — стиралась. На Земле заснять княжну тоже оказалось задачей не из легких. Там ее аура постоянно менялась, а пленка и прочие приборы (включая магические) опять же давали смазанную картинку. Просто полтергейст какой-то! Так «фонят» только демиурги и эрги! Интересный случай. Неужели это действительно потомок первых драконов? Пришлось считывать память двух посланных за ней сущностей. Но у тех в голове (если так можно выразиться о бестелесных созданиях) оказался полный кавардак с кучей мусора.

Голова после перемещения слегка побаливала. Странно. До сих пор мелкие артефакты, враждебно настроенные против Драко, проходили через щит без всяких сбоев. На сущностей переход тоже не повлиял. И только у меня случилась локальная амнезия! А ведь мне уже доводилось бывать на Гее у друга в гостях, и память не подводила. Правда, тогда моей целью не было убийство главы семейки Драко, да и сами они в ту пору куда-то отлучились. Может, теперь щит так сработал в присутствии правящей княжны? Или он все-таки настроен на защиту? Или наложились оба фактора? А впрочем, не важно. Если шум в ушах постепенно проходил, то настроиться на цель не получалось. Знаете такое чувство, когда в мозгу вертится одна и та же мысль, но сфокусироваться на ней не удается? Так и описание мишени. Очень приблизительное. Невысокая, спортивная. Волосы темные, глаза — карие. Но под такую картинку может подойти половина женского населения Геи. М-да, влип!

Через час ходьбы я наткнулся на симпатичную хрупкую девушку. Незнакомка чем-то завораживала. Большие шоколадные глаза, конечно, не такие огромные, как эльфийские, но очень выразительные. Длинные черные ресницы подчеркивают красоту глаз. Изящная фигурка затянута в приталенное льняное платьице. На голове венок, в руках пучок колосьев. Было в этой девушке что-то милое, загадочное и одновременно удивительно трогательное. Мне доводилось видеть дам в тысячу раз прекраснее, но в этой малышке жило что-то особенное, неповторимое и притягательное.

— Вы принесены в жертву Дракону? — поинтересовался я, чтобы хоть как-то начать диалог. Хотя вполне возможно, что незнакомку действительно отдали ящеру. Чешуйчатые падки на хорошеньких девушек. А эта может послужить достойным откупом.

— Простите? — с очаровательной улыбкой изумилась девушка.

Ага, значит, она не жертва.

— Тогда что такая красавица делает одна в поле?

— Это угроза или комплимент? — прищурилась собеседница, невольно отступая назад.

В больших глазах промелькнула тень испуга и настороженности.

Нет! Не надо убегать! Я хочу с тобой пообщаться. Стараясь успокоить незнакомку, я попытался изобразить на лице удивление:

— Что?

Красавица тут же приободрилась, расслабленно вздохнула и шутливо произнесла:

— Ну, немного нервничаешь, когда незнакомый сильный воин находит тебя, слабую и беззащитную, привлекательной, а вокруг — чистое поле.

— О! — засмеялся я, кляня про себя ее проницательность. — Не волнуйтесь, я не причиню вам вреда.

Девушка вновь улыбнулась, и ее лицо словно солнцем озарило. Да, мне определенно нравится эта девица, и с каждой минутой все сильнее и сильнее. В какой момент мои мысли перескочили с задания на то, как ее соблазнить, я так и не понял, но решил, что работа может и подождать. В конце концов, ничего с драконом не случится. Днем раньше, днем позже. А я получше с целью познакомлюсь, с местной знатью пообщаюсь (и главным образом с одной местной), последние слухи выведаю.

То, что незнакомка была не из простых смертных, выдавали ее речь и осанка. Простолюдинки так не держатся, сколько одеждой ни маскируй. А девушка явно образованна. Если она не знатная дама, то явно бастард или любовница какого-нибудь лорда. Я огляделся. Рядом были эльфийские земли и территория оборотней, чуть дальше вотчины Драконов. Проверим догадку?

— Не подскажете ли, прекрасная незнакомка, каким образом повезло мне встретить вас? Вы собираете урожай?

Девушка глянула на пучок колосьев в руке и рассмеялась:

— О нет! Я просто гуляю.

— А не боитесь ли это делать, когда в небе летает дракон?

— Никогда не знаешь, когда он появится.

— Он?

— Ну вы же сами сказали, что это дракон, — растерянно пожала плечами собеседница.

— А вы не знаете? — поинтересовался я, пытаясь выяснить ее отношение к моей мишени.

Вдруг она любовница одного из братьев моей цели? Кстати, а сколько у Драко этих братьев? Хотя не суть важно. Мне же не их убивать надо. А сохранившаяся в мозгу информация о внешности драконессы, как я и опасался, оказалась отнюдь не специфической. Вон, даже моя незнакомка подходит под описание! Хотя нет. У нее волосы каштановые, а на солнце медью отливают. На всякий случай я сосредоточился и попытался почувствовать в стоящей передо мной красавице «родственную» кровь драконов. Все-таки надо проверить. Но нет. Человек. Правда, очень необычный. Полукровка какая-то.

— Я драконам под хвост не заглядываю, — растерянно покачала головой собеседница.

— А по цвету? Разве народ не знает, какого цвета их госпожа?

— Вотчины Драко там, — махнула рукой девушка. — А мы сейчас на территории эльфов. Я не подчиняюсь Драконам и людские сплетни не слушаю.

Значит, драконы ей безразличны. Прелесть-то какая! Жаль, конечно, что последние слухи не узнаю, ну да не все потеряно. Идем дальше.

— Рядом владения оборотней.

— Да, мы очень близко от границы, — согласилась красавица.

— А не боитесь?

— Кого? Оборотней? — усмехнулась девушка. — Они же на мирных людей не бросаются. Чего их бояться?

Так, у малышки нет предубеждения против лохматых.

Неужели ее любовник один из них? Или эльф? А может, она все-таки знатная леди?

— Как ваше имя, госпожа?

— Я не госпожа. Зовите меня просто Ланой. А к вам мне как обращаться?

— Райдер. Но можете звать меня просто Раем.

— Рай, — мягко повторила она, и мне понравился звук собственного имени из ее уст.

Хм, что-то со мной не так. Уж не очаровывает ли меня крошка? Я проверил девочку на наличие магического воздействия, но все оказалось чисто. Если меня и охмуряют, то лишь за счет природного обаяния. Но какого убойного! Словно у нее суккуб или инкуб в роду был!

— А что вы здесь делаете, Лана?

— Собираю травы. Я знахарка. А вы что делаете в поле? Пшеницу мечом косите?

— Нет, — улыбнулся я и вдруг решил покрасоваться перед девушкой. — Я охотник на драконов.

— Ух ты! — восхитилась она, глядя на меня уже совсем другими глазами.

Я говорил, что моя профессия в процессе обольщения действует безотказно?

— А вы не боитесь?

— Чего? Драконов? — хмыкнул я. — Их убивать — моя работа. Такая же рутинная, как отстрел бешеных животных.

— Как же такая опасная вещь может быть обыденной? — не поверила она.

— Пригласите к себе на чай — расскажу, — пообещал я, срываясь с места в карьер. Да, вот такая я скотина, но нет у меня времени на ухаживания.

— На чай? — изумилась Лана. — Но ведь ваш дракон уже улетел! Разве вам не надо его ловить?

— Для вас я могу выделить время, а ящер подождет.

Девушка задумалась, на ее лице отразилось сомнение.

Я уже испугался, что мой сладостный досуг сорвется, но незнакомка слегка тряхнула головой, словно решаясь на что-то, и произнесла:

— Хорошо, идемте.

Я чуть не подпрыгнул от радости. Кажется, вроде с чего бы? А все равно хорошо. Вот такой я лоботряс. Меня на задание послали, а я вместо этого девчонок клею. Наверное, любвеобильность мне как профессиональная издержка от работы передалась. С кем поведешься, от того и наберешься. Ведь охотясь на драконов, вместе с их кровью приходится многое от них перенимать.

Девушка пошла рядом со мной по вытоптанной тропке в сторону леса. Я огляделся. По обе стороны тропинки колышется поле. Слева над кромкой леса вьется дымок. Если я правильно сориентировался, там находится деревня, где жители заняты сельскохозяйственным обслуживанием эльфийских конопляных полей.

Мы подошли к опушке, и Лана свернула вправо, направляясь не к человеческому жилью, а глубже в лес. Она не из села? Интересно!

— Одна живете? — спросил я.

— Да, — кивнула спутница. — А как вы охотитесь на драконов?

— Обыкновенно. Сначала выслеживаю, знакомлюсь с привычками, а потом убиваю.

— Как?! Они же сильные и умные!

— Какие они умные? — махнул я рукой. — Жадные и похотливые твари, вот они кто!

Впрочем, если посмотреть на меня в нынешней ситуации, то кто бы говорил! Я и сам от ящеров недалеко ушел. Чтобы победить дракона, надо думать, как он, вести себя, как он. И в этом преуспел!

Девушка смотрела на меня с восхищением и интересом. Щеки ее раскраснелись, глаза горели. Красота!

— И как у вас получается? — выдохнула она. — Они же такие большие!

— Это секрет, — уклончиво улыбнулся я. Все-таки не дело профессиональные тайны выбалтывать на каждом углу только для того, чтобы произвести впечатление на местную красавицу.

— И вам совсем-совсем не страшно, отправляясь на охоту? Вдруг попадется умный и хитрый дракон?

— Не попадется, — отмахнулся я. — Сами по себе драконы во многом похожи. Да и я не лыком шит.

— Вы, наверное, очень сильный? — восхищенно прошептала Лана, робко дотрагиваясь до моих бицепсов.

— И умный, и смелый, и фехтую хорошо, — похвалил я сам себя. Пусть знает, какая я прелесть.

Девушка слегка улыбнулась и качнула головой. Мы продолжили путь и через двадцать минут остановились у небольшого, но очень аккуратного деревянного домика. Он был настолько свеженьким и чистеньким, что казалось, только что сделан.

— Это новая постройка, — словно прочитав мои мысли, пояснила спутница. — Ее в прошлом году поставили. Предыдущая основательно прогнила, и мы ее сожгли.

— И кто вам ее сделал?

— Лорд Лерри велел крестьянам из деревни расстараться, — пожала плечами Лана.

Лорд Лерри? Даже так? Для кого-то он «его величество» или «господин Лерри ванн Дерт», а для тебя просто «лорд Лерри»? И стал бы правитель эльфийских лесов заботиться о простой знахарке? Кажется, я догадываюсь, чья ты любовница.

Интересно, а мне твой лорд Лерри не отрежет лишние, не задействованные при убивании драконов конечности, если застукает нас вместе? Надо будет уточнить в ближайшее время.

Мы вошли в дом. Нас встретила прибранная, отделанная сосной гостиная с массивным столом посередине. Лана махнула рукой, приглашая меня присесть, а сама скрылась за дверцей, ведущей скорее всего в кухню. Я огляделся.

Да, простые знахарки так не живут! Не то чтобы комната была обставлена с каким-то шиком. Нет. Все очень даже скромненько, но со вкусом. Правда, под потолком всякие веники из трав висят. Картину они, конечно, слегка портят, зато запах приятный.

Я подошел к одной из дверей и приоткрыл ее. Это оказалась спальня. На удивление просторная комната с широкой, отнюдь не деревенской кроватью. Уже отсюда видно, что постель мягкая и удобная. Заботливый лорд Лерри! Поспособствовал, чтобы знахарке сладко спалось, с душой подошел к делу. Как для себя старался! Хотя чего иронизировать? По всей видимости, Лерри для себя родимого усердствовал. Чтобы удобнее было с красавицей ночи делить. Даже при беглом осмотре заметно, что комната подстроена «под мужчину». Нигде ничего лишнего, никаких рюшечек, украшений, мягких игрушек. Строгий минимализм: сундук с одеждой у стены да пара книг на полке. Я прямо ощущаю здесь энергетику эльфийского короля. Все пространство словно кричит: «Это моя территория! Я ее пометил!»

Мои губы непроизвольно расплылись в улыбке. Сегодня Лерри перестанет быть здесь единственным доминантным самцом. Уж я об этом позабочусь!

Я хотел заглянуть в соседнюю дверь, но вошла хозяйка с вазочкой, наполненной печеньем.

— Чай будет через десять минут, — предупредила она. — Варенье хотите?

— А какое? — повернулся я к ней, не без сожаления закрывая дверь. Исследовать дом при хозяйке было неудобно.

— Яблочное, малиновое, клубничное.

— А можно все?

— Как пожелаете, — улыбнулась она. — Скажите, а вы с детства мечтали быть убийцей драконов?

Лана принялась протирать стол и готовить его к чаепитию. Уходить она явно не спешила. Простушка простушкой, а вон как явно намекает не вынюхивать ничего у нее за спиной. Я вздохнул и подошел к стулу.

— Это потомственная профессия. Мой отец, мама и старший брат были охотниками на драконов. И моя участь тоже была решена.

— Вам нравится?

— Работа как работа, приносит нормальные деньги.

— Так это бизнес? — удивленно округлились глаза девушки. — Вам платят за это?

— Никакой уважающий себя убийца не будет рисковать жизнью, если ему дракона не закажут. Что мы, идиоты, умирать за высокие идеалы?

— Значит, местного дракона тоже кто-то заказал? Да быть того не может! Драко все боятся!

— Но я же здесь, — улыбнулся я.

Знахарка покачала головой и скрылась на кухне. Через пару минут она вернулась с тарелкой аппетитно пахнущих булочек в одной руке и подносом, на котором стояли блюдца с вареньем, во второй.

— Будьте осторожны, — произнесла она, накрывая на стол. — Местные драконы очень хитрые и изворотливые. А еще они прирожденные воины.

— Я знаю, — кивнул я, присаживаясь за стол.

Девушка так соблазнительно намазывала яблочное варенье на булочку, что у меня просто слюнки потекли, а в животе заурчало. На вкус это оказалось так же божественно, как и на вид. Лана разлила чай и подвинула ко мне ароматную кружку. Чай она тоже заваривать умеет. Может, плюнуть на все и украсть ее по дороге домой? Лорд Лерри новую забаву найдет, да и не пристало эльфийскому королю с простой знахаркой путаться. А я не гордый, мне сойдет. Девушка взглянула на меня и подарила чарующую улыбку. С каждой минутой она все красивее и красивее.

— Лорд Лерри, наверное, очень доволен, что вы так хорошо устроились?

— Да, он очень радовался, когда домик удался.

И я догадываюсь почему!

— Он сказал, — продолжила тем временем собеседница, — что сделал все, как хотела моя прапрабабушка.

— Кто? — опешил я.

— Прапрабабушка, — послушно повторила девушка. — Между нами говоря, он ее очень любил. А обо мне просто заботится, проведывает иногда. Меня, если честно, это внимание немного напрягает, ведь я такого обращения не заслужила.

Ага, как же! По одному разрезу твоих глаз можно догадаться о причинах столь нежной заботы! Так вот ты какая, знахарочка! Значит, ты не любовница, а бастард ушастого короля! Ну, цветочек дивный, одни сюрпризы от тебя!

— А молодой лорд к тебе ходит?

— Норри?

Нет, я просто умиляюсь! Норри! Даже «лорда» добавить забыла! Кто б еще осмелился назвать наследника эльфийского престола, официально признанного бастарда дома Драконов, его высочество Норри ванн Дерта просто по имени?

— Да, я его имел в виду.

— В последнее время редко, но раньше часто навещал. То отвар какой прихватить, чтобы очередная пассия не забеременела, то чайку от нервишек попить.

Я хлебнул ароматного чая. Однозначно заберу ее с собой. Эльф, конечно, о ней заботится, но вот с парой у малышки будут проблемы. Не любят ушастые лорды жениться на полукровках-ублюдках, пусть и королевского рода. А я ей дом, семью и высокое положение в обществе обеспечу. Для нас, охотников на драконов, в браке главное не знатность и титулы, а гены, с которыми у крошки все в порядке.

Возможно, вначале Лана и побуянит, погорюет, что забрали от родных, но со временем привыкнет. Тем более что в моем доме не рабыней будет, а госпожой. А там дети появятся, и она окончательно успокоится. Стерпится — слюбится, как говорят. За собственным детенышем женщина пойдет и в огонь и в воду, и семью так просто не разрушит. У прекрасного пола на первом месте интересы детей, и они порой охраняют их даже в ущерб собственным. А я буду хорошим отцом. Давно мечтал о карапузах, да вот маму им до сегодняшнего дня не находил.

Лана сидела напротив и маленькими глотками пила из кружки. Порода проявлялась даже в этом. От ее задумчивого взгляда становилось слегка неуютно. Казалось, она читала мои мысли. Но-но, красавица, не стоит меня бояться. Я стану тебе хорошим мужем, вот увидишь. Тебе понравится. А Лерри потом передам, что с тобой все хорошо, и даже навещать его разрешу, не волнуйся.

На мой мысленный монолог хозяйка никак не отреагировала, но, увидев, что моя кружка почти опустела, подошла и подлила еще чаю, придвинув параллельно извлеченные из буфета пирожки с повидлом. Приятно было сидеть и молча наблюдать друг за другом. Не каждый может вот так разделить с тобой момент тишины. С каждым мгновением девушка нравилась мне все больше и больше.

— У тебя заказ только на одного дракона? — задушевно спросила она. Я даже не заметил, когда мы успели перейти на «ты», но было здорово чувствовать себя своим.

— Да. На главу дома Драконов, — ответил я и сам удивился легкости, с какой выдаю информацию. Но девушка мне так нравилась, что ей просто невозможно было солгать.

— А остальные?

— Бастарды не считаются наследниками, — поморщился я. — Так уж вышло, что только в законном браке рождается полноценный дракон и наследник рода. А побочные линии чаще всего очень слабы. Нужно нечто из ряда вон выходящее, чтобы бастард сравнялся по силе с законнорожденным Драко и мог наследовать трон.

— То есть за бастардами после смерти главы дома Драконов ты не будешь охотиться?

— Нет, — ухмыльнулся я. — Иначе мне бы пришлось тут половину населения вырезать. А это даже моим господам не по карману.

— А что ты знаешь о своей цели?

Сам не знаю почему, но я рассказал о Драко все, что знаю. Девушка слушала сосредоточенно и внимательно. Лана явно понимала, о чем речь. Какая же она у меня умница!

— А как ты будешь ее убивать, Рай?

И я снова все рассказал. Я сдавал одну профессиональную тайну за другой. Я поведал, как мы пытаемся втереться в доверие к дракону и раздобыть его кровь, вливаем ее в свои вены, становясь псевдоисцеленными, а затем убиваем хозяина. Мы редко сходимся с «объектами» в ближнем бою, большей частью полагаясь на косвенные методы убийства. Все-таки в фехтовании многое решает мастерство. Драконы в этом плане очень сильные, выносливые и умелые создания. Далеко не каждый охотник может его зарубить. Так зачем рисковать? Нас и так мало.

Я как ребенок радовался ее улыбке и рассказывал, рассказывал, рассказывал… Почему-то именно ей мне хотелось поведать правду. Даже то, что мне запрещено было разглашать: уязвимые места охотников на драконов, наши сильные стороны, коронные приемы. Как приятно иногда сбросить с плеч тяжкий груз тайны, поделиться с кем-то наболевшим, высказать затаенное! Я даже покаялся, как в пять лет воровал конфеты из буфета. Лана слушала душевно, время от времени возвращаясь к теме драконов и моих хозяев. А мне хотелось раскрыть ей все тайны мира. Она единственная достойна доверия, она поймет, она сохранит.

Я проболтался, что Драко заказали эрги, а потом рассказал и об эргах, моих господах, и про структуру моего мира. Лана внимательно слушала про демиургов и эргов, которые всегда работают в паре. Эти две энергетические сущности как два антипода друг друга. Демиурги — созидатели, они придумывают и строят миры, иногда управляют ими, но чаще перепоручают сию функцию Ведущим магам мира.

Ведущие маги мира — феноменально сильные маги из плоти и крови. Их потомки наследуют обязанности родителей и продолжают присматривать за миром. В своем мире они практически боги, но взамен они привязаны к нему и вынуждены подчиняться эргам. Маги ежегодно сдают им отчеты и держат в курсе всех дел.

Эрги — антиподы своих ближайших родственников-демиургов — поглощают энергию, уничтожая тем самым любое живое существо. Если эрг со своей армией входит в мир, тот прекращает существовать, потому что вся его энергия и жизнь выкачивается за секунды. В распоряжении эрга столько миров, сколько ему их создаст его брат-демиург.

Управлять и наблюдать за таким большим штатом и при этом не нарушать равновесия эргам помимо Ведущих магов мира помогают и другие слуги — различные сущности.

Охраняют энергетическую пару антиподов оборотни, живущие в межмировом пространстве во дворце эргов и демиургов. Вервольфы являются также основной боевой пехотой. Они практически универсальны, уничтожают всех неугодных, кроме драконов. Последних умерщвляют специально обученные охотники на драконов. Иногда охотников привлекают для кардинального устранения других конфликтов и недоразумений. Но очень редко, потому что решать проблему с помощью убийцы драконов то же самое, что забивать золотым микроскопом гвозди.

За равновесием во Вселенной наблюдает Эквилибриум. Он же является Высшим судьей при различных спорах.

Что касается Геи, то ее создали давно. Мир перешел по наследству нынешнему демиургу Юко и эргу Эхрншту. Юко никогда не интересовался Геей, и Эхрншт уже сто пятьдесят семь лет пытается войти в нее.

— Почему?

— Замыслы хозяина неведомы. Возможно, он решил избавить Юко от ненужного мира. Эрги — санитары Вселенной, они уничтожают бракованные, бесполезные, отжившие миры.

— И что мешает сделать эргам это прямо сейчас?

— Драконы, которые считают себя хозяевами Геи и всячески выдворяют захватчиков. Последний раз княжна Дорвана успешно сдерживала всевозможные атаки. Тогда эрги создали теневую интригу, в результате которой, по одной версии, правители наиболее значимых государств объединились и убили княжну Драко, а по второй — бездействовали в ответственный момент, что опять же уничтожило Дорвану. Но перед смертью она умудрилась создать вокруг планеты мощнейший щит, не позволяющий эргам и их приспешникам проникать на Гею.

— Но раз ты здесь, значит, он разрушен?

— Нет, мы можем его ненадолго прокалывать в особо уязвимых местах. Такого портала максимум хватает на перенос одного воина с мечом, но чаще всего переносится какой-нибудь артефакт, способный разрушить этот самый щит.

— Нечто вроде бомбы изнутри?

— Почти, но я, если честно, этим не интересовался, поэтому особо не вникал, как они будут проникать в ваш мир.

— А почему отправили тебя, а не эрга? Ведь его появление здесь принесло бы больший урон, чем твое.

— Эрг не может долго находиться без защитного костюма. В защитной капсуле он может прожить лет сто пятьдесят — сто семьдесят, а без нее, не питаясь, несколько дней.

— А почему же эрг не может питаться? Например, найти дракона и выпить его жизнь.

— Во-первых, эргам запрещено входить в миры, официально не предназначенные для уничтожения. А во-вторых, они не умеют драться. Даже питаясь энергией, в этом мире эрги уязвимы как простые смертные. А для высасывания чьей-то жизни нужно время и контакт. Вряд ли жертва будет любезно ждать, пока ее убьют, поэтому эрги являются в мир только под защитой своей армии. Кроме того, высасывание душ тоже убивает эрга. После «зачистки» они должны вернуться в межмировое пространство и переварить полученную энергию, иначе погибнут.

— Значит, оборотням нельзя доверять, так как они слуги эргов?

— Нет. Предполагается, что населяющие миры оборотни либо сотворены по образу и подобию эрговских оборотней, либо являются их дальними потомками. Возможно, эрговские вервольфы отправились на очередное задание, но не смогли вернуться обратно, и им пришлось ассимилироваться с местным населением. А может, отслужив, оборотни просто переселялись в другие миры. В любом случае нынешние оборотни никак не связаны с эргами.

— А как ты собираешься убить главного дракона?

— Не знаю, пока не решил. Либо я достану как-нибудь ее кровь, либо попытаюсь пристрелить издалека. На худой конец, сойдусь с Драко в ближнем бою. Я слышал, она плохо фехтует, плюс рост у нее для полуторника маловат, да и сила развилась не до конца. Пройдет еще несколько месяцев, прежде чем она научится использовать полную силу дракона. Вот тогда эта красавица сможет как пушинку поднимать не только двуручник, но и булаву. А пока я выше, сильнее, выносливее и более умелый.

— А после убийства что будешь делать?

— Вернусь домой, но прежде украду тебя у эльфов, — признался я.

— А что будет с этим миром?

— Не знаю, — пожал я плечами. — Что-нибудь да получится. Пока меня не особо интересует его дальнейшая судьба. Я свое задание выполню, все остальное не важно. Ведущие маги что-нибудь придумают.

Увидев, что моя кружка вновь опустела, Лана вскочила из-за стола и направилась на кухню.

— Я хочу еще угостить тебя нашим фамильным напитком! — сверкнула она глазами и скрылась за дверью.

Я улыбнулся и откинулся на спинку стула. Почему-то исследовать дом больше не тянуло. Тело охватила какая-то вялость и странная расслабленность. Хотелось пойти к Лане на кухню, обнять ее и, может быть, поцеловать, но на душе было так хорошо, что даже двигаться не было ни малейшего желания.

Лана чуть ли не вприпрыжку вернулась, неся в руках аппетитно пахнущую кастрюльку. Откуда у моей маленькой девочки столько энергии?

Фамильный напиток оказался потрясающим на вкус. Никогда прежде подобного не пробовал. Горячее тепло приятной тяжестью разливалось по телу. Я даже не заметил, в какой момент оно переросло в реальное, а когда это случилось, было уже поздно. На голову опустилась тьма, и мир стремительно завертелся, а следом пришла пустота и яркий, манящий свет…

Балаур Светлана Александровна, урожденная княжна Драко, правящая глава дома Драконов

Охотник выглядел обычным мужчиной. Высокий, широкоплечий. Кожаная одежда выгодно подчеркивает накачанные формы. Длинные черные волосы собраны в хвост. Добродушные карие глаза, породистый нос. Наверное, от девушек отбоя нет. В целом он очень даже красивый. Но главная опасность заключалась в том, что от него совсем не веяло угрозой. И эта обманчивая, свойственная человеку уязвимость подкупала, что было еще хуже. Кроме того, его внешность казалась мне смутно знакомой. Кого же он мне напоминает?

Сложнее всего для меня было прикинуться крестьянкой. Точнее, еще труднее мне далось решение обратиться в человека и встретить пришельца лицом к лицу. Вот идет он по следу дракона, готовится встретить злобного ящера. А тут бац — чудовище в уязвимой человеческой ипостаси. Какой подарок!

А если не узнает меня, все равно риск. Вдруг он психопат или маньяк какой-то. А тут я, и вокруг чистое поле… С мужчиной моя людская ипостась вряд ли справится. А если воспользуюсь силой дракона, то выдам себя с потрохами. А какой козырь у охотника в рукаве — неизвестно. Все-таки не зря же он числится охотником на драконов, и, судя по моему вещему сну, лучшим.

Блин! Как ни крути — рискованно! Вряд ли его забыли проинструктировать и дать мое описание. Впрочем, в облике дракона я еще больше напоминаю цель, а вот людей с похожей внешностью может быть несколько (если только у него нет каких-нибудь приборов для моего опознания). Хотя теперь, когда стадия моего взросления завершилась, я откуда-то знаю, что при желании могу изменить свою ауру. А если в моих генах есть примесь чужой крови, то даже под расу предка в силах скосить. На это и будем делать упор, если что. В конце концов, среди людей и нелюдей существует большая вероятность встретить двойника, чем среди драконов.

Я приземлилась, обернулась и сосредоточилась на своей одежде. Хорошо, что корона Драко максимально помогает замаскироваться. Все-таки полезный подарок мне преподнес Мортифор. И не важно, что реликвия прежде принадлежала моему роду.

Так, теперь надо определиться с расой. Благо Дорвана обеспечила меня вариантами. Суккубы тут, увы, не подойдут. Еще не хватало нарваться на неприятности из-за чрезмерного обаяния. С другой стороны, если взять от них четвертинку, чтобы нравиться собеседнику и чтобы он, флиртуя, меньше думал, но при этом не перегнуть палку, то нормально. За основную расу возьмем человеческую (спасибо маме!). Чтобы не возникло никаких вопросов по поводу каких-либо моих не к месту проявляющихся необычных способностей, прибавим на всякий случай долю еще какой-нибудь нелюдской крови. Оборотней (частица Мортифора) не будем брать. Слишком близко в ветви эволюции они подходят к драконам. Вампиры — отнюдь не безобидная раса, это может охотника насторожить. Остановимся на эльфийской крови. К счастью, портал открылся на границе с эльфийскими землями, недалеко от конопляных полей.

Честно говоря, мне очень повезло. Еще в прошлом году Лерри выстроил здесь для нас временный домик. Конечно, он хотел разместить драконов в собственном замке, наверное втайне надеясь присмотреть за шкодливыми гостями. (Даже спальню мне выделил рядом со своей.) Но братья наотрез отказались сидеть в четырех стенах и попросили поселить нас на природе. Желая произвести на драконов впечатление (все-таки Лерри ничего не делает просто так), ушастый правитель подошел к данному делу с размахом и приказал за пару недель поставить нам терем. В результате у крестьян появился еще один повод ненавидеть Драко. Но домик удален от человеческого жилья, и нас это не особо волнует.

После выполненной по договору работы старший ванн Дерт, словно предчувствуя беду, не торопился разрушать постройку. Да и нам было жалко терять летнюю дачку. За прошлое лето мы ее уже порядком обжили, я даже нужные нам с Артуром Семину травы умудрилась там сушить. Видя мои частые посещения фазенды, как любили мы с братьями называть ее в шутку, Лерри распорядился, чтобы слуги убирали в доме два раза в неделю и каждый день приносили свежую сдобу (а вдруг я захочу перекусить?). Как видите, хитрый эльф знает, как приручить дракона.

Охотника я ждала с дрожью в коленках. Вдруг он все-таки меня сразу узнает и решит прибить? Хотя, моделируя ауру, я и облик свой слегка изменила, точнее, расставила во внешности акценты. Так, например, эльфийская наследственность проявилась в том, что собеседник в первую очередь обратит внимание на глаза. Их форма и разрез у меня не изменились, но для собеседника они будут казаться типично эльфячьими. И если ему приказали найти и убить кареглазую шатенку, то, глядя в мои карие глаза, он будет видеть эльфийский разрез, и мозг противника отметит, что про такой признак ему не говорили. Хотя от присланного охотника чего угодно можно ожидать. К счастью, и тут мне подфартило. Незнакомец осмотрел меня с чисто мужским интересом. Ну-ну. Смотри-смотри.

Я попыталась прислушаться к чувствам стоящего напротив меня человека. Ага. В его мозгу проскочила мысль проверить меня на «родственную» кровь. Но, полностью сосредоточившись на моем соблазнении, визави не успел это сделать. Хорошо. Увеличим обаяние.

И в ту же минуту меня словно кипятком по хребту ошпарили. Этот поганец заподозрил неладное! И сначала проверил меня на магическое воздействие, а потом еще и наличие «родственной» крови! Ну не гаденыш ли?! Я напряженно вслушалась в его чувства и облегченно вздохнула. Не засек. Хотя, может, он притворяется? Так, в гости напрашивается. И что будем делать, шпионка самопальная?

Мужчина стоял напротив и пристально всматривался в мои глаза. Ну что, Света, решайся? А, ладно! Была не была! Вдруг он все-таки не догадался, кто я, и просто пытается устроить себе вечерок досуга?

Охотник расплылся в довольной улыбке и последовал за мной. Ну-ну, погоди ж у меня, зараза подозрительная! И нечего нас тупыми похотливыми тварями обзывать! Направляясь к домику, я больше всего боялась, что на кухне не окажется еды и мой обман раскроется. Что касается идущего рядом охотника, то его мысли и желания пропечатались на лице крупным шрифтом. Однако пока его «добыча» сопротивляться не спешила, он переходить к силовым методам тоже не торопился. И по дороге не приставал, что говорит в его пользу.

Конечно, приглашать его в уединенный домик в лесу было несколько экстремально. Прожив двадцать один год почти простым человеком, я еще не научилась полностью полагаться на силу дракона. Но, естественно, если он попытается перейти к более решительным действиям, я трансформируюсь. Вряд ли он сможет завалить здоровенную зубастую гадину в ближнем бою. Хотя кто его знает? Самонадеянность может оказать мне плохую услугу.

Несмотря на то что никакой магии я в нем не чувствовала, нужно быть настороже. Не зря же эрги признали его одним из лучших охотников на драконов. Мало ли во что он превратится, если я обернусь? Хотя внутреннего зверя я в нем тоже не ощущала. Даже интересно, как такой простой человек способен убить могущественное и опасное существо. Но не стоит зазнаваться. Я же не знаю, какие у него козыри в рукаве. Только по этой причине я и решилась на свою маленькую аферу. Врага нужно знать получше.

Живущий где-то под ложечкой въедливый червячок сомнения твердил, что он меня уже вычислил и только ждет момента, чтобы прирезать в тишине. Все-таки непрост этот парень. Ой как непрост! Однако враждебности к своей персоне я не чувствовала. Это хорошо.

Расслабившись, я учуяла толику драконьей крови у него в венах. Малое количество, буквально капли, но очень разной. Словно на протяжении всей жизни его лечили десятки драконов.

Мои предположения подтвердились, когда Райдер под действием самопальной «сыворотки правды» рассказал о способе убийства драконов с помощью их крови. От такого метода у меня мурашки по спине побежали. Это какой же надо быть бездушной, хладнокровной сволочью, чтобы убить того, кто искренне считает тебя другом и не ждет предательства?! Ведь не так-то просто втесаться дракону в доверие. И уж конечно мы не разбрасываемся своей кровью направо и налево. Мы делимся ею только с теми, кто нам поистине дорог, кому безгранично доверяем. Ведь кровь — это частичка нас, нашей души. Мы отнюдь не доверчивые и наивные, как щенки! Надо очень долго с нами общаться, дружить, проявлять бескорыстие… Молчу уже о том, чтобы тщательно скрывать свои чувства, ведь мы безошибочно угадываем плохое отношение.

Да уж! Гад ты, парень, гад! И хозяева твои хитрые гады. Когда я узнала, в какую передрягу мы влипли, на душе стало еще хуже. Вот попали так попали! А ведь только из одной переделки выкрутились! Что ж нам так везет?! По идее это я, Квипрокво, должна всем несчастье приносить, а пока только сама огребаю на свою пятую точку. Как в песенке: «Говорят, не повезет, если черный кот дорогу перейдет, а пока наоборот — только черному коту и не везет!»

Выведав всю возможную информацию, я не знала, что делать. С одной стороны, отравить человека — страшное зло и большой барьер для меня, с другой — отпустить охотника на драконов я тоже не могу. Он пришел по мою голову и не отступится, пока не убьет. Или он меня, или я его. Но как же трудно решиться на хладнокровное убийство! Одно дело распорядиться чьей-то жизнью в бою, защищая себя и находясь под действием хищной природы дракона, и совсем иное — повторить то же самое в мирной жизни, будучи в трезвом уме и твердой памяти!

Взгляд остановился на ампуле с ядом. Впрочем, чем мой поступок не самозащита? Райдер же столько зла наделал моим собратьям! Стольких уничтожил. Он же знал, на что идет, когда становился охотником на драконов, понимал риск. Это естественный отбор. Законы жизни. Дрожащая от нервного напряжения рука потянулась к сосуду, но в последний момент остановилась. Ненавижу моменты, когда нельзя проявлять слабость!!!

И зачем ты явился сюда, Райдер Цециди?! Зачем выбрал такую профессию?! На твоих руках кровь моих собратьев, но я не хочу, чтобы ты снился мне в кошмарах! Не хочу помнить тебя до конца своих дней и корить себя за подлость! Ёптр! Ну почему во мне преобладают гены благородного Света, а не Тьмы?! Насколько было бы проще, будь ее во мне хотя бы половина!

Ладно, поступим иначе. Понимаю, что делаю большую глупость, но не могу по-другому! Ну что ж, начнем свой благородный идиотизм. Пусть будет охотнику Высший суд. Выживет — сойдемся в бою, нет — его проблемы.

Откупорив склянку с сильнейшим снотворным, которое мы с Артуром Семину разработали совсем недавно (действует даже на оборотней), я закрыла глаза и от души тряхнула пузырьком над чаем. Если парень умрет от передоза, я не виновата, я не видела, сколько лила. Будем считать, что моргнула…

Когда к моим ногам упал бесчувственный охотник, я уже восприняла это спокойно. Говоришь, драконы тупые и мстительные создания? Ну что ж, поздравляю, ты встретил того, кто тебя провел. Оставлять мужчину в домике не хотелось. Во-первых, он еще дышал. Вдруг оклемается и выживет? А во-вторых, никакой хищник не оставит в своем логове гниющий труп, если, конечно, не планирует его в будущем съесть.

Я не поклонник мяса с душком, поэтому, подняв с пола бессознательное тело, закинула его на плечи и потащила в лес. Что б я делала без драконьей силы? Именно с ее помощью я сумела когда-то в колодце поднять меч и отрубить голову оборотню. А без нее я бы там, извините за грубую откровенность, обделалась бы.

К счастью, теперь, когда мои способности всегда со мной, я спокойно тащила на горбу взрослого мужчину, и единственным неудобством было его более крупное телосложение. Из-за этого я чувствовала себя запыхавшимся гепардом, волокущим добычу и клянущим весь белый свет: себя — за то, что пожадничал и сцапал слишком крупную дичь; нахлебников — за то, что они отбирают улов и приходится его спасать, а саму дичь — за то, что она такая толстая.

Впереди маячили заросли малины. Надо оттащить тело как можно дальше от дома. Если спящего охотника съедят звери — значит, судьба. Насколько помню, за малинником пролегает глубокий овраг. Хм, в который раз убеждаюсь, что я очень «добрая» девочка. Впрочем, я дракон, а они, по словам Райдера, иными быть и не должны. Как он там говорил? «Вредные, агрессивные, влюбчивые хищники, универсальные машины для убийств?» Я же вот не убила. Выходит, с браком «машинка»? Не знаю, с кем до этого работал Райдер, но не все драконы мстительные гады.

Многие из нас — удивительные обаяшки, веселые по натуре, благодушные создания, к которым тянутся люди. Правда, потом эти самые человеки почему-то хотят нас убить. И чаще всего это чьи-то отцы и братья. Странно, почему нас так не любит мужской пол?

В моей голове раздался шепот. Кажется, со мной хочет связаться Вик и пытается не сделать это неожиданно. Вдруг от внезапно раздавшегося в голове голоса я дернусь и что-нибудь испорчу? Какой у меня умный брат!

«Чего тебе?» — пропыхтела я.

«Привет. Чем занимаешься?» — бодро спросил Вик, на этот раз уже нормальным тоном.

«Будущий труп до оврага тащу, — честно призналась я. — Не желаешь помочь своей хрупкой и беззащитной сестренке?»

«Это ты-то хрупкая и беззащитная? — прыснул Вик. — Скажи это той несчастной жертве, которую ты собираешься отпустить в свободный полет!»

Я даже обиделась. Нет, ну какая наглость! Я все-таки слабое и нежное существо, а не терминатор какой-то! Как назло впереди нарисовался ствол поваленного дерева. Вот незадача! Пришлось временно сосредоточиться на собственной силе и перемахнуть через преграду.

«Так чего ты хотел?» — все еще обиженно буркнула я, поправляя на плече тело охотника. Так и норовит сползти, гад! Даже в бессознательном состоянии вредничает! Нет чтобы помочь бедной и беззащитной мне!

Хотя если смотреть правде в глаза, не такая уж я и беззащитная. Если меня обижают, стараюсь дать сдачи, а потом еще и мщу с лихвой. Ведь если хоть раз необоснованно прощу — совсем на голову сядут, а я не настолько сильная, чтобы это допустить. Спасибо Макиавелли за совет!

Вот и барону Каракурту вместе с его подданными отомстила. Не могла спустить с рук такое предательство, да и смерть отчима мы давно обещали Ладушке. Однако народ Геи все равно поразился, когда на вотчинах барона за ночь взбесились все помидоры и сожрали обитателей замка да деревни. Помню, тогда я здорово испугалась, боялась повторения «всеядного» картофеля. Все-таки не ожидала, что мои «предсмертные» мысли могли обладать такой силой. Но пронесло. Хищные томаты куда-то делись, и пока все тихо. Это счастье.

Ладиина к наследству отнеслась философски, мило уступив безлюдный замок и земли мне. Точнее, это мы так решили. На самом деле от нашей красавицы ни слуху ни духу. Это уже маман перед моим вылетом из замка сообщила, что дочка Нох-рам-Лукуша спешно потащила Либ-им-и-до под венец. Ну иного мы и не предполагали. Если Лада не объявилась, значит, пока все хорошо. Тьфу-тьфу, чтоб не сглазить!

Пока я предавалась воспоминаниям и размышлениям, Вик предусмотрительно молчал.

«Так чего ты хотел?» — повторила я свой вопрос.

«Лада объявилась», — сообщил кузен.

Внутри у меня что-то ухнуло. Ну вот! Накаркала!

«За наследством?» — с надеждой уточнила я. Авось еще обойдется.

«Не совсем, — поправился Вик. — Это мне пришлось связаться с Ладииной, дабы решить некоторые возникшие юридические моменты».

«А подождать не мог?! — разозлилась я. — Зачем тебе надо было ее трогать?!»

«Надо было! — огрызнулся брат. — Но об этом потом. Ты не переживай так! Не знаю, можно ли уверенно говорить, что наша красавица за такой короткий промежуток времени несколько успокоилась и изменилась, но ей сейчас глубоко не до нас. Мама полагает, этим мы обязаны мерзкому характеру ее супруга, который занялся ее перевоспитанием. Что он с ней делает — неизвестно, но прогресс налицо. Она, кстати, отказалась от имущества Каракурта в нашу пользу. И еще, тут согласно Ладушкиному брачному контракту…»

«Какому именно? — хмыкнула я. — У Ладушки этих контрактов, как фантиков у ребенка».

«Который Нох-рам-Лукуш составлял, — раздраженно отозвался Вик. Не любит, когда его перебивают. Да еще по делу. — Так вот, согласно вампирским правам, если Лада, будучи твоей супругой, выйдет замуж за равного тебе по рангу лорда, то все ее мужья от предыдущих браков переходят тебе, как „пострадавшей стороне“, в качестве моральной компенсации».

«Только этой напасти мне сейчас для полного счастья не хватало!»

Да что ж мне так везет?! Вот как чувствовала, что тот пунктик мне еще аукнется! Ну почему ни разу не пронесет?! Почему все получается не как у людей?! Хоть бы раз подфартило!

«Свет… — подозрительно мягко произнес Вик. Ой, чую, не к добру это! — Это еще полбеды. Тут эти вылезшие из пирамиды вампирчики так обрадовались такому повороту событий, что немедленно поспешили в твой замок. Собственно, я всю зубастую банду в данный момент и принимаю».

«Передай им, что я их отпускаю на вольные хлеба и разрешаю строить свою жизнь так, как они того хотят».

«Э-э-э нет! — протянул Вик. — Все не так просто! Они не хотят с тобой расставаться. Говорят, где еще они найдут такой выгодный брак, да еще под защитой самого Дракона? Между прочим, супружество с тобой, сестренка, оказывается, удачный и престижный пункт в собственном резюме!»

«Тьфу! Да что ж это такое?! Не Лада, так ее гарем!»

«Да не расстраивайся ты так! Очень толковые кровососы».

«Этого-то я и боюсь!» — вздрогнула я.

Впрочем, те вампирчики в момент знакомства не казались таким уж большим злом. Может, и не доставят хлопот.

«Они предложили построить на наших землях сеть казино „Пирамида“ и щедро делиться прибылью с нами, — продолжил тем временем Вик. — И мне их идея очень нравится. Я с радостью возьму предприимчивых родственников в оборот. Ты только соглашайся».

«А Мортифор?» — спросила я.

«А что Мортифор?» — не понял Вик.

«Он теперь мой супруг, и такие вопросы мы должны решать вместе».

«Ты уверена, что хочешь с ним посоветоваться?»

«Вить, мы теперь одна семья, и я не хочу обижать его, решая что-нибудь за его спиной».

«Свет, — тихо сказал Вик, — тут такое дело. По банальной случайности мой папа прибыл на несколько часов раньше, а сосед по даче, увидев его машину в столь непрезентабельном состоянии, позвонил ему и все рассказал».

«И как это связано с нашим Мортифором?» — Почему-то мое сердце екнуло. Вроде как супруг на переговоры с моим отцом собирался.

«Ну тогда от жестокой расправы меня спасли наша „битва“ с Ведущими магами мира и шумиха, вызванная твоей свадьбой, — вздохнул Вик. — А теперь родители решили сбросить напряжение, зарядив для этих целей ружья и выбрав мишень покрупнее и полохматей. В общем, Мортифору теперь не до разговоров со мной, если ты понимаешь».

О! Это я великолепно поняла! А вот теперь я очень волнуюсь за Мортифора. Пусть мы мало с ним общались тет-а-тет, и большую часть времени он провел рядом со мной под личиной Кейси, я почему-то воспринимала оборотня как нечто близкое и достойное доверия. И эта непонятная симпатия к нему возникла уже давно, оказавшись настолько сильной, что даже наша ненормальная свадьба не смогла испортить хорошего отношения. И разрывать узы Гименея я не то что не спешу, но и не хочу! Может, Морти начать подрабатывать дрессировщиком особо опасных существ? Хотя нет. Тут другая причина. Думаю, пора себе признаться, что я начинаю влюбляться в лохматого гада, если уже не влюбилась. Чем-то паразит меня зацепил, и это зарождающееся чувство совсем не похоже на прежние влюбленности. Оно гораздо глубже и взрослее.

И самое обидное то, что я вынуждена сейчас разбираться с каким-то охотником, а не стать буферной зоной между Мортифором и папой с дядей. Даже слово в защиту мужа сказать не могу! Обидно!

«Свет, — отвлек меня от мрачных раздумий Вик. — Наш гарем решил основать на твоих землях сеть центров отдыха и реабилитации несчастных вампирских мужей, мотивируя это тем, что зубастые жены за ними на территорию Драконов не полезут. Как тебе идея?»

«Р-р-р! Не вотчина, а политубежище какое-то!»

«Какая, однако, экономическая жилка! — восхитился Вик, чье настроение зашкаливало за отметку „превосходно“. И даже то, что дядю Олега не удалось обмануть с бумером, не омрачало его радужных мыслей. Хотя что ему хмуриться? Это ведь Мортифор отдувается теперь за всех, попав под горячую руку. — Нет, ну какие молодцы!» — продолжал тем временем восторгаться кузен, найдя собратьев по духу.

«Вот согласуешь все с Мортифором, тогда вперед, — буркнула я. — Все детали на тебе».

«То есть ты передаешь дело мне?» — радостно отозвался Вик.

«Если с Морти договоришься», — поспешила предупредить я. С кузеном надо держать ухо востро. Забудешь что указать — огребешь по полной.

«Ладно, — вздохнул Вик. — Я с ним разберусь. Удачного тебе времяпрепровождения с твоим трупом».

«Угу, и тебе того же и по тому же месту», — парировала я нашим излюбленным устойчивым выражением и отключилась от ментальной связи.

Доковыляв до оврага, я стряхнула с плеч тело и столкнула его вниз. Вот и еще один представитель сильного пола возненавидит драконов, если, конечно, выживет. Склон оврага был крутым и каменистым. Если Райдер в процессе полета свернет себе шею, то мое чувство вины от этого не возрастет. Хотя сейчас начинаю думать, что гуманнее было его еще в хижине прирезать, чем вот так мучить, косвенно убивая. И для сердца спокойнее было бы. А то гадай теперь, тревожься: выжил он или нет? Но спускаться и проверять тоже не рискнула. Еще самой не хватало оступиться и шею сломать.

Решено, в следующий раз буду действовать бескомпромиссно и жестче. Плевать на чувство вины. Лучше сразу их убивать, чем вот так глупо рассусоливать! Раз — и как отрезал! Прочь гуманизм! Долой сомнения! Себе дороже получается. М-да, дожила. Там человек, возможно, умирает, а я прикидываю, как в будущем убивать буду. Куда я, блин, деградирую?!

Хотя на фиг такие мысли. У меня есть проблемы важнее. Ситуация с какими-то мифическими эргами откровенно не нравилась. Это же надо: существа, способные поглощать энергию! Только таких гостей нам еще не хватало. С другой стороны, кушать местного жителя, а особенно дракона, то же самое, что пытаться полакомиться моей плотоядной картошечкой. Вроде и вкусно, и безобидно, а с зубами, сволочь. В процессе обеда так тебя покусает, что мало не покажется.

Кстати, как сообщил мне недавно Артур Семину, мой корнеплод очень удачно прижился на болотах Драко, заняв там место основного хищника в пищевой цепи. К счастью, его как-то умудрились есть киморы. В результате чего пищевая цепь замкнулась, и мое творение удачно вписалось в схему равновесия.

«Все, хозяйка, — прервал мои размышления желудок, — как сказал кто-то из великих: война войной, а обед строго по расписанию! И хватит лирических отступлений! Нам жрать пора!»

И правда! Полет с последующим за ним допросом охотника очень здорово раззадорил аппетит. А Драконы должны питаться регулярно, иначе у них возрастет агрессия. В злобном состоянии ничего путного в голову не приходит, а в бою нужно в первую очередь думать.

Я вздохнула и направилась в приграничную с эльфами деревню Коноплянка. Там нормальная корчма. Местные жители встречали меня уже не столь враждебно, как в предыдущие визиты.

Лерри ванн Дерт открыто мне благоволил, и крестьяне не решались портить отношения с главным работодателем. Да и я по сравнению с другими драконами — меньшее зло.

Корчмарь хмуро глянул на меня из-под отросшей челки и протер столешницу.

— Чего изволите? — вежливо спросил он, понимая, что грубить мне нет смысла. Во-первых, как уже говорилось, я по сравнению с братьями просто лапушка безобидная. Во-вторых, я всегда хорошо плачу. Ну а в-третьих, драконы крайне обидчивые, злопамятные создания, и это еще один повод быть воспитанным при общении с нами.

— Как обычно, — вздохнула я. — Мясо и еще раз мясо.

— И под мясным соусом, — понимающе хмыкнул корчмарь.

Я кивнула и расслабилась, пытаясь поудобнее угнездиться на высоком табурете перед барной стойкой.

— Вот она! — внезапно раздался окрик, и что-то тяжелое опустилось на мою голову.

Мир покачнулся и потемнел…

2

Один ум хорошо, а два не положено по штатному расписанию.

Анатолий Рас

Приходила я в себя медленно. Дико болела голова, и слегка поташнивало. Блин, сколько раз я уже попадаю в неприятности в этом недружелюбном мире! Пора бы хоть чему-то научиться! Так нет! Мы так и не уяснили необходимости беречь тылы! Позорище! А еще княжна! Дракон! Стыдобища одна!

Нос уловил запах пыли, картофеля и чего-то еще. Кажется, я в мешке, а судя по тому, что ноги и руки стреножены и все тело свернуто в компактный комок, я однозначно в старом пыльном мешке из-под картофеля. Атас!

У меня тут на княжество готовится нападение, за мной послали профессионального наемного убийцу, а я, вместо того чтобы предупредить братьев и спасать вотчины, еду бесплатным грузом неизвестно куда! Р-р-р! И голова-то как болит!

«И жрать хочется!» — мрачно напомнил желудок.

«И в таком настроении мы ну крайне необщительны и недружелюбны!» — прошипела темная сторона моего сознания. Как я уже успела догадаться, она отвечала за дракона.

Бешенство красной пеленой застило глаза. Что ж мне так часто по голове попадает?! Убью!

Лошадь, на которой меня везли, испуганно всхрапнула и споткнулась. Кажется, она почувствовала во мне хищника. Всадник раздраженно осадил животное и разозленно пнул меня ногой.

Носок сапога больно врезал по ребрам. Ах ты, гад! Я плюнула на вежливость и гигиену и, извернувшись, цапнула обидчика через мешок за эту самую ногу. Попала как раз куда метила: в мякоть чуть выше колена. Судя по вырвавшемуся стону и соленому привкусу во рту, мои зубы уже успели трансформироваться. Отлично!

Недоброжелатель выругался и завозился. Вдруг я почувствовала, как взлетаю в воздух, меня в мешке прокрутили несколько раз над головой и швырнули на землю. Больно-то как! Слава Высшим силам, обошлось без травм.

Была бы человеком или полудраконом, окочурилась бы или, в лучшем случае, сломала бы себе хребет. Но полноценные драконы на удивление живучи, и я радовать врагов своей смертью не собираюсь. Голова кружилась и болела, тело превратилось в сплошной синяк, перед глазами плыли цветные круги, но внутри уже включился режим частичной трансформации. Ох, сейчас кому-то не поздоровится!

Сдерживающие меня веревки треснули, но не порвались. Мешок, впрочем, тоже. Что за фигня? Из чего это сделано? И тут меня осенило, что обидчики, возможно, знают, как обращаться со злобными драконами. Вот влипла! Видно, это мне расплата за Райдера. Что же делать?

Вдруг до сознания дошло, что где-то в радиусе ста метров матерится подозрительно знакомый голос.

— Идиоты! — орал он. — Психи! Вам что сказали? Найти и вежливо пригласить княжну на обед! В правила вежливости входит подбираться сзади, оглушать по голове и тащить в пыльном старом мешке из-под картошки в замок?!

Хм, действительно мешок. Угадала! Молодец я!

— Нет! — продолжал бесноваться все тот же голос под монотонные сбивчивые оправдания. — На этом вы не остановились! Вы привязали мешок к седлу и припустили галопом, не заботясь, как и обо что бьется ваша ноша!

Так вот отчего у меня голова болит! Р-р-р! Покусаю!

— А потом еще так спустили на землю! Это, по-вашему, надлежащее обращение со своей королевой?!

— Королевой?! — испуганно выдохнули мужские голоса. — Разве брак равноправный?

— Да, мои идиоты! Да! — взревел все тот же баритон. — Где вы были, когда это во всеуслышание на Гее объявили?!

— Ой!

— Ой?! Всего лишь «ой»?! Я вам покажу «ой»! Дрянь беспросветная! С Мортифором будете сами разбираться и мешок сейчас сами откроете! Я не хочу оказаться поблизости, когда это случится!

— Все так плохо?

— А ты поди открой! — язвительно посоветовал голос.

Кому же он принадлежит? Каутинусу? Да, точно! Это же Каутинус!

— Каутинус! — с надеждой заорала я. Голова отозвалась болью. Только бы не сотрясение.

Поодаль чертыхнулись и, похоже, отвесили пару оплеух. Затем раздались тяжелые шаги, чьи-то решительные руки приподняли и развязали мешок. В глаза ударил яркий солнечный свет.

— Это не я, — мрачно буркнул седовласый оборотень. — Это те идиоты!

И указал на испуганно жмущихся друг к другу парней. В исполнении здоровенных качков это смотрелось особенно умильно.

— Простите нас, госпожа, — дрожащим хором проблеяли они. — Мы не знали, что вы наша королева.

— Идиоты, — согласилась я с Каутинусом.

— Как накажете, моя госпожа? — вежливо поклонился седовласый советник, срезая с меня веревки.

Я задумалась. После всего случившегося отыгрываться на обидчиках не было ни физических, ни моральных сил. Хотелось свернуться клубочком — и чтобы никто не трогал. А потом спать, спать, спать.

— Пусть Мортифор сам их наказывает, — переложила я проблему с больной головы на здоровую.

— Миледи, пощадите! — бухнулись мне в ноги оборотни, явно осознав, что Морти за такое обращение по головке не погладит. — Лучше сами убейте! Будьте милосердны.

— Хорошо, — кивнула я. — Пусть Каутинус проследит, чтобы вас не убивали.

Оборотни вздрогнули и мрачно поднялись с колен. На озадаченных лицах отчетливо читалось, что в ближайшем будущем ничего хорошего они для себя не ждут. Каутинус осторожно дотронулся до моего лба и прощупал голову, а затем и тело на наличие переломов. Не обнаружив существенных повреждений, он облегченно вздохнул и протянул мне две фляги.

— Выпейте, станет легче.

— Что это?

— Одно зелье тонизирующее и обезболивающее, а второе — исцеляющее.

Я принюхалась к напиткам и выпила. От обоих эликсиров несло исцеляющей магией. Это я поняла по нежному, еле слышному запаху трав и камфары. К счастью, зелья, в отличие от самой магии, на дракона действуют, особенно если последний принимает их добровольно. Правда, после обезболивающего варева возникли довольно странные ощущения. Все тело слегка одеревенело, даже кончики пальцев онемели. Зато исчезла головная боль.

Общеисцеляющее зелье разлилось внутри приятным теплом, которое постепенно все возрастало и возрастало. В какой-то момент жар стал просто нестерпимым, все мое тело покрылось испариной, и я уже боялась, что вот-вот мой белок свернется, и организм не выдержит. Может, мне вовсе не лекарство, а яд дали? Чтобы тут же под кустиком замести следы? Но внутренний огонь вдруг резко погас, словно исполнил свою миссию и исчез.

Подул ветерок — и телу стало прохладно и хорошо. Я взглянула на свои руки. Следы от веревок исчезли, даже синяк, не помню какой давности, рассосался. Вот, значит, зачем мне исцеляющее зелье дали. Чтобы вернуть презентабельный вид. Вряд ли Мортифор ожидает к обеду побитую и покалеченную даму.

Вместе с хорошим самочувствием вернулся и мой оптимизм, а вместе с оптимизмом и аппетит. Каутинус подвел ко мне оседланного жеребца и лично подсадил в седло. Оборотни мрачно разошлись по своим коням. Надо признать, лошади у оборотней им под стать: огромные, мощные, с толстыми крепкими ногами, что неудивительно, если учесть, какой вес приходится этим богатырям носить на своей спине. Эту породу вывели вервольфы специально для себя и, кажется, называют драгами.

— А где остальная часть отряда? — вдруг настороженно спросил Каутинус. Хм, а став моим союзником, он оказался очень даже толковым подданным.

— Поехала за другими драконами, — поежились оборотни. — Мортифор еще ее братьев пригласил.

Я внутренне похолодела. Еще не хватало, чтобы Норри с Витькой были избиты и доставлены на ужин в мешке. Не думаю, что это поможет Мортифору наладить отношения с шуринами. Однако приглашение короля вервольфов на обед в замок радовало. Оно означало, что Морти благополучно пережил отцовское сафари. Наверное, он действительно верткий. Я почти на сто процентов уверена, что вначале папочка хорошенько отвел душу на Мортифоре, а потом уж соизволил говорить. После разборок с мамой отцу всегда хочется стрелять.

Интересно, как муженьку удалось договориться с близкими? Что он пообещал дяде и папочке? И как умаслил мамочку? Н-да, страшная у нас семейка! Куда ни глянь — одни хищники да великие мира сего. Если с нами такие союзники, то кто против нас?

Наша процессия медленно отправилась в путь. Я искренне надеялась, что хотя бы для Норри, как для наследника дружественной державы, сделают скидку и не будут бить. А вот за Витьку я откровенно боялась. Если эти дубы не слышали про новоиспеченное родство, то к бастарду дома Драконов вряд ли будут снисходительны. Вик с рождения воин, а не жертва, и это тревожило еще больше. В случае сопротивления двухметровые костоломы изобьют его до потери сознания. Я попыталась дотянуться до кузена по ментальной связи, но мне никто не ответил. По спине вновь пробежал неприятный холодок. Каутинус словно угадал ход моих мыслей и послал двух воинов к отделившимся отрядам предотвратить намечающийся инцидент. Только бы они не опоздали!

Мои скорбные размышления прервал показавшийся впереди отряд всадников.

— Занять оборонительную позицию, — скомандовал Каутинус. — За королеву отвечаете головой.

— Это свои, — буркнул кто-то из оборотней.

Я с ужасом присмотрелась к приближающимся воинам. У луки седла их предводителя болтался мешок. Сердце испуганно екнуло. Вожак отряда вскинул руку в приветственном жесте, и Каутинус ответил, повторив движение. Прибывшие поравнялись с нами и хмуро взглянули на меня.

— Почему эта дрянь не связана и на коне? — рыкнул предводитель побочного отряда, презрительно кивнув на меня.

Мои спутники побледнели и шумно сглотнули.

— Потому что «эта дрянь» ваша королева, — спокойно ответил Каутинус, выезжая чуть вперед и словно невзначай прикрывая меня своим корпусом. — Где вы были, когда объявляли о браке вашего господина? Или у вас уши землей забиты?

— Откуда мне знать, что ты не врешь? — прошипел вторичный вожак. — Вдруг ты заодно с этой тварью?

— Осторожнее в выражениях! — осадил собеседника Каутинус. — Во-первых, ты ставишь под сомнение слова королевского советника. А во-вторых, эта тварь, как ты выразился, имеет право казнить вас и миловать наравне с его величеством. А будешь продолжать грубить — прочувствуешь это на собственной шкуре!

— Я не понял, откуда мне знать, что ты не лжешь? — упрямо повторил воин.

— О силы! — рыкнул Каутинус. — Тепер-р-рь понимаю, почему Тилацинов не бер-р-рут в ар-р-рмию!

— Не смей оскорблять мой род! — взревел представитель этих самых Тилацинов.

— А ты вылезай хоть иногда из-под земли и слушай новости! Кого ты привез?

— Вот, — рыкнул солдат и скинул на землю мешок.

Внутри кто-то шевельнулся и слабо застонал. По голосу я узнала Норри! Меня как ветром сдуло с коня. Развязав мешок и увидев помятого братца, я стала торопливо его ощупывать на наличие переломов.

— Идиоты!.. — застонал Каутинус. — Вы что, не смогли сообразить, что так обращаться с наследником престола недопустимо?!

— Он же дракон! — невозмутимо произнес главарь.

— Он еще и племянник правителя дружественного нам эльфийского государства и по совместительству его наследник! Вы подумали, что на все это лорд Лерри ванн Дерт скажет?! А что будет с союзом, когда Норри станет королем?

Солдаты нахмурились. По виду было ясно, что они пытаются думать, но это им удается с трудом. Да, дураки есть в любом виде и расе. Печально.

Первым, как и следовало ожидать, сориентировался Каутинус. Подскочив к эльфенку, он протянул ему тонизирующий и восстанавливающий эликсиры.

— Извините, пожалуйста, — прошептал он. — Я на этих идиотов рапорт подам.

— Угу, — хмуро вздохнул Норри. — Я вообще не понял, зачем меня надо было бить по голове и совать в мешок, если я и так был согласен ехать?!

— Как зачем? — возмутился кто-то из эскорта Норри. — А правила?

— Чего? — опешили мы.

— По правилам пленников правителя требуется везти в мешке и оглушенными, — порадовал нас чудесами своих умозаключений незадачливый оборотень.

Каутинусу, видно, уже надоело повторять «идиоты», поэтому он просто вздохнул и закатил глаза. Да, похоже, кого-то ждут штрафы. А возможно, и увольнение. Уж Мортифор хорошенько накажет за причинение вреда племяннику лучшего друга. А вот за Вика он вряд ли будет так стараться. И тут меня прошиб пот. Вик!

Впереди появился еще один отряд всадников. Стоящие рядом оборотни приветственно подняли руки. Ой-ой! А вот и кузена везут. Надеюсь, они его не покалечили. Иначе я сама с них шкуру спущу!

Через пару минут прибывшие поравнялись с нами. Каутинус, предчувствуя беду, закатил глаза и приготовился к выдаче очередного разноса. Я наспех окинула взглядом воинов, но мешка при них не заметила. Зато предводитель светил огромным фонарем под глазом. Прочие члены отряда тоже выглядели слегка поцарапанными и помятыми. Кто-то их хорошенько отходил.

Увидев Каутинуса, главарь нового отряда понурился и, опустив голову, пролепетал:

— Прости нас, господин, мы не справились с заданием его величества. Дракон слишком воинственным оказался и не захотел захватываться в плен.

— Да, — поддакнул второй оборотень. Видно, заместитель вожака. — Мы не знали, что он так умеет. И силища у него уже драконья прорезалась. А потом он еще каких-то юных вампиров свистнул, и они все вместе так нас отметелили, мы еле ноги унесли. — И оборотень рефлекторно потер бок.

— Дебилы! — вздохнул Каутинус. — От вас требовалось всего лишь вежливо пригласить его на обед и с почетом проводить до замка! А вы к нему с дракой полезли!

— Тогда еще раз прости нас, господин, — хором отозвались те.

Каутинус печально махнул рукой и подсадил меня на драга. Конь озадаченно взглянул на свою спину, неуверенно переминаясь с ноги на ногу. Если лошади не чувствуют всадника весом до семидесяти килограммов, то у драгов этот порог, наверное, значительно выше, и оттого конь пребывал в легком затруднении, не понимая, что за копошение у него на спине. Я подобрала поводья, чтобы животное почувствовало хозяйскую руку.

— Вы свяжетесь с Виктором Венатором? — с надеждой обернулся Каутинус ко мне. — Мой лорд очень хотел видеть вас в своем замке на обеде.

Ага, значит, Морти жаждет наладить семейные связи. К чему бы это? Что он задумал? Ладно, если Мортифор хотел нас всех видеть, то не будем его разочаровывать. Я закрыла глаза и попыталась настроиться на Витькину волну. Теперь, когда он и Норри вступили в последнюю стадию взросления, в нашей связи случаются перебои. Как ни странно, на этот раз Вик нашелся почти сразу.

«Чего тебе?» — хмуро отозвался он.

«Чего рычишь на родную сестру?» — возмутилась я.

«Да тут какие-то амбалы настроение попортили. А утро так хорошо начиналось, мы с вампирчиками бизнес-план разработали».

«Не переживай. Тут нас Мортифор к себе на обед приглашает».

«А-а-а! — протянул Вик. — Значит, выпутался, зараза! Я же говорил, что он верткий! А ты мне не верила!»

«Вот и поздравь его лично».

«И как я к нему заявлюсь? Прилечу?»

«Попроси Артура, он тебе с порталом поможет. Морти с нами переговорить хочет».

«Полагаю, моральный ущерб за подпорченную шкуру взыскать».

«Вить, крутись как хочешь, но я тебя жду. И еще, к нам пришла крутая гадость. Передай Артуру, что нам как можно скорее нужно связаться с мамой и папой».

«Хорошо», — ответил Вик и отключился.

Заметив, что я открыла глаза, оборотень внимательно посмотрел на меня.

— Он будет, — успокоила я Каутинуса. И тут я сообразила, что существует способ установить связь с родителями, не прибегая к помощи Артура. — Скажите, пожалуйста, а здесь есть где-нибудь поблизости храм одного из Ведущих магов мира? Желательно, Квипрокво или Хапуги.

— По пути к замку есть храм Айрессена Задира, — произнес Каутинус. — Квипрокво у нас в противоположной от замка стороне, ближе к границе с Драко. Часовня Хапуги очень далеко.

— А Тихони?

— Его храм у нас в долине Мастеров, но это тоже значительный крюк по дороге.

Ладно, раз Задир, пусть будет Задир. Тем более что соседу с нижнего этажа гораздо проще связаться с нашими, чем моей тете Марине звонить из Минска в Москву. Может, оно и к лучшему.

— Едем к часовне Айрессена.

Каутинус молча кивнул и пришпорил коня. Я пустила своего скакуна в галоп следом за ним. Эх, жаль, Злыдень в замке остался! Мы бы с ним размялись. Впрочем, когда еще выдастся возможность прокатиться на драге? По обе стороны от меня пристроилось по паре оборотней. Бывшие мои обидчики — нынешние телохранители. Интересные повороты судьбы.

— Что ты задумала? — поравнялся со мной Норри. После зелий он выглядел значительно лучше. По крайней мере, все видимые синяки и царапины сошли на нет. Полагаю, чувствует он себя тоже лучше, раз уже начал задавать вопросы.

— Нам надо с родными посоветоваться. — И я рассказала Норри все, что узнала от охотника.

— М-да, — вздохнул эльфенок. — Я о таком не знаю. Надо с дядей поговорить.

— Давай, — согласилась я. — Чем больше источников информации, тем лучше.

Остаток пути мы провели наедине со своими мрачными мыслями. Эрги — это тебе не все предыдущие проблемы, тут одним везением не обойдешься. По идее родители должны о них знать. А если нет, то, похоже, придется возвращаться и откапывать труп того охотника. С другой стороны, все что можно я у него уже выведала. Все-таки при допросе полезно и к сознанию подключаться. Увы, но борьба с эргами в более высоких инстанциях не входит в компетенцию Райдера, а вот маман должна знать, как сражаться с данной бюрократией. Только бы получилось с ней связаться.

Храм Задиры представлял собой ничем не примечательную деревянную часовенку. Маленькая, беленькая, компактная. В небо тянется покрашенный золотистой краской шпиль. В общем, эта хлипенькая конструкция никак не тянула на прибежище мага войны. Хотя, как успел поведать мне Каутинус, у людей эти храмы более основательные и частенько являются по совместительству крепостями. Нелюди же подобными мелочами не заморачиваются.

Эскорт решил подождать меня снаружи. Я вошла внутрь. На стенах красовались фрески баталий и битв. Отрубленные головы, ноги, руки, всевозможные иллюстрации мечей, копий и прочего оружия существенно отличались от убранства традиционных храмов. Неудивительно, что дядя Вася запил! С таким антуражиком и свихнуться можно! Хотя есть в пьянстве соседа и какой-то сакральный смысл. Вот что еще делать магу войны во времена мира? Или посмотрим с другой стороны. Может, пока дядя Вася тихонько себе напивается, на Гее царит мир, а когда он трезвый — война?

«Ага, особенно когда опохмелу нет!» — фыркнуло левое полушарие.

«Да ладно тебе, язва!» — возмутилось правое.

Я подошла к алтарю и уставилась на черные свечи. Ну и что прикажете делать? Возвращаться и советоваться с Каутинусом как-то неловко, я ж вроде как приближенная к великим мира сего, должна знать. Здравая часть моего мозга твердила, что именно тогда, когда ты делаешь все сам, не глядя в инструкцию, и случаются мелкие катастрофы. В моем случае они, к сожалению, крупные. Ну ничего. Начнем с аналогии. Моя подруга обычно зажигает свечу и молится. Можно, конечно, обойтись и без свечи. На результат, по-моему, это действие не влияет, но у нас же здесь есть свечи, значит, будем работать с тем, что имеем. Из ряда черных свечек я выбрала самую большую и массивную (чтоб надежней было) и задумалась. А чем поджигать? Ни спичек, ни кремня у меня нет. Все-таки планировалась вылазка на пару часов, а не боевой поход. М-да, дела. Впрочем, огонь должен быть всегда со мной. Дракон я или не дракон?

Я призвала драконью сущность и постаралась аккуратно плюнуть на фитилек. Тот вспыхнул на пару мгновений и потух. Уже принят вызов? А что дальше-то? На всякий случай я тихонько позвала: «Дядя Вася?» Ответа не последовало. Хм, попробуем громче. Надеюсь, он не в запое.

Но и на более громкий вызов он не отозвался. Может, крикнуть? Я попробовала. Тишина. Только оборотни за пределами часовни посмеиваются. Вот жуки, а?! А может, надо все-таки свечку зажечь и вслух имя назвать? Я сосредоточилась и плюнула старательнее, но искра проскочила и снова потухла. Блин! Что ж у меня какой-то бракованный огонь получается! Надо качественнее работать!

На всякий случай я взяла еще одну здоровенную свечу (вдруг моя дефектная?) и плюнула уже от души. Пламя, которое полыхнуло, захватило не только две свечи в моих руках, но и все свечки на алтаре, да, собственно, и весь алтарь. А рядом стояли лампадки с маслом… В общем, пламя, получив доступ к маслу, фугануло вверх и перебросилось на декоративные гирлянды. Не знаю, чем были смазаны гирлянды, но они тоже мгновенно вспыхнули, а огонь переметнулся на деревянные стены, которые, будто по закону подлости, очень даже легко прихватились. Ой, блин, вызвала, называется, дядю Васю!

— Дядя Вася! — заорала я, отойдя от шока. — Дядя Вася, ваша часовенка тут горит! Извините!

Кажется, пора драпать. И тут что-то внутри деревянного храмика громыхнуло.

«Он что, здесь тротил держал?» — проскочила у меня последняя мысля, прежде чем что-то тяжелое обвалилось на мою голову. Однозначно сегодня не мой день!

Через минуту я пришла в себя от ощущения, что на мне что-то лежит. Пошевелила хвостом — нормально. Что-то с грохотом упало, подняв в воздух облако гари. Тьфу! Весь нюх отбило! Я открыла глаза и увидела уменьшенный вариант моих сопровождающих. Значит, я от страха превратилась в дракона, а часовня обвалилась на меня уже бронированную. Хорошо. Плохо, что мою команду слегка разбросало взрывной волной. Хотя могло быть и хуже.

К счастью, оборотни по живучести стоят на втором месте после драконов, и, когда грянул взрыв, большая половина отряда успела скрыться в ближайшем овраге. А те, что все-таки пострадали, отделались ушибами и глубокими царапинами, которые благодаря регенерации исчезали прямо на глазах. Паре оборотней деревянные остатки часовенки угодили в тело. Нелюди быстро извлекли их и наспех перебинтовали раны. Да, другие спутники со мной просто не выживут.

Я огляделась в поисках Норри. Братишка, радостно улыбнувшись, помахал мне рукой из облюбованного всеми оврага. Из чего могу сделать вывод, что он тоже времени зря не терял и спасался, как мог. Видно, в моей компании у него в спешном порядке выработался рефлекс выживания. Молодец!

А вот кони, к сожалению, к таким поворотам судьбы не привыкли и, вырвавшись, умчались прочь. Наименее пострадавшие члены отряда отправились на их поиски.

Я потянулась и размяла крылья. Так, повреждений вроде нет. Все слушается нормально. Прекрасно. Мои благодушные размышления прервал чей-то всхлип:

— Что? Что ж это такое?

Я обернулась и увидела дядю Васю, растерянно разводящего руками. От него здорово несло перегаром, но большие круглые глаза были уже абсолютно трезвыми.

— Что здесь произошло? — пролепетал он.

— Я здесь произошла, — покаялась я, склоняя перед соседом голову. Стыдно-то как! — Извините, пожалуйста, я вас хотела вызвать, но, боюсь, немного переборщила с набором номера, или как там у вас это называется. Я все починю. Обещаю.

Дядя Вася в полном офигении уставился на огромного черно-зеленого дракона, восседающего на обломках его часовни. Со стороны это могло еще выглядеть и так, как будто я ее раздавила. Хотя дядю Васю на мякине не проведешь. Он цепко осмотрелся и предположил:

— Ты что, взяла мои взрывные свечи?

— А они так называются?

— Ага! — гаркнул дядя Вася. — Кто тебя учил, темнота? Их же надо использовать только во время войны! Чтобы вызывать мою помощь!

— Дядя Вася, простите! Я не знала!

— Дядя Вася? — переспросил он, глядя на громадного зеленого монстра (моя броня уже сошла).

— Да, это я, Света из квартиры номер тринадцать! Вы меня еще Вертушкой, когда я была маленькой, называли.

— Татьянина дочка? — опешил наш сосед, задумчиво почесывая затылок. Такое чувство, что он только что от глубокой спячки пробудился.

— Да! — обрадовалась я. — Мне ваша помощь нужна! Понимаете, я сейчас не могу связаться с мамой, потому что ее храм далеко, а кристалла переговоров у меня нет. Но мне срочно надо с ней посоветоваться. Не могли бы вы переговорить с ней или с моим отцом и попросить, чтобы они оба со мной связались?

— А напрямую к отцу ты не можешь подключиться?

— Нет! — всхлипнула я. — Опять же переговорного кристалла нет. А иными способами я до него почему-то достучаться не могу.

— Бедный ребенок! — зацокал языком дядя Вася, все еще глядя на свою разрушенную часовню. — До родителей добраться не может. А самой свои проблемы решать?

— А я и решу, вот только разрешения у них спрошу! — рыкнула я.

— А без разрешения никак нельзя? — с какой-то надеждой спросил дядя Вася.

— В вашей часовенке я уже вызвала вас без разрешения.

Дядю Васю передернуло.

— Понял, — вскинулся он. — Жди здесь. И НИЧЕГО НЕ ТРОГАЙ!

Я вздохнула и окинула взором поляну. Оборотни медленно приводили себя в порядок. Все-таки хорошо, что у них, по легендам, несколько жизней.

«А другие рядом с тобой долго и не продержатся!» — хмыкнуло левое полушарие.

Да, что-то в этом утверждении есть. Я вернулась в человеческую форму и присела на краешек поваленного дерева. Несмотря на мой безобидный вид, спутники не торопились подходить ко мне.

Озадаченный дядя Вася вернулся через полчаса.

— Никто не открывает дверь, — озабоченно произнес он.

— А тетя Ира?

— Она в магазин ушла, — парировал сосед.

— А вы откуда знаете? — воспрянула я духом.

— Бабульки во дворе доложили.

— Может, тогда подождете тетю Иру? Или маме позвоните.

Дядя Вася вздохнул и вновь исчез в портале. Интересно, где мои родичи могут быть после семейных разборок? Через пару минут дядя Вася вернулся с мобильным телефоном.

— Держи, — хмуро произнес он, протягивая мне трубку.

— Что это? — удивилась я, прекрасно зная, что сотовые телефоны на Гее не действуют.

— Это артефакт, — лекторским тоном изрек дядя Вася и нетерпеливо добавил: — А теперь бери трубку, и покончим скорее со всем этим.

Я взяла предложенный предмет и поразилась, услышав в трубке мамин голос.

— Мам, у нас тут проблемы, нужна твоя консультация.

Следующие десять минут ушли на то, чтобы вкратце передать известную мне информацию. Пришлось даже признаться, что я сделала с наемным охотником.

— Свет, охотники на драконов — это серьезно! — услышала я дрогнувший голос родительницы. — Пожалуйста, пообещай, что будешь держаться от них подальше.

— Нет! Я просто жажду с ними более близкого общения! — съязвила я. — Мам, ну как будто я сама не понимаю, чем мне может грозить встреча с ними!

— Может, и понимаешь, но не осознаешь, — отрезала мама. — Свет, они профессионалы в своем деле. Они рождены, а точнее выведены, чтобы вас уничтожать. И это у них прекрасно получается. Раньше у эргов и демиургов в услужении были только оборотни. Но те со временем перестали удовлетворять предъявленным требованиям, и тогда ни с того ни с сего появились драконы. Подозреваю, здесь не обошлось без генетических разработок. Однако драконы отказались служить кому-либо. И тогда эрги стали их уничтожать. Оборотням не удалось справиться с поставленной задачей. Тогда в хрониках эргов появляется второе белое пятно, и на боевую арену выходят охотники на драконов. Им удается то, в чем прогорели оборотни. Происхождение охотников на драконов хранится под грифом «Секретно». Делай выводы, дочка.

— А зачем эргам и демиургам смертные слуги?

— Они, бестелесные сущности, в нашем мире уязвимы, и, чтобы более-менее долго существовать, им нужны защитники и тела. Они способны создать физическое тело, но без подпитки энергией долго не продержатся. Да и для исполнения их воли нужны руки смертных. А вообще, эрги не имели права подсылать к тебе охотника!

— Это еще почему?

— У них нет лицензии на твое убийство. Точнее, документ еще не подписан. А без разрешения твое убийство — типичное браконьерство!

— Очаровательно! — хмыкнула я. Быть объектом браконьерства оказалось неприятно. — Предлагаешь мне сообщить об этом следующему охотнику?

— Или этому, если он вдруг выживет, — философски отозвалась мама.

— Типун тебе на язык! Не каркай! — возмутилась я. Мне для полного счастья еще восставшего мертвеца не хватало! Или недобитой жертвы. Что в итоге одна и та же головная боль. — И вообще, ты всерьез полагаешь, что, если я напомню ему о нарушении, меня не будут убивать?

— Не думаю, что его это остановит, но, убегая, напоминай ему об этом почаще.

— Спасибо, постараюсь, — сухо заметила я, на минуту представив, как лось, улепетывая от браконьера, вдруг останавливается и начинает зачитывать нарушителю закон. Забавное зрелище получится, жаль только, что я непосредственный участник.

— Ладно, — вздохнула мама. — Ты там пока у себя в мире постарайся ни во что не вляпаться, а я попытаюсь зарубить их ходатайство о выдаче лицензии. Будем упирать на то, что ты редкий вымирающий вид, особо ценный для биогеоценоза Геи.

— Угу, — скорбно отозвалась я. — К сожалению, некоторых таковыми признают лишь посмертно. Мам, ты разведай еще, пожалуйста, чего этим сущностям от нас надо. Ведь проще устранить корни проблемы, чем все время подчищать ее последствия. И еще, а где папа?

— Папа? — вдруг растерялась мама.

Хм. Похоже, за двадцать лет родители настолько привыкли шифроваться друг от друга, что теперь открывшаяся тайна их немного нервировала. Ну что ж, привыкайте. Я не виновата, что вы сошлись, я всего лишь результат ваших решений.

— Твой папа отправился в мир драконов, — наконец призналась мама. — Сказал, что надеется заручиться их поддержкой. Он почему-то уверен, что будет война.

— Странно, а почему я о мире драконов ничего не знаю?

— Он сказал, что потом все расскажет.

Поразительно, как много я не знаю о своих родителях!

— Время, — вдруг жестко перебил нас дядя Вася. — Артефакт не вечный, сворачивайте разговор.

— Ну так ты постарайся там ни во что не вляпаться, хорошо? — попросила мама.

— Хорошо, — заверила я, надеясь сдержать обещание, но на всякий случай решила произнести слова, которые мы всегда забываем сказать, пока не оказывается слишком поздно. — Я тоже тебя люблю. Буду у Мортифора.

Мама ничего не сказала и отключила связь. Дядя Вася радостно фыркнул и, схватив артефакт, исчез в портале, сочтя свой долг выполненным. В конце концов, он — маг войны, а не мобильной связи.

— Спасибо! — крикнула я ему вслед.

— Ну что? — подошел ко мне Каутинус. — Едем?

— Да, — кивнула я, и меня снова подбросили на гигантского драга.

Оборотни перестроились так, чтобы у Норри и у меня было по четыре охранника, и, отправив вперед разведчиков, пришпорили жеребцов.

Поездка по территории оборотней во главе королевского отряда подарила мне массу новых впечатлений. Когда мы проезжали первую деревню, я думала, что местные закидают меня камнями. Но все обошлось. Крестьяне, забыв про вечную неприязнь оборотней и драконов, с интересом всматривались в наши лица и молча склоняли головы. Неужели их так разведчики настращали?

Краем глаза я увидела, как поравнялся со мной Каутинус. Легким кивком головы он попросил притормозить. Когда наши кони перешли на легкую рысь, королевский советник наклонился и тихо произнес:

— Выпрямитесь, ваше величество, улыбнитесь. В конце концов, вы здесь королева, а не конвоируемая на обед жертва.

— А ваш народ меня на сувениры не разорвет? — осторожно спросила я. Насколько помню, драконов нигде не любили, а оборотни мое племя патологически ненавидят.

— Нет, — краешком губ улыбнулся Каутинус. — Во-первых, они уже в курсе, что с драконами воевать себе дороже, а во-вторых, они знают, что их недовольство не изменит решения Мортифора. Однако, если позволите, я дам небольшой совет.

— Конечно, — кивнула я. — Буду только благодарна.

— В таком случае, — теперь уже открыто улыбнулся советник, — смею доложить, что нашему народу очень любопытно посмотреть на княжну Драко. Поэтому не удивляйтесь, когда во всех деревнях вас будут разглядывать, и постарайтесь дать им себя как следует рассмотреть. У нас так принято. Подданный должен знать своего господина. В мирное время вы с Мортифором совершили бы круг почета по нашим землям, но сейчас, как понимаете, это невозможно. Жаль, что вы в походной одежде. Было бы прекрасно, если бы на вас было какое-нибудь торжественное одеяние, выделяющее вас из толпы. Вам этим народом править, и чем лучше вы покажете себя, тем охотнее будут слушаться ваших приказов. Вы здесь не гостья, а полноправная госпожа, поэтому выше голову, расправьте плечи, дайте понять, что вы — хозяин, а не тварь дрожащая. Мы не терпим слабости и страха.

Я задумчиво кивнула и вслушалась в эмоции собеседника. Советник меня недолюбливал, однако к легкой неприязни примешалось какое-то новое, непонятное для меня чувство. И самое удивительное, что, несмотря на все это, Каутинус действительно хотел мне помочь. Он говорил правду, и это дорогого стоило.

— Спасибо, Каутинус, я учту. Ваш совет очень ценен.

Что ж, проявим уважение к чужим обычаям. Реликвия Драко, словно почувствовав охватившее меня хорошее настроение, выросла до зубчатой короны с внушительными рожками. Судя по тяжести, это официальная корона главы дома Драконов. Жаль, зеркала нет, чтобы проверить собственные предположения.

Следом за короной стала изменяться и одежда. Сапоги вытянулись до колена, захватив внутрь себя черные кожаные штаны. Куртка превратилась в привычную накидку-платье, правда, парадный вариант, расшитый золотом и серебром. На плечах каким-то чудом оказался кожаный плащ, который на скаку развевался на манер нетопыриных крыльев. Это я поняла из мысленного образа, что отправил мне развеселившийся Норри. Сам он тоже приосанился в седле и по возможности привел в порядок одежду, нацепив на лицо свою самую невозмутимую и наглую маску. Каутинус окинул парадное одеяние дома Драконов беглым взглядом и, одобрительно кивнув, выехал чуть вперед. Скакавшие рядом телохранители также приободрились и даже как-то воспрянули духом.

Вторая деревня приняла нас на «ура». Отряд перестроился так, чтобы и меня охранять, и любопытствующим жителям был доступен максимальный обзор. Оборотни спокойно смотрели на «явление княжны под конвоем», улыбались, а некоторые даже приветственно махали. Дети срывались с мест и бежали за нами вслед. В целом, никакой агрессии или недовольства я не ощущала. Странно, но нелюди хоть и выглядели хмурыми, негативных чувств ко мне не испытывали. Скорее уж там смешалось любопытство с какой-то лично мне непонятной гордостью. Впрочем, кто их, нечеловеков, разберет? Я и себя-то, дракона, не всегда понимаю. Слишком привыкла к мировоззрению человека, а вот норов да повадки все равно берут свое.

Однако следует признаться, что скакать в группе вооруженных всадников и чувствовать себя хозяином положения на удивление приятно. Даже какая-то гордость берет. В третьей деревне я уже вошла во вкус, четвертую и пятую посетила как полноправная хозяйка. Чувствуя мое улучшающееся настроение, Норри лукаво подмигнул и пришпорил коня. Я подстегнула своего жеребца, Каутинус, похоже, успокоился и с чувством собственного достоинства скакал впереди. Телохранители постепенно ко мне привыкли и даже потихоньку принялись подначивать: «А не обогнать ли нам этого ушастого хмыря?» Я с улыбкой морщилась и мотала головой.

Синхронный и равномерный галоп отряда приводил меня в восторг. Драги сильные и выносливые. Галоп у них тяжелый, даже кажется, слегка медлительный, но зато на удивление ровный и стабильный. В городе такая махина не развернется, однако в чистом поле это настоящий танк, и, замечу, довольно быстрый.

С каждой минутой мы все больше и больше походили на летящий на всех парах поезд. Посланные вперед разведчики успешно информировали о нашем приближении, поэтому в деревнях мы почти не снижали скорости.

Вот и сейчас мы резво въехали в очередное поселение и мчались мимо выстроившихся вдоль дороги жителей, когда под ноги моему коню выскочил ребенок. Я автоматически дернула на себя поводья, резко повернув голову коня вправо. Жеребец обиженно взвизгнул и встал на дыбы, ударив копытом лошадь едущего рядом телохранителя. Та в свою очередь развернулась и поддала задом моему коню, одновременно с этим преградив дорогу процессии. Краем глаза я заметила, как кинулся меня ловить ехавший справа телохранитель.

— Ребенок! — крикнула я, надеясь, что тот догадается убрать из-под ног жеребца растерянного карапуза.

Со мной-то ничего не станет. В лучшем случае утихомирю животное, в худшем — поздороваюсь с землей. А вот дитенка эти мамонты могут затоптать. За мной, кстати, недовольные столь внезапной остановкой животные тоже встали на дыбы, скинув с себя двух седоков. Мой конь тяжело опустился рядом с головой одного из них.

— Жив? — осведомилась я, соскакивая с седла и подхватывая своего жеребца под уздцы.

Скакун снова попытался взвиться, приподняв меня над землей, но уздечка, видно, больно врезалась ему в губу, охладив пыл. Я обернулась проверить ребенка. К счастью, малыша подхватил Каутинус, и я поспешно отвела свою коняку из кучи хаоса. Члены отряда стали торопливо растаскивать и успокаивать разбушевавшихся животных. Откуда-то из толпы выскочила зареванная мамаша и прижала свое чадо к груди. Остальные жители деревни с тихим ужасом наблюдали за случившимся. Чья-то сильная рука перехватила поводья моего коня. Оглянувшись, я увидела одного из приставленных мне телохранителей.

— Покиньте опасную зону, моя королева, — пробормотал он, мягко толкая меня в сторону жителей деревни.

Хм. Это еще спорный вопрос, где нынче более опасная зона! Тем не менее я послушно подошла к матери малыша и тихо осведомилась, все ли в порядке. Оборотниха, еще совсем молодая девушка, с удивлением посмотрела на меня и молча кивнула, мол, все нормально.

Малышу образовавшаяся куча-мала очень понравилась. Похоже, он даже испугаться не успел, зато его мать нервы потратила за двоих. Теперь же вертящий головой карапуз протянул ко мне руку и спросил:

— Ты плавда длакон?

— Правда, — кивнула я.

— И летать умеешь?

— Умею, — призналась я.

— А покатаешь? — загорелись глазки юного парламентария. Его мать испуганно вжала голову в плечи и смущенно шикнула на ребенка.

Я чуть было не ляпнула: «Как-нибудь в другой раз», но вовремя опомнилась. Хватит с меня обещаний. Вдруг оно тоже какое-то осложнение принесет? Или вот примчится ко мне этот малыш в разгар дипломатических переговоров и потребует исполнить обещание. И что тогда? Вставать с трона и играть в лошадку? В то же время очень хотелось сказать что-нибудь хорошее этому ожидающему ответа малышу.

— Извини, — притворно покаялась я. — Я не умею никого катать на спине.

— Жаль, — огорчился малыш.

— Мне тоже, — кивнула я.

Мне послышалось или вокруг все облегченно вздохнули? Интересно, это они мне ребенка доверить боялись или страшились меня отдать на растерзание крохе? Ладно, подумаем об этом завтра.

— Миледи, — подвел ко мне коня один из телохранителей. — Нам пора.

— До свидания, — попрощалась я со всеми и вскочила в седло.

— Пока-пока, — помахал мне вслед малыш. Ох, сдается, мы с ним еще встретимся.

— Виват королеве! — вдруг грянул в деревне слаженный хор, отчего мой жеребец даже присел на задние ноги.

Я подняла на прощанье руку и пришпорила коня.

После этого происшествия отношение оборотней ко мне резко улучшилось. Телохранители сбились вокруг меня в более плотный квадрат и кидали почти нежные взгляды. Даже скакавшие в хвосте отряда ярые противники драконов перестали презрительно хмыкать и ворчать под нос, что мы «злобные, ни к чему не годные твари».

3

Если погрузиться в проблему достаточно глубоко, мы непременно увидим себя как часть проблемы.

Аксиома Дюшарма

При нашем приближении ворота замка гостеприимно открылись. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь я посещу «Волчью пасть» не гостьей, а членом королевской семьи. Кони оживились и с удвоенным энтузиазмом зацокали по булыжникам двора.

— Княжна! — выскочил из замка мне навстречу молодой оборотень, который скрыл меня когда-то под своим плащом и утверждал, что я приношу ему удачу. — Княжна, как же я рад вас видеть!

Подбежав ближе, он, несмотря на возмущенный взгляд Каутинуса, схватил поводья жеребца и, передав их подошедшему конюху, протянул руки, чтобы помочь мне спуститься. Я послушно соскользнула в его объятия.

— Я тоже рада тебя видеть.

— Дием, — лучезарно улыбнулся юноша. — Зовите меня Дием.

— Момент? — автоматически перевела я с латинского. Имена у оборотней чаще всего что-нибудь означают и, что самое интересное, берутся из «языка некромантов», который на восемьдесят процентов совпадает с латынью на Земле. — Кто же тебя так назвал?

— Папа сказал, что им с мамой надо мной долго трудиться не пришлось, — проказливо ухмыльнулся парень.

— Дием, — кашлянул за моей спиной Каутинус, — думаю, ее величеству не интересны подробности твоей биографии. И куда ты тянешь королеву?

— К Мор… — начал было оборотень и тут же поправился: — К моему королю. Он госпожу Светлану уже заждался.

Каутинус поджал губы и прожег юного оборотня негодующим взглядом, а затем прошипел:

— Позволь все-таки мне проводить ее величество к нашему повелителю.

— Уверен, госпожа не будет возражать против моей компании, — весело произнес Дием.

Хм. Странно! Сначала этот юноша чуть не оговорился и не назвал Мортифора по имени. А теперь он еще и осмеливается возражать советнику, наплевав на иерархию. Кто же он?

Каутинус неодобрительно скривился и холодно отрезал:

— Дием, может, наша королева и приносит вам удачу, но помните, что красивая женщина в равной степени влечет и погибель. Прошу со мной, моя королева. — Он подхватил меня под руку и поспешил прочь.

— Всего вам хорошего, моя королева! — крикнул мне вслед Дием и, насвистывая, направился по своим делам.

Я его не видела, но отчетливо слышала звук удаляющихся шагов и залихватскую мелодию. Каутинус молча тащил меня по коридорам в сторону тронного зала. За нами быстрым шагом следовал Норри. Я решила не спрашивать у советника про странного юношу, чтобы не навлечь на него беды. Все-таки Каутинус Лупус Альбус отчетливо ему намекнул, что Мортифор может приревновать и казнить юного фаворита. Впрочем, последний никак не прореагировал на угрозу. Он либо уверен в собственной безнаказанности, либо очень хорошо держит себя в руках. И то и другое настораживает, поэтому лучше пока держаться от него подальше.

При приближении к тронному залу стали отчетливо слышны крики и ругань.

— Я сказал нет! — рявкнул Мортифор.

— А мне плевать, что ты говоришь! У нас есть документы! — По голосу я узнала в оппоненте Вика. Значит, он уже прибыл, это радует.

— Документы, — передразнил его крайне раздраженный Мортифор. — В одно место засуньте себе эти документы! Я не согласен.

— Но закон есть закон! — вмешался смутно знакомый баритон. — Вы не можете его так просто проигнорировать, даже если вы и король оборотней, и муж княжны на равных правах. Мы ее собственность.

— Однако нажитая уже в браке! — парировал супруг. — И я имею право требовать ее отказа от вас! Наши законы не приемлют полигамии!

Ой! Это, кажется, вопрос о вампирчиках подняли. Интересно, к чему они придут? Я-то уже наметила простое и подходящее всем решение, но озвучивать его пока не буду. Посмотрю, до чего Вик с Мортифором договорятся. Да и чего скрывать, мне забавно наблюдать, как эти двое спорят между собой. Не то чтобы я любила раздоры, нет. Просто у меня создалось впечатление, что Вику и Морти самим очень нравится подтрунивать друг над другом.

Я в сопровождении советника вошла в тронный зал. Однако ни Мортифор, ни Вик, ни стоящие за его спиной вампиры не соизволили на нас взглянуть. Каутинус уже собрался кашлянуть для привлечения внимания, но я торопливо вскинула руку, останавливая его. Уж очень хотелось послушать и посмотреть, что же будет дальше.

— Да какая полигамия?! — возмутился Вик, обходя пышущего гневом оборотня. — Это же чисто формальность! Они только на бумаге будут числиться Светиными мужьями. Подумай сам! У малышей потрясающая экономическая жилка! Сколько доходов они принесут нашей семье, а в обмен всего лишь просят числиться мужьями Драко.

— Так, может, тебе самому на них жениться? — ядовито выплюнул Мортифор.

— Я не по этим делам! — покачал головой кузен.

— Но это ведь чистая формальность! — подначил его мой супруг.

— Но есть же какие-то общепринятые нормы! — возмутился Вик.

— Вот и я о том же! У оборотней не принято иметь нескольких жен или мужей.

— Но ведь Света не оборотень! — вклинился Ивар-сан-Мар.

— Но и не вампир, чтобы увязать в вашей супружеской паутине! — взвился Мортифор.

Это точно. Брачные отношения вампиров настолько сложны и запутаны, что простым смертным лучше туда не лезть. У мужчины может быть несколько жен, а у женщины — до семи мужей. Супруги приобретаются, наследуются, обмениваются в соответствии с их законами и юридическими документами. В результате только вампир может разобраться во всех хитросплетениях их супружеского макраме. Думаю, если бы они не тратили столько времени на свои внутренние разборки, то мир давно бы оказался завоеванным этой сильной и агрессивной расой. А так, похоже, излишняя сложность внутривидовых отношений у нелюдей — своеобразный защитный механизм природы. Ведь пока те разбираются друг с другом, миром правят обычные люди, у которых тоже бывают свои сложности, но отнюдь не такие грандиозные.

— Но у нее прапрадедушка вампир! — парировал Ивар-сан-Мар, тряхнув черной гривой в золотой сетке.

— У моей жены вообще в родословной мало кто не отметился, но это же не значит, что она должна жить по правилам всех кровей, что в ней намешано! И вообще, Ивар, насколько мне известно, у Ладиины было только три мужа. Что вы здесь делаете? Группа поддержки?

— Вообще-то мои документы уже подписаны, и я официально являюсь ее четвертым мужем, к счастью, всего лишь несколько дней и без страшных для моей психики последствий!

— Морти, они еще и драться прекрасно умеют! — словно жеребцов принялся расхваливать Вик стоящих перед ним вампирчиков.

— И вообще, мы тихие и незаметные! — вклинился кровосос с темно-бордовыми глазами и такими же лентами в волосах. Кажется, это Фарт-рам-Ром — первый муж Ладиины. У него еще сарки в роду отметились.

— Вы не понимаете! — вздохнул Мортифор, садясь в кресло. — Вот как бы вы отреагировали, если бы у вашей жены кроме вас оказался еще какой-то гарем?!

— Нормально бы отреагировали! — парировал Касандр-рам-Дар, сверкая хитрыми темно-синими глазами.

— Вам же лучше будет! — поддержал его Дарт-сан-Мар, которого я прозвала Серебряным. — Вот устанете вы от супруги, захотите отдохнуть. А тут мы отвлечем ее внимание. Или вам надо будет заняться государственными делами, а жена заскучает, так мы тут как тут!

— Это как раз меня и не устраивает! — рыкнул Мортифор, напряженно барабаня пальцами по подлокотнику кресла.

Согласна! Я бы тоже злилась, окажись у Морти где-нибудь запасной гарем. Да еще из прекрасных образцов женской породы.

В этот момент Вик оторвал от Мортифора взгляд и наконец-то заметил нас с советником.

— О! Света! Как хорошо, что ты пришла! — обрадовался кузен.

Мортифор тут же подскочил с кресла и направился ко мне. Странно, что они раньше нас не заметили. Сзади хлопнула дверь, и к нам присоединился Норри. А этого прохвоста где так долго носило?

— Миледи, — промурлыкал Мортифор, целуя мою руку. — Как я рад тебя видеть. Обед почти остыл.

— Я тоже рада тебя видеть в целости и добром здравии, — улыбнулась я. — У вас тут грандиозные дебаты, как я погляжу.

— Маленькое недоразумение, которое скоро разрешится, — небрежно махнул рукой Вик.

— Только если ты сам на них женишься! — отрезал король оборотней.

— Пожалуйста, не прогоняйте нас! — хором взвыли вампирчики, бухаясь на колени. — Мы очень хорошие, тихие и полезные!

— Дурдом! — буркнул Мортифор.

Я сцедила в кулак улыбку и успокаивающе похлопала мужа по руке. Оригинальный они нашли выход! Интересно, что они скажут, когда мое решение услышат? Вот забавно-то будет. Никаких жертв, все просто как дважды два.

Каутинус покосился на взбудораженную компанию и осторожно попятился к двери, видно желая оказаться подальше от скандала. Однако его надеждам не суждено было сбыться.

— Как доехали? — спросил его Мортифор.

— Я бы хотел подать обо всем рапорт позже, ваше величество, — поклонился седовласый оборотень. — Когда вы разберетесь с более насущными проблемами. — Он выразительно обвел взглядом всю нашу компанию.

— Хорошо, — кивнул монарх и махнул рукой. — Иди и вели подать нам обед в малую гостиную.

— Будет сделано, мой господин, — поклонился советник и поспешно скрылся.

— Ну что? Продолжим? — улыбнулся Вик.

— В малой гостиной, — отрезал Мортифор и подал мне руку, чтобы проводить.

Я вежливо кивнула и положила свою ладонь поверх кисти Мортифора. Мы с ним вышли первыми, за нами, тихо переговариваясь, последовали Вик с Норри, и замыкали процессию расстроенные вампирчики.

Странно, я с этим миром знакома недавно, но существующие в нем воззрения на природу и общество, этикет и манера поведения стали для меня такими же привычными, как дыхание. На Гее я чувствовала себя как рыба в воде, а собственный статус ничуть не тяготил. Мне уже не нужно думать, как вести себя или говорить, это происходит само собой. Осанка, походка, манера держаться. Я словно впитала их с молоком матери. Наверное, есть что-то справедливое в выражении «кровь не водица». Благородное происхождение все-таки сказывается. Быть княжной становится с каждым днем все легче и легче.

— Вик, но с гаремом действительно не дело, — вполголоса произнес Норри.

— Это еще почему? — фыркнул кузен.

— Ну если с Мортифором что-нибудь случится, то второй в очереди мой дядя. А его Светин цветник тоже не приведет в восторг. Эльфийскому королю еще сложнее будет от них избавиться.

— Совсем оборзел, ушастый?! — хором возмутились вампиры, переходя на повышенные тона, чтобы и Мортифор их хорошо расслышал. — Мы тебе избавимся от нас!

— Молчали бы, несчастные! — огрызнулся эльф, недовольный тем, что его шепот вынесли на всеобщее обсуждение. — В вашем положении диктовать условия не приходится.

— Мы тебя с твоим дядей в гробнице замуруем! В качестве пробных образцов!

— Всех ее женихов не угробите, — с явным наслаждением включился в перепалку Мортифор. — Вы на ее руки посмотрите: там же только ленивый своего кольца не оставил.

Вампирчики задумчиво посмотрели на мои украшения, оценили масштаб предстоящих работ и сильно огорчились.

— Слушай, — вдруг тихо произнес Норри, обращаясь к Вику, — а может, не будем пока оборотня убивать? С ним хоть какая-то стабильность. Тут же настоящая анархия начнется, если Света овдовеет!

— Да, братцы, — вздохнули вампиры, представив, как все претенденты явятся по мою душу в случае вакансии и скольких им придется уничтожить в борьбе за место под солнцем. — Без лохматого начнется Армагеддон! Мортифора надо беречь и лелеять.

— Знаете, ребята, а вы начинаете мне нравиться, — хмыкнул супруг.

— Так, может, договоримся? — оживились вампиры.

— Действительно, — прищурился Вик, — неужели нет никаких документов, по которым можно ограничить их права? Чтобы они считались членами семьи и находились под нашей защитой, но не исполняли супружеские обязанности? Взамен им будет предоставлена полная свобода в выборе партнера. Или что-то в этом роде… Почему не составить новый, уточненный брачный контракт?

— А идея хорошая! — оживились вампиры. — Если хотите, мы финансовые отчеты будем сдавать вам, Виктор, а во всем остальном отчитываться перед Мортифором.

Обернувшийся супруг задумчиво прищурился, рассматривая вампиров. Идея приобрести таких помощников ему понравилась. Вот только форма этого самого приобретения вызывала раздражение. Вампиры наблюдали за оборотнем едва дыша. Наконец Морти тихо произнес:

— Я подумаю над этим вопросом.

— Да незачем думать, — не выдержала я. — Есть гораздо более простое и удобное для всех решение.

— Да?! — подпрыгнул Вик. — И какое?

— Я отпущу их и сделаю своими вассалами. На вассалов Дракона не распространяются никакие законы, кроме законов Дракона. Вассалы не принадлежат своей семье, потому что они связаны через кровь с сюзереном и принадлежат только ему. Они свободны от всех, кроме меня. Отношения вассал — сюзерен нельзя отменить, они на всю жизнь. Нельзя и предать своего сюзерена, потому как сам тоже умрешь.

— Но твоя кровь свяжет их с тобой и сделает тебя зависимой от них! — возмутился Мортифор. — Они смогут на тебя влиять! А это недопустимо!

— Мортифор, ты знаешь, что все мое княжество и все мои подданные связаны кровью с Драконом, то есть со мной? — призналась я. — Все здания, дороги, артефакты построены и созданы на крови Дракона.

— Как?! — опешил оборотень. — Как такое возможно?

— Приятно знать, что я тебя смогла удивить, — улыбнулась я. — Эту схему придумали давным-давно мои предки, но тебе и вампирчикам я открою тайну, только если поклянетесь держать язык за зубами.

— Клянемся! — хором ответили вампирчики.

— Жизнью? — обернулась я к ним.

Конечно, требовать такую цену с них было излишне. Став моими вассалами, они и так не смогут разгласить подробности. Но вот с Мортифора лучше взять клятву. Пусть в данный момент мы и члены одной семьи, но в жизни всякое может случиться. В конце концов, если бы мои предки доверяли свои секреты каждому (пусть и супругам), то долго бы не прожили.

— Клянусь жизнью, — хмыкнул Мортифор.

С одной стороны, ему не понравилось, что с него взяли клятву, с другой, было очень интересно узнать решение. Ведь у оборотней проблема та же, что и у драконов. Тот, кто получает доступ к нашей крови, приобретает над нами власть. Поэтому только в исключительных случаях мы лечим собственной кровью. И если Мортифор узнает, как его народу удалось избежать данной зависимости, то очень обрадуется.

— Все элементарно. Вампиры поклянутся на крови моих предков, которые уже умерли. А мои правнуки будут использовать для обрядов мою кровь.

— Но линия наследования должна быть прямой? — поинтересовался Ивар-сан-Мар. — Как это получается?

— Честно говоря, я сама до конца не разобралась в механизме появления главы дома Драконов. Но примечательно, что главный дракон появляется только в законном браке. Бастарды сильны, но по возможностям слабее, и, лишь унаследовав трон, они становятся чуточку сильнее.

— А как понять, старший ты дракон или нет? — вдруг повернулся ко мне Мортифор.

— Не знаю, — пожала я плечами. — Я это просто чувствую. Да и по способностям. Кто раньше войдет в силу, тот и главный.

— Но у вас с Виком, похоже, не сильная разбежка во взрослении, — заметил Мортифор. — Да и Норри недалеко отстал.

— У нас сильные генетические линии. Дядя Олег с папой почти равноправные драконы. Они братья. Просто папа, как законный сын, чуть главнее и потому немного сильнее.

— Значит, ты будешь сильнее Вика? — поинтересовался Фарт-рам-Ром.

— Возможно, — кивнула я. — А может, и нет. Не стоит забывать про то, что мужские особи в природе в большинстве случаев физически сильнее.

— У драконов очень ценятся ментальные способности, — пояснил Мортифор. — А они зависят от старшинства.

В малой гостиной нас ожидало настоящее пиршество, и разговор пришлось прервать. Ели мы молча. Вик и Норри, вступив на пору взросления, стали питаться еще обильнее и чаще, чем раньше. Я с умилением любовалась их клычками. Став полноценным зрелым драконом, я заметила, что мои клыки слегка удлинились и стали выдаваться над линией остальных зубов. Не сильно, но вполне ощутимо, чтобы меня причислили к нелюди. Вот и сейчас челюсти у моих братьев едва заметно изменялись в этом направлении. Значит, скоро их взросление завершится. Последними всегда изменяются зубы.

Интересно, что именно они являются одним из основных критериев оценки партнера, как делового, так и брачного. Собственно, по ним нелюди определяют друг друга. Если у собеседников удлиненные клыки, это хорошо, с ними можно иметь дело. И наоборот: если у нелюдя они обломаны или еле заметны, то лучше с таким дело не иметь — подведет. Плохая кровь, разбавленная либо гнилая.

Еще я заметила, что после пробуждения генов дракона мне просто до дрожи стали нравиться зубки Мортифора. Вот так незаметно сознание нелюдя становится в тебе доминантным, напрочь вытесняя остатки человеческого.

Словно прочитав мои мысли, Мортифор обернулся ко мне и улыбнулся. Я улыбнулась ему в ответ и постаралась запрятать мысли про Райдера как можно дальше. Странно, почему мне так не хочется рассказывать про охотника? Ведь Мортифор знает, что я довольно ядовитый цветочек. Но что же меня смущает?! Почему интуиция кричит молчать?

— Свет, — вдруг прервал мое наблюдение Мортифор. — А что дала разведка, в которую ты слетала?

Вот блин! И что ему говорить? Как подать информацию, чтобы и проблему осветить, и о некоторых скользких моментах умолчать? Историю про охотника на драконов я решила опустить. Мало ли что? Зачем мужу знать, что на досуге я спаиваю незнакомцев и бросаю их помирать в овраге.

— Точно! — встрепенулся Вик и ухмыльнулся. — На северо-востоке Артур зафиксировал всплеск чужеродной магической энергии, что свидетельствует о вторжении враждебных гостей. Извините, что прервал вас в самый интересный момент.

— Не в самый, — буркнул Мортифор, — мы до него не дошли из-за некоторых особо наглых личностей.

— Как я рад, что ты оценил лучшие черты моего характера, — расплылся в улыбке Вик и обернулся ко мне. — Так кто это был, Света? Ты вроде какой-то будущий труп до оврага тащила, когда мы с тобой связывались в предпоследний раз?

— Угу, — хмыкнула я, сдерживаясь, чтобы не придушить братца-предателя. Вот и как теперь выкручиваться? Сдал, как стеклотару! Придется все рассказывать. — Это был какой-то эрговский наемник.

— Какой? — насторожился Морти и привстал над столом.

Хм, а с чего это он так заинтересовался незваным гостем? Интуиция вновь напомнила не рассказывать все про охотника. Что-то тут было нечисто.

— Не знаю, — как можно безразличнее пожала я плечами. — Высокий, бритоголовый качок с мечом на поясе. Я не разбираюсь в иерархии эргов.

Мортифор вновь присел за стол и, как мне показалось, облегченно выдохнул. Он что, за меня так переживал? Разве у охотников на дракона есть какая-то универсальная форма одежды или отличительный знак? Или Мортифор волновался за кого-то конкретного? Возможно даже последнее, потому что воинов с армейской стрижкой при эрговском дворе навалом, а Мортифор успокоился при описании прически. С другой стороны, может, длинные волосы как раз и являются характерной чертой охотников на драконов? М-да, задачка. Чтобы отвлечь Мортифора от опасной темы, я поспешно рассказала об эргах с демиургами. Все слушали молча, мрачно пережевывая пищу.

— А как ты узнала об эргах и их планы? — вдруг спросил Мортифор.

— У охотника спросила, — пробурчала я.

Оборотень если и заподозрил, что я что-то недоговариваю, то виду не подал. Хитрый он, гад! Вик, словно почувствовав, что я не хочу распространяться о случившемся, обернулся к Мортифору:

— А что ты знаешь об эргах и демиургах?

— Не много, — поморщился оборотень. — В основном то, что они являются главными хозяевами мира и терпеть не могут беспорядка. Около ста семидесяти лет назад они хотели уничтожить Гею, но в последний момент передумали. Сейчас, похоже, совсем не проявляют к нашему миру интереса, позволяя ему развиваться самостоятельно.

— Я так не думаю, — вздохнула я, вспоминая свои сны.

— Почему? — изумился Норри.

— Потому что мне постоянно приходят видения о том, что они хотят захватить наш мир.

— Но зачем это им? — фыркнул Вик. — Если они хозяева, то могут взять и прийти.

— Вероятно, что-то им мешает, — предположила я и рассказала о Носящем перстень и Владеющем замком.

— Странно, — пожал плечами Мортифор. — Я ни о чем таком не слышал.

— А что, если Гея действительно окружена каким-то щитом, и эргам для того, чтобы войти в этот мир, нужно пробить его защиту? — предположил Вик.

— А Владеющий замком и Носящий перстень что-то вроде ключа с замком? — предположил Мортифор.

— А почему нет? — воодушевился Вик. — Света говорила, что замок Михея располагался на пересечении энергетических линий. Что, если у перстня такое поле, что при его внесении на территорию замка возникнет локальный взрыв, который пробьет щит?

— Или откроются звездные врата? — предположил Норри.

Так, эльфенку больше фэнтези не давать. Начитался уже! Он вообще великолепно прижился в нашем мире! У Норри талант адаптации.

— Вполне может быть, — задумчиво согласился Мортифор, пережевывая кусок мяса. — Но в таком случае, нам нужно не допустить, чтобы кольцо было внесено в поле замка.

— Но для этого надо еще найти кольцо, — мрачно заметил Норри. — И где гарантия, что упоминался замок именно Михея?

— Мои сны, — подала я голос. — Из них ясно, что «Твердыня Амено» и есть тот самый замок, эрги очень расстроились, когда мы разрушили здание. Кроме того, на руинах я чувствовала огромные энергетические потоки.

— Ну, допустим, замок мы нашли, — кивнул Вик. — А перстень где? Вдруг, пока мы сейчас тут разговариваем, кто-то крадется к замку, чтобы открыть портал?

— Это было бы плохо, — хором вздохнули вампирчики.

Я отрезала кусок мяса и задумалась. Где мог быть перстень? И главное, кто его хозяин? Я вспоминала все свои приключения и злоключения, и постепенно в голове складывалась занятная мозаика.

— Мортифор, — повернулась я к оборотню, — а можно задать тебе один вопрос?

— Да, конечно, — кивнул супруг, подкладывая мне на тарелку подливу к мясу. Заботливый.

— А почему ты хотел завоевать мир?

В глазах вервольфа на минуту отразились изумление и легкая растерянность, словно он действительно не понимал, зачем ему весь мир. Оборотни самодостаточная раса. Им не нужны груды золота и глобальное господство. Их главное богатство — их территория, которая довольно обширна и которую они берегут как зеницу ока. За свои земли ликантропы стоят горой, но завоевывать весь мир — странное желание для замкнутого и берегущего внутренние устои вида. На данном этапе развития их вполне устраивает звание наиболее опасной и живучей — после драконов — расы. Благодаря такой репутации связываться с оборотнями никто не спешит, и это позволяет им большинство сил вкладывать во внутреннее развитие. Случись сейчас война — и она серьезно спутает Мортифору все планы, ударив по экономике и отбросив развитие расы на несколько лет назад. Нет, на данный момент вервольфов более чем устраивает мир и процветание.

Похоже, те же мысли вертелись в голове супруга, потому как он снова взглянул на меня и, растерянно разведя руками, тихо произнес:

— Я не знаю, что меня тогда дернуло. Просто хотелось, и все.

— Так, может, во всем виновато твое фамильное кольцо? — Я продемонстрировала Мортифору его перстень с лунным камнем. — Сущности говорили, что Носящий перстень будет хотеть завоевать мир! И ты действительно хотел!

— Тогда почему на тебя не действует? — фыркнул Вик.

— Потому что она — дракон, своеобразная аномальная зона для магии, — улыбнулся Норри. — Многие артефакты на Свете не работают. Исключения представляют серьезный материал для исследований.

— Идея интересная, — кивнул Мортифор. — Но здесь кое-что не сходится: нашему фамильному перстню много лет, и он не может быть подделкой, потому что я чувствую родство с камнем. В нем заключены души наших предков.

— Но ты говорил, что оправа у кольца из мельхиора, — заметила я, вспомнив, что у оборотней аллергия на серебро. — А у этого перстня оправа из серебра.

— Не может быть! — возразил муж.

— Но я же дракон! Я чувствую драгоценные металлы! — возмутилась я. — Неужели ты не можешь отличить серебро от мельхиора?

— Как будто это так легко! — буркнул Вик, сам не заметив, как заступился за Мортифора.

— Вик, если мы с тобой поспорим на деньги, то голову могу дать на отсечение, что ты справишься! — напомнила я кузену о его замечательных способностях.

— А о какой сумме речь? — сразу же оживился тот.

— Вот и я о том же! — подначила я Вика и обернулась к супругу. — Морти, давай забудем на время, что я дракон, и посмотрим на ситуацию с другой стороны. Мельхиор — сплав меди с никелем, иногда с добавками железа и марганца. Если его понюхать, то можно почувствовать специфический медный запах. Это может уловить даже человеческий нос, не то что твой! Разве ты не чувствуешь, что у кольца уже нет медного запаха?

— Но, Свет, мы же с тобой знаем, что нельзя доверять лишь органам чувств: они могут и ошибаться, — возразил Мортифор. — Нужно провести анализ.

— Тогда давай растворим кольцо в подогретой концентрированной азотной кислоте. А потом к полученному раствору добавим соляную кислоту. Серебро выпадет в осадок, образовав хлорид серебра белого цвета. А никель, медь и добавки железа с марганцем останутся в растворе. Кроме того, сами по себе растворы меди и никеля чаще всего окрашены в голубой или зеленоватый цвет. Это будет видно невооруженным глазом. Конечно, если хочешь, можем потом провести дальнейший анализ…

— Света, стоп! — возмутился Мортифор. — Это фамильный перстень! Он у нас более четырехсот лет, и ты предлагаешь растворить его оправу в кислоте?!

— Да, извини, Остапа понесло, — покаялась я. — Но можно еще воспользоваться ляписным карандашом. Мельхиор должен позеленеть, а позже и почернеть.

— Но серебро тоже может почернеть, если ляпис будет недостаточно качественным либо в воздухе будет содержаться сера. Последнее еще ладно, но где на Гее найти качественный ляпис? — осадил меня Мортифор.

— Да, проблема, — согласилась я. — А если его взвесить, а потом методом вытеснения воды измерить объем? А затем прикинуть по плотности? Хотя мы же не знаем веса вашего камня. И тебе не понравится идея разобрать кольцо на камень и оправу.

— Да вам проще отлить из кольца пулю и выстрелить в вампира! — язвительно фыркнул Вик, вспоминая комиксы. — Подействует — серебро, нет — мельхиор.

— Зачем вампир, если у вас оборотней под боком хоть отбавляй! — удивленно возразил один из вампирчиков. Кажется тот, у кого сарки в роду отметились.

Ну конечно! Мы настолько привыкли к обыденности мира, что сразу отмели все «волшебные» варианты, остановившись на наиболее правдоподобных и часто используемых. А ведь решение, такое простое, изящное решение, было так близко! Вероятно, та же догадка посетила и Мортифора, потому что он тут же велел позвать одного из телохранителей. Теперь все, что нам нужно, — чистокровный оборотень.

Я сняла кольцо и протянула его вошедшему пареньку, предупредив, что он может обжечься. Парень опасливо коснулся перстня и тут же отскочил в сторону, баюкая пострадавшую руку.

— Жжется? — удивленно спросил Мортифор.

— Да, — растерянно кивнул телохранитель. — Серебро. Я бы даже сказал, что очень качественное.

— А у вас нет, случайно, аллергии на какие-нибудь заклятия? — уточнила я у парня. Вдруг это не проявление его родословной, а какой-то побочный результат?

— Нет, — качнул головой он. — Я абсолютно невосприимчив к магии. По крайней мере, защитная магия перстня на меня никак не отреагировала, ведь я не собирался причинять вам вред, госпожа.

Ага, интересно! Это очень хорошая новость. Однако получается, что и полукровки могут реагировать на перстень, если имеют что-то против меня. Надо учесть на будущее.

— А насколько чистая у вас родословная? — внезапно поинтересовался Вик.

— Как снег, — улыбнулся телохранитель.

— Да, — подтвердил Мортифор. — Его генеалогическому древу можно позавидовать.

— А сестры у вас есть? — задал Вик каверзный вопрос.

— Это к моей родословной никак не относится, милорд, — коварно улыбнулся телохранитель, зная, что Вику подобную информацию лучше не выдавать.

Кузен прищурился, окинул оборотня пристальным взглядом и раздраженно повернулся к Мортифору:

— Давай сюда еще один пробный образец. Мало ли что в жизни бывает. Не стоит так легко доверять родословным. Уж я-то знаю.

— Действительно! — авторитетно подтвердил Норри. Уж он-то перепортил, а точнее, улучшил не одно генеалогическое древо. Мы с Мортифором понимающе переглянулись и создали целую тестовую группу, чтобы образовалась хорошая выборка и полученные результаты можно было интерпретировать с достоверностью в девяносто пять процентов.

Однако из всей компании ни у кого из чистокровных не обнаружилось спокойной реакции на металл. То, чего легко касался Мортифор, вызывало сильное жжение или нагрев (в зависимости от чистокровности) у испытуемых.

— Похоже, это действительно серебро, — вздохнул Мортифор, выпроводив тестовую группу к придворному лекарю. — Несколько лет назад у меня пропало кольцо, но буквально через пять часов нашлось. Я подумал, что оно у меня с пальца соскользнуло и под кровать закатилось, когда я… спал.

— Так уж и спал? — подозрительно прищурился Вик, пряча в уголках губ хитрую улыбку.

Мортифор проигнорировал намек и задумчиво постучал пальцем по губе.

— А вообще-то хорошая была у эргов идея! Я собирался позволить Михею завоевать большую часть мира, а потом устранить его либо ядом, либо внутренним переворотом. Захват территории и поддержание на ней порядка значительно ослабили бы его армию. Я же в то время уже вывел много различных видов разумных существ, способных противостоять не только людям, но и нелюдям. Одни догберы чего стоят! Они способны положить до тысячи воинов за несколько часов, моим оборотням не нужно было бы воевать самим. Михей был обречен. Его замок давно меня привлекал из-за слухов, согласно которым он стоит на пересечении энергетических линий. В таком месте хорошо выводить новые виды. Перстень после той потери я не снимал с руки больше никогда. Будучи полукровкой, я не заметил подмены мельхиора на серебро. Явись я хозяином в «Твердыню Амено» — и портал стопроцентно открылся бы. А я даже не чувствовал, что это происки врагов! Навязанная воля была моими желаниями, причем они вплелись в сознание так органично, что я даже не понял, где граница моих мечтаний, а где чужих. Мне казалось, что я разрабатывал эту идею с детства. Хотя по сути мне это господство нужно как собаке пятая нога. Меня вполне устраивает своя территория, а королевские обязанности порой сильно напрягают, идя вразрез с моими желаниями и исследованиями. Я для того и пощадил отца в финальном поединке, чтобы было на кого оставить страну, пока я отдыхаю. Но когда я носил перстень, то ничего не замечал! Какая тонкая магия!

— Морти, а как перстень попал на земной рынок, если ты его после потери не снимал? — задала я мучивший меня вопрос.

— Буквально после того, как вы взорвали замок Михея, перстень загадочно исчез.

— И ты его не искал?

— Искал, но мы не могли поднять шум. Ты просто не знаешь, насколько это могущественная реликвия в чужих руках. Если бы мы выдали свое беспокойство, то про пропажу узнали бы остальные государства и принялись бы его искать. А это нам меньше всего было нужно, поэтому поисками кольца занималась тайная служба.

— Но как он оказался на Земле?

— Это я и сам хотел бы знать, — вздохнул оборотень.

— Интересно, а если теперь Света с перстнем явится в замок Амено, он откроется? — поинтересовался Вик.

— Если учесть, что Света — нейтральная зона, то, может, и нет, — пожал плечами Норри.

— Но лучше не рисковать, — решила я.

— И что ты предлагаешь? Снять перстень?

— Нет, пока на мне кольцо, эрги его не видят и не могут использовать, стоит его снять — и оно может попасть тому, кто окажется восприимчивым к его магии. И вот тут-то эрги с человека не слезут, пока тот не выполнит их волю.

— Вряд ли Мортифор кому-нибудь отдаст свою реликвию, — хмыкнул Вик.

— Что случилось однажды, может и повториться, — покачал головой Норри. — А Мортифор уже дважды терял кольцо. Третий раз не за горами. Пусть лучше его поносит Света. Снять драгоценность с дракона — равносильно изощренному самоубийству, особенно если дракон женского пола и в своем праве.

— Это да, — оскалилась я, представив, как кто-нибудь попытается хотя бы протянуть руку к моей собственности. Голову откручу!

— Значит, решено, — кивнул Мортифор. — Тем более я не собираюсь лишать Свету колечка. Пусть мои подданные привыкнут к королеве. Только вот «Твердыню Амено» Свете лучше обходить стороной.

— Да не вопрос, — улыбнулась я и вгрызлась в кусок мяса. Драгоценности у меня не отнимают, еда под боком. Красота! Жизнь определенно налаживается!

— А что с эргами будем делать? — подал голос обеспокоенный Норри. — Меня столько лет мучили этикетом и прочими необходимыми наследнику науками, что я не собираюсь так просто уступать им этот мир!

— Ого! Кажется, в Норри просыпаются истинные гены дракона! Интересно, какой из него получится ящер?

— Если эрги пытаются захватить этот мир, вряд ли они уповают только на перстень, — задумчиво произнес Мортифор. — Возможно, у них есть еще запасные варианты.

— Мне кажется, они ищут уязвимые места в щите. Если не создают их сами через какие-нибудь артефакты.

— Твою теорию нужно проверить, — кивнул Норри. — Я свяжусь с дядей. Пусть подключит своих магов-аналитиков.

— Мы можем разведать у вампиров, — подал голос Ивар-сан-Мар.

— Но только если вы выдадите нам документ, что мы под вашей защитой! — поднял вверх палец Фарт-рам-Ром.

— Если хотите, после принятия вассалитета у вас появится татуировка в виде моего фамильного тавро.

— Хотим! — оживились вампиры. — Очень хотим! Это было бы просто прекрасно!

— В таком случае, у вас есть время подумать, на какую часть тела вы его хотите, — улыбнулся Вик. — Потому что если дать решать это Свете, то все может очень печально закончиться!

— Да брось! — поморщилась я. — Не такая уж я и вредина!

— Самое обидное, — хмыкнул Вик, — что ты накаркаешь от чистого сердца и всей широты душевной, но так, блин, что мало не покажется!

— Да не проблема, — отмахнулись вампирчики, — нам хоть на лбу! Главное, чтобы остальные ее видели.

— А вот это вы зря так беспечно ляпнули, — заметил Норри. — Как бы у вас действительно это тавро на лбу не появилось!

— Ай! Перебьемся.

— В таком случае, надо вызвать сюда Артура Семину. Ехать для обряда в мой замок нет времени.

— Я предоставлю тебе зал, пентаграмму, если нужно, и все необходимые ингредиенты, — кивнул мне Мортифор. — А пока Каутинус свяжется с твоим Артуром Семину.

Он хлопнул в ладоши, призывая слугу, и озвучил приказ. Появившийся оборотень поклонился и поспешно выскочил исполнять монаршую волю. Хм, оперативно! А Морти прекрасно выдрессировал своих подданных!

— Ну, если с вампирами разобрались, предлагаю вернуться к более насущным проблемам, — заметил Вик.

— Да, нам надо отправить послов и разведчиков в другие страны и закоулки Геи, — поддержала я брата. — Кроме Клыкастого материка есть еще два, населенных людьми, а также Проклятый и Темный материки.

— Ну, допустим, нападать с Проклятого материка эргам невыгодно, — заметил Норри. — После войны магов там сейчас аномальная зона, со своими странными законами и всяческими мутантами. Тяжело нападать оттуда, где физическим оболочкам долго не выжить. А потом еще миновать Гиблое море, омывающее с двух сторон континент.

— Но именно в тех местах мог прохудиться щит. Там же магические аномалии.

— Да, Свет, но кто рискнет это проверить? — вздохнул Норри.

— А у вас нет службы наблюдения за экологией мира?

— Спроси что полегче, — улыбнулся Морти. — Но я могу послать разведчиков к людям. Хоть в большинстве стран магия не в чести. Но у них есть крайне интересные технологии. Да и вампирчикам можно доверить такое ответственное занятие. Чего им всем четверым на родину тащиться?

— Сделаем в лучшем виде, — буркнул Дарт-сан-Мар. — Только обряд проведите.

— А на Темном материке можно Аргелла попросить изучить обстановку. Плюс я спрошу у Артура, у нас с некоторыми человеческими странами деловые соглашения, можно дипломатов к ним послать.

— Сведем твоего Артура с моим Каутинусом, пусть разбираются, кто, куда и каких послов отправит, — кивнул Мортифор. — Заодно и разведка поработает.

— Угу, — хмыкнула я, вспоминая, есть ли разведка у меня. Вроде как была, но с ней разбирались папа с дядей Олегом. А в последнее время разведка так классно спряталась, что я о ней и не вспоминала. Позор мне, позор! Надо будет все прибрать к своим рукам и устроить на досуге всем встряску. Тем более что еще столько стран не охвачено.

— Нам еще надо отправить весточку суккубам, друидам, гномам, оркам, уркам, народу Тван кон Су и людям.

— Ну, положим, урков и орков можно заинтересовать мешком конопли, — ухмыльнулся Норри. — За нее они тебе не то что трещинки в защите, сам щит к ногам положат.

— Еще с сарками надо договориться, — заметил Вик. — К ним надо будет одного из будущих вампиров послать.

Я обернулась к Фарту-рам-Рому:

— Ну что? Навестите свою бабушку?

— Сделаю, госпожа, — кивнул вампир, — только сюзереном станьте.

— Не волнуйтесь, — постаралась я успокоить вампиров. — Все будет в лучшем виде.

— Нам еще необходимо проведать Гвиневеру, — задумчиво произнес Мортифор. — Уж кто-кто, а она прекрасно может предсказать, с какой части света ждать беды. Благодаря ей нам и Проклятый материк не надо будет исследовать.

— А что мы сделаем с уязвимыми местами в щите, когда их найдем? — подал голос один из вампиров. Кажется, Касандр-рам-Дар.

— Как что? — изумился оборотень. — Латать дыры, а если не получится, то подтягивать к местам трещин международную армию. Пора объединиться и запустить этих эргов туда, откуда он придут. Пусть знают, что мы и сами с зубами.

— Это да! — радостно прошипел дракон внутри меня. — Мы им зададим жару!

— Да так, что им мало не покажется! — ощерились братья, в которых тоже пробуждался зверь.

Да, если тот охотник на драконов и выжил, то ему сильно не повезло, ибо он тут оказался один против всех нас.

Часть вторая

ВСЕ ПРОТИВ ОДНОГО

1

Брак — единственная война, во время которой вы спите со своим врагом.

Франсуа де Ларошфуко

Никогда не думала, что дипломатические расшаркивания занимают столько времени. До сих пор мне как-то везло и все вопросы удавалось обсудить и решить в довольно краткие сроки. Впрочем, на людей ушло больше усилий, чем на всех нелюдей, вместе взятых. Человеческая структура власти поражает своей бюрократией. К счастью, львиную долю переговоров взял на себя Артур Семину.

С Каутинусом они были заочно знакомы, но до этого никогда вместе не работали. Что неудивительно для бывших врагов. Первая их личная встреча, положившая начало сотрудничеству, прошла относительно гладко. Правда, на ней присутствовали также мы с Мортифором. Кто знает, может, в наше отсутствие они друг другу голову оторвут? Я надеюсь, что нет. И один, и второй слишком ценные работники, чтобы терять их в глупой грызне.

С королем суккубов я разговаривала лично. Как-никак мой родственник. Арк как обычно позвал меня в гости, а Вэрт аж приплясывал, когда я пообещала как-нибудь заглянуть на их молодежную вечеринку. Моя цена в мире инкубов в качестве объекта безответной любви возросла на несколько порядков, ведь теперь я не просто дракон, а законная жена оборотней. Как успел поведать юный инкуб, прочие подростки ему так завидуют, что он подпитывается их энергией без какого-либо контакта. Мое обещание взять с собой Мортифора несколько омрачило радужное настроение родича, однако вскоре он улыбнулся и заявил, что даже из его присутствия извлечет выгоду. Вот уж прохвост.

Пока я разбиралась с родней, Вик подготовил все для ритуала вассалитета, а также помог Артуру и Каутинусу разослать послов и шпионов по странам. Обряд я проводила уже в полуобморочном состоянии. Какое счастье, что хоть свою кровь не пришлось давать. А так можно было бы смело место на кладбище подыскивать. Через час мое княжество пополнилось четырьмя подданными. Теперь по закону иерархии свободные вампирчики подчиняются мне, потом Мортифору как супругу их сюзерена, а уж потом Вику и Норри.

Довольные вассалы расцеловали нас всех и разъехались выполнять задания. Не омрачил их радости и тот факт, что тавро Дракона проявилось не на лбу, как ожидали Вик с Норри, и не на предплечьях, как загадали сами вампиры, а на крестце. Вик еще долго смеялся, что теперь мы с вампирчиками в одном комплекте. (Нарисованное Витькиным другом тату дракона у меня так и не смылось. Увы, нет ничего более постоянного, чем временное.) Что касается новых вассалов, то им демонстрировать принадлежность Дракону будет проблематично. Пришлось выписывать грамоты.

Отдав Артуру последние поручения, я стояла у окна и наблюдала, как солнце медленно движется к кронам деревьев. Какое счастье, что в гости к Гвиневере мы решили поехать завтра с утра. Дорогу я бы сегодня просто не выдержала. Проходящие мимо меня слуги-оборотни признаков агрессии не проявляли, но и на контакт идти не спешили, что меня очень устраивало. Сейчас пойду слегка перекушу и завалюсь спать. Вот только заставлю себя сделать еще хоть пару шагов.

Сзади на плечи осторожно легли широкие ладони.

— Ты устала, — заботливо заметил незаметно подошедший Мортифор. — Хочешь отдохнуть?

— Ты даже не представляешь как! — вздохнула я.

— Хорошо. — Мортифор прижал меня к себе. — Но учти, что размещать жену в спальне для гостей как-то неудобно. Мои слуги наше раздельное проживание не поймут, поэтому могу я предложить к твоим услугам свою кровать?

— В аренду? — пошутила я. Милое подтрунивание с Морти всегда поднимало мне настроение. А в этом я сейчас очень нуждалась.

— Безвозмездно! — притворно возмутился супруг, легонько массируя мои плечи. Под умелыми пальцами мышцы сладко ныли и постепенно расслаблялись. — Причем в комплекте к постели еще числюсь и я!

— Слушай, — обернулась я к мужу, — а где продаются такие гарнитуры? У меня подруга хотела приобрести парочку.

— О, — улыбнулся оборотень, — это штучное производство, эксклюзивное, причем чаще всего создание мебели и комплекта к ней происходит на дому. Но тебе достается прекрасный здоровый экземпляр бесплатно. Кроме того, в качестве дополнительных услуг он может транспортировать вас до пункта назначения на руках.

— Бесплатный сыр только в мышеловке, — заметила я, щелкая наклонившегося Мортифора по носу.

— О, кошка к данному набору не прилагается, — сладко зашептал мне на ухо Мортифор. — Она идет отдельной комплектующей частью и только по желанию клиента. Вместо нее вы получаете меня, милое обаятельное существо.

— До трансформации или после? — прищурилась я.

Мортифор прыснул в кулак и томно прошептал:

— По желанию клиента. Спешите! Выгодное предложение! Согласившись сейчас, вы получаете одновременно и человека, и питомца. Причем, заметьте, меня не надо выгуливать по утрам.

— О да! Ты сам прекрасно выгуляешься!

— Самообслуживание, — пожал плечами супруг.

— Неси, — улыбнулась я, прикрывая глаза.

В ту же секунду Мортифор подхватил меня на руки, но из-за усталости создалось ощущение, будто тело закружил вихрь. Ну надо же, как себя довела! Сознание плыло и балансировало на грани реальности и царства Морфея. Надо спать. Однозначно спать. Прислонившись к широкой груди Мортифора, я не смогла сдержать зевок и тихо призналась:

— Знаешь, Морти, а я тоже оборотень. Днем я еще ничего, а вечером превращаюсь в бревно.

Его тихий смешок было последнее, что я запомнила перед тем, как отключиться…

Проснулась я, когда по телу уже гуляла вечерняя прохлада. Первым, что увидела, оказались трепещущие на ветру балконные шторы. Ага, значит, это шикарные королевские апартаменты на третьем этаже. Я приподнялась и осмотрелась. Обстановка полностью соответствовала данному определению. Стены обиты коврами, резные столики из черного дерева с золотыми инкрустациями. У стен многочисленные шкафы с книгами, прямо напротив кровати висит лесной пейзаж. Размещенные на полках и прочих горизонтальных поверхностях подсвечники с горящими свечами погружали спальню в мягкие полутени.

Через приоткрытую дверь была видна часть приемного покоя с огромной хрустальной люстрой на потолке. Несмотря на то что свечи в люстре не горели, было понятно, что та комната выдержана в более светлых тонах.

— Выспалась? — уточнил лежащий под боком Мортифор. Сам он, лежа на спине, увлеченно читал какую-то книгу, время от времени поглаживая пальцами мое бедро.

— Не очень, — призналась я, пытаясь справиться с легким головокружением. Организм еще не успел до конца проснуться. — Что такое интересное читаешь?

— «Взаимоотношения эрга и его демиурга. Краткий свод правил и законов».

— Круто! Где ты взял такую полезную книженцию?

— Места знать надо, — улыбнулся супруг и пояснил: — В универсальной библиотеке миров.

— Ух ты! Надо и мне туда записаться!

— Обязательно, — улыбнулся Мортифор. — А пока держи, я и тебе интересную книжечку принес.

Я глянула на маленький томик формата «роман в карман» и обалдела.

— «Все что нужно знать ценному вымирающему виду при незаконном отстреле»? Мило. И как ты думаешь, я успею подать жалобу на браконьерство прежде, чем меня убьют?

— Я ее уже подал от твоего имени, — успокоил меня Мортифор. — Сейчас главное, чтобы канцелярии успели прочитать и обработать жалобу до того, как сюда зашлют охотника на драконов. С этими типами лучше не шутить. Они очень опасны, Света, и свое дело знают. Нам будет очень плохо, если один из них просочится в наш мир.

«Или выживет тот, кого мы оставили в овраге!» — напомнило левое полушарие про мое преступление.

«Надеюсь, обойдется!» — вздохнуло правое полушарие.

«Ага! — фыркнуло левое. — Индюк тоже думал, что купается, пока вода не закипела!»

«Типун тебе на язык!» — хмыкнули с правой стороны.

— Свет, ты понимаешь, что охотникам на драконов лучше не попадаться? — встревоженно взглянул на меня Мортифор. — Обещай, что, как только увидишь лохматого индивида и почувствуешь «родственную кровь», уберешься прочь от такого человека как можно дальше!

Ага! Значит, Мортифор волновался за меня. Прелесть-то какая! Правда, обещать Мортифору побег от очередного злоумышленника я не могла. А что, если он не оставит мне выбора?

— Свет? Ты меня слышишь?

— Извини, отвлеклась. Даю слово, что в большинстве случаев я постараюсь поступить именно так, как ты мне советуешь.

— Не в большинстве, а во всех случаях! — строго заметил Мортифор.

— А если враг не оставит мне выбора?

— Так сделай, пожалуйста, все, чтобы не оказаться в подобной ситуации.

— Как скажешь, — пожала я плечами и попыталась перевести разговор в иное русло: — А кто такие канцелярии?

— Это штат Великого Эквилибриума. Великое Равновесие, Главный Мастер, Дуализм Вещей — его называют по-разному, но смысл один. Когда-то давным-давно именно он создал Вселенную и множество миров. По своему образу и подобию он создал демиургов. Они тоже способны творить миры, чем, собственно, и занимаются. Однако их работы в основном различные отражения уже существующих миров. Считается, что Вселенная бесконечна, однако увеличение количества миров способствует возрастанию энтропии, а любая система стремится к равновесию. Тогда в противовес Эквилибриум создал эргов — тех, кто уничтожает миры. Но наблюдать за почти совершенными созданиями быстро наскучило Главному Мастеру, и появились более простые, телесные сущности. К тому же Эквилибриуму понравилось наблюдать за творческим процессом демиургов. Новое занятие ему так запало в душу, что он больше не творит миры, а наблюдает за равновесием. Дуализм вещей его завораживает. Впрочем, он является великим воплощением дуализма. Он — зло, и он же — добро. Половину суток он несет свет, другую часть времени — тьму. Для того чтобы наблюдать за эргами и демиургами, у Эквилибриума целый штат: разведчики, доносчики, вестники и канцелярии. Разведчики — смуглые, темноволосые создания с нетопыриными крыльями. Вечно прячутся в тени. Хитрые и изворотливые. Но им и нужно быть такими, чтобы выжить. В человеческом обществе их принято считать демонами. Хотя по сути разведчики ничего плохого не делают. Они лишь собирают информацию и передают ее доносчикам, тонким полупрозрачным субстанциям и теням, которые способны просочиться куда угодно и принести весть откуда угодно. Нередко доносчики выполняют функцию разведчиков. Вестники — удивительно красивые гуманоиды с лебедиными крыльями. Эквилибриум создал их такими, чтобы люди и прочие расы верили приносимым вестям. Их, как ты догадалась, в христианстве называют ангелами. Таким образом, Эквилибриум диктует свою волю. А канцелярии имеют тело-бочонок, на каждую сторону света у них по паре рук и четыре головы. Таким образом, канцелярии могут принимать заявления со всех сторон и одновременно их обрабатывать. Эргам и демиургам понравилась система Эквилибриума, и по образу и подобию вестников, доносчиков и разведчиков они создали своих слуг, но те не такие интересные, как оригиналы. К тому же, заметь, как демиурги создали Ведущих магов мира, чтобы те присматривали за порядком в мирах, пока они будут творить другие миры. Замечаешь иронию? Они повторяют своего создателя — Главного Мастера. Мне уже самому интересно, чем закончится этот неосознанный плагиат.

— Значит, где-то есть отражение Геи?

— Исходя из вышесказанного — существует, но я, путешествуя по мирам, не встречал ничего подобного нашей Гее. В каком-то плане наш мир, несмотря на то что его жители схожи с жителями других миров, уникален. Иного такого нет.

— Если это авторский мир, то зачем его уничтожать?

— И сам не знаю, — вздохнул Мортифор. — Оригинал всегда лучше подделки, да и эрги должны уничтожать отражения. Подсвечник Главного Мастера может расцениваться как преступление.

— Думаешь, они собираются учинить мятеж?

— Мастер создал их по своему образу и подобию, ему неинтересна власть, он стремится к равновесию. Это же стремление заложено в основу сотрудничества эргов и демиургов. Не думаю, что они собрались воевать против устоев мироздания.

— Тогда наш мир — все-таки копия.

— Но очень странная, — покачал головой Мортифор.

— А что делает ее такой особенной?

— Ты.

— Что?

— Ты, — улыбнулся Мортифор. — Я побывал на многих мирах, но нигде не встречал таких драконов, как ваша семейка. Вы иные. Есть тупые ящеры, есть те, кто способен думать, некоторые умеют даже говорить, встречаются очень мудрые, обладающие магией индивиды. Все они таскают золото и девиц, некоторые способны на ограниченное время превращаться в человека, но никто из них не может жить в двух ипостасях, как оборотень. Если предположить, что драконы — искусственно выведенные существа, то ты — последняя разработка.

— И теперь эту последнюю разработку хотят уничтожить, — хмыкнула я. — Хотя я скорее преграда на пути к цели, нежели сама цель.

— Вот поэтому я и подал жалобу. Ты уникальна, чтобы тебя убивали из-за какой-то случайности. Говорят, где-то есть мир драконов. Там живут только они. Но я не знаю, обитают ли там тебе подобные. Вдруг вы потерянные или сбежавшие образцы?

— Ну спасибо! — фыркнула я и слегка ударила Морти по плечу, выбивая книгу. — Сейчас я тебе покажу сбежавший образец!

Шутливая возня плавно перетекла в поцелуи и объятия. Мортифор отдавал ласке всего себя, и с каждым прикосновением его энергия неспешно перетекала ко мне, напитывая мой резерв. Видно, сказывалось наследство суккуба. В истощенном состоянии я подпитываюсь за чужой счет. Впрочем, Мортифора мой энергетический вампиризм не беспокоил, и он с радостью делился кипящей в нем жизненной силой. Ура! Кажется, сегодня мне удастся стребовать с него супружеский долг! Наконец-то! А то мешают тут всякие!

С отработанной сноровкой Мортифор извлек из моего наряда орты и, аккуратно сгрузив их на прикроватный столик, сражался с корсетной шнуровкой платья-накидки. Последнее словно жило своей особенной жизнью и никак не хотело покидать тело хозяйки, сплетая шнурки в причудливые узлы. Глядя на сосредоточенное и вместе с тем азартное выражение лица Мортифора, я тихонько посмеивалась и помогала ему в этом нелегком деле чем могла. Наконец мы одолели накидку и шутливо «дали пять» друг другу. В отличие от меня Морти раздевался гораздо быстрее. Вот она, особенность оборотневской одежды!

— Мое! — довольно заметила я, запуская руку ему в шевелюру.

— Твое, твое, — успокоил меня Мортифор, довольно жмурясь от массажа головы.

Какое счастье, что вечером и друзья, и враги предпочитают заниматься своими делами! Хоть завершение дня будет приятным! Только я так подумала, как в дверь осторожно постучали. Нет, ну что за закон подлости, а?! Кого еще нелегкая принесла?!

Мортифор замер и приложил палец к губам, призывая молчать. Надеешься, что пронесет? Сомневаюсь! Словно в ответ на мои мысли, в дверь снова заскреблись.

— Милорд, — робко раздалось с противоположной стороны. — Простите великодушно за беспокойство! Мы понимаем, что вы с госпожой сейчас очень заняты, но к вам прибыл ваш кровник и настаивает на срочной аудиенции.

При слове «кровник» Мортифор резко побледнел и задеревенел. У него даже кожа похолодела. А игривое настроение как рукой сняло, что меня особенно возмутило. Что же там за гад такой, раз Морти так разволновался?

— Что за кровник? — прошептала я. — Очередная сволочь?

— Нет, — мотнул головой Мортифор. — Это человек, с которым я связан собственной кровью, как с тобой. Он мой друг. Когда-то он спас мне жизнь, потом я вытянул его с того света, а пять лет назад он снова меня спас. После случившегося мы с ним как братья. Не как те, что у меня были, а как ты с Виком и Норри.

— Ну, для брата я полом не вышла, — заметила я.

— Не придирайся к словам, ты понимаешь, о чем я.

— И давно ты его знаешь?

— Уже почти двадцать лет. Еще в школе в свернутом пространстве пересекались.

— Ого! Солидный срок!

— Я вас как-нибудь обязательно познакомлю, — пообещал Морти, покидая ложе и спешно одеваясь.

— Что ж, пошли, — вздохнула я, вставая следом за оборотнем. Раз вечер обломался, хоть с таинственным кровником познакомлюсь. Интересно же взглянуть на человека, которому Мортифор обязан жизнью. Хороших людей на свете мало, и их стоит знать в лицо.

— Э-э-э… — смутился супруг, растерянно глядя на меня. — Ты хочешь встретиться с ним прямо сейчас?

— Да, а что? Я помешаю?

— Ну вообще-то, — потупился Мортифор, осторожно отступая к двери, — я хотел спровадить его до утра. Ведь далеко не каждый день судьба дарит нам тихий вечер…

Мортифор не договорил, но я и так поняла, к чему он клонит, и как никто другой разделяла его идею насчет вечера.

— Тогда выкинь его пинком под зад и продолжим начатое, — откинулась я на подушки.

Мортифор мгновенно преодолел разделяющее нас расстояние и, порывисто поцеловав, пообещал:

— Не скучай, я мигом.

— Ну смотри, — прошептала я. — Задержишься — и я подам иск за втюхивание кровати, не укомплектованной оборотнем! Потребитель должен защищать свои права. А если не явишься, я потребую заменить бракованный товар на исправный!

— У комплекта пожизненная гарантия, возврату и обмену он не подлежит! — ухмыльнулся Мортифор и скрылся за дверью.

Ну что ж, раз образовалась пауза, почитаем про законы эргов и демиургов. Может, удастся найти лазейку для спасения нашего мира?

Райдер Цециди

— Да как вы смеете меня задерживать?! — рыкнул я и вошел в покои Мортифора.

Оборотни пытались меня остановить, но после пробуждения в овраге мое настроение было хуже некуда. А задержать взбешенного охотника на драконов не так-то просто. В такие моменты начинает просыпаться дремлющая в жилах сила дракона. Да и сами мы не хилого десятка. Любой подмастерье может скрутить взрослого оборотня в бараний рог. Другое дело, конечно, опыт. Впрочем, калечить слуг Мортифора я не спешил. Все-таки Морти мой давний друг и спаситель. Если бы неон, гнить бы мне сейчас в небытии.

Грязный, уставший и злой, я хотел лишь: умыться, поесть и выспаться. Хотя нет, еще с Мортифором переговорить.

— Милорд там не один, — пролепетал слуга, кидаясь мне наперерез и тем самым мешая войти в спальню. — Вам лучше туда не входить!

— Не волнуйся, я ничего нового для себя там не увижу! — фыркнул я, пытаясь отодвинуть отчаянно удерживающего меня парня.

— И все-таки я бы не советовал вам туда ходить! — пропыхтел юноша, преграждая мне путь.

Интересно, что ж там за девушка такая, что меня не пускают? Кого это Морт охмурил? Но стоило мне продвинуться чуть ближе к заветной двери, как она раскрылась и из проема выскользнул Мортифор. Хм, насколько помню, оборотень раньше любовниц в свою спальню не приглашал, довольствуясь их комнатами или гостевыми покоями. Похоже, нынешняя пассия для него значит чуть больше. Судя по тому, как он аккуратно и плотно прикрыл дверь, мои подозрения были небеспочвенными. Весь вид друга тоже говорил сам за себя: взъерошенный, с припухшими губами. Кажется, я выцарапал его прямо в процессе.

— Я не вовремя?

— Даже не представляешь насколько, — прямо ответил он.

Ого! Похоже, спроваживает! Такого раньше не бывало!

— Подождет твоя красавица.

— Ну и поганец же ты у меня, — без обиняков заявил Мортифор, прикусывая губу. — Такой момент испортить!

— Ну не одному же мне обламываться! — фыркнул я. — Нет, ну какая все-таки тварь!

— Кто? — насторожился оборотень, проходя и присаживаясь в кресло напротив столика. Похоже, он смирился с судьбой. Вон, даже вино на двоих разливает.

— Да местная одна, — поморщился я. — Представляешь, слежу я за драконом…

— Зачем? — удивился друг.

— Как зачем? — возмутился я. — Убить приказали. Ты же сам еще два года назад предлагал! Такие деньги сулил! А сейчас вуаля? Я здесь и работаю для тебя бесплатно! Ты разве не рад?

— О-о-о… — иронично протянул друг. — Я просто в восторге!

Кровать в спальне предательски скрипнула. Мортифор резко насторожился и прислушался. Я тоже невольно заинтересовался происходящим в спальне. Увы, но для меня там царила тишина, зато Мортифор, похоже, вполне ясно представлял, что там происходит. На миг мне показалось, что он не может сдержать волнения. Наконец друг успокоился и обернулся ко мне.

— Сейчас многое изменилось, — неопределенно махнул он рукой. — Я уже вполне доволен соседством.

Судя по непроницаемой мине, которую он состроил, смею предположить, что Морт очень даже доволен соседством. Спит он с драконом, что ли?

— И скажешь, не заинтересован в ее смерти? У них же самка теперь глава дома? Я прав?

— Княжна, — поправил меня друг. — Нелюди делятся по полу, как и люди.

— Э нет, — хмыкнул я. — Самка. Ты понятия не путай!

— Она другая, — осторожно поднял палец вверх Мортифор.

— Слушай, друг, я тебя не узнаю! Что с тобой случилось?

— Я пересмотрел свое отношение к драконам.

Неужели мои подозрения близки к истине? Нет, не хочу этому верить! А если и да, то я очень даже вовремя пришел! Пора выручать товарища из паутины лжи.

— Шутишь? Ты же их всегда ненавидел! Они тебе всю жизнь испортили!

— Ты пришел за информацией? — вдруг перебил меня Мортифор. — Это так срочно, что ты поднял меня с постели? Насколько знаю, убийство дракона второпях не делается!

— Ну, я еще надеялся, что ты приютишь своего названого братца и посочувствуешь нашей горькой мужской доле.

— Рай, — вздохнул друг, — давай начистоту. Ты не маменькин сынок и далеко не нытик, поэтому твое поведение я не могу назвать адекватным. Чего тебе от меня так срочно надо?

Я задумался, с чего вдруг действительно так поспешно ворвался в апартаменты моего побратима, стянув его буквально с девочки, и теперь убиваю его время. Ведь мог же прийти, как раньше, и поселиться в покоях, которые Морт держал исключительно для меня. Его слуги относились ко мне как к господину, поэтому незачем было просить приюта. Так чего я здесь сижу? Собственный ответ мне не понравился. Неужели я старею и теряю хватку? Хотя вон и Морт ведет себя странно. Может, это нормально? Какое-нибудь весеннее обострение?

— Ты не поверишь, — вздохнул я. — Но мне нужно выговориться! Она просто вывела меня из себя!

— Та-а-ак, — вдруг стал серьезным Мортифор. — С этого места поподробнее. Что за девочка?

— Ну, значит, следил я за драконом, пошел следом, эдак через полкилометра встречается мне девушка полностью в твоем вкусе: маленькая, хрупкая. Фигурка, впрочем, ладная, хоть я и люблю покрупнее, помясистее. Но эта крошка меня тоже зацепила. Глазищи — во! Огромные. Шоколадные! Потрясающе красивые! На голове веночек. В общем, эдакая девочка-цветочек. С виду симпатичная, но со второго-третьего взгляда — красавица! И чем больше смотришь, тем больше она тебе нравится! И без всякой магии, представляешь?! Ни драконьих чар, ни вампирского обаяния, ни приворота суккубов. Ничего! Она просто стояла и смотрела! Человек, но есть в ней что-то загадочное, притягательное. Какая-то изюминка. Я сначала подумал, что она принесена в жертву дракону, но она с улыбкой опровергла мое предположение. Потом я посчитал ее любовницей какого-нибудь эльфийского лорда. Поверь мне, она этого достойна. Впервые я так сильно хотел абсолютно незнакомое мне существо.

Кровать в спальне снова предательски скрипнула. Мортифор опять насторожился и замер. Похоже, девушка его еще не забраковала, потому как друг облегченно вздохнул и расслабился. Я тоже успокоился. Слуху Морта можно доверять. Если он считает, что все в порядке, значит, так и есть.

— Да, — иронично улыбнулся побратим. — Это не твой стиль.

— Вот именно! — фыркнул я. — Но она меня очаровала, и я пошел за ней. В какую-то халупу. Ну да это не важно, ведь тогда я чувствовал, что она проявляет ко мне интерес, и мне было все равно, куда меня ведут.

— Потерял бдительность? — ехидно ухмыльнулся визави. — Ты?!

— Да не чувствовал я от нее опасности! — взорвался я. — Простая хрупкая человеческая девчонка. Кто же знал, что эта стерва меня какой-то дрянью опоит!

— Чем? — вдруг подобрался Мортифор.

— Да не знаю, — отмахнулся я. — Мы таких снадобий не изучали. От чая ничем не отличается. Только хлебнешь — и тебе вдруг так про жизнь поговорить хочется! Причем правду, правду, и ничего, кроме правды!

— Ясно! — прошипел Мортифор, сжимая и разжимая кулак.

— Да вот ничего не ясно! — возмутился я. — Это не твои зелья, Морт, я бы их распознал! Хоть ты и мастер развязывать чужие языки, но этот рецепт не из твоего арсенала! Голова до сих пор как чугунная. Слушай, до меня только что дошло: если эта крошка придумала его сама, то она просто гений!

Кровать в спальне опять предательски скрипнула. Да что ж там за вертихвостка обитает?! Надоело уже смотреть, как Мортифор в очередной раз превращается чуть ли не в большое ухо. Интересно, дождется его красавица или нет?

— Ты, случайно, не слышал о встреченной мною умелице?

— Зачем тебе она? — напрягся друг, словно я на его собственность посягнул.

Ну-ну, что ты нервничаешь? У тебя вон любовница есть!

Я уже хотел было поделиться своими планами, как меня отвлекла мелькнувшая в окне тень.

— Слушай, а что у тебя по карнизу только что прошло? — не выдержал я.

— Что? — растерянно моргнул Морт.

— Я говорю, по карнизу кто-то гуляет, — ухмыльнулся я, кивая на окно за спиной друга.

— Ёптр турен имбарр! — вдруг осенило друга. — Извини, Рай, я скоро.

И король оборотней поспешно скрылся в спальне. Вопреки моим ожиданиям, за стенкой царила тишина.

Я подошел к двери спальни, постучал. Никто не ответил. Тогда я осторожно взялся за ручку и приоткрыл. Сиротливо белели смятые простыни. Похоже, Морта не дождались.

Ну и сволочь же я! Говорят, у хороших друзей схожие биоритмы. Похоже, так и есть. Не одному же мне обламываться.

Мортифор одиноко стоял у окна и напряженно всматривался в даль. Я подошел к нему и, положив ладонь на плечо, поинтересовался:

— Ну и где твоя красавица?

— Не знаю, — мрачно буркнул Мортифор.

— Ну не улетела же она! — продолжал я сыпать соль другу на рану.

— С нее станется, — пробормотал под нос оборотень.

— Кто она у тебя? Ангел?

— Ангел, — согласился друг и тихо добавил: — С перепончатыми крыльями.

Я прямо обалдел. Неужели Мортифор связался с демоном? Ну не с драконом же он, в конце концов, якшается?! И тут меня осенило:

— Она что у тебя, вампирка?

— Есть немного, — горько согласился побратим и махнул рукой. — Давай, что ли, поедим, раз обоим сегодня ничего не перепало.

— Давай, — горестно вздохнул я.

Мортифор велел подать ужин, и мы устроились за небольшим столиком в приемной.

— Нет, ну какое коварство! — в который раз возмутился я, вспоминая утреннюю незнакомку.

Мортифор вздохнул и налил мне вина.

— Выпей, — протянул он мне бокал и авторитетно заявил: — Помогает.

— Угу, — хмыкнул я. — Ты с этой тварью не встречался!

Мортифор взглянул на меня так, что мне на секунду показалось, будто он полностью понимает мои чувства.

— И что ты собираешься делать? — вкрадчиво спросил он.

— Как что? Убью дракона, но сначала найду эту тварь!

— И убьешь? — насторожился друг.

— Нет, — поморщился я. — Выясню, на кого она работает, а потом заберу с собой.

— Зачем?

— Запала в душу, зараза! Хочу ее.

— Она же тебя с обрыва спустила! — мягко напомнил Морт. — Зачем рисковать? Вдруг она тебя снова спустит, ты рискуешь вообще не проснуться.

— А я ее все равно хочу! — капризно выдохнул я.

Что греха таить, чем-то меня эта паразитка зацепила.

Знаю, что она гадость и что я еще хлебну с ней всякого, но одной моей иррациональной части все доводы рассудка были до голубой звезды. Увезу ее. Хоть силой, но увезу!

Непонятно только, на кого она работает. Вроде тогда о Драко она отозвалась очень даже презрительно. Хотя она может оказаться великолепной актрисой. Тем более что расспрашивала-то в основном о драконах. Но почему тогда не убила? Рука не поднялась? Не верю!

Если она работает на врагов Драко, то зачем было тащить меня в овраг? Можно же было просто объединиться! Кому еще, кроме драконов, нужно было вывести меня из строя?

— О чем задумался? — спросил меня Мортифор, все это время внимательно следивший за моими умственными потугами.

— О девушке, — признался я. — Я просто не понимаю, на кого она работает и зачем устроила со мной такую сложную комбинацию.

— А если это просто неудачная попытка убийства?

— Я не верю, что она могла облажаться, — поморщился я. — Не такой у нее характер.

— Может, тебя спасли Высшие силы? — предположил Морт.

— Ага! Как же! — хмыкнул я. — Ты еще скажи, Высшее провидение.

— Ты должен убить только главного Дракона или бастардов тоже? — спросил Мортифор.

Хм, а вот это уже занятно! С чего у него такой интерес к судьбе драконов?

— Странно, та девочка тоже об этом спрашивала, — внимательно посмотрел я на Мортифора. — А какой в этом твой интерес?

— Обыкновенный, — пожал плечами друг. — По твоему заказу я оценю степень угрожающей этому миру опасности. Ведь ты работаешь на эргов, а они простой чисткой драконов не занимаются. Я уже обращался к тебе с просьбой уничтожить Драко и ознакомился с работой системы.

Мортифор спокойно смотрел мне в глаза, и я не чувствовал фальши. Видно, мне показалось. После общения с той девушкой я стал слишком подозрительным. Надо будет взять отпуск. А еще лучше отойти от дел и завести семью. Хватит с меня драконов!

— Рай, — оторвал меня от моих размышлений Мортифор. — Что мне делать с моими людьми? Подскажи, пожалуйста. Эргам нужно уничтожение мира?

— Честно говоря, я не знаю. Но из контекста понял, что они просто хотят что-то забрать, а драконы им сильно мешают. Если я убью ее, то, скорее всего, все решится тихо и мирно. Но не волнуйся, в ближайшее время я постараюсь выяснить судьбу Геи и конечно же предупрежу тебя.

— Спасибо, — прижал Мортифор кулак к сердцу.

— Не за что, друг, — улыбнулся я.

— А теперь, может, отдохнешь? — улыбнулся Мортифор.

— С удовольствием, — ухмыльнулся я.

— Прислать тебе девочку?

Соблазнительная идея! С другой стороны, на территории оборотней обитают только оборотни, а они все отличаются высоким ростом, а сейчас мне хотелось чего-то маленького и хрупкого, о чем я и известил Мортифора.

— Что ж, пошлю кого-нибудь в человеческое селение, постараемся подобрать что-нибудь по твоему изменившемуся вкусу, — улыбнулся Мортифор и встал с кресла. — Идем, я провожу тебя в твои комнаты.

2

Подсознательно мы делим врагов на съедобных и несъедобных.

«Пшекруй»

Балаур Светлана Александровна, урожденная княжна Драко, правящая глава дома Драконов

Вот блин! Попала так попала! Вселенная бесконечна, шанс встретить случайного прохожего дважды — ничтожно мал, а о вероятности того, что он может оказаться хорошим знакомым твоих близких, вообще молчу! Все-таки Вселенная — это тебе не деревня. Но мне, видно, как всегда везет не по-детски! Это ж надо, чтоб так подфартило! Охотник на драконов — кровник Мортифора! Ну разве так в жизни бывает?!

Факт, что Мортифор готов был заплатить любые деньги за мое убийство, тоже не особо поднимал настроение. Еще больше огорчало то, что Райдер охотится за мной по заданию хозяев. Интересно, а как можно убить эрга? Нет заказчика — нет проблемы. Вопрос только, где найти охотника на эргов? И существуют ли такие? Надо будет выяснить это у Мортифора либо из книжечки. Ох, попала так попала!

За дверью разговор становился все интересней и интересней, но что будет, если Райдер сюда войдет?

«Капут будет!» — услужливо подсказало левое полушарие.

«И не говори! — почти впервые согласилась правая половина мозга. — Они там сейчас как раз дошли до твоего описания, и, кажется, Мортифор о тебе догадался!»

«Не к добру это!» — привычно предостерег спинной мозг.

Впрочем, я и без него чувствовала, что дело пахнет керосином. Надо рвать отсюда когти. Хоть я и во вкусе Мортифора, но вряд ли он не открутит мне голову после услышанного, ну а если еще мы с Райдером столкнемся, то настанет Армагеддон.

Тихонько соскользнув с кровати, я стала одеваться, стараясь не шуметь. Слух у Мортифора великолепный, если почувствует неладное, не знаю, чем все обернется. Лучше по-тихому смыться, подумать о решении проблемы и встретить ее лицом к лицу, но одетой и вооруженной. Веские аргументы типа ортов за поясом придают чувство уверенности в завтрашнем дне.

А вот и мой родной карниз! Какое счастье, что я могу гулять по нему беспрепятственно. Осторожно проскользнув мимо окна приемного покоя, я шмыгнула в соседнее помещение. Все-таки какая прекрасная у оборотней привычка проветривать комнаты в жаркие дни! Что бы я без нее делала?

«Висела бы, как летучая мышь, на карнизе!» — буркнуло левое полушарие.

В комнате я сняла со стола вазу и приложила к стене. Послушаем разговор дальше. Конечно, находиться близко от охотника на драконов очень рискованно, но, с другой стороны, упустить такую важную и интересную беседу крайне неосмотрительно.

Значит, бастарды, как я выяснила ранее, ему действительно не нужны. Уже хорошо. Хоть Норри с Виком не придется бегать по всей Гее, и мне меньше волнений. Отвечать за свою шкуру проще, чем за чью-то. Ответственности меньше, и можно порой рискнуть. Интересно, если я разрешу забрать эргам то, что им здесь нужно, они отстанут от меня? Надо будет уточнить, можно ли сесть с этими сущностями за стол переговоров. Почему не решить проблему мирно? Впрочем, надежда на такой исход ничтожно мала. С моим-то везением.

Когда Мортифор предложил Райдеру проводить его до покоев, у меня отлегло от сердца. Если супруг не хочет оставлять Райдера без присмотра, значит, беспокоится о моей целости и сохранности.

«Либо о сохранности своего замка, — тихо заметило левое полушарие. — Ведь если вы столкнетесь на узенькой тропке, тот может и не выстоять!»

«Замечательно! — фыркнуло правое полушарие. — Только ты могло так успокоить хозяйку!»

«Я реалистка!» — хмыкнули с левой стороны.

Когда шаги мужчин затихли в коридоре, я осторожно высунулась наружу. Никого. Ура! Но куда пойти? К себе? Так у нас с Мортифором общие покои. Спрятаться у Вика? Так я не знаю, где они… В конце коридора появился охранник — плечистый оборотень в кожаных доспехах.

— Эй! — окликнула я его. — Не подскажешь, где в замке разместились мои братья?

— Никак нет, ваше величество! — гаркнул он так, что я подпрыгнула на месте.

— Тихо ты! — шикнула я. — Твои вопли режут мне слух!

— Извините, моя госпожа, — покаянно склонил оборотень голову, но я успела заметить мелькнувшее в глазах злорадство.

— А где находятся покои кровника Мортифора?

— Идемте, я вас провожу! — обрадовался вервольф.

— Не надо! — остановила я его. — Ты мне просто скажи, а я, если захочу, сама дойду.

— На этом этаже, в западном крыле, — указал рукой вервольф.

По его хитро сверкнувшим глазам я поняла, что что-то здесь нечисто. Уж не врет ли он мне? Скорее всего. Я огляделась. От королевских покоев четырьмя лучами расходились коридоры: два из них были строго противоположны, два шли под углом и через двадцать метров куда-то сворачивали. Там, наверное, опять развилка. Оборотень показал мне на прямой, освещенный коридор, но интуиция подсказывала, что туда идти не стоит.

— Вот ты где! — вынырнул из восточного коридора Мортифор и, подхватив меня под локоть, втолкнул обратно в свои покои. — Ну и как это понимать?! — рыкнул он. — Как много нового я узнаю о тебе с каждым днем!

— Кто бы говорил! — огрызнулась я. — Я понимаю, что у каждого свой скелет в шкафу, но у тебя, Морти, их там целое кладбище!

— Ты тоже не мягкая и пушистая!

— Ну конечно! Я ведь гладкая и чешуйчатая!

— С каких это пор ты мне врешь, Света?! Почему ничего не сказала про Райдера?

— Чтобы ты волновался? — невинно хлопнула я ресницами.

— О, как будто я сейчас меньше волнуюсь! — прошипел Мортифор. — Ты представляешь, что я ощутил, когда понял, что охотника на драконов и его мишень разделяет всего лишь хрупкая деревянная преграда!

— Как будто я этого не осознавала! — парировала я.

— А когда ты смылась через окно, у меня чуть все блохи не подохли!

— А они у тебя есть? — заинтересованно глянула я на его шевелюру.

— Света, не переводи тему! Когда я вел Райдера в его комнату, то перед каждым поворотом у меня сердце замирало: казалось, вот сейчас повернем, а там ты. Никогда не сбегай из покоев без моего ведома, особенно если по замку ходит Райдер. На сегодняшний момент он один из лучших в своем деле!

— Это меня успокоило! А каково мне было в замкнутом пространстве сидеть и гадать, зайдет он сюда или нет?

— Я бы не пустил!

— Я тебе верю, но мне все равно было страшно!

— О! Это хорошая новость! — обрадовался Мортифор. — Если ты боишься, значит, не будешь делать глупости.

— Я их и так стараюсь не делать.

— Просто порой так получается, — фыркнул Мортифор.

— Что прикажешь делать? — буркнула я. — Как нам прожить с Райдером в замке и не столкнуться? Посадишь меня на цепь?

— Идея хорошая, но практически неосуществимая, — с огорчением покачал головой Мортифор. — Тебя ведь не удержишь под замком. Давай-ка быстренько собираться и сматываться отсюда. Утром слуги скажут Райдеру, что я отбыл по срочному делу.

— А он поверит? — с сомнением взглянула я на оборотня.

— Ну такое бывает, — пожал плечами Морти и коротко добавил: — Иногда.

Прекрасно! Ну что ж, да здравствуют старые добрые времена! Снова неприятности на хвосте, и снова мы драпаем от них в лучших семейных традициях. Только теперь в нашей компании пополнение. Точнее, замена вспыльчивой Ладушки на вдумчивого Мортифора.

Мы поспешным шагом завернули за угол и прошли буквально метров сто, когда столкнулись нос к носу с Каутинусом.

— Мой лорд, — поклонился он. — Миледи, — одарил он меня кивком и тут же снова обернулся к Мортифору: — У нас проблема, милорд. Лорд Виктор уединился в спальне с младшей дочкой Цезаря Куон Альпинус Отиса, нынешнего посла Волыменской империи.

— Я знаю, кто такой Цезарь, — перебил Каутинуса Мортифор. — Проблема в чем? Ближе к теме.

— А проблема в том, что этот самый отец как раз приехал повидать дочурку и застал парочку на месте преступления. Там такой шум поднялся. Он всех Драко до седьмого колена помянул. А вы же знаете, что покои юной Цирцеи располагаются как раз рядом с комнатой лорда Райдера…

— И? — подобрался Мортифор.

Мне тоже резко поплохело. Вот так засада. Если братик столкнулся с охотником на драконов, то дело пахнет керосином.

— И он вышел из комнаты поинтересоваться, что за шум, — вжал голову в плечи Каутинус.

— И чем все кончилось? — испуганно прошептал супруг.

— Пока не знаем, — пискнул королевский советник, на всякий случай отступая подальше от нас.

В этот момент с противоположного конца коридора нам навстречу выскочил Вик. Поравнявшись с нами, он притормозил и прошипел:

— Что у тебя за беспредел в замке, зятек? Почему какой-то псих с длинными черными волосами гоняется за твоими гостями с секирой наперевес?

— Что? — опешила я.

— Где он сейчас? — побелел Мортифор.

— Чуть дальше по коридору, — махнул рукой Вик. — Сейчас здесь будет.

— Вот дерьмо! — рыкнул оборотень и, наказав: — Прячься! — схватил меня под локоть и втолкнул в первую попавшуюся дверь.

Краем глаза я успела заметить, как Мортифор пнул Вика ногой под зад со словами:

— А ты беги дальше!

— Никуда я не пойду! — прошипел за дверью Вик. — Мы в ответе за тех, кого приютили! Гостей беречь надо!

— А я тебя и берегу, поэтому и советую тебе бежать! Это охотник на драконов! — приглушенно ответил ему Мортифор.

— А что он здесь делает? Специально, что ли, пригласил?

Мортифор не ответил на обвинения кузена, потому что в этот момент на сцене появился Райдер.

— Вот ты где, скотина! — заорал он.

— Я не скотина, я — гад! — огрызнулся Вик. — Биолог недоделанный!

— Паразит!

— Я же сказал тебе, что отношусь к гадам, дебил!

— Сейчас станешь трупом! — взревел Райдер.

— Райдер, стой! — крикнул Мортифор.

— Морт, с каких пор у тебя по замку бастарды драконов разгуливают?!

— Дипломатическая миссия, — парировал супруг. — Это дипломат.

— Вот и я заметил, как он связи налаживал с дочкой дипломата!

— А тебе какое дело? — рыкнул Вик. — Что ты взъелся? Завидно, да?

— Убью!

— Рискни здоровьем!

— Не сметь!!! — рявкнул Мортифор так, что даже я по другую сторону двери встала по стойке «смирно». Вот это командный голос! В школу бы его, старшим классам лекции читать!

Вдруг меня сзади вежливо похлопали по плечу. Я недоуменно обернулась и столкнулась нос к носу с госпожой Морой Канис Руфус Авидус, моей несостоявшейся соперницей и убийцей. Блин! Похоже, у меня милое, ненавязчивое хобби — влипать в неприятности! Из комнаты не выскочишь — там Райдер, и здесь не останешься — тут разгневанная соперница, а это еще опасней, чем охотник на драконов!

— А ты что здесь делаешь? — опешила я. Вот кого-кого, а ее я увидеть здесь ну совсем не ожидала.

— А ты что думала, дочку знатного вельможи так легко отодвинуть в сторонку? — презрительно хмыкнула та, наступая на меня. — Я здесь жду, когда мой папаша разберется со всем этим недоразумением. Как видишь, не так-то легко не учитывать интересы моего рода.

— Моего тоже, — мрачно буркнула я и отскочила в сторону, так как девица тут же атаковала.

Я шустрая, но оборотень в движении, а особенно женского пола — это сила, с которой нужно считаться. Острые когти противницы царапнули по лицу. Меня прошиб холодный пот, когда я поняла, что один из них прошел в каком-то миллиметре от глаза. А оборотниха ухмыльнулась и нарочито медленным движением слизнула с пальцев мою кровь. Вот же дрянь!

— Я тебя по стене размажу! — прошипела она, и я поняла, что красотка не шутит. Эта может! И кажется, она сейчас преуспеет в том, в чем облажался Райдер.

Инстинкт самосохранения услужливо подсказал держаться от нее подальше, и я отступила на несколько шагов назад, тем самым приблизившись к окну. Бывшая невеста Мортифора торжествующе осклабилась и сделала молниеносный рывок ко мне.

Удар пришелся в плечо. Вначале меня охватило удивление и злорадство, что гадина промазала мимо сердца, но тут я почувствовала, что неуклонно заваливаюсь назад, теряя равновесие. Время замедлилось, я, отчаянно замахав руками, попыталась выровняться, но Мора все с той же противной улыбочкой еще раз толкнула меня в плечо. И я поняла, что падаю! Страх пробрал до мозга костей! При всем желании трансформироваться я не успею — и перелом позвоночника мне обеспечен! А соперница, торжествующе скалясь, смотрела из окна и махала мне ручкой!

— Прощай, тварь! — одними губами прошептала она.

В немом отчаянии я вновь взмахнула руками. Жить хотелось до крика, до боли! Время приостановило свой бег, словно я попала в какую-то параллельную заторможенную реальность. Тут я увидела, как видоизменяются мои руки, превращаясь в лапы, и почувствовала вырастающие за спиной огромные кожистые крылья. Какая-то часть сознания, принадлежащая чему-то древнему и мудрому, шепнула, что если я сейчас очень постараюсь, то смогу выжить. Я изо всех сил захлопала крыльями, пытаясь выровняться и зависнуть в воздухе. И получилось! Тело мое уже заканчивало трансформацию в дракона. И когда последняя чешуйка проклюнулась на хвосте, я оказалась стоящей на земле перед замком. Время вновь побежало в привычном ритме.

Смех Моры оборвался, девушка побледнела и отступила от окна. Кажется, она только что поняла, что заставлять меня летать было плохой идеей. Очень плохой. Я учуяла ее страх и, взмахнув крыльями, поднялась на уровень третьего этажа. Не столько из мести, сколько из-за природных инстинктов. Как хищника, меня привлекает страх добычи. Я заглянула в окошко — и это было моей ошибкой. Что-то острое и холодное метнулось навстречу моему глазу; еле успев уклониться, я заметила меч. Ах ты, сволочь крупного масштаба! Сначала убить меня хотела, а теперь изувечить?! Ну, погоди!

Мама учила, что драться женщине нехорошо. Если в причине раздора замешан мужчина, то тем более не рекомендуется, так как это характеризует женщину не с лучшей стороны. Но! Во-первых, Мортифора здесь нет, во-вторых, он ничего не узнает, а даже если и узнает, спихнем все на задетое женское самолюбие и самозащиту! А в-третьих, меня постепенно охватывало чисто женское древнее чувство под названием «убить гадину!». Я так просто свое не отдам!

Я просунула в окошко лапу и постаралась схватить обидчицу. В комнате взвизгнули, и что-то больно царапнуло по пальцу. Наверное, это Мора попыталась отрубить мне палец мечом, но клинок скользнул по боевой чешуе, потому что послышался лязг металла о камень и тихие ругательства противницы. Я двинула лапу на звук, но там уже была пустота. Верткая, зараза!

Пошевелив конечностью, я опрокинула шкаф. И, кажется, книжные полки. Чуткий слух уловил, как задергалась ручка двери. Ага! Щас я тебя! Соперница пискнула, но успела поднырнуть под лапу. Ловить вслепую оборотня оказалось не так просто, как представлялось вначале. Убрав лапу и слегка отодвинувшись, я вновь заглянула в окно, но теперь уже с безопасного расстояния.

Моим глазам предстал разозленный, как пантера, Мортифор.

— Ёптр турен имбарр! — рассерженно прошипел он, скрестив руки на груди. — Ты что здесь творишь?! Это так в твоем понимании спрятаться?! Ты понимаешь, что тебя только слепой не заметит?! Как я спрячу в своем замке гадину весом в три тонны?!

— Я-то все понимаю! А вот ты чем думал, когда меня с Морой в одной комнате запер?! — возмутилась я, невольно переходя на рык.

Мортифор испуганно подпрыгнул и, оглянувшись, приложил палец к губам, призывая к молчанию. Я и сама, сообразив, что повышать голос вблизи охотника на драконов чревато, поспешно прикусила язык.

— Кстати, а где оборотниха? — прошептала я. — Вдруг она теперь доносит обо всем Райдеру?

— Не волнуйся об этом! — поморщился оборотень. — Быстро превращайся обратно!

— Как будто я сама этого не знаю! — пробурчала я и сосредоточилась на своей ипостаси.

— Ну скоро ты там? — раздраженно прошипел Мортифор, нервно поглядывая по сторонам.

— Я стараюсь! — огрызнулась я и вновь позвала свою человеческую сущность, но никакого отклика не получила.

Сколько бы я ни взывала к человеческой природе — ничего. Только сердце колотилось от страха, что я сейчас не успею обернуться человеком и Райдер схватит меня на месте. Блин-блин-блин! Что же делать?!

— Ну чего ты копаешься?! — взвыл Мортифор.

— Я не знаю, — проскулила я. — Похоже, я застряла в облике дракона!

— Час от часу не легче! — простонал супруг и, встав на подоконник, скомандовал: — А ну, подставляй шею!

— Зачем? — непонятно почему насторожилась я.

— Подставляй, тебе говорят! — прикрикнул оборотень.

Ну что ж! Была не была! Вряд ли Мортифор задумал что-нибудь плохое. Я послушно сделала то, что мне велели. В следующую секунду король оборотней запрыгнул мне на загривок и проворно вскарабкался на спину, устраиваясь поудобнее между роговыми пластинами.

— Полетели, — пришпорил он меня каблуками.

— Чего? — опешила я.

— Не чего, а полетели! — рявкнул Мортифор. — Ну же, Свет, взлетай, пока Райдер нас не поймал здесь с поличным!

Имя охотника на драконов подействовало на меня лучше, чем любой ускоритель, и, расправив крылья, я сделала пару шагов в сторону.

— Вперед! — поторопил меня супруг, нетерпеливо ерзая на спине.

Я сделала пару шагов для разбега и оттолкнулась, ловя воздушные потоки. Хвала Высшим силам, хоть с умением летать проблем не возникло. Тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить.

— Стой! — закричали снизу голосом Виктора, и что-то вцепилось мне в хвост.

Я взревела и испуганно замахала крыльями.

«Свет! Ты там полегче! — послышался у меня в голове голос Виктора. — Не бойся, у тебя на хвосте всего лишь я».

«А где охотник на драконов?»

«Следом бежит».

«Ёптр турен имбарр! Это в твоем понимании, что у меня на хвосте лишь ты?! Ну что ж, господа, держитесь!»

Я резко метнулась в сторону и пошла на вираж, набирая высоту. Надо признаться, очень вовремя, потому как там, где совсем недавно я летела, пронеслась стрела. Вряд ли Райдер надеялся прибить меня такой жалкой стрелой. Скорее всего, на кончике был яд. А это значит, фиг с ним, с виражом. Просто убегаем.

«Ай! Свет, это что за кульбит?! — раздраженно зазвучал у меня в голове голос кузена. Похоже, ни он, ни Мортифор, ни Райдер не ожидали, что я сумею прервать намеченный маневр на трети пути. — Тебя что, в летную школу отдать?»

«Не нравится, в следующий раз сам повезешь!» — огрызнулась я, удаляясь от опасного места.

Мало того что Витька меня обругал, так еще и Мортифор от испуга выпустил когти в мою спину. Больно же!

— Ты там полегче! — буркнула я супругу. — Шкура не казенная!

Проведенный с Мортифором свадебный обряд сделал меня намного уязвимее перед ним. Наверное, таким образом природа позаботилась о супругах Дракона, подарив им возможность эффективно защищаться. К сожалению, именно сейчас это свойство сыграло плохую услугу.

— Прости, — виновато пробормотал он. — Я сейчас все залечу.

— И каким это образом, если на меня магия не действует? — огрызнулась я.

— Кровью своей! — в тон мне ответил супруг. — Если я тебя теперь могу поранить, то, наверное, могу и исцелить.

— Предполагаешь? — прошипела я. — А если не прокатит? Ты учти, что я после превращения уменьшусь, а твои царапины — нет! — И, заметив, что теряю высоту, поспешно добавила: — Поторопись с лечением, потому что в человеческом облике я с такими ранами не выживу!

— Сейчас-сейчас! — не на шутку испугался Мортифор и принялся нараспев читать заклинание.

Его монотонный бубнеж немного успокаивал. Я вдохнула воздух полной грудью и решила, что обязательно припомню охотнику попорченную шкуру. Хоть он в этом и не совсем виноват, но не на Мортифоре же мне зло срывать? Он свое, родное, а свое жалко убивать. Что ни говори, а злопамятная я. Увы, драконы все такие. Вик вон тоже до сих пор папе ремня простить не может. А было это в первом классе. Понимаю, что нельзя быть таким. Вредно для здоровья, но, наверное, злопамятность помогает драконам яд вырабатывать.

3

Если детки затихарились — значит, жди беды!

Александр Балаур, отец и дядя правящей триады дома Драконов

Мы приземлились в деревне, точнее, рухнули на крайнюю хату, взметнув в небо горы трухи и пыли. Наверное, я была бы не я, если бы научилась приземляться плавно и степенно, как и полагается любому уважающему себя дракону. Занятые выкапыванием друг друга из завала, мы не замечали, что творится вокруг. Когда же я в перерыве между уговариванием Вика извлечь из-под полусгнивших бревен Мортифора и объяснением «зачем оно мне надо» отвлеклась, то обнаружила, что нас со всех сторон обступили порядком разозленные оборотни и с мрачным любопытством наблюдают за нашими потугами. Вик, увидев новых действующих персонажей, быстренько смекнул, что Мортифор нам таки нужен, и на удивление шустро извлек взъерошенного вервольфа из-под обломков.

Опознав в нашем спутнике своего короля, оборотни облегченно вздохнули, однако опускать оружие не спешили. Краем глаза я заметила, как двое плечистых воинов попытались аккуратно оттеснить меня от Мортифора.

— Я заплачу хозяину дома за причиненный ущерб, — попыталась я разрядить обстановку и успокоить тех, кому мы свалились на голову.

— Изба была нежилая, — хмуро произнес высокий плечистый оборотень. Наверное, староста.

— Вот и чудненько! — обрадовался Вик.

— Там нечистая сила водилась, — буркнул кто-то из оборотней.

— Вот видите, какая от нас польза! — взмахнул руками брат, пытаясь прикинуться белым и пушистым. (Надо признать, получалось у него не очень.) — Мало того что мы избавили вас всех от ненужного дома, так еще и нечистую силу шуганули!

— Скорее вы ее напугали, и теперь она будет шляться по всей деревне, — мрачно изрек староста.

— Мы постараемся возместить причиненный ущерб, — поспешила я успокоить возроптавших оборотней.

— Нам бы комнату на ночь, — добавил Вик и очаровательно улыбнулся.

Окружившие нас мужики его дружелюбия не разделяли. Наоборот, увидев моего обаятельного братца, они мрачно сплюнули, перекидывая из руки в руку грабли, и оттеснили женщин за спины. Кажется, Витькина слава бежит впереди него. Если бы не моя усталость после трансформации, я бы испугалась. А так на душе царил полный пофигизм. Я тихонько сползла Мортифору под ноги. Сейчас самое главное, чтобы на меня не наступили. А остальное — мелочи. В какой-то момент мне стало даже интересно, чего они хотят больше: начистить нам рожи за то, что мы лишили нечистую силу приюта, спасти от нас своего короля или защитить своих дам?

Накалившуюся обстановку разрядил Мортифор. Наклонившись, он подхватил меня на руки и, поприветствовав селян, попросил комнату. Любимому королю отказать не осмелились.

Нас с почетом отвели в домик старосты и поселили на втором этаже. Когда нам с Морти отвели одну комнату на двоих, Вик попытался возмутиться, но благоразумно заткнулся, увидев, как Мортифор провел пальцем по брачной цепочке на шее. Вообще-то движение получилось очень двусмысленным. С одной стороны, оно могло означать: «Как я люблю эту цепочку», а с другой — «Только пикни, и секир-башка тебе будет!» Вик зятя прекрасно понял и решил не выступать. Все-таки два дракона (а если учесть, что Вик еще не закончил стадию взросления, то полтора дракона) против деревни оборотней — спорный расклад сил. Лучше не рисковать.

В домике Фокуса, как назвал старосту Морти, было светло и чисто. Приведя с помощью магии одежду в порядок, я умылась и плюхнулась на кровать. Хоть досплю. Рядом пристроился супруг.

— Раньше у меня за весь год не случалось столько неприятностей, как с тобой за один день, — вздохнул Мортифор.

— Ну извини, — пожала плечами я. — Наследственность у меня такая.

Пусть мама у меня и отвечает за недоразумения, зачастую данное явление сопряжено с неприятностями.

— Твоя наследственность — это отдельная песня, — поежился муж, видно, вспомнив тестя с тещей. — Кажется, ну вот все уже, более крутого переплетения генов быть не может. Так нет! Еще чего-нибудь выплывет!

— Да ладно, — поморщилась я, — как будто твоя родословная хуже.

— Ну у меня она более однотипная.

— Тебя это беспокоит? — пошутила я, пародируя психолога из рекламы. — Хочешь об этом поговорить?

— А давай мы будем не обсуждать мою родословную, а поучаствуем в ней напрямую, — навис надо мной Мортифор.

— Мне нравится ход твоих мыслей, — улыбнулась я, обнимая мужа за шею.

И мы, образно выражаясь, занялись вопросами генетики. Взрослые люди меня поймут, а более юные ознакомятся с ними сами несколько позже. В жизни каждого человека и нечеловека есть моменты, которые хочется оставить при себе либо разделить их только на двоих. И зрителям тут не место. Приблизительно что-то такое прорычал Мортифор, накладывая на комнату чары неслышимости и невидимости. В результате за дверью раздался возмущенный ропот, а пытающиеся подсмотреть за нами в окно дети рухнули вместе с веткой в кусты колючек. Мораль: любопытство — грех!

Где-то в середине ночи меня разбудил шепот мужа.

— Свет, — согрело его дыхание мне ухо. — Мне тут отлучиться где-то на часик надо, пожалуйста, не волнуйся и никуда не уходи.

— Издеваешься? — пробормотала я, поправляя одеяло. — Покажи мне ту силу, что заставит меня вскрутиться ни свет ни заря, покинув теплую и такую удобную постель.

— Это хорошо, — облегченно вздохнул Мортифор. — Это правильные мысли.

— Тебе хоть ничто не грозит?

— Нет. Тут обиженный жених свою невесту с другим поймал. Родители своевольной дочери не хотят разрывать помолвку и просят меня разрешить их спор. Тут еще родители третьей стороны подкатили. В общем, где-то за час должен управиться. Спи давай.

— Удачи, — пробормотала я.

Мортифор поцеловал меня в плечо и вышел, а я погрузилась в объятия Морфея.

Второе пробуждение оказалось гораздо грубее первого.

— Княжна, княжна! — пыхтели у меня над ухом. — Вставайте, княжна!

— Что такое? — подскочила я, уставившись на двух смущенных детей, черноволосого мальчика лет тринадцати и светленькую девочку лет девяти. Когда мы поднимались в комнату, я видела, как их прятала за своей юбкой жена старосты. Наверное, это их отпрыски. Кажется, Мортифор называл их Фатум и Террор.

— Беда случилась, — потупились отроки.

По моей спине пробежал холодок.

— Что-то с Мортифором? Виком? — выкрикнула я первое, что пришло на ум.

Дети непонимающе моргнули и замотали головами.

— Нет, с ними пока все в порядке, но будет плохо, если мы сейчас не решим нашу проблему, — тряхнула кудрями девочка, Фатум, по-моему. — Понимаете, нам было скучно…

— И мы решили вызвать демона, — перебил сестру мальчик.

— Чего?! — опешила я.

— Ну я в одной книге читала, — затараторила девочка, — что присутствие дракона способствует нарушению границы миров. В сочетании с пентаграммой это дает возможность вызвать любое существо с минимальными усилиями и практически без ритуала.

— Представляете, как здорово! — вновь перебил сестру Террор.

— Да уж! Восторг! — буркнула я.

— Вот и я о том же! — обрадовался мальчишка, довольный, что нашел в моем лице единомышленника. — В общем, пока взрослые разбирались с дочерью плотника…

— Сын кузнеца виноват не меньше! — нахмурилась девочка.

— А нечего было ему драться с Терцией голышом в сене! — парировал мальчик.

— Он не дрался! — возмущенно замотала головой девочка. — Они там детей делали! Я в книге читала!

— Стоп! — перебила я юную библиофилку. — Что там с демоном?

— Удалось! — гордо похвастался Террор.

Сестра, похоже, его радость разделяла не до конца.

— Понимаете, — прошептала она, — я не знала, что присутствие двух драконов удваивает результат. Мы хотели попробовать вызвать маленького такого, безобидного путешественника по мирам, чтобы он принес нам конфет, которые мама заперла в буфете.

— А получили вот такенное чудовище! — восторженно развел руками Террор. — Рога — во! Глазищи — во! А зубы аж досюда, — провел он рукой по груди.

Если указанные параметры правдивы, то я не хочу покидать теплую и относительно безопасную постельку. Насколько понимаю, они хотят, чтобы я загнала его обратно.

— Где? — вздохнула я.

— В хлеву, — понурила девочка голову.

— Идемте, я покажу, — нетерпеливо подпрыгнул мальчик.

Я подскочила с кровати и принялась одеваться.

— Как хоть его обратно загнать?

— Я не знаю, — растерянно пожала плечами девочка. — Я не успела этого прочитать.

— Больше никогда не смей так делать! — возмутилась я. — Из-за твоей халатности могут пострадать люди!

— Это я уже поняла, — угрюмо кивнула девочка.

— Бери книгу — и живо читай, как его вернуть обратно, — приказала я Фатум и повернулась к Террору: — Веди, экспериментатор. И что вас дернуло границу миров беспокоить?!

— Так скучно же было! — вскинулся мальчишка.

Блин! До чего же нынче развитая молодежь пошла! От нечего делать вызывать потустороннее существо! Лучше бы они за юной парочкой на сеновале подсматривали!

«А как же твой лозунг, что любопытство — грех? — хмыкнуло правое полушарие. — А как же право на уединение?»

«Ну, если выбирать между ними и паранормальной хренью, то лучше бы первое! — фыркнула аналитическая половина мозга. — Впрочем, от деток с такими именами иного и ждать невозможно!»

Я вспомнила латынь. Террор и Фатум — Ужас и Исход, причем чаще всего роковой. Да уж! Обласкали родители деток! Надеюсь, я переживу их последнюю забаву.

Мы с пацаном вбежали в сарай и выругались. Причем синхронно и одинаково грубо. Посередине помещения сидела огромная чешуйчатая тварь и доедала корову, без всяческих усилий разрывая тушу на куски. Рога у демона действительно были знатные. На глаза я не обратила внимания, так как больше всего меня беспокоили его когти и клыки. Вот те были на самом деле гигантскими.

— Зови Вика, — приказала я. — Только не объясняй ему ничего, а скажи, что я его здесь жду. И сестрицу твою тащи! Вместе с книгой желательно!

Энергично кивнув, мальчик тут же смылся. Видно, идея находиться с плотоядным чудовищем один на один его прельщала не так сильно, как задумка вызвать. Я тешила себя надеждой, что, по крайней мере, оно хоть сытое. К счастью, тварь продолжала свой поздний ужин (или ранний завтрак?), не обращая на меня никого внимания.

И я вновь присмотрелась к объекту. В распрямленном состоянии он (а этот оказался именно мальчиком) будет метра два — два двадцать. Почти как оборотень. Нормально. Вот только мысль о победе грубой силой можно отмести как самоубийственную. Конечно, дракон чисто теоретически способен надрать зад кому угодно, вот только в моем случае, к сожалению, это правило отдыхает. А после того, как подвела боевая ипостась, я ввязываться в драку не рискну. Интересно, а на мирные переговоры он пойдет? Впрочем, проверять свои дипломатические способности я не спешила, предпочитая не отвлекать от еды голодную зверюгу.

Сонный Вик появился минут через пять. Увидев вызванного детьми пришельца, брат сморгнул, протер глаза и снова уставился на тварь. Опять протер глаза и, убедившись, что существо в сарае не сонный глюк, хрипло спросил:

— Это еще что за хрень?

Я хотела ответить, но слова застряли в горле, потому что именно в этот момент тварь отвлеклась от еды и посмотрела на нас. Смерив нас долгим взглядом, она обиженно прогундосила:

— Я не хрень! Я Арктеривул! Я пришел убивать!

— А может, не надо? — всхлипнули из-за спины Вика притихшие дети.

Потусторонний чудик задумался на минуту, а потом энергично кивнул:

— Надо! Меня вызвали, я должен исполнить заказ клиента и получить в оплату его душу.

Дети побелели и отступили к дверям. Угу, страшно стало? А нечего было с высшими материями баловаться! Впрочем, юную призывальщицу я недооценила. Она внезапно собралась, решительно тряхнула головой в ответ на какие-то свои мысли и вышла вперед.

— А если заказа не будет? — осторожно спросила она.

— Тогда я убью призывающих и заберу их души.

— А души-то зачем? — удивилась я.

— Надо, — вздохнул путешественник по мирам и скорбно пояснил: — Коллекция. Перед Ариохом нечем похвастаться.

— А если ты не справишься с заданием? — уточнила Фатум.

— Ну тогда я уйду ни с чем.

— А моральная компенсация? — встрепенулся Вик.

Пришелец глянул на моего кузена и растерянно пожал плечами.

— Компенсаций пока не было. Я с заданиями справлялся.

— А если будет? Сколько заплатишь?

— Вик! — попыталась я остановить распоясавшегося братца, но куда там!

— А зачем мне думать о компенсации, если такого не случалось? — растерялся Арктеривул.

— Всегда бывает первый раз, — пожал плечами Вик. — Так сколько дашь?

— Сначала задание, — тряхнуло головой чудовище. — А потом торг!

— Тогда убей дракона! — выступила вперед Фатум. — Это я тебя вызвала!

— Ты что творишь?! — возмутилась я. — Что я тебе сделала?!

— Вы мне ничего не сделали, — невинно моргнула девочка. — Просто я читала, что убить дракона — невозможно. Он сам кого хочешь замочит, а следовательно, задание невыполнимое!

Да что ж мне так везет?!

— Слушай ты, книжный червь, это только в теории драконы непобедимы!

— А на практике тебя могут привлечь за убийство твоей королевы, — пояснил Вик.

— Ой! — побелела девочка.

— Всего лишь «ой»?! А просто загнать его назад слабо было? — возмутилась я. Стоящий между мной и девочкой Арктеривул растерянно переводил взгляд то на нее, то на меня.

— Да я не знаю, как его назад вернуть! Там на другом языке было написано!

— А у взрослых спросить?

— Так меня же за вызов демона отругают! — возмущенно фыркнула Фатум.

— Тебе в любом случае уши надерут, — огорчила я кроху. — А так еще и покушение на королеву припишут.

— Вот же ж ёптр турен имбарр! — выругалась девочка.

— Так я не понял, — вмешался в нашу беседу чешуйчатый чудик. — Мне убивать дракона или нет?!

— Рискни, — кивнула девочка и, поймав мой испепеляющий взгляд, развела руками. — Извините, но мне тоже жить хочется. Кроме того, драконов здесь два.

Арктеривул посмотрел на меня, затем на атлетически сложенного Вика и изрек:

— Завалить крупного дракона — большой почет, но убить маленького — проще! — и кинулся на меня.

— А вот это ты зря! — крикнул ему вдогонку Вик. — Она у нас с подвохом. С большим таким подвохом, на три тонны!

К сожалению, мой большой подвох выныривать из глубин сознания не собирался, подводя в основном меня. Потустороннее существо, к счастью, оказалось не таким проворным, как я. А может, все дело в страхе и желании жить, но на потолочную балку я просто взлетела. Пришелец простер ко мне руки и что-то зашептал. Я на всякий случай переместилась со своего места в уголок и приготовилась к неприятным последствиям. Но ничего не произошло.

— Магия не действует, — констатировал Арктеривул и, обхватив опорную балку, принялся ее раскачивать.

Под его силой конструкция зашаталась. Устоять на узенькой балке стало проблематично, и я юркнула в сторону окна в крыше.

— Свет, ты только не убивай там демона! Нам еще с него деньги стрясать! — напутствовал меня Вик.

Угу, постараюсь! Если меня саму не убьют. Хотя в таком случае Вик с него все равно стребует компенсацию. Как бы ситуация ни обернулась, братишка внакладе не останется. Выбравшись на крышу, я вдохнула холодный воздух и перепрыгнула на стоящую рядом будку. Слух уловил, как заворчали внизу цепные кобели. Собаки у оборотней крупные, легко разрывают умдыря на мелкие кусочки, так что лучше им на глаза не попадаться.

— Мы за тебя болеем, княжна! — крикнула мне снизу Фатум.

— Да, замочи его! — поддержал сестру Террор.

Какие все-таки у старосты милые детки! Выбравшееся на крышу существо растерянно посмотрело на меня и заорало:

— Иди сюда! Драться будем!

— Вот еще! — хмыкнула я. — Тебе надо, ты и иди! Твое задание, в конце концов!

— Какая нынче несговорчивая дичь пошла! — посетовал Арктеривул и скакнул на будку.

Я в тот же момент спрыгнула на землю. Как и ожидала, деревянная крыша не выдержала веса демона, и он провалился вниз. Потревоженные псы встретили чужака неласково. Послышались звуки грызни и сдавленный вой. Кто кого грыз, лучше не вникать. Целее психика будет. Я кинулась к Фатум, так и держащей в руках злополучную книгу.

— Быстрее показывай часть про отправку на иностранном.

— Зачем? — опешила девочка. — Эту гадость собаки загрызут!

— На твоем месте я бы не полагалась так на судьбу, — вздохнула я, наученная горьким опытом.

Как раз в этот момент дверь будки вывалилась из петель, и на пороге появилась упомянутая гадость в компании двух страшных чешуйчатых тварей.

— Что это? — ошарашенно выдохнул Террор. — Где наши Жучка и Полкан?

— Как вы собак назвали? — офигела я.

— А это я в книжке прочитала, — отмахнулась юная библиофилка и обернулась к рогатому путешественнику между мирами. — Так, где наши малыши?

— Нет их больше! — рыкнул Арктеривул. — Я их обратил в своих помощников! — И, указав на нас, крикнул: — Взять их!

Четвероногие чешуйчатые твари ощерились и прыгнули на детей.

— Ах вы собаки! — выругался Террор и бросился в сторону поленницы, где торчал вогнанный в бревно топор.

— Это хорошая идея! — согласился Вик и бросился следом.

Фатум столь позорно отступать не собиралась. Увидев приближающуюся к ней тварь, она закрыла глаза и завизжала. Звук получился настолько высоким, что от шока затормозили не только превращенные собаки, но и мы с демоном. Зато на жителей деревни крик ребенка, похоже, произвел обратный эффект, потому что земля просто затряслась от топота ног.

— Что здесь происходит?! — рявкнул подоспевший Мортифор.

Я, воспользовавшись тем, что Арктеривул отвлекся на приблизившихся оборотней, тихонько отступила к бочке с водой и спряталась за ней. Позорный ход, конечно, но стоять на всеобщем обозрении — великая глупость. А так хоть обзор относительно приличный, а если путешественник по мирам приблизится, я почувствую по вибрации воды и смогу что-нибудь предпринять.

— Что здесь происходит?! — повторил свой вопрос король вервольфов.

— А то ты не видишь?! — огрызнулся Вик, швыряясь в обращенных собак дровами. Пока у брата получалось с переменным успехом. Доставалось и псам, и оборотням, стоящим поблизости, и даже растерянно озирающемуся окрест потустороннему чудику. Перед последним Вик искренне извинялся, но попадать не переставал. (Учитывая проблематичную меткость Виктора, могу предположить, что в тварь он целился специально, чтобы хоть как-то помочь мне.) — Маленький безобидный путешественник по мирам, предполагаемый добытчик конфет тут случился. Вот этот! Ой, извините за бревно, уважаемый Арктеривул, опять нечаянно в вас попал. А может, отзовете собачек?

— Но это не путешественник по мирам! — растерянно взвыл Мортифор. — Это универсальный межпространственный похититель душ и по совместительству наемный убийца. Класс А по шкале опасности!

— Совершенно верно, — хмуро прогундосил Арктеривул, кивнув моему мужу. — А теперь извините, я должен убить княжну-дракона!

— Как убить?! — взвился Мортифор. — Зачем убить?! Куда вы опять влезли?!

— Это не мы! — возразил лорд Венатор.

— Да что ж вам неймется так? — продолжал тем временем распекать Мортифор. — Я вас только на несколько часов оставил и попросил быть паиньками! А вы что?! Откуда эта дрянь взялась?!

— Это не мы! — обиженно надулся Вик. — Это детки этого монстра вызвали!

— Ну молодцы! — фыркнул Мортифор. — Вы еще свалите все на беззащитных детей!

— Ну да! Они очень беззащитные, — хмыкнул Вик, глядя, как обернувшиеся волками детки рвут на части своих бывших собак.

Универсальный межпространственный похититель душ внезапно тряхнул головой и глухо произнес:

— Я не дрянь и не монстр, я Арктеривул, я пришел убивать!

— Яшкин кот! — ошалело выдохнул Мортифор. — Что же вы наделали?!

— Повторяю: это не мы, а вон те дети! — взвыл Виктор.

— Я не Яшкин кот, я Арктеривул, я пришел убивать! — возмутился потусторонний наемный киллер.

— Да заткнись ты! Это выражение такое! — хором рявкнули Витька с Морти.

— Достал уже своей занудностью! — пробурчал кузен.

— Я не зануда и не демон! Я универсальный межпространственный похититель душ!

— Да хоть балерина! — огрызнулся Вик и обернулся к Мортифору: — Как его обратно зафигачить?

— Обратно его может отправить только призвавший, — растерянно развел руками Мортифор.

— Она языка не знает!

— Тогда тварь проще убить, — решил Мортифор и, схватив торчащие в стоге сена вилы, метнул их в похитителя душ.

Импровизированное копье попало в грудь, но существо спокойно его выдернуло и махнуло рукой в сторону моего мужа. Мортифора сдуло как осенний листок.

— А на тебя магия действует, колдун! — обрадовался Арктеривул. — Это хорошо! Я вырву твое сердце и заберу душу!

Я пришла в ярость. Ну уж нет! Мортифора я никому в обиду не дам! Универсальный гад тем временем направился к лежащему на земле оборотню. Мой благоверный попытался встать, но не смог. Морти словно какая-то сила пригвоздила к земле.

— А ну стоять! — крикнула я потустороннему пришельцу, распрямляясь. — Его душа принадлежит мне!

— Она не может тебе принадлежать! — возмутился Арктеривул. — Ты дракон, а не похититель душ!

— А мне плевать!

— Ты нарушаешь закон! — негодовал чудик.

— А ты, кажется, охотишься за мной! — напомнила я ему.

— Света, что ты делаешь?! — вскричал Мортифор. — Беги лучше.

— Колдун дело говорит, — согласился с ним универсальный убийца. — Тебе лучше уйти!

— А что, поможет?

— Нет, — отрицательно мотнул головой Арктеривул и кинулся на меня.

Вопреки моим страхам вторая ипостась не подвела: я встретила противника во всеоружии и в промежуточной трансформации, став с противником примерно одинаковой массы и комплекции. Вот никогда не знала, что, если сильно захочу, могу призвать фамильный меч — Мудрость. Такой подлянки похититель душ от меня не ожидал и даже отступил сначала, но потом, словно опомнившись, ринулся в бой. Минут пять мы просто фехтовали. Вернее, межмировой путешественник атаковал, а я просто старалась увернуться и блокировать удар. В какой-то момент универсальный гад замахнулся, чтобы сразить меня сильным рубящим ударом. И я этим воспользовалась. Как говорил Ред Баттонс: «Никогда не поднимай руку на ребенка. Ты оставляешь незащищенным пах».

Меч выпал из вражеских рук, которые сразу же схватились за пострадавшее место. Все-таки я садистка. Так врезать, да еще используя силу дракона — надо быть очень жестоким нечеловеком. Похитителю душ, скорчившемуся на земле в позе зародыша, было уже не до меня. Единственное, о чем он просил, это чтобы его добили. Я уже по доброте душевной хотела исполнить его просьбу, но меня остановил Вик:

— Света, погоди. А деньги?

— Какие деньги? — удивился Мортифор.

— Компенсация за невыполненное задание, — пояснил Вик.

— Вор!.. — простонал Арктеривул. — Я тут мучаюсь, а ты последнюю монету норовишь забрать!

— Я не вор! — огрызнулся Вик, наклоняясь над чудиком. — Я — дракон! Запомни это на будущее!

— Да уж учту!.. — простонал визави. — Надо было тебя выбирать.

— А вот это не факт, — хмыкнул Вик. — Хотя ты был обречен уже тогда, когда решил, что Света самый безобидный вариант. А теперь плати. Думаю, двухсот тысяч золотых нам будет вполне достаточно.

— Сколько?! — взвыл Арктеривул. — Я бедный похититель душ, а не швейцарский банк!

— Это твои проблемы! — парировал Вик. — Или нам отдать тебя ей? — И он указал на меня.

Арктеривул смерил меня затравленным взглядом, судорожно сглотнул и произнес:

— Я достану деньги!

— Вот и чудненько! — хлопнул в ладоши Вик и милостиво разрешил: — Свободен.

Стоило пришельцу исчезнуть, как оборотни подхватили непутевых чад за уши и потащили наказывать. Я подошла к Мортифору и поинтересовалась:

— А почему, увидев похитителя душ, ты сказал «Яшкин кот»? Я бы поняла, если бы ты выругался матом или знаменитым на Гее «ёптр турен имбарр». Но почему так?

— «Яшка» в переводе с эльфийского означает «поганый, зловредный». Где-то на юго-западе твоих лесов водится зверь семейства кошачьих с препротивнейшим нравом. Встреча с ним означает самоубийство. Так и повелось в какой-нибудь патовой ситуации упоминать его в качестве ругательства.

— Понятно, спасибо.

Я тоскливо покосилась на небо, где уже намечалась заря. Скоро в путь.

— Пошли, может, доспим? — предложил Мортифор, проследив мой тоскливый взгляд.

— Нам же спешить надо.

— Ничего, время терпит. Райдер ни за что не догадается, что ты тут.

— Ну тогда пошли, — кивнула я и обернулась к Вику.

— Идите-идите, — замахал руками Вик. — Я сначала умоюсь.

— Ты только без приключений, — предупредила я.

— Как скажешь! — отсалютовал мне Вик.

В голову закралась мысль, что кузен куда-то намылился, но я ее поспешно отогнала. Вик — мальчик взрослый. Не пропадет. А если влипнет в беду — разбудит.

Проснуться получилось уже поздним утром. Все еще подавленная детской выходкой жена старосты обхаживала меня со всех сторон.

— Вы уж извините, ваше величество, детскую глупость. У нас и в мыслях не было вас убить!

— Что, правда? — хмыкнула я, почувствовав в ее словах ложь.

Хозяйка покраснела, как будто ее застали за чем-то предосудительным, и тихо ответила:

— Теперь нет. Вы и детей наших спасли, и с королем ладите. Сильная правящая семья — основа благополучного государства. К тому же по сравнению с рыжей бестией вы не худший вариант.

Я прямо поперхнулась. Это как же их всех достала Мора, что они предпочли на месте королевы дракона, а не соплеменника? Что она им сделала?

Дверь распахнулась, и на пороге появились Норри с Виком.

— Привет, сестренка! — радостно помахал мне эльфенок.

— Извини, что у нас не было случая сказать тебе «доброе утро»! — кивнул Вик.

— Но мы были очень заняты, — довольно улыбнулся эльф.

— Оно и понятно! — фыркнул Мортифор. — До меня дошли слухи, а точнее, обрывки ругани о ваших шашнях с дочкой мясника и о том, как вы едва не повстречались с ножом ее отца!

Виктор рассмеялся, замотав головой:

— Все это враки! То были дочь плотника и его топор!

— Когда-нибудь, друзья мои, вам попадется отец, который бегает быстрее вас! — предупредила я.

— А вот для этого Великий Эквилибриум и дал нам лошадей! — подмигнул мне довольный Норри.

Засмеявшись, братья дали друг другу «пять». Да уж! Спелись, нечего сказать!

— Эх, хорошо-то как! — сладко потянулся Норри.

— Да, ты прав, нет ничего лучше! — поддакнул брату Вик.

— А кто мне говорил: «Никакой оргазм не сравнится с тем, когда сходится баланс»? — не выдержав, передразнила я кузена-бухгалтера.

— Нет, Свет, — вздохнул Вик. — Лучше первое, потому что баланс только раз в квартал!

— А сколько длится квартал? — заинтересовался Норри новым словом.

— Тебе не понравится, — ответил на какие-то его мысли Вик. О чем они подумали, я предпочла не вникать.

— Как дела в замке? — спросил Мортифор.

— Пока стоит, — обрадовал его Норри. — Правда, у меня есть две новости: плохая и еще хуже. С какой начать?

— С плохой.

— Ну, — поморщился эльф, — Райдер решил, что Света похитила Мортифора.

— Что? — опешила я.

— Суровая реальность, — ухмыльнулся Норри. — После ваших с Мортифором полетов охотник, на ваше счастье, отмел версию о союзе дракона с оборотнем. Слуги не торопятся говорить правду, а вот лорд Карнификус вовсю подогревает неприязнь Райдера к правящему дому Драконов.

— Вот же свек-р-р! — выругалась я. Ну ничего! Отольются тебе, старый пень, мои слезки! Мои нервные клетки не только оживают и восстанавливаются, но еще и пытаются отомстить виновным в их гибели!

— А что предпринял Райдер? — встревожился Мортифор.

— Он, кстати, так испугался за твою жизнь, что почти сразу же собрал вещи и отправился на ваши поиски.

— Куда? — напрягся Мортифор.

— Вот это и есть вторая плохая новость! — жизнерадостно сообщил Норри. — Райдер практически сразу взял правильное направление.

— Значит, он едет сюда?! — прошиб меня холодок.

— Ага!

— Так чего же мы медлим?!

— А я почем знаю, — легкомысленно пожал плечами Норри. — Я вас догнал, плохую новость сообщил, а дальше командуйте. Куда мы теперь?

— Нам надо к Гвиневере, — вздохнул Вик.

— Но Райдер догадывается, куда мы едем, — заметил Мортифор. — Почти все путники стремятся спросить благословения у королевы Луары. А Света еще с ней в родстве. Нам надо запутать следы.

— И что ты предлагаешь?

— Мы разделимся и отклонимся от маршрута. Здесь в ста километрах на север есть деревня. Там мы встретимся. Вы с Норри поезжайте на его пегасах на запад и восток. Эти создания легко возьмут нужный темп. У Райдера же простой конь, он не выдержит такой скорости передвижения, тем более по лесу. Мы же со Светой помчимся на север.

— Морти, а как, если простой конь в лесу не ходок? — спросила я. — А мо и метаморфы остались у тебя в замке.

— Ну не совсем в замке, — потупился Норри. — Я их выпустил. Они обернулись тобой с Мортифором и отправились отвлекать внимание Райдера. Скорее всего, Злыдень с Чернулей сейчас морочат ему голову в двухстах километрах от нас.

— А они не пострадают? — встревожилась я.

— Вряд ли, — поморщился эльф. — Для метаморфов такая работа не впервой. А убить их крайне сложно.

— Но не невозможно, — вздохнула я.

— Не переживай, — потрепал меня по плечу Мортифор. — Ты лучше готовься покататься по лесу на спине у оборотня.

— Это будет незабываемое приключение! Оборотни передвигаются по лесу так же свободно, как и эльфы, — хмыкнул Норри, словно знал, о чем говорил. Если все так плохо, не хочу уточнять. Порой незнание — благо.

— Ладно, — вздохнула я, — чем раньше уедем отсюда, тем больше вероятность, что выживем. Ведь я сомневаюсь, что наши с похитителем душ магические эманации никто не заметил.

— Тоже верно, — согласился Норри. — Пошли собираться.

Через тридцать минут мы собрались во дворе. Мортифор разделся и трансформировался в огромного черного волка. Странно. Когда он был в облике Кейси, то выглядел мельче.

— Это потому, что он использовал морок для создания личины, — ответил Норри на мой мысленный вопрос. — Теперь же перед тобой его реальная трансформация. Седлай. Когда еще выпадет возможность покататься на горбу у мужа? Давай, я тебе даже помогу!

Эльфенок, скатав одежду Мортифора в аккуратный валик, сложил ее в мешок. Достав из дорожной сумки оборотня тяжелую плотную ткань, накинул ее на спину волку, затем взял ремень и затянул его вместо подпруги.

— Хлипкая конструкция, — вздохнула я.

— Не боись, — улыбнулся брат. — Это специальный магический вальтрап. Он на любом животном удержится, а ремень это так, для драматического эффекта.

— Ну-ну, — фыркнула я, оглядывая будущего «скакуна». Интересно, что серебряная брачная цепочка после трансформации превратилась в ошейнике шипами наружу.

«Эх, а хорошо бы внутрь! — вздохнула правая половина мозга. — Чтобы знал, кто в доме хозяин!»

«Ну-ну, — хмыкнула левая. — Про свое украшение забыла?»

«М-да, — согласилось второе полушарие. — Бардак! Хотя с такими шипами на нашем горбу особо не поездишь».

Мортифор лег на землю, чтобы мне было легко на него взобраться. Я подошла к мужу, тот, словно в шутку, завилял хвостом. Не выдержав, я погладила его широкую лобастую голову. Волк, будто собака, подался вперед, стремясь продлить удовольствие.

— Садись уже! — буркнул Норри. — Или тебя подсадить?

— Не надо, я сама, — отмахнулась я, не понимая, почему медлю с поездкой.

Что-то было не так, словно я забыла сделать что-то очень важное. И тут меня осенило! За нами следом идет универсальный охотник на драконов, который веками натренирован на убийство мне подобных. Но в контракте значится только один дракон. Я. Что бы я сделала, если бы там был Вик или Норри? Выступила бы перед охотником вместо них, заслонила бы собой.

Вот и братишки могут пойти на такую глупость. Все это время они были рядом, на виду, так сказать. А теперь могут счесть, что им подвернулся удачный случай. Но, защищая меня, они могут погибнуть и сами. Райдер прекрасно осведомлен, что глава дома Драконов женщина, но это не остановит его перед убийством братьев, которых он уберет как помеху на пути к моей голове. Если же охотник меня убьет, то вернется домой, оставив братьев в покое. Даже если один из них станет главой дома Драконов, Райдер не вернется.

А наш род должен выжить во что бы то ни стало. Следовательно, надо позаботиться об этом сейчас.

— Вик, Норри, — обернулась я к братьям, — дайте мне слово дракона, что, если я окажусь в опасности, вы не будете рисковать своей жизнью, спасая меня.

— Света! — хором возмутились Вик, Норри и Мортифор. Хм, иногда они бывают поразительно единодушны.

— Самое главное — это сохранить наш род. Если вы погибнете, нить прервется, и тогда моя смерть будет напрасной.

— Не смей вообще думать о смерти! — возмутился Вик. — Что это за мысли?!

— Это прагматизм! Пообещайте мне выжить! Ну же!

— Нет! — замотали головами братья.

— Не будьте упрямыми! Не заставляйте меня вытягивать из вас это обещание!

— Ты не сможешь!

— Очень даже смогу! — озверела я. Во мне проснулся древний инстинкт защищать свой род. Что бы со мной ни случилось, жизнь должна продолжаться. Братья погорюют-погорюют и забудут. Род Драконов должен жить! — Ну же, обещайте!

— Нет! — запротестовали братья.

— Прекрасно, в таком случае я приказываю вам как глава рода!

— Свет! — начал было Вик, но осекся. Все его тело окутала золотистая дымка. Следом за кузеном магия оплела и эльфенка.

— Приказ главы рода магически закреплен, — тихо констатировал Мортифор. — Теперь они не смогут тебя ослушаться и сделают, как ты сказала.

— Было бы чудесно! — хмыкнула я.

— И не мечтай! — хором фыркнули братья и тут же болезненно сморщились.

— За нарушение приказа полагается наказание, — заметил супруг.

Младшие драконы переглянулись и задумчиво нахмурились. Ой, чувствую, скоро они найдут лазейку, нужно поторопиться с убийством Райдера. Да простит меня Мортифор, но я не намерена рисковать их жизнями. Братья мне ближе, чем его кровник.

— Долго нам по лесу мотаться? — буркнул Вик. — А то я уже есть хочу.

— Около трех часов, думаю, будет достаточно, — прикинул Мортифор.

— Тогда поехали, — решил Норри. — Раньше уедем, раньше встретимся. Я тоже есть хочу!

Вот он, самый веский аргумент в переговорах с драконом! Мы пожелали друг другу удачи и разъехались в разные стороны.

Через минуту я поняла, что волк — далеко не ездовое животное. Если передвижение на метаморфах в различных ипостасях относительно комфортное, то оборотни к данной категории не относятся. Где сядешь, там и слезешь. И это при том, что Мортифор заинтересован в моей перевозке! Представляю, что будет с тем несчастным, который попробует оседлать его без спроса.

Я прижалась к телу волка, стараясь стать с ним единым целым и не мешать его передвижению. Не знаю, помогло ли это мужу, но скорость мы развили знатную. Мортифор мчался так, что шумело в ушах.

Деревья, пни и кочки слились в смазанную однообразную картинку. Из головы словно ветром сдуло все мысли, оставив только одну цель: любой ценой удержаться на спине оборотня. Мышцы ныли, и тянущая боль отдавалась во всем теле, казалось, еще секунда, и я не выдержу. Единственным моим желанием было приехать в деревню как можно скорее, и оттого, что что-то очень сильно ждешь, время тянулось с мучительной бесконечностью.

Наконец Мортифор рыкнул:

— Держись! — и взмыл над оврагом.

Мы перепрыгнули довольно широкую речушку с высокими берегами и оказались на поляне. Неподалеку виднелись аккуратные белые избушки. Рядом с деревушкой располагалось небольшое поле, на котором работали мужчины. Мортифор вздохнул и неторопливо потрусил вперед.

4

Рыбам в аквариум вместо воды налили энергетический напиток «Burn». Уже через час они просили выключить свет и сделать музыку погромче.

Шутка КВН, команда ЧС

Я боялась, что оборотни, заметив нас, схватятся за оружие, но они признали в Мортифоре короля даже в волчьей личине. Супруг, как назло, не торопился обращаться в человека и спокойно вез меня в центр деревушки. Из домиков стали выглядывать вездесущие кумушки, о чем-то оживленно шепчась. Даже мужчины бросали на нас любопытные взгляды. Бесхитростные дети сбегались к нам со всех концов деревни и, толкая друг друга локтями, обсуждали вслух:

— Это она?

— Кто она?

— Ну, дракон.

— Да. Это дракон. Видишь корону у нее на голове?

— Какая же это корона, так веночек какой-то.

— Говорят, корона умеет превращаться в настоящую.

— Ага, враки все это! Сам подумай, как предмет может превращаться по своему желанию?

— Магия.

— Угу, аж сто раз! — хмыкнул какой-то лопоухий скептик и, окинув меня подозрительным взглядом, добавил: — Да и королева что-то мелковата для дракона.

— Может, она больная какая? — предположил кто-то из детей.

Мортифор аж споткнулся, отчего я чуть не загремела на землю. Мортифор остановился, и я нехотя спешилась. Ой, чую, завтра все тело будет ломить.

К нам подошел высокий широкоплечий мужик.

— Здравствуйте, ваши величества, — коротко поклонился он. — Я Лето Лупус Орис. Чем могу быть полезен?

Я обернулась к Мортифору, но тот почему-то не торопился превращаться в человека. Видя мое недоумение, волк хмыкнул и выразительно посмотрел на мою одежду, затем обвел взглядом окружающих, и я все поняла. Привыкнув после трансформации оставаться в одежде, я совсем забыла, что кому-то везет не так, как драконам.

— Нам бы где остановиться переночевать, — обратилась я к старосте.

— Хорошо, я отведу вас в таверну.

— У вас она есть?! — изумилась я.

— Конечно, — пожал плечами оборотень. — Наша деревня расположена на торговом пути.

Я озадаченно огляделась. Странно, на подъезде к деревне я не видела ни одной дороги.

— А что за караваны тут ходят? — не выдержала я.

— Эльфы коноплю оркам переправляют, — просветил меня староста, направляясь к виднеющейся вдали двухэтажной избе.

При последних словах я чуть не взлетела. Ну нехило ушастые устроились! Торгуют моей коноплей, а мне ничего не перепадает!!! Небось и Мортифор свой пай за транзит через границу его государства имеет?! Надо будет на него Вика натравить. Пусть мой дорогой чешуйчатый братец утрясает экономические вопросы! И Мортифор на собственной шкуре прочувствует, что хуже обделенного деньгами дракона только обделенный деньгами бухгалтер-дракон! Мысль о предстоящем общении мужа с Виком бальзамом пролилась на мою злопамятную душу. Все-таки дракон — это клинический случай. Против инстинктов не попрешь.

Что ж, теперь мне понятно, почему вокруг деревни дорог нет. Ушастым дельцам они просто не нужны.

— Тут к вам еще мои братья подъедут, — решила я на всякий случай предупредить главу деревни. — Вы их проводите к нам.

— Хорошо, — кивнул Лето. — Встретим.

— Вы только с ними понежней, — обеспокоилась я тоном оборотня. Сказал так, словно шкуру с них сдирать собрался. — Братики у меня создания нежные, легкоранимые и злопамятные.

— Учтем, — нахмурился староста, но это прозвучало еще более угрожающе, чем предыдущее обещание.

— И Мортифор их очень любит, — на всякий случай добавила я.

Супруг возмущенно чихнул, но промолчал.

— Не бойтесь, — ухмыльнулся староста. — Встретим ваших оболтусов широко распахнутыми объятиями и препроводим к вам в лучшем виде.

Вот этого я почему-то и страшусь!

Нам предоставили светлую просторную комнату. Мортифор, прихватив в пасть одежду, побежал на речку купаться. Я же прилегла на кровать и, кажется, вздремнула. Проснулась я от возмущенного шепота по поводу отсутствия в деревне всех незамужних девушек.

— И чего им именно сегодня вздумалось пойти в лес встречать рассвет?! — горевал склонившийся надо мной Вик. — Не могли денек подождать?

— Они просто не знали, что мы в гости приедем, — утешал его Норри. — Хотя я чего-то не припоминаю традиции встречать в лесу рассвет.

Что-то мне подсказывает, что теперь такая традиция возникнет и будет привязана к дружеским визитам Драко на территории оборотней.

— Ну когда они уже еду принесут?! — возмутился Вик. — Я жрать хочу!

— Ты сказал, сейчас будет обед? — подскочила я.

— Ну кто бы сомневался, что Дракон пропустит перекус?! — съехидничал Вик. — Может, хоть ты их поторопишь?

— А где Мортифор?

— Пошел к старосте делиться новостями.

— Ясно. — Я потерла глаза. — Слушай, Норри, все хотела тебя спросить, а как там Мора?

— А нет больше твоей проблемы, — спокойно ответил эльф. — Я ее задушил.

У меня холодок пробежал по спине. Чем больше я узнаю своих братьев, тем страшнее мне становится жить на свете.

— А тебе ее не жалко? — робко спросила я.

— Кого? Мору? — ухмыльнулся Норри. — Свет, она нам начинала мешать. Лерри учил меня никогда не оставлять за спиной врагов. Разве ты со мной не согласна? Мы — нелюди, у нас свои законы.

Я взглянула на брата, и внутри зародилась грусть. Мы взрослеем и меняемся, все больше и больше становясь иными. И я в том числе. Ведь глубоко внутри я гордилась своей семьей, я понимала Мортифора. Но больше всего меня пугала потеря «человечности». Каждый день я ловила себя на мысли, что мое мировосприятие и раньше было довольно специфическим для человека, а теперь и совсем трансформируется. То, что казалось мне неприемлемым, становится нормальным. Впрочем, что грустить на пустом месте? Я такой родилась, и ничего не исправишь. Я не сужу людей, так пусть они не судят меня.

Я потерла глаза и зевнула. Что-то совершенно не получалось проснуться. В комнату вошел хозяин таверны с подносом еды, но даже вкусный запах жареного мяса с лучком не мог выдернуть меня из постели.

— Что такое? — встревожился Вик, видя мое полусонное состояние.

— Не знаю, — поморщилась я. — Голова болит, и спать хочется. Глаза просто слипаются.

— У меня есть кое-что! — обрадовался Вик и извлек из-за пазухи пакетик чая. — Вот, смотри! Это я из дому прихватил. Зеленый, бодрящий чай.

— Давай! — обрадовалась я.

Мы попросили кипятка, и уже через минуту я смаковала терпкий ароматный напиток. А еще через пару минут я почувствовала, как тихо зверею…

— Света! — испуганно вскрикнул побледневший Вик. — Света, что происходит?!

Если б я сама знала! Сознание резко померкло и отступило на второй план. Я и не заметила, как потеряла себя. Меня звало небо, запах чужого страха пьянил не хуже вина, а горло прямо-таки саднило от желания отведать густой солоноватой крови.

— Света!!! — испуганно заорали Вик с Норри, и это было последнее, что я запомнила…

Райдер Цециди

Я заподозрил неладное, как только княжна Драко и ее брат поспешно скрылись с моих глаз в десятый раз. Было что-то неправильное в двух драконах. Словно они специально мельтешили у меня перед глазами. Так ведут себя птицы, когда пытаются увести прочь от гнезда. И тут меня осенило! А что, если это ненастоящие драконы?

Я остановился, достал из сумочки истину-траву и прочитал короткое заклинание. Передо мной вместо Драко и ее брата маячили черные, расплывчатые сущности. Странные существа. Никогда таких не встречал. Неужели это вымершие более тысячи лет назад метаморфы?! Если да, то как они выжили здесь и почему защищают княжну?

В том, что княжна направляется к Гвиневере, я даже не сомневался. Как ни странно, но почтить вековую ведунью желает почти каждый второй. А если учесть, что королева, по слухам, в родстве с Драко, то помощь Дракону она стопроцентно окажет. А значит, мне надо поспешить.

Я разложил карту, чтобы проверить, насколько я отстал от настоящей мишени. Привычное заклинание — и на бумаге появились три мигающие точки и в тот же миг исчезли. Не понял? Что за осечки? По странному стечению обстоятельств на Гее у меня не только притуплялось чутье на драконов, но и вся магия, так или иначе с ними связанная, приводила к сбоям. Наверное, это защитная реакция мирка Драконов.

Ну раз такая петрушка, попробуем поискать Мортифора. Насколько помню, она увезла моего друга с собой. Что меня еще больше поразило, так это то, что король оборотней находился далеко от предполагаемого местонахождения. Не понял, она что, не собирается к Гвиневере? Или бросила оборотня где-нибудь в лесу? С дракона станется. Эти твари не имеют никакого милосердия к заложникам и пускают в расход при первой же возможности. Надо спасать Морта. С другой стороны, она, зная о моей дружбе с оборотнем, могла сделать это специально, чтобы я потратил время на Мортифора.

А где, интересно, их местонахождение? Я попытался сосредоточиться на Драконах. С большим трудом мне удалось засечь на карте мигающие бледно-желтые точки. Странно, но они разъезжались в разные стороны. Можно было бы принять это за запутывание следов, да вот только княжна вполне могла дать своим братьям различные задания и продолжить свой путь. Тем более что ее точка находилась рядом с Мортифором и направлялась она к границе земель оборотней. Интересно, что она задумала? Неужели ей надо не к Гвиневере, а куда-то еще? В таком случае я зря теряю время, пытаясь перехватить ее по дороге к Луаре.

Точки мигнули и исчезли. Я проморгался, чтобы унять расплывающиеся перед глазами зеленые круги, и свернул карту. После магического поиска виски сильно ломило, по телу растекалась слабость. Да, страшная сила эта защита Драконов. Я направил коня прямо по следу княжны Драко. Не будем терять времени. Хотя догнать ее мне поможет только чудо.

Кстати о чуде. Буквально через час сердце словно раскаленной иглой проткнули. Кто-то дал дракону дурманящее зелье? Я внимательно прислушался к собственным ощущениям. Да, похоже, некто накачал княжну «Летящим драконом»! Мое сердце пело от радости. Неизвестный очень сильно упростил мне задачу, споив княжне зелье для убийства драконов. Под его действием ящеры перестают контролировать свою ярость и становятся уязвимыми перед человеческой хитростью. Помнится, мы хотели протащить партию порошка для зелья на Гею, но Ведущие маги мира перехватили.

Теперь же Драко каким-то образом находилась под действием «Летящего дракона», и все мои инстинкты обострились до предела. Более того, эфемерная «защита Геи» тоже перестала действовать, и я стал четко ощущать мишень.

Прислушиваясь к собственным ощущениям, я принялся настраивать кристалл магического перехода на нужные координаты. Нельзя терять ни минуты. Пока глава Драконов сходит с ума — она уязвима. Кто бы ни дал ей этот препарат, он оказал мне огромную услугу. Похоже, мое задание успешно завершится в ближайшее время. Останется только найти ту подлюку, что меня в овраг скинула, и прихватить ее с собой домой.

Раздавив ярко-розовый кристалл, я оказался в небольшой деревушке и едва успел пригнуться, уклоняясь от просвистевшего над моей головой хвоста. По спине пробежал холодок. Еще никогда прежде мне не приходилось встречаться с разъяренным драконом без страховки. А мощь зверя завораживала. Огромная угольно-черная гадина с яростным ревом взвилась в небо. Следом за ней выскочили уже знакомый мне бастард дома Драконов и бледный наследник эльфийского престола. Ну кто бы верил, что он будет сидеть под крылом у дядюшки! Сколько дракона ни прикармливай, он все равно в небо смотрит. Гены драконов всегда побеждают. И сколько бы эльфенка ни любили, холили да лелеяли, он все равно уйдет к ящерам.

Увидев меня, парни побледнели и кинулись к огромной деревянной избе на окраине. Ну-ну! Не уйдете!

Сверху ревел взбешенный дракон, сбивая крыши хвостом и плюясь огнем. Испуганные жители разбегались в стороны. Младшие драконы буквально взлетели по ступенькам в дом. Я отстал от них всего на секунду, и этого хватило, чтобы услышать их фразу:

— Морти, у нас проблемы!

— Что? — опешил я, врываясь следом за бастардами и видя перед собой целого и невредимого друга. Рядом с ним суетился пухленький старичок.

— Райдер? — побледнел Мортифор.

— Что здесь происходит?! — не выдержал я. — Морт, почему ты не связан?! Ты с ними заодно?!

— Не время сейчас выяснять отношения! — рявкнул черноволосый бастард дома Драконов. — У нас другая беда!

— С каких это пор охотник на драконов стал меньшим злом?! — вспылил я.

— Выйди на улицу и посмотри! — огрызнулся Норри. — Дядя Морти, нам нужна твоя помощь!

— И это лучше показать, чем объяснить! — пролепетал второй дракон, указывая на дверь.

Друг побледнел еще сильнее и в два шага вылетел на улицу. Мы последовали за ним.

— Охренеть! — выдохнул Морт, глядя на руины деревни и бесновавшегося в небе вдупель пьяного дракона в боевой шкуре. — Что вы ей дали?!

— Зеленый чай, — пискнул бастард дома Драконов. Виктор, кажется. — «Летящий дракон» назывался.

— Ну вот она и улетела, — добавил ушастый паразит.

— Это я и так вижу! — огрызнулся Мортифор. — И что, вы предлагаете мне остановить голыми руками пьяного, взбешенного дракона?!

— Только не причини ей вреда! — хором проблеяли эти оболтусы.

Я от этого заявления аж крякнул. Она тут всю деревню с землей сровняла, а эти два придурка переживают за ее сохранность! Да ее пристрелить надо! Что я и озвучил.

— Нет! — встрепенулись парни. — Ей нельзя причинять вреда!

— Как?! — рявкнул Мортифор. — Как, интересно, мы сможем без оружия повредить гигантской трехтонной махине в непробиваемой шкуре?! А? И вообще, почему я?

— Ну это ведь твоя жена, — съязвил Виктор, — а значит, и твои проблемы!

Я опешил. Ничего себе заявочки! Это что же получается? Мортифор спутался с Драко?!

— А не много ли вы на себя берете? — огрызнулся Морт. — Это ведь и ваша сестра, а значит, и ваши проблемы!

— Ну, если Света нас случайно прибьет, то она очень расстроится, — ухмыльнулся Норри. — А тебя вроде как…

— Не жалко! — припечатал брюнет.

— И не мечтайте, гады! — рыкнул Мортифор и мрачно пообещал: — Выживу вам назло! — И обернулся ко мне. — Рай, поможешь?

— Как? — потерянно прошептал я. — Ты ее видел?! Я же не умею работать с драконами в щадящем режиме. Да и вообще, еще никто и никогда не выводил дракона из-под действия «Летящего дракона». Их проще убить.

— Рай, я не могу ее убить! Поверь мне, она нам нужна. На все вопросы я тебе потом отвечу. А сейчас ее нужно остановить, но не гарпуном, как ты предлагаешь, а голыми руками.

— Здравствуй, друг мой, камикадзе! — прорычал я. — Ты как себе это представляешь?!

Мортифор на минуту задумался, а потом тряхнул головой.

— Ну есть тут у меня одна задумка. — И, прежде чем я успел прокомментировать его идиотизм, обернулся к братьям княжны. — Тащите сюда огромную бадью и соберите со всей деревни молоко, как можно больше.

— Но… — попытался что-то вякнуть Норри, однако Мортифор резко его осадил:

— Никаких «но»! Делай, что говорю!

И тут, к моему великому удивлению, бастарды дома Драконов кинулись выполнять его приказы! Хм, впервые в жизни вижу, чтобы оборотень и не поддающийся дрессировке дракон работали так слаженно. Буквально через минуту у нас была бадья. С молоком вышла натяжка. Спрятавшиеся в лесу крестьяне не слишком могли нам помочь. Да и где молоко, если дома разрушены, коровы разбежались по кустам, а доярки в обмороке? Сильно сомневаюсь, что бастарды Драко обучены сельскому хозяйству. Да и у коров молоко могло от стресса пропасть. Вокруг вообще-то ад творится: в небе бушует дракон, деревня горит, в воздухе летает пепел и щепки.

Тут из-за угла чудом уцелевшего дома появился чернявый нахал и протянул железный бидон.

— Вот все, что удалось найти в развалинах.

Мортифор откупорил крышку, принюхался и вздохнул:

— Сойдет. Норри, поможешь с трансформацией воздуха в молоко при наличии затравки?

— Если это поможет, то конечно, — обреченно понурился полуэльф.

И я понимаю почему. Магия такого высшего порядка требует огромных энергетических затрат. Даже магу двенадцатого уровня она ненадолго подрывает здоровье. Маг с более низким уровнем силы или надорвется, или умрет в процессе ворожбы.

Мортифор вылил молоко в бадью, и Норри принялся за колдовство. Я с благоговейным трепетом следил, как постепенно растет уровень молока в бадье. Я бы надорвался от такого, а полудракону хоть бы хны. Мой друг терпеливо дождался, когда бадья наполнится более чем наполовину, и кивнул — мол, достаточно. Норри отошел от бадьи и осторожно покосился на оборотня. Даже мне стало интересно, что же задумал Морти. А тот тем временем влил в бадью какое-то вещество и нараспев прочитал заклинание.

— И что теперь? — хмыкнул черноволосый бастард дома Драконов.

Как же этот гаденыш меня начинает раздражать. Убил бы его. Причем бесплатно!

— А теперь ждать, — вздохнул Мортифор и, отойдя от бадьи, взглянул в небо.

Как ни странно, к бадье на всех парах несся дракон. Все-таки молоко — одно из их излюбленных лакомств, и нюх у ящеров отменный. Аккуратно приземлившись около бадьи, гадина обвела всех мутным взглядом и угрожающе зашипела. У меня, охотника на драконов со стажем, сердце ушло в пятки. Все-таки огромный экстрим находиться без оружия рядом со смертельно опасным хищником, особенно когда тот голоден и зол. Врагу не пожелаю.

Однако атаковать нас княжна почему-то не спешила и, устроившись около бадьи поудобнее, принялась, как кошка, лакать молоко раздвоенным языком. Офигеть! Наверное, я единственный охотник на драконов, который когда-либо видел такое! А дракон тем временем принялся издавать какие-то низкие, рокочущие звуки. Она что, еще и мурлычет в процессе?!

— А дальше что? — обернулся я к Морту.

— Жди, время еще не пришло, — терпеливо прошептал друг.

И о чудо, по мере того как в бадье исчезало молоко, дракон, по-моему, становился все меньше и меньше. В какой-то момент она подняла морду, осоловело огляделась и, закатив глаза, завалилась набок.

— А вот теперь бежим, надо скрутить ее до того, как она очнется, — бросил Мортифор и кинулся вперед.

— Что ты ей дал? На драконов же не действует снотворное?!

— Это не снотворное, — отмахнулся друг, — это блокатор ипостаси.

В тот же момент я увидел, как тело дракона стало трансформироваться, приобретая человеческие черты. Там, где лежали крылья, раскинулись широкие рукава платья-накидки, когтистые лапы превратились в холеные руки, чешуйки исчезали, обнажая молочно-белую кожу, рога втягивались, заменяясь копной каштановых волос. По мере «очеловечивания» княжны мое удивление росло в геометрической прогрессии. Я убил много драконов и давно уже научился оценивать телосложение противника по габаритам его ипостаси. По моим расчетам, княжна должна была быть под два метра ростом и комплекции оборотня. А вместо этого передо мной, как в анекдоте про «в детстве часто болел», лежала миниатюрная точеная фигурка. Все у этих Драко не так, как у нормальных драконов! Это что же получается? Сила данного дракона сопряжена с силой духа, а не с физической формой?

Тут княжна застонала и перевернулась на спину. Что?!

— Нет времени на ругань, хватай ее быстрей! — рыкнул Мортифор, кидаясь на мою утреннюю знакомую. — Что стоите? Держите ее!

— Так она же в человеческой ипостаси, — заметил чернявый дракон. Кажется, все-таки Виктор. — Какой теперь от нее вред?

— Изменилась только ее форма, сила, сознание и реакции у нее остались драконьи, — прошипел Мортифор, пытаясь скрутить отбивающуюся девчонку. Та в свою очередь шипела, царапалась и норовила цапнуть его за руку. — Нельзя ее отпускать, иначе она натворит бед, и каждый час ей надо вливать блокатор трансформации, иначе получим очень злого дракона. Ну что стоите? Помогите же мне! Рай, ну хоть ты-то не тормози!

Я кинулся на помощь другу и тут же получил ногой в грудь. Дыхание как молотком выбило. Несмотря на обманчивую хрупкость, силой княжна обладала немереной. Мы, четверо взрослых мужчин, еле распяли на земле рычащую и царапающуюся княжну.

— Ну, держим мы ее, а дальше-то что? — хмыкнул Виктор.

— Надо бы ее в дом отнести, — кивнул Мортифор на чудом уцелевший дом.

— Ага, еще, может, и на кровать положить? — огрызнулся я.

— А ты предлагаешь всю ночь вот так мучиться? — сверкнул глазами Мортифор. — Давно на земле зад не отмораживал?

— Ай! Ёптр турен имбарр! — взвизгнул Виктор, потирая мягкое место. — Она меня цапнула!

— Надо лучше приглядывать за тылами, — ухмыльнулся я, не в силах скрыть свое злорадство.

— Держи давай, не отвлекайся! — рыкнул Мортифор. — Скажи спасибо, что у нее зубы человеческими стали.

— Эх, Света, Света, что же ты ко мне как неродная, — обиженно вздохнул Виктор и перехватил руку княжны покрепче.

— А если достучаться до Светы телепатически и внушить ей чувство спокойствия и безопасности? — предложил Норри.

— Ты до нее просто не достучишься, — хмыкнул я. — Драконы от зелья сходят с ума. Еще не хватало нам тебя успокаивать!

Мы перехватили княжну за руки-ноги и потащили в уцелевшую избу. Расположить Драко на кровати оказалось еще труднее, чем перенести. Неподвижность и фиксацию конечностей она автоматически воспринимала как угрозу жизни, и досталось всем. За какие-то считаные минуты паразитка умудрилась три раза пнуть под зад эльфа, укусить Мортифора, едва не врезала по чувствительному месту Виктору и расцарапала мне лицо. Я чудом успел уклониться и спасти глаз, пожертвовав прокушенной кистью. До крови цапнула. Если она так человеческими зубами грызет, то не хочу знакомиться с ее трансформированными клыками.

— А может, ей по морде дать, чтобы вырубилась? — не выдержал я, когда она пнула меня под коленку.

— Не смей! — на удивление слаженно рявкнули Мортифор и бастарды.

— Ты не только травмируешь княжну, но еще и настроишь ее на воинственный лад.

— Как будто она сейчас в мирном настроении, — буркнул я.

— Так будет еще хуже, — припечатал Мортифор, — а нам ей еще блокатор каждый час вливать!

— Чтоб она тебе пальцы отгрызла, — пожелал мне Норри.

Вот же паразит! А я-то, наивный, думал: из них двоих чернявый самый вредный.

— Сколько нам еще мучиться?

— Часов восемь, — вздохнул Мортифор.

Кажется, это будут самые долгие часы в моей жизни.

5

Плакала береза, хохотал крыжовник,

Подрались за вишню груша и шиповник,

Матерился тополь, пела песни слива.

Вот такая штука — димедрол и пиво!

Народная мудрость

Балаур Светлана Александровна, урожденная княжна Драко, правящая глава дома Драконов

Просыпаться было тяжело, голова трещала и болела так, что хотелось просто тихо умереть и не мучиться.

«Интересный напиток текила! Выпьешь — утром почувствуешь себя кактусом, только иголки растут внутрь, а не наружу», — тихо прокомментировало левое полушарие.

«Мы пили?!» — испуганно встрепенулось правое.

«Не помню», — покаянно прошептала левая половина.

«И я тоже», — повинилась правая.

«Надо у желудка спросить», — нашлась левая.

«Желудок?!» — заорали мозги.

Я рефлекторно дернулась и, обхватив голову руками, помассировала виски, пытаясь угомонить расшалившееся серое вещество. Тише вы! Сейчас моего дракона разбудите, и я сомневаюсь, что с похмелья он будет в хорошем настроении. И вообще, как такое получилось? Я же не пью крепких спиртных напитков?!

«Хозяйка, отбрось дилеммы. У нас тут горе: желудок умер! — запаниковало правое полушарие. — Не отзывается, скотина!»

«Сама такая! — огрызнулись где-то в области желудка. — Что это вы мне вчера подсунули?!»

«А на что было похоже?» — оживилась аналитическая половина мозга.

«На чай! На безобидный такой, невинный чай!»

«А чтоб прогорела та фирма, что его произвела!» — простонал в голове Вик.

Я разлепила веки и посмотрела на брата. Он лежал справа от меня, весь помятый, в синяках и царапинах. Что с ним случилось?

«Норри жив?» — испугалась я.

«Дышит пока».

«Что?!» — взвилась я в сидячее положение и тут же пожалела. Все тело словно было соткано из тысячи кусочков, каждый из которых ныл и болел. Тяжелая рука припечатала меня обратно к подушке, и на лоб лег холодный компресс.

— Полежи пока, — тихо прорычал Мортифор, вытянувшись по левую сторону, с таким же компрессом на лбу. Выглядел он так, будто на нем всю ночь галопом скакали по пересеченной местности. Хотя, исходя из моих ощущений, скакали, скорее всего, на мне.

«Норри, — мысленно позвала я брата, стараясь думать как можно тише, если такое вообще возможно. — Как ты себя чувствуешь?»

«Спасибо, хреново», — отозвались мне.

«А где ты?»

«Под кроватью».

«Чьей?»

«Твоей».

«А что ты там делаешь?» — задала я следующий глубокомысленный вопрос.

«Пауков считаю».

«Зачем?»

«Не знаю».

«Залазь к нам».

«Не могу. Высоко. Лучше ты ко мне спустись».

Я дернулась было к краю, но меня вновь прижала твердая рука супруга.

— Лежи, я сказал! Чего тебя на подвиги тянет?

— Ребята, а что это было? — тихонько прошептала я.

— Не кричи! — поморщился Вик.

— Мы тоже до сих пор понять не можем! — раздалось откуда-то из-под кровати. Значит, Норри не так уж и плохо, раз говорить может.

— Это ж надо было так начудить! — выдохнул Вик, потирая место пониже спины. — Ты меня, между прочим, за задницу укусила!

Ой, мамочки! Не хочу об этом знать! Что же я творила вчера?!

— А кто виноват? — обличающим тоном заметил Мортифор. — Кто ей заварил чай «Летящий дракон»?

— Ну я ж помочь хотел! — рыкнул Витька. — Я ж не знал, что она так улетит! Я этот чай у мамы взял. Коробочка на кухне стояла. Правда, надпись на ней была: «Детям не давать!» Но ведь пакетики были целыми и с логотипом марки! Думал, просто жадничают. И вообще, если бы одна блохастая сволочь ее до этого по лесу не укатала, ничего бы не случилось!

— Если бы ты слушался родителей и не совал сестре всякую непроверенную гадость, этого можно было бы избежать!

— А кто знал?! И вообще, Света совершенно нормальной была. Еще минуту с нами сидела, а в следующую секунду уже шусь — и драконом в небо.

— Мы подумали, она полетать захотела, — включился в рассказ Норри. — Ну чтобы лишнее напряжение сбросить.

— Пока Света головой в водонапорную башню не врезалась, — вздохнул Вик.

Башню я помнила смутно. Увидев сие инженерное творение в деревне посреди леса, я сперва удивилась, но таверна с водопроводом меня приятно порадовала. Что-то мне подсказывает, что сегодня душ у меня будет в реке.

— Так вот отчего у меня голова так болит! — резюмировала я и обернулась к Вику: — А дальше-то что было?

— А потом ты деревню громить начала! — поведал брат.

— Не головой, надеюсь?

— Нет, — успокоил меня Норри. — Еще хвостом и когтями работала.

Я мысленно застонала.

«Совсем ты нас не бережешь, хозяйка!» — обиделась правая половина мозга.

«Мы тебе это еще припомним!» — прошипела левая.

Не надо, родные! Не виноватая я! Сама в шоке. Ведь как теперь эльфам штраф за несанкционированный вывоз конопли вкатить? Боюсь, что после моего дебоша здесь надолго дорогу парализовало.

«Ладно, — смилостивилось левое полушарие. — Попробую выяснить, что там у тебя в крови намешано».

— А с народом как? — с тихим ужасом спросила я. Очень не хотелось остаться в памяти оборотней жестокой, неуравновешенной королевой. Впрочем, так всегда бывает, когда мечтаешь произвести благоприятное впечатление. Произвела вот. Так что не знаю, куда деться.

— Лохматые выжили, — успокоил меня Вик. — Мы вовремя Мортифора позвали.

— А почему его? — удивилась я. Вроде при усмирении драконов лучше всего подходят ближайшие родственники. Мортифор, конечно, уже свой, но братья были бы надежней.

— А меня не жалко, — припечатал муженек.

— Как это не жалко?! — возмутилась я, оборачиваясь к Вику.

— Не слушай его, — поморщился брат. — Он как всегда преувеличивает. Мортифор, ты же слово давал беречь Свету и помогать ей в горе и в радости!

— А вчера она была в большой радости! — ехидно заметил Норри.

— Да, Свет, — обернулся ко мне оборотень. — Чай «Летящий дракон» подействовал на тебя удручающе.

«Не поняла! — возмутилась левая половина мозга. — А чего у нас в крови делает ударная доза транквилизаторов?! Тут слон давно бы ласты склеил! А ты еще жива. Непонятно!»

«Так она же дракон!» — напомнило правое полушарие.

«Я это знаю! — огрызнулось левое. — Но даже драконы под действием транквилизаторов спят, а не бодрствуют и крушат все подряд! И вообще-то драконам от них очень плохо».

— Какая сволочь мне дала транквилизаторы? — перебила я перепалку мужа с шуринами.

— Прости, — покаялся Мортифор, — но в четвертом часу ночи мы не выдержали. Без них мы бы с тобой не справились. Может, водички хочешь? Поесть? Что мне для тебя сделать?

— Пристрели меня.

— И меня! — поднял руку Вик. — Хоть я пока еще и не взрослый дракон, но мне тоже досталось.

— Я с вами! — простонали из-под кровати.

— Э нет, — ухмыльнулся Мортифор. — Сейчас подъем, холодный душ и крепкий кофе.

При мысли о водных процедурах меня стал бить озноб. Как же холодно! Мой организм страшный куркуль. В чрезвычайных ситуациях кровь поступает только к жизненно важным органам, питая и поддерживая их температуру, а все остальное как придется.

— Иди сюда, — притянул меня к себе Мортифор.

Под боком у супруга было тепло и уютно. Температура оборотней около сорока градусов по Цельсию. А мне, дракону, все равно, откуда получать дополнительное тепло. По телу пробежала последняя судорога, и мышцы расслабились. Я даже еще плотнее придвинулась к Морти, чтобы по максимуму согреться. Да муженька можно использовать вместо батареи! От удовольствия захотелось заурчать. А благоверный еще параллельно легонько гладил мои волосы, и с каждым его прикосновением головная боль уходила!

— Я вам не мешаю? — сухо осведомился Вик, сурово глядя на нашу идиллию.

— Ты не понимаешь, — простонал из-под кровати Норри. — От Мортифора сейчас жаром веет! После сильных стрессов температура оборотня поднимается. У драконов же, наоборот, опускается, хотя нам как никому другому нужно тепло для восстановления сил. Драконы в таких случаях нежатся на вулканах или в гейзерах.

— Вулканы, гейзеры… Нас и здесь неплохо греют! — пробормотала я, буквально ввинчиваясь под бок к Мортифору. — Вот видишь, какой удачный симбиоз получается.

— Угу, — буркнул Вик, поеживаясь. — Не всем везет так, как некоторым. А кого-то еще и покусали!

Вот же мстительная зараза!

— Считай, я тебя официальным наследником признала! — огрызнулась я.

— Так, может, всех вассалов так посвящать будешь? — не остался в долгу братец.

— Ну что ты! Только особо приближенные удостаиваются подобной чести! А вообще, тылы беречь надо!

— Вик, — перебил нашу пикировку Мортифор. — Тебе ведь тоже нужно тепло, чтобы прийти в норму и исцелиться. — И, к моему великому удивлению, предложил: — Иди сюда.

Витька нахмурился, покосился на оборотня и вдруг одним смазанным движением оказался с другой стороны кровати.

— Но учти, блохастый, — прокряхтел он, укутываясь в одеяло под боком у зятя. — Об этом никто не должен знать!

— Головную боль убрать? — спокойно осведомился супруг, глядя на свитый Виком кокон.

— Не подлизывайся! — буркнул брат. — А ТО Я С ТОБОЙ ПОДРУЖУСЬ!

— И в мыслях не было, — хмыкнул Мортифор, отворачиваясь ко мне.

Тут из-под кровати высунулась тонкая изящная рука, за ней последовала вторая, затем — взъерошенная голова и наконец на постель взгромоздился весь эльф. Его тоже бил крупный озноб. Плохо. Как уже успел поведать Норри, нам нельзя переохлаждаться.

Юный ванн Дерт попытался вклиниться между Витькой и Морти, но кузен вцепился в оборотня словно клещ. Подкатиться с моей стороны Норри даже не пытался. Мне тепло еще нужнее, чем ему.

На мгновение сводный братик завис над нами на корточках и взглянул в глаза моему мужу.

— Дядя Морти, — робко произнес он.

— Давненько ты меня так не называл, пройдоха ушастый! — хмыкнул муж. — Лет девятнадцать, кажется.

— Дядя Морти, — вновь повторил Норри, жалобно глядя ему в глаза.

— Так и будешь на меня злиться за то, что посоветовал когда-то Лерри отшлепать тебя хворостиной? Ведь по заслугам получил! А? Вредина злопамятная.

Норри закусил посиневшую от холода губу и покаянно опустил голову. На что угодно могу поспорить, сейчас между оборотнем и эльфом со скоростью света протекал никому не понятный молчаливый диалог.

— Тебе решать, — вдруг ни с того ни с сего произнес оборотень, глядя в глаза эльфу.

Норри встрепенулся, снова взглянул на Морти и расплылся в широкой улыбке.

— Дядя Морти! — помпезно начал Норри, становясь на колени. — Прости меня, пожалуйста, за все-все, что я когда-то тебе сделал! Прости за то, что, мстя за хворостину, подкинул тебе в постель блохастую кошку…

— Так блохи не хохма, а реалии жизни? — встрепенулся Вик.

— Прости, что распарывал твою одежду, когда ты приезжал к нам с дипломатической миссией.

— Ты еще за погрызенные тапки извинись, — ухмыльнулся Мортифор.

— Тапки ладно, ты меня за более взрослые пакости извини.

— Только если ты их вслух не озвучишь! — насторожился оборотень.

— Не буду, — торжественно поклялся наследник эльфийского престола.

— В таком случае, жалую тебе нагретый халат с королевского плеча, — ухмыльнулся оборотень и стал раздеваться.

— Заканчивай со стриптизом, — прошипел Вик, стуча зубами от холода. — Мы тут без тебя уже замерзли!

— Как видишь, — тихонько заметил Мортифор, — и для меня найдется место в вашей жизни.

В этот момент дверь отворилась, и вошел молоденький сын старосты деревни.

— Ой, извините, я не хотел вам мешать! — покраснел он и тут же выскочил прочь.

— Стой! Мы просто грелись! — кинул ему вдогонку Вик.

— Ага, теперь это так называется? — поддела я брата.

— Вот так и рождаются мифы! — ухмыльнулся счастливый Норри, кутаясь в одолженный Мортифором халат.

Впрочем, несмотря на двусмысленную ситуацию, расползаться никто не спешил. Мортифор будто случайно поглаживал меня по нижним девяносто. Я делала вид, что задремала и ничего не замечаю.

— Вы еще поцелуйтесь нечаянно! — хмыкнул Норри.

Я распахнула глаза и, стараясь выглядеть как можно более удивленной, обернулась к эльфу.

— И нечего хлопать ресницами! — неумолимо отрезал брат. — Мне со стороны все видно!

Пригревшийся Вик промолчал, видно придерживаясь правила: нашел место под солнцем — молчи, чтобы на него другие внимания не обратили.

— А все-таки полезная ты в хозяйстве вещь, лохматый, — наконец пробормотал кузен, переворачиваясь на другой бок.

— Это значит: добро пожаловать в семью? — улыбнулся Мортифор.

Но ответить Вик не успел. Дверь резко распахнулась, и в комнату влетел охотник на драконов. Я попыталась спрятаться за Мортифором, но безуспешно. Райдер прожег меня гневным взглядом и процедил:

— В коридоре разлетелся слух, что драконы уже очухались и занялись непотребствами. Значит, я теперь могу получить от вас объяснение!

— А может, дашь нам больше времени прийти в себя? — с надеждой спросил Вик.

— Обойдешься! — фыркнул Райдер.

Интересно, куда смотрит охрана Мортифора? Неужели они не догадались, что охотник на драконов вреден для их королевы-дракона? Или они сделали это специально?

Райдер тем временем обернулся к Мортифору и ядовито заметил:

— И как, мой верный друг? Приняли тебя в семейку Драко? Я был о тебе лучшего мнения!

— Вот только не говори, что сам остался равнодушным к цели! — огрызнулся Мортифор, интуитивно заслоняя меня от Райдера.

Я осторожно выползла из кровати. Все-таки перед врагом лучше стоять и встречать его во всеоружии. Правда, Райдер нападать не спешил, по-прежнему кипя гневом:

— И как это тебя угораздило?

— Ну кто-то себе опасных питомцев разводит, а я вот хищных родственников, — развел руками Мортифор.

— Ты с ума сошел! — не на шутку разозлился Райдер. — Морти, где твои мозги?! Разуй глаза! Это не нежное, хрупкое существо, это — агрессивная, похотливая гадина без стыда и совести!

— Да-а?! — теперь уже взбесилась я. — А ты-то чем лучше?! Убиваешь драконов, к которым обманом втерся в доверие! А по поводу похоти на себя посмотри. При исполнении задания и то не тем местом подумал, за что, кстати, и пострадал!

— Я ее сейчас убью! — взревел Райдер, кидаясь вперед.

— Не тронь! — рявкнул Мортифор, преграждая ему путь.

Его «не тронь» прозвучало для меня очень обнадеживающе, и я не преминула юркнуть супругу за спину. Вот теперь я буквально за мужем. Райдер выругался и попытался обойти Мортифора, но тот не позволил. Охотник попытался подцепить меня с иной стороны, но я бессовестно уклонилась.

— Мортифор, как ты не понимаешь?! Это же дракон! Она, между прочим, меня какой-то дрянью опоила и бросила в овраге подыхать!

— Скажи спасибо, что не убила! — огрызнулась я, тихо крадучись к окну. Все-таки надо давить в себе гуманизм. До добра он не доводит!

— И чем обязан такому милосердию?! — язвительно поклонился охотник на драконов.

«Дрогнувшей руке», — мрачно подумала я.

Мортифор, прочитав мои мысли, нервно передернул плечами.

— С тобой мы об этом позже поговорим, — не оборачиваясь, бросил супруг.

«Блин! И чего ж ты, зараза, мои мысли читаешь?!» По тому, как снова вздрогнул муж, я поняла, что и эти мысли он прочитал. Блин! Блин! Блин!

— Свет, если ты сейчас выпрыгнешь от нас в окно, я тебе хвост оторву! — снова предупредил меня Мортифор, словно почувствовав мои намерения.

Нет, ну совесть иметь надо! Нельзя же так явно читать чужие мысли! Значит, если я сейчас сбегу, как планировала, мне хвост оторвут. А он у меня длинный, зеленый, красивый. Жалко. С другой стороны, если я останусь на дальнейший разбор полетов, то Мортифор мне, скорее всего, голову открутит. (А ее мне тоже жалко!) Итак, голова или хвост? Мучительный выбор для женщины-дракона! Впрочем, хвост в случае чего я еще успею отрастить, а вот голову вряд ли. И, совершив головокружительный прыжок, метнулась к окну. Голова все-таки важнее!

— Куда?! — кинулись за мной мужчины, пытаясь ухватить за полы накидки, но было поздно.

— Дрянь! — понеслось мне вдогонку.

Мортифор в этом плане оказался более выдержанным и мысленно предупредил, что разговора мне все равно не избежать.

— Чтоб ты обернуться не успела! — пожелал мне вслед Райдер.

6

— Чем жена отличается от террориста?

— С террористом можно договориться.

Народная мудрость

Однако удача была на моей стороне, я успешно приземлилась всеми четырьмя лапами и, оттолкнувшись от земли, взмыла в небо. Улетать далеко не рискнула. Местность однообразная, незнакомая, если заблужусь, то потом своих не найду. А если с моей везучестью еще не смогу обернуться обратно зверем, то пешком по лесу долго топать. Есть хотелось адски. Ну что стоило Райдеру прийти после завтрака? Вот же паразит, а не охотник! Никому житья не даст. Чем-то он напоминал нас с Виком, и оттого становилось еще страшнее.

Облюбовав залитую солнцем поляну, я обернулась человеком и огляделась. Может, хоть чернички поклевать? При виде черники вспомнилась Ладиина. Что-то от нее в последнее время ни слуху ни духу. Мама обмолвилась, что во время их последней встречи Либ-им-и-до стал терпимее характером. Видно, потому, что на своей новой жене отыгрывается. Он с ней крут. Но и Ладушка ему зевать не дает. А если учесть, что у данного Ведущего мага еще и гарем был на сто пятьдесят персон только жен, то, полагаю, Ладе есть чем там заняться. Только бы она армию не сколотила и на нас войной не пошла. Но, думаю, ее муженек этого не допустит.

На голодный желудок черничка шла хорошо. Конечно, лучше было бы мясо, но сырой заяц не вдохновлял. Надеюсь, Мортифор договорится с Райдером и я пообедаю по-человечески. А это так, «предзавтрак».

За черничкой я не заметила, как меня со всех сторон окружили некие личности. Заподозрила я неладное, только когда за спиной вежливо кашлянули. Когда я обернулась на звук, то поняла, что крупно влипла. По периметру поляны плотным кольцом стояли коренастые широкоплечие воины. Одеждой и оружием они напоминали татаро-монголов, а лицом — японцев.

В животе скрутился неприятный комок. Вот чего мне на месте не сиделось? Летать, блин, захотелось! Сейчас схлопочу по первое число. После трансформации прошло слишком мало времени, и организм еще не успел восстановиться, поэтому превратиться в дракона не получится, да и запас энергии я не пополнила. Так что ситуация у меня незавидная. В кои веки убеждаюсь, что моим врагам не стоит пытаться меня убить. Вмешиваясь в мою жизнь, они только огребают на свою голову неприятности. А всего-то надо отойти в сторонку и подождать, когда я благодаря маминой наследственности окажусь в эпицентре очередной катавасии и спокойно прибьюсь сама.

Вперед вышел их вождь. Что он главный, я догадалась по более дорогой и добротной одежде. Кроме того, он был выше остальных и чем-то неуловимо отличался.

«Признаком интеллекта, что ли?» — попыталось съязвить левое полушарие, но настороженно замолчало.

Я вгляделась в черты предводителя. По какому-то странному обстоятельству он действительно не совсем походил на свой народ. Вроде тоже узкоглазый, но у него разрез шире, почти как у европейца. Да и сам он здорово напоминал современных Якомото, Ушимото и прочих Юкири.

— Что ты сказала? — внезапно прищурился вожак.

— Что? — наивно хлопнула глазами я. Неужели последнюю фразу вслух произнесла?

Незнакомец задумчиво посмотрел на меня, почесал подбородок и на минуту отвернулся к одному из своих помощников, что-то ему прокаркав. На всю спину у мужика красовалась татуировка разноцветного восточного дракона. Я такие видела в фильмах про мафию и воинов якудза. Может, и этот какой-нибудь местный якудза?

— Как ты сказала? Якудза? — вновь заинтересовался мной вождь.

— Я ничего не говорила! — на всякий случай возмутилась я. Вдруг еще он сочтет это за оскорбление. И как догадался, о чем я подумала? Он что, телепат? У, морда японская!

— Ну теперь-то ты уж точно сказала! — прищурился лидер монголоидных воинов. — Кажется, ты меня «мордой японской» обозвала!

— Нет-нет! — поспешно постаралась исправиться я. — Я сказала: «Ум ордая понская». Это в переводе на всеобщий означает «здравствуйте». Приветствие такое. Вежливое.

«Японец» презрительно хмыкнул, словно просек, что я вру как сивый мерин. Затем улыбнулся и сделал шаг ко мне.

— Вежливое, говоришь. А что означает «чтоб ты сдох, рожа узкоглазая»?

Кто ж его так просветил?! Ладно. Помирать, так с музыкой.

— Вы неправильно это произносите. Надо говорить: «Что бтыз дохрожаус коглаза я».

— И что это означает? — заинтересованно склонил голову набок вожак.

— Это пожелание долгой и счастливой жизни, — нашлась я.

— А почему тогда тот, кто мне это говорил, кидался на меня с мечом?

— Ну не знаю, — пожала я плечами. — Может, он вам меч хотел подарить, а может, злых духов изгонял.

— Из моего тела? — ухмыльнулся вожак.

— Ну да, а откуда же еще? — наивно взмахнула я ресницами.

— Боюсь, он бы духа из меня изгнал вместе с жизнью!

— У этой методики всегда были небольшие недостатки, — вздохнула я, разводя руками.

«Японец» фыркнул и смерил меня внимательным взглядом, затем задумчиво протянул:

— Кого это ты мне напоминаешь?

— Понятия не имею, — честно призналась я и на всякий случай добавила: — Меня часто с кем-нибудь путают. Лицо у меня такое.

— А ты, часом, не дракон? — оживился вожак.

— Не-э-эт, — честно возмутилась я. — Я чистокровный человек!

— Странно, — прищурился «якудза». — А по виду ты вылитый дракон.

— Действительно странно, — согласилась я. — Я думала, драконы покрупнее будут.

«Якудза» хмыкнул и достал из кармана какой-то прозрачный голубоватый кристалл с красненькой сердцевиной. Повертев в руках камушек, он царапнул гранью палец. В тот же момент сердцевина в кристалле ожила и, потянувшись к окровавленной грани, поглотила предложенное подношение. Вожак поднес к уху засветившийся кристалл и хрипло произнес:

— Алло, Александр, здравствуй. Тут у меня перед глазами маленькая кареглазая зараза, на тебя похожа. Не знаешь такую? — И, одарив меня хитрым взглядом, продолжил: — Да, утверждает, что она не дракон.

Я опешила. Это что же? Этот монгол связался по кристаллу с моим родителем?! И что это за сотовик-вампир?! Представляю, если бы у нас за каждый звонок надо было отдать каплю крови, то мы бы вымерли максимум через неделю. Хотя с таким приспособлением быстро узнаешь цену слову и прочувствуешь вредность праздных разговоров.

Монгол тем временем продолжал общаться с собеседником, признавшим меня своей дочерью.

— Как догадался, что твоя? Во-первых, я ваши фамильные черты везде узнаю, а во-вторых, она, как и ты, обозвала меня «мордой узкоглазой» и уверяет, что фраза «чтоб ты сдох» является пожеланием здоровья и благополучия. Что? Она права? Ты издеваешься? Что я, русский не учил? Я в России вырос! Посмотреть на это с другой стороны? Это с позиции говорящего? А, ну тогда, если я сдохну, то у него действительно будет долгая жизнь. Короче, что с дочкой твоей делать? Нет, никаких охламонов рядом не видно. И блохастого никого нет. Одна она тут. Где-где, в лесу! Что она здесь делает? — Обернувшись ко мне и прикрыв кристалл рукой, вожак спросил: — Что ты здесь делаешь?

— Чернику ем.

— Чернику ест. Что, выдрать за уши, чтоб по лесу одна не шаталась? Ну хорошо.

— Не надо! — запротестовала я, но «японец» даже не заметил моего возмущения.

— И охламонов ее выдрать, чтобы одну не пускали? Попробую, Алекс, но я рядом с нею никого не вижу! И, насколько знаю драконов, сомневаюсь, что мне легко это удастся. Дать ей кристалл? Ага! — Вожак протянул мне кристалл.

— Алло, детеныш, ты что это по лесу одна шастаешь? Куда смотрят Вик, Норри и даже этот лохматый оболтус?

— Не знаю, их рядом просто нет, — сдала я братьев.

— Ох, и надеру я им зады, когда увижу! — пообещал отец.

— Я от них сбежала, — призналась я. Может быть, этот факт смягчит гнев родителя. Он ведь действительно может всыпать им ремня. А Витькину и Норри гордость мне все-таки жалко. Взрослые ведь уже.

— И почему же ты смылась? — По тону я поняла, что по ту сторону линии отец нахмурился.

— Там охотник на драконов появился, он вроде как оказался другом Мортифора.

— Вот знал я, что лохматый до добра не доведет!

— Он встал на мою защиту! — возмутилась я.

— Ну тогда он может и пригодиться в хозяйстве, — пробормотал папа.

— Мама сказала, ты на планете драконов, — решила я увести разговор со скользкой темы. — А чем ты там занимаешься?

— Армию тебе собираю.

— Ого! И как успехи?

— По-разному, — вздохнул отец. — С двуглавыми вообще невозможно договориться. У них одна голова соглашается, вторая — все отрицает. И так до бесконечности. Проще сарка финансово облапошить, чем прийти к консенсусу с четноголовыми. У них весь уклад — траектория движения, меню обеда, ежедневное расписание — решается совещанием всех голов. Они даже голосуют, под какой кустик дракону в туалет сходить! Представляешь?! У двенадцатиглавого конфуз случился прямо на переговорах из-за того, что головы не смогли решить, терпеть или не терпеть! С трехголовыми в плане переговоров проще: у них центральная голова исполняет роль третейского судьи. Хотя и они не спешат к эргам в гости наведаться. Боятся, гады! А ты попроси Юкири довести тебя до дома. Он парень надежный, хороший. А теперь все, пока. Мне пора бежать. Передай Юки, что драконы — его личный крест. Пока.

Отключив кристалл, я вернула его бывшему соотечественнику, передав слова папы. Японец криво усмехнулся и предложил отвести меня обратно.

До разгромленной деревни мы добрались без приключений. Юкири травил байки о родительских похождениях. Его подчиненные молча шли следом.

Оказывается, Юки — японец российского происхождения. Мама — русская, с Курильских островов переехала в Москву, когда ему было пять. Первый раз на Гею он попал случайно. Его «засосало» воронкой следом за Александром и Олегом Драко. На всякий случай я решила не уточнять, в каком месте возникла эта воронка.

Юки понравился этот мир. Более того, он даже обзавелся здесь семьей и стал вождем джапов — многочисленного, довольно воинственного племени. Теперь постоянно сотрудничает с дядей Олегом.

Выйдя на пространство, где раньше находилось село, джапы остановились и присвистнули.

— Такое чувство, что здесь прошелся дракон, — протянул Юкири, рассматривая руины деревни.

Правда, пара домов неизвестно каким чудом уцелела. Среди обломков бродили мрачные оборотни, время от времени кидая на меня опасливые взгляды. За хмурыми хозяевами по пятам слонялись коровы и куры. Одна из собак попыталась было на меня залаять, но осеклась и, жалобно скуля, отбежала в сторону.

— Нет, — чисто автоматически открестилась я и предположила: — Может, здесь ураган прошелся?

«Ага! По имени Света!» — резюмировала аналитическая половина мозга.

— Ураган? — хитро улыбнулся Юки. — А по-моему, все-таки дракон! Я такое уже раз двадцать видел в Сашином и Олежкином исполнении.

— Вот как? И когда же?

— Да было дело, напивались, — пробормотал Юкири и, опомнившись, что сдает друзей их же детям, осекся. — Хотя, признаюсь, у тебя особый творческий подход.

— М-да, — мрачно изрек за моей спиной кто-то из джапов. — И кто сказал, что женщина не стихийное бедствие?

Услышавшие джапа оборотни угрюмо кивнули. Сдается мне, не будь я их королевой, меня бы уже на ленточки порезали. Кстати о неприятностях: на меня на всех парах мчался злющий Райдер. Увидев, что я не собираюсь убегать, он аж подпрыгнул и обличающе протянул:

— А-а-а, вернулась, тварь? — И, обернувшись назад, крикнул: — Морти, тут твою сбежавшую жену, как блудного щенка, притащили. Можешь не волноваться. Ты бы к ее ошейнику хоть иногда поводок цеплял! — Затем он обернулся к Юкири и сердобольно добавил: — Ой, спасибо, господин, что вернули нашу пропажу. Надеюсь, она вас не покусала? А то мы ей прививок от бешенства пока не успели сделать.

Юкири изумленно взглянул на меня и осторожно отступил назад, его спутники тихонько попятились. Райдер оценил их маневр и понимающе ухмыльнулся.

— Вот это правильное поведение с этой тварью! А то она вчера даже брата своего за зад укусила.

Азиатские глаза Юкири стали по-совиному круглыми. Я же от стыда не знала, куда деться. Ну почему я этого охотника сразу не убила?! Скольких неприятностей и позора теперь могла бы избежать. За спиной Райдера материализовался Вик и, схватив охотника за плечо, сжал пальцы.

— Извините, — смущенно пробормотал кузен. — Что бы этот блаженный вам ни наболтал, не обращайте внимания. Мы ему просто с утра намордник забыли надеть. — И, подтолкнув Райдера коленом под зад в сторону уцелевшей избушки, ласково пропел: — Иди, малыш, к Мортифору. Он тебе вкусных таблеточек даст.

Райдер, одарив Вика многообещающим взглядом, направился в сторону избы. Юкири вежливо посторонился, не упуская охотника из виду, и тихо пробормотал под нос:

— Дурдом!

— Совершенно верно, — притворно вздохнул Вик. — Ни минуты покоя с этими блаженными. А вы, собственно, кто будете?

— А вы? — ухмыльнулся Юкири.

— Я человек мира и философ, — обаятельно улыбнулся Вик.

— Значит, еще один дракон, — резюмировал Юкири. — Осталось только выяснить, который ты охламон. Тот, которому я должен уши надрать, или тот, кому пятую точку выдрать.

— А можно без рукоприкладства? — осторожно поинтересовался Вик. — Все-таки драконы — уникальные реликтовые животные. Наш вид занесен в Красную книгу, а отстрел и порча шкуры карается смертной казнью!

— Значит, тот, которого надо отшлепать, — определил Юкири.

— Это еще почему?

— Выбирай, — вздохнул Юкири. — Или это сделаю я, или Александр Драко. Можно Олега припахать.

— Нет! — выставил вперед руки Вик. — Дядю и папу не надо! Я согласен на небольшую затрещину.

— Ну-ну, — хмыкнул Юкири и отвесил Вику легкий подзатыльник. — Смотреть надо за сестрами. Она у тебя, между прочим, одна. Ну да ладно. Тресни по уху второго, скажи: «Привет от папы и дяди!» А я пошел. Нам засветло до человеческих земель добраться надо.

Витька проводил Юкири задумчивым взглядом и обернулся ко мне:

— Устроила ты нам встряску, сестренка. Я испугался, что ты не успеешь трансформироваться.

— Мортифор сильно злился?

— Он был очень раздражен твоей выходкой. Даже грозился хвост тебе оторвать.

— Про хвост я уже слышала, — вздохнула я. Ну почему чуть что — сразу хвост?! Свет им клином на моем хвосте сошелся, что ли? Чем он их так раздражает?

«Хозяйка, тут скорее не твой хвост, а тот объект, к которому он крепится, их раздражает!» — вздохнуло аналитическое полушарие.

«Я требую смены хозяина! — вздохнул хвост. — С такой хозяйкой молоко за вредность получать надо!»

— Кстати, Мортифор тебя ждет для разговора.

— А может, я позже зайду? — умоляюще уставилась я на двоюродного брата. Почему-то душа и то место, где, по народным представлениям, у славян находится интуиция, неприятно заныли. Вдруг разозленный оборотень и вправду мне хвост оторвет?

— Ну уж нет! — хмыкнул Вик. — Если надо, я силком тебя притащу! Потому что в противном случае Морти нам с Норри хвосты оторвет! А они у нас красивые!

— Ваши хвосты еще не прорезались, — заметила я, напоминая о том, что братья даже первичную трансформацию не прошли.

— Ну так тем более их беречь надо! — отрезал Вик и подтолкнул меня в сторону уцелевшей хаты, принявшей на себя роль королевской штаб-квартиры.

Ну что ж, идем на заклание. Как ни странно, у входа меня никто не встретил. Куда все оборотни подевались? Я осторожно проскользнула в комнату и замерла. Был бы сейчас хвост, прижала бы его к ногам.

Мортифор стоял спиной к двери. Райдер исчез. Видно, я пропустила момент, когда он ушел. Хоть в чем-то повезло. Надо постараться держаться от охотника подальше, а то мы вблизи как две бомбы замедленного действия.

— Ну что? — тихонько начала я, на всякий случай не отходя от двери. — Разобрался с Райдером?

— Разобрался, — кивнул Мортифор, косясь на меня хитрым взглядом. — Сначала я злился, что ты сбежала от нас в середине разборки, а потом понял, что так даже лучше.

— Почему?

— Потому что Райдер хотел тебя убить, и мне пришлось прибегнуть к небольшой лжи, и хорошо, что ты ее не слышала.

— Это еще почему? — насторожилась я.

— Ну… — слегка замялся оборотень. — Видишь ли, мне пришлось сказать Раю, что ты беременна.

— Что?!

— А что еще мне оставалось?! — огрызнулся супруг. — Беременность — это единственная уважительная причина, по которой мужу нужна жена живой!

— Чего?! — возмутилась я, пытаясь найти хоть одну причину, по которой мне нужен именно этот муж живым.

Мортифор, кажется, все понял (у него вообще очень развит инстинкт самосохранения) и поспешно поправился:

— Понимаешь, так принято у охотников на драконов. У них кровная связь признается только тогда, когда жена носит под сердцем ребенка, продолжение рода. Таким образом, ты принадлежишь моему роду, а Рай — мой кровник и, следовательно, не может на тебя охотиться. Более того, у него теперь есть все основания приостановить на тебя охоту, и эрги не имеют права опротестовать древние законы крови. Никакие иные причины, включая горячую и пламенную любовь, не принесли бы такого действенного эффекта! Представляешь, как классно!

— Да уж! Восторг! — Я угрюмо посмотрела на Морти. — Ну и кто из нас рожать будет?

— Что за глупый вопрос! — фыркнул супруг. — Ты, конечно!

— Да? И когда же сие знаменательное событие, не предупредишь? Может, хотя бы о сроке уведомишь?

Мортифор на минуту задумался, а потом робко уточнил у меня:

— А когда уже все ясно, но еще ничего не видно?

Угу! Нашел кого спрашивать! Хотя чисто теоретически я, конечно, должна это знать. Припомнив все, что знаю по данному вопросу, я предположила:

— Четыре недели?

Мортифор в уме прикинул сроки и милостиво кивнул:

— Сойдет!

Ну да! Ему сойдет! А мне как выкручиваться потом?!

— Между прочим, самое опасное время, — мстительно заметила я. — Все еще очень хрупкое. Волноваться нельзя, воевать.

— В окно выпрыгивать нельзя, — в тон мне заметил Мортифор. Вот язва!

— Ладно, и сколько продлится эта ложь?

— Не знаю, — вздохнул Мортифор.

— Милый, в твоих же интересах помочь мне решить это как можно быстрее, иначе сам будешь объяснять, каким образом мое «положение» чудесным образом растянулось на неопределенный срок.

— Ну, я всегда готов укрепить твое алиби более вескими аргументами. — И он выразительно посмотрел на мой живот.

— Означает ли это, что с проблемой охотников мне придется разбираться самой?

— Нет, конечно! — фыркнул Мортифор. — Просто, если ничего не придумаем за месяц, нам придется на самом деле забеременеть.

— Нам? — приподняла я бровь.

— Не придирайся к словам, — поморщился оборотень. — Еще неизвестно, кому из нас двоих повезет меньше. Тебе, носящей моего ребенка, или мне, терпящему все твои капризы и идеи, что непременно посетят тебя в столь чудное для нас обоих время.

— Ты как всегда хитер и изворотлив, — посетовала я.

— Ты как всегда прекрасна и подозрительна, — парировал визави, недовольный тем, что я оценила расставленную для меня ловушку.

— Что делать будем? — вздохнула я, присаживаясь на табурет.

— Как и планировали, едем все вместе к Гвиневере, параллельно пытаемся найти слабые места в щите. Райдер пообещал нам помочь и потянуть время, чтобы эрги не выслали другого охотника на драконов.

— Значит, он теперь будет путешествовать с нами? — опешила я, глядя на кивающего мужа. Это что же, мне теперь постоянно придется притворяться беременной? Ужас какой! И тут меня прошиб холодок. — А братья? Они знают о твоей легенде? Ведь выдадут!

— Нет. Вику, правда, очень сложно было скрыть изумление, — покаялся Мортифор. — По-моему, в первые секунды моей речи он даже поверил. Впрочем, он уже пообещал меня кастрировать.

— А Норри?

— А вот малыш воспринял новость хладнокровно, даже попросился в крестные отцы. Я, если честно, хочу на эту роль предложить Райдера.

— Только через мой труп! — взревела я, даже забыв, что пока не беременна.

— Ну тогда хоть няньки, — спокойно продолжил Мортифор.

— Еще чего! — свалилась я с табурета. — Только попробуй — и я тебя убью!

— Нет, Свет, ты не понимаешь! — поморщился Морти. — Ну подумай, кто лучше справится с этой обязанностью, как не тот, кто великолепно изучил драконов. Райдер знает все слабости и нюансы. Он будет прекрасной няней!

— Давай-ка отложим этот разговор до лучших времен, — вздохнула я. — Нечего ругаться из-за пустой торбы. Когда у нас обед?

— Сейчас подадут, — вздохнул Мортифор. — Хотя деревня моя еще пару месяцев будет отстраиваться. Ну и устроила же ты им.

— Я прошу прощения.

— Угу, я их уже освободил от твоего лица от налогов.

— И что сказал Виктор? — заинтересовалась я.

— Как ни странно, он не спорил. Сказал, что бедняги заслужили.

М-да, если уж даже Витька не возмущался, то я, похоже, сильно их всех тут допекла. Ох, стыдно-то как! Чем бы им помочь?

— Не смей! — встрепенулся Мортифор, прочитав мои мысли. — Ты уже благословила картофель Каракурта от всей души! А мне еще дороги мои люди!

— Ладно-ладно.

Дверь отворилась, и вошел сын старосты, нагруженный подносами с едой. Такое чувство, что он, желая максимально сократить со мной контакт, прихватил все и сразу. Юноша как раз заканчивал сервировку стола, когда к обеду подоспели братья. Следом за ними вошел Райдер. Окинув нас презрительным взглядом, он злобно прошипел:

— Всегда знал, что драконы как тараканы: если один поблизости — то и все остальные рядом.

— А тебе что, завидно? — фыркнул Вик, налегая на соленые огурчики.

Мортифор Осторожно положил мне на тарелку несколько огурчиков, намекая о моей роли. Мысленно вздохнув, я принялась изображать живейший интерес к соленьям. Райдер скептически проследил, как Вик с Норри уничтожают на двоих вторую банку маринованных помидоров, и ухмыльнулся:

— Морт, а шурины тоже от тебя беременны?

— Слышь, охотник, ты сейчас договоришься! — полыхнул глазами Вик.

Райдер заметил алые искорки в братишкиных зрачках и побелел.

— Этого не может быть! — прошептал он, внимательно рассматривая кузена. Затем резко обернулся к Норри, впиваясь в него взглядом. — Морт, ты хоть представляешь, с какой опасностью играешь?! У тебя под боком два дракона, готовых вот-вот пройти первую трансформацию! Это же кошмар! Один дракон уже губителен для экосистемы мира, но три — это конец света! Особенно если два вот-вот вступят в силу!

— Да ладно, — поморщился Вик. — На Гее вон полмира в бастардах ходит. И ничего! Существует же! Наша династия вон уже тысячу лет насчитывает.

— Этого не может быть! — замотал головой Райдер.

— Да что ты все заладил?! — вспылил Вик. — Мы — Драко. С нами все может быть! И вообще, может, у нас тут драконий заповедник. А тут ты со своим браконьерством! Не стыдно? Мы, между прочим, ценный реликтовый вид, занесенный в Красную книгу. Нас откармливать и размножать надо. А не отстреливать!

— За размножением обращайтесь к Мортифору, — пробурчал Райдер и вновь смерил меня подозрительным взглядом. — Ты как себя чувствуешь?

— Прекрасно! — оскалилась я.

— Жаль, — вздохнул охотник.

— А ты как себя чувствуешь? — намекнула я про овраг.

— Тоже хорошо.

— Печально, — вздохнула я.

— Это поправимо! — обнадежил меня Вик.

— Но-но, народ, не ссорьтесь, — на удивление миролюбиво хмыкнул Норри, утаскивая из-под Витькиного носа огурец. — Нельзя разбрасываться союзниками.

— А как ты нам помогать будешь, союзник? — поинтересовалась я. — У эргов про перстень спросишь?

— Я не могу с ними связаться, — вздохнул Райдер. — Что-то повредило связь.

— Так, может, у родителей спросим? — предложил Норри.

— Я уже пробовал, — признался Вик. — Никто недоступен. А когда я вызвал дядю Васю, он почему-то был трезвым и нервно икал. Свет, ты не знаешь, что случилось?

— Понятия не имею, — пожала я плечами, надеясь, что Вик не догадается о моей лжи.

Мортифор странно на меня посмотрел, но промолчал. Неужели ему Каутинус уже успел что-то нашептать?

— Ну что? — бодро встал из-за стола Вик. — Направляемся в Луару? Раньше прибудем, раньше разберемся с проблемой.

— Я бы разобрался с проблемой, да вот руки связаны! — вздохнул Райдер.

— Ты бы был осторожней с заявочками, — вдруг холодно сказал Вик. — Как говорит Ашот Наданян: «Тем, кто любит рыть яму другим, место на кладбище!»

Часть третья

ОДИН ЗА ВСЕХ

1

Граница на карте обозначена точка — тире, точка — тире, что символизирует пограничник — собака, пограничник — собака.

NN

Райдер Цециди

Я решил проигнорировать бастарда дома Драконов, сделав в уме зарубку отомстить как-нибудь на досуге. Быстро доев завтрак, мы отправились в дорогу. Каково же было мое удивление, когда княжна действительно поехала на метаморфах. Эти древние, почти вымершие существа встречали ее как родную! Мне даже обидно стало, что столь ценный вид растрачивает себя на такие пустяки, как служба Драконам. По правде говоря, это больше походило на дружбу, чем на службу, но мне все равно было неприятно наблюдать за хаотичными трансформациями пары перевертышей. Они оборачивались то людьми, то ящерицами, то конями. И хотя в процессе не произнесли ни слова, в воздухе просто ощущался их молчаливый диалог с драконами. О чем они говорили, осталось загадкой, но через три минуты мы уже скакали по лесу.

Ни один скакун не сравнится с метаморфами или эльфийскими пегасами. Через три часа галопа мой жеребец стал спотыкаться, и мы сделали вынужденную остановку.

Привалившись спиной к деревцу, я наблюдал за княжной. Вот все-таки какая тварь! Она меня чуть не убила, а я все равно любуюсь этой нелюдью! А драконесса тем временем развлекалась с веночком на голове, который превращался то в железный обруч, то в мощную рогатую корону. Должен признать, она несла атрибут своей власти с достоинством, сохраняя идеальную осанку. Наверное, нужно родиться с каким-то особым царским геном, чтобы вот так легко и изящно ходить с тяжелым и далеко не простым украшением на голове.

Княжна обернулась к своему кузену и, аккуратно сняв корону, протянула ее мужчине:

— Вик, примерь.

— Зачем? — искренне удивился второй в очереди на престол.

Я удивленно затаил дыхание. Что она делает?! Это же верный способ нажить себе врага, показав подчиненному ту власть, какую он может получить в случае переворота. Я не раз был свидетелем того, как драконы в борьбе за власть перегрызали друг другу глотки. А она без всяких причин снимает венец власти и предлагает его примерить второму законному наследнику!

Как ни странно, Виктор ее энтузиазма не разделял, косясь на корону как на ядовитую змею.

— Зачем тебе это надо? — повторил он.

— Я хочу взглянуть, как она будет смотреться на тебе. Ну что тебе стоит пойти навстречу моему капризу? — Княжна состроила такие невинные глазки, что теперь впору заподозрить неладное.

— Что-то ты темнишь, сестра, — вздохнул ее собеседник, но тем не менее принял из рук Светланы корону, к этому времени успевшую трансформироваться в простой железный обруч, по которому и не скажешь, что это безумно дорогущая реликвия одного из самых могущественных родов Геи. Вот интересно, как этой вещице удается жить собственной жизнью? Что странно, я даже магии от нее не чувствую.

Виктор осторожно надел корону и вскрикнул от боли. По вискам мужчины потекла кровь, а корона тут же стала возвращаться к традиционному торжественному виду. Света кинулась к родичу и, сжав его руку, принялась приговаривать:

— Потерпи минуту, она должна отведать твоей крови и настроиться на тебя. Зато потом она станет неотъемлемой частью тебя и будет трансформироваться вместе с тобой как часть твоего черепа.

Я с интересом впитывал новую информацию. Вообще, эти дни у меня богатые на краткий экскурс в быт и поведенческие характеристики драконов. Чем больше я общаюсь с княжной, тем больше понимаю, что в школе нам преподавали какую-то чушь!

— Блин, Свет, такое чувство, что твоя корона мне в мозг вгрызается!

— Это нормально, сейчас станет легче.

Я поежился. Нормально? Нормально?! К счастью, мне никогда не дырявили череп, но что такое сильная головная боль — представляю, ни за какие коврижки не надел бы что-то, причиняющее такую боль. Я не мазохист.

Виктор внезапно вздохнул с облегчением и выпрямился. На его голове красовалась полная корона дома Драконов. В отличие от княжны, наследник держал себя не так царственно и изящно. Наверное, сказывалось отсутствие опыта.

— Тяжелая, зараза! — пожаловался он. — Как ты ее носишь?

— Ты привыкнешь, — успокоила его княжна.

— Вот уж честно, не собираюсь! — фыркнул он, пытаясь снять корону, но та не поддавалась.

— Я признаю тебя своим наследником, — серьезно произнесла княжна. — Если со мной что-нибудь случится, она автоматически перейдет тебе. Даже если корона будет далеко, она телепортом вернется к тебе. Она тяжелая для того, чтобы ты помнил, что власть — большая ответственность. Ты должен заботиться о своих подданных и людях, доверившихся тебе.

Я замер. Все выученное мною раньше о драконах никак не соответствовало тому, что я только что услышал.

— Живи долго и счастливо! — прошипел бастард дома Драконов. — Меня вполне устраивает должность твоего казначея и брата!

Я снова обалдел. Кузен княжны был наглым, вредным сукиным сыном, но при этом он не врал, когда желал своей главе долгих лет жизни и процветания! Это просто какие-то неправильные драконы.

— Нашему дому нужен наследник, — твердо отрезала Света. — И ты им стал. Если со мной что-нибудь случится, ты станешь правителем!

— Надеюсь, это никогда не произойдет!

— Обещай, что, если мне будет угрожать опасность, ты в первую очередь позаботишься о своей сохранности.

— Свет, ну что за бред?

— Обещай!

— Не смей мне приказывать! — повысил голос ее собеседник.

— Это ты не смей пререкаться с главой дома! — прошипела княжна. — Я приказываю тебе, и мой приказ обжалованию и нарушению не подлежит! Если мне будет угрожать опасность, ты позаботишься о своей безопасности.

С бастардом дракона происходило нечто странное. Его словно ломало изнутри, из носа Виктора потекла кровь, он припал на одно колено, но упорно молчал. Княжна же нависла над ним и тихо повторила:

— Это приказ!

По ее лицу катились слезы, но она продолжала стоять на своем:

— Я приказываю тебе, младший! Повинуйся.

Виктор молчал, внезапно из его горла вырвался крик, словно его разрывало на куски, затем он сломанной куклой упал на траву и принялся кататься из стороны в сторону.

— Вик! Пообещай! Не мучай меня!

— Никогда! — простонал тот. — Никогда не брошу сестру в беде.

— ОБЕЩАЙ! — Голос княжны эхом раздался по окрестностям. — Не заставляй дом Драконов терять обоих. Если будет угрожать опасность мне, ты позаботишься о себе, и тогда мои жертвы не будут напрасными!

Виктор снова взвыл и словно против воли прошептал:

— Обещаю, госпожа.

— О каких жертвах речь? — хмыкнул подошедший полуэльф. — Мы будем жить долго и счастливо! Правда?

— По крайней мере, постараемся, — серьезно кивнула княжна. — Но никогда не поздно подстраховаться на всякий случай.

— Что обо всем этом думаешь? — подсел ко мне Мортифор.

— Она явно что-то затеяла, — озаботился я.

— Я не о том, — отмахнулся оборотень. — Что ты думаешь, когда глядишь на дракона?

— Что эта та еще гадина.

— А еще?

— А что еще? — обернулся я к другу.

— А тебе никогда не приходило в голову посмотреть на нее как на лабораторно выведенную тварь?

— Ты совсем со своими опытами тронулся, — буркнул я.

— Нет, — серьезно мотнул головой Мортифор. — Посмотри на нее. Существуют драконы, драконы бывают разные. Тебе доводилось сталкиваться с тем, чтобы один вид животных одновременно существовал как бы на разных этапах эволюции?

— Кроме твоих экспериментальных образцов?

— Райдер, отбрось скепсис и посмотри внимательней. Существуют крылатые трехтонные ящеры. Есть те, кто умеет говорить. Кто-то из них даже может превращаться в человека. Это как будто образцы разных серий.

— Неудачная, более удачная и самая удачная?

— И совершенная, — улыбнулся Мортифор. — Она живет в человеческой ипостаси, она не сохраняет своего огромного веса, экономична в движениях. Она идеальный маленький убийца. У нее устранены недостатки предыдущих версий.

— Ты судишь субъективно, но в твоих словах есть резон.

Я задумался. А ведь действительно, эти драконы совершенно отличались от всех виденных и изученных мной. У княжны присутствуют типичные для ящеров черты, но недостатки и уязвимые стороны практически отсутствуют. Но если она — лабораторная зверюшка, то кому понадобилось все это?

— Мортифор, к чему ты ведешь?

— А ты никогда не думал, что тебя послали уничтожить чей-то проект?

— Я исполнитель, — пожал я плечами. — Мне не положено думать.

— Свету надо спасти, — тряхнул головой Мортифор.

— Поживем — увидим, — пробормотал я, не желая давать ложных обещаний. Я твердо знаю, что, если на кону будет жизнь драконессы против жизни Мортифора, я не колеблясь выберу друга. И пусть скорее всего буду жалеть, что не уберег гадину, я все равно спасу друга. — До чего еще ты додумался, мой башковитый друг? Если она — лабораторный вид, то кто взят за первооснову?

— А ты не догадываешься? — выгнул бровь Мортифор.

— Считай, падение в овраг повредило мою голову, — напомнил я про коварство драконессы. Пусть не расслабляется. — Так кто исходник драконов?

— Оборотень.

— Что? — поперхнулся я воздухом.

— Оборотень, — спокойно повторил Мортифор. — Дракон — это вариация оборотня. У нас схожие признаки расы. Например, и я, и Света способны жить в любой из ипостасей неограниченное время, мы оба обладаем промежуточной трансформацией. Мы исцеляем собственной кровью, но тот, кому мы даем кровь, приобретает над нами огромную власть. Кроме того, мы способны скрещиваться и давать нестерильное потомство. Это говорит о том, что у нас одинаковый набор хромосом. Что касается недостатков, то их как будто специально убрали. У моего вида непереносимость серебра, дракону хоть бы хны. Мой вес неизменен в любой ипостаси, Света может наращивать до трех тонн, черпая из энергетического резерва. Наши магические способности практически одинаковы, но магия дается драконам гораздо легче. Они словно дышат ею. Что для меня достигается с помощью ритуала, Свете достаточно лишь пожелать. При превращении мне надо раздеваться, Светина одежда всегда остается при ней. Мои раны исцеляются не так быстро, как ее. Да и вообще, за внешней хрупкостью прячется существо гораздо более живучее, чем я. Где я сдохну, Света получит тяжелые ранения, но оклемается.

— С чего такая информация? — насторожился я. Врага надо знать в лицо. Если она такая живучая, то как ее убить?

— Света уже умирала. Я извлек ее душу далеко за гранью. С оборотнем я бы такого сделать не смог.

Ого! Ничего себе жизненная сила. Стоп! Тот, кто шагает так далеко за грань, рискует жизнью!

— Свихнулся?! Ты мог погибнуть!

— Ага, — кивнул Мортифор, — я тогда сутки пластом провалялся рядом со Светой. Еле оклемался. Но это того стоило, ты не представляешь, какое это счастье — спаси человека.

— Дракона, — машинально поправил я. — Она — нелюдь! Не забывай об этом.

— Райдер, — обернулся ко мне Мортифор, — а я ведь тоже не человек!

— Ты для меня свой, — пояснил я. — А она чужая. Кстати, ты защитил себя от дракона?

— Света — моя жена. В нас течет кровь друг друга. Мы не можем причинить друг другу вред.

— А что твои нежно любящие тебя шурины? От них ты защитился? Или ты думаешь, что они побоятся расстроить сестричку?

— Когда Вик принес мне Свету, то в залог предоставил свою жизнь. Хотя это не помешает ему причинить мне вред. Если честно, я не знаю, что их останавливает. Скромно надеюсь, что Света.

— Ты — идиот! — припечатал я. — Всегда знал, что любовь отрицательно сказывается на мозгах! Морт! Очнись! Надеешься, что такое же разжижение в голове у драконессы? Так я еще не забыл, как выползал из оврага поцарапанный, злой и искусанный какой-то незнакомой гадостью. И не говори мне, что я не свой! Для драконов чужим является всякий, кто не их вид. Они даже свой вид чужими считают!

— Я знаю, — кивнул Мортифор. — Большинство нелюдей так себя ведет.

— Но она спокойно спустила меня в овраг!

— Рай, ну чего ты возмущаешься? На ее месте я бы поступил точно так же. Да и ты сделал бы что-нибудь подобное. Признайся.

— Пожалуй, — согласился я. — Но это не умаляет ее коварства.

— Как будто что-то умаляет твое? — фыркнул Мортифор. — С таким успехом ты можешь обвинять всех оборотней в зубастости!

— А гадин в ядовитости! Морт, ты хоть мозгами думай иногда!

— Постараюсь.

— Ага! Я вижу, как ты стараешься! Что я, слепой и не заметил, как ты на нее смотришь?

— Ты тоже поглядываешь на нее не как на жену друга! — вдруг серьезно заметил Морт.

— Это пройдет, — заверил я его, памятуя о том, что оборотни болезненно реагируют на измену или хотя бы подозрение на нее.

— Я знаю, — серьезно кивнул Мортифор. — Будь ты чужак, я бы давно прикопал тебя вон под тем кустиком.

— Я ценю, что пока жив, — отбросив шутки, ответил я.

Мортифор торжественно кивнул. Все-таки нелюди — иная раса. Их менталитет значительно отличается от человеческого. Ты можешь быть их другом, но никогда не предугадаешь, когда инстинкты возьмут верх. Чтобы понять нелюдя, надо родиться нелюдем. Я всегда считал, что счастье — это когда тебя понимают, и старался встать на место другого. Но тут я бессилен. Я долгое время провел рядом с нелюдями и, казалось, научился их понимать, но они снова и снова открываются мне с иной стороны.

Мне всегда было интересно, как видит мир Мортифор. И я внезапно по-другому взглянул на княжну. Она знает Морта гораздо меньше меня, но понимает гораздо лучше. Для меня Гея — очередной полигон для военных действий, а для них — родной дом. Как бы я отреагировал, если бы кто-то попытался разрушить мой дом, угрожал моей беременной жене? Я бы убил не задумываясь. Так чего возмущаюсь такой же реакцией от других? Миром правят двойные стандарты, и, возможно, нелюди не так уж сильно отличаются от людей.

— Поехали, — подошел к нам хмурый наследник дома Драконов. — Нам еще через болото к Гвиневере ехать.

— Ваше знаменитое? — внезапно насторожился Мортифор.

— Ага, — кивнул Виктор. — То, по которому в прошлый раз гуляли.

— А в объезд никак? — осторожно уточнил Морт.

— Увы, — вздохнул подошедший наследник эльфийского престола. — Мы и сами бы рады, но никак. Можем портал до границы Светиных земель построить.

— Нас пятеро плюс кони. Не надорветесь?

— Вику тренироваться надо, — кивнул на наследника Норри.

— Не приведи Ведущие маги мира! Мне вполне Светиных ляпов хватает!

— Не дрейфь, лохматый, я справлюсь, — ухмыльнулся Виктор.

— Вот это меня и пугает! — простонал друг. — Света тоже всегда справляется так, что хоть вешайся потом!

— Я круче! — успокоил друга Виктор.

— Вот этого я и боюсь!

— Да ладно тебе, лохматый.

— Слышь, чешуйчатый, ты чего обзываешься? — возмутился я.

— А ты вообще молчи, лысый, — хмыкнул Норри. — Ни шерсти, ни чешуи. И как к тебе по-человечески относиться?

— С уважением! — буркнул я.

Братья драконессы дружно хмыкнули и отошли в сторону. Мортифор задумчиво смотрел им вслед.

— У меня такое чувство, что они начинают к тебе привыкать, — прошептал мне на ухо Морт.

— Ты еще скажи — приручаться, — хмыкнул я.

— Не все сразу, — пожал плечами друг. — Но все со временем возможно.

— Избавьте меня боги от этой милости!

— Не зарекайся, — вздохнул Мортифор, глядя, как братья княжны открывают фиолетовый портал. — Идем.

Перемещение было на удивление мягким. Буквально минуту назад мы стояли на одной поляне и вот уже стоим на другой. У кромки виднеются высоченные тотемные столбы со странным тавро в виде летящего дракончика. Впервые я видел границу территории вблизи. Пытаясь рассмотреть знак дома Драконов, я приблизился к столбикам.

Вдруг мне навстречу из леса вышло четвероногое скелетообразное существо, напоминающее смесь волка и медведя. Я мгновенно схватился за меч. Зверь зарычал и приготовился к прыжку…

Балаур Светлана Александровна, урожденная княжна Драко

Стоило охотнику на драконов подойти к кустам, как ему навстречу вынырнула Уна.

— Стой! — пришпорила я метаморфа, и мы единым слитным прыжком оказались между вынувшим меч охотником и моим стражем. — Не трогай ее! Поранишь!

— Мне сейчас не до сохранения редкой флоры и фауны! — огрызнулся Райдер, пытаясь атаковать догбера.

— Это стражи моей границы! — раздраженно пояснила я и взглянула на Уну.

«Добро пож-жаловать, хоз-з-зяйка!» — раздалось у меня в мозгу ее радостное шипение.

— Не смотри на это чудовище! — пробурчал Райдер. — А то дети страшными родятся!

«О чем болтает этот с-с-странный человек?» — удивилась Уна, прижимаясь к боку моего метаморфа и подставляя мне голову для ласки.

«Он думает, что я беременна», — мысленно ответила я Уне.

«Вс-с-сегда з-з-знала, что люди придурки, но чтобы до такой с-с-степени?! — хмыкнула питомица и направилась в лес. — Держись от пс-с-сих-х-хов подальш-ш-ше, хоз-з-зяйка, помогает ж-жить дольш-ш-ше».

«Спасибо!»

— Что она делает? — спросил все еще настороженный Райдер, не опуская меча.

— Уходит. Мы свои, а следовательно, не представляем для территории никакой опасности.

— У тебя все твари такие? — хмыкнул ошарашенный Райдер.

— Впечатляет? — ухмыльнулся Вик. — Это, между прочим, предпоследняя разработка нашего зятя!

— Морт, ты извращенец! — сухо заметил охотник на драконов, опуская меч. — А твоя жена — псих!

Поразительно! Я едва удержалась, чтобы не ляпнуть, что Уна про него сказала то же самое.

— А по-моему, ничего, — внезапно заступился то ли за догберов, то ли за Мортифора Вик. — Представительно так вышло! И число незаконных эмигрантов резко уменьшилось.

— Их съели? — предположил Райдер.

— Нет, просто испугались.

К счастью, дальше путешествие протекало без приключений. Мы успешно скакали в сторону болот. По мере их приближения наш энтузиазм уменьшался. Еще слишком свежи были воспоминания об умроках и прочей гадости.

— Слушайте, а может, не будем здесь ночевать? — внесла я робкое предложение.

— Здесь неудачная зона для аппарации, — вздохнул Норри.

— Я вообще не понимаю, почему мы сразу тогда в Луару не прыгнули? — проворчал Райдер.

— К Гвиневере можно добраться только без магии, — терпеливо пояснил братишка-эльф. — Таково условие. Около Луары и замка — слепая зона. Там невозможна магия аппарации, а прочая магия работает со сбоями. Это большой риск.

— Райдер, замри! — внезапно крикнул Мортифор.

Я обернулась и увидела огромную змею, зависшую над нашим охотником и готовившуюся его атаковать. Скрученное в кольцо тело поражало своими размерами. По сравнению с данной милой рептилией анаконда — жалкий червячок. Мама дорогая! И это водится на моей территории?!

— Какой вкусный обед! — радостно прошипела змея.

— Не тронь, он ядовитый! — на автомате брякнула я.

Змея, как ни странно, меня поняла и передумала атаковать.

— Беспредел! — проворчала змея. — Что за жизнь пошла?! Продукты и те испортились!

— Ну извини, — развела я руками, как будто это моя вина, что люди нынче слишком желчными стали. — Экология такая, сама понимаешь!

Хм, по вытянутым физиономиям напарников создается впечатление, что гадину понимаю только я одна. Хотя я, похоже, с ней еще и разговариваю на ее же языке!

— А ты тоже ядовитая? — поинтересовалась змея.

— Я — дракон, — призналась я. — Вроде как твоя дальняя родственница.

— Ясно, — хмыкнула змея, — значит, ты мне поперек горла встанешь.

Приятно, что о тебе такого мнения. Иногда полезно иметь репутацию дракона. Змея, видя, что ей ничего не светит, развернулась и почти мгновенно скрылась в чаще.

— Что это было? — ошарашенно выдохнул Райдер.

— Какая-то неучтенная живность, — пожала я плечами. — Она здесь быстро эволюционирует.

— Отстреливать вас тут всех надо, — проворчал охотник на драконов. — И тебя вместе с ней заодно.

Мы хмыкнули и продолжили путь. Когда получаешь такие ласковые рядовые угрозы слишком часто, то начинаешь расценивать их как своеобразный комплимент. Меня больше тревожило то, что я начала понимать язык змей.

«Ты не о том беспокоишься, хозяйка, — вздохнуло аналитическое полушарие. — Ты лучше подумай, что в жизни тебя так довело, что ты стала шипеть на их языке!»

М-да. Интересная получается перспектива. А дальше что? Я еще и ползать начну?

2

Жизнь — это компромисс между желанием поесть и желанием поспать.

Народная мудрость

Заночевать мы решили на полянке. Справа приветливо булькало болотце, но если учесть наши с киморами и мавками дружественные отношения, то так даже безопасней: подстрахуют, если что. Лучше дружественные русалки под боком, чем неизвестная тварюшка в кустах. Я хоть и хозяйка этих земель, но на болоте еще чувствую себя гостем. Не привыкла пока быть королевой серпентария.

— Пойду руки помою, — сообщил Райдер и направился в сторону болота.

Мортифор встревоженно взглянул на меня, словно спрашивая о киморах.

— Я их предупредила, — успокоила я Мортифора.

Встреча с болотным народцем у меня вышла стандартной. Стоило наклониться над водой, как меня туда чуть не утащили. На этот раз спас меня не подаренный медальон, а автоматически вырвавшийся старый добрый русский мат. Услышав его, кимора тут же меня отпустила и осторожно уточнила, не знаю ли я местную княжну. Когда приветствовали друг друга, признаюсь, одолевало искушение сказать, что Райдер не со мной, но в последний момент передумала. Мы его уже столько времени за собой таскаем, что теперь пустить в расход даже как-то жалко.

К слову об охотнике. Он вернулся довольным и счастливым. Легок на помине. Долго жить будет.

— Не пойму, — хмыкнул он, вытирая руки, — чего вы так болот боялись. Хорошо тут. Тихо, спокойно.

— Не к ночи будь сказано! — сплюнул через левое плечо Вик. — Тигры тоже мягкие и пушистые.

— Да ладно, — поморщился Райдер. — У меня хорошая новость. Я около болотца, буквально в двух шагах от нас дикий картофель видел. Эх, картошечки бы сейчас! Печеной на костре!

— Смотри, чтобы она тебя не запекла! — заметил Норри. Воспоминания об ожившем картофеле до сих пор были свежи. А если учесть, что его мы сюда изгнали, то наши шансы быть съеденными велики…

Но Райдер его не слушал. Он достал из вещей какую-то торбу и, перекинув ее через плечо, направился обратно в лес.

— Ты уверен, что это хорошая идея? — бросил ему вслед Вик. — Может, травкой обойдешься?

— Не буди лихо, пока оно тихо, — подтвердил Норри.

— Вы еще скажите, что хозяева болота мне за порчу имущества счет выставят! — огрызнулся Райдер.

— Лучше бы так, — согласился Вик. — С ними мы хотя бы знакомы.

Но Райдер раздраженно махнул рукой и скрылся в кустах.

— Свет? — напряженно обернулся ко мне Мортифор.

— Как мне сообщили, картофель — дневной хищник. Ночью он спит.

— То есть нашего охотника не сожрет? — уточнил Вик.

— Теоретически нет, — призналась я. — Но я на всякий случай надеюсь, что это киморы себе гарнир к котлеткам выращивают. Так хочется верить, что нас пронесет.

Но не успела я закончить фразу, как раздался громкий крик и на поляну выскочил бледный Райдер.

— Что это за дрянь такая?! — выдохнул он. — Я только выкопал один клубень, как тот вытаращился на меня пятью сонными моргающими глазами! А еще у него есть зубы!!! Он меня укусил!

— А где агрессор сейчас? — насторожился Вик, нервно оглядываясь по сторонам.

— Что это за дрянь такая?! — продолжал допытываться Райдер.

— Чернобыльский картофель, — брякнул эрудированный Норри. Надо будет безлимитный Интернет подключить, а то, чувствую, счет придет драконий.

— Что это? — насторожился тем временем охотник на драконов.

— Да шутит он, — поморщился Вик, вставая и подбирая рюкзак. — Это драконий картофель. Видишь ли, существует легенда, что если на поле заночует дракон, то рождается вот такое чудо.

— Что вы мне голову морочите?! — возмутился Райдер.

— Это правда, — встряла я. — Картофель — мое творение.

— Всегда знал, что от тебя никакой пользы! — проворчал Райдер.

— Ты мне лучше скажи: он за тобой не катится? — встревожилась я.

— Откуда я знаю? — передернул плечами Райдер.

И тут земля со всех сторон взметнулась вверх — и мы оказались окруженными летающим картофелем.

— Эта дрянь еще и летает?! — офигел Райдер.

— Ты же говорила, что картофель — не ночной хищник! — укоризненно заметил Мортифор.

— Может, эволюционирует? — предположила я. Приятно, конечно, что твое творение способно самостоятельно развиваться и совершенствоваться. Но в данный момент хотелось противоположного.

— Свет, а как ты в прошлый раз стаей командовала? — вклинился Вик.

— А с чего ты взял, что это стая? — хмыкнул Райдер.

— По общему настроению, — ответил за кузена Мортифор. — Смотри, вон те крайние, похоже, разведчики. Впереди — вожаки. За ними, кажется, воины.

Я взглянула на массивный, покрытый мощной кожурой-коркой картофель. Хм, впервые вижу картошку в бронежилете. По бокам выводка зависли тоненькие, вытянутые клубни. Они явно подвижнее остальных — разведчики. А в первых рядах, как и сказал Морти, в воздухе висели сероватые клубни со множеством глазок. Их зубастые рты были меньше, чем у остальных, зато в глазах интеллекта наблюдалось больше, чем у некоторых людских особей. Норри прочитал мои мысли и хмыкнул: «Кажется, ты вырастила интеллигентов!» Но мое внимание привлекли маленькие, постоянно движущиеся клубни с огромными зубами.

— А это кто? — указала я на них.

— Похоже, загонщики, — тихо ответил Мортифор.

— Слушай, Свет, ты бы отозвала свое творение, — поежился Вик. — А то мне как-то неуютно под его пристальными взглядами. Чувствую себя крайним в пищевой цепи!

— С какой стороны? — поинтересовался Мортифор.

— А то ты не догадываешься, что с неправильной! — огрызнулся Вик.

Я выступила вперед и, ударив себя кулаком в грудь, сообщила:

— Свои.

Картофель плотоядно облизнулся. Теперь и я почувствовала себя неуютно.

— Хозяйка! — повторила я попытку наладить контакт с болотным хищником.

В ответ картофель смерил меня внимательным взглядом и зарычал.

— Кажется, они намечают переворот! — ухмыльнулся Райдер.

— А то я не догадалась! — разозлилась я от собственного бессилия. — Вообще-то это ты первый начал! Кто просил лезть к местной флоре? Который тебя хоть цапнул?

— Вон тот, — указал Райдер на вождя стаи.

Плохо дело!

— А проще ты никого в суп выбрать не мог?! — вышел из себя Вик.

— Он был самый крупный, — признался Райдер.

— И как рассмотрел? Ночь же вокруг!

— Так его ботва выше всех красовалась.

Внимательно прислушивавшийся к нашему диалогу картофель-вождь вновь зарычал. Кажется, он тоже не привык быть не с того краю пищевой цепи.

— Слушайте, а давайте договоримся? — внесла я предложение. — В конце концов, я хозяйка этих болот. Если я и мои спутники погибнут, то сюда придет куча завоевателей.

Картофель оживленно загудел и облизнулся. М-да, неудачное начало переговоров. Так они еще быстрее нас сожрут, чтобы сюда побольше жадных идиотов хлынуло. У парочки клубней даже слюнки потекли от озвученной перспективы.

— Но вас обездвижат и сожгут! — поспешила я напугать картофель, если последнему ведом страх.

Стая пасленовых высокомерно хмыкнула.

— Норри, продемонстрируй! — обернулась я к братику.

— Свет, ты забыла, что в прошлый раз на них магия не действовала?! — на ухо прошипел эльфенок.

— Если не сделаешь, как сказала, мы все погибнем! — прошептала я. — Давай! Ты же теперь Тихоня! Твои силы должны увеличиться! А если нет, то что ты за Ведущий маг, если тебя съест какое-то пюре?!

— Пока это вполне себе живой картофель!

— И что?

— Это твое творение!

— И что?

— А то, что ты себя сильно недооцениваешь! После твоих экспериментов самим впору удавиться.

— Ой, да ладно! Не преувеличивай! Официально силы всех магов равны.

— Угу, — вздохнул Норри. — Скажи это своей маме, которая мне за съеденное сало уши надрала!

— И правильно сделала! — прошептала я. — Тебе от такого количества жирного плохо могло стать!

— Угу, а сейчас скажи, что мне полезны пробежки!

— Конечно! — парировала я и толкнула эльфенка в бок. — Не отвлекайся!

Норри скорбно вздохнул и сосредоточенно что-то зашептал. И о чудо! Время словно бы остановилось. Постоянно двигающийся картофель замер в воздухе.

— Сваливаем! — скомандовала я.

— А как же эта гадость? — вклинился Райдер.

— Жалко, — призналась я. — Пусть живет, но лучше вдали от нас.

— Ты в своем уме?! — возмутился охотник. — Оставлять это на самотек?!

— Зато ничего хуже и опасней здесь не поселится, — парировала я.

— Я все-таки хочу печеной картошечки, — решил Райдер, беря мешок и направляясь к картофелю.

— Не смей! — одернула я Рая. — Вдруг она ядовитая?

Этот аргумент подействовал на охотника. Сплюнув, он поспешил за нами. Мы же, оседлав метаморфов, буквально летели над тропинкой.

— Сколько еще продержится заклинание? — спросил Вик.

— Не знаю, — признался Норри, — но думаю, не больше тридцати минут.

Точно надо драпать! Я смотрю, на Гее у нас уже выработалась привычка к активному отдыху! Какое-то печальное дежавю.

— Как вы думаете, нюх у них есть? — поинтересовался Вик.

— Надеюсь, что нет, — вздохнул Норри.

— Глупо полагаться на авось, — отрезал Мортифор. — Вы вообще-то о Светином творении говорите.

— Не каркай! А то такое чувство, что она мысленно считывает наши страхи и эволюционирует!

— Если в деле замешана ты, то все может быть! — вздохнул Вик.

Сзади послышался шорох и треск ломающихся кустов. Кажется, заклинание спало, и картофель поспешил в погоню.

— Народ, шевелимся!

Мы пришпорили коней и, растянувшись в цепочку, помчались по узенькой тропке. Позади слышался гул летящих клубней. Кажется, они приближались.

— Ускоряемся! — скомандовал Вик, оглянувшись.

— Моя лошадь ноги переломает! — чертыхнулся Райдер.

— Может, ее в качестве откупа картофелю оставим? — предложил Вик, равнодушно глянув на драга.

— А я потом как поеду? — фыркнул Райдер.

— Позже придумаем.

Я вздохнула. Драгов было жалко. И пусть они не наши боевые товарищи, как Чернуля или Злыдень, но все же живое существо!

— Из-за твоего «жалко» мы сейчас по болоту гойсаем! — прочитал мои мысли Норри.

— А ты уверен, что их бы получилось сжечь, не пострадав самим? — огрызнулась я.

— Нет, — признался эльфенок. — Потому и поддержал твою идею.

— Тогда не делай меня крайней!

Зрение привыкло к темноте, и впереди стала различима узкая тропинка, по которой неслись наши кони. Непередаваемые ощущения, если честно. Адреналин зашкаливает, сердце сжимается от ужаса при каждом шаге аллюра, потому что одно неверное движение — и мы полетим в трясину.

Внезапно посреди тропинки материализовался Арктеривул. Кони резко притормозили, увидев впереди массивную преграду.

— Я деньги принес, — пробасила тварь.

— Чудно, — отозвалась я, — но зайди чуток позже. Мы сейчас заняты!

— Чем? — поинтересовался потусторонний путешественник по мирам.

И тут вдалеке показалась картошка. Мама родная!!! У нее глаза в темноте зеленым светятся!

— Жуткое зрелище! — восхитился Вик.

— И не говори, — согласился Норри. — Выберемся — напьемся!

Что-то эльфенок быстро адаптировался! Как бы мне Лерри голову не оторвал за его перевоспитание.

— Откуда у вас адская картошка? — поинтересовался Арктеривул, летя рядом над болотом.

— У вас такая водится? — поинтересовалась я.

— Нет, — икнула тварь, оглядываясь назад.

— Значит, не тормозим! — вздохнул Морти.

И мы вновь ускорились. Путешественник по мирам не отставал. По-моему, увидев потустороннюю тварь, картофель значительно приободрился.

— Слушай, а может, вместо лошадей его оставим картофелю? — предложил сердобольный Норри.

— Минуточку! — спохватился Вик и, обернувшись к Арктеривулу, крикнул: — Уважаемый, золото отдайте!

— Вик, оно тяжелое! — предупредила я брата.

— Прекрасно! — не смутился Вик, ловя на скаку заветные мешочки. — Я им отбиваться буду! — Когда последний мешочек был отправлен в Витькин рюкзак, кузен подмигнул мне. — Все! Теперь можно уходить в отрыв!

— А я? — возмущенно прогундосил путешественник по мирам, несколько отстав.

— Спасение убегающего — дело ног самого убегающего! — изрек Вик.

И тут на наше несчастье тропа исчезла. Я сильнее сжала бока Злыдня, готовясь к неприятным ощущениям.

— Стой! — раздался сзади крик Райдера. — Там же кусты!

— Когда это ее останавливало? — хмыкнул Норри, уже не раз скатывающийся со мной по обрыву. Кстати об обрыве. Вот он, родимый!

Злыдень попытался трансформироваться в летучую форму, но не успел. Со смачным плюхом мы упали в воду. Повезло, что у нас с киморами и мавками договоренность. Вик мрачно закрепил рюкзак с золотом на шее у Чернули.

На берегу стал появляться картофель. Хорошо, что в воде он нас не достанет!

— И сколько нам тут сидеть? — хмыкнул Морти. — Пока жабры не вырастут?

— У вас всегда так? — хмуро поинтересовался отплевывающийся от воды охотник на драконов.

— Что ты! — успокоил его Вик. — Обычно хуже!

И только он так сказал, как из воды показались щупальца.

— А это еще что такое?! — возмутился Райдер.

— Свет, — повернулся ко мне Норри, — тут еще одна неучтенная зверюшка!

— Вот теперь, Витька, я начинаю верить, что вы со Светой родные брат и сестра! — вздохнул Морти. — Такое чувство, что ты к ней на полставки Квипрокво устроился!

— Народ, сваливаем из воды, — оценила я размер приближающихся щупалец.

— Родная, если ты не заметила, на берегу нас ждет плотоядный картофель! — прошипел Норри.

— А там, — указала я на середину пруда, из которого появлялось уже восьмое по счету щупальце, — что-то большое, голодное и загребущее.

— И у него зубы на концах щупалец! — побледнел Вик.

Если раньше у нас и были сомнения, то теперь они решились в пользу берега. Чудовище от нас не отставало. Картофель рассредоточился вдоль кромки воды и принялся ждать. Действительно, чего суетиться, если обед сам усиленно плывет к тебе в руки. Что самое интересное, не умеющий плавать Вик опередил нас всех. Видно, общение с зубастым осьминогом — эффективная методика обучения плаванию. У самого берега мы притормозили: все-таки картофель не дремлет.

Вдруг за нашими спинами раздался возмущенный рев! Я обернулась. Мама родная! У него десять щупалец с зубами помимо огромной пасти, а вся махина с трехэтажный дом! А ведь чудовище еще не полностью вынырнуло. Мы ускорились, тварь кинулась за нами. Вода была нам уже по колено, но мелководье тварь не остановило. И тут картофель пошел в атаку.

— Ложись! — скомандовала я и упала в воду, стараясь прижаться ко дну.

Но это оказалось излишним. Клубни просвистели над нашими головами и набросились на чудовище. Через минуту шевелящееся облако пасленовых рассеялось, и на его месте остался обглоданный скелет.

— Ничего себе! — присвистнул Норри.

И тут картофель снова обернулся к нам.

— Ой! — обрисовала я сложившуюся картину.

— Может, они уже сыты? — робко предположил Вик.

Мы с картофелем синхронно хмыкнули.

Но убегать уже не было сил. Одежда набухла и тянула ко дну. Ноги еле передвигались. Ночной холодный воздух не улучшал ситуации. Мокрые, уставшие и грязные мы обреченно поплелись к берегу. Картофель летел рядом с нами. Мне навстречу от стаи отделился серый клубень. Может, договоримся? Я давно заметила, что он тут у них главный.

— Хозяйка, — глухо произнес зубастый рот.

— Ёптр! Он еще и говорящий! — возмутился Райдер.

Я тоже замерла в шоке. Получается, мое творение быстро эволюционирует! Прошлый раз оно молчало.

— Хозяйка, — повторил тем временем крупный клубень картофеля. — Ты нас прости. Мы за тобой гнались, чтобы извиниться и спасибо сказать, что пощадила.

— А мы вот нервными оказались, — истерично хихикнула я.

— Да, — вздохнул клубень. — Нервы у тебя, хозяйка, на пределе. Зато с тобой мы поесть умудрились.

— Ой! — встрепенулся Вик. — А вы Арктеривула тоже слопали?

— Не дождетесь! — прогундосил вылезающий из кустов путешественник по мирам и обернулся ко мне. — Ты мне, княжна, осенью семена твоего картофеля продай! Я у себя на даче посажу. Будет чем перед Ариохом хвастаться! — И путешественник по мирам растворился в воздухе.

— Мы теперь элитный сорт? — поинтересовался клубень.

Хм, надо будет ему тест на уровень интеллекта подкинуть. Интересно на результат посмотреть.

— Да, — решила я. — «Лакомка» называется.

— Почему? — поинтересовался пасленовый.

— Потому что лакомитесь всем подряд, — прыснул Вик.

— В принципе нам нравится, — согласился картофель. — Безобидно и с двойным смыслом.

— А чем тебе важен двойной смысл?

— А вы не догадываетесь? — хмыкнул клубень.

— Ты не просто разумное создание, ты еще и с характером! — восхитился Вик.

— Ага, — согласился пасленовый. — Частичка создателя. Меняется Света — меняемся мы. Ты, хозяйка, прости, что мы сразу в тебе родственную душу не почувствовали, волноваться заставили.

— Бывает, — улыбнулась я. — А давайте вы в таком случае послужите на благо родины и себе.

— Это как?

— А будете выедать всякую несанкционированную на моей земле живность.

— И как мы ее отличим от учтенной живности?

— А вы спросите, кто ее хозяин либо союзник, — предложил Вик. — Если ответ: «Чего?» — можете смело лопать.

— А как же эмигранты? — встрепенулась я.

— Законные будут в сопровождении догберов, — заметил Вик. — А от незаконных тоже должна быть польза.

Картофель одобрительно загудел. Да! Не ожидала от братика такой жестокой прагматичности.

— Мы еще и докладывать о всяких странностях будем! — проявил инициативу картофель.

— Это было бы великолепно! — оживился Вик. — А на человеческих землях…

— Мы тоже можем шпионить, — с полуслова понял кузена картофель. — На человеческих территориях мы можем притвориться обычным картофелем. А можем и вражеские города уничтожать.

— Пока просто сбор информации! — пресек Вик инициативу.

— Как скажешь, младший хозяин! — сказал картофель и, построившись ровными, идеальными квадратами, прямо как римские легионы, клубни полетели прочь.

— Свет, — глядя ему вслед, вздохнул Мортифор, — напомни мне никогда больше не подпускать тебя к сельскохозяйственным работам!

3

Страшен не сон, а его толкование.

Александр Климов

— Ну и где эта ваша Луара? — огляделся по сторонам Райдер. — Мне уже надоело по болотам шляться.

— О-о-о, — протянул Вик. — Тут всего ничего осталось. Пару часов на запад, и к обеду будем на месте.

— А портал построить точно нельзя? — скорбно вздохнул охотник на драконов. — А то я уже на годы вперед насладился экологией и местной флорой и фауной.

— Увы, — вздохнул Мортифор. — Впрочем, где еще можно так интенсивно провести время?

— Заткнись, — поморщился охотник на драконов. — Мне давно надо было послушаться своей интуиции и не соваться сюда. Так нет же! Нашел приключения на свою задницу!

Как ни странно, остаток пути прошел спокойно. Что самое удивительное, призраки замка Гвиневеры в этот раз встретили нас индифферентно. Видно, свыклись с новыми родственными связями. Сама королева Луары не верила духовному «бездействию» и в любую минуту была готова к подвоху. Мы прошли в медитативный зал. Перед входом Гвин осенила себя приносящим удачу символом и, шумно вдохнув воздух, как перед прыжком в воду, вошла.

Я не стала себя ничем осенять. С моим везением проще обратного эффекта добиться! К гадальному столу Гвиневера шла словно по минному полю. Я же смирилась с судьбой и решила не дергаться. Ну проснутся духи и проснутся! Мне не впервой убегать, а королеве Луары — замок ремонтировать. Правда, если и в этот раз все разрушим, то привлеку магических строителей. Гвин осторожно присела в готическое кресло и, глянув на хрустальный шар, тихонько позвала:

— Духи, вы здесь?

От прежней пафосности и властности в ее голосе не осталось ни следа. Вот что ремонтотерапия с людьми делает!

— Ну допустим, — раздался поблизости скрипучий голос, по которому я безошибочно узнала дедушку Мортифора.

Кажется, начинается… Гвин напряженно вздохнула и кивком головы указала, в какую сторону убегать.

— Да не дергайтесь вы! — поморщился дедуля. — Больно вы мне нужны.

— А чего вы тогда явились? — озадаченно уточнила Гвиневера.

— На княжну взглянуть, — хмыкнул дедок. — Соскучился!

— Я тоже по вас скучала, — улыбнулась я.

— Ну-ну! — скептически хмыкнул дедок. — Как собака по палке! — Затем венценосный предок Мортифора обернулся к провидице: — Гвиневера, оставь нас, пожалуйста, на пару минут.

Королева испуганно вскинулась.

— Не переживай ты так, — поморщился призрачный оборотень. — Мы зал не разнесем. Поговорить с внученькой надо, а тебе, приближенной к вероятностям, слушать этого нельзя.

— Вы гарантируете, что Света будет в безопасности?

— Я за ее опасность не отвечаю, — буркнул Интерфекториус. — Я только за себя слово держу.

— Гвин, иди, — попросила я дальнюю родственницу. — Если б он задумал причинить мне вред, то не сказал бы так.

— Ну хорошо, — вздохнула Гвин и направилась к выходу. — Я буду рядом.

— Угу! Ты ее еще не шалить попроси, — фыркнул вслед оборотень.

Когда королева вышла из зала, аккуратно притворив за собой дверь, дедуля обернулся ко мне:

— Ну, здравствуй, внученька.

— Здравствуйте, дедушка, — в тон ему отозвалась я.

— Как тебе королевой оборотней живется? Не обижает ли кто мою кровиночку? — съязвил Интерфекториус.

— Что вы дедушка! Оборотни — очень милый и дружелюбный народ! Прямо как драконы!

— Я рад, что ты оценила, — улыбнулся призрак, вальяжно садясь в кресло и указывая рукой на свободное напротив себя. — Да ты присаживайся, в ногах правды нет, а разговор будет долгим.

Я молча последовала его приглашению. Интересно, о чем он хочет со мной поговорить?

— Ни о чем не хочешь у меня спросить?

— Вопросов много, — призналась я. — Не знаю, с чего начать.

— Может, интересно, почему оборотни не любят драконов?

— А вы об этом спокойно расскажете? Без острых и тяжелых аргументов?

— Я уже мертв и могу попытаться, — обаятельно улыбнулся Интерфекториус.

Хм, а улыбка у него, как у Мортифора. И вообще, когда он не злится и не брызжет слюной, то очень даже обворожительный тип. Оборотень тем временем очень внимательно наблюдал за мной.

— О чем подумала, княжна? — мягко спросил он.

— Вы на внука похожи, точнее, внук на вас, — сказала я правду.

Интерфекториус довольно улыбнулся, и в его глазах, как мне показалось, заплясали искорки радости.

— Когда-то я все бы отдал, чтобы дракон так глядел на меня, — вдруг признался он.

— Так, значит, это все из-за прапрабабушки? — опешила я.

— Нет, — поморщился Интерфекториус. — Оборотни ненавидели драконов и раньше. Никто не помнит причины, но вражда была всегда. Наши виды как кошки с собаками. Всю жизнь шипят и лают друг на друга. Не знаю что, но есть в вас, драконах, что-то, что нас, оборотней, сильно раздражает. Это на уровне подсознания.

— А подробнее?

— Я не знаю, — пожал плечами дух. — Я родился с отклонением: меня драконы не бесят.

— Ну прямо-таки! — фыркнула я. — Я заметила.

— Ты имеешь дело с застарелой обидой, чувством вины и еще клубком всевозможных чувств, но подсознательной неприязни к драконам у меня нет. Именно поэтому я и влюбился в дракона. К сожалению, на тот момент у Дорваны был полный набор: муж, любовник и ушастое недоразумение. Верный пес у ног ей был не нужен, о чем она мне и сказала. В довольно жесткой форме.

— Сочувствую, — прошептала я.

— Сейчас я понимаю, что такой тон она выбрала, чтобы я не питал ненужных надежд. Но тогда я был зол на весь мир и на себя в первую очередь. С нашей способностью влюбляться раз в жизни… Из всех девушек мира я выбрал самую неподходящую…

— Да, — посочувствовала я, — засада. Может, ваше отклонение пошло дальше, и вы смогли влюбиться еще раз?

— Увы, — вздохнул Интерфекториус. — Зато моему сыну повезло больше. Вот он-то однолюбием не страдает. Зато драконов ненавидит с утроенной силой: за меня, за свою опозоренную первую любовь и в силу врожденной подсознательной ненависти.

— Тяжелый случай. Как же он внуков будет нянчить?

— С удовольствием на это взглянул бы, — ухмыльнулся Интерфекториус. — Только для этого тебе следует выжить.

— Есть у меня такие планы.

— Это хорошо, — кивнул Интерфекториус. — Именно для того, чтобы тебе помочь, я и затеял этот разговор.

— А почему вы хотите помочь?

— Много причин. Самая главная из них — это внук. Когда я узнал, что у него также отсутствует подсознательная неприязнь к драконам, я чуть второй раз не умер. Меньше всего мне хотелось, чтобы внук повторил мою судьбу. Вторая причина в том, что у меня однажды была возможность помочь Дорване, но я этого не сделал, потом корил себя очень долго… Я не знаю тебя, княжна, не могу угадать твоих мыслей и планов, но, если ты обидишь моего Морти, я тебя с того света достану.

— А как мне задержаться на этом?

— Я не могу дать тебе точного рецепта, потому что никогда раньше сам с этим не сталкивался. В моих силах лишь поделиться информацией. Ты знаешь, что однажды на Гею уже приходил охотник на драконов?

— И как с ним справились?

— А никак, — поморщился Интерфекториус. — Дорвана с ним сбежала.

— Зачем? — не поняла я.

Интерфекториус удивленно посмотрел на меня и как ребенку пояснил:

— Любовь, наверное. Твоя бабка и будучи беременной очаровала мужика.

Хм, интересно! А что было потом?

— А потом, — продолжил свой рассказ Интерфекториус, — на Гею обрушился ряд природных и магических катаклизмов. Такое чувство, что дракон был гарантом стабильности этого мира. Затем граница миров начала рваться, иногда через нее проскакивали страшные твари. Нам всем приходилось очень несладко. И тогда в мире стали возникать идеи вызова дракона. Есть такой ритуал. Несмотря на нашу нелюбовь к вашему роду, мы решили, что лучше знакомый дракон под боком, чем сидеть попой на вулкане. Были и те, кто думал, что будет только хуже. Мы спорили с ними до тех пор, пока в мир не прорвалась армия тварей, высасывающих души.

— Эрги, — догадалась я. Странно, значит, драконы сами по себе им не нужны? Им нужен был этот мир? Зачем? Естественно-научное образование подсказывало, что ничего в мире не бывает без причины. — И что было дальше?

— Мы, оборотни, объединились с вампирами, эльфами, суккубами и друидами и провели ритуал вызова. Но в пентаграмме Дорвана появилась с ребенком на руках, Лорриэлем. В первые секунды она рвалась назад, говорила о втором сыне-грудничке.

— Почему же малыша не перенесло ритуалом?

— Возможно, он родился не драконом, — пожал плечами Интерфекториус. — Поговаривают, что кровь охотников на драконов не менее сильная.

— И что было потом? Она смогла пробиться к сыну?

— Нет, — качнул головой оборотень-призрак. — Ритуал блокировал для дракона обратный путь. Дорвана хотела отправить Лорриэля в тот мир, но не удалось. Тогда княжна решила освободить этот мир от «пьющих душу», чтобы условия ритуала были выполнены и она смогла вернуться назад. Она объединила все наши армии, приплюсовав к ним армии гномов, тварей народа Тван кон Су, кимор, мавок, ей помогали даже сарки и люди! Еще никогда против захватчиков не объединялся весь мир. Дорвана огнем и мечом прошлась по врагам. «Пьющие душу» вынуждены были отступить. Тогда они захватили Лорриэля. Княжна попросила о помощи, но мы не могли сдать позиции и перекинуть армии ради спасения жизни юного дракона. Когда на кону судьба мира, жизнь одного ребенка… Мы выбрали меньшее зло, а Дорвана в первую очередь оказалась матерью… Она переложила руководство армиями на нас, а сама кинулась за ребенком. Мы не знаем, что там произошло, но в какой-то момент показалось, что мир содрогнулся. Всех захватчиков просто выплюнуло с Геи, на наших глазах они взмыли в небо, словно пробки из бутылок с шампанским. Был у тебя когда-то великолепный замок-крепость, жемчужина оборонительного искусства. Мы кинулись туда, но «Сердце Дракона» на наших глазах ушел под землю. А там где раньше находился просторный двор, осталась лежать мертвая княжна… Подул ветерок — и ее тело рассыпалось пеплом и разнеслось по воздуху… — Призрак умолк и сморгнул, словно сдерживая слезы.

— Я слышала, что ее убили, — осторожно подала я голос. — Объединенные армии…

— Нет, княжна, — покачал головой оборотень. — Все было именно так. Это уже потом историю переписали победители. Знаешь, княжна, — тихо продолжил он, — твоя прапрабабушка даже своей смертью смогла всем насолить. Она спасла-таки мир, выкинула захватчиков, создав такой мощный щит вокруг Геи, что уже много поколений врагов пытаются его пробить, но безуспешно. Вполне возможно, что целостность щита завязана на крови драконов, и, если ты погибнешь, он падет. Потому, наверное, за тобой и послали охотника на драконов.

— Значит, им нужен мир. Но что их может привлекать здесь?

— Я не знаю, но, возможно, они ищут что-то конкретное.

— И, похоже, нелегально, — продолжила я.

— Что? — удивился оборотень.

— Эрги всегда действуют в паре с демиургом. Насколько я поняла, демиург создает, а эрг уничтожает. Причем все должно быть официально. Если бы Гея подлежала уничтожению, то никакой бы дракон это не остановил, — озвучила я свои подозрения. — И Ведущих магов мира эвакуировали бы, чего не произошло.

— Я мало знаю об эргах и демиургах, — признался оборотень. — Об этом спроси у королевы Луары, но если бы мне нужно было проникнуть куда-то, я бы вначале уничтожил преграды. Ты — преграда, как бы пафосно ни звучало, но, пока жива кровь дракона, щит стоит.

— А как убить эрга?

— В нашем мире он не может жить долго, поэтому захватывает человеческие тела, которые изнашиваются в течение пяти-шести дней. Пока эрг в теле живого существа, он уязвим. Но умирает он, если ему не в кого перепрыгнуть.

— А это значит, что мечом его не зарубишь, потому что он перепрыгнет в победителя.

— Да, победить эрга можно, только изолировав его в абсолютно пустом месте.

— Что практически невозможно.

— Верно, — кивнул Интерфекториус. — Но есть древняя традиция суда. Если вызвать эрга-обидчика на поединок и поставить ему условие, то в случае проигрыша эрг обязан его будет выполнить.

— То есть если я вызову эрга на бой и прикажу в случае моей победы не трогать мой род и мир, то он отступит?

— Верно, — кивнул оборотень. — Свидетелями в такой схватке являются вестники Эквилибриума, поэтому никто не нарушает данное слово.

— Осталось только придумать, как победить эрга.

— Он сам драться не может, — заметил Интерфекториус. — У него ведь нет тела, поэтому выставляет своих воинов в качестве собственного представителя.

— И кто это?

— Наверное, охотники на драконов, — пожал плечами оборотень.

— А откуда вы это все знаете? — поинтересовалась я. Все-таки дедок подозрительно осведомлен. Вдруг он заговаривает мне зубы, чтобы избавиться от меня?

— Этот обряд очень древний, о нем практически каждая собака знает, и следуют ему не только эрги, но и прочие расы.

— А я почему тогда не знаю?

— Понятия не имею, — пожал плечами призрак. — Недостаток воспитания?

Я решила не пререкаться с призраком. Вместо этого постаралась обратиться к своему внутреннему чутью. С одной стороны, Интерфекториус мне не врал, а с другой — давал информацию об эргах как-то дозированно и однобоко.

— А где вы нашли сведения о ритуалах эргов?

— Когда-то Мортифор через меня искал всю имеющуюся информацию по ритуалу, про эргов я запомнил. До разговора с тобой я просто не ассоциировал «пьющих душу» с эргами.

Блин, как у него все гладко! Знать бы только, в каком месте соломку подстелить! Интересно, насколько у меня велики шансы в бою против охотника на драконов? Что они могут противопоставить моей боевой трансформации? Как победить? И родители что-то недоступны. Вот где они, когда хочется спросить совета?! А потом упрекают детей в нестандартных решениях.

Я снова взглянула на задумавшегося оборотня.

И все-таки почему он рассказывает мне именно про эргов? Почему молчит про Эквилибриум? Мама, кстати, подала жалобу. Интересно, ее успеют рассмотреть до того, как сюда хлынут эрги со своей армией?

— А что еще вы знаете?

— К сожалению, больше ничего, — пожал плечами Интерфекториус. — Единственное, если ты примешь бой на Гее, то щит рухнет и любое создание в мире станет уязвимым.

О! Вот теперь, кажется, я понимаю, почему Интерфекториус рассказал мне про эргов и ритуал! Он надеется, что я вызову их на дуэль в другом мире и Мортифор останется в стороне. Таким образом, он спасет внука. Ну-ка, проверим догадку.

— А как найти мир эргов?

— Этого я, к сожалению, не знаю, — развел руками оборотень. — А теперь извини, но мне пора. — И призрак растворился в воздухе.

В дверях появилась настороженная Гвиневера.

— Он уже ушел? — тихо поинтересовалась она.

— Да. Гвин, а ты знаешь, зачем я к тебе пришла?

Королева Луары закрыла глаза и сделала пару глубоких вдохов, словно погружаясь в транс. Чего я не ожидала, так это того, что она внезапно достанет трубку и закурит.

— Это что?! — возмутилась я, отгоняя рукой от носа резкий и совсем не табачный дым.

Гвин заправски выпустила в воздух пару сизых колец.

— Не волнуйся, — ответила она. — Ничего наркотического. Грибы какие-то.

— Уж не мухоморы ли? — поддела я ее.

Еще не хватало, чтобы Гвин судьбу под кайфом предсказывала! Это что же наговорить можно! Хотя чего я возмущаюсь? Древние скифы вообще принимали решения на застольях, предварительно напившись до зеленых чертиков. И как ни удивительно, это вело их к победам! Правда, они следовали принятым решениям только тогда, когда не приходили поутру на трезвую голову от них в ужас.

— А что такое мухоморы? — заинтересовалась Гвин.

— Красненькие шляпки в белую крапинку.

Гвин на пару секунд задумалась, видно вспоминая, что у нее вместо табака. И наконец огорченно тряхнула кудрями:

— Нет. Таких у нас нет. А эти грибы нормальные: синие в красную полоску.

Успокоила, блин!

— Слушай, Гвин, заканчивай дымить. От этой дури даже я уже начинаю четвертое измерение видеть!

— У тебя проявились способности! — обрадовалась королева Луары.

— Гвин, ты меня извини, но от этой гадости у любого третий глаз откроется!

— Ну не скажи! — надулась собеседница. — Это тонкая наука. Я коноплю курю, только когда уркам и оркам судьбу предсказываю. Ну еще джапам.

— Слушай, а я и не знала, какая у тебя вредная работа! — ужаснулась я.

Как она еще так долго прожила?!

— Да нет у меня привыкания, — словно прочитав мои мысли, поморщилась Гвин. — У прорицателей оно не развивается, а вот простым смертным нельзя, губят наши травки их. Но люди не слушают, хотят знать собственное будущее, вот и расплачиваются жизнью, да еще и других за собой тянут. Ладно, вернемся к тебе. — Гвин сделала еще несколько затяжек, выпустила облако дыма и окунулась в него. — Что хочешь знать?

— Как мне от эргов избавиться и мир спасти, — выдала я два своих наболевших вопроса. Брр! Саму тошнит от их амбициозности, не жизнь, а какая-то пародия на Мэри Сью! Такое даже в книжках не встретишь!

Королева закатила глаза и продекламировала:

Спасти мы что-то можем

Лишь собственной ценой.

Что на алтарь положим,

То не отдаст любой.

Что оторвать от сердца,

Нигде не прочитать,

Удачи нет рецепта,

Достаточно желать.

— Эй, Гвин, что за рифмоплетство? — потрепала я ее за руку.

Такое с королевой Луары было впервые. Обычно она говорила по существу. Но собеседница не обратила на меня внимания. Чудесно! Я вновь затормошила королеву.

— Гвин, очнись! Не работает этот рецепт! Я желаю эргам самим благополучно сдохнуть, но что-то не помогает!

Королева распахнула глаза и осоловело уставилась на меня.

— Я что-то сказала? — растерянно выдохнула она.

— Это курение тебя до добра не доведет! — вздохнула я. — Ты мне тут стихи декламировала.

— И что там было? — напряглась Гвиневера.

— Да бред всякий, — отмахнулась я.

На самом деле я догадывалась, что означает странный стих, вот только душа не хотела соглашаться с предположениями. Чтобы запечатать Гею щитом, Дорвана отдала собственную жизнь. Она спасла ребенка и, осознав, что смертельно ранена, решила обезопасить свое потомство ценой собственной жизни. Значит, чтобы остановить эргов, надо пожертвовать чем-то действительно ценным. А что ценнее жизни?

— Гвин, как спасти мир? — решила я проверить свою догадку.

— Свет, я не могу отвечать на такие вопросы. Я вижу лишь будущее.

— Как же ты направляешь героев? Стихами?

— Вообще-то советом, — замялась Гвиневера. — Иногда мне открываются некоторые моменты их жизни, но твое будущее я не вижу.

Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, в каких случаях закрыта судьба. Но на всякий случай проверим.

— А ты всегда не могла меня прочитать или только сегодня?

— Раньше я не смотрела, — опустила глаза королева.

Кажется, она чего-то недоговаривает. Хотя, если бы на мне лежал груз знания чужой судьбы, я бы тоже не смогла спокойно рассказать о будущих невзгодах. Впрочем, мы, драконы, предсказания воспринимаем по-другому. Для меня судьба — это множество развилок, как дерево. Колдуны и волшебники видят лишь наиболее вероятные узлы. Вся соль в том, что кроме нескольких самых ярких существует еще огромная куча других. И что самое обидное, их «будущность» постоянно меняется. Но стоит человеку озвучить хотя бы одну, как он на ней зацикливается и отметает прочие, хотя мог бы сам изменить. Правда, для этого нужна огромная сила воли. Наверное, потому религия и запрещает гадать, чтобы у человека всегда была возможность свободы выбора, данная ему Богом.

Но вернемся к нашей проблеме, выясним наиболее возможные вероятности.

— Гвин, а ты видишь, когда эрги сломают щит?

— Завтра днем, — грустно сказала королева.

— А дальнейшую судьбу Геи ты видишь?

Королева выдохнула кольцо дыма и печально покачала головой. Если моя теория вероятностей верна, то пора принимать решение.

— А теперь? — поинтересовалась я.

Королева удивленно вскинула брови.

— А теперь да, — почти испуганно прошептала она, восторженно глядя на меня, но внезапно осеклась, и в ее глазах отразилась горечь и сожаление.

— Но без меня, — кивнула я. — А судьбу Вика и Норри ты видишь?

— Вик станет главой дома Драконов, и ваш род просуществует еще сотни лет. Он, кстати, свою дочь назовет Светой. Эрги будут еще сто пятьдесят лет пытаться проколоть щит, но безуспешно. Потом они прекратят нападать. Норри станет эльфийским королем, когда Лерри решит уйти на покой. Твои братья будут править достойно и справедливо, тем более что у них сохранятся хорошие отношения с королем вампиров Оох-рам-Лукушем. Когда к власти придет племянник Арк'ментр'морка, экономика Драко достигнет своего расцвета.

Приятно знать, что после тебя мир будет продолжать жить.

— А родители? — робко заикнулась я.

Гвиневера подняла тяжелые, полные слез глаза.

— Зачем ты спрашиваешь у меня то, о чем прекрасно знаешь и сама.

Я проглотила горький комок. Они никогда не смирятся. Но именно ради них я и постараюсь выжить, ибо нет более страшного горя, чем потерять ребенка. Я и сейчас чувствую их всепоглощающую любовь. Нет на свете чувства сильнее. Именно ради них я не собираюсь сдаваться, но хочется знать на всякий случай и печальный расклад.

Папа говорит, так нельзя, надо настраиваться и верить в победу. На самом деле можно, просто переломить известную судьбу гораздо сложнее. Но когда было легко? Зато иные вероятности посмотрю.

— А Мортифор? — спросила я.

Гвин вгляделась в шар и погрустнела.

— Что? — испугалась я. — С ним что-то случится?

— Нет, — качнула головой королева Луары. — Просто не знаю, как сказать и при этом тебя не обидеть. Понимаешь, он в будущем будет очень счастлив.

— Так это же хорошо!

— Да, жаль, что не с тобой.

— Значит, оборотень может второй раз полюбить?

— Редкий случай, — кивнула собеседница.

— Гвин, а ты все-таки не догадываешься, что нужно эргам?

— Даже моему дару не пробиться сквозь их ментальные щиты и блоки. Ни один прорицатель не может читать будущее Эквилибриума или приближенных к нему существ, потому что они сами творят будущее.

— Гвин, но мы тоже это делаем сами. Никто не заставляет нас выбирать ту или иную вероятность. Это наше добровольное решение, которое определит наше будущее. Плохое или хорошее — это уже результат нашего умения разруливать проблемы. Свое же будущее ты тоже не видишь?

— Да, — кивнула Гвиневера.

— Потому что ты вначале должна принять решение по возникшему вопросу, а если ты будешь видеть готовые ответы, ты потеряешь данное тебе при рождении право на свободу, в том числе и выбора.

— Я никогда не смотрела на ситуацию с этой стороны, — прошептала Гвин. — У тебя специфическое мировоззрение.

— Оно такое у любого, Гвин. Но никто о нем не подозревает, пока не столкнется с чужим.

— Может быть.

— Гвин, мне удастся восстановить щит?

— Твой уход его не повредит, а эргов затормозит. Собственно, ты уже знаешь, что произойдет. Эрги не остановятся, пока не получат кровь дракона, с твоей смертью они решат, что щит уничтожен, и попытаются напасть — но щит лишь усилится. В результате эффект будет такой, как на всей скорости въехать в гранитную стену. Армии эргов пострадают, и они еще сто пятьдесят лет не смогут пробиться, а потом бросят попытки.

— Как мне попасть в мир эргов? — поинтересовалась я у Гвин.

— Спроси у охотника на драконов, — нехотя ответила королева. — Он знает секрет.

Хорошо. Кое-что начинает проясняться, осталось только договориться с Райдером. Хотя не думаю, что он будет против идеи избавиться от меня. Скорее наоборот, даже ускорение дополнительное придаст.

— Еще что-нибудь видишь?

— Нет.

— Тогда пойду посплю.

— Да, тебе надо отдохнуть.

— Кстати, а ты не знаешь, какие у меня шансы? — вдруг стало интересно мне.

Королева на секунду задумалась и грустно покачала головой:

— Около десяти процентов.

В принципе не так и мало. Я боялась, что будет хуже.

— Гвин, прикинь, как кто-нибудь обогатился бы, умудрись я победить эргов!

— Для этого нужно создать тотализатор.

— За сарками будущее, — пошутила я и вышла за дверь, где нос к носу столкнулась с Мортифором.

— Почему за сарками будущее? — спросил он.

— Они умны, предприимчивы и живучи.

— И кого это мне напоминает? — притворно задумался муж. — Уж не драконов ли?

— Нет, просто данные качества легко совмещаются с долгой и счастливой жизнью. Ты меня ждешь?

— Нет, иди, — смутился оборотень. — Я позже приду.

Я кивнула и пошла по направлению к нашим комнатам. Устала, спать хочу. Мортифор, похоже, проводил меня взглядом, потому что я услышала звук открывающейся двери только после того, как вышла из зала. Это меня насторожило. А с чего это Морти нужно было удостовериться, что я вышла?

Как сказал один мой знакомый, чем больше замок повесят, тем больше хочется его взломать.

4

Если заменить слово «проблема» на слово «приключение», то жить становится гораздо интереснее.

Народная мудрость

Я вернулась на цыпочках назад и уже тихонько отворяла дверь, когда перед глазами появился Лорриэль.

— Ну что ж ты делаешь?! — укоризненно вздохнул призрак предка. — Кто тебя подслушивать учил? И вообще, этажом выше есть комната для прослушивания.

Как полезно слушаться родичей! Комната для прослушивания оказалась очень уютно обставленной. Прямо около окошка для подсматривания размещалось кресло с чайным столиком. Похоже, Гвиневера любит извлекать информацию с удобствами!

Сама королева в данный момент докуривала трубку, а Морти стоял спиной ко мне. Жаль, хотелось видеть его лицо. А вообще, хорошая комната! Мне нравится!

— Зачем пришел, Мортифор? — грустно улыбнулась Гвиневера. — Узнать, любит — не любит?

— Мне не гадалка нужна, — тряхнул головой мой муж. — Скажи, видишь ли ты наше с Драко будущее?

— Прекрасный вопрос! Меня он тоже интересует!

— И если она будет со мной счастлива, то я буду за него бороться!

— Ты уверен, что хочешь знать ответ? — вздохнула королева. Что-то она грустная. Похоже, дела у меня действительно не ахти.

— Пожалуйста, Гвин, — попросил Морти.

И повернулся ко мне лицом! Ой! Как повезло! Теперь буду видеть мимику, а по ней судить о реакции!

— Судьба Драко покрыта темной завесой. Ты же знаешь, что это означает?

— Ее будущее не определено.

— Наоборот, — вздохнула королева Луары. — Его у нее скорее нет, чем есть.

— Лжешь! — рыкнул оборотень, ударив кулаком по столу.

— Я тоже люблю малышку! — повысила голос королева. — Она же потомок моего любимого! Ее прабабушка была моей лучшей подругой. Я бесплодна и ее сына воспитала, как своего собственного ребенка! Я считаю ее своей правнучкой! Она — часть моей семьи! И поверь, мне очень тяжело об этом говорить! И знать уж тем более!

— Я могу ее спасти? — севшим голосом спросил оборотень.

Королева сделала глубокую затяжку и задумалась.

— Морти, — сказала она через минуту, — на одну чашу весов ляжет ее жизнь, а на другую — твоего лучшего друга, человека, которому ты обязан жизнью. Та единственная душа, которая тебя любит и считает братом, кто доверяет тебе безоговорочно. Кого выберешь?

— А обоих я не спасу?

— Если не помешаешь, он убьет Свету, а если заступишься за любимую, то придется убить друга, предать человека, подставившего тебе спину. Тебе уже приходилось много терпеть от жизни. Но выдержишь ли это? Не расколешь ли своим поступком душу? А даже если получится убедить друга не трогать жену, на одну чашу весов ляжет ее жизнь, а на вторую — твоя. Уж слишком многим помешал дом Драконов. И уж тем более тебе не совладать с теми силами, что настроены против нее. Они, как жернова, перемелют все и вся. Мне безумно жаль, Мортифор, но стоит ли погибать впустую? У тебя до этого жизнь была не сахар, а впереди все наладится. Я вижу тебя с сыном, потрясающе красивым, умным мальчиком. У тебя будет много достойных детей, таких, за которых удавился бы любой родитель. Ты будешь ими гордиться. Впереди у тебя счастливое будущее, так стоит ли им рисковать?

Странно, но ее слова не вызвали у меня отторжения. Я желаю Мортифору счастья, и если ему повезет через несколько лет, то чего выть и возмущаться, как собака на сене. Сам ни гам и другому не дам? Бред и глупость. Хотя, возможно, несколько лет назад я бы так думала о нынешнем образе мыслей. Старею. Или становлюсь истинным драконом.

— А кто мать моих детей?

— Любимая тобой женщина.

— Значит, стоит, потому что Света выживет!

Хм, а мне нравится его уверенность!

— Увы, — скорбно качнула головой Гвиневера. — Твой сын родится через три года после этих событий. Драко к этому времени уже не будет в живых.

— Тогда твои духи ошибаются! — тряхнул головой Мортифор. Упрямый, однако, мне муж попался! Хотя, признаюсь, приятно знать, что на данный момент он не думает об измене. — Волки однолюбы, и мои дети будут только от нее, или их не будет вообще!

— Как правитель, ты поступаешь глупо!

— Знаю! — горько усмехнулся Морти. — Но ничего не могу с собой поделать. Даже тебе, Гвин, не удалось избежать проклятия правителей!

— Или благословения, — тихо произнесла королева.

— Или благословения, — кивнул Мортифор и вышел прочь.

Ой! Кажется, сейчас Морти пойдет в спальню, а меня там нет!

Назад я не шла — бежала. Мортифор передвигается удивительно быстро, и надо успеть до того, как он войдет и не застанет меня на месте.

И почему-то только сейчас на глаза стали наворачиваться слезы. Как мало времени было отпущено нам двоим! Как бездумно я его тратила, считая, что буду жить долго и счастливо! А ведь, блин, хочется жить! Но, увы, слишком могущественные силы замешаны в нынешней игре, слишком ничтожна жизнь даже такого великого и свирепого хищника, как дракон! Мы всего лишь пешки в игре королей, и теперь этим королям надоело наблюдать за обнаглевшими творениями.

Я реалистка и понимаю, что против эрговских охотников не продержаться и куда более сильному да опытному ящеру! Но что я точно знаю, так это то, что сделаю все возможное, чтобы уберечь своих братьев от уничтожения! И род Драконов все-таки выживет! Никто не докажет, что Вик — наследный лорд Драко, если на то не будет его желания. И уж вряд ли Лерри добровольно отдаст своего племянника. Признать бастардом можно кого угодно. Достаточно желания властителя рода принять данное существо в свою семью. Законы Драко я хорошенько выучила. Остаюсь только я — настоящий законный правитель-дракон. И пока я буду как можно дороже продавать собственную жизнь, братья должны успеть уйти на Землю и терпеливо там отсидеться нужное время, а может, и до конца своих дней. Данная Виком клятва им в этом поможет. Главное, что наш род останется жив, и, может, лет через сто мои потомки снова придут на Гею и основательно потреплют нервы эргам! А еще лучше, чтобы эрги со своими господами о них забыли.

Теперь остается только одно: уберечь любимого. Не допустить, чтобы Мортифор кинулся следом за мной и глупо погиб. Ему и так досталось от моих родственников, а впереди милого ожидает счастливая семейная жизнь, гордость-сын и новая любовь. Пусть и не я, но другая, может быть, чем-то лучше меня, чем-то хуже, но с нею он будет счастлив. А это главное.

Как же хочется жить! До боли, до крика, до хруста костей! И вновь на щеках слезы…

Ура, я успела раньше Морти! Теперь умыться, чтобы он ничего не заподозрил, и в кроватку, якобы сплю.

Нырнуть в постель я успела за секунду до того, как скрипнула приоткрывающаяся дверь. Мортифор вошел очень осторожно, словно боялся меня разбудить. Так, контролируем дыхание. Не задерживаем! Ровно и спокойно, с прежней частотой.

С шуршанием опустилась на стул одежда. Оборотни всегда спят обнаженными, чтобы в случае чего мгновенно трансформироваться, так как больше доверяют промежуточной трансформации, чем человеческому телу. Перина прогнулась под немалой тяжестью супруга. Внезапно его пальцы ласково коснулись моей щеки.

— Что случилось? — не на шутку встревожился он. — Почему ты плачешь?

Я продолжала молчать, сохраняя ровное дыхание и старательно прикидываясь спящей.

— Свет? — тихо, но требовательно позвал оборотень.

Я по-прежнему придерживалась избранной линии поведения.

— Свет? — легонько тряхнул меня за плечо муж.

— А? Что? Где? — встрепенулась я, резко распахнув глаза, как человек, которого внезапно разбудили.

— Почему ты плачешь? — прошептал Мортифор.

— Разве? — изумилась я, недоверчиво дотрагиваясь до щеки. — Хм! И правда! Значит, вот откуда реальность слез во сне! Мне кошмар приснился. Грустно было и страшно.

— Не бойся, — мягко произнес Мортифор, притягивая меня к себе. — Я заслоню тебя от любых невзгод. Умру, но не дам в обиду!

«Этого-то нам как раз и не надо!» — горько заметило левое полушарие.

В крепких объятиях благоверного было приятно и уютно. Широкая мощная грудь излучала тепло. Мы лежали так близко, что спиной я чувствовала каждый кубик его пресса, а другой частью тела кое-что пониже. Женская половина души[30] с удовлетворением отметила, что мое присутствие не оставляет мужчину равнодушным. Сильной рукой оборотень властно, но нежно прижимал меня к себе. Однако, несмотря на возникшее желание, Мортифор ничего не требовал, просто лежал и, по-видимому, наслаждался моментом. Я пошевелилась, супруг не без сожаления приподнял руку, давая возможность для маневра.

Я повернулась и прижалась к мужу еще сильнее, попутно попытавшись дотянуться до его губ. Увы, для данной задумки нужно было продвинуться вперед, а так мои губы попали в ямку между ключицами. Мортифор хмыкнул и насмешливо прошептал:

— Свет, это домогательство?

— А ты как считаешь?

— Я надеюсь, но природная осторожность говорит, что это может сниться.

— Хочешь, я тебя ущипну или укушу? — предложила я развеять сомнения.

— Лучше поцелуй! — притворно испугался Морти.

Я не преминула воспользоваться советом, а через несколько секунд на ухо жарко шепнули:

— Я люблю тебя!

Я почувствовала комок в горле. Так хотелось признаться в ответ! Но нельзя! Нельзя! Стоит лишь произнести три заветных слова, и Мортифор помчится за мной сквозь огонь и воду, прямо на смерть. А покинь я его внезапно, не раскрыв собственных чувств, он обидится, а потом, глядишь, и забудет вредную меня, забудет нагло ворвавшегося в его жизнь дракона, как мираж, как утренний сон. Обретет новое счастье. Но сейчас, боясь ранить оборотня молчанием раньше времени, я поспешно припала губами к чувствительному местечку за ухом, лишая несчастного возможности думать и анализировать. В следующую секунду супруг властно прижал меня к кровати, показывая, кто в доме хозяин…

К середине ночи внутреннее чутье заставило меня проснуться. Пора.

— Куда? — сонно прошептал Мортифор, почувствовав, как я пытаюсь выбраться из кольца его рук.

— В дамскую комнату. Спи.

Крепкие объятия ослабли, позволяя вылезти на волю. Уже одевшись, я обернулась. Мортифор безмятежно спал на боку, трогательно подложив ладонь под щеку. На чувственных губах играла довольная улыбка. Вероятно, некоторые моменты нашей семейной жизни он проживал повторно во сне. Мое сердце сжалось. Сегодня ночью муж был особенно нежен и отчаян, словно обнимал и ласкал меня в последний раз. Неужели почувствовал что-то неладное? Не выдержав, я наклонилась и поцеловала его в щеку. Мортифор опять забеспокоился и сонно потянулся ко мне.

— Я скоро вернусь. Спи.

Мортифор вздохнул, успокоился и послушно окунулся в царство Морфея.

«М-да, — вздохнуло левое полушарие. — Совсем замучила мужика!»

Впрочем, сам «мужик», хоть и был порядком утомлен, на изнуренного или обиженного судьбой никак не походил, сладко посапывая и тонко улыбаясь чему-то во сне. А по тому, как он тянул меня к себе в последний раз, можно сказать, что сам он не прочь снова так «помучиться».

Ну, хватит стоять истуканом, Света! Вперед!

Взяв тихонько со стула оружие, я на цыпочках покинула спальню.

5

Вот, бывало, пошлешь кого-нибудь сгоряча, а потом в душе-то переживаешь: дошел — не дошел?

Светлана Драко

Райдер Цециди

Я сидел в малом зале королевского замка и ужинал. А ничего здесь так… уютно, если привыкнуть к постоянно меняющимся вероятностям и всевозможным сюрпризам. (К счастью, меня духи и призраки не трогают.) Впрочем, княжну они тоже не сильно потревожили, по словам Мортифора. Пока я отсыпался и обустраивался в комнате для гостей, драконы решали свои проблемы. Мортифор о чем-то серьезно задумался. По тому, как напряженно он покусывал губу, я догадался, что думы друга отнюдь не светлые.

Сейчас все вроде как решили свои проблемы и разбрелись спать. Я же вышел на поздний перекус. Ненавижу спать с пустым желудком. Глядя на прислуживающую служанку, я задавался мыслью — а не скрасить ли мне свой досуг? Девушка была очень симпатичной. Маленькая, хрупкая фигурка, огромные трогательные глаза. Хм, чем-то княжну напоминает. Впрочем, может, оно и к лучшему. Улучив момент, я сгреб служанку и рывком усадил на стол.

Девушка испуганно пискнула и попыталась вырваться. Но не тут-то было. От меня добыча так просто не уходила. Я впился губами в нежную шейку. Служанка снова трепыхнулась, но я пресек ее попытки, заваливая на стол.

— По-моему, девушка не хочет продолжения, — раздался за спиной тихий, угрожающий голос княжны. — Не проще ли отпустить?

Служанка облегченно выдохнула и расслабилась в моих руках. Похоже, она искренне верила, что княжна Драко ей поможет.

— Другого момента выбрать не могла?! — прошипел я, отрываясь от своей жертвы.

— По мне, так я очень даже вовремя, — ухмыльнулась Светлана, входя в зал.

Я невольно залюбовался плавным покачиванием ее бедер. Все-таки хороша, гадость! Княжна тем временем присела на край стола, отчего ее облегающее платье натянулось, еще лучше обрисовав фигуру.

— Отпусти девушку, — кивнула она на служанку. — Разговор есть.

Я чертыхнулся и убрал руки со своей добычи. Все равно не дадут отдохнуть, так не проще ли сэкономить время и не тратить его на препирательства. Вдруг мне еще удастся найти кого-нибудь сговорчивее. Служанка подхватила пустые тарелки и вприпрыжку скрылась из зала.

Княжна проводила ее улыбкой и обернулась ко мне.

— Не знала, что ты такой поганец!

— Дракон будет учить меня морали?! — огрызнулся я.

— Похоже на то, — философски хмыкнула гадина.

— О чем хотела поговорить? — решил я взять быка за рога. Чем раньше я от нее избавлюсь, тем лучше. Мортифор там небось переживает, волнуется. А она тут мне вечер портит!

— Как мне попасть в твой мир?

— Ишь чего захотела! — фыркнул я.

— Послушай, Рай. У меня есть план, как заставить эргов отказаться от притязаний на Гею, помоги мне, пожалуйста, до них добраться.

— С какой стати я должен способствовать твоему самоубийству? — фыркнул я.

— Ой, — поморщилась княжна. — Как будто ты раньше меня любил!

— У меня долг перед Мортифором. Я не наврежу его беременной жене, — твердо отрезал я.

— Вот как? — задумчиво посмотрела на меня княжна, и под ее взглядом мне стало неуютно. Словно меня рентгеном просканировали. Неприятно. — А если я скажу, что ребенок — это фикция, придуманная, чтобы у тебя были веские аргументы меня не убивать?

— А чем докажешь? — парировал я.

— А зачем мне врать?

— Откуда я знаю, что ты задумала?

— Послушай, Райдер, — вдруг серьезно произнесла княжна. — Пусть у нас с тобой не всегда складывались отношения…

— Это ты так называешь мой отдых в овраге?! — перебил ее я. — Или то, что мне чуть нос в своем помешательстве не отгрызла?

Княжна поморщилась и мотнула головой.

— Ты тоже не в гости ко мне заявился. И если бы я не успела, то моя голова давно бы болталась у тебя за поясом. Мы все защищаемся, как можем!

— Коварством?

— Уж чья бы корова мычала! — сплюнула княжна. — Послушай, Райдер, как бы ты ко мне ни относился, у нас с тобой есть кое-что общее.

— Это что же?

— Хорошее отношение к Морти. Мы оба желаем ему счастья.

— Это ты сейчас к чему? — насторожился я.

— Смотри, — вздохнула княжна, покачивая ножкой. — Если ты долго не будешь объявляться, то скорее всего сюда пришлют другого охотника. Он убьет меня, а тебя заложит начальству как отлынивающего от своих обязанностей специалиста. Ты лишишься карьеры. Мир, потеряв меня, станет беззащитным перед эргами, и они прорвутся на Гею. В результате погибнут все расы во главе с Мортифором. Но если я сама явлюсь к эргам и вызову их на поединок, то ничего не произойдет. Вероятность моей гибели девяносто процентов, но мир останется жить, а Морти встретит свою настоящую любовь и будет счастлив. Помоги мне, пожалуйста, ты же видишь, всем станет только легче.

— Гладко стелешь! — хмыкнул я. — Как бы не пришлось жестко спать! В твоей сказочке все хорошо, кроме одного: драконы не умеют любить и жертвовать собой ради других!

— А я неправильный дракон, — обворожительно улыбнулась княжна. — В детстве часто болела.

Что она задумала? Я смотрел на княжну и не мог понять ее мыслей. Какой же ненормальный дракон! Зачем ей нужен мой мир? Сбежать?

Княжна, словно чувствуя мои сомнения, склонила голову набок:

— Хочешь, я принесу тебе клятву, что использую портключ так, как обрисовала ситуацию тебе?

— Ты собираешься пойти на смерть?

— У меня вообще-то десять процентов удачного шанса, — взглянула княжна на ногти. — Я постараюсь сделать все возможное. Но в любом случае, даже потеряв жизнь, я останусь в выигрыше.

— Ты так уверена?

— Я все продумала. Так что там с путешествием?

— Я слово Мортифору давал, — внезапно вспомнил я про друга.

— Чью ты жизнь выбираешь: его или мою? — прищурилась княжна.

— Конечно, друга!

— Тогда чего упрямишься? Не поможешь мне — он погибнет. Попрется за мной и погибнет. А я хочу, чтобы он жил.

— Почему?

— А разве это не очевидно? — грустно усмехнулась княжна. — Я его люблю. Только ему не говори.

— Почему? — не сразу сообразил я.

— Чтобы он не жалел об упущенных возможностях, чтобы жил настоящим. Если мой план удастся, то всем здесь будет хорошо.

— И ты так легко пожертвуешь своей жизнью? — все еще не верил я.

— Ну не совсем легко, — усмехнулась княжна. — Я в конце концов постараюсь выжить! Но если не удастся, то сделаю все возможное, чтобы эргам еще долго после меня икалось.

— А какое тебе дело до этого мира? Насколько знаю, ты живешь в двух мирах. Умрет этот — перейдешь во второй.

— Я княжна, — как на малого ребенка взглянула на меня Светлана. — Я правитель. Я несу ответственность за своих подданных. Власть — это не только возможность повелевать и наслаждаться свободой вершить чужие судьбы, но и огромная ответственность по отношению к подданным. Это служение тем, кто доверил тебе свои жизни.

Я смотрел на княжну и не мог определиться в своих чувствах. Вот передо мной — дракон, хищник, эгоист. Но все, чему меня учили, разбивается в прах от слов этого древнего и удивительно мудрого существа. Как такое может быть?! И кто она?! Княжна менялась и оставалась неизменной. Она жестока и милосердна. Молода и одновременно с этим безумно стара. Что это такое?

— Что ты такое? — Я не заметил, как повторил свои мысли.

— Дракон, — спокойно ответила она.

— Я таких не встречал.

— Я не знаю, что ответить на твой вопрос. Но мне реально нужна твоя помощь. Мортифор пока спит, но время уходит. Помоги мне, пожалуйста, Рай!

— Хорошо, — согласился я. И да простит меня Морт. — Вот, держи!

Я швырнул ей золотой медальон.

— Это разовый порт-ключ, он используется для переброски живых существ в мой мир. Я перенести тебя не могу, механизм моего перемещения несколько отличается.

— Ты, главное, Морти удержи.

— Я постараюсь.

— Не постарайся, а сделай все возможное! — жестко отрезала княжна. — Вот! — Она извлекла из кармана маленький флакончик. — Это снотворное. Я сама разработала. Оно действует на оборотней. Дай его ему.

— Как?

— Как дракона убивать — так бездна идей, а как друга спасти — то пусто! — возмутилась княжна. — Включи фантазию, ты же у нас умный. Но сделай это. Постарайся, чтобы моя жертва не была напрасной!

— Можно дать тебе совет? — спросил я.

Княжна склонила голову набок, внимательно посмотрев на меня, затем медленно кивнула.

— Охотники на драконов бывают двух рас: оборотни и люди. Первые более слабые, поэтому против тебя выставят воина моего класса, человека. Помни, они — просто люди. Воины, обученные фехтованию с детства, но против силы дракона им не выстоять. Особенно если они на него не настраивались. Береги свою кровь.

— Спасибо, — кивнула княжна. — Кстати, не забудь присыпать тут все перцем, чтобы Мортифор меня не учуял.

— Хорошо, — кивнул я и добавил: — Там ты можешь встретить своего родича, мужа Дорваны.

— И что мне с ним делать?

— Просто представься — и у тебя не будет противника в лице лучшего в мире охотника на драконов. А вообще-то попрощайся с родными, там и без него у тебя будет дюжина достойных противников.

— Я поняла, — кивнула княжна и, спрыгнув со стола, направилась к двери.

— Света, — внезапно окликнул я ее по имени. Взявшаяся за ручку драконесса удивленно обернулась. — Возможно, я сейчас скажу глупость, но удачи тебе!

— Спасибо! — прижала она руку к груди и скрылась за дверью.

Я же вздохнул и налил себе вина. Идти и искать приключений на ночь расхотелось. Лучше я здесь подожду Мортифора. Что-то мне подсказывает, что скоро мы увидимся.

Интуиция не подвела, буквально через пару часов я почувствовал слабый всплеск магической энергии. Так мягко маскировать ауру мог только Морт, а буквально через секунду дверь чуть ли не слетела с петель.

— Где она, Райдер? — властно спросил Мортифор.

— Кто? — изумленно вскинул я брови, пятясь к двери. Лучше бы я потратил отведенное мне время на обустройство окопа.

Хотя, сколько ни прячься, друг всегда мог найти меня без труда. В плане колдовства он гений. Теперь я жалел об этом его свойстве. Так не хотелось оправдываться.

— Где моя жена? — терпеливо повторил названый брат. То, что он при этом не скатился на рык, весьма многое говорит о его самообладании.

— А с чего ты взял, что я буду в курсе?

— Что-то мне подсказывает, что она могла за помощью направиться к тебе.

— Морт, ты в своем уме? — вкрадчиво уточнил я. — Ну о какой помощи она может меня попросить?! Да и что может связывать дракона и охотника на драконов?!

— Она могла спросить у тебя путь в мир эргов.

— И ты думаешь, я бы указал беременной жене моего кровника путь к самоубийству? — презрительно хмыкнул я. (Молодец я! Очень реалистично получилось.) — Сдается мне, что она просто ненадолго отлучилась, а ты уже бьешь тревогу. Как бы я ни относился к твоей супруге, вынужден признать, что она умна и не стала бы пороть горячку за твоей спиной, поэтому сядь лучше позавтракай.

С этими словами я подошел к столу, подвинул другу блюдо с едой и налил бокал нужным мне вином.

— Давай выпьем за удачу, — предложил я.

Мортифор взял свой фужер и подозрительно прищурился. Пить он не торопился.

— С чего такое благодушие по отношению к моему дракону?

— Она член твоей семьи, — пожал плечами я. — Рано или поздно мне пришлось бы смириться, потому что она, похоже, прочно в ней обосновалась.

— Раньше тебя это не останавливало.

— Она — беременный член твоей семьи, — привел я второй довод.

Надеюсь, он поверит.

— Почему ты не пьешь? — вроде как мимоходом спросил Мортифор, но я почувствовал, как визави подобрался.

Беззаботный и безразличный взгляд сканировал не хуже рентгена. Это я практически не ощущал, но знал. Если не знаешь, где искать эти едва различимые ниточки, ни за что не догадаешься. Но он все-таки — самое близкое мне по духу существо, и все эти годы я тщательно изучал его и даже частично воспитал. Я пригубил слегка свой бокал.

— Там ведь снотворное? — вдруг ехидно хмыкнул Морт.

— Что ты! — возмутился я. — Для названого брата я бы не пожалел и яда!

— Жаль только, что оно на меня не действует, верно?

— Морт, ну что за чушь! — устало потер я глаза. — Ты же знаешь, что я жизнь за тебя отдам. Тебе было всего пять, когда нас свела судьба. В чем-то я заменил тебе старшего брата, в чем-то ты заменил мне погибшего ребенка. Ну как я могу желать тебе зла, Мелкий?

— Ты меня давно так не называл, — грустно улыбнулся Морт.

— Ты вырос, — пожал я плечами. — Да и, согласись, как-то странно так называть грозного правителя одной из самых свирепых рас.

— Так ты только из добрых побуждений согласился дать мне вино с приготовленным ее руками снотворным? — хмыкнул друг. — Хотел не допустить, чтобы я помчался к эргам следом за ней?

— Морт, у тебя паранойя!

— Рай, я не дурак. Ты говоришь, что ее здесь не было, но я чувствую ее запах на этом столе. Разве она забыла предупредить тебя обработать его раствором, уничтожающим запахи, или, на худой конец, рассыпать перец? Или ты усомнился в нюхе оборотня?

— Это абсурд! Тебе показалось!

Блин! Надо было точно перец использовать, а не петрушкой стол натирать!

— Она пришла к тебе ночью, — спокойно продолжил оборотень. — Где-то даже ближе к утру, сидела вот здесь, — положил он руку точно на то место, где примостилась несколькими часами ранее княжна Драко.

— Почему же тогда не ранним вечером? — съязвил я. — Почему не ранним утром? С чего такая точность в обвинениях?

— Потому что к ее запаху примешался еще один, — вдруг мечтательно улыбнулся Мортифор, гладя рукой место, на котором она сидела. — Не ври мне, Райдер, я знаю время, когда она к тебе пришла, догадываюсь, о чем попросила, понимаю ее мотивы. Помоги мне, брат. Скажи точно, в какое место реальности мне нужно шагнуть, чтобы попасть к ней как можно быстрее.

— Это абсурд, ты же знаешь, что я говорю тебе правду!

— Даже если б к Свете не примешался мой запах, я все равно бы различил, врешь ты мне или нет. Видишь ли, мы с женой обменялись кровью, и вместе с ней мне передались некоторые качества дракона, а именно чувство правды. Ты врешь мне, Рай!

— Она сама меня просила! Пойми, Морт, если ты сейчас ринешься к ней — ее жертва станет напрасной!

— Рай, если ты не перенесешь меня туда, я вскрою тут себе вены!

— Идиот! — Я от души врезал другу, надеясь, что оплеуха приведет его в чувство. — Прекрати меня бездарно шантажировать! Ты не сопливый подросток! Включи мозг!

— Райдер, я не прощу себя! Ты понимаешь?! К тому же Гвин сказала, у меня десять процентов! Это же много, Рай! Ведь может же повезти!

— Так говорят идиоты!

— Кто не рискует, тот не выигрывает!

— А сейчас ты декламируешь девиз самоубийц!

— Судьба мне задолжала, вдруг теперь повезет…

— Умереть достойно! — припечатал я.

— Слушай, Рай, я всегда был перестраховщиком, никогда не рисковал, иногда жалел об этом, но, если сейчас не рискну, я никогда не смогу жить спокойно! Рай, решай, с тобой или без тебя!

Я взглянул на часы. Надеюсь, Света не обманула меня и успела завершить все дела. Мортифора не остановить, но, отправившись с ним, я смогу растянуть время. Впервые в жизни меня раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, хотелось, чтобы дракон выжил, с другой стороны, хотелось, чтобы к моменту, как мы с Мортифором появимся, все уже закончилось.

6

Благими намерениями вымощен ад и многие наши дороги.

Тадеуш Гицгер

Балаур Светлана Александровна, урожденная княжна Драко

Попрощаться с братьями, конечно, хотелось, но я боялась, что они увяжутся за мной, а этого нельзя допустить, иначе род Драконов прервется.

Надо договориться о наследовании с Артуром Семину. Благо мой управляющий рассказал, как аппарировать в замок в срочном порядке. Я прошла в медитативный зал Гвиневеры и, начертив на полу руну перемещения, опустилась на одно колено. Короткая фраза-отмашка для запуска руны — и вот я в фамильном замке, в тронном зале.

В двери показался Артур Семину. У него есть артефакт, отслеживающий мое перемещение. Удобно знать, когда твой хозяин объявится.

— Что-то случилось, ваша светлость?

— Ничего не произошло, — машинально соврала я, — я просто пришла осмотреться.

Если управляющий и заподозрил меня во лжи, то виду не подал.

— Может, чаю?

— Было бы неплохо, — кивнула я и направилась в портретную галерею. — Подайте его через пятнадцать минут в малую гостиную.

Мой портрет уже успели закончить. Красивая, хрупкая девушка в горностаевой мантии и, традиционным венцом дракона на голове была одновременно похожа и не похожа на меня. Как сильно одежда меняет человека! В кроссовках и джинсах меня не отличить от простых студентов, но стоит подобрать соответствующий наряд — и вот уже другое лицо. На троне — правитель, представитель древнего рода, хищного племени. Хрупкий вид, но ни намека на беззащитность. Существо на троне способно держать власть стальной рукой. Княжна несет ответственность не только за себя, она умеет карать и миловать. И у этой владычицы мое лицо. Только взгляд слишком грустный.

Интересно, потомки будут гадать, о чем я думала, позируя для портрета? Задумаются ли они, какой я была? И какими будут они?

Ладно, пора переходить к делу. Я в последний раз взглянула на портрет — ту память, что останется после меня, и направилась в свои комнаты. Там набросала завещание, положила на видное место письмо для Вика вместе с ключом от ларца, где хранятся документы.

Затем вошла в оружейный зал. Чем бы порадовать господ эргов? Взгляд упал на изящный клинок с гардой, украшенной изумрудом. Мудрость. Старый знакомый! Как я еще не прирезалась тобой до сих пор?! В моей руке меч с полуторного уменьшился до одинарного, вес тоже подстроился под мою силу. Умная все-таки железяка, с душой! Мне показалось или при последних мыслях он даже слегка нагрелся и передал мне пожелания удачи? Ну пойдем, давний друг. Надеюсь, мы вместе с ортами и оптами, а также набором метательных ножей хоть чуть-чуть потреплем нервы врагу. А теперь можно и чаю.

В малой гостиной помимо чашки с остывшим чаем меня ждал обильно сервированный стол. Я взглянула на вкусно пахнущий завтрак и отодвинула тарелку от себя подальше, горестно проглотив слюну. Желудок, протестуя, взвыл. «Нельзя!» — мрачно сообщила я ему, хлопая по животу, чтобы возмущенный орган заткнулся. Желудок сдавленно что-то буркнул и послушно смолк. Физически я почувствовала, как поежились внутри меня кишки.

«А может, хоть капельку?» — прошептали они.

— Нельзя! — твердо повторила я. — В бой надо идти натощак. И вовсе не потому, что голодный воин — свирепый воин, а потому, что внутренние органы в таком состоянии более гибкие, и ранение перенести гораздо легче. А если боец сыт, то при ранении в живот велика вероятность разрыва кишок. А это лишь дополнительные проблемы, и там, где мог бы спасти врач, неминуем летальный исход. Победители идут в бой голодными, проигравшие умирают сытыми. Да и думать надо о сражении, защищая свою жизнь, а не о том, как бы быстрее переварить съеденное.

В зал вошел Артур Семину. Увидев полную тарелку, он замер и побледнел.

— Миледи? — робко прошептал он. — Это то, о чем я думаю?

— Что вы имеете в виду? — уточнила я.

— Когда мои предыдущие господа шли в бой, то они никогда не ели, — тихо ответил он и, подняв на меня глаза, спросил: — Вы собираетесь бросить вызов вампирам миров?

— Да, — кивнула я. — Сегодня я намереваюсь отстаивать жизнь моего рода.

— Это самоубийство! — воскликнул управляющий. — Умоляю, не делайте этого!

— Артур, мы с вами оба знаем, что, если я сейчас ничего не предприму, это нас все равно не спасет.

— Знаю, — вздохнул маг. — Но так не хочется вас терять.

От этих слов желудок свело судорогой, и под ложечкой предательски засосало. Нечего сказать — обнадежил! А жить-то хочется!

— Так пожелайте мне вернуться! — хрипло прошептала я, пытаясь унять собственное волнение.

Нет, я не тешила себя надеждами. Знаю, что только десять процентов вероятности того, что выживу, но если я не буду надеяться на успех, то уже заведомо проиграла. Надо гнать упаднические мысли! И если мне все же и суждено не встретить завтрашний день, то пусть хоть моя жизнь обойдется им как можно дороже!

Артур вдруг кинулся ко мне, порывисто обнял и прошептал:

— Возвращайтесь, ваша светлость! Умоляю, берегите себя. Я видел много поколений драконов, мои предки служили вам, но каждый раз провожать Драко в бой — тяжелейшее испытание. Вы, сами того не желая, забираете с собой часть нашей души, и смерть любимого господина — невыносимая утрата, поэтому умоляю вас, княжна, вернитесь. Чтобы мне еще много чего можно было рассказать моим внукам! И удалось самому изрядно понервничать, воспитывая ваших детей.

— Я постараюсь, — сдавленно прошептала я и направилась к выходу.

Покидать замок было мучительно тоскливо, но нельзя же вечно сидеть в берлоге, поджав хвост! Сражаться везде, сражаться всегда, убить, раздавить, уничтожить врага!

Взглянув напоследок на замок, я сжала в руке амулет перемещения. Картинка перед глазами поменялась, и я оказалась в просторной серой зале. На потолке постоянно передвигались тени, точь-в-точь как в моих видениях. К счастью, в зале никого не было. Я вышла в коридор и направилась в восточное крыло замка. Каким-то шестым чувством я знала, что идти надо туда.

За спиной осталась половина пути, когда из боковой двери вышли двое мужчин. От неожиданности я притормозила. Высокие (около ста восьмидесяти сантиметров), широкоплечие воины, грацией движений они напоминали мне хищников. Наверное, это охотники на драконов. Не вовремя, блин! Старший мужчина выглядел суровым и каким-то мрачным. Младший, наоборот, был улыбчив и подвижен. Карие глаза, рыжеватые волосы. Он что-то оживленно рассказывал собеседнику. Плутоватой улыбкой он мне напомнил Вика.

— Дорвана? — вдруг выдохнул старший воин.

— Нет, — обернулась я к ним лицом. — Я ее потомок.

— Дракон, значит! — презрительно хмыкнул младший охотник.

— А как поживает моя сбежавшая благоверная? — осведомился старший, не торопясь на меня нападать.

Я хотела было пройти мимо, но меня поразили нотки боли в голосе старшего. Так вот ты какой, родственничек!

— Она уже сто пятьдесят пять лет как мертва.

— Как это случилось? — на удивление спокойно спросил визави.

— Никто не знает точно как. Ее призвали на Гею, она не могла вернуться, пока не исполнит пророчество. Враги похитили ее ребенка, она пошла в бой. Союзники не смогли поддержать ее. Затем произошло землетрясение, родовой замок Драконов ушел под землю. А на его месте осталась мертвая княжна, — сократила я версию событий.

— Значит, мама меня не бросила? — тихо произнес младший, и глаза его предательски заблестели.

— Нет, — заверила я его. — Она рвалась к тебе, пыталась пробиться, но ей не удалось.

— Почему она даже призраком ко мне не приходит? — покачал головой молодой охотник.

— А нет ее призрака, — призналась я. — Тело не похоронили, оно рассыпалось в прах, а от княжны остался на память лишь портрет да легенды.

— Ты позволишь взглянуть? — пытливо уставился на меня старший.

— Да, но это не ко мне, а к Виктору, моему наследнику, надо будет обратиться. Передайте ему, что вы родичи и я разрешила.

— А ты, стало быть, тут готовишься к смерти? — фыркнул старший.

— А что, у меня много шансов выжить? — в тон ему ответила я.

— Ну если в твоих жилах не вода, то есть, — вдруг серьезно кивнул старший охотник. — Я второй муж твоей прапрабабки, — протянул он мне руку. — Хронос.

— Светлана, — пожала я.

— А это твой двоюродный прадед, — указал он на молодого спутника.

— Жутко звучит! — фыркнул парень. — Я Клод. Приятно познакомиться. Девушки в твоем измерении красивые?

— Это к братьям вопрос. Я по другой части, — ухмыльнулась я.

— Ой! Обязательно обсужу с ними этот вопрос! Ты, главное, поскорее со своими вопросами разберись, и полетим к тебе! — обрадовался юноша. — Давно мечтал взглянуть на историческую родину!

— Да ты о бабах мечтаешь! — хмыкнул его отец. — Тебя только на минуту оставь без присмотра — и замучаешься разозленным отцам компенсации выплачивать! Разоритель ты мой!

— Любимый разоритель! — подкатился под бок парень. — Твоя кровиночка!

Я засмеялась. Драконы везде одинаковы!

— Так ты к эргам идешь? — прищурился Хронос.

— Ага, — кивнула я.

— Идем, провожу, — подставил локоть родственник.

Хм. Пока все идет нормально. У меня даже надежда на победу появилась!

7

При рождении в теле ребенка порядка 300 костей, у взрослого человека их остается всего 206.

Реальная анатомия

Райдер Цециди

Мы вышли порталом прямо в тронный зал. Мортифор очень переживал, что его пронырливая супруга успеет добраться до эргов раньше него и вляпаться в беду, поэтому взял с меня клятву, что я проведу его кратчайшим путем. Умный, зараза! Знает меня! Я не хотел, чтобы жертва Светы пропала даром, и поэтому планировал телепортироваться в самый дальний уголок замка. Пока бы мы добрались до тронного зала, дело бы уже и закончилось. Но нет! Мортифор не хотел так рисковать! Он явно догадался обо всем и настоял на клятве. Я, чтобы потянуть время, упирался как мог. Пусть я недолюбливаю княжну, но уважаю. И ее желание защитить Морта полностью разделяю.

К несчастью, кровник применил какое-то заклинание, которое сделало меня полностью шелковым. Пришлось послушаться и выполнить требование Мортифора. Что меня сильно расстроило, так это отсутствие княжны в зале. Неужели она все-таки сбежала? Или где-то задержалась? Одно слово — женщины! Ни капли пунктуальности! Впрочем, на собственную смерть я бы тоже постарался опоздать.

За время моего отсутствия в тронном зале ничего не изменилось. Все так же сидел на жестком кресле правитель эргов, изнывая от тоски и геморроя, полагаю. Ибо сидеть на холодном мраморе занятие не для нормальных существ. Впрочем, он же бестелесный. Что ему сделается? Под потолком носились сумрачные тени, а вдоль стен, точнее, сами стены подпирали всевозможные сущности в капюшонах. Нас как-то заставили стоять так же вдоль стены на одной церемонии. Поэтому по личному опыту знаю, что стоять здесь во сто крат удобнее, чем сидеть. Исходя из этого могу предположить, что верховный эрг люто завидует этим мелким сошкам.

— С чем ты к нам пожаловал, оборотень? — хмуро выдохнул правитель, массируя виски.

У моего шефа еще и постоянная мигрень. А с появлением на горизонте маленькой драконессы она только усилилась. Вот умеет же жена моего друга найти подход к людям и нелюдям!

— Я пришел сюда выступить вместо жены, — твердо произнес Морт.

— И чем же она должна быть нам интересна, смертный? — насмешливо фыркнул эрг.

Врет его величество! Ведь знает же, кто его супруга!

— Я хочу, чтобы вы перестали преследовать ее и ее род, а взамен, по правилам древней клятвы, я предлагаю свою жизнь!

— Иди с миром! — напрягся эрг. — Мне нет дела до тебя, и с тобой мы ничего не делили!

— Нет! — отрезал Мортифор. — Мы с ней равноценные супруги, мы дали клятву защищать друг друга до последней капли крови. И вот я стою перед вами и требую от вас внять древним законам и принять мою просьбу. Я требую замены ее жизни на мою!

Даже отсюда я видел, как владыка эргов еле заметно передернулся. Своим заявлением мой друг подложил правителю большую свинью. Шкура Светы интересовала его неспроста. Даже больше: что-то мне подсказывает, что отстрел драконов, за который он рьяно выступал, для него не так важен, как голова одного конкретного дракона. Эрг очень давно хотел проникнуть на Гею. Но Дорвана когда-то надежно защитила свою территорию от чужого посягательства. Может, Эхрншт надеется уничтожением Светы открыть себе путь на Гею?

— Иди с миром, — вновь повторил патрон, чем подтвердил мои подозрения. — Мы с тобой ничего не делили.

— Ты пренебрегаешь древними законами?! — приподнял бровь друг.

Эх, Мелкий, Мелкий! Что ж тебе так не терпится на тот свет?!

— Что ж, — рыкнул в свою очередь повелитель теней. — Да будет так! Я принимаю обмен, но любой, кто встанет с тобой плечом к плечу, будет расцениваться как твой помощник, кем бы он ни был.

— Нет! — поспешил я предупредить кровника не соглашаться.

Но главный эрг махнул рукой — и я тут же оказался заточенным в непробиваемый звукоизолирующий куб. Мортифор удивленно взглянул на меня.

— Это для того, чтобы он не мог повлиять на твое решение, — пояснил свое действие Эхрншт. — Порой те, кто нас любит, такие паникеры! И не позволяют нам лишний раз рисковать собственной жизнью.

Наверное, только я услышал в его голосе довольные нотки.

— А разве я могу выиграть? — скептически выгнул бровь Мортифор.

— А разве ты не за этим пришел? — парировал правитель теней. — Ты предлагаешь свою жизнь как залог неприкосновенности того, кого защищаешь, но, если выиграешь, вас никто не будет преследовать.

— Хорошо, — кивнул Морт. — Если я выиграю, ты навсегда забудешь о Светином роде и никогда больше не будешь пытаться завоевать Гею или проникнуть на этот мир каким-либо иным способом. В случае моего проигрыша ты не вызовешь ее на дуэль и не примешь ее вызова, так как предмет спора не может дважды рассматриваться в течение ста лет.

— Обещаю, — коварно отозвался эрг. — Обговорим условия?

Мне захотелось застонать. Хозяин явно что-то знал. Скорее всего, он уже чувствовал присутствие Светы во дворце. Но где же, блин, она ходит?! Вот же женщины! Не успела! С другой стороны, лучше бы она теперь не приходила. Только погибнет вместе с Мелким зря. А так хоть какая-то польза будет, как ни горько признать.

Тянуть время сейчас было крайне опасно. Однако шеф на удивление быстро договорился с оборотнем. Хозяин явно что-то задумал! Блин! Я в бессилии ударил по прозрачной стенке. Как же неприятно осознавать собственную беспомощность! Как ужасно все видеть и не иметь никакой возможности помочь другу!

Тем временем мой работодатель хлопнул в ладоши, призывая троих воинов. Мортифор извлек из ножен полуторник. Очередной хлопок в ладоши — и закрутилось. От досады мне захотелось выть. Коварство эрга не имело границ. Морт сражался хорошо, просто превосходно, но его партнеры были не самыми сильными воинами, скорее всего их задачей было просто протянуть время до тех пор, пока сюда не прибудет княжна Драко.

А вот тогда эрг и пустит в бой самых лучших. Мортифор, похоже, тоже почувствовал подвох и не спешил выкладываться, экономя силы. Все-таки школа воинского искусства сделала свое дело. Кроме того, друг не верит в благотворительность и в мир во всем мире, больше полагаясь на коварство противника и вечно ожидая подвоха. Вот только почему теперь он не поступил, как раньше? Да уж! Воистину любовь отнимает мозги у тех, у кого они есть, и дает их тем, у кого их нет!

Я наблюдал за воинами и запоминал их лица. Несмотря на то что здесь вершится суд богов, я отомщу за смерть друга и кровного брата. Когда этот кошмар закончится, я их всех выслежу и прирежу. Хотя нет. Чего это я сдаюсь? Лучше я сейчас попробую что-нибудь придумать, пока Света не явилась и не наломала дров. Мне Мортифор нужен живым! Не для того я этого Мелкого воспитывал, чтобы его зарезали в тронном зале эргов на моих глазах!

Я попытался пробить магическую стену, но безуспешно. Грубой силой ее не возьмешь. А жаль! Большинство плетений разбивается, как ни странно, именно напором и грубой силой. Ладно, пока есть время, попытаемся поискать в стеночке слабое место. Я отправил парочку магических тараканов путешествовать по моей воздушной тюрьме и молча наблюдал, как оборотень расправлялся со своими противниками.

Что ни говори, Мортифор первоклассный боец. В конце концов, он тридцать три года проучился в школе боевых искусств, окончить которую удалось считаным единицам. Мой начальник, видно, это тоже понял и решил прибегнуть к нечестной игре. Из-за трона вышел арбалетчик с надвинутым капюшоном и выстрелил в дерущегося оборотня. Я закричал, но, как и следовало ожидать, моих воплей односторонне звуконепроницаемая стена не пропустила.

Болт, чтоб его, попал Мортифору в плечо, и я в отчаянии закусил губу. Нет, стрела была пропитана не ядом, а снотворным. Используй эрги отраву, и Мортифор был бы признан победителем вследствие нарушения клятвы. Но это был универсальный транквилизатор, разработанный для оборотней. Через пятнадцать минут движения Мортифора замедлятся, внимание станет рассеянным, мускулатура расслабится, и беднягу просто зарежут! Что же делать?

Я в который раз осмотрел границы собственного заточения. Сердце рвалось на помощь другу, но мои господа, чтоб им никогда не жилось спокойно, все учли. Они знали, как удержать охотника на драконов. И поэтому мне ничего не оставалось, как вновь и вновь таранить магией уязвимые места плетения и наблюдать за расправой над другом.

Теперь на него наседали сразу шестеро воинов, постепенно тесня в угол. Когда тройка в первом ряду уставала, они менялись местами. Прочие воины стояли полукругом за воюющими товарищами и страховали.

Из боковых дверей появилась колонна в огненно-красных балахонах. Маги-боевики. Какие же эрги все-таки ублюдки! Мало того что на их стороне численный перевес, так еще и эти будут одновременно атаковать Мортифора магией! Вот же дерьмо!

Как я и предполагал, от колонны отделились двое адептов и, встав по диагонали от сражающихся, запустили в Мортифора огненные шары. Оборотень отбил магическую атаку, но в результате пропустил удар мечом в плечо. Нечеловеческий рык — и друг перешел в промежуточную трансформацию, однако это отвлекло его от очередной порции огненных шаров, и один из них ударил ему в грудь, отбросив к стене. Воины радостно загомонили и отсалютовали друг другу мечами. Ублюдки! Шестеро на одного! Мясники! Никакого кодекса чести! Впрочем, моим работодателям благородные солдаты ни к чему.

Еще один воин ткнул Мортифора мечом в бедро. Второй попытался подрезать сухожилие, но Мортифор уклонился, попав, впрочем, под огненный шар. Похоже, транквилизатор подействовал, и оборотень боролся вслепую, ориентируясь на постепенно притупляющиеся слух и нюх. Воины снова отсалютовали мечами, радостно скалясь. Добивать противника, когда тот ничего не видит и не слышит, удобно и безопасно. Эх, закинуть бы их с Мортифором в темный переулок один на один. Знали бы цену крови и чести!

Маг бросил в оборотня еще каким-то заклинанием, и тот с болезненным стоном сполз по стене на мраморный пол. Под мужчиной начала расползаться красная лужа. Похоже, это было заклинание ускорения вытекания крови. Какие же все-таки отморозки! Один из воинов отпихнул ногой меч Мортифора, и тот с жалобным лязгом отлетел в сторону. Один из воинов, самый молодой, подошел к Мортифору с мечом наперевес для завершающего удара. Скоты, щенка натаскивают!

Я в который раз попытался вырваться, но воздушные стены держали слишком прочно. Зарычав от бессилия, я с тоской наблюдал, как один из магов остановил щенка в латах и сам подошел к оборотню. Значит, решили добить магией, козлы. Маг-боевик занял удобную позицию и зачитал нараспев заклинание. С каждым произносимым словом между его руками оформлялась и росла угольно-черная сфера энергии, внутри которой клубилась тьма. «Объятия вечности». После этого заклинания даже души не остается на земле. Никакого последующего перерождения. Ничего. Только полное забвение. Ну, скотина оранжевая, я лично разузнаю, кто ты, и прирежу тебя. Бесплатно. Вместо дракона!

Маг заканчивал читать заклинание, и шар вот-вот должен был сорваться с кончиков его пальцев. Мортифор понял, что означает это заклинание. По ставшей человеческой щеке скатилась одинокая слезинка. Он попытался встать, чтобы встретить смерть на ногах, как и подобает воину, но бессильно обмяк. Потом повернул голову в мою сторону, и я по его губам прочитал последнюю просьбу: «Позаботься о ней». Словно этого и ожидая, палач в оранжевом балахоне с глумливой усмешкой послал в оборотня шар…

А в следующую секунду между проклятием и Мортифором возникла черная чешуйчатая гадина. По-другому у меня как-то не получалось назвать помесь дракона и человека. Я смотрел на это существо и не мог понять, что это: мутация или промежуточная трансформация. Никогда не думал, что бывают на свете такие твари. Туша как у маленького хищного дракона, передвигающегося на двух ногах. Даже на Земле такие динозавры были. К подотряду тероподов относились. Элафрозаврами, кажется, назывались. Но в то же время отчетливо видны гуманоидные черты и пропорции, руки длинные, с пятью пальцами, как у человека, положение тела прямое, а вот голова у нее полностью драконья, как если бы превращение полностью завершилось. И маленькие сложенные крылья за спиной.

Шар отскочил от блестящей чешуи и попал в своего создателя, не оставив от того и кучки пепла. Ободренная победой тварь взревела и махнула хвостом. В ту же секунду голова стоящего рядом воина покатилась по полу, срезанная хвостовой пластиной.

Княжна же пригнула голову и угрожающе зашипела, наступая на противников. Еще минуту назад радовавшиеся мясники побледнели и принялись опасливо отступать. Теперь им было не так весело. Оранжевые балахоны швырнули в Свету огненными шарами, но по ее чешуе пробежала лишь легкая дрожь, как пробегает судорога на шкуре у коня, когда он сгоняет овода. Зато в ответ обидчикам Света выдала полноценную струю пламени, основательно подпалив магам мантии.

— Вы понимаете, что своим вмешательством также ставите себя под удар? — вкрадчиво уточнил эрг, восседая на своем кресле. Видеть смерть двух слуг ему было неприятно, однако он радовался вмешательству княжны. Перспектива одним ударом зарубить двух зайцев приводила шефа в восторг.

Света не удостоила Эхрншта вниманием, ни на секунду не отвлекаясь от кучкующихся противников. Не отворачиваясь от воинов, хмыкнула и показала главному эргу оттопыренный средний палец. Да! Так ему! Весь зал испуганно ахнул. Мой работодатель судорожно сжал подлокотники кресла и крикнул: «Убить ее!» Пусть эрги и размножаются не так, как люди, но значение оттопыренного пальца он знал. Стоящий у дверей Орту сцедил улыбку в кулак. Кажется, я догадываюсь, кто просветил моего патрона по данному поводу…

Воины напали на Свету со всех сторон. Мастерство княжны было не таким изящным, как у Мортифора, но более убойным. Света не разменивалась на благородство и с чистой совестью использовала грязные трюки и запрещенные приемы. Маги-боевики против дракона оказались бессильны. В зал каждую минуту прибывали воины, но в большом количестве они друг другу скорее мешали, чем помогали. В то же время, толкаясь вместе, они становились благодатной мишенью для Светиного хвоста, который работал как дополнительный меч. И это было кошмарно. У человека две руки, воин нападает двумя клинками, Света блокирует его удары своими клинками, меч против меча, кинжал против кинжала, все конечности заняты, и тут в дело вступает вооруженный режущей пластиной хвост!

Первую жертву Света, словно издеваясь, хлопнула этим хвостом по лбу. Второй подрезала паховые сухожилия, вызвав у всей мужской половины сочувственный вздох. Какое счастье, что я не связался с этим драконом! В этой промежуточной трансформации она была слишком подвижна и маневренна для схватки, а вот сила и неуязвимость у нее была драконья. Все тот же арбалетчик с дурманом попытался выстрелить и в Свету, но болт отскочил от бронированной драконьей чешуи и задел дерущегося рядом воина. Через пару минут воин осел на пол, и Света, выполняя боевой маневр, нечаянно наступила ему на голову. Череп хрустнул под весом дракона и раскололся. Княжна же брезгливо, словно кошка, тряхнула лапой и вновь закружилась в смертельном танце, ни на минуту не упуская из виду ни противников, ни Мортифора.

Очень быстро воины скумекали, что Света всячески не подпускает воинов к оборотню, постоянно кружа вокруг замершего тела, и стали нападать, стараясь зацепить распростертого оборотня. Это существенно затрудняло свободу Светиного перемещения, но отнюдь не уменьшало ее смертоносности. Даже меня за воздушными щитами пробирало волнами ее холодной ярости. И я в который раз за вечер поблагодарил судьбу, что мне не довелось столкнуться с этой «милашкой» на поле боя.

Арбалетчик за эти пару секунд успел куда-то смотаться и теперь потрясал большим арбалетом. Новый болт оказался в три раза крупнее предыдущего, но и он отскочил от бронированной шкуры, но теперь, попав в воина, раздробил ему челюсть. Главный эрг вжался в спинку трона. Возрастающие разрушения его раздражали, а княжна, словно чувствуя, как это бесит моего патрона, старалась вовсю. Горе-арбалетчик досадливо сплюнул и опять куда-то смылся.

Когда этот придурок прикатил очередную версию арбалета, заряженного гарпуном, я чуть не согнулся пополам от истеричного хохота. Ну надо же какой настойчивый! Новый снаряд врезался в стену над самой головой княжны. Целиться из массивного арбалета в постоянно скачущую княжну было очень сложно.

Света рыкнула и, выдернув хвостом болт-переросток, швырнула его обратно. Тот вонзился в спинку трона, пригвоздив к ней мантию эрга-патрона. Начальник гневно выругался и осторожно сполз вниз, пытаясь высвободиться. Лучник же принялся заново заряжать свой арбалет-пушку. Тогда Света не мудрствуя лукаво схватила ближайшего воина и швырнула в горе-стрелка. Арбалетчик, его оружие и запускаемый воин дружно свалились с тронного пьедестала, замерев на полу неряшливой кучей.

Эхрншт хлопнул в ладоши, и в зал стали прибывать мои коллеги. Еще никогда в жизни я не видел такого количества охотников на драконов. Мы индивидуалисты и не любим работать в паре. Да и для убиения одного ящера нужен один воин. А тут за Светиной головой выстроилось сразу тридцать штук. Самые осторожные попытались читать привораживающие дракона заклинания. Света их песнопения удостоила оттопыренным средним пальцем, смутив присутствующих второй раз за вечер. Охотники поперхнулись очередной руладой и недоуменно взглянули на дракона, который к этому времени уже должен был ползать на брюхе, а не презрительно хмыкать, посылая обидчиков далеко и надолго.

Ну-ну, гаврики, это вам не примитивный ящер, а настоящий боевой дракон, причем самая продвинутая версия из всех, что мне когда-либо доводилось видеть! Я с гордостью и каким-то мрачным удовлетворением наблюдал, как Света швырнула зазевавшегося солдата в кучу растерянных охотников. Словно в городки играет, разбойница! Воины приуныли. Мало того что Драко резала их как ягнят, так она еще их и вместо шаров для боулинга использовала.

Один из охотников попытался воздействовать на Свету магией и опять обломался. В какой-то момент я поймал себя на том, что мне приятно наблюдать растерянность коллег. Все-таки Мортифор прав, Света иная. И, глядя на то, как она задает перцу работодателям, мне становится приятно, что я не кидался сразу в бой, а пытался противостоять этому дракону и даже знал, что меня-то княжна опасалась. Наконец охотники на драконов пришли к какому-то решению и напали впятером, чередуя магию с фехтованием, одновременно с этим еще двое попытались добраться до Мортифора.

Правильно. В нашей работе главное — узнать слабости дракона. И у Светы она была. Каково же было всеобщее удивление, когда эта самая «слабость» поднялась на ноги и тяжелой походкой приблизилась к Свете, становясь с ней спина к спине. Похоже, организм Мортифора успел переварить универсальное снотворное и выработать против него антидот. Раны тоже немного затянулись, но по-прежнему выглядели пугающе. Оборотень вскинул руку и призвал свой полуторник, который, взлетев с пола, кинулся к хозяину, как щенок, и сам вложился в ладонь.

Такого поворота событий никто не ожидал, а я, глядя на Свету и Мортифора, впервые в жизни почувствовал себя человеком. Как бы мои друзья ни выглядели, как бы себя ни вели, они были в первую очередь нелюдями, со своими законами и инстинктами. И сейчас передо мной стояли две чудовищно злые твари, готовые сражаться друг за друга до последней капли крови. Не на жизнь, а на смерть. В какой-то момент мне стало очень жаль, что я не принадлежу к их миру, что никогда не смогу до конца понять их менталитет и поведение. В конце концов, я всего лишь человек, пусть и с толикой драконьей крови.

Бой продолжился с удвоенной силой. Теперь ни маги, ни охотники на драконов не церемонились, играя по-грязному. Вновь появились лучники, но уже с отравленными стрелами. Конечно, наличие воинов несколько мешало целиться и попадать, но главному эргу, похоже, было плевать на правила и людские жертвы. Он хотел достать дракона. Очухался горе-стрелок и вновь прикатил гигантскую версию арбалета. На этот раз удача отвернулась от Светы, и огромный гарпун вонзился в ногу княжне. Света взвыла и болезненно припала на лапу. В ту же секунду ее оттеснил за спину Мортифор, ощерив пасть и яростно зарычав. Пара дротиков впилась ему в загривок, но после первой дозы снотворного новый яд действовал не так стремительно, как хотелось бы охотникам. И еще пятеро остались лежать на полу.

Света также включилась в бой, но ее движения замедлились. Видно, ее организм еще не знаком со «Сном дракона». Плохо, очень плохо. Хотя радует, что транквилизатор действует на Свету не так быстро, как хотелось бы эргам. Вот покачнулся и припал на одно колено Мортифор. Похоже, ядовитые вещества брали не столько качеством, сколько количеством, потому что на загривке Мортифора болталось уже пять стрел. Иммунитет оборотня очень сильный, но, видно, львиную долю энергии организм направляет на выработку противоядия от различных веществ.

Охотники на драконов планомерно теснили пару в угол, но нелюди продолжали огрызаться и забирать чужие жизни. Но вот отступать им стало некуда, а в тесном углу довольно трудно взаимодействовать, не поранив друг друга. Все, конец. Похоже, Свету с Мортифором посетила та же мысль, потому что они переглянулись, соприкоснулись друг с другом боками в каком-то только им понятном жесте и, перехватив оружие поудобней, приготовились к последнему ожесточенному рывку. Я уже готов был закрыть глаза, чтобы не видеть гибели друзей, как потолок тронного зала обвалился под весом чего-то тяжелого и огромного.

В тронный зал ввалились два злющих-презлющих дракона. Я с удивлением смотрел на их вытянутые, ощеренные в яростном рыке пасти и гадал, кто из них кто. В том, что фиолетовый и огненно-красный драконы являются бастардами дома Драконов, я не сомневался. Уж очень у них были характерно наглые рожи. Изящные рогатые головы напоминали Светину ипостась. Похоже, страх за сестру и ярость на ее обидчиков способствовали завершению их взросления. Кажется, теперь будет весело.

— Огнем давай, — рыкнул красный дракон фиолетовому, и я впервые возрадовался, что нахожусь в воздушном кубе, потому что весь зал объяло пламенем.

Даже Эхрншт вскочил и, порвав мантию, шустро спрятался за трон. Маги и воины испуганно заметались, пытаясь спасти вспыхнувшую одежду, но та буквально моментально рассыпалась в труху. Забавно было смотреть на воинов, на которых уцелела лишь кольчуга. Битва без подштанников, похоже, их не особо вдохновляла. Сбивали агрессивный настрой и путающиеся под ногами маги, чьи горящие балахоны напоминали факелы.

— Ты что творишь?! — вдруг возмутился огненный дракон. — Почему сгорела только одежда, а не тела?! Какого ляда нам тут стриптиз?!

— Я еще не до конца разобрался, как эта штука работает, — буркнул фиолетовый дракон и обиженно добавил: — Если думаешь, что так легко, сам попробуй!

Красный идеолог попробовал выплюнуть пламя, но у него тоже получился какой-то щадящий режим.

— Ну тогда дави гадов! — выдал он очередную мрачную идейку. — Только лохматого не зацепи, а то перед Светой не оправдаемся!

Кажется, я догадываюсь, кто это. Таким вредным может быть только наследник княжны, Виктор Драко.

— Вот же ж поганец! — прошипел лучник, пытаясь увернуться от гигантских ступней.

— Полностью согласен, — гордо прошептал я, с умилением глядя на тщетные попытки утихомирить двух злобных ящеров. Стрелы отскакивали от новоприбывших драконов, как горох от стены. Вот никогда не думал, что когда-нибудь буду радоваться виду драконов! А все-таки красавцы! Кто-то из охотников попытался воздействовать на бастардов Драко магией, но те презрительно хмыкнули и оттопырили среднюю фалангу когтистой лапы. Похоже, посылать обидчиков по широко известному маршруту у них семейная традиция. Может, им такой герб себе сделать?

На драконов попытались накинуть огненную сеть, но Виктор ловко увернулся. У фиолетового было меньше места для маневра, и он жалобно взвизгнул, когда зачарованная огненная сеть коснулась чешуек. В тот же миг магия рассеялась, но он испуганно попятился назад, даже не заметив, как раздавил двух магов-боевиков.

— Куда пятишься, ушастый? — зло рыкнул красный. — А хвост тебе для красоты дан? Врежь им, паразитам! Вот так!

И красный резко замахнулся хвостом, буквально впечатав троих охотников в стену. «Ушастый» (хм, а уши-то у фиолетового дракона действительно длиннее, чем у Вика и Светы) последовал примеру брата, и боковая стена треснула. Мой патрон, не высовываясь из-за трона, приказал:

— Запустить универсальное уничтожающее заклятие!

— Но оно уничтожит все! — возразила одна из теней.

— А мне плевать! — рявкнул мой начальник. — Я хочу видеть драконов мертвыми, даже ценой жизни наших воинов!

— О! Хозяева уборку затеяли! — встрепенулся красный дракон. — Слышишь, Норри, пора и честь знать! Пошли. — С этими словами он осторожно взял в лапу потерявшую сознание Свету и обернулся к брату. — Лохматого прихвати, а то Света нам голову открутит, если мы его тут забудем.

— А с ним что делать? — кивнул на меня фиолетовый дракон — лорд Норри ванн Дерт.

— Посадочных мест нет, — хмыкнул Виктор, пытаясь взлететь. — Ёптр, кто скажет, как тут взлетать?!

— Я не знаю, — всхлипнул Норри, тоже пытаясь оторваться от пола. — К трансформации инструкции не прилагаются!

— Думай, ушастый, я жить хочу! — выдохнул Виктор из ноздрей клубы дыма.

— Попались! — ликующе подпрыгнул Эхрншт.

— На твоем месте я бы так не радовался, — огрызнулся красный и дохнул на эрга уже «правильным» огнем.

Тот отработанным движением юркнул за трон, спасая свою мантию, и уже оттуда выкрикнул приказ начинать.

Уцелевшие маги-боевики встали в кольцо и стали монотонно читать заклинание. Вик с Норри попытались взлететь, но как назло у них ничего не получилось. В раздражении драконы хлестнули хвостами по магам, вынудив их отпрыгнуть в сторону и тем самым нарушить строй. Но существенных неприятностей произносимому заклинанию их действия не причинили.

— Как же Света летает? — вопросил красный ящер и потряс бесчувственную княжну, но та даже не пошевелилась. Видно, сказывался попавший в организм яд. Мортифор тоже не проявлял никаких признаков жизни. — Ну вот и где эти мудрые советы, когда они так нужны?!

— Хлопай крыльями и взлетай. — Тихий голос раздался как гром среди ясного неба.

— Что? — хмыкнул красный дракон, наклоняясь к телу девушки.

— Хлопай крыльями и взлетай! — тверже произнесла Света, открыв глаза.

— Не получается! — расстроенно рыкнул Вик, махая крыльями.

— А можно, я ему помогу? — вдруг поднял голову Мортифор.

— Как?! — удивились драконы.

— А вот так! — хмыкнул оборотень и цапнул лежащий неподалеку огненно-красный кончик хвоста.

— Что ж ты творишь, скотина?! — взревел Вик, возмущенно махая крыльями.

— Помогает тебе лететь, — хихикнула Света. — Ты, главное, прежний темп махания поддерживай — и помчали уже отсюда, пока маги свое заклинание не дочитали.

Маги действительно дочитывали буквально последние слова. Еще чуть-чуть — и нам всем, кроме бестелесных сущностей, будут кранты. Вик почти вылетел из тронного зала, встревоженный Норри попытался следовать за ним, но у него ничего не получалось. Мортифор помог и ему.

— Действительно варварский метод! — хмыкнул Норри, подлетая к разлому, в котором виднелся краешек синего неба.

— Стоять! — закричал Эхрншт. — Остановите их! Прервите это заклинание! Создайте воздушную стену! Улетают же, гады!

Маги послушно смолкли и протараторили другое заклинание. Виктор тут же врезался в воздушную стену.

— Ах ты, скотина! — ринулся он обратно на эрга, плюясь огнем направо и налево. — Я тебе сейчас покажу кузькину мать! Я только летать научился!

В который раз за вечер патрон опасливо нырнул за каменный трон и уже оттуда отдал приказ возобновить уничтожающее заклятие.

Красный дракон довольно хмыкнул, но, теряя в маневре высоту, не смог выровняться и врезался в мраморный пол.

— Если б ты еще пируэтам выучился, цены б тебе не было! — буркнула Света, потирая ушибленную спину, и хотела что-то добавить, но не успела, так как на них свалился не справившийся с управлением фиолетовый дракон, вспахав мордой мраморные плиты.

— Ты бы жрал поменьше! — возмутился придавленный красный дракон.

— Кто бы говорил! — парировал Норри.

— Ты лохматого не придавил? — озабоченно уточнил наместник княжны Драко.

— Здесь он, — хмыкнул фиолетовый, — пока дышит.

— Чтоб я еще раз летал вашими авиалиниями… — простонали откуда-то снизу. — Никакой от вас пользы, только жрете, как слоны!

— Не ссорьтесь, мальчики, у нас есть проблемы важнее, — кивнула Света на магов.

Маги, вспомнив, для чего они собрались, устало вздохнули и монотонно забубнили предыдущее заклятие. Драконы вместе со Светой поднялись на ноги и приготовились к очередной атаке, но вдруг двери тронного зала практически сорвались с петель, и в центр уже порядком разгромленного зала строевым маршем вошел вампирский отряд элитных воинов-убийц во главе с Нох-рам-Лукушем.

Охрана эргов обреченно взглянула на полных сил, отдохнувших вампиров. На концах их каждой косички вместо хрустальных бусин-капелек красовалось по заточенному кинжалу. Как эта раса умудряется воевать, используя длинные волосы и при этом не поранив себя, загадка, но факт остается фактом.

Эхрншт тихо выругался и поднял вверх руку, призывая к молчанию. Драконы удивленно переглянулись и обернулись к вошедшим.

— Почему меня беспокоят столь неподобающим образом? — гневно рыкнул он.

— Я правитель вампиров, лорд Нох-рам-Лукуш, — выступил вперед смуглый правитель вампиров. За его плечом наследник ударил кулаком в грудь. — Пришел выступить в защиту княжны по закону крови.

— Мы вассалы госпожи Драко, — шагнула вперед четверка стоящих поодаль вампиров. — И мы явились, чтобы защищать нашу госпожу до последней капли крови. Для нас не было большего счастья, чем служить нашей госпоже и с гордостью носить ее герб.

— Ну что ж, — вздохнул Эхрншт. — Значит, вы умрете вместе с ними! — И дал магам отмашку читать заклинание.

Те послушно начали сначала, вот только вампиры оживились и стали целенаправленно вырубать магов. Воины кинулись защищать магов, и заварушка приобрела второе дыхание. Драконы попытались помогать вампирам, но быстро плюнули на это занятие, видя, что больше мешают своим спасителям, и принялись болеть, скандируя различные речевки. Где-то на середине универсального уничтожающего заклинания двери в тронный зал вновь распахнулись, и на арену выступили стройные ряды суккубов.

Мужчины с горестным вздохом взглянули на соблазнительных полуголых женщин-амазонок. Каждый их отряд был поделен на десятки, которые возглавляли женские особи с маленькими перепончатыми крылышками на спине и хвостиками со стальной ромбовидной кисточкой. Жрицы Смерти. Эти малютки питаются не только вожделением, но и энергией смерти. Собственно, это единственные твари, которых не может сразу убить универсальное уничтожающее заклятие.

Маги, читающие заклинание, глядя на обольстительных красоток, сбились с ритма. Кто-то даже слова забыл. Стоящие вдоль строя суккубов инкубы понимающе ухмыльнулись. Драка прекратилась, и все с интересом уставились на новоприбывших.

Эхрншт угрожающе надвинул на себя капюшон и замогильным голосом произнес:

— По какому праву вы нас беспокоите?!

Хм! Как будто тут вечеринка, а не подлое убийство драконов происходит.

Вперед вышел красивый мужчина с шоколадными, как у княжны, глазами, и коричнево-медной шевелюрой. Чем-то он мне Свету напоминает. «Или Света его?» — осенила меня догадка, и в тот же миг мужчина ее подтвердил.

— Я, правитель суккубов, лорд Арк'ментр'морк, — певуче произнес он, играя интонациями своего голоса, — также явился защищать мою праправнучку согласно правилам древней крови.

Рыжеволосый юноша за его спиной, по-видимому наследник, сжал меч и решительно тряхнул головой, также подтверждая свое право. Не понял, а это еще кто? Он каким боком к княжне примазался? Надо Морту все рассказать, как очнется. Почему-то теперь, глядя на новоприбывшие войска, я стал склоняться к тому, что, может быть, мы и выживем.

— Вы знаете, что, выступая в ее защиту, сами становитесь под удар, вплоть до полного уничтожения? — вздохнул Эхрншт.

— Да, — кивнул главный инкуб. — Да восторжествует справедливость!

— Убить всех! — коротко отрезал эрг, но прямо в этот момент в тронный зал промаршировали объединенные войска эльфов и оборотней.

Что-то стало тесновато! С прибытием двухметровых богатырей мои коллеги окончательно сникли. Сегодня нас и так поубавилось прилично. Пройдет не одна сотня лет, прежде чем мы восстановим свое количество. Многострадальные двери тронного зала оглушительно обвалились.

— А вам-то что надо? — устало поинтересовался Эхрншт.

— Я, король эльфийского народа, лорд Лерри ванн Дерт, — сделал шаг вперед ушастый правитель, — пришел, чтобы выступить в защиту княжны и моего друга.

— Я, лорд Карнификус Канис Дирус Лупус Интерфекториус, — выступил вперед отец Мортифора, — явился забрать моего сына.

— Вы не можете его забрать, договор вступил в силу, — заметил эрг.

— Тогда мы будем сражаться! — кивнул Карнификус. Все-таки он может быть хорошим парнем, когда речь касается его сына.

Тут вдали за спинами воинов я заметил топчущихся сарков. Обратив на носатых личностей внимание, Эхрншт истерично осведомился:

— Вы тоже по правилам древней крови?

— Нет, — обрадовали его сарки. — Мы так, за компанию пришли.

Наши старые добрые знакомые! Куда ж без них? Полагаю, если мы умрем, они лишатся большой суммы денег. Ушлые дилеры времени зря не теряли и тут же взяли Эхрншта и его свиту в оборот.

— Итак, господа, чем вам не угодили эти милые добродушные создания? — указали они на драконов.

Правитель эргов устало потер виски и сухо уточнил:

— Что это за балаган?

— Это не балаган, — спокойно пожал плечами король вампиров. — Мы хотим препятствовать вашему самоуправству.

— Драконы не такие кровожадные и агрессивные, как вы хотите их показать, — выступил вперед Арк'ментр'морк. — Вы напрасно на них клевещете. Если бы дело обстояло так, как вы утверждаете, никого бы из нас здесь не было. Мы утверждаем, что драконы являются неотъемлемой частью нашего мира, так же как снег, дождь, град, ураган.

— Более того, — взял слово Лерри ванн Дерт, — как представитель расы, неразрывно связанной с природой, я утверждаю, что драконы — неотъемлемая часть биогеоценоза Геи. Их уничтожение покачнет равновесие всего мира!

— Вы уничтожаете очень редкий и ценный вид, — замахали руками сарки. — Нельзя же так наплевательски относиться к представителям необыкновенной фауны уникальных экосистем.

— Вот-вот! — оживился красный дракон. — За наш отстрел полагается большой штраф!

— И уголовная ответственность! — добавил фиолетовый дракон, чем поверг всех находящихся в зале существ в глубочайший шок. Откуда эльфенок таких слов нахватался?

— Штраф можно выдать и нам, — оживился пухленький сарк, бывший у них казначеем.

— Не так быстро, Астормах, — фыркнул Вик. — Деньги и нам понадобятся.

Сарк угрюмо покосился на оранжевого дракона, пробормотав под нос какое-то ругательство про драконью жадность, но взял себя в руки и спокойно предложил:

— Пятьдесят на пятьдесят?

— За какие это заслуги? — фыркнул оранжевый ящер, забывая о том, что в данный момент решается его судьба. — Это я дракон, а не ты! Это моя жизнь сейчас под дулом пистолета!

— Так мы вам эти деньги стрясти поможем, — ухмыльнулся Астормах. — Петицию напишем. У нас есть связи в некоторых кругах. А там, глядишь, — если они выплатят штраф за вашу голову, значит, признают уникальность, а это уже гарант вашей безопасности!

— Идет, — кивнул красный дракон и аккуратно протянул лапу для скрепления сделки.

Сарк ударил его ладонью по когтю, и сделку посчитали заключенной. В этот момент мой работодатель возмущенно кашлянул, привлекая к себе внимание.

— Вы зря развели тут споры, демагогию и сделки, — спокойно произнес Эхрншт. — В соответствии с нашими правилами и законами, вы ничего не можете сделать для защиты драконов. Разве что сами погибнете, защищая их право на жизнь, поэтому советую вам всем собраться и таким же строем, как пришли, убраться.

— На твоем месте я бы не был в этом так уверен, — внезапно раздался глубокий раскатистый голос.

Все в изумлении задрали головы в направлении источника звука и обомлели. Прямо над нашими головами клубилось облако жемчужно-белой энергии с эбонитово-черными вкраплениями. Линии постоянно сменяли друг друга, время от времени сливаясь в перламутровую серую массу. Великий Эквилибриум. Создатель всего ныне существующего. Тот, кто создал миры, эргов и демиургов, а затем отошел от творческих дел, поддерживая равновесие. Он держит в руках ниточки триллиардов жизней. Если мир — театр, то он в нем директор. Добро и зло, порядок и хаос, любовь и ненависть в одном флаконе. Великий судья всего сущего. Что он здесь забыл?

Словно в ответ на мой вопрос, Эквилибриум спустился чуть ниже к Эхрншту и произнес:

— Жалобу за отстрел редких видов флоры и фауны уже написали и подали Ведущие маги Геи. Я рассмотрел их просьбу со всеми аргументами и приказываю тебе, Эхрншт, оставить княжну Светлану Драко и ее род в покое.

— Но, мой лорд, это же кровожадный и хищный дракон! — возмутился шеф.

— И тем не менее в защиту этого дракона выступили почти все расы Геи. Кроме Ведущих магов мира мне прислали петиции и жалобы на твой произвол оборотни, эльфы, вампиры, суккубы, все грамотные и обладающие магией вассалы Драко, сарки и даже урки с орками написали письмо в защиту драконов! Стиль у них, правда, хромает и язык весьма своеобразный, но суть очень даже ясна, хоть там даже пробелы выглядят матерно.

— Этого не может быть! — отчаянно замахал руками эрг. — Драконы — злые, беспринципные твари!

— Но это не помешало им рисковать собственной жизнью, спасая друг друга. — От облака отделился белесый жгут и указал на красного и фиолетового драконов. — Я вижу перед собой существ, способных на огромное, всепоглощающее чувство. Они могли бросить сестру и жить в свое удовольствие, но каждый постарался защитить своего близкого. И потом, будь драконы такими отвратительными, разве все эти расы стали бы на их сторону?

— Но вы посмотрите, что они наделали! — возмутился эрг, указывая на разгромленный зал и валяющиеся повсюду трупы.

— Они защищали то, что им дороже всего на свете, — спокойно парировал голос.

— Но я тоже защищаю свое самое дорогое! — вскричал эрг.

— Довольно, Эхрншт, — устало произнес Эквилибриум. — Я объявляю Драко неприкосновенным редким видом, а Гею — официальным заповедником, нарушение границ которого и охота на его территории карается смертной казнью.

— Но!..

— Не перечь мне, Эхрншт, — предупредил Эквилибриум. — Ты знаешь, я не терплю неповиновения, а Гея теперь под моей личной протекцией. И на твоем месте я сказал бы спасибо, потому что в данный момент сюда направляется армия драконов во главе с князем Александром Драко. Столь масштабное сопротивление трудно вынести даже таким бестелесным сущностям, как мы с тобой.

— Я понял, мой господин, — понурился эрг. — Спасибо, мой господин.

— Не за что. — В голосе Великого Равновесия послышались насмешливые нотки. — А теперь все домой.

Нелюди оживились и стали бодренько делиться на квадраты для успешной аппарации. Слаженности вампиров, суккубов, эльфов и оборотней можно было только позавидовать. Никогда не думал, что нелюди так легко и быстро находят общий язык! Оборотни направились было к бесчувственному Мортифору, но их остановил оскалившийся красный дракон. Второй лорд дома Драконов осторожно подхватил зятя и прижал к груди. Фиолетовый дракон вновь бережно поднял с пола Свету. Драконы уже хотели уходить, когда Виктор внезапно обернулся и прихватил в лапу меня. Похоже, он даже не заметил, как одним простым жестом разрушил сильнейшие и сложнейшие заклятия, удерживающие меня на месте.

— Зачем он тебе? — опешил фиолетовый дракон, направляясь к открытому королями нелюдей межмировому порталу.

— В хозяйстве пригодится, — смешно сморщил нос красный дракон. — Не оставлять же этого отступника вместе с его бывшими работодателями. Пусть подлечится и решит, стоит ли продолжать карьеру у эргов.

— Ну-ну, — настороженно покосился на меня фиолетовый дракон. — Охотник на драконов — всегда охотник на драконов.

— Посмотрим, — хмыкнул Виктор, выпуская из ноздрей дым, и в следующую секунду я оказался на огромной зеленой поляне рядом с Мортифором, Светой и драконами. Никого другого рядом не было. Очевидно, братья-драконы открыли свой личный портал.

Ящеры аккуратно сгрузили свою ношу на землю возле ручейка.

— Мортифору плохо, — тихо произнес Норри, возвращаясь в человеческую форму.

Глядя на друга, видоизменился и Виктор. Похоже, обратная трансформация протекает легко, когда драконы чувствуют себя в безопасности. Почему нас никто не учил этому в школе?

Я обернулся в сторону оборотня. Мортифор лежал на земле, и с каждой каплей крови из него медленно вытекала жизнь. Организм уже не был способен поддерживать промежуточную трансформацию, и тело друга стало человеческим. Рана на груди поражала размером. Кровь из нее выливалась мелкими толчками, и по их затуханию можно было догадаться, как замедляется биение сердца.

— Боюсь, мы его уже потеряли, — тихо произнес Норри.

— Ну нет! — фыркнул Вик, подходя к зятю. — Так легко он от нас не избавится! Я не для того его полдня на своем горбу таскал, чтобы он мне тут ласты склеил! Что я Свете скажу?! Просыпайся, скотина! — Лорд Венатор отвесил пару хлестких пощечин оборотню, но тот не среагировал. Тогда Вик отцепил от пояса нож и стал закатывать рукав.

— Что ты делаешь? — встревожился Норри.

— Света рассказывала мне, как лечить.

— Но у тебя не хватит сил! Даже я не могу ничего поделать!

— Твое дело — поддерживать на стабильном уровне Свету. Вы же обменялись кровью, и у вас должна быть связь. А я разберусь с нашим блохастым гадом.

— Вик, опомнись! Ты только что трансформировался в дракона, воевал в боевой ипостаси, а теперь собираешься лечить собственной кровью! Твой организм не выдержит перегрузки!

— Но Света же смогла!

— Но она глава дома Драконов!

— А я второй лорд дома Драконов! И вообще, не мешай!

— Ты отдаешь себе отчет, что навеки окажешься связанным с Мортифором, что станешь от него зависимым?

— Не мели чушь! Ничто не способно подчинить гордую волю дракона. А связаны мы с ним и так, через Свету. — Виктор сделал продольный надрез вены и расположил руку так, чтобы его кровь капала в рану Мортифора.

Я впервые в жизни наблюдал исцеление человека драконом так близко. Обычно ящеры очень щепетильно относятся к собственным секретам и уязвимости. За все время моей работы мне в лучшем случае давали ампулу с кровью, но никогда не вскрывали при мне вену. Все-таки у драконов это очень секретный процесс, во время которого они крайне уязвимы. Словно по волшебству, края раны Мортифора стали затягиваться. Текшая недавно кровь поспешно впитывалась обратно. Если бы Мортифор не был оборотнем, я бы подумал, что он вампир. Видно, кровь дракона запускает все скрытые резервы в организме. Помню чувство эйфории, что охватывало меня, когда я вкалывал в свои вены кровь дракона. Ничто не сравнится с этим пьянящим ощущением силы и дикой свободы. Тогда я чувствовал себя всемогущим. И, наверное, так и было. Не знаю. Мортифор тем временем не подавал никаких признаков жизни, разве что царапины, раны и синяки на всем теле практически исчезли или все еще рассасывались.

— Ну же, кобелина, — тряхнул Виктор за грудки зятя. — Не заставляй меня расстраивать Свету. Живи, мать твою за ногу! Слышишь?!

Но Мортифор продолжал неподвижно лежать на земле. Иногда наступает момент, когда даже кровь дракона не помогает. Душа отлетает слишком далеко от тела. В таких случаях за ней может направиться оборотень. Только они могут беспрепятственно гулять по миру мертвых. Правда, расплачиваться приходится годами собственной жизни. Драконы этого делать не умеют. Виктор еще раз тряхнул Мортифора и вновь располосовал на своей руке почти затянувшуюся рану. Иногда бывает слишком мало крови дракона. Она запускает основные механизмы, но ее не хватает для поддержания регенерации на должном уровне. И тогда получается просто красивый, без единой царапинки труп. Похоже, Виктор почувствовал этот момент чисто интуитивно и решил добавить концентрацию собственной крови в оборотне. Как я уже заметил, семейка Драко вообще отличается удивительной интуицией.

— Вик, тебе нельзя давать больше крови, — попытался остановить его Норри. — Ты можешь погибнуть сам! Все уже бесполезно. Смирись.

— Норри, — укоризненно прошептал Виктор, укладываясь рядом со своим пациентом. Силы стремительно покидали и его. — Это не упрямство. Я не могу оставить Мортифора умирать, зная, что не сделал все, что мог. Пусть у нас с ним не всегда были хорошие отношения, но эта скотина делает Свету счастливой, и я просто не смогу смотреть ей в глаза, если эта падаль откинет лапы.

— Еще и твоя смерть не добавит Свете радости, — жестко отрезал Норри, отдергивая руку Вика от Мортифора и накладывая на кисть исцеляющее заклинание. — Я тоже переживаю за него, но мне будет еще тяжелее говорить Свете, что вслед за мужем я не смог уберечь и тебя!

Я с тяжелым сердцем наблюдал за смертью друга. К сожалению, я не мог ничего поделать. У меня не было ни магии дракона, ни способности к целительству, только умение фехтовать мечом. Но кому оно нужно, если я не могу спасти друга?! И глядя, как Вик отчаянно борется за жизнь Мортифора, я начинал невольно проникаться к нему уважением. Он не любил Мортифора, но сейчас делал все возможное, пусть и ценою собственной жизни, только для того, чтобы порадовать близкого человека. А ведь мог спокойно подождать, пока Мортифор окочурится и, беспомощно разведя руками, сообщить Свете, что ничего не смог сделать. Был у меня один друг, он именно так и поступил со своей сестрой. Ему не нравился ее выбор. А на то, что он чувства сестры уничтожил, ему было наплевать. Этот же дракон поступал в ущерб собственным интересам.

— Норри, я выживу, помоги мне только достать с того света этого гада. Я чувствую, он еще недалеко ушел. Не дай ему помереть так легко!

— И что ты от меня хочешь? — раздраженно отозвался Норри, щупая пульс на шее у Мортифора. — Призвать его душу?

— А пусть бы и так! Мне уже доводилось терять близких, и за свою жизнь я понял, что иногда проще за кого-то умереть, чем жить. В смерти нет боли, там тишина и покой.

— А Света? — всхлипнул эльф. — И ты, и Мортифор… насколько ей будет легче? А? А я? Я ведь не ненавижу его! Мне он тоже дорог, просто я не привык показывать свои чувства к нему! На протяжении всей моей жизни он был сильным, смелым, мудрым, а теперь он нуждается в моей помощи, а я ничего не могу поделать! Я не разорвусь между ним и Светой. Я могу вытянуть только одного! И я не могу позволить умереть еще и тебе! Света мне этого не простит!

— Знаешь, с возрастом мы перестаем верить в чудо. Мы видим проблему и сразу представляем себе худший вариант. Будто нам проще сразу поставить крест, чем пытаться что-то сделать. И чем недосягаемее кажется цель, тем проще нам от нее отречься. А надо, как дети, верить в чудо до последнего и ждать благоприятного исхода. Отпусти меня, Норри, и, пожалуйста, давай поверим в чудо.

Вик медленно высвободил руки из захвата Норри и вновь сделал надрез на своей вене. Из раны вытекла небольшая струйка крови, собираясь в небольшую лужицу на груди Мортифора. А в следующий момент я чуть язык не проглотил! Кровь Виктора превратилась в маленького дракончика. Сонно оглядевшись по сторонам, маленький ящер чихнул, встопорщил крылышки и заинтересованно обернулся к лорду Венатору. Я с замиранием сердца следил за происходящим. Это какое-то противоречие законам физики! Никогда в жизни я не видел, чтобы кровь приобретала форму живого существа и вела себя своевольно. Те образцы крови, с которыми мне доводилось работать, по виду ничем не отличались от человеческих. Вик же сделал аккуратный надрез на груди Мортифора и прошептал:

— Делай что хочешь, но помоги ему выжить.

И о чудо! Кровавый дракончик кивнул, отдав честь крылом, и деловито полез в надрез. При этом он так крутил хвостом, ввинчиваясь в рану, что я чуть воздухом не подавился от смеха. Наконец весь дракончик исчез в ране. Пару минут ничего не происходило, Норри с Виком печально опустили головы. Вдруг Мортифор содрогнулся и распахнул глаза.

— Что это?! — испуганно прошептал оборотень. — В жилах словно все чешется.

— А-а-а! — обрадованно протянул Вик. — Это тебе мой дракончик перцу задает! Думал, так легко от нас уйти? Не дождешься! Мы теперь с тобой на всю жизнь повязаны!

— С возвращением в наш мир! — торжественно провозгласил Норри.

— Спасибо. Как Света?

— Стабильно, — успокоил его Вик. — Лежи и не рыпайся. Норри не приводит ее в сознание, чтобы регенерация завершила свое дело без осложняющих факторов. Боль сестренке ни к чему.

— Это да. — Оборотень устало прикрыл веки.

— Эй! — встрепенулся Норри. — Не спать! Не смей! Ты сейчас околеешь, если закроешь глаза! Мы не для того тут тебя собственной кровью реанимировали.

— Ладно-ладно, — пробормотал Мортифор и повернулся в мою сторону.

Вик с Норри обернулись следом за ним и, кажется, только сейчас заметили еще и меня.

— А с ним что делать будем? — буркнул Норри.

Вик подался вперед, так что наши лица оказались примерно на одном уровне, и посмотрел мне в глаза. По моей спине пробежал холодок. Внешность Виктора сильно изменилась, в ней появилось нечто опасное, хищное. Да и все мое нутро впервые за годы практики волновалось и нервничало. Я ощутил себя человеком, столкнувшимся нос к носу с рептилией, которая вроде и не нападает, но в любой момент может отхватить тебе нос. В Норри тоже сквозила смертоносная грация, но несколько в меньшей степени. Виктор продолжал меня обнюхивать. Кажется, мой страх ему нравится. Попал. Нет ничего хуже хищника, почуявшего твое смятение. Как ни странно, но только сейчас, столкнувшись с Виком и Норри, я понял всю опасность Светы.

В отличие от брата, она никогда не выглядела дикой тварью. И это самое страшное. Ты просто не ожидаешь удара, не можешь предугадать степень угрозы. Миленькая, веселая девушка-человек. И только немногие догадываются, какая сила кроется под обманчиво уязвимой оболочкой.

Когда-то дедушка мне рассказывал, что на одной планете самое жуткое плотоядное существо, на протяжении тысячи лет занимающее вершину пищевой цепочки, выглядело маленькой хорошенькой зверюшкой. Теперь, переосмысливая вышеупомянутое на примере Светы и Вика, я начинаю понимать открывшуюся мне истину.

— Что буйну голову повесил, солдат? — хмыкнул Вик, пристально глядя на меня.

— А что, у меня есть повод радоваться? — фыркнул я.

— Конечно, — лучезарно улыбнулся визави. — Ты же еще жив!

— Надолго ли?

— Будь оптимистом, — подмигнул мне Виктор и протянул флягу. — Думаю, пора готовить ужин. Давай ты, как самый бодрый из нас всех, об этом позаботишься.

— Да не вопрос, — пожал я плечами, вставая. — Особые пожелания есть?

— Конечно! Мясо! — хором отозвались драконы.

Обрадованный тем, что моя смертная казнь откладывается, я направился собирать хворост. Надо сегодня приготовить что-нибудь вкусное. Глядишь, драконам понравится, и они меня себе оставят. Возвращаться к работодателям ужасно не хотелось. Последние события заставили меня всерьез пересмотреть свою точку зрения на драконов. Если ты начал жалеть либо смотреть на предмет твоей охоты как на равного себе, то работать уже не можешь. И я понял, что моя карьера закончилась. Но ничего. Когда закрывается одна дверь, открывается другая. В конце концов, по какой-то там психологической статистике каждые восемь лет человек должен менять свое место работы. А я уже и так задержался на прежнем месте. Имею я право подать в отставку? Имею!

Часть четвертая

ВСЕ ЗА ОДНОГО

1

В зависимости от интонации одно матерное слово автомеханика может означать до пятидесяти различных деталей и приспособлений.

Народная мудрость

Балаур Светлана Александровна, урожденная княжна Драко, правящая глава дома Драконов

Второй раз я проснулась в более спокойной обстановке. Пошевелила пальцами ног и рук. Нормально, тело почти зажило. Открыв глаза, я огляделась. С одной стороны спал Мортифор, с другой — мирно дремали братья. Райдер хлопотал у костра. Заметив мое пробуждение, он оказался рядом со мной:

— Выспалась?

— Не знаю, — призналась я. — Не могу определить, что не так.

— В смысле? — не понял охотник на драконов.

Я прислушалась к себе. Вроде мы избежали опасности, но на душе отчего-то было гадко. Да, мы вместе. Да, мы спаслись, но оброненная эргом фраза «Я тоже спасаю самое дорогое!» оставила неприятный осадок. Словно мы по головам прошли. Да, на войне часто бывает или ты их, или они тебя, но мне почему-то все равно было грустно и противно.

Решение созрело мгновенно. Почему бы не помочь бедняге? И плевать, что эрг с приспешниками угрожали моей жизни и жизни моих близких, плевать, что травили и обижали, мне все равно захотелось помочь и этому несчастному. Другие ящеры, наверное, так не поступят, но я, видно, уродилась бракованным драконом. Скажем так, в семье не без урода. Итак, в нашем мире он потерял самое ценное. Ответ уже вертелся в голове, но на всякий случай я решила провести соцопрос и проверить свои догадки.

— Рай, — обратилась я к охотнику, — он сказал, что спасает самое дорогое. Как ты думаешь, что бы это могло быть?

— Не знаю, — пожал плечами тот.

— А для тебя что?

— Долг, — не задумываясь, ответил убийца драконов. — Мы рискуем, исполняя свой долг.

— Вик? — обернулась я к лежавшему рядом кузену. — Что для тебя самое ценное в жизни?

— Жизнь, — без колебаний ответил он. — Для любого существа самое важное сама жизнь.

Норри утвердительно кивнул.

— А ради чего вы рискнули бы ею?

— Страна, — незамедлительно ответил наследник эльфийского престола. — Правитель должен мыслить глобально и в первую очередь заботиться о благополучии своего народа, исполнять возложенные на него обязанности, а уж потом все остальное.

— Все это хорошо, но не подходит для эрга. Его жизни ничто не угрожало, на страну мы не претендовали. И долгов, полагаю, у него тоже нет.

Витька задумался.

— А если любовь? — предположил тем временем Мортифор. — Я бы рискнул жизнью ради жены и своих детей.

Я обернулась к оборотню и поняла одну простую истину: никому его не отдам и никогда не отпущу. В общем, попал, лохматый. Мой! А за свое я загрызу!

Забавно, что для этого надо было повисеть между жизнью и смертью. И почему-то от осознания этого на душе стало так легко и чудесно, что захотелось расцеловать весь мир. И в тот самый миг я окончательно призналась самой себе, что на бой с эргами меня толкнуло не только стремление спасти братьев и сохранить род, но и любовь к одному большому лохматому оборотню.

— Ну наконец-то осознала, — хмыкнул Вик, хитро улыбаясь, и тихо шепнул мне на ухо: — Я бы тоже рискнул ради любви. Только не говори никому — засмеют.

Я задумалась. Может быть, на что-то эрга толкала любовь? Ведь могут же они чувствовать гнев, значит, могут и любить.

— Интересно, а дети у них могут быть?

— Могут, — кивнул Райдер. — Правда, я не знаю, есть ли они у патрона.

— А если в архивах покопаться? — предложил Вик.

— Это должны быть очень древние архивы.

— У дяди есть, — пожал плечами Норри. — Еще в твоем замке должны быть. У суккубов есть.

— Предлагаю аппарировать в наш замок, — предложила я, — и пустить клич. Попросим родственников помочь в поисках. Нам нужна вся информация об эргах и конкретно о шефе Райдера. Как, кстати, его имя?

— Эхрншт.

— Ну? — обернулась я к Норри. — Кто строит портал?

— Нет сил! — устало отрезал эльфенок. — И вообще, где мы?

— Не знаю, вы меня бессознательной притащили.

— Я жрать хочу! — проскулил Вик. — Быка бы сейчас слопал!

— Тебе нельзя голодать, — встревожился Мортифор. — Трансформация отнимает много сил, особенно первая.

— Мрак! — вздохнул Норри. — Где же нам еду достать?

— А может, маячок пустим, чтобы нас нашли? — предложила я.

— Угу, и кто нас найдет? — хмыкнул Вик. — Враги?

— Мы сейчас вроде официально занесены в реестр ценных и охраняемых видов.

— Браконьеров еще никто не отменял, — заметил Райдер.

— Да, но если с нами что-нибудь случится, виноват будет эрг. А Эхрншту это невыгодно.

Тут вдалеке послышался гул и лязг.

— Что это? — насторожился Райдер.

Меня терзали смутные сомнения, что где-то я уже слышала эти звуки. Но где?

— Не знаю, — отозвался Норри. — Но почему-то мне кажется, что это мчится по нашу душу.

— Валим? — простодушно предложил Райдер.

— А ты не так безнадежен, охотник! — хохотнул Вик. — Схватываешь на лету!

Но мы не успели ничего предпринять — на поляну выехала кавалькада Призрачных Гончих. Так вот почему звук знакомым показался. Увидев нас, кони взвыли дурным голосом и встали на дыбы. Рыцари дружно натянули поводья и направили животин в нашу сторону.

— Милорд! — пробасил предводитель отряда. — Наконец-то мы вас нашли, милорд!

— Э-э-э, — растерянно протянул Вик. — Я теперь вроде как дракон.

— И что? — спокойно парировал рыцарь. — Вы отреклись от рода Венатор?

— Нет.

— Ну тогда все нормально. — Рыцарь поднял забрало своего шлема.

Как ни странно, в этот раз у него оказалось вполне человеческое лицо. Открытое и довольно простодушное.

— Мы уже привыкли к небольшой крови дракона в господах, — улыбнулся рыцарь. — Подумаешь, теперь ее чуть больше. Садитесь, мы вас отвезем в замок.

— В мой? — встрепенулась я.

— Можно и в ваш, — согласился предводитель Призрачных Гончих. — Но замок лорда Венатора ближе. Да и давно он не бывал в собственном имении.

— Я сейчас не в состоянии наводить порядок в доме, — пробурчал под нос Вик.

— Вик, — обернулась я к брату. — Мне нравится идея с замком, отдохнем и библиотеку осмотрим. А там портал к нашему построим. Из ритуального зала все что угодно можно сделать.

— Ну поехали, — обреченно согласился Вик.

Призрачные Гончие подхватили по одному из нас, посадили перед собой и сорвались в галоп. Мне, к слову, достался магистр. Вик ехал по правую руку от магистра ордена вместе с командором.

Замок лордов Венатор был построен в готическом стиле и располагался на отвесной скале. Немного жесткие и оттого кажущиеся хищными линии архитектуры. Постройка, казалось, вросла в камень. Карнизы под окнами небольшие, из чего можно сделать вывод, что предки Вика были более предусмотрительными, чем прочие расы. Мортифор, похоже, вспомнил нашу первую встречу и понимающе хмыкнул.

Несмотря на мое относительно давнее знакомство со второй родиной, в замке Вика я еще ни разу не была. Кузен бывал здесь лишь проездом и чаще свое имущество видел на картинках. Все хозяйственные вопросы решались через магистра Призрачных Гончих.

В замковом дворе было пустынно. Обычно, когда хозяин приезжал впервые в сезон или с супругой, во двор выходили встречать все слуги.

— А где все? — спросила я у магистра.

— В смысле? — обернулся ко мне рыцарь. После того как он узнал, что я сестра Вика, его отношение ко мне изменилось. Он больше не пытался меня убить и вообще относился на удивление терпимо.

— Где все слуги? — повторила я вопрос.

— А их нет, — громыхнул доспехами рыцарь. — Мы тут уже тридцать лет живем одни. Правда, пять лет назад здесь паразиты завелись.

— Какие паразиты? — встрепенулся Вик. — Почему я о них не знаю?

— Ну, нам, полутелесным, они не особо надоедают, — замялся магистр ордена. — Даже иногда с ними веселее.

Я задумалась. Паразиты, которые не шибко портят жизнь пять лет, не такие уж и паразиты. Как-нибудь и мы их переживем. А у лордов Венатор может оказаться хорошая библиотека. Вполне возможно, что у них, ярых врагов дракона, информации об эргах гораздо больше. Впрочем, сейчас меня интересовала пригодность замка для жизни.

— Замок функционирует нормально, — словно прочитав мои мысли, ответил рыцарь. — Водопровод, кухня, отопление и прочие функции выполняет наложенная на замок магия. Мы обновили все необходимые заклинания около пяти лет назад, когда стали появляться паразиты.

— Отлично! Значит, мы сможем принять ванну, поесть и связаться с Артуром Семину, Нох-рам-Лукушем, Лерри, Арк'ментр'морком, сарками и другими расами.

— Будет сделано, госпожа, — поклонился рыцарь.

Я немного зависла. Одно дело — терпимое отношение, и другое — повиновение.

— Как я могу быть вам госпожой?

— Вы сестра господина, следовательно, вторая ветвь власти.

— Чудесно! — подал голос Райдер. — Только Драко смогли сделать так, чтобы Призрачные Гончие, призванные охотиться за драконами, оказались у них в услужении.

— Ты что-то имеешь против? — ухмыльнулся Вик.

— Что вы! Просто восхищаюсь! — пробормотал тот.

Магистр пошел организовывать связь с родичами, а мы отправились по комнатам. Мне отвели довольно просторные и светлые покои. В центре стояла большая двуспальная кровать, слева ванная комната, справа комната, смежная с покоями Мортифора. Я умылась и попробовала магией очистить одежду. Вдруг за моей спиной что-то промелькнуло. В зеркале я успела увидеть край шифоновой ткани. Хм, это еще что такое? Кажется, я тут не одна.

Я отправилась навестить братьев. В комнате Вика никого не было. В соседней обнаружился встревоженный Норри, сидящий на подоконнике.

— Ты что-нибудь чувствуешь? — спросил он.

— А ты? — ответила я вопросом на вопрос.

— Присутствие чье-то. Причем кто-то очень голоден.

Я вышла в коридор и огляделась. По-прежнему никого рядом не наблюдалось. Вдруг за закрытыми дверями раздался звук падения и чертыханье Норри.

— Что случилось? — влетела я в комнату.

— Я понял, что за паразиты тут живут. Это суккубы.

— Но они же разумная раса!

— Дикий отряд амазонок. Они не признают власти твоего предка.

— Но почему рыцари назвали их паразитами?

— А мало ли причин? — пожал плечами Норри. — Они живут в чужом замке, они питаются энергией других существ. Кстати, ты не видела Вика?

— Ему может угрожать опасность? — испугалась я.

— Ему вряд ли, — хмыкнул Норри. — Он сам кого угодно провампирит, с его-то наследственностью. А вот Мортифора мы едва откачали.

— Вот паразиты! — рыкнула я и помчалась в комнату мужа.

— Кстати, Свет! — крикнул мне вслед Норри. — Не в обиду будь сказано, но у тебя чего-то рога растут!

«Еще бы не росли! — хмыкнуло левое полушарие. — Муж в такой компании! Там даже покойник согрешит!»

— Вот тогда он точно труп! — рыкнула я наполовину трансформировавшимся горлом. А вот теперь я точно зла! Точнее, в конкретном бешенстве!

Встретившиеся на пути рыцари в ужасе шарахались в стороны, уступая дорогу. Ох, зря эти демоны здесь паразитничать стали! Я их обратно в леса выдворю!

Я закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на оборотне. Ага! Вот он! В уме возникла карта замка, на которой местонахождение Морти определялось розоватым маячком. Прикольно! Так, значит! Налево, направо… А вот эта дверь мне и нужна. Я подергала ручку. Закрыта. Ну кто бы сомневался!

Недолго думая я ударила по ней ногой. Бешенство прибавило мне драконьих сил, и массивный кусок дуба вылетел вместе с косяком. Когда улеглись тучи пыли, я увидела семь красавиц, встревоженно уставившихся на меня.

Морти, устроившийся на верхней части столбика кровати (как и я когда-то), облегченно вздохнул и помахал мне рукой. Абзац! Одно дело я, полтора метра в прыжке, и совсем другое — двухметровый, двухсоткилограммовый оборотень на насесте. Как он туда попал? Без магии явно не обошлось!

Демоницы, не узрев угрозы в моем лице, поморщились и вернулись к прежним занятиям.

— Проходи мимо, девочка, не задерживайся, — пробормотала самая разодетая из них. Наверное, предводительница. С нее я, похоже, и начну убийство!

Тем временем главная продолжала усугублять ситуацию, взявшись за столбик кровати и принявшись его трясти.

— Слезай, красавчик, мы тебя не обидим!

Я зарычала и принялась распределять порядок убийств. Ну все, блондинка, мало тебе не покажется! И ты, рыжая, зря облизываешься! А тебе, брюнетка, я голову откручу.

Мои острые когти оцарапали стену. Самая юная и ближе всех стоящая ко мне прелестница обернулась и побледнела.

— Госпожа Анна, — прошелестела она, — кажется, у нас проблема! Эта девочка — дракон.

— Да брось, — поморщилась главенствующая блондинка, — драконы прекрасны, а это неоперившийся ребенок, сплошное недоразумение. Ты еще настоящих драконов не видела. Вот я…

«Вот ты их сейчас и увидишь!» — хмыкнуло левое полушарие.

— Позвольте не согласиться, госпожа, — мотнула головой девушка, — вы плохо ее рассмотрели.

Она окинула меня оценивающим взглядом, особое внимание уделив перстню на руке, и обернулась к Морти. Тот демонстративно помахал девушке окольцованной ручкой.

— Ой! — вскрикнула девушка. — Миледи, она все-таки дракон! И кажется, у нас появилось два отягчающих обстоятельства! Первое — она женщина, второе — мы покусились на ее мужа!

Вот теперь они все обратили на меня внимание. Я не стала их разочаровывать и понимающе оскалилась.

— Ёптр турен имбарр! — оценила ситуацию их предводительница.

— Хуже! — прошипела я. — Вам полный капут!

— А-а-а! — сориентировались женщины и кинулись к окну.

Видно, в гневе я страшна, раз дамы не побоялись сигануть с четвертого этажа. Я рванула за ними. С визгом они пронеслись по мощеному двору и скрылись за углом деревянного сооружения, около которого магистр Призрачных Гончих чистил коня. Я просчитала, что красотки выпрыгнут с противоположного конца, и бросилась им наперерез.

— Стойте! — заорал мне вслед магистр. — Не убивайте их! Они наши! Ручные! Они больше так не будут!

— Конечно, не будут, — кивнула я. — Потому что не переживут этого дня.

— Приношу свои извинения! — прокричала главная паразитка, первой убегая от меня.

— Ну нет! Ты же драконов видела, знаешь, что сейчас последует!

— Помилуйте! — вмешалась самая младшая. — Мы не знали, что оборотень ваш. Нам тут просто скучно стало! Рыцари давно не появлялись. Да и полутелесные они! Нам так на один зуб.

— Свет! — преградил мне дорогу неизвестно откуда взявшийся Вик. За его спиной нервно стриг ушами Норри. — Не трогай их. Они раскаялись.

Демоницы, получившие защитника в лице моего двоюродного брата, интенсивно закивали:

— Мы не будем! Не трогайте нас. Мы даже за замком станем смотреть! Мы вам обед приготовим!

— Свет, — заглянул в глаза мне Вик. — Ну пожалей рыцарей. Если ты девушек убьешь, что им, полутелесным, останется? Последнюю отраду уничтожишь!

Глядя на суккубов, я понимала, почему у Призрачных Гончих не поднялась рука вытравить таких «паразитов». Подозреваю, что рыцари все заклинания обновили именно для них. Но вот интересно, как они сосуществуют!

— Мне тоже интересно, — признался Вик.

Магистр ордена смущенно покраснел и признался:

— Некоторое время в году мы можем быть телесными. Ну а все остальное время даже посмотреть приятно. Они танцевать любят, с раздеванием.

— Все ясно, — хмыкнул Вик и, обернувшись к демоницам, сообщил: — Вассальную клятву дайте мне, бесстыдницы, пока Света вам головы не посносила!

«Паразитки» быстро сориентировались. Я вздохнула и направилась к Мортифору. Злость отступила, и снова о себе напомнил голод.

Остаток дня прошел на удивление спокойно. Суккубы быстро организовали нам обед и теперь не беспокоили, играя с рыцарями в карты. Мы восьмой час безвылазно штурмовали книги в библиотеке Венаторов. Все-таки Витькины предки специализировались на убийстве драконов и, вполне возможно, могут многое рассказать о «пьющих душу». Эх, жаль, Артур ничего конкретного пока не нашел.

Я потянулась. Хорошо, что Венаторы любили комфорт и постелили на полу мягкий ковер, законопатили стены, расставили всюду кресла и кушетки, отчего помещение было уютным и теплым. И все же усталость давала о себе знать.

Я отправилась на кухню. Там обнаружились современные продукты. Интересно, это рыцари для Вика постарались или опять же для своих «паразитов»? Сварила для всех кофе с корицей, прихватила на подносе сахар, сливки, печенье, бутерброды с колбасой и вернулась обратно.

Братья обрадовались ароматному напитку, как манне небесной. Особенно их воодушевила перспектива чего-нибудь пожевать. Видно, сказывались последствия трансформации. Я и сама, освоив ее, стала реальным троглодитом.

— А это тебе, — поставила я перед изумленным Райдером кружку.

Братья переглянулись и криво усмехнулись.

— Спорим на десять баксов? — протянул Норри руку.

— Пятнадцать, — кивнул Вик.

Райдер напряженно замер.

— Пятьдесят баксов, что там ничего нет, — внезапно подал голос Мортифор.

Вик с Норри обернулись к нему, затем вопросительно посмотрели на меня.

— На вашем месте я бы подняла ставку, — картинно потупив глазки и демонстративно шаркая ножкой, отозвалась я.

— Семьдесят пять? — робко предложил Витька.

— Продешевишь, — хмыкнула я.

— Сто! — махнул рукой Норри.

— Идет, — подхватил ставку Мортифор.

Все обернулись к замершему с протянутой рукой Райдеру.

— Что? — с вызовом буркнул он.

— Пей! — хором отозвались мои спутники.

— Не бойся, — решила я обнадежить несчастного. — Я ничего тебе такого не добавляла.

— А если и добавила, то яд будет вкусным! — с невинной улыбкой успокоил эльфенок.

— Давай быстрей, — подначил Райдера Вик. — Мне хочется выиграть свои деньги.

— Не бойся, — внес свою лепту Мортифор. — Если что, я за тебя отомщу!

— Морт, — вкрадчиво произнес Райдер, — полагаю, тебе неприятно будет это услышать, но должен отметить, что повадками ты всегда был похож на драконов, а теперь особенно.

— Это он к тому, — ухмыльнулся Вик, — что ты такой же бесстыжий гад, как и мы!

— Когда будем отращивать крылья? — деловито поинтересовался Норри.

— Что поделаешь, — вздохнул Мортифор, обращаясь к брату. — С кем поведешься, от того и наберешься.

Мы рассмеялись, но Райдер продолжал серьезно на нас смотреть.

— Что случилось? — нервно передернула я плечами.

— Я только что понял одну интересную истину, — улыбнулся Райдер. — У нас есть легенда, что каждый дракон несет в себе ту или иную суть от первосозданного, то есть либо Свет, либо Тьму. На Гее, похоже, существует своеобразное равновесие, потому что вы трое удивительно сбалансированы. В тебе, княжна, преобладает свет в той же степени, в которой у твоего наследника превалирует тьма. Вы как две половинки друг друга и одновременно полное зеркальное отражение. Как две ладони. А у эльфа свет и тьма ровно пополам!

— Значит, есть возможность быть потомком Сумрака? — спросила я, заинтересовавшись его теорией.

— Скорее всего, вы все трое и есть его потомки, — ответил Мортифор. — Потому что только от Тьмы или только от Света такого равновесия не получишь. Там всегда перекос, только если они не спариваются друг с другом.

— Нам сейчас это как-нибудь поможет? — поинтересовалась я.

— Вряд ли, — поморщились Морти и охотник.

— Тогда за дело, — кивнула я на книги. И сама вернулась к штудированию фолианта «Живые и неживые существа вокруг нас». Увы, ничего путного мне не попалось, и, захлопнув книгу, я спросила:

— Рай, а у эргов и демиургов точно бывают дети?

— Да, — ответил охотник. — Они их очень берегут, ни в чем не ограничивают, даже разрешают играть судьбами людей в мирах.

— А у нашей главной парочки?

— Я не знаю, но вполне возможно.

— Раз они размножаются, то почему мир не трещит по швам?

— Вселенная тоже не стоит на месте, — заметил Мортифор. — Каждую минуту создается новый мир. И в каждый новый мир уходит пара эрга и демиурга.

И тут меня озарило. Если в каждом мире по взрослому эргу и демиургу, а с мирами могут играть дети, то сущности, скорее всего, уходят в иные миры, когда у них появляются внуки. А когда дети играют — мало никому не покажется. Я представила, что бы было, если бы нам с Виком в детстве дали в распоряжение мир… М-да, жди катастроф!

— Райдер, а когда Гея перешла в распоряжение Эхрншта?

— Я не знаю, — пожал плечами охотник на драконов.

И тут я вспомнила о катаклизмах, которые ознаменовали начало правления Дорваны. Потом все прекратилось, но стали нападать эрги. Может, здесь потерялись маленькие дети? Если учесть, что время жизни эрга в земной оболочке ограничено, то понятно, почему Эхрншт спешил с захватом. И ясно, почему через сто пятьдесят лет они прекратят попытки. Пропадет смысл кого-то спасать.

— Ребята, нам надо не про сущности информацию искать, а внимательно изучить климатические прогнозы и что-то необычное!

Я изложила свою теорию об играх маленьких сущностей. Нужно выяснить, что было необычного или невероятного. Звездопад, ураганы, разломы. Когда началось, сколько длилось. Может, это даст нам зацепку, что искать.

— Понял, — улыбнулся Вик и потянулся к толстенной «Хроники былых лет».

Мы разбрелись по библиотеке в поисках чего-нибудь подходящего. Даже Райдер выбрал себе книгу и пристроился рядом со мной. Насколько я поняла, путь назад ему на ближайшие сто лет закрыт. Для эргов он, не убив и укрывая дракона, стал фактически предателем. Его бы казнили следом за мной и Морти, если бы Эквилибриум за нас не заступился. Теперь, когда я под охраной закона, Райдер чист. И эрги не могут ничего ему инкриминировать, но никто не отменял наемных убийц и магов. Месть — блюдо, которое подают холодным. Вот и получается, что бедный Райдер к нам привязан. Надо будет найти ему дом.

— Народ, слушайте, — потряс книгой Вик. — Около ста семидесяти лет назад вождю джапов захотелось завоевать мир.

— Что-то мне это напоминает, — покосился Норри на Мортифора.

— Дальше больше! — понимающе кивнул Вик. — Вождь решил захватить реликвию — доспехи Ррау.

— Кто такой Ррау? — спросила я.

— Местный божок племени зуров, — поморщился Мортифор. — За войну отвечает.

— Его точно не существует? — насторожились мы, разглядывая изображение оскаленной деревянной статуэтки. Фигурка была настолько страшной, что невольно возникал вопрос: это мастер подкачал или божок настолько внешностью не вышел?

— Точно, — заверил оборотень. — Функции божка выполняет твой сосед, дядя Вася. Однажды он к ним в таком состоянии явился, что этот идол краше выглядел. Кстати, «Ррау» на языке зуров означает «увидишь — обделаешься!».

— А так красиво звучит, — вздохнул Вик. — Впрочем, мне теперь стало понятно, почему дядя Вася особо надоедливых типов называет «зурами позорными». Видно, совсем его достало местное племя, раз он такую славу снискал!

— А что там с джапами? — вклинился Норри.

— Ах да, — вернулся к повествованию Вик. — Для того чтобы добраться до реликвии, джапам надо было завоевать больше половины человеческого континента, а также пересечь Клыкастый материк.

— Это наш, что ли? — удивилась я. — И что? Нашлись камикадзе?

— Ага, — усмехнулся кузен. — Правда, потом они решили, что им дешевле будет обогнуть наш материк по океану, чем через твои земли ломиться. Да и обход через земли народа Тван кон Су их не вдохновлял.

— И я догадываюсь почему, — хмыкнула я.

Народец Тван кон Су — страшные твари с отвратительным характером. Даже мы, драконы, душки по сравнению с ними. Внешность их сложно описать, да и описывать не захочется, потому что если приглядеться хорошо и запомнить, то они потом в кошмарах будут сниться.

Я взяла лежащую рядом карту мира и стала карандашом наносить на ней маршруты и места.

— Где хранятся эти ценные доспехи?

— Вот тут. — Вик указал на океан, который орки называют Большая вода, и обвел центральный остров архипелага. Когда-то на этом месте находился шестой материк. Но землетрясения и магические войны разрушили его, превратив в группу островов. — Здесь, по легенде, сохранился храм древних богов, а именно нашего загадочного Ррау. Джапы верят, что на алтаре стоит каменное изваяние бога, одетое в волшебные доспехи.

— Многовато для захвата. А копье у них не треснуло? — удивилась я, глядя на карту мира.

Для захвата доспехов джапам надо было преодолеть огромное расстояние. На Гее пять материков: Темный, Проклятый, Клыкастый, Человеческий и Полярный. Первые два являются аномальными зонами, там постоянно сбоит магия и страшный радиоактивный фон. К счастью, они отделены океанами и стоят обособленно.

На Клыкастом материке сосредоточены территории нелюдей. Человеческими тут являются только Арлетта, да бывшие территории Каракурта и Михея эль Туцира. Полярный материк редко заселен. Зато Человеческий материк по размерам превосходит нашу земную Евразию. Наверное, если бы не это обстоятельство, люди бы поперлись и на нелюдей. Впрочем, время от времени им и так отказывает инстинкт самосохранения. Территория джапов находится на востоке, на краю материка. Чтобы добраться до доспехов, воинам нужно было преодолеть более тридцати тысяч километров.

— Но до доспехов они, похоже, не добрались, — тихо заметил Райдер.

— Почему ты так решил? — удивился Норри.

— А вы видите где-нибудь поблизости джапов? Мир им не принадлежит.

— Ты прав, — согласился Вик. — Джапы шли очень удачно. Они захватили Эльдорадо, зуров, Сирию, Фесалию, Гамби, Арлетту, княжество Туцир. Поговаривали, что им благоволили боги. Но около ста шестидесяти лет назад начался звездный цикл Дракона, и на Гею пришел новый дракон. И удача изменила воинам.

— Кто это был? — внезапно поинтересовался Райдер.

— Дорвана, — ответил Норри, заглядывая в книгу из-за плеча Вика.

— А потом мир стали сотрясать катаклизмы, — тихо проговорил Райдер.

— Откуда ты знаешь? — обернулся к охотнику мой кузен.

— Догадался, — съязвил тот.

— А вот меня больше карта интересует, — прервал наши дебаты Мортифор и кивком указал на карту. — Смотрите, вам она настольную детскую игру не напоминает?

— Ага, — согласился Вик. — Вначале играла одна детка, и джапам «благоволили боги», а потом подключилась вторая…

— И вызвала дракона, — закончил Райдер.

— Что? — удивились мы.

— У эргов и демиургов есть такое выражение «разыграть карту Дракона». Здесь же очень поэтично получилось: наступление цикла Дракона совпало с его пришествием. Как будто все подстроили. Кроме того, голову могу дать на отсечение, что джапам перестало везти.

— Перестало, — кивнул Вик, — но мир готов был схлестнуться в смертном бою. А потом вдруг прошел метеоритный дождь — и все прекратилось.

— Совсем? — удивилась я.

— Ага, — кивнул Вик.

Норри заинтересованно покосился в его книгу и заметил:

— Но здесь сказано, что через год на Гею обрушились еще большие катастрофы, и создания, пьющие душу, попытались прорваться в наш мир.

— Ага! Вот оно! Возможно, маленький эрг попал сюда с метеоритным дождем!

— Например, в космическом шаттле! — загорелись глаза у Норри.

— Фу, Норри, откуда у эльфа такие нездоровые фантазии? — поморщилась я. — Скажу маме, чтобы запретила тебе смотреть телевизор!

— Но это действительно могло быть что-то вроде шаттла, — заступился за эльфа Мортифор. — Какая-то ячейка, не позволяющая маленькому эргу погибнуть в этом мире без энергии.

— А что там еще сказано?

— Что дракон впервые в жизни пригодился, — вздохнул Вик. — Дорвана выгнала захватчиков и посмертно опечатала Гею щитом. Но интересно, что около двадцати пяти лет назад Гею опять сотрясли войны и катаклизмы.

— Родители пришли? — поинтересовался Норри.

— Да, но беда началась еще до них. Словно детки опять играли.

— Но деток уже не было! Эрг находился на Гее!

— Может, еще одна? — предположил Морти. — Рай, у эргов и демиургов бывает двое детей?

— Редко, но бывает. Проблема в том, что до совершеннолетия они связаны. Умрет один ребенок — погибнет и второй. Потому эрги не стремятся заводить более одного отпрыска.

— Вот почему эрги хотят захватить этот мир. Если погибнет один, Эхрншт лишится всех.

Мы взглянули на карту с нанесенными метками и маршрутами. Еще цифры пририсовать, и получится классический фэнтезийный квест. [0] Вот только где искать капсулу? Жаль тут красным крестиком не отмечено! [0]

— Может, там сказано, куда упал метеорит?

— Где-то в районе замка «Сердце Дракона».

— А замок где? — поинтересовался Райдер.

— После того как он ушел под землю, найти его крайне проблематично, — заметил Норри. — На поиски загадочной твердыни отправлялись сотни искателей приключений разных рас и возрастов, но никто не смог ее обнаружить. Лишь блуждали по местным чащобам и болотам.

— То-то фауна тогда процветала! — заметил Вик. — С такой регулярной подкормкой!

— Говорят, дракон может почувствовать свое родовое гнездо даже под землей, — заметил Мортифор. — Свет, ты что-нибудь ощущаешь?

Я прислушалась к себе. Ничего. Я попробовала про себя загадать, где находится утерянный замок. И опять ничего, только в животе заурчало. Жаль. Впрочем, неплохо было бы знать наверняка, что маленький эрг связан с замком, чтобы не тратить времени на поиски.

— Там точно так сказано?

— Ну суди сама, — протянул мне книгу Вик. — В деревне в районе замка «Сердце Дракона» видели падение звезды и всполохи синего пламени вдалеке.

— А воронка от падения и пепелище?

— Жители говорят, что он, к счастью, упал в лес, на болото. На следующий день охотники ходили проверить территорию, но сильных повреждений не обнаружили, лишь поваленные и поломанные в верхушке деревья и увеличение болота. Если учесть отсутствие кратера и синий цвет пламени, то он, похоже, упал в болото.

— Значит, нам теперь надо найти нужное болото, что в принципе равносильно поиску иголки в стоге сена.

— Вначале, полагаю, наш исчезнувший под землей замок. Он может служить ориентиром. Еще бы хорошо местных жителей подключить.

— Если они там еще живут, — мрачно заметил Райдер. — У вас, похоже, болота — опасная для жизни территория.

— Да, — усмехнулся Вик. — У них всегда была плохая карма.

— А все потому, что на севере, не по фэн-шуй расположены, — вклинился Норри.

— Нет, тебе определенно вредно смотреть телевизор! — шарахнулся в сторону Вик.

— Я пошел искать книгу с описанием нашего имущества, — поднялся с пола Норри.

— И как ты собираешься это делать? — хмыкнул Райдер.

Норри молча указал в сторону стеллажа, где стояла книга, на корешке которой большими буквами было написано: «Гады. Что с ними делать». Забавно, если она окажется сборником рецептов по приготовлению змей. Хотя не думаю, что Венаторы были гурманами.

В книге помимо оскорблений в наш адрес действительно приводилась подробная перепись моего имущества с детальным описанием и сетованиями на неподкупность слуг.

— О! Света, смотри! — встрепенулся Вик. — Кажется, это про наш замок говорится! «Нет места более поганого, чем замок, расположенный в лесу, около болот. Живут там самые разные твари, любящие полакомиться человеческим мясом». Ты смотри, а болота никогда курортом не были! Видно, это судьба у них такая, исторически сложившаяся. Тут еще говорится, что «драконам нравилось гостить в замке „Сердце Дракона“.»

— А как нам туда добраться? — оживился Морти.

— Советуют проехать около тридцати километров на северо-запад, а потом взять чуть левее. К сожалению, все через болота.

— И чего твои предки лучше места не выбрали?! — возмутился Райдер.

— Это же пограничный замок! — встала я на защиту рациональности пращуров. — Опора наших земель.

— Уверен, теперь, когда он под землей, на него особенно приятно уповать, — хмыкнул Райдер.

— Давайте лучше с планом разберемся! — сказала я. — Мы находим место, где стоял замок. А дальше что?

— Понадеемся на твое чутье, — улыбнулся Вик. — Вдруг ты его почувствуешь.

— А потом?

— А потом будем обследовать болото.

— Ужасный план! — «одобрила» я. — Никакой организации!

— Зато он у нас есть, — оптимистично заметил Вик.

— А вдруг нам повезет? — обворожительно улыбнулся Мортифор.

— Жуть какая! — сплюнул Райдер. — У кого-нибудь есть план лучше?

Мы все молчали, не зная, что предложить. Поиск маленького эрга вносил немалый хаос в нашу жизнь. Перед нами атлас Геи, но никаких ориентиров, зацепок или еще чего-нибудь в этом духе. Только наши домыслы и догадки. О том, что в нашем мире потерялся маленький эрг, не догадывались даже наши родители, иначе бы давно устранили «спорный угол».

На следующий день мы выехали ближе к обеду. К этому времени нас успели найти метаморфы и пегасы Норри. Как хорошо, когда у животных чутье на местонахождение хозяина!

Райдер ворчал, что нас на ночь глядя в болота потянуло. А нам не впервой ночевать на свежем воздухе. Услышав о наших намерениях, Призрачные Гончие так обрадовались, что даже снарядили отряд для того, чтобы проводить своих «дорогих» хозяев до границы земель.

Вик ужасно гордился подданными. А по-моему, рыцари просто на всякий случай хотели скорее нас выпихнуть за дверь, чтобы мы не передумали и не тронули их горячо любимых «паразитов».

2

Если бы эти старые стены могли говорить, какими бы они были занудами!

Роберт Бенчли

Два часа путешествие протекало на удивление спокойно. Никто за нами не гнался, никто не приставал. Вот и территория земель Венатор закончилась, а вокруг все та же тишь да гладь. Даже не верилось, что мы ехали по знаменитым драконьим болотам с отвратительной флорой и фауной. Впрочем, может, живность почувствовала в нас опасность и решила не связываться. А может, причиной были ехавшие рядом рыцари. Магистр поведал, что лорд Венатор неоднократно пытался проникнуть в наш замок. Рыцари провожали его туда и примерно через неделю забирали обратно. Месяц лечили, а потом все повторялось вновь. Так что дорога к «Сердцу Дракона» была настолько утоптанной, что даже теперь, спустя сорок лет, не заросла травой. Они б ее сразу замостили! Для удобства!

— Долго еще? — хмуро поинтересовался Райдер.

— Нет, уже скоро, — ответил магистр. — Вон там за поворотом будет территория замка. Мы, к сожалению, дальше с вами ехать не можем. Однажды один из праправнуков Венаторов, лорд Игнатус, решил нарушить традицию и напасть не в одиночку, а осадить замок Драко вместе с нами. Тогда правящий Дракон, Корвин Драко, так осерчал, что проклял эти земли. И теперь мы не можем подойти к замку ближе чем на тысячу метров.

— Даже теперь, когда он ушел под землю? — удивился Вик.

— Похоже на то, — кивнул магистр. — Потому что я чувствую преграду. Мне все труднее и труднее ехать вперед. А скоро я не смогу сдвинуться с места. Все как всегда.

— Значит, у нас есть шанс! — оживился Мортифор. — Заклятие было привязано к замку. Раз оно еще работает, значит, замок до сих пор цел.

— Да, — хмыкнул Вик. — Он просто под землей! Очаровательно!

— Уже что-то, — попытался успокоить его Норри. — Осталось только подумать, как его извлечь оттуда.

Все с надеждой посмотрели на меня.

— Что? — нервно фыркнула я. — Я не знаю, как его достать!

— А давайте хотя бы до места доберемся, — предложил Мортифор. — Радует одно: если магистр не может ехать дальше, то замок где-то в радиусе тысячи метров плюс-минус сколько-то там.

— А может, воспользуемся магистром и прочими рыцарями в качестве металлоискателя? — предложила я.

— Не надо нами никак пользоваться! — встрепенулся магистр Призрачных Гончих. — Замок раньше был на поляне. Сомневаюсь, что он умеет ползать под землей. Вот если вы его там не найдете, тогда пожалуйста.

— Какие нынче нервные рыцари пошли, — хмыкнул под нос Райдер.

— Они, наверное, домой, к паразитам торопятся, — понимающе протянул Вик. — А тут мы со своим замком и перспективой суточных раскопок.

Рыцари потупились, но опровергать Витькины слова не стали. Видимо, подданные похожи на своих хозяев.

Попрощавшись с рыцарями, мы направились дальше по дорожке и через пять минут оказались на просторной поляне, в центре которой возвышался холм с абсолютно плоской вершиной. В какой-то момент у меня возникло гнетущее и пугающее чувство. Норри с Виком настороженно заозирались. Мортифор инстинктивно приподнял верхнюю губу, словно зверь, собирающийся зарычать. Райдер предостерегающе вскинул руку.

— Вы слышите? — тихо спросил он.

— Что? — настороженно обернулся Вик.

— В том-то и дело, что ничего! — заметил охотник на драконов.

И я поняла, что меня испугало. Повисшая вокруг гробовая тишина. Еще минуту назад в лесу пели птицы, шумели деревья, бегали по веткам белки, бурно выясняли где-то отношения сороки, но стоило нам ступить на поляну, как все звуки словно топором обрубило.

Беззвучно колыхалась на ветру трава. Меня это место пугало и завораживало одновременно. Оно что-то напоминало. Ощущение тревоги усилилось, пульс участился и застучал в висках.

— Йяк ша-лин ин-шаасса! — вдруг раздался тихий шепот у меня в голове. И тут же со всех уголков поляны ему стали вторить мужские и женские голоса: — Йяк ша-лин ин-шаасса! Йяк ша-лин ин-шаасса, малышка! Ну же, девочка! Повтори: «Йяк ша-лин ин-шаасса!» Ты же помнишь эти слова? Ты же все помнишь? Йяк ша-лин ин-шаасса!

Сердце теперь уже безудержно колотилось. Где-то глубоко-глубоко внутри стало очень-очень страшно. От странных голосов и их призыва у меня мурашки побежали по коже, и я почувствовала, как волоски стали дыбом. Мне здесь было плохо. Тревожно и как-то тоскливо.

— Вик, Норри, — тихо позвала я. — Вы что-нибудь слышите?

— Нет, — мотнул головой Витька. — Здесь очень тихо и как-то печально.

— Тебе здесь плохо? — встревожился Норри. — Тошнит? Голова кружится?

Мортифор придержал коня и поравнялся со мной, бросив в мою сторону обеспокоенный взгляд. Муж был готов в случае чего подхватить меня и сбежать. Я прислушалась к себе. Нет, физически со мной все было в порядке, вот только душа трепетала в теле, как пойманная птица. И было так жутко, аж мороз по коже.

— Йяк ша-лин ин-шаасса! — вновь раздалось в моей голове.

Где-то я уже слышала этот шипящий и одновременно свистящий язык. Каким-то седьмым, непонятным мне чувством я понимала значение слов: «Приди ко мне!»

— Люди, вы голоса не слышите?

— Какие? — встрепенулся Мортифор.

— Тихие, они шепчут мне одну и ту же фразу, умоляют повторить.

— Йяк ша-лин ин-шаасса! — словно в подтверждение моих слов зазвучал в голове мужской шепот. — Ну же, малышка, только не говори мне, что забыла этот язык! Твое горло в силах правильно произнести эти звуки! Будь хорошей девочкой, повторяй за мной: йяк ша-лин ин-шаасса!

Мортифор перегнулся через седло и взял меня за руку, отчего голоса отступили на второй план. Появившийся ниоткуда ветер взметнул в воздух горсть сухой листвы и швырнул его в лицо оборотню, совершенно не потревожив меня.

— Не отвлекай, малышку! — прошипел все тот же мужской голос.

— Ты его слышишь? — обернулась я к мужу.

— Кого? — удивился тот.

— Мужской голос. Он просит тебя не отвлекать меня от чего-то важного.

— Тебе неспокойно? — спросил Мортифор, щупая пульс на моем запястье. Обычно там его не услышать, но сейчас я ощущала его глухими сильными ударами. — Страшно, и на душе так противно, что хочется выть?

— Что это? — обернулся Норри. — Незнакомая магия?

— Нет, — покачал головой супруг. — Здесь неопасно, я это чувствую. Может, так Света реагирует на разыгравшуюся здесь когда-то трагедию? На этой поляне стоял ее родовой замок Драко. Здесь окраина их вотчин. Если в центре княжества располагается вычурный и готический замок «Когти Дракона», то здесь находилась крепость-твердыня. Гигантская, неприступная. Тысячи лет представители Светиного рода находили кров и защиту на этом месте. Это был их оплот, их гордость, их спасение. К сожалению, именно здесь и убили Дорвану. В этом лесу напали и на Лорриэля. От стрелы засевшего в засаде лучника погибла его жена Лия. Тогда лорд Драко прихватил ребенка и отступил. Лес спас его, а нападавшие все до одного погибли.

— Как это случилось? — спросил Вик.

— Не знаю, — пожал плечами оборотень. — Сведений не сохранилось. Сам понимаешь, мертвые молчат.

— Может, это место проклято? — встрепенулся Норри. — Есть такие отсроченные проклятия…

— Вам здесь ничто не должно грозить, — перебил его Мортифор. — Это же ваша территория. Если здесь и есть что-то, то оно направлено на вашу защиту.

— Почему же Свете плохо? — возразил Норри.

— Я где-то читал, что у драконов есть память поколений. На этом месте произошла трагедия, и какая-то часть Светиной души вспомнила это.

— А не много ли ты читаешь о драконах? — ревниво покосился на Морти Райдер.

— Если ты еще не заметил, я женат на одном из них! — парировал Мортифор. — А еще у меня шурины-гады!

— Я бы попросил! — вскинулся Вик.

— Это констатация факта, — спокойно пожал плечами Мортифор.

— Ну смотри, лохматый!

— Так как мне быть? — спросила я. — Сделать то, что они просят?

— Я не чувствую опасности, — твердо кивнул Мортифор. — В любом случае, прежде чем что-то делать, спроси их.

— А лохматый не дурак! — восторженно прошептали голоса. — Нам нравится!

— Не отдам! — мрачно буркнула я.

— А мы и не просили, — хмыкнули голоса. — Мы не враги, чтобы забирать его у тебя. Такой умный, симпатичный, породистый мальчик! Молодец, малышка!

— Кто вы?

— Предки твои.

— Почему вы проявились здесь и сейчас?

— Повтори слова — узнаешь!

— Не нравится мне это.

— А с кем ты разговариваешь? — спросил Вик, напряженно оглядываясь.

— С нашими предками.

— Тогда не к добру это! — буркнул Витька. — Я наших предков знаю. От драконов одни неприятности!

— А ничего, что ты сам дракон? — хмыкнул Райдер.

— Потому и знаю, что от нас одни неприятности, — пояснил Вик.

Норри остановил коня.

— Свет, а может, имеет смысл выполнить их просьбу? — предложил он.

— Мертвые редко когда лгут, — добавил Мортифор.

— Зато много темнят, — фыркнул Вик.

— А что им еще остается? — парировал оборотень. — В вечности скучно. Одно развлечение — живых донимать.

— Ну что ж, будь по-вашему! — Я выехала вперед, остановившись перед приплюснутым холмом, и, почему-то вскинув руку, хрипло произнесла: — Йяк ша-лин ин-шаасса!

Связки дрогнули, преобразуясь под верное произношение слов, отчего собственный голос прозвучал низко и властно. И тут меня осенило! Это язык драконов! Древний и мертвый! Когда-то на нем говорил весь мир, а теперь его можно найти только в книгах.

— Йяк ша-лин ин-шаасса! — уже уверенно и твердо повторила я.

Почва под ногами затряслась, и на вершине холма из-под земли стал вылезать замок! Огромные черные башни, словно клыки огромного зверя, протыкали небо, гладкие стены в лучах заходящего солнца отливали темно-серым перламутром. Он уже высунулся метров на двадцать пять, и все продолжал расти. Постройка была массивной, в романском стиле. Сразу видно, что он был создан для обороны и военных целей.

— Гематитовая твердыня Драко! — восторженно прошептал Мортифор. — Господа, позвольте вам представить вашу гордость и опору — «Сердце Дракона»!

— Не робкого десятка сердечко! — оценил строение Райдер.

— Красивое! — вздохнул Норри. — Завораживает!

— Кажется, нам после поиска нужного болота не придется ночевать в лесу! — улыбнулся Вик.

— А может, сначала исследуем замок? — предложила я. — Вдруг Лорриэль или кто-нибудь из его подданных смогли достать капсулу с эргом, не зная, что это такое, и спрятали в замке? А мы будем по болоту вхолостую шляться? Кроме того, если трагедия произошла вблизи замка, то хоть какие-то записи должны быть. Отчет того же управляющего, в конце концов. Ведь даже у Венаторов есть о падении информация, хоть они и злорадствовали, что «так им и надо».

— А это мысль! — оживился Норри. — И покушать сможем!

— Ты же ел недавно! — поразился Райдер.

— И что? Я опять хочу! — невозмутимо пожал плечами Норри. — Ну что? Поехали «домой»?

— Молодые драконы как птенчики: едят один раз, но целые сутки, — улыбнулся Мортифор.

Решетка замковых ворот с шумом поднялась, словно приглашая нас внутрь. Мы послушно направили коней. Метаморфы не проявляли никакого беспокойства. Я заметила, что у Злыдня хорошо развита интуиция по части самосохранения. Лошади тоже были спокойными. Мы въехали во внутренний двор. Решетка тут же опустилась на место.

Никто не выбежал нас встречать, лишь гравий на каменной мостовой образовал стрелку, приглашая следовать во дворец. Массивные деревянные двери со скрипом подчинились грубой мужской силе. Мы спешились, оставив метаморфов и коней во дворе, и вошли.

Холл замка был выполнен из серого гранита и оформлен в серебристо-стальных тонах. Вверх вела огромная мраморная лестница. Около стен стояли рыцарские доспехи. Мы поднялись по лестнице на второй этаж, когда услышали за спинами скрип.

— Ты глянь! — подпрыгнул на месте Вик. — Доспехи за нами оборачиваются!

— Прямо замок призраков какой-то! — сплюнул Райдер.

— Угу, — согласился Норри, нервно прядя ушами. — Что-то меня нервирует обстановка. Давайте быстренько в библиотеку! А переночевать можно и на улице.

В ответ на его слова входные двери с шумом захлопнулись.

— Говоришь, никакой опасности? — ехидно поинтересовался Райдер у Мортифора.

— А ты ее где-то видишь? — в тон ему ответил оборотень. — Просто замок с характером.

— И часто у вас такое случается?

— С драконами постоянно, — флегматично пожал плечами оборотень. — Я уже привык, и ты привыкнешь.

— Даже не хочу начинать! — фыркнул охотник на драконов.

Я огляделась по сторонам, но никого не увидела. Скорее всего, закрытыми дверями замок нам намекнул, что еще не готов с нами расстаться. Интересно, может, он покажет, где здесь библиотека? Словно в ответ на мои мысли подул ветерок, всколыхнув гобелен. Я вслед за ветерком повернула направо. Там опять оказались доспехи. Один из полых железных рыцарей для пущей убедительности указал вдоль по коридору. Я спокойно пошла в указанном направлении. Спутники прекратили пререкаться и молча последовали за мной. Все рыцарские доспехи, мимо которых мы проходили, со скрипом уточняли путь. Оглянувшись, мы поняли, что оставшиеся за спиной «воины» оборачивались нам вслед.

Через пару пролетов, на третьем этаже оказалась огромная библиотека. Я с немым восторгом рассматривала уходящие к потолку стеллажи, забитые книгами. И как же среди такого изобилия найти нужную? Интересно, есть здесь какой-нибудь архивариус или кто-то в этом роде? Ничего похожего на краткий предметный указатель рядом также не обнаружилось. Я вздохнула и подошла к окну, выходящему во внутренний двор. Открыв раму, я помахала нашим метаморфам.

Злыдень трансформировался в человека и жестами показал, что они с Чернулей собираются навестить строение рядом с замком. Наверное, это конюшня. На мой вопрос, не надо ли ему чего, он отрицательно покачал головой и сложил пальцы в жесте «Все ОК». Затем метаморфы взяли под уздцы наших коней и направились в конюшню.

— Какие дисциплинированные питомцы! — восхитился за моим плечом Райдер. — Мне бы таких!

— Да, они у меня молодцы, — согласилась я и вздохнула, оценив объем работы. Как же нам найти нужные рукописи?

Норри попытался отыскать их магически, но заклинание отскочило от стен, опалив ему пальцы.

Я взглянула на дверь. Над нею странными рунами красовалась витиеватая надпись. «Эхх-ра ун торф ин фаш-ласс, — сложилась она у меня в мозгу в фразу, и тут же пришел перевод: — Найти книгу здесь может только дракон!»

Получается, только я могу найти нужную мне информацию? Я спросила у Норри заклинание и попыталась им воспользоваться, но меня ожидал тот же результат. Тогда я попробовала сконцентрироваться на том, что хочу найти, и решила пройти по библиотеке, выбирая книги, к которым меня тянуло или которые первыми выхватывал мой взгляд. Но это были книги, посвященные стратегии, войне, кулинарии.

Спутники честно их пролистывали в надежде выловить хоть какие-то крупицы информации, но все безрезультатно. За это время солнце неумолимо склонилось к закату. Во двор вышел Злыдень и жестами показал, что все нормально, что они разместились в конюшне и еда там есть. Мы можем не волноваться.

Норри еще раз напомнил, что пора бы уже поужинать. Я попросила дать еще пятнадцать минут. Если ничего не найдем, то пойдем ужинать. Как говорят в народе, перед смертью не надышишься. Но иногда одна минута может перевернуть всю жизнь.

И тут мой взгляд упал на изящную медную стойку-поднос с огромной чашей на нем. Зачем в библиотеке такой тазик? Руки мыть? Бессмысленно. Но если сосуд сюда принесли предки, значит, у него есть функция. Какая?

«Найти книгу здесь может только дракон!» А что у нас может принять форму дракона? Конечно же кровь! Я подскочила к чаше и, сделав ортом надрез на запястье, стала сцеживать в нее кровь.

— Она что, с ума сошла? — покрутил Райдер пальцем у виска.

— Нет, — качнул головой Мортифор. — Пожалуй, в Светиных действиях есть смысл. Смотри!

Когда крови набралось достаточное количество, она превратилась в маленького дракончика, который нервно оглянулся и помчался вдоль стеллажей в сторону самых дальних полок. Я последовала за ним. Порез на руке уже затянулся и слегка чесался. Странно, что Райдер не удивился, увидев трансформацию моей крови.

«Он уже видел, — раздался в голове голос Вика, — возможно, потому он так спокойно и реагирует».

Дракончик тем временем завис около огромного пыльного фолианта и указал на него, затем развернулся и полетел дальше. Около еще одной книги мини-ящер завис и царапнул ее кончиком когтя. Это оказался журнал управляющего замком.

Но на этом дракоша не остановился. Третьей находкой стал дневник лорда Лорриэля Драко, моего прадеда. Когда книги были отобраны, дракончик присел на мою руку, заглянул в глаза, словно спрашивая, нужно ли мне от него еще чего-нибудь. Я отрицательно покачала головой. Тогда он царапнул мою руку и нырнул в образовавшуюся ранку. Правильно! Не дадим капельке пропасть!

— А вот теперь я действительно впечатлен! — прошептал Райдер. — Так с любой твоей кровью?

— Не знаю, — пожала я плечами. — Раньше я не использовала ее подобным образом. Просто когда сцеживала в миску, подумала, что жаль растрачивать кровь даже на столь нужные поиски.

— И она вернулась домой! — улыбнулся Вик. — Класс, Света! Я тоже так хочу!

Я погладила дневник прадеда. Кожа обложки была потертой, но мягкой и приятной на ощупь. Наверное, прадед часто им пользовался.

— Если не возражаете, я его почитаю.

— Нет, что ты! — охотно согласился Вик. — Мы с Норри возьмем на себя дневник управляющего. А Мортифор с Райдером пусть продираются сквозь дебри хроник минувших дней.

— Но после ужина! — твердо заметил Норри.

— Хорошо, — согласилась я. — Интересно, а как нам теперь добраться до столовой?

Опять подул ветерок. Как только мы вышли в коридор, доспехи снова стали указывать направление, и через пятнадцать минут мы оказались в богато убранном зале, перед накрытым столом. Интересно, как здесь успела приготовиться еда?

— Обслуживающие чары! — ответил на мой вопрос Норри. — Невероятно! Замок до сих пор функционирует так, чтобы обеспечить хозяевам максимальный комфорт! Вот это сила!

— Наверное, он стоит на энергетической жиле, — тихо заметил Мортифор.

— Или на их пересечении, — поправил Норри, водя над полом ладонью. — Тут энергетический запас подпитывать можно! Неудивительно, что замок зажил собственной жизнью!

— Нам же это ничем не грозит? — на всякий случай уточнил Вик.

— Не должно, — пожал плечами Мортифор.

— Интересно, если замок вас так охраняет, он меня, случайно, не отравит? — с опаской спросил Райдер.

— А давай проверим! — жизнерадостно предложил Вик.

Охотник его энтузиазма не разделил, но все-таки сел за стол. Еда оказалась на удивление вкусной. Не знаю, кто или что готовило нам ужин, но мой замок начинает мне нравиться! Тело обдало теплой волной воздуха, словно замок прочитал мои мысли и решил таким образом показать, что наши чувства взаимны.

После ужина мы расположились в главном зале у камина, с вином и книгами. Дневник прадеда оказался интересным чтивом. Предок не был лишен чувства юмора и свои похождения описывал с изрядной долей самоиронии.

По его словам, где-то в замке находятся ёптры — легендарное оружие, способное автономно двигаться и улавливать мысли хозяина, в точности исполняя его пожелания. Ёптры нельзя украсть или потерять, их можно только подарить и унаследовать. И если в данный момент «непутевый потомок его читает», то пусть напряжет мозги и догадается, где они спрятаны. Надо будет заняться поисками, как разберемся с малышом эрга.

Далее шла его история о Лие, дочери Арк'ментр'морка. Оказывается, когда инкуб был близок с Дорваной, они договорились поженить своих детей. Прошло время, и Арк'ментр'морк не захотел отправлять Драко свою единственную дочь. Тем более что Лорриэль уже познакомился с Гвиневерой и был в нее безумно влюблен. Он неделями пропадал в Луаре. Еще одна причина, по которой инкуб не торопился отдавать дочь, заключалась в том, что мужчину одолевали сомнения, не является ли он сам отцом юного дракона. Кстати, отцом моего прадеда оказался законный муж Дорваны — Нох-рам-Лукуш. Но Дорвана настоятельно попросила сына никогда гипотетическим отцам об этом не рассказывать.

Однажды Лия, подслушав разговор отца и Нох-рам-Лукуша, узнала о заочном обручении. Тогда она сбежала из дворца и направилась в Луару, так как Лорриэль в тот момент гостил у королевы.

Прадед пишет, что был тронут предложением Лии жениться на ней, чтобы ее отец не стал клятвоотступником. Девушка торжественно обещала, что не будет его ревновать и препятствовать его отношениям с Гвиневерой или кем-либо еще.

Королева Луары в силу бесплодия и данных ею обетов никогда не смогла бы стать законной женой Драко. Поэтому она дала свое «благословение», и Лорриэль женился на Лие.

Все были в ярости. Через некоторое время Лорри подружился с Лией. Ему нравилось проводить с ней время. Они все вместе жили в замке Гвиневеры. Королева Луары тоже на удивление хорошо относилась к жене своего любимого, они частенько гуляли вместе по саду, болтали.

Я задумалась над прочитанным. Наверное, со стороны такие отношения могли бы показаться дикими. Но ведь даже на Земле в эпоху Средневековья, когда царили договорные браки, творилось и похлеще.

Удивительно, что две женщины смогли поделить между собой мужчину и при этом хорошо друг с другом ладить. Наверное, если бы Лия не была суккубом, такое было невозможно. Но она была воспитана в несколько иных традициях и спокойно относилась к полигамности мужчин. А Лорриэль любил их двоих, но каждую по-своему. Если с Гвиневерой у него была страсть, пожар, огонь, то Лию ему хотелось оберегать, защищать. Прадед пишет, что частенько ругал ее, когда она садилась на мраморные ступеньки, терпеть не мог, когда она гуляла по саду допоздна.

Беда пришла неожиданно. Однажды Лия возвращалась от отца домой. Ее сопровождал только Лорриэль да пара воинов. Когда они уже подъезжали к границе земель в окрестностях «Сердца Дракона», на них напал лорд Венатор с отрядом Призрачных Гончих. Завязалась драка, Лорриэля ранили в живот. Охранников Лии убили. Возможно, и ее бы саму не тронули, если бы она в последний момент не закрыла собой Лорриэля. Стрела попала ей в грудь и пробила легкое. Она была в это время на девятом месяце беременности.

Испугавшись за жену, Лорриэль подхватил ее на руки и, несмотря на собственную рану, кинулся бежать. В какой-то момент рыцари отстали от него, словно их что-то задержало в лесу, а затем перед Лорриэлем из-под земли вырос замок. «Сердце Дракона». Он укрыл Лорриэля с женой от вражеских глаз. Характерная для суккубов регенерация, увы, не спасла Лию. Ночью она родила сына и умерла. Лорриэль похоронил жену в фамильном склепе.

Чернила на этой страничке дневника были в нескольких местах размыты. Наверное, Лорриэль очень переживал смерть Лии. «Я скучаю по ней! — говорилось в следующей странице. — Когда ее не стало, что-то во мне умерло вместе с ней. Гвиневера тоже переживает. Особенно из-за того, что не смогла отговорить Лию от визита к Арк'ментр'морку. Она предупреждала Лию о несчастном случае. Но та сказала: „Чему быть, того не миновать!“ Нам ее не хватает. Очень… Замок без нее опустел…»

Да, у моих предков что ни страничка, то целая история. Печальная она какая-то. Далее прадед рассказывал, что в годовщину смерти приехал с сыном на поляну, чтобы положить цветы на могилу Лии. И замок снова вырос из-под земли. А когда они с Леонидом вышли за ворота, встретили крестьян из деревни. Те на день рождения «юного князя» приволокли огромный серебристый металлический булыжник. Судя по запаху, его вытащили из болота…

Мое сердце забилось чаще. Неужели оно? Неужели его все-таки извлекли?

«Когда я спросил у подданных, что это такое, они сказали, что это небесная звезда. По их поверьям, упавшие звезды приносят счастье. Вот крестьяне и решили подарить сыну такую огромную звезду, чтобы она принесла ему большую удачу. Я был тронут их подарком. Но тащить с собой тяжелый метеорит, который, судя по всему, недавно выловили из болота, не собирался. Поэтому я оставил его в подземелье замка…»

— Света! — воскликнул Вик. — Управляющий говорит, что крестьяне подарили метеорит юному князю и он хранится где-то здесь!

— Да, в дневнике Лорриэля сказано, что он в подвалах замка.

— Ага, — вставил свое слово Мортифор. — А в «Хрониках былых лет» говорится, что подземелья «Сердца Дракона» по совместительству являются и фамильным склепом, поэтому тащиться туда ночью — чистой воды самоубийство.

— Я и утром туда не хочу! — уперся Райдер.

— А придется, — ухмыльнулся Вик. — Не отрывайся от коллектива, иначе он оторвется на тебе!

— Раз мы определили, где и что искать, может, пойдем спать? — подал идею Норри.

Я его очень хорошо понимала. Взросление дракона вступило в завершающую фазу, и теперь братьям нужно стабилизировать свою энергию. А это лучше сделать во сне.

Как и в предыдущий раз, доспехи указали нам наши комнаты. Мои апартаменты оказались самыми большими и располагались в восточном крыле. По соседству обнаружилась спальня Вика. Чуть дальше — территория Норри. Странно, но Мортифора в мою комнату замок не пустил. Доспехи упрямо указывали на самую дальнюю дверь по коридору. Райдера замок поселил в западном крыле, подальше от «своих Драконов».

Я приняла ванну и, укутавшись в одеяло, открыла дневник Лорриэля. Мне было интересно узнать о его жизни. Что ему нравилось, чем он дышал, кем был по профессии на Земле. О втором доме практически ничего не говорилась.

Лорриэль большую часть своей жизни проводил на Гее. Когда Леониду исполнилось пять лет, Лорри стал оставлять сына на Земле у своего дяди Александра — младшего брата Дорваны.

Потом на вотчины Драко в очередной раз напали оборотни. Лорриэль писал, что Гвиневера пыталась его остановить, говорила что-то о несчастье. Но он лишь пожал плечами и повторил слова Лии: «Чему быть, того не миновать!»

На этом записи обрывались. Я захлопнула дневник и поежилась. Жизнь предка открылась с иной, неизведанной стороны. В семейных хрониках он отметился как отличный воин и любимчик судьбы, родные рассказывали о его веселом нраве и легкости на подъем. Судя по нашему знакомству в зале Гвиневеры, где он затеял игру в боулинг с хрустальным гадальным шаром, Лорриэль был тем еще балагуром. А вот теперь выяснилось, что он вдобавок ко всему был любящим мужем, глубоко переживающим смерть жены.

Потушив свечу, я улеглась в кровать. Мне было жутко и уютно одновременно. Странное чувство. Здесь жил мой предок. И здесь умерла часть его души. Это место наполнено тенями и призраками прошлого. Жутковато.

Я закрыла глаза и постаралась успокоиться. Ну чего я волнуюсь? Это же мой дом, который меня охраняет. Здесь не может случиться ничего плохого. Братья, наверное, уже седьмой сон видят, а я тут волчком кручусь!

Размеренное дыхание помогло, но едва меня стал одолевать сон, как дверь отворилась и вошел Вик.

— Ты спишь?

— Да, — мрачно отозвалась я.

— А я не могу, — вздохнул кузен. — Хочу, но не могу! Страшно: шорохи всякие, топот, вой. Знаешь, в таких замках обычно всякая нечисть водится!

— Вить, — простонала я, — здесь водимся мы! И этим много сказано!

— Ладно, — согласился он и развернулся к двери.

Но стоило Вику уйти, как на меня напал страх! Мое воображение — враг мой! Мне казалось, со всех сторон на меня смотрят сотни пар глаз, что-то перешептывается и хмыкает в углу, подкрадывается со спины, чтобы укусить. Вот всегда боялась темноты! Первым порывом было кинуться к Мортифору. В его объятиях спокойно. Но он, наверное, уже спит. Плюс его покои в дальнем конце темного коридора, поэтому я поползла в ближайшую комнату, к Вику.

— Ты спишь? — тихо уточнила я, но никто не отозвался. — Вик? Вик, не молчи, ответь!

Тишина.

Я осторожно проскользнула в комнату, но на кровати никого не оказалось.

— Вик? — испуганно огляделась я по сторонам.

Сердце екнуло, но прежде, чем паниковать, я направилась к Норри. И буквально через пару шагов услышала вопрошающий Витькин голос:

— Норри, ты спишь?

— По бабам не пойду! — сонно отозвался второй братишка.

— Да какие бабы?! — шепотом взорвался Вик. — Здесь же никого нет!

— Ну и ладно, — равнодушно раздалось в ответ. — Хоть одну ночь отдохнем.

— Как? Здесь так жутко! Он словно мертвый!

— Нам еще живого замка не хватало, — зевнули с другой стороны.

— Слушай, а если это засада? Если мы уснем, а к нам ввалятся какие-нибудь гады?

— С удовольствием врежу тому недоумку между глаз и провожу из покоев пинком под зад! — обрезал Норри, и я прямо почувствовала, как он зарылся в подушку.

— Ладно, — вздохнул Вик и, обернувшись, налетел на меня. — А-а-а! — заорал он.

Я кинулась заткнуть ему рот, пока мы Мортифора не разбудили, но Витька в темноте не разобрался и толкнул меня в сторону. Я задела железные доспехи, и они с грохотом обвалились.

— Ты что творишь? — прошипела я. — Это же я!

— Слушайте, народ, дайте поспать! — рыкнул эльфенок. — Что вы тут расходились среди ночи?

— Извини, — буркнула я и направилась к себе.

Замок наш, а мне все равно было тревожно. Почему?

Темные углы комнаты по-прежнему наблюдали за мной. Я натянула одеяло почти на голову, пытаясь создать видимость убежища. Что со мной? Взрослый человек… тьфу, то есть дракон, а боюсь как маленькая девочка! Минут через пять дверь со скрипом отворилась. Я вздрогнула.

— Свет, ты спишь? — вопросили братья.

— Нет.

— А мы тут…

— Молчите! Самой страшно!

— Вот и чудненько! — радостно констатировал Норри и полез с собственной подушкой на мою кровать.

— А ты чего вскрутился? Вроде же хорошо спал?

— Так меня Витька на уши поставил! Паразит этакий! Я уже с Мортифором солидарен.

— Спал бы уже! — благодушно отозвался Вик, устраиваясь по другую сторону от меня.

Между братьями было уютно и спокойно. Но только я стала клевать носом, как дверь тихонько отворилась.

— Чудесно! — раздался рычащий баритон. — Только я на ночь отлучился, как она…

— Мы братья! — хором обрезали Норри и Вик.

— Так что, мне место греете? — ехидно уточнил Мортифор.

— Чего приперся, лохматый?

— По жене соскучился! — в тон отозвался тот, забираясь на четырехспальную кровать. — Брысь отсюда!

— Э нет, — сонно отозвался Вик. — Мы с ней в комплекте. Привыкай.

— Я заметил, — вздохнул оборотень, пытаясь ввинтиться между мной и Виком. С другой стороны заворчал потревоженный Норри.

— Куда лезешь, собака? — прорычал Витька.

— Подвинься, гад, — не остался в долгу оборотень, устраиваясь удобнее и обнимая меня.

Вик вздохнул и со своим одеялом переполз на свободное место на кровати. Норри что-то буркнул и с головой накрылся одеялом.

— Вот видишь, — уже засыпая, услышала я все тот же мужской голос. — А ты говорила, они все вместе спать не будут! Проспорила, дорогуша! Спят как миленькие! И даже Вик к оборотню обернулся. А если, забывшись, его обнимет, то утром получит в бубен.

— Лорри, ты невыносим!

— Но ты меня все равно любишь!

— И не только я, — отозвался женский голос. — Но и Гвин!

— А я люблю вас обоих, Ли.

Брр! Вот прислышится же такое!

3

Ребенок — самое действенное орудие женского террора.

Веслав Сенкевич

Несмотря на ночные хождения, мы проснулись довольно рано. Позавтракав и обсудив план, решили спуститься в подземелья. Над лестницей в подвал красовалась надпись: «То, что нас не убивает, еще пожалеет, что не убило, пока была такая возможность».

— Это что? Ваш девиз? — уточнил Райдер.

— Нет, это что-то вроде слогана, — тихо ответил Вик. — Наш девиз: «Сражаться везде, сражаться всегда, убить, раздавить, уничтожить врага!»

— Странно, — ухмыльнулся Мортифор. — Я слышал другой.

— Да? — изумился Вик. — Этого не может быть!

— А, ну тогда моя ошибка, — притворно покаялся оборотень.

Мы вошли в мрачное подвальное помещение. Пахнуло сыростью. Зато за второй дверью воздух был относительно чистым.

Мы оказались в огромном, хорошо освещенном зале. Вокруг на разных уровнях стояли каменные гробы, к которым вело множество ступенек. В пределах одного этажа на площадке находилось до двадцати гробов.

Саркофаги были самые разнообразные. От простых и элегантных до вычурных, богато украшенных лепниной. Некоторые гробы были выполнены из железа и чугуна, а сверху на них красовались резные короны. Чем-то наш фамильный склеп напомнил мне виденную однажды усыпальницу Гогенцоллернов. Только в нашей, в отличие от королевской, не имелось детских гробов. На некоторых гробах вместо корон красовались фигурки ощеренных драконов. Драконы, кстати, были разные, закралась в родословную даже пара водных драконов. Судя по текстам, выбитым внизу надгробий, статуэтки достоверно отображали трансформацию предка. Иногда фигурок было две: в повседневной и боевой шкуре.

— Класс! — восхитился Райдер. — Вашу гробницу да на наш учебный семинар! Здесь присутствует как минимум три вида драконов! Хотя у всех них есть одинаковые черты.

— Это когти и клыки? — ухмыльнулся Вик, разглядывая удлиненного китайского дракончика по соседству с толстеньким и коротколапым ящером. — Вот эти двое похожи друг на друга, как такса на мопса!

— Не обижай предков! — отвесила я кузену шутливый подзатыльник. — Мы, между прочим, от них произошли!

— Вряд ли, — покачал головой Вик. — Вот здесь сказано, что оба умерли бездетными. Это были братья правящего Дракона.

— А мне не нравится вид правящего Дракона! — капризно возмутился Норри, указывая на их выжившего братика. — Ты посмотри на него! Ни грации, ни изящества! Толстенькие короткие лапы, маленькие крылья…

— Зато полная пасть зубов! — успокоила я сводного брата. — Все что надо для выживания в этом жестоком мире.

— Но он совсем не похож на Аргелла!

— Наверное, потому долго и не прожил, — хмыкнул Вик, указывая на дату смерти.

— Ого! Тут в приписке сказано, что в нем текла кровь Венаторов. Я знал, что от охотников на драконов одни неприятности!

— Кто бы говорил, — поморщился Райдер. — Но тут у вас очень интересная ситуация получается. Смотрите! Первые основатели рода Драко имеют очень изящный череп и телосложение. Длинные крылья, обтекаемая форма тела, мощные лапы. По всему видно, драконы были очень быстрые и опасные в бою. Затем у вас идет период деградации, тело либо удлиняется, либо утолщается, меняется его строение и форма. Судя по всему, ваши предки скрестились с другими драконами. Вон там я вижу над надгробием супруги фигурку дракона.

Над гробом красовалась толстенькая драконица в костяных наростах. Массивное тело, маленькие крылышки, крепкие лапы. Большая, слегка туповатая морда, маленькие глазки, огромные, закрученные бараньи рога.

— Трансформация не ах, — оценил Вик дракониху с мужской точки зрения. — Я бы на такую не покусился.

— Наверное, у предков были очень весомые причины, — попробовал Норри оправдать выбор прародителя.

— Меня дрожь пробирает при мысли, что мои дети могут родиться похожими на нее! — поежился Вик.

— Народ, здесь сказано, что она умела плеваться в зависимости от ее желания либо ядом, либо кислотой. А еще ими за считаные секунды могла покрываться ее шкура! — заметила я. — Наверное, предок хотел добавить эти качества своему виду.

— Бедный мужик! — вздохнул Вик. — Неудивительно, что он так быстро помер, и, полагаю, на супружеском ложе.

— Тем не менее мы теперь можем плеваться ядом скорее всего именно благодаря наследственности Кирины Киро!

— Герой мужик! — вздохнул Норри. — Хорошо, что у нас только эта черта от нее проявилась. А что вон та длинная могла?

Вытянутое тело драконицы дисгармонировало с короткими лапками, между пальцами которых красовались перепонки. По спине шел яркий гребень, а довольно изящная морда заканчивалась обвислыми толстыми усами. Вместо рогов голову венчало какое-то подобие удлиненных гребней. Крылья были расположены так, что ими можно только грести.

— Это водный дракон! — восхитился Райдер. — Такие практически не встречаются ни в одном из миров. Очень редкий вид, особенно если учесть, что она умеет выпускать костяные наросты из тела и распознавать ложь.

— Наверное, ее муж тоже долго не прожил! — вздохнул Вик. — Так принесут… то есть придешь с гулянки, она спросит, где был… И нет человека. То есть дракона…

— Ринтар Ро, — прочитала я надпись на надгробии. — Это последняя жена-дракон в линии правящей династии Драконов, — вспомнила я.

— Вот-вот! — заметил Вик. — Предки не дураки, сразу поняли, кто жизнь портит…

— А остальные? — удивился Райдер, показывая на еще несколько драконесс у надгробий.

— Это вторые линии, — пояснила я.

— И результат их скрещивания не впечатляет, — вздохнул Вик, указывая на неуклюжих драконов-потомков. — Похоже, их трансформации не были более жизнеспособными!

— Странно, — удивился охотник на драконов. — Выбор партнеров другого вида оказался очень выгодным для правящей династии. Глядя на вторые линии, я вижу драконов, значительно уступающих в боевой мощи либо в способностях. Такое ощущение, что ваши предки увидели опасность скрещивания с драконами и пошли по иному пути. И поздние поколения драконов вновь стали изящными и быстрыми.

— Я заметил, что у драконов хорошо развита интуиция на перспективного партнера, — заметил Мортифор. — Возможно, это и помогло им выровнять и улучшить свою эволюцию.

— Не знаю, — покачал головой Райдер. — Я такое встречаю впервые.

— Почему? — удивилась я. — Большинство животных на интуитивном уровне отбрасывает больных и неудачных особей.

— А ты считаешь себя животным? — наклонил голову Райдер.

— Ну определенно не человеком, — улыбнулась я, демонстрируя удлиненные клыки.

— Народ, а давайте поскорее сделаем все дела и смоемся отсюда! — поморщился Норри, идя вдоль каменных изваяний. — Не очень-то здесь и уютно! Мрачновато.

— Это еще почему? — удивился Вик. — Вроде светло и относительно приятно.

— А ты посмотри направо, — посоветовал эльф.

Мы обернулись и увидели пустые места. Рядом с ними красовались таблички: «Места для потомков».

— Вить, а ты какой саркофаг себе хочешь? — вдруг буркнула я. Все-таки такой продуманный взгляд в будущее настраивает на философский лад.

— Сплюнь три раза! — огрызнулся Вик.

— Ну зачем так категорично, — потрепал его по плечу Мортифор. — Как-то моей прапрабабушке зять гроб на празднование нового цикла года подарил. Так вся семья еще сто лет с нетерпением ждала, когда же плохая примета себя оправдает. Все наоборот оказалось.

— Да, Вик, — поддержала я кузена. — Не переживай так. Если во сне себя в гробу увидишь, это к долголетию, а похороны — к свадьбе.

— И это хорошая примета?! — возмутился поклонник холостой жизни.

Миновав «зарезервированное место», мы оказались в центре зала. Перед нами стояло изваяние Лорриэля в полный рост. На поясе прадеда висели кинжалы. «Догадайся, где спрятаны ёптры?» — пронеслось у меня в голове. Недолго думая я отстегнула с пояса статуи оружие.

— Что ты делаешь? — испугался Вик.

— Где-то здесь спрятаны ёптры, — пояснила я. — Мы имеем право их унаследовать.

Стоило мне это сказать, как кинжалы взвились в воздух и зависли у меня над головой в выжидательной позиции. Ради интереса я скомандовала мысленно: «Вверх!», и они выполнили команду.

— Ну ничего себе! Я тоже хочу помародерствовать, — надулся Норри.

Ёптры настороженно нацелились на него. «Свои!» — мысленно предупредила я оружие, и оно успокоилось. «За пояс!» — скомандовала я новому приобретению.

— Ну и где эта капсула? — раздраженно выдохнул Райдер.

— Полагаю, вон там, — указал Мортифор на блестящее огромное яйцо поодаль от саркофагов.

Мы подошли к шаттлу и осмотрели его со всех сторон. Гладкие сплошные стенки из какого-то легкого серебристого сплава.

— Как открывать его будем? Распилим? — предложил Вик.

— Не уверена, что ножовка возьмет.

— А может, растворить?

— Это шаттл — с ним справиться не так просто.

— А может, банальное «откройся»? — предположил Райдер.

Но с металлической штуковиной ничего не произошло. Тогда охотник погладил блестящую стенку и произнес что-то на гортанном языке.

В ту же секунду стенки шаттла принялись истончаться, затем раздался хруст — и овал разделился надвое. Верхняя горизонтальная часть стала подниматься наподобие створки у жемчужины — и через пятнадцать минут мы увидели яркий комок света, сжавшийся в центре находки.

— Это и есть эрг? — на всякий случай уточнил Норри. — Те, кого мы видели, выглядели несколько иначе.

— Ему сейчас срочно надо тело для вселения, — заметил Райдер. — Иначе оно умрет. И боюсь, что сейчас оно выбирает, кого из нас забрать.

Жаль, что мы не подумали об этом раньше!

— Закрывайте капсулу! — скомандовала я. — Пойдем другим путем. Норри, ты можешь создать какой-нибудь живой голем для переселения тела?

— Я могу, — сказал Мортифор. Он отрезал прядь волос и достал из сумки у пояса кусочек вяленого мяса.

— Ты всегда припасы носишь? — поинтересовался Вик.

— Нет, просто сегодня на всякий случай взял. Я предполагал что-то подобное. — Оборотень начертил на каменном полу пентаграмму, затем выложил на нее все составляющие, сцедил немного своей крови и зачитал длинное заклинание.

На наших глазах компоненты подтянулись друг к другу и смешались. Через какое-то время на месте составляющих лежало тельце младенца.

Мортифор поднял его на руки и, открыв капсулу, положил рядом со сгустком.

— Переселяйся сюда, так ты никому вред не причинишь.

Сгусток света тут же окутал искусственное тельце. Сначала ничего не происходило. Свет кружил около ребенка, словно примеривался, с какой стороны подойти. Вдруг детские ресницы дрогнули — и на нас уставились обсидиановые глазищи без белков. А через секунду в склепе раздался возмущенный рев.

— А-а-а! — заорал от неожиданности Вик.

— Успокойте его, кто-нибудь! — закричал Райдер, затыкая уши.

Я осторожно подошла к капсуле и робко коснулась ребенка. Малышка захлебнулась удивленным всхлипом.

— Тише, маленькая, мы не причиним тебе вреда. Мы хотим помочь тебе вернуться домой.

Ребенок недоверчиво склонил голову набок.

— Уже прошло много времени, и тебе пора домой, — повторила я. — Ты и так загуляла.

— Только ее в таком виде не примут, — заметил Райдер. — Улетала, скорее всего, подростковая особь. А так она даже общаться не может.

— И что ты предлагаешь? — обернулся к охотнику Мортифор. — Подрастить ее чуть-чуть?

— На это могут уйти годы! — испугался Норри. — А я еще слишком молод!

— Я тоже! — встрепенулся Вик. — Я ничего не знаю о детях, кроме того, как их делать!

— Я тоже, — признался Норри.

— А я умею предохраняться! — съязвил Райдер. — На самом деле я хотел предложить создать более взрослый голем. Кроме того, этот не продержится дольше суток.

— Но в данный момент его надо покормить, — заметила я, быстро заворачивая ребенка в прихваченное одеяло и сгружая орущий сверток на руки Вику. — Присмотри за ним, а я за молоком.

— Я тебе помогу! — быстро сориентировался охотник на драконов.

— Стой! — опомнился Витька. — Не оставляй нас с ней наедине!

— Не волнуйся, она вас не съест! — ухмыльнулся Райдер.

— Угу, это ты так думаешь! — всхлипнул Норри. — Лучше б ты нас с урками оставила! Что нам прикажете с этим упыренышем делать?!

— Кто бы говорил! — хмыкнул Морти.

— Лохматый, это не смешно! — внес свою лепту Вик. — Мы же совсем не няньки!

— Научитесь! — пожала плечами я, взлетая по лестнице.

Спутники бежали за мной. От тряски ребенок прерывисто орал и оттого злился еще больше.

— Свет, всем известно, что детский плач отрицательно действует на мужской организм! — канючил за спиной эльфенок.

— И его силу! — поддакнул кузен, догоняя меня.

— ДА ЗАТКНИТЕСЬ ВЫ! — Крышка саркофага отлетела в сторону, и перед нашими глазами появилась разъяренная мумия какого-то многопрадедушки. — НИКАКОГО ПОКОЯ!

Мы резко затормозили и попятились. Вид разозленного неупокоенного реально пугал. В этот момент крышки соседних гробов задрожали — и на поверхность вылезла еще парочка зомби из побочной линии.

— Нашли место для игр! — возмутилась одна из зомби-жен. — Не были бы своими — разорвали бы! Как надо к предкам приходить?!

— Тихо? — пискнул Вик.

— Почтительно! — припечатала пепельно-серая гранд-дама. — И с угощением! А вы сюда еще детей тягаете! Причем не своих!

Она слишком близко наклонилась к малышу, и лицо юного эрга замерцало. Словно он собирался сменить тело.

— Осторожно! — воскликнула я, за локоть оттаскивая Вика с ребенком от прародительницы. — Оно может захватить тело!

— О, — обрадовалась многопрабабушка, — так еще не все потеряно! Ты проявляешь заботу! Боишься, что тело твоего предка украдут?

— Ну вообще-то старший эрг не примет дочь в образе мумии одного из Драко, — пробормотал под нос Норри, но дама его услышала.

— Нахал! Никакого уважения! Покусаю!

— Не надо! — встрепенулся Вик. — Мы сейчас сала и водочки принесем, чтобы вы сами себя помянули!

— О! — улыбнулся предок. — Понятливый! А теперь брысь отсюда!

Мы слаженной гурьбой взлетели по ступенькам к выходу и помчались в столовую. Заткнув эргу рот бутылочкой с молоком, собрали паек для почивших предков и выбрали Норри в качестве делегата.

Мортифор стал готовиться к более серьезному обряду создания голема-подростка. Так как мы запланировали тело девочки тринадцати лет, то материала понадобится больше. На этот раз основу решили сделать из глины, в которую вкрапить куски свиного мяса, а вот волосы и кровь решили взять у меня. Для колдовской церемонии пришлось поискать ритуальный зал. К счастью, он у нас в замке имелся. И даже нужная пентаграмма в центре появилась, стоило нам задвинуть шторы.

— Для лепки понадобится около шести часов, — прикинул Мортифор, сгружая ребенка мне обратно на руки. — Держи, Свет, развлеки его, пока мы тут в грязи повозимся.

— Я тоже хочу! — надулась я.

— Пожалей нас! — воскликнул вернувшийся из склепа Норри. — Нам тишина нужна, а эта сигнализация уже полчаса по ушам ездит! Тебе не жалко нашего здоровья?!

— А меня не жалко? — для проформы возмутилась я.

— Ничего с тобой не случится! — хмыкнул Райдер. — У вас, женщин, за столько веков уже возникла адаптация к ревущим младенцам. И психика стала более устойчивая.

— Так и вы же не сегодня с пальмы слезли! — фыркнула я и направилась к двери. — Ладно, я буду в спальне. Позовете.

Огорченный младенец безутешно заплакал. Наверное, все же женская сущность. Вон как рыдала, когда я ее из мужской компании уносила. Я попыталась укачать ребенка, но бесполезно. Через пятнадцать минут меня от плача стало потряхивать.

— Слушай! — рявкнула я. — Ты же не маленькая девочка. Зачем кричишь? Взрослое тело тебе уже делают, поэтому предлагаю успокоиться и поспать. А если возникнут непредвиденные ситуации, просто гугукни. Орать-то зачем?!

Малышка смолкла и внимательно взглянула на меня. Не знаю, что она увидела у меня в глазах, но на ее лице расползлась довольная улыбка. А через пару минут она уже безмятежно спала.

Я выглянула в окно. На каменной брусчатке стоял Норри. Какое-то мгновение он, подставив голову свету, принимал солнечные ванны, а затем раскинул руки, подпрыгнул — и на его месте оказался красивый голубой дракон.

«Я не голубой! — возмутился в моей голове эльфенок. — Я — лазурный!»

«А есть разница?»

«После посещения вашего мира есть, — вздохнул Норри. — Я как-то в Интернете одно выражение увидел… В общем, лазурный я! Ты там как?»

Я оглянулась на мирно спящего ребенка и решила подавить на совесть.

«Ужасно! Никак укачать не могу! Не жалеете вы меня».

«Я за глиной слетаю. Тебе что-нибудь принести?»

«Нет, спасибо».

Я вспомнила боевые ипостаси братьев и улыбнулась. В боевой шкуре Норри фиолетового цвета, а Вик — красного. Интересно, а какой кузен в мирной жизни?

«Золотой, — ответил на мой мысленный вопрос Норри. — Наверное, потому что очень золото любит, но у него вся шкура золотая!»

«Наверно! — согласилась я. Витька у нас классный специалист. — Удачи, брат!»

«И тебе».

Норри улетел, а я глянула на спящего эрга и зевнула. Вздремну-ка и я. Как все-таки важно уметь договариваться с детьми!

4

Эксперимент должен быть воспроизводимым, то есть терпеть неудачу одним и тем же способом.

Народная мудрость

Ближе к вечеру меня разбудил Мортифор. С минуту он напряженно вглядывался мне в лицо.

— Что случилось? — встревожилась я.

— Опасно спать рядом с эргом, захватившим тело, — настороженно сказал он. — Во сне наше сознание становится уязвимым для чужого проникновения.

— И ты думаешь, мы поменялись с ней местами? — улыбнулась я. — Морти, родители меня в детстве одеялом к кроватке привязывали. Ты на ребенке веревки видишь?

Оборотень облегченно вздохнул, и напряжение покинуло его глаза.

— Тело голема в любой момент могло рассыпаться в прах, — робко произнес он.

— И вы оставили меня с ней наедине? — искренне удивилась я.

— Ну чисто теоретически все должно быть в порядке. Но с тобой же такой вариант не проходит.

— Значит, ты осознанно подверг меня риску? — возмутилась я, заинтересованно глядя на Мортифора. — Это что, попытка избавиться от надоевшей жены?

— Нет! — поспешно заверил оборотень, к моей радости. — Я просто удивляюсь, что, несмотря на твое участие, в этот раз все прошло тихо и мирно. И самое главное — как надо.

— Это тебя беспокоит?

— Пугает, — поежился Мортифор. — Мне всегда казалось, что, если хоть раз все будет хорошо, я буду счастлив. А вот теперь вроде мысль материализовалась, а меня наше спокойствие пугает.

— Все будет хорошо, — пообещала я и задумчиво взглянула на маленького эрга. А ведь малышку надо вернуть. Но проблема в том, что мы не можем пойти всей компанией к главному эргу, потому что запрет на отстрел драконов действует только в пределах Геи. А швырнуть ребенка в открытый портал не по-людски как-то. — Пошли, подарим нашей красавице новое тело.

Мы спустились в ритуальный зал. В центре пентаграммы лежала «девочка» с довольно женственными формами. Блин! Да я по сравнению с ней младше кажусь.

— Ну мы немного с возрастом перестарались, — потупились Вик с Норри. — Ей теперь вроде как пятнадцать-шестнадцать.

Так вот кто приложил руку к этому шедевру! Пусти козла в огород! Они никак свою мечту ваяли, до глины добравшись.

— Он тоже приложил руку! — хором сдали Райдера братья. — Все говорил, что груди маловаты!

— Ну зато ей должно понравиться, — кивнул Мортифор на сверток. — Помню, сестренка очень хотела поскорей выглядеть по-взрослому.

— Угу, как бы нам папа-эрг за такие художества голову не открутил!

— Может, еще спасибо скажет, когда к ней его коллеги свататься начнут, — заметил Райдер.

— Или проклянет, — пробормотал Норри, вспоминая бурную молодость.

— Ладно, что есть, то есть, — вздохнула я. — Куда сгружать тело?

— Да вот сюда, рядом с пентаграммой.

— Что? Прямо на холодный пол?

— Но второе же лежит!

— Второе пока еще мертвое, — заметила я. — Как бы она себе почки не застудила. — Я дотронулась до холодного взрослого тела. Хорошо, что братишки уже одели голем. Правда, одежда не шибко помогла.

— Она же бестелесная сущность, — пожал плечами Райдер. — Они эти тела, как мы одежду, воспринимают, так что не волнуйся, ничего с ней не случится.

Я положила свою ношу на пол рядом с телом и отошла к основанию пентаграммы. Согласно инструкции мы все должны взяться за руки и прочитать заклинание. А потом подарить магии что-нибудь от себя. Это может быть что-то материальное либо ментальное. С последним опасно связываться, потому что не знаешь, что и в какой момент потребует магия. Чувства или удача такая вещь, которую лучше не ставить на кон. Кстати, большинство гаданий тоже забирают у человека что-то ментальное, поэтому рекомендуется не искушать судьбу.

Я решила отдать магии шнурок для волос. Думаю, это довольно ценный подарок, потому что он был со мной долгое время и на нем сохранилась часть моей ауры, а еще я успела привыкнуть к шнурку. Драконы вообще очень редко что-нибудь от себя отрывают.

Ритуал прошел без сучка без задоринки. Когда девочка открыла глаза, первое, что она заявила, было:

— Теперь вы больше не сможете игнорировать меня и не слушать!

И, вскочив с пола, тут же кинулась к зеркалу. Увидев свое отражение, девушка восторженно взвизгнула и принялась ощупывать новое тело.

— Надо скорее отправлять ее к папочке, — шепнул Вик Мортифору. — Чувствую, мы с ней еще натерпимся.

— Подумать только! — восторгалась эрг. — Я всегда мечтала заполучить такое тело. Я себя именно такой и представляла!

— Удивлюсь, если бы она видела себя некрасивой и толстой, — хмыкнул Норри.

— Спасибо! В этом вы мне угодили! — продолжала тем временем девушка. — А теперь мы куда?

— На ужин, — слаженным хором ответили измученные мужчины.

— А потом?

— Потом спать.

— А дальше?

— Домой!

— А с кем я буду спать?

— Со мной, — мрачно ответила я. В моей голове уже сложился план действий.

— А почему не с ними? — указала она на Вика с Норри.

— Маленькая еще! — отозвались братья.

Малышка надулась, скрестив ручки на груди. И тут ее взгляд наткнулся на охотника на драконов.

— Рай? А ты что здесь делаешь? Тебя отец за мной послал? Да?

— Не совсем, ваша светлость, — неопределенно качнул головой Райдер. — Но он очень будет рад вас видеть.

— Без драконов никуда не пойду! — топнула ножкой девочка.

— Это еще что за заявка?! — возмутилась я. — Что ты задумала?

— Я о Драко столько слышала! Ваш род мне нравится! Я хочу вас взять с собой!

— Мы тебе не домашние питомцы! — окрысился Вик.

— Почему? — удивилась эрг. — Вы же драконы.

— И что? — скрестила я руки на груди. — По-твоему, из-за этого с нами стоит обращаться как с животными? Мы живые существа, у нас есть своя жизнь, мечты и планы. Точно так же, как и у тебя! И помни, где были бы твои планы и твоя жизнь, если бы не мы! По какой причине ты ведешь себя как неблагодарная, избалованная эгоистка?

— Мы эрги! — твердо ответила девочка. — В наших руках власть над мирами, жизнью и смертью!

— Вот как? — оскалилась я, меняя трансформацию. — Сила — это в первую очередь ответственность. Ответственность правильно ее использовать, уметь дозировать усилие и выбирать цель. Чтобы командовать, надо уметь подчиняться. Надо самому побыть с другой стороны палки. Никто не вправе судить чью-то жизнь. А если уж взялся карать и миловать, то отнесись к этому ответственно. Власть — не привилегия, а кара! Потому что оборвать чью-то жизнь, пусть даже преступника, это убить что-то в своей душе, бестелесной части нашего существования. Потому что несправедливо осужденные снятся тебе ночами. И все спрашивают: «Почему?» Для тебя мы все фигурки на шахматной доске, ты играла нашими судьбами и не подозревала, что у пешки могут быть дети, которые ждут маму домой. Или отец королевы ждет домой дочь так же сильно, как твой отец тебя! А теперь представь, что такую любовь испытывает не один твой отец или ты, а эти же самые фигурки, чьи судьбы ты играючи ломаешь! И кстати, сейчас, в человеческом теле, ты такая же шахматная фигурка, как и мы!

— А я и так допустила ошибку! — вскричала эрг. — Я заинтересовалась своим героем. Мне стало интересно увидеть драконов вблизи, и вот я тут!

— И какой же ты вывод сделала? — разозлилась я. — Что надо быть беспристрастным?

— Да!

— Судьба подарила тебе шанс научиться ответственности. Ведь сейчас для своей сестры ты такая же игрушка, как и мы. Она одним мгновением может решить твою судьбу. И ты умрешь, умрешь по-настоящему. И как тебе такое положение дел?

— Я хочу домой! — заплакала эрг. — Я хочу жить!

— Вот и помни об этом, — припечатала я. — Потому что для нас нет такого выхода. Это наш дом!

Эрг присела на корточки и зарыдала, сжавшись в комок. Норри укоризненно посмотрел на меня и пошел утешать ребенка. Девушка доверчиво прильнула к его груди, рыдая и постоянно повторяя: «Я хочу домой!»

— Власть — это ответственность? — шепнул мне Мортифор.

— Осуждаешь? — спросила я, немного жалея, что наехала на ребенка.

— Некоторые уроки должны быть жестокими, чтобы запомнить их на всю жизнь, — философски изрек Морти. — Кто знает, может, сегодняшний разговор заронил в ее душе благодатные ростки, которые помогут ей в будущем стать хорошим правителем?

— Представление о драконах поменял уж точно, — заметил Райдер. — Кроме того, теперь она действительно хочет домой и не будет нам препятствовать. Отличная работа, Света.

— Это не работа, — вздохнула я. — Это жизнь.

Охотник задумчиво посмотрел на меня и пошел в столовую.

— О, — улыбнулся Мортифор. — Кажется, в мире скоро появится единственный специалист по быту и психологии драконов.

— В смысле? — не поняла я.

— Райдер мечтал открыть на пенсии свою школу, — пояснил муж. — Теперь, когда убийство Драко запрещено, петиции подадут и другие драконы. В результате профессию упразднят, и в школе отпадет надобность. Но если Райдер создаст школу по изучению драконов и взаимодействию с ними, то станет единственным, а потому очень востребованным специалистом.

— Только не подавай ему эту идею, — умоляюще вздохнула я.

— Почему? — изумился Мортифор. — Это интересно и прибыльно.

— Кто сказал о прибыли? — встрепенулся Вик.

— Морти, я не выдержу здесь долго Райдера. Меня нервирует близость охотника на драконов.

— Если он принесет деньги, то можно и потерпеть! — возразил кузен.

— Вик, не все измеряется деньгами! Не в деньгах счастье!

— А в их количестве! — улыбнулся двоюродный брат. — Свет, деньги — это качественная еда и одежда. Это медицинские услуги и соответственно наше здоровье, а если есть здоровье, то есть желание жить и идти вперед. Когда тебе комфортно, то все остальное постепенно нарастает. Вообще, деньги — это своеобразный эквивалент энергии. Ты прикладываешь усилия, чтобы достичь или получить что-то. Раньше у охотников были шкуры и добыча. Излишек могли поменять на что-то нужное. По мере того как отношения переставали быть конкретными и становились абстрактными, возникали деньги, потому что они своеобразная оценка доли вложенных тобой усилий. Все должно быть выровнено. Деньги обеспечивают наш комфорт и помогают нам реализовать некоторые наши мечты и желания, поэтому я никогда не упущу шанс заработать. Просто не стоит трястись над копейкой, как над собственным дитятей.

— А разве ты так не делаешь? — усмехнулся Мортифор.

— Нет, — улыбнулся Вик. — Я люблю деньги, и, надеюсь, они отвечают мне взаимностью. Может, я в шутку и называю их «детками», но всегда даю себе отчет, что родных детей буду любить в миллион раз больше. Просто деньги, чтобы они к тебе шли, надо любить. Разве подойдет котенок к злому человеку? Так и деньги. Они, как звери, чуют подвох. Чтобы к тебе приходило, надо уметь отдавать. Энергия не должна застаиваться, иначе она превратится в болото.

— Так что? — улыбнулся Мортифор. — Подать Раю идею?

— Свет, — обернулся Вик, — насколько тебе неприятен охотник?

— Я просто ему не доверяю, — пожала я плечами. — Люди быстро не меняются.

— Он сам по себе хороший человек, — заметил Мортифор.

— Доверчивые в моем роду долго не живут, — вспомнила я фамильный склеп. — Организуйте свою школу, только близко к моему замку его не подпускайте. Мне нужно время.

— Вот и отлично! — потер руки Вик. — Дай охотникам шанс узнать нас с очаровательной стороны!

— Это будет бомба, — ухмыльнулся мой муж.

И мы пошли ужинать. Малышка-эрг, впервые пробовавшая еду, пришла в неописуемый восторг и чуть не объелась. Под конец она не захотела покидать столовую. Захватив торт в качестве приманки, я поднималась в спальню, обдумывая услышанное. Малышка хвостиком шла за мной, точнее, за лакомством.

Как мы и предполагали, у крошки Ррэу есть сестра-двойняшка Рыхн. Раса эргов является родственной расе демиургов. Фактически работающих в паре частенько называют братьями, потому что их силы одной природы. Семьи эргов и демиургов живут в одном дворце.

У демиурга есть наследник Юе. Как они там определяют свой пол, не знаю, но, если судить по объяснениям Ррэу, размножение у данных рас процесс невероятно сложный. Легче чудо с бубном наколдовать. Однажды сестры поспорили с Юе, кто из них главный. Первенство решили определить в игре. В качестве модели взяли наш мир, потому что за всеми остальными присматривают лучше, а несовершеннолетним запрещено вмешиваться в судьбы живых существ. Каждый выбирал расу, Юе играл за две, чтобы шансы были равны. Чья раса установит мировое господство, тот и победил. Ррэу по жребию выбрала первая и остановилась на Драко. В какой-то момент ей захотелось посмотреть на героев вживую, и она, выкрав отцовский шаттл, направилась к нам, но не справилась с управлением, и корабль потерпел крушение. А вот теперь мы ее спасли.

Едва мы переступили порог спальни, как Ррэу выхватила лакомство и принялась уплетать его за обе щеки.

— Ррэу, ты знаешь, что мы теперь занесены в охранную книгу как редкий вид?

— Здорово! — восхитилась она. — Я всегда знала, что вы крутые.

— Боюсь, у нас с твоим отцом возникли некоторые разногласия, — начала я. — Он бросил вызов всей системе ради тебя, он рискнул всем. Хотел нас убить, мы защищались. В общем, я боюсь, что он прибьет моих братьев, если мы отправимся с тобой к нему во дворец все вместе.

— И что ты предлагаешь? — спросила эрг.

— Если я отвезу тебя домой одна, мне будет легче вернуться обратно.

— Не переживай, — вдруг по-взрослому вздохнула малышка. — Ты вернешься, даю слово, что не позволю отцу тебя казнить. Я не помню, к кому из Драко летела, но очень рада, что встретила вас. Вы прикольные. Было бы классно наведываться сюда еще.

— Боюсь, это опасно для тебя и мира.

— Нет, — спокойно пожала плечами Ррэу. — Для меня опасно, а для мира нет. Вы создали на удивление хороший голем. Он не развалится в процессе эксплуатации, а следовательно, нам нет необходимости искать новое тело. Вы создали прекрасный скафандр. В нем можно даже экскурсии по Гее для наших организовывать. Советую вам запатентовать методику изготовления.

Не хватало только еще одного предпринимателя на мою голову!

— Я, кстати, уже сказала Вику, — улыбнулась эрг. — Так что если все решится мирно, а я в этом заинтересована, то хочу спросить твоего разрешения на открытие туристической зоны.

— И откуда ты такая предприимчивая?! Ты же маленькая!

— Для эргов да, — согласилась она. — А по людским меркам мне около трехсот лет. Так что ты не с дитятей связываешься.

— А подумать можно?

— Да не вопрос, — согласилась эрг. — Как решишь, передай ответ своей маме, а она нам. А как ты планируешь доставить меня домой? Вокруг Геи щит.

— Откуда знаешь? — насторожилась я.

— Чувствую, — призналась эрг. — Я сама назад не могу перенестись.

— Твои родители создали кольцо-артефакт, способное проколоть щит. А отмашкой должен был послужить один замок, стоящий на переплетении энергетических потоков. Если мы попытаемся построить там портал, то есть шансы.

— Разумно, — согласилась она. — А почему Рая не хочешь задействовать?

— Об этом узнают все, а я не хочу тянуть за собой тех, с кем мое сердце.

— Это да, — согласилась эрг. — Но как мы туда попадем?

— Полетим. Я тебя отнесу.

— Я поеду на драконе? — захлопала в ладоши Ррэу и сразу превратилась в маленькую девочку. — Ура! Ура! Я так долго об этом мечтала!

Ночной полет привел Ррэу в полный восторг. Она смеялась и визжала, пыталась пересесть поближе к голове или, наоборот, перебраться в хвост. Еще никогда у меня не было таких беспокойных пассажиров. Развалины замка Туцира встретили нас тишиной. Крестьяне так и не отстроили замок сюзерена, зато добраться до энергетических линий оказалось проще.

Я не сумела открыть портал. Наверное, сказывалась моя способность поглощать магию. Обнявшая меня Ррэу смогла легко перенести нас обеих в свой мир.

— Что здесь происходит? — изумленно выдохнула Ррэу, в шоке оглядывая пустой тронный зал.

Хм, стоит отметить, тронный зал эргов после нашего первого и последнего визита все-таки уцелел! Надо отдать должное архитектору! Ведь, планируя сие сооружение, он, конечно, продумывал вероятность всевозможных балов и приемов, но вряд ли ему пришло в голову предусмотреть визит трех разбушевавшихся драконов, одного злобного оборотня и объединенные армии Геи. Молчу уже об эрговских воинах. В общем, склоняюсь перед мастерством творца.

Просторный зал после нашего разгула стал еще просторнее. Устранить царапины, выбоины и прочие последствия локальной войнушки слуги не успели. Не могла скрыть огрехов и царившая тьма. Под потолком уже не носились серые тени. Они забились в самый дальний и мрачный угол. На черном с серебряными прожилками мраморном полу никто не стоял. У стен вместо тварей в рясах высились леса и стремянки. Часть стен была наскоро зашпаклевана. Каменный трон угадывался лишь по схематической кучке камней.

Такое чувство, что после нас здесь еще драконы погуляли. А потом вернулись и вновь погуляли.

— Похоже, у вас ремонт, — заметила я, оглядывая место боевой славы. Ну не рассказывать же красавице о нашем маленьком разногласии с ее отцом.

Внезапно завыло что-то наподобие сирены — и в зал стали стремительно прибывать высокие широкоплечие воины, похожие друг на друга как две капли воды. Оборотни-телохранители. Странно, здесь, похоже, на драконов сигнализацию поставили. Что-то новенькое!

Воины тем временем окружали нас с Ррэу, направляя на меня копья.

— Слушай, — прошептала я спутнице, — я, пожалуй, пойду.

— А как ты перенесешься назад? — спросила она.

И по моей спине пробежал холодок. Действительно, а как? В прошлый раз меня в полубессознательном состоянии унесли отсюда братья. Если они и знали путь назад, то я его не знаю. На всякий случай я попыталась открыть портал, но над нашими головами замерцали голубоватые линии энергетической сети.

— Ого! — изумилась Ррэу. — Что у отца тут произошло, что он такую охрану на замок повесил? И почему наше родовое гнездо в таком состоянии?! Насколько мне известно из истории, его даже враги не могли разрушить!

«Ну это смотря какие, — вздохнула я про себя. — Мы же не знали, что замок нельзя разрушить. Вот и постарались. Вот если бы знали, что он сверхпрочный, может, и не получилось бы ничего».

В зал вошел главный эрг.

— Ты?! — обличающе ткнул он в меня пальцем, затянутым в кожаную перчатку. — Что ты тут делаешь, тварь?! Ты мне весь замок разрушила! А потом еще родители твои на драконах!

— Пап? — подала голос Ррэу, выглядывая из-за моей спины.

— Малышка? — сразу же сменил эрг гневный вопль на недоверчивый шепот. — Ррэу? Это ты?

— Пап, прости меня, я нечаянно сбежала и потерялась, — продолжала Ррэу вести беседу с отцом из-за моей спины. По опыту знаю, это удачная позиция для переговоров.

— Ррэу, я не обижаюсь на тебя, только отойди от этой твари, — поспешно заговорил Эхрншт.

Возглавляющий отряд Орту неодобрительно покачал головой и подмигнул мне. Что-то я не понимаю этих оборотней.

— Пап, она меня домой вернула, — продолжала Ррэу, — а я обещала ей неприкосновенность и портал обратно на Гею.

— Ты зачем раздаешь обещания первым встречным драконам?!

— Вообще-то она меня спасла! — топнула ножкой Ррэу. — Она сюда меня принесла. Собой рискнула, а могла плюнуть на тебя и жить спокойно!

— Это и странно. — Эрг скрестил руки на груди.

— Ну знаете ли! — возмутилась я. — Я же не удивляюсь тому, что вы любите дочь, хотя в отношении меня вели себя крайне жестоко и коварно! Может, и вы меня знаете с неправильной стороны!

— Это, что ли, неправильная сторона? — вскипел эрг, обводя рукой разрушенный зал. — Объясни, княжна, в каком месте я тебя не понял, когда ты мне зал разрушала? Или это не твоя работа?!

— А зачем вы на мою семью напали?! Это правильная сторона?! — разозлилась я.

Эрг вышел вперед, и мы почти столкнулись грудью, меряя друг друга взглядами. Как бойцовские петухи на арене. Оборотни даже отошли подальше. Ррэу, наоборот, вцепилась в наши рукава как клещ. Я даже в капюшон заглянула, но там клубилась тьма. Странное ощущение, когда не видишь противника. Трудно на нем сфокусироваться.

— Ладно, княжна, — вдруг произнес эрг. — Не спорь. Скажи, чего ты хочешь.

— Домой, — пожала я плечами.

— И все? — удивился Эхрншт.

— Да. Я вернула тебе дочь, надеюсь, ты перестанешь нападать на мой мир?

— Он теперь заповедник, — вздохнул эрг.

— А что, так хотелось его уничтожить? — опять обозлилась я.

Эрг на минуту задумался и покачал головой.

— Знаешь, сейчас, когда моя дочь вернулась домой, меня не сильно интересует судьба Геи. Конечно, любопытно будет посмотреть, как этот мир выживет, имея трех драконов. Но уничтожать его даже как-то жалко. Стоп! — предупредил он мою очередную вспышку. — Не хмурься! Не случится ничего с твоим миром. Если его признали заповедником, то это навсегда. Вы себя раньше уничтожите.

— Это еще почему? — возразила я. — Моему роду уже тысяча лет — и ничего, живем. И мир, кстати, тоже.

— Да, вы там хорошо окопались, — согласился эрг и махнул воинам рукой. Те опустили оружие. — Я верну тебя назад, только прежде хотел бы поговорить с тобой. Не возражаешь?

— А у меня есть выбор?

— Вообще-то нет, — признался Эхрншт. — Если я что-то хочу, то стараюсь это получить, а потому тебя бы раньше не отпустили. Наверняка и тебе много хочется у меня спросить?

— Почему бы и нет, — кивнула я.

— Тогда пошли в гостиную, — пригласил Эхрншт. — Чаю?

— Не уверена, что его переживу, — честно призналась я.

— Что ты! — возмутился эрг. — Я не браконьер!

— Да, конечно, — согласилась я, не обостряя ситуацию. Я помню, как этот добрый дядя подал прошение на убийство драконов.

Мы вошли в хорошо освещенную комнату из белого мрамора. У окна стоял полированный столик из черного дерева. Серебряный поднос с черно-белым сервизом с символикой инь-ян смотрелся на нем весьма стильно.

— Подарок Великого, — пояснил эрг, заметив, что я рассматриваю кружки. — Присаживайся, княжна. Ррэу, оставь нас наедине.

— Папочка, — встрепенулась моя спутница, — ты меня столько не видел, а уже отсылаешь?

— Нет, милая, я просто хочу, чтобы ты отдохнула, а потом я тебя зацелую.

— Пап, — уперла девочка руки в боки, — дай слово, что с княжной ничего не случится!

— А что это у тебя за тело? — постарался увильнуть от ответа эрг. — Разве тебе его не пора менять?

— Нет, — качнула головой она. — Его драконы сделали. И я не чувствую упадка сил. Оно как будто постоянно самозаряжается и питает меня. Мне кажется, в нем можно жить в таких мирах, как Гея, не меняя тел. Ну разве что в случае гибели…

— Очень интересно, — задумчиво почесал эрг краешек капюшона. — А теперь оставь нас одних.

— Папа, слово! — твердо повторила девочка.

— Вот упертая! Как клещ! — возмутился бестелесный отец и кинул взгляд на меня.

Напрасно, я поддержку тебе здесь не окажу.

— Дочки все такие, — во все клыки ухмыльнулась я.

— Ох уж эти детки! — притворно возмутился Эхрншт. — Что, твои родители так же страдают?

— Что мы, люди? — возмутилась я и припечатала: — Хуже.

— Слово, папа! — не унималась Ррэу.

— Ну зачем тебе такой питомец?! — возмутился Эхрншт. — Вечно ты всякую гадость домой тянешь!

— В этот раз я ее сюда притащила!

— Видишь! — оскорбился эрг. — Ты так достала гадость, что она первая решила сдать тебя в отцовские руки.

— Слово, папа, и заканчивай балаган! — топнула ножкой Ррэу. — Или я ее сама к порталу поведу.

— Нет! — встрепенулся эрг. — Никакой самодеятельности! Даю слово, что лично отправлю княжну домой в целости и сохранности!

— Вот и чудно, папочка! — наклонилась к его капюшону девочка, имитируя поцелуй в щеку, затем она обернулась ко мне, сигнализируя, что все хорошо, и вышла за дверь.

Эрг облегченно вздохнул и, кажется, даже обмяк в кресле.

— Дети! — вздохнул он.

— Увы, я вас не понимаю, — покачала я головой.

— Когда появятся, поймешь, — как-то угрожающе пообещал эрг. — Иногда мне кажется, что это все мне наказание за то, что я родителей изводил. Согревает мысль, что мои внуки отомстят за меня. А почему не пьешь чай, ваша светлость? — обернулся он ко мне.

— Не хочу, — пожала я плечами. — А вы?

— А мы питаемся энергетическими потоками.

— То есть вам высоковольтные провода на стол надо подавать? — ухмыльнулась я.

— Можно и их, но лучше не надо, — поежился главный эрг. — Что ты знаешь о Гее?

Я рассказала известную мне историю возникновения мира. С позиции людской версии, драконовской и независимого наблюдателя.

— Не совсем так, — качнул капюшоном главный эрг. — Забавный миф, но немного неверный. История Геи, с одной стороны, банальна и проста, а с другой — уникальна. Создавший ее демиург не особо интересовался новым мирком и пошел творить дальше. Его напарнику-эргу не нужна была обычная, ничем не примечательная реальность. И около ста лет биогеоценоз Геи развивался сам по себе, без вмешательства извне, пока туда, в заброшенный мир, не наведался мой дед-демиург с друзьями.

В то время он был еще учеником и увлекался различными опытами. Он мечтал создать универсального солдата, чтобы прославиться. А в результате сотворил дракона. Дракон сбежал на Гею и облюбовал этот мирок в качестве своего логова. Около двухсот лет он пытался там адаптироваться к местной флоре и фауне.

А в это время демиург вовсю экспериментировал и результаты своих опытов втихую выпускал на Гею. Мир никого не интересовал, и его творчество не сразу заметили бы. А потому можно было не опасаться отцовского гнева. Надо признать, фантазия у прадеда была буйной и богатой, а продуктивность высокой. Так что Гее пришлось несладко. Что там творилось, конечно, осталось тайной, но через триста лет Гея привлекла к себе внимание, превратившись в клоаку, где разные твари пытались выжить. Однако уничтожать мир не спешили, потому что эргам с демиургами стало интересно наблюдать со стороны за становлением локального серпентария.

Около тысячи лет назад Гея постепенно стала превращаться в террариум единомышленников, и становление диктатуры Драко только усугубило процесс. В это время мой дед Йойо передал собственность моему отцу, а сам ушел в другую вселенную. Видишь ли, наш мир бесконечно огромен, и его энтропия постоянно растет. Другими словами, каждую минуту в нем появляется новая вселенная, где требуется свой мастер. Обычно старшие демиурги уходят в другие вселенные, оставляя старые миры на своих наследников. Но мой отец к тому времени уже созрел для перехода в новую вселенную и оставил все мне. У меня с братом-демиургом уже были дети, поэтому я считал себя солидным эргом и не уделил значительного внимания Гее. Собственно, мы с братом хотели ее уничтожить как банальный мирок, но не учли, что там обитает дракон. В общем, нам сразу это провернуть не удалось, поэтому мы решили временно отложить ее уничтожение до лучших времен. Тем более что особых хлопот Гея не доставляла.

Как оказалось, зря. Наши детки заинтересовались новой игрушкой и стали втихаря играть с заброшенным миром. Естественно, мы с братом знали, чем они занимаются, но решили не вмешиваться, ведь сами в свое время точно так же прятались от своих родителей, развлекаясь с их игрушками. Вначале все было нормально. Дети забавлялись с выбранными героями, мы следили за детьми. Но потом моя дочь Ррэу села в шаттл и помчалась на Гею. Там она разбилась. Так как жизнь эрга ограничена в таких мирах, мы заволновались и попытались вернуть шаттл, но Дракон воспринял нас как угрозу и не пустил в мир. Более того, Дорвана запечатала Гею от нашего вмешательства. Вот нам и приходилось выдумывать всевозможные способы проникновения в ваш мир. Пришлось даже подать прошение на убийство Дракона. Ты злишься?

— Не знаю, — пожала я плечами. — Ррэу рассказала мне про какие-то странные ваши способы размножения. Если все так сложно, я удивлена, как вы еще не вымерли. А если учесть, что смерть Ррэу могла повлечь смерть вашей второй дочери, то я понимаю ваш риск.

— Ты умеешь сопереживать? — изумился эрг. — Странно!

— Я еще и крестиком вышивать могу! — огрызнулась я. Ну почему он так? Словно я чурбан какой.

— Как ты узнала про дочь? — вдруг перебил меня Эхрншт, вскидывая вверх руку в примиряющем жесте.

— Вы тогда сказали Эквилибриуму, что защищаете самое дорогое. Мы с братьями подумали и решили, что это, скорее всего, ребенок. А потом стали искать в нашем мире. К счастью, шаттл упал на территории моего княжества. Так что поиски заняли немного времени.

Эрг задумчиво смотрел на меня. Мне стало неуютно от пристального внимания клубящейся тьмы в его капюшоне. Я смолкла. Молчал и собеседник. В этот момент в гостиную вошел Орту.

— Господин, — поклонился он. — Лекарь проверил Ррэу. Это действительно ваша дочь. Не подделка.

И в этот момент эрг впервые проявил эмоции. Он вскочил из-за стола и бегом кинулся прочь из комнаты. Я взглянула ему вслед и встретилась глазами с Орту. Полагаю, оборотень остался меня сторожить.

— Что с ним? — кивнула я на закрывшуюся за Эхрнштом дверь.

— Наверное, побежал оказывать настоящей дочери недооказанное внимание, — улыбнулся оборотень. — Он боялся, что вы привели с собой обманку. Вы, ваша светлость, подождите его здесь, пожалуйста.

— Я не знаю дороги к порталу, — пожала я плечами. — Поэтому вряд ли пойду искать приключения в замке, полном охотников на драконов. Да еще после нашей стычки.

— Это да, — улыбнулся Орту.

Оборотень подошел к столу, взял чашки с дымящимся чаем и выплеснул их содержимое в окно.

— Думаю, стоит заварить новый, — по-хулигански улыбнулся он. — Меня Орту зовут.

— Я знаю, — проинформировала я. — Мне сны вещие снились. Там Эхрншт очень забавно злился.

— Интересная особенность, — заметил Орту, потроша заварник и промывая его. — От кого вы ее унаследовали?

— Не знаю, — развела руками я. — Может, так, мутация?

Оборотень улыбнулся. В этот момент в комнату вернулся главный эрг. Прошествовав к столу, он вновь опустился в кресло напротив меня и обернулся к Орту.

— Хорошо, что ты позаботился о нашей гостье. А теперь можешь быть свободен.

Орту поклонился и вышел. Эрг провел над заварниками и дымящимися чашками рукой и удовлетворенно кивнул.

— Это действительно моя Ррэу, — растерянно пробормотал он. — Я не ожидал от тебя, княжна, что ты войдешь в мое положение. Прости, и спасибо.

— Пожалуйста, — кивнула я. — Вы ждали от меня иного?

— Если честно, то да, — признался эрг. — Ты уж прости, но, учитывая генетику и происхождение, твой вид не предрасположен к сопереживанию, сочувствию, милосердию. Вам чужды доброта, нежность, любовь.

— Это еще почему? — удивилась я.

— Потому что ты — лабораторный эксперимент, — спокойно продолжил Эхрншт. — Ты — универсальная машина для убийства, которая вышла из-под контроля. Вот почему тебя пытались уничтожить.

— Это бред! — фыркнула я. — Я человек! То есть дракон! Живое существо!

— Нет, — покачал головой эрг. — Ты — ошибка ученых. Неучтенный фактор.

— Да здрасте! — разозлилась я. — С чего мне вам верить?!

Обидно осознавать, что ты следствие ошибки. Да еще и нежелательный эксперимент. Почему?! За что?! Я же такая, какая есть!

— Тебя изначально планировали как бойца, — пояснил эрг, простирая руку над столешницей. В тот же момент на поверхности стола возникли различные научные выкладки. — Мы планировали создать новый вид слуг-телохранителей. Мой дед решил использовать генофонд змей. Земноводные быстры, спокойны, обладают прекрасными охотничьими инстинктами и реакцией. Кроме того, деду-демиургу было интересно, что будет, если к змее приделать ножки. Он тогда был еще учеником и не задумывался о последствиях шалостей. Сначала у него получилась ящерица. А потом, модифицируя ее генетику, варьируя способы зачатия и ареал обитания, он вывел дракона. Причем, работая, он вложил слишком много собственной искры. Первые драконы оказались очень близки по природе силы демиургам и эргам. И это была его роковая ошибка. Мастер создал совершенную особь, которая представляла собой универсального убийцу с огромным магическим потенциалом.

— И кто это был?

— А ты не догадалась? — хмыкнул Эхрншт. — Твой предок — Тьма. Самка дракона. Дед надеялся получить потомство. Он также думал, что женская особь более управляема, чем мужская. Он во второй раз ошибся. Самка оказалась гораздо злее и агрессивнее самца. А еще намного умнее. Она быстро училась и развивалась. Что странно, так это то, что с ее интеллектом она абсолютно не приручалась. Тогда дед попытался ее убить. Но это оказалось невозможным. Драконесса воспользовалась силой демиурга и эрга, что значительно уменьшило наши шансы на ее выведение из эксперимента. Тогда дед создал других драконов для того, чтобы уничтожить Тьму. Но те закономерно погибали. Первый образец их просто убивал, а вместе с тем тренировался и совершенствовался. Тогда дед решил сотворить антипод Тьмы с целью ее уничтожить.

— Так Свет был создан не для продолжения рода? — удивилась я.

— Нет, конечно! — возмутился эрг. — Беда только в том, что в момент, когда их стравили, у Тьмы было что-то вроде овуляции, и Свету стало не до войны.

— А потом?

— Тьма исчезла. Дед счел, что Свету удалось реализовать его первоначальную идею, и успокоился. Он начал разрабатывать драконов для служения нам. На этот раз он не делал ошибок и не наделял драконов огромной силой демиурга. Он вкладывал в вас очень ограниченный магический потенциал.

— То есть менее совершенные версии драконов — это не начальные ступени эволюции, а завершающие эксперименты демиурга? — изумилась я.

— Да. Постепенно мой дед-демиург ухудшал генофонд драконов с надеждой вывести более-менее управляемый вид, но безуспешно. Вы по-прежнему оставались дикими и агрессивными. Дрессировке практически не поддавались.

Так вот почему наши предки отказались от брака с другими драконами! Происходило ухудшение нашего генофонда. Каким-то образом инстинкт улучшить свою породу повел нас по верному пути.

— Эхрншт, а первым драконам задумывался интеллект?

— А почему ты спрашиваешь?

— Мне стало интересно, что заставило творение взбунтоваться против своего Создателя. Как это произошло.

— Вы планировались как бездушные убийцы-исполнители. Умные, но не обсуждающие приказы и уж тем более не размышляющие над ними. Нам до сих пор непонятно, как вы вышли из-под контроля.

— Вот и не верь после этого в Высшие силы, — пробормотала я себе под нос.

— Что, прости? — спросил эрг.

— Может, все дело в душе? — предположила я. — Она заставила нас так странно себя вести.

— А откуда она в вас взялась, если не планировалась?

— А как она возникает? — заинтересовалась я.

— Жизнь в творения вдыхают демиурги. Но за души, наверное, Эквилибриум отвечает.

— А откуда неуверенность?

— Мы никогда не изучали данного вопроса.

— И вам никогда не было интересно, что заставило программу сбиться? Почему творение взбунтовалось?

— Это сложно выяснить, когда оно не идет на контакт, — пожал плечами эрг. — А повторять эксперимент не рискнули. Нам и более примитивных версий хватило. Они все выходили из-под контроля. В результате число лабораторных ошибок росло и не желало снижаться.

— И как вы решили вопрос?

— Стали разрабатывать убийц для драконов, — признался эрг. — Для черновой версии дед взял за основу генофонд драконов, вычленил из генома составляющую змей, заменив на волчью. Так появились оборотни. Создатель на этот раз учел все предыдущие огрехи и сделал оборотней уязвимыми. К счастью, они поддались дрессировке и служат нам до сих пор. Кстати, их же создали как охотников на драконов. Вот почему они так не любят вас.

— Оборотни Геи кажутся другими, — задумчиво заметила я.

— Таки есть, — согласился эрг. — Однажды на Гее потерпел кораблекрушение шаттл с черновыми версиями. В тот момент на Гее шел процесс естественного отбора между драконами, лабораторными тварями моего деда и первоначальной флорой и фауной мира. Поэтому извлекать оборотней из заброшенного мира оказалось дороже, чем создать новую партию. В связи с этим хозяева махнули рукой на пропажу. Предполагалось, что первичные оборотни долго не проживут. Но они успешно вписались в экосистему заброшенного мира. За оборотнями даже стало интересно наблюдать. Во многих поступках, привычках они напоминали драконов.

— Но нынешние охотники не оборотни! — заметила я, вспомнив Райдера.

— Верно, — согласился эрг. — Все потому, что оборотни могли справляться только с более слабыми версиями драконов. Для более ранних приходилось выводить все новые и новые виды убийц. Собственно, для создания охотников на драконов скрестили ДНК дракона и человека, только пришлось попотеть, чтобы сделать особь управляемой. Плюс мы разработали методики распознавания характерных черт дракона в личности, с тем чтобы удалять таких эмбрионов в процессе беременности. Ваши гены оказались очень сильными. Нам потребовалось около двухсот лет интенсивных генных опытов и селекции, чтобы создать антипод гена дракона.

— То есть драконы и охотники на драконов не могут иметь потомство?

— Очень даже могут, как выяснилось на практике, — вздохнул эрг. — Охотников готовили так, чтобы развить в них те качества, которые способствуют победе над драконом. Но если охотник на дракона и дракон соединялись, то получалась взрывная смесь. Например, твой братик и есть последствие этого союза. Сначала мы не знали, кто он. Твой дед умело морочил нам голову, что привез простую смертную с Геи. Пока эта простая смертная не пришла по вызову Дракона и не уничтожила половину нашей армии на Гее. Твоего брата мы не смогли убить, потому что за него вступился Эквилибриум, и теперь мы счастливы наблюдать успешное сосуществование ваших генофондов. А что касается твоего набора хромосом, то я чрезвычайно удивлен.

— Почему?

— Потомство Тьмы не просто развилось в отдельную ветвь вида, оно еще и умудрилось эволюционировать. В тебе и в твоих предках каким-то непонятным мне образом заложен инстинкт улучшения породы. Вы подсознательно постоянно совершенствуете свой генофонд, скрещиваясь с другими видами. Вы избегаете как близкородственных связей, так и довольно дальних.

— В смысле?

— Тебя абсолютно не интересует нынешний правитель эльфов. Ты его воспринимаешь как родича. Хотя родство довольно сильно разбавлено. У людей возможны браки между кузенами, а тебе это претит. Ты подсознательно избегаешь того, что хоть как-то может ослабить твое потомство. Нынешним партнером ты умудрилась выбрать того, кто еще не был отмечен в твоей родословной. Оборотня. И это при том, что ваши виды должны на дух не переносить друг друга.

— Это плохо?

— Теперь, когда ты вернула мне дочь и отсутствует необходимость вторгаться в твой мир, я нахожу это интересным. За вами будет забавно наблюдать.

— Вуайеристы! — сплюнула я.

— Ну не настолько, — улыбнулся эрг. — Может, ты подумаешь над перспективой туризма в ваш мирок? Мне кажется, многие хотели бы его посетить. Особенно после того, как он приобрел статус заповедника.

— А как же то, что вы пьете души?

— Для демиургов такой проблемы нет. А нам, если честно, понравилась ваша идея големов. Дешево и сердито. И тела, как ни странно, не разрушаются в процессе эксплуатации, и мы чувствуем себя довольно комфортно в них.

— То есть для вас голем — вариация скафандра?

— В смысле? — не понял эрг.

— У нас люди для того, чтобы путешествовать по враждебному космосу, придумали скафандры, которые поддерживают их жизненно необходимые функции. Например, вы вселяетесь в голем и путешествуете по нашему миру, а потом возвращаетесь домой, вешаете в шкаф. Когда надо, достаете — и снова в бой.

— Да, что-то вроде этого, — согласился эрг. — Как выяснилось на основании проведенных тестов, мы можем ходить в големах, питаться и выполнять все физиологические нужды. При этом созданная оболочка слабо изнашивается. И если ее специально не уничтожить, то в ней можем жить. Не постоянно, конечно, но достаточно для прогулок и экскурсий.

— Предлагаешь нам наладить производство големов и организовать туризм?

— Было бы неплохо, — кивнул эрг. — Хорошо бы еще выбирать вид големов. Могу посоветовать дизайнеров.

— Мне надо обдумать эту идею и посоветоваться с Виком.

— Хорошо. Но, может, ты разрешишь мне бывать на Гее? Вдруг Ррэу или уже Рыхн вновь туда сбежит?

— Я разрешила ей нас навещать. И если что-то случится — обращайся ко мне, мы ее быстро найдем.

— Спасибо! — от души поблагодарил эрг. — Приятно знать, что я в тебе ошибся.

— И мне приятно знать, что ты оказался адекватным созданием.

Я взглянула на часы. Стрелка на них не двигалась, но у меня возникло стойкое ощущение, что я здесь засиделась. Братья и Морти могут волноваться.

— Мне пора.

— Хорошо, — кивнул эрг. — Я тебя провожу.

Эхрншт довел меня до самого портала. Активировав камень, он смерил меня задумчивым взглядом и произнес:

— А все-таки интересное ты создание, княжна! Что-то мне подсказывает, что с тобой будет приятно иметь дело.

— Спасибо, — склонила я голову. — Посмотрим.

5

Любить ближнего было бы куда легче, если бы этот ближний не был так близок.

Норман Мейлер

Я вышла из портала посреди поляны около «Сердца Дракона». На душе было хорошо и легко. Все-таки приятно делать добро! Очень часто, увязнув в своих проблемах, мы становимся мелочными и раздражительными, мы забываем о людях вокруг нас, черствеем и реже протягиваем руку помощи. А ведь безэмоциональность убивает душу. И это смело утверждаю я — лабораторная ошибка, сбежавший эксперимент, в котором чувств порою больше, чем в «природных» созданиях.

И пусть мои предки возникли не по красивой легенде, а вследствие ошибки! Жизнь — она и есть жизнь. Она всегда найдет себе путь. Она прекрасна, уникальна, неповторима, желанна и так сладка! Проблемы с Геей решены, намечается интересное сотрудничество. И нужно идти вперед, только вперед. Теперь все будет хорошо!

— Света?! — раздался грозный рык у меня за спиной.

— Морти?

— Ты где была?! Мы тебя обыскались!

— Я вернула Ррэу отцу.

— И ты пошла туда одна?! — возмутился Мортифор. — Ты могла погибнуть!

— Да брось, — поморщилась я. — Эхрншт был очень рад дочери. Он нам дружить предложил! Мы мирно побеседовали за чаем. Я узнала о своем происхождении.

— Я тебя сейчас убью! — разозлился муж. — Мы тебя весь день ищем. А ты философские беседы ведешь!

Оборотень схватил меня поперек туловища, сел под дерево и, положив на колено, шлепнул по пятой точке.

— Стой! — возмутилась я. — Направь свою энергию в мирное русло!

— Это какое же? — ухмыльнулся Мортифор.

— Поцелуй! — притворно жалобно попросила я. — Я вернулась домой уставшая и вымотанная. Мне хочется тепла, а не порки.

— Скажи спасибо, что я тебя нашел первым, а не братья! — фыркнул Морти. — Вот они бы оторвались.

— Мне сказали, что я лабораторная ошибка!

— Что?!

— Мне открыли настоящую версию происхождения драконов. Мы — ошибка эксперимента. Я вроде уже успокоилась, но все равно в душе немного обидно. Словно себя нежеланным ребенком чувствуешь. Только в данном случае «нежеланный ребенок» вся моя семья.

— Свет, — обнял меня оборотень и проникновенно прошептал: — Ты же сама прекрасно знаешь, что порою самые гениальные открытия случаются по ошибке. А ваш род, наверное, самое стоящее и гениальное творение за всю историю.

И в этот момент я эти слова осознала сердцем. И обида сразу куда-то ушла, внутри разлилось тепло. Ну да, вот такие мы, заразы, но все-таки мы — есть!

Я прижалась спиной к теплой груди мужа и взглянула на ночное небо. С небосвода сорвалась звезда и понеслась вниз. Красиво. Ночь стрекотала кузнечиками, где-то квакали лягушки. Легкий ветерок обдувал кожу, а в воздухе висел сочный запах травы и нагретой земли. Такие минуты покоя в современном мире на вес золота.

Наше уютное молчание постепенно перетекло в поцелуй. Все печали и тревоги уходили прочь. Душа расправляла крылья и взлетала. Все-таки как прекрасен этот мир!

Где-то хрустнула ветка и тихий голос прошептал:

— Вик, я их нашел!

— Угу, — ответил Вик. — Я вижу.

— Ну что, пожалеем их? Или обломаем кайф?

Мортифор раздраженно заворчал и повернулся так, чтобы прикрыть меня от братьев спиной.

«Скройтесь!» — нежно попросила я братьев.

«Тебя папа с мамой ищут, — обрадовал Вик. — Нам сказать, что вы тут?»

«А мне сказать дяде Олегу, кто его машинку опять поцарапал?»

«Не надо тяжелой артиллерии! Мы уже уходим!» — принял кузен верное решение.

И тут раздался хлопок аппарации.

— Уважаемый лорд Виктор Венатор, — послышался подозрительно знакомый голос. Лихтеншант Хобса! — Что вы чувствуете, став официально охраняемым видом?

— Ой! — воскликнул кто-то из сарков. — А что это вашего зятя так под деревом скрутило?

— Кажется, там намечается сенсация! — раздался третий голос.

— Уходим, господа, — твердо произнес Вик.

— Виктор, вы с Норри охраняете покой своей сестры? Как романтично!

— Не согласен! — прошептал мне на ухо Мортифор и зарылся носом в мои в волосы.

Я замерла, превратившись в слух.

— Мы уходим, — с нажимом повторил Вик. — Вперед.

— А как вы думаете, чем они там занимаются? — не унимался кто-то из сарков.

— Продумывают план убийства ненужных свидетелей, — прошептал Морти.

— Оценивают вероятность проведения генетических экспериментов в условиях естественной среды, — хмыкнул Вик.

— Как интересно! — загорелся кто-то из сарков. — Может, ближе подойдем, посмотрим?

— Не советую, — сухо отрезал Вик. — В это время на охоту выходит куча разных хищных тварей…

— С нами во главе, — хмыкнула я.

— …Вы можете пострадать.

— Виктор, а может, вы продадите пару эксклюзивных снимков?

— Лучше это сделать в замке, там освещение лучше.

— Я же о венценосной семейке, — заметил Лихтеншант.

— Вспышка фотоаппарата может повредить будущей популяции драконов. Вы готовы взять на себя ответственность за вымирание реликтового вида?

— Я не думаю, что вы дадите численности популяции упасть, — хмыкнул кто-то из сарков.

— И все же не стоит, — поддержал кузена Норри. — Драконы крайне нервные, легковозбудимые и мстительные существа!

— Извините, господа, — вздохнул Лихтеншант. — Заработались. Вы же знаете наше кредо: «Делай деньги любыми путями!»

— И даже честно, если другого выхода нет! — услышала я Витькин голос.

— Виктор, вы нас всегда восхищали! Ваша хватка! Ваш талант! У вас в роду сарков не было?

— Нет, — хмыкнул Вик и добавил: — Я просто лабораторно выведенное совершенство!

— Слушай, — вздохнул Мортифор, — а может, ко мне в замок переместимся? Братья сами разберутся. А у меня там такой большой сад…

— Правда? — хмыкнула я и прищурилась. — А что еще там большое?

— Кровать, — брякнул оборотень и поспешно поправился: — То есть библиотека и коллекция магических артефактов!

— Пошли! — улыбнулась я, обнимая его за шею.

ЭПИЛОГ

К чести Мортифора, он действительно сначала повел меня в библиотеку. И к моему великому стыду, впервые, прохаживаясь среди книг, я думала не о них.

В процессе демонстрации крупной коллекции артефактов я стала присматриваться к тем, с помощью которых могла бы зажать Мортифора в уголке, но садист-муженек сделал вид, что не заметил моих плотоядных взглядов, и предложил прогуляться по саду. Когда же он чуть не пал жертвой дракона в ближайшей же беседке, то прекратил издеваться и повел-таки обживать новую кровать.

Родословная Драконов

Примечания

1

Лямант — вопли, приправленные одновременно жалобами и причитаниями. Чаше всего ассоциируется с проникновенным, самозабвенным женским воплем (белорус.). — Здесь и далее примеч. автора.

2

Средний рост оборотней на Гее около 2 м, оборотни высшей знати (король, графы, бароны и прочая элита) имеют рост около 2,25 м, при этом вес особей данной расы колеблется от 200 до 400 кг из-за мощного, тяжелого, но крайне прочного скелета.

3

Ляснуться — упасть и удариться, чаше всего с нехорошими последствиями (белорус.).

4

Дисфункция вестибулярной системы, проявляющаяся вращательным головокружением, тошнотой и рвотой, нарушением движений, расстройством их координации.

5

Так в народе прозвали всех, кто связывал себя брачными узами с Драко, кто, не будучи Драконом по рождению, пришел в их семью извне.

6

Давным-давно Драконы, сочтя наш мир более жестоким, чем Гея, а следовательно, лучшей школой для выживания, решили детей воспитывать на Земле. Ограниченные в магии, выросшие в равных условиях с людьми, потомки Аргелла были более приспособленными к жизни, изобретательными и приземленными. В день совершеннолетия наследник узнавал о своем титуле и с тех пор жил одновременно в двух мирах. Первое упоминание о Драконах на Земле сохранилось в мифах и легендах.

7

В данном случае подразумеваются два вида растений: конопля культурная, наиболее часто используемая в сельском хозяйстве, содержащая до 35 % масла в семенах и до 25 % волокна в сухих стеблях, и конопля индийская, собственно из которой и получают гашиш и марихуану.

8

Человек, в котором нет ни капли крови иной расы.

9

Данную расу называют суккубами в обобщенном смысле, потому что женщин в этой расе в три раза больше, чем мужчин-инкубов. Правит ими мужчина, у которого есть свой гарем, есть элитные войска, состоящие из инкубов. В основные войска данной расы призываются женщины. Преобладание в численности женского пола привело к тому, что у народа Геи все демоны-искусители стали ассоциироваться с суккубами. Определенную роль сыграло также невежество простого народа, не знающего разницы между суккубом и инкубом. Люди путались, кого кем обозвать, и в конце концов сильные представители данной расы, не в силах больше выносить непроизвольных либо умышленных оскорблений, махнули рукой и разрешили называть всех суккубами.

10

Потомками Тьмы и Света считаются все драконы, существующие от начала времен Согласно летописям Аргелла (раздел «Вся правда о сотворении дракона»). Свет и Тьма были первыми драконами во Вселенной, от брака которых и произошли все остальные драконы. — Здесь и далее примеч. авт.

11

Душа любого дракона фрагментарна. Она делится на звериную и человеческую половины, которые, в свою очередь, обладают дуализмом и несут в себе мужское и женское начало. Полагают, что данное явление досталось летающим ящерам в наследство от рептилий. Помимо этого каждая из половин дополнительно разделена на множество кусочков, которые люди до сих пор не могут идентифицировать и понять. Считается также, что в душе дракона заложена какая то часть космического бытия (что много веков подряд толкает алхимиков использовать кровь дракона в попытках добыть философский камень). Многогранность души помогает драконам выжить в любых ситуациях и делает хищников почти универсальными созданиями. У молодых драконов наблюдается преобладание какой-либо из частей, с возрастом устанавливается равновесие между фрагментами.

12

Данную расу называют суккубами в обобщенном смысле, потому что женщин в этой расе в три раза больше, чем мужчин-инкубов. Правит ими мужчина, у которого есть свой гарем, есть элитные войска, состоящие из инкубов. В основные войска данной расы призываются женщины. Преобладание в численности женского пола привело к тому, что у народа Геи все демоны-искусители стали ассоциироваться с суккубами. Определенную роль сыграло также невежество простого народа, не знающего разницу между суккубом и инкубом. Люди путались, кого кем обозвать, и, в конце концов, сильные представители данной расы, не в силах больше выносить непроизвольных либо умышленных оскорблений, махнули рукой и разрешили называть всех суккубами.

13

Тиксотропия (от греч. thixis — прикосновение и trope — поворот, изменение) — обратимое изменение физико-механических свойств полимерных и дисперсных систем при механическом воздействии в изотермических условиях.

14

Эльфы — единственная раса, где жених платит отцу или родственникам «выкупные» за невесту. Причем сумма характеризует ценность невесты для жениха. А подходящие невесты у знати мира Аргелла, несмотря на большой выбор, ценятся крайне высоко. Тем не менее, у всех других рас отцы приплачивают женихам.

15

По легенде, первым созданием была драконица Тьма, для которой Создатель впоследствии сотворил супруга — Света. С тех пор так эти драконы и танцуют в вечном вихре-борьбе Света и Тьмы. См миф «Вся правда о сотворении Дракона» в одноименном разделе летописей Драко.

16

Имена оборотней сложные и состоят из нескольких частей. Первая часть — собственное имя оборотня, далее следует клан, к которому он относится, а потом имя отца. Таким образом, Карнификус Лупус Интерфекториус означает, что лорд Карнификус из клана Лупус — сын оборотня по имени Интерфекториус. Так как оборотни делятся на несколько кланов, то в быту самих оборотней приводится полное название клана, которое помогает понять, с каким именно родом ты имеешь дело, и выстроить соответственно собственное поведение. Людям чаще всего такие нюансы мало что говорят, и потому в человеческом обществе всех вервольфов упрощенно называют Лупусами. Хотя правильнее было бы Канис Лупус. Это наиболее распространенный клан обычных оборотней. Полная классификация приведена в книге далее.

17

Имеется в виду, что все эльфы в возрасте до пятнадцати лет являются эмпатами. После переходного периода у большинства эта способность пропадает.

18

Приятного аппетита (ит.).

19

Один момент (ит.).

20

Tрущить (разг, белорус.) — есть что-то с очень большим аппетитом.

21

Оксюморон, оксиморон (греч. oxymoron, букв. остроумно-глупое) — стилистический оборот, в котором сочетаются семантически контрастные слова, создающие неожиданное смысловое единство, напр. живой труп.

22

Эльфы, как и многие прочие расы, считают, что имя влияет на судьбу, поэтому стараются давать новорожденным соответствующие имена.

23

Лямант — вопли, приправленные одновременно жалобами и причитаниями. Чаще всего ассоциируется с проникновенным, самозабвенным женским воплем (белорус.).

24

Прощай (исп.).

25

Полесье (полес. Полiсьсе, белорус. Палессе, укр. Полiсся, польск. Polesie) — историко-этнический регион и физико-географическая область, расположенная на территории Полесской низменности. Полесье находится на территории четырех государств: Беларуси, Украины, Польши и России. Общая площадь составляет около 130 тыс. км. В основном Полесье располагается на территории южной Беларуси и северной Украины, но также частично охватывает территории Люблинского воеводства Польши и Брянской области России. Характеризуется наличием огромного количества болот.

26

Сродство к деньгам — подразумевается намек на химическое сродство, которое означает способность одного объекта (тела) связываться с другим объектом и образовывать таким образом, новый комплексный объект.

27

Раздраконить — здесь и далее данный глагол применяется в смысле «сильно разозлить, взбесить».

28

Бугурт (др.-в. — нем. Buhurt, старофр. bouhourt или buhurt — ударять) — турнир, в ходе которого две группы рыцарей, вооруженных затупленным оружием, сражались друг против друга. В современности данное слово используется на турнирах по историческому фехтованию и среди лиц, занимающихся исторической реконструкцией и/или ролевыми играми, для обозначения боя между двумя группами поединщиков, стенка на стенку.

29

Бульба — картофель (белорус.).

30

Душа любого дракона фрагментарна. Она делится на звериное и человеческое начало, которое в свою очередь обладает дуализмом и несет в себе и мужское и женское начало. Полагают, что это досталось им в наследство от рептилий. Тем не менее данная способность помогает драконам выжить в любых ситуациях и делает хищников почти универсальными созданиями. У молодых драконов наблюдается преобладание какой-либо из частей, с возрастом устанавливается их равновесие.

Content

Уласевич Светлана Александровна Не будите спящего дракона! Сага о Драконах. Трилогия

КНИГА 1. ПОЛТОРА МЕТРА НЕДОРАЗУМЕНИЙ, ИЛИ НЕ БУДИТЕ СПЯЩЕГО ДРАКОНА!

Маленькое ПРЕДИСЛОВИЕ

Часть первая ЗНАКОМСТВО С КИЛЛЕРОМ

Часть вторая ПО ДОРОГЕ К НАВОДЧИКУ

Часть третья ЗНАКОМСТВО С ЗАКАЗОМ

Часть четвертая УДОВЛЕТВОРИТЬ КЛИЕНТОВ

ЭПИЛОГ

КНИГА 2. ПОЛТОРА ЭЛИТНЫХ МЕТРА, ИЛИ ПОЛУЧИТЕ БОДРОГО ДРАКОНА!

Часть первая ЗАКЛЯТИЕ ДОМА ДРАКОНОВ

1

2

3

4

5

Часть вторая ГОРЕ-ИНСПЕКТОРЫ

1

2

3

4

5

6

Часть третья НЕУЛОВИМЫЙ КАНДИДАТ

1

2

3

4

5

6

7

Часть четвертая ПЯТЫЙ ДРАКОН

1

2

3

4

5

6

7

8

9

КНИГА 3. ПОЛТОРА ВОИНСТВЕННЫХ МЕТРА, ИЛИ БЕРЕГИТЕСЬ ЗЛОБНОГО ДРАКОНА!

ПРОЛОГ (Для тех, кто хочет вспомнить содержание предыдущих книг)

Легенда о Сотворении мира и первого дракона

История возникновения мира

Вариант для «всех своих»

Вся правда о создании дракона

Часть первая ОДИН ПРОТИВ ВСЕХ

1

2

3

Часть вторая ВСЕ ПРОТИВ ОДНОГО

1

2

3

4

5

6

Часть третья ОДИН ЗА ВСЕХ

1

2

3

4

5

6

7

Часть четвертая ВСЕ ЗА ОДНОГО

1

2

3

4

5

ЭПИЛОГ

Родословная Драконов

Примечания