Наталья Манусаджян

ПОЧТОВЫЕ ХИТРОСПЛЕТЕНИЯ

(6-я повесть серии «Выпуклый мир»)

Вот уже битый час колд по имени Ун смотрел в потолок. Сила покидала его. Покидала медленно, но неотвратимо, как песок в песочных часах.

Колд по природе своей был парень-рубаха. Где надо было ввязаться в драку за праведное дело, там тотчас же появлялся колд Ун (и откуда только узнавал!) и начинал направо и налево крушить своей рубахой «вражин неправедных» (автор выражения — Ун, просьба не нарушать авторских прав!).

Кончилось всё печально: на основании решения Тройки Главных Исполнителей Больших Дел Департамента (кратко, ГИБДД) колдову рубаху, в которой Сила его врожденная пребывала, конфисковали, потому как Ун добровольно сдать рубаху отказался и так ею пейзаж вокруг испоганил, что всему коллективу Департамента Тайн и Предсказаний (кратко, ДТП) пришлось в поте лица своего трудиться, чтобы сляпать новый.

Но пока Тройка дело колда разбирала и решение принимала, рыбки ведьманя На и ведьмуня Ри — счетчики судебных (в смысле, судеб, а не суда) линий ДТП — по доброте своей душевной Уна навещали и беседы с ним разные о Силе творчества вели. Беседы те колд запомнил, назад в родные края вернулся, малюванием занялся и стал новой Силой наполняться, да такой, что просто УХ! Даже так, У-У-У-Х-Х!!!

Дело спорилось, краски на нужное место ложились, картины-малюванки писались. Словом, вскоре все стены колдова дома были обвешаны прекрасными образцами малювания, за исключением одного, который он рыбкам подарил. И захотелось колду малюванки свои всему Выпуклому миру, который был похож на девушку с развевающимися волосами и летел себе в необъятной Вселенной, показать.

Да как это сделать? Ун весь затылок обчесал, всю настойку из почек развесистой клюквы выпил — той самой, под которой один из Правителей сидел, — но так ничего и не придумал! Дошло до того, что Тоска и Хандра рядом с колдом поселились и стали из него Силу его новую тянуть, пока он сам не почувствовал, что Сила его покидает. Еле-еле колд Ун до лежака своего доплёлся, кулем на тот лежак повалился, да в потолок уставился. И только одна мысль, тоскливо завывая, билась в его голове:

— Амба! Только и осталось, что в потолок смотреть, пока не сыграю в ящик. А, может, дуба дам. Или коньки отброшу.

Чернота эта бессильная колда не доконала лишь потому, что дверь его избушки чуть с петель не слетела, так в неё колотить начали.

— Тьфу ты, и помереть не дадут!!! — подумал колд Ун, а вслух, как ему показалось, прокричал, а на самом деле еле-еле прошептал: «И кого это нелёгкая принесла!». Ответа на это шептание не последовало, однако независимые крики раздались:

— Ун, открывай, а не то малюванки твои водой зальём. Ужо и насос приготовили, и в трубу печную шланг опустили.

Колда с лежанки будто ветром смело. Своих друзей закадычных колда Ли и колда Тима он знал хорошо. Силу свою врожденную они применяли, как только предупреждение озвучивали. На такой случай те колды разрешение специальное имели под названием «Иду на Вы!». Так что наш Ун дверь быстренько открыл, пока с потолка закапало по-маленькому, а не начало лить по-большому.

Ли и Тим тут же рукоятки насоса отпустили (как оказалось, в дверь они ногами били), «О-го-го» закричали и бутыль огромную показали, на которой вкривь и вкось было выведено «Лекарство от Тоски и Хандры».

То, что лекарство действенное, это колд Ун понял сразу же, как только друзья его пробку из бутылки вытащили, поскольку Тоска и Хандра бочком-бочком из Уновой избушки выскользнули и в лес удрали, а колд Ли руки в боки упёр и самодовольно заметил:

— Ну! Чё я говорил! Сразу же удрали супостатовы духовицы. Это только ты Ун, по слабости своей их к себе подпустить мог.

А колд Тим добавил:

— Будут знать, что супротив чистейшего самогона из шишек той клюквы развесистой, которая почки дала, им не выстоять!

У колда Уна голова от тех слов снова кружиться начала, да так, что он прямо на порог своей избушки свалился и в глазах его стало темно.

* * *

Первое, что Ун услышал, когда в себя приходить начал, спор друзей закадычных. Кто есть кто наш колд позже различил, а пока слова одним потоком лились:

— Говорил тебе…

— А чё я-то…

— Говорил тебе, не бывает самогона из шишек клюквы развесистой!

— Он не от слов, а от запаха свалился. Не надо было пробку из горла дёргать. Слабый он еще …

— Это не я. Это ты дёрнул.

— Нет, ты.

— Слушай, а может, он вообще от другого свалился…

В этот момент колд Ун понял две вещи: во-первых, что последнюю фразу произнёс колд Ли; а во-вторых, что Ли прав. Напряжение последнего времени, ну и немножко запах из бутыли, сыграли с ним эту злую шутку. Сроду он, потомственный колд, в обморок не падал. И так захотелось Уну с друзьями своей кручиной поделиться, что он застонал. Друзья его закадычные этот стон услышали, из-за стола вскочили, наклонились и заботливо так спросили:

— Налить?

От этого вопроса наш Ун аж подскочил и неожиданно для самого себя заголосил:

— У других друзья как друзья. А вы только о том, как налить, да выпить думаете. В душу мою прекрасную плюёте!!! Ничего не понимаете!!!

— Да ты только подскажи нам, Унушка, — проявил участие колд Ли.

— Мы мигом всё сообразим, — вторил колду Ли колд Тим.

От слов этих дружеских колд Ун на ноги поднялся, за стол, всякой снедью уставленный (закадычные расстарались), сел и слово за слово им всю свою кручину и высказал: так, мол, и так, картины вешать некуда, а меня талантливого малюванщика никто не знает, не признаёт. И что делать, чтобы все… Ну, если не все, то хотя бы большинство, мои малюванки увидели. Мне за них ничего не нужно. Только, чтобы увидели!!!

— И всего-то!!! — удивился колд Тим. — Выставку устрой. Например, в столичном городе Эри.

— А остальные?!! Как с остальными обитателями нашего мира?! Не могу же я малюванки по горам, да долам возить. Испортятся малюванки. Жалко мне! Подарить за так — не жалко, а коли испортятся — жалко.

Тут и колд Ли решил своё крепкое слово добавить. И добавил. Крепкое слово озвучивать мы не станем. А предложение Ли озвучим:

— А ты малюванки свои по почте в разные места отправь.

После этих слов колд Ун чуть колда Ли той самой бутылью с надписью «Лекарство от Тоски и Хандры» по башке не хватил. Но сдержался. Всего лишь за шиворот колда Ли схватил и в горницу поволок, крича при этом:

— Как же опочтаренные голубки такую тяжесть потащат?! Да и все картины загадить могут.

И давай колда Ли в картины лбом тыкать, пока колд Тим у колда Уна колда Ли не отнял, да за дверь не выпроводил: посиди, мол, пока отойдёшь, а я тут с Уном погутарю.

Гутарь, правда, какая-то странная получилась. Ун всё выл: «Где ж мне Силу взять, чтобы картины-малюванки народу показать», а Тим его по голове гладил и приговаривал; «Мы придумаем, ты только не голоси».

Так и день прошёл, ночь наступила. Успокоился колд Ун. Заснул спокойно. Колд Тим тоже прикорнул. Только глаза сомкнули, а уж утро красное наладилось. Проснулись колды, потянулись, оглянулись: где же колд Ли? Нетути!!! Пропал! Ахнули Ун и Тим, про все свои беды позабыли и стали возле избушки бегать и кричать «А-у! А-у!».

* * *

А колд Ли в это время …

Доброта его границ не знала. В клане «Колд» этим многие пользовались. А уж для друзей Ли ничего не жалел! Пока его Ун по малюванкам лбом бил, колд Ли сочувствием Вселенским к другу проникся, а когда за дверью маленько в себя пришёл, то и вовсе решил: «Пока Унушка не утешится, не будет мне счастья». И несмотря на то, что ночь наступила, колд Ли из Силы своей врожденной небольшой ураганчик сотворил и на том ураганчике до столичного город Эри домчался.

Там у колда Ли вельми башковитый друг был. Но не колд, а чудик по имени Майк. Чудиками представителей и представительниц клана «Чудь» называли. Колд Ли чудику Майку еще только половину Уновой кручины рассказал, а Майк уже на стол свой рабочий чудесный механизм поставил, включил его и картинку на нём колду Ли продемонстрировал. Колд Ли аж ахнул:

— Что же это такое? И как картинка внутри механизма оказалась?

Улыбнулся Майк, пояснил:

— Это пьютер. Я его сам сделал. В одном экземпляре существует. Бери, утешишь своего друга.

— А можно я пьютер его именем назову? — спросил колд Ли.

— Делай, что хочешь. Дарю. Я себе новый сделаю. И еще книжку-программку получай. Тут всё написано: как пьютер устроен, как его налаживать, как разные малюванки, буквицы и цифирки в него засовывать.

От чудика Майка на заре-зарянице ушел колд Ли, пьютер тот к себе прижимая. Снова ураганчик сотворил и понёсся на нём обратно, к избушке колда Уна. Аккурат после десятого «А-у» на полянке возле Уновой избушки и приземлился.

Тим и Ун, как по команде, остановились. На колда Ли воззрились и в один голос прокричали:

— Ты чё, обиделся?!

Заметьте, их состояние души друга интересовало, а не где он был, да что делал. Вот что значит искренняя, а не напускная или ради выгоды, дружба!

Колд Ли головой помотал, мол и не думал обижаться, и, сияя, произнёс:

— Вот! Это пьютер. Его сам чудик Майк сделал. В одном экземпляре, специально для тебя Ун, потому как «Кубик Уника» называется.

Переглянулись Тим и Ун, а потом на колда Ли уставились и в один голос спросили:

— Чего?

— Не чего, а пьютер «Кубик Уника». В него и малюванки, и буквицы, и цифирьки засунуть можно. И он всё правильно показывает. Глядите.

Колд Ли через друзей в избушку протиснулся, на стол пьютер поставил, книжку-программку полистал. Оп-ля, на экране пьютера картинка-малюванка появилась.

Колд Ун, как картинку ту увидел, дар речи потерял. Пальцем в пьютер тычет, да мычит: «Муа, муа …». Тут колд Тим себя проявил, не растерялся, затычку из бутыли заветной вынул и бутыль ту к носу Уна поднёс. Колд Ун чихать как заведенный начал, а когда отчихался внятно так произнёс:

— Моя картина, моя малюванка! Та, которую я рыбкам подарил! Как же она туда попала? В пьютер этот…

Колд Ли книжку-программку раскрыл и прочёл: «Благодаря совершенству программной системы пьютера „Кубик“ вы можете, используя случайные ассоциации, сами добиться впечатляющих результатов, заталкивая в пьютер любые картины, как малюванные, так и светописные. Остаётся придумать, как всё это передать дальше, на другой пьютер».

— Это что же получается, вместо опочтаренных голубиц можно пьютеры эти использовать?!

Колд Ун от открывшихся ему перспектив, аж зажмурился. А колд Тим к Уновым рассуждениям свои добавил:

— Если чудик Майк в одиночку такой пьютер сотворил, то мы втроём можем придумать другое опочтарение. И назвать его ВЫДУМКА ТРЁХ КОЛДОВ.

— Ну, с Выдумкой Трёх Колдов я, пожалуй, соглашусь, — произнёс колд Ли. — Но создадим мы не новое опочтарение, а «почтовые хитросплетения». И чую я, мои закадычные друзья, что со временем кроме картинок, буквиц и цифирек, мы через те хитросплетения и Силу друг другу передавать сможем.

— УХ ТЫ!!!

Дружное уханье Тима и Уна филины в лесу подхватили, а наши друзья-колды или колды-друзья (как хотите, так и называйте! Свобода выбора!) в избушке заперлись и стали думу думать, как пьютеры хитросплести. Когда вместе думали, когда по одному, а когда по очереди.

Сначала для собственных нужд придумали дознаватель почтовых хитросплетений. Правда, колд Ун тут же каверзный вопрос задал:

— А каким образом мы отличим, что друг номер один — это Колд Тим, а друг номер два — это колд Ли?

— Хороший вопрос, — признался колд Тим и задумался. Но колд Ли не растерялся. Недаром он весь вечер под дубом могучим сидел и затылок чесал. Он-то Уну и ответил:

— Очень просто. Будем друг друга узнавать при помощи Усовершенствованного Резонатора Ли, коротко — УРЛ. Я его уже создал. И будем общаться друг с другом при помощи гиппоссылок. Это облегчит передачу Силы между колдами. А Тим пусть думает над тем, как один пьютер будет понимать другой. Пьютерам переводчик гиппосылок нужен.

— Чё думать-то!

Ун и Ли воззрились на самодовольно ухмыляющегося Тима.

— Ужо готово! Называется — язык Хитрого Тима, который Маленько подвинул Ли, а кратко — ХТМЛ. Я давеча пьютеру нашему на ХТМЛ кое-что нашептал, так он всё правильно понял. И картинки, и буквицы, и цифирьки.

Тут колд Ун рукой о стол шмякнул.

— Э-э-х!!! Раз пошла такая Сила, то и я свою лепту внесу. Просмотровщик гиппо-ссылок. Механизм такой. Внутри у него разгадыватель и отправитель гиппоссылок. Ко пьютеру прицепить и готово. Я его назвал «ЧВТП».

— Ва-у. Круто. ЧВТП. Это же надо до такого додуматься! — заметил колд Ли. Но вредный Колд Тим его не поддержал. Усмехнулся так, по нехорошему и сказал:

— Что Видишь, То и Получишь. Вот и всё ЧВТП!

Колд Ун обиделся:

— Ну и делай дальше всё сам, раз уж ты такой хитрый и маленько подвинутый.

Неизвестно, чем закончилась бы эта обида, если бы не стук в дверь. Стук был деликатный, но решительный.

— Неужели чудик Майк пожаловал? Только он мастер сочетать деликатность и решительность.

Как оказалось, колд Ли, сделавший это предположение, оказался прав. За дверью, действительно стоял чудик Майк. Да не один, а со товарищи, к коим относились: давний подельщик Майка чудик Марк и два колда новичка, которых Ун, Ли и Тим видели впервые.

Вся ватага, не дожидаясь приглашения, ввалилась внутрь избушки и Майк, в ответ на вопросительные взгляды и удивленно поднятый брови наших изобретателей, сказал:

— Чудик Марк, подельщик мой. Его вы знаете. А это, познакомьтесь, колд Овен и колд Лорри. Молодые таланты пьютерных дел.

— Ну и чё? — вызывающе спросил колд Тим.

— Сорока на хвосте весть принесла, что вы пьютер не по назначению используете, — спокойно ответил Майк. — Какие-то хитросплетения придумали.

— Ну и чё? — вызов в голосе Тима приобрёл стальной оттенок, а Ун и Ли встали в стойку «Боевого применения Силы колда».

Майк этот вызов проигнорировал, подвинул к себе ближайшую табуретку, спокойно сел и миролюбиво пояснил:

— А знаете ли вы, что разные пьютеры послания по-разному передают? И все ваши хитросплетения окажутся расплетёнными. Нужно договориться о единых принципах и стандартах почтовых хитросплетений. За тем и прибыли.

— Принципы! Стандарты! — проворчал колд Тим.

— Народ отпугнем такими словами. Нужно что-нибудь попроще придумать, — добавил колд Ун.

В разговор вмешался до сих пор молчавший чудик Марк.

— Я, кажется, придумал. Как вам слово «рекомендации»?

Слово было крепким, как гриб боровик и надежным, как Большое Слово представительниц клана «Ведь». Против такого слова возразить нашим колдам было нечего. Все расслабились. На столе, откуда не возьмись, появились чистые кружки и тарелки. Пробка из бутыли заветной была вытащена, и начался конструктивный диалог, который, как, впоследствии, оказалось, стал концом опочтарения.

Первым свою твёрдую позицию озвучил колд Ун.

— Нужно, чтобы любой желающий мог рекомендациями пользоваться безвозмездно. Нам ничего не нужно! Мы за мир в Выпуклом мире!

— Кто ж с этим спорит? — удивились чудики. — Нам тоже ничего не нужно. Мы этот мир хотим изменить и всё. Овен, Лорри, расскажите о своих придумках.

Тяжело вздохнув, колд Овен встал, рот открыл-закрыл, да краснеть начал. Робел. Ун, Ли и Тим переглянулись, да как засвистят посвистом молодецким! Чудиков аж подбросило, а колд Овен голову поднял и быстро-быстро затараторил, потому как знал, что свист у колдов высшее одобрение. Свистят, значит уважают. А уважение таких опытных колдов — это вам не дождичек в четверг.

Прямо скажем, вотум доверия колд Овен оправдал, потому как предложил все пьютеры, включенные в почтовые хитросплетения сделать равноправными. Никаких главных, старших и младших. В хитросплетениях все равны.

— А выгода какая? — спросил зловредный и потому неугомонный Тим.

— А такая! Коли даже несколько пьютеров разрушатся, то остальная часть хитросплетений останется работать и послания на разнесённых друг от друга пьютерах сохранятся. Вспомните! Когда опочтарение разрушилось, горы писем так и остались лежать в Главном здании опочтарей. И еще я придумал как хитросплетениям опочтаренных голубиц обогнать!

— Как?

Наши колды от любопытства даже с табуреток своих повскакали. Колд Овен им спокойно ручкой махнул и продолжил:

— Я проверял, коли цифирьками послания передавать, то выходить точнее и быстрее. Пьютеры они что?

— Что? — хором спросили присутствующие.

— Пьютеры лучше цифирьки понимают и если цифтрьки те на равные части разбить, то …

— Гиппосылки легче разгадываться и отправляться будут, — закончил мысль колда Овна колд Ун.

После этих сентенций в избушке такой свист раздался, что колд Овен снова покраснел. На этот раз от удовольствия. После этого и колд Лорри осмелел. Прокашлялся, горло прочистил и стал объяснять свою придумку — как разные пьютеры между собой связать и в одно общее почтовое хитросплетение вплести.

Словом этой ночью никто не спал. Кто связной вервь готовил, кто новые пьютеры собирал, а кто эти пьютеры налаживал, да обучал. А на утренней заре всё проверили. Колд Ун от радости чуть с дуба не рухнул, когда на пьютере своём свои малюванки увидел, образы которых из избушки ему колд Ли посылал. Остальные песнь победную запели, а когда бутыль заветную до дна опустошили, то поняли — пришла пора волшебным кланам наработки свои удивительные показать.

Дальше — больше. Почтовые хитросплетения поддержали Ведьмаги и главы кланов «Колд» и «Чудь». Вскоре удобство и быстроту почтовых хитросплетений оценили во дворце Правителя Выпуклого мира и в апартаментах милордов, лордов и прочих контов. И пошло, поехало. За рекордно короткий срок почтовые хитросплетения стали невероятно популярными в Выпуклом мире. Пьютеры распространялись будто лесной пожар. Самый захудалый лесовик считал нужным приобрести пьютер, вплетённый в почтовые хитросплетения. Одним пальцем или клешней, или всё равно чем, каждый обитатель Выпуклого мира набирал буквицы и цифирьки, а нажимая на специальные кнопки — передавал Силу, малюванки, светописи и излишества разные. Так в Выпуклом мире началась эра почтовых хитросплетений.

Но это еще не всё!

Колды Ун, Тим, Ли, Овен и Лорри, объединившись с чудиками Майком и Марком, объявили о создании нового клана — клана «Вайдеров».

Но и это еще не всё!

Колд Ун, простите, вайдер Ун стал живым классиком малювания, потому что его картины-малюванки украшали экраны пьютеров большинства обитателей Выпуклого мира.

Так что, все желания сбываются, если с лежака встать и делом заняться!

Вот теперь — ВСЁ.

Content

Наталья Манусаджян
ПОЧТОВЫЕ ХИТРОСПЛЕТЕНИЯ
(6-я повесть серии «Выпуклый мир»)