Михаил Большаков

Легенды Ахиллии

Причерномория краса – древняя Ахиллия!

Богатела, процветала и менялась Килия!

Тысячелетия несет Дунай в море воды.

Родину тут обрели свою многие народы!

Богатела Килия – ремеслами, торговлею,

Овощами и зерном, рыболовной ловлею!

Защищала от врагов ты свою свободу —

Независимость несла местному народу…

Во былые времена – тут гремели битвы.

Но врагов разбили – под звуки молитвы!

Средь селений Украины зацвела красою,

Предков осчастливив сбывшейся мечтою!

М.Большаков, «Килийская рапсодия».

Легенды Ахиллии-Килийшины

Килия – один из древнейших городов Украины. Килии более 2700 лет! Время основания греческой колонии в этой местности историки относят к VII веку до нашей эры (Постановление № 878 Кабинета Министров Украины от 26.07.2001 года: «Об утверждении списка исторических населенных пунктов Украины»).

«…Эта крепость, расположенная в устье Дуная при впадении его в Черное море, имеет форму круга, как Измаил и Аккерман. Это прелестная крепость на низком, ровном месте, с большим количеством превосходных лугов, виноградников и садов… в бесчисленном множестве. Южная часть города расположена на Змеином острове. Другая его треть с тремя стоянками относится к Тулче, и еще треть – к городу Измаилу. Это большой плодородный остров».

(Эвлия Челеби «О крепости Килия»).

Легенды святилища Ахилла (о. Змеиный)

«…Над Ахиллом, чтимым на острове Белом,

Сына богини Фетиды, Пелееву отрасль, Ахилла,

Остров сей Понта святой в лоне своем бережет».

Аристотель (Эпитафия).

Предания не раз уже становились основой для реальных успехов археологических поисков. Со времён Геродота и до начала новой эры, Причерноморье от устьев Истра – Дуная до устья Борисфена – Днепра называлось «Землей Ахилла». В древности на месте Чёрного моря, особенно в северо-западной его части, был крупный массив суши. Можно сказать, «Черноморская Атлантида», которая в результате повышения уровня моря ушла под воду. Змеиный – единственный на сегодня остаток этой суши, и под водой нашли следы древнего массива. Этот легендарный остров Килийщины был самым святым местом на обоих берегах Понта Эвксинского (Черного моря). Расположенный в 35 километрах от дунайской дельты и окруженный грядой рифов, он прославился как место погребения Ахилла и даже как вход в подземное царство мертвых, по которому души умерших спускаются в Тартар, чтобы предстать на суд пред Аидом. Считалось даже, что те, кто посетил остров, – стояли у ворот ада. «Судьба уже лежала на коленях у богов» – любимое изречение античных греков. Локализация умершего Ахилла на острове Левка в устье Дуная объяснялась тем, что как на этом острове, так и в ряде других районов Северного Причерноморья имелись храмы, жертвенники и участки, посвящённые ему. Ахилл – покровитель мореходов Понта Эвксинского (Черного моря). Нетрудно представить, сколько даров скапливалось на острове. Моряки предпочитали оставить богатые дары на жертвеннике острова, чем навлечь гнев Понтарха (владыки Понта) и потерять жизнь и весь груз.

По легенде, Ахилл в бурю с мачты указывал кораблю проход к безопасной гавани. В античные времена остров был значительно больших размеров. Cильные землетрясения, цунами, потепление климата и повышение уровня моря уменьшили его почти в 50 раз. Самое древнее на территории Крыма и современной Украины землетрясение, подтвержденное источниками – Пантикапейское (63 до н. э.). Сейчас Змеиный имеет в длину 615, а в ширину – 560 метров. Раньше он был покрыт буйной растительностью. В лесах водилось много зверья. Теперь тут растут лишь степные травы. Деревья не приживаются из-за отсутствия пресной воды, сильных ветров и засушливого климата.

С VII в. до н. э. греки воздвигали святилища на акрополях, на городских площадях, а храмы, посвященные морским божествам, – на мысах, вдающихся в море, и островах. Появлялись культовые статуи богов и храмы, в которых эта статуя стояла. Жрецы несли службу богам, исполняя их волю. Они заботились о святилище, содержали в порядке священную утварь, принимали дары и жертвы, приносимые божеству. Жрецов первоначально избирали голосованием на собраниях граждане полиса. Избранные выступали как их представители перед лицом божества и от имени всей общины возносили к небу молитвы, устраивали торжественные жертвоприношения и совершали иные обряды.

Особая группа жрецов сложилась на легендарном острове Левка-Белом-Змеином, при храме Ахилла, куда мореходы привозили свои жертвы и дары Ахиллу, прославленному во всем античном мире. Во избежание в пути бурь, стихийных бедствий, вспышек болезней, пиратов – мореходы старались получить «благословение» Ахилла, очиститься от грехов и «оздоровиться».

Святилище Ахилла приобрело большую роль в жизни всей Эллады именно благодаря хорошо подготовленным жрецам – опытным психологам, поддерживавшим славу святого места и управлявшим значительной, постоянно пополняемой храмовой сокровищницей. На острове хорошо организовали систему обслуживания культа, жизнеобеспечения жрецов, охраны от грабителей, лечения больных мореплавателей, выведения судов по безопасным маршрутам жрецом-лоцманом (под видом Ахилла), сигнальный ночной огонь маяка. Немаловажными были – источник питьевой воды, буйная растительность древнего острова, разнообразная живность, привозимые жертвенные животные (козы и овцы), гроты, преемственность жреческой династии, все это способствовало многолетнему поддержанию культа. Жрецы всемерно поддерживали у моряков и путешественников эффект «присутствия» на острове «воскресшего» Ахилла и его любимой. Их завораживающие ночные пения и являемые «чудеса» порождали легенды, долгие годы передаваемые из уст в уста. Знаменитый храм Ахилла на острове являлся центром его культа. Он стоял на возвышенном месте, светлый, открытый, гармонично дополняя морской пейзаж, чистое и звездное небо и окружающий его диковинный сад. Золоченое изваяние Ахилла и его легендарный щит, статуи и статуэтки, обсидиановые зеркала, фрески, жертвенник, драгоценное убранство – все это укрепляло чувства верующих. Аромат аравийских благовоний круглосуточно курился на тлевших углях у основания жертвенника. Монотонные, размеренные низкие звуки китар умиротворяли и успокаивали «прихожан» храма. Жрецы, обслуживающие культ и храм, образовали школу особого уклада, верований, мистерий для воспитания династий жрецов и жриц. Строжайший «естественный» отбор жрецов производили из наисильнейших, умных и способных потомков самих жрецов. Жриц выбирали по всей Элладе – самых рослых светловолосых красавиц магической привлекательности. Обучали потомственных жрецов с рождения, по особым, порой жестоким методам воспитания, по тайной системе психологического воздействия и древней системе самообороны и владения всеми видами оружия. Выносливость и здоровье представителей жреческих династий по нынешним меркам впечатляют. Суровый отбор многих поколений по физическим показателям выживаемости и силы, фанатичность веры, умение и организация эффективных оборонительных способностей жрецов порождали легенды о личном покровительстве Ахилла. Сам остров в те древние века был значительно большим в размерах, климат более влажным, а источники пресной воды и завезенные усилиями жрецов и поклонников культа Ахилла плодородная почва и дунайский ил создали условия для закладки сада, виноградника и прочих экзотичных растений у храма. Пышное покрывало разнотравья радовало глаза и создавало кормовую базу живности. К питьевому ключу воды, журчавшему под крышей меж двух колонн, – «священному источнику Ахилла» – вела затененная терраса, увитая виноградной лозой и другими лианами. Этот «источник жизни» на острове был предметом особой охраны и поклонения. Вода из него обладала целебными свойствами, долго не портилась, придавала сил мореходам в их дальних путешествиях. Водяной ручеек образовал небольшое внешнее озерко и стекал через расселину в подземный грот, естественное хранилище, изолированное от морской воды.

Жрецы вели свое нехитрое хозяйство. Завезенная на остров популяция диких кроликов регулировалась отловом и отстрелом для нужд питания. Содержались в отдельном загоне овцы и козы. Проблему питания решали также рыбной ловлей, отстрелом и ловлей диких гусей и уток. Ослабевших в морских переходах и больных моряков жрецы поили козьим молоком с медом – напитком «возрождения жизни», которым, по легенде, был вспоен сам Зевс в пещере Крита божественной козой Амальтеей. Одно время на острове содержали даже семью прирученных белых львов, которых кормили останками жертвенных животных.

Львы, выпущенные из вольера в час нападения пиратов, не однажды мгновенно решали ход локальных сражений, и немногие спасшиеся бегством пираты не помышляли уже о «легкой наживе». В гроте, где в тайниках хранились особые ценности, жили завезенные аллигаторы. Сам остров был пристанищем нескольких видов многочисленных змей, приносимых сюда дунайским течением. О колониях разнообразнейших птиц разговор особый. Их, самых многообразных, водилось великое множество. Розовые пеликаны, чайки, утки, гуси, лебеди и прочие. Они облюбовали этот божественный остров. Зерно и специи, оливковое масло и одежду жрецам завозили их «прихожане» – моряки. В период бурь, частых «Посейдоновых быков» – громадных волновых валов и непогоды с пюанепсиона (октябрь – первая половина ноября месяцев аттического года) до антестериона (февраль – первая половина марта) на острове шла размеренная жизнь без «прихожан»-мореходов. Жрецы наводили полный порядок на острове, который тщательно поддерживали. Все собранные с жертвенника драгоценности и монеты: драхмы (ди– и тетрадрахмы, равные 2-м и 4-м драхмам), мины (равные 60-ти драхмам), таланты (равные ста минам), золотые персидские дарики (равные достоинством серебряной дидрахме) переносили в тайные гроты скрытой пещеры.

Ничто не вечно. Прошло много времени. Природные катаклизмы и смены формаций общества изменили облик и многовековой уклад жизни на острове. Сильнейшее землетрясение изменило ландшафт острова, обрушило его берега, раскололо. Цунами с десятиметровой волной вырвало и смыло растительность, части храма и постройки жрецов. Большая часть острова была поглощена поднявшимся уровнем моря. Затопленные пещеры и гроты со временем покрылись морским песком, сохраняя скрытые под ним следы прошлой жизнедеятельности и сокровища Ахилла. Погибли на острове и жрецы – некогда лучшие представители своего народа. Так, видимо, окончилась эпоха легендарного культа.

Остров Змеиный – греки называли остров Фидониси – «змея и остров». В Европе нет другого такого ценного для археологической науки острова, как этот. Увы, подступы к тем сокровищницам сегодня надежно похоронены под обломками скал, обрушенных временем и катаклизмами, поглощены пучиной морской… Будем надеяться, что молодое поколение исследователей откроет тайны острова, скрытые морской пучиной, и впишет много новых страниц в сборник легенд о нашем острове Змеином.

Легенда об Александре Македонском

Много легенд сложено об Александре Македонском.

Что связывало древнего героя-завоевателя, повелителя Египта, Финикии, Сирии, Малой и Великой Азии с Землей Ахилла – нашей местностью? Мать Александра – Олимпиада, жрица Деметры, колдунья и «владычица священных змей» была божественно красива и мудра. Царь Филипп – отец Александра, храбрый вояка, балагур, любивший обильные попойки и развратных женщин, все же побаивался колдовских чар своей супруги. Шутя, он говаривал, что не хочет проснуться и увидеть рядом змею… Люди поговаривали, что Александр вовсе не его сын, но был зачат Олимпиадой в храме от одного из богов. Олимпиада сама потворствовала этим слухам, пытаясь возвеличить сына. После победы при Херонее Филиппа избрали военным вождем союза Эллинских государств, правда, перед этим он покинул Олимпиаду и женился на Клеопатре, племяннице вождя Македонии. Всю нерастраченную любовь свою Олимпиада посвятила Александру. Повзрослевший Александр в шестнадцатилетнем возрасте влюбился в рабыню, привезенную с берегов нашего Эвксинского Понта – Черного моря – «Земель Ахилла». Свою роль в этом сыграло именно происхождение девушки, рожденной на Земле Ахилла, подвигами которого Александр бредил и считал своим предком. Ему думалось, что он встретил одну из легендарных амазонок. Высокая, красивая, светловолосая с длинной косой, голубоглазая девушка с гордой осанкой выполняла черную работу не как рабыня, но как принцесса-воительница. Короткая туника едва прикрывала ее прелести и не оставила Александра равнодушным. Часто их видели вдвоем, в самых потайных углах обширных садов царского дворца в Полле. С ней, не говорящей на его языке, Александр живо общался, быстро изучив много слов ее народа. Его интересовали жизнь и быт ее воинственного племени. Как знать, быть может уже тогда Александр мечтал захватить новые земли и повелевать народом ее племени, возвеличив при этом свою любимую девушку. В ней ему нравилось все – от внешней красы до непокорного гордого характера и смелости, умения рисовать и петь. Особенно юношу вдохновляла её шуточная борьба. Она с легкостью, неожиданно применив известные только ей приемы, могла свалить с ног даже сильного воина. При этом окружающие хохотали до слез и подвергали поверженного ею противника насмешкам. Александр часто ревниво перехватывал брошенные на нее вожделенные взгляды посторонних мужчин. Однако бурный роман их не затянулся надолго. Олимпиада не допустила, чтобы непокорная рабыня всемерно овладела сердцем и душой Александра. По ее приказу девушку коротко остригли и отвезли в один из небольших городов Тессалии. Но всю свою недолгую жизнь Александр вспоминал первую любовь. Возможно, это отразилось впоследствии в его лояльном отношении к родине девушки – Северному Причерноморью.

Существует и другая легенда. Молодого скифского вождя из Ахилии, предводителя скифской конницы, воевавшего на стороне персов, пленили воины войска Александра Великого. Пленных вождей и военных начальников всегда приводили Александру для беседы – разбора тактики, стратегии. Александр не стал бы Великим, если бы пренебрегал их оценками состоявшегося сражения. Этот тяжелораненый и связанный воин ответил на вопрос Александра о поражении кратко: «Персы поплатились за неумение воевать! Имей я хоть половину царского войска, то за два-три месяца покончил бы с твоей армией! Вооружил бы свою конницу луками и обстреливал пехоту на расстоянии выстрела, не давая ей приблизиться на удар копья. А конницу свою я защитил бы от твоей отрядом прикрытия. Так день за днем уничтожал бы щитоносную пехоту в строю». Александр в гневе воскликнул, что так два века назад предки этого скифского вождя победили персидского царя Кира! Он приказал убить молодого вождя, этого умного, смелого и опасного воина!

Легенда об Андрее Первозванном

Апостол Андрей Первозванный – один из учеников Иисуса Христа, брат апостола Петра. О нем написано в Новом Завете – в Евангелии и в Деяниях Апостолов. Андрей родился в городе Вифсаиде, на берегу Галилейского озера. Андрей вначале был учеником Иоанна Крестителя. Спаситель встретил Андрея и его брата Симона Петра на берегу Генисаретского озера, где братья ловили рыбу, забрасывая сети в воду. Иисус обратился к ним со словами: «Идите за Мною, и Я сделаю вас ловцами человеков». И они последовали за Ним, оставив промысел. До последнего дня земного пути Спасителя, Андрей был с Христом. После распятия Господа – святой Андрей стал свидетелем Воскресенья и Вознесенья Христова. Через пятьдесят дней после Воскресения Иисуса, в день Пятидесятницы в Иерусалиме произошло чудо сошествия Святого Духа в виде огненных языков на апостолов, и они получили дар исцелять, пророчествовать и способность говорить на разных языках о великих делах Господа. Двенадцать учеников Иисуса распределили между собой страны, куда они должны были нести евангельскую проповедь, обращая язычников ко Христу. Святому Андрею поручены были земли Вифинии, Пропонтиды, Македонии и Фракии – до Чёрного моря и Дуная, земли Скифии, Фессалии, Эллады и Ахайи, города Аминс, Трапезунд, Ираклия и Амастрида.

Святой Андрей прошёл все Земли Ахилла, неся язычникам евангельскую проповедь. Почти на тысячу лет раньше крещения Руси Владимиром Святым, свет христианства засиял на землях Ахиллии. Тогда край наш был северной провинцией Римской империи. Нестор-летописец в «Повести временных лет» повествовал о Черном море: «…это море слывет Русским – по берегам его учил, как говорят, святой апостол Андрей, брат Петра». Питаемый силой веры, святой Андрей стойко переносил все страдания во имя Христа. Особенно много мучений пришлось встретить Первозванному апостолу в городе Синопе, на южном берегу Черного моря, где язычники подвергли его жестоким пыткам. Но, как говорит предание, «благодатью своего Учителя и Спасителя святой Андрей снова оказался здоровым и целым от ран». Об этом пишет Нестор: «Андрей учил в Синопе и прибыл в Корсунь». Русский город Корсунь, а ранее греческая колония Херсонес, находился в Крыму на берегу моря, где ныне город Севастополь. Оттуда на корабле приплыл Андрей Первозванный в земли Ахилла (Бессарабию). Племенам скифов и даков, грекам и римлянам, всем жителям Причерноморья прививал он азы христианства. В Тире, в казармах, он говорил легионерам о Боге и сыне Его Иисусе Христе. Суровые воины зачарованно слушали рассказ очевидца земной жизни Спасителя, Его распятия, Воскресенья и Вознесения на небо. Многие воины уверовали в Христа, и апостол крестил их водою на берегу Тираса. По доносу язычника, апостола Андрея схватили, учинили допрос с пристрастием, жестоко избили плетьми и выдворили из города. А новообращенных христиан-воинов, вступившихся за апостола, на первом же корабле отправили в Рим. Их ждала жестокая участь быть растерзанными львами на потеху почтенной публике на арене Колизея (по высочайшему повелению римского императора). Самого Андрея, истекающего кровью, без сознания, подобрали и спрятали в одном из своих убогих жилищ пастухи-геты. Лекари долго боролись за его жизнь, применяя все средства народной медицины. Жители приходили послушать о земной жизни и деяниях Иисуса Христа. Легенда гласит, что центурион, велевший избить и изгнать из Тиры апостола Андрея и пославший в Рим на смерть своих солдат, будучи пьяным, захлебнулся и утонул. Солдат-доносчик вскоре также умер от яда ужалившей его змеи. Чаще всех к Андрею приходили рыбаки, бывшие в числе первых принявших христианство. Андрей любил бывать в простых жилищах рыбаков-дунайцев, в обмазанных глиной и илом постройках из камыша. Порою он вместе с ними расставлял нехитрые снасти и показывал новые способы рыбодобычи и, вместе с тем, рассказывал о жизни Христа и его учении. Семьи рыбаков внимали рассказам апостола, и светлели их души. Множество людей тогда было обращено в веру и окрещено Андреем Первозванным. Божье слово, несущее успокоение и просветление, распространялось по Буджаку с быстротой южного степного ветра. Вера делала людей добрыми и терпимыми друг к другу. Прекратились конфликты, воцарился мир, и возносились молитвы. «Золотая легенда» сообщает об одном из чудес апостола: однажды он воскресил сорок мужей, направлявшихся к нему, чтобы получить учение о вере, но утонувших из-за шторма, вызванного дьяволом. Поэтому в гимне Апостолу поётся: «Quaternos iuvenes submersos maris fluc-tibus vitae reddidit usibus». В другом случае апостолу удалось молитвой успокоить бушующее море. Еще одним эпизодом легенды является ответ Андрея дьяволу на вопрос о том, что выше – земное или небесное: «На имперских небесах, где находится Исус Христос, который является формой нашей плоти, Он превыше всех небес!» Известно, что Андрей по Днепру поднялся до того места, где позже был построен город Киев, и сказал своим ученикам: «Видите ли горы эти? На этих горах воссияет благодать Божия, будет великий город, и Бог воздвигнет много церквей». Водрузив на горах крест, он поднялся еще выше по Днепру и дошел до поселений славян, где позже был основан Новгород. Близко к 70 году н. э. апостол Андрей принял мученическую кончину – был распят на косом кресте, который с тех пор называется Андреевским крестом. Апостол принял свой приговор с радостью и сам взошел на место казни. Два дня, распятый на кресте, он проповедовал Христово учение горожанам в Патрах. Люди сочувствовали его мучениям, удивляясь мужеству и силе веры, требовали снять его с креста. Испугавшись бунта, правители приказали прекратить казнь. Андрей стал молиться, чтобы Господь удостоил его крестной смерти. Сияние Божественного света осветило крест, и святой апостол отдал свою святую душу Господу. На месте распятия его воздвигнут Собор Андрея Первозданного, самый большой в Греции. День памяти святого Андрея Первозванного отмечался 30 ноября (13 декабря по старому стилю). На Руси Андреев день считался праздником, с которого начинается зимний цикл календаря. В католической традиции это был первый день рождественского поста. Как и другие подобные праздники «перелома года», этот день связывался с особой активностью потусторонних сил. Так, например, согласно карпатским верованиям, ночь перед днем св. Андрея – время разгула нечистой силы, когда особенно опасны бывают ведьмы, отбирающие молоко у коров: для защиты от них гуцулы в эту ночь жгли на возвышенных местах «андреевские костры». Во многих местах ко дню святого Андрея традиционно приурочивались обрядовые обходы, в общем, схожие с рождественскими и новогодними. Так, например, в украинских селах восточной Словакии мальчики на заре Андреева дня обходили все дома в селе с пожеланиями, чтобы у хозяев хорошо неслись куры. Причем иногда один из таких поздравителей рядился «Андреем» и появлялся в большой шляпе, с мешком за плечами и с палкой в руке. Андрей у западных и восточных славян почитался как олицетворение мужского начала и покровитель брака. По этой причине во многих местах девушки, желающие скорейшего и удачного замужества, соблюдали пост накануне дня Андрея Первозванного и молились этому святому о даровании им хороших женихов.

Легенда о Беллоне Ахиллии

Мать нашей героини родилась, воспитывалась и жила до момента пленения ее римскими воинами на Земле Ахилла. Девочка унаследовала от матери все черты ее славянских мужественных и воинственных предков. Гены племен, населявших Ахиллию, оставили свою «метку» на характере девочки. Букет кровосмешения многих местных народов представлял собой «икебану» из доброты и воинственности, пылкости чувств и гнева, смелости и упорства. Ее сложный характер – упрямый, порой неуправляемый – и эксцентричное поведение беспокоили родных. Однако все эти черты характера и сделали ее впоследствии легендарной героиней гладиаторских боев. Беллоне Ахиллия родилась в 162 году н. э. в семье кастора Пергама – провинциального администратора и рабыни из Северного Причерноморья. Она жила в эпоху правления императора Марка Аврелия «Мудрого». Пергама была тогда римской провинцией Азия. Отец, вначале разочарованный рождением не сына, а дочери, со временем изменил свое отношение. В отличие от своих знатных сверстниц, Беллоне была девушка экстраординарная, обладала крупным крепким телосложением и задиристой натурой, за что мать и окружающие прозвали ее Ахиллия. Поскольку в обязанности отца входило организовывать гладиаторские игры, девушка была близко знакома с единоборствами. Брат матери, славянин, плененный римлянами будучи тяжело раненым в бою, и ставший рабом кастора, обучал девочку приемам самозащиты, езде верхом на лошади, обращению с оружием. Он обучил Ахиллию борьбе и умению мужественно переносить неизбежные травмы и боль. Следует отметить, что мелкую лохматую азиатскую лошадку отец привез девочке специально в подарок. Ему нравилось, что девочка росла более ловкой и сильной, чем даже ее сверстники-юноши. С семнадцатилетнего возраста Беллоне Ахиллия стала посещать городской «людум» – гладиаторскую школу, где с интересом следила за тренировками и боями гладиаторов. В то время знатным женщинам не возбранялось открыто восхищаться мужеством гладиаторов и входить с ними в интимный контакт. Ахиллия, тайно от близких, стала учиться приемам гладиаторского боя у гладиатора Адальбаро. В людуме служил врачом тогдашняя звезда медицины – Клавдий Гален, позже ставший личным доктором императора Аврелия. Галену было тогда за тридцать. Волею судьбы, он влюбился в нашу героиню – Ахиллию – привлекательную, повзрослевшую девушку. Гален стал великим врачом и ученым, на практике изучив анатомию, физиологию и лечебное дело на гладиаторах. Гален не отговаривал Беллоне от занятий гладиаторским искусством. Он обучил ее основам анатомии в плане болевых и летальных точек на теле, что немаловажно в искусстве вооруженных единоборств. Девушку полностью захватила идея сражаться на арене, и она вполне овладела основами боя и борцовскими приемами. В девятнадцатилетнем возрасте Ахиллия впервые поучаствовала в поединке на деревянных мечах с настоящим гладиатором, но тот был осторожным с дочерью кастора. Однако умение девушки удивило присутствующих – она дралась практически на равных с опытным бойцом. В этом, конечно, помогало то, что она была левшой. Жизнь Ахиллии изменилась в двадцатилетнем возрасте. Сильная и красивая, она вызывала невольное восхищение мужчин и ревность женщин. Любовница сподвижника императора Люция Вера, поклонница гладиаторских сражений Пантея из Смирны увлекалась фехтованием. При посещении пергамской гладиаторской школы она приревновала Беллоне, увидев в ней серьезную соперницу. Ахиллия, оскорбленная замечанием Пантеи, набросилась на нее, и завязался женский поединок без оружия. Мужчины с интересом наблюдали, не вмешиваясь в «разборку» девиц. Ожесточенная схватка завершилась победой нашей героини, до полусмерти удушившей Пантею. Покровитель ее, сподвижник Люция Вера, приказал наказать Беллоне Ахиллию за избиение своей любовницы, сделав ее рабыней-гладиаторшей. Так, ценой потери свободы, исполнилось желание девушки – гладиаторствовать.

Отец Ахиллии даже не пытался защитить ее. Гален в то время уехал в Рим. Беллоне тренировалась в людуме с Анахитой Амазонией, пленницей-парфянкой, названной так за ее воинственность и бесстрашие.

К тому времени Амазония не знала поражений от соперников. После года тренировок Ахиллию выпустили сражаться с «дикой сарматкой». Беллоне дралась как дикая кошка, но была ранена и проиграла бой более опытной и сильной противнице. Публика не требовала от сарматянки убить соперницу, по праву первого для Ахиллии боя. Но с тех пор наша героиня – Ахиллия – стала непобедимой на арене. В течение последующих трех лет Беллоне гладиаторствовала в боях. Крупной и сильной, опытной в борьбе, Ахиллии не было равных. Быстрой победой оканчивались ее борцовские поединки. Внезапно гладиаторская карьера Беллоне окончилась. Фаустина – жена императора, жестокая и сластолюбивая женщина, обожала гладиаторские игры. После победы римлян над парфянами в Армении она посещала гладиаторские бои в городах Малой Азии. В Галикарнассе она увидела поединок Беллоны и Анахиты. Две сильные, полуголые женщины с мечами – Ахиллия и Анахита – выделывали акробатические пируэты на арене. Гул амфитеатра известил о победе Беллоне в поединке. Непобедимая до тех пор Анахита жестом запросила пощады – «миссио». Толпа вопила и стонала, но даровала побежденной жизнь. Фаустина, пораженная яростным и умелым боем девушек, велела высечь в камне скульптуру на память об этих гладиаторшах и освободила Ахиллию от рабства, взяв в свою свиту телохранительницей и помощницей. С тех пор Беллона повсюду сопровождала свою освободительницу. В Риме, позже, продолжился роман двух замечательных людей – Галена и Ахиллии, особо приближенных к императорской семье. Но об этом уже – другая легенда…

Легенда о Святом Ахиллии

Более трех веков минуло после первых христианских проповедей в Ахиллии Андрея Первозванного. И вновь эта земля сподобилась Божьей милости, посещению и активной деятельности среди ее жителей нового святого проповедника. Весьма вероятно, этот святой обрел свое церковное имя Ахиллий именно ввиду своей масштабной миссионерской деятельности в нашем регионе – Ахиллии.

Задолго до освящения Руси множество язычников Земли Ахиллейской он обратил в христианскую веру, неся в массы Заповеди Божьи:

Божьи Заповеди: не убий и не кради!

Не завидуй! Себе кумира не твори!

Лжи-клеветы, смотри, не позволяй!

Прелюбодейству – нет! Не загуляй!

Старайся почитать отца и мать!

В Субботу – надо отдых соблюдать!

Господь – Вселенной всей единый Бог!

Чтоб его имя в просторечии не смог

Напрасно – просто всуе – повторять!

Ведь в жизни возможно потерять

Все – не выполняя Божий сей Закон…

(Автор).

Лариса («чайка») – один из пяти самых крупных городов Греции – являлся административным центром области Фессаллия. Он стоит на берегах реки Пиньос, что создает особый климат – город зеленый, тенистый и даже в самые жаркие дни здесь прохладно. С современными строениями гармонично уживаются старинные особняки и средневековые замки. В IV веке в течение 35 лет епископом Ларисы был святой человек – святитель Ахиллий. Он имел дар исцелять болезни (даже беснование) и совершал множество чудес.

Ахиллий происходил из Каппадокии. Он родился в 270 году в христианской семье. Будущий святитель получил прекрасное светское и религиозное образование, но «искал больших дарований». После смерти родителей он потратил все свои средства на благотворительность и отправился в Иерусалим. Долгое время Ахиллий жил неподалеку от гроба Господня, предаваясь молитве и посту. Посещал подвижников, живших в кельях и скитах, чтобы учиться у них аскетической жизни. Укрепившись духовно, Ахиллий отправился в Рим, затем в Фессалию, где проповедовал христианство. В контексте связи с Ахиллией – Землей Ахилла полезно вспомнить, что имя его стало широко известно в нашей местности, где он задолго до установления христианства на Руси, среди простых людей, проводил проповедническую деятельность. Тогда многие простые, верящие в языческиих богов люди из уст Ахиллия услышали вновь о Христе и его учении. После проповедей Ахиллия многим славянам и прочим иноверцам Божьи Заповеди стали близки сердцу. Ахиллий постом и молитвами, собственным примером жизни праведника, проповедями и разъяснением добился признания православия частью местного населения. О длительности пребывания его в нашей местности мне не ведомо, но результаты деятельности впечатляли настолько, что он получил церковное свое имя, Ахиллий. Вскоре в Ларисе освободилась епископская кафедра, и Ахиллий получил приглашение стать епископом Ларисийским. Отныне его стали называть Ахиллий Ларисийский.

Император Константин Великий глубоко почитал святителя Ахиллия, дорожил его благословением и во многом благотворил городу Ларисе. На средства императора в Ларисе возводились храмы, устраивались библиотеки. Константин Великий подарил святителю Ахиллию Святое Евангелие, выведенное на пергаменте золотыми буквами. Во время Первого Вселенского Собора Ахиллий, вместе со святителями Николаем Чудотворцем и Спиридоном Тримифунтским, принимал участие в борьбе против арианской ереси. Тогда, в 325 году, Ларисийского святителя с большими почестями встречали на Соборе и император Константин Великий, и съехавшиеся в Никею отцы. Святитель Ахиллий, как и святитель Спиридон Тримифунтский, в удостоверение единства Святой Троицы совершил на Соборе великое чудо – извел жидкость из камня.

На протяжении всей жизни сохранялась духовная связь между святителями Николаем, Спиридоном и Ахиллием. Сохраняется она и доныне. Мощи святителей Спиридона и Ахиллия почивают в Греции, а к святителю Николаю путь паломников зачастую лежит через Корфу, где покоится святитель Спиридон. В 355 году святитель Ахиллий получил видение от Бога, что пришло время оставить этот мир. Он собрал свою паству и духовенство, простился с ними, дал последние наставления, мирно отошедши ко Господу. Святителя похоронили с большими почестями, в построенном им храме. Мощи Ахиллия сразу начали источать миро. Происходили от них и другие чудеса.

В 978 году воины болгарского царя Самуила похитили мощи святителя из Ларисы и отвезли в Болгарию, в город Преспу, который впоследствии получил в честь святого имя – Ахилли. Тогда наличие в местности мощей прославленных святых считалось большой честью и благословением, и похищение мощей не было редкостью. В Ларисе, несмотря на отсутствие мощей, память о святителе Ахиллии жила, и благоговейное почитание его передавалось из поколения в поколение. Несколько раз за свою историю Лариса разрушалась захватчиками. В период турецкого владычества храм святителя оскверняли, превращали в оружейный склад и даже стирали с лица земли. Но усилиями почитателей святителя он возрождался вновь. В Болгарии мощи святителя Ахиллия находились в течение 1000 лет, до 1981 года, когда с почестями были возвращены в Ларису. Сейчас мощи святителя Ахиллия Ларисийского почивают в величественном соборе, стоящем на высоком берегу реки Пиньос, откуда открывается великолепный вид на город Ларису. Рака с мощами святителя Ахиллия в храме умиротворяюще воздействует на прихожан, а на большой иконе напротив святого Ахиллия – лик русского святителя Луки Врача, которого также почитают ларисийцы. Святитель Ахиллий Ларисийский сегодня малоизвестен нашим землякам. Этого великого святого можно назвать несправедливо забытым. В жизни к знакам неблагодарности и неуважения к предкам относят умалчивание славных деяний и подвигов их – забвение потомками. Особого нашего внимания и душевного участия заслуживают святые. Возможно, легенда устранит данную историческую несправедливость, и люди, обратившись к лику святого проповедника, вновь получат от него помощь в укреплении веры и решении мирских проблем.

Легенда об Атилле (Аттиле) и его сокровищах

«Повелитель всех гуннов и правитель, единственный в мире, племен чуть ли не всей Скифии, достойный удивления по баснословной славе своей среди всех варваров», – через столетие после смерти Атиллы написал о нем готский историк Иордан. Истребив прочих вождей, он объединил своей властью все славяно-гуннские орды. Этот варвар был одарен хитрым умом и твердой волей, жадный к завоеваниям и добыче. Столица его царства находилась в Паннонии, на берегах Тиссы, и представляла собой обширный воинский стан, застроенный деревянными домами и глиняными мазанками. Приближенные Атиллы щеголяли дорогой одеждой и конской сбруей, награбленными коврами и посудой. Но сам вождь не любил показной пышности, ел из деревянной посуды и употреблял простую пищу. По наружности он был настоящим гунном. Но его отличала гордая осанка, проницательный взгляд маленьких глаз, с выражением осознания своего превосходства над другими. Об Атилле – вожде гуннов, объединившем с 434-го по 453 год варварские племена от Рейна до Северного Причерноморья, сложено немало легенд.

Отсюда и начну повествование об этом легендарном лидере.

Пастух, однажды увидав глубокую рану на ноге своей коровы, пошел по ее кровавому следу. Причиной ранения его коровы послужило высунувшееся из земли острие большого ржавого меча. Такие мечи древние скифы посвящали богу войны, проводя специальные обряды «освящения», и им приписывались необыкновенные свойства оберегов, приносящих военную удачу и защиту обладателю. Атилла с благодарностью принял оружие от пастуха и объявил, что боги послали ему этот священный меч для завоевания мира. Пастуха он по-царски отблагодарил, подарив стадо коров, а также приказал принимать от него продукцию для своей армии по повышенной цене. Из гуннов, дунайских славян и прочих подвластных народов Атилла собрал полумиллионную армию. В середине V века Европа пала под бешеным натиском армии свирепого Атиллы, прозванного «Бичом Божьим» за кровожадность. Сам он гордился этим прозвищем и говорил, что трава не должна расти там, где ступит его конь. Атилла двинул свои войска к воротам Рима – вечного города. Только огромный выкуп – несколько груженных золотом и драгоценными камнями возов – спас город от опустошения. Рим неоднократно посылал внушительную дань Атилле, чтобы тот оставил в покое столицу некогда великой империи: по тысяче килограммов золота ежегодно. Опустошая все на своем пути, армия Атиллы прошла Германию и вступила в Галлию. Народные предания Галлии рассказывают о разных легендарных чудесах, совершавшихся во время этого нашествия. Нас интересует отношение его к нашему краю. Атилла обложил местное население непосильным оброком, а для устрашения зачастую устраивал показательные казни захваченных в боях пленных. Не стану акцентировать внимание на его жестокости. Следует отметить только, что за все приходит расплата. Никогда в истории не бывало, чтобы людские страдания остались безответными. Посеявший зло – пожнет страдания, унижение, нужду, либо мучительные болезни… Жаркий бессарабский климат, изобилие непривычных лакомств и вин стали вызывать у гуннов смертоносные болезни. Сам Атилла вернулся в свою столицу с еще одной молодой женой – красавицей, рожденной и полоненной в нашей местности. При этом он убил родителей и братьев, пытавшихся ее защитить. Легенда гласит, что Атиллу убила красавица Ильдико во время собственной свадьбы в 453 году. А убила она его, мстя за своих родных и уничтожение при набеге Атиллы ее малочисленного народа, обустроившего свое поселение на территории нашего края. Есть разные мнения о причинах его смерти. По одной из них – его убили ножом, спящего после неумеренного употребления вина и неуемных плотских утех с новой женой. По другой, он умер от кровоизлияния в мозг и носового кровотечения. Не исключаю версию отравления Атиллы нашей героиней-мстительницей путем добавления ею в вино растительного яда (к примеру, чемерицы, спорыньи, веха или белены, что дает посмертную картину, сходную с описанной историками у Атиллы). Атиллу похоронили на дне реки. Тело вождя поместили в золотой гроб, который был поставлен в серебряный, а серебряный – в железный. Железный гроб вместе с огромными богатствами был захоронен в глубокой могиле на дне одного из притоков Дуная.

По легенде, рабов заставили перегородить плотиной реку и отвести ее воды в сторону. Когда русло обмелело, на дне реки вырыли глубокую могилу, в которой похоронили вождя вместе с несметными римскими сокровищами. Потом плотину разрушили, и река, вернувшись в прежнее русло, надежно укрыла богатейшее погребение. Пленных, готовивших погребение, убили в ту же ночь, чтобы наверняка сохранить тайну могилы и царских сокровищ. Царство Гуннское было разделено между сыновьями Атиллы. Западнославянские и германские народы восстали и свергли владычество гуннов.

Комментарии специалистов: «…История о гуннском кладе, обнаруженном на берегу озера Ялпуг в Одесской области, обрастает детективными подробностями. Оказывается, вещи – оружие и украшения стоимостью в десятки, а то и сотни тысяч долларов – были найдены так называемым «черным» археологом, а потом загадочным образом исчезли. Как рассказал ТАЙМЕРУ сотрудник Института археологии Национальной академии Украины Олег Савельев, «археолог» этот – явно не новичок в своем деле. Клад он обнаружил с помощью металлоискателя на разрушенном участке берега. – Это не могила, как написали журналисты, а, скорее всего, болотное святилище, – говорит научный сотрудник. Датируется оно, судя по предметам, концом пятого века нашей эры, это следующее поколение после Аттилы. Там были меч и кинжал, седло и конская узда, парадный пояс. Все из драгоценных металлов со вставками из драгоценных и полудрагоценных камней. Изготовлены вещи, по всей видимости, в Византии и попали к гуннам в качестве платы за службу или как откуп от непрекращающихся набегов. Якобы огромная стоимость этих вещей на рынке, которую назвали ваши коллеги, – это чистой воды утка, – сказал Савельев. – Мой соавтор, археолог Максим Левада, рассказал им в интервью о похожей находке, тоже эпохи Великого переселения народов, сделанной в Англии. Ее действительно оценили в 3 миллиона фунтов стерлингов, это примерно 5 миллионов долларов, но к нашему кладу эта цифра не имеет никакого отношения. Могила Аттилы? Кстати, с тем, что находка, о которой идет речь, – клад, а не могила, согласны не все специалисты. В частности, кандидат исторических наук, старший преподаватель кафедры археологии и этнологии Одесского университета Александр Васильев утверждает, что болотные святилища и клады не характерны для кочевников, каковыми являлись гунны. В Восточной Европе таких находок еще не было, – говорит археолог. – Они встречаются чаще в Западной и Северной Европе, в Скандинавии, в Британии. Вспомните легенду о короле Артуре, там фигурировал меч из озера. Германцы и кельты часто жертвовали оружие и конское снаряжение водным духам. Другое дело, могила. Кстати, согласно еще одной легенде, когда Аттила умер, чтобы скрыть его погребение, было изменено русло одного из рукавов Дуная. Ялпуг расположен вблизи дельты Дуная… Выводы делайте сами… Черным археологам покровительствуют украинские олигархи и Ющенко. История с гуннским кладом – далеко не первый случай, когда «черные» археологи обскакали своих «белых» собратьев. К сожалению, говорит Александр Васильев, активность искателей-нелегалов в последнее время сильно возросла. Археологическое наследие Украины банальным образом разворовывается, оседая в частных коллекциях и западных музеях. – С точки зрения охраны исторического наследия мы откатились на столетия назад, – сетует специалист. – Повторяется ситуация 18-го – начала 19-го века, когда курганы копали в основном не профессиональные ученые, а так называемые «бугровщики», которые потом продавали сокровища музеям. Кто больше заплатит, тому и продавали. С тех пор вещи из Северного Причерноморья есть в коллекциях каждого уважающего себя музея – в Лондоне, Кельне, Нью-Йорке, других. Вторая волна разграбления была во время Гражданской войны. Так, в 1918-м году из Одессы ушла уникальная коллекция Бертье Делагарда. Отметим, что в числе покупателей добытых незаконным образом артефактов есть весьма серьезные люди, крупные бизнесмены и высокопоставленные чиновники… (Источник: timer.od.ua).

Килийчанам приятно сознавать, что их землячка стала легендарной освободительницей от кровожадного диктатора-поработителя. Пожертвовав собой, она отомстила Атилле за свою семью и народ. Особо удачливые «черные археологи» до сих пор находят скрытые землей «следы роскошной дани варварам» порабощенных ими народов. Килийские земли, пребывающие в девственной целостности, до сих пор не познавшие целевых археологических изысканий, хранят тайны предков. Оставим раскрытие этих тайн – на совесть будущих поколений!

Легенда о Килийских «Ромео и Джульетте»

Как это нередко бывает, встретились два юных создания из разных племен и с первого взгляда полюбили друг друга. Вера у них была разная, как образ жизни, и окружение. Даже, до недавнего временного перемирия, племена их враждовали. Да и увидели они друг друга только, когда любимый ее, приехал с отрядом воинов в их стойбище к вождю, для заключения мира. Добрыня, восемнадцатилетний славянин, уже уважаемый воин, командовал небольшим отрядом. Она, Резеда – двенадцатилетняя дочь половецкого хана Ратмира – вождя кочевого племени, промышлявшего набегами на Придунайские славянские поселения Буджакской степи. В честь мирной встречи вождей и заключения перемирия, половцы организовали обильное застолье. В больших чанах варили и запекались над огнем конина и баранина, разливался кумыс, подавалась брынза и лепешки. Славяне значительно дополнили и разнообразили столы привезенными балыками из рыбы и мяса, фруктами, овощами, медовухой и виноградным вином. После приветственных тостов вождей, настороженность воином стала постепенно угасать. Повеселели лица. Чаще слышались шутки и смех. Половецкие женщины ловко подавали на столы новые блюда. Резеда – лично обслуживала стол военных начальников, среди которых были ее отец и возлюбленный. Так пересеклись взглядом и внезапными чувствами наши влюбленные. Отметим, что героиня уже достигла возраста, когда по обычаям их племени ее нужно отдать замуж. Отец ее, недавно пославший гонцов к другим вождям – соплеменникам с известным предложением породниться, с нетерпением ожидал ответа и калым. До глубокой ночи продолжалось веселье. Славянские воины уже дружелюбно обнимали половцев. Добрыня, знаком пригласил Резеду за шатры половцев, под ветви раскидистых ив на берегу Тайманчука – одного из рукавов Дуная. Светила луна, на берегу слышалась «перекличка» сверчков и голоса ночных птиц, с воды кваканье лягушек и шлепки охотящихся хищных рыб. Где – то, со стороны славянского поселенья выли собаки. Здесь, наши влюбленные и встречали рассвет. Всходившее солнце одаривало просыпающуюся природу теплым светом. Все излучало покой и радость, а наши милые герои, из скудного разноязычного своего словаря, пытались найти самые нежные и благозвучные слова для излияния чувств. За столь короткое время, их первое взаимное чувство, заполонило души и сердца. Они теперь и не мыслили жизни врозь. Увы, отец Резеды – хитрый, жестокий и коварный хан, искал для себя только выгоду от замужества дочери. Чувства женщин – соплеменниц, его вообще не волновали. Для половецких воинов – женщина – добыча. Уж коли добыл, используй ее, как заблагорассудится. Итак, заметив, что дочь давно не выходит к столу, он сразу связал это с исчезновением Добрыни и шепотом приказал срочно найти их. Упоенный любовью и обнимавший Резеду Добрыня, не заметил ханских посланцев, бесшумно подкравшихся к ним. Сразу несколько стрел вонзились в него, поразив влюбленное сердце. Тело Добрыни бросили в быстрые воды Тайманчука. Плакали ивы на берегу Тайманчука. Сопротивлявшуюся Резеду связали, закрыли рот кляпом и доставили тайно, в ханский шатер. Боевые товарищи Добрыни подумали, что он отправился в поселение и весь следующий день тщетно пытались найти воина.

А как же сложилась судьба нашей «Килийской Джульетты»? Трагически окончилась жизнь героини. Взбешенный ее поступком отец, велел привязать девушку к двум полудиким коням длинными веревками за руки и ноги. Дал команду своим нукерам и те, в подхвостку лошадям приставили горящие сучья. Лошади от нестерпимой боли рванулись в разные стороны, в беге разматывая привязанные к Резеде веревки. Отец ее, поймав момент полного натяжения веревок, кривой саблей, мгновенно рассек тело своей дочери. Верхнюю часть он велел предать земле, а нижнюю на его взгляд «оскверненную», – бросить полудиким, вечно голодным собакам. Кровью дочери он приказал обагрить фетиш их каменного божка для ублажения дальнейшей доли племени. Половецкое племя в этот же день снялось со стойбища у реки Тайманчук, а ночью, совершило новый набег на славянское поселение. В этом набеге был смертельно ранен хан Ратмир, жестокий детоубийца. Дикие времена, дикие нравы. Прошло много столетий от тех трагических дней. Земля надежно сохранила останки убитой отцом, влюбленной ханской дочери. Уже в наше время, при земляных работах по улице Маяки, были обнаружены останки нашей «Килийской Джульеты».

Комментарий специалистов:

Интересная (страшная) археологическая находка также случайно была сделана по улице Маяки при ремонте водопровода у дома № 240. Раскопан костяк девочки, по определению вызванных археологов, лет 11–12, половчанки XI–XII века. Своеобразие находки в том, что скелет не полный – только череп и грудная клетка по талию. Нижней части скелета нет. Почему? Как утверждают археологи и этнографы – знатоки обрядов древних славян и половцев XI–XII веков, над девочкой совершён обряд человеческого жертвоприношения. В ушах жертвы при похоронах были двойные бронзовые серёжки, на шее бусы из четырёх бронзовых зёрен, а посредине, между бусинками из бронзы, маленькая, изящная, ослепительно белая с чёрной отметиной по краю створки раковинка 'каури'. Ближайшее место, где изредка попадаются такие – Красное море. По берегам морей, омывающих Юго-Восточную Азию, ракушки «каури» служили даже деньгами. Когда же попадали к монголам, или половцам, то служили довольно дорогим украшением, как в данном случае.

Половцы были разгромлены и покорены монголо-татарами в XIII веке.

Килия – Килибова крепость

Килия – древнейший город Украины Килии более 2700 лет!

Время основания на этом месте греческой колонии историки относят к 7 веку до н. э. (Постановление Кабинета Министров Украины от 26 июля 2001 года № 878 «Об утверждении списка исторических населенных пунктов Украины»).

«История четко расставляет все по своим местам. Каждая личность оставляет свой позитивный или негативный след в истории. Есть персонажи, десятилетиями правившие этим благодатным местом, и… увы, не оставившими ничего, кроме продуктов своей жизнедеятельности. Они уходят… Народ с облегчением читает благодарственные молебны, прося Бога, чтобы не стало еще хуже…

Но были и другие, оставившие положительный след, чьими именами называли улицы, слагали легенды, или просто помнят!»

Существует легенда, что крепость Килия получила свое название от прозвища основателя ее – Килибова (Кылыбова), преобразовавшего это поселение, в небольшое королевство. В те, давние времена, микроскопических многочисленных королевств, княжеств и царств, в Северном Причерноморье, на Килийских землях, жила многодетная, трудолюбивая, но бедная семья. Несмотря на все старания, не могли родители, пестующие свой «многочисленный выводок», сделать семью богаче.

С утра, до захода солнца трудились они на плодородной земле. Но не всегда природа была к ним благосклонна. Бывало, градом выбивало цветущий сад, наводнения уничтожали посевы, случались и прочие «негоразды». Но каждодневный упорный труд и молитвы делали свое дело. Дети выросли и вносили свой посильный вклад в семейное благополучие. Некоторые уже высматривали себе пары для создания собственной семьи, очага и хозяйства. Но не все из них пошли по стопам родителей, став земледельцами. Были и овцеводы. Кто-то занялся охотой и выделкой шкур косуль, кабанов, лис и зайцев. Был и прирожденный рыбак, как говорится «от Бога», с малолетства пропадавший в плавнях на Дунае. Познал секреты рыбалки на нехитрые снасти. Ловил и руками. Делал из лозы «морды» и не было дня, чтобы он пришел домой с пустыми руками. Жирные сладкие караси и лини, выловленные в полдень – на «петлю» (с палкой), греющиеся в прибрежье щуки, и даже сомы, «заостроженные» ночью под факел, добытые в прибрежных подводных норах раки. Это было хорошим подспорьем для семьи. И ворчавший иногда за нелюбовь сына к земледелию отец, уже с благодарностью и даже с надеждой поглядывал на своего сына. Тот безусловно был не только от Бога одаренным и удачливым, но все подмечал, сравнивал, анализировал и запоминал, экспериментировал. Примета погоды и хорошего улова, прикормки, привады (аир, пиявки и пр.). Теперь к зиме у семьи был порядочный запас рыбы вяленой и засоленной. Появились «живые» денежки и на нехитрый крестьянский инвентарь, овец и птицу. Наш рыбак вырос, возмужал. На свой страх и риск за натуральную оплату рыбой, он договорился с владельцем нескольких лошадей и загрузил небольшой обоз с соленой и вяленой рыбой. Он продал свой товар за приличную сумму денег. Теперь он мог осуществить свою мечту и посмотреть, как живут и главное – ловят рыбу в сопредельных государствах. На вырученные деньги он купил коня, саблю для самообороны, запасся провизией и двинулся в путь. На великой реке Волге, он вместе с группой опытных рыбаков все лето ловил осетровых для царского стола. На заработанные там деньги, купил рыболовные снасти и отправился в обратный путь. Пришло уже и его время завести свою собственную семью. Жена ему попалась сообразительная, умеющая считать и откладывать часть прибыли от проданной рыбы. Да и уловы нашего «везунчика» и «трудяги» были уже нешуточные. Лодка и снасти, богатые рыбой водоемы, каждодневно превращали выходца из многодетной бедняцкой семьи в обеспеченного хозяина. Природная смекалка, энергичность, трудолюбие, хорошая умная жена, были порукой его процветанию. Позже, наш рыбак приобрел еще несколько лодок, нанял местных рыбаков для промысла, рыбообработчиков, нескольких мастеров – лодочников, изготовителей рыболовных снастей, образцы которых он привез от Волжских рыбаков. Так, из парнишки-бедняка он превращался в крепкого хозяина. Собственный «рыболовный флот» из десятка лодок, рыбопосолочные цеха, соруженные из камыша и глины, бондарная мастерская, сетевязальный цех и свой причал. Неводами облавливались и приморская зона и лиманы. Промышляли и в Дунайских плавнях. Но главная путина была на Дунае и на море. Осетровые – главное рыбное богатство края. Белуги – великаны, отдельные экземпляры которых достигали длины нескольких сажен и веса до 80 пудов, с массой икры более 20 пудов! Но кроме этих дорогих продуктов, рыбаки всегда охотились за необычайно дорогим (на вес золота) белужьим камнем, добываемым из почек белуг. Камни эти весьма редки, размером чаще – с лесной орех – до размера куриного яйца. Камню этому приписывали необычайные целебные и свойства оберега-амулета от колдовских чар, сглаза и порчи. Но это был тяжелый и опасный промысел. Летом белуги необычайно сильны. Часто, крупные экземпляры, попавшиеся на крючья, затаскивали и опрокидывали и топили ловецкий подчалок с рыбаками. Тут все зависело от опыта и сноровки рыбаков. Как только из воды показывалась голова рыбы, ее оглушали багром, накидывали за жабры веревочный аркан и пропускали конец его через рот. Но главная трудность – было вынуть ее из воды…

Ловили и прочих представителей осетровых рыб. Здесь загружались суда из Турции и Венеции, обозы с Молдавского княжества, Валахии и других государств. Любому жителю поселения, здесь находился хорошо оплачиваемый деньгами и рыбой, труд. Переработка, вымачивание, соление, вяление и копчение – слава местной рыбной продукции шагнула далеко за пределы региона. Сотни поселенцев трудились весь световой день, стараясь больше заработать для своих семей. Все, кто не занимался земледелием или животноводством, нанимались к Килибову. Сам, познавший нужду, он с пониманием относился к нуждам земляков, платил деньгами и рыбой. Даже подростки могли заработать на рыборазделке и прочих нехитрых трудовых операциях. Поселение зажило по новому, с достатком, стали преображаться и жилища. Селение приобрело вид вполне устроенного небольшого городка. Зазвучал детский смех, по вечерам слышались песни, посветлели лица жителей. Для простого человеческого счастья оказалось достаточно иметь свое жилье и заработка для содержания семьи. С верой в душе, – в Бога и будущее, уверенностью в настоящем, люди обрели покой. Не было для них теперь, нерешенных вопросов и трудились они не за страх, а за совесть, получая свою долю от общественного прибыльного труда. И не было на этой обетованной земле более богатого и умного хозяина, чем наш герой – Иван Килибов. Но город не был защищен от набегов кочевых племен и притязаний соседей. Килибов собрал всех свободных людей города, нанял на собственные деньги мастеров-каменщиков и начал строительство крепостных сооружений. (Известно, что в 1465 г. – 800 каменщиков и 17 тысяч подсобников за год соорудили тройные стены крепости) Собрались как – то жители на сход и решили назвать город – крепость в честь благодетеля своего – Килией. Позже, примкнули к городку соседние поселения, образовав крошечное королевство, а королем, народ избрал своего героя! Не трудно угадать кого? Конечно же, это был наш герой – Иван Килибов. Мелькали «тени забытых предков»… Но долго еще в памяти людской оставались воспоминания о светлой и счастливой, но увы, не долгой жизни в свободолюбивом королевстве и крепости Килия. Слишком сильные и многочисленные враги окружали Килию. Не давал покоя им этот благословенный и богатейший край, с трудолюбивыми людьми, плодородными землями, флорой и фауной. Крепость часто переходила потом из рук в руки, но люди помнили, об избранном короле своем – кормильце и защитнике, Иване Килибове. Через несколько веков после (В томе V «О ПОЕЗДКЕ В КИЛИЮ»), о нем вспоминал Эвлия Челеби – турецкий путешественник XVII века, автор десятитомного издания «Книга путешествия». Именно об Эвлии Челеби, подробно описавшем Килию того времени, наша следующая легенда.

Легенда об Эвлия Челеби

«Quiеn no se aventura, no pasa la mar».

(«Кто не рискует, тот не ходит в море»).

Эвлия Челеби – авантюрист XVII века и автор книг о путешествиях, 25 марта 1611–1682 – знаменитый османский путешественник, более 40 лет путешествовавший по Османской империи и сопредельным государствам. Родился в Стамбуле в семье османского придворного ювелира Дервиша Мехмеда Зилли и получил превосходное образование. Его мать, родная сестра Великого Везиря Мелик-Ахмед-Паши, была родом из Абхазии. Весьма возможно, что он присоединился к суфийскому ордену Гюльшени, что следует из изучения его дома в Каире и граффити, в котором его имя написано как «Эвлия из Гюльшени». После первого путешествия по Стамбулу и составления заметок о зданиях, рынках, обычаях и культуре, он в 1640 году отправился в первое путешествие за пределы города. Все его заметки о путешествиях были собраны в десятитомную книгу Сейя-хатнаме (Книга путешествий). Несмотря на то, что в книге много преувеличений, эти записки являются достоверным описанием культурных аспектов и стиля жизни Османской империи XVII века. Труд Эвлии имеет огромную ценность и как источник по истории, географии, лингвистике, архитектуре и по множеству иных вопросов, как османских земель, так и соседей Османской империи. Исследователи (первый исследователь и публикатор – австриец Йозеф фон Хаммер, середина XIX века), сразу оценили богатство и уровень репрезентативности Книги путешествия, источник постоянно исследуется, и до сих пор имеет огромный потенциал для исследователей. Неоднократно бывавший в Северном Причерноморье, как очевидец, он записал немало интересных событий из жизни и быта населения нашего края. Процитируем его записки тома V, раздел IX «О ПОЕЗДКЕ В КИЛИЮ», в «ОПИСАНИИ ПРОЧНОЙ КРЕПОСТИ КИЛИИ». Он пишет: «Основатель ее – некто по имени Кылыбов из кяфиров Молдавии. Этот Кылыбов был сначала бедняком, но, занимаясь на Дунае ловлей белуги и осетров, стал обладателем миллионного состояния. Впоследствии он стал даже королем. И так как район Килии явился причиной его возвышения и крепость здесь была сооружена во время его царствования, то ее и назвали крепостью Кыдыбова. В дальнейшем же в просторечии она получила известность как крепостьКилия. Затем она переходила в руки многих королей. И, наконец, в 889 (1484) году она была взята без боя самим Баезидом Вели у кяфиров-молдаван 1. Надпись о ее завоевании, так же как [и надпись о завоевании] Аккермана, содержит выражение «Мы победили». Ее управитель в области Силистра является обладателем откупа в 70 юков акче. Ему принадлежат все сборы, штрафы. Это обширное владение, [управляемое] эмином. В крепости Килия имеется управитель с содержанием в 300 акче и кадий с содержанием в 150 акче. Область ее – благоустроенная и цветущая. Большая часть ее – татарские села. С этих сел кадий получает ежегодно семь кошельков за [вершение] правосудия. Там имеются муфтий, комендант крепости, 21 должность войсковых начальников крепости, 700 отборных рядовых, военачальник янычаров, кетхуда сипахиев, городской субаши, мухтесиб, военачальник джебеджи.

Форма крепости Килия. Эта крепость, расположенная в устье Дуная при впадении его в Черное море, имеет форму круга, как Измаил и Аккерман. Она представляет собой ни с чем не сравнимое прочное сооружение с тремя рядами стен. С одной стороны внешних укреплений совершенно нет. Это прелестная крепость на низком, ровном месте, с большим количеством превосходных лугов, виноградников и садов. Южная сторона крепости, идущая вдоль Дуная, имеет полных 1000 шагов. Сторона, выходящая на сушу, имеет 2000 шагов. Значит, окружность ее 3000 шагов. Сторона, выходящая на сушу, имеет три ряда стен, а со стороны Дуная – два ряда стен, но рва нет. Всего 170 укреплений. Из башен, построенных на фундаменте, следующие: вдоль Дуная – башня везира султана Баезида Гедика Ахмед-паши, Красная башня, Комендантская башня, Тюремная башня. Плоская башня и башня Маяка. На ней и теперь каждую ночь зажигают маяк, прибывающим ночью судам он подает знак и [является] большим благом. На самом берегу Дуная есть башня Мелека Ахмед-паши. Эта вновь отстроенная башня такая большая, что здесь разместилось 20 пушек и боеприпасы, забранные у врагов Очакова. Пушки обращены на Черное море и Дунай. Все эти башни имеют превосходные купола в виде остроконечных шапок и крыты тесом. И наш господин Мелек Ахмед-паша все их привел в порядок и покрыл дранкой. 400 аршин кладки стен вдоль Дуная разрушено. У Большой крепости со стороны суши проходит в человеческий рост широкий ров. Когда Дунай разливается, то воды его заливают этот ров, и [тут] ловят рыбу. Описание наружной Большой крепости. Наружная крепость имеет всего четверо ворот. Одни из них – на западе, двухрядные железные, открываются в обширный посад. По обеим сторонам их [стоят] крепкие башни для ружейного [обстрела] и две крупные пушки. Трое ворот потайные и выходят в разных местах на берег Дуная. Их называют Водяные ворота. От этих ворот внутри [крепости] идут рвы, сверху покрытые досками. Кто их увидит, подумает, что это дороги. Но по низу их могут передвигаться верховые, мулы, кони. Вся крепость внутри разделена улицами на 150 участков, расположенных в шахматном порядке. На всех улицах – настил из толстых бревен, а под улицами прорыты во всю длину глубокие, в рост человека, широкие крутые рвы, сверху по крытые мостовинами. Во время осады каждый [житель] утаскивает к себе в дом [эти] мостовины, дороги исчезают, улицы становятся вровень с водами Дуная, рвы раскрываются и враг не осмеливается войти в город, [так как] рвы очень топкие и опасные. Из угловых домов, да и из всех других домов глядят Обращенные на эти улицы – рвы амбразуры с пушками и ружьями. В начале же улиц имеются укрепленные дома, устроенные так, что если враг все же войдет в город, то из этих домов на него польется карающий дождь ядер, свинца и камней. В крепости имеется 700 мрачных на вид домов, без дворов, садов и виноградников. Все дома эти крыты дранкой. Верхние зтажи деревянные, благоустроенные. Есть в крепости соборная мечеть султана Баезида Вели, семь [малых] мечетей. Шариатский суд также находится там. Из четырех ворот крепости у Цеховых ворот, у Тюремной башни и у ворот, [идущих] в посад, царит всегда оживление, так как они и расположены] со стороны суши. А что касается двух ворот, расположенных на берегу Дуная, то это маленькие Водяные ворота. Цитадель. К востоку от Большой крепости, в излучине Дуная, рядом с наружной крепостью имеется квадратная маленькая искусно сделанная крепость. Она имеет по окружности 500 шагов. Маленькие железные ворота открываются прямо в Большую крепость. В двух рвах, окружающих крепость, полно рыбы, которая [там] плавает. Здесь, в цитадели, находятся только дома кетхуды, коменданта, имама, а также амбар для пшеницы, арсеналы да несколько домов воинов-рядовых. Других [построек] нет. В цитадели имеется хороший обычай, который остался от эпохи Баезида Вели: каждую пятницу здесь читают первую суру Корана и каждую же пятницу по утрам на бастионах и стенах развешивают вымпелы, знамена и флаги. Мусульмане распевают религиозные гимны и выстрелом из большой пушки объявляют народу о пятничном дне 2. Посад крепости Килия. На запад от Большой крепости, на равнине расположился большой посад в форме пятиугольника. В одиннадцати кварталах посада имеется 2000 крытых дранкой двухэтажных и одноэтажых домов с крытыми дворами. Всего 17 михрабов и еще одна большая соборная мечеть, находящаяся у рынка, имеющая многочисленных прихожан. Здание этой мечети, простое и изящное, прекрасно отделано. Когда Мелек Ахмед-паша пожаловал в эту мечеть, чтобы совершить пятничный намаз, то все воины, произнося благопожелательные молитвы за падишаха и издавая кличи во славу Аллаха и Муххамеда, дали залп из пушек и ружей. Земля Килии задрожала от этого, как при землетрясении. Много начальных школ. В торговых рядах на берегу реки имеется баня, которая крыта свинцом Во всей округе нет такого светлого и восхитительного здания. Имеется пятьсот лавок, в которых находятся представители всяких цехов. Есть также караван-сараи для купцов. Рабы и пленные здесь очень дешевы: за 20–30 курушей дают прекрасного раба. [Знатные] жители [города] – купцы и работорговцы. Реайя же – валахи, молдаване, иногда и русы… Виноградники и сады в бесчисленном множестве. Из наиболее восхваляемых [продуктов] – килийская бастырма из говядины и баранины. Бывает очень вкусное и хорошего откорма постное мясо. Также [хороши] мед, масло, пшеница, много рыбы. Южная часть города расположена на Змеином острове. Другая его треть с тремя стоянками относится к Тулче, и еще треть – к городу Измаилу. Это большой плодородный остров. Здесь каждый год режут сорок-пятьдесят тысяч коров и быков и, изготовив бастырму, отправляют во все страны. Жители Килии в большинстве случаев не обедают без гостей. Посад очень богатый, но вокруг него нет крепостных стен. [В это время] Мир Мехмед-ага, один из капуджибаши высочайшего двора, привез высочайший указ, реестр назначений и шахский халат, которые были пожалованы благоденствующим падишахом [Мелек-паше], когда я, ничтожный, находился еще при Пороге Счастья. Мелек-паша на радостях пожаловал Мехмед-аге 20 кошельков, 20 превосходных коней и 20 рабов и на следующий день отправил его в столицу. Сам же приказал ремонтировать и восстанавливать крепость Килию, обязав сделать ее сверкающей, как жемчужина…

Эвлия Челеби о «ЛЕГЕНДАРНОМ» рыбном промысле турок в Килии:

…Перед этой крепостью на реке Дунай эмин-ага соорудил огромный рыбный садок. Сколько тысяч различной рыбы [здесь] вылавливают! Это – огромное доходное владение, продукцию которого солят и отправляют [в счет] жалованья воинам крепостей 0чаков, Аккерман, Янык, Измаил, Браила, Исакча, Тулча. Если счастье не благоприятствовало и рыба не шла по Дунаю, то рядовые упомянутых крепостей хватали эмин-агу и собирали свое содержание с богатых и бедных. Если же счастье благоприятствовало и рыба появлялась во множестве, то всем рядовым крепостей жалованье выдавалось регулярно, а от них получали письменные свидетельства, которые в нужный момент предъявляли дефтердар-паше, и [по ним] отчитывались. Остальной же улов [эмин-ага] оставлял себе.

Рыбный садок. Вверх по Дунаю от крепости Килии навалены по обоим берегам, точно горы, мачтовые бревна длиною в 70–80 аршин каждое. Они доставляются сюда на двухстах судах. На этих судах работают около двух тысяч валахов и молдаван. Эти бревна вбивают в дно Дуная от обоих берегов навстречу друг другу и в промежутки вбивают еще жерди. Через них проходят воды Дуная. В середине оставляют проход шириною в двадцать жердей, чтобы не препятствовать движению судов по Дунаю. Эти вбитые сваи обвивают длинными лозами дикого винограда и длинными жердями с развилкой на конце опускают эти навитые лозы до самого дна Дуная. Затем, когда эти лозы показываются на поверхности Дуная, то часть реки получается огороженной наподобие загона. Из него не может выйти рыба [размером] даже в пядь. Затем на внутренней стороне этой западни, на самой середине Дуная, вбивают несколько сот свай и на них устанавливают временную постройку с кофейней и множеством комнат и на уровне воды [в полу] делают окошки. Эмин-ага и 300 его помощников и ловцов рыбы, заглядывая через окошки в западню, наблюдают. За этими вбитыми кольями и решетками из лозы на глубине в пол человеческого роста расставлены сплетенные из лозы клети величиной в пять паласов. Когда весной рыба хочет выйти на обширные и привольные морские просторы Азовского моря и Днепровского лимана, то подхваченная течением воды она с быстротою молнии устремляется через этот узкий проход. Тогда рыба оказывается в ловушке, и рыбаки веревками тянут клети. Тут то и начинают бить 10—15-аршинных белуг и 5—8-аршинных осетров, и поверхность Дуная окрашивается кровью. Пойманных рыб солят и соленую рыбу продают на золото многим тысячам купцов. Последние же отправляют соленую рыбу повозками в страны неверных. Из некоторых осетров добывают по пять-шесть кантаров черной икры. Днем и ночью дежурят ловцы у отверстия этой западни и вылавливают все, что туда попадает. Потому что рыба, войдя в узкий проход, обратно повернуть уже не может. Удивительное это искусство! А если по Дунаю прибывает судно, то веревки упомянутой западни опускают. В то время, когда суда с поспешностью проходят, несчастная рыба, обнаружив в этом месте отверстие, бросается и уходит через него на черноморские просторы и там мечет икру. Но если рыба идет из Черного моря в Дунай, то войти не может, так как, хотя с той стороны и нет западни, но проход перекрыт. А когда внезапно наступает суровая зима, то больше семи месяцев рыбы не бывает. С наступлением зимы садок и постройки на нем снимают, а весь строительный материал сваливают горой на обоих берегах Дуная. Эмин-ага тратит на содержание садка 100 кошельков, но прибыль получает 500 египетских кошельков…

Существует много легенд о древнем происхождении нашего поселения. История четко расставляет все по своим местам… Но лишь археологические раскопки, смогут подвести окончательный вердикт конструктивному суждению, о точной хронологии исторических событий и участия в них легендарных героев Килийщины.

Дунайская Сечь

1. Атаман Михей Булава и сотоварищи

На одном из многочисленных островков дельты древнего Дуная, заросших тростником, мощными ивами и дубами, недалеко от турецкой крепости Килия, нашел пристанище небольшой отряд отчаянных молодцов. Это было весьма живописное удалое товарищество лихих, готовых на все людей, ни боявшихся, ни смерти, ни бесов, ни прочего. По правде сказать, что и терять-то им особенно, ничего и не было. Тут были сбежавшие из турецкого рабства казаки, разбойнички из-под Астрахани и Подмосковья и примкнувший прочий, пестрый люд.

Атаман Михей Булава, широкоплечий здоровенный детина в кольчуге и накинутом богатом, шитым золотом, кафтане сидел на пне у костра, в окружении молодцов – разбойников. Длинные русые и волнистые волосы, цепкий взгляд ясных, голубовато – стального оттенка глаз и зычный голос невольно завораживал собеседников. Могучая сила, боевой опыт, интуиция и сопутствующая ему удача безоговорочно определили его атаманом этого разношерстного отряда. Свое прозвище Булава, получил по всей видимости из-за мастерского владения данным грозным оружием. При недюжинной силе Михея, даже шлем, не мог быть защитой его противнику. Да и метнуть булаву, он мог достаточно далеко, сбивая с коня и при этом калеча, убегающего всадника. Поговаривали, что Михей однажды, отбил у турок нескольких казаков, один из которых впоследствии стал гетманом запорожского войска. Он и подарил нашему герою специально изготовленную массивную булаву, украшенную серебром и несколькими рубинами. С того времени Михей и носил прозвище – Булава! В Бесарабию он пришел с Волги, из – под Астрахани, разыскивая свою молодицу Аленушку, захваченную татарами при ночном налете на деревушку. В то время, сам Михей, острожил рыбу в затоне и спасти милую не успел. Кочевники разорили их гнездо и увезли его любимую Алену. Долго искал Михей свою зазнобушку. Кочевники-татары, продали ее работорговцам, следы которых и привели Михея в Придунавье. Здесь в крепости Кили(Килия) у турок, рабов содержали некоторое время, до отправки на кораблях в Турцию. Красивые женщины пополняли гаремы турецких володарей разных рангов. Сюда и поспешил Михей, выручать из плена свою Аленушку.

По пути на Дунай, к нему и нескольким его товарищам, примкнули казаки – искатели доли, счастья и приключений. Разнородное и разношерстное племя! Каждый из них сполна оправдывал свое имя и прозвище! Ванька Кречет, Акинфий-Кот, Тришка Сокол, Анкундин – Верзила, Сбодряйка, Никодимушка-Малец, Афанасий Худряк, Тимоша-Гамаюн, Данила Смеляй, Коршун, Акинфий – Варнак, Васька Гром, Ахмет-татарин. Лучше Ахметки – татарина никто не стрелял из лука. Акинфий Кот – быстрей всех мог взобраться на дерево. Одноглазый Тришка Сокол, лучше всех видел в сумерках! Анкундину – Верзиле и Никодимушке-Мальцу – не было равных в борьбе. Лучшими разведчиками были Афанасий Худряк, Тимоша-Гамаюн и Данила Смеляй. Самыми дерзкими в вылазках и налетах – Акинфий – Варнак, Коршун, Васька Гром. «Зашибить» добычи, пристань ограбить, разбить турецкое судно, совершить налет на турецкое поселение, или обоз – основные занятия отряда. Добычу делили поровну без споров. Житье привольное – всегда сыты и одеты. Наряжены в кафтаны, цветные и лихо заломленные шапки, на любование народу – «соколами ясными», после налетов, на веселых гуляниях. Иль, перемещаясь в стругах – лодках, по протокам плавневым, мимо поселений крестьянских, под разудалую песню, из пищалей постреливая, да красным девкам улыбаясь и покрикивая. Но на глазах менялись мстители народные – наши гайдуки, перед боем кровопролитным. Острили сабли и топорики, заряжали пищали, осматривали копья, рогатины, кольчужки и прочую амуницию. Приторачивали к седлам сумки дорожные, наполняли вином и водой фляги из высушенных полых бутылкообразных, длинношеих тыкв. В таких флягах жидкость всегда была прохладной и долго не портилась. Отрядные разведчики зорко несли вахты на дальних и ближних подступах к стоянкам. Смекалка казацкая вложена была также на многочисленные «пастки» для непрошенных гостей: волчьи ямы, капканы, самострелы. Неосторожный, неожиданный гость, наступив на скрытую в траве веревку, мог получить смертельную рану заточенными кольями, закрепленными на болванке. Другой мог упасть в искуссно замаскированную «волчью яму» с остроотточенными дубовыми колами, либо во многочисленные петли, самострелы и прочие «сюрпризы». Да и сами места для стоянок, были подобраны в местах плавневых, труднопроходимых и тщательно замаскированных высоченным тростником, густой порослью ивняка, ажины (ежевики), крапивы и бурьяна. Местные славянские поселенцы своевременно передавали информацию разведчикам отряда обо всех передвижениях турецких отрядов, отработанной системой сигналов, либо на личных встречах в тайных обусловленных местах. Все это и позволяло нашим героям сосуществовать не так далеко от крепости и военного поселения, нанося туркам ощутимый урон. Это были не только потери «живой силы», обозов с данью и оброком, но и непредсказуемая, дестабилизирующая, постоянная тревога ожидания налетов отряда, отравляющая жизнь захватчикам. Вместе с тем, это была надежда и мечта Килийских крестьян Силистринского санджака на неизбежное их освобождение от турецкого ига. Много казаков-запорожцев, искателей доли и приключений останавливались у наших героев в отряде – поучаствовать в вылазках, пополнить запас провианта, и взять свою долю добычи от набегов на турок. После кровопролитных вылазок – боев с турками и кочевниками «народные мстители» устраивали обильные застолья. Там, за накрытыми тканью «поляной», выставлялась трофейная посуда, кувшины с вином и кубки. Сало с цыбулей, сыр-брынза, запеченные над костром мясо, дичь и разнообразнейшая рыба, лепешки и овощи, а также, грибы, ягоды и травы. Казаки на спор выпивали, немыслимое ныне, количество вина, сопровождая застолья зажигательными плясками гопака, показывали свое владение боевыми искусствами джигитовки, стрельбы, владение саблей. Так незамысловато, каждодневно протекала жизнь отряда. Одни добывали рыбу и дичь, другие охраняли подступы к пристанищу, третьи производили разведку и готовили очередную вылазку. При всем этом, с местным населением происходило и более тесное сотрудничество и общение. Многие герои нашего отряда, имели своих милых сердцу женщин, в местных поселениях. По возможности, помогали им, делясь отобранным у турок добром. Иные, даже открыто жили, но регулярно при этом отбывали «партизанить». Отряд получал от населения все необходимое, и главное – информацию. А надеждой, опорой и защитой поселенцев, были наши герои – мстители.

2. Грицько

«…Ой, по полю, по полю Килийскому,

По тому ли большаку ордынскому,

Ой, там гуляет казак Голота:

Не боится ни огня, ни меча, ни топкого болота.

Правда, на казаке одежды дорогие…

…Вот гуляет казак Голота да гуляет,

Ни сел, ни городов не обижает,

На город Килию поглядывает – смекает…

(«Дума про казака Голоту»).

Особенно сдружился Михей с бывшим писарем отряда казацкого войска Грицьком – немолодым уже, изрядно потрепанным жизнью, весельчаком и балагуром, душой компании удалого товарищества. Без Грицька не обходилось ни одного события, будь то бой, или гулянье. Не мало красавиц познали его натренированного сильного мужского тела, ласковых губ и мускулистых рук. Он любил, как и бился – смело, ловко, лихо, бесшабашно. Его причисляли к казацкой элите – «характерникам». Ходили слухи, что «характерников», не брали ни огонь, ни вода, ни сабля, ни обычная пуля, кроме серебряной. Они – де, могли «открывать замки без ключей, перебираться через реки на суконных холстинах или рогожках, плавать на лодках по полу, как по морским волнам, жить на дне рек, залезать в обычное ведро и плыть в нем под водой сотни, тысячи верст. О них говорили, что «характерник» может видеть за несколько верст вокруг себя с помощью особых «верцадел», превращать людей в кусты, всадников в птиц, кувыркаться котами, брать в голые руки раскаленные ядра, залезать и вылезать из туго завязанных и даже зашитых мешков. Настолько прижились в народе распускаемые слухи о казаках «характерниках» – народных мстителях, что и думать другое не смели. Имея твердое убеждение, что каждому, судьба его предначертана свыше, Грицько, не боясь бросался в самые горячие места схватки. Рубился с врагами отчаянно, чем наводил невольный страх на «мусульманское отродье», как обзывал он турок и кочевников. Трофеи его всегда были значительны, как и куш в «общий котел» «работников ножа и топора – романтиков с большой дороги». Отметим, что по общепринятому «Уставу», все ценности «общей кассы» использовались на выкуп собратьев – сотоварищей, попавших в плен, покупку оружия и продовольствия. Врожденное чувство красоты, художественный вкус, творческие природные способности Грицька, и безошибочное чутье в отборе настоящих шедевров ювелирных поделок из добытых в боях камней и золота. Причем, редкие филигранной ювелирной работы изделия, предназначались – «тильки для сэбэ», а все прочее без сожаления пополняло общий скарб отряда, прогуливалось и пропивалось в еврейских шинках. Грицько, радовал собратьев по оружию своими веселыми байками про похождения переодетого казака в султанском гареме, про смелые казачьи набеги на турецкие крепости и поселения. Он изумлял слушателей своими фантазиями, смешными и мудреными оборотами речи, крепким словцом, изображением в карикатурно – смешных видах турок – янычар, битых казаками. «Шинок», как назвали на отрядном стойбище, постройку из тростника, обмазанную глиной, Грицько – расписал картинками турок, побитых и пострадавших от казаков. Были тут и плененные турки, несущие на спинах казаков, погоняющих их плетками и похождения казаков в гареме турецкого султана и паша, варящий плов казакам-победителям, и прочие смешные картинки фривольного, но «патриотичного» содержания. Такие разные, Михей и Грицько, стали закадычными друзьями – сотоварищами и каждый из них, без раздумий, мог отдать за друга жизнь. Именно эта дружба, не раз выручала их в смертельных схватках и накрепко спаяла в ядро – сформировавшее отряд единомышленников – товарищей, с «железной» дисциплиной. Это были не «разбойники с большой дороги», а свободолюбивые народные мстители – гайдуки. Бывший писарь казацкого отряда Грицько – нимало преуспел в таких «фестивалях» и пером он владел, ни хуже, чем саблей или пистолем. Он оставлял свои метки на местах налетов отряда, приколотую листовку с лихим текстом и обидной для турок карикатуркой. Грицько, часто радовал товарищей по оружию, своими песнями – про долю счастливую, про молодицу красную, честь и доблесть молодецкую, про украинскую землю многострадальную и казацкую смекалку в борьбе за свободу народную. Часто боевые друзья его просили спеть его про турка и рабыню:

«…Турок рабыню по лесу гонит,

Турок рабыне молвит негромко:

"Эй, полонянка, ты, голодранка,

Ноги босые, брюхо пустое,

Брось, говорю я, малого сына,

Брось, говорю я, пока не поздно!"

Рабыня турку молвит негромко:

"Как же я брошу милое чадо!

Долгие годы была бездетна,

Долгие годы хотела сына,

Минуло десять – родился мальчик,

Родился мальчик, сын мой Иванчо!

Я под ракитой вешала зыбку,

Там оставляла сына Иванчо,

Там оставляла и наставляла:

"Люлюшки-люли, сынок Иванчо,

Дождик прольется – тебя умоет,

Придет волчица – тебя накормит,

Повеет ветер – навеет дрему!

Расти скорее, Иванчо милый,

Чтоб из неволи вызволить царство,

Освободить нас от лютых турок!"

Турок чернеет от злобы лютой,

Надвое рубит мать и младенца»…

Уж коли в пляс пускался Грицько, не было ему равных, а за ним следовали и другие. К отряду их, прибивалось немалое число запорожских казаков. Все, как «браты ридные» – роста среднего, плечистые, сильные, округлые и от летнего степного солнца смуглые. Казаки с мужественной осанкой, роскошными «оселедцами» на темени, длинными усами, меховыми залихватскими шапками на голове и все как один с трубкой, постоянно дымящейся. Люлька для казака первая вещь! Бывалочи, принесет в Пасху казак пасочку из церкви, поставит ее на стол, а сам – скорее смоктать свою люльку. «Ну-ка, сынки, беритесь за трубки, пасха постоит, а поросенку уже палач не страшен». «Люлька для казака, как и сабля – родная сестра, искренняя подруга его: он как сел на коня, сейчас же зажег трубку и так много верст, все курит изо рта ее не выпуская. Казаки с незнакомцами – мрачные, изучающий взгляд исподлобья, зато с приятелями – нет задорней товарищей! Смерть казака чаще стерегла на войне, либо от ранений после, а не от болезней. Так, от лихорадки они пили водку с золой или порохом, для заживления ран прикладывали растертую со слюной на руке землю, или лепешку из муки с медом, либо посыпали пеплом. А простуды, так и вовсе не ведали. Мясо горячее с костра, да с «хреновиной», либо «сальца с чяснычком» под горилочку, иль горячего вина с перцем – и… духу оного – боялась простуда! В Сечи было много настоящих богатырей, и поговаривали, жил среди них Дунайский казак. О нем сказывали, что тот был такой сильный, что когда причащался, то несколько человек поддерживали священника, чтобы он не упал от духа богатыря! Как только тот выдохнет – человек с ног упадет! Иные казаки на спор, на едином дыхании, выпивали ведерный «глэчик» вина. Некая смесь добродетелей и пороков: безжалостные к врагам, они были истинными братами в отношениях друг с другом; хищные к имуществу басурман, могли казнить сотоварища за обычную мелкую кражу, трубки, кнута или подковы. Личная их свобода – основа, и лучше – смерть, чем позорное рабство! При этом – глубоко уважали старых воинов и военачальников всех «степеней». Умеренность и изобретательность, бескорыстие в дружбе, которую высоко ценили в Подунавье. Тут, любой желающий мог жить в отряде Михея, без каких-либо вопросов или благодарности за гостеприимство. Никто, не смел сказать: «Ты хлеб ешь зря». Приезжай, воткни в землю копье, подвесь саблю, помолись Богу. При наличии денег, купи вина и угости товарищей. Давали поесть казаку и чарку, предлагали отдохнуть с дороги, а потом спрашивали: «Кто таков, не ищешь ли занятие по душе?» Предлагали присоединиться, чтоб врагов топтать.

О храбрости дунайских казаков турецкий султан сказал: «Когда близлежащие дворянства на мя возстають, я на обе уши сплю, а о казаках должен единственным ухом слушать». А летописец казацкий по этому поводу отмечает: «В мире жить никогда не хотят, но когда в земле их мир объявлен будет, то самовольно идут на помощь другим царствам, и ради малой пользы большую нужду принимают, море переплывать дерзают в однодеревних судах». Сами казаки о своей храбрости говорили: «Мы всегда тепло, храбро и мужественно страны плохих распахивали и опустошали»… «Обычаи у казаков странные, поступки хитры, а язык и выдумки острые и больше на насмешку похожи». Этой чертой характера казаков объясняются те удивительные прозвища, которые они давали новичкам, приходившим в отряд. Будучи любителями песен, дум и музыки, дунайцы любили послушать изредка попадавших сюда баянов, кобзарей – певцов казацких подвигов. Недолго жил в отряде у них такой, врачевал раненых, разведал в крепости о невольниках. Кобза, – придумана Богом, как говаривал этот кобзарь, она – мне жена верная: «Струны мои золоченые, грайте мне тихэсенько, хай казак не сумуе, та й беду забуде…» Говорили, что умирая в дикой степи от «безводья и бесхлебья», кобзарь тот спрашивал кобзу: «Ай, где же мне тебя деть? Во чистом поле спалить, а пепел по ветру пустить, аль на могиле положить?» Запорожские казаки – воины, также часто останавливались в нашем отряде и создавали неописуемые хлопоты турецкому гарнизону. Словно о наших героях – казаках, было сложено:

«…Там себе пьет-гуляет,

Поле Килийское славит-прославляет:

"Ой, ты, поле Килийское!

Чтоб ты и зиму, и лето зеленело

За то, что меня в злую годину пригрело!

Дай же, боже, чтоб казаки пили да гуляли,

Ни о чем не горевали,

Больше моей добычу брали,

Злого недруга под ноги топтали!"

Слава не умрет, не поляжет

Отныне до века!

Даруй, боже, на многие лета!»

(«Дума про казака Голоту»).

Напрасно турки устраивали публичные казни и прочие устрашающие акции. Неуловимый отряд наносил существенный урон живой силе турок и значительно сокращал ясык и дань отобранную янычарами у населения.

3. Килийская крепость

«О, Килия! В пыли твоих дорог —

Века влачились, время протекало!

Умчались войны, полчища врагов…

Им вопреки, еще цветущей стала!

Семья твоих народов – велика,

Дружна, трудолюбива, боевита!

Порой – свободы планка высока.

Твоих героев память – не забыта!

Древним градом Украины слывет —

Жаль, за это нет тебе награды!

Дунай седой – в волнах несет

Источник жизни – воду в сады…

(М.Большаков «Килия – судьба моя!», «Килийская рапсодия»).

До описываемых событий, здесь проходили рубежи евразийских империй и государств: Древней Эллады, Римской империи, Византии, Болгарского царства, Киевской Руси, Золотой Орды, Генуи, Молдавского княжества и Османской империи. Этот поверхностный исторический экскурс, необходим для понимания непростой, сложившейся в регионе ситуации и межнациональных отношений. По легенде, на этих обильно политых кровью землях, в свое время, происходила и наша история. Султан лично напутствовал в свое время Омар-бея – наместника крепости Кили, – беречь и рачительно хозяйствовать на этих плодороднейших землях, границ великой Османской империи в Буджакской степи. Крепость Килийская, сооруженная на крутом повороте Дуная, почти у самого его устья, по тем временам была почти неприступной. Здесь, на самом повороте реки высилась башня с маяком Фанар-кале. Она соединялась с крепостью двойной стеной. Стены крепости со стороны Дуная с очень быстрым течением – двойные, а по суше – тройные. Двадцать больших пушек главного бастиона и угловой башни, делало крепость неуязвимой для неприятеля. Красная кирпичная башня Кизил-кале, располагалась в середине южного фасада. В ней находился штаб крепости – комендантская. Северо-запад крепости увенчался угловой башней Ясса-кале. Именно в ней турки хранили свой неприкосновенный запас хлеба и продовольствия на случай осады крепости. С северо-востока, завершала сеть «высотных башень» Зиндам-кале. В ее подземельях была оборудована тюрьма с пыточной камерой. На территории цитадели крепости располагались казармы, мечеть, склады, пороховой погреб и арсенал, лазарет, лавки, дома военных начальников и служителей мечети, шумели богатые базары.

За цитаделью располагалась «большая крепость», где жили янычары и их большие семьи, за счет поборов и дани с местного населения.

Здесь же имелись несколько роскошных турецких бань. Центральная – огромная, со свинцовой крышей, с несколькими парными, бассейнами горячей и холодной воды, с массажистами и даже с мечетью в юго-восточном углу. Женщинам в эти бани вход был воспрещён, а для сластолюбивых мусульман-мужчин – предназначались холёные, упитанные мужчины и нежные, послушные мальчики.

Все башни крепости, пристань, причалы и близлежащие острова, противоположный берег Дуная, были объединены подземными ходами.

Их причудливые лабиринты знали полностью только избранные и охранялись они немыми воинами. Эта сеть подземных ходов – коммуникаций, позволяла при окружении крепости, наносить внезапные удары по противнику. В мирное время ходы обеспечивали мобильность руководства отдаленными объектами крепости, оборонительных и прочих важных сооружений. За территорией большой крепости, в плавнях, в куренях и хижинах жили несколько тысяч райя – крестьян, занимавшихся выращиванием скота, хлеба, овощей и рыбной ловлей. Это были русы, казаки, молдаване, волохи. Они батрачили на турецких военных поселенцев – тимариотов, исправно платили дань – около сотни налогов, повинностей и поборов. Однако, при этом никогда не отказывались обеспечить продовольствием своих защитников, отряд Михея Булавы.

Далеко за пределами Силистринского санджака, куда относилась Килия, славились красой своей и трудолюбием местные женщины, а мужчины – ремеслами, выносливостью и трудно скрываемой ненавистью к иноверцам – поработителям. За это, многие из них попадали в рабство. Турки беспардонно собирали «Дань крови» – красивых девочек – в гаремы, сильных и здоровых мальчиков – в янычарские питомники. Невольничий рынок Килийщины – процветал. Его устраивали, как в большой крепости с наиболее «ценным товаром» – молодыми, здоровыми и красивыми рабами, так и за территорией крепости, с прочими невольниками. Информацию о крепости Кили и турках, наши герои получили из «первых уст», – от плененных янычар и помощника коменданта. Последний, угодил в «капкан» расставленный Михеем и его товарищами, на дороге, ведущей из Килии в Галилешты, когда вез письмо коменданта крепости к бею. Наши герои начали усиленно обдумывать, как проникнуть в крепость для нанесения неожиданного удара и освобождения пленников. Каждый из казаков высказывал свои соображения. Не было на этом «военсовете» – безучастных. Лишь незадолго до полуночи, казаки завершили совет, но и за поздним ужином, обсуждение продолжалось. Все с нетерпением ожидали подходящего момента. А в это время жизнь в крепости, шла своим чередом. Турки, за надежными стенами крепости, пребывали в полном покое.

4. Легенда о Катеньке и Машеньке

Защищала Килия – Ты, – свою Свободу, —

Независимость несла местному народу!

Не мирились килийчанки, – с кандалами,

С долей злой своею, турками – врагами!

Две рабыни янычар, – Катенька и Маша,

В Дунай – реку, бросились с галер, даже!

Тот поступок их, в народе – легендарен, —

Именами, островов названия, подарены!

Во былые времена, – тут гремели битвы.

Но врагов разбили, – под звуки молитвы!

(М.Большаков «Дума о Килии», «Килийская рапсодия»).

Непростые отношения складывались между народами населявшими Буджак. Представители каждого народа стремились обособленно от других народов обустроить свои поселения. Это помогало, вести размеренный уклад жизни, обороняться от «незваных пришельцев, претендующих на их «пожитки». Вместе с тем, перед лицом своего главного поработителя – турок, все «разношерстное» население договаривалось о взаимовыручке. Из уст в уста, передавались сведения о предстоящих рейдах янычар за «данью крови» и продовольствием. Тогда, жители близлежащих к Килийской крепости поселений, увозили и прятали в плавнях своих жен и детей. Помогали им в этом крестьяне из отдаленных куреней и поселений. Однако, охочие до чужого добра тимариоты, «рысачили» по степным просторам, грабя и угоняя в рабство местное население. В один из таких рейдов, янычары захватили несколько десятков молодых женщин и подростков. В их числе оказались и две девушки – подружки – Катенька и Машенька. Две красивые и ладные девицы, надежда и опора своих родителей-крестьян. Они достигли возраста, не оставлявшего в равнодушии женихов. Благовоспитанные, работящие и богобоязненные красавицы, жили в больших, дружных семьях. Вместе со всеми вели хозяйство, выращивали овощи, ухаживали за живностью, ловили рыбу. Совместно, с отцом, братьями и соседями обороняли поселение от налетов незваных грабителей. Это не всегда удавалось. Так случилось и на этот раз. Янычары, задолго до предусмотренного срока сбора податей, ночью, окружили поселение. При свете факелов, начался настоящий разбой. Все, оказывающие сопротивление были убиты на месте, либо пленены. Вот, так и попали в рабство Катенька и Машенька. Со связанными руками, вместе с другими пленниками, их препроводили в Килийскую крепость. Такие девицы, могли бы украсить, любой гарем и в скором времени, девушек, ожидало отплытие на судне за море. Не скупились на удары плетью строптивым невольницам, янычары. Доставалось рабыням, при унизительной процедуре личного досмотра «поголовья», самим комендантом крепости. Их насильно раздели, заставили обмыться, выстроили в ряд. Все это сопровождалось ударами бичей, плачем, стонами и криками плененных людей. Выстроенных в ряд обнаженных женщин, комендант ощупывал, заглядывал в глаза и рот, заставлял наклоняться, приседать и при этом, удовлетворенно причмокивал. Хороший удался улов в эту ночь: крепкие и красивые невольники, продовольствие, скот и драгоценные украшения. Доволен будет султан своим ставленником! Не так строго будет судить его за неспокойную обстановку в Кили и разбойничьи набеги казаков на турецкие поселенья… Спешил обрадовать своего султана комендант. Приказал ускорить погрузку на галеры, стоявшие недалеко от группы островков против Кили. Трюмы галер уже были заполнены зерном, солью, бочонками с медом, вином, водой, солониной мяса, рыбы, икры. Готовился отдельный трюм для перевозки невольников. Отдельная каюта предназначалась и двум специальным посланникам, сопровождавшим сундук с награбленными драгоценностями – дар султану. Ювелирные изделия, золотые и серебряные монеты разных стран, кубки, золотая утварь, алмазы и рубины. Эти «откупные», как и прежде, позволяли наместнику – коменданту, оставаться подальше от непредсказуемого в действиях султана и безраздельно грабить население Килийщины. Разделяй и властвуй…

Рабы на галеры доставлялись в лодках, в завершение процесса загрузки. Катя и Маша, с кандалами на руках и ногах, под неусыпным надзором стражи, держались вместе. Много горестных слез, пролили они за эти дни. Не могли они представить себе, жизни в неволе. Не принимало их тело побоев, а душа и сердце – разлуки с родней и Родиной. И решили они тогда, во что бы то ни стало – либо убежать, либо – расстаться с жизнью, но не быть рабынями ненавистных турок… И такой шанс им выпал, в день транспортировки на галеру. Уже с восходом солнца, растворявшего понемногу молочный туман над Дунаем, крики янычар и щелканье бичей, разбудили пленников крепости. Всех построили в колонны по двое и в кандалах погнали к берегу реки, к лодкам. Наши пленницы невольно жались друг к другу и молились Богу. Неволя еще более сдружила их. Еще ночью, они договорились использовать любой благоприятный для побега случай. Однако, кандалы и строгая стража, казалось, ни оставляли им никакого шанса. Несмотря ни на что, надежда теплилась в их душах. Гребцы – невольники, под «щедрыми» ударами плетей, успешно преодолевали бурное Дунайское течение, и лодки благополучно пришвартовались к галерам. По веревочным трапам рабы поднимались на палубу галер. В последний раз, перед транспортировкой их в трюме, пленники могли насладиться пьянящим воздухом и солнцем Родины. Бурный полноводный Дунай, много веков, нес мутные и теплые воды свои, в море. Многое видели, берега его дельты, многочисленных больших и малых островков. Не раз грузились здесь галеры товаром и рабами. Но это был особенный день! Ураганно-шквальный порыв ветра поднял смерч, недалеко от крепости и понесся с молниеносной быстротой в сторону галер.

Наши пленницы, приняли это как знак судьбы. Они взглянули друг на дружку, взялись за руки и неожиданно для стражников, прыгнули с высокого борта галеры в мутный речной поток. Дунай взял в свои объятия, мощно подхватил и понес девушек, не пожелавших покинуть Родину и стать рабынями. Пленниц, вдруг, в одночасье ставших свободными, никто и не подумал преследовать. Все понимали, что выплыть в мощном Дунайском течении, с кованными кандалами на руках и ногах, невозможно. Только стража, немедленно оттеснила от борта галеры, других невольников, что-то кричавших и молившихся. Так, героически, завершилась жизнь двух Килийчанок Катеньки и Машеньки. Быстро разнеслась весть о поступке девушек далеко за пределы Килийской крепости. Жаждой мести охвачены были сердца Буджакских степчаков – местного населения. Еще долго потом, терпели турки, «партизанские» налеты на обозы, поджоги, уклонения от налогов и дани. До последнего дня кровавого правления и последнего их боя за Килийскую крепость, пребывали янычары, в неспокойном напряжении и тревоге, от всевозможных «неприятностей», доставляемых им, местными жителями. До сих пор, на Килийщине, помнят смелых девушек, не принявших узнической жизни гарема, избрав для себя смерть в волнах могучего Дуная и противопоставивших себя, турецким поработителям:

Не мирились килийчанки, – с кандалами,

С долей злой своею, турками – врагами!

Две рабыни янычар, – Катенька и Маша,

В Дунай – реку, бросились с галер, даже!

Тот поступок их, в народе – легендарен, —

Именами, островов названия, подарены…

(Автор, в сокращении).

Из поколения в поколение передается эта легенда, среди местного населения. В память о героинях, два острова, возле которых происходили эти события, в их честь, назвали «Катенька» и «Машенька».

5. Золото Галилешты

Михей Булава с отрядом в Галилештах напали на турецкий отряд сопровождавший особый груз – ладью, с погруженными на нее бочонками с золотом и драгоценностями. Это была собранная дань султану. Лучшие из янычар везли груз на повозках до протока в плавнях. После чего, начали перегружать бочонки с драгоценностями в ладью, чтобы доставить к турецкому судну стоявшему под погрузкой в Жебриянах. Здесь в сумерки, когда простым крестьянам запрещалось уже выходить из домов и столкнулись турки, с отрядом Михея Булавы.

Михей и Грицько, выслушав информацию разведчиков, быстро приняли решение об атаке. Предварительно, максимально скрытно для неприятеля, были сняты дальние и ближние дозоры турок. Подобравшись максимально близко к обозу и ладье, используя в качестве укрытия высоченные тростниковые заросли, отряд напал на янычар. Увлеченные погрузочными работами турки, не ожидавшие нападения, были застигнуты врасплох. Пятьдесят отборных воинов-янычар, против полутора десятков отчаянных молодцов – удалых товарищей, лихих, готовых на все людей! Не стану живописать кровавую сцену побоища. Трупы янычар лежали вперемежку со смертельно ранеными, истекающими кровью казаками. Тяжелораненые Михей и Грицько осмотрели поле битвы. Полегли все их товарищи и весь турецкий отряд янычар. Мешкать было нельзя. В любое время янычарам могло прийти подкрепление. Михей и Грицько, превозмогая боль, оттолкнули от берега ладью с грузом и гребли протоками через плавни. В укромном, только им ведомом месте, они причалили ладью к берегу и осмотрели груз. Драгоценностей и золота собранного турками, хватило бы на постройку крепости, или большого города. Тысячи рабов можно было выкупить из неволи. Но кровавые следы на их добыче – некая память проклятий, пропитавшая ценности – до настоящего времени не дает возможности воспользоваться ими. Сильно ослабевший от кровопотери Грицько, лежал недалеко на берегу, когда Михей затопил ладью. Пометил место захоронения драгоценностей известной ему меткой. Тщательно замаскировал следы движения ладьи через тростник и местопребывания на берегу. Силы, окончательно покидали Грицька, в это время. Он лежал и молился, а затем позвал Михея – друга и товарища по оружию проститься. Обняв Михея, благословил, перекрестил и поведал ему, где спрятал свой клад: «За руинами поселенья сожженного, на левом берегу Ялпуга, найдешь пень от дуба старого, сосчитай на восход сто ступней и рой землю. Во былое время, у копателей могил древних, отобрал я казну богатую – червонцы и рубли серебряные, корабленники золотые, камни драгоценные. Все в мешке большом – в нем, бронзовая миска с ручками, глиняная амфора с монетами, кольцами, браслетами, а также оружие и упряжь конская, украшенные драгоценными камнями и золотом»…

Попросил отслужить богатую панихиду, за помин его грешной души: «Клад отроешь, большая часть твоя! Не взять казны на тот свет, а частью клада поделись с подругами моими – Оксаною и Марусею, любы они мне и диточок моих растят»… Напоследок, он обнял Михея, закрыл глаза и умер. Михей похоронил друга напротив места затопления ладьи. Могилу без холмика, для маскировки, укрыл дерном. Теперь лишь небольшой прибрежный камень мог указать место могилы Грицька. Михей помолился за помин Грицька и двинулся к месту битвы с янычарами. Не мог он оставить трупы товарищей без «похованья», не по – христиански это… Была уже ночь, когда Михей вышел на место побоища. Полная луна хорошо освещала павших воинов. Он снял дерн с участка болотистой земли. Положил трупы товарищей по оружию и предал их земле. Сверху начал укладывать комья дерна. За этим занятием и застали его турки, приехавшие за пропавшим отрядом. Они окружили Михея, пытаясь взять его живым. Но тот сражался, как раненый зверь и отправил к праотцам еще пяток янычар. Понимая, что силы покидают тело из-за кровопотери и от напряжения, не желая пленения и пыток, он приставил острие своей сабли к груди и упал на землю. Так окончилась эпопея отряда смелых, свободолюбивых и героических людей, противостоявших турецким завоевателям, ушедших и не передавших никому свою тайну.

Легенды о зарытых кладах Грицька и затопленной в плавнях, ладье с драгоценностями, до сих пор тревожат «пытливые умы» неких «местных аборигенов» и заезжих «варягов – черных копателей».

Легенды о кладах Ахиллии…

Об этом, сведения публично не распространяются, да и пресса об этом больше молчит. Лишь иногда, информация о найденных кладах, вновь взрывает интернет и прочие СМИ. При строительстве рисовой оросительной системы и закладке чеков, формировании Дунай – Днестровской оросительной системы, канала Дунай – Сасык и прочих земляных работах, разрушались остатки древних погребений. Иногда в них обнаруживали некие изделия из «желтого металла» и камешков…

Гидрологическая экспедиция на Дунае, находила провалы под руслом реки до 90 м и более – это следы бывших подземных ходов и штолен. Килийчанам, были известны несколько подземных ходов, соединявших берега Дуная. Были люди, даже осматривавшие их. Хотя большинство подземных ходов и сооружений, включая «скарбницы» пострадали в первую очередь при взрывах крепостных сооружений. Ходы в них завалены гранитными глыбами и заполнены водами Дуная.

В 70-х годах двадцатого столетия вертолет погранвойск тщательно исследовал акваторию Стенцовско-Жебриянских плавней в районе с. Десантное(Галилешты). По слухам, предмет поисков – ладья с золотом и драгоценностями, не были обнаружены. Но… не безуспешными были изыскания «черных археологов». Местные жители, проводя полевые работы, находили в земле следы от бывших колодцев и шурфов, оставшихся в «наследство» от турок, монетки, оружие и пр. Некие турецкие представители, в упомянутые годы, в качестве «пробного шара» просили предоставить им в аренду на несколько лет участок земли в Измаильской крепости. При этом, в качестве компенсации предложили построить новый современный город, равноценный по размерам Измаилу. Эти слухи всколыхнули обывателей. Значительно поднялся интерес к турецкому прошлому крепости Измаил и возможными «похороненными» там, скрытыми под землей ценностями. Но как чаще в жизни бывает, – поговорили и забыли… Однако, «дыма без огня – не бывает!», оказалось, что сплетни эти, имели реальные основания. В интернет просочились сведения, полученные неким печатным изданием в переписке с ведущим архивистом Стамбульского государственного архива, профессором Османом Хамди Беем. Тот сообщал, что в 1969 году в архиве среди особо важных секретных исторических турецких документов обнаружили коробку, со странным содержимым – шелковым платком и нанесенным на нем рисунком с надписями тушью… Как оказалось – это план подземного хода под Дунаем к утерянной казне – сокровищнице Сераскир султана в крепости Измаил!

В колодце, ранее находящимся в покоях сераскира, на 10-метровой глубине был обустроен 20-метровый подземный ход под Дунаем, к этой сокровищнице! Сераскир, ежедневно осматривал сокровища вместе с банкаси (учетчиком – хранителем ценностей) и опечатывал именным перстнем кованную дверь входа. Если вернуться к предложению турок о компенсации за «аренду», станет понятна головокружительная ценность клада, пребывающего в сокровищнице. Интригу дополняет то, что казна эта после штурма крепости Измаил, так и не была найдена… За год до этих событий, измотанная войной с русскими, Турция ознаменовала вхождение на престол, султана Селима III. Музыкально одаренный, творческий правитель, увы, не обладал военными талантами. Он поручил не интересное ему дело военного обустройства крепостей, границ и войск визирям. Измаильская крепость, наряду с Килийской – были ключевыми участками арены сражений турецких войск с русскими. Поэтому, именно своего военного наставника Айдос Мехмет-пашу, назначив сераскиром(полномочным представителем великого визиря), он и отправил в Измаил, с целью оценки проведенной реконструкции и организации оборонительных мер крепости. Впечатлял проведенный объем работ, с серьезными финансовыми тратами. Ревизия, проведенная с привлечеными сераскиром «аудиторами», ошеломила проверяющих масштабом воровства. Практически половина султанских денег (акче и курушей), была присвоена причастными к работам чиновниками! В те времена, судебный вердикт уполномоченного султаном Айдоса Мехмет-паши был неоспорим – «Вора – на кол!» И с начала 1790 года в крепости «закипела работа палачей». Пытки в виде прижиганий, «иглоукалываний», ломания костей и прочего воришкам, с заключительной посадкой на кол… Султану докладывали о массовых казнях. Стены крепостного бастиона обагрились потоками крови. Посаженные на кол, медленно умирающие чиновники, истошно вопили, заглушая муэдзинов. По специальному фирману султана – ему переходило все имущество виновных! Айдос Ахмет-паша отчитался перед Селимом III, о 450 тыс. курушей поступивших в сокровищницу крепости – только по этой статье «дохода»(1 куруш= около 5 граммов серебра)! Однако приближалось время падения этой неприступной турецкой крепости. Храбрых русских воинов, бравших крепость Измаил, наградили. Однако храбрецы из батальона фанагорийских гренадер, остались без медалей.

Легенда раскрывает тайну! Сераскир яростно отбивался от наседавших на него гренадер. Но его не смогли защитить ни двухтысячный отряд отборных янычар, ни высокие каменные стены караван-сарая с пушками. При разоружении плененных янычар был застрелен русский офицер. Гренадеры в ярости кололи штыками турок, лишь небольшую группу оставшихся взяли в плен. Полковник Горчаков – получил спецзадание князя Потемкина-Таврического лично сопроводить сераскира к князю. Увы, сераскир Айдос Мехмет-паша погиб от 16 ран, нанесенными ему своими охранниками. Предварительно проинструктированные на этот счет султаном, они не должны были допустить пленения головного военноначальника. Разъяренный из-за неполученной информации о сокровищах, посланник князя, добился лишения гренадеров, представлений заслуженных ими наград…

Крепость Измаил вернули туркам по условию Ясского мирного договора, но уже повсеместно перекопаной. Дом сераскира, был сметен взрывами пушечных ядер, поэтому колодец не нашли. Последовавшие затем события окончательно перевели Измаил под крыло Российской империи, и поиски клада сами собой прекратились. Официально на территории крепости нет входов в подземелье, а лазы от обрушенных сводов, тщательно засыпаются. Информированные источники не исключают – неожиданных сюрпризов в виде самострелов, ям, сетей, капканов. Так, если наступить на порог за кованной дверю, предварительно не отжав секретный рычажок – сразу сработает механизм экстренного затопления помещения водами Дуная.

Это позволяет надеяться, на возможное обретение ценностей и размещение их на всеобщее доступное созерцание в государственных музеях!

В восьмидесятых годах прошлого века и в начале двухтысячных пронесся слух, о найденных по берегам озер Катлабух и Ялпуг артефактах и фрагментах кладов.

Приведу несколько сообщений об этом в Измаильских СМИ:

1. На берегу Ялпуга вновь нашли драгоценности, которым полторы тысячи лет (заметка с Измаильского интернетсайта и газеты «Собеседник Измаила») 5.11.10 г:

«…Несколько лет назад археологическое сообщество всколыхнула информация о том, что на берегу озера Ялпуг, что недалеко от Измаила найден клад состоящий из золотых украшений. Историки терялись в догадках, а достоянием Интернета стала подборка фотографий, которые запечатлели часть конской упряжи, накладки на оружие и одежду их золота и определили что находки выполнены в технике перегородчатой инкрустации и украшены альмандинами. По отдельным свидетельствам общий вес клада составил свыше килограмма драгоценных металлов и камней. Стоимость определить было затруднительно – клад исчез сразу после обнаружения. Тем не менее археологи сумели оценить находку неизвестных раскопщиков в сумму от пяти до десяти миллионов долларов. Спустя какое-то время, по свидетельству некоторых источников, часть коллекции якобы обнаружилась в собрании древностей известных украинских миллионеров, а еще ряд фрагментов якобы видели в одной достаточно известной украинской коллекции, которую пытались демонстрировать за границей. Научный мир строил догадки, по поводу того, кому могло принадлежать столь богатое убранство, причем некоторые высказывали предположение что на берегу Ялпуга могла находится могила вождя гуннов, чуть ли не самого Атиллы или его сына! Подобное предположение делало находку еще более ценной как в историческом плане, так и сточки зрения финансовой составляющей. Долгие четыре года никто не вспоминал о кладе с берегов Ялпуга, но несколько дней назад история получила продолжение – в музей Придунавья энтузиасты – краеведы принесли еще два фрагмента упряжи. По словам А.А. Серикова – активиста благотворительного фонда «Крепость Измаил», данные предметы были найдены во время прогулки вдоль берега озера. Находка представляет собой предметы размером с десятикопеечную монету – драгоценные камни, оправленные в золото. По мнению заведующей научным отделом музея Придунавья С.В. Паламарчук, у новых находок есть большое сходство с тем кладом, который был обнаружен несколько лет назад, при это специалист сомневается в том, что речь может идти о захоронении, скорее кто-то пытался спрятать часть добычи, полученной либо во время войны, либо при ограблении могилы богатого гунна. Если бы была найдена могила, то драгоценностей было бы во много раз больше. Находки отправлены на экспертизу в Одессу, а потом займут свое место в музее. На наш вопрос о стоимости клада сотрудница затруднилась с ответом, тем не менее рассказала что драгоценностям не менее полутора тысяч лет, и они могли быть изготовлены в Византии. Теперь есть надежда на то что клад будет описан специалистами и станет еще одним магнитом для туристов. А кроме того, может быть теперь компетентные органы сумеют ответить на вопрос, куда делась первая часть клада. Мы же можем только поблагодарить активистов фонда «Крепость Измаил» которые и передали находку в музей. По материалам газеты «Собеседник Измаила» izmail-city.org Светлана Паламарчук: «Забудьте о кладе Атиллы, – так начался наш разговор с заместителем директора историко-краеведческого музея Придунавья по научной работе Светланой Паламарчук. – Он относится к гуннской эпохе (последняя четверть IV – первая четверть V века) и является собственно кладом, а не могилой, не погребением. Береговая эрозия привела к подвижке почв, и это, в свою очередь, привело к открытию клада, который, как мне представляется, был уложен в бронзовую миску с ручками и, возможно, уложен в мешок (от которого, разумеется, уже ничего не осталось). Сосуд, в котором был клад из золотых и серебряных предметов, был, вероятнее всего, раздавлен. Что касается находок, что первые, по словам Светланы Васильевны, были в 2002 году. Затем место возможного клада было повторно обследовано в 2006 году, и именно тогда были найдены около трех десятков предметов общим весом около полутора-двух килограммов золота и серебра. – Мне известно, что клад был увезен в Одессу, – сообщила С. Паламарчук, – и есть предположения, что он находится там и сегодня. Кроме того, есть косвенные свидетельства, что участники поисков 2002–2006 годов продолжают поиски предметов обнаруженного на берегу Ялпуга клада. А в сентябре этого года мы с группой товарищей, куда вошел и президент благотворительного общества «Крепость Измаил» Александр Сериков, выехали на место обнаружения клада и там обнаружили золотые накладки на кожаный ремень уздечки. Накладки весом около двух граммов каждая украшены альмандином (высший сорт граната), а с обратной стороны имеются небольшие бронзовые гвоздики. Находку мы передали в фонды нашего музея Придунавья, и сегодня она – в Одессе на государственной экспертизе, выводов которой мы ждем к концу года. Как сообщила зам. директора музея Придунавья кандидат исторических наук С. Паламарчук, в планах – создание выставки, которая расскажет о находках различных археологических экспедиций, работавших в нашем регионе в разное время. – И найденные золотые накладки эпохи Великого переселения народов станут одной из достопримечательностей нашего музея, – заметила С. Паламарчук Газета «Сити»(№ 19)

Клад Аттилы: потерян или спрятан? Почти год назад археологи сообщили, что на левом берегу Ялпуга было найдено одно из богатейших в мире погребений, которое специалисты датировали V веком – временем эпохи Великого переселения народов. По одной из версий звучало, что речь может идти о могиле легендарного предводителя гуннов Аттилы или же его сына, а чудом обнаруженные раритеты специалисты оценили в сумму не меньше пяти миллионов долларов. …Чудом – небольшое преувеличение: как рассказывают хорошо информированные, но пожелавшие остаться неназванными источники, некто еще в 2007 году наткнулся на безделушку, которая оказалась золотой со вставками из граната. Чуть позже известный в узких кругах «черный» археолог вернулся сюда с помощниками и металлоискателем и методично вел целенаправленные поиски клада на побережье самого крупного в Европе озера. Может, поиски продлились бы еще какое-то время, но отсутствие берегоукрепительных работ сыграло на руку черному археологу: упавший берег открыл богатейшее захоронение, в котором было найдено около килограмма изделий из золота и серебра. Предполагается, что в могиле были, как минимум, меч и кинжал, седло и конская узда, парадный пояс. Все украшения сделаны из золота, серебра и позолоченного серебра со вставками из тщательно отшлифованных альмандинов (драгоценных каменей – Ред.). Они изготовлены в одном стиле и составляли единый гарнитур высочайшего художественного уровня. Такие ювелирные изделия в V столетии нашей эры делали только в Константинополе и попадали они к варварам как плата за службу или как откуп от непрекращающихся набегов. …Но радость ученых от невероятного открытия приправлена трагизмом неизбежности: бесценное собрание древних золотых изделий не стало достоянием государственной сокровищницы, поскольку – по заверениям специалистов – попало в частные руки «черного» археолога, который, тем не менее, предоставил одесским историкам фотографии найденных сокровищ. О судьбе клада известно мало. Якобы вначале он ушел в Одессу, вскоре хозяин пытался этот клад продать и выставил фотоснимки отдельных вещей в интернете вроде как за 250 тыс. долларов. Таких денег ему не дали, предложив (по рассказам) около 100 тысяч. Владелец сокровищ Атиллы отказался. А потом к нему домой ночью наведались воры… Где сокровища гуннского царя сейчас, никому не известно. Глухие предположения о том, что сокровища находятся еще в пределах Украины и якобы попали в руки одного из самых высокопоставленных чиновников страны, подтверждения не получили. Но от этого ситуация не изменилась: клад-то есть, но – не про нашу (народа) честь… По крайней мере, так считалось почти год. Но вот совсем недавно к нам в редакцию попали фотографии, свидетельствующие о том, что не все найденное на берегу Ялпуга потеряно: в Измаильском краеведческом музее Придунавья есть вещи, которые, возможно, принадлежали «повелителю всех гуннов». Газета «Сити»(№ 19)

Существует также легенда об исчезнувшей странным образом барже на Советском участке Дуная. Это было сразу по окончании Великой Отечественной войны. Судно с грузом, по контрибуции возвращаемого из Германии – антиквариатом и ценностями «потерялось» по приходу в наши края.

Но это уже другая – детективная история!

Легенды древнего храма

Килийщина всегда славилась этническим букетом населявших ее народов и их приверженность верований в Бога. В важный портовый и торговый центр, сюда издревле тянулись представители разных народов. На Килийщине сложились традиции взаимоуважения к разным культурам и религиям. Тут, мирно уживаются православные русские, украинцы, молдаване, а в прошлом – армяне-григориане, евреи, римо-католики и мусульмане. Представители разных народов и конфессий не враждуют, и у них сложились даже совместные традиции и смешанные браки. К сожалению, сейчас в городе остались только четыре действующих православных храмов и несколько протестантских молельных домов. В Килии, ныне два Покровских храма – старообрядческий и украинский – в честь почитаемой воинством Покровы Пресвятой Богородицы. «Покрова – защитница» – символ воинов, поэтому ее почитали также казаки – запорожские (задунайские и буджацкие) и донские (некрасовцы). Покровский собор Килии, был построен к 1836 гг., по проекту архитектора С.П. Мельникова (автора проекта площади у Потемкинской лестницы в Одессе). Новый собор возвели рядом со старым Покровским (переустроенным из мусульманской мечети султана Баязида ІІ – 1484 года). По окончанию строительства – старый храм разобрали. В 1895 – к собору пристроили колокольню. В таком виде Покровский храм представлен сегодня.

Старообрядческая Покровская церковь – самый большой старообрядческий храм в Одесской области. Первая старообрядческая Покровская церковь Килии была построена в 1846 году из самана (глиняных блоков, замешанных с соломой и конским навозом и просушенных на солнце). Вокруг церкви сформировался старообрядческий район Килии – «липоване». К 1916 гг., вокруг саманной церкви была построена новая – из кирпича, а старую при этом, разобрали и вынесли. К I930 пристроили новую 51 метровую колокольню. В Килии, есть еще храм – Св. Дмитрия, построенный в 19-м веке.

Раньше, в городе были четыре синагоги. Ныне, на месте главной из них, где в 1941 году были замучены много сотен килийских евреев, сооружен памятник.

Но, Легендами окружен, полуподземный храм Святого Николая.

На этом месте, византийцами еще в 11-м веке (1077 г), был построен первый православный храм в Килии – Святого Иоанна. В 1475 году килийчане отбили попытку захвата турками крепости и города. Турецкий султан Мухаммед ІІ, называвший Килию, – «ключом центральной Европы», в 1476 году развязал войну с Молдавским царством. Килийцы героически выдержали годичную осаду… В память о их подвиге, господарь Стефан Великий велел: «Зидати во граде Килийском храм Божий, и буде сей храм Святого иерарха Чудотворца Николая» … «Изволением Отца, поспешением Сына, Свершением Святого Духа изволил благочестивый, Христолюбивый Василь воевод, Божьей милостью господарь Земли Молдавской, повелел создать церковь средь града Килийского. И се храм Святого Иерарха Чудотворца Николая». Надпись посвятительная, так называемое «писание» было выбито на мраморной плите, с гербом Молдовы. Возведением Храма занимался зодчий Иоан Приван – автор множества подобных храмовых сооружений. Освятили Церковь Святого Николая, 9 мая 1479 года.

Храм вновь стал главным духовным центром православных килийчан, а его колокольня – самое высокое строение тех лет, – служила маяком для кораблей.

На турецких картах ее обозначали, как «Ноэль Килизе» – «Новая церковь»…

Но, уже с 1484 года наступил период 322-х летнего турецкого ига…

Килия стала турецкой райей и все богатство края отныне перешло в собственность султана. Население – некогда свободные крестьяне края (русы и молдаване), практически стало рабами турок – тимариотов(военнопоселенцев). Более сотни налогов, дань, повинности, поборы, грабежи. Наконец – «дань крови»: отбор у местных жителей – мальчиков – в янычарские питомники, а девочек – в гаремы, – это далеко не полный перечень «прелестей» турецкого ига. Логическим завершением турецкого нашествия и господства явилось надругательство над чувствами православных верующих – килийчан, – разрушение церкви Святого Николая.

Но на месте развалин, уже в 1485–1489 гг. был вновь отстроен полуподземный храм Святого Николая, который сохранился до нашего времени. В Османской империи немусульманские храмы разрешали строить не выше 2,5 метров (высота всадника на коне с копьем). Поэтому значительная часть здания нашей церкви располагалась под землей. В 1634 году, господарем Молдовы стал Василе Лупу – сын «Очи Волка» – султанского аги. С ним, пребывал в родстве(был зятем), Богдан Хмельницкий. В начале княжения, Василе – активно помогал Отоманской империи, в подавлении восстаний ногайских татар, под руководством феодала Каган Темира, на юге Бессарабии. Благодаря этому, влияние Молдовы возросло – ей предоставили права торговли через Килийский порт и рыболовные угодья на Дунае. Именно тогда, Килия начала свое материальное и духовное возрождение.

В 1640-е годы, на средства Василе Лупу, храм был реконструирован, – его выложили внутри и снаружи белым мрамором, привезенным из Греции. На мраморной плите, с гербом Молдовы, высечена надпись: «Изволением Отца, поспешением Сына, Свершением Святого Духа изволил благочестиивый, Христолюбивый Василь воевод, Божьей милостью господарь Земли Молдавской, повелел создать церковь средь града Килийского. И се храм Святого Иерарха Чудотворца Николая». Колокольню – построили лишь – к 1891 году. В советское время храм использовали как угольный склад и вовсе забросили. Мраморную облицовку сняли. Церковный колокол использовали на местном пароме. Мальчишки-подростки облюбовали его для своих забав. В то время и появились Легенды этого древнего храма.

Будучи мальчишкой, я слышал легенду о том, что кто-то, под мраморной плитой пола этого храма, обнаружил скелет с массивным золотым распятием в области грудной клетки. Это побуждало многих пацанов заниматься «раскопками», находить даже некие предметы старины. Любопытство подогревало и то, что под мраморными плитами пола, при простукивании их, кое-где прослушивался звуки пустоты. Ходили слухи, что в подземельях храма есть и подземные ходы даже под Дунаем. Были, там будто бы и «схроны» священников, прятавших в них церковный инвентарь от мусульман, в период турецкого ига. Еще более распалил страсти, слушок о якобы найденном, курсантами местной мореходки, при церковном дворе, древнем винном погребе. Педагоги училища, заметили появление неадекватно – веселых курсантов. Следы привели к находке. В нескольких глиняных амфорах, под сургучом, вино за долгие годы приобрело состояние мармелада. Его, будто то бы и «вкушали» курсанты – «дегустаторы»!

Наши предки знали, где строить культовые сооружения и храмы. Храмы издревле строили на местах светлых, энергетически положительных. Интуитивно, люди тянулись в церковь. Не случайно, столько легендарных историй с этим связаны.

Как заявляют экстрасенсы и исследователи – это «Места Силы» – энергетических источников. Люди интуитивно ощущают это воздействие и стремятся в общей молитве донести до Бога свои чаяния. Места силы – храмы – считаются благодатными, целительными, светлыми, насыщенными положительной энергетикой. Таинственные исцеления людей от неизлечимых медициной болезней, связаны со святыми местами (монастыри, церкви, источники с освященной водой), при полной вере в Божественную силу и молитвы. Храмы и монастыри хранят в себе большое количество святынь, которые помогают людям в трудную минуту.

На месте нашего храма в древности – совершались различные чудеса, люди чувствовали особую силу этого места и приходили сюда еще и еще. В конечном итоге, килийцы решили построить на этом месте храм.

Через поколения – потомки вновь устремлялись к этому поистине святому месту и вновь отстраивали храм на месте разрушенного. В храм Святого Николая приходит множество людей помолиться, и получить кусочек ожидаемого чуда, исцеления, провидения, которые совершаются здесь у истинно верующих людей. Большие настенные иконы – принесенные в дар храму, тоже имеют в себе удивительную силу. У стен храма были похоронены священники – особо почитаемые своей паствой, и мощи их, оказывают также благоприятное воздействие на прихожан. Храмы – «душевно – духовные места силы» – отличаются особенной энергетикой. Именно в храмах, на душе становится легко. Попадая в энергетический поток этого места, хочется остаться в нем как можно дольше.

В 1992 году храм общими усилиями восстановили. Тут, стараниями священника отца Михаила (Павлишина), возобновлены службы, прекрасный церковный хор, отстроена каплица для обрядов, благоустроена и благоухает цветами территория. Пол храма устлан ковровыми дорожками по местным традициям. Меня радует, что древний храм вновь полноценно функционирует. Сюда стекаются люди всех возрастов: от стариков, до новорожденных, приносимых сюда для крещения. Воскресные и праздничные службы, всегда проходят при заполненных прихожанами помещениях, как в прочем и в других церквях края. Несколько мраморных плит с древними надписями, установлены на церковном дворе и в храме.

Тут нашли в свое время и несколько плит с древнеармянских надгробий.

В храмах Килийщины, имеется большое количество великолепных икон русских иконописцев и особенно в церквях старообрядческих. Внутри их очень много красивых и прекрасно сохранившихся росписей. Старообрядцы – «липоване» бережно, хранят свои святыни, которым молились их предки и также свои традиции.

Будучи десятилетним мальчиком, я отдыхал с родителями, в селе Приморское.

Живут там, хорошие, работящие, чистоплотные и гостеприимные русские люди – старообрядцы. Прекрасная, девственной чистоты – природа. Чистое море с песчаным пляжем, стайки ставридки, много креветки, морские коньки и крабы, причудливые, неописуемо красивые, разных оттенков медузы. Но главное – рыбалка в плавнях и найденный массивный российский медный «пятак» 18 века, все это оставило неизгладимый след в моей душе – сибирского мальчишки. Однако, так случилось, что у меня резко поднялась температура. Испытывая мучительную жажду, зачерпнув воды из колодца, я увидел лик святого, как на иконе Спасителя. После этого, я сознательно захотел, чтобы меня окрестили. Хотя, в то время – «деспотичного воинствующего атеизма» – это было сложно и осуждалось. Но благодаря усилиям мамы и местного священника, мы благополучно совершили эту «акцию» крещения в старообрядческой церкви Приморского. Именно, Божья помощь и Ангела – хранителя стали моими спутниками в нелегкой, суетной и порой, опасной жизни.

Пребывая в храмах – местах силы, человек ощущает подъём сил и энергии, там пропадает усталость, вселяется тонус и бодрость. Такие места обладают свойствами, менять состояние восприятия окружающего мира и самого себя. Человек может начать слагать стихи, философствовать, оценивать свои поступки и т. п. Я это ощутил на себе – появилась ясность миропонимания и поступков людей, на ум приходят стихи, появляется позитивный творческий заряд. Большинство древних и современных храмов возводились на природных местах силы, для усиления потока энергии и мысли. По этой причине – молитвы в таких церквях, оказываются более действенными. Здесь присутствует сила – «Святой Дух», которая помогает реализовать определенные духовные задачи и цели. Люди, интуитивно чувствуют и приходят именно в такие храмы, чтобы обратиться в молитве к Богу, существующему в собственной душе. Именно покаяние в грехах, вера в исцеление и исполнение желаний, помогают решить проблему, при условии чистоты помыслов! Отмечена тенденция людей – обрести «своё» место силы, созвучное его нынешнему состоянию. Можно заметить, что ряд прихожан стремятся к «своему месту» для молитвы в храме, и у каждого есть «своя», наиболее почитаемая икона.

В Бессарабии – найдено немало стоянок первобытных людей и скифских памятников, находящихся на природных «местах силы».

Эти многие Места Силы, равно как и Жизненосные Источники, дарующие избавление от многих болезней и различных форм одержимости – настоящие Святыни. В местах этих – по Вере истиной, да по Покаянию души – даруется людям исцеление от онкологических, сердечно – сосудистых заболеваний и бесплодия, в других – снимаются зависимости – алкогольная и наркотическая, в третьих – от одержимости. Пребывая в паломнической поездке, на молитве в церкви женского монастыря в Татарбунарском районе Одесщины, я видел обряд «изгнания бесов». Священник, внешне сходный с Г. Распутиным, очевидно обладающий огромной духовной силой, при помощи молитв, распятия и древней Библии творил чудеса и многих прихожан вернул к истокам нормальной жизни. Довелось увидеть, как «одержимые бабенки» при наложении на них креста – падали и бились в конвульсиях, кричали и бранились, но по завершению обряда – преображались. Удивительно, они при этом не помнили, что творят. Хочу отметить, что монастырь расположен в живописном месте, на берегу лимана Сасык и имеет свой, освященный ключевой источник целебной воды.

В храмах, истинно верующие люди, наделяются особой атмосферой: радости, исцеления, творчества и успеха. Веками слагали легенды, в которых конкретные места Подунавья-Бессарабии-Ахиллии называли благостными, а то и вовсе святыми. Причем, в старинных сказаниях упоминаются даже «симптомы», какие появляются у людей от воздействия этих мест: проясняется в голове, зрение приобретает особую остроту, приходит чувство свежести, тело наполняется легкостью, Душа обретает внутреннюю гармонию и состояние глубокого умиротворения.

В этих местах настолько сильная и разнообразная по информационному воздействию энергетика, что испытываешь необыкновенную гамму состояний, светлую радость и подъем сил. Воздействие Мест Силы отражается не только на внутреннем состоянии, но и на внешности: молодеет, становится эластичней, чище и привлекательней кожа. В Дунайском заповеднике, в Вилковском лесу, в Приморском и многих других местах региона – есть свои «волшебные точки силы». Однако, познавшие их люди – информацией не особо делятся, во – избежании «наездов» «неграмотных», жаждущих чудес туристов, порой превращающих восхитительные уголки в «мусорники». Тем самым, места силы превращаются в «потухшие», – из-за варварства гостей…

Кратко поведаю и о других сохранившихся и обретенных святынях Ахиллии.

В центре Измаильской крепости располагаются храмы – Святого Николая (1852) и Успения Пресвятой Богородицы (1841). Они построены на месте одноименных древних христианских храмов, упоминаемых впервые в 14 веке.

Достоверно известно, что в 1499 году монастырь Святого Николая уже существовал и принадлежал одному из Афонских монастырей – Каракальскому.

В 1761 году браиловский митрополит Даниил перевел сюда кафедру – с тех пор мужской монастырь стал центром управления православной церкви на Нижнем Дунае. В 19 веке монастырь процветал – монахи соорудили просторные кельи, новые храмы, заложили фруктовые сады и огороды. В 1940 году монастырь закрыли, его помещения использовались под склады, сад вырубили. В 2002 году после передачи храмов и построек в управление Одесской епархии Украинской православной церкви, началось возрождение мужского монастыря.

В селе Кулевча, в церкви Николая Чудотворца имеются уникальные иконы – Казанская икона Божьей Матери, которая связана со знаменитой Полтавской битвой. Ее украшают засохшие лилии, которые пускают молодые побеги и зацветают на День Святой Троицы, хотя этот праздник и не имеет установленной даты. Ожившие цветы окутывают Пречистую с младенцем оставляя открытыми только их лики. Тут же – кровоточивый список с Иверской иконы Божией Матери, она прославилась еще во времена императора-иконоборца Феофила в 829–842 годах. По легенде, когда воин ударил ее мечем, на изображении правой щеки Пречистой выступила кровь. Копия этой иконы, кровоточит так же сильно, как и ее оригинал. Своими чудесами известны иконы с ликом Спасителя и Почаевская, мироточивый образ Крест Голгофа; мироточивый список с Касперовской иконы Божией Матери; отпечаток на стекле иконы святителя великомученика и целителя Пантелеймона и святого великомученика Георгия Победоносца.

Старинный храм Святителя Николая в с. Шабо, на берегу Белгород-Днестровского лимана. В нем есть чудотворная икона «Скоропослушница» и образ Касперовской иконы Божией Матери, который постоянно обновляется. Прихожане трепещут при созерцании кровоточащего образа «Бичевание Спасителя». Имеется ряд других старинных икон. Это, прежде всего образ Святой Новозаветной троицы и старинный образ Святителя Николая Мирликийского.

На холме в центре Белгород – Днестровского возвышается Свято – Вознесенский кафедральный собор. К нему ведет старинная крутая лестница. Строился собор в 1815–1820 гг. на месте старого турецкого кладбища, на пожертвования местных жителей. В нем прекрасно росписаны в греко-русском стиле стены и купола. Вес большого колокола пожертвованного местными меценатами достигал 6 тонн. Одной из святынь собора является частица мощей Иоанна Сочавского, который пострадал за веру Православную в этих местах в 1330 г. Другой святыней храма является Горбовецкая икона Божией Матери – покровительница Бессарабии. Во время ремонтных работ, тут обрушилась церковная колокольня, а от непоправимых разрушений собор спасла икона «Бичевание Спасителя», возле которой непостижимым образом остановились рухнувшие балки. В соборе имеется рака с частицей мощей св. Иоанна Нового Сочавского.

Этим святыням нашего края, можно поклониться и почерпнуть частицу Божьей благодати, а обретенным душевным теплом – поделиться затем с близкими. Господь своими чудесами, являемыми в святынях, миро– и – кровоточащими образами, показывает скоротечность и греховность нашей жизни, возможность покаяния и избрания пути истинного. Каждый из нас сам выбирает Путь и направление своей жизни и поступков.

Описанные мной чудеса православных храмов нашего края – это далеко не все! Уверен, что каждый прихожанин и истинно верующий, знает о чудесах «своей церкви», иконы, храма и образа…

Легенды мусульман Ахиллии

Со времен Золотой орды территорию Ахиллии(Бессарабию и Буджакские степи), стало заселять мусульманское население. Так, средневековые Килия и Аккерман, в то время были городами, тесно связанными с центральной частью Золотой Орды. Известный исследователь географии Золотой Орды В. Л. Егоров пишет: «На протяжении первой половины XIV в. Аккерман являлся крупным морским портом Золотой Орды… Одновременно с этим город представлял собой значительный ремесленный центр, производство которого было рассчитано не только на удовлетворение внутренних потребностей». Жилища, которые были исследованы на городище, «подчеркивают тесную связь города с центральными районами Золотой Орды. Особенно хорошо это проявляется в отдельных чертах бытового устройства жилищ…» Судя по находкам золотоордынских монет, город был оставлен монголами в 60-х годах XIV в., под постепенным натиском с севера Молдавского княжества. Культовые сооружения ислама – мечети и тюрбе.

Эвлия Челеби упоминает следующие мечети в городах Буджака: «Три квартала в Измаиле – мусульманские, а остальные населены греческими, армянскими и еврейскими реайя… Все дома, постоялые дворы, мечети, имеющие кирпичные стены и крытые черепицей, находятся в мусульманских кварталах»; «В настоящее время в крепости [Татарбунарах] имеется одна мечеть»; в Аккермане «имеется мечеть султана Баезида – это приятного вида мечеть с одним минаретом», «Из мечетей [в Аккермане] великолепна мечеть султана Баезида, старинная и простая на вид, Мечеть хана Менгли-Гирея, мечеть Ваиз-джами, мечеть султана Селима хана – все это большие отказы татарских ханов [в пользу вакфа]»; «Есть в крепости [Килии] соборная мечеть султана Баезида Вели, семь [малых] мечетей», кроме того, в посаде Килии «всего 17 михрабов и еще одна большая соборная мечеть, находящаяся у рынка, имеющая многочисленных прихожан. Здание этой мечети, простое и изящное, прекрасно отделано». Мечети в городах упоминает и другой турецкий автор XVIII в.: «Измаил на Дунае, против Тульчи; красивый город… В городе красивый рынок, бани и мечети»; «Султаном Баезидом была выстроена [в Килие] большая мечеть. В предместии находятся старая баня и несколько богато построенных мечетей». В городах Ахиллии было много мечетей, для духовных потребностей турок-горожан и кочевников-ногайцев, приезжающих специально, в праздник или пятницу на намаз.

2 соборные и 24 «малые» мечети имелись во времена Эвлии Челеби в Килии(1 соборная султана Баезида и 7 других – в крепости; 1 соборная и 17 других – в посаде). Несколько мечетей – в Измаиле, одна – в Татарбунарах, в Аккермане упоминаются 4 мечети (мечеть султана Баезида, мечеть хана Менгли-Гирея, мечеть Ваиз-джами, мечеть султана Селима хана) и также в других городах Буджака – Рени и Каушанах. Тюрбе – мавзолеи на могилах «святых»-подвижников ислама или воинов, павших в борьбе за веру (гази). Легенда об одном таком месте в Буджаке сохранилась, благодаря запискам Эвлии Челеби. Он пишет: «Татары называют это место Мияк-гечит. Это – страшная переправа на берегу Днестра, потому что река тут подобна – морю… И [как раз] здесь находится место поклонения под названием Мияк-Баба-султан. В переводе с татарского языка это значит – «Масляный Баба». [Говорят, что] однажды население [здешних] областей попросило одного святого [совершить] чудо. И тогда он сказал: «У меня ничего нет, и я подобен пустой торбе. Ведь для святых показать чудо так же трудно, как женщинам показать что-либо сокровенное или кому-нибудь перенестись в загробный мир. Ступайте, агнцы, – попросил он, – ничего чудесного у меня нет». В конце концов, не сумев избавиться от них, он в тот же момент обратился к Днестру и проговорил: «О, великая река! По повелению всевышнего Аллаха пусть течет здесь чистое желтое масло и сало». И в тот же миг по воле Аллаха по Днестру начало течь желтое масло. Три дня и три ночи текло масло, и поверхность Черного моря покрылась маслом, и оно достигло даже Средиземного моря. Население Бендер, находившееся на берегу моря, собрало столько масла, что невозможно ни описать, ни рассказать. И когда все узнали об этом чуде, святой был уже мертв. Его погребли на этом самом месте. Впоследствии здесь же ханы прежних времен построили над каменным зданием высокий купол, который и поныне сохранился там. Рядом погребено много тысяч мучеников и праведников». Таким образом, ясно, что на переправе через Днестр в районе современного села Маяки находилась могила и мавзолей легендарного святого Мияк-баба-султан. Скорее всего, именно развалины этого мавзолея были отмечены археологами, как «остатки мечети и несколько каменных строений». Еще об одной могиле святого упоминает другой турецкий автор: «Третьи ворота [Килийской крепости], называемые большими, ведут на Татарский рынок. Там между рвом и стенками находится могила, в которую люди бросают монету пар;, и если они воодушевлены истинной верой, то обязательно услышат голос, отвечающий на их вопросы».

В городах края сожительствовали, прежде всего, мусульмане и христиане. Об этом сообщают практически все источники, например: «В летние месяцы в Измаиле массовое стечение народа. Здесь встречаются люди всех наций…» На окраинах региона также, жили под турецким игом русские-старообрядцы, украинцы, молдаване. Но население твердо придерживалось христианских традиций и обрядности и не было фактов перехода в ислам представителей немусульманских народов в крае. Да и гнет турецких завоевателей играл негативную роль. Так по началу, разрушались православные церкви и храмы. Позже, турки вынуждены были разрешить строить православные храмы, но при условии, не выше всадника с копьем – т. е. полуподземные. Примером такого сооружения является церковь Святого Николая в Килии. Мусульманское население турки и ногайцы – кочевники отличались по культуре и обрядности. Кочевое хозяйство, определило плохое соблюдение ими некоторых запретов ислама, в частности ногайские татары «не постятся и намаз (ас-салат), совершают нерегулярно». Ногайцы ели конину и даже падаль: «они не брезгуют также есть мясо животных, павших от болезни»; «Если лошадь падет сама собой от какой бы то ни было болезни, они не преминут ее съесть»; «Лошадей, издохших накануне, просто или даже от болезни, они охотно употребляют в пищу, вырезав только зараженное место»; «И хотя они едят… конину, однако только тогда, когда [животные] уже пали или околевают, щадя, стало быть, здоровое стадо»; использовали в пищу кровь животных: делают «лошадям надрезы и раны, а кровь употребляют в пищу вместе с просом или отдельно»; «…если при этом находится мука, то ее размешивают с кровью руками, как свиную кровь для колбас, затем варят в горшке и едят, как большое лакомство»; «Им также очень нравится каша из муки и конской крови». Свинину, однако, ногайцы не употребляли: «что касается свиней, то их сгоняют вечером в одно место – в ригу или другое помещение (когда совершают набег на христиан) – и затем поджигают строение с четырех сторон: это делают они из ненависти к этим животным». Они употребляли слабоалкогольные спиртные напитки из сквашенного молока – кумыс и айран, проса (буза) или меда и даже молочную водку араку. Некоторые буджакские ногайцы совершали хаджж. Известно также, что маршрут паломников ногайцев Большой Орды проходил через Крым к крепостям Подунавья (Ак-Керман, Измаил, Килия). Период расцвета ислама в Буджаке с1484 – от захвата турками и крымскими татарами Аккермана и Килии когда возводились десятки мечетей, тюрбе, мектебе, бани, и просуществовал до 1807 гг. – времени освобождения Южной Бессарабии Россией. До настоящего времени сохранились – минарет мечети в крепости Белгород-Днестровска и Малая мечеть в Измаиле, где располагается диорама штурма Измаила в мечети. Это самое старое из сохранившихся зданий города – ему почти 500 лет. Сооружена мечеть была во время правления Сулеймана Великолепного – мужа украинской Роксоланы. В 19 веке мечеть была преобразована в православную церковь Воздвижения Креста. Очевидно, что мусульманское наследие в Ахиллии, также имеет место.

Легенда о цыганской короне

Информация к размышлению(из СМИ):

1). ЛАСЛО (венг. Lszl, чеш. Ladislav), имя ряда венгерских королей. Ласло I, или Ласло Святой (венг. Szent Lszl) (1040–1095), младший сын короля Венгрии Белы I (правил в 1060–1063) и польской принцессы Рыксы, родился в Польше 27 июня 1040. Взошел на венгерский трон в 1077 после смерти брата Гезы I. Ласло явился фактически вторым основателем самостоятельного венгерского королевства, которое вследствие династических раздоров после смерти короля Иштвана I (1038) пришло в упадок и оказалось в опасной зависимости от Германии. Между тем все еще был жив двоюродный брат Ласло Шаламон, который короновался, будучи ребенком, в 1057, а впоследствии женился на дочери императора Священной Римской империи Генриха III. Хотя в 1074 Геза одолел Шаламона и низложил его, тот оставался послушной марионеткой в руках своего деверя, императора Генриха IV. Когда Ласло взошел на трон, борьба между императорской властью и папством была в разгаре: в январе следующего года в Каноссе Генрих IV принес покаяние папе Григорию VII. Ласло принял сторону папы, вступил в союз с противником Генриха Рудольфом Швабским, взяв в жены его дочь Аделаиду. Авторитет Ласло был столь бесспорным, что его пригласили возглавить 1-й крестовый поход, однако он умер в Нитре (совр. Словакия) 29 июля 1095 прежде, чем крестоносцы отправились в путь. Ласло отразил набеги диких половцев, восстановил внутренний порядок в стране, пересмотрел законодательство, присоединил к Венгрии Славонию – область между реками Дравой и Савой, что открыло его племяннику и наследнику престола Кальману путь к завоеванию Хорватии. В 1083–1084 по инициативе Ласло были канонизированы Иштван I, его сын Эмерик, а также епископ-мученик Герхард (или Геллерт). Сам Ласло удостоился канонизации в 1192. Ласло IV Кун (т. е. «Кумык») (венг. Kun Lszl) (1262–1290), сын короля Иштвана V и половецкой княжны Елизаветы, ставшей регентшей после смерти мужа в 1270. В эти тяжелые для страны времена могущественные местные магнаты располагали неограниченной властью, а на венгерскую корону претендовали государи соседних стран, поскольку Ласло был последним представителем местной династии на троне. Из Ласло получился необузданный, подверженный страстям молодой человек, который совсем забросил свою жену, принцессу Изабеллу из Анжуйской династии и водил дружбу с половцами. В попытках усмирить взбунтовавшихся подданных он дошел до того, что призвал из степей татар и обнаружил столь явную склоность к язычникам с Востока, что в августе 1288 папа провозгласил против него крестовый поход. Ласло доблестно сопротивлялся, однако 10 июля 1290 в Кёрёшсеге его убили половцы, не простившие ему верломного нападения в 1282. Ласло V, (1440–1457), известный в Венгрии как Ласло Постум (лат. Postumus – «родившийся после смерти отца»), а в Чехии – Ладислав Погробек, король Венгрии и Чехии. Первые четыре года жизни Ласло (коронованного еще младенцем, поскольку он родился после смерти отца, императора Альбрехта II из дома Габсбургов, который был также королем Венгрии и Чехии) прошли на фоне борьбы за власть двух группировок: одна объединилась вокруг самого Ласло (ее возглавлял Ульрих, граф Чилли), другая (во главе с Яношем Хуньяди) поддерживала второго короля – Уласло I. Ягеллона (он же король Польши Владислав III Варненьчик). Права Ласло на трон были подтверждены, когда в 1444 Уласло погиб в сражении с турками под Варной. В 1440–1452 опекуном как Ласло, так и королевства в целом был двоюродный брат его отца император Фридрих III, а затем – Ульрих. В 1453, все еще оставаясь несовершенолетним, Ласло был коронован в качестве короля Чехии (как Ладислав I), однако в обоих государствах фактически правили регенты: Йиржи Подебрад в Чехии и Янош Хуньяди – в Венгрии, а сам Ласло пребывал по большей части в Вене и Праге. В 1456 Хуньяди умер, и тут же его сын Ласло предал смерти давнишнего врага своей семьи Ульриха. Однако король отомстил за своего наставника: он пообещал Ласло Хуньяди неприкосновенность, а сам его казнил, что вызвало в Венгрии взрыв возмущения, вынудивший короля бежать в Прагу, где он и умер 23 ноября 1457. Причиной его смерти долгое время считали отравление, однако в ходе исследований, проведенных в 1987–1988, было установлено, что он умер от юношеского лейкоза. Смертью Ласло завершился первый приход к власти Габсбургов в Венгрии и Чехии.

2).10 марта 1847 г. был принят именной указ «О правах состояния жителей Бессарабской области», согласно которому, касательно цыган было сказано, что, если владельцы не предоставят доказательств их принадлежности им, то они освобождаются из крепостного состояния, а способным из них к ремеслам разрешено записываться мещанами или вступать в цеха. Остальных цыган причислили к Дунайскому казачьему войску. В 1858 г. цыган в области насчитывалось: крепостных – 11 491 чел., в ведомстве государственных имуществ – 92, среди новороссийских казаков – 2 316 чел.

3). 8 апреля – Международный день цыган. Эта дата была принята как международный общий для всех цыган день, по причине того, что 8-ого апреля 1848 г. было отменено цыганское рабство в Трансильвании.

4). «Aug. 23rd, 2013 Похороны короля цыган Румынии Флориана Чиоабы.

В Румынии состоялись похороны «короля цыган» Флориана Чиоабы. Он скончался в воскресенье от сердечного приступа в Турецкой Анталии, где отдыхал со своей семьёй. Венок к могиле возложил и Президент Румынии Траян Бэсеску. Король румынских цыган Флориан Чиоаба (ему титул достался по наследству от отца) имел до 50–80 млн. евро в год. К его клану Колдаш принадлежит около 300 семей, и минимум половина из них имеет дома стоимостью от 3 млн. евро. Президент Румынии Траян Бэсеску прибыл 21 августа 2013 года в город Сибиу, где отдал последние почести умершему «королю» румынских цыган Флориану Чиоаба. Как сообщил телеканал «Реалитатя», в загородной «королевской резиденции» его встретили представители семьи усопшего, которые «поблагодарили главу государства за все, что он сделал для их народа». Бэсеску возложил к гробу венок. Похороны «короля» пройдут в пятницу в Сибиу. Проститься с ним прибудут представители цыганских семей со всего мира. На этой неделе поселения цыган, от 2 до 3-х млн. которых проживают в Румынии /каждый десятый житель страны/, в трауре. Общий доход «короля» и его клана приближался к 300–400 млн. евро в год. Он складывался из подношений рядовых цыган в общак (отчисления – до 5-10 % от криминальных и полукриминальных доходов), контрабанды сигарет из Румынии в Западную Европу, гостиничного бизнеса и торговли. Цыгане нарочито демонстрируют роскошный образ жизни, буквально купаясь в золоте (на внутреннюю отделку дома цыганского «король» Румынии Флориана Чиоаба ушло до 55 кг золота)… Большинство из низов мечтает, что когда-то тоже сможет стать обладателем золотого унитаза и «права первой ночи»…

В прошлом году румынские власти разрешили Флориану Чиоаба основать местный цыганский суд, где по его «законам» будут рассматриваться административные дела его подданных. Флорин Чиоаба родился в 1954 году в одной из самых влиятельных цыганских семей.

Его отец Ион Чиоаба вместе с тысячами других цыган был депортирован в 1942 году в Приднестровье. Имущество семьи Чиоаба конфисковали в пользу государства, им разрешили взять только ручную кладь, с которой они должны были пережить зиму.

В 1960-х годах Ион Чиоаба пытался интегрировать цыган в румынское общество. Это была официальная политика при коммунистическом режиме, но не все цыган поддерживали ее. В начале 1990-х годов румынские цыгане выразили желание избрать «короля», чтобы он отстаивал их интересы. Ион Чиоаба стал называться «королем» вместо «Bulibasha» (вождь племени по-цыгански), а в 1997 году «королем» стал его сын Флориан…

5). …С 1 января 2014 года цыганские кварталы также станут частью Европейского союза. Резиденты получат право безвизового проезда в любую из стран ЕС, хотя их право на работу будет юридически ограничено правительствами государств ЕС, включая Великобританию…

Как связаны между собой эти 5 информационных сообщений в контексте нашей «Легенды о цыганской короне» и территории Ахиллии-Бессарабии-Буджака?

А история эта, видимо начиналась во времена правления династии Ласло и гонений цыган в Европе. Во всех европейских государствах того времени, цыгане были объявлены отступниками и повсюду, где они находились, стали подвергаться систематическому уголовному преследованию. Так, антицыганские законы были приняты: во Франции в 1504 г., Германии – 1498, Испании – 1482, Чехии – 1549, Англии – 1530, Дании – 1526, Шотландии – 1541, Польше – 1588, в Швеции – 1637году.

И покатилась эта волна цыганских гонений и погромов по всей Европе. Происхождение цыган – окутано тайной. Таборы «кучерявых, смуглых кочевников со свободолюбивым нравом, вызывало любопытство оседлых народов. Загадочное племя, в поисках своей «земли обетованной», кочевало по странам и континентам, проникнув даже в Австралию и Америку. По ходу следования, цыгане, колдовали и заклинали змей, водили медведей, объезжали и ковали лошадей, работали в кузнях и при этом, пели, гадали и плясали до упаду:

«Вольный ветер травы клонит,

Искрит костер, – нас веселит!

Пусть в руках гитара стонет.

В наших жилах, – кровь кипит!

От цыганских танцев, песен —

Мир для всех как будто тесен!»…

Не приемлющие оседлости и ремесел, равнодушные к крестьянскому труду, они вызывали подозрительность. Часто, нужда заставляла их нарушать закон. Воровство, мошенничество и конокрадство – вызывали к ним ненависть и репрессивные меры. Но, людей всегда влекло их уменье гадать и предсказывать будущее. Многие в совершенстве владели хиромантией, астрологией, картами Таро и гипнозом. Вводя жертву в гипнотическое состояние старые цыганки узнавали самые сокровенные тайны и овладевали ценностями.

Легенда гласит, что именно так, один из влиятельных цыганских баронов овладел тайной, семейства дальнего потомка Ласло, проживавшего в Трансильвании в 1830 году. Некое обедневшее семейство имевшее отдаленное родство с династией Ласло – т. е. «королевских кровей», – сводя «концы с концами», продало все имущество, оставив лишь несколько семейных реликвий, включая, филигранной работы шкатулку с её содержимым. Какие тайные реликвии хранилась в шкатулке? Это был амулет из червонного золота с крупным рубином, старинная тонкая книга в кожанной обложке, на цыганском диалекте с географической картой и необычная колода подлинно-цыганских карт Таро. Такие Таро – мечта любой цыганки. Необычные рисунки, яркость и палитра красок, материал – все вызывало удивление. В колоде не хватало лишь одной карты – «Колеса фортуны». Где и когда она была утрачена – владельцы не знали. Книгу прочесть они также не могли – витиевато – размашистая роспись слов неведомого цыганского диалекта – оставалась тайной… А географическая карта отображала Дунай, Анды и месторасположение бывшего замка Ласло… Какие силы привели цыганский табор именно к этому дому и пересекли его с хранителями цыганских реликвий – неведомо. Не сложно предположить и как именно, овладел цыганский барон тайной и реликвиями. Только, истекающее кровью семейство, ушло из жизни, проклиная весь цыганский род и потомков барона-убийцы. С тех пор, многочисленное семейство барона и табор преследовали смерть и несчастья. Старший сын барона красивый, пылкий, своенравный и несдержанный цыган влюбился в красавицу из своего табора. Но, без взаимности. Уже назначен был день свадьбы по воле отцов. Тогда и произошла эта драма и страшная смерть новобрачных. Что увидел ревнивый новоявленный жених в звездную лунную ночь, в отблесках костра? Какие причудились ему видения? Кого выслеживал он в старом заброшенном саду в Буджакской степи недалеко от места стоянки табора? В порыве ревности жених воскликнул: «Конэстэ рат шылало, одова нанэ ром» – «У кого кровь холодная, тот не цыган!». – убил свою любимую невесту и не выдержав страданий, этим же ножом поразил в сердце и самого себя:

Вновь, – солнце зарождает день!

Пусть, кибитки нашей, тень,

Утром, упадет росой в траву!

В сердце, – кровь несет отраву —

Ревности! И занесен уж нож, —

Над невестою! Измена, ложь, —

Смыта кровью! Моя– ж, душа,—

Умрет с тобой! Так хороша,

Ты даже в скорбный этот час!

Вот, и себе нож в сердце! Нас,—

Навек связала смерть, сейчас!

В степи Буджака, – два креста.

Для радости, уж, нету места…

В таборе у всех, – кто их любил, —

Грызет тоска – печаль и нету сил…

(«Буджакская драма», в сокращении, автор).

Судьба – злодейка, бумерангом начала возвращать проклятия невинно-убиенного бароном, семейства. А жертвами теперь становились дети самого барона, и окружающие таборные цыгане… Позже, от неведомой болезни, в течении двух лет умерли еще десять детей барона и половина всех детей в таборе. Лишь двенадцатый сын барона, сумел избежать этой трагической участи. Как это удалось, узнаем из его песни:

«Нагадай цыганка, карты разложи —

Где найти мне милую, – доложи!

Как добыть денег? Да, – деньжат,

Скакуна с бедарочкой, медвежат!

Выгорело дело – и мечта сбылась!

Цыгана молодого – жизнь удалась!..

Запрягу я ночью тихой – скакуна!

Осветят дорогу – звездочки, луна!

Крадучись подъеду я – на хуторок!

Уведу молодушку на опушку в стог!

Нас прикроет ноченька – до утра.

Обманула батюшку – дочь хитра!

Сладко ей с парнишкой молодым, —

Не получат старые – свой калым!

Увезет девчушку – молодой цыган, —

В дали незнакомые – разных стран.

Будет плакать матушка, у икон,

И молясь, удерживать горя стон…

Пролетело время и однажды днем, —

Раздался у дороги колокольца звон!

Заезжает бричка прямо в хуторок, —

Счастьем повеял осенний ветерок!

К старикам приехала доча не одна, —

Внученьку и внука – привезла она!..

Ворожи цыганка – карты разложи, —

Всему миру ты поведай, как я жил!

(«Песня цыгана», автор).

Цыгане табора, как могли – «открестились от проклятия» отвернувшись от барона и предоставив ему «самоопределение собственного пути». За последующие два года лишений и потерь, скитаний и странствий, барон встречал много умудренных опытом и познаниями своих соплеменников. Всем он показывал книгу, но лишь один старик, сумел прочитать её. Суть текста сводилась к тому, что в руинах замка Ласло, на месте бывшего собора, имеется некий тайник в стене. На этом месте стены – фреска с изображением короля. Карта Смерти (Таро) – недостающая в колоде из шкатулки, была приклеена к стене и скрыта под налепленным воском. Карта Смерти в сочетании с картой «Колесо Фортуны» – указывали на получение наследства! Кирпич с картой – скрывал тайник с указателем места клада.

И только сама Судьба может доверить своему избраннику стать владельцем королевской короны и жезла предназначенного новому «цыганскому королю». Эти атрибуты власти несли способность уберечь владельца от страшных проклятий и наделить его властью и состоянием. Узнав об этом и владея географической картой, приложенной к книге, барон с женой поспешил к останкам замка Ласло. Они провели тревожную ночь в руинах. Луна являла скользящие полупрозрачные тени. Крики ночных птиц и рулады сверчков прерывали лихорадочные сновидения цыган. Барону явилось видение старого цыгана, облаченного в королевскую мантию в короне и с жезлом. Жезлом, тот указывал на развалину закопченной стены замка. Барон скинул остатки сна и поспешил к этому месту. Стерев копоть, он обнаружил фреску с только что увиденным изображением «цыганского короля». Под замаскированной прилепленной воском картой «Смерти», вынул кирпич. На куске толстой буйволовой кожи с изображением замка и кладбища, была изображена фигура ангела с короной в ногах. Барон нашел на заброшенном кладбище, неподалеку от замка, статую ангела над неведомым надгробием. У основания памятника отрыл истлевший от времени сундучок. Но содержимое – удивило даже видавшего виды барона. Корона чудесной работы придворных ювелиров и жезл поражали красотой своей и игрой камней. Теперь он по праву ощутил себя «королем цыган», «избранником Фортуны» и впервые за последние годы от души смеялся и плакал, пел и плясал со своей милой женой. С тех пор, барон нашел и вновь возглавил свой табор: «Бар зорало, а ромэнгиро ило зоралэдыр» – «Камень крепок, а цыганское сердце крепче!» Его единственный, оставшийся в живых сын, обзавелся цыганской семьей и нарожали они много деток. Но и «полукровок»-детей своих(героев песни), – он не забывал и всегда заезжал к ним с подарками, кочуя в этой местности. «Ромэстэ пэскирэ кругом пэ свэто» – «У цыган родня кругом на свете!».

Сменялись поколения, но династия барона твердо управляла табором…

Последним «королем цыган» Европы(Румынии и Бессарабии) стал Флориан Чиоаба и «правил» с 1997 по 21 августа 2013 года. Его отец Ион Чиоаба вместе с тысячами других цыган был депортирован в 1942 году в Приднестровье. Имущество семьи Чиоаба конфисковали в пользу государства, им разрешили взять только ручную кладь, с которой они должны были пережить зиму. В 1960-х годах Ион Чиоаба пытался интегрировать цыган в румынское общество. Это была официальная политика при коммунистическом режиме, но не все цыгане поддерживали ее.

В начале 1990-х годов румынские цыгане выразили желание избрать «короля», для отстаивания их интересов. Ион Чиоаба стал называться «королем» вместо «Bulibasha» (вождь племени по-цыгански), а в 1997 году «королем» стал его сын Флориан… Великие творцы мифов и романтических сказок о себе, цыгане всегда умело сочетали в своих «легендах» практичность и красоту выдумки: «Когда сильный и могущественный Тамерлан(Тимурленг), под предлогом истребления идолов покорил в 1399 г. северо-западную часть Индии и прославился чрезвычайной жестокостью, дикое племя разбойников, называемое цыганами и обитавшее в Гузурате и около Татты, спаслось бегством. Племя сие, состоявшее из полумиллиона людей и владевшее несметными сокровищами, называлось на своем языке гузуратском – ром (люди), а по черному цвету кожи – кола (черными), а по жительству на берегах Синда – синтами» (Синд – ныне река Инд). Позже, цыгане попали в Европу и «византийский» мир и появилась легенда о том, что в 1322 г. два монаха-францисканца, Симон Симеонис и Хьюго Просвещенный, заметили на Крите людей, похожих на потомков Хама; они придерживались обрядов Греческой православной церкви, но жили, как и арабы, под низкими черными шатрами либо в пещерах. В Греции их называли «атсиганос» или «аткинганос», по названию секты музыкантов и предсказателей судьбы. Но больше всего цыган встречалось в Модоне – крупном порту – главном на пути из Венеции в Яффу. Эта плодородная, как долина Нила, область называлась Малым Египтом. И породило представление, что цыгане – выходцы из Египта.

А их предводители нередко величали себя «герцогами или графами Малого Египта». После долгого пребывания в Греции и жизни в соседних с ней Румынии и Сербии часть цыган продвинулась дальше, на запад. «Романы яг сарэнгэ бикхэрэнгиро свэтинэла» – «Цыганский костёр всем бездомным светит!».

Но их положение на территориях, неоднократно переходивших от византийцев к туркам, и наоборот, было затруднительным.

Сами цыгане сотворили тогда миф о том, что, покинув Египет, они были сначала язычниками, но затем их обратили в христианство, потом они вновь вернулись к идолопоклонству, однако под давлением христианских правителей-монархов они во второй раз приняли христианство и теперь совершают паломничество по всему миру во искупление многочисленных грехов. Эти формирующиеся легенды о происхождении цыган, о причинах их страннической доли включают в себя как политическую смекалку, так и заклятие от опасных людей, барского гнева, неожиданных несчастий и пр.

Отсюда и магия дороги, прежде всего, как средство обезопасить себя и своих ближних от многочисленных мнимых и реальных бед, возможных в пути. Как у каждой нации, у цыган есть своя система ценностей: Семья, Профессиональная успешность, Религия. Уникальность цыган в том, что они – не территориальная нация и объединяет их не страна проживания, а цыганский дух(романипэ).

«Дэ сави строна на гэян, везде пэскири семья ластя» – «В какую страну ни пришёл, везде свою семью нашёл!».

У нас бытуют и местные легенды о «легендарных» представителях цыган.

В Измаиле к примеру о известном конокраде, Ване Каймаке, повествует на страничке Измаильского интернет-форума, некий «Гренадер» 04.07.2012:

«…Полевой по четной стороне в те далекие тридцатые годы стоял дом, укрытый папурой «по-немецки», что свидетельствовало о состоятельности хозяина. Этим домом (который при желании можно отыскать и сегодня) с обширным двором-усадьбой и владел знаменитый конокрад дядя Ваня Каймак. Каймак – это кличка. Фамилию дяди Вани сегодня вряд ли кто вспомнит (клички вообще имели столь широкое хождение, что нередко становились как бы фамилиями, а фамилии забывались). Он был лет сорока пяти, плотный, выше среднего роста, смуглый, с гусарскими усами, с неизменной сигарой. Дядя Ваня непременно присутствовал на всех конных выставках, ярмарках, аукционах – будь то в Измаиле, Аккермане (Белгород-Днестровском), Тараклии или еще где-то. Ему важнее всего было знать: кому достанется самая лучшая лошадка? А уж потом – день, два, неделя, но будьте уверены, она очутится у Каймака. Технология конокрадства по сей день остается тайной. Когда где-то пропадала самая знаменитая лошадь, полиция приходила к дяде Ване и, как правило, находила ее. Но припереть его не удавалось. «Купил! У проезжих цыган купил!»– ответствовал Каймак. Дважды поджигали его дом-усадьбу. Дважды он отстраивался Страсть завладеть самым лучшим рысаком не покидала его всю жизнь. В 1946–1947 года юг Бесарабии поразила жестокая засуха, принесшая в эти края голод. Пал скот. Не стало лошадей. Множество жизней унес тот голод, не пощадил он и дядю Ваню Каймака…»

На Килийщине, многим известен «князь цыганский» Карай Дмитрий – «продвинутый» представитель современных цыган. Он выстроил 3-х этажный мебельный салон и «Бессарабский рынок», благоустроил этот уголок нашего города. Был он и в составе городского депутатского корпуса.

«Цыгане по всему свету живут, все цыгане братья – Ромэстэ шэл чиба, а корнё екх!».

Легендарные подземелья

О великолепии, достопримечательностях, истории АХИЛЛИИ – Бессарабии – Буджаке, написано немало записок путешественников, монографий ученых и местных краеведов, справочников, путеводителей, стихов и рассказов, картин художников. Но тема эта – неисчерпаема для археологии, поиска новых архивных сообщений, анализа и размышлений! Наш край – практически, еще почти не изучен, научно всесторонне не обследован и не описан. Даже местное население – об истории и богатствах края имеет смутное представление. Перефразируя мудрых, подчеркнем: «Тем, кто не знает своей истории – не имеет будущего»!

В доисторические времена, планету покрывал океан Тетис. Вода покрывала и всю тогдашнюю территорию Ахиллии. Проходили тысячелетия, океан отступил, оставив Черное море, песок и бесчисленные насыпи раковин моллюсков. Время превратило их в понтийский известняк-«ракушняк». Нигде более в мире, нет таких запасов известняка, как в нашем крае. Еще древние греки, при колонизации Северного Причерноморья, начали активно использовать этот материал для построек. Позже, появились катакомбы, которые использовали в культовых целях и для захоронений. Еще позже, в период турецкого ига были построены ряд крепостей и подземные коммуникации как самими турками, так и населениием. Подземные туннели здесь ранее рыли казаки и население, чтобы их врасплох не застали турки, получая возможность скрытно, под землей перебраться в безопасное место.

С тех пор, Ахиллия – Бессарабия – Буджак, – средоточение интереснейших подземелий: полуподземных храмов, подземных ходов и склепов, каменоломен и шахт. У жителей придунайских городов и сел бытуют легенды, – не без оснований, о существовании «турецких» подземных ходов, ведущих за Дунай в Румынию.

Подземные ходы – вовсе не легенда. Они выявлены не только в Килии, Измаиле, Рени, но и в селах Струмок, Новосельское, Орловка. Поныне существуют каменоломни в Арцизе и многокилометровые(!) – в селе Делены, этого района. Со средневековья, подземные коммуникации овеяны клубком из мифов, легенд и реальности! Эвлия Челеби в 17 веке писал, что во время ремонта Аккерманской(Белгород – Днестровской) крепости, были обнаружены в подземельях пещеры с огромными по размеру костями. Суеверные турки, пещеры эти замуровали. Где находятся эти пещеры до сих пор не выявлено! В районе Греческой церкви, построенной в 1482 году, (старейшей в Белгород-Днестровском), также найдена подземная церковь, предположительно, еще более древняя! Легенды крепости в Белгород-Днестровском, в основном связаны с многочисленными и разветвленными подземными ходами. По бытующим послевоенным(1945года), легендам, из них по ночам выходили рогатые отвратительнопахнущие существа. Сероводородный запах существ, породил легенду о потусторонних силах, «выходящих на землю из ада». Пришельцы нападали на людей, отнимали у них продукты и исчезали в подземельях. Затем произошло несколько нападений рогатых людей на окрестные сады и даже на хлебный фургон. Местные жители прозвали их «подземными вонючками». Тогда можно было услышать версии об: «австралопитеках, заплутавших в катакомбах», «о поколении потомков землян с представителями внеземных цивилизаций», «об убежище румынских дезертиров». В 60-80-е годы двадцатого столетья, жители среди ночи были разбужены грохотом землетрясения или подземных взрывов. С тех пор, – «рогатые» – более не появлялись. В то время в местной прессе была выдвинута «Египетская версия «рогатых людей». Ее суть: «Еще в 1418–1410 годах до н. э. фараон Аменхотеп IV, с супругой Нефертити, пытался сломить могущество знати и жрецов культа бога Амона-Ра, и заменить их единым богом солнечного диска. В основе культа – почитание воздушных стихий: ветра и бури. Жрецы – хранители культа Амона – поклонялись священному быку Апису, земному воплощению предка Амона – древнего бога Пта.

И в честь него носили на голове рога. Фараон запретил культ Амона, а вместо него ввел новый, в котором был только один бог – Атон, являвшийся символом и синонимом Солнца. Себя Аменхотеп IV также переименовал и стал называться Эхнатоном – «угодным Атону». Верные своему старому богу непримиримые жрецы отказались подчиниться и тайно покинули Египет, захватив с собой самое драгоценное сокровище Главного храма Амона-Ра – восемь килограммов алмазов(«чистейшей воды» южноафриканские алмазы, стоимостью сегодня, сотни миллионов долларов!). Бежавшие жрецы с сокровищами Амона добрались до самого «края мира», Ахиллии – Скифии. Используя опыт сооружения лабиринтов, жрецы вырыли подземные жилища для защиты от врагов, соединив их запутанными ходами. Прошли столетья. При строительстве крепости часть древних подземных ходов турки приспособили для тайного сообщения с внешним миром во время возможной осады. Есть предположение, что один из тайных ходов выходит к Скифской могиле, а другой – к Острову тирагетов. Ныне этот остров находится на дне Днестровского лимана, но именно там, в его подземельях, предполагаются сокрытые египетские сокровища. В работах некоторых историков отожествляются религия и символы древних русов и египтян. Поэтому «живучи» легенды о пещерных обитателях лабиринтов Аккермана. Эвлия Челеби описал также подземные ходы крепости Килия:«…От трех тайных ворот, называемых водяными, расположенных в разных местах на берегу Дуная, к центру крепости были прокопаны рвы, сверху перекрытые досками. Посторонние люди принимали их за дороги, а на самом деле под досками, в этих своеобразных ходах, могли передвигаться даже всадники и повозки»…

Остатки этих сооружений, следует поискать и возможно найти!

В Измаильской крепости – имеется масса подземных ходов и будто бы, некоторые из них ведут в Румынию под Дунаем. По легенде, после штурма Измаильской турецкой крепости суворовцами было много раненых. Лекарей, лекарств и бинтов не хватало. Старые бинты стирали, сушили и использовали повторно. Вскоре, солдаты которые мылись и стирали бинты водой из речки, за Бендерскими воротами (улица Ивана Франко), выздоравливали быстрее. Воду для лазаретов стали возить только из этой речки. С тех пор, о целебных свойствах воды, слагали легенды, а речку сохраняли в чистоте. Ее использовали в народных и знахарских рецептах. В виде ручья, сохранялась речушка, до середины 60-х годов.

В Измаиле в районе улиц Железнякова, Пушкина, Суворова, Тучкова – обнаружены подвалы(«мины»), протяженностью до 40 метров, высотой и шириной до 3 метров. Ходы – сводчатые, с кирпичной кладкой. Почти все ходы обвалены.

Некие подземелья существуют и сейчас, в Арцизе, а в Татарбунарских – прятали оружие и существовала типография…

Имеются мифы, что подземные ходы в Татарбунарах возникли в глубочайшей древности, еще тогда, когда между отрогами возвышенностей плескалось море. Позже, потом там стали добывать камень для строительства. Так и появились со временем катакомбы, вплотную связанные с Татарбунарской крепостью, о которой сегодня малоизвестно, а входы в каменоломни завалены. Малоизвестен факт наличия у города Болград – двух шахт по добыче бурого угля, которые функционировали до 40-х годов 20-го столетья. Какими они были и как сохранились, неизвестно. Существует масса легенд и мифов об Одесских катакомбах. Одесский известняк-ракушечник начал использоваться человеком, как строительный материал очень давно. Ещё люди Усатовской культуры, жившие более 4 тыс. лет назад, строили жилища из местного ракушечника. Во время раскопок древнего поселения в районе села Усатово в 1921 году были обнаружены остатки сооружений из понтического известняка-ракушечника. Сохранившиеся части построек были сложены из кусков камня размерами 20–25 см х 18–20 см х 5–8 см. В 200-330-х гг. нашей эры на месте Одессы существовали небольшие поселения скифов и греческие фактории. В средние века здесь также были лишь небольшие населённые пункты. Строительный материал для своих сооружений жители брали, видимо, из естественных обнажений (выходов) камня-ракушечника на поверхности в балках и по берегу моря. Во второй половине ХVIII века на месте Приморского бульвара была построена турецкая крепость Ени-Дунья. Возможно, в Ени-Дунье существовал подземный ход, который и послужил прообразом для создания легенд о турецких катакомбах. По последним данным, Одесские катакомбы, – самые знаменитые в мире. Их протяженность достигает трех тысяч километров. Для сравнения: протяженность Римских катакомб – триста, Парижских – пятьсот километров. Даже приблизительная топография нашего подземного лабиринта неизвестна. В настоящее время Одесские катакомбы по своему хитросплетению лабиринтов являются одними из самых запутанных в мире. Температура воздуха под землей круглый год +14 С. А глубина в некоторых местах достигает 100 м. Полных планов катакомб нет.

Легенды… В 1936 г. чекист Тимофей Грицай обнаружил на Молдаванке, в стене горной выработки, вход в пещеру, заполненную костями каких-то животных. В 1945–1995 гг. исследования продолжили научные работники и спелеологи. Палеонтологи выяснили, что костные остатки (более 100 тысяч костей!) принадлежали верблюду, лисице, хомячку, пищухе, полевке, гиене, страусу. В меньших количествах (от 1 до 10 особей) представлены такие животные, как мастодонт, саблезубый тигр-махайродус, медведь, барсук, хорек, а также антилопы, олени, различные птицы (кеклик, пастушок, орел, сокол) и рыбы (судак, щука). В 70–90 гг. спелеологи обнаружили под Одессой более десятка пещер, самая крупная из которых имеет длину более километра. Их происхождение во многом остается загадкой.

Из легенд «подземников» – диггеров. Интервью Михаила Кордонского: «Катакомбы – это наша определенная экологическая ниша. Мы не бандиты: у нас нет пистолетов и кастетов. Мы не банкиры: у нас нет денег. Мы не средний класс: у нас нет квартир. Мы не нищие: у нас нет своего подвала и мы не умеем из мусоросборника вы брать нужные вещи. А наше дело – это возможность нашей прописки в социуме. Ты что делаешь? – Я иду в катакомбы. Это наша определенного рода… защита не защита, но наш пласт. И мы таки занимаем место в обществе. Не только это, я могу подписаться еще под разными вещами: автослесарь, плотник, сварщик… Но все это примитивно. Мотоциклист там, строитель, грузчик… Но это все – так, между прочим. А вот я говорю, что я – подземник, и это… Это и есть Я. Михаил Кордонский»… В катакомбы ходят обычно через знакомые входы, и неподалеку от каждого есть удобное для стоянки место – База. Пока люди в системе, на базе всегда горит свечка. Если погасла – ждать беды. От этой свечки не прикуривают. Либо прикуривают те люди, которые получили на это… эзотерическое разрешение. То есть они могут взять на себя ответственность за то, что произойдет дальше. У каждой системы есть Хозяин. По большому счету, Хозяин один, но в разных ипостасях. Вроде Хозяйки Медной горы. Из поколения в поколение передается поверье, что есть система Хозяина, в которую никак нельзя попасть, хотя входы и не завалены. Система очень маленькая, как три трехкомнатные квартиры. Общаться с Хозяином нужно только уважительно и терпеливо. Не прятаться. Отмечаться, что ты есть. Ходить всегда через базу, а не окольными путями, даже если они ближе… Когда Хозяин сердится, люди начинают «блукать» на голом месте. Два-три часа можно ходить по участку длиной 200–300 метров. А можно и дольше. Есть еще одна категория обитателей катакомб – случайные люди. О них известно мало, точнее, становится известно только тогда, когда они пропадают. В ряде районов, разными людьми независимо, в разное время и в разных обстоятельствах были услышаны и увидены совершенно идентичные галлюцинации. И до сих пор это действует. Эти загадочные районы известны. И самое страшное – «черный круг». Во многих местах на своде или на стене нарисованы копотью окружности с точкой в центре. Это метки, куда каменотесы вбивали гвоздь для отвеса. Если ты идешь в систему, особенно в старую систему, и между точкой и внешней окружностью все пространство потемнело, то считается, что система «закрыта». Нельзя туда соваться, потому что могут быть неприятности. – Нет, это работа для души. …Полная история одесских катакомб еще не воссоздана. Переплетаясь в самых неожиданных комбинациях, катакомбы образуют уникальные лабиринты.

В бесконечных запутанных галереях, местами узких, а чаще довольно широких, низких и высоких, иногда прямых, но большей частью извилистых не берет след ни пограничная, ни милицейская собака. Из одесских катакомб может выйти лишь та, которая выросла в них, а обычный пес идет только по лучику фонарика. Не зная лабиринтов, выйти из них почти невозможно. Человек, оставленный там без света, обречен на гибель.

До настоящего времени не проводилось серьезных исследований подземных коммуникаций и сооружений юга Бессарабии.

Разгадка их тайн, откроет новые страницы истории Ахиллии-Бессарабии-Буджака!

Легенды Жемчужины дельты

«Еще в 1807 году жители селения Вилково оказали свое усердие, перевозя на своих лодках по реке Дунаю провиант и прочие казенные потребности к флотилии и сухопутным войскам нашим, без всякой от казны платы, оставляя даже свои промыслы. Народ сей – единоверующий с нами, мужественный, по многим обстоятельствам заслуживающий немалого внимания.»… М. И. Кутузов.

, – прославят пусть, – поэты!

Мир стихом несут – по всей Земле!

Благословенны, Бессарабии рассветы, —

В Вилково, что на Дунае, и в Килие!

Издавна, тут заселились липоване, —

Осваивая дикий – камышовый край!

Веру предков сохранили христиане.

Возвели дома, сады – как малый Рай!

Века летели, – что одно мгновенье.

Сомненье – гибель, в вере – жизнь!

(«ХОББИ!», автор, в сокращении)

Сказочно – легендарный городок, «Жемчужина Дунайской дельты», названный Вилково – от вилкоподобного разветвления реки, в народе прозвали еще – «Липованская Венеция». Город рыбаков и рыбопереработчиков, лодочных дел мастеров и сетевязальщиц, садоводов и виноделов, старообрядцев – липован и потомков запорожских казаков. Побывавший здесь хоть раз, не забудет этот город с поэтической душой, колоритным и самобытным населением, рожденный в плавнях, на искусственных островках из Дунайского ила.

В народе бытуют легенды, об освоении этих земель липованами – старообрядцами.

Вкратце, история развивалась так… Старообрядцы-раскольники, не принявшие церковные нововведения и преследуемые властями за веру, искали новые места обитания. Раскольников пытали на дыбе, били батогами, ссылали и даже сжигали в избах. Имущество их передавалось в царскую казну. Около 20000 казненных старообрядцев, погибло за два десятилетия конца 17 века. Люди сильного духа и непоколебимой веры не хотели менять богослужебную обрядность и правила, установленные при крещении Руси. Суть нововведений Никона: шестиконечный крест – заменял по реформе – восьмиконечный; трехперстное знамение во имя Святой Троицы – меняло двоеперстие (во имя божественной и человеческой сути Христа); крестные ходы проводимые ранее по ходу Солнца («посолонь»), стали проводить в обратном направлении; ранее произносимое в духе славянского языка «Исус», стали произносить «Иисус»; вместо двойной(«сугубой») древнерусско-церковной аллилуйи, ввели тройную – «трегубую» и прочее.

Старообрядцы считали, что предложенные Никоном нововведения подрывали фундаментальную первооснову веры и прививали чуждое русскому народу мировоззрение. Преследуемые старообрядцы массово покидали свои прежние поселения и обживали окраинные земли Руси и зарубежье. Часть староверов, бежавших от религиозных преследований в эпоху никонианского раскола и инквизиторского по сути закона «Двенадцати статей» (царевны Софьи), основали в дельте Дуная (предположительно в 1746-62годах), поселение Липованское. Позже город назвали Вилково – на вилке гирл, в месте впадения Дуная в Черное море, на землях тогдашней Османской империи – дикой болотно-плавневой земли. У турецких властей, тогда это видимо не вызвало беспокойство, поскольку выжить человеку в глуши, среди болот, им не представлялось возможным. Но сильные духом старообрядцы, с молитвой ко Господу, неустанно работая, не просто выжили. Осушив топи, да болота, они отстроили свои дома, заложили сады, разбили огороды, завели живность, проложили многокилометровую сеть каналов и возвели Вилково– «Венецию липованскую». Другую часть первопоселенцев составил по одному из преданий, отряд донских казаков-раскольников (участников восстания 1708 года Кондратия Булавина), возглавляемых соратником Булавина по оружию, Игнатом Некрасовым. Придунавье было в зоне интересов донцов-старообрядцев еще с конца XVII века. В 1700 г. они вели переговоры с Константинополем о переселении в эти места. Некрасовские рыбацкие артели часто вели промысел в этой части Черного моря. В сороковых годах XVIII века русский посол в Константинополе требовал у турецких властей выдать беглых русских, которые появились в низовьях Дуная. Последовал отказ с мотивировкой: «игнат-некрасовцы» несут военную службу на стороне Турции и за то имеют определенные привилегии… Бегство донских казаков на Дунай растянулось на десятилетия, особо, после русско-турецких войн 1768–1791 гг. Тогда Вилково оказалось в числе нескольких населенных пунктов, где особенно густо селились некрасовцы – старообрядцы. Во избежание закрепощения и сохранения сечевых вольностей, здесь оседали и запорожские казаки, после ликвидации Запорожской Сечи в 1775 г.

Отношения между запорожцами и некрасовцами складывались по-разному. Они бывали добрососедскими, когда казаки вместе служили в русской или турецкой армиях. В иное время вспыхивали конфликты (даже вооруженные), из-за раздела земель, либо по мотивам политическим. Запорожцы участвовали в походах русской армии против некрасовцев; те, в свою очередь, помогали разрушать Новую Сечь. Не последнее значение в конфликтах имели и различия в вероисповедании…

Отток подданных в турецкие владения вызывал недовольство царского правительства. Россия, пыталась склонить запорожцев к добровольному возвращению. В противовес этому, Турция создавала условия для поселения в своих владениях казаков-воинов и крепких хозяев. Так и сложилась Задунайская Сечь, прочно осевшая в Георгиевском гирле Дуная. Война России с Турцией 1787 года, отозвалась и на судьбе Вилково. В противовес «неверным» дунайским запорожцам, Россия сформировала «войско верных казаков» – Черноморское казацкое войско, в составе Екатеринославской армии, под командованием Г. А. Потемкина. В боях противостояли друг другу казаки Задунайской Сечи со стороны Турции и казаки Черноморского войска – со стороны России… Летом 1790 года в гирлах Дуная, в Вилково и в Килии, разместилась турецкая гребная флотилия казаков – задунайцев, под руководством кошевого атамана Абдуллы. В составе же российской армии под Измаилом действовали отряды Черноморского казацкого войска под командованием Антона Головатого. Разбив в дельте Дуная турецкую флотилию, они захватили 90 турецких судов и способствовали взятию Килии, Тульчи и Исакче. Дорога на Измаил была открыта. В его штурме, возглавляемом А. В. Суворовым, участвовало около 6000 казаков. Пятьсот из них погибло; не меньшие потери были и на стороне Задунайского казачества… Так беспощадная история стравливала между собой братьев по крови. С этого момента отношения между задунайскими и черноморскими казаками стали очень напряженными. В 1791 году, после перемирия Турции с Россией, атаман Головатый отдал спциальный приказ о запрещении их встреч. В начале XIX века отношения между Россией и Турцией вновь обострились и привели к войне 1806–1812 гг. Однако в феврале 1811 года командующим Дунайской армии был назначен Михаил Илларионович Кутузов. Располагая армией всего в шесть дивизий, он сумел этими ограниченными силами нанести туркам в битве при Рущуке (Руссе) – Журжу сокрушительное поражение, после которого Турция запросила мира. 16 мая 1812 года турецкая делегация, испросив разрешение султана, мир подписала. В договоре однозначно оговаривалась передача России территории, которую ограничивал Прут с того места, в котором он вступает в пределы Молдовы, до его слияния с Дунаем, а затем от этого места левый берег этой реки до ее впадения в море представлять собой границу между двумя империями – Российской и турецкой. «Эта разграничительная линия четко была обозначена» на прилагаемых к договору картах, ее описание вошло в «Полный свод законов российской империи».

Таким образом, кроме Бессарабии, Кутузов вырвал у Турции для России мир, мир за три недели до нашествия Наполеона на Россию. Полководец попрощался с Дунайской армией и ее штабом, а императору он написал особую реляцию о заслугах вилковчан в минувшей войне: «Еще в 1807 году жители селения Вилково оказали свое усердие, перевозя на своих лодках по реке Дунаю провиант и прочие казенные потребности к флотилии и сухопутным войскам нашим, без всякой от казны платы, оставляя даже свои промыслы. Народ сей – единоверующий с нами, мужественный, по многим обстоятельствам заслуживающий немалого внимания…»

Не ожидая, царского внимания, Кутузов своей властью предоставил вилковчанам право безвозмездно пользоваться рыболовными угодьями Малой Килийской дельты Дуная. Городок на островках дунайской дельты с разветвленной сетью ериков-каналов устроен так, что ранее, в самый отдаленный уголок города можно было добраться на лодке по воде. Эти многочисленные протоки, прорезающие город – давно обмелели, заросли и наполняются водой лишь в половодье. Берега каналов отдамбованы и при необходимости укрепляются и ремонтируются, как причалы и мостики, жителями. Плодородный ил – сапропель, прекрасная почвоформирующая среда для выращивания клубники, овощей, фруктов, цветов и винограда «Навак». По ЛЕГЕНДЕ, на одном из Вилковских островов жил знаменитый в округе садовод-новатор, местный «мичуринец». Выводил и улучшал местные сорта яблок, айвы, груш, винограда. Корзинами в лодке, вывозил свой урожай на продажу, который мигом разбирали из-за особых вкусовых свойств и дешевизны. «Божий промысел», именно этому садоводу уготовил особую участь. Однажды по утру, наш садовод, доставал как обычно из Дуная сети и в одну из них, течением прибило виноградную лозу(как предположили местные – с виноградных плантаций юга Франции!). Осмотрев, он на удачу посадил ее в плодородную почву острова, а несколько почек привил на диком корне винограда. Выросшая, лоза удивила и порадовала хозяина своеобразным вкусом и букетом ягод. Сок ягод этой лозы, придавал необычайный – «клубничный» аромат вину. Белое вино, оставляло голову «трезвой», тогда как изрядно употребивший его человек, с лавки уже встать не мог… Назвал он этот сорт «Новак»…

Заварю улов, да в царску юшечку!

Позову вечёр, – милу подружечку!

Новачка-винца хмельна, отведаем,

Саламура со стерлядкой поснедаем…

Другая «легендарная тема» – это местного производства лодки. Лодка для вилковчан – кормилица и транспорт. Просмоленные черные лодки здесь особой конструкции – они с приподнятыми бортами и широким развалом носовой части, легкие на ходу и устойчивые на воде. Издавна, вилковчане строили лодки разных размеров. Наиболее ходовые – восьмиметровые каюки. Для транспортировки больших грузов – большие, вместительные 20-ти метровые лодки – магуны. Делали также фелюги, шаланды и самые маленькие суденышки – однопырки. В свое время, рыбаки хаживали за морской рыбой к острову Змеиному, – почти в 40 километрах от дельты! И отметим, лодок в Вилково зарегистрировано две с половиной тысячи на девять тысяч населения! Утопающий в зелени город Вилково, разносит по весне запахи цветущих садов. Здесь выращивают эксклюзивного вкуса и аромата клубнику. Осенью, в период заготовок и переработки винограда, город наполняется запахом несравненного «Навака». И в любое время года, с подворий – запах свежей рыбки и великолепной «царской юшки». Часть города находится островках, добраться до которых можно по каналам – «ерикам» на лодке или, по узким деревянным мостикам-«кладкам». Туристам здесь предложат интересные маршруты посещений Дунайского биосферного заповедника, прогулки на лодках по Дунаю. Экзотический животный и растительный мир плавней удивляет и радует самого взыскательного наблюдателя. Богатый живой мир заповедника представлен более чем 950 видами растений, 39 видами зверей, 15 – рептилий и земноводных, 91 видом рыб, почти 2000 видов насекомых и 257 видами птиц (43 из них «Краснокнижные»), особо интересные: розовые пеликаны, казарки, полосатые ястребы, и даже орланы – белохвосты. Водно-болотные угодья Дунайской дельты включены в список всемирного наследия ЮНЕСКО. Незабываемая красота! Удивительный мир природы, помогал людям в борьбе за выживание. Не последнюю роль в этом сыграл водяной орех-чилим, схожий по вкусу с грецким орех.

С давних времен он служил белково – витаминной пищей, и даже неким заменителем зерновых. Обрезав его корневые клубни, их рассекали, орех сушили, толкли в муку и выпекали лепешки. Чилим вводили и в рацион скота… Но все же главным богатством края является рыба.

Понятно, что и здесь не обошлось без легенд… Труженики – рыбопромысловики – «стахановцы водной стихии», ставили свои рекорды… Особенно, до начала XX века, они частенько вылавливали осетровых – гигантов. Рыбаки, как – то поймали белугу более двух тонн весом, начиненную 250 килограммами икры! Знакомый рассказывал мне, что несколько лет назад, видел, как рыбаки на румынском берегу Дуная, «оседлали» белугу размер которой превышал восьмиметровый каюк, с него свисали примерно на метр голова и хвост рыбины!

Бытуют легенды, что при Румынской власти, вилковчане – рыбаки занимались и контрабандой. Канал, соединявший Белгородское гирло («Одесская дорога») с Жебрияновской бухтой, называли – «одесский тракт». Этим путем тайно вывозилась рыба, с последующей перегрузкой на баркасы предприимчивых одесситов.

Разной рыбкой богат Дунай. Но нет более известной, чем дунайская селедка– «дунаечка!» Сочная и жирная, тающая во рту– роскошное блюдо местных жителей и «избранных». Легендарным стало место впадения Дуная в море, на острове Анкудинов, где установлен знак «0» – нулевого километра. 2850 километров протяженности Дуная, реки соединяющей десяток государств Европы, именно отсюда, из дельты начинают свой отсчет. Это единственный, не имеющий аналогов в мире прецедент, когда реку измеряют из дельты, а не от истока. А отсюда – магия и мистичность этого места. Видимо, имеют место быть легенды об исполненных желаниях, загаданных у знака «0» километра, о начале новой и более счастливой жизни, побывавших здесь туристов – поверивших в «чудо».

Легендарен Вилковский Храм Рождества Пресвятой Богородицы. Он отстроен в середине XIX столетия, на месте деревянной часовни(1830 года), в центре города.

Композиционно, храм красивее прочих в Бессарабии. Говорят, что у вилковчан еще остались «поминальники», с именами предков за более, чем два столетия. Книга эта заполняется, оберегается и передается по наследству. Так вилковчане, сохраняют традиции своих родов, передают потомкам опыт и любовь к родной земле.

Липованская моя, – вера праведна!

Жизнь рыбацкая – многим завидна!

Заварю улов, да в «царску юшечку»!

Позову вечёр, – милу подружечку!

Новачка-винца хмельна – отведаем,

Саламура со стерлядкой поснедаем…

Из печи, хлеб со духмяной корочкой,

Сдобрим щедро, – чёрной икорочкой!

Заливны судак-осетр, со-хреновиной,

Балычок янтарный – не в диковинку!

Блинцы, пироги, кулебяка и курники, —

Угостим от души, – мы не шкурники!

И почнём разговор, – тихим лепетом…

Загутарят, заведясь, дерзким кречетом!

Посудачат о трудной жизни, посетуют, —

Как, да с кем мне жить, – насоветуют!

Липованская моя, – вера праведна!

Холостяцкая жизнь, лишь незавидна…

Обниму – милу сердцу – подружечку!

Брудершафт объявлю, вина – кружечкой!

Души обнажив, – струнки звонкие, —

Охмурю стихом, – намёками тонкими!

Милы сердцу, – те минуты любовные,

Любви, не писаны – каноны условные!

Тай, по кладочке, пойдем, по-над ериком, —

С липованочкою, да дружком-Валериком…

С Вилковчанами общенье, любо-дорого!

Но совсем наоборот, – коль, для ворога!

Колоритный вернисаж – глаз порадует!

Дивных мест пейзаж, – в «душу падает»!

Вилково – художнику, поэту – град «Муза»!

Гость, – народу русскому, – не в обузу!

Коль гостю дорогому – место «красное», —

В Вилково приехал, – не напрасно, я!

Порыбалим, на Дунае, всеми снастями, —

Улову удивлюсь – пропитаюсь счастьем, я!

Вновь, да вновь хочу, – как бывалочи, —

На лодчонке, с ветерком – поспешаючи, —

По Дунаю, по реке, – до Приморского, —

Прокатиться до дикого пляжа морского!

Там, – рыбка, креветки, мидий колонии…

Пляжи песочные – «северяне» полонили!..

Ты, – лебедушка моя, – «липованочка», —

Прокачусь с тобой зимою, на саночках!

А летом, поедем вдвоем мы на лодочке, —

Рыбку удить и греться на солнышке!

Подзакусим, с тобой – на Природе, мы, —

Разыгрался зверски аппетит, вроде бы!

Под лучком, со Дунайской селедочкой, —

«Новачком» припивая, – не водочкой!

«Новачок» – виноград примечательный:

Запах, вкус, букет его, – замечательный!

Покуражит не пьяня, – главу буйную, —

Веселящий во хмелю – толпу шумную!

Тяжелеют, лишь твои ножки-быстрые…

С языком – «без костей» – всё речистее!

Встать захочешь со стула – не можется!

Только петь и плясать – очень хочется!

Ах, ты – жизнь матушка, – молодецкая!

Весела порою, долюшка – холостецкая!

«Липованская», – моя, – вера праведна!

Жизнь рыбацкая, – многим завидна!

Во житье пройдёт: плохое – хорошее…

Муж, улов приносит, да и, гроши – ей!

Ведь, семья рыбака, – дуже крепкая!

Вилковчаночки-круты, бабы цепкие!

Палец в рот не клади ей, – оттяпает, —

Любит так, как никто и постряпает!

Отец завещал нам, с иконой в наличии, —

Трезвость храни – пристойность в обличии…

Обряд и обычай – блюдите, с молитвою!

Сынок, позабудь, помазок ты со бритвою, —

Бороду отрасти, липовански – окладисту…

Берегиню-жену, воспитаешь – покладисту!

Веру блюди, – соблюдай все обычаи, —

Видишь, сынок, – ничего не обычного!

«Липованская» моя, – вера праведна!

Жизнь рыбацкая, – многим завидна!

Я о Вилково, друзья, слово вымолвил…

Пред Богом, процветания – вымолил!

«ВИЛКОВСКИЙ КАЛЕЙДОСКОП»(в сокращении, автор).

ПО ДУХУ ЗАЧАСТУЮ БЛИЖЕ, ЧЕМ РОДНЫЕ ПО КРОВИ…

Легендарные Жебрияны-Приморское

Первоначальное название села Жебрияны – жебрак (укр. нищий) + Иван, то есть «нищий Иван». Такое название дали турки, правившие в то время в Буджаке. Существует версия, что название Жебрияны произошло от турецкого имени Джибраил или Аджибраил. Село было основано в начале XVIII века бежавшими сюда старообрядцами (липованами), так как правившие здесь турки давали поддержку беженцам-старообрядцам и покровительствовали заселению этих земель. Основными занятиями местных жителей являлось рыболовство и земледелие. После присоединения Бессарабии к России в 1806-12 гг. началось основательное обустройство села. К этому времени в нем жило почти 300 старообрядцев и имелся плетнёвый храм Покрова Пресвятой Богородицы, в котором проводили богослужения собственные священник и дьяк. Деревянная церковь во имя Казанской иконы Божьей Матери была сооружена в 1860 г., а позже, в 1876 г. – каменная колокольня. В 1899 году старообрядцы с. Жебрияны получили разрешение начальства воздвигнуть новую церковь по проекту, утвержденному строительным отделением Бессарабского Губернского Правления. В 1903 г. (в 1905 году) церковь была построена при непосредственном участии священника Стефана Сучкова на средства, местного населения и на пожертвования старообрядцев из России. Скорей всего – купцов Морозовых – в церкви имеются пометки об их пожертвованиях. Освящение церкви производил епископ Кирилл. В начале 90-х гг. ХIХ в. в селе была открыта церковная школа. При Советах – село получило название Приморское. Географическое расположение региона, свободные неплохие земли, водоемы богатые рыбой, – все это привело к тому, что Южная Бессарабия стала привлекательным местом для народов. Несколькими партиями с 1740 по 1778 год некрасовцы перешли с Кубани в плавни Дуная. Некрасовские казаки в Бессарабии не платили налогов, но несли воинскую повинность в Турецкой империи. В плен потомки беглых казаков не сдавались – дрались насмерть и турецкие султаны считали их своей гвардией. Все насущные вопросы общины решали атаманы и «круг» (сбор всего взрослого населения). Атаман избирался кругом на 1 год и осуществлял исполнительную власть. Третья часть заработка общинников направлялась в казну на содержание школ, церквей, больных, престарелых и вооружение казаков. Судебная власть также принадлежала кругу. Некрасовцы создали своеобразный свод законов – более 170 «заветов Игната», записанных в так называемую «Игнатову книгу».

ИГНАТА (свод правил возведённых в ранг закона казаками-некрасовцами):

1. Царизму не покоряться. При царях в Россию не возвращаться.

2. С турками не соединяться, с иноверными не сообщаться. Общение с турками только по нужде (торговля, война, налоги). Ссоры с турками запрещены.

3. Высшая власть – казачий круг. Участие с 18 лет.

4. Решения круга исполняет атаман. Ему строго подчиняются.

5. Атаман избирается на год. Если провинился – смещается раньше срока.

6. Решения круга для всех обязательны. За исполнением следят все.

7. Весь заработок сдают в войсковую казну. Из нее каждый получает 2/3 заработанных денег. 1/3 идет в кош.

8. Кош делится на три части: 1 часть – войско, вооружение. 2 часть – школа, церковь. 3 часть – помощь вдовам, сиротам, старикам и др. нуждающимся.

9. Брак может быть заключён только между членами общины. За брак с иноверцами – смерть.

10. Муж жену не обижает. Она с разрешения круга может покинуть его, а мужа круг наказывает.

11. Наживать добро обязан только трудом. Настоящий казак свой труд любит.

12. За разбой, грабёж, убийство – по решению круга, – смерть.

13. За разбой и грабёж на войне – по решению круга, – смерть.

14. Шинков, кабаков – в станице не держать.

15. Казакам в солдаты дороги нет.

16. Держать, сохранять слово. Казаки и дети должны гутарить по-старому.

17. Казак казака не нанимает. Денег из рук брата не получает.

18. В посты песен мирских не петь. Можно лишь старинны.

19. Без разрешения круга, атамана казак из станицы отлучиться не может.

20. Сиротам и престарелым помогает только войско, дабы не унижать и не унижаться.

21 Личную помощь хранить в тайне.

22. В станице не должно быть нищих.

23. Все казаки держаться истинно – православной старой веры.

24. За убийство казаком казака, убийцу живым закапывать в землю.

25. Торговлей в станице не заниматься.

26. Кто торгует на стороне – 1/20 прибыли в кош.

27. Молодые почитают старших.

28. Казак должен ходить на круг после 18 лет. Если не ходит – берут штраф два раза, на третий – секут. Штраф устанавливает атаман и старшина.

29. Атамана избирать после Красной горки на год. Есаулом избирать после 30 лет. Полковником или походным атаманом – после 40 лет. Войсковым атаманом – только после 50 лет.

30. За измену мужа, ему бьют 100 плетей.

31. За измену жены – закапывать её по шею в землю.

32. За кражу бьют до смерти.

33. За кражу войскового добра – секут и горячий котел на голову.

34. Если спутался с турками – смерть.

35. За измену войску, богохульство – смерть.

36. Если сын или дочь подняли руку на родителей – смерть. За обиду старшему – плети. Младший брат на старшего руки не подъемлет, круг плетьми накажет.

37. На войне в Русских не стрелять. Против крови не ходить.

38. Стоять за малых людей.

39. С Дона выдачи нет.

40. Кто не исполняет заветов Игната, тот погибнет.

41. Если в войске не все в шапках, то в поход идти нельзя.

42. За нарушения атаманом заветов Игната – наказать и отстранить от атаманства. Если после наказания атаман не благодарит Круг «за науку» – высечь его повторно и объявить бунтовщиком.

43. Атаманство может длиться лишь три срока – власть портит человека.

44. Не держать тюрем.

45. Не выставлять в поход заместителя, а тех, кто это делает за деньги – казнить смертью как труса и предателя.

46. Виновность за любое преступление устанавливает Круг.

47. Священника, не исполняющего волю Круга – изгнать.

XIX век существенно изменил условия жизни некрасовцев. Уже во время русско-турецкой войны 1806–1812 годов у российского руководства возникла идея привлечь их на свою сторону в борьбе с турками. Генерал-майор Сергей Тучков вел переговоры с некрасовцами, в результате которых были изданы «письма», дарующие казакам «вечное прощение в прежних их винах против Государя и Отечества». Вследствие этого казаки переселились на левый берег Дуная, который уже находился в составе Российской империи и им предоставили значительные льготы, в т. ч. свобода исповедания своей религии.

Эх, – сударушка моя, – лучезарная!

Женушка, сердечная моя, славная!

«Берегиня» очага, – ты, хозяюшка!

Со – желаньем, уложу тебя – баюшки!

Три бабенки, – то базар, а семь, – ярмарка!

Словоблудьем не грешна, в любви жаркая…

Домостроевский устав, – соблюдаешь, – ты!

Благочестья сплав, – добра, и… красоты!

«Любо – дорого», – в делах, – управляешься!

То обнимешь, то прильнешь, не цепляешься…

Излучаешь теплоту, ты, и нежность, —

Откликаюсь на твою, я, – сердечность!

Не казачье, все же, дело, – быть у юбки!

Но у сердца, – оберег твой, – голубка!

Государевы дела, – лихо справим, мы, —

И с победой, – воротимся, – до зимы!

«Душа в душу», – мы живем, – ты и я!

Пусть растет и прибавляется, – семья!

(«Казачья песня», в сокр., автор).

Некрасовцы, сыграли важную роль в истории Бессарабии, основали множество поселений и церквей, стали значимой частью этого уникального региона.

Курорт Приморское Килийского района сегодня – это недорогой отдых на Черном море. Воздух здесь настоян на ароматах степных трав и соленых близлежащих озер. Многочисленные базы отдыха в Приморском, занимают около шести километров песчаной пляжной зоны…

…Природа, – воссоздаст сторицей!

Целебных грязей тут идет забор!

Приезжай, лечиться из столицы, —

Мед и чай с лечебных травок сбор!

Фруктики, винцо, морские рапы,

Брынза, овощи, ушица, молоко!

Приморское, то конкурент Анапы!

Другим до нас, – курортам, далеко!

(в сокращении, автор).

О легендарных освободителях Килийщины…

Овеян славой – древний город!

В стихах, – поэтами воспет…

Он величавый, вечно – молод,

Других таких, уж точно – нет!

Град Килия – ты был героем!

Врагам своим, – давал отпор:

Шли сыновей отряды строем,

Неся, – кто саблю, кто топор!

Надеюсь, ты расправишь плечи!

Поднимешься, в свой полный рост!

Край славный – Задунайской сечи,

Страны великой, пограничный пост!..

(М.Большаков «Овеян славой!», в сокращении).

Герои этого цикла – легендарные люди, военачальники, освободители от иноземного ига поработителей, «верховные правители», из числа тех, кто не был «глух и нем» к проблемам населения. Они, продвигая ход истории Килийщины в направлении развития и благоустройства, оставили свой значимый след. Их, с благодарностью сегодня, вспоминают потомки. Добавим к этому списку ряд других имен, легенды о которых еще пишут…

Легенда о князе Святославе Игоревиче

Киевский князь Святослав Игоревич оставил яркий след в истории Руси.

С благодарностью вспоминают его и Килийчане. Восемь лет его правления Русью, хорошо запомнились последующим поколениям. Князь Святослав стал образцом ратной доблести и мужества для многих потомков русских людей.

Первое упоминание его имени запечатлено в сохранившейся русской летописи в 946 г. После гибели в древлянской земле отца – князя Игоря он, будучи трехлетним мальчиком, выехал на коне перед киевскими полками и бросил в сторону врага боевое копье. Брошенное детской рукой копье упало недалеко на землю.

Но этот поступок Святослава означал многое и его все оценили: «Не княжич, но князь! Не мальчик, но воин!» Символично прозвучали, записанные летописцем, слова опытных рубаквоевод: «Князь уже почал. Потягнем, дружино, по князи!». Так Святослав начал битву с восставшими древлянами. Воспитателем Святослава стал опытный боец – варяг Асмуд и главный киевский воевода Свенельд. Они обучали воспитанника приемам боя и охоты, управления лошадью и ладьей, плаванию, укрытий от вражеских глаз на местности. Княгиня Ольга искренне радовалась успехам сына, становившимся настоящим воином. Святослав стал опытным полководцем. Личным примером, вселяя мужество в воинов, предугадывая действия врагов, он всегда был заодно с дружиной.

По этой причине, в 855 году он отверг предложение матери – княгини Ольги, окрестить его. Киевские дружинники, почитавшие Перуна, были настроены против новой веры, и Святослав остался на стороне своих витязей. «Когда Святослав вырос и возмужал, – записано в летописи, начал он собирать множество воинов храбрых, и легко, как пардус (гепард), передвигаясь в походах, много воевал. В походах же не возил за собой ни возов, ни котлов, не варил мяса, но, тонко изрезав конину, или зверину, или говядину жарил на углях и так ел. Шатров у него не было; ложась спать, клал под себя потник с коня, а под голову седло». Святослав совершил два великих похода. Первый – против Хазарии – дикого царства, с землями от Кавказских гор до заволжских степей. Второй – против Дунайской Болгарии. Позже, уже в союзе с болгарами, против Византии. Тишина и покой воцарились тогда на Русской земле, но мало этого было ищущему битвы и ратного подвига князю. Не выдержал он мирной жизни и взмолился матери: «Не любо сидеть мне в Киеве. Хочу жить в Переяславце на Дунае. Там средина земли моей. Туда стекается все доброе: от греков – золото, ткани, вина, овощи разные; от чехов и венгров – серебро и кони, из Руси – меха, воск и мед».

Выслушала запальчивые слова сына княгиня Ольга и ответила ему: «Ты видишь, я уже больна, куда же ты хочешь уйти от меня? Когда похоронишь меня, то иди куда захочешь.» Через 3 дня она умерла. Похоронив мать, Святослав разделил Русскую землю между своими сыновьями: Ярополка посадил княжить в Киеве, Олега послал в Древлянскую землю, а Владимира – в Новгород.

Сам же поспешил в завоеванные владения на Дунае, поскольку болгарский царь Борис, только вступивший на трон, напал на русский отряд, оставленный Святославом в Переяславце и овладел крепостью.

Святослав победил в битве, пленив царя Бориса и остатки его войска, и овладел всей страной от Дуная и до Балканских гор.

С облегчением вздохнуло население Придунавья. Вскоре, Святослав, узнал о смерти Никифора Фоки, убитого приближенным Иоаннном Цимисхием, выходцем из армянской фемной знати, объявившего себя новым императором. Весной 970 года Святослав объявил ему войну, угрожая врагу поставить свои шатры у стен Царьграда и называя себя и своих воинов «мужами крови». Затем он перешел через заснеженные горные кручи Балкан, штурмом взял Филипполь (Пловдив) и подошел к Аркадио-полю (Люле-Бургаз). До Царьграда оставалось всего лишь 4 дня пути по равнине. Здесь произошла битва русичей и их союзников болгар, венгров и печенегов с наспех собранной армией византийцев. Победив и в этом сражении, Святослав, однако, не пошел далее, а, взяв с греков «дары многие» вернулся назад в Переяславец. Это была одна из немногих, но ставшая роковой ошибка прославленного русского воителя. Иоанн Цимисхий оказался хорошим учеником и способным полководцем. Отозвав из Азии лучшие византийские войска, собрав отряды и из других частей своей империи, он всю зиму учил и муштровал их, сплотив в огромное обученное войско. Также повелел Цимисхий собрать новый флот, починив старые и построив новые боевые корабли: огненосные триеры, галеи и монерии. Число их превысило 300. Весной 971 года император Иоанн направил их к устью Дуная, а затем вверх по этой реке, чтобы отрезать дружину Святослава, помешать ей получить помощь из далекой Руси. Со всех сторон двинулись византийские армии на Болгарию, многократно превосходя числом стоящие там Святославовы дружины. В битве у стен Преславы полегли почти все воины находившегося там 8-тысячного русского гарнизона. Осада продолжалась более двух месяцев (65 дней) до 22 июля 971 года. В этот день русские начали свой последний бой. Собрав перед ним своих воинов Святослав произнес свое знаменитое: «Мертвые сраму не имут». Упорный этот бой длился долго. Мужественные воины Святослава уже было начали одолевать, как поднявшийся ураганный ветер ударил им в лицо, запорошив глаза песком и пылью. Так природа не позволила одержать победу. Князь отступил в Доростол и начал переговоры о мире с Иоанном Цимисхием. Историческая встреча их произошла на берегу Дуная и была подробно описана византийским хронистом, из свиты императора. Князь прибыл на ладье, сидя в которой греб наравне с простыми воинами. Отличить его греки могли лишь потому, что надетая на нем рубаха была чище чем у других дружинников и по серьге с двумя жемчужинами и рубином, вдетой в его ухо. Вот как описал очевидец Лев Диакон грозного русского воина: «Святослав был среднего роста, ни слишком высок, ни слишком мал, с густыми бровями, с голубыми глазами, с плоским носом и с густыми длинными, висящей на верхней губе усами. Голова у него была совсем голая, только на одной ее стороне висела прядь волос, означающий древность рода. Шея толстая, плечи широкие и весь стан довольно стройный. Он казался мрачным и диким». В ходе переговоров стороны пошли на уступки. Святослав обещал оставить Болгарию и уйти на Русь, Цимисхий – пропустить русское войско и выделить на 22 тысячи оставшихся в живых воинов по 2 меры хлеба. Заключив мир с византийцами, Святослав пошел к Киеву. По дороге, у Днепровских порогов, его войско уже поджидали извещенные вероломными греками печенеги. Конному отряду Свенельда удалось степью, незаметно для врага пройти на Русь. Святославу, шедшему с войском на ладьях, пришлось зимовать в устье Днепра в Белобережье. Весной 972 года он решил прорываться к Киеву через печенежские заслоны. Однако силы были неравны. В тяжелом бою, полегла верная дружина Святослава.

В бою смертью храбрых пал и он сам. Из черепа Святослава, половецкий князь Куря по старому степному обычаю, приказал сделать окованную золотом чашу для пиров, с памятной надписью: «Кто за чужим пойдет, тот и свое потеряет!»

Благодарные потомки, через многие века пронесли память о русском князе – освободителе. Немало сложено о нем легенд…

Ярослав Владимиркович Осмомысл, князь Галицкий

«…Высоко сидишь ты на своем златокованом престоле,

Подпер ты горы Венгерские своими железными полками,

Затворив путь королю, затворив Дунаю ворота…»

(Слово о полку Игореве).

Ярослав слыл ученым человеком, знал несколько языков, отчего и был прозван «Осмомыслом», много читал и разбирался в вопросах церковной догматики, был «милостив и правосуден». Ярославу, После внезапной кончины Владимирка Володаревича достались в наследство достаточно большая держава и конфликт с великим князем Изяславом Мстиславичем. Шло время. По мере того как Киев беднел и хирел от бесконечных войн, Галич напротив богател и процветал, а авторитет галицкого князя среди русских князей становился все значительнее. Военная сила Галича была такова, что никто из князей не смел на него нападать. По договору 1158 года, между князьями Киевским, Черниговским, Галицким и Смоленским, а также венгерским и польским королями Ярославу отошло все левобережье Дунайской дельты от малого Галича(Галаца) до Понта(Черного моря).

Именно Ярослав, с выгодой для княжества и в частности, Килийщины, разрешал проход кораблей по Дунаю в центр Европы. Исправно пополнял княжескую казну «таможенный налог» от разрешения на проход по реке, торговых и прочих кораблей. Но не на пиршества и драгоценности для княжьей семьи тратились деньги. Большая часть их шла на благоустройство поселений, содержание войска и развитие сельскохозяйственной деятельности. Распахивалась земля, закладывались сады и виноградники. Поселенцы стали жить значительно обеспеченней, а сильное войско обеспечивало надежную безопасность. Это в свою очередь повысило рождаемость и прирост населения. Ярослав населил Галицкую землю умелыми ремесленниками и купцами, торговавшими с Византией. На Килийщине, умелые мастера – ремесленники делали настоящие шедевры посуды и оружия. Садоводы и виноделы, рыбаки и полеводы обеспечивали питанием население, купцы выгодно торговали с иноземцами. Не случайно, Ярослав, стал личностью легендарной. Через столетия, добрая память о нем сохранилась у Килийчан, как об умном, добром, смелом и воистину – «народном князе».

Стефан III Великий Мушат

«Мужественный в беде, скромный в радости, он малыми средствами творил великие дела».

(Н.М.Карамзин «История Государства Российского»).

Стефан III из рода Мушатин был, пожалуй, одним из самых известных молдавских господарей. Он правил с 1457 по 1504 годы.

Время его правления, называют – «звездным часом средневековой Килии».

Стефан считался жёстким правителем и отличным воином, переняв стиль валашского господаря Влада Цепеша по прозвищу Дракула, при дворе которого он пребывал в молодости. В Европе удивлялись, как ему удавалось выживать под самым боком могущественной Османской империи. В свое время, летом 1462 года Стефан пытался овладеть крепостью Килия, отобрав ее у венгров и валахов. Тогда ему это не удалось. Лишь зимой 1465 года его войско овладело крепостью и портовым городом на Дунае. Стефан выиграл 34 из 36 битв с турками, включая решающее сражение при Васлуе в 1475 году. Однако, под угрозой вторжения поляков, он всё же вынужденно заключил перемирие с султаном на условиях выплаты дани. В этом же году Килийская крепость отбила атаку войска турецкого султана Мухаммеда 11, который называл ее «ключом центральной Европы». Почти весь последующий год Килия выдерживала осаду турецкую осаду. В честь ратного подвига Килийского гарнизона и населения, Стефан велел: «Зидати во граде Килийском храм божий. И буде сей храм Святого иерарха Чудотворца Николая»… Освященная 9мая 1479 года церковь – стала духовным центром города. За время правления Стефана, в княжестве построено 40 монастырей и церквей, около 15 крепостей. Он создал сильную, немногочисленную армию, предназначенную только для обороны княжества. При его дворе и в монастырях велось летописание. Увы, ничто не вечно. Завершалось «золотое время» средневековья для Килии. В 1484 году, летом, многотысячное турецкое войско, вооруженное огромными пушками – мортирами с каменными ядрами весом в полтора центнера, сотня кораблей с Дуная и в море, осадили Килию. Две недели непрерывных атак многократно превосходившего по численности турецкого войска, его жесточайшие артиллерийские обстрелы с честью выдерживали героические Килийчане. Но, «в каждом стаде найдется паршивая овца»… Нашелся таковой и в Килии. Еще в условиях перемирия, турки при осмотре их судна главным городским мытарем Бартоломео, сумели его подкупить. Не смог устоять генуэзец Бартоломео перед щедрым подношением турок. Очень уж, он хотел одарить и овладеть местной красавицей «бессарабских кровей». Местное население, зная его склонность ко взяткам, даже прозвало его «Рукастый». Ничто не проплывало мимо рук главного мытаря. С тех пор, регулярно получая внушительные суммы в денарах и «ювелиркой», он «сливал» информацию о Килийском гарнизоне турецким лазутчикам. Во время двухнедельной осады крепости, выполняя личное указание султана, обещавшего ему «сладкую жизнь» при турках, Бартоломео «Рукастый» открыл в назначенное время ворота крепости.

Так, закончилась славная эпопея Килийского гарнизона и наступило 322-летнее турецкое иго. Молдавское княжество потеряло в 1484 году Килию– свой крупнейший порт на Дунае. Стефан III Великий Мушат, благополучно прокняжил в общей сложности 47 лет, до самой смерти в 1504 году и вполне достоин звания ПОЧЕТНЫЙ ГРАЖДАНИН Килийщины!

Василе Лупу (Василий Албанец)

Василе Лупу, которого называли также Василием Албанцем, – один из самых знаменитых господарей Молдовы, годы правления которого (1634–1653) стали периодом расцвета молдавской культуры. Василе Лупу не был сыном господаря, не был потомком какого-либо древнего молдавского боярского рода, не был даже уроженцем Молдовы. Он был албанцем. Младший современник Василе Лупу молдавский митрополит Дософтей, ставший позже патриархом Иерусалимским, писал: “Василе воевода Лупул … происходит из Албанитокори, находящихся в придунайских краях, имея предков из Македонии.” Оценки деятельности этого господаря также противоречивы. Хроники характеризуют его как тирана, но и современники, и историки признают его положительную роль в развитии Молдавского княжества, в первую очередь в том, что касается культурной и религиозной жизни. Во времена правления Лупу страна достигла значительных успехов в экономике и культуре, однако благополучие коснулось лишь правящего сословия, а для народа правление Василия Лупу было очень тяжёлым. Разорённые крестьяне часто бросали насиженные места и уходили в гайдуки.

Католический епископ Марк Бандини, побывавший в Молдавском княжестве в 1646 г., сообщал, что за время своего правления Лупу осудил и казнил более 20 тысяч человек. Исследователи отмечают, что это число могло быть преувеличено. Имя Василе Лупу сохранилось не только в летописях, но и в памяти народа, что произошло благодаря созданию выдающегося памятника архитектуры – церкви Трех Святителей в Яссах.

Русская освободительная миссия от ига турецкого

Молдавское княжество потеряло в 1484 году Килию – свой крупнейший порт на Дунае… Этим завершилась славная эпопея Килийского гарнизона и наступило 322-летнее турецкое иго. Османская империя в результате завоеваний представляла обширное феодальное государство. Турецкие нашествия сопровождались жестоким разорением городов и сёл, разграблением материальных и культурных ценностей, угоном в рабство сотен тысяч мирных жителей. Для балканских, кавказских, арабских, народов Причерноморья и прочих, подпавших под турецкое иго, исторической катастрофой, надолго задержавшей процесс их экономического и культурного развития. На оккупированных территориях, частые голодовки и эпидемии, сопровождались вымиранием крестьянских селений. Разрушение городов, ограбление поселений, истребление и обращение в рабство, продажа на невольничьих рынках жителей Северного Причерноморья – визитная карточка турецкого более, чем трехвекового ига. Многочисленные феодальные повинности, несли крестьяне-райяты в пользу земельного собственника. В Османской империи существовали три формы феодальной ренты – отработочная, продуктовая и денежная. Наиболее распространённой была рента продуктами. Райя – обязаны были платить десятину с урожая зерновых, садовых и огородных культур, налог со всех видов скота, а также выполнять фуражную повинность. Землевладельцу принадлежало право наказывать и штрафовать ослушавшихся. Также, крестьянам приходилось отрабатывать несколько дней в году у землевладельца на винограднике, постройке дома, доставке дров, соломы, сена и преподносить ему подарки. Райя – не мусульмане, платили в казну особый подушный налог-«джизью» с мужского населения, обязаны поставлять каждые 3–5 лет мальчиков для янычарской армии-«девширме». Так проводилась насильственная ассимиляции покорённого населения, что было особенно тяжело и унизительно. Плюс ко всему – ряд специальных военных повинностей-«авариз», в виде отработок, натуральных поставок и в денежной форме. «Налоги Дивана» увеличивались пропорционально числу войн, проводимых Османской империей(повышали старые и вводили новые налоги). Налог джизья, в начале XVI в равный 20–25 акче с человека, к началу XVII в достиг 140, а иногда доходил до 400–500 акче. Возросли также феодальные поборы, взимавшиеся землевладельцами. Вместе с тем казначейство стало отдавать право сбора налогов с государственных земель откупщикам, превратившимся фактически в феодальных собственников целых областей. Основной формой феодальной эксплуатации крестьянства была издольная аренда. Согласно давнему обычаю урожай делился на пять частей в зависимости от того, кому принадлежали земля, вода, семена, тягловый скот, рабочие руки. Так как в большинстве случаев из всех перечисленных пяти элементов крестьянину мог принадлежать лишь последний, то и доля его чаще всего составляла лишь одну пятую урожая. Однако крестьянин-издольщик часто не получал и этой доли; сложная шкала всяких повинностей и оброков обязывала его отдавать более или менее значительную часть и из этой пятой части урожая представителям государственной власти и мулле. Число таких повинностей доходило до трёх, а иногда до четырёх десятков. Янычарское войско состояло на казённом жаловании и комплектовалось из христианских юношей, которых в возрасте 7—12 лет насильственно отбирали от родителей, воспитывали в турецких семьях в Анатолии, училищах Стамбула и Эдирне (Адрианополе), в духе мусульманского фанатизма. По всей империи велась обширная работорговля. Турецкие завоеватели во время своих походов уводили из порабощаемых стран десятки тысяч пленных рабов. Множество девушек попадало в гаремы султана и турецкой знати. Произвол чиновников, откупщиков, всевозможные повинности и отработки, связанные с обеспечением султанской армии, вызывали вспышки недовольства среди крестьян.

Быт и жизнедеятельность края тех времён описал турецкий путешественник Эвлия Челеби в своей «Книге путешествий»: «Всего в городе (Измаил) две тысячи домов… Крыши домов преимущественно покрыты очеретом. Все дома, постоялые дворы, мечети, которые имеют стены из камня и покрыты черепицей, находятся в мусульманских кварталах. Домов, покрытых свинцом, в городе нет. Есть одна баня, но такая грязная, что тот, кто зайдет в неё, пожалеет. В городе насчитывается около восьмидесяти лавок, но большого крытого рынка нет. Большинство лавок покрыто дранкою. Мостовой в городе нет совсем. Очень хороший тут мёд, мясо, сыр, белуга, осетрина, чёрная икра, а на полях – пшеница и ячмень. На невольничьем рынке много белых рабынь и невольников-мальчиков. Всё население города живёт куплей-продажею, промышляет торговлей с валахами и молдаванами. На берегах Дуная существует почти две тысячи казённых рыбных лавок; купцы ежегодно отправляют 2 тысячи возов солёной рыбы в польские и московские земли. По численности комаров этот город вызывает удивление. По строгим законам шариата проституток, которых ловят в крепостях Измаил, Килия, Тульча, отправляют на Змеиный остров, оставляют там голыми, и за одну ночь они погибают от старания комаров, москитов и разной мошкары»…

200-летнюю годовщину освобождения от османского ига и присоединения Бессарабии к России, отмечали в 2012 году. Это выдающееся событие – яркая веха жизни многонационального Бессарабского сообщества, имеющая неоднозначные оценки, связано с первой в XIX в. Русско-турецкой шестилетней войной, история которой своеобразна и поучительна. За четверть века до этих событий закончилась Ясским миром, русско-турецкая война 1787–1791 гг. К России отошло Днестровско-Бугское междуречье, разграничив по Днестру Османскую и Российскую империи. В зоне особого внимания России и важнейшим направлением политики на Востоке оставалось освобождение братских православных народов Молдавии и Валахии от турецкого ига. Господарь Молдавии Константин Ипсиланти, правивший на молдавском престоле в1799-1801 гг., обратился к царю с просьбой о скорейшем вводе русских войск в Молдавию и Валахию. Султан Селим III – правитель Турции, находился под воздействием фанатичных царедворцев – сторонников новой войны с Россией, мечтающих о возврате Крыма, превращении Черного моря во внутренний турецкий водоем, отдаче Приднестровья Ногайской татарской орде. Порта закрыла для российских судов Босфор и Дарданеллы и стянула в Бессарабию свои войска, укрепляя крепости на Днестре (Хотин, Бендеры, Аккерман) и Дунае (Измаил, Рени, Килия). Командующий русскими войсками в Подолии генерал И.И.Михельсон по приказу царя форсировал Днестр и занял Дунайские княжества – Молдавию и Валахию. Население с восторгом и радостью встречало русских воинов-освободителей. Молдавский митрополит Вениамин Костаке заявил: «Истинное счастье сих земель заключается в присоединении их к России». Местные жители создавали отряды и вели борьбу против турок. В декабре 1806 г. войска генерала Долгорукова заняли Галац на Дунае, генерал Милорадович вступил в Бухарест – столицу Валахии, а герцог Ришелье захватывает Аккерман на Днестровском лимане. В результате этого 40 тысяч буджакских татар принесли России клятву верности. Дунайскую крепость Килия захватили войска генерала Засса и только крепость Измаил оставалась в руках турок. Молдавия и Валахия почти полностью очищены от турецких захватчиков. Но война на этом не закончилась. Назревание войны между Россией и Францией потребовало вывести пять русских дивизий Молдавской армии из девяти. На Дунае осталось 45-тысячное войско(в 10 раз меньшее турецкой армии). В апреле 1811 г. в Бухарест приехал М.И.Кутузов – новый главнокомандующий Молдавской армией. Гениальность плана Кутузова до сих пор поражает своей глубиной и дальновидностью. Он вывел русские войска из крепостей, сосредоточив на главных направлениях. Турки в июне 1811 двинули 60-тысячное войско, но русские в течении 15 часов сдерживали удар и заставили турок отступить. После этого русские взорвали крепость Рущук и вывели всю Молдавскую армию на левый берег Дуная, оставляя туркам Силистрию и Никополь, которые переправили сюда 35-тысячную армию. Войско Ахмед-паши оказалось в мышеловке. Русские окружили его блокадной линией, а корпус генерал-лейтенанта Е.И. Маркова, переправившийся на правый берег Дуная, сковал силы войск Исмаил-бея, на которые только и могли рассчитывать окруженные янычары. В начале октября 1811 г. корпус Исмаил-бея был разбит в битве у Видина и окруженная под Слободзеей турецкая армия попала в безвыходную ситуацию Она теряла свои силы в кровопролитных стычках, пока, наконец, не сдалась окончательно русской армии. Великий визирь сбежал, а трехбунчужный паша Чабин-оглу сдал русским все вооружение и военное имущество. Будучи гениальным полководцем, М.И.Кутузов оказался и не менее гениальным дипломатом. Переговоры между Турцией и Россией проходили с октября 1811 г. в Бухаресте в очень сложной и противоречивой обстановке. Французская дипломатия всячески провоцировала турок на продолжение войны с Россией, посулив в скором времени передать Турции Крым. Кутузов отдал приказ о начале военных действий. Турецкая «слободзейская группировка» немедленно сдалась.

В 1812 г. был подписан мирный договор между Российской и Османской империями о вхождении пространства между реками Днестр и Прут под названием «Бессарабия» в состав России НАВЕЧНО.

От турецких завоевателей, население Бессарабии ИЗБАВИЛО РУССКОЕ ВОЙСКО и СЛАВНЫЕ ЕГО ПРЕДСТАВИТЕЛИ, о которых и пойдет речь…

Румянцев-Задунайский Пётр Александрович

«Блажен, когда стремясь за славой

Он пользу общую хранил

Был милосерд в войне кровавой

И самых жизнь врагов щадил;

Благословен средь поздних веков

Да будет друг сей человеков.»

(Г.Р.Державин «Водопад»).

Граф Пётр Александрович Румянцев-Задунайский – русский военный и государственный деятель, на протяжении всего правления Екатерины II (1761-96) управлявший Малороссией. Во время Семилетней войны командовал взятием Кольберга. За победы над турками при Ларге, Кагуле и др., которые привели к заключению Кючук-Кайнарджийского мира, удостоен титула «Задунайский». В 1770 году получил чин генерал-фельдмаршала. Оставил ценные труды по военной науке. Кавалер орденов российских: Святого Апостола Андрея, Святого Александра Невского, Святого Георгия 1-го класса и Святого Владимира I степени, прусского: Чёрного орла и Святой Анны I степени. Почётный член Императорской Академии наук и художеств. Сражение при Кунерсдорфе выдвинуло Румянцева в число лучших командиров русской армии, за него он был награждён орденом Святого Александра Невского. Последнее крупное событие Семилетней войны, в ходе которой ставка была сделана не на осаду и взятие крепостей как прежде, а на ведение скоростной маневренной войны. В будущем эта стратегия была блестяще развита великими русскими полководцами Суворовым и Кутузовым. Генерал-губернатор Малороссии. В 1765 году прибыл в Малороссию и, объехав её, предложил малороссийской коллегии произвести «генеральную опись» Малороссии. Так возникла знаменитая Румянцевская опись. В 1767 году была созвана в Москве комиссия для составления уложения. Различные классы мало-русского народа также должны были послать в неё своих представителей. Политика Екатерины II, которую проводил Румянцев, заставляла опасаться, что в комиссии могут быть заявлены просьбы о сохранении малорусских привилегий; поэтому он тщательно следил за выборами и составлением наказов, вмешивался в них и требовал суровых мер, как это было, например, при выборе депутата от шляхетства в городе Нежине. Участие в русско-турецких войнах 1768–1774 и 1787–1791 гг. В 1768 году, когда вспыхнула турецкая война, был назначен командующим второй армией, которая призвана была только охранять русские границы от набегов крымских татар. Но вскоре императрица Екатерина, недовольная медлительностью князя А. М. Голицына, командовавшего 1-й действующей армией, и не зная, что ему удалось уже разбить турок и овладеть Хотином и Яссами, назначила на его место Румянцева. Несмотря на свои сравнительно слабые силы и недостаток продовольствия, он решил действовать наступательно. Первая решительная битва произошла 7 июля 1770 года при Ларге, где Румянцев с 25-тысячным войском разбил 80-тысячный турецко-татарский корпус. Ещё более прославила его имя победа, одержанная им 21 июля над вдесятеро сильнейшим неприятелем при Кагуле и вознесшая Румянцева в ряд первых полководцев XVIII века. После этой победы Румянцев шёл по пятам неприятеля и занял Измаил, Килию, Аккерман, Браилов, Исакчу. Своими победами оттянул главные силы турок от Бендерской крепости, которую 2 месяца осаждал граф Панин и которую взял штурмом в ночь на 16 сентября 1770 года. В 1771 году перенёс военные действия на Дунай, в 1773 году, приказав Салтыкову осадить Рущук и послав к Шумле – Каменского и Суворова, сам осадил Силистрию, но, несмотря на неоднократные частные победы, не мог овладеть этой крепостью, так же, как и Варной, вследствие чего отвёл армию на левый берег Дуная. В 1774 году с 50-тысячным войском выступил против 150-тысячной турецкой армии, которая, избегая битвы, сосредоточилась на высотах у Шумлы. Румянцев с частью своего войска обошёл турецкий стан и отрезал визирю сообщение с Адрианополем, что вызвало в турецкой армии такую панику, что визирь принял все мирные условия. Так заключен был Кучук-Кайнарджийский мир, доставивший Румянцеву фельдмаршальский жезл, наименование Задунайского и другие награды. После турецких войн Екатерина II добавила к его имени слово «Задунайский» в честь его походов за Дунай. Императрица увековечила победы Румянцева памятниками-обелисками в Царском Селе и в Санкт-Петербурге, предлагала ему «въехать в Москву на триумфальной колеснице сквозь торжественные ворота», но он отказался. В феврале 1779 г. указом императрицы Екатерины II Румянцев был назначен наместником Курского и Харьковского наместничеств, а также Малороссии.

Граф руководил подготовкой открытия Курского и Харьковского наместничеств в 1779 – начале 1780 года, после вернулся в Малороссию и подготовлял постепенно введение в ней общерусских порядков, что и совершилось в 1782, с распространением на Малоросссию российского административно-территориального деления и местного устройства. Пребывание Румянцева в Малороссии способствовало соединению в его руках громадных земельных богатств, которые отчасти были приобретены путём покупки, отчасти путём пожалования. С началом в 1787 году новой русско-турецкой войны Румянцев был назначен командовать 2-й армией при главнокомандующем князе Потёмкине, который управлял соседними с Малороссией землями – Новороссией. Умер в деревне в одиночестве. Похоронен в Киево-Печерской Лавре у левого клироса соборной церкви Успения, которая была взорвана во время Второй мировой войны.

Григорий Александрович Потёмкин-Таврический

Григорий Александрович Потёмкин-Таврический, родился 13 (24) сентября 1739, умер – 5 (16) октября 1791, – русский государственный деятель, который руководил присоединением к Российской империи и первоначальным устройством Новороссии. Он основал ряд городов, включая современные областные центры Днепропетровск (1776), Херсон (1778) и Николаев (1789) и обладал колоссальными земельными наделами. Он отличился под Хотином, успешно участвовал в битвах при Фокшанах, Ларге и Кагуле, разбил турок у Ольты, сжёг Цыбры, взяв в плен много турецких суден. В 1776 году Иосиф II, по желанию императрицы, возвел Потёмкина в княжеское достоинство Священноримской империи. Как видно из докладов Потёмкина, его особенно занимал вопрос о южных границах России и, в связи с этим, судьба Турции. В особой записке, поданной императрице, он начертал целый план, как овладеть Крымом. Программа эта, начиная с 1776 года, была выполнена в действительности. Событиями в Оттоманской империи Потёмкин сильно интересовался и имел во многих местах Балканского полуострова своих агентов. Ещё в 1770-х годах им, по сообщению Герриса, был выработан «греческий проект», предполагавший уничтожить Турцию и возложить корону нового византийского царства на одного из внуков императрицы Екатерины II. В военном деле Потёмкин провел некоторые рациональные реформы, особенно когда стал генерал-фельдмаршалом, в 1784 году. Он уничтожил пудру, косички и букли, ввёл легкие сапоги. Есть, однако, отзывы, что небрежность Потёмкина привела дела военного ведомства в хаотическое состояние. Чрезвычайно важным делом Потёмкина было сооружение флота на Чёрном море. Флот был построен очень спешно, частью из негодного материала, но в последовавшей войне с Турцией оказал значительные услуги. Колонизаторская деятельность Потёмкина подвергалась многим нареканиям. Несмотря на громадные затраты, она не достигла и отдалённого подобия того, что Потёмкин рисовал в своих письмах императрице. Тем не менее, беспристрастные свидетели вроде Кирилла Разумовского, в 1782 посетившего Новороссию, не могли не удивляться достигнутому. Херсон, заложенный в 1778, являлся в это время уже значительным городом, Екатеринослав был описан как «лепоустроенный».

На месте прежней пустыни, служившей путём для набегов крымцев, через каждые 20–30 вёрст находились деревни. Мысль об университете, консерватории и десятках фабрик в Екатеринославе так и осталась неосуществлённой. Не удалось Потёмкину и сразу создать нечто значительное из Николаева. Приглашение колонистов, закладка городов, разведение лесов и виноградников, поощрение шелководства, учреждение школ, фабрик, типографий, корабельных верфей – всё это предпринималось чрезвычайно размашисто, в больших размерах, причем Потёмкин не щадил ни денег, ни труда, ни людей, ни себя. Многое было начато и брошено… В 1787 предпринято было знаменитое путешествие Екатерины II в Крым, которое обратилось в торжество Потёмкина. Созданная по приказу князя Амазонская рота доставила немалое удовольствие императрице, Херсон, со своей крепостью, удивил даже иностранцев, а вид Севастопольского рейда с эскадрой в 15 больших и 20 мелких судов был самым эффектным зрелищем всего путешествия. При прощании с императрицей в Харькове Потёмкин получил почётное прозвание Таврического. В 1787 началась война с Турцией, вызванная отчасти деятельностью Потёмкина. Устроителю Новороссии пришлось взять на себя роль полководца. Потёмкин осадил Очаков, который, однако, взят был лишь через год. Осада велась не энергично, много солдат погибло от болезней, стужи и нужды в необходимом. После взятия Очакова Потёмкин вернулся в Санкт-Петербург, всячески чествуемый по пути. В Санкт-Петербурге он получил щедрые. Он стоял в это время за уступчивость по отношению к Швеции и Пруссии. Вернувшись на театр войны, он позаботился о пополнении числа войск и медленно подвигался с главной массой войск к Днестру, не участвуя в операциях Репнина и Суворова. Осаждённые им Бендеры сдались ему без кровопролития.

В 1790 Потёмкин получил титул гетмана казацких екатеринославских и черноморских войск. О продовольствии и укомплектовании армии он заботился как нельзя лучше. По возвращении в Яссы, он жил окружённый азиатской роскошью и толпой раболепных прислужников. Потёмкин деятельно вёл мирные переговоры, но болезнь помешала ему окончить их. 5 октября 1791, направляясь из Ясс в Николаев, Потёмкин умер от перемежающейся лихорадки неподалёку от молдавского села Рэдений Веки. «Вот и всё, – сказал он, – некуда ехать, я умираю! Выньте меня из коляски: я хочу умереть на поле!» В Екатерининском соборе в Херсоне, основанным им, он и был похоронен в 1791 году. Светлейший князь Г. А. Потёмкин был самый недюжинный из екатерининских современников, способный администратор, деятельный и энергичный человек, избалованный, однако, побочными обстоятельствами, доставившими ему высокое положение, и поэтому лишённый равновесия и способности соразмерять свои желания с действительностью. Начинания его на юге России составляют несомненную его заслугу перед потомством. Созданные им города и теперь принадлежат к наиболее важным населённым пунктам юга Украины. Потёмкин проявлял редкую для того времени прогрессивность взглядов на национальные вопросы. В последней русско-турецкой войне 18 века, Килию вновь освобождали войска Светлейшего князя Григория Александровича Потёмкина-Таврического и в частности, казаки атамана Головатого.

Антон Андреевич Головатый

Антон Андреевич Головатый (1732–1797) – род войск – Казаки. Годы службы – 1775–1797. Звание – Бригадир, Войсковой атаман. казачий атаман, войсковой судья, бригадир русской армии. Один из основателей и талантливый администратор Черноморского казачьего войска, инициатор переселения черноморских казаков на Кубань. Украинский поэт, автор первого стиха напечатанного гражданским шрифтом на чистом народном украинском языке. В последней русско-турецкой войне 18 века, освобождал Килию, в качестве командующего Черноморским казачьим войском армии Светлейшего князя Григория Александровича Потёмкина-Таврического.

Адмирал де Рибас

Адмирал Российского флота – де Рибас (1751–1800) – Командующий Черноморской гребной флотилией, участник Русско-турецких войн 1768–1774 и 1787–1792.Одним из составляющих общего успеха ведения войны было достижение господства на море. Русский Черноморский парусный флот (еще называемый Севастопольским), базировался в Крыму, но его морские корабли с большой осадкой не могли вести боевые действия в мелководной прибрежной полосе, устьях рек и лиманах. Русский галерный или, иначе говоря, гребной флот только строился на верфях возле Херсона и не мог на равных сражаться с многочисленным турецким гребным флотом. Де Рибасу пришла мысль поднять затопленные в боях прошлогодней кампании турецкие галеры и лансоны, что было одобрено Потёмкиным, а на практике поручено черноморским казакам. Идея оказалась выполнимой, и черноморский гребной флот быстро пополнялся турецкими судами, поднятыми со дна лиманов. В конце июля этого же года Потёмкин назначил де Рибаса командующим отдельным отрядом – «авангардом» – армии Гудовича. Командуя этим отрядом, 14 (25) сентября 1789 года де Рибас взял штурмом укрепленный замок Гаджибей, за что 3 (14) октября 1789 года награждён Орденом Св. Владимира 2-го класса и орденом Св. Георгия 3-го класса. Повышен в должности – 30 сентября (11 октября) 1789 года принял командование Днепровской гребной флотилией (позже переименованной в Черноморскую гребную флотилию), которая участвовала во взятии Аккермана. 4 (15) ноября 1789 года его гребная флотилия приняла участие во взятии Бендер. Зима 1789–1790 и весна 1790 года прошли в приёмке новых гребных кораблей и подготовке умножившейся флотилии к боевым действиям в устье Дуная. 28 августа (8 сентября) 1790 года принял участие в морском сражении у мыса Тендра.

7 (18) ноября 1790 года де Рибас взял дунайскую крепость Тулчу, а 13 (24) ноября 1790 года – Исакчу. Кроме захвата этих турецких опорных пунктов, закрывающих вход в Дунай со стороны моря, его флотилия, совместно с флотилией черноморских казаков, а также посаженные на лансоны десантные войска, уничтожили значительную часть турецкого дунайского флота (всего около 200 кораблей), захватили пушки, обширные склады по берегам Дуная с продовольствием и военным снаряжением, затрудняя снабжение осажденного русскими Измаила. За это 20 декабря (31 декабря) 1790 года награждён орденом Св. Георгия 2-го класса по личному распоряжению императрицы. 20 ноября (1 декабря) 1790 года истребил остатки турецкого флота (еще до ста судов), укрывавшегося под стенами Измаила, овладев противолежащим измаильской крепости островом Сулин и разместив на нем артиллерийские батареи. Де Рибас составил план штурма Измаила, одобренный Суворовым. Во время штурма 11 (22) декабря 1790 года был начальником самой большой (десантной) колонны, наступавшей со стороны реки на наименее укрепленные – приречные – стены крепости. Уже в городе, де Рибас бесстрашно вел переговоры с турками, прятавшимися в укрепленных домах – ханах, принуждая обороняющихся сдаваться. И ему же довелось принять и капитуляцию всего города от губернатора паши Мемеда. За личное участие во взятии Измаила Суворов называл де Рибаса не иначе как «дунайским Героем», а Екатерина 25 марта (5 апреля) 1791 года наградила его шпагой с бриллиантами и имением с 800 душ крестьян в Полоцкой (Могилевской) губернии потомственно. В 1791 году продолжил боевые действия на Дунае. 29 марта 1791 года занял редут на острове Канцефан, против Галаца. 31 марта 1791 г. участвовал в сражении под Браиловым. 28 июня 1791 года участвовал в сражении при Мачине.

В числе трех представителей с российской стороны 29 декабря 1791 подписал Ясский мирный договор. За успешное ведение переговоров с турками при заключении мира 18 (29) марта 1792 года был награжден орденом Святого Александра Невского. После подписания мира увёл гребную флотилию на базу в Николаев. 22 ноября (3 декабря) 1792 года переименован из генерал-майора в контр-адмиралы. В этот период де Рибас, по поручению Суворова, составил общий план завоевания Константинополя, разработал инструкцию для создания и обучения десантных войск.

Жители Бессарабии – Подунавья(Измаила, Килии), Одессы, Аккермана (Белгород-Днестровского) и других городов южного региона, помнят о достойном военачальнике, адмирале русской армии – освободительницы населения от турецких угнетателей.

Эммануил Осипович де Ришелье

«ГЕРЦОГУ ЕММАНУИЛУ ДЕ РИШЕЛЬЕ, УПРАВЛЯВШЕМУ СЪ 1803 ПО 1814 ГОДЪ НОВОРОССIЙСКИМЪ КРАЕМЪ И ПОЛОЖИВШЕМУ ОСНОВАНIЕ БЛАГОСОСТОЯНIЮ ОДЕССЫ, БЛАГОДАРНЫЕ КЪ НЕЗАБВЕННЫМЪ ЕГО ТРУДАМЪ ЖИТЕЛИ ВСЕХЪ СОСЛОВIЙ СЕГО ГОРОДА И ГУБЕРНIЙ: ЕКАТЕРИНОСЛАВСКОЙ, ХЕРСОНСКОЙ И ТАВРИЧЕСКОЙ, ВОЗДВИГЛИ ПАМЯТНИКЪ СЕЙ ВЪ 1826 ГОД; ПРИ НОВОРОССIЙСКОМЪ ГЕНЕРАЛЪ-ГУБЕРНАТОРЕ ГРАФЕ ВОРОНЦОВЕ»

Надпись на латунной позолоченной плите памятника «Дюку» на Приморском бульваре в Одессе

В России его называли Эммануил Осипович де Ришелье (Арман Эммануэль София-Септимани де Виньеро дю Плесси, граф де Шинон, 5-й герцог Ришельё) – 25.09.1766-17.05.1822.

Французский аристократ, 2-й и 5-й Премьер-министр Франции, после Великой Французской революции поступивший на русскую службу. В 1804–1815 гг. занимал должность генерал-губернатора Новороссии и Бессарабии. Считается одним из отцов-основателей Одессы, где ему в 1828 г. поставлен памятник. Участвовал во взятии Измаила (1790). 21 марта 1791 года удостоен ордена Святого Георгия 4-го класса «За отличную храбрость, оказанную при штурме крепости Измаила, с истреблением бывшей там армии» и именного оружия «За храбрость». С 1803 года Александр I, назначил его градоначальником Одессы, в 1805 – генерал-губернатором Новороссийского края. При поддержке императора в 1804 году герцог добился снятия с Одессы налогового бремени хотя бы на время: он сумел доказать целесообразность свободного транзита для всех товаров, привозимых морем в Одессу и даже направляемых в Европу. Внёс большой вклад в строительство Одессы и развитие Новороссии. В 1806 году Ришельё снова осаждал и штурмовал Измаил, на этот раз герцог уже командовал всем русским войском, посланным для взятия Измаила. Штурм был неудачным.

6 декабря 1806 года пятнадцатая дивизия генерала, герцога де Ришелье изгнала турок из Килии.

Умер 17 мая 1822. Похоронен в церкви в Париже, построенной его предком кардиналом Ришельё.

Граф Александр Фёдорович Ланжерон

Граф Александр Фёдорович Ланжерон – стал вторым комендантом города-крепости Килия, сменив на этом посту майора Лаврова.[1]

За короткое время руководства городом, произведены: ремонт Николаевской церкви, переустроена в православный храм – крепостная мечеть, отремонтированы дамбы и шлюзы. Привлечены, размещены и обустроены новые поселенцы Килийщины. Граф Александр Фёдорович Ланжерон родился 13 января 1763 г. Русский военачальник эпохи Наполеоновских войн (с 1811 генерал от инфантерии). С 1815 по 1822 годы генерал-губернатор Новороссии и Бессарабии. Его именем названа часть города в Одессе.

Происходил из аристократического французского рода Андро (Andrault), известного с начала XIV века. До эмиграции носил титулы графа де Ланжерон, маркиза де ла Косс, барона де Куньи, де ла Ферте и де Сасси. В 1790 отличился при штурме Измаила. 30 июля 1795 года определён в Малороссийский гренадерский полк, 28 июня 1796 года произведён в бригадиры, 22 мая 1797 года – в генерал-майоры с назначением шефом Уфимского мушкетёрского полка. 25 октября 1798 года был пожалован в генерал-лейтенанты. С 13 мая 1799 года состоял шефом Ряжского мушкетёрского полка. В 1799 году принял русское подданство. Павлом I был возведён в графское достоинство. Участвовал в русско-турецкой войне 1806-12. 29 августа 1809 года разбил авангард армии верховного визиря у крепости Журжа, участвовал в блокаде Силистрии. Командовал Молдавской армией во время болезни и после смерти генерала Н. М. Каменского – до прибытия М. И. Кутузова. В начале 1812 года командовал 1-м корпусом Дунайской армии адмирала П. В. Чичагова… После взятия Парижа Александр I при встрече с Ланжероном сказал: «M. le Comte, vous avez perdu cela; la hauteur de Monmartre, et je l’ai trouv;» (Господин граф, это Вы потеряли на высотах Монмартра, а я нашёл) – и вручил ему орден Святого Андрея Первозванного.16 ноября 1815 года назначен херсонским военным губернатором, градоначальником Одессы и управляющим по гражданской части Екатерино-славской, Херсонской и Таврической губерний. С 1 июля 1826 – член Верховного уголовного суда над декабристами. 11 февраля 1829 назначен шефом Ряжского пехотного полка. Участник русско-турецкой войны 1828-29. В 1815 г. Ланжерон сменил герцога Ришелье в качестве генерал-губернатора Новороссии и Бессарабии. В Одессе граф воплотил в жизнь ряд важных начинаний, задуманных ранее герцогом, одним из которых было введение порто-франко. При нём же появилась и первая городская газета – «Мессаже де ля Руси меридиональ», было открыто заведение минеральных вод в городском саду, разбит ботанический сад, сыгравший огромную роль в озеленении как собственно Одессы, так и всего края. При нём состоялось открытие в 1817 году Ришельевского лицея, второго в России после Царскосельского. В 1818 году Ланжерон подал императору проект об отмене табели о рангах, чем навлёк немилость и вынужден был в 1820 г. оставить должность одесского градоначальника, оставаясь Новороссийским генерал-губернатором до мая 1823 г. Ланжерон всю жизнь боялся умереть от холеры, от неё и умер 4 июля 1831 в Санкт-Петербурге. Похоронен в католической церкви Одессы.

Проявил себя хорошим хозяйственником. Провел первую подворную перепись населения и инвентаризацию городского имущества. Быстро отладил быт города после изгнания турок. Энергично решал административно – хозяйственные и бытовые вопросы поселенцев. Поскольку комендант – должность генеральская, руководил недолго, до замены его на этом посту генералом, графом Ланжероном А.Ф.

Оставил по себе светлую память благодарных Килийцев.

Петр Иванович Багратион

Дата рождения – 1765. Дата смерти – 12 (24) сентября 1812

Главнокомандующий Молдавской армией (июль 1809 – март 1810), руководил боевыми действиями на левом берегу Дуная и был комендантом Килии.

Годы службы – 1782–1812. Звание – генерал от инфантерии. Командовал армией

Сражения/войны: Шёнграбен, Аустерлиц, Бородинское сражение. Представитель побочной ветви грузинского царского дома Багратионов. Участвовал в русско-турецкой войне 1787—92 и Польской кампании 1794. Отличился 17 декабря 1788 года при штурме Очакова. Войска Багратиона овладели крепостями Мачин, Гирсово, Кюстенджа, разгромили у Рассавета 12-тысячный корпус отборных турецких войск, нанесли крупное поражение противнику под Татарицей. В службе: 21 февраля (4 марта) 1782 года – сержантом;с 1782 по 1792 год – служил прапорщиком, подпоручиком, поручиком и капитаном в Кавказском мушкетёрском полку;28 июня (9 июля) 1792 года – пожалован секунд-майором, в Киевском конно-егерском полку;26 ноября (7 декабря) 1793 года – премьер-майором;4 (15) мая 1794 года – переведён в Софийский карабинерный полк;15 (26) октября 1794 года – произведён в подполковники;

13 (24) февраля 1798 года – в полковники, в Егерский полк его имени;4 (15) февраля 1799 года – в генерал-майоры;9 (21) июня 1800 года – назначен шефом л. – гв. Егерского полка;

8 (20) ноября 1805 года – произведён в генерал-лейтенанты;20 марта (1 апреля) 1809 года – в генералы от инфантерии;19 (31) марта 1812 года – высочайшим приказом утверждён в звании Главнокомандующего 2-й Западной армией; 20 сентября (2 октября) 1812 года – высочайшим приказом исключён из списков – умершим от полученной раны.

Награды: Российские – Орден Святой Анны 1-й ст. (05.05.1799)

Орден Св. Иоанна Иерусалимского командор (14.05.1799) с алмазами

Орден Святого Александра Невского (06.06.1799) с алмазами

Орден Святого Георгия 2-й ст. (28.01.1806, № 34) – «за отличие в сражении под Шёнграбеном 4 ноября 1805 года»

Орден Святого Владимира 2-й ст. (1807)

Золотая шпага «за храбрость» с алмазами (01.12.1807)

Орден Святого Владимира 1-й ст. (20.05.1808) – за русско-шведскую войну

Орден Святого апостола Андрея Первозванного (27.09.1809)

Иностранные – Австрийский военный орден Марии Терезии 2-й ст. (1799)

Сардинский Орден Святых Маврикия и Лазаря 1-й кл. (1799)

Прусский орден Красного орла (1807)

Прусский орден Чёрного орла (1807)

Павел Васильевич Чичагов

Павел Васильевич Чичагов (1767–1849) – русский адмирал, морской министр Российской империи с 1802 по 1809 годы (официально по 1811 год).

В 1812 году сменил Кутузова в качестве командующего Дунайской армией, руководил преследованием Наполеона по территории Белоруссии.

Президент Адмиралтейств-коллегии (в составе Морского министерства) – 1802–1809. Военная служба:1782–1813.

Награды: ордена Александра Невского, Св. Анны 1-й ст. с алмазами, Св. Георгия 4-го кл. Св. Владимира 1-й ст., Св. Иоанна Иерусалимского, золотая шпага «за храбрость»; прусские Черного Орла и Красного Орла, английская шпага с бриллиантами.

По признанию многих современников, Чичагов был умным и блестяще образованным человеком, честным и «прямого характера». В 1812 году Александр I(недовольный медлительностью М. И. Кутузова), выработал свой собственный план действий и, назначив Чичагова главнокомандующим Дунайской армией, Черноморским флотом и генерал-губернатором Молдавии и Валахии, поручил ему привести этот замысел в исполнение. Отпуская Чичагова на юг, император сказал ему хорошо характеризующую бывшего морского министра фразу: «Я вам не даю советов, зная, что вы злейший враг произвола». Во время отечественной войны Чичагов приобрёл себе ту печальную известность, которая заставила П. Бартенева в его предисловии к XIX-му тому «Архива князя Воронцова» сказать о министре-эмигранте: «Чичагов принадлежит к скорбному списку русских людей, совершивших для отечества несравненно менее того, на что они были способны и к чему были призваны». Насколько верно такое мнение, трудно сказать определённо. Несомненно, однако, что Чичагов гораздо менее виновен в несчастном для России исходе переправы через Березину, чем это принято предполагать. Вопрос сводится к тому, насколько, действительно отсутствие распорядительности главного начальника Дунайской армии, если оно имело место, повлияло на результат сражения.

Чичагов П.В. в качестве главнокомандующего Дунайской армией, Черноморского флота и генерал-губернатора Молдавии и Валахии(в 1813 г. исполнял обязанности коменданта города – крепости Килия).

В 1813 году Чичагов получил бессрочный отпуск во Францию, по болезни, с сохранением содержания и с тех пор более не возвращался в Россию. Последние годы своей жизни он провёл в Италии и во Франции, где близко сошёлся с другим высокопоставленным в прошлом изгнанником, графом Ростопчиным. Ослепший, неоцененный по заслугам, забытый, он жил у своей дочери, графини Екатерины дю Бузе, жены французского моряка, до кончины.

Иван Никитич Инзов

Всю дорогу от Одессы до Болграда, около двухсот километров, гроб с телом И. Н. Инзова не везли на катафалке, а люди несли на своих плечах, сменяя друг друга на ходу:

«…И гроб в пыли белесой

к Болграду на руках

несли аж из Одессы!

Все триста вёрст. Вот так.»

Массивный катафалк, который тащила четвёрка лошадей, задействован был только в минуты отдыха, после чего процессия продолжала свой путь. От ворот кладбищенской ограды до самой усыпальницы последние метры, люди, нёсшие гроб, передвигались на коленях. Генерал И. Н. Инзов покоится в специальном храме-усыпальнице на окраине основанного им города Болград – столицы болгарских поселений в Бессарабии. Место захоронения отмечено мраморной плитой. На ней высечена эпитафия: «Здесь покоится раб божий Иоанн Никитич Инзов. Генерал от инфантерии, главный попечитель и председатель попечительного комитета об иностранных поселенцах южного края России. Генерал Инзов родился 23 декабря 1768 года. Скончался в Одессе 27 мая 1845 года. Он дал поселенцам новую жизнь в новом их отечестве. Благодарные болгарские колонисты пожелали перенести в недра своего поселения прах виновника их благоденствия для сохранения имени его в памяти народной. По высочайшему соизволению усердием болгарских колонистов бренные останки генерала И. Н. Инзова перевезены из Одессы и преданы земле в церкви во имя святителя Митрофания в колонии Болград в ноябре месяце 1846 года».

Иван Никитич Инзов (1768–1845) – русский генерал от инфантерии (пехотный генерал).

Инзов заявил себя справедливым, хотя и строгим до суровости начальником и безукоризненно честным человеком. В Отечественной войне 1812 года командир 9-й пехотной дивизии в составе 3-й обсервационной армии Тормасова, участвовал в сражениях под Кобрином, Городечной, Борисовом, на р. Березина и в преследовании отступавшего неприятеля до Вильно. В 1813 г. за отличие при взятии крепости Торна награждён орденом Св. Георгия 3-го кл. Участвовал в сражениях у Кёнигсварта и при Бауцене. Позднее стал дежурным генералом Польской армии Бенигсена, участвовал с ней в сражениях под Дрезденом и Лейпцигом, а также при осадах Магдебурга и Гамбурга.

В 1818 году Инзов был назначен главным попечителем и председателем Попечительного Комитета о иностранных колонистах Южной России, а с 1820 года был и полномочным наместником Бессарабской области.

В качестве попечителя над колонистами В 1819 г. Инзов курировал исполнение «Указа об устройстве задунайских поселенцев». Особое внимание Инзов уделил болгарским и гагаузским беженцам, хлынувшим в российские пределы на левый берег Нижнего Дуная в надежде защиты от турок. Он добился для них статуса колонистов наравне с немецкими переселенцами. Под начальством Инзова, Пушкин пребывал во время ссылки на юг России, что значительно способствовало облегчению этого бремени в жизни таланта. Из исторических архивов известно, что Инзов состоял в Кишинёвской масонской ложе «Овидий», и что он предложил Пушкину вступить в эту же ложу, которое тот охотно принял. По словам Я. К. Грота, Инзов понял свою задачу сохранить России вверенный его попечению драгоценный талант: к юношеским увлечениям Пушкина он относился снисходительно; он же отпустил Пушкина в путешествие с Раевскими на Кавказ и Крым, которое было столь благотворно для поэта.

Генерала Инзова Ивана Никитича, с благодарностью вспоминают и проживающие на Килийщине потомки болгарских и гагаузских беженцев от турецкого ига.

Михаил Илларионович Кутузов

Дата рождения – 5 (16) сентября 1745. Дата смерти – 16 (28) апреля 1813 (67 лет). Годы службы: 1759–1813. Звание: генерал-фельдмаршал. Командовал Армией.

Сражения, войны: Штурм Измаила, Битва под Аустерлицем, Отечественная война 1812 года: Бородинское сражение. В ноябре 1784 получил чин генерал-майора после успешного подавления восстания в Крыму. С 1785 был командиром им же сформированного Бугского егерского корпуса. Командуя корпусом и обучая егерей, он разработал для них новые тактические приёмы борьбы и изложил их в особой инструкции. Он прикрывал с корпусом границы вдоль Буга, когда разгорелась вторая война с Турцией в 1787. С 1.10.1787 участвует под командованием Суворова в сражении под Кинбурном, когда был почти полностью уничтожен 5-тысячный турецкий десант. Летом 1788 со своим корпусом принимал участие в осаде Очакова, где в августе 1788 года вторично тяжело ранен в голову. На этот раз пуля прошла почти по старому каналу. Михаил Илларионович выжил и в 1789 году принял отдельный корпус, с которым занимал Аккерман, сражался под Каушанами и штурмовал Бендеры. В декабре 1790 отличился при штурме и взятии Измаила, где командовал 6-й колонной, шедшей на приступ. Суворов так изложил действия генерала Кутузова в донесении: «Показывая собою личный пример храбрости и неустрашимости, он, преодолел под сильным огнем неприятеля все встреченные им трудности; перескочил чрез палисад, предупредил стремление турок, быстро взлетел на вал крепости, овладел бастионом и многими батареями… Генерал Кутузов шёл у меня на левом крыле; но был правою моей рукою.» По легенде, когда Кутузов отправил Суворову гонца с донесением о невозможности удержаться на крепостном валу, то получил ответ от Суворова, что уже отправлен в Петербург гонец с известием государыне Екатерине II о взятии Измаила. После взятия Измаила Кутузова произвели в генерал-поручики, наградили Георгием 3-й степени и назначили комендантом крепости. Отразив попытки турок овладеть Измаилом, он 4 (16) июня 1791 внезапным ударом разгромил 23-тысячное турецкое войско при Бабадаге. В Мачинском сражении в июне 1791 года под командованием князя Репнина Кутузов нанёс сокрушительный удар по правому флангу турецких войск. За победу под Мачином Кутузов удостоился ордена Георгия 2-й степени. В 1792 Кутузов, командуя корпусом, принял участие в русско-польской войне и в следующем году был направлен чрезвычайным послом в Турцию, где разрешил в пользу России ряд важных вопросов и значительно улучшил взаимоотношения с ней. Находясь в Константинополе, посетил султанский сад, посещение которого для мужчин каралось смертной казнью. Султан Селим III предпочел не заметить дерзости посла могущественной Екатерины II. М.И. Кутузов способствовал возрождению и развитию Подунайских поселений и Килии, в частности. По его указанию, завершили выселение из Бессарабии турок, ногайцев и татар, в то же время, привлекая и размещая русских, украинцев, гагаузов, болгар, и пр. В это время был сделан упор на сельскохозяйственное развитие перешедших от Турции к России земель, помощь при этом оказывалась в создании экономически крепких хозяйств переселенцев-колонистов. Так, болгарские, гагаузские, немецкие и другие переселенцы начала XIX в. безоплатно получали от правительства наделы до 60 десятин (около 65,6 га) земли, с 50-летним освобождением от основных налогов, частичное или временное освобождение от рекрутской повинности, материальные и денежные ссуды на льготных условиях. Переселенцы из России и Украины, де-факто, освобождались от крепостной зависимости и ряда феодальных повинностей, а демобилизованные солдаты наделялись землей или приписывались к мещанскому сословию в городах и посадах. Провозглашена для всех поселенцев – свобода вероисповеданий. На Килийщине – построены шлюзы(Тайманчук – озеро Китай) и отремонтированы дамбы. Перестраивалась мечеть в церковь. Бурно развивались 19 сел. Все эти, и прочие меры позволили привлечь из-за Дуная более 20000 новосельцев, что, несмотря на дефицит женщин положительно сказалось на приросте населения.

М.И. Кутузов – ввиду его весомого вклада в освобождение от поработителей и развитие региона, несомненно, – личность легендарная на Килийщине и в Бессарабии. Его именем названа улица в нашем г. Килия и конечно, многих прочих городах. Светлая память о таких людях – в памяти потомков.

Александр Васильевич Суворов

Не случайно, именно этим талантливым военноначальником и деятелем, заключаю описание легендарных людей Килийщины, периода русско – турецких войн.

«О вечность! прекрати твоих шум вечных споров

Кто превосходней всех героев в свете был.

В святилище твое от нас в сей день вступил, Суворов.

Г.Р. Державин «На смерть Суворова»

Александр Васильевич Суворов, князь Италийский, граф Рымникский(1730–1800)

Годы службы – 1748–1800. Звание – Генералиссимус. Командовал – Армиями Российской и Священной Римской империй. Сражения: Кинбурнская баталия (1787), Фокшаны (1789), Рымник (1789), Штурм Измаила (1790), Штурм Праги (предместья Варшавы) (1794). Первым объектом нападения турецких войск в войне стала Кинбурнская крепость. Защищая её, 4-тысячный гарнизон под командованием генерал-аншефа Суворова одержал первую крупную победу русских войск в этой войне, фактически завершив кампанию 1787 года.

Одним из главных сражений войны стало Сражение при Рымнике. Победа при Рымнике стала одной из наиболее блистательных побед Александра Суворова. За победу в ней он был возведён Екатериной II в графское достоинство с наименованием «Рымникский».

В ходе кампаний 1789–1790 годов русскими войсками предпринималось несколько попыток штурма Измаила под руководством Н. В. Репнина, И. В. Гудовича, П. С. Потёмкина. 26 ноября ввиду приближения зимы военный совет решил снять осаду крепости. Главнокомандующий не утвердил этого решения и предписал генерал-аншефу А. В. Суворову принять командование частями, осаждавшими Измаил. Приняв командование 2 (13) декабря 1790 года, Суворов вернул к Измаилу войска, отходившие от крепости. 11 (22) декабря 1790 года после тщательной подготовки войска приступили к штурму. Через 2,5 часа все укрепления были заняты. К вечеру прекратилось сопротивление на улицах города. Взятие Измаила явилось одним из решающих факторов победы в войне. После смерти Потёмкина в 1792 году назначен командующим войсками на юге России – в Екатеринославской губернии и Таврической области (1792–1794). После победы в русско-турецкой войне возникла необходимость укрепления новой русско-турецкой границы, пролегающей по реке Днестр. Работа по составлению плана инженерной подготовки границ была поручена Суворову. Главное внимание Суворов уделил укреплению левого берега в нижнем течении Днестра. По его приказу на левом берегу Днестра на месте сожжённого турками села была построена крепость Средняя и в 1792 году заложен город Тирасполь. Под руководством Суворова осуществляется строительство крепостных сооружений в Хаджибее (Одессе). За взятие Праги Суворов был удостоен высшего воинского чина фельдмаршала, а также пожалован имением в 7 тысяч душ в Кобринском повете, получил прусские ордена Чёрного орла, Красного орла и другие награды. В начале 1795 года Суворов был назначен командующим всеми русскими войсками в Польше, затем главнокомандующим 80-тысячной армией, расположенной в Брацлавской, Вознесенской, Харьковской и Екатеринославской губерниях со штаб-квартирой в Тульчине. В этот период он написал «Науку побеждать» – выдающийся памятник русской военной мысли. Сторонник «просвещённой» монархии, создавший свою систему организации и снабжения войск и с успехом её применявший, Суворов выступал против насаждения императором Павлом I прусских палочных порядков в армии, что вызвало враждебное отношение к нему придворных кругов. Вопреки указаниям Павла I, Суворов продолжал воспитывать солдат по-своему. Он говорил: «Русские прусских всегда бивали, что-ж тут перенять?», «Пудра не порох, букля не пушка, коса не тесак, и я не немец, а природный русак». 6 (17) июня на реке Треббия началось сражение между русско-австрийскими войсками Суворова и французской армией Макдональда. Оно длилось трое суток и закончилось поражением французов, потерявших убитыми и взятыми в плен половину своей армии. В июле 1799 года пали крепости Алессандрия и Мантуя. После падения последней Суворов был возведён в княжеское достоинство и стал князем Италийским, а сардинский король Карл-Эммануил пожаловал Суворову высшие награды: сделал его великим маршалом Пьемонтским, «грандом королевства» и «кузеном короля». Сражение при Нови стало последним крупным сражением в ходе Итальянского похода. После него император Павел I повелел, чтобы Суворову оказывались такие же почести, какие до этого оказывались только императору. Описывая отношение современников к победам Суворова в Итальянском походе, Петрушевский А. приводит следующие факты. «Не только Россия и Италия чествовали русского полководца и восторгались при его имени; в Англии он тоже сделался первою знаменитостью эпохи, любимым героем. В России слава Суворова доведена была патриотическим чувством до апогея; он составлял гордость своего отечества; в современной корреспонденции беспрестанно наталкиваешься на слова: «приятно быть русским в такое славное для России время». (Петрушевский А. «Генералиссимус князь Суворов» 1884 г. С-Петербург, т.3, с. 182–184). Результатом итальянского похода стало освобождение в короткие сроки Северной Италии от французского господства. Победы союзников были обусловлены, главным образом, высокими морально-боевыми качествами русских войск и выдающимся полководческим искусством Суворова.31 августа (11 сентября) двумя колоннами русские войска, наконец, выступили. Начался героический Швейцарский поход Суворова 1799 года, ставший великой страницей русской истории. В Швейцарском походе потери русской армии, вышедшей из окружения без продовольствия и боеприпасов и разбивших все войска на своём пути, составили около 5 тыс. человек (до 1/4 армии), многие из которых разбились при переходах. Однако потери французских войск, обладавших подавляющим превосходством в численности, превосходили потери русских войск в 3–4 раза. Было захвачено в плен 2778 французских солдат и офицеров, половину которых Суворов сумел прокормить и вывести из Альп как свидетельство великого подвига. За этот беспримерный по трудностям и героизму поход Суворов был удостоен высшего воинского звания генералиссимуса, став четвёртым генералиссимусом в России. Французский король Людовик XVIII встречался с Суворовым и оставил живописное описание его внешности и характера. Описание в некоторой степени отражает распространённые в Европе стереотипы о русском фельдмаршале, с другой стороны французский монарх не позволил себе обмануться внешними причудами полководца: «Этот полудикий герой соединял в себе с весьма невзрачной наружностью такие причуды, которые можно было бы счесть за выходки помешательства, если бы они не исходили из расчётов ума тонкого и дальновидного. То был человек маленького роста, тощий, тщедушный, дурносложенный, с обезьяньею физиономией, с живыми, лукавыми глазками и ухватками до того странными и уморительно-забавными, что нельзя было видеть его без смеха или сожаления; но под этою оригинальною оболочкой таились дарования великого военного гения. Суворов умел заставить солдат боготворить себя и бояться. Он был меч России, бич Турок и гроза поляков. Жестокий порывами, бесстрашный по натуре, он мог невозмутимо-спокойно видеть потоки крови, пожарища разгромленных городов, запустение истребленных нив. Это была копия Аттилы, с его суеверием, верою в колдовство, в предвещания, в таинственное влияние светил. Суворов вошёл в мировую историю как выдающийся полководец и военный мыслитель. Это был один из образованнейших людей своего времени, обладавший обширными познаниями не только в военных науках, но и в других областях знаний. Суворов оставил огромное военно-теоретическое и практическое наследие, обогатил все области военного дела новыми выводами и положениями. Отбросив устаревшие принципы кордонной стратегии и линейной тактики, Суворов разработал и применил в полководческой практике более совершенные формы и способы ведения вооружённой борьбы, которые намного опередили свою эпоху и обеспечили русскому военному искусству ведущее место. Он руководил 93 сражениями и ни одного не проиграл. Суворов оказал значительное влияние и на иностранную военную мысль. Русский военный историк Ф. Н. Глинка в «Кратком начертании Военного журнала» (1877) писал: «Теперь уже ясно и открыто, что многие правила военного искусства занял Наполеон у нашего Суворова. Этого не оспаривают сами французы; в этом сознаётся и сам Наполеон; в письмах из Египта, перехваченных англичанами, он явно говорит Директории, что Суворова до тех пор не остановят на пути побед, пока не постигнут особенного его искусства воевать, и не противопоставят ему его собственных правил».

Высказывания противников: Моро называл марш Суворова к Треббии (стратегический манёвр) вершиной военного искусства. «Я был очень молод во время сражения при Треббии; эта неудача могла бы иметь пагубное влияние на мою карьеру; меня спасло лишь то, что победителем моим был Суворов» – маршал Макдональд. Талантливый генерал, а впоследствии маршал, Массена говорил, что отдал бы все свои победы за один Швейцарский поход Суворова.

Награды: Орден Св. Георгия 1-й степени. Вышитая звезда и лента принадлежали А. В. Суворову.

Орден Святого апостола Андрея Первозванного (1787) – за сражение под Кинбурном; бриллиантовые знаки к ордену (1789) – за сражение при Фокшанах;А. В. Суворов стал одним из 3 Георгиевских кавалеров за всю историю ордена, награждённых с 3-й по 1-ю степень. Орден Святого Георгия 1-го класса бол. кр. (1789) – «превосходное искусство и отличное мужество во всяком случае, наипаче же при атаке многочисленных турецких сил, верховным визирем предводимых в 11 день сентября на реке Рымнике»;Орден Святого Георгия 2-го класса (1773) – «За произведённое храброе и мужественное дело с вверенным его руководству деташаментом при атаке на Туртукай»;Орден Святого Георгия 3-го класса (1771) – «За храбрость и мужественные подвиги, оказанные 770 и 771 годов с вверенным ему деташаментом против польских возмутителей, когда он благоразумными распоряжениями в случившихся сражениях, поражая везде их партии, одержал над ними победы»;Золотая шпага с бриллиантами и лаврами (1775) – в честь победы над турками; вторая шпага с бриллиантами и лавровыми венками за победу при Рымнике (1789); Орден Святого Владимира 1-й степени (1783) – за победы над ногайцами в Крыму; Орден Святого Александра Невского (1771) – за победу над польскими конфедератами; Орден Святой Анны (1770) – за бои с польскими конфедератами; Кавалер большого креста Иоанна Иерусалимского; Австрийский Военный орден Марии Терезии 1-й класс; Прусские: орден Красного орла 1-й степени, орден Чёрного орла, «За заслуги»; Сардинские: Высший орден Святого Благовещения, Св. Маврикия и Лазаря; Баварские: орден Святого Губерта, орден Золотого льва.

В настоящее время некоторые, с позволения сказать «историки-краеведы», пытаются переписать исторические события этого периода. Они принижают, в частности, значение победы и вклад Суворова А.В. в разгроме турок Измаильской крепости. Именно таким, «Альтернативщикам истории»… посвящаю следующие свои строки:

Неблагодарных особей потомки,

Корней своих забывшие родство.

Причалили империю в обломках,

Разруха, – то их идол – божество!

У выродков – отсутствует святое…

Созидание творцов – не их конёк!

Вандал разрушил памятник героя,

«Вечный», – не горит уж, огонёк…

Свернув с главы историю, до ног, —

В поиске альтернативы – компромата,

Как с овцы паршивой – шерсти клок,

Иль, дёготь в мед, как тут без мата…

Героев лавры, – им покоя не дают!

Желчь в фибрах и абсцесс на нервы,

Бессонница, инсульт – их достают, —

Ложь, оговор, коль не излили стервы!

Добро и зло, теперь, как РАЙ и АД!

Хотя, и ложь, – бывает во спасенье!

Но той неправде, – безусловно, рад, —

И, – не о том, мое стихотворенье!

Желать хотеть по максиму – добра!

Сердцем любить, душою Богу верить!

Лести хитросплетения – узор ковра,

Ложь изжить, но в истину – поверить!

Именно, личностью Суворова А.В., резюмирую описание легендарных людей – освободителей Килийщины, периода русско – турецких войн.

Его именем названа улица Килии и множества других городов.

* * *

В 1812 г. был подписан мирный договор между Российской и Османской империями о вхождении пространства между реками Днестр и Прут под названием «Бессарабия» в состав России НАВЕЧНО.Договоренность о государственной границе по Пруту была окончательно закреплена в мирном договоре, который был заключен в Бухаресте 16 мая 1812 г., т. е. за 26 дней до вторжения Наполеона в Россию.

«От турок была освобождена Бессарабия и Западная Грузия. Турки навсегда покидали междуречье Днестра и Прута с крепостями Хотин, Сороки, Бендеры, Аккерман, Килия, Измаил. Этот мир закреплял за Россией право торгового судоходства по Дунаю на всем протяжении реки и право военного судоходства от Черного моря до устья Прута. Турция подтвердила все преимущества, предоставленные Молдавии и Валахии Ясским миром 1791 г., освободила население княжеств от всех налогов на два года. Получала внутреннее самоуправление и Сербия, а восставшие сербы могли воспользоваться амнистией. Таковы были военно-политические итоги русско-турецкой войны 1806–1812 гг. Она принесла освобождение населению Пруто-Днестровского междуречья от 300-летнего турецкого ига. Эта война сыграла исключительно важную роль в судьбах молдавского народа, более чем на 100 лет установив на этих землях мир, спокойствие, стабильность, возможность заселять и осваивать эту территорию, заниматься мирным созидательным трудом»… Бабилунга Николай. Историк. Заведующий научно-исследовательской лабораторией «История Приднестровья», заведующий кафедрой Отечественной истории…

На протяжении веков молдаване тяготели к Российскому государству, в трудные моменты обращались за помощью к русским людям. История взаимоотношений Молдавского княжества с Россией изобилует фактами российской военной помощи. 30 мая 2006 года отмечали особую дату российско-молдавских отношений – 350 летие миссии Молдавского Митрополита Гедеона в Москву (1656 г.). В Тирасполе, на научной конференции «Россия в исторических судьбах молдавского народа», отметили, что именно «братская Россия всегда являлась для молдаван надеждой их национального спасения и самосохранения. Церковный и общественный деятель 17 века Досифей, Митрополит Сучавский и всея Молдавии, это очень точно выразил в словах «Свет из Москвы идёт к нам, сияя длинными лучами и добрым именем под солнцем». А Митрополит Гедеон, возглавивший Великое посольство в Москву господаря Георге Стефана, обратился к русскому царю Алексею Михайловичу с просьбой принять всю страну «под государеву высокую руку, так же как и гетмана Богдана Хмельницкого и всё войско Запорожское». Желая с помощью православной России освободиться от ненавистного османского ига, Митрополит Гедеон тогда же принял присягу за себя, за господаря и за весь молдавский народ – пребывать в российском подданстве «навеки неотступно». «Двухвековая борьба молдаван за реализацию интеграционного проекта Стефана Великого – правовое включение Молдавского княжества в состав России, явилось исполнением их чаяний». 106 лет, находясь в составе России, население Бессарабии имело привилегии, каких не было даже у Россиян. После ряда русско-турецких войн XVIII–XIX вв. был сделан упор на сельскохозяйственное развитие перешедших от Турции к России земель, помощь при этом оказывалась в создании экономически крепких хозяйств переселенцев-колонистов. Так, болгарские, гагаузские, немецкие и другие переселенцы начала XIX в. безоплатно получали от правительства наделы до 60 десятин (около 65,6 га) земли, 50-летнее освобождение от основных налогов, частичное или временное освобождение от рекрутской повинности, материальные и денежные ссуды на льготных условиях. Переселенцы из России и Украины де-факто освобождались от крепостной зависимости и ряда феодальных повинностей, а демобилизованные солдаты наделялись землей или приписывались к мещанскому сословию в городах и посадах. Поселения немецких колонистов на юге Бессарабской губернии создавались после Наполеоновских войн начала XIX в. Многие названия того времени (позже частично замененные советской топонимией) увековечили места побед русских и союзных армий. Так появились немецкие колонии Арциз, Бородино, Березино, Тарутино, Париж, Лейпциг и др. в современных Арцизском и Тарутинском районах. Культовые, хозяйственные, общественные и селитебные строения, созданные немецкими колонистами, сохранились как неоспоримое свидетельство вклада поселенцев в хозяйственное освоение края.

Задунайская Сечь. Казачий атаман Осип Гладкой

Из воспоминаний Осипа Гладкого о Задунайской сечи и собственной биографии, следует, что родился он на Полтавщине. Позже, ушёл от жены и детей в Одессу. Затем, перебрался в Задунайскую Сечь, под эгиду турецких властей, образованную запорожскими казаками, в 1775 году. Объявив себя холостяком, был принят в Платниривский курень. Греки, добивавшиеся независимости, в 1821 г., восстали против турок. Казаки, в составе турецких войск участвовали в подавлении этого восстания. Гладкий также участвовавший в этом, был избран куренным, а в 1827 году он стал кошевым атаманом всех задунайских запорожцев и двухбунчужным пашой.

В начале Русско-турецкой войны 1828–1829 годов Осип Гладкий вступает в тайные переговоры с графом Воронцовым о переходе на российскую сторону целым кошем. 20 мая 1828 г. в ставке Николая I в Измаиле Гладкий и его товарищи получили прощение (на этом месте в измаильском порту стоит часовня). Гладкий оказал важные услуги русской армии при переправе через Дунай: задунайцы без боя взяли крепость Исакчу (сейчас – Румыния), потому что турки приняли казаков за своих, за что был награждён чином полковника русской службы и орденом св. Георгия 4-й степени (1 января 1830 года, № 4394 по кавалерскому списку Григоровича – Степанова).

Турки после измены Гладкого уничтожили Задунайскую сечь – самоуправление выходцев с Украины, раскассировали войско и разогнали жителей. Оставшиеся в Турции потомки запорожцев, во многом утратили первоначальную самоидентификацию и смешались с местным населением. После окончания войны в 1830–1831 гг., Николай I поручил Гладкому найти место для поселения задунайских выходцев. Они поселились на свободном побережье Азовского моря, между Бердянском и Мариуполем. Это поселение было названо Азовским казачьим войском, а Гладкий стал его атаманом. Под этим наименованием оно просуществовало до 1865 г., вплоть до окончательного упразднения. Большая часть казачьего войска ранее была переселена на Кавказ, за Кубань. Конец жизни Гладкий провел в семейном кругу в Александровске (Запорожье). Умер от холеры. В честь Осипа Гладкого названа кубанская станица Гладковская. В 2010 г. Осипу Гладкому в Запорожье был открыт памятник возле Запорожского национального университета.

* * *

Овеян славой – древний город!

В стихах, – поэтами воспет…

Он величавый, вечно – молод,

Других таких, уж точно – нет!

Град Килия – ты был героем!

Врагам своим, – давал отпор:

Шли сыновей отряды строем,

Неся, – кто саблю, кто топор!

Века менялись, поколенья…

Этнический, твой цвел букет!

Многих художников творенья,

Живописуют – Килии портрет!

Пусть, посвящают тебе песни,

И любят, – всей своей душой!

Многоголосье хора – славе, чести, —

Твой Гимн исполнит головной!

Пусть – нивы пышно колосятся,

Под солнцем, – зреет виноград!

Молюсь о том, чтоб развиваться, —

Ты продолжал, мой славный град!

Пусть, – счастьем – сияют лица,

И радует всех, – детский смех!

Пусть, ты не область, ни столица,

В потенциал, я верю, в твой успех!

Надеюсь, ты расправишь плечи!

Поднимешься, в свой полный рост!

Край славный – Задунайской сечи,

Страны великой, пограничный пост!

Седой Дунай, твои брега омоет…

И пусть цветут – весенние сады!

Любимый край, он дорогого стоит, —

Как, с древа райского – плоды!

Вновь засияешь – бриллиантом!

Мой город, – вечно молодой!

Твоя история – сему гарантом!

Земля Ахилла, – мы – с тобой!

Килийщина из Задунайской сечи, —

Ты, возродись и расцветай, живи!

Зажжем в церквях, соборах свечи, —

Мы, здравицы тебе споем, свои!

Овеян славой – древний город!

В стихах, – поэтами воспет…

Он величавый, вечно – молод,

Других таких, уж точно – нет!

«Овеян славой древний город», М.Большаков, в сокращении

Юрий Евгеньевич Гагарин

Юрий Евгеньевич Гагарин (1846–1905) – внёс значительный вклад в развитие транспортной отрасли Российской империи на рубеже ХIХ – ХХ веков. Основал «Торговый дом „Князь Юрий Гагарин и К“», заложивший основы пароходства и регулярного российского судоходства на Дунае.

Гагарины – княжеский род, главные ветви династии находились на российском великокняжеском и царском престолах с 862 по 1584 гг. Князь Гагарин родился в Одессе в 1846 году. Получил инженерное образование в политехнических училищах Карлоруэ и Цюриха. С 1867 года – на службе в управлении Закавказской железной дороги. Через 3 года, назначен участковым нспектором Поти-Тифлисской железной дороги. В 1871 году пожалован в звание камер-юнкера двора. Ю. Гагарин внес вклад по устройству карантина и освещения в Одесском порту.

Подобно своему отцу, на гражданской службе, дослужился до генеральского чина – действительного статского советника. Награжден орденом Св. Анны третьей степени – за усердную службу.

В начале восьмидесятых годов ХIХ века Ю. Е. Гагарин основывает «Торговый дом ««Князь Юрий Гагарин и К». Впервые суда этой компании связали Одессу с придунайскими портами, осуществляя регулярные перевозки на Нижнем Дунае. С 1883 года, суда Гагарина вышли на заграничные линии, связав Россию с портами Болгарии и Румынии. В 1834 году измаильские купцы владели 20 судами, ренийские – 5 единицами флота. Чтобы вывезти товары за границу по самому короткому пути, применялся небольшой по грузоподъемности транспорт, так как Килийский рукав Дуная не позволял проходить судам с осадкой более 6 футов (1 фут – 33 см). В середине XIX века наблюдается подъем дунайских портов. Только в 1846 году Измаил посетило 138 судов, среди них 50 русских, 45 – турецких, 38 – греческих, 8-австрийких, 2 – английских.

Поражение России в Крымской войне (1853–1856 гг.) стало главным препятствием в развитии дунайской торговли. На протяжении 20 лет Россия фактически была устранена с Дуная. После победы в русско-турецкой войне 1877–1878 гг. государственная граница России была установлена по Килийскому гирлу Дуная и по реке Прут. В начале 80-х годов XIX века перед русским правительством стала задача создания пароходного общества на Дунае. 3 июля 1881 года было утверждено «Положение о срочном товаро-пасажирском пароходном сообщении между городами Одессой и Измаилом с заходом в Килию и Рени». В документе отмечалось, что «Ю.Е. Гагарин принимает на себя обязательство содержания посредством принадлежащего ему парохода «Ольга» правильного товаро-пассажирского сообщения…» В 1886 году Ю.Е. Гагарина назначили главным директором-распорядителем «Общество Черноморско-Дунайского пароходства», которое до 1903 года под началом его, успешно развивалось. Это общество открыло дорогу русским товарам и доказало выгодность пароходного сообщения на Дунае. Журнал «Морской флот» в 1889 г. писал: «Число пароходов князя Гагарина увеличилось до 8, из них два – «Ольга» и «Измаил» – совершают рейсы из Одессы в российские порты на Дунае, а «Русь» и «Болгария» – в болгарские, румынские и сербские порты, остальные четыре парохода – «Сербия», «Черногория», «Граф Игнатьев» и «Румыния» – были предназначены исключительно для речного плавания». В 1891 году в Ньюкасле (Англия) были построены еще два парохода «Князь Гагарин «и «Бесарабец». Каждые две недели в Измаил, затем в Килию, из Килии в Рени, из Рени в Измаил и через Сулину в Одессу совершал срочные рейсы пароход предпринимателя. Скорость судна была равна 7 узлам. Второй пароход Ю.Е. Гагарина «Федор», переименованный в 1883 г. в «Измаил», совершал рейсы в порт Рени.

Гагарин – первопроходец в установлении регулярной дунайской торговли.

Цель его была благородной – открыть русскому коммерческому флоту путь на Дунай. На новое, еще неизвестное дело он тратил весь свой капитал. Созданное Ю. Гагариным пароходство выросло в крупную судоходную компанию, положившую начало регулярному функционированию российского судоходства на Дунае. Позже, преемником ее стало Дунайское пароходство.

Хронология Килийщины

ВРЕМЯ. Ахиллия

11 век – византийцы упоминают в устье Дуная – Ликостому («волчья пасть»), расположенную на месте современной Килии

1077 г. – по проекту византийского архитектора Иоанна Привана сооружена церковь Св. Иоанна

ОРДА – Ликостома 1242–1300, 1322–1352 годы – Дунай – Днестровское междуречье в составе Золотой Орды.

ЦАРСТВО – Ликостома в 1300–1322 годы – находилась в составе Болгарского царства

1319 г. – фигурирует на генуезских портоланах (мореходных картах)

КОРОЛЕВСТВО – Кили-Нова – 1352–1359 гг – нижнедунайские земли в составе Венгерского королевства —ВАЛАШСКИЙ ПЕРИОД – Новая Килия

1359 г. – Молдавское княжество захватило Килию

1392 г. – Килия упомянута под названием Новое село в списке молдавских городов.

1420 г. – первый штурм города-крепости турками-османами

1426 г. – Килию захватил у валахов молдавский господарь Александр

1462 г. – второй штурм турков

1465 г. – 800 каменщиков и 17 тысяч подсобников за год соорудили стены(тройные) крепости Килия

1475 г. – третий безуспешный штурм турков

1465–1479 гг – постройка церкви святого Николая на месте ветхой церкви святого Иоанна

ИМПЕРИЯ – 1484 г. – осада Килии османским императором Баязидом ІІ и падение города

1485 г. – перестройка церкви святого Николая

16 век – славянские невольницы Катенька и Машенька, прыгнувших в Дунай с турецкого корабля.

1584 г. – молдоване отвоевали Килию, но в том же году османы вновь захватили город

1595, 1605, 1606, 1609 гг. – осада Килии запорожскими казаками Северина Наливайко и Петра Сагайдачного

1620 г. – пленение Богдана Хмельницкого и пребывание с другими пленниками в Килии

1629, 1634 гг. – атаки Килийской крепости – запорожцами во главе с атаманом Иваном Сулимой

1640-е – перестройка храма Св. Николая молдавским господарем Василием Лупулом

1770 – штурм и взятие города русскими войсками под руководством фельдмаршала Репнина

1774 г. – Килия возвращена Османской империи

1790 г., 18 октября – штурм и взятие Килии русскими войсками под предводительством генерала И. Гудовича.

В 1791 года Килия возвращена Османской империи

1806 г. – взятие города русскими войсками под руководством де Ришелье.

1807 г. – создание и упразднение Усть-Дунайского Буджацкого казацкого войска с центром в Килие (18.02–20.07.1807).

1812 г. – в составе Российской империи по Бухарестскому договору

– 1856 г. – Килия в составе Молдавского княжества

1857 году – объединение Молдовы с Валахией – образование королевства Румыния.

1878 г. – Румынские власти официально передали Килию Российской империи

Конец 19-го века – постройка на месте цитадели крепости больничных корпусов на средства графини А. Толстой-Сангап

1912–1916 гг – строительство новой старообрядческой Покровской церкви

1918 г., 25 января – румыны заняли Килию в ходе первой мировой войны, воспользовавшись революцией в России.

1940 г., 28 июня – аннексия Бессарабии Советскому Союзу– по договору с Германией

1941 г., 22 июля – город вновь занят румынами

1944 г., 24 августа – советские войска вошли в Килию

1960 г. – храм Св. Николая закрыли, с 1970 г. – создано общество возрождения храма Св. Николая

1991 г. – Украина вышла из состава СССР и стала независимым государством

1992 г. – первая служба в восстановленном храме Св. Николая.

* * *

Существует много легенд о древнем происхождении нашего поселения. История четко расставляет все по своим местам. Но лишь археологические раскопки, смогут подвести окончательный вердикт конструктивному суждению, о точной хронологии исторических событий и участия в них легендарных героев Килийщины.

Эпилог

В истории Руси много неизвестного и еще более, уже забытого…

Мы познаем ее по сказаниям и летописям, былинам и мифам, легендам и историческим документам. Вместе с тем, историки зачастую описывали события по велению времени и монархов, порой, искажая истину в датах, событиях и комментариях.

Порою, в сказках и былинах содержится больше исторического смысла, чем в летописях,… В этой связи, в книге Легенд, я пытался раскрыть собственную версию «реально – надиктованных Свыше» событий и фактов истории – этой славной РУССКОЙ земли…

Для новой истории края остаётся характерным факт отсутствия долгосрочной определённой государственности: власть попеременно принадлежала России (1808–1857), Молдавскому княжеству и частично Турции (1858–1861), Румынскому королевству (1861–1877), России (1878–1917), Румынии (1918–1944), УССР в составе СССР(1944–1991), Украине (с 1991 года).

В условиях радикальной смены правительств – население региона, как правило, оставалось аполитичным, что обусловлено исторически. Периферийное размещение края, расположенного на перекрестье важных торговых путей, привлекало как купцов, так и различных беженцев, искавших укромных мест для ведения спокойной, непритязательной жизнедеятельности. Среди первых были галичане, основавшие стратегический торговый центр Малый Галич (ныне Галац в Румынии); из беглых – русские старообрядцы; крепостные крестьяне; донские (некрасовцы) и запорожские казаки; болгары, бежавшие от турецкого рабства; турки, принявшие православие (гагаузы).

«Частая смена государственности, недостаточная структурированность населения, разнообразие идеологий, менталитет, окрашенный этническими стереотипами, приводили к неопределённости, расколу – большинство жителей края часто не знали, «какому богу молиться, к какому берегу пристать», – констатировали историки Украинского Подунавья… Таковы реалии.

Остается лишь надежда на оживление социальной активности местного Бессарабского населения.

РИСОВЫХ ЧЕКОВ, ПОЛЕЙ И ДОРОГ.

ДУНАЙСКИХ – ПТИЧИЙ ЧЕРТОГ.

ПЕЙЗАЖЕЙ ЦВЕТНОЙ КОЛОРИТ —

ЩЕДРО ВСЕМ, НАМ ДАРИТ!

В ЦВЕТУ, КУСТЫ ДИВНЫХ РОЗ!

ВОЗДУХ ОЗОНОМ ПРОПИТАН ОТ ГРОЗ,

МОРСКИМ, АРОМАТОМ ЦВЕТОВ —

МЕЧТЫ, ЛЮБОВНЫХ ГРЕЗ, СНОВ!

В ПРИМОРСКОМ, ЧАЙКИ КРИЧАТ,

МОРЯ – КРАСА, НЕГА, ЛАД!

СОЛНЦЕ, ДУШЕВНЫЙ КОМФОРТ!

КИЛИИ, ПАРОХОДИКИ, ПОРТ.

ВОДЫ ДУНАЯ МУТНЫ, НО ТЕПЛЫ,

– ЛЮБИМЫЙ НА ВЕКИ МНОЙ – ТЫ!

КИЛИЯ, СБРОСИВ ПРОШЛОГО ТЕНЬ

ХОРОШЕЙ, БУДЬ ЧУДЕСНА, КАК ДЕНЬ!

НАША КРАСА, И В ДЕЛАХ И СУДЬБЕ!

ГИМН, КИЛИЯ, – ПОСВЯЩАЮ ТЕБЕ!

«Гимн Килии» М.Большаков.

«Каждая личность оставляет свой позитивный, или негативный след в истории. Есть персонажи, десятилетиями правившие этим благодатным местом, не оставив после ничего, кроме продуктов своей жизнедеятельности.

Они уходят, и народ с облегчением читает благодарственные молебны, прося Бога, чтобы не стало еще хуже.

Но были и другие, оставившие положительный след, чьими именами называли улицы, слагали легенды, или просто помнили… Вероятно сегодня, было бы правильным, переименовать иные улицы, в честь когорты славных людей – благоприятно повлиявших на ход истории Килийщины»…

Примечание:

Не претендует на исторические реалии.

Когда правда устраивает не всех, – рождается легенда!

Легенда (лат. legenda – то, что следует прочитать) – жанр литературы и фольклора. Малосюжетное фантастическое повествование, мифологического, апокрифического или историко-героического содержания с обязательной направленностью на достоверность изображаемых событий и спецификой построения сюжета на основе своеобразных композиционных приемов (метаморфозы, антропоморфизации предметов, явлений природы и т. д.).

Примечания

1

Майор Лавров – первый комендант города – крепости Килия.

Content

Михаил Большаков
Легенды Ахиллии

Легенды Ахиллии-Килийшины

Легенды святилища Ахилла (о. Змеиный)

Легенда об Александре Македонском

Легенда об Андрее Первозванном

Легенда о Беллоне Ахиллии

Легенда о Святом Ахиллии

Легенда об Атилле (Аттиле) и его сокровищах

Легенда о Килийских «Ромео и Джульетте»

Килия – Килибова крепость

Легенда об Эвлия Челеби

Дунайская Сечь

1. Атаман Михей Булава и сотоварищи

2. Грицько

3. Килийская крепость

4. Легенда о Катеньке и Машеньке

5. Золото Галилешты

Легенды о кладах Ахиллии…

Легенды древнего храма

Легенды мусульман Ахиллии

Легенда о цыганской короне

Легендарные подземелья

Легенды Жемчужины дельты

Легендарные Жебрияны-Приморское

О легендарных освободителях Килийщины…

Легенда о князе Святославе Игоревиче

Ярослав Владимиркович Осмомысл, князь Галицкий

Стефан III Великий Мушат

Василе Лупу (Василий Албанец)

Русская освободительная миссия от ига турецкого

Румянцев-Задунайский Пётр Александрович

Григорий Александрович Потёмкин-Таврический

Антон Андреевич Головатый

Адмирал де Рибас

Эммануил Осипович де Ришелье

Граф Александр Фёдорович Ланжерон

Петр Иванович Багратион

Павел Васильевич Чичагов

Иван Никитич Инзов

Михаил Илларионович Кутузов

Александр Васильевич Суворов

Задунайская Сечь. Казачий атаман Осип Гладкой

Юрий Евгеньевич Гагарин

Хронология Килийщины

Эпилог

Примечания