А.С.Корякина

Дорога в облаках

Благодарю И. Цирюльникова, Я. Шамину, Н. Городничеву, Е. Иванову за помощь и коррекцию!

© Корякина А.С.

Предисловие

Профессия бортпроводника, безусловно, интересна поездками по разным городам и странам, полетами, общением с людьми. Для меня это было беззаботным временем, наполненным весельем, духом приключений. Работа была несложная, немудреная – отлетал рейс и забыл все, что было. Не надо в голове держать все события или думать, что еще надо будет сделать – каждый рейс с чистого листа, с новой командой и новыми пассажирами. Прилетаешь в командировку и забываешь обо всем. Наслаждаешься свободой, новыми впечатлениями. Дома тогда меня ничего не держало, чем дальше рейс, тем лучше. Можно было лететь куда угодно и насколько угодно долго. Именно это чувство свободы, легкости жизни и безмятежности я чаще всего вспоминаю.

Время летело невозможно быстро. Времена года в родном городе сменялись незаметно, так как приходилось часто менять зиму на летние командировки и наоборот. Порой я только успевала заметить, что позеленели деревья, как лето уже кончилось. И в этом водовороте событий можно было легко потеряться. Но в этом движении и есть шарм профессии.

Этот опыт для меня был необычным, поэтому, размышляя о том, что я когда-нибудь уволюсь, я начала писать себе заметки и напоминания на салфетках прямо на борту самолета, пряча их в карман пиджака или фартука. Я хотела запомнить те события, происходящие со мной на борту, о которых спустя годы мне будет приятно вспоминать, или наоборот неприятно, напоминая себе о причинах увольнения. Ведь спустя годы в моей памяти эти истории потеряют свои краски. А для меня это было значимым на тот момент и ценным опытом путешествий, которые я забывать не хотела. Даже сейчас, спустя полтора года, перебирая эти записки, я уже не помню и половины из той своей «жизни».

Я начала писать это себе на память, чтобы спустя десять лет, или раньше, когда я впаду в ностальгию по полетам, я могла открыть эту книгу и снова погрузиться в водоворот событий тех полутора лет непрерывных взлётов и посадок в разных города мира. Поэтому я хочу поделиться частью своей жизни, чтобы вновь пережить эти впечатления.

Часть 1

Окончив вуз и проработав год в зарубежной компании, я поняла, что мне стало скучно сидеть в офисе, организовывая транспорт для тех, кто постоянно ездит в командировки. Я вдруг тоже захотела куда-то уехать. Смотреть мир и просто путешествовать. И, с шилом в известном месте, я начала искать работу, которая была бы связана с поездками в разные города. Искать долго не пришлось: у меня был знакомый, который уже много лет работал бортпроводником в одной авиакомпании. Прикинув все плюсы и минусы, я приняла решение попробовать, так сказать, «полетать». Как это – жить в облаках в буквальном смысле? Что же такое самая романтичная профессия, профессия стюардессы? Когда кончается романтика?

Обучение

Через пару недель после собеседования я получила письмо с дальнейшим направлением на лётную медкомиссию. Это неинтересный и долгий процесс прохождения врачей, поэтому я его пропущу.

Далее уже начинается учёба – одно из самых увлекательных мероприятий. Обучение включает в себя как лекции по теоретическим предметам, так и практику. Ох уж эта практика! Особенно подготовка к аварийно-спасательным процедурам. Её все ждут больше всего. Настоящее тушение «учебных» пожаров в тренировочном центре, эвакуация на тренажерах, спуск по трапам и плавание в бассейне в жилетах на плоту. И дай Бог, чтоб в жизни это не пригодилось. Зато раз в год все здесь так развлекаются, чтобы не потерять навыки.

Интересно то, что при обучении получаешь достаточно разносторонние знания. Например, медицина. За несколько дней надо научиться останавливать все виды кровотечений, делать массаж сердца, выучить правила наложения жгута, действия при выявлении особо опасных инфекций, а также и другие варианты первой медицинской помощи. Отличать клиническую смерть от комы и обморока, правильно вести себя при эпилептическом припадке. Нас даже учили принимать роды. В теории. От такого опыта я бы не отказалась. Сразу в своих глазах становишься героем, держишь на руках этого маленького ребенка, да и вообще чудо совершаешь. Такие случаи были. Какие-то завершились удачно. Но никому не советую подвергать себя такому риску и лететь на последних месяцах беременности куда-либо.

Кстати, ребенок все равно будет рожден на территории РФ, даже если вы родили его, пролетая над другой страной. Ведь самолёт летит именно под российским флагом. Стоит отметить, что человек, родившийся на борту совершающего международный рейс самолёта, также имеет право претендовать на гражданство страны, в которую направляется самолёт, в случае, если законы этой страны предусматривают его предоставление по праву почвы. В общем, тут тоже кому как повезет.

Один из самых важных предметов – психология. Общаясь по работе с огромным количеством пассажиров ежедневно, надо понимать, что они бывают в разном настроении. И уж если настроение у них плохое, то сорвутся они на вас. И это не потому, что вы плохой, а просто надо на кого-то вылить поток своей негативной энергии. Надо учиться не принимать это близко к сердцу. Это самое сложное.

Я всегда стараюсь людям помочь, а когда они своей критикой или высказываниями плюют в душу, меня это, мягко говоря, расстраивает. Кроме того, психология важна при общении с командой. Раньше экипаж был всегда один, и все годами летали вместе, как в старых советских фильмах «Ещё раз про любовь» или «Экипаж». Но сейчас, к счастью или к сожалению, такого больше нет. Теперь команда формируется непосредственно на рейс. И шансов слетать с кем-то дважды в большой авиакомпании очень мало. Но чем больше летаешь, тем больше возможности встретить знакомое лицо.

Из плюсов здесь всё просто: если не понравился кто-то из бригады – это только на один рейс, потом неизвестно, когда человека опять увидишь. Но есть и минус. Люди тебя видят первый раз, они тебя не знают. Кто-то сразу делает какое-то умозаключение на счет тебя: плохо или хорошо ты работаешь. И всё. Весь рейс пойдет так, как ты себя изначально преподнес. «Накосячил» в начале? Всё – ты работать не умеешь. И весь рейс в тебе будут искать одни недостатки, ругать по мелочам.

Ещё минус: у всех бригадиров (они же СБ – старшие бортпроводники) разные требования. Несмотря на то, что все мы работаем в одной компании по одним правилам, все обращают внимание на разные аспекты работы. Кому-то важен сервис, кому-то безопасность. Кто-то вообще закрывает глаза на что-то. А кто-то требует 100 % работы по технологии со всеми нюансами и мелочами. И вот это надо учитывать. Хотя я советую работать по совести. Тогда и проблем не будет. Коллеги тоже попадаются разные. Кто-то ленивый, кто-то трудолюбивый. К сожалению, сейчас много парней ушли работать в бизнес-класс, где не требуется мужская сила вообще, там все обслуживание происходит без тележек, на подносах или «с руки», то есть блюда приносят пассажирам отдельно, как в ресторане: сначала закуска, потом горячее, затем десерт, и каждое блюдо приносят отдельно каждому пассажиру. Зато в экономическом классе работают девочки, которым приходится катать тяжелые тележки, менять местами металлические контейнеры на кухне. Чаще всего, если в экипаже есть мужчина, и он не состоит в особом отделении бизнес-класса, то он отвечает за кухню, это самая тяжелая часть работы. Тогда девочки заняты только сервисом. Кстати, и обязанности тоже распределяются прямо перед рейсом. Можно быть то за кухню ответственным, то, например, за опасный груз, а им на подготовке тоже посвящается отдельный предмет, где объясняются классы опасных веществ, а также какие из них могут быть допущены к пассажирской перевозке.

Сервис. Что бы кто ни говорил о безопасности полетов, естественно, это важно. Но аварийных ситуаций происходит мало. И большую часть работы всё-таки занимает сервис. На обучении тренируют правильно обслуживать питанием, репетируют ситуации, происходящие при обслуживании на борту. Некоторые люди считают, что работа бортпроводника сопоставима с работой официанта. Возможно, в чем-то они правы. Со временем я стала соглашаться с этим мнением.

Но мало кто знает, что мы делаем на самолёте кроме этого. И собственно говоря, мы тут на случай внештатных ситуаций, чтобы людей спасать. А питание – это уже решение компании. На большинстве авиалиниях еда предоставляется платно. И мало кто задумывается о том, что количество бортпроводников на самолёте зависит не от того, как будут кормить пассажиров, а от того, какой тип самолёта, сколько нужно человек для лучшего проведения эвакуации. Самолёт не полетит с недостающим членом экипажа. Опоздавшему, к примеру, тут же найдут замену из резерва. Резерв – это наши коллеги, которые по двенадцать часов находятся в отеле рядом с аэропортом. Это рабочий день вместо рейса.

Я попробую показать читателям, в чём на самом деле заключается эта работа.

Рейсы

Подготовка к рейсу

Чтобы узнать куда летишь, нужно позвонить в определенные дни в call-center, назвать свой табельный номер, и на другом конце провода вам расскажут, куда и когда у вас рейс. Раскрываю один секрет. Не делят рейсы на внутренние и международные для бортпроводников. Нет, не надо сначала летать по России, чтобы потом, если ты «большой молодец», начать летать заграницу. Нет такого! Все бортпроводники сразу начинают летать по всем рейсам на тех типах самолётов, на которые у них есть допуск. То есть на тех самолётах, на которые прошли обучение. Будь то Казань или Берлин. Единственное ограничение может быть из-за оценки «два» по английскому языку. Тогда летать и правда придется только на внутренних линиях. При оценке «три» не летаешь в командировки за границу, а при оценках «четыре» и «пять» весь мир открыт. Про командировки я чуть позже расскажу. А если вы кроме английского знаете французский, испанский, немецкий, китайский или любой другой язык, то вас научат читать информацию для пассажиров на данном языке, да-да, по громкой связи, и в приоритете будут ставить вас на рейсы в страны, где говорят на этом языке. Проще говоря, вы читаете за старшим бортпроводником то же, что и он, как переводчик. СБ читает на русском и английском, и вы следом на третьем языке. Это не значит, что нужно будет летать, например, в Германию постоянно. Нет. Но встречаться эти направления будут чаще остальных.

С собой всегда необходимо иметь пропуск, он же id-карта, и все документы на полет: свидетельство бортпроводника с отметками о допуске на типы самолётов, медкнижка, сертификаты по аварийно-спасательным процедурам, талон нарушений. Забывать нельзя, без них не пускают на самолёт. Один раз я забыла свой пропуск, и мне пришлось возвращаться за ним домой. То есть рейс я свой пропустила. В таком случае диспетчеры просят ждать в течение двух часов, чтобы заменить других опоздавших. Тогда вас вызовут на рейс вместо того самого опоздавшего. Шансы улететь всегда есть. Кто-то опоздал, кто-то заболел, проспал или ещё Бог знает какая причина не прийти на работу. Я в тот раз ждала два часа, после того, как вернулась с пропуском, и улетела в Анталию вместо Гамбурга.

Форма. Когда я получала форму, на складе не нашлось всех вещей, поэтому я получила те, которые подходили по размеру. Например, не было пиджаков и платьев. Совмещать форменную одежду с гражданской нельзя. Нельзя надеть обычный черный пиджак, потому что не выдали форменный. Приходилось пару рейсов летать в рубашке и безрукавке. А вот если не получили верхнюю одежду или обувь, то в этом случае, конечно, можно брать с собой любые черные туфли или любое черное пальто.

Итак. В форме, при полном параде, со всеми документами нужно явиться в аэропорт. Поначалу я всегда нервничала из-за команды. С кем полечу? Какой будет бригадир? Да что по началу… лукавлю… для меня это так и осталось первым нервным ощущением перед работой. Можно даже посмотреть на фотографии тех, с кем будешь работать. Но характер по фотографии не угадаешь. Зато я всегда понимала, что, если в командировку стоит много молодежи, значит, смогу кого-нибудь сагитировать со мной поехать город смотреть. Старшее поколение уже всё видели. Но тем не менее я обычно приезжала очень рано. Минимум за полчаса. Поэтому это свободное время я обычно нервничала, гадая, какие на сей раз попадутся коллеги, придется ли работать с напрягом и волнением или весело и непринужденно.

За два часа до вылета все проходят врача. Это минутное дело. Врач смотрит на ваше здоровье. Я слышала истории о том, как снимают с рейсов с насморком, это ведь может сразу сказаться на ушах. Кстати, о насморке. Я как-то простудилась в командировке на Сахалине. Возвращаясь с насморком, при снижении самолёта, у меня заболели уши. На двадцать четыре часа их заложило. Я просидела на больничном десять дней с острым отитом. Никто не хочет брать больничный, все хотят работать. Ведь нет рейсов – нет налета – нет зарплаты. Это для героев или новичков. Спустя полтора года я изменила свое мнение к больничному. Летая по восемьдесят девять часов в месяц, я начала плохо спать и уже просто грезила о больничном. Когда вопрос касается здоровья, когда не спишь по три ночи подряд, уже становится не до зарплаты.

Налет часов – это время, проведенное в полете. Есть норма восемьдесят часов в месяц. Все пытаются её налетать, потому что именно при таком полетном времени будут хорошие зарплаты. Но тут уж от вас ничего не зависит. Куда отдел планирования поставит, туда и полетишь. А вот разница в расстоянии до Краснодара или до Барселоны, тут уж извините. Идеально чередовать совсем короткие перелеты с длинными, тогда меньше устаешь.

За полтора часа до вылета экипаж собирается на брифинг. Команда знакомится. Брифинг проводит СБ: «Здравствуйте, коллеги. Меня зовут … (например, Светлана), сегодня я выполняю обязанности старшего бортпроводника. Мы с вами летим в….». и дальше обсуждаются особенности рейса. В Анталию летают чаще семьи с детьми. Все прекрасно знают, что пассажиры, летающие в Турцию, любят выпить. И на брифинге бригадир обязательно сделает акцент на том, что необходимо следить, чтобы пассажиры не распивали спиртное, принесенное с собой. Таких особенностей может быть много, все это зависит от направления. В этот же момент распределяются обязанности каждого проводника в рейсе.

Количество бортпроводников на борту, как я уже упоминала, определяется для наилучшего проведения эвакуации при аварийной ситуации. Например, у самолёта Аэробус А-320 четыре двери и два люка на крыле, поэтому бортпроводников должно быть минимум четыре человека – по одному на дверь. Если вы замечали, на самолёте есть откидные сиденья – это станции. Вот на этих станциях бортпроводники сидят во время взлёта и посадки. Каждый на своей – каждый отвечает за свою дверь, и проводить эвакуацию должен будет именно там. Соответственно, если на самолёте восемь дверей, то и экипаж будет состоять минимум из восьми человек. Иногда, но крайне редко, в экипаже больше человек, чем минимально необходимо. Пример: на рейсе в Гавану будут работать десять человек – это усиленный экипаж для облегчения нагрузки.

Предположим, что мы с вами сегодня летим на маленьком А-320. Обязанности будут распределяться так: 1L – СБ, отвечает за бытовое имущество бизнес-класса, 1R – повар бизнес-класса, 3L – отвечает за ценный груз и оружие (то есть должен будет спуститься под самолёт и проследить, как погрузят в самолёт оружие охотников или спортсменов) и 3R – отвечает за питание экономического класса. Номер 1 и 3 обозначают номера дверей, L и R это левый и правый борт. На данном типе самолёта номером 2 будут обозначаться люки. Если самолёт больше, то на дверях 1 и 2 будут находиться бортпроводники бизнес-класса, а 3 и 4 – экономического класса.

СБ осуществляет проверку готовности к выполнению рейса. У каждого члена экипажа он спрашивает вопросы по сервису, по авиационной безопасности (например, команды к эвакуации), и вопросы по медицине. Иногда на брифинг может прийти командир корабля, но это большая редкость. Он не спрашивает ничего кроме знания аварийных команд, которые могут прозвучать из кабины пилотов.

После прохождения таможни или контроля на внутренних линиях экипаж выходит на лётное поле. Помню, с каким нетерпением и волнением я первый раз вышла к самолётам. Эти огромные стальные птицы стояли прямо передо мной. Это ведь совсем не то же самое, как смотреть на них через стекло второго этажа терминала или проходить по рукаву (он же телетрап – телескопический трап). Вот оно летное поле. Какие-то самолёты стоят в ожидании пассажиров, какие-то уже рулят на взлёт. Один взлетел, другой сел. Жизнь тут кипит. Маршрутки развозят экипажи на стоянки к самолётам. Уборщики бегают от самолёта к самолёту, чтобы как можно быстрее убраться в салоне. Кейтеринг (отрасль общественного питания, связанная с оказанием услуг на удалённых точках, приготовлением пищи и доставкой) успевает выгрузить оборудование с питанием прилетевшего рейса и загрузить оборудование на следующий вылет.

И это непередаваемое чувство чего-то важного, масштабного. Целый мир маленького аэропорта. И вот я такая крошечная стою под одним из самолётов, в ожидании вступить на трап и зайти в салон огромной птицы, в которой проведу следующие 4–14 часов (в зависимости от дальности полета). Я беру свой чемодан в руку, показываю персоналу свой пропуск и поднимаюсь в самолёт. Чаще всего из самолёта уже ушла прилетевшая бригада, но там уже во всю работают уборщики, «бытовики» раскладывают пледы, аптечки, салфетки и остальное бытовое оборудование.

Задумываются ли пассажиры, что происходит в самолёте, пока они гуляют по магазинам беспошлинной торговли, сидят в барах или просто смотрят в окно на лётное поле? Почему вылеты иногда задерживаются? Наверное, не потому что такая плохая компания не хочет, чтобы вы вовремя улетели. Почему вы видите, как самолёт подогнали к вашему выходу, и он стоит вот уже полчаса, а вас всё ещё не приглашают в него войти? Может быть, потому что сейчас там происходит масса процессов?! Может быть, сейчас там десять уборщиков носится с вытаращенными глазами, спотыкаясь о кресла и махая тряпками, стараясь быстрее и при этом качественно убрать весь мусор, чтобы самолёт для вашего рейса был если не как новый, то хотя бы чистый. Смотрели ли вы когда-нибудь, уходя из лайнера, что после себя оставляете? Ну, не вы, конечно, вы же у меня самые лучшие пассажиры, а те другие, которые плохо себя ведут. Ну и кроме этого, естественно, самолёт надо успеть проверить на готовность к вылету. Вы не думайте, что самолёт на ночь поедет спать в ангар, а там его осмотрят. Нет. Он летает непрерывно, за исключением каких-то технических случаев, в которых я не разбираюсь. Поэтому надо успеть его проверить за тот час, который он стоит на стоянке. Всего лишь за час.

Основная задача сейчас проверить аварийное оборудование в своей зоне. Бортпроводник 3L будет проверять экономический салон левый борт. Если начать с хвоста: необходимо проверить давление трапа по манометру, положение селектора, который переключает трап и дверь в положение «автомат» и «ручное»; ремни на станции, манометр в огнетушителе, дымозащитный капюшон, радиобуй, стационарная аптечка, мегафон, наличие всех детских ремней, детских люлек, дополнительных спасательных жилетов, давление в кислородных баллонах. На креслах все инструкции должны быть на первом месте, и под сидениями должны быть жилеты. Неисправность какого-либо оборудования не позволяет улететь, поэтому все должно быть исправно и на своих местах. Для 3R все проще: его зона вся правая сторона, а там только туалет и салон, ну и, конечно, своя станция с огнетушителем и дымозащитным капюшоном. В обязанности 3R входит принять и посчитать наличие всех порций питания для пассажиров. Если пассажиров больше, чем порций, обязательно нужно попросить довезти недостающие порции. Принимают кухню обычно по ярлыкам на оборудовании: наличие стаканов, чайников, чая/кофе и так далее.

Бортпроводники приходят на самолёт за час, поэтому на все проверки уходит не более получаса, далее звучит голос СБ по громкой связи: «Пассажиры».

Встреча пассажиров

Красивые, при полном параде, в форме, в пилотках и перчатках, распределяемся по салону. Мы должны помогать пассажирам лучше размещать вещи и подсказывать номера кресел, если они не ориентируются. Заметьте, подсказывать! А не поднимать за пассажиров их чемоданы. Мы не грузчики. Мы не должны вообще трогать руками вещи пассажиров, потому что в случае каких-то поломок, спрос будет с нас. А ручную кладь и весь багаж в кабину пассажиры берут под свою ответственность. Авиакомпания отвечает только за те вещи, которые они сдали в багаж. Так что наша задача на данном этапе только направлять, куда можно убрать ту или иную вещь, но ни в коем случае не поднимать самим чемоданы. Бывает, что кто-то просит «Мою сумку туда уберите». Исключения – это пожилые люди, матери с детьми, беременные и лица с ограниченными возможностями. Им можно помогать, но я, как девушка, в таких случаях прошу либо коллег-мужчин, либо мужчин из числа пассажиров, всегда все охотно соглашаются. И если пассажир сидит около иллюминатора, уже пристегнулся, но забыл что-то убрать, я, конечно, помогу ему положить какую-то вещь на полку. На самом деле все зависит от того, как просят. Вежливым людям вообще сложно отказать.

Самый часто задаваемый вопрос: «Куда я могу убрать мой чемодан?». Отвечаю – на любое свободное место на любой полке. И если вы пришли, а на полке уже чьи-то сумки, не надо кричать на весь самолёт, что вашу полку кто-то занял – на соседней полке или на полке напротив наверняка ещё много места. А вообще даю подсказку, чем раньше придете, тем больше места на полках. И да, мы не виноваты в том, что полки такие маленькие – это проект самолёта. Если бы все слушали информацию, которая звучит во время встречи пассажиров, то услышали бы: «Багажные полки предназначены для легких вещей и верхней одежды». А не для чемоданов. Действительно есть такое понятие cabin size, и маленькие чемоданы можно брать в самолёт, но вы же понимаете, что, если каждый возьмет по такому чемодану, места не будет в принципе. Сумки можно убирать под впереди стоящее кресло.

Как-то раз, когда пассажиры уже все сидели, я проходила по салону и услышала, как мужчина сказал:

– Это их проблемы, – и выставил свои сумки в проход. Замечу, что сидел он вдвоем с женой на креслах E,F то есть около окна и в серединке. А одно кресло D было свободно около прохода (по три кресла). Я подошла к нему и строго сказала:

– Оставляя вещи в проходе, вы нарушаете требования безопасности. Там на полке в середине салона есть место.

– Я не могу документы оставить так далеко от себя. – Справедливое замечание, это я могу понять.

– Значит под кресло перед вами или на пустое кресло рядом. – Ответила я спокойно.

– Под кресло? А куда я дену свои ноги!!!???

– Рядом с вами свободное кресло. – Спокойно сказала я и указала на пустое кресло ближе к проходу.

– Но куда я дену свои ноги, если положу сумки под кресло?

– Рядом с вами пустое кресло!! – Уже строже сказала я, – положите вещи на пустое кресло.

Своими претензиями вы проблему не решаете. Ещё меньше хочется помогать человеку, который «наезжает» и ругается. Гораздо приятнее помочь тому, кто просто скажет: «Девушка, вы мне не поможете найти место для чемодана, а то там все занято уже». Конечно, помогу. Мне даже спасибо не нужно, если я вижу, что человек вежливый. Я всегда рада помочь. Но когда сразу начинают кричать, руки опускаются. На этом рейсе со мной работали два молодых человека, и один из них сказал: «Я сейчас покажу ему наши проблемы и выкину вещи за дверь». С мужчинами летать гораздо проще: во-первых, их слушают всегда, во-вторых, они в работе всегда помогают. Хотя нет. Не всегда и не все. Но чаще всего.

Как-то на первом ряду экономического класса стал располагаться мужчина, и смело свой чемодан положил на полку бизнес-класса, который отделяется шторкой. Я сделала замечание, потому что нельзя пассажирам экономического класса свои вещи оставлять в бизнесе. На что мне ответили «Мне всё равно. Это не мои проблемы». Да мне вообще без разницы, куда вы вещи положите, это просто инструкция, которой я следую. А потом добавил: «И пиджак мой в бизнес повесьте». Пассажиров бизнес-класса было мало, поэтому СБ разрешила.

Бизнес-класс у многих вообще любимая тема. Некоторые пассажиры просят их туда пересадить, за деньги, конечно. Иногда ещё в качестве повода говорят: «Артистов же всегда пересаживают». Вот не знаю. В моей практике никаких даже артистов никуда не пересаживали. Если пассажиры хотят лететь бизнес-классом, пусть покупают соответствующий билет. Не надо приставать к проводникам. Они будут просто бояться решать такие проблемы. А то руководство «по голове настучит». Да и вообще неправильно, что вы считаете нормой подкупить сотрудника.

На рейсе в Петропавловск-Камчатский был небольшой конфликт. Я решала его не одна. Со мной был мой коллега сорока лет. На стойке регистрации семье с детьми выдали билеты на первый ряд экономического класса (он же одиннадцатый по нумерации). У них был кот в переноске. Но есть правило: в проходе первого ряда под ногами вещей не должно быть. Чтобы в случае возможной эвакуации пассажиры не спотыкались о свои же сумки. Проблем с сумками нет, но вот куда деть кота. И так ряд из четырех кресел. Впереди всё занято. А сзади сидят муж, жена и ребенок. И одно свободное кресло. Мой коллега вежливо обращается к пассажирке-жене, сидящей у прохода с его стороны:

– Вы нам разрешите на двадцать минут взлёта кота поставить под кресло перед вами? Только на двадцать минут и потом мы его уберем.

– Нет, – ответил за неё её муж.

– Только на двадцать минут.

– Нет!!!

Я обратилась к своему коллеге, указывая на кресло рядом с этим самым мужчиной, который так против:

– Смотри, тут пустое кресло, давай сюда поставим.

– НЕТ!!! – снова огрызнулся мужчина.

– Но почему? Кресло же пустое.

– НЕТ!!!

– Вы что купили это кресло?

– У меня аллергия!!!

– Хорошо, – продолжил мой коллега. – Тогда Вы, хозяйка кошки, садитесь на то свободное кресло, а кот полетит на вашем.

Я не понимаю: людям так жалко было позволить коту взлететь с ними, зато они потом весь рейс сидели бы втроем, а так к ним подсадили четвертого человека. А что касается аллергии, будет кот сидеть на соседнем кресле, или сиденье перед вами, роли играть точно не будет. Так что вредность наказуема. Поверьте, мы всегда найдем решение. Только будет оно в вашу пользу или нет, это зависит от вас. Кстати, на том же рейсе мне маленький пассажир мячом ударил по голове, а его мама даже не извинилась.

Во время посадки пассажиров я стояла рядом с СБ вначале самолёта и считала заходящих в самолёт. «Старшая» обращается к мужчине:

– Добрый вечер, позвольте взглянуть на Ваш посадочный.

– Ой, сейчас поищу. – И стал искать по карманам.

– Мы – в Шереметьево, Вы летите с нами? – Уточнила моя коллега.

– ЧТО???? Как в Шереметьево. Ой! Нет! Подождите. Пойду, поищу на трапе.

Вернулся через пять минут.

– Ну что? Нашли?

– Да, нашел вот чей-то.

Люди с юмором – это хорошо. Многие ворчат, что мы заставляем доставать посадочные и показывать их нам, ведь на входе уже проверяли. Но вы же когда в автобус заходите, вы ведь показываете билеты. Поверьте мне, бывает, что люди ошибаются самолётом. Кто-то где-то не досмотрел и всё – полетите не туда. Это хорошо, и просто отлично, если вы так прекрасно ориентируетесь и все сами знаете. Но к нам вот как-то пришли два пассажира, которые вместо Москвы летели в Ереван. Бывает, что рейсы в Санкт-Петербург летят с разницей в час, а авиакомпания одна и та же. Номера рейсов отличаются одной цифрой. Вот тут можно действительно запутаться. И насколько я знаю, эту обязанность специально разделяют между наземными службами и летными. Чтобы была дополнительная проверка. Очень многие говорят: «У нас же уже проверяли». Поверьте, мы сами пытаемся уйти от этого, чтобы не доводить до конфликта. Но пока это ещё обязанность, и ссоры неизбежны.

На одном из рейсов коллега, встречая, говорила одну и ту же фразу: «Покажите, пожалуйста, ваш посадочный, мне нужно проверить номер и дату рейса». И произносила она её постоянно, несмотря на то, что ей говорили в ответ и куда её посылали. Один пассажир, к слову, из бизнес-класса, её с надменным тоном спросил: «А в туалет тоже надо показывать?». И в ответ он услышал опять ту же самую фразу. После чего я её спросила: «Как ты это делаешь? Я кипеть начинаю уже, хотя он даже не со мной говорил». И бригадир спокойно ответила: «А не надо брать это на свой счет. Просто делаешь работу и всё. Это правила компании, и их негодование в адрес правил, а не конкретно к тебе». И говоря о бизнес-классе. Кто-нибудь знает, почему там пассажиры вреднее и наглее? Нет, я не отвечу, я правда спрашиваю. Потому что я не понимаю. Ну да, зарабатывают они больше, а чем это делает их выше других? Многие, наоборот, от этого становятся более довольные жизнью, и с ними прямо-таки приятно работать. Они такие милые и спокойные. А большинство позволяет себе хамство и надменность. Мол, вы тут никто, я об вас «ноги вытру», вы же обслуживающий персонал. Как бы я ни противилась сравнению стюардесс с официантами, но большинство людей именно так и воспринимают эту профессию.

Одна милая бабушка обратилась ко мне с вопросом:

– А можно сейчас в туалет сходить?

– Можно, а почему нет?

– Ну, мы же ещё не взлетели. – Скромно замечает та.

– Мы же не в поезде, – начинаю смеяться я. – Представляете, там сейчас инженер снизу стоит, а тут бац и сюрприз. Шучу. В самолёте бак специальный есть.

Бабушка рассмеялась. А вообще будь у нас действительно как в поезде, это же моментальная разгерметизация. А если там двести человек в туалет сходит… кислорода в салоне не останется.

После посадки пассажиров на борт, мы проводим демонстрацию аварийно-спасательных средств (АСС). Обычно никто не смотрит. Как-то раз первого января на рейсе из Амстердама я демонстрировала одна для шести пассажиров. Мы с коллегой скидывались, кто пойдет в салон. Так вот никто не смотрел. Они все спали. Смотрят чаще всего китайцы. Мне кажется, китайцам можно вообще специальную главу посвятить, это просто отдельная категория пассажиров. Но об этом позже. Мне одна коллега рассказала, что в момент, когда она показала инструкцию по безопасности, в информации звучало, что нужно с ней более подробно ознакомиться – все китайцы, человек десять, достали из карманов кресел инструкции и начали ими махать. Видимо, пытались показать, что у них тоже они есть. И все те же жители Китая всегда фотографируют нас. Только один раз за год работы мне пассажир сказал: «Во время демонстрации вы были прекрасны». О, это так мило. Спасибо!

Когда «старший» включает информацию о том, что мы начинаем подготовку к взлёту, проходим по салону и проверяем, как пассажиры выполняют требования: поднять спинку кресел в вертикальное положение, убрать столики….. выключить электронные устройства. Уделю этому пункту отдельное внимание: выключить!!!! В информации звучит именно выключить устройство. Почему никто не слушает, а потом начинают нам показывать свои самолётики на телефонах? Авиа-режим для горизонтального полета. Я во время отпуска летала зарубежными компаниями, там говорят то же самое. Многие пассажиры пытаются доказать, что только наши все запрещают. Поверьте мне, это вообще мой нелюбимый момент. Я ненавижу заставлять пассажиров выключать телефоны, потому что не люблю спорить, и мне очень неприятно это. Но так надо. Некоторые делают вид, что выключили гаджет, мы проверили, они всё убрали, но как только мы ушли, телефоны достаются обратно. Только тссссс… мы, конечно, об этом не знаем. Не все знают, что такое авиа-режим в принципе. Например, пожилые люди. Представляете, какой будет шок у дедушки, если он увидит, как во время взлёта включен чей-то телефон. Он же не знает, мешает это пилотам или нет. И, между прочим, некоторые пассажиры обращают на это внимание, дергают меня за рукав и показывают пальцем, жалуются на людей с включенными телефонами. Все, наверно, видели комедийный ролик в интернете на эту тему, когда стюардессу заваливают вопросами, чем мешает самолёту электронная книга или плеер. Так вот магия управляет самолётом, а про помехи навигационной системы, связи с диспетчерами все понятно. Шутки это всё. Ещё иногда спрашивают, зачем поднимать шторки иллюминаторов. Потому что в случае аварийной ситуации, или, например, возгорания двигателя, пассажиры увидят огонь или дым и предупредят экипаж. Ну, я надеюсь, что предупредят. Кто-то бдит, а кто-то спит.

И ещё пара слов об аварийных выходах. Все, кто часто летают и бронируют себе кресла с увеличенным пространством за счет люков или дверей перед ними, знают, что там не должно быть сумок на полу. Мы всегда напоминаем заранее, что все вещи с первых рядов нужно убирать на полки. Опять-таки в информации, которая звучит постоянно, пока пассажиры располагаются, говорится, что проходы между креслами и аварийные выходы должны быть свободны. Именно поэтому сумки убираются либо под кресло, где есть стопор впереди, чтобы не мешаться под ногами, либо на полки. Но если впередистоящее кресло отсутствует, значит, все сумки – на полки. Аварийный выход – всем понятно – сумки препятствуют эвакуации. Но на узкофюзеляжных самолётах типа А-319 и А-320 есть ещё просто первый ряд экономического класса. Перед ним перегородка. Там тоже нельзя оставлять вещи – это помеха под ногами, и когда все начнут выбегать, они просто начнут спотыкаться о свои же сумки. Я, собственно, к чему все это рассказываю. Один раз частолетающая пассажирка на мою просьбу убрать сумку с пола ответила: «Тут же нет аварийного выхода», – показывая на иллюминатор, добавила – «Куда я здесь буду выходить?». Звучало это обиженно и «с наездом». Поэтому запало мне в душу.

Я никогда не видела лису (не считая, может быть, зоопарка). И знаете, где я её первый раз увидела? На летном поле. Да-Да. Стояла, что-то ела. Сижу я на средних дверях. Самолёт рулит от терминала к взлетной полосе. Останавливается, видимо встает в очередь на взлёт. Я смотрю в иллюминатор, потому что я сижу лицом к пассажирам. И чтобы не чувствовать себя как в метро и не разглядывать людей напротив меня, я уставилась в иллюминатор. Стоит нечто рыжее на газоне между полосой и полем и ест что-то. Я прям глазам не поверила. Откуда лиса на лётном поле???? Люди напротив меня не реагировали. Самолёт двинулся. Повернул и встал, готовый к взлёту. Лиса посмотрела на самолёт и побежала в сторону леса и забора по той дорожке, с которой мы свернули. Я была поражена. Родители смеялись, что у меня глюки от частого употребления нафтизина (я уже почти два месяца лечила насморк всеми возможными каплями). Парой месяцев позже я поговорила с одним командиром. Он сказал, что на самом деле лисы и зайцы большая проблема. Потому что они грызут провода и вообще шляются тут. А вытравить их не могут, потому что надо вызывать специальную службу. Особенно хорошо видно, как они бегают при свете фар в темноте. Перебегают полосу туда-сюда. А на вопрос, как они попадают на огороженную территорию ответ был простой – прорывают норки под сеткой-забором.

Звучит тройной сигнал от летчиков, означающий, что самолёт вырулил на взлётную полосу. Взлетаем.

Обслуживание питанием

Выключилось табло «пристегнуть ремни». Началась работа. Я с этим звуковым сигналом отключения всегда как-то грустно вздыхаю. Ещё не успели отойти от размещения пассажиров и всех этих микро-конфликтов с расположением ручной клади, и тут опять надо идти в салон. На коротких рейсах летчики стараются пораньше выключить табло, чтобы мы успели отработать рацион. А вот на больших самолётах, которые и летают выше, минут двадцать точно сидишь пристегнутый на станции во время взлёта. Это время, когда можно отдохнуть. Главное при этом сидеть на кухне, а не лицом к пассажирам в середине салона. Я себя не комфортно чувствую. Вроде как не знаешь, куда смотреть. Иной раз пассажиры заводят с тобой диалог, задают разные вопросы – так интереснее. А в остальных случаях взглядом бегаешь по салону, иногда в иллюминатор смотришь. На испаноязычных рейсах читать информацию за бригадиром, сидя перед всем салоном, особенно весело. Тут же десяток голов поворачивается в твою сторону и с интересом наблюдает. На одном из полетов в конце рейса, наш русский мальчик мне сказал «Adios», проходя мимо меня на выход. Кто-то просто одобрительно кивает. А я сразу чувствую себя такой важной в этот момент.

Ещё в это время очень часто пассажиры ходят и просятся пустить их в туалет, и приходится им объяснять, что табло «пристегните ремни» ещё горит, и туалет закрыт, и необходимо оставаться на своих местах. Происходит набор высоты. На время взлёта и посадки всё в тех же целях безопасности мы закрывает туалеты. Я люблю этот момент, единственный, когда можно официально и на полных правах отказать пассажирам и строгим голосом требовать соблюдения правил безопасности.

Так вот сижу я, расслабляюсь, и тут звучит «Ту-ду». Табло погасло. Заранее уставшие бортпроводники встали, открыли туалеты, в которые все так упорно ломились, пока мы набирали высоту.

Есть несколько разных вариантов рационов, зависящих от длины рейса. Чем короче полет, тем меньше предлагается. Например, сэндвич и чай-кофе. Тогда все подается с одной телеги сразу. А если есть ещё горячие, так называемые касалетки, то сначала соки, потом горячее и подносы с закуской, далее чай-кофе. Мы рассмотрим самый длинный и полный вариант.

Включились печки с горячим питанием. На телегу выставили предлагаемые напитки. Через минут пять два бортпроводника выезжают с телегой с аперитивом в салон. Бывает, что сразу начинаются вопросы «А когда будет еда?», ну ребят, все на одну телегу не влезет. Технология. Сначала одно, следом сразу второе.

Летела пара молодая, и парень все время говорил: «Простите, пожалуйста» и что-то просил, а потом дважды повторял «Спасибо, спасибо». Это было так мило и приятно – не каждый раз говорят «спасибо», а тут аж два раза.

Я всегда, наливая напитки, беру два стакана в одну руку. Очень часто люди просят два напитка: вода и какой-нибудь сок. Так что это вдвое сокращает время. Но бывает так, что начинают по очереди называть: «Мне воды» – налила, отдала – «И сок ещё апельсиновый». Через какое-то время я стала спрашивать: «Что-нибудь ещё?», чтобы сократить время их размышлений.

И, кстати, знаете, что бесит? Наушники!! Бесят наушники в ушах, когда я начинаю спрашивать, что предпочитают есть или пить. Потому что я говорю, пассажир без наушников меня слышит, а потом его сосед вынимает наушники и спрашивает: «А что у вас есть?». И приходится ещё раз повторять. Ленивые бортпроводники вроде меня подходят, смотрят на пассажиров, показывают рукой, как бы вынимая воображаемый наушник из уха, и, добившись полного внимания всего ряда, а лучше двух, проговаривают полный выбор еды или напитков.

Наверное, это я на месте пассажира такая правильная, боясь потревожить других людей, стараюсь делать все заранее, и не доставлять другим неудобства. Но вы же видите, что мы уже какое-то время идем по салону, и время это не две, не три и даже не семь минут, и вот мы подходим к вам, а вы все ещё смотрите в электронное устройство в наушниках.

То самое повторение одного и того же выбора – это то, что меня напрягает. Работая в бизнес-классе с этим проще. Там раздается меню, потом собираешь заказы на все блюда у всех пассажиров, которые уже сами все выбрали по меню. И оставшийся рейс просто подносишь то первое, то второе, то десерт. В экономическом классе тоже есть меню, предусмотренное для длинных рейсов. Его чаще всего не читают, поэтому сначала мы тратим время, раздавая его, а потом опять также повторяем весь выбор для каждого ряда. У меню есть минус – если его все-таки читают, а потом не достается выбора последним рядам, угадайте, что происходит? Конечно, конфликт. «Почему мне не хватило выбора, может я хотела курицу, а не рыбу. И зачем тогда вообще раздавали меню». Вообще-то справедливо. Даже несмотря на то, что внизу каждого меню написано, что мы заранее приносим извинения, если кому-то чего-то не хватило.

Желающие сходить в туалет именно, когда мы стоим с телегой в проходе – это отдельный случай. Хорошо, когда есть свободные кресла, мы просто просим человека туда встать, проезжаем немного мимо него, и он спокойно проходит дальше. Но когда самолёт полный, приходится кататься туда-сюда. Телеги тяжелые. Это напрягает. Мы ведь на самом деле часто меняем телеги, и можно поймать момент, когда мы уехали, так некоторые и делают. За что им отдельное спасибо. Но остальные об этом даже не задумываются.

Один раз я не выдержала, когда мы уже собирали мусор, ну, казалось бы, осталось всего пять минут, все не только стояли в очереди в туалет, но и просто болтали в проходе.

– Уважаемые пассажиры, пожалуйста, присядьте на пять минут. Мы закончим, и гуляйте сколько хотите.

– Девушка, вы чего такая строгая?

– А вы назад оглянитесь. Там очередь на половину самолёта.

– У вас уже должны быть стальные нервы.

Стальные нервы….

Маленькое отступление. Мне одна коллега из бизнес-класса рассказывала, что работала на рейсе с одним комиком. Он сидел на пятом ряду и, к сожалению, для него не хватило выбора блюд.

– Я буду курицу, – сказал артист.

– К сожалению, курица закончилась.

– Ну что мне с вами делать?

– Понять и пррростить, – ответила девушка с картавым р, как говорил в какой-то из передач сам артист.

И снова я возвращаюсь к примерам людей, покупающих себе билет в бизнес. Рассказывала как-то коллега мне: «Пассажир мне говорит: Если каждые десять минут на моём столике не будет стоять новый стакан коньяка, я буду кидать в тебя обувь, как в собаку». Моему возмущению не было предела. Это каким надо быть человеком, чтобы так сказать незнакомой девушке, которая даже не твоя прислуга, не раб, были бы мы в тех временах. Мы что – горничные? Прислуга? Да даже, если бы мы и относились к той категории сервиса, это оскорбительно.

На одном из рейсов в Испанию было много пассажиров из разных стран. И вот каждому я говорила то «chicken or meat», то «pollo o carne». Как слышу: «мне по-русски». Возникает пауза. Я, уставившись на пассажира, начинаю копаться в своей голове. Он уже улыбается, и я начинаю смеяться. «Как это по-русски. Забыла». В ответ слышу: «Ого, какие у нас полиглоты работают».

По утрам мы предлагаем завтрак. Например: омлет, каша и блинчики. Это на рейсах, вылетевших до десяти утра. Мне одна коллега рассказывала, что у нее пассажир упорно просил мяса на таком рейсе. Вот прям «вынь да положь». Хочу мяса и все. «У нас сейчас нет мяса, у нас завтрак». «А бортпроводники прошлого рейса обещали, что на этом будет мясо». И вот он полрейса требовал мясо. «Ну что я вам от ноги что ли отрежу?!».

И ещё из обсуждаемых тем наших ребят: «Почему пассажиры постоянно во время второго питания спрашивают, что у нас есть из напитков. Да все то же самое. Мы на землю в магазин не бегали во время полета, и никакой второй самолёт нам еду на лету не подкидывал».

Иногда, когда берешь стаканчик из стопки, нижний тянется за ним и падает на пассажира. Все сначала пугаются, потом смеются. Он же пустой. Как-то на моё «извините» мне ответили:

– Я буду расценивать это как покушение.

– Ммм. А как я могу это компенсировать?

– Чай с лимоном мне.

Когда мы предлагаем аперитив, иногда говорят:

– Я томат.

Хочется ответить: «А я абрикос – на юге рос».

Немного затрону тему пассажиров из Индии. На рейсе из Санкт-Петербурга у меня как-то летели семьдесят два индийца на сто сорок пассажиров, или на сто двадцать, точно не помню. У них у всех было заказано специальное питание – вегетарианское и хинду. По правилам надо спросить у каждого его фамилию и предоставить питание по фамилии. Но в данном случае видно было по списку целые ряды рядом сидящих пассажиров-индийцев. Времени в горизонтальном полете максимум полчаса. Это на все обслуживание. В обслуживание входит предоставление сэндвича и чай-кофе-вода. Времени при полном самолёте не хватает даже на это, ещё потом с телегой мусор собрать. А тут семьдесят два раза спросить фамилию и индивидуально выдать еду, при том, что на этом рейсе обычно раздаются сэндвичи без выбора. В общем, мы решили раскидать их по креслам, всё равно одни индийцы, и заказано одно и то же.

Не успели мы приступить к обслуживанию, как я поняла, что это будет очень тяжело. У индийцев манера брать всё, что дают бесплатно и по максимуму. Что бы мне кто ни говорил о том, какие они все духовные, я в жизни таких жадных и наглых товарищей не видела. Например, едем по салону с телегой, я обслужила один ряд, кому-то чай, кому-то воду. Проезжаю на следующий ряд, начинаю предлагать им напитки. Предыдущие уже допили свои стаканы и снова тянут руки с пустыми стаканами, чтобы я опять налила воды. И следующий «ряд» уже тоже руки тянет. То есть каждый индиец предполагает выпить по два-три стакана воды и чай ещё сверху. Я к тому это говорю, что обычно мы еле успеваем по одному стакану налить всем и закончить обслуживание до снижения (а чаще всего использованные стаканы собираются уже на снижении). А тут ещё каждый из семидесяти индийцев хочет выпить по четыре стакана. И вот я стою, вокруг меня все руки тянут: «Tea…. Water». Через таких рядов пять или шесть, я стала выходить из себя. Сначала я уже старалась не обращать внимание на тех, кто сзади и уже обслужен, но потом сидящие дальше начали показывать на тех, кто позади меня, мол «Вас там вызывают». В итоге я говорила по-английски «У меня только две руки», они смеялись. Но тут ещё такой момент. Кто просил кофе, не уточняли с молоком или без. Я наливала сначала кофе, потом они возвращали мне стакан и требовали молока. Я их вроде спрашивала заранее. Я никогда с такой скоростью не работала. Но знаете что? Мы успели. И более того, я ещё потом отдельно прошла с бутылкой воды и разлила дополнительно тем, кто снова тянул руки, потому что я знала, что они начнут просить ещё, когда мы начнем пристегивать ремни на посадку, и нам будет не до этого. Наши соотечественники, которых было очень мало, смотрели на это всё, вытаращив глаза. Они были явно в шоке от того, что происходило вокруг них.

Вспомнился ещё один рейс в Санкт-Петербург. Возможно, из-за того, что этот рейс всегда получается суетливым, так как лететь всего час. Часто бывает, да что там часто, почти каждый рейс, что кто-то кого-то обольет хотя бы каплей жидкости (сока или воды, чая или кофе). Никогда с этим проблем не было, все люди адекватные попадались, да и от капли ничего страшного. А тут попался японец. Они все очень щепетильные и требуют к себе 100 % внимания, потому что сами, как все знают, отдаются любому делу на все сто. Чайники у нас были новые, повар много налил чая. Я держала чайник над телегой, но когда наклонила налить, пара капель сбежала по чайнику и со дна капнула на этого японца. На бежевые штаны. Хорошо, что чай, а не кофе. Я десять раз извинилась, принесла салфеток, он кивнул. Я продолжила работать. Потом я проходила, собирая использованные приборы, он меня резко остановил и говорит: «Вы мне должны оплатить химчистку, вы пролили на меня кофе». Я ещё раз принесла свои извинения и заметила, что это был чай. Я отчетливо видела, что на штанах нет НИКАКИХ следов. Я пошла за бригадиром, мы с ней вдвоем вернулись, она сказала, что услуги химчистки мы не оплачиваем, но можем выписать купон на мили. У пассажира была золотая карта, но от миль он отказался принципиально. Ему важна была химчистка абсолютно чистых штанов. В итоге я снова извинилась. Он сказал, что будет писать жалобу, поэтому я заранее написала объяснительную к рейсу. В итоге жалоба на меня так и не пришла.

Однажды китаец сам пролил стакан томатного сока на соседку по ряду, женщину-хиппи с какой-то куклой тотемом. У неё началась истерика, она ревела, даже пошла застирать штаны (или что это было) в туалетную комнату. Но больше всего её расстроило, что сок попал на куклу-талисман.

Бывают на рейсах и хамоватые пассажиры. После обслуживания питанием, в зависимости от рейса, бортпроводники предлагают товары из магазина беспошлинной торговли, проверяют туалеты на наличие бумаги и салфеток. Через какое-то время нужно будет снова предложить напитки с подноса и т. д. На одном из рейсов у меня хотели купить что-то из товаров, и женщина деньги мне давала не в руку, а кидала на пол. Я, честно говоря, с таким столкнулась первый раз, поэтому подняла. Я все равно сидела на корточках. Но то, как она посыпала монетки на ковер, мне не понравилось. Она же во время обслуживания все время выставляла сумку в проход, и я раз десять сделала замечание, что мы все равно её будем постоянно задевать.

Меня одна пассажирка попросила помочь ей разрешить спор с девочкой, очевидно внучкой или дочкой. Мы летели в Германию, не помню точно город. И девочка спорила, что мы пролетаем над океаном. Я ответила: «Нет, мы вообще не летим над океаном». Но она не унималась и доказывала мне, что на карте у них в классе написано, что Германия находится между Америкой и Россией. Видимо, имела ввиду Гренландию. И девочка просто слова перепутала. Но её не убедило даже то, что я показала на карте в бортовом журнале, что Германия находится в Европе.

Очень часто спрашивают, где мы пролетаем. Но, к сожалению, у нас времени нет, в окно следить за рельефом, а, чтобы узнать, надо пойти к командиру. Конечно, мы всегда стараемся ответить. И некоторые командиры сами зачитывают, во сколько и над чем мы будем пролетать.

Был на одном рейсе командир, который настолько с энтузиазмом проговаривал всю информацию, можно сказать говорил с душой, а незаученный текст. Все пассажиры были в восторге. Но говорят, что некоторых иногда это всё равно раздражает, почему-то считают, что он пьяный. Ну что за скучные люди. Это же так приятно, когда человек не монотонно пробубнил два предложения, а в красках вам всё рассказал. «Дамы и господа, говорит капитан. У нашего экипажа сегодня прекрасное настроение. Мы желаем вам приятного полета». Всех по именам представил. А потом в полете рассказал в подробностях, где мы будем пролетать. После посадки закончил чудесными пожеланиями, так ещё и вышел из кабины попрощаться с уходящими пассажирами. Вот это я понимаю – любовь к работе.

Никто не любит кнопку вызова бортпроводника. Это естественно. Это значит, что нужно поднять свою пятую точку и побрести в салон. Случаев, что человек при смерти нажимает кнопку, и ему действительно нужна помощь, очень мало. За мои полтора года работы всего раза три понадобился кислородный баллон и всего раза два мы мерили давление. Все остальное – максимум просьба принести таблетку. Но это раз в месяц может быть. Остальное – это желание пассажиров что-то попросить. Предвосхищая эту просьбу, бывалые бортпроводники берут с собой стакан с водой заранее. И когда на вопрос «Чем я могу вам помочь?» слышат «Воды, пожалуйста», достают её из-за спины. Люди так сразу удивляются и называют нас волшебниками. Но это 99 % просьб после нажатия кнопки вызова.

Тема «я хочу» и капризные пассажиры – это просто отдельный большой раздел нашей работы.

У меня просили наушники. Упорно требовали. «Ну, я же хочу наушники». Они есть, вы не думайте, что я жадная. Их давали всем. Но конкретно этому пассажиру они не нравятся. Даже несмотря на то, что это специальные наушники для самолёта с двойным входом. Он хотел большие – как в бизнес-классе. «Или давайте я куплю». Я с накладной сидела рядом с ним и объясняла, что у меня нет их ни в продаже, ни где-либо ещё. Уважаемые привередливые товарищи, вы можете возить с собой свои любимые наушники.

Или, например, просят пищу, когда не могут есть что-то с самолёта. Как-то у меня просили фрукты. Индийцы. Ребенок не ест ничего из того, что мы предлагаем на борту. Я не понимаю, почему нельзя это предугадать. Почему надо перекладывать эти проблемы на других? Почему бортпроводники должны отдавать свою еду, потому что, видите ли, пассажир просит. Да возьмите ребенку банан, ну, в крайнем случае, закажите детское питание. Мне не жалко. Иногда. Но это настолько часто повторяется! То одно просят, то другое.

И к теме этого же, однажды мне совершенно не связанный с авиацией человек, говорил, что её заставляли всю еду на досмотре выкидывать. Вроде как в самолёт нельзя свою еду брать. Первый раз слышу, но тогда это многое бы объяснило. Просто я лично видела, как китайцы, например, достают свои коробочки и едят свою еду. Да даже наши соотечественники иногда доставали помидорчики, огурчики. Словом, как в поезде.

И о, да! Вегетарианцы. Вы когда-нибудь слышали, чтобы на борту выбор был «мясо или капуста». Я утрирую, конечно. Но всегда в стандарте питания горячее подается с одним из видов мяса. Будь то баранина, говядина, курица или рыба. И уверяю вас, это самое частое, что можно услышать: «А вегетарианское есть?». – «А вы заказывали?» – «Нет». Ииии? Знаете, что происходит? БП идут и берут из своих экипажных подносов салаты, фрукты, десерты и отдают пассажиру, который просто о себе же заранее не подумал.

И опять индийцы. Я уделю им отдельное внимание. Эта одна из тяжелых категорий пассажиров. Ленивые до жути. Вызывать по кнопке будут, даже сидя на последнем ряду. Даже если ты стоишь рядом с ними. Раздаем мы как-то раз воду в процессе полета. Я хожу и каждому, кто не спит разливаю воду. И тут на один ряд вперед загорается вызов. Ну, я же тут стою! Подождите секунду, и я вам тоже все налью. И так весь рейс. Только что пройдешь с водой, тут же снова вызов, и опять воды просят. Ну только что же предлагали! Они никогда, никогда не приходят на кухню. Спасибо тем пассажирам, которые сами приходят к нам попросить напитки. Один попросил воды. Я пошла и принесла, не смогла его найти и ушла обратно. Он вышел из туалета, прошел через кухню, ушел на кресло и снова нажал кнопку – воды. Только что…. Только что он был на кухне….. кипит, ух, как кипит все сразу внутри.

И запах. Дели – что я могу сказать про этот город – славится вездесущим запахом непонятной смеси их масел, ароматных палочек, карри, и кто знает ещё чего. Ощущение какой-то гари. Постоянный смог. И естественно, индийцы на самолёте тоже насыщены ароматами своих косметических средств, или чем они там пользуются. Спустя пять часов полета голова начинает идти кругом. У них же принято ходить босяком. Так что самолёт – это не исключение. Идешь по салону, кругом чувствуешь запах и спотыкаешься о торчащие с кресел не очень чистые ноги. Невольно вспоминаешь плацкарт. Это такая культура. Ничего особенного. Когда из двухсот человек на самолёте сто пятьдесят индийцев, приходится полностью окунуться в колорит Индии. Люди могут спать на полу, они абсолютно не брезгливые.

Особенно мне нравится фраза “I need” что-либо. Количество подносов и касалеток грузится на борт согласно количеству пассажиров. И вот как-то на рейсе индиец говорит “I need one more” (Мне надо ещё) и показывает на касалетку. “Only one for each passenger” (Только одна на каждого пассажира). Мне не нравится сама постановка вопроса “I need”. You need pipi and kaka, остальное можно вежливыми словами попросить. У нас остаются лишние касалетки всегда. Потому что кто-то отказывается. И мы всегда приносим. Но когда нормально просят: «А если у вас останется, можно еще попросить, пожалуйста». «Конечно, можно» отвечу я с улыбкой и принесу ещё одну.

Китайцы. Очень интересный народ. Я сейчас буду говорить о категории путешествующих китайцев возраста тридцати-пятидесяти лет. И моё отношение к ним менялось в течение моей работы. Был период, когда ставили часто полеты в Китай: Шанхай, Пекин, Гуанчжоу. Тогда я первый раз столкнулась с большим количеством китайских граждан на рейсе в Шанхай. Меня удивило то, что они не говорили ни на одном языке, кроме родного. Мне, как человеку, говорящему на трех иностранных языках, было сложно к этому привыкнуть. Потому что тут я была бессильна. Обслуживание проходило с помощью языка жестов. Причем можно было по-русски говорить: «Курица с рисом, рыба с картошкой». Они всё равно не понимают и тыкают пальцем на вкладыш с едой. Я называла это движение – «бросок кобры». Подъезжаешь с тележкой к ряду, где сидят они. Пауза. Китаец быстрым взглядом осматривает выставленные на витрине (сверху на телеге) напитки. Потом его взгляд останавливается на чем-то одном. И резкое движение рукой – тыкает пальцем в выбранный сок. Настолько резко и быстро, что соки начинают качаться на телеге. Успей поймать, пока не вылился.

Потом выбор еды. Тут проще. Некоторые знают слово chicken, а если не знают, то просто надо дать то, что с рисом. Или то, чего больше осталось. Потому что эти пассажиры не смогут пожаловаться, а русские потом кричать начнут, что им выбора не осталось. В итоге я выучила два слова: дзи – курица и юй – рыба. Или как-то так это должно звучать. Но понимали всё равно не все. Говорят, что там много диалектов в Китае, что они сами себя не всегда понимают.

Далее чай или кофе. Тут проще. Они знают слова «ча» и «копи» с ударением на о. После знакомства с этими словами, моя подруга-стюардесса стала называть всех китайцев «копи-копи». Что такое молоко они не знают, поэтому сначала они говорят «копи», я наливаю черный кофе, отдаю им стакан, они тут же его возвращают и опять тыкают на телегу – надо добавить молока. Все просто. На рейсе в Гуанчжоу я так устала предлагать им то, что они не знают, как называется, что попросила коллегу, говорящую на китайском, просто предлагать, а я только раздавала.

Вторая особенность этих товарищей – термосы. Они все ходят с термосами. Нас бы это не касалось, если бы они не приходили с термосами к нам на кухню. Это хороший вариант. А бывало иногда, что вот мы пристегиваем салон перед взлётом, а они все по очереди начинают давать мне свои термосы, чтобы я им налила кипятка и принесла обратно. Они же пристегнуты уже. Так вот. Они все пьют кипяток. Поэтому на всех рейсах, где есть китайцы, (а они путешествуют только группами, поэтому их сразу много), нужно быть готовым наливать много кипятка. А если на кухне никого нет, то возвращаясь из салона, можно встретить китайца, который сам наливает себе кипяток, потому что они так часто летают, что уже запомнили на какую кнопку надо нажать и откуда польется вода.

У меня возникает вопрос, насколько им комфортно путешествовать? Они же ничего не понимают!!! Ну их понять легко, видимо, этого достаточно. Они просто постоянно улыбаются и кивают головой, говоря «сесе» – что значит «спасибо».

Эта категория тоже обладает специфическим запахом, который я не смогу передать. Но он не сильно лучше индийского. Я считала эту категорию пассажиров тяжелыми, пока не стала летать в Индию. После индийцев я поняла, что китайцы – это зайчики, которым ничего не надо, ну, кроме кипятка. Они никогда ничего не просят лишнего, не жалуются. Только кивают и тыкают пальцем.

Мне рассказывали, что на одном из китайских направлений, на кухню пришел узкоглазый человек, и повар его спрашивает по-русски, потому что он всё равно не поймет:

– Чего тебе надо, дурак? (Обращение было матерное, но передавать дословно – нелетературно).

А пассажир ему по-русски отвечает:

– Я просто чай хотел попросить. Я из Бурятии.

Один раз тот же командир, которого я упомянула в истории с лисой, к слову замечательный и интересный человек, рассказал ещё пару историй. Как-то ему принесли на рейсе в кабину записку от пассажирки. Тогда была сильная турбулентность и пассажирка спросила в записке «Неужели нельзя уже сменить эшелон? Почему нас так долго трясет». И подпись «Виктория «такая-то». От такой наглости капитан вышел к ней лично в салон со словами «Виктория, ну как же так. Я же Ваш подписчик в контакте. Я уже три раза поменял эшелон. Но пока трясёт». И второй случай был с одним телеведущим. Зашла СБ к командиру и говорит: «У нас пассажир курит в салоне». Причем абсолютно отказывается слушаться бортпроводников. КВС наш ну очень любит сдавать пассажиров-дебоширов в полицию. И вот опять он лично подошел в бизнес-класс и обратился: «Юрий Александрович, Я – ваш поклонник. Вырос на ваших передачах. Но если сейчас не выключишь свою сигарету, клянусь, сядешь у меня в тюрьму!». Говорят, больше от Юрия не было слышно ни слова. Молча сидел и боялся.

Есть определенные рейсы, входящие в особую категорию: Тель-Авив славится количеством заказанного кошерного питания; Дели – вегетарианского; и Турция – «любимые» рейсы наших коллег. Я не знаю, как назвать контингент людей, которые туда летают. Но эти рейсы не проходят без конфликтов. Разве что, когда пассажиров мало.

Когда я летала в Анталию, меня довели до слез. Пассажиры во время обслуживания питанием стали высказывать претензии. Мы дошли уже почти до конца, я вышла в салон посмотреть, где мы остановились, пока мои коллеги готовили очередную тележку с едой. Слишком много было заказанного питания на сто пятьдесят человек. Пока мы по фамилиям всех спрашивали, обслуживание немного затянулось. Последние четыре ряда пассажиров, как раз где я остановилась, стали возмущаться, что мы работаем очень медленно, и они очень хотят есть. Я объяснила, что сейчас мы всех накормим, осталось подождать несколько минут. «Вы могли накормить сначала детей» – дело в том, что дети на данном рейсе есть на каждом ряду. И если бы мы начали отдельно сначала кормить детей, то времени бы это заняло ещё больше. Я стала в салоне одна, переживая за возникшую ситуацию, а пассажиры всё больше накаляли обстановку: «а если я хочу пить?» – спросила одна блондинка, которая больше всех и возмущалась. «Вы можете нажать на вызов и попросить воды. Наш коллега Вам сразу принесёт». Отвечая на все вопросы фразой «Мы стараемся как можно быстрее», мне ответили «Значит, у вас мало опыта» тогда у меня стаж был всего полгода, поэтому я только согласилась с отсутствием опыта. И вот когда от критики у меня затряслись руки, я ушла к СБ в бизнес-класс и чуть не плача простонала, чтобы она что-нибудь сделала с этим, потому что я так больше не могла. Она поставила меня на кухню и послала вместо меня повара в салон. Пока я готовила чайники, ко мне подошла соседка той блондинки и попросила чая для себя и своей соседки. Мне стало легче, потому что меня все-таки услышали. Как потом выяснилось, пассажиры извинились за то, что так нас раскритиковали, так как не знали, что работает всего три бортпроводника на сто пятьдесят человек. Но к той блондинке мне всё равно пришлось подойти и извиниться. Кстати, я считаю, что конфликта бы не случилось, если бы наш коллега с кухни не стоял там в хвосте, а вышел бы в салон с конца и обслужил как раз тех самых пассажиров в первую очередь. Тогда мы бы закончили гораздо быстрее. А на данной компоновке самолёта, кстати, именно такая технология обслуживания и введена.

И вот, спустя больше чем полгода, мне снова ставят Анталию, хотя в Турцию я все это время не летала. Я морально себя уже подготовила к этому рейсу. Но конфликт начался уже после посадки пассажиров. Какая-то обиженная жизнью женщина стала жаловаться мне, что сначала её посадили не на те кресла, которые она хотела. Так ещё и у её мужа отсутствовал подголовник на кресле. Он был записан в бортовой журнал. В качестве компенсации мы предложили ей бизнес-набор с тапочками и два пледа вместо подушки её мужу. Она просила пересадить её в бизнес, но самолёт был полный. Да даже если бы и были свободные кресла в бизнес-классе, пересаживать нам никого не положено.

Как только мы приготовили кабину к взлёту, сели на свои станции, раздался тройной сигнал, и самолёт начал набирать скорость по взлётно-посадочной полосе, тут же раздался вызов бортпроводника с последнего ряда. То есть с ряда, где сидела эта женщина. Предположим, что её зовут Наталья. Ни при каких условиях я сейчас не могу покинуть станцию и подойти к ней, учитывая, что я её вижу, потому что это последний ряд.

После набора высоты, когда погасло табло, мы с коллегой (допустим, Дмитрием) подошли к ней вдвоем и поинтересовались, чем можем ей помочь.

– Уже поздно. – Отмахнулась Наталья. – Пассажир передо мной взлетал с опущенной спинкой кресла.

Ну я же знаю, что она была поднята, я лично проверяла. Да и около этого ряда стояли бригадир и Дмитрий. Они бы заметили. Тем не менее Дмитрий подошел к впереди сидящему пассажиру и напомнил ему, что спинки кресел на время взлёта и посадки должны быть подняты. Молодой человек кивнул. И мы начали обслуживание.

После аперитива мы вышли в начало салона с ужином. Наталья снова нажала на кнопку вызова. Дмитрий подошел к ней, вернулся и сказал, что она дерётся. Я это себе слабо представляю от женщины, на мой взгляд, лет пятидесяти. (Надеюсь, сейчас никого не обидела).

Времени у нас было не так много. Я в конфликт не вникала. Дмитрий был настолько поглощен этим, что растерялся и забыл почти весь сервис. Поэтому я контролировала работу, пока он нервно бегал по салону на её вызовы.

К концу обслуживания я узнала, что Наталья собирается писать жалобу. Я подошла к ней лично и сказала:

– Наталья, я старший бортпроводник экономического класса. Я бы хотела узнать, какие у Вас пожелания и замечания по рейсу.

– У меня никаких замечаний нет по рейсу. У меня замечание конкретно к Дмитрию.

– Я Вас поняла. Давайте по порядку. Вы нажали кнопку вызова бортпроводника в момент разгона самолёта. Что случилось?

– Молодой человек опустил спинку кресла на взлёте.

– В какой конкретно момент?

– Как только вы ушли из салона.

– Я вас поняла. В тот момент мы уже не могли подойти, потому что самолёт начал взлетать.

– Это понятно. Конечно. Я ничего не говорю.

– Продолжайте.

К слову, женщина со мной общалась очень вежливо. И она продолжила:

– Все знают, что на момент обслуживания надо поднимать спинки. Я попросила молодого человека поднять спинку, он не отреагировал. И когда он ушёл в туалет, я подняла её сама. Он пришел и опять опустил. Я попросила Дмитрия мне помочь, на что он ответил, что вы ещё не начали обслуживать едой, и он попросит позже. Потом он сказал, что у меня неадекватное поведение. Так вот я хочу, чтобы он извинился и объяснил мне, что такое неадекватное поведение. Мой муж врач, и он так не считает. Я не буду писать жалобу, если он извинится.

Я подошла к коллеге и пересказала ему слава дамы. Он меня послушал и подошел к ней. Я не была свидетелем разговора, потому что отходила в начало салона. Проходя миме Натальи, я снова к ней обратилась:

– Дмитрий подходил к Вам? Всё уладилось?

– Да. Он подходил, – гордо ответила женщина. – Но каждый остался при своем мнении. Он сказал, что неадекватное поведение – это деструктивное поведение. Так вот пусть посмотрит определение в толковом словаре.

Выходя из самолёта в аэропорту назначения Наталья снова обратилась ко мне: «Видите ли, Анна, правду скажет не друг, а враг». И сказала, что жалобу писать не будет, но Дмитрию надо передать, что он козел. Собственно, сам Дмитрий сказал, что она угрожала ему своим зятем-полицейским. У каждого своя правда. Я даже не буду высказывать свое мнение по данной ситуации.

Одна коллега мне рассказывала, как у нее пассажир на рейсе облился какими-то чернилами. Такой тучный мужчина в белой рубашке сидит с испачканными руками, джинсами. Жалуется, что ему должны купить новые джинсы, потому что он нашел эти чернила в кармане кресла. Вопрос: если он вляпался в чернила руками, то почему он сам весь синий сидит? И вот она так, смеясь, рассказывает, как здоровый взрослый мужчина весь в чернилах, просит у нее деньги на новые джинсы.

На больших Аэробусах А-330 нет вентилятора на пассажирской панели над головой, поэтому часто просят то сделать теплее, то холоднее. Мы пришли на самолёт, было душно. Просто система кондиционирования была выключена. Пока мы готовили самолёт к вылету, кондиционер включили. Пассажиры пришли как раз в тот момент, когда был пик прохлады. То есть сначала самолёт продувают, а потом выравнивают температуру, например, двадцать три градуса. И сразу начались жалобы естественно, потому что холодно. Люди летели в Барселону в шортах и майках. Мы сразу позвонили СБ и попросили на её мониторе поднять температуру в салоне. Она это и сделала. Но проблема заключалась в том, что на борту было всего двадцать пледов на двести семь пассажиров экономического класса. Естественно, это мало. И, конечно, пледы кончились в самом начале. К моменту вылета уже пять раз мы просили сделать теплее. Потому что просили нас: «А что так весь рейс холодно будет?».

Когда мы взлетели и стали набирать высоту, одна из пассажирок с самого начала экономического класса пошла ко мне в самый хвост. Потому что она видела только меня, я сидела лицом в проход. Пока она ко мне шла, я стала показывать жестами, что ремень пристегнут должен быть. На что она махнула рукой:

– Девушка!!!! Ну почему так холодно?????

– Мы уже попросили сделать теплее. Сядьте, пожалуйста. И пристегните ремень. Табло горит, мы ещё взлетаем.

– Нет, вы мне объясните, вы что не можете сделать теплее??? Что за морозилка на самолёте????

– Мы сделаем теплее. Сядьте, пожалуйста, табло «Пристегните ремни» ещё горит.

Она, обижено рыча, стала от меня уходить, в этот момент отключилось табло, и она махнула на него рукой. Старшая экономического класса прямо при ней позвонила СБ и попросила сделать теплее. Но этого было мало. Через пять минут я проходила, раздавая наушники в салоне, и эта самая женщина снова сказала мне: «Нет, вы встаньте тут и почувствуйте какой здесь мороз!!». Я согласна, что холодно. Но я могу только просить СБ. Тут уж от меня ничего не зависит.

Я подошла через какое-то время и уточнила, теплее ли сейчас. Все довольные закивали головами. Температура повышается постепенно.

Но при обслуживании я спиной уперлась в мужчину, который пришел с хвоста самолёта и спросил: «Девушка, и что мы будем с этим делать? Холодно же. Дайте хотя бы плед. Ну для ребенка, ну из бизнеса. Вы бы предупреждали, что в самолёте холодно, мы бы одежду брали». Пледы кончились везде. Я объяснила, что в начале уже теплее, а значит, в хвосте тоже поднимется температура. И она поднялась. Везде кроме двух рядов около третьих дверей в середине экономического класса. Там женщина уже хотела писать жалобу, но кто-то отдал ей плед.

Первый рейс кончился. На стоянке кондиционер отключили. Стало душно. И вот пришли новые пассажиры лететь обратно. И как вы думаете? Конечно, они стали жаловаться, но теперь на то, что слишком жарко. Я принесла воды со льдом и объяснила, что он включится, как только запустят двигатели. Это моё любимое объяснение: кондиционирование работает от двигателей. Люди приходили в течение тридцати минут, и все это время мы слушали о том, как жарко. Один из мужчин, даже стал показывать на его часах температуру в +31 градус. Ну да-да, мужчина, у Вас были модные часы. Я им сказала, что потом будет холодно. И бинго. Так и было. Они даже посмеялись, что я была права.

На рейсе в Гавану на борт пришел пассажир пьяный уже на момент посадки. Лететь тринадцать часов. Инструктор хотел снять его с рейса. Но через какое-то время я заметила, что мужчину никто не снял. Он спал. Видимо, обещал вести себя хорошо. Но на запах еды он проснулся. И тут мы начали выслушивать. «Почему такое медленное обслуживание? В другой авиакомпании все гораздо быстрее». – «Вы летите сейчас с нами, у нас такая технология» – ответила стюардесса. Если кто не помнит, мы обслуживаем через ряд. То есть я два ряда подряд, и моя коллега два. Получается, когда мы проезжаем немного вперед, я начинаю обслуживать ряд через один от моей коллеги. И некоторые думают, что их забыли, хотя просто ещё на ряд сдвигаемся потом и приходит их очередь. Этот мужчина сидел по другой стороне. Я с ним не работала. Но я работала с его соседом – более спокойным. И вот его сосед попал под тот ряд, который я оставила коллеге. Этот мужчина тут же возмутился, обращаясь к своему товарищу:

– А почему это мой поднос убрали, а твой ещё нет?

– Ничего страшного, – спокойно ответил его сосед.

– Надень ей поднос на голову.

Девчонки, работавшие по тому проходу, сделали шаг назад к нему:

– А вы можете разговаривать корректнее?

– Ну я же не про вас.

– А я работаю в команде, вы оскорбили моих коллег.

Потом, конечно, за нас заступились наши мужчины, повар и инструктор. И пассажир стал шелковый. Но осадок остался.

И теперь сразу об обратном рейсе из Гаваны. Тут уже речь пойдет о коллегах.

Официально разрешено оставлять два кресла для отдыха экипажа на длинных рейсах. Это последний ряд, два крайних места около иллюминатора. Самолёт полный. Но, несмотря на это, всё равно на отдых есть места, которые не продаются. На соседнем ряду сидел пассажир, который видел, что два кресла, отдельные от всех пустые. Ко мне подошла старшая эконома. Такая суетливая тетенька. И говорит: «Ань, там на испанском иди и объясни ему, что эти места не продаются, что ему нельзя туда пересесть». Весь разговор я излагать не буду, но я ему минут десять объясняла, что он не сможет туда сесть. Эти места не продаются. Он мне начал жаловаться на больную шею, и что ему не дали на регистрации кресло у окна, хотя он просил. В итоге я с ним договорилась, что я могу попробовать поменять местами его с кем-нибудь у окна. Он согласился. Мы взлетели. Я только успела раздать наушники, как увидела, что он уже сидит на наших тех самых креслах. Я попыталась узнать, кто разрешил. И оказалось, что та самая суетливая коллега. Вроде как он стал говорить, что напишет жалобу, и ему сразу позволили пересесть. Возникает вопрос: а почему из-за страха жалобы теперь весь экипаж должен стоя отдыхать за двенадцать часов полета. Я утрирую. Сидя на своих станциях. Но это не удобно. То есть я зря там перед ним распиналась и уговаривала его. Мне даже не дали шанса его поменять с кем-то у окна.

В середине полета ко мне подходит женщина с предпоследнего ряда, то есть она сидела перед этим мужчиной. И говорит: «Объясните мне, а почему мне не разрешили сесть на те места, хотя у меня больная шея, и мне надо её прислонить к окну, а теперь я вижу, что там сидит мужчина». Вот это самое плохое!!! Когда одному не разрешили, а другому разрешили. И сразу появляется вопрос «Чем я хуже?». И знаете на кого мне указали пальцем? Кто запретил пересесть? Та самая суетливая коллега. Коллега с приличным стажем!!! Возник конфликт. Решала его не я. Решали его виновница торжества с бригадиром. Но одно я знаю, они вокруг неё прыгали и предлагали ей все возможные услуги – пять подушек ей под голову из бизнес-класса. Я одно понять не могу, сами же нарываются на проблемы. Самое неприятное было не это. Самое неприятное было то, что эта мадам со стажем оказалась такой змеей, что выставила бригадиру все так, что якобы она ни при чем, и отказали изначально пассажирам в пересадке другие люди. То есть после рейса бригадир прочитала лекцию молодежи типа «Вы бы поучились лучше у коллег. А вот … (имя героини данной истории) спасибо, что разрулила этот конфликт». Это просто без комментариев. Я же сама была свидетелем того, как все начиналось. Это ведь она изначально мне сказала, что вот «покушаются уже на наши места». И в чем здесь опыт коллег? Выйти чистым из воды?

Турбулентность. Не все пристегивают ремни, когда звучит информация о том, что самолёт вошел в зону турбулентности. Никто не думает, что самолёт действительно может сильно подбросить на облаках, в воздушной яме или при полете маленького самолёта за большим. У нас был рейс в Малагу, когда полчаса-час очень сильно трясло. Мне самой было страшно, я сидела пристегнутая, зато пассажиры ходили в туалет и т. д. Одна дама только успела выйти, самолёт затрясло с сильной амплитудой, она села на одно кресло с моим коллегой. И так они, растопырившись, сидели минут пять. От визга, страха этой дамы, я сама уже начала паниковать. Я предложила ей сесть рядом со мной, чтобы пристегнуть её к рабочему креслу. Она не успела встать, как самолёт её подкинул, и она упала, ударившись головой о мою коленку. Потом я её пристегнула, и всё было хорошо. Но летчикам пришлось очень сильно снизиться, земля была настолько близко, что все подумали, снижаемся раньше времени. Зато красивые огни ночных испанских городов были видны в иллюминатор.

Бывает, что трясет так весь рейс. Тогда отменяются чай и кофе, раздаются только прохладительные напитки. Нам это сильно мешает в работе. Когда приходится прерывать обслуживание из-за тряски. Сидишь в ожидании, когда летчики выключат табло. А хочется уже закончить и расслабиться немного, но камнем висит, что ещё надо что-то доделать.

Как-то на рейсе из Стокгольма нас резко подбросило прямо на взлёте. Хорошо, что сидели все пристегнутыми изначально. Иначе бы точно головой встретили потолок. Один раз. Второй раз. Прозвучал голос командира: «Бортпроводникам занять свои места». У нас есть герои, которые не дожидаются набора высоты и начинают работать раньше. Чего не сидится? Они хотят пораньше загрузить чайники, включить их и печки для нагрева питания; видимо, чтобы раньше закончить. После голоса командира, с последнего ряда ко мне повернулся иностранец (я сидела как раз лицом в салон) и спросил на английском:

– Что он сказал?

– Пристегнуть ремни.

– Вы уверены?

– Да.

– Он точно это сказал?

– Все хорошо, информация для нас.

И о животных немного. Очень часто люди достают своих любимцев из переносок, объясняя это тем, что зверюшка нервничает, и в переноске будет орать, а на руках сидит спокойно. По правилам нашей компании доставать животное в течение всего полета нельзя. И многие бортпроводники до конфликта борются за это правило. А знаете почему? Потому что они боятся, что другие пассажиры, видя, что мы не делаем замечание, и зная данное правило, напишут жалобу, что проводники ничего не сделали. И жалоба будет обоснована. Это можно объяснять, чем угодно, но на все будет свой ответ. Нельзя, потому что по соседству может лететь пассажир с аллергией – у таких людей должна быть таблетка с собой, да и какая разница тогда в переноске или нет. Нельзя, потому что зверёк может бегать по салону, и мало ли куда попадёт. Но кошка спокойно сидит на руках или собака на поводке и никуда не денется. И что мы делаем? Собаку на это время можно и даже нужно убрать в переноску.

Я обычно делаю так. Подхожу и на ушко говорю хозяину питомца, что правилами это запрещено, но я вас не видела, и сделайте так, чтобы мои коллеги тоже это нарушение не видели. Например, накройте пледом и держите дальше на руках. Ну или собачек иногда в ноги на поводке прячут. Одна девушка мне потом написала персональную благодарность за мою человечность. А вы знаете, для меня это куда важнее. Другой пассажирке я сказала: «Вот видите женщину в очках, она инструктор, если она увидит, что вы достали собаку, она будет ругаться. Так что следите». И потом весь рейс девушка озиралась, доставала собачку на какое-то время и прятала обратно, кода видела инструктора. Зато мне улыбалась. И мне было приятно от того, что мы нашли решение.

Мой знакомый просто подходит и говорит на ухо пассажиру: «Я сейчас буду громко говорить специально, а вы не обращайте внимания и кивайте». И начинает вслух на полсалона, чтобы все слышали делать замечание: «Уберите животное в переноску. Вы нарушаете правила авиакомпании». Хозяин животного кивает, а потом всё остается как было. Зато вроде как остальные слышали, что замечание сделано, а уж что дальше делает пассажир, это его личная ответственность.

А бывает наоборот. Я была старшей экономического класса и должна была сообщить о том, что после трех-четырех замечаний собака у девушки так и осталась на руках. Пришла бригадир и стала делать ей замечание. Девушка восприняла это «в штыки» и напрочь отказалась следовать указаниям. В других компаниях якобы можно во время горизонтального полета брать животное на руки. Бригадир не отступала и строго сообщила, что при невыполнении указаний экипажа, она сдаст девушку в полицию. «Сдавайте» – сказала девушка. В итоге спор длился до снижения, было выписано устное предупреждение. И на снижении собаку убрали в переноску. С другой стороны, девушка просто могла бы сделать, как просили, и сберечь свои нервы.

При задержках рейса во время полета многие спрашивают, успеют ли они на следующий рейс при стыковках. То есть когда пункт назначения для пассажиров не является конечным, и они транзитом летят куда-то дальше, в другие города. Тут уж мы не может предположить, только гадать. Можно попросить капитана, передать диспетчерам информацию о номере рейса. Возможно, там подождут. Особенно, когда много человек летит дальше одним рейсом.

Снижение и посадка

За десять минут до снижения, как правило, командир дает информацию, что мы приступим к снижению через такое-то время. Подразумевается, что люди уберут свои вещи обратно на полки, сходят в туалет, попросят воды, если захотят попить. Но не все так делают. Некоторые все равно сидят до включения табло, а потом начинают ходить в туалет, и мешают нам готовить кабину своими просьбами принести им что-то. Это не беда, если они все остальное выполняют.

На рейсе из Рима я сделала одному постоянному клиенту замечание, чтобы он поднял спинку. Причем, когда он видел, что я к нему шла, он специально закрыл глаза, ну знаете, как в метро, когда заходят бабушки, типа спит. А потом с характерным «ц», как будто ему на ногу наступили, недовольно спросил:

– Зачем?

– Это правило.

– Зачем?

– В момент удара… – начала я.

– Какого удара…. Ну.

– Хорошо, в момент касания с землей, амплитуда увеличивается и..

– Да что вы пристали-то. Дайте отдохнуть. Не хочу я ничего поднимать.

– Мужчина, я выполняю свои обязанности, в них входит, чтобы все подняли свои спинки.

В итоге он поднял её. Но я одного понять не могу. Он летел три с половиной часа из Рима. С откинутой спинкой. Отдых. То есть не отдохнул, и вот на двадцать минут ему тяжело было её поднять обратно. Да и к тому же наш постоянный клиент. Как минимум должен знать прекрасно наши правила и следовать им. А иначе зачем было выбирать для своих полетов нашу компанию?

В другой истории одной моей коллеги, когда она попросила поднять спинку, её послали на три буквы.

Меня эта работа очень изменила. Я стала больше любить людей. Да-да. Даже несмотря на то, что только что писала тут. Несмотря на все потраченные нервы. Я стала к людям более открыта. Получаю удовольствие от общения с ними. Мне приятно, когда они подходят и просят помощь. Подсказать кресло, например, или просто поговорить.

Но кроме этого я поняла, что эта работа не для меня. После отличной двухдневной командировки в Испании я с прекрасным настроением пришла на борт самолёта. Но как только я взяла в руки тележки и контейнеры, у меня резко упал настрой. Работа руками. Неподъемные телеги, полные еды и напитков. В очередной раз заболела спина. Зачем мне всё это надо?

Я недавно пришла к мнению, что, на первый взгляд, эта работа кажется интересной и нерутинной, новые люди в экипаже и среди пассажиров каждый рейс, новые страны. Но все это разнообразие на самом деле является полным однообразием. Работа настолько одинаковая, сведена к стандартам в технологии до каждого микро-движения. Каждый шаг, каждое слово… Разные пассажиры? Одни и те же вопросы. Разные коллеги? Одни и те же темы разговора: кто жалуется на отсутствие месячного налета, кто-то на отсутствие отпуска, кто-то на пассажиров или коллег. Вот если вести статистику или проводить социологический опрос, то общество бортпроводников то, что нужно. Такое количество мнений вряд ли где-то ещё можно собрать. И всё об одном и том же. Почти все говорят только о самолётах. И в жизни тоже, не только на борту. Складывается впечатление, что больше и говорить не о чем. Редко можно встретить эрудированных и образованных людей в экипаже, кто будет обсуждать что-то ещё кроме банальной темы авиации. Обстановка обязывает, это я понимаю. Но всё же бывает, что порой проводишь с людьми не «туда-обратный» рейс, а находишься несколько дней в одном отеле, а то и в одном номере. И самолётные разговоры надоедают.

Пассажирское хамство и претензии я воспринимаю слишком близко к сердцу. Я понимаю, что за пределами самолёта у них могут быть какие-либо проблемы личного характера, и, придя на самолёт, они как бы выплескивают свой стресс на нас, но я всё равно не могу спокойно реагировать, ухожу на кухню, и руки начинают трястись от злости на элементарное непонимание. Как в той истории, когда частолетающий пассажир не хотел поднимать спинку кресла во время снижения. Все чаще и чаще стала задаваться вопросом: зачем я все это коплю? Что мне потом делать с этими нервами? Возможно, эта работа больше подходит людям, которые умеют заслоняться «шторкой», кивать головой, отвечать «я вас понимаю», а через секунду забывать об этой проблеме. Недавно во время пристегивания салона перед посадкой, я всем китайским гражданам жестами показала, что ремни надо застегнуть. Кабина готова. Я позвонила вперед СБ и доложила. Это значит, что включается кнопка «cabin ready» и пилоты знают, что можно сажать самолёт. Я спокойно села сама. И обнаружила, что китайцы снова встали. Кто что-то с полки достать, кто-то в окно посмотреть. Я возвращалась в салон, чтобы их пристегнуть три раза!! Показывая пальцем на часы, изображая рукой движение самолёта вниз и требуя пристегнуться. Они только кивали и опять отстегивались.

Ещё один отрицательный фактор: корпоративная этика. Вернее, её несоблюдение некоторыми коллегами. Как-то на рейсе в Мадрид нас сменил экипаж, который практически танком на нас наехал, принимая эстафету, то есть мы им рассказывали, где что лежит, что из напитков осталось, а что надо заказать и тд. Так вот они так грубо с нами разговаривали, что наш капитан, когда мы покинули самолёт, сказал: «как будто в разных компаниях работаем». Все друг на друга «стучат», пишут рапорты, пытаются переложить ответственность с себя на других, так сказать отписаться от проблем.

Это ещё одна причина думать, что лучше было бы летать одним экипажем, зато как семья. Все знают, кто как работает.

Как-то я говорила подруге-коллеге, что ищу другую работу. На что она мне уверенно заявила: «Тебе же будет скучно!». Нет. Не будет. Хотя, может и будет. Но по крайней мере, я буду точно знать, когда у меня выходной, во сколько я закончу. Я смогу хоть что-то для себя планировать. И я больше не хочу работать с людьми. «Ты что хочешь сказать, что ты несоциальный человек?». Нет. Мне это доставляет массу дискомфорта. В пределах стандартной ситуации я могу сказать: «Пристегните ремень», но, когда это начинает выходить за рамки, ситуация становится нестандартной: Например, развязывается конфликт или пассажир начинает спорить, и неоправданно винить нас в чем-то, я сразу начинаю паниковать. И не потому что я не знаю, что делать. Нет. Я знаю. А потому, что я просто не люблю спорить с людьми. Я не люблю все эти претензии. У меня не тот характер, чтобы это терпеть. Я человек вспыльчивый. А ответить не могу в данной обстановке. И зачем мне эта трата нервов? Когда я после внештатного разговора с пассажиром прихожу на кухню с трясущимися руками. А потом и вообще перестаю спать на фоне нервных колебаний. Я люблю работать так, чтобы меня не трогали.

Спасибо этой работе за бесценный опыт, но пора что-то менять.

Часть 2

А теперь о самой интересной части этой работы. О том, ради чего стоит быть бортпроводником. О командировках. Хотя мотивы могут быть у всех разные.

Желание посмотреть мир, безусловно, было основной движущей силой при выборе данной профессии. Но, откровенно говоря, я и не представляла, сколько стран и городов я смогу увидеть за полтора года в авиакомпании. Так сложилось, что я во всех командировках была ровно столько раз, сколько мне было нужно, чтобы увидеть всё, что я хотела. И при этом облетела почти все командировочные направления моей авиакомпании.

Так что же такое командировка? На самом деле раньше это действительно были командировки – долгие и оплачиваемые. Сейчас они стали суточные. Если длина полета в одну сторону больше пяти часов, то экипаж остается отдыхать в гостинице. Другой экипаж, который отдохнул, приходит на борт самолёта, как бы принимая эстафету, и улетает в Москву на самолёте первого упомянутого экипажа. Самолёт, как эстафетная палочка, передается от бригады к бригаде. А ребята, которые остались в гостинице отдыхать, просто ждут следующего самолёта. То есть, так как большинство рейсов летают каждый день, то экипаж и отдыхает всего сутки. А редкие и самые приятные командировки – на три-четыре дня – когда рейс летает всего два раза в неделю. Но зато это и самые шикарные места: Доминиканская Республика, Мальдивские острова, Канарские острова (Тенерифе), Хошимин (Сайгон, Вьетнам). На некоторых направлениях какие-то номера рейсов летают каждый день, какие-то раз в три дня. Тогда отдых, например, в Малаге, может быть, как сутки, так и двое. И Гавана точно так же. Как повезет. Можно попасть на один рейс, можно на другой. Я попала на все.

Иркутск

Мне все обещали, что в, так называемые, эстафеты я начну летать не раньше, чем через четыре месяца, а на большой самолёт пустят так вообще через полгода. Но уже через два месяца мне пришло письмо-наряд с рейсом в Иркутск. Я прыгала от радости и собирала свой небольшой чемодан в путь. Главным было не забыть фотоаппарат. Там же Байкал!! Я всегда так мечтала его увидеть. Был апрель, холод, снег, но какая разница! Это же моё первое путешествие!

Вылет был в ночь. Шесть часов лететь, как мне запомнилось. Может быть и пять с половиной. Но ночь была очень длинная. Спать мне перехотелось, как только взошло солнце. Я заметила, что со мной так всегда. Когда работаю всю ночь – тяжело, хочется спать – как только я вижу солнце, я моментально просыпаюсь.

С экипажем повезло. Все были общительные. Командира корабля я узнала не сразу. Оказалось, что на одном из стажерских рейсов именно он разрешил мне присутствовать в кабине на посадке в Москве. Необычайно красивая ночная столица была видна из пилотского окна. Панорамный вид. Я сидела между летчиками на третьем откидном кресле. Мне сказали, что больше не будет такой возможности, так как пускают полюбоваться только стажеров, самостоятельные бортпроводники уже должны отвечать за дверь (на случай эвакуации), а самые опасные моменты – это взлёт и посадка. Через какое-то время стало видно посадочную полосу. Вот она приближается. Чувствуется, как самолёт покачивает крыльями из-за бокового ветра. Страшно было до жути, когда компьютерный голос начал отсчитывать расстояние до земли: 60… 50… 40… 30… 20… 10… ба-бах. Прикосновение шасси к асфальту, и мы уже мчимся по полосе, снижая скорость. Я поняла, что я НЕ летала на самолёте до этого опыта. Это же совсем другие ощущения!

Я пыталась узнать, как попасть на Байкал. Из экипажа (три бортпроводника и два летчика) никто не хотел туда ехать. Я начала расстраиваться, потому что так мечтала увидеть это самое море-озеро. Капитан попытался меня успокоить тем, что сейчас ещё снег, там очень сильный ветер, холодно и грязно. Делать там вроде как нечего. «Ещё сто раз слетаешь. Лучше летом». Я успокоилась.

Летчики закупили мяса для шашлыка. Мы прекрасно провели время всем экипажем.

Наш кемпинг-отель располагался на большой территории с соснами, елями и другими деревьями. Нас по одному заселили в просторные комнаты в деревянных домиках. Прогуливаясь по парку, можно было выйти к заливу реки Ангары – притоку Байкала.

Снег почти весь растаял, а солнце пригревало так сильно, что мы гуляли без курток. На Ангаре лед ещё лежал толстым слоем.

Меня поразило количество ручных белок, которые сразу бежали ко мне, чтобы проверить наличие еды. Из рук выхватывали орехи и отбегали, чтобы спокойно полакомиться. Такие пушистые хвосты, лапки, которые держат еду маленькими пальчиками. Если видели в моих руках ещё что-то, выбрасывали предыдущий орех в сторону и снова лезли за новым.

Потом легли днём спать и проснулись уже утром. Завтрак. Вылет. А вы думали? Ничего и не успеваешь за сутки. Выспаться тоже надо.

Байкал я так и не увидела.

Петропавловск-Камчатский

Я всегда говорила, что из всей России я больше всего хотела увидеть Камчатку. Наслышана была про вулканы, тюленей, бухту, всплывающие из-под воды подводные лодки. Прекрасные просторы.

Буквально через неделю после Иркутска мне пришел наряд с рейсом в Петропавловск. Я была поражена. Мой стаж был всего три месяца, а уже стажерский рейс на большом самолёте «Аэробус А-330» на дальний рейс. Радостно бегая по квартире, я снова собирала чемодан. Да-да, я так каждый раз делала!

Наблюдая в иллюминатор за снижением, я увидела Авачинскую бухту, далее всё заполонили облака. Сами вулканы Авачинский и Корякский во время полета я не увидела, не помню по какой причине, но летчики говорили, что было видно из иллюминатора. Летели прямо над ним, а он дышит и выпускает пар. Видимо, я не в тот момент и не в тот иллюминатор смотрела.

Выйдя из самолёта, я повернула голову в сторону вулкана, которого было почти не видно из-за плохой погоды. Начиная с середины вулкана, облака закрывали всю его верхушку. Хотя кажется, что он стоит совсем рядом. Я расстроилась и пошла на выход с летного поля.

В то время как Иркутск в апреле встретил нас очень тепло, Камчатка была завалена снегом. Если бы я прыгнула в сугроб, снега мне было бы по шею. Холодно, но красиво.

Бригада была веселая. Одна коллега нам весь рейс рассказывала мистические истории про домового в одной из съемных квартир. Потом заговорили о гостинице, в которую нас будут заселять.

Оказывается, многие боятся сюда летать. Ходят легенды, что в некоторых номерах появляются призраки. Напомню, что это Россия, а за пределами Москвы города всё больше напоминали времена Советского Союза, так что гостиница была тоже не Хилтон-отель. Двухэтажное длинное здание, в котором селят только наши экипажи. То есть кроме нас и персонала тут никого нет. Вот коллеги и рассказывают, как на первом этаже в одном и том же номере появляется призрак бабушки, которая садится на кровать и на тебя смотрит. Мурашки по коже.

Гостиница стоит в совершенно пустынном месте, спрятанная в сопках, в Паратунской курортной зоне в тридцати километрах от аэропорта. Местные рассказывают, что тут мишки приходят рыться в помойках. Я всё смотрела по сторонам, надеясь увидеть медведей, но потом поняла, что на дворе снег, и они ещё спят. Мой знакомый рассказывал о Камчатке так: «Знаете, почему нельзя выходить за территорию гостиницы? Потому что медведь бегает со скоростью пятьдесят километров в час». А выходить из гостиницы, особенно гулять по сопкам действительно не разрешают. Напротив стоит пустынное непонятное здание. Вообще как-то слишком тихо вокруг.

Село Паратунка Елизовского района, в сорока минутах от аэропорта, славится своими термальными водами. Поэтому бонус Камчатки – бесплатные два бассейна с этими самыми водами и сауна на территории гостиничного комплекса. Сюда едут все туристы. А нам повезло, нам надо просто пройти немного от гостиницы. Бассейны на открытом воздухе, с горячей водой. Потрясающие ощущения плыть в открытом бассейне, когда вокруг лежит снег. Правда добежать до бассейна ещё надо. Холодно же. А потом сидеть в джакузи, где вода немного отдает запахом сероводорода.

Кормили тут очень вкусно. Наверное, это одно из моих любимых мест во всех командировках, где можно было наесться от души. Как правило, в России нам говорили, на какую стоимость экипаж может полакомиться, остальное за свой счет. Но сумма была немаленькая, даже оставалось потом на шоколадки в дорогу.

Больше времени ни на что и не хватило. Покупалась да поела. И пора спать. Ребята решили ещё посидеть в гостиной, покушать рыбу и поболтать. Ну и, конечно, продолжились паранормальные истории. Это было два года назад, я не помню подробностей. Могу сказать одно. После всех этих историй наши две стюардессы захотели жить вместе в номере, а потом одна с библией, а другая с ароматической палочкой ходили по номеру и пытались изгнать призраков.

Номер был очень узкий. Вдоль стены стояла одноместная кровать, по другой стороне шкаф и стол.

Собаки подвывали за окном. Я подошла к нему. Вокруг светло от снега, пусто, только лес на сопках. Я вернулась в кровать и закрыла глаза. Мой впечатлительный мозг и хорошее воображение долго не давали мне уснуть. Поэтому я старалась не открывать глаза, чтобы ничего не увидеть такого, что меня бы напугало. Легла я спать в одежде. В джинсах и кофте. Во-первых, холодно. Во-вторых, выбежать от страха из номера будет проще. Сейчас смешно, а в тот момент я действительно так думала.

Неожиданно через закрытое веко пробивается свет. Кто включил??? Я быстро открываю глаза. Свет идет от открытой двери. То есть дверь, которую я заперла поворотом ручки, оказалась открытой. На мгновенье меня окутал страх. Потом я поняла, что напротив моей двери выход на лестницу. Видимо, кто-то курил, хлопнул той дверью, а моя открылась от сквозняка. Ещё раз её закрыв, и повернув ручку, я проверила надежность и толкнула её от себя, и она снова открылась. То есть теперь у меня ещё и дверь не закрывается. Ну, какой тут сон? А лететь с утра опять девять часов. Успокаивало то, что в гостинице вокруг все из нашего экипажа. Кое-как мне удалось уснуть.

Проснулась чуть раньше будильника. Собираться не надо было, ничего не доставала из чемодана. Надела форму и ушла на завтрак.

Следующий рейс у меня снова был на Камчатку. Только уже контрольный и с инструктором. Это значит, что инструктор проверит знания и даст допуск к самостоятельным рейсам на этом самолёте. На брифинг пришел командир: «Вопрос такой: перечислите мне команды командира корабля! Подумайте и после рейса ответите». Можно было и сразу ответить, но никто не просил быстрого ответа.

Кроме меня был ещё один стажер – Катя. Мы быстро нашли общий язык. Разговорились в рейсе и захотели поехать в сам Петропавловск, посмотреть на бухту, тюленей, корабли. Инструктор разрешила, но сказала, что надо отпроситься у летчиков. Командир всё-таки главный на самолёте, и обо всех выездах за пределы отеля и передвижениях надо сообщать ему. Инструктор – Любовь – потрясающая. Стаж у неё на тот момент был тридцать восемь лет. Это та категория людей, которая «не капает на мозг», аккуратно делает замечания, всё объясняет. В рейсе её не было видно вообще. Мы работали в экономическом классе, она была в бизнесе, и только изредка выглядывала из-за шторки во время обслуживания, чтобы посмотреть, как мы работаем. Несмотря на это, она увидела все недочеты в нашей работе. В конце рейса она обратила наше внимание на некоторые нюансы и всё. Вот это профессионализм: когда человека рядом нет, но она видит всё. Естественно, она с нами прошла по всему самолёту, спросила обо всём оборудовании, все вопросы контрольные.

Я нашла, в какую сторону смотреть, и увидела «Авачу» сверху из иллюминатора. Мы летели рядом с вулканами, и с такой высоты они выглядели ещё грандиознее.

Погода была чудесная. Светило солнце. Морозец небольшой. Снег сверкает. Самое время погулять. Мы прямо в аэропорту подбежали к летчикам, просить разрешения на экскурсию. Командир, высокий брюнет лет пятидесяти, строго на нас посмотрел и отказал.

– Вы на рейсе стажеры, есть понятие послеполетный и предполетный отдых. Тут всего сутки, вы не отдохнете. Нет. В другой раз. Когда будет двухсуточный рейс, как раньше.

Любовь, наш инструктор, отвела его в сторону и стала шептать. Я расслышала только фразу «Тебе что? Жалко?».

– Нет, девочки. А вдруг машина сломается по пути, как мы вас искать будем? А мало ли что случится? Ладно бы с вами ещё мальчики ехали. Но вы же вдвоем.

Мы взгрустнули и пошли в автобус для экипажа. Автобус древний, поэтому тридцать минут пути мы собирали все кочки, подпрыгивая на сиденьях.

Когда ещё дождешься этой двухсуточной Камчатки? Чуть позже нам Люба сказала, что если бы мы были самостоятельными бортпроводниками, а не стажерами рейса, то можно было бы и не особо спрашивать. Поставить в известность. По логике КВС просто будет нести ответственность, если что-то случится. А кому нужная такая боль головная? Переживать, где мы и когда вернемся? К тому же откуда он знает, что я адекватная, у меня нет топографического кретинизма, я хорошо ориентируюсь и вообще прекрасно со всем разберусь? А если это заграница, то с тремя языками я точно не пропаду. Это стало решающим фактором в моих дальнейших командировках. Больше я не спрашиваю разрешения пойти на экскурсию. Я просто ищу компаньона или предупреждаю соседку по номеру и ухожу. Я сама прекрасно рассчитаю, когда и как мне вернуться, чтобы выспаться. По крайней мере, именно за впечатлениями я пришла на эту работу, и тупо сидеть в номере под девизом «послеполетного отдыха» я не хочу.

На обеде мы почти уговорили одного из ребят-коллег поехать с нами, но было уже поздно, начальство, скорее всего, спит. Да и куда уже дергаться. Ребята подсказали, что есть ещё один нюанс. Если мы уедем сейчас, то потом, если вдруг опоздаем, или что-то случится, нас будут винить в том, что мы ослушались, хотя нам строго отказали. А вот если не спрашивать изначально, то тогда уже в случае чего, можно сказать, что мы якобы не знали, что надо отпрашиваться.

После обеда мы с Катей взяли фотоаппарат, погуляли по территории и сделали пару снимков в сверкающем снегу. Потом пошли в тот же бассейн с термальной водой. Поплавали там, пока светило солнце. Это хорошо расслабляет.

В этот раз номер у меня был большой, с двуспальной кроватью. Поэтому спалось мне хорошо и комфортно.

Утром по дороге в аэропорт на нашем супер-старом автобусе мы снова подпрыгивали на всех кочках, а какие дороги в России – все знают. Заиграла музыка, и половина экипажа шепотом запела «Выбери меня, выбери меня. Птица счастья завтрашнего дня».

Перед нами в автобусе сидел капитан. Я смотрела и думала, что запомню его надолго. Потому что он дал мне определенный толчок во всех моих путешествиях. Так и было. Я встретила его в одной из следующих командировок снова.

Мы с Катей на «отлично» сдали этот рейс, и довольные, с допусками к самостоятельным полетам, разошлись в разные стороны от аэропорта.

Шанхай (Китай)

Как всегда, я вскочила в семь утра, дожидаясь наряда. До сих пор помню эти чудесные мгновения ожидания сюрприза от пришедшего сообщения. С волнением открываешь почту на телефоне и…. либо радуешься новой командировке, либо грустно вздыхаешь от очередных разворотных рейсов.

Каждый вторник и каждую пятницу…. Что там? Что там дальше? Куда ещё? Но чем больше я летала, тем чаще я разочаровывалась. Либо тут я уже была, либо это разворот. Раньше командировки были каждую неделю. И обязательно один раз в месяц отсылали куда-нибудь дня на три-четыре. А потом всё реже и реже. И всё. Два раза в месяц. Остальное короткие рейсы.

Но, тем не менее, я практически никуда не попадала дважды. Как я уже говорила, я была везде ровно столько раз, сколько мне нужно, чтобы посмотреть на все те достопримечательности, которые я хотела увидеть.

В этот день я была открыта для любого наряда, так как ничего мне ещё не наскучило, и нигде я особо не была.

«Шанхай» засветилось в сообщении. Я вскочила с кровати и стала бегать по квартире, подбегая к родителям с вопросом: «Угадайте, куда я лечу?» – «В Шанхай!». «Это я должен быть на твоем месте» – ответил папа. Но я уже была в другой комнате, собирая чемодан. Обязательно не забыть фотоаппарат.

Что это за город такой вообще? Вроде мегаполис Китая. Вроде красиво должно быть. Посмотрела фотографии в интернете и придумала, что хочу увидеть. Какая-то красивая панорама где-то. И неважно, где будет наш отель, я доберусь туда откуда угодно.

Экипаж молодой. Значит, можно будет с кем-то договориться. Это то, с чего я начинаю – аккуратно говорю: «Я слышала, там так красиво. Хотелось бы посмотреть». И жду реакцию. Иногда коллеги говорят напрямую сразу: «Кто поедет?». Но чаще заводилой была я.

В этот раз мне повезло. Я подружилась с девочкой Ниной. Мы выяснили, что прилетим в ночь. То есть сможем поспать и что-то посмотреть. Обычно, когда в рейсе кто-то подружился, надо подойти к бригадиру и сказать, с кем будешь жить в отеле. Чтобы «на одной волне» человек был. А тем более мы вместе собрались ехать в город.

Шикарный отель, с прекрасным номером и…… Окнами в пол с панорамой на Шанхай. Чего ещё можно желать? К слову, это лучший номер из всех, куда заселяли нашу авиакомпанию. Не в центре города, но и центр видно из окна. Стена-перегородка между комнатой и ванной превращалась в прозрачную при нажатии на кнопку пульта управления номером. В ванной был телевизор, но времени полежать в ванной, глядя в экран, у нас не было.

По прилету почти весь экипаж, кроме бригадира, собрался в одном из номеров. Мы играли в «Крокодила», отгадывали шарады. Было весело. К сожалению, такое происходит редко. Как правило, все закрываются в номерах, спят и ходят по магазинам. Иногда мне приходилось подолгу уговаривать кого-то поехать со мной в город. Где у людей мотивация? Какой смысл от этой работы, если сидишь в номере? Мне кажется, я способна была в любом состоянии поехать на экскурсию. Даже после суток без сна.

В данном случае мы успели отдохнуть. Мы поспали после рейса и утром встали по будильнику. Открыли шторы и насладились потрясающим видом уже при свете дня. Мгновенно проснулись от желания уже бежать куда-то. Зашли за Катей, которая тоже собралась с нами. Встретили бригадира на завтраке, отпросились. Она сказала, что мы молодцы и отпустила нас без проблем.

Девчонки посоветовали нам покататься на экскурсионном двухэтажном автобусе, он как раз провозил по всем самым интересным местам.

На такси мы добрались до точки отправления автобусов. «Лотус» – назывался соседний супермаркет. Город нас сразил башнями, разноцветными флагами, цветами на стенах и большим количеством людей. Около «Лотуса» круговой перекресток, внутри которого газон с цветами, а посередине возвышается белый голубь. Широкие пешеходные переходы со стеклянными ограждениями были построены над дорогой и вели на каждую из улиц кругового движения. Город очень чистый. Вдоль дорог посажены деревья.

Первое, что мы увидели, выйдя из такси – это башня «Жемчужина Востока». Серая телебашня с розовыми вставками на сферах. Третья по высоте в Азии и пятая по высоте в мире.

Шанхай делится на две части рекой Хуанпу, притоком реки Янцзы, и попасть на другую сторону можно на том самом автобусе. Там пересесть на другой цвет маршрута и кататься по другой стороне. Мы купили, кажется, самый дорогой билет на день. И поехали. Каким бы дорогим ни был этот автобус, нам было всё равно.

Взобравшись на второй этаж с открытым верхом, мы уселись и стали наслаждаться видами на мегаполис. В Китае интересные дорожные развязки. Это было похоже на спираль, поднимавшуюся всё выше и выше. Автобус несся, а нам казалось, что мы на американских горках. Спираль перешла в мост над рекой, и мы проехали на другой берег.

Автобус завернул на набережную Вайтань, и передо мной раскрылась та самая панорама, которую я видела на картинке в Интернете. Купленные билеты выдавались на день, то есть можно было выходить и заходить в течении дня. Мы вышли на остановке и пошли гулять вдоль реки. По ту сторону возвышались все самые знаменитые здания Шанхая: та же «Восточная жемчужина», всемирный финансовый центр и т. д.

Мы с девочками, счастливые, разгуливали по набережной туда-сюда, разглядывали здания и корабли, ели мороженное, восхищаясь городом и тем, что нам так повезло сюда попасть.

На набережной стояла статуя быка, как в Нью-Йорке. Здесь же был тунель-переход на другой берег, но мы им не воспользовались.

Пока ждали автобус, чтобы отправиться дальше по маршруту, к нам подошли два молодых китайца. Кажется, они созывали людей в этот автобус. На ломаном английском они поинтересовались, откуда мы приехали. Потом мы подарили им нашу рублевую монетку. Ребята долгое рассматривали и передавали ее друг другу.

Проехав буквально минут пять, автобус остановился. Женский голос в наших наушниках на русском языке проговорил «Юй-юань парк». Мы переглянулись и поняли, что выходить из нас троих никто не хочет. Это была большая ошибка. Парк считается один из самых красивых. Я потом пожалела, что мы не вышли, но кто же знал? Мы устали ходить по набережной, долго ждали автобус, и вот он приехал. Выходить так быстро никто не захотел.

Мы наблюдали со второго этажа автобуса, здание большого театра, храм с крышей китайской архитектуры, поднятыми углами, и ничем не примечательные жилые дома. Наслаждались видами на парк со скульптурами-кустами разных животных и рыб, и даже проехали мимо статуи ангела с жирными короткими конечностями и маленькими крыльями. Шанхай – город контраста небольших, невысоких, квадратных, тесных домов и высоких стеклянных небоскрёбов.

Мы вышли у другого парка. Искали продуктовый магазин, но не нашли. Из местных помогать нам никто не захотел, они делали вид, что не понимают. На другой стороне перекрестка углублялась Нанкинская торговая улица с множеством магазинов и кафе, названия которых на китайском висят на боковых вывесках.

Поменяв маршруты снова, мы вернулись к тому же «Лотосу». Поймали такси и поехали на рынок одежды и других вещей.

Необходимо было вернуться в отель так, чтобы ещё успеть выспаться хотя бы чуть-чуть перед рейсом.

Гавана (Куба)

«Угадайте куда я лечу? На КУБУ!» – вопила я, бегая по дому.

На брифинг пришел капитан. Тот самый из камчатского рейса. Ну вот. Опять. В этот раз я, конечно, не расскажу ему о своих планах.

Аэропорт. Жара. Вокруг кубинцы. Мы сели в автобус. Уже был закат. По пути я разглядывала через окно всё, что видела. Конечно, первое, что бросается в глаза, это старые машины, вроде наших угловатых «Жигулей», «Волги» семидесятых годов, экстравагантных пучеглазых американских шевроле пятидесятых, правда в отличном состоянии. Местный колорит. Дальше едем. Дома XVI–XVII веков в стиле мудехар – двухэтажные бетонные прямоугольные строения с решетками на дверях и окнах, огороженные забором. Перед ограждением, то есть у дороги сидят кубинцы с сигарами на плетеных кресло-качалках. Точь-в-точь, как показывают в фильмах. Некоторые дома принадлежали когда-то богатым людям. Это разноцветные усадьбы с красивой старинной архитектурой и арочными галереями, хотя они тоже не большие по площади. Ощущение, что попадаешь на много лет назад. Как будто ничего не изменилось с прошлого века.

После почти тринадцати часов полета уже ничего не хочется. Хотя мы и прилетели в пять вечера, нам сил хватило только на ужин. Селили тут по одному (редкий случай для заграницы). Номер большой, просторный. Есть диван, огромная кровать, два стола. Отель ближе к аэропорту, но до старой Гаваны отсюда минут двадцать на машине. В этот раз никто не захотел ехать в город. Мы с Дашей решили посетить платный пляж с включенным в стоимость обедом. Я почти год не была на море, и это был тот случай, когда мне хотелось полежать на пляже. Тем более выезд из гостиницы намечен на пять вечера. Это значит, что можно до тринадцати часов побыть на пляже и ещё успеть хотя бы три часа поспать. Суточная Гавана – жутко тяжелый рейс. Потому что летишь дольше, чем отдыхаешь. Это ещё хорошо, если бригадир во время рейса даёт часик-полтора поспать при наличие свободных мест.

Прекрасная водная гладь открылась у нас перед глазами. Кто-то говорит, что это Карибское море, но я считаю это Атлантическим океаном, тем более, что Гавана находится со стороны Мексиканского залива. Белый песок. Лазурный берег. Мы разложили вещи и побежали купаться. Насколько освежающая и приятная вода! Жгучее солнце. Мы арендовали катамаран и поплыли на глубину. Вода настолько прозрачная, что видно дно. Почему-то я ожидала увидеть акулу, это же океан, но её там не было.

Через два часа мы пообедали, ещё раз искупались и поехали в номер. Вот и вся командировка на Кубу.

Владивосток

«Ну это хотя бы командировка», подумала я, посмотрев наряд.

Бригада попалась потрясающая. С нами были стажер Юля, инструктор Оля. Бригадир и повар были мужчинами. Решили, что они сделают шашлыки на территории гостиницы, но сначала надо несколько часов поспать после рейса. Прилетели утром, так что время было и поспать, и вечером ещё посидеть всем вместе.

Гостиница находится на заливе Петра Великого Японского моря. Я по-простому называю его Японским морем. Это чтобы легче было считать моря, на которых я была. Территория небольшая, но есть беседки как раз для нашего случая – приготовить шашлык и посидеть веселой компанией. Номера хорошие, большие и тоже, как и на Камчатке, вкусная еда. Селят по одному. Удобные мягкие большие кровати, на которые хочется плюхнуться, уткнуться носом в мягкую подушку и сладко уснуть после долгого рейса. Люблю за это хорошие гостиницы. На этой работе я стала любить сон и ценить моменты, когда есть время посмотреть сны после рейса – каждый час дорогого стоит.

Проснувшись по будильнику часа через четыре, я вышла в холл. На ресепшене кто-то из нашей бригады интересовался шашлыками. Их нужно было взять в столовой сырыми. Выяснилось, что многие ещё спят. Несколько человек собрались, взяли еду и пошли раскладываться всё в беседке и подготавливать мангал. Постепенно подошли все из экипажа. Мы хорошо провели время, рассказывая истории из жизни, подкармливая местную собаку и котов.

Было грязно после дождя, дорогу размыло, и к заливу мы не пошли, хотя идти минут пять.

Тенерифе (Канарские острова, Испания)

Канары. Туда пытается попасть наибольшее количество бортпроводников. Почему-то я слышала, что люди по несколько лет ждут туда рейса. Я попала дважды за один год.

В этот раз мне повезло ещё больше. Командировка на трое суток, то есть четыре дня и три ночи. О чем ещё можно мечтать? Когда всё оплачено на Канарских островах? Ну кроме экскурсий. Я ничего не слышала про этот остров, кроме наличия там вулкана. Была готова на все предложения по экскурсиям. Ещё и повезло полететь туда с девочкой, с которой только рейс назад ночевали вместе в Питере. То есть уже почти свои люди. Команда подобралась веселая: три девчонки и один парень, который экономил деньги, «а то жена не простит», но в итоге согласился на все экскурсии. Я же уже наслышана о том, что лучше выходить за пределы отеля с представителями мужского пола, поэтому я с начала рейса (семь часов полета) его уговаривала поехать с нами, чтобы летчики отпустили.

По прилету выяснилось, что капитан летел с женой, второй пилот с дочкой, и, естественно, они тоже хотят на экскурсии, ведь четыре дня в командировке – это прекрасный маленький отпуск. Около нашего автобуса нас встретил мужчина, говорящий по-русски. Он представился и объяснил, что предлагает экскурсии всем нашим экипажам, потому что он понимает, что дней мало, и делает максимально быструю программу. Можно сказать, персональный водитель-экскурсовод на своей машине. Договорились вечером всё обсудить в отеле после ужина.

Поужинали и пошли вчетвером гулять и осматриваться. Было пасмурно и уже вечерело. Облака здесь часто: из-за вулкана погода меняется быстро. Было не жарко. Океан прохладный. Говорят, что здесь Атлантика прогревается очень долго.

Солнце мы видели на закате: проглядывалось сквозь облака и опускалось в океан. В это время мы уже сидели в отеле. На крыше отеля бассейн. Так вот – с крыши было всё потрясающе видно: и океан, и облака, подсвеченные солнцем.

На экскурсии так и решили ехать на двух машинах. Мы с ребятами и сыном того экскурсовода на одной, а на второй пилоты. В один день экскурсии нам включили поездку на вулкан Тейде и потом в Лоро-парк (зоопарк).

Следующий день у нас оказался свободным, так как экскурсия будет только завтра. Мы выспались и отправились на пляж. В океане вода была холодная, поэтому полезли только самые смелые, и, конечно, среди них была я. А то когда ещё удастся искупаться в водах океана снова? Солнце выглянуло и опять пропало. Недалеко от песчаного пляжа были большие камни, на которых некоторые загорали. Мы там нашли черных крабов.

Кстати, об океанах. Вообще запрещено купание в открытых водоемах. Упс, мы нарушили правила! Конечно, купаться нельзя. Как говорится, все правила написаны кровью. Нам на учебе рассказывали, что какого-то пилота или бортпроводника когда-то укусило что-то вроде змеи. Пришлось высылать нового сотрудника, чтоб экипаж смог вернуться назад. Нас же всегда минимальное количество на рейсе. И когда-то ещё экипаж пошел фотографироваться на скалах. Девушка стояла на камне у воды, её волной смыло, она ударилась головой. Сотрясение. Больница. Отвечать за это никто не хочет. Поэтому чтобы обезопасить себя, компания вводит запреты. Слушая эти истории во время учебы, я думала: «Ох, купаться нельзя, как же быть. Ну, буду смотреть на океан с берега». Как же. Так и делаем… (тут должен стоять смайлик).

Я радостно неслась в воду: до глубины было далеко идти. А наш единственный мальчик стоял по колено в воде, смотрел на меня и ежился от холода. Даже сильная облачность, такая плотная, что солнечные лучи не пробивались, не остановила меня: вдруг больше шанса не будет.

Утром следующего дня солнце светило нам в окно. Рассвет можно было наблюдать примерно в восемь утра. Солнце вставало за холмами, на которые выходили наши окна. Мы собрались в холле, наши водители уже ждали. В этот прекрасный солнечный день машины друг за другом поехали по серпантинам острова в сторону вулкана. Мы поднимались всё выше и выше относительно океана. Вокруг практически не было зелени, лишь сухие травинки на холмах.

Экскурсовод Виталий объяснил, что остров делится вулканом на две части: южная сторона, где жили мы, была более сухая, а северная более влажная, поэтому и зелени было по ту сторону больше, и всё это нам предстояло увидеть. Палящего солнца здесь мало, но обгореть можно за три часа. Чем ближе к вулкану, тем больше зеленых деревьев.

Мы достаточно быстро въехали в зону заповедника и, двигаясь среди сосновых деревьев, стали подниматься по дороге. Вдоль трассы с одной стороны метра на четыре вверх возвышались булыжники, а наверху уже росли деревья, с другой – лишь отбойник отделял нас от обрыва. На одной из смотровых площадок мы увидели мужчину, разодетого в костюм коренного населения Канарских островов – Гуанчи. В руках он держал козу и предлагал сфотографироваться с ним за один евро. Мы по очереди брали козу в руки и делали снимки рядом с Гуанчи. Настроение чудесное. Погода шикарная. Светило солнце. Со смотровой можно было наслаждаться видами на зеленые холмы, верхушки деревьев под ногами и океан вдалеке. По дороге я вдруг увидела зайца, который отпрыгнул в сторону леса, когда мы подъезжали. Кроме меня его никто не заметил. Поэтому возникают сомнения – а был ли заяц на самом деле?

Виталий рассказывал про извержения вулкана и показывал в сторону засохших остатков черной лавы, опускавшихся с кратера и создававших ему черный галстук. Мы всё ближе и ближе подъезжали к нему, останавливаясь на смотровых, чтобы сделать пару кадров. Постепенно вдоль дороги стали появляться растения, как написали мне потом в комментариях к фотографии – ёлки-морковки. Вытянутая длинная узкая «ёлка» с красными цветками. Растет на вулкане. Тахинасте может достигать в высоту около трех метров и нести на себе огромное количество красных цветков.

Мощь и величие Тейде завораживали.

Фуникулёр поднял нас выше облаков. И вот мы почти на самой вершине – 3550 метров. Высота Тейде 3718 метров. Было прохладно, и казалось, что дышать трудно. Командир велел быть наверху пятнадцать минут, чтобы не потеряться. До кратера рукой подать, но подходить запрещалось, а так хотелось заглянуть внутрь. Кто-то поднимался к нему, но видимо со специальными разрешениями. Где-то там внизу холмы разрезали облака. Кроме пустоши, песка, лавы и гор сверху смотреть было не на что, но тем не менее впечатления незабываемые.

В какой-то момент мы с Сашкой, единственным мальчиком в бригаде, обнаружили, что никого не можем найти. Наверное, все уже спустились, а мы забыли про время, пока выбирали лучшие ракурсы для фотографии. Поскольку фотоаппарат был только у меня, Саша попросил потом прислать снимки на почту. Посмотреть на часы никто не подумал. Мы, перепуганные, что нас будет ругать КВС (капитан воздушного судна), спустились по канатной дороге, но внизу тоже никого не было. Минут через пять мы увидели спускающихся коллег, которые злобно на нас смотрели через стекло фуникулёра. Оказалось, что они просто зашли за кратер, а мы не увидели их. Они ждали нас наверху, а мы их внизу.

Дорога продолжалась через красные пески, напоминающие земли Марса. Говорят, здесь снимали сцены «Звездных войн». Красивая холмистая пустошь сменилась густым лесом. Постепенно спускаясь вниз по вулкану, мы достигли уровня облаков. Другая сторона острова действительно была более зеленой. Облака тут можно было буквально потрогать. Было видно туман – мы вдруг въехали в тучу. Дорогу почти не видать. Виталий включил дворники. Как будто кадр из фильма «Мгла».

По пути сделали ещё остановку около огромной каменной «розы» в скалах – чудо природы, созданное временем.

Серпантин вел нас к морю. Снова стало видно солнце. Мы спускались по узеньким дорожкам среди двухэтажных домов, а вдалеке виднелся океан. Виталий предложил свернуть чуть в сторону и попить местного кофе «лече-лече». Дословно «молоко-молоко», а имеется виду кофе со сгущенкой. Порция чуть больше эспрессо, приторности не чувствуется.

Следующим этапом нашего дня был зоопарк. Хоть парк и называется Лоро, что переводится как попугай, животные здесь самые разные. После его посещения я решила, что это лучший зоопарк из всех, в которых я была.

При входе попадаешь как будто в другой мир – мир разных оттенков зеленого. Трава яркая-яркая, пальмы темно-зеленые. Практически ботанический сад. Лианы, водопады, пруды с рыбками ярких цветов. И конечно вольеры с животными. Сразу впечатляет горилла, сидящая с идеально ровно спиной и сурово смотрящая на гостей. Везде встречаются клетки с попугаями, чтобы оправдать название парка. Мы нашли даже пантеру, лениво свисающую с ветки дерева, а под самим деревом спал тигр. Тут есть даже небольшой океанариум – купол, под которым идешь и смотришь на всё вокруг: с маленькими акулами, рыбками, медузами и пингвинами.

Подъем к пингвинам на движущейся дорожке типа эскалатора. Мы зашли с другой стороны, поэтому пришлось идти по обычной дороге. Уровень воды в их бассейне нам по пояс, поэтому за стеклом видно, как они плавают, и что делают наверху. Говорят, тут включают северное сияние, но мы этого не застали. Пройдя дальше, можно увидеть сурикатов, крокодилов, павлинов, фламинго. Есть даже сад с орхидеями. Помимо простой прогулки вдоль вольеров можно сходить на шоу. Есть шоу попугаев, морских котиков, дельфинов и даже косаток. Я никогда не видела косаток. Мы сразу побежали на это шоу. Конечно, эти киты-убийцы (Killer whale) настолько большие, что кажутся неповоротливыми. Падают в воду они всё равно эффектно. Бассейн с прозрачной стеной. Пока все рассаживались, косатка плавала вдоль бортика, как будто рассматривая нас. Мы сели поближе. Вдруг на экране, как бы предупреждая, появилось видео с тем, что произойдет дальше. Кит выпрыгивает из воды и хвостом пускает такую волну, что первых пять рядов обливает полностью. Мы быстро-быстро побежали выше.

Когда заиграла музыка, косатки стали приветствовать всех плавником, выпрыгивать из воды и обливать гостей. Один мужчина на нижних рядах как сидел с камерой в руках, фотографируя происходящее, так и остался сидеть, облитый сверху донизу, а по камере стекала вода.

Эти огромные красавицы и разговаривали, и выполняли разные элементы шоу-программы. Но мне уже было всё равно, что они делают, так они поразили меня своим размером и обаянием.

После представления мы ещё успели на дельфинов посмотреть. Шоу насыщеннее, но тем не менее косатки заняли особое место в моем сердце.

У нас время было ограничено. Мы собрались и пошли искать экскурсовода на парковке. Он предложил проехать по объездной дороге, посмотреть на Гарачико и продегустировать вина. Гарачико – маленький город на севере острова. Основное историческое событие, сделавшее Гарачико известным – это извержение вулкана Тейде, произошедшее в 1706 году и почти полностью разрушившее город. Его отстроили заново. Проезжая по трассе, можно полюбоваться им сверху, со скалы.

Всю дорогу Виталий что-то рассказывал про остров. Мне запомнилось название Маска. Рекомендовано к просмотру. Красивое ущелье, должно быть. Но завтра уже улетать. «Вот как ещё раз прилечу, обязательно схожу туда», – сама себе сказала я.

Дегустация вин проходила в маленьком магазинчике в городке Икод-де-лос-Винос. Я не сомелье, но выбрала несколько сортов, которые мне понравились, и купила. Недалеко от магазина был маленький бульвар со смотровой на парк. В парке del Drago находится одно из древнейших драконовых деревьев. Его возраст неизвестен. Высота этого растения составляет около двадцати метров, диаметр ствола десять метров, а приблизительный вес – около восьмидесяти тонн. Старая индийская легенда гласит, что давным-давно в Аравийском море на острове Сокотра жил кровожадный дракон, нападавший на слонов и выпивавший их кровь. Но однажды один старый и сильный слон упал на дракона и раздавил его. Кровь их смешалась и смочила землю вокруг. На этом месте выросли деревья, названные драценами, что в переводе с греческого означает «самка дракона».

Это наш последний пункт экскурсии. Вернулись мы к закату. Прогулялись с девочками по набережной. В этот раз закат был живописнее, так как вечер выдался ясный. На пляже мы увидели фигуры из песка, которых не замечали раньше, украшенные краской и маленькими игрушками.

У нас ещё была половина следующего дня, чтобы насладиться солнцем и искупаться. Небо безоблачное, солнце палящее, вода казалась теплее, чем наконуне. Три часа мы пролежали на песке, а войдя в самолёт, поняли, что загорели так что сливаемся лицом с красной формой.

Вот и пролетела одна из самых запоминающихся командировок. Посмотрела всё, что хотела, кроме ущелья Маски. Записала это ущелье для посещения в заметку и положила на полку памяти.

Гуанчжоу (Китай)

Несмотря на всё моё отношение к Китаю… нет, не так… не к Китаю… в общем, несмотря на рейс, предвещавший полный самолёт китайских граждан, я была рада туда полететь. Это новое направление для меня. Естественно то, что рейс будет трудным, было очевидно. К тому же эта часть Китая вообще не говорит по-английски. Мне повезло: со мной в паре работала коллега, знающая китайский. Поэтому я выдохнула и сказала ей: «Ты спрашиваешь, я раздаю». Она предоставляла выбор, переводила мне, а я раздавала подносы. В общем прилетели мы в этот прекрасный город на реке Чжуцзян, которая впадает в Южно-китайское море. Выяснилось, что это рейс не на сутки, а на тридцать часов. То есть у нас будет две ночи и один полный день. Это замечательно.

Прилетели мы вечером, с девочками засели в одном из номеров отметить наш прилет. Пижамная вечеринка удалась. Посидели недолго, зато душевно.

В этом отеле, как и в Шанхае, расположение мебели было похожим. И снова окна в пол!!!

Мы с соседкой по номеру Аней стали радоваться солнцу и рассматривать, что же у нас под окном. А под окном у нас оказался парк с каким-то красивым зданием и прудом. Надо туда прогуляться. До девочек мы не дозвонились. Они, наверное, спали в восемь-то утра.

Сходили на завтрак, пройдя через внутренний дворик. Там был маленький парк с мостиком через прудик с красивыми золотыми рыбками.

И вот две счастливые стюардессы в коротких шортах и легких кофточках вывалились из отеля… это я про нас с Аней. Выход сопровождался щелчками затвора нашего фотоаппарата.

После кондиционеров комфортабельной гостиницы нас окутала уличная жара. Было очень душно, жарко. Ветер не дул. Солнце не проглядывалось за туманом. И примерно через минут пятнадцать мы уже хотели не просто пить, а всю бутылку воды вылить себе на голову.

В местности мы не сразу сориентировались, так как выход был в другую сторону, но парк всё же нашли. Примерно минуту мы пытались изучить его схему с иероглифами, а потом «плюнули» на это дело и пошли, куда глаза глядят. Парк называется ЛюХуаХу (Liuhuahu). Первое, что мы увидели – это китайцы разных возрастов, которые занимаются всевозможными видами спорта. Кто-то на уличных тренажерах, кто-то на лужайке изображает движения, напоминающие танец. Некоторые просто играют в шахматы. Но парк был просто полон людей. Это здорово. У нас так не принято. Тут люди не сидят дома, не смотрят телевизор. Они собираются в группы и развлекаются на улице.

Мы гуляли по улочкам вдоль пруда. Нас окружали пальмы, деревья, разные растения. На мостиках через пруды порадовали красивые башенки в китайском стиле с загнутой крышей. В общем всё, чтобы дать нам почувствовать местный колорит. На другой стороне пруда было белое здание с арочными окнами и верандой над озером.

Потом мы с Аней стали искать «вай-фай». В номере он, конечно был, но не было доступа к социальным сетям. Фотографии даже некуда выложить. Даже в «Макдональдсе», где всегда есть доступ к сети, мы подключиться не смогли. Гуляя по улице, мы нашли кофейню напротив отеля. Там надо было купить кофе, и за это они давали пароль к «вай-фаю».

Планировался поход на рынок за одеждой. Девчонки уже проснулись. Пока они завтракали, мы ждали их в лобби, но почему-то они долго не выходили. Пришли к решению уехать на рынок без них.

Один таксист отказался нас везти, второй…. Один за другим они показывали рукой куда-то в сторону и уезжали. Мы подумали, что дойти можно пешком. Мы перешли на ту сторону улицы, куда махали все таксисты. Искали рынок, на который ходят все наши коллеги. Мы шли и шли. Но пока ничего похожего не видели. Постепенно на улице стало уже не очень приятно. Кругом ларьки с едой, которую готовили прямо при нас. Жарко, плохо пахнет. Грязно. Народ кишит. Периодически попадаются попрошайки то без ног, то вообще лежа на животе с обгоревшей облезающей красной спиной и голой пятой точкой. Зрелище отвратительное. Подходили к продавцам магазинов, говорили «неприличное» китайское название торгового центра HuiMei, который известен как «Шарик». Все продолжали махать в сторону. Нам казалось, что мы идем уже бесконечно долго, и почему же нас отказались везти на такси. Поднимаясь по лестницам, переходя с одной улицы на другую, мы всё-таки пришли к нему. Конечно, уже уставшие.

Сначала мы поднялись на рекомендованные нам этажи брендовых подделок. Нашли пару вещей, но остальное нам не понравилось. Зато первые два этажа были полны одежды вполне себе молодежной. Джинсы, платья, майки. Но мерить нельзя, пока не заплатишь. Вот так. На глаз девушки-продавцы ловко подбирали размер. Я хотела купить джинсы, но они были таких моделей, какие я не ношу: прямые, сидят высоко и короткие, щиколотку видно. Я предпочитаю длинные и с низкой посадкой. В общем надо было мерить. Пришлось заплатить. Я надела их. Это совсем не моё. Вообще не идет. Конечно, я не хочу их покупать. Я попросила вернуть мне деньги. Девушка отрицательно покачала голой. Я стала изображать стерву и требовать деньги назад. Расстроенная продавщица доказывала мне, что у них такие правила и так принято, но потом сдалась и предложила заменить джинсы на любую другую вещь. Я выбрала шорты с вставкой из кружев. Разницу в сумме она мне компенсировала. Конфликт был исчерпан.

По дороге обратно мы поймали «тук-тук» – трехколесное транспортное чудо для перевозки пассажиров и грузов. Обычно представляет собой крытый трехколесный мотоцикл. Удобны они тем, что легко пробираются сквозь поток машин, но затем всё равно стоят в таких же пробках из «тук-туков».

Немного передохнув в отеле, мы убедились в том, что вылет точно состоится только на следующий день, и поэтому поехали на набережную Жемчужной реки. Современная набережная. Широкая река, по которой плавают катера. Всё здесь подсвечено яркими огнями: мосты, лодки. Мы прогуливались вдоль набережной по аллее, как вдруг налетел сильный ветер, начался ливень. Стеной. Хорошо, что сумели поймать такси и вернуться домой. Но впечатление всё равно получили колоссальное всего лишь от получасовой прогулки. К слову, дождь лил весь вечер.

Волгоград

Это слишком короткий рейс для командировки: два часа полета в одну сторону. Такие рейсы я бы отнесла ко второй категории иногда удачных – ночёвка. Не могу сказать точно по какой причине – возможно, из-за закрытия аэропорта на ночь: многие, кто вылетают поздно, возвращаются уже утром. Из ближайших городов к Москве вроде Санкт-Петербурга, Сочи, Перми, Самары, Волгограда и других люди вылетают как на работу рано утром и возвращаются поздно вечером. Наш экипаж вылетает под ночь, оставляет самолёт на стоянке, заселяется в отель переночевать и потом на том же самолёте летит назад. При достаточном времени это актуально и необходимо. Часа три на сон покажется вам мало, но поверьте, для бортпроводника, который вылетел в ночь, а вернется в Москву только утром, даже час сна это уже прекрасно. Как маленькая перезагрузка. Бывает, что время стоянки настолько небольшое – два-три часа – что выезжать в отель не имеет смысла. И все ночуют прямо на самолёте. Берется пара пледов, раскладывается, поднимаются подлокотники, ложишься на три кресла в экономическом классе. Можно в бизнес-классе, конечно, но там полусидя, а тут хотя бы лежишь. Помню, даже фотографию родителям как-то прислала. Кажется, это было в Киеве, нас тогда просто не выпустили из самолёта в отель. Я сфотографировала эту «кроватку» и отправила с текстом: «Это хорошее место, пожалуй, я лягу здесь». Волгоград же встретил нас звездным небом и предоставил комнаты в отеле, рядом с аэропортом.

Я работала в бизнес-классе. СБ была родом из Волгограда и собиралась на ночь поехать домой. После прилета ко мне подошла коллега, которая работала в экономическом классе, и предложила пойти погулять по ночному городу. Я обычно к таким поездкам не готовлюсь заранее: мало кто хочет провести бессонную ночь. Не было ни фотоаппарата, ни другой одежды – только форма. На улице было тепло. Лето. С нами собрался наш коллега. Конечно, с молодым человеком безопаснее. Дождавшись, пока нас заселили, выдали нам ключи, бригадир пожелала спокойной ночи и вышла из отеля к такси. Мы оставили вещи в номерах и на цыпочках прошли мимо «ресепшена» к выходу, чтобы нас не заметили. Мы с Дашей сняли пиджаки и остались только в платьях, а наш спутник в полной форме. Завернули за угол отеля, чтобы вызвать такси и услышали «Так так так. И куда это мы собрались?». Оказалось, что бригадир ещё не уехала, а пока ждала машину. Мы сначала перепугались, но она не только одобрила наш выезд, но и отдала свое такси, а себе вызвала новое.

Таксист был сговорчивый. Мы объяснили, что хотим увидеть всё самое интересное. Он назвал сумму – шестьсот рублей за весь тур. Мы поделили на троих и сразу согласились.

Проезжая по дорогам города, он как настоящий экскурсовод рассказывал всё, что знал. Первая наша остановка была около небольшого ночного клуба на Волге, недалеко от парадных ворот. Жаль, что в темноте плохо видно, но оценить то, какая река широкая мы смогли. Лунная дорожка на ней придавала ночному пейзажу особую романтику.

Для нашего коллеги таксист сделал специальную остановку около музея-панорамы «Сталинградская битва», где расположен отреставрированный паровоз тех времен с платформами и вагонами четырех типов: бортовая платформа, вагон-цистерна, вагон-теплушка для перевозки людей и платформа для перевозки танков и другой тяжелой техники. Этот паровоз получил название «Мемориальный комплекс «Воинский эшелон».

Из окна машины мы увидели руины старой мельницы. Напоминает забытое и заброшенное всеми здание-призрак. Мельница была построена в начале двадцатого века. Во времена войны она была пунктом обороны.

Пять минут тут, пять минут там. И мы уже едем на главную достопримечательность города – Мамаев курган и «Родина-Мать». Таксист вышел из машины и пошел с нами.

Скульптура «Родина-Мать зовет!» виднелась у вершины лестницы.

Подъем на Мамаев Курган начинается со скульптурной композиции «Память поколений», изображающей людей разных поколений, которые несут венки и спущенные знамена к могиле солдат. Лестница вывела нас на аллею пирамидальных тополей, высаженных по обе её стороны. После второй лестнице мы увидели скульптуру воина «Стоять насмерть!», в одной руке которого – автомат, а в другой – граната. Потом снова стены. Левая сторона стен усеяна яркими фразами – клятвами советских солдат. Правая часть стен-руин на Мамаевом кургане изображает сцены ожесточенных боев под Сталинградом. Мы вышли на площадь, в центре которой бассейн, слева от которого расположена небольшая зеленая зона из елей. Правая же часть заполнена шестью скульптурами, отражающими моменты из военной жизни Сталинграда. В стене с барельефами, основная тема которых торжество победы над фашистским врагом, стоит фигура скорбящей матери, держащей на руках погибшего на войне сына. В Зале Воинской Славы мы увидели скульптуру руки, по локоть растущей из пола, держащую факел с вечным огнем. Поднимаясь под купол по невысокой лестнице, мы вышли на тропинку, а затем, вдоль холма с газоном, подошли к главной скульптуре комплекса «Родина-Мать зовет!». Скульптура подсвечивается и на фоне звездного чистого неба выглядит необыкновенно величественно. Холм, на котором стоит памятник, насыпной – его высота примерно четырнадцать метров. Высота «Родины-Матери» с учетом меча равна восьмидесяти пяти метрам.

Последний пункт – центральная площадь. Нулевой километр – точка отсчета всех дорог Волгоградской области. Он находится на площади Павших Борцов. Здесь мы посмотрели на ещё один вечный огонь. Проехали мимо вокзала и вернулись в отель. Мини тур занял два часа. А экскурсовода мы решили отблагодарить, подняв стоимость поездки. Оставалось два часа на сон, но как-то не спалось.

Вот такие спонтанные путешествия иногда случаются. Спасибо коллегам.

Доминиканская республика

Четыре дня на острове в океане. Я заказывала этот рейс с Инной, которая была моим бригадиром в Иркутске. В данном случае она будет обычным бортпроводником, потому что для СБ больших самолётов надо получать допуск отдельно, это только штатные бригадиры.

Перелет был тяжелый и долгий – тринадцать часов. Было неожиданностью, что в экипаже с нами был Александр, который сопровождал нашу компанию девчонок на Тенерифе. Со знакомыми лететь всегда веселее.

Сутки без сна, жара, солнце, утро. Обидно было бы всё проспать, а спать, ну, очень хотелось. Расселили нас, как и планировалось: я с Инной в номере. Номер хороший, с видом на бассейн. Девушка, которая встречала наш экипаж, предложила экскурсии. Мы вдвоем решили взять одну из дорогих – купание с двумя дельфинами сорок минут (двести долларов – для справки это лето 2014 года), и я ещё захотела съездить в Санто-Доминго – столицу республики. Всё-таки четыре дня в Доминикане, которые надо провести с пользой. Для сравнения цена на поездку с гидом довольно далеко (три часа в одну сторону) – стоит сто двадцать долларов. У СБ я отпросилась, так что всё было официально. Единственное, о чем она попросила – сообщить, когда я вернусь. Сегодня день пляжа, завтра и послезавтра – экскурсии, а на четвертый день я тоже запланировала пляж.

Инна и Саша предложили пойти сразу на берег, лечь на шезлонг и спать. Белоснежный песок, лазурный берег. Ну конечно же, когда мы увидели океан, спать сразу расхотелось. Да и прохладная вода оказалась настолько комфортной, что не хотелось вылезать. В отеле у нас было «всё включено», и в любое время можно было дойти до беседки недалеко от пляжа, взять, например, кусок пиццы и вернуться на свое место под солнцем.

Какой восторг я испытывала, не передать словами! Но сон всё-таки взял верх, и мы после обеда решили проспать до ужина.

Меня разбудил звонок командира: «Аня? Экскурсия в Санто-Доминго начнется на час раньше. Поняла? Не «угу», а повтори!».

Кстати, о командирах. У нас их два, как и вторых пилотов. Рейс длинный – экипаж усиленный, одни рулят, другие отдыхают.

Утром следующего дня на завтраке мы с Инной встретили нашу «старшую». Поболтали. Собрались и пошли за территорию отеля в поиске остановки, с которой нас должен был забрать автобус.

Автобус привез нас прямо к пляжу. Вокруг палатки толпился народ. Людей было много, что меня огорчило. Сначала нам выдали браслеты. Причем людям из толпы одни, а нам другие. Нас посадили в катера и отвезли подальше от берега, где глубоко, потому что дельфины были именно там. То есть дельфины жили прямо в море, огороженные от родной им океанской бездны сетками.

Теперь эта же толпа укладывала вещи в камеры хранения на плотах, где были лавочки для ожидания. В это время я фотографировала дельфина, который проплывал мимо и одним глазом выглядывал из воды, чтобы рассмотреть нас. Толпу определили в другой «бассейн», где были акулы, скаты на дне и рыбки. Можно было надеть маски и искупаться. Кто-то так и сделал. А мне вот совсем не хотелось опускаться к акулам, даже если они просто безобидные няньки и даже если они глубоко лежат на дне, не поднимаясь на поверхность. Минуты ожидания шли. А мы с Инной делали фотки, гуляя по деревянной дорожке-плоту. Кстати рядом был ещё загон с морскими котиками, они катались на маленькой горке, но к ним не пускали.

Толпа двинулась к дельфинам. Я спросила, не забыли ли про нас, и мне в ответ велели ждать. Это уже начинало угнетать. Успокаивало только то, что были ещё человек пять таких же как мы.

Появилось развлечение: смотреть как народ «купается» с дельфином. В кавычках, потому что купанием это назвать было сложно. Они стояли на дощечках по пояс в воде и гладили мимо проплывающего дельфина.

– И это стоит двести долларов? – Стали обсуждать мы с Инной, – может у нас другое чуть будет, у них вроде один дельфин, а у нас два заявлено?

Всё больше и больше переживания стали поглощать меня. Я хотела плавать с ними, а не просто стоять и тянуться рукой.

Когда группа уехала, нас отправили в другой бассейн. Мы спустились на такой же мостик и стояли по пояс в воде. Нам сказали вытянуть руки и погладить проплывающего мимо дельфина. Потом дельфины стали выныривать и брызгаться плавниками. Подплывали и целовали каждого в щеку, а фотограф делал снимки. Пока один дельфин выполнял команды, второй просто плавал мимо, а я под водой подозвала его рукой. Он подплыл и вынырнул. Смотрел на меня и ждал команды. А я так была ошарашена его ответной реакцией, что не смогла больше ничего придумать, и он уплыл. Потом мы отплыли на середину бассейна (что-то новое, у той группы такого не было), и вытянули руки перед собой. Два дельфина стали плавать у нас под руками. Ой, какие шершавые веселые малыши. Мои надежды оправдались. Мы вернулись к бортику. Стали отплывать опять на середину по очереди. Сначала один дельфин прыгал над головой, потом следовало повернуться боком, и расправить руки в стороны. Оба дельфина подплывали с двух сторон и везли меня обратно. Плавали мы действительно минут сорок. И хорошо, что нас мало!

Пока мы ждали катер, я пошла фотографировать акул, так как людей там уже не было. Подошел один доминиканец и спросил, хочу ли я её погладить… акулу… погладить… и остаться без руки? И вот этот парень, надел маску, нырнул… и гонялся за ней по дну. Выныривал, чтоб вдохнуть, и снова нырял за ней. Схватил за хвост. Та недовольно завертелась. Он поймал её за верхний плавник и поднял на поверхность. Я встала на коленки и опустила одну руку к воде. Коричневая пятнистая акула-нянька смотрела на меня. Он головой указал – трогай. Я аккуратно провела пальцами по ней. Шершавая. Больше ничего не скажу, слишком коротким оказалось мгновение общения с акулой. Её отпустили, и она снова легла на дно.

Перед ужином я узнала, что командир наш очень недоволен тем, что из сети соседних отелей нас поселили в четыре звезды, а не пять, как прежде. Уж не знаю, как ему это удалось, но перед нами извинились, что там нет мест, и предоставили браслеты пятизвездочного отеля. Теперь нам позволялось отдыхать и ходить туда на завтраки, обеды и ужины. Питание там куда шикарнее, чем в нашем отеле. От изобилия блюд глаза разбегались. Столы пестрели разными фруктами, десертами, закусками, овощами. Гарниры, мясо, рыба на любой вкус. Мне запомнились такие маленькие бокальчики с каким-то безумно вкусным десертом, напоминающим по вкусу йогурт.

На второй день я встала пораньше, перекусила и села около входа ждать машину с гидом… или автобус… что-нибудь, что отвезет меня в Санто-Доминго.

Десять минут прошло…. Пятнадцать. Уже начала нервничать. Не перепутала ли время или день? Автобусы приезжали, но не за мной.

Спустя, наверное, полчаса приехал минивен с гидом и ещё человек шесть. Путь неблизкий.

Через какое-то время мы сделали первую остановку – пещеры «Три глаза». Это три озера с кристально чистой прозрачной пресной водой в пещерах. Но несмотря на название, есть и четвертое озеро, которое находится дальше – за третьим, и добраться до него можно только на плоту. В пещеру спускаешься по лестнице. Вокруг камни, булыжники, свисающие над головой каменные глыбы. Посреди пещеры стоит дерево с иголками на стволе. У каждого водоёма особый химический состав: из-за чего часто вода кажется ярко-голубой, даже лазурной.

Первое озеро знаменито кристально чистой водой с насыщенным аквамариновым цветом. Второе славится своими миниатюрными размерами и зеленовато-желтой окраской. Третье озеро раскинулось в огромном пещерном зале с настоящими сталактитами (хемогенные отложения в пещерах в виде образований, свисающих с потолка), по нему за дополнительную плату можно совершить путешествие на плоту. Он деревянный, а по обе стороны стоят лавочки. Плотом управляет местный, передвигаемся мы по веревочке. Скоро свет от берега стал почти не виден, а до другого ещё не доплыли. Темно. Слышно, как над головой пролетают летучие мыши. Через пару минут появляется просвет. Пещера, как пасть животного, раскрывается, и мы выплываем к небольшому берегу. По деревянному мостику можно дойти до четвертого озера. Его свод обрушился, и теперь пейзаж здесь больше напоминает кратер вулкана с растущей на склонах буйной тропической зеленью. Зато от солнечных лучей вода переливается ещё красивее.

Вторая остановка – маяк Колумба – мавзолей с его прахом. Маяк Колумба открывал в 1992 году Папа Римский Иоанн Павел II, в память о чем перед маяком стоит автомобиль, похожий на военный внедорожник, только белый, а на стене воспроизведен автограф главы католической церкви. Построили маяк к пятисотлетию открытия Колумбом Америки. Говорят, что на этом месте в XV веке Христофор Колумб установил деревянный крест, когда высадился на новую землю, поэтому и маяк Колумба был построен в форме креста. Это длинное прямоугольное здание с лестницей у входа совсем не напоминает маяк. Триста десять метров – длина, тридцать три метра – высота. Заходим с центральной лестницы в начале вытянутого здания. Впереди длинный холл с дверьми. За каждой дверью – экспозиция из разных стран. Над входом можно увидеть даты событий, связанных с открытием Колумбом Нового Света, модели кораблей и карты путешествий. В середине здания в кругу находится белый мавзолей с чёрным металлическим сундуком. На крыше Маяка расположена целая батарея направленных в небо прожекторов. Говорят, созданный ими крест света виден за десятки километров.

Санто-Доминго – столица Доминиканской Республики, основанная в 1496 году братом знаменитого мореплавателя Христофора Колумба – Бартоломео Колумбом. Первое, что мы увидели – Президентский дворец. Здание с куполом и колоннами на центральной лестнице. Перед входом стояли военные в оранжевых беретках. Я с ними сфотографировалась, и мы пошли дальше по улицам города. Улочки узкие, металлические лавочки, старые дома. С некоторых домов свисают заросли разных цветочных растений. Какие-то дома отреставрированы, какие-то нуждаются в обновлении. Но в этом и прелесть старого города.

На площади колониальной части города стоит памятник. Кому? Конечно, Колумбу. Памятник создан ещё в 1897 году. Великий мореплаватель стоит на высоком постаменте и указывает рукой куда-то вдаль. Чуть ниже Колумба расположена крошечная фигурка девушки-индианки из племени таино, которая придает монументу грустный оттенок. Дело в том, что за время своего правления испанцы практически полностью уничтожили местное население Доминиканы, поэтому монумент воспринимается очень неоднозначно.

За памятником расположен один из самых старых храмов и символ Санто-Доминго – собор Санта Мария ла Менор, посвященный Деве Марии, покровительнице Америки. Собор был построен в 1514– годах. Первый камень этого здания был заложен сыном великого мореплавателя Христофора Колумба, Диего Колумбом. Храм скромно расписан, на стенах почти ничего нет, только белый камень. Иконы висят только в углублениях и у алтаря.

На площади к нам подошел пожилой дедушка и стал предлагать какие-то травы для настойки Мамахуана на вине.

Гуляя по старому городу, мы дошли до Национального Пантеона, построенного как церковь и монастырь монашеского ордена иезуитов в 1747 году. Внутри него ковровая дорожка, по обе стороны которой стоят флаги, а в конце стена с именами героев Республики. В саркофагах из мрамора захоронен их прах. На входе в здание всегда стоит почетный караул. На фасаде Национального Пантеона высечены фигуры основателей – Франциска Ксавьера и Игнатия Лайолы.

Последним пунктом экскурсии значился Дворец Эль Алкасар де Колон, построенный на высоком берегу реки Осама в промежутке между 1510 и 1514 годами. Семья Диего Колумба (сына мореплавателя) – он сам, его супруга Мария Толедская и их потомки – проживали здесь вплоть до 1577 года. Стены здания сложены из блоков, выпиленных из коралла, который за миллионы лет спрессовался в монолит. Получилось большое прямоугольное двухэтажное, внушительное здание, насчитывающее пятьдесят пять комнат и украшенное снаружи колоннадой.

Я бы не назвала здание дворцом – больше похоже на коробку с колоннами в испанском стиле у входа, с балконом на втором этаже. Скромненько. Недалеко стоит бывшая конюшня – сейчас это сувенирный магазин.

В 1586 году дворец захватили пираты Фрэнсиса Дрейка. После этого здание пришло в запустение. В 1870 году полуразрушенный дворец провозгласили национальным памятником, а в 1955 году под руководством испанского архитектора Хавьера Барросо – отреставрировали.

Сейчас в здании дворца располагается музей, посвященный истории открытия острова. В двадцати двух залах выставлены мебель и произведения искусства той эпохи. Вот, кстати, мебель интересная. Простая. Обычно во дворцах всё золотое и изысканное. А тут сундуки и маленькие кровати. Вся мебель деревянная. На первом этаже статуя рыцаря в доспехах.

По пути назад мы вышли полюбоваться волнами Карибского моря. Вернулась я к себе в отель поздно вечером.

Ещё один день ленивого пребывания на пляже, а потом домой. Вылетели утром, прилетели утром того же дня. Разница во времени дала о себе знать. Время как будто остановилось, пока мы летели.

Бангкок (Таиланд)

О Таиланде я немного слышала. Знаю, что люди туда зимой едут отдыхать. Ещё видела дворец в фильме «Мальчишник. Из Вегаса в Бангкок». Заранее я к этой командировке не готовилась. Прилет в столицу был утром. По старой наработанной схеме я уговорила ещё одну бортпроводницу Лолу поехать со мной погулять по городу. На радость нам, коллега согласился побыть нашим экскурсоводом, так как он отдыхал тут недавно. Мы напились кофе и запаслись колой в дорогу. Кто бы что ни говорил, но это немного бодрит, особенно после десяти часов полета.

План экскурсии простой. Но сначала надо было доехать от отеля до того дворца из фильма. Движение, как и во всей Азии, тут жуткое. Машин полно. Мопедов и «тук-туков» ещё больше. Почему-то напрямую нас везти никто не хотел. Через мост ехать у них какие-то проблемы. Таксист довез нас до реки и высадил. Сказал, что по реке можно доехать, наслаждаясь красивыми видами. Он уехал. Мы подошли к кассе. Посмотрели на цены. Были бы мы с Лолой вдвоем – мы бы за любые деньги поехали, так как в таком состоянии плохо думается, а особенно считается. Но Дмитрий был непоколебим: «Это дорого!». И мы ушли. Поймали «тук-тук». Он легко нас довез до дворца и высадил недалеко от главного входа. Дмитрий сказал, что не пойдет во дворец, так как уже там был, поэтому будет нас ждать через час у кассы.

Мы прошли вдоль длинной белой стены. На входе нас заставили надеть поверх шорт длинную ткань вместо юбки. Внутри дворца находится монастырь. Я даже сфотографировалась с монахами в оранжевом одеянии. Большое количество типичной архитектуры в одном месте впечатляет.

Дворцы и храмы возводились на протяжении двухсот лет, поэтому каждое здание отличалось собственным стилем, отождествляющим эпоху и вкусы монарха. Здесь много маленьких храмов, в том числе храм Изумрудного Будды, вырезанного из нефрита. Предположительно, статую нашли несколько веков назад среди обломков пагоды, разбитой молнией.

Здания стоят очень тесно друг к другу. Я бы даже сказала, что рябит в глазах от такого количества разноцветных орнаментов, разных крыш и арок. Каждое здание здесь полностью усыпано как будто мозаикой ярких цветов и позолотой. Маленькие фигурки украшают фасады. По всей территории королевского дворца размещены скульптуры мифических животных, каменные китайские фигуры, бронзовые львы и огромные стражники, охраняющие ворота.

Между помещениями рассажены красивые деревья разных форм. При входе в некоторые храмы нужно было снимать обувь. А в храме изумрудного Будды нельзя было фотографировать, но я всё равно изловчилась. Там на верхушки пирамиды сидела маленькая фигурка Будды. Стены некоторых зданий разрисованы красивыми пейзажами Таиланда.

На всё нас не хватило, мы и так гуляли два часа. Уже стали переживать, что не найдем Диму, но он нас ждал у выхода. Дальше мы пошли пешком. Наш экскурсовод-коллега хотел провести нас к маленькому храму с высокой статуей, конечно, снова Будды. Мы шли вдоль улицы практически пустой среди трущоб. Меня удивляет количество проводов, свисающих с домов. Наткнулись на магазин и купили по мороженому. Мы ведь так и не пообедали.

Статуя стоящего Будды находится в храме Интхаравихан. Найти его было бы непросто, если бы не наш коллега. Сюда приходят чаще местные жители, чем туристы. Храм сделан в том же стиле, что и дворец – белый, с мозаикой и специфической крышей. Тут тише и спокойнее, чем в храме изумрудного Будды. Мы прошлись по небольшой площадке, где местные молятся. Посмотрели на двадцати трех метровую статую и пошли на выход. Лола увидела, что у выхода продавали птичек. Можно было немного заплатить и выпустить их на волю, загадав желание.

Дмитрий довел нас до океанариума, показал, где купить билеты и ушел. Оттуда до отеля было не далеко. Мне запомнился этот аквариум как самый большой из всех, что я видела, хотя не могу сказать, что там можно увидеть что-то новое. Те же рыбки, те же морские коньки, те же акулы. Но вот подача и форма аквариумов впечатляет. Дорожки широкие, людей не так много, даже когда проходишь по туннелю, и над головой проплывает акула, можно сфотографироваться так, что будет казаться, что вокруг нет никого. Ещё интересно поплавали в лодке по небольшому бассейну, когда под нами проплывали акулы. Потом нас завели в какую-то лабораторию, где разводят растения и рыб, которые находятся в океанариуме.

Уставшие мы только добрались до отеля и легли спать в семь вечера, так и не успев пообедать и поужинать. В час ночи на меня напал голод, я проснулась и стала перекусывать орехами и всем, что нашла в мини-баре.

Пекин (Китай)

Ура-ура! Я увижу китайскую стену!

Не тут-то было. Из коллег туда ехать никто не захотел, мол далеко. Народ своим ходом добирается на метро и автобусах. Я бы поехала. Вдруг я никогда сюда не попаду больше. Но не ехать же одной. Я так и не поняла, где это. Опять я услышала ту же фразу – «Подожди двухсуточный рейс».

Прилетели вечером, легли спать. Соответственно времени на прогулки останется до вечера следующего дня.

На рейсе была девочка, которая согласилась пойти со мной погулять по городу. Лето, жарко, но туман. Вышли из отеля и пошли к метро, которое находилось через пару зданий. Вдруг я вспомнила, что не поменяла доллары на юани. Справа от нас был отель, и мы зашли туда. В обмене нам отказали, попросили номер комнаты, а это же не наш отель. Я повернулась от ресепшена в сторону и увидела знакомые лица молодых ребят, активно что-то обсуждающих.

– Привет. Вы нас не помните? Мы экипаж. Вчера с вами летели.

– О, да. Здравствуйте.

– Ребят, а вы же тут разместились? Можете помочь деньги поменять.

– Конечно. Мы вам можем ещё подсказать, куда поехать.

Развернули нашу карту и стали рассматривать.

– Вот тут зоопарк с пандами. Запретный город ещё можно. – Мини инструктаж прошел.

Вот так иногда бывает. Своих же пассажиров встречаешь потом в городе.

На метро мы добрались до зоопарка. Это был наш первый пункт – самая удаленная от отеля точка. Я считаю, что зоопарки везде одинаковые, за исключением некоторых животных. Например, панда. Не тратя время на других животных, отправились сразу к ним. В нескольких вольерах лежали ленивые мишки. Кто-то спал головой вниз, а кто-то жевал травинку, лениво переваливаясь с бока на бок. Нам удалось сделать пару снимков. Больше и рассказать нечего. Ну милые толстые ленивые животные.

Следующей ближайшей точкой была телебашня. Мы доехали до неё на такси. Всё было в тумане. Вид, конечно, не впечатлил. Да и чем могли впечатлить серые здания разной высоты и не более того. Не то, что Шанхай, где всё пестрит красками.

Моя коллега сказала, что устала и поедет в отель. В моём плане остался Запретный город. Я смотрела про него в передаче «Орел и решка» и видела на фотографиях коллег.

Когда я села в метро на кольцевую ветку, мне всё покоя не давал Олимпийский парк Пекина. Он находился на совсем отдаленной точке города по сравнению с другими достопримечательностями. Теперь я одна, уговаривать некого. Включила музыку на телефоне, вставила наушники и погрузилась в свои размышления, пока китайский метровагончик мчался полчаса по рельсам подземки в нужном направлении. Мои мысли прервала только одна ситуация: женщина держала на руках ребенка, потом вдруг взяла его, подошла к двери вагона, сняла ребенку штанишки и на весу стала держать в углу между сидением и дверью (вагоны как у нас). Ребенок стал писать. Меня удивило безразличие и спокойствие остальных к происходящему.

По схеме метро я рассчитала, что можно выйти на одной станции, пройти через весь парк и сесть там на другую ветку. Утешала я себя тем, что раз не удалось побывать в Олимпийском парке Сочи, то хотя бы смогу посетить в Пекине.

В 2008 году в Пекине проводились летние Олимпийские игры. Для проведения соревнований на севере Пекина был построен огромный Олимпийский парк. Кстати Пекин на самом деле называется Beijing.

Олимпийский парк представлял собой длинную широкую аллею, по обе стороны от которой стояли разные здания, а в конце парка возвышалась смотровая башня Линлун с олимпийскими кольцами. Но опять подниматься в такую погоду не было смысла.

По левую сторону стоит стеклянное здание бассейна. Архитектура напоминает упаковочную бумагу голубого цвета и прямоугольной формы, шестиугольные «шарики» которой так и хочется полопать.

Напротив через аллею стоит гнездо, как будто обтянутое металлическими веревками круглое здание с дыркой на крыше – это стадион.

Фонари вдоль аллеи похожи на футуристические цветы на длинном стебле, с цветками, торчащими на разной высоте в разные стороны.

Я смотрела по сторонам и искала людей с фотоаппаратами – туристов. Пара азиатов стояли неподалеку. Подошла и попросила меня сфотографировать. Они выполнили просьбу, а потом, что меня удивило, сфотографировались со мной.

Как говорится, галопом пробежала по аллее, увидела метро и спустилась в него. Времени всё меньше, а ещё хочется увидеть главную достопримечательность – Запретный город. Он ближе всех к отелю, на той же ветке.

В вагоне на меня смотрели две китаянки. Потом указали на мою карту в руках, пролепетали что-то на своем, явно обращаясь ко мне. Я ответила на английском, что не понимаю, и они рассмеялись. Что вызвало такой восторг, так и не поняла.

На карте Запретный город был нарисован между двух линий метро. Я решила не делать пересадку и выйти на ближайшей, потом пройти наверх через запретный город и сесть на прямую ветку до отеля.

Выйдя из метро, я увидела высокий кирпичный забор и ворота, из которых выходили люди. Подошла поближе и поняла, что это выход, а войти тут не получится. Прошла чуть дальше за угол. Люди становились друг за другом, образуя очередь к небольшому поезду, который вёз куда-то за стену. Очередь была большая, и я не стала ждать. Поймав такси, доехала до входа в «город», то есть на дальнюю остановку метро, куда я не хотела ехать, дабы сэкономить время.

Увидев вход, я стала дергать водителя и просить его остановиться. Но он не останавливался и балакал что-то на китайском. У меня появился страх, что меня вообще увезут и я почти начала открывать дверь на ходу, как он повернул за угол от входа и открыл дверь. Видимо, напротив останавливаться нельзя.

Здесь очередь была не меньше. И было не совсем понятно, куда я вообще стою. Где-то слева от входа кирпичный забор с фотографией Мао Цзэдуна по центру. Кажется, впереди видны детекторы. Усиленная безопасность или вроде того. Стоя в толпе, я успела разглядеть площадь рядом Тяньаньмэнь.

Полное название дворца – Пурпурный запретный город. В настоящее время он называется Гугун – «Бывший дворец». Запретный город в Пекине – самый большой в мире дворцовый комплекс.

Запретный город строился с 1406 по 1420 год, когда «Поднебесной» правил третий император династии Мин ЧжуДи. Именно он превратил Пекин в столицу империи. Все постройки выполнены из дерева. В Запретный город вход простым смертным был ограничен. Иностранцы сюда практически не допускались. Поэтому, естественно, слагались самые фантастические легенды о том, что находится за высокими стенами дворца.

Для того, чтобы попасть в Запретный город, нужно пройти несколько ворот. Я стояла около первых.

Вокруг меня в толпе были одни китайцы. И только три рыжих парня, кажется из северной Европы, стояли где-то неподалеку. Ближе и ближе мы двигались, и эти ребята оказались рядом: «Куда мы стоим?» – спросил один из них на английском. «Я не знаю» – пожала плечами, и мы посмеялись. Полчаса в очереди, не зная куда. Может меньше, но мне казалось, что я стою бесконечно долго. Наконец, пройдя через металодетекторы, я оказалась прямо напротив портрета Мао Цзэдуна. Вот и первые ворота. Времени всё меньше. Рынок около отеля закрывается в пять вечера, а мне ещё хотелось туда успеть. Значит бежать надо быстро, хотя это сложно. Босоножки уже стали натирать. Передо мной раскинулась широкая дорога. Я шла по ней до следующих ворот. Но охранник меня развернул за билетом. Пришлось идти обратно к кассам. Ну, хоть тут очередей нет.

Запретный город со всех сторон окружен рвом с водой, над которым поднимаются неприступные стены высотой десять метров, те, в которые я уперлась сначала.

Вернувшись и показав свой билет, я прошла через одни ворота, оказалось перед другими. Умэнь, «Полуденные ворота», за которыми и начинается сам «город». Передо мной открывается огромная площадь. Впереди переброшены пять мраморных мостиков. Поручни украшены столбиками с чем-то похожим на купола. Забыла сказать, что, когда находишься внутри площадей, вокруг стоят здания и галереи с пурпурными стенами, с оранжевой крышей и золотыми украшениями. Гугун построен в соответствии с традициями строительства китайского жилища. Жилые строения и галереи, соединяющие их, стоят по периметру, в середине – квадратный или прямоугольный двор. По мере расширения дома к нему достраивались «квадраты». Проходя через ворота, попадаешь в новые и новые дворы.

Времени ходить по музею внутри зданий не было.

Ворота охраняют бронзовый лев и львица. Распознать их легко: под лапой у льва – шар, а у львицы – львёнок. Я уже слышала про это в передаче «Орел и решка».

За следующими воротами был выход, но кажется, это где-то в середине, там явно был зал ещё дальше, но ноги в кровь стерты, сил нет, есть хочется. Я вышла за пределы стен, увидела тот же ров и …о нет….. надо было идти вдоль рва и стены. То есть то же самое расстояние, что и до конца «города». И тут сократить время не удалось. Конца не видно, потому что дорога поворачивает за стену. Что делать дальше я не знала. Придется идти.

То ли моё измученное лицо, то ли желание заработать остановили одного китайца на мопеде. «Подвезти?» – «до метро». Я не спросила цену. Но какая бы она ни была, всё равно бы села. Это было моё спасение. Мы проехали ров, выехали к «выходу», повернули за угол и поехали по соседнему переулку обратно ко «входу» в «город», где была нужная станция метро.

Через несколько остановок я уже была на своей станции.

Спать…. Спать….. спать…

Владивосток

«Вдруг с погодой повезёт»

Повезло не только с погодой. На рейсе была стажерка Катя. А с ней опять инструктор Ольга. С Ольгой мы второй раз уже летим во Владивосток. С Катей мы быстро подружились и собрались поехать в город. Её волновал вопрос «отпроситься у инструктора», но мы не успели. Все быстро ушли спать в номера. Вздремнув часик, встретились в холле. Девушка с «ресепшена» вызвала такси.

Таксист высадил нас у главной достопримечательности – Золотого моста. Мы взяли его номер телефона и отпустили.

Перед нами был порт. Золотой Рог – бухта в заливе Петра Великого Японского моря. По обеим берегам расположен город Владивосток. Бухта является удобным местом для стоянки судов. Её берега практически на всём протяжении обустроены причальными сооружениями и заняты под стоянку судов. Набережная была непримечательная, зато мост приковывал взгляд. Мы уже проехали по нему с таксистом туда-сюда, но оценить размеры можно было только со стороны.

Золотой мост – это вантовый мост через бухту. Длина моста составляет 1388 метров. Белый мост с V-образными опорами и вантовым веером является визитной карточкой города. Уделив ему особое внимание, мы сделали несколько снимков и пошли вдоль набережной в сторону центра.

Мы шли по дороге вдоль трехэтажных домов. Таксист махнул нам в сторону от моста, сказал, что если пойдем туда, то увидим основные достопримечательности. Где-то вдалеке виднелось море.

Через несколько минут мы оказались на площади с памятником Борцам за власть Советов на Дальнем Востоке. Конструкция состоит из трех элементов. Первый – это фигура бойца, который в правой руке держит развивающееся знамя, а в левой – боевую сигнальную трубу. Две другие части – это многофигурные комплексы, расположенные с правой и левой сторон от основного монумента. Спустившись чуть ниже и пройдя мимо площади, оказались на Спортивной набережной. Дошли до моря. Погода была пасмурная, пошел небольшой дождь. Накинув капюшоны от толстовок, мы прошли вдоль набережной. Внимание задержала скульптура двух тигрят. Или львят. На пирсе сидел одинокий рыбак. Дождик покапывал, но наше настроение он не портил.

На набережной мы решили завершить наше путешествие по городу. Вызвали нашего таксиста и присели под навес в кафе попить чай. Основное мы увидели: город, мост, корабли, море. Куда ещё идти, не знали, а я заранее не изучила карту, так как не думала, что кто-то поедет со мной.

Пока мы ехали к отелю, дождь прекратился и выглянуло солнце. Я вспомнила, что где-то рядом с нами есть ещё один залив, и можно дойти до него. Водитель провез нас мимо отеля и остановился около небольшого леса. По тропинке мы спустились к рельсам. Перед нами открылся вид на ещё один залив. За рельсами был песок и спуск к воде. Солнце подняло наше настроение, и сегодня мы фотографировались со всем, что видели, и рельсы не исключение. Стоило нам спуститься к пляжу, как мимо пронесся поезд. На минуту меня окутал ужас: а рельсы-то рабочие. Вода была теплая. Солнце жарило, хоть уже вечерело. Захотелось купаться, но купальники остались в номерах.

Мы посовещались, посмотрели по сторонам – мы были одни, вокруг лес, впереди теплое море. «И так сойдет», – пробормотали мы, сняли верхнюю одежду и нырнули в воду. «Нырнули» это сильно сказано – на дне была тина. И, возможно, вода не очень чистая. Но освежает приятно. Можно поставить галочку на ещё одном море.

Мимо пролетающий локомотив нам просигналил. «И тебе привет» – помахали мы с Катей руками.

Оделись. Прогулялись вдоль по песку. Нашли огромную медузу, мертвую: её прибило к берегу. Таких больших я в жизни не видела. «Фу».

На ужине мы поняли, что все только проснулись, и нашего отсутствия никто не заметил.

Хошимин (Сайгон, Вьетнам)

Я мало что слышала о Вьетнаме. Успела купить путеводитель и почитать в самолёте. Всё-таки на четыре дня летим. Надо знать, что смотреть.

Немного истории. До 1975 года город носил название Сайгон – по названию реки, на которой расположен. Переименован был в честь первого президента Вьетнама – Хо Ши Мина.

В номер я заселилась с веселой девочкой с не менее веселым и милым именем Ляля. Да, это имя. Мы сразу переоделись, пошли обедать, а после собрались в город погулять. С нами засобирался наш коллега – повар кухни экономического класса.

Шведский стол пестрил разными видами суш, роллов, закусок, салатов, рыбы, мяса и десертов. Вдоволь насладившись едой, мы вышли в этот сумасшедшего ритма город.

На дорогах ездят мопеды. Не скажу, что быстро. Но их очень много! Дороги просто кишат местными на мопедах и им подобному транспорту. Машины – только такси. Дорогу здесь страшно переходить. Надо просто слепо шагнуть вперед – никто не остановится, но все объедут. За четыре дня я так и не привыкла к этому. Если ждать, пока остановятся водители – не дождешься. Кроме того, поражает ещё как вьетнамцы умудряются возить огромное количество коробок у себя за спиной на мопеде. Или, например, когда между мужчиной и женщиной на сиденье стоит ребенок.

На улице жарко. Июль. Сезон дождей. Но нам пока светило солнышко. Мы на такси доехали до первой достопримечательности согласно карте в путеводителе: длинное здание с фонтаном перед входом за высоким забором.

Дворец Воссоединения – также известен как дворец Независимости бывшего президента Южного Вьетнама. Для вьетнамцев этот дворец является символом окончания войны, поскольку официально она закончилась 30 апреля 1975 года, когда ворота дворца проломил и на территорию въехал танк северо-вьетнамских войск.

Мы купили билет и пошли внутрь. Можно было заходить во все комнаты. Обстановка многих комнат воссоздана с большой точностью. Создается полное ощущение, что где-то тут идет война. Особенно, когда находишься в телетайпной комнате с машинками, похожими на печатные. В подвале есть кухня. Можно посмотреть залы. В одной из комнат стоит деревянная кровать, а рядом на столике – два старых телефона с колесом и трубкой на проводе. Кругом на стенах висят карты движения войск. В коридорах стоят машины – старые Мерседесы. Мы не прошли и мимо комнаты с витринами с медалями, на стенах висят фотографии времен войны. В большом зале вдоль стен кресла в мягкой обивке, на полу ковры, а на стенах красные полотна с серпом и молотом. Вокруг дворца разбит парк, в котором есть военная техника, непосредственно участвовавшая в исторических событиях. Среди них есть и танк той же модели, который въехал во дворец в 1975 году, а также реактивный бомбардировщик, бомбивший его. На самом верхнем этаже здания на крыше можно увидеть вертолет.

Прогуливаясь по улицам города, мы попали под ливень. Встали под дерево, но всё равно промокли насквозь. Местные на такой случай носили с собой дождевики. Мы махнули таксисту и поехали в номера. Усталость после рейса давала о себе знать.

На следующий день рано утром после завтрака большая часть нашего экипажа отправилась на минивене к морю. Путь был не близкий: часа два в одну сторону. Пока мы ехали, погода с дождя на солнце три раза сменилась.

Вунгтау, который гордо носит имя «Вьетнамской Ривьеры», находится в ста двадцати восьми километрах от Хошимина. Пляж песочный, широкий и длинный. Несмотря на облачность и сильный ветер, было жарко, и солнце обжигало кожу.

Вокруг пляжа виднелись холмы, на одном из которых стояла статуя Христа, как в Рио-де-Жанейро, только поменьше.

Волны сбивали с ног и не давали насладиться плаванием. Это скорее было похоже на прыганье по волнам. Не сказать, что они сильно накатывали, но у берега очень мелко, поэтому волн было много. До глубины я так и не дошла.

В песке под ногами бегали маленькие крабы, по размеру напоминающие скорее больших муравьев. Поначалу я визжала и старалась как можно быстрее добежать до воды. Потом я стала к воде ходить в тапках. Один крабик, тот, что был больше, сначала нёс с собой окурок. Потом увидел ракушку, выбросил окурок и пытался утащить её.

Дождь и усталость вчера не дали нам пройти по всем достопримечательностям путеводителя, поэтому мы были намерены завершить маршрут на следующий день.

До центра от отеля ходил автобус. Останавливался он около рынка одежды и другого барахла, что тоже нас интересовало. Ведь цены в Азии намного дешевле, чем в Москве.

Закупившись немного, чтобы сумки были не очень тяжелыми, мы прогулялись по улицам и дошли до здания муниципалитета. Сейчас здесь находится дом культуры, попасть мы туда даже не пытались. Красивое бежевое двухэтажное здание с белыми колоннами и высокими окнами стоит на площади, а перед ним статуя Хо Ши Мина. Здесь же вокруг памятника было много клумб с красивыми цветами и интересными деревьями.

В центре, кстати, много зелени. Обычно Азия запоминается мне невысокими домами, грязными улицами. А вот Вьетнам приятен не только архитектурой, но и местным населением. Все очень улыбчивые, всегда готовые помочь. Мне здесь даже понравилось.

Местный театр стоит среди пальм и деревьев на площади недалеко от муниципалитета. Два атланта держат балкон у центрального входа, а два ангела – арфу над аркой на самом верху.

Люди ходят в шапочках «сборщика риса», как называет их мой папа. Азиатская шляпа конической формы предназначена для защиты от солнца и дождя при полевых работах. Я такую купила как сувенир и сразу сфотографировалась, наложив в фотошопе молнии между рук. Вьетнамцы тут ни при чем. Ассоциация у меня только с Рейдэном – персонажем из серии игр «Mortal Kombat».

Здания старые и новые – красивая архитектура. Вот перед нами Нотр Дам Де Сайгон. Действующий католический храм, расположенный на Парижской площади. Этот храм строился шесть лет – с 1877 по 1883 год. Показательный пример французской колониальной архитектуры, непохожий на парижский. Разве что круглым окном по середине напоминает французский. Крыша острая. Красный кирпич. Для общей архитектуры необычно, но в целом не впечатлило.

Справа от собора стоит телеграф, вполне такой симпатичный, с часами над входом, архитектурой больше напоминающий отель вроде нашего «Националя».

Местная молодежь сидит на газетах на бордюрах, ест мороженое, бургеры, пьет из стаканов с трубочками. Кто-то группами, как на пикнике, кто-то в одиночку. Почему-то именно на асфальте, хотя рядом прекрасные газоны.

Следующий пункт – музей жертв войны. Мы с Лялей остались равнодушны, а вот нашего попутчика туда тянуло – там же самолёты, танки, много оружия.

Экспозиция музея посвящена в основном фазе участия США во вьетнамской войне. Музей был открыт в сентябре 1975. Первоначальное название было «Дом для показа военных преступлений американского империализма и марионеточного правительства южного Вьетнама». Потом название изменилось на «Музей американских военных преступлений». В 1993 название изменилось на «Музей военных преступлений». Текущее название отражает процесс либерализации во Вьетнаме и нормализацию отношений с США.

Выставка музея состоит из восьми тем и размещается в нескольких зданиях. Трофейная военная техника во дворе. В углу двора находятся неразорвавшиеся боеприпасы.

Впечатление удручающее и ужасающее. Не от техники, естественно, а следующего:

В одном из зданий находятся «тигровые клетки», в которых по приказу правительства Южного Вьетнама содержались политические заключённые. Другие выставки содержат фотографии, сопровождающиеся краткими пояснениями на английском, вьетнамском и японским языках, показывающие последствия использования фосфорных бомб, жестокости. Среди экспонатов есть гильотина, которую французы и южные вьетнамцы использовали для казни заключённых, и три сосуда с консервированными плодами, подвергшимися мутациям.

Вскоре нам захотелось перекусить. Как раз настало время обеда.

Ресторан мы искали долго, но в конце концов нашли самый красивый. Нас привлек веселый рачок (или креветка), встречающий на входе в шляпе повара и с подносом. Внутри было искусственное дерево с белыми листочками, похоже на сакуру. Я не сильна в ботанике, не могу запомнить даже то, что живёт дома на подоконнике.

Я выбрала изумительно вкусную курицу с овощами в сладком соусе. На всех троих мы взяли креветок (кажется, это профиль ресторана).

Вечером я осмелилась первый раз в жизни попробовать в отеле мясо акулы и лягушачью лапку. На шведском столе их жарили при нас. Акула ничем не отличается от обычной рыбы, может, я не гурман. А вот лягушка напоминает смесь курицы и рыбы.

Мале (Мальдивы)

Вот я и добралась до командировки мечты. Скажу честно, я её заказала. Я попросила отдел планирования поставить этот рейс мне в качестве подарка на День рождения, который был три дня назад.

Мале – столица Мальдивской Республики, государства в Южной Азии, располагающегося на группе атоллов (островков) в Индийском океане, к югу от Индии.

В предвкушении были все бортпроводники, поэтому рейс прошел спокойно. Главное было, что мы летим на Мальдивы на четыре дня. Помню одну пассажирку молоденькую девушку, которая пыталась говорить со мной на английском и требовать фильм с французскими субтитрами. Я сделала всё, что могла, но фильм не нашла. Каково было моё удивление, когда, напившись вина, она заговорила по-русски. Ну зачем было строить из себя иностранку «на пафосе». Кстати, обратно она опять летела с нами.

Настроение улучшилось уже на подлете, когда из иллюминатора были видны островки, а потом, любуясь красивейшим пейзажем, мы садились вдоль кораблей практически на воду. Аэропорт был на острове: полоса вдоль воды. Самолёт был полный, и на таможне стояли очереди. Кроме того, одновременно с нашим, сел ещё один самолёт.

Нас, как всегда, провели без очереди. Капитан – мужчина в возрасте, вызывающий доверие и уважение, договорился с представителем, чтобы его жена прошла контроль вместе с нами, так как экипаж не может уехать без члена семьи сотрудника. Её вывели вперед и оставили перед паспортным контролем первой в ряду. Какого было возмущение капитана (и моё, я всегда сопереживаю), когда никто из пассажиров не хотел её пропускать впереди себя. Завязался спор между представителем и пассажирами, которые ругались и выражали своё недовольство. Уважаемые соотечественники! Да вы с ума сошли? Это капитан воздушного судна, который только что привез вас в это удивительное место; человек, который семь часов был за штурвалом. А вы даже не хотите его жену пропустить? Я до сих пор помню взгляд капитана. Весь экипаж ждал, и ждал не зря, мы уехали все вместе, но настроение, конечно, подпортили.

Нас провели в катер, раздали жилеты и отвезли на отель-остров «Бандос Мальдивы».

Я много слышала о том, что здесь акулы, которые не кусаются. Мне рекомендовали брать маску для подводного плавания – здесь есть на что посмотреть. Вокруг острова широкий риф, который заканчивается обрывом, и вот там уже начинается глубокий Индийский океан.

Нас заселили в двухместные одноэтажные домики. Это был мой первый отдых, когда я никуда не бежала.

Мы с коллегой и соседкой по номеру сдружились и ходили вместе на пляж.

Белый песок, голубая лагуна, чистейшая вода и пальмы. Рай из рекламы.

Маска с трубкой, и я уже наслаждаюсь подводным миром. Лагуна неглубокая, у обрыва можно стоять на рифе, и воды будет всего лишь по подбородок. Пришлось купить подводные тапочки, чтобы не поранить ноги о кораллы.

Я сполоснула маску, надела на глаза, взяла трубку и опустилась под воду. На дне лежала одинокая рыба-игла, такая почти прозрачная и совсем прямая, как палка. Чаще всего мне встречались здесь рыбы-хирурги – ярко-синие маленькие рыбки с желтыми плавничками и черными глазками. Они настолько плоские, что глаза кажутся всегда удивленными. В мультике «В поисках Немо» это как раз была забывчивая Дори с перепуганным взглядом. Плавает она почему-то одна даже в океане. В таком же одиночестве проплыла длинноносая рыба-единорог – черная рыбка, вроде бы обыкновенная, но на лбу длинный нос-рог. Чем ближе я плыла к обрыву, тем больше и больше я видела разных кораллов, похожих на подводные кусты. Рыбы так и кишат в них: полосатые зебровидные маленькие дасциллусы плавают стаями. Одинокий толстый морской попугай пестрит разными цветами. Маленькие желтые рыбы-бабочки с аккуратными длинными носиками. Внимание привлекли синие рыбы-попугаи, облепившие один коралл. Их было очень много. И ещё много-много стай рыб, названия которых я не нашла – жёлтые, чёрные, белые, синие.

Отдохнув немного на берегу, я опять полезла в воду, только уже одна. Опустилась на колени, надела маску, легла на дно и поползла, пока было мелко. И в глубине немного мутной воды в паре метров от меня я увидела что-то большое, проплывающее мимо. Я никогда не плавала с такой скоростью обратно к берегу.

– Что случилось? – открыла один глаз моя знакомая.

– Акула там. Ты представляешь? Я видела акулу!!

– Она же маленькая, и не кусается.

И всё равно страшно от одного вида такой рыбы. Видимо, в детстве насмотрелась страшилок а-ля «Челюсти».

Теперь я вооружилась фотоаппаратом в подводном чехле, чтобы сфотографировать акулу. Это же целое событие – акула на воле. Пусть и маленькая.

Разглядев её в последствии поближе и изучив на просторах интернета, по чёрному кончику белого плавника я узнала, что это черноперая акула из семейства серых. В среднем они достигают длины полутора метров. Вот таких я и видела.

Но в этот день я её больше не встретила.

На следующий день мы решили пойти на дайвинг. Всё-таки потрясающий риф хотелось увидеть изнутри, а не плавая на поверхности, опустив голову в маске в воду. Я не умею нырять с маской, в трубку заливается много воды, а выплюнуть не получается.

Инструктор была русскоговорящая из стран Прибалтики. У нашей авиакомпании была скидка двадцать долларов (то есть вместо ста, заплатили по восемьдесят) на дайвинг, так что на эти двадцать долларов мы заказали себе фотосессию под водой. Нам провели инструктаж на суше, дали костюмы аквалангистов, ласты и маску.

Мы вышли в лагуну, сели на дно. Сели именно на мелководье, чтобы постепенно научиться дышать под водой. У меня уже был опыт погружения под воду на Кипре, а вот моя коллега, видимо, от нервного напряжения и страха, не с первого раза смогла выровнять дыхание, а потом мы по канату опустились ниже.

Выйдя по узкому рифовому туннелю, спустившись вдоль дорожки песка среди кораллов, мы выплыли в открытый океан. Опускаясь всё ниже и ниже, медленно выравнивая дыхание, мы спустились на глубину двенадцати метров. Инструктор просила нас держаться за руки, и сразу показывать ей, если необходимо подняться чуть выше, или если нужно спустить воздух и опуститься. Она плыла впереди, фотографируя нас, а мы показывали ей жестами знак «окей». Потому что поднять большой палец вверх означает «всплываем».

Проплывая вдоль рифового обрыва, нашли гораздо больше новых рыб, чем можно было встретить в лагуне. Потрясающие кораллы, растения. Ещё ниже под ногами проплыл скат, так величественно машущий плавниками. Мы подплывали к рифу, разглядывали каждую рыбку: большого коричневого групера, прятавшегося в кораллах; желтую маленькую рыбу с черными точками, как горошинами, и плавниками как у ската. Стаи маленьких рыбок разных видов так и кружили то вокруг нас, то прячась. Казалось, что огромный моллюск Тридакна, похожий на растение, откусит палец.

Мы вплыли в стаю кабубы или бабочек – рыбка, которая вызывала у меня особую симпатию всё моё пребывание на островах – полосатая чёрно-белая с характерным длинным верхним плавником и маленьким желтым хвостиком.

Через какое-то время над нами проплыла акула.

На подводный мир было выделено минут сорок, и нам пришлось развернуться. На обратном пути мы снова слились с кабубами, и так и хотелось погладить одного из этих малышей.

Этим вечером мне встретилась индийская летучая лиса, когда я смотрела на закат. Перед уходом за горизонт в океан солнце здесь играет непередаваемыми красивейшими цветами. Над головой пролетело что-то черное и большое. Село на пальму. Я схватила фотоаппарат и пошла следом. Бегала я за ней с фоторужьем минут тридцать. В итоге «чудище» село на куст, правильнее сказать, повисло вниз головой. У меня была пара минут, чтобы сделать снимок, перед тем, как она улетела. Огромная лисица с черными бусинками вместо глаз, рыжей головой. И почему-то летает при свете. Я бы назвала её просто огромной мышью.

Из других жителей острова можно выделить только ящериц и крабиков, выходящих на берег, как стемнеет.

Оставшиеся пару дней я наслаждалась солнцем и океаном. Акулу я всё-таки успела сфотографировать. Я болталась на воде около обрыва в ожидании, что акула выплывет на меня из глубин океана. Всегда старалась быть не одна там, чтобы меня не стали есть первой. Она выплывала из-под меня или откуда-нибудь сзади и поглядывала снизу-вверх своими маленькими глазами.

Гонконг

Я ждала этого рейса. Гонконг – или Сянган – специальный административный район Китайской Народной Республики, расположенный на Коулунском полуострове, с запада, юга и востока омываемом Южно-Китайским морем. В 1842 году Гонконг был захвачен Великобританией, но формально арендован на девяносто девять лет и на этот срок являлся английской колонией. После завершения договора аренды в 1997 году Китайская Народная Республика вернула суверенитет над территорией. Но Гонконг оставляет за собой контроль над законодательством, полицейскими силами, денежной системой, пошлинами и иммиграционной политикой и т. д. Кстати, я спросила на обратном рейсе у пассажирки из Гонконга: «Гонконг – это Китай или нет?», она задумалась, а потом ответила: «Это как бы Китай, но и как бы отдельно от него, то есть и Китай, и нет».

Прилетели мы утром. Поселили нас в «Novotel» рядом с аэропортом на другом острове. Номер был с видом на несколько высоток и прекрасные зеленые холмы. По другую сторону виднелось Южно-Китайское море. Острова здесь соединяются дорогами и метро. Бригадир подсказала, что есть интересная достопримечательность – Большой Будда: фуникулёр на подъем на гору стоит рядом с отелем. Я, как всегда, заселилась в номер с девочкой, которая собиралась ехать со мной. И к нам присоединился коллега.

У входа в отель на площади стояло много разноцветных слонов с человеческий рост. Втроем мы вышли из отеля через большой торговый центр и прошли к очереди на подъем. Мы долго изучали варианты билетов – не потому что мы глупые, а потому что долго стояли в очереди…. Очень долго… Выбрали мы билет в одну сторону, где кабинка с прозрачным дном – а в другую обычную кабинку. В стеклянные кабинки пускали без очереди – ну хоть тут стоять не пришлось.

Внутри были только мы втроем и один мужчина.

Остров Лантау, на котором находился Будда, очень зеленый. Это радует глаз. Деревья здесь буквально на каждом шагу. Кабинка фуникулёра неслась не очень высоко вдоль дороги, пересекала часть моря, отделявшую остров. А поднимаясь всё выше и выше, мы могли увидеть острова и потрясающие зеленые горы. Высотки стояли небольшими группами по девять домов вплотную друг к другу, как бы вырастая из зелени деревьев у подножья гор. Несмотря на своеобразную и неинтересную архитектуру, они практически не портили впечатления от города. Глядя на пол кабинки, казалось, что летишь над океаном, деревьями… Под ногами проплывали баржи. Мы перелетели на территорию другого острова, и всё ещё поднимались вверх. Виднелся аэропорт и идущие на посадку самолёты. Погода была шикарная – солнце светило, голубое небо – то, что надо, чтобы смотреть на панорамы с высоты гор. Вдалеке появился центр – до него надо будет доехать… Горы …. Горы… я не знаю, как передать словами ту красоту рельефа, который открывался перед глазами, когда фуникулёр поднял нас ещё выше. Сейчас мне кажется, что уставшая после десятичасового полета я не смогла оценить той красоты или даже насладиться ею в полной мере. Под ногами между деревьев проглядывалась тропинка, по которой иногда встречались люди, идущие наверх пешком. Справа через ущелье между гор было открытое море. На однойиз вершин уже можно было увидеть статую Будды, сидящую в позе лотоса.

Это была самая долгая поездка по канатной дороге. Ngong Ping Cable Car является самой длинной двухканатной дорогой – почти шесть километров. Наверх к туристической деревне с Большим Буддой канатная дорога подняла нас за полчаса. Вышли на улицу деревни Нгонг Пинги и пошли по дороге между маленьких домов в сторону статуи, которую видно было со всех точек. Жара была ужасная – хотелось вылить на себя бутылку воды. Мы пытались идти в тени деревьев вдоль аллеи со статуями маленьких китайских воинов.

Дошли до Будды. Высота статуи – тридцать четыре метра. До неё нужно подниматься по лестнице из 268 ступеней. Возле Будды шесть статуй, которые преподносят ему дары.

Недалеко от статуи внизу стоит Монастырь По Лин. Около него пасутся коровы. Перед монастырем горят огромные свечи.

Мы вернулись в отель. Ехать со мной в центр никто не хотел. Коллеги устали и пошли спать. Бригадир предупреждала, что командир очень строгий и надо будет отпрашиваться. Он, конечно, бы не отпустил. Я попросила соседку по номеру прикрыть меня и ушла одна в город. На ресепшене попросила карту. Сотрудник отеля, объяснил, куда и как лучше ехать и заверил меня, что это самый безопасный город в мире и мне нечего бояться ехать одной.

Метро было около отеля. Касс я не нашла, стояли только автоматы. Я взяла гонконгские доллары, подошла, стала пытаться понять, как выбрать станцию, и как купить билет. Очереди за мной не было, я стояла одна. Тут ко мне быстро подошел гонконгец, взял из ладони мои монетки, спросил, какая мне нужна станция, быстро нажал на несколько кнопочек, дал мне билет и убежал. Вот ещё одно отличие от тех, городов Китая, в которых я была. Это не Китай. Это совсем другие люди. Готовые помочь, говорящие на английском. Здесь везде чисто, аккуратно.

Итак, сначала надо было подняться на пик Виктории, с которого открывается самая знаменитая панорама Гонконга. Я вышла из метро. Вокруг одни здания – стеклянные высотки. Между ними только тротуары и трамвайные пути. Трамваи мимо ходят двухэтажные, автобусы тоже. Это явно деловой центр. Кругом магазины и бутики. Вообще это что-то новое. Такого города я ещё не видела: переходы через дорогу в стиле хай-тек. Новые технологии везде. За бизнес-центрами видны жилые дома. Они уже не такие красивые – серые башни.

Я посмотрела на карту, ничего не поняла. Надо было дойти до трамвайчика на «Пик», но в какую сторону идти, когда всё такое одинаковое, непонятно. Я подошла к мужчине, стоящему рядом со мной на пешеходном переходе, и обратилась к нему на английском:

– Не подскажите, как дойти до трамвая на пик Виктории?

– Конечно, пойдем, я покажу, я иду в ту же сторону.

Мы перешли дорогу.

– Видишь это здание? Это банк, тут я работаю. А ты откуда?

Мы немного поболтали, и через пять минут он пожелал мне удачи и ушёл. Я стояла на небольшой площади, а передо мной огромная очередь. В конце очереди висела табличка – «Время в очереди два часа». У меня нет этих двух часов. Очередь делилась на две части. Вторая была около касс и охранялась двумя мужчинами. Мне очень надо было на пик – это же самое знаменитое место. Я пустила слезу, пыталась объяснить, что мне очень надо попасть без очереди. Но охранники сказали: «Это правило. Ищите другие возможности». Ну, раз они такие суровые, ну и пожалуйста, ну и не нужно. Но я нацелилась добраться туда любым способом. Я махнула рукой у дороги, и таксист повез меня на гору. Уже стемнело.

Высочайшая точка острова Гонконг. Гора находится в западной части острова, своё название получила в честь королевы Виктории. Вот он, вид с картинки. Башни города, светящиеся разноцветными огнями и разделенные заливом. Говорят, что днем вид не такой интересный: обычные серые здания и река. Но ночью всё преображается благодаря огням столицы. Пятнадцать минут на «Пике» и обратно еду на такси (в два раза дешевле, чем наверх) к ближайшему метро. Надо успеть на авеню звезд, чтобы посмотреть лазерное шоу.

Аллея славы создана в 2004 году по подобию голливудской с целью отметить весомый вклад артистов, режиссёров, сценаристов и других деятелей в развитие гонконгского кинематографа. На входе нас встречает увеличенная копия статуэтки, вручаемой лауреатам Гонконгской кинопремии. Аллея находится на набережной бухты Виктории. На другом берегу от «Пика». С авеню открывается вид на небоскрёбы северного побережья. Из всех актеров, звезды которым были установлены, я знаю только Брюса Ли и Джеки Чана. Статуя Брюса Ли установлена чуть дальше на аллее.

Я успела на часть лазерного шоу, представляющего собой совокупность мерцания лазеров с определенных небоскрёбов и подсветки этих зданий под музыкальное сопровождение. Не могу сказать, что оно меня поразило – ничего необычного. Просто лазеры крутятся.

Когда большинство людей разошлось после шоу, я позволила сделать себе остановку и передохнуть – наконец, насладиться тем, что я могу сейчас видеть. Я села на лавочку напротив бухты, сделала глубокий вдох и расслабилась, наслаждаясь огнями небоскрёбов, яхтами и отражением огней в воде.

Вдоль авеню ещё стояли статуи операторов, режиссёров, звукорежиссёров, имитируя процесс съемки. Здесь даже есть памятник популярному герою местных мультфильмов – поросенку МакДаллу. Я такого не знаю, но выглядит забавно.

Я вам, читатели, скажу по секрету, что состояние сильной усталости и легкого недосыпа одурманивает разум, как бокал вина. Кажется, что горы по плечу. Сейчас, оборачиваясь назад, я задумываюсь: «А как я вообще рискнула в чужом городе пойти куда-то одна, не говоря на местном языке, не зная дорог, и держа в руках только карту». Сейчас я бы испугалась. Но желание увидеть мир опьяняло меня и придавало смелости.

Метро. Отель. Сон. Вылет.

Кстати, командир как-то узнал, что мы катались на фуникулёре, и ругал бригадира, что ему не доложили. Но так это вроде рядом!? Я представляю, что было бы, если бы он узнал, что я в город вечером одна ездила. Но цель выполнена: Пик Виктории, аллея звезд. Я видела Гонконг.

Сахалин

Раньше я не думала об этом направлении вообще, но однажды пришёл наряд на три дня. Впрочем, ничего необычного.

На территории пансионата стояли деревянные двухэтажные домики, в один из которых заселили большинство девочек. Мне достался просторный номер на первом этаже. Рядом с ним была гостиная с кухней – студия. В гостиной стояли большой телевизор, стол и три дивана вокруг него. На кухне все использовали только холодильник, потому что кормили рядом в столовой.

Только уже на ужине мы познакомились с другим нашим экипажем и узнали, что все рейсы тут суточные, и только наш номер рейса ходит на трое суток. Повезло. Вечером мы оценили баню с массажными креслами в комнате отдыха и пошли спать.

Сегодняшний день обещал быть плодотворным. В одном из магазинов я купила карту, и втроем с девочками-энтузиастками мы пошли гулять по городу. Южно-Сахалинск небольшой, к сожалению, и совсем не новый город России. Наверное, я мало ездила по России, но меня это расстраивает. Природа тут красивая – потрясающие просторы. Но город… Наверное, это странно только для москвичей, что большинство городов России выглядят именно так: старые трехэтажные дома, практически нет новостроек.

Краеведческий музей мы искали долго. Нам помогали местные жители, показывая дорогу. Музеем оказалось красивое двухэтажное японское здание 1937 года (период японской оккупации острова) с красной крышей из черепицы и маленькой башенкой в виде третьего этажа, и большой фонтан у главного входа. В залах представлен животный мир суши и морей: чучела животных и птиц. История показана в фотография. Представлены костюмы. На улице спроектированы дома коренного населения.

На открытках с подписью названия города мы увидели скульптуру сивуча у озера на фоне красивой высокой сопки. Мы шли к этому озеру через парк имени Гагарина. Нашли его по памятнику Юрию Алексеевичу. Погода была пасмурная. Шли мы по аллее через лес, вокруг бегали дети, кажется урок физкультуры. Сивуча нашли, озеро тоже, тут же была детская железная дорога. Рельсы уходили в лес, поэтому мы решили прокатиться на паровозике. Мы сразу и не подумали, что она детская, так как вагоны большие. Катались по большому кругу, и весь наш путь по этой дороге составил два километра.

Здесь же увидели вывеску «Зоопарк». Это был самый печальный зоопарк. Животные интересные, а вот клетки для них катастрофически малы. Был один зверек, который так умоляюще на меня смотрел, держась лапками за клетку, что мне даже грустно стало. Лев спал. А вот олень с нами даже «поговорил», издавая смешные звуки. Зато у яков большой загон. Нечестно как-то. Лев спит в маленькой клетке, а полорогим целое поле выделили. Животных здесь действительно много: еноты, лисы, волки, мартышки, мишки, кенгуру, верблюды, но они как-то все сжаты, так как зоопарк небольшой совсем. Песец выглядел несчастным, грустным очень.

На одну из гор вела канатная дорога. Там находилась спортивная база «Горный воздух». Видимо, зимой тут катаются на лыжах. А летом велотрассы в горы. К фуникулёру мы шли через площадь Победы с памятниками и мемориалами.

Мы зашли в шар со стеклянными окнами, и он повез нас по канатной дороге. Под ногами лес. Слева и справа тоже. А вот сзади виден город. Как на ладони. Первая остановка была в середине пути. Надо было сменить фуникулёр. Оплата тоже, естественно, разная. Можно только полпути оплатить. У края стоят олимпийские кольца с надписью «Сочи 2014». Можно сделать фотографию с панорамой на город.

Мы поднялись выше. Прогулялись по вершине. Если пройти на другую сторону, вид на лес и сопки открывается очень красивый. Природа готовится к зиме, и желто-красные цвета украшают лес.

Вот и весь город обошли. На следующий день мы собирались только на рынок за рыбой и икрой. Утро встретило нас солнцем. Стало немного обидно, что вчера небо было не такое ясное.

В центре было много мероприятий в честь дня города. А мы с пакетами ехали в гостиницу. Одна из коллег, Марина, которая с нами вчера не гуляла, предложила поехать куда-нибудь. Кроме меня никто не согласился. Мы пытались придумать место. Хотели на гейзеры уехать вглубь острова. Вызвали такси, но таксист сказал, что проехать туда сможет только внедорожник и что без экскурсовода мы потеряемся. Его вариант – поехать на другую сторону острова в село Охотское на одноименное море – мы приняли с радостью. Плюс одно море в список. Пересекали остров, наслаждаясь солнцем, природой и сопками. Песчаный пляж растянулся на несколько километров. На море был очень сильный ветер. Чайки летали стаями. Облака затянули небо. Волны бились о песчаный берег. Людей почти не было. Мы стояли на берегу, а таксист ждал у машины. Вдруг сзади раздался его крик: «Котик!». Мы сначала не поняли. Он бежал к нам, указывая на море – котик. Среди волн недалеко от берега вынырнул котик. Посмотрел по сторонам и нырнул. Потом чуть правее выглянул. Посмотрел и спрятался. «Это котик. Он ворует рыбу из сетей рыбаков». Вариантов в итоге было много: котик, тюлень, нерпа. Неважно. Он был дикий, не в зоопарке, не в загоне. И что может быть лучше встретить такое чудо в дикой природе.

На обратном пути мы остановились у озера. Красивая стеклянная водная гладь отражала солнце и голубое небо. Да – облака были только над морем. Экскурсия заняла два часа и стоила нам, кажется, по тысячи рублей.

Я простыла здесь сильно. У меня болело ухо, и я решила погреться в бане. Парилки я не люблю, но вот там была непонятная версия хамама, когда ложишься на камень с подголовником и надо переворачиваться каждые сколько-то минут. Такие лежаки тут отделены перегородками.

Пока мы лежали в бане, нас вдруг осенило, что сейчас мы можем увидеть наикрасивейший закат с той смотровой, куда можно попасть на фуникулёре. Мы быстро оделись, собрались, вызвали такси, сели вдвоём с Мариной и поехали. Сказали, что нам срочно надо к канатной дороге. Хотя можно было добраться и на маршрутке. Но солнце было уже ближе к горизонту. Мы совсем забыли про день города: основная улица была перекрыта. Поехали в объезд, чуть постояли, но когда поняли, что пешком уже не далеко, выскочили из машины. Конечно, под лучами солнца здесь всё выглядит гораздо красивее и ярче. И я была благодарна Марине, что она привезла меня сюда второй раз. Мы успели. Солнце ещё не зашло. Таких любителей заката было много. Мы купили кофе, чтобы согреться, и пошли занимать места на краю горы.

Солнце садилось не просто за город, а за горный хребет, который было видно намного дальше. Желтое, затем красное и совсем розовое небо так и не позволяло оторвать от себя взгляд. Миссию мы выполнили полностью и посмотрели всё, что было нам доступно на этом прекрасно острове. В его природу я влюбилась.

Утром в автобусе мы увидели двух молодых летчиков. Худших пилотов я не встречала. Во-первых, они настолько горды собой и самолюбивы, что вместо того, чтобы помочь дамам в аэропорту по лестнице поднимать тяжелые чемоданы, они шли налегке, а их чемоданы нес представитель нашей компании. И взлетать они начали, не дождавшись нашего сигнала о готовности кабины к взлёту, то есть им в принципе всё равно, готов ли экипаж. Мы бегом бежали, пристегивая пассажиров, когда самолёт уже почти разгонялся. Мужики, блин….

Дели (Индия)

В фильме по роману Джейн Остин «Разум и чувства» персонажа Алана Рикмана, вернувшегося из командировки, спросили: «Вы были в Дели? И как там?» – «Пахнет пряностями».

В одной фразе, сказанной даже столь аккуратно и аристократично, содержится всё моё впечатление от этого города.

Первое с чем сталкиваешься, прилетев в Дели и открыв дверь самолёта, – «аромат пряностей». Это даже слишком красиво сказано. Смесь пряностей, запахов масел, какого-то дыма ударяет в нос сразу же. К этому ещё нужно привыкнуть. Я опять напомню, что это только моё мнение. Ну, и ещё пары коллег, с которыми я летала.

В первую свою поездку я не могла нормально спать. Я постоянно просыпалась от того, что мне тяжело было дышать. Отель у нас был расположен очень близко к аэропорту. В этой командировке я никуда не ездила, кроме рынка. Купила там несколько кожаных курток. Раньше я и все мои коллеги закупались у одного индийца, который прославился, мелькнув в выпуске шоу «Орел и Решка. Шопинг». Как я позже узнала, он переехал, кажется, в Америку.

Выходить в город без сопровождения мужчин нельзя. Опасно. И это тот самый случай, когда нарушать правила не хочется. Честно говоря, выходить в принципе за пределы отеля не было желания. По дороге от аэропорта я всюду наблюдала коробки под мостами. Людей, спящих на асфальте. Много бездомных. И это столица Индии. Кругом грязь, всё тот же неприятный запах. По дорогам гуляют коровы и обезьянки.

Вторая командировка не выделилась ничем (мы просидели в отеле), а вот третья поездка была более насыщенной. Я оказалась на одном рейсе с Ниной, мы были вместе в Шанхае, а это значит, что путешествие по интересным местам гарантировано. С нами собралась гулять ещё одна девочка. И втроем мы уговорили взрослого коллегу-мужчину нас сопроводить. Сразу после рынка, мы взяли такси и поехали в храм Лотоса.

Здание храма построено из белого мрамора в форме распускающегося цветка, а вокруг бассейн и мосты соединяют храм с дорогой. Люди идут по аллее к храму вдоль небольших лугов. У последней лестницы стоит охранник, который не пускает к храму в обуви. Мои коллеги не решились снимать обувь из страха подцепить грибок или ещё что. Вообще из-за грязи в этой стране не хочется ни к чему притрагиваться. Умывались мы водой, взятой в самолёте. Пили соки, принесенные с собой. Покупать ничего не рекомендуется, особенно в открытых ларьках или, к примеру, коктейли. Питались мы только в отеле и только по меню, разработанному специально для нашей авиакомпании.

А я ради красивых кадров, да и вообще ради осмотра храма разулась и пошла по дороге к одному из бассейнов. Что я, зря приехала сюда что ли?

Но и здесь меня ожидало препятствие. Солнце светило за храмом, то есть все снимки были засвечены, а проход за храм был закрыт веревочной оградой. Я обратилась к мужчине, сказала, что мне нужно сделать пару кадров с другой стороны здания. Благодаря своей наглости я прошла и осмотрела здание со всех сторон. А вот внутрь заходить мне не хотелось. Там толпилось слишком много людей. И через стеклянные двери было видно: внутри стояли стулья в пустом зале. С архитектурной точки зрения интересно посмотреть на это здание только снаружи.

Мы вернулись к нескольким палаткам с едой, где стояла машина. Таксиста в ней не было, а нам ничего не осталось, как подождать его рядом с машиной.

Водитель отказался везти нас в ещё один храм, ссылаясь на пробки. Это странно, ведь мы же не бесплатно едем.

Вечерело. Мы уговорили водителя довезти нас до ещё одной достопримечательности, расположенной недалеко от отеля и аэропорта – Кутб-Минар.

Кутб-Минар – это самый высокий кирпичный минарет в мире. Высота башни достигает семьдесят два метра. Минарет входит в состав комплекса Кувват-уль-Ислам. У его подножия расположилась первая мусульманская мечеть, основанная на индийской земле. От основной части этих построек сохранились лишь фрагменты.

Приехали мы почти на закате. Уходящее солнце создало особенный красный оттенок кирпичным сооружениям. Архитектурный комплекс произвел на меня отличное впечатление: здесь действительно интересно погулять и прочувствовать атмосферу Индии. Я вообще люблю всё такое древнее и полуразрушенное. Создается ощущение погружения в те времена: арки, лестницы, храмы, столбы. Есть практически целые сооружения. На колоннах вырезаны узоры и надписи. Между построек растут деревья. На одной из арок сидели желто-зеленые попугаи.

И четвертая командировка оставила особенно сильный отпечаток в моей памяти. Мой коллега, к сожалению, уже не помню его имени, решил показать мне центр Нью-Дели. Прочувствовать всю атмосферу. Он сам любит Индию, отдыхал недавно на Гоа. А что думаю об этом я?….

Соседке по номеру я сказала, что поеду гулять. Времени было достаточно. От рынка на «тук-туке» мы доехали до ближайшей достопримечательности, отмеченной на моей распечатанной карте – Гробницы Сафдарджанга. Мавзолей построен в 1754 году. Войдя через первую арку, мы попали в сад. Впереди сухой водный канал, а вдоль него пальмовая аллея. Двухэтажное красное здание из известняка с белым куполом стоит в конце. От него отходят ещё каналы, ведущие к четырем беломраморным сооружениям, некогда бывшим жилым помещениям. Особо тут делать нечего. Людей практически не было. А посмотреть на такое сооружение один раз стоит. Мы посетили его, так как ехали мимо к метро.

Метро, на удивление, чистое. Оно архитектурно похоже на метро в Бангкоке или Пекине. Жетоны или, как я с детства их называю, «метрончики» похожи на наши старые московские круглые, которые опускались в аппарат и там оставались.

Вышли мы у центрального вокзала. Коллега хотел показать мне весь колорит Нью-Дели. И у него это получилось. Нам необходимо было перейти на другую сторону путей – а значит пройти через весь вокзал.

Здание самого вокзала показалось нам ничем не примечательным двухэтажным сооружением. К переходу над путями ведут две лестницы. Ожидающие индийцы спят на полу вокзала на пакетах, сумках, сидят на чемоданах. Платформы тоже не удивили, а вот поезда…. Некоторые вагоны были без стекол – горизонтальные решетки. А там внутри видно, как люди сидят настолько плотно, что чья-то нога торчит из решеток около лица другого человека. Так же торчали локти, руки.

А дальше мы попали на улицу Мейн Базар – самую знаменитую и густонаселенную улицу Дели. Может быть, это я настолько брезглива. Кому-то это нравится. Но такая грязь. Такие толпы народа. Это центральная улица, по которой ходят люди, ездят велосипеды, мопеды, «тук-туки» и машины – хаос и неразбериха. Давка. При этом ещё продают что-то как на базаре. Невысокие старые дома, кругом висят провода. Маленькие переулки между домов. Ещё раз грязь. Эта еда, которая готовится на улице на плитах, совершенно не похожих на чистые. Как и всё, что ассоциируется у меня с этой страной, вызвало желание ничего не трогать. Как объяснил мой попутчик, здесь гостиницы. Люди делают тут пересадки и ночуют в отелях. На крыше одного из домов мы присели выпить колы из бутылки и немного передохнуть. Мы расположились на двух диванчиках – подушках на ковре, с видом на центральную дорогу. С крыши наблюдать эту неразбериху веселее и приятнее. Веселее, потому что забавно смотреть, какие маневры делают водители, чтобы объехать прохожих, а приятнее, потому что ты в этом не участвуешь.

Дорога заканчивается у другой станции метро. Мы поехали в ещё один храм – Аркшадхам – индуистский храмовый комплекс в Дели. Вошёл в Книгу Рекордов Гиннеса как самый грандиозный индуистский храм в мире. Сооружение действительно меня поразило. В архитектуре храма смешаны разные стили всей Индии. Он построен полностью из розового песчаника: купола и резные столбы с тысячами разных божеств и четырехгранными башенками. По периметру здания находятся фигуры слонов. В центральном храме под куполом высится статуя Бхагааван Сваминараяна – основоположника индуизма. Вокруг красивый парк с аллеями пальм и других ухоженных деревьев. Здесь каждый вечер проводится лучшее шоу фонтанов. Остался час до шоу, и мы решили, конечно, его дождаться. К сожалению, времени на сон останется мало, но оно того должно стоить.

Первое и единственное связанное с этим храмом разочарование – нельзя брать с собой абсолютно ничего: ни телефонов, ни фотоаппаратов, только кошелек. А это как раз та самая достопримечательность, достойная быть запечатленной фотоаппаратом. Останется только наслаждаться рекламными фотографиями из интернета. Мы оставили сумки в камере хранения, прошли через детекторы. Мальчики налево, девочки направо. Женщина металодетектором провела вокруг меня и остановилась в районе груди – детектор запищал – она подняла на меня глаза. Что-то пролепетала и чуть ли не залезла мне в платье. На платье были нашиты камни и стразы. Она проверила даже кошелек на наличие телефона внутри. Потом пропустила. Меня всё никак не покидала мысль протащить телефон. А когда запищали стразы, я вообще стала думать, заставила ли она меня раздеться, если бы под стразами был телефон. Ну как это так? Я в таком интересном месте и без фотоаппарата?! Я понимаю, что местом нужно наслаждаться и оставить его в памяти и т. д. Но как же удовольствие от пересмотра фотографий, а как же мои многочисленные альбомы из командировок. Я же «всегда с собой беру видеокамеру» класса с девятого, а то и раньше. И тут такой облом.

Пройдя контроль, мы оказались у широкой дороги. По левую сторону были другие сооружения, и сначала мы пошли к ним.

Здесь я увидела закат, который не видела больше нигде. Это не просто солнце, которое садится в море или океан, и облака вокруг красиво подсвечиваются. Это красный круг с четкими краями, который проглядывается сквозь эту дымку, создающую неповторимый оттенок солнцу. Этот огромный красный шар садился справа от храма. И вся величественность Акшардхама была подчеркнута закатом.

В стоимость билета входил просмотр видео и посещения музея. Он состоял из нескольких комнат, в каждой с помощью роботов-манекенов демонстрировалась история и вера Сваминараян.

Мы пропустили экскурсию на лодке по каналам вокруг храма, потому что времени до шоу оставалось немного. Фонтан в форме лотоса находился напротив ещё одной части комплекса, на фасад которой проектировалось видео, сопровождающее шоу фонтана. Людей вокруг было очень много. Мы расположились на газоне холма, так как мест в амфитеатре уже не было. Фонтан был внизу, а слева можно было наблюдать изображение на здании. На сорок пять минут мы погрузились в историю. Световое шоу и фонтан показали нам единство стихий воды, огня, воздуха. Боги этих стихий появлялись на фасаде, напоминая мультик. Прожекторы подсвечивали воду в фонтане – удивительное лазерное шоу с танцующим фонтаном. Зрелище действительно завораживало.

Пожалуй, на этих великолепных впечатлениях об Акшардхаме, я и завершу свой рассказ о Нью-Дели.

Время было восемь вечера, и я уже нервничала, что коллеги нас потеряли. И не зря нервничала. Осталось пять часов до выезда из отеля, то есть четыре часа на сон. Моя соседка подняла тревогу, что я не вернулась, и более опытные коллеги, чуть не разбудили капитана. Догадались только поговорить со вторым пилотом, который сказал: «Взрослые люди, никуда не денутся. Поднимать тревогу будете, если за час до выезда не появятся» – за что ему большое спасибо. Но разнос нам устроили – соседка моя на панике – мало ли что – это же Индия. Мой попутчик начал с ними спорить, так как мы ничего не нарушили, но я сделала проще – виноваты, не сообщили, да, поняла, больше так не буду. Но, честно говоря, я была сильно удивлена. В других командировках я много где гуляла, в Гонконге вообще вернулась в десять вечера, и никто никогда из-за этого не ругался.

Красноярск

Отель «Хилтон» находится прямо в центре Красноярска. Прилет был утром, и мы с ребятами договорились поспать часа четыре и после обеда пойти погулять по городу. Очень хотелось увидеть реку Енисей.

Отель хороший, сомнений в этом и не могло возникнуть, номера тоже современные, как и во многих отелях, где мы проживаем. Архитектура ничем не отличается от остальных российских городов.

После обеда я, соседка по номеру Настя, а также два наших коллеги Саша и Рома отправились гулять по городу. Пройдя через триумфальную арку, мы вышли к реке. Первый мост, Виноградовский, был увешан свадебными замками. Это двухпилонный мост, ведущий на остров Татышев. С моста открывается вид на стрелку – река Кача здесь впадает в Енисей. На отмелях сидели птицы, кажется в этой части реки не очень глубоко – здесь она сливается с более широкой частью Енисея. Мы купили по стаканчику кофе в трейлере и грелись им, гуляя вдоль набережной. Следуя течению реки, мы увидели прекрасный вид на закат за Коммунальным мостом. У меня в голове, как и в Волгограде, опять звучит песня Любэ «От Волги до Енисея», теперь я была и там, и там. Прогулка не включала в себя большое количество достопримечательностей, но команда у нас была душевная, так что погуляли мы прекрасно. Из достопримечательностей могу отметить памятник коню, здание вокзала и краеведческий музей, в который мы не зашли.

Выезд у нас должен был быть в восемь утра следующего дня, однако ночью нам позвонили с «ресепшена», сказали, что самолёт прилетел разворотом, и мы остаемся ещё на сутки, пока не прилетит наш борт.

Я уже было загорелась поехать в природный заповедник «Столбы», но погода внесла свои коррективы: весь день лил дождь. Что делать целый день, когда мы выспались, а погода плохая? Идти гулять в торговый центр – в кино. Фильм был «Интерстеллар» – впечатление разделились ровно пополам. Мне понравилось, хоть и затянуто.

Как видите, особо нечего рассказать об этой командировке. Но я всё равно хочу уделить ей внимание, потому что очень здорово подобрался экипаж, очень хорошо провели время с ребятами, и, конечно, потому что широкая река Енисей заняла отдельное место в моем сердце. И обратный рейс отличился тем, что с нами летел Семен Слепаков, который сразу был удостоен коллективной фотографии.

Хотя нет, ещё этот рейс мне запомнился отвратительным моим общением с бригадиром. Вспомнила и сразу разозлилась. Мы с ним спорили на прямом пролете, какой бортпроводник отвечает за бытовое оборудование, а какой – за торговлю на борту. Он думал, что я должна была заниматься торговлей, а я, уверенная в своих знаниях о распределении обязанностей, твердила обратное. В итоге на меня обиделась девочка, которая думала, что я нарочно повесила на неё торговлю, и сердился бригадир за то, что я оказалась права, в чем его на обратном рейсе убеждали и Александр, и другие коллеги. Но он всё равно меня так невзлюбил, что даже не разрешил заходить в бизнес-класс (хорошо, что уже после фото с Семеном). Не понимаю, что мешало ему открыть руководство для бортпроводников и проверить мои слова, хотя он и пытался угрожать мне этой книгой.

Токио (Япония)

Рейс начинался тяжело. Вылет задержали часа на два. Это при том, что лететь часов десять. Мы даже проходили во время стоянки с напитками, предлагая их пассажирам. В связи с этим нам добавили одного члена экипажа – Свету – именно это обстоятельство осуществило мою мечту увидеть город. Без этого человека я бы не увидела в Японии ничего. Я давно мечтала увидеть Токио, но меня расстраивал тот факт, что никто не доезжает до самого Токио. Аэропорт расположен в городе Нарита, там же находился наш отель. Это в семидесяти пяти километрах от столицы. Прилет был утренний, а после ночного полета никто не в силах ехать так далеко. Меня поразило, что кроме меня и нашей новой коллеги с нами засобирался в город коллега – знакомых моих друзей, Данила. И вот втроем мы зарядились на экскурсию по городу – увидеть Токио хотя бы одним глазом.

Обидно было потерять два часа из-за задержки вылета, но мы всё-таки успевали ещё после обеда поехать куда-то, пока светло. Мы со Светой пошли на ресепшен, спросить как добраться до вокзала, потому что в Токио ходят электрички. Наш попутчик Данила, уставший после рейса, засомневался в своих силах, но обед прибавил ему бодрости. Он догнал нас около ресепшена.

Мы спросили у сотрудника отеля за стойкой, когда отправляется автобус до вокзала. И вот первое обстоятельство, заставившее меня увожать японцев. Он показал в сторону уезжающего автобуса, а потом побежал за ним, размахивая папкой, и автобус остановился! Для нас! Редко встретишь в России, как за автобусом бежит кто-нибудь, чтобы остановить его ради трех человек. Повезло.

На электричке предстояло ехать полтора часа. Мои коллеги уснули сразу – после бессонной ночи сдержаться было сложно. Я тем временем слушала музыку в наушниках, наслаждаясь красотами лугов и полей Японии, и внутри меня всё пело.

Электричка привезла нас к метро Ueno города Токио, рядом располагался парк и зоопарк с пандами. Мы решили не тратить на панд время, но по парку немного погуляли, пока ещё было светло. Солнце уже садилось. Парк ничем нас не привлек: абсолютно ничего особенного, а мы ожидали увидеть там японскую архитектуру и характерные для неё загнутые крыши.

На метро мы доехали прямо к центральной улице города – району Гиндза. В переводе с японского языка «гиндза» – это «монета». В 1612 году был основан монетный двор, выпускавший серебряные монеты. Гиндза получила своё название от этого монетного двора.

Когда вышли из метро, уже стемнело. Именно темное время суток показало Токио с лучшей стороны.

Вот он – один из лучших мегаполисов Азии. Высокие небоскрёбы, огни столицы. Всё светится – окна, банеры, рекламы. В городе жизнь кипит.

Мы немного прошли по улице, дошли до парка, где должен был быть дворец императора, но было уже слишком темно для прогулок.

Вдруг у меня закружилась голова:

– Ребята, я в обморок упаду от усталости.

– Ой, да ты что? – пошутил в своем стиле Данила, – А я думал, ты не устала.

Мы приехали на вокзал, сели на скоростной поезд и вернулись в отель.

Обидно увидеть так мало, но в темноте устраивать экскурсии не имеет смысла. Как же нам не хватило тех двух часов, которые мы простояли в аэропорту Москвы.

Завтрак закрывался до нашего выезда, поэтому встать пришлось на пару часов раньше, чтобы перекусить. А после, в номере, моя соседка спросила меня, не посмотреть ли нам ещё что-нибудь, ведь у нас два часа до выезда. Мы быстро собрались, спросили на «ресепшене», что здесь есть, и таксист довез нас за пять минут до парка Нарита совсем рядом с отелем. Это чудесный парк с той самой японской архитектурой, которой мне так не хватило в Токио – буддистский храм, построенный в десятом веке. На входе после арки нас встретили статуи защитников львов, которые всегда изображаются с детенышем, как символом достойных потомков, и шаром, символом знания или единства мира.

Парк очень красивый и большой. Уже издалека виделась верхушка пагоды – на мой взгляд, самое знаменитое сооружения в таком стиле архитектуры. Мы сразу направились к ней. Трехъярусная пагода, возведенная в 1712 году. Это одно из немногих строений в стране, сохранившихся со времен средней и поздней эпохи Эдо. Имеет статус культурного наследия Японии.

Рядом было здание библиотеки в том же стиле и колокольня. Далее нам встречались разные залы, каждый из которых был создан для молитв на разные темы: успеха в любви, работе, удаче и т. д. Именно эти здания придавали парку особенный шарм. Именно это я и хотела увидеть в Японии, а ведь всё это было рядом с отелем. По пути нам встречались разные статуи. Чуть дальше на возвышении стояла Великая пагода Мира, а перед ней лестница, ведущая вниз к фонтану.

Выйдя из парка, мы обнаружили себя в полной глуши, а как найти такси в обратную сторону? Мы двинулись по дороге в надежде, что хоть кто-то мимо проедет. И таксист не заставил нас долго ждать. Довольные и счастливые, оттого что всё успели, мы вернулись в отель аж за час до выезда.

Что я ещё не успела увидеть в прошлых командировках? Китайскую стену в Пекине, Камчатку и Байкал… Ну что? Поехали!

Пекин (Китай)

Увидев это направление в своем наряде, я не поверила своим глазам. Неужели дождалась второго шанса? Так-так… Прилет утром. Значит, можно посмотреть стену и выспаться перед рейсом. Только вот одна ночь без сна. Но это же Великая Китайская стена! Находится всего в восьмидесяти километрах от города. Можно и не спать сутки ради этого.

На борту я сразу нашла себе компанию в лице коллеги Натальи. Мы собрались ехать сразу после прилета, не теряя времени. Переодевшись, вооружившись фотоаппаратом, двинулись на метро к вокзалу, с которого ходит электричка до китайской стены. На вокзале мы попытались объяснить кассиру, что нам надо попасть в один из районов с участком стены – «Бадалин». Кассир замахал руками, мы пошли внутрь, но там тоже не смогли разобраться, в чем проблема. Потом я догадалась – это был перерыв на час или два в движении поездов. Но у нас не было столько времени.

Мы вышли из вокзала и направились в метро, чтобы проехать пару остановок до автовокзала: второй вариант попасть на стену – это автобусы. Но нас перехватил таксист:

– Бадалин?

Мы кивнули. Он предложил нас довезти. Назвал сумму, которая нас не устроила. Если честно, не помню сколько. Он писал на калькуляторе, чтобы не ошибиться. Мы сторговались до девяноста долларов. Дорога занимает два часа, к тому же он обещал нас там подождать и вернуть к отелю. Вполне приемлемая цена.

Солнце светило в окна автомобиля, не давая мне спать. Кроме того, я и не смогла бы уснуть, настолько я была полна энтузиазма. Мы с Наташей что-то обсуждали, я показывала ей фотографии с какой-то командировки, и она уснула. Я полностью погрузилась в размышления, и тут впереди показались отрезки стены, это значило – скоро приедем.

Поскольку стена, построенная в третьем веке до нашей эры, была почти разрушена, единственный участок, который всегда оберегался, это район Бадалин – он служил воротами в Пекин. Потом, конечно, стену реставрировали, что создает ложное впечатление о её сохранности.

Мы сфотографировали номер нашей машины, чтобы не потеряться потом среди одинаковых такси, и двинулись к фуникулёру. Варианты маршрутов прогулки по стене разные: кто-то идет снизу-вверх к фуникулёру и спускается на нем к другому входу. Кто-то поднимается на нём и спускается на специальных санках вниз к третьему входу. А мы, как позже выяснилось, купили билет только на фуникулёр «туда-назад», да и к тому же если бы мы вышли из другого входа, таксиста бы точно не нашли.

Стена китайская может и великая, но уж больно маленькая. У основания – ширина шесть с половиной метров, Высота стен – восемь с половиной метров. Ширина стены достаточна для того, чтобы по ней могли пройти в ряд десять человек или проехать пять всадников. Честно говоря, я рассчитывала видеть что-то более масштабное, массивное и широкое.

Но, конечно, впечатление она всё равно производит, в первую очередь, своей длинной. На зеленых горах на закате изгибы стены выглядят особенно завораживающе. Туристов много, но давки нет абсолютно, на некоторых отрезках людей практически не было. Ступеньки есть не везде, местами приходилось держаться за поручень, чтобы аккуратно скользить вниз по каменным блокам. Мы прошлись сначала в одну сторону, потом в другую от одной сигнальной башни к другой. Гуляли почти два часа. Так как спуститься на санках нам не удалось и не хотелось платить ещё раз, мы вернулись обратно к фуникулёру. Таксист привез нас в отель, когда уже стемнело. Миссия по просмотру Китайской стены была выполнена.

Петропавловск-Камчатский

Мне повезло оказаться в этой командировке с подругой Аней. Это был декабрь. Лютый холод. Но я сразу её предупредила, что мы едем в город. Я не допущу, чтобы третья командировка прошла без экскурсий. Она давно и хорошо меня знала, нас свела авиакомпания ещё в процессе обучения на эту профессию, так что мы были готовы к экскурсии. К тому же это был ночной перелет, естественно, весь экипаж по прилету утром ляжет спать.

Нам благоволила и погода: солнце слепило, на небе ни облачка, снег переливается от солнечных лучей. Всё располагало к замечательной экскурсии.

Наш с Аней общий друг посадил нас в такси, сказал, чтобы мы были аккуратными и предупредили о своем возвращении. Прикрывать нас перед остальными нет смысла, так как они уже спят, да и взрослые люди мы, в конце концов.

Водитель нам попался хороший, мы сразу договорились с ним на всю экскурсию и дорогу обратно. По дороге из отеля мы наслаждались заснеженной природой Камчатки. Вокруг белые поля и леса, а там за полями Авачинский и Корякский вулканы. Водитель остановился, чтобы мы могли сделать фотографии.

– Это вам повезло с погодой, до этого несколько дней такая метель была, – порадовался за нас водитель.

– Конечно, повезло, – с улыбкой ответила Аня, – Это для нас солнце вышло. Мы ж фартовые. (Это слово употреблялось по всем случаям, связанным с нашими с ней отпусками, экскурсиями и т. д. Но это уже другая история).

– Что увидеть хотите? – Спросил шофер.

– Я читала, что у вас здесь есть лежбище сивучей, – я полезла за телефоном, искать свои заметки, – да и бухту хотелось бы увидеть.

– По пути. Заедем сначала к сивучам.

– А они там будут, надеюсь? – С неуверенностью спросила я.

– Если вам повезет, то вылезут на берег.

– Значит, будут, – поддержала Аня.

К лежбищу мы шли через какую-то стройку. Без нашего экскурсовода в жизни бы не нашли. За следующим поворотом должны были увидеть залив. И там сивучи либо будут, либо нет. В моей душе стало рождаться сильное волнение. Первый раз можно увидеть таких жителей океана на свободе.

На пирсе Моховом Авачинской бухты расположились на солнышке шесть огромных морских львов. Мы бы очень не хотели их тревожить, но мы так пищали от восторга, что один из них проснулся и два раза издал свой грозный рев. Они так близко лежали. И они были так невозмутимы. И совсем не запуганы. Спят такие милые толстопузы. А мы прыгаем вокруг от радости. К ним, конечно, близко не подойти. Но и такого расстояния достаточно.

Водитель завез нас на смотровую площадку на Мишенной сопке, единственную, на которую есть заезд для машин, и самую высокую точку города. С этой сопки открывается потрясающий обзор на 360°. Мы ходили вокруг, скрипя снегом, и наслаждались изумительной панорамой. С одной стороны – вид на Авачинскую бухту и Тихий океан, а за бухтой возвышаются горы. С другой стороны – вид на Петропавловск-Камчатский, на набережную и выход к Тихому океану. С третьей стороны над городом возвышаются два вулкана.

Насладившись природными красотами, мы решили больше никуда не ехать. Единственное, что я бы ещё хотела посмотреть, это корабли, но бухту мы увидели со смотровой площадки, да и спать хотелось сильно. На этом решили нашу экскурсию закончить.

Гавана (Куба)

И вот снова я отправляюсь в город, застывший во времени. Такой подарок сделал мне отдел планирования на Новый год: полет был в первых числах января 2015 года. Суточная командировка в Гавану меня не пугала даже длиной своего полета – так сильно мне из зимы хотелось в лето к океану.

На борту самолёта нас было на одного больше, чем обычно (усиленный экипаж на дальние перелеты). В экономическом классе мест не было, и меня по старшинству распределили в бизнес-класс Аэробуса А-330. Я там и не работала никогда. Помогала мне в нем освоится Даша. С ней мне и предстояло провести замечательный отдых, сочетающий в себе экскурсию и пляж.

Могу сказать, что это был мой лучший перелет в Гавану. Команда была веселая. Бригадир весь рейс называл меня «Эй, красный диплом», посмеиваясь, что я – стюардесса не просто с высшим образованием, а с красным дипломом. С ним мы читали друг за другом информацию о полете. Он на русском и английском языках, а я – следом на испанском. Работать в бизнес-классе такого самолёта было даже легче, чем в экономическом. Во-первых, мы раньше закончили обслуживание питанием, и у нас было больше времени на отдых. Во-вторых, там меньше бегаешь и работа спокойнее. В-третьих, бригадир, нарушив правила, разрешил нам переодеться из формы в повседневную одежду и лечь спать на два соседних кресла в бизнес-классе, несмотря на количество пассажиров в салоне. Большинство спали и не обратили на нас внимания, а остальные молча посмотрели. Мы разложили кресла в горизонтальное положение и проспали часа два. На обратном пути второй салон был вообще пустой, и если мы и не спали, то можно было просто посидеть, глядя в иллюминатор. Кстати, тогда первый раз было прекрасно видно сквозь безоблачное небо заснеженный Санкт-Петербург.

В пять утра в отеле Гаваны я проснулась абсолютно выспавшаяся, ведь из-за разницы во времени я легла часов в семь вечера. Обсудив с Дашей по телефону наш план на день, мы решили встретиться в семь утра на завтраке и поехать сначала в старую Гавану, так как это достаточно рано, всё быстро посмотреть и к полудню вернуться на пляж купаться и загорать.

Вооружившись путеводителем, мы доехали на такси до центра старой Гаваны.

Начали просмотр мы с одной из трех крепостей Гаваны – Ля-Фуэрса, построенного в 1558 году. Она была ещё закрыта, поэтому мы посмотрели на неё через забор, увидели пушки и пошли по набережной дальше. Гуляя, мы проходили мимо разных зданий слева, памятников, посвященных тому или иному событию или периоду истории, а справа сидели рыбаки с удочками на Гаванской бухте. По дороге проезжали ретро-автомобили и даже старые жёлтые автобусы, как в американских фильмах, которые собирали школьников по утрам.

Дойдя до маленькой крепости Сан Сальвадор де ла Пунта в самом начале бухты, мы свернули на бульвар Прадо. Кстати, несмотря на свои небольшие размеры, крепость была важным стратегическим объектом охраны входа в Гаванскую бухту.

По обе стороны бульвара Прадо, главной улицы города, стояли старые, иногда даже полуразрушенные, но очень красивые разноцветные дома в Парижском, Венском и Мадридском стилях. Нам повезло, что мы были здесь рано утром, когда все улицы пусты, хотя обычно здесь бывает довольно многолюдно. На балконах иногда встречались кубинцыс сигарами, смотрящие вдаль, или кубинки в традиционных платочках на голове.

Двигаясь по бульвару дальше, мы вышли к Капитолию, главной архитектурной достопримечательности Гаваны, построенному в 1929 году, напоминает известный в мире Вашингтонский. К входу ведет лестница, по обе стороны которой стоят две скульптуры, символизирующие работу и хранителя добродетели. Здание имеет большой купол, а фронтовая часть полностью состоит из колонн.

Взяв такси, мы доехали до пляжа и остаток дня провели, купаясь в океане.

Третья командировка была двухсуточная. Экипаж у нас был дружный и веселый, поэтому на следующий день после прилета почти всей командой мы поехали на пляж Санта-Мария-дель-Мар, который находится дальше от столицы и от отеля, поэтому доехать до него можно только, при наличии свободного времени.

Потрясающий белый песок, голубая теплая вода полностью соответствуют райскому пляжу, идеально подходящему для отдыха. Около бара даже сидел кубинец и играл на гитаре, напевая на испанском и создавая тем самым особую атмосферу.

На обед мы отправились на двух такси и попросили водителей посоветовать кафе. Нас привезли в открытый ресторан недалеко от крепости Эль-Морро, который сложно было бы найти самим. Атмосфера в нем была душевная, и чувствовался кубинский колорит. Столы были деревянные, вокруг много зелени, играла живая музыка, а по территории гуляли пушистые курицы с цыплятами. Насладившись атмосферой и вкусно пообедав, поехали в отель. Честно говоря, мы так пережарились на солнце, что сил на прогулку уже не было, поэтому вечер прошел у бассейна.

Утром следующего дня более маленькой командой мы собрались всё-таки в старую Гавану. Чтобы сократить время на прогулку по городу, мы взяли в аренду карету с лошадью. Извозчик был вместо экскурсовода. Иногда мы останавливались, и он давал возможность пройтись, рассказывая что-то на испанском, а я переводила ребятам. Первая остановка была на старой площади рядом с Кафедральным собором Святого Христофора. На той же площади рядом с маленькой церковью растет дерево Сейба – символ Гаваны. Стоит оно на том месте, откуда начиналась Гавана в 1515 году. Наш проводник сказал, что нужно обежать вокруг него три раза и загадать желание.

Обзорная экскурсия была достаточно короткой, зато мы проехали по всем основным местам города, в том числе мы увидели заводы сигар и рома.

Тенерифе (Канарские острова)

Вы же помните, что в прошлый раз я оставила на полке памяти заметку о некоем ущелье Маска. И вот спустя год я дождалась заветной весточки о новой командировке. К сожалению, рейс был не на четыре дня, но на сутки. Этого должно быть достаточно для одной достопримечательности.

Уже в самолёте я начала прощупывать почву, спрашивать у всех коллег, кто не против поехать со мной к прекрасному природному достоянию острова. В экипаже с нами была жена капитана, сразу выразившая желание поехать, но потом муж остановил её: это рискованно и мы можем не успеть вернуться. Прилетаем мы вечером, поэтому надо будет успеть запаковать чемодан, привести себя в форму и выехать из отеля в пять часов вечера. То есть на самом деле шанс успеть есть только при раннем выезде из гостиницы. Ну что ж…. Я, конечно, расстроилась, но ведь они правы. Кто знает, может я прилечу сюда ещё раз.

После ужина мы прогулялись по набережной, проводили солнце за океан, и уже собирались идти спать, как ко мне подошла Аня:

– Может всё-таки поехали завтра к этому ущелью?

– Ты уверена? Опасно же и рискованно. – Я засомневалась, но глаза уже загорелись в предвкушении поездки. – Нам головы оторвут, если не успеем вернуться.

– Да ладно тебе. Рано утром поедем и всё. Сколько ехать? Час? Поехали!

И вот я договорилась со своей соседкой по номеру, которую не хотела зря будить в восемь утра, что на ночь перееду в номер Ани.

Утром по будильнику мы встали бодрые, несмотря на раннее утро, как всегда бывает перед исполнением заветного желания. Я попробовала выстроить маршрут по навигатору телефона, но он предлагал только два автобуса с пересадкой, которые должны начать ходить значительно позже. Ещё вариант? Такси. Любезный администратор заказал нам такси, сумма которого была пятьдесят евро в одну сторону. Дорого для одного человека, но не для двух воодушевленных путешествием девушек.

Путь привел нас к серпантину, наверное, самому крутому из всех, по которым приходилось ездить мне в жизни. Мы не могли даже представить, как бы тут ехал автобус. Обрыв казался слишком близко, а по другую сторону была скала. Поворот за поворотом спускались ниже к деревне под названием Маска.

Было два варианта пути обратно: пройти по ущелью туда-назад и уехать отсюда на автобусе, расписание которого неизвестно, или дойти до конца к океану и уплыть оттуда на корабле до ближайшего города. Однозначно в два конца мы гулять не собирались. Ладно ещё вниз спускаться, а потом назад подниматься не очень хотелось, к тому же времени займет в два раза больше, да и длины пути мы не знали. Лодки ходят с разницей в полчаса. Сейчас десять утра, значит в полдень примерно мы должны дойти, и тогда у нас будет много времени чтобы спокойно вернуться в отель.

Деревня стояла между двух скал у самого начала ущелья, которое вело куда-то вперед, и конца ему не было видно. Внизу по ущелью текла узенькая река, но очевидного спуска к ней не было. По обе стороны деревни к реке был каменистый обрыв.

До шестидесятых годов прошлого столетия серпантина не существовало, путь сюда был закрыт, и ущелье было неприступным. С давних времен оно считалось пристанищем пиратов.

Мы спросили у продавца в лавке, как спуститься вниз к ущелью, нам махнули вперед и ответили, что там будет поворот налево.

Но после поворота дорога всё ещё не вела вниз, и мы заплутали в деревне, хотя под ногами был обрыв к ущелью, но не прыгать же нам. Чуть ли не зайдя на участок к испанцу, мы постучали в дверь и спросили как попасть к ущелью. Мужчина предложил нам аккуратно спуститься прямо по обрыву или вернуться на другую сторону, где была дорога. Так оказалось, что мы не дошли до нужного поворота налево, о котором говорил продавец. И вот уже второй человек указал Ане, что в сланцах ходить по ущелью опасно. А что делать? Нет другой обуви. Вернувшись к нужной тропе, мы стали понемногу спускаться.

Природа здесь восхитительная. Уникальное рельефное образование длиной в девять километров. Высокие скалы, за которыми еле проглядывается солнце, и только облака видны над головой. Свежесть воздуха. Пальмы. Идя по тропинке, напевая песни, мы хотели кричать от счастья – настолько здесь было изумительно красиво. И самым прекрасным было то, что почти не было людей вокруг. Только иногда встречающаяся немецкая семья, которая нас то обгоняла, то мы их.

Тропа кончилась, начались булыжники. Постепенно зелени становилось меньше, а ущелье уже. Мимо протекала речка, больше похожая на небольшой источник. Та естественная красота, не испорченная человеком, создает впечатление, что ты здесь первопроходец. Немцы, обогнавшие нас в начале, сели на привал, а у нас времени для отдыха не было. Да и не особо мы устали.

На пути нам встретилась женщина-немка в возрасте, неспортивного телосложения с палочками для скандинавской ходьбы. Она оказалась в тупике. Развела руками, показывая, что дальше пути нет. И действительно…. Очевидная единственная дорога вдруг кончилась, и теперь вариантов пути было несколько… И непонятно, какой из них правильный. Мы прошли немного по одному, потом вернулись, махнули ей идти следом и стали карабкаться на большой валун. С него был очень узкий проход между ещё двумя валунами. Мы помогли даме с палочками спуститься, и следующие полчаса она шла за нами.

Вдруг мы оказались над рекой и над каменистой дорогой, но очевидно, что мы шли правильно, ведь спуска вниз нигде не было. На скале был обрыв, а единственным вариантом было идти по маленькому выступу, держась за трос, прикованный к скале. Сланцы действительно не лучшая обувь, но Аня держалась достойно, ни разу не пожаловавшись. Аккуратно друг за другом мы шли по этому обрыву, но дальше было не лучше. Дорога привела к узкой щели: два валуна перекрыли нам дорогу. Под ними заводь. По ней пройти нельзя, хотя немного места есть. Пока мы думали, как спуститься, нас догнала немецкая семья. Я залезла на один валун и увидела проход. Вариант был один: мы аккуратно съезжали с валуна, держась руками за скалы, а затем наступали на камень, не полностью покрытый водой. Так с одного торчащего камня мы перешагивали на другой, пока не ступили снова на тропу.

– Окей? – спросила Аня женщину-немку. Мы переживали за нашу попутчицу всю дорогу.

– Окей – ответила та.

Слева был чарующий вид на неглубокую реку, текущую из-за пещер и скал. Зеленоватый цвет от камней придавал этому виду особую магию. Мимо пролетела куропатка и села на ветку кустарника.

Каждый раз казалось, что за следующим изгибом скалы будет конец, но там ещё продолжалось ущелье. И ещё… и ещё… и ещё и за следующим поворотом. Мы шли уже не два запланированные часа, а почти три. Мы ускорили шаг, но дорога всё не кончалась, а океана не было видно. Первые два часа прогулки были прекрасные, но последние полчаса уже хотелось, чтобы это ущелье побыстрее кончилось, так как пейзаж стал повторяться, да и времени оставалось не так много.

Вдруг появился первый человек, шедший нам на встречу:

– El mar es muy lejos? (Море далеко) – с надеждой спросила я.

– No. 15 minutes.

Мы приободрились. Было ровно пятнадцать минут до следующего корабля. Но минут через десять мы встретили толпу русских туристов, которые также ответили, что ещё десять минут.

Ровно в час дня за следующей скалой мы увидели каменистый пляж. Хотелось кричать «свобода». Мы побежали вперед как раз в тот момент, когда корабль стал отплывать от каменного причала.

Мы купили билет, прошли к воде, и сели на камни. Океан был прекрасен. Вода чистейшая. А мы, уставшие, так сильно пожалели, что не взяли купальники. Нам даже были неважны валуны вокруг. После такого пути мы смогли бы спуститься к воде через любые преграды.

– Аня, – обратилась я, – как ты думаешь, мы успеем?

– А у нас нет другого выбора. – Кратко и доступно, а главное убедительно ответила моя попутчица. К нам подошла наша уже знакомая дама со скандинавскими палочками, села рядом и вручила по банану. Голодные, мы не знали, как её благодарить. Она улыбнулась.

Когда приехал катер, мы обернулись к нашей новой знакомой, а она помахала рукой и отправилась в обратную дорогу вверх по ущелью.

Мы плыли, рассекая волны, мимо гигантских скал с соответствующим названием Los Gigantes, которые считались лучшими на этом острове. Через двадцать минут причалив к одноименному городу, мы сразу пошли искать такси. Город находится гораздо ближе к нашему отелю, чем Маска, поэтому и цена было гораздо ниже.

За полчаса мы доехали и даже успели пообедать в отеле до закрытия ресторана. У меня в номере никого не было, все коллеги ушли по магазинам. Для сборов к вылету времени ещё было предостаточно.

Малага (Испания)

Это уже стал мой любимый город, с любимой площадью и любимым кафе. Ставить меня на это направление стали, когда я сдала испанский язык на чтение. Похвастаюсь тем, что сдала очень легко – преподаватель даже удивилась, что я года четыре на нем почти не говорила – «Видимо один раз хорошо и глубоко вложили знания». Я объединю сюда все пять моих командировок, чтобы и вы прочувствовали, что значит «прилететь столько раз, сколько необходимо», и потому что уж очень я люблю это место и разделить рассказ не могу.

Первый мой рейс сюда был ночным, со стоянкой, продолжавшейся двенадцать часов. Проще говоря, ночёвкой. Селят здесь по одному человеку в просторные номера, похожие на номера в отеле Тенерифе – тот же деревянный стиль – дешево и сердито. Мы с бригадиром прогулялись по пустой набережной, насладились лунной дорожкой в отражении моря и пошли спать. Ох, и какое было доброе утро. Проснулась я от шума волн, бьющихся о песочный берег. Раздвинула шторы, чтобы пустить свет в номер, и передо мной открылся вид на утренний город, море, пляж и потрясающий рассвет. Надо будет в следующий раз пойти на берег в семь утра и встретить солнце.

Что я и сделала. Следующий рейс опять был ночёвочный. Я заранее договорилась с коллегой встретить утром рассвет. В семь утра мы встретились уже одетые в форму и пошли на пляж. Отель у нас был на первой линии, так что мы просто перешли дорогу и оказались на берегу. Как же я люблю Испанию, как же я люблю море и этот момент, когда солнце сначала выпускает свои лучи из-за горизонта, а потом плавно поднимается, как будто прямо из вод Средиземного моря.

Полчаса мы провели на пляже, фотографируясь на фоне пальм и моря. Завтрак и вылет.

Ну когда? Ну когда я уже полечу туда на сутки?

Пожалуйста. Сутки в Малаге. Прилетели днем к обеду. Мы втроем с девочками пошли гулять по городу. Автобус из Торремолиноса, где мы жили, шел минут двадцать до самой Малаги и стоил всего около двух евро. Город маленький… очень маленький, но так и наполнен колоритом маленьких городов Испании – узенькие улочки, домики, отличающиеся красивой архитектурой, открытые кафешки с зонтиками и, конечно, обязательно собор в центре города.

На самой красивой маленькой площади располагались несколько кафе и собор. Мы зашли внутрь него, где было весьма красиво, но вся эта красота ничем не отличалось от любого другого католического храма. Фонтан в центре площади напротив Епископского дворца ещё не работал. Трехэтажный дворец в стиле барокко привлекал внимание красно-желтыми стенами и колоннами, и множеством балконов. Рядом с ним стоял столб с деревянными указателями на города мира с расстоянием в километрах. Мы сели выпить кофе – куда же без этого, чтобы ощутить эту спокойную атмосферу города и ещё раз насладиться красотой собора снаружи. Кафедральный собор Малаги – второй по высоте храм в Андалусии. Высота здания достигает ста пятнадцати метров. Прямо за ним находился сад с цветущими деревьями, дорога мимо которого вела к маленькому древнеримскому театру.

Перед римским театром шла красная дорожка – недавно здесь проходил кинофестиваль испанского кино. Прогуливаясь по улочкам, мы дошли до парка, который как раз и вел на ту самую гору. Беседуя на разные жизненные темы, мы поднимались всё выше, наслаждаясь тенью деревьев в столь жаркий день и красотой города с высоты. На вершине горы стоит крепость Хибральфаро, которая скорее всего использовалась как оборонительное сооружение. Мы посмотрели на неё со стороны и почему-то не зашли. Зато насладились прекрасным видом со смотровой площадки на море и порт. Вернувшись вниз, мы прогулялись по парку-алле у главной улицы города. Парк напоминал маленький ботанический сад, где, наверное, становится красиво весной, когда всё цветет.

Проголодавшись, мы вернулись на ужин в отель, но успели ещё заглянуть на пляж позагорать. Вода была ледяная, потому что ещё не наступил пляжный сезон. На следующий день мы просто загорали у бассейна до обеда, и потом улетели обратно домой.

На новый рейс я попала на двое суток. Прилет в обед, вылет через день во второй половине суток, то есть две ночи впереди. Эта «Малага» была самая душевная и запоминающаяся. Мы с девчонками Яной и Лерой сразу после рейса поехали в город. В этот раз всё цвело. Деревья с каким-то фиолетовыми маленькими цветочками, похожими на колокольчики, а в парке на аллее всё тоже пестрило цветами. Мы сразу пошли в крепость Алькасаба, которую в прошлый раз проигнорировали. Прочные и высокие крепостные стены были возведены в XI веке и по-прежнему украшают город, являясь одним из интересных памятников архитектуры. Внутри – маленькие сады с красивейшими цветами. Поднимаясь вдоль стен, проходя через арки, мы попадали на новые и новые маленькие открытые площадки с фонтанами и красивыми растениями. На самом верху колоннада с видом на город. Спустившись обратно, мы прошли мимо собора, который оказался закрыт, и сели в ту же кофейню:

– Девочки, мы уже всё посмотрели здесь, город маленький. – Начала Лера, – мне кажется, надо завтра куда-нибудь ещё поехать, целый день же свободный.

– Давайте, – поддержала я, – знать бы куда. Я как-то видела в одной программе такой красивый арочный мост через ущелье, должно быть где-то недалеко.

Договорившись, мы пошли по сувенирным лавкам. А где же ещё искать красивую достопримечательность, как не на открытках. И в первом же магазине я нашла эту картинку с мостом:

– Где находится это место? – спросила я продавца.

– Это Ронда. Часа два отсюда.

Она показала на карте, сказала номера автобусов, и мы побежали на автобусную станцию. Выяснилось, что есть автобус прямо от нашего Торремолиноса, то есть утром можно будет просто выйти из отеля в город и сесть на автобус. Цена такая же смешная, как и на любой общественный транспорт.

Вечером мы выпили вина на балконе с видом на море, послушали музыку и решили утром встретить рассвет.

С Яной я встретилась в коридоре, как и договорились, в семь утра. Лера открыла дверь и сказала, что она спит и не пойдет на пляж, и не поедет с нами.

Мы немного расстроились, но планов не поменяли. В это время года солнце всходило уже не над морем, а чуть левее над вышеупомянутой горой.

– Может, Лера передумает? Потом же жалеть будет. – обсуждали мы за завтраком. – Может, зайти за ней опять?

– Давай пока соберемся. Напишем ей смс. Такое бывает. Вроде просыпаешься и ничего не хочешь, а потом время проходит и думаешь, зачем лениться. Автобус в 8:30.

Но Лера нас опередила, и написала сама: «Вы ещё не уехали?». Мы с радостью её подождали и поехали вместе. Автобус нашли легко.

Сначала он был пустой. Потом постепенно заходили туристы и местные. Самые шумные, естественно, были русские. Зашла семья с мальчиком, и почему-то сели именно сзади. При пустом автобусе. Видя, что у меня полностью откинута спинка, они сели именно за мной, а потом мальчик стал ныть, что ему неудобно. Я ждала момента, когда они попросят поднять спинку, и у меня уже была заготовлена речь, как им вежливо отказать, так как никто не заставлял садиться позади меня. Мы с Лерой сидели прямо за водителем и рядом с нами испанка. Автобус был комфортабельный большой с мягкими сиденьями и к слову, они тут все такие. Мне светило солнце в окно, и было даже немного жарко. А Лера сидела у прохода и ей становилось от кондиционера холоднее. На дворе май. Мы в лёгких пляжных нарядах. А сзади русские, укутанные в куртки.

Я попросила водителя выключить кондиционер, потому что стало сильно дуть. Он выключил, но через некоторое время опять включил. Я опять попросила его выключить, хотя мы с Лерой уже поменялись местами, и теперь она грелась на солнце. Водитель начал мне объяснять, что ему очень жарко, так как солнце светит прямо в лобовое стекло. И тут вдруг русская мать семейства – по-видимому глава этой семьи – завопила на весь салон: «Nooooooo». То ли она говорит на испанском, то ли слова «кондиционер» ей было достаточно, чтобы понять суть нашего диалога с водителем. Разразился спор на тему «выключать ли кондиционер». Я объясняла водителю, что мы не хотим заболеть.

– Послушайте, – обратилась я уже к женщине, – у нас завтра рейс, вы знаете, что бывает, когда с заложенным носом летишь? Заболевают уши.

– Ой. Вы знаете, – хотела похвастаться женщина своими знаниями – Приложите стаканчики к ушам вот так…

– Женщина, я работаю в самолёте, я знаю, что надо делать.

Она приуныла, а потом попыталась продолжить спор:

– Одеваться надо теплее, – сидит такая, обвязанная курткой на поясе.

– На улице 25 градусов. Сейчас лето. Если вам куртка не нужна, дайте нам.

Идея видимо ей не понравилась, и она замолчала. Лера уже тихо смеялась над моей последней фразой. Водитель, воспользовавшись тишиной, спросил на весь салон: «Холод или жара?»

– Жарааа, – протянула я. Испанка рядом с нами засмеялась. И оставшиеся полчаса мы ехали в тепле. Потом я, конечно, отдельно ему спасибо сказала. Что меня удивило, муж той нервной матери семейства в споре никак не участвовал. В автобусе и так было свежо, и зачем было затевать такой спор – непонятно. Но я сидела с чувством выполненного долга.

Ронда находится на высоте семисот двадцати трёх метров над уровнем моря в горах. Поднимались мы на автобусе по серпантину.

После почти трехчасового пути мы зашли выпить кофе со сладостями на одной из улиц Ронды. Мы ничего не знали о городе, поэтому шли куда глаза глядят. Город разделен ущельем Эль Тахо на две части: старый город и новый. Мы сначала оказались в новой части города.

Ронда – город, парящий над пропастью практически в буквальном смысле. Дома над ущельем почти свисают вниз с обрыва, что оставляет неизгладимое впечатление. Мы вышли к небольшой алле с очень красивым маленьким фонтанчиком с ангелочками и прошли вперед до смотровой. Внизу был обрыв, а впереди равнины, поля и горы Испании. Это самый маленький, но самый незабываемый город Испании, из всех, что я видела. Он теплый, гостеприимный и уютный. На одной из площадей нас стали звать на короткую экскурсию в карете с лошадью. Мы согласились, так как это был маленький обзор города, чтобы мы могли лучше ориентироваться. Тем более, что ещё вчера мы хотели поехать покататься по Малаге, а сегодня даже интереснее вышло. Мы сели в карету около арены для корриды и поехали по улицам. Практически сразу выехали на тот самый мост, водитель рассказывал, где какие музеи находятся, что и как называется. Домики здесь белые и небольшие – максимум два этажа. На их балкончиках стоят цветы, прямо как на картинках о Европе.

Покатались мы минут двадцать, посмотрели город и вернулись на ту же площадь. Так, теперь мы знаем в какую сторону идти. Но начали мы с музея корриды, так как находился он прямо рядом с нами. Ронда является родиной корриды и именно здесь находится старейшая в Испании арена для боя быков, построенная в 1784 году. Интересно, что арена Ронды не только самая древняя в Испании, но и самая большая по диаметру, единственная с каменными барьерами. Можно не только прогуляться там по песку, но и посмотреть на экспозиции костюмов и снаряжения для лошадей перед входом на трибуны. Пройдя по зданию, мы увидели и загоны для быков с канатами, чтобы открывать их сверху со специального балкона. И здесь же школа верховой езды.

Выйдя на палящее солнце, мы пошли быстрее к тому самому мосту. Сверху он не выглядит особенным, и чтобы увидеть всю его красоту, нужно как-то сделать это со стороны ущелья. А вот как? Мы стали крутить головами, пока не увидели внизу людей, толкающихся на маленькой дорожке. Наверное, нам надо туда. Мы перешли на другую сторону – в старый город, спустились по тропинке и очутились прямо перед этим мостом – высоченным арочным мостом через потрясающе красивое ущелье, а под ним – водопад реки Тахо. О, я могла бы просидеть здесь час, любуясь этим видом. «Новый мост» построен в самом узком, но одновременно и самом глубоком (98 метров) месте ущелья. Величественное архитектурное сооружение строилось в период с 1755 по 1793 года. Спустились мы не до конца, а только на половину его глубины. Подниматься назад было тяжело и жарко. Кое-как мы выбрались наверх и сели в первое попавшееся место, чтобы выпить холодной воды. Через несколько минут передышки мы уже шли по узким улицам старого города. Вышли около Собора Святой Девы Марии с колокольней. Напротив – арочное здание нынешней мэрии города.

Возвращаясь через мост, мы опять остановились, чтобы насладиться пейзажами. Не знаю, как передать эту красоту природы: глыбы камней, уходящих вниз в ущелье и крошечные белые домики, стоящие на самом краю обрыва.

Вернувшись к станции, мы сели на автобус и поехали назад.

Кажется, я видела уже здесь всё, но осталось ещё в голове мысль, что кто-то из девочек мне советовал зайти в ботанический сад.

Последняя моя командировка в Малагу была такая же двухсуточная. В рейсе мы настолько сильно устали, что сразу после прилета залезли в холодную воду ещё непрогретого моря и даже не заметили её холода, просто плавали туда-сюда на волнах. (Потом я заболела, конечно). Ноги гудели, и мы грелись на песочном пляже под шум волн.

С бригадиром и ещё одной коллегой утром мы поехали в ботанический сад. Наши летчики сказали, что будут ждать нас в городе.

Ботанический сад был довольно далеко от центра, своим ходом мы бы доехали только на автобусе и то из самой Малаги, так что хорошо, что мы воспользовались такси. Жалко, что уже июнь, и почти ничего не цветет. Территория сада большая, но мы его весь не обошли. Прямо у входа – пруд с лилиями, далее изумительный лес разнообразных растений. Парк «Ла-Консепсьон» имеет не только ботаническое значение, но и не менее важное историческое. Политики, артисты, аристократы и благородные буржуа Малаги были частыми гостями сада. Именно поэтому здесь построены многочисленные здания для дворян: великолепные дворцовые резиденции, коттедж садовника, школы, две железные теплицы, большая беседка, фонтаны, мосты, лестницы, которые сохранились до сегодняшнего дня. Я видела на фотографиях в интернете, что здесь есть красивая длинная арка в виде туннеля с розовыми цветами, которые опять-таки уже отцвели. Но всё равно красиво.

Было ощущение, что мы находимся в джунглях. Шикарные водопады, мосты, свисающие деревья, скульптуры больших насекомых из металла, фонтан напротив здания маленького дворца. В одном из прудов мы даже увидели черепашек, а на соседнем водопаде – радугу. По дереву пробежала белка. Где-то чирикают птицы. Аллеи пальм, цветы, свежий воздух. Возвращаясь, мы видели огромные розовые цветы лотоса. Выйдя из сада, шли вдоль ограды из розовых цветов. Нашли автобус и приехали в самый центр Малаги. Наши ребята были на той самой площади. Перекусили, отдохнули и снова зашли в тот собор. Я ещё раз насладилась колоритом любимой Испании.

Вечером мы всем экипажем пошли искать кафе, чтобы посидеть все вместе. Капитан Мариус (тот самый, я про него уже писала), сказал, что всех угощает. Мы нашли ресторан с диванчиками и навесом на берегу. Много не заказывали, пили разные коктейли и болтали о жизни.

Иркутск

Когда мне дали допуск на широкий фюзеляж (самолёт с двумя проходами), командировки на маленьких самолётах для меня стали закрыты. В тот момент я почти попрощалась со своей мечтой увидеть Байкал. После сдачи экзамена по испанскому языку, я всё-таки стала снова летать на узко-фюзеляжных, но только в Испанию.

И тут вдруг мне ставят в наряд рейс в Иркутск! Каково было моё удивление, что туда пустили большой самолёт. Тем более сейчас июнь, а ведь капитан Валерий говорил, что лучшее время для посещения Байкала – лето. Любимая моя гостиница с белками! Я снова их покормлю!

Экипаж, естественно, собрался на Байкал, потому что все были такие же дикари с больших самолётов, как и я. Мы заказали автобус и отправились к самому большому озеру страны. Нас везли к поселку Листвянка, расположенному по правую сторону истока реки Ангары и вытянутому на северо-запад вдоль озера.

Погода была чудесная. Солнце светило на ярко-голубом небе. Сверкающие воды чистейшего Байкала стали появляться сначала перед зелеными лесами, а потом и всё озеро открылось нашему взору. Мы остановились на берегу с одной стороны. Немного фотографировались на пирсе, болтая ногами в холодной воде. Зашли на рынок, купили вяленого омуля для себя и родителям домой.

Расположившись на возвышенности с прекрасным видом на бескрайнее озеро, мы разложили омуля и стали наслаждаться пикником.

Конечно, природа вокруг, как и само озеро, приводит в полный восторг.

Вернувшись в отель, мы с ребятами взяли два катамарана и стали плавать по заливу Ангары, на котором стояла гостиница.

С чувством выполненного долга я полетела домой, на тот момент ещё не зная, что это будет моя последняя командировка. Как это символично начать свои рейсы с Иркутска и им же закончить. Но я твердо решила, что это прекрасный момент, чтобы завершить работу в авиакомпании, которая подарила мне столько чудесных и незабываемых моментов.

Content

А.С.Корякина
Дорога в облаках

Предисловие

Часть 1

Обучение

Рейсы

Подготовка к рейсу

Встреча пассажиров

Обслуживание питанием

Снижение и посадка

Часть 2

Иркутск

Петропавловск-Камчатский

Шанхай (Китай)

Гавана (Куба)

Владивосток

Тенерифе (Канарские острова, Испания)

Гуанчжоу (Китай)

Волгоград

Доминиканская республика

Бангкок (Таиланд)

Пекин (Китай)

Владивосток

Хошимин (Сайгон, Вьетнам)

Мале (Мальдивы)

Гонконг

Сахалин

Дели (Индия)

Красноярск

Токио (Япония)

Пекин (Китай)

Петропавловск-Камчатский

Гавана (Куба)

Тенерифе (Канарские острова)

Малага (Испания)

Иркутск