Александр Беляков

Углекислые сны

1

Пахнет утренняя серость

Разложением утопий

Анна бросилась под ксерокс

Поднялось двенадцать копий

И гадать уже чревато

Кто из них твоя невеста

Встали вроде циферблата

Посредине – пусто место

ноябрь 2007

Блудная кровь утопает в извёстке

Местное время дрожит на нуле

Девушка денежку гладит по шёрстке

Музыка спит на ничейной земле

Жизнь рассыхается

Быль затвердела

Будто пылающий куст облетел —

Снова терпенье дошло до предела

Чуть отодвинув предел

июнь 2007

Буду жить в сухом остатке

Суковатом околотке

Волю праздновать в тетрадке

Слух настаивать на водке

Сердцевина беспокоит

После кукольного плена

Деревянный гуманоид

Возвращается в полено

март 2007

Рука эфирного амбала

Кормилица перед народом

Мне колыбель заколебала

И старость показалась мёдом

И юность показалась ядом

В крови осевшим после бала

И зрелость показалась адом

И радость оказалась рядом

май 2007

Из центрального в спальный район

На руины опальных времён

Это было в эоне другом

Я на почве служил сорняком

Ничего за душой не имел

Кроме вечно отложенных дел

Вот о ком расцветает тоска

Васильком изнутри колоска

И ползут корешки на поклон

Из центрального в спальный район

май 2007

Старый конь борозды не хочет

Не гоняет кур старый кочет

Старый хмель не в ладах с водой

Маршируя на месте старом

Старый ворон каркает даром —

Совершенно как молодой

май 2007

Ко мне воздушный ластик ластится

Сотрёт случайный завиток

И перевешивает задница

Любезен воздуху не весь я

И получаю свой глоток

Ценой потери равновесья

март 2007

Индивид убывающей плотности

Усыхающих дней неликвид

Столбенея на пляшущей плоскости

Всё навылет глядеть норовит

Прилетели на мельницу зяблики

А в округе ни зёрнышка нет —

Этих глаз молодильные яблоки

Реагируют только на свет

март 2007

Перемётное сито

Только ветром богато

Не умеет быть сыто

Оттого и покато

Манна выпала тучей

Или серая ржица —

На сетчатке зыбучей

Ничему не прижиться

август 2007

Каждый каждому на что-нибудь годен

Неисцелим всенародный орден

Сбросив пяток лягушачьих кож

Орден на заговор стал похож

Сходятся каменщики на смену

Соединяются на авось

Кто-то собой замыкает стену

Кто-то проходит её насквозь

февраль 2007

Крепчают правила игры

К ларьку выходим за трофеем

Во чреве торфяной горы

Орфей братается с Морфеем

Мир застарелый не обжит

Простор истоптан как придётся

Тюрьма подножная дрожит

Ознобом в сердце отдаётся

август 2007

По длинам и по категориям

Жила диффузия вперёд

Дракона кликали Егорием

Наездника – наоборот

Исход ползучего сражения

Понять на ощупь мудрено

Победа – в сердце поражения

Не отличить – слились в одно

апрель 2007

Все огрехи твои и успехи

Во прах отряхая доспехи

Брат на брата бегут брататься

И с боями дошли до танца

Заведи беруши и слушай

Этот кровный вальс неуклюжий

Стали жилы твои виваче —

Старожилу нельзя иначе

апрель 2007

В тихом городе N все пути расхожи

На углу стоит человек без кожи

Обойдя угодником все угодья

На углах оставил свои лохмотья

А теперь от мира укрыться нечем —

Красно-белыми флагами путь размечен

То ли враг побеждён

То ли зверь обложен —

Но обратный ход уже невозможен

июнь 2007

Говори да проговаривайся

Изнутри не затоваривайся

Сам себя опустошай

Знает человек рассеянный —

Только по ветру развеянный

Не ржавеет урожай

апрель 2007

Время сварено вприсядку

Ходят вести против шерсти

Пуля канула в десятку

Как в сухое молоко

И поют хмельные очи

Рассекая море персти

Что до следующей ночи

Жить уже недалеко

июнь 2007

Не стоял бы столпником остолоп

Да по всей округе взошли столбы

Поперёк столбовых дорог

Охлади окном толоконный лоб

Обведи слезой силуэт судьбы

Обживи нутряной острог

сентябрь 2007

Обмелела речь витая

Над ручьём истаял мостик

Испитая запятая

Береги заветный хвостик

Проплывая-пролетая

Сквозь урезанные строчки

Стережёт твои обличья

Тень безрыбья и бесптичья

Наважденье жирной точки

сентябрь 2007

Счастье живёт под боком

С миром играет в прятки

Плачет во сне глубоком

А в остальном – в порядке

Тихую лямку тянет

Скудные учит роли

То без вины завянет

То расцветёт до боли

август 2007

В каждом литре ищем трели

Плакать – дело золотое

Календарь похож на счётчик

Жизнь кроилась без зазора

Дети зрелость проглядели

У пустыни на постое

Но сильна как мёртвый лётчик

Безголовая аврора

сентябрь 2007

Приняли обиды

Форму пирамиды

Соляные-давние

Встали в основание

Дышат на вершине

Свежие-смешные

Всякое ранение

Встроено в строение

Боги любят этот

Безотходный метод

октябрь 2007

Мурашки встают на цыпочки

Теряя тихие тапочки —

Что светит нашему папочке?

Сюжет для военной хроники

На плечи взошли без паники

Живущие на титанике

Ни блажи от них ни жалобы

А злость заливает палубы

Прихлопнуть их не мешало бы

Но как без немых товарищей

Почувствует выступающий

Что он уже утопающий?

октябрь 2007

Несть у времени насеста

Жирных слов осталось мало

Запевай с любого места

Продолжай куда попало

Ореол великой суши

Цепко держит домочадца

Жизнь ушла в глаза и уши

Не желает возвращаться

октябрь 2007

Снов осенних атаман

Проплывает сквозь туман

В лунном сарафане

Русокосый левитан

На левиафане

Жало ртутное во рту

На сердце мозоли

Но печенкой за версту

Всюду чует красоту

Содержанку боли

октябрь 2007

Накинуты вожжи на старые дрожжи

Испытан разлад на разрыв

От солнечной блажи

До сумрачной дрожи

Мучительно мал перерыв

Живых мертвецов полюбила усталость

Притих небосвод несвобод

Но самая малость внутри поломалась

Она обо всём и споёт

ноябрь 2007

Труби тритон звериноротый

В ночную раковину рвотой

Когда сиятельный подъезд

Малька последнего подъест

Коловращенье дней зевотных

Мученье мыслящих животных

Удушье бьющее под дых

Ты знаешь лучше молодых

Тайком извергнутый из мира

Топчись от кухни до сортира

И в тесном зеркале маячь

Не холоден и не горяч

декабрь 2007

Ты хотел остаться повидлом

Между верхним и нижним быдлом

Ты мечтал растянуться шлангом

Между левым и правым флангом

Может чудо ещё случится

Только в шланге поёт горчица

С ней одной удобоварима

Шаурма четвёртого Рима

декабрь 2007

Раскрываются чёрные зонтики глаз

В пустоте обрывается спор

Это чучело времени смотрит на нас

И добычу не видит в упор

Каменеющий странник пытается лечь

Иероглифы падаль клюют

Разотри изнутри эту едкую речь

Безнадежного гнева приют

декабрь 2007

Утро на грани болиголова

Рыба в отсутствие рыболова

Ступором прерванный сериал

Невыносимыми голосами

День разорвался перед глазами

Тихий осколок в башке застрял

декабрь 2007

Лета красного пропеллер

Тела грозный катерпиллер

Пасторальные детали

Вертикаль горизонтали

Разнотравье травит байки

Лидер падает из майки

Сон заглатывает уши

Бьёт боржоми из баклуши

февраль 2007

Шкурку озера кроит

Перепахивает воду

Будто заново творит

Изначальную свободу

Будто сказку говорит

Омуту и небосводу

Между ними ищет броду

А вокруг звезда горит

август 2007

Дайте батеньке спатеньки

Дайте маменьке баиньки

Станьте заиньки-паиньки

Два смышлёных проказника

Это время раскрасьте-ка

Ожиданием праздника

Нарисуйте воочию

Светлых дней средоточие

Карусели и прочее

Если что-то получится

Заточение кончится

Никуда не захочется

февраль 2007

Зазубренный порог

Секвойя на окошке

Обрубки всех дорог

Живут в одном лукошке

Их научила мать

Хроническая вьюга

Друг друга обнимать

Вылизывать друг друга

январь 2007

Вспышка цветного зрения

Кроткое замыкание

Беглая тень горения

Здравствуй и до свидания

В спину тебе зевающий

Сумерки обживающий

Электротехник сведущий

Я потерплю до следующей

январь 2007

2

к ночи рассыпается князь мышей

поутру из трепета восстаёт

растяни молчание до ушей

правильного слова недостаёт

как ему безглазому показать

лучезарный день обронив из рук

я тебе вовеки ни тать ни зять

подневольный друг

май 2008

раскололось лицо и не клеится

пополам холодеет и греется

вразнобой молодеет и старится

на две стороны времени зарится

привыкай в колыхании колоса

на два возраста быть на два голоса

изживая своё оглашенное

настоящее несовершенное

апрель 2008

ночью клеил – к утру раскололось

по кусочкам вернее продашь

убывает закадровый голос

разгоняется рваный монтаж

и уже непокорная слову

как чужой механический гад

рамка кадра кроит по живому

урезая лицо наугад

июнь 2008

механический воздух сутул

обещает одни повторенья

разбежался и в землю нырнул

и поплыл огибая коренья

будоражит сыпучая речь

будто сам ты хтонический голем

в этом возрасте некуда бечь

а упасть мы себе не позволим

май 2008

что ты гуля нагулял

кроме гула в голове

он в натруженной крови

круглосуточно висит

что ты гуля потерял

кроме зёрнышка в траве

сколько крошек ни лови

без него не будешь сыт

май 2008

и в эту раненую рань

повсюду край куда ни встань

повсюду рай куда ни глянь

добыча обложных охот

предзимний свет идёт в обход

качается пейзаж снотворный

и жаждой полнится стакан

и зверь танцует свой капкан

корявый спазм нерукотворный

октябрь 2008

расцветают спазмы колеса

выплывает смех на духовых

можно перекрасить полюса

путник не запутается в них

упадёт в магнитные поля

и взойдёт пустышкой дрожжевой

сумерки посильно веселя

потому что всё-таки живой

март 2008

углекислые сны евразийцев

хоровод недоношенных лиц

управленцы играют в партийцев

под отеческий скрип небылиц

а вокруг бесконечен и вязок

нулевой эллиптический год

ни завязок тебе ни развязок

эпизод перекур анекдот

июнь 2008

разметали воздушный жмых

трое пьяных глухонемых

замелькали на заднем плане

темноты ледяные длани

нынче всюду взошли колосья

беспокойного безголосья

и болтанка пошла большая

от невзрачного урожая

апрель 2008

Леониду Швабу

земля копрофагов тиха и бесплодна

человек-недотыкомка выпил ветер

секретный пакет оказался пуст

в небо уходит душа осенней кампании

маршируя по чистому наждаку

в любую сторону убываешь

ординарцу нечем кормить костёр

дневник похода становится ночником

декабрь 2008

под кожей статуи стынет шпион в исподнем

голова орфея стрекочет в мусорном баке

лысой зимой все лестницы волосаты

в город въезжает бог на заводной собаке

здесь давно понедельник а он в субботнем

будто устал календарь и близок конец осады

декабрь 2008

в стане тёртых калачей

ты хронический ничей

и пока не уплетён

пролонгируй нищий тон

воздух тёрками зарос

время жить себе под нос

дальше свёрнутого носа

территория износа

март 2008

если жизнь лечь-встать

отвяжись речь-стать

дёру дай как пёс

заплутай всерьёз

и дозрев в пути

нараспев бухти

свой мотив и зрак

закатив во мрак

май 2008

когда жарой распахнуты окошки

крепчает ощущение ловушки

токуют алкаши жужжат старушки

бабачат тачки сатанеют кошки

кромешный усыпительный рефрен

и больно думать что в иной удел

из этой поплывёшь пятиэтажки

хотя по сути не один ли хрен

июль 2008

как будто капут

и глазеешь с иного припёку

на шпротный маршрут

на свою круговую мороку

не чуя телес

вылетая из отчего ряда

как облачный бес

или ангел лишённый отряда

август 2008

там на фактории зимнего времени

бродит охотник без роду и племени

племя рассеялось род пересох

мечется в часиках снежный песок

точно колодник тюрьму персональную

топчет колонию ориентальную

и нахлебавшись нордических щей

спит в окружении певчих вещей

август 2008

во чреве речи снега по пояс

недобрый вечер увязший поезд

однообразная панорама

в седьмом купейном немая драма

гонимы ветром иной эпохи

гуляют слухи летают вздохи

но дознаватель учёный мерин

о самом страшном молчать намерен

сентябрь 2008

на ветру за глаголом глагол

облетел и затих

потолку собеседует пол

о высотах своих

спать бежать балагурить молчать

безголосый квартет

если агнец не снимет печать

значит музыки нет

сентябрь 2008

пляшут мыши на стеклянной даче

воды подымаются в полёт

ветер погоревший на удаче

нечленораздельное поёт

осень околачивает груши

где-то рядом всё уже сбылось

золотом подсвечено снаружи

временем проедено насквозь

ноябрь 2008

слетались ангелы на запах неудачи

клевали ангелы натруженные очи

чтоб видел лучше

говорил короче

а лучше б ничего не говорил

осенняя зима

дневные ночи

молчание

и шелест крыл

декабрь 2008

мёртвой нехваткой держит и вяжет

хитрой повадкой гложет и движет

тьмой обнадёжит светом обяжет

выдох и снова схвачен и выжат

сном приголубит хлебом принудит

высохшим небом ляжет на плечи

если поймёшь что легче не будет

станет полегче

август 2008

укачай меня улыбка

нелюдима и неглыбка

шлюпкой посреди степи

пассажира усыпи

тишину придонных нянек

обживает наш титаник

память чувствуя о нём

ся насильно улыбнём

март 2008

года плывут отарой

и зрея над грядой

жилец настолько старый

что снова молодой

где времени корыто

рассохлось у ворот

всё песнями изрыто

и снов невпроворот

спасительное мимо

блаженное насквозь

вовек неотменимо

на диво удалось

август 2008

ниже травы на траве лежать

выше небес в небеса свисать

телу привольно в гостях дышать

духу легко на костях плясать

сонный посёлок сегодня наш

воздух незыблемый перегрет

здесь задохнулся один алкаш

и превратился в чужой портрет

сентябрь 2008

дух орудует под дых

внутривенный молот

трудно трогать молодых

если сам не молод

между духом и душой

в тесноте телесной

промежуток небольшой

обернулся бездной

ноябрь 2008

снова у туши поёт в ушах

лучших времён потаённый шаг

слева по курсу пророс редут

с той стороны бредут

возраст баталий наискосок

ров не фатален но вал высок

от ожиданий и голодух

дух обратился в слух

октябрь 2008

сито опять собирается по воду

тихая радость по детскому поводу

летнее время несут на щите

не удержать чудеса в решете

чётного рая почётные узники

мы доверяем испорченной музыке

верной руке монохромного сна

где раскадровку теснит белизна

июнь 2008

сгорает сенька под сенью шапки

штурмует сивка покаты горки

на каждом часе повисли шавки

до горизонта одни задворки

пора упрочить свои ледышки

унять сурово завет спиртного

забить на запах случайных пазух

ведь жить придётся без передышки

июль 2008

венере мешают руки

у ники трещит башка

года берут на поруки

избыточного божка

обломками путь размечен

пожалуйста без понтов

покуда не искалечен

для главного не готов

ноябрь 2008

две буквы у зрелости выпали

настала щербатая злость

и все-таки в пятницу выдали

себя насмешить удалось

да здравствуют пляски нелепые

застольные глотки свирепые

купального рая весы

и в божьих коровках трусы

июнь 2008

исчезать на ходу или спать ходуном

рассыпаться в руду или цвесть валуном

перезрелая жизнь обронила дуду

отравилась сухим атмосферным вином

но опять молодеет в отдельном саду

до последнего цать

и залётная мантра берёт высоту

начиная мерцать

июль 2008

наставление для слепнущих пилотов

ветеранов затяжного сериала

затемнение важнее эпизодов

если музыка себя переиграла

в затемнениях бездонные пролёты

там сухие разбиваются личины

а машины поведут автопилоты

от наперсников почти неотличимы

май 2008

старики улетают поют мертвецы коченеют живцы

время дыряво жизнь утекает во все концы

как будто пришит к вершине и под гору окоём

и зрелость вешает зеркала в бескрайнем доме твоём

грузный воитель теряет нить

о главном без толку говорить

лучше давай споём

октябрь 2008

спят посреди реки мёртвые языки

светят из-подо льда мёртвые города

зимнее время деснами стиснуло провода

хрупкая отродясь возобновилась связь

из февраля на бал перебежал сигнал

хлестким ознобом мучая музыкой становясь

пасынок трёх эпох сделай глубокий вдох

выдох прибереги

апрель 2008

3

Млечная женщина на изнанке ночи

Певчая трещинка посреди груди

Гой ты русский инвалид

Северный рабочий

На закате юных лет Машу не буди

Ляг по-волчьи на бочок

Спи без передышки

Каждый следующий ход обещает пат

Бродят в поле три слепых олимпийских мишки

Кто не спрятался – привет

Сам и виноват

Полночь размечена рыбьими очами

Выгадать нечего кроме как покой

Утоли свои нули

Осветли печали

Певчую трещинку чувствуя рукой

март 2006

В тишине повсюду норы

Веют ангельские хоры

Неприкаянные духи

Азраиловы шептухи

Акустическое царство

Атмосферное лекарство

Над седой равниной снега

Спелись альфа и омега

Рассекая лыжным шагом

Под сияющим дуршлагом

В час воздушного прилива

Можно молкнуть справедливо

От печали очевидца

Частым лесом отделиться

На правах меньшого братца

В чистом поле затеряться

март 2006

Народ собрался по частям

За папиросною стеной

Встречать Покров Волосяной

Разноголосый многоног

Стреляет полом в потолок

Давая ход благим вестям

Неопалимый андрогин

Поёт и плачет вразнобой

Обуреваем сам собой

И распадаясь в свой черед

Войну гражданскую ведёт

Равнопрестольных половин

Всю ночь бессонный старожил

Родную сказку сторожил

Развязку зная наперед

апрель 2006

В силиконовых чепчиках

Господи Боже

Девушки старше

Тетки моложе

Сводный десант

Монотонный отряд

В прямоугольной воде не горят

Этот неспешный физический культ

Больше походит на микшерный пульт

Фишки себя по дорожкам колышут

Музыку пишут

Но сами не слышат

апрель 2006

БАЛЛАДА

Азраил вертикального взлета

Самоцвет немигающих глаз

Пробурил из угарного лета

Винтовой прохладительный лаз

Над публичным смирительным парком

Над горючими сланцами крыш

Воспарила воздушным подарком

Ледяная летучая мышь

Неподъемные веки поднялись

Разведенные руки сошлись

Неуемные страхи унялись

Недопетые песни нашлись

В кабинете бесплодного года

Оттрубив от звонка до звонка

На свободу шагнула свобода

Злая женщина лет сорока

Одинокая дева-монада

Убеленная пылью скрижаль

Никого-то ей больше не надо

Ничего-то ей больше не жаль

Ей бы только за тенью гоняться

Головой подворотни считать

Полусладкой тоской опьяняться

Самопальные мантры шептать

Всё вокруг перед ней расступилось

И стремительный бог Азраил

Проявляя особую милость

В душном небе окно отворил

ноябрь 2006

Раскинув мышиные крылья плащей

Над мыслящим морем отеческих щей

Кружатся седые мужчины

Картина захлопнулась

Ты уже в ней

И ветер любого завета верней

И следствие легче причины

Блаженной улыбки с лица не снимай

Глазастую молодость не вспоминай

Она вырастает мгновенно

На зыбкой поверхности мертвых времен

Но стоит окликнуть одним из имен

Останется черная пена

Мы – сольные птицы

И каждый горазд

Безжалостно сбрасывать кровный балласт

Вкушая воздушное брашно

И ежели завтра придется упасть

Сухим сельдереем в кипящую пасть

То в общем не так уж и страшно

декабрь 2006

4

море уходит туда где глубже

рыбы проснулись в сырой пустыне

бездны мерещатся в каждой луже

это нормально – верхом на брюхе

днём не в себе поутру не в духе

чтобы уже не мелькать отныне

палевой бездной тяжеловесной

воздух явился на смену влаге

волю его передай бумаге

август 2009

негодник приходит в негодность

как в отчий заброшенный дом

где времени павшего плотность

наполнила лёгкие льдом

где вдох замирает у входа

а выдоху выхода нет

снаружи нагая свобода

внутри строевой лазарет

май 2009

дошёл до ручки нажал на ручку

открылась дверца за ней другая

на расстоянии перебежки

и так без края без передышки

кому предшествуешь без оглядки

дорогу торную пролагая?

кто шепчет издали: всё в порядке?

молчи – не спрашивай – я не знаю

март 2009

окрестный шелест идёт на нерест

древесный вирус пошит на вырост

с утра торгует собой на вынос

как будто нож самозваный должен

собой заполнить пустоты ножен

за что ты платишь

зачем ты плачешь

ну что ты что ты

июнь 2009

в окрестностях мерцающего смысла

произошла инверсия ландшафта

и вот мы снова неизвестно где

сладима дрёма в сумеречном свете

но тяжек уху окоём без эха

и в лужах испарились отраженья

куда бежать? откуда разбежаться?

по склону вверх стеклянная пустыня

а под уклон сплошные камни корни

и всё-таки проснулись и бредём

стоически вдыхая на ходу

магический цветок горизонтали

февраль 2009

парадоксы лазарета

чудеса на дне колодца

звук приходит раньше света

был бы звук а свет найдётся

мы скользили по спирали

в недра каменной вагины

наши мальчики устали

записались в андрогины

апрель 2009

и прут товарищи из фруктов в овощи

и просят милости как милостыни

несложной неотложной помощи

прямой наводкою нарезка с водкою

и трени бренные и тени прежние

но воздух вздрагивать перестал

в глазах – туман

на губах – металл

как будто сами левобережные

сентябрь 2009

это было много лет подряд

это началось издалека

гарцевал рецепторов отряд

на переднем крае языка

в жертву предназначенная знать

сколько их убито без суда

сладкое уже не опознать

горькое ещё туда-сюда

январь 2009

с виду проруха на деле зараза

слушать вполуха коситься вполглаза

общие гимны вполголоса петь

вполоборота за чашей сидеть

на перепутьях воздушной могилы

взрослой игре предаваться вполсилы

и на пороге споткнувшись впотьмах

важное что-то сболтнуть впопыхах

январь 2009

колонна против колодца

перестаёт бороться

высоты вошли в пустоты

как мёд в ледяные соты

будем до самой ночки

ямки считать да кочки

в танцах на ровном месте

мало ума и чести

январь 2009

эта верка чадная

эта любка глупая

эта надька строгая

соньку беспощадную

не осилят группою

за живое трогая

февраль 2009

тоску в лоскутное одень

по вечным выходным

как скудно оркестрован день

как стыдно быть дневным

у карлицы взамен лица

кромешная дыра

зато любое гоп-цаца

урежет на ура

февраль 2009

дней боевая лодия

туго соображает

корчится от бесплодия

думает что рожает

забуксовала оченно

в едком мышином масле

из коготков сколочена

все коготки увязли

март 2009

у неба такая масть

что впору навзничь упасть

завистливою совой

зависнув над синевой

молчание о полку

прикованном к потолку

поверх ли пониз голов

весной капитальней слов

февраль 2009

оголтелое голое тело

пононо под парами

для кого ты молотишь не дело

над слепыми дворами

и чьему повинуясь приказу

в помраченьи великом

сотрясаешь воздушную массу

очистительным криком

апрель 2009

хищные очи ночных двоеточий

удары под дых запятых

сядь на притычке – дойдёшь до точки

в этот неровный час каждый – чернорабочий

выпал из цеха на передых

сердцем считать болотные огонёчки

октябрь 2009

стакан цикуты выпит

на языке горчит

слепой поёт и видит

пока не замолчит

искромсанная печень

натруженная грудь

но кроме песни нечем

увидеть что-нибудь

апрель 2009

муторным утром возле семи

змея обовьётся вокруг змеи

блеснёт безопорный посох

жажда выгонит из семьи

всех безглазых и безголосых

и когда эта масса завоет разом

коллективным умом заступив за разум

то-то будет верхнее ми!

ноябрь 2009

сплошные пробелы провалы прорехи

слезой не заштопать вином не спаять

и отчие тени молчат неумехи

отныне расти им приказано вспять

в потёмках кидаясь на дикое слово

голодное эхо считает углы

последней утонет улыбка слепого

улыбка

улы

май 2009

война цифири с абевегой

братанье задницы с омегой

морфей бушующий в тылу

я постою а ты побегай

авось разгонишь эту мглу

плывёт сирена в море пепла

она подсохла и окрепла

молчит за давностию лет

скажи-скажи какая гекла

в тебе оставила свой след?

октябрь 2009

вино тоскует о невинности

тряпью завидует обнова

пожарному себя не вынести

из пекла внутричерепного

когда большое просит малого

и корчится земля нагая

рывком границу небывалого

до окоёма раздвигая

июнь 2009

за давностью целей и дальностью лет

мне выгорел местный естественный свет

ледащей мечты работящий жених

он плющит предметы и пляшет на них

сухие сердца наказанье творца

посмотришь с торца – не заметишь торца

двухмерная оптика сводит с ума

и так хороша безразмерная тьма

июнь 2009

стёжка пошла стежками

сказку шинкуют вспышки

угольными мешками

лупят без передышки

физика полушага

лирика полуслова

даже глазная влага

окаменеть готова

фильма моя дробится

быль стрекотать устала

хочет закоротиться

не докрутив финала

август 2009

сытая память уже не спешит

впрок околачивать груши

медленный танец осадных машин

правит внутри и снаружи

прах костяной и подзолистый прах

рвутся друг другу навстречу

в крепости враг – но бойцы на стенах

длят молчаливую сечу

август 2009

где стол был яств

там дыр бул щыр

здесь хилиаст года лущил

невольник блудного труда

он собирался как никто

чтоб не добраться никуда

снимите шляпы и пальто

плесните кто во что горазд

как будто сами господа

октябрь 2009

ни благодати ни закона

ни памяти о лобной доле

не имет конная икона

круги накручивая в поле

откуда в ней слепая сила

людей сметающая с кона?

зачем невинных искусила

стратигом с головой дракона?

ноябрь 2009

меж берлогой и конторой

обнесённая курсивом

брезжит точка из которой

всё покажется красивым

чем отчаянней тем паче

ожидание восторга

вот условия задачи

разрешимой ненадолго

май 2009

разве не было задания

не приумножать страдания?

так поди же теперь ходи

население и здания

ровным взглядом обводи

пусть подкожное горение

перейдёт в сухое зрение

расточась по сторонам

и тогда стихотворение

не понадобится нам

октябрь 2009

без понятых простукивает воздух

там было там ей богу что-то было

живой тайник нелепица в тряпице

лазейка для случайного побега

прозрачное не смеет быть кромешным

так просто ненароком задохнуться

и если пустота не может ранить

то почему до крови пальцы сбиты

май 2009

сколько певчих капканов в условленном дне

сколько снов осушённых до дна

ты застрял головой в говорящей стене

разгоняется вправо стена

и невидящим бегом становится шаг

и полётом становится бег

где живая стена заправляет в ушах

с большака вырываясь на снег

сентябрь 2009

которая была совсем не та

когда пейзаж попал в глазные сети

кругом такие сытные цвета

что забываешь обо всём на свете

смотреть не понимая ни аза

в картинке раствориться безраздельно

парят оголодавшие глаза

от головы объевшейся отдельно

апрель 2009

птицы растят плавники

рыбы поют в унисон

за поворотом руки

новый восходит эон

смычка стихий и светил

взвеси клубящийся ком

как строевой азраил

душу берёт целиком

октябрь 2009

тихие сестры сегодня в белом

солнце и сумерки – в пол-лица

дом расчертили углем и мелом

вышли выгуливать мертвеца

из лабиринта выносят судно

в мусорных кущах ищут зерно

в этих троих влюбиться нетрудно

и заблудиться немудрено

март 2009

две самые чудесные из них

меня любили остальные просто

перебивались коротали юность

играли затыкали пустоту

лениво блефовали на безрыбье

но что за дело мне до остальных

израненному временем сычу

избраннику прекрасных исключений

май 2009

не магнит ли пылает в зените?

к башмакам инородца

отовсюду стекаются нити

(неизбежное ткётся

с центробежным меняясь местами)

змеевидны движенья

и крестами ложатся крестами

до головокруженья

сентябрь 2009

пейзаж бликует обмелев

и выцветает от нагара

давай станцуем барельеф

как архаическая пара

секретной нимфой будешь ты

я в теневые фавны двину

не больше чем наполовину

выпрастываясь из плиты

сентябрь 2009

танец снятия кож

дней живой остаток

если ты не хорош

будь хотя бы краток

и свое неглиже

обдирай умело

чтоб не ссохлось уже

в печке не сгорело

ноябрь 2009

кто пролил свет того уж нет

и свет в округе санаторной

предмету сватает предмет

поёт охотничьей валторной

отвадив горе от ума

на смерть накладывает вето

как будто тьма совсем не тьма

а только остановка света

сентябрь 2009

Попечители серии

– Дмитрий Борисов

– Дюка Бруни

– Лев Бруни

– Артем Васильев

– Евгений Гиндилис

– Анатолий Голубовский

– Илья Демичев

– Миомир Дживульский

– Филипп Дзядко

– Алексей Егоров

– Анна Карельская

– Мария Карельская

– Владимир Корсунский

– Павел Курож

– Антон Носик

– Алексей Паперный

– Варвара Турова

– Карэн Хачиян

– Дмитрий Ямпольский

Content

Александр Беляков
Углекислые сны

1

2

3

4

Попечители серии