Киплинг Джозеф Редьярд

Маугли - английский и русский параллельные тексты

Редьярд Джозеф Киплинг. Маугли

The Project Gutenberg EBook of The Jungle Book, by Rudyard Kipling Produced by An Anonymous Volunteer and David Widger

Редьярд Джозеф Киплинг

THE JUNGLE BOOK By Rudyard Kipling

Книга джунглей

Mowgli's Brothers

БРАТЬЯ МАУГЛИ

It was seven o'clock of a very warm evening in the Seeonee hills when Father Wolf woke up from his day's rest, scratched himself, yawned, and spread out his paws one after the other to get rid of the sleepy feeling in their tips.

В Сионийских горах наступил очень жаркий вечер. Отец Волк проснулся после дневного отдыха, зевнул, почесался и одну за другой вытянул свои передние лапы, чтобы прогнать из них остаток тяжести.

Mother Wolf lay with her big gray nose dropped across her four tumbling, squealing cubs, and the moon shone into the mouth of the cave where they all lived.

Волчица Мать лежала, прикрыв своей большой серой мордой четверых барахтавшихся, повизгивавших волчат, а в отверстие их пещеры светила луна.

"Augrh!" said Father Wolf. "It is time to hunt again."

- Огур!.. - сказал Отец Волк. - Пора мне идти на охоту.

He was going to spring down hill when a little shadow with a bushy tail crossed the threshold and whined:

И он уже готовился пуститься по откосу горы, когда маленькая тень с пушистым хвостом показалась подле входа в пещеру и жалобно провизжала:

"Good luck go with you, O Chief of the Wolves. And good luck and strong white teeth go with noble children that they may never forget the hungry in this world."

- Пусть тебе сопутствует удача, о вождь волков, пусть судьба даст твоим благородным детям сильные, белые зубы; пусть счастье улыбается им. И да не забывают они голодных!

It was the jackal-Tabaqui, the Dish-licker-and the wolves of India despise Tabaqui because he runs about making mischief, and telling tales, and eating rags and pieces of leather from the village rubbish-heaps.

Говорил шакал Табаки, лизоблюд. Волки Индии презирали Табаки за то, что он всем причинял неприятности, сплетничал и поедал тряпьё и лоскутья кожи на сельских свалках мусора.

But they are afraid of him too, because Tabaqui, more than anyone else in the jungle, is apt to go mad, and then he forgets that he was ever afraid of anyone, and runs through the forest biting everything in his way.

Вместе с тем, в джунглях боялись его, потому что шакалы способны сходить с ума, а в таком состоянии они забывают всякий страх, бегают по лесам и кусают всех, кого встречают.

Even the tiger runs and hides when little Tabaqui goes mad, for madness is the most disgraceful thing that can overtake a wild creature.

Когда маленький шакал сходит с ума, даже тигр прячется от него. Ведь для дикого создания безумие величайший позор!

We call it hydrophobia, but they call it dewanee-the madness-and run.

Мы называем эту болезнь водобоязнью, в джунглях же её считают дивани - безумием.

"Enter, then, and look," said Father Wolf stiffly, "but there is no food here."

- Войди же и посмотри, - сухо сказал ему Волк, -только в пещере нет ничего съедобного.

"For a wolf, no," said Tabaqui, "but for so mean a person as myself a dry bone is a good feast.

- Для волка - нет, - ответил Табаки, - но для такого скромного создания, как я, даже обглоданная кость - великолепный пир.

Who are we, the Gidur-log [the jackal people], to pick and choose?"

Что такое мы, Джидур лог - племя шакалов, -чтобы выбирать и пробовать?

He scuttled to the back of the cave, where he found the bone of a buck with some meat on it, and sat cracking the end merrily.

Мелкими шажками он вбежал в самую глубь пещеры, отыскал там оленью кость с остатками мяса, присел и принялся с наслаждением её грызть.

"All thanks for this good meal," he said, licking his lips. "How beautiful are the noble children!

- Прими великую благодарность за прекрасное угощение, - сказал он, облизываясь. - Какие красавцы, благородные дети!

How large are their eyes!

Какие у них большие глаза!

And so young too!

А ещё такие юные.

Indeed, indeed, I might have remembered that the children of kings are men from the beginning."

Впрочем, что я? Мне следовало помнить, что королевские дети с первого дня своей жизни -взрослые.

Now, Tabaqui knew as well as anyone else that there is nothing so unlucky as to compliment children to their faces. It pleased him to see Mother and Father Wolf look uncomfortable.

Табаки, как и все остальные, отлично знал, что похвалы, сказанные детям в лицо, приносят им несчастье, и ему было приятно видеть, что волки-родители встревожились.

Tabaqui sat still, rejoicing in the mischief that he had made, and then he said spitefully:

Табаки посидел, молча радуясь, что он сделал им неприятность, потом презрительно сказал:

"Shere Khan, the Big One, has shifted his hunting grounds.

- Шер Хан переменил место охоты.

He will hunt among these hills for the next moon, so he has told me."

Он сказал мне, что всю следующую луну будет охотиться в этих горах.

Shere Khan was the tiger who lived near the Waingunga River, twenty miles away.

Шер Хан был тигр, живший в двадцати милях от пещеры близ реки Венгунга.

"He has no right!" Father Wolf began angrily-"By the Law of the Jungle he has no right to change his quarters without due warning.

- Он не имеет на это права, - сердито начал Отец Волк. - По Законам Джунглей - он не имеет права без предупреждения менять место охоты.

He will frighten every head of game within ten miles, and I-I have to kill for two, these days."

Он распугает всю дичь на десять миль, а мне... мне предстоит охотиться эти два дня.

"His mother did not call him Lungri [the Lame One] for nothing," said Mother Wolf quietly. "He has been lame in one foot from his birth. That is why he has only killed cattle.

- Недаром мать Шер Хана назвала его Лунгри, хромым, - спокойно заметила волчица. - Он хромает со дня рождения и потому всегда убивал только домашний скот.

Now the villagers of the Waingunga are angry with him, and he has come here to make our villagers angry.

В деревне Венгунга сердятся на него, а теперь пришёл сюда, чтобы раздражать "наших людей".

They will scour the jungle for him when he is far away, and we and our children must run when the grass is set alight.

Они обыщут джунгли, когда он убежит, и нам с детьми придётся спасаться от подожжённой ими травы.

Indeed, we are very grateful to Shere Khan!"

Действительно, мы можем поблагодарить Шер Хана.

"Shall I tell him of your gratitude?" said Tabaqui.

- Передать ему вашу благодарность? - спросил Табаки.

"Out!" snapped Father Wolf. "Out and hunt with thy master.

- Прочь! - лязгнув зубами, сказал Отец Волк. -Прочь; ступай охотиться со своим господином.

Thou hast done harm enough for one night."

Достаточно неприятностей наговорил нам ты.

"I go," said Tabaqui quietly. "Ye can hear Shere Khan below in the thickets.

- Я уйду, - спокойно ответил Табаки. - Слышите, в чащах рычит Шер Хан?

I might have saved myself the message."

Я мог бы даже и не говорить вам о нем.

Father Wolf listened, and below in the valley that ran down to a little river he heard the dry, angry, snarly, singsong whine of a tiger who has caught nothing and does not care if all the jungle knows it.

Отец Волк прислушался; в долине, которая спускалась к ручью, раздалось сухое, злобное, продолжительное ворчание ничего не поймавшего тигра, которому не стыдно, что все в джунглях узнали о его неудаче.

"The fool!" said Father Wolf. "To begin a night's work with that noise!

- Глупец, - сказал волк. - Он начинает работу с таким шумом!

Does he think that our buck are like his fat Waingunga bullocks?"

Неужели он думает, что наши олени похожи на его откормленных быков?

"H'sh.

-Тсс!

It is neither bullock nor buck he hunts to-night," said Mother Wolf. "It is Man."

Сегодня он охотится не на оленя и не на быка, -сказала волчица. - Его дичь - человек.

The whine had changed to a sort of humming purr that seemed to come from every quarter of the compass.

Ворчание превратилось в громкое рычание, которое, казалось, неслось со всех сторон.

It was the noise that bewilders woodcutters and gypsies sleeping in the open, and makes them run sometimes into the very mouth of the tiger.

Именно этот звук заставляет терять рассудок спящих под открытым небом дровосеков и цыган; именно слыша его, они иногда бросаются прямо в пасть тигра.

"Man!" said Father Wolf, showing all his white teeth. "Faugh!

- Человек, - сказал Отец Волк, оскалив свои белые зубы. - Фу!

Are there not enough beetles and frogs in the tanks that he must eat Man, and on our ground too!"

Неужели в болотах мало водяных жуков и лягушек, чтобы он ещё ел человека, да ещё в наших местах.

The Law of the Jungle, which never orders anything without a reason, forbids every beast to eat Man except when he is killing to show his children how to kill, and then he must hunt outside the hunting grounds of his pack or tribe.

Закон Джунглей, никогда не приказывающий чего-либо беспричинно, позволяет зверям есть человека, только когда зверь убивает его, желая показать своим детям, как это надо делать, но тогда он должен охотиться вне мест охоты своей стаи или племени.

The real reason for this is that man-killing means, sooner or later, the arrival of white men on elephants, with guns, and hundreds of brown men with gongs and rockets and torches.

Настоящая причина этого состоит в том, что вслед за убийством человека, рано или поздно, являются белые на слонах и с ружьями и сотни коричневых людей с гонгами, ракетами и факелами.

Then everybody in the jungle suffers.

И все в джунглях страдают.

The reason the beasts give among themselves is that Man is the weakest and most defenseless of all living things, and it is unsportsmanlike to touch him.

Однако между собой звери говорят, что Закон запрещает убивать человека, потому что он самое слабое и беззащитное изо всех живых созданий, и, следовательно, трогать его недостойно охотника.

They say too-and it is true-that man-eaters become mangy, and lose their teeth.

Кроме того, они уверяют - и справедливо, - что людоеды страшно худеют и теряют зубы.

The purr grew louder, and ended in the full-throated "Aaarh!" of the tiger's charge. Then there was a howl-an untigerish howl-from Shere Khan.

Рычание стало громче и вдруг послышалось: "ар-р-р", короткий крик падающего тигра.

"He has missed," said Mother Wolf. "What is it?"

- Он промахнулся, - сказала Волчица Мать. - Что там?

Father Wolf ran out a few paces and heard Shere Khan muttering and mumbling savagely as he tumbled about in the scrub.

Было слышно, что Шер Хан со свирепым ворчанием бросается от одного куста к другому.

"The fool has had no more sense than to jump at a woodcutter's campfire, and has burned his feet," said Father Wolf with a grunt. "Tabaqui is with him."

- У этого глупца так мало смысла, что он прыгнул на костёр дровосека и обжёг себе лапы, - сказал Волк. - С ним и Табаки.

"Something is coming uphill," said Mother Wolf, twitching one ear. "Get ready."

- А кто поднимается по откосу? - спросила Волчица Мать и насторожила одно ухо. -Приготовься!

The bushes rustled a little in the thicket, and Father Wolf dropped with his haunches under him, ready for his leap.

В чаще зашелестели листья. Волк осел на задние лапы, собираясь броситься на добычу.

Then, if you had been watching, you would have seen the most wonderful thing in the world-the wolf checked in mid-spring.

Потом, если бы вы наблюдали за ним, вы увидели бы самую удивительную вещь на свете: волка, остановившегося на половине прыжка.

He made his bound before he saw what it was he was jumping at, and then he tried to stop himself.

Ещё не увидав, на что он кидается, зверь прыгнул и в ту же минуту постарался остановиться.

The result was that he shot up straight into the air for four or five feet, landing almost where he left ground.

Вследствие этого он поднялся на четыре или пять футов от земли и упал на лапы, почти на то самое место, с которого начал нападение.

"Man!" he snapped. "A man's cub.

- Человек, - коротко сказал он, - детёныш человека!

Look!"

Смотри.

Directly in front of him, holding on by a low branch, stood a naked brown baby who could just walk-as soft and as dimpled a little atom as ever came to a wolfs cave at night.

Как раз против волка, держась за одну из низких веток, стоял маленький, совершенно обнажённый, коричневый мальчик, только что научившийся ходить, весь мягонький, весь в ямочках.

He looked up into Father Wolf’s face, and laughed.

Он посмотрел прямо в глаза волку и засмеялся.

"Is that a man's cub?" said Mother Wolf. "I have never seen one.

- Так это человеческий детёныш, - сказала Волчица Мать. - Я никогда не видала их.

Bring it here."

Дай-ка его сюда.

A Wolf accustomed to moving his own cubs can, if necessary, mouth an egg without breaking it, and though Father Wolf’s jaws closed right on the child's back not a tooth even scratched the skin as he laid it down among the cubs.

Волк, привыкший переносить своих волчат, в случае нужды может взять в рот свежее яйцо, не разбив его, а потому, хотя челюсти зверя схватили ребёнка за спинку, ни один его зуб не оцарапал кожи маленького мальчика. Отец Волк осторожно положил его между своими детёнышами.

"How little!

- Какой маленький!

How naked, and-how bold!" said Mother Wolf softly.

Совсем голенький! И какой смелый, - мягко сказала Волчица Мать.

The baby was pushing his way between the cubs to get close to the warm hide.

Ребёнок расталкивал волчат, чтобы подобраться поближе к её тёплой шкуре.

"Ahai! He is taking his meal with the others.

- Ай, да он кормится вместе с остальными!

And so this is a man's cub.

Вот так человеческий детёныш!

Now, was there ever a wolf that could boast of a man's cub among her children?"

Ну, скажи-ка: была ли когда-нибудь в мире волчица, которая могла похвастаться тем, что между её волчатами живёт человеческий детёныш?

"I have heard now and again of such a thing, but never in our Pack or in my time," said Father Wolf. "He is altogether without hair, and I could kill him with a touch of my foot.

- Я слышал, что такие вещи случались, только не в нашей стае и не в наши дни, - ответил Отец Волк. - На нем совсем нет шерсти, и я мог бы убить его одним толчком лапы.

But see, he looks up and is not afraid."

Но взгляни: он смотрит и не боится.

The moonlight was blocked out of the mouth of the cave, for Shere Khan's great square head and shoulders were thrust into the entrance.

Лунный свет перестал проникать в отверстие пещеры; большая четвероугольная голова и плечи Шер Хан заслонили свободное отверстие.

Tabaqui, behind him, was squeaking:

А позади тигра визжал Табаки:

"My lord, my lord, it went in here!"

- Мой господин, мой господин, он вошёл сюда!

"Shere Khan does us great honor," said Father Wolf, but his eyes were very angry. "What does Shere Khan need?"

- Шер Хан оказывает нам великую честь, - сказал Волк Отец, но в его глазах был гнев. - Что угодно Шер Хану?

"My quarry. A man's cub went this way," said Shere Khan. "Its parents have run off.

- Сюда вошёл детёныш человека, - ответил тигр. -Его родители убежали.

Give it to me."

Отдай мне его.

Shere Khan had jumped at a woodcutter's campfire, as Father Wolf had said, and was furious from the pain of his burned feet.

Как и говорил волк, Шер Хан прыгнул в костёр дровосека и теперь бесновался от боли в обожжённых лапах.

But Father Wolf knew that the mouth of the cave was too narrow for a tiger to come in by.

Но Волк Отец знал, что тигр не мог войти в слишком узкое для него отверстие пещеры.

Even where he was, Shere Khan's shoulders and forepaws were cramped for want of room, as a man's would be if he tried to fight in a barrel.

И так уже края боковых камней сдавливали плечи Шер Хана и его лапы сводила судорога; то же самое чувствовал бы человек, если бы он старался поместиться в бочонок.

"The Wolves are a free people," said Father Wolf. "They take orders from the Head of the Pack, and not from any striped cattle-killer.

- Волки - свободный народ, - сказал глава семьи. -Они слушаются вожака стаи, а не какого-нибудь полосатого поедателя домашнего скота.

The man's cub is ours-to kill if we choose."

Человеческий детёныш - наш; мы убьём его, если захотим.

"Ye choose and ye do not choose!

- Вы захотите, вы не пожелаете!

What talk is this of choosing?

Что это за разговоры?

By the bull that I killed, am I to stand nosing into your dog's den for my fair dues?

Клянусь убитым мной быком, я не буду стоять, нюхая вашу собачью будку и прося того, что мне принадлежит по праву.

It is I, Shere Khan, who speak!"

Это говорю я, Шер Хан.

The tiger's roar filled the cave with thunder.

Рёв тигра наполнил всю пещеру, как раскаты грома.

Mother Wolf shook herself clear of the cubs and sprang forward, her eyes, like two green moons in the darkness, facing the blazing eyes of Shere Khan.

Волчица Мать стряхнула с себя своих детёнышей и кинулась вперёд; её глаза, блестевшие в темноте как две зеленые луны, глянули прямо в пылающие глаза Шер Хана.

"And it is I, Raksha [The Demon], who answers.

-Ты говоришь, а отвечаю я, Ракша.

The man's cub is mine, Lungri-mine to me!

Человеческий детёныш мой, хромуля! Да, мой.

He shall not be killed.

Его не убьют!

He shall live to run with the Pack and to hunt with the Pack; and in the end, look you, hunter of little naked cubs-frog-eater-fish-killer-he shall hunt thee!

Он будет жить, бегать вместе со стаей, охотиться со стаей и, в конце концов, убьёт тебя, преследователь маленьких голых детёнышей, поедатель лягушек и рыб! Да, он убьёт тебя!

Now get hence, or by the Sambhur that I killed (I eat no starved cattle), back thou goest to thy mother, burned beast of the jungle, lamer than ever thou camest into the world!

А теперь убирайся или, клянусь убитым мной самбхуром (я не ем палого скота), ты, обожжённое животное, отправишься к своей матери, хромая хуже, чем в день твоего рождения!

Go!"

Уходи!

Father Wolf looked on amazed.

Отец Волк посмотрел на неё с изумлением.

He had almost forgotten the days when he won Mother Wolf in fair fight from five other wolves, when she ran in the Pack and was not called The Demon for compliment's sake.

Он почти позабыл тот день, в который после честного боя с пятью другими волками увёл с собой свою подругу; или время, когда она бегала в стае и её называли Демоном не из одной любезности.

Shere Khan might have faced Father Wolf, but he could not stand up against Mother Wolf, for he knew that where he was she had all the advantage of the ground, and would fight to the death.

Шер Хан мог встретиться лицом к лицу с Волком Отцом, но биться с Ракшей не хотел, зная, что на её стороне все выгоды и что она будет бороться насмерть.

So he backed out of the cave mouth growling, and when he was clear he shouted:

Поэтому со страшным ворчанием он попятился, освободился из входа в пещеру и, наконец, крикнул:

"Each dog barks in his own yard!

- Каждая собака лает у себя во дворе!

We will see what the Pack will say to this fostering of man-cubs.

Увидим, что-то скажет сама стая об этом нежничаньи с приёмышем из человеческого племени!

The cub is mine, and to my teeth he will come in the end, O bush-tailed thieves!"

Он - мой и, в конце концов, попадётся мне в зубы, говорю вам, о вы, пушистохвостые воры!

Mother Wolf threw herself down panting among the cubs, and Father Wolf said to her gravely:

Волчица, задыхаясь, бросилась обратно к своим волчатам, и Отец Волк серьёзно сказал ей:

"Shere Khan speaks this much truth.

- В этом отношении Шер Хан прав.

The cub must be shown to the Pack.

Человеческого детёныша надо показать стае.

Wilt thou still keep him, Mother?"

Скажи, ты все ещё хочешь оставить его у себя?

"Keep him!" she gasped. "He came naked, by night, alone and very hungry; yet he was not afraid!

- Хочу ли? - произнесла она. - Он - бесшёрстый, голодный, пришёл ночью, совсем один, а между тем не боялся.

Look, he has pushed one of my babes to one side already.

Смотри: он оттолкнул одного из моих детей!

And that lame butcher would have killed him and would have run off to the Waingunga while the villagers here hunted through all our lairs in revenge!

Этот хромой злодей убил бы его и убежал в Венгунга; к нам пришли бы люди и в отместку разрушили бы все наши логовища.

Keep him?

Оставляю ли я его у себя?

Assuredly I will keep him.

Ну, конечно.

Lie still, little frog. O thou Mowgli-for Mowgli the Frog I will call thee-the time will come when thou wilt hunt Shere Khan as he has hunted thee."

Лежи, лежи, лягушечка, о ты, Маугли... Да, да, я назову тебя Маугли - лягушка... и когда-нибудь ты будешь охотиться на Шер Хана, как он охотился на тебя.

"But what will our Pack say?" said Father Wolf.

- Но что-то скажет наша стая? - протянул Отец Волк.

The Law of the Jungle lays down very clearly that any wolf may, when he marries, withdraw from the Pack he belongs to. But as soon as his cubs are old enough to stand on their feet he must bring them to the Pack Council, which is generally held once a month at full moon, in order that the other wolves may identify them.

Закон Джунглей очень ясно говорит, что каждый вновь женившийся волк может отделиться от своей стаи; однако едва его волчата вырастут настолько, чтобы хорошо держаться на ногах, он обязан привести их и представить Совету стаи, который обыкновенно собирается в полнолуние; это делается для того, чтобы остальные волки узнали их.

After that inspection the cubs are free to run where they please, and until they have killed their first buck no excuse is accepted if a grown wolf of the Pack kills one of them.

После такого осмотра волчата имеют право бегать куда им угодно и пока они не поймают первого оленя. Для волка, убившего одного из них, нет оправданий.

The punishment is death where the murderer can be found; and if you think for a minute you will see that this must be so.

Убийцу наказывают смертью. Подумав хорошенько, вы увидите, что это справедливо.

Father Wolf waited till his cubs could run a little, and then on the night of the Pack Meeting took them and Mowgli and Mother Wolf to the Council Rock-a hilltop covered with stones and boulders where a hundred wolves could hide.

Отец Волк выждал, чтобы его волчата научились бегать, наконец, в день собрания стаи, взял с собой их, Маугли, Волчицу Мать и отправился к Скале Совета; так называлась вершина холма, вся покрытая большими валунами и камнями, посреди которых могло спрятаться около сотни волков.

Akela, the great gray Lone Wolf, who led all the Pack by strength and cunning, lay out at full length on his rock, and below him sat forty or more wolves of every size and color, from badger-colored veterans who could handle a buck alone to young black three-year-olds who thought they could.

Акела, большой серый волк-одиночка, благодаря своей силе и хитрости вожак стаи, во всю свою длину растянулся на камне, ниже сидели сорок или больше волков, всех оттенков шерсти -начиная с ветеранов с окраской барсука, которые могли одни вступать в борьбу с диким буйволом, до юных чёрных трехгодовиков, воображавших, будто такая борьба им по силам.

The Lone Wolf had led them for a year now.

Вот уже целый год Одинокий Волк водил стаю.

He had fallen twice into a wolf trap in his youth, and once he had been beaten and left for dead; so he knew the manners and customs of men.

В дни своей юности Акела два раза попадался в капканы; раз его избили и бросили, считая мёртвым, - поэтому он знал обычаи и уловки людей.

There was very little talking at the Rock.

Мало было разговоров.

The cubs tumbled over each other in the center of the circle where their mothers and fathers sat, and now and again a senior wolf would go quietly up to a cub, look at him carefully, and return to his place on noiseless feet.

Волчата возились и кувыркались в центре кольца, которое составляли их матери и отцы; время от времени один из старших волков спокойно подходил к какому-нибудь волчонку, внимательно осматривал его и, бесшумно ступая, возвращался на прежнее место.

Sometimes a mother would push her cub far out into the moonlight to be sure that he had not been overlooked.

Иногда та или другая волчица выталкивала носом своего детёныша в полосу лунного света, желая, чтобы его непременно заметили.

Akela from his rock would cry:

Акела же со своей скалы восклицал:

"Ye know the Law-ye know the Law.

- Вы знаете Закон, вы знаете Закон!

Look well, O Wolves!"

Хорошенько смотрите, о волки!

And the anxious mothers would take up the call:

И протяжный тревожный вой матерей подхватывал:

"Look-look well, O Wolves!"

- Смотрите, хорошенько смотрите, о волки!

At last-and Mother Wolfs neck bristles lifted as the time came-Father Wolf pushed "Mowgli the Frog," as they called him, into the center, where he sat laughing and playing with some pebbles that glistened in the moonlight.

Наконец, - и в эту минуту на шее Ракши поднялась высокая щетина - Отец Волк вытолкнул Маугли-лягушку, как они назвали мальчика, на самую середину открытого пространства, и он уселся там и стал со смехом играть камешками, блестевшими при лунном свете.

Akela never raised his head from his paws, but went on with the monotonous cry:

Акела не поднял головы, продолжая монотонно выкрикивать:

"Look well!"

- Смотрите хорошенько!

A muffled roar came up from behind the rocks-the voice of Shere Khan crying:

Из-за скалы послышалось глухое рыканье - голос Шер Хана. Тигр кричал:

"The cub is mine.

- Детёныш - мой.

Give him to me.

Отдайте его мне.

What have the Free People to do with a man's cub?"

Зачем Свободному Народу детёныш человека?

Akela never even twitched his ears.

Акела даже ухом не шевельнул.

All he said was:

Он только протянул:

"Look well, O Wolves!

- Смотрите хорошенько, о волки.

What have the Free People to do with the orders of any save the Free People?

Разве Свободному Народу есть дело до чьих-либо заявлений, кроме постановлений Свободного Народа?

Look well!"

Хорошенько смотрите.

There was a chorus of deep growls, and a young wolf in his fourth year flung back Shere Khan's question to Akela:

Послышались тихие, недовольные, ворчащие голоса; один молодой волк, которому шёл четвёртый год, бросил Акеле вопрос тигра:

"What have the Free People to do with a man's cub?"

- Что делать Свободному Народу с детёнышем человека?

Now, the Law of the Jungle lays down that if there is any dispute as to the right of a cub to be accepted by the Pack, he must be spoken for by at least two members of the Pack who are not his father and mother.

Надо заметить, что в силу постановлений Закона Джунглей, в случае споров относительно права вступления какого-нибудь детёныша в стаю, за его принятие должны высказаться, по крайней мере, двое из стаи, но не его отец или мать.

"Who speaks for this cub?" said Akela. "Among the Free People who speaks?"

- Кто за этого детёныша? - спросил Акела. - Кто из Свободного Народа высказывается за его вступление в стаю?

There was no answer and Mother Wolf got ready for what she knew would be her last fight, if things came to fighting.

Ответа не было, и Волчица Мать приготовилась к бою, который, она знала, будет для неё последним.

Then the only other creature who is allowed at the Pack Council-Baloo, the sleepy brown bear who teaches the wolf cubs the Law of the Jungle: old Baloo, who can come and go where he pleases because he eats only nuts and roots and honey-rose upon his hind quarters and grunted.

Тогда Балу, не принадлежавший к роду волков, но которого допускают в Совет стаи, старый Балу, сонный бурый медведь, преподающий волчатам Закон Джунглей, имеющий право расхаживать повсюду, потому что он ест только орехи, коренья и мёд, поднялся на задние лапы и проревел:

"The man's cub-the man's cub?" he said.

-Человеческий детёныш?.. Человеческий детёныш?

"I speak for the man's cub.

Я высказываюсь за него.

There is no harm in a man's cub.

В нем нет ничего дурного.

I have no gift of words, but I speak the truth.

Я не обладаю даром слова, но говорю правду.

Let him run with the Pack, and be entered with the others.

Пусть он бегает вместе со стаей; примите его вместе с остальными.

I myself will teach him."

Я буду учить его!

"We need yet another," said Akela. "Baloo has spoken, and he is our teacher for the young cubs.

- Нам нужен ещё голос, - сказал Акела. - Балу высказался, а ведь он учитель наших молодых волков.

Who speaks besides Baloo?"

Кто, кроме Балу, подаст голос за человеческого детёныша?

A black shadow dropped down into the circle.

Стройная тень скользнула в кольцо волков.

It was Bagheera the Black Panther, inky black all over, but with the panther markings showing up in certain lights like the pattern of watered silk.

Это была Багира, чёрная пантера, вся чёрная, как чернила, но с пятнами, видными как водяные клейма при известном освещении.

Everybody knew Bagheera, and nobody cared to cross his path; for he was as cunning as Tabaqui, as bold as the wild buffalo, and as reckless as the wounded elephant.

Все знали Багиру и все боялись становиться ей поперёк дороги, потому что она была хитра, как Табаки, мужественна, как дикий буйвол, неудержима, как раненый слон.

But he had a voice as soft as wild honey dripping from a tree, and a skin softer than down.

Тем не менее, её голос звучал мягко, точно звук падающих с дерева капель дикого мёда, а её шерсть была нежнее лебяжьего пуха.

"O Akela, and ye the Free People," he purred, "I have no right in your assembly, but the Law of the Jungle says that if there is a doubt which is not a killing matter in regard to a new cub, the life of that cub may be bought at a price.

- О Акела, и ты, Свободный Народ, -промурлыкала она: - я не имею права голоса в ваших собраниях, но Закон Джунглей говорит, что в случае сомнений, возникших относительно нового детёныша, сомнений, не касающихся охоты, его жизнь можно купить за известную цену.

And the Law does not say who may or may not pay that price.

И Закон не определяет, кто может и кто не может заплатить за сохранение его жизни.

Am I right?"

Правильно ли я говорю?

"Good! Good!" said the young wolves, who are always hungry. "Listen to Bagheera.

- Правильно, правильно, - ответили вечно голодные молодые волки. - Слушайте Багиру.

The cub can be bought for a price.

Детёныша можно купить за известную цену.

It is the Law."

Так говорит Закон.

"Knowing that I have no right to speak here, I ask your leave."

- Я знаю, что не имею здесь права голоса, а потому прошу у вас позволения говорить.

"Speak then," cried twenty voices.

- Говори, - послышалось двадцать голосов.

"To kill a naked cub is shame.

- Позорно убить безволосого детёныша.

Besides, he may make better sport for you when he is grown.

Кроме того, он может вам пригодиться, когда вырастет.

Baloo has spoken in his behalf. Now to Baloo's word I will add one bull, and a fat one, newly killed, not half a mile from here, if ye will accept the man's cub according to the Law.

Балу говорил в его пользу, а если вы согласитесь принять человеческого детёныша, я к словам Балу прибавлю только что убитого мной молодого и очень жирного быка, который лежит меньше чем в полумиле отсюда.

Is it difficult?"

Трудно ли принять решение?

There was a clamor of scores of voices, saying:

Поднялся гул голосов, звучало:

"What matter?

- Стоит ли рассуждать?

He will die in the winter rains. He will scorch in the sun.

Он умрёт от зимних дождей; солнце сожжёт его!

What harm can a naked frog do us?

Какой вред может принести нам безволосая лягушка?

Let him run with the Pack.

Пусть себе бегает со стаей.

Where is the bull, Bagheera?

А где бык, Багира?

Let him be accepted."

Примем детёныша!

And then came Akela's deep bay, crying:

И все закончил глубокий лающий голос Акелы:

"Look well-look well, O Wolves!"

- Смотрите хорошенько, смотрите хорошенько, о волки!

Mowgli was still deeply interested in the pebbles, and he did not notice when the wolves came and looked at him one by one.

Внимание Маугли по-прежнему привлекали камешки; он даже не замечал, что волки один за другим подходили и осматривали его.

At last they all went down the hill for the dead bull, and only Akela, Bagheera, Baloo, and Mowgli's own wolves were left. Shere Khan roared still in the night, for he was very angry that Mowgli had not been handed over to him.

Наконец, все спустились к убитому быку; на Скале Совета остались только Акела, Багира, Балу, волки усыновители Маугли, а в темноте все ещё раздавалось ворчание Шер Хана, который сердился, что ему не отдали мальчика.

"Ay, roar well," said Bagheera, under his whiskers, "for the time will come when this naked thing will make thee roar to another tune, or I know nothing of man."

- Да, да, реви хорошенько себе в усы, - сказала Багира, - придёт время, когда человеческий детёныш заставит твой голос звучать другим образом. Это будет так, или я ничего не знаю о людях.

"It was well done," said Akela. "Men and their cubs are very wise.

- Вы хорошо сделали! - сказал Акела. - Люди и их щенята очень умны.

He may be a help in time."

Со временем он сделается нашим помощником.

"Truly, a help in time of need; for none can hope to lead the Pack forever," said Bagheera.

- Конечно, он сделается твоим помощником в тяжёлую минуту; ведь никто не может надеяться вечно водить стаю, - заметила Багира.

Akela said nothing.

Акела ничего не сказал.

He was thinking of the time that comes to every leader of every pack when his strength goes from him and he gets feebler and feebler, till at last he is killed by the wolves and a new leader comes up-to be killed in his turn.

Он думал о времени, наступающем для каждого вожака, когда его силы уходят и он все слабеет и слабеет, пока, наконец, стая не убивает его и не является новый вожак, которого в свою очередь тоже убьют.

"Take him away," he said to Father Wolf, "and train him as befits one of the Free People."

- Уведи его, - сказал Акела Отцу Волку, - и воспитай его в правилах Свободного Народа.

And that is how Mowgli was entered into the Seeonee Wolf Pack for the price of a bull and on Baloo's good word.

Таким-то образом Маугли был введён в сионийскую волчью стаю, благодаря внесённой за него плате и доброму слову Балу.

Now you must be content to skip ten or eleven whole years, and only guess at all the wonderful life that Mowgli led among the wolves, because if it were written out it would fill ever so many books.

Теперь вам придётся перескочить через десять или одиннадцать лет и самим угадать, какую удивительную жизнь Маугли вёл среди волков, потому что, если бы описать её, это наполнило бы множество книг.

He grew up with the cubs, though they, of course, were grown wolves almost before he was a child.

Он рос вместе с волчатами, хотя, понятно, они сделались взрослыми волками, когда он ещё оставался ребёнком.

And Father Wolf taught him his business, and the meaning of things in the jungle, till every rustle in the grass, every breath of the warm night air, every note of the owls above his head, every scratch of a bat's claws as it roosted for a while in a tree, and every splash of every little fish jumping in a pool meant just as much to him as the work of his office means to a business man.

Отец Волк учил его ремеслу и говорил обо всем, что находится и что происходит в джунглях; наконец, каждый шелест в траве, каждое лёгкое дыхание жаркого ночного воздуха, каждое гуканье совы над его головой, легчайший скрип когтей летучей мыши, опустившейся на дерево, каждый плеск прыгающей в крошечных озерках рыбы, все для мальчика стало так же важно и понятно, как конторская работа для дельца.

When he was not learning he sat out in the sun and slept, and ate and went to sleep again. When he felt dirty or hot he swam in the forest pools; and when he wanted honey (Baloo told him that honey and nuts were just as pleasant to eat as raw meat) he climbed up for it, and that Bagheera showed him how to do.

Когда Маугли не учился, он сидел на солнце, спал, ел и опять спал; когда он чувствовал себя грязным или когда ему бывало жарко, он плавал в естественных лесных прудах; когда ему хотелось меду (Балу сказал мальчику, что мёд и орехи так же вкусны, как и сырое мясо), он взбирался за ним на деревья. Подниматься на высокие стволы его научила Багира.

Bagheera would lie out on a branch and call,

Лёжа на высокой ветке, пантера кричала:

"Come along, Little Brother," and at first Mowgli would cling like the sloth, but afterward he would fling himself through the branches almost as boldly as the gray ape.

"Сюда, Маленький Братец", и в первое время Маугли прижимался к сукам, точно ленивец, но со временем стал перекидываться с одной ветки на другую, почти со смелостью серой обезьяны.

He took his place at the Council Rock, too, when the Pack met, and there he discovered that if he stared hard at any wolf, the wolf would be forced to drop his eyes, and so he used to stare for fun.

Во время собраний стаи он занимал указанное ему место на Скале Совета и в это время открыл, что когда ему случалось пристально смотреть на какого-нибудь волка, тот невольно опускал глаза. Узнав это, Маугли стал в виде забавы впиваться взглядом в глаза волков.

At other times he would pick the long thorns out of the pads of his friends, for wolves suffer terribly from thorns and burs in their coats.

Иногда он вынимал длинные шипы, засевшие между пальцами его друзей, потому что волки страшно страдают от шипов и колючек, попавших в их кожу.

He would go down the hillside into the cultivated lands by night, and look very curiously at the villagers in their huts, but he had a mistrust of men because Bagheera showed him a square box with a drop gate so cunningly hidden in the jungle that he nearly walked into it, and told him that it was a trap.

По ночам мальчик спускался с горного откоса к возделанным полям и с большим любопытством смотрел на поселян в их хижинах, однако не доверял людям, так как Багира однажды показала ему до того хитро спрятанный в заросли ящик с падающей дверцей, что он чуть не попал в него. Тогда пантера сказала ему, что это ловушка.

He loved better than anything else to go with Bagheera into the dark warm heart of the forest, to sleep all through the drowsy day, and at night see how Bagheera did his killing.

Больше всего Маугли любил вместе с Багирой уходить в тёмную, тёплую гущу леса, спать там целый день, а ночью наблюдать за охотой чёрной пантеры.

Bagheera killed right and left as he felt hungry, and so did Mowgli-with one exception.

Голодная, она убивала все, что ей попадалось навстречу, так же поступал и Маугли... с одним исключением.

As soon as he was old enough to understand things, Bagheera told him that he must never touch cattle because he had been bought into the Pack at the price of a bull's life.

Когда он подрос и его ум развился, Багира сказала ему, чтобы он не смел трогать домашнего скота, так как его жизнь купили ценой жизни быка.

"All the jungle is thine," said Bagheera, "and thou canst kill everything that thou art strong enough to kill; but for the sake of the bull that bought thee thou must never kill or eat any cattle young or old.

- Вся заросль твоя, - сказала Багира, - и ты можешь охотиться на всякую дичь, которую ты в состоянии убить, но в память о быке, заплатившем за тебя, никогда не убивай или не ешь ни молодого, ни старого домашнего скота.

That is the Law of the Jungle."

Таков Закон Джунглей.

Mowgli obeyed faithfully.

И Маугли свято повиновался.

And he grew and grew strong as a boy must grow who does not know that he is learning any lessons, and who has nothing in the world to think of except things to eat.

Он вырастал, делался сильным, как это было бы с каждым, не сидящим за уроками мальчиком, которому не о чем думать, кроме еды.

Mother Wolf told him once or twice that Shere Khan was not a creature to be trusted, and that some day he must kill Shere Khan.

Раза два Мать Волчица сказала ему, что Шер Хану нельзя доверять и что он когда-нибудь должен убить Шер Хана.

But though a young wolf would have remembered that advice every hour, Mowgli forgot it because he was only a boy-though he would have called himself a wolf if he had been able to speak in any human tongue.

Молодой волк ежечасно вспоминал бы о совете Ракши, но Маугли позабыл её слова, ведь он был только мальчик, хотя, конечно, назвал бы себя волком, если бы умел говорить на каком-нибудь человеческом наречии.

Shere Khan was always crossing his path in the jungle, for as Akela grew older and feebler the lame tiger had come to be great friends with the younger wolves of the Pack, who followed him for scraps, a thing Akela would never have allowed if he had dared to push his authority to the proper bounds.

Шер Хан вечно попадался на его пути, потому что Акела постарел, стал слабее, и теперь хромой тигр подружился с младшими волками стаи и те часто бегали за ним; Акела не допустил бы до этого, если бы прежняя сила дала ему возможность как следует проявлять свою власть.

Then Shere Khan would flatter them and wonder that such fine young hunters were content to be led by a dying wolf and a man's cub.

Кроме того, Шер Хан льстил молодым волкам и высказывал удивление, что такие прекрасные молодые охотники добровольно покоряются полуживому вожаку и детёнышу человека.

"They tell me," Shere Khan would say, "that at Council ye dare not look him between the eyes."

- Мне рассказывали, - говаривал Шер Хан, - что на Скале Совета вы не решаетесь смотреть ему в глаза.

And the young wolves would growl and bristle.

И молодые волки ворчали, поднимая щетину.

Bagheera, who had eyes and ears everywhere, knew something of this, and once or twice he told Mowgli in so many words that Shere Khan would kill him some day.

Багира, у которой повсеместно были уши и глаза, знала кое-что о таких разговорах и раза два прямо и просто сказала Маугли, что когда-нибудь Шер Хан его убьёт; но мальчик смеялся и отвечал:

Mowgli would laugh and answer: "I have the Pack and I have thee; and Baloo, though he is so lazy, might strike a blow or two for my sake.

- У меня стая, у меня и ты, и хотя Балу ленив, он может в мою защиту нанести лапой несколько ударов.

Why should I be afraid?"

Чего мне бояться?

It was one very warm day that a new notion came to Bagheera-born of something that he had heard.

В один очень жаркий день в мозгу Багиры появилась новая мысль, родившаяся вследствие дошедших до неё слухов.

Perhaps Ikki the Porcupine had told him; but he said to Mowgli when they were deep in the jungle, as the boy lay with his head on Bagheera's beautiful black skin,

Может быть, Икки, дикобраз, предупредил пантеру; во всяком случае, раз, когда Маугли лежал в глубине джунглей, прижимаясь головой к её красивой чёрной шкуре, Багира сказала ему:

"Little Brother, how often have I told thee that Shere Khan is thy enemy?"

- Маленький Брат, сколько раз я говорила тебе, что Шер Хан твой враг?

"As many times as there are nuts on that palm," said Mowgli, who, naturally, could not count. "What of it?

- Столько, сколько орехов на этой пальме, -ответил Маугли, конечно, не умевший считать. -Что же из этого?

I am sleepy, Bagheera, and Shere Khan is all long tail and loud talk-like Mao, the Peacock."

Мне хочется спать, Багира, а у Шер Хана такой же длинный хвост и такой же громкий голос, как у Мао, павлина.

"But this is no time for sleeping.

- Теперь не время спать.

Baloo knows it; I know it; the Pack know it; and even the foolish, foolish deer know.

Это знает Балу, знаю я, знает стая, знают даже глупые-глупые олени.

Tabaqui has told thee too."

Табаки тоже говорил об этом тебе.

"Ho! ho!" said Mowgli. "Tabaqui came to me not long ago with some rude talk that I was a naked man's cub and not fit to dig pig-nuts. But I caught Tabaqui by the tail and swung him twice against a palm-tree to teach him better manners."

- Хо, хо! - ответил Маугли. - Недавно ко мне пришёл Табаки и стал грубо уверять меня, что я бесшёрстный человеческий детёныш, неспособный даже вырывать из земли дикие трюфели, а я схватил шакала за хвост, два раза качнул и ударил о пальму, чтобы научить его вежливости.

"That was foolishness, for though Tabaqui is a mischief-maker, he would have told thee of something that concerned thee closely.

- И глупо сделал; правда, Табаки любит мутить, однако он мог сказать тебе многое, близко касающееся тебя.

Open those eyes, Little Brother. Shere Khan dare not kill thee in the jungle. But remember, Akela is very old, and soon the day comes when he cannot kill his buck, and then he will be leader no more.

Открой глаза, Маленький Брат, Шер Хан не решается убить тебя в джунглях, но помни: Акела очень стар; вскоре наступит день, когда он окажется не в силах убить оленя, и тогда Одинокий Волк перестанет быть вожаком стаи.

Many of the wolves that looked thee over when thou wast brought to the Council first are old too, and the young wolves believe, as Shere Khan has taught them, that a man-cub has no place with the Pack.

Многие из волков, которые осматривали тебя, когда ты впервые был приведён в Совет, тоже состарились, а молодёжь верит Шер Хану и думает, что человеческому детёнышу не место среди нас.

In a little time thou wilt be a man."

Скоро ты сделаешься взрослым человеком.

"And what is a man that he should not run with his brothers?" said Mowgli. "I was born in the jungle.

- А разве человек не имеет права охотиться со своими братьями? - спросил Маугли. - Я здесь родился.

I have obeyed the Law of the Jungle, and there is no wolf of ours from whose paws I have not pulled a thorn.

Я повинуюсь Закону Джунглей, и в нашей стае не найдётся ни одного волка, из лап которого я не вынимал бы заноз.

Surely they are my brothers!"

Они, конечно, мои братья.

Bagheera stretched himself at full length and half shut his eyes.

Багира вытянулась во всю длину и прищурила глаза.

"Little Brother," said he, "feel under my jaw."

- Маленький Братец, - сказала она, - пощупай рукой мою шею под нижней челюстью.

Mowgli put up his strong brown hand, and just under Bagheera's silky chin, where the giant rolling muscles were all hid by the glossy hair, he came upon a little bald spot.

Маугли протянул свою сильную тёмную руку и там, где исполинские мышцы скрывались под блестящей шерстью, как раз под подбородком пантеры, нащупал маленькое бесшёрстное пространство.

"There is no one in the jungle that knows that I, Bagheera, carry that mark-the mark of the collar; and yet, Little Brother, I was born among men, and it was among men that my mother died-in the cages of the king's palace at Oodeypore.

- Никто в джунглях не знает, что я, Багира, ношу на себе этот след... след ошейника, а между тем, Маленький Брат, я родилась среди людей, среди людей умерла и моя мать, в клетках королевского дворца в Удейпуре.

It was because of this that I paid the price for thee at the Council when thou wast a little naked cub.

Вот почему я заплатила за тебя Совету, когда ты был маленьким голым детёнышем.

Yes, I too was born among men. I had never seen the jungle.

Да, да, я тоже родилась среди людей, а не в джунглях.

They fed me behind bars from an iron pan till one night I felt that I was Bagheera-the Panther-and no man's plaything, and I broke the silly lock with one blow of my paw and came away.

Я сидела за железными брусьями и меня кормили, просовывая между ними железную чашку; наконец, раз ночью я почувствовала, что я, Багира, пантера, а не людская игрушка, одним ударом лапы сломала глупый замок и ушла.

And because I had learned the ways of men, I became more terrible in the jungle than Shere Khan.

Благодаря моему знанию людских обычаев, я в джунглях стала ужаснее Шер Хана.

Is it not so?"

Правда это?

"Yes," said Mowgli, "all the jungle fear Bagheera-all except Mowgli."

- Да, - ответил Маугли, - все в джунглях боятся Багиры, все, кроме Маугли.

"Oh, thou art a man's cub," said the Black Panther very tenderly. "And even as I returned to my jungle, so thou must go back to men at last-to the men who are thy brothers-if thou art not killed in the Council."

- О ты, детёныш человека! - очень нежно промурлыкала пантера. - И как я вернулась в мои джунгли, так и ты, в конце концов, должен вернуться к людям, к людям - твоим братьям... если тебя раньше не убьют в Совете.

"But why-but why should any wish to kill me?" said Mowgli.

- Но за что же, за что могут меня убить? - спросил Маугли.

"Look at me," said Bagheera.

- Посмотри на меня, - сказала Багира.

And Mowgli looked at him steadily between the eyes. The big panther turned his head away in half a minute.

И Маугли взглянул ей прямо в глаза; пантера выдержала только половину минуты, потом отвернулась.

"That is why," he said, shifting his paw on the leaves. "Not even I can look thee between the eyes, and I was born among men, and I love thee, Little Brother.

- Вот почему, - сказала она, шевеля своей лапой на листьях. - Даже я не могу смотреть тебе в глаза, хотя родилась среди людей и люблю тебя, Маленький Брат.

The others they hate thee because their eyes cannot meet thine; because thou art wise; because thou hast pulled out thorns from their feet-because thou art a man."

Другие тебя ненавидят, потому что не могут выдержать твоего взгляда, потому что ты разумен, потому что ты вынимал колючки из их лап, потому что ты - человек.

"I did not know these things," said Mowgli sullenly, and he frowned under his heavy black eyebrows.

- Я этого не знал, - мрачно проговорил Маугли, и его чёрные брови сдвинулись.

"What is the Law of the Jungle?

- Что говорит Закон Джунглей?

Strike first and then give tongue.

Прежде ударь, потом говори.

By thy very carelessness they know that thou art a man.

Сама твоя беззаботность показывает, что ты человек.

But be wise.

Но будь мудр.

It is in my heart that when Akela misses his next kill-and at each hunt it costs him more to pin the buck-the Pack will turn against him and against thee.

В сердце я чувствую, что когда Акела упустит свою добычу (а с каждым днём ему делается все труднее останавливать оленей), стая обратится против него и против тебя.

They will hold a jungle Council at the Rock, and then-and then-I have it!" said Bagheera, leaping up. "Go thou down quickly to the men's huts in the valley, and take some of the Red Flower which they grow there, so that when the time comes thou mayest have even a stronger friend than I or Baloo or those of the Pack that love thee.

Они соберут Совет на скале, и тогда, тогда... Ага, придумала! - сказала Багира и одним прыжком очутилась на четырех лапах. - Скорей беги в долину к человеческим хижинам и возьми частицу Красного Цветка, который они разводят там; у тебя в своё время будет друг сильнее меня, сильнее Балу, сильнее всех, кто тебя любит.

Get the Red Flower."

Достань Красный Цветок.

By Red Flower Bagheera meant fire, only no creature in the jungle will call fire by its proper name.

Под Красным Цветком Багира подразумевала огонь; ни одно создание в джунглях не произносит этого слова.

Every beast lives in deadly fear of it, and invents a hundred ways of describing it.

Дикие животные смертельно боятся пламени и придумывают для него сотни разных названий.

"The Red Flower?" said Mowgli. "That grows outside their huts in the twilight.

- Красный Цветок? - спросил Маугли. - Я знаю, в сумраке он вырастает подле их хижин.

I will get some."

Я принесу его.

"There speaks the man's cub," said Bagheera proudly. "Remember that it grows in little pots.

- Это настоящая речь человеческого детёныша, - с гордостью сказала Багира. - Но помни: он растёт в маленьких горшочках.

Get one swiftly, and keep it by thee for time of need."

Добудь один из них и всегда храни его на случай нужды.

"Good!" said Mowgli. "I go.

- Хорошо, - сказал Маугли, - иду.

But art thou sure, O my Bagheera"-he slipped his arm around the splendid neck and looked deep into the big eyes-"art thou sure that all this is Shere Khan's doing?"

Но уверена ли ты, о моя Багира, - он обнял рукой прекрасную шею пантеры и глубоко заглянул в её большие глаза, - уверена ли ты, что все это дела Шер Хана?

"By the Broken Lock that freed me, I am sure, Little Brother."

- Клянусь освободившим меня сломанным замком, - уверена, Маленький Брат!

"Then, by the Bull that bought me, I will pay Shere Khan full tale for this, and it may be a little over," said Mowgli, and he bounded away.

- В таком случае, клянусь купившим меня быком, что я отплачу за все Шер Хану и, может быть, с избытком! - крикнул Маугли и кинулся вперёд.

"That is a man.

- Да, он человек.

That is all a man," said Bagheera to himself, lying down again. "Oh, Shere Khan, never was a blacker hunting than that frog-hunt of thine ten years ago!"

Это совершенно по-человечески, - сказала Багира, снова ложась. - О Шер Хан, в мире никогда не бывало такой неудачной охоты, как твоя охота на эту лягушку десять лет тому назад.

Mowgli was far and far through the forest, running hard, and his heart was hot in him.

Маугли пересекал лес; он бежал быстро; в его груди горело сердце.

He came to the cave as the evening mist rose, and drew breath, and looked down the valley.

Когда поднялся вечерний туман, он подошёл к родной пещере, перевёл дух и посмотрел вниз на деревню.

The cubs were out, but Mother Wolf, at the back of the cave, knew by his breathing that something was troubling her frog.

Молодые волки ушли, но Волчица Мать, лежавшая в глубине логовища, по дыханию мальчика угадала, что её лягушонок чем-то взволнован.

"What is it, Son?" she said.

- Что тебя тревожит, сынок? - спросила она.

"Some bat's chatter of Shere Khan," he called back. "I hunt among the plowed fields tonight," and he plunged downward through the bushes, to the stream at the bottom of the valley.

- Болтовня о Шер Хане, - ответил он. - Сегодня ночью я иду охотиться среди вспаханных полей. Маугли нырнул в чащу и побежал к реке, протекавшей в глубине долины.

There he checked, for he heard the yell of the Pack hunting, heard the bellow of a hunted Sambhur, and the snort as the buck turned at bay.

Тут он остановился, услышав охотничий вой своей стаи, крик преследуемого самбхура и его фырканье; очевидно, он остановился, собираясь отбиваться.

Then there were wicked, bitter howls from the young wolves:

Тотчас же послышался злобный, полный горечи вой молодых волков:

"Akela!

- Акела!

Akela!

Акела!

Let the Lone Wolf show his strength.

Одинокий Волк, покажи свою силу!

Room for the leader of the Pack!

Место вожаку стаи!

Spring, Akela!"

Бросайся!

The Lone Wolf must have sprung and missed his hold, for Mowgli heard the snap of his teeth and then a yelp as the Sambhur knocked him over with his forefoot.

Вероятно, Одинокий Волк прыгнул и промахнулся: Маугли услышал лязг его зубов и короткий лай, вырвавшийся у него из горла, когда олень опрокинул его передней ногой.

He did not wait for anything more, but dashed on; and the yells grew fainter behind him as he ran into the croplands where the villagers lived.

Маугли не стал ждать больше, а побежал; и по мере того, как он углублялся в возделанные поля, где жили люди, позади него вой затихал.

"Bagheera spoke truth," he panted, as he nestled down in some cattle fodder by the window of a hut. "To-morrow is one day both for Akela and for me."

"Багира сказала правду, - задыхаясь подумал Маугли и угнездился в кормушке для скота близ окна одной хижины. - Завтра наступит важный день для Акелы и для меня".

Then he pressed his face close to the window and watched the fire on the hearth. He saw the husbandman's wife get up and feed it in the night with black lumps. And when the morning came and the mists were all white and cold, he saw the man's child pick up a wicker pot plastered inside with earth, fill it with lumps of red-hot charcoal, put it under his blanket, and go out to tend the cows in the byre.

Прижимаясь лицом к окну и глядя на пламя очага, мальчик увидел, как жена хозяина дома поднялась и стала в темноте бросать в огонь какие-то чёрные кусочки; когда же пришло утро, и дымка тумана побелела и сделалась холодной, маленький ребёнок взял сплетённую из веток чашку, внутри вымазанную глиной, наполнил её тлеющими угольями, прикрыл своим одеялом и вышел с нею из хижины, направляясь к коровам в загоне.

"Is that all?" said Mowgli. "If a cub can do it, there is nothing to fear."

- И все? - прошептал Маугли. - Если это может сделать детёныш - нечего бояться!

So he strode round the corner and met the boy, took the pot from his hand, and disappeared into the mist while the boy howled with fear.

Он обогнул угол дома, встретил мальчика, вырвал у него из рук чашку и скрылся в тумане. А мальчик громко кричал и плакал от ужаса.

"They are very like me," said Mowgli, blowing into the pot as he had seen the woman do. "This thing will die if I do not give it things to eat"; and he dropped twigs and dried bark on the red stuff.

- Они очень похожи на меня, - сказал Маугли, раздувая угли, как при нем это делала женщина. -Эта вещь умрёт, если я не покормлю её, - и он подбавил сухих веток и коры в красные угли.

Halfway up the hill he met Bagheera with the morning dew shining like moonstones on his coat.

На половине горного склона Маугли встретил Багиру; капли утренней росы сверкали на её чёрной шерсти, как лунные камни.

"Akela has missed," said the Panther. "They would have killed him last night, but they needed thee also.

- Акела промахнулся, - сказала пантера, - его убили бы в эту ночь, но им нужен также ты.

They were looking for thee on the hill."

Тебя искали на горе.

"I was among the plowed lands.

- Я был среди вспаханных земель.

I am ready.

Я готов.

See!"

Смотри!

Mowgli held up the fire-pot.

Маугли поднял чашку.

"Good!

- Хорошо.

Now, I have seen men thrust a dry branch into that stuff, and presently the Red Flower blossomed at the end of it.

Слушай: я видела, что люди опускают в эту красную вещь сухие ветки и тогда на них расцветает Красный Цветок.

Art thou not afraid?"

Тебе не страшно?

"No. Why should I fear?

- Нет, чего бояться?

I remember now-if it is not a dream-how, before I was a Wolf, I lay beside the Red Flower, and it was warm and pleasant."

Теперь я помню (если это не сон), как раньше, чем я сделался волком, я лежал подле Красного Цветка и мне было так тепло и приятно.

All that day Mowgli sat in the cave tending his fire pot and dipping dry branches into it to see how they looked.

Весь этот день Маугли просидел в пещере, он смотрел за углями, опускал в чашку сухие ветки и наблюдал за ними.

He found a branch that satisfied him, and in the evening when Tabaqui came to the cave and told him rudely enough that he was wanted at the Council Rock, he laughed till Tabaqui ran away.

Одна ветка особенно понравилась мальчику, и когда вечером в пещеру пришёл Табаки и довольно грубо сказал ему, что его требуют на Скалу Совета, он засмеялся и хохотал так, что Табаки убежал.

Then Mowgli went to the Council, still laughing.

Все ещё смеясь, Маугли пошёл к месту собрания стаи.

Akela the Lone Wolf lay by the side of his rock as a sign that the leadership of the Pack was open, and Shere Khan with his following of scrap-fed wolves walked to and fro openly being flattered.

Акела лежал подле своего бывшего камня в знак того, что место вожака открыто, а Шер Хан со своей свитой волков, питавшихся остатками его пищи, не скрываясь, расхаживал взад и вперёд. Ему льстили, и он не боялся.

Bagheera lay close to Mowgli, and the fire pot was between Mowgli's knees.

Багира легла подле Маугли, который зажал между своими коленями чашку.

When they were all gathered together, Shere Khan began to speak-a thing he would never have dared to do when Akela was in his prime.

Когда все собрались, заговорил Шер Хан; он не осмелился бы сделать этого во времена расцвета силы Акелы.

"He has no right," whispered Bagheera. "Say so.

- Он не имеет права говорить, - прошептала Багира Маугли. - Скажи это.

He is a dog's son.

Он собачий сын.

He will be frightened."

Он испугается!

Mowgli sprang to his feet.

Маугли поднялся на ноги.

"Free People," he cried, "does Shere Khan lead the Pack?

- Свободный Народ, - громко прозвучал его голос. - Разве Шер Хан водит стаю?

What has a tiger to do with our leadership?"

Какое дело тигру до места нашего вожака?

"Seeing that the leadership is yet open, and being asked to speak-" Shere Khan began.

- Ввиду того, что это место ещё свободно, а также помня, что меня просили говорить... - начал Шер Хан.

"By whom?" said Mowgli. "Are we all jackals, to fawn on this cattle butcher?

- Кто просил? - сказал Маугли. - Разве мы шакалы и должны прислуживать мяснику, убивающему домашний скот?

The leadership of the Pack is with the Pack alone."

Вопрос о вожаке стаи касается только стаи.

There were yells of

Раздался визг, вой; голоса кричали:

"Silence, thou man's cub!"

- Молчи ты, щенок человека!

"Let him speak.

- Дайте ему говорить.

He has kept our Law"; and at last the seniors of the Pack thundered:

Он хранил наш Закон! Наконец, прорычали старшие волки:

"Let the Dead Wolf speak."

- Пусть говорит Мёртвый Волк.

When a leader of the Pack has missed his kill, he is called the Dead Wolf as long as he lives, which is not long.

Когда вожак стаи не убивает намеченной добычи, весь остаток жизни (обыкновенно очень короткий) недавнего предводителя зовут Мёртвым Волком.

Akela raised his old head wearily:-

Усталым движением Акела поднял свою старую голову.

"Free People, and ye too, jackals of Shere Khan, for twelve seasons I have led ye to and from the kill, and in all that time not one has been trapped or maimed.

- Свободный Народ и вы, шакалы Шер Хана! Двенадцать лет я водил вас на охоту и с охоты, и за все это время никто, ни один волк не попался в ловушку и не был изувечен.

Now I have missed my kill.

Теперь я упустил добычу.

Ye know how that plot was made.

Вам известно, как был выполнен заговор.

Ye know how ye brought me up to an untried buck to make my weakness known.

Вы знаете, что меня привели к крепкому самбхуру, чтобы показать всем мою слабость.

It was cleverly done.

Задумали умно!

Your right is to kill me here on the Council Rock, now.

Вы вправе убить меня теперь же на Скале Совета.

Therefore, I ask, who comes to make an end of the Lone Wolf?

Поэтому я спрашиваю вас, кто выйдет, чтобы покончить с Одиноким Волком?

For it is my right, by the Law of the Jungle, that ye come one by one."

В силу Закона Джунглей вы должны выходить по одному.

There was a long hush, for no single wolf cared to fight Akela to the death.

Наступило продолжительное молчание; никто из волков не хотел один на один насмерть бороться с Акелой.

Then Shere Khan roared:

Наконец, Шер Хан проревел:

"Bah! What have we to do with this toothless fool?

- Ба, какое нам дело до этого беззубого глупца?

He is doomed to die!

Он и так скоро умрёт.

It is the man-cub who has lived too long.

Вот детёныш человека прожил слишком долгое время.

Free People, he was my meat from the first.

Свободный Народ, с первой же минуты его мясо было моим.

Give him to me.

Отдайте его мне!

I am weary of this man-wolf folly.

Мне надоело все это безумие.

He has troubled the jungle for ten seasons.

Десять лет он смущал джунгли.

Give me the man-cub, or I will hunt here always, and not give you one bone.

Дайте мне человеческого детёныша. В противном случае я всегда буду охотиться здесь, не оставляя вам ни одной кости.

He is a man, a man's child, and from the marrow of my bones I hate him!"

Он человек, человеческое дитя, и я ненавижу его до мозга моих костей.

Then more than half the Pack yelled:

И более половины стаи завыло:

"A man!

- Человек!

A man!

Человек!

What has a man to do with us?

Человек! Что делать у нас человеку?

Let him go to his own place."

Пусть уходит откуда пришёл.

"And turn all the people of the villages against us?" clamored Shere Khan. "No, give him to me.

- И обратит против нас все население окрестных деревень? - прогремел Шер Хан. - Нет, отдайте его мне!

He is a man, and none of us can look him between the eyes."

Он человек, и никто из нас не может смотреть ему в глаза.

Akela lifted his head again and said,

Акела снова поднял голову и сказал:

"He has eaten our food. He has slept with us. He has driven game for us.

- Он ел нашу пишу, спал рядом с нами; он загонял для нас дичь.

He has broken no word of the Law of the Jungle."

Он не нарушил ни слова из Закона Джунглей.

"Also, I paid for him with a bull when he was accepted.

- И я заплатила за него жизнью быка, когда он был принят.

The worth of a bull is little, but Bagheera's honor is something that he will perhaps fight for," said Bagheera in his gentlest voice.

Бык вещь неважная, но честь Багиры нечто иное, за что она, может быть, будет биться, - самым мягким голосом произнесла чёрная пантера.

"A bull paid ten years ago!" the Pack snarled. "What do we care for bones ten years old?"

- Бык, внесённый в виде платы десять лет тому назад? - послышались в стае ворчащие голоса. -Какое нам дело до костей, которым минуло десять лет?

"Or for a pledge?" said Bagheera, his white teeth bared under his lip. "Well are ye called the Free People!"

- Или до честного слова? - сказала Багира, оскалив белые зубы. - Правильно вас зовут Свободным Народом!

"No man's cub can run with the people of the jungle," howled Shere Khan. "Give him to me!"

- Человеческий детёныш не имеет права охотиться с жителями джунглей, - провыл Шер Хан. - Дайте его мне!

"He is our brother in all but blood," Akela went on, "and ye would kill him here!

- Он наш брат по всему, кроме рождения, -продолжал Акела. - А вы хотите его убить!

In truth, I have lived too long.

Действительно, я прожил слишком долго.

Some of ye are eaters of cattle, and of others I have heard that, under Shere Khan's teaching, ye go by dark night and snatch children from the villager's doorstep.

Некоторые из вас поедают домашний скот, другие же, наученные Шер Ханом, пробираются в тёмные ночи в деревни и уносят детей с порогов хижин.

Therefore I know ye to be cowards, and it is to cowards I speak.

Благодаря этому, я знаю, что вы трусы, и с трусами я говорю.

It is certain that I must die, and my life is of no worth, or I would offer that in the man-cub's place.

Конечно, я должен умереть, и моя жизнь не имеет цены, не то я предложил бы её за жизнь человеческого детёныша.

But for the sake of the Honor of the Pack,-a little matter that by being without a leader ye have forgotten,-I promise that if ye let the man-cub go to his own place, I will not, when my time comes to die, bare one tooth against ye.

Но во имя чести стаи (вы забыли об этом маленьком обстоятельстве, так как долго были без вожака) обещаю вам: если вы отпустите человеческого детёныша домой, я умру, не обнажив против вас ни одного зуба.

I will die without fighting.

Я умру без борьбы.

That will at least save the Pack three lives.

Благодаря этому в стае сохранится, по крайней мере, три жизни.

More I cannot do; but if ye will, I can save ye the shame that comes of killing a brother against whom there is no fault-a brother spoken for and bought into the Pack according to the Law of the Jungle."

Больше я ничего не могу сделать; однако, если вы согласны, я спасу вас от позорного убийства брата, за которым нет вины, брата, принятого в стаю по Закону Джунглей после подачи за него двух голосов и уплаты за его жизнь.

"He is a man-a man-a man!" snarled the Pack. And most of the wolves began to gather round Shere Khan, whose tail was beginning to switch.

- Он человек, человек, человек! - выли волки, и большая их часть столпилась около Шер Хана, который начал размахивать хвостом.

"Now the business is in thy hands," said Bagheera to Mowgli. "We can do no more except fight."

- Теперь дело в твоих руках, - сказала Багира Маугли. - Нам остаётся только биться.

Mowgli stood upright-the fire pot in his hands. Then he stretched out his arms, and yawned in the face of the Council; but he was furious with rage and sorrow, for, wolflike, the wolves had never told him how they hated him.

Маугли держал чашку с углями; он вытянул руки и зевнул перед лицом Совета, но его переполняли ярость и печаль, потому что, по своему обыкновению, волки до сих пор не говорили ему, как они его ненавидят.

"Listen you!" he cried. "There is no need for this dog's jabber.

- Слушайте вы, - закричал он, - зачем вам тявкать по-собачьи?

Ye have told me so often tonight that I am a man (and indeed I would have been a wolf with you to my life's end) that I feel your words are true.

В эту ночь вы столько раз назвали меня человеком (а я так охотно до конца жизни пробыл бы волком среди волков), что теперь чувствую истину ваших слов.

So I do not call ye my brothers any more, but sag [dogs], as a man should.

Итак, я больше не называю вас моими братьями; для меня вы собаки, как для человека.

What ye will do, and what ye will not do, is not yours to say.

Не вам говорить, что вы сделаете, чего не сделаете.

That matter is with me; and that we may see the matter more plainly, I, the man, have brought here a little of the Red Flower which ye, dogs, fear."

За вас буду решать я, и чтобы вы могли видеть это яснее, я, человек, принёс сюда частицу Красного Цветка, которого вы, собаки, боитесь!

He flung the fire pot on the ground, and some of the red coals lit a tuft of dried moss that flared up, as all the Council drew back in terror before the leaping flames.

Он бросил на землю чашку; горящие угли подожгли клочки сухого мха; мох вспыхнул. Весь Совет отступил в ужасе перед запрыгавшим пламенем.

Mowgli thrust his dead branch into the fire till the twigs lit and crackled, and whirled it above his head among the cowering wolves.

Маугли опустил сухую ветвь в огонь, и её мелкие веточки с треском загорелись. Стоя посреди дрожавших волков, он крутил над своей головой пылающий сук.

"Thou art the master," said Bagheera in an undertone. "Save Akela from the death.

- Ты - господин, - тихим голосом сказала ему Багира. - Спаси Акелу от смерти.

He was ever thy friend."

Он всегда был твоим другом.

Akela, the grim old wolf who had never asked for mercy in his life, gave one piteous look at Mowgli as the boy stood all naked, his long black hair tossing over his shoulders in the light of the blazing branch that made the shadows jump and quiver.

Акела, суровый старый волк, никогда в жизни не просивший пощады, жалобно взглянул на Маугли, который, весь обнажённый, с длинными чёрными волосами, рассыпавшимися по его плечам, стоял, освещённый горящей ветвью, а повсюду кругом тени трепетали, дрожали и прыгали.

"Good!" said Mowgli, staring round slowly. "I see that ye are dogs. I go from you to my own people-if they be my own people.

- Хорошо, - сказал Маугли, медленно осматриваясь. - Я вижу, что вы собаки, и ухожу от вас к моим родичам... если они мои родичи.

The jungle is shut to me, and I must forget your talk and your companionship. But I will be more merciful than ye are.

Джунгли для меня закрыты, и я должен забыть вашу речь и ваше общество, но я буду милосерднее вас.

Because I was all but your brother in blood, I promise that when I am a man among men I will not betray ye to men as ye have betrayed me." He kicked the fire with his foot, and the sparks flew up. "There shall be no war between any of us in the Pack. But here is a debt to pay before I go."

Только по крови я не был вашим братом, а потому обещаю вам, что сделавшись человеком между людьми, я вас не предам, как вы предали меня. -Маугли толкнул ногой горящий мох, и над ним взвились искры. - Между нами и стаей не будет войны, но перед уходом я должен заплатить один долг.

He strode forward to where Shere Khan sat blinking stupidly at the flames, and caught him by the tuft on his chin.

Маугли подошёл к Шер Хану, который сидел, глупо мигая от света, и схватил тигра за пучок шерсти под его подбородком.

Bagheera followed in case of accidents.

Багира на всякий случай подкралась к своему любимцу.

"Up, dog!" Mowgli cried. "Up, when a man speaks, or I will set that coat ablaze!"

- Встань, собака, - приказал Маугли Шер Хану. -Встань, когда с тобой говорит человек, не то я подожгу твою шерсть.

Shere Khan's ears lay flat back on his head, and he shut his eyes, for the blazing branch was very near.

Уши Шер Хана совсем прижались к голове, и он закрыл глаза, потому что пылающая ветка пододвинулась к нему.

"This cattle-killer said he would kill me in the Council because he had not killed me when I was a cub.

- Этот убийца домашнего скота сказал, что он убьёт меня на Совете, так как ему не удалось покончить со мной, когда я был маленьким детёнышем.

Thus and thus, then, do we beat dogs when we are men.

Вот же тебе, вот! Так мы, люди, бьём наших собак.

Stir a whisker, Lungri, and I ram the Red Flower down thy gullet!"

Пошевели хоть усом, и Красный Цветок попадёт тебе в глотку.

He beat Shere Khan over the head with the branch, and the tiger whimpered and whined in an agony of fear.

Он бил веткой по голове Шер Хана, и в агонии страха тигр визжал и стонал.

"Pah! Singed jungle cat-go now!

- Фу, уходи теперь прочь, заклеймённая кошка джунглей!

But remember when next I come to the Council Rock, as a man should come, it will be with Shere Khan's hide on my head.

Только знай: когда я снова приду к Скале Совета, на моей голове будет шкура Шер Хана.

For the rest, Akela goes free to live as he pleases.

Дальше: Акела может жить где и как ему угодно.

Ye will not kill him, because that is not my will.

Вы его не убьёте, потому что я не желаю этого.

Nor do I think that ye will sit here any longer, lolling out your tongues as though ye were somebodies, instead of dogs whom I drive out-thus!

И думается мне, что недолго будете вы сидеть здесь, болтая языком, точно вы важные особы, а не собаки, которых я гоню.

Go!"

Вот так!

The fire was burning furiously at the end of the branch, and Mowgli struck right and left round the circle, and the wolves ran howling with the sparks burning their fur.

Конец большой ветки ярко горел. Маугли бил ею вправо и влево; когда искры попадали на шерсть волков, сидевших кольцом, они с воплем убегали.

At last there were only Akela, Bagheera, and perhaps ten wolves that had taken Mowgli's part.

Наконец, подле Скалы Совета остались Акела, Багира и около десятка волков, которые приняли сторону Маугли.

Then something began to hurt Mowgli inside him, as he had never been hurt in his life before, and he caught his breath and sobbed, and the tears ran down his face.

И вот в своей груди Маугли почувствовал такую боль, какой не испытал ещё никогда в жизни. У него перехватило дыхание; он всхлипнул, и слезы потекли по его лицу.

"What is it? What is it?" he said. "I do not wish to leave the jungle, and I do not know what this is.

- Что это, что это? - спросил он. - Я не хочу уходить из джунглей и не понимаю, что со мной.

Am I dying, Bagheera?"

Я умираю, Багира?

"No, Little Brother.

- Нет, Маленький Брат.

That is only tears such as men use," said Bagheera. "Now I know thou art a man, and a man's cub no longer.

Это только слезы, такие слезы бывают у людей, -сказала Багира. - Да, теперь я вижу, что ты взрослый человек, а не человеческий детёныш.

The jungle is shut indeed to thee henceforward.

Отныне джунгли, действительно, закрыты для тебя.

Let them fall, Mowgli. They are only tears."

Пусть они льются, Маугли; это только слезы!

So Mowgli sat and cried as though his heart would break; and he had never cried in all his life before.

Так Маугли сидел и плакал, точно его сердце разбилось. Раньше он не знал слез.

"Now," he said, "I will go to men. But first I must say farewell to my mother."

- Теперь, - сказал, наконец, мальчик, - я уйду к людям, но прежде попрощаюсь с моей матерью.

And he went to the cave where she lived with Father Wolf, and he cried on her coat, while the four cubs howled miserably.

Он пошёл в ту пещеру, в которой жил с семьёй Отца Волка, и так плакал, прижимаясь к меху волчицы, что четыре молодых волка жалобно завыли.

"Ye will not forget me?" said Mowgli.

- Вы меня не забудете? - спросил их Маугли.

"Never while we can follow a trail," said the cubs.

- Не забудем, пока у нас хватит сил бегать по следам.

"Come to the foot of the hill when thou art a man, and we will talk to thee; and we will come into the croplands to play with thee by night."

Когда ты сделаешься человеком, приходи к подножию холма, мы будем с тобой разговаривать и по ночам станем выбегать в поля, чтобы играть с тобой.

"Come soon!" said Father Wolf. "Oh, wise little frog, come again soon; for we be old, thy mother and I."

- Возвращайся скорее, - сказал Волк Отец, -возвращайся скорее, о мудрая лягушечка, потому что мы, твоя мать и я, уже стары.

"Come soon," said Mother Wolf, "little naked son of mine. For, listen, child of man, I loved thee more than ever I loved my cubs."

- Скорее приходи, - повторила Волчица Мать, -мой маленький бесшёрстый сынок, потому что знай, дитя людей, я любила тебя больше, чем кого-нибудь из моих волчат.

"I will surely come," said Mowgli. "And when I come it will be to lay out Shere Khan's hide upon the Council Rock.

- Конечно, приду, - ответил Маугли, - и приду для того, чтобы положить на Скалу Совета шкуру Шер Хана.

Do not forget me!

Не забывайте меня.

Tell them in the jungle never to forget me!"

Скажите в джунглях, чтобы меня там не забывали.

The dawn was beginning to break when Mowgli went down the hillside alone, to meet those mysterious things that are called men.

Начала загораться заря; Маугли спускался с горного откоса; он, молчаливый и одинокий, шёл к таинственным существам, которых зовут людьми.

Kaa's Hunting

ОХОТА ПИТОНА КАА

All that is told here happened some time before Mowgli was turned out of the Seeonee Wolf Pack, or revenged himself on Shere Khan the tiger. It was in the days when Baloo was teaching him the Law of the Jungle.

Все рассказанное здесь случилось задолго до того, как Маугли был изгнан из сионийской волчьей стаи, раньше, чем он отомстил Шер Хану, тигру, словом, и происходило в те дни, когда Балу учил его Закону Джунглей.

The big, serious, old brown bear was delighted to have so quick a pupil, for the young wolves will only learn as much of the Law of the Jungle as applies to their own pack and tribe, and run away as soon as they can repeat the Hunting Verse-"Feet that make no noise; eyes that can see in the dark; ears that can hear the winds in their lairs, and sharp white teeth, all these things are the marks of our brothers except Tabaqui the Jackal and the Hyaena whom we hate."

Большой серьёзный бурый медведь радовался понятливости своего ученика, потому что молодые волки стараются узнать только ту часть Закона Джунглей, которая касается их собственной стаи и их племени, и убегают, едва заучив наизусть одну строфу из Стихотворения Охотников: "Ноги, ступающие бесшумно; глаза, видящие в темноте; уши, слышащие ветры в их приютах, и острые белые зубы, - вот отличительные черты наших братьев; исключаются только шакал Табаки и гиены, которых мы ненавидим".

But Mowgli, as a man-cub, had to learn a great deal more than this.

Маугли же был детёнышем человека, и потому ему приходилось узнавать больше.

Sometimes Bagheera the Black Panther would come lounging through the jungle to see how his pet was getting on, and would purr with his head against a tree while Mowgli recited the day's lesson to Baloo.

Иногда чёрная пантера Багира приходила через джунгли посмотреть, как подвигаются дела у её любимца и, потирая голову о дерево, мурлыкала, пока Маугли отвечал Балу заданный ему на этот день урок.

The boy could climb almost as well as he could swim, and swim almost as well as he could run.

Мальчик взбирался на деревья почти так же хорошо, как плавал, а плавал почти так же хорошо, как бегал.

So Baloo, the Teacher of the Law, taught him the Wood and Water Laws: how to tell a rotten branch from a sound one; how to speak politely to the wild bees when he came upon a hive of them fifty feet above ground; what to say to Mang the Bat when he disturbed him in the branches at midday; and how to warn the water-snakes in the pools before he splashed down among them.

Поэтому Балу, учитель Закона, преподавал ему Законы Леса и Законы Вод: объяснял, как отличать подгнившую ветвь от здоровой; как вежливо разговаривать с дикими пчёлами, проходя под их сотами, висящими на пятьдесят футов выше его головы; как извиниться перед нетопырём Мантом, потревожив его в полдень среди ветвей, или как предупреждать водяных змей в естественных лесных прудах, готовясь кинуться к ним в воду.

None of the Jungle People like being disturbed, and all are very ready to fly at an intruder.

Никто из населения джунглей не любит, чтобы его тревожили, и все готовы броситься на незваного гостя.

Then, too, Mowgli was taught the Strangers' Hunting Call, which must be repeated aloud till it is answered, whenever one of the Jungle-People hunts outside his own grounds.

Узнал Маугли и Охотничий Крик Пришельцев. В том случае, когда охотник преследует дичь не на своей территории, этот призыв следует громко повторять, пока не услышишь на него ответа.

It means, translated,

В переводе он значит:

"Give me leave to hunt here because I am hungry." And the answer is,

"Позвольте мне охотиться здесь, потому что я голоден"; отвечают же на него так:

"Hunt then for food, but not for pleasure."

"В таком случае охоться ради пищи, но не для удовольствия".

All this will show you how much Mowgli had to learn by heart, and he grew very tired of saying the same thing over a hundred times.

Все это должно вам показать, до чего многое Маугли приходилось заучивать наизусть, и, повторяя одно и то же больше ста раз, он очень уставал.

But, as Baloo said to Bagheera, one day when Mowgli had been cuffed and run off in a temper,

Однако, как Балу сказал Багире в тот день, когда Маугли был побит и, рассерженный, убежал от него:

"A man's cub is a man's cub, and he must learn all the Law of the Jungle."

- Человеческий детёныш и есть человеческий детёныш, а потому он должен знать весь Закон Джунглей.

"But think how small he is," said the Black Panther, who would have spoiled Mowgli if he had had his own way. "How can his little head carry all thy long talk?"

- Но подумай, какой он маленький, - возразила чёрная пантера, которая, конечно, избаловала бы мальчика, если бы Балу не мешал ей. - Как все эти слова могут умещаться в его маленькой голове?

"Is there anything in the jungle too little to be killed?

- Разве в джунглях есть что-нибудь настолько маленькое, чтобы звери его не трогали?

No.

Нет.

That is why I teach him these things, and that is why I hit him, very softly, when he forgets."

Вот потому-то я и учу детёныша; потому-то я и бью его, правда, очень нежно, когда он забывает мои слова.

"Softly!

- Нежно!

What dost thou know of softness, old Iron-feet?" Bagheera grunted. "His face is all bruised today by thy-softness.

Что ты знаешь о нежности, Железные Лапы? -проворчала Багира. - Сегодня у него все лицо разбито из-за твоей... нежности.

Ugh."

Гр!

"Better he should be bruised from head to foot by me who love him than that he should come to harm through ignorance," Baloo answered very earnestly. "I am now teaching him the Master Words of the Jungle that shall protect him with the birds and the Snake People, and all that hunt on four feet, except his own pack.

- Пусть лучше я, любящий детёныша, покрою его ссадинами с головы до ног, чем он, по невежеству, попадёт в беду, - с жаром ответил бурый медведь. - Теперь я учу его Великим Словам Джунглей, которые послужат для него защитой среди населения - птиц, змей и всех существ, охотящихся на четырех ногах, помимо его собственной стаи.

He can now claim protection, if he will only remember the words, from all in the jungle.

Если только детёныш запомнит слова, он получит возможность требовать покровительства от всех созданий, живущих в джунглях.

Is not that worth a little beating?"

Разве ради этого не стоило слегка побить его?

"Well, look to it then that thou dost not kill the man-cub.

- Пожалуй; только смотри, не убей детёныша.

He is no tree trunk to sharpen thy blunt claws upon.

Он же не древесный пень для оттачивания твоих тупых когтей.

But what are those Master Words?

Но, что это за Великие Слова?

I am more likely to give help than to ask it"-Bagheera stretched out one paw and admired the steel-blue, ripping-chisel talons at the end of it-"still I should like to know."

Конечно, гораздо вероятнее, что я окажу кому-нибудь помощь, нежели попрошу её, -сказала Багира, вытянув одну из своих передних лап и любуясь как бы изваянными резцом когтями синевато-стального цвета, которые украшали её пальцы. - А все же мне хотелось бы узнать эти слова.

"I will call Mowgli and he shall say them-if he will.

-Я позову Маугли, и он скажет их тебе... если захочет.

Come, Little Brother!"

Иди сюда, Маленький Брат!

"My head is ringing like a bee tree," said a sullen little voice over their heads, and Mowgli slid down a tree trunk very angry and indignant, adding as he reached the ground: "I come for Bagheera and not for thee, fat old Baloo!"

- У меня в голове шумит, как в дупле с пчелиным роем, - послышался мрачный голосок над их головами; Маугли скользнул по стволу дерева и, ступив на землю, рассерженный и негодующий, прибавил: - Я пришёл для тебя, Багира, а совсем не для тебя, жирный, старый Балу.

"That is all one to me," said Baloo, though he was hurt and grieved. "Tell Bagheera, then, the Master Words of the Jungle that I have taught thee this day."

- Мне это все равно, - ответил Балу, хотя он был обижен и огорчён. - В таком случае, скажи Багире Великие Слова Джунглей, которым я учил тебя сегодня.

"Master Words for which people?" said Mowgli, delighted to show off. "The jungle has many tongues. I know them all."

- Великие Слова какого народа?- спросил Маугли, довольный возможностью показать свою учёность. - В джунглях много наречий, я знаю их все.

"A little thou knowest, but not much.

-Ты знаешь далеко не все.

See, O Bagheera, they never thank their teacher.

Видишь, о Багира, они никогда не благодарят своего учителя.

Not one small wolfling has ever come back to thank old Baloo for his teachings.

Ни один волчонок не возвращался, чтобы поблагодарить старого Балу за его уроки.

Say the word for the Hunting-People, then-great scholar."

Ну, ты, великий учёный, скажи Слова Народа Охотников.

"We be of one blood, ye and I," said Mowgli, giving the words the Bear accent which all the Hunting People use.

- Мы одной крови, вы и я, - сказал Маугли, с акцентом медведя, как это делают все Охотники.

"Good.

- Хорошо.

Now for the birds."

Теперь Великие Слова Птиц.

Mowgli repeated, with the Kite's whistle at the end of the sentence.

Маугли повторил ту же фразу, закончив её свистом коршуна.

"Now for the Snake-People," said Bagheera.

- Теперь Слова змей, - сказала Багира.

The answer was a perfectly indescribable hiss, and Mowgli kicked up his feet behind, clapped his hands together to applaud himself, and jumped on to Bagheera's back, where he sat sideways, drumming with his heels on the glossy skin and making the worst faces he could think of at Baloo.

В ответ послышалось совершенно неописуемое шипение; потом Маугли брыкнул ногами, захлопал в ладоши, все в виде одобрения себе и прыгнул на спину Багиры. Тут он уселся, свесив ноги в одну сторону, барабаня пятками по блестящей шкуре пантеры и строя самые ужасные гримасы бурому медведю:

"There-there! That was worth a little bruise," said the brown bear tenderly. "Some day thou wilt remember me."

- Так, так; из-за этого стоило получить несколько синяков, - нежно проговорил медведь. -Когда-нибудь ты вспомнишь меня.

Then he turned aside to tell Bagheera how he had begged the Master Words from Hathi the Wild Elephant, who knows all about these things, and how Hathi had taken Mowgli down to a pool to get the Snake Word from a water-snake, because Baloo could not pronounce it, and how Mowgli was now reasonably safe against all accidents in the jungle, because neither snake, bird, nor beast would hurt him.

После этого Балу повернулся в сторону и сказал Багире, что он упросил Хати, дикого слона, который знает все подобные вещи, сказать ему Великие Слова; что Хати отвёл Маугли к болоту, чтобы услышать Змеиные Слова от водяной змеи, так как Балу не мог их произнести, и прибавил, что теперь человеческий детёныш защищён от всех случайностей в джунглях, потому что ни змея, ни птица или четвероногое животное не посмеют сделать ему вреда.

"No one then is to be feared," Baloo wound up, patting his big furry stomach with pride.

- Ему некого бояться, - в заключение сказал Балу, с гордостью похлопывая себя по огромному пушистому брюшку.

"Except his own tribe," said Bagheera, under his breath; and then aloud to Mowgli, "Have a care for my ribs, Little Brother!

- Кроме его собственного племени, - сказала про себя Багира, и вслух прибавила, обращаясь к Маугли: - Пожалей мои ребра, Маленький Брат.

What is all this dancing up and down?"

Что это за танцы взад и вперёд?

Mowgli had been trying to make himself heard by pulling at Bagheera's shoulder fur and kicking hard.

Маугли старался обратить на себя внимание Багиры, дёргая её за шерсть на плече и колотя её ногами.

When the two listened to him he was shouting at the top of his voice,

Когда пантера и медведь стали его слушать, он закричал во весь голос:

"And so I shall have a tribe of my own, and lead them through the branches all day long."

- Таким образом, у меня будет собственная стая, и я стану весь день водить их между ветвями.

"What is this new folly, little dreamer of dreams?" said Bagheera.

- Это ещё что за новое безумие, маленький сновидец? - спросила Багира.

"Yes, and throw branches and dirt at old Baloo," Mowgli went on. "They have promised me this.

- И я буду бросать ветки и грязь в старого Балу, -продолжал Маугли. - Они обещали мне это.

Ah!"

А?

"Whoof!" Baloo's big paw scooped Mowgli off Bagheera's back, and as the boy lay between the big fore-paws he could see the Bear was angry.

- Вуф, - громадная лапа Балу сбросила Маугли со спины Багиры, и мальчик, лежавший теперь между его огромными передними лапами, понял, что медведь сердится.

"Mowgli," said Baloo, "thou hast been talking with the Bandar-log-the Monkey People."

- Маугли, - сказал Балу, - ты разговаривал с Бандар-логом, с Обезьяньим Народом?

Mowgli looked at Bagheera to see if the Panther was angry too, and Bagheera's eyes were as hard as jade stones.

Маугли посмотрел на Багиру, желая видеть, не сердится ли также и пантера: её глаза были жёстки, как яшмовые камни.

"Thou hast been with the Monkey People-the gray apes-the people without a law-the eaters of everything.

- Ты был с серыми обезьянами, с существами без Закона, с поедателями всякой дряни.

That is great shame."

Это великий позор.

"When Baloo hurt my head," said Mowgli (he was still on his back), "I went away, and the gray apes came down from the trees and had pity on me.

- Когда Балу ударил меня по голове, - сказал Маугли (он все ещё лежал на спине), - я убежал; с деревьев соскочили серые обезьяны и пожалели меня.

No one else cared." He snuffled a little.

Никому больше не было до меня дела. - И мальчик слегка втянул ноздрями воздух.

"The pity of the Monkey People!" Baloo snorted. "The stillness of the mountain stream!

- Жалость Обезьяньего Народа! - Балу фыркнул. -Молчание горного потока!

The cool of the summer sun!

Прохлада летнего солнца!

And then, man-cub?"

А что дальше, человеческий детёныш?

"And then, and then, they gave me nuts and pleasant things to eat, and they-they carried me in their arms up to the top of the trees and said I was their blood brother except that I had no tail, and should be their leader some day."

-Потом... Потом обезьяны дали мне орехов и разных вкусных вещей и... и... отнесли меня на вершины деревьев, а там сказали, что по крови я их брат, что я отличаюсь от обезьян только отсутствием хвоста и что со временем я сделаюсь их вожаком.

"They have no leader," said Bagheera. "They lie. They have always lied."

- У них не бывает вожаков, - сказала Багира. - Они лгут и всегда лгали.

"They were very kind and bade me come again.

- Они обходились со мной очень ласково и звали меня опять к ним.

Why have I never been taken among the Monkey People?

Почему меня никогда не водили к Обезьяньему Народу?

They stand on their feet as I do. They do not hit me with their hard paws. They play all day.

Серые обезьяны стоят, как я, на задних лапах, не дерутся жёсткими лапами, а играют целый день.

Let me get up!

Пустите меня на деревья.

Bad Baloo, let me up!

Злой Балу, пусти меня наверх.

I will play with them again."

Я опять поиграю с ними.

"Listen, man-cub," said the Bear, and his voice rumbled like thunder on a hot night. "I have taught thee all the Law of the Jungle for all the peoples of the jungle-except the Monkey-Folk who live in the trees.

- Послушай, детёныш человека, - сказал медведь, и его голос прогремел, точно раскат грома в знойную ночь. - Я учил тебя Закону Джунглей, касающемуся всего нашего населения за исключением Обезьяньего Народа, живущего среди ветвей.

They have no law.

У них нет закона.

They are outcasts.

Обезьяны - отверженные.

They have no speech of their own, but use the stolen words which they overhear when they listen, and peep, and wait up above in the branches.

У них нет собственного наречия; они пользуются украденными словами, которые подслушивают, когда подглядывают за нами, прячась в ветвях.

Their way is not our way.

У них не наши обычаи.

They are without leaders.

Они живут без вожаков.

They have no remembrance.

У них нет памяти.

They boast and chatter and pretend that they are a great people about to do great affairs in the jungle, but the falling of a nut turns their minds to laughter and all is forgotten.

Они хвастаются, болтают, уверяют, будто они великий народ, готовый совершать великие дела в джунглях, но падает орех, им делается смешно, и они все забывают.

We of the jungle have no dealings with them. We do not drink where the monkeys drink; we do not go where the monkeys go; we do not hunt where they hunt; we do not die where they die.

Мы, жители джунглей, не имеем с ними дела; не пьём там, где пьют обезьяны; не двигаемся по их дорогам; не охотимся там, где они охотятся; не умираем, где умирают они.

Hast thou ever heard me speak of the Bandar-log till today?"

Слыхал ли ты, чтобы я когда-нибудь до сегодняшнего дня говорил о Бандар-логе?

"No," said Mowgli in a whisper, for the forest was very still now Baloo had finished.

- Нет, - шёпотом произнёс Маугли, потому что теперь, когда Балу перестал говорить, в лесу стало тихо.

"The Jungle-People put them out of their mouths and out of their minds.

- Народ джунглей изгнал их из своей памяти и не берет в рот их мяса.

They are very many, evil, dirty, shameless, and they desire, if they have any fixed desire, to be noticed by the Jungle People.

Обезьян очень много; они злы, грязны, не имеют стыда, и если у них есть какое-нибудь определённое желание, то именно стремление, чтобы в джунглях заметили их.

But we do not notice them even when they throw nuts and filth on our heads."

Но мы не обращаем на них внимания, даже когда они бросают нам на голову грязь и орехи.

He had hardly spoken when a shower of nuts and twigs spattered down through the branches; and they could hear coughings and howlings and angry jumpings high up in the air among the thin branches.

Едва медведь договорил, как с деревьев посыпался град орехов и обломков веток; послышался кашель, вой; и там, наверху, между тонкими ветвями, почувствовались гневные прыжки.

"The Monkey-People are forbidden," said Baloo, "forbidden to the Jungle-People.

- Для населения джунглей обезьяны - народ отверженный.

Remember."

Помни это.

"Forbidden," said Bagheera, "but I still think Baloo should have warned thee against them."

- Отверженный, - сказала Багира, - тем не менее, мне кажется, ты, Балу, должен был предупредить его.

"I-I?

- Предупредить? Я?

How was I to guess he would play with such dirt.

Мог ли я угадать, что он станет возиться с такой грязью?

The Monkey People!

Бандар-лог!

Faugh!"

Фу!

A fresh shower came down on their heads and the two trotted away, taking Mowgli with them.

На их головы снова посыпался град из орехов и веток, и медведь с пантерой убежали, взяв с собой Маугли.

What Baloo had said about the monkeys was perfectly true.

Балу сказал правду.

They belonged to the tree-tops, and as beasts very seldom look up, there was no occasion for the monkeys and the Jungle-People to cross each other's path.

Обезьяны живут на вершинах деревьев, и так как обитатели лесов редко смотрят вверх, они редко сталкиваются с Бандар-логом.

But whenever they found a sick wolf, or a wounded tiger, or bear, the monkeys would torment him, and would throw sticks and nuts at any beast for fun and in the hope of being noticed.

Зато при виде больного волка, раненого тигра или медведя, обезьяны сходят на землю, мучат их ради забавы; в надежде обратить на себя внимание зверей они постоянно кидают в них ветки и орехи.

Then they would howl and shriek senseless songs, and invite the Jungle-People to climb up their trees and fight them, or would start furious battles over nothing among themselves, and leave the dead monkeys where the Jungle-People could see them.

Кроме того, они воют, выкрикивают бессмысленные песни, приглашают Народ Джунглей взобраться к ним и вступить с ними в бой; или без всякого повода затевают между собой ожесточённые драки и бросают мёртвых обезьян туда, где население зарослей может увидать эти трупы.

They were always just going to have a leader, and laws and customs of their own, but they never did, because their memories would not hold over from day to day, and so they compromised things by making up a saying,

Они все собираются избрать себе вожака, составить собственные законы, придумать собственные обычаи, но никогда не выполняют задуманного, потому что их памяти не хватает до следующего дня. В оправдание себе обезьяны сочинили поговорку:

"What the Bandar-log think now the jungle will think later," and that comforted them a great deal.

"То, о чем Бандар-лог думает теперь, джунгли подумают позже", и это сильно ободряет их.

None of the beasts could reach them, but on the other hand none of the beasts would notice them, and that was why they were so pleased when Mowgli came to play with them, and they heard how angry Baloo was.

Ни один из зверей не может добраться до Бандар-лога; с другой стороны, никто из зверей не желает замечать этого племени; вот потому-то обезьянам и было так приятно, когда Маугли пришёл играть с ними, а Балу рассердился.

They never meant to do any more-the Bandar-log never mean anything at all; but one of them invented what seemed to him a brilliant idea, and he told all the others that Mowgli would be a useful person to keep in the tribe, because he could weave sticks together for protection from the wind; so, if they caught him, they could make him teach them.

У обезьян не было какого-либо определённого намерения (Бандар-лог вообще никогда не имеет намерений), однако в голове одной из обезьян явилась, как ей показалось, блестящая мысль, и она сказала остальным, что им было бы полезно держать у себя Маугли, потому что он умел свивать ветки для защиты от ветра, и если бы они поймали его, он, вероятно, научил бы и их своему искусству.

Of course Mowgli, as a woodcutter's child, inherited all sorts of instincts, and used to make little huts of fallen branches without thinking how he came to do it.

Понятно, Маугли, сын дровосека, унаследовал от своего отца множество инстинктов; между прочим, строил хижинки из хвороста, не думая о том, почему он делает это.

The Monkey-People, watching in the trees, considered his play most wonderful.

Наблюдая за ним с деревьев, Бандар-лог находил эту игру удивительной.

This time, they said, they were really going to have a leader and become the wisest people in the jungle-so wise that everyone else would notice and envy them.

Теперь, как говорили обезьяны, у них действительно появится вожак, и они сделаются самым мудрым народом в джунглях, таким мудрым, что все остальные будут замечать их и завидовать им.

Therefore they followed Baloo and Bagheera and Mowgli through the jungle very quietly till it was time for the midday nap, and Mowgli, who was very much ashamed of himself, slept between the Panther and the Bear, resolving to have no more to do with the Monkey People.

Они побежали вслед за Балу, Багирой и Маугли, и держались совершенно тихо до времени полуденного отдыха, когда пристыженный Маугли заснул между пантерой и медведем, решив больше не иметь дела с Обезьяньим Народом.

The next thing he remembered was feeling hands on his legs and arms-hard, strong, little hands-and then a swash of branches in his face, and then he was staring down through the swaying boughs as Baloo woke the jungle with his deep cries and Bagheera bounded up the trunk with every tooth bared.

Следующее, что он впоследствии помнил, было прикосновение жёстких, сильных маленьких рук, схвативших его за плечи и за ноги; потом - удары веток по лицу. Через несколько мгновений мальчик уже смотрел вниз, в просветы между качающимися ветвями. В ту же секунду Балу пробудил джунгли своим громким глубоким голосом, а Багира, показывая все свои зубы, поднялась на дерево.

The Bandar-log howled with triumph and scuffled away to the upper branches where Bagheera dared not follow, shouting:

Обезьяны завыли от восторга, взбираясь на верхние ветки, куда пантера не могла кинуться за ними, и закричали:

"He has noticed us!

- Она заметила нас?

Bagheera has noticed us.

Багира заметила нас!

All the Jungle-People admire us for our skill and our cunning."

Все население джунглей восхищается нашей ловкостью и нашей хитростью!

Then they began their flight; and the flight of the Monkey-People through tree-land is one of the things nobody can describe.

Началось бегство, а бегства Обезьяньего Народа по вершинам деревьев никто не может описать.

They have their regular roads and crossroads, up hills and down hills, all laid out from fifty to seventy or a hundred feet above ground, and by these they can travel even at night if necessary.

У них есть определённые дороги, перекрёстки, подъёмы и спуски, все на высоте от пятидесяти до семидесяти или ста футов над землёй, и они могут двигаться по этим тропам, в случае нужды, даже ночью.

Two of the strongest monkeys caught Mowgli under the arms and swung off with him through the treetops, twenty feet at a bound.

Две самые сильные обезьяны схватили Маугли под мышки и вместе с ним понеслись с одного дерева на другое, делая прыжки в двадцать футов.

Had they been alone they could have gone twice as fast, but the boy's weight held them back.

Без него они могли бы бежать вдвое быстрее; тяжесть мальчика замедляла их движение.

Sick and giddy as Mowgli was he could not help enjoying the wild rush, though the glimpses of earth far down below frightened him, and the terrible check and jerk at the end of the swing over nothing but empty air brought his heart between his teeth.

Хотя у Маугли кружилась голова, он невольно наслаждался этой дикой скачкой, однако, видя землю так далеко под собой, он очень боялся, а страшные толчки в конце каждого полёта через воздушные бездны заставляли его сердце замирать.

His escort would rush him up a tree till he felt the thinnest topmost branches crackle and bend under them, and then with a cough and a whoop would fling themselves into the air outward and downward, and bring up, hanging by their hands or their feet to the lower limbs of the next tree.

Провожатые мальчика иногда поднимались с ним на вершину дерева до того высоко, что он чувствовал, как самые верхние ветви с треском сгибались под ними, потом с криком, похожим на кашель, и с гуканьем снова бросались вниз, хватались передними или задними лапами за более низкие суки следующего дерева и снова двигались вверх.

Sometimes he could see for miles and miles across the still green jungle, as a man on the top of a mast can see for miles across the sea, and then the branches and leaves would lash him across the face, and he and his two guards would be almost down to earth again.

Иногда Маугли видел много миль зелёных зарослей, как человек с вершины мачты осматривает многие мили окружающего его моря; но после этого ветки и листья хлестали Маугли по лицу, и он вместе со своими двумя спутниками снова приближался почти к самой земле.

So, bounding and crashing and whooping and yelling, the whole tribe of Bandar-log swept along the tree-roads with Mowgli their prisoner.

Таким образом, прыгая, ломая ветви, с цоканьем и воем племя Бандар-лог неслось по дорогам, тянувшимся через вершины деревьев, и увлекало с собою своего пленника, Маугли.

For a time he was afraid of being dropped. Then he grew angry but knew better than to struggle, and then he began to think.

Сперва он боялся, что обезьяны кинут его вниз; потом рассердился, однако благоразумно не боролся; наконец, начал рассуждать.

The first thing was to send back word to Baloo and Bagheera, for, at the pace the monkeys were going, he knew his friends would be left far behind.

Прежде всего ему следовало дать о себе знать Балу и Багире. Он знал, что благодаря быстроте бега обезьян его друзья останутся далеко позади.

It was useless to look down, for he could only see the topsides of the branches, so he stared upward and saw, far away in the blue, Rann the Kite balancing and wheeling as he kept watch over the jungle waiting for things to die.

Смотреть вниз не стоило; ведь он мог видеть только верхние части ветвей, а потому мальчик поднял взгляд к небу и далеко в лазури разглядел коршуна Ранна, который то неподвижно висел в воздухе, то описывал круги, наблюдая за джунглями в надежде заметить какое-нибудь близкое к смерти создание.

Rann saw that the monkeys were carrying something, and dropped a few hundred yards to find out whether their load was good to eat.

Ранн понял, что обезьяны несут что-то и спустился на несколько сотен ярдов, желая узнать, годна ли их ноша для еды.

He whistled with surprise when he saw Mowgli being dragged up to a treetop and heard him give the Kite call for-"We be of one blood, thou and I."

Увидев, что обезьяны тащили Маугли на вершину дерева, он засвистел от изумления и в ту же секунду услышал призыв: "Мы одной крови, ты и я".

The waves of the branches closed over the boy, but Rann balanced away to the next tree in time to see the little brown face come up again.

Волны ветвей сомкнулись над мальчиком, но Ранн повис над следующим деревом как раз вовремя, чтобы увидать вынырнувшее чёрное личико.

"Mark my trail!" Mowgli shouted. "Tell Baloo of the Seeonee Pack and Bagheera of the Council Rock."

- Заметь мой путь, - закричал Маугли. - Скажи обо мне Балу из сионийской стаи и Багире со Скалы Совета!

"In whose name, Brother?" Rann had never seen Mowgli before, though of course he had heard of him.

- От чьего имени, брат? - Ранн до сих пор никогда не видел Маугли, хотя, конечно, слышал о нем.

"Mowgli, the Frog.

- Я Маугли-лягушка.

Man-cub they call me! Mark my trail!"

Меня зовут человеческим детёнышем... Заметь мой пу-у-уть!

The last words were shrieked as he was being swung through the air, but Rann nodded and rose up till he looked no bigger than a speck of dust, and there he hung, watching with his telescope eyes the swaying of the treetops as Mowgli's escort whirled along.

Мальчик выкрикнул последние слова в то мгновение, когда его подбросили в воздух, но Ранн кивнул головой и стал подниматься вверх, пока не превратился в пылинку. На этой высоте он парил, наблюдая глазами, зоркими, как телескоп, за тем, как качались верхушки деревьев там, где проносился эскорт Маугли.

"They never go far," he said with a chuckle. "They never do what they set out to do.

- Они не уйдут далеко, - посмеиваясь сказал коршун. - Они никогда не делают того, что решили.

Always pecking at new things are the Bandar-log.

Бандар-лог вечно бросается на новое.

This time, if I have any eye-sight, they have pecked down trouble for themselves, for Baloo is no fledgling and Bagheera can, as I know, kill more than goats."

Если только я способен предвидеть события, обезьяны навлекли на себя неприятности, потому что Балу не слабое существо, и, насколько мне известно, Багира умеет убивать не только оленей.

So he rocked on his wings, his feet gathered up under him, and waited.

Ранн покачивался на крыльях и ждал.

Meantime, Baloo and Bagheera were furious with rage and grief.

Между тем Балу и Багира не помнили себя от гнева и печали.

Bagheera climbed as he had never climbed before, but the thin branches broke beneath his weight, and he slipped down, his claws full of bark.

Багира взобралась так высоко на дерево, как никогда прежде, но тонкие ветви сломались под её тяжестью, и она соскользнула на землю с полными коры когтями.

"Why didst thou not warn the man-cub?" he roared to poor Baloo, who had set off at a clumsy trot in the hope of overtaking the monkeys. "What was the use of half slaying him with blows if thou didst not warn him?"

- Почему ты не предостерёг человеческого детёныша? - прогремела она бедному Балу, который пустился бежать неуклюжей рысью в надежде догнать обезьян. - Стоило бить его до полусмерти, если ты не предупреждал его!

"Haste! O haste!

- Скорее, скорее!

We-we may catch them yet!" Baloo panted.

Мы... Мы ещё можем нагнать их, - задыхаясь проговорил Балу.

"At that speed!

- Таким-то шагом?

It would not tire a wounded cow.

Этот бег не утомил бы даже раненой коровы.

Teacher of the Law-cub-beater-a mile of that rolling to and fro would burst thee open.

Учитель Закона, избиватель детёнышей, если ты прокачаешься так с милю, ты лопнешь.

Sit still and think!

Садись и думай.

Make a plan.

Придумай план.

This is no time for chasing.

Незачем гнаться.

They may drop him if we follow too close."

Если мы слишком близко подойдём к ним, они ещё, пожалуй, бросят его.

"Arrula!

- Эррула!

Whoo!

Ву!

They may have dropped him already, being tired of carrying him.

Если обезьянам надоело тащить детёныша, они уже бросили его.

Who can trust the Bandar-log?

Кто может верить Бандар-логу?

Put dead bats on my head!

Брось мёртвых нетопырей на мою голову!

Give me black bones to eat!

Дай мне глодать почерневшие кости!

Roll me into the hives of the wild bees that I may be stung to death, and bury me with the Hyaena, for I am most miserable of bears!

Катай меня в сотах диких пчёл, чтобы они до смерти искусали меня, и похорони моё тело вместе с гиеной, потому что я самый несчастный медведь в мире!

Arulala!

Эрорулала!

Wahooa!

Вахуа!

O Mowgli, Mowgli!

О, Маугли, Маугли!

Why did I not warn thee against the Monkey-Folk instead of breaking thy head?

Зачем я ломал тебе голову, а не предостерёг тебя от Обезьяньего Народа?

Now perhaps I may have knocked the day's lesson out of his mind, and he will be alone in the jungle without the Master Words."

Может быть, я выбил из его ума заданный ему на сегодня урок, и он останется в джунглях один, позабыв Великие Слова!

Baloo clasped his paws over his ears and rolled to and fro moaning.

Балу прижал лапы к ушам и со стоном покачивался взад и вперёд.

"At least he gave me all the Words correctly a little time ago," said Bagheera impatiently. "Baloo, thou hast neither memory nor respect.

- Во всяком случае, некоторое время тому назад он правильно сказал мне их, - нетерпеливо заметила Багира. - Балу, у тебя нет ни памяти, ни чувства собственного достоинства.

What would the jungle think if I, the Black Panther, curled myself up like Ikki the Porcupine, and howled?"

Что подумали бы джунгли, если бы я, чёрная пантера, свернулась, как дикобраз Икки, и принялась выть?

"What do I care what the jungle thinks?

- Какое мне дело до того, что обо мне думают в джунглях?

He may be dead by now."

Может быть, он уже умер.

"Unless and until they drop him from the branches in sport, or kill him out of idleness, I have no fear for the man-cub.

- Если только обезьяны не бросят его ради потехи или не убьют из лености, я не опасаюсь за человеческого детёныша.

He is wise and well taught, and above all he has the eyes that make the Jungle-People afraid.

Он умен, хорошо обучен, главное же, все в джунглях боятся его глаз.

But (and it is a great evil) he is in the power of the Bandar-log, and they, because they live in trees, have no fear of any of our people." Bagheera licked one forepaw thoughtfully.

Однако (и это очень дурно) он во власти Бандар-лога, а это племя не страшится никого из нас, так как оно живёт на деревьях. - Багира задумчиво полизала одну из своих передних лап.

"Fool that I am!

- Как я глуп!

Oh, fat, brown, root-digging fool that I am," said Baloo, uncoiling himself with a jerk, "it is true what Hathi the Wild Elephant says: 'To each his own fear'; and they, the Bandar-log, fear Kaa the Rock Snake.

О, толстый, бурый, вырывающий корни, дурак! -внезапно распрямляясь, сказал Балу. - Правду говорит дикий слон Хати: "На каждого свой страх". Бандар-лог боится питона скал Каа.

He can climb as well as they can. He steals the young monkeys in the night.

Он не хуже их поднимается на деревья и ночью крадёт молодых обезьян.

The whisper of his name makes their wicked tails cold.

При звуке его имени, хотя бы произнесённом шёпотом, у них холодеют хвосты.

Let us go to Kaa."

Идём к Каа.

"What will he do for us?

- Ну что он сделает для нас?

He is not of our tribe, being footless-and with most evil eyes," said Bagheera.

Он безногий, значит, не принадлежит к нашему племени, и у него такие дурные глаза, - сказала Багира.

"He is very old and very cunning. Above all, he is always hungry," said Baloo hopefully. "Promise him many goats."

- Он очень стар и очень хитёр, главное же, постоянно голоден, - ответил Балу. - Обещай дать ему несколько коз.

"He sleeps for a full month after he has once eaten.

- Насытившийся Каа спит целый месяц.

He may be asleep now, and even were he awake what if he would rather kill his own goats?" Bagheera, who did not know much about Kaa, was naturally suspicious.

Может быть, питон и теперь спит, но даже если и не спит, так он, пожалуй, сам захочет убить для себя козу. - Плохо знавшая Каа Багира, понятно, сомневалась.

"Then in that case, thou and I together, old hunter, might make him see reason."

- В таком случае, мы с тобой, старая охотница, заставим его послушаться нас.

Here Baloo rubbed his faded brown shoulder against the Panther, and they went off to look for Kaa the Rock Python.

Тут Балу потёрся своим побелевшим бурым плечом о пантеру, и они вместе отправились отыскивать Каа, питона скал.

They found him stretched out on a warm ledge in the afternoon sun, admiring his beautiful new coat, for he had been in retirement for the last ten days changing his skin, and now he was very splendid-darting his big blunt-nosed head along the ground, and twisting the thirty feet of his body into fantastic knots and curves, and licking his lips as he thought of his dinner to come.

Они застали его на скалистой, нагретой солнцем, площадке; растянувшись, он любовался своей прекрасной новой кожей. Последние десять дней питон провёл в уединении, так как менял кожу и теперь был великолепен. Каа вытягивал свою огромную голову с тупым носом, изгибал своё тридцатифутовое тело, свивался в фантастические узлы и кольца, в то же время облизывая губы при мысли о будущем обеде.

"He has not eaten," said Baloo, with a grunt of relief, as soon as he saw the beautifully mottled brown and yellow jacket. "Be careful, Bagheera!

- Он ещё не ел, - сказал Балу и, увидав красивую, покрытую прекрасными коричневыми пятнами новую жёлтую одежду змеи, проворчал: -Осторожнее, Багира.

He is always a little blind after he has changed his skin, and very quick to strike."

После перемены кожи он подслеповат и спешит наносить удары.

Kaa was not a poison snake-in fact he rather despised the poison snakes as cowards-but his strength lay in his hug, and when he had once lapped his huge coils round anybody there was no more to be said.

Каа не был ядовит; он даже презирал ядовитых змей, считая их трусами; вся сила питона зависела от его величины, и когда он охватывал своими огромными кольцами какое-нибудь создание, для того наступал конец.

"Good hunting!" cried Baloo, sitting up on his haunches.

- Хорошей охоты, - закричал Балу, оседая на задние лапы.

Like all snakes of his breed Kaa was rather deaf, and did not hear the call at first. Then he curled up ready for any accident, his head lowered.

Как все змеи этого рода, Каа был глуховат: он не сразу услышал приветствие медведя и на всякий случай свернулся, опустив голову.

"Good hunting for us all," he answered. "Oho, Baloo, what dost thou do here?

- Хорошей охоты всем нам, - ответил питон. - Ого, Балу, что ты здесь делаешь?

Good hunting, Bagheera.

Хорошей охоты, Багира!

One of us at least needs food.

По крайней мере, одному из нас нужна пища.

Is there any news of game afoot?

Слышно ли что-нибудь о дичи поблизости?

A doe now, or even a young buck?

Нет ли молодого оленёнка или хотя бы молодого козла?

I am as empty as a dried well."

Внутри меня пусто, как в сухом колодце.

"We are hunting," said Baloo carelessly.

- Мы охотимся, - небрежно заметил Балу.

He knew that you must not hurry Kaa. He is too big.

Медведь знал, что Каа не следует торопить: он слишком велик.

"Give me permission to come with you," said Kaa. "A blow more or less is nothing to thee, Bagheera or Baloo, but I-I have to wait and wait for days in a wood-path and climb half a night on the mere chance of a young ape.

- Позвольте мне отправиться с вами, - сказал Каа. - Одной добычей больше или меньше, не важно для тебя, Багира, или для тебя, Балу. Мне же приходится несколько дней подряд караулить на лесной тропинке или целую ночь подниматься то на одно, то на другое дерево, ради возможности поймать молодую обезьяну.

Psshaw!

Пшшшш!

The branches are not what they were when I was young.

Теперь уже не такие ветки как во времена моей юности.

Rotten twigs and dry boughs are they all."

Все погнившие, сухие!

"Maybe thy great weight has something to do with the matter," said Baloo.

- Может быть, это зависит от твоей тяжести, -сказал Балу.

"I am a fair length-a fair length," said Kaa with a little pride. "But for all that, it is the fault of this new-grown timber.

- Да, я длинен, достаточно длинен, - с оттенком гордости ответил Каа. - Однако молодые деревья действительно хрупки, ломки.

I came very near to falling on my last hunt-very near indeed-and the noise of my slipping, for my tail was not tight wrapped around the tree, waked the Bandar-log, and they called me most evil names."

Недавно на охоте я чуть не упал; да, чуть не упал, скользя вниз и не обвив достаточно крепко хвостом дерево; этот шум разбудил обезьян, и они стали бранить меня самыми скверными словами.

"Footless, yellow earth-worm," said Bagheera under his whiskers, as though he were trying to remember something.

- Безногий, жёлтый дождевой червь, - прошептала Багира, как бы стараясь вспомнить что-то.

"Sssss!

- Сссс!

Have they ever called me that?" said Kaa.

Они называли меня так? - спросил Каа.

"Something of that kind it was that they shouted to us last moon, but we never noticed them.

- Во время прошлой луны обезьяны кричали нам что-то в этом роде, но ведь мы не замечаем их.

They will say anything-even that thou hast lost all thy teeth, and wilt not face anything bigger than a kid, because (they are indeed shameless, these Bandar-log)-because thou art afraid of the he-goat's horns," Bagheera went on sweetly.

Пусть они говорят, что им угодно, даже будто ты потерял все зубы и боишься каждого существа крупнее козлёнка, так как (Бандар-лог совершенно бессовестное племя!) тебя устрашают рога козла, - сладким голосом заметила Багира.

Now a snake, especially a wary old python like Kaa, very seldom shows that he is angry, but Baloo and Bagheera could see the big swallowing muscles on either side of Kaa's throat ripple and bulge.

Надо сказать, что змея, в особенности осторожный старый питон, редко выказывает гнев; тем не менее Балу и Багира заметили, что глотательные мышцы по обеим сторонам горла Каа сморщились и вздулись.

"The Bandar-log have shifted their grounds," he said quietly. "When I came up into the sun today I heard them whooping among the tree-tops."

- Обезьяны переменили место своей стоянки, -спокойно сказал питон. - Когда сегодня я выполз на солнце, до меня донеслось их гуканье в вершинах деревьев.

"It-it is the Bandar-log that we follow now," said Baloo, but the words stuck in his throat, for that was the first time in his memory that one of the Jungle-People had owned to being interested in the doings of the monkeys.

- Теперь мы идём вслед за Бандар-логом, -проговорил Балу, но слова застряли у него в горле; ведь он не помнил, чтобы кто-нибудь в джунглях сознавался, что его интересуют поступки обезьян.

"Beyond doubt then it is no small thing that takes two such hunters-leaders in their own jungle I am certain-on the trail of the Bandar-log," Kaa replied courteously, as he swelled with curiosity.

- Без сомнения, немаловажное обстоятельство заставляет двоих таких охотников - вожаков у себя в джунглях - идти по следу Бандар-лога, -вежливо ответил Каа, весь надуваясь от любопытства.

"Indeed," Baloo began, "I am no more than the old and sometimes very foolish Teacher of the Law to the Seeonee wolf-cubs, and Bagheera here-"

- В сущности, - начал Балу, - я просто старый, порой очень неумный, преподаватель Закона сионийским волчатам, а Багира...

"Is Bagheera," said the Black Panther, and his jaws shut with a snap, for he did not believe in being humble.

- Багира и есть Багира, - перебила его чёрная пантера, и, щёлкнув зубами, закрыла рот; она считала смирение вещью ненужной.

"The trouble is this, Kaa.

- Вот в чем дело, Каа.

Those nut-stealers and pickers of palm leaves have stolen away our man-cub of whom thou hast perhaps heard."

Эти воры орехов и подбиратели пальмовых листьев украли нашего человеческого детёныша, о котором ты, вероятно, слышал.

"I heard some news from Ikki (his quills make him presumptuous) of a man-thing that was entered into a wolf pack, but I did not believe.

- Икки (длинные иглы на его спине делают это существо самонадеянным) болтал, будто человек был принят в волчью стаю, но я не поверил ему.

Ikki is full of stories half heard and very badly told."

Икки вечно повторяет то, о чем он слышал вполуха, и повторяет очень плохо.

"But it is true.

- Но он сказал правду.

He is such a man-cub as never was," said Baloo. "The best and wisest and boldest of man-cubs-my own pupil, who shall make the name of Baloo famous through all the jungles; and besides, I-we-love him, Kaa."

Никогда в мире не было такого человеческого детёныша, - проговорил Балу. - Он самый лучший, самый умный, самый смелый из человеческих детёнышей; это мой ученик, который прославит имя Балу во всех джунглях; кроме того, я... мы... любим его, Каа.

"Ts!

-Тсс!

Ts!" said Kaa, weaving his head to and fro. "I also have known what love is.

Тсс! - сказал Каа, покачивая головой из стороны в сторону. - Я тоже когда-то знал, что значит любовь.

There are tales I could tell that-"

Я мог бы рассказать вам историю, которую...

"That need a clear night when we are all well fed to praise properly," said Bagheera quickly. "Our man-cub is in the hands of the Bandar-log now, and we know that of all the Jungle-People they fear Kaa alone."

- Которую мы хорошо оценим, только когда, сытые, будем отдыхать в светлую ночь, слушая тебя, - быстро перебила его Багира. - Теперь же наш человеческий детёныш в руках Бандар-лога, а мы знаем, что Обезьяний Народ боится одного Каа.

"They fear me alone.

- Они боятся одного меня.

They have good reason," said Kaa. "Chattering, foolish, vain-vain, foolish, and chattering, are the monkeys.

И вполне основательно, - произнёс Каа. - Глупые, болтающие тщеславные создания, тщеславные, глупые, болтающие - вот каковы эти обезьяны!

But a man-thing in their hands is in no good luck.

Но человеческому существу плохо в их руках.

They grow tired of the nuts they pick, and throw them down.

Им надоедают подобранные ими орехи, и они швыряют их на землю.

They carry a branch half a day, meaning to do great things with it, and then they snap it in two.

Они шесть часов таскают ветку, намереваясь с её помощью совершить великие дела, потом ломают её пополам.

That man-thing is not to be envied.

Нельзя позавидовать этому человеческому существу.

They called me also-'yellow fish' was it not?"

И обезьяны назвали меня жёлтой рыбой? Ведь так?

"Worm-worm-earth-worm," said Bagheera, "as well as other things which I cannot now say for shame."

- Червём, червём, дождевым червяком, - сказала Багира, - и говорили про тебя ещё многое, что мне стыдно повторять.

"We must remind them to speak well of their master.

- Следует научить обезьян хорошо отзываться о их господине.

Aaa-ssp!

Ээээ-ссш!

We must help their wandering memories.

Поможем им собрать их блуждающие воспоминания.

Now, whither went they with the cub?"

Ну а куда убежали они с детёнышем?

"The jungle alone knows.

- Это известно только джунглям.

Toward the sunset, I believe," said Baloo. "We had thought that thou wouldst know, Kaa."

Кажется, в сторону заката солнца, - сказал Балу. -Мы думали, что ты знаешь, Каа.

"I?

-Я?

How?

Каким образом?

I take them when they come in my way, but I do not hunt the Bandar-log, or frogs-or green scum on a water-hole, for that matter."

Я беру их, когда они попадаются на моей дороге, но не охочусь на Бандар-лога, или на лягушек, или на зеленую пену в водяных ямах.

"Up, Up!

- Вверх, вверх!

Up, Up!

Вверх, вверх!

Hillo!

Хилло!

Illo!

Илло!

Illo, look up, Baloo of the Seeonee Wolf Pack!"

Илло! Смотри вверх, Балу из сионийской волчьей стаи!

Baloo looked up to see where the voice came from, and there was Rann the Kite, sweeping down with the sun shining on the upturned flanges of his wings.

Балу поднял голову, чтобы посмотреть, откуда звучал голос. В воздухе парил коршун Раин; он парил, опускаясь вниз, и солнце блестело на его крыльях.

It was near Rann's bedtime, but he had ranged all over the jungle looking for the Bear and had missed him in the thick foliage.

Подходило время, в которое Ранн устраивался на ночлег; он осмотрел все джунгли, отыскивая медведя, но не разглядел его в густой листве.

"What is it?" said Baloo.

- Что там? - спросил Балу.

"I have seen Mowgli among the Bandar-log.

- Я видел Маугли среди обезьян.

He bade me tell you.

Он просил меня сказать тебе об этом.

I watched.

Я следил.

The Bandar-log have taken him beyond the river to the monkey city-to the Cold Lairs.

Они увели его за реку, в город обезьян, в Холодные Логовища.

They may stay there for a night, or ten nights, or an hour.

Может быть, они останутся там на ночь, пробудут десять ночей или только часть ночи.

I have told the bats to watch through the dark time.

Я просил летучих мышей наблюдать за ними в тёмное время.

That is my message.

Я исполнил данное мне поручение.

Good hunting, all you below!"

Хорошей охоты всем вам, там внизу!

"Full gorge and a deep sleep to you, Rann," cried Bagheera. "I will remember thee in my next kill, and put aside the head for thee alone, O best of kites!"

- Полный зоб и глубокий сон тебе, Ранн! -крикнула Багира. - Во время моей следующей охоты я не забуду о тебе и отложу голову для одного тебя, о лучший из коршунов.

"It is nothing. It is nothing.

- Полно, полно.

The boy held the Master Word. I could have done no less," and Rann circled up again to his roost. "He has not forgotten to use his tongue," said Baloo with a chuckle of pride. "To think of one so young remembering the Master Word for the birds too while he was being pulled across trees!"

Мальчик сказал Великие Слова Птиц, да ещё в то время, когда его тащили через деревья.

"It was most firmly driven into him," said Bagheera. "But I am proud of him, and now we must go to the Cold Lairs."

- Слова были крепко вбиты в его голову, -заметила Багира. - Но я горжусь им. А теперь мы должны отправиться к Холодным Логовищам.

They all knew where that place was, but few of the Jungle People ever went there, because what they called the Cold Lairs was an old deserted city, lost and buried in the jungle, and beasts seldom use a place that men have once used.

Все они знали, где помещалось это место, но немногие из обитателей джунглей заходили туда, потому что Холодными Логовищами звери называли древний, покинутый город, затерянный и погребённый в зарослях, а дикие создания редко селятся там, где прежде жили люди.

The wild boar will, but the hunting tribes do not.

Это делает кабан, охотничьи же племена - нет.

Besides, the monkeys lived there as much as they could be said to live anywhere, and no self-respecting animal would come within eyeshot of it except in times of drought, when the half-ruined tanks and reservoirs held a little water.

Кроме того, в Холодных Логовищах жили обезьяны (если можно было сказать, что они жили где-нибудь), и потому уважающие себя животные заглядывали в развалины только во время засухи, когда в полуразрушенных водоёмах и желобах старинного города ещё сохранялось немного воды.

"It is half a night's journey-at full speed," said Bagheera, and Baloo looked very serious.

- Туда придётся идти половину ночи, - сказала Багира, и Балу стал очень серьёзен.

"I will go as fast as I can," he said anxiously.

- Я побегу, как можно быстрее, - тревожно сказал он.

"We dare not wait for thee.

- Мы не можем ждать тебя.

Follow, Baloo.

Спеши за нами, Балу.

We must go on the quick-foot-Kaa and I."

Нам с Каа придётся спешить.

"Feet or no feet, I can keep abreast of all thy four," said Kaa shortly.

- Есть у меня ноги или нет их, я не отстану от тебя, Багира, несмотря на все твои четыре лапы, -сухо заметил Каа.

Baloo made one effort to hurry, but had to sit down panting, and so they left him to come on later, while Bagheera hurried forward, at the quick panther-canter.

Балу спешил, но задыхался, и ему скоро пришлось сесть на землю; его спутники предоставили ему возможность догонять их, и Багира быстрыми лёгкими скачками пантеры двинулась вперёд.

Kaa said nothing, but, strive as Bagheera might, the huge Rock-python held level with him.

Каа ничего не говорил, но как ни старалась опередить его Багира, огромный питон скал не отставал от неё.

When they came to a hill stream, Bagheera gained, because he bounded across while Kaa swam, his head and two feet of his neck clearing the water, but on level ground Kaa made up the distance.

Когда перед ними оказался горный поток, Багира выиграла несколько ярдов, так как перескочила через него, питон же поплыл, выставив из воды голову и фута два шеи. Зато на ровной местности он поравнялся с чёрной пантерой.

"By the Broken Lock that freed me," said Bagheera, when twilight had fallen, "thou art no slow goer!"

- Клянусь сломанным замком, освободившим меня, - сказала Багира, когда на землю спустился полумрак, - ты двигаешься быстро.

"I am hungry," said Kaa. "Besides, they called me speckled frog."

- Я голоден, - ответил Каа. - Кроме того, они назвали меня пятнистой лягушкой.

"Worm-earth-worm, and yellow to boot."

- Червём, дождевым червём, да ещё жёлтым.

"All one.

- Это одно и то же.

Let us go on," and Kaa seemed to pour himself along the ground, finding the shortest road with his steady eyes, and keeping to it.

Вперёд! - И Каа, казалось, струился по земле; своими неподвижными глазами он отыскивал кратчайший путь и направлялся по нему.

In the Cold Lairs the Monkey-People were not thinking of Mowgli's friends at all.

А в Холодных Логовищах обезьяны совсем не думали о друзьях Маугли.

They had brought the boy to the Lost City, and were very much pleased with themselves for the time.

Они принесли мальчика в затерянный город и временно были очень довольны собой.

Mowgli had never seen an Indian city before, and though this was almost a heap of ruins it seemed very wonderful and splendid.

Маугли никогда ещё не видывал индусских городов и, хотя перед ним громоздились развалины, Холодные Логовища показались ему изумительными и великолепными.

Some king had built it long ago on a little hill.

Когда-то, очень давно, король построил город на холме.

You could still trace the stone causeways that led up to the ruined gates where the last splinters of wood hung to the worn, rusted hinges.

Можно было видеть остатки каменных дорог, которые вели к разрушенным воротам, где последние обломки дощатых створок ещё висели на изношенных, заржавленных петлях.

Trees had grown into and out of the walls; the battlements were tumbled down and decayed, and wild creepers hung out of the windows of the towers on the walls in bushy hanging clumps.

В стены корнями вросли деревья; укрепления расшатались и обвалились; из окон стенных башен косматыми прядями свешивались густые лианы.

A great roofless palace crowned the hill, and the marble of the courtyards and the fountains was split, and stained with red and green, and the very cobblestones in the courtyard where the king's elephants used to live had been thrust up and apart by grasses and young trees.

Холм увенчивал большой, лишённый крыши дворец; мрамор, выстилавший его дворы и фонтаны треснул, покрылся красными и зелёными пятнами; даже гранитные плиты, устилавшие тот двор, где прежде жили королевские слоны, раздвинулись и приподнялись, благодаря пробившейся между ними траве и там и сям выросшим молодым деревьям.

From the palace you could see the rows and rows of roofless houses that made up the city looking like empty honeycombs filled with blackness; the shapeless block of stone that had been an idol in the square where four roads met; the pits and dimples at street corners where the public wells once stood, and the shattered domes of temples with wild figs sprouting on their sides.

Из дворца можно было видеть ряды домов без крыш, которые придавали городу вид опустошённых сотов, полных чёрных теней; бесформенную каменную глыбу - остатки идола, на той площади, где пересекались четыре дороги; углубления и ямы на углах улиц, там, где прежде помещались общественные колодцы и разрушившиеся купола храмов с дикими фиговыми деревьями, зеленеющими по их краям.

The monkeys called the place their city, and pretended to despise the Jungle-People because they lived in the forest.

Обезьяны называли это место своим городом и выказывали притворное презрение к населению джунглей за то, что оно жило в лесу.

And yet they never knew what the buildings were made for nor how to use them.

А между тем они не знали назначения строений и не умели пользоваться ими.

They would sit in circles on the hall of the king's council chamber, and scratch for fleas and pretend to be men; or they would run in and out of the roofless houses and collect pieces of plaster and old bricks in a corner, and forget where they had hidden them, and fight and cry in scuffling crowds, and then break off to play up and down the terraces of the king's garden, where they would shake the rose trees and the oranges in sport to see the fruit and flowers fall.

Обезьяны часто садились кружками в зале совета короля, чесались, отыскивая блох, и притворялись людьми. Иногда же то вбегали в дома без крыш, то выбегали из них, складывали куда-нибудь в угол куски штукатурки и старые кирпичи, тотчас же забывали, куда спрятали их, дрались и кричали во время схваток, внезапно затевали игры, носясь вверх и вниз по террасам королевского сада, раскачивали там кусты роз и апельсиновые деревья, забавляясь тем, как с них падают цветы и плоды.

They explored all the passages and dark tunnels in the palace and the hundreds of little dark rooms, but they never remembered what they had seen and what they had not; and so drifted about in ones and twos or crowds telling each other that they were doing as men did.

Они исследовали все проходы, все тёмные коридоры дворца, многие сотни его маленьких затенённых комнат, но не помнили, что видели, чего нет. Так по двое и поодиночке или толпами обезьяны шатались, постоянно уверяя друг друга, что они держатся совершенно как люди.

They drank at the tanks and made the water all muddy, and then they fought over it, and then they would all rush together in mobs and shout:

Они пили в водоёмах, мутили воду и дрались из-за этого, но сейчас же все неслись куда-нибудь толпой, крича:

"There is no one in the jungle so wise and good and clever and strong and gentle as the Bandar-log."

"В джунглях нет никого такого умного, ловкого, сильного и благородного, как Бандар-лог!"

Then all would begin again till they grew tired of the city and went back to the tree-tops, hoping the Jungle-People would notice them.

И все начиналось сызнова, пока им не надоедал город, и они возвращались на вершины деревьев в надежде, что население джунглей заметит их.

Mowgli, who had been trained under the Law of the Jungle, did not like or understand this kind of life.

Воспитанному в правилах Закона Джунглей Маугли этот образ жизни не нравился, и он не понимал его.

The monkeys dragged him into the Cold Lairs late in the afternoon, and instead of going to sleep, as Mowgli would have done after a long journey, they joined hands and danced about and sang their foolish songs.

Обезьяны притащили его в Холодные Логовища к вечеру, но не легли спать, как сделал бы мальчик после долгого пути; напротив, взяв друг друга за руки, они принялись танцевать и петь свои нелепые песни.

One of the monkeys made a speech and told his companions that Mowgli's capture marked a new thing in the history of the Bandar-log, for Mowgli was going to show them how to weave sticks and canes together as a protection against rain and cold.

Одна из обезьян произнесла речь, сказав своим товарищам, что со дня плена Маугли начнётся новая история Бандар-лога, так как человеческий детёныш научит их свивать между собой ветки и тростники для защиты от дождя и холода.

Mowgli picked up some creepers and began to work them in and out, and the monkeys tried to imitate; but in a very few minutes they lost interest and began to pull their friends' tails or jump up and down on all fours, coughing.

Маугли собрал несколько лиан и принялся продевать их одну через другую, обезьяны попробовали подражать ему, но через несколько минут им это надоело; они принялись дёргать своих друзей за хвосты, или, кашляя, прыгать вверх и вниз.

"I wish to eat," said Mowgli. "I am a stranger in this part of the jungle.

- Я голоден, - сказал Маугли, - и не знаю этой части джунглей.

Bring me food, or give me leave to hunt here."

Покормите меня или позвольте отправиться на охоту.

Twenty or thirty monkeys bounded away to bring him nuts and wild pawpaws. But they fell to fighting on the road, and it was too much trouble to go back with what was left of the fruit.

Обезьян двадцать-тридцать кинулось в разные стороны, чтобы принести ему орехов или дикого имбиря, но по дороге затеяли драку, и скоро решили, что возвращаться с остатками плодов не стоит.

Mowgli was sore and angry as well as hungry, and he roamed through the empty city giving the Strangers' Hunting Call from time to time, but no one answered him, and Mowgli felt that he had reached a very bad place indeed.

Маугли не только был голоден, он ещё сердился и чувствовал огорчение. Наконец, мальчик пошёл бродить по опустевшему городу, время от времени громко выкрикивая Охотничий Зов Пришельцев.

"All that Baloo has said about the Bandar-log is true," he thought to himself.

Никто ему не ответил, и он понял, что попал в очень опасное место.

"They have no Law, no Hunting Call, and no leaders-nothing but foolish words and little picking thievish hands.

"Все, что говорил Балу о Бандар-логе, - правда, -подумал Маугли. - У них нет ни закона, ни охотничьего призыва, ни вожаков, нет ничего, кроме глупых слов и маленьких, щиплющих, воровских рук.

So if I am starved or killed here, it will be all my own fault.

Если я умру здесь с голоду и буду убит, это случится по моей вине.

But I must try to return to my own jungle.

Однако мне следует постараться вернуться в мои родные джунгли.

Baloo will surely beat me, but that is better than chasing silly rose leaves with the Bandar-log."

Конечно, Балу прибьёт меня, но это лучше глупой ловли розовых лепестков среди Бандар-лога".

No sooner had he walked to the city wall than the monkeys pulled him back, telling him that he did not know how happy he was, and pinching him to make him grateful.

Едва Маугли дошёл до городской стены, как обезьяны потащили его обратно, твердя ему, что он не знает, какое счастье выпало на его долю. И они щипали его, чтобы он выказал им благодарность.

He set his teeth and said nothing, but went with the shouting monkeys to a terrace above the red sandstone reservoirs that were half-full of rain water.

Маугли крепко сжал губы и, ничего не говоря, шёл вместе с кричащими обезьянами на террасу, которая была выше наполовину наполненных дождевой водой резервуаров из красного песчаника.

There was a ruined summer-house of white marble in the center of the terrace, built for queens dead a hundred years ago.

Посередине террасы стояла белая мраморная беседка, выстроенная для принцесс, умерших за сто лет перед тем.

The domed roof had half fallen in and blocked up the underground passage from the palace by which the queens used to enter. But the walls were made of screens of marble tracery-beautiful milk-white fretwork, set with agates and cornelians and jasper and lapis lazuli, and as the moon came up behind the hill it shone through the open work, casting shadows on the ground like black velvet embroidery.

Половина куполообразной крыши красного строения обвалилась внутрь его и засыпала подземный коридор, по которому принцессы, бывало, проходили из дворца в беседку; стены её были сделаны из мраморных плит, прелестных молочно-белых резных панелей, в которые были вкраплены куски агата, корналина, яшмы и ляпис-лазури; когда из-за холма вставала луна, её лучи светили сквозь кружевную резьбу, и на землю ложились тени, похожие на чёрную бархатную вышивку.

Sore, sleepy, and hungry as he was, Mowgli could not help laughing when the Bandar-log began, twenty at a time, to tell him how great and wise and strong and gentle they were, and how foolish he was to wish to leave them.

Как ни был огорчён и голоден Маугли, как ни было ему грустно, он невольно засмеялся, когда сразу двадцать обезьян принялось рассказывать ему, до чего они мудры, сильны и кротки, и как безумен он, желая расстаться с ними.

"We are great.

"Мы велики.

We are free.

Мы свободны.

We are wonderful.

Мы изумительны.

We are the most wonderful people in all the jungle! We all say so, and so it must be true," they shouted. "Now as you are a new listener and can carry our words back to the Jungle-People so that they may notice us in future, we will tell you all about our most excellent selves."

Мы самое изумительное племя во всех джунглях, - кричали они. - Ты впервые слышишь о нас и можешь передать наши слова населению джунглей, чтобы оно в будущем замечало нас, а потому мы сообщим тебе все о таких удивительных и превосходных существах, как мы".

Mowgli made no objection, and the monkeys gathered by hundreds and hundreds on the terrace to listen to their own speakers singing the praises of the Bandar-log, and whenever a speaker stopped for want of breath they would all shout together:

Маугли не возражал; сотни обезьян собрались на террасе, чтобы слушать своих же товарок, воспевавших хвалы Бандар-логу; когда ораторша умолкала, желая перевести дыхание, все остальные обезьяны кричали:

"This is true; we all say so."

"Это правда; мы все говорили то же самое".

Mowgli nodded and blinked, and said

Маугли утвердительно кивал головой, мигал и говорил:

"Yes" when they asked him a question, and his head spun with the noise.

"Да", - в ответ на их вопросы, чувствуя головокружение от шума.

"Tabaqui the Jackal must have bitten all these people," he said to himself, "and now they have madness.

"Вероятно, шакал Табаки перекусал их всех, -думал он, - и теперь они все сошли с ума.

Certainly this is dewanee, the madness.

Конечно, "дивани", безумие овладело ими.

Do they never go to sleep?

Разве они никогда не спят?

Now there is a cloud coming to cover that moon.

Вот подходит облако; оно закроет луну.

If it were only a big enough cloud I might try to run away in the darkness.

Если бы эта тучка оказалась достаточно велика, я мог бы попытаться убежать в темноте.

But I am tired."

Но я так устал".

That same cloud was being watched by two good friends in the ruined ditch below the city wall, for Bagheera and Kaa, knowing well how dangerous the Monkey-People were in large numbers, did not wish to run any risks.

За тем же облаком наблюдали два друга мальчика, скрываясь во рве под городской стеной; Багира и Каа хорошо знали, как опасен Обезьяний Народ, когда он нападает большой толпой, и не хотели подвергать себя риску.

The monkeys never fight unless they are a hundred to one, and few in the jungle care for those odds.

Бандар-лог вступает в драку только в том случае, если на одного врага приходится по сотне обезьян, и немногие из жителей джунглей решаются на такую борьбу.

"I will go to the west wall," Kaa whispered, "and come down swiftly with the slope of the ground in my favor.

- Я отправлюсь к западной стене, - прошипел Каа, - и быстро спущусь; покатая местность поможет мне.

They will not throw themselves upon my back in their hundreds, but-"

Обезьяны не кинутся сотнями на "мою" спину, но...

"I know it," said Bagheera. "Would that Baloo were here, but we must do what we can.

- Я знаю, - сказала Багира. - Жаль, что здесь Балу нет; но сделаем все возможное.

When that cloud covers the moon I shall go to the terrace.

Когда облако закроет луну, я поднимусь на террасу.

They hold some sort of council there over the boy."

По-видимому, они о чем-то советуются по поводу мальчика.

"Good hunting," said Kaa grimly, and glided away to the west wall.

- Удачной охоты, - мрачно сказал Каа и скользнул к западной стене.

That happened to be the least ruined of any, and the big snake was delayed awhile before he could find a way up the stones.

Оказалось, что в этом месте вал был повреждён меньше, чем где бы то ни было, и большая змея нашла возможность подняться на камни.

The cloud hid the moon, and as Mowgli wondered what would come next he heard Bagheera's light feet on the terrace.

Облако закрыло луну, Маугли спросил себя: "Что делать?", и в то же время мгновенно услышал звук лёгких шагов Багиры.

The Black Panther had raced up the slope almost without a sound and was striking-he knew better than to waste time in biting-right and left among the monkeys, who were seated round Mowgli in circles fifty and sixty deep.

Чёрная пантера быстро, почти бесшумно поднялась по откосу и теперь била обезьян, сидевших вокруг Маугли кольцом в пятьдесят-шестьдесят рядов; Багира знала, что лучше бить обезьян лапами, чем тратить время кусая их.

There was a howl of fright and rage, and then as Bagheera tripped on the rolling kicking bodies beneath him, a monkey shouted:

Послышался вопль ужаса и бешенства, и когда Багира двинулась, шагая по валявшимся, вздрагивающим телам, одна обезьяна закричала:

"There is only one here!

"Здесь только она!

Kill him!

Смерть ей!

Kill."

Смерть!"

A scuffling mass of monkeys, biting, scratching, tearing, and pulling, closed over Bagheera, while five or six laid hold of Mowgli, dragged him up the wall of the summerhouse and pushed him through the hole of the broken dome.

Над пантерой сомкнулась масса обезьян, они кусали её, царапали, рвали её кожу, дёргали и толкали; шестеро обезьян схватили Маугли, подняли его на стену беседки и толкнули вниз сквозь пролом в куполе.

A man-trained boy would have been badly bruised, for the fall was a good fifteen feet, but Mowgli fell as Baloo had taught him to fall, and landed on his feet.

Мальчик, воспитанный людьми, жестоко разбился бы; беседка имела добрых пятнадцать футов высоты, но Маугли упал так, как его учил Балу, и опустился на ноги.

"Stay there," shouted the monkeys, "till we have killed thy friends, and later we will play with thee-if the Poison-People leave thee alive."

- Оставайся здесь, - закричали ему обезьяны, -подожди; мы убьём твоих друзей и придём играть с тобой, если Ядовитый Народ оставит тебя в живых.

"We be of one blood, ye and I," said Mowgli, quickly giving the Snake's Call.

- Мы одной крови, вы и я, - быстро произнёс Маугли, закончив эту фразу призывом для змей.

He could hear rustling and hissing in the rubbish all round him and gave the Call a second time, to make sure.

Около себя в мусоре он слышал шорох, шипение и для полной безопасности повторил Змеиные Великие Слова.

"Even ssso!

- Хорош-ш-шо!

Down hoods all!" said half a dozen low voices (every ruin in India becomes sooner or later a dwelling place of snakes, and the old summerhouse was alive with cobras). "Stand still, Little Brother, for thy feet may do us harm."

Опустите капюшоны, - прозвучало с полдюжины тихих голосов (рано или поздно каждая развалина в Индии делается приютом змей, и старая беседка кишела кобрами). - Не двигайся, Маленький Брат, твои ноги могут повредить нам.

Mowgli stood as quietly as he could, peering through the open work and listening to the furious din of the fight round the Black Panther-the yells and chatterings and scufflings, and Bagheera's deep, hoarse cough as he backed and bucked and twisted and plunged under the heaps of his enemies.

Маугли стоял по возможности спокойно, глядя через резной мрамор и прислушиваясь к дикому гулу борьбы вокруг чёрной пантеры. Слышался вой, цоканье, шарканье ног, глубокий хриплый, похожий на кашель, крик Багиры, которая отступала, выгибала спину, поворачивалась и ныряла под стаю своих врагов.

For the first time since he was born, Bagheera was fighting for his life.

В первый раз за всю свою жизнь Багира защищалась от смерти.

"Baloo must be at hand; Bagheera would not have come alone," Mowgli thought. And then he called aloud:

"Вероятно, Балу близко; Багира не пришла бы одна", - подумал Маугли и громко закричал:

"To the tank, Bagheera.

- К водоёму, Багира!

Roll to the water tanks.

Скатись к водоёму.

Roll and plunge!

Скатись и нырни!

Get to the water!"

В воду!

Bagheera heard, and the cry that told him Mowgli was safe gave him new courage.

Багира услышала; и восклицание, показавшее пантере, что Маугли в безопасности, придало ей нового мужества.

He worked his way desperately, inch by inch, straight for the reservoirs, halting in silence.

Она отчаянно, дюйм за дюймом, пробивалась к резервуарам, молча нанося удары.

Then from the ruined wall nearest the jungle rose up the rumbling war-shout of Baloo.

Вот со стороны ближайшей к зарослям разрушенной стены донёсся раскатистый боевой клич Балу.

The old Bear had done his best, but he could not come before.

Старый медведь торопился изо всех сил, но раньше не мог подоспеть.

"Bagheera," he shouted, "I am here.

- Багира, - кричал он, - я здесь!

I climb!

Я лезу!

I haste!

Я тороплюсь!

Ahuwora!

Эхвора!

The stones slip under my feet!

Камни выкатываются из-под моих ступнёй.

Wait my coming, O most infamous Bandar-log!"

Погоди ты, о бесчестный Бандар-лог!

He panted up the terrace only to disappear to the head in a wave of monkeys, but he threw himself squarely on his haunches, and, spreading out his forepaws, hugged as many as he could hold, and then began to hit with a regular bat-bat-bat, like the flipping strokes of a paddle wheel.

Бурый медведь, задыхаясь, поднялся на террасу и тотчас же исчез под хлынувшей на него волной обезьян, но резко осел на задние ноги и, вытянув передние лапы, прижал к себе столько своих врагов, сколько мог захватить, потом принялся колотить их; стук, стук, стук, слышалось что-то вроде мерного звука мельничного колёса.

A crash and a splash told Mowgli that Bagheera had fought his way to the tank where the monkeys could not follow.

Хруст ветвей и всплеск воды дали понять Маугли, что Багира пробилась к водоёму, в который обезьяны не могли броситься за ней.

The Panther lay gasping for breath, his head just out of the water, while the monkeys stood three deep on the red steps, dancing up and down with rage, ready to spring upon him from all sides if he came out to help Baloo.

Пантера лежала в бассейне, хватая ртом воздух, выставив из воды одну голову; обезьяны же толпились на красных ступенях, от злости прыгая по ним взад и вперёд и готовясь броситься на пантеру, едва она выйдет из бассейна, чтобы бежать помогать Балу.

It was then that Bagheera lifted up his dripping chin, and in despair gave the Snake's Call for protection-"We be of one blood, ye and I"-for he believed that Kaa had turned tail at the last minute.

Вот тогда-то Багира и подняла свой подбородок, с которого капала вода, и в отчаянии произнесла Змеиный Призыв: - Мы одной крови, ты и я. Ей представилось, будто в последнюю минуту Каа повернул обратно.

Even Baloo, half smothered under the monkeys on the edge of the terrace, could not help chuckling as he heard the Black Panther asking for help.

Хотя Балу задыхался под грудой обезьян на краю террасы, он невольно усмехнулся, услышав, что чёрная пантера просит помощи.

Kaa had only just worked his way over the west wall, landing with a wrench that dislodged a coping stone into the ditch.

Каа только что перебрался через западную стену, изогнув своё тело с такой силой, что замковый камень скатился в ров.

He had no intention of losing any advantage of the ground, and coiled and uncoiled himself once or twice, to be sure that every foot of his long body was in working order.

Питон не желал потерять выгоду своего положения и раза два свился в кольца и распрямился, с целью удостовериться, что каждый фут его длинного тела в полном порядке.

All that while the fight with Baloo went on, and the monkeys yelled in the tank round Bagheera, and Mang the Bat, flying to and fro, carried the news of the great battle over the jungle, till even Hathi the Wild Elephant trumpeted, and, far away, scattered bands of the Monkey-Folk woke and came leaping along the tree-roads to help their comrades in the Cold Lairs, and the noise of the fight roused all the day birds for miles round.

Бой с Балу продолжался, и обезьяны выли кругом Багиры, а Манг, нетопырь, летая взад и вперёд, рассказывал о великой борьбе всем джунглям, так что даже Хати, дикий слон, затрубил в свой хобот, и отдалённые стаи Обезьяньего Народа помчались по древесным дорогам на помощь своим товарищам в Холодных Логовищах. Шум сражения разбудил также всех дневных птиц на много миль вокруг.

Then Kaa came straight, quickly, and anxious to kill.

Тогда Каа двинулся прямо, быстро, стремясь убивать.

The fighting strength of a python is in the driving blow of his head backed by all the strength and weight of his body.

Боевая мощь питона заключается в ударе его головы, которой двигает тяжесть его огромного тела.

If you can imagine a lance, or a battering ram, or a hammer weighing nearly half a ton driven by a cool, quiet mind living in the handle of it, you can roughly imagine what Kaa was like when he fought.

Если вы можете представить себе копьё или таран, или молоток, весящие около полутонны и направляемые хладнокровным спокойным умом, живущим в рукоятке одной из этих вещей, вы более или менее поймёте, во что превращался Каа во время боя.

A python four or five feet long can knock a man down if he hits him fairly in the chest, and Kaa was thirty feet long, as you know.

Питон, длиной в четыре или пять футов, сбивает с ног человека, ударив его прямо в грудь, а как вам известно, Каа имел тридцать футов длины.

His first stroke was delivered into the heart of the crowd round Baloo. It was sent home with shut mouth in silence, and there was no need of a second.

Первый удар он нанёс в самую середину толпы, окружавшей Балу; он сделал это молча, закрыв рот; повторения не понадобилось.

The monkeys scattered with cries of-"Kaa!

Обезьяны рассеялись, крича: - Каа!

It is Kaa!

Это Каа!

Run!

Бегите!

Run!"

Бегите!

Generations of monkeys had been scared into good behavior by the stories their elders told them of Kaa, the night thief, who could slip along the branches as quietly as moss grows, and steal away the strongest monkey that ever lived; of old Kaa, who could make himself look so like a dead branch or a rotten stump that the wisest were deceived, till the branch caught them.

Многие поколения юных обезьян смирялись и начинали вести себя хорошо, когда старшие пугали их рассказами о Каа, ночном воре, который мог проскользнуть между ветвями так же беззвучно, как растёт мох, и унести с собой самую сильную обезьяну в мире; о старом Каа, который умел делаться до того похожим на засохший сук или сгнивший кусок дерева, что даже самые мудрые обманывались, и тогда ветвь хватала их.

Kaa was everything that the monkeys feared in the jungle, for none of them knew the limits of his power, none of them could look him in the face, and none had ever come alive out of his hug.

Обезьяны боялись в джунглях только Каа, потому что ни одна из них не знала пределов его могущества; ни одна не выдерживала его взгляда; ни одна не вышла живой из его объятий.

And so they ran, stammering with terror, to the walls and the roofs of the houses, and Baloo drew a deep breath of relief.

Итак, теперь они, бормоча от ужаса, кинулись к стенам и к домам, и Балу вздохнул с облегчением.

His fur was much thicker than Bagheera's, but he had suffered sorely in the fight.

Его мех был гораздо гуще шерсти Багиры; тем не менее он жестоко пострадал во время схватки.

Then Kaa opened his mouth for the first time and spoke one long hissing word, and the far-away monkeys, hurrying to the defense of the Cold Lairs, stayed where they were, cowering, till the loaded branches bent and crackled under them.

Вот Каа в первый раз открыл свой рот; произнёс длинное, шипящее слово, и обезьяны, спешившие под защиту Холодных Логовищ, остановились; они, дрожа, прижались к ветвям, которые согнулись и затрещали под их тяжестью.

The monkeys on the walls and the empty houses stopped their cries, and in the stillness that fell upon the city Mowgli heard Bagheera shaking his wet sides as he came up from the tank.

Обезьяны на стенах и на пустых домах замолчали, и в тишине, спустившейся на город, Маугли услышал, как Багира отряхивалась, покинув водоём.

Then the clamor broke out again.

В эту минуту снова поднялся шум.

The monkeys leaped higher up the walls. They clung around the necks of the big stone idols and shrieked as they skipped along the battlements, while Mowgli, dancing in the summerhouse, put his eye to the screenwork and hooted owl-fashion between his front teeth, to show his derision and contempt.

Обезьяны стали взбираться выше на стены; многие прижались к шеям больших каменных идолов; многие с визгом побежали по укреплениям. Маугли же, прыгая в беседке, прижал один глаз к резьбе и, пропустив дыхание между передними зубами, ухнул по-совиному, желая показать Бандар-логу, что он презирает его и смеётся над ним.

"Get the man-cub out of that trap; I can do no more," Bagheera gasped.

- Вытащите человеческого детёныша из этой ловушки.

"Let us take the man-cub and go.

Я ничего больше не в силах сделать, - задыхаясь произнесла Багира. - Возьмём его и уйдём.

They may attack again."

Обезьяны могут возобновить нападение.

"They will not move till I order them.

- Они не двинутся, пока я не прикажу им.

Stay you sssso!" Kaa hissed, and the city was silent once more. "I could not come before, Brother, but I think I heard thee call"-this was to Bagheera.

Стойте так; тиш-ш-ше! - прошипел Каа, и город снова затих. - Я не мог взобраться раньше, но, кажется, ты меня звала? - это было сказано Багире.

"I-I may have cried out in the battle," Bagheera answered. "Baloo, art thou hurt?

-Я... я... может быть, закричала что-нибудь во время боя, - ответила Багира. - Ты ранен, Балу?

"I am not sure that they did not pull me into a hundred little bearlings," said Baloo, gravely shaking one leg after the other. "Wow!

- Я не уверен, что обезьяны не разорвали меня на части, сделав из моей шкуры сотню медвежат, -серьёзно сказал Балу, потрясая попеременно каждой лапой. - Вуф!

I am sore.

Мне больно.

Kaa, we owe thee, I think, our lives-Bagheera and I."

Каа, мы, Багира и я, обязаны тебе нашим спасением!

"No matter.

- Неважно.

Where is the manling?"

Где человечек?

"Here, in a trap. I cannot climb out," cried Mowgli.

- Здесь, в ловушке; я не могу вылезти! - закричал Маугли.

The curve of the broken dome was above his head.

Над его головой изгибалась часть сломанного купола.

"Take him away.

- Возьмите его отсюда.

He dances like Mao the Peacock. He will crush our young," said the cobras inside.

Он прыгает, как Мао, павлин, и может передавить всех наших детей, - прозвучали изнутри голоса кобр.

"Hah!" said Kaa with a chuckle, "he has friends everywhere, this manling.

- Хаххх, - усмехаясь, прошипел Каа: - у этого человечка повсюду друзья.

Stand back, manling. And hide you, O Poison People.

Отступи, человечек, а вы, Ядовитый Народ, спрячьтесь.

I break down the wall."

Я разобью стенку.

Kaa looked carefully till he found a discolored crack in the marble tracery showing a weak spot, made two or three light taps with his head to get the distance, and then lifting up six feet of his body clear of the ground, sent home half a dozen full-power smashing blows, nose-first.

Каа внимательно осмотрел стены беседки и нашёл в мраморе выцветшую трещину, которая говорила о слабом месте резьбы; раза два или три питон слегка стукнул головой, чтобы сообразить необходимое для удара расстояние; наконец, подняв над землёй шесть футов своего тела, изо всей силы нанёс около шести ударов носом.

The screen-work broke and fell away in a cloud of dust and rubbish, and Mowgli leaped through the opening and flung himself between Baloo and Bagheera-an arm around each big neck.

Резьба сломалась и упала среди облака пыли и осколков. Маугли выскочил через образовавшееся отверстие и остановился между Балу и Багирой, обняв могучие шеи своих друзей.

"Art thou hurt?" said Baloo, hugging him softly.

-Ты ранен? - спросил Балу, нежно лаская его.

"I am sore, hungry, and not a little bruised.

- Мне грустно, я голоден и сильно ушибся; но, мои друзья, они ужасно измучили вас; вы в крови!

But, oh, they have handled ye grievously, my Brothers! Ye bleed."

- В крови не одни мы, - ответила Багира, облизывая губы и окидывая взглядом мёртвых обезьян на террасе и около водоёма.

"Others also," said Bagheera, licking his lips and looking at the monkey-dead on the terrace and round the tank.

- Это ничего, все ничего, только бы ты был цел, о моя гордость, лучшая лягушечка в мире, -проворчал Балу.

"It is nothing, it is nothing, if thou art safe, oh, my pride of all little frogs!" whimpered Baloo. "Of that we shall judge later," said Bagheera, in a dry voice that Mowgli did not at all like.

- Об этом мы поговорим позже, - заметила Багира таким сухим тоном, который не понравился Маугли. - Но с нами Каа; мы обязаны ему победой, а ты - сохранением жизни.

"But here is Kaa to whom we owe the battle and thou owest thy life.

Поблагодари его согласно нашим обычаям, Маугли.

Thank him according to our customs, Mowgli." Mowgli turned and saw the great Python's head swaying a foot above his own.

Маугли повернулся и увидел, что большая голова питона покачивается на целый фут выше его собственной макушки.

"So this is the manling," said Kaa. "Very soft is his skin, and he is not unlike the Bandar-log.

- Так это человечек? - сказал Каа. - У него очень нежная кожа и нельзя сказать, чтобы он совсем не походил на обезьян.

Have a care, manling, that I do not mistake thee for a monkey some twilight when I have newly changed my coat."

Берегись, человечек! Смотри, чтобы после перемены кожи я в сумерки не принял тебя за кого-нибудь из Бандар-лога.

"We be one blood, thou and I," Mowgli answered. "I take my life from thee tonight.

- Мы одной крови, ты и я, - ответил Маугли. -Сегодня ты дал мне жизнь.

My kill shall be thy kill if ever thou art hungry, O Kaa."

Моя добыча всегда будет твоей, когда ты почувствуешь голод, о Каа.

"All thanks, Little Brother," said Kaa, though his eyes twinkled. "And what may so bold a hunter kill? I ask that I may follow when next he goes abroad."

- Благодарю тебя, Маленький Брат, - сказал питон, хотя в его глазах продолжал мерцать свет. - А что может убивать такой храбрый охотник? Спрашиваю это, чтобы идти за тобой, когда в следующий раз ты отправишься на ловлю.

"I kill nothing,-I am too little,-but I drive goats toward such as can use them.

- Я ничего не убиваю, так как ещё слишком мал; но я загоняю оленей для тех, кому они могут пригодиться.

When thou art empty come to me and see if I speak the truth.

Когда ты почувствуешь, что у тебя внутри пусто, явись ко мне и посмотри, говорю ли я правду.

I have some skill in these [he held out his hands], and if ever thou art in a trap, I may pay the debt which I owe to thee, to Bagheera, and to Baloo, here.

У меня есть некоторая ловкость в них, - он поднял свои руки, - и если ты когда-нибудь попадёшься в ловушку, я отплачу тебе добром за добро. С сегодняшнего вечера я в долгу перед тобой, перед Багирой и Балу.

Good hunting to ye all, my masters."

Удачной охоты всем вам, мои владыки.

"Well said," growled Baloo, for Mowgli had returned thanks very prettily.

- Хорошо сказано, - проворчал Балу, потому что мальчик, действительно, очень мило выразил свою благодарность.

The Python dropped his head lightly for a minute on Mowgli's shoulder.

На минуту голова питона легла на плечо Маугли.

"A brave heart and a courteous tongue," said he. "They shall carry thee far through the jungle, manling.

- Храброе сердце и вежливый язык, - сказал он. -Ты должен далеко пойти в джунглях, человечек.

But now go hence quickly with thy friends.

Теперь же поскорее уходи отсюда вместе со своими друзьями.

Go and sleep, for the moon sets, and what follows it is not well that thou shouldst see."

Уйди и засни; луна садится, и тебе нехорошо видеть то, что произойдёт здесь.

The moon was sinking behind the hills and the lines of trembling monkeys huddled together on the walls and battlements looked like ragged shaky fringes of things.

Луна опускалась за горы; ряды дрожащих, жавшихся друг к другу обезьян на стенах и укреплениях казались какими-то трепещущими разорванными косматыми лоскутами.

Baloo went down to the tank for a drink and Bagheera began to put his fur in order, as Kaa glided out into the center of the terrace and brought his jaws together with a ringing snap that drew all the monkeys' eyes upon him.

Балу спустился к бассейну, чтобы напиться; Багира принялась приводить в порядок свой мех, питон же Каа скользнул к центру террасы и закрыл свои челюсти с таким сухим стуком, что глаза всех обезьян обратились к нему.

"The moon sets," he said. "Is there yet light enough to see?"

- Луна заходит, - сказал он, - достаточно ли света, чтобы видеть?

From the walls came a moan like the wind in the tree-tops-"We see, O Kaa."

Со стен пронёсся стон, похожий на звук ветров в вершинах деревьев: - Мы видим, о Каа.

"Good.

- Хорошо.

Begins now the dance-the Dance of the Hunger of Kaa.

Теперь начинается танец, танец голода Каа.

Sit still and watch."

Сидите и смотрите.

He turned twice or thrice in a big circle, weaving his head from right to left. Then he began making loops and figures of eight with his body, and soft, oozy triangles that melted into squares and five-sided figures, and coiled mounds, never resting, never hurrying, and never stopping his low humming song.

Раза два или три он прополз, делая большие круги и покачивая головой то вправо, то влево; потом стал свивать своё мягкое тело в петли, восьмёрки, тупые треугольники, которые превращались в квадраты и пятиугольники; свёртывался в виде холмика, и все время двигался без отдыха, без торопливости. В то же время слышалась его тихая, непрерывная жужжащая песнь.

It grew darker and darker, till at last the dragging, shifting coils disappeared, but they could hear the rustle of the scales.

Воздух темнел; наконец, мрак скрыл скользящие изменчивые кольца змеи; слышался только шелест её чешуи.

Baloo and Bagheera stood still as stone, growling in their throats, their neck hair bristling, and Mowgli watched and wondered.

Балу и Багира стояли, как каменные, с лёгким ворчанием, ощетинившись, а Маугли смотрел на все и удивлялся.

"Bandar-log," said the voice of Kaa at last, "can ye stir foot or hand without my order?

- Бандар-логи, - наконец прозвучал голос Каа, -может ли кто-нибудь из вас без моего приказания пошевелить рукой или ногой?

Speak!"

Отвечайте.

"Without thy order we cannot stir foot or hand, O Kaa!"

- Без твоего приказания мы не можем шевельнуть ни ногой, ни рукой, о Каа.

"Good!

- Хорошо.

Come all one pace nearer to me."

Сделайте один шаг ко мне.

The lines of the monkeys swayed forward helplessly, and Baloo and Bagheera took one stiff step forward with them.

Ряды обезьян беспомощно колыхнулись вперёд; вместе с ними, как деревянные, шагнули Балу и Багира.

"Nearer!" hissed Kaa, and they all moved again.

- Ближе, - прошипел Каа. И все снова подвинулись.

Mowgli laid his hands on Baloo and Bagheera to get them away, and the two great beasts started as though they had been waked from a dream.

Маугли положил свои руки на Балу и на Багиру, чтобы увести их, и два больших зверя вздрогнули, точно внезапно разбуженные ото сна.

"Keep thy hand on my shoulder," Bagheera whispered. "Keep it there, or I must go back-must go back to Kaa.

- Не снимай руки с моего плеча, - прошептала Багира. - Держи меня, не то я вернусь к Каа.

Aah!"

Ах!

"It is only old Kaa making circles on the dust," said Mowgli. "Let us go."

- Да ведь старый Каа просто делает круги на пыльной земле, - сказал Маугли. - Уйдём!

And the three slipped off through a gap in the walls to the jungle.

Все трое проскользнули через пролом в стене и очутились в джунглях.

"Whoof!" said Baloo, when he stood under the still trees again. "Never more will I make an ally of Kaa," and he shook himself all over.

- Вуф, - произнёс Балу, когда он снова остановился под неподвижными деревьями. -Никогда больше я не возьму Каа в союзники, - и он встряхнулся.

"He knows more than we," said Bagheera, trembling. "In a little time, had I stayed, I should have walked down his throat."

- Он знает больше нас, - с дрожью проговорила Багира. - Ещё немножко, и я кинулась бы к нему в пасть.

"Many will walk by that road before the moon rises again," said Baloo. "He will have good hunting-after his own fashion."

- Многие пройдут по этой дороге, раньше нового восхода луны, - заметил Балу. - Он хорошо поохотится сегодня... по-своему...

"But what was the meaning of it all?" said Mowgli, who did not know anything of a python's powers of fascination. "I saw no more than a big snake making foolish circles till the dark came.

- Но что же все это значит? - спросил Маугли, не знавший о притягательной силе взгляда питона, -пока не стемнело, я видел только большую змею, которая делала какие-то глупые фигуры и круги.

And his nose was all sore.

И у Каа весь нос разбит!

Ho!

Хо!

Ho!"

Хо!

"Mowgli," said Bagheera angrily, "his nose was sore on thy account, as my ears and sides and paws, and Baloo's neck and shoulders are bitten on thy account.

- Маугли, - сердито остановила мальчика Багира, -его нос разбит по твоей милости, так же как мои уши, бока и лапы, шея и плечи Балу искусаны из-за тебя же.

Neither Baloo nor Bagheera will be able to hunt with pleasure for many days."

Много дней ни Балу, ни Багира не будут в состоянии и с удовольствием охотиться.

"It is nothing," said Baloo; "we have the man-cub again."

- Не беда, - сказал Балу, - с нами опять человеческий детёныш!

"True, but he has cost us heavily in time which might have been spent in good hunting, in wounds, in hair-I am half plucked along my back-and last of all, in honor.

- Это правда, но вместо того, чтобы поохотиться, мы дорого заплатили за него - ранами, шерстью (у меня выщипана половина меха на спине) и, наконец, честью.

For, remember, Mowgli, I, who am the Black Panther, was forced to call upon Kaa for protection, and Baloo and I were both made stupid as little birds by the Hunger Dance.

Помни, Маугли, я - чёрная пантера, была принуждена просить защиты у Каа, и мы с Балу стали глупы, как маленькие птички, при виде этой пляски голода.

All this, man-cub, came of thy playing with the Bandar-log."

Вот, человеческий детёныш, что произошло из-за твоих игр с Бандар-логом.

"True, it is true," said Mowgli sorrowfully. "I am an evil man-cub, and my stomach is sad in me."

- Правда, все это правда, - печально проговорил Маугли. - Я дрянной человеческий детёныш и теперь чувствую, как во мне тоскует желудок.

"Mf!

-Мф!

What says the Law of the Jungle, Baloo?"

Что говорит Закон Джунглей, Балу?

Baloo did not wish to bring Mowgli into any more trouble, but he could not tamper with the Law, so he mumbled:

Балу не хотелось навлекать на Маугли новых неприятностей, но шутить с Законом он не желал, а потому тихо проворчал:

"Sorrow never stays punishment.

- Печаль не избавляет от наказания.

But remember, Bagheera, he is very little."

Только помни, Багира, он очень маленький.

"I will remember. But he has done mischief, and blows must be dealt now.

- Я не забуду этого, но он был причиной беды и его нужно побить.

Mowgli, hast thou anything to say?"

Маугли, ты можешь что-нибудь сказать?

"Nothing. I did wrong.

- Ничего, я виноват.

Baloo and thou are wounded.

Балу и ты ранены.

It is just."

Справедливо наказать меня.

Bagheera gave him half a dozen love-taps from a panther's point of view (they would hardly have waked one of his own cubs), but for a seven-year-old boy they amounted to as severe a beating as you could wish to avoid.

Багира раз шесть любовно ударила его, с точки зрения пантеры очень легко; эти толчки вряд ли разбудили бы её детёныша, но для семилетнего мальчика они были жестокими побоями и в годы Маугли каждый мог бы пожелать избежать их.

When it was all over Mowgli sneezed, and picked himself up without a word.

Когда все было окончено, мальчик чихнул, и, не говоря ни слова, поднялся на ноги.

"Now," said Bagheera, "jump on my back, Little Brother, and we will go home."

- Теперь, - сказала Багира, - прыгай ко мне на спину, Маленький Брат, мы отправимся домой.

One of the beauties of Jungle Law is that punishment settles all scores. There is no nagging afterward.

Одна из прелестей Закона Джунглей состоит в том, что наказание уничтожает старые счёты; все оканчивается, и никто не хмурится.

Mowgli laid his head down on Bagheera's back and slept so deeply that he never waked when he was put down in the home-cave.

Маугли положил голову на спину Багиры и заснул так глубоко, что не проснулся даже, когда она опустила его в пещере подле Волчицы Матери.

"Tiger! Tiger!"

ТИГР! ТИГР!

Now we must go back to the first tale.

Теперь мы должны вернуться к первому рассказу.

When Mowgli left the wolfs cave after the fight with the Pack at the Council Rock, he went down to the plowed lands where the villagers lived, but he would not stop there because it was too near to the jungle, and he knew that he had made at least one bad enemy at the Council.

Когда после боя со стаей около Скалы Совета Маугли вышел из волчьей пещеры, он направился к ближайшим обработанным полям, подле которых жили земледельцы, однако не захотел остаться там, его джунгли подходили слишком близко к этому посёлку, а он знал, что теперь в зарослях у него был, по крайней мере, один злостный враг, участник Совета.

So he hurried on, keeping to the rough road that ran down the valley, and followed it at a steady jog-trot for nearly twenty miles, till he came to a country that he did not know.

Итак, мальчик пошёл дальше, держась дороги, грубо проделанной вдоль долины, и миль двадцать бежал по ней ровной рысью; наконец, увидел незнакомую местность.

The valley opened out into a great plain dotted over with rocks and cut up by ravines.

Долина выходила на широкую низменность, усеянную камнями и прорезанную рвами.

At one end stood a little village, and at the other the thick jungle came down in a sweep to the grazing-grounds, and stopped there as though it had been cut off with a hoe.

В одном её конце помещалось маленькое селение, к другому отлого спускались густые заросли и останавливались, как бы отсечённые топором.

All over the plain, cattle and buffaloes were grazing, and when the little boys in charge of the herds saw Mowgli they shouted and ran away, and the yellow pariah dogs that hang about every Indian village barked.

По всей долине паслись коровы с телятами и быками и буйволы с буйволицами. Увидав Маугли, пастушки закричали и разбежались, а жёлтые собаки парии, всегда бродящие вокруг каждого поселения в Индии, залаяли.

Mowgli walked on, for he was feeling hungry, and when he came to the village gate he saw the big thorn-bush that was drawn up before the gate at twilight, pushed to one side.

Подойдя к деревенским воротам, Маугли заметил, что большая колючая плетёнка, которой в сумерки загораживали дорогу, теперь была отодвинута.

"Umph!" he said, for he had come across more than one such barricade in his night rambles after things to eat. "So men are afraid of the People of the Jungle here also."

-Уф!- сказал он. Отыскивая по ночам пищу, мальчик, бывало, нередко перебирался через подобные баррикады. - Итак, люди и здесь боятся населения джунглей?

He sat down by the gate, and when a man came out he stood up, opened his mouth, and pointed down it to show that he wanted food.

Он сел подле ворот, и когда какой-то человек вышел на дорогу, поднялся, открыл свой рот и пальцем показал в него, стараясь объяснить, что ему хочется есть.

The man stared, and ran back up the one street of the village shouting for the priest, who was a big, fat man dressed in white, with a red and yellow mark on his forehead.

Встретивший Маугли индус посмотрел на него и побежал обратно по улице деревни, призывая жреца, большого толстого человека в белой одежде с красным и жёлтым знаком на лбу.

The priest came to the gate, and with him at least a hundred people, who stared and talked and shouted and pointed at Mowgli.

Жрец подошёл к воротам; с ним явилось ещё, по крайней мере, сто человек. Все смотрели на Маугли, говорили, кричали и указывали на него пальцами.

"They have no manners, these Men Folk," said Mowgli to himself. "Only the gray ape would behave as they do."

"У этих людей нет порядочных манер, - подумал Маугли, - так могли бы держаться только серые обезьяны".

So he threw back his long hair and frowned at the crowd.

Мальчик откинул от лица свои длинные волосы и, глядя на толпу, нахмурил брови.

"What is there to be afraid of?" said the priest. "Look at the marks on his arms and legs.

- Чего же бояться? - сказал жрец. - Посмотрите на рубцы на его руках и ногах.

They are the bites of wolves.

Это следы волчьих зубов.

He is but a wolf-child run away from the jungle."

Он просто приёмыш волков, убежавший из джунглей.

Of course, in playing together, the cubs had often nipped Mowgli harder than they intended, and there were white scars all over his arms and legs.

Понятно, во время совместных игр волчата часто покусывали Маугли сильнее, чем намеревались, и на его руках и ногах белело множество шрамов.

But he would have been the last person in the world to call these bites, for he knew what real biting meant.

Однако он ни за что не назвал бы их следами укусов; он знал, как по-настоящему кусаются волки.

"Arre! Arre!" said two or three women together. "To be bitten by wolves, poor child!

- Арре, арре, - сказало несколько женщин. -Бедный ребёнок, искусанный волками!

He is a handsome boy.

Какой красивый мальчик.

He has eyes like red fire.

Его глаза точно красное пламя.

By my honor, Messua, he is not unlike thy boy that was taken by the tiger."

Право, Мессуа, он походит на твоего сына, унесённого тигром.

"Let me look," said a woman with heavy copper rings on her wrists and ankles, and she peered at Mowgli under the palm of her hand. "Indeed he is not.

- Дай-ка посмотреть, - сказала женщина с тяжёлыми медными кольцами на руках и щиколотках и, прикрыв ладонью глаза, вгляделась в Маугли. - Нет, не он.

He is thinner, but he has the very look of my boy."

Этот гораздо худощавее, но у него выражение лица моего мальчика.

The priest was a clever man, and he knew that Messua was wife to the richest villager in the place. So he looked up at the sky for a minute and said solemnly:

Жрец был очень умен; он знал, что Мессуа - жена самого богатого человека в этой деревне, а потому с минуту смотрел на небо и, наконец, торжественно произнёс:

"What the jungle has taken the jungle has restored.

- Что джунгли взяли, они и отдали.

Take the boy into thy house, my sister, and forget not to honor the priest who sees so far into the lives of men."

Отведи мальчика к себе в дом, сестра моя, и не забудь почтить жреца, который читает в жизнях людей.

"By the Bull that bought me," said Mowgli to himself, "but all this talking is like another looking-over by the Pack!

"Клянусь купившим меня быком, - мысленно сказал Маугли, - все эти разговоры похожи на новый осмотр волчьей стаи.

Well, if I am a man, a man I must become."

Ну, если я человек, я должен сделаться человеком".

The crowd parted as the woman beckoned Mowgli to her hut, where there was a red lacquered bedstead, a great earthen grain chest with funny raised patterns on it, half a dozen copper cooking pots, an image of a Hindu god in a little alcove, and on the wall a real looking glass, such as they sell at the country fairs.

Женщина знаком позвала Маугли к себе в дом; толпа разошлась. Внутри хижины были красная лакированная кровать, большой глиняный ящик для зёрна со странным выпуклым рисунком, с полдюжины медных кастрюль; в маленьком алькове стояло изображение индусского божества, а на стене висело настоящее зеркало, из тех, которые продаются на деревенских ярмарках.

She gave him a long drink of milk and some bread, and then she laid her hand on his head and looked into his eyes; for she thought perhaps that he might be her real son come back from the jungle where the tiger had taken him.

Мессуа дала Маугли молока, покормила его хлебом, потом положила руку на его голову и заглянула ему в глаза. Ей думалось, что, может быть, он действительно её сын, пришедший из джунглей, в которые его унёс тигр.

So she said,

Она сказала:

"Nathoo, O Nathoo!" Mowgli did not show that he knew the name. "Dost thou not remember the day when I gave thee thy new shoes?" She touched his foot, and it was almost as hard as horn. "No," she said sorrowfully, "those feet have never worn shoes, but thou art very like my Nathoo, and thou shalt be my son."

- Нату, о Нату! - Маугли ничем не выказал, что ему известно это имя. - Ты не помнишь, как я тебе подарила новые башмаки? - Она дотронулась до его ноги, которая была жестка, почти как рог. -Нет, - печально проговорила Мессуа, - эти ноги никогда не носили башмаков, но ты очень похож на моего Нату и отныне будешь моим сыном.

Mowgli was uneasy, because he had never been under a roof before. But as he looked at the thatch, he saw that he could tear it out any time if he wanted to get away, and that the window had no fastenings.

Маугли чувствовал себя очень неловко, так как никогда ещё не бывал в домах; однако, взглянув на настилку крыши, мальчик увидел, что он в любую минуту сорвёт её, если пожелает уйти, а также, что на окнах нет затворов.

"What is the good of a man," he said to himself at last, "if he does not understand man's talk?

"Стоит ли быть человеком, - мысленно сказал он себе, - если не понимаешь человеческой речи?

Now I am as silly and dumb as a man would be with us in the jungle.

Здесь я так же глуп и нем, как был бы человек у нас, в джунглях.

I must speak their talk."

Мне нужно научиться их говору".

It was not for fun that he had learned while he was with the wolves to imitate the challenge of bucks in the jungle and the grunt of the little wild pig.

Далеко не для забавы Маугли, живя с волками, научился подражать призыву оленей и хрюканью кабанят.

So, as soon as Messua pronounced a word Mowgli would imitate it almost perfectly, and before dark he had learned the names of many things in the hut.

Поэтому, едва Мессуа произносила какое-нибудь слово, Маугли тотчас, почти в совершенстве, подражал звукам её речи и ещё до наступления темноты заучил названия многих вещей в хижине.

There was a difficulty at bedtime, because Mowgli would not sleep under anything that looked so like a panther trap as that hut, and when they shut the door he went through the window.

Когда пришло время ложиться в постель, возникли затруднения. Маугли не желал спать в месте, так сильно походившем на ловушку для пантер, как хижина, и когда люди закрыли дверь, выскочил через окно.

"Give him his will," said Messua's husband. "Remember he can never till now have slept on a bed.

- Не принуждай его, - сказал Мессуа её муж. -Может быть, он ещё никогда не спал в постели, помни это.

If he is indeed sent in the place of our son he will not run away."

Если он действительно прислан к нам вместо нашего сына, он не убежит.

So Mowgli stretched himself in some long, clean grass at the edge of the field, but before he had closed his eyes a soft gray nose poked him under the chin.

Итак, Маугли растянулся в высокой густой траве на краю поля и не успел закрыть глаз, как мягкая серая морда толкнула его в подбородок.

"Phew!" said Gray Brother (he was the eldest of Mother Wolf’s cubs). "This is a poor reward for following thee twenty miles.

- Фу! - сказал Серый Брат (это был старший из сыновей Матери Волчицы). - Какая награда за то, что я прошёл за тобою двадцать миль!

Thou smellest of wood smoke and cattl e-altogether like a man already.

От тебя пахнет дымом и коровой; ты совсем как человек.

Wake, Little Brother; I bring news."

Просыпайся, Маленький Брат, я принёс тебе новости.

"Are all well in the jungle?" said Mowgli, hugging him.

- Все ли хорошо в джунглях? - спросил Маугли, крепко обнимая его.

"All except the wolves that were burned with the Red Flower.

- Всем хорошо, кроме обожжённых Красным Цветком волков.

Now, listen. Shere Khan has gone away to hunt far off till his coat grows again, for he is badly singed.

Теперь слушай: Шер Хан ушёл и будет охотиться далеко от нас, пока его шкура не зарастёт, потому что он страшно опалён.

When he returns he swears that he will lay thy bones in the Waingunga."

Но он клянётся, что по возвращении кинет в Венгунгу твои кости.

"There are two words to that. I also have made a little promise. But news is always good.

- Это ещё посмотрим; ведь я тоже дал одно маленькое обещание, тем не менее узнавать новости всегда полезно.

I am tired to-night,-very tired with new things, Gray Brother,-but bring me the news always."

Я очень устал, очень устал от всего непривычного, Серый Брат. Однако прошу тебя, приноси мне вести.

"Thou wilt not forget that thou art a wolf?

-Ты не забудешь, что ты волк?

Men will not make thee forget?" said Gray Brother anxiously.

Люди не заставят тебя забыть об этом? - тревожно спросил мальчика Серый Брат.

"Never.

- Никогда!

I will always remember that I love thee and all in our cave. But also I will always remember that I have been cast out of the Pack."

Я вечно буду помнить, что люблю тебя и всех в нашей пещере, но не забуду также, что меня исключили из стаи.

"And that thou mayest be cast out of another pack.

- И что тебя могут прогнать из другой стаи?

Men are only men, Little Brother, and their talk is like the talk of frogs in a pond.

Люди - только люди, Маленький Брат, и их речь походит на говор лягушек в болоте.

When I come down here again, I will wait for thee in the bamboos at the edge of the grazing-ground."

В следующий раз я буду ждать тебя среди бамбуков на краю пастбища.

For three months after that night Mowgli hardly ever left the village gate, he was so busy learning the ways and customs of men.

Три месяца после этой ночи Маугли почти не выходил из деревенской ограды: он усиленно изучал обычаи и нравы людей.

First he had to wear a cloth round him, which annoyed him horribly; and then he had to learn about money, which he did not in the least understand, and about plowing, of which he did not see the use.

Прежде всего ему пришлось надевать на себя платье, и это сильно стесняло его. Потом ему нужно было уразуметь значение денег, которого он совсем не понимал, и приучиться пахать землю, хотя не видел в этом пользы.

Then the little children in the village made him very angry.

Вдобавок ко всему деревенские дети сердили мальчика.

Luckily, the Law of the Jungle had taught him to keep his temper, for in the jungle life and food depend on keeping your temper; but when they made fun of him because he would not play games or fly kites, or because he mispronounced some word, only the knowledge that it was unsportsmanlike to kill little naked cubs kept him from picking them up and breaking them in two.

К счастью, Закон Джунглей научил его сдержанности: ведь в джунглях жизнь и пропитание зависят от умения владеть собой. Однако, когда деревенские мальчики насмехались над ним за то, что он не играл ни в какие игры, не пускал змеев, или за то, что он плохо произносил некоторые слова, только сознание, что убивать безволосых детёнышей недостойно охотника, удерживало его от желания схватить их и разорвать пополам.

He did not know his own strength in the least.

Своей собственной силы он не сознавал.

In the jungle he knew he was weak compared with the beasts, but in the village people said that he was as strong as a bull.

В джунглях Маугли понимал, что в сравнении с животными он слаб; в деревне же люди говорили, что он силён, как бык.

And Mowgli had not the faintest idea of the difference that caste makes between man and man.

У Маугли не было также ни малейшего понятия о различии, которое каста полагает между одним человеком и другим.

When the potter's donkey slipped in the clay pit, Mowgli hauled it out by the tail, and helped to stack the pots for their journey to the market at Khanhiwara.

Когда однажды осел горшечника соскользнул в глиняную яму, Маугли вытащил оттуда животное за хвост и помог гончару нагрузить осла товаром, который торговец вёз в Кханхивару.

That was very shocking, too, for the potter is a low-caste man, and his donkey is worse.

Поступок мальчика возмутил поселян: горшечник принадлежит к низшей касте людей, а его осел был и ещё того хуже.

When the priest scolded him, Mowgli threatened to put him on the donkey too, and the priest told Messua's husband that Mowgli had better be set to work as soon as possible; and the village head-man told Mowgli that he would have to go out with the buffaloes next day, and herd them while they grazed.

Жрец стал бранить Маугли; когда же тот пригрозил толстяку положить и его на осла, жрец посоветовал мужу Мессуа как можно скорее послать Маугли на работу. На следующий же день староста деревни приказал мальчику уйти с буйволами и сторожить их, пока они будут пастись.

No one was more pleased than Mowgli; and that night, because he had been appointed a servant of the village, as it were, he went off to a circle that met every evening on a masonry platform under a great fig-tree.

Маугли был более чем доволен. С этой минуты он считал себя на службе у деревни и в сумерки вошёл в кружок, по вечерам собиравшийся на каменной платформе под большим фиговым деревом.

It was the village club, and the head-man and the watchman and the barber, who knew all the gossip of the village, and old Buldeo, the village hunter, who had a Tower musket, met and smoked.

Это был сельский клуб; там сходились, чтобы вместе покурить: староста, сторож, цирюльник, знавший все деревенские сплетни, и старый Бульдео, деревенский охотник, обладатель мушкета.

The monkeys sat and talked in the upper branches, and there was a hole under the platform where a cobra lived, and he had his little platter of milk every night because he was sacred; and the old men sat around the tree and talked, and pulled at the big huqas (the water-pipes) till far into the night.

На верхних ветвях дерева сидели обезьяны и болтали; под платформой было отверстие, в котором жила кобра, и ей каждый вечер ставили блюдечко с молоком - она считалась священной. Старики сидели вокруг дерева, до поздней ночи разговаривали, тянули дым из больших хукасов (курительных трубок с водой) и рассказывали удивительные истории о богах, людях, привидениях и ещё более удивительные вещи о зверях в джунглях и их привычках.

They told wonderful tales of gods and men and ghosts; and Buldeo told even more wonderful ones of the ways of beasts in the jungle, till the eyes of the children sitting outside the circle bulged out of their heads.

Обыкновенно они говорили так долго, что наконец глаза детей, сидевших с внешней стороны круга взрослых, казалось, бывали готовы выскочить из орбит.

Most of the tales were about animals, for the jungle was always at their door. The deer and the wild pig grubbed up their crops, and now and again the tiger carried off a man at twilight, within sight of the village gates.

Больше всего говорилось о животных, так как джунгли подходили вплотную к деревне; олень и кабан поедали их всходы, а время от времени, в сумерках, от самых деревенских ворот тигр уносил человека.

Mowgli, who naturally knew something about what they were talking of, had to cover his face not to show that he was laughing, while Buldeo, the Tower musket across his knees, climbed on from one wonderful story to another, and Mowgli's shoulders shook.

Маугли, понятно, знавший кое-что о предмете их бесед, закрыл лицо руками, стараясь не показать, что он смеётся. Пока Бульдео, положив мушкет поперёк колен, переходил от одной изумительной истории к другой, плечи Маугли тряслись от хохота.

Buldeo was explaining how the tiger that had carried away Messua's son was a ghost-tiger, and his body was inhabited by the ghost of a wicked, old money-lender, who had died some years ago.

Бульдео объяснил, что тигр, который унёс сына Мессуа, был тигром-призраком и что в его теле жил дух дурного старика-ростовщика, умершего за несколько лет перед тем.

"And I know that this is true," he said, "because Purun Dass always limped from the blow that he got in a riot when his account books were burned, and the tiger that I speak of he limps, too, for the tracks of his pads are unequal."

- Я знаю, что это правда, - сказал он, - потому что ростовщик Пурун Дас хромал со времени той схватки, когда были сожжены его отчётные книги; тигр же, упомянутый мною, тоже хромает: это видно, потому что от его лап остаются неодинаково глубокие следы.

"True, true, that must be the truth," said the gray-beards, nodding together.

- Правильно, правильно, это, конечно, правда, -подтвердили седобородые люди, одновременно покачивая головами.

"Are all these tales such cobwebs and moon talk?" said Mowgli. "That tiger limps because he was born lame, as everyone knows.

- Не похожи ли такие рассказы на бред? - сказал Маугли. - Этот тигр, как все знают, хромает потому, что он родился хромым.

To talk of the soul of a money-lender in a beast that never had the courage of a jackal is child's talk."

Только дети могут верить, будто душа ростовщика живёт в животном, у которого нет даже мужества шакала.

Buldeo was speechless with surprise for a moment, and the head-man stared.

На секунду Бульдео от изумления онемел, а староста широко открыл глаза.

"Oho!

- Ого!

It is the jungle brat, is it?" said Buldeo. "If thou art so wise, better bring his hide to Khanhiwara, for the Government has set a hundred rupees on his life.

Это говорит бродяга из джунглей? - сказал Бульдео. - Если уж ты так умен, лучше принеси кожу тигра в Кханивару, потому что правительство оценило его жизнь во сто рупий.

Better still, talk not when thy elders speak."

А ещё лучше не болтай, когда говорят старшие.

Mowgli rose to go.

Маугли поднялся, чтобы уйти.

"All the evening I have lain here listening," he called back over his shoulder, "and, except once or twice, Buldeo has not said one word of truth concerning the jungle, which is at his very doors.

- Весь вечер я слушал, - бросил он через плечо, - и за исключением двух-трех раз, Бульдео не сказал ни слова правды о джунглях, которые подходят к самым его дверям.

How, then, shall I believe the tales of ghosts and gods and goblins which he says he has seen?"

Могу ли я после этого верить в рассказы о призраках, божествах и лесных духах, которых, по его словам, он видел?

"It is full time that boy went to herding," said the head-man, while Buldeo puffed and snorted at Mowgli's impertinence.

- Этому мальчику давно пора начать пасти стада, -проворчал староста; Бульдео же, рассерженный дерзостью Маугли, отодвинулся и фыркнул.

The custom of most Indian villages is for a few boys to take the cattle and buffaloes out to graze in the early morning, and bring them back at night. The very cattle that would trample a white man to death allow themselves to be banged and bullied and shouted at by children that hardly come up to their noses.

В силу обычая большей части индусских деревень, несколько мальчиков должны ранним утром выгонять коров, быков и буйволов пастись и вечером приводить стадо обратно; и те самые быки, коровы и буйволы, которые до смерти затоптали бы белого, позволяют себя бить и бранить детям, ростом не выше их носов.

So long as the boys keep with the herds they are safe, for not even the tiger will charge a mob of cattle.

Пока мальчики не отходят от стада, им не грозит ни малейшая опасность, потому что даже тигр не решается нападать на стадо скота.

But if they straggle to pick flowers or hunt lizards, they are sometimes carried off.

Когда же они отходят в сторону, чтобы набрать цветов или погоняться за ящерицами, их иногда уносят звери.

Mowgli went through the village street in the dawn, sitting on the back of Rama, the great herd bull.

На заре Маугли проехал по деревенской улице, сидя на спине большого буйвола по имени Рама.

The slaty-blue buffaloes, with their long, backward-sweeping horns and savage eyes, rose out their byres, one by one, and followed him, and Mowgli made it very clear to the children with him that he was the master.

Аспидно-синеватые животные со своими длинными загнутыми назад рогами и свирепыми глазами один за другим поднимались с подстилок и двигались за ним. Маугли сразу ясно показал, что он господин.

He beat the buffaloes with a long, polished bamboo, and told Kamya, one of the boys, to graze the cattle by themselves, while he went on with the buffaloes, and to be very careful not to stray away from the herd.

Он бил буйволов длинной гладкой бамбуковой тростью и приказал Камайе, одному из мальчиков-пастухов, пасти коров, прибавив, что сам он отправится с буйволами. В конце речи Маугли запретил ему и остальным детям отходить от стада.

An Indian grazing ground is all rocks and scrub and tussocks and little ravines, among which the herds scatter and disappear.

Индусское пастбище состоит из камней, порослей кустов, кочек и маленьких рвов, среди которых рассеиваются и скрываются стада.

The buffaloes generally keep to the pools and muddy places, where they lie wallowing or basking in the warm mud for hours.

Буйволы обыкновенно держатся подле топких мест, ложатся в болото, валяются или купаются в горячем иле по целым часам.

Mowgli drove them on to the edge of the plain where the Waingunga came out of the jungle; then he dropped from Rama's neck, trotted off to a bamboo clump, and found Gray Brother.

Маугли прогнал их к окраине равнины к тому месту, где река Венгунга выходит из джунглей; здесь он соскочил с шеи буйвола: Маугли подбежал к бамбуковым зарослям, где встретил Серого Брата.

"Ah," said Gray Brother, "I have waited here very many days.

-А, - сказал волк, - я много дней поджидал тебя.

What is the meaning of this cattle-herding work?"

Почему ты пасёшь стадо? Что это значит?

"It is an order," said Mowgli. "I am a village herd for a while.

- Мне дано приказание, - ответил Маугли. -Некоторое время я буду деревенским пастухом.

What news of Shere Khan?"

Какие вести о Шер Хане?

"He has come back to this country, and has waited here a long time for thee.

- Он вернулся и долго ждал тебя.

Now he has gone off again, for the game is scarce.

Теперь же снова ушёл, так как дичи мало.

But he means to kill thee."

Однако он твёрдо решил тебя убить.

"Very good," said Mowgli. "So long as he is away do thou or one of the four brothers sit on that rock, so that I can see thee as I come out of the village.

- Отлично, - сказал Маугли. - Согласишься ли ты или кто-нибудь из моих четырех братьев в его отсутствие каждый день приходить сюда и садиться на этой скале, чтобы я мог из деревни видеть вас?

When he comes back wait for me in the ravine by the dhak tree in the center of the plain.

Когда же тигр вернётся, дождись меня в лощине подле дерева дхак, в центре низменности.

We need not walk into Shere Khan's mouth."

Нам незачем идти прямо в зубы Шер Хана.

Then Mowgli picked out a shady place, and lay down and slept while the buffaloes grazed round him.

После этого разговора Маугли выбрал тенистое место, разлёгся и заснул; буйволы паслись вокруг него.

Herding in India is one of the laziest things in the world.

В Индии пасти стадо - самое спокойное дело в мире.

The cattle move and crunch, and lie down, and move on again, and they do not even low. They only grunt, and the buffaloes very seldom say anything, but get down into the muddy pools one after another, and work their way into the mud till only their noses and staring china-blue eyes show above the surface, and then they lie like logs.

Скот двигается, жуёт, ложится, опять встаёт и даже не мычит, а только фыркает; буйволы очень редко говорят что-нибудь; они один за другим спускаются к топким лужам, ложатся так, чтобы ил покрыл все их тело, и на виду оставались только их морды и неподвижные, фарфорово-синие глаза; так они лежат точно колоды.

The sun makes the rocks dance in the heat, and the herd children hear one kite (never any more) whistling almost out of sight overhead, and they know that if they died, or a cow died, that kite would sweep down, and the next kite miles away would see him drop and follow, and the next, and the next, and almost before they were dead there would be a score of hungry kites come out of nowhere.

Под лучами знойного солнца кажется, будто камни колышется, и пастушата слышат, как коршун (всегда только один) свистит над их головами, почти невидный в лазури; дети знают, что если бы умерли они или умерла корова, этот коршун быстро спустился бы вниз, а второй его собрат, отдалённый от него на несколько миль, заметил бы, как он упал с высоты, и последовал бы его примеру; потом ещё и ещё; и чуть ли не раньше мгновения смерти умирающего создания неизвестно откуда явилось бы штук двадцать голодных коршунов.

Then they sleep and wake and sleep again, and weave little baskets of dried grass and put grasshoppers in them; or catch two praying mantises and make them fight; or string a necklace of red and black jungle nuts; or watch a lizard basking on a rock, or a snake hunting a frog near the wallows.

Пастушки спят и просыпаются, и опять засыпают; из сухой травы они плетут маленькие корзиночки и сажают в них кузнечиков или ловят двух богомолок и заставляют их драться; делают ожерелья, нанизывая на нити красные и чёрные орехи джунглей, или наблюдают, как ящерица трётся на камне или как близ болота змея охотится за лягушкой.

Then they sing long, long songs with odd native quavers at the end of them, and the day seems longer than most people's whole lives, and perhaps they make a mud castle with mud figures of men and horses and buffaloes, and put reeds into the men's hands, and pretend that they are kings and the figures are their armies, or that they are gods to be worshiped.

Потом они поют длинные-длинные песни со странными туземными вскрикиваниями в конце. И день кажется им длиннее целой жизни многих людей, лошадей и буйволов; в руки глиняных человечков вставляют тростинки, считая, что это короли, остальные же фигурки их армии; или что это божества, которым надо поклоняться.

Then evening comes and the children call, and the buffaloes lumber up out of the sticky mud with noises like gunshots going off one after the other, and they all string across the gray plain back to the twinkling village lights.

Наступает вечер; дети кричат; буйволы неуклюже, с шумом, похожим на ружейные выстрелы, поднимаются из клейкого ила, один за другим выходят из болота и вереницей тянутся через посеревшую равнину к мерцающим огням деревни.

Day after day Mowgli would lead the buffaloes out to their wallows, and day after day he would see Gray Brother's back a mile and a half away across the plain (so he knew that Shere Khan had not come back), and day after day he would lie on the grass listening to the noises round him, and dreaming of old days in the jungle.

День изо дня Маугли водил буйволов к болотам; день изо дня он замечал волка в полутора миле от себя на другой окраине долины, таким образом узнавая, что Шер Хан ещё не вернулся, и день изо дня лежал, прислушиваясь к звукам в траве и грезя старой жизнью в джунглях.

If Shere Khan had made a false step with his lame paw up in the jungles by the Waingunga, Mowgli would have heard him in those long, still mornings.

Если бы хромая лапа Шер Хана сделала неверный шаг в зарослях близ Венгунги, Маугли услышал бы его в тишине этих долгих беззвучных утр.

At last a day came when he did not see Gray Brother at the signal place, and he laughed and headed the buffaloes for the ravine by the dhk tree, which was all covered with golden-red flowers.

Наконец наступил день, в который он не увидел Серого Брата на условном месте, засмеялся и отвёл буйволов к лощине подле дерева дхак, залитого золотисто-красными цветами.

There sat Gray Brother, every bristle on his back lifted.

Там сидел Серый Брат с ощетинившейся спиной.

"He has hidden for a month to throw thee off thy guard. He crossed the ranges last night with Tabaqui, hot-foot on thy trail," said the Wolf, panting.

- Он прятался целый месяц, чтобы ты перестал остерегаться; прошлой ночью он пришёл сюда с Табаки и рассматривал твой след, - задыхаясь сказал волк.

Mowgli frowned.

Маугли нахмурился.

"I am not afraid of Shere Khan, but Tabaqui is very cunning."

-Я не боюсь Шер Хана, но Табаки очень хитёр.

"Have no fear," said Gray Brother, licking his lips a little. "I met Tabaqui in the dawn.

- Не бойся, - слегка облизывая губы сказал Серый Брат. - На заре я встретил Табаки.

Now he is telling all his wisdom to the kites, but he told me everything before I broke his back.

Теперь он передаёт свою мудрость коршунам, но раньше, чем я переломил ему спину, сказал мне решительно все.

Shere Khan's plan is to wait for thee at the village gate this evening-for thee and for no one else.

Шер Хан решил сегодня вечером подстеречь тебя подле деревенских ворот.

He is lying up now, in the big dry ravine of the Waingunga."

Он пришёл именно ради тебя и до поры до времени лежит в большом сухом рве.

"Has he eaten today, or does he hunt empty?" said Mowgli, for the answer meant life and death to him.

- Он ел сегодня или охотится с пустым желудком? - тревожно спросил Маугли, потому что от ответа волка зависела его жизнь или смерть.

"He killed at dawn,-a pig,-and he has drunk too.

- На заре он убил кабана, а также пил.

Remember, Shere Khan could never fast, even for the sake of revenge."

Вспомни: ведь Шер Хан никогда не мог голодать, даже ради мести.

"Oh! Fool, fool!

- О, глупец, глупец!

What a cub's cub it is!

Что за щенок щенка!

Eaten and drunk too, and he thinks that I shall wait till he has slept!

Он ел, пил и воображает, что я буду ждать, пока он выспится?

Now, where does he lie up?

Где он лежит?

If there were but ten of us we might pull him down as he lies. These buffaloes will not charge unless they wind him, and I cannot speak their language.

Если бы нас было десятеро, мы могли бы покончить с ним... Эти буйволы не нападут на него, пока не почуют; а к несчастью, я не умею говорить на их наречии!

Can we get behind his track so that they may smell it?"

Можем ли мы пойти по его следам так, чтобы они его почуяли?

"He swam far down the Waingunga to cut that off," said Gray Brother.

- Он нарочно переплыл через Венгунгу далеко, чтобы этого не случилось, - ответил Серый Брат.

"Tabaqui told him that, I know. He would never have thought of it alone." Mowgli stood with his finger in his mouth, thinking. "The big ravine of the Waingunga.

- Я знаю, это совет Табаки; сам Лунгри никогда не додумался бы до такой вещи. - Маугли стоял и думал, положив палец в рот. - Большой ров?

That opens out on the plain not half a mile from here.

Он выходит на равнину меньше чем в полумиле отсюда.

I can take the herd round through the jungle to the head of the ravine and then sweep down-but he would slink out at the foot.

Я могу прогнать стадо через джунгли к верхней точке рва, потом повернуть вниз, однако он ускользнёт с нижней стороны.

We must block that end.

Нам нужно закрыть и этот конец.

Gray Brother, canst thou cut the herd in two for me?"

Серый Брат, не можешь ли ты разделить для меня, стадо на две половины?

"Not I, perhaps-but I have brought a wise helper."

- Может быть, один я не смог бы помочь тебе, но я привёл с собой умного друга.

Gray Brother trotted off and dropped into a hole.

Серый Брат отбежал немного и соскочил в выбоину.

Then there lifted up a huge gray head that Mowgli knew well, and the hot air was filled with the most desolate cry of all the jungle-the hunting howl of a wolf at midday.

В ту же минуту оттуда поднялась большая серая, хорошо знакомая Маугли голова, и горячий воздух наполнился самым унылым криком в джунглях - воем волка, который охотится в полдень.

"Akela! Akela!" said Mowgli, clapping his hands. "I might have known that thou wouldst not forget me.

- Акела, Акела! - сказал Маугли, хлопая в ладоши. - Я должен был знать, что ты не забудешь меня!

We have a big work in hand.

Нам предстоит важная задача.

Cut the herd in two, Akela.

Разбей стадо надвое, Акела.

Keep the cows and calves together, and the bulls and the plow buffaloes by themselves."

Держи буйволих и телят вместе, быков же и буйволов собери в отдельное стадо.

The two wolves ran, ladies'-chain fashion, in and out of the herd, which snorted and threw up its head, and separated into two clumps.

Два волка побежали, как бы делая фигуру танца "дамский шен", то углубляясь в стадо, то выскакивая из него; рогатые животные фыркали, поднимали головы и скоро разделились на две части.

In one, the cow-buffaloes stood with their calves in the center, and glared and pawed, ready, if a wolf would only stay still, to charge down and trample the life out of him.

В одной стояли буйволицы с телятами в центре; они смотрели пылающими глазами, рыли копытами землю, готовые броситься на волка и затоптать его до смерти, если он остановится на минуту.

In the other, the bulls and the young bulls snorted and stamped, but though they looked more imposing they were much less dangerous, for they had no calves to protect.

Другую часть составляли быки; молодые буйволы фыркали и топали ногами, однако, хотя они имели более внушительный вид, в сущности, это стадо было менее опасно; здесь не нужно было защищать телят.

No six men could have divided the herd so neatly.

Шестеро человек не могли бы так ловко разделить огромное количество этих животных.

"What orders!" panted Akela. "They are trying to join again."

- Что прикажешь ещё? - задыхаясь спросил Акела.

Mowgli slipped on to Rama's back.

Маугли вскочил на спину Рамы.

"Drive the bulls away to the left, Akela. Gray Brother, when we are gone, hold the cows together, and drive them into the foot of the ravine."

- Г они быков влево, Акела, а ты, Серый Брат, когда мы отдалимся, держи буйволиц вместе и оттесни их к нижнему концу рва.

"How far?" said Gray Brother, panting and snapping.

- Как далеко загнать? - спросил Серый Брат, задыхаясь и щёлкая зубами.

"Till the sides are higher than Shere Khan can jump," shouted Mowgli. "Keep them there till we come down."

- Г они по рву, пока его края не станут так высоки, чтобы Шер Хан не мог сделать на них прыжка, -прокричал Маугли. - Держи их там, пока мы не спустимся к тебе.

The bulls swept off as Akela bayed, and Gray Brother stopped in front of the cows.

Быки двинулись, слыша голос Акелы; Серый Брат стал перед коровами.

They charged down on him, and he ran just before them to the foot of the ravine, as Akela drove the bulls far to the left.

Они кинулись на него; он бежал перед ними к нижнему концу рва, пока Акела гнал быков далеко в левую сторону.

"Well done!

- Хорошо сделано!

Another charge and they are fairly started.

Ещё одно нападение, и они зайдут достаточно далеко.

Careful, now-careful, Akela.

Осторожнее, осторожнее теперь, Акела!

A snap too much and the bulls will charge.

Если ты щёлкнешь зубами лишний раз, быки бросятся.

Hujah!

Худжах!

This is wilder work than driving black-buck.

Это опаснее, чем загонять чёрных оленей.

Didst thou think these creatures could move so swiftly?" Mowgli called.

Думал ли ты, что эти создания могут двигаться так быстро? - спросил Маугли.

"I have-have hunted these too in my time," gasped Akela in the dust. "Shall I turn them into the jungle?"

-Я... я и за ними охотился в своё время,-задыхаясь от пыли произнёс Акела. - Загнать их в джунгли?

"Ay! Turn.

- Да, поверни их!

Swiftly turn them!

Быстро поверни их!

Rama is mad with rage.

Рама обезумел от ярости.

Oh, if I could only tell him what I need of him to-day."

О, если бы только я мог ему сказать, что сегодня требую от него.

The bulls were turned, to the right this time, and crashed into the standing thicket.

Буйволы были повёрнуты на этот раз вправо и вломились в чащу.

The other herd children, watching with the cattle half a mile away, hurried to the village as fast as their legs could carry them, crying that the buffaloes had gone mad and run away.

Остальные пастушата, сторожившие домашний скот, со всех ног кинулись в деревню, крича, что буйволы взбесились и убежали.

But Mowgli's plan was simple enough.

У Маугли был довольно простой план.

All he wanted to do was to make a big circle uphill and get at the head of the ravine, and then take the bulls down it and catch Shere Khan between the bulls and the cows; for he knew that after a meal and a full drink Shere Khan would not be in any condition to fight or to clamber up the sides of the ravine.

Он желал только описать на взгорье большой круг, придвинуться к верхней части рва, потом повести буйволов-быков вниз так, чтобы Шер Хан очутился между ними и их коровами; мальчик отлично знал, что, поев и напившись воды, Шер Хан не будет в состоянии драться или вскарабкаться на одну из стен рва.

He was soothing the buffaloes now by voice, and Akela had dropped far to the rear, only whimpering once or twice to hurry the rear-guard.

Теперь Маугли голосом успокаивал буйволов; Акела же бежал позади и всего раза два слегка повизжал, чтобы подогнать отставших животных.

It was a long, long circle, for they did not wish to get too near the ravine and give Shere Khan warning.

Они описывали большой, большой круг, не желая подойти ко рву слишком близко и таким образом предупредить Шер Хана.

At last Mowgli rounded up the bewildered herd at the head of the ravine on a grassy patch that sloped steeply down to the ravine itself.

Наконец Маугли собрал испуганное стадо близ верхнего конца ложбины на травянистом, круто спускающемся в ров откосе.

From that height you could see across the tops of the trees down to the plain below; but what Mowgli looked at was the sides of the ravine, and he saw with a great deal of satisfaction that they ran nearly straight up and down, while the vines and creepers that hung over them would give no foothold to a tiger who wanted to get out.

С этой высоты можно было через вершины деревьев видеть равнину внизу; но Маугли занимали только края рва, и, осмотрев их, он с большим удовольствием заметил, что эти стены почти отвесны; лозы же и лианы, которые свешивались с них, не могли послужить опорой для тигра, желающего подняться.

"Let them breathe, Akela," he said, holding up his hand. "They have not winded him yet.

- Дай им передохнуть, Акела, - сказал он, поднимая руки. - Они ещё не почуяли его.

Let them breathe.

Дай им нюхать.

I must tell Shere Khan who comes.

Я должен сказать Шер Хану, кто приближается к нему.

We have him in the trap."

Он в ловушке!

He put his hands to his mouth and shouted down the ravine-it was almost like shouting down a tunnel-and the echoes jumped from rock to rock.

Приставив обе ладони ко рту, Маугли закричал в ров (это было все равно, что кричать в туннель), и отзвуки стали передаваться от одной скалы к другой.

After a long time there came back the drawling, sleepy snarl of a full-fed tiger just wakened.

Очень не скоро послышался продолжительный сонный вой наевшегося и только что проснувшегося тигра.

"Who calls?" said Shere Khan, and a splendid peacock fluttered up out of the ravine screeching.

- Кто там? - спросил Шер Хан, и великолепный фазан вылетел с криком из лощины.

"I, Mowgli.

- Я Маугли!

Cattle thief, it is time to come to the Council Rock!

Вор домашнего скота, пора нам идти к Скале Совета!

Down-hurry them down, Akela!

Вниз, скорей гони их вниз, Акела.

Down, Rama, down!"

Вниз, Рама, вниз!

The herd paused for an instant at the edge of the slope, but Akela gave tongue in the full hunting-yell, and they pitched over one after the other, just as steamers shoot rapids, the sand and stones spurting up round them.

Буйволы на мгновение остановились на краю склона, но пронёсся громкий охотничий вой Акелы, и они понеслись, обгоняя друг друга, так пароходы проносятся через быстрины, песок и камни разлетались во все стороны.

Once started, there was no chance of stopping, and before they were fairly in the bed of the ravine Rama winded Shere Khan and bellowed.

Раз буйволы двинулись, их уже нельзя остановить. Раньше, чем они углубились в ложе сухого рва, Рама почуял Шер Хана и замычал.

"Ha! Ha!" said Mowgli, on his back. "Now thou knowest!" and the torrent of black horns, foaming muzzles, and staring eyes whirled down the ravine just as boulders go down in floodtime; the weaker buffaloes being shouldered out to the sides of the ravine where they tore through the creepers.

- Ха, ха, - закричал Маугли, сидевший на его спине, - теперь ты знаешь! - и поток чёрных рогов, пенящихся морд, неподвижных глаз помчался по рву, точно камни во время наводнения; более слабые буйволы были оттеснены к стенам, и прорывались через завесу лиан.

They knew what the business was before them-the terrible charge of the buffalo herd against which no tiger can hope to stand.

Они знали, какое дело предстояло им - страшное нападение стада буйволов, нападение, которому ни один тигр не может надеяться противостоять.

Shere Khan heard the thunder of their hoofs, picked himself up, and lumbered down the ravine, looking from side to side for some way of escape, but the walls of the ravine were straight and he had to hold on, heavy with his dinner and his drink, willing to do anything rather than fight.

Шер Хан услышал грохот копыт, поднялся и, хромая, тяжело побежал, глядя по сторонам и отыскивая средство спасения; но с обеих сторон рва поднимались отвесные скалы. Отяжелевший от еды и питья тигр был готов на все, только бы избежать борьбы.

The herd splashed through the pool he had just left, bellowing till the narrow cut rang.

Стадо пробежало, расплёскивая лужу, от которой Шер Хан только что отошёл. От рёва буйволов камни звенели.

Mowgli heard an answering bellow from the foot of the ravine, saw Shere Khan turn (the tiger knew if the worst came to the worst it was better to meet the bulls than the cows with their calves), and then Rama tripped, stumbled, and went on again over something soft, and, with the bulls at his heels, crashed full into the other herd, while the weaker buffaloes were lifted clean off their feet by the shock of the meeting.

Маугли услышал с нижнего конца рва ответное мычание и увидел, что Шер Хан повернулся. Тигр знал, что раз уже случилось самое худшее, ему лучше встретить буйволов, чем хоров с телятами. Рама несколько раз ударил в землю копытами, споткнулся и двинулся дальше, ступая по чему-то мягкому. За ним неслись остальные буйволы, и все врезались во встречное стадо; от силы столкновения более слабые буйволы были подняты над землёй.

That charge carried both herds out into the plain, goring and stamping and snorting.

Вот все они и буйволицы с телятами выбежали изо рва на равнину; животные мычали, топали ногами, фыркали.

Mowgli watched his time, and slipped off Rama's neck, laying about him right and left with his stick.

Маугли подождал немного, наконец соскользнул с шеи Рамы и принялся палкой колотить вправо и влево.

"Quick, Akela!

- Скорее, Акела!

Break them up.

Разбей их!

Scatter them, or they will be fighting one another.

Разбей, не то они будут драться между собой.

Drive them away, Akela.

Гони их, Акела!

Hai, Rama!

Хаи, Рама!

Hai, hai, hai! my children.

Хаи, хаи, хаи, детки!

Softly now, softly!

Тише! Тише!

It is all over."

Все прошло!

Akela and Gray Brother ran to and fro nipping the buffaloes' legs, and though the herd wheeled once to charge up the ravine again, Mowgli managed to turn Rama, and the others followed him to the wallows.

Акела и Серый Брат бегали взад и вперёд, слегка покусывая передними зубами ноги буйволов и, хотя стадо было готово снова кинуться вдоль рва, Маугли удалось повернуть Раму, и все остальные пошли за своим вожаком к илистым лужам.

Shere Khan needed no more trampling.

Больше бить Шер Хана копытами не пришлось.

He was dead, and the kites were coming for him already.

Он умер, и коршуны уже спускались к нему.

"Brothers, that was a dog's death," said Mowgli, feeling for the knife he always carried in a sheath round his neck now that he lived with men. "But he would never have shown fight. His hide will look well on the Council Rock.

- Братья, это была собачья смерть, - сказал Маугли, ощупью отыскивая нож в ножнах, который он всегда носил на шее с тех пор, как жил с людьми. - Но он не стал бы драться, и на Скале Совета его кожа будет иметь хороший вид.

We must get to work swiftly."

Нам нужно быстро приняться за работу.

A boy trained among men would never have dreamed of skinning a ten-foot tiger alone, but Mowgli knew better than anyone else how an animal's skin is fitted on, and how it can be taken off.

Мальчик, воспитанный среди людей, даже не попытался бы один снять шкуру с десятифутового тигра, но Маугли лучше всех знал, как прикрепляется к телу животного его шкура и как её можно содрать.

But it was hard work, and Mowgli slashed and tore and grunted for an hour, while the wolves lolled out their tongues, or came forward and tugged as he ordered them.

Тем не менее это было трудное дело, и Маугли резал, рвал и ворчал целый час, волки смотрели, высунув языки, или подходили к нему и дёргали кожу там, где он приказывал.

Presently a hand fell on his shoulder, and looking up he saw Buldeo with the Tower musket.

Вот на плечо мальчика упала рука и, подняв глаза, он увидел Бульдео с его ружьём.

The children had told the village about the buffalo stampede, and Buldeo went out angrily, only too anxious to correct Mowgli for not taking better care of the herd.

Дети рассказали в деревне о бегстве буйволов, и рассерженный Бульдео вышел за ворота, торопясь наказать Маугли за то, что он плохо заботится о стаде.

The wolves dropped out of sight as soon as they saw the man coming.

Заметив человека, волки скрылись из виду.

"What is this folly?" said Buldeo angrily. "To think that thou canst skin a tiger!

- Это что за безумие? - сердито начал Бульдео. -Ты думаешь, что один можешь снять кожу с тигра?

Where did the buffaloes kill him?

Где его убили буйволы?

It is the Lame Tiger too, and there is a hundred rupees on his head.

Это хромой тигр, и его голова была оценена во сто рупий.

Well, well, we will overlook thy letting the herd run off, and perhaps I will give thee one of the rupees of the reward when I have taken the skin to Khanhiwara." He fumbled in his waist cloth for flint and steel, and stooped down to singe Shere Khan's whiskers.

Ну, ну, мы не обратим внимание на то, что ты упустил стадо, и, может быть, я дам тебе одну рупию из награды, когда отнесу кожу в Кханивару. - Он пошарил в своей одежде, вынул оттуда кремень и огниво и нагнулся, чтобы подпалить белые бакенбарды Шер Хана.

Most native hunters always singe a tiger's whiskers to prevent his ghost from haunting them.

По большей части, туземные охотники подпаливают бакенбарды тигра, чтобы его призрак не являлся им.

"Hum!" said Mowgli, half to himself as he ripped back the skin of a forepaw. "So thou wilt take the hide to Khanhiwara for the reward, and perhaps give me one rupee?

- Гм, - скорее обращаясь к себе, чем к Бульдео, произнёс Маугли и содрал кожу с передней лапы Шер Хана. - Значит, ты хочешь отнести шкуру в Кханивару, получить награду и, может быть, дашь мне одну рупию?

Now it is in my mind that I need the skin for my own use.

А вот, мне кажется, что кожа нужна мне самому.

Heh! Old man, take away that fire!"

Эй, старик, убери этот огонь.

"What talk is this to the chief hunter of the village?

- Что это за обращение с главным охотником деревни?

Thy luck and the stupidity of thy buffaloes have helped thee to this kill. The tiger has just fed, or he would have gone twenty miles by this time.

Счастье и глупость твоих буйволов помогли тебе убить зверя; тигр только что поел, не то он бы убежал за двадцать миль.

Thou canst not even skin him properly, little beggar brat, and forsooth I, Buldeo, must be told not to singe his whiskers.

Ты даже не можешь как следует снять с него кожу, нищенское отродье, и ещё смеешь мне, Бульдео, говорить, чтобы я не палил его шерсти?

Mowgli, I will not give thee one anna of the reward, but only a very big beating.

Маугли, ты не получишь ни одной анна из награды; тебе достанутся только побои.

Leave the carcass!"

Брось убитого тигра!

"By the Bull that bought me," said Mowgli, who was trying to get at the shoulder, "must I stay babbling to an old ape all noon?

- Клянусь быком, который купил меня, - сказал Маугли, старавшийся добраться до плеча тигра, -неужели я должен целый день болтать со старой обезьяной?

Here, Akela, this man plagues me."

Сюда, Акела, этот человек надоедает мне!

Buldeo, who was still stooping over Shere Khan's head, found himself sprawling on the grass, with a gray wolf standing over him, while Mowgli went on skinning as though he were alone in all India.

Все ещё наклонявшийся над головой Шер Хана Бульдео внезапно очутился на траве; серый волк стоял над ним, а Маугли продолжал снимать кожу с тигра, точно в целой Индии был только он один.

"Ye-es," he said, between his teeth. "Thou art altogether right, Buldeo.

- Да-а-а, - сказал он сквозь зубы. - Ты совершенно прав, Бульдео.

Thou wilt never give me one anna of the reward.

Ты не дашь мне ни одной анны из награды.

There is an old war between this lame tiger and myself-a very old war, and-I have won."

Между этим хромым тигром и мной шла война, очень долгая война, и я победил.

To do Buldeo justice, if he had been ten years younger he would have taken his chance with Akela had he met the wolf in the woods, but a wolf who obeyed the orders of this boy who had private wars with man-eating tigers was not a common animal.

Следует отдать Бульдео справедливость: будь он на десять лет моложе, при встрече с Акелой в лесу он вступил бы в борьбу с ним, однако волк, который слушался приказаний мальчика, имевшего свои счёты с тиграми-людоедами, не казался ему обыкновенным животным.

It was sorcery, magic of the worst kind, thought Buldeo, and he wondered whether the amulet round his neck would protect him.

По мнению Бульдео, в дело замешалось колдовство худшего рода, и он спрашивал себя, послужит ли для него охраной амулет, висевший на его шее?

He lay as still as still, expecting every minute to see Mowgli turn into a tiger too.

Он лежал совсем-совсем тихо, ежеминутно ожидая, что Маугли тоже обернётся тигром.

"Maharaj!

- Магараджа!

Great King," he said at last in a husky whisper.

Великий король! - хриплым шёпотом произнёс он наконец.

"Yes," said Mowgli, without turning his head, chuckling a little.

- Ну? - не поворачивая головы и слегка посмеиваясь, сказал Маугли.

"I am an old man. I did not know that thou wast anything more than a herdsboy.

- Я старик и не знал, что ты не простой пастушонок.

May I rise up and go away, or will thy servant tear me to pieces?"

Позволишь ли ты мне подняться и уйти, или твой слуга разорвёт меня на части?

"Go, and peace go with thee.

- Иди, и да будет с тобою мир.

Only, another time do not meddle with my game.

Только, смотри, в другой раз не трогай моей добычи.

Let him go, Akela."

Отпусти его, Акела.

Buldeo hobbled away to the village as fast as he could, looking back over his shoulder in case Mowgli should change into something terrible.

Бульдео, торопливо заковылял к деревне, оглядываясь через плечо, чтобы увидеть, не превратится ли Маугли во что-нибудь ужасное.

When he got to the village he told a tale of magic and enchantment and sorcery that made the priest look very grave.

Придя в деревню, он наговорил столько о магии, чарах и колдовстве, что лицо жреца стало очень серьёзно.

Mowgli went on with his work, but it was nearly twilight before he and the wolves had drawn the great gay skin clear of the body.

Маугли продолжал свою работу, но уже наступали сумерки, когда он и волки содрали большую яркую шкуру с тела тигра.

"Now we must hide this and take the buffaloes home!

- Теперь мы должны её спрятать и отвести буйволов домой.

Help me to herd them, Akela."

Помоги мне собрать их, Акела.

The herd rounded up in the misty twilight, and when they got near the village Mowgli saw lights, and heard the conches and bells in the temple blowing and banging.

В туманном сумраке стадо собралось, и, подходя с животными к деревне, Маугли увидел свет и услышал трубный звук раковин храма и звон колоколов.

Half the village seemed to be waiting for him by the gate.

Около половины деревни собралось у ворот, ожидая его.

"That is because I have killed Shere Khan," he said to himself.

"Это потому, что я убил Шер Хана", - мысленно сказал себе мальчик.

But a shower of stones whistled about his ears, and the villagers shouted:

Но около его ушей просвистел град каменьев, и жители деревни закричали:

"Sorcerer!

- Колдун!

Wolf’s brat!

Волчье отродье!

Jungle demon!

Демон джунглей!

Go away!

Уходи!

Get hence quickly or the priest will turn thee into a wolf again.

Скорее убирайся отсюда, или наш жрец опять превратит тебя в волка!

Shoot, Buldeo, shoot!"

Стреляй, Бульдео.

The old Tower musket went off with a bang, and a young buffalo bellowed in pain.

Старый мушкет с громом выстрелил, молодой буйвол замычал от боли.

"More sorcery!" shouted the villagers. "He can turn bullets.

- Новое колдовство! - закричали они. - Он отводит пули в сторону.

Buldeo, that was thy buffalo."

Бульдео, это был твой буйвол.

"Now what is this?" said Mowgli, bewildered, as the stones flew thicker.

- Что же это? - спросил ошеломлённый Маугли, когда град камней стал ещё гуще.

"They are not unlike the Pack, these brothers of thine," said Akela, sitting down composedly. "It is in my head that, if bullets mean anything, they would cast thee out."

- Они походят на стаю, эти твои братья, - сказал Акела, спокойно садясь на землю. - Мне приходит в голову, что, если пули что-нибудь значат, они тебя выгонят.

"Wolf!

- Волк!

Wolf’s cub!

Волчонок!

Go away!" shouted the priest, waving a sprig of the sacred tulsi plant.

Уходи! - закричал жрец, размахивая веткой священного растения тульци.

"Again?

- Опять?

Last time it was because I was a man. This time it is because I am a wolf.

Тогда меня гнали за то, что я человек; теперь меня гонят за то, что я волк?

Let us go, Akela."

Уйдём, Акела.

A woman-it was Messua-ran across to the herd, and cried:

Женщина - это была Мессуа - побежала к стаду с криком:

"Oh, my son, my son!

- О мой сын, мой сын!

They say thou art a sorcerer who can turn himself into a beast at will.

Они говорят, что ты колдун и можешь по желанию превращаться в зверей.

I do not believe, but go away or they will kill thee.

Не верю им, но уходи, или они убьют тебя.

Buldeo says thou art a wizard, but I know thou hast avenged Nathoo's death."

Бульдео уверяет, что ты волшебник, я же знаю, что ты отомстил за смерть моего Нату.

"Come back, Messua!" shouted the crowd. "Come back, or we will stone thee."

- Назад, Мессуа! - закричала толпа. - Назад, или мы побьём тебя камнями!

Mowgli laughed a little short ugly laugh, for a stone had hit him in the mouth.

Маугли засмеялся отрывистым, недобрым смехом, потому что один камень попал ему в лицо.

"Run back, Messua.

- Беги назад, Мессуа.

This is one of the foolish tales they tell under the big tree at dusk.

Это одна из глупых историй, которые они рассказывают в темноте, под большим деревом.

I have at least paid for thy son's life.

Я наконец заплатил за жизнь твоего сына.

Farewell; and run quickly, for I shall send the herd in more swiftly than their brickbats.

Прощай. Беги быстро, потому что я пошлю в деревню стадо, а оно движется быстрее, чем летят осколки их кирпичей.

I am no wizard, Messua.

Я не колдун, Мессуа.

Farewell!"

Прощай!..

"Now, once more, Akela," he cried. "Bring the herd in."

Ещё раз, Акела, - крикнул он, - гони стадо в ворота!

The buffaloes were anxious enough to get to the village.

Буйволам самим очень хотелось вернуться в деревню.

They hardly needed Akela's yell, but charged through the gate like a whirlwind, scattering the crowd right and left.

Вой Акелы вряд ли был нужен им. Они вихрем понеслись через ворота, рассеивая толпу людей вправо и влево.

"Keep count!" shouted Mowgli scornfully. "It may be that I have stolen one of them.

- Сосчитайте их, - презрительно крикнул Маугли, - может быть, я украл одного буйвола!

Keep count, for I will do your herding no more.

Считайте, я не буду больше пасти стадо.

Fare you well, children of men, and thank Messua that I do not come in with my wolves and hunt you up and down your street."

Будьте здоровы, дети людей, и поблагодарите Мессуа за то, что я с моими волками не войду в деревню и не стану гонять вас взад и вперёд по вашей улице.

He turned on his heel and walked away with the Lone Wolf, and as he looked up at the stars he felt happy.

Маугли повернулся и пошёл прочь с Одиноким Волком. Взглянув на звезды, он почувствовал себя счастливым.

"No more sleeping in traps for me, Akela.

- Мне не придётся больше спать в ловушках, Акела.

Let us get Shere Khan's skin and go away.

Возьмём шкуру Шер Хана и уйдём.

No, we will not hurt the village, for Messua was kind to me."

Нет, мы не причиним вреда деревне, потому что Мессуа была добра ко мне.

When the moon rose over the plain, making it look all milky, the horrified villagers saw Mowgli, with two wolves at his heels and a bundle on his head, trotting across at the steady wolfs trot that eats up the long miles like fire. Then they banged the temple bells and blew the conches louder than ever.

Поднялась луна, и долина стала молочно-белой; жители деревни с ужасом увидели, как Маугли, в сопровождении двух волков и с каким-то свёртком на голове, бежал спокойной волчьей рысью; бег этот своей быстротой напоминает движение огня, и позади бегущего таким шагом скоро остаётся одна миля за другой.

And Messua cried, and Buldeo embroidered the story of his adventures in the jungle, till he ended by saying that Akela stood up on his hind legs and talked like a man.

Они стали звонить в колокола храма и трубить в крупные раковины ещё громче обыкновенного; Мессуа плакала, а Бульдео все украшал и украшал рассказ о своих приключениях в джунглях так, что, наконец, по его словам, Акела стоял перед ним на задних лапах и говорил с ним, как человек.

The moon was just going down when Mowgli and the two wolves came to the hill of the Council Rock, and they stopped at Mother Wolf’s cave.

Луна заходила, когда Маугли и два волка пришли на холм Скалы Совета и остановились подле пещеры Матери Волчицы.

"They have cast me out from the Man-Pack, Mother," shouted Mowgli, "but I come with the hide of Shere Khan to keep my word."

- Меня выгнали из людской стаи, мать, - крикнул Маугли, - но я пришёл со шкурой Шер Хана и сдержал данное слово!

Mother Wolf walked stiffly from the cave with the cubs behind her, and her eyes glowed as she saw the skin.

Волчица Мать, взволнованная, вышла из пещеры, за ней появились её дети: при виде шкуры глаза Ракши загорелись.

"I told him on that day, when he crammed his head and shoulders into this cave, hunting for thy life, Little Frog-I told him that the hunter would be the hunted.

- В тот день, когда он просунул свою голову и плечи в эту пещеру, охотясь за тобой, Лягушечка, я сказала ему, что охотник сделается дичью.

It is well done."

Хорошо сделано!

"Little Brother, it is well done," said a deep voice in the thicket. "We were lonely in the jungle without thee," and Bagheera came running to Mowgli's bare feet.

- Хорошо сделано, Маленький Брат, - послышался глубокий голос в чаще. - Нам было скучно в джунглях без тебя, - и Багира подбежала и склонилась к босым ногам Маугли.

They clambered up the Council Rock together, and Mowgli spread the skin out on the flat stone where Akela used to sit, and pegged it down with four slivers of bamboo, and Akela lay down upon it, and called the old call to the Council,

Они вместе поднялись на Скалу Совета, и Маугли разостлал тигровую шкуру на том плоском камне, где, бывало, сидел Акела, прикрепив её четырьмя заострёнными осколками бамбука. Тогда Акела лёг на шкуру с обычным старинным призывом к Совету:

"Look-look well, O Wolves," exactly as he had called when Mowgli was first brought there.

"Смотрите, смотрите, хорошенько, о волки!" Совершенно также взывал он, когда в это место впервые привели Маугли.

Ever since Akela had been deposed, the Pack had been without a leader, hunting and fighting at their own pleasure.

С тех самых пор, как был смещён Акела, стая оставалась без вожака, и волки охотились или дрались, когда им вздумается.

But they answered the call from habit; and some of them were lame from the traps they had fallen into, and some limped from shot wounds, and some were mangy from eating bad food, and many were missing. But they came to the Council Rock, all that were left of them, and saw Shere Khan's striped hide on the rock, and the huge claws dangling at the end of the empty dangling feet.

Однако они по привычке пришли на призыв; некоторые из них хромали, ушибленные капканами, в которые они попадали; некоторые ковыляли, раненные пулями; некоторые исхудали от дурной пищи; многих совсем не было; тем не менее, уцелевшие собрались к Скале Совета, увидели полосатую шкуру Шер Хана на камне и его огромные когти на концах пустых лап.

It was then that Mowgli made up a song that came up into his throat all by itself, and he shouted it aloud, leaping up and down on the rattling skin, and beating time with his heels till he had no more breath left, while Gray Brother and Akela howled between the verses.

Вот тогда-то Маугли сочинил песню без рифм, песню, которая как-то сама собой подступила к его горлу. Он громко выкрикивал её, прыгая взад и вперёд по слегка стучавшей шкуре и отбивая ритм пятками; мальчик плясал, пока не задохнулся от усталости; между одной строфой и другой Серый Брат и Акела выли.

"Look well, O Wolves.

- Смотрите хорошенько, о волки!

Have I kept my word?" said Mowgli. And the wolves bayed

Сдержал ли я своё слово? - сказал Маугли, окончив песню; и волки пролаяли:

"Yes," and one tattered wolf howled:

"Да!" А один лохматый провыл:

"Lead us again, 0 Akela.

- Будь нашим вожаком опять, о Акела!

Lead us again, 0 Man-cub, for we be sick of this lawlessness, and we would be the Free People once more."

Будь нашим вожаком опять, о детёныш человека, потому что нам надоело беззаконие и мы хотели бы снова сделаться Свободным Народом.

"Nay," purred Bagheera, "that may not be.

- Нет, - промурлыкала Багира. - Этого не должно быть.

When ye are full-fed, the madness may come upon you again.

Когда вы наедитесь, безумие снова может овладеть вами.

Not for nothing are ye called the Free People.

Недаром зовут вас Свободным Народом!

Ye fought for freedom, and it is yours.

Вы боролись за свободу и достигли её.

Eat it, 0 Wolves."

Питайтесь ею, о волки.

"Man-Pack and Wolf-Pack have cast me out," said Mowgli. "Now I will hunt alone in the jungle."

- Стая людей и волчья стая выгнали меня, -заметил Маугли. - Теперь я буду один охотиться в джунглях.

"And we will hunt with thee," said the four cubs.

- И мы будем охотиться с тобой, - сказали четыре сына Матери Волчицы.

So Mowgli went away and hunted with the four cubs in the jungle from that day on.

Итак, Маугли ушёл и с этого дня охотился с четырьмя детьми Матери Волчицы.

But he was not always alone, because, years afterward, he became a man and married.

Однако он не всегда был одинок, потому что через много лет сделался вполне взрослым человеком и женился.

But that is a story for grown-ups.

Но это рассказ для взрослых людей.

Content

Киплинг Джозеф Редьярд Маугли - английский и русский параллельные тексты