Марк Твен

ОТРЫВОК ИЗ СТАТЬИ В «РАДИКАЛЕ» ЗА ЯНВАРЬ 916 ГОДА

«…Когда численность населения достигла пяти миллиардов, земле уже нелегко было прокормить их. Правда, войны, эпидемии и голодные годы приносили время от времени облегчение и уменьшали чудовищную напряженность положения. Поистине благодетельным явился памятный 508 год-год, когда голод, подкрепленный моровой язвой, скосил за девять месяцев сто шестьдесят миллионов человек: немного, конечно, но все же лучше, чем ничего. То же можно сказать и о последующих подобных годах. Однако от века к веку бремя численности населения становилось все более тяжким, все более грозным, и соответственно этому неотвратимо возрастала серьезность положения.

Выйдя из младенческого возраста, люди почти не умирали. Средняя продолжительность жизни равнялась шестистам годам. Колыбели все наполнялись, наполнялись, наполнялись — без отдыха и срока; кладбища практически пустовали, могильщики бездельничали и едва могли прокормить свои семьи. Смертность составляла 2250 человек на миллион. Людей разумных это пугало, легкомысленные хвастали этим! Они вечно сравнивали численность населения в текущем десятилетии с численностью его в предыдущем и восторгались гигантским приростом — как будто он шел на пользу человечеству, которое и так еле-еле вырывало у земли достаточное пропитание.

Но худшее было еще впереди! Естественно, мы надеялись не на благотворное влияние случайных эпидемий и голодных лет, поскольку оно бывало лишь кратковременным, а на спасительную помощь войн и врачей, которая казалась постоянной. Так посмотрим же, что произошло. За последние пятьдесят лет наука уменьшила эффективность врачей ровно наполовину. Ныне врач пользуется только одним смертоносным средством там, где прежде он пускал их в ход десять. Улучшение санитарных условий оздоровило гибельные в прошлом области. Было открыто, что большинство наиболее полезных и неизлечимых болезней вызывается микробами различных видов, и люди научились обезвреживать деятельность этих микробов. В результате желтая лихорадка, черная чума, холера, дифтерит и почти все прочие полезнейшие недуги превратились в забаву, с помощью которой можно не без удовольствия скоротать часок-другой, и полностью утратили всякую ценность для государства, став не опаснее несварения желудка. Замечательные достижения хирургии усугубили нашу беду. Теперь больной желудок просто иссекается, и человек чувствует себя отлично, не говоря уж о экономии на еде. Если человек лишается зрения или слуха, ему просверливают череп и возвращают утраченное. У него отрезают руки и ноги и заменяют их другими, приобретенными на механическом складе, и он начинает бегать и работать еще лучше, чем прежде. Если потребуется, ему сделают новый нос, новый кишечник, новые кости, новые зубы, стеклянные глаза, серебряный пищевод, — короче говоря, его могут разобрать на составные части и собрать заново, так что он станет вдвое прочнее и крепче. Все это проделывается с применением анестезирующих средств и наркоза, так что ему не грозит ни гангрена, ни боль. Это сделало войну почти бесполезной, так как из ста раненых, которые прежде умерли бы, теперь девяносто девять через месяц возвращаются в строй целехонькие.

Каков же общий итог всей этой борьбы с микробами, санитарии и хирургии? Совершенно ужасающий — смертность снизилась до 1200 человек на миллион! И глупцы радуются этому и хвастают этим! А дело обстоит очень серьезно. Если все пойдет так же, то население земного шара будет удваиваться за год. И со временем людям не то что сидеть, но и стоять будет негде.

В чем же выход? Я не знаю. Длительность жизни слишком велика, смертность слишком низка. Среднюю продолжительность жизни следовало бы установить в тридцать пять лет — лишь кратковременный миг, — смертность довести до 20 000-30 000 человек на миллион. Но даже и в таком случае численность населения будет удваиваться каждые тридцать пять лет, и со временем оно вновь неимоверно возрастет и поддержание жизни станет затруднительным.

Так воздадим же честь тому, кто этой чести заслуживает: врач подвел нас, но война нас спасла. Правда, число убитых и раненых слишком ничтожно, чтобы оказать существенное влияние на ситуацию, однако нищета и опустошения — следствие войны — уничтожают миллионы и миллионы людей, освобождая место для иммигрантов. Война — грубый друг, но заботливый. Она не дает нашей численности превысить шестьдесят миллиардов и сохраняет жизнь недоедающему человечеству. Большего количества людей земной шар прокормить не может…»

Content

Марк Твен
ОТРЫВОК ИЗ СТАТЬИ В «РАДИКАЛЕ» ЗА ЯНВАРЬ 916 ГОДА