Робин Александер

В один прекрасный день

Роуз, с ее золотым сердцем.

И Бекки, ставшей моей любовью в один прекрасный день.

Глава 1

— Кажется, мы должны были ехать на юг.

— А мы не едем?

— Нет, погляди только на эту большую букву «N» на компасе, вон, на приборной доске.

Эрика Бэррет застонала и в расстроенных чувствах свернула на первый попавшийся съезд с трассы.

— Я сейчас встану на обочине и посмотрю на карту.

— Что? Ты не доверяешь моим навигационным способностям? — спросила Кейтлин Маршалл.

— Нет! — в унисон ответили три голоса.

Кейтлин оглянулась через плечо на двух женщин на заднем сидении:

— А у вас двоих вообще нет права голоса, вы за рулем ни разу не сидели во время всех наших путешествий.

— Именно из-за твоих способностей я ни разу и не рвалась за руль, — Дрю Талбот игриво усмехнулась. — Эрика единственная, кто может с тобой мириться. Я бы тебя выкинула из машины на первой же миле.

Кейтлин улыбнулась в ответ:

— Держу пари, ты бы даже не притормозила.

— А ты кувырком, детка, — отбрила Дрю, — катись кувырком.

— Как ты думаешь, мы будем такими же любящими и нежными через десять лет совместной жизни? — Эшли Пратер потянулась к водительскому сиденью и погладила Эрику по плечам, пока та останавливала машину.

— Я на это очень надеюсь, солнышко, и половину этой дороги мы уже прошли.

— Я бы не променяла ни одну минуту из десяти лет с ней даже на миллион долларов, — Кейтлин глянула на Дрю.

— Ох, черт, они нас растрогают, — Эрика уткнулась в карту. — С вами куда интереснее, когда вы друг друга подкалываете.

Кейтлин шлепнула Эрику по руке:

— Это сойдет за колкость? И, кстати, я умираю с голоду.

— Сколько тебе лет, пять? — Эрика потерла руку. — Ты же ела час назад.

— Если она не спит, значит, она голодная, — сказала Дрю. — А у Эшли живот бурчит последние десять миль. Я это слышу даже сквозь вашу грызню.

Эрика швырнула карту назад на колени Кейтлин и выехала на дорогу.

— Ты скажи спасибо, что моя девочка проголодалась, а не то пришлось бы тебе пастись на обочине.

— Ну разве вы не чувствуете, какая любовь окружает нас? — рассмеялась Эшли.

— Ооо, я ее чувствую, — Эрика погладила ее по руке и глянула на Кейтлин таким мрачным взглядом, что та не выдержала и расхохоталась.

Так уж повелось у Эрики и Кейтлин с тех самых пор, когда им обеим было по восемь лет, и они оказались соседями. В один прекрасный день семья Эрики переехала в дом на Прери Лейн, и туда же явилась Кейтлин. В обрезанных по колено джинсах и футболке со Скуби-Ду, она промаршировала в дом босыми грязными ногами и заявила о своем присутствии. Они с Эрикой стали друзьями не разлей вода с первой же секунды знакомства, и, хоть иногда и ссорились, ни одна не могла долго обижаться на другую. Словесные подколки, толчки и шуточные шлепки были всего лишь способом выразить их непоколебимую привязанность друг к другу.

— У кого-нибудь есть идеи насчет обеда, чтоб я знала, к чему присматриваться? — спросила Эрика.

Дрю зевнула и облизала губы.

— Как насчет барбекю?

— Я этого не переживу, — ответила Эшли. — В прошлый раз у меня разыгралась такая изжога, что даже таблетки не помогали.

Кейтлин показала на знак, мимо которого они пролетели.

— Как насчет «Бенниганс»? У них большой выбор блюд.

Это бы всех устроило, но когда они заехали на парковку, оказалось что ресторан забит под завязку, и ожидать свободного столика придется, по крайней мере, час. Так что гриль-бар на той стороне улицы, где ждать нужно было всего десять минут, одержал убедительную победу.

Когда они уселись, Дрю завертела головой по сторонам, рассматривая оформление в стиле восьмидесятых.

— Какая классная идея для ресторана.

— Это как будто нас перенесли в те времена, когда мы ходили в колледж, — сказала Кейтлин с задумчивой улыбкой, и задержалась взглядом на огромном экране. — О, я так любила the Cure[1], они так дико выглядели, но играли отличную музыку.

— А помнишь моду на длинные пиджаки с подплечниками и обтягивающие леггинсы? — спросила у Кейтлин Эрика.

— Нет, это ты у нас такое носила. Мне для этого всегда не хватало роста.

Эрика подавила смешок. Со времен младших классов средней школы рост Кейтлин замер на отметке в пять футов[2], и это была запретная тема. До тех пор, пока ее темные волосы не стали седеть на висках, у Кейтлин часто спрашивали удостоверение личности, когда она заказывала выпивку.

— Я всегда могла сойти за девочку-отличницу, но пари держу, Эш ходила с провокационно обнаженным животом, — произнесла Дрю с дразнящей усмешкой.

Эшли уткнулась в меню и внимательно его разглядывала. Эрика усмехнулась Кейтлин и Дрю, которые тоже глядели на Эшли, ожидая ответа.

Дрю нежно пихнула ее в бок:

— Эш?

— Цыпленок «Маргарита», — ответила Эшли, опуская меню.

Дрю закатила глаза.

— Я спрашивала, ходила ли ты с голым животом в восьмидесятые?

Взгляд Эшли заметался между ними тремя, и ее лицо покраснело.

— Виновата, — и она спрятала свое смущение за меню.

«Держу пари, у нее была как раз подходящая фигура, — подумала Эрика, глядя на свою застенчивую девушку. — Честно говоря, у нее и сейчас фигура самая подходящая…» Она увидела, как Эшли заправляет за ухо прядь темных волос. Вот она бросила взгляд на Эрику и подмигнула. Эрика почувствовала, как по телу разливается тепло от одного воспоминания о том, как эти зеленые глаза неотрывно смотрели в ее, когда этим утром они занимались любовью.

— Хочешь, возьмем клубный сендвич[3] напополам? — спросила Кейтлин у Дрю. Та кивнула, перевернула меню и стала придирчиво изучать десерты.

— А ты хочешь мороженое с брауни[4] и фруктами? Тоже напополам? — Эээ, нет, детка, это ты сама. Я лично беру лаймовый пирог[5].

— Добро пожаловать в Sparky’s, дамы, — с улыбкой произнесла официантка. — У нас сегодня специальное предложение, два напитка по цене одного, и должна вам сказать, у нас подают лучшую «маргариту[6]» в городе.

— О, один я закажу, — сказала Дрю. — Может, он меня вырубит. Кровати в отелях — это ад какой-то, в них спать невозможно, — Дрю повернулась к Кейтлин, — а ты хочешь выпить второй?

— Конечно, и мне еще стакан воды, — сказала Кейтлин и отложила меню.

— А мне стакан чая со льдом, — обратилась к ожидающей заказа официантке Эрика.

— И мне чай, — добавила Эшли.

Кейтлин развернулась на стуле, посмотрела на огромный экран за баром, где как раз начинался клип Теренса Трента Д’Арби «Колодец желаний», и рассмеялась.

— Эрика в свое время танцевала до упаду под эту песню, — Кейтлин замотала головой вперед и назад, изображая, как именно танцевала Эрика.

— Ты же не хочешь, чтобы я начала изображать тебя? — Эрика поглядела на Эшли и Дрю. — У нее абсолютно нет чувства ритма, и она всегда вопила «Йеее!», когда отплясывала. Такая стыдобища.

— Ты, зараза. Когда мы доберемся вечером до отеля, уж я им покажу, что ты подразумевала под танцами! Здесь я этого делать не стану, а то нас вышвырнут.

— Слава тебе, господи, — выдохнула Дрю, когда появилась официантка с напитками и приняла их заказ.

— Мне нравились Gap Band, — глаза Эшли заблестели, когда зазвучала одна из их песен.

И они пустились в воспоминания о любимых песнях, пока, наконец, не прибыла заказанная еда. Даже тогда их внимание разделилось между блюдами и музыкой восьмидесятых, шедшей в режиме нон стоп на экранах, которыми был увешан весь зал. Эрика и Кейтлин добродушно подтрунивали друг над другом, а Эшли и Дрю обсуждали идиотскую моду восьмидесятых и признавались, чтосами ей следовали.

— Ох, вот эта песня мне нравится, — Кейтлин забарабанила пальцами по столу, вспоминая название. — «В один прекрасный день», Дебби Гибсон. Мы под нее часто танцевали в клубах.

— Я не вспомню, как называлась группа, но точно знаю, что это не Дебби Гибсон. У этой певицы голос глубже, чем у нее. У меня эта песня где-то на кассете записана. — Эрика пихнула Кейтлин в бок. — А помнишь эти здоровущие коробки с пленками, которые мы всюду с собой таскали?

Кейтлин кивнула, не отрываясь от изображения. На мгновение она повернулась и глянула на Эшли, потом снова на экран. Эшли оттолкнула тарелку и уставилась в свой стакан. Эрика смотрела на ее профиль, когда Кейтлин заговорила, привлекая их внимание к происходящему на экране.

— Вы только гляньте на эту девушку! Если б у нее были прямые коричневые волосы, она бы выглядела в точности как Эш!

Эрика поглядела на метавшуюся по экрану певицу. Даже в гриме и с длинными вьющимися рыжими волосами — все равно сходство было сверхъестественным. Она повернулась к Эшли, которая выглядела так, будто ее сейчас стошнит.

— Эш…

— Боже ты мой! — воскликнула Кейтлин, заставив Эрику и Дрю посмотреть сначала на нее, а потом на экран.

Эрика почувствовала, как кровь отливает от ее лица, когда она мельком увидела то, на что показывала Кейтлин — родинку в форме полумесяца чуть слева от пупка певицы. За прошедшие пять лет она целовала эту родинку бессчетное количество раз. Эрика отказывалась верить собственным глазам, но когда встретила недоуменный взгляд Кейтлин, ей стало ясно, что она это не вообразила.

— Какого черта? — спросила Дрю, переводя взгляд с Эрики на Эшли.

Эрика открыла рот, чтобы сказать, что это ошибка. Ее разум все еще отказывался воспринимать то, что она видела. Она повернулась к Эшли, желая услышать, как та будет все отрицать, но Эшли сидела неподвижно, уставившись в стол. Эрика захлопнула рот и стала ждать ответа на вопрос Дрю.

— Это же была ты, правда? — настаивала Дрю. — Да не может такого быть, чтоб у двоих людей были одинаковые родинки на том же самом месте! — она развернулась к Эрике, когда стало ясно, что Эшли не ответит. — Ну и почему вы от нас скрывали? Почему вы ничего не…

Кейтлин накрыла ладонь Дрю своей и нежно сжала, призывая замолчать. Ее взгляд метнулся к Эшли, потом к Эрике и остановился, спрашивая. Эрика покачала головой, и Кейтлин поморщилась.

— Ты тоже не знала, — мягко произнесла Кейтлин.

— Нет, она не знала, — Эшли заговорила в первый раз с тех пор, как ее секрет был раскрыт.

Дрю нервно рассмеялась и оттолкнула тарелку.

— Да у меня просто слов нет!

Эрика попросила чек. Все четверо сидели в звенящей тишине, пока со стола не было убрано, и они не заплатили за еду. Они загрузились во внедорожник и сохраняли молчание, пока Эрика не выехала на скоростное шоссе.

— Вот я не понимаю, — Дрю покачала головой, — ну почему ты такое держала в секрете?

Эрику мучил тот же вопрос. Она попеременно чувствовала то шок, то неловкость, а потом их вытеснила боль. Она не могла позволить себе устроить Эшли допрос, пока они не останутся одни, но не сделала ни малейшей попытки угомонить Дрю.

Эшли сидела, привалившись к дверце, и пощипывала переносицу.

— Я была в группе, когда мне было двадцать с небольшим, и у нас был один хит, прежде чем мы исчезли в небытии. Я просто не хотела признаваться всем и каждому, что я — певица одной песни.

— Оставь ее в покое пока, — прошептала Кейтлин и положила руку на плечо Дрю.

Неловкое молчание повисло среди четырех женщин. Когда Эрика подъехала к отелю, все были глубоко погружены в свои мысли.

— Я буквально на минутку, — сказала Эрика, выбираясь наружу. Она знала, что Кейтлин пойдет с ней, чтобы снять номер для себя и Дрю. Она наполовину ожидала, что и Эшли пойдет с ними, вместо того, чтобы ждать с Дрю.

Дверь еще не успела захлопнуться, а Дрю уже спросила:

— Ну почему?

Эшли не повернулась, вместо этого она прижалась лбом к холодному оконному стеклу и крепко зажмурилась.

— Я уже ответила тебе, почему.

— Эй, — Дрю наклонилась вперед и легонько потянула Эшли за рукав, — ты доверялась мне во всем. В чем разница? Почему ты держала это в секрете даже от меня?

— Этот кусок моей жизни… я бы очень хотела, чтоб его никогда не было. Я делала поступки, которыми не могу гордиться, и я никогда не хотела бы пережить их вновь.

Дрю потянула за рукав чуть сильнее:

— Посмотри на меня, Эш.

Эшли громко выдохнула, повернулась и посмотрела на Дрю.

— Там была еще целая куча причин, кроме одной хитовой песни. Если бы я рассказала тебе об этом, ты рано или поздно узнала бы все остальное. — Эшли сильно зажмурилась и тяжело сглотнула сквозь подступившие слезы. Когда она снова заговорила, ее голос звучал хрипло:

— Вы все и так скоро узнаете мои самые темные тайны. Не требуй от меня сегодня большего, пожалуйста.

— Ну, солнышко, черт, ну это же не то, что ты кого-то убила.

Когда Эшли наконец открыла глаза, у нее было такое лицо, что все последующие комментарии замерли у Дрю на губах. Она откинулась на сидении назад, когда заметила, что Эрика с Кейтлин возвращаются к внедорожнику.

Глава 2

Эшли закрыла дверь гостиничного номера и привалилась к ней, пока Эрика ставила чемоданы на кровать. Ее сердце загрохотало в груди, живот свело, когда она увидела, что Эрика села и уставилась в пространство перед собой. Она знала, что этот момент настанет. Мысленно она проигрывала эту сцену сотни раз, но теперь все хорошо продуманные объяснения покинули ее.

— Кто ты? — спросила Эрика и сцепила руки в ладонях.

Эшли соскользнула спиной по двери и присела на корточки. Она боялась, что сейчас распахнет дверь и сбежит, как уже сделала однажды, в прошлом.

— Ты знаешь, кто я.

— Боюсь, что не знаю. До этого самого вечера ты была просто Эшли Пратер, моя любимая. А теперь оказывается, что ты когда-то была типа звездой. Все тебя знали, а я нет!

В голосе Эрики звучали сердитые нотки, но когда она повернулась к Эшли, то стала похожа на испуганного ребенка. Ее вьющиеся темные волосы были собраны в хвост, на открытом лбу от волнения собрались морщинки. Она смотрела куда-то мимо Эшли, явно не в силах встретить ее взгляд.

— А ты когда-нибудь проходила через такое, о чем не хочешь помнить? Когда разговоры только будят все воспоминания, которые ты мечтала забыть? — Эшли вытерла вспотевшие ладони о штанину.

Эрика покачала головой:

— Я тебе доверила все свои тайны.

— Дело не в том, что я не доверяла тебе, Эрика, — начала Эшли. Она склонила голову, подыскивая слова, которые так и не пришли. — Я просто хотела, чтобы всего этого не было.

— Ты так стыдишься неудавшейся музыкальной карьеры?

— Я тогда была абсолютно другим человеком. Я делала вещи, которые…преследовали меня, — Эшли закусила нижнюю губу. Ее раздражало, как она дергается.

— Какие это вещи? — Эрика уставилась на собственные туфли.

— Я не готова сегодня об этом рассказывать. Дашь мне немножко времени? Пожалуйста?

Эрика прерывисто выдохнула и встала. И, глядя в сторону, проговорила:

— Я собираюсь в душ, — она повозилась с чемоданом и вытащила пару вещей. — Ты делаешь только хуже.

— Я знаю, — Эшли пыталась не расплакаться. — Просто не торопи меня. Мне и так тяжело.

Эрика повернулась и прошла в ванную.

Эшли поняла, что не в силах сдвинуться с места. Она чувствовала себя выбитой из колеи. Ее тело и сердце принадлежали Эрике, они жили под одной крышей, но столь быстро возникшая между ними дистанция заставляла ее чувствовать себя так, будто она заперта в одной комнате с незнакомцем. Она не могла заставить себя раздеться.

Эшли прислушалась к звукам льющейся в душе воды, заставила себя встать и подойти к кровати, где она сбросила туфли и легла полностью одетой. «Интересно, что там себе думает Эрика? И с чего мне начать рассказывать всю эту пакостную историю? А потом еще Дрю и Кейтлин…»

Утром ей придется столкнуться с ними и испытать ту же неловкость. Мысль надеть туфли, выскользнуть за дверь и раствориться в ночи с каждой секундой становилась все более привлекательной.

Когда Эрика вышла из ванной, Эшли притворилась спящей. Кровать шевельнулась, Эрика безмолвно скользнула под одеяло и выключила свет. Так они лежали еще долго. Эшли знала, что Эрика не спит. Она хотела дотянуться до нее, почувствовать, что связь между ними не разрушена, но страх и стыд оставили ее недвижимой.

— Ты в порядке? — спросила Кейтлин на следующее утро, подходя с двумя стаканами кофе.

Эрика стояла на парковке. Она сбежала из гнетущей атмосферы гостиничного номера, пока Эшли принимала душ.

— Я в порядке, — Эрика взяла стаканчик и засунула свободную руку в карман.

— Ты выглядишь уставшей. Под глазами темные круги. Ты вообще спала?

Эрика покачала головой и отпила глоток кофе.

— Я думаю, что и она тоже не спала. Большую часть ночи она пропялилась в потолок. Ну, когда думала, что я уснула.

— Вы поговорили?

Эрика задумчиво провела по пенопластовому стакану ногтями, оставив полосы.

— Почти нет. Она попросила не давить на нее и не требовать немедленных ответов. Ей нужно время, чтобы разобраться с тем, что она там натворила.

— Что бы это значило? Конкретно?

Эрика пожала плечами и отхлебнула еще глоток.

— Там что-то намного большее, чем неудавшаяся музыкальная карьера, которой она не хотела мне докучать. Она сделала что-то такое, в чем боится признаться.

— А ты не боишься того, чем это может обернуться? — Кейтлин пристально посмотрела Эрике в лицо.

— Нет. Это же было двадцать лет назад.

— Тогда почему ты выглядишь такой обеспокоенной?

Эрика поглядела на Кейтлин так, будто ответ был очевиден.

— Она скрывала это от меня. — Ее губы задрожали, и она поднесла стакан ко рту, чтобы не показывать этого.

— Я попросила Дрю не приставать пока с расспросами. Нам ехать еще три часа, и я не хочу, чтобы мы чувствовали себя еще более неловко, чем есть сейчас. Дрю тоже весьма расстроена, ты же ее знаешь.

Эрика сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, заставляя комок в горле отступить. Недосып плохо повлиял на ее способность приспосабливаться и держать чувства под контролем. Что ей было нужно, так это побыть одной. И ей совсем не улыбалось оказаться сейчас за рулем.

— А ты не могла бы повести машину? — спросила она у Кейтлин. — Я устала.

— Конечно.

Кейтлин повернулась, услышав, как открывается дверь номера. Эшли вышла с чемоданом и забросила его во внедорожник.

— Похоже, Эшли готова. Пойду, потороплю Дрю, и покатим.

Эрика уселась на переднее пассажирское сиденье, Кейтлин вела машину. Дрю и Эшли сидели сзади, и Эрика заметила, что Эшли изо всех сил вжалась всем телом в дверцу и уткнулась лбом в стекло. Дрю, к ее чести, сидела тихо. Единственное, о чем они поговорили, так это о возвращении домой, к привычной рутине. Эшли за целое утро не произнесла ни слова.

С закрытыми глазами Эрика откинула голову на подголовник и задумалась. Их ежегодный отпуск был замечательным. Нешвилл не был модным курортом, но ей там все равно понравилось. Ей удалось выбросить из головы мысли о работе и насладиться обществом женщины, которую она считала своей женой. Все было замечательно, и все в одночасье рухнуло.

Она поймала себя на том, что разбирает последние пять лет в поисках свидетельств прежней жизни Эшли, которых она не заметила. Когда она первый раз пришла к Эшли домой, она заметила, каким необычным он был. Там не было фотографий семьи или друзей. Эрика припомнила, что это показалось ей странным, но Эшли объяснила, что ее семья от нее отреклась, когда выяснилась ее ориентация, и это прозвучало разумно.

Эшли тогда была одиночкой. Тех, с кем она была знакома, можно было по пальцам перечесть, да и то это были коллеги. Эрике, в отличие от Эшли, не пришлось волноваться о том, как произвести впечатление на ее лучших друзей. И ей и в голову не приходило, что Эшли отчего-то или от кого-то прячется.

Что же она совершила двадцать лет назад? Преступление? До прошлой ночи Эрика верила, что они с Эшли способны встретить лицом к лицу все, что уготовила им судьба, и теперь это не давало ей покоя. Она чувствовала себя отверженной. Она раскрыла душу, она делилась с Эшли всем. Она рассказывала ей о всех своих переживаниях, о всех недостатках, а Эшли утаила от нее ключевую часть своей жизни. И это открытие ставило под сомнение саму возможность их совместной жизни. Чего она еще не знала? Неужели все их отношения были построены на хитросплетениях лжи, которой она с удовольствием верила? Эрику покоробило от собственных мыслей, и тут она почувствовала, что машина сбрасывает скорость и съезжает с трассы. Она открыла глаза, потянулась и посмотрела не Кейтлин.

— Кому надо выйти? — негромко спросила Кейтлин.

Эрика оглянулась. Эшли, казалось, спала, а Дрю ничего не ответила. Вместе с Кейтлин они выбрались из машины и тихонько прикрыли дверцы.

— Ты не спишь, — Дрю проводила взглядом Кейтлин и Эрику, шагавших по направлению к туалету. Эшли не ответила, но Дрю заметила, что прямо перед тем, как они остановились, Эшли отхлебнула пепси и вернула бутылку в держатель.

— Эшли.

Эшли повернулась и посмотрела на нее. Под ее опухшими глазами вырисовались темные круги.

— Что? — она снова потянулась за пепси.

— Ты же знаешь, что я полезу в интернет, как только мы вернемся домой, — Дрю потянула бутылку из рук Эшли и скорчила гримасу отвращения, когда поняла, что напиток был теплым и выдохшимся.

— И я уверена, что ты мигом раскроешь мою грязную тайну. Так что мне и говорить ничего не стоит.

— Зачем ты так? Я думала, я твой лучший друг. Помоги мне понять.

Эшли в раздражении замотала головой.

— Я все так хорошо скрывала! Годами я убеждала себя, что это было не со мной, это была не я. И в самом деле, ну какая вероятность того, что кто-то прокрутит этот чертов клип? Ведь двадцать лет прошло!

Дрю постаралась, чтобы ее голос звучал ровно.

— Мы его увидели. Сделанного не воротишь. Позволь нам — мне — помочь тебе с этим разобраться. Эш, не прячься, расскажи мне, что случилось, почему это тебя так угнетает?

— Я чувствую себя как… — Эшли сердито вытерла навернувшиеся на глаза слезы. — Все так обернулось…. Я с этим давно покончила. Я не хочу, чтобы меня заставляли снова ворошить прошлое.

— Если ты схоронила это где-то у себя в голове, это не значит, что ты хоть с чем-то покончила, — Дрю потянулась и заправила выбившуюся прядь волос Эшли за ухо. — У тебя есть женщина, которая тебя любит, и друзья, я и Кейтлин, которые никогда тебя не осудят.

Эшли отвернулась к окну.

— А ты можешь мне это с уверенностью пообещать? Ты же представления не имеешь, что я натворила.

— Если бы я сделала то, что сделала ты, ты бы от меня отвернулась?

Эшли не ответила, и только ее тело сотряслось от безмолвных рыданий.

— Иди сюда. — Дрю отстегнула ремень безопасности и притянула Эшли ближе к себе. — Да мне плевать, что ты там сделала. Ты мой лучший друг, ты мне почти сестра, правда. Я всегда буду на твоей стороне, обещаю.

Эшли позволила Дрю обнять себя, но самобичевание удержало ее от того, чтобы обнять ее в ответ.

Когда Дрю заметила, что Кейтлин и Эрика возвращаются, она нежно притянула голову Эшли к себе на колени. Они с Кейтлин обменялись взглядами, и Кейтлин вернулась за руль. Эрика тоже на них глянула, но села на свое сиденье и ничего не сказала. Остаток пути они провели в тишине.

Глава 3

По мере того, как они приближались к дому в Сент-Франтисвиллле, Луизиана, Эрика чувствовала, как растет напряжение. Через несколько минут они высадят Кейтлин и Дрю, и все преграды между ней и Эшли исчезнут. Она хотела знать, должна была узнать все то, что неизбежно раскроет ей Эшли, но какая-то её часть желала, чтобы они могли сделать вид, что ничего не изменилось и все идет по-прежнему.

— Я заеду за тобой утром, — сказала Кейтлин, пока Эрика помогала ей достать чемоданы. Она понизила голос: — А если захочешь поговорить, ты только пройди два дома вниз по улице.

— Я очень ценю это, Кейти, — Эрика выдавила улыбку.

Эшли уже перебралась на переднее пассажирское сиденье, когда Эрика села в машину.

— Ты хочешь заказать пиццу или еще что-то? — она старалась, чтобы ее голос звучал как обычно.

— Я не голодная, — ответила Эшли, не глядя на нее. — Можешь заказать маленькую. А я позже хлопьев поем.

Эрика засомневалась, что сможет вообще хоть что-то съесть и отказалась от этой идеи, пока они подъезжали к дому. Багаж они разгружали в тишине. Эрика не знала, куда себя девать, пока Эшли собрала их грязные вещи и понесла к стиральной машине. В итоге она налила себе чашку чаю, прислонилась к кухонному столу и стала ждать, пока Эшли вернется.

— Я знаю, что нам нужно поговорить, — сказала Эшли, заметив Эрику. Она скрестила руки на груди и прислонилась к холодильнику.

Эрика кивнула, и, не чувствуя собственного тела, обошла кухонный стол и села.

— Присаживайся, пожалуйста, — она ногой отпихнула стул.

Сначала казалось, что Эшли останется стоять там, где и стояла. Она качнулась взад, вперед, и с минуту переминалась с ноги на ногу, а потом опустилась на стул, чувствуя себя некомфортно.

Эрика напряглась, придумывая, что бы такое сказать.

— Сделать тебе чаю?

— Нет, — Эшли нервно забарабанила пальцами по столу. — Я не знаю с чего начать.

Эрика хотела потянуться и взять дрожащую руку Эшли в свои, но пропасть отчуждения, возникшая между ними, заставила ее засомневаться и не знать, как себя вести.

— У меня такое ощущение, что мое прошлое… что это было в другой жизни. Когда мы стали встречаться, я хотела тебе все рассказать, но я годами жила и убеждала себя в том, что ничего не было. Озвучить это означало признать, что все было по-настоящему, а я не хотела переживать это снова.

Эшли не могла поднять глаз, пока говорила. Эрика внимательно смотрела на нее и сжимала в обеих руках теплую чашку.

— Это звучит разумно, — проговорила Эрика и отпила глоток чая, который, как предполагалось, должен был ее успокоить. Но совершенно не успокаивал. — Я понимаю, что ты хочешь остаться в несознанке, но мне нужно знать… кто ты есть.

— Кем я была, — Эшли наконец встретила ее взгляд. — Кто я сейчас есть, ты знаешь.

Эрика кивнула и поставила чашку на стол. — Ну так расскажи мне.

Эшли встала и вытащила из холодильника бутылку воды. Эрика смотрела, как дрожат ее руки, пока она возилась с пробкой. Она вернулась к столу, но осталась стоять.

— Мне некуда было податься, когда мои родители вышвырнули меня. Я так думаю, они решили, что когда я пойму, почем фунт лиха, я прибегу назад. Они думали, я смогу себя изменить, я так полагаю. Я помню, как стояла на автобусной остановке в Саванне и не знала, куда мне ехать. Я увидела в расписании название Батон Руж[7]. Оно мне понравилось, так что я купила билет и на следующий день прибыла сюда. У меня была гитара, немного одежды и чуток денег.

Мысленным взором Эрика увидела, как восемнадцатилетняя Эшли едет на автобусе в незнакомый город. И она всерьез засомневалась, что ей самой в этом возрасте хватило бы силы духа, чтобы проделать такое путешествие в одиночку.

— Я знала, что денег надолго не хватит, так что я остановилась в самом дешевом мотеле, какой только смогла найти. Устроилась на работу в кафе. Днем я разносила кофе, а хозяин позволял мне пару вечеров в неделю играть и петь. Так я познакомилась с Шанталь.

Эрика посмотрела вопросительно.

— Она была барабанщицей, а ее девушка играла на клавишных. Шанталь основала группу, и ей понравился мой голос. Когда она нашла ведущего гитариста и басистку, мы начали играть в местных клубах, — Эшли наконец опустилась на стул и посмотрела на Эрику. — Это было как в сказке. У басистки были кое-какие связи. Мы записали демо-версию, и все произошло в одночасье.

— Вас так быстро подобрала звукозаписывающая компания?

— Ага. У нас было электронное звучание, а оно как раз набирало популярность. Вот я только что ютилась на диванчике у Шанталь, а вот уже оказалась на гастролях. Это было так здорово, но в то же время я чувствовала себя очень одиноко. Периодически мы возвращались в Батон Руж, и все расходились по домам.

Эшли уставилась в пустоту, вспоминая, и Эрика заметила, как заблестели ее глаза.

— Мне правда некуда было податься. Шанталь пригласила меня остаться у нее и Вики, но мне нужно было отдохнуть от них, мы и так были все время вместе на гастролях. У меня тогда уже завелись кое-какие деньги, но недостаточно, чтобы купить себе жилье. Так что я въехала в гостиницу, она была чуть получше, чем раньше, и стала ждать следующих гастролей.

— А у тебя тогда никого… у тебя тогда не было девушки? — спросила Эрика, до сих не в силах поверить, что Эшли была совсем-совсем одна.

Эшли посмотрела на нее и уставилась в стол.

— Я не стану говорить, что не пользовалась преимуществами того, что являлась членом группы, набиравшей популярность. У меня были… связи, но не более. Женщин, с которыми я встречалась, больше интересовал мой образ жизни, чем я сама.

Эрика не стала спрашивать, сколько было этих связей. Она решила, что лучше ей этого не знать.

— Когда «В один прекрасный день» попала в хит-парады, все завертелось. Мы выступали без отдыха. Нас стали приглашать на лучшие площадки. Мы начали играть на разогреве у команд, с которыми и не мечтали оказаться на одной сцене, — легкая улыбка промелькнула по лицу Эшли. — Это был один из самых классных моментов в моей жизни. — Мы с гитаристкой были единственными холостячками в группе, — Эшли нервно потерла руки и с трудом продолжила, — кончилось тем, что мы оказались вместе, и некоторое время все было просто отлично. У меня появилась та, кто меня понимает и разделяет мою жизнь, да и наша карьера шла в гору.

Эрика отодвинула остывшую чашку:

— Это были серьезные отношения?

— Для меня — да, — ответила Эшли, и по ее глазам было видно, что мысли ее снова блуждают далеко. — А для нее — не настолько. Она не раз разбивала мне сердце. Мы порвали, и я отчаянно искала хоть кого-то, чтобы заполнить пустоту, чтобы быть не одной. Я начала встречаться с девчонкой, которая присоединилась к нашей обслуживающей команде. — Эшли провела ладонью по лицу. — Я не любила ее. Там не было настоящих чувств. Мы жили от одной вечеринки до другой. Она была еще более безбашенной, чем я, и мы перепробовали всю выпивку и всю наркоту, которую нам только предлагали.

Эрика была ошеломлена признанием и стала понимать, почему теперь Эшли и капли в рот не брала.

— Так ты была… ты принимала… — Эрика не смогла закончить вопрос.

— Я не думаю, что у меня была наркозависимость, — пожала плечами Эшли. — Но я к ней стремительно приближалась.

— И ты поэтому не хочешь вспоминать прошлое? — спросила Эрика, надеясь, что причина только в этом. Но когда Эшли посмотрела на нее, Эрика поняла, что все не так просто.

— У Келли был порок сердца, о котором она сама не знала, — с трудом выговорила Эшли. — Однажды вечером у нас была гулянка. Я так уделалась, что не помню, как мы вернулись в гостиницу. На следующее утро я проснулась, а Келли — нет. Она… она была уже холодной, когда я дотронулась до нее.

Эрика никогда не видела Эшли в таком состоянии, как сейчас. У нее было абсолютно каменное лицо, хотя по нему текли слезы. Разум Эрики не мог воспринять того, что она только что услышала. Это было чересчур. Она уже хотела попросить Эшли остановиться, когда та заговорила снова.

— Руководитель тура стал использовать свои связи еще до того, как ее тело вынесли из комнаты. Они с руководством устроили мозговой штурм на тему, как свести скандал к минимуму. Два последних концерта отменили из-за моего «истощения». Дело замяли, и все ожидали от меня, что я продолжу жить, будто ничего не случилось, будто ничего и не было. А я сделала то, что я умею делать лучше всего, — Эшли подняла глаза на Эрику. — Я исчезла. Я бросила группу на произвол судьбы, перебралась на окраину Батон Руж и начала жизнь заново. С тех самых пор я ни с кем из группы не общалась, и никого из них не видела.

Обе женщины умолкли. Эрика пощипывала переносицу и представляла себе, как Эшли просыпается рядом с бездыханным телом. И без ее участия, по своей собственной воле ее рука робко накрыла дрожащую руку Эшли и крепко сжала ее. Она смотрела, как взгляд Эшли останавливается на их руках, а потом поднимается, и встречается с ее глазами. В зеленых глубинах бушевала буря. И хотя Эрика могла ощущать тепло ее кожи, она не ощущала того тепла, которое всегда было между ними.

Стены отчуждения воздвигались между ними камень за камнем. Эрика чувствовала, как стучат ее камушки, становясь на место, и вспоминала признание Эшли. «Я сделала то, что умею лучше всего — я исчезла.» И Эрика опасалась, что теперь, когда ее секрет был раскрыт, Эшли поступит точно так же.

Глава 4

— Понедельник — день тяжелый. Особенно с утра. — Кейтлин открыла антимоскитную дверь и вошла. — Вообще-то с утра любой день тяжелый. Ты бы уговорила своего папу, пусть разрешит нам работать по ночам.

Эрика стояла перед кофейником и ждала, пока приготовится кофе.

— Сама ему это скажешь. Причем в ту же минуту, как войдешь в офис.

— А, так ты тоже видела почту? Он сегодня будет вне себя, — Кейтлин вытащила из шкафчика кружку и поставила ее рядом с кофейником. — Надо было продлить отпуск еще на денек. Дать ему время остыть.

— К сожалению, это только его раздразнило бы. Придется встретить бурю лицом к лицу.

— Кстати о буре, вы с Эшли поговорили? — осторожно поинтересовалась Кейтлин, добавляя ложечкой сливки и сахар в свою чашку.

Эрика понизила голос:

— Поговорим об этом, когда сядем в машину.

Они были в пяти милях от ада, если верить куче электронных писем, которые Эрика прочла утром в своем домашнем кабинете. В отличие от прошлых возвращений из отпуска, Эрика дождаться не могла, пока с головой погрузится в пучину работы. Кейтлин подобным желанием похвастаться не могла.

— Поеду длинной дорогой, — Кейтлин глянула на часы. — Время у нас есть. А теперь расскажи мне об Эшли.

Эрика застонала, когда Кейтлин выбрала маршрут, занимавший пятнадцать минут вместо обычных пяти.

— Она жила жизнью… как это лучше сказать… секс, наркотики, рок-н-ролл, все, конец истории.

Кейтлин хлопнула ладонью по рулю.

— Поподробнее, а не то я поехала за пончиками.

— Ладно, — Эрика испустила долгий вздох. — Она играла в группе, и у них был хит. Она перебрала с выпивкой и наркотиками, а женщина, с которой она встречалась, умерла от передозировки. После этого она ушла из группы и пустилась в бега на следующие пятнадцать лет. Потом она повстречала меня, а нашу историю ты знаешь.

Краем глаза Эрика заметила, что Кейтлин глядит то на нее, то на дорогу.

— А почему она от тебя это скрывала? Я могу понять, что это была сильная психологическая травма для нее, но зачем вся эта секретность?

Эрика согнула сжатые в кулаки руки.

— Ей было стыдно, и я могу это понять, но в то же время я чувствую себя преданной. Не удивлюсь, если она еще что-то скрывает.

Кейтлин некоторое время помолчала, пока они спускались по извилистой дороге, засаженной по обеим сторонам деревьями.

— Не станем отрицать, что она скрывала от тебя свое прошлое. Но ведь сейчас ты знаешь ее жизнь по минутам. Она ходит на работу, обедает с Дрю и ждет тебя домой с работы. Ее жизнь абсолютно прозрачна.

Эрика не могла выразить словами, до чего неуютно она себя чувствовала. Она знала, что Кейтлин говорит правду, но все-таки ее не покидало ощущение, что она живет под одной крышей с чужаком.

Когда Кейтлин припарковалась на стоянке, Эрику охватило чувство облегчения. «Бэррет Индастриз» был ее вторым домом. Она и процветающий семейный бизнес росли вместе. И хоть она знала, что попадет в самое пекло, едва переступит порог, она ждала этого с нетерпением. Ей нужно было что-то, что заняло бы ее мысли.

И у Эрики, и у Кейтлин были свои ритуалы. Кейтлин шла прямиком в комнату отдыха, наливала себе чашку кофе, прихватывала пончики и отправлялась в отдел логистики, где сотрудники радостно вводили ее в курс каждого дела и каждой сплетни. А вот Эрике нужно было посидеть в тишине, чтобы во всем разобраться и войти в рабочий ритм.

Эрика и ее старшая сестра, Шерон, всегда знали, кем они хотят быть, когда вырастут. Шерон собиралась стать адвокатом, или врачом, или косметологом, но закончила колледж по курсу педагогики. Эрика говорила, что хочет работать с отцом, и именно так она и поступила. Заниматься ремонтом и реализацией прицепов-цистерн для перевозки химикатов было, может быть, не очень гламурно, зато интересно им обоим. Боб Бэррет был строгим боссом, но Эрика и представить не могла, что работает на кого-то еще.

Едва Эрика успела включить компьютер, как в ее кабинет вошел Боб. Он подошел, поцеловал дочь в щеку, а потом расположился на стуле перед ее рабочим столом.

— У нас совещание с Тоддом Ловери сегодня утром. И Эллис напортачил с заказом Мак-Кессона, но я уверен, что ты и так это уже знаешь.

Доброе утро, папа, — с легкой улыбкой ответила Эрика и посмотрела на отца. Вьющиеся густые темные волосы, которые она от него унаследовала, были аккуратно подстрижены. Искусная работа ее мамы, не иначе. Если бы не нахмуренные брови, то он выглядел бы совсем свежим и отдохнувшим. Его темно-серые глаза сосредоточенно посмотрели на нее, и он, казалось, нахмурился еще сильнее.

— Доброе утро, дорогая. Прости меня. Как ваша поездка? Ты выглядишь слегка бледной.

— Ну, она явно была слишком короткой. И, кажется, я вернулась в гущу проблем, — ответила Эрика, уводя разговор от себя.

— Если не сказать больше! — с явным раздражением ответил Боб. — Тодд с бригадой появился здесь в четверг, они добирались сюда шесть часов, а цистерны оказались не готовы!

Эрика застонала.

— Они что, все еще в ремонте?

— Одна в ремонте. А другие две привезли только в пятницу. Я виделся с Кейтлин перед тем, как зашел к тебе. Она сейчас собирает команду и едет забирать эти две. Если нам хоть чуток повезет, они будут в хорошем состоянии.

— Так нам нужна минимум неделя, прежде чем мы будем готовы их отгрузить?

— А может и больше, если нам не повезет.

Эрика откинулась на спинку кресла.

— А у Эллиса есть хоть какие-то объяснения, почему он так напортачил?

— Сказал, на него слишком много всего навалилось.

— Что Кейтлин, что я справляемся с пятью заказами каждая, а у него всего один, и на него слишком много всего навалилось?

Боб вскинул руки и хлопнул себя по коленям.

— Он не может делать несколько дел одновременно!

Они разговаривали об этом уже тысячу раз. Эллису Полински давно было пора на заслуженный отдых, но ни у Эрики, ни у ее отца не хватало духу отправить его на пенсию.

— Когда у нас встреча с Тоддом?

Боб глянул на часы.

— У нас еще час времени.

Эрика кивнула и сделала несколько заметок на лежавшем перед ней планшете.

— Он отослал бригаду назад?

Боб кивнул.

— Они же на зарплате. Он не мог сидеть здесь с ними и ждать, пока мы тут прочешемся.

Окей, — сказала Эрика и тяжело вздохнула. — Я пересмотрю некоторые пункты договора. Если Тодд захочет остаться в городе и проследить за выполнением работ, нам придется это оплатить. И еще нам придется компенсировать вынужденный простой его команды. Я встречусь с Кейтлин и посмотрю ее прикидки, во что нам это обойдется. Когда Тодд приедет, мы будем готовы.

Хорошо, — ответил Боб и встал. — Мне нужно кое-кому позвонить, но я скажу Пэтрис, чтобы предупредила нас, когда Тодд появится здесь.

Эрика погрузилась в телефонные звонки и провела импровизированное совещание, пытаясь сделать все, чтобы обрести контроль над ситуацией за остававшийся час. Ей и нужно было отвлечься, ведь мысли об Эшли маячили в глубинах ее сознания, только и ожидая первого праздного момента, чтобы прорваться на поверхность.

— Как хорошо все прошло-то! — съязвила Кейтлин, когда встреча с Тоддом Ловери завершилась.

— Он имел все основания рвать и метать, — Эрика обмякла в кресле. — Напортачили-то мы.

— Через пару дней он успокоится и все пойдет своим путем, — ответил Боб. — Я думаю, он рад и счастлив, что мы перезаключили договор. Теперь вопрос, кто хочет им заняться?

— Я его возьму, — хором ответили Эрика и Кейтлин, и обе рассмеялись друг над другом.

— Давай лучше я им займусь, — сказала Кейтлин. — Ты и так ведешь больше договоров, Эрика. Давай не будем на тебя столько наваливать.

— Тогда пообещай мне, что скажешь, если тебе станет тяжко.

— Обещаю. Теперь насчет грядущего обеда, — Кейтлин бросила взгляд на Боба, потом на Эрику. — Где закажем?

— Вы, девочки, сегодня свой кусок хлеба заработали, — ухмыльнулся Боб. — Я скажу Пэтрис, пусть закажет обед «У Белль». Вы что хотите?

— Джамбалайю[8], и побольше, — улыбнулась Кейтлин. — С чесночным хлебом, про хлебушек не забудьте.

Глава 5

В обеденный перерыв Эшли прошлась домой, чтобы проверить спагетти, которые она оставила в духовке на медленном огне. Когда она перебралась в Сент-Франтисвилль из Батон Руж, ей повезло заполучить работу в единственном на весь городок врачебном кабинете. Через год офис-менеджер ушел на пенсию, и ее повысили в должности. Не бог весть какое достижение, но все-таки. А то, что офис был всего в двух кварталах от ее порога, стало приятным дополнением. Сент-Франтисвилль, с его поросшими мхом деревьями и южным очарованием напоминал ей о Саванне. Иногда она скучала по дому своего детства, но со временем это случалось все реже и реже.

Когда Эшли проходила мимо дома Дрю и Кейтлин, Дрю, возившаяся в клумбах, бросила свое занятие и зашагала рядом с ней.

— А я все думала, придешь ты сегодня домой обедать? — Дрю приобняла Эшли за плечи.

— Я готовлю спагетти на ужин, надо их проверить, — Эшли знала, что Дрю не собирается оставлять ее в покое.

Дрю сжала ее плечо.

— Я сделала суп тако[9], хочу тебя угостить. Это твой любимый, и я специально для тебя добавила побольше халапеньо.

У Эшли совершенно не было аппетита с тех самых пор, как она увидела саму себя, скачущей по экрану в видеоклипе, разрушившем ее жизнь. Но она очень не хотела обидеть Дрю еще сильнее, отказавшись от приглашения.

— Давай, я проверю соус, и сразу к тебе.

— Я пройдусь с тобой, — Дрю так и не отпустила ее, — у меня газировка закончилась, и я хочу совершить набег на твой холодильник. У тебя чеддера[10] не завалялось?

Эшли вытащила ключи и отперла дверь. Она придержала ее для Дрю, и та, похлопав Эшли по щеке, прошла в дом. Эшли вошла следом и отправилась прямиком к духовке. Она помешала соус, пока Дрю вовсю рылась в холодильнике.

Дрю раздобыла себе попить и вытащила кусок сыра из контейнера. Потом она протянула Эшли бутылку газировки и прислонилась к кухонному столу, явно пытаясь поймать взгляд Эшли.

— Я… ммм… вчера искала тебя в сети, — Дрю внимательно вглядывалась в лицо Эшли, ожидая реакции. — Ты, наверное, не захочешь сейчас это слышать, но я в шоке. Там на ютубе есть несколько ваших старых концертных записей. Мне было не по себе, когда я пыталась понять, что женщина, которую я видела там — это ты.

Эшли так и не смогла заставить себя посмотреть съемки. Даже свой единственный клип она не видела целую вечность. Ее самокритичность граничила с жестокостью. Ей не нравилось, как она двигается на сцене, как звучит. А после смерти Келли она вообще не могла ни на что смотреть.

— Ты была таким талантливым музыкантом, — продолжила Дрю, когда Эшли не ответила. — Пела, играла на клавишных, на гитаре, на барабанах. Было что-нибудь, чего ты не умела?

— Держать себя в руках, — ответила Эшли, не глядя на Дрю.

— Идем со мной, — Дрю потащила Эшли за рукав врачебного костюма, украшенного котятами и кошками с забавными мордочками.

Эшли пошла за ней к двери, смирившись с тем, что разговора не избежать.

— Я читала про Келли Ясински. В статье подразумевается, что вы были любовницами.

Эшли только было собралась отхлебнуть газировки, но отвела бутылку ото рта. Когда она услышала, как Дрю произносит это имя… это буквально заморозило ее изнутри. Яркое солнце светило на них, пока они шли к дому Дрю, светило, и никак не могло ее согреть.

Дрю толкнула кухонную дверь, и запах супа ударил в нос Эшли. В обычной ситуации она бы рванула к плите наперегонки с Дрю. Сейчас она тяжело опустилась на стул, чувствуя легкую тошноту.

— У тебя была классная песня. Я и представления не имела, что она три недели возглавляла хит-парады, — обычным тоном сообщила Дрю, суетясь на кухне. — Между прочим, я ее любила. Так странно, что я подпевала тебе двадцать лет назад.

Дрю поставила миску перед Эшли и натерла сыр в обжигающе горячий суп. — Вообще-то это осенне-зимнее блюдо, но мне его так захотелось… И заметь, что я собираюсь продолжать болтать, пока ты не вмешаешься.

— Дрю, — Эшли подобрала ложку и стала перемешивать варево, которое она не могла заставить себя съесть.

— Что с тобой случилось, Эш? — Дрю села напротив.

Слова хлынули потоком, когда Эшли стала пересказывать все то, что уже рассказала Эрике прошлой ночью. Она еще подумала, а не расплачется ли она, тогда макияж пропадет, но нет, слезы так и не пришли. После вчерашнего вечера их не осталось. Она была эмоционально и физически истощена и не знала, где ей набраться сил, чтобы вернуться на работу и дожить до вечера.

— Ты просто ушла и никогда не возвращалась, — ошеломленно повторила Дрю.

— Я больше не могла петь. Ни единой нотки. И во мне больше не осталось песен. Я не могла писать, — сердито ответила Эшли. — Все ожидали, что я продолжу жить, как ни в чем не бывало, а я будто оцепенела. Для меня шоу закончилось. Никто не понимал, каково это было — смотреть в безжизненное лицо Келли и знать, что это я во всем виновата.

— Почему это ты во всем виновата? — Дрю оттолкнула наполовину съеденный суп. — Ты что, заставляла ее силком принимать наркотики? Ты знала, что у нее порок сердца?

— Я сама себе задавала эти же самые вопросы. Нет, я ее ни к чему не принуждала, и никто из нас и представления не имел о ее состоянии. Но я была там, топила себя в пучине алкоголя и наркотиков. Это был ее выбор, но она сама в жизни бы не зашла так далеко, если бы меня рядом не оказалось.

— Ты меня извини, но это бред, — ответила Дрю. — Сдается мне, она бы сделала то же самое и без тебя. Я понимаю, что ты чувствуешь себя в ответе, и это правильно, но ты себя наказываешь без вины. — Дрю прищурилась и вздернула подбородок. — Но ты ведь не только поэтому сбежала?

Эшли уставилась на Дрю, чувствуя, что попалась в ловушку, и выхода нет.

— Ты сказала, что у тебя были отношения с гитаристкой, но ты так и не сказала, как ее звали. И это кажется мне слегка странным.

— Алекс была моей первой любовью, — имя обожгло губы Эшли. Время не стерло горечи, она до сих пор чувствовала ее, и эта горечь заслоняла память о боли, которой она больше никогда не испытывала. Ни до, ни после.

Дрю облизнула губы.

— Вот теперь мы добрались до сути дела.

— Ты что, думаешь, я до сих пор по ней сохну? — оборонительным тоном спросила Эшли.

— А ты сохнешь? — вздернула бровь Дрю.

— Абсолютно нет. Даже в своем лучшем состоянии она Эрике и в подметки не годилась, — Эшли встала. — Мне пора на работу.

Дрю вскочила на ноги и ухватила Эшли за плечи, заставляя посмотреть себе в глаза.

— Ты держала это в себе двадцать лет. Пришла пора выпустить наружу вину, и стыд, и особенно злость. Ты и так позволила этим чувствам лишить тебя очень многообещающей карьеры.

Эшли печально усмехнулась.

— Если бы они меня ее не «лишили», тогда бы я не встретила тебя и Эрику. И до сих пор меня все целиком устраивало.

Дрю хихикнула.

— Ну, это правда. И что бы ты без меня делала?

— Лично я тут ночевать не собираюсь, — сказал голос Кейтлин из интеркома на столе у Эрики. — Уже шесть часов. А в шесть тридцать мой автомобиль отбывает со стоянки. Рекомендую тебе на тот момент быть в нем.

— Увидимся снаружи через полчаса, — ответила Эрика — и не вздумай меня бросить, как в тот раз, когда мы ехали в отпуск.

— Тогда не опаздывай, и хватит ныть.

Эрика неохотно отодвинулась от стола и запихнула в портфель несколько документов, над которыми ей нужно было поработать. Она бы предпочла остаться в офисе, и в тишине и покое разобрать гору дел, которые накопились, пока она была в отпуске.

— Какие у тебя планы на вечер? — спросила Кейтлин, когда они сели в машину.

— Собираюсь заняться договором Тревиса. Сегодня не было времени на него взглянуть из-за сделки с МакКессоном.

— Эрика! — Кейтлин даже оглянулась. Она свернула с главной дороги и поехала кружным путем, заставив Эрику стиснуть зубы. — А ты не думаешь, что тебе нужно хоть немного побыть с Эшли?

— У нас для этого есть выходные. А сейчас у меня куча работы и совсем нет времени.

— Знаешь, что? — сердито спросила Кейтлин. — Тебе некого винить, кроме себя самой в том, что Эшли держала эту историю в секрете. Бедняжка, небось, десяток раз пыталась тебе все рассказать, а ты сидела, уткнувшись мордой в монитор. Над отношениями тоже работать надо, понимаешь?

Эрика была совершенно не в настроении выслушивать лекции по работе над отношениями, но все же попыталась сдержаться.

— Оставь это, Кейти. Мне не нужно, чтобы ты мне тут устраивала телешоу с психологическим уклоном.

— Ну, тогда не прибегай ко мне в слезах, когда она…

— Прекрати!

— Я не то хотела сказать, — мягко произнесла Кейтлин. — Не сомневайся, я всегда буду рядом. Но знай, что когда ты отстрадаешься, я тебе этот разговор припомню.

— Я буду знать. А теперь давай, сворачивай на следующую улицу. Красоты пейзажа по дороге домой мне не нужны.

Кейтлин сделала, как ей было сказано. Когда Эрика вылезла из машины, они обе пробормотали «спокойной ночи», и Кейтлин порулила домой.

Глава 6

Кейтлин вошла в темную кухню и заметила, что на плите стоит кастрюля. Обед был готов, а вот Дрю не было ни слуху, ни духу. Кейтлин прошла в кабинет, и обнаружила свою девушку в углу, уставившейся в экран компьютера.

— Эй, женщина, ты чего делаешь, и почему мой обед еще не на столе?

Дрю откинулась на стуле и стащила с носа очки для чтения.

— Эй, женщина, а ты чего так долго добиралась домой, и где мой поцелуй?

Кейтлин хихикнула, подошла к Дрю и чмокнула ее в губы, а потом опустилась на колени рядом с ней.

— Как прошел твой день, любовь моя?

— Я подрезала всю клумбу в палисаднике, и мы пообедали с Эш. Я починила стиралку, так что она больше не издает таких звуков, будто вот-вот проломится сквозь стену и нападет на нас. Играла в компьютер, и в перерыве уснула, как лентяйка.

Кейтлин глянула на Дрю неодобрительно.

— Тебя нельзя назвать лентяйкой. Каждое утро ты встаешь, чтобы приготовить мне завтрак. Ты готовишь мне еду, стираешь мои вещи и содержишь дом в безупречном порядке. — Кейтлин взяла руку Дрю в свои и поцеловала ладонь. — Ты меня абсолютно разбаловала.

— Ты правда так считаешь? — лицо Дрю приняло обеспокоенное выражение.

— Дрю, дорогая, я одна из самых счастливых женщин на свете. Я иду на работу, и мне не нужно волноваться о том, что приготовить на обед. И мне не нужно волноваться, как бы попасть домой до наступления темноты, чтобы подстричь газон, пока не стемнело. Моя одежда всегда чистая, и в шкафу. Кто из женщин может таким похвастаться? Я живу в неге и довольстве, потому что ты обеспечиваешь мне их. Так что, да, я вижу это именно так.

— Спасибо тебе, — на лицо Дрю вернулась улыбка. Она наклонилась и коснулась губ Кейтлин сладчайшим из поцелуев.

— Как там Эш? — Кейтлин встала и стала разминать плечи Дрю.

Дрю застонала от удовольствия, пока Кейтлин массировала напряженные мышцы ее шеи.

— Эш придется многое преодолеть. Расскажу тебе за ужином.

Кейтлин наклонилась ближе к экрану компьютера.

— Это она?

Длинные темно-рыжие локоны заслоняли смутно знакомое лицо, свисая и оставляя закрытым один зеленый глаз. С дерзкой усмешкой Эшли стояла, опираясь рукой о бедро. Куртка с большими подплечниками скрывала хрупкую фигуру.

— У нее ноги, как зубочистки, — усмехнулась Кейтлин. — Хотя, сапоги мне нравятся. — Кейтлин посмотрела на женщин, стоявших вокруг Эшли. — Так это, стало быть, остальная банда, — она склонилась и посмотрела внимательнее. — Никогда не понимала названия Версаль. Что это значит?

— Это фамилия барабанщицы, она и основала группу. Вон она, справа, — Дрю показала на самую низенькую женщину в группе.

Недостаток роста она компенсировала мышцами. Жилет-безрукавка выставлял напоказ хорошо прорисованные бицепсы, на голове была копна вьющихся длинных волос.

— Чего они все такие раскудрявые? — Кейтлин подняла Дрю со стула и повела на кухню.

— Кейти, ну ты же помнишь восьмидесятые. Это был один из самых популярных стилей. Волосы длинные, волнистые, и обязательно закрывают один глаз.

— У тебя тоже была такая прическа? — с улыбкой Кейтлин уселась за стол.

Сколько она была знакома с Дрю, у той всегда была короткая стрижка, с чуть более длинными прядями на макушке, спадавшими на глаза. Ее волосы почти полностью поседели, но стильная прическа молодила ее, придавая ей вид просто рано поседевшей. А впервые в Дрю Кейтлин привлек рост. Всего пяти футов[11] в высоту, Кейтлин чувствовала, что все и каждый просто возвышаются над ней, а Дрю была всего на дюйм[12] выше ее. Она бы с удовольствием признала, что во вторую очередь ее привлекли голубые глаза Дрю, но на самом деле ее привлекло то, как Дрю выглядела в джинсах. И сейчас Кейтлин с улыбкой наблюдала, как эта прекрасная задняя часть перемещается по кухне.

— Я пробовала, но у меня волосы слишком прямые, я замучилась делать химию и лить на них всякую дрянь, — Дрю поставила перед Кейтлин миску супа.

Бурчащий желудок заставил Кейтлин забыть о приличиях, она схватила ложку и принялась за еду, прежде чем Дрю присоединилась к ней. Она улыбнулась извиняющейся улыбкой, с набитым ртом пробормотала: «Прости», зачерпнула еще ложку, проглотила, и с тем же азартом впилась в кусок хлеба.

— Ну, так расскажи мне об Эш.

Дрю повторила весь рассказ, а Кейтлин ела и внимательно слушала.

— Не пойми меня неправильно, я не преуменьшаю того факта, что кто-то умер, но убей меня, я не пойму, из-за чего такая трагедия.

— Ну, для Эш это большая трагедия, — Дрю закатила глаза. — Она привыкла в упор не замечать проблем и плохо то, что Эрика из того же теста. Я не думаю, что Эш и дальше сможет прятаться теперь, когда все раскрылось и, честно говоря, я и не хочу, чтоб она это делала. Ей нужно посмотреть правде в лицо.

Кейтлин отнесла свою опустевшую миску к плите и налила добавку себе, а потом и Дрю.

— Я знаю, как говорят эти психи… психотерапевты, отрицание — неподходящий способ решать проблемы, но до сих пор это у нее получалось.

— Ты говоришь в точности как Эш, — Дрю взяла миску из рук Кейтлин. — Если верить тому, что я читала, Эш была ужасно талантливой. Ты знаешь, что это она написала их хит? Она не могла вечно зарывать талант в землю. Это же часть ее личности.

— Ты определенно хорошо поработала над своим расследованием. Что ты еще выяснила?

— Группа все еще существует. Они играют в местном клубе пару раз в месяц. Шанталь, барабанщица, организовала веб-сайт. — Дрю зачастила. — И все первоначальные члены группы все еще вместе, кроме Эш, конечно. Шанталь очень милая, и они не записываются…

— Милая? — ложка Кейтлин замерла на полпути ко рту. — Ты с ней связалась?

Дрю беспомощно усмехнулась и пожала плечами.

— Может быть.

— Дрю Талбот! Я поверить не могу!

Лицо Дрю покраснело, а сама она посмотрела на Кейтлин с самым невинным выражением лица.

— Я ничего не могла с собой поделать. Я увидела сайт, а потом электронный адрес. У меня руки зашевелились быстрее, чем я успела подумать, что я делаю. Я сказала ей, что мы недавно увидели их клип, и я разыскала их веб-сайт. А когда она позвонила, я не удержала язык за зубами.

Ложка выскользнула у Кейтлин из пальцев и брякнулась об стол. Ее губы зашевелились, но наружу вырвался какой-то писк.

Дрю потянулась и схватила Кейтлин за руку с умоляющим видом.

— Она так разволновалась. Они разыскивали Эшли очень долго.

Кейтлин подняла палец вверх.

— Помолчи лучше, а? С каждым словом становится все страшнее.

— Не сердись на меня, Кейти. Я ничего не могла с собой поделать. Ты знаешь, я иногда вцепляюсь в информацию, как собака в кость.

Дрю всталаи забегала по пятам за Кейтлин, которая меряла шагами кухню.

— Это же неплохо…

— Дорогая, это вторжение в личную жизнь Эшли, да и Эрики, если уж на то пошло, — все еще не веря собственным ушам, произнесла Кейтлин. — Они нас убьют.

— Шанталь даст нам приглашение. В субботу вечером. Пропуск в гримерку, бесплатная выпивка и отдельный столик на время концерта. Мы пойдем?

Кейтлин выглядела так, будто ей перестало хватать воздуха.

— Ну ладно, — спокойно ответила она, и тут же зажала рот ладонью. — Боже, на что это я только что согласилась?

Дрю заплясала по кухне, пока Кейтлин боролась с приступом паники.

— Мы им ни за что на свете не скажем, что мы это сделали, понятно тебе? — Кейтлин поймала Дрю, заставляя угомониться. — Они нам не простят, если узнают.

— Хорошо, это будет наш секрет, — ответила Дрю, едва сдерживая волнение.

— Обед пахнет изумительно, — сказала Эрика, входя в дом.

— Паста будет готова буквально через минуту, — ответила Эшли.

Эрика бросила свой портфель на пол рядом с кабинетом, достала из стойки на кухонном столе бутылку красного вина, которая стояла там уже, казалось, вечность, вытерла ее и стала искать штопор.

— Паршивый денек на работе? — Эшли проверила хлеб.

— Эллис напортачил кое с чем, — Эрика откупорила бутылку. — Мы весь день провели, успокаивая заказчиков и разгребая то, что он наворотил.

Эрика наполнила бокал и отпила глоток. Она с неловкостью посмотрела на Эшли, прежде чем поцеловать ее в щеку.

— А у тебя как день прошел?

— Тоже в заботах, — ответила Эшли. Ей тоже было не по себе. Поцелуй казался вымученным. Она понимала, что Эрика делает все, что может, но в данный момент Эшли не могла найти в себе сил, чтобы ей помочь. Она не хотела, чтобы это встало между ними, но снова начинать разборки ей тоже не хотелось. Она легкомысленно понадеялась, а вдруг Эрика все позабудет, да и она сама тоже.

— Сопливые носы, одного пациента покусала собака, завал с бумагами — типичный понедельник, день тяжелый.

— Покусала собака? — Эрика вздернула бровь. — Сильно?

— В общем, нет. Пудель Линды слишком разыгрался, ну и цапнул ее.

— Это который раз за месяц он ее цапнул?

— Третий, если считать сегодняшний, — Эшли слила воду из кастрюли.

— Выглядит как насилие в семье.

— Ага, может, Линда вскорости съедет, оставит Типпи дом.

— Надеюсь, он потянет выплаты по ипотеке. Я не думаю, что банк принимает к оплате собачьи печеньки, — Эрика стала накрывать на стол.

Рассказав о событиях дня, они обе снова умолкли. Эшли гоняла еду по тарелке. Она и пары кусков не съела, когда Эрика завозилась и стала объяснять, что ей нужно вечерком посидеть в кабинете и поработать, чтобы нагнать то, в чем она отстала. Но что бы Эрика ни говорила, Эшли поняла, что это значит только одно: Эрика чувствует себя не в своей тарелке, как и она сама.

Когда кухня засияла чистотой, Эшли решила, что теперь можно расслабиться и принять ванну. Стоя на верхней ступеньке, она глянула в сторону чердака. Она знала, что Эрика в ближайшем будущем здесь не покажется, поэтому быстренько прошмыгнула в дверь и прикрыла ее за собой. Чердак был забит всякой всячиной, которая насобиралась у Эрики за все эти годы. Эшли пробиралась сквозь коробки, пока не нашла те две, которые оставила нераспакованными, когда переехала к Эрике.

Среди старых налоговых деклараций и всякой дребедени Эшли нашла то, что искала. Она вытащила пластиковую папку из коробки и опустилась на пол, глядя на нее. Пятна от кетчупа побурели с годами, но она все еще могла различить свой почерк. «Но станет ли эта любовь моей в один прекрасный день?»

Группа поехала в Пенсаколу[13], чтобы отыграть два концерта. Они были на мели, могли себе позволить снять только один номер на всех, и Эшли почувствовала, что задыхается. У нее в кармане нашлось достаточно денег, чтобы купить молочный коктейль и картошку фри. С этим нехитрым обедом она сбежала в парк неподалеку от гостиницы. На заляпанной салфетке она излила свои одиночество и тоску. Она писала о любви, которую надеялась однажды испытать.

Как ее отыскала Алекс, так и осталось загадкой. Она возникла ниоткуда вместе со своей неразлучной гитарой, уселась на траву рядом с Эшли и стала время от времени тягать у нее картошку. Алекс легко подобрала музыку к сокровенным желаниям Эшли, которые она перенесла на бумагу этим днем. А позже, ночью, они прокрались назад в парк и занялись любовью на одеяле рядом с деревом, где они вместе написали песню, изменившую их жизни.

Алекс оказалась великолепным, хотя и жестким учителем. Эшли с огромным желанием училась у нее сексу и страсти, но одновременно преуспела в науке боли и разбитого сердца. Алекс же без малейшего сожаления переключилась на новую ученицу.

Эшли швырнула папку назад в коробку и закопалась поглубже. Ее руки рылись в бумагах, света не хватало, но она уже почувствовала глянцевую поверхность фотографии, единственной, которую она осмелилась сохранить. Это не было постановочное фото, наоборот, кто-то щелкнул их, просто когда всем было хорошо. Пятеро стояли и улыбались в камеру; Алекс обнимала Эшли за плечи и прижималась к ее щеке своей. Эшли не вспоминала лица Алекс до тех самых пор, пока не посмотрела злосчастный клип. Она думала, что теперь в ней всколыхнутся прежние чувства, может быть, злость или чувство утраты, испытанное ею прежде. Но все, что она почувствовала — это отстраненность и отдаленность, и она задумалась, а может быть, время все же исцелило старые раны? А вот при виде Вики в объятиях Шанталь на глаза Эшли навернулись слезы. Она была так поглощена собственной болью, что только сейчас поняла, как сильно она тоскует по одной их своих лучших подруг. Они с Шанталь все еще вместе после стольких лет? Простили ли они ее? Эшли засунула фотографию на место. Ответов на эти вопросы она наверняка никогда не узнает.

Глава 7

— Я нервничаю, — сказала Дрю, когда они с Кейтлин шли по направлению ко входу в клуб. — А что, если я начну бредить и опять наболтаю лишнего?

— До тех пор, пока ты не выболтаешь адрес Эшли, мы в безопасности, — Кейтлин оглядела парковку. — Машин немного, они, должно быть, стадионы не собирают.

— Они начинают в десять, а сейчас еще восемь. Шанталь предложила нам приехать пораньше, чтобы мы могли познакомиться с группой.

Кейтлин сжала руку Дрю.

— В любое другое время я была бы в восторге, но нам предстоит двухчасовой разговор, и мы можем наговорить лишнего.

— Я буду держать себя в руках, не беспокойся.

— Да я не только о тебе беспокоюсь, — улыбнулась Кейтлин. — Я наверное, накинусь на них, как фанат-подросток и ляпну что-нибудь неимоверно глупое.

Дрю замерла на месте и остановила Кейтлин.

— Может, сбежим?

— Ты с ума сошла? И упустим такую возможность? Я маркер специально принесла. Кто же распишется на моем лифчике?

Дрю и Кейтлин несмело вошли в клуб. Небольшая группа посетителей, сидевших в баре, одарила их небрежными взглядами. Бар от танцпола отделяла стена, и Дрю с Кейтлин прошли сквозь арку и стали смотреть, как несколько человек устанавливают на сцене оборудование.

— Может, спросим у кого-то из них, где Шанталь? — Дрю вертела головой в поисках знакомого лица.

— А откуда ты знаешь, что ее нет среди них? — спросила Кейтлин.

— Потому что я видела ее на фотографии, и ее там нет.

— Ладно, ты первая, — Кейтлин подпихнула ее.

— Трусиха, — огрызнулась Дрю и подошла к женщине, разматывавшей кабель. — Простите, пожалуйста, вы не подскажете, где мне найти Шанталь Версаль?

— Вы — Дрю Талбот?

— Да.

— Она ожидает вас, пойдемте со мной.

Они пошли вслед за женщиной, поднялись вверх по лестнице и очутились в еще одном помещении с баром. Женщина постучала в дверь для персонала. На пороге появилась высокая блондинка и вопросительно посмотрела на них.

— Это Дрю Талбот, — женщина повела рукой в сторону Дрю.

Дверь раскрылась шире.

— Входите, пожалуйста. Я — Линдсей. Рада знакомству.

— Это моя возлюбленная, Кейтлин, — Дрю нервно улыбнулась.

— Приятно познакомиться, Кейтлин, — сказала Линдсей, и они пожали друг другу руки. Она развернулась и повела их к другому проходу. — Сейчас я познакомлю вас со своей женой Жаклин. Это наш клуб, так что если вам что-нибудь нужно или вы чего-то захотите, то не стесняйтесь, спрашивайте. — Линдсей остановилась у двери. — Что бы вы хотели выпить, леди?

Дрю посмотрела на Кейтлин вопросительно.

— Бар к вашим услугам, вы обе у нас сегодня почетные гостьи, — усмехнулась Линдсей.

— Бурбон 7[14], - сказала Кейтлин. — Я люблю проверенные марки.

— Без проблем, — Линдсей посмотрела на Дрю. — А вам?

— Мне то же самое.

— Входите, они вас ждут. Я принесу напитки через минуту, — Линдсей развернулась и ушла.

— Ты первая, — Дрю подпихнула Кейтлин к двери. Кейтлин медленно повернула ручку и заглянула внутрь. В разных местах комнаты сидели четверо женщин, одна держала гитару. Они удивленно уставились на Кейтлин, когда Дрю подтолкнула ее дальше в комнату.

— Привет, я — Кейтлин, а моя девушка, что прячется там, в коридоре — это Дрю, — обезоруживающе улыбнулась Кейтлин. — Мы ищем Шанталь.

Женщина, всего на дюйм или два повыше Кейтлин, встала и подошла к ним, улыбаясь. Ее короткие вьющиеся волосы были щедро намазаны гелем и нарочито растрепаны. Кейтлин смотрела, как играют мышцы на ее обнаженной руке, когда они обменялись рукопожатием. Она поняла, кто это, раньше, чем та представилась.

— Я — Шанталь, — произнесла женщина и сверкнула улыбкой. — Мы дождаться не могли, пока вас встретим.

Внезапно расхрабрившаяся Дрю протиснулась мимо Кейтлин и энергично затрясла руку Шанталь.

— Очень рада познакомиться с вами лично. Спасибо, что пригласили нас.

Шанталь провела их дальше в комнату и указала на женщину, как раз поднимавшуюся с дивана:

— Это моя жена Вики Кейвик. Она играет на клавишных.

Выше, чем Шанталь, и с такими же темными волосами, свисавшими, правда, до плеч, Вики подошла ближе и пожала им руки.

— Здорово познакомиться с вами обеими.

— Я — Жаклин, — к ним подошла высокая рыжеволосая женщина. — Вы, наверное, уже встретили мою жену Линдсей там, снаружи.

— Встретили, — Дрю пожала руку Жаклин. — Она очень милая.

— А это — Алекс, — сказала Шанталь, отступив на шаг в сторону, и к ним присоединилась высокая брюнетка.

— Рада повстречать вас обеих, — улыбнулась она.

Линдсей вошла в комнату с подносом, уставленным напитками. Раздав напитки, она уселась рядом с Жаклин и выжидающе уставилась на Кейтлин и Дрю, как, впрочем, и все остальные.

— Спасибо, что не поленились и проделали весь путь из Сент-Франтисвилля, чтобы повидать нас, — сказала Вики.

— Мы в восторге от того, что можем посетить ваш концерт. Я ваша старая, древняя поклонница, — ухмыльнулась Кейтлин.

— Как там Эшли? — спросила Жаклин, заработав неодобрительный взгляд Шанталь.

— Мыы… эээ… конечно рады с вами познакомиться, но мы слишком долго разыскивали Эшли, так что не сочтите нас грубыми, — Шанталь глянула на Жаклин.

— Мы понимаем, — ответила Кейтлин. — С Эшли все в порядке, но, честно говоря, она не знает, что мы здесь. И я думаю, когда она узнает, то не обрадуется.

— Почему? — задала естественный вопрос Жаклин.

— Мы знакомы с ней очень давно, но она никогда не рассказывала нам, что играла в группе, — сказала Дрю.

— Вы ничего не знали? — недоверчиво воскликнула Вики.

— Ничегошеньки, — ответила Кейтлин, допивая свой коктейль. — Женщина, которую знаем мы, настолько далека от всего этого, что для нас стало огромным шоком узнать, кто она.

— Мы ее так искали, а она все это время была у нас прямо под носом, — с видимым разочарованием сказала Жаклин.

— А зачем вы ее разыскивали? — спросила Дрю. — Это ничего, что я спрашиваю?

Вики глянула на Шанталь, прежде, чем ответить:

— Она была моим лучшим другом… и мы все по ней скучаем.

— Вы хотите знать, почему она ушла и словечка никому не сказала? — спросила Дрю, сочувствуя явно ощущаемой утрате Вики.

— Ну, если исходить из того, что она рассказала Эрике, она не в восторге от воспоминаний о том, как она была в группе, — Кейтлин заметила ошеломленное лицо Жаклин и быстро исправилась: — Это не имеет отношения к вам, ни к кому из вас, просто… я так понимаю, она сожалеет об этом… что-то я что ни скажу, все не то выходит, — смущенно улыбнулась Кейтлин.

— Все в порядке, — ответила Шанталь. — Мы все знаем, почему она ушла из группы. Мы просто никак не поймем, почему она ни разу не вышла с нами на связь.

— А кто такая Эрика? — подала голос стоявшая в другом углу комнаты Алекс. Это был первый раз, когда она приняла участие в разговоре. И Кейтлин совсем не была уверена, что ей понравилось выражение, промелькнувшее на лице Алекс, когда она объяснила, что Эрика — это ее лучший друг и что они с Эшли прожили вместе пять лет.

Жаклин воспользовалась паузой в разговоре:

— Так вы никогда не слышали, как она поет или играет?

— Если она это и делала, то хорошо скрывала, — сказала Дрю. — Мы и представления не имели, что у нее есть хоть какие-то музыкальные способности, пока не посмотрели видео и не узнали ее.

— А кем она работает? — спросила Вики.

— Она офис-менеджер, — Кейтлин почувствовала, что пора перевести разговор в другое русло. Сент-Франтисвилль был небольшим городком, и отыскать врачебный кабинет, где работала Эшли, не составляло никакого труда. — А у вас в нет планов снова записываться?

— Нет, это теперь просто хобби, — ответила Вики. — Алекс — адвокат, Жаклин и Линдсей владеют этим баром, а у нас с Шанталь — музыкальный магазин неподалеку.

— Кстати говоря… — Алекс встала. — Нам нужно еще кое за чем приглядеть, — она глянула на Жаклин. — Приятно было познакомиться с вами обеими, — Алекс двинулась к двери. — Надеюсь, скоро увидимся.

— Было очень приятно познакомиться с тобой, Алекс, — Кейтлин почувствовала, что врет. Ничегошеньки приятного в этом не было вообще. Она знала, что связывало эту женщину с Эшли, и чувствовала, что предала Эрику самим своим появлением здесь.

Линдсей встала рядом со своей девушкой.

— Мне нужно возвращаться к работе, но я буду неподалеку, когда начнется шоу. Если вы чего-то захотите или вам что-нибудь понадобится, дайте мне знать.

Троица вышла, оставив Дрю и Кейтлин наедине с Вики и Шанталь.

— Это так круто! — Дрю повела плечами. — Так отличается от того, к чему мы привыкли. Обычно мы проводим субботние вечера на диване перед телевизором.

Вики рассмеялась.

— Мы абсолютно такие же. Концерты у нас всего пару раз в месяц, а в остальные выходные нас тоже с дивана не поднять.

— Я не знаю, чего я ожидала, но вы такие обычные, — сказала Кейтлин. Вообще-то она представляла себе кучу едва одетых поклонниц, вьющихся над музыкантами и безумные вечеринки. Может, это начнется попозже.

— Эшли… с ней правда все хорошо? — спросила Вики.

Кейтлин сжала руку Дрю, предупреждая ее, что нужно вести себя сдержанно.

— До тех самых пор, пока ее тайна не раскрылась, с ней все было хорошо. — Дрю сжала руку Кейтлин в ответ, когда та снова стиснула ее ладонь. — Я думаю, на нее сейчас многое навалилось.

— Мы знали… Я знала, что она не справляется с собой, — сказала Вики. — У Эш привычка возводить вокруг себя глухие стены, когда ей больно. Она не впускала меня внутрь. Перед тем, как она сбежала, мы все время ругались. Я думаю, я на нее слишком надавила.

— Вот у меня с ней сейчас то же самое. А несчастная Эрика… — Дрю вырвала руку из ладоней Кейтлин. — Ты мне все кровообращение пережимаешь!

Кейтлин раздраженно стиснула зубы. Дрю снова занесло, и она больше не контролировала ситуацию.

— Извини, — Кейтлин искоса глянула на Дрю. — Эрика и Эш — мои лучшие друзья, и я думаю, это неправильно — обсуждать их личную жизнь. Особенно потому, что мы встречаемся с вами без их ведома.

Шанталь улыбнулась и ткнула большим пальцем в сторону Вики:

— Если мы просидим здесь достаточно долго, Вики расскажет вам каждую прискорбную деталь наших отношений, — тут Шанталь показала сначала на голову Вики, а потом перевела палец к ее рту. — Если что-то там есть, оно непременно выйдет отсюда.

— Это правда, — пожала плечами Вики. — Не вижу никакой необходимости в сохранении тайн. К сожалению, чужие секреты я тоже выбалтываю.

— Да тут дело не в сохранении секретов, — Дрю свирепо посмотрела на Кейтлин. — У Эш сейчас сложный период. Что плохого в том, чтобы обсудить это с людьми, которым она небезразлична, и понять, как ей помочь?

— А она просила тебя о помощи? — в один голос спросили Кейтлин и Шанталь.

— Я думаю, это начало прекрасной дружбы[15], - сказала Вики с широкой улыбкой на лице.

У Кейтлин внутри все сжалось. Дрю, без сомнения, нашла себе союзницу в лице Вики, и она не знала, как им с Шанталь удастся разобраться с тем хаосом, который более чем вероятно, выпустят на волю их девочки.

— А у вас, случайно, нет ее свежей фотографии, а? — спросила Вики.

Дрю поглядела на Кейтлин и та, после минутного колебания, вытащила бумажник.

— Мы сделали ее в прошлом году, когда были в отпуске. Это самая свежая, что у меня есть.

Шанталь взяла фото, и они с Вики стали его рассматривать. По щеке Вики скатилась слеза, и Шанталь свободной рукой обняла ее за талию.

— Не хлюпай носом, детка, а то не сможешь взять ни одной ноты, — улыбнулась Шанталь.

Вики прокашлялась и кивнула, но прошло еще некоторое время, прежде чем она смогла заговорить.

— Она очень изменилась. Я всегда надеялась, что снова увижу ее.

— Она двадцать лет провела в бегах, — ответила Кейтлин. — Если мы на нее надавим, насчет встречи с вами, она может сбежать снова. Я не могу рисковать, это убьет Эрику.

Дрю яростно замотала головой:

— А вдруг не сбежит? Мы же не знаем, что она сбежит!

— Вот именно, — ответила Кейтлин. — Мы не знаем.

— Я не хочу делать ничего такого, что разрушит ее мир сильнее, чем уже есть сейчас. Я хочу увидеть ее, узнать ту женщину, которой она стала теперь, — на глаза Вики навернулись слезы. — Но если она этого не захочет, мне придется смириться.

— Да это не из-за тебя, — Дрю потянулась и схватила Вики за руку. — Это из-за Алекс.

— Черт возьми, Дрю! — Кейтлин всплеснула руками.

— Это она так сказала? — потрясенно спросила Вики.

— Ну, не совсем такими словами, — лицо Дрю покрыл румянец, когда она уразумела, что наделала. — У нее есть не прощенные обиды.

— Нам пора на сцену, — к облегчению Кейтлин сказала Шанталь. — Возможно, это тема для следующего разговора.

Кейтлин заметила, как Вики и Шанталь обменялись взглядами. Вики явно была раздосадована тем, что их прервали.

Дрю крепко обняла Вики.

— Мы еще поговорим, не расстраивайся.

— Большое вам спасибо, — улыбнулась Вики. Дрю отпустила ее, и Вики обняла Кейтлин. — Линдсей сейчас поднимется сюда. Она проведет вас к вашему столику.

Когда дверь за Вики и Шанталь закрылась, Кейтлин подождала пару секунд, прежде чем заговорить.

— Да я поверить не могу! — она предупреждающе подняла палец, когда Дрю раскрыла рот и собралась ответить. — Ты играешь с вещами, которые могут неизвестно чем обернуться!

— Я просто хочу помочь Эш, и Вики тоже, — Дрю умоляюще посмотрела на Кейтлин.

— А как же Эрика? Она и так ходит, как пришибленная, с тех самых пор, как мы вернулись из отпуска, — Кейтлин бросилась на диван и провела руками по лицу.

— Мы можем сделать так, что никто не пострадает, — Дрю забегала по комнате. — Сначала надо убедить Эшли. Дать ей понять, что все…

— Я не знаю, кто такие «мы». Я с Эшли говорить об этом не собираюсь. Я и так всадила нож в спину лучшей подруге только тем, что пришла сюда сегодня. Боже, как я буду ей в лицо смотреть? Она только глянет на меня, и сразу поймет, что я натворила.

— Успокойся и говори потише, — Дрю подошла и уселась рядом с Кейтлин. — Позволь мне все уладить. А ты просто позаботься об Эрике.

Кейтлин подняла руки, сдаваясь.

— Я знаю, что мне тебя не остановить, но если это причинит Эрике боль, я тебя так быстро не прощу.

Линдсей заглянула в комнату.

— Дамы, если вы готовы, я проведу вас вниз.

Дрю с Кейтлин спустились вслед за Линдсей на лестничный пролет вниз, и она усадила их за столик на поднятом вровень со сценой участке зала. Теперь им ничто не заслоняло сцену, и Кейтлин пожалела, что ситуация сложилась именно так, потому что Эрика с удовольствием поучаствовала бы в том, что им предстояло.

— Хотите еще выпить? — спросила Линдсей.

— Машину поведешь ты, — сказала Кейтлин. — Мне нужно оглушить свой мозг хоть ненадолго.

Глава 8

— Ты где была? — спросила Эрика, когда Кейтлин ответила на звонок.

— Мы с Дрю ездили пообедать в Батон Руж, — Кейтлин замерла, когда полуправда так легко сорвалась с ее губ.

— Ты можешь заехать ко мне в офис?

— Сегодня воскресенье. Я как-то не настроена сегодня работать.

— Это не по работе, Кейти.

Глаза Кейтлин широко распахнулись. Эрика была сама не своя.

— Я заскочу в душ и сейчас приеду.

— Что там такое? — спросила Дрю, когда Кейтлин положила трубку.

— Эрика хочет поговорить, я так понимаю, — Кейтлин, пошатываясь, выбралась из кровати.

— Ох, черт! — Дрю отбросила одеяла и вскочила на ноги. — Ты думаешь, она знает, где мы были?

Кейлин выронила пару штанов, которые только что вытащила из комода.

— Быть такого не может! Пожалуйста, скажи мне, что этого не может быть!

— Успокойся. — Дрю подошла к Кейтлин и схватила ее за плечи. — Она никак не может этого знать. Наверное, ей просто нужно поговорить. Поезжай туда и веди себя как обычно.

— Веди как обычно, — кивнула Кейтлин.

— Спускайся и съешь несколько тостов. Прими пару таблеток тайленола. Я как раз вылезу из душа к тому времени, как ты поднимешься сюда, чтобы переодеться.

— Ты собираешься увидеться с Эшли? — Кейтлин медленно двинулась к двери.

— Как только оденусь, так сразу.

— Не вываливай на нее все сегодня, — взмолилась Кейлин. — Это слишком быстро.

— Доверься мне, — с этими словами Дрю исчезла в ванной.

— Ох, черт, — несчастным голосом сказала Кейтлин и пошла на кухню.

Кейтлин поехала в офис кружным путем. Несколько лишних минут должны были помочь ей успокоиться перед тем, как встретиться с Эрикой лицом к лицу. Обычно с первого взгляда Эрика могла сказать, что у нее на уме. Кейтлин быстренько глянула на себя в зеркало заднего вида, когда въехала на парковку, и поморщилась от виноватого выражения, которое там увидела.

Проходя по темному коридору, она увидела, как из кабинета Эрики выбивается свет. Кейтлин на мгновение остановилась, глубоко вдохнула и вошла.

— Если ты наврала, и у тебя тут куча таблиц, над которыми нужно поработать, я… — Кейтлин ошарашенно уставилась на Эрику. Красные, опухшие глаза глядели на нее из-под спутанных волос, свисавших на лицо.

— Привет, — мягко проговорила Кейлин. — Что происходит?

Эрика провела рукой по волосам, а потом поднесла руку к дрожащему подбородку.

— Я не знаю.

— Да что стряслось? — Кейтлин подошла ближе и села.

Эрика прерывисто и глубоко вздохнула.

— Ничего, и в этом вся проблема. Она, кажется, пребывает в каком-то своем мире. Я не знаю, как с ней себя вести.

Кейтлин подтащила свой стул поближе к стулу Эрики, но не сделала попытки коснуться ее. За все годы их знакомства Кейтлин только дважды видела Эрику плачущей. Первый — в детстве, когда Эрика упала на самодельном велосипедном трамплине и ударилась лицом об асфальт, а второй — когда скончалась ее бабушка. Кейтлин подумала, а не станет ли этот раз третьим, и почувствовала, как у нее самой на глаза наворачиваются слезы.

— Я пыталась с ней поговорить, но она просто замыкается в себе. Я чувствую себя чужой в собственном доме. Прошлую ночь я проспала на диване в своем кабинете. Не смогла себя заставить улечься в постель рядом с ней. Будто я непрошеный гость, будто я куда-то вторгаюсь, — руки Эрики тряслись, когда она отвела волосы с лица. — Я пробовала тебе дозвониться.

Кейтлин виновато отвела глаза, но Эрика, кажется, ничего не заметила.

— Кейти, я чувствую себя так, будто она от меня ушла, разве что за дверь не вышла.

— Я думаю, вам обеим нужна помощь со стороны. Может быть, что-то вроде консультации для семейных пар, чтобы помочь вам пройти через возникшие трудности.

При этой мысли Эрика нахмурилась.

— Ты не можешь просто сдаться. Вы можете быть счастливы вдвоем, как раньше. Разве ты не хочешь снова это обрести?

— Может быть… — Эрика уставилась на свои дрожащие руки. — А что, если она не хочет… Честно говоря, я боюсь спрашивать. Я не уверена, что смогу пережить ответ.

Дрю обнаружила, что задняя дверь не заперта, тихонько выругалась и открыла ее. В доме стояла тишина.

— Эш! — позвала она, переходя из кухни в комнату. Единственным ответом ей было тиканье часов. Дрю пошла наверх, переступая по две ступеньки за раз, и осторожно вошла сквозь раскрытую дверь в спальню.

Эшли лежала, свернувшись калачиком и с головой укрывшись одеялом, так что снаружи была видна только ее макушка.

— Эш, — громко позвала Дрю и качнула кровать. Когда выпуклость под одеялами зашевелилась, Дрю потянула их на себя. Перед ней лежала зажмурившаяся Эшли.

— Пора проснуться и петь, — Дрю взяла Эшли за руку и потянула с кровати. — Нам нужен кофе.

Эшли вылезла из кровати полностью одетая, в джинсах и свитере, которые она носила вчера.

— Ну, ты по крайней мере, туфли сняла перед тем как лечь, — ухмыльнулась Дрю, цапнула Эшли за руку и поволокла в кухню. — Я прочту тебе лекцию по гигиене после того, как ты позавтракаешь.

Эшли бухнулась на стул, а Дрю поставила кофе вариться.

— Это Эрика тебя сюда прислала?

— Нет, она позвонила Кейтлин утром, ей нужно было поговорить. Я подумала, что тебе нужно то же самое.

— Я рада, что у нее есть Кейтлин.

— Ты у нее тоже есть, правильно? — Дрю поставила чашки на стол и присела.

— Я не могу переживать обо всем сразу, — Эшли отпила глоток. — Я пытаюсь совладать со старыми воспоминаниями. И не могу разбираться еще и с ее чувствами.

Дрю вздернула бровь.

— Это нечестно по отношению к ней.

— Честно или нечестно, но есть, как есть, — ответила Эшли, не глядя на нее.

Дрю потянулась и взяла Эшли за руку.

— Давай пройдем через это вместе. Из-за чего ты так расклеилась?

— Прямо сейчас я чувствую себя беззащитной. Когда я смотрю на Эрику, я вижу сомнения в ее глазах. Она не смотрит на меня, как смотрела раньше. А потом, все воспоминания, которые я держала под замком так долго, вернулись и мстят мне. Я даже не совсем понимаю, кто я теперь есть. Как тогда я могу объяснить это ей? Я думаю, мне нужно ненадолго уехать.

— Ты можешь даже убежать, — многозначительно сказала Дрю. — Разве ты не это сделала, когда отказалась от карьеры? Только это не помогло, милая.

Дрю коснулась пальцем подбородка Эшли и подняла ее голову, пока Эшли не встретила ее взгляд.

— Посмотри, к чему тебя это привело. Сражаешься со старыми демонами после того, как двадцать лет держала их взаперти. Мы можем помочь тебе, если ты нам позволишь.

Слеза прокатилась по щеке Эшли.

— Позволить вам помочь, значит разбередить старые раны. А я этого делать не хочу.

— Ты можешь справляться с одной раной за раз. Что в твоем прошлом беспокоит тебя больше всего?

Эшли закрыла глаза, и слезы покатились одна за другой. Она отвернулась от прикосновения Дрю.

— Я неудачница. У меня целый мир был на ладони, а я все потеряла, и из-за чего? Из-за разбитого сердца? Они больше никогда не записывались после того, как я ушла. Я разрушила их надежды вместе со своими.

Дрю было раскрыла рот, но Эшли продолжила.

— Единственные мои достижения, которых у меня не отнять, это то, что я разрушила карьеры своих друзейи помогла человеку убить себя. Так вот с кем связала свою жизнь Эрика — с неудачницей!

— Ты допустила несколько ошибок. Мы все ошибались. Ты…

— Нет, Дрю, это не то, что получить штраф за превышение скорости или забыть оплатить счет. Мои провалы были чудовищными и… до поры до времени о них никто не знал.

Дрю сжимала руку Эшли, пока та не посмотрела на нее снова.

— Мы знаем о твоих ошибках, и мы до сих пор любим тебя. Мы с тобой.

— Я причинила людям боль, — рассерженно воскликнула Эшли, оттолкнулась от стола и вскочила на ноги. — И не только тебе и Эрике!

— Ты имеешь в виду Вики? — Дрю развернулась на стуле и увидела потрясенное лицо Эшли. — Когда-то ты была с ней так же близка, как и со мной, а потом ты ее покинула.

Эшли попятилась через всю кухню и оперлась на столешницу для поддержки.

— Что ты знаешь о Вики?

— Я знаю, что она любила — любит — тебя и что она тебя простила. — Дрю поднялась на ноги. — Тебя простили, пришла пора простить себя самой.

Эшли несколько раз открыла и закрыла рот, прежде чем заговорить.

— Ты с ней разговаривала?

Дрю была загнана в угол. Она чувствовала, что у нее нет иного выбора, кроме как быть честной.

— Я видела ее вчера вечером. Ну, ее, Шанталь и остальных девочек. Они хотят тебя видеть.

— Нет! — Эшли заметалась взад и вперед, как зверь в клетке. Ее взгляд метнулся к двери, как раз за спиной Дрю.

— Эш, — предупреждающе протянула Дрю, но та уже пролетела мимо нее и поспешила вверх по ступенькам. Дрю повернулась, и тут дверь отворилась, и в кухню шагнула Эрика. Кейтлин вошла вслед за ней, едва глянула на лицо Дрю и тяжело привалилась к дверной раме.

— Эрика, я думаю, нам нужно поговорить, — сказала Дрю, а Кейтлин застонала.

— Где Эш? — Эрика двинулась в комнату с озабоченным выражением лица.

Дрю всплеснула руками.

— В данный момент она на меня жутко разозлилась. Она наверху.

Кейтлин подошла к Эрике и приобняла ее за плечо.

— Присядь с нами на минутку, прежде чем пойдешь туда.

— И почему я чувствую, что все станет только хуже? — Эрика позволила Кейтлин провести себя к столу. Кейтлин бросила косой взгляд на Дрю через плечо Эрики и села.

Голос Дрю дрожал, когда она нашла в себе силы заговорить.

— Эшли прямо сейчас чувствует себя беззащитной. Ей кажется, что она только то и делала, что принимала неправильные решения. А теперь мы все знаем то, что она скрывала, и она чувствует, что мы испытываем к ней отвращение.

— Я не испытываю отвращения, — защищаясь, возразила Эрика. Я просто чувствую себя… одиноко, я так думаю.

Дрю глубоко вдохнула и продолжила.

— А она этого не знает. Она думает, что ты на нее по-другому смотришь теперь. Она пытается примириться с чувством вины из-за того, как она поступила с друзьями, когда сбежала.

Дрю остановилась и посмотрела на Кейтлин, которая не сводила с нее глаз. И эти глаза сказали ей, что еще нескоро в их доме воцарятся мир и спокойствие. Дрю сглотнула и продолжила.

— Так что ты понимаешь, через что она проходит?

Эрика кивнула.

— А что ты такое сделала, что она так расстроилась?

— Я ей сказала… что я виделась с ее группой, и они ее простили. — Дрю отвела глаза, не в силах посмотреть в лицо Эрике и особенно Кейтлин.

— Ты с ними виделась? Когда? — спросила Эрика, а Кейтлин закрыла лицо руками.

— Вчера вечером мы поехали на их концерт и познакомились с группой перед выступлением, — Кейтлин смиренно посмотрела на Эрику. — Я тебя не обманывала, правда. Мы честно пообедали перед шоу. Я просто не все тебе рассказала.

На щеке Эрики заходил желвак. Она поглядела на Кейтлин, а потом на Дрю.

— Так ты призналась в этом Эшли, и теперь она наверху?

Дрю кивнула и пристыженно уставилась на стол.

— Это я все устроила. Я просто хотела помочь.

Несколько минут никто не произносил ни слова.

— Какие они? — наконец спросила Эрика.

— Милые люди, — ответила Кейтлин. — И они действительно не держат зла на Эшли. Они хотели бы сказать ей это лично.

— Вы дали им наш номер? — резко спросила Эрика.

— Нет, и они понимают колебания Эшли насчет встречи с ними. Мы ничего не обещали, — сказала Кейтлин, поглядев на Дрю.

Эрика выдохнула и поднялась на ноги.

— Я иду наверх. Поговорим с вами чуть позже.

— Эрика, мне очень жаль, — проговорила Кейтлин, и ее взгляд встретился со взглядом Дрю.

Эрика ушла, не ответив ни слова. Кейтлин встала и посмотрела на Дрю сверху вниз.

— Нам самое время идти домой.

Глава 9

Эрика стояла в коридоре перед дверью спальни. Она не знала, что ждет ее за закрытой дверью. Будто со стороны она увидела, как слегка дрожит ее рука, когда она повернула дверную ручку. Эшли лежала поперек кровати, зарывшись лицом в подушку. Эрика прошла в комнату и присела на кровать. Ее рука задрожала еще больше, когда она протянула ее и положила Эшли на спину.

— Я знаю, что ты не хочешь, но нам нужно поговорить, — нежно сказала она.

— Не сейчас, — донеслись приглушенные подушкой слова Эшли.

Эрика провела пальцами по перепутавшимся волосам, разглаживая их.

— Сейчас. Мы не можем продолжать вести себя так и дальше.

Эшли отвернулась к стене.

— Я не знаю, что сказать.

— Я тем более не знаю, — с улыбкой призналась Эрика. — Так что давай начнем с меня. Я не считаю тебя неудачницей, Эш. Иногда… У меня такое ощущение, что я не знаю тебя, но я не обижаюсь на тебя за то, что происходило в прошлом. — Эрика помолчала немного в надежде, что Эшли скажет что-нибудь. Ну хоть что-то. — Я хожу вокруг тебя на цыпочках, потому что не знаю, о чем я могу с тобой говорить, а о чем не могу. Когда я пробовала с тобой поговорить, ты просто замыкалась. И от этого я чувствую себя неловко и неуверенно.

— Мне очень жаль, — ответила Эшли, все еще лежа лицом к стене. — Я не знаю, как тебе это облегчить.

— Ну, ты можешь перестать пытаться что-либо облегчить. Попробуй рассказать мне, что происходит у тебя в голове — это поможет.

— Я чувствую себя чужой в твоем доме, — Эшли перекатилась набок.

Эрика восприняла это как добрый знак. Эшли не поднимала глаз, но, по крайней мере, повернулась к ней лицом. Эрика вытянулась на кровати и переплела свои пальцы с пальцами Эшли.

— Это наш дом, а не мой. И мы обе чувствуем себя чужими. Но так быть не должно, — Эрика нежно сжала ладонь Эшли.

— Ты прощаешь меня за то, что я от тебя скрывала? — Эшли наконец посмотрела ей в глаза.

— Да, — ответила Эрика, но в глубине души она знала, что прощение займет еще некоторое время.

Эшли сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

— Я хочу, чтобы все стало, как было, но я знаю, что так не будет уже никогда. Все это изменило меня, и я чувствую себя сбитой с толку и в какой-то мере опозоренной.

— Ты чувствуешь себя опозоренной потому что я знаю твою тайну?

Эшли кивнула.

— Это не только из-за тебя. Дрю и Кейтлин тоже знают, и я знаю, что вы это обсуждаете. Я так полагаю, вы все пытаетесь меня понять.

— Это потому, что ты с нами не говоришь. Я думаю, Дрю именно поэтому сделала то, что она сделала.

Эшли нахмурилась.

— Дрю! — сердито сказала она. — Поверить не могу, что она их разыскала. Теперь и они знают, как я облажалась.

— Люди будут думать, что сами захотят. Если тебе это небезразлично, тогда поправь их. Объясни, что ты чувствуешь и почему ты поступила так, как поступила.

— Ты тоже думаешь, что мне нужно с ними поговорить? — Эшли выглядела удивленной.

— Если это тебе поможет. — Эрика не была уверена, как она отреагирует на встречу Эшли с ее бывшей, но этот вопрос она поднимать не собиралась. На данный момент она отложила в дальний угол сознания эту мысль и все выматывающие душу эмоции, которые она всколыхнула.

— Я не могу думать об этом прямо сейчас, — сказала Эшли к превеликому облегчению Эрики. — И как нам теперь жить?

Эрика улыбнулась, преисполнившись надежды.

— Будем жить день за днем. Ты будешь разговаривать со мной, а я буду говорить с тобой. Давай договоримся и прекратим бродить по дому, погрузившись каждая в собственный мир.

— Я попробую, — Эшли слабо улыбнулась, но что-то в выражении ее глаз заставило Эрику серьезно сомневаться в ее искренности.

— Она не пришла домой обедать, — сказала Дрю, когда Кейтлин подняла трубку.

— Оставь ее в покое, Дрю. До тебя что, не дошло ничего из того, что я говорила прошлой ночью?

— Да я не собиралась упоминать Вики или группу, — огрызнулась Дрю. — Она каждый день приходит домой, и мы вместе обедаем. Она не пришла домой. Она обиделась.

— Тогда оставь ее в покое и дай ей остыть. Кажется, у них с Эрикой все налаживается. Не становись между ними.

— У них таки был серьезный разговор прошлой ночью? — Дрю встала на цыпочки и выглянула из окна кухни, в надежде увидеть выходящую из-за угла Эшли.

— Я не буду пересказывать тебе то, что сказала мне Эрика.

— Кейтлин, прекрати меня наказывать.

— Я тебя не наказываю. Оставь Эш в покое хоть ненадолго, она сама придет к тебе, когда будет готова. А теперь мне пора. Я на планерку опаздываю.

— Ты меня еще любишь? — Дрю прикусила нижнюю губу.

— Конечно люблю. Иногда ты пробуждаешь во мне желание открутить тебе голову, но я всегда тебя люблю.

— Это взаимно, сестричка. Ты оставила свои вещи разбросанными на полу в ванной вчера вечером. Ты думаешь, у нас тут волшебница-уборщица обитает или что?

— Ага-ага, люблю тебя, пока.

— Я тебя тоже люблю, — Дрю бросила телефон на стол и снова выглянула в окно. Эшли не было и следа.

Эшли не появлялась целую неделю. Это стало причиной нескольких ссор между Дрю и Кейтлин, которая настаивала, что Дрю должна оставить Эшли в покое. Дрю хотела по меньшей мере извиниться, но как ей было это сделать, если Эшли с ней не общалась?

Дрю перемыла весь дом, навела порядок на клумбах, убралась в кладовке, но на восьмой день отсутствия Эшли ей стало совсем невмоготу. Она снова действовала на автопилоте, когда совершила телефонный звонок, за который ей влетело бы даже не по первое, а по тридцать первое число, узнай об этом хоть кто-то.

Вики была искренне рада ее слышать. Они поговорили о концерте, и о том, как идут дела у Вики и Шанталь в музыкальном магазине, пока Вики не спросила о неизбежном.

— Эшли знает, что ты говорила с нами?

Дрю опустилась на диван и принялась кусать ноготь.

— Ага, и она жутко расстроилась. Целую неделю со мной не разговаривает.

Минуту или две Вики молчала.

— Это из-за меня или из-за Алекс?

Дрю почувствовала, что ее затягивает глубже. Вместо того, чтобы последовать совету Кейтлин, она бросилась в омут с головой.

— Эшли больше злится на себя, чем на Алекс. Может быть, Алекс тоже повод, но Эшли больше мучает то, что вы ее ненавидите.

— Мы ее не ненавидим, а Алекс даже … ох, с тех пор столько воды утекло. Мы все давно стали взрослыми.

— Какая она? — спросила Дрю, устраиваясь поудобнее. — Вы с ней тоже близки?

— Мы все очень близки. Я думаю, то, что мы не разбежались за все эти годы, только подтверждает этот факт. Хотя, наверное, Алекс ближе ко мне, чем к кому-либо. Несколько лет назад она попала в серьезную автокатастрофу, и я ее выхаживала. Это дало мне шанс понять, что происходит у нее в голове. Алекс тоже исполнена сожалений.

— У нее сейчас есть девушка?

— Нет, — ответила Вики, и что-то в ее тоне заставило Дрю осечься. — Алекс никогда по-настоящему… не была способна на ком-то остановиться. Она встречается со многими, но… ну, короче, она просто Алекс.

— Кейтлин волнуется, что если Эшли снова увидит вас всех, это может всколыхнуть старые чувства между ней и Алекс.

— Я уверена, что это всколыхнет массу самых разных чувств, но с тех пор прошло двадцать лет, и мы все не те, что были.

— А ты знаешь все, что было между Эшли и Алекс? — спросила Дрю, не в силах сдержать любопытство. — Эш сказала, что Алекс разбила ей сердце.

— Это правда. У Алекс были… некоторые проблемы с верностью. Но я могу тебя заверить, что она не будет ухлестывать за Эшли.

— Я не думаю, что у нее получится, даже если она попробует, — Дрю переложила трубку к другому уху. — Эшли явно воспринимает в штыки все, что касается Алекс.

Тут Дрю немножко задумалась.

— Должен же быть способ помирить вас, который не доведет меня до развода.

— Дрю, я должна задать тебе вопрос: почему для тебя это так важно? Не пойми меня неправильно, я в восторге от того, что ты на моей стороне, но что тебе с этого?

Дрю и сама задавала себе этот вопрос всю прошедшую неделю. С ответом она так и не определилась. Она собиралась сказать, что хочет увидеть, как Эшли воссоединится со старыми друзьями, но если быть до конца честной, сама идея хоть глазком заглянуть в прежнюю жизнь Эшли была непреодолимым искушением.

— Я думаю, я бы хотела узнать ту женщину, которую знаешь ты. Она для меня загадка.

— Я никому не говорила этого, кроме Шанталь, — голос Вики звучал чуть пристыженно. — Эшли мне не понравилась, когда я ее увидела в первый раз. Мы только что прослушали Алекс и Жаклин, и я мгновенно поняла, что они нам отлично подходят. Они обе просто излучали уверенность, и я знала, что они будут классно держаться на сцене. И тут пришла Эш. Я даже поверить не могла, что Шанталь всерьез рассматривает ее кандидатуру.

До сих пор вижу, как Шанталь говорит мне, что нашла отличную солистку, а потом волоком втаскивает в комнату какую-то девчонку-беспризорницу. Тощая, застенчивая, и я, помню, подумала что ее сейчас вытошнит прямо на пол. Я даже не хотела слушать, как она поет.

Дрю рассмеялась, представляя себе эту картину.

— Она до сих пор худая, но я бы не назвала ее тощей.

— Она шагнула к микрофону, закрыла глаза и дала джазу, — голос Вики стал мечтательным. — Мне тогда пришлось согласиться с Шанталь, но остался еще один камень преткновения, причем огромный. Эш не умела танцевать. — Вики рассмеялась. — Дай ей волю, она бы стояла у микрофона, как вкопанная, несмотря на темп музыки.

Дрю снова хихикнула.

— Ну, на том видео она неплохо трясла задницей.

— Это заслуга Алекс. Должна признать, несмотря на все ее недостатки, Алекс оказалась самой терпеливой из всех нас. Они постоянно тренировались вместе, пока Эшли не обрела уверенность, необходимую для того, чтобы работать на сцене. Она так и не свыклась с этим, но когда она выступала, другая сторона ее натуры брала верх.

— Ох, как бы я хотела увидеть ее на сцене, — Дрю расстроенно вздохнула.

— Шаг за шагом. Не спеши.

— Да, я буду острожной. И когда она решит снова поговорить со мной, я над ней поработаю насчет встречи с вами.

— Теперь твоя очередь. Расскажи мне об Эрике.

— Эрика… — Дрю раздраженно выдохнула. — Она все еще пытается справиться с этой ситуацией. Они с Эшли такие одинаковые, когда дело касается спорных вопросов. Обе предпочитают спрятать голову в песок, пока проблема сама собой не рассосется.

Вики фыркнула так, что Дрю поняла: она точно знает, что Дрю имела в виду.

— Эрика, она такая высокая, темная, спокойная и мужественная. Никогда не догадаешься, о чем она думает. Только Кейтлин может пробиться к ней в душу, да еще Эшли могла до недавних пор.

— Звучит немного похоже на Алекс.

— Зато она любит Эшли, — с улыбкой сказала Дрю. — Абсолютно беззаветно.

— Ты говоришь, высокая и темная… а как она выглядит?

— Эрика очень привлекательная, но если ты ей когда-нибудь передашь мои слова, я буду все отрицать, — улыбнулась Дрю. — Она спортивного телосложения, но я бы не назвала ее бучом. Не знаю, как это описать, но есть в ней что-то … сексуальное.

— Хмм, — Вики на секунду умолкла, и Дрю знала, о чем она думает. — Именно так я бы описала Алекс.

— Я думаю, Кейтлин поэтому так и беспокоится. Они похожи, и она не уверена, как Эрика это все воспримет.

— Я бы очень хотела поговорить с Эшли. Она совсем не обязана встречаться сАлекс или с остальными, если не хочет, но ты не представляешь, что бы для меня значило снова услышать ее голос.

Они закончили разговор, когда Дрю пообещала Вики, что ее желание сбудется. Пообещала — и тут же пожалела, но, захваченная моментом, она сделала это, не думая о последствиях. В доме было тихо, а в ее голове криком кричал предупреждающий голос, умолявший остановиться и подумать, что она делает. Он не умолк, даже когда она стала набирать еще один номер.

Глава 10

Эшли услышала как звякнул колокольчик на входной двери и подумала, что это еще один страждущий посетитель входит в и без того переполненную приемную. Она подняла голову от монитора, и дежурная улыбка, предназначенная потенциальному пациенту, замерла у нее на лице.

— Это еще что за чертовщина, Тим? — спросила она у румяного мальчика-курьера, пока он водружал на ее стол композицию из цветов и воздушных шариков, утыканную к тому же леденцами на палочках, торчавшими под самыми разнообразными углами.

— Это вам, — ответил Тим, явно счастливый тем, что может избавиться от букета, который заслонял ему весь обзор. Теперь эта конструкция занимала большую часть стола регистрации. — Как поживает Эрика?

Эшли выглянула из-за чудовищной икебаны.

— Она хорошо, а как твоя мама?

— Теперь получше, — улыбнулся он и щелкнул по одному из воздушных шариков. — Простуда почти прошла. Она завтра собирается вернуться в магазин.

Эшли ткнула пальцем в то, что с трудом можно было назвать композицией.

— Кто же тогда это соорудил?

Тим улыбнулся и попятился к двери.

— Это сделала посетительница магазина, а потом попросила меня доставить. Это индивидуальный дизайн, — бросил он через плечо и поспешно удалился.

— Ух ты, кто-то действительно провинился!

— Да, действительно, — Эшли повернулась и увидела, что к стойке подходит Кэрол. — И я не уверена, что смогу сама затащить это в кабинет.

— Ну, я только что съела ланч, но если ты ненадолго оставишь эту штуку поблизости от меня, я смогу объесть ее до приемлемых размеров, — Кэрол выдернула из конструкции шоколадный батончик.

Вместе Кэрол и Эшли переставили композицию на пол, чтобы она не загораживала всю стойку регистрации.

— Скажи всем, кто будет подходить, пусть угощаются леденцами, — Эшли засунула в задний карман запечатанный конверт с открыткой. — А теперь я пошла на ланч.

Эшли вышла через заднюю дверь клиники и нашла местечко в тени за садовым столиком, где сотрудники проводили перерывы. Как и композиция, открытка была огромной. Эшли вытащила ее из конверта и не сдержала улыбки — на открытке красовался виноватый пес, окруженный разодранным кружевным бельем и носочками.

Можешь прибить меня сковородкой, я этого заслуживаю, но пожалуйста, поговори со мной.

Дрю.

Эшли вздохнула и достала телефон. Дрю ответила после первого же гудка.

— Дрю, я на тебя до сих пор очень сердита!

— Я думала, что я помогаю.

— Ты сунула нос не в свое дело.

— Окей, ладно, согласна, я сунула не в свое дело нос. Но мое сердце было как раз в нужном месте.

— Я знаю, — Эшли заправила за ухо прядь волос.

— Я в курсе, что Эрика сегодня работает допоздна. Сможешь прийти повидать меня, когда освободишься? Эш, пожалуйста, — попросила Дрю, когда Эшли не сразу ответила.

— Увидимся в пять вечера, но сковородку держи наготове, — ответила Эшли и повесила трубку.

День пролетел, и это раздражало Эшли. Честно говоря, она скучала по Дрю, и ни одной живой душе она не призналась бы, что испытывает определенный интерес, как же это Дрю встретилась с группой. И все — таки она злилась на нее за то, что та не только связалась и увиделась с девочками, но еще и наверняка обсуждала ее.

— Сковородка ждет не дождется, — Дрю распахнула дверь настежь и стала ждать, пока Эшли войдет. И хотя она улыбалась, Эшли видела, что с ее глаз готовы сорваться слезы. Все ее раздражение растаяло, и, когда Дрю сжала ее в объятиях, она обняла ее в ответ.

Они болтали о чем-то незначащем, поедая еще одно любимое блюдо Эшли — салат из курицы, который Дрю приготовила на обед. Более серьезные темы для разговора они приберегли на потом. Когда они устроились в кабинете, Эшли первой отбросила осторожность.

— Как ты отыскала Вики?

— Я нашла их сайт. Там была электронная почта, вернее, адрес, — у Дрю хватило совести, чтобы покраснеть. — Ну, и меня немножко занесло.

— А потом? — Эшли вскинула голову, не желая, чтобы Дрю так легко отделалась.

— Шанталь мне ответила. Мы обменялись несколькими письмами, и я дала ей номер своего телефона.

— Они с Вики все еще вместе? Ну, как пара?

Дрю кивнула.

— И Жаклин с Линдсей тоже.

— Да ты шутишь, — Эшли поневоле заулыбалась. — Я-то думала, они давно друг дружку поубивали.

Эшли прикусила губу.

— Так Вики… у нее все хорошо?

— Она выглядит вполне счастливой. Она немножко расчувствовалась, когда мы показали ей твою фотографию, — Дрю заморгала, когда Эшли замерла. — Она сама попросила.

Эшли сбросила туфли и поджала ногу подсебя.

— Я думаю, я еще не готова ее увидеть.

— Это означает, что когда-нибудь ты все-таки согласишься ее повидать? — Дрю почувствовала, как адреналин устремился по ее венам. Ей пришлось прикусить себе язык, чтобы не выболтать, что она разговаривала с Вики сегодня утром.

— Давай я буду решать по одному вопросу за раз. Сейчас у нас вроде наладилось с Эрикой.

Дрю улыбнулась.

— Рада это слышать.

Эшли не улыбнулась в ответ, а стала играться со свисающей завязкой на форменных штанах.

— Я сказала «вроде наладилось». Мы о многом поговорили, но на этом все.

— Ох, — выдохнула Дрю, когда до нее дошло, что подразумевала Эшли. — Никакого секса?

— Никакого. Мне нужна эта связь с ней, а она, кажется, даже отдаленно не заинтересована.

Дрю сжала руку Эшли и усмехнулась.

— Может быть, тебе стоит пойти домой, приглушить свет, включить музыку и увидишь, что будет.

— Я это уже делала вместе с кучей других вещей. Она мне отказала. Мило, но это был отказ.

— Я не оправдываю ее, Эш, но ей тоже досталось. Кейтлин говорит, что Боб загонял ее по работе, а вы все еще переживаете эти неприятности.

— Я знаю, что у нее забот полон рот, — Эшли пожала плечами. — И это мешает нам все обсудить.

— Но ты только что сказала, что вы разговариваете.

— Разговариваем — это да, но особо ни во что не вникаем.

— Да ты же только что сказала, что у вас все стало нормально?

— А для нас это и есть нормально.

Эшли подумала о прошедшей неделе, и какими они были вежливыми, даже иногда нежными, но в то же время между ней и Эрикой все еще чувствовался незримый барьер.

— Это с одной стороны нормально, а с другой…

Дрю молчала, и Эшли чувствовала, как она смотрит на нее и ждет, пока она это выговорит. Проблема была в том, что она не могла.

— Ну, это по-другому. Я не могу это описать словами.

— А какой была Алекс? — внезапно спросила Дрю, и Эшли резко вскинула голову.

— Почему ты меня об этом спрашиваешь?

Дрю невзмутимо пожала плечами.

— Я просто никогда не слышала, чтобы ты рассказывала о своих бывших, и мне интересно, какая она по сравнению с Эрикой. Ты так и не призналась, что она была твоей первой любовью.

— Время очень размывает воспоминания. Самые болезненные до сих пор самые яркие, но если быть к ней справедливой, у нас бывали и хорошие времена, — Эшли понадеялась, что больше ей говорить ничего не придется, но когда она посмотрела на Дрю, то поймала ее ожидающий взгляд. До этой самой минуты она никогда и не думала сравнивать Алекс и Эрику.

— Ты спросила меня о Вики и Шанталь, но ни словечка не спросила об Алекс. Тебе что, ни капельки не любопытно?

— Я знаю, что ты… ты говорила, что встречалась с группой, а когда ты ничего не сказала о ней лично, я так поняла, что ты с ней не разговаривала.

— Да я и не разговаривала, — Дрю села чуточку ровнее. — Она была в комнате, когда мы пришли, но скоро ушла.

— Так, — сказала Эшли и повела плечом, в надежде дать понять, что это ее почти не интересует. — И какое у тебя впечатление?

— Вежливая, но сдержанная. — Дрю подвинулась чуть ближе к Эшли. — Она вообще-то не принимала участия в разговоре. Стояла в углу, пока все о тебе расспрашивали, слушала, а потом ушла.

— А что все сказали? — спросила Эшли и замерла.

— Они хотели знать, все ли у тебя благополучно, и где ты пропадала все эти годы. Они тебя искали.

— Что ты им рассказала? — Эшли чувствовала, что ее лицо начинает гореть.

— Я сказала им, что у тебя все в порядке, — Дрю положила руку Эшли на колено. — Дорогая, я просто сказала им то, что сказала бы любому другому, кто не видел тебя некоторое время.

Дрю благоразумно не упомянула разговор с Вики и Шанталь.

— Я сказала им, что все хорошо, что ты уже пять лет состоишь в отношениях, и что ты счастлива.

— А ты им сказала, что до недавних пор ты обо мне не знала? — Дрю поморщилась, и Эшли все поняла. — Как они на это отреагировали?

— Немножко обалдели. Самую чуточку, — Дрю свела вместе большой и указательный пальцы.

Эшли кивнула, представляя себе, как это выглядело — все вместе в одной комнате с Кейтлин и Дрю…

— Кто-нибудь из них выглядел обиженным?

— Ни капельки, — яростно замотала головой Дрю. — Шанталь чуть распереживалась, когда мы только уселись и рыжая… Жаклин, спросила о тебе. Я думаю, Шанталь почувствовала себя неловко, потому что Жаклин была слишком прямолинейна.

Эшли от души улыбнулась.

— Джеки не изменилась. А Алекс… она что спрашивала?

— Вообще ничего, она просто внимательно слушала. Я видела ее глаза, пока мы разговаривали. У нее было безразличное выражение лица, ее вообще очень трудно раскусить. Я вполне составила себе впечатление обо всех девочках, — ответила Дрю. — Вики навроде меня, всех встречает с распростертыми объятиями, Шанталь напоминает мне Кейтлин, чуть более сдержанная, но дружелюбная. Могу сказать, что Жаклин настоящий живчик, а Линдсей, хоть она и была очень милой с нами, но я чувствую, что она немножко стервозная. А вот Алекс… я не могу ее понять, и поэтому мне очень любопытно.

— Когда ты так говоришь, мне кажется, что они такие же, как и были, — задумчиво проговорила Эшли.

Дрю толкнула Эшли в плечо.

— Ну так опиши мне Алекс.

— Алекс, — произнесла Эшли и снова стала играться завязкой от штанов. — Она выглядит… или выглядела чрезвычайно симпатично, — тут Эшли вопросительно вздернула бровь.

— До сих пор выглядит, — с большим энтузиазмом отозвалась Дрю. Даже со слишком большим, к явному удовольствию Эшли.

— Но высокомерная. Она может включить свое знаменитое обаяние, и из любой женщины, которую захочет, веревки вить. Она может быть очень заботливой и милой, если это приведет ее к желаемому результату. Алекс всегда полностью сосредотачивается на человеке, а потом очень быстро ей становится скучно… так у нее было и со мной.

— Тогда что ты в ней нашла, кроме симпатичного лица и красивого тела?

Эшли глубоко вздохнула и выдохнула.

— Я была ребенком, просто глупым ребенком.

— Так что нет никаких шансов, что ты…

— О господи, нет, Дрю. Даже если бы я не любила Эрику, я бы ни за что не позволила себе увлечься ею снова.

Эшли глянула на часы и с удивлением заметила, как много времени пролетело.

— Эрика скоро будет дома, мне нужно идти.

Она надела туфли, желая поскорее оказаться вне зоны пристального внимания Дрю.

Дрю поставила миску с салатом в пакет и протянула стоящей у двери Эшли.

— Спасибо, что простила меня, — сказала она и обняла подругу.

— Я все еще работаю над прощением, паршивка ты маленькая, — Эшли толкнула дверь и вышла наружу. Она глянула через плечо и улыбнулась. — Хотя, я тебя люблю.

Глава 11

Эрика зевнула, продираясь сквозь постоянно растущий список внутренних е-мейлов компании. Она поднесла чашку к губам и глотнула тепловатого кофе в надежде, что он придаст ей столь необходимый заряд бодрости. Никогда она так сильно не уставала, как сейчас. И совершенно не могла отдохнуть. Работа шла в лихорадочном темпе, каждую минуту она должна была держать все под контролем. Дома она чувствовала себя так же. Они с Эшли вернулись к обычной жизни, но она не могла позволить себе расслабиться.

Эшли была необычно подавленной. И хотя она много раз повторяла, что хочет, чтобы между ними все было «нормально», Эрика не была уверена, что понимает, что такое для них теперь «нормально». Невысказанные слова, казалось, повисли между ними, и Эрика продолжала ждать, пока Эшли их озвучит.

Погрузившись в размышления, она не заметила, как в кабинет проник ее отец. Теперь он сидел перед ней и проводил указательными пальцами по кутикулам больших, привычный жест, когда он нервничал, и Эрика унаследовала от него эту привычку.

— Доброе утро, пап, я и не видела, как ты вошел.

Он улыбнулся и сделал глубокий вдох, прежде чем заговорить.

— Я принял решение на этой неделе. Я думаю, пришла пора мне отойти от дел и отдать тебе бразды правления.

— Ты купил рыбацкую лодку, что ли? — Эрика почувствовала, как у нее сводит живот.

— Я сделал даже лучше. Я купил лодку и загородный домик на Белл Ривер. Твоя мама сейчас там все обустраивает.

Кейтлин помахала ей из коридора, проходя мимо открытой двери.

— Кейти, — позвала Эрика. Секундой позже Кейтлин появилась в дверном проеме. — Ты не могла бы прикрыть дверь, пожалуйста?

— Доброе утро, пап, ээ… Боб, — Кейтлин улыбнулась и выполнила ее просьбу.

— Папа, я не думаю, что готова к этому, — нервно проговорила Эрика, опустила голову и заметила, что сама точно так же потирает указательными пальцами большие.

Боб гордо улыбнулся.

— Ты уже делала это последние пару месяцев. Я только прикидывался боссом, чтобы посмотреть, справишься ли ты, и ты справилась.

Эрика откинулась на стуле, и ее беспокойство достигло предела.

— Ты работаешь здесь почти всю жизнь. Это у тебя в крови. У меня нет никаких сомнений, что ты выведешь эту контору на новый уровень. Черт, да вполне возможно, что я просто не даю тебе развернуться!

Эрика с трепетом впитывала редкий момент похвалы. Отец был прав — она полностью управляла производственным процессом компании, но ее всегда успокаивало то, что она может прийти в его кабинет всякий раз, когда обнаружит себя в затруднительном положении. А теперь весь тяжкий груз ответственности ляжет на ее плечи.

— Когда ты последний день работаешь? — спросила Эрика, уже зная ответ. Потому что на нем больше не было брюк защитного цвета и рубашки поло. Их заменили джинсы и футболка с эмблемой Bass Pro Shop[16] на груди.

— Я побуду здесь несколько дней на этой неделе, но на самом деле я тебе не нужен. Я теперь тебе долго не понадоблюсь, — Боб поднялся на ноги и поцеловал Эрику в щеку. — Нет никого лучше и надежнее тебя, золотце. А теперь, если ты меня извинишь, я пойду за покупками. Мне нужно пополнить запас снастей и наживок.

— Пап, — сказала Эрика, внезапно чувствуя себя очень маленькой, — Я не хочу пока объявлять об этом официально. Дашь мне немного времени, чтобы привыкнуть?

— Сколько понадобится. Пока ты не будешь готова.

Эрика сглотнула пересохшим горлом, а он распахнул дверь и широко улыбнулся. Она слышала, как он разговаривает со своей бывшей секретаршей и объясняет ей, что отлучится из офиса на несколько дней. И что все его звонки будут перенаправлены на Эрику.

Эрика нажала кнопку внутренней связи, и с облегчением выдохнула, когда Кейтлин ответила ей.

— Ты не зайдешь ко мне на минутку?

— Сейчас буду.

Кейтлин возникла в дверном проеме минутой позже.

— Закрой дверь, пожалуйста.

Кейтлин повиновалась и уселась перед Эрикой, глядя на нее с ожиданием.

Эрика нервно рассмеялась.

— Отец только что сообщил мне, что выходит на заслуженный отдых.

— Что? — переспросила Кейтлин, как будто не расслышала.

— Он только что впорхнул сюда и сказал, что купил загородный домик на речке. Мы теперь сами по себе.

— Я так понимаю, ты теперь у руля, — сказала Кейтлин, когда первый шок прошел.

Эрика вздохнула и откинулась назад, глядя в потолок.

— В любое другое время я была бы как-то взволнована — перепугана, но взволнована в любом случае. А сейчас это кажется еще одной соломинкой на спину того самого верблюда из поговорки[17].

— Как ты думаешь, если бы ты ему рассказала, что происходит, он бы повременил со своим уходом?

— Если я это сделаю, они с мамой тут же сунут носы в наши дела. Мама непременно захочет поговорить с Эшли, а та обидится, потому что окажется, что они тоже знают ее тайну. И это превратится в еще одну проблему, с которой снова придется разбираться мне, а я сейчас и так на пределе.

— С работой мы справимся. Как справлялись до сих пор уже целую вечность. А когда дела наладятся и все станет…

— Нормально? — перебила Эрика, не сводя глаз с потолка.

Кейтлин осторожничала, Эрика слышала это в ее голосе. Она знала, что Кейтлин может разглядеть то, что она скрывает за тщательно выстроенным фасадом.

— Я думаю… ты сейчас вроде как переживаешь не лучшие времена. У тебя в голове происходит много всякого, о чем ты мне не говоришь, и я знаю, что с Эшли ты тоже об этом не разговаривала.

Есть! Кейтлин видела ее насквозь, и она знала, что Эшли тоже. Правда, в отличие от Кейтлин, Эшли не настаивала на немедленных ответах.

— Это само собой не рассосется, Эрика, по крайней мере, не у тебя. Это изводит тебя, и не дает покоя.

На потолке ответов не нашлось, но Эрика все равно пялилась на него, чтобы не смотреть в глаза Кейтлин. Да, она пробормотала Эшли слова прощения, но честно говоря, это были просто слова. Она хотела простить, но гложущее чувство предательства поднимало и поднимало свою голову, как Эрика ни старалась загнать его поглубже.

— И что ты собираешься делать?

Эрика много раз задавала себе этот же вопрос, и ответ всегда получался один и тот же.

— Я не знаю.

Глава 12

— Ты дома рано, — удивленно сказала Эшли. — Я сама только пришла, даже еще не начинала ужин готовить.

Эрика чмокнула Эшли в губы и забросила портфель в кабинет.

— Насчет меня не беспокойся в смысле готовки. Я поздно пообедала и вполне обойдусь хлопьями, если проголодаюсь.

Эрика очень устала, она сама слышала это в собственном голосе.

— Тяжелый день?

— И да и нет, — Эрика налила себе бокал вина и со вздохом прислонилась к столу. — Папа сегодня ушел на пенсию. Купил домик на Белл Ривер и планирует почти все время жить там.

— Но он же говорил, что собирается сделать это не раньше следующего лета!

— Ему вожжа под хвост попала, — пожала плечами Эрика и отпила глоток вина.

Эшли открыла холодильник и достала бекон, салат и помидоры[18].

— Ты и так задерживалась на работе, солнышко, а теперь будешь еще дольше?

Эрика прикусила щеку изнутри. Ее график работы был скользкой темой, и уже стал причиной нескольких ссор. Она понимала, что вот-вот разразится следующая.

— Много работы накопилось, пока мы были в отпуске. Я думаю, когда я с ней разберусь, все устаканится.

— А ты не хочешь БЛТ вместо хлопьев? Я могу немного подождать, пока ты проголодаешься.

— Э… да, — слова Эшли застали Эрику врасплох. Она-то была полностью уверена, что Эшли разразится гневной тирадой. А может и разразится, когда услышит, что Эрике придется провести вечер за компьютером.

— Мне нужно кое-что доделать. Дашь мне часик времени?

— Без проблем, — Эшли засунула продукты назад в холодильник.

— Мне все равно нужно устроить стирку и кое-что сделать по дому. Начну готовить ужин чуть позже.

Эрика пошла в кабинет, озадаченная поведением Эшли. Что бы там Эшли ни говорила, ей и самой не нравилось приходить домой и нагонять то, что она не успела сделать на работе. Она бы с удовольствием включила фильм и повалялась на диване, пока не пришла пора ложиться спать. К сожалению, она редко могла позволить себе провести вечер так. И даже если бы она нашла время для себя, она не смогла бы полностью расслабиться, зная, что неоконченная работа ждет и множится.

Эшли переделала все дела, но так и не успокоилась. У нее в голове созревала идея, но она отвлекала себя делами, чтобы не сосредотачиваться на ней. Вообще-то, идея возникла уже несколько дней назад, но Эшли не давала ей ходу. Когда мысль пришла к ней в первый раз, она наотрез отказалась даже думать об этом, но мысль возвращалась и возвращалась, особенно в то время, когда Эшли не была чем-то занята.

Она взяла трубку радиотелефона, вышла на заднее крыльцо и присела на качели[19].

Клумбы давно нужно было прополоть, она вполне могла этим заняться. Механическая, бессмысленная работа, которая все равно не отвлечет ее от вползшего в сознание надоедливого голоска. Эшли глубоко вздохнула, набрала номер и стала ждать, пока Дрю возьмет трубку.

— А у нас — муравейник! — сказала Дрю в трубку.

— Ох, и повезло же вам. Не хочешь заскочить ко мне в клинику завтра? Я уверена, мы поможем тебе избавиться от муравьев, у нас есть чудесное средство.

— Нет, глупая, это хороший муравейник, в смысле, торт. Я купила его сегодня в кондитерской. Не хотите зайти в гости? У меня его много.

— Эрике нужно работать, а я … я хочу… — Эшли сжала пальцами переносицу, сомневаясь в собственной вменяемости. — Я думаю, я хочу номер Вики.

— Ох ты черт! — Дрю едва смогла сдержать волнение. — Есть на чем записать?

— Нет, просто скажи мне его. Я наберу его на телефоне и позвоню сразу, как закончу разговаривать с тобой. Если я его запишу и дам себе время подумать, я ни за что не решусь.

— Окей, окей, но после того, как ты с ней поговоришь, перезвони мне. Я хочу знать все.

Эшли набрала номер и посмотрела на цифры, прежде чем нажать кнопку вызова. Она поняла, что искренне молится, чтобы ее перенаправили на голосовую почту. А когда она услышала голос Вики, то с трудом смогла построить фразу.

— Ээммм… привет… Вики, это я… Эшли.

— Эш. — Голос Вики звучал так, будто она затаила дыхание, произнося ее имя. — Как я боялась, что больше никогда не услышу твой голос.

Глаза Эшли наполнились слезами, и она не могла говорить. Вики, должно быть, услышала, как она шмыгает носом, и поняла, что нужно идти на выручку, если они вообще хотят хоть о чем-то поговорить.

— Я так сильно по тебе скучала, — произнесла Вики, и ее голос дрогнул. — С тех пор, как я увидела Дрю, я каждый день надеялась услышать тебя.

Эшли улыбнулась и снова шмыгнула носом.

— Как ты? — спросила она, не зная, что еще сказать.

— Хорошо, но теперь гораздо, гораздо лучше.

— Вики, прости меня, — всхлипнула Эшли.

— Все хорошо, милая, все хорошо, — стала успокаивать ее Вики. — Мне тоже за многое нужно извиниться. Я должна была проявить себя, как более хороший друг, а я…

Эшли больше не могла сдерживать свои чувства, и беспомощно разревелась, а Вики пыталась ее успокоить. В итоге Вики сдалась и дала ей выплакаться, пока она снова не обрела дар речи.

— Я все время собиралась позвонить вам, Вик, но к тому моменту, когда я набралась храбрости, уже столько времени прошло, и я так решила, что вы меня уже возненавидели.

— Ты разбила мне сердце, но никогда, слышишь, никогда я тебя не ненавидела. И никогда бы не смогла, — голос Вики был хриплым, и Эшли знала, что она изо всех сил пытается сдержать свои чувства.

— Я разрушила ваши карьеры.

— Ты так думаешь? — грустно спросила Вики. — Детка, ты была великолепна, и ты написала наш хит, но у нас все равно был еще целый сборник, который хотела звукозаписывающая компания. Мы могли продолжать.

— Тогда почему не продолжили?

— Разве ты не помнишь, как это было? Да нам приходилось для каждого чиха нанимать мужиков-сопровождающих! Нас же сковали по рукам и ногам, чтоб мы не разрушили наш публичный имидж. У Боя Джорджа было больше косметики, чем у нас всех вместе взятых, а он еще долгие годы не признавался в своей ориентации. Не пойми меня неправильно, это было забавно и весело, пока это длилось, но в ту самую минуту, когда нам предложили свободу, мы в нее вцепились. Решение было единогласным. Именно поэтому мы все еще вместе после стольких лет.

— Но тогда вы не выглядели несчастными.

— Мы не хотели портить карьеру тебе и другим девчонкам, но и Шанталь, и мне было плохо. Я соскучилась по дому, устала от постоянных разъездов. Мы собирались подождать до конца тура, а потом прозондировать почву на предмет того, а вдруг вы все разочаровались так же, как и мы.

— А теперь вы рады и счастливы снова играть в клубах?

— Ох, Эш, неужели ты не помнишь? Мы были нищими и голодными, но нам было здорово. Когда я оглядываюсь назад, я понимаю, что это было чуть ли не самое счастливое время в моей жизни, хотя, сейчас, пожалуй, мы живем еще лучше. Дрю рассказывала тебе о музыкальном магазине?

— Нет, но я вообще была не в восторге, когда она призналась, что влезла в это дело.

— Я очень рада, что она влезла в это дело, — сказала Вики, и Эшли могла биться об заклад, что она улыбается. — Если бы я влезла в это дело двадцать лет назад, мы бы не провели эти годы врозь. Но опять-таки, я думаю, что все происходит не зря, у всего есть своя причина.

Эшли улыбнулась и утерла лицо подолом рубашки.

— Я уже сказала Дрю, что, обернись все иначе, я бы не познакомилась ни с ней, ни с Эрикой.

— А когда мне доведется познакомиться с Эрикой? — неуверенно спросила Вики.

Эшли замялась, прежде чем ответить.

— Я очень хочу увидеть тебя и Шанталь, но не знаю, готова ли я встречаться с остальными.

— Ты не обязана ни с кем встречаться, но со мной обязана, ну и с Шанталь тоже.

— Ага, — улыбнулась Эшли, — я с удовольствием.

— Как насчет этой субботы? — голос Вики был полон волнения. — Я бы хотела, чтоб ты увидела, где я живу. Можешь прихватить с собой Дрю и Кейтлин. Посидим на улице, что-нибудь приготовим.

С колотящимся сердцем Эшли задумалась над приглашением.

— Это так странно. Мы не разговаривали двадцать лет, а я услышала твой голос, и мне кажется, что мы расстались вчера.

— Я думаю, что с некоторыми друзьями так и есть. Неважно, сколько прошло времени, наша связь не ослабла.

Эти слова легли на исстрадавшуюся душу Эшли, словно бальзам. С каждым словом Вики груз боли и сожалений, так долго обременявший ее, казалось, становился легче. Вики говорила без умолку, как Дрю, когда она нервничала. Эшли не разбирала и половины слов, она просто наслаждалась звуком ее голоса.

— Так ты правда приедешь?

И Эшли услышала, что соглашается. Ее ноги сами по себе пошли в дом, а руки сами по себе записали адрес. Когда Эшли положила трубку, она еще долго стояла в кухне, смотрела на бумажку с адресом и поверить не могла, что на будущих выходных она обедает у Вики и Шанталь. И как рассказать об этом Эрике?

Она все еще пялилась на адрес, когда зазвонил телефон. Даже не глядя на определитель, Эшли уже знала, кто это.

— И как там муравейник?

— Хорошо, но я много съесть не смогла. Переживала о твоем разговоре. Как все прошло? Хорошо?

— Ну… — нарочито мрачно протянула Эшли.

— Что не так? — у Дрю даже голос сел от разочарования.

— Мы в субботу обедаем у Вики и Шанталь, и вы с Кейтлин тоже приглашены! — Эшли отдернула трубку от уха, когда Дрю испустила пронзительный визг.

Эшли закончила говорить с Дрю и внезапно осознала, что прошло уже почти два часа. Пустая миска из-под хлопьев в кухонной раковине служила свидетельством тому, что Эрика уже поела. Эшли вошла в кабинет, и извинения замерли на ее губах, когда она увидела, что Эрику сморил сон прямо за рабочим столом. Она негромко похрапывала и все еще сжимала в руке авторучку.

Эшли подошла к ней сзади и нежно распустила вечно забранные в хвост волосы. Эрика не пошевелилась, когда Эшли провела пальцами по темным вьющимся волосам, и они волной рассыпались по ее шее и плечам. Эшли наклонилась и прошептала ей на ухо:

— Просыпайся, детка.

Эрика пробормотала что-то неразборчивое и посмотрела на нее из-под полуприкрытых век.

— Извини, что тебе пришлось перебиваться хлопьями, — негромко сказала Эшли. — И тебе пора спать.

Эрика потерла глаза и моргнула.

— Ты плакала?

— Это было раньше, и это были хорошие слезы, — ответила Эшли и поднесла руку к лицу.

Полностью очнувшись, Эрика нахмурилась.

— Расскажи мне.

— Я вечером разговаривала с Вики, — Эшли присела на край стола. — Все прошло хорошо. Мы плакали и смеялись, и все правда хорошо.

Эрика улыбнулась, взяла руку Эшли в свои и нежно сжала.

— Я рада за тебя.

Эшли сморщила нос.

— Ты правда рада? Потому что они пригласили нас на обед в субботу, и я согласилась.

Новость на мгновение застала Эрику врасплох, но она скрыла это под улыбкой.

— Конечно.

— Спасибо тебе, — Эшли коснулась губами ее лба. — А теперь я иду наверх и приготовлю тебе ванну.

Она встала и пошла к двери.

— Эш, мне еще нужно кое-что доделать.

— Я знаю, — Эшли остановилась в дверях. — У тебя темные круги под глазами, и ты полностью вымоталась. Ты будешь лучше работать, если хорошо выспишься ночью.

С этим Эрика поспорить не могла. Она вообще не знала, хватит ли у нее сил, чтобы взобраться по лестнице. Она встала, взяла протянутую руку Эшли, погасила свет и вышла.

Глава 13

— Я слышала, мы приглашены на обед, — сказала Кейтлин, когда наутро заехала за Эрикой.

Эрика передала Кейтлин походную кружку, поставила свою в держатель и уселась в машину.

— Кейти, тебе нужно купить джип или что-то такое, что не скребет днищем по дороге, — Эрика забросила свой портфель на заднее сиденье «Аккорда»[20] Кейтлин.

— Эта машинка прекрасно подходит моему маленькому телу. Я же должна хоть что-то видеть из-за руля, — Кейтлин зевнула. — И прекрати переводить разговор.

Эрика отпила кофе и удовлетворенно вздохнула.

— Да, мы приглашены на обед в субботу. Я так полагаю, вы с Дрю к нам присоединитесь.

— Как-то не кажется, что ты ждешь этого с нетерпением.

Эрика молчала, и Кейтлин отвела взгляд от дороги.

— Ты можешь отложить его? — Кейтлин ткнула в сотовый телефон. — Мы сейчас будем в офисе, там и прочтешь свою почту.

Эрика вздохнула и опустила телефон на колени.

— Я вчера вечером вырубилась и вообще ничего не сделала. И да, я с нетерпением жду субботы. С удовольствием познакомлюсь с Вики и Шанталь.

— А еще ты хочешь разъяснить, кто такая Алекс, — ухмыльнулась Кейтлин, но продолжила смотреть на дорогу.

«Так вот как ее зовут», — подумала Эрика и поняла, что Эшли никогда не упоминала этого имени.

— Эшли сказала, что ее там не будет. Я с утра первым делом спросила ее об этом. Там будут только Вики и Шанталь. Она еще не готова встречаться со всеми.

Прошлой ночью Эрика заснула, как убитая, но едва она открыла глаза утром, как ей на ум пришла прежняя любовь Эшли. Интересно, как Эшли поведет себя, увидевшись со своей бывшей? Когда они одевались, она как бы невзначай задала вопрос, и была даже разочарована, что не увидит женщину, которая в свое время перевернула жизнь Эшли с ног на голову.

Сегодня утром, собирая вещи, Эрика заметила, что вчера не выключила компьютер. Она поглядела, как Эшли идет к столу и садится завтракать, а тем временем ее пальцы яростно застучали по клавиатуре — она искала фотографии женщины, которую только однажды мельком видела в клипе.

— Мммм, так вот она ты, — прошептала Эрика, когда обложка дебютного альбома заполнила экран. Ей даже не нужно было читать список имен, чтобы понять, кто есть кто. Эшли смотрела на одну из девушек, и выражение полного обожания на ее лице ни с чем нельзя было спутать.

Длинные ноги, обтянутые кожаными брюками переходили в удлиненный пиджак, доходивший до середины бедра. Лицо было отвернуто, виден только профиль, но улыбающиеся темные глаза смотрели в камеру. «Я знала, что ты будешь меня искать», — казалось, говорили они.

— Я надеюсь, ты теперь стала толстой и страшной, — негромко сказала Эрика смеющемуся изображению. Оно уставилось на нее в ответ.

— Ты задремала? — спросила Кейтлин, въезжая на стоянку.

Эрика открыла глаза, выпрямилась, зевнула и соврала:

— Да.

Кейтлин заглушила двигатель и, когда Эрика потянулась к ручке двери, придержала ее рукой за плечо.

— С тобой же все будет в порядке, правда?

Эрика откинулась на сиденье и уставилась в лобовое стекло.

— Эшли это нужно, и я собираюсь ее поддержать, но я нервничаю.

— Почему?

Эрика оглядела Кейтлин, и слабая улыбка тронула ее губы.

— Сама не знаю.

Кейтлин улыбнулась в ответ.

— Я буду там с тобой.

Они с Вики разговаривали в среду, но четверг и пятница тянулись таким черепашьим шагом, что у Эшли была куча времени, чтобы передумать и не поехать. Она пыталась прогнать эти мысли, но Дрю ни о чем другом говорить не могла, зато Эрика об этом не говорила вообще.

Эшли стояла у шкафа, глядя на ряды вешалок с одеждой. Надеть было нечего. Она вытащила шорты и джинсовую рубашку на пуговицах. Это же будет обычный пикник, обычное дело. Да, эта одежда подойдет, она, кажется, так и говорит: «Я не собираюсь производить на вас впечатление». Эшли хотела выглядеть небрежно, хотя в душе нервничала ужасно.

Чем ближе они подъезжали к Батон Руж, тем большее беспокойство овладевало Эшли, ее даже подташнивать начало. Она потянулась и взяла Эрику за свободную от руля руку. Ее тепло, казалось, заставило тошноту угомониться.

Дрю на заднем сиденье щебетала без умолку, избавляя ее от необходимости принимать участие в разговоре. Эшли не сомневалась, что если раскроет рот, все заметят, в какой комок нервов она превратилась.

— Я дождаться не могу тортика, это же все-таки «Миссисипи Мад»[21], - сказала Эрика, когда они выехали на скоростное шоссе. Через десять минут они будут у Вики на пороге. — Я думаю, вы должны разрешить мне его попробовать прямо сейчас.

— Он вкууусный, — лукаво рассмеялась Кейтлин. — Я уже сняла пробу нынче утром.

Дрю приподняла пластиковую крышку и посмотрела на блюдо.

— Таки да, эта зараза его попробовала!

Проклятия Дрю и дружный смех Кейтлин и Эрики чуть ослабили напряжение Эшли. Но когда они въехали на круговую дорожку перед кирпичным домом, Эшли засомневалась, что сможет вылезти из машины.

— Детка, я уверена, что они тоже нервничают.

Эшли поглядела на Эрику, которая стояла у открытой дверцы и протягивала ей руку. Дрю с Кейтлин уже были на дорожке к дому и терпеливо ждали их, вернее, это Кейтлин терпеливо ждала. Эшли взяла Эрику за руку и почувствовала, что ее ведут к дому. Она слышала стук, шум открывающейся двери и наконец, голос Вики, приветствующий Дрю и Кейтлин, которые, слава богу, стояли впереди.

Когда она набралась храбрости и подняла глаза от земли, перед ней стояла Вики с мокрыми глазами и широко раскрытыми руками. Эшли шагнула в объятия, и почувствовала, как тело Вики содрогается от рыданий, а руки обнимают ее крепко-крепко. Она слышала голос Шанталь, приветствующий Эрику и приглашающий ее в дом. Вики отпустила ее и, удерживая на расстоянии вытянутой руки, погладила по лицу.

— О господи, Эш, — по ее лицу потекли слезы, и она снова прижала ее к себе, сжимая так, словно боялась отпустить.

— Вик, — сказала Шанталь с притворным раздражением, — а ну подвинься!

С широкой улыбкой Шанталь крепко обняла ее. Эшли почувствовала, как Вики касается ее спины, не в силах разорвать связь.

— Да ты посмотри на себя, — Шанталь шагнула назад. — Я ничуть не совру, если скажу, что ты похорошела. Процесс старения обошелся с тобой весьма деликатно.

— А ты, должно быть, Эрика, — сказала Вики, бросилась ей на шею и обняла. — Так здорово с тобой познакомиться!

— Ладно, давайте не будем торчать весь день на пороге, — Шанталь взяла Эрику за руку и провела в дом.

Эшли ощутила, как Вики обнимает ее за талию и ведет в гостиную. Дрю вела себя, как дома и устремилась прямо в кухню, к холодильнику, куда и запихнула десерт.

— Кому чего принести попить, раз я все равно уже шарюсь в вашем холодильнике?

Вики перешла из гостиной в кухню, а Шанталь провела Эрику к дивану и махнула Эшли, приглашая сесть рядом. Эрика и Шанталь разговаривали, но Эшли не понимала ни единого слова. Она смотрела, как Вики и Дрю готовят напитки, смеются и разговаривают так, будто они подруги с пеленок. Все это казалось сном. Вместо того, чтобы участвовать в событиях, Эшли казалось, что она медленно дрейфует в стороне, наблюдая за разворачивающимся действом.

Когда Вики передала Эшли напиток, Эшли поймала себя на том, что внимательно изучает знакомое некогда лицо. Слабые морщинки окружили глаза Вики и уголки ее рта. Темные волосы теперь были короче и прямее, но это были и все заметные изменения. Ее голос, когда она заговорила с Эрикой, был таким же, как был всегда. И она сама была такой же, но все-таки другой.

Разговоры кружились вокруг нее, но Эшли не могла сосредоточиться ни на одном из них. Ее глаза блуждали по комнате, рассматривая удобную обстановку, потом остановились на полированном кабинетном рояле, стоявшем в углу. Они прищурилась и поглядела на фотографии в рамках — на некоторых была вся группа, на некоторых — только Вики и Шанталь. А вот и Жаклин с Линдсей, а вот Алекс улыбается, и на каждой фотографии рядом с ней новая девушка. Эшли почувствовала укол сожаления, не потому, что потеряла Алекс, а по друзьям, которые были ей роднее, чем родная кровь.

Эрика рассмеялась над чем-то, сказанным Шанталь, и это вернуло Эшли с небес на землю, в компанию. Вики сидела напротив и смотрела на нее изучающим взглядом, в точности так же, как смотрела в первый раз, когда они познакомились, тогда, еще в прошлой жизни. Ее темные глаза без сомнения заметили не только каждую мельчайшую морщинку на ее лице, но и то, как слегка дрожат ее руки, и то, что она уселась так близко к Эрике, что казалось, они срослись бедрами, как сиамские близнецы.

— Так хорошо, что ты здесь, — сказала Вики и смахнула слезу, но ее глаза тут же увлажнились снова.

Эшли только улыбнулась, говорить она не могла. Она хотела спросить: «Неужели вы меня совсем не ненавидите? Ни капельки?»

Кажется, они были просто счастливы, что она здесь. Она могла чувствовать и видеть их любовь, но ее было так трудно принять. А потом Эшли поняла, что просто оттягивает неизбежное. В итоге они все соберутся в кружок и расскажут, до чего гнусно было с ее стороны исчезнуть, не сказав ни слова.

— Я не могу просто сидеть здесь и делать вид, что все нормально!

Разговоры смолкли, все повернулись и посмотрели на Эшли, чье лицо медленно заливалось краской. Когда она смогла заговорить, ее голос прозвучал немного громче, чем она намеревалась.

— Я же просто сбежала! — Эшли взмахнула рукой, как будто никто в комнате не понял, к чему это она. — Наорите на меня, сделайте что-нибудь, но не притворяйтесь, что мы просто потеряли связь много лет назад!

— Окей. — Шанталь поставила стакан на стол и подняла руку, не давая Вики вмешаться. — Ты разбила нам сердце. Особенно ей, — Шанталь кивнула в сторону Вики. — Я злилась, и двадцать лет назад я бы разодрала твою задницу на мелкие полоски за то, что ты сделала, но дело как раз в том, что это было двадцать лет назад, — тут голос Шанталь смягчился. — Я понимаю, почему ты ушла, но почему ты вычеркнула нас из своей жизни?

Как бы больно ей ни было слышать то, что думает Шанталь, Эшли начала успокаиваться.

— Сбежать было настолько проще… — Эшли почувствовала, как рука Эрики охватывает ее талию. — Я не хотела, чтобы меня заставляли задуматься о том, что я делаю и почему. Я не хотела обсуждать за и против. Я просто хотела выбраться. — Эшли прерывисто вздохнула. В комнате стояла тишина, все ждали, пока она продолжит. Она уставилась в пол, не в силах поднять глаза на Вики и Шанталь.

— Когда прошел не то месяц, не то два, я подумала, что нужно дать о себе знать, но я решила, что вы все меня ненавидите, и на тот момент я боялась столкнуться с этим. А потом однажды утром я проснулась и поняла, что прошел целый год, и уже слишком поздно. — Эшли с трудом сглотнула. — Я провела много лет, ненавидя Алекс, обвиняя ее во всем, но когда я наконец смогла посмотреть правде в лицо, то … это себя я ненавидела. И только я во всем виновата.

Шанталь шумно выдохнула.

— Мы никогда не могли ненавидеть тебя, Эш. Нам просто было больно… всем нам.

— Пожалуйста, прости… — слова Эшли потерялись, когда Шанталь прижала ее к себе, обнимая.

— Давно простили, — сквозь слезы сказала Шанталь.

Эшли почувствовала, как рука Эрики соскальзывает с ее талии, давая возможность Вики присоединиться к объятию. Когда они, наконец, разомкнули объятия, Эшли заметила, что Кейтлин и Дрю прижимаются одна к другой и шмыгают носами, передавая друг другу пачку салфеток. Эрика на нее не смотрела, она уставилась на пол. Но теперь все не казалось сном. Все было по-настоящему, и Эшли почувствовала, что в этот момент ее жизнь начинается заново.

Фотоальбом за фотоальбомом появлялись изо всех шкафов и чуланов. Дрю, Эрика и Кейтлин внимательно их перелистывали, а Шанталь рассказывала смешные истории, стоявшие за самыми неловкими моментами, попавшими в кадр.

— Хочешь, я покажу тебе остальную часть дома? — спросила Вики, когда Шанталь завела очередную байку.

Эшли приняла ее протянутую руку, радуясь возможности сбежать, и пошла вслед за Вики в коридор.

— Это наша комната для гостей, — Вики щелкнула выключателем. — Веренее будет сказать, что это комната Жаклин, — Вики закатила глаза. — Она перекантовывается у нас минимум раз в месяц, когда они с Линдсей находят что-то новенькое, из-за чего можно поругаться.

Эшли прошла в комнату, рассматривая обстановку. Здесь явно чувствовалась рука Вики. Ковер и занавески были подобраны в тон неяркому клетчатому покрывалу на кровати. Никаких цветочных мотивов, сплошные прямые линии и, конечно, безупречная чистота. Поверхности соседней ванной комнаты просто сияли, а занавеска и коврики только подчеркивали эффект, совпадая по цвету со всем в комнате. Вики все еще была повернута на чистоте, как Эшли и помнила.

— Джеки с Линдсей все так же ссорятся, как и раньше? — Эшли подняла медный колокольчик с прикроватного столика и вопросительно вздернула бровь.

— О да, по ним практически можно часы проверять. А колокольчик — это для Алекс, когда она выздоравливала после автокатастрофы. Я держу его здесь как напоминание, — Вики двинулась к двери.

Эшли пошла за ней по коридору к следующей комнате, служившей кабинетом. И у Шанталь, и у Вики были собственные столы. На столе Вики все было разложено в безупречном порядке, а у Шанталь был страшный бардак. Эшли улыбнулась, представляя себе, как они из-за этого ругаются.

— Что за катастрофа? — спросила Эшли, когда они двинулись к хозяйской спальне.

— Ей в бок въехал пьяный водитель, — Вики вошла в спальню.

Нетрудно было догадаться, кто где спит. Одна прикроватная тумбочка была завалена журналами и всяким барахлом. Другая сияла чистотой.

— Глянь сюда, — Вики пересекла комнату и распахнула дверцы сдвоенного шкафа. В одной половине прямо на полу вперемежку были навалены одежда и обувь, в другой все было разложено по полочкам.

— Я люблю свою свинку, — Вики пожала плечами, — но однажды мое терпение лопнет, и я зажарю ее задницу. — Вики подошла и взяла Эшли под руку. — Пойдем во двор, и я расскажу тебе об Алекс, хоть ты и делаешь вид, что тебе все равно.

Они вышли сквозь застекленные двери спальни на заднее крыльцо, отделенное от всего остального двора.

— Это мое убежище, — Вики удовлетворенно вздохнула, села и махнула Эшли рукой, приглашая усаживаться. — Так ты хочешь услышать об Алекс?

Эшли внимательно уставилась на стену из вьющихся растений, окружавшую крыльцо и закрывающую его от остального двора.

— Честно говоря, мне любопытно.

— Ну еще бы, — слегка улыбнулась Вики. — Она очень изменилась с годами. Я не думаю, что понимала, насколько, пока ей не пришлось пожить у нас. — Вики рассмеялась. — Мама Мак-Кини наняла сиделку, чтобы ухаживать за Алекс, когда ее выписали из больницы. У нее были сломаны рука, левая нога и пара ребер, так что сама она была почти беспомощной, но она ни на секунду не допускала, что кто-то посторонний будет подавать ей судно. Все было просто ужасно. Она позвонила мне и практически умоляла ее спасти.

Эшли попыталась представить, как эта гордая женщина, а уж она-то прекрасно знала, насколько та была независимой, просит кого-то о помощи.

— Так что, ее мама все та же?

Вики энергично закивала.

— Она навестила Алекс в больнице всего один раз, а потом спихнула заботу о ней в чужие руки, — в голосе Вики звучало отвращение, но на лицо вернулась улыбка. — Мы по-настоящему сблизились, когда перевезли ее к себе. Сначала она была ужасным пациентом. Так злилась, что не может сама ни помыться, ни одеться. Думаю, на ее месте я чувствовала бы себя так же.

— Представить себе не могу, как Александра Мак-Кини позволяет тебе купать и одевать ее. Это, наверное, была настоящая пытка для вас обеих.

Вики запрокинула голову и расхохоталась.

— Купать ее? Да ни за что на свете! Она велела мне поставить в ванну пластиковый стул и повесить пониже насадку для душа на гибком шланге. Нееет, — Вики, смеясь, покачала головой, — никаких купаний Алекс не было и в помине. Я помогала ей раздеться и одеться, и мы обе при этом ругались, как ломовые извозчики. Я тогда увидела ее обнаженной, и, скажем так, не только физически. — Вики посмотрела Эшли в глаза, и лицо ее стало серьезным. — Она тоже о многом сожалеет… она… — Вики покачала головой в поисках нужного слова. — Она не та, какой хочет всем казаться. Надеюсь, когда вы с ней снова встретитесь, вся боль из прошлого в прошлом и останется.

Эшли сорвала листик с соседнего цветка и стала вертеть его в пальцах.

— Я знаю, что мне придется с ней встретиться. И я не так боюсь этой встречи, как боялась увидеть тебя и Шанталь.

— Тогда ты приедешь на следующие выходные на барбекю? Мы собираемся вместе чуть ли не каждое воскресенье.

Эшли поняла, что ей трудно отказаться от такого предложения. Она и сама хотела увидеться со всеми девочками из группы, а у Вики на лице была написана такая надежда, что Эшли не смогла сказать нет.

— А я разжигаю твой гриль! — прокричала Шанталь откуда-то из-за стены вьющихся растений. — И у меня тут твои цыплята под маринадом!

Вики закатила глаза и улыбнулась.

— Уже иду, дорогая!

— Да, давай быстрее, а то у меня тут уже что-то горит!

Эшли прошла вслед за Вики через живую изгородь во внутренний дворик, где Дрю и Эрика сидели за столом и все еще смотрели фотоальбомы. Кейтлин сидела на краю бассейна и болтала ногами в воде. Эшли посмотрела на нее с завистью. Шанталь явно прочла ее мысли, и, когда они подошли к грилю, проговорила:

— Нужно было предупредить вас, чтобы вы взяли купальники. Мы скоро будем накрывать бассейн на зиму, так что нужно им пользоваться, пока есть время.

— Еще только сентябрь, милая. Мы не накрываем его до конца ноября. Так что времени еще куча, — Вики шутливо ткнула Шанталь в бок. — Будь твоя воля, ты бы накрыла его прямо сейчас.

Шанталь скривилась.

— Ухаживать за ним — сплошная морока.

— Ты-то о чем распереживалась? Все равно за ним ухаживает Алекс.

— Правильно, для нее это тоже сплошная морока.

— Она что, живет неподалеку? — Дрю задала вопрос, который возник и у Эшли.

— Она живет буквально за углом, — Шанталь показала на незаделанный проем в заборе между двумя дубами. — Дом, стоявший на участке за нами, в прошлом году сгорел, — Шанталь сморщила нос, — в результате неудачного развода. Если пройти через участок и повернуть направо на улицу, то второй слева дом — ее.

Дрю рассказывала Эшли о музыкальном магазине, которым заправляли Вики с Шанталь. Он явно приносил неплохой доход — их дом располагался в одном из самых дорогих районов Батон Руж. Она понимала, что тех небольших денег, которые они заработали в бытность свою музыкантами, не могло хватить надолго никому из них. Интересно, а чем занимается Алекс? Или мама Мак-Кини до сих пор оплачивает все ее прихоти?

— Ты говорила, она адвокат, в тот вечер, когда мы познакомились? — спросила Кейтлин.

Шанталь присела рядом с ней.

— Ага. Пошла по стопам своей мамочки.

У Эшли даже голова закружилась от такого заявления.

— Да ты, должно быть, издеваешься надо мной!

Вики помотала головой и рассмеялась.

— Я так и знала, что ты это скажешь, но да, это та самая Алекс Мак-Кини, которая однажды заявила, что лучше сама перережет себе глотку, чем пойдет учиться на юриста. Она не только пошла, она еще и работает с мамой Мак-Кини.

Эшли потерла лоб.

— Я просто диву даюсь. Чудны дела твои, Господи.

— Жаклин и Линдсей закупаются в «Нейманс»[22], - бросила Шанталь через плечо.

Эшли бухнулась на один из шезлонгов.

— Ладно, выкладывайте все, что произошло за последние двадцать лет. Только помедленнее, а то у меня уже голова кругом идет.

Глава 14

Эрика улыбнулась, услышав, как двое на заднем сиденье похрапывают на разные лады. Несмотря на все свои усилия, Эшли не выдержала и задремала, оставив Эрику наедине с ее мыслями. Она была рада, что никто не спросил ее, что она думает о прошедшем дне. Она не знала, что ей отвечать.

Можно было смело поздравить себя с удачным выступлением. Она провела целый день, сосредоточенно изучая кусочки и осколки прежней жизни Эшли, рассыпанные по фотоальбомам. Она смеялась и шутила, хотя сердце ее обливалось кровью. Она делала вид, что не чувствует себя по-идиотски, сидя здесь со всеми и разглядывая фотографии впервые.

Шанталь и Вики оказались совсем не такими, какими она их себе представляла. Эрика вообразила себе среднего возраста выходцев прямиком из восьмидесятых, любительниц забить косячок, все еще носящих те же старые шмотки, в надежде, что они снова войдут в моду. Вместо этого она обнаружила двух женщин, которым было хорошо вместе, и которые до сих пор искренне любили Эшли. Они понравились Эрике, но, несмотря на их попытки проявить гостеприимство, Эрика все еще чувствовала себя на грани. Она подумала, а сможет ли она хоть когда-то стать частью прежнего мира Эшли.

— Прости, я вырубилась, — сказала Эшли, когда Эрика довезла Кейтлин и Дрю до их дома. — Я настолько вымоталась, что глаза сами собой закрылись.

Эрика заехала в гараж.

— Все в порядке. Я выпила столько кофе, что могу теперь неделю не спать.

— Ты хорошо провела время? — Эшли пошла вслед за Эрикой в дом.

Эрика прикусила губу, открыла холодильник и принялась рыться там в поисках чего-то бескофеинового. Она хотела ответить: «Нет, я не хорошо провела время, и я поверить не могу, что согласилась приехать к ним снова на следующих выходных, а фотографии, где ты тискаешься с Алекс — так вообще полный отстой!», но вместо этого сказала:

— Мне понравились Вики и Шанталь. Они забавные.

Эрика углядела апельсиновый сок и задумалась, а на месте ли бутылка водки, которую они хранили в кладовой.

Если Эшли и заметила, что ее вопрос был ловко обойден, то виду не подала. Она потянулась из-за спины Эрики и цапнула бутылку воды.

— Я пойду быстренько приму душ. Ты идешь наверх или у тебя еще работа?

— Мне надо просмотреть пару дел, а потом поднимусь.

Эрика слабо улыбнулась, когда Эшли скользнула по ее щеке губами и вышла. С соком в руке, Эрика принялась рыться в кладовке, пока не нашла водку. Она добавила достаточно сока, чтобы смесь стала бледно-желтой, и побрела в кабинет с бутылкой под мышкой и без малейшего намерения поработать. Она проглотила напиток в три больших глотка и прижала руку к груди, пока алкоголь прожигал себе путь вниз.

— Успокойся, Эрика. Ты делаешь из этого большую проблему, чем оно того стоит, — прошептала она и тяжело опустилась в кресло. — Боже, благослови водку и ее целебные свойства. — Ухмылка расползлась по ее лицу, она поставила пустой стакан на стол, ее губы горели, и она налила себе еще. Она наполовину выпила вторую порцию, когда поняла, что если сделает еще глоток, то будет не в состоянии подняться по лестнице. Стакан приятно холодил висок, пока она ощущала эффект от торопливо выпитого алкоголя. Она даст Эшли еще пять минут, а потом сама пойдет в душ.

Полстакана водки выплеснулось ей на колени и заставило Эрику проснуться тридцатью минутами позже. Выругавшись, она сделала вялую попытку прибрать беспорядок, прежде чем пойти наверх. Она прокралась через темную спальню, закрыла за собой дверь ванной и только тогда зажгла свет. К ее разочарованию, душ немного прочистил ей мозги. И когда она улеглась, ее голову снова наводнили тревожные мысли.

Эшли перевернулась и забросила на Эрику ногу, а рукой обняла ее за живот, как делала каждую ночь, когда Эрика наконец добиралась до кровати. Эрика стала ждать, пока размеренное дыхание Эшли навеет на нее сон. Будь она трезвой, она бы смогла удержать мышцы живота и не дать им вздрогнуть, когда пальцы Эшли скользнули по ее коже. Она не смогла остановиться, когда ее собственные бедра дернулись под пальцами Эшли, спустившимися ниже пупка и снова дразняще вернувшимися наверх.

Эшли двинулась, накрывая ее тело жаркой кожей, а ее рот еще более жаркими поцелуями. Тело Эрики предало ее и охотно сдалось ошеломляющим ощущениям, тогда как сердце и разум умоляли его остановиться. Эшли целовала ее жестко и отчаянно, и Эрика обнаружила, что делает то, чего никогда не делала с Эшли. Она отключилась.

Позже, когда спокойное дыхание Эшли дало понять, что сон сморил ее, Эрика зажмурилась, но слезы проскальзывали и сквозь закрытые веки. Она никогда не была из тех, кто просто занимается сексом. Эрике всегда нужна была эмоциональная связь, но в эту ночь произошло именно это. Просто секс, и ничего больше.

Эшли в одиночестве сидела на крыльце со своей второй чашкой кофе и смотрела, как солнце крадется через их задний двор. Она проспала допоздна — было почти десять утра, когда она наконец встала — а Эрика до сих пор спала непробудным сном. Если бы Эшли вчера не учуяла в поцелуях Эрики вкус и запах спиртного, она уже была бы наверху и проверяла, не заболела ли та. Это было очень странно и нехарактерно для нее — проспать еще один дарованный жизнью день. Странно. Слово безостановочно кружилось у Эшли в голове. В последнее время все вокруг казалось странным, а прошедшая ночь оказалась просто венцом всему.

В свои самые страстные времена они рвали одежду и крушили мебель. Эшли улыбнулась, вспоминая, как они уничтожили журнальный столик. Она всегда чувствовала любовь в прикосновениях Эрики, но прошлой ночью она не ощутила, что связь между ними возродилась. Она не почувствовала, будто они делятся друг с другом чем-то сокровенным, чем-то, что принадлежит только им двоим. Зато она почувствовала, что берет у Эрики то, что та не хочет отдавать.

У Эшли по коже мурашки пошли от этой мысли, и она обхватила себя за плечи. Ей было почти стыдно посмотреть в лицо Эрике, и она решила ненадолго сбежать, пока чувства не улягутся. Эшли тихонько вошла в дом через заднюю дверь и несколько минут прислушивалась, прежде чем пройти в прачечную[23]. Она давеча поленилась разложить чистое белье по шкафам, и теперь похвалила себя за это.

Она надела джинсы и футболку, натянула бейсболку, выпустила сзади волосы и меньше чем через пять минут уже вышла наружу. В доме она оставила записку с объяснением, что ей пришла фантазия проехаться по магазинам.

Когда она выехала на дорогу, не зная даже, куда, собственно, держит путь, ей стало так легко, что тут же на смену этому чувству пришла грусть. Она доехала до реки с мыслью переправиться на пароме на тот берег, в Нью Роудс, а потом ехать, куда глаза глядят, пока не придет в чувство. Она смотрела, как паром причаливает к пристани на той стороне, и тут зазвонил мобильный. Эшли еще не готова была разговаривать с Эрикой и решила не отвечать, пусть включается голосовая почта, но заметила, что это звонит Дрю.

— Ты куда это собралась? — весело спросила Дрю. — Я видела, как ты пролетела мимо.

— В Нью Роудс, хочешь со мной? — Эшли сама удивилась, когда вопрос сорвался с ее губ, и понадеялась, что Дрю откажется.

— А зачем ты туда собралась?

— Паром загружается на том берегу. Если хочешь поехать, то через десять минут должна стоять на дороге.

— Буду там через пять.

Эшли захлопнула телефон и глянула в зеркало заднего вида. «Черт!» — сказала она сама себе и включила заднюю передачу.

Дрю уже стояла на дороге, Эшли подъехала, остановилась и, едва Дрю успела влезть в машину, Эшли рванула с места.

— Я уже просила тебя не давать по газам раньше, чем мои обе ноги окажутся в чертовой машине! — Дрю пыталась сделать вид, что сердится. — Если паром еще на той стороне, мы успеем.

— Я знаю, я это сделала, чтобы подразнить тебя.

Эшли постаралась, чтобы ее слова прозвучали небрежно, но увидела, что Дрю смотрит ей прямо в лицо. И она знала, каким будет следующий вопрос, уже срывающийся с губ Дрю.

— Что случилось, Эш?

Эшли подъехала к очереди машин, ожидающих возвращения парома, остановилась и дернула ручник.

— Я еще не готова об этом разговаривать.

Дрю опустила щиток и стала смотреться в зеркальце, проверяя прическу. Явно неудовлетворенная результатом, она растрепала волосы пальцами, а потом загладила назад. Потом повторила процесс еще несколько раз, плюнула, отвела их с лица и прижала солнечными очками. Она как раз прилаживала очки поудобнее у себя на голове, когда Эшли включила передачу и в череде других машин двинулась к парому.

— Давай выйдем, — сказала Эшли, когда они припарковались.

Дрю скривилась, сорвала очки с головы, и они вылезли из машины. Никто не произнес не слова, пока они не оказались у поручней и стали смотреть на воду.

Эшли в жизни не приходилось пользоваться паромом, пока она не переехала в Сент-Франтисвилль, и она бы ни за что этого и не сделала, если бы Эрика ее не уговорила. Сильное течение Миссисипи ужасало и очаровывало одновременно, но, сколько бы раз ей ни приходилось переправляться, Эшли никогда не могла усидеть в машине. Она слишком боялась оставаться в замкнутом пространстве автомобиля, да и не могла устоять перед искушением постоять на ветру и посмотреть, как вокруг бурлит вода.

Дрю стояла рядом с ней, спиной к поручням, и рассматривала пассажиров. Она толкнула Эшли в бок и повела подбородком в сторону парочки женщин, будто была шпионкой.

— Гляди, а они из наших.

— Очки надень! Это же Шарлин Милбурн со своей сестрой, — Эшли отвернулась к воде. Дрю помахала рукой, улыбнулась двоим женщинам и тоже повернулась к воде.

— Так что мы будем делать в Нью Роудс? — Дрю пошаркала туфлей попесочного цвета палубе. — Прошвырнемся по магазинам?

Эшли оперлась подбородком на ладонь.

— Может быть.

Дрю снова повернулась спиной к поручням и принялась разглядывать пассажиров.

— А теперь ты готова поговорить?

Паром был уже недалеко от пристани.

— Да, но я не хочу перекрикивать шум двигателя. Подожди, пока мы окажемся в машине.

Слова еще не успели сорваться с губ Эшли, а Дрю была уже на полпути к автомобилю. Эшли подождала, пока паром почти причалил, и едва поборола смех при виде откровенного нетерпения на лице Дрю.

— Ну, что там у тебя на уме? — Дрю дождалась, пока Эшли выехала на берег и стала подниматься по дамбе.

— Мы с Эрикой… — Эшли прикусила губу и покраснела. Они с Дрю всегда свободно обсуждали секс, но теперь она поняла, что ей трудно описать события прошедшей ночи. — Мы вчера вечером… сделали это.

Эшли поморщилась, презирая себя за то, что выглядит, как подросток.

— Что значит «это»?

— Вот зараза, ты же прекрасно знаешь, о чем я говорю, — Эшли свернула на стоянку возле ресторанчика у Фолс Ривер[24], старого русла Миссисипи. — Давай закажем закуски и посидим на веранде. Хочу побыть на открытом воздухе.

— Ну, так вы, наконец, сделали «это». Я так за вас рада, — улыбнулась Дрю и потерла ладони друг о друга, когда они уселись за столик. — Это было… горячо?

В этот момент к ним подошла официантка, избавив Эшли на пару минут от необходимости отвечать, за что она была благодарна, потому что толком и не знала, как ответить.

— Я думаю, мы закажем начос[25] и фаршированный печеный картофель, — Эшли глянула на Дрю, та одобряюще кивнула. — И еще мне стакан воды и «кровавую Мери».

— Мне то же самое, и в мой коктейль добавьте лишний стебель сельдерея, — Дрю снова обратила все внимание на Эшли, едва они остались одни. — Так что… значит, горячо не было?

— Я не знаю, как это было, но это не было… это было по-другому.

— Ой, — выдохнула Дрю и глаза ее распахнулись. — Вы экспериментировали! И что вы делали? Мне бы понравилось?

Эшли вздохнула, пока официантка расставляла напитки. Внутри у нее все завязывалось узлом, стоило ей вспомнить прошедшую ночь. Она отпила глоток «кровавой Мери», потом еще один, прежде чем ответить.

— Когда она легла в постель прошлым вечером, я сделала то, что делаю всегда. Закинула на нее ногу и положила руку на живот. Ну, мы так спим, — Эшли потерла бровь и откусила стебелек сельдерея, торчавший из стакана, как соломинка. — Я давно решила к ней не приставать, помнишь, я тебе говорила? Но так хорошо было прикоснуться к ней, и я не удержалась, провела рукой, а она отреагировала на мое прикосновение.

— Это хороший признак, — Дрю помахала своим сельдереем, приглашая Эшли продолжать.

— Ну, я ее и поцеловала. Обычно это у нас как борьба, каждая пытается заняться любовью первой, а тут она просто лежала и позволяла мне…

Дрю откинулась на стуле с очень вдумчивым выражением лица.

— Так она просто лежала и не участвовала?

— И да, и нет, — помотала головой Эшли. — Прошла ночь была из серии «трахни меня, а потом я трахну тебя». Больше было похоже на то, что тебе оказывают услугу, если можно так сказать.

— Может, она на самом деле хотела, но была уставшей? Она же не выспалась в машине по дороге домой, как мы.

Эшли согласилась с логикой, но в сердце своем она знала, что это не ответ. Они с Эрикой занимались любовью бесчисленное количество раз за прошедшие годы, уставшие и не уставшие. В этот раз все было не так.

Глава 15

Эрика никогда не любила понедельники, но наступивший, кажется, собирался переплюнуть их все. Не успела она выпить свою первую чашечку кофе, как приключилась авария с погрузчиком. К счастью, обошлось без пострадавших, если не считать таковыми автоматические ворота в первом доке.

В аккурат перед второй чашечкой кофе Кейтлин сцепилась с начальником цеха, но, к всеобщему удивлению, и в этот раз обошлось без пострадавших. Электронная почта с запросами и вопросами сыпалась в папку «Входящие» так быстро, что Эрика вырубила звук на компьютере, потому что непрерывное пиликание, извещавшее о прибытии нового сообщения, почти довело ее до истерики.

Вдобавок ко всем своим горестям, предыдущий вечер она провела, ругаясь с Эшли, которая в тот день пронеслась по магазинам, как смерч. Еда и одежда — это Эрика еще могла понять, но вот потрату почти тысячи долларов на садовые принадлежности — нет. Когда Эшли и Дрю вернулись домой, машина была набита под завязку, но они еще взяли ее джип и поехали забирать остальные покупки. Заявили, что за ланчем на них нашло вдохновение, и саду на заднем дворе совершенно необходим новый дизайн.

Эрика подняла голову и увидела, что Кейтлин с кислой миной стоит, прислонившись к косяку.

— Что у нас с ланчем?

— Давай уедем отсюда, — ответила Эрика и встала. — День погожий, а мне нужно глотнуть воздуха.

Они прикупили пару сендвичей и свернули на дорогу к своему тайному убежищу. За прошедшие годы они открыли и застолбили множество таких мест, но было только одно, куда они возвращались, когда им нужно было отдохнуть от взрослой жизни.

Эрика проехала узенький мостик и свернула на грунтовку, объезжая выбоины, пока не заметила знакомую тропу. Она прихватила бутерброды и пошла вслед за Кейтлин, несшей напитки, вниз по узенькой тропинке, которая в итоге привела их неглубокой заводи. Кейтлин пнула поваленное дерево, которое служило им скамейкой, чтобы убедиться, что под ним не затаилась никакая поджидающая их живность. Убедившись, что никаких тварей возле дерева нет, они присели.

— А помнишь, как мы подрались с Трентом Брумфилдом за то, чье это будет место? — спросила Кейтлин, прежде чем приняться за бутерброд.

Эрика усмехнулась, вспоминая.

— Если бы ты не врезала ему по яйцам, он бы сделал из меня отбивную.

Двенадцатилетний Трент в свое время тоже обнаружил это желанное местечко. И хоть он был на два года старше Эрики и Кейтлин, но не намного крупнее. Он пытался защитить свои права, забросав девчонок комьями грязи, один из которых угодил Кейтлин прямо в лоб. Когда Эрика увидела ее слезы, она взвилась и накинулась на Трента что было сил. Он сумел взять ее голову в захват и начал лупить свободным кулаком. Кейтлин пришла на выручку, размахивая руками, как мельница, нанося удары без разбора то по Тренту, то по Эрике. Сражение было выиграно благодаря тумаку, случайно пришедшемуся Тренту в промежность.

— Я была так рада, когда он свалил, — Кейтлин отпила газировки. — Он был настоящий маленький мудак. Он, наверное, теперь в тюрьме.

Эрика вздохнула и почувствовала, как напряжение, мучавшее ее все утро, стало отступать. Она смотрела, как ленивое течение медленно струится между песчаными дюнами, а солнечный свет пробивается сквозь густые кроны деревьев и как прожектор подсвечивает участки воды. Эрика могла видеть, как в толще воды резвятся пескари, и на мгновение почувствовала детское желание попытаться их поймать.

— А я чуть не врезала по яйцам Тиму сегодня утром, — ухмыльнулась Кейтлин.

— Я почти разочарована, что не врезала, — Эрика улыбнулась, представляя эту картину.

Они обе умолкли, Кейтлин сбросила туфли и зарылась пальцами ног в песок. Эрике подумалось, что она выглядит почти как когда они были детьми, если не считать нескольких седых прядей. С ногами, закопанными в песок, с недоеденным сендвичем в руке… все, чего ей недоставало, это пары обрезанных штанов, да сбитых коленок.

— Дрю сказала, ты вчера была злющая, как оса, — Кейтлин отвернула голову, но Эрика все равно расслышала мягкий смешок.

— Ты хочешь мне сказать, лично ты ни капельки не расстроилась, что Дрю потратила три сотни баксов на еще один фонтан?

Кейтлин так быстро повернулась, что выронила свою газировку. Стакан ударился о землю, и его содержимое быстро впиталось в песок.

— Чтоо?

— Ах, она об этом тебе не сказала? — Эрика удовлетворенно усмехнулась. — В данный момент он стоит у нас на крыльце и дожидается, пока ты его соберешь.

Кейтлин в сердцах швырнула на землю недоеденный сендвич.

— Да сколько же ей нужно этих чертовых штук? Ненавижу последний, который она притащила домой. Я постоянно наезжаю на него газонокосилкой в те редкие разы, когда она дает мне ею поработать. Дурацкий голозадый писающий мальчик! В чьем дворе еще найдешь такую дрянь? У Эшли, по крайней мере, есть вкус.

С этим Эрика должна была согласиться. В их саду не было ни писающих детей, ни жаб в шляпках.

— Я вышла из себя, когда она сказала, сколько потратила. А потом я провела остаток вечера, чувствуя себя полной задницей. Она много работает, и редко тратит деньги легкомысленно.

— Ты хоть извинилась? — Кейтлин поддела ногой свой погибший ланч, и проводила взглядом кусок салата, который упал в воду и поплыл прочь.

— Я оставила ей записку. Когда я уезжала, она была в душе, — Эрика расслышала нотку вины в своем голосе. Она сорвалась не из-за шопинга, а потому что Эшли исчезла на целый день, но гордость не позволяла ей признаться в этом.

— Я думаю, ты расшумелась не только из-за денег, — произнесла Кейтлин, заставив Эрику подумать, а не читает ли она ее мысли. — И я не думаю, что ты хочешь ехать к Вики и Шанталь на следующих выходных, — Кейтлин оглядела Эрику и наставила на нее палец: — У тебя сейчас такое же выражение лица, как было, когда мы говорили об этом тем вечером.

Эрика бросила последний кусочек своего сендвича в заводь, внезапно утратив аппетит.

— Мне и так не по себе, а теперь я еще должна с нетерпением ожидать встречи с ее бывшей, о существовании которой я была ни сном, ни духом. Пожалуйста, скажи мне, что она теперь старомодная и абсолютно непривлекательная.

Кейтлин подобрала камушек и забросила его в воду.

— Новый фонтан, это же не писающий мальчик, правда?

— Кейти!

— Она шикарная. Просто бомба. Я бы приплатила, чтобы увидеть ее голой, — Кейтлин опустила голову. — Прости.

— Отлично, просто отлично. — Эрика подобрала пару камушков и принялась сердито запускать блинчики. — Я хочу, чтобы неделя поскорее прошла, и мы с этим всем развязались.

Кейтлин подняла стакан Эрики и отхлебнула.

— Ты же не думаешь, что она увидится с ними разок и утратит всякий интерес, правда?

— Нет. Но сейчас я должна поехать с ней, потому что она страшно нервничает. Как только ей станет уютно, я не планирую отвисать с ее старыми друзьями все время.

— Так ты нормально относишься к тому, что она будет проводить время со своей бывшей?

Эрика скривилась, когда заметила, что Кейтлин жует ее соломинку.

— Я нормально отношусь к тому, что она будет проводить время с группой. Если она начнет отвисать со своей, как там ее зовут, наедине, тогда это будет совсем другое дело.

— Хммм, — Кейтлин пнула песок.

Эрика посмотрела на часы.

— Надевай туфли, ты, Золушка, нам пора возвращаться.

Глава 16

Для Эшли неделя пролетела быстро. Эрика работала допоздна чуть ли не каждый вечер и большую часть субботы. Эшли заняла себя, разбивая новый цветник вместе с Дрю. Она задумала что-то похожее на то, что видела у Вики, но не примыкающее к дому. Они собрали и установили решетки и к вечеру субботы посадили китайский жасмин, который со временем должен был заплести все конструкции, отгораживающие часть двора.

Эшли дождаться не могла поездки на барбекю, но пожалела, что не поспала подольше. Она устало обозрела шкаф, на предмет, что надеть. Наконец, остановив свой выбор на шортах с накладными карманами и рубашке-безрукавке, она оделась и пошла на поиски Эрики. Когда Эшли вошла в кабинет, Эрика сидела и щелкала по клавиатуре. Эшли улыбнулась, заметив, что Эрика распустила свой вечный хвост, и ее вьющиеся каштановые волосы свободно ниспадают на плечи. Она находила ее неотразимой с распущенными волосами. Бледно-розовая рубашка-поло и клетчатые шорты отлично на ней смотрелись.

— Дай мне секундочку, я все сохраню, и буду готова, — сказала Эрика, не отрывая взгляд от экрана.

Эшли стояла в дверном проеме и смотрела, как Эрика встает из-за стола и подходит к двери.

— Поцелуй меня, — Эшли обняла ее за шею. Эрика послушно коснулась ее губ легким поцелуем.

— Еще.

Эрика снова целомудренно поцеловала ее в губы. Эшли умоляюще глянула ей в глаза.

— Поцелуй меня по-настоящему.

До Эрики, кажется, дошло. Она прижала Эшли к себе и осыпала ее губы короткими поцелуями, а потом накрыла ее рот своим. Ее язык скользнул в рот Эшли, а та вплела пальцы в ее волосы. Поцелуй закончился быстрее, чем Эшли хотелось, но, наверное, это было к лучшему. Ее сердце уже грохотало в груди, и она зарылась лицом в шею Эрики.

— У меня до сих пор мурашки по коже, когда ты меня целуешь.

Шанталь и Вики встретили их так же, как и неделю назад — заобнимали еще на пороге, хотя эмоций в этот раз было меньше.

— Они все во дворе, — Вики взяла Эшли под руку и понизила голос: — Но ты не должна бежать к ним прямо сейчас, если не хочешь.

Эшли шагнула к окнам, сквозь которые был виден задний двор. У нее перехватило дыхание, когда она увидела двух женщин, сидевших за столом. Алекс смотрела, как Жаклин что-то пишет и рассеянно перебирала струны своей гитары. Эшли глядела на ее профиль, и на секунду почувствовала старое волнение, которое Алекс пробуждала в ней. Но когда Эрика подошла и встала рядом с ней, оно мгновенно улетучилось. Эшли взяла Эрику за руку и, едва их пальцы соприкоснулись, она почувствовала себя спокойно и уверенно.

— Сказать им, что ты здесь? — к ним подошла Шанталь.

— Дай мне минутку, — Эшли смотрела на тех двоих. — А Линдсей не с ними?

Шанталь фыркнула, а Вики шутливо ее шлепнула.

— Она заглянет попозже. Сегодня утром им нужно побыть врозь, — Вики изобразила пальцами кавычки, долженствующие обрамлять слово «врозь».

Эшли хихикнула, снова посмотрела в окно и встретила взгляд Алекс. Темные глаза, смотревшие на нее в упор, удивленно распахнулись, и Эшли поняла, что не в силах отвести взгляд, хотя должна бы была. Уголок рта Алекс искривился в улыбке, она что-то сказала Жаклин, и та вскочила на ноги.

— Эшли! — взвизгнула Жаклин, ворвалась в дверь и бросилась ей на шею. Они смеялись и обнимались, пока Жаклин не отступила на шаг, и оглядела Эшли с ног до головы. Эшли сделала то же. Жаклин потрогала ее волосы.

— Мне нравится этот цвет, даже несмотря на то, что ты предала рыжий и оставила меня сиротой.

— Ты ничуть не изменилась, и я тебя за это ненавижу, — рассмеялась Эшли, и еще раз ее обняла. Через плечо Жаклин она снова наткнулась на взгляд Алекс. Та, с легкой улыбкой на лице, стояла, привалившись к дверному косяку. Ее лицо чуть округлилось, тонкие морщинки окружили глаза и рот, как и у Вики с Шанталь, но было в ней что-то еще… Эшли так и не успела понять, что именно, когда Жаклин выпустила ее из объятий.

— Здорово видеть тебя, Эш, — Алекс двинулась, чтобы обнять ее. В отличие от остальных, она коротко обняла ее и поцеловала в щеку, а потом быстро шагнула назад.

— Здорово и тебя видеть тоже, — запинаясь, неловко проговорила Эшли.

— А ты, должно быть, Эрика, — Алекс прошла мимо и протянула руку.

Эшли обернулась и увидела, как встретились взгляды Эрики и Алекс, и как соприкоснулись их руки, когда они приветствовали друг друга. У нее было много любовниц, но только двоим она отдала свое сердце, и теперь обе они стояли лицом к лицу и смотрели друг на друга.

— Эш?

— Да? — Эшли почувствовала, как вспыхнуло ее лицо, когда заметила, с каким загадочным выражением смотрят на нее Вики и Дрю.

— Вики спрашивает тебя, что ты будешь пить, — Дрю понизила голос, — где-то уже четвертый раз спрашивает. — Дрю ухватила Эшли за руку и потащила в кухню вслед за Вики. — Ты выглядишь чуток перепуганной.

— Я в порядке, — Эшли прислонилась к столешнице и взяла из рук Вики бутылку воды. Она обернулась через плечо и увидела, что Эрика и Алекс разговаривают с Жаклин.

— Ну что, все так странно, как ты и думала? — Вики мотнула головой в сторону Алекс.

Эшли отпила хороший глоток воды, прежде чем ответить. Дрю и Вики стояли по обе стороны от нее, как стервятники, и ожидали, что она скажет.

— Не знаю, назвать ли это странным… это…

— Вики, ты и так уже с ней целый день провела! Не жадничай! — Жаклин протиснулась перед Вики и обняла Эшли за плечи. — Эрика просто куколка, расскажи мне о ней все. У нее, часом, нет сестры, которой нравятся рыжие?

Вики шутливо подтолкнула ее.

— Вот услышит Линдсей, что ты несешь, и придется тебе у нас сегодня ночевать.

— Эй, мы тут умираем от жажды, — весело прокричала из комнаты Шанталь. — И мы все в кухне не поместимся, так что принесите нам пожалуйста, что-нибудь попить!

После раздачи напитков компания разместилась в гостиной. Алекс держалась от Эшли в стороне, и уселась у камина.

— Помнится, Кейтлин говорила, что ты теперь офис-менеджер, — Жаклин посмотрела на Эшли.

Эшли отхлебнула воды и кивнула.

— Я работаю в поликлинике Сент Франтисвилля.

— Вы там и познакомились? — Жаклин обвела рукой Эшли и Эрику.

— Вообще-то мы познакомились, когда Кейтлин сломала мне руку, — усмехнулась Эрика, а Кейтлин бурно запротестовала.

— Да не ломала я тебе руку! — Кейтлин грозно посмотрела на Эрику и повернулась к остальным. — Мы переставляли мебель, и я споткнулась, и Эрике зажало руку между шкафом и дверью, — тут Кейтлин подняла палец, — если бы я тогда не споткнулась, ты бы не встретилась с Эшли, так что ты у меня в долгу.

— Я тогда работала в приемном отделении неотложной помощи, — с улыбкой объяснила Эшли. — Эрика попросила у меня телефончик, ну я и записала его ей прямо на гипсе.

— И он так и не выбросила эту вонючую штуку, когда ее наконец с нее сняли, — добавила Дрю.

Эрика пожала плечами. — Я не смогла с ней расстаться.

Пока Жаклин засыпала Эрику вопросами, Эшли поглядывала на Алекс, которая сосредоточенно слушала Эрику. За эти годы Алекс хорошо над собой поработала. В прошлом остались длинные патлы, теперь ее каштановые волосы были на тон темнее и доставали до плеч. Длинные, обтянутые джинсами ноги она вытянула вперед и скрестила в лодыжках. И она все время то сводила, то разводила ступни, явно нервничая. Почему-то от этого Эшли почувствовала себя лучше.

Эшли оглядела остальных и сделала вывод, что все они тоже красят волосы. На седину не было даже намека. Каждая делала, что могла, чтобы выглядеть молодо. Им еще в юности вбили в головы, что имидж нужно поддерживать всегда. И привычка эта до сих пор была жива.

— А у нас есть видеозаписи, — услышала Эшли голос Шанталь, отвлекший ее от внутренних размышлений.

— Видео? — Эшли посмотрела на Шанталь.

Шанталь подошла к шкафчику, висевшему на стене рядом с широкоэкранным телевизором. — Вот эта лучше всех, — она вытащила видеокассету и сунула ее в плеер. — Тут наш быт, ну и какие-то концертные съемки.

— Черт, — тихонько выдохнула Эшли.

Эрика весело пихнула ее в бок.

— Это не может быть страшнее тех детских съемок, которые мои родители так любят тебе показывать.

— По крайней мере, ты их хоть сама видела, — Эшли закрыла лицо руками, когда на экране замельтешили первые кадры.

— Мы в автобусе. Снова в этой чертовой машине, — пропела Алекс, бренча на гитаре. — И на следующей стоянке я точно пробью ему шины!

Что-то похожее на полусъеденный сендвич с запеченным сыром влетело в кадр и ударило ее по голове; камера развернулась туда, где сидели и до истерики ржали Жаклин и Эшли. Потом изображение исчезло.

В следующем эпизоде группа грузилась в автобус уже после концерта. Все были мокрые от пота и усталость читалась на их молодых лицах. У Жаклин верхняя губа была разбита и напухла. Она отвернулась от камеры. Шанталь остановила пленку, и все девушки из группы «Версаль» взорвались хохотом.

— О боже, это было так бездарно! — Жаклин даже покраснела. — Я не рассчитала расстояние и вмазалась лицом в микрофон. Прямо звездочки увидела.

Вики подняла палец.

— Прошу заметить, она не взяла ни одной неверной ноты. Выдержала до конца песни.

Шанталь снова пустила пленку. Они с Вики пристроились в уголке и спали, обнявшись.

— Мы были просто детьми, — покачала головой Шанталь. — Я думаю, мы все в том туре могли вповалку проспать сутки напролет.

— Тогда это было классно, — сказала Жаклин. — Мы были сами по себе, и никакой ответственности.

— И у нас было нечего есть, и мы разъезжали в этой старой колымаге, ютясь между инструментами и звуковым оборудованием, — Шанталь снова остановила плеер. — И Алекс покусала крыса, когда мы играли в баре в Пенсаколе.

— Не самое лучшее воспоминание, — Алекс сморщила нос от отвращения, — и, кстати, это был чихуахуа.

— Тогда все точно было проще. Мы могли быть извращенками, и всем было плевать, — Шанталь снова пустила пленку.

Камера показала закрытую дверь, в кадре появилась рука и повернула дверную ручку. Голова Алекс дернулась навстречу камере, и она подняла руку, чтобы заслонить объектив, но все увидели, как голая по пояс Алекс оседлала талию женщины, на которой было надето и того меньше.

— Застали на месте преступления, — рассмеялась за кадром Шанталь.

— Выключи! — Алекс вскочила со своего места у камина. Группа взорвалась смехом, когда она погналась за Шанталь по комнате и вырвала пульт у нее из рук. — Кто-нибудь вообще есть хочет? — спросила она, краснея. — Я так думаю, пора ставить бургеры на гриль.

Алекс, которую Эшли знала прежде, и глазом бы не моргнула, попав в такую неловкую ситуацию. Она отлично помнила, как часто Алекс пускалась в сексуальные приключения, и ей было плевать, кто это может увидеть. А теперь она стояла и яростно тыкала в кнопки на пульте, пытаясь вырубить плеер, и ее лицо и шею заливал здоровый румянец. Эшли с удивлением обнаружила, что смеется вместе со всеми. Было время, когда ей было бы больно увидеть это зрелище, но теперь все прошло.

Алекс вытащила кассету из плеера, невзирая на протесты и разочарованные стоны вокруг.

— У нас есть куча съемок с концертов, вот их и смотрите. У Шанталь в шкафу как минимум еще сотня дисков. А я иду разогревать гриль, — проговорила она, обращаясь к Вики, и быстренько исчезла сквозь заднюю дверь.

— Трусиха! — закричала ей вслед Жаклин. — Ну, поставь тогда этот, — она передала Шанталь диск с надписью «концерт в клубе».

Эшли хватило всего на пару минут. Она всегда была своим самым суровым критиком. Когда Вики пошла на кухню, Эшли последовала за ней, оставив Эрику и всех остальных смотреть концерт без нее.

— Тебе помочь?

Вики улыбнулась в ответ.

— Можешь взять табурет и поговорить со мной, пока я тут кое-что соберу.

Эшли так и сделала.

— Кажется, я забыла сказать, какой у тебя красивый дом. Вы сколько здесь живете?

— Около десяти лет, — Вики оглядела кухню и нахмурилась. — Тут нужен ремонт. Я давно хотела перекрасить стены и поменять столешницы, но Шанталь разнылась так, будто я попросила пристроить к дому крыло.

— А я хотела пристроить на заднем дворе веранду, но Эрика заявила, что это привлечет термитов, — улыбнулась Эшли. — Она думает, я не знаю о существованиии обработанного от термитов дерева. Основная причина в том, что у нее нет времени, а нанимать кого-то она не хочет, потому как считает, что может сделать это сама.

Вики перестала перемешивать салат и выглянула в комнату, гда Эрика и Шанталь завели беседу об электроном оборудовании, относящемся к домашним кинотеатрам.

— Кажется, наши половинки неплохо друг с другом поладили. Похоже, у них много общего.

Эшли кивнула.

— Я так и думала, что если Эрика с кем-то и сойдется, то это будет Шанталь.

— Ну так что, все не так уж и плохо? Как в старые добрые времена? — Вики вытащила поднос с гамбургерами из холодильника.

Эшли подхватила из салатника ломтик помидора.

— Очень странно, но действительно так и есть.

— Ты поддерживала голосовые связки в форме? Я бы с удовольствием услышала, как ты поешь.

— Ой, Вик, мне как-то не до этого было, — Эшли побледнела от одной только мысли. — Я иногда пою в машине, подпеваю радио, когда я одна, но на этом все.

— Не буду на тебя давить — сказала Вики с обезоруживающей улыбкой, явно заметив перепуганное выражение лица Эшли.

— Линдсей прислала смску, — Жаклин вошла в кухню вслед за Дрю. — Будет здесь через час. — Жаклин взяла табурет и уселась рядом с Эшли. — Пишет, дождаться не может, чтобы тебя увидеть.

— Как она? — спросила Эшли.

Жаклин стащила из миски кусочек огурца и ловко уклонилась от шлепка Вики.

— В данный момент она в отвратном настроении. У нее как раз начались критические дни, и я сбежала из дома, потому что моя жена больше меня не любит. — Жаклин наклонилась поближе к Эшли. — И я ее тоже, но боюсь в этом признаться.

Алекс просунула голову в дверь.

— Мы едим на улице?

— Думаю да, — ответила Вики. — А что, там холодает?

— Угу, — Алекс подхватила блюдо. — Пожалуйста, захвати мою кофту с капюшоном, когда будешь выходить.

— Мы можем помочь? — спросила Дрю, когда Вики нагрузила Жаклин тарелками и столовыми приборами.

Вики помотала головой.

— Расслабьтесь, и позвольте нам вас побаловать.

Эшли с Дрю подошли к окну и стали смотреть, как женщины накрывают на стол. Дрю кивнула в сторону Алекс.

— Ну и как оно — увидеть ее снова?

— Не так, как я ожидала. — Эшли смотрела, как Алекс улыбается Вики, и они о чем-то говорят. — Она просто человек, которого я знала когда-то. Между нами ничего больше нет.

— А вот твои глаза говорят совсем другое, — легкая улыбка промелькнула по лицу Дрю, когда она посмотрела на Эшли. — Ты внимательно ее изучала, а она точно так же смотрела на тебя.

Эшли попыталась не реагировать на слова Дрю. Малейшее проявление интереса, и Дрю напустится на нее и разберет по косточкам, пока не будет знать каждую ее мысль.

— Какой она была? — с дьявольской улыбкой спросила Дрю.

Эшли взяла свитер Алекс со спинки стула.

— Когда-нибудь я тебе расскажу, — ухмыльнулась она и протиснулась к выходу.

Эшли сжала свитер в руке, и до нее донесся легкий аромат духов. Она шагнула во двор, и запах вызвал поток воспоминаний. Губы Алекс на ее коже, пальцы Эшли вплетены в темные пряди, и эти глаза неотрывно смотрят в ее, пока Алекс с поцелуями спускается по ее телу… Эшли резко остановилась и повесила свитер на спинку стула.

— Так что, Алекс, — сказала Дрю, когда они уже сидели и ели, — ты теперь адвокат, я так понимаю, и это весьма далекое от музыки занятие. А ты консультируешь по каким вопросам?

Алекс коротко глянула на Эшли, прежде чем ответить.

— Корпоративное право, ничего интересного.

— Твоя мама в итоге тебя таки заарканила? — спросила Эшли. Алекс только улыбнулась и отвела глаза.

— Ей надоело, что я лодырничаю. Когда мы вернулись с гастролей, я проводила все время на ее диване перед телевизором. — Алекс забросила в рот картофельный чипс. — Она поставила меня перед выбором: учиться или работать. Я, конечно, выбрала учебу, надеялась откосить.

— А теперь ты работаешь в фирме своей мамы? — спросила Эшли в промежутке между двумя кусками бургера.

— О да, она бы другого не допустила. На каждое мое возражение у нее находился ответ. Я не смогла победить. Когда я получила первую зарплату, мы начали искать мне жилье, — Алекс рассмеялась. — Я заикнулась, что мне понравился дом по соседству с этим, и мама заставила меня подписать договор о покупке прежде, чем я передумала.

— Две женщины Мак-Кини под одной крышей и на одном рабочем месте каждый божий день кого хочешь доведут до истерики, — сказала Вики. — Едва Алекс привела нас показать дом, как тут же приехал мебельный фургон. Она только подписала договор, а ее мать уже наняла перевозчиков и те стали паковать ее барахлишко. Она переехала в новый дом в тот же день.

— А мисс Мак-Кини в этом доме есть? — спросила Дрю, повергнув Эшли в ужас.

Алекс ухмыльнулась.

— Нет, но у меня есть кошка. Мисс Морока, единственная, с кем я не против жить на данный момент.

Вики отодвинула тарелку и застонала.

— И зачем я съела целый бургер? Объелась самым жалким образом.

Эшли была рада смене темы. Она готова была прибить Дрю за то, что та сует нос в личную жизнь Алекс.

— Эш, я хочу тебе кое-что показать, когда ты доешь, — сказала Шанталь и встала.

— Я доела, — Эшли поднялась и потянулась к своей тарелке, но Вики остановила ее.

— Я уберу со стола, иди с Шанталь, — улыбнулась она.

Эшли пошла вслед за Шанталь по отсыпанной гравием дорожке по направлению к чему-то вроде мастерской в дальнем углу двора. Шанталь вставила ключ в замок и отперла дверь.

— Входи.

Обитые чем-то мягким стены окружали большую комнату с низким потолком. Ударная установка Шанталь стояла в углу за стеклянной перегородкой. Звуковое оборудование и инструменты занимали оставшееся пространство.

— Больше никаких репетиций в гостиной. Соседи не услышат ни звука, когда дверь закрыта.

— Ух ты! — Эшли пробежалась пальцами по поверхности небольшого рояля, такого же, как и тот, что стоял в гостиной.

Шанталь показала в другой угол строения.

— Мы много времени здесь торчим. Так что я просто поставила здесь диван и холодильник. И еще весной пристрою ванную комнату.

Эшли обозрела коллекцию гитар Алекс и большущую стойку с клавишными, за которыми она тут же представила Вики.

— Почему вы не продолжили записываться, когда я ушла?

Шанталь уперла руки в бока, повернулась и поглядела на Эшли.

— Это не из-за тебя, дорогуша, так что оставь этот виноватый тон. Ты же помнишь наш договор со звукозаписывающей компанией? Они диктовали нам каждый шаг, и нам не позволено было быть теми, кем мы на самом деле были. — Шанталь подошла поближе к Эшли. — Мне было очень тяжело видеть, как мою любимую женщину на всех мероприятиях сопровождает цепляющийся к ней мужик.

Эшли помнила, с каким неприятием руководство компании относилось к их сексуальной ориентации. На все публичные мероприятия их обязательно сопровождал мужской эскорт, и, хотя большинство мужчин и были геями, сопровождение это раздражало неимоверно. В то время, как Энни Ленокс и иже с ней сделали андрогинность модной, женщины группы «Версаль» должны были скрываться и шифроваться.

— И дело было не только в этом, Эш. Мы все чувствовали напряг. Это перестало приносить радость, — Шанталь пожала плечами. — Все оказалось не так, как мы ожидали, и твой уход стал поворотной точкой. Мы увидели возможность и использовали ее.

— Ну, и как тебе? — в дверь вошла Вики, а за ней подтянулись и все остальные.

— Очень круто, — с улыбкой ответила Эшли.

Кейтлин вошла в комнату, засунула руки в карманы и присвистнула.

— Если бы я была музыкантом, у меня бы уже соски встали!

— Садись, — сказала Вики и вытащила из-под рояля скамеечку. — Посмотрим, что ты скажешь, когда услышишь, какой здесь звук.

Эшли потерла руки и села. Какое-то мгновение она просто смотрела на клавиши, и в комнате воцарилась тишина.

— Я очень давно не играла, может быть, ты сама…

— Да мне плевать, даже если ты сыграешь «Собачий вальс». Просто играй, — с улыбкой сказала Вики. Она встала позади Эшли и положила руки ей на плечи. — Просто расслабься и коснись пальцами клавиш.

Эшли закрыла глаза и медленно, глубоко вздохнула. Положила руки на колени и долгое время вообще не шевелилась. Потом коснулась клавиатуры, и первые ноты «Лунной сонаты» заполнили комнату. Она улыбнулась, когда поняла, что ее пальцы порхают над клавишами легко и свободно, как будто руки сами помнят музыку. Все возвращалось с такой легкостью, что она ощутила знакомую тягу, заставлявшую ее просиживать за инструментом часами.

— А теперь я хочу услышать твой прекрасный голос, — Вики сжала ее плечи.

— Я не могу! — Эшли резко встала, совершенно ошеломленная. — Я не упражнялась годами, и мне неловко пробовать на виду у всех.

Ее голос не выдал растущей паники, но насамом деле она была в ужасе от того, что ее худший страх может подтвердиться перед теми, кого она хотела впечатлить больше всего. Что, если она больше не может петь?

Жаклин подтолкнула ее.

— Эш, это же всего-навсего мы…

— А давайте-ка сыграем нашу новую песню, — сказала Алекс, беря гитару. — У нас появилась бесплатная тестовая аудитория, не можем же мы упускать такой случай.

Двадцать лет прошло, отношения между ними давно рухнули, но Алекс все еще чувствовала, когда нужно прийти Эшли на выручку. Она незаметно подмигнула Эшли, и та поняла, что вмешательство было не случайным. Алекс прекрасно понимала, насколько ей было не по себе.

Глава 17

Эрика приоткрыла глаз, глянула на будильник и тихонько застонала в подушку. До сигнала оставалось еще полтора часа, и она знала, что когда он зазвенит, она все еще будет лежать и пялиться в потолок. Осторожно, чтобы не разбудить Эшли, она выбралась из кровати, взяла халат и вышла из спальни. Она хотела кофе, позавтракать и принять душ, а больше всего она хотела хоть чуть-чуть побыть наедине с собой. Вчера вечером они допоздна засиделись у Вики с Шанталь. К счастью, она уснула, едва ее голова коснулась подушки, но после того, как ее тело отдохнуло, мозг начал перебирать и осознавать подробности прошедшего дня. И она была не в силах остановить череду мыслей и картинок, которые прокручивались у нее в голове, как пленка в режиме быстрой перемотки.

Множество беспокойных мыслей обуревало ее, и первой была мысль об Алекс. Она и вправду была «шикарной и просто бомбой», как красноречиво описала ее Кейтлин. Если бы Эрика была свободна, и обстоятельства сложились иначе, то Алекс была как раз из тех, кем она могла бы увлечься. Она понимала, как женщина может попасть под действие магнетизма, который излучала Алекс. Именно это и сделала Эшли в свое время. Желудок Эрики свело при одной мысли об этом. Она громко выдохнула и вспомнила, как зарделось лицо Эшли, когда Алекс вошла в комнату. Неужели притяжение между ними еще сохранилось? Она не была уверена, хочет ли она знать ответ на этот вопрос.

Эрика прислонилась лбом к шкафчику, ожидая, пока сварится кофе. Видеть, как Эшли играет на фортепиано, само по себе было откровением. Она припомнила, как ходил желвак у Эшли на щеке, как она хмурила брови, когда сосредотачивалась, как закрылись ее глаза, когда она отдалась музыке, как другая сдалась бы неожиданному поцелую. Это было что-то интимное, что-то очень личное, чему можно было сопереживать только на расстоянии. Эрика не просто увидела, как Эшли играет на рояле, она увидела, как та воссоединяется со своей первой любовью. И Эрика тогда поняла, что Алекс — не единственная угроза из прошлого Эшли. Музыка сама по себе была очень сильной любовницей.

Эрика переставила чашку с кофе на кухонный стол и села. Ее взгляд остановился на фотографиях, которые висели на магнитах на двери холодильника. Одна из них привлекла её внимание. Запачканное грязью лицо Эшли улыбалось ей. Она сделала это фото, когда они обустраивали передний двор, вскоре после того, как Эшли к ней переехала. Эрика с трудом попыталась осознать, что женщина на этой фотографии — та же самая, что и на всех видео и фото, которые она пересмотрела за прошедшие две недели. Та женщина, которой некогда была Эшли, оставалась для Эрики абсолютно чужой, посторонней, и вот теперь она оказалась частью ее жизни, хотела того Эрика или нет.

Эрика поморщилась, когда сделала глоток, и тепловатый кофе заполнил ее рот. Глянув на часы, она с удивлением заметила, как много времени прошло, пока она сидела здесь, погрузившись в раздумья. Время завтрака было и сплыло вместе с ее аппетитом.

— Да ты вообще спала? — спросила Кейтлин, забираясь во внедорожник Эрики. Она пристегнула ремень и извернулась на сиденье, чтобы видеть Эрику.

Эрика глянула зеркало заднего вида и нахмурилась при виде темных кругов у себя под глазами.

— Моя аллергия всегда проявляется при смене погоды, — Эрика включила заднюю передачу и понадеялась, что Кейтлин не будет на нее давить, но ее надежды рухнули, когда Кейтлин попросила ее поехать дальней дорогой.

— Что это тебе взбрело в голову нынче утром? — спросила Эрика, неохотно уступая просьбе.

Кейтлин потянулась и положила ладонь на руку Эрики.

— Ты обеспокоена, я вижу это сквозь твое безразличное лицо.

У Эрики защипало в глазах, когда она вымучила улыбку. Ее чувства готовы были прорваться на поверхность, и ей было неудобно. Она сосредоточилась на дороге и отпила глоток кофе, чтобы пропихнуть пониже комок, застрявший у нее в горле.

— Просто мне придется смириться с гораздо большим, чем я думала сначала.

Кейтлин молчала, ожидая, пока она объяснит подробнее.

— Эти видео… Я не знаю, кто эта женщина.

— Мне тоже было тяжело это принять.

— И тебе тоже? — Эрику тут же охватило чувство облегчения от слов Кейтлин. — Я думала, это только у меня.

— Нет. Не только у тебя. Мы с Дрю вчера допоздна об этом говорили. На съемках из жизни она похожа на ту Эшли, которую мы все знаем, но на концертных видео мы ее не узнавали. — Кейтлин какую-то секунду постукивала по собственным зубам краешком походной кружки, размышляя. — Кажется, что она превращается в кого-то другого. Я не знаю, как это по-другому описать.

— У меня такое чувство, что я ее не знаю, — Эрика поставила пустую кружку в держатель и сжала руль. — Я в курсе, что ей тоже тяжко, но… я чувствую, как женщина, которую я взаправду знаю, ускользает от меня.

— Ты должна рассказать ей, что ты чувствуешь.

И пока Кейтлин пустилась в рассуждения о важности общения во взаимоотношениях, Эрика возобновила возведение своего эмоционального убежища. Каждый раз, когда она вынуждена была сталкиваться с прошлым Эшли, новый кирпичик находил себе место в стене.

Эшли вздрогнула, когда мобильный телефон в ее нагрудном кармане зажужжал, сигнализируя о новом сообщении.

«Мы можем поговорить?»

Она почувствовала укол страха, когда прочла эти слова. Эта фраза всегда означала одно: что бы они ни собрались обсуждать, обсуждение будет серьезным, а может быть, даже болезненным. Ее рука слегка дрожала, когда она нажала кнопку вызова.

— Поговорить о чем? — спросила она, стараясь казаться равнодушной.

— Я плохо себя чувствую из-за того, что вчера поставила тебя в неловкое положение, — сказала Вики. — Не нужно было на тебя давить.

— Да я не сержусь, это все совсем неважно, — Эшли носком подпихнула дверь в офис, пока та не закрылась.

— А я думаю, что это таки важно, и я хочу, чтобы ты поговорила со мной об этом.

— Вик, да… не имеет значения, если я больше не могу этого делать.

— Поужинай со мной вечером. Встретимся на полдороге, в Захари[26], в Чиллс.

Эшли откинулась на стуле и улыбнулась.

— Ты такая же паршивка, как и Дрю. И такая же настойчивая.

Вики рассмеялась.

— Я думаю, мы могли бы быть сестрами. Собираюсь допросить маму насчет захожего молочника. Слушай, в шесть тебя устраивает? Я могу и позже, если тебе будет удобно.

— В шесть нормально, — вздохнула Эшли. — Эрика все равно работает допоздна.

— Тогда до встречи.

Дрю уже замучила Эшли расспросами во время ланча, а теперь она проведет вечер с Вики, которая будет делать то же самое по не менее чувствительному вопросу. Дрю без устали шпыняла и пытала ее, желая знать, каково ей было снова повстречаться с Алекс. Эшли не хотела анализировать вихрь разнообразных чувств, охвативший ее во время этого события. Не хотела думать о том, почему Алекс заставляла ее нервничать даже после того, как выветрился первоначальный шок от встречи с ней. Кажется, ей не удалось убедить Дрю, когда она сказала, что она ничего не почувствовала во время встречи. Это не было ложью, но и правдой тоже не было.

Глава 18

Голос Эрики звучал отстраненно, когда Эшли позвонила ей, чтобы рассказать об их с Вики планах. На заднем плане Эшли расслышала голос Боба Бэррета.

— Что, отец приехал проверить, как ты справляешься?

— Ага, говорит, что приехал помочь, — вздохнула Эрика. — Он без конца рассказывает рыбацкие байки всем, кто еще не успел сбежать. Единственные работающие здесь на данный момент люди — это я и Кейтлин.

— Хочешь, я привезу тебе что-нибудь перекусить?

— Нет. Если проголодаюсь, я что-нибудь приготовлю или напрошусь на ужин к Кейтлин и Дрю. Передавай Вики от меня привет, ладно?

— Обязательно. Увидимся позже, люблю тебя.

— Я тебя тоже люблю, Эш.

Пришедший перед самым закрытием пациент задержал ее, и Эшли заторопилась, опаздывая. Заскочить домой и переодеться времени не оставалось. Одетая в веселенький медицинский костюм с узором из желтеньких канареек Твити[27], Эшли врубила в машине свой любимый диск и стала подпевать музыке. Она с трудом вытянула пару нот, но в остальном ее голос все еще звучал сильно, насколько она могла судить. Если она потренируется и приведет голосовые связки в форму, тогда может быть…

Что? Этот вояж в прошлое пробудил в ней жажду, в которой она даже сама себе признаться не могла, не то что кому-то еще. Она снова хотела жить музыкой. Она могла бы часами сидеть за роялем Вики и играть, и, наверное, сидела бы, если бы Вики не заставила ее петь. Игра на гитаре и пианино была ее второй натурой, и Эшли знала, что ей не потребуется много времени, чтобы освоить инструмент. С голосом все было не так. Ее родители приучили ее стремиться к совершенству. И мысль о том, что голос предаст ее, была сокрушающей.

Эшли подъехала на стоянку и заметила, что Вики стоит перед рестораном и прижимает к уху трубку телефона. Она отлично выглядела в джинсах и темно-зеленом пуловере с V-образным вырезом, и Эшли тут же пожалела еще больше, что у нее не было времени переодеться.

— Ты только посмотри на себя, — задорно улыбнулась Вики, когда Эшли подошла поближе. Она потянула ее за рубашку. — Спорим, у тебя есть такая же с Багсом Банни[28]?

— Я думала, что одета как раз по случаю, — Эшли крепко обняла Вики в ответ. — И да, у меня есть целых две с зайцами. — Эшли провела пальцами по рукаву тоненького свитера Вики. — У тебя всегда был исключительный вкус в одежде. Нам нужно сходить вместе за покупками, чтобы ты помогла мне обновить гардероб.

— Договорились, — Вики взяла Эшли под руку и провела в дверь ресторана. — Сейчас самое время закупаться. В конце сезона всегда бывают огромные скидки.

— Нам придется взять с собой Дрю, — сказала Эшли, когда они уселись. — Она меня со свету сживет, если я отправлюсь по магазинам без нее, и она об этом узнает.

Они решили обойтись любимыми закусками Эшли. Вики заказала начос, а Эшли — яичные роллы «с юго-запада»[29].

Вики потянулась через стол и вцепилась в ладонь Эшли.

— Я поверить не могу, что мы вот так сидим здесь. Помнишь, как мы целые дни просиживали в IHOP[30], пили кофе и разговаривали обо всех и обо всем на свете? — Господи, да! Кажется, это было в прошлой жизни.

Вики сжала руку Эшли, прежде чем отпустить ее, потом оперлась локтем на стол и пристроила подбородок на ладонь.

— Думаю, так и есть, — произнесла она с задумчивой улыбкой. — Ты довольна своей нынешней жизнью, Эш?

— Была… Да, довольна, — Эшли прикусила нижнюю губу, когда встретилась глазами с Вики. Как и в случае с Дрю, Эшли чувствовала, что Вики читает ее мысли и просто выжидает, когда Эшли сама их озвучит. — Я думаю, я и не догадывалась, до чего я по вам всем скучала.

— И?

Эшли покачала головой.

— И я не знаю. Я просто чувствую беспокойство. Не знаю, как это описать.

— А не похоже, что ты годами игнорировала свою страсть, а теперь, когда столкнулась с ней, ты больше не можешь ее отрицать?

Эшли не сдержала улыбки.

— У меня что, все на лице написано?

— Я увидела это, когда ты села за рояль, а потом я все испортила, когда попросила тебя спеть, — Вики склонила голову набок и прищурилась. — У тебя сейчас такое же перепуганное выражение лица.

— Да я просто боюсь, что когда я открою рот, оттуда не вылетит ни звука, либо, что еще хуже, звук будет напоминать царапанье железом по стеклу.

— Ты серьезно? — рассмеялась Вики, но быстро умолкла, когда Эшли не поддержала веселье. — Эш, твой голос может звучать грубовато на высоких тонах, но я уверена, что ты не потеряла навык. Ты что, вообще не пела при Дрю или Эрике?

— Я не пела ни при единой живой душе с тех пор, как ушла из группы.

Вики уставилась на нее с недоверием.

— И ты никогда не подпевала радио?

— Подпевала, когда была одна, — Эшли в раздражении вскинула руки. — Я не могу заставить себя сделать это при людях. От одной мысли у меня горло перехватывает.

Вики снова наклонилась и взяла Эшли за руку.

— А что, если я спою с тобой? Приезжай к нам на неделе вечерком, и мы над этим поработаем вместе. Только ты и я.

— Мне нужно подумать, — сказала Эшли, когда им принесли заказ.

После того, как их бокалы были снова наполнены, Вики перешла к другой теме.

— Ты поддерживаешь хоть какую-то связь с семьей?

— Неа. — Эшли забросила в рот начо, выторговывая себе время, чтобы примириться с еще одной скользкой темой. — Я однажды написала им письмо, но оно вернулось нераспечатанным. Я не знаю, переехали они или просто прислали его назад, не читая.

— Столько времени прошло… Это все еще беспокоит тебя?

— И да, и нет. Я ведь даже не знаю, живы ли еще мама с папой. Ким наверняка замужем, с детьми. Черт, да к этому времени она запросто может быть бабушкой. Меня беспокоит то, что я ничего об этом не знаю, но какой-то части меня это абсолютно безразлично. — Эшли устало вздохнула. — Я больше не держу на них зла, но сомневаюсь, что когда-либо смогу забыть, что они от меня отреклись.

— Расскажи мне об Эрике — сказала Вики, явно думая, что переходит на менее тревожащую тему.

— Она — лучшее, что со мной когда-либо приключалось, — без малейшего колебания призналась Эшли. — Это прозвучит банально и пошло, но в ту самую минуту, когда мы встретились, я знала, что нам суждено быть вместе. — Эшли улыбнулась, вспоминая. — Когда мы начали встречаться, я работала посменно. И она приезжала из самого дома сюда, чтобы пригласить меня на завтрак, когда я сменялась в шесть утра. — Эшли покачала головой. — Ей приходилось вставать в четыре, чтобы успеть.

— Вот хитрая бестия! Наверное, она действительно очень хотела залезть тебе в штаны.

Эшли расхохоталась и запустила в Вики чипсом.

— На самом деле мы встречались около месяца, прежде чем переспали.

— Врешь! — Вики бросила чипс назад.

Эшли подняла вверх правую руку.

— Клянусь. Мы обе искали чего-то долговременного, так что не спешили.

— А как ее семья приняла ваши отношения?

— Они сначала вели себя отстраненно, — Эшли повела плечами. — Эрика встречалась с несколькими женщинами, и ее родителям они все не нравились, так что когда появилась я, они были готовы невзлюбить и меня тоже. Теперь они относятся ко мне, как к своей.

— Ох, Эш, я правда так рада за тебя, — сказала Вики с искренней улыбкой.

Эшли махнула рукой и внезапно смутилась.

— Расскажи мне о вас с Шанталь. Как вы двое умудрялись оставаться вместе все эти годы? В чем ваш секрет?

— Разговаривали и шли на уступки. Нам тяжело досталось это знание, — посерьезнела Вики. — Мы же разбежались ненадолго около десяти лет назад.

Эшли была ошеломлена.

— Ненадолго?

— Около шести месяцев. — Вики отпила глоток чая и оттолкнула тарелку. — Это глава моей жизни, которую я хотела бы переписать, если бы могла вернуться в прошлое.

— А что произошло?

Вики покачала головой и пожала плечами.

— Мы всего-навсего позволили отношениям застояться. Много работали, не проводили времени вместе, разве что сидя перед телевизором. Мы много ругались и, в отличие от Жаклин и Линдсей, это только сильнее вбивало между нами клин. Однажды вечером она просто ушла, и все.

— Я представить не могу вас врозь. Вы же были вместес каких пор? С рождения?

— Со старшей школы, — с улыбкой ответила Вики. — Она была у меня первой и предполагалось, что будет и единственной, но этого не произошло.

— Вик, ты что, ей изменяла? — Эшли боялась услышать ответ.

— Я никогда бы не стала ей изменять, и она мне не изменяла, но мы и правда встречались с другими людьми во время нашего разрыва.

— Я просто не вижу тебя рядом с кем-то другим. Это был кто-то из наших знакомых? — улыбка сползла с лица Эшли, когда она подумала об одной возможной кандидатуре.

— Алекс мне как сестра, и так было всегда, — Вики вздернула бровь. — И нет, ты никого из них не знаешь. В отличие от Шанталь, я спала только с двумя другими женщинами. Она же залезла под все юбки, до которых только смогла дотянуться.

Эшли рассмеялась над таким эвфемизмом.

— Скажи, а тебе не было странно быть с кем-то еще после того, как ты была только с Шанталь?

Вики снова подперла подбородок рукой.

— Это было вроде как волнительно, это было что-то новенькое, но после того, как все было сказано и сделано, я чувствовала себя опустошенной. Вместо того чтобы отвлечься, я еще больше по ней скучала. Я была несчастна.

Тут, как по заказу, у Вики зазвонил телефон. Она вытащила его из сумочки, глянула на экран и улыбнулась.

— Легка на помине, — сказала Вики и открыла телефон.

После битвы «кто оплатит чек», которую Эшли выиграла, они расстались, обнимая друг друга и обещая встретиться позже на этой неделе. Эшли охватили смешанные чувства из-за того, что она согласилась спеть с Вики. Но в глубине души она знала, что ей не будет покоя, пока она не выяснит, сможет ли она это сделать. Она не знала, хватит ли у нее сил преодолеть этот барьер, но так или иначе выяснить это было необходимо.

— Слава богу, ты пришла! — выпалила Эрика, когда Эшли вошла в дверь. Эрика бросилась в ее объятия и драматически склонила голову ей не плечо. — Они меня обижали!

— Иди сюда, жалобщица, и дай мне закончить! — Дрю подняла в воздух пинцет.

Эшли отодвинулась и заставила Эрику посмотреть на нее. Она сочувственно улыбнулась, когда заметила, что участок кожи вокруг бровей Эрики покраснел и напух.

— Не хочу тебя расстраивать, любовь моя, но они выглядят куда лучше, чем когда это делаю я.

— Вот ты их и закончи, — сказала Эрика с умоляющим взглядом.

Кейтлин было хихикнула, но быстро стихла, когда Дрю проинформировала ее, что она — следующая.

— Я все равно делаю это лучше, — сказала Дрю. — Так что усаживай свою волосатую задницу и дай мне закончить.

Эрика нахмурилась и со стоном бухнулась на стул.

— Ну, расскажи нам, как прошел твой ужин, — сказала Дрю и вернулась к работе, пытаясь придать нужную форму непослушным бровям Эрики.

Эшли вытащила из холодильника газировку и сделала долгий глоток.

— В субботу мы собираемся пойти по магазинам. Вики поможет мне обновить гардероб. И ты тоже приглашена.

— Ой, — сказала Эрика.

— Да я к тебе еще даже не прикоснулась! — Дрю занесла пинцет над бровью Эрики. — Ты чего разнылась?

— Над ущербом, который вы все причините нашим кредитным карточкам, — ответила Эрика, уклоняясь от подзатыльника.

— Ты не против, милая? — Эшли села.

— Ох, черт! Вот зараза! Ой! — выдала Эрика, когда Дрю принялась быстро выщипывать волоски из ее брови. — Я не против. Нам с Кейтлин нужно поработать. Боже милосердный! Дрю, имей сострадание!

— Ладно, с тобой уже все, ты, большой ребенок. — Дрю махнула рукой в сторону Кейтлин. — А ты иди сюда!

— Мне это не нужно, — Кейтлин даже не пошевелилась. — У меня всего две брови, в отличие от этой первобытной девушки, — она показала на Эрику, которая ответила ей презрительным взглядом.

Дрю изогнула свою безупречную бровь и показала на стул, который Эрика мгновенно освободила. Забоявшись страшного взгляда, Кейтлин сделала, как было велено. У Дрю было много любимых пунктиков, но неухоженные брови возглавляли список. Кейтлин безмолвно взмолилась о том, чтобы у нее никогда не выросли заметные волоски в носу.

— Эш, хочешь, я взгляну и на твои? — сказала Дрю, когда Кейтлин начала повизгивать.

— Обработала их воском на той неделе, так что пока не нужно, — Эшли потянула Эрику за руку. — Я собираюсь отвести ее домой и обложить льдом с головы до пяток.

— Я была так рада, когда ты пришла, — с содроганием сказала Эрика, когда они закрыли за собой дверь. — Кейтлин говорит, что Дрю перечитала все модные журналы и прошлым вечером заставила ее целый час протаскать на лице что-то вроде куска грязи.

Эшли запрокинула готову и рассмеялась.

— Я бы приплатила, чтоб на это посмотреть.

— Смейся-смейся, но она заказала какой-то бразильский воск, и уже сказала нам, что ты его точно попробуешь.

— Она рехнулась, если думает, что я подпущу ее к себе на пушечный выстрел с горячим воском! — Эшли покачала головой. — Бедная Кейтлин.

Эрика фыркнула.

— Да, Кейти бедняжка, я только и надеюсь, что она не попытается показать мне результаты стараний Дрю.

Казалось, они не разговаривали и не смеялись так уже целую вечность. Когда они подошли к дому, Эшли потянула Эрику за руку.

— Давай пройдемся? Погуляй со мной?

Она знала, что едва они окажутся внутри, их игривая болтовня тут же прекратится. Эрика пойдет в кабинет или ляжет спать, а сама она усядется перед телевизором или надолго отправится в ванную.

Эрика остановилась, как вкопанная.

— Эш, дорогая, я устала. Эти долгие дни меня выматывают.

У нее был виноватый вид, но Эшли все равно почувствовала, как ее сердце ухнуло куда-то вниз.

Эшли хотела сказать: «Неужели ты ничего не чувствуешь? Неужели ты не чуствуешь, как между нами растет стена?»

Вместо этого она вздохнула и произнесла:

— Да, я тоже что-то устала.

Идя вслед за Эрикой в дом, Эшли задумалась, а не преувеличивает ли она. Эрика много и долго работала, и, судя по темным кругам под глазами, совсем обессилела.

Это рациональное рассуждение приглушило ее боль, но в глубине подсознания тоненький голосок потребовал, чтобы она не позволяла себя так легко усмирить. Что-то шло совсем не так, и она будет полной дурой, если попытается этого не замечать.

Глава 19

Эшли устало опустилась на стул. Колени дрожали и отказывались ее держать. «Да что ж так тяжко-то?» — подумала она, сжимая вспотевшими ладонями холодный металл стойки микрофона. Вики начинала петь трижды, и когда приходила очередь Эшли подхватить песню, всякий раз ей не хватало храбрости.

— Я знаю, что делаю из мухи слона, хотя оно того совсем не стоит.

— Делаешь, — проговорила Вики из-за стойки с синтезаторами и клавишными. Она взлохматила свои темные волосы — явный признак того, что она начинает раздражаться.

— Я думаю, мне просто нужно принять тот факт, что я больше не могу петь, Вик.

— Фигня.

Эшли и Вики обернулись в удивлении. Алекс вошла в комнату незамеченной и сейчас стояла, привалившись плечом к двери и скрестив руки на груди. Она оттолкнулась от косяка и сунула руки в карманы своего спортивного свитера с капюшоном.

— Ты сейчас на грани панической атаки, — Алекс подошла и остановилась прямо перед Эшли.

Алекс смотрела ей прямо в глаза, и Эшли знала, что она видит всю ее неуверенность. Ей было тяжело позволить Вики увидеть себя такой, а уж предстать в таком виде перед Алекс — это было почти невыносимо.

— Когда я сломала руку, я не могла играть на гитаре несколько месяцев, — сказала Алекс и села рядом. — И я была в ужасе — а вдруг я не смогу больше играть, когда гипс наконец снимут? — она улыбнулась и покачала головой. — Это было глупо, но мне даже кошмары об этом снились. Я люблю играть, и сама мысль о том, что я могу оказаться неспособной это делать была такой сокрушающей, что я почти даже не хотела и пробовать. Я как бы убедила себя в том, что лучше мне этого и не знать.

— Алекс, тут речь не о месяцах, а о годах. Я пела только изредка, в машине. А что если я ужасно звучу? — Эшли почувствовала, что вот-вот расплачется.

Алекс усмехнулась.

— Вполне возможно, что ты звучишь дерьмово.

— Алекс, это ты так помогаешь? — раздраженно сказала Вики.

— Если она не пела годами, ее голос наверняка будет звучать жестко, — Алекс не сводила глаз с Эшли. — Но у нее врожденные способности, и ей не потребуется много времени, чтобы вернуться в форму.

— Уже поздно, мне, наверное, пора, — Эшли искала предлог, чтобы выйти из неловкой ситуации, в которой она оказалась.

— Сейчас семь вечера, тебе что, нужно вернуться домой, пока не зажглись фонари? — улыбнулась Алекс. — Эш, я не стану тебе врать. Если ты больше не можешь петь, я тебе так и скажу.

Только сейчас Эшли осознала, что именно в таком ободрении она и нуждалась. Она знала, что Вики стала бы ее утешать, и что она будет неспособна сказать ей правду, если Эшли на самом деле споет ужасно. Алекс же будет безжалостно честной, и, как ни странно, эта мысль успокаивала.

Эшли сжала микрофонную стойку и развернулась на стуле, чтобы оказаться к Вики и Алекс спиной.

— Включай снова.

Они выбрали одну из самых любимых песен Эшли, группы Culture Club. Песни, которые она сама написала, были слишком личными, чтобы пытаться спеть их сейчас. Первая строка «Do You Really Want to Hurt Me» далась ей с таким усилием, что Эшли запнулась и ее охватило желание тут же все бросить. Она зажмурилась и стиснула зубы.

— Не сдавайся, соберись, — прошептала Алекс ей на ухо.

На припеве она нашла в себе силы и начала снова. И почувствовала, как рушится невидимый барьер в ее груди. Она нашла в своем сознании местечко, куда привыкла уходить всякий раз, когда выходила на сцену. Место, где она отсекала все внешнее, где страх и сомнения не могли до нее дотянуться. И другая сторона ее личности, которая в обычной жизни крепко спала, внезапно воспряла и вернулась к жизни.

Когда песня закончилась, Эшли осталась стоять в оцепенении, неспособная повернуться. В комнате царила тишина. Эшли набралась храбрости и повернулась к Алекс.

Та сидела со скрещенными на груди руками и смотрела в пол.

— Ты попадала в ноты и, несмотря на все эти годы, до сих пор отлично ведешь мелодию. Хотя, могу сказать, что сейчас ты способна спеть только одну или две песни, а потом голос сядет, — тут она подняла глаза на Эшли. — Если ты потренируешься и поверишь в свои силы, ты наверняка сама не заметишь, как придешь в форму.

Эшли выдохнула от облегчения. Она услышала шмыгание носом и повернулась. Вики стояла, закрыв ладонью лицо.

— Не обращайте на меня внимания. Я сейчас на взводе — ПМС, понимаете ли.

Эшли чуть не подпрыгнула, когда почувствовала руки Алекс у себя на плечах.

— Ты смогла, у тебя получилось. Я тобой горжусь.

Она сжала плечи Эшли, а потом быстро вышла, на ходу бросив всем пожелание спокойной ночи. Эшли и Вики снова остались вдвоем.

Вики прокашлялась.

— Ну хорошо, девочка, теперь можешь поиграть, заслужила.

Эшли быстро уселась за рояль и занесла руки над клавиатурой. Вики отказывала ей в этом удовольствии, пока она не споет. Теперь она могла играть, сколько ее душа пожелает. Эшли закрыла глаза и позволила пальцам касаться клавиш. Звуки потекли, успокаивая и утешая. Она и забыла, как быстро она может погрузиться в музыку, и как ее печали и заботы утекают и исчезают. Счастье и восторг охватили ее. Болезненные преграды были преодолены, и она наконец воссоединилась с частью собственной души, которая так долго пропадала.

— Ты знаешь, — сказала Вики, когда они, рука об руку, выходили из репетиционной часом позже, — мы собираемся здесь в субботу вечером, чтобы поиграть. Ты уже будешь в городе, мы же идем по магазинам, да? Так почему бы тебе не задержаться и не присоединиться ко всем?

Эшли была на таком душевном подъеме, что тут же без всяких колебаний согласилась. Мысль снова оказаться в составе группы восхищала и страшила.

Они вошли в дом через заднюю дверь и увидели, что Алекс и Шанталь сидят в маленькой гостиной перед телевизором и вовсю орут, подбадривая игроков профессиональной бейсбольной лиги, явно нуждающихся в их поддержке.

— Ненавижу бейсбол, — Вики скривилась. — Эти двое орут благим матом и верещат так, что я иногда вынуждена сбегать из дома.

— Мы не болельщицы, так что если ты захочешь заскочить в Сент-Франтисвилль в поисках тишины и покоя, добро пожаловать к нам домой, — Эшли посмотрела на часы. — Кстати, о доме — мне пора возвращаться.

Вики притянула ее к себе, крепко обняла и прошептала:

— Я тобой горжусь.

— Я бы этого не сделала, если б ты меня не заставила.

Вики отпустила ее и кивнула в сторону Алекс.

— Я думаю, это она дала тебе окончательный толчок.

Эшли посмотрела на Алекс. Та всегда была единственной, кто понимал, что происходит у Эшли в голове, и как, когда и насколько сильно ее следует подталкивать.

— Я благодарна вам обеим.

— Ты уходишь? — спросила Шанталь, когда Эшли вошла в гостиную и поцеловала ее в макушку.

— Ага, дорога неблизкая.

Эшли развернулась к Алекс, и той пришлось встать. Когда они обнялись, Алекс держалась на расстоянии и попыталась быстро высвободиться, но Эшли напрягла руки и прижала ее к себе.

— Спасибо, — прошептала Эшли ей на ухо, прежде чем разомкнуть объятие.

— Береги себя, — Алекс попятилась, а потом вышла в кухню.

Эшли пронаблюдала ее поспешное отступление и повернулась к Вики, которая, нахмурившись, давно наблюдала за этой сценой. Вики перевела взгляд на Эшли и от души улыбнулась.

— Ты думаешь, я поставила Алекс в неловкое положение, когда обняла ее? — спросила Эшли, когда Вики пошла проводить ее до машины.

— Алекс? — Вики фыркнула так, словно вопрос прозвучал совершенно нелепо. — Чтобы ее смутить, нужно гораздо большее, чем такая малость.

После того, как они договорились, в котором часу встречаются в субботу, Эшли поехала домой. Все ранее испытанное ей возбуждение выветрилось и сменилось усталостью, едва она подъехала к дому. Когда она вошла в кухню, дом был темным и тихим, только из кабинета Эрики пробивался свет. Эрика снова уснула прямо за столом, опустив голову на сложенные руки.

Эшли легонько потрясла Эрику.

— Солнышко…

Эрика подняла голову и подарила Эшли сонную улыбку.

— Привеет.

— И тебе привет. А теперь вставай, пора идти спать.

Эрика не протестовала, когда Эшли взяла мышку, сохранила документ, над которым она работала, а потом повела ее наверх. Эшли поняла, что ей придется подождать другого раза, чтобы рассказать Эрике о своем достижении.

Глава 20

— Кто-нибудь, дайте пачку маргарина и антидепрессант! — Дрю вывалилась из примерочной и повесила пару брюк на вешалку для возврата. Она замерла на полушаге и стала смотреть, как Эшли обозревает себя в зеркало. Джинсы плотно сидели на ее подтянутой фигуре, подчеркивая крепкую задницу.

— Я тебя ненавижу, — сказала Дрю и пошла дальше. — Хотя джинсы мне нравятся.

— Попробуй эти, — в примерочной появилась Вики. Ее глаза засверкали, когда она подняла в воздух черные кожаные штаны. — С той белой рубашкой, которую ты купила и черными ботинками получится классный прикид.

— И где же я смогу носить этот «классный прикид»? — спросила Эшли, ощупывая мягкую кожу.

— На сцене, — спокойно ответила Вики, но в глаза ей не посмотрела.

— Ах, так вот куда движется вся эта история с пением? — Эшли резко обернулась. — Я пою у себя в машине, и у тебя в сарае, но дальше этого дело не пойдет! — с этими словами она задернула занавеску примерочной кабинки прямо перед лицом Вики.

— Это будет настоящей победой, если ты выступишь с нами в клубе, — Вики просунула голову между занавеской и стеной. — Всего на несколько песен и только после того, как ты порепетируешь, и твой голос снова обретет силу.

Голова Дрю вынырнула у другого края занавески.

— Ты собираешься петь в клубе? — взволнованно спросила она.

— Я этого не говорила, — Эшли погрозила пальцем им обеим. — А теперь можно мне немножко уединения?

— Я видела тебя голой. О чем ты так беспокоишься? — спросила Вики.

— Это было двадцать лет назад, Вик.

— И как она сохранилась? — спросила Вики.

— Неплохо, — пожала плечами Дрю. — Все еще торчком там, где должно торчать.

— Ради всего святого! Можете вы оставить меня в покое?!

Обе головы исчезли за занавеской, но пока Эшли переодевалась, она могла слышать их приглушенный разговор. Эшли покачала головой. Ничего удивительного, что Вики и Дрю спелись. У них, кажется, был один мозг на двоих, да и тот с приветом.

— А теперь куда? — Эшли отдернула занавеску.

— За туфлями, — в один голос ответили Вики и Дрю.

После значительного ущерба, причиненного кредиткам Эшли и Дрю, все поехали к Вики. Когда они открыли дверь мастерской, их оглушил звук барабанов. Шанталь с закрытыми глазами отбивала ритм песни, игравшей в ее наушниках.

— Она меня заводит, когда она вот такая, — заорала Вики, перекрикивая звук.

— Мы с удовольствием оставим вас наедине! — заорала Эшли в ответ.

Вики проскользнула за перегородку и обняла Шанталь за плечи, уворачиваясь от порхающих барабанных палочек. Шанталь вздрогнула от прикосновения. Улыбка расплылась по ее лицу, когда она глянула на Вики снизу вверх. Точно так же Кейтлин смотрела на Дрю, и Эшли поняла, до чего ей в последнее время не хватает такого же взгляда Эрики.

Шанталь сняла наушники.

— Всем привет. Когда вы сказали, что идете по магазинам, я думала, вы только через несколько дней покажетесь.

— А где девочки? — спросила Вики и поцеловала Шанталь в губы.

— Жаклин поможет Линдсей с чем-то, а потом приедет. Алекс уже на подходе.

Эшли бухнулась на один из диванов у стены и застонала. Они были на ногах с самого утра, и большую часть дня не присели.

— Они славные, — сказала Дрю, усаживаясь рядом с Эшли.

— Они напоминают мне тебя с Кейтлин, всегда тискаетесь и вьетесь друг над ругом.

— Не ревнуй. — Дрю пихнула ее в бок. — Я знаю, кого ты хочешь.

Эшли и Дрю подняли головы и увидели, как в зал входит Алекс.

— Привет, Алекс! — хором протянули они, как две школьницы.

— Ты весь день проспала? — Вики выглянула из-за стойки с клавишными. — Поздно легла?

Алекс провела рукой по всклокоченным волосам и оглядела старую футболку и спортивные штаны, в которые она была одета.

— Я знаю, что выгляжу, как тетёха, — сказала она со смущенной улыбкой.

— Ты не ответила на вопрос, — поддразнила Вики. — Что, долгая выдалась ночка?

— Если я не ответила тебе в первый раз, Викинг, что заставляет тебя думать, что я отвечу во второй? — подмигнула Алекс.

Эшли хихикнула над прозвищем, которое только Алекс могло сойти с рук. Она не смогла удержаться и вставила свои пять копеек:

— Ты по крайней мере, хоть приняла душ, прежде чем заявиться сюда?

Алекс подбоченилась и уставилась на Эшли.

— Эти двое достаточно поиздевались надо мной, — она обвела рукой Вики и Шанталь. — А ты со мной не заводись, потому что я знаю целую кучу пикантных историй, которыми могу поделиться с Дрю.

Пока Алекс вещала, проникшая в комнату Жаклин подкралась к ней сзади и сдернула с нее штаны до колен. На лице Алекс отобразился шок, а потом его залила краска.

— Какая же ты стерва, Джеки, — сказала она, не оборачиваясь.

Жаклин потянула за футболку, доходившую Алекс до середины бедра.

— На тебе нет белья! — Алекс шлепнула ее по руке и натянула штаны. — Да не разыгрывай смущение. Мы все всё видели.

— Ох, Джеки, месть моя будет страшна, — Алекс повернула к ней голову.

— Ты не можешь мне мстить. Это моя месть тебе за ту фотку, где я в сортире. Она теперь у Линды на скринсейвере, кстати говоря, — Жаклин отступила, когда Алекс шагнула в ее сторону.

— Я так думаю, всем ясно и понятно, что мы так и не повзрослели, — сказала Вики, посмотрев на Эшли и Дрю.

Шанталь глянула на часы.

— Мы теряем время даром, а я хочу услышать, как Эш поет, — она помахала барабанной палочкой в направлении Алекс и Жаклин. — Можете вы двое вести себя, как взрослые в течение часа или около того? — она с удовлетворением кивнула, когда обе показали ей средний палец.

Эшли разогревала голос, подпевая то Алекс, то Жаклин, пока они, сменяя друг друга, не спели несколько песен. Насколько она слышала, их голоса до сих пор хорошо звучали вместе и, после того, как ее волнение улеглось, она закрыла глаза и начала петь «В один прекрасный день». Не в силах посмотреть на своих друзей, она выводила ноты песни, которая когда-то была очень личной. Эшли не сдержала улыбки, когда услышала, как голоса Алекс, Жаклин и Вики присоединились к ней в припеве и слились воедино. На какой-то миг она очутилась в прошлом, тогда, когда все было хорошо и правильно, еще до того, как слава изменила их жизни. Когда песня закончилась, она почувствовала, как слезы пробиваются сквозь ее прикрытые веки. А когда она их открыла, то поняла, что все в комнате, включая Дрю, вытирают глаза.

Эшли помассировала горло и сделала слабую попытку улыбнуться.

— Я думаю, мне нужен передых.

— Я думаю, тебе нужен знаменитый чай Вики, — Алекс отстегнула гитару и резко двинулась к двери. — Я пойду воду поставлю.

Вики пожала плечами.

— Ну, тогда я иду делать чай.

Она вышла вслед заАлекс, оставив всех остальных в легком недоумении.

Дрю посмотрела на свой телефон, обнаружила там дюжину пропущенных звонков из дома и вышла на улицу, чтобы перезвонить Кейтлин, пока Эшли беседовала с Жаклин.

— Ты где? — раздраженно спросила Кейтлин.

Дрю глянула на часы и с удивлением поняла, что уже почти десять вечера. Они с Эшли выехали из дома, когда было девять утра.

— Мы у Вики. Мы потеряли счет времени.

— Ну, тогда пусть Эшли позвонит Эрике. Она волнуется. Мы названиваем вам обеим, начиная с шести часов.

— Мы не слышали. Мы были в ангаре, и девчонки играли. Эшли пела! Я первая зрительница, увидевшая официальное воссоединение группы «Версаль», — взволнованно проговорила Дрю.

— Долго ей придется петь, пока Эрика сменит гнев на милость. Последние два часа она то жутко волнуется, то адски обижается на Эшли.

— Извини, дорогая, — ответила Дрю, — считай, что мы уже в пути. Я скажу Эшли, чтобы она позвонила Эрике, когда мы будем в машине. Скажи Эрике, что с нами все в порядке.

— Она слышит. Она рядом стоит.

Дрю вернулась в ангар и наткнулась на Эшли.

— Наши девочки звонят нам с шести вечера. И они всерьез на нас разобиделись.

Глаза Эшли широко распахнулись, когда она посмотрела на экран мобильного.

— О дааа, у нас неприятности, — она повернулась к остальной группе. — Боюсь, нам нужно отчаливать. Мы нарушили комендантский час.

— Ну тогда давайте выпьем чаю на дорожку, — Шанталь взяла Дрю под руку и вывела их из ангара в прохладную свежую ночь. Эшли достала телефон из кармана.

— Вы идите вперед, а я позвоню Эрике.

— Линдсей тоже пытается позвонить и успокоить меня, когда задерживается, — сказала Жаклин, проходя мимо. — Это никогда не срабатывало.

— Солнышко, извини меня, — произнесла Эшли, когда Эрика подняла трубку.

— Ты взрослая женщина, и у нас нет комендантского часа, но было бы очень мило, если бы ты мне хотя бы позвонила и дала знать, где ты есть. Это так на тебя не похоже.

— Я знаю, знаю, — Эшли медленно пошла к дому. — Я просто увлеклась и забыла позвонить.

— Я так полагаю, Алекс там, с вами? — раздраженно спросила Эрика.

— Ну да, — вопрос застал Эшли врасплох. Прошла секунда, пока она поняла скрытый намек. — Я поговорю с тобой, когда доберусь домой. — Эшли рассерженно захлопнула телефон. У Эрики было полное право злиться, но ее реплика была обидной и несправедливой. Эшли никогда не давала Эрике ни малейшего повода ей не доверять.

Когда Эшли входила во внутренний дворик, Алекс как раз показалась из задней двери. Эшли заметила тень неловкости на ее лице. Алекс скрестила руки на груди.

— Я просто хотела сказать тебе… это было так здорово, что ты с нами пела. Ты отлично звучала, правда, и я это говорю не для того, чтобы тебя ободрить, — Алекс уставилась в землю и запереминалась с ноги на ногу. — Было так, как в старые добрые времена, понимаешь?

После разговора с Эрикой Эшли было неловко находиться с Алекс наедине.

— Спасибо, — улыбнулась она. — Мне нужно было это услышать, а теперь мне пора, пока я не попала в еще большую неприятность.

Алекс кивнула и пошла через двор к забору.

— Спокойной ночи, — крикнула она через плечо.

Эшли смотрела, как она исчезает в тени, и забеспокоилась.

— А может тебе не стоит идти домой по темноте? Мы можем тебя подвезти.

— Нет, спасибо, я всегда здесь хожу, — голос Алекс прозвучал откуда-то издалека. На какое-то мгновение Эшли подумалось, а не бежит ли она.

— Я вымоталась, — зевнула Дрю, когда Эшли вырулила на шоссе.

— Откинь сиденье и вздремни.

— Это будет нечестно. Ты устала не меньше меня, — Дрю снова зевнула и отпила из походного стаканчика.

— Я сейчас на взводе. Можешь не волноваться, я не усну за рулем.

Дрю облизала губы.

— Это из-за чая? Мне лично от него хочется спать.

— Нет. Это естественное возбуждение, — улыбнулась Эшли. — Сегодня вечером… — она запнулась, отвлеклась от дороги и глянула на Дрю. — Я теперь знаю, что все еще могу петь, — Эшли стиснула руль и покачала головой. — У меня такое чувство, будто мне дали второй шанс.

— Второй шанс на музыкальную карьеру? — обеспокоенно спросила Дрю.

Эшли бросила ей косой взгляд.

— Вот еще! — язвительно произнесла она. — Я хочу сказать, что у меня появился второй шанс снова жить музыкой.

Дрю поставила стакан в холдер и развернулась на сиденье лицом к Эшли.

— У Вики и Шанталь глаза были на мокром месте, когда вы все вместе пели «В один прекрасный день».

Эшли улыбнулась, понимая, что никто не остался равнодушным.

— И у Алекс тоже, хотя обычно она очень сдержанная. Ты заметила?

Эшли покачала головой, и улыбка соскользнула с ее лица. Она знала, что Дрю пожирает ее глазами, готовая наброситься на нее за малейшее проявление интереса.

— Я почти все время пела с закрытыми глазами. Это помогает мне сосредоточиться.

— Она прослезилась почти в самом конце. Я думаю, она поэтому так быстро выскочила.

Эшли скорее почувствовала, чем увидела выжидательное выражение лица Дрю.

— Что? — спросила она, досадуя, что проглотила наживку так легко.

— Тебе безразлично, что она чувствует? Для нее это все тоже странно и непривычно. Я имею в виду, вы же были любовницами, разве тебе не интересно, что творится у нее в голове?

— С чего бы это? — взвилась Эшли, и ее саму передернуло от собственного тона. Дрю будет взвешивать каждый перепад ее голоса, тщательно изучать каждое чуть громче сказанное слово, пока не проникнет в ее мысли. Эшли стало не по себе.

Слишком много мыслей и чувств кипело у нее внутри. И Эшли совсем не хотелось, чтобы ее силой заставляли раскрыть хотя бы одну из них.

— Алекс все еще одна, после всех этих лет, Дрю. Я думаю, это подводит черту. Она никогда не позволяла себе привязаться к кому-то за пределами спальни. Я совершенно уверена, что она смотрит на меня так же, как и на всех своих баб, которых она трахала.

— Ой, «бабы», «трахала». Ты так никогда не говоришь, — Дрю сидела прямо, будто ломик проглотила. — Я думала, ты на нее уже не обижаешься.

Эшли стукнула кулаком по рулю, злясь на саму себя.

— Меня просто раздражает, что ты все время допытываешься насчет нее, ты меня уже на запчасти разобрала.

— Успокойся, я просто говорю тебе, что я заметила, — Дрю подняла руки вверх, сдаваясь.

Эшли покачала головой, криво усмехнулась и погрозила Дрю пальцем.

— Не разыгрывай тут невинность. Ты меня долго доставала, так что я произнесу это вслух. Я с Александрой Мак-Кини покончила, а что она там, как ты себе воображаешь, может чувствовать — это не моя забота!

— Хо-ро-шо, — Дрю хлопнула в ладоши. — Я тебя поняла. Но так, на заметку — я думаю, тебе не стоит больше пить чай Вики. Ты от него сатанеешь.

— Поцелуй меня в задницу, — Эшли усмехнулась, несмотря на свой гнев.

— Единственная задница, которая сегодня будет поцелована — это задница Эрики, потому что ее хозяйка крепко на тебя обижена.

Глава 21

Эрика глубоко вдохнула и медленно выдохнула, когда услышала, что Эшли входит в дверь кухни. С момента их разговора у нее было время, чтобы остыть. Она чувствовала себя паршиво из-за комментария об Алекс, но до конца так и не успокоилась, поэтому ей совсем не хотелось извиняться за удар ниже пояса.

— Извини, я задержалась, — Эшли вошла в комнату. Она не потрудилась сесть, а прислонилась к креслу — верный признак того, что она все еще обижается.

Эрика повернулась и посмотрела ей в лицо. Её карие глаза полыхали огнем.

— Дело не в том, что ты задержалась. Ты могла бы у них и заночевать, если бы хотела. Я расстроилась потому, что ты не позвонила!

— Я за это уже извинилась, — парировала Эшли. — А тот комментарий об Алекс был абсолютно лишним.

Эрика кивнула и отвела взгляд.

— Я рассердилась, потому что переживала за тебя.

Эшли ничего не ответила. Эрика знала, что она ждет заслуженных извинений.

— Прости меня.

— Я больше не заставлю тебя переживать, — смиренно заявила Эшли. — Я… я сейчас в душ и спать. Ты идешь наверх?

— Угу, сейчас приду. — Эрика проводила ее взглядом. Она все еще злилась, и была абсолютно уверена, что Эшли тоже. Они снова об этом промолчат. А утром продолжат жить так, словно этого разногласия и не было. Через день или два все забудется. А сейчас, и Эрика это точно знала, ее ждет еще одна бессонная ночь.

Следующим вечером Эшли услышала, как зазвонил телефон, когда вставляла ключ в замок. Голос Вики приветствовал ее, когда она подняла трубку.

— Что ты делаешь завтра вечером?

Эшли усмехнулась.

— Я так понимаю, ты мне сейчас это и скажешь.

— Мы собираемся вместе около шести, чтобы поиграть. Ты должна быть с нами.

— Должна? Что еще я вам должна? — Эшли стала обозревать содержимое холодильника в поисках чего-то такого, из чего можно быстренько сварганить ужин.

— Если ты не приедешь, я буду вынуждена показать Эрике несколько записей, которые Шанталь держит под замком.

— Ну тогда, значит, в шесть, — рассмеялась Эшли. — Что мне принести?

— Ничегошеньки, я приготовлю что-нибудь легкое, так что не вздумай останавливаться по дороге и покупать какую-нибудь дрянь. Скажи, а у Эрики нет аллергии на морепродукты, или на что-то, о чем я должна знать?

— У нее нет аллергии, но ее с нами не будет. У нее на работе полный завал, и она всю неделю приходит домой поздно.

— Она мне нравится. Ты сделала хороший выбор, Эш.

— Да я вообще везучая девчонка, — ответила Эшли, внутренне сожалея о том, до чего иронично это прозвучало. — Я просто немножко раздерганная сейчас, и начинаю уставать от того, что мне приходится ужинать в одиночестве.

— Приезжай к нам завтра, и все свое беспокойство излей в микрофон.

— Я приеду. — Эшли вытащила салат, который приготовила вчера. Со стаканом чая со льдом она устроилась на диване и потянулась за пультом от телевизора.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты приготовила на ужин что-то такое жирненькое, от чего толстеют, — в заднюю дверь вломилась Дрю.

— Салат, — бросила Эшли через плечо.

— Черт! А печенье у тебя есть?

— Посмотри в кладовке, — Эшли наколола на вилку помидорчик черри.

Через несколько минут Дрю вернулась в комнату с пачкой Орео и стаканом молока.

— У меня самый поганый приступ ПМС, — с этими словами она бухнулась на диван рядом с Эшли. — и сегодня я умертвила садовую лопатку.

— Что она сделала, чтобы вызвать твой гнев? — рассеянно спросила Эшли, перещелкивая каналы.

— Она была удобная. Хорошо, что Кейтлин работает допоздна, а то бы и ей досталось. Она разбросала свои вещи по всей ванной комнате. Корзина для белья в двух шагах, но она не может сделать над собой усилие. Теперь ее грязные носки запихнуты ей в наволочку. Думаю, она впечатлится, когда сегодня уляжется спать.

— Надо запомнить это способ, — усмехнулась Эшли. — Я собираюсь к Вики завтра вечером, хочешь со мной?

— Не могу, — промычала Дрю сквозь очередное печенье. — Я обещала маме приехать к ней на ужин. Но я бы очень хотела увидеть, как вы все играете.

— Ну, мы не в последний раз собираемся. Можешь поехать со мной в следующий раз.

— Ты и вправду бросаешься в прежнюю жизнь, очертя голову, да?

— Да. — Эшли бросила пульт на диван и принялась ковыряться в салате. — Я чувствую, что жизнь бросает мне вызов, а я так давно этого не ощущала. Я загорелась.

— А как Эрика относится к тому, что ты так много времени проводишь вне дома?

Эшли пожала плечами.

— Она каждый вечер работает допоздна, так что бывает дома еще меньше, чем я.

— Я даже не помню, чтобы вы когда-то проводили столько времени врозь. Вот уже две недели вы едва видитесь. Что происходит?

Эшли уронила вилку в недоеденный салат.

— Это ты мне скажи! Если она кому-то что-то и рассказывает, то это Кейтлин, потому что не мне точно.

— Тебе нужно заставить ее раскрыться.

— Я устала! — яростно произнесла Эшли. — Я дошла до той стадии, когда мне уже плевать, что ей там не так!

Дрю было уже запихнула очередное печенье в рот, но отвела руку.

— Ты же не серьезно, Эш.

Эшли ничего не ответила, чтобы потрясенная Дрю скорее успокоилась. Она хотела разозлиться, хотела почувствовать хоть что-то, кроме тупой боли, которая в последнее время становилась все сильнее и сильнее. Особенно по ночам, когда она знала, что Эрика лежит рядом с ней и не спит. Раньше Эшли могла потянуться к ней, и Эрика легко скользнула бы в ее руки и поддалась ее ласкам. Но теперь она даже не осмеливалась сделать попытку после всех тех раз, когда Эрика ее отталкивала. Конечно, она могла заставить Эрику поговорить с ней. Заставить рассказать, что происходит у нее в голове, но она не была уверена, хочет ли она это знать. Лучше было пребывать в неизвестности, чем получить подтверждение того, что Эрика больше ее не хочет.

Я думаю, пора, — сказала Вики с широкой улыбкой. Жаклин многозначительно закивала, Алекс же склонила голову набок и прищурилась.

— Что пора? — спросила Эшли, а они стояли и пристально смотрели на нее.

— Они думают, тебе пора выступить в клубе. — Алекс протерла гриф гитарыполотенцем, а потом вытерла пот с лица. Она предупреждающе глянула на Вики, а потом снова повернулась к Эшли. — Не позволяй никому давить на себя, если ты еще не готова или это вообще не то, чего ты хочешь.

— Да я как-то не рассчитывала… Я имею в виду, мне нравится играть здесь… — голос Эшли сошел на нет. Так вот к чему она шла все это время? Окончательный экзамен? Сможет ли она выйти на эту сцену и…

— Четыре песни! — выпалила Жаклин. — Всего четыре песенки, как раз хватит… для начала.

— Шанталь, — предупреждающим тоном сказала Алекс.

Высказаться хотели все, но тут же умолкли, ожидая, что скажет лидер группы. Шанталь постучала барабанной палочкой себя по ноге и оглядела группу.

— Она готова. Но Алекс права. Это ей решать.

— Теперь ты можешь купить те кожаные штаны, которые мы приглядели тогда в магазине, — волнение Вики немедленно передалось Жалин, и обе они принялись трещать о нарядах и обуви, пока Эшли с отсутствующим видом уставилась в пространство.

Алекс покачала головой и многозначительно посмотрела на Шанталь.

— Я уже это говорила, Эш, и еще повторю: не позволяй никому на себя давить. Не спеши и хорошенько подумай.

— Чего ты так распереживалась? — Жаклин обняла Эшли за плечи и посмотрела на Алекс.

Алекс стиснула зубы и посмотрела на Вики, как будто ожидая, что та что-то скажет. Потом повернулась и посмотрела Эшли в глаза.

— Много воды утекло с тех пор, как… — Алекс шумно выдохнула и отстегнула гитару. — И это тебе решать.

Она резко развернулась и вышла, бросив всем «до свидания».

Жаклин подбоченилась и фыркнула.

— Она такая дерганая в последнее время.

— Я есть хочу, — Шанталь потерла живот. — У нас есть смесь для брауни?

Вики посмотрела на часы и застыла.

— Не в девять же вечера.

Шанталь пошла к двери, повернулась и посмотрела на Вики.

— Я тебя не спрашивала, который час. Я спросила, есть ли у нас смесь, чтобы испечь брауни.

— В кладовке, — нехотя ответила Вики.

— А молоко у вас есть? — Жаклин устремилась вслед за Шанталь. — Если нет, я сбегаю.

— У нас есть молоко, но я не желаю выслушивать ваше завтрашнее нытье, когда вы обнаружите, что эти брауни отложились у вас прямо на задницах! — Вики сокрушенно покачала головой, когда Жаклин расхохоталась и захлопнула за собой дверь. — Они сделают эти чертовы брауни и сожрут половину порции. А я, конечно, не устою и слопаю остальное. Так что идем мне помогать.

Вики шагнула к двери, но Эшли ухватила ее за руку.

— Почему Алекс не хочет, чтобы я пела в клубе вместе с вами?

Какое-то виноватое выражение промелькнуло у Вики на лице.

— Дело не в том, что она не хочет, чтобы ты пела, — Вики отвела взгляд, намеренно не смотря на Эшли. — Она боится, что я слишком на тебя давлю, и ты… ты снова уйдешь.

— Она думает, я не выдержу и сломаюсь? — Эшли овладел гнев. — В прошлый же раз не сломалась! Мне было паршиво, я себя ненавидела, но я и тогда не сломалась!

— Я никогда не считала, что ты сломалась, а Алекс тем более, — ответила Вики. — Алекс просто не хочет, чтобы я оттолкнула тебя своей настырностью, — Вики подмигнула, — скажи, я слишком настырная?

— Да мне нужно, чтоб ты меня подталкивала, — Эшли присела. — Я хочу это сделать. Если я смогу заставить себя выйти на сцену, я вроде как чего-то достигну, понимаешь?

— За мной не заржавеет, но ты должна мне сказать, если я слишком разойдусь и стану на тебя давить, — усмехнулась Вики, — хотя Алекс наверняка рявкнет на меня раньше.

Эшли глубоко вздохнула и резко выдохнула.

— Жаклин права. Четыре песни — это вполне выполнимо.

— Даа! — Вики вскинула в воздух кулак и обняла Эшли. — Мы даже не будем ничего объявлять раньше времени, так что не будет никаких ожиданий. Если ты перетрусишь, никто кроме нас и знать не будет, а уж мы тебе жизни не дадим!

Глава 22

Эшли стояла одна в полумраке и горько сожалела, что вообще когда-то согласилась выйти на сцену. Она забегала кругами, вспоминая песни по порядку, чтобы не так нервничать и не сбить дыхание.

«Сосредоточься на своем дыхании» — мантра Вики зазвучала у нее в голове. Она остановилась, глубоко вдохнула и сделала медленный выдох.

— Я могу это сделать, — сказала она вслух. — Я делала это раньше, сотни раз уже делала. И сегодня нет никакой разницы.

Но разница была. Если она выйдет на сцену, и голос подведет ее, она не переживет унижения. Эрика и двое ее самых близких друзей сидели в зале. Так что провалиться она не могла.

— Леди и джентльмены, сегодня мы приготовили вам сюрприз, — у Эшли мурашки пошли по спине, когда Вики начала представление. — Сегодня вечером впервые за последние двадцать лет группа «Версаль» выступает в первоначальном составе. Пожалуйста, все вместе, встречаем — Эшли Пратер!

И в этот самый момент Эшли шагнула на сцену и приблизилась к микрофону. Свет ослеплял, и она не могла видеть большую часть зала, но аплодисменты были оглушающими. Она едва слышала себя в наушнике, пока бойко выдавала первый куплет «В один прекрасный день», чувствуя, что ее сердце трепыхается где-то в районе горла. А потом она закрыла глаза и позволила себе слиться с образом, который позволял ей сделать то, что нужно было сделать.

Эрика зачарованно смотрела, как на ее глазах происходит превращение. Ей никогда не удавалось упросить Эшли потанцевать с ней в те редкие разы, когда их заносило в ночной клуб, а сейчас Эшли двигалась под музыку так удивительно, так дразняще-соблазнительно. Женщина перед ней была королевой сцены, она полностью владела залом. И Эрика снова осознала, что в Эшли есть стороны, которые ей никогда не было дозволено видеть.

— Эй, — Кейтлин помахала рукой у Эрики перед лицом. — Она классная, правда?

Дальнейшие ее слова заглушил рев толпы. Эрика кивнула и снова стала смотреть на сцену. Бедра Эшли двигались в такт музыке. Ее чистый и сильный голос парил над тяжелой электронной музыкой, а гитара Алекс оттеняла его. Алекс — о, на нее Эрика смотрела с неменьшим интересом. Казалось, они с Эшли совпадали в каждом движении. Несомненная, явная связь просматривалась между ними, и это терзало и без того измученное сердце Эрики.

После выхода на бис группа собралась в центре сцены. Рука в руке, они поклонились приветствующей их аудитории. Эрика с досадой заметила, что Алекс продолжает держать Эшли за руку, даже когда остальные музыканты отпустили друг друга и пошли за сцену. Верхние лампы включились и затопили бар светом. Толпа неохотно начала рассасываться. Охранники вытеснили остававшихся поклонников наружу, а потом сняли цепь, загораживавшую лестницу и махнули Эрике, Дрю и Кейтлин, приглашая наверх. Едва они оказались в комнате, куда после коцерта вышла группа, тут же Эрика почувствовала, как ее тащат в соседнюю небольшую раздевалку. Эшли налетела на нее, как вихрь. Ее поцелуи были отчаянными и жесткими, а руки уже пробрались Эрике под одежду.

— Подожди, стой! — Эрика оттолкнула Эшли и придержала на расстоянии вытянутой руки. У той были дикие глаза, а руки все еще тянулись к ней. — Ты что делаешь, Эш?

— А ты еще не догадалась? — такого выражения лица Эрика у нее никогда не видела. Эшли стряхнула ее руки со своих плеч, подняла и прижала их к стене над ее головой, а сама потянулась к Эрике за следующим поцелуем.

— Я не хочу этого делать! — Эрика отвернула лицо в сторону, — Я тебе не какая-то… малолетка-поклонница, которую ты можешь уложить прямо за сценой!

Эшли отпустила ее и шагнула назад. В мгновение ока на ее лице ошеломление сменилось болью, а потом пришла злость.

— Да где твоя жажда приключений?

— Дома, ждет в нашей постели, — сердито ответила Эрика, поправляя одежду.

— Мы обе к тому времени будем слишком уставшими! — Эшли рванулась к двери и вцепилась в ручку.

— Эй, — мягко позвала Эрика, — извини… ты просто застала меня врасплох.

— А я так и хотела! — Эшли распахнула дверь и вышла в комнату, где набирала обороты вечеринка.

Эрика подождала секундочку, чтобы прийти в себя и тоже проскользнула в комнату, где теперь яблоку было негде упасть. Эшли исчезла в толпе, и Эрика стала протискиваться между людьми, разыскивая знакомое лицо. К ее большому сожалению, единственной, кого она узнала, оказалась Алекс. Та стояла, привалившись к стене со стаканом в руках. Две женщины вроде как разговаривали с ней, но Алекс неотрывно смотрела на что-то в другом конце комнаты. Эрика знала, что стоит проследить за ее взглядом, и она наткнется на Эшли.

— Ты куда пропала? — голос Кейтлин раздался у самого ее уха, перекрикивая шум толпы.

Эрика повернулась и попыталась улыбнуться.

— Тебя ищу. Ты еще не устала? — спросила она в надежде, что Кейтлин ответит «да».

— Устала, но у Дрю открылось второе дыхание, — Кейтлин показала в угол комнаты. Эрика заметила, как в толпе мелькает Дрю, танцующая между Вики и Шанталь. — У меня ноги болят, лифчик пропотел насквозь и натирает, и еще я, кажется, потянула паховую мышцу, пока отплясывала.

— Иди, найди Эшли и скажи ей, что хочешь домой, а я сделаю то же самое с Дрю. Они тогда согласятся.

Эрика знала, что это манипулирование, но она практически ни перед чем бы не остановилась, лишь бы выбраться отсюда.

— Ты классно выступила сегодня, Эш, — прошептала Кейтлинс заднего сиденья, баюкая голову Дрю у себя на плече.

Эшли повернулась и улыбнулась ей.

— Спасибо, — прошептала она в ответ.

— Ты устала?

— Теперь, когда запал выветрился, я могу свернуться клубочком и уснуть прямо на обочине, как мертвая, — Эшли зевнула. — Надеюсь, у меня хватит сил доползти до душа.

Эрика не принимала участия в разговоре. Она сражалась сама с собой, пытаясь примириться с двумя противоположными личностями, уживавшимися в Эшли. Рядом с ней, закинув ногу на ногу и сложив руки на коленях, сидела женщина, с которой она прожила последние пять лет. Женщина, певшая на сцене, источавшая сексуальность и едва не сорвавшая с нее одежду за кулисами, была ей абсолютно незнакома.

На каком-то уровне это безусловно возбуждало, но в то же время было таким чужим и… пугающим.

Высадив Кейтлин и Дрю, Эрика с Эшли остаток дороги провели в молчании.

— Ты есть хочешь? — спросила Эшли, когда они вошли в дом через кухню.

— Нет, я просто устала.

— Тогда я иду в душ, — Эшли устремилась к лестнице.

Эрика смотрела ей вслед в недоумении. Эшли, это же ее Эшли, которая приготовила бы ей что угодно, если бы Эрика сказала «да», но при этом она была по-прежнему одета в черные кожаные штаны, ботинки и белую рубашку в облипку. Это казалось таким неуместным. Как она могла в одну минуту быть бывшей рок-звездой, которая только что с успехом вернулась на сцену, а в другую — ее знакомой, понятной, и такой домашней Эшли?

Когда Эрика улеглась в кровать, Эшли уже спала. Она лежала на спине, закинув руку за голову, одеяло сползло до пояса. Эрика оперлась на локоть и стала смотреть, как медленно приподнимается и опускается ее грудь. Она глянула ниже и едва не поддалась искушению протянуть руку и коснуться ее, но тут ее взгляд остановился на родинке в форме полумесяца возле пупка. Мысленно она сразу же погрузилась в тот, кажущийся теперь таким далеким, вечер, когда она увидела эту родинку и узнала Эшли на видео. Ощущение предательства остудило ее желание.

Эрика откинулась на подушки и погасила лампу, погрузив комнату во тьму. Надежды, что все вернется на круги своя, не оправдались. Все изменилось, и, хотелось ей этого или нет, ей придется научиться с этим жить. В такие тихие и спокойные моменты, как сейчас, она могла с этим смириться, но не более того. Любую новую перемену она воспримет в штыки.

— Нам нужно поговорить о вчерашнем вечере, — сказала Эрика, когда Эшли вошла в кухню и устремилась прямо к кофейнику. Она сидела, не поднимая глаз от своего остывшего нетронутого завтрака. Она боялась, что они сейчас сцепятся, и знала, что этого не избежать.

Эшли даже не повернулась и не глянула на нее. Когда она заговорила, ее слова прозвучали очень сухо.

— Я прошу прощения. Меня вчера занесло на радостях, но могу тебя заверить, что этого больше не повторится.

— Я просто не из той породы. Я понимаю, что ты, может, и привыкла заниматься сексом, когда в соседней комнате полно людей, но я… — конец фразы застыл у Эрики на губах, когда Эшли развернулась и свирепо поглядела на нее. — Я не то хотела сказать. Я имела в виду, что мне неловко…

— Я знаю, что ты имела в виду, — холодно произнесла Эшли. — И я уже сказала, что больше это не повторится.

Эрика сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, а потом спросила:

— Какие у тебя планы на сегодня?

— А тебе что, не нужно поработать? — Эшли снова отвернулась и добавила себе в кофе сливок и сахара.

— Нужно, но я подумала, может, ты хочешь что-то сделать. Я могу поработать позже или даже завтра.

Эшли отошла к задней двери и уставилась в окно, прихлебывая кофе. Ну нет, это ей так просто с рук не сойдет. Эрика почувствовала, как внутри закипает гнев. Да какое у Эшли право сердиться на нее?

— Давай-ка расставим точки над «и». Ты все еще сердишься на меня, потому что я вчера не захотела секса? — Эрика оттолкнула тарелку.

Эшли поставила свою чашку на стол и повернулась лицом к Эрике.

— Я сержусь, но это не из-за секса и даже не из-за его отсутствия. Ты мне ни слова не сказала о том, что ты думаешь о выступлении. Ни слова, ни полслова о том, как я справилась.

Эрика закатила было глаза, но тут же пожалела об этом, потому что лицо Эшли побагровело.

— Я сказала, что я тобой горжусь.

— Ты и правда это сказала — когда Вики тебя заставила, но кроме этого ты не сказала ничего! Я не жду, что ты обрушишь на меня лавину похвал, но мне бы очень хотелось, чтобы ты стерла эту неодобрительную мину со своего лица!

Эрика мгновенно утратила дар речи.

— Ты замечательно выступила вчера. Я просто… немного ошеломлена, наверное, вот и все.

— И что ты хочешь этим сказать?!

Эшли нависла над ней, глядя сверху вниз. Ее трясло от видимой злости. За все годы, которые они прожили вместе, Эрика ни разу не видела ее в таком состоянии.

— Вчера на сцене… казалось, что это была не ты, а кто-то другой. Это меня удивило.

— Ты так говоришь, как будто это что-то плохое.

— Может и так. Это как будто жить с двумя разными людьми. Ты никогда не танцевала со мной, но вчера вечером ты двигалась по сцене, будто это у тебя в крови. Что ты еще от меня скрываешь?! — Эрика взмахнула рукой.

— Ты права. На сцене я другой человек. Мне приходится такой быть, это часть работы. Да пойми же — ты ведь тоже другая, когда ты на работе! Почему для меня это так непростительно?

Эрика вскочила на ноги так резко, что ее стул отлетел на другой конец кухни.

— Ты занешь, кто я на работе и какая я, и ты меня там видела! А мне ты никогда не позволяла видеть эту свою сторону и … и я не уверена, что она мне нравится! Я знать не знаю ту женщину, которая вчера прижала меня к стенке и начала тискать, как какой-то пацан-подросток!

— Не нужно мне было этого делать, — в голосе Эшли послышалось сожаление. — Я хотела тебя. Я всегда хочу тебя, всегда жажду. Но ты этого о себе сказать не можешь, правда?

Позже, когда Эрика мысленно возвращалась к этому моменту, она пожалела, что не соврала.

— Я пыталась справиться с этим как только могла, но у меня не получилось. Иногда… а в последнее время почти все время ты кажешься мне чужой.

Эшли попятилась через всю кухню, пока не уперлась в кухонный стол.

— Пять лет мы спали с тобой в одной постели, делились всем — и ты говоришь, что не знаешь меня?!

— Не всем, Эш, — Эрика судорожно сглотнула. Она сама не осознавала, насколько она была не в себе, но точка невозврата наступила. Сейчас или никогда. — Я могу понять, что ты не хотела рассказывать о своем прошлом всем и каждому, но мне-то по крайней мере ты должна была сказать! А теперь ты ждешь, что я радостно приму то, как ты с головой ныряешь в прежнюю жизнь, к которой я не имела никакого отношения.

— Я прошу прощения за это чуть ли не каждый день. Я была неправа, я это признаю, но почему тебя раздражает, когда я делаю то, что мне нравится? Это что, мешает твоему распорядку? Нет, потому что ты всегда на работе! Если бы я не проводила время с группой, я бы сидела здесь одна и ждала, пока ты придешь домой. А главное, что ты именно этого и хочешь. Ты живешь своей жизнью, добиваешься поставленных целей, а я просто жду, пока ты вернешься. Зачем? Чтобы твой ужин никогда не остывал?!

— Ты знаешь, что это неправда, — сказала Эрика, пока пыталась соорудить жизнеспособный аргумент.

Эшли рассерженно вытерла глаза тыльной стороной ладони.

— Ты права, — спокойно проговорила она. — Я думаю, я не та личность, которую ты всегда знала. Потому что она отказалась бы от всего, лишь бы целиком и полностью тебя устраивать. Но эта женщина больше так поступать не намерена. Я не буду умолять тебя любить меня!

Эрика замерла, ошеломленная, когда Эшли пролетела мимо нее. Она что, уходит? На дрожащих ногах Эрика подошла к столу и сжала столешницу. Эшли не уйдет. Она все обдумает, спустится вниз, и начнется второй раунд. Они справятся, договорятся… но она чуствовала, что в этот раз что-то пошло не так.

Прошло минут двадцать, и Эрика осознала, что стоит на том же самом месте и глядит в окно, а Эшли спускается по лестнице. Эрика повернулась и увидела, что та стоит посреди кухни с чемоданом в руке и рюкзаком на плече.

— Нам определенно нужно побыть врозь какое-то время, чтобы понять, стоят ли чего-то наши отношения… — голос Эшли замер, и она уставилась в пол. — Они больше не работают. Для нас обеих. — Она медленно пошла к двери, словно собирая силы, чтобы выйти. — Звони мне, если захочешь. Оставляю ход за тобой.

Эрика вздрогнула от звука захлопнувшейся двери. Ее разум отказывался воспринять то, что только что произошло. Неужели их отношения закончатся вот так просто?

Глава 23

— Ты преотвратно выглядишь, — усмехнулась Кейтлин, входя в кабинет Эрики. — Так тебе и надо за то, что вытащила нас на работу в воскресенье.

Эрика неотрывно смотрела на экран монитора, пока Кейтлин усаживалась пред ее столом.

— Она ушла.

— Ушла? — повторила Кейтлин.

— Она оставила меня сегодня утром. Она ушла.

— Куда ушла? — Кейтлин поднялась на ноги.

— Ну, явно не к вам, иначе ты бы не задавала столько вопросов! — Эрика поморщилась и сжала переносицу. — Извини, я вся на нервах.

— Что произошло? — Кейтлин присела на край стола Эрики.

Эрика покачала головой.

— Я сама толком не пойму. Я призналась, что у меня проблемы, я никак не могу принять все эти наши перемены, а она… я так понимаю, что она обиделась из-за того, что я ее не поддерживаю.

— Вы должны вдвоем просто сесть и …

— И поговорить?! — Эрика хлопнула ладонями по столу. — О чем поговорить? Мы в последнее время стали как чужие, — тут ее голос дрогнул. Она откинулась на кресле и уставилась в потолок, пытаясь не расплакаться. — Мне нужно побыть одной, — хрипло проговорила она через минуту, когда взяла себя в руки.

— Ну ладно тогда, — растерянно сказала Кейтлин. — Я буду у себя в кабинете. Позвонишь, когда захочешь пробежаться по отчетам о текущих делах.

— Не сегодня. Займемся ими завтра. Просто подготовь отчеты к завтрашнему совещанию и ступай домой.

— Эрика…

— Пожалуйста, оставь меня пока в покое.

Эрика услышала, как Кейтлин медленно вышла из ее офиса и прошаркала по коридору. Не нужно было вызывать ее на работу. Эрика хотела быть одна, в своем кабинете, в своем убежище, но она не могла даже подумать о том, как вернется в дом, переставший быть их с Эшли домом, одна.

— Ты можешь оставаться у нас столько, сколько тебе нужно, — головой Эшли лежала на коленях Вики, и Вики гладила ее по волосам. — Ты знаешь, мы в восторге от того, что ты у нас.

У Эшли голова шла кругом. Что же произошло? После всего случившегося Эшли все еще поверить не могла, что она ушла.

— Я чувствую, что приложила к этому руку, — виновато сказала Вики. — Я занимала много твоего времени, и я подталкивала тебя к решению проводить больше времени с группой. Но я даже подумать не могла, что Эрика чувствует себя ущемленной.

Эшли села и застонала. Всю дорогу из Сент-Франтисвилля она проплакала, и от слез у нее разболелась голова.

— Я же сама просила тебя подталкивать меня, помнишь? — Эшли шмыгнула носом и чуть снова не расплакалась от боли. — У нее не было никаких причин чувствовать себя ущемленной. Она могла приезжать со мной, но она же вечно работала! Это был ее выбор.

— Может, у нее не было никакого выбора, Эш. Ты говорила, что она только что унаследовала бизнес от отца. Я представляю, сколько всего на нее навалилось. — Вики отвела взгляд, когда Эшли посмотрела на нее. — Ей пришлось столкнуться с большими переменами.

Эшли прикусила губу, когда ее снова затопил гнев. Последнее, что ей было нужно от Вики — это рассказы о том, через какие сложности проходит Эрика. Лично ей нужно было от Вики сочувствие. Нужно было, чтобы кто-то похлопал ее по плечу и помог оправдать то, что она разорвала отношения, длившиеся пять лет.

— Мне нужно в душ, — Эшли встала. — Голова болит страшно.

— И поспать, — Вики глянула на нее снизу вверх. — Там в ванной, в ящичке справа от раковины есть капли от насморка. Прими душ и приляг. С неприятностями легче справиться, когда отдохнешь.

Эшли кивнула и пошла к комнате для гостей. На полпути она повернулась и посмотрела на Вики.

— Спасибо, что приняли меня.

— Всегда, солнышко, — ответила Вики, глядя ей вслед. Потом вышла в кухню, открыла банку газировки, отпила хороший глоток, и тут в боковую дверь вошла Алекс.

— Можешь мне с этим помочь?! — Алекс протиснулась в дверь и так бухнула на столешницу ноутбук, что он едва не развалился на две части. — Я все утро пахала над этой проклятой штукой, а теперь не могу ничего понять. Ни одна строчка не прибавляется. Ненавижу Эксель! Ненавижу!

— Разве этим не твоя секретарь занимается? — Вики открыла ноутбук и с удивлением обнаружила, что он еще цел.

— Она в декрете, — Алекс нетерпеливо забарабанила пальцами по столешнице. — Она выходит на следующей неделе, но я думала, что могу закончить это сама, чтобы поменьше на нее наваливать, когда она вернется.

— Ты сюда пришла или приехала? — Вики заметила, что Алекс не спросила, что машина Эшли делает возле дома.

— Пришла через дыру в заборе, как обычно, а что?

— Присядь, — Вики кивнула на табурет. — Я сейчас закончу, а потом хочу поговорить с тобой.

Алекс сделала, как ей было сказано, и принялась ждать, не очень терпеливо и все еще постукивая пальцами по столу.

— Ты сколько кофе уже наглоталась с утра? — Вики отодвинула ноут.

— Перестала считать после шестой чашки.

— Александра Мак-Кини, а ты знаешь, что тебе сказал доктор насчет употребления кофеина?

— Я знаю, что тебе сказал доктор насчет газировки, а вон она стоит, — Алекс ткнула пальцем в полупустую банку, которую Вики как раз подносила к губам.

— Туше[31], зараза, — Вики вылила остаток в раковину и повернулась к Алекс. — Так ты просто хотела прочесть мне лекцию насчет кофе или есть еще что-то? — Алекс заерзала на табурете.

— Эшли здесь, — Вики увидела, как глаза Алекс зажглись интересом, и она посмотрела в сторону гостиной. — У них с Эрикой сложный период, и она у нас пока поживет.

Алекс замерла и посмотрела на Вики.

— Вот тут и начинается настоящая лекция. «Держись от нее подальше. Свои руки и губы тоже держи от нее подальше». Вики, честно, я уже этого наслушалась. После всех предыдущих раз ты и правда думаешь, что это нужно повторять?

Вики облокотилась на стол и взяла Алекс за руку.

— Я видела, как ты на нее смотришь. И я знаю, что происходит в твоей голове, а еще я не хочу, чтобы кому-то из вас было больно. Она любит Эрику, это очевидно, а ты…

— Я не влюбилась в Эшли.

— Ты влюбилась в нее еще давным-давно, и я думаю, так никогда и не переставала любить.

Алекс отвела взгляд, и неожиданно мягко проговорила:

— Если бы я ее любила, я бы ей не изменяла.

Вики нежно погладила тыльную сторону ее ладони большим пальцем.

— Я думаю, я знаю тебя лучше, чем кто-либо другой. Правда?

Алекс кивнула и снова посмотрела в сторону.

— Я многое о тебе поняла после катастрофы, когда ты жила у нас в той же комнате, где сейчас Эшли, — Вики заметила, как едва заметно дрогнули пальцы Алекс, когда она произнесла имя Эшли. — Ты не та бессердечная женщина, которой хочешь казаться. Эшли слишком близко к тебе подобралась, ты перепугалась и вернулась к своим старым привычкам, чтобы ее оттолкнуть. Вот поэтому ты ей изменяла.

— Мне было двадцать шесть, а темперамент у меня был, как у подростка, — ухмыльнулась Алекс. — Вот поэтому я так и поступила.

— Врешь, — грустно улыбнулась Вики. — Не привязывайся к ней, Алекс, или на этот раз уже она разобьет тебе сердце.

— Я рассмотрю ваше предложение, советник, — Алекс высвободила руку и взяла ноутбук. — Ты его починила?

Вики кивнула.

— Все прибавляется, как надо. Могу показать тебе, как это делается, это легко.

— Но тогда у меня не будет никаких причин, чтобы врываться сюда без приглашения воскресным утром, — Алекс потянулась через стол и поцеловала Вики в щеку. — Люблю тебя.

Она распахнула дверь и обернулась на пороге:

— Она в порядке?

— Будет в порядке. Им просто нужно время, чтобы успокоиться.

— Надеюсь, у них все получится, — Алекс закрыла за собой дверь.

— Врешь, — пробормотала Вики себе под нос и стала смотреть, как Алекс идет через двор. Она мысленно вернулась в ту ночь, когда Алекс, накачанная обезболивающими, призналась ей, как горько сожалеет о том, что произошло с Эшли. Она себя так и не простила, и сомневалась, что когда-либо простит. Вся эта ситуация несомненно закончится разбитым сердцем. «Интересно только, — подумалось Вики, — чье на этот раз оно будет?»

Прошло два дня, но ни Эшли, ни Эрика не удосужились друг другу позвонить. Вики заметила, что Эшли постоянно держит телефон при себе и периодически на него поглядывает. Становилось ясно, что обе вредины уперлись и ждут, пока другая сделает первый шаг. Вики с Шанталь заключили тайное пари на предмет, кто же сдастся и позвонит первой. Они все еще пребывали в ожидании.

Алекс не показывалась с того самого утра, когда приносила ноутбук. Это было на нее совершенно непохоже, и Вики думала об этом, пока готовила для группы ужин. Может быть, она приняла ее совет всерьез, и соблюдала дистанцию?

— Я пришла, роллы и десерт принесла, — Жаклин вошла в кухню и плюхнула на стол перед Вики чизкейк.

— Ммм, — протянула Вики.

— Это «черепаха», я сама ее сделала.

— Ты сама сделала? — удивленно спросила Вики.

— Сама-сама, — вошедшая Линдсей поцеловала Вики в щеку. — Это уже третий на этой неделе. Она в ударе.

— Ах, ты сексуальная штучка, — сказала Жаклин, когда в кухню вошла Эшли и обняла ее. — Твоя задница так классно смотрелась в этих штанах на сцене. Я аккорд пропустила, когда тебя увидела. Ты заметила?

Эшли рассмеялась и обняла ее еще крепче.

— А что мы будем кушать, и когда мы будем кушать? — Линдсей открыла дверцу духовки и заглянула внутрь. — О, куриная запеканочка, моя любимая.

— Знаешь, она быстрее приготовится вот так, — Вики захлопнула дверцу, оставив Жаклин принюхиваться.

— Ну привет, привет, секси, — сказала Линдсей входящей в кухню Алекс, — а кто твоя подружка? — Линдсей подошла к блондинке, стоявшей за Алекс и протянула руку.

— Народ, это Лиза, — Алекс старалась не встретиться взглядом с Эшли.

Лизутепло поприветствовали все, включая Эшли, которая, как заметила Вики, старалась показать, что ее не задевает присутствие новенькой. Алекс прошла дальше в комнату и принялась обнимать своих друзей. Всех она целовала в щеку, но с Эшли ограничилась коротким объятием и отошла.

— Лиза, что тебе принести попить? — спросила Эшли. — Я думаю, у Вики есть почти все, чего душа пожелает.

— Водички было бы замечательно, и спасибо.

Эшли улыбнулась, передавая ей бутылку.

— Алекс, а ты что пьешь?

— Я бы выпила вот это, — Алекс показала на бокал красного вина в руках у Жаклин.

— Держи, — Вики налила ей бокал каберне.

— У нас же курица. Ты должна пить белое, — запротестовала Линдсей.

— Сама пей белое, а яхочу красненького, — Жаклин фыркнула, когда Линдсей закатила глаза.

Вики заглянула в духовку, проверила запеканку и посмотрела на часы.

— Я думаю, все как раз будет готово, пока Дрю и Кейтлин сюда доберутся.

Вики заметила, что Эшли стало явно не по себе, когда она упомянула их имена.

— Ты уверена, что все нормально, если они приедут? — спросила Вики, когда остальные разбрелись по гостиной.

Эшли отхлебнула воды и прокашлялась.

— Я их дождаться не могу, просто немного странно будет видеть их без Эрики.

И тут же, словно по волшебству, они услышали как Шанталь здоровается с прибывшей парочкой, входящей в дверь. Эшли развернуться не успела, а Дрю уже обняла ее за шею и прижала к себе.

— Привет, любимая, — прошептала она ей наухо. — Ну ты как тут, в порядке?

Эшли кивнула.

— Я только что говорила Вики, что скучаю по тебе.

— Мы по тебе тоже скучаем, — Кейтлин быстро обняла Эшли.

В кухне завязалось сразу несколько разговоров, и Эшли воспользовалась моментом и вывела Дрю на улицу. Дверь за ними еще не успела закрыться, а она уже спрашивала об Эрике.

— Она выглядит примерно как и ты, — ответила Дрю. — Потерянная, страдающая и вообще несчастная.

— Я рада, что у нее есть вы с Кейтлин, ей сейчас нужна ваша поддержка.

— Ты поэтому и пришла к Вики, а не к нам?

— И да, и нет. Я знала, что вы понадобитесь ей обе, а еще я понимала, что не выдержу, если останусь так близко. Я не смогла бы видеть, как она каждый день проезжает мимо, когда едет на работу.

— А у тебя что с работой?

— Взяла отпуск, — Эшли подошла к бассейну. — У меня еще несколько дней оставалось, но завтра мне нужно выходить.

— Отсюда долго придется добираться, — Дрю подошла к Эшли поближе.

— Как раз будет время подумать.

— Ты придешь на ланч, как обычно?

— Да… наверное.

— Боишься нарваться на Эрику?

— Да, но ты же знаешь, что этого не будет. Она никогда не приходит домой на ланч… разве что ее привычки изменились? — Эшли посмотрела на Дрю, ища подтверждения.

— Нет, ее привычки не изменились. Работает с утра до ночи, возвращается поздно.

— А что она говорит Кейтлин? — Эшли наклонилась и коснулась пальцами воды в бассейне.

— Ты это точно хочешь знать? — но Дрю не стала дожидаться ответа. — Она говорит, что ты ищещь повод, чтобы разорвать надоевшие тебе отношения.

Эшли выпрямилась так резко, что у нее перед глазами все поплыло.

— Она правда так сказала?!

— Она злится, потому что так справляется со своей болью. Когда она остынет, то придет в чувство, — Дрю обняла Эшли за талию.

— Гадости она говорит. Если я что-то и умею по-настоящему, то это уходить. И если бы я взаправду хотела закончить наши отношения, то я бы уже ушла.

— И ты бы так не страдала, как сейчас, — Дрю притянула ее к себе.

— Мне правда больно, Дрю, — Эшли склонила голову ей на плечо. — Мне ее так не хватает. Я чувствую себя… неполной. Но в тоже время я на нее ужасно злюсь. Она что, собиралась любить меня только до тех пор, пока я делаю все, как она хочет? Разве это так много — позволить мне увлечься чем-то вне дома?

— Да тут дело не только в увлечении. Ее пугают перемены, а еще ее пугает вон то сексуальное созданье, которое сидит на диване прямо за нами и пожирает тебя глазами сквозь оконное стекло.

Эшли небрежно глянула в окно гостиной и увидела, как Алекс отводит взгляд.

— Чем больше ты общаешься с группой, тем ближе ты становишься с ней.

— Мы с ней сейчас просто друзья, как это и было до того, как мы зашли с ней туда, куда не надо было заходить. Так что Алекс для Эрики не угроза.

— Ты это говоришь, Эш, но я видела, как Алекс на тебя смотрит. И Кейтлин это заметила, и уж будь уверена, что Эрика тоже.

— Да без разницы, как там Алекс на меня смотрит. Важно, как я на нее смотрю. Я много раз повторяла Эрике, что я в Алекс не заинтересована.

— Ты это говоришь, но иногда в твоих глазах проскальзывает что-то такое… Ты смотришь на Алекс совсем не так, как на любую другую женщину. Что-то между вами есть. Когда ты видишь ее, ты же вспоминаешь, как все было, когда у вас все было хорошо?

Эшли отвернулась, посмотрела на искрящуюся в бассейне воду и прикрыла глаза. Она помнила. Она помнила, как Алекс касалась ее, помнила это ощущение. Когда Алекс сдавалась на ее милость, это было как приручить дикого зверя, которого никто больше не мог контролировать. В то же время Алекс отдавалась ей полностью, и Эшли знала, что никто не подобрался к ней так близко, как смогла она.

— Да, у меня есть воспоминания о ней, и я иногда обнаруживаю, что погружаюсь в них. А когда я ее вижу, я вспоминаю все заново. Разве у тебя не так?

Дрю негромко рассмеялась.

— Все мои бывшие теперь просто друзья, как большая муравьиная семья, от которой мне не избавиться. Они все просто есть; и нет, ни на одну из них я не смотрю и не погружаюсьв прошлое. Но может быть, если бы я их годами не видела, — Дрю передернула плечами, — может быть, я бы и вспоминала о былых временах.

— Значит ли это, что ты бы захотела возродить прежние чувства?

— Ты права, Эш, и я принимаю то, что ты говоришь, без вопросов, но между вами двумя есть сексуальное напряжение. Его просто пощупать можно.

— Я никогда не изменяла Эрике. Никогда не хотела, и этот раз — не исключение. Даже сейчас, со всем, что между нами произошло, у меня нет ни малейшего желания бросаться кому-нибудь на шею, включая Алекс Мак-Кини.

— Хорошо-хорошо, я просто хотела убедиться.

— Вики машет, чтобы мы шли в дом, — Эшли приобняла Дрю за плечи, и они пошли к двери.

— Ты знаешь, что мы с Кейтлин всегда поддержим Эрику, но я и с тобой тоже, не забывай об этом.

— Я знаю, — Эшли сжала плечи Дрю. — А я всегда с тобой и за тебя.

Эшли взялась за дверную ручку, но Дрю накрыла ее руку своей.

— Правда?

— Конечно.

— Если тебе станет совсем невыносимо… пожалуйста, не убегай прочь. Беги ко мне, ладно? — Дрю посмотрела Эшли в глаза.

— Обещаю.

Так здорово было наконец повидать Дрю и Кейтлин, но отсутствие Эрики отравило для Эшли весь вечер. Добродушный шутливый разговор за столом не умолкал, и моментами отвлекал Эшли от пустоты, которая поселилась у нее внутри. Она подумала, а не будет ли Эрика чувствовать себя преданной из-за того, что Дрю с Кейтлин навестили ее.

А потом еще Алекс… Каждый раз, смотря в ее сторону, Эшли натыкалась на ее взгляд. В свете недавнего разговора с Дрю это заставляло ее нервничать. Но ведь Алекс пришла с девушкой. Разве это не то же самое, что громко объявить, что она в Эшли не заинтересована? Эшли от души понадеялась, что так и есть, потому что с еще одной эмоциональной проблемой в своей жизни она была справляться не готова. Только не сейчас. А может быть, и никогда.

Глава 24

На следующее утро Эшли с колотящимся сердцем подъезжала к Сент-Франтисвиллю, родному городу Эрики, чье присутствие она стала ощущать сразу, едва пересекла городскую черту. Она знала, какой дорогой Эрика и Кейтлин ездят на работу, но все равно оглядывалась в поисках знакомого серебристого внедорожника, испытывая при этом смешанные чувства.

Сначала она никак не могла сосредоточиться на работе, но постепенно погрузилась в нее и на время забыла, что Эрика всего в нескольких милях от нее. Когда пришло время ланча, она проделала знакомый путь пешком, оставив машину рядом с офисом. Прохладный воздух остудил ее голову, но ее ладони, засунутые в карманы брюк, вспотели. Дрю уже стояла на пороге, скрестив руки на груди, и, едва Эшли показалась из-за угла, рванулась к ней.

— Я тебя не обманывала, — нервно сказала она. — Она никогда не приезжает домой на ланч.

Эшли посмотрела по направлению к своему дому и увидела багажник машины Эрики, высовывающийся из-под навеса.

— Ты говорила Кейтлин, что я сегодня приду?

— Да, но она клянется, что ни словечком не обмолвилась Эрике. Она не хочет, чтобы она знала, что мы с тобой вчера виделись за ужином. Я позвонила Кейтлин, когда Эрика подъехала, она даже не знала, что та уехала с работы, — Дрю нахмурилась. — Я не пытаюсь, чтоб тебе стало еще хуже, но она сама не своя последнее время. Она постоянно хочет быть одна.

Эшли прошла вслед за Дрю в дом и тяжело бухнулась на стул. Ее аппетит пропал. Она замотала головой, когда Дрю спросила, налить ли ей овощного супа, который она приготовила этим утром. Дрю села за стол с ней рядом.

— У тебя лицо и шея покраснели.

— Она мне так и не позвонила. Я думаю, она все еще в стадии гнева, — хлестко сказала Эшли.

— А как ты узнаешь, что она пришла в разум, если ты ей не позвонишь? — Дрю вскинула голову и улыбнулась. — Когда вы обе уже придете в разум?

Эшли потерла свою покрасневшую шею.

— Да я с самого начала была весьма разумной.

Дрю закатила глаза.

— Кто-то из вас должен уступить.

— Я к этому не готова, и ясно видно, что она тоже.

— Пойди к ней сейчас и поговори с ней, Эш.

Эшли встала и взяла свою сумочку.

— Я возвращаюсь на работу!

— Эй! — Дрю вскочила на ноги, — отлично, если ты не хочешь с ней разговаривать, то и не нужно, но не уходи от меня!

Эшли соскользнула обратно на стул.

— Извини. Меня немножко занесло.

Дрю подошла к плите и, не обращая внимания на протесты Эшли, налила ей миску супа.

— Поешь. Мне надоело видеть, как вы обе морите себя голодом. Ты выглядишь похудевшей, а Эрика определенно сбросила вес. Тошно на вас смотреть, — с отвращением сказала Дрю, — я могу неделю маковой росинки в рот не брать, а все равно не скину ни одного несчастного фунта.

— Эрика не ест? — спросила Эшли, прежде чем зачерпнуть суп.

— Я давеча заставила ее поужинать, но не думаю, что она сильно объедается, когда она одна.

— Кладовка забита припасами. Я как раз накупила всякой всячины перед тем, как… ушла.

Дрю хлопнула рукой по столу.

— Она не ест по той же самой причине, по которой ты вчера вечером сидела и гоняла свою еду по тарелке! Ей не хочется! У нее сердце разбито, так же, как и у тебя, — Дрю вскинула руку, не давая Эшли сказать ни слова, — я знаю, что еще и недели не прошло, но когда вы обе возьметесь за ум?

Эшли ушла от Дрю, расстроенная тем, что не может с ней договориться, впрочем, как и с Эрикой. Она знала, что Дрю хочет, чтобы они во всем разобрались и помирились, но неустанное подталкивание не могло ускорить процесс. Прежде чем свернуть за угол, Эшли бросила взгляд назад, на дом, где все еще была припаркована машина Эрики. Лучше бы она не ела. Она испытывала столько противоречивых чувств, что ее едва не тошнило. Поразительно, как можно так сильно сердиться на единственную женщину, которую она искренне любила. Может быть, поэтому ей так больно?

Эшли замедлила шаг, прикидывая, а не стоит ли развернуться и на самом деле пойти повидать Эрику. При одной только мысли об этом она почувствовала слабость в коленях. И что ей она скажет? Должна ли она спустить все на тормозах и позволить их жизни вернуться в нормальное русло, как и хотела Эрика? Может ли она так поступить и снова быть счастливой? Эшли посмотрела на часы и поняла, что времени нет. Она вернется на работу и может быть, позвонит Эрике позже.

Время в офисе просто летело, заполненное кучей пациентов, жаловавшихся преимущественно на простуду. Когда последний пациент вышел из клиники, Эшли глянула на часы, и у нее внутри все затрепетало. Может, по дороге к машине она наберется храбрости, чтобы наконец позвонить? Но когда Эшли вышла наружу, она заметила, что на капоте ее машины стоит сумка, и все ее ожидания рухнули. Эшли заглянула внутрь, и обнаружила там свою одежду и записку. «Я так подумала, тебе это понадобится».

— Ну и черт с тобой! — пробормотала она и забросила сумку на заднее сиденье. Решение было принято. Если Эрика захочет поговорить, то пусть сама и звонит, а когда позвонит, она узнает о себе много нового.

Когда Эшли приехала к Вики и Шанталь, то обнаружила еще одну записку, гласившую, что их не будет до позднего вечера, и что ужин в духовке. Испытав облегчение от того, что ей не придется ни с кем видеться, Эшли переоделась в джинсы с футболкой и вышла из дома в надежде что, свежий воздух поможет ей успокоиться. Когда это не сработало, она пошла в ангар.

— Привет, — сказала Алекс, когда она вошла. — Вот чего купила сегодня, — она подняла повыше новую гитару. — Еле дождалась, пока подключу ее к усилку и услышу, как она здесь звучит.

Удивление от встречи с Алекс нельзя было назвать неприятным.

— А этих тебе мало? — Эшли обвела рукой гитары, развешенные вдоль стен.

— Каждый раз, когда появляется что-то новенькое, я должна его заиметь, — Алекс взяла аккорд.

— Как ты думаешь, Шанталь не обидится, если я постучу по ее барабанам? — Эшли подошла к установке.

Алекс замотала головой.

— Ты же знаешь, она и ухом не поведет.

— Давай сыграем что-нибудь быстрое, чтоб я повыбивала всю пыль из этих штук к чертовой матери! — Эшли уселась за барабаны и взяла палочки.

Алекс отвлеклась от гитары и подняла взгляд на Эшли.

— Что, неудачный день?

— Давай сыграем «Голова как дыра», это Nine Inch Nails[32], знаешь?

— Ох, очень, очень неудачный день, — улыбнулась Алекс. — Я- то ее знаю, а ты?

— Я подберу. Сыграй, а я послушаю.

Алекс перешла за компьютер, включила песню и стала ей подыгрывать.

— Поняла, — сказала Эшли, когда песня закончилась, — давай еще раз, Алекс.

Алекс повиновалась, и сначала Эшли сбивалась с ритма, но на припеве исправилась.

— Знаешь что-нибудь из Godsmack? — спросила Алекс, когда они закончили.

— Знаю. Как насчет «Пофиг»? Я просто ее чувствую!

— Отличная песня для гитары, — ухмыльнулась Алекс. — Мне ее сначала самой сыграть?

— Я подхвачу, давай, поехали, — Эшли слизнула капли пота, скатившиеся ей на губу.

В этой песне Алекс дала новой гитаре зазвучать на полную, и Эшли физически ощущала гитарные риффы так же, как и звук ударных. Она смотрела, как Алекс играет — такая сосредоточенная, такая устремленная. Как бы там ни было, Эшли знала, что Алекс полностью понимает, каково это — выражать себя в музыке. Они сыграли все жесткие тяжелые песни, какие только смогли припомнить, и под конец просто обливались потом.

— Ну что, теперь ты готова поговорить? — спросила Алекс, когда они вышли на прохладный вечерний воздух.

Эшли помотала головой.

— Я уже сказала, что хотела. Надоело слышать собственное нытье. Расскажи мне о себе, — Эшли плюхнулась на одно из садовых кресел во внутреннем дворике.

Алекс присела рядом.

— Что ты хочешь узнать?

Первая мысль была спросить о Лизе, но Эшли решила, что это будет неправильная тема для разговора.

— Кроме музыки ты чем теперь увлекаешься?

— Садоводством.

Эшли бросила ей недоверчивый взгляд.

— Правда?!

— Мне нравится выращивать растения. Помидоры из вчерашнего салата выросли в моей теплице. Я круглый год снабжаю Вики и Шанталь свежими овощами.

— Ты это серьезно говоришь или издеваешься? — рассмеялась Эшли.

— Да, я серьезно, Эш. Я ведь тоже выросла, — Алекс возвела очи к небесам, показывая, как она выросла. — А ты чем увлекаешься?

— Садоводством, и я не шучу, — быстро сказала Эшли, когда Алекс скорчила рожу. — Хотя и не овощами. Мне нравятся цветы. В этом сезоне у меня во дворе растут практически все виды гибискусов.

— У нас с тобой всегда было много общего, правда? — Алекс отвела взгляд.

— Скажи, а ты до сих пор смотришь «Остров Гиллигана»[33]?

Алекс огляделась по сторонам.

— Никогда не произноси этого вслух, мне же нужно поддерживать репутацию! И да, у меня дома есть все серии на ДВД.

— О, Мери Энн, — вздохнула Эшли.

— О, Джинджер, — передразнила ее Алекс.

— Так что, тебе теперь нравится быть взрослой?

— О да. Я сама в ответе за собственную жизнь, и мне это нравится, хотя мама до сих пор пытается мною командовать. Каждые пару месяцев мы устраиваем скандал, а потом все устаканивается. Я теперь к этому так привыкла, что даже поджидаю с нетерпением, — с улыбкой сказала Алекс.

— А ты собираешься когда-нибудь угомониться и разделить свой дом и свою жизнь с кем-то? — Эшли внутренне передернуло. Эти слова промелькнули в ее голове и сорвались с губ прежде, чем она поняла, что происходит.

Алекс откинулась назад, приподняла волосы с шеи и вздохнула, когда прохладный воздух коснулся разгоряченной кожи.

— Сомневаюсь. Некоторые люди просто не предназначены для отношений, и я одна из них, как тебе хорошо известно. Когда я встречаю женщину, и она мне нравится, я веду себя честно и открыто. У нее нет никаких иллюзий. То, что у нас будет, будет временным.

— Неужели ты никогда не встречала ту единственную, которую не захотела бы отпустить?

— Однажды, — Алекс отвернулась от Эшли. — Однажды встретила, и все-таки позволила ей уйти. Возможно, это лучшее, что я когда-либо могла для нее сделать.

— И ты счастлива, живя такой жизнью?

— Да. — Алекс повернулась и посмотрела на нее. — Я только так и умею, и мне это подходит.

Теперь отвернулась Эшли.

— Может быть, ты умнее нас всех.

— Мы с тобой разного покроя, Эш. Ты хочешь отдавать себя целиком и полностью. В этом нет ничего неправильного.

Эшли кивнула, и почувствовала, как ее глаза жгут слезы.

— Я поступала совсем не так. Я не была честной с Эрикой. Я никогда не рассказывала ей о своем прошлом, и теперь это встало между нами.

— Ты самая славная женщина из всех, кого я когда-либо встречала. И Эрика это тоже знает. Ты можешь видеть это в ее глазах, когда она смотрит на тебя. Это у вас просто временные трудности.

— Все продолжают твердить мне это на разные лады, но я уже ни в чем не уверена. Я чувствую, будто между нами возникла стена, и с каждым днем она становится все толще. Я знаю, что должна поговорить с Эрикой, но какая-то часть меня совсем этого не хочет.

— Я не тот человек, чтобы давать советы в смысле отношений, — улыбнулась Алекс. — Я не знаю, что тебе сказать.

Эшли повернулась и посмотрела на Алекс.

— А ты делаешь как раз то, что мне нужно — ты просто слушаешь.

— О, это я могу, и буду делать всегда, как только тебе понадобится.

— Вот вы где! — сказала Шанталь, входя во дворик вместе с Вики. — Эшли, мы бы взяли тебя с собой, если бы ты вернулась вовремя. Мы ездили в бар, посмотреть на новую звуковую аппаратуру, которую Линдсей и Жаклин… — слова Шанталь замерли, когда она оглядела растрепанных и потных Эшли с Алекс. — Вы тут чем занимались, а? — напрямик спросила она.

Вики склонила голову набок и уставилась на Алекс, всем своим видом требуя ответа.

— Я обкатала свою новую гитару на песнях Godsmack, а Эшли порвала в клочья твои барабаны, — ухмыльнулась Алекс.

Эшли пожала плечами.

— У нас тут был собственный концерт, и вы его пропустили.

Шанталь облегченно выдохнула.

— Я рада, что вы двое поддерживаете форму. Линдсей сказала, что получила кучу звонков — люди спрашивают, когда мы собираемся играть снова. О возвращении Эшли стало известно, и вполне возможно, что теперь им придется продавать билеты на наши выступления, чтобы держать под контролем толпу.

— Да ты шутишь! — взгляд Эшли заметался между Вики и Шанталь.

— Неа, ни капельки, — с усмешкой ответила Вики. — Нам нужно дать им знать, если мы хотим выступить на следующих выходных, чтобы они могли сделать объявление. Вы обе участвуете?

— Ты знаешь, что я — да, — Алекс посмотрела на Эшли.

— На меня тоже можете рассчитывать, — Эшли почувствовала, как от волнения ее пробирает дрожь.

Шанталь развернулась на одной ноге и рванула к дому.

— Я сейчас же позвоню Линдсей и предупрежу ее! — крикнула она, не оборачиваясь.

— Стало быть, вы тут устроили джем-сейшен[34], - Вики присела. — И что вы играли?

— Злобный рок! Мы высвобождали нашу агрессию, — ухмыльнулась Эшли.

— Она вымотала меня, как собаку, — Алекс глянула на Эшли. — Продолжала и продолжала, пока я не выбилась из сил.

— Ох, Алекс, ну я и не знаю. Я думаю, ты вполне соответствовала моему пылу и жару.

— Ты меня загоняла до седьмого пота. Я так не урабатывалась уже давно.

Вики покачала головой и вздохнула.

— Да вы обе просто стервы.

— А ты зараза. Ты же подумала, что мы тут у тебя на заднем дворе сексом занимались. Это у тебя прямо на лице было написано, когда ты вошла сюда, — сказала Алекс.

— А ты бы на моем месте что подумала? У тебя все волосы растрепаны и еще влажные, и вы обе выглядите так, будто наслаждаетесь остаточными ощущениями, — рассмеялась Вики.

Алекс встала и потянулась.

— Эшли у нас хорошая девочка, а я над этим работаю, так что тебе не очем волноваться, мама-наседка. А теперь я пойду домой, приму душ и залягу на диване, как ленивец, — Алекс наклонилась и поцеловала в щеку Эшли, а потом и Вики. — Доброй ночи, леди.

Эшли проводила взглядом исчезнувшую в темноте Алекс.

— А ты права, Вики, она сильно изменилась.

— Она всегда была доброй, просто теперь она позволяет нам это видеть. Ты нервничаешь из-за будущего выступления? — Вики сжала плечо Эшли. — Люди хотят тебя видеть.

— Нервничаю и удивляюсь. Я думала, никто меня и не вспомнит, когда выходила на сцену в тот вечер. А когда услышала аплодисменты, то чуть не расплакалась.

— А я и расплакалась, — усмехнулась Вики. — Очень хорошо, что мне не нужно было подпевать на первых двух песнях.

— Вики, спасибо тебе. Спасибо, что сподвигла меня на все это, и что не дала мне развалиться. Вы все меня так поддерживали и поддерживаете…

— Мы рады, что ты вернулась. Мы же были как одна семья, не совсем правильная, но уж какая была. И когда ты ушла, осталась пустота, которую никто не мог заполнить. А теперь все встало на свои места, и я надеюсь, что у вас с Эрикой тоже все наладится.

— Я не хочу заканчивать такой хороший вечер разговорами о ней, так что, наверное, пойду я в душ, а потом спать, — проговорила Эшли, поднимаясь на ноги.

Вики тоже встала и взяла ее под руку.

— У нас куча материала, который нужно освоить за будущую неделю. Ты уверена, что справишься?

— Со мной все замечательно. Это будет даже хорошо — сосредоточиться на чем-то другом.

— Спокойной ночи, солнышко, — Вики поцеловала Эшли в щеку и отправила спать.

Эшли приняла душ и высушила волосы. Она улеглась в кровать, поставила телефон заряжаться, и тут заметила пару смсок. Сердце замерло у нее в груди, когда она увидела имя Эрики.

Это не потому, что я такая стерва. Я просто подумала, что тебе понадобится больше одежды.

Следующее сообщение было таким:

Я знаю, что тебе нужно время. Мне тоже.

Эшли перечитала последнее смс дважды и выключила свет, все еще не понимая, что оно означает. Впрочем, начало было положено, Эрика открыла линию связи. Ответ Эшли был кратким, но, как она думала, милым:

Не спеши, сколько бы времени тебе ни понадобилось. Я подожду, пока ты будешь готова.

Сон пришел к ней быстро, впервые с тех пор, как она оставила свой дом.

Глава 25

Эшли проводила свои дни, работая в Сент-Франтисвилле, а вечера — в ангаре, осваивая новые песни и оттачивая вокальное мастерство на старом материале. Репетиции занимали ее голову и облегчали боль разлуки, но когда она каждый вечер ложилась в пустую кровать, боль возвращалась. В ранние часы, когда она беспокойно ворочалась, ей приходилось напоминать себе, что лежа в постели с Эрикой она чувствовала себя точно так же одиноко из-за бездны, разделившей их. Но все-таки тогда Эрика была рядом, и Эшли хотя бы могла по крайней мере почувствовать тепло ее тела и знакомый запах ее кожи.

Субботнее утро застало Эшли одну. Вики и Шанталь оставили ей по записке. Вики написала, что поехала по делам, а заодно закупить продуктов и придавила записку зерновым батончиком. Записка Шанталь, которую она несомненно написала после Вики, торчала из-под тарелки, на которой красовался пончик с джемом. Записка гласила: Вики все равно не разрешила бы мне его съесть. Но должен же хоть кто-то получить удовольствие.

Вооружившись стаканом молока, Эшли и вправду насладилась куском жирного жареного теста, наполненного малиновым джемом, а на десерт она съела зерновой батончик. Она ощущала себя на удивление голодной. Может быть, батончик в сочетании с сахаром на завтрак придаст ее телу необходимый заряд бодрости? Допив молоко, она задумалась, как ей провести день. Если бы она была дома, она бы… Эшли силой заставила себя отвлечься и не закончить эту мысль. Вместо этого она встала и вышла.

Прохладное утро взбодрило ее, и она зашагала мимо хорошо подстриженных газонов. Казалось, что хозяева домов соревнуются, пытаясь превзойти друг друга в разнообразии цветов и великолепно выглядевших живых изгородей. Эшли прошла квартал и узнала машину Алекс, стоявшую у весьма ухоженного дома.

— Так вот это где, — сказала она вслух, оглядывая безупречно подстриженную изгородь и задумавшись, а как обустроен дом внутри.

— Ты меня нашла, — улыбнулась подошедшая Алекс. Ее волосы удерживала бейсболка, по лицу градом стекал пот и капал на влажную футболку, прилипшую к телу.

— Мне бы тоже стоило пробежаться, — неловко сказала Эшли, чувствуя смущение от того, что Алекс застала ее перед собственным домом. — Шанталь оставила мне пончик, и я пытаюсь побороть его с помощью прогулки.

— Это я виновата, — улыбнулась Алекс и вытерла лицо рукавом. — Сосед угостил меня этими пончиками сегодня утром, а я отнесла их Шанталь. Я съела только один, а Вики застукала Шанталь, когда она доедала второй. Вообще-то предполагалось, что она должна была их выбросить.

Эшли улыбнулась ей в ответ.

— Так это из-за тебя мне пришлось предпринять двухмильную прогулку, чтобы просто сжечь калории от завтрака?

Эшли почувствовала себя неловко, когда Алекс оглядела ее с ног до головы.

— Ты ни капельки не вспотела. Лучше прибавь еще пару миль к своей прогулке, если собираешься полностью победить пончик с вареньем.

— Вообще-то, я только начала, — Эшли кивнула в сторону дома. — Милое местечко. У тебя красивый двор.

Тень гордости промелькнула на лице Алекс.

— Мне пришлось постараться, пока я не научилась подстригать изгородь. В первый раз, когда я это сделала, соседи обхохотались над проплешинами. А траву я подстригла слишком сильно, и газон оказался лысым примерно в дюжине мест, — Алекс показала на дом напротив. — Так я познакомилась с соседями. Они надо мной сжалились, и выдали мне кучу советов. Честно говоря, я думаю, они просто не могли смотреть на то безобразие, которое я наворотила.

— Так ты все это делаешь сама? — удивленно спросила Эшли.

— Угу. А те, кто специально нанимает газонокосильщиков — просто жулики, и они не вхожи в наше тайное общество. Я бы показала тебе наше секретное приветствие, но не хочу светиться на людях, — Алекс коснулась рукой поясницы Эшли. — Пойдем внутрь, я покажу тебе дом.

Эшли вздрогнула от прикосновения, но Алекс, если и заметила это, то виду не подала. Эшли позволила провести себя в дом и обнаружила, что внутри он так же безупречен, как и снаружи.

— Скажи мне, что ты пользуешься услугами уборщицы, — сказала Эшли, обозревая полированные поверхности в кухне. Кухонная техника выглядела новехонькой, будто ее только что установили.

— Я не готовлю, — ответила Алекс. — Единственная вещь, которую я здесь делаю, это кофе. А после этого нетрудно прибрать.

Эшли прошла через арку в большую гостиную. На блестящих поверхностях мебели не было ни пылинки. Все было на местах, вплоть до стратегически расположенных журналов на журнальном столике. Эшли подумалось, а сидела ли Алекс когда-нибудь на диване, до того идеально на нем были выложены подушки.

— Да, ко мне действительно приходят уборщицы, — улыбнулась Алекс. — Они были здесь вчера, и у меня просто еще не было шанса все раскидать.

Эшли подошла к каминной полке и стала рассматривать фотографии в рамках. Там были фото путешествий с Вики и Шанталь, несколько — с концертов группы в клубе Линдсей, но большинство представляли старые снимки группы, и на всех была Эшли.

— Моя спальня недоступна, — Алекс подошла и встала рядом с ней. — Там бардак.

Эшли почувствовала облегчение от того, что ее не поведут на экскурсию в столь примечательную комнату. В ее понятии спальня была личным пространством, чем-то очень интимным. Она не хотела видеть комнату, где Алекспринимала своих любовниц. Не хотела видеть кровать, где, она была более чем уверена, Алекс спит обнаженной. Само пребывание в этом доме всколыхнуло в ней что-то. Может быть, виной тому был запах. Весь дом, казалось, был наполнен ароматом Алекс, и даже запах пота не мог его скрыть.

Алекс рассказывала о поездке, в которой они побывали с Вики и Шанталь, но Эшли пристально смотрела на одну фотографию, где была снята вся группа, и постепенно голос Алекс стал отдаляться и затихать. Она помнила события той ночи так ясно, будто это было вчера. В тот вечер она по глупости призналась Алекс, что любит ее.

Выступление закончилось, и они уже шли в гримерку, когда Эшли почувствовала, как Алекс тянет ее за руку. Она позволила втащить себя в какую-то кладовку, и Алекс осыпала ее яростными поцелуями. Она почувствовала, как Алекс расстегивает ее штаны, стягивает их вниз и опускается на колени.

— Я вся потная, — проговорила Эшли и запустила пальцы в ее волосы.

— Ты все равно сладкая, — Алекс скользнула языком ей между ног. — Я весь вечер этого ждала.

Эшли тяжело прислонилась к стенеи вцепилась в металлическую полку одной рукой, а другой сжала влажные волосы Алекс. Всего несколько минут, и Алекс ее завела. Между ними это всегда происходило с такой легкостью. Алекс знала, где и как касаться ее, и ей не нужно было указывать. Она была той, кто научил Эшли, как отпустить себя и отдаться страсти. От ее прикосновений Эшли испытала свой первый в жизни оргазм, а теперь Алекс без усилий вела ее к еще одному.

Со стоном Эшли соскользнула по стенке и отстранилась от неутомимого языка Алекс.

— Я люблю тебя, — произнесла она, глядя Алекс в глаза. На долю секунды она увидела в них отблеск, говоривший, что Алекс испытывает те же чувства. Губы Алекс шевельнулись в попытке что-то сказать, а потом она отвернулась.

Эшли ощутила, что ее поднимают на ноги. Алекс быстренько ее поцеловала, снова встала на колени и помогла натянуть штаны.

— Нам пора. Скоро нас поведут в автобус.

Эшли склонила голову и сосредоточилась на застегивании ремня. Она не могла смотреть Алекс в глаза.

— Ты даже не знаешь, что ты для меня значишь, Эшли, — прошептала Алекс ей на ухо, а потом развернулась и вышла из комнаты.

— Думаю, я никогда и не узнаю. — Эшли привалилась к стене, глотая слезы и чувствуя себя невыразимо глупо.

— Эш? — голос Алекс вернул ее в реальность.

— Прости, я как-то отключилась на мгновение. Наверное, переела пончика, — со смущенной улыбкой ответила Эшли.

— Хочешь посмотреть, как я работаю руками?

— Ты… что?

— Идем, — Алекс взяла ее за руку и повела к задней двери.

Задний двор был разделен на две половины. В одной был устроен зимний сад, а на другой были разбиты грядки, ожидающие посадки. За ними располагалась теплица. Алекс выпустила ее руку и открыла дверь. Эшли шагнула внутрь, и волна влажного теплого воздуха ударила ей в лицо.

— Здесь у меня круглый год лето, — с гордостью сказала Алекс. — У меня тут растут помидоры, огурцы и несколько кабачков, но с ними что-то не то, — Алекс потянула одну из шпалер и нахмурилась.

Аромат тех же самых духов, которыми Алекс всегда пользовалась, казалось, усилился от жары, и поток воспоминаний снова захлестнул Эшли, пока Алекс рассказывала о своих растениях.

— Ты всегда сверху, да? — Эшли толкнула Алекс на кровать.

— Я всего лишь хочу угодить, — усмехнулась Алекс.

— А что, если угодить хочу я? — Эшли пробежалась пальцами по её животу.

Алекс не проронила ни слова. Она смотрела, как пальцы Эшли спускаются ниже.

— Алекс, посмотри на меня, — Эшли улыбнулась, когда та сделала, как ей было велено. — Возьмись руками за изголовье и не шевелись, пока я не разрешу.

Губы Алекс дернулись, и на какой-то момент Эшли подумала, что она не послушается.

— Сделай, как я говорю. — Эшли увидела, как Алекс медленно подняла руки. — Смотри мне в глаза.

Эшли опиралась на локоть, чтобы поддерживать свой вес и не отрываться от взгляда Алекс, а другая ее рука медленно и невесомо порхала над ее кожей. Она прикусила губу, когда глаза Алекс на мгновение распахнулись — пальцы Эшли скользнули ей между ног.

— Я мечтала ласкать тебя так, когда ты касаешься меня.

Веки Алекс опустились, и она негромко застонала.

— Открой глаза, — Эшли коснулась губами уголка ее рта. Ее встретил взгляд настолько потемневших глаз, что они казались почти черными. Эшли и сама завелась от прерывистых вздохов Алекс. Ноги Алекс дернулись так, что кровать затряслась.

— Слишком быстро, — Эшли на мгновение отвела руку. Она услышала, как руки Алекс соскользнули с изголовья. — Держись, не отпускай.

Алекс снова сжала руки, и ее тело задрожало, когда Эшли вернулась к своему занятию. Ее глаза затуманились, веки потяжелели. Эшли наклонилась, поцеловала приоткрытые губы, а потом посмотрела на нее.

— А теперь закрой глаза, Алекс, и кончи для меня. — Эшли пробежалась поцелуями по ее щеке и зарылась лицом в волосы. Тело Алекс вздрогнуло еще раз, а звук, который она издала, наполнил Эшли изумлением и восхищением.

— Снова где-то летаешь?

— Наверное, меня в сон клонит, — задумчиво ответила Эшли. — Я не очень хорошо спала, и… еще здесь ужасно душно.

— Извини меня. Я начала болтать обо всей этой чепухеи увлеклась, — Алекс протиснулась мимо Эшли, открыла дверь и придержала ее.

Эшли охватило чувство вины, когда лицо Алекс в ее воображении заменилось лицом Эрики. Она почувствовала себя неверной и пристыженной.

— Ну, я, наверное, пойду домой, — Эшли отступила на несколько шагов. — Думаю, мне нужно вздремнуть.

— Хочешь, я тебя провожу? — Алекс выглядела немного растерянной.

— Нет, я сама доберусь.

— Ну тогда ладно. Тут есть короткий путь через свободный участок. Я целую тропу протоптала, ты увидишь. Она приведет тебя прямо к дыре в заборе Вики и Шанталь.

— Спасибо, тогда позже увидимся, — Эшли поспешила пройти сквозь калитку и чуть ли не побежала к тротуару. Пока она быстро шла вниз по улице и искала тропинку, в голове у нее прояснялось. «Никогда, никогда не оставайся с ней дома наедине!» — сама себя отругала Эшли. Как будто подтверждая ее слова, в кармане у нее завибрировал телефон. Она достала его и увидела, что от Эрики пришло сообщение.

«Можно я тебе позвоню?»

Эшли набрала номер и, услышав голос Эрики, произнесла:

— Можно, но я подумала, лучше я тебе позвоню.

Голос Эрики окончательно прогнал похотливое наваждение, которое принесли непрошеные воспоминания.

— Как ты поживаешь, ты в порядке?

— Нет, а ты? — ответила Эшли с глупой улыбкой.

— Теперь лучше, когда услышала твой голос.

Эшли склонила голову и прижалась лбом к забору, огораживавшему участок Вики и Шанталь. На ее глаза навернулись слезы. Ей хотелось закричать: «Я хочу домооой!»

— Я хотела спросить, не хочешь ли ты сходить со мной куда-нибудь в субботу вечером.

— Да… ой, нет, я не могу, — сказала Эшли, вспоминая свою прежнюю договоренность.

— У тебя свидание с другой? — игриво спросила Эрика, но в голосе ее прозвучали напряженные нотки.

— Я обещала, у меня в субботу выступление. А как насчет пятницы?

— Пятница мне не подходит. У нас в пятницу корпоратив.

Несколько секунд они молчали.

— Ну вот, опять начинается, — негромко пробормотала Эрика.

— Что ты хочешь этим сказать? — подавленно спросила Эшли.

— Да ничего особенного. Я так понимаю, у нас обеих есть другие обязательства. Я позвоню тебе на следующей неделе. Может быть, тогда у нас будет время. Пока.

А чего Эрика от нее ожидала? Теперь Эшли больше не могла отменять свои планы, равно как и Эрика. И все равно в ее тоне прозвучало: «твоя новая жизнь вмешивается в мои планы». За один телефонный звонок они умудрились почти помириться и тут же вернулись к тому, с чего начали. Эта мысль горела у Эшли в голове, пока она пробиралась сквозь дыру в заборе.

Глава 26

— Ты ей так и не позвонила, — Кейтлин встала в дверях кабинета Эрики.

Эрика раздраженно отодвинула пачку распечаток на угол стола.

— А у нее другие планы!

Кейтлин вошла и села на свое обычное место.

— И чем же она занята?

— Концертом она занята, выступать им нужно! — саркастически заявила Эрика.

— Ты знаешь, вы обе одновременно и правы, и не правы. Вам двоим нужно научиться договариваться, а ты думаешь, что после пяти лет совместной жизни это уже пройденный этап.

— А ты не думаешь, что если бы наши отношения были для нее достаточно важны, она могла бы разок и не поскакать по сцене? На один-то вечер!

Кейтлин с усилием провела ладонями по лицу.

— Я беру свои слова назад. Ты, Эрика, так чертовски неправа, что это даже смешно. А ты могла пригласить ее в пятницу вместо субботы? Нет, потому что у тебя в пятницу банкет. Не только у тебя может быть жизнь вне ваших отношений.

— Это работа, Кейтлин.

— Вечная работа! — Кейтлин вскочила на ноги. — И она понимала и принимала это! Теперь у Эш появилось увлечение, то, чем она хочет заниматься, а ты уперлась и отказываешься сдвинуться с места!

— Ой, иди уже отсюда! И у тебя, и у меня еще куча работы!

Кейтлин рванулась к двери, но потом вернулась и склонилась над столом Эрики так, что они оказались нос к носу.

— Ты прячешься за своей работой, и ты упрямая, как баран. Но теперь рядом с ней есть та, кто ее понимает. И как долго ты собираешься подталкивать Эшли в ее объятия, прежде чем пожалеешь об этом?

— Уйди, — проговорила Эрика низким и холодным голосом. — И дверь закрой.

Кейтлин выпрямилась, мгновение рассерженно смотрела на нее, а потом вышла и закрыла за собой дверь.

Эрика откинулась в кресле и уставилась в потолок. Она знала, что вела себя эгоистично, знала, но когда на нее давили, она ни за что не могла уступить. Ей и так было больно, и самозащита была единственным, что у нее осталось.

Эрика отменила регулярное совещание с начальниками подразделений и спряталась за закрытой дверью своего кабинета. Она глядела на растущий список дел, и не могла найти в себе сил, чтобы сосредоточиться на решении даже самой простой задачи. Она сидела, уставившись на экран компьютера, когда услышала, что дверь кабинета отворилась.

— А почему у тебя дверь заперта? — спросил Боб Бэррет, входя в комнату без приглашения.

— Мне нужно было сосредоточиться, — оборонительным тоном ответила Эрика.

Он посмотрел на нее долгим пристальным взглядом, и Эрике пришлось взять себя в руки, чтобы не заерзать перед ним.

— Нам нужно провести совещание, — сказал он таким тоном, что Эрика поняла — лучше с ним не спорить.

— Когда, и кто должен присутствовать? — Эрика взяла карандаш и приготовилась записывать.

— Сейчас, только ты и я, одни. Собирай вещи, — он повернулся и вышел из кабинета.

Эрика взяла блокнот, карандаш и вышла вслед за ним в коридор, раздосадованная вторжением. Он же оставил компанию в ее руках, зачем он сейчас вмешивается?

Боб обменялся любезностями с несколькими сотрудниками пока они шли по коридору. Эрика заметила, что они идут совсем не в ту сторону, где был зал совещаний. Когда он толкнул дверь, ведущую на улицу, Эрика заслонила глаза блокнотом от яркого солнца. Она беспрекословно шла за ним до тех самых пор, пока он не подошел к своему пикапу и не открыл пассажирскую дверь.

— Куда мы едем? Я не оставила никаких распоряжений, чтобы уходить из офиса.

— Я об этом позаботился, — Боб не очень терпеливо махнул ей, чтобы она садилась в машину.

— Папа, у меня куча работы накопилась, — сказала Эрика, когда он уселся за руль.

— Куча работы будет всегда. Это суть бизнеса.

— Куда мы едем? — с растущей тревогой снова спросила Эрика.

— Белл Ривер.

— Папа, нет! Я не могу уехать так далеко! Будет уже полночь, когда мы вернемся!

— А ты взяла выходной, — резко ответил Боб. — Черт, да тебе, наверное, неплохо было бы взять неделю отпуска. Продолжай спорить со мной, и я тебе это устрою.

Эрика прищурилась и уставилась на его профиль. Его лицо было таким же каменным, как и ее.

— Тебе Кейтлин сказала?

— Нет, но должна была. Я с ней сам провел беседу, когда увидел твою запертую дверь.

Эрика обмякла на сиденье и сжала виски.

— Значит, ты все знаешь.

— Ты должна была сама мне сказать.

— Это не то, о чем я хочу кричать во всеуслышание.

— Рассказать мне или маме о том, что происходит в твоей жизни — это не значит «кричать во всеуслышание». Ты могла бы позвонить и сказать, что тебе нужно время, чтобы уладить дела. Я бы тебя подменил.

— Мне нужно работать. Мне нужно отвлекаться, — проговорила Эрика сквозь комок в горле. Последний раз, когда отец видел ее плачущей, ей было десять лет. Она осознала тогда, что он воспринимает это как слюнтяйство, и с тех пор себе такого не позволяла.

Боб раскрыл было рот, чтобы заговорить, потом прокашлялся.

— Твоя мама тебя ждет не дождется. Тебя и так давно не было видно, и ты даже не приехала посмотреть на наш новый дом.

Эрика отвернулась к окну и зажмурилась.

— Папа, пожалуйста, поверни назад. Я не могу сейчас наносить семейные визиты. Просто отвези меня назад в офис.

— Не могу, малыш, и не стану. У Кейтлин все под контро…

— Да к чертовой матери этот офис! Я хочу домой! — закричала Эрика, отстегнула ремень безопасности и отбросила его за плечо. Пряжка громко брякнула о стекло.

Боб потянулся к ней и, не сводя глаз с дороги, схватил ее за руку.

— Ты что надумала, девочка? Прыгать? — он съехал на обочину, не ослабляя хватки. Припарковав машину, он повернулся к Эрике и посмотрел на нее. — А теперь выкладывай.

— Что выкладывать? — несчастным голосом спросила Эрика и уставилась в лобовое стекло.

Боб ничего не ответил, и Эрика почувствовала, как рушатся последние остатки ее самоконтроля.

— К черту все! — Эрика ударила руками по приборной панели. Слезы безудержно хлынули по ее щекам, добавляя новых страданий. — Папа, отвези меня домой. Пожалуйста. Прошу тебя, — судорожно выдохнула она.

— Если бы тебе именно это было нужно, я бы так и сделал, — Боб протянул руку и погладил ее по голове. — Ты можешь отталкивать всех в своем горе, но не маму и папу.

Эрика перегнулась через центральную консоль и упала в его объятия.

— Я же все потеряла, — всхлипывала она, уткнувшись ему в плечо, — я просто хочу свернуться клубочком, и пусть мир вертится без меня.

— Я знаю, дорогая, знаю.

Прошло несколько минут, и смущенная Эрика выпрямилась и села.

— Я не могу ехать к маме в таком виде, — она вытерла лицо рукавом.

— Об этом не переживай, милая, — слегка улыбнулся Боб. — Пристегни ремень.

Эрика послушалась его и устроилась на сиденье поудобнее, смирившись с тем фактом, что домой она не едет. Почти час они ехали в молчании, пока, наконец, Боб не свернул на отсыпанную щебнем дорогу через болото.

— Ты когда последний раз ела?

Эрика пожала плечами.

— Утром съела бублик.

— На лодочной станции есть магазинчик, там продают самую лучшую домашнюю колбасу, которую мне доводилось пробовать.

Когда рядом замелькала река, Эрика увидела старый каркасный дом, укрывшийся среди нескольких кипарисовых деревьев. Поросшие мхом ветви лениво раскачивались на ветру. Вывеску «Лучшая в Луизиане домашняя колбаса» дополняла дописанная ниже строчка: «и живая наживка».

У Эрики в животе забурчало.

— Какие пожелания? — спросил Боб, припарковав машину и распахивая дверь.

— Пиво, все равно, какое, лишь бы побольше.

Эрика посмотрела, как ее отец скрылся в магазине, а потом стала разглядывать ряды пикапов и пустых лодочных прицепов, припаркованных вдоль обочины. Погода была теплой и солнечной, несмотря на раннюю осень. Вода за магазинчиком кишела лодками, рыскающими в поисках местечка, где лучше клюет.

Эрика заметила, как ее отец выходит из магазина с пакетом льда в одной руке и парой пластиковых пакетов, свисающих с локтя другой. Она вылезла из машины, чтобы помочь, когда увидела, как он пытается забросить все это на кузов пикапа. Когда она подошла, он протянул ей пакет со льдом.

— Швырни его о землю, чтобы разбить, а потом заполни кулер.

Эрика сделала, как ей было сказано. На дне кулера было полно жестяных банок, но лед, который был там раньше, уже растаял. Она вытащила пробку, слила воду и добавила лед.

— У тебя что, в домике нет холодильника?

Боб оглянулся на нее и усмехнулся, наполняя рыбацкое ведерко наживкой.

— Да моя дача оборудована лучше, чем городской дом. А теперь иди сюда, бери наживку, вот эту сумку и пойдем со мной.

Боб ухватил кулер и поволок его через стоянку. Эрика пошла за ним, они обогнули магазинчик и вышли на причал. Боб сошел на пришвартованную моторную лодку и пристроил ящик со льдом в ногах.

— Мы что, едем на рыбалку? — Эрика подала ему ведерко с наживкой.

— Ну, дорогая моя, если до тебя это только сейчас дошло, тогда ты точно не в себе, — усмехнулся Боб, потом подал ей руку и помог взойти на борт.

Эрика криво улыбнулась ему и села. Они уже тысячу лет ничего подобного не делали.

— Я отведу лодку от берега и усажу за штурвал тебя.

Эрика окинула взглядом блестящую новенькую лодку и покачала головой.

— Я лучше прокачусь и полюбуюсь пейзажем.

— Ну, тогда располагайся, — Боб передал ей пиво, а себе выудил из кулера банку газировки. Он вытащил нож, разрезал напополам колечко кровяной колбасы и протянул половинку Эрике.

— Съешь ее вместе с пивом. А то напьешься в стельку, если не будешь закусывать.

Эрика понюхала колбасу, и у нее заурчало в животе. Она откусила небольшой кусочек — вкус мяса и риса был изумительным. Она решила не думать, из чего это сделано и съела почти все, пока Боб отводил лодку от причала.

— Я люблю рыбачить в это время года, не нужно беспокоиться, что тебе с дерева на голову свалится змея, — Боб кивнул в сторону поросшего деревьями берега. — Сейчас рыба должна отлично клевать вот в таких полузатопленных кипарисовых зарослях. Я недавно нашел отличное местечко, рыба клевала так, что я не успевал удочку забрасывать. Молись, чтобы там сегодня не было других рыбаков.

Они набрали скорость, и ветер растрепал волосы Эрики так, что они закрывали ей глаза. Она доела последний кусочек колбасы, отставила пиво и вытерла жирные руки о штаны.

— Загляни в ящичек рядом с твоей правой ногой! Там бейсболки! — Боб перекрикивал звук мотора и ветер. — И мне одну дай!

Эрика выудила две кепки. На одной красовался логотип «Бэррет индастриз», на другой была надпись «Размер неважен, пока ты не на рыбалке». Эту она отдала отцу. Они вдвоем надели бейсболки козырьками назад, и Боб повел лодку дальше. Эрике показалось, что они прошли несколько миль, когда он заглушил мотор, подплыл к кипарисовым зарослям и встал на якорь.

— Ты можешь ловить на сверчков, если тебе больше нравится, но я предпочитаю на живца, — Боб вручил ей удочку. — Прямо сейчас особого клева нет, но вот увидишь, что будет через часик или два.

Эрика не была на рыбалке целую вечность. Она поглядела, как отец забрасывает удочку и скопировала его движение. Ей пришлось сделать пару попыток, но все же она смогла забросить крючок в то местечко, которое облюбовала.

Боб откинулся на сиденье, удовлетворенно вздохнул и отхлебнул газировки.

— Мне было двадцать восемь, когда мой отец привез меня вот так на рыбалку. Твоя мама вышвырнула меня из дома, и я был таким же злым и чувствовал себя так же паршиво, как, я полагаю, чувствуешь себя ты сейчас.

— Мама тебя выгнала?! — Эрика смотрела, как ее поплавок колышется на поверхности воды.

— Выгнала. Я тогда водил грузовик. Я возвращался домой из рейса и большую часть времени развлекался с приятелями. Она содержала в порядке дом, меня и вас, девчонок. И эту круглосуточную работу она выполняла, не жалуясь. Но я был упертый, как баран, и считал, что если я приношу домой зарплату, то это все, что от меня требуется, а остальное — ее забота.

Эрика глянула на него неодобрительно.

— Да знаю я, — сказал он и махнул рукой. — Ну, это я теперь знаю, а тогда не знал. Однажды ночью я вернулся после попойки, а она меня поджидала. Вещи мои уже были собраны. Мне пришлось спать в кабине грузовика, пока я не протрезвел, а потом я поехал к твоему дедушке. Я еще на нее и обижался. Но после лекции своего отца я понял, где я был неправ. Она приняла меня назад, а я кое-что поменял в жизни.

Эрика внимательно посмотрела на него.

— Я даже не знала…

Боб покачал головой, улыбнулся и снова забросил удочку.

— Твоя мама об этом не распространялась. Она не хотела, чтобы вы видели, как мы ругаемся. Я могу припомнить много вечеров, когда она вытаскивала меня из дома наружу, чтобы устроить мне разнос.

— У меня не та же самая ситуация, пап. Я не ходила «развлекаться с приятелями».

— Да я так и не думаю, — негромко ответил Боб. — Я был в шоке, когда ты сказала мне, что ты… ну, та, кто ты есть. Но когда появилась Эшли, и вы стали жить вместе, все стало вроде как нормально, понимаешь? Я никогда не относился к тебе, как к сыну, но ее я стал воспринимать, как невестку. А раз вы обе женщины, мне и в голову не приходило, что у вас могут быть такие же проблемы, как у нас с мамой.

— Ну, на самом деле они и не такие, — Эрика забросила удочку, просто так, чтобы хоть чем-то занять руки, кроме банки с пивом.

— Но вы разошлись. Без разницы, какая у вас там ситуация, итог один. Виноваты всегда двое. Ну, за исключением твоей мамы, её не в чем упрекнуть.

— И ты думаешь, что Эшли тоже не в чем упрекнуть?

— Этого я не говорил, малыш. Я сказал, что твоя мама — исключение.

Эрика вытащила еще одну банку пива и отпила хороший глоток.

— Мы, конечно, обе — женщины, но я не лучше тебя, я не могу понять, что ей нужно. Я урабатываюсь до смерти, чтобы у нее был дом, и все, что она захочет. Ей даже не нужно работать самой, если она не захочет, а она злится, что я работаю слишком много. А потом еще эта музыка! Она хочет проводить все свое время с группой.

— А вот это я как раз могу понять. У тебя есть работа и чувство собственного предназначения, кроме дома. Она нашла свое предназначение в музыке.

Эрика отпила еще глоток. Вот так все просто? Почему же она не замечала этого? И почему это ее так злило?

— Тут не в том дело. Она скрывала от меня, кто она на самом деле. Когда я увидела ее на сцене, это был будто кто-то другой. Я не знаю, кто она есть!

Боб вздрогнул, когда его поплавок ушел под воду. Он с улыбкой вытянул леску и нахмурился, когда увидел размер рыбки. Он снял ее с крючка и выбросил назад в воду.

— Подрастай и возвращайся, — сказал он, наживляя крючок.

Эрика вытащила леску и поняла, почему у нее не клюет. Крючок был пуст.

— А почему ты не хочешь узнать ее поближе с этой стороны? — спросил Боб и снова забросил удочку.

— А зачем это мне? — раздраженно спросила Эрика. — Такое ощущение, словно она привела в наши отношения другого человека. Мне нравилось все, как было!

Боб рассмеялся и перезабросил удочку.

— Твоя мама называет нас «легкодумами». Мы не анализируем наши чуства. Мы просто реагируем.

Эрика отбросила живца, которого собиралась насадить на крючок, и опустила удочку.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я хочу сказать, что все это тебя беспокоит, но ты не даешь себе труда разобраться, почему. Ты просто злишься и надеешься, что все само собой рассосется. Господи, девочка, да мы с тобой похожи даже больше, чем я себе представлял, — усмехнулся Боб.

Эрика допила вторую банку пива, у нее зашумело в голове, и это было здорово, но опьянение не могло приглушить растущую боль. И чем больше они говорили, тем больнее ей становилось.

— А теперь послушай, что я тебе скажу, — взволнованно сказал Боб, вытаскивая из реки вполне достойную рыбу. — Наживляй крючок, девочка. Если мы поймаем еще парочку таких, у нас на обед будет свежая рыба.

Эрика нацепила наживку на крючок и неловко забросила удочку. Едва поплавок коснулся воды, он тут же ушел под воду, и Эрик почувствовала, как натянулась леска.

— О боже, Эрика, тащи его в лодку! — с улыбкой проговорил Боб, пока Эрика сражалась с рыбой.

— Посмотри на него! — гордо сказала Эрика и подняла свой улов. — Поверить не могу, что я его поймала!

— Наживляй крючок и давай забрасывай! У нас определенно будет рыба на обед!

Глава 27

— Эш, ты лажаешь, — Алекс перестала играть.

Эшли сжала кулаки и стиснула зубы.

— Знаю. Я не могу сосредоточиться.

— Тогда давай отвлечемся. Перерыв?

Эшли весь вечер была сама не своя. Все остальные члены группы уже давно ушли. Только Алекс осталась, явно намереваясь быть с ней, пока Эшли не прекратит попытки. Она забыла слова к нескольким старым песням, большинство которых сама же написала, а еще она не попадала в ноты.

— Я не хочу отвлекаться. Мне нужно настроиться. Концерт уже завтра вечером.

Алекс отстегнула гитару и поставила ее на подставку.

— Вчера утром ты прекрасно со всем справлялась. Я думаю, ты просто перенервничала. Стобой всегда так было и раньше, но когда ты выходила на сцену, то делала все на отлично. И завтра вечером тоже сделаешь.

— Хотела бы я верить в себя так же, как ты в меня веришь, — устало сказала Эшли и присела на стул.

Алекс встала позади и принялась разминать ее напряженные плечи.

— Да что с тобой происходит?

— Ничего такого, наверное, — Эшли ощутила, как расслабляется ее шея, а потом снова напрягается при мысли о том, кто именно касается ее.

— Иди домой, подольше полежи в горячей ванне и выпей вечернего чая Вики. Завтра утром будешь, как новенькая, — сказала Алекс и отстранилась.

— Ты именно так расслабляешься?

— Я сбрасываю напряжение другим путем, — усмехнулась Алекс.

— Ммм, тогда сегодня ты звонишь Лизе? — спросила Эшли, страдая, что не сможет выпустить пар таким же способом.

— Слишком поздно звонить Лизе. Ей завтра утром на работу, — Алекс повернулась и посмотрела на Эшли. — Я больше не повернута на сексе. У меня есть другие методы.

— Другие методы? — переспросила Эшли.

— Угу, хочешь заняться ими со мной?

— Зависит от того, что ты имеешь в виду под «заняться».

Алекс подошла ближе, пока не оказалась буквально в дюйме от Эшли.

— Зависит от того, есть ли у тебя выносливость и подходящая для ходьбы обувь.

Эшли подняла ногу.

— Это кроссовки.

— Тогда следуй за мной, — Алекс прихватила спортивную кофту с капюшоном и вышла в ночь.

— Далеко будет, если пойти вокруг озера? — спросила Эшли, пытаясь угнаться за мерно шагающей Алекс.

— Шесть миль, я так думаю.

— Черт, и от дома мы прошли как минимум милю. Ты что, собираешься заставить меня протопать все семь, да нет, восемь миль?!

— Может быть, если ты не прекратишь ныть.

— Ныть? — начала было Эшли, но Алекс предупреждающе подняла палец.

— Шшш, сосредоточься на лунном свете, смотри, как он играет на воде. Это отвлечет тебя от ходьбы.

Эшли посмотрела на водную гладь. Лунное сияние мягко переливалось на поверхности.

— Это было бы романтично, если бы ты была не со мной, — Алекс улыбнулась, но тень грусти пробежала по ее лицу. — Не говори ничего. Это была дурацкая шутка, и нам не нужно об этом говорить.

Эшли пошла дальше, кусая собственную щеку изнутри. Она чувствовала, что нужно что-нибудь сказать, чтобы облегчить возникшую неловкость. Вместо этого она подладилась под темп Алекс и стала смотреть на воду.

— Нам стоит повернуть назад здесь, если ты не хочешь обойти излучину. Но в этом случае придется пройти еще милю или две.

— Я бы лучше вернулась. Может, у меня и нет выносливости, на которую я рассчитывала.

Алекс резко остановилась, и шутливый ответ замер на ее губах.

— Да ты вся дрожишь. Ты к этому времени уже должна была вспотеть.

— Я же мерзлячка, помнишь?

— Помню. — Алекс расстегнула кофту и стащила ее с себя. — Надень, — она накинула кофту на плечи Эшли.

Знакомый аромат духов Алекс окутал ее, и Эшли закрыла глаза, пытаясь подавить воспоминания, грозившие прорваться на поверхность.

— Что с тобой? — спросила Алекс.

— Я тебя помню. А твой запах возвращает все, и иногда…

— Не говори этого, Эш, — Алекс отступила на шаг. — Ты сейчас в уязвимом состоянии, ты ищешь, к кому бы прислониться. Я этим человеком быть не могу. Хотела бы, но не могу.

— Хотела бы? — Эшли подняла глаза на Алекс.

Алекс выдохнула и принялась пинать ногой щебень на дорожке.

— Осталось пройти три мили, и ты сможешь заполучить горячую ванну.

— Алекс…

— Не говори ничего. Все, что мне нужно знать, я и так знаю. Пойдем.

— Виктория Кейвик, — сказала Алекс, заставив ту вздрогнуть. — Отдай мне это, — Алекс выдернула банку газировки у Вики из руки. — Ты прячешься во дворе, чтобы Шанталь не устроила тебе разнос?

— Не шуми, — Вики плотнее закуталась в халат. — А вы двое, что здесь делаете?

— Мы ходили гулять вокруг озера, — ответила Эшли, пока Алекс выливала газировку в клумбу. — И я отморозила себе задницу, так что пошла я принимать ванну.

Эшли чмокнула в щеку сначала Алекс, а потом Вики.

— Спасибо за прогулку, Алекс, она и правда помогла мне расслабиться.

Вики с Алекс поглядели, как Эшли проскользнула в дом, а потом Вики повернулась и посмотрела на Алекс.

— Прогулки при луне? Вокруг озера, да?

— Ага, при луне.

— Ты проводишь с ней слишком много времени.

— Я знаю, — Алекс отвела взгляд.

— Тебе будет больно, — Вики потянула Алекс за футболку.

— Уже больно.

— Ох, Алекс, я же тебя предупреждала.

— Предупреждала, — ответила Алекс, по-прежнему глядя куда угодно, но не на Вики.

— И что ты собираешься делать?

— Ничего. Она вернется к Эрике, а я как-нибудь переживу. А пока буду наслаждаться даже самой маленькой ее частью, которая мне достается.

— Ну и что мне с тобой делать? — Вики обняла Алекс за талию и притянула поближе.

С минуту Алекс ничего не отвечала, и лишь позволяла Вики обнимать ее.

— Со мной все будет в порядке, Вик. Как всегда.

Вики отпустила ее и погладила по щеке.

— Ты наконец отдала свое сердце, но ее ты не можешь заполучить.

— Разве так не всегда бывает? — грустно улыбнулась Алекс.

— Я люблю вас обеих, очень люблю. Я просто не знаю, что мне делать с каждой из вас.

— Ты можешь отпустить меня домой, чтобы я приняла горячую ванну и немного поспала. Нам завтра многое нужно сделать.

— Спокойной ночи, дорогая, — Вики коснулась губами щеки Алекс. Она еще посмотрела, как Алекс идет к забору и растворяется в темноте, а потом аккуратно выбросила банку от газировки в мусорное ведро, скрывая все улики.

Глава 28

Эрика вылезла из пикапа, благоухая пивом и рыбой. Несмотря на это, мама обняла ее, прижала к себе и не отпускала целую минуту.

— Понравилась рыбалка? — она погладила обветрившееся лицо Эрики.

— Да, и у нас хороший улов, — Эрика почувствовала себя неловко под пристальным взглядом матери.

— Оставь это отцу, пусть сам их чистит. А ты ступай внутрь и умойся. — Фей Бэррет обняла Эрику за плечи и повела к домику.

— Эй, тут целая куча рыбы, — отозвался Боб сзади.

— Она была с тобой целый день, дорогой, теперь моя очередь, — крикнула Фей ему в ответ, подталкивая Эрику к ступенькам.

— Почему бы тебе не сходить в душ, а я тем временем начну готовить обед? — предложила Фей, когда заметила у Эрики на одежде грязь.

Эрика глянула на себя.

— Но мне нечего надеть. Я не готовилась сюда приезжать.

— У меня найдутся для тебя спортивные штаны. — Фей провела Эрику в ванную комнату. — Я их принесу, а ты иди в душ. От тебя воняет так же, как, я не сомневаюсь, и от твоего отца.

Эрика хихикнула при виде гримасы отвращения на лице матери, вошла в ванную комнату и закрыла дверь. Она сняла одежду и со вздохом встала под горячие струи воды, а потом привалилась к стене, чувствуя себя уставшей и эмоционально истощенной. Хотя сейчас она была со своей семьей, она ощущала себя оторванной от дома, а еще больше — от Эшли.

Отец был прав. Разозлись хорошенько, и заставь проблему исчезнуть — вот так она справлялась со всем, что представляло угрозу. Она продолжала вести себя так, даже когда Эшли ушла, а когда злость постепенно уступила место голосу разума, боль оставила ее искалеченной и беспомощной. А теперь она еще и практически в ловушке у собственных родителей, тогда как все, чего ей хочется — это сбежать и спрятаться.

— Ты же это нарочно сделала, да? — спросила Эрика, заходя в кухню.

Фей улыбалась, когда поворачивалась, чтобы посмотреть на нее, а потом захихикала.

— Этот цвет на тебе так смотрится, дорогая.

— Я даже не уверена, можно ли назвать это розовым, — Эрика ооглядела спортивные штаны, которые мама дала ей поносить. — Это больше похоже на… фламинго, если такой цвет вообще есть.

— Я совсем не нарочно. Я думала, что принесла тебе свои серые.

Эрика протиснулась мимо нее и стащила кукурузный пончик, пока ее мама готовила кляр для рыбы.

— До тех пор, пока ты никого не собираешься приглашать к обеду, все в порядке.

Фей вручила кляр и пиво Бобу, который на заднем крыльце разогревал мангал.

— Мы больше ничего не жарим в доме. От этого всегда столько беспорядка и запаха… а кроме того, — Фей заговорщически улыбнулась, — чем большую проблему я из этого делаю, тем меньше мы едим жареного.

— Помочь тебе с салатом? — Эрика подошла к кухонному столу.

— Конечно, почисти и нарежь этот огурец, — ответила мама, передавая ей овощечистку и нож.

Эрика уже справилась с огурцом и перешла на помидоры, а никто из них не произнес ни слова.

— Знаешь, иногда хорошо бывает вырваться из привычного окружения и обдумать происходящее заново, — сказала Фей, косясь на Эрику уголком глаза.

— Я и так уже сегодня папе выплакалась, — ответила Эрика, не поднимая глаз от работы.

— Так это же не плохо, правда?

— Я от этого чувствую себя слабой перед ним.

Фей вытерла руки и заправила непослушную прядь волос за ухо Эрике.

— Я видела твоего отца плачущим десятки раз. И в моих глазах он никогда не был слабым.

Эрика перестала нарезать овощи и посмотрела на мать.

— И он плакал и мямлил, как идиот?

— Плакал, мямлил и распускал слюни. В первый раз это случилось, когда вы с Кейтлин построили трамплин и ты проехала по нему на велосипеде. Когда мы привезли тебя из больницы всю в швах, без двух зубов и с гипсом на руке, ему пришлось уйти в другую комнату, пока укладывала тебя в постель. Когда я его нашла, он смотрел на собственную окровавленную футболку и рыдал, как дитя.

— Я просто… — голос Эрики сошел на нет, пока она медленно нарезала помидор, чтобы на чем-то сосредоточиться. — Я просто боюсь дать слабину перед ним. Я же должна управлять его компанией. Что, если он подумает, что я не могу с этим справиться?

— Никогда ему и в голову не приходило сомневаться в твоих способностях. И то, что ты расстроена из-за Эшли, ничего не меняет, — Фей достала из шкафчика три стакана. — Твой отец неприятно удивил меня сегодня, когда позвонил и рассказал мне новости, — секунду она неодобрительно смотрела на Эрику. — По крайней мере, ты должна была хоть нам сказать. Дорогая, у вас действительно все кончено или это что-то, что вы надеетесь преодолеть?

Эрика отложила нож и тяжело облокотилась о столешницу.

— Да я сама не знаю. Я ожидала, что она вернется на следующий день. А ее все еще нет.

— А ты хочешь, чтобы она вернулась? — Фей наполнила стаканы льдом.

— Я думаю, да, — Эрика повернулась и посмотрела на Фей.

— Ты думаешь?

— Я не знаю, — раздраженно ответила Эрика, высыпала помидоры в миску и перемешала салат. — Я вроде как побаиваюсь, что она не захочет возвращаться. И я не хочу обсуждать это прямо сейчас.

Боб приоткрыл заднюю дверь, попросил у Фей блюдо и тут же вернул его с первой порцией жареной рыбы.

— Дайте мне еще десять минут, и мы готовы, — сказал он, когда Фей передала ему еще одно пиво.

Когда дверь закрылась, Фей снова повернулась к дочери.

— Эрика…

— Мама, мне сейчас нужно от всего этого отвлечься. Я говорила и думала на эту тему целый день, и я просто больше не могу.

— Я понимаю, — Фей поцеловала Эрику в щеку. — Я здесь, когда бы ты ни захотела поговорить, и твой отец тоже. Хотя он легкодум, как и ты, — с улыбкой сказала она.

— Он мне так и сказал, — вернула улыбку Эрика.

Эрика с удовольствием пообедала и провела время с родителями, но когда пришла пора ложиться спать, она была более чем готова остаться в одиночестве. В комнате было темно, она свернулась клубочком и стала смотреть, как лучики лунного света пробиваются сквозь ставни. Она ворочалась в незнакомой кровати, скучая по своему дому, пусть даже опустевшему.

Она вспомнила, как в первый раз пригласила Эшли на свидание.

Они стояли на больничной парковке. Эшли задержалась, несмотря на то, что ее дежурство закончилось за час до того, как Эрику загипсовали и отпустили домой. Они только что познакомились, но Эрика не хотела дать Эшли ускользнуть, не взяв с нее обещания увидеться снова. И вот, Эрика стояла, а Эшли прислонилась к своей машине и смотрела на нее. В глазах ее плескалось что-то, весьма близкое к веселому удивлению.

Сердце Эрики тарахтело у нее в груди, пока она пыталась придумать изящный способ попросить у Эшли телефончик.

— Я… эээ… можно я тебе как-нибудь позвоню? — она родила эту фразу, но не могла поднять взгляд и посмотреть Эшли в глаза. — Может, мы бы смогли выбраться куда-нибудь, выпить кофе или пообедать.

— Я с удовольствием, — ответила Эшли. Эрика увидела, как слегка подрагивающей рукой Эшли пишет на ее гипсовой повязке свой номер. — Я дежурю через выходные, и на этих я свободна.

— А завтра вечером ты занята? — спросила Эрика, вдохновленная явной расположенностью Эшли.

— Неа, — с улыбкой ответила та.

— Если я заеду за тобой в семь, тебе хватит времени, чтобы добраться домой с работы?

— С лихвой, — сказала Эшли, вытащила из сумочки листок бумаги и что-то на нем нацарапала.

— Это мой адрес. Я не думаю, что ты хочешь, чтобы я и его написала на твоем гипсе.

Сердце Эрики по-прежнему трепетало у нее в груди, но уже не от нервов. Волнение прошивало ее насквозь при одной только мысли о том, что она проведет вечер с Эшли.

— Тогда увидимся, — сказала она и попятилась, пытаясь не запутаться по дороге в собственных ногах.

Звук царапающих по оконному стеклу веток вернул Эрику в настоящее, наполненное такой болью и неопределенностью, что она едва могла их вынести. Вопрос матери все еще звучал у нее в ушах: «А ты хочешь, чтобы она вернулась?» Ответ был простым — да. Но вернется ли она?

Глава 29

Эрика увидела, как в переполненный банкетный зал входят Кейтлин и Дрю. Она не виделась с Кейтлин с тех самых пор, когда отец умыкнул ее из офиса в домик на реке. Она бы и на фирменный банкет не пришла, если бы не чувствовала себя обязанной присутствовать. Кейтлин почувствовала ее взгляд, повернулась и посмотрела в ее сторону. Эрика кивнула, давая понять, что отметила ее присутствие.

— Не держи на нее зла, дорогая, — подошедшая Фей приобняла Эрику и встала рядом. — Твой отец ее вынудил все рассказать, она не сама к нему пришла.

— Я знаю, мам, — Эрика склонилась в мамины объятия. — Я просто не хочу заводить этот разговор с ней сегодня.

— Слишком много всего для одной головы? — с доброй улыбкой спросила Фей.

«И слишком много эмоций на поверхности», — хотела ответить Эрика. Вместо этого она кивнула и стала смотреть, как Кейтлин и Дрю усаживаются за стол.

Боб жестом пригласил Эрику и Фей занять места рядом с ним во главе стола, а потом заговорил, привлекая всеобщее внимание.

— К настоящему моменту все вы заметили, что я нечасто появлялся на фирме. Я решил уйти в отставку и оставляю управление в руках Эрики.

Первой, кто начал аплодировать, была Кейтлин.

— И нечего проявлять такую радость, — продолжил Боб, вызвав смех у всех собравшихся. Он повернулся и посмотрел на Эрику с гордой улыбкой.

— Я ни капельки не сомневаюсь, что оставляю всех вас в надежных руках. Она уже давненько справлялась с ролью вице-президента, пришло время занять президентский пост.

Новый взрыв аплодисментов заполнил комнату.

— И хоть я и хотел, чтобы она сама сделала следующее объявление, но она уговорила меня сообщить вам, что Кейтлин Маршалл вступает в должность вице-президента, и этот шаг я всецело поддерживаю.

Последние слова Боба утонули в выкриках, поздравлениях и аплодисментах.

Кейтлин в полном шоке посмотрела на Эрику.

После того, как различным подразделениям были вручены награды, толпа начала смешиваться, и Эрика медленно подошла к Кейтлин и Дрю.

— Могла бы нас и заранее предупредить, — сказала Дрю, притягивая Эрику в объятия.

Через ее плечо Эрика посмотрела на все еще ошеломленную Кейтлин.

Когда Дрю отпустила ее, Эрика сама обняла Кейтлин. Кейтлин крепко сжала ее и прошептала на ухо: «Прости меня, пожалуйста».

Эрика задержала ее на секундочку и прошептала в ответ: «Прощаю. Поговорим об этом позже».

— Новая должность подразумевает хорошую прибавку к зарплате, — с улыбкой сказала Эрика, выпуская Кейтлин из объятий. — Теперь Дрю может увеличить поголовье фонтанов у вас во дворе, — и рассмеялась, когда Кейтлин свирепо на нее посмотрела.

— Мы с народом собираемся пойти чего-нибудь выпить после этого, — Дрю потянула Эрику за лацкан пиджака. — Хочешь с нами? И папу с мамой зови.

Эрика невольно содрогнулась. Последнее, чего она хотела — это общения. Она была с родителями с тех самых пор, как Боб уволок ее из офиса с единственной короткой передышкой, когда они завезли ее домой, чтобы она переоделась к банкету. Сейчас она хотела, нуждалась в том, чтобы побыть в одиночестве, чтобы разобраться во всем самой, и Кейтлин явно уловила ее настрой.

— Тебе нужно немного побыть одной, так ведь? — спросила она, слегка улыбнувшись.

Дрю погладила себя по животу.

— Если у нас есть хоть капля здравого смысла, нам тоже пора закругляться. Меня уже развезло от пары бокалов, — Дрю шутливо подтолкнула Эрику. — Давай, сваливай. Мы с вице-президентом позаботимся о войсках.

Пока Кейтлин и Дрю отвлекали Фей и Боба Бэрретов, Эрика тихонько выскользнула из банкетного зала и уселась в свой джип. Она глянула на сумку с вещами на полу и почувствовала слабый укол вины за то, что не рассказала хотя бы Кейтлин о своем плане. Ее родители оставались в своем доме в Сент-Франтисвилле, значит, они непременно заявятся с неожиданными визитами, раз уж они в курсе происходящего. У них были самые лучшие побуждения, но Эрика много занималась самокопанием, и ей нужно было время, чтобы в тишине и спокойствии самой разобраться с происходящим. Она выехала на 61-е шоссе и отправилась на юг, в Батон Руж.

Эшли стояла в темном уголке и смотрела на толпу. Клуб был забит под завязку. Чуть раньше Линдсей сказала, что им уже приходится отправлять людей восвояси. Эшли искала знакомые лица, но не находила ни одного. Дрю подхватила желудочный грипп, и они с Кейтлин уже извинились за то, что не смогут присутствовать. Она знала, что Эрика не даст себе труда приехать, и это приглушало ее радостное волнение от того, что она отыграет целый концерт.

У нее оказалось слишком много времени для раздумий, и нервы ее были в полном беспорядке. В довершение всех ее несчастий, вчера вечером она отправила Эрике несколько сообщений, и они остались неотвеченными. Эрика упомянула, что ей придется посетить фирменный банкет в пятницу, но это никак не объясняло отсутствие ответа в субботу.

Эшли повернулась, когда почувствовал, как чья-то рука обнимает ее за талию. Вики улыбнулась ей и посмотрела на ораву зрителей, ждущих начала шоу.

— Ты в порядке?

— Я в порядке, — Эшли потянулась к Вики.

— У Шанталь беда с гардеробом. Порвала штаны в промежности и винит в этом пончик, который съела неделю назад.

Эшли впервые за день рассмеялась и почувствовала, как ей становится хорошо и как нервное напряжение отпускает ее.

— У нас примерно пять минут до того, как в зале приглушат свет, — Вики сжала ее сильнее. — Я сейчас оставлю тебя в покое. До сих пор помню, как ты любишь побыть одна как раз перед началом. И не забывай дышать! — бросила Вики через плечо и ушла.

Эшли закрыла глаза и начала дыхательные упражнения. «Я могу это сделать» — проговаривала она при каждом вдохе.

Эрика заметила, как Линдсей двигается сквозь толпу и нырнула в темный уголок. Ей удалось пробраться в клуб, не встретив никого из знакомых. Она отпила хороший глоток бурбона и вздохнула, когда алкоголь прожег ее насквозь и заставил ее голову поплыть. Она предусмотрительно оставила машину в гостинице, чтобы никто ее не узнал, а теперь, чувствуя действие выпивки, она еще сильнее порадовалась собственному решению.

Толпа вокруг зашумела и взорвалась аплодисментами, когда стали гаснуть огни. Эрика заказала еще один бурбон и перешла туда, откуда ей полностью была видна сцена, но сама она была достаточно далеко, чтобы быть узнанной. Звук и свет потрясли ее, а когда вступление закончилось, и на сцене оказалась Эшли, Эрика почувствовала, как в груди затрепетало сердце.

Одетая в обтягивающую черную рубашку на пуговицах и выцветшие джинсы, Эшли выглядела ошеломительно. Ее светло-каштановые волосы золотились в свете софитов. Она двигалась в такт музыке, пела, а когда она бросила взгляд в толпу, Эрика неосознанно передвинулась, чтобы спрятаться за танцующей парочкой. Она чувствовала, будто Эшли смотрит прямо на нее.

Эрика следила за каждым ее движением, впитывала каждую идеально звучащую ноту. Эшли была хороша, если не сказать безупречна. Эрика восхищалась ее талантом, забыв на мгновение, что именно он и встал между ними. Зал был наполнен энергией, подпитываемой заведенной толпой, и ее эпицентром была Эшли. Ее лицо источало уверенность, которой Эрика никогда не видела прежде. Так вот она, вот та сторона Эшли, которой она не знала и которая так ее пугала.

Эрика заказала еще выпить, нашла пустой стул на углу бара и села в полумраке, прислонив холодный стакан к виску. Снизошедшее откровение сделало ее слабой. Да, предательство пережить было трудно, но в этом ли была суть?

Она снова посмотрела на сцену и на этот раз увидела там женщину, в которую когда-то влюбилась. Она увидела перепачканное грязью лицо Эшли, когда они вместе работали во дворе… то, как она выглядела в тот вечер, когда Эрика впервые пригласила ее на свидание… Ее низкий хриплый голос ласкал слух Эрики и пробуждал что-то в ее душе, заставляя ее гореть желанием снова ощутить, как тело Эшли сливается сее собственным.

Потерявшись в своем томлении, Эрика вздрогнула, когда музыка внезапно остановилась, и толпа взорвалась аплодисментами. Зажглось несколько ламп, освещая зал, и группа вышла на сцену. Алекс держала Эшли за руку. Зрители не расходились, требуя песни на бис, но Эрика не могла больше здесь оставаться. Она пробилась сквозь толпу и вышла на парковку, не оглядываясь.

Голова у нее кружилась от выпитого бурбона, а перед глазами стоял последний увиденный ею кадр — Эшли, прильнувшая к Алекс. Неужели она слишком долго ждала, чтобы понять, что хочет и ту, прежнюю Эшли, которую она знала, и ту женщину, которой она стала?

Эрика вызвала такси и прислонилась к холодной стене здания, за которой была Эшли. Она чувствовала себя так, будто их разделяют миллионы миль.

Эшли никогда не страдала клаустрофобией, но сейчас, когда толпа окружала ее, она чувствовала себя как запертый в клетке зверь. Вечеринка до боли напоминала все то, что происходило и двадцать лет назад. Она сошла со сцены на взводе, жаждущая, нуждающаяся в ком-то, с кем она могла бы истратить переполнявшую ее энергию. В комнате было полно людей, все восхищались тем, как она выступила, а она чувствовала себя одинокой и опустошенной.

Бар был закрыт, но частная вечеринка продолжалась на первом этаже. Эшли поймала себя на том, что бесцельно слоняется по комнате. Вики и Шанталь по очереди вытаскивали ее на танцпол, но все, чего она действительно хотела — это оказаться дома. Дома. Она уже не знала, где теперь ее дом.

Эшли заметила, что Алекс танцует с новыми партнерами чуть ли не под каждую песню и поняла, что, хоть времена и изменились, а все осталось по-прежнему. Она была все той же девчонкой, ищущей, к кому бы прислониться, и места для поисков выбирала все так же неправильно.

— Спасай меня, — прошептал ей кто-то на ухо, и чьи-то пальцы схватили ее за руку. Алекс потянула ее на танцпол. — Еще один танец с любительницами потискать чужие задницы, и я взвою!

Пока они пробирались к переполненному танцполу, началась песня Джанет Джексон «That’s the Way Love Goes»[35], и у Эшли внутри все замерло. Ритм был медленным и сексуальным, и она понимала, что во время танца тело Алекс будет плотно прижато к ее собственному. В этом ничего такого не было, точно так же она танцевала с Жаклин несколько минут назад, но опять-таки, с Жаклин у нее не было совместного прошлого, а вот с Алекс было.

— Тебе весело? — спросила Алекс Эшли на ухо. У Эшли мурашки пошли по коже, хотя Алекс всего лишь старалась, чтобы ее было слышно сквозь музыку.

— Да, — соврала Эшли. — А тебе?

— Нет, я бы лучше оказалась дома на диване с пакетом картофельных чипсов.

Эшли слегка утешилась тем, что Алекс тоже плохо. А вот что ее совсем не утешало, так это то, как тело Алекс касалось ее тела. И как сильная спина Алекс ощущалась под ее пальцами. Она твердила себе, что нет ничего дурного в восхищении от того, как тренированное тело Алекс переливается в ее руках. Или от того, как сильные руки Алекс обнимают ее. Потом до нее дошло, что она никогда не танцевала с Эрикой вот так. Она всегда стеснялась и сбегала с танцпола, потому что на нее накатывали воспоминания, которые она подавляла. Эрика не раз буквально умоляла ее потанцевать с ней, но Эшли всегда отказывалась. Теперь она даже вообразить не могла той глубины предательства, которое ощутила бы Эрика, увидь она ее сейчас. Эшли буквально оцепенела.

— Что-то не так? — спросила Алекс.

Эшли отстранилась и сделала слабую попытку улыбнуться.

— Я вымоталась. Как ты думаешь, никто не обидится, если я вызову такси?

Алекс поглядела на нее со странным выражением.

— Я обижусь, если ты не предложишь нам уехать вместе.

— Я просто хочу в душ и спать, — Эшли отступила на шаг.

Алекс улыбнулась и взяла ее за руку. Когда они вышли на улицу, Эшли почувствовала, что снова может дышать.

— Как ты думаешь, Вики с Шанталь расстроятся, что мы не сказали им, что уходим?

— Я вызову такси, а потом пошлю им сообщение, — Алекс вытащила телефон. — У меня служба такси забита в быстром наборе. Это не первый раз, когда я сбегаю с вечеринок.

Эшли облегченно выдохнула, прислонилась к прохладной кирпичной стене здания и понадеялась, что Алекс не предложит остаться и поговорить, когда они доберутся домой. Она никого не хотела сейчас видеть, а в особенности Алекс.

Когда приехало такси, Эшли устало соскользнула на сиденье, надеясь, что таксист поедет самой короткой дорогой. Алекс, кажется, была на той же волне, она наклонилась вперед и давала таксисту указания, как быстрее доехать. Они добрались до дома Вики и Шанталь за десять минут.

— Шанталь мне написала, — Алекс пошла по дорожке вслед за Эшли. — Они тоже скоро будут уходить. Если ты не против, я пройду через дом на задний двор. Очень хочу быстрее оказаться дома и содрать с себя эту вонючую одежду.

Эшли почувствовала облегчение и неловкость от того, что не приглашает Алекс задержаться.

— Хочешь, я тебя немножко провожу? Уже вроде как поздно…

Алекс открыла заднюю дверь и вышла во дворик.

— Нет, я сама доберусь. Спасибо, что спасла меня сегодня вечером.

— С удовольствием, — ответила Эшли и поняла, что это действительно было удовольствием — оказаться в руках Алекс, пусть и на короткое мгновение. Смущенный румянец залил ее лицо.

Алекс коснулась ее щеки губами в дружеском поцелуе, повернулась и ушла.

— Спокойной ночи, — бросила она через плечо и растворилась в темноте.

Эшли пошла прямиком к себе в комнату, сняла одежду, желая поскорей избавиться от запаха пота и аромата духов Алекс, который вызывал у нее противоречивые чувства. Это был просто танец. Она ничего неправильного не сделала, но все равно ей было паршиво.

На следующее утро Эшли проснулась рано и сразу потянулась к мобильному — привычка, которая появилась у нее в последнее время. Новых сообщений не было. Она прикусила нижнюю губу и позвонила домой. Никого. Потом она набрала номер мобильного Эрики, и сразу попала на голосовую почту. Она была выключена. Не дав себе времени на раздумья, она встала с кровати и пошла в душ. Через тридцать минут, даже не высушив волосы, она уже была на пути в Сент-Франтисвилль.

Поскольку дома на звонки никто не отвечал, она сначала подъехала к офису Эрики, но ее серебристого внедорожника нигде не было видно. Дома Эрики тоже не оказалось. Эшли сидела в машине и смотрела на опустевший дом. Стук в стекло напугал ее.

— Я надеялась, что она с тобой, — обеспокоенно сказала Кейтлин.

— И в офисе ее тоже нет, — Эшли опустила стекло.

Кейтлин посмотрела в сторону дома и покачала головой.

— Я не видела ее с вечера пятницы, с самого банкета.

— И прошлой ночью ее дома не было? — Эшли вытащила телефон в надежде увидеть сообщение.

Кейтлин замотала головой.

— Хочешь зайти и поговорить? Я бы пригласила тебя к себе, но Дрю все еще болеет.

— Давай, я позвоню кому-то из врачей в клинику, пусть ей что-нибудь пропишет.

— Ее врач уже прописал ей средство от тошноты. Это просто какой-то вирус бродит вокруг. В понедельник доктор ее осмотрит, если ей не полегчает.

— Давай пока отложим наш разговор, если ты не возражаешь, — Эшли снова глянула на дом и нахмурилась. — Ты дашь мне знать, когда она объявится? Я просто хочу знать, что с ней все в порядке.

Кейтлин грустно улыбнулась.

— Ты знаешь, что она в порядке. Просто последнее время она много бывает одна.

Эшли кивнула.

— Пока, солнышко.

Она выехала на дорогу и медленно покатила через город. Глаза ее горели от невыплаканных слез, в голове ворочалась мысль: а не нашла ли Эрика утешение в объятиях другой?

Эрика вошла в дом и бросила ключи на кухонный стол. Горькие слезы струились по ее лицу. Она потянулась к телефону и набрала номер, подавляя желание бросить трубку при каждом гудке. «Ты нужна мне», — хрипло выдохнула она, когда услышала голос на том конце линии.

Казалось, прошло всего несколько секунд, и она услышала, как открывается кухонная дверь. Эрика повернулась к Кейтлин, та шагнула к дивану и села рядом. Эрика бросилась в ее объятия и наконец дала волю всем чувствам, скопившимся внутри. Она всхлипывала, а Кейтлин обнимала ее, гладила по спине и шептала слова ободрения куда-то в ее волосы.

Когда Эрика немного успокоилась, она отпрянула и слегка смущенно посмотрела на Кейтлин.

Кейтлин промокнула собственые слезы.

— Где ты пропадала? Я волновалась о тебе.

Эрика взяла коробку с салфетками и предложила Кейтлин, а потом и сама высморкалась.

— Я вчера вечерам поехала в клуб, чтобы посмотреть на нее, а после осталась в гостинице, потому что слишком много выпила.

— Ты что, сказала ей что-то такое, о чем теперь жалеешь?

Эрика отвела глаза.

— Она даже не знает, что я там была. Я прокралась в клуб, посмотрела концерт и ушла.

Кейтлин взяла руку Эрики в свои ладони.

— Если ты хотела ее видеть, почему ты просто не пришла к ней, чтобы вы могли поговорить?

— Я не знаю, как себя вести с этой новой Эшли. В самом начале я пыталась проявлять понимание, но … у меня с этим проблемы… Ох, черт, я не знаю, у меня, кажется, со всем проблемы!

— Я понимаю, — Кейтлин сжала руку Эрики. — Я понимаю. Мне бы тоже пришлось многое переосмыслить, если бы вдруг у Дрю обнаружилось тайное прошлое. Но я могу понять и Эшли вее стемлении разобраться со своим прошлым.

— Я испортила все, что только можно было испортить, — проговорила Эрика, и свежие слезы наполнили ее глаза. — Я была полной задницей по отношению к ней, да и к тебе. Кейтлин, прости меня.

— Все в порядке. Я знаю, каково тебе пришлось. Потребуется намного большее, чтобы меня отпугнуть, — улыбнулась Кейтлин.

Эрика взяла еще одну салфетку, вытерла глаза и нос.

— Спасибо, — невесело рассмеялась она. — Я и правда вела себя, как идиотка. Я просто чувствовала, что теряю контроль.

— Мы никогда ничего не контролируем полностью, и ты просто учишься с этим смиряться.

— Это ты так пытаешься сказать, что я контролировала Эшли?

— Ну, я бы не стала так говорить, — улыбнулась Кейтлин. — У тебя просто некоторые проблемы с …гибкостью. А если серьезно, то у вас действительно есть камни преткновения. Эшли должна понять, что тебе нужно время, чтобы принять все перемены. А ты должна дать ей пространство, чтобы она справилась с тем, что ей приходится преодолевать.

Эрика покорно вздохнула.

— Ну и как мне все наладить?

Минуту Кейтлин раздумывала.

— Начни с ней встречаться.

Эрика рассмеялась.

— Встречаться?

— Ладно, я тебе расскажу, но если ты начнешь издеваться, я сделаю твою жизнь еще более несчастной, чем она есть сейчас, — ухмыльнулась Кейтлин. — Когда у нас с Дрю в отношениях намечается застой, мы играем в «начни сначала». Мы идем на свидание, и делаем вид, что это в первый раз. Задаем друг другу вопросы, которые задавали бы при первой встрече, даже если мы обе хорошо знаем, что услышим в ответ, и ты знаешь, иногда эти ответы удивляют.

— Вы такие извращенки.

— Заткнись, задница. Это работает. Иногда мы все выходные проводим так, а когда возвращаемся в реальность, дела налаживаются. Не приводи Эшли домой и не пытайся делать вид, что все идет, как раньше. Узнай ее такой, какая она сейчас и дай ей узнать тебя заново.

— Что ж, если вы прожили вместе уже десять лет, должно быть, вы что-то делаете правильно, — нехотя признала Эрика.

— И мы счастливы. Не всякая долго живущая вместе пара может это сказать. — Кейтлин шутливо пихнула Эрику в бок. — Покажи ей, как с тобой может быть весело.

Эрика ошеломленно посмотрела на нее:

— Я что, зануда?

— Нет, ты просто… предсказуемая, — Кейтлин отвела взгляд и посмотрела на нее искоса. — Ты много работаешь.

— Мы обе много работаем, — ответила Эрика защитно-обвинительным тоном.

— Это так, но мы с Дрю делаем что-то вместе. Помнишь, когда мы с ней ходили в поход в горы Туника? Это очень освежает, когда вы можете выбраться куда-то и делать вместе простые вещи.

— Я не любительница пеших походов, и могу сказать, что в списке предпочтений Эшли они тоже занимают не первые места.

— Хорошо, а что ты тогда любишь? — с нажимом спросила Кейтлин.

Эрика обнаружила, что нервно рвет на мелкие кусочки зажатую в руке салфетку. В голову ничего не приходило.

— Боже мой, Кейти, да я и вправду зануда!

— Соберись, Эрика.

Эрика поглядела, как последние клочки салфетки, порхая, приземляются на кучку, которую она нарвала.

— Есть одна штука, которую я обдумываю время от времени… — Внезапно она вскочила на ноги. — Поехали со мной!

Кейтлин потерла руки и буквально подпрыгнула.

— Что ты задумала?

— Мне нужно кое-что прикупить!

Лицо Кейтлин вытянулось.

— Только не за одеждой, пожалуйста, скажи мне, что это не за одеждой!

— Красный — определенно твой цвет, — Кейтлин обошла вокруг Эрики. — Он нравится мне больше, чем зеленый.

Эрика сидела верхом на квадрацикле Honda Recon и улыбалась от уха до уха.

— А ты помнишь, как мы здорово катались на тех старых трехколесниках?

— Катались, пока у них колеса не поотваливались, правда? — заулыбалась Кейтлин.

— Это ни в какое сравнение не идет со старыми трехколесниками, на которых мы в детстве катались за домом, — продавец подошел к ним и поднял руку, в которой болтались ключи. — Я дам тебе хорошую скидку, Бэррет.

Глаза Эрики вспыхнули, и она посмотрела на Кейтлин. Уже много лет та не видела у Эрики такого юного задорного взгляда, не говоря уж о последнем времени.

— Я думаю, ты должна это сделать, — Кейтлин увидела, как детское волнение на лице Эрики сменяется чем-то хитрым и озорным.

— Кларк, а сколько ты скинешь, если мы купим их два и еще трейлер?

— Ох нет, даже и не смей! — Кейтлин погрозила ей пальцем. — Дрю меня убьет!

Эрика слезла с машины и похлопала по сиденью.

— Садись, почувствуй его.

— Я сяду, но покупать его не стану. — Кейтлин влезла на квадрацикл и скрестила руки, а Эрика, поменявшись с ней ролями, заходила вокруг.

— Сколько там фонтанов понатащила в дом Дрю? — спросила Эрика сатанинским тоном. — А сколько жаб в шляпках рассиживает в твоих цветочных клумбах? — она встала прямо перед квадроциклом, подбоченилась и вздернула бровь.

Кейтлин почувствовала, как на ее собственное лицо наползает улыбка.

— Кларк, если ты добавишь пару сапог, я согласна.

— Да! — Эрика вскинула в воздух кулак и заплясала от радости.

Кейтлин схватила ее за плечи и развернула к себе.

— Покажи Эшли вот такую себя, — прошептала она с улыбкой. — Вот та женщина, в которую она влюбилась.

Эрика на секунду очнулась.

— Да я совсем не уверена, что Эшли обо всем этом подумает.

— Эш, вполне возможно, подумает, что это круто. Дрю же убьет нас обеих, особенно учитывая то, что я воспользовалась ее болезненным состоянием.

Эрика вздернула бровь, ожидая, что Кейтлин объяснится.

— У Дрю желудочный грипп, а лекарство от тошноты ее вырубило. Она до смерти расстроится, что я без нее купила такую дорогую игрушку, — Кейтлин взяла Эрику за руку. — Так что ты идешь домой со мной и объясняешь, что это ты во всем виновата, пока я буду прятаться.

Глава 30

— Ты рано проснулась сегодня, — Вики подняла глаза от книги. Шанталь лежала на диване, прикрывшись газетой, как бездомный бродяга на парковой скамейке.

Эшли присела рядом с Вики, и они обменялись понимающими улыбками, услышав негромкое похрапывание Шанталь.

— Я проехалась. Нужно было время, чтобы разобраться в мыслях.

— Тебе полегчало?

— Еще не решила, — грустно улыбнулась Эшли.

— Девочки сегодня придут на традиционный воскресный обед, — сказала Вики и зевнула. — Ты не знаешь, Дрю не выздоровела? Я бы хотела их пригласить.

— Дрю все еще обнимает унитаз, судя по тому, что рассказала мне Кейтлин сегодня утром. Я не думаю, что она будет в состоянии приехать, но я позвоню ей позже и скажу, что ты ее приглашала.

Вики взяла с журнального столика ручку и запустила ее в Шанталь. Та дернулась, а потом мягкое похрапывание возобновилось.

— Ты злая, — с хихиканием прошептала Эшли.

Вики улыбнулась.

— Да, и ей это нравится.

Мобильный Эшли зажужжал, и на экране появилось пришедшее от Кейтлин сообщение: «Она в порядке. Нужно было время для раздумий».

Эшли вздохнула и дважды перечитала его, прежде чем захлопнуть телефон.

— Тебе помочь с обедом? — спросила она у Вики.

Та покачала головой.

— На обед будут спагетти, и я их уже сделала. Ты выглядишь уставшей. Почему бы тебе не пойти прилечь ненадолго? В конце-концов, для этого и придуманы воскресенья.

Эшли поднялась в свою комнату и бухнулась на кровать с телефоном в руках. Она прикидывала, а не позвонить ли ей Эрике, пока не уснула.

— Моя задница горит, во рту отвратительный привкус, с которым не справляется «Листерин»[36], но в остальном я в порядке, — сказала Дрю, когда Эшли позже позвонила справиться о ее здоровье. — В последний раз, когда меня стошнило, я, кажется, увидела фрагмент собственной грудной клетки.

Эшли скривилась от отвращения.

— Спасибо, что поделилась такими подробностями.

Дрю расхохоталась и застонала.

— Расскажи мне о концерте. Что я пропустила?

— Все прошло нормально. Я умудрилась не забыть слова и попадала в ноты.

— Много народу было в зале?

— Битком.

— Я так расстроена, что пропустила твой концерт, — Дрю облизала губы. — Никогда больше не буду есть курицу в кунжуте.

— Дрю, прекрати.

— Не смеши меня, Эшли, мне больно смеяться.

Улыбка Эшли угасла.

— Я приезжала утром повидать Эрику, а ее не было дома. Зато я видела Кейтлин, и она сказала, что ее не было всю ночь.

— Она любит тебя, солнышко, и ты в глубине души знаешь, что она никогда…

— Я знаю, — ответила Эшли, радуясь, что Дрю не закончила предложение. — По крайней мере, я надеюсь, что знаю.

— Как там Алекс?

Эшли шумно выдохнула.

— С ней все в порядке, Дрю. Ты к чему клонишь?

— Я знаю, что тебе одиноко, и я знаю, что она доступна.

— Так вот что ты думаешь мне нужно сделать? Завести с ней интрижку, пока я пытаюсь наладить отношения с Эрикой?

— Вовсе нет. Я просто хочу знать, приходило ли это тебе на ум?

Эшли прикусила щеку, когда вспомнила, как обнимала Алекс прошлой ночью, и их разговор, когда они гуляли вокруг озера при луне.

— Эш?

— Она не хочет.

— Ты откуда знаешь? — спросила Дрю, и в голосе ее прозвучал ужас.

— Это не то, о чем ты думаешь. Выкажи мне больше доверия.

— Я бы с удовольствием, но когда ты брякаешь что-то такое, это заставляет бедную девушку волноваться.

— Я не… хочу ее, но иногда… — Эшли закрыла лицо руками и сама задумалась, в чем же тут дело. — Я запуталась. Она сейчас такая, какой я хотела видеть ее тогда. Сочувствующая, заботливая, а Эрика так далеко. Иногда я задаю себе вопрос…

— Какой вопрос? Не стоит ли вам попробовать снова?

Эшли не могла заставить себя подтвердить это вслух. Если бы только Эрика была в пределах досягаемости… Но ее не было. Может, у всего происходящего есть причины? И их отношения себя исчерпали?

— А что, если это не такая хорошая идея — проводить с ней сейчас столько времени? Это не дает тебе спокойно принять решение.

— Мы говорили с ней недавно, и я призналась, что помню, как это — быть с ней. А она сказала мне, что это неподходящее время и место, и… — Эшли почувствовала, как раскалывается ее голова.

— Ага! Так ты погружаешься в старые воспоминания! Я же говорила тебя, что так и будет, Эш.

— Я знаю, — Эшли снова бухнулась на кровать.

— Ты знаешь, что я люблю Эрику, и если вы не наладите отношеня, это меня убьет. Поступай, как тебе будет лучше, но, дорогая, я не думаю, что Алекс — это ответ. Ты не сможешь разобраться в собственных чувствах, если будешь при этом находиться в чьих-то объятиях.

— Ты сильно преувеличиваешь. Да, в последнее время у меня довольно противоречивые чувства, но я не собираюсь прыгать к Алекс в постель. Я просто признаю, что я кое-что ощущаю и переживаю. И вообще, нам обязательно говорить об этом сейчас?

Настала очередь Дрю раздраженно выдохнуть.

— Ладно, извини меня. Но пообещай, что поговоришь со мной, прежде чем что-либо предпринимать.

— Вот в этом вся суть. Ничего предпринимать я не собираюсь. Мне нужно просто излить свои чувства, и чтобы ты при этом не падала в обморок, а выслушала меня.

— Окей, окей. Я буду вести себя прилично, несмотря на то, что таблетка от тошноты начинает действовать и я чувствую себя слегка окосевшей.

— Ладно тогда, передавай Кейтлин от меня привет.

— Считай, что она уже с приветом, солнышко.

— Люблю тебя, Дрю.

— И я тебя. Завтра на ланч не приходи. Я не знаю, насколько заразная эта пакость.

— Тогда до скорого и пока.

— Пока, любимая.

Эшли захлопнула телефон и прикрыла глаза.

Хорошо бы вздремнуть, и, если ей повезет, проспать и обед тоже.

Глава 31

— Вовремя ты проснулась, — усмехнулась Шанталь, когда Эшли подошла прямо к плите, подняла крышку и принюхалась.

— Не позволяй ей дразнить себя, Эш, — Вики вскинула бровь и глянула на Шанталь. — Я только что согнала ее задницу с дивана. И если бы я этого не сделала, она бы все еще храпела.

— Я этого не говорила! — рявкнула вошедшая Жаклин. За ней по пятам в заднюю дверь ворвалась Линдсей. — Я сказала, что у меня карамелька прилипла к зубам! С чего ты решила, что я сказала, что ты толстая, я не понимаю!

— Это был взгляд, — Линдсей показала на лицо Жаклин. — Вот этот самый взгляд!

— Леди, — сказала Шанталь, привлекая их внимание, — по воскресеньям здесь не будет ни кровопусканий, ни нанесения увечий. И уж точно не в этом доме.

— Кто-нибудь откроет уже эту бутылку каберне? Мне нужно выпить! — Жаклин вытащила из шкафчика бокал. — Привет, малышка, — сказала она Эшли и чмокнула ее в щеку.

— От вина толстеют, кстати, — Линдсей отпила воды из бутылки.

— Я. Не. Называла. Тебя! Толстой! — голос Жаклин становился все громче с каждым словом.

— Ах, старая добрая традиция ругаться воскресными вечерами живет и процветает, — приветливо сказала вошедшая в боковую дверь Алекс. — А я уже боялась, что все пропущу.

Линдсей закатила глаза, а Жаклин показала Алекс средний палец.

Эшли видела Алекс практически во всем — от спандекса до кожи, но никогда — в костюме и на каблуках. Она поняла, что не может отвести от нее глаз.

— Ты где была? — Вики ухватила Алекс за лацканы, и они обменялись поцелуями.

Алекс махнула одной рукой, а второй достала себе из шкафчика бокал.

— У мамы Мак-Кини было что-то вроде… социального мероприятия. Мне следовало присутствовать, одетой подобающим образом. Я пробыла там достаточно долго, чтобы повстречаться с парочкой тех, кого она зовет влиятельными людьми, а потом сбежала через сад.

— Ох и достанется же тебе за такую выходку, — сказала Шанталь, и все рассмеялись вместе с ней, включая и Алекс.

— О, я уверена, что понедельник принесет с собой много интересного. Я прямо так и слышу, как она говорит, — Алекс опустила уголки рта, изображая собственную мать, — «Александра, я обнаружила, что ты рано покинула мое суаре[37]. В чем причина?»

— Вылитая мама Мак-Кини, — со смехом сказала Жаклин.

Вики сжала плечо Алекс.

— Я тебе не завидую.

— Вот поэтому я и прикидываю, не поработать ли мне дома, — ухмыльнулась Алекс и отпила глоток вина.

— Так, дамы, паста готова. Устроим это в стиле самообслуживания, так что все берем по тарелке и становимся в очередь на раздачу. А потом проходим в гостиную, потому что тренер Шанталь хочет, чтобы мы просмотрели запись субботнего выступления.

Жаклин закатила глаза, пока насыпала себе салат.

— Вы все снимаете?

— Как всегда, — усмехнулась Шанталь. — Помни об этом, когда вы в очередной раз захотите заняться сексом в нашем бассейне, пока мы в отпуске.

Шанталь шутила, но когда она заметила, как зарделись щеки и шея Линдсей, она поняла, кому принадлежала верхняя часть купальника, которую она нашла в фильтре бассейна.

Когда все уселись и начали есть, Шанталь включила запись. При виде себя Эшли покраснела, но сделала для себя несколько замечаний на будущее. Вместо того, чтобы вести себя профессионально, женщины стали издеваться и поддразнивать друг друга, пока Шанталь не поменяла диск, и все стали смотреть кино.

Алекс унесла опустевшую тарелку Эшли на кухню и налила ей еще чаю. Она принесла ей стакан, улыбнулась и села рядом с Жаклин и Линдсей. Эшли смотрела, как Алекс сбрасывает туфли и закидывает ногу Линдсей на колени.

Эшли облокотилась о Шанталь и еще раз удивилась, как им всем до сих пор хорошо вместе. Они возились вместе, как выводок щенков, и никто не считал это странным.

Эшли не могла сосредоточиться на фильме и постоянно отвлекалась. Она подумала об Эрике, о том, как она проводит свой вечер и с кем. При мысли об Эрике и о расстоянии между ними у нее защипало в глазах. Она часто заморгала, стараясь сдержать слезы. Сфокусировалась на фильме, а потом перевела взгляд на Алекс.

На короткую секунду она позволила себе представить, каково бы это было — встречаться с такой женщиной, какой Алекс стала сейчас. Мысль развлекла ее на мгновение, но тут же вслед за ней пришло чувство вины. Она почувствовала, что предает Эрику и их отношения, рассуждая о таких вещах. Тогда она позволила не столь приятным воспоминаниям об Алекс заполонить ее ум.

— Ты Алекс не видела? — спросила Эшли, когда Жаклин открыла дверь гостиничного номера в ответ на стук.

Жаклин протянула руку и втащила Эшли внутрь.

— Ты в автобусе смотрела? — она спихнула с кровати кучу вещей предложила Эшли присесть.

— Автобус был закрыт. Я проверила холл и мини-маркет через улицу. Ее нигде не видно.

Жаклин пожала плечами.

— Ты же знаешь, какая она делается, когда налажает. Она ото всех прячется.

Эшли глянула на часы на прикроватной тумбочке. Было начало второго ночи.

— Обычно она не прячется так надолго, — вздохнула Эшли и встала. — Если увидишь ее, дай мне знать.

— Единственное, что я собираюсь увидеть, так это собственные веки изнутри, — пробормотала Жаклин и бухнулась обратно на кровать.

Эшли побрела по стихшему коридору к номеру, который, как предполагалось, был их с Алекс. Заглянула в него и нахмурилась, обнаружив, что там до сих пор никого нет. Она решила еще раз пройтись через холл к автобусу. Если Алекс и там нет, то ей придется сдаться и просто ждать.

Алекс была страшной перфекционисткой, когда дело касалось игры на гитаре. Она жутко расстраивалась из-за малейшей ошибки, а на сегодняшнем концерте она допустила их три. Когда автобус привез всех в гостиницу, она так и осталась сидеть сзади и попросила всех оставить ее одну. Эшли уважила ее просьбу, но когда прошло несколько часов, начала беспокоиться, и под ложечкой у нее поселилось нехорошее гложущее чувство.

Холл был пуст, за исключением нескольких посетителей бара. Последняя надежда была на автобус. К своему удивлению, Эшли обнаружила, что он не заперт, толкнула дверь и вошла. Кровь отлила от ее лица, когда она различила два что-то страстно стонущих голоса. Один из них она знала лично. Здравый смысл говорил ей развернуться и уйти, но эмоциональная часть взяла верх. Ей нужно было своими глазами увидеть то, что уже услышали ее уши.

Не слова ни говоря, она прошла по узкому проходу и распахнула дверь. Алекс улыбалась, но улыбка быстро соскользнула с ее лица, сменившись растерянностью, злостью и стыдом. Женщина, лежавшая под Алекс, едва ли заметила вмешательство Эшли.

— Вот здесь дальше и спи! — эти слова единственные пришли Эшли на ум.

Эшли вернулась в настоящее, когда Жаклин и Линдсей снова стали спорить. Она встала и потянулась, чувствуя себя опустошенной. Перецеловала всех и пошла в спальню. Она не была настроена ни с кем беседовать, а особенно с Алекс.

Эшли наполнила ванну горячей водой и со вздохом опустилась в нее. Чувство бездомности охватило ее, когда она улеглась. Ей хотелось вернуться домой и отмокнуть в собственной ванне. Спать в своей кровати, и чтобы ее окружали личные вещи. Эшли раздраженно потерла лицо. Это были и все причины, по которым она хотела вернуться домой? Эрика тут вообще играла какую-нибудь роль?

Если прекратить себе врать, ей придется признать, что они с Эрикой давно стали хорошими соседями, у которых время от времени приключается секс. Связь между ними ослабла настолько, что почти совсем исчезла. Сошла на нет, была погребена бытовыми заботами — оплатой телефонных счетов, выносом мусора, сидением перед телевизором, потому что говорить было не о чем. И не было ничего удивительного, что они порвали из-за такой малости, как неспособность пойти на компромисс в одном-единственном вопросе.

Может быть, пришло время ей подыскивать собственное жилье.

Глава 32

С того самого момента, как Эшли отперла дверь клиники, пациенты пошли сплошным потоком. Те, кто не страдал от тошноты и рвоты, жаловались на обычную простуду. Эшли вместе с остальным персоналом едва ли не купались в антибактериальных средствах. С простудой она бы еще справилась, а вот с желудочным гриппом не хотела иметь ничего общего.

Когда пришло время ланча, Эшли скрылась в комнате отдыха с пакетиком чипсов и заметила на телефоне сообщение от Дрю. «Позвони мне, когда сможешь».

— Голос у тебя на тысячу процентов лучше, — улыбнулась Эшли, когда Дрю взяла трубку.

— Мне и есть лучше. Меня перестало выворачивать с тех пор, как мы с тобой вчера поговорили. Сейчас я просто чувствую себя обезвоженной и слабой.

— Тебе нужно отдыхать. Дай себе время восстановиться.

— Ага, конечно! Я на ногах с шести утра, мечусь между твоим домом и своим. Эрика и Кейлин подцепили тот же вирус. Я заставила Эрику прийти к нам, чтобы я могла приглядывать за ними обеими.

— Ой, Дрю, мне очень жаль. Я приеду после работы и посижу с ними ночь, чтобы ты могла отдохнуть.

— Нет, не приедешь. Это слишком заразно. Держись от нас подальше, Эш, я тебя и на порог не пущу.

— Это же смешно. Я подвергаюсь большему риску на работе, — Эшли выбросила наполовину съеденные чипсы в мусорку. — Ты сейчас совсем не в состоянии ухаживать за этими двумя нытиками сама. Помнишь, когда они подцепили простуду? Они нас чуть не уморили.

— Вот именно поэтому тебе и не надо здесь появляться — риск заразиться вдвое выше. Между прочим, болезнь длится только двадцать четыре часа. Подожди, — Дрю отвела трубку от уха. — Поставь чертов суппозиторий, Кейти! Если ты на прекратишь ныть, я сама засуну его тебе в задницу! Клянусь! Это как иметь двух шестилетних детей, — сказала Дрю в трубку. — Они не хотят лекарство от тошноты, потому что это суппозитории.

— Я могу попросить доктора Бенуа заглянуть к вам после смены, — улыбнулась Эшли. — Он живет всего в квартале от вас. Я уверена, что если попрошу, она зайдет и сделает им по уколу.

Дрю понизила голос.

— Если я только заикнусь об уколе, они обе сбегут с визгом. Спрячутся у тебя в доме и забаррикадируются. Дам им помучиться еще час или около того, а потом они уже будут готовы сами набить себе задницы хоть горящими углями, если это избавит их от рвоты.

— Есть что-нибудь, чем я могла бы тебе сейчас помочь? Что-нибудь привезти?

— Нет, они есть не могут, а я пробавляюсь сухариком, — зевнув, ответила Дрю.

— Когда я закончу работать, я привезу вам хлеба и еще чего-нибудь. Я не хочу, чтобы ты пыталась выбраться за покупками.

Дрю неохотно продиктовала Эшли список необходимого и взяла с нее обещание, что она оставит пакет с покупками на капоте машины Кейтлин.

Позже вечером Эшли выполнила инструкции, пока Дрю наблюдала за ней сквозь окошко в кухонной двери.

— Скажи им, что мне жаль, что они заболели, — сказала Эшли сквозь закрытую дверь. Дрю закивала и показала ей больше пальцы. — Скажи Эрике… — Эшли расстроенно провела пальцами по волосам. — Скажи ей, пусть звонит мне, если ей что-нибудь нужно.

Дрю покивала и показала на машину Эшли.

— Езжай, — она посмотрела на Эшли взглядом, который должен был быть устрашающим.

Эшли посмотрела на их с Эрикой дом, и тянущее чувство поселилось у нее внизу живота. Она надеялась, что это не начинается действие вируса. В душе она знала, что это была просто тоска по дому. Она ехала в Батон Руж и чувствовала, что разрывается. С одной стороны, она хотела вернуться домой. С другой, она задавала себе вопрос, а есть ли у нее дом, куда можно вернуться, и снова задумывалась, а не пришла ли пора двигаться дальше. В жизни своей она не испытывала столь противоречивых чувств.

— Ты выглядишь уставшей, — Шанталь подняла голову от газеты, которую читала, сидя за кухонным столом.

Эшли принюхалась, добралась до кофейника и налила себе чашку. Потом тяжело опустилась на стул.

— День был длинный. И все в Сент-Франтисвилле больны не одним, так другим.

Шанталь свернула газету и отложила ее в сторону.

— Я сегодня поломала компьютер в магазине. Вики устала, что я торчу у нее за плечом, и отправила меня домой.

— Хорошо, это дает мне шанс что-нибудь приготовить для разнообразия. Надо же хоть как-то участвовать в домашнем хозяйстве, — Эшли начала вставать.

Шанталь придержала ее за руку.

— Она сказала мне передать тебе, чтобы ты ничего не делала. Она купит что-нибудь по дороге домой. Садись, она уже скоро приедет.

Эшли закатила глаза.

— Я чувствую себя халявщицей. Она должна разрешить мне хоть что-нибудь делать по хозяйству.

— Ты здесь, и это все, что для нас имеет значение. — Шанталь улыбнулась и сжала руку Эшли. — Обстоятельства складываются для тебя не лучшим образом, но для нас это чудесно. Паршиво будет, когда ты уедешь.

Эшли почувствовала, как горит ее лицо, и слезы обжигают глаза.

Шанталь продолжала улыбаться, но ее темные глаза пристально смотрели на Эшли. Она потянулась и вытерла слезу, катившуюся по ее щеке.

— Поговори со мной.

Эшли замотала головой.

— Я в жизни не была в таком раздрае.

— Ты пытаешься решить, должна ли ты уйти или попытаться спасти то, что у тебя было, — произнесла Шанталь, будто прочитав мысли Эшли.

— Да я даже не понимаю, почему мы, собственно, врозь. Мне было больно, я злилась, потому что думала, что она ведет себя, как задница из-за того, что у меня появилось увлечение на стороне.

— Так просто ничего не бывает, — пожала плечами Шанталь. — Мы взрываемся из-за чего-то одного, но обычно за этим прячется целый список непрощенных прегрешений.

— Я хочу перемен. Я больше не довольна своей прежней жизнью, и я этого даже не осознавала, пока в нее не вернулись вы, — сказала Эшли, обращаясь скорее к самой себе и не поднимая глаз от стола.

Шанталь положила свою руку поверх руки Эшли.

— Эрика дала тебе уйти. Она не появилась здесь на следующий день и не умоляла тебя вернуться домой. Я подозреваю, что она тоже не была с тобой абсолютно счастлива.

Эшли была так поглощена собственными чувствами, что ей и в голову не приходило, что Эрика может быть тоже чем-то недовольна.

— Есть только один способ узнать, есть ли у вас то, за что стоит бороться. — Шанталь отпустила руку Эшли и постучала ее по подбородку кончиком пальца. — Убежать от проблемы никогда не означало ее решить, правда?

— Я знаю, — согласилась Эшли, чувствуя себя ребенком.

— Я хочу тебе кое-что сказать, но сначала ты должна знать, что я тебя очень люблю и то, что я скажу, идет от искреннего желания помочь. — Шанталь сделала паузу и подождала, пока Эшли поднимет голову и посмотрит ей в глаза. — Мы все взрослые женщины, но иногда мы бываем раздражительными и мелочными. Мы же всего-навсего люди. Но из того, что я увидела в Эрике, мне кажется, она по-настоящему любит тебя. И еще она хорошо зарабатывает. Я права?

Эшли кивнула, чувствуя, куда Шанталь клонит. Но как же больно было слышать, как одна из ее самых близких друзей озвучивает то, что она чувствовала и сама.

— Когда ты появилась у нас, ты была такой измученной. Нам, конечно, был нужен твой страстный и проникновенный голос, но еще мы хотели заботиться о тебе. — Шанталь закатила глаза. — Особенно Вики, она нянчилась с тобой, как мать, еще двадцать лет назад, и я вижу, что она делает это и сейчас. А я считаю, что тебе пора повзрослеть в эмоциональном плане. Перестань убегать, когда сталкиваешься с трудностями и встречай их лицом к лицу. Если ты больше не любишь Эрику, тогда рви эту связь, а если любишь, тогда не позволяй вашим отношениям закончиться из-за подобных проблем. Иди на компромисс.

Эшли пристыженно отвела взгляд.

— Я… я понимаю, о чем ты говоришь, и я согласна. У меня было много времени, чтобы все хорошенько обдумать, и мне совсем не нравится то, что я вижу в себе.

— Мы все так поступаем, — улыбнулась Шанталь. — Я знаю, что Вики рассказала тебе о том, что мы расходились и, честно говоря, вина практически полностью лежит на мне. Конечно, это я сейчас так говорю, а вот тогда признать это было трудно.

Эшли встала и поцеловала Шанталь в щеку.

— Мне нужно позвонить. Спасибо, что была со мной честной.

— Однажды ты сделаешь то же самое для меня, ведь мы будем стареть вместе, правда, паршивка ты эдакая? Пообещай мне, что так и будет.

— Обещаю. — Эшли еще раз поцеловала ее и вышла из комнаты.

— Как ты себя чувствуешь? — нервно спросила Эшли, услышав голос Эрики.

— Вот прямо сейчас я ненавижу Дрю вместе с ее лекарствами, — голос Эрики был слабым и уставшим. — Она как инструктор по строевой подготовке, и на вооружении у нее коробка суппозиториев. Я наконец сдала позиции и взяла один, а Кейтлин еще держится. Я так думаю, Дрю скоро засунет ей его в нос.

Эшли вообразила себе эту картину, хихикнула и плюхнулась на кровать.

— Тебе нужно что-нибудь? — спросила она, потому что не знала, о чем еще спросить. Неужели теперь при разговоре они будут всегда ощущать эту странную неловкость? В телефонной трубке царила тишина, и она подумала, а не прервалась ли связь?

— Мне нужно… — голос Эрики дрогнул. Эшли услышала, как она сглотнула. — Мне нужно то, о чем я не знаю как попросить.

Глаза Эшли наполнились слезами, а тело — облегчением.

— Нам нужно поговорить, я…

— Нет, — голос Эрики внезапно стал твердым. — Я не хочу сидеть и разговаривать о том, что с нами не так. — Эшли снова услышала, как она с трудом сглатывает. Теперь ее тон стал более мягким, почти нервным. — В настоящий момент я просто хочу с тобой познакомиться. Так что… хочу спросить, не желаешь ли ты со мной куда-нибудь сходить.

— Это типа свидание?

— Ага, может, в следующие выходные? — с надеждой спросила Эрика. — Как насчет в субботу, в три?

— В субботу подходит, — ответила Эшли и задумалась о странном выборе времени. — Хочешь, я подъеду к дому?

— Нет, я сама за тобой заеду.

Эшли почувствовала, как приподнятое настроение и надежда покидают ее при мысли, что Эрика почему-то не хочет, чтобы Эшли приезжала домой.

— Я хочу, чтобы мы встречались по-настоящему, — сказала Эрика, словно читая ее мысли. — Ты позволишь мне сделать так, как я хочу?

— Тогда, значит, в три. — Чувства Эшли словно катались на американских горках — в одну секунду от волнения и надежды, что все наладится, к растерянности и боли, потому что между собой и Эрикой она чувствовала расстояние, а Эрика его еще и намеренно сохраняла.

— Мне пора идти, — в голосе Эрики звучала тревожность, и Эшли подумалось, что она, возможно, чувствует себя так же неловко, как и она сама. — Лекарство, которое мне дала Дрю… у меня от него все плывет перед глазами… Я тебя… Я с нетерпением жду нашей встречи.

— Скажи, неужели ты почти проговорилась и чуть не сказала, что любишь меня? — Эшли зажмурилась, но слезы все равно просочились сквозь веки.

— Я не была уверена, хочешь ли ты это слышать.

Эшли прерывисто выдохнула и все-таки всхлипнула, несмотря на все попытки сдержаться.

— Мне нужно было это услышать.

— Я правда люблю тебя, Эш, — сказала Эрика. Ее голос звучал так, будто она вот-вот сорвется в истерику. — Я поэтому тебе и позвонила.

Эшли шмыгнула носом и хихикнула.

— Вообще-то, это я тебе звоню.

— Ох, да, правильно, — Эрика попыталась рассмеяться, но смех у нее вышел больше похожим на икоту.

— Иди, отдыхай. У нас в субботу свидание, так что выздоравливай.

— Обязательно. Я люблю тебя, Эш. — Эрика повесила трубку, прежде чем Эшли успела ответить.

— И я тебя люблю, — проговорила Эшли вслух, повернулась на бок и обняла подушку. Разговор, каким бы коротким он ни был, истощил ее физически и эмоционально.

Она проснулась на следующее утро почти в той же позе и во вчерашней одежде.

Эрика почувствовала, как кто-то оттягивает ей веко. Она открыла другой глаз и уставилась на бледную, как мел, Кейтлин. Та покачала головой и посмотрела на нее с отвращением.

— Ты, сучка, ты проспала всю ночь. Хочешь знать, откуда я это знаю? Я слышала, как ты храпишь, пока я там обнималась с сантехникой.

Эрика облизала губы, потянулась и поняла, что ее живот успокоился.

— Я чувствую себя лучше.

— Еще бы! — Кейтлин дернула покрывало и залезла в кровать. — Ты так храпела, что я подумала, у нас крышу приподымет.

— Ты что творишь? — спросила Эрика, протирая глаза.

Кейтлин скроила рожу и уложила свою холодную ногу на ноги Эрике.

— Дрю меня выгнала, сказала, я слишком разнылась.

— А у меня в субботу свидание, — с улыбкой сказала Эрика.

— Хорошо, у тебя есть несколько дней, чтобы избавиться от тухлого запаха изо рта, — Кейтлин зажала нос. — Но я за тебя рада.

— Чья бы корова мычала, Кейти.

Кейтлин пихнула Эрику в бок.

— Куда ты ее поведешь?

Эрика уставилась в потолок.

— У меня есть несколько идей, но все они недостаточно хороши.

— Пригласи ее в то место, где вы были на вашем настоящем первом свидании. Это будет романтично.

Эрика потерла собственную бровь и принялась ломать голову над вопросом.

— Нет, это должно быть что-то новое.

— Окей, поведи ее в зал игровых автоматов, поиграете в скибол[38], будете забивать сусликов обратно в норки поролоновыми молотками.

Эрика моргнула и посмотрела на Кейтлин. У той был абсолютно отмороженный вид.

— Ты бредишь, ты противная, и от тебя абсолютно никакого толку!

Кейтлин зевнула и пожала плечами.

— А как по мне, так хорошо. Мне нравится лупить сусликов.

Эрика тоже зевнула.

— Я снова спать хочу.

Кейтлин, уже с закрытыми глазами, одобрительно закивала.

— Подумай про сусликов, — пробормотала она, и обе отключились.

Глава 33

— Как я выгляжу? — Эшли влетела в гостиную, где на диване уютно свернулись вместе Вики и Шанталь. — Она сказала, как обычно. Это не слишком обычно? — Эшли оглядела собственные брюки с заниженной талией и заправленную в них белую блузку на пуговицах. — Может, это слишком нарядно? Наверное, лучше мне надеть вместо блузки футболку с длинным рукавом… — Эшли сдернула с плеча легенький красный свитер. — Я беру его на тот случай, если вечером похолодает, и я иногда мерзну в ресторанах. Может, надеть его сейчас? Или сменить блузку? Или я…

Вики подняла руку:

— Ты выглядишь хорошо.

— Нет! — замотала головой Эшли. — Определенно, нужно надеть футболку с рукавом, она будет лучше смотреться под свитером.

Она выскочила из комнаты, на ходу ругаясь из-за того, что испортит прическу когда будет натягивать футболку через голову.

— Ей нужно пропустить стаканчик вина, — Вики начала подниматься.

Шанталь нежно потянула ее назад.

— Она же ничего не ела. Вино — это плохая идея. Кроме того, это хорошо, что она нервничает. Это показывает, что ей не безразлично, что думает Эрика.

Эшли вернулась в комнату и резко развернулась.

— Нет, не красный, зеленый лучше! — она ускакала по коридору и через секунду вернулась с наброшенным на плечи темно-зеленым свитером. Прозвенел дверной звонок, и она замерла на месте.

— Я открою, — вызвалась Вики.

— Нет, я сама, — сказала Эшли, и лицо ее вспыхнуло. — Пожелайте мне удачи и не дожидайтесь.

Эшли вышла в прихожую, а Вики вскочила на ноги. Шанталь поймала ее за руку.

— Ты это куда?

— Подглядывать! Идем, а то все вкусное пропустим!

Шанталь со смехом потянула ее назад на диван.

— Оставь их в покое. Самое вкусное — это поцелуй на прощание, и я планирую врубить свет над крыльцом, если их занесет.

Эрика выглядела такой же нервничающей, как Эшли себя чувствовала.

— Привет, — улыбнулась она, а потом стала вести себя так, будто не знает, что ей делать дальше.

Эшли коротко обняла ее, не очень понимая, как себя вести.

Когда она отступила на шаг и хорошенько осмотрела Эрику, ее и так частивший пульс стал зашкаливать. Исчез вечный и вездесущий хвост. Волосы Эрики свободными волнами ниспадали на плечи и легко обрамляли лицо. Эшли всегда считала Эрику невероятно сексуальной с распущенными волосами, но сегодня вечером она была просто неотразима. Она похудела с тех пор, как они виделись в последний раз, но при этом отлично выглядела в джинсах с низкой посадкой. Темно-синий свитер оттенял синие искорки в ее серых глазах. Она была ошеломительна. Эшли поняла, что ей придется столкнуться с еще одной болью — на этот раз от желания.

— Эш, ты прекрасно выглядишь, — сказала Эрика, и в глазах ее была мечтательность, которой Эшли не видела уже давно. Эшли взяла протянутую руку Эрики, и от знакомого тепла у нее внутри все сжалось, а Эрика повела ее к машине. Эшли остановилась перед блестящим кабриолетом Форд Мустанг.

— А что ты сделала с джипом? — спросила она, пока Эрика подвела ее к пассажирской стороне и открыла дверцу.

— Эту машину я взяла напрокат, — усмехнулась Эрика, подмигнула и захлопнула дверцу. Потом она обошла машину и уселась за руль.

— И что тебя заставило это сделать? — спросила Эшли и стала играться с кнопочками и рычажками полностью укомплектованного спортивного автомобиля.

Эрика потянулась, взяла бесцельно шарящую руку Эшли в свои и сжала.

— Мы покупали джип вместе. Пятно от кофе на коврике рядом с консолью — твоих рук дело, — слабо улыбнулась Эрика. — И с ним связаны воспоминания. Сегодня вечером я хочу создать новые воспоминания, которые не связаны с нашим прошлым. Это наш шанс начать сначала. Ты не знаешь меня, а я не знаю тебя.

Эшли улыбнулась, когда Эрика повернула ключ и завела двигатель. Это было совсем не похоже на практичную женщину, которую она знала.

— У меня есть план А и план Б насчет ужина, поэтому я и забрала тебя в столь неурочный час, — сказала Эрика, и глаза ее заблестели. — Оба плана включают вкусную еду и приятное общение. Если ты выберешь план А, я опускаю верх машины и привожу тебя назад чуть позже полуночи. В плане Б мы оставляем верх открытым, развеиваем предосторожность и наши волосы по ветру и, вполне возможно, наступит рассвет, прежде чем ты вернешься назад. Выбор за тобой.

— И я так понимаю, ты не станешь мне рассказывать, куда мы поедем в каждом из планов? — идея такого свидания становилась с каждой минутой все привлекательнее, и Эшли почувствовала, как ее захватывает приятное предвкушение.

— Все, что я могла тебе раскрыть сейчас, я уже рассказала, — Эрика стала выезжать задним ходом с подъездной дорожки. Она остановилась перед выездом на дорогу, и ее пальцы замерли над кнопкой, которая опускала верх. Эрика вскинула бровь в ожидании выбора Эшли. Блеск в ее глазах подсказывал, что она уже знает ответ.

Эшли запрокинула голову и рассмеялась.

— Боже, помоги мне, я выбираю план Б.

Эрика наградила ее широкой улыбкой и выехала на дорогу. Когда закончились жилые кварталы с их ограничениями скорости, и они выбрались на скоростное шоссе, Эрика застонала от чистого наслаждения, врубая пятую передачу.

Эшли и понятия не имела, что Эрика умеет водить машину с механической коробкой передач и почти уже сказала об этом, но вспомнила, что ей нужно играть в первое свидание.

— Кто научил тебя ездить на механике?

— Мой папа, когда мне было двенадцать. На грунтовке, на старом «Пинто»[39], который был немногим больше, чем детский карт. — Эрика глянула на Эшли. — А что насчет тебя?

Эшли покачала головой.

— Я никогда не училась.

— Лучшего времени, чем сейчас, не будет, — Эрика свернула на первый попавшийся съезд страссы и выехала на заброшенную парковочную площадку.

— Ой, нет, я не думаю, что это хорошая идея, — Эшли слегка запаниковала от перспективы оказаться за рулем. Машина остановилась, и Эрика отстегнула ремень.

— Я не стану тебя принуждать, но ты упустишь возможность поводить крутую тачку, если сейчас струсишь.

Секунду или две Эшли колебалась, а потом, сама себе удивившись, согласилась. Она с нетерпением поменялась местами с Эрикой и внимательно выслушала инструкции. Звучало все достаточно просто, но скоро она поняла, что это не имеет ничего общего с реальностью.

— Медленно отпускай сцепление и поддавай газу, — объяснила Эрика. Звук двигателя был куда громче, чем когда Эрика трогалась с места, а когда Эшли отпустила педаль сцепления, машина прыгнула вперед, как дикий кот, и немедленно заглохла. Эрика с Эшли смеялись, как две идиотки, когда процесс повторился. Они проделали это столько раз, что несколько посетителей соседнего магазинчика стали их болельщиками. Когда Эшли наконец удалось аккуратно сдвинуть машину с места, зрители запустили волну из трех человек.

— Тебе придется сесть за руль, — сказала Эшли и откинулась на сиденье. — У меня живот болит от смеха.

Эрика посмотрела на часы.

— Уже почти пора закусить. Лучше нам поторопиться.

Они поменялись местами, Эрика выехала на шоссе и показала на проигрыватель.

— Ты руководишь музыкой. Найди нам хорошую дорожную мелодию.

Эшли сделала, как ей было сказано. Из-за музыки и шума ветра они не могли много разговаривать, но быть в компании с Эрикой было здорово.

Эшли задумалась, а как Эрика отреагирует, если она поддастся порыву и накроет ее руку своей или погладит ее по щеке кончиками пальцев. Будет ли это слишком много и слишком скоро? Незнание и неловкость, вызванные этой мыслью, действительно заставили ее чувствовать себя, как на первом свидании.

Эшли приглушила музыку, когда заметила, в каком направлении они двигаются.

— Мы что, едем в Новый Орлеан?

Эрика посмотрела на нее и улыбнулась.

— Наконец-то.

Эшли усмехнулась, когда Эрика съехала с шоссе и свернула с главной трассы на узкую асфальтированную дорогу, на которой вряд ли могли разъехаться два автомобиля. Дорога петляла, лес по сторонам скоро стал заболоченным. Когда Эшли совсем перестала понимать, где они находятся, она откинулась на спинку сиденья и стала наслаждаться видом поросших мхом деревьев, которые сплетались ветвями над дорогой, образуя полог. Потом она почувствовала, как машина замедляется и поворачивает.

— Как раз вовремя. — Эрика остановила машину и нажала кнопку, чтобы закрыть верх.

— Я рада, что ты прихватила свитер. Собиралась предложить тебе сделать это, когда забирала тебя. — Эрика улыбнулась и слегка покраснела. — Ты так хорошо выглядишь, я забыла об этом сказать.

Искреннее восхищение в глазах Эрики едва не заставило Эшли попросить ее отменить свидание и просто забрать ее домой. Ничего на свете ей не хотелось больше, чем оказаться в объятиях Эрики, но на данный момент все, на что она могла надеяться, это на может быть, поцелуй. Они делали это тысячу раз, но когда она подняла руки и потянула Эрику за воротник рубашки, в животе у нее все затрепетало. Она увидела, как на Эрику снисходит осознание происходящего, и как она чуть поворачивает голову, они наклоняются ближе друг к другу… Громкий звук гудка заставил их вздрогнуть.

Эрика нахмурилась.

— Я думаю, наше транспортное средство сейчас отчалит.

Сколько поцелуев она принимала, как должное, за все эти годы? Так думала Эшли, пока они шли к длинному деревянному причалу и спускались на ждавший их прогулочный катер.

— Леди, — лысеющий мужчина приветствовал их широкой улыбкой. — Бокал вина перед поездкой?

Они взяли по бокалу каберне и перешли на корму, где было меньше народа.

— Я всегда хотела проплыть по болотам, — сказала Эшли и отпила глоток неожиданно хорошего вина.

— Если мне повезет и ты согласишься на второе свидание, я устрою тебе тур по болотам, — с надеждой улыбнулась Эрика. — До нашего ресторана можно добраться только по воде, но ты увидишь несколько болотных видов на на обратной дороге.

Эшли не успела ответить, к ним присоединились еще две пары. Очарование пейзажей не могло соперничать с женщиной, сидевшей перед ней. Хотя они и не соприкасались, Эшли была уверена, что всем вокруг очевидно, что они — любовницы. Они прихлебывали вино, немного разговаривали и смотрели друг на друга со знающими улыбками на лицах, пока катер не пришел в док.

Ресторан Belle Terre’s Secret располагался на клочке земли, который с трудом можно было назвать островком, угнездившимся среди зарослей кипарисов. Деревья сплошь заросли мхом, свисавшим с ветвей и лениво раскачивавшимся на вечернем ветерке. Эшли услышала, как Эрика называет их имена метрдотелю. Потом их провели верх по лестнице и вывели на верхнюю веранду под открытым небом.

— Если москиты начнут докучать тебе, мы сможем перейти внутрь, но это лучшее место во всем заведении, чтобы насладиться закатом, — сказала Эрика, когда их усадили.

— Все просто отлично, — Эшли посмотрела на воду и на закатное небо, которое стало наполняться различными оттенками розового и оранжевого. Краем уха она услышала, как Эрика заказывает закуски подошедшему официанту. Через несколько минут стол ломился, уставленный блюдами, от которых у нее слюнки потекли. Эрика улыбнулась ее удивлению, и официант наполнил их бокалы.

— Если я все это съем, я уже не смогу съесть ничего из того, что ты запланировала заказать на ужин, — Эшли оглядела столик.

— Мы будем ужинать не здесь, разве что ты углядишь в меню что-то такое, что просто должна будешь попробовать.

— А ты полна сюрпризов, да? — спросила Эшли, откусила кусочек «Крабовых клешней по-крестьянски» и застонала от удовольствия.

— Надеюсь, что да, — Эрика оперлась подбородком на ладонь и посмотрела ей в глаза. — Ты красивая женщина, Эшли.

Комплимент, казалось, удивил саму Эрику не меньше, чем Эшли. Эрика быстро заморгала, как будто слова соскользнули с ее губ сами по себе. Лицо ее зарделось, она отвела взгляд и отпила глоток вина. Потом шумно вздохнула и повернулась к Эшли с улыбкой.

— Так расскажи мне, чем ты занимаешься в свободное время.

Эшли пожала плечами, чувствуя себя глупо оттого, что приходится отвечать на вопрос, ответ на который Эрика явно знала.

— Я люблю возиться в саду, и я люблю петь. А ты?

— Я люблю водить квадрацикл, — серьезно произнесла Эрика, но было явно видно, что она пытается не рассмеяться.

— А вот и нет!

Эрика покачала головой.

— Ты этого не знаешь. Это наше первое свидание.

— Я целиком и полностью готова притворяться, что у нас первое свидание, но не вешай мне на уши лапшу!

— Я ничего никуда не вешаю, — ответила Эрика, не в состоянии сдержать улыбку.

— Квадрациклы, — сказала Эшли. — Это же вездеходы.

— Точно, — ответила Эрика с детским волнением. — Моя лучшая подруга уговорила меня купить его. Я разъезжаю на нем по грязи и снова чувствую себя ребенком.

— Я поверить не могу, что ты купила…

— Играй по правилам, Эш, — Эрика отпила глоток вина.

Эшли подняла свой бокал и сама отпила хороший глоток. Ее мозг никак не мог переварить новое открытие. «Наконец-то она нашла себе хобби», — пришла злобная мысль. — «Мы расстались, и она тут же завела себе жизнь за пределами офиса!»

— Расскажи мне о том, как ты поешь.

— Не могу. — Эшли опустила бокал на стол. — Я не могу сидеть здесь и делать вид… — Эшли прикусила щеку изнутри, пытаясь совладать с гневом. Глянула на протоку, в которой отражались розовые и оранжевые тени. Несколько минут назад все было так романтично. Сейчас окружающая глухомань заставила ее почувствовать себя в ловушке. Швырнуть салфетку на столик и выскочить вон возможности не было.

— Говори, — спокойно произнесла Эрика. — Скажи мне, что ты думаешь.

Эшли раздраженно выдохнула и посмотрела Эрике в глаза.

— Мне было так одиноко, я так скучала по тебе, по дому и я… Я надеялась, что ты чувствуешь то же самое по отношению ко мне.

Глоток вина помог размягчить собравшийся в горле комок. Она надеялась, что жжение в глазах поутихнет, и она сможет выразить свои чувства и не сорваться при этом в истерику.

— Ты расстроена потому, что я нашла новое увлечение? — голос Эрики был низким и спокойным, но с оттенком резкости. Она приподнялась и потянула Эшли за руку, пока та не посмотрела на нее. — Я сплю на диване с тех пор, как ты ушла. Не могу даже подумать о том, чтобы спать в нашей кровати без тебя. Я была в таком эмоциональном раздрае, что моя мать всерьез собралась выдавать Дрю антидепрессанты, чтобы она подсыпала их мне в питье, — глаза Эрики заблестели, а голос стал хриплым. — Так что если ты думаешь, что у меня была не жизнь, а малина, то ты ошибаешься.

Эрика выпустила руку Эшли и со вздохом опустилась на стул.

— Впрочем, я понимаю твои чувства. У тебя есть музыка, есть твои друзья, а я ложусь спать с одной мыслью — думаешь ли ты обо мне? Скучаешь ли ты обо мне?

— Скучаю, — призналась Эшли и по ее щеке скатилась слеза. Она сердито смахнула ее, и тут же ей на замену выкатилась следующая.

— Если ты хочешь, чтобы я бросила музыку, я это сделаю. Я просто хочу вернуться домой. Я хочу вернуть нас.

Эрика грустно покачала головой, и Эшли почувствовала, что ее вот-вот стошнит.

— Ты не хочешь, чтобы я вернулась? — вырвалось у нее.

— Я хочу, чтобы ты вернулась, Эш, больше всего на свете хочу.

— Тогда чего мы здесь сидим?! Поехали домой, — умоляющим голосом попросила Эшли, не в силах сдержать отчаяние.

— Мы не можем вернуться к тому, что было, по крайней мере, я не могу. — Эрика отвела взгляд. — Между нами все изменилось, и так, как раньше, уже не будет, как бы мы ни старались.

Эшли не сдержала рыдание, сотрясшее ее.

— Мы уже пробовали, помнишь? — Эрика попыталась улыбнуться, но глаза ее снова увлажнились, она моргнула и посмотрела в сторону. — Я не хотела заводить этот разговор сегодня, но, думаю, это неизбежно. — Она прерывисто вдохнула и медленно выдохнула.

— Та жизнь, которая у нас была, закончилась, Эш. — Эрика сжала ладонь Эшли, когда та попыталась забрать руку. — Но у нас есть надежда. Мы можем начать заново. Так, как раньше, не будет, но если мы обе постараемся, то у нас может получиться даже лучше, чем было.

— Я не знаю, радоваться мне или огорчаться, — сказала Эшли и шмыгнула носом. — Я хочу второй шанс, но что-то мне подсказывает, что тебе придется еще некоторое время ночевать на диване.

Эрика улыбнулась сквозь слезы.

— Я принимала тебя, как данность и где-то в процессе сбилась с пути. Однажды утром я проснулась и поняла, что я не знаю, кто ты по-настоящему.

— Ты так и не простила меня? — Эщли ощутила, как едва зародившаяся надежда начинает таять.

— Простила, и я сейчас не об этом, — Эрика потянулась к Эшли и заправила выбившуюся прядь волос ей за ухо, позволив своим пальцам задержаться на ее щеке. — Я хочу сказать, когда ты долго с кем-то живешь, ты перестаешь интересоваться, что им движет.

Впервые с тех пор, как началась вся эта неразбериха, Эшли осознала, что виновна в том же самом. И это ясное осознание сопровождалось уколом боли. Она сердилась на Эрику за то, что та отказывается понимать, почему ее поспешное возвращение к музыке было столь важным для нее. Но теперь она была вынуждена признать, что сама она проявила ничуть не меньше упрямства, если не больше.

— Я тоже принимала тебя, как данность, теперь я это понимаю, — призналась Эшли, повернула голову и поцеловала ладонь Эрики. Она стиснула ладонь, гладящую ее щеку, и прижала ее к груди. — Я знаю, что тебя убивало то, что я скрывала свое прошлое, и я сама себя обманула, поверив, что причина только в этом. На самом деле я круто все изменила и ждала, что ты приспособишься. Я ни разу не спросила тебя, что ты об этом думаешь, что чувствуешь, потому что боялась ответа.

Эрика пожала плечами.

— Может, это и к лучшему. Этот переворот заставил меня понять, что я заслуживаю все то, что получила. И поэтому я хочу начать все заново. Я хочу узнать тебя снова и без повседневных жизненных забот, которые только мешают.

— Тогда расскажи мне о своем увлечении квадрациклами еще раз, — с улыбкой сказала Эшли.

Глава 34

Было уже десять вечера, а они еще даже не добрались до города. Эрика собиралась устроить ужин во Французском Квартале, но они так много съели в Belle Terre’s Secret, что ни у кого не быо аппетита.

Эрика медленно вела машину и слушала Эшли. Ей пришлось потратить время на убеждения, но Эшли вернулась в игру. Эрика делала вид, что ничего не знает о прошлом Эшли и заставила ее все рассказать снова.

И, хотя Эрика уже слышала печальную повесть о короткой карьере Эшли в качестве рок-звезды, в этот раз все звучало по-другому. Она и воспринимала все по-другому. Услышанное больше не вызывало протеста, а наоборот, скорее она даже сопереживала чувствам Эшли. Правда, только до тех пор, пока не прозвучало упоминание об Алекс. Она приготовила себя к этой части истории, но ее интересовало, а не добавилось ли что-то в последнее время в эту особенную главу. Эрика не могла переварить даже мысли о чьих-то руках, касающихся Эшли. Этот разговор лучше было отложить до другого раза.

С самого отъезда из ресторана они были так увлечены разговором, что даже не заметили красот реки в лунном свете, когда катер вез их обратно к машине. Эшли больше не спрашивала, куда они едут, явно соглашаясь отправиться с Эрикой куда угодно.

— И на что это похоже — выходить на сцену, когда зал битком набит публикой? — услышала Эрика собственный вопрос.

— За час до шоу это сплошной ужас, но когда я, наконец, выхожу на сцену, я будто оказываюсь в другой реальности, — Эшли пожала плечами. — Я не очень хорошо все помню, разве что сильно облажаюсь. А так, это словно сон.

Эрика покачала головой.

— Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду.

— Некоторые люди — прирожденные артисты, — ответила Эшли. — Я в их число не вхожу. Я пою, и мне очень нравится это делать, но выступления никогда не были моей сильной стороной. Когда я выхожу на сцену, я фокусируюсь на песне, а мое тело делает то, на что натренировано. Почти каждое мое движение отрепетировано годы назад. — Эшли рассмеялась. — Если ты сравнишь записи со старых концертов с тем, что мы играем сейчас, ты увидишь, что я двигаюсь точно так же.

— Но тебе же это нравится, правда?

Какое-то мгновение Эшли молчала и формулировала ответ.

— Мне нравится музыка, нравится слышать, как звучат вместе наши инструменты, как сливаются наши голоса. Я всегда считала, что мы идеально звучим вместе. Но выйти на сцену и отыграть концерт — каждый раз это вызов для меня. Настоящее испытание — убегу я с визгом или все же шагну на сцену. И я всегда так горжусь собой после шоу, потому что поборола страх. А теперь твоя очередь — скажи мне, чего боишься ты?

— Неудачи. Провала, — сказала Эрика и неосознанно нажала на газ. — Я боюсь разочаровать своих стариков, если напортачу в семейном бизнесе. Боюсь, что испорчу возможность, которую ты мне дала.

Эшли не сказала ничего, чтобы облегчить ее страхи, но вместо этого взяла Эрику за руку и нежно сжала.

К вящему удовольствию Эрики, у Айви было немноголюдно, но она знала, что уже через час ситуация изменится. Эшли держала ее за руку, когда она вела их к столику.

— Что тебе принести выпить? — спросила Эрика, оставшись стоять, когда Эшли уселась на любезно пододвинутый ею стул.

— Ром с колой, наверное, — Эшли посмотрела на часы. — Если ты собираешься держать меня здесь до рассвета, то мне нужно поумерить темп.

Эрика заняла место у бара и заказала напитки, а сама стала смотреть на Эшли, которая сидела и вертела по сторонам головой, изучая обстановку. В этом самом баре Эрика впервые услышала «В один прекрасный день», а теперь у нее было свидание с женщиной, написавшей эту песню. Эрика улыбнулась. Вообще-то, это было даже круто, хотя прошло немало времени, прежде чем она это осознала. Месяцы, казалось, растянулись на годы, и за это время Эшли изменилась. Она выглядела по-прежнему, минус несколько фунтов, но в ней появилась уверенность, которой Эрика не замечала раньше. И теперь Эшли свободно высказывала свои мысли, чего никогда не делала прежде. Это было ново и даже где-то сексуально.

— Так значит, в этом месте ты и провела свои юные годы? — улыбнулась Эшли, когда Эрика поставила напитки на столик.

— Здесь, и в многих других. Здесь мы любили проводить вечеринки. Я впервые танцевала под твою песню в этом баре. — Эрика оглядела разновозрастных посетителей и, вопреки ожиданиям, совсем не почувствовала себя старой. — Теперь мне кажется немножко странным сидеть здесь с тобой.

Эшли вскинула голову.

— А что еще ты делала в таких местах? Только танцевала?

Эрика вспомнила свой первый и единственный секс на одну ночь. Она глядела мимо плеча Эшли на то место, где она подцепила Сьюзан или Сэнди… или как там ее? кого-то, чье имя начиналось на «С».

Эшли игриво подтолкнула ее.

— У тебя на лице написано, что вы не только танцевали.

— Это было так давно. Моя память не сохранила деталей, — ухмыльнулась Эрика.

— А у тебя был секс на первом свидании? — Эшли приподняла бровь, будто бросая Эрике вызов, проверяя, осмелится ли она ответить.

— Почему ты спрашиваешь? Ты сама из таких девчонок?

Эшли посмотрела на Эрику так, что у той напрягся каждый мускул.

— Могу быть и из таких.

Волна тепла затопила Эрику, и она молчаливо взмолилась, чтобы прохладный ветерок, докучавший ей прежде, вернулся. Она всерьез подумала, а не выйти ли ей на балкон, чтобы остудить желание, которое пробудила в ней Эшли.

— Я должна тебя кое о чем спросить, — Эшли отставила стакан и скрестила руки на груди. — Ты… встречалась с кем-то еще? Я понимаю, что это не мое дело, но мне нужно знать.

Пламя, которое Эшли так легко вызвала к жизни, угасло столь же быстро, как и разгорелось. Для Эрики ответ был простым, но теперь, когда вопрос прозвучал, она неизбежно должна была спросить Эшли о том же, и ответ мог ее просто убить.

— Нет, я ни с кем не встречалась, и ни с кем не спала. — Эрика хотела переадресовать вопрос Эшли, но опасения настолько захватили ее, что она только вопросительно на нее посмотрела.

— И я тоже нет, — Эшли посмотрела Эрике в глаза. — У меня было несколько моментов слабости…

«Вот оно! — закричал голос внутри у Эрики. — Если я сейчас спрыгну с балкона, мне не придется смотреть ей в лицо, а если я сломаю лодыжку, то легко поймаю такси, потому что они надо мной сжалятся. Я позвоню в контору по прокату автомобилей и скажу, где им…»

— Эрика, — Эшли потянулась к ней и взяла за руку. — Что я только что сказала?

— Ты сказала… что у тебя были моменты слабости.

Эшли кивнула.

— А еще что?

Эрика судорожно отпила из стакана и прикинула высоту балконных перил.

— Я так и поняла, что ты отключилась и меня не слушала, — Эшли дернула ее за руку. — Как только я сказала о моментах слабости, у тебя глаза потухли. — Эшли пальцем поднимала подбородок Эрики до тех пор, пока у той не осталось выбора, кроме как обратить на нее внимание полностью. — Меня захватили в плен и соблазняли воспоминания о прошлом, но ни на секунду я не была неверна тебе. Да, я знаю, что мы порвали, — сказала Эшли, прежде чем это произнесла сама Эрика. — Несмотря ни на что, для меня это было бы изменой, потому что мое сердце до сих пор принадлежит тебе.

Сомневаясь, что сможет скрыть написанное на лице облегчение, Эрика улыбнулась и взяла Эшли за руку.

— Потанцуй со мной.

Эшли тоже заулыбалась, но лишь до тех пор, пока не поняла, о чем просит Эрика.

— Я… я правда не очень умею…

— Чепуха, детка, — ответила Эрика и, все еще улыбаясь, подняла Эшли на ноги. — Я видела тебя на сцене.

— Это же наше первое свидание! Ты никогда не видела меня на сцене. Не выходи из роли, Эрика! — зачастила Эшли, пока Эрика вела ее на танцпол.

— А я беру тайм-аут. — Эрика крепко прижала Эшли к себе, заставляя ее бедра двигаться в унисон со своими собственными. — Смотри, я сама все делаю. Все, что тебе нужно — это двигаться вместе со мной.

У Эрики мурашки побежали по спине, когда Эшли прошептала ей на ухо:

— Я вовсе не ленивая женщина. Я более чем счастлива разделить все движения с тобой. — И если Эрика еще не была уверена, только ли о танце говорит Эшли, то она получила полную картину, когда та провела языком по ее шее. Внутренний навигатор Эрики немедленно отыскал ближайший отель и проверещал его месторасположение, пока Эрика пыталась не потерять самообладание.

— Так ты можешь пообещать мне второе свидание?

— Ловкая смена темы, — рассмеялась Эшли.

Эрика закружила Эшли и снова плотно прижала ее к себе.

— Я знаю, в какую игру ты играешь. Ты будешь дразнить меня, пока я утрачу способность размышлять и отпущу тебя с танцпола.

— Хммм, да ты видишь меня насквозь, хоть это и наше первое свидание, — Эшли повернулась и прижалась спиной к груди Эрики, не переставая двигаться.

— Ты меня убиваешь, — простонала Эрика, когда Эшли потянулась назад и обняла ее за шею, одновременно прижавшись к ее телу задницей. Эшли дергала ее за все ниточки и по тому, как она смеялась, она полностью отдавала себе отчет в своих действиях. Следующая песня была более быстрой, и Эрика отстранилась, но поймала Эшли за руку, когда та попыталась уйти с танцпола.

Эшли рассмеялась, когда Эрика снова прижала ее к себе и развернула.

— А ну, шевели своей задницей, я же знаю, что ты это умеешь! — Эрика отодвинулась, когда Эшли сдалась и начала двигаться, а потом снова прижалась к ней. — Давным-давно пора было это сделать.

Улыбка Эшли угасла.

— Да, я бы тоже хотела сделать это давным-давно.

Эрика взяла ее за руку и притянула ближе, замедлив темп танца, несмотря на быстрый ритм. Эшли крепко прижалась к ней, и Эрика прошептала ей на ухо:

— Первый раз всегда особенный, и неважно, когда он случается.

Они покинули клуб, когда устали настолько, что не могли больше протанцевать ни шага.

— Ты голодная? — спросила Эрика, открывая пассажирскую дверь.

— Умираю с голоду, — ответила Эшли и рухнула на сиденье.

Эрика уселась за руль и повернула ключ.

— Я знаю отличное местечко. Это еще одно мое старое прибежище, и я думаю, оно тебе понравится.

— Что такое «Боско»? — спросила Эшли через несколько минут, когда Эрика въехала на переполненную парковку.

— Они работают круглосуточно и подают лучший завтрак из всех, что тебе доводилось пробовать.

Эшли приняла руку Эрики и последовала за ней в крохотный кабачок, на который бы и не посмотрела, если бы не предложение Эрики. Их усадили за один из последних свободных столиков, и желудок Эшли забурчал от запаха готовящейся еды.

— Здешнее фирменное блюдо — это яйца Сарду. Яйцо-пашот подается с сердцевиной артишока и чем-то вроде соуса, но он пряный, — Эрика выглянула из-за меню. — Ореховые блинчики тоже замечательные, если ты хочешь позавтракать поплотнее. Ой, оглянись, — кивнула Эрика. — Это Боско, хозяин.

Эшли обернулась и увидела невысокого плотного мужчину с густыми темными волосами, тронутыми сединой. Он разговаривал с одним из водителей автобуса.

— Когда я была здешним завсегдатаем, его волосы были полностью черными. Вот сколько времени я здесь не была, — с улыбкой сказала Эрика.

— Я думаю, еда здесь все еще хороша, потому что место явно процветает, — Эшли поглядела в меню и решила рискнуть. — Я собираюсь попробовать фирменное блюдо, раз уж сегодня ночь открытий.

— Хорошо, а я возьму блинчики и, если тебе не понравится, мы поменяемся.

Когда принесли их заказ, Эшли передумала и уставилась на блинчики Эрики с неприкрытым вожделением, но все же несмело попробовала маленький кусочек собственного блюда.

— Боже мой, как вкусно!

— Ты вот это попробуй, — Эрика протянула вилку, и Эшли губами сняла с нее кусочек блинчика, растаявший на ее языке.

— Ммм, свидания с тобой нанесут непоправимый ущерб моей талии, — сказала Эшли после того, как проглотила угощение. — Но, должна признаться, я этим наслаждаюсь.

— Правда? — спросила Эрика. — Тебе правда хорошо?

Она выглядела такой уязвимой и неуверенной, что у Эшли внутри все сжалось.

— Да, это самое лучшее свидание в моей жизни.

После того, как они доели свои порции, и Эрика выпила достаточное количество кофе, чтобы не заснуть по дороге, они поехали назад в Батон Руж. Эшли выпрямилась на сиденье, несмотря на то, что Эрика предложила ей откинуть спинку и вздремнуть. Она думала, что так будет нечестно — спать, пока Эрика будет бодрствовать. И все равно ее голова болталась в такт движению, хоть она пыталась не закрывать глаза.

— Эш, — негромко позвала Эрика, и Эшли резко выпрямилась и заозиралась по сторонам.

Они были уже в Батон Руж и припарковались у озера в миле от дома Вики и Шанталь.

Эшли потерла ладонями лицо, чувствуя себя сбитой с толку и расстроенной.

— Эрика, извини меня, я не хотела засыпать, но, кажется, заснула.

— Все в порядке. Моей бодрости на двоих хватит.

Эшли взяла руку Эрики в свои и сжала.

— Я не хочу, чтобы ты ехала всю дорогу в Сент-Франтисвилль. Ты наверное, с ног валишься.

Эрика улыбнулась и погладила ее по щеке.

— Я абсолютно бодрая. Смотри! — она показала на восточную часть неба, где уже разгорался рассвет.

— Солнце встает? — Эшли посмотрела на часы. — Ты вправду развлекала меня всю ночь.

— Встреть его со мной, — Эрика притянула Эшли ближе.

Эшли прижалась к ней настолько, насколько позволяла центральная консоль. И хотя она вонзилась ей в ребра, Эшли оставалась так близко к Эрике, как только могла, пока восходило солнце. Она вздохнула и подумала, что это прекрасное окончание прекрасного свидания. Только одна вещь могла сделать его еще лучше — свернуться калачиком рядом с Эрикой в их постели и проспать день напролет. Эшли думала, как бы ей это сказать, пока Эрика медленно ехала к дому Вики и Шанталь. Они уже въехали на подъездную дорожку, а слова так и не нашлись.

— Спасибо тебе за самую запоминающуюся ночь в моей жизни, — Эрика поставила машину на нейтралку. Она дернула ручник и вышла из машины, не дав Эшли времени ответить. Эрика открыла пассажирскую дверцу и протянула Эшли руку.

Идя с ней к входной двери, Эшли думала, что у нее сердце разобьется, потому что Эрика сейчас уйдет. Но она не заглушила двигатель, и Эшли понимала, что оставаться она не собирается. У Эшли комок в горле встал, когда они добрались до входной двери.

— Когда я сказала, что это было самое лучшее в моей жизни свидание, я говорила серьезно.

Эрика мгновение смотрела на нее, будто собираясь что-то сказать, а потом Эшли увидела, как она наклоняет голову и движется к ней, чтобы поцеловать. Сердце Эшли затрепетало у нее в груди, словно это был их с Эрикой первый поцелуй. Когда их губы встретились, Эшли изо всех сил прижалась к Эрике и вцепилась в нее, не желая отпускать. Когда они выпустили друг друга, ее губы дрожали, и она жаждала куда большего, хотя знала, что это все, что она может получить на данный момент.

— Позвони мне, когда доберешься домой. Мне нужно знать, что с тобой все в порядке.

Эрика улыбнулась и провела кончиком пальца по ее щеке. Эшли закрыла глаза, растворяясь в нежном прикосновении.

— Я не хочу тебя будить.

— Придется. Я не усну, если ты не позвонишь.

— Хорошо, я позвоню, обещаю, — Эрика наклонилась и коротко ее поцеловала. — Спокойной ночи и доброго тебе утра, — она отступила на шаг и пошла к машине.

Эшли вошла в дом, когда Эрика осветила ее фарами, но остановилась и посмотрела ей вслед, прижимая пальцы ко все еще горящим губам.

Эрика дважды останавливалась и раздумывала, а не повернуть ли ей обратно, прежде чем выехала на шоссе, чувствуя, что оставила на ступеньках дома Вики и Шанталь свою жизнь. В глазах Эшли, в ее поцелуе она видела и почувствовала, что стоит ей сказать «Едем со мной», и Эшли последует за ней, не раздумывая.

Несмотря на разрывающееся сердце, она знала, что им нужно время без вмешательства обыденных жизненных проблем. Слишком легко было бы соскользнуть в привычную рутину, а она была намерена показать Эшли, что ничего не будет по-прежнему. Все будет по-новому. Даже если это ее убьет.

Эрика знала, что должна быть чуть живой от усталости, когда бросила ключи на кухонный стол и взяла телефон, но ожидание того, что она снова услышит голос Эшли, держало ее в тонусе, пока она набирала номер.

— Ты звонишь мне с домашнего номера, значит, ты добралась в целости и сохранности, — сказала Эшли.

— Добралась, и я не буду тебя долго задерживать. Я просто хотела сказать, что… я люблю тебя, Эш.

Эшли секунду помолчала и ответила:

— Я так думаю, ты не должна говорить такого на первом свиданиии.

Эрика улыбнулась.

— Я себя выдала?

— Нет. Я тоже тебя люблю.

— Добрых снов, любимая, — сказала Эрика, тоскуя по ней так, как и представить себе не могла, но исполненная надежды.

Глава 35

— Ты весь день собираешься проспать?

Эшли не открывала глаз, пока Вики шагала по комнате, распахивая занавески и производя как можно больше шума. — Ты не сможешь спать ночью, если проспишь весь день. Внутренние часы собьются.

— Ты просто хочешь знать, как я провела прошлую ночь, — с улыбкой сказала Эшли и открыла один глаз. — Я удивляюсь, почему ты не заявилась сюда раньше.

Вики бухнулась на кровать.

— Меня Шанталь бы не пустила. Я прорвалась, пока она пошла в ванную, так что рассказывай быстро.

— Я чудесно провела время.

— Тогда почему ты все еще здесь? Не то чтобы я была против, я бы хотела, чтобы ты осталась у нас насовсем, но если все прошло так хорошо, почему ты не просыпаешься рядом с ней?

Эшли потянулась и села.

— Когда она сказала, что хочет встречаться со мной, она говорила серьезно. Нам пришлось делать вид, что мы пришли на свидание в первый раз, — Эшли улыбнулась. — Это было вроде как глупо, но мило.

— И что, никаких разговоров о том, куда движутся ваши отношения? — Вики дернула плечом. — Ничего?

— Мы начинаем заново. Мы встречаемся, узнаём друг друга снова, а там посмотрим, к чему это приведет.

В голосе Вики послышалась неуверенность, когда она задала следующий вопрос:

— А что будет, если … после того, как вы друг друга узнаете, тебе это не понравится? Или ей?

— Соберу барахло и найду себе собственное жилье.

— Вот так просто, да?

— Именно, — глаза Эшли наполнились слезами при одной этой мысли. — Я знаю, что она меня любит. Мы справимся.

— А ты любишь Эрику? Она — та, кого ты хочешь? — абсурдность вопроса Вики просто ошеломила Эшли на мгновение.

— Не смотри на меня так, — слегка улыбнулась Вики. — Ты помнишь знакомую Шанталь, Рейчел? Ее партнерша променяла ее на кого-то другого, и Рейчел боролась не на жизнь, а насмерть, чтобы вернуть ее. Но когда это произошло, однажды утром она проснулась и задумалась, а с какого дива она так хотела ее вернуть. Она была так захвачена чувством потери, что забыла о главных проблемах в их отношениях, из-за которых они и были несчастливы. Через две недели они расстались.

— Наши отношения не были безупречными, но я была счастлива, я… — Эшли услышала неуверенность в словах, сорвавшихся с ее губ. Вики вскинула бровь, но ничего не сказала. — Я люблю ее всем сердцем, и да, мы не были совершенством. Ни одни отношения не совершенны.

Вики кивнула и встала.

— Эш, ты была настолько несчастна, что ушла от нее. — Она подняла руку, чтобы не дать Эшли ничего сказать. — Да, ты сожалеешь об этом, но ты ушла и жила отдельно. Идея со свиданиями — очень хорошая и умная, но… ты должна идти на это с открытыми глазами.

— Я знаю, чего я хочу, — с вызовом сказала Эшли, хотя слова Вики уже укоренились у нее в голове.

— Хорошо, а теперь давай я тебе скажу, чего хочу я, — Вики открыла дверь. — Поднимай свою задницу, пообедай со мной, а потом мы пойдем поплаваем, потому что снаружи чисто июльская погода. А потом порепетируем.

— Ты что, ее разбудила?! — донесся из коридора голос Шанталь. Вики закрыла дверь, бормоча что-то в свое оправдание.

Эшли прижала подушку к груди, прокручивая в голове подробности разговора. Разумные суждения Вики были словно мокрое одеяло, наброшенное на все возбуждение предыдущего вечера. Но сегодня она самоанализом заниматься не собиралась.

— Черт, она все еще на диване!

— Это же их первое свидание, ты помнишь? Они не должны делать это как минимум до второго свидания, а то и до третьего.

— Мы сделали это на нашем первом свидании, потому что ты — шлюха.

— Технически, это делает шлюхой и тебя тоже.

— Ты не могла совладать с собой, потому что слишком сильно меня хотела!

— Я не сплю, вы, две идиотки. — Эрика увидела, как Кейтлин и Дрю выглядывают из-за спинки дивана. — Такие утра, как это, заставляют меня хотеть отобрать у вас ключи от дома.

— Да, но тогда ты не получишь эти обезжиренные яблочные оладьи, — Кейтлин показала ей белый пакет.

— Не бывает обезжиренным то, что оставляет жирные пятна на бумажном пакете, — Эрика выпуталась из одеяла, которое обернулось вокруг ее ног.

— Вот именно поэтому они и обезжиренные, — возразила Кейтлин. — Пакет вобрал в себя весь жир, следовательно то, что внутри, обезжирилось.

— Кейтлин, пойди, сделай кофе. Эрика, умывайся, а я выложу оладьи на тарелку, чтоб вы уже наконец заткнулись, — Дрю вырвала пакет из руки Кейтлин.

Кейтлин ухмыльнулась Эрике и растрепала ее спутанные со сна волосы.

— Ты слышала, что говорит эта женщина? Давай, шевелись.

Когда кофе сварился, а Эрика, к удовлетворению Дрю, умылась, она собрались за столом. Дрю с Кейтлин уселись бок о бок, взяли по дымящейся чашке и выжидательно уставились на Эрику, которая отщипывала кусочки оладушка и прихлебывала кофе. Дрю не выдержала первой.

— Ты когда вернулась? — в ее голосе сквозило раздражение, заставившее Эрику улыбнуться.

— Около восьми утра.

Кейтлин хлопнула ладонью по столу.

— Они таки сделали это!

— Я провела с ней ночь, но никакого этого, о котором вы все время твердите, мы не делали.

Дрю и Кейтлин обменялись взглядами.

— Тогда что вы делали? — спросила Дрю, не дав Кейтлин рта раскрыть.

Эрика откусила еще кусочек оладушка и медленно прожевала, не в силах сдержать наползающую на лицо улыбку.

— Я отвезла ее поужинать, впрочем, мы обошлись закусками. Мы так и не поели толком, весь вечер просто перекусывали.

— Неудивительно, что она кинула твою задницу, ты, дешевка, — закатила глаза Дрю.

— Belle Terre’s Secret — это вам не дешевка, — ответила Эрика, откусывая еще кусочек и пережевывая его еще медленнее.

Глаза Дрю распахнулись.

— Ладно, беру назад слова насчет дешевки. Было хорошо?

— Отлично, у них там такие морепродукты, которые…

— Хватит про меню, давай дело рассказывай, — нетерпеливо вмешалась Кейтлин.

— Мы поехали в Новый Орлеан и закончили у Айви. Танцевали, пока нас оттуда не выгнали. Потом я пригласила ее позавтракать, мы встретили восход у озера недалеко от Вики и Шанталь, и я отвезла ее домой.

— Ты хочешь сказать, ты отвезла ее к ним домой, потому что ее дом — здесь, — поправила Дрю. — И кстати, когда она вернется домой?

— Вы двое придумали эту идею со свиданиями, — сказала Эрика и помахала в их сторону чашкой кофе, — а теперь я продвигаюсь недостаточно быстро?

Дрю яростно закивала, а Кейтлин в шутку ее стукнула и переключила свое внимание на Эрику.

— Как это было — увидеть ее снова? Что ты почувствовала?

Эрика ощутила, как горит ее лицо и поняла, что покраснела, когда она вспомнила, как Эшли открыла дверь и предстала перед ней.

— У меня до сих пор перехватывает дыхание, когда я ее вижу, — призналась Эрика и опустила голову, уставившись в опустевшую чашку. — Она была рада меня видеть, я увидела это по ее глазам и чуть не расплакалась от облегчения, — даже при разговоре об этом у нее комок в горле вставал. — Она для меня единственная, понимаете? Никого другого быть не может.

Дрю покачала головой и посмотрела на них обеих.

— Поехали, заберем ее прямо сейчас.

— Нет, — со знающей улыбкой замотала головой Эрика. — Еще не время. Но я подумываю, а не пригласить ли ее на следующих выходных покататься на квадрацикле. Вы с нами?

Кейтлин хлопнула в ладоши.

— Двойное свидание в грязи! Как раз по мне!

— Это … это звучит как-то по-деревенски, дорогая, — Дрю потянула за свисавший с рубашки Кейтлин шнурок.

Кейтлин торжествующе улыбнулась Эрике.

— Отлично. Я буду лакать пиво и обязательно надену такие штаны, из которых задница будет вываливаться.

Хотя она бывала здесь, казалось, миллион раз, Эшли почувствовала, как напрягаются мышцы ее живота и сжимаются челюсти, когда она вошла в приемную «Бэррет Индастриз». По чистому везению секретаря за столом не оказалось. Эшли воспользовалась преимуществом и быстро прошла по коридору к кабинету Эрики, в волнении от того, что у нее действительно получится сделать сюрприз.

Эрика сидела спиной к двери и разговаривала по телефону. Эшли тихонько вошла в кабинет незамеченной, присела на стул и поставила корзину для пикника на соседний. И получила огромное удовольствие от реакции Эрики, когда та ее наконец заметила. Сначала удивление, а потом искренняя улыбка заставили ее сердце пропустить удар.

— Утром я первым делом отправлю вам наше предложение по электронной почте, — сказала Эрика, оглядела корзину для пикника и улыбнулась Эшли еще шире. — Я прошу прощения, но быстрее этого сделать я не смогу. Только что возникшая ситуация требует моего участия, — Эрика подмигнула Эшли. — Благодарю вас за понимание и терпение, — сказала она в завершение разговора.

Эшли почувствовала, как участился ее пульс, когда Эрика встала из-за стола и коснулась ее губ сладчайшим поцелуем.

— Ты сделала мой понедельник. А что в …

— Ты закончила предложение для Моргана? — в кабинет вошла Кейтлин и остановилась, увидев Эшли. — Привет, Эш! — Эшли едва успела встать, а Кейтлин уже сжала ее в крепком объятии. — Так здорово тебя видеть, и ты принесла нам ланч!

— Ага, точно, вот иди домой и раздобудь себе свой, — Эрика ухватила Кейтлин за спину рубашки и подтолкнула к двери. Едва она от нее избавилась, как в кабинет заглянул кто-то еще со стопкой папок.

— День такой замечательный. Хочешь, пообедаем на улице? — спросила Эрика с беспомощной улыбкой. — Это единственный способ сделать это в тишине и покое.

Эрика провела Эшли мимо кабинета Кейтлин, и та любезно согласилась позаботиться обо всем, требующем неотложного внимания, за чисто символическую оплату в виде остатков трапезы. Они выскользнули незамеченными через один из служебных отсеков и прошли за здание.

— Я прихожу сюда время от времени, когда мне нужно привести мысли в порядок. Предполагалось, что это будет зона отдыха, но ей никто не пользуется.

Эшли поставила корзину на кованый металлический стол и удовлетворенно вздохнула. День был чудесным, на небе — ни облачка, влажность — около нуля. И Эрика была счастлива видеть ее.

— Это такой чудесный сюрприз, — Эрика посмотрела ей в глаза.

— Ты же даже не знаешь, что там, — улыбнулась Эшли, потянулась к корзине и начала вытаскивать контейнеры с едой. — Там может быть что-нибудь гадкое.

— Еда — это бонус, а самая чудесная часть — это ты.

Эрика не сводила с нее глаз, даже чтобы поглядеть, а что у них будет на обед. Эшли помнила этот взгляд с давних времен. Он пробуждал смешанные чувства — с одной стороны, волнение, а с другой — грусть при мысли о том, что где-то в процессе жизни Эрика перестала смотреть на нее так, а она этого даже не заметила. Эшли сомневалась, понимает ли это сама Эрика.

— Ну, тебе повезло, потому что здесь все, что ты любишь — куриный салат производства Дрю и томатный суп. Она мне, вроде как помогала, — призналась Эшли.

— Замечательно, — Эрика взяла термос и налила суп в миски, которые достала Эшли.

— Я хочу спросить, не хочешь ли ты кое-чем заняться в субботу.

— С удовольствием, — Эшли старалась ответить обыденным тоном, но внутри ее захлестнуло волнение. — Что ты придумала?

— Я хотела взять тебя покататься на квадрациклах. Дрю и Кейтлин тоже едут.

Эшли выложила сендвичи на картонные тарелки, подвинула одну к Эрике и налила им по чашке чая.

— Дрю обо всем позаботилась, — сказала Эшли и уселась.

Тень разочарования скользнула по лицу Эрики.

— Мы можем заняться чем-то другим, если квадрациклы тебе не нравятся.

Эшли принялась вертеть в руках свой сендвич.

— А мне не придется его вести, правда?

— Нет, если ты не захочешь. Я поведу, а ты просто будешь за меня держаться.

Идея обнимать Эрику неожиданно оказалась привлекательной. Эшли только не понимала, зачем им для этого квадрацикл.

— Хорошо, я с вами. Хочешь, чтобы я подъехала к дому?

Эрика проглотила ложку супа и ответила:

— Угу, в десять не слишком рано?

— Нет, разве что ты планируешь задержать меня до заката, — улыбнулась Эшли.

Эрика улыбнулась в ответ.

— Ничего не обещаю. А когда вы с группой снова будете играть?

— Через выходные, — Эшли откусила кусочек сендвича и посмотрела на Эрику в поисках неодобрения, но не обнаружила ни малейшего.

— Я бы хотела прийти на концерт, если ты не против.

— Я бы очень этого хотела, — Эшли расхрабрилась и провела по тыльной стороне ладони Эрики кончиками пальцев. — Для меня это много значило бы.

— Тогда я приду, — искренне ответила Эрика.

Эшли услышала, как в очередной раз закуковал телефон Эрики, оповещая о приходе нового сообщения на электронную почту. Эрика даже не пошевелилась, чтобы посмотреть на него, казалось, она и не замечает надоедливого шума.

— У тебя теперь всегда такие беспокойные дни? — Эшли полезла в корзину за десертом, который Дрю приготовила специально для них.

Эрика кивнула и доела сендвич.

— Да, в основном. Но я поняла, что работа никуда не денется, а если мне нужен перерыв, то я его просто делаю. Мир не рухнет, если я иногда смогу расслабиться.

— Мне нравится твое новое мировоззрение, — Эшли передала Эрике кусок ягодного пирога Дрю, и та застонала от удовольствия. У Эшли самой слюнки потекли, когда она вгрызлась в собственный кусок, наполненный черникой, ежевикой и точно рассчитанным количеством малины, чтобы придать пирогу немного терпкий вкус. Эшли вспомнила о втором термосе и вытащила его из корзины.

— Если ты скажешь мне, что это кофе, мне придется тебя поцеловать, — Эрика положила вилку и стала смотреть, как Эшли открывает крышку.

— Тогда тебе точно придется меня поцеловать, потому что это кофе, причем с сахаром и сливками.

Эрика отодвинула свою тарелку и наклонилась вперед, опираясь на локти.

— Встреть меня на полпути.

Эшли огляделась по сторонам, удивленная прямотой Эрики. Она никогда не была сторонницей публичного проявления чувств, особенно на работе.

— Да мне плевать, если кто-то смотрит, — Эрика еще сильнее подалась вперед. — Поцелуй меня. Я по тебе соскучилась.

Эшли радостно наклонилась и получила поцелуй, заставивший затрепетать ее всю — от макушки до пальцев ног. Внезапно суббота показалась ей очень далекой.

Глава 36

— Привет, ты готова? — Эрика встретила Эшли у дверей дома, где они раньше жили вместе. Эшли с удивлением поняла, что Эрика стоит в дверях, не давая ей войти.

— Дрю и Кейтлин уже бьют копытами от нетерпения. — Эрика захлопнула дверь за собой, и Эшли даже попятилась. Она постаралась не обидеться, когда Эрика прижала ее к себе, поцеловала и быстро отпустила, но было очевидно, что Эрика не хочет, чтобы она заходила в дом, и отэтого было больно.

— Я надеюсь, ты готова испачкаться! — прокричала подошедшая с Дрю Кейтлин.

Эшли обеспокоенно посмотрела на Эрику.

— До какой именно степени испачкаться?

Эрика пожала плечами и сморщила нос.

— Ну, не так уж сильно. Слушай, я же купила тебе пару сапог, так что ты не испортишь свою обувь.

Эшли поглядела не Кейтлин и Дрю. Обе были в старой одежде, и на них были такие же сапоги, как и те, которыми размахивала перед ней Эрика. Она поняла, что к исходу дня грязь будет у нее в таких местах, где она ей совершенно не нужна.

Эшли судорожно сглотнула пересохшим горлом, когда их внедорожник заехал поглубже в лес и остановился. Вокруг не было ни души.

— И вы так далеко забираетесь, чтобы просто покататься?

— Это частная земля, и здесь точно не будет охотников, — обыденным тоном ответила Кейтлин и выпрыгнула из машины, как подросток. Дрю последовала ее примеру.

Эшли как-то не учитывала возможность присутствия пьяных реднеков с ружьями, пока Кейтлин об этом не упомянула. С каждой секундой поездка становилась все менее привлекательной, и она понять не могла, почему Дрю выглядит такой же взволнованной, как и те двое. Обычно она была голосом разума. Эшли прикусила нижнюю губу и решила крепиться. Если это увлечение Эрики, оно будет и ее увлечением тоже… ну, может, не совсем увлечением…

Эшли уселась верхом на квадрацикл, и Эрика помогла ей надеть сапоги, а потом гордо вручила ей шлем. Точно такой же она держала под мышкой. Эшли натянула шлем на голову, застегнула ремешок под подбородком, и Эрика нацепила ей на глаза пару защитных очков. Эшли посмотрела на Дрю и Кейтлин, одетых в такое же снаряжение, поняла, как она сама выглядит со стороны, и рассмеялась.

— Держись за меня, — сказала Эрика, надела шлем и вскарабкалась на сиденье перед Эшли.

Это было так здорово — охватить руками Эрику. Если бы это было и все, что от нее требовалось, Эшли посчитала бы, что ей повезло. Когда машина тронулась, она стала держаться еще крепче. Кейтлин поехала вперед, Эрика тронулась следом, маршрут проходил по крайне живописным местам. Эшли так залюбовалась дикими папоротниками и пальметами, которые выросли настолько большими, что напоминали настоящие пальмы, что поток грязи, окативший ее спину, застал ее врасплох.

Тело Эрики затряслось от смеха, и она направила квадрацикл в такую грязищу, из которой, подумалось Эшли, им не выбраться. Вода и грязь разлетелись по обеим сторонам и быстро их промочили. Эрика смогла обогнать Кейтлин и Дрю, которые застряли в более глубоком болоте, и окатила их потоком грязи. Это стало объявлением войны, потому что Кейтлин вернула им любезность, и не один раз. Внезапно Эшли поняла, что смеется взахлеб.

— Хочешь порулить? — спросила Эрика, когда они остановились. — Здесь коробка-автомат.

Эшли задумалась над предложением и разволновалась.

— А если я застряну?

— На этот случай у нас есть лебедка, — Эрика показала на переднюю часть байка. — Я уже несколько раз ее использовала.

— Ну тогда ладно, если ты мне доверяешь.

Эрика слезла с квадроцикла и подождала, пока Эшли передвинется вперед, а потом вскарабкалась и села позади нее.

— По обе стороны от руля — тормоз, а газ управляется вот этой штукой, жми на нее большим пальцем, — Эрика показала на рычажок у руля. — Нажми ногой педаль справа и включи передачу, а потом просто давай газу.

Эшли последовала инструкции, и квадрацикл резко дернулся вперед, чуть не сбросив Эрику.

— Ооой, — со смехом сказала Эшли, подождала секунду, пока Эрика снова усядется и снова дала газ. Первые несколько минут она ехала медленно, привыкая к управлению, но тут Кейтлин пролетела мимо, забрызгала их с головы до пят грязью, и игра началась. Эрика чуть ли не подпрыгивала на сиденье позади нее и верещала: «Достань их!»

Эшли старалась изо всех сил, но Кейтлин переигрывала ее при каждом маневре. Эрика хохотала и выкрикивала ободрения и советы Эшли через плечо.

— В следующей трясине держи правее! Надеюсь, Кейти продолжит ехать слева, а там глубже!

Эшли приняла вправо настолько, насколько смогла и замедлила ход.

Они увидели, как Кейтлин влетает в жидкую грязь и застревает там, и заорали от удовольствия. Адреналин прошил Эшли насквозь, она дала газу и врезалась в воду, подняв коричневый фонтан, каскадом окативший Кейтлин и Дрю.

На той стороне лужи Эшли остановилась, истерически смеясь, и стащила с головы шлем. Эрика сделала то же самое. Череда нецензурных проклятий Дрю перекрыла шум обоих работающих двигателей.

— Я тобой так горжусь, Эш! Дай пять! — сказала Эрика и вскинула в воздух ладонь. — Ты отлично справилась для первого раза. Это же твой первый раз?

— Да, и я поверить не могу, до чего это здорово! — воскликнула Эшли. — Я куплю себе свой квадрацикл!

— Ага, сволочи, давайте, радуйтесь! Хотя еще не вечер, и месть моя будет страшна! — предупредила Кейтлин, подъезжая к ним и глуша двигатель. — Я так думаю, у меня и в зубах грязь позастревала.

Дрю стащила шлем.

— Это был взрыв, что ли?

— Я даже и не мечтала, что тебе может нравиться что-то в этом роде, — сказала Эшли, обращаясь к Дрю. — И я поверить не могу, насколько мне это нравится.

— Я думала, в этом нет вообще ничего забавного, но Кейтлин донимала меня, пока я не сдалась и не согласилась попробовать, и я на это дело подсела. Наверное, следующим летом куплю себе собственный квадрацикл.

— А ты не думаешь, что сначала тебе стоит по крайней мере научиться водить, прежде чем покупать такое? — спросила Кейтлин.

Дрю бросила ей косой взгляд и снова повернулась к Эшли.

— Она все время ворчит, когда я веду машину. «Ты едешь слишком быстро, Дрю! Нельзя так резко проходить поворот!» Вот научусь водить свой квадрацикл, и мне не придется слушать водилу с заднего сиденья!

— Можешь повести мой, Дрю, — сказала Эрик и слезла с сиденья. — Эш, ты не против чуток проехаться с Кейтлин?

Эшли поменялась местами с Дрю и уселась позади Кейтлин. Она увидела, как Эрика обнимает Дрю за талию и выкрикивает команды ей на ухо, точно так же, как делала и с ней. Объятие было дружеским, в нем не было ничего интимного, но на какое-то мгновение в душе Эшли поднялось нехорошее чувство. Мысль о ком-то другом в руках Эрики пробудила в ней ревность и что-то такое, от чего она чуть не расплакалась. Она истосковалась по этим рукам, соскучилась по тому, как Эрика гладила ее волосы в ночи, думая, что она спит.

— Ты там держишься? — заорала Кейтлин, пристраиваясь в хвост Дрю, которая рывками вела байк Эрики по тропе. — Я не хочу тебя сбросить!

Эшли ухватилась за рубашку Кейтлин и прокричала в ответ:

— Если сбросишь, улетишь вместе со мной!

Эрика и сама не знала, что заставило ее предложить Дрю порулить. Они не раз скатывались с тропы, потому что Дрю вдруг замечала оленя или еще какое-то дикое животное и начинала разглядывать его, вместо того, чтобы смотреть на дорогу. Она возблагодарила бога за то, что на них надеты шлемы, потому что они несколько раз стукались головами, когда Дрю слишком сильно нажимала на газ, а потом резко останавливалась. Когда Кейтлин предложила им поехать на пляж, искупаться и пообедать, Эрика чуть не расплакалась от облегчения.

— Поняла теперь, в чем дело? — с улыбкой поддразнила Кейтлин.

Эрика посмотрела, как Эшли и Дрю стаскивают сапоги и подходят к краю воды, осторожно пробуя ее пальцами ног.

— Теперь я понимаю, почему Дрю никогда не водит машину во время наших поездок.

— С ней не до шуток, один раз она меня до смерти напугала. Она хорошо ведет, пока ты ей напоминаешь не отвлекаться, но стоит умолкнуть — и вот, она уже засмотрелась на красивый рекламный щит и едет по тротуару.

Эрика уселась рядом с Кейтлин на песок и стянула грязные сапоги, желая побыстрее добраться до воды и смыть с одежды дурно пахнущую грязь.

— Давай сначала поплаваем, а потом соберем дрова для костра. Так мы успеем остыть.

Кейтлин огляделась по сторонам и вздохнула.

— Я думаю, это мы в последний раз сюда выбрались. До следующей весны здесь делать нечего. Ночи все холоднее, и скоро будет совсем холодно, чтобы приезжать сюда и пачкаться в грязи.

— Как ты думаешь, ей правда понравилось? — Эрика кивнула в сторону Эшли.

— Неет, разве ты не видишь, что она чуть не умерла со скуки, когда окатывала мою задницу грязью?

Эрика рассмеялась. Дрю и Эшли вошли в воду по колено.

— Я не совсем знаю, какой следующий шаг предпринять.

— Общение может помочь.

— Я знаю, что нам нужно поговорить. Эта необходимость нависает надо мной, как грозовая туча, но прямо сейчас я просто хочу получить от общения с Эшли удовольствие на тот случай, если… — Эрика не смогла заставить себя закончить предложение.

— На тот случай, если она не захочет возвращаться? Ты не думаешь, что это звучит глупо? Она здесь, с тобой, это должно тебе что-то говорить.

Эрика поняла, что не может смотреть на Эшли и вести этот разговор. Она уставилась в лес и попыталась совладать с чувствами, которые в последнее время бурлили так близко к поверхности.

— Что, если мы не справимся? Что, если наши отношения исчерпали себя?

— Отношения себя исчерпали, если одна из вас или обе вместе их больше не хотят, — голос Кейтлин смягчился, и она подтолкнула Эрику плечом. — Я знаю, что ты их хочешь, и поверь мне, она хочет тоже, но единственный способ это выяснить — все обговорить, и ты больше не можешь откладывать разговор.

— Интересно, насколько вода холодная? — спросила Эрика.

Кейтлин вздохнула и встала.

— Идем выясним, потому что здесь мы закончили, я знаю.

Вода оказалась довольно холодной, несмотря на теплые дни, которые задерживали приход осени. Они пробыли в реке достаточно долго, чтобы смыть грязь с кожи и волос. У Эшли стучали зубы, когда Эрика завернула ее в полотенце.

— Я привезла тебе смену одежды, — Эрика растерла руки Эшли, пытаясь ее согреть. — Могу подержать полотенце, чтобы ты могла спокойно переодеться.

Эшли одарила ее благодарной улыбкой.

— Звучит божественно.

Эрика оставила ее, чтобы принести одежду из ящика, прикрепленного к задней части квадрацикла. Это была блестящая идея Кейтлин, и она обругала себя за то, что сама до этого не додумалась. Отдав одежду Эшли, Эрика заслонила ее полотенцем, хоть это было и глупо. Дрю и Кейтлин неоднократно видели их обеих обнаженными, и уж конечно, она знала каждый дюйм тела Эшли… каждую веснушку, родинку возле пупка, и чувствительное местечко на ее шее, заставлявшее ее вздрагивать, когда Эрика его целовала.

Легкое прикосновение к руке заставило ее дернуться. Полностью одетая Эшли стояла рядом и глядела на нее с удивленной улыбкой.

— Теперь я могу подержать полотенце, если ты хочешь переодеться.

Неспособная к членораздельному ответу, Эрика вручила Эшли полотенце и переоделась так быстро, как только могла. Мокрые джинсы прилипли к ее телу, будто приклеенные, и она начала с ними сражаться.

— Ты там в порядке? — спросила Эшли. — Звуки такие, будто ты борешься с диким зверем.

— Просто небольшие проблемы со снятием штанов, — выдохнула Эрика.

— Тебе помочь?

— Нет! — ответила Эрика с гораздо большим нажимом, чем собиралась. Она в последнее время чувствовала себя на взводе, и черта с два она могла позволить Эшли увидеть, как она возится с мокрыми штанами, обвившимися вокруг ее колен. — Я почти закончила.

— Окей, — ответила Эшли, и Эрика не разобрала, смущение или удивление прозвучало в ее голосе.

Эрика взяла полотенце и вытерла пот со лба. Идея развести огонь утратила свою привлекательность, но Дрю уже решила эту задачу. Эшли сочувственно ей улыбнулась.

Эшли, объевшаяся чипсов и хот-догов, лежала на спине на одеяле, которое простелила для них Эрика. Фоновую музыку обеспечивали лягушки, птицы и насекомые. И звук, и вид очень отличались от того, к чему она привыкла в последнее время. Она поглядела, как Кейтлин с Эрикой вытаскивают комья грязи и веточки из-под крыльев квадрациклов, обсуждая, какой дорогой ехать обратно, чтобы собрать меньше грязи.

Дрю нанизала на вертел кусочки маршмеллоу[40] и держала их над костром. Эшли смотрела на все это, и ее охватывало чувство довольства и наполненности.

Ее воссоединение со своим прошлым принесло с собой перемены, которые внесли разлад в ее жизнь с Эрикой и все испортили, но теперь, когда она смотрела на Эрику, она уже не была в этом так уверена. С ее лица ушло привычное, вечно напряженное выражение. Эрика ни разу не вытащила свой мобильный, чтобы проверить почту или узнать, который час. Эшли даже не была уверена, взяла ли Эрика телефон с собой. Может быть, все перемены в их жизни были к лучшему, хоть и причинили боль? Когда Эрика подошла к ней и улыбнулась, Эшли понадеялась, что сможет получить все — и Эрику, и музыку, которая снова пустила корни в ее душе.

— У тебя усталый вид, — сказала Эрика и опустилась на одеяло рядом с Эшли. — Ты, часом, не думаешь, в какую это задницу я тебя втянула?

— Я не устала, я расслабленная и довольная, — Эшли заправила выбившийся локон Эрике за ухо. — Все оказалось гораздо веселее, чем я ожидала.

Эрика вздохнула и растянулась рядом с Эшли.

— Я давным-давно хотела это сделать.

— А я и не знала.

— Знаю, — Эрика повернулась и посмотрела на Эшли. — Я об этом не говорила. Я привыкла делиться с тобой всеми надеждами и мечтами, и я не могу понять, почему и когда я перестала это делать. Когда я вспоминаю последние несколько лет, то понимаю, что кроме работы я с тобой больше ни о чем не разговаривала. Я так думаю, что потом это вошло в привычку.

— Да я ведь тоже могла с тобой поговорить. Мы теперь обе это понимаем, — с горькой улыбкой сказала Эшли. Она кивнула в сторону Дрю и Кейтлин. — Они прожили вместе десять лет, и у них ни единого признака охлаждения отношений. Может, нам есть у них чему поучиться?

Они повернулись и стали вдвоем смотреть, как Дрю и Кейтлин вместе делают с’мор[41].

— Ну смотри, ты его снова в самый огонь сунула, Дрю! — Кейтлин выхватила у Дрю палочку. Маршмеллоу тут же сорвался с нее и упал в огонь.

— Он не будет тягучим внутри, если ты не зажаришь его снаружи! Кроме того, мне нравится подгоревший! Найди себе собственную палочку! — Дрю выдернула палку из ладони Кейтлин. — Ты и воды вскипятить не умеешь, но будешь мне рассказывать, как жарить маршмеллоу! — Дрю отдернула палочку, когда Кейтлин снова потянулась к ней. — Я сказала, найди себе чертову палку, или на конце этой окажется твоя задница!

Эрика повернулась к Эшли.

— Может быть, нам стоит найти других советчиков.

Глава 37

Грязные, но не настолько промокшие, как днем, они завезли трейлер с квадроциклами на стоянку возле офиса Эрики. Дрю привстала на сиденье и повернулась к Эшли, когда Эрика и Кейтлин вылезли, чтобы отцепить трейлер.

— Вы двое совсем спелись сегодня.

— Сядь назад, Дрю, ты воняешь.

Дрю хлопнула ее по плечу, и вернулась на свое место.

— Ты пахнешь не лучше, сестричка, и не нужно переводить разговор на меня.

Эшли в боковое зеркало наблюдала, как Эрика и Кейтлин закатывают трейлер глубже в отсек. Мышцы перекатывались и играли на руках Эрики.

— Она так классно смотрится в этой майке, — со вздохом проговорила Эшли и тут же пожалела, что сказала это вслух.

— Хммм, теперь я знаю, что у тебя на уме. Ты только сначала вымойся, потому что, как я уже сказала, от тебя разит так же, как и от меня, — рассмеялась Дрю.

— Эй, вы не хотите вечером поджарить барбекю? — спросила Кейтлин, усаживаясь в машину.

— Нет, — ответила Дрю к облегчению Эшли, иначе ей самой пришлось бы это сделать. — Я устала и, если верить этому лепестку розы на переднем сиденье, я воняю!

Эшли задумалась, а что же ей, собственно, делать, когда они высадили Дрю и Кейтлин у их дома, и Эрика подъехала к своему. Должна ли она просто поблагодарить Эрику за приятно проведенное время, сесть в машину и уехать? Негодование охватило ее, когда они, чувствуя неловкость и нерешительность, вылезли из автомобиля и встали под навесом, глядя друг на друга. Эрику обуревали те же противоречивые чувства, когда она медленно шагнула к Эшли. Не успев подумать, не дав угаснуть порыву, Эшли рванулась навстречу Эрике, ухватила ее за рубашку и прижала к стене. В этот миг ей было плевать, что могут увидеть соседи в наступивших сумерках. Единственное, что имело значение — это дать понять Эрике, что Эшли хочет всего, что она может ей дать.

Она почувствовала, как губы Эрики расслабились и ответили ей, когда та оправилась от первоначального шока. Эшли вжалась в тело Эрики, упиваясь каждым изгибом, пока ее язык проскользнул сквозь ее губы. Она оторвалась на короткий миг, только чтобы дать им хлебнуть воздуха, и осыпала Эрику поцелуями, и каждый последующий был горячее предыдущего. Наконец она разрушила стены сдержанности, окружавшие Эрику. Она почувствовала, как напряглось тело Эрики, как ее пальцы впились ей в плечи, притягивая ее ближе. Внутри у Эшли все пело. Она прервала поцелуй и стала покусывать ухо Эрики, та застонала и выгнулась, прижимаясь к ней.

— Пойдем в дом? — выдохнула Эрика, пока Эшли влезла ей под рубашку, отчаянно желая ощутить теплую кожу под своими ладонями. — Мы можем пойти в душ вместе и…

— Да! — Эшли ухватила ее за руку и потащила к двери. Эрика три раза роняла ключи, прежде чем смогла отпереть замок, и Эшли сполна воспользовалась представившейся возможностью, запустив свои руки всюду, куда только могла дотянуться. Эрика оторвала от себя жадно шарившую руку Эшли и на головоломной скорости протащила ее сквозь темный дом и вверх по ступенькам.

— Я грязная, — выдохнула Эшли между поцелуями, когда Эрика стала стягивать с нее одежду.

— Ах, да, — ответила Эрика, но не остановилась, пока не сорвала с нее все. — Иди в душ, я сразу за тобой.

Эшли так и сделала, но, когда вода окатила ее, страстное наваждение рассеялось. Она повернулась и увидела как Эрика снимает покрытую грязью одежду и тоже видимо трезвеет. Их разделяла только стеклянная дверь. Эшли прижала к ней ладонь, и Эрика сделала то же самое с наружной стороны.

— Для меня это не просто секс, — сквозь шум воды услышала Эшли слова Эрики.

Разделявший их барьер был видимым воплощением того, что встало между ними. Две размытые фигуры, прижавшиеся к двери в надежде, что другая ее впустит. Эшли толкнула дверь, а Эрика отступила на шаг и дала ей открыться.

— Я знаю, что это. — Эшли протянула руку. Эрика приняла ее.

Никто не сказал ни слова, пока они мыли друг друга, а когда они стали чистыми, Эрика провела рукой по груди Эшли и остановила ладонь над ее трепещущим сердцем.

— Скажи, я у тебя все еще здесь?

Эшли положила свою ладонь поверх ладони Эрики.

— Ты всегда была здесь. И есть.

Она чувствовала, как Эрика улыбается под ее поцелуями, пока язык Эшли не скользнул в ее рот. Эшли провела руками по шелковистой гладкой коже, прошлась по мускулистым плечам и застонала сквозь поцелуй, когда ее руки проследили изгиб бедер Эрики. В ее руках сейчас заключалось все, что она любила— сила и женственность в одной совершенной форме, и она не могла ею надышаться.

Эшли прижала Эрику к углу кабинки. Она подняла ее руки и прижала ладони к запотевшим стенкам.

— Держись, — прошептала она Эрике на ухо и провела по нему языком. Эрика запрокинула голову и застонала, пока Эшли целовала и покусывала ее шею. Эшли провела рукой по животу Эрики, чувствуя как напрягаются под ее ладонью мышцы. Остывшая вода барабанила по ее плечам и спине, а ее пальцы погрузились в теплую влагу.

— Как же я боялась, что мы больше никогда не будем так соединены, — прошептала Эшли, и ее пальцы скользнули внутрь. Она почувствовала, как содрогнулось тело Эрики, когда она овладела ей. Эрика пыталась что-то сказать, но ее ответ утонул в поцелуе Эшли. Эшли чувствовала, как дрожат ноги Эрики, пока она медленно вела ее выше. Вплетя пальцы свободной руки в ее волосы, она уткнулась лицом в ее шею, когда почувствовала, как внутри у Эрики все начинает трепетать и сокращаться.

Эрика не помнила, дали ли они себе время, чтобы обсохнуть, ее кратковременная память больше не функционировала. Кожа Эшли была под ее губами, ее запах наполнял ее ноздри, а ее пальцы была вплетены в ее волосы. Не было другой женщины, с которой она хотела бы пережить подобное. И никогда не будет. Каждым прикосновением, каждым поцелуем она убеждала Эшли в этом. И дело было совсем не в том, чтобы привести возлюбленную к освобождению. Дело было в том, что они вместе проживали это чудо, делились им. Она слышала как сбивчиво дышит Эшли, чувствовала, как она реагирует на прикосновение ее языка и наконец сама ощутила на вкус чудесный результат, которого и добивалась.

— Эрика, — выдохнула Эшли, пока язык Эрики кружил над ней. Ее имя, сорвавшееся с губ Эшли, бальзамом пролилось на измученную душу Эрики. Она смотрела, как Эшли стискивает простыни в кулаке, а другой рукой прижимает ее волосы. Эрика хотела продлить наслаждение, но когда ее язык скользнул в Эшли, она по содроганиям ее тела поняла, что оттягивать момент, которого они обе так жаждали, будет нечестно.

Эрика знала тело Эшли лучше, чем свое собственное, и всего после нескольких движений языком она почувствовала, как оно напряглось под ней, и снова услышала свое имя. Она ощутила, как на ее глаза снова наворачиваются слезы, и крепко зажмурилась.

Эрика пустилась в путь наверх по животу Эшли и обвела языком родинку, по которой так соскучилась. Лизнула знакомую потную кожу, и когда Эшли притянула ее к себе, коснулась поцелуем губ, которых будет жаждать до последнего вздоха.

Эшли тихонько толкнула ее в плечо — знак, который всегда давал понять, что она хочет взять инициативу на себя. И хотя Эрика была весьма далека от того, чтобы закончить выказывать свою любовь, она знала, что Эшли не успокоится, пока ей не будет оказана та же честь, что и Эрике.

Эшли с поцелуями спустилась к ее груди, прихватила губами сосок и втянула его в рот так сильно, что Эрика заизвивалась и прижала к себе ее голову, желая еще более близкого контакта. Эшли ощутила, как Эрика движется по ее бедру, а ее зубы тем временем покусывали нежную кожу. Она стала с поцелуями спускаться по животу Эрики, но почувствовала, как руки Эрики тянут ее за плечи.

— Ты нужна мне здесь, — Эрика припала к ее губам в поцелуе.

— Ох, любимая, а ты нужна мне там… — и тут каждый мускул Эшли расплавился, потому что Эрика взяла ее руку и сунула себе между ног. — Какая ты влажная.

— Вот что ты со мной делаешь, — сказала Эрика и провела пальцами вниз по животу Эшли.

Эшли прижалась лбом ко лбу Эрики.

— Я не могу сосредоточиться, когда ты тоже меня касаешься.

— А ты попробуй, — пальцы Эрики скользнули в Эшли, и она ахнула.

Эшли посмотрела Эрике в лицо, переместила руку и насладилась сполна тем, как затрепетали ее веки, когда она вошла в нее.

— Твой язык был как шелк на мне, — Эшли улыбнулась, почувствовав, как Эрика сжалась вокруг ее пальцев. — Я до сих пор его чувствую.

— Вот так? — Эрика провела пальцами по клитору Эшли.

— Ай, не делай так, — Эшли отстранилась от прикосновения. — Я все еще на взводе, мне и секунды хватит.

Эрика не послушалась и коснулась ее снова. Одновременно быть в Эрике и чувствовать ее пальцы на себе оказалось слишком сильным для Эшли, она не выдержала, и сдалась накрывшему ее оргазму.

— Я говорила тебе так не делать, — сказала Эшли, когда отдышалась. Она услышала, как Эрика смеется под ней. — Ну, раз ты не слушаешься… — слова Эшли стихли, когда она принялась целовать живот Эрики, спускаясь ниже.

Глава 38

Странные, но знакомые звуки заставили Эшли заворочаться. Вот снизу бьют часы с маятником, вот поскрипывает и потрескивает старый дом, нагреваясь под утренним солнцем, и все это — звуки ее дома, которые она забыла, но по которым, оказывается, так скучала… Эрика едва пошевелилась, когда она вылезла из-под нее и встала. Ее халат по-прежнему был брошен поперек стула. Эшли накинула его, и не секунду ей показалось, что она никуда и не уходила.

Но все изменилось, а особенно Эрика. Вчера вечером они соединились на таком уровне, который превзошел все, что у них было до сих пор. Каждый поцелуй, каждая ласка выходили за рамки физических чувств. Она могла только молиться, чтобы это не был их последний раз вместе, но даже если и был — в этот раз Эшли отдала все, и всей душой она чувствовала, что и Эрика тоже.

В гостиной занавески были задернуты, и Эшли осторожно пошла сквозь темноту. Она приготовит завтрак и, если повезет, никто из них не произнесет ничего такого, что разрушит чары, под которыми они пребывают. Может быть, им удастся притвориться, что между ними ничего и не стояло.

Эшли споткнулась о что-то вроде журнала и наткнулась на твердый предмет, которого здесь раньше не было. Ее пальцы ощупали прохладную гладкую поверхность, и она в темноте, наощупь стала пробираться к лампе, которая, как она надеялась, все еще стоит на краю стола возле дивана. Когда свет залил комнату, колени Эшли подкосились, и она опустилась на стул. Как она могла не заметить этого вчера вечером или по крайней мере, не стукнуться о него, было выше ее понимания.

— Его привезли через два дня после того, как ты ушла, — Эшли подняла голову и увидела, что по ступенькам спускается Эрика. — Я заказала его на следующий день после того, как впервые увидела, как ты играешь.

Потрясенная, Эшли только и смогла спросить:

— Как же ты его сюда затащила?

— Сняла задние двери с петель. Грузчики сделали все остальное, — улыбнулась Эрика, подошла и встала рядом с блестящим черным кабинетным роялем.

Эшли сжала переносицу, пытаясь остановить слезы, струившиеся из глаз.

— Я так злилась на тебя за отсутствие поддержки, а ты с самого начала была за меня.

— Нет, не была, — призналась Эрика с вымученной улыбкой. — Я думаю, что сердце мое было в правильном месте, когда я его заказывала, но придется признаться, что истинная причина была в другом. Я думала, что если у тебя будет рояль дома, ты угомонишься. Твоя история была мне абсолютно чуждой, и я хотела подстраховаться. Если бы я потратила время на то, чтобы это понять, а не упиваться жалостью к самой себе, может быть все и не обернулось бы так, как обернулось.

— А если бы я не была зациклена на самой себе, я бы поняла, что с тобой происходит. — Эшли шагнула в объятия Эрики и опустила голову ей на плечо. — И что, все действительно так просто?

Эрика пожала плечами. — Просто или нет, но мы обе на этом споткнулись, да?

Эшли вздохнула и кивнула. Она сильнее прижалась к Эрике и уткнулась лицом в ее шею.

— Я больше не смогу с тобой встречаться. Только не после этой ночи.

Эрика отстранилась и подняла голову Эшли за подбородок, принуждая посмотреть себе в глаза.

— У меня получилось доказать, что я люблю тебя больше всего на свете? — спросила она, охватив ладонью щеку Эшли.

— Я знаю, что ты не прекращала любить меня. Что ты доказала, так это то, что ты все еще хочешь меня.

Эшли увидела, как Эрика с трудом сглотнула и глаза ее увлажнились.

— Тогда… Ты вернешься домой?

— Ты когда-нибудь вслушивалась в слова «В один прекрасный день»? — Эшли разомкнула руки Эрики.

Эрик покачала головой, и на лице ее проступил страх.

— Песня была быстрой, — сказала она и повела плечом. — Нет, я так понимаю, я разбирала только припев.

— Пойдем со мной, присядь, — Эшли потащила ее к роялю и усадила на скамью. — Я не думаю, что он настроен? — спросила она с улыбкой.

— Настроен, — Эрика выглядела такой ранимой, какой Эшли ее еще не видела.

Эшли пробежалась пальцами по клавишам, волшебные звуки наполнили комнату, и она улыбнулась:

— Слушай!

The deepest emotion

It’s holding me hostage

Searching day after day

Everyone says it’s gonna take time, but when will love’s someday be mine?

Today or tomorrow

One week or two?

A month, maybe a year.

I want the love that stands the test of time.

I crave the gentle touch

The look that says so much

Everyone says it’s gonna take time, but when will love’s someday be mine?[42]

— Ты была моей любовью в один прекрасный день, Эрика, и всегда ею будешь. Хотела бы я дописать это в слова песни, потому что это тебя я искала, когда писала их. Мой дом там, где ты.

Эшли увидела, как глаза Эрики наполняются слезами, как слезы бегут по ее щекам. Она видела Эрику расчувствовавшейся и прежде, но никогда она не позволяла себе так открыто и искренне проявлять эмоции. Какие бы преграды ни возникли между ними за прошедшие годы, все они рухнули, и с каждой слезинкой уносились прочь навсегда.

Глава 39

— Возвращайся домой. И ко мне. — Эрика наклонилась к окну и поцеловала Эшли в губы.

— Вернусь. Обещаю. — Эшли выехала на дорогу и поехала, поглядывая в зеркало заднего вида на Эрику, которая стояла на подъездной дорожке у их дома с засунутыми в карманы руками. Это была идея Эрики, чтобы Эшли поехала одна. Сказала все, что нужно сказать и собрала вещи. Но обе они знали, что сегодня она наконец оставит в прошлом свои отношения с Алекс.

Зазвонил телефон, на определителе номера высветилось имя Дрю. Эшли не стала брать трубку. «Не сейчас, Дрю», — сказала она, бросила телефон на пассажирское сиденье и поехала по направлению к Батон Руж.

Эшли не стала мяться и постучала в дверь, пока не передумала. Это нужно было сделать сегодня.

Алекс открыла дверь и улыбнулась.

— Привет, а я как раз собиралась на пробежку. Хочешь со мной?

— Нет. Мне нужно с тобой поговорить. Можно войти?

Алекс открыла дверь шире и посторонилась.

— Что тебе предложить выпить? — спросила Алекс. — Или ты ненадолго?

— Нет, ничего не нужно, спасибо. — Эшли села на диван. — Посидишь со мной?

Алекс секунду изучающе на нее смотрела, а потом отошла к каминной полке.

— Не думаю.

Эшли сделала вдох и медленно выдохнула.

— Мы с Эрикой помирились. Я возвращаюсь домой.

Алекс не смотрела в ее сторону. Вместо этого она села у очага и уставилась в окно.

— Я думаю, это здорово.

В ее ответе не было ни капли издевки.

— Ты была моей первой любовью, и ты разбила мне сердце. Я не могла простить тебе этого, и даже после того, как ты была мне другом в эти тяжелые времена, я думаю, я все равно питала к тебе нехорошие чувства. Я хочу, чтобы ты знала, что я тебя простила. От всей души.

Алекс не ответила. Она потерла руки и уставилась в пол. Пространство между ними звенело от напряжения, и Эшли подумала, а не лучше ли ей будет уйти.

— Мне нужно тебе кое в чем признаться, — сказала Алекс, когда тишина стала совсем уж невыносимой. — Ты тоже была моей первой.

Эшли почти физически ощутила, как тяжесть признания Алекс ударила ее в грудь.

— Почем ты мне не сказала еще тогда, годы назад?

— Это ничего бы не изменило. Я слишком перепугалась и была слишком несведущей, чтобы принять это. Я плохо обращалась с тобой и оттолкнула тебя. Все получилось совсем не так, как должно было, — Алекс вздохнула, бросила на Эшли быстрый взгляд и снова уставилась в окно. — Это … воссоединение исцелило и меня тоже.

Эшли, все еще не веря, покачала головой.

— Я должна на тебя сердиться.

Алекс встала, подошла к Эшли и опустилась на колени.

— Мне нужно, чтобы ты меня простила за то, что я тебе сейчас скажу. Ты не одна, кто страдал все эти годы, — она взяла дрожащую руку Эшли в свои ладони и сжала. — Я ведь нашла тебя. Использовала источники, доступные мне по работе. — Алекс криво усмехнулась при виде шока на лице Эшли. — Я увидела, как вы с Эрикой вместе работаете у себя во дворе. Ты выглядела счастливой, так что я не сказала ни единой живой душе. Я решила, что если ты захочешь, чтобы тебя нашли, то так тому и быть. И я знала, что никаких вторых шансов не будет. И когда ты перехала к Вики и Шанталь, я тоже это понимала.

Эшли смотрела наАлекс, пытаясь осознать то, что она услышала.

— Прости меня за то, что я скрыла это от тебя, Эшли, и пойми, почему я ждала этого момента, чтобы сказать тебе.

Прошла, наверное, минута, пока Эшли восприняла то, что Алекс говорила ей. Если бы она знала обо всем, пока боролась за свои чувства к Эрике, она могла бы совершить ошибку, о которой жалела бы вечно. Когда она была в самом уязвимом состоянии, Алекс могла бы этим воспользоваться. Прежняя Алекс так бы и поступила.

— Ты была мне настоящим другом. Думаю, за это я прощу тебе все, что угодно.

Алекс положила голову ей на колени.

— Ты мой друг, Эш. Это больше, чем я могла когда-либо надеяться. — Она резко встала, уворачиваясь от прикосновения Эшли. — А теперь поезжай домой. Наслаждайся тем, что у тебя есть и что я только надеюсь обрести.

— Можно, я тебя обниму? — спросила Эшли и встала.

— Нет, — покачала головой Алекс. — Не сегодня. Но когда я увижу тебя в следующий раз, я тебе это припомню.

Эпилог

Раскаты аплодисментов гремели, как гром, пока группа собиралась с силами, чтобы выйти на бис. Весь состав прошел мимо стоявшей за сценой Эшли и занял свои места. Когда музыка началась, Эшли закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Воссоединившись со своим прошлым, а теперь и с будущим, она улыбнулась своему везению. Теперь у нее было все.

В следующий миг она вышла на сцену, отыскивая в толпе единственное лицо, которое хотела видеть.

— Посвящается Эрике, ставшей моей любовью в один прекрасный день.

Примечания

1

The Cure — британская рок-группа, образованная в Кроули, Англия в 1976 году (Здесь и далее прим. пер.)

2

152 см.

3

Club sandwich — трехслойный сендвич из поджаренного хлеба. Традиционная начинка — индейка, бекон, салат, помидор, майонез.

4

Брауни — традиционная американская выпечка, шоколадные бисквитики, которые полагается чуть-чуть недопечь, чтобы середина была влажной.

5

Лаймовый пирог (англ. Key Lime Pie) — американский десерт, приготовленный из сока лайма, яичного желтка и сгущёнки в корзинке из теста. Лаймовый пирог является официальным пирогом штата Флорида.

6

«Маргарита» — коктейль, состоящий из текилы, ликёра «Куантро» (или заменителя «трипл-сек») и сока лайма в различных пропорциях. Все компоненты смешиваются в шейкере со льдом, после чего коктейль фильтруется ото льда и подаётся в бокале «Маргарита», края которого украшены солью.

7

Батон-Руж (фр. Bâton Rouge, буквально «Красная палка») — город на юго-востоке США, столица и второй по количеству населения город штата Луизиана.

8

Джамбалайя (англ. Jambalaya) — креольское блюдо на основе риса. Джамбалайя была попыткой испанцев приготовить паэлью в Новом Свете, где не было соответствующих пряностей. Постепенно эта паэлья эволюционировала в самостоятельное блюдо. Зачастую так переводят на английский язык слово «плов», хотя джамбалайя может быть приготовлена с ветчиной, морепродуктами или рыбой.

9

Суп тако — блюдо мексиканской кухни, суп из фарша, томата, фасоли, кукурузы и различных специй. Халапеньо — средних размеров перец чили, который ценится за ощущения при его поедании от «тёплого» до «горячего». Плоды перца в среднем имеют длину от 5 до 9 см и собираются зелёными.

10

Чеддер — сорт твердого сыра.

11

152,4 см.

12

2,54 см.

13

Pensacola — город на берегу Мексиканского залива, административный центр округа Эскамбиа, штат Флорида.

14

Бурбон 7 — коктейль из бурбона и 7UP.

15

«Я думаю, это начало прекрасной дружбы» — культовая фраза из не менее культового американского фильма «Касабланка» (1942) с Хамфри Богартом и Ингрид Бергман в главных ролях. Персонажи, диалоги и музыка вошли в число самых любимых среди американцев, а популярность фильма выросла до такого масштаба, что поныне его часто называют одним из лучших фильмов за всю историю Голливуда. Что интересно, сейчас в Касабланке работает «Rick's Café» (кафе «У Рика»). Интерьер воссоздан по мотивам фильма «Касабланка».

16

Bass Pro Shop — известная американская торговая сеть и производитель рыболовных снастей, охотничьего снаряжения и товаров для кемпинга. Эмблема — изогнутый наглый окунь на желтом овальном фоне рядом с названием Bass Pro Shop.

17

Последняя соломинка сломала спину верблюда.

18

Ингредиенты для салата BLT — назван по заглавным буквам основных ингредиентов — Bacon, Lettuce, and Tomato — закрученный на шпажках бекон запекают в духовке вместе с кусочками багета, а потом смешивают с листьями салата и резаными помидорами черри. Заправляют майонезом.

19

Американцы часто подвешивают на заднем крыльце деревянное сиденье-качели на цепях, это элемент интерьера.

20

Honda Accord — среднеразмерный автомобиль, один из самых популярных в своём классе и второй по популярности среди автомобилей Hondа.

21

Mississippi Mud Pie, можно перевести как «Грязь Миссисипи» — один из традиционных десертов южной кухни США. Торт делается на основе готового печенья, которое измельчается, смешивается с яйцами, сливками, шоколадом, заливается шоколадным кремом, выпекается и украшается взбитыми сливками. Чтобы было еще веселее, подается с мороженым. Пишут, что по виду торт напоминает илистые берега Миссисипи, откуда и название.

22

«Neiman’s» — один из крупнейших и успешных в США ритейлеров одежды, обуви, аксессуаров и товаров для дома класса люкс. Короче говоря, американскому читателю после этого эпизода должно стать ясно, что все у девочек хорошо, все при деньгах, все успешны и состоятельны.

23

Насчет прачечной (laundry room) — у проклятых буржуинов целая комнатка на первом этаже или в подвале может быть выделена под стиральную машину, сушилку, корзины для грязного и чистого белья, вешалки, стеллажи и место для глажки.

24

Название False River как раз и означает «ложная река». Ста́рица — участок прежнего русла реки, образуется при спрямлении изогнутого русла, когда в половодье или паводки воды, идущие по пойме, способны промыть более короткий путь. После спрямления река начинает течь по новой протоке, а прежнее, более длинное, русло превращается в старицу. Старица некоторое время сохраняется как озеро, а затем превращается в сырой луг или болото, либо высыхает.

25

Нáчос — популярная закуска мексиканской кухни, представляющая собой чипсы из кукурузной муки с различными добавками.

26

Zachary — городок в восточной части округа Батон Руж, Луизиана.

27

Tweety Bird — персонаж мультфильмов студии «Уорнер Бразерс», желтый птенец канарейки с большой головой.

28

Bugs Bunny — заяц, персонаж мультфильмов студии «Уорнер Бразерс». В настоящий момент Багз Банни является эмблемой компании. Знаменит приключениями, в которых легко побеждает любых врагов, а также бруклинским акцентом и фразой «В чём дело, Док?» (англ. What's up, Doc?).

29

Рулетики из тонких лепешек из кукурузной муки со специфической начинкой из куриных грудок, лука, перца, кукурузы, бобов, сыра и перца халапеньо со специями. Обжариваются во фритюре. Это аутентичное блюдо из меню реально существующей сети ресторанов Chili's Grill & Bar.

30

IHOP — International House of Pancakes — Международный блинный дом — сеть ресторанов, специализирующаяся на завтраках — блинчики, тосты, омлеты, вафли, сендвичи и т. п. — прим. пер.

31

Тушé (фр. toucher — касаться, дотрагиваться) — в разговорной речи означает, что вас фигурально «положили на лопатки», победили в споре, вам больше нечего сказать и нечем аргументировать. Можно перевести как «сдаюсь, ты меня достал, уел, нечем крыть».

32

Милое название Nine Inch Nails — «Девятидюймовые гвозди», и песня тяжелая.

33

«Остров Гиллигана» — американский ситком, транслировался с сентября 1964 г. по сентябрь 1967. Согласно сюжету, семь главных героев попали на необитаемый остров и пытаются выжить на нём. Среди героев миллионер, его жена, капитан корабля, ученый, голливудская звезда и домохозяйка. Большинство эпизодов ситкома касается конфликтов между потерпевшими кораблекрушение и их неудачных попыток вернуться домой. Мери Энн и Джинджер — имена героинь.

34

Джем-сейшен (от англ. jam session) — термин, описывающий совместную, последовательную индивидуальную и общую импровизацию на заданную тему. Музыкальное действие, когда музыканты собираются и играют без особых приготовлений и определённого соглашения, либо когда взять инструмент и выступить может каждый из присутствующих. Джем-сейшены обычно проводятся для удовольствия самих исполнителей, а не для публичного выступления.

35

«Такова любовь».

36

Зубной ополаскиватель.

37

soiré (фр.) — званый вечер, вечеринка, вечерний прием.

38

Скибол — игра на спецстоле, нечто среднее между бильярдом и боулингом.

39

Ford Pinto — субкомпактный легковой автомобиль, выпускавшийся компанией Ford для покупателей в Северной Америке с 1970 по 1980 модельный год.

40

Маршмэллоу — аналог пастилы, но в варианте рецепта без яиц. Зефироподобные конфеты, состоящие из сахара или кукурузного сиропа, желатина, размягченного в горячей воде, декстрозы и ароматизаторов, взбитых до состояния губки.

41

С’мор или смор (англ. S’more от англ. some more — «ещё немного») — традиционный американский десерт, который едят в детских лагерях, обычно по вечерам у бивачного костра. S’more состоит из поджаренного маршмэллоу и куска шоколада, прослоенных в два куска крекера.

42

Самое глубокое чувство

Я в плену у него

Ищу день за днем

Все говорят, что это займет время, но когда настанет этот прекрасный день и любовь станет моей?

Сегодня или завтра

Через неделю или две?

Через месяц, может быть, через год.

Я хочу такой любви, что выдерживает испытание временем.

Я жажду нежного прикосновения

Взгляда, что говорит так много

Все говорят, что это займет время, но когда же любовь станет моей в один прекрасный день?

Content

Робин Александер
В один прекрасный день

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Эпилог

Примечания