Александра Милованцева

Год Лошади

Последнее время выбирать подарки на Новый год становится все сложнее. Особенно корпоративные. Уже давно всем приелись календари, варежки и шарфы с логотипами компаний и прочая ерунда. Анна Алексеевна, пиар-директор небольшого московского банка, вот уже почти месяц искала креативную идею и никак не могла ее найти. В мозгу кружили привычные корзины с продуктовыми наборами, елочные игрушки, почему-то мелькнул перед глазами аппетитный бутерброд с колбасой. «Пора обедать, – догадалась Анна Алексеевна. – На голодный желудок креатива не получится». Она решительно захлопнула свой ноутбук, накинула плащик и вышла из офиса.

Анна Алексеевна с удовольствием окунулась в обеденную суету Новослободской. Август. Погода стояла хорошая, и Анна Алексеевна решила прогуляться до кафе, которое находилось в двух кварталах от офиса. Она любила это кафе за непринужденную атмосферу, за опять-таки креативность. Там частенько проходили какие-то мастер-классы, лекции, игры. То учили делать декупаж, то рассказывали, куда лучше поехать на море. Народ там встречался разный, но всегда склонный к общению, любопытный. Ей нравилось там бывать.

Она и сама сегодня была склонна к общению. Радовало буквально все: и автомобильные гудки в пробке у светофора, и бесконечный поток пешеходов, такой разношерстный, с чудными лицами и голосами. Ей интересно было ловить случайные реплики: «…на обед, переключайте на мобильный…», «в какую сторону? По четной?…к центру?…», «…смотри, здесь акция, тебе нужно….». Люди говорили с телефонами, лишь немногие друг с другом.

Анна Алексеевна шла не спеша, намеренно замедляя шаг, чтобы не поддаться потоку, вдыхала теплый воздух, пахнущий городом, щурилась солнцу, улыбалась, если ей удавалась встретить чей-то взгляд. Она верила, что, проникнувшись ощущением города, пространства, людей, обязательно увидит какой-то знак, какое-то решение своей, пусть и не эпохальной, но такой зудящей проблемы.

Зайдя в кафе, Анна поняла, что мироздание не осталось безучастным к ее запросам. Именно сегодня здесь открылась мини-выставка мягких игрушек. Были тут удивительные творения: и котик с клубком, и жирафик в шарфике, но Анна остановилась около лотка с лошадками. Животные были представлены широким спектром цветов и размеров и были сделаны из войлока. Брошки, брелки, игрушки с двигающимися ножками – все что хочешь. «Ну конечно, – подумала Анна, – у нас же будет год Лошади. Вот только как это организовать, мне ведь нужно больше двух сотен лошадок. Но будет мило, и такие подарки – уникальные, потому что сделаны вручную. И людям приятно, и мастерицам заработок».

Светлана любила свою работу. Выбор профессии произошел как-то сам собой. Мама терапевт, папа спортсмен, в молодости профессиональный теннисист, потом тренер… Света обоих родителей любила одинаково и одинаково восхищалась их профессиями. Так что выбор произошел естественным путем – инструктор по лечебной физкультуре. В этой профессии слились воедино все Светланины привычки. Особое внимание к спорту, питанию, здоровому образу жизни в сочетании с возможностью заботиться и приносить пользу людям.

Сама Света увлекалась несколькими видами спорта. Да, конечно, она играла в теннис. Да, она каталась на лыжах зимой, а летом любила велосипед. Но еще ей нравились йога и танцы, а иногда бег, когда ей казалось, что в осиной талии прибавился лишний миллиметр.

Ходила она всегда очень прямо. У нее была такая прямая спина и длинная шея, что казалось, невзирая на ее вообще-то невысокий рост, что она выше всех на голову, летит в облаках и смотрит куда-то вдаль.

«Спустись с небес на землю, – твердила ей школьная подруга Олеся, которая выбрала более практичную специальность юриста. – С таким настроением ты никогда себе мужа не найдешь, да и масла на хлеб при таком настроении не появится!»

На самом деле Олеся очень любила Свету, уважала ее непоколебимые ценности. Хотя и вздыхала и сетовала порой на непутевость. Между женщинами за долгие годы общения сложились теплые и надежные отношения, которые редко удается сохранить школьным подругам. Чтобы помочь Свете стабилизировать финансовое положение, Олеся частенько направляла к ней знакомых дамочек на индивидуальные тренировки. Правда, вечно занятая Светлана не могла вести больше двух-трех индивидуальных занятий в неделю. Ее работа в поликлинике и детском Доме творчества, а также наличие двенадцатилетнего сына оставляли ей мало времени для подработки.

Сын спал, хмурился во сне. Наверное, ему снилось продолжение спора с матерью по поводу полезности компьютера перед сном. Светлана тоже была немного взбудоражена. «А ведь это еще даже не переходный возраст, – думала она, – что же дальше будет? Надо быть пожестче, Косте нужен больший контроль…» Но как обеспечить больший контроль и жесткость, когда и так она видит сына так мало… Один-единственный выходной день – четверг, но и то он учится до обеда. Да половина воскресенья… «Костя хороший мальчик, самостоятельный, самодостаточный, но все же подвержен всем типичным болезням наших дней, от компьютерных игр до глупых мультиков…» О дальнейших, более взрослых опасностях страшно было и подумать.

«Надо будет купить ему этот набор для робототехники. Раз нравятся ему эти трансформеры, пусть лучше сам их собирает, будет хоть польза. Но набор этот такой дорогой… Надо подработать где-то, чтобы купить набор и подарить Косте на Новый год…» И ведь, как назло, клиентки от Олеси все куда-то запропастились… Одна уже уехала на три месяца в Индию, другая, наоборот, работает до Нового года, не вставая.

Незаметно пролетели месяцы осени. В этом сезоне Новый год для Светланы начался и закончился рано. На дворе 29 декабря, весь город шумит, суетится, готовится к празднику, а в жизни Светланы наступило затишье. Сегодня она отправила сына в спортивный лагерь вместе с лыжной секцией. Грустно было его отпускать, но он уже в том возрасте, когда Новый год интереснее встречать со своими друзьями. «Мамочка, мы с тобой старый Новый год отпразднуем вместе!» – утешал ее Костя перед отъездом. «Конечно, беги, веди себя хорошо! И телефон не забывай заряжать!» – напутствовала его Света.

На работе сегодня был последний трудовой день в этом году. Света привычным маршрутом шла к поликлинике. Ветер с мокрым снегом бил в лицо, но ей это даже нравилось. Нравилось также, как держать какую-нибудь сложную йоговскую асану, на пределе сил, чувствуя, как работает каждая мышца, ожидая удовольствия расслабления, ощущения контроля над собственным телом, ощущения хорошо сделанной работы. Вот и сейчас Светлане было грустно, но идти вот так, с высоко поднятой головой, встречая мокрый снег, было приятно, приятно ощущать свою решимость, упорство, как будто тренировалась мышца воли…

Холл поликлиники, шумный, нервный, Светлане показался радушным домом. Здесь, в обычной районной поликлинике, в большинстве своем толкались пожилые люди, часто еще более одинокие, чем Света. Молодежь в большинстве своем к врачам не ходила, а за больничным отправлялась в поликлиники, предписанные страховкой работодателя.

Старички же часто воспринимали поликлинику не как место, где выписывают лекарства, а как клуб общения. Особенно чувствовалось это на третьем этаже, где в торце, за слегка обшарпанными зелеными стенами, увешанными плакатами о комплексах физических упражнений и правильном питании, разместился зал лечебной физкультуры.

– …и вы знаете, я чувствую себя другим человеком, – рассказывала одна пожилая женщина другой, – вы попробуйте, вот, я сейчас покажу вам… – Она стала что-то искать в своей сумочке.

– Ой, а вот и наша Светочка! Здравствуйте, Светлана Викторовна, мы уже здесь, в полной боевой готовности!

– Здравствуйте, Надежда Петровна, здравствуйте, Петр Сергеич, здравствуйте…

Светлана знала большинство своих пациентов по именам. Они менялись, иногда подолгу пропадали, но снова возвращались лечить свои недуги и «приобщаться к спорту», как они говорили.

Светлана любила эти занятия, ей нравилось видеть, с каким старанием немолодые люди стремятся выполнять нехитрую гимнастику.

– Алла Семеновна, вы делаете только по десять движений, берегите руку… Петр Сергеич, вам без наклонов… Марина Витальевна, держите спину, не распрямляйте до конца, вот так, да… Вы новенькая? Вставайте в первый ряд, пожалуйста, я за вами понаблюдаю…

В конце занятия группа преподнесла Светлане подарок, коробку конфет «Ассорти» – точно таких же, какие Светлана любила в детстве, и где они только такие нашли? Света растрогалась чуть не до слез: «Ну зачем же вы? Не стоило…» Пенсия, понятное дело, у пациентов была невелика.

Все очень благодарили Свету, желали ей счастья в Новом году, твердили, что физкультура им очень помогает. Света и правда видела, что у многих состояние улучшилось. Чуть распрямились ссутуленные годами плечи, свободнее стали движения больных артритом рук…

Работа приносила совсем небольшие деньги, но разве могла Светлана распрощаться со своими пациентами, которые так ждут занятий и ее внимания?..

Примерно так же обстояли дела и на второй ее работе. В районном Доме творчества она преподавала три раза в неделю ОФП. Кружок был бесплатный, помещение требовало ремонта. Дети из обеспеченных семей чаще ходили в оборудованные современные спортклубы, в платные секции. Ее детишки были сплошь из многодетных и малообеспеченных семей, рано взрослеющие, знающие не много радостей. Они очень любили свой кружок и праздники, которые Светлана иногда им устраивала. Вот, например, второго января в Доме творчества будет детский утренник, на котором их группа будет выступать. Благодаря активности Светланы дети не просто на занятиях бегали да приседали, они разучили целый спортивный танец, который будут показывать на самодеятельном концерте.

Это будет второго января… А пока… Неожиданно у Светланы кончились все дела.

Без сына дом как-то непоправимо опустел. Не нужно было готовить ужин, проверять уроки, спорить о компьютерных играх. Вечер казался пустым. Света сбросила куртку и сапоги и, не включая свет, прошла в комнату. Села на подоконник, облокотившись на стену. Закрыла глаза. Перед глазами стояли лошади. Маленькие, большие. Разных цветов. Множество войлочных лошадок. Это время суток, вечер, за последние три месяца стало у нее неразрывно ассоциироваться с валянием из войлока лошадок.

Дело в том, что, когда еще в октябре она озадачилась вопросом подработки, чтобы купить сыну дорогой подарок на Новый год, ей неожиданно подвернулась необычная возможность. Ее соседка по лестничной клетке, с которой они иногда выручали друг друга на предмет присмотреть за детьми (у соседки была девочка на пару лет младше Костика), как-то заявилась к ней с загадочным видом и со словами «Света, выручай».

Оказалось, что ее подружка (или подружка ее подружки – Света не до конца поняла всю цепочку), та самая, у которой интернет-магазин войлочных игрушек, получила большой заказ, который надо было выполнить до 28 декабря. Двести войлочных лошадок. Такой заказ одна она выполнить была абсолютно не в силах, но упускать столь денежную возможность тоже не хотела. И таким образом и собралась команда из четырех рукодельниц, которые этот заказ разделили между собой. Света немного увлекалась войлоком раньше, поэтому согласилась в этом участвовать, да и платили хорошо – по тысяче за лошадку! Всего ей надо было сделать 50 лошадок за три месяца. Задача сложная, требующая кропотливой однообразной работы, но выполнимая. И Света согласилась. Конечно, она тогда не осознавала до конца, что до самого Нового года все ее вечера и ночи будут заполнены лошадьми…

Самая приятная часть работы – сделать гриву, глаза… Лариса, та, что принесла заказ, подучила свою команду некоторым секретам, так что работать было интересно. И все-таки до «интересной» части нужно было часами делать монотонную работу, формируя непослушный войлок в туловище, ножки, головку… Отвлекаться было нельзя, результатом таких случаев становились сломанные иглы или исколотые пальцы. Пальцы до сих пор у Светы болели…

Итак, пальцы болели, на дворе стояло 29 декабря, вечер. Пустой дом, два дня до Нового года… А у Светы было полное ощущение, что Новый год уже прошел. Оно возникло, когда она отдала коробку с лошадками. Заказ выполнен в срок. Завтра лошадки попадут в подарочные коробочки и порадуют сотрудников и клиентов какого-то банка. Успели. Сделали. Лошадки в коробочках. Теперь есть деньги, чтобы купить сыну дорогой конструктор. Но это она сделает уже после Нового года, цены будут меньше, да и народу – не такая толпа. А сейчас…

Сейчас Светлана стала размышлять, что же все-таки она будет делать на Новый год, приближения которого она совсем не ощущала. Пойти к подруге? Улыбаться их с мужем семейной идиллии? Родители у Светы рано умерли, так что обязательного семейного общения не предполагалось. Соседка? Она куда-то уезжает в гости. Коллеги по поликлинике, подруги звали Светлану к себе… Но ей всего этого совсем не хотелось. А чего хотелось? Хотелось встретить праздник с любимым человеком. Выпить шампанского прямо в кровати. Позволить себе похулиганить, пока сын уехал. Походить по квартире в чем мать родила и смотреть фейерверки, сидя вдвоем на подоконнике.

Из всего, чего хотелось, реалистично было выполнить только часть, связанную с подоконником… «Надо обязательно правильно загадать желание в этом году. Не проспать, не отвлечься с пирогами… Обязательно правильно загадать желание, правильно сформулировать, записать на бумажке, чтобы не растеряться и не сбиться, когда куранты будут бить…». Желание на бумажке Света написала прямо сейчас: «Встретить своего мужчину, свою пару, половинку, с которым мы сможем создать полноценную семью, основанную на любви и уважении».

Еще какое-то время Света размышляла, нужно ли добавлять к пожеланиям конкретные детали? Например, о том, что хорошо бы чтобы он был ну если не миллионер, то хотя бы не безработный? Троих прокормить Света точно не сможет. Чтобы человек был хороший, порядочный? Это как-то совсем не конкретно… Или чтобы был веселый, готовый на небольшие авантюры? Так тоже, как тут правильно сформулировать? Окажется еще какой-нибудь авантюрист-проходимец. Помучившись, Света ничего не прибавила, решив, что Богу виднее. Главное – взаимная любовь и уважение… Теперь главное не проспать и не потерять бумажку.

Последние дни прошли в нехитрых приготовлениях. Светлана купила бутылку шампанского, баночку красной икры, мандаринов. Нарядила искусственную елку. Вымыла квартиру.

С особым вниманием отнеслась к уборке в своей комнате, на подоконнике. Ее широкий подоконник, такой удобный, чтобы на нем сидеть и смотреть в окно, часто обрастал каким-то скарбом: бумагами, вещами, пакетами. С учетом того, что именно здесь, на подоконнике, Света собиралась праздновать Новый год, это было совершенно недопустимо.

Теперь подоконник, да и вся квартира, сияли чистотой. На нем разместилась метровая елка с шарами, рядом Света расстелила уютный плед и бросила подушки. Неожиданно, уже 31 декабря, ей подумалось, что хорошо бы свалять лошадку и себе. Она принялась за дело, чему и посвятила большую часть предновогоднего дня. Лошадка вышла хорошая, улыбчивая такая. Неопределенной пегой масти, белой с коричневым: уж какой войлок остался. Зато грива была хороша, длинная, белая, и хвост шикарный. Лошадка заняла свое место под елкой.

«Скорее бы уже Новый год!» – думала Света. Ей хотелось скорее загадать желание, как будто нужно было доделать последнее незавершенное в этом году дело.

Коротая время, она пробежалась по парку на лыжах. Она там была одна такая, народ по-прежнему спешил куда-то либо с сумками, а некоторые уже начали праздновать, что явственно выражалось в их манере держаться и в громкой речи.

В двадцать три ноль-ноль Света, после душа, в уютном махровом халате, заняла стратегическую позицию на подоконнике. Потом подумала и переоделась в домашние брюки и просторный джемпер. Все-таки праздник. Открыла шампанское, намазала бутерброд икрой. «Надо проводить старый год, все-таки он был не таким уж плохим, все здоровы, на хлеб хватало, работа любимая…»

По телевизору вещали какую-то предновогоднюю муру; немного пощелкав пультом, Света остановилась на каком-то концерте, где одетые в блестящие одежды ведущие лучились наигранной радостью, предлагая после каждой песни поднимать бокалы и радоваться. Света сделала звук потише и, присев на подоконник, смотрела в окно. Прохожие с улиц пропали, зато окна дома напротив светились елками, через открытую форточку слышались музыка и смех. Света закрыла форточку, выключила звук у телевизора и погрузилась в тишину. «Ничего. Будет и у меня смех и музыка. Следующий Новый год хочу встречать с любимым человеком…» Света старалась гнать от себя мысль, что мечтала так уже не один раз. Но в этот раз обязательно получится. Как-никак год Лошади. Ее год. Он должен быть удачным.

Все-таки на подоконнике сидеть было жестко, и Света переместилась на свой раскладной диван, служивший по совместительству кроватью. «Ну где уже этот президент, скорей бы…» Света взяла в руку свою шпаргалку и перечитала, чтобы в нужный момент все четко проговорить.

Тишина, шампанское, диван… Света и сама не заметила, как уснула. Она вообще привыкла рано ложиться и рано вставать. Закончился концерт, что-то беззвучно, с очень героическим и патриотичным лицом рассказал президент. Беззвучно били куранты… А Света спала. И ей снились лошади. Много лошадей. Маленькие и большие. Огромные плюшевые и войлочные лошади толпились вокруг нее. И они улыбались ей.

Света так и проспала всю ночь: на диване, в брюках и джемпере, сжимая в кулачке свою шпаргалку.

Праздник в Доме творчества второго января должен был начаться в 14 часов. С утра Света отправила своим воспитанникам по эсэмэс с информацией, где они будут встречаться, и начала собираться – готовить нехитрые сюрпризы и подарки…

Новость, что она проспала Новый год, Света перенесла стоически. В конце концов, не так уж она и верила во все эти куранты… В любом случае грустить было некогда, Свету ждала работа, завтра она пойдет в магазин за подарком сыну, потом он приедет, и они устроят еще один Новый год, с пирогами, салатом оливье… А потом… А потом глядишь – и лето. В первые дни Нового года всегда кажется, что самое лучшее впереди.

…Праздник получился шумным, хорошим и, как всегда, немного бестолковым. Концерт прошел отлично, потом дети разбежались по мастер-классам. Света тоже провела небольшой урок – играла с малышами в подвижные игры, хороводы и «ручейки», пока старшие что-то вязали, лепили и раскрашивали. Ближе к вечеру, уставшая, она присела в углу зала и продолжала наблюдать за праздником.

Неожиданно рядом с ней села большая плюшевая лошадь. Света давно видела это животное, оно весь день крутилось на празднике, участвуя вместе с детишками в хороводах, фотографируясь. Лошадь была странноватая, несколько раз Света ловила себя на мысли, что этот актер как будто не знает детских игр. Одним словом, это была самая бестолковая лошадь среди смышленых лунтиков, винни-пухов и тигров.

Лошадь откинула назад голову-капюшон, явив миру немного уставшее лицо мужчины лет сорока, в очках и немного небритое.

– Добрый вечер… Детям весело, а я вот притомился что-то. До скольки здесь все, не знаете?

– А вам не сказали? – удивилась Света.

– Наверное, я прослушал, – трогательно нахмурившись, сообщил мужчина.

– Скоро заканчивается, – улыбнулась ему Света. – Пятнадцать минут осталось официально. Моя часть, например, уже закончилась, а во сколько вы свободны – это уж вы спросите у организаторов.

Похоже, такой ответ не совсем удовлетворил «лошадь». Неожиданно он сменил тему.

– Я давно за вами наблюдаю, вы так хорошо ладите с детьми. И танцуете хорошо.

«Да он заигрывает! – догадалась Света и тут же чуть не расплакалась. – Это ж надо, понравилась старовозрастному массовику-затейнику, наверное, в кино с ролями плоховато, вот и зарабатывает на елках. Да… Вот такой принц на белом коне. Вернее, конь на нем. И не белый, а пегий».

Конь тем временем продолжал:

– Не знаю, как вам, а мне очень хочется после этих хороводов прогуляться, кофе где-то попить. Может быть, составите мне компанию? – Мужчина тепло улыбнулся, улыбка преобразила его лицо, он неожиданно показался Свете довольно милым.

И тут Свету осенило. Лошади… Ну конечно, улыбающиеся лошади… Вот что снилось ей под бой курантов. Это вот ее персональный подарок от Деда Мороза.

И Света начала смеяться. Смеялась она громко, заливисто, что называется, до слез. Улыбка мужчины слегка увяла, Света же, не желая обидеть его, проговорила:

– Я не над вами, случай один вспомнился. Я вам потом расскажу… А кофе я бы выпила… Давайте через пятнадцать минут у выхода…

– Я думал, вы не придете, а решили так от меня отделаться.

– Нет, просто знаете, не каждый день меня приглашает на прогулку лошадь, не могу упустить такой шанс, – весело усмехнулась Света.

– Ну да, точно! – И мужчина тоже засмеялся. Смех у него оказался заразительным, и скоро они уже хохотали вместе.

В итоге они пришли к выводу, что это хорошая примета – начать год с того, чтобы прогуляться с лошадью, а Гена (оказалось, что его зовут Гена) сказал, что побыть лошадью – это тоже хорошая примета.

Без лошадиного костюма он оказался вполне нормальным человеком, одетым в спортивную куртку и джинсы.

Вечер неожиданно выдался длинным, дороги расчищенными, снежинки – пушистыми, фонари – уютными. Они поехали в парк Горького и катались на коньках под новогоднюю музыку, пили сладкий чай с лимоном и болтали о мелочах.

О этот неловкий момент прощания у подъезда! Света так сроднилась с Геной за эти несколько часов, что уже на полном серьезе думала, как организовать быт, чтобы забрать его к себе и «прокормить». Она отчетливо понимала, что этот безызвестный актер средних лет, конечно же, не кормилец, но Гена ей очень нравился. Свете вдруг стало грустно, что они могут больше не увидеться, но Гена вдруг предложил:

– А давайте завтра снова пойдем кататься на коньках? У меня завтра еще выходной. И вообще можно ваш телефон?

– А вы завтра не работаете лошадью? – поинтересовалась Света.

– Честно говоря, я программист, костюм лошади надел первый и, надеюсь, последний раз в жизни, – признался Гена. – Это мой племянник так надо мной подшутил. Он студент и устроился на подработку. А вчера утром заявился с этим костюмом, говорит, вопрос жизни и смерти, должен куда-то там уехать, мол, выручай. «Тебе, дядя, полезно развеяться, а не поедешь, детки будут плакать» – так он сказал. Шантажист. Я и поехал… Вообще это чудо, что мы вот так встретились… Я редко бываю где-то, кроме офиса и своей берлоги.

– Тогда пойдемте завтра в кино? – скрывая счастливую улыбку, предложила Света. – Сто лет не была в кино.

На прощание Гена поцеловал ее в щеку, а Света смахнула у него с волос кусочек коричневого войлока. Странно. Откуда он там? Наверное, от костюма остался.

Content

Александра Милованцева
Год Лошади