Федорова Екатерина Владимировна

Девушка ворона 2. Балансируя на грани

Глава 1

ХВОСТ! У меня есть хвост? Да, что ж это такое, неужели опять мне снится этот навязчивый сон. Я тихонько, не открывая глаз, ощупала себя. Ну, конечно, крылья, перья, клюв и хвост. Странно, вроде вчера нигде не ударялась.

– Ай!!! – кто-то сильно ущипнул меня за крыло.

– Убедилась, что не спишь?

– Ты кто?

Передо мной скрестив руки на груди стояла высокая девушка. Я была уверена, что эту мадам никогда прежде не встречала. Светлые волосы, почти изумрудные глаза, статная фигурка – она вполне могла бы казаться красивой, если бы не уродливый шрам от ожога на шее и злое, почти бешенное выражение лица. Тут она поняла, что я заметила ее недостатки и у нее между ладоней появились голубоватые разряды молний. Вот теперь то я отчетливо все вспомнила, Дым, домовой, приключения. Неужели это все было правдой?!

Додумать Даше не дали, хозяйка оказалась несколько меньше гостеприимной, чем огненный маг и в ворону полетели первые электрические молнии.

– А-а-а.

За время отсутствия на Истре (родном мире Дыма), девушка совсем разучилась летать и сейчас быстро убегала от безумной преследовательницы пешком. Однако, размер шагов вороны и человека не соразмерим, поэтому совсем скоро она почувствовала, как на ее тоненькой шейке затягивается магическая петля. Даша попробовала вырваться, но только еще сильнее затянула удавку.

– Ну все, сейчас я тебя зажарю и Дым на своей шкуре почувствует, какого это остаться одному.

– Эй, погоди. Он, что тебя обидел? Но причем тут я? Живу себе спокойно в своем мире, никого не трогаю, как вдруг появляются всякие и пытаются убить. Хоть бы сказали за что?

– За что? Я тебе скажу за что!

Девушка покраснела от возмущения наглостью такой разговорчивой вороны и показалась мне еще страшнее, чем прежде. Теперь в ее глазах явственно прослеживались безумные всполохи. Да-а, чувствую в этот раз я, что называется «попала». Встряхнув головой, она немного успокоилась и продолжила:

– Впрочем, тебе стоит об этом знать. – Она кинула в меня обездвиживающее заклинание и начав какие-то приготовления, стала рассказывать.

Итак, с ее слов выходило, что Эля (она так назвалась) безумно любила Дыма, они даже собирались пожениться. Однажды он пришел домой и обвинил ее в измене. Маг утверждал, что ночью видел ее в постели советника короля, но ее там не было! Естественно, девушка закатила грандиозный скандал, но он продлился недолго. Огневик схватил девушку за шею и вышвырнул вон из своего дома. Он даже не удосужился извиниться, а после ее вообще отправили подальше от королевского двора в это всеми забытое поместье.

Через некоторое время девушка оправилась от потрясения и решила отомстить магу. Волшебнице, способной управлять погодой, ничего не стоило обрушить на Дыма проклятье, но тот, как назло, именно в этот момент решил обзавестись фамильяром. У Эли ничего не вышло, тогда она стала помогать главному дворцовому магу Корту в заговоре против короля и тут ее ждала неудача, а после и ворона ее недруга внезапно исчезла, только защита вокруг мага осталась. Некоторое время девушке понадобилось, чтобы разобраться что к чему и вот сейчас она наконец-то достигла своей цели.

В середине рассказа Даша немного хохотнула, она слышала совсем другую историю, но Эля метнула в нее такой убийственный взгляд, что ворона сочла правильнее промолчать. Ведь, что на уме у этой сумасшедшей не совсем понятно. Тем более, что во время рассказа Эля все время двигалась, собирая на столе странное приспособление. Это была небольшая деревянная конструкция, с резиновыми ремнями непонятного предназначения.

– Ну вот, все готово. Прошу. – Девушка зло усмехнулась и, поднятая невидимыми воздушными потоками, я перелетела на стол.

Оказавшись поближе, Даша, наконец-то вспомнила, где видела похожее приспособление. Не так давно, она водила племянницу в музей старинных пыточных. Это же дыба в миниатюре! Кар!!!! В панике попыталась заметаться я, но Эля уже закрепила мои лапки и крылья ремнями.

– Сейчас, сейчас, я ему отомщу. Ха-ха-ха.

Ее зловещий смех еще сильнее убедил меня в ее ненормальности. Пытать ворону, это же надо додуматься! Тем временем, Эля начала крутить ручки дыбы, и я изогнулась от боли. Никогда раньше не думала, что в таком маленьком тельце столько болевых точек. У меня даже перья заныли. Нет. Так не пойдет. Подмоги не предвидится, пора выбираться самой. Вдруг на плечо волшебнице устало опустился голубь.

– Это еще, что такое? – Возмутилась Эля, но отодвинула дыбу и начала читать послание. – Так, интересно, – она начала постукивать пальцами по столу, – я тебя сейчас покину, не скучай. Она потрепала, почти бессознательную меня по голове, и вышла из комнаты.

Глава 2

С полным осознанием того, что я нахожусь в другом мире. Причем уже несколько мне знакомым пришло видение магических нитей. Я чуть-чуть нагрела ими ремни (ну как чуть-чуть, перья подгорели хорошенько) и хотела уже освободиться, как эта зараза вернулась.

– Куда собралась? Я с тобой еще не закончила. – Эля попыталась меня вновь обездвижить, но я увернулась и с грохотом свалилась со стола.

Ой, ну что за неряха? Прямо под столом оказалась пыльная миска с мукой, и я закашлялась. Это сыграло со мной злую шутку, волшебница успела схватить меня и нацепить на шею ошейник. Да-да обычный собачий ошейник, только он еще и от магии меня отрезал напрочь. Не то чтобы я особо привыкла к такому преимуществу перед обычными людьми, но все же стало немного обидно. Все у меня не как у людей. Даже в другом мире умудряюсь найти приключения на свою ж…, филейную часть тела.

– Так, сейчас мне некогда с тобой разбираться, я жду гостей. Поэтому подождешь в подвале. Кира!

– Звали, госпожа? – В комнате появилось нечто среднее между змеей и женщиной. Причем сверху это чудо выглядело вполне прилично. Красивая высокая грудь была прикрыта скромной рубашкой, а вот ниже пояса у нее шел огромный черный хвост и не было никакой одежды. Во время движения служанка отталкивалась от пола своей единственной конечностью и как бы перепрыгивала нужное ей пространство.

– Унеси, это. – Эля кивнула головой на ворону.

Прикосновения змеи были на удивление приятными, Кира аккуратно подняла птицу с пола и быстро выползла из комнаты. Их путь лежал вниз по лестнице.

– Ты не сердись на нее, она не такая уж плохая. – Тихо сказала служанка. – Раньше то, совсем другая была. Добрая. А теперь. Вот. Ненависть гложет. Удумала тоже, мужчине мстить.

– Так зачем вы служите у нее, если вам не нравится то, что она делает?

– Дык, это. Клятва у меня. На крови. – Смутилась змея. – Не могу я против нее пойти. Да и жалко, малышку. На моих руках выросла.

Дальше разговор не клеился. О чем можно говорить с человеком (ну или получеловеком), если он не видит очевидных вещей. Кира отнесла Дашу в камеру и ушла, заперев за собой дверь. Ворона же начала нервно ходить из угла в угол. Магией она воспользоваться не могла, да и понятия не имела в какой части Истры она находится, поэтому о побеге и мысли не было. По крайней мере, пока ей не удастся обзавестись картой. Только и облегчать жизнь Эле, Даша не собиралась.

Внимательно осмотревшись, я заметила в углу камеры дыру. Скорей всего ее сделали крысы, но и я, если втяну живот, пролезу. Итак, решено. Иду на разведку. Не буду же я покорно ждать своей участи в конце концов. Еще раз наклонила голову лучше рассматривая лаз, втянула живот, сложила крылья и полезла. Проход оказался не таким уж узким. Вот только одна беда даже с птичьим зрением, я ничего не видела. Лаз то шел прямо, то резко поворачивал, и я сбила себе всю голову, а один раз даже пожевала земли. Потом кости стали издавать скрежет, и я поняла, что материал пола сменился, а затем туннель стал выводить меня на верх.

Вдруг мне послышался какой-то знакомый поскрипывающий звук и показался просвет. Выглянув, Даша отрыла от изумления рот. Прямо перед ней, на лестнице сидела Смерть и увлеченно рыла косой яму, так чтобы ее не было видно с верха.

– Привет, что делаешь? – Как можно спокойней поинтересовалась я.

– О, знакомые все лица. Да так, развлекаюсь. А ты, что тут забыла, я вроде бы тебя домой отправляла?

– Ну-у, нашлись те, кто решил, что здесь я нужнее.

– Эх, люди совсем о других не думают и как не перемерли еще. Покачала головой Смерть и помогла мне выбраться из лаза. Потом она задумчиво поскребла в затылке:

– Слушай, у меня сегодня что-то настроение хорошее, может расслабимся?

Я лишь неуверенно кивнула. Угадать, что именно придумает костлявая невозможно, но и отказывать этой даме чревато. Она лихо закинула меня себе на плечо и, вскочив на косу верхом, полетела наверх. Оказавшись рядом со знакомым кабинетом, Смерть приложила палец ко рту и сказала:

– Теперь тихо, у Эли гости. Сделаю тебя невидимой и магию верну, только ты ее не убивай. Так подпакости немного. Она мне живая еще нравится.

Я кивнула и залетела в комнату. За празднично накрытым столом сидела Эля и сын некроманта – Вил. Мне с трудом удалось сдержать возглас удивления. Девушка что-то увлеченно ему рассказывала, то и дело кокетливо стреляя в него глазками. На шею она накинула воздушную шаль и шрама не было видно. Сейчас, когда ее лицо не искажала гримаса злости, Эля казалась почти красавицей. Я завистливо отметила длиннющие ресницы и приятные ямочки на щеках. Да уж. Не то, что я. Перья, клюв и хвост. Одним словом, ворона, да и только…

Проверив, что меня никто не видит я не удержалась и скорчила этой заразе рожицу. Так, не реагирует, а если так? Крылом чуть-чуть пододвинуть чашку с чаем, пока девушка увлечена заигрыванием с уникумом и опля. Она задевает ее рукой, как результат горячий напиток выплескивается мужчине на самое интересное место. Они вскакивают, Эля пытается вытереть штаны полотенцем, но покрасневший Вил убирает ее руки.

– Прошу вас, не нужно. Я как-нибудь сам. – Он делает торопливые пассы руками и, скомкано попрощавшись, уходит в образовавшийся портал.

– Да, что ж это такое? – Эля явно сильно расстроилась. – Кира!

– Да, госпожа.

– Убери здесь все.

Отдав приказ, девушка резко повернулась на каблуках и вылетела из комнаты. Я тихонько полетела за ней. Будто что-то заметив, она пару раз останавливалась и осматривалась, но я тоже замирала. Однажды я заметила смотрящую нам вслед Смерть, она кивнула мне и исчезла. Наш путь завершился в личных покоях Эли. Девушка споро освободилась от платья (всегда думала, что крючочки на спине нельзя расстегнуть самостоятельно, но она показала мне чудеса гибкости) и прошла в другое помещение, оказавшиеся купальней.

Да, современные джакузи моего мира ничто по сравнению с этими бассейнами. Магия подводит и нагревает воду, создает ощущение легкости и чистоты. При сильном желании можно создать режим массажа или оказаться под водопадом. Эля устало откинулась на специальный бортик и закрыла глаза. Тут пришел мой черед. Так, что это у нее за флакончики? Вот-вот это ей точно не помешает.

Прошло два часа и я, уже став видимой, откровенно кайфовала на кровати Эли. Выйдя из ванной и увидев черные бородавки по всему телу (спасибо настойке мухоморов. И кто их в ванной то хранит?!) волшебница стала паниковать и звать служанку, потом полчаса гонялась за мной по всему дому. На самом деле он небольшой. Так, этажей 10 и башня. Теперь же эта горемыка отключилась, а я с усердием плела ей косички. Вообще делать это крыльями крайне неудобно, но только представлю завтра ее удивленное лицо и настроение сразу поднимается…

Глава 3

Мне снилось теплое море. Я лежу на волнах, и они плавно меня качают. Туда-сюда, сюда-туда. Стоп. Качают. Я приоткрыла один глаз, закрыла, открыла другой. Ни фига себе. Стена то приближалась, то удалялась от меня и все было перевернуто к верх ногами. Да, что ж это такое? Изогнулась и посмотрела на мир, с другой стороны. Ну точно. Кто-то меня несет вниз головой еще и сильно раскачивает из стороны в сторону так, что я половину углов снесла. Взглянула вверх. О, Боже, Эля.

– Что проснулось чудовище в перьях? – Зашипела она.

Одного взгляда на волшебницу хватило, чтобы понять. Она в крайней степени бешенства. Косички и узелочки, так любовно заплетенные мной вчера, шевелились, в глазах полыхали молнии, а на кончиках пальцев пульсировал ураган. Ой, мамочки. Доигралась. Я зажмурилась и завизжала от страха.

– Кричи, кричи может быть кто-нибудь услышит. – Усмехнулась Эля и кинула меня куда-то.

– А-а-а. Кар. Буль.

А-а-а, я варюсь. ВАРЮСЬ! А-а-а. Ворона возбужденно бегала по кастрюле по горло в воде и вопила без остановки, а покорительница стихий стояла и с усмешкой наблюдала за ее стараниями выбраться. Крылья намокли в одно мгновение, да и каждое движение давалось все с большим трудом, из горла вылетали только жалобные хрипы, когда девушка вдруг кинулась вперед и вытащила замершую птицу.

– Не могу на это смотреть. – Пробурчала Эля, и опять куда-то понесла Дашу, но птица этого уже не помнила. Она отключилась.

Я пришла в себя от боли в крыльях, инстинктивно дернулась, но кто-то держал меня крепко.

– Да не дергайся ты, мазь наложу. – Голос Эли прозвучал неожиданно спокойно.

Я с трудом приоткрыла один глаз, потом второй. Все те же лица. Эля, я и кастрюля. Девушка смазывала мои крылья чем-то вонючим и одновременно помешивала что-то длинной лопаткой.

– Ну вот и все. Как новенькая.

– И это ты понимаешь под словом новенькая? – Я показала ей глазами на перевязанные платочками крылья. – Как я летать буду?!

– Скажи спасибо, что заживо не сварила. Я тебе жизнь спасла.

– Ну-ну, только сама же меня в эту кастрюлю и сунула, ведьма.

– Кто ведьма?! – Красивое личико волшебницы посерело и в меня полетела первая молния.

– А-а-а.

Что-то в последнее время я сама себе страуса напоминаю. Не в смысле, что голову в песок прячу, а в смысле, что тоже птица и бегаю хорошо. Никогда не думала, что ворона способна развивать такую скорость, но выхода особого у меня не было. Крылья перевязаны, да и болят сильно. А эта ненормальная швыряет молнии направо и налево, мало заботясь о том, что дом то тоже может загореться. Ой. Пришлось остановиться и со всей силы подуть на хвост. Она все-таки в меня попала, гадина. Мой красивый черный хвостик стал похож на решето. Тут я на что-то наткнулась, о хвост. Большой шершавый хвост. Меня схватили за шею и подняли на уровень глаз. Кира, кто же еще. Как я могла забыть, что в этом замке ползают ТАКИЕ змеи? Женщина несильно встряхнула меня и посмотрела на Элю.

– Что здесь происходит?

– Да вот решила экскурсию нашей гостью провести.

– Кар. Что? – Я задохнулась от возмущения. – Да ты меня чуть заживо не сварила.

При этих словах змея резко посерела и зло процедила сквозь зубы:

– Ты опять взялась за старое?

Я недоуменно переводила взгляд с одной на другую. Благо на меня не обращали внимания и наконец-то отпустили на стол. Тем временем женщины зло уставились друг на друга и Эля внезапно смутилась.

– Да, нет, я попугать ее просто хотела. Она же фамильяр Дыма, он почувствует ее страх и придет.

– Дура! – В сердцах проговорила служанка и показала на меня пальцем. – Смотри. Что ты чувствуешь?

– Ничего. – Девушка выглядела несколько растерянной. – Но как же так?

– Снял он привязку с нее, когда домой хотел отправить. Теперь это просто птица, а ты если хочешь заниматься черной стороной магии, предупреди. Я себя от клятвы освобожу. Ты же знаешь, мне хватит смелости.

Закончив странный разговор, Кира быстро покинула комнату, в которой мы находились, а я недоуменно смотрела ей вслед пока Эля не заговорила:

– Ну и что мне теперь с тобой делать? Не фамильяр ты ему больше. – Девушка задумчиво почесала затылок и тут ее рука наткнулась на косички. – Знаю! Сейчас расплетать будешь, все что ты мне тут навертела.

Спустя пару часов я тихонько поинтересовалась.

– Может ну их эти длинные волосы, стрижку сделаем?

Услышав в ответ рев раненного бизона, вздохнула и начала расплетать еще быстрее. Эта дурында и прибить может ненароком. А у меня и так крылья еще болят. Дернул же меня кто-то вчера завязать ей тут все узлом. Потихоньку, пока Эля отвернулась беру ножницы, чик, чик и готово. А теперь бежать! А-а-а.

Глава 4

Нет. Догнать она меня конечно же могла, но нашу пробежку прервал дверной колокольчик. К Эли пришли гости и она, наложив на свою внешность небольшую иллюзию (ну не могла же она выйти к гостю со стоящей дыбом шевелюрой!), пошла открывать. Мне же хватило благоразумия спрятаться.

Живот бурчит, как будто я 6 дней не ела. А в принципе, когда я последний раз что-то кушала? Правильно. Два дня, на даче шашлыки ела. Эх, вот бы вернуться туда… Я мечтательно закрыла глаза и тут же почуяла запах еды. Ого, судя по запаху волшебница неплохо устроилась. Надо найти источник пищи. Кухня нашлась быстро, но заходить я боялась. Там кто-то громко напевал песню на незнакомом языке. Странно. В прошлый раз с местными языками проблем не было, а сейчас я не могла разобрать даже слова. Вдруг дверь распахнулась и передо мной встала Кира:

– Что стоишь, заходи. – Неожиданно миролюбиво проговорила змея.

Если честно эта женщина меня пугала. Дело было даже не в том, что она могла легко задушить меня одним пальцем. Просто ее поведение перед Элей и отдельно от нее резко отличалось. Казалось, в ней живет две женщины. Однако, несмотря на все мои опасения, служанка просто покормила меня вкуснейшей кашей и кусочком сыра. Потом, налила в кружку травяной отвар и проговорила:

– Рассказывай. Что вы с госпожой не поделили?

– В смысле? Она все время хочет меня убить.

Змея покачала головой и тихо пробормотала себе под нос: – Неужели моя девочка так испортилась?

– Какой она была раньше? – Я сама не заметила, как слова сорвались с языка.

– Такой…

Женщина-змея очень сильно любила свою хозяйку, Элю она знала с рождения. В тот день шел сильный дождь, и лекарка не смогла приехать, старый граф находился на грани срыва и попросил служанку помочь своей жене. Мать Эли была очень хрупкой женщиной, и тяжелая беременность ее почти доконала. Когда-то красивая девушка, теперь она походила на свою тень. Под глазами темные круги, неестественная худоба, слабость… Но, при этом, она ничего не смела сказать мужу. Игорь был намного старше ее и уже трижды разведен. Каждый раз, когда он понимал, что жена не способна родить ему наследника, он ее выгонял. Мать Эли стала первой, кто смог забеременеть от графа, но это далось ей слишком тяжело. Несмотря на все старания Киры, женщина умерла, подарив миру новую жизнь.

Удивительно, но девочку граф очень любил. Баловал как мог, покупал самые красивые наряды, нанимал лучших учителей и просто был рядом. Он даже не стал возражать, когда девушка решила выбрать в мужья мага, хоть это и было не принято. Среди знати браки совершались только по договоренности. Когда Эля вернулась в поместье вся в слезах, Игорь уехал в длительную командировку на север. Он был исследователем древних цивилизаций. Мужчина до сих пор не вернулся. При нем бы Эля никогда не стала бы мстить сама. Отец бы сделал бы это сам так, что мало бы никому не показалось.

– Неужели ты согласна с ее методами решения вопросов? – Удивилась я. Любовь, конечно, слепа, но не до такой же степени. На Истре очень серьезно относились к темной стороне магии.

– Нет, что ты. Мне очень жаль, что Эля так с тобой поступает. Она просто хочет отомстить. Даже то, что ты уже не фамильяр Дыма, ничего не меняет. Ты ему дорога и этого хватает.

– Блин.

– Не ругайся.

– Но почему ты все-таки служишь ей? Неужели твоя любовь так слепа?

– Нет. Я связана клятвой. Не будем об этом.

С этими словами женщина-змея поднялась из-за стола и вышла из кухни, оставив меня в недоумении. Что-то тут сильно много недомолвок. Нужно больше информации, да и карту искать нужно. Где? Надо найти библиотеку. Обычно такие вещи хранятся там.

Поиск библиотеки занял все время до вечера. Как-то не придумали здесь еще указателей. Или решили не заморачиваться этим вопросом. В принципе им то это зачем? Они каждую комнату с детства знают. О, вроде что-то похожее.

Ворона выглянула из-за угла и только убедившись, что никого рядом нет полетела дальше. Комната была огромной. Высокие в потолок стеллажи были заполнены полностью. Да-а, и как здесь что-то можно найти? Птица задумчиво почесала хвост крылом (он у нее теперь на все неприятности чесаться начинал).

– Апчхи, – видимо в библиотеку заходили нечасто пыли здесь было немерено.

– Чем могу служить? – Выпрыгнувшее мне прямо под ноги чудо заставило меня подпрыгнуть и со страху залететь на самый верхний стеллаж.

– А-а-а. Ты кто?

– Бук, местный библиотекарь, к вашим услугам. Что желаете почитать? Романы, фантастика, детективы, история…

Пока он говорил, я рассматривала это существо. Если честно, он был не страшный. Скорее всего милый. Ростом библиотекарь был чуть больше книги (сантиметров 18 максимум), тело напоминало мышиное, но за спиной плащом висели красивые белые крылья. Он так просительно смотрел на меня, что решено было спуститься пониже. Естественно, сразу отцепиться от полки не смогла (ну это же я!) и с грохотом повалилась на голову Буку вместе с книгами.

– Ой, блин, да что ж это такое? Первый раз за сто лет зашли в библиотеку и то все книги на голову насыпали. Девушка, вас кто учил так с книгами обращаться? – Бурчал библиотекарь, выбираясь из-под завала.

Я виновато молчала, даже голову наклонила в знак смирения. Только лапкой выводила рисунок в пыли. Тут мой взгляд упал на ближайший томик. Ого! Это я удачно попала. «Секреты и мифы змеиного народа», значилось на ней.

– Можно? – Я робко взглянула на библиотекаря и кивнула головой на нужный томик.

– Из библиотеки ничего не выносить и тихо тут. Иди вон туда, – он махнул в глубь помещения, где виднелись дубовые столы.

С трудом удерживая книгу в крыльях, я, шатаясь, побрела в указанном направлении. Тут еще одна проблема образовалась. Поднять книгу на стол я при всем своем желании не могла.

– Помочь? – Голос за спиной заставил подпрыгнуть.

Совсем забыла про библиотекаря. Да и как такой малютка мне поможет? Кивнула, лишь бы не обижать малыша. На мое удивление он все воспринял серьезно. По щелчку его пальцев, книга воспарила в воздух, а потом плавно опустилась на стол. Увидев мое изумление, Бук сказал: – С книгами могу все, что угодно. Как никак библиотекарь в 4! поколении. – Мышь гордо выпятил грудь.

– Спасибо. – Искренне поблагодарила я его.

– Не за что. Если страницы тяжело переворачивать. Говори «Альгендо» и они перевернутся сами. Запомнила?

– Да, еще раз спасибо.

– Ладно, я пошел. – С этими словами засмущавшийся мышь исчез.

Чтение меня увлекло настолько, что я потеряла счет времени. Не все так просто было с клятвой Киры. Как правило, змеи не давали никаких клятв, жили себе мирно в болотах, поклоняясь своей богине. Соитие с другими расами для них было невозможным, на занимаемой территории не было ни золота, ни увеличивающего магию альмидина. Поэтому на женщин-змей никто не нападал. Тут в книге шел рукописный текст, видимо кто-то из родственников Эли проводил свои исследования:

«Змеи дружелюбны, хоть и очень сильны, не властолюбивы, ведут спокойный, размеренный образ жизни. Питаются болотной живностью и растениями. Лягушками, рыбами, корнями деревьев, водорослями. Магия проявляется редко, мной ее проявление замечено только у одной из девушек, Киры. Детей не рожают, откладывают яйца раз в 200-300 лет. Мужчин среди них не видел, поэтому смею предположить, что зачатие происходит в результате каких-то особых процессов внутри одной женщины, без участия кого бы то ни было. Живут в воздушных пузырях под водой, грамотность на уровне больших государств…»

Дальше шли какие-то сравнительные таблицы, цифры. Мне это было неинтересно, поэтому я пропустила пару страниц. О, а вот это кажется что-то интересное. В абзаце, что привлек мое внимание рассказывалось, как девушка-змея отбивалась от водной волшебницы. Та, тоже была исследователем, правда для опытов использовала еще живую ткань. Киру спас Игорь, тогда то женщина и поклялась, что будет верна его крови. «Если я решу нарушить клятву, то отрублю себе хвост» – точные слова, которые она произнесла тогда. Дальше подробно описывались обычаи змей, но Даша уже отложила книгу.

Это, что же получается. Если Кира задумает заступиться за меня, ей придется отрубить свой хвост? Такого я допустить не могу. Нужно искать другое решение, сейчас только немного посплю… ворона уютно свернулась клубочком на книге и отключилась, у нее был чересчур насыщенный день.

Глава 5

– Бук, ну Бук… Ну пожалуйста. – Я сложила крылья в умоляющем жесте и старательно похлопала ресницами.

– Да, нет у меня карты, нет. Было всего 2 экземпляра, один граф Игорь забрал, другой в кабинете должен быть. У меня его нет! Я думал, наконец то, ко мне хоть кто-то заходить будет. Так нет же, все карту ищут – Мышонок сердито сложил лапки на груди и отвернулся.

– А ты не знаешь, где она лежит? Ты же с книгами все-все можешь…

– С книгами да, но это же КАРТА! Тут совсем другое дело.

– Ну и не помогай, сама найду. – Ворона фыркнула и гордо подняв голову вышла из библиотеки.

Их разговор с Буком длился около 2 часов, но мышь был непреклонен. Библиотекарь отказался говорить где она, хотя явно знал об этом. Живущему среди книг малышу иногда хотелось простого общения, а единственный посетитель библиотеки за последние 100 лет сразу после прочтения первой же книги решил сбежать. Поэтому Бук и обиделся. Тем более, что почтительного отношения у Даши к книгам он не заметил, а для него это было самое важное.

Выйдя из библиотеки, я опять начала блуждать по коридорам все-таки с памятью нужно что-то делать. Найти выход из лабиринтов Элиного поместья оказалось не так просто. Спасло обоняние, почувствовав обалденный запах еды и полетела на него. Полчаса и я в столовой.

– А-а-а. Больно же. – Возмутилась я потирая подпаленную попу. – За что?

– Ты что с моими волосами сделала, зараза ты крылатая? – Эля явно была не в духе, хотя, на мой взгляд новая прическа ей очень шла. Еще законодательницей здешней моды вполне может стать, а все ворчит.

– Знаешь, а ты сегодня прекрасно выглядишь. – Проговорила я, заглядывая ей в глаза, а про себя тихонько произнесла. – Не то, что вчера.

Ну надо же было ей это услышать! Когда в столовую зашла Кира с супницей мы усиленно пытались задушить друг друга. У Эли получалось лучше, но каждый раз, когда я начинала дрыгать лапками, та смущалась и маленько ослабляла захват.

– Давайте уже кушать, – устало отмахнулась от нас змея и начала раскладывать по тарелкам кусочки аппетитно пахнущего жаркого.

Да, у Киры был явно поварской талант. Для приготовления такого блюда мне дома понадобилось часов 10, нет 12… Блин, да я никогда не смогу воссоздать такую вкуснотищу, какой меня могла угостить змея, хоть и работаю в лучшем ресторане области. Правда сейчас уже не работаю и вообще, ворона. От таких мыслей мне даже захотелось плакать. Увидев мое состояние Эля победно улыбнулась. Так, нужно держать себя в руках, фиг ей, а не радость.

Тут за спиной девушки я увидела Смерть, та подмигнула мне и прижала костлявый палец к губам. Мол, поговорим позже. Едва успев заглотить последний кусочек, я рванула с места, еще раз драться с этой ненормальной я не собиралась. Ладно бы до конца месть доводила, а то так непонятно, что хочет. То убивает, то жалеет. Одно слово – сумасшедшая. На подлете к кабинету я заметила, как Смерть, подоткнув свой плащ прямо в кость старательно натирала мылом лестницу.

– Привет.

– Да виделись уже вроде.

– А, что ты делаешь?

– Не видишь, работаю. – Смерть закончила и со скрипом разогнулась. – Как твои дела?

– Жива еще.

– Ха-ха, смешно. – Костлявая искренне рассмеялась. – Ну лети, лети куда там собиралась, мне еще доделать надо.

Попрощавшись со Смертью, я полетела в сторону кабинета. Бук разумно предположил, что карта там. Однако, ни через час, ни через два искомый предмет не был найден. Я даже под ковром каждую плитку на зуб и клюв попробовала (клювом стучала, зубами кусала – вдруг тайник). Ни-че-го. Устало облокотившись на стоящую на столе чернильницу я задремала, когда услышала голоса.

– Зря, ты Эля все затеяла. Я уже сражался с ними и знаю, что это маги чести. Не думаю, что Дым мог тебя просто так выгнать, без всякого повода.

Звук звонкой пощечины отрезвил меня и заставил действовать. Быстро убрав со стола все следы своего пребывания, я спряталась за шторой. Как раз вовремя, Вил и Эля зашли в кабинет. На лице мужчины алел след от удара, и он выглядел виноватым.

– Ты думаешь, что я правда завела себе любовника за 2 дня до свадьбы! – Кричала на него расстроенная девушка. – Да как ты смеешь?!

Она замахнулась для новой пощечины, но мужчина перехватил ее руку и нежно поцеловал в ладонь.

– Успокойся, я просто хотел сказать, что огненный показался мне вполне адекватным человеком и месть, в любом случае пустое. Тем более, что если бы не он, мы бы никогда не встретились. – Попытался сгладить обстановку Вил.

– Я все равно отомщу. – Эля нервно потеребила шарф на шее и мне стало ее немного жаль. Постоянно скрывать такие недостатки внешности приятного мало.

– Так ты покажешь мне находку? – Переменил тему мужчина.

– Да-да, конечно. – Девушка подошла к стоявшей на столе чернильнице и, сделав над ней несколько магических пассов, повернула ее против часовой стрелки. Тут стоявшая на верхней полке книга открылась и там оказался тайник. Я выглянула и заметила краешек карты. Вытащив из тайника какое-то кольцо, Эля подала его Вилу.

– Вот. Папины слуги привезли из экспедиции в степях. Я думаю тебе будет интересно.

Мое любопытство гнало меня посмотреть, но выдавать свое убежище не хотелось. Ладно, переживу как-нибудь. Еще немного переговорив о делах, они вышли, а я попыталась повторить открытие тайника, но… даже спустя 6 часов, он оставался закрыт.

Глава 6

– Не помешаю? – Смерть почти неслышно проскользнула в кабинет. Я обреченно кивнула, скоро утро, а воз и ныне там. Открыть сейф и достать карту не получилось.

– Закончила работу?

– Что? А, там то, да, все хорошо. А ты что грустишь? – Присела костлявая гостья на краешек стола и щелкнула меня по клюву.

– Не получается открыть сейф, а там карта.

– Все-таки решила уйти?

– А, у меня есть выбор? – Удивленно пожала я плечами.

– Ну что ж, помогу.

Смерть встала и ткнула в меня косой. Я тут же стала увеличиваться в размерах и скоро уже ощущала свое родное и такое любимое тело.

– Так собой не любуемся, времени у тебя 2 часа. Потом ты опять станешь вороной. – Строго сказала Смерть, – извини, чем могу.

С этими словами она исчезла. Завернувшись в штору, я за быстро открыла сейф. Видимо чернильница была зачарована исключительно на людей и пассы крыльями просто не воспринимала всерьез. Карта лежала в самом углу. Так, что тут у нас? Ничего хорошего. Поместье Эли находилось очень далеко от королевства Артема – Барии, в которой жил Дым. Этак мне полмира пройти придется. А тут что, вот и короткая дорога. Правда там стояли какие-то непонятные знаки, но с этим потом разберусь. Главное из дома незаметно выйти и подарочек волшебнице оставить на последок. Да уж, сделать это вороной было не в пример легче.

Хорошо, что эту часть дома я успела неплохо запомнить. До спальни девушки добралась быстро. Эля крепко спала. Во сне девушка выглядела почти ребенком, хрупкая, маленькая. Вдруг она вздрогнула и закричала. Сначала я подумала, что она меня увидела, но затем я поняла, что ей просто что-то приснилось. Волшебница металась по кровати и с ее пальцев срывались маленькие шаровые молнии. Немного посомневавшись, я погладила ее по голове. Не хватало еще, чтобы ее кто-нибудь услышал.

– Тихо, тихо, все хорошо.

От моего голоса девушка начала успокаиваться, а потом и вовсе перестала дергаться и тихо заплакала. Я даже уже передумала ей пакостить, когда мой взгляд наткнулся на мини дыбу. Нет уж, жалко, конечно, но за свои поступки нужно отвечать. Тем более, что времени у меня мало. Тело уже начинало светиться и покалывать. Два часа подходили к концу. Скоро я стану вороной, поэтому действовать нужно быстро. Вытащив из комода полотенца, я старательно смазывала их клеем и прикладывала к девушке. Утром она проснется, похожая на разноцветный тряпочный шарик. Времени хватило в обрез, я только-только закончила, когда тело заломило и зрение вновь резко перестроилось. Помотав головой, чтобы привыкнуть к телу птицы, я кинула последний взгляд на Элю и вылетела в окно.

Рядом с поместьем графа Игоря других не было. Поэтому летела я не таясь. В обед удалось наткнуться на полянку земляники, и я спустилась отдохнуть. К этому времени я сильно проголодалась, поэтому ела спешно. Ощущение сытости привело к тому, что меня сразу склонило в сон.

Хорошо, что была теплая погода. Лететь было приятно. Ночное небо указывало мне путь сотней неизвестных созвездий, людей здесь не было, поэтому я позволила себе полностью отдаться чувству полета. Это ведь так классно, когда ветер ласкает крылья, поднимая тебя высоко над землей. Перед рассветом внизу начали показываться первые дома и ровные полосы посаженных полей. Да, помнится была в этой стороне деревня. Только странная она какая-то. Я вот помню, в детстве у бабушки, вставали с первыми криками петухов, а тут… даже собаки лаять не хотят. Специально перед одной 15 минут туда-сюда ходила и людей не видно. Заглянув в один из домов я поняла почему.

На кровати лежала женщина. Ее глаза были открыты, но меня она не видела, бредила. Осторожно потрогав лоб больной, я кивнула головой своим мыслям, да, у нее температура. И что теперь делать? Здесь ни жаропонижающего, ни обезболивающего, ничего нет. Вдруг кто-то погладил меня по спине.

– Красивая птица, хорошая. – Возле меня стоял чумазый мальчуган лет 5-6.

– Кар, мама твоя?

– Ой, а ты говорящая?! Здорово. – Ребенок захлопал в ладоши и тут же посерьезнел – да.

– Меня зовут Даша, ты можешь позвать взрослых.

Он просто покачал головой и потянул меня на улицу. Вместе с ним мы обошли каждый дом и везде было тоже самое. Только дети, увидев меня повыбрались из подвалов и заполнили улицы. Тут за углом ближайшего дома я заметила знакомую костлявую фигуру. С трудом освободившись от внимания детей, я подлетела к ней.

– Неужели они все умрут?

– Это моя работа. – Смерть пожала плечами. – Детей не трону.

– Но они же погибнут без взрослых. Урожай еще не собран, им просто нечего будет есть.

– Это жизнь.

– Нет. Это Смерть. Ты даже не хочешь дать им шанс.

– Только ради тебя, если кто-то из их родителей согласится уйти добровольно, при этом не зная, что этим спасет малышей, я дам этому поселку шанс.

– И ближайшие 3 года не будешь сюда заглядывать?

– Не, ну что за наглые вороны пошли. – Смерть легонько встряхнула меня за крыло и заглянула в глаза.

Как же я ошибалась, решив, что она мой друг! В глазах костлявой клубилась сама тьма. Там не было ни горя, ни радости, ни даже капли сожаления. Только ледяная пустыня. Резко прервав зрительный контакт Смерть замерла, удивленно уставившись куда-то за мою спину. Челюсть владычицы мертвых тихо отпала, а глаза выпучились. Ого. Что же там такое? Я медленно обернулась и тоже замерла. За моей спиной стояли дети. Худые, грязные и давно немытые малыши крепко сжимали в руках палки и мой знакомец, стоявший впереди всех ткнул своим оружием в Смерть:

– А, ну-ка отпусти ее. Никому не позволю обижать моего друга!

Смерть без возражений отпустила меня на землю и исчезла. Только в дуновении ветра мне послышался чуть слышный шепот: «Достойны жить…»

В поселке Динь, я провела еще несколько дней, после посещения костлявой поселок начал потихоньку оживать. За черту жизни и смерти ушли только четверо стариков. Когда я уже собиралась улетать, ко мне подошел один из выживших стариков.

– Собралась уже.

– Да, мне к Дыму нужно.

– Ты это, если что возвращайся к нам. Поможем.

– Спасибо. – Искренне поблагодарила я.

– Это тебе спасибо. Мне дети рассказали, как ты со Смертью разговаривала. Остальные им не верят, а я слишком долго жил, чтобы игнорировать такие слова.

– Это их заслуга, что она ушла.

– Эх, девонька, Смерть никогда просто так не уходит. Она всегда берет то, что ей нужно и нам ее логику трудно понять. Если бы я мог умереть ради того, чтобы были живы мои близкие, поверь, я бы уже сто раз это сделал.

– Он печально вздохнул и сел на лавочку, повернув свое лицо под лучи теплого осеннего солнца. – Эй, Смерть, ты где? Я жду. Забери меня, я так устал.

Тихо взлетев, полетела к солнцу. Мне было жаль этого старика. Про него рассказывали, что несчастный дед пережил 10 сыновей и проснувшись от болезни, он долго плакал. Оглянувшись назад, я заметила, как костлявая ласково гладит его по чуть вздрагивающим плечам и вытирает с щек старика слезы. Вдруг она подняла голову вверх, и я увидела ее другой. Это была молоденькая девочка, с блестящими от слез глазами. «Плата принята» – произнесла она одними губами, но я ее услышала. Поселку больше ничего не угрожало.

Глава 7

Следующие несколько дней полет проходил спокойно. Теперь на пути попадалось много деревень, и я останавливалась в сараях на окраине. До маленькой черной птички никому не было дела, поэтому пропитание находилось с легкостью. Через месяц после того, как я покинула поместье Эли случилось нечто, после чего мне несколько дней пришлось прятаться в мышиной норе.

Как-то раз я начала замечать, что за мной следует большая серая птица. Она чем-то напоминала голубя, но ощипанный хвост и полностью лысая голова не дали мне возможность точно распознать ее породу. Через несколько часов я поняла, что не ошиблась. Меня преследуют. Первой мыслью было то, что это чей-то не вполне удавшийся фамильяр, но я сразу отсекла ее, когда это чудо в перьях подлетело ко мне на привале и начало курлыкать. Ой, мамочки! Кто-то, кажется, влюбился. Не раздумывая я резко взлетела с поляны и как назло врезалась в елку. Ой, звездочки…

Очнулась оттого, что кто-то меня переворачивал. Это голубь пытался закинуть меня себе на спину. Не-не-не я на такое не подписывалась. Тихонько кинув магией камешек в сторону, чтоб он отвлекся начала отползать в кусты. Он наклонив голову набок и вопросительно курлыкая за мной, я от него, он за мной. Через час нашего противостояния голубь выглядел несколько обескураженным и обиженным. Пару раз он порывался схватить меня за крыло и унести, но мне пока удавалось избегать такого развития событий. Вдруг он резко подпрыгнул вверх и в сторону, а потом пребольно сжал меня когтями за туловище и понес куда-то.

– Эй, чучело огородное ты куда меня тащишь? Отпусти сейчас же!

На мои крики голубь не реагировал, только один раз недоуменно опустил голову, чтобы получше рассмотреть разговорчивую птицу. Я попыталась сбить его магией, но с этим у меня последнее время были определенные проблемы. Сейчас я даже маленький огонек на кончик крыла вызывала с трудом. Через какое-то время мне все-таки удалось вырваться, но полететь я не смогла. От долгого висения в цепких лапках голубя тело затекло и кулем полетела вниз.

– А-а-а. – Не удержавшись закричала я.

Заметив, что меня нет, птица резко изменила траекторию полета и бросилась мне наперерез. С трудом управляя телом, я вильнула вправо. Лучше уж погибнуть, чем с этим неизвестно куда лететь.

Мне повезло. Падение завершилось в стогу сена. Отплевываясь и матерясь я тихонько выползла из стога. Но не тут то было. Голубь уже ждал меня и с грозным «Курлы» бросился ко мне. Ну уж нет. У меня еще бока от тебя болят. Заметив мышиную норку в земле, я юркнула туда благо опыт блуждания по их переходам уже был.

Следующие два дня мне пришлось пережидать там, второго выхода из норы не было, а птица оказалась очень настырной. Раз в полчаса она подходила к норе и спрашивала, наклонив голову набок и пытаясь меня разглядеть:

– Курлы?

– Иди ты знаешь куда!

– Курлы. – Вздыхал голубь обиженно и отходил, через некоторое время это вновь повторялось.

Мышь была явно против моего соседства, даже кусала пару раз. Но после того, как я выкинула ее своему преследователю под ноги вредничать перестала. Теперь при его приближении мы синхронно отползали в глубь норки и обнявшись дрожали. На третий день преследовать непокорную ворону голубю надоело, и он улетел. Осторожно выглянув из норы и зажмурившись от солнца я убедилась, что больше мне ничего не угрожает и выползла наружу. Тело двигалось плохо, норка была маленькой и сейчас расслабившись болела каждая косточка. Немного полежав и отогревшись под солнечными лучами, я полетела к видневшимся домам. Поселок был довольно большой и богатый, поэтому я быстро нашла чем подкрепиться. Маленько подумав, вернулась с кусочком сыра обратно к норе. При виде меня мышь спряталась глубоко в норе, но я не стала залазить туда. Просто положила кусочек сыра у входа и улетела.

С каждым днем перелеты давались все тяжелее. Мне приходилось много отдыхать, но все равно усталость брала свое. Добил меня начавшийся внезапно проливной дождь. Лететь я не могла и пошатываясь просто брела по дороге, когда меня кто-то окликнул.

– Эй ворона. Далеко бредешь?

– Да. – Резко ответила я. Желания с кем-то разговаривать не было никакого.

– Стой, помогу.

Меня подхватили на руки, и я смогла рассмотреть говорившего, вернее говорившую. Это была красивая женщина с тяжелой длинной косой и коромыслом. Она спрятала меня от дождя под своим дождевиком и куда-то пошагала.

– Куда ты меня несешь? – Немного боязливо спросила я.

– Домой. Куда же еще. Не на улице же разговаривать. – Удивилась женщина. – Кстати, меня зовут Уля.

– Даша.

– Ну вот и пришли, – Уля вытащила меня из-под дождевика и посадила на стол.

Пока она возилась у плиты и раздевалась, я осмотрелась. А ничего тут у нее, уютненько. Посреди комнаты стояла чисто выбеленная печь, в другой комнате виднелась кровать, кроме стола на кухне (если я правильно определила принадлежность этой комнаты) был большой шкаф и две колченогих табуретки. Над потолком висели какие-то травы, а за стеклянной дверцей шкафа были видны разномастные флакончики. Несмотря на обилие трав пахло приятно.

– Ну что осмотрелась? Кушать будешь? – Подошла ко мне хозяйка и я закивала на ее предложение. Давненько мне ничего нормального есть не доводилось.

Обед прошел в молчании, а потом Уля приступила к расспросам. Не заметив даже как, я рассказала ей всю свою историю, начиная с первого превращения в ворону. Умолчала только о Смерти и некоторых деталях нашего путешествия с Дымом. Никому не стоит знать всю правду о легендарных существах. Пусть все так и думают, что они вымерли.

– Странно, совсем не ощущаю тебя, как фамильяра. – Удивленно проговорила женщина дослушав меня до конца.

– Вы можете чувствовать?

– Да. У меня есть зачатки магии. На полноценную волшебницу дара не хватило, а вот почуять волшебство могу, да еще вот зелья от простуды да ран варю.

– Жаль. Я думала вы меня домой отправить можете.

– Домой тебе только вызывавший или тот, с кем ты была связана отправить сможет. Тут я тебе не помощница, а вот отдохнуть немного от полетов и переждать дожди можешь здесь, не выгоню. – Улыбнулась травница.

Уже к концу разговора глаза у меня слипались, поэтому последние слова Ули я слышала сквозь сон. На грани отключения почувствовала и как женщина перекладывает меня со стола на теплую печку. Хорошо то как…

Глава 8

Проснувшись я оттого, что у меня затекли руки. Стоп. Руки? Обалдеть, я снова человек. С трудом спустившись с печи (там места было немного, для вороны в самый раз, а вот для человека тесновато), пошла искать Улю. Совсем голой ходить по дому как-то некомфортно, поэтому пришлось обмотаться половой тряпкой (все, что нашла в темноте на кухне). Увидев меня, травница взмахнула руками:

– Вот тебе и ворона! Теперь понятно почему я не чувствовала в тебе фамильяра. Всё. Кончилось твое волшебство. Сейчас я тебе что-нибудь поприличнее одеться найду.

Женщина засуетилась возле деревянного сундука и вскоре я стала счастливой обладательницей плотных холщовых штанов и длинной блузки. Платье травница мне давать не стала. Комплекция у нас разная, штаны с рубахой хоть ремнем подтянуть можно, да и ни к чему мне это. Отказываться от идеи добраться до Дыма я не собиралась. Попробовав вызвать огонек я убедилась, что магии во мне сейчас ни капли. Что ж, значит так пойду.

– Что дальше делать думаешь? – спросила меня Уля за завтраком.

– К Дыму мне нужно. Эля меня точно домой отправлять не будет.

– Это точно. Может дожди здесь переждешь? Я по деревне поспрашиваю, может помощь кому нужна. Так денег на дорогу заработаешь.

– Да. Так будет правильно. – Ответила я и с тоской вспомнила наш с магом гонорар за спасение легендарного существа – Варгуна. Эх, теперь бы мне эти драгоценности пригодились бы.

Период осенних дождей на Истре, как правило, длился около 4 месяцев. Уле удалось пристроить меня к швее в помощницы. До создания хорошей одежды меня не допускали, а вот шить нижние штаны (порты) я научилась. Принятых в моем мире выкроек здесь не было, пользовались особым артефактом. Человек заходил в комнату, раздевался и вот уже магические нити опускались на ткань, обозначая будущую одежду. Оставалось только вырезать макет по контуру и сшить. Такой артефакт мог использоваться только на привычной одежде, когда не нужно менять что-то в крое. Для изысканных моделей требовалась помощь искусного мага.

Ну вот и все. Вчера выпал первый снег и я, накинув на плечи теплую куртку и взяв мешок с провизией, пошагала к выходу из поселка. Уля отговаривала меня идти этим путем, непонятными значками на карте оказались горы, но я была непреклонна. Возвращаться назад и идти в обход – это значит потерять лет 5 времени. В лучшем случае я бы наткнулась на большой телепорт и, если бы смогла заработать достаточно денег, отправилась бы к Дыму так, но надежды на это было мало. Так, что я решила штурмовать горы. Элину карту я давно потеряла, поэтому травница отдала мне свою. Эта была не такой подробной, но направление куда идти понять было можно. Спасибо и на этом.

До подножия гор я добиралась 2 недели. Ночевать останавливалась в деревнях и мои честно заработанные деньги стремительно таяли. Поэтому в последнем поселении мне пришлось задержаться. У них пропал пастух вместе со стадом овец и за любую помощь в поисках хорошо платили. Хотя… Я бы и так помогла.

Найти пастуха так и не удалось. Он и его пес бесследно исчезли в горах, а вот со стадом повезло. Овцы обнаружились на второй день поисков. Испуганные животные прятались от волков в лесу. С трудом собрав их в одном месте, их погнали в деревню. Я же, получив оплату, направилась в горы. Больше деревень на моем пути не попадалось и приходилось ночевать в поле. Хорошо хоть одеяло из овечьих шкур удалось добыть. На нем то я и спала последние несколько ночей.

Горы возвышались каменной громадой вдалеке, с каждым днем становясь все более огромными. Как-то маленько по-другому я их себе представляла, но ладно не поворачивать же назад в самом деле. Вдруг мне послышались странные скребущие звуки. Я остановилась. Уже несколько дней я даже птиц не видела, а тут явно был кто-то впереди. Решившись, поднялась на плато. Ого, да тут старая знакомая. Смерть стояла ко мне спиной и рыла лопатой траншею метров 20 длиной и 2-3 шириной.

– Привет, опять работа? Что делаешь? – Поздоровалась я.

– О, Дашка, смотрю облик уже сменила. – Улыбнулась мне костлявая и продолжила. – Могилу копаю.

– Мне???

Последняя удивленно посмотрела на меня, потом перевела взгляд на яму, потом опять на меня.

– Дура что ли. Мне тебя лет 300 нужно откармливать до таких размеров.

– Так нет же здесь больше никого. – Я выразительно посмотрела вокруг.

– Вон. – Смерть ткнула куда-то вбок костлявым пальцем.

Сейчас она была в привычном для меня образе обтянутого плащом скелета. Приглядевшись, я рассмотрела покрытый мхом череп динозавра.

– Что стоишь, помогай. – Махнула мне рукой костлявая, отдавая лопату, а сама стала копать косой.

– Эй, поосторожней голову мне откосишь!

– Прости, забыла, что ты человек. Ворона пониже будет. – Усмехнулась Смерть и продолжила копать.

– Тут понимаешь, если не перезахоронить, исследователи набегут, изучать будут. А ему это уже не нужно, он умер давно. – Объяснила мне костлявая, когда мы закончили. Потом она сделала несколько пассов и скелет динозавра уютно расположился в новой могиле, а она, подмигнув мне напоследок исчезла.

Несколько минут постояв на могилой древнего ящера, я пошла дальше. С каждым днем в почве попадалось все больше камней и это меня несколько пугало. Горы приближались быстрее, чем я думала.

Глава 9

Сезон дождей сменила зима, уже несколько дней шел снег, и я с трудом передвигала ноги. Теперь мне приходилось карабкаться по почти отвесным скалам. Пару раз я срывалась и соскальзывала вниз. Потом приходилось начинать все сначала. Куртка продувалась, на склоне горы ветер дул намного сильнее. Поэтому мне пришлось разрезать одеяло и сшить из него нечто наподобие жилета. Получилось коряво, но так было намного теплее. Правда я уже забыла, когда нормально спала и наткнувшись на расщелину в скале, обрадовалась.

С трудом протиснувшись внутрь, я с радостью обнаружила в ней поваленное дерево. Откуда оно могло здесь оказаться? Ладно на костер пойдет. Обледенелые ветки горели плохо, но мне удалось немного согреться и, облокотившись на стену расщелины, я отключилась. Очнулась от холода и дыма. Закашлявшись, посмотрела по сторонам. За время моего сна, здесь все изменилось. Ветки еще чадили, но дыму уходить было уже некуда. Не прекращающийся снег замел вход и видимость была нулевая. Вытащив из костра ветку, я попыталась проковырять ей вход наружу, но снег поддавался плохо. Отбросив палку, начала рыть руками. Сколько это все продолжалось не знаю, но выйти из пещеры я так и не смогла. Кажется, пару раз я отключалась, потом снова приходила в сознание и рыла. Наконец, отбросив эту затею отошла в глубь расщелины. Споткнувшись о что-то мягкое, я упала.

– Кто здесь? – Спросила испуганно.

Ответом мне стала тишина. Кое-как поднявшись на ноги, от слабости и падения меня шатало, вернулась к потухшему костру и найдя один единственный уголек пошла изучать расщелину. Надо было это, конечно, раньше сделать, но, как известно хорошая мысля приходит опосля. Того, о кого я запнулась заметила не сразу. Для этого пришлось сделать несколько кругов по расщелине. А вот заметив, я удивилась как могла пропустить такое. На полу лежало животное. Судя по ледяной корке и стеклянным глазам, оно было давно мертво. При жизни его рост составлял около 2 метров и в битве ему вряд ли были равные. Огромные клыки, когти и упругая мускулатура заставляли уважать такого противника. С трудом перевернув его на спину я поняла причину смерти. Весь живот зверя был располосован странными ранами. Это кем же нужно быть, чтобы убить такое животное? С трудом проковыряла дыру в выходе, не так, чтобы выйди, но для дыма как раз хватило, я с сожалением стала разделывать зверя. Ему уже ничего не нужно, а мне мясо еще пригодится…

К концу второго дня мне удалось выбраться. Снег сыпать перестал, только над головой висели темные тучи и дул пронизывающий ветер. Отдохнув в расщелине и наевшись мяса, я стала двигаться быстрее. Куртка и жилет спасали не особо. Поэтому с старалась прятаться в глубине скал. Там меня ждала неожиданная находка.

Пастух (описание парня я запомнила хорошо) лежал на спине. Его рука была неестественно вывернута, а рядом с головой покрылась льдом кровавая лужа. Подняв голову вверх я поняла, что он упал с нависающей над нами скалы. Ох, и зачем ты сюда забрался? Спросила я тишину закрывая ему глаза. Пастух был мертв, а у меня даже возможности нет его похоронить.

Спустя некоторое время я начала кашлять, перед глазами все двоилось, жутко болела голова. Видимо организм не выдержал нагрузок, и я заболела. Опять пошел снег и, как назло, мне не попадалось ни одной расщелины, чтобы спрятаться. Поэтому я все также брела вперед. Из-за своего состояния и погоды впереди ничего не было.

– А-а-а. – Я куда-то стремительно падала, а потом пришла боль.

Левая рука горела огнем и прикоснувшись к ней я еще раз вскрикнула. Кажется, перелом. Оглядевшись, поняла, что пещеру я все-таки нашла. Небо было высоко над головой, но здесь и без него хватало света. Камни в скале мерцали чуть голубоватым светом и, поднявшись на ноги и, придерживая больную руку, я пошла обследовать пещеру.

В отличии от расщелины зверя, она была огромной. Кроме пути, по которому я попала сюда, из нее вели еще три хода. Подняться обратно через дыру в вверху я бы не смогла, даже если бы была здоровой, а сейчас об этом вообще речи быть не могло. Поэтому, посчитав ходы известной считалочкой, я пошла в левое ответвление. Проход все сужался и скоро мне пришлось протискиваться через него боком. Из-за этого я постоянно касалась сломанной рукой стен. От боли я тихонько выла, здесь не было возможности даже развернуться, чтобы хоть поменять положение рук. Так, стоя между двух скал я и отключилась. Короткий сон не принес с собой облегчения, наоборот стало только хуже. Помимо руки разболелась голова, немного подташнивало. Постояв минут пять на месте и попытавшись прийти в себя, я побрела дальше.

Солнечный свет в первое мгновение меня ослепил. Я даже не сразу поняла, что все-таки нашла выход. Потом попыталась ускориться, но из-за слабости это получилось плохо. Я оказалась на небольшой пологой скале. У входа в пещеру росло дерево. Искривленное ветром и камнепадами, оно больше пугало, чем радовало. Выглянув со скалы, я тут же отпрянула обратно. Высота была такая, что подножия горы видно не было. Над и подо мной виднелись только заснеженные скалы. Цвет неба вмещал в себя все оттенки синего. Красота… Аж дух захватывает. На горизонте не было видно, ни облачка, а от ветра меня закрывала скала. Расслабившись, я опустилась на камень. Сейчас, пару минут отдохну и пойду дальше. Очнулась от того, что заныла рука. Вокруг было темно и мне пришлось двигаться на ощупь. Добравшись до дерева, я наломала веток. Большая часть из них попала в костер, а из остального удалось соорудить что-то наподобие шины. Эти действия оставили меня совсем без сил, тем более, что кашель так и не проходил. Поэтому я решила задержаться в этом месте на несколько дней, чтобы хоть немного восстановиться.

Глава 10

Утром я даже не сразу поняла где нахожусь. Первые солнечные лучи заливали поляну. Из пещеры я вышла на небольшой (4 на 5 метров) каменный навес. Под ним был еще один вход в пещеру, ту же или другую, не знаю. Он состоял из цельного куска скалы, но со временем ветра и лавины нанесли сюда почву и семена растений. Так стало возможным врастание в скальную породу дерева. Для такой высоты это было странным, но вполне возможным. Возле узкой расщелины, через которую я пришла сюда, росли небольшие кустики. Они то и пошли в костер.

После обеда пошел мелкий снег, и я решила не задерживаться здесь больше. Тем более, что рука почти не болела, но немного припухла. Мне нужно как можно быстрее выйти к людям, только там мне окажут помощь. Обойдя поляну по кругу, тропинок наверх я не нашла. Как можно плотнее зафиксировав руку и закинув мешок с остатками мяса зверя на спину, я взяла в правую руку нож и стала взбираться по скале.

Держаться одной рукой было трудно, поэтому пришлось втыкать нож между скал и закреплять на нем повязку с левой рукой. Так хоть какая-то есть вероятность, что я не сорвусь вниз, пока перехватываюсь. Хорошо, что Уля перед уходом от нее настояла, чтобы я взяла нож, солки (зачарованные палочки, местный аналог спичек. Можно использовать несколько раз, зажигая и туша время от времени), веревку и еще несколько необходимых в походе вещей. Без них я бы уже погибла. Нож был хороший, охотничий, с ним когда-то муж травницы ходил на медведей и туров (горные быки с вкуснейшим мясом). Когда я перехватывалась в очередной раз, порыв ветра почти скинул меня вниз только повязка задержала меня на скале. От боли в руке потемнело в глазах и подтягивала себя на скалу почти наощупь. Хорошо, что отвесная стена закончилась, и я обессиленно выпала на пологую поверхность. Еще совсем чуть-чуть и мной будет покорена вершина. Темнело, поэтому продолжать путь дальше сегодня было бы самоубийством.

Снег пошел сильнее, а меня скрутил приступ кашля. После этого послышался отдаленный гул. Я даже не успела вскочить, когда лавина снега погребла меня под собой. Кажется, меня куда-то тащило, потом стихия кинула мое тело об скалу, и я отключилась. Пробуждение было паническим, не хватало воздуха, сильно болела рука и что-то давило на грудь. Открыть глаза не удалось, на лице, да и на всем теле, лежал снег. Руки не двигались, я смогла пошевелить только левой ногой. Что чувствует человек перед смертью? Говорят, перед его глазами пролетает вся жизнь. Неправда. В эти мгновения я представляла родителей. Хотела бы я когда-нибудь пройтись с ними по Истре. Так, просто без приключений и злодеев. Было до жути обидно, умирать вот так. Хочется еще влюбиться до одури, ребенка родить, попутешествовать… Да много чего хочется. Вспомнила, как в детстве с дедушкой в горы ходила. Тогда я мечтала подняться на вершину. Ну вот, поднялась… Вдруг, когда на губах уже чувствовалась кровь, кто-то потянул меня из снега за ногу. Извиваясь всем телом, пыталась вырваться, но меня не отпускали. Потом стало легче дышать, и я увидела звездное небо. Рядом, вывалив из пасти розовый язык сидел пес. Откуда здесь собака? Это, наверное, пес пастуха. Вроде о нем говорили в последней деревне.

– Рэм? – Позвала я его тихо.

Он тут же замахал хвостом и лизнул меня в нос. Видно было, что ему сильно досталось. Из одного уха капала кровь, лапы были в царапинах и порезах, а по боку шел еще розовый шрам, из которого сочилась сукровица.

– Да уж, красавцы мы с тобой. – Сказала я псу и, угостив его мясом, огляделась.

Насколько хватало глаз, везде был снег. Теперь отличить где есть скала, а где находится расщелина было невозможно. Как идти дальше? Но и оставаться здесь нереально. Ладно, сейчас немного отдохну и пойдем. Я вырыла в снегу ямку и спустилась туда. Так было меньше вероятности, что новая лавина нас поломает. Да и от ветра яма неплохо защищала. Рэм легко запрыгнул ко мне и, уткнувшись в теплый бок пса, я отключилась.

Проснулась я далеко уже за полдень. Рэм лежал рядом, боясь пошевелиться, чтобы я не проснулась.

– Хороший мой, – потрепала я пса по голове и улыбнулась.

При солнечном свете мне удалось его разглядеть. Пес был мне почти по грудь (хотя это не показатель, во мне самой росту только 160 см), вдоль спины шли черные и коричневые подпалины, морда почти вся была коричневой, а из пасти выглядывали внушительные клыки. Вдруг Рэм навострил острые уши и потянул меня прочь с поляны, сразу вместе с этим послышался страшный рев. Я не стала оглядываться и припустила, что было мочи. Правда, утопая в снегу по колено бежать нереально, но если очень хочется жить…

Бежали мы споро, но, как оказалось, недостаточно. Перед глазами уже маячил узкий вход в какую-то пещеру, когда рык повторился намного ближе, чем раньше. Не удержавшись, я обернулась. Не надо было этого делать. Увидев преследователя, я остолбенела. Теперь понятно, кто убил зверя в расщелине. В 30 метрах от нас стояло нечто. Внешне существо напоминало обычного ирбиса (я видела этих кошек в интернете, красивые заразы), только раза в два больше и окрас зверя был другой. Шерсть животного отдавала серебром. На мгновение я даже залюбовалась этой кошкой, пока она не начала облизываться и бить по бокам хвостом, готовясь к прыжку. Вдруг Рэм встал передо мной и зарычал, она ответила ему громким рыком и прыгнула вперед. Пес вцепился в шею зверя, а кошка попыталась порвать его острыми когтями. Я выхватила из мешка нож и кинулась на помощь псу, когда тихий гул возвестил о надвигающейся к нам лавине. Животные это тоже поняли, но битву не прервали.

– Рэм, ко мне! – Крикнула я псу и кинулась к входу в пещеру.

Мне оставалось добежать несколько метров, когда лавина подхватила нас и кинула на скалы. Очнулась я на чем-то мягком. Руку разрывало от боли, но в этот раз хоть ничего не давило на грудь. С трудом раскрыв глаза, испугалась. Вокруг была темнота и первой мыслью было, что я ослепла. Ощупав пространство вокруг, поняла, попала в воздушный снежный карман. В каком направлении копать неизвестно. Когда трогала у себя под ногами услышала рык зверя. Ой, мамочки, это же кошка? В ответ на него с откуда-то справа послышалось рычание Рэма. Тут я испытала облегчение. Жив, зараза, жив. Решила рыть в том направлении. Кошка мне не мешала, насколько я понимала, зверь не мог пошевелиться. Воздушный карман для нас двоих был мал и ей придавило все четыре лапы. Еще раз внимательно ощупав ее, поняла, что зверь ранен, под пальцами было мокро, а поднеся их к лицу и лизнув, я ощутила металлический вкус. Через какое-то время копания рука наткнулась на пустоту, и пальцев тем же коснулся теплый язык. Однако, от этого ничего не изменилось. Переползя к Рэму я оказалась в таком же воздушном кармане, только побольше. Обняв пса за шею, отключилась. Как же я устала…

Глава 11

Очнулась я от рычания Рэма. Кошка смогла выбраться и теперь переползла к нам, а пес не хотел ее пускать, но в таком тесном пространстве нападать на нее не решался. Зверь глухо порыкивал на него, но тоже не нападал. Вместе с ним в воздушном кармане было тесно и уже чувствовалась нехватка кислорода. Да-а, так нам недолго жить осталось. Руку я почти не чувствовала, меня тошнило и слегка потряхивало. Кажется, у меня начинается температура. С трудом дотянувшись до мешка, я кинула по последнему куску мяса и Рэму, и кошке. Сейчас мы все в одном положении, сама есть не стала, кусок в горло не лез.

Под снегом было темно, поэтому и этот карман пришлось ощупывать на ощупь. При моем приближении кошка зарычала, но я шикнула на нее:

– Да, успокойся ты уже. Выживем, потом ругаться будем.

Вроде бы, она меня поняла, потому что сжалась в комок, пропуская к снежной стене. В принципе разницы куда копать не было, поэтому я просто села поусердней и начала разрывать снег ножом и правой рукой. Вскоре ко мне присоединился Рэм, а за ним к нам подползла и кошка. Так дело пошло быстрее, но результат пока был нулевой. Время от времени я отключалась, теряла связь с реальностью и звала маму. Потом снова возвращалась в эту яму и рыла, рыла, рыла.

Когда у меня из носа пошла кровь, кошка звучно рыкнула мне в ухо, и я услышала, как бурчит ее живот. Сколько мы уже здесь? Непонятно. Чувствую совсем скоро кто-то из нас решит, что очередной обед можно съесть еще сырым, даже шевелящимся. Тут моя рука наткнулась на пустоту и в лицо хлынул поток свежего воздуха. Жадно хватая ртом волшебный кислород я еще сильнее заработала рукой. Животные от меня не отставали и вскоре проход расширился настолько, что я смогла пролезть наружу. Над головой светила ровным светом луна и мне никак не удавалось прийти в себя. Кажется, я готова была черпать воздух руками. Вслед за мной на снег выбрался Рэм, затем кошка. Зверь посмотрел на меня долгим взглядом и ушел, оставляя на снегу кровавые следы. Я долго смотрела ему вслед, а потом решилась посмотреть по сторонам. Лавина унесла нас недалеко, мы оказались почти на вершине. Идти никуда не хотелось, но и оставаться на открытом пространстве после встречи с кошкой не хотелось. Мало ли какие тут еще животные бродят? Поэтому, превозмогая боль и слабость я поднялась на ноги. Пес сразу же подскочил ко мне. Теперь, перебираясь с одного выступа на другой, мне приходилось поднимать за собой еще и Рэма. Где-то он сам прыгал, но последние 15 метров до вершины были почти отвесные. Поэтому, когда мы, наконец то, на нее выбрались я упала почти без сил и только потом подползла к другому краю, чтобы осмотреться. У меня дух захватило от первозданной красоты природы. Насколько я могла видеть, везде искрился белый снег. То тут, то там виднелись белые выступы скал, а далеко внизу виднелся пологий склон и темная громада леса. С этой стороны, склон было пологим. Нужно было спуститься только на каких-то 30-50 метров. Это было последняя мысль, перед тем, как я отключилась.

Мне снилось, что я маленькая девочка и мы с папой возвращаемся с больницы. Это было в 1 первом классе. Помню, я тогда так поиграла в футбол, что умудрилась сломать себе ногу. Причем, рассказать маме об этом сразу побоялась и еще 2 дня ходила в школу, пока нога совсем не опухла. Ох, как мама тогда ругалась! У меня уши в трубочку заворачивались. А потом она поила меня теплым чаем с малиновым вареньем и делала перевязки.

Кажется, я очнулась, но потом снова упала в забытье. В это раз мне грезилось, что я на балу с Дымом. Маг обнимает меня за талию, а потом внезапно превращается в огненный столб, и я горю.

Следующим видением была Эля. Волшебница топила меня в ледяной воде и по одному вырывала перья, а потом сбросила в черную пропасть. Я падала и падала, а в душу закрадывался мерзкий страх. В детстве меня часто преследовал сон про падения. Мама шутила, что я так расту, пока летаю. Никогда не спешила ее разубеждать. В этих снах я чувствовала страх, безотчетный, мерзкий, липкий. Он проникал глубоко в душу, заставляя беззвучно кричать.

– А-а-а. – Я очнулась от своего крика и резко села, отчего закружилась голова и мне пришлось облокотиться на Рэма.

Сколько я тут лежала неизвестно, но сейчас только-только занимался рассвет. Решив больше не оставаться на вершине, осмотрела спуск. Да, нам придется постараться, чтобы спуститься эти 50 метров. Перевязав руку (рана выглядела неприглядно) и обтерев бок Рэма снегом, я начала спуск. Сначала я опустила пса до первого выступа, потом полезла сама. От слабости и холода руки слушались плохо, поэтому не удержавшись упала на пса кулем. Он жалобно заскулил, но дождался пока я встану. Места для двоих на выступе было мало, и мы не стали задерживаться. В какой-то момент мне пришлось привязать Рэма к своей спине и спускаться так. Потом я опять спустила его до ближайшего выступа и упала на него сверху. Последние 3 метра оказались самыми тяжелыми. Здесь не было никаких выступов, даже для того, чтобы зацепиться за что-то рукой, мне приходилось откалывать ножом каменную крошку. Пес был привязан к моей спине и это сыграло с нами злую шутку. В какой-то момент я просто не смогла удержаться на скале, и мы полетели вниз.

Хорошо, что снег выпал совсем недавно. Он не успел покрыться ледяной коркой и ударились мы несильно. Только пес стал прихрамывать на лапу. Немного отдышавшись, я осмотрелась по сторонам. Хоть мы и находились на большой высоте, скал здесь было немного. Теперь мы вполне могли идти. А это что темнеет на склоне? Приглядевшись я поняла, что нам несказанно повезло. В нескольких метрах от нас паслись туры. Вот бы нам удалось завалить одного из них. Мы с псом уже несколько дней не ели. Я даже не знаю сколько, ведь какое-то время я была без сознания.

Схватив покрепче нож и кивнув Рэму, я подобралась к стаду. Животные паслись спокойно, время от времени поднимая голову и принюхиваясь. Это были довольно крупные звери с двумя закрученными рогами на голове и довольно крепкими копытами. Приглядев себе невысокого самца, который немного прихрамывал, я выскочила вперед и с громким криком кинулась к стаду. Мне нужно было, что животные разбежались. Шансов противостоять стаду у нас не было никаких. Псу удалось вцепиться животному в ногу, что отвлекло тура. А я тем временем запрыгнула ему на шею и ухватилась за рога. Взбрыкнув тот откинул пса и понесся в след стаду. Оказывается, скорость у этих громадин была что надо, ветер в ушах свистел. Что только не сделаешь, чтобы поесть. Зацепив повязку за рог тура и вцепившись в него пальцами левой руки (чуть не взвыла от боли), я с силой вогнала ему нож в шею. Бег животного стал замедляться, а потом он и вовсе упал на четыре ноги, но все еще был жив. Я успела спрыгнуть с него раньше, чем он подгреб бы меня под своей тушей. Тут нас и догнал Рэм. Пес выглядел плохо, шрам на боку раскрылся от борьбы с туром и сейчас на снег падали красные капли. Мой мешок остался далеко позади, поэтому оставив пса возле умирающего тура я пошла его искать. Мы оставили за собой широкий след из крови, поэтому выйди на место откуда началась погоня не составило труда. Мешок лежал тут же, и я бегом спустилась к Рэму.

Пес хрипло дышал и уже не шевелился. Вытащив из мешка иголку с ниткой, я плача начала зашивать ему бок. Никаких обезболивающих и обеззараживающих средств у меня не было, поэтому я только обложила рану снегом. Раньше мне не приходилось никого зашивать. Руки тряслись и когда шов закончился, мы оба отключились. Очнувшись от холода я сразу прислушалась к Рэму. Пес поскуливал во сне, как щенок и я не стала его будить. Здесь уже встречался валежник, поэтому я набрала веток и развела костер. Подойдя к туше тура, я аккуратно вырезала кусок мяса и поджарила его над огнем. Потом нарезала ломоть на тонкие пластики и подошла к Рэму. На призыв покушать, пес не реагировал и мне пришлось разжимать ему пасть ножом. Он сглотнул мясо и медленно открыл глаза. Мне показалось в них промелькнуло понимание. Так я еще несколько раз его кормила, пока он не стал есть самостоятельно. Идти Рэм не мог, и я соорудила нам небольшой шалашик прямо на снегу. Нам нужно было немного отдохнуть.

Глава 12

Мы пробыли на этом месте несколько дней. Рэм потихоньку поправлялся, а я была занята заготовкой мяса. На вкус оно и правда было обалденным. Не знаю, когда нам еще удастся поохотиться, поэтому я решила засушить несколько кусков впрок. Процесс двигался медленно, сильно болела рука. Опухоль немного спала, но выглядел перелом плохо. Хорошо хоть горло болеть перестало. Зато на псе все заживало очень быстро, уже к концу второго дня Рэм вовсю бегал по поляне. Подумав, я перенесла шалаш подальше от туши тура. Теперь за мясом мне приходилось далеко уходить от нашей стоянки. В один из таких походов я обнаружила возле туши кошку. Огромный ирбис с жадностью доедал остатки моей добычи и увидев меня, глухо зарычал, но попыток напасть не делал.

– Да, ешь ты ешь, – махнула я рукой и пошла обратно, чувствуя спиной тяжелый взгляд хищника.

Это обстоятельство положило конец нашему отдыху. Собрав свои вещи и потушив костер, я с Рэмом продолжила спуск с горы. Теперь каменистая почва попадалась редко, а скал совсем не было видно. Поэтому за день мы проходили довольно много. Тем более, что погода улучшилась. Снега больше не было, а через несколько дней мы даже смогли переночевать на сухой земле.

На следующий день я шла и щурилась от ласково пригревающего солнышка (в воздухе ощутимо пахло весной), а Рэм носился вокруг меня кругами, когда мы услышали крик:

– Тпру, остановись зараза ты этакая! Ай, ой. Помогите.

Через мгновение мимо нас промчалась странная пара. Смерть сидела верхом на козле и пыталась спрыгнуть, но испуганное животное обезумело от страха и неслось вниз по склону с обалденной скоростью.

– Снимите меня отсюда. – Завопила костлявая, увидев нас.

Конец фразы раздался уже с огромного расстояния. Я несколько растерялась. На такой скорости помочь Смерти невозможно, тем более непонятно где ее теперь искать? Это как гоняться за автомобилем по горам. Однако ответ на этот вопрос нашелся быстро. С таким же криком парочка еще раз пронеслась мимо нас. Похоже он таскает ее туда обратно. О, идея!

Скинув мешок и не обращая внимания на время от времени пролетавшую мимо нас Смерть, я начала подготовку к ее спасению. Выбрав два более-менее крепких деревца привязала к ним веревку и, заняв позицию с одной стороны, крикнула Рэму, чтобы он ловил костлявую. Когда парочка появилась в поле зрения я выхватила из костра палку и напугала огнем взволнованное животное, меняя траекторию его бега. Получилось! Козел запнулся за веревку и упал, проехавшись брюхом по земле, а вот Смерти повезло меньше. От резкого рывка она слетела с животного и кубарем покатилась дальше по склону. С веселым лаем Рэм побежал за ней, для пса это было забавной игрой. Пока они не вернулись, я распутала ноги козла от веревки и отпустила его. Однако животное уходить не захотело и опустив рога повернулось в сторону, где исчезла костлявая. Вскоре она показалась из-за холма. Смерть шла постанывая и потирая свои костяшки, когда козел рванул с места в карьер, стараясь поймать ее за рога. Увидев это она забыла, что у нее что-то болит и рванула от животного.

– А-а-а! Дашка спаси! Он же меня на косточки разберет! – Кричала костлявая, бегая по поляне кругами. Козел носился за ней и уже добился определенных успехов, зажевав пол ее плаща. Рэм с веселым лаем носился за ним, а я не выдержала и расхохоталась.

– Хватит ржать помогай давай. – «Обрадовалась» Смерть моему веселью.

С трудом успокоившись (выглядело это презабавно), я кинула в сторону козла горящую палку. Думала это отпугнет животное, но он успел увернуться, и головешка попала аккурат в затылок костлявой.

– Ты издеваешься???

Следующая попытка оказалась более удачной, Рэму удалось схватить животное за ногу, а я тем временем закрепила ему на рога веревку и привязала к ближайшему дереву.

– Ух, наконец то. – Смерть устало упала возле костра.

– Я думала ты с любым существом можешь справиться?

– С нормальным да. А этот какой-то бешенный. Козел, одним словом. – Вздохнула костлявая и резко перевела тему: – Что у тебя с рукой?

– Не знаю, перелом, наверное.

– Показывай.

Смерть закатала остатки рукавов и придвинулась ко мне. Осмотрев руку, она предупредила, чтобы я потерпела и резко дернула ее на себя.

– А-а-а. – Боже, как же больно.

Потеряв на несколько минут сознание, очнувшись увидела, как костлявая делает над моей рукой какие-то пассы и что-то шепчет. Ее пальцы засветились ровным зеленым светом, а потом она схватила меня за перелом и встряхнула. От резкой боли помутнело в глазах, а потом она начала медленно отступать и постепенно совсем сошла на нет.

– Ничего себе, – я легко пошевелила пальцами левой руки и порывисто обняла Смерть, – спасибо.

На ее костяшках проступил явный румянец и отвернувшись она пробормотала:

– Да ладно тебе, ты вот тоже меня сегодня спасла.

– Как ты вообще на нем оказалась?

Взяв кусочек мяса и задумчиво теребя его у руках, костлявая начала рассказывать. Из ее рассказа выходило следующее. Вчера утром она, как всегда решила прогуляться. Зашла в деревню убедиться, что к ней в гости никто не собирается. Уже стала уходить, когда заметила это животное (кивок на грызущего ствол козла). Так как забыла косу дома, а так она без особой нужды передвигается медленно, решила взять его в качестве транспортного средства.

– Да лучше бы я себе внедорожник наколдовала бы! – В сердцах проворчала Смерть и продолжила рассказ.

Козел решил, что костлявая за ним пришла и с дуру понесся в горы. Так вот они и прыгали по камням уже полтора суток и если бы не мы козла пришлось бы все-таки убить.

– А мне его жалко. – Вздохнула Смерть. – Дурак же ведь, такие в мир настроение приносят и вреда от них никакого. Ладно бы я съесть его могла, а так… – Костлявая махнула рукой и устало откинулась на землю.

После этого я тоже решила готовиться ко сну и, пододвинувшись ближе к Рэму, закрыла глаза.

Глава 13

Проснувшись утром долго не могла понять, где нахожусь вместо весенней поляны с чуть подтаявшим снегом и кусками черной земли вокруг зеленело лето. Смерть стояла ко мне спиной и что-то помешивала в котелке над костром. Стоп. Какой котелок? У меня его не было, а костлявая вчера вообще без ничего была. Поднявшись, я поискала глазами Рэма. Пес лежал возле ног Смерти и чуть ли не поскуливал от удовольствия, когда она опускала руку на его голову. Странно, как-то вчера я не заметила особой любви между ними.

– Проснулась? Иди умывайся, там ручей. – Махнула костлявая рукой куда-то в сторону.

Пройдя пару шагов в указанном направлении, искренне засомневалась в своей адекватности. Вчера было не до осмотра поляны, но ручей то я бы точно запомнила.

– Да все нормально у тебя с адекватностью, – словно прочитав мои мысли, сказала Смерть, когда я вернулась. – Перенесла вас немного ниже по склону. Здесь уже лето наступило.

Потом перехватив мой взгляд, направленный на пса, пояснила: – Вижу, ты новым другом обзавелась?

– Да, думаю это пес пастуха. Погиб он в горах недавно. Вот, на Рэма откликается.

– Правильно думаешь. Давно знаю я эту парочку, сама щенка мальчишке дарила.

– Ты???

– Да. 3 года назад у парня отца волки в лесу задрали. Нужно было матери помогать, а мне как раз вот этого спасателя подарили. – Смерть ласково погладила пса по голове. – А куда мне с собакой то? Работа не та, сама понимаешь…

– Почему спасатель?

– Так, спасатель, он и есть спасатель. – Пожала плечами Смерть. – Как тебе объяснить? Это не совсем порода, это сама суть собаки. Такие редко рождаются, но если выбирают себе хозяина, то хоть в огонь за ним, хоть в воду. Таких раньше как напарника в бою выращивали, никогда не предадут.

– Странно, почему же тогда пастух умер Рэм же вроде был с ним рядом.

– Иногда даже я против судьбы не могу пойти. – Грустно усмехнулась Смерть и начала рассказывать:

– Тот ирбис, который вам встретился, уже давно не ел. Зима наступила слишком рано и несколько дней охота была неудачной. Потом он смог задрать зверя, но лавина дала ему возможность спрятаться в расщелине и умереть там, а кошка опять осталась голодной. Это то и побудило ее спуститься ниже обычного. Как раз в это время от стада отбилась одна овца и пастух с псом пошли за ней. Увидев кошку они бежали от нее, пока не оказались зажаты между ней и пропастью. Рэм кинулся защищать хозяина, а пока они дрались с барсом, мальчишка оступился и упал с высоты. Противостояние зверей прервал его последний отчаянный крик. Самостоятельно спуститься к нему пес не мог, поэтому и бродил по горе, пока не встретил тебя. Теперь ты его хозяйка…

Я не знала, что сказать было безумно жалко парня, которому просто не повезло оказаться не в том месте не в то время. Мои размышления прервал громкий скрип, это Смерть встала с земли.

– Ладно, я пойду, засиделась я что-то с тобой, это я, пожалуй, возьму с собой. – Отвязав козла, Смерть резко вскочила на него и громкий улюлюканьем скрылась из виду.

– Ну, что и мы пойдем, – спросила я пса и потушив огонь, продолжила спуск.

Теперь идти было значительней приятней. Насколько хватало глаз зеленела трава и цвели голубые цветы. Рэм с довольной мордой носился за ромашками, и я тоже несколько расслабилась, поэтому мы пропустили появление серых теней. Нас окружали волки. Рэм зарычал, обнажая острые клыки, ему в ответ послышался насмешливый вой, и вожак глухо рыкнул. Спустя мгновение он кинулся на моего пса, и они сошлись в смертельной схватке. Рэм одним движением разорвал волку ухо, он метился в шею, но в последний момент зверь увернулся и сам вцепился псу в холку. Засмотревшись, я не заметила, как остальные приблизились ко мне слишком близко. Один прыжок и моя левая рука обвисает безжизненной плетью. Это приводит меня в бешенство и, подхватив с земли камень, я с громким криком: «Ура, за родину!» (Больше ничего в голову в тот момент не пришло) опускаю его на голову ближайшего волка. От моих действий звери немного обалдели и пропустили еще несколько ударов. Когда они опомнились, на всех четырех лапах из шести стояли только двое. Видеть, как обстоят дела у Рэма я не могла, поэтому решила побыстрей разобраться с этими. Они кинулись со двух сторон, я упала и перекатом ушла от атаки (больше ни в жизнь такое не повторю!) и взяла лежащую на траве палку. Ее то я и опустила на голову одного из волков. Палка с хрустом разломилась на две части, а зверь только помотал головой. Атаку второго я встретила ножом. Сильно поранить его не удалось, но на одну лапу хромоты прибавилось. Они вновь кинулись вдвоем, увернуться удалось только чудом. Тут на одного из них тенью кинулся Рэм, пес был окровавлен, но на лапах держался крепко. Вцепившись в горло волку, он начал сжимать челюсти, когда на него кинулся вожак. Волк был потрепан, но еще жив.

– Ах ты зараза! – Закричала я и прыгнула ему на спину. Последний из стаи кинулся на меня, и мы большой кучей малой покатились по скользкой от крови поляне. Извернувшись я ударила повисшего на мне волка ножом, и он скуля упал на землю. Тут вожак отпустил Рэма и повернул свою окровавленную пасть ко мне. «Да-а, зубки у него, что надо» – уважительно подумала я и попыталась отпрыгнуть от волка назад. Получилось плохо. Вожак оказался в более выгодной позиции, я лежала на спине, а он нависал надо мной. Тем временем Рэм разорвал глотку своему противнику и кинулся мне на помощь. Вожак мгновенно повернулся к нему мордой, инстинктивно распознав в нем более сильного противника. Теперь ему удалось схватить пса за горло, а тот вцепился волку в плечо. Нож я где-то посеяла и искать его не было времени. Поэтому я еще раз запрыгнула волку на спину и, не додумавшись ни до чего лучшего, укусила его за ухо. От такого волк просто обалдел и на пару мгновений ослабил хватку, Рэму этого хватило с лихвой. Он резко рванул на себя сначала плечо волка, а потом задушил его в смертельной хватке.

Отплевавшись от шерсти волка, я осмотрелась по сторонам. Да-а. неплохо мы тут почудили. Метров на пять вокруг земля была черной от крови. Семеро волков еще были живы, их тела чуть подрагивали, а потом замирали. У меня кровь была даже на макушке, про Рэма вообще молчу. Чувствую, нам нужно срочно искать ручей. Побродив по поляне и подобрав залитый волчьей кровью мешок и нож, я ушла с этого места. Теперь полностью расслабляться я себе не позволяла, да и Рэм начал опасливо поглядывать по сторонам.

Глава 14

Несмотря на наше волнение и настороженное состояние дальнейший путь проходил спокойно. Вскоре показались крыши домов, и мы прибавили шагу. Мне так надоело ночевать на земле, да и обвисшая после укуса волка, рука не хотела слушаться. В деревне могли помочь. Здесь почти в каждом поселении есть если не маг, так хоть знахарка. Наше появление вызвало настоящий ажиотаж. Да-а, выглядели мы сейчас очень колоритно. С головы до ног заляпанные волчьей кровью, волосы дыбом (у обоих), у меня рука обвисла, по лицу текут ручьи пота, смешанного с кровью…

– Девка? Живая? – Закричал кто-то сбоку. – Люди, тут девка с гор живая спустилась!

После этого возгласа нас окружила целая толпа и Рэм глухо зарычал. Тут вперед вышел крупный мужчина и поздоровался, потом сказал:

– Ну ка разошлись все. Не видите, что ли не до разговоров ей сейчас. Марфу-знахарку лучше позовите.

– Да тут, я тут. – Через толпу просочилась худенькая старушонка и обошла нас по широкому кругу. – Зла в них не чую. – Заключила она и поманила меня пальцем, – пойдем, приведу тебя в порядок.

После ее слов деревенские вздохнули с облегчением и начали расходиться. Только ребятишки подглядывали за нами из-за заборов. Марфа цыкнула на них, но это лишь заставило их посильнее втянуть головы в плечи. Идя на бабушкой я с интересом оглядывалась по сторонам. Деревня была небольшой, но явно небедной. По краям улицы стояли добротные деревянные дома, во дворах мычали коровы и блеяли овцы, а на цепях сидели крепкие сытые псы. Наступила поздняя весна и сады уже расцвели отчего в воздухе разлился сладкий аромат. Я с удовольствием вздохнула этот воздух полной грудью. После нескольких месяцев блуждания в снежных горах, так хорошо было оказаться среди людей. Марфа не спешила заводить разговор и не отвлекала меня от осмотра деревни. В одном из дворов я заметила необычную птицу. Она напоминала привычного в моем мире страуса, но вся была покрыта шерстью. Заметив мой интерес, старушка пояснила:

– На шерсть выращиваем. Едят меньше овец, а пряжа получается качественней. Это мой отец птиц вывел, специально для нашего района. – С гордостью ответила она, а потом грустно добавила: – только умер он у меня давно.

В это время мы как раз подошли к небольшому домику. Крыша его местами обвалилась, забор покосился, а во дворе даже не оказалось собаки. Удивленно посмотрев по сторонам, я спросила:

– Неужели здесь так относятся к знахаркам, что помочь не могут?

– Ну что ты хочешь? Народ темный, я для них почти что ведьма. – Грустно усмехнулась Марфа. – Боятся заходить. Как что-то нужно это да, прибегают, а вот чтобы помочь. Да, и не нужно мне ничего. Ладно, не будем об этом. Вон там в углу бадейка стоит, пса ополосни, а я пока баньку стоплю.

Легко сказать, ополосни пса. Рэм только увидев воду постарался перепрыгнуть через забор, едва поймать успела засранца. Чтобы начать водные процедуры мне пришлось сесть на него верхом. Поэтому, когда к нам подошла знахарка, мы оба были мокрые с головы до ног.

– Ой, ну кто ж так пса то моет. – Всплеснула она руками. – Держи его, чтобы не убежал.

Сама Марфа взяла лежащую возле бадьи щетку и начала спокойно вычесывать Рэма. Тот брыкался, но сильно рычать не стал и вскоре мы отмыли его от грязи, за что получили напоследок фонтан брызг (пес захотел отряхнуться). После этого женщина пригласила меня в дом, чтобы попить чаю пока баня топится и осмотреть мою руку. Осмотр много времени не занял, старушка сразу поняла, что волк выдернул ее из сустава и без предупреждения резко дернула ее на себя.

– А-а-а, что вы делаете? Предупредить хоть можно было?

– Зачем? – Искренне удивилась Марфа, – что тогда бы не так больно было б?

– Не знаю. – Ошарашенно ответила я, удивившись такому ответу старушки и с удивлением замечая, что к руке вернулась чувствительность.

– Садись чай пить, а потом бегом мыться.

Чай у нее был вкусным, угадывались нотки успокаивающих трав, а вприкуску с вишневым вареньем вообще кайф. Мне даже на минутку показалось, что я, как в детстве, сижу у бабушки в деревне. Она также варила варенье, вытаскивая косточки только из половины ягод. На мой вопрос: «Почему так?» отшучивалась, что ей времени не хватает, нас же ждут великие дела. Десять лет назад она пропала, просто ушла в лес и не вернулась. Поговаривали, что ее загрызли волки, но я не верила. Бабушка никогда никого не боялась и вполне могла себя защитить. Я умоляла взрослых пойти поискать еще, но кто будет слушать 12 летнюю девчонку? Поиски прекратили и через какое-то время ее признали умершей.

После чая очень захотелось спать, но Марфа выгнала меня в баньку.

– Ишь, чего надумала спать за столом. Да мне тебя в таком виде даже на печку положить страшно. Иди мойся давай.

Скинув, пропитанные кровью и потом, вещи я зашла в парилку и обомлела. На полке, оголив свои косточки лежала Смерть. Увидев меня, костлявая вздохнула:

– Ну наконец-то. Я уже заждалась. Ложись давай, парить буду.

Ох, как же хорошо… Смерть умело отполировала мое тело веником, потом я помылась, смывая с себя грязь и усталость последний недель, а теперь опять кайфовала на полке. Ой, что-то костлявая сильно разошлась.

– Ты что меня к полку прибить веником решила?

– Лежи давай, я только начала. – Ответила Смерть с еще большим усердием опуская мне веник на спину.

– О-о-о. – Простонала я, расплываясь по полку. Куда-то двигаться не хотелось совершенно. Тут мне в голову пришла идея и, повернувшись к костлявой, я предложила:

– Может поменяемся местами?

– В смысле? – Удивилась Смерть.

– Ну я тебя попарю.

– А, что? Давай. – Согласилась костлявая и легла на полок.

Я поддала жару и с опустила веник на ее косточки. Из глазниц Смерти показался дымок, а рот открылся в немом крике, но что-то сказать она успела не раньше, чем я пару раз прошлась по ней веником.

– Тебе помощь не нужна? – Заглянула в парилку Марфа, но увидев эту картину осеклась. Потом схватила кочергу и начала охаживать ею Смерть.

– Ах, ты зараза, уже к молодым девчонкам приходишь? Стариков тебе мало, сейчас я тебе покажу, как в моем доме пакостить.

Пару минут Смерть очухивалась, даже не пытаясь сопротивляться, потом подпрыгнула и схватив косу стала обороняться. Это напоминало сражение фехтовальщиков, только противницы сражались не шпагами. Никогда не думала, что кочергой можно вытворять такое. Несмотря на противостояние Смерти, Марфе удавалось достать ее то по голове, то по тазу. Потом костлявая поскользнулась и упала на спину.

– Даш, успокой, эту сумасшедшую. Не собиралась я ее забирать, так попариться зашла.

Марфа повернулась ко мне и уперев руки в бока (не отпуская кочергу) спросила:

– Это правда?

Я кивнула.

– Ну ладно, иди. – Махнула рукой знахарка Смерти.

– А, чайком угостить? – Спросила костлявая, сложив руки в мирном жесте и взмахнув неизвестно откуда взявшимися ресничками.

– Пошли, не отстанешь ведь. – Вздохнула Марфа и вышла из парилки.

Смерть вышла следом. Наскоро ополоснувшись, я увидела в предбаннике сложенные чистые вещи и одевшись, зашла в дом. Знахарка с костлявой выглядели старыми знакомыми. Они о чем-то тихо говорили, я не расслышала. А после еды и вовсе не до них стало, сейчас меня волновал лишь один вопрос: «Куда бы упасть?». Заметив мое состояние, Марфа махнула рукой на печку. Я не заставила себя долго уговаривать, забралась на лежанку и отключилась.

Глава 15

Убедившись, что Даша заснула, Марфа достала из старенького буфета рябиновую настойку и, помахав ей перед лицом Смерти, спросила:

– Будешь?

– Давай.

Знахарка и костлявая молча выпили по рюмке, а потом Смерть тихо спросила, коснувшись руки старушки:

– Ну как ты тут?

– Как видишь, – знахарка обвела руками кухню, – живу потихоньку. Вот внучка родная не узнала.

– Ты же понимаешь, что иначе никак нельзя было. Сама же попросила тебя на родину вернуть, не так что ли? Я тебе жизнь новую дала, к истокам вернула, все как ты хотела, а тебе опять что-то не нравится.

– Не думала я просто, что так скучать по ней буду, – Марфа кивнула головой на спящую Дашу. – А, тут увидела тебя рядом с ней, в глазах помутнело. Ты уж извини меня.

– Да куда ж вас девать, – ответила Смерть, хмуро почесывая копчик.

Они немного посидели молча, потом выпили, закусили, выпили, затем костлявая спросила:

– Что это у тебя дом такой дряхлый? Починить некому?

Знахарка только развела руками, не объяснять же Смерти, как ее здесь недолюбливают и за что. Когда она впервые пришла сюда 10 лет назад и потребовала дом своего отца, староста не возмущался. Мужчине оказалось достаточно предъявить подтверждающие документы, да и лекаря у них в деревне не было. Поэтому новой знахарке здесь были рады.

Отношение к Марфе изменилось из-за его сынка. Как-то раз он пришел к ней ночью с очень деликатной просьбой. Дочка мельника ему приглянулась, а вот он девке был до фонаря. Вот и решил сынок старосты у знахарки приворотного зелья попросить. Сварить то его было не проблемно, но вот помогать дурню укладывать девок на сеновал она не собиралась. Поэтому и дала ему одну настойку, сказав, что нужно выпить перед тем, как к девке идти. Будто увидит его девчонка и сразу же влюбится без памяти. Он, дурак доверчивый и выпил. Пришел на мельницу пока мельник в другое село уехал и давать девчонку на сеновал тащить, та сопротивляется, а ему все равно. Тут то его и накрыло… Слоны голубые пригрезились, а дочка мельника крокодилом показалась, да еще в животе что-то заурчало. До дома сын старосты добежать не успел, прорвало. Потом 3 дня его от поноса и глюков лечить пришлось. Что уж он там людям наговорил, Марфа не знала, но с того времени к ней лишний раз приходить боялись. Староста все обещался помочь с домом, но каждый раз находил сотни причин, чтобы отказать в помощи. То у него мужиков свободных нет, то дерево кончилось, надо в лес ехать заготавливать. Но за снадобьями бегал исправно. Со временем Марфа смирилась с таким положением дел и лечить людей не отказывалась.

Прервав ее размышления зеванием и ерзаньем по лавке, Смерть сказала:

– У тебя хоть меня есть куда положить? Спать очень хочется.

– Ну поди на кровати вдвоем поместимся. – Усмехнулась Марфа и повела гостью в комнату. – Только чур не храпеть…

Я проснулась от того, что кто-то сильно тряс меня за плечо. Открыв глаза увидела перед собой Смерть. Я отшатнулась и хотела за возмущаться ранним пробуждением (за окном только брезжил рассвет), но костлявая приложила палец к моим губам. Интересно, что ей понадобилось? Опять что ли с Марфой подрались. Выйдя на улицу, я заметила Рэма, который вместе с костлявой ждал меня у калитки. Увидев меня, он радостно забил себя хвостом по бокам. Смерть также молча поманила меня за собой, и мы вышли на улицу.

– Куда мы идем?

– К старосте, рабочих просить. Нужно Марфе дом подправить.

– В такую рань???

– Он и так уже ей сотню обещаний задолжал. Все думает с рук ему сойдет. Если нужно пугать будем. Рэм ты же умеешь зубы скалить?

– Гав. – Ответил радостно пес, будто поняв, о чем речь.

– Ну вот и славно. Поможешь мне если что.

После этих слов я недоверчиво фыркнула. Сомневаюсь, что после Смерти кого-то еще пугать нужно. Тем временем мы добрались до центра деревни и подошли к большому двух этажному дому. Я постучалась, залаяли псы и недовольный голос спросил:

– Кого это там принесло?

– Это Даша, я вчера к вам в деревню пришла.

– Ну и чего тебе нужно в такую рань?

– Поговорить о Марфе. Открывай.

– Шла бы ты…

Договорить он не успел. Смерти надоело стоять перед закрытыми воротами, и она превратила их в пепел. Потом, подойдя к ошеломленному мужчине, сказала:

– Слушай, я тут в мимо шла, и что вижу? У знахарки, человека, который вас круглый год лечит, снадобьями снабжает, переломы заживляет и землю заговаривает на хороший урожай, дом разваливается. Непорядок. Что ты мне на это скажешь?

– Исправим, госпожа Смерть, все исправим. – Побледневший мужчина едва мог говорить, поняв кто перед ним.

– Когда?

– Сегодня все сделаем. Нет. Даже сейчас мужиков разбужу, все исправим. – Торопливо засуетился староста.

– Ну давай. Я на тебя надеюсь. – Сказала Смерть, потрепав его по щеке, отчего мужчина чуть не потерял сознание.

Развернувшись, мы пошли обратно. Когда мы пили чай с проснувшейся Марфой, во двор стали робко заглядывать мужики с пилами, топорами и досками.

– Можно? Нас вот на помощь староста прислал.

– Заходите, заходите, – не обращая внимания на удивленную знахарку, Смерть начала энергично руководить процессом.

Уже к обеду был подправлен забор, поставлена новая банька и перекрыта крыша. В какой-то момент костлявой надоело указывать мужикам как нужно делать и пытаться их расшевелить (уж очень они ее боялись), она взяла молоток, и сама начала забивать гвозди рядом с ними. Попав себе по пальцу она витиевато выругалась так красочно, что мужики заслушались. Это разрядило обстановку и процесс пошел быстрее. Мельник оттеснил костлявую в сторону и начал перекрывать в доме пол. К вечеру все было готово. Попрощавшись с нами, мужики ушли и тут же прибежал староста. Льстиво заглядывая Смерти в лицо, он начал интересоваться все ли ее устраивает. Она поморщилась от такого обращение и вытолкала его за калитку, еще раз напомнив ему о том, что будет приходить проверять, как тут дела обстоят. Потом последний раз оглядев проделанную работу, растаяла в воздухе, а мы с Марфой пошли ужинать.

Утром я собралась уходить, старушка уговаривала меня остаться еще на немного, но я не согласилась, чем быстрее я попаду к Дыму, тем скорее попаду домой. Там мама с папой уже, наверное, с ума сходят. Хотя в прошлый раз почти годовое приключение здесь, там оказалось минутным отключением сознания. Печально вздохнув, Марфа собрала мне в дорогу провизию и проводила до выхода из деревни. Оглянувшись, я заметила, как она украдкой вытирает слезы.

Глава 16

Лес начинался почти сразу за деревней. Сначала я старалась идти тихо, не привлекая излишнего внимания лесных жителей, но потом оставила эту затею из-за невозможности исполнения. Опыта хождения по лесу у меня было мало, поэтому я пробиралась через заросли словно медведь, который учуял малинник. То есть с шумом, скрипом и громкими ругательствами. Хорошо, что временами под ногами проглядывалась плохенькая дорога. В такие моменты Рэм забегал вперед и громко лаял, если замечал какую-то живность. Первый день прошел спокойно, к вечеру мы наткнулись на небольшую полянку с чистым ручейком и легли спать. После теплой печки Марфы, на земле спалось не очень и поэтому встала я рано. Ополоснув лицо в ручье, стала ждать пробуждения Рэма. Пес спал, смешно вывалив из пасти розовый язык и изредка подрагивая во сне лапами.

После пробуждения Рэма, мы не стали долго рассиживаться и сразу же пошли дальше. В этой части леса было темнее, пышные кроны деревьев закрывали небо и мне стало немного жутко. Пес, наоборот, не проявлял беспокойства. Тропинок здесь почти не было, мне пришлось достать нож и прорубать им себе дорогу. Рэм помогал как мог, местами он просто нагибал ветки весом своего тела, и мы пробирались в образовавшийся лаз. Иногда с деревьев срывались стаи птиц, но постепенно их появление сошло на нет. Лес казался безжизненным. Появившейся на нашем пути полянке я очень обрадовалась, и мы с Рэмом просто выпали на нее. Устало потянувшись, я решила отдохнуть. Наскоро перекусив последними пирожками из деревни, собрала небольшую лежанку и легла спать. Костер разводить не стала, было тепло.

При пробуждении голова кружилась, и земля постоянно крутилась у меня перед глазами. Оглянувшись по сторонам я закричала. Мне стало очень страшно. Это чувство будто пронизывало меня изнутри, проникая в каждую клеточку моего тела. Такого страха я даже перед огромным ирбисом в горах не испытывала. Я висела вниз головой и со всех сторон меня оплетали ветки. Местами они пропороли кожу, и там немного саднило, но на месте ран уже начала образовываться серая корка.

– Не сопротивляйся, – прозвучало у меня в голове.

– Кто вы?

– Мы лес, мы всё вокруг, мы мир.

От этого голоса ужасно захотелось спать. По телу прокатилась приятная волна и очень захотелось стать частью этого леса, деревом, кустиком, травинкой… Встряхнув головой я поняла, что это не мои мысли, но тут же опять впала в это расслабленное состояние. Ветки сжались плотнее, но я не чувствовала боли. Казалось, что мне их близость необходима. Ведь это так классно быть частью чего-то большого. Волнами по телу разливалось тепло и наступала эйфория. Мыслей уже почти не было, только вялое шевеление их обрывков в голове. Опустив голову, я заметила, что вместо ног у меня уже ствол дерева. Почему-то это вызвало новый прилив радости.

Вдруг я почувствовала, как на груди что-то накаляется. Это был амулет, который мне настоятельно засовывала в руки Марфа. Помню, я тогда еще отказывалась, почему не сняла его выйдя из деревни, не знаю. Забыла, наверное. Жар от него привел меня в чувство. Какая нафиг радость от того, что я дерево? Стоп. ДЕРЕВО??? Я дерево!!! Если бы могла, точно бы рухнула в обморок, а так… Попыталась вырваться, но ветки еще крепче сомкнулись вокруг меня. Тут я услышала тихий шепот.

– Сейчас, как попытаюсь тебя освободить, как почувствуешь, что ветки ослабли, беги не оглядываясь.

– Кто ты? – Попыталась я разглядеть собеседника и огляделась по сторонам, но кроме веток рядом никого не было.

– Не важно. Беги!

Почувствовав свободу резко побежала от этого страшного места, голос в голове кричал и пытался меня вернуть, но я его не слышала. Откуда спереди послышался лай, Рэм благоразумно не приближался к деревьям.

– Что встали, бежим! – Крикнуло нам промчавшиеся мимо существо.

На такой скорости разглядеть его не представлялось возможным, но, оглянувшись назад и увидев стремительно приближающиеся к нам ветки, я поняла, что он прав и рванула вперед. За нами гналось нечто жуткое. Тело существа представляло собой переплетенные вместе деревья и кусты, а головой ему служил большой камень. Сначала я подумала, что тварь слепа, но потом увидела его глаза. Они висели на тонких веточках и постоянно вращались вокруг своей оси. Это только заставило меня припустить сильнее. Когда мы вывалились на поляну, дышала я с трудом. Существо остановилось на ее крае и начало ощупывать пространство перед собой. Странно, но оно перестало нас видеть, минутной передышки мне хватило, чтобы развести огонь (что только не сделаешь со страху!) и ткнуть им в ветки. Голос в голове взорвался отчаянным криком, и чудовище отступило в глубь леса. Треск горящих веток слышался еще какое-то время, потом все стихло.

Проводив чудище взглядом, я повернулась к своему спасителю и инстинктивно выхватила нож.

– Тихо, тихо, поаккуратней. Вот и спасай вас так, никакой благодарности, – проворчал он.

– Извини, просто уж очень вы похожи.

– Вон твой пес тоже с волками одних предков имеет, что его убивать теперь за это. – Сердито сказал спаситель, при этом лукаво посмотрев на меня.

– Извини еще раз.

– Ладно проехали, я и правда похож. Меня зовут Дер.

– Очень приятно, я Даша.

Мысленно с ним согласившись, начала его рассматривать. После встречи с деревянным чудищем, моя реакция на Дера была вполне адекватной. Просто прямо передо мной, сложив две ветки на груди (ну я так думаю, что там должна быть грудь) стоял куст. Самый обыкновенный кустик, с листиками, цветочками, ягодками. Все его тело состояло из веток, даже лицо было из них. Две ноги, две руки, плетенная из веток и листьев голова и куст вместо тела. Пока я его рассматривала он смущенно переступал с ноги на ногу, потом спросил:

– А, вы куда идете? Можно мне с вами?

– Пойдем. Только в дерево меня чур не превращать.

– Я же сказал, я не такой! – Надул губы-ягодки Дер и молчал все время пока я обустраивалась. Когда разгорелся костер, он вообще отошел вглубь поляны и пустив там из ног корни, блаженно закрыл глаза. Мы с Рэмом тоже решили лечь отдохнуть.

Глава 17

Утром вместо Дер стоял маленький кустик. Я сначала даже подумала, что добрая деревяшка мне пригрезилась, но потом куст пошевелился и открыл глазки.

– Доброе утро, – улыбнулась ему я.

– Вы не ушли, не бросили меня здесь!!! – Дер от радости запрыгал по поляне.

Задерживаться в опасной близости от ветвистого чудища мы не стали. С Дером путешествовать по лесу было намного удобней. Больше мне не приходилось прорубать себе дорогу ножом. Кустик умудрялся договориться с зарослями, и они расступались перед нами. Иногда мне в голову пытались пробиться чужие мысли, отчего Дер сильно пугался. Было видно, что он отчаянно не хочет встречи с местным хозяином леса, да и мне видеть ветвистое чудовище больше не хотелось. На следующей поляне нам удалось наткнуться на целую россыпь вкусных синих ягод. Дер попытался меня остановить, но я не смогла удержать. За время блуждания по лесу мы ели только вяленное мясо, которое нам собрала в дорогу Марфа и пирожки.

Через несколько минут после поедания ягод я ощутила в голове странную легкость и обернулась к Деру рассмеялась:

– Смотри как мне хорошо. Вот я лечу. – С радостным визгом я начала бегать по поляне.

– Начинается, – покачал головой Дер и прикрыл глаза рукой, с тихим шелестом ветвей опускаясь на землю.

Тут я услышала приятную музыку и начала танцевать. Я танцевала и танцевала. Периодически на меня порыкивал Рэм, но потом прилетел розовый слон и прогнал его. Смачно поцеловав слона в хобот, я встала и заметила, как по земле кто-то ползет. Это же чудище этого леса корни пускает решила я и стала ножом вырезать их из земли. Слон мне помогал как мог, пес с кустом куда-то делись, предатели. Обрезав корни, я подумала, что вокруг поляны нужно прокопать ров и тут же приступила к выполнению своего плана. На помощь мне приполз крокодил, я взяла его на манер лопаты и начала рыть. Когда все было законченно, обессиленно опустилась на землю и, обняв крокодила, уснула.

Пробуждение принесло сухость во рту и дикую усталость. Казалось, что вчера вагоны с углем разгружала, причем выглядела я соответствующе. Вся грязная, ногти поломаны, волосы дыбом стоят. Последнее воспоминание было связано с ягодами.

– Что тут случилось? – Спросила я изумленно оглядывая поляну.

От кустиков ягод ничего не осталось, они были затоптаны или вырваны с корнем. Вокруг нас шла широкая траншея сантиметров 30 глубиной, а рядом со мной лежала толстая коряга. Пес стоял на другой стороне поляне и обиженно смотрел в другую сторону. Вся его спина была в царапинах, грязи и колючках.

– Ты вчера тут приключилась. Наелась дурман ягод и вот, – Дер выразительно обвел руками поляну.

Тут то на меня нахлынули воспоминания. Да, вот оказывается какой крокодил ко мне приполз поняла я, оглядываясь на корягу. Тогда что я приняла за голубого слона? Ответ нашелся быстро. На самом краю поляны лежал измочаленный розовый куст, бедный Рэм…

Следующий час, я аккуратно удаляла с собаки колючки и чистила его шерсть травой. Эффекта от этого было мало, к грязи только еще и зеленый цвет добавился. Поэтому закончив с удалением колючек, дальше пытаться очистить пса я не стала. Надеюсь скоро мы найдем ручеек. После этой поляны лес стал светлее, а через какое-то время наша троица оказалась на опушке. Я вздохнула с облегчением. Ну не нравился мне лес, в котором растут дурманящие ягоды и норовят превратить в дерево. Дер сказал, что хорошо я мало ягод слопала, могла бы дней пять голубых слоников ловить и траншеи крокодилами рыть.

Сразу за лесом было поле. То тут, то там мимо нас пробегала всякая живность и к обеду Рэм смог поймать упитанного кролика. От вкусного жаркого мне стало клонить ко сну, но я решила не останавливаться, пока не найду ручей. В этот раз удача улыбнулась Деру. На открытом пространстве кустик чувствовал себя не очень уютно, но на мое робкое предложение вернуть его в лес ответил категорическим отказом. Ручеек был маленьким, мне только удалось набрать воды и немного поплескать себе в лицо. Грязь засохла, и я с сожалением вспомнила баньку у Марфы. Хорошо было… Печально вздохнув, стала готовиться ко сну. Костер тушить не стала, мало ли какое зверье может подойди. Дер обещал присмотреть за огнем ночью. Он, хоть и боялся близко приближаться к костру, но издали кинуть одну две сухих веточки вполне мог. На крайний случай меня разбудит. Ночь прошла спокойно и утром мы продолжили путь. Пес с кустом бежали впереди меня и дурачились, когда я испуганно вскрикнула.

– Ну что там у тебя опять? – Спросил Дер, подходя ближе.

– Змея! Там змея! – Заикаясь показала я себе под ноги.

– Ну что за невоспитанность! Ну да змея, и что теперь можно на меня наступать и пальцем тыкать? – ворчливо сказала она и грохнулась в обморок.

– Что девушки нынче пошли? Чуть что сразу в обморок? Вот, помню в наше время… – Услышала я над собой, когда пришла в себя и увидела склонившуюся над собой змею.

– А-а-а.

– Даш, успокойся, она не кусается. – «Успокоил» меня Дер.

– Что значит не кусается? – Изумилась змея, – я вам что животное какое-нибудь? Ползу себе, значит, никого не трогаю, а тут истеричная особа пальцами тыкает, а какой-то там простой куст ведущего ученого с обычной змеей перепутал!

– Ученого???

– Да, а что тут удивительного? Не все же людям исследования на нас проводить. Я вот растения изучаю. – Проговорив это, змея грустно махнув на нас хвостом (что взять с невежд), скрылась среди травы.

– Кто это был? – Почему-то шепотом поинтересовалась я у Дера.

– Ученая змея. У них на шея полоска есть. Я не заметил.

– Она не обиделась?

– Да нее, они отходчивые. Думаешь ты первая при звуках ее голоса в обморок падаешь? Привыкли уже.

Дальше мы шли молча. Я задумалась. Этот мир с каждым разом поражал меня все больше и больше.

Глава 18

Впереди показалась березовая роща, солнечные лучи играли на кронах деревьев, и мы решили зайти, несмотря на прошлый опыт общения с деревяшками. Здесь было достаточно света, чтобы не разводить костер, но к вечеру я замерзла и проголодалась. Дер помог поймать для ужина птицу и, собрав сушняк, мы развели костер. Вдруг деревья задрожали и в лесу сильно потемнело. «Что, опять?» панически подумала я, доставая нож и готовясь к отражению пока еще неясной угрозы.

На краю поляны воздух сгустился и к костру ступил молодой парень. Он придирчиво осмотрел его со всех сторон, оценил кучу сушняка, собранного мной и только после этого обратил на нас внимание:

– Рад приветствовать вас в моей роще. Меня зовут Берез, вижу вы умеете беречь природу, поэтому вот подарок. – С этими словами юноша протянул мне неизвестно откуда взявшуюся кружку с соком.

– Я Даша. Спасибо, может присядешь к костру?

– С удовольствием.

Это был еще совсем молодой дух рощи. Через него даже звездное небо было видно. Со временем он, конечно, затвердеет и обзаведется парой – тройкой собственных веточек, а пока он выглядел как обычный парень, растерянный немного. Печально, но Берез привык, что случайные путники стараются выжать из рощи все что можно. Мы же отличались от привычных ему путников. Особенно духа заинтересовал Дер. Кустик все время ластился к Березу в надежде, что он разрешит остаться и, наконец то, пустить корни в мирной обстановке. Погладив его по кустистой голове, дух тихо сказал:

– Не переживай, найду я тебе место.

Этим словам Дер очень обрадовался и сделал в воздухе сальто. Когда-нибудь видели крутящийся в небе куст? Честно, не советую. Нас всех засыпало листьями. На шум на полянку осторожно выглянул молодой олень и увидев духа, подошел ближе. Он было потянулся к Деру за листиками, но наткнулся носом на ветвистый кулак и обиженно засопев отступил.

– Не ссорьтесь! – Берез встал и повернулся к кусту с оленем. – Прости, Даша, вынужден тебя покинуть. Нельзя мне долго так. – Проговорил юноша и начал быстро таять. – Потуши огонь, когда будешь уходить, – донеслось до меня уже в шелесте березовых крон.

Вместе с духом исчез и Дер. Горько усмехнувшись, даже не попрощался, я обняла Рэма и закрыла глаза. Здесь нам ничего не грозило и можно расслабиться. Встали мы рано, когда вышли на опушку на небе только-только рассветало. У выхода из рощи меня ждала корзинка с ягодами. Прочитав записку, я улыбнулась: «Нормальные. Дер».

– Спасибо, прощай.

– Удачи. – Принес мне пожелание кустика ветер.

Да-а, тут ему будет лучше. Конечно, жаль расставаться с тем, с кем уже успел сдружиться, но просить его продолжить путь было бы эгоистично. Я уверена, услышав от меня эту просьбу, он бы пошел с нами, но что ему делать в городе? Ведь, если судить по карте он уже скоро. Хотя там и горы черточкой были обозначены. Ладно, нужно идти, не время думать если бы да кабы.

Рэм весело лаял на птиц и бегал по залитому солнечным цветом лугу. Псу явно был не по душе лес, а вот поле – это да, его стихия. С улыбкой наблюдая за ним я почти пропустила появление под ногами змея-ученого. Подняв голову, он вздохнул:

– Опять вы?

– Простите нас за то невежество. Мне Дер немного рассказал о вас.

– Дер? Куст что ли?

– Ну да.

– Хороший мальчик, мне редко попадаются умные кусты. А где он кстати?

– Решил в роще остаться.

– Ну и правильно, не дело это порядочным кустам по дорогам шастать. – Покивал головой змей. – Ладно, мне нужно успеть к расцветанию розовой незабудки, прощайте.

– Может быть еще встретимся? – Проговорила я уже в пустоту, змей уполз по своим делам. Только откуда-то сбоку послышалось ворчливое – Да не дай бог, опять мне весь хвост оттопчут.

Остановившись на привал, я печально осмотрела свою одежду. Выглядела она неважно. После ягодной поляны мне слишком поздно удалось ее постирать, поэтому половина пятен так и осталось, а где-то сок разъел ткань до дыр. Ну и как я в таком виде перед Дымом покажусь? Я грустно усмехнулась. Ладно, придумаю что-нибудь. Наскоро перекусив, пошла дальше.

Земля под ногами становилась все влажнее и скоро мы уже брели по колено в грязи. Попробовав обойди неприятное место, я угодила по шею в болото, пес с трудом меня вытащил. Поэтому больше от курса не отклонялась. Нам повезло попасть на единственную тропинку среди болота. Чем дальше мы шли, тем это было заметней. Под ногами хлюпало и становилось все глубже. Мелькнула мысль повернуть назад и попробовать обойти опасное место по широкому кругу, но уже почти наступила ночь, и я решила продолжать путь дальше. Рэм больше не бегал, а наступал точно на мои следы. Найдя толстую палку, я ощупывала ею дно и только потом решалась сделать шаг. Продвигались мы медленно, как вдруг откуда-то сбоку послышался крик:

– Помогите!

Я было рванулась в ту сторону, но тут же ушла в воду по шею. И только схватившись за шею Рэма смогла выбраться. Покрепче схватив палку я решила действовать иначе. Крикнув, что иду на помощь, начала аккуратно ощупывать дно и продвигаться в сторону кричавшего. С каждым шагом крики слышались все отчетливей, пока я не увидела тонувшего.

– Смерть. Тьфу ты. Могла бы, и сама выбраться. – Раздраженно сказала я и уже было повернулась уходить, когда она позвала меня.

– Спаси, ну Даш, да реально я тону. Буль, буль…

Оставляя на поверхности пузыри, костлявая скрылась в болоте. Интересно, а Смерть вообще умереть может? Вдруг я ей сейчас не помогу, а она реально умрет. С этими мыслями схватила палку и кинула ее одним концом в то место, где только что была голова Смерти.

– Хватайся.

Из-под воды показалась костлявая рука и я начала плавно тянуть ее. И откуда в ней столько веса? Вроде бы одни кости, ни грамма жира? Вскоре показалась голова костлявой, она отдышалась и начала подтягивать свое тело ко мне. Дело пошло быстрее и вскоре мы обе лежали на тропке с трудом дыша. Кроме себя Смерть умудрилась выдернуть из болота большую сумку.

– Блин. – Простонала я.

– Что такое? – Удивленно посмотрела на меня костлявая.

– Я же не знаю теперь куда идти.

– Туда. – Уверенно махнула Смерть направо и пошагала впереди меня.

Теперь прощупывать почву было не нужно (если что костлявая бы опять утопла) и мы пошли быстрее. Скоро показался и край болота. С удовольствием вытянувшись на твердой земле, я счастливо вздохнула. От прыганий с кочку на кочку меня начало уже подташнивать, поэтому сейчас я блаженно закрыла глаза и расслабилась. Тихо ворчала что-то над ухом Смерть, но это меня больше не пугало и, обняв теплый бок Рэма, я быстро уснула.

Глава 19

Когда я проснулась, костлявая что-то энергично искала в сумке, почти скрывшись в ней с головой. Рэм сидел рядом со мной и скалил на нее клыки толи посмеиваясь, толи предупреждая, что меня будить не стоит.

– Ну наконец то. – С облегчением проговорила Смерть, увидев, что я уже не сплю. – Этот предатель, – она махнула рукой на пса, – не дает тебя будить.

– Правильно делает. Хоть выспалась сегодня, – сказала я с кайфом потянувшись. – Что ты ищешь?

– Вот, – достала костлявая из сумки вещи. – Принесла тебе сменную одежду, да пока телепорт настраивала ошиблась в расчетах. Вечно я не туда залетаю, куда нужно – вздохнула она.

Оглядевшись по сторонам, я заметила маленький ручей и пошла к нему. Хоть немного ополоснусь. В обычной жизни мы часто не замечаем преимуществ многих вещей. В экстремальных ситуациях все чувствуется острее. Вот и сейчас, после блуждания по болоту, просто одеть чистую одежду было таким кайфом! Ух, хорошо то как. Заметив, что амулет Марфы расплавился, Смерть покачала головой и сказала:

– Тебя даже ненадолго оставить нельзя. Куда опять вляпалась?

– Не важно, – улыбнулась я вспоминая Дера, – жива же.

– И то верно, – не стала выпытывать у меня подробности Смерть, – вот держи, Марфа как знала, еще одну игрушку для тебя приготовила.

На руке костлявой лежит плетеный из трав браслет. Смотрелся он не очень, но стоило мне его одеть, как просто впитался в кожу.

– Ого!

– Да, Марфа еще та искусница. Ну все я пошла. Вроде ничего не забыла. – задумчиво почесав в затылке, пробормотала она, а потом подошла ко мне и поцеловала в лоб. – Это от Марфы, ну вот теперь точно все, – смущенно проговорила костлявая и исчезла.

Погладив по голове Рэма и потерев место поцелуя (лоб горел огнем), пошла дальше. После встречи со Смертью настроение улучшилось, этому не мало способствовало то обстоятельство, что мы вышли на дорогу и теперь нам не нужно было опасаться диких зверей. К вечеру мне удалось прибить камнем куропатку и мы, остановившись в небольшой рощице, сели ужинать. Лето уже заявило свои права и днем сильно припекало, поэтому куртку я спрятала в мешок и теперь шла в одной холщовой рубахе. Время от времени на дороге начали показываться подводы и конники. Знакомиться с людьми мне почему-то хотелось не очень, поэтому, как только мы замечали пыль, тут же сходили с дороги. К концу третьего дня показались дома небольшой деревни, и колея стала уже.

– Э-ге-ге, с дороги! – Закричал на нас скрюченный мужичонка. Мы прижались к обочине, но он придержал коня, почти останавливая телегу, и ласково окинув меня взглядом спросил – Подвезти?

– Можно?

– Прыгай. Куда путь держишь?

– В столицу Барии – Артанию. Не подскажите, далеко до нее?

– Да нет. Дня 3-4 на лошадях, ну а если пешком с неделю. Что ж ты совсем одна то путешествуешь?

– Ну я не одна, у меня вот защитник какой. – Погладила я Рэма по голове, а он рыкнул на мужика, показывая свои внушительные клыки.

– Ох, какой. Ну что ж, приехали. Вот мои родные Выселки, зайдешь в гости?

– Вас жена ругать не будет, что чужого человека в дом привели? – С сомнением спросила я.

– Не переживай, лиходея и вора от приличного человека отличить смогу. – Улыбнулся мужичонка и, протянув мне мозолистую ладонь, сказал: – кстати, меня Рубакой кличут, а тебя?

– Дашей, – пожала я протянутую руку.

Мы спустились с телеги и зашли в дом. Дом был добротный, ступеньки не скрипели, забор стоял ровно, ставни были покрашены и вообще создавалось впечатление, что к своему жилью Рубака относится с любовью и уважением. К нам на встречу вышла молодая беременная женщина в простом платье. Увидев Рубаку, она кинулась к нему с радостным визгом и порывисто обняла мужчину за плечи:

– Как съездил пап? Удалось что-то продать?

– Да, малышка. Немного купили. Вот зерна и мяса привез. – Рубака ласково погладил ее по плечу и показал на мешки в телеге. – Вот, встречай, у нас гостья.

Оставив меня на попечении Леси, так мне представили женщину, мужчина пошел выгружать мешки, а мы зашли в дом. Поставив на стол три чашки и налив в них наполовину травяного отвара, Леся достала из шкафа пару кусочков хлеба и два пирожка:

– Угощайтесь, чем богаты, – смущенно проговорила женщина и повела меня к столу.

Посмотрев на это «изобилие» я в какой уже раз убедилась, что богатство не измеряется количеством денег. Эти люди, находившиеся на грани истощения и бедности, были богаче многих, встречавшихся мне в жизни. Помню я как-то зашла в гости к подружке, жившей намного богаче нас. Так вот, она на стол поставила только вазу с двумя конфетами, хотя холодильник был забит под завязку. Вот так вот. И ладно бы это разово было, но она так поступала всегда, при этом не стесняясь приходить к нам и лопать конфеты как ни в чем не бывало. У нее даже ластик просить было бесполезно, даже если даст будет стоять за спиной и ждать пока ты что-то исправишь в рисунке. Таких как она в моей жизни попадалось много. Тот же Дым далеко не сразу сообразил меня покормить, хотя я ему была очень нужна, а тут последнее отдают. Подтянув к себе поближе заплечный мешок, я выложила на стол сыр и вяленное мясо, которое мне вместе с одеждой и амулетом передала от Марфы Смерть.

– Вот вам к столу.

– Мы не возьмем, что ты, это очень дорого. – Сказала Леся, сглотнув голодную слюну.

– Ну будем считать это платой за постой. Вы же не прогоните меня в ночь?

– Нет, конечно же, нет. – Смущенно проговорила женщина и принесла нож, чтобы порезать сыр. В этот момент в дом зашел Рубака. Увидев продукты, мужчина нахмурился, но Леся отвела его в сторону и что-то зашептала на ухо.

– Спасибо. – Сказал он, подсаживаясь к столу и доставая из принесенного мешка еще хлеба.

После обеда, Рубака ушел за дом. Там у него был разбит огород. Леся сейчас не могла помочь мужчине, а у него прополка получалась не очень. Оставив Рэма бегать во дворе, я закатала рукава и быстро очистила грядки. Их было немного, большая часть земли пустовала.

– Это жена, покойница, травы разводила, – заметив мой взгляд, пояснил Рубака и печально покачав головой, ушел в дом.

Вечером за ужином, Леся умудрилась сварить вкуснейшую кашу из привезенной отцом крупы и вяленного мяса, я узнала историю их семьи. Еще год назад дела у них шли хорошо, мужчина занимался в поле. Поговаривали, что он умеет творить с землей чудеса. Любая работа в его руках спорилась, особенно хорошо удавалось выращивать пшеницу. Он даже новый сорт вывел, хотел ехать в столицу регистрировать, когда случилось несчастье. Во время осенней непогоды от удара молнией загорелся сарай с домашней птицей. Его жена, Зоя, в это время находилась там, она развешивала под потолком свои травы. Мужчина кинулся ей на помощь, но не успел. Его придавила поврежденная огнем потолочная балка. Очнулся он уже в постели, пришедший с охоты зять вытащил почти задохнувшегося в дыму тестя, а вот тещу не смог. Сарай потушили соседи, они же, отводя глаза сказали ему о том, что спастись Зоя не смогла, ее похоронили на местном кладбище.

Вернувшаяся от подруги, Леся долго винила себя в смерти матери, но что могла бы сделать она против огня? Ничего. Да и за отцом ухаживать нужно было, поэтому времени для переживаний не оставалось. Когда-то крепкий мужчина после удара таял на глазах, балка повредила ему спину и выпрямиться он так и не смог. Поэтому новой весной на поле вышел уже другой человек, а о нем забыли. Рубака приноровился строгать из деревяшек игрушки и продавать их по соседним деревням. Торговля шла плохо, но это было хоть что-то. Так и жили. Муж Леси, Дар, ходил на охоту, а она сама ухаживала за коровами и овцами. Жизнь налаживалась, они даже решили завести ребенка, когда поехавший в столицу на заработки (мужчина хотел скопить денег на хорошего лекаря тестю), Дар пропал.

– Да бросил он тебя! – Стукнул по столу Рубака, прерывая рассказ Леси.

– Папа, как ты можешь? – Вскрикнула женщина и заплакала. Видно этот спор возникал у них не один раз.

– Не подскажешь, где спать можно лечь? – Отвлекла я от грустных мыслей Лесю.

– Конечно, конечно, пойдем.

Женщина провела меня в другую комнату и стала стелить постель. Я попыталась ей помочь, но она ничего не хотела слышать. Сквозь сон было слышно, как они тихо спорят на кухне. Дара не было уже больше полугода, и семья находилась на грани, а Леси скоро рожать…

Глава 20

Эх, была бы жива бабушка, ее бы сюда, – думала я наблюдая за Рубакой. Согнувшись и морщась от боли в спине, мужчина пытался колоть дрова. Я бы помогла ему, но он об этом не хотел даже слушать. Бабушка у меня всю жизнь проработала хирургом, специализируясь именно на таких вот сложных травмах. Ее несколько раз звали работать директором крупных клиник в столице, но она всегда отказывалась, говоря, что хороший врач и в деревне себе работу найдет. Иногда она уезжала на операции в город. Ведь она могла заново собрать любую кость…

Леся готовила обед, а когда я зашла спросила:

– Как там папа?

– Дрова колет.

– Не верю я, что Дар меня мог бросить. Он не такой как все, – начала говорить женщина, когда с улицы послышались крики, и мы выскочили во двор.

Возле калитки стоял дородный мужчина и ругался с Рубакой. Судя по раскрасневшемуся лицу отца Леси и разорванному воротнику гостя они уже успели подраться.

– Дочку я тебе не отдам! – Крикнул Рубака и попытался закрыть перед ним дверь.

– Тогда готовься к бродяжничеству, – глумливо засмеялся мужчина и увидев Лесю, подмигнул ей, отчего женщина побледнела.

– Что происходит? – Тихо спросила я у нее.

– Это Ган – купец местный, мы ему дом заложили. Договаривались на год, а он через два месяца пришел, сказал обстоятельства изменились. Выход предложил – замуж за него выйти, а я… – Леся брезгливо поморщилась.

– Сколько? – Уже громко спросила я, подходя к мужчинам.

– 50 золотых. – Уверенно улыбаясь проговорил Ган.

Мужчина был уверен, что таких денег у меня нет. Их бы и не было, заработать мне удалось только 10, но после того, как дом Марфы отремонтировали, благодарная старушка всучила мне мешочек с золотыми. Я отнекивалась, говоря, что все сделала Смерть, но женщина ничего не хотела слышать, потом вроде согласилась с моими возражениями, но пока я спала засунула деньги в мешок. Я их обнаружила уже в лесу, когда возвращаться было опасно. Да и смысл, если человек так хотел помочь? Вот сейчас они мне и пригодились. Вытащив мешочек с деньгами, я протянула их Рубаке. Мужчина не хотел брать, но с силой вложила их в его ладонь и наклонившись к его уху, прошептала:

– Неужели лучше обречь дочь на жизнь с этим?

Кивнув, он хотел сразу отдать золото ошарашенному Гану, но я возразила. Потребовав, чтобы мужчины заключили письменный договор на то, что деньги были возвращены и никаких претензий купец к Рубаке и его семье больше не имеет, я проследила за выполнением этих условий. Когда купец ушел что-то ворча про себя, Леся обняла меня и стала благодарить.

– Да ладно тебе, мне эти деньги тоже добрые люди дали. – Отмахивалась я, но она вместе с отцом ничего не хотели слушать.

– Хоть игрушку возьми на память о нас, – предложил мужчина.

– Игрушку возьму.

Он тут же сорвался с места и вышел из кухни, где мы сидели. Вернувшись с большим мешком, он высыпал его содержимое на стол. Это оказались хорошо сделанные деревянные игрушки. Особенно мне понравился пес, выполненный из темного дерева. Он очень походил на моего Рэма. С молчаливого согласия хозяев я выбрала себе еще несколько игрушек. Когда вернусь домой, подарю коллеге по работе у нее не так давно сынишке 2 года исполнилось, а в нашем мире я такой красоты не видела. Попрощавшись с Рубакой и Лесей, мы с псом продолжили свой путь. Они предлагали забрать у них лошадь, но я отказалась. Это единственная живность, которая у них осталась со всего хозяйства. Сначала им пришлось продать овец, потом пришла очередь коров. Если они отдадут мне лошадь, мужчина не сможет продавать игрушки, и они просто умрут с голода. Да и привыкла я уже пешком. Вон сколько прошла. Гулять по Выселкам не стала, сразу вышла на дорогу.

По мере приближения к столице телеги стали сменяться богатыми каретами, а деревенские клячи вороными жеребцами, поселки были богаче и найти того, кто бы пустил переночевать просто так с каждым разом оказывалось труднее. Пару раз мне удалось подработать, перекопав старушкам огороды, но местные подростки чуть меня за это не побили. Оказывается, у них были распределены все дома без мужчин, они просто набивали себе цену, а бабушки не могли платить больше, чем в прошлом году. Удалось сбежать от них только с помощью Рэма. Однажды на дороге я встретила разбойников, но они меня трогать не стали. Только рукой махнули, чтобы быстрей проходила.

Через пять дней после ухода из Выселок, у обочины дороги я заметила Смерть, опершись на косу костлявая кого-то ждала.

– Привет

– Ой, Дашка, привет. Жива все-таки? Умница, а что без коня? Марфа вроде тебе денег давала. Здесь уже приличную лошадь по деревням найти можно. – Потом внимательно вглядевшись мне в глаза, было ощущение что она ковыряется у меня в памяти своей костлявой рукой, сказала: – ну все с тобой ясно. Опять помогала.

– Что ты здесь делаешь?

– Жду, не видишь, что ли. – Пожала плечами Смерть, а потом прислушалась и показала мне на кусты. – Прячься.

Вскоре послышался стук копыт и на дорогу выехала карета. Внезапно послышался шум внутри нее, и она остановилась прямо перед нами. Сопровождающий ее всадник спешился и бегом побежал к карете.

– Что случилось? – Спросил он у кого-то внутри.

– Графу совсем худо. Лекаря бы.

– Лекаря, позовите лекаря! – Кричал всадник, но кроме нас его никто не слышал, я хотела пойти на помощь, но Смерть положила мне руку на плечо.

– Поздно. – Тихо сказала она.

А потом из кареты вылетел бесцветный призрак. Оглядевшись по сторонам, он заметил костлявую и направился к ней.

– Госпожа Смерть?

– Да, кому могу быть полезна.

– Граф Немировский. Прошу вас проследить за исполнением завещания, оно у меня под лацканом пиджака вшито.

– Вот это? – Смерть держала в руках неизвестно откуда взявшийся белый лист.

– Да. – Только взглянув на него, кивнул призрачный старик.

– Ого. – Удивленно приподняла брови Смерть, дочитав последний завет умершего. – А эти чем не угодили? – Вопросительно кивнула она на всадника и выбравшуюся из кареты даму.

– Да ты сама погляди, ни мозгов, ни совести.

Тем временем парочка отошла от кареты и тихо ругалась. Из доносившихся до меня фраз я поняла, что они уже делили наследство графа. Даже мне стало неприятно, а призрак вообще тихо матерился. Ведь его тело даже остыть не успело. Смерть коротко кивнула ему и повела его за собой, подмигнув мне. Они оба исчезли, вскоре уехали и его родственники, а я решилась выбраться из кустов.

Глава 21

Следующие два дня прошли спокойно и мы, наконец то оказались под стенами Артании. Столица королевства – это потрясающий по красоте город. Это начинаешь понимать еще только на входе в него. Массивные деревянные ворота украшены кованным плетением, а над ними высятся разноцветные шпили башен дворца. Чисто выметенные каменные улицы вели к огромной площади, на которой был расположен дворец Артема. С одной стороны, он был окружен парком, где гуляли влюбленные пары и молодые мамы с детьми, с другой был расположен пруд, в котором плавали белоснежные лебеди.

Сразу идти во дворец я не стала, решив сначала найти городской дом Дыма. Остановив несколько прохожих и поспрашивав у них о цели своего пути, обошла дворец и углубилась в ровные улочки столицы. Вдоль них огромные каменные дома чередовались деревянными. Расписные ставни, вычурная архитектура, вдавленные на манер наших лоджий балконы, украшенные скульптурами диких животных. В одном из них угадывалась известная мне по горам снежная кошка огромных размеров, а вход в другой дом охранял каменный медведь. Больше всего меня поразил в столице парк ледяных фигур, на которых я набрела случайно. Тут было на что посмотреть, в центре расположился замерший во времени фонтан, рядом на скамейке, как будто уснула молодая пара, а вокруг их ног расцветали при лунном свете ледяные цветы. У фонтана, вытянув свое гибкое тело спал огромный ледяной зверь. Он чем-то неуловимо напоминал мне Варгуна, только был в несколько раз больше. Дальше шли вычурные горки для малышни и сейчас с них с диким визгом съезжала одна единственная маленькая посетительница парка. Девочке в меховой шубке было лет 5-6, не больше.

– Привет, я Лиза, – поздоровалась она, увидев меня.

– Здравствуй, меня Дашей зовут, а где твои родные?

Тут девочка нахмурилась и тихо сказала:

– Я сбежала. Сегодня дедушку хоронят, а я не хочу его мертвым видеть, пусть он будет для меня всегда живым.

– Может тебя проводить? Твои родители, наверное, с ума сходят.

– Да нет, они там наследство делят. Оказалось, что дедушка завещание не успел оставить, хотя мне обещал, что напишет. Вряд ли они заметили, что меня нет, их сейчас другое волнует. Тетя сказала, что завтра я уже уеду в школу для дам. Дедушка был против, но теперь же его нет. – Серьезно проговорила она.

Такая логика, высказанная маленьким ребенком, поражала. Это как должны быть невнимательны к ней взрослые, если в день смерти близкого человека просто не заметили ее отсутствия? А потом она продолжила:

– Пойдем, все равно же найдут.

Выйдя из ледяного парка мы скинули куртки, на улице стоял жаркий летний день и от этого ледяные фигуры казались еще прекрасней. Какое-то время мы шли молча, осмелившись Лиза стала греть, озябшие в мире льда пальцы в шерсти Рэма. Пес явно не возражал, наоборот, активно помахивал хвостом и норовил лизнуть девочку в нос. Потом она спросила:

– Ты тоже на свадьбу короля приехала?

– Свадьбу??? Артем женится? – Изумилась я.

– Ты что не знала? Здесь об этом даже собаки перегавкиваются. – Улыбнулась малышка. – Уже полгода приготовления идут, через неделю торжество.

– Ничего себе! На ком хоть?

– Ну этого мне не говорят, – вздохнула девочка. – Но я слышала, как тетя возмущалась. Толи он на безродной жениться надумал, толи вообще своего же фамильяра замуж позвал. – Пожала плечами Лиза. – А дедушка говорит, что так правильно, хоть одна нормальная королева будет. Говорил…

Я обняла малышку за плечи, и она заплакала, уткнувшись мне в плечо. На ее долю выпали такие испытания, которые не в силах выдержать ни один взрослый. Я бы забрала ее с собой, отдавать девочку родственничкам совершенно не хотелось, но у меня у самой судьба висела на волоске. Кто знает, сможет ли Дым вернуть меня домой в ближайшее время?

Так, обнявшись мы и подошли к довольно богатому дому. На звон колокольчика выбежала служанка, а за ней дама, в которой я с удивлением узнала ту самую женщину из кареты графа Немировского. Она бросила на меня брезгливый взгляд и крикнув слугам, чтобы мне выделили золотой за нахождение Лизы, увела ее с собой. Девочка все время оглядывалась и не слышала, что именно ей выговаривала спутница, а я, не дожидаясь награды, вышла за ворота. Брать деньги за это не хотелось. Жаль, что этой малышке помочь я не в силах. Оглянувшись в последний раз вдруг заметила костлявую тень, уверенно заходящую в ворота и помахавшую белым листом перед лицами пытавшихся остановить (вот бессмертные!) ее слуг.

Теперь все встало на свои места, дедушка все-таки позаботился о будущем любимой внучки только донести завещание до доверенного лица не успел. Поэтому им стала сама Смерть. Больше я задерживаться здесь не стала, костлявая хоть, и зараза редкостная, но малышку в обиду не даст.

Я почти дошла до дома Дыма, когда меня окрикнул высокий мужчина. Он стоял согнувшись у одного из домов. Оглянувшись по сторонам и убедившись, что больше он ни к кому обратиться не мог я остановилась.

– Что-то случилось?

– Да, что это такая красивая девушка гуляет по городу одна? – выпрямляясь и похабно улыбаясь, он попытался меня обнять.

Я впечатала в его ногу каблук, и воспользовавшись его растерянностью побежала, но он не отставал. Выскочив на главную улицу, заметила солдат и кинулась к ним.

– Помогите, прошу вас.

Но они только рассмеялись и старший кивнул моему преследователю. Рэм зарычал и схватил одного из солдат за ногу, второго я ударила ножом, когда он полез мне под рубаху. Пес, отпустив своего противника начал кидаться на других мужчин, не подпуская их ко мне. А потом их командир сделал пассы руками и в грудь Рэма ударил огненный шар. Мой спаситель выстоял, только опёрся на мои ноги и глухо зарычал. За одним огненным шаром полетел второй, и пес упал на мостовую. Я видела, как из его глаз текли кровавые слезы, когда меня утаскивали от него. Он еще пытался рычать, но встать уже не мог, а потом еще один огненный шар просто накрыл собаку и по городу разнесся жалобный вой. Последний раз дернувшись за мной, Рэм замер.

Глава 22

Я рвалась и билась в руках солдат, но что может хрупкая девушка против 7 мужчин. Мне завязали глаза и куда-то понесли. Горькие слезы потекли из глаз сами собой. За время нашего путешествия я привыкла относиться к Рэму даже не как к псу, как другу. Он делил со мной и горе, и радость. Мы спали на одной лежанке, ели из одного костра. Вместе охотились, бились с врагами, радовались солнцу и ясному небу, жизни, когда можно было идти к своей цели ничего не боясь. Особенно обидно было то, что в темных лесах и заснеженных горах нам попадались хищники, от которых мы смогли уйти, а его убили люди, которые должны были защищать…

Когда мы остановились, я услышала разговор моего преследователя с кем-то и ужаснулась своей участи:

– Ты принес мне что-то новенькое?

– Да, посмотри какое тело. – Тут меня начали тщательно ощупывать, и я забилась в руках мучителей.

– Строптивая какая. – Всех клиентов мне распугает.

– Так запри в комнате, знаешь, тебе еще платить будут за покорение такой строптивой лошадки.

– Ладно несите ее наверх, есть у меня один клиент, падкий до таких дел, как раз сейчас в зале сидит, опробует.

– Стоп, а деньги?

– Да выплачу я тебе твои 40 золотых, не переживай.

– 50. С ней собака была. Пришлось успокаивать.

– Хорошо. Пусть будет 50. И правда хороша. – Меня шлепнули по заднице и опять куда-то понесли.

Через несколько минут меня кинули на что-то мягкое и сорвали с глаз повязку. Я попыталась встать, но стоявший напротив мужчина не дал мне этого сделать. Рядом с ним сложив руки на груди стояла хрупкая женщина и внимательно рассматривала меня.

– Ну ка покажи зубы. – Произнесла она, схватив меня за подбородок.

– Еще чего. – Огрызнулась я и тут же получила от нее пощечину, а мужчина с силой ударил меня в живот.

Пока я пыталась отдышаться и скрыть слезы, дама наклонилась и прошипела мне прямо на ухо:

– Ты если еще не все поняла, так я объясню. Полчаса назад тебя продали мне за 50 золотых, и ты будешь отрабатывать эти деньги под моими клиентами. Будешь улыбаться им и целовать ноги, если они попросят, потому что с этого дня ты моя кукла. А не будешь слушаться, я буду подкладывать тебя под тех, кто возбуждается исключительно от вида крови. Так что думай, пока у тебя есть время.

Проговорив это она почти ласково потрепала меня по щеке и все вышли из комнаты. Я сразу же вскочила с кровати и кинулась к двери. Не стоило и надеяться, ее заперли. На единственном окошке была решетка, я попыталась ее подергать, но она стояла как влитая. За этими безуспешными попытками вырваться меня и застал зашедший мужчина.

– Ну что же ты так стремишься вырваться? Попробуй расслабиться, уверяю тебе даже понравится. – Хохотнул он, приближаясь ко мне, но я запрыгнула на кровать и быстро оказалась на другой стороне. Он повторил мой маневр и резко схватил меня за руки.

– Хватит выделываться, так ты себе цену не поднимешь! – Прошипел он мне в лицо, пытаясь поцеловать.

– Уберите руки, вы мне противны! – Закричала я, вырываясь.

В следующий момент, он швырнул меня на кровать и придавил своим телом. Я кричала и пыталась вырваться, но мужчина был явно сильнее.

– Кричи, кричи, меня это возбуждает. – Усмехнулся он и поцеловал.

Я задыхалась под его телом, пыталась вырваться и ударить, но он заблокировал мои ноги и руки. Тогда я расслабилась, сделав вид, что смирилась, он начал целовать меня интенсивнее, одной рукой пытаясь залезть мне под блузку. Именно в этот момент я его и укусила за губу. Мужчина отпрянул, но тут же ударил меня кулаком по губам. В этот момент я закричала и за дверью послышался какой-то шум. Он прислушался, но прерываться не стал. Разорвав блузку он больно сжал мою грудь рукой, когда дверь упала внутрь комнаты и в проеме показался Вил. Никого в жизни я еще не была так рада видеть. Сын некроманта схватил моего мучителя за горло и поднял на головой. Потом он обернулся к побледневшей хозяйке дома:

– Ты же сказала, что больше у тебя никто никого не насилует?

– Да, это они так развлекаются. У каждого свои маленькие слабости. – Проговорила она, выразительно смотря на меня и делая знаки подтвердить это за спиной Вила. – Так же?

– Спаси, – прошептала я разбухшими губами.

Уникум внимательно посмотрел на меня, хозяйку дома и уже хрипевшего в его руках мужчину и кинул его в окно. Решетки не выдержали и вместе с моим мучителем выпали на улицу. Женщина попятилась от мага, что-то шепча про себя, а я мертвой схваткой вцепилась в него, и мы вышли из здания. Маг накинул мне на плечи плащ и представился:

– Вил, маг жизни и смерти.

– Да я знаю.

– Откуда? – Удивился маг, потом внимательно всмотрелся в мое лицо и пораженно выдохнул:

– Ворона? Прости, Даша?

– Угу, – кивнула я.

– Когда ты сбежала, мы подумали, что ты не выжила. Этот мир жесток ко всему новому, а ты явно отличаешься от всех остальных.

– Эля там, наверное, от счастья выше головы прыгала. – Ядовито заметила я.

– Ты не справедлива к ней. Она хорошая, – мечтательно проговорил мужчина, потом добавил: – просто она зациклилась на мести, стесняясь своих шрамов. Я не верю, что Эля правда могла изменить Дыму.

– Ну с тобой все понятно, влюбился. – Вздохнула я и зябко укуталась в плащ.

– Прости, ты столько испытала. Тебе нужно отдохнуть. – Заметив мой жест сказал мужчина и повел меня куда-то. Отчего-то появилась уверенность, что мне сейчас ничего не угрожает, и я послушно пошла вслед за ним.

Глава 23

Мы зашли в гостиничный дом, где остановился маг и я почти сразу забралась в ванну. Здесь она была намного меньше, чем у Эли, но тоже вполне комфортабельно. Да после всего, что произошло меня бы устроило даже корыто, лишь бы скорей смыть с себя запах дома утех. Казалось, что он проник мне под кожу, а в местах где ее касался тот мужчина она горела огнем, заставляя каждый раз переноситься обратно в те ощущения.

Чтобы меня не смущать пока я мылась, Вил вышел из комнаты. Мужчина считал себя виноватым в том, что со мной случилось. Ведь если бы смог (или захотел) в свое время остановить издевательства Эли надо мной, все могло бы сложиться иначе. Но я зла на него не держала, наоборот, была благодарна ему за спасение. Сегодня он спал не только мою честь, но и жизнь. Ведь если бы у тех уродов все получилось, это уже была бы не я. Мои размышления прервал шум снизу. Наскоро вытершись и одевшись, спустилась в зал. Там я застала удручающую картину, Вил дрался с четырьмя мужиками. Не долго думая, я схватила табурет и опустила его в голову ближайшего ко мне. Неожиданность моего появления сыграло с ними обидную шутку, мне удалось пробраться к магу и встать спиной к его спине. Смотрелось это несколько комично, ведь я едва доставала ему до груди, но скорчив самую страшную рожу, какую только могла, и взяв в руки обломок табурета я начала ждать нападения. Однако его не последовало. Только рассерженный голос от двери спросил:

– Что тут происходит?

Мужики расступились, пропуская вошедшего к нам и мне удалось разглядеть мужчину. Это был солдат в капитанской форме, вроде бы я видела его в прошлое посещение дворца еще будучи вороной. К нему подскочил мужик, которого я огрела табуретом и начал жаловаться:

– Вот, пришли, буянят. Ни стыда, ни совести. Девка вообще какая-то бешенная. Кинулась на меня с того ни с сего, да как давай бить. – Он показал начавшуюся набухать шишку.

– Она? – С сомнением спросил капитан, оглядывая двух метрового мужика и маленькую меня.

– Так ведьма, наверное. – Развел руками мужик.

– Ребята, забирайте этих двоих. Мне смутьяны перед свадьбой короля на улицах не нужны. – Кивнул капитан на нас солдатам.

От возмущения у меня пропал дар речи и вплоть до тюрьмы я молчала. Попыталась возмущаться только перед камерой, но мне быстро закрыли рот заклинанием и засунули в подземелье, закрыв дверь за собой на ключ.

– И что делать будем? – Немного отойдя от шока, спросила я у Вила. – Ты вообще, что с мужиками не поделил то?

– Да так… – Мужчина выглядел смущенным. – Там маг был, мы с ним уже много веков соревнуемся. Ну слово, за слово…

– И какой у нас теперь план действий?

– Не знаю. Надеюсь после королевской свадьбы нас выпустят.

– Ну ты как хочешь. А я ждать с моря погоды не намерена, – начала осматривать замок. С первого взгляда ничего сложного не было, будь у меня хотя бы булавка или ножик, но свой мешок я потеряла еще по пути к дому утех. Тут из угла камеры послышался стон:

– Воды…

Только сейчас я заметила, что кроме нас с магом здесь еще кто-то есть. Мужчина висел на цепях, когда-то могучего телосложения, сейчас он представлял жалкое зрелище. Его волосы отросли почти до пояса и падали на глаза неопрятными прядями, под кожей явственно виднелись кости, а все тело составляло один сплошной синяк.

Осмотревшись по сторонам, я не нашла ничего такого, что бы могло помочь мужчине. Ни у меня, ни у Вила фляги не было. Тут воздух рядом с пленным загустел и из образовавшегося в пространстве окошка выглянула Смерть:

– От из моих рук воды взять не побоишься? – Спросила она поднося к его губам кружку.

– Цена? – Прохрипел пленник.

– Ну-у, – почесала в затылке Смерть, – дай мне клятву верности. Вдруг однажды мне тоже понадобится глоток воды.

В глазах пленника плескалось отчаяние, ведь со Смертью нельзя заключать сделки. Он попытался вырваться самостоятельно, но только обессиленно повис на цепях и кивнул головой. Смерть усмехнулась и аккуратно влила в рот мужчины воду. Несколько минут ничего не происходило, а потом его плечи начали наливаться силой, и он одним движением скинул с себя цепи. Еще раз взглянув на Смерть, мужчина взглянул в ей в глаза и тихо сказал:

– Спасибо. Я всегда помню о своих обещаниях.

– Я тоже, – усмехнулась она и исчезла.

Мужчина повернулся ко мне и протянул огромную ладонь:

– Дар.

– Даша. – Тихо проговорила я и замерла в догадке. – Дар из Выселок?

– Да. Откуда ты меня знаешь, – начал было мужчина потом осекся и спросил: – Как они?

Я просто отвела глаза, вспомнив крайнюю нищету в доме Рубаки. Мужчина зарычал, как зверь, и с такой силой ударил по двери, что она выпала наружу. Потом он упал на пол и начал изменяться. Его плечи еще больше расширились, лицо превратилось в морду зверя, а тело покрылось шерстью. Через несколько минут перед нами стоял огромный медведь. Рыкнув на нас, чтобы мы следовали за ним, он пошел впереди. До стражников мы с магом добирались уже тогда, когда они сползали со стен, разметенные злющим мишкой. Когда мы добрались до выхода из тюрьмы, мужчина стоял прислонившись головой к стене и пытался отдышаться.

– Сделку со Смертью нельзя отменить. – Проговорил Вил. Я цыкнула на него, но слова были уже сказаны.

– Я знаю. – Тихо проговорил Дар, – теперь надежда только на вас. – Он с такой тоской и надеждой посмотрел на нас, что я невольно кивнула.

– Как ты в тюрьме оказался?

– За девочку одну заступился перед стражниками, приглянулась она их сержанту сильно. А сама еще совсем малышка. Вот я и стукнул одного об стенку. – Вздохнул медведь.

А потом все произошло быстро. Стражники его применили магию и скрутили зверя. Мужчину радовало только одно, пока суть да дело девчонка успела убежать.

– Какой сейчас месяц?

– Ию. – Ответил ему Вил, так как вообще не разбиралась в местных месяцах.

– О Боже, прошло полгода! – Схватился за голову медведь.

– Куда ты сейчас? – Спросил его Вил.

– Домой. Меня там очень ждут.

– Пошли ко мне заглянем, денег хоть на лошадь дам.

Однако мужчина посмотрел на мага, как на психа, и вновь превратившись в медведя понесся по улицам столицы, направляясь к воротам.

Глава 24

Когда бьющуюся в истерике Дашу уносили солдаты, Рэм был еще жив. Из последних сил пес полз, стремясь защитить свою хозяйку, закрыть от таких злых людей своим телом. Поэтому последний огненный шар задел его только косвенно, подпалив чувствительные подушечки лап. От боли и отчаянья Рэм заскулил, а потом потерял сознание. Когда его обнаружил Варгун за псом тянулась длинная кровавая полоса, а он сам безостановочно скулил. Уникальное существо наклонилось над псом, заглядывая ему в глаза. Он почувствовал безумное желание собаки защитить кого-то от всего мира. Этой чистоты взгляда и намерений Варгуну хватило, чтобы принять решение.

Он обнял пса своими белоснежными крыльями и начал капля за каплей вливать в него энергию. Почувствовав помощь, Рэм затих только тихо заскулил, когда разорванные магией солдат кости и ткань начали срастаться.

– Тихо, тихо, потерпи, – успокаивал пса Варгун, мягко поглаживая его по голове хвостом.

Когда спустя два часа сверх существо отошло от пса, тот смог подняться на ноги. Правда самого Варгуна сильно шатало и белые крылья едва волочились по земле. Он улыбнулся Рэму:

– Ну ладно бродяга, дальше сам.

Тяжело поднявшись в воздух и опасно балансируя на крыльях Варгун улетел, а пес остался стоять на дороге. Он пошел по знакомому запаху Даши, но на одном из перекрестков потерял след. Со того момента, как они расстались прошло чуть более суток и по этим дорогам успело пройти сотня другая человек. Растерянно помотав головой пошатываясь из стороны в сторону пес побрел по дороге, когда услышал отчаянный крик:

– Я не поеду! Дедушка был против, он написал это!

– Ты будешь делать, что я скажу и никак иначе. Не думай, что Смерть будет каждый раз прибегать тебя защищать. Мне создали амулет для защиты от нее.

– А-а-а. – Детский крик заставил пса прибавить шагу. Тем более что запах казался знакомым.

Когда Рэм подбежал к карете Лиза отчаянно сопротивлялась, а тетя пыталась затолкнуть ее в карету. Вздыбив шерсть и отчаянно рыча пес встал между ними. Женщина отшатнулась, а Лиза спрятала ладошки в шерсти пса и еще раз повторила:

– Я никуда не поеду!

Тут из-за угла вышла костлявая фигура с косой. Усмехаясь Смерть обняла одной рукой девочку и проговорила:

– Так как ты там говоришь? Амулет тебе от меня сделали?

– Да! Ты ничего мне не сделаешь! – С вызовом проговорила тетка Лизы. Тут костлявая щелкнула пальцами, и женщина охнув схватилась за сердце. Потом ее отпустило и Смерть наклонившись к ее лицу тихо сказала:

– За невыполнение условий завещания и отвратительное отношение к племяннице ты изгоняешься из столицы. Поверь, у меня есть право принимать такие решения. Твоей племяннице я найду хорошего опекуна, а пока она будет находиться под защитой этого пса. У тебя есть день, чтобы собрать свои вещи

При этих словах Рэм зарычал еще сильнее, а Лиза присела на колени и уткнулась в его шерсть носом.

– Хороший мой, защитник. Ой, ты ранен. Пойдем, я тебя перевяжу. – Не обращая больше внимания на покрасневшую тетю, презрительно смотрящую на них Лиза повела пса в дом. Довольный Рэм спокойно шел с ней рядом, чуть помахивая хвостом. Эту малышку ему удалось защитить, и пес чувствовал себя почти счастливым.

Графиня Немировская еще долго стояла на улице, со злостью смотря вслед уходившей Смерти, а потом пошла собираться в дорогу. За городом у них было довольно внушительное поместье и там ей жить никто не запрещал. Женщина была очень зла на племянницу, эта девчонка давно стояла у нее поперек горла. Еще, когда сестра ее родила, и отец стал буквально носить внучку на руках в сердце женщины поселилась злоба. С того момента ее расходы на балы и платья решили сократить в двое. Отец объяснял это тем, что ей уже давно пора остепениться и найти себе достойного мужа. «Тебе уже двадцать шесть, а ты все еще старая дева. Надо мной уже соседи смеются» – любил приговаривать старый граф. Грубо говоря девой то она уже давно не была, женщина привыкла жить на широкую ногу и когда отец ограничил ее в финансах, стала брать дорогие подарки от мужчин. Ничего предосудительного в этом графиня не видела и порой открыто смеялась в лицо сестре, когда та месяцами могла ждать мужа из дальних поездок. Ее откровенно смешили их трогательные прогулки под луной и трепетное отношение к дочери. Сама женщина о детях думала, как о чем-то крайне неприятном. Что может быть красивого в постоянно плачущем красноватом комочке? А когда родители Лизы погибли, попав в одной из поездок под действие сильнейшего урагана, стало еще хуже. Отец потребовал от женщины переехать в поместье и жить там безвылазно. Он был уверен, что ребенку необходимо присутствие в доме женщины. Уже через несколько дней граф понял, что ошибся. Дочка старалась не подходить к племяннице, а когда видела ее начинала кричать на нее за малейшую провинность. Девочка стала часто плакать и замыкаться в себе.

Вытянув с него еще денег, графиня уехала, а через два года пришло известие, что граф слег. Еще тогда она подумала, что это так некстати. Ведь столица готовилась к королевской свадьбе и графине совсем не хотелось уезжать. Поэтому только приехав к отцу она, не слушая возражений, повезла его в город. Дочь уверяла графа, что позаботится о племяннице и найдет ему хорошего лекаря, и он решил дать ей последний шанс. Однако нечаянно услышав ее разговор со спутником (дочь представила его своим женихом) понял, что ошибся и написал завещание. Он надеялся передать его в столице другу, но не успел.

Процесс сбора вещей занял весь вечер. Уже поздно ночью слуги сложили их в вызванную карету и ждали распоряжения хозяйки. Слова Смерти о том, что теперь здесь все принадлежит Лизе никто всерьез не воспринимал. Махнув рукой кучеру, графиня уехала, а вслед за ней ушли и домочадцы. Только старая няня да пес остались с Лизой. Женщина искупала обоих и поворчав на них за то, что пес лег прямо на кровать ушла в свою комнату.

Ночью малышка проснулась оттого, что Рэм лизал ее лицо.

– Уйди, еще очень рано. Я спать хочу.

Только пес не отставал, поняв, что так девочку не разбудить, он начал стягивать с нее одеяло. Она открыла глаза и хотела еще раз поругаться на надоедливого пса, но закашлялась. Вся комната была заполнена дымом. Она сползла на спину пса и так они начали пробираться к выходу. В коридоре дыма было больше. Весь дом полыхал и пару раз псу приходилось ползти, чтобы пробраться к выходу. Когда они оказались на улице, пес оставил малышку там и бросился назад в дом. Там еще оставалась няня. К этому времени к графскому дому подбежали соседи с ведрами, среди них оказался и водный маг. Его усилий хватило, чтобы потушить разгоравшийся пожар. Полностью выгорела комната девочки и еще два ближайших помещения были сильно повреждены. Сомнений в том, что это поджог не было ни у кого. Незамеченная людьми Смерть, только грустно усмехнулась и щелкнула пальцами. В этот момент у находившихся внутри кареты, выезжавшей за стены Артании остановились сердца…

Глава 25

После ухода Дара Вил звал меня в гостиницу отдохнуть, но я, помня предыдущий поход, отказалась и отправилась прямиком к дому Дыма. Мужчина вызвался меня проводить. Только дворецкий открыл дверь, как меня снес с ног пушистый вихрь, оказавшийся домовым. Дик говорил без остановки, постоянно похлопывая меня по плечу, чтобы убедиться, что это правда я, а не фантом.

– Дым с Викторией Олеговной на свадьбу короля уехал. Ты же дождешься его? А как ты сюда попала? Надолго? Может все-таки останешься? Сейчас тебе ванну приготовят и одеться что-нибудь приличное принесут. Оставайся. Марк сейчас за городом прибавления в семействе ждет, но я что-нибудь быстро приготовлю. Сейчас, минутку только подожди. – Моментальных ответов Дик не ждал, и я молчала, полностью отдавшись его заботам. Пока я мылась и одевалась в воздушное голубое платье, он отправил магический вестник магу и нам с Вилом пришло приглашение на бал. Оставив домового готовить мне комнату, мы сели в карету и поехали во дворец.

Когда мы прибыли бал уже был в самом разгаре и мне пришлось долго вертеть головой по сторонам, чтобы увидеть огневика. Когда же это наконец случилось сердце пропустило удар. Маг стоял ко мне спиной и о чем-то ласково беседовал с Элей. Потом он обнял ее за талию и уверенно повел в центр танцующих. Я замерев наблюдала, как она смеялась над его шутками, игриво поправляла локон и касалась его щеки губами.

Казалось, что сердце разорвалось на части, я даже провела рукой по груди ожидая увидеть там кровь. Видеть любимого мужчину в объятиях мучительницы было очень тяжело. Хотелось подойти и расцарапать обоим лицо, но я была не в силах сдвинуться с места от внезапно нахлынувшей слабости. Обжигая глаза холодом из них лились горькие слезы. Лучше бы она сварила меня тогда вороной, чем вот так. Нервно сжимая кулаки, я наблюдала, как он танцевал с ней НАШ танец. Даже движения были точно такими же, от чего стало еще больнее. Ненавижу, как же я их ненавижу! Как он мог быть с ней? Мое тело стал пронизывать холод и удивившись я заметила, как с кончиков пальцев слетели льдинки. Встряхнув рукой (отчего вокруг меня закружился ледяной вихрь), поднесла ее к глазам. От кончиков пальцев по телу расползались голубоватые линии силы, а само тело стало наполняться свежестью. Сначала это было неприятно, а потом мне даже понравилось… От моих ног по направлению к танцующему Дыму стали стремительно расползаться ледяные лучи. Всех, кто был на их пути они захватывали в свои сети и начинали взбираться вверх по телу. Люди в ужасе замирали ледяными статуями. Огневик обернулся и, узнав меня, кинулся было вперед, но лед уже добрался до него и опутал ноги. Что-то кричала мне Смерть, пытался колдовать Варгун, но я уже ничего не слышала.

Опутавший все мое тело лед уже почти добрался до сердца, и я перестала чувствовать холод. Наоборот, теперь он казался мне таким родным и знакомым. Больше мне никогда никто не посмеет сделать больно. Хочет любить ту, что готова терзать за него ни в чем неповинного фамильяра, пожалуйста, у них будет впереди целая вечность. Я почему-то была уверена, что мой лед не растает еще очень долго. Те, кого он еще не достал пытались мне помешать, но сами становились статуями и замирали с открытыми ртами в нескольких шагах от меня. Ледяная волна достигла сердца, и я закричала от горя и боли, а потом мне стало все равно и глаза начали покрываться серебристой дымкой. Смерть трясла меня за плечи, пытаясь привести в чувство, но было уже поздно. Такой прекрасный ранее летний сад короля, на время свадьбы переделанный в бальный зал замер. Люди застывали ледяными фигурами, они еще могли что-то шептать, но это продолжится недолго. Я знала, еще несколько минут и все закончится. Больше никогда не будет радости, горя, боли, неразделенной любви, счастья – мне это уже не нужно. Взмахнув рукой начала выплетать последний ледовый узор на листьях деревьев, когда над головой послышался шум крыльев.

Подняв голову вверх я изумленно замерла, а Смерть облегченно вздохнула. Даже в этом состоянии красоту спускающихся в сад драконов не оценить было невозможно. Их было двое, размер одного из них достигал 20 метров, а второй был поменьше метров 10-15. Крылья большого, мелькнула и пропала мысль, что это самец, отливали изумрудной зеленью, а второй отражал своей чешуей золото уходящего за горизонт солнца. Гибкие тела завершались хвостами с огромными шипами на концах, у изумрудного по спине шел костистый гребень, а золотой спустившись ощерился шипами. Мгновенно оценив обстановку, изумрудный крикнул золотистому:

– Держи ее!

Сам же дракон в это время зачал отогревать людей белым пламенем, а я незаметно для себя оказалась в золотистом кольце. Жар от тела дракона начал топить лед и на смену апатии пришла боль. Я пыталась вырваться и вновь заковать себя ледяную корку, но дракон держал крепко. Мы бились даже не телами, а силой воли. Золотистый молчал, постепенно все ближе прижимая меня к себе. Я же рвалась на свободу из кольца его крыльев, чтобы опять не чувствовать боли от предательства Дыма, чтобы не видеть, как он ласково придерживает ее, поднимая с колен и как приближается к нам.

– Не хочу больше никогда тебя видеть! – Закричала я ему в лицо, на мгновение вырвавшись из объятий золотого дракона и веер льдинок полетел в мага. Однако дракон вновь прижал меня к себе и больше не отпускал.

Дворец снова оживал, люди пытались подойти ко мне, но драконы больше никого не подпускали. Согретая их теплом, я больше не могла закрыть сердце от боли и разочарования льдом, поэтому опустившись на землю тихо плакала.

Было до безумного обидно, что мой поход закончился вот так. Стоило ли пройти через все испытания, чтобы застать мага в объятиях другой? И ладно бы это была просто какая-то девушка, я бы даже поняла. Маг не клялся мне в верности, да и в любви не признавался. Может быть я не так поняла его восхищенные взгляды в последнюю нашу встречу, и сама придумала себе эту любовь? Ведь это он мне снился ночами все время разлуки, а не я ему. Может быть маг забыл о вороне, как о дурном сне только я исчезла из поля его зрения? Только вот сейчас от этих мыслей было ничуть не легче. Уткнувшись в колени я пыталась совладать с разбитым сердцем, а с пальцев на землю падали льдинки, которые тут же таяли от жара дракона. Золотистый так и не выпускал меня из объятий ласково поглаживая по голове огромным когтем. Он ничего не говорил и за это я была ему благодарна. Сейчас мне не нужно было слов утешений. Только время лечит больное сердце, медленно сшивая швы и заставляя распрямлять плечи.

Смерть тоже не стала сначала ничего говорить, почему-то ее дракон пропустил ко мне без вопросов. Она только ласково потрепала меня по щеке и крепко обняла за плечи. Сколько мы так сидели не знаю, постепенно закончились слезы, я только изредка икала, отчего на лице костлявой появилась улыбка, но она ее тут же стерла, заметив, что я смотрю на нее.

– Не все так однозначно, как кажется, помни об этом. – Прошептала она и исчезла, а я осталась сидеть на засыпанной льдинками земле, в объятиях золотого дракона.

Глава 26

– Да девочка, умеешь ты шороху навести, знал бы что так будет взял бы тебя в союзники, а не Элю. Раздавшийся за стеной из крыльев дракона голос заставил меня вздрогнуть и отвлечься от своих мыслей.

Осторожно выглянув, я удивленно вскрикнула. У входа в королевский сад стоял Корт. Бывший дворцовый маг мало походил на себя прежнего. Мужчина сильно похудел, черты лица заострились и стали напоминать лицо Смерти, но самое главное у него в глазах плескалась мгла. Оттолкнув Дыма, Эля кинулась к Корту, но маг остановив магией, и девушка опустилась на землю сломанной куклой.

– За что? Я же все сделала, как ты хотел? – прошептала она.

– Дура. Неужели ты так и не поняла, кто тогда поссорил вас с Дымом? Создать простейшую иллюзию, как ты кувыркаешься в постели с советником за пару дней до свадьбы для мага моего уровня легко. К тому же я был уверен, что огневик не станет присматриваться. Так и получилось, в расстроенных чувствах Дым побежал домой. А потом было забавно наблюдать, как ты годы вынашиваешь планы мести. – Расхохотался дворцовый маг, – он мне просто все планы портил, а после твоей «измены» огневик так старался меньше бывать во дворце, что подготовить переворот не составило никакого труда и если бы не эта… – сплюнул Корт в мою сторону и красноречиво замолчал.

Во время его прочувственной речи, Эля тихо плакала, найдя меня взглядом, она прошептала: «Прости» и замерла, не подавая признаков жизни. В этот момент все пришло в движение, Дым с проклятиями кинул в бывшего главу магов огненный шар, Вил попытался оплести его белой магией, а дракон сжечь огнем, но мага на том месте уже не было. Черная петля коснулась плеча Артема и послышался крик:

– Он там!

Все обернулись к колоннам дворца и замерли от шока. Тело Корта бугрилось черными венами, сам он стал выше и массивнее, темная магия опутывала все его тело и тянулась к дворянам, превращая их в пыль, а потом его окутала непроницаемая черная дымка. Когда она рассеялась не успевшие сбежать гости короля закричали. Вместо дворцового мага перед нами стоял черный змей. Зверь был огромен, его тело достигало 60 метров, на массивной голове торчали два загнутых рога, а из смердящей пасти выглядывал длинный раздвоенный язык. Дикий крик изумрудного дракона: «Уноси ее!!!» прорезал тишину и все пришло в движение, но я этого уже не видела. Золотой схватил меня и тело Эли и взмыл в воздух, успев это сделать за мгновение до первого удара змея.

Ядовитая слюна черного ящера опалила часть королевского сада, но тут перед ним опустился изумрудный дракон. Склонив голову на бок, он внимательно осмотрел змея, а потом выпустил из пасти длинную струю огня. Ящер только помотал головой и ударил дракона своим огромным хвостом, тому с трудом удалось увернуться. Тут в битву вступил Вил, его магия черно-белой сеткой опустилась на ящера, пытаясь ограничить ему свободу, но тот резко ушел под землю, оставив после себя огромную дыру и вынырнул около короля. Тиша взмахнула руками и в хвост монстра впились многократно выросшие корни деревьев. Ящер заревел и плюнул в нее ядовитую слюну, только реакция Артема спасла королеву. Сам воин выхватил меч и попытался всадить его в зверя, но не успел удар массивным хвостом отнес его на несколько метров. Змей кинулся в нему и уже хотел завершить убийство короля, когда перед ним встали Дым и дракон. Маг превратился в огненный столб и начал безостановочно направлять в ящера струи огня. А дракон вцепился в горло монстра, пытаясь прокусить ему артерию. Не обращая на мага внимания, ящер направил все свои силы на борьбу с изумрудным. Тело дракона опутал огромный хвост, и он сжимался с каждым разом все сильнее и сильнее. Даже соединенные усилия Вила, Дыма и Тиши не давали никаких результатов, ящер побеждал. Однако ослабленный и измученный дракон не собирался сдаваться. Резко отпустив шею зверя, он пустил в его открытую пасть струю огня и змей поперхнулся. А изумрудный опять вцепился в горло и начал терзать тело ящера своими когтями. На фоне ящера дракон выглядел совсем маленьким и казалось, что исход битвы предрешен. Поэтому, когда ящер наконец то смог сбросить с себя изумрудного и ударом хвоста вбить его в землю, никто не удивился, только маги попытались пробить змея одновременным залпом. В него полетел бушующий шквал огня, черные и белые стрелы смерти, ветки деревьев и молнии, но он с легкостью отразил это. Однако ящер совсем забыл про дракона, уверенный, что тому больше никогда не подняться. Как оказалось, напрасно. Пошатываясь, изумрудный поднялся с земли и кинулся на монстра. Обездвижив его крыльями и вцепившись лапами в его морду так, чтобы их взгляды совпадали, дракон загорелся странным белесым цветом.

– Древняя магия, – изумленно выдохнул Дым.

Сначала огоньки начали появляться на кончиках крыльев дракона, а потом распределились по всему телу захватывая и шкуру ящера. Тот вырывался и кричал, но сейчас израненного дракона было трудно сдвинуть с места. Появившийся у входа в сад Варгун (зверь получил приглашение на свадьбу, но успел только к концу событий) быстро оценил обстановку и закричал магам:

– Всю магию дракону, быстрей!

Изумрудный и правда выглядел жутко. Половина чешуек оплавилась, с крыльев и хвоста капала кровь, а сам он как будто высыхал в своем огне. В какой-то момент всем показалось, что ящер вырвется, но дракон последнем усилием еще крепче прижал его к себе. Тут то и подоспела магия магов, она впитывалась через кожу дракона и бежала по его телу разноцветными струйками, перемешиваясь. Огонь набирал силу, а потом ящер дернулся в последний раз и упал на землю, а дракон взмыл в небо исчез среди облаков.

Изумленные люди начали потихоньку приходить в себя и искать среди бродящих по разрушенному саду родных. Кто-то находил только горстку костей и узнавал родных по фамильным украшениям, а кто-то безмолвно плакал над кучками пепла. Тиша поливала слезами тело своего короля, так и не успевшего по-настоящему стать ее мужем. После удара ящера Артем не подавал признаков жизни. К ним подошел Варгун и попросил девушку отойти. Сверх существо обняло короля своими белоснежными крыльями и замерло. Ничего не понимающая Тиша пыталась вырвать любимого из объятий крылатого, но ее удержал Дым:

– Не надо, он знает, что делает.

Уткнувшись в плечо магу, девушка горько заплакала, а он механически гладил ее по плечу. Огневик задумался, он понимал, что его ворона больше никогда не вернется, два года безуспешных попыток достучаться до ее мира пропали даром, но он не смог забыть девушку. Виктория Олеговна не раз повторяла магу, что пора бы уже найти реальную девушку, а не жить эфемерными воспоминаниями и тут появилась Эля. Когда он увидел ее на свадьбе Артема, он искренне удивился. Боль, которую он испытал от ее измены давно утихла и видеть ее смеющейся было даже приятно. Девушка просила прощения и клялась, что уже давно простила его. Покорившись ее напору и неумолимому взгляду матери, он повел ее танцевать. Только услышав музыку, мужчина понял, что композиция была выбрана Элей не случайно. Танец был довольно провокационным и интимным. Маг невольно вспомнил, как танцевал его с Дашей и попытался представить ее на месте стихийной волшебницы. А потом он увидел свою любимую. Она стояла у входа в зал и смотрела на него полными слез глазами, а от ее ног расходились ледяные лучи…

Размышления мага прервал вскрик Тиши, вырвавшись из его объятий, королева кинулась к Артему. Теперь он не выглядел умирающим, только крылья Варгуна потемнели и пройдя несколько шагов зверь упал. Его тут же окружили маги и люди, одни подносили спасителю короля еду, а другие делились остатками магических сил. После боя с ящером все были ослаблены…

Вдруг всеобщее внимание привлек громкий стук костей, возле огромной туши ящера стояла сама Смерть. Улыбаясь она постучала по ней кончиком пальца и спросила:

– Вам это не нужно?

Все ошеломленно покачали головами.

– А, ну тогда я забираю его себе. – улыбнулась костлявая.

Потом она схватила змея за хвост и легко потянула 60-ти метрового ящера его за собой. Уже почти исчезнув из вида Смерть лукаво посмотрела на Вила с Дымом и спросила:

– Вы никого не потеряли?

После этого изумленные мужчины поняли, что в горячке боя совсем не обратили внимания на золотого дракона.

– Все! Я собираюсь и иду к ним в логово за Дашей. Нам срочно нужно поговорить! – Сказал открывающий портал в драконьи горы Дым, а Вил просто тронул его за рукав и коротко кивнул, усиливая плетение заклинания.

Глава 27

Тем временем я летела высоко над землей, судорожно вцепившись в лапу золотого дракона. Из головы мгновенно вылетели все панические мысли. Да и фиг на этого Дыма, я себе еще лучше найду, если, конечно, выживу. Кто его знает, какие мысли на счет меня бродят в огромной голове крылатой ящерицы, которая меня сейчас несет? И Эля, как оказалось, не сильно то и виновата. Ее ненависть просто умело создали и разжигали много лет. Подумав об этом, я взглянула на ее тело. Оно безжизненно болталось во второй лапе дракона. Короткие волосы девушки развевались на ветру, а руки и ноги были неестественно вывернуты, но все же казалось, что вот-вот она откроет глаза и, как прежде начнет швыряться молниями. Сейчас я жалела свою мучительницу. Не хотела бы я умереть вот так, понимая, что ошиблась в самом важном. Да и врагов у меня оказывается хватает подумала я с содроганием вспомнив черного ящера дворцового мага.

Когда мы приземлились возле огромного замка я просто выпала из лапы дракона. Не знаю сколько мы летели, но тело успело сильно заледенеть. Дракон ласково обнял меня крыльями и обогрел своим теплом, я блаженно зажмурилась, а потом почувствовала, что он меняется. Распахнув глаза и немного отойдя от него я с замиранием сердца смотрела, как окутанная золотым сиянием фигура становится меньше, исчезают крылья, текут, меняясь очертания и вот уже не дракон идет ко мне, а моложавая худенькая женщина. С визгом восторга и удивления я кинулась к ней на шею:

– Мама! Мамочка. Это правда ты? Мне столько нужно тебе рассказать!

– Тихо моя малышка, тихо, хорошая. Теперь точно все успеется, я рядом. Обнявшись, мы замерли. Мама гладила меня по чуть вздрагивающим плечам, а мне ничего не хотелось слышать. Главное она тут, со мной и теперь все будет хорошо, я знаю точно.

Через несколько минут она мягко отстранила меня и повернулась к телу Эли. Оно так и лежало на краю площадки.

– У нас будет еще время поговорить, а пока нужно помочь, ты не против? – спросила мама.

– Помочь? Разве она не мертва?

– Почти. Ты еще совсем ничего не знаешь о древней магии дракона. В редких случаях мы вправе стребовать со Смерти жизнь, если душа не успела уйти далеко.

И с этими словами мама вновь заискрилась золотым светом и превратилась обратно в дракона. Мне как-то рассказывал домовой, что этих существ встречали редко и почти никто не видел сам процесс превращения. Для драконов он был чем-то запретным, почти интимным, поэтому никто толком и не знал, как это происходит. Сейчас же я смотрела за преобразованием матери с открытым ртом. Сначала ее окутало золотое сияние, потом оно впиталось в ее кожу, и она стала покрываться чешуей, а на спине в одно мгновение выросли крылья. Оглянувшись на меня и одобряюще улыбнувшись, мама взмахнула ими и превращение закончилось уже в воздухе. Опустившись на площадку перед замком, золотой дракон крепко прижал к себе тело Эли и мгновенно вспыхнул алым цветом. От неожиданности я вскрикнула, но не смогла оторвать от этого зрелища глаз. То тут, то там по телу и крыльям мамы пробегали зеленые искорки, которые тут же вплетались в общее пламя. Девушка дернулась, потом закричала, послышался хруст восстанавливаемых костей, и я отвела глаза. Смотреть на объятое пламенем и постоянно дергающиеся тело девушки не было сил. В какой-то момент она закричала, и я заткнула уши руками. Неужели это помощь? тогда страшно представить, каким будет наказание. Вдруг все стихло, и я решилась приоткрыть один глаз. Помотав головой Эля села и в шоке стала оглядываться по сторонам. Выглядела девушка конечно измочаленной, но вполне живой. Заметив меня, она подошла ближе и протянув руку тихо сказала:

– Прости, ворона, что-то у меня совсем крышу снесло от жажды мести.

Игнорируя протянутую руку, я встала и крепко обняла девушку. Злость на нее давно прошла и сейчас нам делить было нечего, ненавидеть запутавшегося человека было выше моих сил. От этого Эля замерла, а потом расслабилась и обняла меня в ответ. Так мы и стояли пока с неба не спустилась мама. При виде золотого дракона, оборачивающегося женщиной глаза девушки заметно расширились, а когда я их представила друг другу, она и вовсе потеряла дар речи. Улыбнувшись на такую реакцию, мама пригласила нас к столу. После сытного обеда или ужина что-то потеряла я счет времени, Эля сразу уснула, а мы остались в гостиной поговорить.

Мама рассказала, что драконы редкое явление даже для этого мира. Живут они очень долго, но платят за это слишком большую цену. Никакая магия, уникальные знания и почти вечная жизнь не стоят радости материнства, но многие из них этого лишены. Ребенка удается зачать единицам и то только в том случае, если мужчина и женщина из одного рода. От этого само существование этих существ стоит на грани вымирания. Ведь новые виды появлялись очень давно, а те что остались оказались несовместимы друг с другом. Хотя… Уже несколько лет мать серьёзно думала о том, что такое мнение просто было выгодно правящей верхушке драконов. Ведь браки продумывались чуть ли не с рождения, и из-за постоянного кровосмешения с каждым разом драконы рождались все слабее. Только правящая верхушка могла позволить себе завести пару из другого рода. Они объясняли это своей избранностью, и мама долгое время безоговорочно верила им. А потом молодая девушка из рода золотых драконов влюбилась в изумрудного. Поняв, что их чувства взаимны пара решила бежать, но их кто-то сдал и молодой судья драконов, Пен, решил показательно наказать ослушников. Приковав Виктора к скале он уже собирался взять золотую на его глазах в законные жены, когда появился отец мамы. Дедушка, которого я никогда не видела в свое время ушел из стаи, женившись на обычной женщине и теперь он успел спасти дочь, воспитывавшуюся в клане по закону драконов, активировав древнюю магию.

– Что случилось с папой я не знаю, – вздохнув проговорила мама. – После его магии мы с твоим отцом оказались в другом мире. Привыкнуть жить без волшебства оказалось трудно, но мы справились, а потом появилась ты и мы взяли на воспитание Веру. Самое трудное было отвыкнуть от неба, иногда мне отчаянно не хватало полетов. – Призналась мама. – Этот замок принадлежал… – Стала продолжать рассказ она, как вдруг мы услышали шум и выбежали на улицу. Снеся одну из башен дворца на землю не приземлился, упал изумрудный дракон. Его тело было избито, а зеленой дымки магии совсем не чувствовалось. Мама обратилась в дракона и накрыла папу собой, делясь магией. Она что-то шептала ему на ухо и тихо поглаживала его тело крыльями, а он только глухо порыкивал, немного меняя интонации по мере их разговоров… Почувствовав себя подглядывающей за чем-то личным я ушла в комнату к Эле и отключилась, а утром проснулась оттого, что меня крепко обнимали сильные руки папы.

Глава 28

За завтраком я рассказала о всех своих приключениях в этом мире. Во время некоторых моментов, Эля втягивала голову в плечи и бросала на моих родителей испуганные взгляды, пока мама успокаивающе не обняла ее за плечи и не начала рассказывать. Теперь уже я замерла вслушиваясь в такой родной голос. Когда год назад (О Боже в своих блужданиях я не заметила, как прошел целый год!) после встречи на даче я перестала отвечать на звонки родители заволновались. Они искали меня повсюду и уже отчаялись найти, как неделю назад к ним пришла Смерть. Костлявая открыла для них путь в родной мир, и они не задумываясь поспешили мне на помощь.

– Мы тут подумали и решили остаться здесь. – Сказал папа, обняв. Вообще он все утро старался прикоснуться ко мне, будто не веря, что я наконец то рядом живая и здоровая. – Теперь ты выросла и бояться нам нечего, к тому же нужно понять откуда у тебя ледяной дар.

– Хорошо, – улыбнулась я, – а как же Вера?

– Она уже давно выросла и успешно воспитывает своих детей. Перед исчезновением мы успели с ней попрощаться, да и Смерть обещала открывать путь между мирами несколько раз в год.

Пока мама говорила в столовую вбежал взбудораженный слуга и заикаясь начал говорить:

– Там, это… они…

– Докладывай четче, – рявкнул отец и слуга, выпрямившись, отрапортовал:

– Там маги пришли девиц освобождать от злых драконов.

С удивлением взглянув друг на друга мы покатились со смеху. Так, смеясь мы и вышли на улицу. Перед замком стояли взлохмаченные, но решительно настроенные Дым с Вилом. Увидев меня огневик кинулся вперед, но папа уже в виде изумрудного дракона преградил ему путь.

– Так, юноша, спокойно. – Попытался остудить пыл мага папа, но Дым не хотел слышать и кинулся на него в виде огненного столба. Дракон чуть ли не хохоча с легкостью уходил от его нападок, отчего огневик еще сильнее злился. Мама в это время «игралась» с Вилом, а мы с Элей пытались достучаться до разгорячённого разума магов.

Вдруг небо потемнело и подул резкий прерывистый ветер. Оставив игры, драконы в одно движение уложили магов на землю и в приказном порядке отправили нас всех под защиту стен дома, надвигалось что-то страшное и большое. Украдкой выглянув в окно, я заметила серого дракона, который опустился на землю перед родителями, и они сразу же ощетинились шипами:

– Вот как вы встречаете гостей? – Усмехнулась серая громадина.

– Тебе здесь нечего делать, Пен – зарычал на него отец.

– Так то, ты до сих пор должен покоряться законам драконов, – прокричал ему в ответ серый. – Я не соединял ваш брак, она моя! – Серый кивнул на маму, которая все это время стояла молча, почти спрятавшись за папой.

В небе послышалось голоса и на поле перед замком стали опускаться драконы. Сталкиваясь с отцом взглядом, они отводили глаза и шептали что-то про непреложные законы. Со спины ко мне подошел Дым и тронув за плечо, сказал:

– Может быть им нужно помочь?

В глазах мужчины я прочитала, что он готов ради меня на это самоубийство. Это было своеобразным извини, так и не произнесенное магом. За его спиной стояли держась за руки Эля и Вил. Взглянув на них, я поняла, что ради меня эти люди готовы идти против сотни драконов. В сердце зародилась мысль, что все-таки все мои действия были не зря, раз даже враги становятся друзьями, но только покачала головой. Таких бессмысленных жертв мне не нужно, я вернулась к окну и начала наблюдать дальше.

Тем временем серый подошел к маме и легонько пропорол ее щеку когтем.

– Надо же, сколько лет прошло, а кожа все еще такая же нежная. – усмехнулся он, слизывая кровь длинным языком, и папа не выдержал.

Изумрудный одним рывком кинулся и на серого и почти прижал его к земле, когда тот извернулся и разорвал моему отцу живот. Казалось, время стало похоже на кисель, у меня заложило уши от собственного крика и, рванувшись из объятий Дыма, я выпала из окна. Сначала это было просто падение, а потом в синем небе громким криком известил о своем появлении ледяной дракон.

Мои крылья поймали потоки воздуха и мгновением позже я опустилась перед серым. Судья поднялся в небо, надеясь там достать меня своими когтями. Он не давал мне сориентироваться в пространстве, посылая в глаза серую пыль. Поэтому я почти пропустила его нападение, и дракон оставил когтями неприятно зудящую полосу на моем правом боку. Извернувшись, я схватила его крыло зубами, а потом серого охватил снежный вихрь и одна из льдин пробила его сердце. Дракон, который требовал от своих сородичей непрекословного подчинения много веков умер мгновенно, даже не долетев до земли.

Когда я опустилась на землю над отцом стоял огромный золотой дракон и страшная рана медленно стягивалась под его взглядом. При этом с каждым мигом его чешуя темнела, теряя свой блеск. Остальные драконы заметив меня начали отходить с моего пути, подпуская к отцу. Он лежал на земле в человеческом обличье и умирал. Даже магия драконов не всесильна, иногда можно вернуть душу незаслуженно погибшего человека, но побежденного в бою дракона спасти никто не в силах. Вдруг прямо над нами раскрылся портал и из него на меня вывалилась Виктория Олеговна. Волшебница чертыхнулась и кинулась в папе, умудрившись при этом оттолкнуть с пути тушу золотого дракона.

– Вот люди пошли, – пробурчал тот растерянно, но поспешил освободить решительно настроенной женщине дорогу.

Тем временем она продиагностировала состояние отца с помощью магии и стала делать над ним какие-то пассы, отчего ее почти сразу окутали синие нити магии (да, я снова их видела). Сначала ничего не происходило, а потом папа дернулся и хрипло закашлялся. Мама Дыма сунув мне в ледяную лапу пучок трав, наказала обеспечить отцу постельный режим и отказавшись от приглашения погостить вновь исчезла в портале. Ошарашенная такой помощью я даже не сразу поняла, что мне делать. Ситуацию спас Дым, маг аккуратно поднял папу на руки и скрывшись огненном вихре исчез в замке. За ним рванула мама и золотой дракон, а мне ничего не оставалось делать, как догонять их.

Глава 29

Мы с мамой несколько дней не отходили от постели отца. Он ругался и говорил, что давно здоров, но я ему не верила. Опеку пришлось снять, когда я застала их с золотым, оказавшимся моим дядей Рахом, за распитием спиртных. Мужчина то и дело пытался аккуратно выведать у меня откуда я знаю целительницу, но я молчала. Сначала было не до его расспросов, а потом я и вовсе стала валиться с ног. На второй день маму свалил откат после спасения Элиной жизни. Как мне рассказали на такое идет далеко не каждый дракон, и то спасение жизни возможно только раз, или максимум два даже для самого сильного дракона. А мама потом еще и отцу силы отдавала, вот и перенапряглась.

Почему она пошла на такой риск ради почти незнакомой ей девушки стало понятно не сразу. В один из дней, когда родителям стало немного легче, я заметила, что Эля стоит перед зеркалом бледная, как мел.

– Что-то случилось? – Я обняла волшебницу за плечи, – выглядишь неважно.

Она ничего не ответила, только стремгав бросилась с ванную, а выйдя из нее горько заплакала.

– Кто отец?

– Вил. – Всхлипнула девушка. – Тогда, после твоего побега.

– Ну так в чем дело? Он же влюблен в тебя по уши. Женитесь и дело с концом.

– Как я ему такое скажу? Что он обо мне подумает? – Девушка явно была растерянна.

– Ну он хоть тебе нравится?

– Да. – Она тихо проговорила и уткнувшись в подушку притворилась спящей, а решила с утра пораньше найти мага и серьёзно с ним поговорить, раз Эля решиться не может.

Теперь стало понятным самопожертвование мамы, отношение драконов к беременным женщинам было очень трепетным. Раньше, в другом мире, я еще удивлялась, как мама трепетала над Верой, теперь же все это не казалось странным.

Вот только пойди к Вилу я не успела, посреди ночи нас разбудил громкий стук под окном. Накинув на плечи халаты, мы босиком подошли к нему и выглянули. Нашему взору предстала удивительная картина. Под окном стояли 7 скелетов с букетами цветов, а вокруг ажурной стеной кружились миллионы водных капель. Потом они резко взмыли в воздух и начали свой танец то сливаясь в висящую в воздухе реку, то осыпаясь на землю миллионами частиц. Скелеты в такт им покачивали бедрами и протягивали Эле цветы с капельками росы. Свет луны отражался в них и переливаясь тысячами оттенков. Вдруг в середину этого великолепия вышел Вил и посмотрев на Элю опустился на одно колено.

– Ты выйдешь за меня замуж, – с надеждой заглядывая ей в глаза, спросил мужчина и протянул ей кольцо.

Время замерло, а скелеты начали выбивать барабанную дробь и Эля опустив глаза тихо сказала:

– Ты должен кое что узнать. Той ночью… – Она смутилась и рефлекторно коснулась живота, отчего у догадливого мужчины округлись глаза и по лицу расплылась безумная улыбка.

– Ну теперь твоего согласия уже и не нужно. После такого вы просто обязаны пожениться. – Незнакомый голос за спиной Вила заставил его вздрогнуть, а скелетов рассыпаться в прах. За спиной мага стоял высокий седовласый мужчина.

– Папа! – Оглохла я от визга Эли, а она сама чуть не выпала из окна.

В эту ночь поспать нам больше так и не удалось. Эля светилась от счастья и все время вертела на пальце кольцо, которое она одела сразу же после того, как Вил поднялся к нам. Ее отец, Игорь, рассказывал о дальних странах и хмуро слушал наши рассказы. Многое из наших отношений с его дочерью я решила пропустить, но шрам на шее Эли никуда не делся и пришлось рассказывать часть правды. Обстановку разрядило появление в гостиной верещащего дядюшки, который улепетывал со всех ног от Виктории Олеговны, заглянувшей вчера проведать больного. Дело в том, что он решил ухаживать за целительницей, но выбрал для этого очень своеобразный метод. Раздевшись до гола мужчина залез ночью в постель к маме Дыма, за что и резонно получил от разъярённой женщины в лоб ночной вазой. Едва успев натянуть портки, теперь он пытался увернуться от предметов, которые она бросала в него. В мужчину летело все, что Виктория Олеговна могла поднять ножи, ложки, картины, даже любовно придвинутое мной поближе блюдо с жаренным гусем…

– Ну взрослые же люди, к чему эти прелюдии? Успокойся, любимая. – Протянул Рах.

Ох лучше бы он этого не говорил! Теперь целительницу мог остановить только локомотив.

– Да какой ты человек! Так ящерица с крыльями. – Выдала она потянувшись за очередным снарядом, не найдя ничего лучшего, выхватила из рук изумленного Игоря кинжал и кинула его в дядю, пришпилив его за штанину к стене.

– Ой, помогите убивают, насилуют – заверещал этот бессмертный, после чего мы с Элей уже не сдерживая смех сползли под стол.

На крики собрались все, даже папа с мамой встали. Изумленными глазами обведя разгром в гостиной, они в один голос спросили:

– Что здесь произошло?

– Ничего особенного, сквозняк. – С самыми честными глазами сказал дядя, пряча за спиной нож и показывая Виктории Олеговне язык.

– Странно, нужно теперь тщательнее проверять окна перед сном.

Тут мама заметила Игоря и удивившись появлению нового гостя, приподняла бровь. Их представил Вил, между делом похваставшись своей будущей свадьбой. Мужчина был несказанно счастлив от этого и просто светился радостью. Дым смотрел на него с плохо скрываемой завистью, но ко мне подходить не спешил. Эти дни в наших отношениях сквозила недосказанность, я уже давно поняла, что маг ни в чем не виноват, но первая делать шаг навстречу не спешила. Он же казалось, вообще избегал меня. Ну и ладно, не больно то и хотелось, а вот за Элю с Вилом я искренне радовалась. Они заслужили свой глоток счастья.

Глава 30

Как я после узнала хозяином замка, где мы все сейчас находились был Раха. Смешливый дракон казался пустомелей, но когда пришли известия из стаи я с удивлением заметила в его голосе металлические нотки. Узнав о моем существовании драконы надеялись, что теперь у них появится возможность появления детей и в браках между драконами из разных кланов. Экстренно собранный совет просил дядю дать им исследовать мои способности, но он был категоричен. Ни над его племянницей, ни над сестрой, оказавшийся способной зачать ребенка в столь раннем для драконов возрасте (ей было чуть более 120, когда я появилась на свет), опытов проводится не будет! Только высказал предположение, что такой эффект мог дать полный отказ от магии драконов на долгое время. Да-а, чувствую у драконов скоро начнется массовые эксперименты. Надеюсь, у них все получится.

Обо всем этом я узнала на следующий день за обедом, завтрак мы с Элей благополучно проспали и теперь отчаянно зевали, пытаясь прийти в себя. Вдруг из дальнего угла столовой послышались отчаянные маты, пыхтение и скрип костей. Покачиваясь под тяжестью большого мешка к нам приближалась Смерть. Увидев меня она кивнула и бросила его на пол, отчего в нем кто-то крепко выругался. Спустя мгновение из мешка появилась растрёпанная голова Марфы. Оглядев нас тяжелым взглядом и остановившись на мне, она сказала:

– Может поможешь выбраться?

Меня отпустило оцепенение от открывшейся взору картины, и я кинулась к ней. Видеть старушку было приятно. Она умудрялась мне помогать даже находясь далеко, что только стоят подсунутые ей ночью монеты? Освободив знахарку от остатков мешка я порывисто обняла ее, а потом непонимающе вздрогнула. На оголившимся плече женщины был странный шрам. Такой мне приходилось видеть только раз в жизни, у бабушки, выжженное пятно напоминало дракона. Помню однажды в детстве я спросила ее откуда это. Она грустно ответила, что это последний поцелуй любимого. Своего дедушку я никогда не видела, мама говорила, что он погиб задолго до моего рождения. Увидев же, точно такой же шрам у другого человек, я впала в ступор:

– Откуда у вас это?

– Не важно. – Старушка нервно пожала плечами и резко дернула ткань платья на себя, закрывая плечо.

Однако костлявая откровенно расхохоталась и ободряюще хлопнула знахарку по плечу:

– Да скажи ты ей уже, она и так скоро догадается.

От этих слов черты лица Марфы стали изменяться и скоро я уже смотрела в такое любимое с детства лицо. Первой от шока отошла мама и снося с дороги всех, кто неудачно встал кинулась к знахарке. Хотя к какой знахарке? Передо мной стояла бабушка. Мы еще долго отходили от шока, стараясь как можно чаще ее коснуться и все еще не веря, что это реальность. Мужчины давно покинули нас, а мы почти до утра пили травяной отвар и рассказывали друг другу о приключениях. Бабушка сказала, что не могла мне открыться, пока я сама не начну понимать кто передо мной. Такое условие много лет назад поставила ей Смерть и изменить его не могла даже она сама.

– Как ты узнала где я?

– Так ты же браслет мой носишь. Несколько дней назад я перестала тебя чувствовать и пришлось эту заразу уговаривать перенести меня к тебе. – Баба Даша кивнула на Смерть, а та только показала ей красный раздвоенный язык.

– Ничего с твоей внучкой страшного не случилось. Я бы знала. Пробуждение дракона просто было, вот он и блокировал твой браслет.

– Дракона? – Как девочка загорелась бабушка, – Покажешь?

Таким сияющим глазам отказать было невозможно, поэтому я подошла к окну и выпала из него в воздух, а через минуту перед восхищенными зрителями уже предстал ледяной дракон. Через почти прозрачные крылья пробивался лунный свет, многократно отражаясь от чешуи. В это виде я была даже больше папы, по спине проходил такой же как у него костяной гребень. Только у меня он состоял из ледяных лучей, а крылья и хвост заканчивались почти прозрачными шипами. Несколько раз игриво кувыркнувшись в воздухе, я зашла обратно в комнату уже человеком. Бабушка порывисто обняла меня и тихо сказала:

– Ты так похожа на дедушку, только он золотым был.

Я печально вздохнула, Рах рассказал, что дед погиб вовремя той битвы с Пеном. Воспользовавшись тем, что он был ослаблен сильной магической отдачей после отправки мамы и отца в другой мир, судья подошел к нему и перерезал горло одним взмахом когтя. Посмевшего возмутиться таким произволом, папиного отца нашли через несколько дней, разбившимся о камни в ущелье. Судьи уверяли, что изумрудный дракон сильно увлекся охотой и не смог вовремя уйти от столкновения со скалой. Больше возражать правящей верхушке никто не стал. Драконы и так вымирали, чтобы еще и биться друг с другом. Теперь же смерть Пена и мое появление сделало их свободными от предрассудков. Остальные судьи поспешили уйти еще до возращения драконов в стаю.

Весь вечер меня не покидала мысль, что я забыла что-то очень важное. Пытаясь вспомнить я шла к своей комнате задумавшись, когда моей руки коснулось что-то очень горячее. От неожиданности я вскрикнула и лишь потом опустила глаза вниз. У моих ног сидел огненный щенок и вывалив красный язык усиленно бил о пол хвостом. На ошейнике у него была записка, наклонившись аккуратно взяла ее в руки. «Это подарок», прочитала я и улыбнулась. Видно огневик решил все-таки начать покорять крепость по имени меня. Ласково погладив пса я спросила вслух:

– Ну и как мне тебя назвать?

Прибежавшие на крик мама с бабушкой стали предлагать сотни кличек, среди которых я услышала слово Рем и замерла. Перед моими глазами пронеслась картина его смерти, нет, так я пса называть не буду. Пусть лучше будет Пламенем.

– Пламя, – окончательно решила я и пес счастливо ощерился.

Я ласково поцеловала его за нос и, наконец то, добралась до постели. Пес улегся рядом, отчего заметно потянула дымом. Погладив его по шее и окутав ледяной дымкой, чтобы он не спалил весь дом, я уснула. Сквозь сон было слышно, как щенок обиженно фыркает на льдинки и ворочается, пытаясь прижаться ко мне поближе, но у него ничего не получается. Устав слушать пыхтение, я нащупала рукой теплую спину Пламени и подгребла его поближе к себе. От моего льда пес немного остыл и перестал шипеть, давая мне возможность упасть в мир сновидений.

Глава 31

Утром ощущение того, что забыто что-то очень важное усилилось, и я чувствовала себя разбитой. Сначала даже не хотелось выходить к завтраку, но Эля меня убедила это сделать. Увидев Пламя девушка лукаво улыбнулась и спросила:

– Что Дым наконец то дорос до серьезных отношений?

– Прислал его с запиской. Я даже толком не знаю, как он ко мне относится. Иногда кажется, что огневик вот-вот признается в любви, а потом он может целый день не обращать на меня внимания. – Вздохнула я.

– Да Дым всегда был такой. Лучше пойдет с драконом биться, чем выкажет свои чувства. – Махнула на меня рукой Эля и продолжила, кормя щенка молниями, отчего тот забавно урчал. – Подарки дарит, уже хорошо. Пойдем быстрей, а то на завтрак опоздаем. Папа для Киры телепорт создал, так что нас ждет что-то очень вкусное.

От таких вестей решение не идти на завтрак испарилось в никуда. Я еще помнила, какого совершенства достигла в приготовлении блюд служанка Эли. Дым зашел в столовую после нас с таким непроницаемым лицом, что я не удержалась и создала под его ногами ледяную лужу. Маг взмахнул руками и неуклюже повалился на пол, а сверху его ударило молнией, отчего волосы бедного огневика встали дыбом. Это Эля поддержала меня в моей пакости. Увидев такое единение, Кира улыбнулась, а огневик попытался было возмутиться нашей пакостью, но наткнулся на несколько предостерегающих взглядом. Закрыв спиной хохочущую Элю, напрягся Вил и Игорь, поднял бровь папа и дядя, а бабушка откровенно улыбнулась и сказала:

– Так тебе и надо, нечего девку мучить своим невниманием.

– Да я и так пытаюсь, как могу – растерялся маг, – но разве так просто подступиться к этой ледышке? – Поняв, что ляпнул, он стал озираться по сторонам, чтобы как-то свести разговор на другую тему и спросил, взяв что-то с полки:

– Какая красота, никогда не думал, что драконы увлекаются игрушками.

Сделав вид, что не заметила его оговорки, я подошла ближе и замерла увидев, что он держит в руках деревянную поделку. Стоп. Вот оно, я поняла, что столько дней не давало мне покоя. Рубака.

– Баб Даш, а ты смогла бы вылечить старый перелом позвоночника?

– Не знаю. – Удивленно приподняв бровь ответила она. – Это от многого зависит. Нужно посмотреть, а что случилось?

– Понимаешь, есть очень хорошие люди, готовые поделиться с человеком последним, но им нужна помощь.

– Ну так в чем дело? Сейчас поедим и отправимся, подкинешь до места? – Спросила она Смерть.

– Нее, я больше тебя на горбу таскать не намерена. Вон у тебя внучка летать умеет, пусть несет.

– Справишься? – Подошла к нам мама, – а то мы с отцом поможем.

– Не нужно, я быстрее вас, только бабушку привяжем покрепче.

Этот разговор отвлек всех от Дыма и когда он сжал под столом мою ладонь, я вздрогнула. Наклонившись к моему уху, маг прошептал: «Ты лучшая» и вложил мне в руку какую-то записку. Все мои мысли были заняты предстоящим полетом, и я просто сунула ее в карман, не разворачивая.

Сразу после завтрака вылететь не удалось. Бабушка заставила Смерть слетать к ней домой и принести инструменты, мало ли что нам может понадобиться. Меня же не покидало тягучее чувство приближающейся беды, и я торопила родственников со сборами, принося в них еще больше сумятицы. Наконец, после обеда мы вылетели, договорившись, что папа с мамой полетят следом, перенося на себе магов. Выселки находились рядом со столицей, где нам давно стоило показаться, а то как бы Артем не начал собирать армию для нашего «освобождения» из логова драконов. Я же посадила на спину бабушку и Пламя (ни с кем другим щенок лететь не хотел) и сорвалась с крыши замка.

Ощущения того, что страшно опаздываю накрыло меня с головой, и я развила дикую скорость. Бабушка прижалась к моему гребню вплотную и до боли вцепилась в них руками, но я ничего не чувствовала. Хотелось скорее оказаться в гостеприимном доме Рубаки и понять, что все мои страхи надуманы. Когда же мы опустились перед ним, я поняла, что стремилась сюда не зря и что-то случилось. Из дома слышались доносились крики, а Рубака весь серый и шатающийся. Мужчина даже не заметил перед собой ледяного дракона, облокотившись на забор, он уставился в даль невидящим взглядом. Быстро обернувшись, я буквально влетела в дом. Леся лежала на кровати и кричала, а рядом с ней находился такой измученный, как глава семейства Дар. Быстро оценив обстановку бабушка приказным тоном закричала на него:

– Вышел отсюда быстро! Воды мне много, горячей.

Вздрогнув мужчина подхватил ведра, и они стали носить воду в огромную лохань, а я подогревала ее Пламенем. Щенок как будто понял, что сейчас не время для игр и терпеливо кипятил воду. Тем временем бабушка стала подготавливать Лесю, ворча, что нужно было позвать повитуху, но мужчины только виновато отводили глаза. Заплатить за такие услуги им было нечем. Всю добычу Дара на охоте пришлось продать, чтобы расплатиться с долгами, а повитуха приходила вчера, но глянув на женщину вынесла вердикт:

– Ребенок неправильно лежит, а мать слаба. К утру умрут оба. – И ушла, даже не став пытаться помогать.

Леся мучилась уже третий день и просто мечтала о том, чтобы это все закончилось. Бабушка сказала Дару крепко держать жену, а сама опалив в шерсти Пламени скальпель, сделала разрез. Кесарево, о котором здесь никто ничего не знал могло стать для Леси единственным выходом. Я подносила воду и пыталась хоть как-то обезболить ощущения женщины льдом, когда посреди пустого дома (они продали даже кухонную утварь и шкафы) раздался детский крик. Услышав его в дом забежал Рубака и подхватил малыша на руки. Мальчик потянулся и превратившись в медвежонка зарычал, потом замер на руках у дедушки уже в человеческом обличье, посасывая палец. Отпустив мужчин мы с бабушкой закончили операцию. Леся была очень слаба, но счастлива. Отведя меня в сторону, бабушка тихо проговорила:

– Ей уход нужен и полноценное питание, иначе она умрет.

Зашедший в этот момент Дар побледнел и покачнулся. Опустившись возле кровати на колени, он крепко сжал руку жены и прошептал:

– Прорвемся, теперь мы вместе.

Оставив их наедине мы вышли из дома и как раз вовремя. Возле забора стоял Ган и что-то настойчиво втирал Рубаке. Потом мужчина осекся и замер с выпученными глазами. К дому подлетали драконы с магами на спине.

– Вот, я подумала, что вам нужно будет перекусить. – Мама подала нам с бабушкой увесистый мешок.

К ужину Леся подняться так и не смогла и Дар темнел все больше. Медведь мог побороть в схватке сотню воинов, но перед нищетой и обстоятельствами оказался бессилен. Бабушка часто подходила к кровати его жены, но только мрачнела. Женщина была очень слаба, а вот малыш чувствовал себя отлично. Эля прошлась по деревне и принесла ему молоко, теперь Лес смешно причмокивал, насыщаясь.

Вечером, отдохнув как следует мы решили лететь в столицу. Дым уверял, что в его доме всем найдется место. Там для новорожденного и его мамы есть все условия. Рубака пытался возмущаться, но появившаяся из ниоткуда Смерть зло цыкнула на него, заставляя замолчать и исчезла. Дар аккуратно поднял бесчувственную жену (Леся 3 часа назад потеряла сознание и ни на что не реагировала) и сел на мою спину. Укутав их ледяной стеной, я поднялась в воздух. До столицы полет занял всего 1,5 часа, эх что же у меня в прошлый раз не было крыльев? На пороге дома стоял обеспокоенный Дик, он успел получить магического вестника от Дыма. Когда Дар занес Лесю в дом, она уже едва дышала и на мужчину было жалко смотреть. Отстранив его от жены, домовой начал сканирование женщины. Потом Дик встретился со мной взглядом и спросил:

– Поделишься магией немного, мне не хватит?

Я только кивнула и почувствовала, что из меня тянут силы. Я бы упала на колени, если бы не Дар. Медведь подхватил мою тушку около самого пола, и я почувствовала, как сила зверя проходит через меня. Удовлетворенно кивнув, домовой продолжил лечение и вскоре Леся открыла глаза. Встретившись взглядом с мужем, она спросила:

– Где сын?

– С ним все хорошо. Сейчас его привезут.

Оставив пару отдыхать я начала спускаться вниз, когда, сунув руку в карман, обнаружила в нем записку: «Выйдешь за меня?». Улыбка сама собой набежала мне на лицо, а, посмотрев вниз, я заметила с ожиданием смотрящего на меня Дыма и кивнула. В тот же момент вокруг меня закружились огненные светлячки и оказавшийся в одно мгновение рядом маг подхватил меня на руки. От его влюбленных глаз я таяла, словно снежинка, а когда он коснулся моих губ своими растворилась во времени и пространстве. Хотелось, чтобы эта сказка никогда не кончалась.

Глава 32

После вмешательства домового Леся быстро пошла на поправку. Уже к завтраку женщина смогла спуститься самостоятельно. Ночью приехала Виктория Олеговна и теперь они с бабушкой что-то активно обсуждали. Женщины попросили выделить им целый зал и уложив Рубаку на стол начали проводить полную диагностику его состояния. Сначала мужчина отказывался от помощи, говоря, что мы и так уже спасли его семью, но мы ничего не хотели слышать. Кроме повреждения костей на спине у него оказались еще плохо зажившие ожоги. Последнее время мужчина питался далеко не каждый день и это сказалось на общей слабости.

– Операцию нужно делать срочно. – Наконец закончив осмотр сказала мне бабушка. – Однако он может не выдержать, поэтому нужны силы дракона.

– Я готова.

– Нет, ты будешь у нас анестезиологом. Поэтому придется искать кого-то другого.

– А, я подойду? – В двери показалась вихрастая голова Раха.

Виктория Олеговна хотела выгнать подслушивающую нас золотистую рептилию, но бабушка ее остановила и уложила сына на стол рядом с Рубакой. Совершив частичную трансформацию, я начала замораживать обоих мужчин. Так больше вероятности, что все задуманное удастся. Сил на это уходило много, но через какое-то время бабушка показала мне останавливающий жест и операция началась… Виктория Олеговна и баба Даша работали слаженно. Позвоночник Рубаки пришлось ломать и аккуратно складывать заново, действуя хирургическими инструментами и магией. Когда они почти закончили у меня потемнело в глазах, держать в состоянии неподвижности взрослого дракона было тяжело, да и не так давно я отдала часть силы Лесе. Меня подхватили чьи-то теплые руки и унесли из зала. Операцию волшебница с знахаркой заканчивали с медведем и домовым.

Очнувшись я первым делом поинтересовалась самочувствием гостей, но меня успокоили, сказав, что уже все хорошо. Оказывается, от большой потери энергии я проспала несколько суток и за это время Рубака даже пробовал вставать. Через несколько дней нас посетила королевская чета и узнав о том, что планируется двойная свадьба взяли хлопоты на себя. Помогать им активно взялся золотой дракон, дядя хотел, чтобы у его племянницы была самая роскошная свадьба. Тиша только рада была такому помощнику, а вот я в приготовлениях почти не участвовала, вся отдавшись невеселым думам. Почему-то все еще не верилось, что это происходит со мной и чего-то не хватало в наших отношениях с Дымом. С диким хохотом сбежав по лестнице и не забыв покрыть ее льдом, я спряталась за спину так удачно вышедшего в холл отца.

– Дым, ну Дымик, я случайно…

– Я тебе сейчас все крылышки то подпалю, ворона облезлая, – проговорил, поднимаясь с колен огневик (Он все-таки слетел с лестницы кубарем). – Опять мне всю лабораторию разворотила!

Сейчас, смотря на разгорячённого мага с вспыхивающими то тут то там волосами, я окончательно поняла, что жить не могу без этого человека. А лаборатория у него мне все равно не нравилась. Маленькая какая-то, дракону развернуться негде… Задумавшись я пропустила момент, когда огневик поймал меня и взвизгнула от жара его объятий. Прижав палец к моим губам, Дым тихо потянул меня подальше от ошалевшего от таких наших отношений папы и только оказавшись на безопасном расстоянии, поцеловал.

На следующий день прилетел Дэн. Ради моей свадьбы огромный зверь решил нарушить свое уединение и показаться людям. Он сразу завладел вниманием всех вокруг, а я тихо ушла в свою комнату. Суматоха последних дней меня вытягивала из меня все силы, вскоре на кровать, где я лежала присела Эля. По волшебнице было видно, что она тоже сильно устала. Во всей этой суматохе я не сразу заметила, что беременность дается ей нелегко. Под глазами волшебницы поселились темные круги, по утрам ее сильно тошнило, и она почти не пользовалась магией. Сказывалась уникальность Вила, мы просили устроить нам тихую свадьбу, но родственники были непреклонны. Даже Рубака оказался привлечен к процессу, заметив талант мужчины в обработке дерева и растениеводстве, королева попросила его заняться украшением летнего сада. После битвы с Кортом его засадили заново, и лучшие маги королевства уже несколько дней старательно вливали в растения свои силы, ускоряя процесс их роста.

Вот он и наступил самый важный день в моей жизни. Нарядив меня в белоснежное платье, мама с бабушкой украдкой смахивали слезы, а меня охватило дикое волнение. Не подпустив никого к моим волосам, прической занялся Дик. Гордый от оказанного доверия домовой, заплел на моей голове две длинных косы и закрепил их в воздушной прическе. Потом настал через Эли, волшебницу нарядили в нежно-голубой наряд, а ее прической занялась Кира (В процессе они чуть не подрались с домовым). Короткие локоны девушки были взбиты и уложены на один бок, а Виктория Олеговна поработала со шрамом на шее. Теперь ни у кого не возникало сомнения, что мода на такую прическу скоро станет очень популярной. На минутку к нам заглянул Варгун и подарил по защитному амулета. А потом нас по традиции на целый полчаса оставили одних. Мы не разговаривали, все уже давно было сказано и сейчас хотелось просто помолчать. В компании с Элей мне было легко и спокойно. Кто мог знать еще год назад, что из врагов мы станем настоящими подругами?

Но тут наше уединение было прервано заглянувшей в дверь Смертью.

– Девочки, наконец то я вас нашла, смотрите какую я вам помощницу привела.

Дверь открылась шире и в комнату вслед за костлявой скользнула маленькая девочка с большим псом. Удивленно распахнув глаза и не обращая внимание на то, что могу испачкать платье я опустилась перед ним на колени.

– Рэм, малыш мой, живой… – Я обнимала пса, а слезы катились по лицу сами собой. Воспоминания вновь окунули меня с головой в тот страшный день, и я не сразу смогла понять где и с кем нахожусь сейчас. Только через некоторое время я обратила внимание на девочку и узнала в ней Лизу Немировскую. Маленькая графиня присела рядом со мной на корточки и тоже гладила пса. От двойной ласки он блаженно жмурился, а потом вдруг вздыбил шерсть и зарычал. Оглянувшись я увидела обиженно сопевшего Пламя и подгребла его к нам поближе. Настороженно обнюхав друг друга псы начали играться друг с другом, а я представила Эле Лизу. С некоторых пор малышка боялась взрослых, и она спряталась мне за спину. Только общими усилиями со Смертью мне удалось ее успокоить.

Во дворец нас костлявая доставила самостоятельно. Тут же из огненного вихря вышел Дым, а из черно-белой дымки показался Вил. Мужчины остановились рядом с алтарем, а возле нас показались папы. Изумрудный дракон даже в человеческом обличье излучал силу и счастье. Опустив свою руку на его локоть я сделала первый шаг и нас окружили снежные птицы. Это мой дар вырвался наружу из-за волнения. Отец успокаивающе обнял меня за плечи и под нашими ногами распустились чудные цветы. Мне было жалко на них наступать, и я остановилась в нерешительности, но папа нетерпеливо дёрнул плечом, отчего цветы разбежались по сторонам дорожки. Рядом также творилось что-то невообразимое. Вокруг головы Эли сверкали молнии и впереди нее мчался вихрь, который легким движением руки ее отца превратился в легкий ветерок. Потом нас всех окутал рой птиц, которые встроились в виде сердца.

Столкнувшись с восхищенным взглядом Дыма я успокоилась. Маг не отводил от меня глаз, а его клятва любить меня в горе и радости звучала искренне. Я с трудом узнала свой голос, повторявший за магом слова клятвы. Казалось, что нам не нужно слов, все что осталось между нами недосказанным раньше, сейчас с легкостью читалось в глазах. Гул голосов за спиной исчез и на всем белом свете остались только мы вдвоем, влюбленные и немного растерянные. Этот был наш миг единения, понимания и раскрытия всех карт, больше между нами не было тайн. Вот он мой огненный маг, сумевший растопись свою льдинку. Звуки вернулись неожиданно и почти сразу же нас оторвали друг от друга, чтобы поздравить. Удивленно посмотрев на красовавшееся на пальце кольцо я встряхнула головой, не помню, чтобы мне его одевали. Первой меня поздравить успела Эля, волшебница вся светилась изнутри от счастья, и я зарядилась ее весельем. Потом настал черед родителей и Виктории Олеговны с дядей. Мама плакала, счастливая за меня, папа только крепко обнял и думая, что я не вижу показал за моей спиной кулак Дыму. Это было предупреждением: «Обидишь, убью!». Рах выглядел немного потрепанным, что в принципе для него было нормальным. Крепко обняв меня и пожелав счастья, он показал язык Виктории Олеговне и скрылся в толпе гостей. Из-за его выходки поздравления свекрови прозвучали скомкано, женщина стремилась побыстрей догнать наглеца. Потом ко мне подошла бабушка и крепко-крепко прижала меня к себе. У нее не было слов, только тепло, которое приятно растекалось по всему телу и дало возможность окончательно поверить в случившееся. Я вышла замуж за любимого человека!!! А потом был наш первый танец.

С неба падали пушистые снежинки и с шипением таяли опускаясь на огненные цветы, а мы, не отводя друг от друга глаз, переплетались в танце. Вот Дым делает мне шаг навстречу, а я неуловимо ускользаю из его объятий, оставляя после себя снежную дымку. А потом маг достигает меня, и мы вспыхиваем огнем. Чуть заметное касание рук, шаг вперед-назад, поворот чтобы оказаться в крепких объятиях мужа. Охладить пылающие тела в снежном вихре и снова зажечься от прикосновения. Когда мы остановились я тяжело дыша оглядела зал, на время нашего танца он замер, вглядываясь в нашу историю любви. А сейчас он взорвался громкими аплодисментами, потом был пир…

Посреди празднования меня отозвал в сторону Дэн и ласково погладив по плечу крылом, улетел. Находится среди такого количества людей долгое время королю морей было трудно. Почти сразу же после этого все начали дарить подарки. Название половины вещей я не знала, поэтому решила довериться в этом деле Виктории Олеговне и бабушке. Женщины вполне могли отличить злой умысел в мыслях дарившего и рассортировать подарки по принципу полезный-сувенирный.

Один за другим звучали тосты и по мере продолжения праздника уходило напряжение последний дней. Оглянувшись, я поняла, что ни у меня одной. Даже Смерть расслабилась и с удовольствием пила вино на пару с бабушкой и моей свекровью. За Лизой я попросила присмотреть Киру и сейчас они о чем-то увлеченно разговаривали и смеялись. Вдруг костлявая поперхнулась и начала резко синеть. На голых костях это смотрелось прикольно, но всем резко стало не до смеха. Быстрей всех оказавшийся рядом Дар обнял Смерть за плечи и поднес к ее губам кружку с водой. Сделав несколько глотков и отдышавшись, костлявая посмотрела на мужчину и рассмеялась:

– Надо же, сориентировался. Ну что же можно считать клятву выполненной.

Дальше праздник прошел без происшествий. В конце вечера в небе появились красочные иллюминации. Оглянувшись, я заметила улыбающегося Варгуна. Сверх существо смотрело прямо на нас, а в небе плясали и кувыркались призрачные фигуры, осыпав нас в конце своего представления кучей блесков.

Прошло два года, и я летела над столицей расправив крылья, а вслед за мной в город пробиралась зима. Снежный вихрь подкидывал вверх шапки и маленьких птичек, осыпал прохожих снегом и превращал площади в каток. Спустившись ниже я замерла, заглядывая в одно из окон, в стоявшем немного вдалеке от остальных, доме. Девочка лет 8 сидела ко мне спиной напротив высокой костлявой фигуры и играла в шахматы. Сделав следующий ход она подскочила и начала танцевать, кружась по комнате.

– Мат! Я выиграла! – закричала малышка, а Смерть сердито насупилась. Тут Лиза, а это была именно она, увидела в окне мою морду и распахнув его кинулась обниматься. Привлеченные шумом в комнату вошли Дар и Дым, увидев меня маг улыбнулся и сердце, как всегда, пропустило один удар. Медведь же забрал графиню и начал ей что-то выговаривать, однако всю строгость мужчины как рукой сняло, когда вслед за Лизой у меня на шее повис маленький медвежонок.

– Лес, погоди, я вам подарки привезла. – Немного отодвинула я малыша и потянулась за мешком, но туда уже сунула свой любопытный нос Лиза.

После свадьбы у меня с королем случилась серьезная беседа и после моего рассказа было решено провести полную проверку личного состава солдат. Многие не смогли ее пройти, ведь, как правило, чин мог получить только дворянский сын, а это совсем не гарантировало его порядочности. Сейчас во главе королевской стражи стоял Дар, за эти два года медведь показал себя, как верный и сообразительный командующий. С легкой руки королевы в столицу пришла мода на резные украшения домов и деревянные игрушки. Теперь Рубака мог быть уверен, что нужда не вернется в его дом, тем более что именно его Смерть посчитала достойным быть опекуном юной графини. Лиза очень сдружилась с пожилым мужчиной и просто обожала Леса. Медвежонок постоянно что-то исследовал, доводя старую няню графини до белого колена, но за ее руганью слышалась любовь к маленькому сорванцу.

Вил и Эля, благополучно родившая дочку, решили попутешествовать и Кира отправилась с ними. Не могущая сама зачать ребенка змея перенесла всю свою нежность и любовь на малышку, всячески опекая ее. А вот мы с Дымом так и не решились родить ребенка, но у нас ведь еще впереди вся жизнь, зато мама вновь удивила всех, подарив мне в прошлом году братика. От них то сейчас я и летела…

12.12.2016 Риддер. ВКО. Казахстан.

Content

Федорова Екатерина Владимировна Девушка ворона 2. Балансируя на грани

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32