Москаленко Юрий Николаевич

Мы в ответе за тех…

Часть первая

Путешествие.

Начало.

Покой нам только снится.

Глава 1

« СЕГОДНЯ Я УЕДУ». – раздалось отчётливо в голове. Ничего себе, сам с собой разговариваю.

Проснулся. Ещё темно, свет в спальню не проникает, полумрак, через провал входа видна серая пелена. Опять туман. Вставать неохота, но надо. Спал одетым, даже оружие не снимал, только вон кинжал рядом чёрненький отдыхает. Опять глаза монстрика взгляд от меня не отрывают. Потом с ним разберёмся. Вокруг тишина. Встал, потянулся, осторожно ступая, вышел на карниз.

– Хм-м! А шкатулочки-то на месте нет, неужели я столько проспал, что посланцы к герцогу покинули наши пенаты? Однако!! Нет, скорее всего, Хэрн приходил проверять, как я, и ларец увидел, и прихватил его на обратном пути. Логично!

На кухне тоже никого. Очаг потушен, вокруг бардак, брошенные вещи, амуниция, оружие валяется прямо на полу. Полная вакханалия!!! Что ж, идём к бобику!

В конюшне лошади только наши и один конь от гвардейцев. Теперь понятно, ребята решили с самого раннего утра покинуть нас. Что ж, правильно решили, дорога дальняя, а их теперь вдвое меньше, а задача осталась та же.

Я вышел на простор. Поднялся на косогор, а потом на смотровую площадку. По дороге, в сторону водопада неторопливо движется пара всадников с одним заводным. Периодически они оглядываются и машут руками, стоящей на дороге, недалеко от тропинки, что ведёт к постаменту, колоритной парочке. Мелкому канну и огромному, в очертаниях серого тумана, братишке. Те стоят обнявшись или, скорее всего, просто поддерживают друг друга, явно накатили нехило. Машут руками и что-то пытаются кричать, стремясь перекричать доносящийся шум водопада. Идиллия, только марша "прощание Славянки" не хватает, а так бы законченная картина получилась. Вдруг рядом с ними появился серый комок. Ага, и бобик решил покинуть свой постамент и присоединился к провожающей группе собутыльников. А вот теперь точно идиллия и марша никакого не надо. Картина Репина, причём маслом.

Настроение взлетело ввысь, как же хорошо, что я теперь не один, у меня есть друзья, и, я бы даже сказал, что и семья тоже. Простоял до конца представления. Туман скрыл от нас путешественников, провожающие расходиться не спешили. Продолжал стоять на смотровой и я.

– Ну, и как тебе сцена прощания? – раздался в голове мысленный посыл бобика.

– Прекрасно! И давно ты меня вычислил? – весело ответил я.

– Сразу, как ты появился из пещеры, думал, что ко мне пойдёшь сразу, потому и задержался, тебя ждал. А ты на смотровую залез, подглядывать очень любишь, да?

– Почему сразу подглядывать? Проводить хотел, но не успел. А возвращать ребят – плохая примета. И так всё давно сказано и обговорено. Да и вы прекрасно справились с проводами. Как у них настрой был?

Бобик задумался.

– Наверное, неплохой, уж больно в тебя верят! Надеются, что твоё вмешательство повлияет на положительный результат. Верят, что герцог не сможет отказать в нашей с тобой просьбе. Будем надеяться, что так и будет. Спускайся, у нас поесть осталось. Ты вообще, как? Как прошло вживление?

– Сам не понял. Никакого дискомфорта. Достав Дакк такую радость испытал, словно дальнего родственника встретил, что давно не видел. Явно, родное существо нашёл. И хранителя шуганул. Представляешь, в Дакк охранник заложен. Своеобразная защита от дурака вставлена. Весьма интересная защита, я тебе скажу.

– Всё, спускайся к нам, я уже изнываю от нетерпения, так хочется узнать всё подробно! Быстрей!

Я скатился по косогору. По дороге бегом добрался к троице, двое из которой с удивлением и, самое интересное, со страхом, уставились на меня.

– Ага, вот вы где! Смер-р-ртные!! – Я крикнул страшным голосом, при этом, сделав зверское лицо. Пошутить я решил! – попались, голубчики!

От моего сольного выступления Хэрн упал на задницу, а вот братан, хоть и был в стельку пьян, моментально схватился за рукоять меча.

– Ха-ха-ха! Ха-ха-ха! Ха-ха-ха! – не мог удержаться на ногах бобик и катался от смеха туловищем по пыльной дороге. – Ой, не могу, ой уморил. Ну, артист. А если бы он тебя мечом приголубил? А – Хэрн?! Ха-ха-ха! Ха-ха-ха! Ха-ха-ха!

Мне тоже было смешно, и как я ни старался делать страшное лицо, но улыбка побеждала, растягивая уголки губ в стороны.

К общему веселью присоединился сперва Хэрн, а потом и Мартин. Отпустило беднягу.

– Малыш, ты так больше не пугай, а то Мартин станет заикой. – подначивал брата Хэрн.

– Ты за штанами следи, обгадился, небось, со страха – не остался в долгу Мартин.

Так, весело переругиваясь, добрались до алтаря.

Я боялся, что алтарь может меня отвергнуть, после вживления Дакка тёмных, но нет, он такой, же мягкий и ласковый для меня, тёплый и родной. Я улёгся на спину, положив голову на живот бобику. Ребята наводили порядок на алтаре и вокруг него, а мы с бобиком беседовали, наслаждаясь каждой минутой общения, понимая, что впереди у нас долгая разлука.

– Бобик, ты мне так и не сказал, что удалось впихнуть в меня из навыков и умений. – с нетерпением в голосе спросил я.

– Всё ждал, ну когда же ты вернешься к этому вопросу?!

– Сам видел, собой заняться времени не было, вечно что-то или кто-то мешал. А вот теперь пацаны заняты, мы остались одни. Они всё равно сейчас побегут вещи перебирать для четвёртой лошади, и мы сможем спокойно поговорить. Как я понял, ты перекрыл на сегодня периметр?

– Да. Это утро проведём спокойно. Вас провожу, а дальше всё пойдёт, как обычно. Итак, давай сначала напомним, что у тебя было после поглощения лейтенанта.

– Навык нападения – третий холл.

– Навык стрельбы из арбалета – третий холл.

– Навык волшебства – второй холл.

– Навык интеллекта – второй холл.

– Навык силы духа – второй холл.

– Навык Здоровья – второй холл.

– Навык порядка – первый холл.

– Навык сопротивления – первый холл.

– Навык стихии огня – первый холл.

– Навык Дола – первый холл.

– Навык Жизни – первый холл.

– Навык Ремесла – первый холл.

– Навык артефактостроения – первый холл.

– Навык быстрого изучения – первый холл.

– Навык разведки – первый холл.

– Навык лидерство – первый холл.

– Навык накопления – первый холл.

– Навык прилагаемой силы – первый холл.

– Навык чёрной розы – первый холл.

Итак, девятнадцать навыков, очень неплохой результат. Я тебе об этом уже говорил. Для начала, просто великолепно. На момент поглощения эльфа ты кое-что умудрился прокачать самостоятельно. Невероятно, но факт. Но ты смог своими постоянными тренировками двенадцать навыков повысить на один холл. Ничего неординарного не случилось, на первых холлах результат конечно необычный, но не невозможный. Что ты и смог своим упорством и потом доказать. А именно теперь у тебя:

– Навык нападения – четвертый холл.

– Навык стрельбы из арбалета – четвертый холл.

– Навык волшебства – третий холл.

– Навык интеллекта – третий холл.

– Навык силы духа – третий холл.

– Навык сопротивления – второй холл.

– Навык стихии огня – второй холл.

– Навык Ремесла – второй холл.

– Навык быстрого изучения – второй холл.

– Навык лидерство – второй холл.

– Навык накопления – второй холл.

– Навык прилагаемой силы – второй холл.

Теперь понятно, откуда в тебе такие хорошие результаты в освоении магии, увеличении колодца и прилагаемой силы. Я даже не касаюсь твоих успехов в освоении холодного оружия. Но ты сам видел гвардейцев, на что они способны и поверь, что есть воины превосходящие их. Теперь, что касается эльфа и наёмника, от них тебе достались. От эльфа:

– Навык нападения

– Навык стрельбы из лука

– Навык менестреля

– Навык Ремесла

– Навык разведки

– Навык волшебства

– Навык интеллекта

– Навык силы духа

– Навык Здоровья

– Навык сопротивления

– Навык Жизни

– Навык лидерство

– Навык прилагаемой силы

– Навык Воздуха

– Навык лицедейства

– Навык тайны леса

от наёмника:

– Навык нападения

– Навык Ремесла

– Навык разведки

– Навык стрельбы из арбалета

– Навык сопротивления

– Навык лицедейства

на момент встречи с гвардейцами у тебя было:

– Навык нападения – пятый холл.

– Навык стрельбы из арбалета – пятый холл.

– Навык волшебства – четвёртый холл.

– Навык интеллекта – четвёртый холл.

– Навык силы духа – четвёртый холл.

– Навык сопротивления – четвёртый холл.

– Навык Ремесла – четвёртый холл.

– Навык Здоровья – третий холл.

– Навык разведки – третий холл.

– Навык лидерство – третий холл.

– Навык прилагаемой силы – третий холл.

– Навык стихии огня – второй холл.

– Навык Жизни – второй холл.

– Навык лицедейства – второй холл

– Навык накопления – второй холл.

– Навык быстрого изучения – второй холл.

– Навык артефактостроения – первый холл.

– Навык чёрной розы– первый холл.

– Навык стрельбы из лука – первый холл.

– Навык стихии Воздуха – первый холл.

– Навык менестреля – первый холл.

– Навык тайны леса– первый холл.

– Навык порядка – первый холл.

– Навык Дола – первый холл.

Как видишь, два навыка достигли максимального значения, на которые я мог тебе их поднять. Это хорошо. Но ещё лучше то, что ты сам, с помощью Хэрна, а теперь и Мартина самосовершенствуешься, не стоишь на месте. Ведь, как часто бывает, у разумного от рождения прекрасные задатки от родителей достались, а он, довольствуясь малым, так жизнь и прожил, не развиваясь, посчитав, что ему и так хорошо. С твоей настырностью твой внутренний потенциал имеет шанс воплощения в достоинства. Теперь, перейдём к ситуации последних дней. Молодой сын герцога был нашпигован навыками по максимуму, видно денег на его образование родители не жалели, и от него я тебе передал следующие навыки :

– Навык волшебства

– Навык интеллекта

– Навык силы духа

– Навык сопротивления

– Навык Ремесла

– Навык лидерство

– Навык прилагаемой силы

– Навык стихии огня

– Навык лицедейства

– Навык стихии Воздуха

– Навык менестреля

– Навык Дола

– Навык мечника

– Навык дипломатии

Как ты наверное заметил, все основные навыки у него тоже были, а вот специфические, какие нам попались, ты погляди, просто прелесть! Я, после того как подведём итог, по каждому новому навыку тебе всё расскажу, что знаю. И заметь, ты, в очередной раз, столкнулся с приспешником Хаоса. И им оказался сын герцога, отец которого вхож в покои Императора. Понимаешь, к чему я клоню? Вот-вот!

Пока мы беседовали, сладкая парочка, состоящая из Хэрна и Мартина, убыла домой собирать вещи. Солнце поднялось над горизонтом, туман развеялся, намечался изумительный, тёплый, осенний день. Я лежал на тёплом алтаре, поглощал струящуюся манну и внимательно слушал бобика.

– Теперь, что касается второго гвардейца.– продолжил бобик – Тут дело обстоит несколько иначе. Если граф своим способностям обязан папиному толстому кошельку, то, как ты его назвал "сержант", был чистый практик, и его навыки добыты потом и кровью, удачей и прямым грабежом. Сержант был довольно мерзкий человек, он не гнушался ни чем. Он мне чем-то напомнил эльфа Эриэла, гнусный тип, но и у него набор навыков весьма внушительный, причем специфических навыков у него больше чем у графа. Итак:

– Навык Прилагаемой Силы

– Навык Стихии Земли

– Навык Стихии Воды

– Навык Мечника

– Навык Здоровья

– Навык Разведки

– Навык Стихии Огня

– Навык Стрельбы из Лука

– Навык Стихии Воздуха

– Навык Тени

Гвардеец был полным стихийным магом, причём, очень хорошим. Да и сам понимаешь, в гвардию, тем более в первую сотню, плохих не отбирают. Туда даже за деньги попасть невозможно. Но самое интересное, где он умудрился навык здоровья отхватить, вопрос! Из всей четвёрки такой навык только у него. И ещё один навык крайне редкий. Сравним, разве что с навыком артефактостроения, это навык клана наёмных убийц – навык Тени. Где ты сможешь найти наставника по этому навыку, ума не приложу. Члены клана выходят из клана только мёртвыми. А вступать тебе самому в клан, явно не резон. Плюс наличия у тебя этого навыка в том, что ты сможешь видеть движения убийц. Обычно жертвы даже не понимают, что они уже мертвы, так всё быстро происходит. А у тебя появится шанс отбить атаку убийцы или её предотвратить. Если появится в этом необходимость.

Бобик помолчал немного, потом продолжил:

– Теперь о том, что тебе случайно перепало от меня. – он вздохнул – не хотел я тебя таким "награждать". Ты уж прости меня, не хотел так тебя подставлять.

– Но, ты же говорил, что не можешь держать в себе выжимки из жертв. И передавать навыки можешь только в течение трёх дней. – не понял я.

– А кто говорит, что я тебе передавал чьи-то навыки? Увы, но передал тебе уже свои навыки, которые я усваивал для собственного применения. – он снова замолчал. Повздыхал, вид у него виноватый-виноватый.– Я нечаянно тебе эту гадость подсунул. Навык школы плазмы – прерогативу семьи императора Дранх. Тебе и так несладко. И от эльфов можно огрести, и герцог не в восторге будет, когда узнает о навыке Чёрной розы, Император за навык мечника придушит собственноручно, и последователи Хаоса возненавидят тебя, если узнают о школе Порядка, ещё и наёмные убийцы подтянуться могут. Весёленькая жизнь тебя ожидает. Ничего не скажешь. Вот, для полного счастья, я тебе решил добавить навык школы воздушного элементаля. Тайную разработку магов Султаната Омалэ. Да-да, тайна воздушных кораблей. Попадался как-то мне на зуб, в прямом смысле этого слова, один их магистр, еле с ним справился. Весьма, кстати, невежливый человек попался. Вот у него и позаимствовал. Вместе с плетением призыва элементаля "звезда Омалэ". Зачем? Я подумал, если тебе придётся срочно тикать, а под рукой будет свободный воздушный корабль, то ты сможешь попытаться разобраться с ним, у тебя на это будет шанс. Наша жизнь – это постоянный шанс. Смог – воспользовался, нет – профукал. Теперь же, подведём итог. Итак, на данный момент у тебя в наличии :

– Навык Нападения – пятый холл.

– Навык Стрельбы из арбалета – пятый холл.

– Навык Волшебства – пятый холл.

– Навык Интеллекта – пятый холл.

– Навык Силы Духа – пятый холл.

– Навык Сопротивления – пятый холл.

– Навык Ремесла – пятый холл.

– Навык Прилагаемой Силы – пятый холл.

– Навык Здоровья. – четвёртый холл.

– Навык Разведки – четвёртый холл.

– Навык Лидерства – четвёртый холл.

– Навык Стихии Огня – четвёртый холл.

– Навык Лицедейства – третий холл

– Навык Стихии Воздуха – третий холл

– Навык Жизни – второй холл.

– Навык Накопления – второй холл.

– Навык Быстрого Изучения – второй холл.

– Навык Дола – второй холл.

– Навык Менестреля – второй холл.

– Навык Стрельбы из Лука – второй холл.

– Навык Мечника – второй холл.

– навык Артефактостроения – первый холл.

– Навык Чёрной Розы – первый холл.

– Навык Тайны Леса – первый холл.

– Навык Порядка – первый холл.

– Навык Стихии Земли – первый холл.

– Навык Стихии Воды – первый холл.

– Навык Тени – первый холл.

– Навык Дипломатии – первый холл.

– Навык Школы Плазмы – первый холл.

– Навык Школы Воздушного Элементаля – первый холл.

– Для ребёнка, прекрасный результат. Во времена древних на тебя объявили бы охоту, с целью объявить своим имуществом, привязать к клану, семье, роду. Не думаю, что что-то изменилось в лучшую сторону c того времени в мире, поэтому свои умения и вообще то, что ты маг, держи по-возможности, в секрете. А если не получится, прикройся Хэрном, выдавай свои способности за его, и ему хорошо, каннов и так боятся, а так, с твоей помощью, ещё больше бояться будут. Твои высокие показатели холлов и большое количество навыков – это аванс, путь твоего возможного развития. А с помощью твоего проклятого кинжала и навыков тёмной магии с этим ужасным плетением похищения умений, у тебя есть шанс в тендеме с плетением контроля порядка подбирать себе навыки от жертв или убитых тобой по собственному разумению. Ведь задумайся, школу Гресс знают многие тёмные маги Ергонии, но они так и не смогли захватить мир, а знаешь почему? Они присваивают навыки наобум, они не видят у противника его навыки, и хватают то, что под руку попадёт, первое попавшееся. Представляешь, что получается, с такой особенностью плетения? Вряд ли, что-то путное! Ничего нормального у них не может получиться! Нет порядка в их действиях, потому что они не ведают и не знают школы Порядка. Ты ещё очень слаб. Не обольщайся, что по силе превзошёл Хэрна, он оперирует плетениями, в основном, первого уровня, а тебе уже сейчас, чтобы выжить приходится применять минимум второго – третьего. Совершенствуйся, помни тот секрет, что я тебе поведал. Иди, собирайся, вам надо сегодня уходить. И помни, здесь тебе будут рады всегда. Возвращайся по возможности, и береги себя. Беги, я попозже подойду.

Я поднялся на ноги, погладил бобика по голове, а потом, расплакавшись, обнял его, прижавшись к нему всем телом.

– Ну, малыш, успокойся! Что такое год-два, мелочь. Ты, главное, не забывай меня и в магии порядка совершенствуйся. В других навыках ты смог продвинуться самостоятельно, а школу порядка подзабросил. Дойдёшь до девятого уровня, там есть интересное плетение, оно сейчас тебе даже для ознакомления недоступно, так вот сможешь его держать, сможем с тобой общаться, где бы ты не был. Даже среди древних редко кто мог им пользоваться. Тренируйся, я тебе указал цель, к чему стремиться. И в этой дисциплине твой кинжал тебе не помощник. Не у кого изымать такой навык, пока что он только у тебя, а научить или передать его кому-нибудь другому ты пока не в состоянии. Не раскисай. Беги, тебя там друзья ждут, не дождутся. Наверняка, хапуги, не могут между собой решить какие шмотки брать! Ступай, с отъездом не затягивайте…

Как и предсказывал бобик, не успел я переступить порог кухни, как оказался втянут в спор, что необходимо взять с собой. Мартин, как всегда, настаивал на оружии, а Хэрн собирался захватить тюки с одеждой, и самим одеться и при необходимости продать можно. Устав слушать непрекращающийся ор, я приказал распределить те вещи, что мы уже захватили с собой между поклажами лошадей, и добавить к этому только палатку гвардейцев, и запасные шесты, что приволок из леса запасливый Хэрн, сказав, что это подарок от его божества. Сами понимаете, бросать подарок высших сущностей весьма чревато, не забрать подарок мы просто не могли, к тому же, весили шесты очень мало.

Часа через два сборов, споров и крика мы выводили лошадей на дорогу. Ярко светило солнце. Лошади фыркали и нервно дрожали при виде бобика, один катар оставался по-царски спокойным, и, видно именно его присутствие удерживало остальных скакунов в повиновении. Как ни странно, но мои попутчики выделили именно мне катара в качестве средства передвижения.

Я недавно пересматривал книгу магии эльфа, в надежде найти плетения по управлению животными, я на них, вроде натыкался, когда первый раз листал книгу. Нашёл. Но вот воспользоваться ими не судьба, шестой уровень для меня недосягаем. Пока недосягаем.

Прощание с бобиком затянулось. Я весь в соплях и в слезах. Собутыльники тоже выглядели расстроенными, но бобик твёрдым голосом напомнил нам об осмотрительности в дороге, долго инструктировал Мартина о соблюдении мер безопасности в общении с благородными, а с Хэрном и вовсе беседовал отдельно, мы с Мартином из их беседы не услышали, ни слова.

Потом я долго висел на шее у бобика, я уже не хотел уезжать, мне так хотелось остаться, я так желал снова оказаться у себя в лагуне, мне так там хорошо было! И тут я понял, что это во мне плачет малой, по спокойной жизни, по месту, где он был по-настоящему счастлив. И я сам себя начал успокаивать, что мы сюда обязательно вернёмся, что нам надо просто подрасти и пережить зиму, что надо стать частью местного общества, и главное, при этом остаться свободными, для этого мы должны собраться и, как и раньше, интенсивно заниматься, чтобы стать сильными и никого не бояться. Помогло, я снова спокойно мог рассуждать, как взрослый человек, а не маленький забитый малыш.

Наша кавалькада тронулась в путь, бобик категорически отказался нас провожать до брода, сказав, что долгое прощание – лишние слёзы, просто пожелал удачи и скрылся на тропинке к постаменту. Мартин ехал впереди, за ним плёлся на своём дорогом скакуне я, еле удерживаясь в седле, позади меня, держа заводную лошадь за повод, ехал, улыбаясь, Хэрн.

Брод прошли спокойно, и, не задерживаясь на поляне, свернули к лесу, постепенно прибавляя ход. Мартин сказал, что нам надо бы поторопиться, при этом красноречиво посмотрев в мою сторону. Потом добавил "если что, кричи" и перевёл своего коня на рысь.

Это – пытка! Я отбил себе всю задницу! В первый час езды, я ни на что не обращал внимания, вцепившись железной хваткой в гриву иноходца, и всеми силами стараясь не упасть и удержать равновесие. Боги, и как они ездят на этих монстрах? Постепенно приноравливаясь к движениям коняги, я всё увереннее чувствовал себя на этой горе мышц. Начал посматривать по сторонам. Руками спокойно держался за поводья, спина прямая, скопированная у Мартина, привстаю при движении, как Хэрн. Эх, хорошо, когда у тебя навык обучения второго уровня! Но всё равно тяжело. Мартин постоянно оглядывается, следит за мной и, видя, что я уже почти освоился, снова прибавляет ход. И куда так спешит? И ведь не спросишь.

– Хэрн – мысленно позвал я – куда так торопимся?

– Понятия не имею, я эти места не знаю. Думаю, Мартин хочет догнать караван затемно, или ещё что. Ты арбалет держи при себе, за спину не закидывай, и охранку включи. Вокруг лес, мало ли что.

Я, чертыхнувшись, перекинул из-за спины арбалет, подсумки тоже подвинул поближе. Как можно стрелять на ходу не представляю, а Мартин рассказывал, про этих кочевников, которые Ганзы, у них основа войска – конные лучники. И если учесть, что находясь между двумя империями, они остались практически свободными, то… сами понимаете какую силу надо иметь для этого. Ещё и нападают на сильных соседей, не опасаясь возмездия. Что-то тут не так, не срастается. Это сейчас они, похоже, напали по указке, а Мартин рассказывал, что и Империи Ванн, к которой они формально относятся, в прошлом от них изрядно доставалось.

Скачка кончилась также внезапно, как и началась. Мартин вдруг резко сбавил ход и через некоторое время и вовсе остановился. Я тоже попытался также грациозно остановить своего скакуна, в результате чуть не перелетел коню через голову. Проклятье, велосипедом и то легче управлять. Хэрн, глядя на мои потуги, ухмыляется, мысленно давая мне советы, как правильно падать коню под ноги! Издевается, гадёныш.

– И, чего встали? – громко спросил я Мартина.

– Тише говори, малыш. – спокойно ответил Мартин. – лес шума не любит. Сделаем привал. Караван прошёл здесь, вон видишь полянку, на ней он останавливался на ночёвку. Ушли сравнительно недавно. Отдохнём часок и к вечеру их нагоним. А теперь, Хэрн, займись костром, малыш, собери хворост, а я поклажу с лошадей сниму, пусть отдохнут. Я понимаю, что они застоялись, но и перенапрягать их опасно, могут пасть. Всё, разбежались, и повнимательнее не на пикнике. Оружие держать рядом. Здесь вам не лагуна, тут и хищники могут быть, так что в лес старайся не заходить, малыш, пройдись по поляне, веток найдёшь, я думаю.

Я еле сполз с Катара, который довольно презрительным взглядом проводил меня, шатающегося, идущего на не гнувшихся ногах, как на ходулях. Пока я бродил по опушке леса, Хэрн развёл костёр и что-то кашеварил в котелке. День зашёл за свою вторую половину. Душно и не по-осеннему жарко. Хочется скинуть с себя куртку, но Мартин запретил. Сказал, что без защиты в дороге оставаться ни на мгновение нельзя. Расслабимся только в населённом пункте, городе или селе. В лесу надо ухо держать востро. В любой момент нападения ждать надо. Устал за эти часы сильно, очень хочется спать, а как подумаю, что опять придётся лезть на это животное, то страшно становится. И мысль о лагуне всё чаще посещает меня. Какая она у меня прекрасная, надёжная, спокойная…

Так, похоже, я замечтался, и за что-то зацепившись ногой, чуть не упал. Так, что это мне под ноги попало? Я стоял столбом. Кости, и похоже, человеческие! Сонливое состояние сняло махом, вот тебе и доказательство, что не на увеселительной прогулке нахожусь.

– Хэрн, беги сюда, я кое что нашёл! – испугано мысленно прокричал я канну.

На мой тихий крик, Хэрн приволок с собой и Мартина, оба, с обнажённым оружием.

– Что тут у тебя? – обеспокоенно спросил наёмник.

Я, молча, показал рукой себе под ноги.

– Да, подарочек!! – после длительного осмотра останков сказал наш следопыт. – волки. Не один, а работали, наверняка, стаей. И если караван для них мишень большая, то мы – в самый раз. На ночь останавливаться не будем, да и отдых сократим. Состояние лошадей хорошее, по большому, они только разогрелись. Так что кушаем и тикаем отсюда.

– Кто был бы против?! – поддержал его Хэрн. И уже мне – Где собранный хворост, малыш? Ты так долго гулял, а собрал две палки? Так не пойдёт. В походе каждый должен относиться к своим обязанностям добросовестно, иначе будет плохо всем. Понятно?

Я молча кивнул. Задумался, с кем не бывает и похоже моё воспитание и обучение перешло на новый уровень. Чувствую, они мне ещё крови попьют, причём оба. Вон, как Мартин плотоядно улыбается, глядя на меня. Да-а, не повезло!

На обед Хэрн расстарался и, несмотря на практически полное отсутствие хвороста, умудрился на углях приготовить неплохую кашу с вяленным мясом. На импровизированном совещании решили запасы экономить, пока не доберёмся до села. Мало ли, что может в дороге случиться?! Недолгие сборы и снова, привет, моя бедная задница!

Пока готовился обед, я занимался приведением в жизнь посетившей меня мысли, насчёт катара. Если говорят, что они полуразумны, то кто может мне с уверенностью сказать, что они не полумаги? А что, многие животные могут обладать врожденной способностью к магии и наверняка кто-то за время эволюции смог научиться каким-нибудь трюкам. И что мне мешает сделать своего коня полумагом, или, на крайний случай, ходячим или бегающим артефактом. Прилепить ему какую-нибудь руну…

А какую? Хм-м? О! Что там, у эльфа в книжке было про зов вожака? А что, чем мой скакун не вожак! Решено. И всё остальное время мучился, составляя руну для эльфийского заклинания. Получилось на удивление быстро, и сил при установке много не затратил, вот что значит пятый холл волшебства и интеллекта. Мне бы ещё как-то артефактостроение прокачать, совсем хорошо будет. Плетение работает, как выключатель. Надо запустить плетение, посылаем импульс, оно активируется, надо выключить, опять тот же импульс силы и плетение отключено. Во время моих мучений поразил меня Катар, спокойный такой стоял, как удав, даже не дёрнулся, когда я руну вживлял. Вот это выдержка! Только, постоянно направленный мне в лицо взгляд его карих глаз изрядно действовал на нервы.

За время привала лошади разбрелись кто куда, а скакуна гвардейцев пришлось и вовсе стреножить – довольно капризное и непослушное животное попалось.

Опробовать свою задумку до еды не успел. Хэрн пригласил на обед. Каша пошла на ура. Конечно, после такой трясучки и мамонта бы съел, особенно с моим-то аппетитом. После каши захотелось спать, но Мартин укладываться спать не разрешил, поднял строгим голосом, и отправил всех заниматься сворачиванием лагеря. Меня, как самого молодого заставили ловить лошадей. Поиздеваться решили, вон какие рожи довольные и загадочные-загадочные. Ну, ладно!

Отошёл на пару шагов от костра, достал из кармана яблочко и мысленно позвал Катара. Вот блин, у Мартина так и не узнал, как зовут моего четвероного друга. Самому ему, что ли кличку придумать? А какую? Спокойный он какой-то, ничем его не проймёшь. Вот и сейчас стоило позвать, тут как тут, стоит, яблоко жуёт. И опять, прям в глаза смотрит не отрываясь, аж не по себе становится. Словно гипнотизирует. Как удав. Ага, а я для него, что, бандерлог? Точно, пусть будет Удавом.

– Ну, что, Удав, повеселимся? Смотри, как на нас заинтересованно смотрят взрослые дяди. Давай им покажем, кто в доме хозяин?! – я рывком перешёл на магическое зрение и подал импульс силы для активации плетения делающего Удава вожаком.

Результат превзошёл все ожидания. Троица пасущихся коников резко бросив свои дела галопом кинулась в нашу с Удавом сторону, при этом, стреноженный жеребец в скорости не уступал остальным. Пару мгновений и все трое шеями нежно трутся о круп моей коняшки. Я сам еле успел вскочить в седло, а то бы точно затоптали. Я перевёл взгляд на брата с Хэрном.

Ага, получили!!!

Две статуи, с раскрытыми ртами, и чего они так таращатся? Оп-па, не понял, а ты ещё кто такой? К нашему квартету присоединился, непонятно откуда взявшийся, красивый крупный жеребец, осёдланный, с мешком, привязанным сзади к седлу. Вот так поэкспериментировал!!

Первым отреагировал Мартин. Он сказал всего одно слово, но какое!

– К бою! – резко, словно выстрел ружья, прозвучала команда нашего предводителя.

Ничего не понимая, я активировал щит огня. Причём, умудрился растянуть его на всех троих, чего раньше на тренировках не получалось никогда. И мысленной командой взвёл арбалет, и от страха влив манну и большое количество силы в болт. А противника ведь нет, что делать и как быть теперь с болтом?

Мартин стоял, слегка пригнувшись, держа в предупреждающем знаке поднятую правую руку. Я нервно осмотрелся по сторонам. Никого. Да, но откуда эта лошадь? И чего так испугался Мартин, да и Хэрн напряжён до предела?

– Хэрн, что случилось? – мысленно спросил я друга.

– Ганзы!! Это конь кочевников. И, похоже, что кого-то из разведчиков. Или, того хуже, из поисковой сотни. И если они добрались уже и сюда, то это говорит о том, что дела у Империи, мягко говоря, не очень. – так же мысленно ответил мне Хэрн.

Мартин, снова не отличаясь особой болтливостью, резко бросил:

– Быстро собирайтесь. Я сейчас!! – и быстрым шагом направился в лес, в том направлении, откуда появилась незнакомая лошадь.

А ничего так, лошади у кочевников. Они толк в них точно знают. Чем-то земную породу арабских скакунов напоминает. Может, немного покрупнее. Но такой же грациозный, осанка гордая. Красавец, одним словом. Чёрный, как ворон, ни пятнышка нет, уголек на ножках, да и только. Хэрн с трудом закидывал на спины животных, снятые Мартином мешки, привязывал их к сёдлам. Я, по мере сил пытался помогать ему, но получалось плохо, как в той поговорке " твоя основная помощь – не мешать".

Когда мы с трудом закончили упаковываться, с другой стороны поляны появился озабоченный Мартин.

– Видно был разведчик, но ни следов человека, ни тела не нашёл. Эти лошади раненых не бросают, да и мёртвых тоже. Видно, волки отогнали от тела или другие хищники. А ему страшно. И пришёл он не со стороны дороги, наверное, по лесу двигался. Или ещё хуже, его гнали. Поэтому… – с этими словами Мартин полез в свой чехол, вытащил из него своего лорда, черный большой лук и два колчана, набитые стрелами – Хэрн – впереди, за ним малыш! Я замыкающий. Арбалеты в готовности. Хэрн, привяжи заводных к своей лошади. Быстрее, обсуждать ситуацию, времени нет.

Я испугался. Никогда не видел Мартина таким испугано-озабоченным. Наша кавалькада, увеличившись на одну транспортную единицу, двинулась рысью по дороге, прочь от не слишком приятного места. Я отключил плетение с Удава, и мы, постепенно наращивая скорость, двигались дальше по дороге, в конце концов, переведя лошадей в галоп. Мелькал зелёной стеной лес. Час скачки полностью вымотал меня, я ничего не понимал, держа в голове одну мысль: "только бы не упасть!"

Дорога постепенно расширялась и мы на всей скорости неожиданно вылетели на большую поляну, на которой я с удивлением увидел большие повозки и дерущихся вокруг них людей. Наше появление для всех тоже оказалось неожиданностью.

Хэрн резко сбавил скорость и попытался завернуть нашу кавалькаду вправо на холм. Мы почти добрались до верхушки холма и остановились, когда сильный удар, буквально выбил меня из седла, как кеглю, и я, громко крича, благо, скорость была уже небольшая, мягко приземлился в кусты. Как я не выпустил арбалет, ума не приложу. Попытался встать, да не тут-то было, резкая боль в груди, и дышать трудно. Холодок на груди и кольцо на правой руке заработало, из опыта знаю, сейчас легче станет.

Поднял голову, осмотрелся. Вот же нас угораздило так вляпаться! Караван мы, похоже, догнали, но, к сожалению, не в лучший для него момент.

Несколько десятков всадников кружили между повозок и почём зря лупили мечами или саблями, не разобрал, мечущихся охранников и караванщиков, пытаясь полностью подавить и без того слабое сопротивление защитников. Лишь одна группа, человек десять, собрались вокруг небольшой кареты, запряжённой двумя лошадьми, что сейчас валялись на земле, истыканные стрелами, и оказывала достойное сопротивление. Вон, около них уже десятка два нападавших корчатся на земле. Обстрел стрелами пока видимого урона оборонявшимся не наносил. Или маг внутри охранного круга хороший, либо сильный артефакт с защитным плетением. А по мне, видать, стрелой попали и видно не простой. Простая до меня бы не долетела, щиты бы задержали.

– Хозяин, ты жив?– орал, благим матом, в эфир Хэрн.

– Жив, на удивление – мысленно простонал я. – Это то, что я думаю?

– Не знаю, что ты думаешь, тут стрелять по всадникам надо и болтов не жалеть, они уже к нам рванули. Это кочевники и лучше к ним в плен не попадать, они намного, намного хуже нас и галлов. Поверь.

Вот попали. Рядом часто бьёт из лука Мартин. Руки буквально мелькают. Вокруг меня серебристая дымка охранного комплекса Рала, то-то по мне больше не стреляют. А вот Хэрн, похоже, уже вступил врукопашную. Пора и мне присоединяться к общему веселью.

Стрелы Мартина наводят ужас среди нападавших. Видно, на защитные артефакты деньги есть не у многих, большинство из кочевников обходятся без них, из доспехов – кольчуги, а сверху куртки из плотной кожи с железными пластинами на груди. Вот единственная парочка всадников, одетых, в отличии от остальных, в полный доспех, до которых стрелы Мартина не долетают, а отворачивая метрах в двух резко втыкаются в землю. А вот и их ответ. Стрела, выпущенная одним из всадников, прошла через наш щит, и если бы Мартин не успел подставить рыцарский щит, что болтался у него на левой руке, то боюсь, я бы остался сиротой.

Резко вскочив на ноги, я следующим движением, навскидку, практически не целясь, влепил заряженный болт точно меткому стрелку в лоб. Болт по самое не балуйся напичканный манной и силой, легко преодолел магический щит и разорвался внутри головы стрелка, разворотив её, как гнилую тыкву. Кровь, мозги, кости от черепа, украсили ярко синий плащ его товарища. Тот, с дикими от страха глазами, пытался что-то плести руками.

– Маг, чёрт побери, только этого не хватало!

И я резко распаковал свой пакет рун :

"Трясину" – влепил бугаю, что сильно теснил Хэрна, который умудрился собрать вокруг себя человек шесть и багером отбивал атаки злых кочевников,  сам яростно контратакуя. Около него уже валялись двое, один потерял где-то руку, а у второго отсутствовала голова. Бугай, головы на четыре выше Хэрна, резко замедлился и канн не оплошал, вогнав ему один из своих привязанных к багеру мечей точно под рёбра.

Я, следом "Проклятьем" долбанул по оставшейся группе противников Хэрна, накрыл сразу всех. Посмотрим, что получится.

Плетением "Контроля" школы порядка проверил предводителя кочевников, крупного мужика в синем плаще. Ого-го наборчик! Жаль его поглотить всего не судьба, но выбрать из навыков есть что. Если повезёт взять его живым, шанс поднять свои навыки постараюсь не упустить.

В "Удар паладина" вложил максимальное количество манны и силы, что оставались у меня после зарядки болта и поддержании его в течении часа. Было искушение растянуть его на группу всадников, что находились возле вожака, но, подумав, направил его действие на мага. Результат меня просто ошеломил. Мага разорвало. Заряд попал ему в район живота, спокойно пройдя порванный до этого болтом щит. Вот что значит, заряд величиной в снаряд от "Шилки", куда там моей прежней мелкашке.

Кулон настоятеля щедро делился со мной манной алтаря, а силы приходится брать за свой собственный счёт, запас от барашка в нём уже закончился.

Последняя из моих заготовок накрыла нас саваном "Щита равных". Теперь можно и повоевать.

Хэрн в течении минут трёх, легко дорезал оставшихся кочевников и с усмешкой поджидал спешащих на помощь к павшим очередную группу потенциальных покойников. Мартин встретил их стрелами ещё в шагах в пятидесяти. Я присоединился к расстрелу живых мишеней чуть позже. А Хэрн просто удобнее перехватил своё орудие убийства.

На поле боя произошли и другие разительные перемены. Защитники каравана, получившие от нас неожиданную помощь и передышку, смогли собрать вокруг себя еще человек двадцать оставшихся в живых караванщиков, способных держать оружие. Командовал этим отрядом воин в полном доспехе. И командовал, надо сказать, смело и талантливо. Он заставил поднять с земли валяющиеся копья и щиты, выстроив бойцов в шеренгу, и с тыла наступал своим отрядом одним плотным строем на оставшихся кочевников.

Самое непонятное, как вели себя сами кочевники. И так стало понятно, что победить у них не получится. Уж очень многих расстрелял Мартин, да и я добивал уже последний магазин из подсумка, а это, между прочим, в сумме, двадцать выстрелов. И похвастаюсь – я не промазал ни разу. Все болты нашли цель, пусть их попадания в большинстве своём не были смертельными для нападавших, но и раненый противник, причем, тяжело раненый, уже не боец. Но они не пытались скрыться бегством. Хотя, какое бегство, их и сейчас человек на десять больше, но было-то их в разы больше!

У Мартина запас стрел иссяк, выпустив последнюю в приближающегося противника, он выхватил из-за спины мечи и пустил своего коня с холма в галоп, навстречу мчавшимся всадникам.

Всё это происходило очень быстро, и моё применение рун, что заняло буквально пару мгновений, и последующая стрельба с взведением арбалета с помощью магии. Единственно, на что тратил немного времени, так это на замену очередного магазина, заряженного болтами.

Так, проблема: зарядить магазины болтами я не успею, сил у меня на плетения просто нет, манны море ещё и на поясе два камня Хаоса лежат, полностью наполненные манной алтаря Порядка. А вот силы нет абсолютно!

Тут мой взгляд напоролся на шевелящееся тело гиганта, с которым бился Хэрн и, похоже, тот был ещё живой. Потратив последние капли силы на плетения контроля порядка, благо оно требовало их совсем мало, проверил им воина на наличие навыков. Вот так удача! Набор навыков впечатляет.

Я, выпустив последний болт в кочевника, что пытался сзади подобраться к Мартину и, выхватив из-за спины кинжал, со всех ног бросился на помощь Хэрну. Сперва, правда, сделав долгую остановку около поверженного, но ещё живого бугая. Пристрелить издалека противника и прирезать его собственными руками – не одно и то же, но трястись и душевно мучиться не время, и я со всей силы всадил кинжал прямо в грудь могучему воину.

-Ах!! – напор дикой силы чуть не перемолол меня изнутри. Мой колодец едва не разорвало. Как я только успел перенаправить поток в кулон настоятеля, не представляю. Всё, энергетическая река прервалась, так и не успев превратиться в ручеёк. Иссякла сразу и резко, как и появилась с самого начала. Я посмотрел на кулон магическим зрением. Отлично, десятая часть от номинала. Мне месяца на два хватило бы, если по-тихому, а в таком бою и не знаю даже.

– Теперь плетение "Клон", и рванём-ка мы у него навык Удачи, ему-то он теперь совсем без надобности. Жаль, ему не повезло на нас нарваться. И не прокаченный он у него какой-то. Первый уровень, разве это дело? Но остальные из набора воинов впечатляют, некоторые навыки доходили до пятнадцатого холла! А вот я выбрал этот, уж больно само название мне понравилось. А удача в жизни воина много чего значит!

– Отлично!! Вот теперь мы посмотрим, кто кого!! – я резко встал на ноги и бегом бросился на помощь Хэрну.

На этот раз ему было по-настоящему нелегко. До него смогли добраться только трое. Но эти трое все были в синих накидках, наверное какой-то отличительный знак, что-то типа гвардии. И бой ведут с Хэрном, словно на работу пришли. Спокойно, без суеты. Настоящие профессионалы войны. Но Хэрна я вам не отдам.

Особо не экономя манну и силы, практически разом ударил по нападавшим фаерболами. Интервал между плетениями был не больше трёх секунд. Ой, не зря я себя в своё время истязал, вот вам и результат. Ага, не нравится!

Двое задергались, пытаясь разорвать боевой контакт с Хэрном, одной рукой разрывая за ворот себе рубаху на теле, стараясь скинуть защитные амулеты, которые защитили от плетения, но сами перегорели, расплавились, и стекали по телу жидким горящим металлом. Опытный Хэрн такой подарок судьбы не упустил. Три движения, два удара и оба обезглавленных тела упали к ногам великого воина. Третий синий "гвардеец" на охранном амулете видно решил сэкономить, и теперь тихо догорал пропеченной головой, даже не упав с коня, он единственный из троицы был верхом и, как самый опасный, получил первый самый сильный заряд.

Меня трясло от выделяемого адреналина. Мартин, тем временем, добивал последнего своего противника, в котором я с ужасом узнал командира этих бандитов.

– Мартин, не убивай его! – что есть силы закричал я. Но, похоже, было уже поздно, резкий взмах и тело главного кочевника рухнуло под ноги коню брата.

А может, он ещё живой?! – и я бросился к Мартину. Лишь бы успеть, а на плетение у меня времени сейчас меньше уходит, да и не руну же мне делать. Должен я теперь удержать третий уровень, должен.

Я не смотрел, что делается на поле боя. Меня в беге достал только мысленный посыл Хэрна

– Осторожнее, оглашённый! Ты куда так метнулся?

– Вождя Мартин пристукнул. Очень вкусный у него набор навыков, грех такое оставлять без дела! Если повезёт, то и подзаряжусь!

– Я ведь видел, ты только что еле на ногах стоял, без сил, а потом вдруг возле меня очутился и спасибо за помощь. Уж больно сильные ребята попались. И это, коней собери, иначе потом не докажем, что они наша добыча.

Ну, это легко. Не оглядываясь, я метнул импульс силы в то место, где по моим расчётам должен был прятаться катар с нашими с Хэрном лошадьми.

Мартин, разобрался с группой всадников, что рвалась к нам, и теперь носился по поляне за недобитками.

И всё-таки я добежал, я успел! Вождь ещё дышал. Не давая ему ускользнуть от меня, я, уже отработанным движением, всадил кинжал ему в грудь, испытывав при этом такой же энергетический удар, что и первый раз, разве что поток был на порядок больше. Видно не зря, именно он командовал этим странным отрядом. Я пытался быстро построить плетение клонирования, одновременно выбирая наиболее понравившийся мне навык. Остановил свой выбор на навыке магии крови, хотя выбор у вождя впечатляющий. Ой, не простого рубаку мы здесь завалили. Ой, не простого! Как бы в будущем из-за него "люлей" не огрести. Но уже поздно, раньше думать надо было!

Если первый раз с бугаём у меня времени не было осмотреть дело рук своих, то с вождём меня в спину никто не подталкивал. И всё превращение тела человека в прах происходило на моих глазах. Жуть, меня от воспоминаний об увиденном, передёрнуло. Мгновенное превращения здорового, живого человеческого тела, сперва в высушенную мумию, потом в обтянутый кожей скелет, а затем кости с кожей просто развалились в пепел, как будто его сжигали в печи крематория. Картина не из приятных.

Я пошерудил вещи, что бесформенной грудой валялись у меня под ногами. Ага, что-то блеснуло. Хм-м перстенёк неплохой. В карман его. Что ещё интересного у вождя было? Посмотрим. Мародерка продолжалась недолго, отвлёк от такого интересного дела, непонятно откуда взявшийся детина, видно из караванщиков. Он смотрел на меня испуганными глазами и постоянно кланялся, как болванчик. И только тогда я обратил внимание, что у него на шее висит браслет. Раб, понятно.

– Чего хотел, болезный? – громко спросил я, в то же время, пряча за спину в ножны кинжал, и рассовывая по карманам неплохую добычу.

Он промычал непонятное в ответ, и только показывал на сзади стоящую телегу, причём именно под неё.

– Наверное, хочет чтобы я помог ему в чём-то – я, поднявшись, подошёл к верзиле, крепкому высокому парню, лет двадцати-двадцати пяти отроду, посмотрел ему в глаза. Пустота, сплошная пустота и одновременно наслаждение. Понятно, ошейник на нём настоящий, вот и дарит носителю наслаждение, забирая взамен разум. Знаю, проходили! Ну, что там у него? Наклоняюсь и заглядываю под телегу. Ну, груда мешков навалена, а это что, сапог? Уже интересно. Принялся откидывать в сторону мешки, откапывая из-под них человеческое тело, хрупкое, тонкое, изящное. И волосы у тела светлые, длинные, как у женщины. А может я прав, и это девушка? Всё может быть.

– Хэрн – позвал я мысленно канна – ты чем занимаешься?

– Отдыхаю, сил нет, да и поцарапали меня слегка. Шатает, вот и уселся на землю от слабости. А ты где? Как кинулся к Мартину, так я тебя и не видел. Ты поосторожней там, ещё разных недобитков куча, не дай боги нарвёшься. А я ведь жить хочу!

Я-то думал, он за меня волнуется, но видно он больше в моём лице о своей шкуре беспокоится. Ладно, запомним!

– Иди ко мне, нужна твоя помощь. Да и тебя подлатаю, при необходимости. Помнишь, куда меня понесло, там ещё телеги стоят, сейчас я заберусь на одну, и ты меня увидишь.

– Охраняй, – бросил я парню, кивнув на непонятное тело, а сам, взобравшись сверху на телегу, подняв руки вверх, махал ими плетущемуся в нашу сторону Хэрну. Но первым меня заметил и сразу же примчался на своём жеребце возбуждённый Мартин. Я услышал бег лошади и резко повернулся, еле удержав готовое сорваться атакующее плетение. Аккуратней надо, а то своих покалечим!

– Ты чего кричишь, малыш? – спросил Мартин, спрыгивая с лошади – сам как, не повредили тебя? – в его голосе звучало настоящее участие и забота.

– Нет, всё нормально, только тут парень звал на помощь, там под телегой человек лежит и, похоже, что раненный, только странный он какой-то и на девушку сзади сильно смахивает. Я его на спину не переворачивал, чтобы конкретно разобраться, а парень похоже, немой, ничего не говорит, а только мычит и ещё… – я немного помялся – он, похоже, раб.

– Раб, говоришь, и от человека не отходит. Это не человек, это рабовладелец. Ну, ничего, мы сейчас посмотрим, кого там судьба для нас приготовила.

К концу нашего разговора подошёл Хэрн. Какой он бледный и похоже кровь у него на шее. Понятно, голову не прикрыл капюшоном, он ему всегда не нравился, а теперь, похоже, он его полюбит навсегда.

– И как ты так умудрился позволить себя достать? – с издёвкой в голосе спросил Мартин.

– Так, прекратили. Ты, Хэрн, быстро ложись около телеги, чтобы никто не видел великого и могучего мага каннов в таком состоянии. Лечить тебя буду. А ты, Мартин, бери руководство этой толпой, что уже начинает разбредаться по стоянке, в свои руки. Задача: организовать помощь раненным. Поставьте нашу палатку и подносите туда раненых караванщиков и раненных пленных в первую очередь, всех, даже еле живых не добивать. Они все мне понадобятся. Нормальных, целых пленных, держите отдельно. И это, вокруг палатки выставить охрану, чтобы ни одна сволочь не смогла подсмотреть, что будет твориться там. Понятно, для чего?

– Честно сказать нет, но спорить не стану. Меня больше волнует вопрос, с чего это меня будут слушаться, я им не командир и не благородный.

– Разберешься. Ты победитель, а это, между прочим, самое высокое звание в данный момент! И у тебя есть сила и великий и ужасный маг в напарниках, с кем ты имеешь счастье вместе путешествовать. Ясно?

– Это ты ужасный и вели…

– Мартин, ты что, идиот? Вон лежит великий маг, разуй глаза! Хэрн, ляпни что-нибудь в поддержку своей крутости.

– Если встану сейчас, то вы все ляжете! Мне тут хреново, а вы лясы точите. Малыш, хватит издеваться, а если я коньки откину, как ты выражаешься?!

Да, опять нарываюсь на те же грабли. Нужно следить за своим языком.

– Всё, разбежались! Не забывайте, я ученик великого мага. А ты наёмник, что охраняет наш покой. И будьте добры, постоянно придерживаться этой легенды.

С этими словами я склонился над Хэрном. Мартин, постояв немного, двинул к стоящей на другой стороне поляны карете. Его вороной умчался в сторону, где, я думаю, находится катар.

– Хэрн, кто так тебя? – спросил я, разглядывая небольшой порез у него под ухом. – Голова не болит, не кружится?

– Есть немного, но это, скорее всего, от усталости. А вот рана на голове болит.

– Чего сам плетение восстановления не применишь?

– Просто сил нет, а крови натекло много. Не смогу сам себя подлечить, всю манну истратил на щиты. Сам видел, сколько лучников у них в отряде было. Как мечники, большинство из них никакие, но были и очень достойные. Последние и гвардейцам Императора вряд ли уступили бы. Да ты и сам видел, а вот в магическом плане почему такие слабые, непонятно.

– Я мага ихнего поджарил, может на нём весь расчёт строился?

– Может.

Тем временем, под разговор, я быстро накладывал сперва плетение для остановки крови, а затем и плетение второго уровня восстановления. Получилось быстро, и, я бы сказал, как-то обыденно. Если остановка крови, плетение школы Порядка, то восстановление, честно взятое из книги эльфа. И далось оно мне намного проще, чем первое. Хотя по уровню и превосходило его. Отлично, значит, работает навык здоровья на всю мощность, четвёртый холл всё-таки!

– Вставай, Хэрн, хватит валяться и изображать из себя больного. – чтобы не тратить свой личный резерв, манну и силы черпал из кулона настоятеля. После того, как подзарядился от вождя, кулон был заполнен процентов на двадцать пять, то есть на четверть. – И давай, вклинивайся в работу по повышению своего имиджа.

– Повышения чего? – не понял, поднимающийся с земли, канн.

– Я говорю, чтобы тебя люди и наши попутчики больше уважали и боялись, надо помочь им. Полечить, кого надо, пленников порезать. Чтобы жутко было. Представляешь, какие о тебе разговоры пойдут? Великий маг да ещё и воин, каких поискать. А?

Хэрн постоял, помечтал, улыбка до ушей.

– А тебе это зачем, малыш?

– Сам не понимаешь? Во-первых, практика в лечении и практика в применении кинжала. Навыки глядишь, подберутся нормальные. Прокачаюсь хорошенько. Сам посуди, не использовать такой шанс надо быть и вовсе дураками!

Постоял Хэрн, помолчал, с носка на пятку перекатывается. Думает.

– Опасно, малыш. Мы и так к себе привлекли внимание, практически в одиночку перебив поисковую сотню кочевников. А в неё обычно отбираются лучшие, а тут ещё и лекари сильные. Мне то, может, и ничего, бояться сильнее будут. А вот насчёт тебя… очень ты желанной добычей станешь для многих. Опасно!

– Рискнём! Такой практикой я разбрасываться не намерен. Да и тебе будет полезно поучиться. Совершенствоваться нужно постоянно, а тут такая возможность. Решено. Давай лучше тело из-под телеги достанем. Посмотрим на потенциального рабовладельца.

Хэрн, нагнувшись, схватился за торчащие из под телеги ноги и потянул тело на себя, извлекая его на божий свет. Парень в ошейнике чуть не бросился на Хэрна, вот и делай людям добро!

– Не мешай, ты же просил помочь! Вот мы и пришли. Не бойся, ничего с твоим хозяином мы не сделаем. Давай, Хэрн, переворачивай его.

Хэрн, взял пострадавшего за плечо и перевернул того на спину. Волосы длинные, скомканные в неопрятный пучок, полностью закрыли лицо незнакомца. Оп-па, вернее сказать, прекрасной незнакомки. Мартин нас убьет, если мы без его участия приведём в чувство красавицу. После того, как Хэрн откинул с лица волосы, перед нами открылась картина совершенного лица незнакомки: полные чувственные губы, тонкий нос, высокие тонкие брови. Одета девушка в охотничий костюм или, может, у них такие костюмы для путешествий? Тонкая, грациозная, ростом, судя по длине тела, выше среднего, уши маленькие, розовые, и щёчками похожая на Хэрна.

Я повернул голову к Хэрну, чтобы сравнить их щёки и замер. Хэрн стоял, как вкопанный, с плотно сжатыми губами.

– Хэрн, очнись – потряс я друга за плечо – что происходит?! На тебе лица нет!

Хэрн закрыл глаза, что-то сказал негромко себе под нос на не знакомом языке. Я снова толкнул его в бок.

– Очнись! Что случилось, в самом-то деле? – заорал я.

Хэрн вздохнул так протяжно и глубоко, будто собрался в чём-то исповедоваться.

– Это женщина каннов. Наш ребёнок от человеческих женщин, или и вовсе ребёнок каннов не в одном поколении. У нас рождаются от женщин людей мальчики-канны, а вот девочки такие же, как и люди. Только намного умнее и сильнее вашей слабой породы. В течение тысячелетий после ухода древних, за нашими женщинами ведётся охота. Пленных каннов даже используют, как скотину для выведения и улучшения человеческой породы. От таких женщин у них рождается всегда здоровое и сильное потомство. И, как видишь, наши девушки всегда очень красивы. И вдруг она одна в караване, и без охраны! Странно. Такого в моё время не было никогда.

Понятно, смешение кровей. Вот и поняли местные, как победить болезни у детей. Весьма приятное, надо признать, решение проблемы улучшения человеческого генофонда.

– Ну и чего ты так на неё прореагировал? Подумаешь, баба в караване! Ничего необычного в этом нет. К тому же понятно, что не простая она, раз имеет личного раба.

– Да, ты прав. Но для меня, сам понимаешь, встретить родную кровь это пока стресс. Тем более, такую красотку. У меня ведь женщин давно, очень давно не было!

– Послушай, Хэрн, ты на что можешь рассчитывать за спасение госпожи, а?

Канн задумался. На лице явно видны следы сомнений и надежды и предвкушение заслуженного вознаграждения за спасённую жизнь.

– Даже не знаю, что и ответить – наконец-то выплыл Хэрн из своих мечтаний – в моё время и в моём роду, можно много на что было бы рассчитывать, вплоть до получения спасённой в жёны, ну это, естественно, если она сама ещё не замужем.

А вот это уже интересно получается. Долг жизни в этом мире не простой звук. Можно спасенному и вовсе в добровольного раба превратиться.

– Ладно, хватить сопли пускать. Вон, Мартин ведёт сюда помощников. А ну быстро принял грозную стойку, ты ведь маг, причём великий, так что соответствуй! И разговаривай важно, с достоинством, не вздумай тушеваться перед благородными. Мы свободные люди, помни об этом. Стоит хоть один раз проявить слабость, и нас… сам знаешь, что они с нами сделают. Я тебе про ошейники не напоминаю. И ещё одно, за спасение этой крали, возьмешь свободой её раба, и его ошейник. Эти штучки очень дорого стоят, тем более настоящие, да и для наших целей они просто необходимы.

– Хорошо! – промямлил Хэрн, явно рассчитывал за помощь получить совсем другую плату.

Ничего, с такой оплатой сам разберётся. Женщин продажных я и раньше не любил, а вот раскрутить на ХХХ – это уже спорт, и приз в таком случае, ещё более желанный, чем за деньги.

Тем временем, к нам с группой людей, одетых в доспехи подходил Мартин. Весь путь до нас он что-то рассказывал, при этом бурно жестикулируя. При приближении Мартин остановился и, под наши удивлённые взгляды, отвесил Хэрну изящный поклон.

– Господин маг, позвольте представить вам барона Шелвида. Он со своими людьми недавно присоединился к каравану, и вот именно благодаря его таланту военного они смогли организовать достойный отпор наглым кочевникам. Жаль только, что людей в его распоряжении было совсем немного и кочевники совершили нападении внезапно и очень дерзко, в первые же мгновения перестреляв из луков стрелами больше половины охранников. Но, к счастью, кочевники всегда стараются захватить, как можно больше пленных для продажи, поэтому стараются жертв только ранить. Убивают они только в крайнем случае. Правда, человеческие жертвоприношения применяют очень широко. Потому барон надеется, что среди его людей и караванщиков, невосполнимых потерь будет немного. Но на ваше желание оказать помощь в лечении пострадавших, господин барон отвечает с истинной благодарностью, и вот он выделил помощников из числа воинов, что пока еще в состоянии стоять на ногах для установки шатра и охраны, а также, именно они будут заниматься переноской раненых. Единственно, господин барон спрашивает, зачем вам раненные и пленные кочевники, не проще всю эту шваль пустить в расход?

Ну, артист. Как играет! Воистину, у моего братика талант в драматургии. Как всё точно рассчитать, а как подал наше желание лечить раненых. Барон точно не может поверить в такую удачу!

– Господа, – напыщенно проскрежетал стальным голосом важный Хэрн – не будем терять время на пустые объяснения, вы всё сами увидите своими глазами. Мартин, позаботься, пожалуйста, о скорейшей установки моей платки, и выдели людей, пусть приносят сюда раненых. Сперва буду принимать только очень тяжёлых, вне зависимости от их социального статуса. Увы, но нам придётся здесь заночевать, так как всех поставить на ноги сегодня я не смогу, очень много сил отдал на этот бой. Пусть люди идут, а вас, барон, я прошу остаться и ответить мне на некоторые интересующие меня вопросы. Вы, надеюсь, не будете против?

Бароном оказался именно тот военный в полном доспехе, что командовал отрядом во время стычки у кареты. Совсем ещё молодой человек, лет двадцати, может даже меньше, высокий, но ещё по-юношески тонкий в талии, но вот его плечи совсем немного уступали по массивности, сложению Мартина. Светло-русый, волосы длинные, до плеч, слегка волнистые, сейчас растрепанные после боя, взгляд открытый, глаза голубые, но немного подкачал крупный с горбинкой нос. Надо сказать, облика он не портил, а скорее дополнял его каким-то орлиным профилем, к тому же, и губы тонкие, сжатые, растянутые в чёрточку над квадратным, вытянутым вперёд подбородком. Непонятно, он что на нас сердится что ли, или это у него обычное такое выражение лица? Он перевёл взгляд на массивного дядьку, который стоял с ним рядом, сказал ему тихо пару слов, на что тот ответил кивком, и, развернувшись, пошёл вместе с Мартином в сторону леса, где по моим прикидкам должны были находиться наши животные, а барон остался стоять напротив нас, так и не удостоив нас ответом. Видно, слова Мартина о его радости за нашу помощь, мягко говоря, явно преувеличены. Но в чем же причина такой реакции на нашу помощь? Это становится очень интересно!

"Хэрн, взбодри-ка этого чудака, он явно ещё не понял, кто тут хозяин. И действуй пожёстче, а то потом разъяснять главенство будет ещё труднее" – послал я мысленное видение сложившейся ситуации канну.

– Вы, барон, явно плохо воспитаны! – прорычал, начинающий заводиться, канн. Конечно, бой, потом находка, что сейчас продолжала валяться у нас под ногами, явно не способствовали улучшению настроения моего друга. Блин, как бы он под горячую руку не пришиб сейчас этого молодого нахала. А барон, видно, тоже не привыкший к такому к себе отношению, впал ярость, на что указывал его последующий ответ:

– Как смеешь ты, ушастый малёк, мне указывать на моё воспитание! Я тебя в порошок сотру! Ты, видно, не общался с дворянином! На колени и тогда я ,может, и пощажу тебя, недоносок!

К моему великому удивлению, мой канн на эту тираду только громко рассмеялся. А я думал, что он его тут же прибьёт. Но именно его смех на поляне, где всюду валялись убитые и раненые, показался таким страшным и пугающим, что даже у меня волосы дыбом встали.

– Браво, барон, вы не только плохо воспитаны, так, к тому же, ещё и полный невежа. Вот так разговаривать с теми, кто просто вас спас и заметьте, за спасение не требует никакой награды! А ведь мог бы… Это глупо, молодой человек, так забавлять богов, которые в такой опасный и трудный момент, когда вы все готовились к смерти или рабству, что в принципе одно и то же, к вам неожиданно прислали помощь в нашем лице, и теперь вы пытаетесь на союзников изливать свой гнев за собственные совершённые ошибки! Браво, барон. Воистину, браво!

А вот тут молодого наглеца проняло. Хэрн, старый пройдоха, просчитал молодого петушка. Точно, его выводило из себя, что его, барона, спасло вмешательство всего двух разумных. Ведь меня он в расчёт не брал. Кто я для него, непонятно как затесавшийся к взрослым, ребёнок. Всего двое смогли разогнать всю неполную сотню. Да-а, не позавидуешь теперь его положению. Интересно найдёт ли он в себе силы на принесение извинений? Благо для него, что вокруг нас больше никого нет, и его позора никто не видит.

– Прошу простить меня и мои слова, господин маг, они продиктованы только усталостью, после этого трагического происшествия. Не знаю, что на меня нашло?! Прошу простить меня! – ещё раз повторился барон. Ты смотри, а извинился он искренне, так не играют.

– Как ваше имя, уважаемый? – подал голос, рассматривающий барона с интересом, уже полностью успокоившийся Хэрн.

– Влад, господин маг – с поклоном ответил приструненный рыцарь – Влад де Брюс, барон Шелвид, к вашим услугам.

А неплохо держится этот юноша и во время боя он действовал выше всяких похвал. Ну же, Хэрн, давай, пора уже переводить наше знакомство на более дружеские рельсы.

– Влад. Вы позволите, барон, для простоты общения называть вас по имени?

– Как вам будет угодно, ваша милость.

– Влад, прошу тебя, а давай начнём наш разговор с самого начала. И без этих великосветских изъяснений, они к месту где-нибудь на приёме во дворце, ну, а здесь, на поле брани, я думаю, хватит и имён. Меня можешь называть просто Хэрн, а вот это малое недоразумение – вернул это звание мне злопамятный канн – зовут Гури, или просто – малыш. Он мой ученик – со значением уточнил Хэрн – причём, официальный.

Что-то в этих словах меня напрягло, я что-то не понимал, какое именно значение вложил в слово "официальный" хитрый канн. Ой, он что-то темнит, но самое обидное, что его прекрасно понял молодой барон. Они явно говорят на одном языке, которого я не понимаю.

" Хэрн, что за тайны, я не понял?!" – мысленно спросил я друга.

" Не отвлекай, всё потом объясню" – получил раздражённый ответ.

– Итак. Вас, барон, я прошу остаться и ответить мне на некоторые интересующие меня вопросы. Вы, надеюсь, не будете против?

– Всегда к вашим услугам, господин Хэрн.– с поклоном ответил молодой человек.

– Хэрн, просто Хэрн. Давайте присядем, Влад. На эти тюки с вещами.

Они расположились рядом с телегой на мешках, прямо возле лежащего тела молодой леди. Я встал за спиной Хэрна, с видом послушного ученика.

– Скажите, Влад, вам знакома эта девушка? Мы с малым её случайно здесь нашли без сознания, с ней ещё был молодой раб, его увели таскать раненых. – обратился к барону улыбающийся Хэрн.

– Как вам сказать? Мы присоединились к каравану буквально за час до нападения. Мы и вовсе ехали в другом направлении, но ввиду некоторых обстоятельств, решили вернуться обратно вместе с караваном. А эту девушку я видел мельком, она путешествовала вон в том дилижансе – он рукой показал на, стоящий в шагах тридцати от нас, длинный крытый фургон – с ней была внушительная охрана, но видно, всю её положили Ганзы. А она, наверное, спаслась сама или это сделал раб. Ничего в этом удивительного нет. А кто она такая, откуда и куда следует, уж простите, за такое короткое время я узнать не успел.

– Понятно, а не подскажешь, кто главный в караване на данный момент и главное, куда он направляется? Видишь ли, мы ищем попутчиков в сторону столицы. Хотелось бы наняться временно к какому-нибудь каравану, идущему в ту сторону, чтобы быть хоть под какой-то защитой.

Я смотрел по сторонам. Караван небольшой, телег двадцать, два больших длинных крытых фургона и одна карета, та, возле которой и собрался во время боя отряд защитников каравана.

По поляне сновали люди с наспех сооружёнными носилками, укладывали на них пострадавших и аккуратно, стараясь не растрясти, несли их в нашу сторону. Мартин, в сопровождении трех воинов, вел со стороны холма большой табун осёдланных коней, причём колонну возглавлял лично, ведя в поводу сразу двух наших скакунов, катара и своего ненаглядного жеребца. Видок у Мартина был просто ошеломлённый. А то, будешь тут ошеломлённым, когда вслед за тобой шествует ещё с сотню скакунов и ведут себя при этом очень смирно. На кавалькаду, приближающегося табуна, обратил внимание и барон. Он был просто поражён этой картиной, так и сидел с раскрытым ртом. Хэрн, тоже удивлённый, но продолжающий играть роль великого мага, бросил взгляд в мою сторону, и хмыкнул. Раскусил гад, теперь явно будет стараться заставить и на его коня приделать такую же руну. А вот дудки ему, вожак в стае один! Нам такие проблемы, как двоевластие, ни к чему.

– Влад, вы меня слышите? – повысив голос, обратился канн, к неподвижно сидящему, юноше.

– Но, как такое возможно? – перевел удивлённый взгляд барон на канна – Если бы не увидел это чудо своими глазами, никогда бы не поверил, что такое возможно. Ведь там и кони нашего отряда. Невероятно. К моему коню вообще все боятся подходить, а тут идёт, как привязанный. Это вы их так?– спросил настороженно молодой человек. И от того, какой будет ответ, для него многое зависело.

Хэрн молча смотрел на него, не отвечая, а только улыбаясь. Пауза затягивалась. Барон стал явно нервничать. И Хэрн, для закрепления произведенного впечатления, небрежно сказал:

– Ну, мы просто не хотим бегать потом за добычей по всему лесу. А то, что попались и ваши лошади…– он развёл руки в сторону – так уж получилось! И не беспокойтесь, барон, это всего лишь безобидная магия и ничего более. Когда придёт время садиться на коней, они станут прежними. Не стоит волноваться! Ведь мы не хотим делать бессмысленные забеги. Правда? Вот пускай и постоят наши кони все в одном месте. – и уже обращаясь к Мартину прокричал: – Мартин, палатку ставить здесь. Собрать мне всех рабов, что были в караване, мне надо осмотреть их ошейники. Раненых несут, а работать с ними мне нечем.

Мартин кивнул и принялся раздавать команды своим сопровождающим. Сперва стали устанавливать палатку, почти маленький шатёр. К этому времени, поднесли уже человек десять, не подающих признаков жизни. Я уже и так посматривал на них, но без команды осматривать раненых не решился. Я всё-таки ученик, а не маг. А маг тем временем продолжал неторопливую беседу с бароном, не обращая внимание, на валяющихся на земле людей.

" Хэрн, совесть имей,надо помочь раненым." – зло проговорил я мысленно.

" Кому тут помогать, они все мертвы, ты что не видишь?" – тут же пришёл от него ответ.

" Идиот, они просто без сознания, и если в ближайшее время им не помочь, тогда да, мы получим трупы!" – в бешенстве прокричал мысленно я.

" Ладно, сейчас начнём!"

Этот негодяй медленно обернулся назад и строго посмотрел на меня. Даже оторопь взяла.

– Ты чего здесь встал истуканом за спиной, а Гури? Не видишь, что принесли раненых, а они, между прочим, в настоящий момент находятся между жизнью и смертью. Им помощь нужна. – ругал меня строгий, но очень чуткий и справедливый учитель – Иди, осмотри их, именно так, как я тебя учил. Считай это очередным занятием. Больных осмотреть, при необходимости, особенно тяжёлым надеть ошейники. Если ошейников не хватит, то разрешаю снимать их с рабов. Как распознавать нужные нам браслеты я тебе показывал. И определи очерёдность оказания помощи, пока Мартин устанавливает палатку. Мартин, где раненые кочевники? Я тебе что, бог, что ли? Мне где-то надо брать силы! На каждого нашего раненого должен быть минимум один пленный. А на тяжёлых, боюсь, и двоих будет мало.

Сидящий рядом барон, сидел тихо, как мышь, весь бледный и такое ощущение, что вот-вот блеванёт. Проняло его основательно, видно, осознал, на кого он так неосторожно свой рот раскрывал.

В моём распоряжении всего четыре ошейника. А раненых, которые находятся без сознания, в разы больше, уже принесли человек пятнадцать. Я, спокойно переходя от одного к другому, с помощью плетения школы магии жизни второго уровня диагностировал состояние раненых. Из принесенных, что находились без сознания, я определил восьмерых, которые были на грани и четверым из них быстро надел ошейники. Спорить со мной никто не решался, с опаской смотря за моими манипуляциями, и косясь в сторону мирно беседующих Хэрна и барона.

" Хэрн, восьмерым срочно нужна помощь. Четверым я надел браслеты, но ещё четверо чуть живы. Хватит болтать, пора браться за работу!" – сказал я мысленно Хэрну.

И снова в ответ получил лаконичный отзыв: "Хорошо".

Я быстро подбежал к учителю и ,поклонившись, вызвав этим удивление Хэрна и улыбку на лице смотрящего за нами Мартина доложил:

– Учитель, из пятнадцати раненых, что лежат без сознания, шестеро требуют срочной помощи. Четверым из них я надел ошейники. Рабов Мартин не привёл, но нам надо ещё минимум два ошейника.

– Балбес, сколько можно тебя учить, бестолочь. – разъярялся вошедший в роль Хэрн – во-первых, не шесть тяжёлых и находящихся при смерти, а восемь, и ошейники мы заберём не два, а все, что найдём в этом гадюшнике. Мартин – грозно прокричал Хэрн – сколько я ещё могу ждать, мне нужны жертвы и ошейники. Вы собрали находящихся в караване рабов? Не слышу!

Мартин, принявший нашу игру, вытянулся в струнку, всем своим видом показывая публике свой страх перед великим магом каннов.

– Я! Мы! Они!– лепетал Мартин, заикаясь и трясясь.

– Что я, что мы? Тебе была ясна команда, полученная от меня или нет?– грозно привстал со своего мешка Хэрн.

– Господин! – во весь голос заорал, взблеснувший наёмник, – и как только ему удаётся так достоверно играть? – Но хозяева не дают их снимать!

– Я тебе чё сказал? Снимать ошейники? Я тебе приказал собрать рабов. Ну а хозяева, если решились перечить мне, пойдут в качестве жертв. Господин барон, – резко повернувшись, обратился Хэрн к юноше – вы не будете против, если я тут некоторых недовольных слегка… попрошу…

– Всё, что угодно, вашей милости, для выздоровления воинов прошу делать от моего имени!

– Все слышали? – громко прокричал Хэрн – Мартин, выполнять. Сопротивляющихся тащить силой сюда, будь это  хоть сам Император.

Вот тут испугались все.

Народу в караване было изрядно, человек пятьдесят, не меньше, да еще и люди барона, если всех сложить, всего набиралось под восемьдесят. И рабов среди них оказалось одиннадцать человек. Я осмотрел всех. Девять ошейников были простые, а вот два предназначались для магов. Нам, в принципе, подходили любые. Ведь Мартину гвардейцы нацепили в тот раз тоже простой ошейник, и он его вырубил. Со снятием ошейников решили не торопиться. Снимать будем прямо в палатке, бывшие рабы в себя прийти сразу не смогут. А так как на них надевали ошейники, явно против их воли, то и возможная реакция, как бывших рабов, так и их прежних хозяев, может быть непредсказуемой. Да и лишние воины нам явно не помешают. Так как из одиннадцати человек четверо были боевые рабы. Это, как объяснил барон, бывшие воины, которых пленили, а с помощью наложения плетений, превратили в раба, но помнившего свои таланты и умения. Что-то вроде того, что в своё время сделали с Хэрном. Только ему оставили способности к магии, а им их боевые возможности. Чем больше времени я в этом мире, чем больше я о нём узнаю, тем больше кажется мне ужасной магия Крови. Навык я себе такой сегодня отхватил, надо бы озаботиться и книгой магии с такими плетениями. У меня есть несколько из книг гвардейцев и герцогини, но ничего более-менее серьёзного в них я не увидел. Так вот, что делать потом с бывшими рабами? Я предложил Хэрну передать всех их барону, в качестве воинов его отряда. А что, хорошая идея, четверо явно бывшие воины, остальные тоже крепкие ребята. С амуницией поможем, оружие и коней дадим. Война добралась и до этих мест, раз уж целый поисковый отряд кочевников очутился в этих местах. А десяток крепких бойцов ему явно не помешает.

С этим предложением барон сразу согласился. Его отряд понёс больше всех потерь. Погибло шестеро ребят. В самом начале атаки кочевников, но именно они позволили, как выразился барон, организовать круговую оборону ценой собственной жизни, на время задержав кочевников. И еще пятнадцать его ребят серьезно ранены. Одному из них почти отрубили ногу. Но как держится этот парень! Он в сознании, и с какой надеждой он смотрит, нет, не на меня, а на ужасного и могучего… Он ему верит. И барон сам, мне кажется, поверил.

– Господин барон, у меня к вам ещё одна небольшая просьба – обратился, вставший со своего места, Хэрн.– Я бы хотел попросить вас выделить мне охрану, для моего шатра на время, пока я буду заниматься лечением. Я ничего не боюсь, но мне очень бы не хотелось убивать слишком любопытных и нескромных. Будьте любезны, поставьте своих людей вокруг шатра на расстоянии пяти шагов от него. И проинструктируйте бойцов о соблюдении ими простых правил приличия, которые в первую очередь учат порядочного человека тому, что подглядывать нехорошо, а чрезмерное любопытство иногда очень больно наказывается. Хорошо?

– Не беспокойтесь, ваша милость, прослежу лично. А кто же будет заправлять здесь?

– Для этого у меня есть Мартин,– недалеко стоящий братик от этих слов с сарказмом скривился, – он хоть и наёмник, но понятие о дисциплине знает, и поверьте, он способен ей любого научить. Покорнейше заранее благодарю за помощь, откланиваюсь, но, увы, дела! Я думаю, что мы ещё не один вечер за бокалом вина проведём.

Я же всё это время стоял на входе в палатку, ждал своего учителя.

– Ну, наконец-то. Чего ты с ним такие политесы разводишь? – раздражённо спросил я.

– Предчувствия!

– Какие ещё предчувствия? – не понял я

– Он ещё сыграет в нашей судьбе свою роль. И мне бы очень хотелось, чтобы она была положительная.

– Ну-ну! Ладно, давай приступать. Парень, и правда, тяжёлый. Проникающее ранение в лёгкое, много потерял крови. Он на грани, его удерживает только ошейник, вовремя его нацепили. Приступаем! Жертва готова?

– Да! Вон лежит. И прикид у него неплохой, не последний, видно, в отряде у кочевников был. Первого надо было живого привести, чтоб поорал погромче, а так даже не знаю, как и отпугнуть от палатки любопытных. А что такие будут – это точно.

– В чём проблема? Сейчас плетение повышения звука сплету, и ори, хоть заорись, все перепугаются.

– А кто орать будет?

– Конечно ты, мне, как понимаешь, будет не до того.

Я подошёл к месту, где лежал могучий боец. Он ещё дышал, но тоже был на волосок от гибели.

Плетение контроля, следом приготовил плетение клонирования. Брать у бойца особенно нечего, единственно навык у него непонятный, джигитовка называется. Что-то с лошадьми связно. И навык наездника, "хозяин степи" называется. И, конечно, навык владения луком привлекает своё внимание. Что же выбрать? Долго буду думать, он сам помрёт. Ну, извини парень, я первым на тебя не нападал. И с этими мыслями кинжалом нанёс удар.

– Вах ! – удар энергии ожидаемый, сил на удивление много заработал, кулон забил силой ближе к половине. Да, сильный боец попался. Открываю глаза. Валяется одежда, а в стороне лежит Хэрн. Чёрт, забыл ему сказать, чтобы не смотрел. Ой, какой впечатлительный! Я бросился к другу и резко вплеснул в него дозированное количество силы и манны. Помогло, он открыл глаза.

– Малыш, предупреждать надо. Я же уже старый и нервы не держат. Ты уж меня извини. Но и зрелище, скажу я тебе. Что теперь?

– Поройся в его вещах, может чего найдёшь, и его прах вон в тот мешок собери. Кто знает, может, на что и сгодится, а я займусь раненным.

Пропускать через себя силу и манну, вкладывая их в плетения восстановления третьего уровня очень сложно. Процесс выкачивал из меня силы, и к тому же, причинял немалую боль. На полное восстановление раненого ушёл практически весь запас кулона. Хэрн, выполнив мои задания, сидел рядом и внимательно следил за моими действиями.

– Готово. Фу-х! Ну и устал. Дай команду занести сразу двух в качестве жертвы. И чего ты такой задумчивый?

– Потом скажу, не хочу тебя отвлекать.

Дальше пошёл простой конвейер. Если бы не манна и сила, что текли в меня через кинжал от жертв, я бы кончился на первом же раненом. Ближе к восьмому вылеченному раненному, меня уже шатало, не помогало ни мясо монстра, в качестве НЗ, и жертвы не давали того ощущения свободы и лёгкости. Хэрн уже не падал в обморок, при превращении тел в прах, но в останках рылся с не понятным для меня остервенением.

Первый раз, когда вынесли спящего раненного, и вещи от жертвы, все, а вокруг палатки собрался весь состав каравана, разом вздохнули с радостью, а на тряпки жертв смотрели с непередаваемым ужасом. Хэрн прорычал, что если в следующий раз он выйдет из палатки и опять увидит праздношатающихся, то начнёт набирать жертв из их состава. Приказал немедленно заняться другими ранеными, так как за сегодняшний остаток дня сможет вылечить, или подлечить только тяжёлых. Остальных потребовал перевязать и как только будут освобождаться ошейники, приказал надевать их на особенно плохих. Собрать трофеи, заняться свежеванием погибших лошадей, готовить еду на весь состав каравана, распорядился узнать у торгашей насчет, не освободилась ли часом крытая повозка и если такая найдётся, то он готов поменять для нас её на лошадей.

С восьмым тяжёлым закончили уже ближе к ночи. Сил практически не осталось. Хэрн позвал на ужин. И я всю трапезу слушал его умные рассуждения на тему правильного ухода за больными. Умеет Хэрн подать себя, да и слушают его все теперь, заглядывая в рот. А что скажешь, великий шаман каннов!!! За каких-то четыре-пять часов, практически воскресить восемь тяжело раненных, такого не бывало никогда. Даже эльфы, как пояснил барон, на такое были неспособны. На что Хэрн, явно рисуясь, похвастался тайными знаниями его сородичей, доставшимися от древних ушедших богов, и особому ритуалу жертвоприношения, при котором от жертвы не остаётся и следа.

Барон был потрясён, барон был ошеломлён! Единственно, он попросил спасти его парня, потерявшего ногу.

– Я знаю, что такие операции в состоянии делать только эльфы. Но разве могучий маг каннов не попробует посостязаться в этом умении с перворождёнными? Я понимаю, что трудно надеяться на чудо. Но верю и прошу помочь. Если вы устали, то может, завтра сразу с утра?

Я ел и смотрел на лежащего на носилках парня. Ему было бесконечно больно, но он не проронил ни звука. Только его наполненный мольбой взгляд говорил о том, как он хочет жить и жить только полноценно. Он даже отказался от ошейника. Мы с Хэрном уже освободили от них восьмерых рабов, которые теперь приходили в себя под неусыпным приглядом со стороны людей барона.

"Что скажешь, малыш, что делать с парнем? Как думаешь, до завтра он дотянет?" – мысленный посыл Хэрна вывел меня из непонятного безразличного оцепенения.

"Если бы я только знал! Я боюсь, не потяну. Ни сегодня, ни завтра. Давай так, затаскивай его в палатку, туда же троих или даже четверых пленников. Я поел и на удивление, чувствую себя терпимо. А парня спасать надо сейчас. Он из той породы, что калекой жить не будет, наложит руки на себя. И это, дай команду, чтобы еды занесли и в палатку, ночью поем, или поедим, если ты не будешь против.

На восьмерых вылеченных ребят ушло пятнадцать раненых кочевников. И если учесть, что каждая жертва приносила процентов пятнадцать ёмкости кулона силы и манны, то можете представить, каких трудов и боли мне давалось лечение. Я шкурой чувствовал, что перешагнул грань очередного уровня, как маг, но проверить свои догадки возможности, а главное, времени у меня не было.

Навыков я насобирал всего пять, правда, удалось их неплохо прокачать. Как и ожидалось, очень распространенным оказался навык стрельбы из лука – в нём я продвинулся до пятого уровня и пока прокачивать его с помощью кинжала дальше смысла не видел. Навык наездника оказался отдельным навыком и был он, в основном, у простых воинов, джигитовку приобрёл у самой последней жертвы, он носил синий отличительный плащ, а вот навык "хозяин степи" мне больше не попадался. Но самое невероятное, я натолкнулся на члена клана убийц с навыком Тени, вот так удача! И навык удачи удалось поднять до пятого уровня. Почему им сегодня не повезло, не знаю, наверное, потому, что нарвались на нас и вели себя очень нагло и не воспринимали нас серьёзно.

"Малыш, ты не уснул? У меня всё готово!"– Мысленно доложил начинающий великий маг.

– Пойдём, ученик, покажу тебе одно заклинание, может оно и поможет воину барона.  Ничего сильнее у меня в арсенале плетений просто нет – с этими словами Хэрн, обняв меня за плечи, повёл в палатку, под задумчивым взглядом юного барона.

Первым делом я, несмотря на протесты раненого, надел на него браслет, отчего он облегчённо вздохнул и отключился. Затем настало время жертв, с их помощью я смог наполнить кулон настоятеля больше чем на половину и обеспечить Хэрна работой на ближайшие часа два. К своим обязанностям досмотрщика и уборщика он относился с прежним рвением.

Сам, достав из мешка книгу эльфа, удобно усевшись на мягких подушках, что нам принесли сердобольные караванщики, открыл запретный раздел. Раздался непонятный возглас, ё-мое, я же о защите книги забыл. Ладно, не думаю, что кто-то сильно пострадал. Главное, никто не мешает. Так, что у нас? Вот подходящее плетение, но уровень запредельный для меня, пятый. Остальные, что наверняка помогли бы, все начинаются от шестого. Я их даже прочитать как плетение не могу, чего уж говорить об их строительстве? Пятый, рискнуть? Я посмотрел на спокойное в забытьи выражение лица парня. Он в любом случае погибнет, если даже я его спасу, но как калека он не жилец. А так получит шанс. С ногой надо сперва простые манипуляции провести, а потом уже пытаться приделать её обратно. С богом!!!

Вся операция заняла времени не более часа, но вот изготовление плетения, его наложение и активация ещё часов пять. Манны и сил, которые получил от жертв, практически не осталось. И Мартин, по команде Хэрна, с моей мысленной подачи привёл ещё двоих простых воинов-кочевников, самостоятельно передвигающихся на своих двоих. Пришлось в палатке оставить ещё и братца, предупредив его о не слишком приятных видениях превращения людей в прах. Бывший наёмник не подвёл, в отличии от кочевника, оставленного в качестве второй жертвы, его дикий крик переполошил весь лагерь. Он так кричал, когда увидел происходящее с его товарищем и поняв, какая судьба ему уготовлена! Как он кричал, как кричал, и только удар Мартина смог заглушить этот дикий ор, отправив жертву в нокаут.

– Приехали, вот тебе, Хэрн, и исполнение твоего желания о том, чтобы к нам никто из любопытных не совался – я прокомментировал сольное выступление кочевника, хотя волосы от пережитого ужаса у самого делали стойку на голове.

Не торопясь покончил со второй жертвой, не забыв, как и с четырьмя предыдущими, позаимствовать понравившиеся мне навыки жертв. Все шестеро пошли на получение шестого холла наездника, увы, но джигитовки и хозяина степей у них не было. И ещё один пошёл в запас, по этому же навыку. В чём-в чём, а в этом навыке все кочевники имели холлы, минимум десятого уровня.

Активация плетения прошла на удивление ровно, только манны и силы всё равно не хватило, пришлось манну качать из камней хаоса, а вот силу, всю до капли отдал свою, пришлось даже малость позаимствовать жизненных сил, отчего, в конечном счете, и потерял сознание.

Глава 2

Проснулся от птичьего пения. Вокруг слышится приглушённый гул десятков людей. Но громких разговоров не слышно. Открыл глаза. Ага, нахожусь в нашем шатре. Рядом кто-то чего-то жрёт. При мысли о еде живот скрутило в голодном приступе. Как же я хочу есть. Кто же такой наглый, что ест мой завтрак? Я попытался резко встать, не тут-то было. Сил мало, еле простонал и через усилие перевернулся на спину. Хэрн, ну, кто бы сомневался?! Сидит, молча на меня смотрит, и грызёт куриную или какой другой птички косточку.

– Помоги подняться, есть хочу!

– Ещё бы не хотел бы ты есть! – проворчал Хэрн – Второй день здесь разлёживаемся. Ты опять на пределе работал. Так нельзя. Но на меня сработал просто удивительно, как. В этом и заключается опасность. Дворяне редко проявляют чувство признательности, не думаю, что такая болезнь есть у нашего барона. В открытую он на нас не попрет, видел, на что мы способны, да и воины его не поддержат, но в будущем он может нам, как подгадить, так и помочь. За сутки, что ты отсутствовал, а я не выходил из палатки, прибыл ещё один отряд. Но пришёл он к нам с другого перевала. Он тут рядом находится и тоже из Ергонии его пригнали. В нём человек сорок и командует им, только спокойно, капитан гвардии.

Я непроизвольно резко дёрнулся.

– Вот-вот, я тебя предупреждал – с этими словами, Хэрн помог мне сесть и облокотиться на подставленную под спину подушку.– Так вот. Нам бояться нечего, это часть новой гвардии, которую привели к присяге перед боем на территории Ергонии. Они прикрывали отход частям принца. Из их корпуса остались только они. Как рассказывает капитан, а он, надо признать, очень мало чего рассказывает, они смогли оторваться только недавно и то, говорит, что за ними по пятам двигался какой-то дикий отряд. В бой с ними он благоразумно не вступал и только позавчера они смогли пересечь границу Империи. Но вся проблема в том, что никто не даёт гарантию, что за ними не двинул и отряд неприятеля, если учесть тот факт, что силы противника раз так в десять больше, чем у гвардейцев…Проблема ещё и такая, они все ранены, и сильно истощены. На, ешь – сунул он мне в руки ножку какой-то пташки. И через паузу, во время которой он боролся с такой же ногой, продолжил с набитым ртом – Узнав, что здесь произошло нападение, и кто является нападавшими, они и вовсе сникли. У них не осталось запасов провизии и их кони истощены до предела. – он усмехнулся – Хотели забрать наших коней, да не тут-то было, стоило им только покинуть своих лошадей, те метнулись к табуну и больше своих хозяев не слушают. Позволяют себя кормить и дались расседлаться. И от табуна ни на шаг. Благо, барон предупредил их старшего, в чём собственно, дело и те пока успокоились. Сейчас отдыхают, пытаются залечивать раны и усиленно питаются. Их командир молодец, в жёсткой форме запретил пить вино. В лагере сейчас воинский порядок с караулами, патрулями, часовыми и дозорами. Все ждут, когда я, или вернее, ты очнешься. К нам приходит только Мартин. Он очень расстроился, когда прозвучал приказ о запрете пьянства. Единственно, хитрый, носит вино нам, типа для меня, мы с ним тут в двоечка и отрываемся. Ты ешь-ешь, у нас еды вдоволь, даже тебе, с твоим аппетитом хватит. Вина налью совсем немного, ты мне нормальный нужен. Сейчас утро, причём, раннее. Выйдем отсюда, я думаю, к обеду. А так, после еды отдохнем, и твоего подопечного будет время проведать. Да-да, парень, которого ты лечил, лежит здесь, и на удивление живой. Я ему плетениями первого уровня жизни немного здоровье поправляю, как ты и велел, но, увы, на большее меня пока не хватает, ну, не даётся мне эта магия перворождённых. Не понимаю я её. Нога у него нормально прижилась. И это… – Хэрн замялся – у него исчезли шрамы. Все, и старые в том числе. Он сам словно помолодел. – и Хэрн так посмотрел на меня…понятно, опять теперь со своей идеей прицепится. Вот, почему-то уверен…

Чтобы сбить его с напрашивающихся просьб быстро спросил:

– Он сильно похудел?

– Кто? – не понял, сбитый с толка, Хэрн.

– Как кто? Ну этот… раненый.

– Не обратил внимания, а что, должен?

– А ты как думаешь, ведь восстановление проходит за счёт его внутренних резервов. Ведь ты его кормить не пытался. Так?

– Ну, я не был уверен, что это нужно. И к тому же, ты запретил в своё время будить неподготовленного человека, когда на нём застёгнут ошейник. Вот я и не решался ни снять его, ни будить парня.

– Понятно, дай, что там ещё есть поесть?

На этой ноте мы предались чревоугодию, причём в такой форме, что увидь такое земные священники, непременно придали бы анафеме. Насыщались долго с чувством, с толком, с расстановкой. Ели много, впрок, работали над собой в про запас. Успокоились только тогда, когда все запасы были подъедены. Какой же кайф! Я откинулся на подушки. Идея Хэрна насчёт сна после еды показалась мне настолько правильной и своевременной, что не прошло и пары минут после окончания завтрака, как я уже дрых без задних ног.

Как обычно, сновидений никаких. Разбудили меня, и в правду, как и обещали, ближе к обеду. Присутствовал за импровизированным столом ещё и Мартин. Они с Хэрном весело о чём-то болтали под початую бутыль, обсуждая какую-то Жинель. Обсуждали страстно, только полушёпотом, в основном, как я понял, делился новостями и сведениями, по так интересующей их особе, Мартин, именно он выступал в качестве основного докладчика. Увидев, что я уже проснулся, Мартин мне кивнул и с жаром продолжил обсуждать так зацепивший его вопрос.

-… Ты представляешь, и эта кукла тут мне заявляет. Ты, говорит, смерд, как посмел ко мне без поклона обратиться, да и ещё с таким постыдным предложением? Я даже опешил от такого напора. Это, оказывается, именно она была в той карете, вокруг которой тогда собрались люди барона и защитники каравана. А ведь и я одет был в тот момент весьма, соответственно. Подштанники, как их малой называет шорты, сапоги сняты и футболка твоего покроя и пошива. А чё, удобно и не жарко. Ты ведь помнишь, какая вчера духота в лесу стояла! А она стоит, вся такая пылающая праведным гневом, а я возьми и ляпни, а по вам, говорю, и не поймёшь, госпожа вы или кухарка. Так она от моих слов и вовсе дар речи потеряла. А я ей, как малой делает, воздушный поцелуй отправил и спокойно вам за едой пошёл. Но не успел дойти до кухни, как нагоняет меня какой-то молодой дворянчик, из вновь прибывших, и на весь лагерь кричит, что он меня за оскорбление молодой знатной дамы сейчас мечом пришпилит, как букашку. Тут уже я опешил и с вопросом к нему: "ты о какой знатной даме речь ведёшь, болезный?– опять проскочило моё любимое выражение – а он сам в ступор попал. И молчит. Я ему: "звать то её как?" – он опять молчит. Я ему говорю: – "если я кухарку кухаркой назвал, это что, оскорбление?" Он опять молчит. Я ему и говорю, что дама та постоянно на кухне трется, что я должен был подумать, что она Императрица? Вот на этой радостной ноте подходит к нам их командир, герцог, между прочим, и так спокойно спрашивает у меня. Причем, невзирая на мой прикид, – о боги, опять моё словечко проскочило – не ввёл он его в заблуждение, или кто сказал ему, кто я такой, – "вы" – говорит, "знаете, что баронесса Генская, родственница самого императора, войдя в тяжёлое положение наших ребят, по собственной инициативе командует работниками кухни, готовя нам всем еду?" А я ему в ответ:– "ну мы же не считаем за заслуги, когда наши герцоги, и вы в том числе, идут в бой, проливают чужую и свою кровь!" И он от моего вопроса завис – да что такое, если Мартин разговаривал с герцогом такими словечками, то не пойму почему он до сих пор жив?! – "а я ему" – продолжил между тем Мартин – "вот и она, как женщина, защищая которую многие отдали свои жизни и пролили кровь, должна и просто обязана была бы принять участие в судьбе раненых и тех, кто, этим раненым, в данный момент, помогает стать здоровыми. И совсем не к месту показывать, как заслугу перед воинами, что она, видите ли, снизошла до нас, приняв командование ажно кухней! Вы меня простите, герцог, но это низко!" Поворачиваюсь, а тут она стоит, всё слышала, вся бледная, как смерть и плачет. Вот тут меня совесть и прищучила – о опять словечки вворачивает и причём к месту. – Я постоял и просто поклонился ей и честно, от всего сердца сказал ей "спасибо за ваш подвиг". Вот тут она разревелась и убежала к себе в карету. А герцог посмотрел на меня, на своего бледного подчинённого, и говорит замогильным голосом: "Может все, что вы тут наговорили и правильно, но это не повод срывать на объекте страсти своё раздражение, когда только что получили от него недвусмысленный отказ". Вот гад, он в такой замысловатой форме указал мне на то, что меня недавно отшили, причём в грубой форме, а я взял и обиделся! "И к тому же, вы пьяны. Вы что, игнорируете мои приказы?" Добавил он. Вот тут я уже не сдержался. Я, говорю, ваша светлость, не ваш подчинённый, я не бегаю от врагов, поджав хвост, а бьюсь даже с превосходящими силами противников и обычно я выигрываю. Так чего вы от меня хотите? Вот тут уже герцог вспылил, при напоминании о своем отступлении.

Мартин взял наполненный бокал и присосался к его содержимому. Затем перевёл дух и, глядя на наши взволнованные лица, усмехнулся и продолжил:

– Короче, чтобы не повторять ту ерунду, что он мне, а я ему наговорили, скажу главное – у меня завтра с утра дуэль с герцогом. Его солдаты против, говорят, что это невозможно, чтобы наемник дрался на дуэли с герцогом, но тот был непреклонен, упёрся, как баран на своём. Вот сейчас допью бутыль и лягу у вас спать. Скажу одно – надо было видеть лицо герцога, когда он узнал, что я твой телохранитель, о великий и ужасный Хэрн, гроза врагов и повелитель тьмы. Да-да именно так болтают в лагере после твоего сольного выступления с криками и танцами. Всё, я спать, а вы как хотите! Будьте добры, не мешайте мне.

С этими словами, наш боевой товарищ и по совместительству мой брат, завалился спать прямо возле скатерти с вином и яствами.

От очередных "приятных" вестей мне резко расхотелось есть, аппетит пропал. И что теперь делать? Надо однозначно запретить Мартину пить в дороге, прав был бобик, но об этом я выскажу ему после поединка и клянусь, надаю таких люлей, дурно станет. А пока стоит прозондировать почву, что творится в лагере. Я хотел пробежаться по нему и послушать, о чём горят люди. Но Хэрн отговорил меня это делать.

– Ты пойми, ты единственный ребёнок в караване. И это и так притягивающий к себе факт. И если ты без сопровождающего появишься в лагере, что помешает поймать тебя солдатам герцога и хорошенько тебя расспросить обо мне и о Мартине? Так действовать нельзя. Я, как и планировал, выйду на люди и продолжу приём раненых. Ведь так? Мы лечить их продолжаем, или нет?

– Своих раненых продолжаем, а вот из отряда герцога – повременим. – сказал я.

Хэрн задумался. Что-то ему в моём решении не нравится.

– Что не так? – спросил я.

– Герцогу будет трудно отказать. Он явно планирует с нашей помощью восстановить боеспособность своего отряда. И если мы необоснованно откажем, боюсь, будут проблемы. Тут надо действовать тоньше. Ладно, давай, вставай, и начнём работать. Если мы не поднимем на ноги охрану каравана, то он станет лёгкой добычей для желающих лёгких денег. А таких на дорогах всегда хватало, да и проклятые участки земель придётся проходить, а там без сильного боевого сопровождения делать нечего. Неплохо бы и отряд герцога присоединить к нам, он и сам понимает, что в одиночку пройти вряд ли сможет, даже со своим отрядом, во всяком случае, без больших потерь, а когда есть возможность их избежать, то почему этим не воспользоваться.

Логично. Хэрн всегда рассуждает логично. Но посмотрим, как будет дальше.

Осмотрев раненого, и в особенности его ногу, пришёл к выводу, что Хэрн, как всегда прав, на лицо факт частичного омоложения. Что ж, если Хэрн не врёт и такое и правда, возможно, то неплохо бы научиться пользоваться этими плетениями без такой катастрофической потери манны и сил при их активации. Вывод: надо тренироваться в применении магии жизни, при этом повышая свой личный холл по этой дисциплине.

Когда Хэрн откинул полы шатра и рукой подал знак дежурившим охранникам, которые так и держали свой пост вокруг палатки, то в лагере началось непонятное движение, все без исключения бросились в нашу сторону.

Хэрн, не обращая видимого внимание на возбуждённый гул потревоженного лагеря, строго сказал ближайшему бойцу

– Двоих сюда с носилками, сам бегом за бароном. Ещё есть раненые кочевники, что находятся без сознания? Малыш, проверь наших раненых, определи порядок поступления на лечение. Тебя как зовут? – обратился он к ближнему воину.

– Стем, ваша милость. – поперхнувшись, дрожащим голосом ответил пожилой дядька.

– Пока отдыхает Мартин, назначаю тебя старшим караула. Без моей личной команды никто не должен не то, что зайти, даже заглянуть в шатёр. Ты меня понял? – военный, что тянулся перед ним, как новобранец перед сержантом, судорожно закивал – а теперь главное, лично отвечаешь за пленных и за их поставку ко мне, ясно? Не слышу!

– Так точно, ваша милость.

– Сейчас пленных принесёте двоих, а из наших раненых по одному, в том порядке, который определит мой ученик. И не дай бог тебе что перепутать. Он тебя тогда в жабу превратит, поверь, он это уже умеет.

Тем временем, я осмотрел лежащих раненых, все были перевязаны. Неплохо. Наиболее тяжёлые лежали с застёгнутыми ошейниками и теперь никто не пытался воспротивиться этому, видя, что тяжело раненых после посещения нашего шатра вывозили практически здоровыми, единственно, сильно истощёнными. И теперь их усиленно кормили, практически на убой. Лагерь ждал наших дальнейших действий. И тут я увидел новых персонажей. Пара серьёзно вооружённых бойцов на своих руках несли молодого человека, перевязанного в шести местах, лицо в шрамах, рука на перевязи. Но сам воин находился в сознании.

Бойцы, нагло минуя лежащую очередь, попытались пройти к входу в палатку. И через мгновение там возникла яростная ругань. Наш новый сержант грудью встал на пути наглых военных. Те, в свою очередь, грозились небесными карами, если маг сейчас же не примет их друга. Я даже не стал подходить к наглецам, предоставив Хэрну самостоятельно с ними разбираться. Пока я осматривал вчерашних пациентов, что быстро шли на поправку, и дело заключалось только в отдыхе и еде, со стороны палатки потянуло магией, и последовал нехилый взрыв. Ага, Хэрн балуется фейерверками, запуская в воздух фаерболы большой мощности и активируя их высоко над головой. Незнакомых с этой шуткой можно только пожалеть. Над лагерем наступила полная, гробовая, тишина и вот в этой тишине раздался спокойный, уверенный голос Хэрна.

– Если ты ещё раз раскроешь пасть без моего на то соизволения, я тебя превращу в визгливую толстую свинью, какой ты, на самом деле, и являешься. И уберите от входа это недоразумение, здесь и более тяжелораненые есть. А ваш товарищ к таким, увы, не относится. Хотите попасть в очередь на приём, так её определяет мой ученик и помощник. Как он скажет, так и будет, скажет в первую очередь пустить – пойдёт ваш товарищ первым, скажет последним, будет последним. И я думаю, за ваше недостойное поведение, пока ваше начальство не принесёт мне свои искренние извинения, ни о какой помощи с моей стороны не может идти речь. Понятно? Так что марш отсюда и не мешайте работать! А раненого всё-таки покажите моему ученику. Может я и ошибаюсь на его счёт.

Шок от всего услышанного испытали все. Так разговаривать с дворянами не могли себе позволить даже короли. А тут, смотри, молча выслушали отповедь и также молча отступили прочь. Интересно!

– Малыш, ты скоро? Работы много! Иди сюда! – громко прокричал в никуда Хэрн, мог и по мысленной связи позвать, а тут на публику играет, внимание ко мне потенциальных посетителей привлекает. Смотри-ка, и впрямь сработало, дорогу мне преградил один из железных носильщиков, что только что с позором ретировался от нашей больницы.

– Малыш, умоляю, глянь моего кровного брата. Он ранен уже как неделю. Перестал разговаривать два дня назад, только зубами от боли скрипит. И всё это время в седле. Не спит по ночам. Его наречённая ждёт, он в поход направился перед самой свадьбой! Он в роду один остался, прервётся род, предки ему этого не простят. Спаси, маг нас не слушает! – сказал, осунувшийся, могучий воин. А ведь он не врёт и раненый, поистине гранит, если верно хотя бы одно из того, что он о нём наговорил.

– Веди, только быстро – сказал я и побежал вслед за бросившемся в сторону палатки железным великаном. Молодцы ребята, за палатку занесли товарища, не подходя ближе пяти метров к ней, положив его рядом с часовым.

Так, плетение диагностики слетело мгновенно с моей руки. Матерь божья, как он ещё живёт? Видно точно любовь, и долг удерживают его на этом свете!

Не раздумывая, резко из кармана рванул дежурный ошейник, недавно снятый с парня барона. Бойцы и понять ничего не успели, когда я уже застёгивал его на бычьей шее рыцаря.

– Держите его, не дайте упасть! – закричал я на друзей раненого – быстро его в шатёр, немедленно, бегом!

Счёт пошёл на секунды – успеем, спасём, нет – погибнет этот железный человек.

– Быстрее! – не обращая уже ни на кого внимания, с ходу, на эмоциях, сплёл и применил восстанавливающее плетение третьего уровня. В глазах потемнело, я чуть не упал, но почувствовал, что меня поднимают ввысь чьи-то сильные руки.

Так и влетели мы в шатёр. Испуганно-удивлённый Хэрн, что уже потянулся к багеру, Мартин, вскочивший на ноги и с шелестом вырывающий из ножен своего красавца, ничего не могли понять и, боюсь, наше внезапное появление могут воспринять как нападение.

– Успокоились все!– громко сказал я – Мартин, освободи стол! Хэрн, быстро очисти помещение!– И уже мысленно обратился к другу – я еле успел и то ещё не факт! Он уже ускользал. И в следующий раз, будь пожалуйста повнимательнее, хотя бы выслушай того, кто тебя о чём-то просит! Теперь, давай сюда жертв, мне срочно нужно подзарядиться, борьба за жизнь этого достойного человека боюсь, только началась!

Я оказался прав, к моему великому сожалению, но плетения третьего и даже четвёртого уровня помогали только отчасти. Четыре жертвы потратили, а сила и манна уже практически на исходе. Я вживую видел черную ауру, что поглощала действия моих плетений, не давая им нормально работать и даже просто развернуться. И отчаявшись, я, на инстинктах, выхватил из-за спины чёрный кинжал, и ударил рыцаря, именно в то место, где скапливалась пугающая чернота. Я так хотел, чтобы он жил и всей своей сущностью возжелал, чтобы мой острый чёрный друг забрал в себя это непонятное чёрное формирование.

Резкий удар хлынувшей энергии я снова еле успел перевести по каналу в кулон настоятеля. Энергия била ключом и, к своему ужасу, я понял, что не в состоянии впихнуть её всю в кулон. Поступая по наитию, по проверенной схеме, перекинул канал сперва в охранную бздюльку кулона защиты, напичкав его ею до предела, а потом и в кулон вождя. Досталось даже кольцу защитного контура. Я уже собирался подключиться к камню хаоса, заряженного энергией алтаря школы порядка, боясь представить, какая будет реакция, если смешать эти две стихии, но в душе надеясь, что эта энергия, хотя, и получена с помощью тёмной магии, но проходила она через меня в обоих случаях, как при зарядке от алтаря бобика, так и в этом.

– Малыш, очнись – прошептал, стоящий рядом, бледный как белое полотно, Хэрн – ты его не убил случаем?

– Не должен, по идее – а сам про себя подумал, а какая у меня была идея? Сам не знаю. – Хэрн, приготовь плетение порядка свертывания крови, оно единственное у тебя получается из порядка. Я сейчас вытащу кинжал, а ты приступай, я позже к тебе присоединюсь. Начали.

Дальше операция пошла на ура. Плетение Хэрна прекратило кровотечение, а заклинание школы жизни третьего уровня, что стало получаться у меня просто на загляденье, быстро довершило восстановление нормальных жизненных процессов организма. Мы выиграли, а меня не могла покинуть мысль о той роли, что в сохранении жизни сыграл мой чёрный кинжал. Убийца наоборот. Парадокс, да и только!

Когда мы открыли шатёр и Мартин своим командным голосом загнал в шатер носильщиков для выноса очередного спасённого, вокруг палатки стоял весь лагерь, включая и гордую баронессу.

– Чего собрались? Вам здесь что, выступление балагана? Марш делами заниматься и нам мешать не будете, и дела подтяните – вновь выпукло выступил Хэрн.

Дальше лечение больных продолжилось, без каких либо эксцессов и затруднений. Мартин, плюнув на отдых, вовсю гонял по лагерю, как людей барона и караванщиков, так даже людей герцога. Гвардейцы, после спасения своего друга, не смели даже роптать на указания наёмника, а герцог лично принес свои извинения Хэрну за своих ребят и заодно спросил, не будет ли уважаемый Мартин против, если их разногласия останутся в прошлом. В ответ, довольный братишка искренне попросил прощения за свои обидные слова про отступление, назвав то, что совершили гвардейцы настоящим подвигом. К общей радости, все остались довольны и решили спланировать убытие на завтрашний день, на что уже Хэрн воспротивился, напомнив командирам об отряде, что преследовал герцога. И предложил задержаться ещё на одни сутки и уже потом, полностью восстановив свою боеспособность, вместе двинуться дальше. Сегодня распределить лошадей между всадниками, заменить погибших лошадей в повозках и каретах, а в селе Ворхано, куда мы и направлялись в первую очередь, попытаться переделать крепление телег под двойную упряжку, с возможностью запрягать в них двух лошадей. На том и порешили.

Самое интересное произошло немного позже, когда очередь в лечении дошла до девушки каннов, всё это время находящейся в бессознательном состоянии. Мартин, в ультимативной форме потребовал, чтобы она его увидела первым, но Хэрн просто взвился, и их ругань разносилась по всему лагерю. Из сопровождавших девушку, выжили всего трое из охраны и один возница, ну это если не считать бывшего раба. Как и предполагал Хэрн, Олия так звали причину раздора между друзьями, возвращалась домой после поездки к родственникам матери, жившей в герцогстве Ергония и естественно попала в переплёт. А при атаке кочевников получила удар мечом по голове по касательной и после того момента в сознание не приходила.

Привести в чувство девушку не составило труда, хватило умения и сил Хэрна, я к её лечению даже не прикасался, а дальше начались танцы пьяных бизонов. Кормили её у нас, причём официантами и нянечками выступали два друга, а с недавних пор и конкурента. Общение, разговоры, смех наполнили наши пенаты, но и заниматься лечением оставшихся раненых было необходимо. Теперь уже мне приходилось выступать в качестве распорядителя работ, разгоняя посиделки молодых влюблённых. Олия, разобравшись в ситуации, погоревав над большими потерями своего отряда, и потерей всех лошадей, вклинилась в работу общей столовой, помогая баронессе в организации работы пункта приёма пищи. При разговоре с ней, когда обсуждали сложившуюся ситуацию, Хэрн, с моей подачи, предложил ей нашу помощь. Мы обязались её оставшейся команде предоставить верховых лошадей и заводных, а она за это передавала нам свой фургон. Причём, до города Варен, конечной точки её маршрута, она сама едет с нами в фургоне. Предложение было более, чем щедрое. Так как фургон, стоящий сейчас без тягловых лошадей, представлял собой только обузу, и тронься караван сейчас, его пришлось бы бросить. Как и ожидалось, Олия на наше предложение с радостью согласилась, и Мартину с этого момента добавилось работы.

К концу этого длинного дня, все нуждающиеся в медицинской помощи были вылечены, а одной девушке из каравана, я сдуру убрал на её теле все полученные ею шрамы. Как старые так и новые, снова применив плетение пятого уровня школы тайны леса. И обошлось мне это на порядок дешевле, чем в первый раз. (Опыт получил, но знал бы я, к чему моё безрассудство приведёт в будущем).

В последний перед отъездом вечер, после плотного ужина, когда лагерь готовился ко сну, возле нашего костра, разведенного прямо около входа в шатёр, собрался весь цвет местного общества. Был тут и герцог, барон Люис – тот парень, на котором я пробовал свой чёрный кинжал в качестве лечебного средства и его товарищи, оказавшиеся заместителями капитана гвардии, и по совместительству сиятельными баронами. Присутствовал и молодой баронет, что в своё время вступился за честь кухарки-баронессы. Он оказался весёлым, смешливым малым, общим любимцем и при этом лихим рубакой, лучшим клинком отряда. На этой почве, а также на общей ссоре, и потому что они были просто весёлыми людьми, Мартин так сошёлся с баронетом Маринэ по имени Жак, что почти всё своё время они проводили вместе. Причина ссоры тоже была здесь, скромно сидя рядом с красавицей Олией.

Пили вино, пели песни, разговаривали, много смеялись. На удивление, на меня никто не обращал особого внимания, относились как к равному, чему сильно поспособствовало спасение гвардейца и моё видимое участие во всей этой истории. Всем было весело, а мне было заметно желание баронессы Генской по имени Дана, свести поближе знакомство с нашим Мартином, но тот продолжал держать учтивую дистанцию, демонстративно не отвечая на все её знаки внимания, всё своё обаяние даря несравненной юной Олии, что сильно нервировало баронессу и ещё одного участника посиделок, а именно Хэрна.

– Позвольте спросить, уважаемый Хэрн, а у вашего народа, я слышал, очень интересный стиль исполнения песен, не продемонстрируете ли его нам? Уж очень хочется приобщиться к истокам древнего искусства. – умело завернул замысловатую фразу хитрый герцог Ивалье. Он постоянно пытался подковырнуть нашего великого мага, подкидывая часто заковыристые и очень неудобные вопросы. На тему, а где вы раньше жили, а откуда у вас такой молодой, но очень талантливый ученик, как можно подобрать себе в команду таких воинственных телохранителей и так далее и тому подобное. Короче, достал.

Вот и теперь, песню ему подавай! Хэрн мнётся, Мартин, воспользовавшись тем, что конкурент занят, полностью завладел вниманием красавицы Олии.

– Понимаете, ваша светлость, каждым делом должен заниматься профессионал. Так меня в своё время учили. И учили хорошо, но, увы, никак не пению и музицированию. Немного другому. А самостоятельно таланта к этим дисциплинам я не открыл. Я думаю – тут Хэрн мстительно посмотрел на весело шептавшихся Мартина и Олией – нам стоит попросить спеть что-нибудь поэтическое моего друга Мартина, он весёлый и лёгкий в общении человек и должен быть наделён такими добродетелями, как умению петь и играть на музыкальных инструментах.

Его тут же поддержала баронесса, а следом за ней и все остальные, громко скандировали:

– Мартин, хотим песню!!! Мартин, хотим песню!!! Мартин, песню!!!…

Опешивший Мартин, не ожидавший такой подставы со стороны друга, ничего умнее не придумал и на автомате выдал:

– Господа, прошу прощения, но я воин и пою только строевые песни. Если вы хотите музыки, то вам к малышу. Он играет и поёт, у него и инструмент есть. – сказал и выпучил на меня глаза, прикрыв рот рукой.

Ну, гадёныш, сдал с потрохами. А о последствиях вы подумали? Нет, вижу, что до обоих только сейчас доходит, что они доигрались.

– О-о-о!! Оказывается среди нас скрываются истинные таланты! – захлопал в ладоши барон – Просим! Просим! Просим!

Я уничтожающим взглядом глянул ни притихших шкодников и, улыбнувшись, сказал сиятельным господам.

– Увы и ах, уважаемые господа, спешу вас огорчить, но сегодня я очень устал, а инструмент у меня полумагический, и не приемлет, когда я к нему прикасаюсь без должной подготовки и настроя. Мне очень жаль, как-нибудь в следующий раз. Моё почтение – я поднялся, учтиво поклонился одновременно всем и никому в отдельности, каюсь, подсмотрел, как это делал герцог Ергонии – ещё раз, прошу простить меня. До свидания, вынужден вас оставить, устал, знаете ли. – ещё один поклон и я скрылся за полами шатра.

Молчанием проводили меня все. Никто так и не проронил и слова.

– А ведь малыш прав – подал голос герцог – завтра у нас тяжёлый день, и хотя мы смогли неплохо подготовиться и экипироваться, но стоит всё-таки отдохнуть перед переходом. Спасибо всем за компанию! Спокойной ночи! Вы со мной, уважаемый барон?

– Несомненно, ваша светлость!

Через несколько минут у костра остались сидеть только Мартин и баронет. Хэрн ушёл провожать Олию до фургона.

Я так и уснул под постоянное бормотание разговора двух корешей. А перед тем, как окончательно провалиться в объятие Морфея, услышал присоединившийся приглушенный голос Хэрна, и доносившиеся через равные промежутки стук кубков. Опять вино достали! Неугомонные! Бай-бай!!!

Отступление первое

Не торопясь, прогулочным шагом, в свете отблесков сторожевых костров, к месту своей ночёвки шли два командира. Они временно, а может и навсегда, влились своими группами в один отряд, чтобы вместе выйти из очень серьёзной сложившийся ситуации, на их дороге  домой.

– Что скажете, барон? – тихо, чтобы мог его расслышать только его путник, устало проговорил герцог Ивалье.

В свои тридцать пять лет, находясь в постоянной опале со стороны Императора и всей правящей клики, он, двоюродный брат нынешнего правителя Империи Синг смог дослужиться только до должности командира корпуса. Он единственный, в своё время, резко подверг критике решение Императора на проведение интервенции на ранее дружественное Великое Герцогство, которое связывало с Империей тысячелетия дружбы и тесного сотрудничества. Между странами никогда не было войн. И он в резкой и довольно грубой форме, как троюродный дядя, критиковал сына Императора, принца Омара за его безрассудное решение воевать с друзьями, когда все вопросы между странами можно было легко решить с помощью переговоров. Но принц был невменяем, когда вопросы касались герцогства, и, в особенности, молодой и красивой дочери герцога Кастеллии.

"Как она посмела отвергнуть его ухаживания и прямое предложение руки и сердца? Его отвергли, не пожелав когда-нибудь стать Императрицей!"

И герцог назвал именно эту причину главной в безумном желании принца силой оружия присоединить единственное свободное герцогство в мире к Империи и покорить недоступную и строптивую красавицу. Принц был в ярости! Они тогда много чего друг другу наговорили. И уже на территории герцогства, в составе экспедиционного корпуса, после двух сокрушительных поражений, которые нанесли им войска нового герцога, она всё-таки вышла замуж, принц с ужасом вспоминал то, что тогда в столице, в кабинете отца говорил ему дядя. Герцог, в свою очередь, в катастрофической ситуации вызвался сам с остатками своего корпуса составить арьергард отступающей армии. Согласился прикрыть отход, и тем самым, сохранить для Империи гвардию. Принц, перед началом отступления, присвоил корпусу звание новой гвардии и отряд, состоящий всего из двухсот всадников, по приказу своего командира перекрыл перевал между равнинами.

Четверо суток гвардейцы держали оборону. Четыре дня дали они остаткам армии на спокойное переформирование и на организованное отступление на свою территорию. А потом был недельный марш по горам, бесконечные плутания и бои. Но он смог выйти сам и вывел остатки своего корпуса. Он сохранил знамя!

– Всё очень странно. Но я скажу одно, нам сильно повезло! Ведь они могли и проехать мимо. И вовсе понаблюдать за избиением каравана со стороны и не вмешиваться. Я повторюсь, нам повезло. Во всяком случае, мне и моим людям.

– Что скажете о маге? Этом странном канне? Если бы у каннов был такой сильный маг, то он всплыл бы намного раньше, но о нём никто никогда ничего не слышал. Да и Мартин – это непростой наёмник, и козе понятно. А вы заметили, как правильно строит фразы мальчик, ученик канна? Простолюдин? Ха! Ага, пусть кому-нибудь другому эту сказку впихивают. Так независимо поклониться лордам, словно равным. Можно воспринимать как оскорбление, но не от него.

– Согласен с вами, ваша светлость. Мне кажется, что именно мальчик в этой троице играет первую скрипку. Уж больно они с ним носятся, чуть ли не пылинки сдувают! А если он маг, да в таком возрасте, то… И те результаты, что мы получили от лечения раненых, первым и вторым уровнем не достичь. Я сам балуюсь искусством, но мой потолок первый уровень с минимальным приложением силы. И если мои выводы и подозрения верны, то мы имеем дело с уникумом. А вы, как думаете?

Герцог молчал. Они остановились недалеко от фургона, где было подготовлено спальное место для герцога.

– Мало данных. Но в любом случае, ребёнок – отличный приз. Не находите?

– Я уже думал об этом. Но я видел их в деле, и иметь таких врагов, скажу я вам честно, я бы не хотел. Они предательства не простят. А вот стать им другом, помочь определиться с местом, – барон сделал ударение, выделив именно это ключевое слово – где они будут жить в безопасности, это как раз дорогого стоит! Если вы решили побороться за приз, я вам мешать не буду, но и помогать тоже.

– Они так хороши в бою?

– Втроем уложить почти девяносто человек, я думаю, да, очень хороши! И пускай на их стороне был элемент внезапности, но как они им ювелирно воспользовались. И сами знаете, такие сотни без мага хорошей категории в такой длинный рейд не пошлют. Значит, он был. Но его ведь кто-то ликвидировал! И не мы, это точно. Кстати, мы допросили пленных. Знаете, какая цель была поставлена перед отрядом?…Они сопровождали посла к герцогу. Основная задача, которого состояла склонить герцога к войне против нас, на нашей территории.

– Но герцог и так повёл войска к перевалу. Я вообще не понимаю, почему они ещё не здесь?

– Герцог развернул войска обратно. И послал своих гвардейцев в качестве парламентеров к Императору. Я их встречал. Очень серьёзные бойцы и при этом все маги! Что редкость, согласитесь, в наше время.

– Но зачем тогда кочевники напали на караван?

– Повеселиться хотели. Ведь если бы не эта троица, то мы для них стали бы лёгкой добычей.

– Понятно! Хорошо, я ещё подумаю о дальнейшей судьбе этих людей, уж больно они выглядят подозрительными. Спокойной ночи, дорогой барон!

– И вам приятных сновидений, ваша светлость.

Глава 3

Я лежал и смотрел в потолок нашего шатра. Раннее утро, просыпается лагерь, все готовятся к отбытию. Меня никто не трогает. И пользуюсь моментом, чтобы проанализировать всё то, что со мной случилось за эти дни.

Во-первых, я просто феноменально прокачался. Я становлюсь монстром. От моих рук погибло столько людей. Но и жизнь я вернул, почти тридцати разумным, не считая, скольким подправил здоровье. Но какова плата – шестьдесят пять трупов, шестьдесят пять. И это от моей руки. Даже не трупов, а вообще ничего, после меня оставался один только прах. Понятно, что у них и так шансов не было. Все они были тяжело раненные и в большинстве своём, на момент жертвоприношения, находились без сознания. Но убивал то их я. Ладно, что сделано, то сделано!

Навыков новых не набрал, но уже имеющиеся прокачал очень солидно. Сам себя я просветить плетением контроля не могу, а Хэрн пока не умеет. Не даётся ему порядок, ну никак. Бобик рассказывал, что во времена древних были специальные зеркала. В него в свое отражение плетение бросаешь и порядок. А я сейчас считаю просто то, что смог вырвать у жертв. Итак, на момент моего путешествия у меня было:

– Навык нападения – пятый холл.

– Навык стрельбы из арбалета – пятый холл.

– Навык волшебства – пятый холл.

– Навык интеллекта – пятый холл.

– Навык силы духа – пятый холл.

– Навык сопротивления – пятый холл.

– Навык Ремесла – пятый холл.

– Навык прилагаемой силы – пятый холл.

– Навык Здоровья. – четвёртый холл.

– Навык разведки – четвёртый холл.

– Навык лидерство – четвёртый холл.

– Навык стихии Огня – четвёртый холл.

– Навык лицедейства – третий холл

– Навык стихии Воздуха – третий холл

– Навык Жизни – второй холл.

– Навык накопления – второй холл.

– Навык быстрого изучения – второй холл.

– Навык Дола – второй холл.

– Навык менестреля – второй холл.

– Навык стрельбы из лука – второй холл.

– Навык Мечника – второй холл.

– Навык артефактостроения – первый холл.

– Навык чёрной розы – первый холл.

– Навык тайны леса – первый холл.

– Навык порядка – первый холл.

– Навык стихии Земли – первый холл.

– Навык стихии Воды – первый холл.

– Навык Тени – первый холл.

– Навык дипломатии – первый холл.

– Навык школы плазмы – первый холл.

– Навык школы воздушного элементаля – первый холл.

После последних событий сложив те навыки что взял у жертв получилась очень радующая глаз картина.

– Навык стрельбы из лука – девятый холл.

– Навык наездника – восьмой холл.

– Навык разведки – шестой холл.

– Навык Ремесла – шестой холл.

– Навык сопротивления – шестой холл.

– Навык нападения – шестой холл.

– Навык стрельбы из арбалета – пятый холл.

– Навык волшебства – пятый холл.

– Навык интеллекта – пятый холл.

– Навык силы духа – пятый холл.

– Навык удачи – пятый холл.

– Навык прилагаемой силы – пятый холл.

– Навык Здоровья. – четвёртый холл.

– Навык лидерство – четвёртый холл.

– Навык стихии Огня – четвёртый холл.

– Навык лицедейства – третий холл

– Навык стихии Воздуха – третий холл

– Навык Жизни – второй холл.

– Навык джигитовки – второй холл.

– Навык "хозяин степи" – второй холл.

– Навык накопления – второй холл.

– Навык быстрого изучения – второй холл.

– Навык Дола – второй холл.

– Навык менестреля – второй холл.

– Навык Мечника – второй холл.

– Навык Тени – второй холл.

– Навык арефактостроения – первый холл.

– Навык чёрной розы – первый холл.

– Навык тайны леса – первый холл.

– Навык порядка – первый холл.

– Навык стихии Земли – первый холл.

– Навык стихии Воды – первый холл.

– Навык дипломатии – первый холл.

– Навык школы плазмы – первый холл.

– Навык школы воздушного элементаля – первый холл.

– Навык магии крови – первый холл.

Но думаю, за эти три дня я самостоятельно прокачал и навыки плетениями, которыми постоянно пользовался и по ощущениям под конец лечебной эпопеи, они стали даваться мне намного легче. Это навыки Здоровья, навык Жизни, навык тайны леса, навык чёрной розы и может быть навык школы Порядка. Хотя, утверждать не буду. Узнаю, когда до бобика доберусь, или до его товарищей, найду подходящее зеркало или всё-таки Хэрн научится плести плетения порядка.

Итого, на данный момент, я обладаю тридцатью шестью навыками. Великолепно! Правда цена немного напрягает. Но совесть молчит и если бы мы не были столь подготовлены к боям, то нашей участи не стоило бы завидовать, это точно. Так что никакого снисхождения к бандитам.

– Малыш, ты проснулся? – раздался в голове весёлый голос Хэрна – поднимайся, сейчас завтракаем и в путь. Уже все на ногах, один ты в постели нежишься. Вставай. Я сейчас приду.

Ну что тут скажешь? Наконец-то это стадо куда-нибудь тронется.

Завтрак приготовлен на совесть. Я практически всегда ем в палатке, чтобы непосвященных не шокировать своим аппетитом. Сборы заняли много времени, если всадники собрали мешок и в седло, то торговцы собирались как копуши, постоянно что-нибудь перепроверяя.

Наша новая повозка меня порадовала, большая, добротная, но скрипуча-ая!! Тент сшит грубо из кусков кожи, не утеплен, шторок на входах нет. В длину метров пять-пять с половиной, а в ширину метра два точно будет. Большие колёса с деревянными ступицами и спицами, в два моих роста, позволяли преодолевать довольно глубокий брод. Дуги, на которые надевался тент, возвышались над полом фургона высоко, во всяком случае, достать его стоя, я руками не мог. Отличная кибитка. На пол постелено сено, сверху сложены наши мешки. Просторно и очень удобно, можно ехать и заниматься своими делами, что сидя верхом на лошади сделать весьма проблематично.

После продолжительного вчерашнего спора между Хэрном и Мартином, впрягли в телегу двух наших лошадей породы Велес. Как братик не хотел отдавать своего скакуна, но после того как мне надоел их бесконечный спор и я предложил запрячь Катара, он успокоился и согласился. Лошади кочевников в тягловые не годились, но на безрыбье и их приспособили, ничего, привыкнут.

Караван выглядел внушительно, а военное сопровождение и того лучше, почти сотня хорошо вооружённых и экипированных всадников. Лошади и люди все здоровые, довольные, готовые к любым передрягам. Впереди разведка из пятёрки воинов на самых быстрых лошадях. Они отъезжали от каравана шагов на двести вперед, и их главная задача была обнаружение засады или других, каких препятствий. Потом шёл авангард из двадцати всадников, караван возглавлял военный отряд герцога из тридцати воинов, потом шли повозки, а наш фургон замыкал вереницу телег и вслед за нами двигался шагах в десяти – пятнадцати ещё один отряд воинов, исполняющий роль арьергарда, а это еще всадников тридцать. И в середине каравана располагался отряд бойцов, насчитывающий в своём составе около двадцати всадников. Надёжное построение.

Мартин ехал на иноходце, что пристал к нашей группе в самом начале путешествия, к нему так и пристала кличка Уголёк. Наши лошади с Хэрном плетутся за фургоном привязанные длинной верёвкой к его бортам.

Настроение у меня приподнятое, Хэрн правит нашей повозкой, гнус и мошкара нас не донимают, после того как я, спасая свою шкуру, до верха забил все кулоны, что у меня были, бесхозной энергией. Радиус на который работал мой защитный кулон от гнуса увеличился раза в два.

Олии досталась великолепная пегая лошадка, она весь сегодняшний день не слезала с неё, гоняясь вслед за Мартином вдоль всего каравана. Бедный Хэрн, эту битву за расположение девушки Мартин выигрывает у него всухую. А бедный мой старичок страшно ревнует и страдает.

Находясь в конце каравана, нас никто не трогал, и не беспокоил. Если первые часы этого путешествия я приноравливался к тряске, то следующее время занимал себя изучением плетений. Наконец, сбылась моя мечта, и я раздобыл у наших торговцев большую упаковку белой бумаги для письма, картон или что там его заменяет и отрезки толстой плотной кожи.

Писать стилом оказалось бессмысленным занятием при такой тряске, но я не сдавался и после множества попыток и ухмылок, наблюдающего за мной Хэрна, я нашел оригинальный выход. Я составлял точную копию того, что хотел нанести на лист у себя в голове и уже тогда стило, как при нанесении рисунков, точно переносило его содержимое на лист бумаги, без ошибок и исправлений, несмотря на трясущуюся телегу. Сперва начинал с отдельных слов, потом перешёл на предложения, а следом дошёл и до абзацев. Держать в голове точную копию листа оказалось очень трудно, но я справлялся. В перерывах, когда сильно уставал, Хэрн, в качестве отдыха, заставлял прокачивать колодец манны. Надо же было мне рассказать ему нашу поговорку, что смена деятельности тоже отдых и понеслось, самое простое в том списке, что требовали от меня Мартин и Хэрн, было как раз прокачка колодца.

Я наконец-то приступил к составлению своей личной книги магии, причём, пояснения к чертежам плетений я составлял, только на русском языке. Когда уставал или требовалось время подумать, переходил к написанию пособий для работы с холодным оружием, рисовал по памяти движения и правила нанесения ударов, начав, как ни странно, с меча. В памяти просто забывалось постепенно то, что сам своими руками делать не умел. И часто на остановках попутчики могли видеть, как Мартин, прямо возле фургона медленно отрабатывает удары мечом и совершает непонятные другим не посвящённым движения, и фиксирует стойки.

Первый день путешествия никто особо за ним не наблюдал, и дворяне беззлобно подтрунивали над братом, но его постоянная тень в лице баронета Жака, вскоре всерьёз заинтересовалась, чем это мы таким занимаемся, а так как он был прилипчивый, как банный лист, то под вино Мартин ему всё и рассказал, взяв с того обет молчания.

На следующий день, уже и Жак, как человек, знающий о предмете написания пособия если не всё, то очень многое, активно участвовал в наших дебатах, и часто, прямо на ходу спрыгивая с лошади, показывал то, или иное движение или удар. Коллегиальная работа приостановила мои личные изыскания в вопросе написания книги магии для себя лично, зато работа над пособием продвигалась семимильными шагами. Вскоре, вокруг нас стала собираться приличная толпа поклонников и приверженцев боя на мечах. Во-первых, и сами многое узнавали и заодно делились своим личным опытом, и второй, немаловажной причиной этих собраний, было и то, что около нас не было мошки и гнуса, что в последнее время всех начинал доставать. Вроде, на улице осень, а комары, так я их называю, и местная мошка, как будто запасы на зиму делают, особенно по вечерам и ночью от неё покоя нет.

Олия с недавних пор больше времени проводит с Хэрном, старик счастлив, а Мартин напротив, в отличии от него, совершенно спокоен и постоянно так загадочно улыбается. В книге канна, мага по имени Рал, я отыскал плетение наложения нетленности, магии стихии Земли. И если раньше к этому разделу я не прикасался, так как у меня ни Дакка, ни навыка данной магии не было, то теперь с ожесточением тренировался, на нашем натянутом тенте, отрабатывая построение плетения для последующего использования при изготовлении книг и одновременно укрепляя тент. В дороге ехали, не скучали, и путешествие до вольного села прошло быстро и незаметно. Пособие по практическому применению меча потолстело и насчитывало уже листов двести, а моя книга только десять. Листы, что рисовал дома, с секретными приёмами гвардейцев Императора никому не показывал.

Постоянная практика, в течении нескольких дней и ночей я подвешивал светильник и спокойно работал по ночам, привела к тому, что я теперь мог уверенно держать мысленно до трёх страниц рукописного текста одновременно. Результат меня очень радовал. Я чувствовал, что случайно изобрёл тренажёр для прокачки одного из навыков или нескольких. Я грешил на навык интеллекта, и навык быстрого изучения.

В село мы въезжали на третий день, с момента выезда с поляны. В караване появились и рабы, всего в количестве четырнадцати человек, из состава бывших кочевников. Им всем нацепили ошейники, но Хэрн сразу предупредил, что это только до момента нашего расставания, а потом мы их все заберем с собой, в смысле ошейники, а не рабов. На удивление, никто ничего против не говорил, а куда им было деваться – ошейники это плата за нашу работу в качестве врачей.

Село оказалось большое, дворов под двести, обнесенное толстой каменной стеной, высотой метра четыре с четырьмя башнями по краям и одними центральными воротами. Центральная площадь, шагов сто на сто, она же, при необходимости,торговая, рядом с ней расположились две таверны. Охрана, что поддерживала порядок, а при необходимости первой вступала в бой с шайками бандитов, насчитывала человек пятьдесят, и была набрана из местных крепких парней, командовал которыми бывший наемник, ушедший на покой. Нас встречали всем селом, лица у народа испуганные, озабоченные и настороженные. Как потом оказалось, в селе скопилось ещё человек сто, в основном женщины и дети, пытающиеся перебраться из родных мест ближе к столице из-за разразившейся войны между Империей и Герцогством. Они хотели присоединиться к одному из караванов, чтобы под охранной пройти опасные земли.

А пока я, выглядывая из фургона, рассматривал разношёрстный народ. Сколько тут народа! Война сорвала с насиженных мест и женщин и детей, спасались от ужасов войны целыми семьями со своим скарбом, а нередко и со скотиной. Караван расположился на пятачке заполненной площади. Увы, но нашей повозке, идущей в конце каравана, въехать на площадь не получилось, мест, как оказалось, уже не было. Хэрн, недолго думая, свернул в один из боковых свободных проулков, проехав ещё метров сто, возле большого подворья развернул повозку и остановил её вдоль каменного забора, недалеко от весело журчащего ручья, что выныривал из расположенного рядом оврага. Не скажу, что место мне очень понравилось, но обманчивое чувство защищённости всё-таки появилось.

– Отличное место – грустно проронил Хэрн. Олия снова сорвалась на своём пегом жеребце вместе с Мартином и теперь мы были одни. На соседнем подворье брехал пёс, день плавно перетекал в вечер.

– Хэрн, мы ставить палатку будем? – зевая, спросил я.

– Ты что уже спать хочешь? – удивлённо спросил канн – Ты же весь день пролежал на сене. Я думал, ты спал.

– Ты опять мечтал об Олии, а я в это время работал, между прочим. Смотри, какой я комплекс нарисовал по твоим наработкам, созданный для работы кинжалами против противника вооружённого мечом. По-моему нормально получилось. Как считаешь?

Бедный Хэрн только вздохнул.

– Так, не раскисать, мне только любовных треугольников не хватает! Продвинь немного фургон вперёд и от ручья хотя бы на тройку шагов в сторону отъедь. Вот так. Отлично! Теперь рассёдлываем коней и начинаем готовить свой маленький лагерь.

Устанавливать палатку всё-таки решили. Непонятно где будет спать девушка. Есть ли номера в таверне? И о её сопровождающих тоже стоит позаботиться.

Хэрн пошёл познакомиться с обитателями подворья, возле которого мы остановились и заодно попросить продать нам дров и сена. Я же за это время оборудовал очаг. Натаскал воды из ручья, развёл огонь, используя наш небольшой запас дров. Хэрн задерживался и я начал беспокоиться.

– Хэрн, ты куда пропал? У тебя всё в порядке? – послал я мысленный вопрос канну.

– Всё нормально, малыш. Мы отлично остановились на ночёвку, ты не представляешь, кого я тут встретил. Нам сказочно повезло. Мы решим все наши проблемы разом. Если выживем сегодня конечно, после более близкого знакомства с хозяевами. Жди, мы сейчас подойдем, я хочу тебя с хозяином подворья познакомить.

– Дров захвати, а то сам знаешь, у нас их практически нет. – крикнул я ему в пустоту.

Примерно через полчаса из-за фургона появился улыбающийся Хэрн, тащивший, прогибаясь, увесистую бутыль, а следом за ним вырулила фигура, увидев которую у меня от испуга подкосились ноги. Шкаф, шагающий шкаф. Просто квадрат. Рама необъятных размеров, ростом и вширь удался человек, не хотел бы я ему под горячую руку попадать.

Хэрн уложил драгоценность в фургон, причём ближе к стороне, где пылал очаг.

– Ух, ну и тяжёлая же. Познакомься, малыш, этот господин местный кузнец, вернее сказать, сын местного кузнеца, но тоже кузнец. Я вижу, ты уже оценил его габариты. Это карды. Это не народ и не народность, это результат любви между человеческой женщиной и гномами, но не нашими местными, а уроженцами материка Харм. На родине его отца они считаются вне закона. Уж больно гномы следят за чистотой своей крови. Вот и отец уважаемого Дэриона попал в немилость на родине, когда там узнали о его любви к беглой рабыне. Увы, но его мать не пережила жизни в неволе и когда возник вопрос судьбы сына и старейшины рода потребовали умертвить дитя, то любящий отец пустился в бега, и через пять лет осел в этой местности. Селу как раз требовался кузнец. Уважаемый Дориан, отец этого господина, сейчас занят и попросил своего сына помочь нам и принести немного дров, а чуть позже принесёт и сена. Я от нашего имени пригласил дорогих хозяев переломить с нами кусок хлеба и прикупил у сердечных хозяев местного вина.

Если это немного дров то даже боюсь спрашивать, что в их понятии много.

– Спасибо, уважаемый Дэрион. Благодарю Вас, что вы откликнулись на нашу небольшую просьбу.

– Не стоит благодарности, малыш – прогрохотал он густым басом – и называй меня просто Дэр, не стоит усложнять условностями приятно начавшееся знакомство.

Так – пронеслось у меня в голове – чувствую, ночка сегодня будет бурной и весёлой.

Втроём мы быстро установили шатер, поставив его между фургоном и ручьем. Принесённое сено уложили половину под телегу, часть додавили на застилку пола фургона, а из остального я изготовил две лежанки в палатке. Хэрн расстелил около очага одеяла и покрывала и принялся накрывать импровизированный стол. О чём-то пошептавшись с Дэром, Хэрн сунул ему в руки монеты и великовозрастная детина молча умчалась в неизвестном направлении.

– Куда ты его послал? – спросил я Хэрна.

Но ответ пришёл мысленный

"Малыш, внимательно следи за языком. Гномы народ буйный и огрести по голове от них, это в порядке вещей. Не начнёшь ведь ты с ними воевать. Поэтому, будь внимательным! С другой стороны, они отличные мастера. А нам требуется у них заказать небольшие безделушки. Поэтому, если возникнет какая-то непонятка, спрашивай меня обо всём только мысленно, чтобы ни в коем случае не зацепить их буйный нрав. Сам видел, телег во всех проулках море, единственный этот пустой оказался, теперь понятно почему? Вот-вот. А уходить, у них на виду сворачиваться я не стал. Стыдно, ведь поймут, что испугался. И самое обидное, ведь знали попутчики о живущих здесь гномах, но никто не предостерёг. Потому, наша с тобой задача, назло всем подружиться с этими медведями". – закончил свою исповедь Хэрн.

"Вот, попали! Одно радует – посторонние сюда вряд ли сунутся. Так?"

" Наверное!"

Из проулка показалась огромная бегущая фигура. Интересно, сколько ему лет? На вид, лет двадцать не больше.

– Вот, уважаемый Хэрн, последние забрал и ещё назавтра заказал.

Я посмотрел на радостные глаза здоровяка. Его чистую, почти детскую улыбку. Производит впечатления большого, доброго, но глупого бычка.

– Дэр, скажи мне, пожалуйста, а у тебя братья или сёстры есть, или вы с отцом одни живёте? – осторожно спросил я.

– Есть, конечно, папа когда мы здесь стали жить, женился на тёте Марфе. И у меня ещё трое братьев младших. Они сейчас на площади бегают. Младший твоего возраста. Вы здесь долго пробудете?

Хэрн пожал плечами:

– Не знаем, как караваны соберутся, так и двинем. Ну что там у тебя, малыш, когда на ужин звать будем гостей?

– Каша почти готова, ты, давай, стол сервируй, мяса, хлеба нарежь, и кубки достань, я сегодня тоже в теме, не одним вам отрываться.

Ужин начинался очень чинно. Дэр сбегал, позвал отца. Да-а! Скажу я вам, гном был просто четырёхстворчатый. Лицо крупное, нос и губы мясистые. Глаза глубоко посажены, надбровные дуги мощные, лицо, как луженая медь от постоянного жара, голос грубый, громкий и очень настойчивый, давящий, я бы сказал.

Вино оказалось, и правда, неплохое на вкус, слегка терпкое. Разговор вёлся о войне, что вела Империя на два фронта, звучали мысли, что надо бы тоже куда-нибудь вглубь страны перебираться. Потом Хэрн затронул кузнечное дело и понеслось. Поддатый Хэрн и сам забыл, что недавно призывал меня к осторожности, а сам во всё горло орал на главного кузнеца села, доказывая ему какие-то технические тонкости. Я даже мысленно не мог достучаться до Хэрна, так тот разошёлся. Но, на счастье гном не был пьян или просто находился в прострации от наглости этой мелюзги.

Как я понял, обсуждался вопрос способа переплавки какого-то метала древних. У него была поистине большая тугоплавкость, и оружие из этого сплава ценилось на вес золота и даже больше. У Мартина, вроде, метательные ножи из такого материала сделаны.

– Ты, Дор, мне рот не затыкай, – орал вскочивший на ноги Хэрн – у меня нет этого металла, но если бы была возможность я купил бы немного, чтобы тебе доказать, что я в состоянии без применения магии даже в твоём горне расплавить его до необходимого состояния для ковки.

– А зачем покупать, у меня есть несколько кусков. Вот завтра, на трезвую голову, и проверим, прав ты или нет. – спокойно сказал гном, кидая очередной шмат сала себе в рот.

– Не, подожди, я тебе показываю за просто так секрет племени, а ты мне ничего не даёшь за выигранный спор? Так не пойдёт! – от такой наглости канн снова сел обратно на одеяло.

Тут уже задумался гном. Втягивал, вытягивал губы, хмурился, а когда и улыбался своим мыслям, причём всё это время смотрел на меня.

– И ты позволяешь мальцу пить твоё вино? – неожиданно выдал старый гном.

Хэрн развалился на одеяле, положив себе под руку, непонятно откуда появившуюся подушку.

– Мне не жалко, а ему сегодня не работать!

– Он у тебя, что, уже работает? – неподдельно удивился гном.

– Да, а что тут такого? Он мой ученик!

Гном недоверчиво скорчил рожу. Хэрн, потянувшись за бутылкой и взяв в руки кубок, налил себе вина.

– Ты чего от ответа увиливаешь, старая калоша – прокричал Хэрн, после того как опрокинул в себя кубок. – Мы бьём по рукам или нет? И я что-то не слышу, что ты выставляешь в виде ставки.

– За колошу и по шеё можно получить! – прорычал недовольный гном.

– Ты сперва догони! Что, нечего поставить на кон, так и скажи!

Не знаю, зачем Хэрн цепляет постоянно гнома, но то, что канн никогда ничего не делает просто так, это факт. Чего-то хочет от него добиться, точно.

Непонятно, чем бы всё закончилось, если бы из проулка не показались всадники.

– Дэр, это ещё кого к нам Долы тащат? Иди, выкинь их отсюда! – прогудел хозяин местного подворья.

– Не стоит беспокоиться, уважаемый хозяин, это наши друзья – проверещал я. – Дэр, пошли я познакомлю тебя с нашим охранником – а то, что он, по совместительству и мой брат, знать ему совсем необязательно.

– Хэрн, мелкий пакостник – обратился старый гном к канну – это твои люди?

– Будет достаточно того, что я их всех знаю. О, да нас посетили дамы! – Хэрн вскочил на ноги – вставай, старая развалина, пошли, я тебя познакомлю с приличными людьми. И прошу тебя, веди себя соответственно. Не дело отказывать в гостеприимстве путникам, тем более, когда в их числе леди.

Я не поверил своим глазам, эти два старикана, обнявшись и слегка пошатываясь в разные стороны, направились в сторону Мартина и прибывших с ними гостей. Когда только успели спеться, не понимаю! Мартин, тем временем, помогал покидать сёдла девушкам. Ба, да тут и баронесса! Ей-то, что тут делать? То, что присутствовал Жак понятно, но настойчивое движение баронессы к сближению с нами, когда её прилюдно оскорбили, вызывало у меня стойкое чувство опасности.

"Хэрн, внимание, баронесса. Тут что-то не так! Как бы чего не вышло!" – отправил я сообщение другу.

"Ты думаешь я это не заметил? – быстро ответил мне Хэрн, абсолютно трезвым голосом – Какого Дола, Мартин её сюда приволок? Ладно, не волнуйся, разберёмся".

-Малыш! – громко кричал поддатый братик – вот вы где! Мы вас по всей площади выискивали, а вас нигде нет!

– Ага, нас точно в таверне не было, так чего ты там искал? – прокричал в ответ, подошедший в обнимку с гномом, Хэрн – и чего вы там не остались? Дай угадаю!

Хэрн поднял вверх руку в, останавливающем возгласы, жесте и иронично продолжил:

– Вы выпили все вино, и вас оттуда в шею выгнали! Я прав, уважаемый баронет? – тот давясь, от смеха, мотал головой то ли в жесте отрицания утверждения Хэрна, или оттого, что смех не давал ему нормально ответить. – Кстати, позвольте вам представить господа, хозяина этого подворья, что так уютно позволил нам расположиться на ночлег. Внимание, уважаемые, мастер зубила, кирки и кувалды, уважаемый Дориан со своим старшим сыном. А это наши дамы: Жинель Дана Ванова, баронесса Генская, красота не является её основополагающим достоинством, – баронесса от удивления, услышав такоё, широко распахнула глаза – её ум и обострённое чувство долга делает баронессу несомненной боевой королевой нашего отряда, – а вот тут Жинель даже растерялась, не зная как реагировать на несомненно достойный, но уж больно замысловатый комплимент – наша маленькая красавица Олия, с сопровождающими. Уважаемый хозяин, я рад познакомить вас и с нашими друзьями, лейтенантом гвардии Императора баронетом Жаком де Маринэ, и моим телохранителем, а по совместительству учителем Малыша по боевым дисциплинам, Мартином.

Когда общие приветствия и знакомства состоялись, Хэрн пригласил всех к столу. Застолье, как я понял, должно было затянуться на всю ночь. Медленно попивая разведённое ключевой водой вино, незаметно наблюдал за собравшимися. Если первые мгновения гости ещё стеснялись и чувствовали себя слегка неуверенно, то, минуя тостов пять, веселье стремительно стало набирать обороты. Олию развлекал разговорами Жак и присоединившийся к ним Хэрн, Дэр с открытым ртом слушал хвастливые дифирамбы самому себе в исполнении Мартина, причём баронесса с самым внимательным видом слушала пьяные изъяснения наёмника. И на фоне этого веселья тёмным пятном выделялся с каждым кубком вина смурневший гном. Резкий контраст с его поведением в начале попойки и сейчас сильно бросался в глаза.

– Уважаемый Дориан, прошу простить мою навязчивость, но мне кажется, или вас на самом деле гложут какие-то проблемы и мысли?

Гном резко обернулся в мою сторону. Если бы он увидел на моём месте взрослого, точно драки бы не избежать. Думал, услышу резкий грубый ответ, но достойный гном сдержался.

– Дети, вы, дети! Как с вами радостно и как горько, когда вы болеете, а помочь не можешь,– горестно вздохнул старый гном.

– Дети, на то и дети, чтобы радовать, но и болея, у них природой заложено больше жизненной силы, чем у любого взрослого, дорогой Дор. – успокаивающе проговорил я.

– Ты так рассуждаешь, как будто что-то в этом понимаешь.

– Ну, я не всегда был под крылом Хэрна и Мартина. В моей недолгой жизни тоже многое успело произойти. У вас какие-то проблемы? Кто-то болеет?

Гном молчал, и только ещё больше грустнел. Скажет, не скажет, ведь видно, как ему плохо таскать это в себе. И тут его прорвало.

– Дочка, моя любимая дочурка. Родилась сразу после того, как я уже здесь женился, сейчас бы в невестах ходила, да лежит пластом вот уже пятнадцать циклов. Я что-то в себе из проклятых земель притащил. Следующие пацаны родились и растут нормальными, а Маниша… не ходит она и на вид тело и лицо сильно обезображены. Местный служитель, есть тут у нас храм, требовал умертвить кровиночку, так я его об стену разок приголубил – еле отскребли, с той поры сюда никто носа не кажет. Кому надо, что по работе сделать, Дэра ловят, заказы передают. А так никто эти годы не приходил. Жена плачет, а делать-то что? И умная у меня девочка, читать и писать умеет и к магии у неё способности, наверное, есть, да кто её этому учить будет? Так-то, малыш! Вы первые тоску разгоняете.

Мы помолчали. Не повезло старику, пятнадцать лет смотреть на свой укор, а что дальше будет? В это время Хэрн затянул песню. Я не слушал о чём она, я думал. Попробовать помочь, а смогу? Вот-вот! А с другой стороны, хуже уже вряд ли сделаю.

– Дориан, я могу попробовать ей, а может и тебе помочь, но сперва ты мне должен поклясться в одном деле.

– Ты, помочь? – взвился Дор. А потом быстрый переход – В чём поклясться?

– Это я смогу сказать только после того, как посмотрю твою дочь!

Гном задумался. Долго думал, под песни развеселившегося народа. Я сам уже стал подумывать, а не пойти ли мне спать, раз от моей помощи решили отказаться, как старый гном произнёс.

– Боги решили со мной сегодня позабавиться. Средний мой, сманенный мелкотой убежал посмотреть на рыцарей и проулок без присмотра оставил. То-то вы сюда без приглашении впервые за столько циклов и завернули, и что самое странное, ещё и сами знакомиться пошли. Теперь ребёнок с меня клятву требует за помощь. Странно всё это. Не бывало такого. Но и отказываться я не буду. Пошли, малыш, я тебе свой дом и кузню покажу.

Мы почти одновременно поднялись и стараясь не привлекать к себе внимание направились к жилищу гномов. Но уйти, незаметно не удалось.

"Малыш, вы куда направились?" – догнал меня почти у самой калитки мысленный вопрос Хэрна.

" Отдыхай, потом расскажу. Пойду, посмотрю, как гномы на чужбине живут. За Мартином следи. Мне кажется, эта лядь что-то замышляет. Осторожней там. Не дай им уединиться".

"Ага"– пришёл лаконичный короткий ответ.

Мы уже заходили в дом, когда я обернулся и оглядел оставленный нами наш лагерь. Красиво, видны сполохи костра, который закрывает фургон. Рассёдланные лошади трутся на полянке возле оврага. И песня разносится лихая, залихватская, да ещё исполняется хором, в котором слышатся и женские голоса. Идиллия.

Дом у гнома большой, основательный, даже веранда есть и комнаты на втором этаже. Высота потолков впечатляет. Горница, гостиная, кухня просто огромная, а вот и лестница на второй этаж. Везде на окнах шторы, занавески. В мощных шкафах на полках посуда. На полу цветные коврики с замысловатым орнаментом и рисунком. Видно, что самотканые. По лестнице, которая вела вверх, раздался быстрый перестук каблучков. А вот, видно и хозяйка. Тонкая, стройная женщина с большими глазами, не веряще смотрела на меня. Ротик открыт, будто отрабатывает звук о-о-о, понятно, гости в этом доме редкая вещь, если не необычная.

– Добрый вечер, уважаемая хозяюшка.– с поклоном я обратился к средней лет красавице. – меня зовут Гури, я приехал с караваном и вот уважаемый хозяин позвал похвастаться своими хоромами.

– Посиди на том табурете, малыш. Стэйн, Марни, – на его крик из комнаты выбежали два пацана – а где третий охламон? Напоите Гури чаем с вареньем, а нам с мамой поговорить надо. –  Дор, подхватив ничего не понимающую супругу под локоть, увлёк её куда-то наверх по лестнице.

Пацаны, как до этого их мать, стояли, разинув рты. И пока появилась пауза в знакомстве, я посвятил её разглядыванию детей кардов. Мощные ребята. Этот, что пониже, наверное, и есть мой ровесник. Только он уже на голову меня выше и на пару ладоней шире меня. Оба светло-русые и точные копии своего старшего брата. Смотрят на меня в великом изумлении. Нет, так долго продолжаться не может я им, что, пугало, чтобы меня так рассматривать?

– Эй, ребята, кто-то чаю с варением обещал!

– А булки с маслом не желаешь, случайно?– с угрозой в голосе, ответил старший.

– Не откажусь, только откуда здесь могут быть булочки, я даже про масло не спрашиваю.

Тут очнулся и малой.

– Ты чё лопочешь? Мама даже на продажу в таверну дяди Тома выпечку делает, а у нас две коровы, которые знаешь, сколько молока дают – и потом, резко меняя тему разговора, засыпал меня вопросами – А нож у тебя настоящий? А откуда ты приехал? Зачем тебя отец домой завёл?

– Ребята – вытянул вперёд перед собой руки я – давайте, сперва почаёвничаем, а там за чаем, я вам всё о себе и расскажу.

Булочки, что пекла мама пацанов, и правда, были просто восхитительны, а варенье просто объедение. Заинтересованные пацаны, с угощением не жмотились, а видя, с каким аппетитом, я уплетал булочки с маслом и варенье, с ужасом и восхищением подкладывали мне ещё и ещё угощений. В виду того, что рот у меня был постоянно занят, за всё время нам удалось только познакомиться.

Младшего звали Стэйн, а паренька, его брата – Марни, они были погодки, но этот год был равен ровно ладони разницы в плечах и росте пацанов.

Не успел я запить крайнюю булочку липовым чаем, как на кухню вошли родители оболтусов. Дети тут же вскочили на ноги и малой бросился к матери и показывая на меня пальцем закричал.

– Мама, представляешь, он съел всё, что ты приготовила на завтра для дядюшки Тома, и варенья съел целую банку! Он не сын людоеда случайно? Ведь даже Дэр никогда столько осилить не мог!

Я еле поднялся на ноги. Живот круглый, натянутый, как барабан. После еды предательски потянуло спать. Но я набрался сил, и, точно повторив знаменитый поклон герцога Ергонии, рассыпался в комплементах хозяйке.

– Уважаемый Дориан, вам сказочно повезло, что данная леди является вашей женой, ибо я клянусь, что никогда в жизни не ел ничего вкуснее. У вашей супруги поистине золотые руки и я смею надеяться большое, доброе сердце и она простит голодного путника, что устроил опустошение её запасов и уничтожил всю её выпечку, подготовленную на завтра.

Не зря я так старался с поклоном и подбирал слова. Меня приняли, минимум за барона, даже сам хозяин дома малость стушевался. Видя, что опять наступила пауза, я решил сам брать нить разговора в свои руки.

– Уважаемый Дор, конечно, большое спасибо за угощение, но, увы, мы прибыли сюда по делу. И если вас не затруднит, то я бы хотел узнать ваше решение с женой и желательно без..– я слегка кивнул головой в сторону стоящих ребят.

– Так, спать, быстро! Не дай боги я вас увижу! Бегом! – прокричал гном.

Ребята сорвались с места, правда, старший успел украдкой показать мне кулак. Ага, пацаны освоились, и завтра придут требовать объяснений.

На кухне мы остались одни.

– Итак? – спросил я.

– Я не знаю, кто вы – сказала женщина – но как сказал муж, хуже уже не будет. Мы потратили в своё время много денег на проезжающих магов, всё бесполезно. Простые не могут, а эльфы не желают даже слушать о помощи нам.– она глубоко вздохнула. – вы же говорите, что только посмотрите, и как я поняла, решите, стоит или не стоит пробовать. Я правильно всё поняла?

– Абсолютно, мадам. Ваши выводы точны и ёмки. Если я решу, что в состоянии с друзьями вам помочь, то мы завтра этим и займёмся. А если нет, то… – я молча развёл руки в стороны.

Она молчала, вздыхала и думала.

– Хорошо! Но во время того, как вы будете смотреть, мы будем с мужем с вами вместе в комнате – наконец приняла решение хозяйка.

Я молча покачал головой.

– Нет, её буду осматривать я один, вы можете находиться в соседней комнате. Это моё одно из главных требований. Остальные, если примем решение вам помочь, вы услышите позже.

Молчание затягивалось. Ей было боязно и страшно оставлять свою дочь с таким непонятным мальчиком, что так вольно себя ведёт с взрослыми, и разговаривает с ними, как с равными или даже, как с подчинёнными. Уверенно и чётко.

– Ладно, будь, что будет. Пошлите за мной.

Она повернулась и пошла к лестнице, ведущей на второй этаж.

Комната, в которую мы попали, была небольшая, шкафчик, маленький столик, пара кресел и кровать, стоящая у окна, которое было сейчас открыто и через него в комнату врывались громкие голоса, красиво выводящие куплеты песни, про любовь рыцаря к своей даме сердца.

На кровати, укрытое пледом, лежало нечто, с закутанным платком головой, что наполовину прикрывало и лицо. Глаз пронзительным взглядом упёрся мне в переносицу, как бетонным блоком перекрывающий форпост на трассе. Ничего себе, приём. Да тут силы у человека, как не знаю у кого. Вот так встреча!

– Маниша, этот молодой человек хочет попробовать нам помочь. Я прошу тебя, позволь ему тебя осмотреть. Доченька, сама знаешь, уже никто к нам не приходит. Прошу тебя. – чуть не плача, обратилась к больной женщина.

– Вот этот ма-альчик? – с этими словами, рука с кривыми пальцами потянулась к платку.

Матерь божья! Как же её бедную вывернуло! Как же ей, небось, больно-то должно быть, а она вида не подаёт. Вот это сила духа. Да-а!!!

Я молча достал из кармана ошейник Резы и протянул матери девушки.

– Это надо одеть!

– Вы хотите сделать из моего ребёнка раба! – вскричал громовым голосом гном, всем телом напирая на меня.

– Вы, Дор, надеюсь, не идиот? Как я могу сделать из неё раба, если я его даю вам?! Вот поэтому я и не хочу, чтобы во время осмотра вы находились в комнате. А теперь не кричите, чтобы не переполошить весь лагерь, иначе и ваша хвалёная сила и сила ваших могучих детей не поможет и ваш дом в пьяном угаре разнесут по брёвнышку.

– Давайте, я сама себе его одену! – я обернулся к девушке и непроизвольно дёрнулся. Платок сполз с головы, и ужасная картина предстала перед моими глазами. Половина лица была изъедена гнойными шрамами, какие-то уже засохли, некоторые продолжали гнить. Вот и ответ, почему осенью спят здесь укрытые, с открытыми окнами на распашку.

Посмотрел ей в глаза, и не поверил. В глазах её стояла усмешка.

– Нежелательно Мани, можно я вас так буду звать? – она кивнула – так вот, Мани, одев его самостоятельно, вы станете его рабом навечно. Есть, конечно, способы этого избежать, но сегодня не об этом. Вы мне разрешите его вам одеть? – спросил я её и посмотрел ей в глаза. Наши взгляды, как рапиры, ударились друг о друга. Ничья!

– Пожалуйста! – И она вытянула шею. Я молча, глядя на неё, под изумлёнными взглядами родителей приблизился к ней накинул ей ошейник на шею и смотря ей в глаза, громко сказал:

– Оба вышли за дверь! Быстро! И что бы вы не услышали, без спроса не входить! – услышав за спиной звук захлопывающейся двери, сказал девушке:

– Сейчас ты уснёшь, и твоя боль на время пройдёт. Я не обещаю тебя вылечить, но я очень постараюсь. Если я приму решение, что смогу тебе помочь, спать ты сегодня будешь в ошейнике, если нет, то сегодня и проснешься. Давай! – и с последним словом я застегнул на шее у неё браслет.

– О-о-о! – длинное, протяжное, вот оно чувство жизни без боли. Боль, ненадолго отступила. Девушка без сознания откинулась на подушки.

Итак, что мы имеем. Я откинул одеяло. Господи! Ужас-то какой!! Ноги, как и руки вывернуты в суставах, живот и грудь поражены гнойными шрамами, почти вся грудь в шрамах. Жуть.

Переходим на магическоё зрение.

– А-а-а! – я резко от боли падаю на пол. Чёрт, как же больно, словно ночью в кромешной мгле под работающую сварку попал. Успел, слава богу, отключиться, а то бы перегорел. Что это было? Заметил только замысловато переплетённые между собой энергетические жгуты по всему телу. Что делать? Может, Хэрн разберётся? Надо его звать, хватит ему девочек маленьких обхаживать.

" Хэрн, ответь, ты мне нужен!" – прокричал я мысленно.

"Чего кричишь, малыш, что случилось?" – ответил Хэрн грустным голосом. Опять, наверное, Олия хвостом перед ребятами крутит, а тут ещё и баронет пристал. Страдает старик от неразделённой любви, его бы по "ледям" провести, надо будет на эту тему с Мартином поговорить, он в таких делах дока.

" Всё нормально, но нужна твоя консультация и помощь, подходи к воротам, мы там тебя с Дором встретим".

Я встал и направился к двери. Отец и мать дежурили прямо у двери, видно услышали моё падение, но заходить побоялись. Вопросительно уставились на меня, но рокового вопроса никто из них задавать не спешил.

– Дор, мне надо с тобой отдельно поговорить, с глазу на глаз, где мы можем это сделать без посторонних? И надо взять с собой Хэрна, он сейчас к воротам подойдёт.

– Иди за мной, малыш…

Мы расположились в кузне у Дора, в его мастерской, и такое у него тоже было. Как объяснил гном, мастерская – место, где на изделие наводят лоск.

На рабочем столе бутыль с вином, три кубка, и немного разной снеди. А неплохо живёт кузнец. Заработок позволяет ему содержать такое нехилое хозяйство, правда и сыновья ему помогают, но всё-таки просматривается один общий генеральный план постройки, каждая вещь на своём месте, всё сделано с любовью, всё сделано для удобства и работы.

– Что случилось, малыш? Ты меня так экстренно вызвал, а сам знаешь, там у нас проблема образовалась! Я даже боюсь представить, что эта ведьма может предпринять.

– Тут такое дело, Хэрн – и я ему в общих чертах набросал ситуацию, связанною с дочерью Дора.

– Я её осмотрел. Можно попытаться использовать то плетение, которым ты лечил парня с ногой, помнишь? – Хэрн задумчиво кивнул и я добавил мысленно – но вот что делать с энергетической составляющей, я не знаю. Я и позвал тебя специально, чтобы ты сам посмотрел, может, вспомнишь что, или видел что-то подобное и надо разговорить Дора. Необходимо понять, что предшествовало зачатью, во что вляпался достойный гном перед женитьбой, когда, как и где это произошло. И главное, что, собственно произошло? И знаешь, я предлагаю осмотреть самого Дора, может оказаться так, что проблема с рождением дочери никуда не ушла.

– Какая проблема? – спросил Хэрн.

– А я знаю? – начал сердиться я. – У девчонки внутренней силы хватит на сотню таких, как я, а то и больше, но она у неё какая-то вся перепутанная или смешанная энергиями антагонистами. Как это возможно, не знаю, это только мои предположения, мысли вслух так сказать.

– Ты хочешь сказать, она маг? – удивился Хэрн.

– Вне всяких сомнений!

– Этого ещё не хватало – уныло вслух проговорил обеспокоенный Хэрн.

Дор дёрнулся и с подозрением уставился на своего собутыльника. Но Хэрн молчал, молчал и я, гном тоже, тяжело вздохнул, он поднял легко немалую бутыль и наполнил все три кубка, причём количество вина в них стало одинаковое. Вот таким простым способом он дал понять, что воспринимает меня, как равного, несмотря на мой юный возраст. Ну что же, коль меня прировняли ко взрослым, то и на мои недетские вопросы, я надеюсь, дождусь ответа.

– Дор, я упущу на время эти обращения вежливого общения и буду говорить просто, для пользы дела. – гном молча кивнул в знак согласия – Ваша дочь поражена не просто болезнью, а скорее всего, действием неизвестного плетения или магической силы. Такое может происходить, если рядом с больным находиться постоянно на протяжении всей жизни объект или предмет, который излучает энергию, которая и действует на жизненно важные процессы в организме ребёнка. Вернее, именно она поглощает действия этого объекта. Вот я и хочу узнать, перед тем как вы только планировали сделать дочь, не подвергались ли вы сами воздействию сильных боевых плетений или чего-то в этом роде. Не приносили ли вы из своих походов вещи, имеющие магическую составляющую. Перстни, кулоны, камни которые хранятся в доме с тех времён. И мне хотелось бы узнать ещё одну вещь. Не обращались ли к вам маги, которых вы приглашали для лечения дочери с предложением, просьбой, требованием отдать вашу дочь им, как существо опасное для окружающих. Может, вам за неё предлагали деньги или пытались украсть. Были ли такие случаи?

Гном насупился. И смотрел на нас волком.

– Можете уже не отвечать на мой последний вопрос, а вот на предыдущие мы бы хотели от вас получить ответ, и пока вы будете рассказывать, я бы хотел, чтобы вы улеглись на пол и закрыли глаза. Я в это время проведу диагностирование вашего тела и ауры. Может так случиться что, то, что вы в своё время приобрели в своих походах, это следствие болезни, разносчиком которой являетесь вы.

Дор смотрел непонимающими растерянными глазами. Буквально опешил и так и сидел, не двигаясь и ничего не предпринимая.

– И чего ты застыл, как истукан, ложись быстро на пол.– вывел его из столбняка грубый оклик Хэрна – Закрывай глаза и вспоминай вслух всё то, что с тобой происходило за год до того как ты познакомился со своей женой, а также то время, что было после свадьбы вплоть до рождения дочери.

Получив точные ясные команды гном улёгся на пол прям нам под ноги и помолчав немного явно собираясь с мыслями начал рассказывать о том времени когда он с сыном пустился в бега. Интересно было бы послушать о путешествиях и о дальних неизвестных странах, но меня больше волновала мысль о том, как произвести диагностику его тела не имея под рукой ещё одного ошейника.

– Закройте глаза, Дор – перебил я рассказчика – помолчите немного соберитесь с мыслями, а я вас пока посмотрю. И ещё одно, если почувствуете дискомфорт, боль или любые другие неприятные ощущения не терпите, а тут же, вслух мне о них говорите. Готовы? Начали!

Плетение диагностики мгновенно слетело с моей руки. Повреждений и ран нет. Тело гнома сплошное ровное свечение зеленоватого цвета. Вот только под сердцем пустое белое пятно. Не понял, никогда такого не видел. Переходим на магическое зрение.

– Ах! – сильно резануло по глазам. Прикрыл быстро. И через мгновение мысленно приоткрываю взгляд, увеличивая интенсивность обзора, буквально мизерными дольками. Яркая точка, что пульсирует в такт работы сердца гнома, явно просматривается на общем фоне тела. Похоже, я нашёл первопричину. А может у гномов это является нормой, и я просто нашёл физические отличия от тел людей?

– Скажите, Дор – выйдя из магического зрения задал я вопрос гному – в область сердца или в грудь в указанный Хэрном промежуток времени вы не получали ранение, в особенности при помощи магии или просто любыми метательным оружием.

– А вы откуда узнали? – с оторопью в голосе просипел Дор.

– Вы меня, конечно, простите, уважаемый, но перед вами в данный момент работают великий маг каннов Хэрн, повелитель тьмы и его лучший, потому что единственный, ученик. Вы даже не удосужились навести о нас справки, кто мы такие. Но, не суть важно. Итак, вы не ответили на наш вопрос. Где, когда, при каких обстоятельствах, вы получили проникающее ранение грудной клетки? Что за оружие было применено, и кто являлся на тот момент вашим противником? Ну!

Гном судорожно сглотнул, оглядел нас шальным взглядом. И проговорил.

– Вот он и вернулся, как обещал!

– Кто обещал вернуться, когда, при каких обстоятельствах? Быстро, пароли, явки! – блин, насмотрелся кино в своё время.

– Поисковой группой охотников, куда входил и я, мы столкнулись в проклятых землях, при осмотре остатков неизвестного храма, с архилиньчем. Из боя вышел один я на ногах. Все остальные были тяжелораненые, я тоже был ранен, но на ногах стоял. Я вынес всех.

– А Линч, куда он делся? – спросил Хэрн.

Гном помялся, покряхтел, поозирался по сторонам.

– Потом, когда очухались, я всем сказал, что убил его – он помолчал немного, а потом такое выдал – На самом деле, он меня отпустил.

– Почему? – спросил я.

– Не знаю, сказал просто, ты меня ещё вспомнишь, а теперь иди. И выбирай, что возьмешь – добычу или раненых. А сам смеётся. Жуткий оскал у него. А я взял всё и добычу и раненных. Всех до земель донёс, там нас второй отряд подобрал, что шёл вместе с караваном. А в караване моя будущая жена ехала. Она то меня и выходила, так и познакомились.

– Чем тебя ранил Линч? – строго по слогам спросил я.

– Не знаю,– тихо проговорил гном – не помню.

Итак, думаем. Что именно это ранение, вернее само средство с помощью чего было нанесено ранение и является тем, что держит девушку в состоянии увечной. А может, и наоборот. Что именно девушка является нейтрализатором действия непонятного подарка Линча, ведь последующие дети родились и живут здоровыми, и наверняка, благодаря ей.

– Скажите, Дор, а вам дочь когда-нибудь говорила, что испытывает сильную боль и страдания?

– Нет, не говорила, – он вздохнул – но я чувствую это и замечаю, что когда я рядом, когда держу её руку в своей руке, ей намного легче. Поэтому, в последнее время, я совершенно отошёл от дел и занимаюсь только дочерью, даже сплю в её комнате, облегчая её страдания. И знаете, что когда я стал практически у неё в комнате жить, её гнойники стали быстро зарастать, правда, оставляя после себя ужасные шрамы.

А вот это наблюдение очень ценно. Я думаю, надо срочно доставать из груди у гнома ту вещь, запрятанную туда Линчем. Я уже хотел поделиться своими мыслями с Хэрном, но как только обернулся к нему, то так и застыл от изумления. Хэрна с нами не было. Вернее, тело его находилось с нами, но его самого, как сущности в ближайшей сотне метров не ощущалось. Его тело застыло каменной статуей и не дышало.

Только этого мне не хватало. На такой размен я не согласен, Хэрна я не отдам.

– Хэрн – мысленно позвал я – Хэрн, вернись. Ответь.

Упрашивал и просил я откликнуться канна, наверное, с час. Гном испуганно застыл на полу, и боится лишний раз пошевелиться. А я уже почти реву.

С чувством утраты пришла и боль, а с болью яростная, всепоглощающая злость. Покинуть меня, без дозволения, или ты думаешь, что магия крови это так, хиханьки-хаханьки. А вот дудки!

Я встал на ноги и чётким громким голосом проговорил.

– Хэрн, вернись немедленно – это приказ!

И в тоже мгновение, сидящее тело Хэрна с хрипами заглатываемых глотков воздуха, свалилось на лежащего на полу гнома.

Как гном дуба от страха не дал, ума не приложу, но то, что это большое и мощное тело потеряло сознание, точно.

Хэрн на трясущихся руках встал на четвереньки и головой дубасил гнома в область сердца. Через хрипы приговаривая.

– Получи, сволочь, получи!

От такой картины я сам выпал в осадок. Ничего не понимаю. Что творится в датском королевстве?

-Хэрн, очнись! – бросился я к канну, пытаясь оттащить его от бесчувственного гнома. – Очнись, слышишь меня?

– Да слышу – пробормотал запыхавшийся Хэрн – чего орать? Что бы я мог сделать этой горе мышц? Только голову себе отбить, а так хоть душу отвёл!

– Что с тобой было, я думал ты умер, тебя не было долго, очень долго.– захныкал я.

– Где был не знаю, себя не чувствовал,– приобнял меня за плечи и прижал к себе Хэрн – где, тоже не скажу, а вот кто меня туда отправил…– Хэрн артист сделал артистическую паузу, концентрируя и без того огромное внимание на себе – та штука, которую Линч подсадил Дору. Это семя Линча. Так эти создания подготавливают себе смену. Но в этот раз, почему-то не получилось у него, что-то ему помешало. И родилась вместо мальчика – дочь. А девочки рыцарями смерти не бывают. Вот так. А Линч все правильно рассчитал, и объект подсадки подобрал изумительный и редкий. Представляешь, какие бы рыцари из детей гнома вышли. Вот-вот и я об этом тоже говорю. Страх берет, как Дэра вспомнишь. И что теперь делать будем?

– А что делать! Делаем операцию Дору, вытаскиваем эту дрянь. Потом вживляем её девочке, а потом процедуры восстановительных плетений. Как тебе такой расклад?

– Вполне! Только как быть с Дором? Приводить его в чувство или нет?

– Думаю, что надо. Пусть знает, какая опасность над семьёй его висела, и кто их спас! Давай, так. Я к Мани, заберу ошейник и с ней поговорю. Заодно и осмотрю магически, потренировался на Доре, я думаю получится, а ты готовь гнома к операции. Пару скамеек подготовьте, и едой для восполнения сил не помешало бы запастись. У тебя с собой пару кусочков НЗ есть? – Хэрн подтверждающе кивнул – поделишься. Всё! Я к Мани, а ты здесь разруливай. Разбежались!

Но добежать без приключений до дома мне не удалось. Только вышел на крыльцо кузни, как был схвачен за шиворот верзилой с Мартина ростом и комплекцией. А на физиономию, вылитый Дэр.

– Ты куда помчался, проказник. – прям в лицо прорычал брат Дэра, – вы что там в кузне творите и отца что-то не слышно. А? Отвечай, когда тебя спрашивают!

– Вы, уважаемый, поставили бы меня на землю – полузадушено пропищал я, – а то разговаривать, болтая ногами в воздухе, во-первых, неудобно, а во-вторых, небезопасно для оппонента.

– Ты, мелочь пузатая, мне ещё и угрожать вздумал?! Да я тебя сейчас на сук повешу, и будешь висеть до самого утра. Разбойник!

Как он мне надоел и я, раз уж так удачно он мной из стороны в сторону разбалтывает, с лёту влепил ему ногой между ног, вложив в удар всю свою ещё не прошедшую злость и боль отчаянья.

– Вау-а-а-а!!! – завыло создание, выпустившее из рук ворот моей куртки – и так классно он подвернулся, что я со всей силы влепил ему ещё пинок точно под подбородок.

– Хрямьсь! – сработала бетонная челюсть, чуть ногу не отбил. Но, видно, этим ударом я его только взбодрил, и взревев как раненный бизон, полугном резко бросился в мою сторону. Ага, щаз-з!! Так мы тебя здесь и ждали.

Воздушный кулак припечатал его тело о стену рядом стоящего капитального строения. Сарай, наверное, или курятник. Тело медленно осело на землю, из рта струйкой показалась кровь.

– Блин, не убил ли дурака? – проверить бы, но и подходить страшно. Рукой одним ударом убьет, и куртка из кожи монстра не спасёт. Кинетический удар она, к сожалению, не гасит. Но и оставлять его в таком состоянии нельзя. Выдернув из ножен клинок медленно, внимательно следя за поверженным противником, подкрался к нему вплотную, пинком уложил его на землю и срезанной верёвкой, что висела неподалёку, стянул руки в локтях за спиной буйному хозяйскому сыну.

Впрыск толчка энергии привели в чувство громилу. Он дёрнулся попытался приподнять голову и словил под горло острый кусок железа.

– Поговорим? – спокойно спросил я.

– Ага – промычало создание.

– И чего вы на меня накинулись уважаемый? Я вроде никого не трогал. Меня пригласил сюда твой отец, братаны твои младшие булочками с чаем и вареньем угощали. Дэр к нам в лагерь дров приносил. Сейчас, слышишь, с моими друзьями песни распевает. И мама твоя мне очень понравилась и с сестренкой твоей старшей познакомиться успел, а ты, с какой стати, дорогих гостей за грудки хватаешь. А, болезный?

Услышав о том, что я гость хозяина, парень и вовсе сник. Накосячил по полной, да ещё и пацаном на землю уложен и по причиндалам настучали.

– Ну что, знакомиться заново будем? – тихо, вкрадчиво, в самое ухо верзиле спросил я. – меня зовут Гури, среди друзей кличут просто малыш, я ученик мага, который сейчас общается с твоим отцом, который и пригласил нас помочь твоей сестре. Ты свою сестру любишь? – парень истово закивал – хорошо! Ну, а тебя как зовут и чего ты с людьми такой невежливый?

– Прошу простить меня. Я домой не заходил, только вижу, в кузне свет горит. Ну, я к окошку! Отца не видать, а ты с гоблом сидишь и о чём-то разговариваешь. Что мне думать-то было? Прости, уважаемый, а зовут меня Феррдоманом, а в селе кличут просто Ферро. Может, отпустишь, а то лежать неудобно, камень прям на больное место давит.

– Хорошо, но ты поклянешься не причинять мне и моим друзьям вред, и никому не рассказывать, как мы с тобой познакомились.

– Договорились!

– Нет уж, дорогой, полной формой, пожалуйста.

– Клянусь не причинять вреда Гури и его друзьям, и никогда не рассказывать, как мы с ним познакомились. Кровью клянусь! Вас так устроит?

– Вполне – убрав от его горла нож, разрезал им стягивающую руки парня верёвку.

– Вставай, и проводи в комнату к сестре, мне с ней поговорить надо. С тебя булочки с маслом, если найдёшь их конечно. Погнали.

– Кого погнали? – заозирался по сторонам мой новый знакомый.

– Побежали, олух, у меня сегодня ещё дел наметилась – куча.

В дом мы вошли тихо, стараясь не шуметь, поднялись на второй этаж, а в комнате на кресле, возле кровати и спящей на ней Мани, обнаружили дремлющую маму ребят.

Так, ситуация осложняется. Мне нужен ошейник, кровь из носа, и теперь придётся разговаривать и с женщиной, и если я хоть что-то в них понимаю, то дело придётся иметь с типом Маргарет Тэтчер, великого премьер-министра Великобритании, а такую даже пытаться обманывать не стоит.

– Буди маму, скажи, что я хочу с ней поговорить. Только нежно и осторожно.

А в свете парень оказался поменьше Мартина, но не намного. Сколько ему – лет двенадцать-четырнадцать, не больше. Синяк на челюсти и как я её только ему не сломал? И после воздушного кулака на удивление быстро отошёл. Резиновый он, что ли?

Тем временем Ферро подошёл к матери и аккуратно потряс её за плечо

– Мам, тут Гури хотел с тобой поговорить. Ты меня слышишь, мам?

– Да – удивительная женщина открыла глаза и, повернув голову, посмотрела на меня. – Что вы хотели, и где Дор?

– Он остался с Хэрном, это мой учитель, я уже об этом говорил, а поговорить сейчас я бы хотел о Мани и её отце.

И я глазами показал на Ферро.

– Сынок, оставь нас. Иди пока, поешь. – и посмотрев на меня, усмехнулась и добавила – если конечно найдёшь, что. Сегодняшний вечер и ночь весьма суетливой и беспокойной оказались!

Ферро вышел, дав мне знать, что будет меня ждать. Он чем-то мне баронета напомнил, такой же живой и непоседливый, всё-то ему обо всех надо знать. Спать не ляжет, это точно, когда в доме такие дела происходят – заснешь тут!

– Вы не против? – спросил я женщину, указав на второе кресло.

– Да, пожалуйста. – ответила она, удобно устраиваясь в кресле.

И какая-то она спокойная очень. Не печальная, не удручённая страданиями дочери, а именно спокойная и тут меня настигла догадка. Неужели???

– И давно вы знали о болезни дочери? Нет не так, давно ли вы знали о причине болезни дочери?! – в лоб спросил я.

А вот теперь спокойствие, как рукой сняло. Настороженная, напряженная, как кошка перед прыжком, сидела она передо мной. Губы плотно сжаты, взгляд глаз, как две рапиры. Где-то я сегодня это уже видел. Вот – вот бросится, и хуже того, она ведь и сына попробует позвать, а у того клятва. И погибнет пацан, выполняя приказ матери, она ведь о клятве ничего не знает.

– Вы только Ферро не зовите пожалуйста, у парня клятва, он погибнет. – О, вот опять удивление промелькнуло во взгляде у женщины. И вдруг она разревелась, тихо, приглушая рвущиеся громкие всхлипы. Слёзы ручьем по лицу. Она явно чего-то боится. Явно боится не за себя, а за детей, и мужа.

– Вам нечего меня бояться. Я вам не враг. Я и правда пришёл помочь. Как Мани, так и вашему мужу. Есть средство. Но прежде чем мы будем о нём говорить, я бы хотел услышать всё, что произошло тогда с самого начала. Итак?

Она молчала, с мольбой смотря мне в глаза, но я не пытался её успокоить. Жестко и требовательно смотря на неё в ответ.

– Я поняла о нём всё, когда ухаживала за ним в караване. – проговорила она, проталкивая слова между рыданиями – Я поняла, что он заразный и зараза которая в нём живёт, очень страшная. Моя семья долго жила возле великой пустоши, а оттуда и не такой ужас порой выходит. И симптомы были на лицо, а мне, и правда, его стало очень жалко. Особенно импонировало то, что он в беде друзей не бросил и, хотя сам был ранен, вытащил их всех и добычу прихватил. Но если бы церковники его приметили, то он был бы не жилец. Они с такими такое вытворяют, уж лучше сразу в могилу. Но и не это главное! Моя бабка была знахаркой. Впитывала в себя всё, пробовала всякие плетения, выбирая те, что ей давались наиболее легко, если конечно вовсе давались. Вот она и научила меня двум заклинаниям, что позволяли женщине с большой вероятностью рожать только девчонок. И я с детства знала, что Линчи не охотятся на проклятых землях на женщин. При случае, они их просто убивают, чтобы потом обернуть тело, получив очередного боевого скелета. Женщины даже в качестве зомби ими не используется, максимум живыми мертвецами, но эффекта от них в этом виде очень мало. Так вот, из женщин невозможно получить рыцаря смерти. Никто не может переродиться, так как это делает женская особь. Вот тогда я решила остаться с Дором, прекрасно представляя, что будет с моим первенцем или страшная, но достойная участь дочери, участь, которая не даёт распространиться заразе на своих маленьких братцев. Или, если бы это был бы сын то его участь и того страшнее. Сами понимаете, но выбор у меня был невелик.

– А если бы у Дора были дети на стороне?– спросил заинтересованно я.

Вдруг она засмеялась. Смеялась, так же, как и плакала, до слез, также удерживая громкие звуки.

– И что же вас так развеселило в моём вопросе, мадам? Судя по количеству ваших детей и то, что он предпочитает человеческих женщин, такая опасность существовала и сейчас существует, ведь так?

– Вы мало знаете о земле, где живёте. Гномы однолюбы. Они верны всю жизнь. Ребёнок от первой женщины, он безобрядный. Они собирались, но не успели, её отравили. Она погибла насильственной смертью, и тем самым, дала возможность Дору через пять лет памяти жениться снова. А если бы они совершили обряд, даже не знаю. Не задумывались, почему гномов так мало? Вот именно поэтому. И ничто нельзя сделать. И такой случай как у Дора, он единичный, не многие нашли в себе силы и мужество пуститься в бега с ребёнком на руках. Я думаю, в Империи вы больше кардов не встретите.

В принципе, всё уложилось в те рамки, что я и предполагал. Но Дору об этом ничего говорить нельзя, неизвестно, как он на её рассказ отреагирует. А вот Мани я бы рассказал. Я думаю, она и сама о многом интуитивно догадывается. Но родителей не казнит и не клеймит. Отличная девчонка!

– Вы только продолжайте от Дора скрывать правду. Не надо травмировать человека, то есть гнома. Хорошо? – она кивнула в ответ.– Теперь бы я хотел поговорить с Мани. Вы не против? И наверное, я ей всю правду расскажу. Она девчонка умная, поймёт. И давайте не будем напрасно терять время. Разговаривать с ней я буду один. Я сниму с неё сейчас ошейник, и она придёт в себя. Я с ней поговорю и предоставлю место вам. Она вряд ли заснёт, после того, как всё услышит, вот тогда вы и придёте душу изливать. После того, как закончим с Дором, я либо вновь ошейник ей одену, либо, если будут силы, сразу проведём с Хэрном операцию. Всё понятно? А теперь будьте добры, оставьте нас. Я вас позову, как закончу.

Женщина встала с кресла медленно, будто гипнотизируя, подошла ко мне, взяла молча моё лицо в руки и поцеловала меня в лоб. И так же молча вышла за дверь. Боже, какой эротичностью от неё тянет. Честно, от её прикосновений я чуть не кончил, но петушок в штанах впервые сделал стойку, это факт. Вон никак успокоиться не может. Фу-х! Вот это женщина. О каких бабах на стороне я говорил? Вот же Дор, оторвал себе счастье вместе с несчастьем одновременно. Повезло!

Не отвлекаемся, а то точно по ночам спать не буду из-за эротических кошмаров.

Я наклонился над девушкой. Переходим на магическое зрение, полностью закрыв шторки восприятия. Нормально, а теперь постепенно их начинаем приоткрывать. Хватит, а то волны бьющейся энергии давят и очень сильно. Она, что, всё это держит в себе? Боги, это ведь больно должно быть очень. Стоп! Если это должно быть очень больно, но девчонка ведь живёт, то это означает, она умеет, как и я блокировать боль. Сама научилась. Всё возможно.

Как вернуть потоки в нормальные русла? Как их систематизировать? Может попробовать перекачать энергию в себя? У меня вон, кулон настоятеля, практически пустой, два камня хаоса разряженные, да и камень моей охранной бздюльки не помешает подкормить. Надо убрать излишки, надо. Заодно бы понять, куда устанавливать то, что вытащим у Дора. Приготовились. Накладываю руки на голые груди они хоть и сильно изъедены шрамами, но без гнойников. Так, думать только о работе, никакой эротики. Но дочка точно пошла вслед за матерью. Талант женского счастья у них явно передаётся в роду от женщины к женщине. Успокоились и начинаем. Где мой энергетический канал и куда цепляться. Вон в районе солнечного сплетения сгусток явно просматривается, на счёт три – три!

– Ах! – и снова чуть не проморгал момент переключения элементов потребления энергии! Какой мощный поток. С алтарём бобика, конечно, не сравнить, но явно больше того, что пришлось принимать, когда убирал чёрную ауру у раненного. Вот и все своё навесное оборудование накачал энергией по самое не балуйся, даже в кольцо защитного контура впихнул, сколько влезло, а теперь и к камню хаоса приступим. Да сколько же в ней этой энергии?!

Половина камня набралось и потом, сработал, видно, защитный блок у девочки, явно лишнего не отдаст, только сама, если захочет. Так смотрим магическим зрением. Ничего не видать. Так створки же полностью закрыты, а так, уже лучше, а вот так, просто прекрасно. Смотрим. Энергетика распределена рывками по всему телу. Никакой равномерности. Думаю, установив блокиратор, вся энергия завяжется вокруг него, вот тогда и можно будет спокойно заниматься его модернизацией и доработкой. А пока сложно о чём-то говорить. Ничего трогать не буду.

А теперь диагностику запустим.

-Да-а! – поражено всё. Всё тело серого и темно-серого цвета. Все внутренние органы в застое. А откуда приток будет, она практически не двигается? Может попробовать плетения восстановления, как они себя чувствовать будут? Самое простое первого уровня ну-ка! Плетение мгновенно слетело с кисти, и также мгновенно было поглощено непонятной субстанцией, не дав плетению возможности даже развернуться. И энергетические нити стали сильнее. Но я манны и силы потратил всего ничего, а прилив сил и манны у пациента по сравнению с потраченной мной, поднялось в разы. А если третьего уровня, что сейчас даётся мне легко. Готово. Ну и где результат? Только вновь линии сгустков энергии явно увеличились. Но лечения ведь нет.

Я уселся в кресло и задумался. Она, получается, не восприимчива к магии. С одной стороны хорошо. Магия тебе не страшна, но с другой – медицина в этом мире тоже вся завязана на магии. И результат на лицо. А Дор говорил, что если он долго держал руку дочери в своей руке, гнойники на теле дочери быстрее зарастали. Какой наблюдательный папаша. Просто загляденье! А нам это даёт, что нам это знание даёт? Что прежде чем влиять на девчонку магией надо сперва установить в неё то, что вложено в её отца без его ведома. Но тут теорией не поможешь тут практикой надо подтверждать свои выводы и боюсь, что подводных камней в этом болоте ещё больше чем в любом океане. Ладно, будим девочку!

Я нагнулся и осторожно снял ошейник. И тихонько тряся её за плечо негромко позвал.

– Мани, Мани! Ты меня слышишь?

– Да, мам, что хотела? – не открывая глаз, сонно пробормотала девчонка.

– Ну, я ещё совсем не мама и даже со временем, вряд ли стану, но за обращение спасибо.

О! проснулась. Резко села на кровати, непривычно хватаясь вывернутыми пальцами за край одеяла.

– Привет! Помнишь меня?

– Да! Ты мальчик по имени Гури! Ты обещал меня вылечить. – она поднесла к глазам руку, и в них тут же пропало то состояние радостного возбуждения – Не получилось, да? – сквозь слёзы проговорила будущая железная леди.

– Почему же не получилось. Ты контроль с боли сними. Попробуй, не бойся.

Её лицо выражало высшую степень удивления. Упование на выздоровление придало ей силы и наворачивавшиеся на глазах до этого слёзы пропали, оставив место только радостным искоркам в глазах и безумной надежде.

– Вот! Это только начало. Но скажу честно, есть одна проблема, с которой я пока не могу разобраться даже теоретически. К тебе применили какое-то незнакомое плетение, которое, наверное, блокирует любую возможность с помощью магии влиять на тебя. Будь это лечебные и восстановительные плетения, либо боевые. Все они блокируются, а энергия от них концентрируется в тебе, увеличивая количество манны и силы в разы. Как это происходит, я не знаю. Я прошу тебя, вспомни, пожалуйста, после чего начали происходить в тебе эти боли. Что этому способствовало и предшествовало.

Девочка неожиданно насупилась. И куда только делась радость от исчезнувшей боли.

– А ты не кому не расскажешь? – вот тут уже у меня рот от удивления раскрылся. Это, что же получается, в этой семейке каждый с двойным или тройным дном тайн и загадок?

– Если не будет в этом необходимости, никому не расскажу, кроме своего учителя – и предупреждая её протесты сказал – ведь это он будет тебя лечить, а я только помогаю.

– Ладно! – и снова замолчала. Так и сидела, явно решая, говорить мне свою страшную тайну или нет.

– Так, девочка. Ты меня, конечно, извини, но времени на политесы у меня нет. На дворе глубокая ночь, а я ещё даже не ложился. Так что давай, решай быстрей, нужна тебе наша помощь или нет. Если нужна, то будь добра расскажи обо всём без утайки. Магия, она вещь такая, она ошибок не прощает. А рисковать своей жизнью или твоей я бы не хотел. Решай. Если нет, то я пошёл спать.

Отповедь девчонке явно не понравилась. Никто с ней таким тоном в этом доме не разговаривает, это видно. Но она упрямо молчала. Демонстративно отвернув от меня лицо.

Ну и ладно, не хочешь, как хочешь!

Я встал и молча направился к двери. Не успел взяться за ручку как она быстро проговорила:

– Ферка украл из кабинета отца книгу. Не мог сам её открыть. Он даже нож сломал, пытаясь её хотя бы поцарапать. Это было пять циклов назад. Я хоть и больная была, но таких болей не было. Маги приходили до этого, полечат немного, но пройдёт немного времени и всё возвращалось обратно. Вот.

– И что книга?

– Этот балбес её у меня оставил. Спрятал под матрацем. А мне лежать одной скучно, вот я её и открыла.

– Чем открыла?

– Как чем, рукой! Взяла застёжку откинула и почитала немного. Там такие интересные рисунки нарисованы были и надписи под ними. А я тогда только читать выучилась, вот я один листок и прочитала и рисунок запомнила, а потом я вдруг с кровати без сил упала и после этого лечение магами только боль приносит и никакого облегчения. – она захлюпала носом.

– Где книга теперь?

– Не знаю. Когда я пришла в себя, то слышала, что отец сильно ругался. И говорят Ферро очень сильно досталось от него. А куда книга подевалась, я не знаю. Может, отец забрал?

Так, очередная непонятка. Теперь ещё и книга и явно, что книга магии. Интересненько получается. Выходит, эта пигалица сама на себя заклинание наложила, вот и не помогают усилия магов. А чем больше они прилагали сил и магии, тем больше доставляли страданий девчонки. Теперь к операции ещё и удаление плетения проводить надо, причём делать это надо в первую очередь. Без этого к девчонке не подойти. Ладно. То, что хотели, узнали, а теперь бы решить, где книгу брать. И думаю, что от такой женщины, как жена Дора, секреты мужа, хранящиеся дома не тайна. Проверим, а пока!

– Мани, сейчас придёт мама и расскажет тебе одну страшную сказку с твоим участием. Я сам хотел, но сама видишь, появились другие заботы, связанные с тобой. Я браслет забираю, потом принесу. Хорошо?

– Ага. А когда мама придёт?

– Подожди немножко.

Я вышел из комнаты и тут же натолкнулся на Ферро. Он, как часовой, стоял под дверью и не удивлюсь, если узнаю, что подслушивал. О, Ферро!!! Так-так!

– Скажи-ка мне, уважаемый! – он подобрался после моего официозного обращения – Мама твоя где?

– На кухне – проронил явно раздосадованный сыщик. – булочки печёт.

– Давай, так! Ты сейчас зайдёшь к сестрёнке. Развлечешь её немного. Ты ведь спать не хочешь?

– Не, я спать не лягу, пока всё не закончится. А ты куда?

– С мамой твоей поболтаю, а потом может быть, и ты мне понадобишься. Только, чур, не подслушивать. Хорошо?

– Ладно, но без меня в кузню не ходи. Договорились?

– А вот это я тебе обещать не могу. Ладно, иди.

Пока он за дверью в комнате сестры не скрылся, я с места не сдвинулся. Вот же, живчик у них растёт. Кошмар просто!

Марфу я нашёл, и правда, на кухне. Сидела она за столом, устало сложив руки на коленях.

– Хозяюшка. Прошу простить меня ещё раз, но, увы, все дороги выявленные расспросами ведут к вам. Мне можно присесть?

– Садись, маленький. Что тебе ещё хочется узнать, я всё сказала, ничего не скрыла.

– вам верю. Но вот возникла ещё одна проблема. Не хочу вдаваться в подробности. В общем, мне нужна книга магии, которую прячет ваш муж.

Она напряглась, и в её взгляде появились железные клинки. Ой, и опасная эта дама, явно она не из простой семьи, что так упорно пытается это показать. Тут скрывается, какая-то тайна, но мне она нужна? Нет. Мне бы разобраться сегодня с этим дурдомом.

– Скажите, Марфа, вы мне верите?

– Даже не знаю, что теперь и ответить. Но книга – это вещь мужа и без его разрешения я её трогать не могу.

– Ну, меня-то обманывать не надо. Всё вы можете. А разрешение мужа это дело времени. А его у меня нет. Ваша дочь, того не ведая, смогла наложить на себя заклинание, причём очень сильное. Оно вредит и мешает лечить вашу дочь. Именно поэтому вот уже пять циклов ни один маг не смог облегчить её страдания. В косвенном, и именно маги и заклинание виновны в её мучениях. Я их ей смог снять. И она в данный момент разговаривает с Ферро, ожидая того момента, когда подойдёте вы. И я, кстати, ничего ей не рассказывал, оставив на ваше решение этот вопрос. Но я бы ей всё рассказал. Но теперь дело в том, что я не могу вылечить её тело так же хорошо, как полечил её душу, прошу обратить на это внимание, не вылечил, а именно полечил. Всё потому же. Из-за наложенного на неё заклинания. Итак, времени много, я уже давно хочу спать. Может, вам дать время до утра на решение этого второстепенного вопроса?

Она подумала.

– Я должна поговорить с мужем, и посоветоваться с ним. Давайте, и правда, перенесём всё на завтра.

– Как скажете! Но прошу учесть, что сегодня ночью великий маг каннов и так находится в вашем доме, а вот как лягут карты судьбы завтра, не знает никто. Я бы на вашем месте так не рисковал!

Я, похоже, своими словами вел её в замешательство. Не, я, правда, хочу спать, но ещё больше, я бы хотел разобраться во всей этой истории. А спать сейчас, под громкое пение?! Ну-у, не знаю, я бы не был бы в этом так уверен. А коли и так не сплю, так надо бы чем интересным заняться.

О-о! Похоже, её проняло моё завуалированное предупреждение, и она приняла для себя какое-то решение. Сейчас его и узнаем!

– Подождите, я сейчас принесу тетрадь.

Я сидел на табурете и думал. Как быть дальше? Как убрать плетение? И главное, куда? Свернуть я его не могу. Мани тоже вряд ли сможет. Я думаю, что-нибудь придумаем! А ведь ещё и гномом заниматься надо.

– Вот она. Я её открыть не могу. До сегодняшней ночи я считала, что её вообще открыть невозможно. Убедитесь, попробуйте сами.

Я взял в руки тонкую тетрадь, листов на тридцать-сорок, переплёт и обложка чёрного цвета из толстой кожи и перекидной застёжки. Как я не пытался, но открыть тетрадь так и не смог. Прикольно.

– Марфа, а давайте попросим открыть тетрадь для нас Мани. Если у неё получилось это сделать в прошлый раз, то, что мешает это сделать сейчас?

Как я и ожидал, в комнате у девушки мы застали картину, "заговорщики". Ферро явно, что-то замышлял, так как только мы с их матерью открыли дверь, Ферро, как ужаленный, отскочил от кровати. Делился с сестрой планами, а она видно их не одобрила? Вон какая недовольная.

Увидев нас, Ферро всем своим видом показывал, что выставить его за дверь дело практически невозможное.

Я посмотрел на его решительный вид и улыбнулся.

– Мани, это та книга?

Она вздрогнула и кивнула. Я перевёл взгляд на Ферро и повторно улыбнулся. Бедняга стоял бледный, и всем видом показывая, что его в комнате нет. Явно вспомнил порку от отца. Наверное, уже жалеет, что остался с нами. Потерпит, не маленький.

– Мани, будь добра, открой книгу и покажи, какой именно текст ты читала и видела рисунок.

Она осторожно дотронулась до книги и, взглянув на мать, легко отстегнула застёжку и открыла книгу. Я быстро подошёл и молча взял книгу в руки. Текст эльфийский, причём древний, рисунок плетения до того замысловатый, что применить его просто нечаянно невозможно.

Та-ак, и тут явно тайной пахнет. Я посмотрел внимательно…правильно, на рядом стоящую маму ребят. Ой, не простая ты жена гнома, ой не зря он на тебе женился. Как же тут всё накручено!

-Я беру книгу с собой. Со мной пойдёт в качестве охраны Ферро. Он проследит, чтобы ничего не случилось, и книга не пропала.

-Может, ты ляжешь спать у нас?– Спросила Марфа.– Место есть, и никто мешать тебе не будет.

Я подумал, а почему бы нет?

– Хорошо! Тогда возьмите книгу, можете её закрыть. Я пойду к Хэрну, посмотрю как у них дела, а потом подойду. Извини Ферро, но тебя взять с собой не могу. Учитель ругаться будет. Ты пока о ночлеге побеспокойся. А потом к кузне подходи я тебя, когда понадобишься, позову. Не скучайте…

Хэрн с гномом приканчивали вторую бутыль. Посередине мастерской сдвинуты две скамейки. Пациент и ведущий хирург к операции готовы.

-Ты слишком долго ходил. Не злись, малыш – пробормотал в стельку пьяный Хэрн – нам стало скучно, вино закончилось, и Дор очередную бутыль из погреба принёс. Как у тебя дела, чего так долго?

– Так, я спать хочу, а нам ещё проблем подкинули. Дор, ложись. Так, хорошо. Куртку и рубаху сними. И чистых тряпок надо. А, вы уже подготовили. Хорошо!

Дор, на удивление, молчал. Не проронив ни слова, выполнял все мои команды и спокойно дал надеть на себя ошейник.

– Чего он такой неразговорчивый и послушный? – спросил я, у примостившегося рядом с гномом, Хэрна.

– А чего говорить? – ответил, зевая Хэрн – он безумно боится предстоящей операции, и знаешь, что я тебе скажу. Его надо обязательно привязать к лавкам, причем, хорошо привязать. Я тут думал о предстоящей авантюре. Ведь, если эта штука смогла меня отправить в никуда, то, что ей помешает взять под контроль тело, в котором она находится? Вариант?! Надо быть готовым и к таким вывертам.

Я подумал, а Хэрн, как обычно, прав. Такая ситуация имеет шанс быть.

– Хорошо, только давай быстро!

Укутывали верёвками гнома мы с час, не меньше. Скоро уже рассвет, а мы ещё не ложились. Даже в лагере, похоже, успокоились, не слышно пения и других криков. Лагерь затих, словно вымер. Надеюсь, все спят, и спят, надеюсь, раздельно девочки от мальчиков, а то нам только таких проблем не хватает!

– Ну, что, приступаем, тянуть дальше нет смысла! – с этими словами я достал свой чёрный кинжал. Рядом стоит бледный, протрезвевший Хэрн, я по менталу чувствую, как его трясет. Мне самому страшно, но и отступать уже некуда.

Перейдя на магическое зрение, точно зафиксировав кинжал над местом свечения непонятной субстанции, задержал дыхание. Насколько проводить разрез? Что искать?

Я собрался с мыслями на счёт три – и ..

– Он дёргается, пытается встать. Его даже ошейник не держит. – заорал Хэрн – бей, малыш, верёвки не выдержат.– орал бедный канн.

– Не кипиши, Хэрн. Приготовь плетение порядка. Какое, а что ты ещё чему-нибудь научился, пока я отсутствовал? До этого момента у тебя получалось лишь плетение сворачивания крови. Готов? Начали!

И я резко опустил кинжал. Есть, тело обмякло. Теперь магическое зрение на полную мощность. Инородное тело решило проиграться в прятки. Я его не вижу. Я его потерял.

– Хэрн, помогай. Посмотри магическим, куда сбежал виновник торжества?

– Да он прямо под остриём кинжала. Я после сегодняшнего знакомства с ним его кожей чувствую.

– Достань его, я не могу. Я его просто не вижу.

– Сейчас – раздался шелест вынимаемого клинка – подвинь кинжал в сторону от меня, но из раны не вынимай. Как гном, ещё не умер?

– Ошейник держит. Ну, что там у тебя? Ты весь в крови испачкался.

– А ты, можно подумать, чистюля! Из этого кабана свищет, как из ведра. Есть зацепил. Пальцы блин не лезут. Рану больше сделай.

– Боюсь сердце, и так достали, как бы реанимировать не пришлось!

– Что делать? – не понял Хэрн.

– Не отвлекайся. Достал?

– Да, вот она гадина! В руке, как живая вертится!

-Хэрн, плетение. Давай!

Заживление раны пошло как по накатанной. Хэрн останавливает кровь, я кидаю плетение восстановления. Но в этот раз третьего уровня оказалось недостаточно. Гном постоянно норовил ускользнуть, словно мы не инородное тело из него вынули, а основной орган типа сердца или печени. Хэрн разволновался, да и я начал терять самообладание. И я решился на пятый уровень школы тайны леса. И не с помощью руны, а так, классическим подходом. Руну надо было бы подготовить и навесить. Не подумал, косяк. А терять гнома нам попросту нельзя, не простят. Руну лепить долго, в прошлый раз за часа четыре управился, а сегодня у меня столько времени нет.

Внимание! Книга эльфа, копируем плетение, держим в мозгу, как на листе для переноса в тетрадь, накладываем, а следом активация.

– Ах! – как же больно, и сил практически нет, вот подготовленное НЗ пошло в ход, вот манна из кулона настоятеля закончилась. Вот опять, быстро подключаюсь к камню Хаоса, что заряжал с помощью Мани. Всё, сил нет, пошли жизненные. Вот и булочки сегодняшние пригодились. А вот и всё, плетение взяло своё с меня, и я, медленно падая на пол, очередной свой день, заканчиваю потерей сознания. Аллес!

Глава 4

«Да сколько можно каждый раз терять сознание? – думал я, рассматривая красивый потолок над моей кроватью. – Я надорвался и, похоже, что основательно».

Сегодня очнулся. Хэрн не отходит от меня, как и матушка Марфа. Мартин успокаивает попутчиков. Гном пару раз заходил гостинцев передавал. С обитателей дома Хэрн взял клятву на крови о молчании. Основная версия, естественно, о болезни великого мага. Теперь и Хэрн валяется на соседней кровати. А вот я лежу, вставать пока мне не дают. Чем закончилась наша эпопея я узнал от Ферро. Ему одному из всей ребятни Марфа разрешила меня навещать.

Оказывается, когда я упал, Хэрн выбежал на крыльцо где его чуть не пришиб молодой полугном. Он увидел лежащего в крови отца и Хэрн особой чистотой не отличался. Чтобы произошло не знаю, но, видно, Ферро о клятве вспомнил и просто спросил какая нужна помощь. Тут Хэрн и припряг шустрого и сильного паренька к разруливанию ситуации. Меня отнесли в дом, где умная женщина тут же освободила комнату на втором этаже, рядом с комнатой Мани. Гном, вы не поверите, поднялся утром сам. Его сын освободил между делом от верёвок. А через часа полтора, с первыми криками петуха, помолодевший гном очнулся. Сработал стереотип и привычка вставать с петухами. Я, видно, перестарался от страха и вложил в плетение, не дозированное количество манны и силы, а всё что оставалось на момент применения. А так как некоторые в своё время лишили меня такого нужного элемента, как блокировка минимального запаса, вот и растратил я свои жизненные силы для поддержания вбуханной манны. Вывод: требуется навешивать руну пятого уровня на колодец. Как я об этом не подумал сразу? Так вот, гном встал помолодевший лет на двадцать, не меньше. Седые волосы уступили место чёрным, морщинки, что пробивали в лице борозды, разгладились, даже осанка изменилась. Что там бобик в своё время говорил о помощи мне со стороны Дакка и навыков, утверждая, что плетения, применённые мною, имеют на порядок больше уровни, чем заложено изначально. Вот, теперь верю. Пятый уровень – это сила. Но, как же тяжело его применять. Один путь вижу я в этом, один и это руны! Но ими я займусь потом.

И всё-таки я в этот раз восстанавливаюсь быстрее. Я очнулся в этот же день, после обеда, и честно встал бы, да няньки не дают. Попросил Мартина принести мне мою записную тетрадь, Ферро принёс отцовскую книгу, причём любезно открытую для меня Мани, и я всё время до вечера внаглую перерисовывал плетения. Перерисовать решил я все. Закончу ночью, а на вечер после ужина назначил собрание, на которое приглашались гном, и мы с Хэрном. И в этот список, несмотря на возражения друга, внёс Марфу и Ферро они всё равно были в курсе происходящего.

Дэр и Мартин отбивались от посетителей. В лагере остались только Олия, Дана и Жак из посторонних, остальные были выпровожены. Дана, мотивировала своё присутствие тем, что в селе очень шумно, таверны забиты людьми, свободных номеров нет. Девчонки пару раз пытались прорваться к нам, как бы проведать, но Мартин запретил им беспокоить нас, сказав, что мы спим.

Вечером после плотного ужина у нас в комнате собрались все выше перечисленные. Дор производил вид очень довольного жизнью челов…гнома. Ферро лучился довольством от значимости, а вот Марфа была какая-то задумчивая, постоянно кося взгляд на лучившегося счастьем гнома. Хэрн полулежал на кровати, пристально рассматривая ногти. Мани на ночь повесил ошейник, пусть спокойно поспит, всё-таки вывернутые суставы тоже её сильно беспокоят.

Сидя на кровати в позе лотоса я дорисовывал третье плетение. Да-а, за сегодняшнюю ночь мне книгу не перерисовать. Погорячился я. Очень сложные и непонятные плетения занесены в книгу. Так заканчиваем, а то неудобно перед взрослыми. Отложив в сторону книгу, осмотрелся, и спокойным голосом произнёс.

– Прошу прощения за задержку, но не успевал, а прервать контакт невозможно. Попросил я вас здесь собраться по одному вопросу. Мани. Если операция, проведённая Дору, будем считать прошла успешно, то в вопросе помощи Мани возникли непредвиденные сложности. Во-первых, чтобы понять, с чем мы здесь столкнулись, я бы хотел узнать, откуда в вашем доме появилась эта книга. И если данная информация является секретной то я готов, как и мой учитель, принести клятву о её неразглашении. Итак, кто может нас просветить в этом вопросе?

Гном кашлянул и уставился на меня довольной жизнью рожей.

– Я, малыш, могу пояснить по книге. Но вот присутствие сына я считаю преждевременным.

– Поздно, уважаемый Дор. Ваш сын и так очень много знает. Он непоседливый юноша и один раз уже крал вашу ценность. И во вчерашних событиях он замазан больше всех. Он уже взрослый человек. Он понимает о последствиях речевого недержания. А тайна, связанная с книгой, я думаю, только поднимет авторитет его в собственных глазах. Что скажешь, учитель?

Хэрн сел ровно, выровняв спину, и строгим голосом произнёс.

– Разумно говоришь, ученик. Но только ты забываешь об опасности данных знаний. Я думаю, клятвы крови будет достаточно. Как вы думаете, уважаемый Дор?

Тот покряхтел, покашлял и кивнул головой в знак согласия.

После общего принесения клятвы, слово взял Дор…

Книга оказалась артефактом, хранившимся в роду гнома, вот уже пять поколений. Эта была часть разработанных магистром магии школы земли, выходца из их древнего рода. Если общая книга магии была достоянием клана, в своё время предок входил в состав правления, то его наиболее ценная часть, содержащая около тридцати плетений высшего уровня, была вложена в книгу артефакт, открыть которую мог только маг рода, потенциал которого позволял применять данные плетения. И гном, в порыве бешенства, когда старейшины приговорили его сына, решив бежать, в отместку прихватил старый артефакт. Подгадил он родичам знатно. И не удивлюсь, что беглеца ищут и по сей день.

Да-а! Гном полон сюрпризов. Ферро в шоке. Его отец – вор, не может быть! Все чувства написаны на лице юноши. Пускай снимает розовые очки, тем более, он явно не собирается сидеть всю жизнь в отцовской кузне. Рано или поздно, но стартанёт парень в свободную жизнь.

– Выходит, ваша дочь является магом большой силы. Но магом необученным. Что очень опасно. И получить образование у неё на данный момент шансов нет. Я правильно всё понял? – спросил я.

Ответом мне было угрюмое молчание.

– Ладно, на данный момент не это является главным. Как спасти жизнь вашей дочери? И не просто спасти, а дать ей возможность полноценно жить. Я решил следующее. – специально убираю условности и так все понимают, кто тут главный. – Дор, вы в состоянии сделать для вашей дочери небольшое украшение, а именно кольцо или кулончик на цепочке с камушком. – гном утвердительно кивнул. – Хэрн покажи камешек.

Хэрн достал из-под подушки коробочку и раскрыл её. Камень размером с ноготь мизинца взрослого человека. Ярко бордовой окраски с ровной поверхностью без граней слегка вытянут в одну сторону. Красивый опасный камень.

– Кто-нибудь знает, что это за камень?

В ответ общее молчание. Хэрн медленно поднял руку:

– Что за камень не знаю, но кое-что я потом тебе расскажу и покажу. Но потом и не при всех.

– Понял, хорошо. Кому ещё известно об этих красивых штучках?

Все молчат. Я молча перевёл взгляд на Марфу. Жена гнома неуверенно поёрзала на табурете и под моим строгим взглядом тихо заговорила.

– Камень "Слеза души", очень редкий и дорогой камень. Применялся раньше для изготовления артефактов. Может заменять камень "Душ" если их количество позволяет. Раньше считалось, что это осколки камней "Душ", но это не так. По твёрдости не уступает алмазу, но ценность его не в этом. Он отлично держит плетения и применяется именно, как артефакт – все с удивлением уставились на неё. Она залилась краской и посмотрела на удивлённого мужа. – Я дочь Варги!

Хэрн подскочил на кровати, а гном чуть со стула не упал. Я сидел с открытым ртом. Тут есть ещё и Варги! Занавес!

– Не может того быть, у нас мальчики родились. У Варг не бывает детей мужского пола! – прокричал растерянный гном.

Женщина Варг усмехнулась.

– Я тоже так раньше считала. Но видно, это заряженная штука, – она кивнула на шкатулку в руках Хэрна – что смогла удержать наша дочь в повиновении, всё-таки действовала на нас. Вот и пошли сплошные мальчики.

– Да, но клыки? – испуганно проговорил Хэрн.

– Ты и правда их хочешь увидеть, Хэрн?– с угрозой в голосе спросила она. Хэрн быстро, в неподдельном страхе, замахал руками.

– Почему? – задал один единственный вопрос Дор.

– Мне стало жаль тебя. Видно, молодой Линч тебя пытался инициировать. Он даже не замаскировал своё детище. Первый же священник отправил бы тебя в казематы, а оттуда выход один, погребальный костёр. А потом полюбила, и девчонки не могут быть рыцарями смерти. А когда начали рождаться мальчики, я сама была в шоке! Но в них нет той дозы черноты, что пытался прирастить амулет, что столько лет в тебе жил. И девочки Варги не могут быть магами – она развела руки в стороны.

– Вот так сюрприз. Невероятно! – пробормотал Хэрн.

Я же ничего не понимал. Ну, Варга, ну, вышла замуж из жалости, но теперь ведь живут. И хорошо живут.

– Хватит! – резко сказал я – Потом разберётесь в своих отношениях. Меня на данный момент волнует главный вопрос – Мани. Итак, подведём итоги. Мани – Варга, притом маг. Камень с наложенным плетением. Я бы вживил его ей в тело, но на данный момент врачевать её я не могу. Выход один – снять плетение. Как, пока не знаю. Изучу плетение и буду думать. А о том, что сейчас здесь произошло, я думаю, всем надо молчать. Я прав? – и опять ответом мне общее молчание – что ж, все свободны, когда понадобитесь, позову. Дор и Хэрн, задержитесь пожалуйста. – как Мюллер Штирлицу в известном фильме!

Когда Марфа и Ферро вышли, Хэрн бросился к гному и приобняв его с восхищением произнёс:

– Поздравляю тебя, дружище. Отхватить такую жену и остаться при этом живым! Поздравляю, искренне поздравляю! Везёт же некоторым. – причитал прыгающий вокруг гнома Хэрн. Но Дор его восторгов не разделял. Он вдруг опустился на пол и обхватил голову.

-Как же дальше жить-то? Боги! – и я не поверил, заплакал. Вот так номер, даже Хэрн опешил.

Гном лил слёзы долго, ему никто не мешал, и успокаивать не пытался, а Хэрн всё больше смурнел и тут не выдержал.

– Подбери нюни, слюнтяй! – заорал он – ты любил свою женщину. Ты был с ней счастлив, а сейчас, что изменилось? Она также любит тебя, как и прежде, а может быть полюбит и больше, такого красавца. – и посмотрев на меня со значением произнёс – везёт же некоторым. Ты приобрёл сокровище, и теперь ещё плачешь! Гномы, дарги, варги – передразнил он гнома – заладил песню. Радуйся, дурак, своему счастью. Лопух! И за что только полюбила его эта великолепная женщина? Бездарь! – Хэрн плюнул на пол и уселся ко мне на кровать.

– Варги – первые враги гномов, благодаря своей невероятной способности к работе с мечом, легко убивали во время войн неповоротливых в их стальных доспехах гномов. Любовь у них обоюдная. – по мысленной связи передал мне Хэрн.

Вот же, блин, засада.

Дор, после отповеди резко успокоился и с угрозой во взгляде уставился на канна. Но тот и не думал успокаиваться.

– Что вылупился, дурак?! Твоей жене сейчас каково, ты подумал? Она как увидела твою потерянную рожу, так совсем сникла. Как бы чего с собой не сделала! – всё дольше нагнетал обстановку безжалостный гном. – Дубина, беги, спасай своё сокровище. – проорал он испуганному Дору. – И помни! Обидишь её, в свинью превращу!

Гном хмыкнул на угрозу, а Хэрн добавил:

– А вздумаешь бросить её, себе заберу! – гном тут же вытянул в его сторону руку с ладонью свёрнутую в дулю.

– Фигу тебе, а не Марфу, ушастый. Слюни подбери! – и бросился к двери. Долго был слышен его тяжёлый бухающий топот, сперва, видно, забежал в комнату к Мани, но жену там не нашёл и побежал разыскивать своё сокровище дальше по всему дому.

– Ну, будем надеяться, что мы его убедили, – довольно произнёс Хэрн. – как считаешь?

– Посмотрим! – ответил я – Хэрн, что ты там хотел показать насчёт камней?

Хэрн молча поднялся, подошёл к своему мешку, с которым никогда ни на минуту не расставался, порылся там и, достав увесистый объёмный мешочек, кинул его мне на колени.

– Посмотри! – лаконично сказал Хэрн. И невозмутимо уселся снова на кровать рядом со мной.

Я в прострации от такого сольного выступления друга развязал стягивающие горловину тесемки и раскрыл мешок.

Что я надеялся в нём найти, даже не знаю, никаких предположений не было, но, то, что я в нём увидел, точно бы никогда не пришло бы мне на ум. Я бездумно, в великом изумлении, перевернул мешок и высыпал содержимое на шерстяное одеяло. Обалдеть, горка камней точно таких же, как только недавно в шкатулке показывал Хэрн.

– Я не понял, откуда это у тебя Хэрн? Ты кого-то ограбил, и я об этом ничего не знаю?

– Ну, по части грабить, это ты у нас спец. Но в твоём вопросе главный аспект именно откуда они у меня. В этом ты прав! – нравоучительно начал излагать Хэрн.

Зная особенности своего учителя, я сразу попытался прервать начавшееся воспитательное мероприятие.

– Хэрн, угомонись, давай по-существу. Откуда они у нас?

– От жертв, малыш, от жертв! Ты, наверное, заметил, как я каждый раз тщательно пересматриваю пепел, и по твоей команде все остатки ссыпаю в отдельный мешок. У нас их, между прочим, уже три полных набралось. Может, выкинем? Таскать их за собой как-то не…– тихо проговорил канн. – и кроме этих камней, бывают и меньшего размера – они у меня сложены в другом мешочке.

Вот так сюрприз!!! Я что, сам плодю с помощью кинжала это непотребство? С другой стороны, здесь явно без Дакка не обошлось. Но у меня нет навыка тёмной магии, кроме навыка Чёрной розы. И всё равно, такие результаты. Поразительно. А Хэрн молодец, собирал и молчал. Чтобы не шокировать, видно. И что теперь? А что теперь, сделаю заготовки у гнома на кулоны, кольца, перстни! Пора артефактами заниматься, такую возможность я не упущу. Наделаю всем артефактов, наложу разных плетений…, но домечтать мне спокойно не дали. На лестнице раздался быстрый топот и дверь в комнате от удара чуть не вылетела с петель.

– Там мама с папой на мечах рубятся! – прокричал запыхавшийся Ферро, глаза безумные, грудь ходуном ходит, и слёзы по лицу ручьём льют.

– Остальные где? – быстро спросил Хэрн.

– Дэр после ужина малых на базар увёл, там акробаты сегодня выступают, раньше ночи точно не придут. – быстро ответил Ферро.

– Успокойся, малыш – применил мое прозвище Хэрн, в обращении к нему – мама с папой просто выясняют, кто теперь главный в доме. Обычай Варг! Мама в чёрном комбинезоне? Так?

– Ага! И красивая такая! – промямлил растерянный от таких дел парень.

– Чего стоим? Веди, где они там развлекаются! – и мы втроем бросились вниз по лестнице, а потом во двор.

Да-а! А ситуация не шуточная! Ребята явно себя не жалеют, бьются на совесть. Причём, гном больше атакует и на хитрые приёмчики супруги не поддаётся. Гном одет в великолепную кольчугу. А Марфа в обтягивающий чёрный кожаный костюм, что подчёркивает её прекрасную фигуру. Меч у гнома прямой полуторник, а во второй руке длинный кинжал. Марфа же бьется двумя лёгкими мечами, чуть изогнутыми, чем-то похожими на японские катаны. Махач идёт в полной тишине, никто не проронит ни слова. Я на автомате стал пытаться запоминать стойки, удары, блокировки, больше следя за работой Варги. Но и гном в мастерстве не уступал своей боевой супруге. Ничья, никто верх над противником взять не может.

Но вдруг Марфа, при отскоке назад, подвернула ногу и с криком упала на спину, выронив мечи. Гном, отбросив оружие, метнулся к жене и попытался поднять её на руки, что ему, в принципе, сделать и удалось, только небольшое уточнение, маленький острый кинжал застыл возле его могучей шеи.

– С этого момента, в доме командую я! – чётко проговорила радостная обманщица, игриво болтая на весу своими ножками. – Не слышу, дорогой?

– Несомненно, милая!

– А теперь в спальню, и не дай боги мне не понравится! – с этими словами она откинула ненужный кинжал, и нежно приникла к могучей груди супруга – Я так хочу девочку!

– Ферро, прибери здесь! – бросил радостный Дор, не обращая внимание на вытянувшиеся наши с Хэрном физиономии, скрылся со своей драгоценной ношей в доме.

– Вот это женщина! – мечтательно проворчал Хэрн. – пошли, малыш, спать, второго ужина мы сегодня вряд ли дождёмся. Разве что булочки, что Марфа приготовила для таверны ополовинить. Ты как, со мной?

– Спрашиваешь!

Увы, но посетителям таверны, знаменитой выпечки тёти Марфы не досталось. Сперва мы втроем постарались, а потом Дэр с малышней довершили разгром противника.

Я же весь вечер и половину ночи под светлячок и доносящиеся возбуждающие крики Марфы, переносил плетения из книги прославленного предка Дора себе в книгу магии. А потом, не выдержав изматывающих криков наслаждения Варги, завалился спать.

Глава 5

Следующие дни, проведённые в селе, запомнились беготнёй и заботами. Я за два дня перенёс все плетения в свою книгу и усиленно изучал заклинание, которое Мани, умудрилась пять лет назад самостоятельно прицепить себе.

В книге, которую Дор увёл у сородичей, насчитывалось тридцать одно заклинание. Одиннадцать шестого уровня, тринадцать седьмого, четыре восьмого и три высшего уровня, девятого. И плетение, которое применила Мани, относилось как раз к самому последнему. Я вообще удивлён, что мне просто удалось прочитать все плетения, обычно дальше шестого у меня не получалось. Значит, точно, как маг я вырос в своём уровне. И если раньше бобик говорил, что у меня первый личный уровень с возможностью прикреплять к личному колодцу двух школ плетений, то теперь, буду надеяться, возможности мои значительно должны возрасти. Как снять плетение с девчонки я не знал, и посоветоваться ни с кем не мог. Единственно, Хэрн предложил, как вариант, сделать заготовку сильного артефакта и попробовать переманить плетение в него, сняв, таким образом, его с Мани. Сперва я от этой идеи отмахнулся, но в последнее время ничего другого на ум не приходило, тем более Дор вместе с Ферро, у того оказался талант в работе с ювелирными изделиями, под руководством Хэрна, наладили изготовление заготовок к артефактам. И материал выбрали соответствующий – металл древних. Он прекрасно передавал манну и силу в плетение, за что дополнительно очень ценился магами. Хэрн всё-таки выиграл спор, смог с помощью подарков железного дерева размягчать легированную сталь, так я её для себя назвал. Используя куски корней дерева, как уголь, раскаляя их в печи, до такой степени, что теперь сталь можно было рубить и ковать. А при увеличении нагрева металл становился пластичным, как пластилин, чем в конечном счёте и пользовался Ферро, создавая из отходов производства свои шедевры.

На руке у Мани сейчас красовалось замысловатое стальное кольцо с ярко бордовым камнем. И в последнее время на самочувствие она не жаловалась, в тайне надеясь, что всё-таки мне удастся снять с неё плетение и вылечить.

Я дал ей на время свою записную книжицу и научил ею пользоваться, потратив на это целый вечер. Теперь она переносит в свою собственную книгу магии плетения из книги Хэрна. Первого и второго уровня – на первое время этих знаний ей хватит за глаза.

Наши кузнецы-металлурги наладили конвейер по переработке металла древних. Дор изготовил для меня и Хэрна кольчуги, легкие и как он утверждал, практически не пробиваемые. Для Мартина и для меня, опять же из отходов, малышня, под присмотром Ферро лепила наконечники для стрел, надо сделать много, с запасом. Дор пообещал мне лично, что если останется металл, он наделает мне болтов к моему арбалету. И самое интересное, для Ферро изготовили кольчугу, нагрудник и наручи, и под его руку два меча, как у Марфы. Ой, неспроста эта гонка вооружений, ой неспроста!

А почему наконечники для стрел для меня? Так вчера Мартин вручил мне лук, и именно тот, который был у стрелка Ганзы, что чуть не оставил меня сиротой, которого я лично благословил болтом в лоб. Вручил и колчан к нему, и со вчерашнего дня у меня начался ад. Лук тоже оказался не прост, вполовину меньше, чем лук, доставшийся от эльфа, и, как объяснил Мартин, признаёт только того, кто ликвидировал прежнего хозяина. Если преемник не предъявляет права на него в течение года, то он переходит в собственность рода.

Как выразился Мартин, стрельба из лука это философия, это отдельный мир, и способствует созерцанию и рассудительности, выработке внимания и сосредоточенности. И вот второй день я метаю в дневное время стрелы в стоящие мишени, что получается у меня просто прекрасно, благодаря самому прокаченному навыку из всех, что у меня есть. Во время стрельбы думаю о том, как сделать ловушку для плетения.

Наши девчонки, Олия с Даной, спелись и теперь живут в нашей комнате, нагло выгнав нас с Хэрном из наших апартаментов. Развлекают Мани, а по вечерам, перед сном, к их компании присоединяется и Марфа.

Марфа и вовсе отдельная песня моего романа. Она будоражит кровь и стимулирует воображение. Первый раз я порадовался, что мне здесь не снятся сны. Очень хорошо, иначе бы замучили эротические, да чего уж там, порнографические кошмары. Женское начало у неё настолько развито, что все мужчины, вне зависимости от возраста, рядом с ней делают стойку. И эта нимфа, по вечерам, прямо перед сном, делает мне массаж. Отчего такая выборность? Плата за молодость. Уже один раз я применял к ней руну пятого уровня плетения магии эльфов "тайны леса," практически истратив манну в третьем камне Хаоса. И результат скажу я вам,… но заводит она меня, во время массажа… и не скажешь по моему петушку, что мне лет-то всего ничего. В мозгу то, гулёна великовозрастный сидит. А вот малой, что внутри меня, воспринимает её мамой. Довольно трогательно-щекотливая ситуация. Спим мы сейчас с Хэрном в комнате Дэра. Тот от мужской компашки Мартина с Жаком ни на шаг, по вечерам и ночью пропадает в нашем лагере. И к ним в последнее время и Ферро присоединяться начал, единственно, они ему выпить не наливают, а так, послушать байки – запросто.

У Ферро жизнь тоже резко изменилась. Мама за его воспитание рьяно взялась, по утрам поднимает ещё до рассвета и гоняет почём зря, заставляя заниматься с мечами, и просто выполнять силовые упражнения. Узнав об этом, Мартин попросил и меня приобщить к общему веселью. И теперь и я по утрам, до занятий с луком, не сплю, а бегаю с палками по двору, выписывая замысловатые пируэты. Скорее бы герцог собрался в путь, чего тянет? Как объяснил Жак, его светлость разведку по маршруту нашего следования отправил. Теперь ждём её возвращения.

Все чем-нибудь заняты. Хэрн из подаренного металла древних нам наконечники к копьям и багерам приделывает. Радостный такой, теперь, говорит, с таким оружием точно никто не страшен. Дор мне подарок подогнал, ножи метательные, как у Мартина сделал. Причём, вместе с перевязью. Прекрасный подарок я и отказываться не стал.

Вот во время утренней пробежки и пришла мне в голову идея, каким по форме сделать артефакт для снятия плетения с Мани. Если подвеску сделать с металлическим основанием из металла древних, а на нём камнями выложить структуру плетения? Большие камни установить на углах, линии между ними выполнить мелкими камушками, а в центральный камень базовое плетение вложить. Оно обычно входит во все плетения, создавая структуру своеобразного каркаса заклинания. Но откуда взять столько сил и манны для его приведения в рабочее состояние? Манны, что осталась в двух последних камнях, было очень жалко. В ближайшее время найти алтарь Порядка вряд ли получится, а найти доступный источник силы и манны для меня нерешаемая проблема, если только … если только! Как же я забыл о церкви и её алтарях?! Ведь тёмная энергия, которая скапливается в них, никуда не уходит. А я как раз обладаю таким плетением, которое снимает эту энергию, правда никогда им не пользовался! Но всё равно, спасибо школе Гресс.

Как я понял, Дор в плохих отношениях с местным настоятелем, а вот Ферро, из-за своего живого характера и любопытства, наверняка общается со священниками. Вот его я и озадачил предложить местной пастве наши с Хэрном услуги по снятию тёмной энергии с их алтаря. Я думал, придётся долго ждать и уламывать святых отцов, но результат превзошёл все ожидания. Не прошло и часа, как прибежал запыхавшийся Ферро и рассказал, что настоятель лично просит провести как можно быстрее обряд снятия с алтаря негативной энергии.

Я заказал у Ферро подвеску, наказав Хэрну выделить необходимыё материалы для работы мастера. Попросил Дора особенно тщательно проверить всё то, что сделает Ферр. С плетениями высшего уровня не шутят, и любая ошибка в расчётах и неточность в исполнении может привести к непредсказуемым последствиям. Именно так я ему и сказал и Дор видно воспринял мои слова очень серьёзно. Что ж, к лучшему, надеюсь, результат от этого только выиграет.

Младшие братья постоянно были задействованы в кузне. Их основная обязанность качать меха. Стэйн работал в смене с отцом, а Марни – со старшим братом. Мы с ними практически не пересекались, а как начались мои тренировки с Ферро и подавно.

Сегодня спланировали с Хэрном посещение местного храма. Правда, это посещение наметили на вечер, практически на ночь. К нам в провожатые напросился Ферро, выполнивший под постоянным контролем отца мой заказ. Просился ещё в качестве охраны Мартин, но оставлять лагерь без присмотра очень не хотелось, поэтому с нами отправился баронет. Жак в последнее время не отходил от Олии, веселя и развлекая её своими рассказами о светской жизни, а также вспоминая смешные истории из военных походов. Дана, напротив, в этих посиделках старалась не участвовать, давая молодым больше времени проводить вдвоём, а сама всё чаще засиживалась у Мани. Казалось, что внешнее уродство девушки вовсе не волнует молодую аристократку. Как заметил Хэрн, встретились поистине две умнейших женщины Империи, и им явно было о чём поговорить. И я уже начал беспокоиться о том, что в своё время не взял с Мани клятву ничего не говорить обо мне и Хэрне, но видно, уже было слишком поздно. Шпионка всё успела разузнать и это в будущем грозило нам большими неприятностями.

Жак, оторванный от объекта воздыхания, тем вечером был необычно раздражителен и печален. Причину его плохого настроения никто не знал и потому весь путь от дома гнома до храма служителей святого порога никто его старался вопросами не доставать. Но, увы, наши хорошие намерения разбились о невоспитанность пьяных господ, что шумной гурьбой вывалили нам навстречу из таверны, стоявшей по пути нашего следования.

– О-о, гляди, гоблин!! Ха-ха-ха! Ты смотри, какой важный и мелюзга с ним в паре! – детина, что раза в два с половиной больше меня и двое больше Хэрна беспардонно рассматривал нас в упор, не обращая внимания на застывшего в ступоре Ферро и начинавшего наливаться дурной кровью баронета – Давно я гоблинскими ушами не лакомился! – и он рукой попытался отодвинуть в сторону впереди нас стоящего Ферро.

Пацан, недолго думая, перехватил руку здоровяка и со всей силы дёрнул его на себя, сдвинувшись вбок и подставив на пути летящего тела бугая ногу. Да, не зря говорят, чем больше шкаф, тем громче он падает. Грохот был страшный, когда разогнавшееся тело на всей скорости врезалось в растущее рядом дерево. Его спутники, не ожидавшие такого развития событий, застыли столбами и только один шустрый малый в безупречном наряде, в костюмчике, что превосходно сидел на его ладной фигуре, разразился бранной тирадой.

– Да как ты смеешь, смерд, трогать своими вонючими руками сиятельного графа? Да тебе, такой-сякой, уши обрезать надо за столь наглое поведение!

Сколько бы ещё длилось это сквернословие, если бы не сильная пощечина, с удовольствием влепленная Жаком по этой слащавой роже, отправившая какое-то сиятельство на землю. Какое наслаждение в этот момент испытывал при этом баронет. Он просто сиял довольством, явно разогнал свою меланхолию. И чувство предстоящей драки буквально подбрасывало его на месте тоннами впрыскиваемого в кровь адреналина. Да-а, вечер перестаёт быть томным.

– Что здесь происходит, господа? – а вот и новый персонаж. Детина, ростом не уступающий упавшему бугаю, с товарищами подошел к нам с тыла, и мы оказались зажатыми между двух враждебно настроенных к нам компаний.

– Я спрашиваю вас, лэр. – обращаясь к Жаку, проговорил великан – Вы преспокойно распускаете руки, раздавая пощёчины воинам, как благородная леди. Только я на вас почему-то платья не вижу. Забыли одеть? – продолжил свою отповедь детина.

Жак, вдруг быстро успокоившийся, на тираду оппонента только улыбнулся:

– Вы сказали воинов, лэр? Где вы видите воинов? – он развёл руки в стороны – Вот эти два молокососа, что валяются у нас под ногами – воины? Один совершенно не умеет себя вести, оскорбляя великого мага, что уже доказал своё и мужество, как великий воин, и знания и опыт, как искусный маг. Или это создание, что как заправский свинопас у себя на пастбище, сквернословит в достойном обществе, не стесняясь ни благородного сословия ни, тем более, детей. Если это ваши воины, то позвольте выразить вам своё соболезнование. Где вы понабрали такое убожество?

А вот теперь высокого воина трясёт от злости и негодования. Драки явно не избежать. Детина, что затеял всё это непотребство уже поднялся, но кидаться на обидчика не спешит, видно является подчинённым бугая, что сейчас ведёт полемику с маленьким, но явно благородным господином.

И тут всю ситуацию спас Хэрн. Он молча протиснулся между Ферро и Жаком. И спокойно, как будто на приёме произнёс:

– Господа, не стоит говорить того, о чём в последствии будете сильно жалеть! Вся эта заварушка началась с меня и этого достойного господина, что сейчас стоит в сторонке, как нашкодивший щенок. – детина дернулся, но произнести в ответ ругательства не успел.

– Вы, господин, уже достаточно сказали, чтобы остаться без ушей. Так что, помолчите! И так как сказанное вами затрагивает честь разумного, вне зависимости от того благородный это или просто свободный человек, плата, как вы понимаете, будет соответствующей. Так как сейчас мы спешим, по приглашению настоятеля местного храма, предлагаю наши разногласия решить завтра утром на площади. Я Хэрн Великий вызываю на поединок данного господина, и обязуюсь не применять искусство магии для наказания его, как подобает делать истинно благородным господам. Моим секундантом прошу быть вас, баронет Жак де ля Маринэ.

– Почту за честь, ваше могущество – с поклоном произнёс удивлённый и обрадованный баронет.

Официальный вызов на поединок и его подтверждение секундантом, тем более выполненный по всем канонам высшего общества, произвёл впечатление на собравшихся не только участников ссоры, но и просто праздно шатающихся и проходящих мимо дворян и местных жителей вольного поселения. Теперь всё переходило на рельсы закона, пусть простого и упрощённого. В общем рыцарского, но закона. Кто сильнее, тот и прав! И многие, смотря на маленького канна, и пунцового бугая гадали, что могло заставить пойти, по сути, на самоубийство этого маленького, ушастого разумного. Но тот вёл себя поистине невозмутимо:

– Честь имею, господа, но у меня ещё сегодня намечена важная встреча, – с поклоном обратился Хэрн к противникам.

Мы шли дальше молча, каждый сам переживал произошедшее с нами. Особенно разволновался Ферро, ведь он только смотрится мощно и по взрослому, а так, за его проступок по отношению к благородному, отвечал бы отец, старший брат, или опекун. До шестнадцати лет участвовать в поединках чести ему запрещено.

Встреча с настоятелем прошла спокойно и доброжелательно. Настоятель, немолодой худощавый человек, в белом балахоне с кулоном, очень похожим на тот, что сейчас болтался у меня на груди, встретил нас у самого входа в храм. Его очень волновал вопрос оплаты нашей работы. Как я понял, маги школы Гесса брали за свои услуги весьма неслабо. Я же предложил через Хэрна взять оплатой в виде манны алтаря. На что весьма удивлённый настоятель ответил просто – попробуйте. Но с такой оплатой согласился.

Жак с Ферро остались дежурить снаружи, а мы с Хэрном расположились в самом храме, рядом с алтарём.

Снять магическую тёмную энергию оказалось с одной стороны просто, но с другой и очень тяжело. Кулон настоятеля у меня на шее к моему удивлению отказался принимать энергию тёмных сил. Но, как же тогда те силы и манна, что приходит от жертв, ее, то кулон ест, как обжора. И этот факт наводит на мысль о том, что святая церковь тоже балуется жертвоприношениями в той или иной степени. Перекачка энергии под действием плетения, далась мне, не сказал бы, что легко, но и особых проблем с его построением я не испытал, прошла как-то обыденно. Как сотовый в своё время заряжал. Подошел, воткнул штекер в розетку и ждёшь, когда зарядится. Так и здесь также. Плетение это штекер, алтарь розетка. Вот только энергии, что потоком хлынула в меня было очень много, но для моих планов явно не достаточно. Всего один полностью заряженный камень хаоса. А вот два других камня и кулон настоятеля пришлось брать самостоятельно, на свой страх и риск. Единственно, показалось, что энергия алтаря идентична или просто очень похожа на энергию алтаря Порядка. Короче, я обожрался. Зарядил всё, вытянув из алтаря 2/3 всей его энергии.

Закончили мы с алтарём ближе к полуночи, и пришедший принимать работу священник находился в прострации. Он никак не мог понять, как такое возможно. Тёмные маги не могли пользоваться светлой энергией, а тут! Я слишком поздно понял, какие проблемы могут у нас возникнуть из-за нашего сольного выступления сегодня в храме. Надо было требовать обычную плату, а тут некоторым, видите ли, манны не хватало. Глупость совершили, и исправить что-либо теперь сложно. Вон как настоятель на меня смотрит. И не на Хэрна, а на меня, чёрт, кулон настоятеля! Он явно его чувствует. Что делать? Блин! Что ни день, то какие-нибудь проблемы.

Валить быстрее надо отсюда, а то точно на большие неприятности нарвёмся.

До дома добрались без происшествий. Наш рассказ о завтрашнем поединке переполошил всё гнездо гномов. Еле получилось удержать Дора и Дэра от расправы над наглыми гостями. Этих медведей совершенно не волновало, что ихними противниками будут благородные. Здесь, на окраине Империи свободный человек не смотрел на условности и людей здесь встречали и ценили по их делам и заслугам, а не положению в обществе и высоте титула. Как выразился Дор "у меня и герцоги пару раз неплохо огребли. Еле ноги со своей сворой из села унесли". Взрослые ушли в лагерь, праздновать будущую стычку, дамы, в лице Олии и Даны присоединились к мужчинам, Ферро, естественно убежал с ними и даже разгорячённый гном, оставив в кузне младших сыновей для поддержания огня в горне присоединился к пьянке и только я, осмотрев Мани и одев ей браслет, пошёл к себе в комнату спать.

Я уже расположился на кровати, как дверь в мою комнату тихонько приоткрылась и на пороге появилась помолодевшая хозяйка дома в лёгком, коротком халате с подносом в руках.

– Не помешаю?! Ты ничего не ел вечером, малыш. Не хочешь поужинать? – спросила Марфа – чего такой растерянный? Поешь, а потом у меня к тебе разговор будет.

Я, как всегда в присутствии Марфы, сильно стеснялся и комплексовал. Я, великовозрастный кобелина в детском теле, не мог побороть робость и стыд в присутствии этой сексапильной бестии, которая совершенно естественным движением закинула ногу на ногу открыв глазам прекрасный вид на округлые коленки и бедро. Какое тут есть, мечущиеся мысли буквально выворачивают наизнанку, а вскочивший "петушок" недвусмысленно намекает на возможные варианты. Не, такое не может происходить. Марфа придвинулась ко мне и положила свою ладонь мне на плечо. От чего меня затрясло, как будто било током.

– Ты такой напряжённый! Расслабься. Вот бери ветчину с хлебом, ешь и слушай, о чём я тебе буду говорить.

Я последовал её совету. И, стараясь отвлечься от нахлынувших на меня ощущений счастья от близкого соседства шикарной женщины, совершенно не ощущая вкуса ветчины, уничтожал предложенный мне ужин, не веря своим ушам и всему тому, какие страсти говорила мне Варга.

– Поверь, малыш, ты не готов к жизни в обществе. Ты слишком уязвим в отношении с женщинами. Любая, владеющая силой и не магической, поверь, а простыми женскими чарами, способна управлять тобой и твоими поступками. Женщины высшего света, из семей лэров, обладают поистине гигантскими возможностями в вопросах приручения мужчин. И поверь, найдётся очень мало рыцарей, которые могут спокойно пройти мимо смазливенькой милашки, а если она ещё и опытна и у неё есть дар, то он может спокойно стать орудием в её руках. Из вашей компании только, пожалуй, Мартин невосприимчив к женским чарам. Он абсолютно расчётлив в общении с ними. На опыт это не похоже, не тот возраст, а вот врождённые качества, вероятнее всего, и говорит это о его возможном высоком происхождении. Я думаю, на графское звание он вполне способен претендовать и не удивлюсь, если у него где-нибудь припрятаны документы на графскую или даже герцогскую корону. Но не о нём речь. Я говорю о тебе. Я хочу тебе предложить позаниматься со мной. Я хочу попытаться выработать у тебя стойкую защиту от женского коварства и орудий их обольщения. Целую неделю, в доме никто ночевать не будет. Дор в курсе и поверь, он к тебе меня не ревнует. Мы все тебе очень благодарны за всё, что ты уже сделал и что ещё собираешься сделать для нас. Если нам удастся выработать в тебе стойкий иммунитет в общении с женщинами, то тебе станет легче выживать в этом мире. Женщины это страшное оружие!!! Я тебе немного позже продемонстрирую это! Я сама настроена к тебе положительно, но есть в нашем окружении мадам не хуже, а, то и лучше меня подготовленная и разбирающаяся в искусстве обольщения и подчинения. Пока она занята только Мартином, но если она поймет, кто главный в вашей компании, то тогда с большой вероятностью могу предположить, кто станет её основной мишенью. Правда, не скажу, какую цель она преследует, но и становиться рабом красивой, пусть и умной госпожи, не хочется не кому. Увы, наши с тобой занятия могут показаться тебе бесстыдными, но мне надо вызвать у тебя самые яркие чувства и страстные желания, чтобы пытаться с ними самостоятельно бороться – она провела рукой по моим волосам и погладила мне спину.

Я тонул в её глазах, мне казалось, что ничего прекраснее я не видел в жизни. От неё пахло цветами и чистотой вымытого тела, от неё пахло женщиной! Не знаю, какие флюиды или ещё что-нибудь исходило от неё, но я реально терял голову и весь мой богатый опыт ловеласа таял в ею расставленных сетях. Я желал её, как взрослый мужчина и непроизвольно положил свою руку ей на коленку. Какая же у неё приятная кожа, тело упругое, а её груди так и зовут прижаться и зарыться в них.

– Ты хорошо держишься, малыш! Обычно на этой стадии мужчины себя уже не помнят, а ведут себя, как скоты и животные. А ты ещё пытаешься анализировать и контролировать свои действия. Похвально! Когда я начала делать тебе массаж я чувствовала, как ты испытываешь ко мне влечение и большое желание. Но ты его пытался скрыть от меня. Вот тогда я и осознала, ты в состоянии освоить правила поведения, которые позволят тебе в общении с женщинами на уровне тел остаться самим собой. И поверь, магия тебе не помощник, и как бы не наоборот, многие маги и в данный момент находятся под контролем своих любовниц, а кому особенно не повезло и жён. Теперь увеличим нагрузку на твою психику, добавим ощущений, посмотрим, как ты с ними справишься.

Я не поверил, она ладонями обхватило моё лицо и нагнувшись, губами слегка прижалась к моей щеке, при этом всей грудью навалившись на меня. Я не знаю, чего она от меня ожидала, какой реакции, но явно не того, что последовало в дальнейшем.

Плюнув на все условности, забыв, где я нахожусь, в каком теле, а главное, кого занесло ко мне в постель, я, повернув голову, поймал податливые губы в классический французский поцелуй, одной рукой обхватив соблазнительницу за талию, а второй уверенно взявшись за грудь, легко уложил Марфу на спину.

Какие у неё податливые сладкие губы, а грудь мягкая и одновременно упругая. Она не сопротивлялась, сказывался видно шок от всего происходящего, она растерялась. А я пока она не пришла в себя, не размыкая губ, рукой, с трудом оставив превосходную грудь, отправил её в путешествие по всему её телу.

Приятный валик животика, слегка прижимая, поглаживаю и опускаюсь дальше, какие совершенные формы бедра!! На самом сокровенном не задерживаясь, дотянулся до края халата и, обнаружив под рукой приятную свежесть голого, нежного тела медленно пустил её в обратный путь.

Марфа не вырывалась, а слегка стала отвечать на мои ласки. Отвечая на продолжительный поцелуй, явно находится в прострации или я делаю что-то такое, с чем опытная львица ещё не сталкивалась. А что, всё возможно. Мой опыт это опыт общения с земными женщинами может, у них здесь не принято целоваться рот в рот? У меня, для моего нынешнего тела, и правда, это первый опыт. А если и магию применить во время такого тесного общения? Вот и место, подходящее под рукой. Я уверенно, но нежно расположил свою ладошку меду ног бесстыдницы, которая впервые за время продолжительного поцелуя попыталась прикрыться рукой и сдвинуть в перекрёст ноги. Но было уже поздно. Трусиков на ней не было, и говорит это о серьёзности её намерений на этот вечер. Пытать она меня собиралась основательно. И, как понял, долго, но сама нечаянно попалась в расставленные ею же сети. Интересно, трепыхаться она будет или нет. Ведь может и по голове надавать, уж на что она способна видел сам. Марфа слегка выгнулась всем телом, и даже через прикрытый поцелуем рот музыкой в моих ушах раздался её первый стон наслаждения. Не понял, и кто кого тренирует я или меня?

Её рука прижимала меня к мягкому женскому телу и, поняв, раз мне ещё не дали по шее за недостойное поведение, принялся смелее и активнее действовать своей наглой, бесстыжей рукой. Оставив на время её лоно, не предприняв попытки проникновения, хотя пальцы уже намокли от испускаемого ею сока, рукой не отрывая контакта с божественным телом на удивление юным, видно моё лечение пошло на пользу, раздвигал полы халата оголяя восхитительное тело страстно и одновременно нежно водя ею по животику медленно поднимаясь к нежным холмикам грудей.

В голове рождался план действий, первая эйфория прошла, вожделение не смогло полностью захватить разум, и постепенно оставляла поле боя более сильному чувству, чем обыкновенная похоть. Я страстно желал обладать этой необыкновенной женщиной, но, увы, как мужчина своим достоинством я пока похвастать никак не мог. Да и ожил то он совсем недавно, понимая, простым сношением я её довести до экстаза не смогу, а она явно женщина темпераментная, о чём говорит пара ночей, которые прошли для меня под аккомпанементы её страстных ахов и вздохов, криков и плача. Вот и мне страстно хотелось довести её до такого же состояния, но другим способом, а при возможности и применив магию, в частности некоторые плетения, благо вагина точно отлично передаст внешнее раздражения. А какие плетения применить я уже придумал.

Пора уже разрывать поцелуй, и пока она не сопротивляется быстро перейти на заострившийся сосок её восхитительной груди. Ну, с богом!

Оторвавшись от приоткрытого рта женщины, исследуя её шею поцелуями, добрался до освобождённой от закрывающего её халата соска груди. Есть! она только ещё больше выгнулась на кровати и меня заставив приподняться на колени. Восхитительный напряжённый сосок заполнил весь рот, и я нежно теребя его языком и слегка посасывая губами, одновременно опускал руку вновь вниз по телу прелестницы. Вот и стоны пошли, рука её сильно сжимает кожу у меня на спине через надетую рубаху. Снять бы её да времени пока нет, мой успех весьма обманчив, она в любой момент может взбрыкнуть и что произойдёт дальше…об этом и думать не хочется. Там Хэрн как-то о клыках обмолвился, а моя шея совсем рядом с ними! От этих мыслей немного успокоился, а то уже явно перехожу границы разумного проведения отдыха. А на мои изыскания, в виде минета, она может обидеться и откусить аппарат. А вот падать не стоит "дружок" не всё так страшно, как кажется. И к минету подведём грамотно, но я думаю не сегодня и боюсь, что и не завтра. Что-то я замечтался. Но хорошо, что успокоился и действую, и правда, как раньше на земле. Спокойно и расчётливо.

Рука медленно сползла до треугольника курчавеньких волосиков. Сжатые ноги прикрывают самое сокровенное, но я уверенно прижал ладонь к телу и пальцами как бы давая команду открыть проход протиснулся между коленками. Есть коленки разошлись в разные стороны, коробка Пандоры раскрылась, а теперь можно и похулиганить раз получили не двусмысленное приглашение к посещению.

Стоны раздаются всё громче, а тело буквально выгнуло в гимнастический мостик. Какая горячая женщина! А я-то похоже уже на пределе и вот-вот разряжусь прямо на постель. Пачкать очень не хотелось, и я вновь подумал о клыках Варги. Есть, действует как успокаивающее! А теперь продолжим. Оставил разбухший сосок и вновь уверенный поцелуй. О-о!! а ответ то, страстный явно нравится и, не отрывая рта от сладких губ, медленно ввёл безымянный и указательный пальцы в раскрытое, влажное лоно. И снова громкие, мычащие стоны, но уже совсем другая тональность. И в этот момент прям через введённые в женщину пальцы и распростертую по набухшим губам лона ладони толчком вогнал плетение Хаоса, что когда-то с помощью него тренировался создавать магические руны.

– А-а-а-а-а!!! – дикий крик наслаждения и меня чуть не скинуло с кровати.

Плетение магии Хаоса первого уровня "Медлительность", действует на мышцы в качестве массажа, разрабатывалось на базе лечебных плетений. Прекрасное плетение!!! Какой результат, да её просто колотит от наслаждения и я сам едва не кончаю, гладя, что вытворяет Марфа! Лишь бы не придушила в порыве страсти, с неё станется!!!

Откинулась, стонет, мечется по кровати. Пора и мне раздеваться. Руками конечно приятно по её телу бегать, но ощутить всю её прелесть всем своим телом ощущения совсем другие, да и "дружка" побаловать пора. И у меня насчёт него тоже одна мыслишка имеется.

Она лежала на спине, руки распахнуты в стороны, волосы в художественном беспорядке раскинуты по подушкам, глаза прикрыты. Халат распахнут, он явно лишний в этом потрете, но и как снять его не представляю. Недолго думая, оставив её отдыхать, поднялся с постели и, раздевшись, сложил одежду на рядом стоящее кресло.

Как же она красива. Грудь высоко вздымается, стонов уже не слышно, но дыхание тяжёлое ещё не успокоилась. Я приблизился. Блин и вид же у меня голый тощий маленький и "дружок" торчит столбиком, сантиметров тринадцать-пятнадцать будет, только тонкий он пока. Ничего подрастёт, мы его теперь тренировать будем. Осторожно приподнял руку Марфы и аккуратно стараюсь снять рукав халата. Немного мучений и халат раскинутым осьминогом остался лежать на кровати. Марфа ничего, не говоря, рассматривает меня сквозь прикрытые веки. Не ожидала такого взрыва от себя, и от меня действий опытного любовника тоже. Ну что ж раз не прогоняют, значит продолжим. Я смело уселся на её ноги сверху и, нагнувшись вперёд, нежно, двумя руками провёл от плеч до живота. Она откинула голову, назад издала протяжный стон. Начало хорошее!!! Проводим руками порукам, одновременно наклоняясь и цепляя ртом правый сосок.

– Ах! – было ответом на мои эксперименты.

Теперь левый – та же реакция. Рукой дотянулся до волос, погладил, аккуратно лёг сверху на нее, так что наши глаза оказались напротив друг друга. Она молчит, ждёт. Молчу и я! Нежно касаюсь её губ. Мелкими поцелуями, осыпая её лицо и надолго замирая в продолжительном поцелуе. Я на взводе боюсь до активных действий не дойду. Так и есть кончаю ей прямо на живот, не отрываясь губами от её превосходных губ. Её руки у меня на плечах сперва нежно поглаживали, а теперь сильно вжимают в себя. Отрываясь от губ, и руками делаю массаж, растирая продукт своего недержания по её восхитительному телу.

И снова игра с её сосками, и снова вздохи и стоны, которые быстро снова заводят меня, приведя "дружка" в рабочее состояние. Поцелуи долгие, объятья сильные, эмоции через край, её тело совершенство, её лоно притягивает и зовёт к себе открытой неизвестностью для этого тела, но не для меня. Малой молчит явно парень в шоке, но когда меня долбило во время извержения, он присутствовал, я его чувствовал, наверное, впервые за всё моё время пребывание в этом мире.

Я аккуратно устраиваю своё тело у неё между приглашающе распахнутыми ногами. "Дружок" вздыблен и уже упёрся стволом в зовущий вход лона. Голова моя лежит на груди девушки и меня раскачивает на этом теле, что мечется, изнывая от бесконечных ласк. Целую грудь, засасываю ртом сосок и плавным движение ввожу "дружка" в мир наслаждения и продолжения рода. Долгий протяжный стон раздался сверху, мне руками чуть всю спину не раздирают, а я продолжаю экспериментировать, толчками строго дозированным количеством манны и силы через дружка пропихиваю внутрь лона так понравившееся нам обоим плетение.

Я как на корабле во время шторма. Меня мотает по всему телу, сверху ревёт ураган, изрыгая из открытого рта громкие стоны, крики и причитания. Меня подбрасывает в такт моим движениям и бьющим импульсам силы плетения, я слегка наращиваю обороты, и шторм усиливается. Но нет времени отдаваться чувствам и ощущениям я как исследователь и экспериментатор – всё внимание технике и порядку работы оборудования.

Сколько мы времени так безумствовали не знаю, но сквозь расчётливый разум, который просчитывал ход эксперимента, почувствовал подход небывалой волны наслаждения и, отбродив сомнения уже не контролируя себя до максимума увеличив свои движения тела вложив в плетение манны и силы всё сколько смог и сколько позволяла сама его структура. А сам с головой окунулся в поглощающий мир ощущений счастья и чувств. Меня накрыло волной и я уже не чувствуя себя весь растворился в море накатывающего сладострастия.

Глава 6

Я проснулся от того, что меня кто-то настойчиво тряс за плечо.

– Вставай, соня – кричал мне в ухо неугомонный Хэрн – ты так всё счастье проспишь. Ты не забыл, у нас на утро намечено развлечение? – увидев, как я разлепил глаза, возбуждённый канн уже тише сказал – вставай, уже утро давно! Все на ногах один ты валяешься, и никто тебя добудиться не может. Быстро завтракать и на площадь. Приходил представитель герцога, он был очень недоволен. Долго что-то высказывал отдельно Жаку. Я краем уха услышал, но не всё и не до конца. Но главное – тот хмырь, которому дружок Мартина влепил пощёчину, оказался чрезвычайным послом откуда-то из соседнего материка. А эти громилы – его охрана и сопровождающие. Герцог согласился, как я понял, на проведение поединков, но так как мы, практически на войне, потребовал схватки провести без смертоубийства.

Я, с трудом соображая, даже не пытался сейчас же встать. Всё тело ломило и немного трясло. Я находился под действием наркотика, под названием любовь. Только этого мне не хватало! Но Марфа говорила только о тренировках. И вмешивать чувства в спорт явно не стоило.

Я, напрягаясь, пытался вспоминать, что же вчера произошло? Мы перестарались с тренировкой, а мои эксперименты и изыскания слишком затянулись. Но какое у неё восхитительное тело. Так не вспоминать, а то придётся идти на завтрак со вздыбленными штанами.

Хэрн умчался по своим делам, а я, с трудом встав с постели, принялся одеваться. На улице по утрам свежо, а ночью уже были заморозки. Нижнее белье, постиранное Марфой, приятно пахло травами и её руками,… так я что-то опять размечтался. Не забывать, это был просто эксперимент и тренировка какого-то навык,а очень полезного для здоровья мужчины.

– А я теперь точно мужчина!! – от такого вывода я голым задом плюхнулся больно на пол – И притом, в рассвете сил, только в отличие от мультяшного героя, совсем не в меру упитанный, а одни кожа и кости. – я рукой потёр ушибленное место.

Завтракал я один. Марфа, войдя на кухню, оглянулась по сторонам, никого кроме нас, подошла, погладила своей тёплой ладошкой по голове и, нагнувшись, чмокнула в щёку. Меня, как током от этого ударило.

– Спасибо, милый! – прошептала она мне в самое ухо. Меня заколотило от нахлынувшего возбуждения. – Контролируй себя. Ты прекрасно прошёл испытание, но это только начало. Продолжим сегодня. И старайся об этом не думать, это тоже своеобразная тренировка. Помни об этом, или из-за своей рассеянности при внезапной опасности, ты просто погибнешь. И ещё раз спасибо, ты просто прелесть! – и она снова поцеловала меня в щёку.

В общем, завтрак удался. Я съел столько, что даже Марфа удивлённо смотрела за этим непонятным аттракционном. Её булочки были восхитительны, варенье сладкое, а её прикосновения нежны и приятны. Но я боролся со своими мыслями, помня её наставления. Я боролся с собой изо всех сил, но, увы, в этой схватке я пока проигрывал.

На площадь мы вышли всей толпой. Шли пешком. Идти недалеко, для всадников в переполненном людьми, повозками и животными селе, места просто не было. Дор о чём-то всю дорогу перешёптывался с Хэрном, Дэр и Ферр не отходили от парочки друзей-собутыльников. Дамы, находящиеся в окружении наших кавалеров о чём-то весело щебетали. Марфа, одетая в красивый цветной сарафан, демонстративно не обращающая на меня никакого внимания, весело смеялась над шутками, возбуждённого близкой схваткой, баронета. На то, что у него будет поединок, он очень рассчитывал.

На площади всё было готово. Мы еле протиснулись сквозь толпу. Свободный пятачок, огражденный веревками, за которые никто не заходил шагов по десять в каждую сторону. Рядом поставлена палатка, как я понял, для оказания помощи раненым и пострадавшим. Площадь полностью забита народом, все близстоящие дома облеплены малышнёй. Заборы, крыши домов, полны народа. Все ждут развлечений. Все хотят зрелищ.

– Мартин, – я дёрнул брата за рукав куртки – как думаешь, если мы поставим ставки на своего бойца, противник поддержит или нет наше начинание?

– Однозначно. Сколько будем ставить?

Я задумался. Светить золотом не хочется, а серебром большую ставку не сделаешь. Рискнуть?

– Сколько у нас в золоте?

– Пара тысяч наберётся. Всё ставить? – спросил, потягиваясь, Мартин. Он тоже не выспался. И как поведал Хэрн, сегодняшнюю ночь братик развлекался с баронессой, но, как я понял, до серьёзного у них не дошло.

– Я думаю, да. Займись этим лично, Жаку не до ставок будет. Но и у него спроси, может, и он рискнёт не только жизнью, но и деньгами?

Как и ожидалось, ставку у нас поддержали. И умелый Мартин организовал по быстрому тотализатор, беря и записывая каждую ставку в мою тетрадь. Он хотел и меня припрячь в качестве писца, но Хэрн в приказном порядке указал мне на стоящую рядом палатку.

– Сходи, подготовь всё для приёма раненных. Ты должен всегда быть готовым к любым случайностям и предугадывать разные варианты событий, ученик – важно, демонстративно громким голосом сказал Хэрн. Все взгляды притихшей толпы были обращены на него и на меня.

А я, прикинувшись несмышленышем, удивлённо проговорил:

– Но зачем трупу помощь, учитель? И так понятно, что твой противник не жилец. Да если бы и можно было бы его спасти, зачем это делать? Ведь он наш враг?

Толпа в ожидании ответа затихла, а расположившиеся напротив нас группа поддержки нашего оппонента и вовсе задержала дыхание.

– Ты ещё слишком молод, мой маленький друг. Запомни навсегда, твой нынешний противник, тебе не враг, он всегда может стать в будущем верным и преданным другом или соратником. А вот мёртвый, он уже абсолютно бесполезен и никому не нужен, если ты, конечно, не некромант.

Выдох облегчения раздался по всей заполненной народом площади.

К Жаку, как секунданту с нашей стороны, подошёл сам герцог, в сопровождении барона и старшего иноземной группы, с ихней группой поддержки. Секундантом, кстати, со стороны противника выступал получивший пощёчину господин. Сегодня он был предельно вежлив в общении и предупредителен, правда, эта вежливость была на грани оскорбления. Очень цепляло душу его холодная надменность и чопорность.

Герцог ещё раз призвал стороны разрешить конфликт миром или, на крайний случай, обойтись без жертв. Он уповал на то, что идёт война и пролить кровь намного благороднее, защищая Императора и родную землю. Но раз речь идёт о затронутой чести и об оскорблении, то всё-таки можно разойтись миром, принеся противоборствующей стороне свои извинения. Но какие извинения при таком скоплении народа, который ждёт кровавых зрелищ и развлечений?

Секунданты обсуждали условия схватки, а представитель местного духовенства, который тоже присутствовал здесь вместе с храмовыми воинами и настоятелем храма, устанавливал по углам боевой арены какие-то штуковины, как объяснил впоследствии Жак это оказались артефакты, улавливающие любое проявление магии.

Ставки, собранные Мартином, поражали. Практически все ставили на нашего противника, пришлось закладывать лошадей, чтобы обеспечить и сравнять ставки. В конечном счете, ставка с нашей стороны составила шесть тысяч золотом. У нас согласились купить в случае нашего проигрыша моего конягу, за две с половиной тысячи и ещё пятьсот золотых на Хэрна поставил герцог, остальные деньги принадлежали, как я понял, нашим поклонникам, только что-то их очень мало оказалось. Удивляло и то, что даже рыцари, которые ехали с нами в караване, ставки сделали против нас. Впрочем, ничего удивительного в этом нет. Хэрн выглядел со своим копьём и прикреплённым к левой руке маленьким щитом из кожи, без доспехов, в одной куртке, очень блекло. По сравнению с противником, который вдвое превосходил его в росте, и втрое в размерах плеч. Тем более, он был одет в полный доспех и вооружен двумя полуторными изогнутыми мечами, которые в его лапах смотрелись маленькими ножиками.

Но опытные бойцы могли заменить большие нестыковки. Хэрн стоял абсолютно спокойный и расслабленный, а вот его противник явно нервничал.

Начало поединка было полностью за противником Хэрна. Он гонял канна по всему периметру арены как зайца. Мощный парень просто феноменально владел мечами, выписывая ими такие кульбиты и пируэты! Хэрну приходилось прилагать огромные усилия, как казалось со стороны, чтобы мечи бугая не перерубили его пополам. Хэрн большую часть ударов принимал на древко, немало удивив этим зрителей, особенно тем, что мечник никак не мог его перерубить. Запыхавшийся верзила сам не мог понять, что же он делает не так, раз никак до сих пор не смог достать такую шуструю жертву. Хэрн ещё минут пять изматывал бегом своего оппонента. Подгадав когда противник привык к тому, что канн только обороняется и не думает о нападении, расслабится, и именно в этот момент нанёс неожиданный удар острым наконечником точно в бедро юноши, повредив тому видно артерию, так как кровь хлестанула струёй. Сделав за весь поединок один удар, Хэрн быстро отскочил от рухнувшего на одно колено противника и спокойно перевёл дух. Всем стало ясно, поединок, фактически, закончен. И сам Хэрн ещё пару мгновений посмотрел на поверженного противника, развернулся и направился к палатке, где стоял я и два неразлучных собутыльника, в виде моего брата и секунданта Хэрна.

К раненному кинулись его сопровождающие и друзья бугая. Прямо на месте, разрезав штанину на ноге, принялись накладывать жгут, чтобы остановить кровь, а один мощный малый стал смешно махать руками, что-то при этом приговаривая. Но тут даже я ощутил, как дала о себе знать призываемая сила, и я на автомате поставил на нашу группу огненный щит. Огненная магия стала в последнее время получаться у меня очень хорошо. Но атаковать нас никто не собирался, просто таким способом сопровождающий их маг или шаман, не понял, пытался остановить кровь, в общем, применял лечебные плетения.

Хэрн обернулся назад, посмотрел на творящуюся суету вокруг раненого и спокойно произнёс

– Ну, раз от нашей помощи отказались, а противник Жака не торопится вызывать его на арену, то стоит покинуть это шумное и многолюдное место, вы не находите, господа?

Жак обернулся и с нескрываемым презрением посмотрел на стоящего рядом с раненым щёголя, смачно плюнул себе под ноги и демонстративно отвернулся.

– Пошли, Хэрн, нам, и правда, надо обмыть прекрасный результат и главное, поделить выигрыш. Ты нам сегодня помог отлично заработать, улучшить, так сказать, наше пошатнувшееся финансовое положение. У меня оставалось в кармане всего золотых сорок, а тут думаю я, сотню точно заработал, не говоря уже о вас, мои дорогие.

Мы шли своей шумной и весёлой компанией сквозь толпу, раздвигая её в сторону, как ледокол льдины. На нас, и особенно на Хэрна, смотрели со страхом и благоговением. Толпа молчанием провожала нас, но мне не понравилось пристальное внимание со стороны настоятеля местного храма, тем более, что оно было направленно только на одного меня.

Наши девочки выглядели в толпе зевак, как прекрасные розы среди одуванчиков. И местные молодые и не очень мужчины, рыцари и просто благородные с вожделением провожали их стройные станы сальными взглядами и только за это, пришлось бы их всех прибить. Но у нас было прекрасное настроение. Только Жак выглядел слегка раздосадованным. Что же, ему в противники точно попался настоящий дипломат и политик, а раз так, то в ближайшее время стоит ждать точного и безжалостного удара. Только откуда он последует? Но то, что его нанесут, сомневаться не приходилось. Не уплаченные кровью пощёчины позором лягут на оппонента, и это значит, что все разборки ещё впереди, а сегодняшний поединок только прелюдия, основное действие грядёт немного позже.

Марфа вела себя внешне очень спокойно и весело, но по перехваченным мною её быстрым взглядам становилось понятно, меня как бы оценивают и для принятия какого-то важного решения взвешивают все за и против.

Только чего? Непонятно! И скажу честно, меня такая ситуация, в свете намечающейся сегодняшней и проведённой вчерашней ночи, весьма волновала.

Последствия моей учёбы и связанных с ней приятных, но выходящих за рамки общепринятых занятий и тренировок, особого энтузиазма не вызывали. С этой женщиной связаны тайны и не ошибусь предположить, весьма серьёзные. Напрашивается вывод, её замужество это маскировка, причём своеобразная. Она явно, как в прочем и Дор, от кого-то скрывается. Но у гнома проблемы с родственниками, а его жена, наверное, замешена в кровавых разборках. Не удивлюсь, если потом окажется, что не одна жизнь прервана этими ласковыми руками. От воспоминаний мурашки пробежали по телу миллионным марафоном.

– Бр-р-р! Аккуратно, а то дружок в бараний рог свернёт. Спокойно! Где наши клычёчки?

Прекрасно подействовало. Успокоился, во всяком случае, до срама не дошло. Надо прояснить ситуацию. Быть разменной пешкой в чьей-то игре, да даже и проходной, не хочу и не буду. А в этом мире, где человеческая жизнь не стоит и ломаного гроша и подавно.

Дома у Дора спокойно и тепло. На дворе осень берёт бразды правления в свои руки, деревья в темпе избавляются от листвы, по вечерам становится прохладно. А в доме хорошо.

Как добрались до дома, все разбежались, кто куда. Дымит кузница, оттуда слышны звонкие удары молота. На всю мощь работает мастерская. Ферр заканчивает заготовки под артефакты. Попросил я делать кольца пяти видов и размеров. Всё зависит от количества и размера установленных на них камней. Кулоны и подвески Ферр делает с добавлением украшений из серебра и золота, но камни только мои, а форма, дизайн всё остальное на усмотрение мастеров. Пацаны, что клепают наконечники, заготовили уже стук сорок. Каждый наконечник доведён до идеала, придраться не к чему. Форму наконечников разрабатывали Дор с Хэрном. И в эту компанию, как эксперта пригласили Мартина. Они изготовили сначала четыре вида. Бронебойный, простой, охотничий и листообразный для нанесения не смертельных, но болезненных ранений. Испытывали их на поляне целый вечер, основным стрелком, естественно, выступал Мартин. На общем собрании по результатам проверки решили делать все виды, но основное количество должны составлять именно бронебойные наконечники. Хэрн собирает стрелы лично. Я только показал, какими я вижу стрелы, предназначенные для установки на них атакующих плетений. Так как при применении заклинания наконечник, в теории, должен уничтожаться, то что мешает, чтобы не тратить драгоценный металл, использовать простой? Вы спросите, откуда такие познания в наложении плетений на стрелы и болты? (Мы их тоже решили сделать с налагаемыми плетениями и тоже из простого металла). Во всём виноваты чёрные болты для большого арбалета из шкатулки лейтенанта, брата герцогини Ергонии. Долго, очень долго мы пытались с Хэрном разобраться в том, как и за счёт чего накладывается плетение на них. Увы, бобик помочь нам в этом не смог, единственно он указал на них, как на возможный вариант решения этой проблемы. Долго мы мучились над загадкой болтов, пока не добрались сюда, в это село. И в один из вечеров, когда упившиеся гном с канном  устроили очередной спор о тонкостях кузнечного дела, вот тогда Хэрн и рассказал Дору о загадке чёрных болтов. Короче, в тот вечер они всё-таки смогли достучаться до истины. Причём, достучались в прямом смысле этого слова. Они его разломали. И каково было их удивление, когда в самом наконечнике болта обнаружили…маленький камешек, такой же, как был в груди достойного гнома, только намного-намного меньше. И теперь канн в каждый наконечник собственноручно устанавливает камешки. Сборкой стрел они занимаются с Мартином вдвоём, причём для стрел с магической начинкой используют простые древки пусть и из лучшего, какое есть в этих местах дерева, и соответственно дорогого, а вот для наконечников из металла древних Хэрн притащил заготовки от своего железного божества. В общем, заняты все.

Я метаю стрелы, постепенно отходя от мишеней всё дальше и дальше. Получается средне, первые успехи за счёт большого показателя навыка, свой потенциал исчерпали, и теперь начинается изнурительный труд.

Сегодня вечером планирую попробовать активировать кулон-артефакт, чтобы снять плетение с Мани. Времени мало, нужно идти на риск и пробовать действовать методом тыка. Ничего нового из идей, по снятию с неё плетения, в голову не приходит.

Приходил сразу после обеда настоятель. Просил ещё раз очистить алтарь храма. За день столько людей посетило храм, и он снова потерял свою мощь. И очередь не уменьшалась. Продвинулась сильно вперёд, это да, но люди напуганы, и чтобы получить божественную поддержку, снова занимают очередь для следующего посещения. Авторитет церкви очень высок, но впереди праздник святого Патрика, а для его проведения желательна полная мощь алтаря. И герцог просит помочь. Как он планировал, в путь караваны двинутся после праздника и общего молебна, чтобы максимально быть защищёнными дланью богов от нежити.

Хэрн, вёл разговор с настоятелем, обещал подойти завтра, заверив того – для помощи церкви в борьбе с нежитью он сделает всё возможное.

Чем бы я ни занимался и чего бы ни планировал, но мысли о Марфе и об очередном занятии будоражили кровь и взбадривали получше всякого НЗ. Поэтому, все эксперименты с кулоном наметил сразу на время после ужина.

Ребята готовили грандиозную пьянку, которую будут проводить в лагере, Марфа по понятным причинам запретила после ужина заходить в дом всем, кроме меня. Пацанва пропадала в кузне, поддерживая в рабочем состоянии горн. Запасы Дора в металле древних таяли, перетекая в законченные изделия, готовые для продажи, но он хотел подарок Хэрна сохранить. Там фишка такая. Если погасить огонь, то уголь, полученный от корней железного дерева, остынув, превратится в прах, а так они могут гореть до бесконечности. Только требуется постоянное поддерживание огня в горне. От того пацаны высыпаются днём, а ночь делят пополам, отдыхая ночью поочерёдно в мастерской, пока отец со старшими братьями веселятся в компании с Мартином и Хэрном ,поддерживают огонь в горне.

Сегодня ужинали дома мы с Марфой одни. Старшие все в лагере, какой к чертям ужин, когда столько накуплено угощений и вина для пьянки. Пацаны поели раньше и, набрав продуктов с собой, заступили на вахту. Марфа, нежная и ласковая, смотрела на меня глазами любящей женщины, но я, помня её слова, что женщины, это ещё то оружие, её взгляды старался не воспринимать. И это мне давалось очень тяжело, а ей, на мой взгляд, причиняло боль. Или это тоже её игра? Не понятно!

– Ты ешь-ешь, дорогой – сказала Марфа, сзади неслышно подойдя и прижавшись грудью к моёй спине. И как – то сразу аппетит пропал, есть расхотелось, а вот другого… очень даже.

Но расслабляться нельзя. Хэрн отсутствовал. Он, конечно, удивлён, но мне пришла в голову мысль позвать другого помощника, а их между собой знакомить пока рановато.

– Я к Мани. Вернусь, как закончу. И спасибо, всё было очень вкусно. – сказал я Марфе. И видя, что она немного обиделась на мою холодность, добавил – но на поздний ужин я рассчитываю. Занятия у нас продолжаются? – спросил я. И, развернувшись, неожиданно обнял её за ноги. Живот её оказался прямо напротив моего лица. Я нежно прижался к нему и руками совершил небольшое путешествие, вверх припарковав их на её восхитительных упругих ягодицах. Она, бедная, аж дёрнулась от неожиданности, но не отстранилась.

– Я пойду. Мани ждёт, она очень надеется, что сможет вести полноценную жизнь. И любить она тоже хочет, я это чувствую. – я посмотрел снизу вверх на печальное лицо своей любимой женщины. Марфа плакала, по её лицу двумя дорожками скатывались слёзы.

– Не плачь, любимая, я постараюсь помочь. А там, как карты судьбы лягут. Повезёт, выживет. Она обязана выжить, ибо без неё у вас всех будущего нет! Сама знаешь.

– Вот по этому поводу я и хотела с тобой поговорить, но потом, вечером или ночью. Иди, я буду тебя ждать. Теперь я буду тебя ждать вечно! – добавила она еле слышно.

"Играет? Непонятно! Потом разберёмся! Или она себя точно перехитрила с этими занятиями и непонятными тренировками?!" – думал я, поднимаясь наверх, на второй этаж, в комнату к Мани.

Сегодняшний мой помощник – товарищ хитрый, с ним надо держать ухо востро. Обведёт вокруг пальца, если зазеваешься. Я зашёл в комнату, Мани лежала в той же позе, в которой я её и оставил вчера. Уселся в кресло. Посидел, настраиваясь. В первую очередь, пытаясь вытеснить из головы мысли о попе хозяйки дома. Получалось с трудом. И я в мозгу дал команду – "Клыки!!!". Есть, помогло, стало, серьёзно, намного легче.

Ну, приступим! Сперва помощник. Я уселся поудобней и явственно представив маленькую мартышку, сидящую на кресле напротив. Что-то она какая-то вялая получилась. Может, её монстром представить?

– Не надо, я и такая нормально себя чувствую! Вернее, никак себя не чувствую. Ты обещал меня вызывать чаще, хозяин! – заныло хитрое создание.

– Что-то я этого не припоминаю, уважаемый. И давай с тобой договоримся, ты меня не пытаешься обмануть! Либо ты мой помощник в любом деле и виде, какой впоследствии примешь, либо никак. Выбирай, я два раза предлагать не буду. Я жду!

У мартышки на морде явное удивление. В глазах недоверие и надежда.

– Ты мне дашь возможность жить? – с недоверием спросило создание.

– Если будешь полезным, то отчего бы не помочь хорошему человеку? – усмехнулся я.

Мартышка скривилась.

– Ну-ну! Все вы люди горазды, обещать – принялся разводить демагогию древний катала. Но продолжить я ему не дал:

– Да или нет?! Быстро! У меня времени нет! Дел много.

Он помолчал, внимательно меня рассматривая.

– Ты не обманешь! Я знаю! Клянусь, быть тебе верным. Но вот я должен точно знать, что ты меня не впихнёшь в животного или особь женского пола! Я не хочу ими быть. Пообещай, хозяин! – простонал он.

О, боже! Мало мне Хэрна с Мартином, так ещё это создание себе на шею вешаю.

– Ладно, договорились! – проронил я – А теперь, к делу! Видишь эту девушку?

– Да-а, ну и видок! Ты что с ней сделал? – задумчиво проговорил он.

– Я, как раз, ещё ничего особенного не делал, а вот ты, наверное, сможешь. Посмотри, на неё наложено заклинание, причём его она сама себе умудрилась навесить. Представляешь? Врождённые способности. А плетение немаленького ранга. Максимальный уровень, девятый. Я придумал и сделал вот эту штуку, – я вытащил из кармана кулон – надо бы это плетение впихнуть в него, тем самым освободив тело девушки от его действия. Что скажешь?

– А приманка? Приманка нужна! Ну-ка покажи, что ты там напридумывал? – Он уверенно взял в лапу кулон. И так повернет, рассматривая, и так. – Плетение хорошее, но его недостаточно. Крови своей добавь. Запусти его, а потом пару капель на него вылей. С одной стороны только на тебя завязано будет, с другой стороны, есть опасность, что плетение на тебя перекинется. Но, в последнем, я тебе помогу. И это, ошейник сними с неё. Мешать будет. Непростая штучка. Явно, мои хозяева руку к нему приложили! Сейчас помогает, а когда плетение снимать будем, то… подожди-ка, а если именно его и прицепить к кулону? На время, пока плетение снимать будем! Но вязать их между собой надо таким же металлом, как и основание кулона. Может получиться. Но кровь свою все-таки используй. Плетение сильное, надо ограничение поставить, чтобы другим не досталось! Никто, кроме тебя, пока ты жив, им воспользоваться не сможет, если ты его, конечно, сам им активированное не подаришь, или временно попользоваться не дашь!

Я задумался. Риск велик, а вдруг это тело меня разводит? Но, с другой стороны, ему тогда тоже хана. Рискнуть, не рискнуть? А у меня, что, есть альтернатива?!

– Хорошо! Я тебя завтра позову. А пока, за это время приготовлю ошейник с кулоном. Бывай!

Хлопок и мартышка исчезла. Прикольно!

Сняв с Мани ошейник, вышел искать Марфу. Хозяйка готовилась к вечерним занятиям. У меня в комнате накрытый стол, постель заправлена в новые простыни и количество подушек увеличено. Она как раз надевала наволочки на них, когда я вошёл. Какие формы! Даже балахонистый халат не портил фигуру женщины. И когда нагибается, полы халата подскакивают, открывая прекрасный вид на ножки. Неплохо!

Я подошёл и положил руки ей на талию. Она дёрнулась

– Фу, ну ты и испугал! – схватилась она за сердце. Уселась на кровать и привлекла меня к себе. Я дотянулся губами до её лица и дальше долгий, одурманивающий поцелуй.

– Я ошейник с Мани снял! – прошептал я – Ты меня чуть из памяти не вынула! Она сейчас проснется, если уже не проснулась. Её надо покормить и процедуры разные … ну, ты понимаешь, провести. А потом спать отправить. Я завтра кулон доработаю, в церкви подзаряжусь, и завтра, сразу после посещения церкви, будем снимать плетение. – Марфа прижалась лицом к моей груди. И вздохнула. Я обнял её за плечи и рукой гладил волосы. – Не беспокойся, всё будет хорошо. Ты пока Мани займись, а я к сегодняшним занятиям подготовлюсь, раз уж у нас завтра посещение церкви намечается. – я поцеловал подставленные губы и, не удержавшись, погладил мягкую податливую грудь.

– Ах! Осторожней, проказник, мне ещё за дочкой ухаживать! А от тебя я сегодня утром и так на еле гнущихся ногах вышла. Ах! Ну что ты делаешь?!!! – уже двумя руками сжал прелестные полушария. Нет, надо отстраняться, иначе Мани точно окажется голодной или ещё чего похуже.

– Ошейник на Мани одеть не забудь! Завтра с самого утра снимешь. И, прежде чем утром уходить, не забудь меня разбудить. Всё, беги! Я мыться и работать. Если зайдёшь, и я с тобой не разговариваю, то не пугайся, я просто работаю, подожди. Хорошо?

– Я обязательно дождусь! – она, первый раз за всё время, сама меня поцеловала в губы неумело, но страстно. Боги! Волна по всему телу, как цунами распространяется. Какая женщина! Ну почему меня угораздило вселиться в этого мальца, нет, чтобы выбрать кого постарше?! А так, на верочку, одно извращение получается. Даже не заметил, как вышла. Блин, а похоже, тренировки продолжаются! Меня явно вывели из себя, в смысле, я потерял голову и слабо понимал, что вообще происходило! Надо быть внимательнее и такого стараться больше не допускать.

После принятия душа, завернувшись в одеяло, уселся в позе лотоса на кровати. Я хотел устранить одно упущение, о котором постоянно забываю. Я хотел проверить, смогу ли я повесить себе на колодец очередную гирлянду плетений "на всякий случай". Плетение это будет, конечно школы магии Тайны леса, пятого уровня. А к нему позже подберу ещё четыре из этой же школы. Обычно, на такие плетения, для создания руны, мне хватало часа два-три, а порой и четыре. Но я надеюсь, за последнее время малость прокачался. И даже если не получится навесить новую гирлянду, то уберу одну из старых, а на её место придётся вешать магию жизни. Приступаем!

Как и предполагал, руна заняла у меня времени не менее трёх часов. Я так ушёл в работу, что не следил, что творилось вокруг. Я сильно устал, но своего добился. Плетение очень сложное и любая неточность разваливала уже собранную руну. Но я победил. Мне удалось навесить новое плетение. Ура!!! Я прокачал очередной уровень, я смог!!!

Когда осознано смог думать и понимать, что делается вокруг, обнаружил сидящую рядом с собой в своём халатике Марфу.

– Давно сидишь? – тихо спросил я.

– Выспаться бы не успела, но наши уже до песен дошли!!!

– Понятно, значит давно. – отдышавшись, скинул с себя одеяло и голый, спрыгнув с кровати, поплёлся в своим вещам, аккуратно сложенным и лежащим на кресле. Из кармашка пояса, первым делом вытащил кусочек НЗ и в рот. Да-а, на вкус дрянь, кто бы спорил, но вот силы и бодрости добавило с избытком! Теперь пояс на себя сверху надеваем. Понимаю, что выгляжу смешно! Голый, но в каске, в моём случае с поясом, хотя бы нижнее бельё надеть, но и так сойдёт. Возвращаемся. Хм-м! угадал. Вот моя красавица кривится от смеха. Ничего, тебе сейчас самой не до смеха станет.

– Раздевайся и ложись на спину. Глаза закрыть, не подсматривать! Ноги раздвинуть не забудь!

Ага, вот и она опешила. Когда любовью занимались, всё было чинно и красиво и нежности масса. А тут, одни команды! А как ты хотела – медицина это серьёзно!

– Марфуша, давай быстрей, пока у меня сил на плетение достаточно. Если после него свалюсь, то не обессудь.

Она выпучила глаза и рывком скинула с себя халат, быстро улеглась на кровати, не забыв выполнить все мои указания.

Ну, что, пациент готов, руна тоже. Сил – море после НЗ. Камни хаоса в наличии. Я положил левую руку на левую грудь, а вторую пристроил точно между ног красавице. С богом.

– Мани ошейник одела? – напоследок спросил я.

– Да! – коротко ответила возлюбленная.

– Ну, тогда начали! – и я активировал руну!

Что тут началось! Марфа выгнулась мостиком, грудь окаменела застывшими сосками, а изо рта раздался крик наслаждения и боли. Видно, не стоило через влагалище такое сильное плетение пускать, но с другой стороны, там ближайший путь к внутренним органам. Теперь ждём результатов! А как она дышит, как дышит, с надрывом, резко выдыхая воздух. И руками хватается больно. Интересно, сколько ей времени понадобится, чтобы в себя прийти? И колотит её сильно, волны оргазма прокатываются по телу одна за другой! Ага, вот вроде успокаиваться стала. А я наоборот, стою с трубкой торчащей! И клыки не помогают, глядя на те танцы, что вытворяет молодая девушка. А ведь точно, помолодела! Ё-моё! А это уже серьёзно! Наши дамы такие изменения во внешности хозяйки вряд ли пропустят. Надо как-нибудь обговорить с Марфушей, чтобы она маскировалась и поменьше им на глаза попадалась, пока не уедем. И голос у неё изменился, звонче стал, и волосы почернели. И грудь заострилась и сама немножко тоньше стала, а на лицо, и вовсе красотка. А ножки, мечта богини!

Я присел на кровать, рядом с девушкой, она продолжала подрагивать и тихо стонать, раскинув в стороны руки. Я погладил гладкий живот, под моей рукой её тело вздрагивало и извивалось. А горячая какая! Спускаемся дальше, сокровенное пока не трогаем, а вот по ножкам пройдёмся. Нежное, юное тело. Кожа бархатистая и чистая. А кожа, какая упругая! Память тела! Такой и была она в далёкой молодости! А ведь она намного старше гнома была. Точно! И что же её, на старости лет, на чужбину потянуло? А оно мне надо, их тайны? Нет конечно, но вот попользоваться таким удивительным женским телом необходимо и плевать, что я по возрасту в любовники не подхожу, по разуму уже давно дед. Ага, похоже искусительница в себя приходить начала. Если сразу после применения плетения руками хваталась и синяков наделала, потом, как плети висели с краёв кровати, то сейчас обдуманно поглаживает мои ноги. А не дать ли ей свой стручок потрогать. Посмотрим, как она на такой экстрим себя поведёт? Руку дала свою спокойно взять, а вот теперь немного напряглась, но без последствий. Ничего, пусть привыкает. Гладит приятно, появившийся из своей ниши малой кайфует, но на работу аппарата не влияет. Отлично, а мы пока её задницей займёмся. На ласки девушка очень отзывчива, на каждое прикосновение отвечает. А её мягкие задние булочки просто бесподобны. Надо заканчивать, иначе, как вчера, конфуз произойдёт, а мне, я думаю, сегодня стахановскую норму выполнять придётся. И как бы не перевыполнять, девушка то молодая, и опыта у неё…

Вчерашний марафон мы, похоже, побили. Только было одно отличие. Факт остаётся фактом, но мне сегодня досталась девственница. Да-да, именно девственница! Плетение восстановило плевру.

Я, как и вчера, устроился на прекрасном ложе, удобно расположившись между призывно распахнутых ног. Снова поцелуи, но в этот раз целовали больше меня, и я попытался войти во врата лона, но не тут-то было. И только после третей попытки я понял, что подо мной извивается от нетерпения девочка. И как только дружок выдержал такой напор и не иссяк на самом интересном месте? У меня постоянно перед глазами клыки торчали, и надо отдать им должное, действовали очень успокаивающе. А дальше, тугое, отзывчивое влагалище и стоны, крики и мотавшиеся перед лицом соски грудей. Потом пошло по накатанной – дозированное действие плетения, шторм, плавно переходящий в ураган и крики, крики, крики.

Сколько я так продержался, не знаю, но момент извержения проморгал, отдавшись чувствам и наслаждению прекрасным женским телом. И снова удар плетением и я еле удержался на ходящем волнами теле.

Отходили от оргазмов долго. Я свалился рядом и перевернулся на спину. Боже, как хорошо! Марфа отдыхала рядом, сперва, как и я, лежала на спине, а потом повернулась на бок, ко мне лицом, положив голову на услужливо подставленное мною плечо.

– Я не знаю, что ты со мной делаешь, но это прекрасно! – прошептала она. Я ничего не ответил, а что говорить? Мне хорошо, ей хорошо – что ещё надо? Оказалось, что всё-таки надо.

– Милый, у меня к тебе просьба, и даже не знаю, как ты к ней отнесешься.

– Ну, пока я не услышу в чём она – я не узнаю своего к ней отношения! – подбодрил я, с чего-то застеснявшуюся подругу.

Она уткнулась лицом мне подмышку и оттуда раздался её приглушённый голос:

– Я хочу девочку!

Я завис: – " Я-то тут причём? По части детей – это к Дору. А я так, рядом побегал!" Но у благоверной мысли на этот счёт в корне отличались от моих!

Мы так и лежали не накрытые, отдыхая после бешеных скачек. В комнате темно, слабый свет от ночного звёздного неба проникает через прикрытые ставни. Горячее, мягкое, приятное тело бод боком. Только вот идеи это тело подкидывает, просто жуть!

Она молча сопит, уткнувшись лицом мне в грудь, молчу и я. А что говорить, я даже причины такого явно взвешенного решения не знаю, и она объяснять ничего не собирается.

Чувствую, сейчас разревётся и уйдёт, и мои прекрасные занятия прекратятся. А вот как раз их прекращения я и не хотел.

– Почему именно я? – тихо спросил я.

Она заворочалась, удобно устраиваясь у меня на груди, и, водя пальчиком по моему животу, глубоко вдохнув, ответила:

– Дор не может больше от меня иметь девочек. Если у нас будут дети, а после твоего вмешательства будут и не один, то будут сплошь мальчишки. Увы, проклятье некроманта! А я! Я хочу девочку и не одну. Сейчас мне и одной хватит, но я теперь тебя буду ждать всегда, и после каждого твоего приезда я буду ждать рождения девочек. Не беспокойся, в плане наследства они ни на что претендовать не будут!

Я поражённо молчал! Вот так поворот!

– Ты не ответила, почему именно я? – упрямо спросил Марфу.

Она опять вздохнула и крепче прижалась ко мне всем телом, ещё и ногу закинула сверху, прижав ею к кровати. Будто боялась, что я убегу. Хоть дышать давала, и то хорошо!

– Другого мужчину Дор не потерпит, а ты его спас, как и всю семью. Не надо ничего мне говорить о великом маге каннов. Эту сказку впихивай другим! – не дала мне вставить слово Марфа.– для него ты почти родственник, притом младший. И я не хочу никого другого, кроме вас. Но девочку я хочу, помоги мне! А?

Обкладывают со всех сторон! Но почему, именно девочек? Дочь у неё есть. Выздоровеет и дальше жить нормальной жизнью станет. Отчего у Марфы на девочках бзик произошёл? Я так у неё и спросил.

На что будущая железная леди захлюпала носом и вдруг её прорвало:

– Я – Варга! У нас рождались до меня только девочки! Мы поддерживаем свою популяцию посредством принципа: "там, где смогли". У нас очень редко получаются семьи. Мужчины, пригодные для зачатия детей, на вес золота! А невосприимчивые к проклятию Варг и подавно. Мы все в герцогстве относимся к дворянам. Мы щит и меч Родины. В своё время, она единственная, кто дала пристанище изгоям! Нас планомерно уничтожали по всем материкам. Нас считают порождением тьмы. Нас ненавидят и мы честно платим всем той же монетой! Маниша тоже не вписывается в рамки, созданные для Варг. Она маг, а это невозможно! Но и это не главное! Варг учат и готовят с раннего детства, почти с пелёнок. Марфа уже никогда не сможет стать полноценной Варгой. И не потому, что она каким-то образом, наверное, из-за камня некроманта стала способной к магии, нет! Она просто физически никогда не сможет научиться тому, что я ей должна дать.

-Никогда не говори никогда! – сказал задумчиво я – У неё свой путь, а с её упорством и силой духа, она твою школу пройдёт в укороченном варианте, и что-то мне подсказывает, что результат от этого не пострадает! Дай только время и возможность выздороветь. Возникает теперь вопрос, увы, не хотел его задавать, правда! Что ты тут делаешь столько лет? И как Варга, смогла жить среди других людей в другой стране, если вы всех ненавидите? И почему до сих пор ты не вернулась на Родину?

Она опять вздохнула. Чувствую, сейчас пойдёт серьёзный разговор.

– Я из отряда чёрных кошек. Подразделение для выполнения специальных задач. Я ликвидатор. Была, пока меня саму не попытались ликвидировать. Меня магически изменили. Дав возможность выглядеть, как простая человеческая женщина. Но стоит такая операция…весь посёлок со всеми караванами и благородными с их оружием и драгоценностями не стоят вместе того, во сколько обошлась операция для нашего ордена. И это за одну меня! Таких как я, в отряде, было всего трое. После меня не осталось никого. Они были слишком молоды и самоуверенны. За что и поплатились. И теперь, сам понимаешь, мне дорога назад в герцогство заказана. В ордене знают, что я осталась жива. Но больше попыток ликвидации не предпринималось. Или чего-то выжидают или исполнителей нет. А насчёт детей…они все обречены! Если о мальчиках узнают в герцогстве, сюда придёт вся армия, чтобы их уничтожить. Пойми, Варг боятся все! Но сейчас есть какая-то гарантия их верности властям, так как фактически, от них зависит наше воспроизводство, ибо в основном, в качестве отцов Варгам идут каторжники и преступники. Для большинства из них это смертная казнь. Или они умирают в первую ночь, не подтвердив своего статуса, как полноценного партнёра для нас, или впоследствии гибнут, из-за нашего проклятья, превращаясь в безвольных животных. А невосприимчивых среди этого отребья, практически не бывает, а если и попадётся один, то за него идёт настоящая бойня. Мои мальчики могут перевернуть веками сложившийся уклад жизни! Поэтому никто из них и не знает обо мне, как о Варге. Вот только Ферр. С него я уже взяла клятву на крови. Он будет молчать, но пообещал мне жениться только на Варге! А там пусть, что будет. Я очень хочу помочь своему народу, я хочу дать ему шанс на счастье. Но свою семью я никому рушить не дам. Поэтому, мне и нужны девочки, чтобы создать из них себе полноценную замену. Ты, наверное, догадался, я была очень стара. И когда родила младшего, думала, не выживу. Не удивляйся, малыш, Варги до самой смерти выглядят очень хорошо, но вот внутренне чувствуют, что наступает конец. Ты, на удивление, смог сперва отодвинуть небытиё, а теперь и подарил новую молодость. Я знаю – это магия эльфов, причём высших. И не просто высших, а…боюсь даже произносить вслух свои догадки. Я думаю, ты понимаешь, о чём я говорю. Ты всё услышал. Решать тебе. Ты маг, а без твоего желания у тебя детей не будет и наоборот. Тем более, ты маг жизни. Помоги мне!

Вот так засада. Тренировки, блин! Да, но отказать?! Всё это понятно, но обманывать Дора я бы в этом не хотел! И так себя очень неуютно чувствую, а тут ещё и дети.

– А если Дор узнает, что дети не от него? – тихо спросил я.

– Что значит, если узнает? – передразнила меня Марфа – он и так знает. Более того, именно он и предложил такой вариант. Ведь сам пойми, никто и не поймёт, что ребёнок не Дора! Кто же на нас с тобой подумает? Я понимаю, что всё выглядит со стороны не очень, но такая ситуация. Я, честно, уже подумывала о ребёнке на стороне. Я была стара, время, отмерянное мне богами, таяло. А не оставить вместо себя замену я не могла! У меня там, на Родине, есть дети. Как они сейчас живут, я не знаю. Но думаю, хорошо. Будет возможность, я весточку отправлю, а пока… ты мне поможешь?

Пока говорила, Марфа вовсю рукой обрабатывала моего "предателя". Вот кто-кто, а он точно "За". Всё надо хорошенько обдумать, а думается мне всегда лучше всего под минет. А сейчас просто отличный момент приобщить Марфушу к этому интересному занятию. Пускай привыкает.

– Я подумаю – сказал я и добавил – а пока…

И рукой легонько, но требовательно наклонил голову девушки к "дружку". Молча, без брыканий Марфа опустилась к низу моего живота, а потом…я потерял счёт времени. Как она была нежна и страстна!!! Увы, но магией здесь я помочь не мог и спустя немного времени я просто растаял, растворился, я взлетел и, наверное, впервые здесь мне снился удивительный сон про меня и молодую красивую девушку с чёрными длинными волосами.

Глава 7

И снова – утро добрым не бывает. Раскрываю глаза. Рядом никого. Хм-м! А ведь я вчера ясно просил разбудить меня пораньше, как встанет. Солнечный свет заливает пространство комнаты. Я расслаблен, единственно, нижняя часть тела побаливает, видно сон был продолжением яви. Уработали меня, утробахали, или, как там будет по-испански? Но почему не разбудила? Потянулся на постели, хорошо! Есть хочу, мамонта бы съел. Встаем, одеваемся. Чувствую себя отлично, ни одной посторонней мысли. Голова ясная, чистая. Ай-да Марфа, все мозги высосала, голова пустая, как барабан. Как там Хэрн? По ощущениям, спит. Спит? Хэрн? Видно, хорошо вчера посидели. Раз солнце встало, а канн ещё не на ногах!

Вышел в гостиную – никого, потом на кухню – никого. Не понял, ну кто-нибудь в доме должен быть?! Задержался в столовой, булочки фирменные, варенье, нашёл копченое мясо и котелок с тёплой кашей, типа рисовой с мясом. Прострация! Видно, голодный монстрик внутри меня прогрессирует, или такова реакция организма молодого на изнуряющий секс. Правда, какой из меня в этом возрасте сексометр?! Никакой! Поел, можно сказать, наелся. Пора искать хозяев и постояльцев.

Поднялся на второй этаж, открываю дверь в комнату Мани. Ну, наконец-то, хоть одна живая душа. Марфа возится с дочкой, обтирает её, проводит водные, утренние процедуры. Меня не заметили, не будем мешать. Тихонечко закрыл дверь.

В мастерской пацаны под руководством Ферро лепят наконечники для стрел. Я зашёл к ним в тот момент, когда он распекал за что-то младшего.

– Стэйн, сколько раз тебе говорить, работать с металлом нужно очень аккуратно, он раскаленный и трогать его голыми руками может только отец и Дэр. Даже у меня не получается без последствий. И пусть ты не получаешь ожогов, это ещё не говорит о том, что можешь самостоятельно выполнять работу о которой тебя не просят. Ваше дело стрелы, вернее, наконечники к ним делать, а болты обещался наделать для Хэрна Дэр. Хотя, честно сказать, и твой болт очень неплох. Надо его, пожалуй, отцу показать.

Я протиснулся через щель приоткрытой двери и поздоровался со всеми.

– Привет, ребята, Хэрна не видели?

Ферро обернулся и, увидев меня, улыбнулся

– Твой учитель – подмигнул мне Ферро, каждый раз намекает о том, что посвящен в нашу тайну – слегка вчера перебрал. И Мартин, кстати, тоже. Они сейчас вместе с баронетом в вашей телеге валяются, то есть – поправился разгильдяй – они изволили отдыхать. Иди, поднимай, а то точно до вечера проспят. И тебя отец хотел видеть. Чего от тебя батя хотел, не знаю. Но сказал, как тебя увижу, так к нему отправить. Я хотел тебя идти будить, но мама не пустила, а тут ты сам явился. Зайди к отцу в кузню, не забудь, он хотел тебе что-то показать.

Я напрягся. Если верно то, что Дор в курсе наших отношений с Марфой, то мне очень не хочется оставаться с ним наедине, даже если не прибьет, то отвечать на его возможные вопросы очень бы не хотелось. Но Ферро об моих опасениях знать не стоит.

– Хорошо, Ферр, зайду обязательно. Я вообще, чего зашёл? У меня к тебе просьба. Вот эту безделушку – я достал из кармашка в поясе подготовленную заготовку артефакта в виде кулона, – что ты сделал, надо к ошейнику Мани прикрепить. Но закрепить её нужно только с помощью такого же металла, что и основание кулона. Я тебя попрошу, займись им немедленно. Он мне понадобится сразу после обеда. Не подведи, пожалуйста! И это, не знаешь, чего сегодня меня не подняли на тренировку? – спросил между делом я.

– Я тоже сегодня сам занимался, мама проспала. Представляешь! Такого никогда не было. Я попытался спросить, что ей такого снилось, так она меня так палками отделала. Вон смотри, какие синяки! При этом приговаривала, что любопытство само по себе не страшно, а вот навязчивое любопытство наказуемо. Сильно досталось, но била без злобы, точно от излишнего любопытства учит. Мама сказала завтра у нас зачёт на знание первого уклада стоек. Ты как их запомнил?

Конечно запомнил, ещё и зарисовал, но ему пока об этом знать не стоит. Пусть учит самостоятельно, а у меня своих дел куча. А Марфа учудила… так перед детьми и спалиться можно.

– Нет, все не смог. Завтра потренируюсь. Я побежал! – я помахал рукой, внимательно слушавшим наш разговор пацанам. С ними я почти не общался. Они хотя и были моего возраста, но возможностей для общения у нас не было. Они пропадают на кузне и в мастерской, а я, то с Хэрном делами занимаюсь, то по ночам Марфа мне уроки преподаёт. Ни минуты лишней для отдыха нет.

Дор со старшим сыном находились в кузне. Заходить к ним я не собирался и прямиком направился к нашей стоянке, пора бы проверить, как там мои члены отряда. Да и гитару хотел забрать в дом, вот уже почти неделю её в руки не брал. Была у меня мысль Марфе пару песен спеть. Я перед путешествием их на местный язык перевёл. Рифму подобрал, а мелодию и так с прошлых времён помню. Пришлось, правда, помучиться с новым, не привыкшим телом, но результат налицо. Аккорды простые, почти одни блатные, мелодии лёгкие, незамысловатые, а вот слова душевные, и в тему.

Как и ожидалось, спящую троицу обнаружил в нашей повозке. М-да! Хорошо, никто сейчас не видит великого мага каннов! Спят все вповалку. Я шагов за двадцать услышал богатырский храп Мартина. А вот мой дружок только скулил. Один Жак распространял вокруг себя, поистине благородное молчание. Девочки наши убирали место вчерашнего пикника, и если от Олии я ещё мог ожидать выполнения простой женской работы, то Дана меня удивила до глубины души. Она, весело болтая со своей молодой подружкой, счищала огрызки и оглоданные кости в ведро для помоев и складывала посуду на подстилку перед красавицей Олией, которая мыла тарелки в большом котелке. Вот так новость для меня. А, что! Слуг нет, а есть из грязной посуды никто не хочет. Свою служанку Дана отправила на стоянку каравана после того, как Мартин принялся её плотно убалтывать, практически не уделяя внимание госпоже. Вот и устранила баронесса неожиданную конкурентку, тем более, та была совсем не против более близких отношений с Мартином. Теперь Мартин на просушке и от, мягко говоря, безрыбья начал заглядываться на баронессу, тем более она постоянно у него перед глазами маячит. Бедный Мартин. Слу-ушай, а не её ли имела ввиду Марфа, когда говорила…ёпрст. Вот засада, так это она и есть, монстр обольщения, а Мартин-то, держится! А чего она к нему прицепилась?! И не отстаёт же! Нечисто здесь что-то. Он ведь её реально унизил. Пусть и не специально, но всё-таки!

Я оглянулся, на беспечно болтающих за уборкой девчат. А баронесса то очень ничего. Красивая, гадина. Но чего она к Мартину прицепилась? Ведь он не благородный, не лорд, а всего лишь наёмник. А она, как привязанная за ним мотается. Хотела бы убить, убила бы или подставила под поединок с сильным противником. А тут… ничего не понятно, но что-то становится не по себе. Явно мадам чего-то выжидает. А вот чего?!

Хватит мандражировать, всё равно ничего реально в этом направлении предпринять невозможно, может само по себе рассосется, хотя конечно, вряд ли. Пора поднимать дружков-собутыльников. Я показался из-за повозки и поздоровался с девчонками.

– Моё почтение, уважаемые – с поклоном произнёс я – не помешаю?

Девчонки только сейчас обратили на меня внимание, и если Олия одарила меня безразличным взглядом, так обычно смотрят на вещь, то баронесса очень внимательно окинула меня своими изумрудными глазами и улыбнулась.

– Доброе утро, малыш. Ты, как я поняла, за учителем пришёл? Так буди их быстрее, а то это сопрано мне уже порядком надоело! Конечно, поединок вчера был впечатляющий, но не настолько, чтобы так упиваться. А вот скажи нам, малыш, вы откуда путь держите? А то я спрашиваю, а Мартин и Хэрн молчат. А?

Я, ничего умнее не придумав, ответил первое, что пришло мне в голову:

– Я не знаю, миледи, и я не интересуюсь у взрослых о том, что меня не касается. Меня везут – я еду, а дальше меня ничего не волнует, кроме завтрака по утрам. Я не любопытствую… чего и вам советую! – Ей богу, вырвалось! Я уже, когда сказал это, понял – точно спорол чушь!

Баронесса и вовсе опешила. Она просто не знала, как на такое реагировать. И от нахлынувшего гнева её лицо пошло пятнами. Но она смогла взять себя в руки. И даже улыбнуться. Моя непреднамеренная провокация провалилась. Но раз она так способна себя держать в руках, то этот факт наводит на ещё более пасмурные мысли насчёт неё. Она меня пристально рассматривала, причём делала это нагло, не маскируясь и не стесняясь, пользуясь магией. Она маг и неплохой! Не стоит забывать о том, что именно вокруг её кареты держали оборону люди барона.

– Ты, малыш, забываешься. Я к тебе очень хорошо отношусь, но боюсь, что ты слегка подзабыл кто я, а кто ты! Я не хочу напоминать об этом другими способами, но на слова прошу тебя прореагировать, ибо за повторное подобное поведение я тебя накажу и сурово накажу! Ты меня понял? – её взгляд ничего хорошего мне не сулил. Она стояла, прекрасная в своём гневе, что я даже ею непроизвольно залюбовался. Глаза сверкают, лицо порозовело, дыхание участилось, грудь вздымается. И вся, какая-то, светом налитая. Я так и стоял, ею любуясь.

– Не слышу ответа?! – её голос содержал металл. Она еле сдерживает себя. Но я опять ответил именно то, о чём сейчас думал.

– Вы прекрасны, миледи – с поклоном проронил я. – Прошу прощения за свои неосторожные слова, я вовсе не хотел ими вас обидеть, а только предостеречь. Всё тайное – опасно, а иногда и несовместимо с жизнью! Я просто прошу вас быть осторожнее. Мой учитель не любит, когда кто-то посторонний лезет без разрешения в его дела. В таких случаях трупов не остаётся. – я развёл руки в стороны. И смотрел на неё преданными, влюблёнными глазами. Она явно засомневалась и задергалась, не зная, как вести себя дальше. Олия и вовсе стояла и смотрела на нас в ступоре. Пока девчонки находились в зависшем состоянии, я предпринял попытку разбудить Хэрна, а с его помощью и других.

– Хэрн, просыпайся! Хватит дрыхнуть! Вставай, Хэрн, быстрей! – Канн заворочался в фургоне. С моего места, где я стоял, мне его видно не было, но я чувствовал, что Хэрн пытается встать, ещё до конца не проснувшись.

– Кажется, учитель проснулся! – разорвал я затянувшуюся паузу, и бросился в повозку, скрывшись за шторками от назойливых девичьих глаз. Фу-х, перевёл я дух. Вот, блин, взгляд, как рентгеном светит.

Хэрн сидел на соломенной подстилке, вытянув вперёд ноги и вид у него был до того несчастный, видно похмелье сильное и побороть его Хэрн без посторонней помощи не в состоянии! Я, вздохнув, быстро сплёл плетение первого уровня и наложил его на измученный организм Хэрна. Ага, полегчало бедняге, но состояние его далеко до идеального, но соображать уже может.

– Привет, ты как, мыслить можешь? – поприветствовал я канна.

– Ещё не до конца проснулся, а так, состояние бодрое …– Хэрн запнулся, а потом добавил одно из слов, подхваченных из моего лексикона – только хреновое-е!!!

– Ты лучше скажи, когда вы успели шторки на полог фургона приделать? – спросил я Хэрна.

– Меньше надо по кроватям валяться, а больше на свежем воздухе бывать – проворчал Хэрн. – сам ведь говорил, что без закрывающего полога в дороге будет неудобно, вот Дэр нам и подогнал кожевника. А хорошо получилось, правда? – и перейдя на мысленную речь продолжил. – Что у тебя случилось? Ты меня так звал, так звал, я уж думал тут бой идёт, а ты, вроде живой, только слегка возбуждённый. Что случилось?

– Дана!!! – так же мысленно ответил я. – Всё пытается о нас с Мартином вызнать, откуда мы, то, да сё. Ну, я ей и ответил слегка резко. Она и вспылила. Нет, вернее не так. В том-то и дело, что не вспылила, а вспыхнувшую злость подавила в себе, и разговаривала со мной, тщательно подбирая слова. Путь жесткими, но продуманными и, я бы сказал, отформатированными словами.

– Как понять, отформатированными? – переспросил удивлённый канн.

– Типа, очень взвешенные слова. Над каждым из них много думали, прежде чем произнести их вслух. Только думали очень быстро. Эта дама меня сильно пугает. Нам быстрее надо от неё избавиться. И ещё одно…она может приручить любого из мужчин. Немногие способны ей противостоять. Мне об этом Марфа рассказала. Кстати, наш Мартин именно к таким невосприимчивым относится. А вот ты, кстати, уязвим. Но у тебя есть я! А вот у меня стопора нет! Поэтому, если она вдруг начнёт со мной заигрывать, ну ты понимаешь как, то сразу бей её по голове. Но помни, она довольно сильный маг.

– Она – маг? – не поверил Хэрн – не может быть?! Я совсем не почувствовал в ней магической силы.

– Она – маг разума, притом, явно неплохой. На мне она сорвалась. Поэтому теперь вряд ли будет снова прятаться. Так что будь поосторожней. Я её, правда, тоже тобой немного попугал. Предупредив, что если что не по-твоему, то даже трупов не остаётся и мне показалось, она испугалась. Видно, такая ситуация с пропадающими трупами людей, для неё не тайна. Привыкнуть не успела, но то, что не новость, это точно. Теперь, давай так, ты меня за что-нибудь отчитай и отправь к Марфе и после обеда идём в храм, мне подзарядиться надо. После посещения церкви пойду к Мани, постараюсь снять плетение. Если получится, то дальше твоя очередь. Будешь ей её гнойники убирать. А если не смогу снять, то дальше думать будем на эту тему.

– Но, как же ты без меня? – обиделся Хэрн.

– Потом, всё потом, и помощник у меня будет – я сразу поправился – Марфа поможет. Не волнуйся. Если что, я сразу тебя вызову. А теперь, начали!

Хэрн громко закряхтел и слез с повозки.

– И зачем ты меня разбудил? У тебя, что, дел нет, не знаешь чем заняться? – разорялся канн – у тебя, что, других учителей нет?! Если Мартин ещё спит, марш к Марфе, если не путаю, у тебя завтра зачёт по её дисциплине. Бегом готовиться. Занимаешься до обеда, потом со мной в церковь пойдешь, помолишься. Ты ещё здесь?! – рявкнул не на шутку разошедшийся Хэрн, и я с места стартанул в сторону ворот дома.

Марфу нашёл на кухне, она затеяла стряпать свою знаменитую выпечку. Рядом больше никого, все заняты своими делами. Я аккуратно подкрался сзади и обнял её за талию.

– Малыш! – воскликнула она, – опять пугаешь?! Смотри, попадешь не под настроение, по шее случайно получишь.

Она повернулась ко мне и руками крепко прижала к себе. Положила сверху щёку мне на голову и проговорила:

– Я тебя будить пришла, а тебя нет. Я сегодня, впервые в жизни, проспала. Ферр, бесстыдник, с вопросами пристал. Пришлось его любопытство малость поумерить.

-Ну, да, поумерить! С помощью палки! Не слишком жестоко? – подняв голову лицом вверх посмотрел в глаза своей женщине.

– Нет. Ты не видел еще, как воспитывают Варг. Там совсем не церемонятся. А Ферро пора понять, когда любопытство приемлемо, а когда за него придётся платить и платить, возможно, чьей-то жизнью, и возможно своей. И кстати, о Ферро! Я с тобой хотела поговорить. – она замолчала, рассматривая внимательно моё удивлённое лицо.

– А с ним-то, что не так? – испугался я

Марфа усмехнулась, расцепила руки и указала на стулья.

– Давай присядем, разговор долгий, а ты под него чай попьёшь с булочками.

Отстраняться от её тела совсем не хотелось. Дружок явно указывал на это оттопыренными штанами в районе паха. И я слишком суетливо забрался на стул под насмешливым взглядом любимых глаз. Я стушевался и видно покраснел, вызвав на лице Марфы озорную улыбку.

– Ты ночью был такой фантазёр! Но мне всё понравилось, необычно, но о-очень пикантно!

– А разбудить кто забыл? – перевёл я разговор с щекотливой темы, обсуждать минет мне очень не хотелось.

Марфа тихонечко засмеялась.

– Проспала, представляешь, и обо всём забыла. Нехорошо бы вышло, если бы увидели, как я, на негнущихся ногах, выхожу утром из твоей комнаты. И, спасибо тебе, за девочку! Я уверена у нас всё сегодня получилось, но, на всякий случай, продолжим работать в этом направлении, останавливаться не стоит. Ты ведь не против?

Я и против?!!! Нашли дурака! Я завертел головой из стороны в сторону, как вентилятор, как только уши не оторвались и голова от резких мотаний не заболела?!

– Вот и хорошо – снова улыбнулась Марфа и после этого надолго задумалась

Я же, тем временем, уничтожал запасы варенья и поедал свежую выпечку. Жевал и рассматривал Варгу, отмечая, какие перемены произошли с ней после второго применения плетения пятого уровня магии эльфов. Лицо помолодело и даже по-подростковому заострилось. Волосы чёрные, от седины не осталась и следа. Тело стройное, грудь приподнята. Животика не видать. Девочка! И не скажешь, что даме за сотню лет перевалило. Кожа на руках гладенькая, а на ножках и ягодицах бархатистая, это я точно запомнил. Надо с ней насчёт маскировки поговорить. Лишнее внимание нам ни к чему!

– У меня к тебе тоже разговор есть – проговорил негромко я. Марфа, от неожиданности, дёрнулась всем телом. Так задумалась.

– Да? Говори, малыш, я слушаю. – растеряно и немного настороженно сказала она.

Я собрался с мыслями и начал:

– Ты очень изменилась и сильно помолодела.

Она заулыбалась и, уперев локти о стол, положила голову на сложенные ладони.

– Спасибо, дорогой!

-Я не об этом. А о той опасности, которая последует, если такие перемены с тобой, заметят наши дамы. Другие жители деревни меня не волнуют. Ты вместе жила под одной крышей с великим магом каннов и это объяснимо, но вот для Даны и Олии такая отмазка не пройдёт. Они прекрасно знают, чем занимался сегодняшней ночью великий маг. Можно, конечно, сказать о действии недавнего лечения, но это малоправдоподобно и может навести на мысль о моём участии в твоём фантастическом омоложении. А этого я бы хотел избежать. Поэтому, хочу тебя попросить: не могла бы ты, то время, оставшиеся до нашего отъезда, не попадаться им на глаза или хотя бы немного замаскироваться под себя прежнюю? Особенно следить за своим голосом, уж больно звонкий он у тебя стал!

Марфа, пока я говорил, легонько качала головой в такт моим словам. Непонятно, то ли соглашается с ними, то ли просто на тембр голоса реагирует. Я замолчал и ждал её ответа.

– Ты, наверное, прав – нарушила молчание Варга – последить за собой надо. Нам лишние проблемы ни к чему, тем более, если эти проблемы могут быть очень серьезные, если учесть, кто их нам обеспечит. Я послежу за собой, я обещаю! Но и ты мне должен кое-что пообещать.

Вот тут уже я опешил. Ты смотри, она ещё торгуется. От такой наглости меня застопорило. Видно, мой вид полностью передавал моё внутреннее возмущение, отчего Варга радостно рассмеялась. Да, нелепая ситуация, и надо признать, моя реакция на неё не поддаётся никакому объяснению. С чего это меня так застопорило, а главное, почему меня рассердила обычная просьба… не иначе опять женские штучки моей дорогой?! Опять на мне отрабатывает своё мастерство по приручению особей мужского пола?! Да заодно и меня учит.

– Что именно, дорогая, – вернул я ей её же обращение, – ты хотела бы от меня услышать?

Вот тут уже Марфа удивилась, не ожидала, что я так быстро приду в себя от её провокации.

– Молодец, малыш. Быстро сориентировался! – похвалила меня она – А теперь к главному. Я хочу просить тебя забрать с собой Ферро.

Я ухмыльнулся. Мои предположения, насчёт этого непоседы, полностью оправдались. И гонка вооружений, устроенная Дором, стала понятна.

– В качестве кого ты хочешь его со мной отправить? – спросил я.

Марфа, неверяще уставилась на меня.

– Ты опять меня удивляешь! Ты даже не спросил, почему я отправляю с тобой своего среднего сына, когда он не достиг совершеннолетия?

– А чего спрашивать и так всё понятно. – спокойно сказал я и приложился к остывшему чаю. – Ферро слишком непоседливый и своим характером напоминает молодого Дора. Он в любой момент может убежать из дома в поисках приключений, с первым попавшимся, кто пообещает ему золотые горы. А так как он много знает, это может быть опасно, как для него, так и для всей семьи. Я прав? – Марфа кивнула в ответ – Вот меня и интересует вопрос, в качестве кого Ферр поедет с нами? Какую ты цель преследуешь, отправляя его? Ну, я жду ответа.

Чай заканчивается, булочки тоже. Выпечку, вышедшую из рук Марфы, я могу есть тоннами!

– Фу-х! – перевёл я дух – Хорошо!

Откинулся на спинку стула и требовательно посмотрел на Варгу.

– Да-а! Не ожидала. – пробормотала она, и снова пауза.

– Марфуш, так что ты там придумала насчёт Ферро, давай начистоту. Не утаивай ничего. Знаешь сама, я тебе не враг. И дорога ты мне, как и память о тебе. Говори, я слушаю.

Марфа сидела напротив меня за столом и рассматривала меня, как какую-то диковинку. Она мне хочет верить, но и боится одновременно. Пауза затягивается, но и я её с ответом не тороплю. Все вопросы обозначены, темы намечены. Как с мыслями соберется, расскажет. А я пока ею полюбуюсь и второй завтрак в спокойной обстановке переварю.

Марфа тяжело вздохнула, посмотрела на меня своими печальными глазами и начала:

– Ты прав. Я боюсь, что не смогу после вашего ухода удержать Ферро дома. Он сбежит и хорошо, если за вами увяжется. А если его кто другой подберёт? С его-то знаниями! И неподготовленный он. На момент своего путешествия, Дор был лучшим мечником рода, у них, правда, больше принято сражаться с топорами, но всё-таки. А ни я, ни Дор, военному делу наших мальчиков не учили. Я скрывала свои умения от всех, а Дор не считал нужным, на том этапе, тратить на обучение время – других забот хватало. Я хочу просить тебя взять Ферро оруженосцем к Мартину. Мартин вам кто?

Я задумался. А чего собственно скрывать от своей женщины, она точно не предаст.

– Он мой брат!

– Ага! – она немного удивилась такому повороту, потом встала со стула и отвесила почтительный поклон – прошу прощение, Ваше сиятельство, что сижу в вашем обществе. – и снова поклон.

Я что-то не понял, или прикалывается, или серьёзно у неё очередной, непонятный для меня бзик приключился?

– Вообще-то Ваша светлость, но давай, как и раньше по-простому, мы не на приёме в замке короля. Садитесь леди, на чём мы остановились? – в свою очередь решил отшутиться я и потом просто добавил – Короче, Марфа, чего ты от меня хочешь?

А для неё оказывается важно, что я оказался братом человека, которого она произвела в графы или даже герцоги, пусть и заочно. Это связанно с рождением детей. Ой, вляпываюсь я в чьи-то разборки, ничего не понимая в том, что творится вокруг.

– И, Марфа, у меня возникает такое чувство, что ты меня просто разводишь, как простачка. Пытаешься использовать в своих играх. Разубеди меня, пожалуйста, в этом. С чего такая реакция на лорда? Колись!

Марфа, видно совсем запуталась. Она не врёт, нет, но явно что-то не договаривает и это что-то, весьма существенная часть целого. И дошла она до того момента, когда не врать невозможно. Или говорить всё, как есть, или нагло что-то придумывать.

– Малыш, то, что ты требуешь открыть – страшная тайна. Всплывёт она или нет без нас, не знаю, но если я расскажу её тебе, то от этого ты спать лучше не станешь. Это точно. Я тебе клянусь, что в отношении вас у меня нет никаких плохих намерений. Я не хочу вам зла и не причиню никогда вреда. Прошу, поверь мне на слово! Может потом, когда-нибудь я всё тебе и расскажу, но не сейчас. Ферро, правда, не готов к самостоятельному путешествию по жизни. Тем более, тебе, как я знаю, он уже клятву одну давал, так что ему помешает дать другую? Я хочу, чтобы ты, а не твой брат её принял у него. Пусть он будет считаться оруженосцем Мартина для всех, но подчиняться он должен только тебе. Мне так спокойней будет.

Они все, что, сговорились? То бобик, то теперь Марфа!

– А сам он как отнесётся к такому раскладу? – с сомнением в голосе спросил я.

– Он после вашей первой встречи очень тобой восхищается. И поверь, он будет счастлив. А ещё одна причина, почему я хочу отправить его именно с вами, это его неподготовленность. Так как ему придётся в будущем, а я на это очень рассчитываю, общаться с Варгами, то владение мечом его должно быть безупречно. Варги таких уважают и прислушиваются к их мнению. Мартин очень неплохой мечник, раз устоял против Дэра. Они в лагере устраивали поединки. Так вот, устоял против сына Дора на мечах только Мартин, он даже, я думаю, выиграл тот бой. А старшим своим Дор занимался очень основательно, и часто им хвастался, говоря, что тот его превосходит, как мечник. А Дора ты в деле видел. – я кивнул головой. Забудешь тут такое! – я же со своей стороны дам тебе весь курс Варг, причём, ликвидаторов отряда чёрных кошек. Я слышала, ты в книгу приёмы зарисовываешь, и комментарии к ним. Вот такую книжицу мы с тобой и напишем, а по ней вы и станете тренироваться с Ферро в пути и потом. Я думаю, эта книга должна быть отдельная и доступ к ней должен быть только у вас, посторонним её нельзя показывать. Даже вашему другу баронету. Я сейчас Мартину не хочу ничего показывать, потому что он под вино всё выболтает своему собутыльнику. А благородные – благородные только с равными, а с вами, когда придёте в обжитые земли, почувствуете, как обходятся. Осторожней будьте! Помни, не всем можно верить! Они способны пожертвовать тобой ради своих интересов или интересов Императора. Ну, так что, ты согласен?

И как быть? Отказать возможности нет, вешать себе на шею ещё одного разумного, совсем не хотелось, но и отказаться от такой перспективы и при этом не обидеть Марфу, я вариантов не видел.

– Давай обсудим это позже, я имею ввиду, кому он будет приносить клятву. Я чуть погодя пойду в церковь, а ты подготовь Мани. Она должна быть чисто вымыта к моему приходу, и было бы неплохо установить в её комнате стол и уложить её на него. Мне так будет удобней работать. Обязательно два кресла оставьте в комнате. Остальное – на время вынести. Запомнила? – Марфа сосредоточенно кивнула – У меня ещё один вопрос к тебе остался.

Я помедлил, думая как бы поделикатней сформулировать вопрос о том, чего от меня хочет Дор?

– Ферро сказал, меня Дор ищет. Зачем, не знаешь?

– Не бойся! – усмехнулась Марфа – Всё нормально. Дор не только книгу своего предка в своё время спер, что являлась реликвией рода, но и то, что досталось ему от семьи. Он был последним в семье и родичи очень рассчитывали на то, что женившись на местной, он, по закону, поделится знаниями. Отец и дед Дора были великие мастера в кузнечном деле. И их секреты Дор навсегда унёс с собой. В чём они заключаются, эти секреты я не знаю, но то, что они связаны с магией земли – это точно. Ферр начисто лишен, как и я, возможности применять магию предков, а вот Дэр и особенно младшенький… они не боевые маги, они будущие мастера. А вот Ферро больше досталось от Варг. Он импульсивен, ловок, грациозен. Если бы я его начала учить, как положено Варг, из него бы получился очень хороший воин. А теперь, раз его невозможно удержать дома, делать из него бойца придётся вам с Мартином, и я надеюсь, и Хэрн приложит к нему руку. Так что сходи к Дору, чем Долы не шутят, может и поделится с тобой он сокровенным…

Дора я нашёл в кузне, они с Дэром что-то мастерили на наковальне, а младшие отпрыски отдыхали, сидя на лавке, и внимательно следили за действиями старших. Я немного понаблюдал за работой гномов. М-да, не знаю, что и сказать, наверное, и на земле с нашей техникой такого не сотворишь. Поистине, виртуозы своего дела. Как у них всё ладно получается, действия синхронные, непонятные движения и вот в руках старшего сына раскалённый нагрудник, и что самое интересное, держит он его ГОЛЫМИ руками. Так они меня и заметили, стоящего с открытым ртом. Я был не просто удивлен, а до глубины души поражён мастерством местных кузнецов.

– О! Вот и наш гость пожаловал. Тебе Ферр передал, чтобы ты ко мне зашёл? – спросил Дор, снимая с мускулистых рук рукавицы. Я оторопело покивал головой. И что говорить, чувствовал я себя рядом с громадным гномом очень не уютно. – хорошо, что зашёл. Пошли в мастерскую, поговорить надо.

Видно, я в лице изменился, потому как Дор рассмеялся и, похлопав меня по спине, отчего я чуть не рухнул на грязный пол, подтолкнул с межкомнатной двери, сказав сыновьям:

– Нас ни для кого нет. Дэр, заканчивай здесь. Пошли, малыш, нам и правда о многом поговорить надо.

Всё, я попал! Господи, прибьёт за свою Марфу, и сбежать не сбежишь!

В мастерской, возле стола, где в своё время разворачивались события по ликвидации последствий влияния подарка Линча, мы уселись на лавку. Дор упёр в меня тяжёлый взгляд, вид насупленный и уставший.

– Мы сегодня много работали и я что-то устал. Давай, по маленькой, для разгона аппетита, скоро обед, а есть особо не хочется. Будешь?

На меня неожиданно накатило спокойствие. Чего я волнуюсь, не я закрутил эту круговерть, не я был инициатором всего этого безобразия. Да, я честно воспользовался ситуацией и ничего больше! К сексу не принуждал, с предложением разного толка к дамам не приставал. Меня самого, того самого! И, полностью успокоившись, я с интересом посмотрел на Дора. Ну, посмотрим, как ты сейчас запоешь!

– Извини, Дор, но пить я сейчас не буду, мне на сегодня голова ясная нужна. И рассиживаться долго не могу, сам знаешь, дел куча. Говори, зачем звал?

Да! Я отомщён! Как его разбарабанило от возмущения, так говорить со старшими, тем более, с гномом, никто позволить себе не мог! А тут сидит прыщ, ногу на ногу закинул и ведёт себя, как у себя дома, минимум, в личном замке на приёме принимает просителей, а может и во дворце. Видно по лицу, как мечутся в голове подобные мысли у гнома, я думал, вспылит, а он нет, взял себя в руки, и я не поверил – рассмеялся.

– Ну ты, малыш, даёшь, молодец! – он немного успокоился – я не буду касаться щекотливых тем. Просто скажу, не ожидал! Но и Марфа неожиданно оказалась от тебя без ума. Скажу просто, твои девочки будут моими дочерьми, и любить их я буду больше жизни, в этом я тебе клянусь. А теперь – о главном. Как я понял, ты сегодня попытаешься снять плетение. Я правильно понял?

– Да!

– Тогда надо Хэрна от компании Мартина изолировать, а то опять напьётся!

– Вот это правильно, – сказал я – и ещё! Организуй его присутствие где-нибудь поближе к комнате Мани ну, например, здесь и было бы неплохо, чтобы он находился под твоим контролем – как таковая эта мера, в принципе, была бесполезна. Мой приказ Хэрн не нарушит, но и приобщить Дора к спасению дочери надо, пусть прочувствует ответственность и станет ощущать себя соучастником спасательной операции.

-Хорошо не беспокойся, я всё сделаю, как ты говоришь. – ответил взволновано Дор.

Пробрало беднягу. Теперь надо красиво уйти, чтобы не смазать произведённое впечатление.

– Мы после обеда с Хэрном идём в церковь. Очень бы не хотелось снова вляпаться в разборки с благородными, презентуй на время Дэра. А?

– Не вопрос, малыш, сразу после обеда он проводит вас до храма. Я и сам бы пошёл, да дел много. Ты меня извини, у меня сердце не на месте, как о Манише подумаю, да ты и сам знаешь. Если бы не ты, я так бы и прозябал около её кровати. Заклевал бы себя и легли бы с ней в одну могилу. Спасибо тебе за всё. Я клянусь, помоги моей дочери, и я передам тебе все знания, что на протяжении существования моей семьи копились моими предками мастерами горного народа! Это не пустое бахвальство. У моей семьи есть своё клеймо, известное не одно столетие во всём мире.

– Не надо ничего обещать, Дор. Я помогаю, сам знаешь, не за плату. Я сам хочу помочь, просто так! Давай, если ты будешь настаивать, вернёмся к этому вопросу потом, после выздоровления Мани, а сейчас, извини, у меня и правда много дел.

Ну, классика. Знаменитая Мымра выпроваживает из своего кабинета товарища Новосельцева. У меня, правда, ситуация немного другая, мне самому надо свалить, притом как можно быстрее, а то от напряжения вся спина мокрая. А Марфа не лгала, насчёт ещё одной тайны мужа. Но я там вряд ли найду боевые плетения, но и то хлеб. А раз он их забрал с собой, значит реально стоят того!

Обед прошёл немного нервно. Во взгляде Марфы была такая нежность и безмерная вера и надежда. Дор же необычайно собран, уверенность его в положительном исходе нашей попытки буквально заражала. Дэр, воинственный, прямо на обед пришёл в кольчуге и с мечом, горе тем, кто попытается нас остановить. Как и оказалось впоследствии, что по дороге к церкви, что обратно, никто даже не сделал попытки обратиться к нам, не то, что прикопаться. И само посещение храма прошло обыденно, и лишь поведение настоятеля вызвало недоумение. Он попытался поговорить со мной наедине, причём именно в тот момент, когда подошли, как бы невзначай, сопровождавшие его паладины. Но Хэрн весьма жёстко отшил непрошеных собеседников, сказав, что работать со стихиями он в одиночку не может и его ученик всегда находится при нём. Мы, как и в первый раз, за очистку алтаря взяли манной. И кроме этого, я зарядил подготовленный артефакт для поимки плетения Мани.

Я был готов. Честно скажу, мне было очень страшно. В этом мире, где всё основано и привязано к магии, иметь дело с плетениями высших категорий очень небезопасно. Особенно, если учесть, что плетения выше шестого уровня считаются для большинства магов утраченными.

Не тратя время на разговоры, по возвращению из церкви, задал лишь один вопрос Марфе:

– Готовы?

-Да! – она на меня смотрела такими глазами, что проиграть я не мог, не имел права.

– В комнату никому не входить. – я оглянулся на взволнованного Хэрна – будь рядом. Я тебя позову!

Я осторожно толкнул дверь в комнату Мани. Она лежала на столе, накрытая простыней. Глаза влажные, неужто плакала? Вот так новость! Как в песне Макаревича " она идёт по жизни смеясь". Похоже. "И не замечают, как плачет ночами та, что идёт по жизни смеясь". Не совсем в тему, но где-то рядом. Так, настрой есть!

– И что мы сопли распустили? – сказал я немного грубо. Но я так понял ситуацию. – Знаю, что страшно, мне самому страшно, чего скрывать? Высшее заклинание, это тебе не булочки маслом мазать! Ну, ты готова?

Явно, чтобы голосом не выдать плачь, она просто кивнула.

– Тогда приступим. Не волнуйся, всё будет хорошо, я с тобой! – и с этими, становящимися волшебными словами, надел на неё браслет с круглым кулоном.

Спит. Хорошо! Теперь немного успокоиться. Что дальше делать не знаю сам. Вся надежда на помощника. Ой, чувствую придётся отрабатывать! Вряд ли это создание будет помогать бесплатно. Осмотрелся вокруг. Пустая комната, два больших стула, почти кресла, стол на котором спит Мани и больше ничего. Сел в кресло. Удобно. Откинулся на спинку. Класс!!! Так, соберись, не до удовольствий. Выиграешь сегодняшний раунд, получишь такую ночь, что это кресло табуреткой жёсткой покажется. Начали. Вот и обезьянка на соседнем стуле. Уже хорошо!

– Привет, что невесел? – спросил задумчивую мартышку.

– Да вот думаю, чего бы такого взять с тебя за помощь?! – вот же, гад, понимает, что я загнан в угол, и что обмануть это хвостатое не смогу.

– И к чему пришёл? – с осторожностью спросил я.

– Я тебе уже говорил, чего я хочу, и что сделать тебе по силам. Поэтому, я помогу тебе, а ты сам решишь, какую награду за помощь я заслуживаю. Ты сам определишь размер моей помощи. Да будет так! – Не, еврей, точно! Я очень уважаю избранный народ, но какие познания в тонкостях психологии! Так всё просчитать. Реально, редиска. Чувствую, если удастся его кому-нибудь вживить, то меня ожидает весьма насыщенное будущее. Это создание устроит мне весёлую жизнь. Ладно, то будет или не будет, а помощь его мне нужна сейчас.

– С чего начнём? – с дрожью в голосе спросил я.

– Да вот думаю. Запустить плетение сразу или сперва его помучить и тебя заодно. Только вот не знаю, поможет это или нет. А давай, капни кровь на кулон и её кровь нужна тоже и в тот момент, когда они смешаются, активируем плетение. Предупреждаю сразу, плетение попробует перекинуться и на тебя. Когда почувствуешь, как теряешь связь с силой, активируй плетение. Не проморгай момент, а то ляжешь с нею рядом.

Я достал из ножен свой тесачок, а потом, подумав, заменил его на чёрный кинжал. Не понял, а чего это мой помощник так жмётся к стенке. Ему явно знакома данная вещица. И он её очень боится!

– Эй, блохастый, мне кажется или ты точно встречался с моим ножичком? – зловещим голосом проговорил я.

– Не убивай, хозяин! – заверещала мартышка. Я и убивать это создание? Не-ет! Так просто он от меня не отделается!

– Ты точно всё правильно рассчитал? – спросил я.

– Да, хозяин, я только сейчас тебе на шею заберусь, чтобы попытаться удержать плетение и не дать ему пробраться к нам. Тут всё по принципу текущей воды. Течем туда, где нет преград и препятствий. Ну, я лезу?

Вот, блин, ещё один мне на шею норовит залезть!

– Смотри, блохастый, обманешь, я тебя достану везде, понял?

– Не беспокойтесь, хозяин, я что, враг своему здоровью? Всё будет в лучшем виде – ой, чувствую, весёлый малый мне попался, задаст он нам в будущем жару!

– Ты готов, хозяин? – я кивнул – Давай! – последовала команда моего наездника.

Я легонько уколол остриём кинжала указательный палец и окропил своей кровью амулет, на левой груди мани сделал длинный надрез и окунул в её кровь красный от моёй крови набалдашник кулона. Есть, у меня, как будто стержень вынули. Манна в колодце словно сквозь дырку вытекает, от упадка сил ноги подкашиваются и, чувствуя, что вот-вот упаду, активировал плетение. Удар, что-то метнулось от стола ко мне на грудь, но отскочило, и вдруг резко запахло озоном, и словно воронка нечто принялось засасывать манну, сперва насыщенным потоком, потом всё меньше и меньше и наконец, поток иссяк. Не чувствуя больше чужого давления, я опустился на пол. С шеи спустился комочек, очень похожий на новорождённого котёнка. Как же смешно у него дрожат и хвост и ножки. Да это же моя мартышка! Да он чуть не погиб! Я его подхватил на руки, невесомый. И остатки манны, что имелись в колодце, практически полностью, единым импульсом, вогнал в умирающее создание. Ура! Получилось! Малыш вырос у меня на глазах, а в ушах раздался его писк:

– Кошмар, хозяин, я чуть не умер. Отпусти, я отдохну хоть малость. И в ближайшее время, будь добр, меня не тревожить. И между прочим, мы смогли переманить плетение, только сами едва не погибли. Кулон заряжен, но без браслета работать не будет. И маленькое отступление – девочка скоро очнётся, браслет больше не работает, как блокиратор. Я ушёл, с твоего разрешения. Хлоп!

Я так и сидел на полу и твердил – Я смог, я смог, я смог, я смог!!!

Вывел меня из состояния ступора тяжкий стон. Да это Мани очнулась, но что это с ней?! Ё-моё, да её манна распирает, плетение уже не работает, вот и давит она на колодец, причиняя нестерпимую боль! Ого, сколько её по телу бродит, выхода ищет! Ещё немного и разорвёт девчонку! Какие муки она терпит, я бы, наверное, уже орал. Мысли в голове неслись табуном – надо снять лишнюю манну, как в тот раз. Сейчас плетение не слепит, должно легче пойти. Только куда манну девать? Думать быстрее, иначе Мани сейчас раскричится или разорвёт её от напирающего давления запасов энергии.

Быстро из карманов нацепил на пальцы заготовки артефактов в виде перстней с крупными камнями. Приступаем! И, практически без подготовки, накладываю руки на её голые груди, они хоть без гнойников. Где мой энергетический канал? Вот, цепляемся к сгустку в районе солнечного сплетения. Есть контакт! Вот это поток, кольца на пальцах заряжаются одно за другим. Откуда столько энергии? Ответ у меня один – в тот раз, когда снимал с неё излишки энергии, она отключилась резко, словно рубильник вырубили. Видно, само плетение свой личный резерв держало в неприкосновенности, а теперь структуры-то нет, и высвободившаяся энергия и гуляла, где могла, и рвалась на свободу.

Ай, да Мани, какая она у нас необыкновенная, оказывается! Прокачалась необыкновенно! И всё из-за череды случайностей. Сперва отец подсобил с подарком Линча, потом сама с подачи Ферро себе подарок преподнесла, в виде неснимаемого плетения, а потом все подряд её энергией пичкали, причём плетения, которыми её лечили залётные маги, не могли раскрываться, а теперь… вот же чёрт, это что же они сейчас все разом долбанут! Мама, роди меня обратно! Что, что делать!!! Как меня задолбал этот вечный русский вопрос! Лишить их подпитки, снять всю манну, а они, я думаю, потом сами самоликвидируются. Скачивал я манну с час, не меньше. Это же сколько в девчушку плетений за всё время впихнули, с ума сойти можно?! Я зарядил шесть перстней с крупными камнями "Слёз души", а это вам даже не камни Хаоса.

Мани успокоилась практически сразу, как я принялся выкачивать из неё лишнюю энергию, и находилась в сознании, но вопросами меня не донимала. Я уже ближе к концу экзекуции, наловчившись на автомате переключать потоки энергии по артефактам, расслабился и изучал тело девушки. Ей сейчас лет шестнадцать-семнадцать, а выглядит она лет на двадцать точно. Если бы не вывернутые суставы и гнойники, испортившие кожу, то она бы ничем не уступала своей матери. Так, куда это меня понесло, старого сластолюбца?! Успокаиваемся!

– Клыки!!

Помогло, а то вот бы срам сейчас был, если бы "дружок" вскочил. С манной я впитывал и вложенную в плетения силу. А вот это, поистине удача! Только у алтаря порядка у меня получалось заряжаться помимо манны ещё и силой. А тут тело девушки, превращённое долгими истязаниями манной, практически в артефакт, или, не побоюсь этого слова, в алтарь, щедро делилось со мной силой.

Ах, как хорошо! Ой, не влюбиться бы в это корявое создание, а то начинаю испытывать такой же кайф, как когда от алтаря бобика заряжался. А это чревато, знаете ли! И надо за девчонкой понаблюдать. Как быстро она восстановится после откачки манны?! Сколько накопит манны? Её я собирался по-возможности выкачать всю, лишь бы не перестараться, а то лекарство станет ещё хуже болезни.

Так, её колодец практически пуст. Отключаемся. Теперь беглый осмотр. Ага, глаза открыты, спокойно смотрит на меня.

– Ты как? – спрашиваю.

– Хорошо. Легко как-то, даже непривычно. Боли нет! – прошептала в ответ она.

Силы у неё ещё есть, я магическим зрением её осмотрел. Серый цвет уступает место зеленоватому, но пока ещё грязному, но процесс пошёл. И это радует!

Я нежданно-негаданно подзарядился и полностью восстановился в процессе снятия энергии.

Можно попробовать начать лечение. В таком деле помощник не помешает, кто знает, как пойдёт лечение.

– Хэрн! – мысленно позвал я.

– Да, малыш!

– Зайди! Один!

Не успел я произнести слова, как дверь распахнулась, и в комнату ворвался Хэрн, закрыв за собой дверь, где в проёме я рассмотрел озабоченную физиономию гнома, и мелькнуло заплаканное лицо Марфы.

– Что у тебя творилось?! Меня чуть на пол не швырнуло от всполохов энергии. Хорошо, Дор поддержал. Ты куда всю её девал?!

– Кольцами вчера любовался, которые Ферр сделал, и остались с вечера, к счастью, в кармане. Вот и воспользовался. Вернее, сказать, успел воспользоваться. – я перешёл на мысленную речь – Осторожней! Мани в сознании, не сболтни чего лишнего!

– А теперь, давай приступим к лечению девочки. Ты занимаешься гнойниками, я займусь её суставами. – я снял одно из заряженных колец – возьми, я там силы поднакачал и манной оно забито под завязку. Не хватит своей манны, попробуй взять оттуда, кто знает, может у тебя и получится?!

Дальше действовали в тандеме, я плетениями магии жизни третьего уровня, что в последнее время даются мне очень легко, поправлял суставчики, тратя по плетению на каждый маленький хрящик, а Хэрн, тренируя первый уровень магии жизни, что кроме огненных плетений получается у него медленно, по телу убирает вонючие гнойники. Я быстро истратил свой личный резерв и, пропуская занятую у Мани энергию и силы из артефактов специально через себя, чтобы при работе заодно и прокачивать колодец, опускался всё ниже и ниже по её телу, дойдя уже до ступней ног. Часа два длилась операция, и всё бы хорошо, но шрамы от гнойников портили всю нашу работу. Боли Маняша уже не чувствовала, а вот от вида своих шрамов на руках и груди, того, что лёжа она могла рассмотреть, печалилась. Зрелище, явно не добавляло ей радости. Опять пытаться применять пятый уровень? У меня мурашки от одной этой мысли по телу забег начали. И омолаживать её куда? Как её тело отреагирует на такое вмешательство? А может, четвёртый? Я его практически никогда не применял. Раз или два, не помню. Но, вроде помогает хорошо, и эффекта омоложения, хоть и частичного, замечено после его применения не было. Только как его применить? Может, как и с Марфой, внедрить плетение в тело через вагину, и к внутренним органам доступ прекрасный и влияние на внутренние процессы организма наиболее эффективное. Пробуем, да, но как же её девственность, придётся пожертвовать, и я надеюсь, от действия плетения плевра потом восстановится.

– Хэрн, ты закончил? – спросил я канна, что любовался молодым, оголённым телом девушки, хоть и в шрамах. – Давай за дверь и чтобы у меня не происходило, никто не должен меня отвлекать. Если сюда кто зайдёт без спроса, прибью тебя. А лучше уведи родителей на кухню, не дело им слушать то, что сейчас здесь будет происходить!

– Что ты задумал, малыш? – испугался моих распоряжений Хэрн.

– Лечить буду, а ты что подумал? Шрамы попробую снять. Всё, давай, иди. Как родителей увёдёшь отсюда, доложишь.

Хэрн вышел из комнаты, а я наклонился к голове девушки.

– Мани, ты меня слышишь? – тихонечко позвал я девушку.

– Да. – прошептала в ответ моя пациентка.

– Мы с Хэрном вылечили тебя. Ты пока слаба и ноги и руки у тебя плохо слушаются. Но это временно. Ходить тебе придётся учиться заново, но дело это наживное, главное, что почти полностью здорова, а силы тебе не занимать. Но есть у нас одна проблема. Шрамы. Их убрать просто так очень сложно, практически невозможно. Во всяком случае, без последствий для организма, а может и разума. Есть у меня в запасе одно плетение, но его я в таком ракурсе ещё не применял. Как оно себя поведет, не знаю. И само его применение весьма интимное средство, мне придётся с тобой провести определённые манипуляции, которые могут показаться тебе неприличными. Рисковать будем или нет, это должна решить ты сама, не мама, не отец, не я! Думай, я жду!

Молчала, думала Маниша недолго, буквально сразу ответила:

– Гури, если есть возможность убрать это убожество, сделай всё, что считаешь нужным, я потерплю. Я о неприличности и говорить не хочу, для меня это просто слова! Кто не страдал, не поймёт. Приступай. Помоги мне, пожалуйста, умоляю!

Я собрался с мыслями. На колодце у меня гирлянда школы магии. От первого до пятого уровней плетения навешаны. Я думаю пропускать по порядку буду, начиная с первого и по возрастающей, а пока…

– Мани, ничего не бойся, и главное, ничему не удивляйся. Теперь расслабься, ноги немного согни в коленях и расставь их в стороны. Вот так, молодец. – несмотря на заверения, девушка, раздвинув ноги, сильно покраснела. А кто говорил, что будет легко и просто?!

Теперь уже я, без стеснения и красного лица от смущения, уверенно положил ладошку ей на самое сокровенное, и ввёл безымянный палец во вход во влагалище, уперев его в плевру. А левую руку положил ей на холодный лоб.

– Мани, сначала будет немного больно, а потом слишком хорошо, не сможешь терпеть – кричи, ничего страшного в этом не будет. Готова?

Мани моргнула. Лицо испуганное, взволнованное, явно не ожидала такого способа лечения.

– Хэрн, как там у тебя? – спросил по мыслеречи канна.

– Нормально! Пошли пить чай. Обрадовал, что лечение удалось. Марфа плачет. Гном, кстати тоже! Чувствую, уйдём в запой. Сам виноват! – последовало следом.

– Меня не отвлекать. И шуми погромче. Я ушёл!

И я тут же надавил пальцем на плевру, одновременно вгоняя плетение первого уровня в лоно молодой девушки.

– Ах-А-а-а-ааа!!!! – выгнувшись мостиком, заголосила железная леди.

Пытка нетрадиционным сексом продолжалась час, не меньше. Я растягивал действие плетений, контролируя поток силы и манны в них, стараясь не превышать допустимых значений. Ну, что сказать, она явно Варга. У меня дружок уже на втором плетении залил продуктом недержания все штаны, причём это была вовсе не моча! Эффект применения плетения стал проявляться уже в конце третьего плетения, а при четвертом, когда Мани плескалась по столу, как ураган, заставив меня опорожниться второй раз, и заодно сорвав голос, шрамы стали буквально разглаживаться по всему телу, и я, помня о возможности восстановления плевры, вынул палец из лона и, прижав сильно к нему ладошку, через него втискивал остатки заклинания в тело девушки. Всё, закончил! Фу-х, ну и ну!!!

Мани мечется по столу, стонет и извивается. Девушкой была. Девушкой и останется. Вся простынь в крови. Надо Марфу звать, пусть уберёт. Сейчас, только дух переведу и дыхание выровняю. Так, смотрим, что у нас получилось?! А получилась у нас красотка. Обалдеть, какая куколка! И тело ладное и на мордашку симпатяшка. И сисечки, что надо. Так, всё, хватит, пора идти мыться. Сексуальный маньяк!

– Хэрн! – позвал я друга. – скажи Марфе, пусть зайдёт! Одна! Ты мне здесь пока не нужен. Передай Марфе. Жду!

Немного времени, за которое Мани немного успокоилась, во всяком случае её уже не бросало по всему столу, единственно всё тело красными пятнами пошло, как двери распахнулась и в комнату вбежала запыхавшаяся мать.

– Марфа, – взяв в руки ладонь любимой, проговорил я – прибери здесь и с девочкой заодно поговори, успокой её. Я же сделал всё, что мог.

Марфа, молча, ничего не говоря, вдруг резко обняла меня и поцеловала сильно и страстно. Та-ак! Меня сегодня ждёт невероятная ночь. Будем надеяться!

Отмывался долго в бане, в прохладной воде. А кто бы специально для меня баню топил?! Постирал подштанники. И просто сидел, отдыхал. Хорошо!! Прибежал Ферро, позвал на ужин. Физиономия вытянутая. И даже малость испуганная.

– Как там Мани? – зевая, спросил я.

Ферр пожал плечами.

– Сам не видел, но мама сказала, что не узнаю, какая красивая сестрёнка стала. Мама к ней пока никого, кроме отца не пускает. В лагере столы ставят, будут великого мага чествовать! – парень ухмыльнулся и посмотрел на меня. – Пойдёшь?

– Не! Устал что-то сильно. Спать пойду. А ты сходи обязательно, потом расскажешь, как чествование происходило. Что у нас на ужин?

– У вас не знаю, я дома есть не буду! Меня просто за тобой отправили. Я в лагерь побегу. А с тобой мама останется. За Манишей уход нужен. Её сейчас мама кормить пошла. Пошли, хватит сидеть. Может тебе помочь штаны выжать?

Вдвоём, чуть не порвав моё нижнее бельё, выжали из них последние капли воды и, развесив их во дворе на верёвке, зашли в дом. Без нижнего белья чувствовал себя весьма некомфортно.

На кухне, накрытый на двоих стол, даже вино присутствует, что-то на плите парит и ни души. Неугомонный Ферр крикнув "Пока!", скрылся в дверях, видно опасается, что строгая родительница припашет по дому по новой, и скрылся с глаз долой.

Я уселся за стол и принялся ждать заслуженного угощения и награды за любовь, преданность и умелые руки. Я так замечтался и наверное задремал, а очнулся от нежных прикосновений и поцелуев. Ужин плавно переходил границы дозволенного. И, захватив с собой разных блюд, мы уединились в моей комнате.

Что сказать, этой ночью я был воистину счастлив. И, несмотря на моё маленькое мальчишеское тело, меня любили, и любили страстно и по-настоящему. Я взлетал и растворялся в море удовольствия и счастья. Я отдыхал, я получал заслуженную награду, такую, которую может дать только любимая женщина. Я получил всё то, чего хотел и даже больше. Я был счастлив!!! А потом я уснул.

Часть 2. Путешествие. Гиблые земли.

И вновь продолжается бой!

Глава 1

Всё остальные дни до отъезда были насыщенными и суетливыми. Дни одинаковые, как под копирку. Подъём до рассвета и занятия под руководством моей ненаглядной. Вместе с Ферро нарезали круги по большому подворью и потом, в течение не менее двух часов, отрабатывали стойки, удары, блоки, запоминали движения и различные приёмы. Сразу после завтрака занятия с луком под неусыпным вниманием Мартина. У меня складывается такое впечатление, что он просто сбегает от Даны, которая в последнее время плотно его обложила, и иногда пилит, совсем как жена. Особых успехов у меня в освоении лука пока нет, но, как пояснил Мартин, качественный скачок произойдёт неожиданно, главное больше работать, потенциал у меня очень большой.

После обеда я снова в распоряжении Марфы. Записываем в книгу её систему владения мечом, рисунки я вам скажу, у меня выходят ну очень эротичные. Марфа на страницах секретного пособия представлена в одежде амазонки, вернее, почти совсем без неё. Лиф, который практически совсем не скрывает её прелести, короткие штанишки с металлическими полосками, сапожки с ножнами, наручи на руках в виде змей. Волосы распущены, и развиваются в такт движениям. Когда она первый раз себя увидела в таком одеянии, то чуть меня не прибила. Пришлось долго ночью отрабатывать, выпрашивая прощение. Ночи – это уже отдельная тема.

Дор последнее время после выздоровления дочери вовсе дома не показывается. Ушёл в загул, утянув с собой великого мага и по вечерам к ним присоединяется вся остальная мужская компания, только Ферро отстранён от употребления спиртных напитков. Отец мотивирует свой запрет необходимостью усиленной учёбы, которая расслаблений не терпит. Бедный Ферро с раннего утра до обеда под тяжёлой рукой матушки, которая палками вдалбливает в могучий зад сына умения и знания, а после обеда и до самой тёмной ночи он уже под руководством Дэра и отца изучает бой на кулаках и стрельбу из большого двулучного арбалета. Вот, я вам скажу, страшная вещь. Пробивает любую кольчугу и доспех из стали, за исключением, изготовленных из металла древних. Стреляет при необходимости сразу двумя болтами, как я называю такой выстрел – дуплетом. Болты тоже особенные для этого арбалета, сделаны с наконечником из металла древних. Сам арбалет – аналог боевых машинок гномов горного королевства материка Харм, но сделан по чертежам ещё деда Дора, великого мастера и кузнеца. Я даже оторвать от земли этого монстра не мог. Тяжеленный, как только Ферр с ним так легко справляется?

По вечерам, перед сном или не только сном, у меня занятия магией. Ну, какие занятия?! Я, как сорока, тащу себе в книгу магии всё, до чего только могу дотянуться. Последнее время переписываю и перерисовываю плетения школы земли, которые подогнал Дор. Все плетения специфические и предназначены для работы с металлами, древесиной и камнем. Для мастеров они просто находка, а для меня… но я всё равно тащу к себе в книгу, знаний много не бывает. Когда-нибудь пригодятся или переделаю под боевые, знаете ли уже есть в голове намётки на этот счёт.

Наконец-то дошло время до ночи! Они у меня не просто насыщенные – они у меня супер продуктивные. Как мне только сил хватает утром рано вставать? Марфа вытягивает все соки, но надо отдать ей должное, встаёт она утром ещё раньше меня. Она уже не удивляется моим фантазиям и мне кажется, что специально провоцирует меня на новые свершения и способы доставления удовольствия. Бедный Дор, представляю, какая нагрузка ждёт его в первую ночь, после моего отъезда. Я счастлив и с ужасом жду того момента, когда нам придётся расстаться. Марфа, мне кажется, не просто так занимается со мной этим самым. Она явно преследует свои, далеко идущие цели, насчёт меня. Ведь разобраться, если все Варги хотя бы процентов на тридцать такие же темпераментные, как Марфа, то я уже с трудом буду обращать внимание на других женщин. Я, правда, других и не видел, взять хотя бы эльфиек, о них как-то рассказывал Мартин, так они, говорил он, и вовсе бесподобны, красивы и элегантны, эталон настоящей женщины. Но он сам признался, что Варг в его послужном списке просто нет, видно подходить к ним он боится.

Ещё дважды за это время посещали храм с целью снятия с алтаря мешающей работать тёмной энергии. Перед отправлением зарядил все камни Хаоса и наши наличные амулеты и артефакты. Я опробовал плетения в одной из заготовок артефактов с небольшим камнем "слёз души". Базовое плетение набрало манны быстро, а вот камень ополовинил алтарь. По своим качествам он превосходил камни Хаоса раза в три, но и заряжать во столько же раз его было труднее. Рабочие плетения на заготовки я пока опасался ставить, и заряжать все подготовленные Ферро кулоны и перстни просто боялся. И так настоятель косится и даже пару раз пытался со мной поговорить, но бдительный Хэрн прерывал все попытки выяснения причин наших успехов.

Стала известна причина плохого настроения Жака. Баронет попросту влюбился, и все мысли, последнее время одолевавшие его, были на тему, получится ли получить разрешение родителей на брак с богатой дочерью купца или нет. Олия охмурила мужественного дворянина быстро, но как-то непреднамеренно, она больше общалась с Мартином или Хэрном, а Жак попал под раздачу так, между делом. Как выразилась Марфа, девочка просто тренировала свои способности, а баронет очень серьёзно на неё запал, да и она сама явно была бы не прочь поддержать такую партию, тем более, он был очень неплох собой.

Мани стремительно поправлялась. Я её попросил никому из посторонних не говорить, кому она обязана возвращению к нормальной жизни. Для всех её лечением занимался великий маг. Теперь девчонка учится ходить, и делает это с таким упорством, что даже её железная мать часто просит её отдохнуть и поднабраться сил. Её успехи в магии поражали, как быстро она осваивает плетения и как они ей легко даются, но практикует она, в основном, магию земли. Я узнал и о том, почему все боятся, когда девушка обладает магическими способностями. Оказывается, благородные, особенно лорды и дворяне с титулами, охотятся за такими девушками, чтобы взять их в жёны. Дети от таких браков берут от матери максимально возможные данные к магии, особенно, если в дворянском роде не было магов. Дворяне идут на всё, чтобы заполучить средство воспроизводства в свои руки и улучшить породу. Часто бывает так, что молодая жена ублажает пожилого или даже старого мужа и огромная разница в возрасте обычно никого не смущает. Такие жены, как правило, долго не живут, их, буквально высасывает спрут, по фамилии род. Немногим удалось после смерти супруга жить прежней жизнью и совершенствоваться, как маг. Если у девочек дворянского рода ещё есть шанс на человеческую жизнь, то магини из народа такого шанса не имеют, их выдаивают полностью. Поэтому и прячут таких детей от посторонних, они становятся изгоями и крайне несчастными детьми. В жёны их тоже стараются не брать простые смертные, шанс, что кто-нибудь прознает об особенностях жены очень велик, а при краже женщин, обычно  живых свидетелей, стараются не оставлять. Поэтому и напрягся Дор, в своё время, когда я спрашивал о нападениях и попытках похищения дочери. Если на окраине у таких девушек и был шанс выжить и счастливо выйти замуж, то на всей остальной территории Империи и других государств их место определялось спальней и прав, как жены дворян, они практически не имели. Бывали, конечно, исключения, но они для того и исключения, чтобы случаться достаточно редко. Но постоянная улыбка на милом лице девушки бальзамом лечила душу, и кто бы с ней не общался, заряжались позитивом и хорошим настроением.

Дана, после нашей стычки, при любой возможности старалась со мной поговорить и между делом прощупать меня невидимыми щупальцами магии разума. Как я это заметил? А просто почувствовал, как нечто пытается забраться в черепную коробку. Усилием воли однажды отбросил нежданного гостя. Чем вызвал неподдельное удивление на лице баронессы. Поделился выводами с Хэрном. Тот тоже очень удивился, сказав, что противостоять атаки мага разума может только маг ещё большей силы, а раз Дана умеет тонко действовать своими щупальцами, а это говорит о её квалификации как мага, то мой потенциал, как мага, получается, по крайней мере, не меньше, чем у неё. Что-то подобное имел ввиду и бобик, когда говорил о возможности моего прочтения другими магами. Теперь я в правоте бобика убедился воочию. Я очень опасался активных действий с её стороны, боялся переноса её внимания на меня, как и привлечения в качестве аргументов своего женского начала. И если Мартин и держится, не поддаваясь на её уловки, то меня она поработит мгновенно. Ночью я поделился своими выводами с Марфой. Та лишь улыбнулась и попыталась меня успокоить, сказав, что после неё мне любые женщины не страшны. А если захочется при случае отдохнуть, то могу просто притвориться сраженным красотой обольстительницы, если таковая обнаружится, и всем своим видом показать, что её методы на меня действуют слабо, и ей придётся переходить к более активным действиям, а это неизбежно приведёт, сами понимаете к чему. Такая перспектива меня развеселила, и я дал себе слово, если попадётся озабоченная молодая и красивая дама, то я, как Мартин от неё бегать не буду, а слегка попользуюсь, но без последствий, в виде незапланированной беременности.

Не забывал я и о прошлых дисциплинах, находя время между занятиями и просто в качестве отдыха, поупражняться в стрельбе из арбалета, пробуя новые болты, или покидать метательные ножи. Подарок Дора для моей руки был пока тяжеловат, и по этой причине новая перевязь заняла место в походном мешке, а вот мои старые ножички рыбками летали в мишени, радуя меня улучшением точности и дальностью броска. Всё-таки шестой холл навыка разведки это просто отлично.

При общении с людьми старался по возможности не просвечивать их на предмет наличия навыков. Это как подсматривать в замочную скважину, в конце концов, они мне не враги, чтобы знать заранее их возможности как противников.

Малышня всё также продолжали пропадать в кузне и мастерской. В их распорядке дня ничего не изменилось, может, только немного увеличилась нагрузка, так как Дэр с отцом большее время проводили за столом с гостями. Я с ними практически не пересекался, они занимались своими делами, а я своими.

В последнее время меня всё чаще посещало сожаление, зачем мы оставили большую часть наших золотых запасов в лагуне? Выяснились подробности особенностей принятия соискателей в ряды макров. Вот тут-то меня и поджидало очередное разочарование. Всё продаётся в мире, как в моем, так и в этом. Есть деньги – ты человек, нет… в общем оказалось невозможным в ближайшее время стать членом этого бандитского, но свободного общественного формирования. По простой причине, у нас не было для этого средств. Принятие одного члена в клан без лишних вопросов и испытательного срока, который в разных случаях составлял от одного года до пяти лет, стоил, ни много ни мало… восемь тысяч золотом. И на данный момент нам была необходима гигантская сумма – сорок тысяч. Можно, конечно, попробовать продать камушки и кое-что из дорогого оружия и амуниции, но, как сказал опытный Мартин, это лотерея – повезет, не повезёт, смотря, на кого нарвёшься. Мы не благородные, нет, в душе мы, конечно, сама благородность, но, увы, к местному дворянскому истеблишменту отношения не имеем, официально. А это значит, любой, кто имеет перед именем приставку, может нас попросту нагреть, во всяком случае, попытаться, а связываться с магами, и вовсе, себе дороже. Эти не церемонятся, или станешь трупом, или пойдёшь на опыты и пытки с целью уточнить, а откуда, уважаемый, у тебя такие богатства. Как выразился наёмник, если ничего не придумаем, то придётся обращаться к делягам, так тут блатных кличут. Но это та же лотерея, правда, в той среде хоть какой-то закон действует, и ты для них не такое уж и быдло.

Короче, наше будущее казалось весьма туманным. И именно в этот момент, когда мы только закончили обсуждать наше положение, появились новые гости в составе герцога, барона и ещё десятка дворян, пожелавших проведать нас и уточнить, как мы устроились. Естественно, организовалась грандиозная пьянка. Радостный гном вывернул, наверное, весь свой погреб, выставляя угощения и выпивку, женщины блистали, купаясь в заслуженных комплиментах мужественных кавалеров, а мужчины под искристое вино обсуждали проблемы государства и мира, и герцог, как бы, между прочим, начал продвигать мысль о нашем будущем. Расхваливая армию Императора и трудности жизни простого человека, мягко намекая о той возможности, которую нам может предоставить именно он, как близкий родственник правителя Империи. Как потом выразился Хэрн "Торги начались, аукцион открылся!". Нас, короче, попытались купить, отчего Жак, и до этого из-за своей любви ходивший грустным, и вовсе посмурнел. Герцог заливался, как соловей, расхваливая жизнь в своём поместье, не забыв указать на возможность моей учёбы в образовательных учреждениях Империи. Он так упирал на то, что дети – это цветы жизни и их надо беречь, что даже барон слегка покривился, до такой степени его светлость переигрывал. Мартин с Хэрном важно кивали в ответ, соглашались с доводами герцога, но никаких обещаний не давали. Всё это мне потом Хэрн рассказывал в красках, передразнивая и копируя голоса и мимику собеседников. А в конце так грустно произнёс: – "Это именно то, чего я больше всего боялся. Тебя объявили призом, и теперь любой может заявить на тебя права. Мартина просто убьют, а ты останешься без опекуна. Я, по закону Империи, не могу иметь ребёнка человеческого рода в учениках. До сего момента именно Мартин исправляет ситуацию. Дальше по территории Империи ты поедешь в качестве слуги или раба, выбирай, что понравится. Я там никто, хоть и маг". Вот так новость. Но не тем, ни другим я быть не хотел, поэтому и всё свободное время думал, как выйти из этой ситуации. Мартин позже подтвердил опасения Хэрна, предложив бросить караван и остаться временно здесь. Свои игры благородные в свободном селе начать не рискнут, а вот Жак, как ни странно присутствующий при данном разговоре, наоборот высказался против. Он честно предупредил, что и правда среди дворян на нас Хэрном объявлена охота, и многие если не все, захотят в ней участвовать. Самое страшное во всём этом то, что рыцари не видели ничего постыдного. И всё из-за меня, а ведь ещё добавится и Ферр! И Жак предложил следующее: дойти до границы Гиблых земель, и потом просто уйти рано утром или ночью в сторону. Там много дорог и шанс у нас, оторваться от погони и выйти в обжитые земли, довольно большой. Он сразу отверг идею отсидеться в своём замке, отец не откажется от возможности заполучить таких рабов, Мартин, конечно, не в счёт. Была ещё одна возможность и очень неплохая. Получить подорожную из рук герцога. Можно было бы потребовать её и с барона, но его слово имело вес только на его собственных землях, а вот бодаться с родственником Императора, вряд ли кто решится. Но что для этого надо сделать? Жак впервые за последнее время рассмеялся:

– Раз уж они вас так обхаживают, значит, опасаются, а это очень хорошо. За время пока мы будем двигаться по проклятым землям, я думаю, будет масса возможностей оказать герцогу и его людям неоценимую услугу, а в такой ситуации продолжать на вас охоту – это терять лицо. Никто на такое, в открытую во всяком случае, не пойдёт. А там, глядишь, и на подорожную заработаете, а с вашими возможностями это вполне по силам!

Наше маленькое совещание завершилось, как обычно вином, а потом подошёл Дор с сыновьями и пьянка разгорелась с новой силой, только уже настроение у всех было совсем другое.

День отъезда наступил как-то неожиданно. Прошёл праздник, на котором присутствовали и мы. Меня поразило количество народа, окружившее здание храма. Все были одеты в лучшие одежды, женщины нацепили свои украшения, мужчины при параде в вычищенных доспехах, все при оружии. В первых рядах благородные, лица торжественные и какие-то фанатичные. Меня Дэр усадил себе на плечи, иначе из-за спин стоящего впереди народа, с того места где нам удалось припарковаться, мне ничего видно не было бы.

Праздник начался с торжественного молебна и последующей проповеди настоятеля. Тот вырядился в длинную рясу, расшитую золотыми и серебряными нитями и принялся толкать речь о равенстве и братстве, о любви к ближнему и непримиримой борьбе с силами зла. Долго говорил, с час не меньше, а под конец, заведя толпу, кричал лозунги и цитаты великих деятелей прошлого, призывая стойко переносить тяготы и лишения, выпавшие на их долю в это трудное время, а под конец, под начавшийся перезвон колоколов, я уловил дуновение силы и заметил, как стоящие за спиной священника паладины плетут неизвестное мне, но понятное в строении заклинание и в самый последний момент одновременно с окончанием проповеди они его активировали.

Вот это, да! Резкий прилив сил, радости, вдохновения и счастья! Стало легче дышать. У всех на лицах улыбки радости и счастья. Все довольные и прямо светятся светом и лучатся довольством. Это, наверное, и есть средство от нечисти.

Я честно, всю проповедь внимательно…следил за действиями паладинов и мне удалось отложить в голове плетение, которое применили они, благо помогли тренировки с составлением листов текста на память, а потом я ничего не помнил, что происходило вокруг, держа в голове всю обратную дорогу, сложное плетение. Хэрн испугался перемены со мной, я ему даже по мыслеречи ничего сказать не мог, боялся нарушить образ подсмотренного плетения. До дома добрались все встревоженные, особенно Марфа, но я первым делом забежал к себе в комнату и, закрывшись, перенёс структуру плетения себе в записную книгу. А потом бессмысленно лежал одетый на кровати, отдыхая от пережитого перенапряжения. А ночью мне выдали по шее в прямом смысле этого слова за такое поведение.

А на следующее утро, вместо тренировки, мы стали собираться в путь. Герцог хотел воспользоваться проведённым обрядом в полной мере и на обед назначил отъезд. Я так растерялся, и мне так захотелось остаться, и я заплакал. Молча, и только слёзы ручьём по лицу текли. Хорошо, никто не увидел моего позора! Я, сбежав к себе в комнату, не выходил оттуда пока не успокоился. Вот так и закончилось моё неожиданно приобретённое счастье в этом мире. Марфа пришла сама, присела рядом, и так и сидела рядом молча. Нас никто не трогал. Наши ребята собирались самостоятельно, и до самого отъезда я провёл время с ней. Никакого секса, ничего, просто чувство присутствия родного человека и я впитывал его в себя, накапливал его на будущее, запасал, так сказать, впрок. Обед прошёл в приподнято-расстроенном состоянии.

Всё уже давно собрано и уложено. Мешки с провизией и кормом лошадям, колчаны со стрелами и сумки с новыми болтами под два вида арбалетов. Наше оружие, что пережило модернизацию и улучшение характеристик. А что вы хотите, судите сами! Багеры на всех, с наконечниками из металла древних. Копья на каждого с такими же наконечниками, только формой, сделанные по чертежам отца Дора. Шест для меня с металлическими наконечниками. Стрелы, порядка двухсот штук на каждый лук. Причём, стрел под магическую начинку отдельно с сотню. Они, правда, только ещё заготовки, но и как простыми стрелами ими стрелять можно. Болты к арбалетам отдельная песня. К моему с Хэрном арбалетам Дор наделал болтов с простым наконечником сотню, с наконечником из метала древних с сотню и с магической составляющей ещё столько же. И Ферро получил такое же количество зарядов. Мы могли выдержать небольшую осаду. Если бы у нас были только верховые лошади, то такое количество оружия взять с собой мы не смогли бы. А с повозкой… Хэрн набрал ещё и вина, по паре мешков различных круп, копчёного мяса, прикупили солёной и сушеной рыбы, муки овощей и фруктов. Мартин у Дора заказал топоры, с виду простые, но, как выразился гном, с ними в бой идти одно удовольствие. В общем, товар двойного назначения.

Сама повозка тоже подверглась модернизации и совершенствованию. Во-первых, для возниц впереди телеги сделали площадку, поднятую на высоту крупа запрягаемых лошадей, каркас фургона переделали, заменили жерди несущей конструкции на деревянные шесты из лучшего дерева, что смогли найти в селе. Им оказалось такое же дерево, ветки которого нам порекомендовали для древков стрел. Цена, правда, сильно кусалась, но, как высказался Хэрн, эта древесина мало чем уступала подаркам его божества. Потолок фургона изготовили сплошным и после натяжки тента сверху установили и поручни со щитами. В транспортном положении щиты лежали на верхней площадке, а при нападении противника могли мгновенно устанавливаться стоймя, защищая стрелков примерно до пояса, а меня закрывали от ответного огня лучников и арбалетчиков противника по грудь. Тент вдвоём с Хэрном укрепили плетениями нетленности и увеличения прочности, а под основной тент установили тент, сшитый Хэрном ещё в лагуне из меховых шкурок кроликов. Зима не за горами и утеплять место возможного ночлега мера не лишняя. Таким же способом утеплили пол и дно телеги. Опорные оси обработали укрепляющими плетениями, а Дор подарил четыре камушка, вделанных в метал. В них установлены плетения магии воздуха, а вот чья школа я не понял. Они позволяли уменьшать вес, вернее даже не так – они приподнимали каркас телеги над землёй, существенно уменьшая давление груза на оси телеги. Своего рода гравитационные артефакты. Откуда они у него он не сказал, а только загадочно улыбался. Теперь можно было нагружать телегу безмерно, главное, чтобы сам каркас выдержал, а кони тащить груженый фургон будут, как пустой. Дор лично, никого не допуская, врезал артефакты по углам телеги. И предупредил, что по возможности если приспичит бросить фургон, камешки не оставлять ни в коем случае.

Лошадей, отобранных в качестве тягловых и основных верховых, Дор подковывал сам, допустив к таинству только Ферро. Подковы с секретом, так выразился гном, и опять предупредил ни в коем случае не оставлять. Наши скакуны, после посещения кузни вели себя, как дети, прыгая на месте, рысяча и играя, и всё это на маленьком пятачке, где расположился наш лагерь. Мы все стояли, раскрыв рты, и только довольный Дор скалился улыбкой на все тридцать два зуба, видя наши ошеломлённые физиономии. Гном полон загадок и тайн, ой не простой этот парень Дор, ой не простой! Он предупредил, что действия артефактов рассчитаны на один год, а потом постепенно будут терять свои свойства. В общем, мы получили ненавязчивое предложение посетить гостеприимный дом гнома через год.

По моей просьбе Марфа до ворот села нас провожать не пошла. Помахали вместе с Мани ручками с крыльца подворья и ушли в дом. Дор было собрался нас провожать до границы земель, но Хэрн в ультимативной форме отправил его домой, сказав, что нечего нас расслаблять своим присутствием.

Ферро, взволнованный, метался между родными прощаясь, обнимаясь и надо отдать ему должное, плача. Этот весёлый малый не стеснялся слёз расставания, а с Мани они и вовсе поплакали друг другу в жилетку. У меня прощание с дочерью гнома прошло и вовсе смято, пару дежурных фраз и всё. Но смотрела она на меня такими глазами, совсем, как и её мать, и это меня, честно сказать, очень испугало. Марфа на невысказанный мной вопрос просто успокаивающе кивнула и всё. Дел-а-а, мне только этих проблем не хватало, хотя девчонка очень красивая, вся в маму!

Из села мы выбирались прежним построением колонны. Только теперь в середине каравана добавились беженцы, и количество повозок увеличилось в раза три, как и всадников тоже. К каравану присоединились все кто мог, и самое интересное, за места в караване велась, чуть ли не драка, особенно никто не хотел ехать последними. Меня удивил и тот факт, что ни авангарда, ни арьергарда на этот раз не было. Всё воинство находилось в середине каравана, концентрируясь возле кареты Даны. Олия на этот раз составила компанию своей новой подруге, и Жак пропадал рядом со своим объектом страсти.

А вот нам и на этот раз досталось место в хвосте колонны. Впрочем, мы не возражали. Ферро с Мартином носились на конях, что лёгкой поступью, практически не чувствуя веса всадников, носили их из конца в конец каравана. Ферро подобрали неплохую лошадку из числа захваченных у кочевников и хотя все они были переданы людям герцога, но на нашу просьбу ответить отказом они не могли. Ферро, увешанный оружием как ёлка, с арбалетом наперевес, представлял собой довольного жизнью ребёнка, и был самым счастливым из всего каравана. Наконец-то сбылась его мечта! Мартин пока поддерживал в нём его фестивальное настроение, но уже постепенно приучал к порядку и необходимости подчинения и строгого выполнения любых команд. Мы же с Хэрном ехали в фургоне, я и вовсе, ввиду моего упаднического настроения, наконец добравшись до своей ненаглядной гитары, терзал струны печальными мелодиями, смотрел на убегающую вдаль дорогу, а Хэрн, удобно устроившись на облучке, внимательно слушал мои мотивы, иногда тяжко вздыхая, через определённые промежутки времени. Полы шторок закрепили по сторонам, и свежий осенний воздух, вместе с дорожной пылью, попадал в наше крытое помещение. Светило солнышко, по небу бежали разрозненные облака, пели птички, лес уступал место кустарникам, появлялись холмы, дорога петляла между ними, как змейка, а я всё глядел на постепенно меняющийся ландшафт и с грустью вспоминал любимое лицо, зелёные глаза и мягкие, сладкие губы.

На треск падающего дерева обратил внимание не сразу. Как в замедленном кино, гигант, одиноко стоящий у подножья холма, сразу, как только проехала наша повозка, медленно с шумом устремился к земле. А на вершине холмов появились всадники.

Пипец, приехали!

Караван встал. Но, что характерно ни криков, ни гомона – полнейшая тишина.

Я откинул гитару в сторону, схватил арбалет и через передний выход вылез на облучок к Хэрну, а потом и на крышу фургона. Хэрн уже установил щиты и, присев, настороженно смотрел по сторонам на виднеющихся всадников, что стеной стояли на вершинах холмов. Я оглянулся вперёд. Дорога, зажатая между холмами, вытянула караван прямой лентой. Народ забрался под телеги. Наши воины, с оружием в руках вертятся на месте, но бой почему-то не начинается. Противник первым не нападает, стоят на месте и наши всадники. Вдруг заметил, как в сторону стоящих на центральном холме богато одетых всадников, метнулась группа наших военачальников и, к своему ужасу, в их числе, увидел и Мартина.

– Ему-то чего делать на переговорах?

Что это не разбойники и козе понятно, они бы такой шанс, как внезапность, упускать не стали, одеты, вооружены и экипированы воины противника очень богато. Какие это разбойники?! Регулярное воинское подразделение. На кочевников не похожи. У большинства полный доспех, а у группы всадников, стоящих обособленной группой, рассмотрел к своему ужасу форму гвардии герцога Ергонии.

Вот и встретились мы с отрядом герцога. Но что им делать за пределами своей границы, когда герцог отправил парламентёров для заключения мира? Непонятно.

Вот наши всадники приблизились к ихнему руководству. Впереди у тех трое, один в балахонистом одеянии, второй одет, как гвардеец, а вот третий, или третья, не понял. Очень похожа одежда на комбинезон Марфы, в котором она с Дором на мечах билась за главенство в доме. Неужто Варга? Тогда мы влипли! Нам в такой ситуации не отбиться и если я что-нибудь понимаю, главным у них верховный маг ордена. А это значит… чёрт, ну какого Мартина туда понесло? Тот его учует, и нам всем тогда хана! Ладно, что сделано, то сделано. Вот общие приветствия. Герцог ведёт разговор. Что значит опыт, спокойно с достоинством, разговаривает, задаёт вопросы, а какие и коту понятные… чего вы от нас хотите и какого вы здесь делаете? А вот его оппонент, напротив, очень эмоционален, размахивает руками, орёт чего-то, видно и отсюда даже, его спутникам манера разговора их начальника не нравится. Видят, что он в этом вопросе проигрывает. Их ненамного больше, чем нас, но вот позиция у них явно выигрышная. И при боестолкновении успех будет зависеть уже от индивидуальной подготовки и качества вооружения. Наши понимают, что выйти победителями сложно, но противник не дурак, знает, что если и победит, то победа будет патовая. Вот Мартин подъехал к отдельно стоящей группе гвардейцев, среди которых затесались и несколько Варг. О чём-то с ними разговаривает, но на этот раз как простолюдин руками не размахивает, а спокойно, совсем как герцог, беседует, видно с заместителем капитана. Оп-па, а вот и капитан подъехал к нему. Не видно ничего, но вот Мартин достал из-за камзола что-то висящее у него на шее. Идиот, он кулон показал, теперь точно хана! Вот и предводитель ихних магов встрепенулся. И прекратил орать на герцога.

Ой, не нравится мне всё это, ой не нравится!

Теперь маг, вытянув руку вперёд, орёт уже на Мартина, к нему метнулись несколько всадников в балахонах, но их остановили гвардейцы с Варгами. О-о, да у них двоевластие или даже, вернее сказать, троевластие. Капитан вернулся к магу и о чём-то разговаривает с ним на повышенных тонах. Ладненько. Неужто Мартину удалось вклинить между ними искру раздора, вернее поджечь давно тлевший разлад?

Посмотрим, чем всё это кончится.

Долго они между собой объяснялись, наконец-то маг достал какой-то документ и капитан иссяк. Но всё равно что-то высказал магу, пусть и не в такой тональности. Маг тем временем подъехал к спокойно стоящему нашему герцогу и что-то высокопарно, приняв соответствующую стойку, вещает, как оракул. Видно, выдвигает ультиматум, и от догадки о чём идёт речь, у меня волосы встали дыбом.

Если Мартин там сейчас останется в качестве заложника, я ему голову оторву!

Герцог спокойно выслушал всё, что ему вещал маг, спокойно с достоинством поклонился и всем прежним составом, включая Мартина, медленно поехали обратно по дороге, обсуждая всё то, что услышали от мага.

– Не буду даже спорить, и так понятно, о чём они ведут речь – прокомментировал увиденный спектакль Хэрн. – Мартин, идиот, так себя и нас подставить?! Прав был бобик, ему ещё горшок таскать за собой надо, а не во взрослые дела лезть! Сам ему об этом скажешь или мне ему мозги промыть?!

– Меня больше другой вопрос интересует. Где Ферро? Этот рыцарь в кавычках уже, наверное, в битву, мысленно, влез. Придёт, я ему задам.

– Вон они, вместе с Мартином, в нашу сторону галопом катят, смотри какое лицо у твоего братишки, видно понимает, что его сейчас ждёт! – со злорадством в голосе прокомментировал появление около нас наших попутчиков.

Видок у Мартина, и правда, виноватый-виноватый, и одновременно упрямый-упрямый. Видно для себя всё решил, сейчас примется доказывать свою правоту. Ну, подождём!

Остановив около нас коней, Мартин так потерянно на нас с Хэрном посмотрел, что я сам не ожидая такого от себя, рассмеялся. Ей богу, у меня на душе стало так хорошо. Ведь он переживает за нас, он понимает, что совершил глупость и теперь, как бы не сложилась ситуация, мы с Хэрном и заодно с Ферро без Мартина становимся объектом торга. Нас, не спрашивая, начнут покупать или захватывать.

– Успокойся, братишка, ни ты, ни мы, никто никого бросать не будет. Мы с Хэрном всё видели и ничего нам объяснять пока не надо, потом расскажешь. Сейчас время дорого. Я думаю, что ни гвардейцы, ни Варги в бой из-за тебя вступать не будут. И так понятно, они нас остановили, чтобы покуражиться, а при случае и пустить кровь, а ты им взял и всю малину обосрал. Извиняюсь за выражение. В этой ситуации они всем скопом на нас не попрут. Я сказал на нас, потому что мы остаёмся с тобой, и это не обсуждается. Уж не герцогу ли ты нас хочешь доверить? То-то же! Потому иди к герцогу и скажи, что ты согласен, пусть уводят караван, а ты остаешься. Говорить ему, что остаёмся и мы совсем не обязательно. Ну а мы пока приготовимся. Я вот думаю, с герцогом можно, разве что Ферро отправить. – полугном-полуварга дёрнулся всем телом. – а то я что-то не пойму, кому он клятву верности давал. Кого он обещался защищать, чьи приказы выполнять безоговорочно, а? Не слышу?! И вместо этого, увидев противника, нет, чтобы босса охранять, он среди бойцов герцога спрятался. Испугался, наверное, болезный?!

Ферро сидел на коне, как оплёванный. А что, именно так его действия и можно было бы расценивать! Ничего, пусть помучается и на будущее, как и Мартин, будет лучше думать и при этом головой, а не другим местом.

– Ладно, на первый раз прощаю, но ещё одна такая выходка и к маме отправишься. Понял? – при напоминании о Марфе, сердце сжалось в сладкой тоске. – Быстро наверх ко мне. Болты доставай свои. Эх, жаль, с плетениями ни одного нет. Хэрн, ты куда? – сказал я, спрыгнувшему на землю канну.

– Мне, малыш, на земле сподручнее биться будет, вот Мартина надо заставить лук взять. На первых порах нападавших надо стрелами проредить, а там посмотрим. И стрелять надо болтами и стрелами из метала древних. Они простые магические щиты проходят на раз. Не думаю, что маг додумается установить щит пятого уровня, это и сил и манны надо много. Он ведь видит, что нас всего ничего, не будут же они позориться и на горстку всей толпой нападать. Хотя, от тёмных и не такого стоит ожидать. Посмотрим.

Вот от нашего герцога в сторону стоящих начальников противника метнулся гонец. Маг, и отсюда видно, лучится довольством и радостью, небрежно махнул рукой, как я понял, давая согласие на продолжение движения каравана. Так и есть, Мартин к нам возвращается, народ начал вылезать из под телег и, понукая скотину и лошадей, запряжённых в повозки, телеги и кареты, двинулся вперёд, прочь от опасного места. На то, что наша повозка осталась стоять на месте, никто пока внимание не обращал. Немного времени прошло и на этом отрезке дороги остались стоять только мы.

Всадники, стоявшие за нашими спинами, спустились с холма и припустили на противоположную сторону. А их всё-таки намного больше, чем нас, человек шестьсот точно будет. Теперь тыл свободный не стоит ожидать удара в спину.

– Всем одеть кольчуги и бронь. У кого есть. Хэрн, лезь наверх. Сперва встречаем простыми стрелами и болтами – раскомандовался наш предводитель – потом угостим гостей наконечниками от Дора. Лошадей старайтесь не бить, они очень ценные и если они начнут гибнуть, то нас сомнут всем скопом, а так есть шанс, что маг пойдёт в атаку только со своими послушниками. У них и так разлад вырисовывался, а уж гвардейцы и Варги точно в атаку не пойдут они себя уважают, а вот насчёт остальных, не уверен. Малыш, что с щитом, поставишь?

– Готовлю. Есть чем встретить. Мало не покажется. Только все свои придумки показывать не хочу. Зачищать уж больно многих тогда придётся. А так,… во всяком случае, болты их до нас не долетят, если конечно у них что-то на подобие нашего в арсенале нету.

– Значит, всем озаботиться щитами! А это кто в нашу сторону галопом скачет. Ба, да это же Жак, собственной персоной! На что спорим, что он сейчас примется вас с собой звать?! – проговорил уязвлённый Мартин.

– Сто золотых – он к нам в напарники спешит присоединиться! – проронил я

Хэрн поддержал не в меру рассудительного братишку, а вот искрений Ферр разделил мою точку зрения. Ждать разрешения наших ставок было недолго. Ещё пару мгновений и запыхавшийся Жак резко остановил коня прямо напротив Мартина.

– Я тебе этого не прощу! Взял, бросил меня! – прокричал мужественный дружок брата. У Мартина от этого даже слёзы на глазах выступили.

– Так ты так прицепился к Олии, что и не оторвать. Даже пить бросил! – вернул ему претензию Мартин.

– То пить, а тут драка, понимать надо, вещи-то не соизмеримые. Какой план?!

Хэрн первый очнулся от изумления, проиграть сотню золотых и это для его прижимистого характера?

– Сперва, господин баронет, вы поклянётесь, чего бы вы сегодня здесь не увидели, никто и никогда не должен узнать этого от вас. Иначе, увы, нам придётся расстаться. И решайте скорее, противник уже определился, и вы, как их цель пока не рассматриваетесь.

– А чего решать? – и Жак принёс клятву молчания, согласно древнего ритуала. Всё, за его язык можно не беспокоиться поэтому…

– Мартин, от фургона далеко не отходить. Хэрн, встань впереди, не стоит, чтобы они видели, как я буду накладывать заклинание. Всем готовность! Итак, стрельбу начинаем, как только они тронут с места коней. Сами видите, как и предположили Мартин с Хэрном, нам противостоят маг и его люди, а остальные, видно, делают ставки. Жаль, у нас нет возможности поставить на себя!

– Как так нет? – взвился всегда больно реагирующий на отсутствие денег Жак – я сейчас метнусь к ним и сделаю ставки. Сколько?

Я задумался. Наглеть, так наглеть, даже если проиграем, то они возьмут больше, чем сами смогут дать. Если считать все заготовки артефактов.

– Сто тысяч, по двадцать на брата. Хэрн, дай один камень, у тебя оставались, в качестве доказательства, что мы не врём и платёжеспособны. Посмотрим, какие они честные, эти тёмные. Давай!

Жак, резко, с места переведя своего скакуна в карьер, метнулся в сторону столпившейся вооружённой толпы.

Отступление второе

Граф Овердон, спокойно сидя в седле, на своём любимом тёмном кайре наблюдал, как в подготовленную ловушку втягивается караван имперцев. Зачем нужен этот караван верховному магу графу Вадей он не понимал. Но верховный маг ордена, как и он сам не отчитывались друг другу о своих действиях, не понятно почему, но герцог не назначил командира в отряде. В каждой группе был свой командир, у гвардейцев – он, у магов командовал Вадей, Варги те и так всегда выступали обособленно, но, а в этот раз и вовсе действовали вполне официально. У ополченцев, которых в отряд направил герцог, командиром был маркиз Ред. Как им ещё удавалось договариваться с друг другом оставалось загадкой. Вот уже несколько недель отряд вылавливал в приграничье банды разбойников и добивал подразделения отступающего врага, превратившиеся в банды. Вчера напали на след крупного отряда, что смог улизнуть от них в гиблых землях. А туда даже уверенный в своих силах магистр лезть без крайней надобности опасался. И вот теперь караван. Большой караван, телег с сотню, и отряд всадников сопровождения приличный, но бесполезный. Для его ребят и тем более Варгам они все на один зуб. Но становиться разбойником он не хотел и сразу предупредил магистра, что на его людей при атаке на караван, тот может не рассчитывать. Тоже самое ему сказали и Варги и только разношерстную вольницу ополчения маг смог сманить обещаниями отдать караван им на разграбление, если имперцы попытаются напасть первыми. Что ж, защищаться можно, но нападать… Как и ожидалось караван уверенно идя по своей земле, находясь рядом с самым большим населённым пунктом Империи на этом участке, вел себя безмятежно. Ни авангарда, ни разведки вперёд не высылали, ничего. Вот упало дерево, перекрыв каравану отступление, впереди за поворотом стоит сотня из ополчения. Пустили бы разведку вперёд, и не было бы им сейчас так неуютно. Всё, западня захлопнулась. А теперь и основные участники представления выступили на первый план. Что ж, понимаю вас ребята, шок!

Но, надо отдать должное имперцам, видно в отличии от нашего отряда, у них единоначалие. Ни одной стелы, не прилетело в нашу сторону, ни одного болта и тем более заклинания. Все ждут. Ждём и мы, чем же всё это закончится, у кого крепче нервы.

Ага, вот и гости к нам пожаловали. Ба, да это герцог Ивалье, собственной персоной, теперь понятно, почему такая дисциплина в караване. М-да! Не хотелось бы доводить дело до драки, а с нашего мага станется… Ещё вопрос, кто победит тогда. Надо срочно вмешиваться в переговоры, иначе…

– Марьян, узнаешь, кто к нам в гости пожаловал?

Рядом на пегом жеребце сидит командир Варг. Ослепительная девица, гордая и горячая баронесса. Ещё ни разу не рожавшая и от этого очень, очень злая на мужчин. Ну не везёт ей. Поговаривают, чуть ли не сотню каторжников извела и всё по-пустому. Дворяне её, как огня боятся. А красивая! Так к ней и тянет. Вот только клыки. Нет, сейчас их не видно, но если разозлить!

– Вот это да, всё-таки попался!

– Ага, попался. Кто из нас ещё попался, это надо посмотреть. Что делать будем? Скажу честно, опять с ним бодаться я не хочу, так что умываю руки.

– У него руки тоже гражданскими связаны, и не даст он команду первыми атаковать. Но ты прав, кого-кого, а его я бы хотела видеть у себя в постели последним, это точно! Подождём, он явно не с угрозами к нам, и нашего дурака надо попридержать, герцог может его и при нас успокоить, а тогда точно мясорубка обеспечена.

С герцогом всего трое. Надменные, внешне спокойные, и только последний улыбается. Как знакомым улыбается. По одежде явно наёмник, тогда почему в свите? Не понятно! Но зная не понаслышке герцога, можно предположить, что фигура эта в караване, явно не последняя.

Как и ожидал, после взаимных приветствий, герцог уточнил, что же мы делаем не на своей земле? На что получил резкий ответ от графа, что они не обязаны захватчикам отчитываться в своих действиях, на что герцог очень спокойно уточнил, зачем же тогда его господин направил Императору парламентёров, чем вызвал шквал нелицеприятных высказываний из уст мага, как в адрес герцога, так и Императора. Я не поверил, но на всю эту тираду нашего идиота, герцог только улыбался.

Наемник, нисколько не вслушиваясь в разговор командиров, направил коня в сторону моих ребят. О чём-то весело болтая, завладел всем их вниманием. А вот и знак от заместителя, что что-то происходит неординарное. Посмотрим, а здесь и Марьян одна справится.

– …До глубины души удивлён, – услышал я подъезжая – что гвардейцы герцога, мною очень уважаемые, переквалифицируются в охотников на караваны. Ну, от "Роз" без разницы какого цвета, они все бывшие разбойники, я бы ещё это ожидал, но от вас?! Миледи Ванга, а вы как всегда ослепительны! И рождение дочери пошло вам на пользу. Рад, что роды не испортили вашу изумительную фигуру, вы прекрасно выглядите! Как поживает маленькая Ванта, колики уже прошли? Мои поздравления. И вы сразу в поход? Уважаю ваше рвение за любимую страну.

Мои ребята стоят с открытыми ртами. Надо спасать положение.

– И кто это так хорошо осведомлён о делах герцогства? – спокойно спросил я.

– О-о, моё почтение, господин капитан. Как поживает Жинэ? – вот тут уже у меня ступор. Никто о ней из здесь присутствующих знать просто не может. Никто. Из всех, ранее живущих, один дружище Вилье знал о дочери… и что это он там достаёт, расстегнув ворот? Кулон Вилье! Не может быть! Так и есть, мой кулон на его присутствие откликнулся! Спокойствие. Только спокойствие…

– Хватайте его! Это государственный преступник! – вдруг за спиной диким криком заорал верховный маг и я заметил, как к нам с разных сторон метнулись балахонщики. Терпеть гадов, ненавижу. Знак рукой и мои ребята прикрыли непонятного гостя. Но и поговорить времени нет, а то, что он явно тот, за кого себя выдаёт – это точно. Надеть кулон на себя и не быть его хозяином невозможно, сгоришь, причём, по настоящему сгоришь.

– А ну брысь отсюда, быстро! – рявкнул я на приспешников мага. А сам направился к негодующему графу.

– Что вы себе позволяете, капитан? – накинулся на меня маг – почему не выполнен мой приказ?!

– Слава богам, не вы у нас командир. Отличное решение принял наш господин, приказав решать всё сообща. И я не понимаю, по какому праву я должен допустить арест парламентёров? Вы что, хотите лишить меня чести, ваше сиятельство?!

– Я верховный маг ордена – этого мало?! – взъярился покрасневший от гнева граф.

– И что? Я, слава богам, в вашем ордене не состою, не состоял, и состоять не собираюсь! А вот как вы ведёте себя с переговорщиками, позоря нашего господина – при каждом напоминании о герцоге мага просто трясло – мне неприятно. Возьмите себя в руки, граф. Вы не на базаре и вы не базарная торговка – вы верховный маг ордена, одной из влиятельнейших структур нашего государства! Так соответствуйте этому и прекратите сквернословить в адрес своего господина, вы этим унижаете не его, а нас, его подданных. Или может, вы призываете к мятежу?

Вот тут граф явно струхнул. Все помнят моменты недавнего прошлого, когда прошерстили всю верхушку страны и какие фамилии легли на плаху. Герцогиня с изменой шутить не любит.

– Что вы, капитан, и в мыслях не было! – пошёл на попятную маг – но у меня приказ её светлости, надеюсь выполнить его вы мне мешать не будете?!

– А его светлость знает об этом приказе?

И снова, как и прежде, при напоминании о возвышении старого капитана гвардии лицо мага пошло пятнами.

– Я не знаю и знать не хочу! У меня приказ!

– Что ж, если вы пойдёте на штурм всего каравана, то будьте уверены – вы пойдёте без гвардии, а перед своим господином я смогу оправдаться, и не надо тыкать мне в лицо, этим листком. Я и отсюда чувствую, что он паршиво пахнет, ваше сиятельство.

Но приказ-то, действительный, и Людовик об этом не мог не знать, но приказ у мага не забрал, но ведь мог. Почему? А дадим-ка герцогу лазейку, чтобы смог улизнуть без кровопролития и увести караван. Не обменять ли мне его на этого наёмника. И если он и правда Вилье, то найдёт способ приструнить верховного. Он и прежний его ненавидел, а теперь и подавно. Попробуем.

– Что думаю граф, а не обменять ли нам караван на этого наемника, если он вам так нужен? Что скажете?

Маг удивлённо уставился на меня, а потом его физиономия засияла.

– Только я вас сразу предупреждаю – мои люди, если ему вздумается сопротивляться, брать его не будут.

– Не волнуйтесь граф, я и сам как-нибудь справлюсь своими силами и людьми. Спасибо за идею.

А дальше он, уже собравшись с мыслями, выдвигал ультиматум герцогу Ивалье. С пафосом, весь сам из себя, разве не понимает, что выглядит смешно?! Вот и герцог улыбается краешками губ, всё видит, всё понимает, вот кивнул мне незаметно, благодарит за лазейку. А то ж, кому хочется ввязываться в мясорубку с непонятным исходом, лучше разойтись малой кровью.

Переговорщики ушли. Спокойно, без суеты. Уверен, наёмник предложение примет, из-за него войну развязывать никто не будет. И он это прекрасно понимает.

Понаблюдаем. Наёмник с сопровождающим, что ждал его вместе со всеми, метнулся галопом в самый конец колоны. Там видно, его попутчики, прощается. Дети что ли, такие маленькие ростом?! Невидно, плохо. Вот он обратно к герцогу, огласить решение. Недолго объяснялись, уже к нам от них гонец. Так и есть, наёмник будет сопротивляться. Верховный, как полководец, небрежным движением руки разрешил проезд. Немного времени и караван тронулся. А вот теперь уже интересно.

Маркиз своих с противоположного холма снял, прошли мимо одиноко стоящей повозки. А она то, что не двигается? Караван уже ушёл, они что, остались? Парадокс! Точно! Вон и наёмник там, суетится. Уже интересно. А это ещё кто галопом к наёмнику со стороны ушедшего каравана прискакал? Передать последние наставления герцога? Или уточнить, что стало с фургоном? Стоят, беседуют. Всё, скачет обратно. Видно, передал. Да нет, к нам направился, именно к нашей толпе зевак. Интересно.

На чёрном красавце восседал молодой и с виду бесшабашный рубака. Таких за версту чую. Послушаем.

– Господа и милые дамы, разрешите представиться, баронет Жак де Маринэ, к вашим услугам! Хотел бы предложить пари на сто тысяч золотых.

– Ого, такой молодой, а уже богатый! – это Марьян, как всегда не может постоять в стороне.

– Мадам, я пленён вашей красотой, поистине небеса создали Варг нам мужчинам на погибель.

– В этом вы, юноша, полностью правы. Так в чём суть пари и самое главное, как платить будете?

– О-о, это не проблема. – Жак подкинул на ладони красный камешек с ноготь мизинца взрослого мужчины. – Вот, при случае приобрели немного. Интересует?

– Ну-ка!!! – требовательно подставила перевернутую ладонь вверх навстречу брошенному аккуратно Жаком камешку. – Хм-м! интересно. И много их у вас?

– Достаточно, чтобы покрыть ставку.

– Я что-то не услышал ничего об условиях пари – негромко произнёс я.

Баронет слегка сбледнул с лица, ох уж моя репутация, и изящно, даже в седле изящно, поклонился.

– Моё почтение, ваше сиятельство! Виноват, не признал! – и повторный поклон.

Этот оболтус мне всё больше и больше нравился, с виду бесшабашный, а держится очень учтиво и не нагло.

– Так всё же, баронет, какие условия пари? Чем вы платить будете, мы видели, и у нас нет причин не верить в вашу платёжеспособность. Но очень бы хотелось узнать условия. У нас и так идут ставки, сколько вы продержитесь, вернее ваши ребята. Как я понял, вы тоже намерены поучаствовать в этой маленькой бойне?

– Да, ваше сиятельство!

– Похвально. Теперь, будьте добры объясните нам, в чём вы собираетесь заключать с нами пари, да ещё на такую крупную сумму.

Молодой человек выпрямился и твёрдым голосом уточнил:

– Те господа, что собрались вокруг вашего мага и есть все те, кто желает с вашей стороны поучаствовать в этом… мероприятии?

Я хмыкнул. Ну, наглец, завуалировано уточняет количество противника. Хороший ход. А что, пусть знает, имеет на это право!

– Да, всего человек шестьдесят. А вас сколько? Уважаемый?

Жак, вскинул вверх голову, посмотрел на пылающее солнце.

– Нас, целых пятеро. Уважаемый капитан, – назвал он меня по должности и взглянул мне в глаза – мне рассказывала в детстве бабушка, что самые честные на свете и благородные люди, это гвардейцы герцога Ергонии и его лорды. Что на протяжении веков не было случая, чтобы представитель этого маленького, но гордого государства не сдержал своего данного слова. Это, так?!

Я хмыкнул. И это тоже хороший ход. Ой, пройдоха!

– Воистину, вашим воспитанием занималась достойнейшая женщина. И я подтверждаю, что мы не ангелы и не ушедшие боги, но данное слово не нарушим никогда. – торжественно проговорил я.

Юноша выпрямился на лошади, вздёрнул вверх подбородок и торжественным голосом заговорил

– Я, баронет Жак де Маринэ, младший сын герцога Маринэва, от лица своих товарищей вызываю на дуэль данных господ под предводительством верховного мага ордена Гресса. Я обязуюсь выиграть бой и при этом сохранить жизни своим воинам. За жизни воинов ордена такого обещания дать не могу. Держу пари, что из состава противника на территорию занимаемой гвардией Ергонии не вернётся ни один из нападавших. Предупреждаю всех держать своих лошадей вашей прекрасной породы на привязи. Тем, кто их упустит, возврат производиться не будет. Я всё сказал!

Интересно парень высказался! Впятером, против шестидесяти. Интересно, но сам я вижу, он слабо верит в то, что говорит, но вида не подаёт. Живым в плен не сдастся. Ах, какая бы пара была моей дочурке! Хорош, ничего не скажешь!

Я встал, выпрямился, обвёл взглядом притихшее воинство. Здесь были все и мои гвардейцы, и ополченцы с разных городов Ергонии и даже притихшие Варги. Стоял невдалеке и сам верховный маг.

– Ну, что же вы, капитан? Принимайте на меня ставки! Деньги они отдадут, если хоть один из них в живых останется. А не останется, все ваши ставки достанутся моим людям. Как вам такое предложение? – ухмыльнулся он.

Я вновь прошёлся взглядом по лицам своих людей. Невероятно, но большинство, если не все, явно желают победы противнику! Этому молодому баронету. А Марьян со своими кошками уже видят его у себя в постели вместе с наёмником. Однако!

– Я, капитан гвардии герцога Ергонии Смит де ля Вайрон, Граф Овердон, своим словом закрепляю предложенное баронетом Маринэ пари. Розыгрыш пари произойдёт сегодня, сразу после прибытия разведки. Уж простите баронет, но я очень опасаюсь вашего командира. По третьему сигналу трубы. А пока противоборствующие стороны готовьтесь! Все свободны, господа. Барон Кандэр, примите у ребят ставки, будьте так добры. Сто тысяч. Помните, сто тысяч и не золотым меньше!

Я оглянулся и увидел потрясённый взгляд Марьян, она держала в руке кровавый камешек, а баронет сделал ей учтивый поклон и изысканно подобранным тембром голоса проговорил:

– Оставьте его себе, милая леди! Пусть это будет вам памятью о вашем юном поклоннике и почитателе. Не смею больше занимать ваше внимание, прошу простить меня. Ваш раб с этого момента, вы ослепительно прекрасны! Ещё непременно встретимся!

И был таков, только пыль за копытами его коня. Что там у них произошло? А девчонка-то столько комплементов за весь цикл не слышала, как за пару-тройку мгновений сейчас. И выглядит как-то потерянно.

Разведка прибыла ближе к вечеру. Я тут же дал распоряжение на первый сигнал. Пусть готовятся. Караван, как и ожидалось, сделал остановку на ночь возле разрушенного храма, обычного места ночёвки всех караванщиков. Вот теперь можно спокойно, не ожидая внезапного удара, посмотреть и последнее на сегодня представление. Как там наши оппоненты? Фургон немного развернули, коней расседлали и отвели их на соседний холм. Сами, все впятером, находятся сверху, на крыше фургона. Опрометчивое решение, но верное, если магическая составляющая слабая. Щит держать очень сложно.

Я поднял руку вверх. Над холмами пропела труба. Второй сигнал. Вот все участники и зрители встрепенулись. У верховного шестьдесят бойцов. Он хотел совсем один идти, но потом передумал. Пусть, говорит, и молодежь приобщается к великим делам. Радостный такой, явно ожидает после пленения наёмника массу плюшек получить от герцогини. Все занимают свои места, зрители по склонам холма, участники посередине. Расстояние между ними шагов пятьсот. Для всадников всего ничего! Обороняющиеся основной упор делают на луки и арбалеты. Глупо. Должны понимать, что их противники маги, а с ними надо либо приблизиться и атаковать, либо в ответ магией, если умеешь, конечно. Вроде все готовы, что же… Руку вверх. Сигнал!

Глава 2

Вот и второй сигнал. Трубач протяжно затянул последнюю ноту. Спешит. Только нам уже спешить нет смысла. Все настроились, все ждут развязки. Мы все расположились на крыше фургона. Четыре арбалета и один лук. Вернее, два лука, но он пока лежит в ногах. Магазинов у меня к арбалету всего четыре у Хэрна три. Зарядить магазины к арбалету во время боя, дополнительно вряд ли успеем, поэтому и лежит у меня в ногах подарок Мартина со стрелами к нему, немного простых и два колчана с наконечниками из металла древних. Они и бронебойным не уступают по пробиваемости, зато щиты все магические проходят. У них один недостаток – это их стоимость. Решили просто, ничего не придумывая, сперва стреляем простыми стрелами, как только противник двинется с места или как только прозвучит сигнал. Стреляем мы с Мартином из луков, а Жак и Ферр из своих арбалетов. Арбалет у Жака кавалерийский, для обороны слабый, только на близких расстояниях может быть эффективен. А вот машинка Ферро… на неё вся надежда. Главное, разозлить противника, а сделать это надо сразу, пока ещё маги щиты не поставят и обязательно простым болтом. Что бы думали, что у нас других в запасе нет. Расстояние маленькое, выстрелов сделаем немного. А потом, при подходе к фургону, шагах в пятидесяти, я им привет от родственника Дора передам. Интереснейшее плетение, я руну на него только-только закончил. И эффективное должно быть, только лошадей жалко. Ничего, потом подлечим. Так, внимание! Кладу арбалет на пол, в руки лук, запасные стрелы в зубы и натыкиваю немного стрел перед собой. Ферро прицелился. При хорошем раскладе, мага бы верховного достать, но вряд ли, надеяться на это не стоит. Мы готовы, ждём!

Поднята рука капитана, раздаётся протяжный сигнал над полем, и мы разом выпускаем, кто стрелы, а кто болты. Есть попадания! Они не ожидали от нас таких подлянок, даже Верховный ранен, но в ногу. Эх, не повезло, отвёл щит немного в последнее мгновение болт от цели в сторону. Надо было с наконечником стрелять. А так видно, что царапина у мага, но то, что он сейчас не в себе, это точно! Вот теперь, помимо стрельбы накидываем магические щиты. Удар взбешенного мага должен быть страшным. Я расплел свои руны на "всякий случай". Просмотрел быстро Верховного на предмет навыков. Монстр. Все не ниже двадцатого! Нам хана! Удар "паладина" по нему. Ого, не ожидал, его достало, но не полностью накрыло, опять личный щит сработал, его как раз в этот момент на земле лечили, или перевязывали. Всадники так и не могут начать атаку, и мы их продолжаем расстреливать, как в тире, вот ещё двое от попаданий Ферро упали. Наконец-то, долгожданный щит от очухавшегося мага. Наши стрелы с простыми наконечниками уже бесполезны, отскакивают от щита. Импульс силы назад, туда, где катар с остальными лошадьми остался. Всё, плетение включено, и лошади поверженных противников галопом помчались к своему новому вожаку. Верховный в ярости, после встряски, что получил после ранения и прилетевшего атакующего плетения, подгоняет своё воинство. Удар его плетением снёс мною установленный щит. Ну, что-то подобное я от него и ожидал, поэтому резко распаковал ещё одно подготовленное плетение щита, только уже четвёртого уровня магии порядка. Самое сильное, что есть в моём арсенале, остальные я просто сейчас не потяну, времени на их строение нет. Всадники пришли в движение. Слава богу, а то я уже стал опасаться, что неудача с боевым плетением слегка охладит воинственный пыл мага и он станет думать головой, а не полагаться на эмоции, но нет, лихим кавалерийский набегом решил закончить бой маг. Решение, в принципе, правильное. Сколько их и сколько нас. Если бы не одно "но". И это "но", уже в моих руках и руках моих друзей. Ждём. Обстрел простыми стрелами закончился, и сейчас пойдет в дело основная наша задумка, пусть только всадники скорость наберут и приблизятся. Ещё, ещё немного.

– Залп! – заорал возбуждённый братишка.

А вот теперь не до наблюдений. Расстрел магазинов с болтами много времени не занял, тем более, помня о возможном щите Верховного, последний магазин оставил целым. Быстро обвёл взглядом поле боя. Человек двадцать-двадцать пять валяется на земле простреленные стрелами и болтами. Но, как и думал, главного мага достать не получилось. Вот он, вытянув вперёд руку с зажатой в ней хреновиной типа жезла, выпустил очередное ужасающее плетение. Да-дах! И снова мой щит снесло, и мне теперь уже нечего противопоставить магу. Его надо кончать, как можно быстрее, иначе он всех нас разом накроет.

Я рывком вскинул арбалет, и, нажав на кнопку, влил силу и манну в болт, находящийся в лоне ложа арбалета. Выстрел. Болт, точно направленный моей рукой пробив внешний и личный щит мага, впился в его правое плечо и разорвался внутри тела. Рука мага отлетела в одну сторону, а он, с выпученными от ужаса глазами, вылетел с седла под копыта следом мчащихся коней, в другую.

Я мгновенно привёл в действие руну магии земли, подарок от родственника Дора. Плетение "буравчик" применяют для сверления дырок в камнях, граните, вот я и растянул полосу шириной метров пяти и длиной шагов на сто поперёк поля, раскинув вырываемые ямки глубиной с полметра в шахматном порядке. Конная лавина, наткнувшись на барьер, и кучей-малой, покатилась дальше по инерции. Перемешались все, люди, кони. Противник почти уничтожен. А последствия применения плетения будем устранять позже.

– Брать больше раненых и пленных. Мёртвые бесполезны. – прокричал я – Я за магом. Вперёд! – и все, кроме Ферро, спрыгнули с крыши фургона на землю. "Гном", у Ферро новая кличка, прикрывает нас со своим арбалетом. Моё плетение остановило всадников, но многие, если не все, имели защитные кулоны, что и помогли им не погибнуть под копытами и телами своих скакунов. Теперь дело честного клинка, ловкости и опыта.

Я, размытой тенью, спасибо защитному комплексу Рала, бросился к тому месту, где упал маг. Его надо было кончать немедленно. Если он пришёл в себя и сможет нанести удар, мы погибли. Лошади поднимаются и хромая, на повреждённых ногах, кто как, медленно плетутся в сторону нашего табуна. Погибших лошадей не видно. Место бойни постепенно освобождается от четвероногих участников, что теперь своим количеством пополняют наш табун лошадей. На месте только двуногие, что с яростью напором и злостью бросаются друг на друга. Из противников на ногах не менее половины всего отряда. Некоторые из них раненые и покалеченные, но как берсеки встают на ноги и, не взирая на раны, бросаются на нас с мечом в руках. Точно, обкуренные или под действием заклинания. А вот и маг лежит. Около него суетятся трое в балахонах. Арбалета с собой нет, а вот ножички. Я повесил себе обе перевязи. Как знал. Простыми ножами магов не достать. Их щиты удержат. А вот из металла древних. Начали.

Три броска слились в один миг. Страх подстёгивает умение. Точность отличная. Метал специально, чтобы сразу не убить. Есть, лежат! Ведь и о себе любимом побеспокоиться надо. Сбор навыков ещё никто не отменял. Но сперва Верховный, он самый опасный. Чёрный кинжал в руки, приближаемся.

Маг лежит на спине, в сознании, стонет, смотрит на меня внимательно. В глазах боль и не понимание всего происходящего. Ну, извини, паря, не мы это начали! Удар кинжалом в грудь. Поток энергии зашкаливает. Хорошо, додумался на пальцы пару перстней одеть из заготовок артефактов. По проверенной схеме заряжаю сначала свой колодец и поглощаю силу, затем прошёлся по камням хаоса и кулону настоятеля. Всё, зарядка закончена. И плетение "клон" слетело с руки. Забрал у мага самое нужное для меня сейчас, хотя вкусняшек у него было… Навык тёмной магии, он же магии смерти. Оглядываемся по сторонам.

Что сказать? Басня волки и овцы. Волки это наша троица. Разница в классе разительная! Хэрн блистает своей выучкой, багером буквально кося противника. Мартин с двумя мечами наперевес, молодец, старается не наносить смертельных ран. Жак работает филигранно, как опытный хирург, один укол – одно тело валится ему под ноги. Да и после смерти Верховного, эйфория и одурманивающие действие плетения, видно, снялось с большинства владельцев балахонов. Даже вон, Ферр не стреляет из своего арбалета. Наши монстры последних добивают, при этом выполняя моё распоряжение. Мёртвые бесполезны. Разгром закончен!

Я посмотрел на валяющихся рядом противников. Так, тех, что я подстрелил можно оставить в живых, а можно навыки у них забрать и свои улучшить. Вопросом морали я не заморачивался. Они напали, причём заранее обеспечив себе выигрышный вариант, и о моей судьбе себе голову бы не забивали. Сложись ситуация по-другому, прикончили бы меня или рабом сделали. Плетение контроля три раза слетело с моей руки. Неплохо. С одной стороны повезло, а вот с другой… Это, видно, штатные врачи! У двоих навык здоровья присутствует. И другие навыки имеются, как базовые, так и специальные, а у третьего и специфический один есть и к медицине он не имеет никакого отношения. "Поцелуй Линча" – школа некромантии, тёмная магия. Так, надо решаться! Когда их начнём сгонять вместе, как пленников, тогда прикончить их возможности не будет. Наоборот, придётся строить из себя гуманистов, ещё и лечить заставят. Стоит в пределах шагов ста от фургона раненных посмотреть. Может, кто ещё с нормальными навыками попадётся. И лечить не надо, один удар и нет проблем. У всех осмотренных присутствует навык Школы Гресса, видно заканчивали академию магии в Ергонии или ещё учатся, вернее уже учились. А вот у меня такого навыка, как раз и нет. Думать. И быстро думать. Сейчас война и на нее всё спишется, потом так кинжалом не поработаешь, не дадут, мы и так в стане противника. Неизвестно, как они отнесутся к нашей победе и не заставят ли они нас отдать им пленных и лошадей?

Так, пока от горячки боя не отошли, быстро пробежимся по раненым. Хватит из себя гуманиста строить, ты им никогда не был.

В течение получаса я прикончил семерых. Мартин уже собирает в кучу пленных. Жак умчался утрясать с капитаном гвардии нюансы нашей победы, и судьбу выигранного пари. Хэрн узнав, что я попользовался кинжалом, выскребает прах и перетряхивает вещи погибших. Гном с арбалетом контролирует место битвы, мало ли кто из недобитков вздумает погеройствовать. Заняты все. Пленных много, убитыми насчитали около двадцати человек. Плюс семь без вести пропавших, включая верховного мага. Половина отряда осталась на ногах. Хороший результат.

Мартин, по одному, раздевает догола пленных. Проверяет у них шмотки на наличие ценностей и артефактов, оружия и денег. Проверенные садятся в ряд неодетыми. Все держат руки за головой. Все раненные, или просто покалеченные. Они испуганы и не понимают, как такое могло с ними произойти. Жака долго нет, Мартин начинает волноваться, а я в темпе восстанавливаю пакеты рун "на всякий случай". Хэрн шерстит и мёртвых. Мародёрка ему видно доставляет удовольствие, и он очень тщательно, буквально каждый шов прощупывает. Все найденные ценности складываем на расстеленный плащ. Туда же летят и оружие, и найденные книги магии. Хэрн то, что нашёл на месте гибели верховного и его медиков сложил отдельно, а найденные на месте книги отдал мне.

Вот и Жак возвращается, а вместе с ним, составляя ему компанию, и всё руководство ергонцев. Во всяком случае, главная Варга и капитан гвардии присутствовали.

Жак издали, рукой дав знак, что все нормально, подъехал прямо к нам, а его сопровождающие остановились около шеренги голых мужиков, что с поднятыми руками сидели на коленях. Что там им высказывал граф, я не слышал, ибо всё моё внимание было приковано к Жаку

– Граф и все его бойцы в шоке. Я боялся, что нас попытаются смять или вмешаться в ход боя. Но нет, они и, правда, люди чести. Выигранные деньги вот они, в этом большом мешке. Все до одного золотого. Вы думаете, чего я так задержался. Деньги заставили пересчитывать. Представляете. Тут раненые, им помощь требуется, а они, нас не волнует, пересчитайте сначала деньги и получите расчёт. По поводу пленных. Два варианта. Первый они меняют их на своих рабов, что набраны из наиболее сильных и знатных бойцов которых они захватывали раньше. Бойцы наши, это точно. Мне показали некоторых и я пару человек даже узнал. Второй вариант, у нас их покупают, но деньги платят не сейчас, а потом переведут всю сумму на банковский жетон любому из нас, из расчёта пять тысяч золотом за каждого. Не удивляйтесь, все наши пленники маги и слушатели академии. Отсюда и такие цены. Что касается лошадей. Кстати, у графа конь ускакал. Так вот, за каждого предлагают нам ходовую цену по герцогству – десять тысяч золотом за каждую голову. Естественно, здоровую. Оплата также. Моё мнение такое. Лошадей постараться сейчас вылечить, а оставшихся после этого пленных, (вам ведь для лечения жертвы нужны?),– спросил он Хэрна. – обменять на наших из расчёта один к трём. На одного их мага три наших воина.

Вариант. И я бы сказал, самый разумный, но с другой стороны. Что нам с этих наших пленных? Их придётся отпустить, а где прибыль? Только моральная, да, но и о себе забывать нельзя! И я свои выводы передал Хэрну. Понятно, что при Жаке я свою точку зрения излагать вслух не буду, а вот Хэрн пусть работает моим рупором.

Хэрн выступил и в течении того времени пока к нам не подъехал капитан велась жаркая дискуссия. В принципе, меня поддержали все. Единственно, я предложил, если наши оппоненты отдадут всех пленных с ошейниками тогда, ладно, обмен.

– А, что вы предлагаете делать с лошадьми, уважаемый баронет? – спросил до этого молчавший Ферро.– вы об этом ничего не сказали.

Жак хмыкнул и рукой погладил привязанный к седлу мешок с деньгами.

– Кони породы тёмной кайры очень дорого стоят. Очень! Они необычайно выносливы и также, как и твоя лошадка, малыш, полу разумны. Но главное их достоинство – они не подвержены действию магии! Если бы мы ударили при их атаке магией по коням, то ничего бы не произошло, и всаднику, если он находился в этот момент на лошади, ничего бы не было. В Ергонии продажа лошадей этой породы за границу запрещена и карается смертной казнью. Но нам ничего сделать не могут. Товар взят в бою. Коня капитана, конечно, придётся отдать, даже подарить, но остальных я бы попытался вывести в Империю. Там мы бы получили от продажи раз в десять больше, и это оптовая цена. Индивидуально продавать – доход больше будет.

Понятно! Вот лечением мы сейчас и займёмся.

Палатку устанавливали с Ферро. Лечить лошадей после нашего варварского применения инженерного заграждения требовалось немедленно. Я не мог смотреть им в глаза. У многих от боли текли слёзы. Но, что характерно, ни воя, ни ржания – ничего. Молчаливый укор разумным за такое варварское обращение. Две лошади были особенно покалечены, а у одной из них правая передняя нога, переломанная в суставе, висела буквально на коже. Как же мне их было жалко. Я чуть не плакал от стыда и сострадания.

Хэрн, видя моё состояние, молча, ни на что, не отвлекаясь, сперва помог поставить палатку, а потом ввёл на операцию и первого пациента, которым и оказалась эта наиболее покалеченная лошадь. Ни перед кем прятаться не надо, и я, молча попробовал применить плетение первого уровня порядка, чтобы остановить кровь в порезах. Не тут-то было. Плетение мгновенно было поглощено, не успев, как следует развернуться. Вот же, чёрт! Я и забыл о том, что эти лошади не восприимчивы к магии. И как теперь быть и главное, что же делать?! А я так надеялся на быстрое излечение скакунов.

Я думал, сидя на принесённых подушках, рядом думал и Хэрн.

– Может, у них такая же проблема, как была у Мани – нарушил молчание канн – обрати внимание, плетения даже развернуться не успевают. И у лошадей, как сказал Жак, просто феноменальная выносливость. А если они в себе столько чужой силы и манны держат, то не удивительно, откуда у них и такая стойкость к нагрузкам.

Верно! Может быть. Но это не даёт ответ на вопрос, как снять эту преграду. Пусть мы её и снимем теоретически, то, как её поставить обратно? Как?

Я высказал всё, что об этом думал другу. Хэрн поёрзал задом по подушке, как бы устраиваясь, и бросил ничего не значащую фразу.

– Вот бы просто дырку в этой защите просверлить! – а дальше, молчок.

Я ждал, ждал продолжения, потом не выдержал и спросил

– И?

Хэрн хмыкнул.

– Это шанс!!!

Я даже привстал от неожиданности

– Какой ещё шанс?! Ты что – бредишь?

– Малыш, копни глубже. – Откинувшись на спину и закинув руки за голову, мечтательно проговорил Хэрн – кони редкой породы их очень мало, а это говорит о том, что выживают в детстве жеребята крайне редко. Своей выносливостью и силой компенсируют недостаток невозможности лечением магией. Граф, капитан гвардии Ергонии, очень спокойно отнёсся к тому, что мы захватили почти семьдесят лошадей, и из них всего меньше десятка абсолютно здоровых. Он уверен, что большинство вылечить невозможно. И это опыт, а не догадки. Значит, такие варианты, как случившееся сейчас, уже происходили. А вот, если мы сможем вылечить лошадей, то я думаю, у нас будут очередные о-о-о-чень крупные проблемы!

Я задумался. Хэрн, как всегда прав. Если мы сможем вернуть здоровье лошадям, то точно потеряем жизнь или свободу. Значит… нужно избавиться от ненавязчивого внимания ергонцев. А сейчас, продолжить заниматься проблемой вскрытия тайны, этой породы лошадей. Если удастся научиться по желанию снимать и ставить плетение, увидеть бы его ещё, то у нас в руках появится возможность изготовления артефактов необычайной силы и свойств. Заманчиво!

– Значит, так. Я пока побуду здесь, а ты иди, поговори с Мартином, надо уносить ноги к своим. Я надеюсь, нам дадут уйти. Уходить, в принципе всё равно куда, вперед или назад. Только лошади в таком состоянии очень сильно будут сковывать наше движение. Бросать я их не намерен. Решить вопрос убытия надо сейчас. Праздновать будем в лагере имперцев, или когда вернёмся в село. Всё. Выполняй!

Хэрн ушёл, а я перебирал варианты, при которых можно попробовать приостановить действие непонятного плетения. Я так и этак всматривался в энергетический фон тела лошади, но ничего необычного не видел.

– Эй! – устав напрягать бестолку мозг, решил "сделать звонок другу", я представил на оставленной Хэрном лежанке лежащую обезьянку. Ого, а она что-то подросла. Уже на нормального гиббона похожа, до Валуева ей ещё очень далеко, да простит меня Коля, но что-то среднее между ними в размерах точно догнала.

– Привет, ничего себе ты ряху наел! – миролюбиво проронил я.

– Какое, наел? Я только чуть поправился. И, между прочим, благодаря тебе. Кинжальчик твой, совсем не жадный. Семь не слабых разумных за один раз выдоить, неплохой вариант. Но только после того он стал делиться, как ты что-то у первой жертвы отобрал. Не покажешь?

Он, что, почувствовал, как я навык тёмной магии у мага свистнул? Непонятная ситуация. А потом из того потока, что я насобирал энергии и силы после жертвоприношений, он и себе немного присвоил. Интересно получается. Ладно, потом разберусь, не для этого я его вызвал.

– Я тебя чего позвал? Видишь, коняшка стоит, раненая. Не поможешь? Я что-то не могу разобраться, как у неё отключить её особенность. Она к магии совершенно не восприимчива.

Гиббон хрюкнул, или хмыкнул – непонятно. Встал, подошёл к лошади. На удивление скотина при появлении беса вела себя совершенно спокойно.

Вдруг, гиббон рассмеялся.

– Ты на копыта ему посмотри, внимательней. Ха-ха-ха! Ему так кто-то пытался когда-то скорости придать, а получил… ха-ха-ха-ха!!!

Я подскочил к коню и аккуратно двумя руками приподнял ему ногу. Вот это да, плетение втиснуто снизу, прямо в копыто. Ничего себе, видно рационализатор работал.

– И что теперь? Как их нейтрализовать? – обречённо спросил я.

Гиббон опять прохрюкал, а потом перешёл на человеческий язык.

– Хозяин! Ну, элементарно же! Возьми четыре ваших ошейника те, что вы рабам на шеи зачем-то цепляете, и на каждую ногу около копыт и закрепите. Только сразу предупреждаю, энергии в этой лошадке не на один алтарь хватит. Вот и всё. После того как полечишь, вкачай энергию обратно. Без манны они быстро погибают. Во-от!

Всё гениальное просто! Никогда бы сам не додумался, а коробочка, то так элементарно открывается!

– Спасибо! Свободен. И это… я о твоей просьбе помню! – искренне проговорил я.

Гиббон довольно ухмыльнулся, помахал рукой.

– Хлоп! – и исчез.

Хэрн мечтает запустить наш артефакт, в который удалось поймать плетение Мани, но вот как это сделать, мы не знаем. Вот он и надеется, что тайна породы этих лошадей поможет разобраться с этой проблемой.

Поэкспериментировать, даже возможности нет. И где взять браслеты, тоже вопрос. Что там говорил Жак насчёт обмена пленных? Шанс! Только менять надо вместе с ошейниками! Вариант. Лечить лошадей надо, либо убедившись, что ергонцы ушли, либо на гиблых землях придётся остановку делать, а этого делать как раз и не хочется!

-Хэрн! – мысленно позвал я друга – как у вас дела?

– Мартин – ответил канн – очень расстроился, что ты запрещаешь устроить сегодня ночёвку здесь. Но после своих косяков, которые чуть не стоили всем нам жизни, боится теперь против и пикнуть. Граф предложил переночевать вместе с ними, а рано утром отправиться к месту стоянки нашего каравана. Варги тоже просили остаться. Даже Ферро они обхаживают и мне знаки внимания оказывают. Признаюсь, очень приятно, и красивые они… может, останемся?

Вот же, гады, обложили со всех сторон. Явно и баронет к этому руки приложил. А, что, пусть ребята отдохнут, если только нас всех ночью не прикончат.

– Ты мне лучше о результатах переговоров с графом расскажи, а я под твой доклад подумаю о сегодняшнем вечере. – устало сказал я.

– Мартин с Жаком договорились об обмене пленными, причём всех на всех. Сто семьдесят четыре человека и пять орков, и все с ошейниками. Конечно, мы много в деньгах теряем, но зато выигрываем морально. Представляешь, как о нас будут говорить!

– Вот-вот! – проворчал я – именно, что много будут говорить, а нам это надо? Об этом вы подумали? Ладно, что сделано, то сделано. Дальше, что?

– Лошадей нам всех отдают, даже графского. Но очень интересовались, куда делся верховный маг и ещё шестеро балахонников. Жак задвинул им идею, что верховный какое-то заклинание перед гибелью пытался применить, но не осилил и распался от его действия, причём захватив с собой и своих сторонников. Вроде клюнули, во всяком случае, больше вопросов на эту тему не задают. Жак сейчас принимает пленных. Захваченных нами уже передали всех. Пленные, которых мы захватили все раненые, а у ергонцев, как я понял, не осталось магов, способных лечить. Собирали артефакты с лечебными плетениями. Я надеюсь, имея столько раненых, они быстрее тронутся в обратный путь. Наших предупредил, чтобы свою помощь в лечении раненых не предлагали. Пока все новости. Ну, что передать Мартину, а то они тут рядом, с Жаком на говно исходят, прося меня узнать, что ты решил по поводу вечера, да и Ферро, вон как взволнованно смотрит.

Я задумался. Может и есть в этом резон? Я думаю, граф пошлёт в наш лагерь предупредить, чтобы завтра нас дождались.

– Хорошо, остаёмся. Но пусть Жак либо сам мотнётся к нам в лагерь или договорится с графом, чтобы отправили к герцогу гонца предупредить, чтобы они нас дождались! А лучше, пусть просто письмо передадут, которое напишет Жак. Так даже лучше будет. Я думаю, что герцог нас не бросит. Давай, организовывай посыльного, и места для отдыха организуйте, не в лесу ведь с Варгами вы кувыркаться станете?! Думайте, но моя лежанка должна быть тёплая и мягкая. И принеси мне четыре ошейника Резы, выбери лучшие и побыстрее. Жду!

Хэрн ждать себя долго не заставил. Примчался минут через десять, а я всё это время сидел и вспоминал Марфу. Везёт! Некоторым сегодня может немного любви перепадёт, но не мне, это точно. Хэрн ворвался, как вихрь. Даже стоящий спокойно раненый конь всхрапнул и нервно переступал на трёх ногах.

– Придумал что-нибудь? – с надеждой спросил Хэрн.

Я пожал плечами. Чтобы не объяснять, откуда у меня такие правильные идеи в голове рождаются.

– Посмотрим. Ты пока иди, организуй всё к вечеру. Вино, закуски. Ну чего я тебя учить буду? А меня позовешь, когда всё готово будет. Посыльного отправили?

– Ага! Граф своих разведчиков озадачил письмо передать. Ну, я пошёл?

Не терпится с женским полом пообщаться. Но забывают, что этот женский пол и горло при случае перегрызёт. А Мартин для коллекции точно не удержится. Хотя понимает, чем вся эта случка может закончиться.

– Иди и передай всем, чтобы поосторожней там. И за языком следите. Мне не мешать, без надобности не отвлекать.

Меня поражает коняга. Никаких враждебных действий. И нетерпения не показывает. Словно понимает, что его хотят вылечить. Может, и правда, разумные?

Так, что там мой гибоноотец говорил, по ошейнику на каждую ногу? Причём, как можно ближе к копытам, где спрятаны плетения. Пришлось малость помучиться, но установить браслеты – установил. А теперь магическим зрением глянем. Какое счастье, что уже наученный прежним лечением Мани взгляд открывал постепенно, а то точно бы перегорел. Вот это да! Энергии, буквально вулканом клокочут. Как лошадям столько удаётся накопить и удержать в себе манны и силы? Это потом. Что там бес говорил – надо откачать энергию и как можно больше. Вот же гадство, у меня все камни, что теперь ношу постоянно с собой и заготовки с артефактами заряжены. А за другими опять идти надо в фургон.

– Хэрн, – позвал я друга – у меня проблема, мне нужны наши заготовки артефактов с камнями. Принеси, у меня свободных нет.

– Хорошо, сейчас. – отозвался Хэрн.

И снова немного прошло времени и недовольный тем, что его оторвали от подготовки к пьянке, ворвался в палатку Хэрн.

– Что тут у тебя? – спросил он недовольным голосом.

– Аккуратно, так же как и при лечении Мани, посмотри сейчас на лошадь, но только очень аккуратно! И всё поймёшь.

– Ох! – простонал присевший на корточки Хэрн. – ничего себе, что собираешься делать?

– Сначала, надо откачать манну, но так, чтобы была возможность потом её опять обратно вернуть. Жаль, у нас нет ёмкости побольше, куда энергию скачивать!

Хэрн задумался, явно что-то взвешивая.

– Ну почему же нет, есть, хозяин! Но это очень опасная вещь. Не в смысле опасность от неё, а скорее из-за неё. Смотри! – и с этими словами из внутреннего кармашка достал камень. Кристалл, крупный с греческий орех размером, чистый, как слеза. Я так и застыл на месте, такая красота!

– Что это у тебя? – прошептал потрясённо я.

– Это "камень Душ" – как-то очень уж спокойно произнёс Хэрн, а делает он так всегда, когда хочет меня успокоить. Неужели…

Я потрясённо молчал из-за своей догадки. Сперва "Слезы души", а теперь что, после навыка тёмной магии, вот эта красота и как выразился Хэрн, очень опасная вещь?

– Я всё правильно понял…? – тихо спросил я.

– Им всем тысячелетия циклов, но этот – сегодняшний. Знакомься – верховный маг Ергонии. Такого не случалось даже при правлении эльфов. Берегись! Это я знаю, что он новый, больше никто, но любое подозрение, что ты можешь их плодить, и мы погибнем, или всю оставшуюся жизнь проведём под замком. Камней у меня семь. Стоимость у них невероятная. Но продать нам их не судьба, это смертный приговор или пожизненное заточение. Даже то, что они у нас есть – это приговор. Помни об этом. Не каждый магистр или король может похвастаться наличием хотя бы одного камня в своей сокровищнице. – Хэрн тяжело вздохнул. – Может, вернёмся в лагуну? – прошептал он.

Я поражён. Нет не камнями, а именно реакцией Хэрна. Как он испуган! Но и я не меньше испуган. Всё! Успокоиться или потеряем бдительность, и это может привести к трагедии.

– Хэрн, соберись! Никто ничего не узнает! Давай их сюда. Получится, я постараюсь вылечить лошадку.

Я достал из контейнеров камни Хаоса.

– Принеси мой мешок. Там у меня моя шкатулка для камней. А свои камни дай сюда.

Пока Хэрн бегал за мешком я поменял камни в поясе. Камни Хаоса потом в шкатулку сложу, а пока… Мысленный посыл и перед глазами большой бездонный колодец. Вот это да. И что я раньше так на свой контейнер не смотрел. Вот и Хэрн вернулся с моим мешком.

– Беги, отдыхай, больше, надеюсь, тебя отрывать не буду.

– Я тебе ещё яблочек целую корзину принёс. Поешь, пока мы ужин не сварим.

– Кстати, Хэрн, как там ребята, с которых сняли ошейники?

– Нормально, спят… связанные. Сегодня ими уже заниматься не будем, а вот завтра тебе придётся у них клятву на крови принять.

– Мне? – не понял я – Причём тут я?

– Никто не сможет держать их в подчинении. Они бывшие рабы, не пленники, они были рабами, а это накладывает определённые сложности во взаимоотношениях. Они становятся опасными, и неуправляемыми. И если их в армию забрать, сам понимаешь, такой нервный контингент некому не нужен.

– Но я-то тут причём? Мне они зачем, все сто восемьдесят человек? Что я с ними делать буду?

– Я не знаю! Но и так просто их отпускать нельзя, они однозначно бандитствовать начнут, мстить всем подряд без разбора. Проще их казнить, а так, если принять клятву, подкреплённую магией крови, они вернутся к нормальной жизни. Смогут жить среди общества и зарабатывать себе авторитет, пошатнувшийся, когда на них ошейники одели. Но решать тебе, конечно. И там что-то тёмные намутили с их прежней клятвой. И плетение тёмное на них, верховного нет, так что тебе разбираться, больше всё-равно некому!

Гады!!! Просто гады! Проблемы набегают, как снежный ком. И эти проблемы все пытаются перекинуть на мои хрупкие плечи и при этом совершенно им всем не стыдно!

– Я подумаю. Всё, беги! Тебя дамы ждут, не дождутся!

Хэрн усмехнулся.

– Мы сейчас только тебе в палатку вещи, собранные с балохонщиков занесём. Спать будешь здесь. Кушать принесём. Можешь пока коняшкой позаниматься, кто знает, а вдруг повезёт и у тебя получится его вылечить. Но если такое произойдёт, сразу предупреждаю, выпускать коня надо будет только когда будет уже темно или ещё темно. Я уверен, граф не дурак, и за нами, сам понимаешь, очень плотно наблюдают. Особенно за тем, что связано с лошадьми. Всё, я убежал!

Он-то убежал, а меня оставил с ворохом мыслей и все с вопросом – как быть? Отвлечёмся и займёмся лошадью, которая так терпеливо и главное спокойно, ждёт помощи. Ждет, несмотря ни на что, и в глазах у неё такой укор и надежда, и становится на душе от её взгляда очень не по себе. Я подошёл и погладил коня по шее. А интересно, это конь или кобыла? Я не великий специалист в этих делах но, похоже, что всё-таки конь!

Я думаю, после того как Хэрн занесёт вещи, попробовать присоединиться к энергетическим каналам этой ходячей батарейки и постараться, как при зарядке от алтаря, перекачать в камни энергию. Даже не скажу, к какому типу манны она относится. А пока есть время, немного поизучаем то, с чем пришлось столкнуться.

Хэрн вместе с Мартином занесли в палатку четыре тюка и бросили их возле второго выхода, полностью его перекрыв. Вид у ребят радостный, предвкушающий. Все в ожидании чудес и телесного наслаждения, и ни у кого не возникаем чувства самосохранения. Никто не думает о последствиях. Мужики везде одинаковые. Все свято верят в нерушимость данного слова и честь. А про государственную необходимость ребята видно ни разу и не слышали и с ней не сталкивались, к счастью.

– Малыш, мы тут с Жаком помыслили, насчёт доставшихся рабов. Были бы ребята простыми пленными, проблем бы не было, а вот с рабами… Жак предлагает их сделать воинами Империи, создать корпус обречённых. Были раньше такие части при любых видах подразделений. И при гвардии раньше были. Так вот, они выполняли всегда самую трудную работу. Их воины зарабатывают обычно для себя свободу, таким образом, а вот в нашем случае, просто пускай смывают позор плена. Жак надеется, что герцог от такого подарка не откажется, у него и так людей раз и обчелся, а если заставить бывших рабов дать клятву на крови, то Империя получит подразделение воинов для выполнения любых задач, так как отказаться от выполнения команд возможности не будет. Командиром у них согласен стать Жак. Раз имперского мага рядом нет, то принимать присягу придётся тебе, причем и от Жака тоже.

– И как ты себе это представляешь? Как они служить будут Императору, а давать присягу мне?! Вы в своём уме?!

– Какая разница, малыш. Подумаешь, у тебя появится преданное лично тебе воинство. Ты можешь людям спасти жизнь, а это главное! Они и дальше смогут жить, как люди, в своих семьях, только уже Император не в состоянии будет управлять ими, клятва на крови, данная тебе, будет основополагающей. Подумай. Если даже Жак своей личной свободой согласен пожертвовать, ради спасения людей, то, что говорить о нас? Помоги!

– Ты хочешь сказать, что они смогут жить без меня?

– Какие ты сам условия принятия клятвы предложишь, такие и будут. Жак пока не догадывается о том, кому он будет приносить клятву, он думает это Хэрн. Но зачем его в этом переубеждать. Хотя…Так и с другими поступим.

– Послушай, Мартин, а вот мы снимали же ошейники с рабов, когда лечили раненых в караване и те люди так и живут среди нас без всякой клятвы и сражаются неплохо. Их ведь ещё барон себе всех забрал?

– Не путай, малыш. На них просто одели ошейники. А с этими ребятами после этого поработали ещё и маги, причём тёмные маги. Вся и проблема в том, что все эти ребята уже давали клятву и клятву на крови своим хозяевам. Но их не планировали использовать без ошейников, и поэтому клятва была упрощенная, и у бывших рабов появился шанс, благодаря тебе, стать практически свободными.

– А если я погибну, они, ведь тоже все…

– Вот и будешь себя беречь, а мы поможем. Среди рабов есть очень влиятельные люди и представители древних фамилий. Они все были в составе экспедиционного корпуса. Получить их поддержку дорогого стоит. Особенно, в нашем случае. И про благодарность за спасение забывать не надо… подумай!

Обкладывают. Со всех сторон обкладывают. Что делать?

– Я подумаю, а теперь я хочу есть, и прошу без надобности не мешать. И осторожней там! Что-то на душе неспокойно. Выметайтесь отсюда!

Я расстроился. Бежал от проблем, а в итоге эти проблемы лавиной настигают и грозят похоронить меня под обломками старых тайн. Я уже сбился со счета, за что меня могут грохнуть или лишить свободы до конца дней. Я умудрился впитать в себя столько тайн этого мира, не получив от этого практически никакого достатка, кроме пожалуй, Марфы и бобика. Вот ещё одна тайна терпеливо стоит и так исподтишка подсматривает укоризненно. Мол, хозяин, когда начнём лечение? А я что могу сказать – сейчас и начнём, только успокоюсь малость. Я разлёгся на подушках, закинул руки за голову и с интересом рассматривал черного красавца. Высокий, крупный, грациозный, и весь какой-то ладный, что ли. Красавец!!! Только, раненый красавец. И раненый, между прочим, мной. М-да!! Вот уж это чувство под названием совесть везёт же тем, у кого её нет в принципе! Не мучаются по пустякам. Лечить буду после ужина. Дождусь, когда поесть принесут, а пока отдохну и может, малость посплю.

Сколько я находился в состоянии полудрёма, не знаю, но очнулся только тогда, когда полы палатки разошлись в сторону, и в проёме не появилась могучая физиономия Ферро, а за ним маячил стоящий с большим подносом, довольно улыбающийся Хэрн.

– Ужин подан, господин.– весело пропел Хэрн. Та-ак! Видно, уже успели принять на грудь и от Ферро чувствуется устойчивый винный запах. А мне принесли? Принесли! Тогда, прощаю!

– Кушать подано, Ваша светлость! – на полном серьёзе сказал с поклоном Ферр. Я с удивлением уставился на него, а потом перевёл взгляд на смеющуюся физиономию Хэрна. Опять всяких небылиц впечатлительному и доверчивому пацану в уши втюхивают, вот теперь и до светлости дошли, не удивлюсь, что к концу нашего путешествия я уже "высочеством" стану. Идиоты великовозрастные! Веселятся!!!

– Как у вас дела? – между делом спросил я.

Хэрн заулыбался во всю свою немалую пасть.

– Ты не представляешь! Гуляем в стане гвардейцев, но и все желающие лорды к нам присоединились, кто хотел, конечно, а захотело.... Магов, оказывается, никто не любил. Их только терпели, а особенно Верховного. Он, дурень, всех достал своей заносчивостью и надменностью! По понятным причинам мы к тебе всей толпой идти не стали. Сегодня ты спишь в палатке один, как король. Ферро, я думаю, будет спать в фургоне. А вот один или с кем-то я боюсь даже загадывать. Варги прекрасные девушки, а красивые… и наш гном пользуется у них заслуженным вниманием. – от этих слов здоровяк очень засмущался. – не побоюсь предположить, что завтра утром наш Ферро проснётся настоящим мужчиной. – ну вот, совсем ребёнка в краску вогнал своими предположениями, основанными на опыте.

Я наблюдал за ними и улыбался. Сегодня очень насыщенный день, сперва прощание с Марфой, затем неожиданная встреча, грозящая гибелью, потом маленькая битва с превосходящими силами противника. И сейчас пьянка у людей, а у меня просто отдых.

– Как Варги себя ведут? – спросил я Хэрна.

Хэрн вдруг резко стал серьёзным.

– Очень достойно себя ведут. А местные с ними, знаешь, какие предупредительные? Видно, что не просто их опасаются, а до дрожи в коленках боятся. Вокруг Варг всегда пространство, одни мы сидим с ними рядом и, чего скрывать, лапаем их почём зря. А они не против! Очень приятные девушки! Не знаю, как всё пойдёт дальше, но то, что сегодня мы будем со сладким, это точно. Мартин уже уединился с замом командира Варг, а Жак и вовсе с командирши глаз не сводит. Процесс идёт. Ладно, мы пошли, не скучай!!!

И я опять остался один со своим конём. Чем бы его покормить? Яблоки есть, но пока лучше попробую с его накопившейся манной разобраться. Поужинаем позже.

Переходим на магическое зрение, постепенно добавляем в картинку обзор и контрастности. Та-ак! Вон, похоже, и жгут силовых линий и энергетические скрутки. Даже не знаю, как назвать. Аккуратно присоединяюсь к этому клокочущему клубку энергетических змей.

– Ах! – ну опять в последний момент перенаправил лаву сил в камни. Объём у них небывалый! Я сам чувствую, что не алтарь бобика по количеству манны конечно, но по ощущениям, где-то рядом, а вот силы накачено в тело… я всю в себя вобрать не смогу, и в камни она неохотно идёт, словно что-то её не пускает. Работаю, как насос, вкачивая силы и пропуская их через себя, а потом пакую в камень "Души".

Ага, вот вроде и местный предохранитель перекрыл поток манны и забираемых сил. Отключаемся, всё внимание больному, тому явно нехорошо, его качает на трёх ногах, и весь какой-то вялый. Что с "камнями Душ"? Ого! Два полных и один на половину заполненный. Вот так объем! Теперь, не долго думая, воспользуемся насытившей меня силой и манной и я сразу, без подготовки распаковал руны магии жизни, начиная с самого первого и заканчивая пятым уровнем. С последовательным применением плетений, переходя по нарастающей к высшим уровням, я следил за изменением состояния пациента. Нога встала на место, сустав сросся, порезы зажили, не оставив следа на коже, общее состояние прекрасное, кожный покров лоснится, внешне могучий торс немного уменьшился или внутренних сил много потратил или просто сильно помолодел. И правда, передо мной гарцует на месте молодой, горячий жеребец. И глаза у него горят, и сам весь, аж сверкает в полумраке шатра. Вот и ещё одна тайна мира раскрыта. Я счастлив, но и одновременно сильно напуган. Как теперь быть? Шила в мешке не утаишь, а последствия могут быть страшные. Коня на ночь, пока все не улягутся, оставлю у себя. Но прежде…

Я вновь подключился к внутренним каналам энергетического комплекса по формам, повторяющего лошадиные очертания. И теперь уже обратно снова пропуская через себя, перекачивал манну и силы в здоровое тело. Процесс перекачки шёл очень сложно, и напрягая свой собственный колодец, приспособив его в качестве насоса импульсами вкачивая им заимствованную энергию. Я кожей чувствовал, что неожиданно изобрёл ещё один способ личной прокачки колодца и накопителя силы. Но сам процесс меня физически сильно выматывал и даже истощал. Всё, я на пределе, сил магических море, а вот физических просто нет. Я опустился перед лошадью прямо на пол. Сидел, ничего не соображая, переводил дух.

Устал сильно, руки трясутся и от мысли о еде желудок скручивает спазмом. Кушать, есть или по-простому жрать я хотел очень сильно, а вот сил, добраться до импровизированного стола, накрытого от меня в паре метров, уже не осталось. И я вдруг почувствовал, как кто-то меня приподнял за шиворот, и, подняв в воздух, аккуратно перенёс на лежанку, положив возле подносов с едой. Я обернулся!!! М-да, вот вам и личный носильщик. Чёрная бестия стояла передо мной, нагло уставившись на стоящую с правой стороны от меня корзину с яблоками.

– Нет уж! Сперва ем я! А потом, что останется, тебе!

Процесс насыщения я помню слабо, очнулся от накатившегося беспамятства только когда на подносах остались обглоданные кости. Резко потянуло в сон. Последнее, что увидел – лошадиная морда, торчащая в корзине с яблоками.

– Охраняй!!! Обжора! – зевая, пробормотал я и отрубился.

Глава 3

Я резко проснулся. В моём небольшом шатре темно. Ничего не видно, но я чувствую, что рядом со мной находятся враждебно настроенные личности. Их ненависть ощущается прямо физически, но откуда она направлена понять не могу. Вставать страшно. Позвал Хэрна. Но или спит или…

-Ах! – по каналу связи пришло всепоглощающее ощущение счастья и телесного наслаждения. Понятно, до канна мне не достучаться с такими сильными чувствами мне не совладать. Но, что делать?

Додумать я уже не успел, на меня кто-то навалился сверху. И как я ни сопротивлялся, всё бесполезно. Чья-то грязная рука прижала мой рот, закрыв его, не было возможности произнести не звука.

– Зажги свет, не видно ничего. Шатёр хороший ничего видно не будет. Да и посторонних рядом никого. Весь лагерь гуляет. А в фургоне Варгу кто-то "жарит", слышишь, как орёт? Настоящий ей мужик попался. – прошептало тело, что крепко держало меня в своих объятиях.

– Тише говори и держи его покрепче. Я сейчас светляк запущу.

В шатре стало немного светлее. Но я ничего не видел. Меня, как куклу, перевернув лицом вниз, вязали, при этом сильно стягивая верёвкой или кожаным жгутом руки.

– Готов! – произнёс довольно нападавший. – Что дальше? – спросил он у подельника.

– Нам больше ничего не надо, вот только коня этого можно с собой забрать, смотри какой красавец. Настоятелю понравится. Ну-ка, переверни мальчика на спину.

Меня осторожно перевернули и положили спиной на лежанку. Никакой грубости, но и нежности тоже не ощущалось. А лица у дядечек очень знакомые, только одеты в чёрные комбинезоны, "ниньзи" местные. И чем интересно я так насолил паладинам?!

– Брат, поставь полог молчания, теперь можно и мы поговорим с нашим новым… другом! – он таким голосом выделил слово "другом," что мне стало очень грустно. Вот и первые ласточки наших похождений в селе. И какого чёрта я лез с этим снятием манны?

Два силуэта с прикрытыми чёрными масками лицами. Одни глаза и больше ничего, но я их всё равно признал. Вечно настоятеля сопровождали. Тот, что пониже, присел рядом со мной и тихим голосом начал.

– Убирай руку, теперь пусть кричит хоть обкричится. У нас времени немного есть, подождём, пока все улягутся, а потом спокойно уйдём. А теперь с тобой разберёмся, парень. Мы к тебе любовью не пылаем, поэтому, в случае чего, нож под рёбра и до свидания. Но ты зачем-то понадобился настоятелю, поэтому у тебя ещё есть возможность пожить. Поэтому, лежишь тихо, и тогда больно не будет, а мы пока посмотрим, что у вас хорошего есть.

С этими словами он поднялся и повернулся к своему напарнику.

Что он хотел ему сказать я так и не узнал, раздалось два удара, слившиеся в один звук, и два тела поломанными куклами пролетев пару метров впечатались в стенку шатра, чуть не снеся его вовсе. Не понял, кто их так? Никого не видно, кроме довольной лошадиной рожи. Лежать очень неудобно, незваные гости, спасибо хоть не на сырую землю меня положили. А спеленали меня на совесть, уже и руки стали затекать. Самому без посторонней помощи не освободиться от верёвок. Я посмотрел на склонившуюся ко мне конскую голову. А взгляд у него и правда осмысленный. А если…

– Что смотришь, верёвки убери, неудобно лежать. Не видишь, что ли?

В глазах коняги промелькнуло удивление. Я смотрел ему в глаза, а он мне.

– Мне перевернуться на живот? – спросил я.

Морда ответила мне молчанием, только глазами моргнула – то ли просто моргнула, то ли согласие выразила. А, чем чёрт не шутит! И я, с раскачки, перекатился на живот. Лежу, жду. Вдруг к верёвкам на моих руках прикоснулось что-то влажное и мягкое. Губы видно, а зубы, как болгаркой, перепилили спутавшие меня веревки.

– Я-а свободен!!! Словно птица в небесах. Я-а свободен!!! Я забыл что значит страх!!! – проорал я великую строчку из песни Кипелова.

Перевернулся на спину, сел и, распутывая верёвки, огляделся. В шатре, над самым верхом весит небольшой светлячок, или заклинание или артефакт, типа моего, применили. А где посетители? Вон они валяются, и оба, кажется, в сознании. Встать не могут, потому что хребты переломлены. Вот так удар! Копытами передними и точно по пояснице, а дальше – паралич. Нормальный у меня сторож появился. Молодец, коняга!!!

Я поднялся. Ну что же, я вас к себе не звал, сами пришли. Интересно, а сообщник у них есть? Наверняка. А это значит, что надо его нейтрализовать.

– Хэрн! – позвал я – Хэрн ответь, это приказ!

По менталу пришло чувство крайнего недовольства.

– Малыш, ну, что там у тебя опять?

– Я всё понимаю Хэрн, но меня посетили два незваных гостя и где-то рядом наверняка шляется ещё один или парочка.

– Кто это, ергонцы? – в его мысленных посылах начал проступать гнев.

– Увы, нет. Паладины!

– Кто? О, боги! только этого не хватало. Жди!

– Только не спеши и не отсвечивай, возможно, за палаткой наблюдают. Конец связи!

Надо найти артефакт, что включили паладины. Притом, наверняка их два. Один на освещение, а второй – полог тишины поставил. Я подобрался к неподвижным телам паладинов. Живые гады. Пусть пока поживут, их расспросить надо, кому это мы так понадобились. Я снял с ног своей коняги браслеты, и, осторожно приблизившись к нежданным гостям, застегнул на их шеях. Обыскал карманы и у того, что был пониже ростом, обнаружил знакомые кубики. Так, вот этот очень похож на светильник, а второй, весь окрашенный в чёрный цвет, наверное, отвечает за полог тишины. Взяв его осторожно в руки, нажал на выступ. Точно, вот и звуки с улицы появились. Кто-то песни поёт. Вот недалеко девица заголосила весьма своеобразно, и в штанах шалунишка зашевелился, а вот около шатра какой-то шорох, наверное, Хэрн пришёл. Я повернул голову к входу, где задралась шторка, и обомлел. Ещё один гость! Я хотел выхватить метательный нож, но так и застыл в движении, тело мне не подчинялось, и только мозг, продолжавший работать, с помощью навыка быстрого изучения, зафиксировал применённое противником плетение. Я его так и держал в памяти, смотря за дальнейшими событиями, как зритель в кинотеатре. А дальше происходило следующее. Очередной раз взлетела шторка входа шатра, и в спину наблюдающей за мной чёрной фигуре впился метательный нож, а следом в палатку ворвался Хэрн. Плетение, которое спеленало меня, сперва ослабло, а потом его действие и вовсе прекратилось.

Я, не обращая внимание на Хэрна, метнулся к своей сумке, достал записную книгу и быстро перерисовал запомнившееся плетение. Есть!

– Спасибо, что успел. Этот пришёл не политесы разводить, а мстить за своих напарников. Он, видно, и был у них главным. Но что понадобилось святошам от нас?

Хэрн, сделав выдох, от которого мне неудержимо захотелось закусить, произнёс слегка запинаясь:

– Я, гык, думаю они тебя вычислили, когда мы снимали, гык, с алтаря тёмную энергию. – он зевнул – поняли, что ты снимал энергию или, гык, когда плату забирали. Кулон-то твой тоже церковный. Гык!

– Может быть. Ты куда собрался?

– Малыш, будь человеком, меня там такая женщина ждёт, а я уже сотню лет без любви, – он ажно икать перестал – а ты здесь сам приберись и с мальчиками поговори, я их тебе только свяжу покрепче. гык!

Достав откуда-то верёвку, Хэрн связал руки и ноги посетителям.

– Я убежал! – мысленно крикнул в проходе Хэрн и шторки отделили меня от ночного, прохладного воздуха.

Я повернулся к мирно стоящей коняге. Ты посмотри на этого скромника, одним двойным ударом чуть жизни не лишил разбойников, а сейчас из себя невинную овечку строит!

Я присел возле последнего нападавшего. Протянул руку к его лицу и стянул с него платок. Святоша, что перед поединком артефакты расставлял. Вроде, в сознании, но очень плох. Видно, в очень опасное место нож Хэрна ему попал, недолго ему осталось.

– Поговорим? – спокойно спросил я – Зачем?

Он прикрыл глаза. Дышит тяжело, ему очень больно. Ещё немного помолчав, он прошептал:

– Мы очень зависим от Ергонии. Маги берут очень дорого за свои услуги, а в последнее время перед войной и вовсе обнаглели. Сейчас по всей Империи алтари в храмах работают не на полную мощь. И с каждым днём отдаваемая ими энергия всё слабее и слабее. А тут ты. В тебе нет той темноты, которая есть в ергонцах. Ты не опасен. Мне, честно, жаль, но так получилось. Я предлагал настоятелю просто о тебе сообщить по инстанции. Он же хотел тебя лично привезти в столицу. Видно, не без основания рассчитывал на награду и на повышение в ранге. Не буду говорить, что собирались оставлять в живых твоих друзей. Ведь и так понятно, они бы сопротивлялись и не отдали бы тебя просто так! Мы видели бой и обрадовались, что все по его окончанию начали результаты отмечать, а ты в шатре остался один, глупо было бы не воспользоваться такой возможностью. Прости нас, мы не желали вам зла, мы просто хотели помочь Империи и ордену. Прощай, я ухожу. – и в этот миг он потерял сознание.

Та-ак!!! И как быть? Он честный человек, но фанатик, и пришёл за моей жизнью. Даже если бы не убили, то жить в клетке… просит прощения, а если бы у него всё получилось? Жалел бы он меня? Вряд ли! Интересы ордена, интересы государства. Но и оставлять трупы нам нельзя. Лучше, если их следы навсегда затеряются на этом холме. Я достал кинжал. Плетением проверил навыки. Да, интеллектуал! Навыков много и много незнакомых, но вот навык обучения очень меня заинтересовал и навык святого Патрика. Что он даёт? Непонятно. Надо их лёжку обнаружить. Наверняка там много интересного можно найти. Надо на что-то решаться. Я проверил навыки паладинов. Боевики, и показатели у них впечатляющие. Из специфических, у обоих – навык паладина, у одного ещё навык святого Патрика, а у второго – навык магии крови. Вот так святоши! Что выбрать, что?!

И всё-таки я их прикончил. А куда было деваться, как, уже сегодня утром объяснить всем наличие трупов или пленников? До рассвета разбирал вещи, которые были при них, просеял оставшийся после них пепел. Нашёл три больших камня и штук десять маленьких кристалликов. Из артефактов обнаружил у последнего непонятную трубку. Покрутил её аккуратно, но никакая идея в голову не лезла, на предмет того, для чего она нужна. Под утро выпустил пастись своего коня, а сам улёгся на лежанку и задремал.

Глава 4

Утро началось внезапно. Заскочил в палатку Хэрн уточнить, выпустил ли я коня и прибрал ли за непрошеными гостями, увидев, что я заворочался, поздоровался и пообещал похлопотать насчёт завтрака, и умчался в неизвестном направлении. Он был такой возбуждённо-окрыленный, что я невольно ему позавидовал, и мне стало грустно. Марфа! Моя муза, как она там? Да, наверное, неплохо, оттачивает новые знания молодым телом. Не стоит язвить и опошливать чистые чувства. Она замужем, у неё семья и она честно призналась, что любит мужа. А меня… и меня тоже говорила, что любит, только по-другому. Вчерашний день спутал все планы. Добавилось сто восемьдесят человек, или немногим меньше, и что с ними делать я не знаю. Как провести операцию по лечению доставшихся лошадей и не попасться на этом? Вопрос. Стоит привести в порядок мысли по набранным навыкам. За вчерашний день и ночь геройски раздобыл дополнительно к своим, пять навыков и один улучшил.

Из новых добавилось:

Навык "Поцелуй Линча" – школа некромантии, тёмная магия, на что влияет – не знаю, как пользоваться – тоже не знаю. Поживем, увидим.

Навык Школы Гресса – и по названию понятно, наверное, улучшает способности к применению тёмной магии, в особенности плетения школы Гресс. Является базовым и с навыком черной розы увеличивает умения и эффективность применения плетений этой школы и в целом тёмной магии.

Навык обучения – наверное, позволяет обучать и учиться самому. Я лично это плетение так понимаю.

Навык святого Патрика – что-то связанное со светлой магией святого порога или одного из её течений или школы.

Навык паладина – тоже что-то из той же оперы, магия света, а вот что именно, пока не знаю и подсказать некому.

И улучшил:

Навык здоровья – теперь у меня пятый холл точно, вне зависимости прокачал я его самостоятельно или нет, или пошёл в счёт шестого.

Теперь у меня сорок один навык.

– Навык стрельбы из лука – девятый холл.

– Навык наездника – восьмой холл.

– Навык разведки – шестой холл.

– Навык Ремесла – шестой холл.

– Навык сопротивления – шестой холл.

– Навык нападения – шестой холл.

– Навык стрельбы из арбалета – пятый холл.

– Навык волшебства – пятый холл.

– Навык интеллекта – пятый холл.

– Навык силы духа – пятый холл.

– Навык удачи – пятый холл.

– Навык прилагаемой силы – пятый холл.

– Навык Здоровья. – пятый холл.

– Навык лидерство – четвёртый холл.

– Навык стихии Огня – четвёртый холл.

– Навык лицедейства – третий холл

– Навык стихии Воздуха – третий холл

– Навык Жизни – второй холл.

– Навык джигитовки – второй холл.

– Навык "хозяин степи" – второй холл.

– Навык накопления – второй холл.

– Навык быстрого изучения – второй холл.

– Навык Дола – второй холл.

– Навык менестреля – второй холл.

– Навык Мечника – второй холл.

– Навык Тени – второй холл.

– Навык артефактостроения – первый холл.

– Навык чёрной розы – первый холл.

– Навык тайны леса – первый холл.

– Навык порядка – первый холл.

– Навык стихии Земли – первый холл.

– Навык стихии Воды – первый холл.

– Навык дипломатии – первый холл.

– Навык школы плазмы – первый холл.

– Навык школы воздушного элементаля – первый холл.

– Навык магии крови – первый холл.

– Навык "Поцелуй Линча" – первый холл.

– Навык Школы Гресса – первый холл.

– Навык обучения – первый холл.

– Навык святого Патрика – первый холл.

– Навык паладина – первый холл.

Я улучшаюсь просто феноменально, но видит бог, специально я этого не делаю. Ну, кто виноват, что святоши так неожиданно в гости нагрянули и будут такими настойчивыми и невоспитанными. А упускать такие возможности по приобретению навыков, дураков нет.

Я потянулся на лежанке. Сил в теле немеряно, несмотря на вечернее перенапряжение, сейчас чувствую себя прекрасно. Лошадка поделилась своим набором силы и манны, остаточное количество в камне души, процентов пять от объема, а это я вам скажу очень-очень много. А ведь у меня впереди ещё чуть больше шести десятков копытных.

А вот теперь настроение стремительно портится, Мартин просит принять присягу и клятву на крови, а ведь это очень больно. Я ведь только одну знаю, а она… ладно, поэкспериментирую и попробую упростить её по возможности, но сперва, желательно, вылечить лошадей, ведь для наложения плетения крови надо гигантское количество магии и сил. И у герцога надо выпросить подорожную, а что, если и у графа её попросить? Ведь в Ергонии такие же заморочки с благородными и всем, что с ними связано.

– Малыш, вставай, завтрак будет буквально сейчас. – пришёл доклад от Хэрна по мысленной связи – И у нас новостей море. И ещё одно, там тебя Жак просит его с его пассией принять. Что у него, не говорит даже мне, и Мартин молчит. Я им сказал, что голодный ты никого принимать не будешь. Вот сейчас по всему лагерю тебе подносы едой комплектуют. Но Мартин сказал, что если будут посторонние, то спектакль прежний – я великий маг, а ты мой лучший ученик. Жак, видно, сам обо всем догадался. Ведь вчера все щиты и ударные плетения ты наносил и делал сам! Глазастый малый, этот баронет, но Мартин уверен, он будет молчать, тем более согласился на клятву крови, а это обязывает. Так что готовься к настоящему приёму, Ваша светлость. И ещё одно, я про ночное происшествие рассказал Мартину, он в ярости. Успокой его по возможности. Они там с Жаком твои ночные похождения обсуждают. У нас после ночи с Варгами все живы и нормально себя чувствуют, но об этом позже. Жди!

Опять Хэрна словесный понос прорвал, а это говорит о том, что канн счастлив, и это прекрасно. А то, что после ночи любви мои мальчики все целы это хорошо, но значит, теперь Варги от нас не отстанут. Как бы атаки с их стороны не было, вряд ли, конечно, а вот приглашение посетить Ергонию последует наверняка!

Надо Жаку подсказать насчёт лошадей и оружия для своего воинства. Пусть излишки попытается купить у ергонцев, те наверняка с радостью продадут захваченное, ведь тащиться в Ергонию со всем хабаром никто не захочет. Продадут. А вот насчёт продуктов даже не скажу, как и быть. Напрашивается решение задержаться и отправить посыльных в село и прикупить там продовольствия, но посмотрим, как решит герцог. Задержаться придётся в любом случае, во всяком случае, нам, сперва лечить лошадей, а потом с рабами разбираться. А что, если вести приём параллельно? Принимать клятвы на крови и между париями пленных подзаряжаться от лошадей? Мысль. Только её надо обмозговать. Не всё легко провернуть в этой схеме.

– Ваша светлость, разрешите?! Завтрак!!! – опять прикалывается Мартин. Он так издевается над Ферро, а тот верит! Ну-ка, посмотрим на Казанову. Вид смущённый, но довольный и взволнованный. А ведь и с этой стороны у нас могут начаться проблемы! А если девочка после этой ночи родит мальчика? Да за нами все секретные службы Ергонии гоняться будут. Ай-ай-ай! Попались. Ну почему сразу не подумал и не проинструктировал, а можно было просто плетениями на ночь его сперму свернуть и всё, нет проблем. А теперь поздно. И у меня окончательно испортилось настроение.

– Заходи, чего встал Ферр?! – я постарался взять себя в руки. Может, девочка ещё с кем-нибудь ночи проводила? У меня стремительно настроение пошло вверх. А что, всё возможно, а там пускай вычисляют, кто, где, когда, а мы к этому времени будем уже далеко. Будем надеяться!

Гном, видно, почувствовал перепады моего настроения и не мог понять, с чем это связанно.

– Что нового, где остальные? – спросил между тем я Ферро.

– Мартин с Хэрном пленных собирают в кучу, кормить хотят. Ергонцы немного продуктов выделили. Сами тёмные уходить собираются. После завтрака уходят. Раненые очень плохи. Артефактов на всех не хватает, а лекарей их мы вчера порешили, поэтому граф решил возвращаться. Я побегу, помогу Хэрну, он просил его подменить, ему с тобой переговорить надо. Я побежал.

Я хмыкнул, ну все меня покидают и обязательно у всех последняя фраза связана с забегом.

Хэрн появился минут через десять, когда я уже заканчивал завтракать.

– Ну, привет, полуночник. Нельзя же так, малыш, поступать, я, можно сказать, заново, жить начинаю, а ты меня буквально с женщины снимаешь. Хорошо, что я первый акт отлично отработал, а то бы точно загрызла. Ты сам, как? Ночка у тебя довольно насыщенная была! Какие идеи по всему тому, что я тебе наговорил?

Я откинулся на подушки и прикрыл от удовольствия глаза. Делать ничего не хотелось, потянуло в сон. И только эта назойливая муха под названием Хэрн не давала хорошенько расслабиться. Думать не хотелось, ничего решать не хотелось. Под бочок к Марфе бы!

– Ты что спишь, что ли? – возмущенно закричал Хэрн – а ну, подъём, засранец! Мы ему еду тут, как королю носим, а он даже на наши вопросы отвечать не хочет! Спать завалиться решил, не получится, дорогой, работы много!

Вот зануда! Точно отдохнуть после еды не даст.

– Не кричи, я и так всё прекрасно слышу! А надумал я следующее… – и спокойно закрыв глаза, вещал ему своё видение сложившийся ситуации, затронув все наши животрепещущие вопросы. Начиная с ситуации с "камнями Душ," и заканчивая экипировкой будущих воинов корпуса обречённых.

Хэрн проникся и только записывал за мной мои выводы и решения. А вы что думали, работаем как при социализме, один раз отмерь, остальное и так свистнут! Особенно его заинтересовала моя мысль взять для нас подорожные у герцога и графа. Причем, на неопределённый срок. Думаю, герцог не откажет, а вот граф может и заартачиться. Мысль купить оружие и амуницию по дешёвке у графа тоже нашла поддержку в его прижимистой душонке. Остальные мои идеи так же были приняты на ура, единственно, он спросил, что будем делать с орками, герцог однозначно прикажет прикончить зелёных! Нечего и думать об их зачислении в гвардию. А ведь даже обречённые будут считаться гвардией, раз прикреплены к гвардейскому корпусу. Вот так новость, и что прикажете с этими делать? Сам Хэрн что-то мутит, и говорить в открытую, не говорит, и видно, ждёт определённо сложившийся ситуации. Вот, блин, махинатор. Наверняка, чтобы я не смог отказаться.

Я набросал ему на листке наши основные проблемы на данный момент из-за нерешения которых, мы гарантированно можем лишиться головы. И от их количества Хэрн завис. А ты, что думал, контроль и учёт! Пока обмозговывает полученную информацию, в данном аспекте, отправил его искать вместе с Мартином следы стоянки паладинов. Они должны были за нами гнаться на чём-то, это точно, а то, что экипировали их для этого очень неплохо – это факт. И не надо забывать о нашем намерении путешествовать по гиблым землям. Значит, такая возможность организатором похищения тоже рассматривалась, и подготовить своих людей к блужданию по проклятым землям в одиночку должен был основательно, а церковные штучки нам очень бы помогли в нашем дальнейшем путешествии.

Жака отправили на разговор с капитаном по поводу амуниции. Попросив его спросить о выдачи подорожной, если мы надумаем посетить герцогство. А вот насчёт передачи писем с графом будет разговаривать лично Мартин, может и меня возьмёт с собой. На утро у нас много запланированных дел. Заняться лечением лошадей я не могу, а на принятие присяги просто не хватает времени.

В лагере ергонцев суета и предотъездный ажиотаж. Только Варги внешне спокойны, но после проведённой сегодняшней ночи у них наоборот, должно быть очень оживлённо. В одном месте обнаружить столько не подверженных проклятью Варг мужчин, причём неженатых. Что-то мне это затишье очень не нравится! И также то, с чем всё это связано. Надо спросить Мартина, когда вернётся, что Варги задумали, а то, что они всё как есть не оставят, в этом я уверен. Значит, надо ждать непредвиденных ходов или неприятных ситуаций.

И, что там Хэрн говорил насчёт пассии Жака? Какой ещё пассии?! Олия с караваном, а Жак… чёрт, вон он, что имел ввиду! Неужели Варга его приворожила?! Только этого нам не хватало, но ведь Хэрн говорил, что после ночи у нас без потерь? Ждём возращения наших следопытов, а пока есть возможность, поспим.

Ферро следит за нашими рабами, будущими воинами гвардии. Готовит места, куда будем складывать купленные амуницию и оружие. Заняты все, только я отдыхаю и лёжа работаю головой.

Хэрн с Мартином вернулись спустя час, не меньше. Хэрн забежал в шатёр радостный и возбуждённый. По его виду стало понятно, что нашли, только что?

– Как улов? – не поднимаясь с лежанки, небрежно спросил я.

Хэрн заулыбался.

– Нам невероятно везёт. Мы обнаружили, естественно благодаря умениям Мартина, замаскированную стоянку, а там.... Три лошади породы иноходцев Харма. Не ухмыляйся! Их поставляют с одноимённого материка святоши электората, специально для местных паладинов. – сделал он значимую паузу – Их особенность в том, что эти лошади практически не переходят в галоп, но зато, как рысакам им нет равных в мире. И нагрузку на себе они могут нести большую, а вес доспехов паладина оё-ёй какой. Рысью, гружённые, эти лошади могут идти сутками, не уставая. Стоимость у них на чёрном рынке не обозначена. Их не продают, совсем. Даже кайров можно купить, а этих представителей святого электората купить невозможно. С одной стороны, нам повезло, а вот с другой… Церковь не простит, что у нас есть такой подарочек, и отдать мы их им уже не можем. Стоит, наверное, предложить лошадей графу. Как думаешь?

Я задумался.

– А, что по этому поводу говорит братишка? – спросил я.

– Твой обмороженный братан сказал следующее: – "Вертел я на…этих святош". Может он и прав, ведь официально они нам ничего предъявить не смогут и, к счастью, они не являются представителями официальной религии Империи.

– Я правильно понял, паладины, и священники прийти к нам с претензиями могут только в частном порядке. Так?

Теперь уже Хэрн задумался.

– Понимаешь, малыш, эта претензия может выглядеть, в виде сотни хорошо вооружённых паладинов с десятком магов святого порога. И всё будет законно.

Я от удивления хмыкнул. Как всё запущенно. Куда ни кинь – везде клин. Кажется, я один раз так уже выражался. Я посмотрел на жмущегося Хэрна. Ох, темнит, что-то эта бестия! Ох, темнит!

– Ты-то, как? Хочешь их себе оставить?

– Спрашиваешь! Это сокровище, что-то типа "камня Душ". Не знаю как я, а вот Мартин тебе не даст их оставить здесь, или кому-нибудь отдать, ты бы видел, как он отплясывал вокруг них. Все другие породы лошадей сильно проигрывают иноходцам в грузоподъемности, а если учесть, сколько весит рыцарь в латах, то… поэтому и считается, что сотня паладинов на своих иноходцах приравниваются к десяти тысячам кочевников Ганзы. А их, между прочим, считают лучшей конницей в мире. Этих лошадей отдельно защищают от магии и у них у каждого имеются кулоны защиты, притом очень сильные.

Не было печали! Куда ни кинь, всюду проблемные плюшки. Лошадей нашли, так теперь из-за них нам головы могут снять. Ведь не поверят, что в лесу на полянке нашли. Дела-а!

– А Мартин куда делся?

Хэрн рассмеялся.

– А ты как думаешь? Дружку своему побежал хвастаться находкой. Не удивлюсь, что ему одного подарит. О-о! А вон и он. Слышишь, о чём-то с дружком своим шепчется! Сейчас зайдут. – сказал Хэрн.

Полы шторок палатки разлетелись в стороны, впустив в шатёр неразлучную парочку. Мартин светился довольством, а на лице баронета застыло выражение глубочайшего удивления.

– Малыш, тебе уже Хэрн сказал? – весело прошептал братишка – Ты оказался прав, нашли мы их стоянку. Вещи сейчас тебе сюда принесём. Их осмотреть надо и перебрать, может, что интересного найдём. Я, с твоего разрешения, одного коня Жаку подарю, можно?

Я, молча, кивнул, хочет брат раздаривать свои трофеи – его дело.

– А остальных куда денешь? – спросил Хэрн.

Мартин зевнул, широко раскрыв рот.

– А-а-а-э-э! Спать хочу! – простонал Мартин – остальных говоришь?! Остальных я, малыш, предлагаю в повозку поставить, вместо наших. Они её до предела груженную не будут чувствовать. Таскать будут, как пустую. А потом можно и под седло поставить, при надобности.

– Хорошо, как скажешь. Господин баронет, а как у вас успехи? – учтиво спросил я.

Жак, отчего-то сбледнул, икнул, и, умоляюще посмотрев на Мартина, прошептал:

– Всё хорошо!

Я от неожиданности опешил. Что это нашло на нашего, обычно очень уверенного в себе, дворянина.

– Хэрн, что это значит? – по мыслеречи обратился я к другу.

– Понятия не имею. Никак Мартин ему о тебе что-нибудь наплёл. Или он сам какие-нибудь выводы для себя сделал. Не удивлюсь, если сейчас последует обращение, не иначе, как Ваша светлость.

Я не отрывал взгляда от лица баронета.

– Ваша светлость! – прибью этого идиота, мало ему проблем, которых он нам обеспечил своей тупостью, так ещё и с дворянами играет в опасные игры. Всё никак не уймётся, паршивец. Я перевёл взбешенный взгляд на смутившегося братика – я говорил с графом – тем временем продолжил Жак – он согласился продать нам часть, или всё ненужное имущество и оружие, смотря, какую цену мы дадим. Варги же пообещали просто подарить всё то, что у них есть лишнее и кое-что из трофеев, но просят поклясться старшего, то есть, вас, – в этом месте он сделал паузу – что обязательно посетим в скором будущем Ергонию. – Ага, как и ожидалось, Варги навязчиво приглашают в гости. – А граф со своей стороны, готов выдать нам подорожную на десять циклов вперёд. И ещё, он просит посетить его или принять его в нашем шатре. Перед отъездом он хотел переговорить с Великим магом каннов и я пообещал, что передам вам его желание. И это… – молодой дворянин резко покраснел её богу как красно девица.

– Ну что же вы Жак, не стесняйтесь, что ещё вы хотите спросить.

Он оглянулся на внимательно слушавших его друзей и глубоко вздохнул, поняв, что теперь точно никого не вытащить отсюда даже на аркане, пока он всё не расскажет, тихо проговорил:

– Девушка, с которой я провёл сегодняшнюю ночь, просит вас принять её по личному вопросу. – выкрутился опытный ловелас.

На лицах Мартина и Хэрна явно угадывалось разочарование.

– И где сейчас ваша девушка? – спросил я.

– Если разрешите, я её сейчас позову.

Я кивнул ему. И он выбежал из шатра. Я, тем временем, строго посмотрел на брата.

– Мартин, что всё это значит? – строго спросил я – до каких пор ты каждый раз будешь нас с Хэрном подвергать смертельной опасности? Зачем ты своими дурацкими шутками вводишь в неудобное положение меня и дорогих мне людей? Скажи, зачем ты рассказываешь обо мне небылицы? Ты, наверное, забыл, что я просто ученик мага? Зачем пугать Ферро? Он теперь и не поверит, что я не Его светлость. А теперь ещё и Жак в эту категорию вошёл. А?

Мартин стоял немного оторопелый от такой проповеди.

– Жака я не пугал. Он сам какие-то выводы сделал из увиденного. А с чего он взял, что ты светлость? – он опустил голову и носком сапога принялся ковырять землю – с Ферро, наверное, поговорил. Ну, виноват я, виноват!

– А вот скажи, нам легче от того, что ты виноват?! Когда ты повзрослеешь?! Иногда мне кажется, что тебе намного меньше лет, чем ты нам говорил.

Мартин еще ниже опустил голову. Стоит и молчит. Хэрн, неверяще уставился на него, и спросил дрожащим голосом:

– Малыш прав?

Мартин ещё ниже голову опустил и тихо произнёс:

– Сосем, совсем чуть-чуть. Лет на шесть всего.

Хэрн застонал.

– О боги, двадцать циклов пацану. Двадцать!

Я тоже был немного удивлён.

– И в чем ты ещё соврал? – спросил я

– Ни в чем. Честно. Всё остальное – чистая правда! – проблеял бледный братик.

– Ты хочешь сказать, что своего учителя ты победил, когда тебе было двенадцать лет?! – спросил его Хэрн.

Мартин вздохнул.

– Тринадцать. Всего тринадцать. А потом я путешествовал.

Хэрн перебил его:

– А сказку, про дочку мельника, тоже сочинил?

– Не-ет! Я же говорю, всё было, как я рассказывал.

Обалдеть! Вот так попали! Пацан совсем. То-то его и заносит во всякие приключения и нас вместе с ним. Ладно, это выяснили. А раз бобик его пропустил на должность брата, хотя точно знал, сколько ему лет, и не возражал особо против его кандидатуры, то значит всё нормально.

– Значит, так! С этого момента, без моего личного решения, никаких действий не предпринимать! Особенно, обращаю внимание, в общении с благородными! Всё ясно?! Не слышу?!

– Да, Ваша светлость. Всё! – вытянулся передо мной маленький великовозрастный негодник.

– Надо делами заниматься, в первую очередь, скупка оружия, лошадей и имущества. На встречу с графом пойдём с Хэрном. Тебе, Мартин, быть обязательно. Капитан, в прошлом твой друг, так что соответствуй! Теперь о делах. Ты, Мартин, бегом к графу и договаривайся о закупке всего того, что у них есть. У нас нет для такой толпы будущих воинов корпуса ничего. Денег вам с Хэрном – сто тысяч. Наши не тратить! Я пока вещи церковников пересмотрю и с Варгой пообщаюсь. Всё про всё, у вас время – до обеда. На обед напроситесь к графу. Не думаю, что они раньше тронутся. После обеда – лошади и рабы. А вы с Жаком поедете к герцогу. Надо убедить его сделать остановку на неделю, иначе нам не удастся поставить на ноги лошадей, или придётся с караваном расстаться, потому что лошадей я не брошу! И не забывайте, я всего лишь ученик мага. Свободны!

Как и ожидалось, добра, захваченного за последние несколько недель патрулирования границы у ергонцев, было навалом. Лошадей у многих было по две-три заводных, а барахла и неплохого оружия набралось на гораздо большее количество народа, чем было у нас. И цены выставляли ергонцы весьма умеренные. Сперва пересмотрели то, что дали Варги, а потом уже докупали лучшее и не слишком дорогое у остального народа. Ярмарка была в полном разгаре, когда вернулся Жак со своей девочкой.

Я как раз в это время разбирал вещи, доставшиеся от церковников. Неплохо их в поход экипировали. Было всё. И серебряные фляги, от которых магией за версту тянуло, и три одинаковых непонятных спикера. Одеяла, спальные мешки, очень неплохого качества. Денег пару сотен золотых. Несколько кулонов и колец с камнями с явными магическими свойствами. Я их сразу от греха в отдельный мешочек уложил. Книги магии я у всех трёх ещё ночью забрал, правда, пока не смотрел, некогда. Нашёл ещё три артефакта в виде кубиков. Проверять их свойства побоялся. Потом разберёмся с ними. Из оружия нашёл три меча полуторника с прямым лезвием, кинжалы. Три арбалета и болты к ним. Причём, меня заинтересовали болты в шкатулке, наподобие той, которую нашли в своё время в вещах лейтенанта Вуалье, брата герцогини Ергонии. Запасы продуктов и кожаные доспехи с железными вставками. А отдельно, аккуратно завёрнутые в свёртки, в мешке лежали кольчуги из белого металла очень напоминающие металл древних. Да-а! Не экономит орден святого порога на своих воинах. Не экономит!

Вот именно в этот момент, когда я разложил вещи по всему шатру и заявился Жак со своей избранницей. Каково же было моё удивление, когда в милой, стесняющейся девушке, узнал я командира отряда Варг.

Немалое удивление начало проявляться и на красивом лице командира чёрных кошек. Она явно не ожидала в шатре увидеть меня.

Жак, очень стесняющийся, нежно взял в свою руку ладонь девушки-женщины, и ласково произнёс:

– Дорогая, ты обещала дать клятву молчания, чего бы ты здесь не увидела. Прошу тебя, это очень важно. Ты дашь клятву, и я тогда попрошу мага попытаться помочь твоей и нашей общей проблеме.

Смотрел я на них, и вспоминались мне девяностые годы прошлого века. Мыльные оперы и мексиканские сериалы. Ну чем не сюжет!

– А он точно может помочь? – оторопело спросила Варга, а я испугался, что Жак ей обо мне уже рассказал – и согласится ли он? Канны к нам Варгам очень плохо относятся. – меня отпустило – Мы участвовали в битве у Эльза. Когда макры камня на камне не оставили от войска гоблов. Не сделает ли он со мной что-нибудь в отместку?!

Теперь уже неуверенно стал выглядеть Жак. Он вопросительно посмотрел на меня явно прося помощи. Я прокашлялся и начал.

– Видите ли, сударыня! Мой учитель в то время, когда проходила битва, отсутствовал на материке. Открою небольшую тайну, он сам со своими родичами, мягко говоря, не в ладах, и за их поражения в войне, в которой сам учитель не участвовал, мстить никому не будет. Так что, можно спокойно давать клятву, ведь по большому счёту, она вас ни к чему не обязывает. Мало ли, что вы можете у нас узнать или увидеть?! Ваша клятва – это просто мера предосторожности.

Варга задумалась. Ей и хочется чего-то и колется. Чего она хочет неясно, она пока про это ничего не говорит и Жак тоже молчит. Но и боится. Интересно, что же победит, осторожность или желание получить помощь?

– Я согласна! – прошептала она, а потом по отработанной схеме, призвав свою кровь в свидетели, Варга произнесла текст клятвы.

Жак, довольный тем, что удалось уломать строптивую девицу, с поклоном произнёс:

– Ваша светлость! – ещё один редиска! У Варги глаза выпали из орбит после его обращения ко мне – я прошу вас помочь моей девушке в одном деликатном деле. Я вас оставлю, она сама расскажет о своих проблемах. Прошу вас, отнеситесь к её словам очень внимательно и по возможности помогите. Пожалуйста!

Он снова поклонился и жестом подбодрил девушку, повернулся к выходу.

– Баронет! – обратился я к нему – хотел бы вас попросить. Пока ваша девушка самостоятельно не выйдет из шатра, или я вас сам не позову, никого, я обращаю ваше внимание, никого в палатку не пускать.

– Даже Хэрна? – удивился Жак.

– Его в особенности. Всё ясно?

Жак поклонился и выдал:

– Будет исполнено, Ваша светлость – и вышел на улицу.

– Ну-с, уважаемая! – обратился я к Варге, стоящей с выражением крайнего изумления на лице, с этими словами усаживаясь на лежанку – какая помощь вам от меня требуется?

Она стояла поражённая, не зная как себя вести. С одной стороны, она из рассказов знала, что я ученик мага и видела, как я принимал участие в стычке, а это уже само по себе довольно необычно. А теперь я оказывается и маг, к которому её тащил её любовник. Я смотрел на неё требовательно, но, так и не дождавшись от неё никаких слов, произнёс:

– Мадам! У меня очень мало времени. Если вы передумали, выход у вас за спиной, я вас не задерживаю.

Ого, а вот и гнев на челе её проступил. Хоть какая-то реакция, а то застопорилась, ни туда и ни сюда не двигается.

– Прошу простить меня…Ваша светлость – произнесла она запинаясь – но всё это довольно неожиданно! И моя просьба была бы уместна, если передо мной стоял пожилой человек. Но вы … я не знаю!

Я ухмыльнулся. Ага, а я такой молодой, такой зеленый! Вот и славно, а мы тогда займёмся своими делами. Но надо её как-нибудь потактичней и повежливей выпроводить.

– Что же. Понимаю вас. Но, видите ли, молодость – это тот недостаток, который со временем проходит. Увы, пройдёт и он. А раз у вас ко мне вопросов нет, тогда, до свидания! Было приятно с вами поговорить.

Девочка в шоке. Не привыкла, видно, что её так просто и вежливо отшивают. Никто не просит, не упрашивает, не навязывается, а просить сама она просто не умеет, не приучена. Но и уходить боится. Понимает, что второго шанса не будет.

Она вдруг раскраснелась и её прорвало.

– Мне уже много лет, Малыш. Ведь так тебя все зовут? – я ей кивнул – так вот. У меня подходит этап в жизни, когда я уже не смогу иметь детей. Я редко встречаюсь с мужчинами. Мне редко везло на стоящих. И не одного не было, чтобы я могла забеременеть. – "а вот слёз мне не надо" – подумал я, увидев две мокрых дорожки у неё на лице. – Жак, он хороший, и на удивление не восприимчивый к проклятию Варг. Ты слышал что-нибудь об этом? – я снова кивнул, не слышал бы я!! Ага! – Я боюсь, что и этот шанс стать матерью я снова упущу. Эльфы с нами не общаются. И надеяться на их помощь бессмысленно. У нас вражда, длящаяся тысячелетия. А из других магов, занимающихся врачеванием, мне помочь никто не мог. Пробовали, бесполезно!

Она снова замолчала. Я ждал, ждал, когда она продолжит, но всё без толку, одни всхлипы и шмыганье носом. Варги и плачут?! А что тут такого, Марфа тоже ревела вечно, что не так, но я думал, она стала, как простая женщина. А тут-то командир Варг, действующая чёрная кошка!

– Я не услышал, чего вы от меня хотите? – спросил я.

Она перевела на меня умоляющий взгляд

– Я очень хочу стать матерью. Вы мне поможете?

Я усмехнулся.

– Мадам, попроси вы об этом лет так через восемь, я был бы счастлив. Вы и правда, на удивление, очень красивая женщина. – она даже дёрнулась от моих слов и залилась краской – А сейчас я вам могу только помочь забеременеть от того же баронета, если вас устроит его кандидатура на роль отца ваших детей. Предупрежу сразу, после моего вмешательства у вас могут родиться не один и даже не два ребёнка, а сразу трое-четверо, а то и больше. Как вам такая перспектива?

Ого, вот так глаза у девочки, как в японских анимэ. Ну же, решайся, девочка со столетним стажем. Пока посмотрим на её физическое состояние, и плетение диагностики сорвалось с моей руки. Как же легко они стали мне даваться после нападения на караван. Практика!!

Физическое состояние прекрасное, вся в зелёном цвете её светящаяся фигура. Только цвет очень тёмный. Чувствуется приближающаяся старость. Боюсь, родов она не переживёт, и детей не увидит. А помочь с беременностью несложно. Плетение эльфов для улучшения оплодотворения и готово. Только меня волнует результат. Без частичного омоложения не обойтись. А это снова пятый уровень. Или четвёртый и пятый. Снова придётся руны заряжать, а это время и трата сил, особенно физических.

– Вы мне и правда можете помочь? – с надеждой и большим волнением в голосе прошептала женщина.

– Я думаю, что да! Но для успеха мне придётся провести с вами несколько процедур и других различных действий, которые могут показаться вам не приличными и не уместными. Вы, мне верите? – спросил я её напрямую.

– Да, конечно.

Я поднялся с лежанки.

– Тогда раздевайтесь совсем и ложитесь на спину. Вопросов не задавать, все команды выполнять точно. Я не буду вас упрашивать, предупреждаю, одна заминка и вы отсюда уходите. Понятно?

А вот теперь она, видно, по-настоящему, испугалась. Испугалась меня, мальца, метр с кепкой. Но, взяв себя в руки, принялась, скидывать амуницию и снимать одежду, аккуратно складывая её рядом с лежанкой.

Так, пациент готов, а вот доктор не совсем. Из кармашков на поясе достал вчерашний кубик с плетениями полога тишины. Вот, а теперь можно и начинать.

– Хэрн – мысленно позвал я друга – меня ни для кого нет. В ближайшее время, пока сам не выйду из палатки, не отвлекать.

– Что там у тебя? – спросил настырный Хэрн.

– Я сказал не отвлекать! Меня нет! – и я активировал артефакт.

Я обернулся к Варге. Твою мать, вот это формы!!! Я же обкончаюсь, пока буду процедуры проводить. А стираться негде. Так, где моё полотенце. Вот оно, в штаны его. Вот теперь ко всему готов.

Я медленно подошёл к лежащей Варге.

– Глаза закрываем, ничему не удивляемся и не дёргаемся. Ноги сгибаем в коленях и раздвигаем их в стороны. Готовы?! – спросил я, усевшись на колени рядом с великолепным телом Варги и положив руки ей на тело, так же, как и при лечении Мани, спросил я.

– Да – ошеломлённо просипела Варга.

– Тогда, начали! – и я ввёл пальцы во влагалище, и тут же распаковал плетения жизни, вгоняя в неё их до четвёртого уровня очень быстро, а вот с четвёртым и особенно с пятым действовал осторожно и дозировано.

Ураган меня чуть не прибил. Как она кричала! Как кричала! Не говорю за себя, меня "дружок" от всего виденного за всю процедуру просто выжал. Её трясло и метало по всей лежанке. Руками она мне всю спину через рубаху расцарапала, а когда плетение плодородия применял, она и вовсе сознание потеряла. Очень горячая, надо сказать, женщина. Так всё, пускай полежит, а я себя в порядок приведу. И осмотреть её надо. Почистившись и убрав всё лишнее в своём гардеробе, плетением проверил состояние больной. Отлично. Светло-зелёное очертание тела, и вот и точечки изумрудные внизу живота там, где должна находиться матка. Поздравляю, дорогой баронет – у вас тройня! Как и предупреждал. А мадам и вовсе в юную девушку превратилась. Ослепительно красивую! Как она теперь на дурные вопросы своих подчинённых будет отвечать? На канна валить всё будет на его артефакты, доставшиеся от древних, надо ей на счёт этого подсказать.

А теперь будим. Импульс силы, чтобы взбодрить, ага потянулась. Глаза открывает. О, что это с ней, она явно плохо помнит, что происходило, и как она сюда попала. Но нет, видно, память пробила дорогу в помолодевшем мозгу. Себя оглаживает, привыкает к новому состоянию тела.

Перевела на меня удивлённый и неверящий взгляд.

– Получилось? – спросила она.

Я улыбнулся.

– Одевайтесь, прекраснейшая! Как и говорил, плетение оплодотворило вашу потребность. У вас будет трое детей. Такое у Варг когда-нибудь было?

– Не-ет! – ошарашено пробормотала она.

– Ну что же, теперь будет! Вставайте и одевайтесь, я пока выйду, чтобы вас не стеснять. Жду на улице. И вот ещё что. Вам, несомненно, будут задавать вопросы по поводу перемен, произошедших с вами. Всё валите на артефакты великого мага каннов. Понятно?

– Да! – пролепетало создание.

– Одевайтесь! – произнёс я и вышел на улицу, предварительно отключив полог тишины.

У палатки нёс дежурство будущий командир корпуса обречённых. Около него крутились Хэрн с Мартином. Они о чём-то тихо переговаривались. Зуб даю, меня обсуждают. Заговорщики так увлеклись, что не замечают, что объект обсуждения у них спокойно за спинами стоит и всё слушает.

– …Я не знаю, как его убедить взять охрану. А зелёные для этих целей самые хорошие кандидатуры. Верные, сильные, их не подкупить, не подпоить. – разъярялся Хэрн – Единственный способ – поставить его перед фактом и надавить на жалость. А почему нет? От него зависят наши жизни, а он свою голову во все затычки суёт. Надо с ним поговорить на эту тему. Мартин, он всё-таки твой младший братишка – от этих слов Жак немного дёрнулся, а Хэрн, не обращая на него внимания, продолжал – ты должен об этом с ним поговорить. И бобик приказал его охранять, как зеницу ока. А мы? Сами с бабами кувыркаемся, а он один, в одиночку, паладинов штабелями слаживает. Я до сих пор не могу понять, как он их уложил? На паладинов ни одно заклинание не действует. Невероятно.

У меня за спиной какое-то движение. Оп-па! Какая краля!!! Варга вышла из палатки. С ума сойти, какая же она красивая!!!

– Добрый день, господа! – поздоровалась она с моими напарниками.

Интересно было наблюдать за реакцией дружков. Рты открыты в изумлении, глаза навыкате. Жак так вообще понять ничего не может. Его девушка на ночь, превратилась в ослепительную принцессу. Шок!!!

Ну, мне пора, дальше они сами разберутся.

– До свидания, миледи. Повторюсь ещё раз, вы прекрасны.

Она спокойно улыбнулась мне в ответ, и одними губами прошептала, глядя мне в глаза.

– Спасибо!!!

Я поклонился и зашёл в палатку.

А я забыл её попросить об одном одолжении, надо было через неё письмо моим гвардейцам передать. Интересно, как они там? Девушка – совершенство. Видно, в этих Варгах и правда что-то есть такое от богов. Потому что они божественно красивы.

Не распространяясь дальше на эту тему, принялся снова перебирать вещи, доставшиеся от паладинов. Хэрн не заставил себя долго ждать. Пришёл насупившийся, как сурок. Молчит, демонстративно, не разговаривает. Опять у него на душе одна и та же тема. Омоложение.

– Я не буду к тебе применять плетения эльфов, пока наверняка не узнаю, какие у них побочные эффекты. Мы не знаем, как будет действовать плетение в будущем на тех, к кому я уже применил заклинание. Думаю, цикл один – другой, для тебя особой роли не сыграют. Поэтому, не хочу ничего слышать от тебя на этот счёт. Всему своё время. Понял?– строго спросил я.

– Ага! Ну и следил бы за мной?! В чём проблема? – обиженно спросил Хэрн.

– Проблема в возможном фатальном исходе. И он очень вероятен. Поэтому, прошу тебя, не торопи. Время придёт, всё сделаем в лучшем виде. А теперь, давай быстренько, что у нас по делам? И я попрошу тебя сходить к девушке, которая недавно вышла из нашего шатра, нужно попросить её передать письмо нашим гвардейцам в Ергонии. Они, наверняка в столице, и девушка наша, наверное, тоже туда отправляется. А теперь, что у вас, я слушаю.

Хэрн подробно рассказал, какое имущество, и оружие уже приобретено у ергонцев. Те сбывают всё за полцены, а иногда и того меньше. Лошадей выкупили уже двести десять голов, оружия столько взяли, что можно ещё столько же народу вооружить сколько у нас сейчас в наличии. В остальном, без изменений, ждём ухода ергонцев.

На обед собрались в гости к капитану гвардии. На всей территории лагеря суета и сборы. Капитан расположился в просторном шатре-палатке с двумя выходами и даже со стеклянными окнами. Внутри палатки стол, пять раскладных кресел, увидев которые я вспомнил подарок герцога, а Хэрн и вовсе скис, помню, какая бойня шла между ним и Мартином по поводу брать его собой или нет. В углу походная раскладная кровать. Умывальник и сложенные в одну кучу мешки. Что в них не знаю, но коль они хранятся в палатке капитана, значит что-то ценное.

Капитан при нашем появлении встал и, поприветствовав нас, пригласил садиться к столу. На столе расположились различные блюда, бутыли и сервировочная посуда. Судя по количеству еды и бутылок с вином, никто сегодня уезжать, не собирается. Но как оказалось, всё это изобилие рассчитано не только на нас, в палатку вскоре вошли и остальные командиры отрядов, Варга, помолодевшая, ослепительно красивая дама, и пришибленный её присутствием высокий крепкий мужчина, как оказалось какой-то маркиз, командир отдельного отряда лордов герцогства. Я имена плохо запоминаю. И как его зовут не запомнил. Хэрн при его появлении сильно насупился и я почувствовал, что у канна отчего-то сильно испортилось настроение. На мой вопрос, что случилось, Хэрн ответил – "показалось" и дальше молчок.

Обед начался немного скованно, но под действием вина все расслабились, и даже давящая красота Варги уже не так сковывала сотрапезников.

Граф сразу предупредил, что времени мало и после обеда его колонна уйдёт по дороге в сторону герцогства. Хэрн ненавязчиво уточнил маршрут, и узнав, что капитан планирует вернуться прежним маршрутом предложил его изменить и вернуться домой через территорию, подконтрольную бобику, быстрее, и дорога короче и лучше. Они долго дискутировали на тему целесообразности изменения маршрута, затронув возможность застрять на границе между бродами на долгое время. И Хэрн шёпотом, чтобы никто не слышал, уверил графа, что если он передаст от него привет хозяину постамента, то у него больше никогда не будет проблем с переходом. А если он, оставшись один на ночь проведёт ее, рассказывая хозяину о своих приключениях, не забыв рассказать и о нас, захватив с собой побольше жареного мяса и вина, то узнает много нового. Короче, Хэрн графа сильно заинтриговал.

Мартин, в свою очередь, попросил передать письмо герцогу, сказав, что ничего предосудительного в нём нет. Я же, воспользовавшись тем, что большинство народа были заняты разговорами друг с другом и тем, что Варга сама ко мне подсела, попросил её передать письмо посланцам Императора, если они ещё будут находиться в столице. На такую просьбу баронесса, подумав, ответила согласием, напомнив мне о моём обещании посетить Ергонию. Я же подтвердил своё обещание, определив срок посещения сроком годности подорожной, выписанной капитаном гвардии. Меня обозвали обманщиком и предупредили, что если мы не приедем в течение трёх лет, на нас сильно обидятся. Я, улыбнувшись, заверил мисс совершенство, назвав ее так, просто очаровал, что постараюсь не накликать на себя такое несчастье, как обида красивейшей из женщин. И получив поцелуй в щеку, чем вызвал полный ступор у всех присутствующих, был отпущен из этих сильных цепких ручек. Вот так и закончились наши посиделки. Письма переданы. Весь хабар у лордов выкуплен, на что ушло чуть меньше половины выигрыша. Разведчики, следившие за караваном, вернулись и ергонцы под предводительством своего капитана, двинулись со стоянки в обратный путь. Прошло немного времени и на площадке между холмами мы остались одни.

Ну, одни, это утрированно. На соседнем склоне, вокруг нашей палатки, что оказалась центром лагеря, расположились почти сто восемьдесят человек и почти человек. Костров не видно. Всего один разожжен на весь воинский стан. Люди двигаются, как заторможенные, ко всему безразличные, бродят как зомби. Это действия ошейников, делающих из неподготовленных людей "овощи". Правда, очень послушные овощи, вон Ферро их пасёт, как стадо баранов.

К нам приблизился Жак. Осунувшийся и весь какой-то потерянный. Понятно, теперь по Варге тоскует, как совсем недавно по дочери купца.

Я оглядел всех. Пора брать бразды правления в свои руки, а то с такой раскачкой мы и через месяц отсюда не выедем.

– Господа! – обратился я к собравшимся – времени в обрез, а сделать необходимо многое. Поэтому, Мартин с господином баронетом прямо сейчас, нигде не задерживаясь, и ни на что не отвлекаясь, убывают к месту стоянки каравана. Задача: убедить герцога задержаться на несколько дней, необходимых для лечения лошадей и принятия клятвы у бывших рабов. Если герцог не согласится задержаться, то попросить оставить излишки лошадей, провизии и оружия. У купцов купить лишние повозки. Они нам понадобятся завтра. Я думаю, что в лошадях нам не откажут, хотя бы для повозок. На остальное не напирать. При любом раскладе, вы должны прибыть обратно не позднее завтрашнего утра. Нам необходимо решить вопрос с продовольствием. У меня есть кое-какие соображения на этот счет, но надо знать результат переговоров с герцогом. Мартин, задача ясна?

– Да, Ваша светлость! – с поклоном произнёс братишка. Нет, ну точно редиска! Опять за своё! Ну, мы с ним на эту тему потом поговорим. Я покачал головой и обратил свой взор на баронета.

– Ваша милость, как вы себя чувствуете? Вы неважно выглядите! Может, останетесь здесь? А к герцогу съездит вместо вас Хэрн?!

Жак встрепенулся, огляделся, побледнел

– Нет, что вы, Ваша светлость. Я готов! А хандра,..хандра пройдёт. – твёрдо произнёс Жак.

Я посмотрел в его грустные глаза, решая, стоит ему говорить о его Варге, или нет, решив, что стоит, произнёс:

– Боюсь, уважаемый баронет, ваша хандра уже никогда не пройдёт. Вы скоро станете отцом. И, могу надеяться, что не одного ребёнка. Поэтому, давайте делать, что должно, а там будь что будет. Я думаю, что со своей наречённой у вас ещё будет шанс встретиться и объясниться. Обещаю вам это!

– Благодарю, Ваша светлость! – с чувством ответил Жак. Настроение его взлетело до небес.

– В дороге будьте внимательны и аккуратны. Нам не нужны лишние проблемы. Езжайте, время дорого!

Двое неразлучных, вскочили на лошадей и с громкими гиканьями пустили их в галоп, в сторону ушедшего каравана. Не, и правда, ведут себя как дети! Но, пора и нам заняться делами.

– Хэрн, теперь, что касается нас. Начинать надо бы с рабов. Но, так как Жак уехал, работать не с кем. Придётся…

– Как это не с кем?! – перебил меня Хэрн – Зелёными надо заняться! Они для герцога, как красная тряпка для быка. Порешит он их!

– И что ты предлагаешь? – спросил я Хэрна, желая спровоцировать его на откровенность.

Хэрн, как лиса в басне про сыр, расплылся в предвкушающей улыбке и начал вешать мне лапшу на уши про их тяжёлую жизнь, невозможность оставить ребят без присмотра, так как их сразу поработят. Крохи правды в его словах, конечно, были, но то, что он ведёт хитрую игру, становилось понятно.

– Хэрн, говори прямо. Чего ты от меня хочешь? Давай без прикрас, и перестань так завуалировано, меня обманывать. Я слушаю.

Хэрн застыл столбом, до него только дошло, что все его потуги прошли зря. Он сглотнул и, не веря, уставился на меня. Я ждал, первым не начиная нужный ему разговор. Он вздохнул и промолвил:

– Давай сядем, малыш. Разговор долгий и серьёзный.

Мы уселись прямо на землю. В кожаных штанах холода от остывшей земли не чувствовалось. Сорвав травинку, сунул её в рот. Пожуём, послушаем Хэрна.

– Малыш, мы все за тебя очень волнуемся. И не только, потому что наша жизнь связана с твоей. – начал немного волнуясь канн – Просто так выражаемся, чтобы было легче прикрыть наше беспокойство за тебя. Ты постоянно подвергаешь себя опасности, и так как я не могу тебе приказать, или запретить рисковать своей жизнью, ввязываясь в разные ситуации и авантюры, то прикрыть тебя, обеспечив надёжной охранной, просто обязан. И эта охрана сама попала нам в руки, и не воспользоваться такой удачей я не имею права. Орки материка Харм – это не наши местные полуразбойники. Это представители кланов. Все они одного клана, между прочим. Как их повязали тёмные, ума не приложу! Что с помощью магии их упаковали и так понятно, но я знаю, это даже для тёмных не простая задача. И заметь, их нам отдали в придачу к пленным имперцам, как бы заглаживая свою вину перед ними, или чтобы не видеть перед глазами постоянный укор за недостойный поступок. Думаю, что это бывшие игрушки верховного. А вот как они к нему попали, пока остаётся тайной. Мы с ребятами хотим предложить их тебе в охранники. Тем более, только ты можешь вернуть им нормальное восприятие окружающего мира и дать возможность жить дальше нормальной жизнью. Только за это они будут носить тебя на руках, и охранять не за страх, а за совесть. Они очень хороши, как воины, особенно, как разведчики. Их всех готовят с детства, впрочем, как и всех, но отношение к обучению немного другое. У них нерадивых не журят и не наказывают, просто после третьего предупреждения их съедают. И поверь, очень немногим нерадивым ученикам удалось сбежать. Вот, даю слово, эта братия кого-то вылавливает из бегунков, который на родине чего-то такого натворил, что за ним боевую звезду отправили. И они очень сильные бойцы. Не гвардейцы Императора, конечно, как мечники, но если собрать все их умения, они имперцев в бараний рог свернут. Эти орки индивидуалисты, универсалы. Умеют всё, и при этом каждым видом оружия владеют на уровне мастера. Из них выйдут отличные учителя. Я, например, на копьях их всех положу, а вот уже в метании ножей они меня, как котёнка разделают. И так по всем остальным дисциплинам. И если я окажусь прав, и они, и правда, окажутся членами боевой звезды, то и вовсе их мастерство будет запредельным, ибо в боевые отряды, действующие в отрыве от основных сил на территории врага, отбирают самых лучших, а командиром у них должен быть и вовсе монстр, причём обязательно шаман, или ученик шамана. Не удивляйся, у орков так, орк может быть очень старым, а будет всё ещё числиться учеником шамана. Эта пятёрка – прекрасное приобретение. Я не предлагаю тебе их превратить в своих рабов. Помоги им, а они в благодарность помогут нам добраться до макров. Нам ещё долго придётся путешествовать и опасностей будет масса. Поверь, малыш, они лишними не будут, и наше недавнее приключение с участием верховного мага ордена Ергонии и его приспешников, не самое страшное из всего того, с чем нам придётся столкнуться в пути. Помоги им и они помогут нам! По-моему, всё честно. Захотят потом остаться, гнать не будем, а уйдут – ничего страшного не случится. Как тебе такой вариант?

Я думал. Хэрн прав. И прав во всём. После разборок с Верховным и его кликой стало ясно, что наше путешествие – рулетка. И к непредвиденным трудностям надо быть готовым. А орки? Отработают и уйдут. Всё-таки за то, что мы для них сделаем, они должны отработать.

– В принципе, поддерживаю, но предупреждаю сразу. Заставлять насильно их нам помогать, не буду. Посчитают возможным остаться с нами – останутся, нет – значит не судьба.

Хэрн хмыкнул. Усмехнулся и поворчал:

– Вот скажи, откуда в тебе столько, совсем не детской рассудительности? Молчишь! Или опять про караван расскажешь? Ладно, может ты и прав. Нам ни к чему охранники, которые только и мечтают о том, чтобы покинуть охраняемого. Будем подбирать тех, которые изъявят желание сами. Начинаем?

Я встал, потянулся. Всё-таки сегодняшнюю ночь нельзя назвать спокойной, так что я не выспался.

– Да! – я вздохнул. Работать не хотелось, но и тянуть с решением проблем опасно. В любой момент ситуация может выйти из под контроля. – Давай пятёрку в палатку. Я только там немного приберусь.

А они, и правда, зелённые! Я с интересом рассматривал стоящую передо мной гору мяса. Причём, зелёного мяса. Мощные ребята эти орки. Мартин рядом с ними будет выглядеть, как ребёнок. Руки какие-то непропорциональные туловищу – длинные, мощные, перетянутые тугими жгутами мышц. А вот ноги слегка подкачали, ну не длинноногие красавицы-манекенщицы, конечно, ноги толстые, как короткие бревна, но выглядят мощно, а ступни здоровые и слегка расплющенные, словно по ним катком асфальтовым проехали. В общем, стоят на земле орки очень основательно. Не хотел бы я с ними столкнуться в рукопашной. Налицо вылитые Коли Валуевы. Но ничего, симпатичные, только слегка их портили выступающие из нижней мощной челюсти клыки. Нос большой, картошкой, немного приплюснутый, ноздри мощные, как пулемётные амбразуры. Все ростом больше двух метров, а разлёт плеч, и вовсе я боялся даже определить, но в размахе плеч они всё-таки слегка уступали гному, отцу Ферро.

Этого представителя я не зря выделил из общего строя, что сейчас продолжал стоять перед входом в палатку. Я определил его потому, что во время осмотра просмотрел навыки кандидатов в охранники. Он единственный из них был магом, во всяком случае, его навыки говорили об этом. Если боевые, а также базовые и сопутствующие навыки, типа навыка лидерства, нападения, сопротивления и других у него были минимум пятнадцатого-шестнадцатого холла, то навыки по магическим дисциплинам им сильно уступали. Пятый шестой и это край. Этот орк и по возрасту самый старший, а по навыкам и подавно, а если их группа – это боевая звезда, то на должность командира он первая кандидатура.

– Хэрн, усади его на пол. Свяжи руки, и ноги, чтобы он не мог дёргаться. Сам выдел, что происходит в первый момент, когда снимают ошейник. Готов? Начинаем!

Хэрн одним движением снял с орка ошейник. Тот откинулся на спину и лежал в таком состоянии, наверное, с полчаса, пока не начал приходить в себя. А опытный, гад. Пришёл в чувство уже давно, а сейчас незаметно осматривается, анализирует и прикидывает, с чем столкнулся. Я и не понял сначала ничего, просто пока ждал, решил проверить его физическое состояние и применил плетение диагностики, как раз в тот момент, когда он стал приходить в себя. Вот на разности происходивших процессов в теле, видимых в цветовой гамме, и понял, что он хитрит и уже проснулся.

– Хэрн – мысленно обратился к другу – пациент проснулся уже давно, но не хочет нас об этом информировать. Поэтому, возьми багер и будь готов ко всему. Я иду на риск, подсяду поближе и попробую поговорить. Тебя он явно опасается, решив правильно, что ты маг, а вот меня причислил или в рабы или в слуги. Я пошёл. Внимание!!!

Я, прихватив с собой подушку, подошёл к лежащему телу и уселся рядом с орком.

– Ну, здравствуй, уважаемый! Поговорим? Просыпайся, ты уже всё осмотрел вокруг, вот только об увиденном и услышанном неправильные выводы сделал.

Орк не отвечал. Я усмехнулся – настырный попался. На своём стоит, ну спит – значит спит.

– Раз хочешь полежать – лежи и заодно слушай, что я тебе буду говорить. Хэрн подай ещё подушку, я полежать хочу. Спасибо.

Улёгся на бок лицом к орку руку под голову и продолжил.

– Итак, обрисую ситуацию, как вижу её я. – я прокашлялся и продолжил – вы боевая группа или как ещё называют вас – боевая звезда, твои ребята, кстати, все живы, пока, и находятся рядом. Я не знаю, зачем вас направили на соседний материк, с какой целью, но то, что вы её не выполнили, это точно. Как вы попали в плен к тёмным, не знаю, и даже не буду строить предположения, но, что это дело рук верховного мага Ергонии, точно. – Орк дёрнулся всем телом и попытался рывком сесть, но со связанными руками это сделать довольно проблематично.

– Хэрн, помоги нашему гостю сесть – обратился я к канну.

Орк, с помощью Хэрна принял вертикальное положение и упёр в меня тяжёлый взгляд.

– Добрый день! – снова поздоровался я. Вежливость никогда не бывает лишней. – Меня зовут Гури, но все зовут меня просто малыш.

– Зачем меня связали? – глухо прорычал орк.

– Глупый вопрос, уважаемый. – я усмехнулся. – мы не знаем, сколько времени на вашей шее болталось это украшение – и я вытащил из кармана ошейник и показал ему его, отчего он ощутимо поморщился. – Узнаёшь? Вот, а после него и не такие с ума сходили. И мне бы не хотелось начинать наше знакомство с применения боевых плетений. Я вас попрошу быть очень аккуратным. При малейшем подозрении, что ты хочешь применить магию или другим способом причинить нам вред, погибнешь, а следом погибнут и твои друзья. Понятно изъясняю?

– Да – коротко ответил орк.

– Тёмные, мало того, что украсили ваши шеи браслетами, так ещё и провели обряд принятия клятвы на крови. К вам дополнительно применили и какое-то плетение тёмной магии, дающие полную власть над вами, когда на вас надеты ошейники. Оно действует и тогда когда ошейник снят. Это воспринимается носителем, как ломка у наркомана. – Орк уставился на меня в недоумении. Забыл совсем, что в этом мире таких понятий, как наркоманы, нет. Наркотики есть, а наркоманами тех, кто их употребляет, не называют. – Не важно, как это называется, но теперь вы никогда не сможете жить без ошейников. Я могу вам помочь. Нет, не снять клятву и это плетение. Я могу попытаться установить на вас заклинание ещё большей силы, действие которого будет приоритетным. То есть, главным. Клянусь дать вам максимальную свободу в решениях и действиях. По клятве вы будете моими рабами, а по факту – свободными людьми. Или нелюдями, не важно, важно, что свободными! Есть несколько неприятных факторов в таком решении, но они лучше всё-таки того состояния, в котором находитесь вы сейчас. Теперь плюшки – я обещаю отпустить вас после того, как решу, что не нуждаюсь больше в вашей помощи. Честно скажу, я не знаю о тех последствиях, которые последуют после применения моего плетения. Да это риск, и риск именно для вас. Но повторюсь, то, что я предлагаю вам, никто не может сделать, кроме меня. Вам никто теперь не сможет помочь.

– Если я откажусь? – упрямо спросил орк.

– Что же, это будет твоим решением, обдуманным и взвешенным. А чтобы тебе думалось лучше, сделаем следующее. Хэрн, верни ошейник нашему гостю. – Хэрн быстро ловким движением нацепил ошейник на бычью шею громилы. – Теперь выводи их, всю пятёрку, подальше от палатки. Свяжи хорошенько, чтобы дёрнуться не могли, уложи всех рядом на землю, но так, чтобы они друг другу не могли верёвки перегрызть, и сними с них ошейники. Пусть придут в себя и пообщаются. Им, я думаю, будет о чём поговорить. Сам послушай, может, разберёшь что-нибудь. За ночь они таких пыток натерпятся из-за того, что ошейники не надеты, а утром разговор с ними пойдёт намного лучше. Они не верят нам. Не забудь их ошейники кинуть им перед носом, чтобы лёжа они их видели. А Ферро скажи, пусть лошадей заводит, займёмся ими, пока потенциальные помощники наркотическую ломку не прочувствуют и не поумнеют. Давай!

Дальше, до глубокой ночи занимался лечением лошадей. Словно добрый доктор Айболит, осматривал этих полуразумных животных, тратил личные физические силы, получая взамен массу положительных эмоций, энергию, манну и магические силы. Но физически к концу врачебного приёма вымотался основательно. Меня шатало и внимательный Ферро, Хэрн в это время дежурил возле орков, пытаясь разобрать, о чём они разговаривали, накормил меня восхитительным очень поздним ужином, и я улёгся спать, мгновенно провалившись в сон, едва голова коснулась подушки.

Отступление третье

Герцог сидел у тлеющего костра. Наступил вечер, но успокоения он не принёс. Гадкое чувство бессилия переполняло душу, вызывая ярость и омерзение.

– Если бы не караван, если бы не караван!

Во всём произошедшем герцог винил только себя. Расслабился, отдохнув в вольном селе, после стольких дней опасностей и лишений. Всё показалось в розовом цвете, родная земля придала сил и успокоила душу. Поэтому и вёл он караван, как по центральным районам Империи, без разведки и охранения, радуясь большому количеству вооружённых всадников в его распоряжении. И поймали их в коробочку классически, как по учебнику. Его не остановило бы подавляющее преимущество противника в живой силе и его выигрышное тактическое положение – атаковал бы. Он и из худших ситуаций выходил победителем, но караван и большое количество женщин и детей с ним в качестве беженцев, не дали ему того простора в принятии решения. Одно радовало, противником оказались ергонцы, а у них честь в крови, на слабых не нападают. Поэтому и шёл он на переговоры спокойно. Раз в первый момент не атаковали, то и ждать их атаку в дальнейшем смысла не было. Он, как всегда, оказался прав. Единственно, его очень удивило поведение этого странного наёмника. Как он нагло себя вёл, герцог, глядя на происходящее со стороны, восхищался наглостью и смелыми речами Мартина, и даже граф, капитан гвардии Ергонии не зря пришёл на помощь своим подчинённым, отчего-то оторопевшим. А потом верховный маг, диким криком орущий в сторону наёмника. Он-то откуда его знает? Вопрос! А как капитан вступился за Мартина, а потом, внешне спокойный, отдал его на растерзание Верховному? Герцог сразу понял, что у них всё же за освобождение возьмут жертву и этой жертвой был назначен Мартин. Герцог согласился, а как он мог не согласиться, когда ему на блюдечке преподносят возможность уйти красиво. Пусть уход и выглядит бегством, но это лучше бойни, в которой победителей не будет. Он ушел, уведя с собой караван, он спас людей, но почему у него на душе так пакостно?! Жизнь одних разменял на жизнь других. И спутники Мартина не бросили своего товарища. Герцог об этом узнал только тогда, когда караван отъехал от места засады на очень приличное расстояние, практически добравшись до места стоянки. К нему обратился его лейтенант, что находился всё время в авангарде – пришлось выделить после засады. Совершать одну и ту же ошибку он не собирался. Лейтенант поставил его в известность, что возвращается к своему другу Мартину и не просит на то согласия герцога, он для себя всё решил. Спокойно поклонился и, не слушая никаких убеждений со стороны старших товарищей, вскочил на коня и был таков. Вот ещё одна жизнь легла платой за его, командира гвардейцев, недальновидные решения и ошибки. От воспоминаний на душе становилось ещё паскудней.

Глубокий вздох, знак рукой ординарцу и вот перед ним очередной кубок местного вина. Хорошие вино делают местные виноделы, только и оно не даёт успокоения его душе.

О-о! Какое-то движение рядом с костром. Гости! Племянница наведалась. Всё путешествие, с момента их встречи, вела себя, как с незнакомым, а тут, на тебе, нагрянула. Сейчас и она ещё начнёт кровь пить, мало ему своего червяка, что так больно ковыряет душу – совести.

– Даночка, садись родная. Вино будешь? – произнёс герцог, давая знак рукой ординарцу, отойти подальше от их костра и им же предупредил, чтобы не подслушивал и охранял.

– Здравствуй, дядя. Что случилось, ты тоскуешь? – тихо спросила баронесса.

– Я и тоскую, что-то выпить захотелось, развеяться. А ты чего не спишь? Завтра день трудный, переход длинный, и дойти до очередной стоянки надо обязательно за световой день. Ночевать или двигаться по гиблым землям ночью, очень опасно. Ой! Да кому я всё это рассказываю?! Как поживает секретная служба? Чего это твой шеф так рискует своим лучшим агентом, не обеспечив ему прикрытие?

Дана улыбнулась, прекрасно зная взаимную любовь друг к другу, в прошлом товарищей не разлей вода, дядю и своего шефа.

– Так получилось, что пришлось срочно уносить ноги из Ергонии. Варги чуть не прищучили. Отбиться получилось, только ценой сопровождающих. Я, как сегодня Варг увидела, то с жизнью попрощалась. Сам знаешь, они убийц своих сородичей не прощают.

– А ты что, много их положила?

– Не знаю, но ударила артефактом солидно, дом снесло. Но они очень живучи, может и выжили. Я не проверяла, бежала, так, что только пятки сверкали. – со вздохом проговорила девушка.

– Мне очень понравилось, когда ты плакала перед наёмником. Очень убедительно получилось. Очень! – усмехнулся герцог – от чего к нему такое внимание? А?

– Влюбилась, не видно, что ли?! – обиженно прошептала Дана.

– Ага! Влюбилась, значит! А по вечерам, не ты ли ему в кубок алезию подсыпаешь?

Дана смутилась. Как мог он это узнать? Как? Хотя, это ведь дядя, что, не смотря на немилость её отца, остаётся одной из самых одиозных фигур Империи. С его-то опытом и не просчитать её?! Хотя, вот он, как раз её, и не просчитал…

– Совсем немного, чтобы не болел, – улыбнулась герцогу девушка своей ослепительной улыбкой.

Герцог молчал, внимательно её рассматривая. И вдруг выдал такое, что Дана вздрогнула от неожиданности.

– Он так хорош? Ведь ты рядом с ним, и прям, сама не своя!

– Я? – прошептала обманщица.

– Племяшка, кто перед тобой? Правильно, я! А ты слышала, чтобы меня кто-нибудь, когда-нибудь, смог обмануть? Вот и давай, рассказывай начистоту, и я тоже отвечу на твои вопросы честно. Обещаю!

Дана, опустила взгляд на свои руки, что во время разговора теребили полы камзола. Она любила наряжаться в мужскую одежду, особенно, когда не нужно было строить из себя плаксу-недотрогу. Вот и теперь, в таком путешествии, в брючном охотничьем костюме чувствовала себя прекрасно.

– Налей и мне немного вина, дядя. – тихо сказала Дана.

Герцог с удовольствием лично ухаживал за девушкой, налив ей в кубок вина и предложив, в качестве закуски, на тарелке мясную нарезку из разных видов мяса, копченного и варёного.

– Ты, дядя, не находишь, что троица эта, я не считаю сына гнома, очень странная? Не простые они наёмники. Я молчу про их ребёнка, ученика мага. А Мартин! На него не действуют никакие привороты и заговоры, а о чём это говорит, надеюсь объяснять тебе не надо?

– Древняя кровь! – покачав головой, усмехнулся герцог. – не ожида-ал! И, к какой ветви относится, не определила?

– Нет, не всё до конца ясно. Такое ощущение, когда его пытаешься просматривать, словно он с тобой играется, как с ребёнком. Учитывая, чья я дочь, могу сказать одно – или из семей Императора Ван или, не дайте боги, герцога Ергонии. При этом, они все нечитаемые абсолютно, а пацан… – тут Дана замолчала.

Герцог, так и не дождавшись продолжения, в недоумении спросил:

– Что там опять этот пацан?

Дана вздохнула.

– Мне, конечно, немного стыдно, но он меня вышвырнул из своего сознания, как нашкодившего котёнка. Представляешь! Меня, дипломированного мага, почти магистра и так лицом об стол… очень страшно было, а если бы атаковал? Я не смогла бы закрыться, да и закрытая смогла бы ему противостоять? И чувствуется, что он не обученный, и действовал только силой, на эмоциях. А если его обучить? Боюсь даже подумать, что он станет делать с магами!

Герцог ошарашено молчал. Если верно всё, что наговорила племянница, то пацана надо брать немедленно, и промедление смерти подобно. В чьи руки попадёт это оружие тот и на коне, в конце концов, окажется. Но с другой стороны, если своими действиями его настроить против себя, можно получить страшного врага. И что делать? Барон говорил о ненавязчивой помощи этой троице. Предлагал расположить их к себе. Он видел, какие они в деле и совсем не горит желанием иметь в недругах таких бестий. Очень чревато! А что опасно для него, то опасно и для Империи. А он, герцог, уже и так неосторожным решением, поставил всю их группу себе в противники, объявив пацана призом. Ой, как же нехорошо, получилось. Как нехорошо!

– И что ты сама думаешь по этому поводу? Может, ликвидировать их?

Дана усмехнулась.

– А что ты сделал, не так давно, только чужими руками. А?

Герцог насупился. Разговор переставал быть приятным.

– А, что бы ты сделала на моём месте, когда на кону стоит одна жизнь против пятисот? Как бы ты поступила? Скажи, и правда, интересно?

Дана испугалась. Прикусила губу и большими глазами смотрела на родственника. Она его таким никогда раньше не видела, слышала о том, что о нём говорили, но не верила. А говорили о дяде страшные вещи, что когда он злой, так действует, а главное выглядит, как демон. Вот и теперь, перед ней сидел седой злой монстр, в глазах которого плескалась ярость.

– Дядя, успокойся, я не хотела тебя обидеть. Я не права и говорит во мне только горечь утраты. Прости меня, пожалуйста!

Герцог на глазах превращался обратно в человека.

– Это ты меня, племяшка, извини. Вспылил что-то. События последних дней не располагают к укреплению нервов. Но ты так и не ответила на мой вопрос.

Дана задумалась.

– Ты по поводу их возможной ликвидации, если это не получится у ергонцев во главе с их верховным магом? Думаю, что не стоит этого делать. А вот как их приручить, я, честно скажу, не знаю. По крайней мере, они себя по отношению к Империи пока враждебно не проявляют. А дружба твоего зама и наёмника является хорошим заделом укрепления связей и с Империей. Глупо было бы отталкивать от себя разумных с такими способностями. Но как их контролировать – это вопрос.

Дана замолчала. Не нарушал возникшей тишины и герцог. Лагерь засыпал. Ещё слышались всхрапы лошадей, недалеко сержант распекал кого-то из караванщиков, опускалась ночь, на небе появились светящиеся шляпки гвоздиков. Завтра тяжёлый день. Проклятые земли не то место, где можно расслабляться. А дойти до очередной стоянки жизненно необходимо за световой день, иначе…

– Господин капитан! – неожиданно раздался окрик ординарца. Герцог вздрогнул, что опять случилось?

– Чего тебе, Георг?

– Письмо, Ваша светлость. Разведчики ергонцев передали. Сказали вручить лично в руки.

Интересно! Герцог перевёл взгляд на испуганно-удивлённое лицо племянницы. А вот ей пока не стоит ничего знать о том, что написано в письме. Её шеф и так из её уст многое узнает, а привлечение к игре комбинатора такого масштаба может привести к страшным последствиям. А то, что девочка по уши втрескалась в представителя древней крови и так понятно. И её привлечение к возможным комбинациям по приручению этой компании очень возможно.

– Дана, иди спать, если что интересное узнаю завтра расскажу. Хорошо? Иди, отдыхай!

Дана таким взглядом прошлась по родственнику, что тому срочно захотелось надеть доспех. Ух, ну и характером боги наградили. Не зря наёмник от неё бегает, как кошка от собаки, чувствует, к чему их отношения могут завести. Но у неё хватка мамина, а та своего не упустит, если закусила, то всё – пиши пропало, не вырвешься из цепких лапок. Но ни слова против, молча, поднялась, молча, поклонилась, официальным голосом, как на приёме, пожелала спокойной ночи и растворилась в темноте. А письмо всё-таки читать буду один, она и ординарца считает, не дорого возьмёт, а главное, что и совесть за такие поступки её мучить не будет.

Ординарец подал конверт и с любопытством уставился на герцога.

Тот хмыкнул. Опять ставки делали. Всем интересно, чем всё закончилось. Многие его подчинённые предлагали нанести удар по ергонцам, но герцог понимал, капитан гвардии с командиром Варг ему такой возможности не предоставят, да и не хотел он пачкать своё имя недостойным поступком. Потому и отдыхали его люди сегодня ночью, все одетые и при оружии, не снимая даже сапог. Так, на всякий случай!

– Сготовь мне чаю, и перекусить накидай, проголодался что-то после разговора с баронессой.

Ординарец поклонился и с явной неохотой отошёл от герцога, готовить поздний ужин.

Герцог быстро вскрыл конверт. На листке бумаги три слова и подпись. И всё, не густо! Но и от этих слов радость теплом разлилась по груди. Жив и это главное. Пояснений никаких. Все живы или только он? Что можно понять из написанного?

– Жив! Приеду завтра! Жак.

Что ж, теперь можно и на боковую, и совесть, наконец, замолчала. Ну, что он мог сделать? Что?

Глава 5

– Малыш, очнись! Малы-ыш!!! – тряс меня кто-то за плечо. Вокруг темнота, хоть глаз выколи и спросонья ничего не мог понять. По голосу, вроде Ферро. Я окончательно проснулся и тихо спросил:

– Гном, что случилось?

– Тебе это надо видеть. Я сам понять ничего не могу. Пленные, которым первыми сняли вчера ошейники, кажется, умирают. Уже и руки из суставов вывернули и кричат страшно. Я ведь им вчера верёвками рот завязал, так они их уже почти полностью перегрызли, представляешь. И вид у них ужасный. Я думаю, они в каких-нибудь монстров превращаются, они же у тёмных в плену были, а те на такое мастера, мне об этом мама говорила.

Раз ничего угрожающего нам со слов Ферро не грозит, создал светлячок. Отлично, вот и освещение появилось. Вид у Ферро испуганный и какой-то немного потерянный. Никогда столько страданий не видел? Может быть! Его сестрёнка свою боль переносила стоически, не подавая вида, что испытывает жуткую боль. Кремень, а не девушка. А Ферро испугался. Бывает. Да и привыкнет. Вспоминаю, как его трясло перед боем с ергонцами, и как он себя вёл во время боя, спокойно расстреливая из своего здоровенного арбалета несостоявшихся магов. Кстати, после попадания его болтов выжил только Верховный, остальные погибли, правда, потом и он погиб, но уже не от болтов.

Насчёт этих несчастных, я честно скажу – я забыл. Из головы вылетело, что уже есть четверо лишившихся своих ошейников и которым прививку не сделали в виде усиленной клятвы на крови. Придётся, сейчас делать, посмотрим, что из этого получится.

– Хэрн, как у тебя дела? – послал я мысленный посыл в пространство.

– А ты чего не спишь? – пришёл молниеносный ответ от канна.

– Да вот, Ферро поднял. Не дал досмотреть сны!

– Ты же жаловался, что они тебе не снятся? И что там у вас случилось? Помощь нужна?

– Пока не знаю. Но со слов Ферро, у наших пленников с которых ты снял для меня браслеты, ломка от тёмного заклятия, выворачивает их тела на изнанку. Естественно, они орут громко, вот и испугали впечатлительного гнома.

– Боги! До чего же ты спокойно об этом рассказываешь. Понадоблюсь, зови. У меня для тебя есть новости. Пациенты тоже в последнее время начали испытывать дискомфорт и беспокойство. Видно, начинается обещанная тобой ломка. Честно сказать, я тебе не очень и верил. Но давай, разбирайся. Понадоблюсь, зови!

Светляк следовал над нами всю дорогу, как на веревочке привязанный, до самого места, где лежали наши первые подопытные из числа пленников.

Да-а!!! Вот ведь, как бывает! Не знаю, успели мы или нет. Но жертвы уже только хрипели или сипели. И лишь по взглядам, бросаемым ими на нас, становилось понятно, они живы и находятся в сознании. Действовать необходимо немедленно, иначе у нас окажется на четверых воинов меньше. Итак, придётся их лечить. Ну что же, будь что будет!

– Ферро, быстро развяжи их, и в первую очередь, убери верёвки изо рта. – сказал я нашему гному, а потом уже обратился к лежащим извивающимся телам. – Господа! Прошу вашего внимания! Я могу снять с вас болевые ощущения, и вернуть вас к жизни, единственно, вам придётся дать мне клятву на крови. Обещаю по возможности предоставить вам максимум свободы. Кто согласен и душой захочет избавления от боли и вернуться к нормальной жизни – даст клятву. Кто не станет этого делать, просто погибнет, ему я уже помочь ничем не смогу. А если меня все поняли, начнём.

– Хэрн, беги ко мне – приказал я. – нужна твоя помощь!

Несколько мгновений, и к месту рандеву примчался запыхавшийся канн, с обнажённым багером наперевес.

– Что у вас здесь происходит? – прокричал возбуждённый канн.

– Не сейчас. Быстро раздевайся и поворачивайся ко мне левым боком. Придётся, эту четвёрку закреплять за тобой. Без вариантов. Быстрее, не видишь, они погибают!

Составлять новый регламент поведения своим рабам не стал, просто не успевал, не было времени. Оставил всё также, как и в случае с гвардейцами Императора. Мыслеречь, причём между всеми, система самоликвидации, заложил максимум преданности и личной инициативы. Чувство долга, порядочность и амбиции оставил на высоком уровне. Командиром у них будет Хэрн.

Счастливым ножиком принялся на плече ближнего пленного рисовать руну плетения подчинения. Дело шло побыстрее, чем в прошлый раз, руну подчинения я смог установить довольно быстро, используя манну из "камня Душ", плетения щита и атаки школы магии порядка устанавливать не стал, слишком сложно, боюсь не потяну. Голова бобика в виде татуировки получилась отличная! Пёс, как живой, мне даже почудилось, что изображение мне подмигнуло левым глазом. Теперь самое ответственное и впервые проводимое мной. Копирование! Да-да именно копирование, а по-другому как? Я столько людей буду прививать и если по одному, то точно месяц уйдёт на всё про всё.

Умаялся я по полной, к концу операции еле на ногах стоял. После детальной проверки установленных плетений активировал их все разом.

Прогресс! Я не потерял сознания, как в прошлый раз, единственно, удар боли я успел заблокировать, а вот Хэрну не повезло, и его дикие крики ещё долго раздавались по всей нашей стоянке, в унисон с хрипами пленных, эхом мечась между холмами.

Меня раскачивало от усталости, и, наказав Ферро уложить потерявшего сознание Хэрна возле палатки, самому идти караулить орков, отправился спать. На результат моей ночной работы посмотрим завтра. Бай-бай!!!

Отступление четвёртое

Жак пребывал в приподнятом настроении. Какая же она красивая! А как она прощалась! Он ведь шкурой чувствовал, как на него смотрят и лорды и Варги. Эта безумная, повиснув у него на плечах, целовала его долго и страстно и если бы не мысль о Мартине и его ребятах, он бы уехал. Как его тянуло пуститься за ней следом! Но он смог удержаться, смог и потом, когда хвост каравана пропал за поворотом дороги, закрытый холмом, как он жалел, что не поддался порыву. Она его не позвала! После долгого поцелуя так же долго смотрела ему в глаза и с тоской сказала одно лишь слово! Но, какое!

"Прощай!" Не "До свидание", не "До встречи", или просто "Увидимся", нет. Просто, "прощай". И всё!

Как ему было плохо. Но долг перед Родиной и страной помог выйти из одурманенного состояния. И братишка Мартина своими словами вернул его к жизни. У него будут дети! Пусть девочки, но его. А она его дождется, хотя… она стала просто ослепительно красива, а это ведь соблазн!

Мартин, гад, до сих пор строит из себя наёмника! Жак скосил взгляд в сторону. Вот рядом скачет, прижавшись туловищем к шее коня. Ага! Простой наёмник! То баронесса его охмуряет, то Варги, что вчетвером прошлись по нему за ночь, никто не смог вывести его из душевного равновесия. Боюсь даже предположить, кто были его родители. Не иначе, древняя кровь! А это уже семьи Императоров, даже короли не имеют в крови такой примеси. А ведь баронесса – маг, и точно его пыталась покорить с её помощью. Даже его, Жака, краем зацепило, пришлось на Олию внимание перенести. Но женская сила баронессы работала на полную мощность. "У нас бы принцы уже штабелями лежали у её ног после такой атаки. А тут – ничего. Учтивая заинтересованность, смешанная с холодным почтением. Эх, мне такого не дано! Придётся жениться и как можно быстрее. Малыш пообещал встречу с моей Варгой. Посмотрим, как сложится. Надеюсь, ему дан дар предвидения!!!" – думал Жак.

Их остановили перед самой стоянкой. Патруль из трёх всадников из отряда барона. Какими они глазами смотрели на гостей. И слова при этом никак не могли произнести.

Мартин, как всегда невозмутимый, учтиво поклонился сиятельным господам и спросил:

– Господа? смею надеяться, у вас всё хорошо? А то возникает такое чувство, что контролёр пересёк границу проклятых земель и уже успел пообщаться с вами!

– Мартин, дурак, сплюнь! – пришёл в себя один из всадников – ты думаешь, что говоришь на пороге перехода?! Накличешь бед, своим языком, придётся его тебе укорачивать.

– Мишель, мои извинения, но вы стояли все с такими лицами, что нам с баронетом стало не по себе. То ли контролёр недалеко, то ли василиск наведался. Сами посудите, ну что мы должны были подумать о вашем состоянии?

– Ага, сами, как приведения появились из ниоткуда. Мы ведь вас и не ждали, признаться-то. Но, скажем честно, очень рады вашему возвращению. Молодцы, что выжили. На вас даже ставки не сильно принимали. Так, слегонца.

– Надеюсь, господин виконт, вы поставили на меня? – улыбнулся Мартин.

– А как же! Всю сотню золотых, все, что осталось от гуляний в селе и поставил. И, наверное, единственный из всех. Остальное капитан поставил с баронессой, чтобы обеспечить ставки. Вот, кто был уверен, что вы вернётесь. – рассмеялся весёлый малый. Сам большой, как шар, в своём белом накинутом плаще, что скрывал надетые доспехи. – Давай быстрей к капитану. Он сегодня караванщиков погонял плетью, те вздумали возмутиться задержкой каравана. Капитан объявил день отдыха с самого утра, вот некоторые горячие головы и попробовали роптать, недовольные задержкой, на свою голову. Так их первый десяток по приказу герцога по лагерю гонял, протягивая бедолаг кнутами по спинам и другим мягким местам, на виду у всех, и сразу всему остальному составу каравана захотелось отдыхать, почувствовали, как устали.

Когда появились в лагере, то где бы они ни проезжали, наступала полная тишина. Народ, видя ехавших всадников, застывал в недоумении, с распахнутыми до предела от удивления глазами, провожая оживших героев вечерних баек и ставок. Смолкали голоса, звуки, так и ехали они верхом на лошадях, в сопровождении людей барона, в полной тишине.

Их уже ждали. Возле палатки герцога собрались, чуть ли не все дворяне, которые были в составе каравана. Герцог, предупреждённый письмом Жака, был внешне спокоен, а вот остальные…

Среди воинов, ярким контрастным пятном выделялись стоящие чуть в стороне девушки. И к своему удивлению, радости от их прибытия на лице Олии Жак не увидел. Видно, уже успела списать его, баронета, из числа живых. Жаль, ошибся он немного, а ведь искренне она ему нравилась. Но, что не делается, всё к лучшему. Вот и тут также. Он нашёл другую, и она, наверное, тоже. Что поделаешь, это жизнь! Где-то теряешь, а где-то находишь! Но всё-таки червячок разочарования его начал грызть, особенно на фоне неверяще радостно-искренних глаз баронессы, что не отрывала взгляда от Мартина. Везёт же ему, а он как будто и не видит этой радости на лице девушки. Ну, не сволочь? А! И вид напустил на себя, уставший-уставший! Конечно, всю ночь так трудиться, практически на износ!

Взаимные приветствия. Раскланялись с герцогом. Он лицо официальное, вместе с бароном. Барон не в курсе вчерашнего письма, выглядит очень удивлённым и раздосадованным. Ага, видно деньги против них ставил. Хотел заработать, а в итоге…

– Господа, вас прошу в мою палатку. А все остальные – отдыхать. Завтра переход, всем готовиться. – распорядился герцог – Господин барон, вы с нами?

– Разумеется, ваша светлость! – барон последовал за капитаном следом, за ними в резиденцию герцога зашли и Жак с Мартином.

Хм-м! А герцог молодец. Накрытый стол, куча стульев. Неплохо героев встречают.

Не успели рассесться после приглашения герцога отобедать за стол, как опять пришлось вставать. Этикет, мать его.

В палатку, резко откинув полы шторок, вошла баронесса, и не успел герцог и рта открыть для отповеди, как она первая с ним заговорила.

– Дорогой дядюшка, а меня, что, уже на ужин не приглашают? – с улыбкой на устах промурлыкала она.

Дядюшка так и захлопнул рот, удержав в себе всё то, что он на самом деле об этом думает! Родственнице не откажешь, когда она сама изъявила желание отужинать.

И тут герцог усмехнулся, подумав про себя:

– Опять ординарца прочитала как открытую книгу. И не зря здесь всё утро увивалась, накручивая круги, ждала того, кто вчера письмо присылал. Если бы появился ергонец, точно его бы выпотрошила, пусть и поверхностно, но зато незаметно.

И, уже обращаясь к баронессе:

– Конечно, дорогая, я только собирался за тобой послать, как вчера и обещал. – радостно воскликнул он, но видно что слишком радостно, вон барон снова кривится, надо ему как-нибудь о его этой привычке сказать, уж больно она у него каждый раз не вовремя проявляется.

Дану, естественно, не обманули радостная речь и слащавая физиономия дядюшки, но видно это её совсем не волновало. Её взгляд был направлен на Мартина, который, подавив раздосадованный оскал, нацепил на лицо учтивую улыбку и, поклонившись, молча поприветствовал девушку. Жак не отставал от друга, правда его улыбка была искренняя, он и правда был рад появлению баронессы.

– Господа, я поражена всем произошедшим с вами, и в восхищении хочу поздравить вас с тем, что вы всё-таки смогли решить недоразумения с отрядом ергонцев мирно!

Жак с Мартином переглянулись, пожали плечами и, кивнув друг другу, молча уселись за стол. Герцог, увидев эту пантомиму, слегка улыбнулся, решив для себя, как вести дальнейший разговор, выработав линию поведения с высокопоставленным представителем секретной службы Империи.

– Даночка, давай, сперва накормим дорогих гостей, они только с дороги, а все вопросы и поздравления потом. Хорошо?

Деваться некуда и, понимая, что настаивать на общении дальше нетактично, Дана всё-таки согласилась. Ужин прошёл в дружественной, тёплой обстановке. Разговор вёлся герцогом мастерски, говорили обо всём, кроме самого интересного, гости и сами не спешили поведать новости, которые номинальные хозяева так хотели узнать. Учтиво улыбались, смеялись, где положено, шутили сами, но о том, что произошло вчера словом так и не обмолвились. В конце ужина Жак, предваряя чужие вопросы, официально обратился к герцогу.

– Ваша светлость, прошу вас принять нас по делу государственной важности, и выслушать лично, без посторонних, и только потом решить, стоит ли всё от нас услышанное доводить до сведения остальных.

Во как завернул. На лицах сотрапезников удивление, а Дана уже пылает праведным гневом.

Мартину в последние мгновения пришло в голову утаить о лошадях. Ведь скажешь сейчас о раненых животных, а потом появишься со здоровыми и как тогда удержать информацию об их лечении? Нереально! Остаться в тени от власть имущих будет невозможно. Последствия будут катастрофическими.

Герцог демонстративно задумался, а через продолжительную паузу твёрдо произнёс:

– Хорошо! Я вас выслушаю. Барон, останьтесь, вы как-никак мой заместитель и если со мной что-нибудь в дороге случится, сможете передать мою точку зрения на все произошедшие события Императору. А тебя, Даночка, я попрошу покинуть палатку, у нас совещание.

Ах, какие у неё глаза! Так и сверкают, точно сейчас дырки во всех прожжёт. Но, опытная львица. Молча улыбаясь, поднялась, склонилась в поклоне и вышла из шатра.

– Фу-х!! – а это уже Мартин, переводит дух.

Герцог усмехнулся. Не-ет, парень! Она теперь тебя так просто не отпустит. Если отпустит вообще! Вон, даже Жак, на что смелый малый и то выглядит нашкодившим мальчишкой. Но племянница как-то сразу выделила наёмника из всего состава благородных, а ведь тут очень много представителей влиятельных семей Империи. А она именно в этого безродного вцепилась. А так, как она дочка неофициальной жены брата, которая умудрилась получить большее влияние при дворе, чем законная супруга Императора и при этом, что характерно, не испортить с ней отношения (как такое может быть?), то к её выбору нужно отнестись очень внимательно. Дана так не подставлялась никогда и, живя при дворе, чаще выступала в роли редкой сердцеедки, а тут, как кошка липучая… Может, сначала и играла, но сейчас её чувства искрение. Чувствую, эта парочка ещё потрясёт Империю своими выяснениями отношений. Стоит предупредить Императора – зная Дану и отношение к ней брата – опасность нешуточная!

Тем временем, Мартин начал разговор.

– Ваша светлость! Получилось так, что вчера, после того, как к нам присоединился баронет де Маринэ мы приняли бой с верховным магом ордена и его учениками. – герцог с удивлением уставился на наёмника. Мартин тем временем продолжил. – Как и ожидалось, гвардейцы и Варги атаки не поддержали. Нам удалось выстоять и разбить нападавших. Верховный маг Ергонии погиб. – от этих слов глаза герцога полезли на лоб. – нам удалось захватить пленников, которыми оказались молодые маги, за освобождение которых нам предложили выкуп. Но мы потребовали обменять их на пленных наших воинов. Всех на всех. Всего нам отдали сто семьдесят человек, но проблема в том, что все они под действием плетений тёмных. Наш маг согласился попробовать либо снять плетения, либо сделать так, чтобы пленные снова могли сражаться. Вернуть им способность мыслить и жить без ошейников. – Мартин на этом месте остановился и требовательно посмотрел на друга.

Жак обманывать командира не хотел и не договаривать тоже, поэтому разговор и начал Мартин. Дальше уже Жак развивал мысль о создании на базе этого количества бывших пленных соотечественников корпуса обречённых при новой гвардии. В гвардию бывших пленных брать нельзя, а вот дать возможность свою честь отмыть кровью своей и врага – можно. Сам Жак согласен стать командиром обречённых. Но всё будет зависеть от того, удастся ли великому магу каннов вернуть пленным боеспособное состояние, а для этого необходимо время и безопасная территория. Жак просит дать возможность подлечить пленных, а для этого надо задержать караван на несколько дней.

Герцог после такого вывода Жака поморщился, но не перебивал его.

Видя, что идея с задержкой каравана не нашла поддержки у капитана, Жак предложил то, с чем собственно его и посылал малыш. Он попросил оставить на стоянке излишки оружия, амуниции, продуктов, и одежды с обувью. А также выделить несколько телег и лошадей, как верховых для всадников, так и тягловых для телег.

Герцог слушал их молча, не перебивая, ничем не выказывая своего недоверия от услышанного. А вот барон весь разговор просидел с открытым ртом. Непонятно какие чувства он испытывает. Стыд? Восхищение? Досаду или гордость? Сложно определить. Мартин внимательно наблюдал за происходящим в палатке, пытаясь определить и предугадать решение герцога. Ведь чтобы отпустить Жака на должность командира обречённых, он должен освободить его от вассальной клятвы. Пойдёт герцог на это? Согласится ли он лишиться одного из лучших вассалов. Как попал Жак к нему в вассалы непонятно, ведь он практически ничего не знает о прошлом своего друга. Как сын герцога, очень видной фигуры в Империи, стал вассалом другого герцога. Не иначе, придворные игры и интриги.

– Ты уверен в этом, Жак? – спросил герцог.

– Нет, Ваша светлость, но попытаться дать шанс благородным воинам я должен. Клятву примет канн. Одним из условий принятия клятвы будет обеспечение лояльности Империи, это будет внесено в текст присяги. Я хотел бы просить вас, в случае положительного принятия решения, выделить штандарт гвардии, вручённый принцем в Ергонии.

Герцог задумался. В нём боролся человек, с одним из руководителей государства. И, как всегда, победу праздновали государственные интересы.

– Хорошо! Согласен! Нам не помешает, особенно в такое тяжёлое время, боеспособное подразделение. Но канн? Как он отнесётся к тому, что практически в его распоряжении будет находиться военное подразделение? Не повернёт ли он его службу себе в угоду? Опасно, согласись. Конечно, командиром будешь ты. Но раз канн способен принять клятву, значит, он маг крови, а это в корне меняет к нему отношение. В мирное время я бы ответил однозначным отказом, а сейчас даже затрудняюсь, что и сказать. Воины нам нужны, особенно теперь, когда понятно, что приграничные провинции с Империей Ван практически для нас потерянны. И куда мы выйдем, там с большой вероятностью обнаружим разъезды кочевников. Ибо выйдем, как раз, на стык границ. Что посоветуете господин барон?

Влад вздохнул, посмотрел на Жака, потом перевёл взгляд на слишком спокойного расслабленного Мартина и произнёс.

– А почему бы нам не спросить обо всём этом господина Мартина? Ведь это он охранник господина мага и должен его знать очень хорошо.

Все уставились на Мартина. Тот, сидя, выгнул спину, потянулся на стуле, глубоко вздохнул.

– Мой господин не будет использовать власть себе в угоду. Он с удовольствием отказался бы от участия в принятии всяких клятв. Ему рабы не нужны. Хоть и боеспособные рабы. Решать вам, с его стороны предательства можете не опасаться. Только сразу предупреждаю, не трогайте его и его ученика и все останутся живы. Он и так недоволен вашим поведением, господин капитан. – герцог от удивления даже привстал со стула – Додуматься объявить его ученика призом! Может, в центральных областях Империи такое решение и можно было бы оправдать, но здесь, на границе… вы очень рискуете, Ваша светлость. Он не посмотрит, что у вас осталось столько воинов. Положит всех. Оно вам надо? Я вас не пугаю, я вам говорю, как есть. Мой хозяин – бродяга. Сейчас его путь идёт в Империю. Через некоторое время он отправится дальше. Куда? Он даже сам этого не знает. Вам точно нужен такой враг? Нет! Что же у меня есть решение ваших разногласий. И если они вас заинтересуют, мы обсудим их после. А сейчас, я хотел бы высказаться по существу заданных так завуалировано, мне вопросов. – Мартин сделал паузу. Успокоил дыхание и продолжил – нам с господином баронетом удалось убедить господина мага в том, что необходимо помочь воинам Империи, попавшим в беду. Вы, конечно, можете попытаться забрать у него его рабов. Скажу сразу, это очень плохая мысль. А вот заинтересовать его чем-нибудь, я думаю, стоило бы.

– Что вы имеете ввиду под словом "заинтересовать"? – не понял барон.

– Я уже говорил – он путешественник, а в чём испытывают нужду в Империи небогатые и незнатные путешественники? – вёл хитрую игру Мартин.

– Деньги? – спросил барон

– Верно, но они не главное, их он и сам заработать способен. А вот, что ещё?

Молчание. Все морщат лбы, напрягают мозги. Даже Жак не может понять, куда клонит его дружок.

– Не мучайтесь господа, вы никогда не путешествовали инкогнито. А таким людям очень не хватает разрешающих документов. Попросту говоря, подорожной. Вот она его точно заинтересует. И нужно что-нибудь придумать с этой нелепой охотой, устроенной на его ученика. Если не решите сейчас, здесь, сегодня, потом потянутся трупы. Хэрн миндальничать не будет. Предупреждаю сразу. Ему глубоко плевать на порядки, заведённые в Империи – они для него пустой звук. Он не будет щадить никого. Да и сам ученик его далеко не так безобиден, как может это некоторым показаться. Остановите неминуемую бойню, Ваша светлость. Сами подумайте, если ему удастся принять клятву у пленных, то по одной его команде, любого соискателя на право охоты, убьют толпой, а там и до побоища не далеко. Остановите это, господин герцог, пока есть такая возможность.

Герцог видно не смотрел на проблему, что сам и организовал, с этой стороны. Он не мог и предположить, что кто-то осмелится кинуть вызов обществу. А вот с такой постановкой вопроса, как преподнёс её Мартин, ему, и правда, стало не по себе.

– У вас есть предложение, как выйти из такой ситуации? – спросил он Мартина.

– Я думаю, у нас есть шанс разойтись красиво и по возможности мирно.

Дальше события разворачивались со скоростью лесного пожара. Капитан распорядился выделить в распоряжение Мартина и Жака всех заводных лошадей, которых набралось всего двенадцать голов. Купцы, скрепя сердце, переложив товары по оставшимся повозкам, выделили шесть телег с упряжью под одну лошадь. Оружия набралось немного и всё неважного качества. Отдали все захваченные луки и копья кочевников, их кожаные доспехи и щиты. Вот продовольствия дали достаточно. Должно было хватить на пару-тройку дней, не больше. Дать больше не могли, самим не хватало.

Герцог лично, когда уже стемнело, при свете факелов, осматривал вместе с Жаком всё, что смогли наскрести без ущерба для боеспособности каравана – имущество, лошадей и оружие. Увиденным, как и предполагалось, остался недоволен. Гвардейцы придержали лишнее оружие хорошего качества, да и в селе было продано много. Лошадей отдали, в большинстве своём, или больных или старых. Кожаные доспехи, практически все, со следами от ударов мечей и в дырках от попадания арбалетных болтов и стрел. Но Жак поблагодарил всех и за такую помощь, сказав, что пока будут заниматься пленными, отправит в село телеги на закупки. На вопрос, где возьмёт деньги, просто промолчал.

Мартин в это самое время развлекал девушек рассказом о бое, бессовестно привирая и придумывая жуткие подробности сражения. Из его рассказа их бой перешёл из разряда простого сражения в эпохальную битву. Он так всё запутал, что понять где, правда, а где вымысел было невозможно. Дана, пыталась отправить куда-нибудь Олию, чтобы остаться наедине с Мартином, служанку она загодя оставила на кухне, а вот подружка никак не хотела оставлять весёлого наёмника, вопросами выпытывая подробности. Мартин со своей стороны всеми силами пытался удержать возле себя дочку купца. Он инстинктивно опасался оставаться один на один с Даной, переключив всё своё внимание на Олию, чем сильно раздражал баронессу. Дана, в свою очередь, желала выяснить с наёмником отношения, понимая в душе, что этих самых отношений у них как раз не было, и нет. Мартин, как скользкий вьюн, ловко выскальзывал из ею расставленных силков, и у неё в душе стало закрадываться впечатление, что она перестала быть такой привлекательной и неотразимой, какой обычно была у папы во дворце.

Вся ночь ушла на подготовку имущества и всего остального для нового подразделения гвардии. Мартин, пожелав спокойной ночи девушкам, несмотря на укоризненный взгляд прекрасных глаз Даны, сбежал в помощь баронету, которую тот не просил. На прямой вопрос Жака, чего Мартин бегает от баронессы, тот честно ответил: " Я её боюсь!!! А жениться мне рано. А если учесть, кто её дядя, то боюсь даже представить, кто у неё папа! А я, знаешь ли, жить хочу!".

Караван ушёл с рассветом. Оставив на месте стоянки отобранное имущество и лошадей, а также две уставших фигуры. Одного задумчивого баронета, что с завистью смотрел на своего друга, который истуканом, с изумлённой физиономией стоял посреди площадки перед алтарём. А всему виной была выходка Даны.

Эта милая девушка при прощании, когда все уже седлали лошадей и свёртывали лагерь, обманом завлекла Мартина к алтарю, под предлогом показать ему якобы найденный утром около него тайник. И возле алтаря, на виду у изумлённого Жака и Олии, которая сопровождала подругу, произнесла клятву любви и верности, смотря в распахнутые от удивления глаза наёмника.

– Я свою часть клятвы сказала, – тихо проговорила она – а ты сам для себя решишь, нужна ли вторая её часть. Захочешь – меня найдёшь! Я всё сказала. Дальнейшую нашу судьбу решать тебе. Я свой выбор сделала! – и, прижавшись к Мартину грудью, крепко поцеловала его. А затем, полюбовавшись живой статуей изумлённого Мартина, ушла собираться к отъезду.

Караван ушёл. А Мартин продолжал стоять посреди площадки перед алтарём, как колонна. Баронет, испугавшись того, что Дана могла что-нибудь сделать с Мартином, столкнул его с места, тем самым приведя наёмника в чувство.

– Что это было? – прошептал ошеломлённый Мартин.

– Тебе только что предложили руку и сердце, в соответствии с традицией, как положено делать дочери Императора. Тебе, простому наёмнику, без рода и племени! Удивительно! Или она догадывается, кто ты на самом деле, или я совсем ничего не понимаю. Ведь вокруг неё постоянно куча этих золотых мальчиков была, а она выбрала тебя. И место принесения клятвы соответствующее. Оё-ёй! Как бы тут не интриги двора вплелись в ваши отношения! Теперь за тобой настоящая охота начнётся, пока ты сам не дашь ответ на её клятву. Отрицательного ответа быть не может, поверь, потому что уже государственные интересы вплетутся. Она ведь тогда совсем не сможет выйти замуж, пока ты жив, клятва не даст. А одно дело иметь претензии от перспективных ухажёров и женишков и совсем другое – бодаться с Императором. Ведь поговаривали, что она его внебрачная дочь. Мама-мама! Даже не знаю, поздравлять тебя или приносить соболезнования?! Ситуация очень серьёзная, теперь с тебя не слезут. А дай ты сразу положительный ответ, то и свадьбы, я думаю, при твоём нынешнем социальном статусе не было бы. Император не позволил бы. То есть, опять ты труп. Что делать, ума не приложу!

Мартин осознал всю пропасть, куда он умудрился попасть. Как он старался держать дистанцию от баронессы и всё без толку.

– Малыш меня убьет! – в отчаянии прошептал, ошеломлённый словами друга, Мартин.

Баронет усмехнулся.

– Ладно, давай собирайся! Езжай к нашим. Я здесь наше добро поохраняю. Как только появятся помощники, отправляй их ко мне. Будем перегонять телеги и лошадей…

Глава 6

Утро. Лучи яркого света от солнца пробивают через приоткрытые шторки шатра. Восход. Сегодня я проснулся сам и при этом рано. Несмотря на поздний вчерашний ужин, есть я хотел неимоверно. Или монстрик внутри меня прогрессирует, или вчера потратил очень много внутренних сил. Дел куча на сегодня запланирована. И наших посыльных к герцогу необходимо дождаться. Может, эта суета вся в пустую, если капитан откажется формировать новое подразделение для своей гвардии. Судьба пленных меня ни сколько не волновала. Они все благородные, многие, как сказал Жак, с титулами. Я за лошадей больше беспокоился, чем за них и, наверное, больше соболезную оркам, чем этим дворянам. Ну не нравится мне местный бомонд. Не нравится!! За редким исключением. А это я ещё при дворе не бывал, да и просто жизнь в центральной части Империи не видел. А ведь, как объяснял баронет, разница в отношениях между дворянами и остальными большая. И благородные здесь – это вам не там. Я даже и узнавать бы не хотел, в чём разница в их поведении. Но придётся сталкиваться и с этой реальностью.

– Хэрн! Ответь, ты живой там? – отправил я в пустоту мысленное обращение. Сегодня я его почему-то не чувствовал. Или спит крепко или не дай бог…

Эта мысль и швырнула меня на ноги и я, как чумной, метнулся вон из палатки на улицу и на входе, со всего маха, головой, врезался в живот заходящему в палатку Ферро.

О господи, как меня отбросило обратно, и я по инерции долетел до противоположной стены палатки.

А гному хоть бы что! Стоит с выпученными глазами, выхватив меч, и по сторонам зыркает, не поймет, куда делась то, от чего я так резво улепётывал. Да, смешная ситуация.

– Звал меня, малыш? – раздался в голове голос Хэрна.

Чтоб тебя! Из-за его мысленных задержек я чуть не убился.

– Малыш, что там у тебя? – спросил Хэрн при том попав одновременно с аналогичным вопросом Ферро, только заданным более эмоционально и другими словами и присказками.

– Ты чего выбегаешь, как угорелый. Меня чуть с ног не сбил. Что у тебя случилось? Очередные паладины? Или может, их тени тебя преследуют? – недовольно пробурчал гном – Я вроде, никого не вижу. Ты есть будешь, я похлёбку мясную вкусную сварил. И там твои вчерашние пациенты в себя пришли. Даже разговаривали со мной, но видок у них…

– Хэрн, ты где? Чего так долго не отвечал? – не обращая внимание на тираду Ферро мысленно спросил я канна.

– Занят был. Утренний моцион принимал. Тебе знакомо это слово? А ты мне своими вопросами по поводу жив я или нет, весь кайф поломал. Вот я, сидя и раздумывал, жив я ещё или пора на перерождение отправляться?!

– Давай, заканчивай свой утренний променад и к нам с Ферро присоединяйся, он уже успел завтрак приготовить. Опоздаешь, не взыщи, сам себе готовить будешь.

И уже обращаясь к гному, произнёс.

– В туалет бежал… да теперь уже не надо. А вот мысль твоя насчёт завтрака, мне очень нравится. Пошли быстрее пока Хэрн на запах не заявился…

Завтрак, и правда, удался. Продукты не экономили. Поэтому, на импровизированном столе присутствовали копчённое и вяленое мясо, хлеба вдоволь. Сало, нарезанное крупными кусками. Даже рыба в разных вариантах от солёной до копчёной. Выпить с утра я умникам не дал, а то ребята решили причаститься, с утра пораньше. До сих пор празднуют нашу победу. Совесть иметь надо, кто работать за них будет. Я? У меня и своих забот хватает. И одна из этих забот постоянно меня преследовала, не отходя не на шаг. В первый раз даже за мной в палатку по старой памяти решила наведаться. Да-а! Коняга, которого я успел вылечить, и что ночью отплатил мне верой и правдой, уложив двумя ударами копыт паладинов, теперь ходил за мной, как привязанный. Ни на шаг не отпускал меня и после того, как я его выгнал из палатки сторожил вход в неё.

– Ферро, что ты там говорил о моих пациентах? Как они?

Ферро, смачно обгладывая большой мосол, просто пожал плечами. И, прожевав, уже перешёл с языка жестов на нормальный язык.

– Знаешь, малыш, вроде нормально. И суставы у них встали на место и сами они успокоились. Просились по нужде, но я без твоего разрешения побоялся их развязывать. Выглядят они как-то странно. Вроде и живые, а в тоже время немного заторможенные, словно по новой с миром знакомятся.

– Частичная потеря памяти. Если ошейник носили недолго, то придут в себя уже к вечеру. – авторитетно просветил нас Хэрн. Как и ожидалось, к приёму пищи он не опоздал и сметал угощения со стола наравне со всеми.

– Что за новости ты мне хотел поведать, Хэрн? – спросил я, отдыхающего лёжа на спине, канна.

Хэрн потянулся, сыто рыгнул.

– Ты не поверишь, но орки, видно боясь, что их кто-нибудь может подслушать, весь вечер и половину ночи разговаривали на…– тут он сделал торжественную паузу – правильно, на древне-эльфийском. Представляешь, какие образованные орки попались. Тут не каждый эльф знает древний язык предков, а заклятые "друзья" изъясняются на нём, как на родном. Но расчёт, в принципе, у них был верен. Как они могли знать, что я его понимаю.

– Я безмерно счастлив, что у меня такой образованный друг. Но давай ближе к теме. Что ты от них узнал?

Хэрн взял паузу, обдумывая видно, с чего начать.

– Как я понял из их разговора, они прибыли на Терис недавно. Задачей у них стоит поимка какого-то Хала. Он был в клане ,что-то, типа священника. И, прожив в клане несколько лет, узнал много того, чего знать ему не следовало. И понимая, что его рано или поздно съедят, сделал ноги, прихватив, как в своё время отец Ферро – наш гном насупился, не любит когда напоминают о приключениях отца, – что-то очень ценное у вождя одного из племён. Вот их и отправили инкогнито на материк на поиски этого Хала. Высадились, как я понял, об этом они не говорили, на территории герцогства, а уже при переходе границы между Ергонией и Империей нарвались на верховного. Они, как я понял, на него сами вышли спросить дорогу. Враждебности не проявляли, а тот, подпустив их к себе, долбанул плетением. А дальше они ничего не помнят. Вот и обсуждали, что кто запомнил и основные ориентиры. Ошейник на них сильно не действует, только вырубает сознание. А в остальном, они ведут себя, как нормальные, потери памяти у них не бывает после снятия браслетов. Вот только тёмное плетение им жизнь портит. Я сейчас ходил, смотрел, как они. Печально выглядят, но сопротивляются. Видно, что им очень больно, но терпят. Сколько они так продержатся, не знаю, но думаю, доводить их до такого состояния, как вчера получилось с этой четвёрткой, не стоит. Мы ведь не садисты? Или просто любители-мучители? – смотря мне в глаза, наигранно весело спросил Хэрн.

Видно, не нравится ему моё решение подержать зелёных без ошейников. Не нравится, работай с ними сам. А как мне доказать этим упёртым, что я прав, и говорю только правду. Я задумался. С чего начать сегодняшний трудовой день? Напрашивается логически правильное решение сперва закончить с четвёрткой, но чисто по-человечески – прекратить мучение орков. М-да! Тяжелая нравственная ситуация. Но я буду последовательным, сначала посмотрю, как там мои ночные пациенты, а потом, глядишь, и очередь до орков дойдёт. Надеюсь, к тому времени они немного поумнеют и будут более сговорчивые…

Четыре пары глаз недоумённо рассматривали плюгавенького мальца, что только что обратился к ним с речью. И самое главное, они все вместе распознали его, как своего хозяина, а рядом стоящего с ним канна, как своего командира. Все эти мысли крупными буквами были намалёваны на их испугано-удивлённых физиономиях.

-…Я не буду говорить вам… – продолжал я к ним своё обращение, уже растолковав им, что их ждёт в будущем. Рядом со мной стоял их новый командир с неизменным багером в руках. Теперь надо воинов покормить, помыть, одеть, вооружить, экипировать и только после этого припахивать к работам, которых скопилось воз и плюс маленькая тележка. Хэрн, когда брал ошейники для меня, забирал их у самых на вид больших и сильных воинов. Зная друга, наобум он никогда не действует. Явно специально отобрал самых рослых и мощных бойцов. Чем руководствовался он, не знаю, но то, что он не просчитывал ситуацию специально в надежде закрепить этих громил непосредственно под своё командование, это точно. Просто так уж получилось. – Теперь ваш непосредственный командир Хэрн развяжет вас. Укажет, где у нас туалет, где водоем, где вы можете помыться и всё остальное. Хэрн, теперь они в твоём распоряжении. Занимайся, а я с Ферро пока лошадей посмотрю и с орками пообщаюсь. Если понадобишься, позову.

По лагерю я теперь передвигаюсь со свитой. Ферро в качестве охранника. Делать Хэрну нечего, озадачил гнома… и следом за нами мой визави на четырех ногах, копытами землю молотит, не отпуская меня не на шаг. Так и ходим троицей. Сперва осмотрел лошадей, установив очерёдность доставки больных на лечение, указав Ферро на последовательность, кто за кем пойдёт. И только потом добрался до места где были уложены могучие орки.

– Здравствуйте, господа. Как спалось, как самочувствие? – весело обратился я, к лежащим на земле, зелёным воинам.

Старший из группы дёрнулся, повернул, сколько было возможно голову, и прорычал сквозь зажатые зубы:

– Мучить нас было обязательно?

Я присел напротив него, чтобы он мог меня видеть, а чтобы меня все слышали громким голосом сказал:

– Я – мучить? С чего это вы, уважаемый, решили? Я дал вам просто возможность пообщаться друг с другом, а так же затем, чтобы вы убедились, что все ваши воины живы и относительно здоровы. А вот то, что вас мучает непонятная боль и зовёт к себе ошейник, я не виноват. Я вас предупреждал о такой возможности. Если хотите навсегда остаться овощем – ваше право, я настаивать не буду. И решите свою судьбу вы здесь и сейчас. Уговаривать вас у меня ни желания, ни сил, ни времени просто нет, своих проблем хватает. Вы прочувствовали, как ошейник действует на вас, со своей стороны я вам обещаю дать по возможности полную свободу. Увы, такие операции я самостоятельно ещё не проводил, поэтому всё возможно. Риск есть. Но моё мнение – лучше рискнуть, чем всю оставшуюся жизнь провести в качестве животного. Итак господа, ваше решение?

Ответом мне стало общее молчание. Я подождал, но никто не хотел прерывать его.

– Что же, я вас понял! Ферро, надень на них ошейники. Для меня они уже бесполезны. Продадим рабов в селе, пусть там им работу находят они мне уже неинтересны. – я поднялся и сделал движение, чтобы уйти. Вот тут меня и нагнал отчаянный возглас…

– Не надо, хозяин! Мы согласны! – прокричал старший, при этом, впервые на его роже, проявились испытываемые им мучения.

– Все согласны? Предупреждаю. Желание стать моим рабом у вас должно быть искреннее, иначе при наложении плетения можете погибнуть. И смерть ваша будет не из лёгких. Итак?!

– Хозяин, сделай хоть что-нибудь, сил уже нет терпеть! Пытка какая-то это тёмное плетение. Душу выворачивает, жить не хочется.

– Потерпите! Увы, терпеть вам ещё и не такое предстоит, но потом, зато, вы станете почти полностью свободными. – и уже мысленно обратился к канну: – Хэрн как у тебя дела? Ты мне нужен. Орки созрели. Без тебя никак!

– У меня всё отлично. – быстро откликнулся друг – Ребят помыл, сейчас одеваю, и кушать поведу. Слушаются, как собачки дрессированные. Но ведут себя пока немного заторможено. А насчёт орков, не согласен. Они должны слушаться только тебя и больше никого. Так будет правильней и главное, надёжней. Закрепляй их за собой. Можешь закрепить сначала их командира, а потом и остальных ему подчинить. Я думаю должно нормально получиться.

Хэрн, как всегда прав. Так и поступил. Ферро раздел связанных орков, усадил их всех левым плечом в мою сторону, и отбежал подальше, с великим любопытством глядя на меня, в надежде увидеть что-нибудь необыкновенное. Что же, не будем расстраивать ребёнка, развлечём беднягу, раз так хочет зрелищ…

И вновь заморачиваться и составлять новый регламент поведения для орков не стал. Раз командиром у них буду я, то оставил все, как и для гвардейцев, мыслеречь, причём между всеми, система самоликвидации, максимум преданности и личной инициативы. Чувство долга, порядочность и амбиции увеличил до максимума. И, не удержавшись, наложил плетения защиты от удара плетениями хаоса. Установить и атакующее плетение всем не смог, они не маги, удалось его сделать только для их командира, единственного среди них шамана. Причём, плетения защиты удалось увеличить до четвёртого уровня максимального, что из плетений защиты мне давалось. Атакующее плетение осталось прежним. Работы по установки проводил на свежем воздухе. А от кого было прятаться, все свои или в скором будущем станут своими.

Заученное плетение далось легче, чем в прошлый раз. Копирование прошло штатно. Я уже не терял сознание от перенапряжения. Дозировано вливая в каждое действие силы и манну, благо их у меня в камнях душ было достаточно. Тем более после орков я собирался заняться лошадьми, а там и подзаряжу камни, единственно жизненных сил у меня маловато, но Ферро уже во всю недалеко кашеварит на костре, готовя мне еду, да и НЗ воткнуто в воротник в специальные кармашки, что нашил специально для меня Хэрн.

После детальной проверки установленных плетений активировал их все разом. Удар боли я заблокировал, а вот оркам не повезло, и услышав их дикие крики сбежались посмотреть на действо Хэрн со своими ребятами. Увиденным, вновь обретённые воины, были шокированы и с ужасом и отвращением смотрели на корчащихся, на земле орков.

Меня раскачивало от усталости, к концу операции еле на ногах стоял, очень хотелось, есть и я, неожиданно для самого себя, рухнул на землю. Радовало одно – все остались живы, а вот уговаривать и убеждать через боль надо всех, а то на объяснения столько времени тратится, уму непостижимо. Решено, отдохну, займусь лошадьми. Хэрн, тем временем, ещё человек двадцать пусть подготовит, сняв с них ошейники. Пусть до кондиции доходят и заодно с ними беседу проведут о возможном координатном изменении их социального статуса, из рабов превратиться в воинов гвардии Императора дорогого стоит, тем более, так быстро и почти бесплатно. Всё равно теперь без Жака принимать клятвы смысла нет. Будем ждать наших посланцев.

Второй усиленный завтрак, приготовленный гномом, был уничтожен мгновенно. Я лежал в своём шатре, куда меня отнёс Ферро. Лежал, развалившись на лежанке, и думал. А думал я о Марфе, и о необходимости посетить село. Как же мне хотелось вновь оказаться в объятиях этой удивительной женщины, но понимал, что это лишнее и невыполнимое желание. После еды разморило, и я незаметно, уснул. Как всегда, ничего не снилось.

Проснулся оттого, что в палатку кто-то ворвался. Я даже подскочил с лежанки спросонья, испугавшись.

– Малыш! – как из пулемёта выпалил возбуждённый Хэрн – Мартин вернулся! Один! Чем-то очень расстроен. На нём лица нет. Ничего не говорит. Идёт к тебе. Ферро испуган его видом. На приветствия Мартин даже не отреагировал. Явно что-то случилось, но вот что, непонятно. Орки спят, раньше вечера, как показывает практика, не очнутся. Своих выставил вокруг стоянки, охраняют. Вооружил мечами и щитами, остальное не перебирал. Они потихонечку вспоминают о себе и о том, как попали к тёмным в плен. Вся четвёрка лорды и не из последних семей Империи. Не обманули ергонцы начёт стоимости пленников, за этих они точно неплохой куш могли требовать. Я Ферро сказал за порядком последить, пока мы тут беседовать будем, а заодно и обед приготовит. У нас народу постепенно прибавляется, а пленные и до завтра подождут, не окочурятся, я думаю, один день поголодав.

Я согласно кивнул, окончательно проснувшись.

– Хорошо! Как думаешь, что у них там случилось? – спросил канна, удобно усаживаясь на лежанке.

– Не знаю! Может герцог не отпустил Жака, и не хочет бывших пленных в гвардию принимать? Кто их знает?!

– А-а!! Чего гадать, сейчас Мартин зайдёт и сам всё расскажет. Ты лучше поесть организуй и выпить Мартину. Раз у него настроение не очень, то стоит его подбодрить, чтобы там ни случилось. Давай! Я пока полежу ещё немного.

Хэрн выметнулся из палатки. И не успели успокоиться полы занавесок, как снова взметнулись, разлетевшись в стороны, пропуская в палатку угрюмого братишку. Не поздоровавшись, не глядя на меня, он прошёл до моей лежанки и сел на неё рядом со мной. Да-а! Видно и правда что-то произошло такое, раз смогло выбить Мартина из колеи.

Мартин молчал. Не нарушал тишины и я. Захочет – сам расскажет. Так и сидели молча, пока в палатку не вбежал запыхавшийся Хэрн. Также, не проронив ни звука, простелил перед нами скатерть, следом за ним в палатку вошёл Ферро тащивший на щите, который выполнял роль подноса, тарелки с мясом и рыбой, бутылки вина и три кубка.

– Ферро, иди, посмотри за нашими новыми мальчиками. – и уже обращаясь ко мне Хэрн доложил – двадцать ребят отобрали. Уложили рядом с орками, ошейники оставили рядом с ними. Я с вами побуду, а Ферро займётся твоей четвёрткой.

– Какой четвёрткой? О чём вы тут говорите? – наконец-то очнулся Мартин от своего непонятного онемения.

– Мы говорим о своих делах, потому что ты, отчего-то, не хочешь говорить о наших. Приехал весь озабоченный. На друзей внимания не обращаешь, с братишкой даже не поздоровался. Вот мы и ждём, когда ты оживёшь, чтобы поведать, что же у вас такого случилось, что на тебе лица нет от переживаний.

Марин как-то сразу весь сник. Тяжело, глубоко вздохнул. Сжал губы, насупившись. Помолчал. Потом поднял на меня взгляд и с болью в голосе начал рассказывать о своих приключениях…

Мда-а!!! Ситуация. Слушая увлекательное повествование брата, подумал я. Такое ощущение, что нас пытаются использовать без нашего на то разрешения. И если хоть немного прав в своих подозрениях Жак, то проблемы у нас просто гигантские. Дочка Императора!!! Наверняка использовала Мартина в своих целях. Может её хотят выдать замуж, а тут она вернётся, вроде как помолвленная, и пока жив избранник выдать её замуж уже не получится? Ай-я-яй! А о нас она, конечно, не подумала. Как только караван дойдёт до столицы начнётся травля. Наша травля! Хоть обратно к бобику возвращайся!

Мартин умолк. Конечно, вести о том, что герцог поддержал наши начинания – отличные, но вот баронесса все достигнутые успехи одним движением перечеркнула. А интересно, плюсы, в этой ситуации, для нас какие-нибудь есть? Думал – думал, ничего не придумал. Не вижу плюсов, одни минусы и при этом очень жирные.

– Всё! Хватит слёзы лить!! Ничего пока страшного не случилось. А с проблемами будем разбираться по мере их поступления. Быстро взяли себя в руки, у нас дел по горло. Мартин, ешь и слушай. – и я принялся рассказывать ему о том, что у нас произошло пока его не было. Мартин, успокоившись и поняв, что его никто не пытается винить в произошедшем, быстро приходил в себя, о чём говорил его зверский аппетит и появляющиеся между делом на лице улыбки. Ожил, и это радует. Но баронесса…воистину женщины созданы нам на погибель. Как всё провернула! – Теперь сделаем следующее. – продолжил я – Мартин берёт с собой Ферро и троих из четвёрки. Кого конкретно, решите сами. Задача – берёте лошадей и убываете к Жаку. Завтра с утра должны вернуться со всем скарбом и имуществом. Постарайтесь выехать пораньше, присутствие Жака с самого раннего утра очень желательно. Если успеет, отправляй его к нам одного уже сегодня. Да! Так будет даже лучше. А мы с Хэрном пока займёмся своими делами. Всё! Разбежались по местам, дел много, а времени нет…

Остальная половина дня прошла в суете и беготне. Мартин после обеда, взяв с собой всю четвёрку новых воинов, умчался на помощь Жаку, заверив меня, что как только доберётся до места, тут же отправит его к нам. Ферро, обиженный на весь белый свет тем, что Мартин не взял его с собой, занимался сортировкой закупленного у ергонцев и доставшегося нам от Варг оружия и доспехов. Хэрн, как истинный Плюшкин, перебирал одежду и амуницию, рассортировывая её по нескольким кучкам по одному ему известному принципу.

Все заняты, в том числе и я. Ферро по моей команде, передаваемой через Хэрна, заводит в палатку по три лошади на сеанс маготерапии. За всё время, до самого позднего ужина, а их у меня сегодня было три, не считая нескольких использований НЗ, я подлечил и частично омолодил плетениями четвёртого уровня магии эльфов двенадцать скакунов. Экспериментируя с различными вариациями использования лечебных плетений, выработал наиболее подходящие их сочетания, а также отработал порядок действий при работе с магическими энергиями. Как и ожидалось, наиболее сложно было выкачивать из ходячих батареек манну и силу, а после лечения закачивать их обратно. Благодаря постоянному контролю с моей стороны за энергетическими процессами, удалось предотвратить расход жизненных сил. Сознание не терял, но устал сильно. Спасибо друзьям, поддерживали меня, по первому пожеланию готовя для меня еду, не жалея продуктов и деликатесов. "Камни Душ" задействовал все, что были у меня в контейнере на поясе. Остаточное количество манны и силы к концу дня доставшиеся мне, было просто колоссальное, и заняло около четверти одного "Камня Души".

Физических, жизненных сил мне явно не хватает. Увы, но моё тело не совершенно. У меня совсем нет времени, не то что отдохнуть и разобраться со всем тем, что уже успел нахапать, а даже просто позаниматься с багером или кинжалами. Мне кажется, я ещё больше похудел. Тело стало сухое и жилистое. Куда только девается вся та еда, которую я впихиваю в себя безмерными количествами. Колодец мой прокачался феноменально, от постоянного оперирования энергиями больших величин растянулся и теперь по ёмкости уже превосходит ёмкость камня Хаоса. Малой куда-то пропал, последнее его появление было во время общения с Марфой. Видно, я просто сильно устал, и постоянные проблемы выматывают меня до основания. Да-а, с таким телом лезть во взрослые разборки себе дороже. С таким отношением ко всему, что происходит вокруг, я точно доведу себя до полного истощения, как физического так и морального. Одно радует, магическое истощение больше мне не грозит.

С этими мыслями, развалившись после сытного ужина на мягкой лежанке, я заснул

Глава 7

Сегодня мы тронулись в путь. Прошла неделя с того дня, как ушёл караван с герцогом, оставив нас с кучей пленных рабов на месте боя с ергонцами.

Жак приехал рано утром следующего дня, от него изрядно попахивало перегаром, видно не удержались и с Мартином отметили начало формирования полка.

Каждый день для меня начинался и заканчивался одинаково. Утром сразу после завтрака принятие клятвы у пленных, наложение татуировки оскаленной головы бобика всем на левое плечо. Интересно, что все пожелали себе такой отличительный знак и если Жак и остальные воины давали клятву на крови, то Мартин и Ферро получили только татуировки. Ферро сильно возмущался, но я ему сразу сказал принесение присяги только по достижению совершеннолетия и то с разрешения родителей. Особенно мамы.

Пленные принятию клятвы не сопротивлялись, понимая, что это единственный шанс вернуться к нормальной жизни, особенно для благородных, а простых воинов в нашем отряде не было. Стало получаться копирование плетений и одновременное наложение их сразу на пятерых человек. Принятие клятв я закончил за день до отъезда.

Лечение лошадей также продвигалось вперёд семимильными шагами. Если в первый день я смог вылечить только двенадцать голов, то в крайний день смог бы уже не менее двадцати.

Мартин с Жаком усилено формировали десятки, назначали командиров и сержантов. Разделили подразделения по типу основного вооружения и военному предназначению. Получилось неплохо.

Полусотня лучников. Столько досталось от кочевников исправных луков. Сотня всадников, вооружённых щитами и копьями, а остальные воины вошли в комендантский взвод, как назвал его я. В него вошли наиболее сильные бойцы, которых целесообразно использовать в будущем в качестве командиров, а пока выполняющих роль личного резерва командира полка. Вооружили всех прилично. Мечи и щиты, пусть и не очень хорошего качества, были у всех, про ножи и кинжалы даже не говорю. Не было арбалетов, а из доспехов только кожаные изделия поверженных кочевников. Лучники остались и вовсе без доспехов.

Ферро вместе с Хэрном три раза мотались на доставшихся телегах в село, закупали продукты, одежду, амуницию, оружие и доспехи, и вдобавок к имеющимся возам прикупили ещё три телеги, правда, без лошадей. Ферро дома с помощью родственников переделал все телеги под упряжь для двоих лошадей.

Дор от рассказов о произошедшем с нами, только расстроился и обиделся на канна, который тогда запретил ему нас сопровождать до перехода. Это, правда, не помешало ему принять от нас заказ на изготовление полных доспехов и оружия для моей охраны. Орки, на удивление, к новому своему статусу отнеслись внешне очень спокойно. Утром следующего дня после клятвы самостоятельно очнулись и старший, которого звали Растэм Луй, лично пришёл получать задачу по осуществлению моей охраны. Вот их я и хотел одеть, и по возможности вооружить, максимально хорошо, насколько возможно в таких условиях. Компанию пятёрке орков в этом деле составили и воины прямого подчинения Хэрна. Та четвёртка, которая прошла через мучения и сильнейшую боль, единственные из воинов знали обо мне, как об их хозяине. Остальные, кроме ещё орков, своим хозяином считали Хэрна, а командиром естественно Жака и Мартина, я же для них был просто ученик мага.

Все командиры, и резерв, включая в этот список четвёрку Хэрна и орков, пересели на лошадей породы тёмной кайры. Всего получилось тридцать четыре всадника, включая и мою Тень. Тенью назвал я первого вылеченного конягу, который спас меня при нападении паладинов ордена святого порога и теперь не отходившего от меня ни на шаг. Свободными у нас осталось ещё столько же лошадей. Жак предложил временно пересадить на них наших лёгких всадников, человек тридцать. Невосприимчивые к действию магии, такие всадники могут оказаться палочкой-выручалочкой в сложных ситуациях. Запасливый Хэрн высказался на предложение Жака, как всегда против, а вот мы с Мартином Жака поддержали, а Ферро предложил выдать этим трём десяткам имеющиеся у нас полные доспехи, купленные в селе и кулоны защиты, доставшиеся от прихлебателей верховного. Так и порешили.

На телегах, запряженных парами лошадей, фураж и продовольствие. Денег от выигрыша в общей казне осталось пара тысяч золотом. Большая часть средств ушла на закупку изделий гнома. Мечи и доспехи из металла древних достались всему командному составу, а за каждый клинок Дор брал ни много ни мало тысячу золотом, и при этом, как он сам говорил, а знатоки подтверждали, очень продешевил. Почти пятьдесят тысяч ему заплатили, а остальное потратили на продовольствие, фураж и так по мелочи.

Последний день перед отъездом у меня был выходной. Я отдыхал. Развалившись на травке под солнышком, с интересом наблюдал суету вокруг. Все готовились к завтрашнему отъезду и на меня, кроме моей охраны, никто внимания не обращал. Орки со всей серьёзностью отнеслись к своей работе, двое из них постоянно находились рядом. Я просматривал книги магии, доставшиеся от погибших магов. Особое внимание уделял книгам верховного и святой троице.

С интересом просмотрел и книги штатных лекарей ергонцев. Плетений, сопоставимых по эффективности с эльфийскими не нашёл, но несколько очень интересных обнаружил. Как объяснил мне вчера Хэрн, увлекаться эльфийскими заклинаниями на обжитых территориях опасно. Медицина в обществе полностью прерогатива ушастых. Если и есть в каждой школе магии плетения, которые можно было бы отнести к лечебным, то их очень мало. Кровоостанавливающие, заживляющие незначительные раны. Есть ещё снимающие боль и помогающие от различных болезней. А вот такого обширного и всёобъемлющего направления, как в школе магии жизни, нет больше не в одном разделе магии. Вот и разрабатывают в разных школах лечебные плетения, но пока результаты не впечатляют.

И процветают в обществе целители и знахари, чьё лечение, не идёт ни в какое сравнение с работой магов лесного народа. Мне повезло с бобиком и то, что так вовремя подвернулся принц крови эльфов, пусть и в мёртвом виде.

К назначенному времени отъезда все оказались готовы. Авангард и арьергард выделен, лошади накормлены и напоены, запас воды подготовлен. Единственно, что нас волновало, это почти полое отсутствие артефактов защиты, что у лошадей, что у всадников. И купить их негде. При неожиданной атаке лучников и арбалетчиков потери будут большие и, возможно, невосполнимые. Поэтому в авангарде лучники на конях ергонцев хоть от внезапной атаки магией будут защищены.

Я ехал в нашем фургоне и пытался разобраться с интересной игрушкой, которую вчера ночью подогнал Хэрн. Этот засранец на поле боя с ергонцами подобрал жезл верховного и никому об этом ничего не сказал. Времени с ним заниматься у него не было – сперва пьянка, потом бабы, затем хлопоты, связанные с обеспечением формируемого полка, что в принципе и спасло жизнь этому великовозрастному гадёнышу.

Как я почувствовал, что он загибается, сам не пойму. Я уже спал, умаявшись за день, а этот деятель вспомнил о своей находке и решил её рассмотреть поближе, сидя у костра. И как только взял жезл в руки и попытался посмотреть на него магическим зрением так его паралич и разбил. Сердце остановилось. Как я успел, не помню. Меня что-то с постели буквально подбросило. Как я бежал до места его ночёвки, не помню. Ничего не помню. Очнулся с жезлом в руках и как на автомате распаковываю руны лечебных плетений весящих на моём магическом колодце. Всё к нему применил и пятый уровень в том числе. Ожил гад. Как я его кашляющего пинал! Меня орки от избитого канна еле руками оторвали.

А потом я очередной раз потерял сознание.

Утром, очнувшись первым кого увидел – Хэрна. Вид у него потешный, взгляд виноватый-виноватый, и здоровенный синяк на всё лицо. Неужели, я так его приголубил? Но что характерно, ни капли сожаления о содеянном не испытывал. Но оказывается, это была заслуга не моя, а Мартина. Когда он разобрался, в чём причина бардака, перевернувшего спящий лагерь верх дном, от души зарядил Хэрну между глаз. Вот так весело у нас прошли последние сутки перед отъездом.

Ферро теперь у нас штатный кузнец. Отец подарил ему походную кузню, и инструменты с принадлежностями. Наш гном очень гордый ходит, магической штуковиной, подаренной Дором подковал всех лошадей, но для этого пришлось её нам немного модернизировать. Очень много манны она жрала, а штатный накопитель в ней был маленькой ёмкости, всего на пару лошадей хватало. Вот и предложил я сделать к ней контейнер, а в него установить камни "Слёз Души" или Хаоса. Моя идея Ферро заинтересовала и так как он был достойный сын своего отца, то спустя двое суток моя идея получила практическое применение, правда пришлось потратить немного золота, так как контейнер для камня сделать из материала древних не получилось. Опыт не тот, да и материала не было. Для лучшей проводимости магической энергии применили золото. Получилось прекрасно, вот только где заряжать камни, ума не приложу.

На фоне нашего успеха меня посетила ещё одна мысль. Мы заказали Дору ещё семь его великолепных арбалетов. А так как мне от паладинов и магов Ергонии в наследство в качестве трофеев достались кубики артефакты, а они все практически оказались генераторами фаерболов, за редким исключением, то я подумал, а что если, используя камни, как батарейки, обеспечить кубики энергией для стрельбы, а полученные устройства установить на ложе арбалетов. Захотел – стрелу отправил в противника, не помогло – фаерболом его угостил! Только контейнеры надо делать из материала древних, он не такой тяжелый, как золото и энергию передаёт прекрасно. Вот с этой просьбой и уехал очередной раз к отцу Ферро, и вместе с ним отправил я Марфе и небольшое письмецо. Уж очень меня тянуло к ней. Всего у меня набралось двенадцать кубиков, не считая мои старые. Девять из них генераторы фаерболов, два полога тишины, и один фонарик-зажигалка.

Дор превзошёл самого себя. Вчера вернулся из поездки Ферро. Привёз семь арбалетов и по сотне болтов к ним. Хэрн теперь нашивает подсумки для ребят, орки ему помогают. На наши с Хэрном арбалеты Ферро приделал кубики с контейнером самостоятельно. Очень неплохо получилось. Веса практически не добавилось. И сегодня мы все арбалеты испробовали в действии. Стреляли в небольшой ложбинке между холмами, отойдя от лагеря на приличное расстояние. Вот мощь получилась, я вам скажу! Стреляли по стоящему в сторонке огромному валуну, практически осколку гранитной скалы. Взрывами оплавили его до состояния могильной плиты, разворотив его сначала, а потом и вовсе расплавив. Артефакты, подкреплённые надёжным источником энергии, выдавали до десяти фаерболов практически одной очередью. Потом небольшая остановка, видно действовала внедрённая внутренняя система от перенапряжения и снова такая же очередь огненных шаров, и так до полной разрядки камней. А если стрелять одиночными выстрелами, то хватало очень надолго. Во всяком случае, до вечера непрерывно стреляя, мы так и не смогли разрядить камень хаоса. А если зарядить камень душ, то даже боюсь думать, на какой отрезок времени хватит полной зарядки.

Вопрос зарядки камней стоял в планах на первом месте. Была мысль смотаться к алтарю, на котором Мартин получил суженную, вот сегодня там мы делаем остановку, ночуем, а дальше пойдём по проклятым землям. Вот вечером и попробую зарядить камни от алтаря. Не получится – придётся поделиться с нашими тёмными кайрами или использовать заряженные заготовки артефактов с камнями "Слёз души".

Записка, переданная мне гномом от его мамы, была наполнена нежностью и любовью. Она радовалась за нас, что нам удалось выстоять против ергонцев и так же обижалась, что я так и не нашёл времени её проведать. Но я твёрдо решил не тревожить эту рану и от её записки у меня на душе тоскливо, а ещё одно расставание я сейчас не переживу.

Чтобы забыться, я снова углубился в изучение жезла верховного. Сегодня утром показал его Жаку. Удивление на его лице и как он отшатнулся от меня, сказало мне о том, что я уже должен был быть, как минимум мёртв.

Как оказалось, спикер верховного мага Ергонии это жезл тёмного мага. Он единственный в мире, других в природе не существует, откуда он взялся, Жак не знал, но вот, то, что владеющий им, автоматически становится верховным магом при условии, что маг им может пользоваться, это точно.

И ещё одну мысль подкинул баронет. Оказывается, как и везде в верхах, идёт борьба за власть. Не минула эта чаша и орден. Верховному кинуть вызов никто не мог – с жезлом маг мог легко уничтожить любого. А вот если бы и нашёлся тот, кто каким-нибудь образом смог убить Верховного, как это произошло в нашем случае, то жезл просто вновь возвращается в свою обитель, при условии отсутствия желающих его приобрести и могущих это сделать. Говорят, он много трупов наплодил из огромного количества желающих им владеть. Вот и Хэрн чуть не стал очередной его жертвой. Жак не знал, куда точно пропадает жезл, но думает, что вернулся бы в Ергонию. В нашем случае, жезл ждал, когда убийца Верховного заявит на него свои права. Паралич Хэрна он думает, произошёл вследствие того, что не он грохнул Верховного, и слегка не подходит по внутренним критериям. И спасло Хэрна как раз то, что не помня себя, спасая ему жизнь, я вырвал у него из рук жезл, а потом держа его в руках применял магию, пусть и другой школы, но видно использовал и его. А он меня признал! Очередная попа!

На вопрос: "и как же теперь быть?" Жак ответил: -"Ничего страшного в этом нет." Меня никто искать не будет. Погибну я и если не найдётся достойный в течении десяти суток жезл вернётся домой. Просто исчезнет, и появится у себя в ордене. Пока он гуляет со мной или с кем-нибудь другим, маги ордена выберут заместителя Верховному, и тот будет управлять деятельностью ордена. Такое уже было в истории Ергонии. И как говорят – это было золотое время развития герцогства. Так что с этой стороны можно быть спокойным. Фу-х! Успокоил!!!

Вот теперь, сидя у себя в фургоне, что не спеша колесил по пыльной дороге, управляемый твёрдой рукой Хэрна, я пытался магическим зрением проникнуть в плетения, заложенные в жезл. Тут же рядом лежали и белые палочки паладинов.

Самое интересное, что я заметил, когда я все палочки попытался сложить вместе и положить в сумку, то они, как магниты одного полюса стали при приближении друг к другу отталкиваться друг от друга. И я подумал, а что будет, если их приблизить к жезлу тёмного мага. Полярность у них, по идее, должна быть разная, значит… и не подумав о последствиях, я все три палочки с трудом удерживая их в одной руке приблизил к тёмному жезлу зажатому в другой…

Давно меня так током не било. В последний раз, когда первый Дакк случайно себе вживил.

Видно, я громко закричал, так как на мой крик с облучков свалился в фургон канн. Как он меня успел подхватить, когда я чуть под копыта лошадей следом идущей телеги не свалился, удивляюсь, но то, что произошло потом…

Хэрн, зараза, видя, что я ещё в сознании, но сопротивляться не могу, перевернул меня лицом вниз спустил с меня штаны и верёвкой принялся настёгивать мой многострадальный зад. Приговаривая при этом что-то про совесть и долг перед разумными, доверившими мне свои жизни. Мои слезы, что разом прорвались из глаз, его не остановили. Как я не извивался, но даже подъехавший Мартин и мои охранники его не остановили. Короче, всыпали мне по первое число. И честно сказать, было за что. Ведь можно и коней двинуть от моих экспериментов. Расслабился. Вот и поплатился.

На место ночёвки прибыл в расстроенных чувствах. Ни с кем не разговаривал. Из фургона не вылезал, обиделся сильно. Так и сидел на мягкой подстилке из соломы, вертя в руках то, что получилось от соединения жезлов тёмных и паладинов. Чёрное основание с набалдашником из камня чёрного цвета с вкраплениями белого. По бокам рукояти жезла три выпуклых белых полоски. Интересная штучка получилась. А как она работает? Пробовать прямо сейчас не хотелось.

Я хоть физические последствия со своего зада убрал, а вот душевные переживания куда убрать? Даже малыш очнулся от своей спячки. Для него происходящее напомнило о прошлой жизни, и эти воспоминания приятными назвать было трудно. Вот Хэрн ненароком и напомнил ему о прошлом. Да-а! Не позавидуешь мальцу. Ведь это он за меня плакал, я только испытывал унижение, и оно мне очень не нравилось, ведь если бы не чувство вины, валяться бы Хэрну, да и остальным в диких муках. Еле себя сдержал от ответного удара и наказания рабов!!!

Вдалеке, около большой чаши озера, в котором не видно было воды, стояла разрушенная часовня или храм. Я, спрыгнув с телеги, держа в руках жезл, направился на разведку, сзади ко мне сразу приклеились двое орков из охраны.

Рядом с разворачивающимся лагерем стоят взрослые дяденьки, что что-то обсуждали между собой. Стоило мне только направиться к алтарю, как сразу несколько пар глаз озабоченно уставились мне вслед.

Напряжение повисло в воздухе. Хэрна не видно и я его не чувствую. Не хочет меня видеть, так я его тоже не жажду лицезреть. Возле алтаря мусор и куски от выломанного основания. Но сам алтарь цел, хотя и наклонен на бок.

– Меня не сопровождать, близко не подходить. – отдал распоряжение я сопровождавшим.

Ближний орк, не могу запомнить их в лицо, как их зовут, кроме их старшего, прокашлялся и робко проговорил:

– Простите, Ваша светлость, но у нас приказ не оставлять вас ни на мгновение одного. Простите нас. – с поклоном он развёл руки стороны.

– Я сказал, ждите здесь. И это приказ! – слегка повернув голову в его сторону, добавив металла в голос, сказал я. – Меня не беспокоить. Кто бы не пришёл. Приказ ясен?

– Да, Ваша светлость – снова поклонившись, твёрдо ответил мощный орк. В своём новом доспехе он выглядел просто великолепно.

Я прошёл в дверной проём. Большие двустворчатые двери отсутствовали. Крыши тоже не было. Дальняя стена, собранная из цельных валунов, оплавлена и слегка наклонена в сторону алтаря. Такое впечатление, что вот-вот рухнет. Боязно здесь одному, но и сидеть в фургоне не хотелось. А главное, видеть никого я не хотел. Подошёл к алтарю, положил на гладкий камень руки, прикрыл глаза. Хм-м! А камень живой!!! Алтарь рабочий, только повреждённый. А проверим-ка его на наличие тёмной энергии!

Оп-с! Как я и думал, алтарь практически полностью парализован окутавшей его, как саваном, плотным слоем скопившейся тёмной инстанции, как туманом закрывшей доступ солнца к магической составляющей алтаря. Я заглянул в проём за алтарем, наверное, в нём раньше или окно или витраж стоял. Но сейчас только несколько осколков цветного стекла валяются возле проёма. А за ним вид большого карьера. Углубление метров десять в глубину, на дне которого виднеется небольшая лужица воды. К ней по склону карьера ведут грубо выдолбленные ступеньки. Видно, раньше здесь было озеро. А как рассказывала Марфа, основная беда проклятых земель не Линчи, хотя встреча сними тоже не фонтан, а именно отсутствие чистой воды. Если и есть где грязные лужи скопившейся воды после дождя, то пить её смертельно опасно. Поэтому маги и разработали фляги с дезактивирующим плетением. Только редки они и стоят…

Озеро раньше было большое, метров с сотню в диаметре, а теперь заросло по склонам деревьями и кустарниками. Интересно, а озеро и алтарь связанны между собой? Кто его знает. Может, и были когда-то связанны. Может, эта лужица результат работы алтаря. Даже такой работы, ведь алтарь не мёртвый. Надо его почистить, заодно и манну собрать. Вряд ли удастся здесь магической силой разжиться. А что, жезл у меня есть, тем более, в первую очередь, предназначенный именно к применению тёмной магии. А вот куда складывать добытую манну вообще не вопрос. Во-первых, сам жезл, а во-вторых, целых семь почти пустых камней душ у меня в контейнере на поясе болтаются. Да и камни хаоса, и остатки камней слёз души тоже требуют подзарядки. Я бы своими запасами носимых местных батареек не один бы заряженный алтарь уполовинил. Забирать энергии больше из них нежелательно, потому что возможны необратимые процессы. Как и в нашем случае. Кто-то же его, в смысле алтарь, довёл до такого состояния, правда полностью уничтожить не мог, либо сил не хватило, либо поиздеваться решил, если предположить, что алтарь может чувствовать. А беситься из-за своего бессилия испытываемого тысячи лет, ещё та пытка. Теория интересная.

Я уселся рядом с алтарём прямо на вытоптанный пол. Холодно не было, Хэрн настоял ещё вчера, чтобы в дорогу я одел сверху меховые штаны. Погода ухудшилась, холодно, и видно, скоро, со дня на день, должен пойти снег. Устроился хорошо, удобно. Я снова прикрыл глаза. Теперь переходим на магическое зрение. Так, вот вроде под слоем тёмного тумана, мелькают светлые точки. Ну, с ними, что делать, я не знаю, может, если наберу много энергии и через себя её профильтрую, попробовать, как делал с лошадьми, когда после лечения перекачивал их энергию в них обратно. А что, мысль! Раз получилось, может и в этом случае сработает?!

Начинаем. Плетение для снятия энергии копируем в книге магии, которую постепенно пишу, когда есть время. Теперь, контакт с алтарём, внимание! Поток хлынувшей манны пропускаем через себя и только потом направляем сперва в жезл.

Ух-ты, какой у него объём! Тёмную энергию, наверное, никогда с алтаря не снимали, вон сколько её!!! Жезл полный, а ёмкость его не один десяток камней душ. Теперь переходим на камни закрытые в контейнере на поясе. Вкачиваю манну, используя свой личный колодец, как дополнительный насос, камни практически полные, но и поток энергии постепенно сокращается и уже под действием только своей силы потока энергия в камни не входит, приходится помогать. Если камни забил полностью, то жезл докачать до конца не получилось, энергии больше нет.

Всё!! Вот так объёмчик. На маленькую войну хватит. Жаль, камни хаоса у орков, но ладно их заряжу потом, просто перекачаю энергию из камней Душ. Так, а теперь что? На удивление, сил магических тоже добавилось. Что же, опять наверное прокачался. Такими объемами энергию через себя пропускать… а ведь я после удара током, сознание не потерял, и я думаю, в этом чисто моя заслуга, а не верёвки Хэрна. Воспоминание о выдержанной экзекуции уже не вызывало у меня такой обиды на весь свет, как раньше. Хэрну, думаю, сейчас не легче. А ведь сейчас очень хороший повод его простить.

– Хэрн! Отзовись! – мысленно послал я импульс в пространство.

– Слушаю, хозяин! – ага всё ещё сердится, раз я всё ещё у него хозяин. Так это мне надо сердиться, это моя .опа пострадала, практически безвинно! – быстро собери все камни хаоса у орков и захвати камни душ, что находятся у тебя и давай ко мне! Я охране команду дам, чтобы тебя пропустили.

– А ты где?

– Не притворяйся, Хэрн, тебе это не идёт! Ты ведь прямой, как меч, зачем тебе эти выверты? Всё! Жду!!!

И уже обращаясь к оркам, что находились на посту, возле входа в храм дал команду:

– Хэрна пропустить ко мне! Выполнять!

Хорошо с этими воинами. Простые они!… Есть приказ – выполняют, точно и в срок. Нет приказа – сидят, ждут. Идеальные солдаты и честные, главное!

Вот рядом примостился кто-то, а кто это может быть, если не Хэрн?

– Ты что опять творишь, малыш? – мысленно обратился ко мне канн, видно боялся отвлечь меня голосом.

– Манну собираю и алтарь чищу. И есть мысль немного поэкспериментировать. Хочу алтарь запустить. Во всяком случае, попробовать. Получится – хорошо, нет – ну и ладно!

– Зачем нам это, малыш?

– У нас все камни практически пустые, и я их все зарядить сам не смогу. А при путешествии, сам знаешь, всё может быть. А лишний козырь в рукаве на проклятых землях лишним не будет. Поэтому, слушай внимательно. Сейчас я буду перекачивать энергию, манну и силы обратно в алтарь, а ты внимательно следи за происходящим вокруг. – и не ворчи под руку – это приказ. Готов? Начали!

Я, сосредоточившись, и наметив то место, где недавно маячили белыми всполохами, энергии света принялся, используя свой колодец, перекачивать обратно в алтарь очищенную мной энергию. Сначала пошло легко, а вот потом всё сложнее и сложнее. Я уже начал испытывать реальную боль, причём моя попытка поставить барьер потерпела неудачу. И теперь я сквозь зубы проталкивал манну колодцем в алтарь, нещадно выкачивая её из жезла. Вначале ничего не происходило, но потом костерок, вспыхнувший в месте закачки энергии в алтарь постепенно начал разгораться. Становился всё ярче и ярче, а мне становилось всё больнее и больнее. Вдруг алтарь разом засиял всеми цветами радуги так ярко и сильно, а я, от настигнувшего меня болевого шока, просто потерял сознание.

Отступление пятое

Лагерь засыпал. Посты выставлены. Дежурные назначены. Рядом проклятые земли, не до расслаблений. Воины к своему новому статусу начали привыкать и быстро смирились. Полк боеспособен. А что их ждёт завтра… главное, не забвение! Мысли Жака текли плавно, не перескакивая с одного на другое. В его подчинении оказались люди намного выше его по положению в обществе. Но они бывшие рабы, а это не только уровняло его с ними, но и неизмеримо подняло надо всеми, кто носил ошейники, а главное, кто давал клятву на крови тёмным. Но он, Жак, сделал всё для них возможное, чтобы вернуть их к прежней, нормальной жизни. Конечно, жизнь у них уже никогда не будет прежней. Их в семьях могут даже лишить наследства и титулов, но если оказать услуги Императорской семье, то есть шанс выпросить для бывших отпущение всех их грехов. Шанс… и они им воспользуются, не упустят по глупости. Все всё понимают и слушаются не потому, что не слушаться не могут, так как давали ещё одну клятву, пусть и не ему, баронету, а непонятному малышу, впрочем, как и он сам, Жак, дал клятву. Но и потому, что понимают, что упускать шанс на прежнюю жизнь и потерянный авторитет никак нельзя.

Какой сегодня насыщенный день, да и ночь вчерашняя от него не отстала. Жак про себя посмеялся. Малыш сперва спас Хэрна, а потом отпинал его, находясь в ярости. А днём уже Хэрн вернул хозяину долг сторицей, верёвкой по жопе. И было за что, чуть не погиб малец по глупости, а ведь на него теперь и жизнь самого Жака зациклена, как и сотни других, хоть бери его и приковывай цепями, чтобы никуда не лез. Да куда там, опять отличился. Не успели приехать, так сразу к алтарю его потянуло. Если бы не Хэрн, точно все бы здесь легли! Что там он с алтарём сделал непонятно, но результат налицо. До сих пор огромный гейзер выбрасывает массы горячей воды из недр земли вверх в небо, наполняет берега озера водой, а потом она потечет орошать засушливую почву земель, где толком ничто не растёт и никто нормальный не живёт, кроме умертвий и всякой другой пакости.

Вон Хэрн с Мартином идут, а с ними огромный орк, начальник охраны пацана. Идут, что-то бурно обсуждают! И так понятно что. Перво-наперво, как выжить самим вместе со своим бесшабашным хозяином?!

– Я тебе говорю – донёсся до него раздражённый возглас Хэрна – я не знаю, что он там сделал. Сказал, что манну тёмной энергии снимает с алтаря. А потом решил поступить, как и с лошадьми кайры. Вот вам и результат. Я его только и успел у земли подхватить. И плетением лечения первого уровня приласкать. Всё то, что я умею из лечебных. Его видно, болью долбануло. Но ведь он умеет блокировать болевые ощущения. Да-да не удивляйся. Но видно, в этот раз это не помогло. Я его по менталу почувствовал. – они уже подошли к костру возле которого сидел полноправный командир обречённых.

– Вы его, что, одного оставили? – спросил Жак

– Нет, не беспокойся! – ответил ему злой Мартин. – с ним гном остался. Присмотрит, если что, да и ребята Луи на месте. Ты сам как? – спросил Мартин, усаживаясь рядом с Жаком и знаком показывая ординарцу, чтобы принёс кубки и вино. – что делать-то будем? Малыш неуправляемый, во все дырки лезет, словно не понимает, сколько от него жизней зависит. Чего молчишь, Хэрн, как сюда шли так рот не закрывался, а тут, как воды в рот набрал. Сказать что ли нечего?

Хэрн, насупившись, молчал. Только глазами зыркал. Мартин хмыкнул, взял наполненный кубок.

– Ладно, давай что ли выпьем! С моим братцем точно сопьёмся. Хай, поправляется.– И уже обращаясь к Жаку, сказал:

– А ты знаешь, что наш великий маг ещё учудил? Нет, не малыш, на этот раз его наставник?

Жак удивлённо перевёл взгляд на помолодевшего Хэрна и пожал в недоумении плечами.

– Он у нас сегодня уже успел покупаться. Представляешь? На улице холод собачий, а этот купаться вздумал. Видишь, какой довольный! Вода горячая, и половины озера ещё не наполнилось, а его на водные процедуры потянуло. Кстати Хэрн, а ведь ты реально за сегодняшний день помолодел! Слава богам за это чудо, но факт остаётся фактом. Ты, как из озера вылез, так словно другую кожу надел. Не расскажешь?

– Если бы ты не жужжал под ухом, то я был бы ещё более довольный. Эх, жаль, нет зеркал, очень хочется на себя молодого посмотреть. Ты серьёзно говоришь, что я помолодел? – обратился недоверчиво с вопросом к Мартину Хэрн.

Мартин знал о мечте Хэрна обрести вторую молодость, и ему очень хотелось пошутить над канном, но в данный момент он и сам хотел знать правдивый ответ Хэрна.

– Ты и правда сильно помолодел. – сказал в волнении Жак за него – сам что не чувствуешь?

Хэрн задумался. Он правда чувствовал себя просто прекрасно сегодня с утра, но после того, как помылся и поплавал в горячем озере его тело обрело непонятную лёгкость. А что, всё может быть. Его, когда вчера малыш спасал, мог и теми плетениями огреть, которыми он Дора на ноги ставил, а горячая вода, вызванная из недр земных алтарём, усилила действие плетений. Но ребятам знать об этом не стоит, валить надо на волшебные свойства горячей воды. Так он друзьям и поведал, как всегда не удержавшись и в некоторых местах своего повествования приукрасив и безбожно приврав. В частности, кинув мысль, что пинки малыша обладают целебным действием, но только тогда, когда хозяин не в себе. Ведь все помнят, в каком состоянии его отрывали от Хэрна.

Посиделки постепенно переходили в пьянку. Малыша, пока он не восстановится после своего очередного приключения, тащить через гиблые земли нельзя. Слишком опасно. Да без его помощи тоже очень опасно. Полноценного мага у отряда нет, а сила Линчей и других местных обитателей именно в магии. Подождём, пусть поправляется, спешить особо не куда, днём раньше, днём позже, какая теперь разница?

Глава 8

Я опять, в который раз заканчиваю день потерей сознания. И силы магические в достатке и манны валом, а вот хрупкое, даже я бы сказал, хилое телосложение часто играет со мной злые шутки. Я, правда, не знаю, сколько мне лет, может для своего возраста я Геракл, кто знает? Организм не выдерживает ни моральных, ни физических нагрузок и сознание просто отключается. Вот так произошло и вчера. Только почему у меня не получилось поставить барьер против боли? Непонятно. Больно было очень. Как там Хэрн, небось, опять мне по заднице захочет надавать. Но кто знал, что так всё произойдёт? Надо вставать, да посмотреть, что у меня вчера получилось.

Чувствую себя на удивление хорошо. Слабости нет и настроение просто отличное.

– Хэрн – мысленно позвал я друга. По менталу пришло что-то типа бормотания и всхлипов. Не понял, он что пьян..?!

Я встал, оделся, спал раздетым, вчера, когда укладывали, раздели, а мог это сделать только Хэрн. Все мои побрякушки на месте, включая кинжал и пояс. На улице морозно, но снега нет. Трава жухлая, а со стороны озера слышатся весёлые крики, и поднимается непонятный пар. Я посмотрел на напрягшихся орков. Пара воинов неразлучно охраняют мой покой, днём и ночью. Когда они только спят? Как же их зовут? Вот этого рыжего, вроде Гных, а его напарника… не помню. Говорили, точно, но… ну не запоминаю я их вычурные имена.

– Гных, что происходит и где Хэрн и почему никто меня не разбудил? У нас, что, затянувшийся отдых?

Правый от меня воин поклонился и при этом совсем не рыжий. Видно, это и есть Гных, а как же тогда зовут его напарника?

– Ваша светлость! Отвечаю по порядку. Ребята купаются в озере – у меня после его слов глаза на лоб полезли. Купаются? – господин Хэрн изволят отдыхать. Они вчера с господами баронетом и Мартином немного посидели… до утра и сегодня объявили выходной. То есть, отдых. Ваша вчерашняя очередная авантюра привела к тому, что со дна озера ударил гейзер горячей воды. Напор был такой, что озеро наполнилось за ночь и по старым руслам вода уходит в сторону проклятых земель. Поток довольно сильный, поэтому русла прочистились самостоятельно, вода всё сносит со своего пути. Вчера, после того как вас уложили спать, господин Хэрн пошёл купаться. И вы не поверите, он сильно помолодел. И еще. Все, кто попил воду, получают прилив сил, и старые раны воинов перестают болеть. Господин Жак разрешил бойцам купаться, а мыть лошадей только в вытекающих из озера речках. Вода также действует и на животных. В общем, люди и животные отдыхают, – и с укором добавил – И все боготворят господина Хэрна за это чудо!!!

Я усмехнулся. Вот настоящий пиарщик. На ровном месте себе имя делает! А нам что, трудно, помочь другу?

– Давай и мы порадуемся за великого мага каннов. Как у нас с завтраком? Пошли кого-нибудь, пускай принесут, а мы пока сходим, посмотрим на алтарь, и, может быть, тоже покупаемся…

Алтарь налился силой и мощью. Не знаю, в честь какого бога он установлен, но его манна и сила мне подходят, а это главное! После завтрака займёмся зарядкой камней, а если хватит мощи алтаря, то и заготовок к артефактам. Что характерно, мой жезл так и лежал, где я его выронил. Никто к нему не прикоснулся, все боятся. Что же, подобрал свою новую игрушку, запихнул его за пояс и пошёл с сопровождающими посмотреть, а может и поучаствовать в открытии и закрытии пляжного сезона. Пляж впечатлял. Рыцари, не долго думая, расчистили берег озера, со стороны храма, просто выкорчевав деревья и кустарники, благо почва оказалась сплошной песчаник и теперь веселятся, плескаясь в горячей воде. Горячий источник!!! Отлично. Можно и мне покупаться. И раздевшись, вместе с моими охранниками, бросился в воду.

Какая благодать! Тело налито силой, настроение прыгнуло до небес. Хочется петь и веселиться, даже малой из своей ракушки вылез. Радуется со мной наравне и кайфует. Сколько я провёл времени в воде не знаю, но смог меня оттуда выгнать только начавшийся дикий голод. Завтрак расторопные охранники накрыли прямо на берегу, под клубящимся над водой паром. Было тепло и радостно. Я столько съел, что даже орки пришли в оторопь. Между перерывами в принятии пищи, вызванной необходимостью пополнить наши запасы, я ещё дважды делал заплывы. Нырял, долго задерживая дыхание, чем сильно нервировал охрану. Ближе к обеду вспомнил и о делах. Хорошенько перекусив, оделся и вновь под усиленной охраной, пошёл готовиться к работе с алтарём. Я собрал все имеющиеся камни душ, запас камней хаоса и все не заряженные заготовки или не до конца заряженные. И не забыл про камни Слёзы души. Алтарь выглядит очень мощным, его запас поражает. Не воспользоваться такой возможностью было бы глупо. И я до самого вечера сидел возле алтаря, и по одному пропуская манну через себя, вкачивал её сперва в камни душ, потом в камни хаоса, а затем добрался и до камней слёз. Камни слёз хотя и были намного мощнее камней Хаоса, но имели один очень существенный недостаток. Они были очень красивы. И спрос на них, как на ювелирные камни, в Империи и в мире очень высок. Если камни хаоса рассматривались только как пособия для магов, то слёзы шли нарасхват всюду. Поэтому и получить заточку за увиденный камень можно очень просто, а за камни душ я и вовсе не говорю.

Заполнил всё, что у меня было, а наличие манны и силы в алтаре, на первый взгляд, даже не уменьшилось! Повезло. Вечером опять водные процедуры. Ферро во время купания, он тоже не удержался, похвастался, что установил на, доставшиеся от церковников, арбалеты приспособы, для установки стреляющих артефактов. И поинтересовался, кому их выдать? Я сразу его отправил с этим вопросом к Хэрну, сказав передать моё мнение. Я считал, что единственный оставшийся арбалет надо отдать Мартину или Жаку. Братик у нас лучник от бога, а вот баронету стреляющие оружие не помешает. Правда, он немного мелковат для игрушки гномов. Но решать им, пускай сами разбираются. А Ферро наказал появиться перед отбоем у меня в палатке, и принести все имеющиеся арбалеты с установленными артефактами. Будем комплектовать арбалеты зарядами для стрельбы.

Как и ожидалось, Жак не осилил арбалет Дора, о чём сильно жалел. А снимать артефакт и переставлять его на машинки паладинов я не разрешил. И арбалет получил Мартин. Он сначала пыхтел, мол зачем ему арбалет, если он лучник, но после того как наш начальник охраны продемонстрировал возможности арбалета с артефактом, все вопросы разом у брата отпали. Зато они возникли у всех свидетелей этой демонстрации, а ими оказались все без исключения. Конечно, в вечернем небе такой фейерверк. Хэрн с бодуна посоветовал произвести выстрел вверх. Салют, да и только. На этом этот удивительный день закончился. Воды набрали про запас. Завтра, перед отъездом, решили покупать лошадей в озере и покупаться самим. Как сказал один из бойцов, который хорошо знает дорогу, до первого алтаря, где обычно останавливаются караваны, максимум полдня езды, если конечно, не будет разных задержек.

Я даже успел перерисовать себе в книгу магии несколько особо понравившихся плетений из книги верховного. А потом, раздевшись и закутавшись в одеяла, завалился спать. Завтра ожидается трудный день. Пока засыпал, повторял в уме плетение, использованное паладинами на празднике святого Патрика. Была у меня задумка перед переходом применить его ко всему отряду. Не знаю, потяну ли я его один. Завтра ясно будет. Всё, спать!! Бай-бай!!!

Глава 9

Проснулся лагерь очень рано и, в свете разведённых костров, в сторону озера, раздетые воины вели своих скакунов. Удивительно, но лошади совершенно не боялись воды, а горячая вода расслабляла и убаюкивала. Никто не плавал на глубине. Люди и животные, будто напитывались теплом, бодростью и силой. Кони напивались, как верблюды, да и люди от них не отставали. Общий утренний моцион длился часа два, не меньше. Чувствовалось, что без соответствующей магической защиты, воины опасались пускаться в это опасное путешествие. Но приказ прозвучал. Трубач дал сигнал и вот уже идёт построение отряда. Наша повозка находится в середине колонны. Все вооружены. В этот раз я в седле на своей Тени. Хэрн с Мартином поворчали, но не сильно. Вспомнив утром о том, как в своё время, бобик настаивал, чтобы взяли с собой кулон защиты, и кольца блокировки и защиты от нежити, доставшиеся от эльфа, надел их на пальцы. Смотрелось смешно, кольца большие по размеру, приходилось постоянно ладонь держать сжатой в кулак. Они работали в комплекте, дополняя друг друга. Кулон ставил активный кинетический щит третьего порядка, кольцо защиты не позволяло приблизиться нежити на расстояние, напрямую зависящее от прилагаемой силы магом. Кольцо блокировки защищало разум носителя от ударов приступов страха, одного из основных видов оружия высших Линчей, а то, что мы можем здесь с ними столкнуться вероятность была очень велика.

Все готовы. На лицах воинов сосредоточенность и немного присутствовал страх. Про проклятые земли рассказывали много и всё очень страшное. После холмов, что как-то резко закончились, началась пустошь. Деревьев нет. Редкий кустарник весь жутко раскорячен и изогнут. Серость вокруг и страх. Утром сегодня я поменял на своём колодце гирлянду плетений. Теперь у меня на колодце одиноко висела одна гирлянда, состоящая из двух плетений школы святого порога. Два плетения, которые я прочувствовал на себе. Одно плетение паралича, оно оказалось более высокого уровня, чем "благословение" – это плетение, которое плели паладины на празднике.

Всё это мои приготовления, но самое невероятное произошло, когда копыта моего коня переступили зримую границу проклятых земель. Кольца эльфа сжались в объеме, став как раз по размеру моих пальцев и как когда-то кулон защиты моего первого канна стали поглощать из моего колодца манну и силы. И делали это так нагло и быстро, что у меня закружилась голова, от бессилия ухватился за заткнутый за пояс жезл и тут же отбор манны из моего колодца прекратился, перейдя на энергетический запас жезла. Я перевёл дух и незаметно вытащил из кармашка заготовленную полоску НЗ. Сунул в рот, разжевал. Помогло, но это значит, что я себя лишил одного приёма. В запасе осталась всего одна попытка восстановления сил, остальные бесполезны. Весело! Не успел начать движение и уже такие потери. И лёгкости после купания не чувствую и этот бонус у меня эльфийский подарочек съел.

Вокруг пасмурный и унылый пейзаж. Настроение уже на нуле, только от одного вида неестественной пустыни. Все тоже едут насупленные. Задор и бравада, с которой началось движение, исчезло, люди напряжены. Орки обступили меня вокруг. Остальные воины с удивлением смотрят на мой эскорт. Ни у кого из начальства персональных охранников нет, даже у Хэрна, он свою четвёрку Жаку отдал, в качестве вестовых. Хотя и есть у всех командиров мысленная связь, но мало ли, она на проклятой территории даст сбой?

Ехали без остановок. Авангард и арьергард в пределах видимости, все на лошадях породы тёмной кайры. Напряжение чувствуется даже в воздухе, который холодный и колючий, неприятный, а пробивающиеся сквозь туман лучи солнца совершенно не греют, а только создают атмосферу разрушенного склепа. Жутко. Никто не разговаривает, не слышно смеха, все внимательно осматривают пробегающую мимо территорию. Любоваться нечем. Камни, песок и пыль поднятая сотнями копыт.

Вот впереди какое-то движение. Наш авангард остановился. У старшего отряда авангарда поднята вверх рука. Что-то случилось. По мысленной связи пришло обращение.

– Внимание! Нападение. Живые мертвецы. Сотня, не меньше. Стоят поперёк дороги не нападают, вооружены очень хорошо, но доспех и шлемы не известны.

– Авангард, назад! – дал команду Жак. – Внимание всем, тревога! Подготовиться к бою. Напоминаю, при нападении противника без поддержки магами все спешиваются. Как показывает практика, первой целью мертвецов в бою являются наши лошади. Хэрн, малыш, подъедьте ко мне, без вас никак.

Я, со своей охраной выехав из строя, по обочине помчался в голову колонны, где и находился весь командный состав.

Когда мы подъехали вокруг Жака и Мартина собрались все командиры, и видно обсуждали наши полководцы сложившуюся ситуацию и выдвигали идеи, как ей противостоять.

– Это ловушка! – сказал командир авангарда. – Линчи всегда так поступают. Пойдёшь в атаку, а тут сбоку архилинч собственной персоной. Не многим удавалось спастись. – он перевёл взгляд на Хэрна – А что нам может предложить господин маг?

Хэрн посмотрел на меня и ухмыльнувшись произнёс:

– Сейчас ничего, а вот после того как вернусь, может что-нибудь и придумаю, – и уже обращаясь ко мне сказал – Малыш, ты со мной?

Я молча кивнул и по мыслеречи быстро произнёс.

– Начальник авангарда парень опытный, врать не будет, значит где-то рядом Линч. Только вопрос, где он? Предлагаю следующее: на разведку идём одни. Остальные готовят ударный кулак. Впереди наши охранники с арбалетами. За ними ударная группа резерва, прикрывают лучники из состава авангарда и арьергарда. Все остальные следят по сторонам. Как тебе план?

– Неплох. – так же мысленно ответил Хэрн – но почему мы одни?

Тут уже усмехнулся я.

– Спровоцируем. Мы одни с магической защитой и кольцами с защитой от ментальной атаки. Можно взять с собой Мартина, но больше никого.

– Хорошо! Принимается!

И Хэрн быстро обрисовал мой план остальным, выдав его, естественно, за свой. Жак сразу согласился, он понимал, что если и есть у кого шанс выжить при внезапной атаки умертвий, то только у нас…

Втроём, не спеша, как на прогулке, мы двинулись вперёд к злополучному повороту.

Оп-па! И кто говорил про сотню противников? Вот это да! Нашим киношникам и не снились в кошмарном сне такие ужасы! Около трёх сотен полусгнивших людей и не только, ровным строем стояли поперёк дороги в шеренгу по четыре, перекрыв полностью дорогу между оврагом, что с правой стороны подходил к дороге и небольшого откоса с левой. Манёвра для конницы никакого. Прямой удар возможен, но потери будут ужасные. И что делать?

– Малыш, ты его чувствуешь? – мысленно спросил Хэрн. Я помотал головой. Я никого не чувствовал. Вот разве…

– Овраг? – неуверенно спросил я.

– Очень похоже! Мы в атаку, а по нам сбоку пару подарков, и привет, прадеды! Что делаем?

– А что если подъехать к краю оврага и очередью из арбалета по дну пройтись? Если там кто будет, мало не покажется.

– А, давай!

И уже голосом обращаясь к Мартину, Хэрн тихо произнёс.

– Сейчас тихо сдвигаемся в сторону оврага. Арбалет в готовности. И как только будет видно дно оврага, открываем огонь. Мартин, не удивляйся, но твой арбалет стреляет порциями фаерболов. Твоя задача просто направить его в сторону противника, нажать и не отпускать кнопку пуска. Как только заряд закончится, кнопку отпусти, а лучше, стреляй одиночными. А мы с малышом огненным ковром овраг накроем. Почему? Потом объясню. Начали!

Сдвинув коленями лошадей в сторону оврага, мы быстро забрались на маленький бруствер и то, что увидели там, совсем нас не обрадовало. Овраг забит нежитью под завязку.

Видно, от действия защитного кольца, не позволяющего ей приближаться на определённое расстояние ко мне, как к носителю артефакта, половина умертвий корчилась на дне, остальная половина прибывала в ступоре. Ведь я сам резко приблизился. Защитный контур эльфов действовал отлично.

– Огонь! – заорал Хэрн и мы из трёх арбалетов очередями накрыли весь периметр оврага. Жахнуло так, что лошади резко отскочили от бруствера, спасаясь от огня. Вот так дали! В воздух поднялось большое огненное облако. А вот теперь, по-моему, пора делать ноги. Стоявшие до этого неподвижно воины противника, видно, получив команду от главного, бросились в нашу сторону. Мартин замешкался и Хэрн, в надежде, что отдых арбалета окончился, попытался остановить атаку нежити градом летящих фаерболов, но не судьба. Перезарядка или что там ещё, не знаю, – не закончилась. Пришлось отступать. Резко развернув лошадей, метнулись назад, а нам вдогонку со стороны противника ударили лучники и арбалетчики. Защита выдержала, удержала или отвела в сторону пущенные нам в спины стрелы и болты, но отбор манны из жезла защитными кулонами продолжился с новой силой. Не доезжая до поворота дороги, осадил своего четвероногого друга и, вскинув арбалет, очередью полоснул по наступающей толпе нежити. Ударил хорошо, но и у них видно есть защитные кулоны. Шквал огня наступление остановил, но видимого урона не нанёс. Атака захлебнулась или командир мёртвого воинства решил вступить в бой сам. Наша троица подверглась внезапной ментальной атаки страхом. И если я, благодаря кольцу эльфов остался, практически, спокоен, то Мартин с Хэрном выглядели озадаченными. Видно почувствовали, что по ним чем-то таким увесистым запулили, а чем именно непонятно! Вот вам и действия коней породы кайры во всей красе. Теперь понятно, за что такие деньги за них требуют.

– Огонь! – заорал возбуждённый Хэрн. И снова шквал огня над позициями противника. На этот раз удар удался. Тела мёртвых воинов откидывало по сторонам взрывами фаерболов. Видно, маг не успел поставить щиты. Но вот из огненного облака в нашу сторону метнулись две огромные тёмные фигуры на чёрных мощных скакунах.

– Ох, боги! – простонал опытный Мартин – Рыцари смерти!!! Тикаем!!! Нам их не удержать! Быстрей!!!

И снова резкий разворот и мы несёмся обратно к своим. Хэрн диким голосом по мыслеречи орёт Жаку, чтобы встретили несущихся за нами порождений тьмы плотным строем из копий и дружным залпом магических начинок и болтами из арбалетов охраны и Ферро.

У меня на голове волосы дыбом от страха. Жуткого страха!!! Несколько долгих мгновений и мы на всём скаку проскочили по обочине мимо выстроенного строя зарождающейся гвардии ощетинившегося копьями. В этот момент у меня, как будто в голове что-то щёлкнуло. Вот оно, рождение доблестного полка, покрытого славой побед!!! Если сейчас выстоим – полку быть!

За спиной громко прозвузала команда – Залп!

В сторону мчащегося противника протянулись огненные трассы очередей из шести арбалетов. Вот это сила!!! Я, успокоив коня и развернув его в сторону продолжавшегося боя, вскинул арбалет. Там, где только что скакали всадники – море огня. Неужели нам удалось остановить эти порождения тьм… ЧЁ-ЁРТ!!!! Из горящего моря внешне невредимые выскочили всадники. Я мгновенно влил в лежащий в ложе арбалета болт манну и силу и без подготовки выстрелил в надвигающихся всадников. Мгновение и сейчас болт достигнет этот мчащийся ужас и разнесёт его в клочья. Но не тут-то было. Болт, практически достигнув доспехов рыцарей отвернул в сторону и, столкнувшись с землёй, поднял в воздух облако нехилого взрыва. О, господи! – нам хана! Паника охватила меня так нежданно, что противиться ей было почти невозможно. Опять малыш так не вовремя проявил свою сущность. И в это же время удар по полку нанёс маг противника. Стена копий вместе с бойцами рухнула на землю. Все, кто не сидел на конях кайров, попадали без сил на землю, бросая оружие, хватаясь руками за головы. Это разгром! Пронеслось в моём мозгу. Это конец!

В строю только всадники резерва и лучники особой группы. Все под кем лошади породы темной кайры. Но и они вряд ли смогут на равных противостоять мощи рыцарей смерти. Что делать? Что?

До столкновения оставались мгновения, когда наш отряд арбалетчиков, состоящий из моих охранников и Ферро произвёл ещё один залп, теперь уже болтами. Болтами с наконечниками из металла древних.

Я не поверил своим глазам. Болты прошли сквозь магические щиты, и буквально насквозь пронзили чёрных рыцарей. Не смогли их остановить даже внушительные латы, надетые на монстров. Над полем боя пронёся дикий крик боли. Два тела на ходу свалились с коней, а те, потеряв своих всадников, остановились, как вкопанные, буквально в двух шагах от стоящих арбалетчиков.

Но радоваться времени нет, из-за поворота показалась необузданная толпа нежити. Её напор грозил растоптать нас, и одного количества мёртвого воинства хватило бы, чтобы вбить нас в утоптанный грунт дороги. И в тоже время, маг снова применил свою коронку – магический удар необычайной силы. На этот раз от удара страха наши лошади начали метаться в разные стороны, давя копытами лежащих стонущих на земле людей. И только в этот момент я очнулся, от непонятного оцепенения, и резко распаковал руны плетения "Благословения", на эмоциях влив в него такое количество манны и силы, пропуская их через зажатый в руке жезл, что граница примёнённого плетения захватила и передние ряды нападавших. Снова над полем пронёсся дикий вой, но на этот раз кричали десятки глоток, а может быть и сотни. Яркое свечение, испускаемое жезлом, вначале ударило ввысь, раздвинут туман, и как бы схватив рванувшие к земле солнечные лучи и преобразовав их в энергию радости чистым переливающимся светом, залила пространство вокруг нас на многие десятки шагов. Под действием энергии солнца лошади успокоились, люди прекратили корчиться от боли и принялись неуверенно подниматься на ноги. С каждым движением двигались быстрее и осознаннее. Поднимали щиты, оружие и вставали в строй, образуя плотный ощетинившийся рубеж на пути нежити, выставив вперёд острия копий. Порядок восстановлен, на лицах бойцов спокойствие и злость, от былой неуверенности не осталось и следа. Я спешно восстанавливал использованную руну. Страх подстёгивал и как кнутом бил по нервам. Спустя несколько мгновений на колодце засияло восстановленное плетение.

Несмотря на потери противник, пусть уже и не так уверенно, и быстро, но приближался к нашим позициям. Попавшие под моё заклинание мёртвые воины под действием, то ли ярких солнечных лучей, или от заклинания истаяли в прах, только доспехи и оружие остались лежать на земле, на месте их окончательной гибели.

Можно было бы снова применить по приближающейся нежити такое эффективное плетение, но я ждал. Уверен, маг или как его тут называют Линч, выжидает удобный момент и когда волна мертвечины доберётся на расстояния броска, последует атака заклинанием страха или чего ещё похуже. Единственно надо бы…

Я обернулся назад и посмотрел туда, где к нашему фургону остался привязанным мой катар. А это вариант!! Нечего, не занятым лошадям путаться у нас под ногами, они и так уже отличились, потоптав своих новых хозяев копытами. И последствия этого массажа боюсь, ещё долго придётся расхлёбывать. Импульс в сторону катара, и к своему вожаку устремились все лошади, не имеющие всадников или не запряжённые в возы. Оп-па, а вот и три чёрных огромных коня промчались по обочине, старательно обходя людей и разные препятствия, в виде телег и разного набросанного хлама. Только почему три? Рыцарей смерти было всего два??? А может…

И в этот момент Линч нанёс удар! Волна страха захлестнула защитников, но на этот раз из воинов никто не упал. Пригнулись к земле, словно им на плечи мешки с песком набросили, но стоят, строй не ломают со злостью и уверенностью в своих силах ждут приближающегося противника.

Ну что же, а теперь и наш ответ. Резко, одним импульсом, пропуская через себя всю разом взятую энергию из камня душ, направил её в зажатый в левой руке жезл, и через него в руну церковного плетения "Благословения".

Результат меня ошеломил! Всадники на кайрах не чувствовали действия ни моих плетений ни противника. А вот наша пехота,… а главное, особенно жуткообразное воинство Линча!

Лица у гвардейцев разгладились, спины и плечи выпрямились, появились улыбки и раздались радостные воинственные возгласы!

А мёртвое воинство таяло под действием плетения, как лёд под солнцем. Такое ощущение, что Линч их просто бросил, так как магическая защита отсутствовала. Бросил, чтобы обеспечить себе возможность беспрепятственно слинять с поигранного сражения, а эта отчаянная атака просто отвлекающий манёвр? Возможно! А если предположить, что его конь сейчас трётся шеей о своего нового вожака, то…

– Луи! Бери своих и за мной! – обратился я мысленно к начальнику моей охраны послав свою Тень в галоп, стараясь по касательной пройти возле погибающего войска.

– Хэрн, добивайте мёртвых. – дал так же мысленно указания канну – Срубайте головы. Делайте полную зачистку. Одновременно ставьте нашу палатку для лечения раненных. Всем пострадавшим надеть ошейники. Я за Линчем со мной Луи с ребятами. Заканчивайте здесь. Я быстро!

Тень, словно прочитал в моей голове мои желания и мысли. Он как ищейка метался по полю, в поисках не знаю чего. Я практически конём не управлял. Охрана двигалась за мной как привязанная, а Луи скакал со мной рядом, постоянно недоумённо поглядывая на меня, особенно в моменты резкого изменения направления движения, выполняемые моим скакуном.

И всё-таки он его нашёл. По дну глубокого оврага бежала высокая, худая фигура. Она постоянно оглядывалась, но по преследователям плетениями не кидалась. Раз времени терять на защиту не хочет, значит, его убежище где-то рядом и нам смысла за ним, просто так мчаться по незнакомой пересечённой местности просто нет, да и опасно это очень.

На удачу, чтобы просто успокоить свою совесть, что всё, что я мог, сделал, быстро распаковал второе плетение, весящее на колодце. "Паралич" – плетение, которое я позаимствовал у церковника, а потом нашедший его у него в книге магии в разделе заклинаний четвёртого уровня, сорвалось с моёй руки, сжимающей жезл, и мерцающей сетью устремилась к бежавшему со всех ног магу. Оно настигло его в самый последний момент. Он собирался спрыгнуть с обрыва, с плато по которому мы неслись. Низина уходила обрывом вниз метров на пятьдесят не меньше. Пустая долина с видом американских песчаных каньонов. Только не таких глубоких как на земле. Он не добежал до спасительного обрыва всего шагов десять не больше, а ведь и мы сами не смогли бы резко остановиться, и полёт с высоты полусотни метров нам был бы обеспечен. У-у! Сволочь какая!

Ростом "сволочь" была не ниже Мартина. Худой, кожа да кости. Кожа сухая, череп без волос, высушенный, как у мумии, и только глаза выдавали его, что это создание мыслит, а если и живёт то другой, обратной стороной жизни. Какой? Я не знаю, и честно сказать, особо знать не хочу. Одет элегантно, на шее куча золотых и серебряных побрякушек. Сапоги чёрные из мягкой кожи. Пояс с дорогим кинжалом, сумка небольшая, кожаная прикреплённая к нему. На пальцах кольца. В правом ухе серьга из золота с небольшим красным камешком.

– Луи, вяжи его. Обыскать. За его вещи и за его самого отвечаешь головой. Он мне живым нужен. Очень его расспросить хочу о здешней жизни. Готовы? Возвращаемся!

К месту недавнего боя, добрались быстро, больше по территории блуждали пока нашли виновника этого праздника.

На месте боя Мартин с подручными установили палатку, Ферро, взяв с собой десятка два помощников рыскал среди тел поверженного противника с целью проведения тщательной мародерки. Перенял у Хэрна такую хорошую особенность, как хомячество. Вот на кого стоит положиться в этом вопросе, так это на него. Хэрн тем временем осматривает пострадавших. Раненным воинам застёгивал на шеях ошейники, погружая их в наркотический сон, а у лошадей просто определял степень полученных ран и указывал помощникам в какой последовательности заводить пострадавших четвероногих друзей на лечение. Потерь у нас невосполнимых, вроде нет, но и среди всадников и лошадей есть раненые от попаданий болтов и стрел, да и потоптанных своими лошадьми бойцов тоже хватало. Я спешился у палатки и собрался уже в неё зайти, когда меня окликнул Жак.

– Малыш, тут такое дело… рыцари эти, смерти… они очень живучими оказались. Я хотел их добить, но Хэрн сказал их оставить для тебя! Не объяснишь, зачем?

Я задумался. Ну, для чего они мне? Разве что навыки добыть, но они же не живые! Стоп! Но он сам только что сказал дословно… очень живучие! То есть…

– Они что, не мёртвые? В смысле, изначально они живые, только служили Линчам? – обалдело спросил я.

Жак пожал плечами.

– Я не Линч, чтобы такое у меня спрашивать. Но то, что у них кровь красная и сердце стучит – это точно! Так что с ними делать? Один вот-вот концы отдаст, да и второй недалеко от него ушёл.

Что делать? По быстрому их прикончить, а навыки, если какие есть оттяпать себе. Но лёгкие решения не всегда правильны. Кто знает, не пожалею я об этом после. Информации нет, а терять такой источник…

– Заносите их быстро в палатку. Хэрна ко мне, быстро! – и уже обращаясь к Луи, произнёс. – На этого надеть ошейники. Возле него постоянно должен быть охранник. Понадобится, когда освобожусь. Не развязывать его, ни при каких обстоятельствах. И это… оставь около него лучше двух своих ребят, одного он может попытаться ментально подчинить. Нам же не нужны такие проблемы?

Луи молча кивнул, и дав знак своему отряду отъехал куда-то в сторону. А я тем временем, потрепав по шее свою настырную Тень, зашёл в шатёр.

Молодцы, всё подготовлено. Лежанка, горячая вода в кувшинах, чистые полоски тряпок, а в сторонке на небольшом низком столике на тарелках средство для восстановления сил. Жареные курицы – запасы, сделанные ещё в селе, хлеб, сало, кубки и кувшины с вином. Обычный мой набор, каким меня иногда поднимают на ноги после перенапряжения, связанного с последствиями большого расхода сил. Особенно, после лечения раненых. Не иначе, Хэрн распорядился. А вот, кстати и он. Весь какой-то дёрганный, злой и раздражительный. Кого-то около шатра распекает. Сейчас зайдёт ему уже передали, что я его зову. Но по мыслеречи отчего то не вызывает. Видно, опять обиделся, что я без него за Линчем ускакал. Ой, долго дуться будет…

– Хэрн, хорош из себя строгого воспитателя корчить, заходи. Мне твоя помощь нужна. – мысленно обратился я к канну.

– Ага, помощь нужна! А когда стремглав на войско нежити бросился за Линчем – помощи не просил! Я тут чуть не поседел, а он хоть бы что. Я тебя опять выстегаю. Засранец!

Вот! Я же говорил, что он обиделся. Ничего! Отойдёт. А пока…

– Хвать ныть, как барышня. Я и так устал, а ты ещё тут представление устроил. У нас раненых десятки, а ты мне свои обиды высказываешь. Постыдился бы!

Через мгновение полы палатки разлетелись в сторону, пропуская в неё канна. Злой, взъерошенный, только щёчки, как всегда розовенькие, как у поросёнка. Просто лапочка.

– Ладно, извини – пробормотал Хэрн – погорячился. Достали гада?

– Представляешь, чуть в западню не завёл. Хотел с обрыва спрыгнуть! Шагов за пятнадцать его спеленать удалось, а то бы на скорости сами с высоты ухнули, а там, мама не горюй, и защита не спасла бы. А про орков я даже и не говорю. Они не птицы летать не могут. Ты мне лучше скажи, у вас как дела?

Хэрн почесав затылок и зевнув, произнёс:

– Да, вроде ничего. Потерь нет. Раненых мало. Больше с ушибами и синяками. Среди лошадей ранения только от стрел и болтов. Нам срочно надо что-то придумывать с магической защитой. Я не говорю о щитах от стрел и болтов. Видал, как Линч наши порядки одним плетением разрушил. Если бы не помогли болты Дора, то нас бы растоптали. А так… Кстати, чего надумал делать с рыцарями? Мне Жак передал, что ты их лечить собрался? Очень опрометчивое решение. Они верны своему хозяину, как собаки. С его смертью погибают и они. В теории, конечно, можно добиться от Линча, чтобы он их отпустил, через ритуал конечно, но, как показывает практика, такого не было никогда. Линчи не могут, в отличии от своих живых слуг, выйти за территорию проклятых земель. Вот для решения задач на обжитой территории они обычно и используют эти машины смерти. Какое-то заклинание наложено древними эльфами на границы проклятых земель. Не удивляйся, все, что ты видишь, это дело рук ушастых. Их тут слегка помяли когда-то в древности, да так, что они неслись отсюда, только пятки салом смазывали. Во всяком случае, об этом так пишут древние летописи. И в проклятые земли перворождённые стараются не соваться. Так, по крайней необходимости, как в своё время это сделал Дор и известный нам тёмный эльф. Но к чему это привело Дора, тебе, я надеюсь, напоминать не надо? Вот и с эльфами такая же проблема. Не любят они такие островки другой жизни. И всё же, зачем тебе эти живые мумии?

Я помолчал. А что говорить, когда я и сам не знаю, зачем решил пока сохранить им жизнь. Может, предчувствие… так и объяснил Хэрну. Канн задумался основательно, и так исподтишка кидал на меня озадаченные взгляды. А потом неожиданно с официозом произнёс.

– Как скажете, Ваша светлость! – и поклонился.

Я стоял и раскрыв рот смотрел на серьёзного, даже слишком серьёзного друга. Что с ним, и не говорит же, редиска, какая его муха укусила?

Не хочет объясняться, ну и ладно и я тоже настаивать на этом не буду, других дел полно…

Лечение раненных и пострадавших заняло время до вечера, даже до ночи. Через несколько часов работы стало понятно, что добраться до безопасного места нам сегодня не судьба. Люди вооружались, рубили редкие кустарники и деревья, запасаясь на ночь дровами. Двигаться по дороге ночью Жак отказался наотрез. Мартин с Ферро подсчитывают, разбирают и сортируют хабар, что навезли кучей посередине лагеря и свалили недалеко от нашего шатра. На кострах готовится еда, лошадей расседлали, стреножили, а теперь ухаживают. На себе воду наши рыцари экономят, а лошадям и раненым выделяют двойную норму. Ночь опустилась внезапно, во всяком случае, для меня. Раз между пациентами вышел подышать свежим воздухом, было пасмурно, но более менее светло, а в следующий – вокруг кромешная мгла, только отблески вокруг от десятков костров. Бойцы готовят ужин, продуктов дана команда не жалеть. Сил потеряли много, а что ждёт завтра – не понятно.

Нагрузка на меня сегодня небольшая. Хэрн в медицине сделал резкий скачок. Второе плетение изучил, причём второго порядка, и при этом магии жизни эльфов. Вот и закрепляет знания, пользуя раненых бойцов. И их четвероногих соратников. Я ему помогал только энергию из ходячих батареек откачивать, а само лечение полностью на нём. Чёрных рыцарей спасали в две руки. В одном, что самый плохой был, сидело четыре болта. Пока доспехи с него сняли то, да сё, чуть его не потеряли, но ничего – обошлось. Постепенное применение плетений, сперва обезболивающие, как ни хорош ошейник, но подстраховаться всё же стоит. Удалив из тел лишние предметы, Хэрн остановил кровь, а плетением второго уровня закрыл раны. Но, как ни старался, улучшить состояние раненого не мог, пришлось вмешиваться мне и третьим уровнем повышать шансы чёрного монстра на выздоровление. Со вторым всё произошло точь-в-точь, как и с первым. И на этом мой вклад в повышение боеспособности отряда сегодня закончился. Поздний ужин, плотный с расчётом на запас. А потом мягкая лежанка и забытьё. Устали все, а я особенно.

Глава 10

Ночь прошла на удивление спокойно. Никто нас не потревожил, охране и постам в бой вступать не пришлось. На месте стоянки решили задержаться до обеда. Как объяснил опытный Мартин, спешить смысла не было. Доберёмся до разрушенного храма быстро, а там всё равно остановку делать на ночь, а вот вчерашний хабар весь не собран. Овраг и место, где стояли жмурики изначально никто не проверял.

Пока все занимались поисками оставшейся добычи, я после плотного завтрака решил поговорить с Линчем. Мне было очень интересно узнать, как завязана жизнь в этом забытом богами отрезке земли. А так как нам ещё долго бродить по этой местности, то и заранее знать, что нас ждёт просто необходимо. Но вот вопрос, захочет ли некромант со мной разговаривать, а тем более помогать в вопросе прохождения проклятых земель? Что ему предложить в обмен на помощь? Жизнь?! А что, мне она, его жизнь, ни к чему, бороться с порождениями тёмных я не собираюсь, а зачищать эти земли от нечисти мне не надо. Вариант! Только одна его помощь в обмен на его же жизнь – я думаю маловато. Пусть рыцарей от клятвы освободит. А им я применение найду.

Луи по команде притащил в палатку связанного по ногам и рукам мага. Вблизи он оказался ещё страшнее. Лысый, сухой, костлявый, мерзкий, только взгляд его зелённых глаз притягивал. Вот не взгляд это маньяка и убийцы, скорее учёного и человека пытливого ума. Интересно!

Маг уставился на сидящего рядом со мной Хэрна. Я хмыкнул. Вот же мир, дети тут, в принципе, как и у нас, никто.

Я прокашлялся и спокойно сказал

– Здравствуйте, уважаемый! – Линч в удивлении перевёл взгляд на меня. – Не ожидали? Ничего и не такое ещё увидите. Вы меня понимаете, что я вам говорю. Если понимаете, то моргните два раза подряд, чтобы уже мы вас поняли.

Маг быстро моргнул два раза и даже что-то просипел зажатым ртом.

– Ну что же. Раз мы друг друга можем понять, то я обскажу вам ситуацию, как вижу её я. Во-первых, для нормального общения вам сейчас развяжут не только рот, но и руки. Предупреждаю сразу. При попытке воздействовать на нас магией или ещё как, попытаетесь причинить мне или моим людям вред, вы трупп, и притом без шансов на воскресение. Понятно объясняюсь?

Линч согласно быстро два раза моргнул веками глаз. И я мысленно дал команду охране.

– Луи, развяжи его. Надеюсь, вы его хорошо обыскали.

– Да, господин. Переодели, сами видите во что, одни старые лохмотья. А его одежда, причём очень дорогая одежда, у нашего костра валяется. Не беспокойтесь, её никто не тронет. И безделушки его, которые при нём нашли, если хотите, принесём сюда.

– Пока не стоит, – также мысленно ответил я

Маг с удовольствием распрямился, удобно сел, и принялся растирать запястья рук. На его бело-пепельном лице мелькнула довольная улыбка. Хм-м! Не сделал ли я чего не так? Как бы проблем не было!

Луи, как подслушал меня, вытащив меч, положил его лезвие на правое плечо мага. Вот так уже немного спокойнее себя чувствую.

– Итак! – я внимательно посмотрел в живые глаза собеседника. Вот точно он чем-то сильно доволен. Не может ли он своих рыцарей поднять? Но они в ошейниках, только не связаны…

– Гных – мысленно обратился к одному из своей охраны. – Быстро к раненым чёрным рыцарям. Спеленать их по рукам и ногам. Попроси Жака, чтобы тебе дали помощников.

Орк быстро выбежал из шатра.

– Уважаемый, я же вас просил! – Линч неверящее уставился на меня. Ага! Я всё-таки угадал, этот редиска пытался наладить контакт со своими боевыми рабами. Ну-ну! Вот как раз этим мы и воспользуемся.

– Зачем?! Вы поставили своих рыцарей в трудное положение. Я их вчера лечил, чтобы они до нашего с вами разговора не погибли ненароком, а вы своими действиями заставляете меня их убивать. Я и спрашиваю – зачем? Ведь вы не дурак, и всё понимаете. Нам нужна ваша помощь и платить за неё мы будем согласно договора, который непременно заключили бы, если бы не ваше поведение. Ведь вы не отрицаете того, что даже с вами, мы бы полностью соблюдали своё данное слово?

Линч сидел озадаченный. Видно развитие событий в данном аспекте он никак не предполагал.

– Что вы от меня хотите? – приятным голосом сказал маг. Его мягкий баритон никак не вязался с его страшным внешним видом.

– Сначала я хотел с вами просто поговорить и по возможности договориться. Но после вашей попытки…сами знаете какой… а теперь, я думаю, сперва себя и своих людей обезопасить.

Маг дёрнулся.

– Что вы имеете ввиду – обезопасить? Я и так ничего вам не могу сделать. Без головы даже мёртвые не существуют.

– Для нашего дальнейшего разговора вам необходимо выполнить одно условие. – я замолчал и с помощью плетения контроля которым давно не пользовался, поверил навыки Линча.

Ого! Даже верховный в сравнении с ним дитя. Сколько же ему лет или как тут говорят циклов? Что базовые, что специальные и боевые навыки все очень высокого холла. Вот бы его на алтарь к бобику… мняка бы получилась, а так…

Иметь в противниках такого монстра очень опасно. Даже пленником он опасен. Он нас опасается, не знает, что без наших лошадей тёмной породы мы очень уязвимы, пусть не мы с канном, но наши люди практически не имеют магической защиты, и от воздействия магии бессильны.

– Скажем так, вы добровольно без всякого принуждения, руководствуясь только своим добрым сердцем – оно у вас есть? – и не дождавшись ответа продолжил – проведёте ритуал снятия клятвы на крови. Вы отпустите ваших людей, сами. А что дальше с ними будет, уже не ваша забота. Вот тогда мы и продолжим наш разговор. Времени на раздумья дать не могу. Решите всё здесь и сейчас. Ваш отрицательный ответ это ваш приговор. Вы его сами себе вынесите. Можно сказать, добровольное самоубийство.

– Если я соглашусь, то какие гарантии того, что я останусь жить?

– А вы разве живёте? – в свою очередь поинтересовался я. Но ответа так и не дождался. Линч упрямо смотрел на меня, ожидая ответа на свой вопрос.

Я помолчал. Сделал вид, что думаю, а потом произнёс.

– Я даю слово, что от рук моих людей и воинов вы в ближайшее время не погибните, а вот дальше мало ли что может произойти. Вдруг, вы снова возьмётесь за прежнее? Бандитизм на дорогах всегда был наказуемым деянием. Так что, мог бы вам порекомендовать сменить статью вашего дохода. Рано или поздно, но вас достанут, как в этот раз мы. Итак, ваше решение? – Луи напрягся, понимает – сейчас самый опасный момент и если и будет попытка атаки магом, то только сейчас.

Напрягся и Линч. Покосился на прижавшееся лезвие меча к его шее. И переведя гордый взгляд на меня,… я подумал, что он откажется.

– Я надеюсь на вашу порядочность и нерушимость рыцарского слова.

– Ну, на моё рыцарское слово можете не надеяться – маг дёрнулся всем телом, не стоило так шутить – я пока еще не рыцарь. – уточнил я – Но на слово нормально человека рассчитывал бы точно.

И мысленно дал команду Гныху тащить сюда связанных рыцарей смерти.

– Хочу сразу предупредить. – нехотя сказал маг – они ещё дети. Маленькие дети. Им по десять-двенадцать циклов. Их мозг и общее развитие, кроме физического и магического, находятся на том же уровне. Если их сразу не переподчинить, то я думаю, они устроят самостоятельно маленький Армагеддон, особенно когда меня увидят. Что говорить – особую любовь они ко мне не питают. Для меня, что так погибнуть, что так, сами понимаете, разница небольшая. Так что…решать вам!

Вот гад. Как завернул. И если и правда всё то, что он сейчас нам наговорил, то получается он идёт на сотрудничество, а это прекрасный факт.

Крутилась у меня в мозгу одна мысль насчёт будущего Мартина. Его постоянные залёты по глупости и из-за отсутствия на шее большой ответственности, честно сказать немного напрягали. Вот и подумал я…

– Хэрн, метнись за Мартином, будь другом. Пускай идёт сюда и быстрее.

Хэрн умчался. В палатке наступила тишина. Я следил за Линчем, пытаясь уловить по его движениям тела – дышит он вообще или нет. Применение плетения контроля состояния здоровья к магу результата не принесло. Ничего не высветилось. Сплошной туман. Интересно, неужели и правда мёртвый или просто процессы в организме длятся очень долго. Всё может быть!

Наконец в палатку вошёл Мартин с Хэрном и Жаком, а следом орки внесли два связанных огромных тела.

– Звал, братишка? – громко поприветствовал меня Мартин – О-о-о!!! Знакомые лица. Где-то эту физиономию мы вчера видели. А? Жак, не подскажешь? – Мартин уставился на спокойно сидящего на полу палатки мага.

– Это и есть твой вчерашний Линч? – спросил удивлённый Жак. – Никогда их вблизи не видел. Ведь кто с ними близко знакомился, уже домой не возвращался никогда. Что тут происходит?

– Господин баронет, если вы собрались мне мешать, то будьте добры, идите, займитесь чем-нибудь полезным. Если хотите всё увидеть своими глазами, то сядьте где-нибудь в уголке и не отсвечивайте.

Соглашусь, отповедь весьма жёсткая, но и разводить политесы я не собирался. А Жак, как истинно военный, учуяв в голосе стальные нотки весь подобрался и решив для себя убраться отсюда или досмотреть цирк до конца поклонился и произнёс:

– Я остаюсь, Ваша светлость! – ещё одна зараза. Вечно так не вовремя со своей светлостью вклинивается. Но уже поздно, Линч уже схавал наживку, вон как глазищами сверкнул! А теперь кубатурит в башке, что бы с меня за помощь себе поиметь? Ну, думать надо же, когда рот открываешь! Дороже светлость стоит простого смертного. Дороже!

Мартин отказываться от предложенного мной пути развития своей дальнейшей жизни не стал. Просто согласился и всё. А дальше был один щекотливый момент. Когда во время снятия клятвы пришлось полностью освободить рыцарей от пут и ошейников. И Линч явно просчитывал возможность сопротивления, но что повлияло на его положительное решение в нашу пользу долгое время оставалось непонятным.

Спустя час, не меньше, после процедур, снятия и установки новых клятв, Мартин с изумлённым Жаком увели не менее обескураженных огромных детей с собой. Сначала покормить, а потом и за воспитание браться надо. Пацаны совсем, а по виду…

В палатке остались мы вчетвером. Линч, сидящий на корточках возле маленького столика, рядом с ним молчаливый Луи, с мечом, только теперь он лежал возле него под рукой на земле, и нас с Хэрном. На столе кубки с вином, и лёгкая закуска. От вина и от закуски маг не отказался, чем признаюсь меня очень удивил. Обед решили готовить, когда доберёмся до места, а пока небольшой перекус. Скоро объявят сбор, и мы пытаемся до отъезда договориться о совместных действиях. Мне не хочется связывать Линча, а ему страх как не хочется тащиться где-нибудь в телеге или на крупе коня связанным по рукам и ногам.

– Вас как зовут, уважаемый? Я – просто малыш. Ребятам, когда хочется повеселиться, называют меня в шутку Ваша светлость – маг усмехнулся, на его пепельном лице это выглядело, как оскал – рядом со мной великий маг каннов Хэрн, а это Луи – наш ангел-хранитель.

При упоминании ангела маг дёрнулся и со страхом уставился на орка. Луи, спокойный, как танк, медленно смаковал вино и молча следил за перипетиями нашего разговора.

– Меня давно никто не называл по имени, хотя я его до сих пор и помню. Зовите меня просто Валон. А если судьба посмеётся, как вчера ещё раз, кто знает, может и придётся снова носить прошлое имя – с тоской в голосе проронил Линч.

Оп-па! Правда или мне только кажется, но и этот какие-то планы на наш счёт строит. Опять Интересно!!!

– Уважаемый Валон! У меня к вам предложение. Ввиду того, что вы так неудачно вчера пытались с нами познакомиться, то не продлить ли нам это знакомство до ближайшей границы с обжитыми землями. Вы нас проводите, во время путешествия предупреждаете об опасностях, а мы со своей стороны, гарантируем вам вашу жизнь, и при расставании вы снова становитесь свободным. Как вам такое предложение?

Маг задумался. Предложение щедрое. Никакого выкупа. Отработал и свободен. Никаких обязательств в дальнейшем. Но видно у Линча было другое мнение.

– Малыш! – обратился он ко мне – Ваша светлость! – ага, шутит. Ни капли не смешно, уж больно взгляд у него умоляющий и слегка отчаянный, как будто он свою жизнь на кон ставит – и вы уважаемые господа. – орк от такого к себе обращения даже вино цедить перестал. Оторвался от кубка, повернул голову к Линчу, внимательно посмотрел на него, потом кивнул ему, словно отвечая на учтивое обращение, и снова вернулся к своему занятию, пить вино и созерцанию вместе с наблюдением. Тем временем маг продолжал – у меня немного другое предложение. Вы извините, Ваша светлость – снова он вставил это обращение – но от вас тянет магией, как от алтаря. Причём, его направление я уловить не могу. Тут и тёмная магия и стихии перепутаны и церковники присутствуют. А как же, вчерашние заклинания, что испепелили моё войско об этом и говорят. К слову, раз об этом зашёл разговор… Мы никогда не нападаем, если в караване есть паладины или церковные служители статусом выше среднего. Очень хлопотно, знаете ли. А вот вчера я такого ничего не учуял, за что и поплатился. Но не об этом речь. В вас, к моему изумлению, присутствует магия эльфов, причём…– тут он замолчал и выжидательно уставил на меня свой взор.

Молчи не молчи, а ведь отвечать надо. Луи хоть и кровник, но лишняя информация для него, лишний способ при случае, погибнуть от внедрённой настройки самоуничтожения.

– Я понял, что вы имеете ввиду. Но и я удивлён. Как вы такое смогли узнать?

– Древние знания. Потерянные умения. Я брожу по этому клочку земли уже шестьсот циклов. Да-да, не удивляйтесь. Я попал сюда в самый конец великих войн. А ушастые как раз смогли свой обряд провести. Я пришёл из чистого любопытства, но остался тут на несколько столетий. Страшно!!! Но я смог отомстить. Пусть и не до конца, но отомстить. Верховный маг клана эльфов, что всё это безобразие затеял, пал от моей руки, но вот плодами этой победы я до конца воспользоваться не смог. Я добыл у него обратный билет отсюда. Добыл, но распаковать его я сам не могу. Знания не те, и способностей к магии ушастых не развил. А без них, увы, никак. Я чувствую, что у вас, Ваша светлость, есть возможность и врождённый талант к этим направлениям магии. Я также чувствую, что у вас есть и средства, чтобы добиться успеха и при этом остаться в живых. Один спрятан у вас за спиной. Не знаю, что это такое, второй этот комплект у вас на шее и на пальцах рук, разработанный древними мастерами эльфов для ведения войны в пустынных землях. Он кстати, тоже предназначен для ношения определённой группой лиц, причем, очень ограниченной группой лиц, вы меня понимаете, о чём это я? При посторонних его носить, так открыто, как вы это делаете сейчас, я бы очень не рекомендовал. И наконец, что-то спрятанное в вас самих и спрятанное очень глубоко. Но вот уверен, вы им уже пользовались. Я прав?

Во блин рентген ходячий. Смотри-ка, а, как в воду глядит. О-очень, интересненько!!! Чего он от меня-то хочет? Судя по тому, что он рассказал – желает паря отсюда слинять с моей помощью. Он что-то там обмолвился о каком-то обратном билете. Проще говоря, наверное, об артефакте. Миленько. Не удивлюсь, что за обладание им опять можно голову потерять. Но с другой стороны… Если помочь этому дедушке, то можно надеяться, что он в благодарность меня немного поучит.

З-з-зама-манчиво!!! Только вот вопрос, а нужны ли мне его знания, за которые со стопроцентной гарантией голову оторвут? Дилемма!

А он ждёт ответа, надеется. Пусть ещё подождёт. Я ему мешать не буду. А сам пока подумаю. И Хэрн ведь молчит.

– Хэрн? – мысленно послал я импульс канну.

– Молчи, дурак, он слушает. Или, во всяком случае, может слышать. Потом поговорим, когда полог тишины установим.

Что же, и такое тоже может быть.

– Уважаемый Валон! Ваше предложение довольно необычное и неожиданное. Поэтому я обещаю подумать над ним, пока мы будем путешествовать.– а подумав ещё немного сказал следующее – и я бы хотел воочию увидеть этот, как вы выразились, обратный билет. Изучить его и решить, стоит ли связываться с игрушками древних. Ведь риск есть и не маленький. Я прав?

– В принципе, риск есть всегда. Но ваше требование обоснованное. Я бы смог вам предоставить артефакт, но у меня его с собой нет. Он у меня в логове. Если отпустите – я вам его принесу.

Хэрн хмыкнул на его предложение, но слова в ответ не произнёс. Ждёт, что я скажу. А я почему-то верил Линчу. Не чувствовал я фальши в его словах, и может ещё потому, что хотелось мне верить. Просто хотелось.

– Луи! Берёшь своих бойцов и четвёрку господина Хэрна. Сопровождаете уважаемого господина Валлона до его места жительства. Я думаю у господина Валлона найдётся чем поживиться военным бродягам. Телегу брать?

Линч неверящее смотрел на меня. Он явно не ожидал, что я соглашусь его отпустить.

– Вы ведь знаете где ночёвка караванов. Вы туда сможете подойти?

– Конечно! Это место и для нас священно. Мы тоже нуждаемся как и в воде так и в манне. Линчи они тоже живут, как и люди, ведь эльфы не убивают жизнь, они с помощью плетений делают эту жизнь невыносимой. Как в нашем случае! А насчёт телеги – мысль хорошая.

– Тогда берите нашу повозку. Возвращаться специально не будем. Нас, господин Валлон, интересует особенно магические артефакты активной защиты от стрел и арбалетных болтов. И конечно что-нибудь от магии. Будут атакующие артефакты не откажусь.

– Я думаю, я смогу вам помочь в этом вопросе. Но сразу предупреждаю. Манны в них нет, ни капли.

– Ничего, это уже не ваши проблемы. Кстати, золото и камни тоже приветствуются. Ага, вот и сигнал. Не буду вас задерживать. Хэрн иди распредели наши вещи куда-нибудь, и своих ребят проинструктируй. И, господин Валлон, надеюсь на ваше благоразумие. Не разочаровывайте меня. Иначе, я точно потеряю веру в людей…

Линч неуверенно поднялся на ноги, выпрямился, немного подумал. И вдруг отвесил изящный поклон. Оп-па! А ведь это уже рефлексы. Так кланяться, как к равному, красиво и учтиво – впитывают с молоком матери. Чёрт, кого же мы на этот раз себе на шею вешаем?

– Не беспокойтесь, Ваша светлость. Я этот шанс ни за что не упущу. Шестьсот циклов – это срок. Очень долгий срок. Не буду вас задерживать. – и обращаясь к Луи учтиво сказал – Не проводите ли меня до вашего костра, Ваша милость. Уж очень хочется переодеться.

Луи бросил вопросительный взгляд в мою сторону и получив утвердительный кивок, следом за Линчем покинул палатку…

Отъезд группы всадников вызвал в лагере живейший интерес. Люди они и остаются людьми. Как потом сказал Хэрн, даже ставки принимали. Вернутся или нет посланные с Линчем бойцы обратно.

Собранные на месте боя оружие и доспехи упаковывали, распределяли по телегам и связывая тряпками в тюки, вешали на заводных лошадей. Оружия и доспехов много. Как пояснил наш штатный оружейник, металл из которого выполнены оружие и доспехи очень приличный, металлу древних не уступает по прочности, хотя и изделия из того тоже попадались довольно часто. Нашли почти с полсотни исправных арбалетов очень интересной конструкции. Удобные и главное очень лёгкие для своих размеров.

Луков немного больше, причём почти все с явными эльфийскими корнями. Мартин, основной эксперт стрелкового боя, был просто ошарашен находками. Луки для всадников не годились, а вот для стрельбы с земли, стоя… отличные машинки. На стоянке Мартин обещал обстрелять, так сказать, проверить трофеи в действии, и сразу предложил из свободных всадников создать отдельное подразделение пеших лучников.

Копий совсем мало, а вот мечи кинжалы и всё остальное присутствовало в большом количестве, а главное, всё очень хорошего качества, только немного потрёпанное временем. Ферро пообещал привести шедевры оружейного мастерства в полный порядок в короткие сроки, сразу затребовав себе с десяток помощников.

Не иначе некромант поднимал мёртвых бойцов только знатных с хорошим оружием. А что, времени на это у него было очень много, больше полутысячи лет. А раз выжил в борьбе с себе подобными и в боях с охраной караванов, то значит и войско его было очень сильно. А церковников они боятся, впрочем как и церковники их.

К месту ночлега добрались без происшествий. День пасмурный, солнца снова не видать, птички не поют, зверья нет, но благо и мертвечины вокруг не шлется. Как заметил Мартин, это очень настораживающие обстоятельство. Раз их нет здесь, значит их кто-то собрал там. Вот только где это там, не ясно. И как бы "там" не было там, куда моих людей увёл Линч.

Кошки у меня на душе скребли сильно и очень качественно. Неужели я ошибся и сам своими руками отправил умирать преданных мне воинов? Стараясь отвести мысли от себя, до самой ночи занимался делами. Собрав все разряженные камни и кулоны с помощью молчаливого Хэрна снимал тёмную энергию с сохранившегося алтаря.

Такой же маленький кратер озера чуточку наполненный грязной водой, но которую, как утверждал Мартин, можно, после того как процедишь через тряпочку, пить, но только кипячённой. Мартин по моей команде расставив пару десятков воинов вокруг разрушенного храма спиной к алтарю с задачей не пропускать никого к храму и озеру, сам, при отсутствии моей охраны взвалил на себя их обязанности.

Повторилось всё, как и в прошлый раз. Перенапряжение, разгорающийся костерок и Хэрн, бросающийся ко мне, чтобы не дать упасть на землю моему уставшему телу. День для меня закончился, сознание потухло, а вместе с ним и боль утраты и разочарование в вере в наличие в мире нормальных людей. Наступала ночь, фургон с бойцами и Линчем так и не вернулся.

Глава 11

Утром будить меня никто не стал. Я проснулся сам, и лёжа в своей палатке, плакал. Да-да, господа, великовозрастный ребёнок лил слёзы по, по сути убитым моими руками, воинам. Сам отправил их на смерть. Ведь понятно было, что это ловушка! И Хэрн ведь, зараза, не остановил, и Жак с Мартином ни слова против не сказали. И я своих бойцов на этой проклятой земле в ментале не чувствую. Я вслушивался в шум лагеря. Ничего.

С алтарём всё получилось, как и в прошлый раз. Гейзер. Горячая вода, источник и чистая будоражащая водица. Я слышу, как люди купаются. Слышу их близкие ментальные всполохи счастья и удовольствия. Ведь я полностью открыт. Пытаюсь достучаться до Луи, но пока бесполезно. Но могу одно сказать, шлейфа смерти нет, я её тоже не чувствую.

Сколько я так лежал, не знаю. Незаметно снова заснул, а вот проснулся от того, что почувствовал, что в палатке находится кто-то посторонний. Открываю глаза. Рядом со мной спокойно сидит Линч. Вокруг серо, солнца опять нет, шума лагеря не слышно, словно его отключили или все уже… "Спокойно, хотел бы Линч меня грохнуть, я бы не проснулся, а раз ждёт – то не всё плохо",– успокаивал я себя таким образом.

– Добрый день, господин Валлон!

– Добрый вечер, малыш!

– Когда приехали? – уточнил я. А сам пытаюсь пробиться вокруг ментально, позвать на помощь, но бесполезно, даже Хэрна не чувствую. Вот ведь попал…

– Недавно! – коротко ответил Линч.

Ой, что-то мне нехорошо. Надо вставать и мочевой пузырь об этом ненавязчиво намекает, но от страха сковывает дыхание, и руки с ногами отказываются слушаться.

Я всё-таки переборол себя. Спокойно сел, потянулся, позевал.

– Как успехи, привезли, что хотели? – снова внешне спокойно спросил. Сам принялся также медленно, не делая резких движений, одеваться. Вот мой пояс, рубашка, брюки и мои любимые сапоги со счастливчиком в голенище. И честно скажу, как только надел сапоги такое спокойствие на меня накатило, такая уверенность…

– Где все-то? Что-то я никого не слышу? – теперь уже полностью расслабившись спросил я.

– Да они все галдят слишком громко. Шум большой, а вы, как мне сказали, вчера сильно устали и видно расстроились, что я с вашими ребятами не вернулся к ночи и утром меня не было, так?

А чего скрывать, и так всё на поверхности.

– Да, немного расстроился. Но почему я ничего не слышу? – спросил я

Маг спокойно достал из кармана знакомый мне кубик. Неужели у меня взял? Подождём. Он направил импульс и тут мне по ушам ударил гвалт и крики сотни людей и лошадиное ржание.

– Будто – бой за стенками шатра идёт. Правда? – спросил я печального мага.

– Да, только он какой-то шуточный, слышите, сколько смеха. А ведь его окрестные камни не слышали тысячи лет. Представляете, а тут смех. – усмехнулся, оскалом Линч.

Честно, мне его жалко стало.

– А как вы у меня в палатке очутились, да ещё и без охраны? – задал я так интересующий меня вопрос – и снова оскал в ответ.

– Я всё ждал, ну когда же вы его зададите, но у вас поистине железная воля и нервы. Господин Хэрн устал ждать сменщиков и попросил меня присмотреть за вами. – и с хитринкой добавил – видно, он часто вас разыгрывает!

Вот гад, опять за свои шутки взялся. Теперь уже даже Линча в свои розыгрыши подключил. Наверное, они с Мартином никак не могут простить, как я их с вживлением Дакка тёмных разыграл. Ладно! Запомним! Не последний день живем, и на нашей улице будет праздник. А пока…

– Вы купаться не будете? – окинув взглядом костлявую фигуру мага спросил я.

Линч в удивлении поднял на лоб остатки бровей.

– Я! – удивлённо проблеял красивый баритон.

– Ну вы же говорили, что для вас вода тоже нужна. Вы ведь не купались последние полтысячи циклов? Я прав?

И опять оскал мне ответом. Ой, чувствую, споёмся мы с этим полуживым существом, только надо его из проклятых земель вырвать каким-нибудь макаром…

Наше появление на импровизированном пляже произвело фурор.

Голый Линч был ещё страшнее, чем одетый. И это тело тащило меня перекинутым через плечо к воде. И что-то ужасное выло. Сперва на наше появление никто внимания не обратил, но зато потом…

Первый стоящий молодой боец вытирающий тряпочкой круп своего жеребца обернувшись на какое-то движение сзади, резко ойкнул не зная, что затыкать, то ли вырвавшийся изо рта крик, то ли совсем другой в нижней части… Но надо отдать ему должное, несмотря на испачканные сзади ляжки ног, он потянулся рукой за мечом. Я, вися на костлявом плече Линча, притом тоже голый, подняв голову, и показал ему кулак. Момент понимания в его глазах вспыхнул яркими озорными огоньками и тут он самозабвенно заорал. Блин, выживу, обязательно его награжу, талант!

Такого переполоха даже мы с Линчем не ожидали. От нас и убегали, на нас и нападали, и чего только не было. А Хэрн… Мартин, разобравшись в причинах моего поступка, просто поставил канну очередной фингал, а Жак, испугавшийся голого Линча до икоты ещё и с удовольствием ему добавил. Очень весело заканчивался этот день, общей пирушкой на берегу тёплого озера и продолжающимися купаниями. Неунывающий Хэрн, с помощью новых своих способностей устранив последствия неудавшегося розыгрыша, вместе со всеми веселился и с наслаждением обсасывал наиболее понравившиеся моменты купания и нашего с Линчем появления на пляже. Довольными остались все, даже Линч. Он так стеснялся вначале своей наготы, так пугался того, что после того, как все успокоились и посмеялись, всем сразу захотелось пообщаться с новой диковинкой. В общем ,Линч был нарасхват. К моему шатру его принесли под утро, в умат пьяного. Если и Линчи в состоянии доходить до такой кондиции то,… а может тут виновато горячее озеро со своей водой? Вопрос!

На этом этот быстрый день и закончился. Я снова завалился спать, правда, теперь спокойный и довольный жизнью, а лагерь продолжал гулять до утра. Ой, не к добру такое веселье на проклятых землях, ой не к добру. Отбой.

Глава 12

Утро меня встретило туманом. Плотным, густым туманом. Он накрыл лагерь саваном, и, как потом оказалось, и половину плоскогорья. От озера в сторону каньона теперь течёт речка тёплой воды. Вот и клубится пар, поднимаясь ввысь, а там, остывая, выпадает каплями холодной росы. Лагерь спит. Видны часовые, по периметру горят костры. Я встал в туалет, а при выходе, споткнулся о тело храпящего Линча. Вот, блин. Линч какой-то неправильный попался! То купается, как селёдка, то потом бухает со всеми подряд, а теперь, как нормальный бомж и до постели самостоятельно добраться не смог. Лагерь спит, и просыпаться не собирается. Перенервничали ребята в первом своём бою, перенервничали. Но надо отдать должное, вели они себя стойко, особенно при повторном ударе страхом. Дрожали, но оружие не выпустили и сами на землю не свалились. А если учесть, кто наносил удар…

Навыки двадцать пятого-тридцатого уровней. Да сейчас магов с такими результатами не сыскать! Вот вам и ответ, почему часто караваны пропадают!

– Луи! – позвал я начальника своей охраны.

– Да, господин – так же мысленно пришёл ответ. Орки сперва очень пугались самой мысли общаться без слов. Но теперь привыкли, и иногда кажется, что они у меня немые, если в день они скажут вслух пару фраз, то прекрасно, а так молчат, как рыбы.

– Все спят, а я есть хочу. Организуй чего-нибудь. И по дороге Линча до озера сносите, пусть освежится. Он мне нужен.

– Понял, сделаем, господин!

Утренний моцион растянулся на неопределённое время. Купался я, наверное, в течение часов двух, не меньше, и компанию мне в этом прекрасном занятии составляла вся моя охрана и Линч. С Линчем творилось и вовсе что-то невообразимое. Он на глазах оживал и без применения всяких лечебных плетений. Кожа изменяла цвет, и сегодня, в один из моментов, когда мы отдыхали на берегу между купаниями, я снова применил к нему плетения диагностики состояния здоровья тела. И не поверил глазам. В тёмно-сером фоне ауры Линча стали проявляться грязно зелёные островки. Невероятно, но он на самом деле возвращался к жизни! С удивлением и каким-то трепетом относился к переменам в себе и сам тёмный маг. Всё чаще на его челе появлялась подобие улыбки, а чаще всё-таки радостный оскал. С его слов, он стал ощущать вкус и чувствовать боль. Чего раньше никогда не было. Я стал замечать за ним одну странность, он часто замирал, в недоумении прислушиваясь к процессам, идущим в его организме, и несмотря на то, что чаще всего он стал чувствовать боль, на улыбки на его лице это никак не влияло. Он с такой верой смотрел на меня и я стал опасаться, как бы это тело меня не обожествило, такой проблемы нам точно не надо! Последствия в будущем могут быть из-за этого катастрофические!

Всё хорошее когда-нибудь заканчивается, закончился и наш утренний отдых. Народ повалил валом, причём таща за собой в поводу и своих скакунов. Завтрак уничтожен и хотя Линч, с его слов, и не нуждается в человеческой пище, но вот от вина отказываться не стал. Он чувствовал похмелье, и ощущение жуткой головной боли никак не влияло на его балдеющий оскал. Вот так человек оживал, спустя каких-то полтыщи лет.

После завтрака и купания, мы с Линчем и неизменной охраной обосновались возле алтаря, который налился силой и, разве что не гудел от удовольствия и мощи, как какой-нибудь трансформатор на подстанции. Вчера я за вечер, когда снимал тёмную энергию с алтаря, подзарядил все побрякушки, какие смог найти у нашего воинства. Кулоны защиты, кольца с разными свойствами, начиная с атакующих артефактов, такие как у моего братца и заканчивая своим охранным комплексом. А вот все камни пришлось оставить для зарядки на сегодня. Наша стрельба из арбалетов очередями уполовинила ёмкость камней хаоса, а наши с Хэрном камни душ, стоящие в арбалетах, потеряли манны на треть. Мы и стреляли больше, а ребята охраны сделали всего один залп. Два камня душ и так у меня были пустыми, после применения плетения благословения с максимально возможной, в моём случае, мощностью.

– Валлон, вы разрешите мне вас так называть? – спросил я, развалившегося на постеленном одеяле, мага.

– Пожалуйста, малыш. Мне и самому этот официоз не сильно нравится, а для общения между друзьями и подавно он ни к чему.

Между друзьями? Ну я бы так не спешил… хотя после эпопеи с путешествием голышом по пляжу у него на плече можно наверное и так считать. Ну что же, не я это предложил!

– Вал – до короткого сократил я, несомненно благородное имя моего собеседника, и, не заметив его неудовлетворения от услышанного, продолжил – ты говорил об обратном билете из этого, несомненно очень привлекательного места. Я бы хотел бы его увидеть. Покажи. – простыми словами закончил я свою просьбу.

Линч повернулся на правый бок и из перекинутой наплечной сумочки достал параллелепипед белого цвета с металлическим оттенком. И просто перекинул его мне в руки. Я даже ни о чём и подумать не успел, как кусок лёгкого железа с ровными стенками оказался у меня в руках.

– Хм-м! лёгкий какой – подумал я – похож на алюминий, но не он точно. Письмена на нёго нанесены. Вон, по стенкам размалёваны, или даже вытеснены.

Я попытался посмотреть на артефакт магическим зрением. Ничего не вижу. Плетения отсутствуют, или они мне просто не доступны. А накопитель энергии где? Как ни крутил, ничего не нашёл. Ничего не понимаю, как эта штука работает? Куда прилагать манну и силы? А что по этому поводу думает владелец этой интересной вещицы?

– Ты её пробовал пробудить? – спросил я мага.

Тот хмыкнул. Да-а-а! Глупый вопрос. Конечно, он его пробовал заставить работать. Ведь он уверен, что в его руках великий артефакт древних. Но раз он ещё пока Линч, то и вывод напрашивается соответствующий. Не смог!

– Ты хоть представляешь, как он работает? – не унимался я

Вал просто пожал плечами.

– Сам понимаешь, я его, особенно первое время, раз по сто в день мучил. И ничего. Это я сейчас, смотря на него, могу спокойно на месте сидеть, а раньше… муки одни. Наверное, и существую до сих пор, что веру в него не потерял. А вот, как он работает… – Линч снова замолчав, в бессилии, пожал плечами.

Я и так на него посмотрю, и этак заверну. Ничего не происходит. В магическом плане полный ноль!

– Вал, может это просто пустышка? – сделал я предсказуемое предположение.

– Нет, малыш – покачал он головой – ушастый за него бился насмерть. Он его хотел уничтожить, когда понял, что проиграл, но не смог. Точно могу сказать – это не боевой артефакт, скорее лечебный, то есть влияющий на здоровье, может он увеличивает мощь применяемых плетений? Кто его знает? Ты не представляешь, сколько боевых звёзд эльфов разных цветов наведывались в эти пустоши ради него. Очень, очень много. И все они лежат здесь. Кому-то из ушастых он до сих пор не даёт покоя! Но вот в чём его секрет? Я не знаю, а вот как раз узнать его очень хочется!

Мы замолчали, каждый думал о своём и одновременно, об одном и том же.

– Лечебный, говоришь… – протянул я. – но лечебный и одновременно сделавший из тебя человека – тебя Линча. Я прав?

-Да-а-а! – удивлённо промычал маг.

– Дай-ка подумать!

Я сопоставлял всё, что от него услышал, и что слышал в своё время от бобика и Хэрна. Тёмная магия и светлая магия антагонизмы, а тут, получается, кто-то смог их объединить в одно целое. Вопрос, как? Я чувствовал, что нахожусь рядом с отгадкой секрета этого артефакта. Она где-то рядом, но где? Мне бы ниточку только зацепить, а потом и весь клубок размотаю. Стоп! Мой жезл ведь тоже чёрно-белый, в смысле в нём как-то объединились две противоположности, а это значит…

Я достал из чехла, теперь уже мой жезл. Чёрный с яркими белыми контрастными вставками, что на рукояти смотрелись, как полоски. Разряжен наполовину, а ведь объёма манны в нём было немеряно. Но куда и главное, когда тратится сила и манна им, я так пока и не знаю. Есть предположение, что когда я через него пропускаю плетения, он увеличивает за свой счёт их ударную силу. Работает, как усилитель. Так, близко, а как тогда быть с этим куском железа. Думай, Юрик, думай!

Если надо усилить плетение через вот это, то как это плетение в него впихнуть, если в магическом зрении оно никак не отсвечивает. И я в сердцах откинул его прямо на алтарь.

Вал дёрнулся было за ним, но видя, что я сижу с задумчивым видом, успокоился и видно в душе тоже махнул рукой. Но я не собирался махать руками. Я специально кинул его на алтарь. Ведь этот большой кусок камня впитал в себя гигантское количество энергии, а артефакт полтыщи лет без манны. Может, его просто надо тупо подзарядить. Помню, в прошлом была у меня батарейка на тэхе, так она пока минут двадцать просто включенной в розетку не постоит, заряжаться не начнёт. Может и здесь такая ситуация, а Вал напал на эльфа именно в тот момент, когда артефакт был уже разряжен, и появился шанс у молодого Линча поквитаться с врагом. Может расспросить стоит Вала о прошлых событиях? Хотя, что это даст? Он ведь видел всё со своей колокольни, и бой в том числе. А как мне узнать, что знал эльф? Вот вопрос вопросов!

Я подсел вплотную к краю алтаря, на котором внешне спокойно лежал артефакт вала. Смотрим. Пока ничего с металлическим мылом не происходит. А ведь и правда, на кусок мыла похож. Вот бы им сейчас потереть грязные руки. Стоп, а может это и есть вариант его активации. Попробовать смешать тёмную и светлую энергию. А где мне их взять? В жезле она уже нейтрализована, и в камнях всех прошла через меня. Тёмную энергию можно позаимствовать у Вала, а вот светлую. Лопух, у меня же два камня хаоса остались с манной алтаря порядка, подарок бобика. Но я ведь тоже её сам закачивал. Ну и что, ведь и тогда бобик говорил, что она сохраняет свои свойства. Надо попробовать, а чтобы усилить тёмную энергию пропустим её напрямую через кинжальчик мой ненаглядный. Давненько я его не доставал и главное, не пользовался.

Время за раздумываниями текло быстро и незаметно.

– Господин, – раздался в голове голос Луи,– отобедать не желаете? Линчу то еда без надобности, он энергией жертв питается, а вот вам ещё превращаться в подобное рановато. Поешьте!

Ты смотри, а мои зелёные человечки даже хохмить умеют, оказывается.

– Спасибо Луи, я и правда о еде позабыл, хотя такого у меня никогда не было. Что там у нас…

А у нас в этот раз подавали… всё, как и обычно. Каша с мясом, сало, нарезанное кусками с хлебом. Разведённое вино для меня, и куски мясной нарезки. Пока шикуем, но скоро чувствую, придётся переходить на урезанный рацион, иначе и до голода недалеко с такими темпами передвижения по проклятым землям. И я бы покупаться не отказался.

– Луи, а давай организуй нам обед на пляже. Что-то я замерзать начал. Надо сходить, погреться – это я уже в слух говорю – Вал, ты с нами?

– Естественно! – коротко, но ёмко ответил Линч.

Обед на фоне горячего озера с видом резвящихся людей, орков и лошадей поднимал настроение до небес. Что-то в этой воде всё-таки есть такое " волшебное", я бы даже добавил "волнующее". И, находясь в предэйфорийном состоянии, на эмоциях, желая всем счастья и добра, желая как можно сильнее их улучшить, я позаимствовав манну и силы в камнях душ, распаковал плетение "Благословения". Что тут началось! Люди и животные начали радостно кричать, вода вспенилась, накрывая воздушной пеной немалый объем озера, на лицах людей радость и счастье, а рядом статуей застыл худощавый высокий столбик изумлённого мужчины, что глубоко дышал, впихивая в свой раскрытый рот немалые объёмы воздуха. Он дышит! А дальше – общая эйфория.

Безумие продолжалось долго, не менее часа, а горячая вода поддерживала ощущение счастья ещё столько же, как минимум.

Вот в этот момент и пришла мне неожиданно в голову мысль, не помылиться ли мне мыльцем? Чем чёрт не шутит, может и оживёт кусок металла в этой восхитительной воде. Плетение я применил из светлой части магии, а земля здесь пропитана, как раз тёмной. А вода, что и так бодрит и передаёт энергию недр земли, а может и алтаря, послужит прекрасным проводником.

– Луи, возьми своё копьё сходи до алтаря, я там оставил кусок белого железа. Да ты его видел. Плоским концом лезвия наконечника подцепи его и принеси мне. Только осторожнее, руками не вздумай ни алтарь ни артефакт трогать, мало ли. Давай, я жду! – мысленно дал я распоряжение начальнику своей охраны.

А сам, встав с края, у самого берега, мочил пяточки горячей водичкой. Эйфория от применения заклинания проходила, но настроение у всех на высоте. Мартин с одним медведем из состава лучников устроили борьбу прямо в воде, и весело кидают друг друга в воду дурачась и кувыркаясь. Вал сидит в воде у берега, вода доходит ему до груди и он, с выражением полного счастья, глубоко грудью вдыхает в себя влажный воздух. Лошади всех мастей резвятся, как на берегу так и в воде. Счастливы все, особенно канн, что прыгает в воду с берега, с разгона, а потом долго плавает под водой не выныривая наружу. Как я понял, сегодня мы тоже вряд ли тронемся в путь, а значит можно спокойно отдыхать. А вот и Луи появился с вытянутым вперёд копьём. Идёт тихо. Осторожно ступая босыми ногами по песку, на кончике наконечника копья одиноко примостился небольшой кусок металлического мыла. Я разулыбался, нет, всё-таки хорошо, когда вокруг столько доброжелательно настроенного народа. Лица у всех счастливые и радостные. Вот наконечник направлен точно на меня. И тут я, устав ждать, когда же Луи донесёт до меня моё мыло, дёрнулся вперёд и схватил металлический обмылок. И то ли руки у меня были мокрые, то ли ещё что, но белый брикет выскользнув у меня из пальцев и упал в воду, прямо мне под ногу.

И вот тут начался ад. Холод сковал ноги в воде, всюду слышится крики боли и ржание лошадей. Вала скрутило и выгнуло дугой, только рот раскрыт в немом крике. Я из последних сил, действуя исключительно на морально волевых, с великим трудом сдвинув непослушные ноги, и ступнёй подцепив металлический брикет и падая в ледяную воду выкинул артефакт на песок и, уже теряя сознание, увидел метнувшегося ко мне Луи. А дальше, словно электричество отключили, ничего.

Отступление Шестое

Хэрн сидел возле костра и молча смотрел на огонь. Сегодняшний день, самый страшный в его жизни, заканчивался. Сегодня он так испугался, что после пережитого вино не пьянит, а от внутреннего холода спасти не может даже разожженный костёр. Они сегодня все скопом, едва не погибли. Как рассказал Луи, малыш смог, превозмогая боль, вышвырнуть артефакт из озера, но сам рухнул в ставшую в одно мгновение ледяную воду. Спас всех, а сам…

Хэрн повернул голову к алтарю. Лежат вдвоём возле притухшего алтаря. Вдвоём. Хозяин и Линч. Вал тоже в сознание так и не пришёл. Уже ночь наступила, а они, такое ощущение, даже не дышат. Но, будем ждать. От мальца жизни всех зависят, а он…

Но кто знал?

Мартин с Жаком пошли патрули проверить. Он, Хэрн, только закончил людей из комы, вызванной резким переохлаждением, выводить. Все живы, но вот здоровье и главное, дух упал. Вот и ходят через небольшие промежутки командиры по лагерю, бойцов подбадривают. Все в тягостном ожидании. Лошади породы кайры сильно пострадали, все, кто в момент активации артефакта находились в воде. Несколько даже пришлось выносить на руках. Вон, возле алтаря лежат. Видно артефакт их в первую очередь выпил. Может, потому и нет жертв, что в воде они купались в это время. Спасли!

В огне костра лежат камни, большие булыжники их периодически вытаскивают, обматывают тряпками и обкладывают ими пострадавших, независимо от того орк это, человек или лошадь. Ночь будет такая же тяжелая, как и день. Только, будем надеяться, наоборот, сперва будет плохо – это нынешний период, а вот второй – обязан быть счастливым. Иначе не должно быть! Не должно…

Вода в озере вновь постепенно нагревается, не так быстро, как хотелось бы, но температура поднимается. Вновь пар поднимается над озером. Надо пойти обязательно покупаться и этим постараться успокоить бойцов. Может, горячая вода и уберёт этот внутренний холод. И… она ведь может и хозяина отогреть. При мысли о помощи со стороны озера, Хэрн вскочил на ноги, бросил взгляд на неподвижные тела возле алтаря, и со всех ног бросился к озеру…

Блаженство. Вода и правда стала тёплой и постепенно нагревается еще сильнее. Весь отряд, кто на ногах, собрался на берегу, смотрят с надеждой и недоверием одновременно. В самом центре озера вода и вовсе почти кипяток, холода, что морозил душу и след простыл, возвращаемся и первым делом в воду надо Линча в качестве подопытного запустить. Если результат с его оживлением будет положительный, то следом и хозяина можно запустить. Хэрн уже дал команду Луи тащить сюда к воде Линча. "Вал, вроде, пацан нормальный, с понятиями, но его не так жалко, как своих. Он вроде скоро тоже должен был своим стать, но пока ведь чужой!"– Успокаивал свою разбушевавшуюся совесть канн.

Вот и жертва. Признаков жизни никаких. Ну что же, пробуем! Четвёрка его бойцов, держа неподвижное худое тело за ноги и за руки, не спеша, осторожно, с опаской, заходила со своей ношей в воду. Настроение у ребят, по мере погружения в горячий источник повышалось на глазах. Вот и улыбки на лицах мелькают и глаза засверкали. А Линч… оп-па! Вроде задышал. Сперва рывками, схватывая воздух, а теперь всё уверенней и уверенней. Вода ближе к середине озера становится всё горячее и горячей. Четвёрка подчинённых плывет, рядом придерживая неподвижное тело руками. Вот, результат налицо. Кожа Линча из пепельно-белой превращается сперва в розовую, а теперь лицо стало красное, как у вареного рака. Вода нечаянно попала на лицо Линча и он закашлялся, резко замахал руками и дёргает ногами. Отлично, вот и глаза разлепил и прокричал непонятное на незнакомом языке!

– Вал, ты как? – уже все подхватили новое прозвище Линча, данное с легкой руки хозяина.

– А, что? – не понимая, что происходит и где он находится, вскричал маг. Но увидев рядом с собой радостную рожу канна успокоился и спокойно спросил – Хэрн, что это было?

– Это я бы у тебя хотел спросить – ответил улыбающийся канн…

Глава 13

Я выныривал из холодного бездонного омута. Чувств никаких, мыслей тоже. Я даже с трудом понимаю, кто я такой. Хочу вздохнуть полной грудью и не могу. Тела не чувствую, ни рук, ни ног. Но вот где-то внутри меня постепенно разгорается огонек, что осторожно топит лёд. Лёд везде, я словно в ледяном коконе зажат. Я – кто я? Я – это я, а вот кто пока не знаю. Пелена вокруг, что со мной? И снова в отчаянии понимаю, что я не помню себя. Хотя… мама! Вот перед глазами жена, дети, неугомонный внук со своими машинками. Собака какая-то большая, лохматая и зовут её как-то странно и бобик, и тузик, и, вроде как, он же и барбос. А это ещё, что за женщина с фигурой юной девушки. Боже, какие формы. МА.. Марф…Марфа – вскричал я. Вспомнил, всё вспомнил! Я помню, кто я. И в этот момент я сделал полный вздох. Лёд уходит, оставляя место наступающему жару. Тело невесомое, я осторожно двигаю то ногой то рукой, вдыхаю тёплый влажный воздух. Доносятся какие-то звуки, вроде вода плюхается. Я что, в море? Каком море, в озере купался, а потом в него, из-за меня артефакт упал, а потом… я резко дёрнулся, пытаясь сесть или встать, но ноги, не чувствуя опоры, ухнули на глубину и я с головой ушёл под воду. Я честно скажу, растерялся, и как тогда во время боя с Линчем меня охватила паника. Но вот чьи-то сильные руки выдернули меня из воды и я очумелым взглядом уставился на довольную рожицу канна.

– Привет, малыш, с возвращением! – радостно проорал смеющийся Хэрн. Я огляделся по сторонам, мы почти на середине озера. Вода здесь горяченная, а мы это я с Хэрном и вроде его боевая четверка, что сейчас с облегчением смотрит на нас. Так, здесь что-то такое происходило, потому что остальной весь народ на берегу смотрит нас с великой надеждой. Похоже, я очередной раз чуть коней не двинул, а ребята волнуются и за меня, и, естественно, за себя. Как бы меня не спеленали и не держали в мягкой золотой клетке.

На берегу, сидя у разведённого костра, в кругу собравшихся бойцов, слушал рассказ о том, что происходило вчера и сегодняшней ночью. Рядом сидит задумчивый Мартин, Жак спокойно попивает вино, Вал уплетает сало с хлебом и, как и я, налегает на горячую кашу с мясным подливом.

– …Кайры очень плохо перенесли удар артефакта, в сознание пришли все, но на ноги не встают, сил нет, и от еды отказываются… – тем временем продолжал свой повествование Хэрн он уже успел обо всём поведать под постоянные поправления собравшегося народа. Теперь уже все на меня смотрят, как на господина. М-да, ситуация. Пострадало больше половины лошадей и с этим надо что-то делать. – Малыш, с этим надо что-то делать – словно прочитав мои мысли, огласил их вслух канн – если их не поставить на ноги, то сам понимаешь, наша боеспособность просто рухнет. Ты вообще, как?

Я вздохнул.

– Нормально. Только немного расстроен, что так всё получилось. Кто мог знать, что эта гадость так сработает. Так, я поел. Хэрн, Вал со мной, остальные заниматься делами. Жак, командуй своими людьми, а то не воинское подразделение, а какое-то собрание благородных девиц. Оставьте бригаду, чтобы лошадей в озеро относить. А остальных чем-нибудь озадачьте, чтобы по лагерю без дела не шлындались. Всё, по местам!

Состояние лошадей было критическое. Мыло высосало их почти подчистую, одна оболочка осталась, и предохранитель не помог. Мы втроём до самой ночи вкачивали в эти батарейки энергию. Я выкачивал манну из алтаря в камни душ, а из них уже Вал переливал её в наших лошадей. У него это получалось очень просто, а вот из алтаря он почему-то брал манну и силу с трудом, в час по чайной ложке. Хэрн занимался общим руководством, поднеси, подай, пошёл на фиг. Так и работали на износ, до самой глубокой ночи. А лошадей уже хозяева, наверное, до утра в озере отпаривали. Но я этого уже не видел, потому что после плотного очень позднего ужина или очень раннего завтрака завалился спать. Что интересно, спать упал и Линч. Или он уже не Линч? Не знаю.

Глава 14

Тронуться в путь мы смогли только через день, рано утром. За эти сутки успели сделать очень многое, особенно я. Во-первых, окончательно разобрался с артефактом. Мыльница оказалось поистине с огромным внутренним хранилищем манны и магической силы. А заложенное в него плетение проявилось только после полной его зарядки, которое проводилось в воде. Я, утром выгнав всех из озера, а когда все оказались на берегу попросту кинул в воду горячего озера артефакт. Эффект не заставил себя долго ждать. Вода через несколько мгновений остыла, а потом покрылась коркой льда. Все, кто находился в этот момент рядом с удивлением и страхом смотрели на ледяной каток озера. Оставив одного орка из охраны, им вроде оказался Гных, смотреть за изменениями в озере, отдельно предупредив и вменив ему в обязанность обо всех изменениях докладывать нам незамедлительно. Вместе с Валом ушли к алтарю, и там весь день разбирались с привезёнными подарками, а именно кулонами и кольцами защиты, с помощью камней заряжая их и проверяя их работоспособность. Как сказал Вал, он выгреб у себя в берлоге всё. Из денег набралось около ста тысяч золотом и тысяч шестьдесят серебром. Камней немного, в основном рубины и изумруды в изделиях, выполненных из золота. Из оружия не было ничего, а вот пару интересных комплектов доспехов Вал привёз.

– Это доспех рыцарей смерти. Сделан он из лунной стали. Она падает с неба. Специалисты её собирают или скупают повсюду. Стоит она не меньше металла древних, а по свойствам даже превосходит его. Сами доспехи сделаны гномами. Они не имеют магической начинки, потому что магию не воспринимают. Когда воин в этом доспехе бесполезно по нему бить плетениями. Поэтому рыцари смерти такие живучие. Надо по одному комплекту дать твоим друзьям, Мартину и Ферро они очень выносливые ребята и такая тяжесть для них ничего значить не будет. А вот их лошадей надо бы поменять. Тяжесть для них большая, да и защита от магии им уже не нужна.

Ну, вот и лошади паладинов получат своё применение. Я молча слушал Вала, он искренне рассказывал о вещах, которые привёз с собой. Запасов артефактов, что Линч насобирал за всё время нахождение в этой зоне, с лихвой должно хватить на весь наш отряд и ещё должно немного остаться.

Алтарь работал с перебоями. Разряжен на половину, но ниже уровень наличия манны в нём не опускался. А в последнее время где-то после обеда наличие энергии стало постепенно подниматься. А через часа два прибежал посыльный от Гныха. Лёд на озере начал быстро таять. Так, сделал вывод я, артефакт зарядился мыло к использованию готово.

Хэрн, получив от нас комплекты защитных амулетов, вместе с командованием из состава неразлучной парочки и командиров полусотен, принялись распределять защитные артефакты между бойцами. В комплект входило два кулона защиты один кинетический от летящих снарядов, чтобы это не было, а второй чисто защищал от боевых плетений противника, словом от магии. В некоторые комплекты вошли и атакующие артефакты. Кольца, рассчитанные на один единственный удар. Примерно такие же артефакты как был у нашего Мартина.

Вал подкинул интересную идею. Он, пока общался с нашими ребятами, просмотрел их на способности к магии. Около сорока человек имели способности к применению магии первого порядка, а с десяток могли себя назвать нормальными магами, с возможностью применения плетений второго уровня и больше. Линч предложил создать на их базе магическое прикрытие полка, опираясь на мои заготовки с камнями слез души, в качестве источников магической силы и манны. А готовить их будет он сам. Предложение всем понравилось, осталось только одна малость, вырвать Линча из границ этой зоны и вернуть его к нормальной человеческой жизни. Что я и сделал некоторое время спустя.

Артефакт, лежащий в воде, по форме не изменился, а вот по содержанию. Мы долго с Валом изучали его внутренние настройки, только я выступал в качестве микроскопа или рентгеновского аппарата, а маг с Хэрном научными сотрудниками, выдвигающими теории, одну за другой. Видел, что творится в артефакте магическим зрением только я, для остальных он оставался простой болванкой. Как предположил Вал, в момент, когда я ногой его, уже активированного, выкинул на сухой песок он меня и запомнил, как своего оператора и теперь подчиняется только моим командам. Может в нём и есть режим общего пользования, но как его настроить, ни я, никто другой не знал. Так и сидели, наверное, часа три около кромки воды, я его рассматривал, а Вал записывал мои наблюдения в записную книжку и тщательно изучал все, что успел накарябать. Притрагиваться к артефакту не хотел никто. Я долго себя настраивал и, собравшись с силами, резко опустил руку в воду, схватив мыло, резко выдернул её обратно. Никаких последствий не произошло. Тщательно вытерев артефакт, поданным охраной полотенцем, принялся его скрупулезно рассматривать. Плетение представляло собой замысловатое накрученное изображение иероглифа, в котором понять, что либо, было невозможно. Единственно, разобрались в одном, артефакт можно было применить двумя разными способами, переворачивая его к объекту воздействия противоположными сторонами. Только какая сторона за что отвечает, было неясно. Я предложил просто. Взять и направить его на кустарник. В принципе, артефакт должен либо усыпить все жизненные процессы либо наоборот их довести до максимума и тем самым оживить или умертвить объект воздействия. Вал с этим вроде бы был согласен, но вот каким образом его запустить оставалось неясным.

Чтобы не стеснять своим присутствием остальных, забрав с собой артефакт, уединились в разрушенном храме около алтаря. Вал молча смотрел через разбитое окно или витраж на тусклый туманный пейзаж и молчал. С одной стороны результат впечатляет, но с другой он какой-то незаконченный. Вот Вал и расстроен, остановились возле самого порога к раскрытию тайны, а как войти, как раз, и не знаем. Можно ведь так простоять ещё с тыщу лет и остаться всё на том же месте. Алтарь набрал мощность полностью, гудел в своё удовольствие, слегка этим меня раздражая. Я же всё пытался разобраться в накрученном линиями различных цветов рисунке мыльницы, но пока в голову никаких решений проблемы не приходило. Гул разошедшегося алтаря начал доставать и я на эмоциях, в задумчивости, швырнул в него камень. Только задумался до такой степени, что вместо камня запустил в алтарь железной мыльницей, и вот тут и произошло то, что помогло разобраться с ещё одной тайной этого запутанного мира. Артефакт на камень алтаря не упал, а повис над ним строго посередине в тоже время, испуская приятный приглушённый жёлтый свет, заливающий весь периметр алтаря. Мы вдвоем в большом удивлении уставились на это чудо…

– Как тебе это удалось? – спросил приглушённым голосом от волнения Вал. – Похоже, тебе удалось запустить этого строптивца. Только какие способности у него включились? Как бы проверить?

Я молча встал, подошёл к алтарю присмотрелся к артефакту. Плетение светилось всеми цветами наливаясь силой. Я, протянув руки к весящему над алтарём мылу, и уверенно перевернул его обратной стороной вниз. Ничего не произошло только свечение испускаемое артефактом сменилось на ярко красное. Я вновь внимательно осмотрел мыло магическим взглядом. Иероглиф перевернулся рисунком верх ногами и теперь в его орнаменте преобладали чёрные нити. Ну вот. Я думаю красный это свет смерти, а жёлтоватый как раз жизни. Я вслух поведал Валу о своих наблюдениях. С моими выводами он согласился и спросил как же нам запустить артефакт что бы он сработал. Я, подумав, сказал первое, что пришло в голову.

– Раздевайся Вал и лезь на алтарь. А я пока переверну наше мыло на жёлтый свет. Вот на тебе и будем экспериментировать. Что-нибудь да получится.

И всё-таки я его запустил. И всё гениальное оказалось как всегда просто. Я, наверное, с час пытался магией воздействовать на артефакт, а когда ничего не получилось и я, сильно разозлившись, взял ему и просто импульсом приказал как делал это с заклинанием "Вожака",но посылал команду мысленно так же как я разговариваю с Хэрном и с остальными своими потенциальными рабами. И он сработал. Лежащего, обнажённого Вала окутало искрящееся свечение. Линч всем телом выгнулся, а потом резкая вспышка и всё. Алтарь наполовину пуст, а мыльнице хоть бы что. Вал лежал на алтаре без сознания.

Я быстро, плетением диагностики, проконтролировал его состояние. Результат диагностирования поверг меня в шок. Тело Линча или уже не Линча светилось светло-зеленым спектром. От серого цвета не осталось и следа. Есть!!! Получилось!

Вал очнулся часа через полтора. Он так и лежал на алтаре. Артефакт я снял сразу и пока Вал спал игрался с мыльницей. Импульс и артефакт активируется. Обычно я направлял его на землю себе под ноги. Команда на включение. И вот у ног небольшой клочок зёленеющей травы. Бесподобно. Я так и игрался своей новой игрушкой пока бывший Линч не пришёл в себя. Он так резко изменился, словно я к нему максимально мощное плетение тайн леса применил. А может в артефакте и вложено это плетение? Кто его знает. За полтора часа я превратил землю периметром десять на двадцать шагов в цветущий оазис. И это поздней осенью. Даже кустарники и пару стволов деревьев вернул к жизни. Очень мощный артефакт, но вот за это время я его порядком разрядил. А подзаряжать пока возможности не было, озеро занято купающимися и проходящими реабилитацию лошадьми породы тёмной кайры. Вал, придя в себя, быстро перекусил остатками обеда и убежал формировать по одному ему известному принципу магическое прикрытие полка. Отобрав с полсотни бойцов, увёл их в сторону шагов на пятьсот, объяснив это желанием перестраховаться. Обучение магии далеко небезобидное занятие. Все были заняты до самой ночи, а в сумерках, вернувшийся Вал, при скоплении народа принёс клятву верности на крови, причём добровольно. Последствий от принятия клятвы он не чувствовал, так как и я умел ставить болевой барьер. Я его переадресовал на Мартина, чем вызвал сперва недоумение на лице мага, а после моих объяснений по поводу принятого решения, его бурную поддержку моим опасным начинаниям. Что выйдет из моих задумок не знаю, но надеюсь, что все потуги пройдут не зря.

А утром снова марш. Марш без остановок с максимальным вниманием и настороженностью. Магическое подразделение начинающих магов во время движения занимались вместе с Валом. Чему он их учил, я так и не понял, хотя честно сказать и не вникал в это. Был занят. Сидел в нашей повозке заваленной тюками богатств Вала и бренчал на гитаре. Рядом со мной моя неизменная Тень и катар. Я всегда удивлялся, как они друг с другом ладят. Внешне катар не ревновал Тень ко мне, а в свою очередь, тёмный оказывал Удаву всяческое почтение и слушался его, как командира. Вожак, он и есть вожак.

Дальнейшие два дня запомнились пыльной дорогой, переходами без остановок и привалов. Две часовни с алтарями на местах ночёвок, были запущенны нами с Валом быстро и как-то уже обыденно. По вечерам и с утра купались в горячих источниках, запасались водой, а бойцы на привалах занимались боевой подготовкой и слаживанием действий. Ну, это говоря военным языком армии Советского Союза Земли. Но суть оставалась та же. Люди друг к другу привыкали, притирались, учились действовать вместе, сообща. Меня особо к занятиям не привлекали. Мартин занят, Хэрн постоянно в отлучке, бегает по лагерю с Жаком, или помогает с кузней молодому нашему гному. Ферро при каждой возможности занимается доставшимися доспехами, ремонтирует их, чистит, приделывает новые ремни, так далее и тому подобное. А в движении, рассадив своих помощников по телегам, вместе с ними продолжает готовить амуницию и защиту для всего отряда. Вал постоянно со своим магическим крылом, как он его назвал. Учатся ставить совместный щит – панцирь. Получается пока не очень, но тут главное слово, что несмотря, ни на что всё-таки у них что-то получается.

Вал менялся на глазах. Помолодел, глаза горят восторгом, волосы потемнели, стали чёрными, как смоль, голос стал немного позвонче, но не потерял своего очарования. В одежде исчезли тёмные тяжёлые тона. Одевается, как франт, непонятно откуда у него столько прекрасных туалетов. Он поделился ими и с Жаком. Предлагал и Мартину, но тот отказался, сказав, что для простого наёмника это очень дорого. Зато от комплекта доспехов рыцарей смерти, предложенный ему в подарок остался в восторге. Ферро кстати, тоже очень обрадовался подарку, но его и Мартина я сразу предупредил, что подарок сам по себе не просто так, он обязывает, а вот к чему скажу позже. Со стороны выглядело всё весьма комично, когда малец, метр с кепкой, строит взрослых дядечек. Я это понимал и старался, как можно реже во что-то вмешиваться, передавая свои пожелания отцам командирам через Хэрна или по мысленной связи. Вал мысленной связи не просто обрадовался, он был шокирован. Он, и правда, оказался фанатом искусства магии. Очень, знаете ли, непоседливый человек. Всё ему надо было знать. Особенно его заинтересовали неизвестные ему плетения, рунами весящие на его колодце. Пришлось малость поведать ему о магии школы порядка. Вал был впечатлён и в ультимативной форме потребовал научить его всему, что я уже сам мог использовать. Словом, путешествие проходило весело и с пользой для всех. Так длилось до самого последнего перехода. Всю размеренность последних дней разбил пришедший мысленный призыв командира отряда авангарда.

– Внимание всем!! На горизонте противник. Переход перегорожен толпой нежити. Впереди Линчи, а с ними не менее пятнадцати рыцарей смерти. К бою!!

Жак мгновенно дал команду авангарду возвращаться к основному отряду. И моментально произвёл перестроение отряда. Впереди встали спешившиеся копейщики, образуя каре, ощетинившееся, словно дикобраз копьями. За ними лучники, как пешие, так и конные. Арбалетчики с магическими артефактами генераторов фаерболов встали по трое по флангам. Вал расставил свой магический панцирь. Он сам так назвал такое построение своих людей. Все готовы. Но почему-то противник так и не показывается. Я мысленно предложил на время поставить впереди копейщиков наших всадников на кайрах. Линчи однозначно первым делом применят магию. И ослабить её воздействие на основной костяк нашего отряда попытаются кони породы тёмной кайры.

Ждали противника недолго. Из-за поворота, прикрытого кустарником, вывалилась толпа живых мертвецов. Все в полном доспехе, валят в атаку не кучей, а ромбами построенных военных подразделений. Впереди каждого монстр метра два ростом. А впереди них бежит страх, леденящий душу. Когда осталось до наших позиций шагов двести маги противника нанесли удар. Удар страхом, только теперь он был усилен в несколько раз. Наши воины, защищённые амулетами только слегка пригнулись, но потерь не среди воинов, не среди их четвероногих товарищей не было. В этот раз мы готовы и даже для такого числа Линчей и их войск мы представляем крепкий орешек, и чтобы разгрызть нас надо очень сильно постараться.

Надвигающаяся масса усушенных, изувеченных остатков людей, орков и ещё чего-то очень страшного, заставляла душу трепетать, как воробья на морозном ветру. Руки трясутся, в глазах застыл ужас, страх сковывает всё тело, сделать любое движение это заставить себя перейти барьер отчуждения и боли. Кажется, что всё жизнь закончилась, выхода нет. Повторяющиеся удары Линчей вносят дополнительную тяжесть ощущений горя и страданий. Воля ломается, хочется упасть на землю свернуться в позу эмбриона и прикинуться мёртвым, может пронесёт и не заметят тебя эти монстры. Волосы давно стоят дыбом, лицо обезображено гримасой ужаса и страха.

" Малыш, очнись" – вопит Вал. Вот кому всё равно, как бывшему Линчу. Наверное, именно благодаря тому, что он не потерял самообладания, мы и выжили в этой схватке. Именно он, сквозь застилающий взор страх и ломающий волю ужас, смог достучаться до каждого.

" Общее внимание!! – орёт наш штатный маг – конница на фланги освободить фронт. Копейщики держать копья ровно. Внимание! Арбалетчики. Фаерболами разом по всему наступающему фронту противника. Вреда большого не нанесем, но защиту ослабим сильно. Малыш! Я сейчас по Линчам ударю, есть у меня чем их достать. Особо не стоит надеяться на успех, но от защиты нежити их точно отвлечём. Как только заметишь, что фаерболы начнут доставать свои цели бей своим заклинанием церковников. Наших подбодришь, и надеюсь, защита не выдержит у нежити и тогда им конец. Начали!!!

Ох, молодца, Вал. Всех вытащил с того света. Сам ударил по Линчам, что стояли вдалеке метрах в трёхстах, и руководили атакой своих войск, поддерживая их магией и нанося по нам чувствительные удары. Его удар застал их врасплох, но нанести существенных повреждений не смог. Трое Рыцарей Смерти свалились с коней, а один Линч распластался на крупе своего огромного коня.

Удар фаерболами сперва не принёс видимых результатов. Мертвецы так и перли, не смотря ни на что. Но после атаки Вала Линчей, фаерболы стали взрываться в самой гуще наступающих войск, раскидывая мёртвых воинов в разные стороны. Ну, вот и мой черёд настал! Стоит подбодрить наших бойцов, видно, что, не смотря на розданные артефакты, им очень тяжело и держатся они все без исключения из последних сил.

Манна и силы из камня душ в полном объёме прошли через зажатый в руке жезл. И снова разверзлись небеса, и яркий солнечный свет залил пространство разразившегося сражения. До нежити шагов двадцать и всё их превращение в прах произошло на наших глазах. Однако, видеть такое никому не понравится, половину наших бойцов скрутило в спазмах рвоты. Да-а! Впечатлительные попались. Я судорожно пытался восстановить использованное плетение. Если сейчас нанесут удар рыцари смерти – нам конец. Но обошлось. Линчи, от потери своего войска, находились в полной прострации. А вы, что думали? Я не церковник, чтобы меня учуять вашим артефактам. А магии святого порога я только учусь. И думаю, не будь у меня модернизированного жезла, впитавшего в себя силу трёх белых спикеров паладинов, такой эффективности от применения плетений не было бы.

Войско нежити растаяло, оставив после себя только груды доспехов, рваной истлевшей одежды и оружия. На поле боя наступила непонятная тишина. Линчи боялись показать нам тыл. Развернуться и отступить на виду не пострадавшей конницы противника они не решались. Получившие от удара Вала повреждения рыцари смерти и Линч очухались и заняли свои места в строю.

Наше воинство после плетения благословения расправило плечи, воины смотрят на противника без страха. Да, его ещё много, и он очень опасен. Остались самые сильные. Знание того, что таких мы уже били и не только били, но и брали в плен и теперь бывшие враги в твоём стане плечом к плечу ждут атаки себе подобных, вселяла надежду в сердца. Надежда на победу, пошатнувшаяся в начале битвы возвратилась и теперь цементировала уверенность на успех в этом противостоянии.

Ситуация патовая. Разойтись в разные стороны без полного уничтожения противников уже невозможно. Все ждут и первыми не нападают.

Вот какое-то движение в стане противника. В нашу сторону двинула кавалькада всадников. Всего четверо. Три Линча и один рыцарь в качестве охраны. Он держит в руках пику с привязанной к ней белой тряпкой. О-о! Переговорщики.! Ты смотри, созрели. Как интересно!!! Едут шагом, не спеша, ждут действий с нашей стороны.

– Малыш – подскочил ко мне Вал. – это шанс. Они сами напрашиваются на разговор. И без тебя этот разговор бессмысленный. Ты возьми в руки мой артефакт и держи его, а лучше играйся им.

-То есть, как играйся? – опешил я.

– Ты же ребёнок, а в руках у тебя любимая игрушка. Вот как разговор начнётся, ты им что-нибудь и сделай. А я яблок с собой возьму. Хоть и не люблю я их, но вот в качестве демонстрации для Линчей они будут в самый раз.

– Причём тут яблоки и демонстрация? – опешил я.

– Представь, ты давно не ел яблок. В нашем случае очень давно. Ты может, их уже столетия не видел, но вкус, то помнишь. А моя бывшая проблема, как и у них настоящая, они не могут ничего чувствовать, даже боли. А вкус яблок в них с самого детства заложен. Знаешь, как хотелось все эти годы яблок, да и не только их. Вот! А мы им и покажем, как я сейчас их трескаю. Надо только побольше радости и чувств в ментал бросать, они почувствуют моё состояние и общее впечатление счастья. Поверь, клюнут.

Вал радостно потирал руки.

– У них там за главного, бывший герцог В'Алуа, не существующей уже страны Заргании. Была такая когда-то с тыщу циклов назад. На её просторах сейчас Империя располагается и великая пустошь. Они с эльфами схлестнулись. Вот эти пятаки гиблых земель особо защищались магами Заргании. Это её короткое название было. Что в этих землях было такого особенного, никто не знает. Может, вот эти самые разрушенные храмы тому виной! – Вал пожал плечами и после небольшой паузу продолжил – Потрепали маги ушастых тут сильно, но и сами полегли все. А с некоторыми, с такими, как бывший герцог, под конец маги эльфов поработали, сотворив подобный ужас, блуждающий по закрытым территориям без возможности вырваться наружу. А В'Алуа тип мутный. Древний как Долы, а вредный… Я у него в своё время увёл отряд, костяк которого ты положил при нашем знакомстве. С тех самых пор он на меня очень дуется, но сделать ничего не может. По характеру он настоящий лидер, но как маг слаб. Вот, правдами и неправдами, старается подчинить себе подобных и заставить их работать на себя. И меня пытался,…но ничего у него не вышло, руки коротки. Сейчас с ним постоянно мелькают по краю двое Линчей. Не слишком сильные как маги, но сообща прижимали к ногтю всех. И я пару раз от них огребал. Но в основном они промышляют, впрочем как и я в прошлом, отловом караванов без сопровождения церковников. И живой материал для своих нужд получают и ценности, какие-никакие попадаются. В основном, основную ценность представляют собой дети обоих полов. Но их почему-то не часто увидишь в караванах, особенно подходящих для определённых целей. А цели эти сейчас в рот Мартину смотрят и меня прибить мечтают. Да-да ! Это рыцари смерти. Мало кто после процедуры инициации выживает. Основная проблема – мозги детей не выдерживают моральной нагрузки и всё, их только с ложечки кормить. Полными болванами становятся. Таких оставлять в живых очень опасно. Поэтому при общении с Линчами сделаем так. На встречу пойдём впятером. Жак как командир, ты как обладатель артефакта, фактически для него ты сейчас хозяин. Хэрн – он тебя всё равно одного не пустит. Мартин, как отличный мечник. Ты ведь знаешь, он единственный устоял в учебном бою против бывших моих рыцарей. Не знаешь? Странно, Мартин тогда вовсе потрясённым выглядел. И не похвастался! Интересно. И я. Предупреждаю сразу. Беседу начинаю и веду я. Их надо сразу поразить, иначе они начнут вместе нас давить. Морально. От них такой шлейф страха будет, а он магией не убирается. А когда они на эмоциях этот фон гаснет. Повезёт, они сами его уберут. Умеют – поверьте!

Жак, слушающий нас внимательно и одновременно следивший за замершими посередине дороги Линчами, согласно кивнул…

Шлейф страха, исходящий от квартета некромантов, начал давить нас ещё на подходе, и если бы мы не были подготовлены к этому морально, то сейчас представляли бы из себя жалкое зрелище. Вал, спокойно ехавший впереди ещё не доезжая до ждавшего нас квартета, весело помахал им рукой и прокричал.

– Валуй, опять ты проказничаешь! Разве так встречают старых знакомых. Вечно бы тебе отрубить и порезать, сам ведь знаешь они и так скоро помрут. А ты… нехорошо!!!

На физиономию древнего Линча смотреть без содрогания было невозможно. Высохший череп, в котором в глазницах мерцал свет. Красный свет. Давление страхом резко пропало. Видно и правда Валу удалось Линчей сильно поразить.

– Это ты негодник?! Вор и обманщик?! – поражённо прохрипело страшное создание. – Как тебе удалось? Врёшь – это иллюзия! Стэйн проверь!

Маленький наездник, что так комично смотрелся на крупном жеребце выбросил руку вперёд, а в ответ на его действия я на автомате поставил щит огня, причём на всех наших сразу, чем заслужил заинтересованные взгляды некромантов.

– Иллюзии нет – пропищал маленький Линч – это он. – и уже обращаясь к Валу с дрожью в голосе спросил – Как тебе это удалось?

Вал небрежным движением достал из кармана большое яблоко и на глазах почтенной публики надкусил его спелый бок. И старательно чмокая и делая слащавый вид, с набитым ртом пробурчал.

– Я же тебе говорил – артефакт рабочий. Его только запустить надо было правильно. – и продолжая с аппетитом грызть яблоко под завистливыми взглядами магов продолжил – ты мне не верил, а вот теперь я тихонечко к прежней жизни возвращаюсь и скажу по секрету сегодня мне снились женщины. О! Какое это блаженство! А в караване я думаю, найду ту, что за деньги позволит попользоваться своим телом. А аппарат мне уже и так по ночам спать мешает.

На Линчей невозможно было смотреть. Изумлённые лица. Они могли бы и не поверить, но результат налицо. Вал сильно изменился, помолодел, а в своём очередном костюме выглядел просто, как франт. Я, со своей стороны, вспомнив наставления Вала достал из внутреннего кармана куртки мыльницу и ничего другого, не придумав со словами, ты уже проголодалась моя голубка, прям под ногами своего коня призвал к жизни чахлую траву. Зелёная молодая трава буйно проросла под действием исходящего из артефакта желтоватого свечения. Это вызвало врыв эмоций у Линчей и реакцию у Мартина, выразившуюся в выхваченном из ножен мече. Зелённая трава привлекла к себе и лошадей некромантов. Они тянулись головами к сочным стеблям, невзирая на натягиваемые поводья уздечек хозяевами.

– Это и есть твоё средство для правильного запуска артефакта, Валлон? – прохрипел Линч.

– Это просто ключик, а вот сам процесс, я тебе скажу… – улыбнулся чарующей улыбкой Вал.

Древний посмотрел на меня и протянув руку властно сказал.

– Дай посмотрю, дитё.

Я молча глянул на спокойного Вала и пожав плечами бросил кусок железа Линчу.

Тот от неожиданности, что всё так просто получится и не ожидавший от меня такой выходки поймать артефакт не смог и тот шмякнулся на землю. Это был самый опасный и напряжённый момент нашего общения. Все напряглись, и повисло тягостное молчание.

Вал усмехнулся и проронил.

– Валуй я всегда знал, что у тебя кривые руки, но то, что они у тебя ещё и дырявые – это для меня откровение – и самозабвенно заржал.

Ели бы мог Линч краснеть, он бы от злости позеленел. Но, а раз его и так от злости трясти начало, то и менять цвет лица смысла не было. Он, что-то ворча себе под нос на неизвестном языке слез с коня и подобрал с земли драгоценную вещь.

– Как она работает? – после долгого разглядывания и применения к артефакту магии в бессилии прошептал некромант.

– Работает просто, но не бесплатно – сказал Вал. – Тебе уже показали, артефакт действует. Но прямо сейчас он тебя к жизни не вернёт. Поверь! Скажу больше, мне он не подчиняется.

Линч сжал руку в кулак. Я подумал, если сейчас нападет, то придётся всех валить. Ферро с товарищами держал на мушке всех рыцарей противника. Расстояние не запредельное и шанс положить многих оставался, весьма велик. Но Линч взял себя в руки и упёр тяжёлый взгляд в меня.

– Он так дорого стоит?

– Кто или что? – не понял Вал – если ты имеешь ввиду этот кусок железа, то можешь его забирать себе за символическую плату, которую озвучит мой господин.

Линч прокашлялся.

– Забрать себе? И зачем, когда я не вижу даже в чём его сущность. Я его магически не чувствую. Нет, такой булыжник себе на душу класть я не хочу. Я не хочу с ума сходить, как в своё время ты, ещё каких-нибудь тысячу циклов. Я такой жизнью сыт по горло. Ведь пацана мне не отдашь? Правильно?

– Я не вещь, чтобы меня кому-то отдавать – спокойно сказал я, привлекая общее внимание.

Похоже, начинается торг, а торговаться я хотел сам. Мне деньги нужны! Да! Но для моих целей они не главное, мне нужно максимально обезопасить Мартина, а сделать я это могу только с помощью верных друзей, которые и будут ему отличной охраной.

– И какие условия? – раздельно ставя слова, спросил меня Линч. Остальные Линчи молчали, давая полностью решение своей судьбы в руки своего старшего товарища.

Я усмехнулся.

– Смотря чего вы хотите. – неспешно начал я. Я и так дал понять ему кто главный среди нас, а если срастётся, то он и так об этом узнает. – если просто артефакт, то немного, всего лишь своих воинов. Если жизнь и молодость, то расклад немного другой.

Линч упёр взгляд пылающих глазниц мне в глаза. Молчит, гипнотизирует. Ну-ну, давай-давай. Поупиравшись взглядом со мной минуты три Линч, не выдержав, спросил.

– И каков этот расклад?

Теперь уже я смотрел на него, пытаясь понять, на что он готов пойти ради свободы и жизни. Можно много потребовать, а можно ему и дать многое. Человек он и так видно, властный. Как он отнесётся к тому, что придётся подчиняться. Ведь он привык на протяжении столетий жить сам. Но это у него была одна жизнь, а я ему предлагаю другую.

– Как и в первом случае своих людей, а в придачу и свою свободу. Клятву на крови.

Маг глухо засмеялся. Вот чего я и опасался. Он привык быть первым. Пусть и здесь, но первым. Он не согласится.

– Если я ни с чем не соглашусь то, как нам разойтись? – посмеявшись, спросил маг.

– Просто. Отдаёте своих людей. Добровольно! И свободны на все четыре стороны.

– Что ты имеешь ввиду – отдаёте? – с угрозой в голосе спросил маг.

Смотря в его плескающиеся энергией глаза, спокойно сказал.

– Вы добровольно снимаете с них клятвы верности, а после уходите, куда хотите. Мы вас преследовать не будем. Вам даст слово чести капитан гвардии Императора баронет Жак де Маринэ, младший сын герцога Маринэва. В противном случае, вы все будете уничтожены. Мы не привыкли оставлять позади себя врагов.

Волна страха ударила по нам, но уже не с такой силой, как прежде. Плетений не было, просто фон.

– Я так не сдамся. Я лучше лягу навсегда, но быть рабами мы не бу…

– В'Алуа, прекрати. Сказав слово ты не сможешь отвернуть назад, а говоря за нас, ты подвергаешь и нас незавидной участи. – неожиданно перебил своего предводителя третий участник квартета. Высокий и даже стройный Линч с лицом иссушенной мумии – в этом вопросе каждый будет решать сам.

Видно мне удалось внести раскол в их прежние договорённости. В'Алуа, сжав сухие губы, зло уставился на своего оппонента.

– Крис прав! – поддержал высокого брюнета маленький Линч. – я тоже готов рискнуть всем, но оставаться в этой шкуре когда есть реальная возможность на избавление от этого кошмара… а на счёт рабов… ты посмотри на нашего Валлона. Ты видел, чтобы раб так вёл себя с хозяином? Решать тебе, но я для себя всё решил. Я согласен с требованиями гвардейцев. Но сначала, хотел бы услышать слово господина капитана. Он молчит. А вдруг это просто комедия и нас разводят как цыплят!

Жак выпрямился в седле и торжественно исходя из момента, ровным голосом произнёс.

– Я, баронет Жак де Маринэ командир отряда гвардии Императора торжественно заявляю. Мои люди, в моём лице, гарантируют неприкосновенность нашим противникам, выполнившим условия заключённого договора. – сказал и замолчал, как истукан.

– Договор пока не заключён! – влез в разговор до этого молчавший Вал – я предлагаю господам, кто решил поверить малышу, со своими людьми перейти территорию дороги, занятую нашим отрядом. Мы должны разделить тех, кто готов биться до конца с теми, кто хочет жить! – причём слово жить, хитромудрый маг, выделил особо.

Оба мага знаками подозвали к себе своих воинов. Ого! Ситуация становится опасной, если сейчас произойдёт провокация, то придётся валить всех, если нас, конечно, первыми не завалят. Но эту ситуацию просчитал и высокий Линч.

– В'Алуа, не стоит делать этого. Предупреждаю, попробуешь нас остановить, и тебя я лично сотру. Ты меня понял?

Ага! А видно в трио номинальным лидером считался древний, а вот по силе был именно высокий. И бойцов у него больше всех. Целых семь здоровенных, закатанных в латы рыцарей.

Воинов сразу отправляли к стоящим плотной стеной гвардейцам. Да, именно гвардейцам. Вон, над строем плещется штандарт гвардии Императора.

На противоположной стороне одиноко виднелись две фигуры. Бывший герцог молчал. Его бывшие соратники уже дали слово выполнять заключённый договор, но отдельным пунктом заявили, что в случае боестолкновения с В'Алуа и его людьми они будут придерживаться нейтралитета. Что же, нас это полностью устраивало.

– Какое ваше решение – спросил Вал, и торжественно добавил – Ваша светлость?

И это решило исход дела. Так к бывшему герцогу не обращались последние десять столетий, это точно. От этого обращения Линч дёрнулся всем телом. И просипел.

– Я тоже рискну. Моя нынешняя жизнь – не жизнь. И может, будет возможность оплатить старые долги.

Вот тут уже я встрял в разговор. Чужие проблемы нам не нужны. Чего-чего, а проблем нам всем хватает.

– На это не надейтесь, Ваша светлость. Предупреждаю сразу.

– Мы, малыш, умеем ждать. Кто знает, как лягут карты судьбы. Сегодня нет, а завтра…

– Тоже нет – закончил за ним я. – А теперь я бы хотел узнать, что вы тут делаете, так близко от храма?

Линч оскалился широкой безобразной улыбкой.

– Да вот зажали на стоянке и на подходе к ней два отряда, вернее один караван и отряд. Они видно повздорили из-за воды. Но на виду у нас ссору затевать боятся, вот так и стоят в противостоянии. Караван меняет у них воду на продукты, а отряд процеживает последние капли. На столько народу воды не хватает. К алтарю караванщиков не пускают. А среди них, я имею ввиду караванщиков, тоже есть ребята с очень похожим знаменем. Видно, тоже гвардия. Но их мало. В отряде бойцов двести-двести пятьдесят а в караване с сотню, но и женщин, а главное детей много. Может, гвардейцы, и решились бы на конфронтацию, но тут появились мы и обложили всех. Так и стоим уже седьмой день. Время работало на нас, а теперь уже не важно. Но сегодня следящие артефакты сообщили о вас. Вот мы, оставив охрану на стоянке, и двинули вам на встречу.

Понятно, караван с капитаном гвардии, далеко от нас не ушёл. И это очень плохо. Опять с ними пересекаться не хотелось, да и баронесса там. Но и бросать караван в таком состоянии уже не сможем. Но сперва надо забрать у Линчей их рыцарей, а уже потом двигаться дальше.

"Жак – мысленно обратился я к баронету – командуйте своим людям на продолжение движения или лучше соберите оставшееся оружие и доспехи от нежити, а мы пока примем клятвы у бывших рыцарей".

Процедура снятия и наложения новых клятв на крови много времени не заняла. Линчи, пожалуй, только кроме Валуя, беспрекословно выполнили все наши требования, а вот старый хрен попытался покочевряжиться, но под давлением бывших соратников окончательно сломался и выполнил все прежние договорённости. Он очень не хотел отпускать своего капитана, рыцаря, который сопровождал его на переговорах. Что их связывало я не знаю, но факт оставался фактом, он очень просил оставить того в его подчинении. Как и раньше, после снятия клятвы Линчей, рыцари повели себя, как малые дети, за исключением бывшего капитана. Да, он осознанно смотрел на всё происходящие после снятия пут плетения, но вот ненависти в его глазах к своему бывшему господину, как это было со всеми другими, у него не было. Какая-то с ними связана тайна, но вот какая именно, узнавать мне совсем не хотелось. Как и в прошлый раз, все рыцари дали клятву на крови, получив нового командира в лице моего брата, Мартина…

Наша, внушительно разросшаяся, колона представляла со стороны потрясающееся зрелище. Впереди авангард, в пределах визуальной видимости, на лошадях породы тёмной кайры, вначале основной колоны четвёрка Хэрна со штандартом гвардии Императора, все в броне из металла древних, производства Дора. За ним основные силы, а это, без малого, сотня всадников едущих в колону по три, в доспехах древних воинов, реставрированных умелыми руками Ферро и его помощников, за ними Мартин с Ферро со своими новыми паладинами, все в амуниции бывших рыцарей смерти, следом Вал с Линчами и с ним его полусотня будущих магов. Замыкает колону техническое обеспечение в составе телег и повозок, которых насчитывается с десяток, заваленные собранными доспехами и оружием. Маленький штрих добавился к общему виду наших гвардейцев ещё на позапрошлой стоянке. Вал вывез из своего логова тюки с эльфийской тканью, трофеи бывших успешных нападений на караваны. А в этих тюках их было…

Теперь у каждого воина на плечах плащи из ткани. У гвардии чёрного цвета. Очень хорошо оттеняют их светлые доспехи. Попона на лошадях в тон плащей, что добавляет шарма и какой-то законченности в образе. Паладины Мартина, как и он сам с плащами белого цвета и попона такая же. Вид, я вам скажу, просто сказочный. Только попоны у Мартина и Ферро чёрного цвета, под ними и так лошади паладинов. Очень красиво, очень!

Не доезжая до храма, обычной стоянки караванов, километра два авангард подал сигнал о наличии на дороге нежити. Жак, согласно обсуждённого плана, отправил в помощь авангарду высокого стройного Линча по имени Крис. По его команде, нежить расступилась, образовав проход, в который и потянулась наша колонна. Въехав на небольшой холмик, на который вывела нас лента дороги, нашему взгляду открылся печальный пейзаж. Вдалеке, рядом с покореженными остатками леса, что представлял собой стволы мёртвых, загнутых непонятными силами деревьев, виднелись руины большого монументального здания, видно это и есть разрушенный храм неизвестного бога. За ним сразу ожидаемый карьер большого озера, в котором, по рассказам Линчей воды не было практически совсем. Вокруг озера и храма расположились воины потрепанного вида, которые, как мумии бродили по периметру занимаемой территории. Небольшой табун лошадей пасся там же, поедая жухлую траву, и телег штук пятнадцать-двадцать бессистемно разбросанных по всей территории. Со стороны дороги к ним примыкает другой большой лагерь. Сотня телег, выставлена полукругом образуя баррикаду, защищающую обитателей лагеря от стоящих от них невдалеке умертвий, что сплошным кругом оцепили два людских временных поселения.

Вот в этом организованном лагере и расположился наш караван. Видно, что караульная служба организована в соответствии с общепринятыми положениями. Патрули, наряды со всех сторон, в том числе и со стороны второго лагеря. Над самым большим шатром гордо развивается стяг гвардии императора. А вот и её командир, выбежал из палатки и с удивлением смотрит в нашу сторону, похоже, явно не ожидал нашего появления. А может он примет нас за враждебный отряд, той же Ергонии?

" Жак – обратился я мысленно к нашему номинальному командиру – нас случаем не атакуют твои бывшие соратники?"

" Нет, малыш, не беспокойся – быстро ответил баронет – наша знамённая группа переместилась вперёд и теперь едет вместе с авангардом. Сам посмотри".

И как я сам не обратил внимание, что четвёрка Хэрна уже на самом острие нашей колонны, рядом с закутанным в плащ Линчем, который обеспечивает беспрепятственный проезд через ряды нечисти. Это уже команда Вала, не стоит гвардейцам герцога нервничать при виде некромантов. А вот после наших процедур мы их просто представим, как бродячих магов. Есть в этом мире и такая разновидность разумных, которым нет никакого дела до государственности, в чём бы она ни проявляла свою сущность. Таким магам любые законы, как говорят, по барабану. Они живут по своим понятиям. Что-то вроде анархистов, только не стремятся создавать свою личную страну. Живут никого не трогая, при условии, что не трогают их. Обычно, это очень сильные маги и связываться с ними никто не хочет.

Я ехал в конце колоны, на нашей опустевшей повозке. Тюки с тканями, которые очень ценятся в мире, забрали на плащи и попоны и теперь, как и прежде, я всю дорогу бренчал на гитаре и думал. А думал я о том, как же мне свалить от такого приобретённого богатства, как собственный вооружённый отряд. Ведь как ни крути, а отвечать за чужие жизни мне очень не хотелось. Да и находись я подальше от всех разборок, то чувствовал бы себя намного лучше, чем сейчас.

Так мы и прошли через кордоны нежити, и при приближении к телегам баррикады каравана наш отряд остановился.

Хэрн, очень обиженный тем, что не участвует в ходе встречи отрядов гвардии, молча сидел на облучке нашей повозки. Ему очень хотелось покрасоваться перед гвардейцами, а в итоге, он смотрел за разворачивающимся действом чуть ли не с задворок. Но я не хотел маячить перед герцогом и баронессой, опасаясь каких-нибудь провокаций или непоняток. Случай с Мартином ясно говорит, что остаться в стороне от местных разборок у нас уже не получится, а как бы хотелось!

"Малыш, я Хэрну замену послал. Я думаю вам стоит увидеть, что творится в лагере, да и с диким отрядом принимать решения надо, так что без тебя никак". – пришло сообщение от Жака.

Вон, свесилась с облучка довольная рожа канна, опять с Мартином договорился и не откажешься ведь.

" Идем! " – коротко ответил я…

Как пишут в газетах – " Их встречали высокие должностные лица.." вот так и нас. Телеги убраны в стороны, вдоль дороги толпа людей. Все настороженны. На середине дороги на конях встречают нас герцог и барон со свитой. Все обрадованы, но недоумевают, как нам удалось из оставленных ими нам старых дырявых доспехов и не очень качественного оружия и старых кляч заполучить такую великолепную амуницию и прекрасных лошадей?

Герцог смущён. Люди вокруг выглядят измождёнными, особенно женщины и дети. Смотрят голодными глазами, во взглядах застывший страх и безумная надежда.

У нас впереди всё командование. Жак, гордо восседающий на подаренном Мартином белом жеребце паладинов, Мартин, в своём доспехе и контрастном плаще, Вал – разодетый франт, а на этом фоне мы с Хэрном в простых кожаных куртках, правда, из непробиваемой кожи монстра, выглядели очень бледно. За спинами у нас четвёрка знаменосцев с гордо поднятым штандартом гвардии, всадники авангарда со своим командиром, а сзади меня пятёрка орков в доспехах от Дора. Очень эффектно, видно, мы все выглядели, потому, что у встречающих был такой оторопелый вид…

И снова новые встречающие, теперь уже тут гвардией не пахнет, скорее отряд разбойников с большой дороги. Но эти разбойники свою жизнь даром не продадут. Готовы биться на полном серьёзе. Вон, их командир, уверенный, злой вояка, которому видно, всё понятно. Обложили их со всех сторон, вокруг нежить толпой стоит, хоть и не нападает, а со стороны дороги наша рать, закованная в дорогущие латы. Конец предрешён и он главному отряда явно не нравится. Но и сопротивления пока нет. Все готовы к драке в том числе и мы. Они выглядят не такими измождёнными, как караванщики. Воды хватает, даже меняют на продукты с караваном, но видно, что не жируют. Вооружены, кто чем, но, что бросилось в глаза, отчаянья нет, только твёрдая решимость в плен не сдаваться, видно бывшие рабы, которым посулили свободу после военной компании. И они не сдались ергонцам, под руководством лидера из своих собрались в отряд и громили поселения и отряды в Ергонии продвигаясь постепенно в сторону Империи. В отличии от благородных они сражались, а не бежали, поджав хвост. Вот именно это я и сказал в лицо герцогу, когда после общих приветствий и поздравлений решалось судьба дикого отряда. Герцог настаивал на разоружении и рабстве, а при сопротивлении уже шла речь о полном их уничтожении. Не знаю, что на меня нашло, но я вспылил и высказался в сторону благородных весьма нелицеприятно. И теперь у меня не носу дуэль. Первая дуэль и сразу с представителем правящей династии. Вот же меня угораздило!!! Да-да, меня вызвал на дуэль капитан гвардии. Как он выразился, за подвержение сомнению стойкости гвардии в боях на территории герцогства. Повод, конечно, высосан из пальца, но что меня поразило, из моих товарищей никто не воспротивился этому. Такое ощущение, что меня просто сдают, или очередная афера уже с привлечением моих друзей. Уж больно быстро возбудился герцог, явно ухватившись за сомнительный повод и хотя существует негласный закон, который запрещает участвовать детям и подросткам в дуэлях, тем более принимать вызовы на дуэль, но, как выразился барон, если ребёнок позволяет прилюдно высказывать свои суждения о деятельности взрослых, то пусть будет готов и отвечать за свои слова. И на такие аргументы у противников дуэли нечего не нашлось, что ответить. Не нравится, молчи и терпи. Вот основной закон. Вырастешь, сил и наглости хватит, будешь диктовать свои законы…

А пока, перед взором картина – умрем, но не сдадимся в исполнении представителей диких. Их командир ведёт себя очень аккуратно, пытаясь не дать прямого повода к нападению. Разговаривает учтиво, с достоинством, но не подобострастно. Что мне в нём очень понравилось.

– Уважаемый Брэйн – после моего сольного выступления и полемики с капитаном гвардии, мои встревания в разговоры взрослых уже никого не удивляют – я понимаю, что вас волнует будущее ваших людей. Но могу вас уверить, господин капитан сделает всё, чтобы сохранить ваше подразделение, как боеспособную часть. А сейчас мы просим вас просто позволить нам осмотреть алтарь и озеро. Мы пройдём всё равно или с вашего разрешения или по вашим трупам. Как? Решать вам!

Коротко и ясно. Сперва конфетку – что все будут живы и свободны, а кнут – если против, ты труп.

Командир диких мой пассаж оценил, не думал ни минуты.

– Я могу услышать тоже самое из уст командира этого отряда?

Жак, который в последнее время очень часто представляется, как официальное лицо Императора, выпрямился и важно произнёс.

– Я, баронет Жак де Маринэ, командир отряда обречённых – от его уточнения у вождя разбойников в солдатском обличии глаза на лоб полезли, если в таком одеянии обречённые то, что случилось с гвардией? – даю слово дворянина. Что при надлежащем выполнении моих распоряжений и распоряжений моего командира, все ваши воины останутся свободными и по возможности живыми и здоровыми. На принятие решений вам даю время до вечера. А сейчас требую пропустить передовой отряд к алтарю. Ваших людей и ваше имущество прошу сосредоточить в стороне от озера. Воду будете получать в прежних количествах. Продукты вам выделят. Исполнять, немедленно!

Чётко и по существу. Рядом стоящие с вожаком диких воины инстинктивно подобрались, вытянулись в струнку. Вот, что значит командирский голос. Движение руки Жака и наш отряд продолжил движение, дикие беспрекословно расступились в стороны, давая нам дорогу…

Сам храм и сохранившийся алтарь немного отличался от прошлых, виденных нами. Во-первых, размерами он на порядок был больше, а алтарь мощнее. И во-вторых, алтарь был практически полностью разряжен, и частично разрушен. Над ним трудились основательно, чтобы сломать. Трудились долго и вдумчиво, но полностью уничтожить не смогли или им помешали. Участники тех событий в лице герцога Валуа так и сказал – мы успели, но что произошло потом, промолчал. Наверное, именно тогда он и превратился в то, чем является сейчас. От воспоминаний его трясло от злости, как стебелёк на ветру. Но, надо отдать должное, он держал себя в руках. Вот вам и выдержка. Ни ругательств ни проклятий. Одна ненависть в его глазах. И всё.

Как и ожидалось, алтарь накрыт плотными слоями тёмной энергии и в нём её столько…

Вокруг храма двойное кольцо охраны, сперва заняли места новые паладины, расставленные по ячейкам Мартином, а ближе к алтарю расположились мои орки. Рядом, кроме Хэрна и Вала никого. Разложены на простеленном плаще камни хаоса и Слёз души. Камни Душ вложены в контейнер пояса. Разряженных всего четыре, если не хватит, придётся переливать по каплям в остальные камни, что горочкой лежали около меня.

Действовали, как и в прошлые разы, но в этот раз количество тёмной энергии просто зашкаливало. Энергию с алтаря с горем пополам сняли, а вот с закачкой дела обстояли не так хорошо, как хотелось бы. В прежние разы мне очень помогал Вал с закачкой энергии, а в этот раз алтарь не соглашался принимать манну из его рук. А мне было просто очень тяжело впихивать в алтарь энергию. Приспособив свой личный колодец в качестве насоса, через силу, начиная испытывать сильную боль давил волей своё маленькое тело со всех сил. Я чувствовал, что нахожусь на грани. Ощущение такое, как в давнем детстве, когда ртом накачивали волейбольные мячи на шнуровке. Были такие мячики. Камера была с хоботком, вот в него и дул со всей силы ртом сильно напрягаясь. Кто хоть раз с этим сталкивался, поймёт меня. Чем сильнее ты дуешь, тем сильнее воздух действует на тебя. Закон физики. Сила действия равна силе противодействия. Вот и в моём случае, то же самое. А костерок в алтаре так и не загорался…

И всё-таки я его победил. Победил и даже сознание не потерял. Расту!!!

Мощный гейзер рванул ввысь. Мощнейший!! Подняв в воздух кучу мусора и брызг. И с шумом рухнувшая с высоты, вода сметала со стенок карьера и грязь и мусор и даже камни.

Меня отпустило. В этот раз я так и не увидел костерка. Просто тупо качал энергию, через не могу, а потом, как прорвало, и алтарь сам меня стал высасывать, я еле только успевал переключать каналы между камнями. Не прошло и минут двадцати, как я стал полностью пустым. Камни, заготовки артефактов с камнями Слёз души, всё высосал алтарь. И я, не на шутку испугавшись, переключился на жезл. Его энергетический запас алтарь съел через час, не меньше, но я так и не мог отключиться от этого каменного монстра. И ничего нового не придумав достал мыльницу. Вот перекачивая энергию из нее, я успокоившись, незаметно для себя и уснул.

Я или уснул или у меня галлюцинации? А может, это мой первый сон в этом мире? Помещение храма. Такое же, в котором я заснул, только оно целое. Стены на месте, в окнах вставлены причудливые витражи, потолки резные, выполненные с богатой фантазией. Пол мраморный с золотыми прожилками. Освещение яркое, словно тысячеватки в плафонах, что свисают с потолка. Плафоны вычурные, богато украшенные серебром и золотом. Алтарь стоит прямо, а рядом с ним… человек не человек, что-то двуногое. И оно боится!? А боится оно не меня, а рядом сидящего со мной бобика. Вот так номер! Бобик, привет! Я бросился на шею своей родной собачке!!

– И тебе не хворать, малыш. И чего ты полез в разборки богов?! Оно тебе надо?

– Какие разборки? Конечно не надо!

– Ладно, что сделано, то сделано. Пользуйся теперь, только с умом. Ты и так нынче на виду, как бы чего плохого не вышло. А она тебя не тронет, ты только алтари без присмотра не оставляй. Знаешь, сколько на них хозяев найдётся? И как ты только смог её призвать к жизни, ума не приложу. Ведь это твоих рук дело! Ты вообще, о чём думал, когда этот головной алтарь пытался запустить. Такой маленький, а уже о бабах одни мысли. Ай-я-яй!!! Запомни её лицо. – Человек-монстр резко приблизился и я удивился. Вылитая Марфа, только волосы золотые и когти на пальцах, а так и фигура и весь женский набор обаяния на месте в соответствии с виденным. – Покровительствующая Варгам. Эльфы её очень не любили, а теперь и подавно. Ты ей дал вторую жизнь. И заметь, полностью всё сделал сам, тебе и расхлебывать. Помни, оставь знаки и защиту, не сделаешь, проблемы не заставят себя долго ждать. И учи магию порядка. Помни – плетения связи. Подрастешь, изучишь. Ты в принципе, и так сильно подрос с нашей последней встречи. Но ты ведь знаешь, это не предел! Это не предел! Это не предел! Это не предел! Это не предел! – звучало эхом у меня в мозгу, когда я очнулся ото сна.

"Покровительствующая Варгам, говоришь", подумал я. А как я ещё мог удержаться, когда такие боли, а блокировка не помогает. Вот и отвлекался воспоминаниями о приятном. Видно довспоминался, что теперь и не знаю к добру всё это или нет!

Рядом Вал, смотрит на меня с удивлением и робостью. Оп-па! А почему с робостью, не иначе бобик постарался!

– Вал, что с тобой, ты как будто не в себе?

– Будешь тут не в себе, когда такие женщины вокруг тебя плавают, а огромная собака собой закрывает. Это не тот случайно пес, которого ты нам всем на плечо намалёвывал?

Я спокойно кивнул. Умный мальчик, сам додумался.

– А я думал это просто татуировка. Расскажёшь?

– Потом, когда подрастёшь – серьёзно ответил я.

Вал и не думал удивляться. Принял всё за чистую монетку. Не вырос? Значит дорастёт. Так и решил. Вон опять его на расспросы потянуло. Ему бы только говорить, а я есть хочу. Но сначала алтарь.

Оживает. Как там бобик сказал. Головной, то есть основной, главный! И теперь его захватила, благодаря моим видениям, когтистая девица, а красивая стерва… Получается, я её вернул к жизни и у Варг теперь вновь появилось своё божество. Однако!!!

Ужин проходил в дружной большой компании. Даже Линчи присутствовали. Они правда, ничего не ели, но компанию составить согласились. А мы так проголодались, что их страшные, мерзкие физиономии нисколько не портили нам аппетит. Сидели на фоне природы, под шум огромного фонтана, а разговаривали между собой в основном мысленно. Очень удобно, я вам скажу. Линчи находились в прострации, а Валуа пребывал в полном охренении. По-другому и не скажешь. Дело его жизни опять начало жить! Такого он точно не ожидал. Вот только божество поменяло прописку, но об этом ему пока знать не обязательно.

Наступал вечер. Воду бравые солдаты диких прям под брызгами горячей воды выносят из карьера в кожаных вёдрах. Потом процеживают и относят страждущим. А таких у нас много. Караванщики пищат от восхищения издалека глядя на поднятый столб гейзера. Капитан гвардии, было, сунулся к храму, но его остановили совместный наряд разбойников и паладинов Мартина. Если с первыми он бы ещё поспорил, то с ребятами братика разговаривать боятся все и он не исключение.

Палатку мне уже поставили, орки заняли привычное места охраны. Заняты все. Наши люди расположились вокруг наполняющегося озера и храма, не препятствуя солдатам диких делать свой маленький бизнес.

Командир диких, представившись бывшим свободным бароном с материка Харм, выразил общее мнение своей вольницы. Ну начнём с того, что они все поражены внешним видом наших гвардейцев. Доспехи, одежда, оружие и лошади всё лучшего качества. Сами наши воины учтивые и спокойные люди. Увы, но установку пришлось сделать. Было несколько моментов в процессе притирания членов коллектива к друг другу. А то я богаче, у меня родословная выше, и предки древнее. А теперь все равны. Будут дома, пожалуйста, кичитесь своими миллионами если они у вас есть, а пока будьте добры, соответствуйте…

Его люди просятся к нам на любых условиях. Жак и рад бы взять себе воинов, но так как его подразделение относится к гвардии, то все должны быть благородного сословия. А здесь полный сброд, хотя и сильные воины. Слабые не выживают.

Я и так уже хотел спать, глаза слипались и вникать во все проблемы просто не хотел, но одну мысль Жаку подкинул. Попросить принять присягу у воинов герцога. Всё-таки он представитель Императора и его ближайший родственник и сам является герцогом. А любой из этих категорий может плодить рыцарей, раздавая личное дворянство, которое не передаётся по наследству. А если для этого необходим подвиг, так они его уже совершили, не сдавшись врагу на милость и сохранив знамя полка, когда благородные из состава командования попросту сделали ноги, бросив их на произвол судьбы. Я думаю, так будет честно!

У меня завтра бой, то есть дуэль. Не суть важно. Но что поражает, все мои близкие, ну уж больно спокойны. Неужто так верят в меня? Сильно сомневаюсь! Тут что-то другое, и это другое мне очень не нравится. Орки напряжены, Луи и так уже подходил и предупредил, что выполнит любую команду. Любую! С таким же предложением обратились и воины из четвёрки Хэрна, зато сам канн сказал, что данная ситуация станет для меня уроком. Он очень надеется, что герцог схватку до смерти доводить не будет, его поддержали все и Мартин и Жак.

Братец, засранец, к своей пассии так и не пошёл, делает вид, что они даже не знакомы. Типа, я обиделся. Я Дану видел мельком, она стояла в толпе и с неподдельным изумлением смотрела на наше шествие. Ведь до храма мы ехали всем составом, через весь их лагерь. Осунулась, бедняжка, поистрепалась, но всё также красива и очень надменна. Вал, бедняга, увидев ее, растаял и ей богу, как пёс от восхищения высунул язык, с которого стекала слюна. Вот и оппонент в борьбе за девушку, только боюсь Мартину он не соперник, тем более брат для него номинальный командир. Хотя…

Я в мыслях просчитывал завтрашний бой. Как ни крути, но мне хана. Предложить бой с помощью магии? Вариант, но поздно. Я не знаю правил, действующих при вызове на дуэль. Оказывается, вызванная сторона устанавливает условия проведения боя. А я промолчал, слишком поражённый был таким развитием событий. И теперь бой должен проходить классически, без использования магии. На любом холодном оружии. Так что, меня завтра будут кромсать. Но почему все такие спокойные и вино вон хлещут?! Не-по-нят-но!

Всё, спать, устал, как не знаю кто. Но есть ещё одно, что мешает заснуть. У Криса, это тот Линч который высокий и стройный, в походном шатре оказалось живое тело заготовки в рыцари смерти. Он где-то раздобыл ребёнка моего теперешнего возраста и провёл над ним ритуал рождения рыцаря. Инициация прошла успешно, ребёнок выжил, но вот в себя до сих пор так и не пришёл. Как поведал Крис, ему продают детей и притом он запрашивает только детей дворян и чем знатней семья из которой украден ребёнок, тем обходится для него такая покупка дороже. Уже с декаду лежит мальчик. И всё идёт к тому, что потраченные немалые суммы денег выкинутся на ветер. Мальчик – овощ, мозг мёртв. Он хотел его ну вы понимаете, убрать, так сказать, навсегда, а я узнав, мне Валуа рассказал, видно в отместку за то, что Крис его предал, приказал оставить мальца в покое и отдать моим охранникам. Он сейчас лежит у нас в фургоне. И есть у меня мысли определённые на его счёт, вот только в магическом плане мы сейчас полнейшие нули. Я даже щит поставить не смогу. Решать все проблемы будем завтра. Выживет – повезло, а нет – значит нет. Бай!!

Глава 15

– Малыш, вставай – тихим голосом будил меня Хэрн – вставай, у нас мало времени. Дуэль в полдень, а тебе подготовиться надо и об оружии побеспокоиться стоит.

Я перевернулся на другой бок и накрылся одеялом с головой. Под головой предплечье руки вместо подушки. Вставать не хотелось, но и спать тоже уже не тянуло. Ничего не хотелось. И влезать в эти разборки тоже совсем не хотелось. М-да! Настроение отвратительное. А с таким настроением идти в бой, смерти подобно. Надо взять себя в руки.

– Малыш, подъём! – не унимался настырный Хэрн – тебя завтрак ждёт. А перед завтраком и покупаться можно. Вода изумительная, я уже успел отметиться в озере. Там уже все наши резвятся. Охрана пока караванщиков сдерживает, но скоро надо будет и их пустить на водные процедуры. Линчи с самого утра в воде отмокают. Видно, вода не простая, что даже их будоражит. Вал с ребятами Мартина и им самим диких строить пошли. Проверить хотят их запасы и общее состояние воинов. С ними и командир диких. Жак в гостях у герцога. Видно, о наших приключениях поведать собрался. С утра баронесса пыталась через охрану прорваться – не пустили. Мартин лично приказал её не пускать. Я с утра алтарь осмотрел. Могучий нам попался. И знаешь, такое ощущение, что он самовосстанавливается. Камень алтаря выпрямился. И это…

Хэрн замялся. Последняя его фраза меня зацепила и я, откинув одеяло, рывком сел на лежанке. Канн, и правда, выглядел каким-то смущённым.

– Ну же, Хэрн, чего ты жмёшься, как девушка. Чего там такого увидел, что тебя в краску бросило? – хотя Хэрн и так всегда розовощёкий, подумал я.

– Там, на дальней стене, сразу за алтарём, фреска образовалась, а на ней… Марфа вылитая нарисована и без одежды, а рядом с ней наш бобик в ногах лежит. Красота, глаз не отвести. Но как такое может быть? И ещё… – Хэрн замолчал, а я уже испугался, что там какие-нибудь постельные сцены, но всё оказалось намного проще. – Там дверь появилась. Представляешь? Я вот и говорю, что храм восстанавливаться стал.

А это уже интересно! Божество решило свой домик восстановить и малость приукрасить. Весьма похвально. Но бобик что-то говорил об охране и защите. Насчёт знаков главная Варга сама побеспокоилась. А вот насчёт охраны…

Крутилась у меня в голове одна мысль. В книге принца эльфов в запретном раздельчике плетеньице одно есть, я только недавно смог его прочитать, когда немного прокачался. Так вот, заклинание это что-то вроде охранного контура. Но устанавливается оно только между деревьями. И оно пятого уровня. Но есть ещё одно, уже из магии школы Порядка. Плетение опознавательной системы свой-чужой. Но это уже шестого уровня. Надо обмозговать, как бы их пристроить. А пока пора вставать и готовиться к сегодняшним неприятностям…

Утренний моцион занял времени немало. Трудно заставить себя вылезти из этой бодрящей воды. Но, уступая настойчивым призывам Хэрна идти завтракать, сдался. Последний на сегодня заплыв и на берег. Завтракали, как всегда, кашей с кусочками мяса, запивая её из кружки сладким горячим настоем.

Время неумолимо двигалось к полудню, и мы стали собираться. Местом проведения дуэли определили небольшую площадку перед входом в храм. Присутствуют только секунданты. По десять человек от каждой стороны. На площадке, как сказал Хэрн, его четвёрка уже наводит порядок. Он и в самом храме распорядился прибрать и даже вымыть мраморный пол. Мусора много, но раз храм сам себя начал лечить, то помочь в этом ему можно. Хэрн вообще легко отнёсся к самой мысли восстановления храма. Ученик шамана к таким делам оказался привыкший. А вот меня такая ситуация нервировала.

Из оружия у меня только шест, и кинжал за спиной. С ним я никогда не расстаюсь. Если у меня и есть шанс противостоять опыту и силе капитана гвардейцев, то только в бою на шестах и то, сил у меня максимум минуты на три хватит. А там дальше сам упаду.

Мартин с Ферро расставляют наших людей по периметру лагеря. Все лицом в сторону от храма. Ну очень не хочется, чтобы все видели мой позор. Орки и паладины оцепили храм и площадку перед ним. Вот со стороны дороги показались всадники. Герцог в сопровождении Жака и ещё десятка человек. Среди прибывших с удивлением увидел баронессу. Дана в охотничьем костюме смотрелась очень эффектно. Поймав мой взгляд она улыбнулась и помахала ручкой. Я, как учтивый человек, коротко кивнул головой в знак приветствия и посмотрел на рядом стоящего Мартина. Маска на его лице, по-другому и не скажешь. Видно, он точно сильно обиделся на её выходку. А мамзель явно рада его видеть и такое не сыграть. Сами разберутся в своих отношениях. Один дуется, другая липнет и под плаху подставляет нехотя. Обидишься тут! Но моя на сегодня главная задача – выжить. Судя по лицам, исход поединка никого не волнует. Всем и так понятно, кто будет победителем. Но всех интересует, а что же будет дальше?

Герцог спокойный и надменный. В полном доспехе. Меч на поясе, шлем, только забрало поднято. Я не понял, он меня что, боится?! Вряд ли, тогда зачем весь этот фарс, или здесь каким-то ритуалом пахнет? Как бы проигравшую сторону не заставили принять оммаж. Но я не благородный, а значит,… а вот дудки, в рабы и слуги не пойду!

Главным распорядителем дуэли назначен Жак. Он, подняв руку, попросив, таким образом, внимания произнёс:

– Господа!!! Сегодня необычный день. На протяжении веков неизменным оставалось правило неприкосновенности детей до второго взросления. Но сегодняшний случай особый! Несовершеннолетним, не прошедшим даже первое взросление, допущено неуважительное высказывание в отношение старших, тем более, благородных воинов. И пусть слова были обращены к господам, которых среди нас нет, но господином герцогом они восприняты, как относящиеся ко всем дворянам империи! Как представитель правящей династии, пользуясь правом карать и миловать, его светлость вызвался собственноручно провести процедуру наказания, выбрав благородный вариант – дуэль. У противников нет претензий к секундантам? Нет ли самоотводов? Может, кто не может по каким-то причинам представлять своего бойца? Или в угоду третьих сил будет вынужден подвергнуть сомнению результат боя? Нет? Отлично!

Жак оглядел всех взволнованным взглядом и продолжил.

– Господа, прошу вас предоставить к осмотру оружие, которым вы намерены драться. Господин герцог!

Капитан демонстративно отстегнул перевязь с мечом и, бросив её в руки ординарца, произнёс.

– Я выбираю такое же оружие, как и мой противник, чтобы дать ему видимость надежды на победу. – губы герцога растянулись в улыбке – С чем намерен выйти на бой ваш подопечный, господин Хэрн?

Канн оскалился в улыбке и вернул шпильку капитану.

– Мы приняли решение не использовать магию, чтобы потом не говорили, что шансы у господина капитана были минимальные, поэтому выбрали простой бойцовский шест. – он жестом указал на прислонённый к стене храма мою палочку.

Меня же вся эта перепалка наводила на мысль о тщательно срежиссированном представлении, где зрителем и неосторожным участником стал наравне со всеми и я. Как-то всё отрепетировано. Но, тем временем, представление продолжалось.

Герцог картинно развернулся и знаком велел подать себе копьё.

– Сними наконечник! – дал он команду.

Меня ни о чём никто не спрашивал, а если и обращались, то на все вопросы тут же отвечал Хэрн, не давая мне даже рта раскрыть. Я чувствовал, что меня просто ведут, как барана на бойню, вернее, подводят к чему-то давно решённому. И это меня раздражало.

Вот мы встали напротив друг друга. Мандража во мне нет. Я настраивал себя на бой и бой жёсткий. Герцог – это очень серьёзный противник. Он расслаблен и естественно не воспринимает меня, как противника. А зря, Хэрн тоже небольшого роста, а у него поединки даже гвардейцы первой сотни не могли выиграть. А я всё-таки иной раз и огрызался в учебных боях с ним.

Поэтому и смотрел в глаза капитану без страха, а скорее с азартом и ожиданием.

Секунданты разбрелись, перемешались и встали, образуя большой круг, внутри которого и застыли друг напротив друга мы с герцогом. Жак медлил с командой на бой, чего-то ожидая, задавая несущественные вопросы и отвлекаясь по мелочам. Но вот он дал слово противникам и, как всегда, первому предоставил его герцогу.

Капитан стоял, молча меня рассматривая. Явно что-то решая, давно обдуманное. И то, что он задумал, мне начинало очень не нравиться.

– Господа! – наконец обратился он к собравшимся – Я, как сторона, сделавшая вызов, обладая властью семьи, решил, что слова молодого человека, вызвавшие у меня вчера в душе такое резкое осуждение и протест, заставившие бросить вызов, звучали хоть и грубо и невежливо,… но справедливо! – тут же раздался удивлённый гул голосов и возгласов – Осмыслив услышанное в спокойной обстановке я сделал вывод, – внешне спокойно продолжил герцог – что он нам указал на те постыдные действия командования, приведшие к разгрому армии, он рассказал о малодушии некоторых благородных, забывших долг и спасающих только свою шкуру и вслух озвучил то, что каждый и сам в душе чувствовал. Но озвучил он это с такой детской непосредственностью и искренностью, что и задело мою, легкоранимую душу.

Собравшиеся с открытыми ртами слушали герцога. А я, оглядев лица стоящих вокруг людей понял, что капитан нарочно вышел из рамок обговоренного сюжета. Вон и Жак и Хэрн с Мартином обмениваются ничего не понимающими взглядами. Видно, и их хитрый герцог вокруг пальца обвёл. А эти заговорщики, вероятно, рассчитывали на что-то другое. Но пока, как я понял, ничего критического не случилось. Все ждут продолжения.

– Я признаю, что вчера вспылил! – вздох удивления пролетел над собравшимися. Но я смотрел за герцогом, а у него в глазах, ни капли раскаяния, скорее весёлые чёртики летают от удавшегося розыгрыша, приносящего прекрасные дивиденды. – но вместе с тем утверждаю, что не дело детей указывать на просчёты военачальников. И если такое можно простить равному, то малышу без рода, без имени такое прощать нельзя. И наказание за такие действия одно… – смерть!

Ого, а вот теперь уже наши все взвинтились. И боюсь, их ничего не удержит. Зря герцог такими словами кидается. Ведь я чувствую, будет еще второй акт Мерлезонского балета, но ребята об этом не знают. Ой, рискует представитель древней крови, ой рискует.

Но герцог успел…

– Но вместе с тем, нельзя не отметить внутреннее благородство ребёнка, что с болью в сердце указывает нам на несправедливость к воинам, выполнивших свой воинский долг. Он, спасая их, ставит и свою жизнь на лезвие меча. Прошу заметить всех, что он не попытался прикрыться телами своих старших друзей, что заслуживает особого уважения!

Вот же чешет, как по писанному! Ой, пройдоха! Как он всех развёл! И меня, в том числе. Чувствую, драка на сегодня отменяется. Может так, слегка помашем палками. Но что хочет выжать из этой ситуации герцог? Явно это не конец!

Как потом оказалось, это была только прелюдия…

– Как представитель правящей династии – продолжил герцог – пусть и в гневе и не обдуманно бросивший вызов ребёнку, поправ этим древние правила и законы, я не могу отступиться…и для урегулирования сложившийся ситуации я хочу обратиться к закону ещё более древнему, – герцог сделал театральную паузу, а после…– Праву Вейда!

А вот теперь возгласы удивления и вовсе походили на протестующие крики. А Дана и вовсе громко закричала долгое:

– Не-е-ет!!!

"Жак! Что это за хрень?" – быстро мысленно обратился я баронету.

Жак встрепенулся и посмотрев на меня очумелым взглядом, быстро ответил.

" Если коротко, то признание родственником. Младшим, а так как не он является главой семьи, то остаётся всё в форме предложения, но ты пользуешься правами, как полноправный член семьи и считаешься дворянином. Это может длиться бесконечно, пока ты не попросишь или тебя не заставят обстоятельства, утвердить твой статус у главы семьи. Если тебе откажут, живешь, как и раньше тем же, кем и был. В вашем случае, это семья императора, а права у них ой-ё-ёй. Не стоит надеяться, что тебя так просто оставят в покое, и дадут пользоваться всеми благами, используя их имя. Поэтому я и не понимаю, зачем герцог так всё усложняет. Можно было ещё вчера дать тебе рыцаря и снять все вопросы. Так и было с ним договорено. Ты уж, прости нас. Ведь стоило снять эту глупую охоту на тебя, как на приз. Всю проблему, конечно, это не сняло, но стало бы намного проще. А теперь, даже не знаю, куда заведут придумки герцога, тем более он ещё так и не закончил."

А герцог тем временем продолжал свои изъяснения:

-…Теперь вы понимаете моё решение? – спокойным сильным голосом говорил капитан – А так как сей господин не имеет собственного имени, или скрывает его, по каким-то причинам, что тоже допустимо, то я, перед лицом богов, находясь на пороге храма одного из них, обласкавшего нас своей дланью, дав нам воду, тепло и спокойствие, действуя в здравом уме и полной памяти предлагаю ему принять имя моего почившего родственника, виконта Галлона де Вальдэ, не имевшего прямых наследников и ближайших родственников, кроме меня и моего брата по линии отца.

"А вот это уже очень серьёзно, Малыш. Этот гадёныш втягивает тебя в очень серьёзные разборки! А вместе с тобой и нас. И шанса отказаться просто нет. По закону, при твоём отказе он тебя просто убьет или тут начнётся бойня! А кровь Императорской семьи нам не простят. Прибил бы, гада!" – пылал от злобы Жак.

Я стоял напротив улыбающегося, довольного герцога и думал.

"Жак, а в чём подвох?"

" Подвох, говоришь! А проблема в том, что имение это – камень преткновения в семье Императора. И этот камешек не удаётся выкорчевать уже не одно поколение. Всё дело в пещерах под замком. Что в них, никто не знает. Секрет семьи, но в самой семье Императора имеется несколько ветвей. Вот они и тянут имение на себя, кто как может. Отец капитана в своё время перетянул удачу на свою сторону, и целое поколение имение было в руках верви герцогов Ивалье, но вот в этом походе виконт глупо погиб. Герцог считает, что у нас в отряде был или даже есть засланный казачок. Вот он его и…герцог, конечно, пытался прикрывать родственника, но, увы, кому-то новые разбирательства и торги очень были нужны и они подослали убийцу. А родственников прямых по линии матери не осталось. Это мои догадки, но основанные на последних слухах двора. Правда или нет, гарантию дать не могу, но очень похоже на то. И ещё одно. В последнее время виконтом очень сильно интересовался Император. И интересовался на предмет продажи имения. Говорят, такие суммы озвучивались, что на них десять таких виконств можно было купить, причём рядом со столицей. А виконт отказался наотрез. Он после похода хотел жениться, да не судьба. Но это слухи. Что правда в них, что ложь, сложно распознать, но раз герцог на тебя кидает виконство, то надеется, что ты станешь под его руку. Он никогда просто так ничего не делает. И повод железный – не подкопаешься. Всё по закону, и свидетели, посмотри какие! С нашей стороны ты собрал всех власть имущих, и со стороны герцога какие фамилии, одна дочь императора чего стоит!"

" Что ты там говорил…встать под его руку…это как?" – переспросил я Жака.

" А очень просто. Теперь понятна подоплёка с этой дурацкой дуэлью. Всё законно. Если ты после принятия имени не признаешь его старшим, а никто больше не посмеет вмешаться в ваши разбирательства, он предложит решить всё боем на тех же шестах. Только бой будет происходить не на глазах у всех. Он не зря попросил убраться в храме. Всё просчитал. Вот так, одним махом, и тебя вместе с нами к рукам приберёт и Императору перед носом дули покрутит. Шикарный ход!"

Вот же, сука! И правда, отказаться шансов он нам не оставил. Мартин с Хэрном опять с виноватыми рожами на меня смотрят. Ничего, я с вами потом разберусь. Я оглядел собравшихся. У всех на лицах изумление, а Дана сжала губы и волком смотрит на… меня? Да нет, на Мартина. Видно думает, что это его задумки! Ага, его, как же, вон он какой обескураженный. Ничего, учись Мартин на своей шкуре, каково это, когда тебя так нагло обманывают. А герцог? А что, герцог. Он решал свои проблемы. Решал, так как привык решать там, нахрапом, нагло, не смотря ни на кого! Как же мне хочется надавать тебе по ушам!

Стоит уверенный. Ждёт когда я промямлю слово "Согласен". И знает же гад, что я не могу отказаться. Никак не могу. Он ведь думает, что посоветоваться мне не с кем. Что же, не будем разочаровывать ожидания капитана. Пока не будем…

Я сделал самый унылый вид и, опустив голову, тяжело вздохнул и промямлил как ещё никогда не мямлил.

– Я … я…я согласен!

Жак повторил следом за мной тяжёлый вздох, громким голосом огласил моё решение.

– Внимание всем, господа! На основании положения Права Вейда, по предложению герцога Ивалье, для защиты чести и достоинства, для уравнивания прав суждений между равными имя виконта Галлона де Вальдэ присваивается данному молодому человеку, ученику великого мага каннов Хэрна.

А ответом ему полнейшая тишина. Все стоят обескураженные, а некоторые и злые, но большинство задумчивые.

Довольный всем происходящим герцог, поднял вверх руку.

– Господа! Для решения первостепенных нюансов я, с вашего разрешения, похищу у вас нашего нового благородного. Нам с ним надо решить основополагающие моменты нашего взаимного сосуществования. И я бы хотел в приватной беседе объяснить новичку основные положения нашей жизни. За мной, малыш! – скомандовал герцог.

Мои ребята напряглись. Мартин в ярости, понимает, что его, как пацана, вокруг пальца обвели, а то, что действовал без моей санкции, удерживало его от претензий к капитану.

– Шест брать с собой? – невинно уточнил я у герцога.

Тот внимательно и немного удивлённо посмотрел на меня, мгновение подумал и произнёс:

– Не помешает, наверное. Может и понадобится. Георг, подай и мою палочку. Вот так, а теперь, прошу тебя, за мной в храм, заодно и помолимся – на свою голову сострил герцог.

Нас провожали заинтересованными взглядами, а неугомонный Жак кинулся к своим бывшим сослуживцам, как я понял делать ставки.

Усмехнувшись, мысленно попросил Жака и за меня поставить. Вал, я смотрю, тоже кинулся к собравшимся. Соскучился по весёлой жизни, а трое Линчей с завистью смотрели со стороны за этим кавардаком. За мной закрылась дверь и я опять оказался в большом зале храма, в центре которого стоял гудящий мощью алтарь. А вот герцог, видно, не ожидал увидеть здесь рабочий алтарь и фреску на дальней стене, что как живых передавала образы Марфы и нашего бобика. Да-а! А мою подругу удалось передать настолько досконально, что мне казалось, что она и правда, как живая следит за мной своими прекрасными глазами. И если меня вид обнажённой Марфы и лежащего у неё в ногах спокойного бобика вдохновлял, то капитан чувствовал себя здесь не в своей тарелке. И, надеясь быстро закончить все процедуры, сразу попытался взять бразды правления в свои руки и буром стал давить на меня голосом.

– Значит так, с этого момента слушаешь только мои команды. Своим друзьям объяснишь всё сам. Понятно?

Я молчал и с интересом рассматривал капитана. Что-то очень много суеты в его движениях. А ведь он меня боится. Может не меня, а этого места. Мне здесь комфортно, а вот его, по тихой, колбасить начинает. Он начал нервничать и, ожидая моего ответа, беспокойно озирался вокруг. Но я молчал.

– Что ж, придётся идти по всем пунктам, а мне так хотелось немного сэкономить время. Объясняю. После проведённого ритуала ты – мой родственник. Пока ты относишься просто к семье, а вот к какому клану перейдёшь окончательно, решится когда тебя утвердит глава семьи. Вот тогда тебе и придётся выбирать клан уже навсегда. Но дать тебе гулять по свету всё время свободным я не могу. Так как сам ты можешь всю жизнь веселиться за наш счет, а такого мне точно не простят. Поэтому, всё просто, шесты мы не зря захватили. На наш неизбежный поединок ты ставишь свою свободу, а я не менее ценное… – с этими словами он снял с шеи золотой амулет на цепочке, а с пальца кольцо в виде перстня. – это регалии клана. Кулон главы клана и печатка Императора. Она самая ценная, так как владеющий ею, отдаёт приказы от имени Императора. Подделать её невозможно. Если она у тебя на пальце в активированном виде, то все начальники гарнизонов и по возрастающей, словом любые чиновники, военные и судьи, обличённые властью, выполнят любой твой приказ. Это неизменное доказательство права отдавать приказы. Правда, тотчас об этом будет знать Император, только отменить он его может только лично. То есть, прибыть на место. Это кольцо власти, я старался никогда им не пользоваться, мне и моей известности достаточно и силы, чтобы меня слушались. Так вот, надеюсь, этого достаточно в противовес твоей свободы. Выберешь на выбор или кольцо или кулон. А теперь условия. Бьёмся до того момента, когда противник либо потеряет сознание, либо признает поражение. Готов? – с этими словами герцог положил артефакты за неимением стульев и столов на алтарь. Ничего не произошло. А я уже весь был в состоянии схватки. Легко держа свой шест, принял верхнюю стойку с которой обычно всегда начинал бои с Хэрном.

– Начали! – дал команду капитан и, резко сократив расстояние, попытался одним ударом закончить схватку. Очень быстрый старый воин, но мы быстрее. Хэрн в первую очередь отрабатывал защиту именно от такого удара. Я быстро перетёк в низкую стойку. Знаю, Хэрн рассказывал, а потом в демонстрационных боях с гвардейцами показывал, что для противников, которые намного больше тебя, это самое неудобное для них положение. Так и вышло, герцог растерялся. Он, видно, рассчитывал на меня неумеху, а тут явно можно по мордам схлопотать. Все эти мысли ясно написаны на челе капитана. Он, наверняка, уже жалеет, что в руках не его любимый клинок. Он, конечно, может и копьём и шестом работать, но он в первую очередь мечник, и с такой системой работы с шестом явно не встречался.

– Малыш, предлагаю заключить компромиссное соглашение! – напряжённо следя за каждым моим движением, произнёс герцог. – А! Как думаешь?

– Вы, герцог, слишком хитромудрый. Легко даёте обещания, а сами меняете условия, как вам того хочется. Извините, но с вами договариваться чревато!

– Ты мне не веришь?

– Нет! – коротко ответил я. А сам, выполнив любимый приём Хэрна, немного раскрывшись и дав совершить капитану попытку на атаку, уйдя резко в сторону, но шестом очень чувствительно врезав герцогу под дых. От пропущенного удара, что пришёлся в нагрудник, тот немного пошатнулся и поняв, что я не смогу ему нанести каких либо увечий, буром попёр в атаку, практически не заботясь о защите. А зря. Мой расчёт именно на этом и строился.

Удар по опорной ноге сбил герцога с ног, а удар со всей силы, как оглоблей, со всего размаха, по затылку капитана, закрытому шлемом и вовсе поверг противника на пол. Есть, распластался… уверенная скотина! Вроде, и неплохой человек, а к окружающим относится, как… весьма непорядочно!

О– о! Вроде шевелиться стал. Ну, давай, поднимайся. Его палка переломана пополам ударом моего шеста, увы, так получилось, так что теперь новое копьё делать надо! А лучше покупать новое и обязательно качественное. Видно ординарец, не особо беспокоясь об исходе поединка, взял то, что не жалко. Ой, сегодня кому-то достанется на орехи!

Я, стоя возле алтаря, вертел в руках доставшиеся трофеи. Кулон мне и нафиг не нужен. Главой клана я становиться не намерен, а вот такой аусвайс,  в виде перстенька, мне бы не помешал…

Капитан, кряхтя, поднялся на ноги. Повертел шеей. Проверяет, всё ли на месте.

"Жак, как успехи? Каковы ставки?" – мысленно обратился я баронету.

"Великолепно, малыш! Ставки один к десяти. Мы ставили по сотне золотых, особо не наглея, а противники между собой выпендривались, вот и довели ставки до неприличного. Вы там ещё не начали?" – беспокоится неугомонный Жак. Верит ли он в мою победу? Вряд ли. Он больше для азарта. Что нам тысяча ставки золотом?! А вот сам процесс!

" Всё уже закончилось."

"Кто выиграл? Мы что, уже под каблуком у герцога? Я ведь только недавно от него с вашей помощью сбежал!" – расстроился Жак.

" Не боись, всё путём! Попробуй увеличить ставки, поставь на наличие оружия. Кто с шестом выйдет, а кто нет."

Я посмотрел на герцога. А ведь он даже не расстроен. С чего бы это? Ой, что-то мне нехорошо. Явно у него беспроигрышный вариант был! Он в любом случае выигрывал, но в чём? Непонятно!

– Неплохо, малыш. Это же надо так меня подловить! Это хорошо я доспех одел, а так бы зашиб старика.

Не, вот во истину, кукловод. Он ведь и такой вариант просчитал и вот зуб даю, ещё не все приколы у него в кармане закончились!

– Ваша светлость, что вы от меня хотите? – прямо спросил я. – давайте начистоту.

– Что я хотел? – ухмыльнулся капитан – Хотел заполучить перспективного мага в личное пользование, а приобрёл отличного воина для клана. Эти артефакты друг без друга не работают! Я уже стар и мне нужна замена. Потерю этих побрякушек я даже не замечу и другие тоже. Они их и так никогда раньше у меня не видели. А я хочу просто пожить на старости лет в своё удовольствие. Жениться на женщине, которую любил всю жизнь, но, увы, обстоятельства разлучили нас, вернее провели барьер, который я не смог сам разрушить, а ведь предлагали. Меня и сейчас любят, и я люблю, но она официально с другим, а я ни с кем! А теперь пусть ловят нового главу клана, а я посмотрю, как это у них выйдет! Я раньше не мог сказать "нет" из-за этих безделушек, а теперь я свободен! А тебя обязанности и долг ещё долго ловить по свету будут. А все остальные пускай сами со своими проблемами разбираются. Я так решил и тебе отказаться не получится, артефакты ты с алтаря взял сам и не побоялся. А зря! Их даже надевать не надо, чтобы понять, подходит ли человек по духу и крови. Если нет, то р-раз, и только пепел на полу. Заметь, ты добровольно прошёл экзамен, а я свободен. Извини!

Боже, как же я его в этот момент ненавидел! Он меня снова, как ребёнка, сделал! Что ко мне всё цепляется? Вот теперь герцог и, причём, без спроса! У меня, видно, всё чувства на лице написаны были! Посмотрев на меня, герцог рассмеялся:

– Да ты не беспокойся! Пока я жив, тебя и не хватятся. Надень сперва кулон, не бойся, он всё равно уже твой, но посторонним его лучше не видеть и даже не знать, какие украшения у тебя редкие есть. Увы, но его в карман не спрячешь, это как раз он способен тебя спрятать. Ты слишком фонишь, как маг, а вот он всё снимет, и, как только он активируется с помощью кольца, станешь ты простым человеком с очень слабыми способностями к магии. Давай, не бойся. Вот так! – я всё-таки поддался на его слова, особенно на возможность убрать фон. Ведь и Вал меня учуял, да и остальные Линчи вопросов не задавали, несмотря на неснимаемый мной браслет на ноге. – а теперь кольцо. Не смотри, что оно тебе большое, сейчас сам поймёшь. – Кольцо, как и кольца эльфа, при прикосновении к пальцу сжалось в объёме. Комплект эльфа я снял уже давно, и теперь он, как и раньше, спокойно ждал своего часа в кармашках на поясе. – Теперь, смотри. Снять ты их можешь только дважды. Для того, чтобы передать другому. Если у тебя не возьмут, то они упадут только с твоего трупа. Мне повезло, а вот моему отцу – нет. Он меня не прочил в главы клана, а брат не потянул, сил моральных и внутренних не хватило, сгорел. Вот и так бывает. Когда комплект тебе не нужен, просто поверни кольцо печатью вниз к ладони. Попробуй!

Я осторожно повернул кольцо печаткой вниз, и оно неожиданно пропало. А я ведь сдуру его надел на палец, где у меня и так пропадающий перстень Дакков был. И что теперь? Вроде ничего.

– И как мне его вернуть обратно, если он мне понадобится?

– А вот теперь те моменты, когда он может тебе понадобиться. Во-первых, места где он срабатывает автоматически, сам по себе, это когда пересекаешь границу резиденций Императора, границу резиденций глав других кланов семьи, ну и иногда, когда ты заходишь в главный храм церкви святого порога. Есть у них артефакт, который определяет кто есть кто. Например, ваш наёмник там сразу либо в герцога, либо в графа превратится, то есть, станет тем, кто он есть на самом деле. С одной стороны, очень полезный артефакт, если надо что-то подтвердить всегда подтвердит твою правоту, если конечно ты сам не ошибаешься. Его часто применяют на ритуале призвания крови, чтобы исключить ошибку. Но церковники за его применение и использование такие деньги стригут, диву даешься. Вот! Теперь, во-вторых, это когда тебе самому надо подтвердить, что ты тот, за кого себя выдаёшь или дать команду от имени Императора. Просто смотришь на палец магическим взглядом и даёшь команду, мысленную, появиться, выйти так сказать из режима ожидания, а потом поворачиваешь его печаткой наверх, и оба артефакта появляются. И всё.

Я стоял обескураженный. Без меня меня женили. Обидно!

– Не расстраивайся! У тебя и так вся жизнь впереди! Живи, как считаешь нужным. Долг тебя призовёт. Когда? Я думаю не скоро. Живи просто и радуйся. Учись, совершенствуйся. Тренируйся, кушай больше, а то ты какой-то щуплый очень, а насчёт тех проблем, которые я на тебя навесил и из-за которых, возможно, тебе будет несладко и ты меня станешь проклинать…!! Не спеши меня осуждать, когда разберешься, поймёшь, я не мог по-другому! И ещё одно. Будь внимательным, у меня в отряде, по-моему, есть штатный убийца, который твоего предшественника того самое… А теперь по поводу ставок, что наши секунданты заключили… – вот гад и это просчитал – Выйдем вместе из храма, а они пусть гадают, чья взяла, ты не против?

Я согласно кивнул! Да легко, я думаю ты поломанное копьё с собой не потащишь. Всё равно в выигрыше останемся. Сюрприз для тебя будет!

Но уйти нам просто так не дали. Оглядываюсь, а парочка, что на стене висела возле алтаря стоят. Тут уже у меня нервы сдали, и я, бросившись вперёд, со всего маха повис на шее у тени бобика и в моём мозгу отчётливо раздалось:

"Тише, оглашённый, я ведь тут не настоящий. Я, благодаря тебе и этой бесстыдной девице, от алтаря подпитываюсь. Но мне всё легче и легче своё я сюда перекидывать каждый раз. Ты меня часто вспоминаешь, когда с алтарём работаешь, и частичка меня вместе с твоей магией в алтаре оседает. Вот так. Молодец, отличные успехи! Мы ненадолго. Ей от этого герцога что-то понадобилось. Этот идиот что-то ей пообещал, а не исполнил. Да, и спасибо за прекрасного собеседника, в лице графа. Ергонцы проходили, так он на двое суток задержался. Сам. Я только немного его людей подлечил. Сам знаешь, у меня не твои способности конечно, но кое-что умеем. Герцогу весточку передал. Ну вот. Ведьма эта уже закончила. А тебя она, как огня боится, но телом довольна. Ладно, бывай, и не забывай основные принципы."

Я очнулся сидящим около алтаря. Посидел, привыкая к телу, тихонечко, пошатываясь, поднялся на ноги. Оборачиваюсь. Оп-па! Герцог статуей замороженной стоит. Рот раскрыт в изумлении, на лице выражение неподдельного счастья, глаза навыкате. Я раз прошёлся мимо него. Ноль эмоций, два продефилировал, слегка его затронув концом шеста. Бесполезно. Никакой реакции. Что с ним эта бестия сотворила? Ведь в таком виде его из храма выводить нельзя, не поймут. И я, недолго думая, треснул его шестом по голове. Звон на весь храм, а герцог, от неожиданности, на пятую точку упал.

– Ох-хо-хо! – покряхтывая, приходил в себя капитан гвардии. – Ох-хо-хо!.

Только и качался из стороны в сторону этот железный человек.

– Ваша светлость, вы в порядке? – в великом волнении, тормошил я герцога за плечо.

– Да, малыш, да! Но какая она красивая! Боги, и за что мне такое наказание на старости лет?

– Ваша светлость, что вы постоянно на старость ропщите. Вы ещё молодой человек в рассвете сил – только пропеллера не хватает, ухмыльнулся про себя я – у вас всё впереди! Но не объясните, что там с вами произошло, я вас уже долго привести в чувство не могу. Вы как истукан посреди храма стояли и ни на что не реагировали.

– А ты не видел? – изумился герцог -Так она меня поцеловала? Мы не помолились. Я пообещал, а она услышала. О-о! Этот поцелуй богини. Я весь словно заново родился. Я даже сейчас её запах тела чувствую! Ум-м!

Понятно, эта бесстыдница его к Варгам привязала. Пропал мужик. А может, наоборот, приобрёл? Я обернулся назад, посмотрел на эти игривые глаза, такие родные и одновременно далёкие.

-Я тебе! – погрозил ей кулаком. И уже обращаясь к герцогу, сказал:

– Я думаю, нам пора, Ваша светлость. Не заждались ли нас наши секунданты?

Герцог с сожалением бросил влюблённый взгляд на Варгу. И тихо спросил меня:

– Кто она ты знаешь?

Я пожал плечами. И что ответить, правду? А какую правду? Но думаю, он у меня спрашивает чья она богиня. Может быть!

– Вроде, главная Варга. Так Хэрн говорил.

– Варга, говоришь?! Да, есть что-то похожее! – задумчиво протянул герцог – Но они ведь…нет, не может быть, она что меня поработила?! – с ужасом прокричал капитан.

– Вы меня, конечно, извините, не в моём возрасте такое обсуждать, но мои друзья после боя с ергонцами все провели ночь с Варгами и ничего. Девчонки, конечно, понравились, но не настолько, чтобы разум терять.

– И Жак тоже?

– Ну, да!

– Отлично, у него и проконсультируюсь, а теперь на выход! – капитан помахал на прощание рукой нарисованной главной Варге и направился к выходу, а я за ним. Выйти-то надо вместе подумал я, глядя на валяющиеся куски древка копья герцога…

Сегодняшний день просто супер. Супер-то, супер, да всё никак он не хотел заканчиваться, этот супер. Суперпродуктивный, супернапряжённый и супердоходный, а ещё супернервный. На ставках подняли около сорока тысяч золотом. Развели лохов по полной. Не успели утихнуть радостные вопли по поводу такого приработка, как прибежал один из четвёрки Хэрна. Парнишка, что находился без сознания в кому впал. Ну что делать, не готов я был сегодня работать, а пришлось. Скачками паренька в храм притащили, а потом я всех выгнал, нечего им под рукой мешаться и отвлекать. Вал очень обиделся, да и не он один. Всё кричали:– "а как же без помощников?!" А мне зачем помощники, когда…когда я представил рядом с алтарём своего гиббона и чуть со страха штаны не испачкал, когда рядом со мной монстр из Диабло материализовался. Огромный, мощный, а голос…

– Ты куда такой вымахал? – Вскинулся на него я – И как прикажешь тебя в это тело впихивать?

– Я? Куда, сюда? Да ни за что! Ведь он вот-вот преставится. Хозяин, это риск!

– Так ты хотел жить? Состояние этого тела не моих рук дело, оно ко мне уже в таком попало. Его довели до такого, но мозг у него уже мёртв. Хочешь, рискуем, нет, ждём следующего раза. Решать тебе и быстро. У парня пару мгновений осталось. Но предупреждаю, специально подходящее тело под тебя готовить не буду. Думай. Сейчас или потом. Чем быстрей решишь, тем лучше.

Хитрец боялся прогадать, но и ждать боялся больше. А тут вот шанс лежит только весьма непрезентабельный. А что вы хотите, тут не рынок, лучше взять негде. По харе его видно, как ему хочется и колется, а вдруг не выживет, но и когда хозяин сподобится повторить эксперимент, одни боги знают, поэтому…

Я думал, он откажется. Но этот хитрец внимательно на меня посмотрел и выдал:

– Согласен! Только как ты меня туда подсаживать будешь, и мёртвый мозг меня немного смущает.

– Ты мне просто скажи, ты туда влезть сможешь, самостоятельно?

– Ну, если никто мешать не будет, то запросто, а вот если владелец тела на месте, то только под действием заклинания. С одной стороны прекрасно, что он практически уже неживой, легче его под контроль брать, и потом не надо в течении всей жизни с ним постоянно за тело биться, а с другой очень велик шанс, что я сегодня в его теле не выживу и тогда долго восстанавливаться буду. Мне прям сейчас туда лезть?

– Конечно, и притом быстрее, отчёт пошёл, ну, решайся!

– А-а-а-а! – Хлоп, монстр исчез, и в тоже время, тело мальчика забилось в конвульсиях.

Есть контакт, теперь вся надежда на мыльницу, а потом на целебные воды озера и, возможно, придётся самому плетениями тайн леса поднимать его с постели.

Одним движением кидаю артефакт на алтарь. Так, рабочее положение зафиксировано, теперь переворачиваем на жёлтоватое свечение и быстро импульсом запускаем. Манны в мыльнице мало, но, надеюсь, на пару применений должно хватить, в случае чего придётся своими силами обходиться.

Тело на алтаре поглотило светом, свечением полностью закрыло алтарь. Я повернул голову и глянул на фреску бобика на стене. Мне кажется? Или точно там две физиономии в полном безграничном удивлении, а дама и вовсе находится в прострации, от испуга руками все интересные места прикрыла, а то постоянно всё на показ вываливает на неподготовленных прихожан. На алтаре тем временем, ситуация изменилась. Тело успокоилось и задышало, спокойно без всхлипов и рывков. Взгляд на артефакт – практически пустой.

– Хэрн – позвал я мысленно канна – дай команду быстро всех из воды, мне артефакт зарядить надо. Там посторонних нет? Если кто есть, всех в шею гоните от храма и озера, быстрее, как готовы будете, шумани…

Дальше события разворачивались стремительно. По моей команде, Вал с двумя орками из охраны схватили с алтаря мальчишку и отнесли его бегом в озеро, причём, совершив заплыв вместе с ним к самой середине водоёма. Им и Хэрн, как лучший наш пловец помогал. Распарили тело в течение часа, не меньше, а потом, как только все вышли из воды я бросил в воду около берега мыльницу. Как в первый раз такого катастрофического охлаждения воды не произошло. Или алтарь тут намного мощнее, что тоже довольно вероятно, или теперь артефакт, после активации, так постепенно будет заряжаться, но в воду, от греха подальше, всё равно никого не пускали.

При диагностировании энергетическая оболочка ребёнка налилась светло-зеленым светом. Пациент пока в себя не приходил, находясь в состоянии сна. Наказав охране положить мальчика спать у своего костра, а главное, следить за ним в оба глаза. Что-то мне было беспокойно на его счёт. Как себя поведёт дух в новом теле, сказать мне не мог никто. Да и никто не знал, в чём фишка. Все и так смотрели на меня с состраданием, будто я в одночасье с ума спятил, бросившись спасать незнакомое мне дитя. Хотя я сам дитя, на это видно, скидку и делали. И наконец, этот длинный и суетливый день закончился. Я даже после ужина и поразмыслить о сегодняшних перипетиях не смог, усталость сказывалась и я, только притронувшись головой к подушке, заснул. Правда была у меня одна мысль, посетила сквозь дрёму – я хотел вечером комбинаторам шею намылить, в переносном смысле, но уже не смог. Заснул.

Глава 16

О, опять бобик снится!!! Привет, блохастый! Ого, какой ты злой! Что опять я не так сделал?! Вроде, всё нормально. Но ведь злится. И не говорит. Не может, что ли? Или может о чём предупредить хочет? Ага, вот хвостом завилял. Похоже на то. По ерунде вряд ли беспокоить бы стал. Значит, что-то очень серьёзное. А серьёзно, это что угодно может быть. А может, стоит сначала просто проснуться?

Сделав над собой усилие, постарался прорваться через пелену сна. С третьей попытки удалось. Открываю глаза, ничего не видать. Сплю в фургоне. Палатка, видно занята, пацана там положили наверное. Вал за ним смотрит вместе с Линчами. А меня сюда перенесли. Ну, может быть. Или опять пьянку устроили. Вечером, когда спать ложились, снег пошёл. На пятаке вокруг озера и храма на открытом воздухе с поднимающимся паром от озера, снег не задерживается и сразу тает. Вот и спрятались в нашей палатке алкоголики, а меня в фургон. Я, в принципе не против, здесь относительно тепло, только от озера далече, прохладно даже под одеялом. Там теплее. Вот снег у кого-то под ногой скрипнул. Наверное, охрана. Но они никогда так крадучись не двигаются, а тут явно пытаются приблизиться, чтобы слышно не было. Странно! И тут меня словно током ударило. О чём герцог предупреждал? О том, что у него возможно убийца в отряде затесался…

Попробовал связаться мысленно с Хэрном. Бесполезно, видно амулет используют, что-то вроде полога тишины. У Вала есть полог тишины, я его мысленно прохожу, а тут нет, значит какой-то комбинированный, навороченный, что и магию тоже нейтрализует, во всяком случае, её фоновые колебания. А может и саму магию! Всё-таки если это посланцы Императора, то всё возможно.

Значит, нас не услышат, а мои орки постоянно рядом с моей кроватью не сидят. Придут, проверят, всё нормально, и дальше занимаются своими делами. Да кто в лагере на меня может напасть? Тоже правильно. А вот, видно, нашлись. Что делать? Потихонечку, чтобы не дай бог не шевельнуть телегу, хоть с моим бараньим весом это и трудно сделать, встал на четвереньки и попытался найти или нащупать арбалет. А нет его, в палатке остался. Так, и что теперь? И ножички мои метательные там же. Один кинжал чёрный и засапожники на месте. И что делать? Если нападающий один, то шанс есть, а вот если больше, то пиши-пропало. И тут, неожиданно, я увидел очертание тела, что прижавшись в стенке фургона, медленно кралось ко входу, осторожно ступая на свежевыпавший снег, и практически, не издавая звуков. И различил я его прямо через сам тент. Но я никогда так людей не видел?! Одно очертание, как будто мелом тело обрисовано, но двигающееся тело. Клан Убийц? Может быть. Ведь бобик говорил, что буду видеть. Вернее, смогу увидеть. Вот, смог. И что делать? Как меня уже задолбал этот вопрос! Убийце осталось сделать шага четыре и тогда мне конец. Ударить самому, но так, чтобы не убить. Магией бить бесполезно, артефакт помешает, а вот если кинжалом. Только вопрос. Сил хватит? Решаться надо быстрее. Он меня не чувствует, спасибо подарку герцога, хоть в одном помог вчерашний подарочек. Ну же! Давай! Я осторожно вытащил из-за спины кинжал. Вот силуэт добрался до края повозки, развернулся и грудью прижался к тенту. Двигается совершенно бесшумно, как приведение. Вот видно голову из-за боковой стороны фургона высовывает, наверное решил проверить, нету ли кого с той стороны. Самый подходящий момент для атаки. А если это не убийца, а я его подрежу? Дилемма. Дилемма – дилеммой, а жить то охота. А если не убийца, то нечего артефактами непонятными пользоваться и по ночам шастать так тихо и где попало!Если он в кольчуге или в другом доспехе, то пробить мне его не судьба, значит, удар надо наносить или в пах или в горло. Но вряд ли он на дело экипировался, как на ристалище. Плюнув на всё, буду бить в правую сторону груди. И со всей силы, как можно резче, послал руки с зажатым клинком остриём вперед. Клинок кинжала легко продырявил усиленный заклятием плотный тент и меховую подкладку и с явным наслаждением вошёл в плотное, накаченное тело, разрывая мышцы и ломая кости. Вошёл до конца, по рукоять. С той стороны тента раздался удивлённый вскрик, а я резко, дозировано, поглотил и манну и силы, стараясь уловить ту грань, чтобы незнакомец не стал трупом. Теперь, резко вырываем из тела клинок обратно. Слышен звук падающего тела. А теперь аккуратно вылезаем на облучок, а оттуда на крышу фургона. Распластываемся на смотровой площадке, стараясь вспомнить те ощущения, когда увидел контур тела, осмотрел пространство вокруг фургона. Никого. Теперь осмотримся просто. Ночь кромешная. Идёт снег, крупный, хлопьями. Со стороны храма там, где озеро, стоит плотный туман. Во всяком случае, такое ощущение что туман. Звуков никаких. Тишина и темнота абсолютная. Так, теперь проверим плетением контроля раненного бедолагу. Оп-па! Точно, имеется навык убийц и холл весьма неплохой, четвёртый. Что же, теперь понятно, как я его увидел. Остальные навыки обычные, состоящие из базовых, боевых и специальных. По навыкам, вроде чистый боевик и не плохой. Но не маг, это точно.

Где-то в фургоне верёвка была. Быстро нырнул обратно в фургон. Тьма кромешная, поколебавшись, создал маленький светляк, и сразу наткнулся на верёвки, а вот в отдельном мешочке Хэрна, собранные ошейники. Что же, приступим к спасательной операции.

Осторожно вылез из фургона. В руке кинжал. Светляк естественно, прежде потушил. О, вот и тело, вроде не двигается. По контуру определил, где у него голова. Держа наготове кинжал, аккуратно нагнулся к телу и, как можно быстрее, накинул на шею ночному гостю ошейник. Когда застёгивал шейное украшение, пришлось откинуть кинжал. Самый опасный момент был, ведь я был полностью безоружен. Но обошлось. Вроде, всё. Теперь кинжал на место, за спину и быстро обшманаем гостя. Ага, в карманах ничего, а вот пояс его очень похож на мой, с контейнерами! Снимаем. И надо торопиться, иначе от кровопотери любитель ходить в гости по ночам до утра не доживёт. Оп-па! А вот опять шаги, аккуратные, но не крадущиеся. Надеюсь, это помощь мне, а не соучастник к моему оппоненту торопится.

– Кто здесь? – мысленно послал я мысль в пространство. Шаги резко прервались, а вот характерный шелест извлекаемого клинка слышен отчётливо.

– Гных, господин!

– Аккуратно подойди ко мне. У меня тут гость незваный. Быстро, но очень аккуратно, беги за подмогой. У него артефакт, он блокирует любое применение магии. На какое расстояние действует, не знаю. Будь осторожен, возможны сообщники. Не поднимай крика, действуй очень аккуратно. Давай! И забери с собой вот этот пояс. Оставишь его в палатке, но без меня его не открывать! Давай, я вас жду!

Я кинул на звук шагов пояс, а потом, с удалением орка с моим трофеем, вновь появились звуки. Лагерь гулял и, несмотря на ночь, со стороны озера раздавались радостные голоса и ржание лошадей.

Вот, а теперь можно спокойно и магией побаловаться. А ведь плетение порядка, которым навыки проверял, через действие артефакта прошло, значит, он настроен исключительно на боевые плетения, надо было сразу лечить, а то если бы умер, жалко было бы упущенный навык. Допросить то, допросили бы, зря, что ли у меня четыре некроманта в личном пользовании.

Сперва остановил кровь, потом подлечил рану, но в сознание не приводил. А вот и осторожные шаги множества ног. Ого, они, что, всем скопом сюда притащились? Похоже! И Жак и Мартин, все Линчи, Вал, Ферро и пятёрка орков. А там дальше, вроде, и четвёрка Хэрна маячит.

– Что тут у тебя? – прошептал приблизившийся братик.

– Да вот, нежданные гости. Хэрн, сделай светляка. Надо рассмотреть, кого нам боги послали.– обрисовал я сложившуюся ситуацию.

Вспыхнул яркий шарик у нас над головами, осветив пятак, шагов в десять, приятным жёлтым светом.

– Виконт Ланьер, вот так дела! – хмыкнул Жак – Он недавно переведён к нам. Перед самым походом. Воевал, как все. Раз остался в живых после того, что было, значит один из лучших, а тут, поди ж ты!

– Наверное, именно он и отправил виконта де Вальдэ в мир иной. Меня герцог предупреждал. – вздохнул я и, подумав, добавил – Он опасался, что в его отряде есть убийца, и подозревал, что в гибели виконта не всё чисто. А вот теперь, раз виконтом стал я, этот и меня решил устранить.

– Так, давай его в палатку, там его приведём в чувство и расспросим хорошенько. – распорядился Мартин.

– А ты, малыш, давай, досыпай. Если сможешь, конечно. Тебе отдохнуть надо! И теперь от тебя охрана отходить не будет. Ты уж не обессудь, кто же знал, что герцог нам таких проблем накидает?! – добавил заботливый Хэрн и выразительно посмотрел на Луи. Тот взгляд выдержал и только кротко кивнул. Ага, уже сами междусобойчики устраивают, закрываются, чтобы я их не слышал. Да, больно надо!

Спать, так спать. Я и правда очень устал. Хэрн, вон, около Линчей о чём то беседует.

– Вал! Он мне нужен живым. Делай что хочешь, вытаскивай из него информацию, как сможешь, но он мне нужен живым. Не обязательно в сознании. Но живым. Понял?

– Ясно, малыш. Иди, спи. И не волнуйся по пустякам.

Ага, пустякам, а где я навык очередной такой найду?! Вот-вот! И о камнях душ подумать надо. Боюсь, в ближайшее время мне их ой как много понадобится. А теперь спать! Бай!

Глава 17

Дальнейшие несколько дней, проведённые на стоянке около храма, запомнились размеренным распорядком и отдыхом. На следующий день после неожиданного принятия меня в благородное достоинство, поразмыслив над тем, о чём просил бобик, принял решение совершить обратное путешествие по дороге через проклятые земли до села. И причин, побудивших принять такое не однозначное решение, было несколько. Во-первых, со слов командира диких барона Брэйна, двигаться по дороге, куда первоначально шёл караван бессмысленно. Дорога перекрыта в самом конце пути, при выходе из проклятых земель, ближайший городишко Вуален захвачен кочевниками. Дикие пытались уже туда пробиться, но не преуспели в этом. Потеряли в стычке с летучим отрядом Ганзы человек тридцать и ушли обратно. Собирались двигаться по другой дороге на юг, но не успели, подошёл караван, а следом их всех обложила нежить. Поэтому, путь вперёд закрыт, а прорываться смысла не было. Не зная оперативной обстановки, можно смело сказать – это прорыв в никуда, их просто всех положат или возьмут в плен, а рабство, это та же гибель. Была мысль двинуться, наоборот, на север, но дорога туда, как объяснил Жак, позабыта. Ею никто в последние столетия не пользовался. Для ночлегов, спокойных мест, типа храмов, нет. Ближайшая точка, по слухам, переходов через семь-десять. Если с водой особых проблем зимой не будет, то идти через горы очень опасно. Особенно, не зная особенностей дороги. Напрашивается вывод – объединиться и двигаться на юг, к городу Каролой. Большому городу, с гарнизоном и крепостной стеной. Его кочевники вряд ли смогут взять, тем более, в нём имеется большой портал, через который поступают в город помощь, продукты, а при необходимости, и войска. Заблокировать его Ганзы должны были в первую очередь, ещё вначале своего набега. Ведь теперь он остался у них глубоко в тылу. Один минус движения по этой дороге – это гиблые земли. И наличие безопасных, конечно относительно безопасных, мест тоже немного. В среднем, одно на два перехода. А при самом благоприятном развитии событий, двигаться придётся таким большим караваном, дней шесть, не меньше. Отсюда вытекает вторая причина – заканчиваются запасы продуктов, а взять их можно только в селе. Не взять, а купить, у кого деньги есть, а вот у кого их нет, придётся нам кормить за свой счёт. Ну и третья причина, она же для меня основная, это необходимость обезопасить храмы и алтари. Была, правда, для меня и чётвёртая причина, но о ней я старался не вспоминать, хотя это было сделать очень трудно, поскольку не по разу в день посещал алтарь и храм, а там, на стене, пикантная фреска…ну вы помните.

Своими выводами я поделился с оформившимся командованием нашего полка не напрямую, а через Хэрна, естественно. Вот этим вечером мы все вместе и собрались около костра, под вино, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию. После жарких споров выработать единое решение не представилось возможным. У каждого своё мнение и свои виды на ведение войны. Почему войны, а потому что полк шёл на войну. Кто-то предлагал прорываться на север, к основным силам Империи, в не занятые кочевниками районы. Даже по неизвестной дороге. Жак настаивал одним ударом выбить заслон на основной дороге, чтобы не шляться по проклятым землям и грудью встретить противника уже в поле. На вопрос, много ли он навоюет, с пятью сотнями воинов, имея караван с детьми и женщинами на руках, против тысяч и не имея поддержки? Вопрос остался без ответа. Были даже предложения вернуться в Ергонию и просить у местных разрешения пройти по её землям до следующего перехода в Империю. Но, как понятно, было отклонёно по простой причине. Я старался в споры не вступать и в полемике не участвовал. В конце концов, порешили следующее. Жак уточняет мнение герцога Ивалье на решение наших проблем. Хэрн с Ферро готовят телеги в обратный путь, подготавливают возниц и охрану. Вал продолжает заниматься магическим прикрытием полка, в помощники ему выделяются бывшие Линчи.

Почему бывшие, а, потому что сегодня я их, с помощью мыльницы, алтаря и озера, вернул к жизни в прямом смысле этого слова. Они до сих пор не пришли в себя. Отсыпаются, распарившись в горячей воде. Все операции по оживлению прошли успешно. Вот только, что с ними дальше делать я не знал. Решил для себя так. Захотят, сами дадут клятву верности, и их я тогда впишу в общую систему безопасности. Нет, значит, плывут по жизни самостоятельно. Я сам не в восторге, сколько на меня жизней замкнуто. Жуть! Такой груз ответственности нести, когда не понимаешь, как тут жизнь устроена, очень сложно.

С нашим маленьким караваном в село возвращается вместе со мной, естественно Хэрн, Ферро, куда же без него, Мартин и его паладины, а также охрана из орков и четвёрка Хэрна. Больше никого. Если останутся с нами маги, то возьму Вала и герцога В'Aлуа. Есть у меня задумка, насчёт последнего. Такие задатки лидера надо использовать по полной, иначе кто-нибудь другой их использует. Завтра всё ясно будет.

Долго решали, как поступить с "Дикими", я же со своей стороны предложил следующее, и все это поддержали. Во-первых, кто из "диких" сильно захочет, вступает в ряды "Отверженных". Силком никого не тянем. Естественно, с дачей клятвы. Нам сторонние в полку не нужны. Я, в свою очередь, от лица правящей династии, с ума сойти, когда только успел, принимаю у них присягу верности Империи, возводя их в ранг рыцарей. Из принявших присягу, формируем ещё один батальон. Так я его назвал. Командиров назначит Жак из своего резерва. Амуниции у нас хватает, а оружия достаточно и притом, отличного оружия, и если подготовить и починить всё то, что досталось от нежити, то еще настолько же народа хватит. Жака сразу предупредил, чтобы герцога Ивалье не ставил в известность относительно того, какую участь мы придумали для "Диких," пусть это станет для него "приятным" сюрпризом.

Второй малой очнулся на следующий день утром. Пришёл в себя, обрадовался и понеслось. Он так ликовал, что снова живет, что если бы не орки, то я бы его не успокоил. Луи поймал мальца и в лучших традициях орков, сначала хорошенько отхлестал плёткой по .опе, а затем пообещал съесть его, если ещё раз он позволит себе не слушаться хозяина, то есть меня! Теперь у меня личный слуга, только проблем от него, как от всего полка, и это только за первый день. По виду – мальчишка моего возраста, только на полголовы выше меня и поплотнее, что ли. Первый завтрак в его исполнении – это цирк. Кусал и пробовал на вкус всё, до чего дотянуться мог. Попробовал за столом всё на зуб. Даже вино отхлебнул из кубка Хэрна, за что получил увесистый подзатыльник. Назвал я его Серегой. У меня в детстве все друзья были Сергеи, и по службе также. Я даже сына Сергеем назвал, с разрешения жены, конечно. Вот и в этом мире у меня появился свой Сергей, вернее Серж. Бесенок к имени остался равнодушен, как назвали, так и назвали, главное, живой. Вот теперь он моя третья тень. После педагогической процедуры Луи, успокоился на некоторое время, но то, что теперь мне скучать больше не придётся, это точно. Как рассказал на его счёт Вал, оказывается, с телом мальчишки успели провести ритуал в полном объёме, а так как теперь его готовить никто не будет по старым наработкам Линчей, то расти и развиваться он теперь будет соответственно, как простой ребёнок. Ну, не совсем простой, конечно. В него заложен пакет рыцаря смерти, и он всё равно будет влиять на развитие, как в физическом, так и в моральном плане. Но для меня, естественно, это не главное. Этот маленький хулиган и так особенный донельзя. Лишь бы его магическая составляющая не пострадала. Я попросил его воздерживаться от демонстрации своих возможностей, и пока привыкнуть к новой оболочке. Научиться чувствовать тело и владеть им. А это тренировки. И этими тренировками и занялся с нами Хэрн до отъезда, по утрам, гоняя нас на зарядку, а потом заставляя отрабатывать комплексы.

Как оказалось, герцог Ивалье, как истинный комбинатор, уже имел своё видение разруливания сложившейся ситуации. Его беседа с Жаком была весьма продуктивна и содержательна. Герцог разработал наиболее верное решение в такой ситуации, в которой оказались мы. Он предложил совершить марш на юг, к самой границе с империей Ван, к осаждённому городу Каролой с целью неожиданным ударом попытаться снять осаду с города. Как точно подметил капитан, там нас точно никто ждать не будет. И это отличный способ заработать и опыт, и известность, а главное, оказать услугу короне. А если с нами будут и маги, то затянувшееся путешествие по проклятым землям может пройти и без особых проблем, и главное, потерь. В этом вопросе я был с ним полностью согласен. Он поддержал идею отправить весь наличный гужевой транспорт за продовольствием и согласился с тем, что сопровождать его будут только наши бойцы, точно так же, как и возницы тоже будут наши. Отъезд назначили на послезавтра.

Утром следующего дня очнулись наши маги. Надо было видеть их радость от того, что они снова могут чувствовать и могут жить. Они вели себя совсем так же, как днём ранее Серж. Я малого даже подколол, мол, глянь, что ты вчера вытворял. Но сказался опыт и воспитание магов, бесновались они недолго, вскоре, уже успокоившись, принялись получать от жизни все то, чего были лишены раньше. Предались чревоугодию, что даже Валу пришлось их останавливать, иначе точно заворот кишок получили бы. Из озера не вылезали, отмокая и получая телесные удовольствия, а самый маленький из них, умудрился в лагере каравана в этот же день за золотую брошку снять себе женщину, договорившись с ней на оказание определённых услуг на весь срок движения каравана. Он пользовал её всё свободное время этого дня, про ночи я даже не говорю. В общем, отрывались. Правда, больше всего меня поразил герцог Валуа. Этот деятель, вместо того, чтобы вместе со всеми заниматься ублажением тела, пришёл ко мне в этот же день для уточнения своей и их дальнейшей участи. А когда услышал, что они полностью свободны и могут заниматься всем, чем захотят, то как истинный бывший чиновник большого уровня уточнил, не имею ли я на них свои виды? Я, конечно, признал, что не отказался бы от их помощи, но вся проблема в том, что все мои люди приносили мне клятву на крови, а иметь около себя таких сильных магов без соответствующей страховки, верх беспечности. Поэтому, если захотят служить мне, вернее полку, то милости просим. Своё решение я попросил огласить их сегодня вечером.

Хэрн за ужином поведал о том, что удалось вытянуть из неудавшегося убийцы. Как и ожидалось, заказ был получен в головном офисе, а ему только поставили задачу на ликвидацию виконта. Кто сделал заказ, он не знает. А вот попытка моего убийства – уже его личная инициатива. На вопрос действует он один или ещё кто есть, Виконт долго кочевряжился и не отвечал, несмотря, на все доступные способы воздействия и стимулирования честности, примененные к нему, чтобы его разговорить и чтобы при этом он остался в живых. Из этого следует вывод. Он действовал не один. То есть, с большой долей вероятности, в составе каравана есть куратор или, не дай бог, ещё один боевик. Сейчас, тело под охраной в бессознательном состоянии. Вал предложил свои услуги в развязывании языка пленному, но помня, что я просил оставить его для меня в живых, пока решили повременить с крайними мерами. Вот ещё одна проблема нарисовалась, придётся проверять у всех воинов навыки в караване, чтобы определить старшего группы. Так завтра и поступим, а Жак, в данный момент, обсуждает ситуацию с герцогом Ивалье. Капитан должен знать, куда делся его человек и быть готовым к тому, что и ещё кто-то будет арестован в ближайшее время. Вот только спешить не надо. Ведь убийцы и не знают, как их вычисляют и надеются, что обнаружить их невозможно, а ликвидатор попался сам. Пока Хэрн рассказывал мне новости, я рассматривал пояс, снятый мной с убийцы. Самое интересное, что оружия у виконта с собой не было, но Хэрн меня успокоил, что таким мастерам ножи и не нужны они делают всё руками, не оставляя следов насилия, знают способы, как отправить незаметно на тот свет себе подобных. Чем они и опасны. Пояс очень напоминает мой теперешний, в своё время позаимствованный у вождя Галлов. И кармашков много и, вроде, даже контейнер имеется. Серж, сидящий с нами рядом, и слушающий внимательно рассказ Хэрна, влюблёнными глазами следил за тем, как я потрошу пояс. Понятно, что теперь не отстанет и будет выпрашивать его себе в пользование. Я в поясе нашёл после полной проверки всех отделов, целый набор артефактов. Тут и кубики и цепочки с кулонами, и иглы непонятные, к которым прикасаться совсем не хотелось. И даже ошейник для магов примостился. Полный набор убийцы-профессионала, настоящие киллеры, да и только. Артефакт блокировки магии и полога тишины, не получая магической подпитки от тела хозяина, отключился самостоятельно. Я с интересом рассматривал доставшееся богатство, особое внимание, уделив кубикам. Я уже в них стал разбираться. Во всяком случае, генератор фаерболов определить могу. Так и оказалось. В этом мире те, кто имеет деньги, в состоянии его себе приобрести, как и бытовые приборы, типа светляков и зажигалок, а вот артефакты полога тишины и поглотителя магии я встретил впервые.

Перед самым отбоем нас посетили маги. Пришли все скопом и подтвердили своё желание влиться в наш дружный коллектив, принеся мне присягу. А что им было терять? Да, они вернулись к жизни, но, как и я в своё время, встали перед выбором куда податься, а с нами у них есть шанс без особых проблем легализоваться в обществе, завести связи и обрести товарищей. Сказалось на их решении, не в последнюю очередь, и типаж моей фигуры. Всё-таки это я их вернул к жизни. Я не знаю, как и какими словами они обсуждали своё дальнейшее существование и будущее, но от клятвы не отказался ни один. А Крис, к тому же, предложил свои услуги в принятии клятвы, он оказался магом школы крови и при этом очень неплохим!

На следующий день до обеда проверяли караван на наличие киллера. Ходил, гулял, среди караванщиков с Сержем. Напарник со всеми пытался заговорить, много смеялся и излучал довольство и счастье. Люди, уставшие от перехода и всех ужасов последних дней, глядя на него, начинали улыбаться сами. Шутили в ответ и расцветали улыбки цветами на усталых лицах. И всё-таки мы вычислили ещё одного убийцу. Каково же было удивление капитана, когда я уверенно показал на его главного заместителя, графа Оварда. Он служил с герцогом уже с десяток лет, и в своё время, был рекомендован самим Императором. И это был, к счастью, не боевик, хотя с его навыками я бы не стал этого утверждать. Сказал бы так, убивать он тоже неплохо умеет. Но главное, его задача была, судя по холлам навыков интеллекта, координация и сбор информации. С моей подачи его арест спланировали на вечер. Герцога пригласили к нам на посиделки чтобы в спокойной обстановке обсудить планы на ближайшие дни. Продуктовый караван уйдет, но и здесь много вопросов решить надо. Вот на это совещание и был приглашён вместе с командиром и его заместитель. Взяли его тихо, он и дёрнуться не успел. А вот потом, когда понял, что ему инкриминируют, впал в такой депрессняк, что пришлось откачивать. Много вопросов задавал герцог своему, теперь уже бывшему заму. Одним из условий, поставленных герцогом при аресте своего заместителя, было требование, чтобы графа больше никто и никогда не увидел. Он должен был исчезнуть с концами. Такие фигуры просто так не пропадают. А тут гиблые земли. Отошёл по пьяни отлить до ветра заблудился и пропал. Такую легенду и придумали. Долго герцог со своим заместителем разговаривали, много непонятных вопросов звучало, но я как-то сразу потерял нить разговора, и ни во что не вникал. Мне все эти разборки дворца были непонятны и не интересны. От греха, по мысленной моей команде, графа сразу, первым делом обыскали. Попросту сняв с него всю одежду и обувь. Бережённого бог бережёт. И как всегда, я оказался прав. Наборчик для защиты и нападения у графа поражал своим разнообразием и качеством используемых артефактов. Во-первых его меч. Герцог попросил его оставить здесь, в гиблых землях. Очень приметная вещица и соответственно, очень дорогая. Меч пламени! На лезвие наложено плетение третьего порядка огненной магии. В процессе удара заклинание прожигает препятствие, практически любое, если у того нет соответствующей магической защиты. Манну берёт из камня хаоса, установленного в навершии рукояти меча. Сталь льдистая, очень редкая, по свойствам не уступает металлу древних. Стоимость меча на чёрном рынке – не одно дворянское имение. Боевой артефакт! Раз герцог так боится, спрячем, в чём вопрос. Но у моего номинального слуги глазки загорелись. Ой, боюсь, с этой стороны проблемы только начинаются. Кулоны защиты, кубики артефактов с разными свойствами. Я их даже проверять не стал. У нас сейчас магический центр создаётся из числа бывших Линчей, главой которого я назначил герцога Валуа. Это же была его идея. У нас скопилась масса не используемых артефактов. Действие многих мы даже не знаем. А вот как раз узнать практическое применение всей этой магической хрени очень надо бы. Завтра с нашим отъездом покидают расположение полка и наши маги. Каждый берёт по две телеги с собой и убывает к своим тайникам. За столько лет они столько накопили всего, вот и решили немного потрясти свои кубышки. Денег нам тоже надо. Только на продовольствие и другие нужные вещи, типа зимней одежды и копий, общими усилиями наскребли сто пятьдесят тысяч золотых. Гигантская сумма. Но то, что мы планировали закупить, боюсь, обойдется ещё дороже. Там видно будет, может, придётся долговые записки оформлять от лица Императора, благо печать есть. Очень мне понравились метательные ножи. Формой немного отличаются от общепринятых. Прямые, как наконечники. Но что интересно, при общей одинаковой форме, остриё ножа всегда тяжелее, что-то типа ножа со смещаемым центром. По идеи должно быть так, что как его ни брось, к цели он долетит только остриём. Герцог пообещал передать нам и походные мешки этих двоих.

В плане подготовки и формирования полка наметились следующие подвижки: Мартин договорился с женщинами, ехавшими в караване, что за еду и защиту они на нас поработают. Будут шить одежду, плащи, попоны лошадям из материала, что у нас был в наличии. Тёплой зимней одеждой мы надеялись разжиться в селе, а вот то, что могли сделать своими силами, покупать не стоило. Денег в обрез. Если не брать в расчёт золото Вала. Но ему тоже жить надо. Предложит свою помощь, отказываться не буду.

Из состава диких формировались подразделения. С целью узнать сильные стороны своих бойцов, проводились турниры, на которые приходили посмотреть все желающие. Хоть какое-то, да развлечение. На турнирах отбирались лучшие в своих дисциплинах, а дисциплины были все сплошь военные. Дрались на мечах, показывали работу с копьями, стреляли с арбалетов и луков, метали ножи и сходились на кулачках. Бывшему командиру диких, барону, предложили формировать подразделение разведки. Раз он умудрился провести по землям неприятеля свой отряд и не разу не попасться, то лучшей кандидатуры на должность начальника разведки искать нечего. Заняты все. Жак, переняв опыт своего бывшего командира, установил в лагере жесточайший воинский порядок, с караулами, патрульной и постовой службой. Принятие присяги решили провести после нашего возвращения. К этому времени "дикие" получат у наших мастеров доспехи и подгонят их под себя, приведут в порядок выбранное оружие, а женщины каравана сошьют каждому нормальную одежду, а то ходят, кто в чём.

Продовольственный караван к отъезду практически готов. Пятьдесят телег набрали от всего общего количества. По понятным причинам возницами на них были назначены наши воины. Общей сложностью, за продовольствием отправляются более сотни человек, а именно мы с Хэрном, Серж (куда же без него), Мартин со своими паладинами, моя охрана из орков, от магов едет Вал, возницы пятьдесят человек и летучий отряд лучников на кайрах в количестве тридцати человек, это уже Жак настоял. Больше охраны брать не стали, и так больше половины полка с собой забрали. Отъезд намечен на завтрашнее утро, а сегодня, после занятий магией с герцогом Валуа, который завтра едет с нами уже со своим маленьким отрядом до следующего храма, места остановки и окончания дневного перехода, собрались покупаться и идти отдыхать. Герцог пообещал подарить мне какую-то особенную книгу, которую он никак не мог открыть, но точно знает, что она написана великим магом прошлого, фишкой которого были артефакты. Он их собирал по всему свету, а впоследствии, хорошенько изучив предмет, стал создавать их сам. Его тайники по всем проклятым землям ищут все, но так пока найти никто не смог. Поговаривали даже, что именно он собрал у себя магические книги стихий. Особенность их заключается в том, что они впитывают в себя любое плетение, хоть раз использованное магами. Для них секретов нет. Действуют на основе работы астрала. Любое новое заклинание, разработанное магистрами, тут же вписывается автоматически в книги. Говорят, существуют книги и по всем другим разделам магии, но где они, никто не знает. Кто ими владеет, тот владеет и всем миром. Вот за этими мистическими артефактами и снуют по землям разные любители приключений. Но всё это мифы и сказания. Существуют ли на самом деле такие книги, кто их создал, как они потеряли своих бывших хозяев, никто об этом не знает. Но вот книгу мага Валуй мне пообещался отдать. Кто знает, может мне повезёт, и я узнаю ещё одну тайну этого мира? На этот раз мне очень хотелось к ней приобщиться. Артефакты меня притягивали своими свойствами и заложенной в них силой.

Так день и закончился. Накупались, поздний плотный ужин и спать.

Конец Второй Книги

Content

Москаленко Юрий Николаевич Мы в ответе за тех…