Голдинг Уильям

Повелитель мух - английский и русский параллельные тексты

William Golding

Уильям ГОЛДИНГ

Lord of the Flies

ПОВЕЛИТЕЛЬ МУХ

Chapter One.

Глава первая

The Sound of the Shell

МОРСКОЙ РОГ

The boy with fair hair lowered himself down the last few feet of rock and began to pick his way toward the lagoon.

Светловолосый мальчик только что одолел последний спуск со скалы и теперь пробирался к лагуне.

Though he had taken off his school sweater and trailed it now from one hand, his grey shirt stuck to him and his hair was plastered to his forehead.

Школьный свитер он снял и волочил за собой, серая рубашечка на нем взмокла, и волосы налипли на лоб.

All round him the long scar smashed into the jungle was a bath of heat.

Шрамом врезавшаяся в джунгли длинная полоса порушенного леса держала жару, как баня.

He was clambering heavily among the creepers and broken trunks when a bird, a vision of red and yellow, flashed upwards with a witch-like cry; and this cry was echoed by another.

Он спотыкался о лианы и стволы, когда какая-то птица желто-красной вспышкой взметнулась вверх, голося, как ведьма; и на ее крик эхом отозвался другой.

"Hi!" it said. "Wait a minute!"

- Эй, - был этот крик, - погоди-ка!

The undergrowth at the side of the scar was shaken and a multitude of raindrops fell pattering.

Кусты возле просеки дрогнули, осыпая гремучий град капель.

"Wait a minute," the voice said. "I got caught up."

- Погоди-ка, - сказал голос. - Запутался я.

The fair boy stopped and jerked his stockings with an automatic gesture that made the jungle seem for a moment like the Home Counties.

Светловолосый мальчик остановился и подтянул гольфы автоматическим жестом, на секунду уподобившим джунгли окрестностям Лондона.

The voice spoke again.

Голос заговорил снова:

"I can't hardly move with all these creeper things."

- Двинуться не дают, ух и цопкие они!

The owner of the voice came backing out of the undergrowth so that twigs scratched on a greasy wind-breaker.

Тот, кому принадлежал голос, задом выбирался из кустов, с трудом выдирая у них свою грязную куртку.

The naked crooks of his knees were plump, caught and scratched by thorns.

Пухлые голые ноги коленками застряли в шипах и были все расцарапаны.

He bent down, removed the thorns carefully, and turned round.

Он наклонился, осторожно отцепил шипы и повернулся.

He was shorter than the fair boy and very fat.

Он был ниже светлого и очень толстый.

He came forward, searching out safe lodgments for his feet, and then looked up through thick spectacles.

Сделал шаг, нащупав безопасную позицию, и глянул сквозь толстые очки.

"Where's the man with the megaphone?"

- А где же дядька, который с мегафоном?

The fair boy shook his head.

Светлый покачал головой:

"This is an island.

- Это остров.

At least I think it's an island.

Так мне по крайней мере кажется.

That's a reef out in the sea.

А там риф.

Perhaps there aren't any grownups anywhere."

Может, даже тут вообще взрослых нет.

The fat boy looked startled.

Толстый оторопел:

' There was that pilot.

- Был же летчик.

But he wasn't in the passenger cabin, he was up in front."

Правда, не в пассажирском отсеке был, а впереди, в кабине.

The fair boy was peering at the reef through screwed-up eyes.

Светлый, сощурясь, озирал риф.

"All them other lads," the fat boy went on. "Some of them must have got out.

- Ну, а ребята? - не унимался толстый. - Они же, некоторые-то, ведь спаслись?

They must have, mustn't they?"

Ведь же правда? Да ведь?

The fair boy began to pick his way as casually as possible toward the water.

Светлый мальчик пошел к воде как можно непринужденней.

He tried to be offhand and not too obviously uninterested, but the fat boy hurried after him.

Легко, без нажима он давал понять толстому, что разговор окончен. Но тот заспешил следом.

"Aren't there any grownups at all?"

- И взрослых, их тут совсем нету, да?

"I don't think so."

- Вероятно.

The fair boy said this solemnly; but then the delight of a realized ambition overcame him.

Светлый произнес это мрачно. Но тотчас его одолел восторг сбывшейся мечты.

In the middle of the scar he stood on his head and grinned at the reversed fat boy.

Он встал на голову посреди просеки и во весь рот улыбался опрокинутому толстому.

"No grownups!"

- Без всяких взрослых!

The fat boy thought for a moment.

Толстый размышлял с минуту.

"That pilot."

- Летчик этот...

The fair boy allowed his feet to come down and sat on the steamy earth.

Светлый сбросил ноги и сел на распаренную землю.

"He must have flown off after he dropped us.

- Наверно, нас высадил, а сам улетел.

He couldn't land here.

Ему тут не сесть.

Not in a plane with wheels."

Колеса не встанут.

"We was attacked!"

- Нас подбили!

"He'll be back all right."

- Ну, он-то вернется еще, как миленький!

The fat boy shook his head.

Толстый покачал головой:

"When we was coming down I looked through one of them windows. I saw the other part of the plane.

- Мы когда спускались, я - это - в окно смотрел, а там горело.

There were flames coming out of it."

Наш самолет с другого края горел.

He looked up and down the scar.

Он блуждал взглядом по просеке.

"And this is what the cabin done."

- Это все от фюзеляжа.

The fair boy reached out and touched the jagged end of a trunk.

Светлый потянулся рукой и пощупал раскромсанный край ствола.

For a moment he looked interested.

На мгновенье он заинтересовался:

"What happened to it?" he asked.

- А что с ним стало?

"Where's it got to now?"

Куда он делся?

"That storm dragged it out to sea.

- Волнами сволокло.

It wasn't half dangerous with all them tree trunks falling.

Ишь, опасно-то как, деревья все переломаты.

There must have been some kids still in it."

А ведь там небось ребята были еще.

He hesitated for a moment, then spoke again.

Он помолчал немного, потом решился.

"What's your name?"

- Тебя как звать?

"Ralph."

- Ральф.

The fat boy waited to be asked his name in turn but this proffer of acquaintance was not made; the fair boy called Ralph smiled vaguely, stood up, and began to make las way once more toward the lagoon.

Толстый ждал, что его в свою очередь спросят об имени, но ему не предложили знакомиться; светлый мальчик, назвавшийся Ральфом, улыбнулся рассеянно, встал и снова двинулся к лагуне.

The fat boy hung steadily at his shoulder.

Толстый шел за ним по пятам.

"I expect there's a lot more of us scattered about.

- Я вот думаю, тут еще много наших.

You haven't seen any others, have you?"

Ты как - видал кого?

Ralph shook his head and increased his speed.

Ральф покачал головой и ускорил шаг.

Then he tripped over a branch and came down with a crash.

Но наскочил на ветку и с грохотом шлепнулся.

The fat boy stood by him, breathing hard.

Толстый стоял рядом и дышал, как паровоз.

"My auntie told me not to run," he explained, "on account of my asthma."

- Мне моя тетя не велела бегать, - объяснил он, -потому что у меня астма.

"Ass-mar?"

- Ассы-ма-какассыма?

"That's right.

- Ага.

Can't catch me breath.

Запыхаюсь я.

I was the only boy in our school what had asthma," said the fat boy with a touch of pride. "And I've been wearing specs since I was three."

У меня у одного со всей школы астма, - сказал толстый не без гордости. - А еще я очки с трех лет ношу.

He took off his glasses and held them out to Ralph, blinking and smiling, and then started to wipe them against his grubby wind-breaker.

Он снял очки, протянул Ральфу, моргая и улыбаясь, а потом принялся их протирать замызганной курткой.

An expression of pain and inward concentration altered the pale contours of his face.

Вдруг его расплывчатые черты изменились от боли и сосредоточенности.

He smeared the sweat from his cheeks and quickly adjusted the spectacles on his nose.

Он утер пот со щек и поскорей нацепил очки на нос.

"Them fruit."

- Фрукты эти...

He glanced round the scar.

Он кинул взглядом по просеке.

"Them fruit," he said, "I expect-"

- Фрукты эти, - сказал он. - Вроде я...

He put on his glasses, waded away from Ralph, and crouched down among the tangled foliage.

Он поправил очки, метнулся в сторонку и присел на корточки за спутанной листвой.

"Ill be out again in just a minute-"

- Я сейчас...

Ralph disentangled himself cautiously and stole away through the branches.

Ральф осторожно высвободился и нырнул под ветки.

In a few seconds the fat boy's grunts were behind him and he was hurrying toward the screen that still lay between him and the lagoon.

Сопенье толстого тотчас осталось у него за спиной, и он поспешил к последнему заслону, отгораживавшему его от берега.

He climbed over a broken trunk and was out of the jungle.

Перелез через поваленный ствол и разом очутился уже не в джунглях.

The shore was fledged with palm trees.

Берег был весь опушен пальмами.

These stood or leaned or reclined against the light and their green feathers were a hundred feet up in the air.

Они стояли, клонились, никли в лучах, а зеленое оперенье висело в стофутовой выси.

The ground beneath them was a bank covered with coarse grass, torn everywhere by the upheavals of fallen trees, scattered with decaying coconuts and palm saplings.

Под ними росла жесткая трава, вспученная вывороченными корнями, валялись гнилые кокосы и то тут, то там пробивались новорожденные ростки.

Behind this was the darkness of the forest proper and the open space of the scar.

Сзади была тьма леса и светлый проем просеки.

Ralph stood, one hand against a grey trunk, and screwed up his eyes against the shimmering water.

Ральф замер, забыв руку на сером стволе, и щурясь смотрел на сверкающую воду.

Out there, perhaps a mile away, the white surf flinked on a coral reef, and beyond that the open sea was dark blue.

Там, наверное, в расстоянии мили лохматилась у кораллового рифа белая кипень прибоя и дальше темной синью стлалось открытое море.

Within the irregular arc of coral the lagoon was still as a mountain lake-blue of all shades and shadowy green and purple.

В неровной дуге кораллов лагуна лежала тихо, как горное озеро - разнообразно синее, и тенисто-зеленое, и лиловатое.

The beach between the palm terrace and the water was a thin stick, endless apparently, for to Ralph's left the perspectives of palm and beach and water drew to a point at infinity; and always, almost visible, was the heat.

Полоска песка между пальмовой террасой и морем убегала тонкой лукой неведомо куда, и только где-то в бесконечности слева от Ральфа пальмы, вода и берег сливались в одну точку; и, почти видимая глазу, плавала вокруг жара.

He jumped down from the terrace.

Он соскочил с террасы.

The sand was thick over his black shoes and the heat hit him.

Черные ботинки зарылись в песок, его обдало жаром.

He became conscious of the weight of clothes, kicked his shoes off fiercely and ripped off each stocking with its elastic garter in a single movement Then he leapt back on the terrace, pulled off his shirt, and stood there among the skull-like coconuts with green shadows from the palms and the forest sliding over his skin.

Он ощутил тяжесть одежды. Сбросил ботинки, двумя рывками сорвал с себя гольфы. Снова вспрыгнул на террасу, стянул рубашку, стал среди больших, как черепа, кокосов, в скользящих зеленых тенях от леса и пальм.

He undid the snake-clasp of his belt, lugged off his shorts and pants, and stood there naked, looking at the dazzling beach and the water.

Потом расстегнул змейку на ремне, стащил шорты и трусики и, голый, смотрел на слепящую воду и берег.

He was old enough, twelve years and a few months, to have lost the prominent tummy of childhood; and not yet old enough for adolescence to have made him awkward.

Он был достаточно большой, двенадцать с лишним, чтоб пухлый детский животик успел подобраться; но пока в нем еще не ощущалась неловкость подростка.

You could see now that he might make a boxer, as far as width and heaviness of shoulders went, but there was a mildness about his mouth and eyes that proclaimed no devil.

По ширине и развороту плеч видно было, что он мог бы стать боксером, если бы мягкость взгляда и рта не выдавала его безобидности.

He patted the palm trunk softly, and, forced at last to believe in the reality of the island, laughed delightedly again and stood on his head.

Он легонько похлопал пальму по стволу и, вынужденный наконец признать существование острова, снова упоенно захохотал и стал на голову.

He turned neatly on to his feet, jumped down to the beach, knelt and swept a double armful of sand into a pile against his chest.

Ловко перекувырнулся, спрыгнул на берег, упал на коленки, обеими руками подгреб к себе горкой песок.

Then he sat back and looked at the water with bright, excited eyes.

Потом выпрямился и сияющими глазами окинул воду.

"Ralph-"

- Ральф...

The fat boy lowered himself over the terrace and sat down carefully, using the edge as a seat.

Толстый мальчик осторожно спустил ноги с террасы и присел на край, как на стульчик.

"I'm sorry I been such a time.

- Я долго очень, ничего?

Them fruit-"

От фруктов этих...

He wiped his glasses and adjusted them on his button nose.

Он протер очки и утвердил их на носу-пуговке.

The frame had made a deep, pink "V" on the bridge.

Дужка уже пометила переносицу четкой розовой галкой.

He looked critically at Ralph's golden body and then down at his own clothes.

Он окинул критическим оком золотистое тело Ральфа, потом посмотрел на собственную одежду.

He laid a hand on the end of a zipper that extended down his chest.

Взялся за язычок молнии, пересекающей грудь.

"My auntie-"

- Моя тетя...

Then he opened the zipper with decision and pulled the whole wind-breaker over his head.

Но вдруг решительно дернул за молнию и потянул через голову всю куртку.

"There!"

- Ладно уж!

Ralph looked at him sidelong and said nothing.

Ральф смотрел на него искоса и молчал.

"I expect we'll want to know all their names," said the fat boy, "and make a list.

- По-моему, нам надо все имена узнать, - сказал толстый. - И список сделать.

We ought to have a meeting."

Надо созвать сбор.

Ralph did not take the hint so the fat boy was forced to continue.

Ральф не клюнул на эту удочку, так что толстому пришлось продолжить.

"I don't care what they call me," he said confidentially, "so long as they don't call me what they used to call me at school.'

- А меня как хочете зовите - мне все равно, -открылся он Ральфу, - лишь бы опять не обозвали, как в школе.

Ralph was faintly interested.

Тут уж Ральф заинтересовался:

"What was that?"

- А как?

The fat boy glanced over his shoulder, then leaned toward Ralph.

Толстый огляделся, потом пригнулся к Ральфу.

He whispered.

И зашептал:

"They used to call me 'Piggy.'"

- Хрюша - во как они меня обозвали.

Ralph shrieked with laughter.

Ральф зашелся от хохота.

He jumped up.

Даже вскочил.

"Piggy!

- Хрюша!

Piggy!"

Хрюша!

"Ralph-please!"

- Ральф! Ну Ральф же!..

Piggy clasped his hands in apprehension.

Хрюша всплеснул руками в ужасном предчувствии:

"I said I didn't want-"

- Я сказал же, что не хочу...

"Piggy!

- Хрюша!

Piggy!"

Хрюша!

Ralph danced out into the hot air of the beach and then returned as a fighter-plane, with wings swept back, and machine-gunned Piggy.

Ральф выплясал на солнцепек, вернулся истребителем, распластав крылья, и обстрелял Хрюшу:

"Sche-aa-ow!"

-У-у-уф! Трах-тах-тах!

He dived in the sand at Piggy's feet and lay there laughing.

Плюхнулся в песок у Хрюшиных ног и все заливался:

"Piggy!"

- Хрюша!!

Piggy grinned reluctantly, pleased despite himself at even this much recognition.

Хрюша улыбался сдержанно, радуясь против воли хоть такому признанию.

"So long as you don't tell the others-"

- Ладно уж. Ты только никому не рассказывай...

Ralph giggled into the sand.

Ральф хихикнул в песок.

The expression of pain and concentration returned to Piggy's face.

Снова на лице у Хрюши появилось выражение боли и сосредоточенности.

"Half a sec'."

- Минуточку...

He hastened back into the forest.

И он бросился в лес.

Ralph stood up and trotted along to the right.

Ральф поднялся и затрусил направо.

Here the beach was interrupted abruptly by the square motif of the landscape; a great platform of pink granite thrust up uncompromisingly through forest and terrace and sand and lagoon to make a raised jetty four feet high.

Там плавный берег резко перебивала новая тема в пейзаже, где господствовала угловатость; большая площадка из розового гранита напролом врубалась в террасу и лес, образуя как бы подмостки высотой в четыре фута.

The top of this was covered with a thin layer of soil and coarse grass and shaded with young palm trees.

Сверху площадку припорошило землей, и она поросла жесткой травой и молоденькими пальмами.

There was not enough soil for them to grow to any height and when they reached perhaps twenty feet they fell and dried, forming a criss-cross pattern of trunks, very convenient to sit on.

Пальмам не хватало земли, чтобы как следует вытянуться, и, достигнув футов двадцати роста, они валились и сохли, крест-накрест перекрывая площадку стволами, на которых очень удобно было сидеть.

The palms that still stood made a green roof, covered on the underside with a quivering tangle of reflections from the lagoon.

Пока не рухнувшие пальмы распластали зеленую кровлю, с исподу всю в мечущемся плетеве отраженных водяных бликов.

Ralph hauled himself onto this platform, noted the coolness and shade, shut one eye, ana decided that the shadows on his body were really green.

Ральф подтянулся и влез на площадку, в прохладу и сумрак, сощурил один глаз и решил, что тени у него на плече в самом деле зеленые.

He picked his way to the seaward edge of the platform and stood looking down into the water.

Он прошел к краю площадки над морем и заглянул в воду.

It was clear to the bottom and bright with the efflorescence of tropical weed and coral.

Она была ясная до самого дна и вся расцвела тропическими водорослями и кораллами.

A school of tiny, glittering fish flicked hither and thither.

Сверкающим выводком туда-сюда носились рыбешки.

Ralph spoke to himself, sounding the bass strings of delight.

У Ральфа вырвалось вслух на басовых струнах восторга:

"Whizzoh!"

- Потряса-а-а!

Beyond the platform there was more enchantment.

За площадкой открылось еще новое чудо.

Some act of God-a typhoon perhaps, or the storm that had accompanied his own arrival-had banked sand inside the lagoon so that there was a long, deep pool in the beach with a high ledge of pink granite at the further end.

Какие-то силы творенья - тайфун ли то был или отбушевавшая уже у него на глазах буря -отгородили часть лагуны песчаной косой, так что получилась глубокая длинная заводь, запертая с дальнего конца отвесной стеной розового гранита.

Ralph had been deceived before now by the specious appearance of depth in a beach pool and he approached this one preparing to be disappointed.

Ральф, уже наученный опытом, не решался по внешнему виду судить о глубине бухты и готовился к разочарованью.

But the island ran true to form and the incredible pool, which clearly was only invaded by the sea at high tide, was so deep at one end as to be dark green.

Но остров не обманул, и немыслимая бухта, которую, конечно, мог накрыть только самый высокий прилив, была с одного бока до того глубокая, что даже темно-зеленая.

Ralph inspected the whole thirty yards carefully and then plunged in.

Ральф тщательно обследовал ярдов тридцать и только потом нырнул.

The water was warmer than his blood and he might have been swimming in a huge bath.

Вода оказалась теплее тела, он плавал как будто в огромной ванне.

Piggy appeared again, sat on the rocky ledge, and watched Ralph's green and white body enviously.

Хрюша снова был тут как тут, сел на каменный уступ и завистливо разглядывал зеленое и белое тело Ральфа.

"You can't half swim."

- А ты ничего плаваешь!

"Piggy"

- Хрюша.

Piggy took off his shoes and socks, ranged them carefully on the ledge, and tested the water with one toe.

Хрюша снял ботинки, носки, осторожно сложил на уступе и окунул ногу одним пальцем.

"It's hot!"

-Горячо!

"What did you expect?"

- А ты как думал?

"I didn't expect nothing.

- Я вообще-то никак не думал.

My auntie-"

Моя тетя...

"Sucks to your auntie!"

- Слыхали про твою тетю!

Ralph did a surface dive and swam under water with his eyes open; the sandy edge of the pool loomed up like a hillside.

Ральф нырнул и поплыл под водой с открытыми глазами: песчаный край бухты маячил, как горный кряж.

He turned over, holding his nose, and a golden light danced and shattered just over his face.

Он зажал нос, перевернулся на спину, и по самому лицу заплясали золотые осколки света.

Piggy was looking determined and began to take off his shorts.

Хрюша с решительным видом стал стягивать шорты.

Presently he was palely and fatly naked.

Вот он уже стоял голый, белый и толстый.

He tiptoed down the sandy side of the pool, and sat there up to his neck in water smiling proudly at Ralph.

На цыпочках спустился по песку и сел по шею в воде, гордо улыбаясь Ральфу.

"Aren't you going to swim?"

- Да ты что? Плавать не будешь?

Piggy shook his head.

Хрюша покачал головой:

"I can't swim.

-Я не умею.

I wasn't allowed.

Мне нельзя.

My asthma-"

Когда астма...

"Sucks to your ass-mar!"

- Слыхали про твою какассыму!

Piggy bore this with a sort of humble patience.

Хрюша снес это с достойным смирением.

"You can't half swim well."

-Ты вот здорово плаваешь!

Ralph paddled backwards down the slope, immersed his mouth and blew a jet of water into the air.

Ральф дал задний ход к берегу, набрал в рот воды и выпустил струйку в воздух.

Then he lifted his chin and spoke.

Потом поднял подбородок и заговорил.

"I could swim when I was five.

-Я с пяти лет плавать умею.

Daddy taught me.

Папа научил.

He's a commander in the Navy.

Он у меня капитан второго ранга.

When he gets leave hell come and rescue us.

Как только его отпустят, он приедет сюда и нас спасет.

What's your father?"

А твой отец кто?

Piggy flushed suddenly.

Хрюша вдруг покраснел.

"My dad's dead," he said quickly, "and my mum-"

- Папа умер, - пролепетал он скороговоркой. - А мамка...

He took off his glasses and looked vainly for something with which to clean them.

Он снял очки и тщетно поискал, чем бы их протереть.

"I used to live with my auntie.

- Меня тетенька вырастила.

She kept a candy store.

У ней кондитерская.

I used to get ever so many candies.

Я знаешь, сколько сладкого ел!

As many as I liked.

Сколько влезет.

When'll your dad rescue us?"

А твой папа нас когда спасет?

"Soon as he can."

- Сразу, как только сможет.

Piggy rose dripping from the water and stood naked, cleaning his glasses with a sock.

Хрюша, струясь, выбрался из воды и голый стал протирать носком очки.

The only sound that reached them now through the heat of the morning was the long, grinding roar of the breakers on the reef.

Единственный звук, пробивавшийся к ним сквозь жару раннего часа, был тяжелый, тягучий гул осаждавших риф бурунов.

"How does he know we're here?"

- А почему он узнает, что мы тут?

Ralph lolled in the water.

Ральф нежился в воде.

Sleep enveloped him like the swathing mirages that were wrestling with the brilliance of the lagoon.

Перебарывая, затеняя блеск лагуны, как кисея миража, его окутывал сон.

"How does he know we're here?"

- Почему он узнает, что мы тут?

Because, thought Ralph, because, because.

"Потому что, - думал Ральф, - потому что -потому".

The roar from the reef became very distant.

Гул бурунов отодвинулся в дальнюю даль.

"They'd tell him at the airport."

- На аэродроме скажут.

Piggy shook his head, put on his flashing glasses and looked down at Ralph.

Хрюша покачал головой, надел очки и сверкнул стеклами на Ральфа.

"Not them.

- Нет уж.

Didn't you hear what the pilot said?

Ты что - не слыхал, что летчик говорил?

About the atom bomb?

Про атомную бомбу?

They're all dead."

Все погибли.

Ralph pulled himself out of the water, stood facing Piggy, and considered this unusual problem.

Ральф вылез из воды, встал, глядя на Хрюшу и сосредоточенно соображая.

Piggy persisted.

Хрюша продолжал свое:

"This an island, isn't it?"

- Это же остров, так?

"I climbed a rock," said Ralph slowly, "and I think this is an island."

- Я на гору влезал, - протянул Ральф. - Кажется, остров.

"They're all dead," said Piggy, "an' this is an island.

- Все погибли, - сказал Хрюша. - И это остров.

Nobody don't know we're here.

И никто ничего не знает, что мы тут.

Your dad don't know, nobody don t know-"

И папаша твой не знает, никто.

His lips quivered and the spectacles were dimmed with mist.

Губы у него дрогнули и очки подернулись дымкой.

"We may stay here till we die."

- И будем мы тут, пока перемрем.

With that word the heat seemed to increase till it became a threatening weight and the lagoon attacked them with a blinding effulgence.

От этих слов жара будто набрякла, навалилась тяжестью, и лагуна обдала непереносимым сверканьем.

"Get my clothes," muttered Ralph. "Along there."

- Пойду-ка, - пробормотал Ральф, - там вещи мои.

He trotted through the sand, enduring the sun's enmity, crossed the platform and found his scattered clothes.

Он бросился по песку под нещадными, злыми лучами, пересек площадку и собрал раскиданные вещи.

To put on a grey shirt once more was strangely pleasing.

Снова надеть серую рубашечку оказалось до странности приятно.

Then he climbed the edge of the platform and sat in the green shade on a convenient trunk.

Потом он поднялся в уголок площадки и сел на удобном стволе в зеленой тени.

Piggy hauled himself up, carrying most of his clothes under his arms.

Прибрел и Хрюша, таща почти все свои пожитки под мышкой.

Then he sat carefully on a fallen trunk near the little cliff that fronted the lagoon; and the tangled reflections quivered over him.

Осторожно сел на поваленный ствол возле небольшого утеса против лагуны; и на нем запрыгали путаные блики.

Presently he spoke.

Он опять заговорил.

"We got to find the others.

- Надо их всех искать.

We got to do something."

Надо чего-то делать.

Ralph said nothing.

Ральф не отвечал.

Here was a coral island.

Тут был коралловый остров.

Protected from the sun, ignoring Piggy's ill-omened talk, he dreamed pleasantly.

Укрывшись в тени, не вникая в прорицания Хрюши, он размечтался сладко.

Piggy insisted.

Хрюша не унимался:

"How many of us are there?"

- Сколько нас тут всех?

Ralph came forward and stood by Piggy.

Ральф встал и подошел к Хрюше.

"I don't know."

- Не знаю.

Here and there, little breezes crept over the polished waters beneath the haze of heat.

То тут, то там ветерок рябил натянутую под дымкой жары гладкую воду.

When these breezes reached the platform the palm fronds would whisper, so that spots of blurred sunlight slid over their bodies or moved like bright, winged things in the shade.

Иногда он задувал на площадку, и тогда пальмы перешептывались, и свет стекал кляксами им на кожу, а по тени порхал на блестящих крылышках.

Piggy looked up at Ralph.

Хрюша смотрел на Ральфа.

All the shadows on Ralph's face were reversed; green above, bright below from the lagoon.

На лице у Ральфа тени опрокинулись, сверху оно было зеленое, снизу светлое от блеска воды.

A blur of sunlight was crawling across his hair.

Солнечное пятно застряло в волосах.

"We got to do something."

- Надо делать чего-то.

Ralph looked through him.

Ральф смотрел на него, не видя.

Here at last was the imagined out never fully realized place leaping into real life.

Наконец-то нашлось, воплотилось столько раз, но не до конца рисовавшееся воображению место.

Ralph's lips parted in a delighted smile and Piggy, taking this smile to himself as a mark of recognition, laughed with pleasure.

Рот у Ральфа расплылся в восхищенной улыбке, а Хрюша отнес эту улыбку на свой счет, как знак признанья, и радостно захохотал.

"If ft really is an island-"

- Если это правда остров...

"What's that?"

- Ой, что это?

Ralph had stopped smiling and was pointing into the lagoon.

Ральф перестал улыбаться и показывал на берег.

Something creamy lay among the ferny weeds.

Что-то кремовое мерцало среди лохматых водорослей.

"A stone."

- Камень.

"No.

- Нет.

A shell"

Раковина.

Suddenly Piggy was a-bubble with decorous excitement

Хрюша вдруг закипел благородным воодушевлением.

"S'right.

- Точно.

It's a shell!

Ракушка это.

I seen one like that before.

Я такую видал.

On someone's back wall A conch he called it.

На заборе у одного. Только он звал ее рог.

He used to blow it and then his mum would come.

Задудит в рог - и сразу мама к нему выбегает.

It's ever so valuable-"

Они жуть как дорого стоят.

Near to Ralph's elbow a palm sapling leaned out over the lagoon.

У Ральфа под самым боком повис над водою росток пальмы.

Indeed, the weight was already pulling a lump from the poor soil and soon it would fall.

Хилая земля все равно уже вздулась из-за него комом и почти не держала его.

He tore out the stem and began to poke about in the water, while the brilliant fish flicked away on this side and that.

Ральф выдернул росток и стал шарить по воде, и от него в разные стороны порхнули пестрые рыбки.

Piggy leaned dangerously.

Хрюша весь подался вперед.

"Careful!

- Тихо!

You'll break it-"

Разобьешь...

"Shut up."

- А, да ну тебя.

Ralph spoke absently.

Ральф говорил рассеянно.

The shell was interesting and pretty and a worthy plaything; but the vivid phantoms of his day-dream still interposed between him and Piggy, who in this context was an irrelevance.

Конечно, раковина была интересной, красивой, прекрасной игрушкой; но манящие видения все еще заслоняли от него Хрюшу, которому среди них уж никак не могло быть места.

The palm sapling, bending, pushed the shell across the weeds.

Росток выгнулся и загнал раковину в водоросли.

Ralph used one hand as a fulcrum and pressed down with the other till the shell rose, dripping, and Piggy could make a grab.

Ральф, используя одну руку как опору рычага, другой рукой нажимал на деревцо, так что мокрая раковина поднялась и Хрюше удалось ее выловить.

Now the shell was no longer a thing seen but not to be touched, Ralph too became excited.

Наконец можно было потрогать раковину, и теперь-то до Ральфа дошло, какая это прелесть.

Piggy babbled:

Хрюша тараторил:

"-a conch; ever so expensive. I bet if you wanted to buy one, you'd have to pay pounds and pounds and pounds-he had it on his garden wall, and my auntie-"

- ...рог. Жуть какой дорогой... Ей-богу, если бы покупать, так это тьму-тьмущую денег надо выложить... он у них в саду на заборе висел, а у моей тети...

Ralph took the shell from Piggy and a little water ran down his arm.

Ральф взял у Хрюши раковину, и ему на руку вытекла струйка.

In color the shell was deep cream, touched here and there with fading pink.

Раковина была сочного кремового цвета, кое-где чуть тронутого розоватым.

Between the point, worn away into a little hole, and the pink lips of the mouth, lay eighteen inches of shell with a slight spiral twist and covered with a delicate, embossed pattern.

От кончика с узкой дырочкой к разинутым розовым губам легкой спиралью вились восемнадцать сверкающих дюймов, покрытых тонким тисненым узором.

Ralph shook sand out of the deep tube.

Ральф вытряхнул песок из глубокой трубы.

"-mooed like a cow," he said. "He had some white stones too, an' a bird cage with a green parrot.

- ...получалось как у коровы, - говорил Хрюша, - и еще у него белые камушки, а еще в ихнем доме птичья клетка и попугай зеленый живет.

He didn't blow the white stones, of course, an' he said-"

В белый камушек, ясно, не подуешь, вот он и говорит...

Piggy paused for breath and stroked the glistening thing that lay in Ralph's hands.

Хрюша задохнулся, умолк и погладил блестящую штуку в руках у Ральфа.

"Ralph!"

- Ральф!

Ralph looked up.

Ральф поднял на него глаза.

"We can use this to call the others.

- Мы ж теперь можем всех созвать.

Have a meeting.

Сбор устроить.

They'll come when they hear us-"

Они услышат и прибегут...

He beamed at Ralph.

Он сияя смотрел на Ральфа.

"That was what you meant, didn't you?

-Ты для этого, да?

That's why you got the conch out of the water?''

Для этого рог из воды вытащил?

Ralph pushed back his fair hair.

Ральф откинул со лба светлые волосы.

"How did your friend blow the conch?"

- Как твой приятель в него дул?

"He kind of spat," said Piggy. "My auntie wouldn't let me blow on account of my asthma.

- Он вроде как плевал туда, - сказал Хрюша. - А мне тетя не велела, из-за астмы.

He said you blew from down here." Piggy laid a hand on his jutting abdomen. "You try, Ralph.

Вот отсюдова, он говорил, надо дуть. - Хрюша положил ладонь на свое толстое брюшко. - Ты попробуй, а, Ральф.

You'll call the others."

И всех скликаешь.

Doubtfully, Ralph laid the small end of the shell against his mouth and blew.

Ральф с сомненьем приложился губами к узкому концу раковины и дунул.

There came a rushing sound from its mouth but nothing more.

В раковине зашуршало - и только.

Ralph wiped the salt water off his lips and tried again, but the shell remained silent.

Ральф стер с губ соленую воду и снова дунул, но опять раковина молчала.

"He kind of spat."

- Он вроде как плевал.

Ralph pursed his lips and squirted air into the shell, which emitted a low, farting noise.

Ральф сделал губы трубочкой, впустил в раковину струйку воздуха, и раковина будто пукнула в ответ.

This amused both boys so much that Ralph went on squirting for some minutes, between bouts of laughter.

Оба покатились со смеху, и в промежутках между взрывами смеха Ральф еще несколько минут подряд извлекал из раковины эти звуки.

"He blew from down here."

- Он вот отсюдова дул.

Ralph grasped the idea and hit the shell with air from his diaphragm.

Ральф наконец-то понял и выдохнул всей грудью.

Immediately the thing sounded.

И сразу раковина отозвалась.

A deep, harsh note boomed under the palms, spread through the intricacies of the forest and echoed back from the pink granite of the mountain.

Густой, резкий гул поплыл под пальмами, хлынул сквозь лесные пущи и эхом откатился от розового гранита горы.

Clouds of birds rose from the tree-tops, and something squealed and ran in the undergrowth.

Птицы тучами взмыли с деревьев, в кустах пищала и разбегалась какая-то живность.

Ralph took the shell away from his lips.

Ральф отнял раковину от губ.

"Gosh!"

- Вот это да!

His ordinary voice sounded like a whisper after the harsh note of the conch.

Собственный голос показался ему шепотом после оглушающих звуков рога.

He laid the conch against his lips, took a deep breath and blew once more.

Он приложил его к губам, набрал в легкие побольше воздуха и дунул опять.

The note Doomed again: and then at his firmer pressure, the note, fluking up an octave, became a strident blare more penetrating than before.

Загудела та же нота, но Ральф поднатужился, и нота взобралась октавой выше и стала уже пронзительным, надсадным ревом.

Piggy was shouting something, his face pleased, his glasses flashing.

Хрюша что-то кричал, лицо у него сияло, сверкали очки.

The birds cried, small animals scuttered.

Вопили птицы, разбегались зверюшки.

Ralph's breath failed; the note dropped the octave, became a low wubber, was a rush of air.

Потом у Ральфа перехватило дух, звук сорвался, упал на октаву ниже, вот он споткнулся, ухнул и, прошуршав по воздуху, замер.

The conch was silent, a gleaming tusk; Ralph's face was dark with breathlessness and the air over the island was full of bird-clamor and echoes ringing.

Рог умолк - немой, сверкающий бивень; лицо у Ральфа потемнело от натуги, а остров звенел от птичьего гомона, от криков эха.

"I bet you can hear that for miles."

- Его жуть как далеко слыхать.

Ralph found his breath and blew a series of short blasts.

Ральф отдышался и выпустил целую очередь коротких гудочков.

Piggy exclaimed:

Вдруг Хрюша заорал:

"There's one!"

- Глянь-ка!

A child had appeared among the palms, about a hundred yards along the beach.

Среди пальм ярдах в ста по берегу показался ребенок.

He was a boy of perhaps six years, sturdy and fair, his clothes torn, his face covered with a sticky mess of fruit.

Это был светлый крепыш лет шести, одежда на нем была порвана, а личико перемазано фруктовой жижей.

His trousers had been lowered for an obvious purpose and had only been pulled back half-way.

Он спустил штаны с очевидной целью и не успел как следует натянуть.

He jumped off the palm terrace into the sand and his trousers fell about his ankles; he stepped out. of them and trotted to the platform.

Он спрыгнул с пальмовой террасы в песок, и штанишки сползли на щиколотки; он их перешагнул и затрусил к площадке.

Piggy helped him up.

Хрюша помог ему вскарабкаться.

Meanwhile Ralph continued to blow till voices shouted in the forest The small boy squatted in front of Ralph, looking up brightly and vertically.

А Ральф все дул, и уже в лесу слышались голоса. Мальчуган присел на карточки и снизу вверх блестящими глазами смотрел на Ральфа.

As he received the reassurance of something purposeful being done he began to look satisfied, and his only clean digit, a pink thumb, slid into his mouth.

Убедившись, что тот, очевидно, не просто так развлекается, а занят важным делом, он удовлетворенно сунул в рот большой палец -единственный оставшийся чистым.

Piggy leaned down to him.

Над ним склонился Хрюша:

"What's yer name?"

- Тебя как звать?

"Johnny."

- Джонни.

Piggy muttered the name to himself and then shouted it to Ralph, who was not interested because he was still blowing.

Хрюша пробормотал имя себе под нос, а потом прокричал Ральфу, но тот и бровью не повел, потому что все дул и дул.

His face was dark with the violent pleasure of making this stupendous noise, and his heart was making the stretched shirt shake.

Он упивался мощью и роскошью извлекаемых звуков, лицо раскраснелось, и рубашка трепыхалась над сердцем.

The shouting in the forest was nearer.

Крики из лесу приближались.

Signs of life were visible now on the beach.

Берег ожил.

The sand, trembling beneath the heat haze, concealed many figures in its miles of length; boys were making their way toward the platform through the hot, dumb sand.

Дрожа в горячих струях воздуха, он укрывал вдалеке множество фигурок; мальчики пробирались к площадке по каленому глухому песку.

Three small children, no older than Johnny, appeared from startlingly dose at hand where they had been gorging fruit in the forest A dark little boy, not much younger than Piggy, parted a tangle of undergrowth, walked on to the platform, and smiled cheerfully at everybody.

Трое малышей не старше Джонни оказались удивительно близко - объедались в лесу фруктами. Кто-то щуплый и темный, чуть помоложе Хрюши, выбрался из зарослей и залез на площадку, радостно всем улыбаясь.

More and more of them came.

Шли еще и еще.

Taking their cue from the innocent Johnny, they sat down on the fallen palm trunks and waited.

По примеру простодушного Джонни садились на поваленные стволы и ждали, что же дальше.

Ralph continued to blow short, penetrating blasts.

Ральф продолжал выпускать отдельные пронзительные гудки.

Piggy moved among the crowd, asking names and frowning to remember them.

Хрюша обходил толпу, спрашивал, как кого зовут, и морщился, запоминая.

The children gave him the same simple obedience that they had given to the men with megaphones.

Дети отвечали ему с той же готовностью, как отвечали взрослым с мегафонами.

Some were naked and carrying their clothes; others half-naked, or more or less dressed, in school uniforms, grey, blue, fawn, jacketed or jerseyed.

Кое-кто был голый - те держали одежду под мышкой, кто-то был полуодет, другие даже одеты, в школьных формах, серых, синих, коричневых -кто в свитерке, кто в курточке.

There were badges, mottoes even, stripes of color in stockings and pullovers.

Тут были эмблемы и даже девизы, полосатые гольфы, фуфаечки.

Their heads clustered above the trunks in the green shade; heads brown, fair, black, chestnut, sandy, mouse-colored; heads muttering, whispering, heads full of eyes that watched Ralph and speculated. Something was being done.

Зеленая тень укрывала головы, головы русые, светлые, черные, рыжие, пепельные; они перешептывались, лепетали, они во все глаза глядели на Ральфа. Недоумевали. И ждали.

The children who came along the beach, singly or in twos, leapt into visibility when they crossed the line from heat haze to nearer sand.

Дети парами и поодиночке показывались на берегу, выныривая из-за дрожащего марева.

Here, the eye was first attracted to a black, bat-like creature that danced on the sand, and only later perceived the body above it.

И тогда взгляд сначала притягивался к пляшущему на песке черному упырю и лишь затем поднимался выше и различал бегущего человека.

The bat was the child's shadow, shrunk by the vertical sun to a patch between the hurrying feet.

Упыри были тени, сжатые отвесным солнцем в узкие лоскутья под торопливыми ногами.

Even while he blew, Ralph noticed the last pair of bodies that reached the platform above a fluttering patch of Hack.

Ральф еще дул в рог, а к площадке над бьющимися черными лоскутьями уже неслись двое последних.

The two boys, bullet-headed and with hair like tow, flung themselves down and lay grinning and panting at Ralph like dogs.

Двое круглоголовых мальчиков с волосами, как пакля, повалились ничком и, улыбаясь и тяжко дыша, как два пса, смотрели на Ральфа.

They were twins, and the eye was shocked and incredulous at such cheery duplication.

Они были близнецы и до того одинаковы, что в это забавное тождество просто не верилось.

They breathed together, they grinned together, they were chunky and vital.

Дышали в лад, улыбались в лад, оба здоровые и коренастые.

They raised wet lips at Ralph, for they seemed provided with not quite enough skin, so that their profiles were blurred and their mouths pulled open.

Г убы у близнецов были влажные, на них будто не хватило кожи, и потому у обоих смазались контуры профиля и не закрывались рты.

Piggy bent his flashing glasses to them and could be heard between the blasts, repeating their names.

Хрюша склонился над ними, сверкая стеклами очков, и между кличами рога слышно было, как он заучивает имена:

"Sam, Eric, Sam, Eric."

- Эрик, Сэм, Эрик, Сэм.

Then he got muddled; the twins shook their heads and pointed at each other and the crowd laughed.

Скоро он запутался; близнецы трясли головами и тыкали друг в друга пальцами под общий хохот.

At last Ralph ceased to blow and sat there, the conch trailing from one hand, his head bowed on his knees.

Наконец Ральф перестал дуть и сел, держа рог в руке и уткнувшись подбородком в коленки.

As the echoes died away so did the laughter, and there was silence.

Замерло эхо, а с ним вместе и смех, и настала тишина.

Within the diamond haze of the beach something dark was fumbling along.

Из-за блестящего марева на берег выползало черное что-то.

Ralph saw it first, and watched till the intentness of his gaze drew all eyes that way.

Ральф первый увидел это черное и не отрывал от него взгляда, пока все не посмотрели туда же.

Then the creature stepped from mirage on to clear sand, and they saw that the darkness was not all shadows but mostly clothing.

Но вот непонятное существо выбралось из-за миражной дымки, и сразу стало ясно, что чернота на сей раз не только от тени, но еще от одежды.

The creature was a party of boys, marching approximately in step in two parallel lines and dressed in strangely eccentric clothing.

Существо оказалось отрядом мальчиков, шагавших в ногу в две шеренги и странно, дико одетых.

Shorts, shirts, and different garments they carried in their hands; but each boy wore a square black cap with a silver badge on it.

Шорты, рубашки и прочий скарб они несли под мышкой; но всех украшали черные квадратные шапочки с серебряными кокардами.

Their bodies, from throat to ankle, were hidden by black cloaks which bore a long silver cross on the left breast and each neck was finished off with a hambone frill.

От подбородка до щиколоток каждого укрывал черный плащ с длинным серебряным крестом по груди слева и наверху с треугольным жабо.

The heat of the tropics, the descent, the search for food, and now this sweaty march along the blazing beach had given them the complexions of newly washed plums.

От тропической жары, спуска, поисков пищи и вот этого потного перехода под палящим небом лица у них темно лоснились, как свежепромытые сливы.

The boy who controlled them was dressed in the same way though his cap badge was golden.

Вожак отряда был облачен точно так же, только кокарда золотая.

When his party was about ten yards from the platform he shouted an order and they halted, gasping, sweating, swaying in the fierce light.

Ярдах в десяти от площадки его люди по команде встали, задыхаясь, обливаясь потом, качаясь под нещадными лучами.

The boy himself came forward, vaulted on to the platform with his cloak flying, and peered into what to him was almost complete darkness.

Сам он отделился от них, вспрыгнул на площадку в разлетающемся плаще и со света щурился в почти непроглядную темень.

"Where's the man with the trumpet?"

-Где человек с трубой?

Ralph, sensing his sun-blindness, answered him.

Ральф догадался, что после солнца ему ничего не видно.

"There's no man with a trumpet.

- Человека с трубой тут нет.

Only me."

Это всего лишь я.

The boy came close and peered down at Ralph, screwing up his face as he did so.

Мальчик подошел к Ральфу вплотную, сверху глянул на него и скроил недовольную мину.

What he saw of the fair-haired boy with the creamy shell on his knees did not seem to satisfy him.

Вид светловолосого мальчишки с кремовой раковиной на коленях его, кажется, не впечатлил.

He turned quickly, his black cloak circling.

Он сразу отвернулся, взмахнув черными полами.

"Isn't there a ship, then?"

- Значит, и корабля нет?

Inside the floating cloak he was tall, thin, and bony: and his hair was red beneath the black cap.

Под взметнувшимся плащом он был тощий, высокий, костлявый, из-под черной шапочки выбились рыжие волосы.

His face was crumpled and freckled, and ugly without silliness.

Лицо, все в веснушках и складках, было противное, но не глупое.

Out of. this face stared two light blue eyes, frustrated now, and turning, or ready to turn, to anger.

И на этом лице горели голубые глаза, в них металась досада и вот-вот могла вспыхнуть злость.

"Isn't there a man here?"

- Значит, взрослых нет?

Ralph spoke to his back.

Ральф ответил, уже ему в спину:

"No. We're having a meeting.

- У нас собрание.

Come and join in."

Присоединяйтесь.

The group of cloaked boys began to scatter from close line.

Мальчики в плащах начали ломать строй.

The tall boy shouted at them.

Высокий на них прикрикнул:

"Choir!

- Хор!

Stand still!"

Стоять смирно!

Wearily obedient, the choir huddled into line and stood there swaying in the sun.

Устало, покорно хористы снова втиснулись в строй и, покачиваясь, стояли на солнцепеке.

None the less, some began to protest faintly.

Кое-кто все же отважился хныкать:

"But, Merridew. Please, Merridew... can't we?"

- Меридью... Ну, Меридью же, ну, можно мы...

Then one of the boys flopped on his face in the sand and the line broke up.

А потом один хлопнулся ничком, и строй смешался.

They heaved the fallen boy to the platform and let him be.

Упавшего взгромоздили на площадку и положили.

Merridew, his eyes staring, made the best of a bad job.

Меридью посмотрел на него пристально и не утратил выдержки.

"All right then.

- Ладно.

Sit down.

Садитесь.

Let him alone."

А этот - ну его, пускай лежит.

"But Merridew."

- Но как же, Меридью...

"He's always throwing a faint," said Merridew. "He did in Gib.; and Addis; and at matins over the precentor."

- Он вечно в обморок падает, - сказал Меридью. -И в Аддис-Абебе, и в Гибралтаре. И на утренях плюхался прямо на регента.

This last piece of shop brought sniggers from the choir, who perched like black birds on the criss-cross trunks and examined Ralph with interest.

Последнее замечание вызвало смешки хористов, которые черными птицами на жердочках обсели поваленные стволы и не сводили глаз с Ральфа.

Piggy asked no names.

У них Хрюша не стал спрашивать имена.

He was intimidated by this uniformed superiority and the offhand authority in Merridew's voice.

Его устрашило ведомственное превосходство и уверенная начальственность в голосе Меридью.

He shrank to the other side of Ralph and busied himself with his glasses.

Он притаился за Ральфом и занялся своими очками.

Merridew turned to Ralph.

Меридью снова повернулся к Ральфу.

"Aren't there any grownups?"

- Значит, здесь нет ни единого взрослого?

"No."

- Ну да.

Merridew sat down on a trunk and looked round the circle.

Меридью тоже сел и всех обвел глазами.

"Then well have to look after ourselves."

- Итак, самим надо выпутываться.

Secure on the other side of Ralph, Piggy spoke timidly.

Хрюша из-за плеча у Ральфа позволил себе вставить:

"That's why Ralph made a meeting.

- Поэтому Ральф и созвал сбор.

So as we can decide what to do.

Чтобы решить, чего нам делать.

We've heard names.

Мы пока что у всех спросили, кого как звать.

That's Johnny.

Вот это Джонни.

Those two-they're twins, Sam 'n Eric.

Эти двое, они близнецы, Сэм и Эрик.

Which is Eric-?

Кто Эрик?

You?

Ты?

No-you're Sam-"

Нет, это Сэм...

"I'm Sam-"

- Я Сэм...

"'n I'm Eric."

-А я Эрик.

"We'd better all have names," said Ralph, "so I'm Ralph."

- Я всем предлагаю познакомиться, - сказал Ральф. - Я, например, Ральф.

"We got most names," said Piggy. "Got 'em just now."

- Так мы ведь уже, - сказал Хрюша. - Мы же только что спрашивали.

"Kids' names," said Merridew. Why should I be Jack?

- Мы не младенцы, - сказал Меридью. - С какой стати мне называться Джеком?

I'm Merridew."

Я - Меридью.

Ralph turned to him quickly.

Ральф посмотрел на него искоса.

This was the voice of one who knew his own mind.

Да, это был голос человека серьезного, который знает, чего он хочет.

"Then," went on Piggy, "that boy-I forget-"

- Потом этот, - Хрюша уже разогнался, - ой, я забыл...

"You're talking too much," said Jack Merridew. "Shut up, Fatty."

- Ты чересчур много болтаешь, - сказал Джек Меридью. - Заткнись, Жирняй.

Laughter arose.

Раздались смешки.

"He s not Fatty," cried Ralph, "his real name's Piggy!"

- Вовсе он не Жирняй, - крикнул Ральф, - его истинное имя - Хрюша!

"Piggy!"

- Хрюша!

"Piggy!"

- Хрюша!

"Oh, Piggy!"

- Ой, Хрюша!

A storm of laughter arose and even the tiniest child joined in.

Тут раздался настоящий взрыв хохота, хохотали все, даже самые маленькие.

For the moment the boys were a closed circuit of sympathy with Piggy outside: he went very pink, bowed his head and cleaned his glasses again.

Смех вдруг сплотил мальчиков, и только Хрюша остался вне этого тесного дружеского кружка. Он залился краской, насупился и опять занялся очками.

Finally the laughter died away and the naming continued.

Наконец смех замер и продолжалась перекличка.

There was Maurice, next in size among the choir boys to Jack, but broad and grinning all the time.

Был тут Морис, второй в хоре по росту после Джека, но плотней; он все время улыбался.

There was a slight, furtive boy whom no one knew, who kept to himself with an inner intensity of avoidance and secrecy.

Был тощий дичок, которого никто не знал; погруженный в себя, он скрытно держался в сторонке.

He muttered that his name was Roger and was silent again.

Пробормотал, что зовут его Роджер, и снова умолк.

Bill, Robert, Harold, Henry; the choir boy who had fainted sat up against a palm trunk, smiled pallidly at Ralph and said that his name was Simon.

Билл, Роберт, Харольд, Генри; тот мальчик из хора, который упал в обморок, теперь сел, прислонясь к пальмовому стволу, бледно улыбнулся Ральфу и назвался Саймоном.

Jack spoke.

Потом Джек сказал:

"We've got to decide about being rescued."

- Надо решить, как нам спасаться.

There was a buzz.

Пронесся гул голосов.

One of the small boys, Henry, said that he wanted to go home.

Совсем маленький мальчик - Г енри - объявил, что он хочет домой.

"Shut up," said Ralph absently.

- Тише вы, - проговорил Ральф рассеянно.

He lifted the conch. "Seems to me we ought to have a chief to decide things."

Он поднял рог. - По-моему, чтобы решать, сначала надо выбрать главного.

"A chief!

- Главного!

A chief!"

Главного!

"I ought to be chief," said Jack with simple arrogance, "because I'm chapter chorister and head boy. I can sing C sharp."

- Главным могу быть я, - без обиняков сказал Джек, - потому что я староста и я запеваю в церкви и до-диез могу взять.

Another buzz.

Снова гул голосов.

"Well then," said Jack, "I-"

- Ну и вот, - сказал Джек, - я...

He hesitated.

Он запнулся.

The dark boy, Roger, stirred at last and spoke up.

Черненький - Роджер - наконец-то расшевелился, он предложил.

"Let's have a vote."

- Давайте проголосуем.

"Yes!"

- Ага!

"Vote for chief!" "Let's vote-"

- Голосуем за главного!

This toy of voting was almost as pleasing as the conch.

Выборы оказались забавой не хуже рога.

Jack started to protest but the clamor changed from the general wish for a chief to an election by acclaim of Ralph himself.

Джек было начал спорить, но кругом уже не просто хотели главного, но кричали о выборах и чуть не все предлагали Ральфа.

None of the boys could have found good reason for this; what intelligence had been shown was traceable to Piggy while the most obvious leader was Jack.

Никто не знал, почему именно его; что касается смекалки, то уж скорей ее проявил Хрюша, и роль вожака больше подходила Джеку.

But there was a stillness about Ralph as he sat that marked him out: there was his size, and attractive appearance; and most obscurely, yet most powerfully, there was the conch.

Но Ральф был такой спокойный, и еще высокий, и такое хорошее было у него лицо; но непостижимее всего и всего сильней их убеждал рог.

The being that had blown that, had sat waiting for them on the platform with the delicate thing balanced on his knees, was set apart.

Тот, кто дул в него, а теперь спокойно сидел на площадке, держа на коленях эту хрупкую красивую штуку, был, конечно, не то что другие.

"Him with the shell."

- Который с раковиной!

"Ralph! Ralph!"

- Ральфа, Ральфа!

"Let him be chief with the trumpet-thing."

- Пусть с трубой будет главный!

Ralph raised a hand for silence.

Ральф поднял руку, прося тишины.

"All right.

- Хорошо.

Who wants Jack for chief?"

Кто за Джека?

With dreary obedience the choir raised their hands.

С унылой покорностью поднялись руки хористов.

"Who wants me?"

- Кто за меня?

Every hand outside the choir except Piggy's was raised immediately.

Руки всех, кто не в хоре, кроме Хрюшиной, тут же взлетели вверх.

Then Piggy, too, raised his hand grudgingly into the air.

Хрюша посмотрел, подумал и тоже нехотя потянул руку.

Ralph counted.

Ральф посчитал:

"I'm chief then."

- Значит, главный - я.

The circle of boys broke into applause.

Все захлопали.

Even the choir applauded; and the freckles on Jack's face disappeared under a blush of mortification.

Хлопал даже хор. Лицо у Джека вспыхнуло от досады, так что исчезли веснушки.

He started up, then changed his mind and sat down again while the air rang.

Он дернулся, хотел встать, раздумал и снова сел под длящийся грохот рукоплесканий.

Ralph looked at him, eager to offer something.

Ральф смотрел на него, ища, чем бы его утешить.

"The choir belongs to you, of course."

- Хор, конечно, остается тебе.

"They could be the army-"

- Пусть они будут солдаты!

"Or hunters-"

- Или охотники!

"They could be-"

- Нет, лучше пусть...

The suffusion drained away from Jack's face.

Веснушки вернулись на лицо Джека.

Ralph waved again for silence.

Ральф помахал рукой, прося тишины.

"Jack's in charge of the choir.

- Джек отвечает за хор.

They can be-what do you want them to be?"

Они будут - ну кто, как ты хочешь?

"Hunters."

- Охотники.

Jack and Ralph smiled at each other with shy liking.

Джек и Ральф улыбнулись друг другу с робкой симпатией.

The rest began to talk eagerly.

И все затрещали наперебой.

Jack stood up.

Джек встал.

"All right, choir.

- Ладно, хор.

Take off your togs."

Можете разоблачаться.

As if released from class, the choir boys stood up, chattered, piled their black cloaks on the grass.

Будто их распустили с урока, мальчики повскакивали с мест, загалдели, побросали на траву плащи.

Jack laid his on the trunk by Ralph.

Свой Джек расстелил на пальме рядом с Ральфом.

His grey shorts were sticking to him with sweat.

Его серые шорты прилипли к телу от пота.

Ralph glanced at them admiringly, and when Jack saw his glance he explained.

Ральф посмотрел на них восхищенно, и, перехватив этот взгляд, Джек объяснил:

"I tried to get over that hill to see if there was water all round.

- Я гору хотел перейти, поискать воду.

But your shell called us."

А тут твоя раковина.

Ralph smiled and held up the conch for silence.

Ральф улыбнулся и поднял рог, требуя тишины.

"Listen, everybody.

- Слушайте, слушайте.

I've got to have time to think things out I can't decide what to do straight off.

Мне нужно время, чтобы все обдумать. Я еще не решил с чего начинать.

If this isn't an island we might be rescued straight away.

Если это не остров, нас сразу спасут.

So we've got to decide if this is an island.

Так что надо разобраться, остров это или нет.

Everybody must stay round here and wait and not go away.

Все остаются здесь. Никуда не расходиться.

Three of us-if we take more we'd get all mixed, and lose each other-three of us will go on an expedition and find out.

Мы втроем - больше не надо, только запутаемся и потеряемся, - мы втроем пойдем в разведку.

I'll go, and Jack, and, and...."

Пойду я, Джек и... и...

He looked round the circle of eager faces.

Он обвел глазами круг возбужденных лиц.

There was no lack of boys to choose from.

Пойти рвались все.

"And Simon."

- И Саймон.

The boys round Simon giggled, and he stood up, laughing a little.

Вокруг Саймона захихикали, и он встал, посмеиваясь.

Now that the pallor of his faint was over, he was a skinny, vivid little boy, with a glance coming up from under a hut of straight hair that hung down, black and coarse.

Теперь, когда обморочная бледность прошла, он оказался маленьким, щуплым, живым и глядел из-под шапки прямых волос, черных и жестких.

He nodded at Ralph.

Он кивнул Ральфу:

"I'll come."

- Я пойду.

"And I-"

-И я...

Jack snatched from behind him a sizable sheath-knife and clouted it into a trunk.

Джек выхватил из-за спины большой охотничий нож и всадил в дерево.

The buzz rose and died away.

Поднялся и замер гул.

Piggy stirred.

Хрюша разволновался:

"I'll come."

-И я пойду.

Ralph turned to him.

Ральф повернулся к нему:

"You're no good on a job like this."

-Ты не годишься для этого дела.

"All the same-"

- Все равно...

"We don't want you," said Jack, flatly. "Three's enough."

- Без тебя обойдемся, - отрезал Джек. - Троих вполне достаточно.

Piggy's glasses flashed.

Хрюша сверкнул очками.

"I was with him when he found the conch.

-Я с ним был, когда он рог нашел.

I was with him before anyone else was."

Я с ним был самый первый.

Jack and the others paid no attention.

Но его слова не встретили отклика ни у Джека, ни у прочих.

There was a general dispersal.

Все уже расходились.

Ralph, Jack and Simon jumped off the platform and walked along the sand past the bathing pool.

Ральф, Джек и Саймон попрыгали с площадки и пошли по песку, мимо бухты.

Piggy hung bumbling behind them.

Хрюша увязался следом.

"If Simon walks in the middle of us," said Ralph, "then we could talk over his head."

- Пусть Саймон идет посередке, - сказал Ральф. -И будем через его голову разговаривать.

The three of them fell into step.

Трое шли в ногу.

This meant that every now and then Simon had to do a double shuffle to eaten up with the others.

То есть Саймону, чтоб не сбиться с шага, то и дело приходилось подтягиваться.

Presently Ralph stopped and turned back to Piggy.

Ральф в конце концов не выдержал и оглянулся на Хрюшу.

"Look."

- Послушай-ка...

Jack and Simon pretended to notice nothing.

Джек и Саймон стыдливо отвели глаза.

They walked on.

И пошли дальше.

"You can't come."

- Ну, нельзя же тебе!

Piggy's glasses were misted again-this time with humiliation.

Очки у Хрюши опять затуманились - на сей раз от униженья.

"You told 'em.

-Ты им сказал.

After what I said."

Я же просил.

His face flushed, his mouth trembled.

Он был весь красный, и у него дрожали губы.

"After I said I didn't want-"

-Я же просил, чтоб не надо.

"What on earth are you talking about?"

- Да про что это ты?

"About being called Piggy.

- Что меня Хрюша звать.

I said I didn't care as long as they didn't call me Piggy; an' I said not to tell and then you went an' said straight out-"

Говорил же, как хочете зовите, только чтоб не Хрюша. Просил тебя, чтоб не надо, а ты взял и сказал.

Stillness descended on them.

Оба примолкли.

Ralph, looking with more understanding at Piggy, saw that he was hurt and crushed.

Ральф начал понимать Хрюшу, он видел, как тот обижен и огорчен.

He hovered between the two courses of apology or further insult.

Он колебался, извиняться ли ему перед Хрюшей или обидеть еще.

"Better Piggy than Fatty," he said at last, with the directness of genuine leadership, "and anyway, I'm sorry if you feel like that.

- Лучше уж Хрюша, чем Жирняй, - заключил он наконец легко и откровенно, как подобает главенствующему. - Но все равно, если обиделся -прости.

Now go back, Piggy, and take names.

А теперь, Хрюша, вернись и займись именами.

That's your job.

Делай свое дело.

So long."

Ну, пока.

He turned and raced after the other two.

Повернулся и побежал догонять удалявшуюся парочку.

Piggy stood and the rose of indignation faded slowly from his cheeks.

Хрюша застыл, краска негодования медленно сползала со щек.

He went back to the platform.

И он побрел обратно, к площадке.

The three boys walked briskly on the sand.

Трое мальчиков шли по песку веселыми шагами.

The tide was low and there was a strip of weed-strewn beach that was almost as firm as a road.

Был отлив, и кромка закиданного водорослями берега тверда под ногами, почти как дорога.

A land of glamour was spread over them and the scene and they were conscious of the glamour and made happy by it.

Какие-то чары опутали берег, опутали их, и, опутанные чарами, они ликовали.

They turned to each other, laughing excitedly, talking, not listening.

То и дело переглядывались, хохотали, говорили, не слушали. Все сияло кругом.

The air was bright Ralph, faced by the task of translating all this into an explanation, stood on his head and fell over.

Ральф, испытывая потребность подвести подо все разумную базу, встал с этой целью на голову и перекувырнулся.

When they had done laughing, Simon stroked Ralph's arm shyly; and they had to laugh again.

Когда отсмеялись, Саймон робко погладил его по руке. И снова им пришлось хохотать.

"Come on," said Jack presently, "we're explorers."

- Ну пошли, - сказал наконец Джек. - Мы же разведчики.

"We'll go to the end of the island," said Ralph, "and look round the corner."

- Дойдем до конца острова, - сказал Ральф, - и посмотрим, что за углом.

"If it is an island-"

- Если это остров...

Now, toward the end of the afternoon, the mirages were settling a little.

Теперь, к вечеру, миражи постепенно рассеивались.

They found the end of the island, quite distinct, and not magicked out of shape or sense.

Они нашли конец острова, не околдованный, четкий, ничем не прикидывающийся.

There was a jumble of the usual squareness, with one great block sitting out in the lagoon.

Все то же было тут нагромождение угловатых форм, и большая глыба сидела отдельно, далеко в лагуне.

Sea birds were nesting there.

Ее облепили морские птицы.

"Like icing," said Ralph, "on a pink cake.'

- Как сахарная корочка, - сказал Ральф, - на розовом торте.

"We shan't see round this corner," said Jack, "because there isn't one.

- Тут за угол не завернешь, - сказал Джек. - Его и нет, все постепенно.

Only a slow curve-and you can see, the rocks get worse-"

И там не пройти - одни скалы.

Ralph shaded his eyes and followed the jagged outline of the crags up toward the mountain.

Ральф из-под щитка ладони оглядел ломаный очерк скал, уходящих к горе.

This part of the beach was nearer the mountain than any other that they had seen.

Кажется, отсюда было легче всего добраться до верха.

"We'll try climbing the mountain from here," he said. "I should think this is the easiest way.

- Попробуем тут подняться, - сказал он. - Наверно, это самая легкая дорога.

There's less of that jungly stuff; and more pink rock.

Меньше зарослей этих; одни розовые камни.

Come on."

Пошли.

The three boys began to scramble up.

Трое мальчиков стали карабкаться по склону.

Some unknown force had wrenched and shattered these cubes so that they lay askew, often piled diminishingly on each other.

Какой-то непонятной силой выворотило и раскидало эти кубы так, что они громоздились косо, наползая друг на друга.

The most usual feature of the rock was a pink cliff surmounted by a skewed block; and that again surmounted, and that again, till the pinkness became a stack of balanced rock projecting through the looped fantasy of the forest creepers.

Чаще всего розовый утес налезал на скошенную глыбу, та налезала на другую, а та на следующую, все выше, так что розовость пробивалась ровными уступами сквозь петлистый бред лиан.

Where the pink cliffs rose out of the ground there were often narrow tracks winding upwards.

Там, где утес вставал прямо из земли, часто тоненько убегала вверх тропка.

They could edge along them, deep in the plant world, their faces to the rock.

И они шли боком по этим тропкам, лицом к скалам, все дальше, углубляясь в растительное царство.

"What made this track?"

- Кто проложил эти тропки?

Jack paused, wiping the sweat from his face.

Джек остановился, вытер пот со лба.

Ralph stood by him, breathless.

Ральф, задыхаясь, стоял рядом.

"Men?"

- Люди?

Jack shook his head.

Джек покачал головой:

"Animals."

- Животные.

Ralph peered into the darkness under the trees.

Ральф вглядывался во тьму под деревьями.

The forest minutely vibrated.

Лес легонько подрагивал.

"Come on."

- Пошли.

The difficulty was not the steep ascent round the shoulders of rock, but the occasional plunges through the undergrowth to get to the next path.

Они одолевали кручу, огибая скалы, но куда трудней было продираться по зарослям, чтоб снова напасть на тропку.

Here the roots and stems of creepers were in such tangles that the boys had to thread through them like pliant needles.

Ползучие стволы и корни лиан так сплелись, что мальчики еле сквозь них прорубались.

Their only guide, apart from the brown ground and occasional flashes of fight through the foliage, was the tendency of slope: whether this hole, laced as it was with the cables of creeper, stood higher than that.

Не сбиться с подъема помогали только лоскутья темной земли, редкие просветы неба в листве и еще само направление склона: выше ли или нет лаз, оплетенный витками лиан, чем тот, который они только что одолели.

Somehow, they moved up.

И все-таки они поднимались.

Immured in these tangles, at perhaps their most difficult moment, Ralph turned with shining eyes to the others.

Наглухо замурованный в зарослях, чуть не в самые трудные минуты, Ральф, сияя, оборачивался к остальным:

"Wacco."

- Грандиозно!

"Wizard."

- Колосса-а-а!

"Smashing."

- Потряса-а-а!

The cause of their pleasure was not obvious.

Причина для такого восторга была не вполне очевидна.

All three were hot, dirty and exhausted.

Все трое замучились, перепачкались, запарились.

Ralph was badly scratched.

Ральф страшно расцарапался.

The creepers were as thick as their thighs and left little but tunnels for further penetration.

Лианы были толщиною с их ляжки и оставляли только узкие туннели для прохода.

Ralph shouted experimentally and they listened to the muted echoes.

Ральф ради опыта крикнул, и они вслушались в глухое эхо.

"This is real exploring," said Jack. "I bet nobody's been here before."

- Настоящая разведка, - сказал Джек. - Тут никто еще не был. Я уверен.

"We ought to draw a map," said Ralph, "only we haven't any paper."

- Надо бы карту начертить, - сказал Ральф. -Только вот бумаги у нас нет.

"We could make scratches on bark," said Simon, "and rub black stuff in."

- Можно по коре корябать, - сказал Саймон. - И что-нибудь черное втирать.

Again came the solemn communion of shining eyes in the gloom.

И снова обмен торжествующими, сияющими в сумраке взглядами.

"Wacco."

- Высший класс!

"Wizard."

- Грандиозно! - Фантастика!

There was no place for standing on one's head.

Становиться на голову здесь было неудобно.

This time Ralph expressed the intensity of his emotion by pretending to Knock Simon down; and soon they were a happy, heaving pile in the under-dusk.

На сей раз Ральф выразил силу чувств, прикинувшись, будто хочет спихнуть вниз Саймона, и вот уже оба катались в жидкой полутьме веселым клубком.

When they had fallen apart Ralph spoke first.

Когда они отвалились друг от друга, Ральф первый очнулся:

"Got to get on."

- Ну, надо идти.

The pink granite of the next cliff was further back from the creepers and trees so that they could trot up the path.

Лианы чуть подались от следующего утеса, и разведчики затрусили по тропке.

This again led into more open forest so that they had a glimpse of the spread sea.

Она выбежала в разреженный лес, и за стволами сквозило раскинувшееся внизу море.

With openness came the sun; it dried the sweat that had soaked their clothes in the dark, damp heat.

Стало солнечно; солнце сушило пот, пропитавший одежду в темной, сырой жаре.

At last the way to the top looked like a scramble over pink rock, with no more plunging through darkness.

К вершине теперь вели только голые розовые скалы, и больше не приходилось нырять во тьму.

The boys chose their way through defiles and over heaps of sharp stone.

Мальчики пробирались по ущельям и колкой осыпи.

"Look! Look!"

- Осторожно!

High over this end of the island, the shattered rocks lifted up their stacks and chimneys.

В этой части остров протягивал к небесам редкие зубья своего каменного гребня.

This one, against which Jack leaned, moved with a grating sound when they pushed.

Они задели зубец, на который оперся Джек, и он вдруг со скрежетом шелохнулся.

"Come on-"

- Вперед!

But not "Come on" to the top.

Но вершина недоступна.

The assault on the summit must wait while the three boys accepted this challenge.

Перед штурмом ее троим мальчикам надо одолеть препятствие.

The rock was as large as a small motor car.

Этот острый камень размерами не меньше машины.

"Heave!"

- Раз-два, взяли!

Sway back and forth, catch the rhythm.

Ну-ка, навались, ухватись, - раз, дружно, вместе -э-эх!

"Heave!"

- Взяли!

Increase the swing of the pendulum, increase, increase, come up and bear against that point of furthest balance-increase-increase-

Раскачали его, так, так-так-так, раскачали, раскачали, больше, шире, еще, еще, еще, та-ак...

"Heave!"

- Взяли!

The great rock loitered, poised on one toe, decided not to return, moved through the air, fell, struck, turned over, leapt droning through the air and smashed a deep hole in the canopy of the forest.

Камень дрогнул, качнулся, накренился, повременил, решил не возвращаться, двинулся вбок, рухнул, перевернулся и загрохотал вниз, вспарывая лесной покров.

Echoes and birds flew, white and pink dust floated, the forest further down shook as with the passage of an enraged monster: and then the island was still.

Всполошились птицы, эхо, взмыла белая, розовая туча, деревья внизу затряслись, будто перепуганные бешеным чудищем. И все стихло.

"Wacco!"

- Мощно!

"Like a bomb!"

- Как бомба!

"Whee-aa-oo!"

- Колосса-а-а!

Not for five minutes could they drag themselves away from this triumph.

Целых пять минут они не могли оправиться после своей победы.

But they left at last.

Но наконец сдвинулись с места.

The way to the top was easy after that As they reached the last stretch Ralph stopped.

После этого вершину взять уже были пустяки. На последнем подступе Ральф вдруг замер.

"Golly!"

- Вот это да!

They were on the lip of a circular hollow In the side or the mountain.

Мальчики стали на краю воронки на склоне.

This was filled with a blue flower, a rock plant of some sort, and the overflow hung down the vent and spilled lavishly among the canopy of the forest.

Она поросла какой-то горной растительностью, синими цветами. Они буйно затопляли воронку и разливались, растекались по лесу.

The air was thick with butterflies, lifting, fluttering, settling.

Все пестрело бабочками, они носились, бились, метались.

Beyond the hollow was the square top of the mountain and soon they were standing on it.

Сразу за воронкой были розовые глыбы, была вершина, и вот они на нее взобрались.

They had guessed before that this was an island: clambering among the pink rocks, with the sea on either side, and the crystal heights of air, they had known by some instinct that the sea lay on every side.

Они и раньше догадывались, что это остров. Пробираясь среди розовых скал, обложенные морем и сверкающей высью, они каким-то чутьем понимали, что море их окружает повсюду.

But there seemed something more fitting in leaving the last word till they stood on the top, and could see a circular horizon of water.

И все же последние выводы они приберегали до той минуты, когда окажутся наверху и им откроется водная синь по всему кругу горизонта.

Ralph turned to the others.

Ральф повернулся к друзьям:

"This belongs to us."

- Это наш остров.

It was roughly boat-shaped: humped near this end with behind them the jumbled descent to the shore.

Он был похож на корабль, вздыбился с этого края и за их спинами круто обрывался к морю.

On either side rocks, cliffs, treetops and a steep slope: forward there, the length of the boat, a tamer descent, tree-clad, with hints of pink: and then the jungly flat of the island, dense green, but drawn at the end to a pink tail There, where the island petered out in water, was another island; a rock, almost detached, standing like a fort, facing them across the green with one bold, pink bastion.

По бокам - скалы, скаты, верхушки деревьев и кручи, а впереди, вдоль корабля, отлого спускались леса в розовых прошвах - вниз, в густо-зеленые плоские джунгли, вдруг сводившиеся в розовый хвостик. И там уж остров таял в воде, и был еще островок, только скала, как форт, и форт смотрел на них из-за зелени крутым розовым бастионом.

The boys surveyed all this, then looked out to sea.

Мальчики оглядели все это, потом перевели взгляд дальше, в море.

They were high up and the afternoon had advanced; the view was not robbed of sharpness by mirage.

Они были высоко, и уже наступал вечер; вид уже не размазывался, не заслонялся миражной пленкой.

"That's a reef.

- Это риф.

A coral reel.

Коралловый риф.

I've seen pictures like that."

Я картинки такие видел.

The reef enclosed more than one side of the island, tying perhaps a mile out and parallel to what they now thought of as their beach.

Риф окаймлял остров с одного бока и еще загибался и шел примерно в расстоянии мили вдоль того берега, который они уже считали своим.

The coral was scribbled in the sea as though a giant had bent down to reproduce the shape of the island in a flowing chalk line but tired before he had finished.

Он был широко набросан по сини, будто великан наклонился с розовым мелком, хотел было обвести остров беглой, летучей чертой, но вдруг задумался, да так и не кончил.

Inside was peacock water, rocks and weed showing as in an aquarium; outside was the dark blue of the sea.

По эту сторону рифа была переливчатая вода, и все камни и водоросли видны, как в аквариуме; дальше стлалось темное море.

The tide was running so that long streaks of foam tailed away from the reef and for a moment they felt that the boat was moving steadily astern.

Был отлив, от рифа туго и медленно растекались полосы пены, и на минуту им показалось, что корабль ровно движется кормой вперед.

Jack pointed down.

Джек показал вниз:

"That s where we landed."

- Мы во-он там высадились.

Beyond falls and cliffs there was a gash visible in the trees; there were the splintered trunks and then the drag, leaving only a fringe of palm between the scar and the sea.

За утесами и увалами лес прорезала глубокая рана - там были покалечены стволы, и дальше проехалась широкая борозда, оставив только бахромку пальм у самой лагуны.

There, too, jutting into the lagoon, was the platform, with insect-like figures moving near it.

Там же выдавалась в лагуну площадка, вокруг которой муравьями сновали фигурки.

Ralph sketched a twining line from the bald spot on which they stood down a slope, a gully, through flowers, round and down to the rock where the scar started.

Ральф, волнообразно помахав рукой, показал путь с того места, где они стояли, вниз, мимо воронки, мимо цветов, и кругом, к той скале, возле которой начиналась просека.

"That's the quickest way back."

-Так мы быстрей всего назад доберемся.

Eyes shining, mouths open, triumphant, they savored the right of domination.

Блестя глазами, открыв рты, сияя, они смаковали свои хозяйские права.

They were lifted up: were friends.

Головы кружила высота, кружила дружба.

"There's no village smoke, and no boats," said Ralph wisely. "We'll make sure later; but I think it's uninhabited."

- Тут нет ни дыма, ни лодок, - трезво рассудил Ральф, - после проверим точней. Но по-моему, он необитаемый.

"We'll get food," cried Jack. "Hunt. Catch things... until they fetch us."

- Мы будем добывать себе пищу, - крикнул Джек, - охотиться, ловить... пока нас не подберут.

Simon looked at them both, saying nothing but nodding till his black hair flopped backwards and forwards: his face was glowing.

Саймон переводил глаза с одного на другого, молчал и все кивал, так что металась черная грива. У него горело лицо.

Ralph looked down the other way where there was no reef.

Ральф посмотрел на другой склон, где не было рифа.

"Steeper," said Jack.

- Тут еще круче, - сказал Джек.

Ralph made a cupping gesture.

Ральф сложил ладони, как бы что-то зачерпывая.

"That bit of forest down there... the mountain holds it up."

-Там лес... гора его вот так держит.

Every point of the mountain held up trees-flowers and trees.

По всем торцам горы были деревья, цветы и деревья.

Now the forest stirred, roared, flailed.

Вот лес всколыхнулся, забился, загудел.

The nearer acres of rock flowers fluttered and for half a minute the breeze blew cool on their faces.

Вздохнули и оттрепетали цветы, и лица мальчиков охладил ветерок.

Ralph spread his arms.

Ральф раскинул руки:

"All ours."

- Все это наше.

They laughed and tumbled and shouted on the mountain.

Они захохотали, затопали, еще подразнили гору криками.

"I'm hungry."

- Я есть хочу.

When Simon mentioned his hunger the others became aware of theirs.

Как только Саймон упомянул о своем голоде, и другие сразу сообразили, что проголодались.

"Come on," said Ralph. "We've found out what we wanted to know."

- Ну пошли, - сказал Ральф. - Мы узнали все, что хотели.

They scrambled down a rock slope, dropped among flowers and made their way under the trees.

Они стали спускаться, нырнули в цветочные заросли, прошли под деревьями.

Here they paused and examined the bushes round them curiously.

Потом остановились, с любопытством рассматривая кусты вокруг.

Simon spoke first.

Саймон заговорил первый:

"Like candles.

- Как свечи.

Candle bushes.

Кусты в свечах.

Candle buds."

Это такие почки.

The bushes were dark evergreen and aromatic and the many buds were waxen green and folded up against the light.

Кусты были темные, вечнозеленые, сильно пахли и тянули вверх, к свету, зеленые восковые свечи.

Jack slashed at one with his knife and the scent spilled over them.

Джек ударил по одной свече ножом, и из нее хлынул острый запах.

"Candle buds."

- Почки как свечи.

"You couldn't light them," said Ralph. "They just look like candles."

- Их не зажигают, - сказал Ральф. - Они только так, похожи на свечи.

"Green candles," said Jack contemptuously. "We can't eat them.

- Зеленые свечи, - скривился Джек. - Есть их не будешь.

Come on."

Ну, пошли.

They were in the beginnings of the thick forest, plonking with weary feet on a track, when they heard the noises-squeakings-and the hard strike of hoofs on a path.

Они уже углублялись в чащу, шлепая усталыми ногами, когда услыхали звуки - визг и частый стук копыт.

As they pushed forward the squeaking increased till it became a frenzy.

Они кинулись на визг, а он все взвивался, становился неистовым.

They found a piglet caught in a curtain of creepers, throwing itself at the elastic traces in all the madness of extreme terror.

Они увидели застрявшего в занавесе лиан поросенка, он рвался из упругих пут, трепыхался и бился.

Its voice was thin, needle-sharp and insistent.

Полоумный, дерущий визг был надсажен ужасом.

The three boys rushed forward and Jack drew his knife again with a flourish.

Мальчики бросились вперед, Джек снова выхватил сверкающий нож.

He raised his arm in the air.

Он уже занес руку.

There came a pause, a hiatus, the pig continued to scream and the creepers to jerk, and the blade continued to flash at the end of a bony arm. The pause was only long enough for them to understand what an enormity the downward stroke would be.

Но тут наступила пауза, заминка, только свинья все визжала, и лианы тряслись, и все сверкал в тощей руке нож.

Then the piglet tore loose from the creepers and scurried into the undergrowth.

Но вот свинья вырвалась и метнулась в чащу.

They were left looking at each other and the place of terror.

Они смотрели друг на друга и на то страшное место.

Jack's face was white under the freckles'.

Лицо у Джека побелело под веснушками.

He noticed that he still held the knife aloft and brought his arm down replacing the blade in the sheath.

Он спохватился, что все еще держит поднятый нож, опустил руку и сунул его в ножны.

Then they all three laughed ashamedly and began to climb back to the track.

Все трое сконфуженно рассмеялись и стали подниматься обратно на тропку.

"I was choosing a place," said Jack. "I was just waiting for a moment to decide where to stab him."

- Я примерялся, - сказал Джек. - Я как раз выжидал момент.

"You should stick a pig," said Ralph fiercely. "They always talk about sticking a pig."

- Надо было заколоть, - выпалил Ральф. - Я точно знаю, их закалывают.

"You cut a pig's throat to let the blood out," said Jack, "otherwise you can't eat the meat"

- Нет, им надо горло перерезать и выпустить кровь, - сказал Джек. - А то мясо есть нельзя.

"Why didn't you-?"

-Так чего же ты...

They knew very well why he hadn't: because of the enormity of the knife descending and cutting into living flesh; because of the unbearable blood.

Они прекрасно знали, чего же. Из-за того, что даже представить себе нельзя, как нож врезается в живое тело, из-за того, что вид пролитой крови непереносим.

"I was going to," said Jack.

- Я хотел, - сказал Джек.

He was ahead of them and they could not see his face. "I was choosing a place.

Он шел впереди, и они не видели его лица. - Я примерялся.

Next time-!"

Ну, уж в следующий раз...

He snatched his knife out of the sheath and slammed it into a tree trunk.

Он выхватил нож и всадил его в дерево.

Next time there would be no mercy.

Уж в следующий раз пощады не будет.

He looked round fiercely, daring them to contradict.

Он оглянулся вызывающе - не угодно ли, мол, поспорить.

Then they broke out into the sunlight and for a while they were busy finding and devouring rood as they moved down the scar toward the platform and the meeting.

Но тут они вышли на солнце и занялись добыванием и поглощением пищи, пока спускались просекой, к площадке, опять созывать собрание.

Chapter Two.

Глава вторая

Fire on the Mountain

ОГОНЬ НА ГОРЕ

By the time Ralph finished blowing the conch the platform was crowded.

Когда Ральф перестал дуть в рог, все уже толпились на площадке.

There were differences between this meeting and the one held in the morning.

Это собрание было не похоже на утреннее.

The afternoon sun slanted in from the other side of the platform and most of the children, feeling too late the smart of sunburn, had put their clothes on.

Заходящее солнце косо падало теперь с другой стороны, и мальчики, слишком поздно ощутив боль от ожогов, натянули одежду.

The choir, noticeably less of a group, had discarded their cloaks.

Хористы, в явственном меньшинстве, поснимали плащи.

Ralph sat on a fallen trunk, his left side to the sun.

Ральф сидел на поваленном стволе, солнце приходилось ему слева.

On his right were most of the choir; on his left the larger boys who had not known each other before the evacuation; before him small children squatted in the grass.

Справа от него размещался почти весь хор; слева -те из старших, кто не знал друг друга до эвакуации; перед ним, на корточках, сидели в траве детишки.

Silence now.

Все примолкли.

Ralph lifted the cream and pink shell to his knees and a sudden breeze scattered light over the platform.

Ральф положил к себе на колени розово-кремовую раковину. По площадке, закидав ее зайчиками, пробежал ветерок.

He was uncertain whether to stand up or remain sitting.

Ральф колебался - встать ли ему или говорить сидя.

He looked sideways to his left, toward the bathing pool.

Он искоса глянул влево, в сторону бухты.

Piggy was sitting near but giving no help.

Хрюша сидел рядышком, но на выручку не пришел.

Ralph cleared his throat.

Ральф откашлялся:

"Well then."

- Ну вот...

All at once he found he could talk fluently and explain what he had to say.

И вдруг, сразу, он понял, что сейчас он прекрасно им все расскажет и объяснит.

He passed a hand through his fair hair and spoke.

Он провел рукой по светлым волосам и начал:

"We're on an island.

- Мы на острове.

We've been on the mountain top and seen water all round.

Мы поднимались на гору и видели - повсюду, кругом вода.

We saw no houses, no smoke, no footprints, no boats, no people.

Мы не обнаружили ни домов, ни дыма, ни следов, ни людей, ни лодок.

We're on an uninhabited island with no other people on it."

Мы на необитаемом острове, и больше здесь никого нет.

Jack broke in.

Джек перебил:

"All the same you need an army-for hunting.

- Но все равно армия нам потребуется. Для охоты.

Hunting pigs-"

Охотиться на свиней...

"Yes. There are pigs on the island."

- Да, на острове водятся свиньи.

All three of them tried to convey the sense of the pink live thing struggling in the creepers.

Всем троим захотелось, чтоб все себе представили, как розовое, живое билось тогда в лианах.

"We saw-"

- Смотрим, стоит...

"Squealing-"

- Визжит...

"It broke away-"

- Она от нас как бросится...

"Before I could kill it-but-next time!"

-Я не успел ударить... Но уж в следующий раз!..

Jack slammed his knife into a trunk and looked round challengingly.

Джек вонзил нож в дерево и с вызовом огляделся.

The meeting settled down again.

Все снова затихли.

"So you see," said Ralph, "we need hunters to get us meat.

- Ну вот, - сказал Ральф, - охотники нам потребуются, чтобы добывать мясо.

And another thing."

И еще одно.

He lifted the shell on his knees and looked round the sun-slashed faces.

Он поднял раковину и обвел взглядом обожженные лица.

"There aren't any grownups. We shall have to look after ourselves."

- Взрослых здесь нет... Мы все должны решать сами.

The meeting hummed and was silent.

По собранию прошелся и замер гул.

"And another thing.

- И еще.

We can't have everybody talking at once.

Нельзя всем говорить сразу.

Well have to have 'Hands up' like at school."

Надо сначала поднять руку, как в школе.

He held the conch before his face and glanced round the mouth.

Держа раковину у рта, он водил глазами поверх раструба.

"Then I'll give him the conch."

- И тому, кто поднимет руку, я даю рог.

"Conch?"

- Рог?

"That's what this shell's called.

- Ну да, так эта раковина называется.

I'll give the conch to the next person to speak.

Я даю рог тому, кто хочет говорить.

He can hold it when he's speaking."

И пока говоришь - надо держать его в руках.

"But-"

- Но ведь же...

"Look-"

- А как же...

"And he won't be interrupted.

- И перебивать нельзя.

Except by me."

Никому. Кроме меня.

Jack was on his feet.

Джек вскочил.

"We'll have rules!" he cried excitedly. "Lots of rules!

- У нас будут правила, - крикнул он вдохновенно. - Много всяких правил.

Then when anyone breaks 'em-"

А кто их будет нарушать...

"Whee-oh!"

- Ур-ра!

"Wacco!"

- Точно!

"Bong!"

- Грандиозно!

"Doink!"

- Классно!

Ralph felt the conch lifted from his lap.

Тут кто-то отобрал рог у Ральфа.

Then Piggy was standing cradling the great cream shell and the shouting died down.

Хрюша. Он покачал на руках большую розовую раковину, и крики улеглись.

Jack, left on his feet, looked uncertainly at Ralph who smiled and patted the log.

Джек, не садясь, вопросительно глянул на Ральфа, но тот только улыбался и постукивал ладошкой по дереву.

Jack sat down.

Джек сел.

Piggy took off his glasses and blinked at the assembly while he wiped them on his shirt.

Хрюша снял очки и мигал, вытирая их о рубашку.

"You're hindering Ralph.

- Вы Ральфу говорить не даете.

You're not letting him get to the most important thing."

Не даете самое важное сказать.

He paused effectively.

Он помолчал со значением.

"Who knows we're here?

- Ну - вот кто знает, что мы тут?

Eh?"

А?

"They knew at the airport"

- На аэродроме знают.

"The man with a trumpet-thing-"

-Тот, с мегафоном...

"My dad."

- Мой папа.

Piggy put on his glasses.

Хрюша надел очки.

"Nobody knows where we are," said Piggy.

- Никто не знает, что мы тут, - сказал Хрюша.

He was paler than before and breathless.

Он побледнел и задыхался.

"Perhaps they knew where we was going to; and perhaps not.

- Может, они и знали, куда нас везут, а может, даже и нет.

But they don't know where we are 'cos we never got there." He gaped at them for a moment, then swayed and sat down.

Но никто не знает, что мы тут, потому что сюда нас не везли. - Он глотнул воздух, качнулся и сел.

Ralph took the conch from his hands.

Ральф отобрал у него рог.

"That's what I was going to say," he went on, "when you all, all..." He gazed at their intent faces. "The plane was shot down in flames.

- Вот это я и хотел сказать, - заключил он, - а вы, вы... - Он обвел глазами напряженные лица. -Самолет сбили, он сгорел.

Nobody knows where we are.

Никто не знает, где мы.

We may be here a long time."

Может, мы тут еще долго пробудем.

The silence was so complete that they could hear the unevenness of Piggy's breathing.

Тишина была полная, только слышно, как сопит и задыхается Хрюша.

The sun slanted in and lay golden over half the platform.

Косое солнце залило золотом половину площадки.

The breezes that on the lagoon had chased their tails like kittens were finding then-way across the platform and into the forest.

Ветер, резво носившийся по лагуне, как котенок в погоне за собственным хвостиком, теперь пробирался через площадку, к лесу.

Ralph pushed back the tangle of fair hair that hung on his forehead.

Ральф откинул со лба светлую путаницу волос.

"So we may be here a long time."

- Может, мы тут еще долго пробудем.

Nobody said anything.

Все молчали.

He grinned suddenly.

Вдруг он просиял улыбкой:

"But this is a good island.

- Но великолепный же остров.

We-Jack, Simon and me-we climbed the mountain.

Мы - Джек, Саймон и я, - мы забирались на гору.

It's wizard.

Колоссально!

There's food and drink, and-"

Тут и еда есть, и вода, и...

"Rocks-"

- и скалы...

"Blue flowers-"

- и синие цветы...

Piggy, partly recovered, pointed to the conch in Ralph's hands, and Jack and Simon fell silent.

Хрюша, несколько оправившийся, показал на рог в руках у Ральфа, и Джек с Саймоном осеклись.

Ralph went on.

Ральф продолжал:

"While we're waiting we can have a good time on this island."

- Пока нас спасут, мы тут отлично проведем время.

He gesticulated widely.

Он широко раскинул руки.

"It's like in a book."

- Как в книжке!

At once there was a clamor.

Тут все закричали наперебой:

"Treasure Island-"

- "Остров сокровищ!"

"Swallows and Amazons-"

- "Ласточки и амазонки"!

"Coral Island-"

- "Коралловый остров"!

Ralph waved the conch.

Ральф помахал рогом:

"This is our island.

- Остров - наш!

It's a good island.

Потрясающий остров.

Until the grownups come to fetch us we'll have fun."

Пока взрослые не приедут за нами, нам будет весело!

Jack held out his hand for the conch.

Джек потянулся за рогом.

There's pigs," he said. "There's food; and bathing water in that little stream along there-and everything.

- Тут водятся свиньи, - сказал он. - Еда обеспечена. Купаться можно в той бухте. И вообще.

Didn't anyone find anything else?"

Кто еще что-нибудь обнаружил?

He handed the conch back to Ralph and sat down.

Он вернул Ральфу рог и сел.

Apparently no one had found anything.

Очевидно, больше никто не обнаружил ничего.

The older boys first noticed the child when he resisted.

Старшие заметили мальчугана, уже когда он стал отбиваться.

There was a group of little boys urging him forward and he did not want to go.

Малыши выталкивали его на середину, и он упирался.

He was a shrimp of a boy, about six years old, and one side of his face was blotted out by a mulberry-colored birthmark.

Он был щупленький, лет шести, и багровое родимое пятно скрывало у него пол-лица.

He stood now, warped out of the perpendicular by the fierce light of publicity, and he bored into the coarse grass with one toe.

Вот он встал, сжавшись под пересечением взглядов, ввинчивая в жесткую траву носок ботинка.

He was muttering and about to cry.

Он что-то мямлил и чуть не плакал.

The other little boys, whispering but serious, pushed him toward Ralph.

Другие малыши, важно перешептываясь, подталкивали его к Ральфу.

"All right," said Ralph, "come on then."

- Ну ладно, - сказал Ральф. - Говори же.

The small boy looked round in panic.

Малыш затравленно озирался.

"Speak up!"

- Говори!

The small boy held out his hands for the conch and the assembly shouted with laughter; at once 'he snatched back his hands and started to cry.

Малыш потянулся за рогом, и все покатились со смеху. Тогда он отдернул руку и зарыдал.

"Let him have the conch!" shouted Piggy. "Let him have it!"

- Дайте ему рог! - крикнул Хрюша. - Пусть возьмет!

At last Ralph induced him to hold the shell but by then the blow of laughter had taken away the child's voice.

Ральф наконец вручил малышу рог, но порывом общего веселья у того уже унесло последние остатки решимости, и он лишился голоса.

Piggy knelt by him, one hand on the great shell, listening and interpreting to the assembly.

Хрюша стал рядом на колени, держа перед ним огромную раковину, и начал переводить собранию его речь.

"He wants to know what you're going to do about the snake-thing."

- Он хочет знать, чего вы со змеем делать будете.

Ralph laughed, and the other boys laughed with him.

Ральф засмеялся, и его смех подхватили все.

The small boy twisted further into himself.

Малыш еще больше сжался.

"Tell us about the snake-thing."

- Ну, расскажи нам про змея.

"Now he says it was a beastie."

- А теперь он уже говорит, это зверь.

"Beastie?"

- Зверь?

"A snake-thing.

- Змей.

Ever so big.

Большущий.

He saw it"

Он сам видел.

"Where?"

-Где?

"In the woods."

- В лесу.

Either the wandering breezes or perhaps the decline of the sun allowed a little coolness to lie under the trees.

Неприкаянным ли ветром, оттого ли, что низилось солнце, под деревья занесло холодок.

The boys felt it and stirred restlessly.

Мальчики беспокойно поежились.

"You couldn't have a beastie, a snake-thing, on an island this size," Ralph explained kindly. "You only get them in big countries, like Africa, or India."

- На таких маленьких островах не бывает зверей и змеев, - терпеливо растолковывал Ральф. - Они водятся только в больших странах, в Африке, например, или в Индии.

Murmur; and the grave nodding of heads.

Гул голосов, и важное киванье головами.

"He says the beastie came in the dark."

- Он говорит, зверь выходит, когда темно.

"Then he couldn't see it!"

- А как же он тогда его разглядел?

Laughter and cheers.

Смех, хлопки.

"Did you hear that?

- Слыхали?

Says he saw the thing in the dark-"

Он, оказывается, в темноте видит!

"He still says he saw the beastie.

- Нет, он говорит, он правда видел зверя.

It came and went away again an' came back and wanted to eat him-"

Он пришел, исчез и еще вернулся, и он хотел его съесть...

"He was dreaming."

- Это ему приснилось.

Laughing, Ralph looked for confirmation round the ring of faces.

Ральф засмеялся и взглядом поискал сочувствия на лицах вокруг.

The older boys agreed; but here and there among the little ones was the doubt that required more than rational assurance.

Старшие явственно с ним соглашались, но среди малышей замечалось сомненье, не побежденное разумной твердостью Ральфа.

"He must have had a nightmare.

- Возможно, у него был кошмар.

Stumbling about among all those creepers."

После того как он об лианы спотыкался.

More grave nodding; they knew about nightmares.

Снова они с готовностью закивали. Про кошмары им было известно.

"He says he saw the beastie, the snake-thing, and will it come back tonight?"

- Он говорит, видел зверя, змея, и спрашивает, он вернется или нет.

"But there isn't a beastie!"

- Да нет никакого зверя!

"He says in the morning it turned into them things like ropes in the trees and hung in the branches.

- Он говорит, утром змей превратился в канат, как которые тут висят по деревьям.

He says will it come back tonight?"

Он спрашивает, зверь вернется или нет?

"But there isn't a beastie!"

- Да нет же никакого зверя!

There was no laughter at all now and more grave watching.

На сей раз уже не смеялся никто, все строго глядели на Ральфа.

Ralph pushed both hands through his hair and looked at the little boy in mixed amusement and exasperation.

Ральф запустил обе пятерни себе в волосы и рассматривал малыша с интересом, с отчаянием.

Jack seized the conch.

Джек выхватил у него рог.

"Ralph's right of course.

- Ральф совершенно прав.

There isn't a snake-thing.

Никакого змея нет.

But if there was a snake we'd hunt it and kill it.

Ну, а если и есть тут змея, мы ее изловим и уничтожим.

We're going to hunt pigs to get meat for everybody.

Мы будем охотиться на свиней и для всех добывать мясо.

And we'll look for the snake too-"

А заодно уж и насчет змеи проверим.

"But there isn't a snake!"

- Но нет же тут змей!

"We'll make sure when we go hunting."

- Вот пойдем охотиться и точно проверим!

Ralph was annoyed and, for the moment, defeated.

Ральф почувствовал досаду и на минуту -беспомощность.

He felt himself facing something ungraspable.

Тут было что-то, с чем он не мог совладать.

The eyes that looked so intently at him were without humor.

Обращенные к нему взгляды были совершенно серьезны.

"But there isn't a beast!"

- Но нет же тут никакого зверя!

Something he had not known was there rose in him and compelled him to make the point, loudly and again.

И зачем-то, он сам не понял зачем, он еще раз выкрикнул громко, с вызовом:

"But I tell you there isn't a beast!"

- Сказано вам, никакого зверя тут нет!

The assembly was silent.

Все молчали.

Ralph lifted the conch again and his good humor came back as he thought of what he had to say next.

Ральф поднял рог. Ему сразу стало веселей от одной мысли о том, что он сейчас собирался сказать.

"Now we come to the most important thing.

- А теперь - самое главное.

I've been thinking.

Я все думал.

I was thinking while we were climbing the mountain."

Думал, пока мы на гору лезли.

He flashed a conspiratorial grin at the other two. "And on the beach just now.

- Он послал заговорщическую улыбку Джеку и Саймону. - И когда спустились.

This is what I thought.

Вот что я думал.

We want to have fun.

Мы хотим как следует поиграть.

And we want to be rescued."

И мы хотим, чтоб нас спасли.

The passionate noise of agreement from the assembly hit him like a wave and he lost his thread.

Буря одобрения накрыла его волной и сбила с мысли.

He thought again.

Он снова подумал.

"We want to be rescued; and of course we shall be rescued."

- Мы хотим, чтоб нас спасли. И нас, конечно, спасут.

Voices babbled.

Поднялся веселый говор.

The simple statement, unbacked by any proof but the weight of Ralph's new authority, brought light and happiness.

Мало же им оказалось надо для радости - голое, не подкрепленное ничем утвержденье, - такой теперь был у Ральфа авторитет.

He had to wave the conch before he could make them hear him.

Снова ему пришлось помахать рогом, чтобы призвать их к порядку.

"My father's in the Navy.

- Мой отец служит во флоте.

He said there aren't any unknown islands left.

Он говорит, не открытых островов совсем не осталось.

He says the Queen has a big room full of maps and all the islands in the world are drawn there.

Он говорит, у королевы есть большая такая комната, и в ней множество карт, и на них острова всего мира.

So the Queen's got a picture of this island."

Значит, есть у королевы и наш остров на карте.

Again came the sounds of cheerfulness and better heart.

Снова гул веселых, довольных голосов.

"And sooner or later a ship will put in here.

- И рано или поздно сюда пошлют корабль.

It might even be Daddy's ship.

Может, даже пошлют моего папу.

So you see, sooner or later, we shall be rescued."

Так что рано или поздно нас спасут.

He paused, with the point made.

Он сказал что хотел и умолк.

The assembly was lifted toward safety by his words.

Он их успокоил.

They liked and now respected him.

Он им сразу понравился, и вот теперь они поверили в него.

Spontaneously they began to clap and presently the platform was loud with applause.

Кто-то захлопал, и сразу вся площадка огласилась аплодисментами.

Ralph flushed, looking sideways at Piggy's open admiration, and then the other way at Jack who was smirking and showing that he too knew how to clap.

Ральф вспыхнул, искоса заметил открытое обожание в глазах у Хрюши, потом глянул вправо, туда, где ухмылялся и тоже хлопал подчеркнуто Джек.

Ralph waved the conch.

Ральф помахал рогом.

"Shut up!

- Тише вы!

Wait!

Погодите же!

Listen!"

Слушайте!

He went on in the silence, borne on his triumph.

И он продолжал уже в тишине, окрыленный успехом:

"There's another thing.

- А теперь еще одно.

We can help them to find us.

Надо помочь тем, кто будет нас спасать.

If a ship comes near the island they may not notice us.

А то корабль, даже если и подойдет близко к острову, нас все равно не заметит.

So we must make smoke on top of the mountain.

Значит, надо, чтоб на горе был дымок.

We must make a fire."

Надо разжечь костер.

"A fire!

- Костер!

Make a fire!"

Костер!

At once half the boys were on their feet.

Мальчики вскакивали на ноги.

Jack clamored among them, the conch forgotten.

Джек кричал и командовал. Про рог позабыли.

"Come on!

- Пошли!

Follow me!"

Все за мной!

The space under the palm trees was full of noise and movement.

Под пальмами засуетились, зашумели.

Ralph was on his feet too, shouting for quiet, but no one heard him.

Ральф тоже вскочил, он призывал к порядку, его никто не слышал.

All at once the crowd swayed toward the island and was gone-following Jack.

Толпа колыхнулась прочь от берега, и вот все ушли - за Джеком.

Even the tiny children went and did their best among the leaves and broken branches.

Даже самые маленькие старательно продирались по переломанным веткам и сучьям.

Ralph was left, holding the conch, with no one butPiggy.

Все бросили Ральфа с рогом в руках. Остался один Хрюша.

Piggy's breathing was quite restored.

Хрюша дышал уже ровно.

"Like kids!" he said scornfully. "Acting like a crowd of lads!"

- Ну, прямо как дети малые, - сказал он уничижительно, - как грудные!

Ralph looked at him doubtfully and laid the conch on the tree trunk.

Ральф оглядел его с сомненьем и положил рог на поваленный ствол.

"I bet it's gone tea-time," said Piggy. "What do they think they're going to do on that mountain?"

- Небось уже время чай пить, - сказал Хрюша. - И чего им делать-то на этой горе?

He caressed the shell respectfully, then stopped and looked up.

Он почтительно погладил раковину, но тотчас рука его замерла, и он поднял глаза.

"Ralph!

- Ральф!

Hey!

Эй!

Where you going?"

Куда же ты?

Ralph was already clambering over the first smashed swathes of the scar.

Ральф перелезал через первые поваленные стволы.

A long way ahead of him was crashing and laughter.

Хохот и треск были уже далеко.

Piggy watched him in disgust.

Хрюша проводил Ральфа негодующим взглядом.

"Like a crowd of lads-"

- Как дети малые!

He sighed, bent, and laced up his shoes.

Он вздохнул, нагнулся зашнуровать ботинки.

The noise of the errant assembly faded up the mountain.

Шум заблудшего собрания замирал на горе.

Then, with the martyred expression of a parent who has to keep up with the senseless ebullience of the children, he picked up the conch, turned toward the forest, and began to pick his way over the tumbled scar.

Тогда с мученическим видом родителя, вынужденного потакать нелепой выходке отпрысков, он подобрал рог, направился к лесу и стал пробираться по просеке. * * *

Below the other side of the mountain top was a platform of forest.

По другую сторону от вершины был лесистый уступ.

Once more Ralph found himself making the cupping gesture.

Ральф снова сделал тот же жест, словно зачерпывал что-то.

"Down there we could get as much wood as we want."

- Вон там дров для костра сколько угодно.

Jack nodded and pulled at his underlip.

Джек кивнул и ущипнул себя за нижнюю губу.

Starting perhaps a hundred feet below them on the steeper side of the mountain, the patch might have been designed expressly for fuel.

Всего футах в ста пониже, после крутого склона, лежал будто бы специально под топливо отведенный участок.

Trees, forced by the damp heat, found too little soil for full growth, fell early and decayed: creepers cradled them, and new saplings searched a way up.

Мокрой жарой деревья толкало в рост, но на хилом слое почвы они не заживались, рано валились и гнили. Их обнимали лианы, сквозь них пробивались новые ростки.

Jack turned to die choir, who stood ready.

Джек обернулся к ждущим приказаний хористам.

Their black caps of maintenance were slid over one ear like berets.

Черные квадратные шапочки, как береты, съехали у них набекрень.

"Well build a pile.

- Костер складывать.

Come on."

Быстро.

They found the likeliest path down and began tugging at the dead wood.

Они легко добрались до валежника по удобной тропке, стали дергать его и растаскивать.

And the small boys who had reached the top came sliding too till everyone but Piggy was busy.

Самые маленькие, достигнув вершины, скатывались сюда же, так что скоро все, кроме Хрюши, были заняты делом.

Most of the wood was so rotten that when they pulled it broke up into a shower of fragments and woodlice and decay; but some trunks came out in one piece.

Валежник попадался такой гнилой, что, стоило его тронуть, обдавал душем трухи, осыпью мокриц, но встречались и целые стволы.

The twins, Sam 'n Eric, were the first to get a likely fog but they could do nothing till Ralph, Jack, Simon, Roger and Maurice found room for a hand-hold.

Близнецы Эрик и Сэм первые выискали подходящее дерево, но беспомощно топтались около, пока Ральф, Джек, Саймон, Роджер и Морис не сумели за него ухватиться.

Then they inched the grotesque dead thing up the rock and toppled it over on top.

Все вместе они взволокли нелепую мертвую орясину наверх и там сбросили.

Each party of boys added a quota, less or more, and the pile grew.

Каждая группка вносила свою лепту, и понемногу костер вырастал.

At the return Ralph found himself alone on a limb with Jack and they grinned at each other, sharing this burden. Once more, amid the breeze, the shouting, the slanting sunlight on the high mountain, was shed that glamour, that strange invisible light of friendship, adventure, and content.

В очередной раз наведавшись вниз, Ральф увидел, что вокруг никого, что они держатся за деревцо вдвоем с Джеком, и они улыбнулись друг другу, и опять поверх ветра, и крика, и поверх ослабевших лучей гору опутали чары, и тот же опять ее поволакивал странный, неприметный глазу свет дружбы, совместности и приключений.

"Almost too heavy."

- Да, тяжеловато.

Jack grinned back.

Джек просиял в ответ.

"Not for the two of us."

- Ну нам-то с тобой это пара пустяков.

Together, joined in effort by the burden, they staggered up the last steep of the mountain.

Вместе, в согласном усилии, качаясь, они одолели кручу.

Together, they chanted One! Two! Three! and crashed the log on to the great pile.

Вместе протянули - раз - два - три! - швырнули свою ношу на уже высокий костер.

Then they stepped back, laughing with triumphant pleasure, so that immediately Ralph had to stand on his head.

Отступили, хохоча оттого, что так ловко справились со сложной задачей, и Ральфу тут же пришлось встать на голову.

Below them, boys were still laboring, though some of the small ones had lost interest and were searching this new forest for fruit.

Кое-кто еще копошился возле костра, кое-кому из малышей уже наскучил труд, и они рыскали по этому новому лесу в поисках фруктов.

Now the twins, with unsuspected intelligence, came up the mountain with armfuls of dried leaves and dumped them against the pile.

Близнецы с неожиданной распорядительностью принесли охапки сухой листвы и ссыпали в костер.

One by one, as they sensed that the pile was complete, the boys stopped going back for more and stood, with the pink, shattered top of the mountain around them.

Один за другим мальчики обнаруживали, что все готово, что дров больше не требуется, и оставались наверху, среди раскиданных розовых глыб.

Breath came evenly by now, and sweat dried.

Все уже отдышались, и на лицах высыхал пот.

Ralph and Jack looked at each other while society paused about them.

Но вот наступила напряженная тишина, и Ральф с Джеком переглянулись.

The shameful knowledge grew in them and they did not know how to begin confession.

Оба пришли к постыдному открытию и не знали, как в этом признаться.

Ralph spoke first, crimson in the face.

Ральф багрово покраснел и выдавил первый:

"Will your?"

-Ну...

He cleared his throat and went on.

Он откашлялся и снова решился.

"Will you light the fire?"

- Ну, теперь его надо зажечь, а?

Now the absurd situation was open, Jack blushed too.

Больше нельзя было таить нелепость положения, и Джек тоже покраснел.

He began to mutter vaguely.

Забормотал что-то невнятное:

"You rub two sticks.

- Можно деревяшки тереть одну об другую.

You rub-"

Одну об другую...

He glanced at Ralph, who blurted out the last confession of incompetence.

Он глянул на Ральфа, и у того вырвалось окончательным и жалким признаньем:

"Has anyone got any matches?"

- Спички у кого-нибудь есть?

"You make a bow and spin the arrow," said Roger.

- Надо лук, и стрелу на нем крутить, - сказал Роджер.

He rubbed his hands in mime. "Psss. Psss."

Он потер руку об руку, изображая, как это делается - джж! джж!

A little air was moving over the mountain.

Над горой пронесся легкий ветерок.

Piggy came with it, in shorts and shirt, laboring cautiously out of the forest with the evening sunlight gleaming from his glasses.

И вместе с ним явился Хрюша, в рубашке и шортах, он с трудом пробирался по зарослям, и вечернее солнце полыхало в его очках.

He held the conch under his arm.

Он нес под мышкой рог.

Ralph shouted at him.

Ральф крикнул:

"Piggy!

- Хрюша!

Have you got any matches?"

У тебя спичек нет?

The other boys took up the cry till the mountain rang.

Вопрос подхватили, и эхо зашлось от крика.

Piggy shook his head and came to the pile.

Хрюша покачал головой и подошел к костру.

"My!

- Ого!

You've made a big heap, haven't you?"

Постарались! Ничего себе кучка!

Jack pointed suddenly.

И вдруг Джек догадался:

"His specs-use them as burning glasses!"

- Хрюшины очки! Это же зажигательные стекла!

Piggy was surrounded before he could back away.

Хрюша не успел отпрянуть. Его обступили.

"Here-let me go!" His voice rose to a shriek of terror as Jack snatched toe glasses off his face.

- Ой, пустите, - взвизгнул он в ужасе, когда Джек сдернул с него очки.

"Mind out!

- Слышь-ка!

Give'em back!

Отдай!

I can hardly see!

Мне ж ничего не видать!

You'll break the conch!"

Ой! Рог разобьете!

Ralph elbowed him to one side and knelt by the pile.

Ральф оттеснил его локтем и встал на коленки возле костра.

"Stand out of the light."

- Отойдите, свет заслоняете!

There was pushing and pulling and officious cries.

Все стали толкаться и лезть к Ральфу с советами.

Ralph moved the lenses back and forth, this way and that, till a glossy white image of the declining sun lay on a piece of rotten wood.

Ральф двигал стекла и так и сяк, пока густой белый отпечаток закатного солнца не лег на рыхлое дерево.

Almost at once a thin trickle of smoke rose up and made him cough.

Почти тотчас вверх потянулась тонкая дымная струйка, и он закашлялся.

Jack knelt too and blew gently, so that the smoke drifted away, thickening, and a tiny name appeared.

Джек тоже встал на коленки, легонько подул на дымок, и он сломался, отклонился, утолщился, показал язычок пламени.

The flame, nearly invisible at first in that bright sunlight, enveloped a small twig, grew, was enriched with color and reached up to a branch which exploded with a sharp crack.

Пламя, сперва едва видное на ярком свету, захватило первый сучок, налилось цветом, разбежалось, прыгнуло на ветку побольше, и та занялась с громким треском.

The flame flapped higher and the boys broke into a cheer.

Пламя взметнулось вверх, и мальчики восторженно ахнули.

"My specs!" howled Piggy. "Give me my specs!"

- Мои очки! - изнемогал Хрюша. - Отдайте мои очки!

Ralph stood away from the pile and put the glasses into Piggy s groping hands.

Ральф встал, отошел от костра и сунул очки в беспомощно шарившую Хрюшину руку.

His voice subsided to a mutter.

Тот уже едва слышно лепетал:

"Jus' blurs, that's all.

- Все расплывается.

Hardly see my hand-"

Аж руку не видать...

The boys were dancing.

Кое-кто пустился в пляс.

The pile was so rotten, and now so tinder-dry, that whole limbs yielded passionately to the yellow flames that poured upwards and shook a great beard of flame twenty feet in the air.

Валежник был такой сухой и трухлявый, что большие сучья сдавались неистово желтым космам огня, те взвивались вверх и там, в двадцатифутовой высоте, бились рыжей гривой.

For yards round the fire the heat was like a blow, and the breeze was a river of sparks.

Жар обжигал, ветер потоком отвевал в сторону искры.

Trunks crumbled to white dust.

И белой пылью осыпались стволы.

Ralph shouted.

Ральф крикнул:

"More wood!

- Еще дров!

All of you get more wood!"

Все за дровами!

Life became a race with the fire and the boys scattered through the upper forest.

Взапуски с огнем, чтоб не успел, не погас, мальчики бросились за валежником.

To keep a clean flag of flame flying on the mountain was the immediate end and no one looked further.

Пусть бы чистая пелена пламени плыла сейчас над горой - а дальше они не загадывали.

Even the smallest boys, unless fruit claimed them, brought little pieces of wood and threw them in.

Даже самые маленькие, если не отвлекались фруктами, несли щепочки и подбрасывали в огонь.

The air moved a little faster and became a light wind, so that leeward and windward side were clearly differentiated.

Воздух дрожал, волновался, и теперь уже ясно различались наветренная и подветренная стороны.

On one side the air was cool, but on the other the fire thrust out a savage arm of heat that crinkled hair on the instant.

С одной стороны было прохладно, а в другую костер бешено махал жарким крылом, в секунду пружинкой завивая волосы у тех, кто зазевался.

Boys who felt the evening wind on their damp faces paused to enjoy the freshness of it and then found they were exhausted. They flung themselves down in the shadows that lay among die shattered rocks.

Попадая в прохладную струю, мальчики жадно подставляли ей потные лица, но, насладясь свежестью, тотчас чувствовали изнеможение и валились в тень, возле разбросанных скал.

The beard of flame diminished quickly; then the pile fell inwards with a soft, cindery sound, and sent a great tree of sparks upwards that leaned away and drifted downwind.

Пламя быстро убывало, потом, осыпая тихие вздохи, костер сел, и только огненный куст взметнулся вверх, изогнулся и заструился ветвями по ветру.

The boys lay, panting like dogs.

Все дышали тяжко, как псы.

Ralph raised his head off his forearms.

Ральф приподнял голову, которую прятал под мышкой.

"That was no good."

- Нет, ничего не выходит.

Roger spat efficiently into the hot dust.

Роджер ловко, со знанием дела сплюнул на горячую золу.

"What d'you mean?"

- Это почему?

"There wasn't any smoke.

- Дыма-то не было.

Only flame."

Один огонь.

Piggy had settled himself in a space between two rocks, and sat with the conch on his knees.

Хрюша приткнулся к ребристому стыку двух скал и держал на коленях рог.

"We haven't made a fire," he said, "what's any use.

- Мы костер-то как следует не разожгли, - сказал он. - Это ж без толку.

We couldn't keep a fire like that going, not if we tried.'

Такой костер не удержишь, как ни старайся.

"A fat lot you tried," said Jack contemptuously. "You just sat."

- Ты уж особенно старался, - сказал Джек презрительно. - Сложа руки сидел.

"We used his specs," said Simon, smearing a black cheek with his forearm. He helped that way."

- Мы взяли у него очки, - сказал Саймон. Он тер плечом черную щеку. - Значит, он тоже участвовал.

"I got the conch," said Piggy indignantly. "You let me speak!"

- У меня рог! - возмутился Хрюша. - Дайте слово сказать!

"The conch doesn't count on top of the mountain," said Jack, "so you shut up."

- На вершине горы рог не считается, - сказал Джек. - Так что заткнись.

"I got the conch in my hand."

- У меня в руках рог!

"Put on green branches," said Maurice. "That's the best way to make smoke."

- Надо туда зеленых веток положить, - сказал Морис. - Их кладут для дыма!

"I got the conch-"

- Рог у меня!

Jack turned fiercely.

Джек в ярости обернулся:

"You shut up!"

-А ну заткнись!

Piggy wilted.

Хрюша увял.

Ralph took the conch from him and looked round the circle of boys.

Ральф взял у него рог и обвел всех взглядом.

"We've got to have special people for looking after the fire.

- Кто-то должен специально следить за костром.

Any day there may be a ship out there"-he waved his arm at the taut wire of the horizon-"and if we have a signal going they'll come and take us off.

В любой день может прийти корабль, - он повел рукой вдоль тугой струны горизонта, - и, если у нас всегда будет сигнал, нас заметят и спасут.

And another thing.

И потом.

We ought to have more rules.

Нам нужно еще одно правило.

Where the conch is, that's a meeting.

Где рог, там и собрание.

The same up here as down there."

И все равно - внизу это или наверху.

They assented.

С этим все согласились.

Piggy opened his mouth to speak, caught Jack's eye and shut it again.

Хрюша открыл было рот, встретился взглядом с Джеком и осекся.

Jack held out his hands for the conch and stood up, holding the delicate thing carefully in his sooty hands.

Джек потянулся за рогом и встал, осторожно держа хрупкий предмет в закопченных ладонях.

"I agree with Ralph.

- Ральф совершенно верно говорит.

We've got to have rules and obey them.

Нам нужны правила, и мы должны им подчиняться.

After all, we're not savages.

Мы не дикари какие-нибудь.

We're English, and the English are best at everything.

Мы англичане. А англичане всегда и везде лучше всех.

So we've got to do the right things."

Значит, надо вести себя как следует.

He turned to Ralph.

Он обернулся к Ральфу.

"Ralph, I'll split up the choir-my hunters, that is-into groups, and we'll be responsible for keeping the fire going-"

- Ральф, я разделю хор - то есть моих охотников -на смены, и мы будем отвечать за то, чтоб костер всегда горел.

This generosity brought a spatter of applause from the boys, so that Jack grinned at them, then waved the conch for silence.

Его великодушие стяжало редкие хлопки, Джек осклабился и, призывая к тишине, помахал рогом.

"We'll let the fire burn out now.

- Сейчас-то зачем ему гореть?

Who would see smoke at night-time, anyway?

Ночью кто дым увидит?

And we can start the fire again whenever we like.

Снова зажжем, когда захотим.

Altos, you can keep the fire going this week, and trebles the next-"

Альты - вы отвечаете за костер эту неделю. А вы, дисканты, - следующую.

The assembly assented gravely.

Все важно закивали.

"And we'll be responsible for keeping a lookout too.

- И еще - мы будем наблюдать за морем.

If we see a ship out there"-they followed the direction of his bony arm with their eyes-"we'll put green branches on.

Как только увидим корабль, - все проводили глазами взмах тощей руки, - подбавим зеленых веток.

Then there'll be more smoke."

И сразу станет больше дыма.

They gazed intently at the dense blue of the horizon, as if a little silhouette might appear there at any moment.

Они пристально вглядывались в густую синь горизонта, будто вот-вот там появится крохотный силуэт.

The sun in the west was a drop of burning gold that slid nearer and nearer the sill of the world.

Солнце на западе горячей золотой каплей стекало все ниже и ниже, нацелясь за порог мира.

All at once they were aware of the evening as the end of light and warmth.

И вдруг стало ясно, что уже вечер и конец теплу и свету.

Roger took the conch and looked round at them gloomily.

Роджер взял рог и обвел всех пасмурным взглядом.

"I've been watching the sea.

-Я на море и так все смотрю.

There hasn't been the trace of a ship.

Нет тут никаких кораблей.

Perhaps we'll never be rescued."

Может, нас и не спасут вовсе.

A murmur rose and swept away.

Поднялся и затих ропот.

Ralph took back the conch.

Ральф отобрал у Роджера рог.

"I said before we'll be rescued sometime.

- Я уже сказал - нас спасут.

We've just got to wait, that's all."

Просто надо подождать. Вот и все.

Daring, indignant, Piggy took the conch.

Расхрабрившись, кипя, рог схватил оскорбленный Хрюша.

"That's what I said!

-А я что говорил!

I said about our meetings and things and then you said shut up-"

Я же говорил насчет порядка, я говорил, а мне -"заткнись"!

His voice lifted into the whine of virtuous recrimination.

Г олос взвился, надсаженный благородным негодованьем.

They stirred and began to shout him down.

На него уже шикали кругом.

"You said you wanted a small fire and you been and built a pile like a hayrick.

- Сказали, костер нужно маленький, а какую скирду навалили.

If I say anything," cried Piggy, with bitter realism, "you say shut up; but if Jack or Maurice or Simon-"

Только я рот раскрою, - стонал верный горькой правде Хрюша, - мне сразу "заткнись", а когда Джек, или Морис, или Саймон...

He paused in the tumult, standing, looking beyond them and down the unfriendly side of the mountain to the great patch where they had found dead wood.

Он запнулся на пронзительной ноте и застыл, глядя поверх голов, вдоль чужого склона горы, туда, где собирали валежник.

Then he laughed so strangely that they were hushed, looking at the flash of his spectacles in astonishment.

Потом расхохотался, до того странно, что все притихли, недоуменно разглядывая сверкающие окуляры.

They followed his gaze to find the sour joke.

И проследив за его взглядом, нашли источник этой мрачной веселости.

"You got your small fire all right."

-Вот вам и маленький костер!

Smoke was rising here and there among the creepers that festooned the dead or dying trees.

Дым курился там и сям среди лиан, увивавших мертвые и гибнущие деревья.

As they watched, a flash of fire appeared at the root of one wisp, and then the smoke thickened.

На глазах у детей дымную кудель в одном месте вдруг тронуло огнем и она уплотнилась.

Small flames stirred at the trunk of a tree and crawled away through leaves and brushwood, dividing and increasing.

Тонкие ленты огня поползли по комлю, разбежались по листве и кустам, множились, разрастались.

One paten touched a tree trunk and scrambled up like a bright squirrel.

Пламя задело древесный ствол, вспорхнуло на него яркой белкой.

The smoke increased, sifted, rolled outwards.

Дым рос, слоился, клубился, раскатывался.

The squirrel leapt on the wings of the wind and clung to another standing tree, eating downwards.

Белка на крыльях ветра перенеслась на другое стоячее дерево, стала поедать его с верхушки.

Beneath the dark canopy of leaves and smoke the fire laid hold on the forest and began to gnaw.

Под темным покровом дыма и листвы огонь подкрался, завладел лесом и теперь остервенело его грыз.

Acres of black and yellow smoke rolled steadily toward the sea.

Акры черного и рыжего дыма упрямо валили к морю.

At the sight of the flames and the irresistible course of the fire, the boys broke into shrill, excited cheering.

Глядя на неодолимо катящее пламя, мальчики пронзительно, радостно завизжали.

The flames, as though they were a kind of wild life, crept as a jaguar creeps on its belly toward a line of birch-like saplings that fledged an outcrop of the pink rock.

Огонь, будто он живой и дикий, пополз, как ползет на брюхе ягуар, к молодой, похожей на березовую поросли, опушившей розоватую наготу скал.

They flapped at the first of the trees, and the branches grew a brief foliage of fire.

Он набросился на первое попавшееся дерево, мгновенно изукрасил его пылающей листвой.

The heart of flame leapt nimbly across the gap between the trees and then went swinging and flaring along the whole row of them.

Потом проворно прыгнул на следующее и тотчас заполыхал, качая их уже строем.

Beneath the capering boys a quarter of a mile square of forest was savage with smoke and flame.

Под тем местом, где ликовали мальчики, лес на четверть мили кругом бесновался в дыму и пламени.

The separate noises of the fire merged into a drum-roll that seemed to shake the mountain.

Треск огня дружно ударял в уши барабанным боем, и гору от него будто бросало в дрожь.

"You got your small fire all right"

-Вот вам и маленький костер!

Startled, Ralph realized that the boys were falling still and silent, feeling the beginnings of awe at the power set free below them.

Ральф с испугом замечал, как один за другим все стихают, охваченные жутью перед разбушевавшейся у них на глазах силой.

The knowledge and the awe made him savage.

Поняв, что жутко и ему, он вдруг вышел из себя:

"Oh, shut up!"

- Да заткнись ты!

"I got the conch," said Piggy, in a hurt voice. "I got a right to speak."

- У меня рог, - сказал Хрюша обиженно. - Я имею право говорить.

They looked at him with eyes that lacked interest in what they saw, and cocked ears at the drum-roll of the fire.

На него смотрели пустыми взглядами, вслушиваясь в барабанный бой пламени.

Piggy glanced nervously into hell and cradled the conch.

Хрюша тревожно заглянул в ад и покачал на руках рог.

"We got to let that burn out now.

- Теперь уж пускай горит.

And that was our firewood." He licked his lips. There ain't nothing we can do.

А ведь это наше топливо было. - Он облизнул губы. - Чего ж тут сделаешь.

We ought to be more careful.

Надо было поосторожней.

I'm scared-"

Я боюсь...

Jack dragged his eyes away from the fire.

Джек с трудом оторвал взгляд от огня:

You're always scared.

- А ты вечно боис-си.

Yah-Fatty!"

Жирняй!

"I got the conch," said Piggy bleakly.

- У меня рог, - уныло пролепетал Хрюша.

He turned to Ralph. "I got the conch, ain't I Ralph?"

Он повернулся к Ральфу. - У меня рог, да ведь, Ральф?

Unwillingly Ralph turned away from the splendid, awful sight

Ральф нехотя отвернулся от пышного, жуткого зрелища:

"What's that?"

- Ну, чего ты?

"The conch.

- У меня рог.

I got a right to speak."

Я имею право говорить.

The twins giggled together.

Близнецы в один голос хихикнули:

"We wanted smoke-" "Now look-!"

- Дыма захотели... Вот вам и дым...

A pall stretched for miles away from the island.

Далеко-далеко, за горизонт, расплывалась дымная туча.

All the boys except Piggy started to giggle; presently they were shrieking with laughter.

Хихикали уже все, кроме Хрюши; просто покатывались со смеху.

Piggy lost his temper.

Хрюша не выдержал.

"I got the conch!

- У меня рог!

Just you listen!

Слышьте вы?

The first thing we ought to have made was shelters down there by the beach.

Перво-наперво надо было что? На берегу шалаши построить.

It wasn't half cold down there in the night.

Тут ночью-то ужас как холодно. А вы же чего?

But the first time Ralph says 'fire' you goes howling and screaming up this here mountain.

Только Ральф сказал про костер - сразу орать и -на гору дунули.

Like a pack of kids!"

Как дети малые!

By now they were listening to the tirade.

Наконец его тираду стали слушать.

"How can you expect to be rescued if you don't put first things first and act proper?"

- Вот вы хочете, чтоб нас спасли, а сами чего сперва делать не знаете и ведете себя как не надо.

He took off his glasses and made as if to put down the conch; but the sudden motion toward it of most of the older boys changed his mind.

Он снял очки и хотел было положить рог, но, увидев, как к нему потянулось сразу множество рук, передумал.

He tucked the shell under his arm, and crouched back on a rock.

Сунул раковину под мышку и снова уселся.

"Then when you get here you build a bonfire that isn't no use.

- И костерище разложили зачем-то незнамо какой.

Now you been and set the whole island on fire.

Весь остров подпалили.

Won't we look funny if the whole island burns up?

Хороши мы будем, если весь остров сгорит.

Cooked fruit, that's what we'll have to eat, and roast pork.

Будем кушать печеные фрукты да свинину жареную.

And that's nothing to laugh at!

И ничего смешного!

You said Ralph was chief and you don't give him time to think.

Сами Ральфа выбрали, а подумать ему не даете.

Then when he says something you rush off, like, like-"

А только он чего скажет, разбегаетесь, как, как...

He paused for breath, and the fire growled at them.

Он остановился перевести дух, и на них зарычало пламя.

"And that's not all.

- Это еще что.

Them kids.

А детишки-то.

The little 'uns.

Малыши.

Who took any notice of 'em?

Кто за ними доглядает?

Who knows how many we got?"

Кто скажет, сколько их у нас?

Ralph took a sudden step forward.

Ральф вдруг шагнул к нему:

"I told you to.

-Я же тебе велел.

I told you to get a list of names!"

Я велел тебе список составить.

"How could I," cried Piggy indignantly, "all by myself?

- А как? - орал в неистовстве Хрюша. - Один-то я -как?

They waited for two minutes, then they fell in the sea; they went into the forest; they just scattered everywhere.

Они две минутки посидели и в море посигали, по лесу разбежались, все подевались куда-то.

How was I to know which was which?"

Откуда ж я разберусь-то, который кто?

Ralph licked pale lips.

Ральф провел языком по белым губам.

Then you don't know how many of us there ought to be?"

- Значит, ты не знаешь, сколько нас тут должно быть?

"How could I with them little 'uns running round like insects?

- Да откуда же, они же ведь как букашки бегают.

Then when you three came back, as soon as you said make a fire, they all ran away, and I never had a chance-"

А как вы вернулись трое, и ты сказал - огонь разводить, все побегли, и я даже...

"That's enough!" said Ralph sharply, and snatched back the conch. "If you didn't you didn't."

- Ну, хватит! - оборвал Ральф и выхватил у него рог. - На нет и суда нет.

"-then you come up here an' pinch my specs-"

- А потом вы мои очки захапали...

Jack turned on him.

Джек глянул на него:

"You shut up!"

- Заткнись!

"-and them little 'uns was wandering about down there where the fire is.

-...а малыши, они же там, где огонь, бегали.

How d'you know they aren't still there?"

Может, они и сейчас еще там, откуда вы знаете?

Piggy stood up and pointed to the smoke and flames.

Хрюша, вскочив, показывал на дым и пламя.

A murmur rose among the boys and died away.

Шепот пронесся и замер.

Something strange was happening to Piggy, for he was gasping for breath.

Что-то делалось с Хрюшей, что-то странное, он задыхался.

That little 'un-" gasped Piggy-"him with the mark on his face, I don't see him.

- Вот тот малыш, - задыхался Хрюша, - тот, который на лице с меткой, я не вижу его.

Where is he now?"

Где он?

The crowd was as silent as death.

Все молчали, как мертвые.

"Him that talked about the snakes.

- Который про змей говорил.

He was down there-"

Он был вон там...

A tree exploded in the fire like a bomb.

В огне бомбой взорвалось дерево.

Tall swathes of creepers rose for a moment into view, agonized, and went down again.

Обмотки лиан взметнулись, корчась, и сразу опали.

The little boys screamed at them.

Малыши завизжали:

"Snakes!

- Змеи!

Snakes! Look at the snakes!"

Смотрите! Змеи!

In the west, and unheeded, the sun lay only an inch or two above the sea.

На западе всего в дюйме от моря висело забытое солнце.

Their faces were lit redly from beneath.

Лица снизу подсвечивались красным.

Piggy fell against a rock and clutched it with both hands.

Хрюша привалился к скале и вцепился в нее обеими руками.

"That little 'un that had a mark on his face-where is-he now?

-Малыш, который с меткой... на лице... куда он... подевался?

I tell you I don't see him."

Сказано вам - я его не вижу!

The boys looked at each other fearfully, unbelieving.

Мальчики переглядывались в страхе, отказываясь верить.

"-where is he now?"

- Куда он подевался?

Ralph muttered the reply as if in shame.

Ральф как-то сконфуженно забормотал:

"Perhaps he went back to the, the-"

- Может, он вернулся туда, на... на...

Beneath them, on the unfriendly side of the mountain, the drum-roll continued.

Снизу, с чужого склона, все гремел и гремел барабанный бой.

Chapter Three.

Глава третья

Huts on the Beach

ШАЛАШИ НА БЕРЕГУ

Jack was bent double.

Джек согнулся вдвое.

He was down like a sprinter, his nose only a few inches from the humid earth.

Он, как спринтер на старте, почти припал носом к влажной земле.

The tree trunks and the creepers that festooned them lost themselves in a green dusk thirty feet above him, and all about was the undergrowth.

Стволы и стлавшиеся по ним лианы терялись в зеленой мгле ярдов на тридцать выше, и кругом густые кусты.

There was only the faintest indication of a trail here; a cracked twig and what might be the impression of one side of a hoof.

Тут был поломан сук и, кажется, отпечаталось краем копыто - только и всего.

He lowered his chin and stared at the traces as though he would force them to speak to him.

Он уткнулся в грудь подбородком и не отрывал глаз от этого едва заметного намека на след, будто вымогая у него разгадку.

Then dog-like, uncomfortably on all fours yet unheeding his discomfort, he stole forward five yards and stopped.

Потом, как пес, на четвереньках, неловко, с трудом, он взобрался еще ярдов на пять и встал.

Here was loop of creeper with a tendril pendant from a node.

Тут лиана захлестывалась петлей и с узла свисал усик.

The tendril was polished on the underside; pigs, passing through the loop, brushed it with their bristly hide.

Усик был блестящий с одного бока; проходя петлю, свиньи его отполировали щетиной.

Jack crouched with his face a few inches away from this clue, then stared forward into the semi-darkness of the undergrowth.

Джек приник ухом к земле в нескольких дюймах от этого знака и впился глазами в непроглядность кустарника.

His sandy hair, considerably longer than it had been when they dropped in, was lighter now; and his bare back was a mass of dark freckles and peeling sunburn.

Рыжие волосы отросли с тех пор, как он оказался на острове, и сильно выгорели; неприкрытая спина была вся в темных веснушках и шелушилась.

A sharpened stick about five feet long trailed from his right hand, and except for a pair of tattered shorts held up by his knife-belt he was naked.

В правой руке он волочил заточенный шест футов в пять длиной; и, не считая обтрепанных шортов, на ремне которых болтался нож, он был совсем голый.

He closed his eyes, raised his head and breathed in gently with flared nostrils, assessing the current of warm air for information.

Он прищурился, поднял лицо и, раздувая ноздри, легонько втянул струйку теплого воздуха, выведывая у нее секрет.

The forest and he were very still.

И он и лес - оба затихли.

At length he let out his breath in a long sigh and opened his eyes.

Наконец он тяжело, с неохотой выдохнул и открыл глаза.

They were bright blue, eyes that in this frustration seemed bolting and nearly mad.

Глаза эти были ярко-синие, и сейчас от досады в них метнулось почти безумие.

He passed his tongue across dry lips and scanned the uncommunicative forest Then again he stole forward and cast this way and that over the ground.

Он провел языком по пересохшим губам и снова всмотрелся в упрямые заросли. И снова двинулся вперед, обрыскивая землю.

The silence of the forest was more oppressive than the heat, and at this hour of the day there was not even the whine of insects.

Тишина в лесу была еще плотнее и гуще жары, и даже жуки не жужжали.

Only when Jack himself roused a gaudy bird from a primitive nest of sticks was the silence shattered and echoes set ringing by a harsh cry that seemed to come out of the abyss of ages.

Только когда Джек сам спугнул из нехитрого гнезда цветистую птаху, тишина треснула, раскололась и, разбудив сонное эхо, зазвенела криком, словно взмывшим из глуби времен.

Jack himself shrank at this cry with a hiss of indrawn breath, and for a minute became less a hunter than a furtive thing, ape-like among the tangle of trees.

Джек даже вздрогнул от этого крика, со свистом сглотнул; и на секунду вместо охотника стал испуганной тварью, по-обезьяньи жавшейся к дереву.

Then the trail, the frustration, claimed him again and he searched the ground avidly.

Но след и досада тотчас взяли свое и погнали снова обрыскивать землю.

By the trunk of a vast tree that grew pale flowers on its grey bark he checked, closed his eyes, and once more drew in the warm air; and this time his breath came short, there was even a passing pallor in his face, and then the surge of blood again.

У толстого седого ствола в бледных цветах по комлю он замер, еще раз потянул носом жаркий воздух; и вдруг ему перехватило дух, даже кровь отлила от лица, и тут же опять в него ударила краска.

He passed like a shadow under the darkness of the tree and crouched, looking down at the trodden ground at his feet.

Он тенью скользнул во тьму ветвей и нагнулся, разглядывая вытоптанную землю у себя под ногами.

The droppings were warm.

Комья были теплые.

They lay piled among turned earth.

И грудились на взрытой земле.

They were olive green, smooth, and they steamed a little.

Они были зеленоватые, мягкие, от них подымался пар.

Jack lifted his head and stared at the inscrutable masses of creeper that lay across the trail.

Джек поднял взгляд на непостижимую гущину загородивших путь лиан.

Then he raised his spear and sneaked forward.

Потом вытянул копье и шагнул.

Beyond the creeper, the trail joined a pig-run that was wide enough and trodden enough to be a path.

За лианами след впадал в свиной лаз, достаточно широкий и четкий - настоящую тропку.

The ground was hardened by an accustomed tread and as Jack rose to his full height he heard something moving on it.

Земля на ней была плотно убита, и, когда Джек выпрямился во весь рост, он тут же услышал, как по лазу движется что-то.

He swung back his right arm and hurled the spear with all his strength.

Он отвел назад правую руку, размахнулся и со всей силы метнул копье.

From the pig-run came the quick, hard patter of hoofs, a castanet sound, seductive, maddening-the promise of meat.

На тропе раздался дробный, четкий перестук копыт, как щелк кастаньет, приманчивый, сладкий - обетование мяса.

He rushed out of the undergrowth and snatched up his spear.

Джек выскочил из-за кустов и подобрал копье.

The pattering of pig's trotters died away in the distance.

Свиной топоток замирал вдалеке.

Jack stood there, streaming with sweat, streaked with brown earth, stained by all the vicissitudes of a day's hunting.

Джек стоял, обливаясь потом, лицо было в грязных разводах и прочих отметинах долгих невзгод охоты.

Swearing, he turned off the trail and pushed his way through until the forest opened a little and instead of bald trunks supporting a dark roof there were light grey trunks and crowns of feathery palm.

Он ругнулся, сошел со следа и стал продираться сквозь чащобу, пока она не расступилась и голые стволы, подпиравшие черную сень, сменились светло-серыми стволами и кронами перистых пальм.

Beyond these was the glitter of the sea and he could hear voices.

Из-за них мерцала вода и неслись голоса.

Ralph was standing by a contraption of palm trunks and leaves, a rude shelter that faced the lagoon and seemed very near to falling down.

Ральф стоял возле нагроможденья пальмовых стволов и листьев, грубого шалаша, смотревшего на лагуну и вот-вот грозившего рухнуть.

He did not notice when Jack spoke.

Он не заметил Джека, когда тот заговорил:

"Got any water?"

- Водички бы, а?

Ralph looked up, frowning, from the complication of leaves.

Ральф хмуро поднял глаза от хитросплетенья ветвей.

He did not notice Jack even when he saw him.

Он смотрел прямо на Джека, все еще не замечая.

"I said have you got any water?

- Воды бы, говорю, а?

I'm thirsty."

Пить хочется.

Ralph withdrew his attention from the shelter and realized Jack with a start.

Ральф оторвал мысли от шалаша и вдруг обнаружил Джека.

"Oh, hullo.

- А, привет.

Water?

Воды?

There by the tree.

Там, под деревом.

Ought to be some left."

Наверно, еще осталось.

Jack took up a coconut shell that brimmed with fresh water from among a group that was arranged in the shade, and drank.

Джек подошел к кокосовым скорлупам с пресной водой, лежавшим в тени, взял одну, полную, и стал пить.

The water splashed over his chin and neck and chest.

Вода текла на подбородок, на шею, заливала грудь.

He breathed noisily when he had finished.

Наконец он шумно отдышался:

"Needed that."

- Уф, хорошо!

Simon spoke from inside the shelter.

Саймон сказал из шалаша:

"Up a bit."

- Повыше чуть-чуть.

Ralph turned to the shelter and lifted a branch with a whole tiling of leaves.

Ральф повернулся к шалашу и вместе с веткой приподнял лиственный настил.

The leaves came apart and fluttered down.

Настил качнулся, и листва запорхала вниз.

Simon's contrite face appeared in the hole.

В дыре показалось сокрушенное лицо Саймона:

"Sorry."

-Ой!

Ralph surveyed the wreck with distaste.

Ральф с отвращением оглядывал руины.

"Never get it done."

-Так мы в жизни не кончим.

He flung himself down at Jack's feet Simon remained, looking out of the hole in the shelter.

Он бросился на землю у ног Джека. Саймон все смотрел сквозь дыру в шалаше.

Once down, Ralph explained.

Ральф лежа объяснял:

"Been working for days now.

- Целыми днями работаем.

And look!"

И видишь!

Two shelters were in position, but shaky.

Два шалаша еще кое-как держались.

This one was a ruin.

Этот совсем развалился.

"And they keep running off.

-А им бы только гонять.

You remember the meeting?

Помнишь собрание?

How everyone was going to work hard until the shelters were finished?"

Как все клялись трудиться, пока строить не кончим?

"Except me and my hunters-"

- Ну, я и мои охотники...

"Except the hunters.

- Охотники, эти пусть.

Well, the littluns are-"

Ну, малыши, они...

He gesticulated, sought for a word.

Он помахал рукой, поискал слова.

"They're hopeless. The older ones aren't much better.

- Они безнадежные, но ведь кто постарше - тоже не лучше.

D'you see?

Ты только пойми.

All day I've been working with Simon.

Мы тут целый день работаем с Саймоном.

No one else.

И больше никого.

They're off bathing, or eating, or playing."

Купаются, едят, загорают.

Simon poked his head out carefully.

Саймон осторожно высунул голову.

"You're chief.

-Ты главный.

You tell 'em off."

Ты их сам распустил.

Ralph lay flat and looked up at the palm trees and the sky.

Ральф, растянувшись, смотрел на небо и пальмы.

"Meetings.

- Собрания.

Don't we love meetings?

Очень уж мы их любим.

Every day.

Каждый день.

Twice a day.

Хоть по два раза в день.

We talk." He got on one elbow. "I bet if I blew the conch this minute, they'd come running.

Все болтаем. - Он оперся на локоть. - Вот сейчас протрублю в рог, и увидишь - примчатся как миленькие.

Then we'd be, you know, very solemn, and someone would say we ought to build a jet, or a submarine, or a TV set.

И все честь честью, кто-то скажет - давайте построим самолет, или подводную лодку, или телевизор.

When the meeting was over they'd work for five minutes, then wander off or go hunting."

А после собрания пять минут поработают и разбегутся или охотиться пойдут.

Jack flushed.

Джек вспыхнул:

"We want meat."

- Ну, мясо-то нам нужно.

"Well, we haven't got any yet.

- Да, но пока его что-то не видно.

And we want shelters.

А шалаши нам тоже нужны.

Besides, the rest of your hunters came back hours ago.

И вообще: охотники твои давным-давно вернулись.

They've been swimming."

Купаются.

"I went on," said Jack. "I let them go. I had to go on.

- Я один пошел, - сказал Джек. - Я их отпустил.

I-"

Мне...

He tried to convey the compulsion to track down and kill that was swallowing him up.

Он рвался передать, что гнало его выследить, настигнуть, убить.

"I went on.

- Я один пошел.

I thought, by myself-"

Я думал, я сам...

The madness came into his eyes again.

Снова метнулось в глазах безумие.

"I thought I might loll."

- Я думал, я убью.

"But you didn't."

- Но не убил.

"I thought I might."

- Думал, убью.

Some hidden passion vibrated in Ralph's voice.

Голос у Ральфа дрожал от подавленного волненья:

"But you haven't yet."

- Но ты не убил пока что.

His invitation might have passed as casual, were it not for the undertone.

Если б не призвук скрываемой ярости, предложенье могло показаться невинным:

"You wouldn't care to help with the shelters, I suppose?"

- Ну, а насчет шалашей - это ты никак?

"We want meat-"

- Нам мясо нужно.

"And we don't get it." Now the antagonism was audible.

- Но его у нас нет. - Враждебность звенела уже открыто.

"But I shall!

- Будет!

Next time!

В следующий раз будет!

I've got to get a barb on this spear!

Мне бы только бородку на копье.

We wounded a pig and the spear fell out.

Мы ранили свинью, а копье не держится.

If we could only make barbs-"

Вот научимся делать бородки...

"We need shelters."

- Нам нужны шалаши.

Suddenly Jack shouted in rage.

И вдруг Джек завопил надсадно:

"Are you accusing-?"

- Обвиняешь меня, да?

"All I'm saying is we've worked dashed hard.

- Нет, просто мы весь день тут потеем.

That's all."

Больше ничего.

They were both red in the face and found looking at each other difficult.

Оба покраснели и отвели глаза.

Ralph rolled on his stomach and began to play with the grass.

Ральф перекатился на живот и стал дергать травинки.

"If it rains like when we dropped in well need shelters all right.

- Если дождь польет, как когда мы высадились, нам еще как шалаши понадобятся.

And then another thing. We need shelters because of the-"

И потом, нам шалаши нужны из-за... ну...

He paused for a moment and they both pushed their anger away.

Он запнулся. Оба перебарывали гнев.

Then he went on with the safe, changed subject.

И Ральф углубился в другую, безопасную тему:

"You've noticed, haven't you?"

- Сам-то ты не замечал?

Jack put down his spear and squatted.

Джек опустил копье, сел на корточки.

'Noticed what?"

- А что?

"Well. They're frightened."

- Ну, боятся они.

He rolled over and peered into Jack's fierce, dirty face.

Он снова перекатился на спину и посмотрел в свирепое, чумазое лицо Джека.

"I mean the way things are. They dream.

- Понимаешь - снится им что-то.

You can hear 'em.

Я слышал.

Have you been awake at night?"

Ты вот ночью не просыпался?

Jack shook his head.

Джек покачал головой.

"They talk and scream.

- Разговаривают, плачут.

The littluns.

Малыши.

Even some of the others. As if-"

А то и... будто бы...

"As if it wasn't a good island." .

- Будто бы плохо на этом острове.

Astonished at the interruption, they looked up at Simon's serious face.

Удивленные тем, что их перебивают, оба подняли глаза на строгое лицо Саймона.

"As if," said Simon, "the beastie, the beastie or the snake-thing, was real.

-Будто бы, - сказал Саймон, - зверь... зверь или змей и вправду есть.

Remember?"

Помните?

The two older boys flinched when they heard the shameful syllable.

Двое старших вздрогнули от постыдного слова.

Snakes were not mentioned now, were not mentionable.

О змеях уже не упоминалось, не полагалось упоминать.

"As if this wasn't a good island," said Ralph slowly. "Yes, that's right."

- Будто бы плохо на этом острове, - отчеканил Ральф. - Да, точно.

Jack sat up and stretched out his legs.

Джек сел и вытянул ноги.

"Crackers.

- Они чокнутые. - Да, шизики.

Remember when we went exploring?"

А как на разведку ходили - помнишь?

They grinned at each other, remembering the glamour of the first day.

Оба улыбнулись, вспомнив те чары первого дня.

Ralph went on.

Ральф продолжал:

"So we need shelters as a sort of-"

-Так что шалаши нам нужны вместо...

"Home."

- Дома родного.

"That's right."

- Точно.

Jack drew up his legs, clasped his knees, and frowned in an effort to attain clarity.

Джек подобрал ноги, обхватил переплетенными руками коленки и нахмурился, стараясь разобраться в собственных мыслях.

"All the same-in the forest. I mean when you're hunting, not when you're getting fruit, of course, but when you're on your own-"

- А все же в лесу, ну, когда охотишься, не тогда, конечно, когда фрукты рвешь, а вот когда один...

He paused for a moment, not sure if Ralph would take him seriously.

Он осекся, не уверенный, что Ральф серьезно его слушает.

"Go on."

- Ну-ну, говори.

"If you're hunting sometimes you catch yourself feeling as if-" He flushed suddenly.

- Когда охотишься, иногда чувствуешь... И вдруг он покраснел.

"There's nothing in it of course.

- Это так, ерунда, в общем.

Just a feeling.

Просто кажется.

But you can feel as if you're not hunting, but-being hunted, as if something's behind you all the time in the jungle."

Но ты чувствуешь, будто вовсе не ты охотишься, а за тобой охотятся; будто сзади, за тобой, в джунглях все время прячется кто-то.

They were silent again: Simon intent, Ralph incredulous and faintly indignant.

Снова все трое молчали. Саймон - вдумчиво, Ральф - недоверчиво и почти негодуя.

He sat up, rubbing one shoulder with a dirty hand.

Он сел, выпрямился, почесал грязной пятерней плечо.

"Well, I don't know."

- Ну, не знаю.

Jack leapt to his feet and spoke very quickly.

Джек вскочил, затараторил:

"That's how you can feel in the forest.

-Так бывает в лесу. Находит.

Of course there's nothing in it.

Ерунда, конечно.

Only-only-"

Только... Просто...

He took a few rapid steps toward the beach, then came back.

Он побежал было к воде и сразу вернулся.

"Only I know how they feel.

- Просто, я понимаю, каково им по ночам.

See?

Ясно?

That's all."

Ну и все.

"The best thing we can do is get ourselves rescued."

- Главное - надо, чтоб нас спасли.

Jack had to think for a moment before he could remember what rescue was.

Джеку пришлось минуту подумать, пока он сообразил, о каком спасении речь.

"Rescue?

- Спасли?

Yes, of course!

Это конечно!

All the same, I'd like to catch a pig first-" He snatched up his spear and dashed it into the: ground.

Но сначала мне свинью бы добыть... - Он схватил копье и вонзил в землю.

The opaque, mad look came into his eyes again.

Снова глаза застлало безумие.

Ralph looked at him critically through his tangle of fair hair.

Ральф критически оглядел его из-за светлой путаницы волос:

"So long as your hunters remember the fire-"

- Только бы твои охотники помнили про костер...

"You and your fire-"

- Опять ты с этим костром!..

The two boys trotted down the beach, and, turning at the water's edge, looked back at the pink mountain.

Оба затрусили по берегу и уже у края воды повернулись и посмотрели на розовую гору.

The trickle of smoke sketched a chalky line up the solid blue of the sky, wavered high up and faded.

Дымная струйка чертила меловую полосу по густой сини и, качнувшись, таяла в вышине.

Ralph frowned.

Ральф нахмурился.

"I wonder how far off you could see that"

- Интересно, далеко его видно?

"Miles."

- А как же.

"We don't make enough smoke."

- Нет, мало дыма.

The bottom part of the trickle, as though conscious of their gaze, thickened to a creamy blur which crept up the feeble column.

Словно почувствовав на себе их взгляд, струйка у основания растеклась густой кляксой, и та поползла вверх мутным столбцом.

"They've put on green branches," muttered Ralph. "I wonder!" He screwed up his eyes and swung round to search the horizon."

- Зеленых веток добавили, - пробормотал Ральф. -Чего это они? - Он сощурился, обернулся к горизонту.

"Got it!" Jack shouted so loudly that Ralph jumped.

- Там! - Джек заорал так, что Ральф даже подскочил.

"What?

-Что?

Where?

Где?

Is it a ship?"

Корабль?

But Jack was pointing to the high declivities that led down from the mountain to the flatter part of the island.

Но Джек показывал на высокие откосы, которые шли с горы к более плоской части острова.

"Of course!

- Ясно!

They'll Be up there-they must, when the sun's too hot-"

Там они и лежат! И куда им еще деваться, когда припечет!

Ralph gazed bewildered at his rapt face.

Ральф недоуменно смотрел в его ликующее лицо.

"-they get up high.

- Они высоко забираются.

High up and in the shade, resting during the heat, like cows at home-"

Высоко - и в тень, и отдыхают в жару, как у нас коровы...

"I thought you saw a ship!"

- Я думал, ты корабль увидел!

"We could steal up on one-paint our faces so they wouldn't see-perhaps surround them and then-"

-Можно подкрасться... лица разрисовать, чтоб не увидели... Окружить их и...

Indignation took away Ralph's control.

Но Ральфа от негодованья уже понесло:

"I was talking about smoke!

-Я же тебе про дым!

Don't you want to be rescued?

Да ты что-о? Не хочешь, чтоб тебя спасали?

All you can talk about is pig, pig, pig!"

Заладил - свиньи, свиньи, свиньи!

"But we want meat!"

- Нам мясо нужно!

"And I work all day with nothing but Simon and you come back and don't even notice the huts!"

- Я весь день работаю, и со мной никого, только Саймон, а ты приходишь и даже не замечаешь, чего мы понастроили!

"I was working too-"

- Я тоже не загорал.

"But you like it!" shouted Ralph. "You want to hunt!

- Тебе это одно удовольствие! - кричал Ральф. -Ты любишь охотиться!

While I-"

А вот я...

They faced each other on the bright beach, astonished at the rub of feeling.

Оба стояли на ярком берегу, ошарашенные этим взрывом чувств.

Ralph looked away first, pretending interest in a group of littluns on the sand.

Ральф первый отвел глаза, якобы посмотреть на играющих в песке малышей.

From beyond the platform came the shouting of the hunters in the swimming pool.

Из-за площадки неслись крики охотников в бухте.

On the end of the platform Piggy was lying flat, looking down into the brilliant water.

На краю площадки растянулся Хрюша, глядя вниз, в слепящую воду.

"People don't help much."

- Ни от кого нету толку.

He wanted to explain how people were never quite what you thought they were.

Ему хотелось объяснить, как все всегда оказываются не такими, как от них ждешь.

"Simon. He helps." He pointed at the shelters. "All the rest rushed off.

- Вот Саймон - он-то помогает. - Он показал на шалаши. - Все смылись.

He's done as much as I have.

А он не меньше моего делал.

Only-"

Только вот...

"Simon's always about."

- Саймон-то вечно тут как тут...

Ralph started back to the shelters with Jack by his side.

Ральф зашагал к шалашам, Джек с ним рядом.

"Do a bit for you," muttered Jack, "before I have a bathe."

- Помогу немножко, - бормотнул Джек, - потом искупаюсь.

"Don't bother."

- Да ладно уж.

But when they reached the shelters Simon was not to be seen.

Но у шалашей Саймона не оказалось.

Ralph put his head in the hole, withdrew it, and turned to Jack.

Ральф сунул голову в дыру, высунулся и оглянулся на Джека:

"He's buzzed off."

- Смотался.

"Got fed up," said Jack, "and gone for a bathe."

- Надоело ему, - сказал Джек. - Купаться пошел.

Ralph frowned.

Ральф нахмурился.

"He's queer.

- Странный он.

He's funny."

С приветом.

Jack nodded, as much for the sake of agreeing as anything, and by tacit consent they left the shelter and went toward the bathing pool.

Джек кивнул неопределенно, кажется, в знак согласья, и не сговариваясь оба бросили шалаши отправились к бухте.

"And then," said Jack, "when I've had a bathe and something to eat, I'll just trek over to the other side of the mountain and see if I can see any traces.

- Вот искупаюсь, поем чего-нибудь, - сказал Джек, - и на ту сторону горы подамся, следы поищу.

Coming?"

Пошли?

"But the sun's nearly set!"

-Так ведь же солнце почти село!

"I might have time-"

- Ничего, я-то управлюсь...

They walked along, two continents of experience and feeling, unable to communicate.

Они шагали рядом - два мира чувств и понятий, неспособные сообщаться.

"If I could only get a pig!"

- Эх, мне бы застукать свинью!

"I'll come back and go on with the shelter."

- Выкупаюсь и сразу за шалаш возьмусь.

They looked at each other, baffled, in love and hate.

Они посмотрели друг на друга с изумленьем, любовью и ненавистью.

All the warm salt water of the bathing pool and the shouting and splashing and laughing were only just sufficient to bring them together again.

Понадобились соленые брызги бухты, крики,барахтанье и смех, чтобы снова и их объединить.* * *

Simon was not in the bathing pool as they had expected.

Саймона, которого они думали застать на пляже, там не оказалось.

When the other two had trotted down the beach to look back at the mountain he had followed them for a few yards and then stopped.

Когда Ральф с Джеком спустились на берег, чтобы взглянуть на гору, он прошел за ними несколько ярдов и остановился.

He had stood frowning down at a pile of sand on the beach where somebody had been trying to build a little house or hut Then he turned his back on this and walked into the forest with an air of purpose.

Нахмурившись, он нагнулся над грудой песка, из которого кто-то пытался вылепить домик. Потом отвернулся и целеустремленно направился к лесу.

He was a small, skinny boy, his chin pointed, and his eyes so bright they had deceived Ralph into thinking him delightfully gay and wicked.

Он был маленький, тощий мальчуган с острым личиком, и глаза у него так сияли, что Ральф сначала принял его за веселого хитрого шалуна.

The coarse mop of black hair was long and swung down, almost concealing a low, broad forehead.

Черные густые космы нависали на низкий, широкий лоб и почти закрывали его.

He wore the remains of shorts and his feet were bare like Jack's.

Шорты на нем истрепались, и он, как Джек, ходил босиком.

Always darkish in color, Simon was burned by the sun to a deep tan that glistened with sweat.

И вообще-то смуглый, Саймон сильно загорел и блестел от пота.

He picked his way up the scar, passed the great rock where Ralph had climbed on the first morning, then turned off to his right among the trees.

Он пошел по просеке, мимо той скалы, на которую взбирался Ральф в первое утро, потом свернул вправо, под деревья.

He walked with an accustomed tread through the acres of fruit trees, where the least energetic could find an easy if unsatisfying meal.

Ноги сами несли его привычным путем среди фруктовых деревьев, где каждый мог раздобыть себе вдоволь и без труда несытной, правда, еды.

Flower and fruit grew together on the same tree and everywhere was the scent of ripeness and the booming of a million bees at pasture.

Цветы и фрукты росли рядом, вперемешку, и вокруг стоял запах спелости и густое жужжанье несметных пасущихся пчел.

Here the littlums who had run after him caught up with him.

Здесь его догнали увязавшиеся за ним малыши.

They talked, cried out unintelligibly, lugged him toward the trees.

Они говорили все разом, что-то выкрикивали наперебой и тащили его к деревьям.

Then, amid the roar of bees in the afternoon sunlight, Simon found for them the fruit they could not reach, pulled off the choicest from up in the foliage, passed them back down to the endless, outstretched hands.

Среди пчелиного гула, в закатных лучах, Саймон срывал им фрукты, до которых они не могли дотянуться, отыскивал среди листвы самые спелые и наобум совал в жадно протянутые ручки.

When he had satisfied them he paused and looked round.

Оделив всех, он оглянулся.

The littluns watched him inscrutably over double handfuls of ripe fruit.

Обнимая охапки отборных плодов, малыши смотрели на него неотрывно и загадочно.

Simon turned away from them and went where the just perceptible path led him.

Саймон бросил их и свернул на чуть заметную тропку.

Soon high jungle closed in.

Скоро за ним сомкнулась чащоба.

Tall trunks bore unexpected pale flowers all the way up to the dark canopy where life went on clamorously.

Высокие стволы поросли неожиданно бледными цветами до самых вершин, а там во тьме кипела шумная жизнь.

The air here was dark too, and the creepers dropped their ropes like the rigging of foundered ships.

Между стволами тоже была темень, и, как снасти затонувших судов, повисли на них лианы.

His feet left prints in the soft soil and the creepers shivered throughout their lengths when he bumped them.

Ноги Саймона оставляли следы на рыхлой земле, и по лианам, когда он за них задевал, во всю их длину пробегал трепет.

He came at last to a place where more sunshine fell.

Он добрался наконец до просвета.

Since they had not so far to go for light the creepers had woven a great mat that hung at the side of an open space in the jungle; for here a patch of rock came close to the surface and would not allow more than little plants and ferns to grow.

Тут лианам не приходилось далеко тянуться за солнцем, и они сплели большой ковер и занавесили чашу с опушки; здесь было каменисто и не росло ничего, кроме травки и папоротников.

The whole space was walled with dark aromatic bushes, and was a bowl of heat and light.

Темные пахучие кусты обнесли опушку стеной, и в этой ограде, как в чаще, плавали свет и жара.

A great tree, fallen across one comer, leaned against the trees that still stood arid a rapid climber flaunted red and yellow sprays right to the top.

С краю опушки большое мертвое дерево привалилось к другим, еще крепким, и проворный вьюнок бойко исчертил его щегольским красно-желтым узором до самого верха.

Simon paused.

Саймон остановился.

He looked over his shoulder as Jack had done at the close ways behind him and glanced swiftly round to confirm that he was utterly alone.

Он, как тогда Джек, оглянулся через плечо на сомкнувшийся за ним проход и посмотрел по сторонам, чтобы удостовериться, что никто за ним не следит.

For a moment his movements were almost furtive.

Он двигался почти воровато.

Then he bent down and wormed his way into the center of the mat. The creepers and the bushes were so close that he left his sweat on them and they pulled together behind him.

Потом согнулся и заполз в самую гущу лиан; они сплелись здесь так часто, что взмокали от его пота и он еле сквозь них продирался.

When he was secure in the middle he was in a little cabin screened off from the open space by a few leaves.

Скоро он оказался в гущине, в гнездышке, отделенном сквозящей листвой от опушки.

He squatted down, parted the leaves arid looked out into the clearing.

На корточках он отвел руками листья и выглянул.

Nothing moved but a pair of gaudy butterflies that danced round each other in the hot air.

Все застыло на свету, только две пестрые бабочки плясали под зноем.

Holding his breath he cocked a critical ear at the sounds of the island.

Затаив дыхание, Саймон вдумчиво вслушивался в шумы острова.

Evening was advancing toward the island; the sounds of the bright fantastic birds, the bee-sounds, even the crying of the gulls that were returning to their roosts among the square rocks, were fainter.

К острову подступал вечер. Крики ярких, немыслимых птиц, пчелиный гул, даже возгласы чаек, тянущих к себе на ночлег среди скал, делались теперь глуше.

The deep sea breaking miles away on the reef made an undertone less perceptible than the susurration of the blood.

Шорох отяжелевших волн у рифа, на мили вдали, был невнятнее шепота крови.

Simon dropped the screen of leaves back into place.

Саймон снова опустил лиственный занавес.

The slope of the bars of honey-colored sunlight decreased; they slid up the bushes, passed over the green candle-like buds, moved up toward tile canopy, and darkness thickened under the trees.

Потоки медовых лучей убывали. Скользнули по кустам, ушли с зеленых свечек, застряли в кронах, и под деревьями стала сгущаться тьма.

With the fading of the light the riotous colors died and the heat and urgency cooled away.

Разом выцвели неуемные краски, отпустила жара и тревога.

The candle-buds stirred.

Подрагивали зеленые свечки.

Their green sepals drew back a little and the white tips of the flowers rose delicately to meet the open air.

Неуверенно, осторожно выпрастывались из чашечек белые края лепестков.

Now the sunlight had lifted clear of the open space and withdrawn from the sky.

День совсем ушел с опушки, стерся с неба.

Darkness poured out, submerging the ways between the trees tin they were dim and strange as the bottom of the sea.

Тьма хлынула на лес, затопляя проходы между стволами, пока они не стали тусклыми и чужими, как дно морское.

The candle-buds opened their wide white flowers glimmering under the light that pricked down from the first stars.

Вместо свечек на кустах раскрылись большие белые цветы, и уже их колол стеклянный свет первых звезд.

Their scent spilled out into the air and took possession of the island.

Запах цветов вылился в воздух и заполонил остров.

Chapter Four.

Глава четвертая

Painted Faces and Long Hair

ДЛИННЫЕ ВОЛОСЫ, РАСКРАШЕННЫЕ ЛИЦА

The first rhythm that they became used to was the slow swing from dawn to quick dusk.

День раскачивался лениво, от рассвета до самого падения сумерек, и к этому ритму они раньше всего привыкли.

They accepted the pleasures of morning, the bright sun, the whelming sea and sweet air, as a time when play was good and life so full that hope was not necessary and therefore forgotten.

По утрам их веселило ясное солнце и сладкий воздух, огромное море, игры ладились, в переполненной жизни надежда была не нужна, и про нее забывали.

Toward noon, as the floods of light fell more nearly to the perpendicular, the stark colors of the morning were smoothed in pearl and opalescence; and the heat-as though the impending sun's height gave it momentum-became a blow that they ducked, running to the shade and lying there, perhaps even sleeping.

К полудню потоки света лились уже почти в отвес, резкие краски утра жемчужно линяли, а жара - будто солнце толкало ее, дорываясь до зенита, - обрушивалась как удар, и они от него уклонялись, бежали в тень и там отлеживались, даже спали.

Strange things happened at midday.

Странные вещи творились в полдень.

The glittering sea rose up, moved apart in planes of blatant impossibility; the coral reef and the few stunted palms that clung to the more elevated parts would float up into the sky, would quiver, be plucked apart, run like raindrops on a wire or be repeated as in an odd succession of mirrors.

Слепящее море вздымалось, слоилось на пласты сущей немыслимости; коралловый риф и торчавшие кое-где по его возвышеньям чахоточные пальмы взмывали в небо, их трясло, срывало с места, они растекались, как капли дождя по проводу, множились, как во встречных зеркалах.

Sometimes land loomed where there was no land and flicked out like a bubble as the children watched.

А то земля вдруг вставала там, где никакой земли не было, и тут же на глазах у детей исчезала, как мыльный пузырь.

Piggy discounted all this learnedly as a "mirage"; and since no boy could reach even the reef over the stretch of water where the snapping sharks waited, they grew accustomed to these mysteries and ignored them, just as they ignored the miraculous, throbbing stars.

Хрюша по-ученому развенчал все это и назвал миражем; а раз никто из мальчиков не мог добраться вплавь до рифа через лагуну, которую стерегли жадные акулы, то они просто привыкли к этим чудесам и их не замечали, как не замечали таинственных, дрожащих звезд.

At midday the illusions merged into the sky and there the sun gazed down like an angry eye.

В полдень виденья сливались с небом, и солнце злым глазом глядело вниз.

Then, at the end of the afternoon, the mirage subsided and the horizon became level and blue and clipped as the sun declined.

Потом, к вечеру, мираж оседал и горизонт, четкий и синий, вытягивался под низящимся солнцем.

That was another time of comparative coolness but menaced by the coming of the dark.

И опять водворялась прохлада, омраченная, правда, угрозой тьмы.

When the sun sank, darkness dropped on the island like an extinguisher and soon the shelters were full of restlessness, under the remote stars.

Лишь только солнце садилось, тьма лилась на остров, как из огнетушителя, и в шалаши под далекими звездами вселялся страх.

Nevertheless, the northern European tradition of work, play, and food right through the day, made it impossible for them to adjust themselves wholly to this new rhythm. The littlun Percival had early crawled into a shelter and stayed there for two days, talking, singing, and crying, till they thought him batty and were faintly amused.

Однако североевропейский распорядок занятий, игр и еды мешал вполне отдаться новому ритму, Малыш Персиваль залез в шалаш рано и так и не вылезал оттуда два дня, говорил сам с собой, пел, плакал - они даже подумали, что он тронулся, и это им показалось забавно.

Ever since then he had been peaked, red-eyed, and miserable; a littlun who played little and cried often.

Вышел он из шалаша осунувшийся, с красными глазами, несчастный: с тех пор этот малыш мало играл и часто плакал.

The smaller boys were known now by the generic title of "littluns."

Мальчиков поменьше теперь обозначали общим названием "малыши".

The decrease in size, from Ralph down, was gradual; and though there was a dubious region inhabited by Simon and Robert and Maurice, nevertheless no one had any difficulty in recognizing biguns at one end and littluns at the other.

Уменьшение роста от Ральфа до самого маленького шло постепенно; и хоть казалось неясно, куда отнести Саймона и Роберта, каждый без труда определял, кто "большой", а кто "малыш".

The undoubted littluns, those aged about six, led a quite distinct, and at the same time intense, life of their own.

Несомненные малыши - шестилетки - вели особую, независимую и напряженную жизнь.

They ate most of the day, picking fruit where they could reach it and not particular about ripeness and quality.

Весь день они жевали, обрывая без разбора все фрукты, до которых могли дотянуться.

They were used now to stomach-aches and a sort of chronic diarrhoea.

У них вечно болели животы и был понос.

They suffered untold terrors in the dark and huddled together for comfort.

Они невыразимо страшились темноты и в ужасе жались друг к другу.

Apart from food and sleep, they found time for play, aimless and trivial, in the white sand by the bright water.

И все же они долгие часы проводили в белом песочке у слепящей воды, играя нехитро и бесцельно.

They cried for their mothers much less often than might have been expected; they were very brown, and filthily dirty.

Куда реже, чем следовало ожидать, они плакали и просились к маме; они очень загорели и ходили чумазые.

They obeyed the summons of the conch, partly because Ralph blew it, and he was big enough to be a link with the adult world of authority; and partly because they enjoyed the entertainment of the assemblies.

Они сбегались на звуки рога, отчасти потому, что дул в него Ральф, а он по своему росту был переходное звено к миру взрослой власти; отчасти же их развлекали собранья.

But otherwise they seldom bothered with the biguns and their passionately emotional and corporate life was their own.

А вообще они редко лезли к большим и держались особняком, поглощенные собственными важными чувствами и делами.

They had built castles in the sand at the bar of the little river.

На отмели у речки они строили песчаные замки.

These castles were about one foot high and were decorated with shells, withered flowers, and interesting stones.

Замки выходили высотою почти в фут, убранные ракушками, вялыми цветами и необычными камушками.

Round the castles was a complex of marks, tracks, walls, railway lines, that were of significance only if inspected with the eye at beach-level.

Их окружало сложное кольцо шоссе, насыпей, железнодорожных линий, пограничных столбов, раскрывавших свой смысл лишь присевшему на корточки наблюдателю.

The littluns played here, if not happily at least with absorbed attention; and often as many as three of them would play the same game together.

Малыши играли тут, пусть не слишком весело, зато пристально сосредоточась; и часто один замок строило не меньше троих.

Three were playing here now. Henry was the biggest of them.

Трое играли тут и сейчас - Генри был самый большой.

He was also a distant relative of that other boy whose mulberry-marked face had not been seen since the evening of the great fire; but he was not old enough to understand this, and if he had been told that the other boy had gone home in an aircraft, he would have accepted the statement without fuss or disbelief.

Он был дальний родственник того мальчика с багровой отметиной, которого не видали на острове с самого пожара; но Генри ничего этого пока не понимал, и скажи ему кто-нибудь, будто тот улетел домой на самолете, он бы ничуть не смутился и тотчас поверил.

Henry was a bit of a leader this afternoon, because the other two were Percival and Johnny, the smallest boys on the island.

Генри сегодня почти верховодил, потому что прочие двое были Персиваль и Джонни, самые маленькие на всем острове.

Percival was mouse-colored and had not been very attractive even to his mother; Johnny was well built, with fair hair and a natural belligerence.

Персиваль был серый, как мышонок, и, конечно, не казался хорошеньким даже собственной маме; Джонни был складный, светловолосый и от природы задира.

Just now he was being obedient because he was interested; and the three children, kneeling in the sand, were at peace.

Но сейчас он слушался Г енри, потому что увлекся игрой; и все трое, сидя на корточках, мирно играли.

Roger and Maurice came out of the forest.

Из лесу вышли Роджер и Морис.

They were relieved from duty at the fire and had come down for a swim.

Они отдежурили свое у костра и теперь шли купаться.

Roger led the way straight through the castles, kicking them over, burying the flowers, scattering the chosen stones.

Роджер шагал прямо по замкам, пинал их, засыпал цветы, разбрасывал отборные камушки.

Maurice followed, laughing, and added to the destruction.

Морис с хохотом следовал за ним и довершал разрушенье.

The three littluns paused in their game and looked up.

Трое малышей перестали играть и смотрели на них.

As it happened, the particular marks in which they were interested had not been touched, so they made no protest.

Как раз те самые вехи, которые занимали детей сейчас, случайно уцелели, и никто не взбунтовался.

Only Percival began to whimper with an eyeful of sand and Maurice hurried away.

Только Персиваль захныкал, потому что ему в глаз попал песок, и Морис поспешил прочь.

In his other life Maurice had received chastisement for filling a younger eye with sand.

В прежней жизни Морису случилось претерпеть нагоняй за то, что засорил песком глаз младшего.

Now, though there was no parent to let fall a heavy hand, Maurice still felt the unease of wrongdoing.

И теперь, хоть рядом не было карающей родительской руки, Мориса все же тяготило сознанье греха.

At the back of his mind formed the uncertain outlines of an excuse.

В мыслях невнятно пробивалось подобие извиненья.

He muttered something about a swim and broke into a trot.

Он бормотнул, что пора и поплавать, и затрусил к воде.

Roger remained, watching the littluns.

Роджер задержался, глядя на малышей.

He was not noticeably darker than when he had dropped in, but the shock of black hair, down his nape and low on his forehead, seemed to suit his gloomy face and made what had seemed at first an unsociable remoteness into something forbidding.

Он не особенно загорел с тех пор, как оказался на острове, но темная грива, падая на лоб и шею, странно шла к угрюмости лица; и, прежде казавшееся просто замкнутым, оно теперь почти пугало.

Percival finished his whimper and went on playing, for the tears had washed the sand away.

Персиваль перестал хныкать и снова стал играть -песок вымыло слезами.

Johnny watched him with china-blue eyes; then began to fling up sand in a shower, and presently Percival was crying again.

Джонни смотрел на него синими бусинками, потом взбил фонтан из песка, и Персиваль снова заплакал.

When Henry tired of his play and wandered off along the beach, Roger followed him, keeping beneath the palms and drifting casually in the same direction.

Генри надоело играть, и он побрел вдоль берега. Роджер пошел за ним, но держался поближе к пальмам.

Henry walked at a distance from the palms and the shade because he was too young to keep himself out of the sun.

Генри брел далеко от пальм и тени - он был еще мал и глуп и не прятался от солнца.

He went down the beach and. busied himself at the water's edge.

Он спустился к воде и стал возиться у края.

The great Pacific tide was coming in and every few seconds the relatively still water of the lagoon heaved forwards an inch, There were creatures that lived in this last fling of the sea, tiny transparencies that came questing in with the water over the hot, dry sand.

Был прилив, могучий, тихоокеанский, и каждые несколько секунд вода в спокойной лагуне чуть-чуть поднималась. Кое-кто жил в самой крайней водной кромке - мелкие прозрачные существа взбегали с волной пошарить в сухом песке.

With impalpable organs of sense they examined this new field. Perhaps food had appeared where at the last incursion there had been none; bird droppings, insects perhaps, any of the strewn detritus of landward life.

Крошечными органами чувств они проверяли новое поле: а вдруг там, где во время последнего их наскока ничего не было, окажется еда - птичий помет, мошки, нежданные отбросы наземной жизни.

Lake a myriad of tiny teeth in a saw, the transparencies came scavenging over the beach.

Словно несчетными зубчиками небывалых грабель, они прочесывали и вычищали песок.

This was fascinating to Henry.

Генри не мог оторваться от этого зрелища.

He poked about with a bit of stick, that itself was wave-worn and whitened and a vagrant, and tried to control the motions of the scavengers.

Он тыкал в песок палочкой, выбеленной, обкатанной, тоже оказавшейся тут по воле волн, и старался направить по-своему усилия маленьких мусорщиков.

He made little runnels that the tide filled and tried to crowd them with creatures.

Он рыл в песке канавы, их заливал прилив, и Генри сталкивал в эти воды своих подопечных.

He became absorbed beyond mere happiness as he felt himself exercising control over living things.

Замирая от счастья, он наслаждался господством над живыми тварями.

He talked to them, urging them, ordering them.

Он с ними разговаривал, он приказывал, понукал.

Driven back by the tide, his footprints became bays in which they were trapped and gave him the illusion of mastery.

Прилив заставлял Генри пятиться, наливал его следы и превращал в озера, где подданные оказывались в его нераздельной власти.

He squatted on his hams at the water's edge, bowed, with a shock of hair falling over his forehead and past his eyes, and the afternoon sun emptied down invisible arrows.

Г енри сидел на корточках у края воды, наклонясь, волосы свисали ему на лоб, на глаза, а дневное солнце градом пускало в него невидимые стрелы.

Roger waited too.

Роджер выжидал.

At first he had hidden behind a great palm; but Henry's absorption with the transparencies was so obvious that at last he stood out in full view.

Сперва он притаился за стволом толстой пальмы. Но Генри был так явственно поглощен своим занятием, что Роджер в конце концов совершенно перестал прятаться.

He looked along the beach.

Он вышел из-за ствола и оглядел берег.

Percival had gone off, crying, and Johnny was left in triumphant possession of the castles.

Персиваль с ревом убежал, и замки достались счастливцу Джонни.

He sat there, crooning to himself and throwing sand at an imaginary Percival.

Тот сидел среди них, напевал и швырял песком в воображаемого Персиваля.

Beyond him, Roger could see the platform and the glints of spray where Ralph and Simon and Piggy and Maurice were diving in the pool.

За ним Роджер видел выступ площадки и отсветы брызг - в бухте плескались Ральф, и Саймон, и Хрюша, и Морис.

He listened carefully but could only just hear them.

Он внимательно вслушался, но, кроме их криков, ничего не услышал.

A sudden breeze shook the fringe of palm trees, so that the fronds tossed and fluttered.

Вдруг ветер качнул пальмы, так что дрогнули и забились листы.

Sixty feet above Roger, several nuts, fibrous lumps as big as rugby balls, were loosed from their stems.

С ветки в шести футах над Роджером сорвалась гроздь орехов, волокнистых комьев, каждый - мяч для регби.

They fell about him with a series of hard thumps and he was not touched.

Они тяжко плюхнулись вокруг, но в него не попали.

Roger did not consider his escape, but looked from the nuts to Henry and back again.

Роджер и не подумал спасаться. Он переводил взгляд с орехов на Генри.

The subsoil beneath the palm trees was a raised beach, and generations of palms had worked loose in this the stones that had lain on the sands of another shore.

Пальмы росли на намывной полосе: и многие поколения пальм повытягивали из почвы камешки, прежде лежавшие в песке другого берега.

Roger stooped, picked up a stone, aimed, and threw it at Henry-threw it to miss.

Роджер нагнулся, поднял камешек и запустил в Генри, но так, чтобы промахнуться.

The stone, that token of preposterous time, bounced five yards to Henry's right and fell in the water.

Камень символом сместившегося времени просвистел в пяти ярдах от Генри и бухнул в воду.

Roger gathered a handful of stones and began to throw them.

Роджер набрал горстку камешков и стал швырять.

Yet there was a space round Henry, perhaps six yards in diameter, into which, he dare not throw.

Но вокруг Г енри оставалось пространство ярдов в десять диаметром, куда Роджер не дерзал метить.

Here, invisible yet strong, was the taboo of the old life.

Здесь, невидимый, но строгий, витал запрет прежней жизни.

Round the squatting child was the protection of parents and school and policemen and the law.

Ребенка на корточках осеняла защита родителей, школы, полицейских, закона.

Roger's arm was conditioned by a civilization that knew nothing of him and was in ruins.

Роджера удерживала за руку цивилизация, которая знать о нем не знала и рушилась.

Henry was surprised by the plopping sounds in the water.

Вода хлюпала. Генри насторожился.

He abandoned the noiseless transparencies and pointed at the center of the spreading rings like a setter.

Он изменил своим тихим прозрачным малявкам и, как сеттер, нацелился на центр слоящихся кругов.

This side and that the stones fell, and Henry turned obediently but always too late to see the stones in the air.

Камни падали то по одну, то по другую сторону от Генри, и он послушно крутил шеей, но все не успевал застигнуть взглядом камень на лету.

At last he saw one and laughed, looking for the friend who was teasing him.

Наконец это ему удалось, и он стал весело озираться и искать, где же решивший его позабавить приятель.

But Roger had whipped behind the palm again, was leaning against it breathing quickly, his eyelids fluttering.

Но Роджер снова нырнул за ствол и прижался к нему. Он запыхался и жмурился.

Then Henry lost interest in stones and wandered off..

А Генри уже утратил к камням интерес и побрел прочь.

"Roger."

- Роджер...

Jack was standing under a tree about ten yards away.

Джек стоял ярдах в десяти, под пальмой.

When Roger opened his eyes and saw him, a darker shadow crept beneath the swarthiness of his skin; but Jack noticed nothing.

Роджер открыл глаза, увидел его, и еще более темная тень наползла на смуглоту щек, но Джек ничего не заметил.

He was eager, impatient, beckoning, so that Roger went to him.

Он кивал, он всем своим видом подзывал Роджера, и Роджер к нему подошел.

There was a small pool at the end of the river, dammed back by sand and full of white water-lilies and needle-like reeds.

У моря запруженная песком река наливала заводь, крошечное озерцо. Оно все поросло иголками камыша и кувшинками.

Here Sam and Eric were waiting, and Bill Jack, concealed from the sun, knelt by the pool and opened the two large leaves that he carried.

Там ждали Сэм и Эрик и еще Билл. Джек зашел в тень, стал возле озерца на коленки и развернул два больших листа.

One of them contained white clay, and the other red.

В одном оказалась белая глина, в другом -красная.

By them lay a stick of charcoal brought down from the fire.

Рядом была головешка.

Jack explained to Roger as he worked.

Между делом Джек объяснял Роджеру:

"They don't smell me.

- Чуять они меня не чуют.

They see me, I think.

А видят наверное.

Something pink, under the trees."

Видят что-то розовое в кустах.

He smeared on the clay.

Он размазывал по лицу глину.

"If only I'd some green!"

- Эх, мне бы еще зелененькой!

He turned a halt-concealed face up to Roger and answered the incomprehension of his gaze.

Он повернулся к Роджеру наполовину закрашенным лицом и ответил на мелькнувшую в его взгляде догадку:

"For hunting.

- Это я для охоты.

Like in the war.

Как на войне.

You know-dazzle paint Like things trying to look like something else-" He twisted in the urgency of telling. "-lake moths on a tree trunk."

Ну - маскировка. Когда что-то на что-то еще похоже. Он очень старался растолковать это Роджеру. - ...ну, как бабочки на дереве серые...

Roger understood and nodded gravely.

Роджер понял и угрюмо кивнул.

The twins moved toward Jack and began to protest timidly about something.

Близнецы подошли к Джеку и стали чем-то возмущаться.

Jack waved them away.

Джек отмахнулся от них:

"Shut up."

- Да ну вас.

He rubbed the charcoal stick between the patches of red and white on his face.

Он затушевывал головешкой просветы между красным и белым у себя на лице.

"No.

- Хотя нет.

You two come with me."

Вы со мной пойдете.

He peered at his reflection and disliked it.

Он взглянул на свое отражение и разочаровался.

He bent down, took up a double handful of lukewarm water and rubbed the mess from his face.

Нагнулся, зачерпнул полные пригоршни теплой воды и все смыл с лица.

Freckles and sandy eyebrows appeared.

Снова показались веснушки и рыжие брови.

Roger smiled, unwillingly.

Роджер хмуро усмехнулся:

"You don't half look a mess."

-Вид ничего.

Jack planned his new face.

А Джек уже сочинил себе новое лицо.

He made one cheek and one eye-socket white, then he rubbed red over the other half of his face and slashed a black bar of charcoal across from right ear to left jaw.

Одну щеку и веко он покрыл белым, другую половину лица сделал красной и косо, от правого уха к левой скуле, полоснул черной головешкой.

He looked in the pool for his reflection, but his breathing troubled the mirror.

Потом опять заглянул в воду, но от его дыхания она замутилась.

"Samneric.

- Эрикисэм.

Get me a coconut.

Ну-ка быстренько мне кокос.

An empty one."

Пустой.

He knelt, holding the shell of water.

Он стал на коленки и зачерпнул скорлупой воды.

A rounded patch of sunlight fell on his face and a brightness appeared in the depths of the water.

Круглая солнечная заплата легла на лицо, и глубь высветлилась ярким зеркалом.

He looked in astonishment, no longer at himself but at an awesome stranger.

Он недоуменно разглядывал - не себя уже, а пугающего незнакомца.

He spilt the water and leapt to his feet, laughing excitedly.

Потом выплеснул воду, захохотал и вскочил на ноги.

Beside the pool his sinewy body held up a mask that drew their eyes and appalled them.

Возле заводи над крепким телом торчала маска, притягивала взгляды и ужасала.

He began to dance and his laughter became a bloodthirsty snarling.

Джек пустился в пляс. Его хохот перешел в кровожадный рык.

He capered toward Bill, and the mask was a thing on its own, behind which Jack hid, liberated from shame and self-consciousness.

Он поскакал к Биллу, и маска жила уже самостоятельной жизнью, и Джек скрывался за ней, отбросив всякий стыд.

The face of red and white and black swung through the air and jigged toward Bill.

Красное, белое, черное лицо парило по воздуху, плыло, пританцовывая, надвигалось на Билла.

Bill started up laughing; then suddenly he fell silent and blundered away through the bushes.

Билл хихикал, потом вдруг смолк, повернулся и стал продираться сквозь кусты.

Jack rushed toward the twins.

Джек метнулся к близнецам.

"The rest are making a line.

- Остальным построиться.

Come on!"

Пошли.

"But-"

- Но ведь же...

"-we-"

- ...мы...

"Come on!

- Пошли!

I'll creep up and stab-"

Я подкрадусь и ка-ак...

The mask compelled them.

Маска завораживала и подчиняла. * * *

Ralph climbed out of the bathing pool and trotted up the beach and sat in the shade beneath the palms.

Ральф вылез из воды, пробежал по берегу и сел в тень, под пальмы.

His fair hair was plastered over his eyebrows and he pushed it back.

Светлые волосы налипли ему на лоб, и он их смахнул.

Simon was floating in the water and kicking with his feet, and Maurice was practicing diving.

Саймон плавал и сучил ногами, а Морис учился нырять.

Piggy was mooning about, aimlessly picking up things and discarding them.

Хрюша слонялся по берегу, что-то искал в песке, подбирал, равнодушно бросал.

The rock-pools which so fascinated him were covered by the tide, so he was without an interest until the tide went back.

Пленившие его прудки накрыло приливом, и он выжидал, когда спадет вода.

Presently, seeing Ralph under the palms, he came and sat by him.

Вот он увидел Ральфа под пальмой, подошел и устроился рядышком.

Piggy wore the remainders of a pair of shorts, his fat body was golden brown, and the glasses still flashed when he looked at anything.

На Хрюше еще кое-как держались остатки шортов, толстый живот золотисто загорел, и очки по-прежнему вспыхивали, когда он на что-то устремлял взгляд.

He was the only boy on the island whose hair never seemed to grow.

У него, единственного на острове, волосы будто и не отросли.

The rest were shock-headed, but Piggy's hair still lay in wisps over his head as though baldness were his natural state and this imperfect covering would soon go, like the velvet on a young stag's antlers.

Все мальчики встряхивали густыми гривами, а у Хрюши голова чуть-чуть обросла, будто ей так и надо быть лысой и этот несовершенный покров потом сойдет, как мшистый налет с рогов олененка.

"I've been thinking," he said, "about a clock.

- Я вот думал, - сказал он, - насчет часов.

We could make a sundial We could put a stick in the sand, and then-"

Нам бы солнечные часы сделать. Воткнуть в песок палку и...

The effort to express the mathematical processes involved was too great.

Объяснять связанные с этим математические сложности было бы чересчур утомительно.

He made a few passes instead.

Хрюша сделал только несколько круговых взмахов руками.

"And an airplane, and a TV set," said Ralph sourly, "and a steam engine."

- И еще можно сделать самолет, и телевизор, -отозвался Ральф кисло, - и паровой двигатель.

Piggy shook his head.

Хрюша покачал головой.

"You have to have a lot of metal things for that," he said, "and we haven't got no metal.

- Туда сколько металла идет, - сказал он. - У нас же нету его, металла этого.

But we got a stick."

А палка вот есть.

Ralph turned and smiled involuntarily.

Ральф обернулся и не удержался от улыбки.

Piggy was a bore; his fat, his ass-mar and his matter-of-fact ideas were dull, but there was always a little pleasure to be got out of pulling his leg, even if one did it by accident.

Хрюша был зануда. Его пузо и практические идеи надоели Ральфу, но ужасно весело было его дурачить, даже когда это выходило не нарочно.

Piggy saw the smile and misinterpreted it as friendliness.

Хрюша увидел улыбку и ложно истолковал ее как знак дружелюбия.

There had grown up tacitly among the biguns the opinion that Piggy was an outsider, not only by accent, which did not matter, but by fat, and ass-mar, and specs, and a certain disinclination for manual labor.

Старшие не сговариваясь сошлись на том, что Хрюша чужак, не только из-за акцента и ошибок, ошибки-то бы еще куда ни шло, но из-за пуза, астмы, стекляшек и известного отвращенья к физическому труду.

Now, finding that something he had said made Ralph smile, he rejoiced and pressed his advantage.

И вот заметив, что развеселил Ральфа, он обрадовался и стал развивать свою мысль:

"We got a lot of sticks.

- У нас сколько хочешь их, палок.

We could have a sundial each.

Можно, чтоб у каждого свои часы.

Then we should know what the time was."

И будем всегда сколько время знать.

"A fat lot of good that would be."

-Вот уж много толку!

"You said you wanted things done.

- Сам говорил - надо чего-то делать.

So as we could be rescued."

Чтобы нас спасли.

"Oh, shut up."

- А, да ну тебя.

He leapt to his feet and trotted back to the pool, just as Maurice did a rather poor dive.

Он вскочил и побежал к бухте, где Морис как раз нырнул весьма неудачно.

Ralph was glad of a chance to change the subject.

Ральф обрадовался, что можно переменить тему.

He shouted as Maurice came to the surface.

И, завидя вынырнувшего Мориса, закричал:

"Belly flop!

- Эх ты, мешок!

Belly flop!"

Мешок!

Maurice flashed a smile at Ralph who slid easily into the water.

Морис улыбнулся Ральфу, а тот легко заскользил по воде.

Of all the boys, he was the most at home there; but today, irked by the mention of rescue, the useless, footling mention of rescue, even the green depths of water and the shattered, golden sun held no balm.

Он тут лучше всех плавал. Но сейчас болтовня о спасении, дурацкая трепотня о спасении его разозлила и не утешали даже зеленая глубь и золотое, дробное солнце.

Instead of remaining and playing, he swam with steady strokes under Simon and crawled out of the other side of the pool to lie there, sleek and streaming like a seal.

Он не стал играть с ребятами, ровно прогреб под Саймоном и, блестя и струясь, как тюлень, вылез полежать на другой стороне.

Piggy, always clumsy, stood up and came to stand by him, so mat Ralph rolled on his stomach and pretended not to see.

Этот нелепый Хрюша подался туда же, но Ральф лег на живот и притворился, будто его не заметил.

The mirages had died away and gloomily he ran his eye along the taut blue line of the horizon.

Мираж исчез, и Ральф хмуро кинул взглядом по тугой и синей черте горизонта.

The next moment he was on his feet and shouting.

Через секунду он был на ногах, он орал:

"Smoke!

- Дым!

Smoke!"

Дым!

Simon tried to sit up in the water and got a mouthful. Maurice, who had been standing ready to dive, swayed back on his heels, made a bolt for the platform, then swerved back to the grass under the palms. There he started to pull on his tattered shorts, to be ready for anything.

Саймон сел было прямо в воде и, конечно, захлебнулся; Морис, собиравшийся нырнуть, качнулся на пятках, метнулся к площадке, свернул, бросился на траву под пальмы и на всякий случай стал натягивать свои рваные шорты.

Ralph stood, one hand holding back his hair, the other clenched.

Ральф стоял, одной рукой он придерживал волосы, другую сжал в кулак.

Simon was climbing out of the water.

Саймон выбирался из воды.

Piggy was rubbing his glasses on his shorts and squinting at the sea.

Хрюша тер очки об шорты и косился на море.

Maurice had got both legs through one leg of his shorts.

Морис совал обе ноги в одну штанину.

Of all the boys, only Ralph was still.

Только Ральф не шевелился.

I can't see no smoke," said Piggy incredulously.

- Дыма не видать, - протянул с сомнением Хрюша. - Дыма не видать.

"I can't see no smoke, Ralph-where is it?"

Где он у тебя, дым этот, а, Ральф?

Ralph said nothing.

Ральф молчал.

Now both his hands were clenched over his forehead so that the fair hair was kept out of his eyes.

Он теперь обеими руками зажал лоб, чтоб в глаза не лезли волосы.

He was leaning forward and already the salt was whitening his body.

Весь подался вперед, и соль уже выбеливала ему тело.

"Ralph-where s the ship?"

-Где ж корабль, а, Ральф?

Simon stood by, looking from Ralph to the horizon.

Саймон стал рядом и смотрел на горизонт из-за плеча Ральфа.

Maurice's trousers gave way with a sigh and he abandoned them as a wreck, rushed toward the forest, and then came back again.

Штаны Мориса вздохнули и треснули, он скинул их, побежал за деревья и тотчас вернулся.

The smoke was a tight little knot on the horizon and was uncoiling slowly.

Дым был - плотный узелок над горизонтом, и узелок этот тихо-тихо разматывался.

Beneath the smoke was a dot that might be a funnel.

Под ним была точка - наверно, труба.

Ralph's face was pale as he spoke to himself.

Ральф, весь белый, бормотал:

They'll see our smoke."

- Они увидят наш дым.

Piggy was looking in the right direction now.

Хрюша наконец-то смотрел куда нужно:

"It don't look much."

- Его почти что не видать.

He turned round and peered up at the mountain.

Он оглянулся и посмотрел на гору.

Ralph continued to watch the ship, ravenously.

Ральф впился взглядом в корабль.

Color was coming back into his face.

Лицо было уже не такое белое.

Simon stood by him, silent.

Саймон стоял рядом и молчал.

"I know I can't see very much," said Piggy, "but have we got any smoke?"

- Я, конечно, плохо вижу, - сказал Хрюша. - Но наш дым-то, он у нас есть или нету его?

Ralph moved impatiently, still watching the ship.

Ральф только дернулся, не отрываясь от корабля.

"The smoke on the mountain."

-Где наш-то дым?

Maurice came running, and stared out to sea.

Подбежал Морис, он тоже уставился на море.

Both Simon and Piggy were looking up at the mountain.

Саймон и Хрюша смотрели на гору.

Piggy screwed up his face but Simon cried out as though he had hurt himself.

Хрюша сморщился, а Саймон заорал, как будто больно ударился:

"Ralph!

- Ральф!

Ralph!"

Ральф!

The quality of his speech twisted Ralph on the sand.

Голос был такой, что Ральфа завертело на песке.

"You tell me," said Piggy anxiously. "Is there a signal?"

- Вы мне скажите, - изнемогал Хрюша. - Есть там сигнал?

Ralph looked back at the dispersing smoke on the horizon, then up at the mountain.

Ральф глянул на тающий дым над горизонтом, потом снова на гору.

"Ralph-please!

- Ральф, ну Ральф же!

Is there a signal?"

Есть там сигнал?

Simon put out his hand, timidly, to touch Ralph; but Ralph started to run, splashing through the shallow end of the bathing pool, across the hot, white sand and under the palms.

Саймон робко потянулся рукой к Ральфу; но Ральф уже бежал, взметая брызги, он пронесся по отмели, по белому, каленому песку, под пальмы.

A moment later he was battling with the complex undergrowth that was already engulfing the scar.

Через секунду он сражался с кустами, которыми уже заросла просека.

Simon ran after him, then Maurice.

Саймон побежал следом, за ним Морис.

Piggy shouted.

Хрюша все орал:

"Ralph!

- Ральф!

Please-Ralph!"

Ральф!

Then he too started to run, stumbling over Maurice's discarded shorts before he was across the terrace.

Потом он тоже побежал и, взбираясь на террасу, споткнулся о сброшенные Морисом шорты.

Behind the four boys, the smoke moved gently along the horizon; and on the beach, Henry and Johnny were throwing sand at Percival who was crying quietly again; and all three were in complete ignorance of the excitement.

Позади, за четверыми мальчиками, медленно скользил по горизонту дымок; а на берегу Г енри и Джонни швыряли песком в глаза Персивалю, и снова тот уныло хныкал; и все трое не ведали о переполохе.

By the time Ralph had reached the landward end of the scar he was using precious breath to swear.

Одолев просеку, Ральф совсем запыхался и только и мог что выругаться.

He did desperate violence to his naked body among the rasping creepers so that blood was sliding over him.

Он нещадно кидался беззащитно голым телом на шипы и весь окровавился.

Just where the steep ascent of the mountain began, he stopped.

У крутого подъема, уже на гору; он запнулся.

Maurice was only a few yards behind him.

Морис был сзади, всего в нескольких ярдах.

"Piggy's specs!" shouted Ralph. "If the fire's all out, well need them-"

- Хрюшины очки! - крикнул Ральф. - Если костер погас...

He stopped shouting and swayed on his feet.

Он смолк и покачнулся.

Piggy was only just visible, bumbling up from the beach.

Хрюша еще ковылял по берегу, еле видный отсюда.

Ralphlooked at the horizon, then up to the mountain.

Ральф глянул на горизонт, потом опять на гору.

Was it better to fetch Piggy's glasses, or would the ship have gone?

Может, лучше сперва взять у Хрюши очки? Или корабль уйдет?

Or if they climbed on, supposing the fire was all out, and they had to watch Piggy crawling nearer and the ship sinking under the horizon?

Но вдруг они взберутся, а огонь погас, и стой тогда и смотри, как плетется Хрюша, а корабль исчезает за горизонтом?

Balanced on a high peak of need, agonized by indecision, Ralph cried out:

И в последней крайности, не зная, на что решиться, Ральф крикнул:

"Oh God, oh God!"

- Господи! Ох! Господи!

Simon, struggling with bushes, caught his breath.

Саймон, задыхаясь, продирался сквозь кусты.

His face was twisted.

Ему свело лицо.

Ralph blundered on, savaging himself, as the wisp of smoke moved on.

Ральф карабкался вверх, провожая бешеным взглядом исчезающий дымный жгутик.

The fire was dead.

Костер погас.

They saw that straight away; saw what they had really known down on the beach when the smoke of home had beckoned.

Они это поняли сразу. Они это знали уже там, внизу, когда их поманил родной дым.

The fire was out, smokeless and dead; the watchers were gone.

Костер совсем погас, не дымился, остыл; дежурные ушли.

A pile of unused fuel lay ready.

Рядом наготове лежало бесполезное топливо.

Ralph turned to the sea.

Ральф оглянулся на море.

The horizon stretched, impersonal once more, barren of all but the faintest trace of smoke.

Снова чужой и пустой - только смутный след от дыма - вытянулся горизонт.

Ralph ran stumbling along the rocks, saved himself on the edge of the pink cliff, and screamed at the ship.

Ральф, спотыкаясь, бежал вдоль скал, отшатывался от красного обрыва и кричал кораблю:

"Come back!

- Вернитесь!

Come back!"

Вернитесь!

He ran backwards and forwards along the cliff, his face always to the sea, and his voice rose insanely.

Он метался по краю обрыва, не отворачивая лица от моря, и как сумасшедший звал:

"Come back!

- Вернитесь!

Come back!"

Вернитесь!

Simon and Maurice arrived.

Подоспели Саймон и Морис.

Ralph looked at them with unwinking eyes.

Ральф смотрел на них не мигая.

Simon turned away, smearing the water from his cheeks.

Саймон отвернулся, утирая щеки.

Ralph reached inside himself for the worst word he knew.

Ральф выпалил ужасное - хуже он не знал - слово:

"They let the bloody fire go out."

- Сволочи! Погубили костер.

He looked down the unfriendly side of the mountain.

Он скользнул глазами вдоль чужого склона.

Piggy arrived, out of breath and whimpering like a littlun.

Хрюша наконец вскарабкался, он задыхался, и он хныкал, как малыш.

Ralph clenched his fist and went very red.

Вдруг Ральф сжал кулаки и ужасно покраснел.

The intent-ness of his gaze, the bitterness of his voice, pointed for him.

Взгляд вперился в одну точку, голос сорвался:

"There they are."

- Вон они.

A procession had appeared, far down among the pink stones that lay near the water's edge.

Процессия двигалась далеко внизу, у самой воды, по розовой осыпи.

Some of the boys wore black caps but otherwise they were almost naked.

Кое на ком из мальчиков были черные шапочки, вообще же шли почти нагишом.

They lifted sticks in the air together whenever they came to an easy patch.

Дружно поднимали палки вверх, нападая на легкие тропки.

They were chanting, something to do with the bundle that the errant twins carried so carefully.

Что-то пели, что-то насчет груза, который очень осторожно несли заблудшие близнецы.

Ralph picked out Jack easily, even at that distance, tall, red-haired, and inevitably leading the procession.

Джека Ральф различил сразу, даже с такого расстояния; высокий, рыжий, он, разумеется, шел во главе.

Simon looked now, from Ralph to Jack, as he had looked from Ralph to the horizon, and what he saw seemed to make him afraid.

Саймон посмотрел на Джека из-за плеча Ральфа, как раньше он смотрел из-за плеча Ральфа на горизонт, и, кажется, испугался.

Ralph said nothing more, but waited while the procession came nearer.

Ральф больше ничего не сказал и ждал, когда они подойдут.

The chant was audible but at that distance still wordless.

Пенье сюда долетало, но даль заглатывала слова.

Behind Jack walked the twins, carrying a great stake on their shoulders.

За Джеком шли близнецы и несли на плечах длинную жердь.

The gutted carcass of a pig swung from the stake, swinging heavily as the twins toiled over the uneven ground.

Кровавая свиная туша свисала с жерди и грузно качалась, когда близнецы спотыкались на неровной дороге.

The pigs head hung down with gaping neck and seemed to search for something on the ground.

Голова моталась под зияющим горлом и будто вынюхивала дорогу.

At last the words of the chant floated up to them, across the bowl of blackened wood and ashes.

Вот уже над черным палом забились обрывки песни:

"Kill the pig.

"Бей свинью!

Cut her throat.

Глотку режь!

Spill her blood."

Выпусти кровь!"

Yet as the words became audible, the procession reached the steepest part of the mountain, and in a minute or two the chant had died away.

Но как раз когда они стали разбирать слова, процессия дошла до самой кручи и на минутку песня запнулась.

Piggy sniveled and Simon shushed him quickly as though he had spoken too loudly in church.

Хрюша хлюпнул носом, и Саймон шикнул на него, будто он громко заговорил в церкви.

Jack, his face smeared with clays, reached the top first and hailed Ralph excitedly, with lifted spear.

Первым на вершине показалось раскрашенное лицо Джека, и он ликуя поднял копье в знак привета.

"Look!

- Смотри-ка, Ральф.

We've killed a pig-we stole up on them-we got in a circle-"

Мы свинью убили. Подкрались... Окружили...

Voices broke in from the hunters.

И охотники наперебой:

"We got in a circle-"

- Окружили...

"We crept up-"

- Ка-ак нападем...

The pig squealed-"

- Она визжать...

The twins stood with the pig swinging between them, dropping black gouts on the rock.

Свинья качалась между близнецами, роняла черные капли.

They seemed to share one wide, ecstatic grin.

На лицах близнецов, будто на двоих одна, сияла самозабвенная улыбка.

Jack had too many things to tell Ralph at once.

Джека распирало, он не знал, с чего начать.

Instead, he danced a step or two, then remembered his dignity and stood still, grinning.

Сначала вместо слов он просто пустился в пляс, но вспомнил о своем достоинстве и застыл, улыбаясь.

He noticed blood on his hands and grimaced distastefully, looked for something on which to clean them, then wiped them on his shorts and laughed.

Заметил у себя на руках кровь, перекосился, поискал, чем бы ее вытереть, вытер об шорты и расхохотался.

Ralph spoke.

Тогда заговорил Ральф:

"You let the fire go out."

- Вы бросили костер.

Jack checked, vaguely irritated by this irrelevance but too happy to let it worry him.

Джек осекся от такой бестактности, но она не могла омрачить его счастья.

"We can light the fire again.

- Ничего, новый разведем.

You should have been with us, Ralph.

Эх, Ральф, был бы ты с нами.

We had a smashing time.

Было потрясающе!

The twins got knocked over-"

Она лягнула близнецов, они шлепнулись...

"We hit the pig-"

- Мы ее зажали...

"-I fell on top-"

- Я ка-ак на нее...

"I cut the pig's throat," said Jack, proudly, and yet twitched as he said it. "Can I borrow yours, Ralph, to make a nick in the hilt?"

- А я ей горло перерезал. - Джек сказал это гордо, но все-таки передернулся. - Разреши, Ральф, я твой нож возьму, первую зарубку у себя на рукоятке сделать.

The boys chattered and danced.

Охотники скакали и трещали.

The twins continued to grin.

Близнецы все еще улыбались.

There was lashings of blood," said Jack, laughing and shuddering, "you should have seen it!"

- Крови было - жуть! - Джек захохотал и снова передернулся. - Ты бы видел!

"We'll go hunting every day-"

- Теперь мы каждый день будем охотиться...

Ralph spoke again, hoarsely. He had not moved.

Ральф не двигался, он снова заговорил, севшим голосом:

"You let the fire go out."

- Вы бросили костер.

This repetition made Jack uneasy.

Джека наконец проняло.

He looked at the twins and then back at Ralph.

Он переводил взгляд с близнецов на Ральфа.

"We had to have them in the hunt," he said, "or there wouldn't have been enough for a ring." He flushed, conscious of a fault.

- Они нам для охоты были нужны, - сказал он, - а то бы нам ее не окружить. - И он вспыхнул виновато.

"The fire's only been out an hour or two.

- Костер же час или два всего как погас.

We can light up again-"

Новый разведем...

He noticed Ralph's scarred nakedness, and the sombre silence of all four of them.

Он заметил разодранную голую кожу Ральфа, хмурое молчание всех четверых.

He sought, charitable in his happiness, to include them in the thing that had happened.

В великодушии счастья ему хотелось всех оделить радостью происшедшего.

His mind was crowded with memories; memories of the knowledge that had come to them when they closed in on the struggling pig, knowledge that they had outwitted a living thing, imposed their will upon it, taken away its life like a long satisfying drink.

В голове теснились образы, открытия; открытия, которые они сделали, когда зажали бьющуюся свинью, перехитрили живую тварь, покорили своей воле, а потом долго, жадно, как пьют в жару, отнимали у нее жизнь.

He spread his arms wide. "You should have seen the blood!"

- Крови было! И он широко развел руки в стороны.

The hunters were more silent now, but at this they buzzed again.

Притихшие охотники снова оживились.

Ralph flung back his hair.

Ральф смахнул волосы со лба.

One arm pointed at the empty horizon.

Другой рукой показал на пустой горизонт.

His voice was loud and savage, and struck them into silence.

Голос был такой громкий и злой, что все сразу стихли:

"There was a ship."

-Там был корабль.

Jack, faced at once with too many awful implications, ducked away from them.

Джек сразу понял, что это означает, и не выдержал взгляда Ральфа.

He laid a hand on the pig and drew his knife.

Нагнулся, положил руку на свиную тушу, взялся за нож.

Ralph brought his arm down, fist clenched, and his voice shook.

Ральф сжал кулак, и голос у него дрогнул:

"There was a ship.

- Был корабль.

Out there.

Там.

You said you'd keep the fire going and you let it out!"

Ты обещал следить за костром, а он из-за тебя погас.

He took a step toward Jack, who turned and faced him.

И шагнул к Джеку. Тот уже смотрел ему в лицо.

"They might have seen us.

- Они бы нас заметили.

We might have gone home-"

Мы бы домой поехали.

This was too bitter for Piggy, who forgot his timidity in the agony of his loss.

Этого Хрюша не снес, от горя он позабыл о всякой робости.

He began to cry out, shrilly:

Он завопил:

"You and your blood, Jack Merridew!

- А ты, Джек Меридью, все со своей этой кровью!

You and your hunting!

Со своей охотой!

We might have gone home-"

Мы бы домой поехали!

Ralph pushed Piggy to one side.

Ральф отстранил Хрюшу.

"I was chief, and you were going to do what I said.

- Тут я главный. И ты должен исполнять, что я скажу.

You talk.

А ты только говорить умеешь.

But you can't even build huts-then you go off hunting and let out the fire-"

Ты даже шалаши строить не можешь. Тебе бы все охотиться, а костер погас.

He turned away, silent for a moment.

Он отвернулся и на секунду умолк.

Then his voice came again on a peak of feeling.

Потом голос у него опять чуть не сорвался:

"There was a ship-"

- Был корабль....

One of the smaller hunters began to wail.

Один из охотников, который поменьше, расплакался.

The dismal truth was filtering through to everybody.

До всех уже доходила ужасная истина.

Jack went very red as he hacked and pulled at the pig.

Джек, ковырявший ножом тушу, весь покраснел:

"The job was too much.

- Работа большая.

We needed everyone."

Нам все были нужны.

Ralph turned.

Ральф повернулся:

"You could have had everyone when the shelters were finished.

- Кончили бы шалаши, и были бы у тебя все.

But you had to hunt-"

Так нет, тебе лишь бы охотиться...

"We needed meat."

- Нам мясо нужно.

Jack stood up as he said this, the bloodied knife in his hand.

Джек выпрямился. С ножа капала кровь.

The two boys faced each other.

Двое мальчиков стояли лицом к лицу.

There was the brilliant world of hunting, tactics, fierce exhilaration, skill; and there was the world of longing and baffled common-sense.

Сверкающий мир охоты, следопытства, ловкости и злого буйства. И мир настойчивой тоски и недоумевающего рассудка.

Jack transferred the knife to his left hand and smudged blood over his forehead as he pushed down the plastered hair.

Джек переложил нож в левую руку и размазал кровь по лбу, сдвигая налипшую прядь.

Piggy began again.

Хрюша опять завел:

"You didn't ought to have let that fire out.

- Все из-за тебя.

You said you'd keep the smoke going-"

Обещал следить за дымом...

This from Piggy, and the wails of agreement from some of the hunters, drove Jack to violence.

Такое от Хрюши да еще под всхлипы кое-кого из охотников вывело Джека из себя.

The bolting look came into his blue eyes.

В синих глазах метнулась ярость.

He took a step, and able at last to hit someone, stuck his fist into Piggy's stomach.

Он шагнул, с облегчением размахнулся и ткнул Хрюшу в живот кулаком.

Piggy sat down with a grunt.

Тот хрюкнул и сел.

Jack stood over him.

Джек стоял над ним.

His voice was vicious with humiliation.

Голос у него исказился от унижения:

"You would, would you?

- А этого не хочешь? Что - съел?

Fatty!"

Жирняй!

Ralph made a step forward and Jack smacked Piggy's head.

Ральф шагнул к ним, и Джек съездил Хрюшу по голове.

Piggy's glasses flew off and tinkled on the rocks.

Очки упали, звякнули об камни.

Piggy cried out in terror:

Хрюша заорал в ужасе:

"My specs!"

- Мои очки!

He went crouching and feeling over the rocks but Simon, who got there first, found them for him.

Он ползал на четвереньках, шарил по камням, но Саймон опередил его и подал ему очки.

Passions beat about Simon on the mountain-top with awful wings.

На вершине горы крылато кружили и бились, раздирая Саймона, страсти.

"One side's broken."

- Одно стекло разбито.

Piggy grabbed and put on the glasses.

Хрюша схватил очки и надел.

He looked malevolently at Jack.

Он злобно смотрел на Джека.

"I got to have them specs.

-Я не могу без очок.

Now I only got one eye.

Я одноглазый теперь.

Jus' you wait-"

Ты дождешься!

Jack made a move toward Piggy who scrambled away till a great rock lay between them.

Джек двинулся на Хрюшу, тот уклонился, перелез через большой камень и спасся за ним.

He thrust his head over the top and glared at Jack through his one flashing glass.

Высунулся и сверкнул уцелевшим стеклом на Джека:

"Now I only got one eye.

-Я не могу без очок!

Just you wait-"

Ты дождешься!

Jack mimicked the whine and scramble.

Джек изобразил и позу и вой:

"Jus' you wait-yah!"

- Без очо-о-к, дождесся!

Piggy and the parody were so funny that the hunters began to laugh.

Сам Хрюша и представление Джека были до того уморительны, что охотники прыснули.

Jack felt encouraged.

Джек ободрился.

He went on scrambling and the laughter rose to a gale of hysteria.

Он сделал еще несколько шажков раскорякой, и все зашлись от хохота.

Unwillingly Ralph felt his lips twitch; he was angry with himself for giving way.

Даже у Ральфа дрогнули губы, но он тотчас же разозлился на себя.

He muttered.

И почти шепнул:

"That was a dirty trick."

- Это подлость.

Jack broke out of his gyration and stood facing Ralph.

Джек вздрогнул, перестал кривляться, постоял, посмотрел на Ральфа.

His words came in a shout.

И выкрикнул:

"All right, all right!"

- Ну ладно! Ладно!

He looked at Piggy, at the hunters, at Ralph.

Он оглядывал Хрюшу, Ральфа, охотников.

"I'm sorry.

- Правда, это нехорошо.

About the fire, I mean. There. I-"

Ну, насчет костра... Вот, значит... я...

He drew himself up.

И - с оттяжкой:

"-I apologize."

- Прошу меня извинить.

The buzz from the hunters was one of admiration at this handsome behavior.

Охотники отозвались на красивый жест восхищенным гулом.

Clearly they were of the opinion that Jack had done the decent thing, had put himself in the right by his generous apology and Ralph, obscurely, in the wrong.

Они давали понять, что Джек молодец, что от своего великодушного извинения он только выгадал, тогда как Ральф каким-то образом прогадал.

They waited for an appropriately decent answer.

И теперь от него ждали достойного ответа.

Yet Ralph's throat refused to pass one.

Ничего, ничего такого Ральф не мог из себя выдавить.

He resented, as an addition to Jack's misbehavior, this verbal trick.

Джек действительно ловко выкрутился, но Ральфа он только еще больше разозлил.

The fire was dead, the ship was gone.

Костер погас, корабль ушел.

Could they not see?

Неужели им этого мало?

Anger instead of decency passed his throat.

Какой уж достойный ответ, он не мог совладать со злостью:

"That was a dirty trick."

- Это подлость.

They were silent on the mountain-top while the opaque look appeared in Jack's eyes and passed away.

Над вершиной горы сгустилось молчанье. Взгляд Джеку застлала муть и прошла.

Ralph's final word was an ungracious mutter.

Последнее слово осталось за Ральфом. Он буркнул.

"All right.

- Ладно.

Light the fire."

Разжигайте костер.

With some positive action before them, a little of die tension died.

Наконец можно было заняться делом, и всем полегчало.

Ralph said no more, did nothing, stood looking down at the ashes round his feet.

Ральф больше ничего не говорил, не делал, он стоял и смотрел на золу под ногами.

Jack was loud and active.

Джек очень шумел.

He gave orders, sang, whistled, threw remarks at the silent Ralph-remarks that did not need an answer, and therefore could not invite a snub; and still Ralph was silent.

Отдавал приказы, пел, свистел, бросал фразы молчащему Ральфу, фразы, не требовавшие ответа и потому не приглашавшие к перепалке; а Ральф все молчал.

No one, not even Jack, would ask him to move and in the end they had to build the fire three yards away and in a place not really as convenient.

Никто, даже Джек, не рискнул попросить, чтоб он сдвинулся, и в конце концов костер стали складывать ярдах в трех от него, на куда менее удобном месте.

So Ralph asserted his chieftainship and could not have chosen a better way if he had thought for days.

Так Ральф утвердил свое главенство, и не придумал бы лучшего способа, если б хоть целую неделю ломал над этим голову.

Against this weapon, so indefinable and so effective, Jack was powerless and raged without knowing why.

Перед оружием, столь непонятным и неодолимым, Джек пасовал и безотчетно кипел.

By the time the pile was built, they were on different sides of a high barrier.

К тому времени, когда костер сложили, их разделял высокий барьер.

When they had dealt with the fire another crisis arose.

Когда осталось только зажечь, снова была напряженная минута.

Jack had no means of lighting it.

Джек нерешительно мешкал.

Then to his surprise, Ralph went to Piggy and took the glasses from him.

И вот, к его изумлению, Ральф подошел к Хрюше и снял с него очки.

Not even Ralph knew now a link between him and Jack had been snapped and fastened elsewhere.

Ральф и сам не заметил, как между ним и Джеком вновь закрепилась треснувшая было нить.

' I'll bring 'em back."

- Давай я.

"I'll come too."

- Нет, я сам.

Piggy stood behind him, islanded in a sea of meaningless color, while Ralph knelt and focused the glossy spot.

Хрюша стоял за Ральфом, утопая в море ополоумевших красок, а тот, на коленках, направлял зайчика.

Instantly the fire was alight Piggy held out his hands and grabbed the glasses back.

Как только огонь вспыхнул, Хрюша сразу протянул руку и схватил свои очки.

Before these fantastically attractive flowers of violet and red and yellow, unkindness melted away.

Непобедимо лиловые, красные, желтые цветы ошарашивали их красотой, и всем стало не до враждебности.

They became a circle of boys round a camp fire and even Piggy and Ralph were half-drawn in.

Снова они сделались мальчиками вокруг бивачного костра, и даже Ральф с Хрюшей почти влились в кружок.

Soon some of the boys were rushing down the slope for more wood while Jack hacked the pig.

Скоро все побежали за валежником, а Джек разделывал тушу.

They tried holding the whole carcass on a stake over the fire, but the stake burnt more quickly than the pig roasted.

Сперва хотели всю тушу зажарить прямо на жерди, но ничего не вышло, жердь сразу сгорела.

In the end they skewered bits of meat on branches and held them in the flames: and even then almost as much boy was roasted as meat.

Тогда сообразили натыкать куски мяса на ветки и совали в огонь; но и так самим приходилось хорошенько поджариваться.

Ralph's mouth watered.

У Ральфа текли слюнки.

He meant to refuse meat but his past diet of fruit and nuts, with an odd crab or fish, gave him too little resistance.

Он думал отказаться от мяса, но долгая диета из фруктов, орехов да кое-когда то рыбы, то краба сломила его выдержку.

He accepted a piece of half-raw meat and gnawed it like a wolf.

Он схватил кусок недожаренного мяса и накинулся на него, как волк.

Piggy spoke, also dribbling.

У Хрюши тоже текли слюнки, он сказал.

"Aren't I having none?"

- А мне?

Jack had meant to leave him in doubt, as an assertion of power; but Piggy by advertising his omission made more cruelty necessary.

Джек собирался потомить его неизвестностью, чтоб показать свою власть; невыдержанный Хрюша сам нарывался на жестокость.

"You didn't hunt."

-Ты не охотился.

"No more did Ralph," said Piggy wetly, "nor Simon." He amplified.

- Ральф тоже, - зашелся Хрюша. - И Саймон. - И он подытожил:

"There isn't more than a ha'porth of meat in a crab."

- В крабе небось не больно много мяса поешь.

Ralph stirred uneasily.

Ральф поежился.

Simon, sitting between the twins and Piggy, wiped his mouth and shoved his piece of meat over the rocks to Piggy, who grabbed it.

Саймон, сидевший между Хрюшей и близнецами, обтер рот, сунул свой кусок Хрюше за камень, и тот его схватил.

The twins giggled and Simon lowered his face in shame.

Близнецы фыркнули, а Саймон потупился от стыда.

Then Jack leapt to his feet, slashed off a great hunk of meat, and flung it down at Simon's feet.

Тут Джек вскочил, откромсал большущий кусок мяса и швырнул к ногам Саймона.

"Eat!

-На!

Damn you!"

Жри, тебе говорят!

He glared at Simon.

Он буравил Саймона взглядом.

"Take it!"

-Ну!

He spun on his heel, center of a bewildered circle of boys.

Он закружился в центре кружка ошарашенных мальчиков.

"I got you meat!"

- Я вам мясо добыл!

Numberless and inexpressible frustrations combined to make his rage elemental and awe-inspiring.

Вся досада, все несчетные стыдные обиды вылились в первозданной пугающей вспышке.

"I painted my face-I stole up. Now you eat-all of you-and I-"

-Я раскрасил лицо... Я подкрался... Ну и жрите... А я...

Slowly the silence on the mountain-top deepened till the click of the fire and the soft hiss of roasting meat could be heard clearly.

На вершине горы молчанье густело, густело, пока не стало слышно, как трещит огонь и, жарясь, шипит мясо.

Jack looked round for understanding but found only respect.

Джек огляделся, ища сочувствия, но встретил одну почтительность.

Ralph stood among the ashes of the signal fire, his hands full of meat, saying nothing.

Ральф стоял на пепелище сигнального огня с мясом в руках и молчал.

Then at last Maurice broke the silence.

Наконец молчанье нарушил Морис.

He changed the subject to the only one that could bring the majority of them together.

Он обратился к единственной теме, которая могла объединить всех:

"Where did you find the pig?"

- А вы ее где нашли?

Roger pointed down the unfriendly side.

Роджер кивнул на чужой склон.

"They were there-by the sea."

-Там они были. У моря...

Jack, recovering, could not bear to have his story told.

Джек уже оправился. Он сам хотел рассказывать.

He broke in quickly.

Он перебил Роджера:

"We spread round.

- Мы залегли вокруг.

I crept, on hands and knees.

Я подкрался на четвереньках.

The spears fell out because they hadn't barbs on.

Копья ее не брали, без зазубрин потому что.

The pig ran away and made an awful noise-"

Свинья побежала и как завизжит...

"It turned back and ran into the circle, bleeding-"

- Потом обратно, попала в кольцо, кровь хлещет...

All the boys were talking at once, relieved and excited.

Мальчики трещали наперебой, радостно, взахлеб:

"We closed in-"

- Мы ее зажали в кольцо...

The first blow had paralyzed its hind quarters, so then the circle could close in and beat and beat-

От первого же удара у свиньи отнялись задние ноги, так что легко было зажать ее и добивать, добивать...

"I cut the pig's throat-"

-А я ей горло перерезал.

The twins, still sharing their identical grin, jumped up and ran round each other.

Близнецы, со своей вечной обоеликой улыбкой, вскочили и стали плясать один вокруг другого.

Then the rest joined in, making pig-dying noises and shouting.

И вот плясали уже все, все визжали в подражание издыхающей свинье, кричали:

"One for his nob!"

- По черепушке ее!

"Give him a fourpenny one!"

- По пятачку!

Then Maurice pretended to be the pig and ran squealing into the center, and the hunters, circling still, pretended to beat him.

Морис с визгом вбежал в центр круга, изображая свинью; охотники, продолжая кружить, изображали убийство.

As they danced, they sang.

Они танцевали, они пели.

"Kill the pig.

- Бей свинью!

Cut her throat.

Глотку режь!

Bash her in"

Добивай!

Ralph watched them, envious and resentful.

Ральф смотрел на них, ему было и завидно, и противно.

Not till they flagged and the chant died away, did he speak.

Он выждал, пока они угомонились, пока замолкли последние отзвуки песни, и только тогда заговорил.

"I'm calling an assembly."

- Я созываю собрание.

One by one, they halted, and stood watching him.

Все по очереди замирали и обращали к нему лица.

"With the conch.

- Собранье.

I'm calling a meeting even if we have to go on into the dark.

Я объявляю сбор, хотя нам, может, придется сидеть в темноте.

Down on the platform.

Идите на площадку.

When I blow it.

Как только я протрублю в рог.

Now."

Сейчас же.

He turned away and walked off, down the mountain.

Повернулся и пошел вниз.

Chapter Five.

Глава пятая

Beast from Water

ЗВЕРЬ ВЫХОДИТ ИЗ ВОД

The tide was coming in and there was only a narrow strip of firm beach between the water and the white, stumbling stuff near the palm terrace.

Вода прибывала, и только узкая полоска твердого берега оставалась между белым бугристым подножьем террасы и морем.

Ralph chose the firm strip as a path because he needed to think, and only here could he allow his feet to move without having to watch them.

Ральф пошел по этой твердой полоске, потому что ему надо было хорошенько подумать, а хорошо думается только тогда, когда идешь, не глядя себе под ноги.

Suddenly, pacing by the water, he was overcome with astonishment.

И вдруг, бредя вдоль воды, он изумился.

He found himself understanding the wearisomeness of this life, where every path was an improvisation and a considerable part of one's waking life was spent watching one's feet.

Он вдруг понял, как утомительна жизнь, когда приходится заново прокладывать каждую тропку и чуть не все время, пока не спишь, ты следишь за своими вышагивающими ногами.

He stopped, facing the strip; and remembering that first enthusiastic exploration as though it were part of a brighter childhood, he smiled jeeringly.

Он остановился, окинул взглядом обуженный пляж, первая веселая разведка вспомнилась ему как что-то из дальнего, лучезарного детства, и он горько усмехнулся.

He turned then and walked back toward the platform with the sun in his face.

Он повернул и пошел обратно, к площадке, и солнце теперь било ему в лицо.

The time had come for the assembly and as he walked into the concealing splendors of the sunlight he went carefully over the points of his speech.

Ральф готовился к речи, и, бредя в густом, слепящем солнечном блеске, он пункт за пунктом ее репетировал.

There must be no mistake about this assembly, no chasing imaginary...

Итак, это собранье не для глупостей, с этим пора покончить, сейчас вообще не до выдумок...

He lost himself in a maze of thoughts that were rendered vague by his lack of words to express them.

Он запутался в мыслях, неясных оттого, что ему не хватало слов, чтобы выразить их.

Frowning, he tried again.

Нахмурился и стал обдумывать все сначала.

This meeting must not be fun, but business.

Это собранье не забава, а дело серьезное.

At that he walked faster, aware all at once of urgency and the declining sun and a little wind created by his speed that breathed about his face.

Тут он прибавил шагу, подгоняемый мыслью о том, что надо спешить, что садится солнце, и всколыхнувшийся от его скорости ветерок дунул ему в лицо.

This wind pressed his grey shirt against his chest so that he noticed-in this new mood of comprehension-how the folds were stiff like cardboard, and unpleasant; noticed too how the frayed edges of his shorts were making an uncomfortable, pink area on the front of his thighs.

Ветерок приплюснул серую рубашку к груди Ральфа, и он заметил - он сейчас вообще все понимал и замечал, - как складки на рубашке противно задубели, стали будто картонные и как обтрепанными краями шортов ему больно, докрасна растерло ноги.

With a convulsion of the mind, Ralph discovered dirt and decay, understood how much he disliked perpetually flicking the tangled hair out of his eyes, and at last, when the sun was gone, rolling noisily to rest among dry leaves.

Ральф с омерзеньем понял, до чего он грязен и опустился; он понял, как надоело ему вечно смахивать со лба спутанные космы и по вечерам, когда спрячется солнце, шумно шуршать сухой листвой, укладываясь спать.

At that he began to trot.

Тут он припустил почти бегом.

The beach near the bathing pool was dotted with groups of boys waiting for the assembly.

Берег возле бухты был усеян группками дожидавшихся собрания мальчиков.

They made way for him silently, conscious of his grim mood and the fault at the fire.

Перед ним молча расступались, понимая, что он не в духе из-за незадачи с костром.

The place of assembly in which he stood was roughly a triangle; but irregular and sketchy, like everything they made.

Место для собраний, где он остановился, было треугольником, но, как и все, что они делали, составленным наспех и кое-как.

First there was the log on which he himself sat; a dead tree that must have been quite exceptionally big for the platform.

Основанием было бревно, на котором полагалось сидеть самому Ральфу, - огромное мертвое дерево необычных для площадки размеров. Вряд ли оно могло тут вырасти.

Perhaps one of those legendary storms of the Pacific had shifted it here.

Скорей всего, его занесло одной из знаменитых тихоокеанских бурь.

This palm trunk lay parallel to the beach, so that when Ralph sat he faced the island but to the boys was a darkish figure against the shimmer of the lagoon.

Оно лежало параллельно берегу, и, сидя на нем, Ральф смотрел на остров, для других вырисовываясь темным силуэтом против сверканья лагуны.

The two sides of the triangle of which the log was base were less evenly defined.

Боковые стороны треугольника были неравны.

On the right was a log polished by restless seats along the top, but not so large as the chiefs and not so comfortable.

Справа лежал ствол, отполированный беспокойным ерзаньем, но уже не такой толстый и куда менее удобный.

On the left were four small logs, one of them-the farthest-lamentably springy.

Слева было четыре небольших бревнышка, и одно - дальнее - злосчастно пружинило.

Assembly after assembly had broken up in laughter when someone had leaned too far back and the log had whipped and thrown half a dozen boys backwards into the grass.

Каждый раз собрание разражалось хохотом, когда кто-то, слишком привольно рассевшись, толкал его, и оно скидывало полдюжины ребят в траву.

Yet now, he saw, no one had had the wit-not himself nor Jack, nor Piggy-to bring a stone and wedge the thing.

И ни у кого, подумал теперь Ральф, ни у кого не хватило ума - хорош же он сам, и Джек, и Хрюша - привалить камень к деревцу, которому охота кувыркаться.

So they would continue enduring the ill-balanced twister, because, because.... Again he lost himself in deep waters.

Так и будут они с него плюхаться, потому что, потому что, потому... И снова он совершенно запутался.

Crass was worn away in front of each trunk but grew tall and untrodden in tile center of the triangle.

Возле каждого бревна трава повытерлась, но в центре треугольника она росла высоко и буйно.

Then, at the apex, the grass was thick again because no one sat there.

У вершины трава была тоже густая, там никогда не садился никто.

All round the place of assembly the grey trunks rose, straight or leaning, and supported the low roof of leaves.

Высокие серые стволы ровно тянулись вверх или клонились вокруг треугольника, подпирая низкую лиственную кровлю.

On two sides was the beach; behind, the lagoon; in front, the darkness of the island.

По бокам был берег, сзади лагуна, впереди -темень острова.

Ralph turned to the chief’s seat.

Ральф подошел к своему месту.

They had never had an assembly as late before.

Никогда еще он так поздно не созывал собраний.

That was why the place looked so different.

Ну да, потому-то все сейчас и выглядело по-другому.

Normally the underside of the green roof was lit by a tangle of golden reflections, and their faces were lit upside down-like, thought Ralph, when you hold an electric torch in your hands.

Обычно зеленая кровля снизу высвечивалась золотыми бликами и тени на лицах были перевернуты, как когда держишь фонарик в руке.

But now the sun was slanting in at one side, so that the shadows were where they ought to be.

А теперь солнце садилось и забрасывало тени, как им положено.

Again he fell into that strange mood of speculation that was so foreign to him.

Опять его повело на мудреные выкладки.

If faces were different when lit from above or below-what was a face?

Если лицо совершенно меняется от того, сверху ли или снизу его осветить, - чего же стоит лицо?

What was anything?

И чего все вообще тогда стоит?

Ralph moved impatiently.

Ральф поежился.

The trouble was, if you were a chief you had to think, you had to be wise.

Когда ты главный, тебе приходится думать и надо быть мудрым, в этом вся беда.

And then the occasion slipped by so that you had to grab at a decision.

То и дело надо принимать быстрые решения.

This made you think; because thought was a valuable thing, that got results...

И тут поневоле будешь думать, потому что мысли - вещь ценная, от них много проку.

Only, decided Ralph as he faced the chiefs seat, I can't think.

"Только вот, - решил Ральф, глядя на место главного, - думать-то я не умею.

Not like Piggy.

Не то что Хрюша".

Once more that evening Ralph had to adjust his values.

Второй раз за вечер Ральф пересматривал ценности.

Piggy could think.

Хрюша думать умеет.

He could go step by step inside that fat head of his, only Piggy was no chief.

Как он здорово, по порядку все всегда провернет в своей толстой башке. Но какой же Хрюша главный?

But Piggy, for all his ludicrous body, had brains.

Хрюша смешной, толстопузый, но котелок у него варит, это уж точно.

Ralph was a specialist in thought now, and could recognize thought in another.

Ставши специалистом по части мыслей, Ральф теперь-то уж понимал, кто умеет думать, кто нет.

The sun in his eyes reminded him how time was passing, so he took the conch down from the tree and examined the surface.

Бьющее в глаза солнце напомнило о позднем часе, и он снял с дерева рог и стал рассматривать.

Exposure to the air had bleached the yellow and pink to near-white, and transparency.

От того, что его вытащили из родной стихии, розовая и желтая поверхность рога выцвела чуть не до белизны и стала почти прозрачной.

Ralph felt a land of affectionate reverence for the conch, even though he had fished the thing out of the lagoon himself.

Ральф рассматривал рог с нежной почтительностью, будто вовсе и не он сам своими руками выловил его из воды.

He faced the place of assembly and put the conch to his lips.

Он окинул взглядом место собраний и поднял рог к губам.

The others were waiting for this and came straight away.

Все только того и ждали и сбежались сразу.

Those who were aware that a ship had passed the island while the fire was out were subdued by the thought of Ralph's anger; while those, including the littluns who did not know, were impressed by the general air of solemnity.

Те, кто знали, что корабль прошел мимо острова, а костер не горел, боялись еще больше прогневить Ральфа; те же, кто, как малыши, например, ничего не знали, поддались общему настроению.

The place of assembly filled quickly; Jack, Simon, Maurice, most of the hunters, on Ralph's right; the rest on the left, under the sun.

Места быстро заполнялись. Джек, Саймон, Морис, большинство охотников сели справа от Ральфа; остальные - слева, на солнце.

Piggy came and stood outside the triangle.

Хрюша остался вовне треугольника.

This indicated that he wished to listen, but would not speak; and Piggy intended it as a gesture of disapproval

Это означало, что он намерен слушать, не говорить; Хрюша выражал таким образом неодобрение.

"The thing is: we need an assembly."

- Значит, так: нам надо сейчас же провести собрание.

No one said anything but the faces turned to Ralph were intent.

Никто ничего не ответил, но все лица обратились к Ральфу.

He flourished the conch.

Ральф покачал рогом.

He had learnt as a practical business that fundamental statements like this had to be said at least twice, before everyone understood them.

Он по опыту знал, что подобные важные утвержденья, чтобы они дошли до всех, надо повторить хотя бы дважды.

One had to sit, attracting all eyes to the conch, and drop words like heavy round stones among the little groups that crouched or squatted.

Надо сидеть, держать рог перед глазами мальчиков, кое-как пристроившихся на бревнах, и ронять слова обкатанными тяжелыми камешками.

He was searching his mind for simple words so that even the littluns would understand what the assembly was about.

Он поискал в уме самых простых слов, чтобы даже малыши могли их понять.

Later perhaps, practiced debaters-Jack, Maurice, Piggy-would use their whole art to twist the meeting: but now at the beginning the subject of the debate must be laid out clearly.

Потом уж пусть Джек, Морис и Хрюша плетут что хотят, это они умеют, но сначала надо ясно и четко выразить, о чем пойдет речь.

"We need an assembly.

- Нам надо сейчас же провести собрание.

Not for fun.

Не для шуточек.

Not for laughing and falling off the log"-the group of littluns on the twister giggled and looked at each other-"not for making jokes, or for"-he lifted the conch in an effort to find the compelling word-"for cleverness.

Не для того, чтоб хихикать или сваливаться с бревна, - малыши на кувыркающемся бревне хихикнули и переглянулись, - не для того, чтоб остроумие показывать и... - он поднял рог и с натугой искал словцо похлеще, - умничать.

Not for these things.

Совсем не для этого всего.

But to put things straight.''

А чтобы поговорить начистоту.

He paused for a moment.

Он немного помолчал.

"I've been alone.

- Вот я шел.

By myself I went, thinking what's what I know what we need.

Шел я один и думал. Я знаю, что нам надо.

An assembly to put things straight And first of all, I'm speaking."

Нам надо поговорить начистоту. Ну и вот, сейчас я сам скажу.

He paused for a moment and automatically pushed back his hair.

Он опять помолчал и привычно смахнул волосы со лба.

Piggy tiptoed to the triangle, his ineffectual protest made, and joined the others.

Хрюша на цыпочках подошел к треугольнику, покончив с неудачной демонстрацией.

Ralph went on.

Ральф продолжал:

"We have lots of assemblies.

- Собраний у нас хватает.

Everybody enjoys speaking and being together.

Всем нравится говорить, собираться.

We decide things.

Всякие решенья принимать.

But they don't get done.

Но мы ничего не выполняем.

We were going to have water brought from the stream and left in those coconut shells under fresh leaves.

Вот решили носить воду из реки в кокосовых скорлупах, накрывать ее свежими листьями.

So it was, for a few days.

Ну, и сперва так и было.

Now there's no water.

Теперь воды нет.

The shells are dry.

Скорлупы сухие.

People drink from the river."

Все на реку ходят пить.

There was a murmur of assent.

Пронесся гул. Все соглашались с Ральфом.

"Not that there's anything wrong with drinking from the river.

- Конечно, из реки тоже можно напиться, что тут плохого.

I mean I'd sooner have water from that place-you know, the pool where the waterfall is-than out of an old coconut shell.

Я и сам-то лучше стану пить там, ну, где водопад, вы знаете, чем из старой кокосовой скорлупы.

Only we said we'd have the water brought And now not There were only two full shells there this afternoon."

Но ведь мы же сами решили носить. И не носим. Сегодня было только две скорлупы с водой.

He licked his lips.

Он провел языком по сухим губам.

"Then there's huts.

- Теперь про шалаши.

Shelters."

Про убежища.

The murmur swelled again and died away.

Снова поднялся и стихнул гул.

"You mostly sleep in shelters.

- Спите вы почти все в шалашах.

Tonight, except for Sam-neric up by the fire, you'll all sleep there.

Сегодня, кроме Эрикисэма, которые у костра дежурят, все в шалашах будут спать.

Who built the shelters?"

А кто их строил?

Clamor rose at once.

Тут уж собрание расшумелось.

Everyone had built the shelters.

Шалаши строили все.

Ralph had to wave the conch once more.

Снова Ральфу пришлось помахать рогом.

"Wait a minute!

- Погодите вы!

I mean, who built all three?

Я спрашиваю - кто все три шалаша строил?

We all built the first one, four of us the second one, and me 'n Simon built the last one over there.

Первый мы строили все, второй строили вчетвером, а последний только мы с Саймоном.

That's why it's so tottery.

То-то он и шатается.

No.

Погодите.

Don't laugh.

Ничего смешного.

That shelter might fall down if the rain comes back.

Он развалится, когда опять польет дождь.

We'll need those shelters then."

А тогда нам будут нужны все три шалаша.

He paused and cleared his throat.

Он умолк, откашлялся.

"There's another thing.

- И еще одно.

We chose those rocks right along beyond the bathing pool as a lavatory.

Мы решили, что уборная у нас будет там, в тех скалах за бухтой.

That was sensible too.

Что ж, очень даже правильно.

The tide cleans the place up.

Волны сами обмывают эти скалы.

You littluns know about that."

Это и малыши знают.

There were sniggers here and there and swift glances.

Кругом опять стали хихикать и переглядываться.

"Now people seem to use anywhere.

- А теперь где хотят, там и присаживаются.

Even near the shelters and the platform.

Возле самых шалашей, прямо на площадке.

You littluns, when you're getting fruit; if you're taken short-"

Вы, малыши, если у вас схватил живот, когда рвете фрукты...

The assembly roared.

Собрание ревело.

"I said if you're taken short you keep away from the fruit.

- Я говорю, как прихватит, вы бы хоть от фруктов подальше.

That's dirty."

А то грязь и безобразие.

Laughter rose again.

Снова поднялся смех.

"I said that's dirty!"

- Я говорю, это безобразие!

He plucked at his stiff, grey shirt.

Он подергал на себе серую, задубевшую рубашку.

"That's realty dirty.

- Безобразие!

If you're taken short you go right along the beach to the rocks.

Если прихватит, надо в скалы бежать.

See?"

Ясно?

Piggy held out his hands for the conch but Ralph shook his head.

Хрюша потянулся за рогом, но Ральф затряс головой.

This speech was planned, point by point.

Он обдумал свою речь, пункт за пунктом.

"We've all got to use the rocks again.

- Надо всем нам снова ходить к этим скалам.

This place is getting dirty." He paused.

А то грязно очень. - Он умолк.

The assembly, sensing a crisis, was tensely expectant.

Предчувствуя взрыв, все затаили дыхание. - И еще.

"And then: about the fire."

Насчет костра.

Ralph let out his spare breath with a little gasp that was echoed by his audience.

Ральф вздохнул почти со стоном, и по собранию эхом пронесся вздох.

Jack started to chip a piece of wood with his knife and whispered something to Robert, who looked away.

Джек принялся стругать прутик, что-то шепнул Роберту, и тот отвернулся.

"The fire is the most important thing on the island.

- Костер тут на острове - важней всего.

How can we ever be rescued except by luck, if we don't keep a fire going?

Как же нас спасут, если он у нас не будет гореть? Только, может, чудом.

Is a fire too much for us to make?"

И неужели же мы не можем с этим справиться?

He flung out an arm.

Он выбросил вперед правую руку.

"Look at us!

- Смотрите!

How many are we?

Сколько нас!

And yet we can't keep a fire going to make smoke.

И мы не смогли удержать костер.

Don't you understand?

Вы что - не понимаете?

Can't you see we ought to-ought to die before we let the fire out?"

Костер нельзя забывать, уж лучше... лучше умереть!

There was a self-conscious giggling among the hunters.

Охотники смущенно захихикали.

Ralph turned on them passionately.

Ральф посмотрел на них и продолжал запальчиво:

"You hunters!

- Эх вы, охотники!

You can laugh!

Еще смеетесь!

But I tell you the smoke is more important than the pig, however often you kill one.

Поймите вы - костер важней, чем ваши свиньи, сколько бы вы их там ни понаубивали.

Do all of you see?" He spread his arms wide and turned to the whole triangle.

Вы что, не соображаете? - Он развел руками и оглядел всех.

"We've got to make smoke up there-or die."

- Дым у нас всегда должен быть - хоть умри!

He paused, feeling for his next point

Он умолк, уже взвешивая новый пункт.

"And another thing."

- И еще одно.

Someone called out.

Кто-то выкрикнул:

"Too many things."

- Может, хватит?

There came mutters of agreement.

Кто-то тихонько поддакнул.

Ralph overrode them.

Ральф не стал ничего замечать.

"And another thing.

- И еще одно.

We nearly set the whole island on fire.

Мы чуть весь остров не спалили.

And we waste time, rolling rocks, and making little cooking fires.

И мы только зря время теряем, сдвигаем камни, разводим маленькие костры, чтоб жарить.

Now I say this and make it a rule, because I'm chief.

И вот я, как главный, объявляю правило.

We won't have a fire anywhere but on the mountain.

Костры нигде не жечь ни за что.

Ever."

Только на горе.

There was a row immediately.

Шум поднялся неимоверный.

Boys stood up and shouted and Ralph shouted back.

Все вскакивали, орали, Ральф орал в ответ:

"Because if you want a fire to cook fish or crab, you can jolly well go up the mountain.

- Если тебе нужно зажарить рыбу или краба -подымайся на гору, ничего с тобой не случится!

That way we'll be certain."

И так оно верней.

Hands were reaching for the conch in the light of the setting sun.

В низящихся лучах замелькали потянувшиеся за рогом руки.

He held on and leapt on the trunk.

Ральф вспрыгнул на бревно.

"All this I meant to say.

- Вот что я хотел сказать.

Now I've said it.

Ну и сказал.

You voted me for chief.

Вы сами меня выбрали.

Now you do what I say."

И должны меня слушаться.

They quieted, slowly, and at last were seated again.

Постепенно все затихли, уселись.

Ralph dropped down and spoke in his ordinary voice.

Ральф спрыгнул на землю и заговорил обычным голосом.

"So remember.

- Значит, так.

The rocks for a lavatory.

Уборная в скалах.

Keep the fire going and smoke showing as a signal.

Костер чтоб всегда горел и всегда был дым.

Don't take fire from the mountain.

Жечь огонь только на горе.

Take your food up mere."

Еду жарить там.

Jack stood up, scowling in the gloom, and held out his hands.

Джек встал, мрачно хмурясь, потянулся за рогом.

"I haven't finished yet"

- Я еще не кончил.

"But you've talked and talked!"

- Да ты уж сколько наговорил!

"I've got the conch."

- У меня рог.

Jack sat down, grumbling.

Джек сел, недовольный.

"Then the last mine.

-И - последнее.

This is what people can talk about."

Об этом и так разговоры, наверное.

He waited till the platform was very still.

Он выждал, пока на площадке водворилась тишина.

"Things are breaking up.

- Не получается у нас как-то.

I don't understand why.

Не пойму, что такое.

We began well; we were happy.

Так хорошо начинали. Весело было.

And then-"

И вот...

He moved the conch gently, looking beyond them at nothing, remembering the beastie, the snake, the fire, the talk of fear.

Он погладил рог, устремив мимо них пустой взгляд, думая про зверя, змея, костер, разговоры про страх.

"Then people started getting frightened."

- И вот все начали бояться.

A murmur, almost a moan, rose and passed away.

Поднялся и тотчас замер ропот, почти стон.

Jack had stopped whittling.

Джек уже не строгал.

Ralph went on, abruptly.

Ральф продолжал отрывисто:

"But that's littluns' talk.

- Это все малыши зря болтают.

We'll get that straight.

Это надо уладить.

So the last part, the bit we can all talk about, is kind of deciding on the fear."

Так что вот, последнее, что нам остается еще решить, - это насчет страха.

The hair was creeping into his eyes again.

Опять ему в глаза полезли волосы.

"We've got to talk about this fear and decide there's nothing in it.

- Надо поговорить насчет этого страха, ведь бояться-то нечего.

I'm frightened myself, sometimes; only that's nonsense!

Я и сам иногда боюсь. Только глупости это!

Like bogies.

Выдумки.

Then, when we've decided, we can start again and be careful about things like the fire." A picture of three boys walking along the bright beach flitted through his mind. "And be happy."

Давайте разберемся насчет этого страха, и тогда он не будет нам мешать, и можно будет заняться серьезными делами, как костер, например. - В голове у него мелькнула картинка - трое мальчиков над сверкающим морем. - И опять нам будет хорошо, нам будет весело.

Ceremonially, Ralph laid the conch on the trunk beside him as a sign that the speech was over.

Ральф торжественно положил рог на бревно в знак того, что речь его окончена.

What sunlight reached them was level.

Пробивавшиеся к ним лучи уже совсем припадали к земле.

Jack stood up and took the conch.

Джек встал и взял рог.

"So this is a meeting to find out what's what, I'll tell you what's what.

- Значит, решили поговорить начистоту. Ладно. Скажу все прямо.

You littluns started all this, with the fear talk.

Весь этот страх вы, малыши, сами выдумали.

Beasts!

Зверь!

Where from?

Да откуда?

Of course we're frightened sometimes but we put up with being frightened.

Ну бывает и нам страшно иногда, но подумаешь, дело большое - страшно!

Only Ralph says you scream in the night.

Вот Ральф говорит, вы по ночам орете.

What does that mean but nightmares?

Ну и что! Это просто от кошмаров.

Anyway, you don't hunt or build or help-you're a lot of cry-babies and sissies.

И вообще - вы не строите, вы не охотитесь, толку от вас чуть, сыночки мамочкины, неженки.

That's what.

Вот.

And as for the fear-you'll have to put up with that like the rest of us."

Нам тоже страшно бывает, но мы нюни не распускаем!

Ralph looked at Jack open-mouthed, but Jack took no notice.

Ральф смотрел на Джека, раскрыв рот, Джек ничего не замечал.

'The thing is-fear can't hurt you any more than a dream.

- От страха вас не убудет. Сам-то страх не кусается.

There aren't any beasts to be afraid of on this island." He looked along the row of whispering littluns. "Serve you right if something did get you, you useless lot of cry-babies! But there is no animal-"

Нет здесь на острове никаких страшилищ. - Он оглядел перешептывающихся малышей. - А так бы вам и надо, если бы вас кто-то и съел, кому вы нужны, плаксы несчастные! Да только нет -слышите вы? - нет зверя здесь...

Ralph interrupted him testily.

Ральф не выдержал:

"What is all this?

- Да ты что?

Who said anything about an animal?"

Кто говорит про зверя?

"You did, the other day.

- Сам же недавно говорил.

You said they dream and cry out Now they talk-not only the littluns, but my hunters sometimes-talk of a thing, a dark thing, a beast, some sort of animal I've heard.

Сказал, снится им что-то, они кричат. А теперь распустили языки, и не одни малыши, но бывает, даже мои, охотники - болтают про черное что-то, про зверя какого-то, я сам слышал.

You thought not, didn't you?

А, так ты не знал, да?

Now listen.

Тогда послушай.

You don't get big animals on small islands.

На таких маленьких островах не бывает больших зверей.

Only pigs.

Исключительно свиньи.

You only get lions and tigers in big countries like Africa and India-"

Львы и тигры водятся только в больших странах, в Африке, например, или в Индии...

"And the Zoo-"

- Или в зоопарке...

"I've got the conch.

- У меня рог!

I'm not talking about the fear.

И я не про страх говорю.

I'm talking about the beast.

А я про зверя говорю.

Be frightened if you like.

Хочется вам пугаться - пожалуйста!

But as for the beast-"

Но насчет зверя...

Jack paused, cradling the conch, and turned to his hunt" ers with their dirty black caps.

Джек помолчал, качая рог, как ребенка, потом повернулся к своим охотникам в грязных черных шапочках:

"Am I a hunter or am I not?"

- Настоящий я охотник или нет?

They nodded, simply.

Они только закивали в ответ.

He was a hunter all right.

Да, охотник он настоящий.

No one doubted that.

Тут кто же мог сомневаться?

"Well then-I've been all over this island.

- Ну так вот, я прочесал весь остров.

By myself.

Сам. Один.

If there were a beast I'd have seen it Be frightened because you're like that-but there is no beast in the forest"

Если б тут был зверь, я бы его увидел. Можете бояться, раз вы трусы такие, но зверя в лесу никакого нет.

Jack handed back the conch and sat down.

Джек отдал рог и сел.

The whole assembly applauded him with relief.

Все облегченно захлопали.

Then Piggy held out his hand.

Рог взял Хрюша.

"I don't agree with all Jack said, but with some.

- Вообще-то я с Джеком не согласен. Но кое-чего он верно сказал.

'Course there isn't a beast in the forest How could there be?

Зверя в лесу нету. И не может быть.

What would a beast eat?"

Чего бы он кушал?

"Pig."

- Свиней!

"We eat pig."

- Вот мы же едим свиней!

"Piggy!"

- Хрюшек он кушает!

"I got the conch!" said Piggy indignantly. "Ralph-they ought to shut up, oughtn't they?

- У меня рог, - возмутился Хрюша. - Ральф, скажи им, ну чего они, а Ральф?

You shut up, you littluns!

Эй вы, малыши, тихо!

What I mean is that I don't agree about this here fear.

Я говорю, насчет страха это я не согласен с Джеком.

Of course there isn't nothing to be afraid of in the forest Why-I been there myself!

В лесу вам бояться нечего. Да я тоже там был.

You'll be talking about ghosts and such things next We know what goes on and if there's something wrong, there's someone to put it right."

Вы еще духов выдумаете и привидения разные. Что есть - то и есть, и всегда понятно что к чему, а если чего не так, на все люди есть, чтоб разобраться. Сразу, как будто выключили свет, зашло солнце.

He took off his glasses and blinked at them. The sun had gone as if the light had been turned off.

Хрюша снял очки и мигая посмотрел на малышей.

He proceeded to explain.

Потом он продолжал свои разъяснения:

"If you get a pain in your stomach, whether it's a little one or a big one-"

- Когда у тебя болит, к примеру, живот, все равно, большой он там у тебя или маленький...

"Yours is a big one."

- Ну, у тебя-то большой!

"When you done laughing perhaps we can get on with the meeting.

- Ладно, вы кончайте смеяться, а тогда мы, может, продолжим собрание.

And if them littluns climb back on the twister again they'll only fall off in a sec.

И если малыши полезут обратно на кувыркалку, они сразу ведь свалятся.

So they might as well sit on the ground and listen.

Так что лучше уж сразу садитесь на землю и слушайте.

No.

Ну вот.

You have doctors for everything, even the inside of your mind.

Для всего свои доктора есть, даже для мозгов.

You don't really mean that we got to be frightened all the time of nothing?

Неужели ж вы думаете, так и можно все время неизвестно чего бояться?

Life," said Piggy expansively, "is scientific, that's what it is.

В жизни, - сказал убежденно Хрюша, - в жизни -все научно, вот.

In a year or two when the war's over they'll be traveling to Mars and back.

Года через два, как кончится война, можно будет летать на Марс, туда и сюда.

I know there isn't no beast-not with claws and all that, I mean-but I know there isn't no fear, either."

Я знаю - нету тут никакого зверя, ну, с когтями и вообще - но я и про страх тоже знаю, что нету его.

Piggy paused.

Хрюша помолчал.

"Unless-"

- Если только...

Ralph moved restlessly.

Ральф вздрогнул:

"Unless what?"

- Если - что?

"Unless we get frightened of people."

- Если только друг дружку не пугать.

A sound, half-laugh, half-jeer, rose among the seated boys.

Кругом раздались неприязненные смешки.

Piggy ducked his head and went on hastily.

Хрюша втянул голову в плечи и заключил скороговоркой:

"So lets hear from that littlun who talked about a beast and perhaps we can show him how silly he is."

- Ну давайте выслушаем малыша, который про зверя говорил, и, может, объясним ему, что все это глупость одна.

The littluns began to jabber among themselves, then one stood forward.

Малыши затараторили все разом, и один выступил вперед.

"What's your name?"

- Как тебя зовут?

"Phil."

- Фил.

For a littlun he was self-confident, holding out his hands, cradling the conch as Ralph did, looking round at them to collect their attention before he spoke.

Для малыша он держался уверенно, покачал рогом в точности, как Ральф, и так же точно, как Ральф, оглядел всех, призывая к вниманию.

"Last night I had a dream, a horrid dream, fighting with things.

- Вчера мне приснился сон, страшный сон, как будто бы я дерусь.

I was outside the shelter by myself, fighting with things, those twisty things in the trees."

Как будто я около шалаша, один, и я отбиваюсь от этих, от крученых, какие висят по деревьям.

He paused, and the other littluns laughed in horrified sympathy.

Он умолк, и в нервном хихиканье малышей был призвук ужаса и сочувствия.

"Then I was frightened and I woke up.

- Я испугался и проснулся.

And I was outside the shelter by myself in the dark and the twisty things had gone away."

Проснулся и вижу - я один около шалаша, а этих черных и крученых уже нет.

The vivid horror of this, so possible and so nakedly terrifying, held them all silent.

Они затихли, воочию, с трепетом представив себе все это.

The child's voice went piping on from behind the white conch.

Опять из-за рога запищал детский голосок:

"And I was frightened and started to call out for Ralph and then I saw something moving among the trees, something big and horrid."

-Я испугался и стал Ральфа звать и вдруг вижу: под деревьями идет что-то, большое и страшное.

He paused, half-frightened by the recollection yet proud of the sensation he was creating.

Он смолк, обмирая от воспоминания, но не без гордости, что сумел напугать и других.

"That was a nightmare," said Ralph. "He was walking in his sleep."

- Это у него был кошмар, - сказал Ральф, - он ходил во сне.

The assembly murmured in subdued agreement.

Собрание сдержанным гулом одобрило мудрость Ральфа.

The littlun shook his head stubbornly.

Малыш упрямо затряс головой.

"I was asleep when the twisty things were fighting and when they went away I was awake, and I saw something big and horrid moving in the trees."

- Нет, когда те, крученые, со мной дрались, это я спал, а когда они пропали, я уже не спал, и я видел, как что-то большое и страшное идет под деревьями.

Ralph held out his hands for the conch and the littlun sat down.

Ральф потянулся за рогом, малыш сел.

"You were alseep.

- Нет, ты спал.

There wasn't anyone there.

Никого там не было.

How could anyone be wandering about in the forest at night?

Ну, кому охота ночью по лесу бродить?

Was anyone?

Кому?

Did anyone go out?"

Выходил кто-нибудь ночью?

There was a long pause while the assembly grinned at the thought of anyone going out in the darkness.

Все долго молчали, усмехаясь дикому предположению, что кто-то мог выходить в темноте.

Then Simon stood up and Ralph looked at him in astonishment

Но вот встал Саймон. Ральф глядел на него во все глаза.

"You!

-Ты?

What were you mucking about in the dark for?"

Тебе-то зачем в темноте по лесу шататься?

Simon grabbed the conch convulsively.

Саймон судорожно вцепился в рог.

"I wanted-to go to a place-a place I know."

- Я хотел... я хотел к одному месту пройти.

"What place?"

- Какому еще месту?

"Just a place I know.

- Ну, есть одно место.

A place in the jungle."

В джунглях.

He hesitated.

Он замялся.

Jack settled the question for them with that contempt in his voice that could sound so funny and so final.

Джек снял напряжение; только он умел говорить так презрительно, так насмешливо и твердо:

"He was taken short"

- Все ясно!

With a feeling of humiliation on Simon's behalf, Ralph took back the conch, looking Simon sternly in the face as he did so.

Ему живот схватило. Ральфу стало обидно и стыдно за Саймона, и, строго глядя ему в лицо, он отобрал у него рог.

"Well, don't do it again.

- Ладно. Ты больше не надо.

Understand?

Понял?

Not at night There's enough silly talk about beasts, without the litthlus seeing you gliding about like a-"

Ночью туда не ходи. И так глупости всякие болтают про зверя, а тут еще ты на глазах у малышей будешь красться, как какой-то...

The derisive laughter that rose had fear in it and condemnation.

В издевательских смешках остался призвук страха, и еще в них было осуждение.

Simon opened his mouth to speak but Ralph had the conch, so he backed to his seat

Саймон открыл рот, но рог был уже у Ральфа, и он сел на свое место.

When the assembly was silent Ralph turned to Piggy.

Когда все угомонились, Ральф повернулся к Хрюше:

"Well, Piggy?"

- Что у тебя, Хрюша?

"There was another one.

- Да тут вон еще один.

Him."

Этот.

The littlums pushed Percival forward, then left him by himself.

Малыши вытолкали Персиваля на середину треугольника.

He stood knee-deep in the central grass, looking at his hidden feet, trying to pretend he was in a tent Ralph remembered another small boy who had stood like this and he flinched away from the memory.

Он стоял по колено в высокой траве, смотрел на свои увязнувшие в траве ноги и силился вообразить, что никто не видит его, что он в укрытии. Ральфу представилось, как точно так же стоял другой карапуз, и он поскорей отогнал эту картинку.

He had pushed the thought down and out of sight, where only some positive reminder like this could bring it to the surface.

Он старался больше ее не видеть, вытравил ее, загнал далеко, глубоко, и только от прямого напоминанья, как сейчас, и могла она выплыть.

There had been no further numberings of the littluns, partly because there was no means of insuring that all of them were accounted for and partly because Ralph knew the answer to at least one question Piggy had asked on the mountain-top.

Малышей так и не созывали на перекличку, отчасти потому, что по крайней мере на один из вопросов, которые задавал тогда на горе Хрюша, Ральф знал ответ твердо.

There were little boys, fair, dark, freckled, and all dirty, but their faces were all dreadfully free of major blemishes.

Были вокруг малыши светлые, темные, были веснушчатые, и все до единого грязные, но на всех лицах - и тут никуда уж не денешься - была кожа как кожа.

No one had seen the mulberry-colored birthmark again.

Никто никогда больше не видел той багровой отметины.

But that time Piggy had coaxed and bullied.

Но зачем только Хрюша тогда, замазывая свою вину, так орал и надсаживался?

Tacitly admitting that he remembered the unmentionable, Ralph nodded to Piggy.

Без слов давая понять, что он все помнит, Ральф кивнул Хрюше:

"Go on.

- Ну ладно.

Ask him."

Сам спрашивай.

Piggy knelt, holding the conch.

Хрюша стал на колени, держа перед малышом рог.

"Now then.

- Хорошо.

What's your name?"

Как тебя звать?

The small boy twisted away into his tent Piggy turned helplessly to Ralph, who spoke sharply.

Малыш отпрянул в свое укрытие. Хрюша растерянно повернулся к Ральфу, тот спросил жестко:

"What's your name?"

- Как тебя зовут?

Tormented by the silence and the refusal the assembly broke into a chant.

Тот опять промолчал. Не выдержав этого запирательства, собрание грянуло хором:

"What's your name?

- Как тебя зовут?

What's your name?"

Как тебя зовут?

"Quiet!"

- Тихо вы!

Ralph peered at the child in the twilight

Ральф в сумерках разглядывал малыша.

"Now tell us.

- Ну скажи нам.

What's your name?"

Как тебя зовут?

"Percival Wemys Madison, The Vicarage, Harcourt St. Anthony, Hants, telephone, telephone, tele-"

-Персиваль Уимз Медисон, дом священника, Хакет Сент-Энтони, Гемпшир, телефон, телефон, теле...

As if this information was rooted far down in the springs of sorrow, the littlun wept.

И словно только этот адрес заграждал потоки скорби, малыш расплакался.

His face puckered, the tears leapt from his eves, his mouth opened till they could see a square black hole.

Личико скривилось, из глаз брызнули слезы, рот чернел квадратной дырой.

At first he was a silent effigy of sorrow; but then the lamentation rose out of him, loud and sustained as the conch.

Сначала он постоял немым воплощением скорби; потом плач хлынул, густой и крепкий, как звуки рога.

"Shut up, you!

- Хватит тебе!

Shut up!"

Умолкни!

Percival Wemys Madison would not shut up.

Но Персиваль Уимз Медисон умолкнуть не мог.

A spring had been tapped, far beyond the reach of authority or even physical intimidation.

Потоки прорвало так, что не остановить никакой властью, ни даже угрозами.

The crying went on, breath after breath, and seemed to sustain him upright as if he were nailed to it.

Рыданья сотрясали грудь Персиваля, и он не мог от них вырваться, будто его накрепко пригвоздило к вою.

"Shut up! Shut up!"

- Замолчишь ты или нет?!

For now the littluns were no longer silent.

И других малышей проняло.

They were reminded of their personal sorrows; and perhaps felt themselves to share in a sorrow that was universal.

Каждый вспомнил о своем горе; а возможно, они осознали свое соучастие в горе вселенском.

They began to cry in sympathy, two of them almost as loud as Percival.

Они расплакались, и двое почти так же громко, как Персиваль.

Maurice saved them.

Спас положение Морис.

He cried out.

Он крикнул:

"Look at me!"

- Эй, поглядите-ка на меня!

He pretended to fall over.

Он нарочно упал.

He rubbed his rump and sat on the twister so that he fell in the grass.

Потер крестец, уселся на кувыркалку, плюхнулся.

He clowned badly, but Percival and the others noticed and sniffed and laughed.

Клоун из Мориса вышел плохой. Но Персиваль и другие малыши отвлеклись, хлюпнули носами, захохотали.

Presently they were all laughing so absurdly that the biguns joined in.

И вот они уже зашлись в таком несуразном хохоте, что заразили больших.

Jack was the first to make himself heard.

Джек и в общем шуме заставил к себе прислушаться.

He had not got the conch and thus spoke against the rules; but nobody minded.

Рога у него не было, он нарушал правила, но этого никто не заметил.

"And what about the beast?"

- Ну, так как же насчет зверя?

Something strange was happening to Percival.

Что-то странное сделалось с Персивалем.

He yawned and staggered, so that Jack seized and shook him.

Он зевнул, закачался так, что Джеку пришлось схватить его за плечи и встряхнуть.

"Where does the beast live?"

-Где обитает этот зверь?

Percival sagged in Jack's grip.

Персиваль оседал в руках у Джека.

"That's a clever beast," said Piggy, jeering, "if it can hide on this island."

- Умный, видать, зверь, - усмехнулся Хрюша, - раз сумел тут запрятаться.

"Jack's been everywhere-"

- Джек весь остров обрыскал...

"Where could a beast live?"

- И где этому зверю жить?..

"Beast my foot!"

- Пускай своей бабушке про зверя расскажет!

Percival muttered something and the assembly laughed again.

Персиваль забормотал что-то потонувшее в общем хохоте.

Ralph leaned forward.

Ральф весь подался вперед.

"What does he say?"

- Что? Что он говорит?

Jack listened to Percival's answer and then let go of him.

Джек выслушал ответ Персиваля и выпустил его плечи.

Percival, released, surrounded by the comfortable presence of humans, fell in the long grass and went to sleep.

Персиваль, освобожденный, в утешительном окружении двуногих, упал в высокую траву и погрузился в сон.

Jack cleared his throat then reported casually.

Джек откашлялся и бросил небрежно:

"He says the beast comes out of the sea."

- Он говорит, что зверь выходит из моря.

The last laugh died away.

Смешки как-то осеклись.

Ralph turned involuntarily, a black, humped figure against the lagoon.

Ральф невольно обернулся - скорченная фигурка, черная на фоне лагуны.

The assembly looked with him, considered the vast stretches of water, the high sea beyond, unknown indigo of infinite possibility, heard silently the sough and whisper from the reef.

Все посмотрели туда же и вслушались. Дали пластались, убегали, ломились за простор густого, чужого и всемогущего ультрамарина; и шептались и всхлипывали у рифа волны.

Maurice spoke, so loudly that they jumped.

Вдруг Морис выпалил так громко, что все вздрогнули:

"Daddy said they haven't found all the animals in the sea yet"

- Мой папа говорит, еще пока не всех морских животных даже открыли.

Argument started again.

Опять все загалдели.

Ralph held out the glimmering conch and Maurice took it obediently.

Ральф протянул блистающий в сумраке рог, и Морис послушно взял его.

The meeting subsided.

Собрание угомонилось.

"I mean when Jack says you can be frightened because people are frightened anyway that's all right.

- По-моему, Джек верно сказал, каждому может быть страшно, и от страха никого не убудет, ничего тут такого нет.

But when he says there's only pigs on this island I expect he's right but he doesn't know, not really, not certainly I mean-" Maurice took a breath. "My daddy says there's things, what d'you call'em that make ink-squids-that are hundreds or yards long and eat whales whole." He paused again ana laughed gaily. "I don't believe in the beast of course.

Ну а вот насчет того, что одни свиньи на этом острове водятся, так это он, возможно, и верно говорит, но ведь же он не знает. Ну, то есть наверняка, точно же он не знает... - Морис шумно сглотнул. - Папа говорит, есть такие штуки, ой, ну как же их, они еще чернилами плюются -спруты, - так те в сто ярдов бывают и китов пожирают - свободно. - Он помолчал и рассмеялся весело. - Конечно, я в зверя не верю.

As Piggy says, life's scientific, but we don't know, do we?

Вот и Хрюша говорит - в жизни все научно, но ведь же мы не знаем?

Not certainly, I mean-"

Ну, то есть наверняка...

Someone shouted.

Кто-то крикнул:

"A squid couldn't come up out of the water!"

- Не может спрут этот из воды вылезать!

"Could!"

- Нет, может!

"Couldn't!"

- Не может!

In a moment the platform was full of arguing, gesticulating shadows.

Тотчас площадку заполонили шум, гам и мечущиеся тени.

To Ralph, seated, this seemed the breaking up of sanity.

Ральф, не вставая с места, смотрел, и ему казалось, что все с ума посходили.

Fear, beasts, no general agreement that the fire was all-important: and when one tried to get the thing straight the argument sheered off, bringing up fresh, unpleasant matter.

Плетут про зверя, про страх, а того не могут взять в толк, что важней всего - костер. А как только станешь им объяснять, начинают спорить и до разных ужасов добалтываются.

He could see a whiteness in the gloom near him so he grabbed it from Maurice and blew as loudly as he could.

Различив в сумерках робкую белизну рога, он выхватил его у Мориса и стал дуть изо всей мочи.

The assembly was shocked into silence.

Все смолкли.

Simon was close to him, laying hands on the conch.

Саймон подошел и протянул руку к раковине.

Simon felt a perilous necessity to speak; but to speak in assembly was a terrible thing to him.

Необходимость толкала Саймона выступить, но стоять и говорить перед собранием была для него пытка.

"Maybe," he said hesitantly, "maybe there is a beast."

- Может, - решился он наконец, - может, зверь этот и есть.

The assembly cried out savagely and Ralph stood up in amazement.

Вокруг неистово заорали, и Ральф встал, потрясенный:

"You, Simon?

- Саймон - ты?

You believe in this?"

И ты в это веришь?

"I don't know," said Simon.

- Не знаю, - сказал Саймон.

His heartbeats were choking him.

Сердце у него совсем зашлось, он задыхался.

"But..."

-Я...

The storm broke.

И тут разразилась буря:

"Sit down!" "Shut up!"

- Сиди уж!

"Take the conch!"

- А ну, клади рог!

"Sod you!"

- Да пошел ты!..

"Shut up!"

- Умолкни!

Ralph shouted.

Ральф крикнул:

"Hear him!

- Дайте ему сказать!

He's got the conch!"

У него рог!

"What I mean is... maybe it's only us."

- То есть... может... ну... это мы сами.

"Nuts!"

- Вот полоумный!

That was from Piggy, shocked out of decorum.

Это уж попирал все приличия не стерпевший Хрюша.

Simon want on.

Саймон продолжал:

"We could be sort of..."

- Может, мы сами, ну...

Simon became inarticulate in his effort to express mankind's essential illness.

Саймон растерял все слова в попытках определить главную немощь рода человеческого.

Inspiration came to him.

И вдруг его осенило:

"What's the dirtiest thing there is?"

- Что самое нечистое на свете?

As an answer Jack dropped into the uncomprehending silence that followed it the one crude expressive syllable.

Вместо ответа Джек бросил в обалделую тишину непристойное слово.

Release was immense.

Разрядка пришла как оргазм.

Those littluns who had climbed back on the twister fell off again and did not mind.

Те малыши, которые успели снова забраться на кувыркалку, радостно поплюхались в траву.

The hunters were screaming with delight

И взревели ликующие охотники.

Simon's effort fell about him in ruins; the laughter beat him cruelly and he shrank away defenseless to his seat.

Хохот больно ударил Саймона и разбил его решимость вдребезги. Саймон сжался и сел.

At last the assembly was silent again.

Наконец все снова затихли.

Someone spoke out of turn.

Кто-то, не попросивши рог, сказал:

"Maybe he means it's some sort of ghost"

- Может, это он про духов разных.

Ralph Lifted the conch and peered into the gloom.

Ральф поднял рог и вглядывался в сумрак.

The lightest thing was the pale beach.

Всего светлей был бледный берег.

Surely the littluns were nearer?

Малыши как будто подобрались ближе?

Yes-there was no doubt about it, they were huddled into a tight knot of bodies in the central grass.

Ну да, конечно, сжались в кучку на траве посередке.

A flurry of wind made the palms talk and the noise seemed very loud now that darkness and silence made it so noticeable.

От порыва ветра разворчались пальмы, и шум резко и заметно врубился в темноту и тишину.

Two grey trunks rubbed each other with an evil squeaking that no one had noticed by day.

Два серых ствола терлись друг о дружку с мерзким скрипом, которого днем не замечал никто.

Piggy took the conch out of his hands.

Хрюша взял рог из рук Ральфа.

His voice was indignant.

Голос Хрюши звенел негодованьем:

"I don't believe in no ghosts-ever!"

- Не верю я в никаких духов!

Jack was up too, unaccountably angry.

Джек тоже вскочил, почему-то ужасно злой.

"Who cares what you believe-Fatty!"

- Какое кому дело, во что ты веришь, Жирняй!

"I got the conch!"

- У меня рог!

There was the sound of a brief tussle and the conch moved to and fro.

Послышались звуки схватки, рог заметался во тьме.

"You gimme the conch back!"

-А ну положь сюда рог!

Ralph pushed between them and got a thump on the chest. He wrested the conch from someone and sat down breathlessly.

Ральф бросился их разнимать, получил по животу, вырвал рог из чьих-то рук и сел, задыхаясь.

"There's too much talk about ghosts.

- Ну хватит этих разговоров про духов.

We ought to have left all this for daylight."

Давайте отложим до утра.

A hushed and anonymous voice broke in.

Тут вмешался приглушенный и неизвестно чей голос:

"Perhaps that's what the beast is-a ghost."

- Зверь этот, наверно, и есть дух.

The assembly was shaken as by a wind.

Собрание будто ветром встряхнуло.

"There's too much talking out of turn," Ralph said, "because we can't have proper assemblies if you don't stick to the rules."

- Ну, хватит без очереди говорить, - сказал Ральф. - Если мы не будем соблюдать правила, все наши собрания ни к чему.

He stopped again.

И снова он осекся.

The careful plan of this assembly had broken down.

Тщательно составленный план собрания шел насмарку.

"What d'you want me to say then?

- Ну, что же мне теперь сказать?

I was wrong to call this assembly so late.

Зря я так поздно вас собрал.

Well have a vote on them; on ghosts I mean; and then go to the shelters because we're all tired.

Давайте проголосуем насчет них, ну, насчет духов. А потом разойдемся и ляжем спать, мы устали.

No-Jack is it?-wait a minute.

Нет - это ты, Джек? - нет, погоди минутку.

I'll say here and now that I don t believe in ghosts.

Сначала я сам скажу - я лично в духов не верю.

Or I don't think I do.

Да, по-моему, я в них не верю.

But I don't like the thought of them.

А вот думать про них мне противно.

Not now that is, in the dark.

Особенно в темноте.

But we were going to decide what's what."

Но мы же решили вообще разобраться что к чему.

He raised the conch for a moment

Он поднял рог.

"Very well then.

- Ну так вот.

I suppose what's what is whether there are ghosts or not-"

Значит, давайте разберемся, есть духи или нет...

He thought for a moment, formulating the question.

Он запнулся и переждал мгновенье, поточней составляя вопрос.

"Who thinks there may be ghosts?"

- Кто считает, что духи бывают?

For a long time there was silence and no apparent movement.

Долго все молчали и не шевелились.

Then Ralph peered into the gloom and made out the hands.

Потом Ральф всмотрелся в сумрак и разглядел там руки.

He spoke flatly.

И сказал скучно:

"I see."

- Ясно.

The world, that understandable and lawful world, was slipping away.

Мир - удобопонятный и упорядоченный -ускользал куда-то.

Once there was this and that; and now-and the ship had gone.

Раньше все было на месте, и вот... и корабль ушел.

The conch was snatched from his hands and Piggy's voice shrilled.

У него вырвали рог, и голос Хрюши заорал пронзительно:

"I didn't vote for no ghosts!"

-Я ни за каких за духов не голосовал!

He whirled round on the assembly.

Он рывком повернулся к собранию:

"Remember that, all of you!"

- И запомните.

They heard him stamp.

Слышно было, как он топнул ногой.

"What are we?

- Кто мы?

Humans?

Люди?

Or animals?

Или зверье?

Or savages?

Или дикари?

What's grownups going to think?

Что про нас взрослые скажут?

Going off-hunting pigs-letting fires out-and now!"

Разбегаемся, свиней убиваем, костер бросаем, а теперь еще - вот!

A shadow fronted him tempestuously.

На него надвинулась грозная тень.

"You shut up, you fat slug!'

- А ну, заткнись, слизняк жирный!

There was a moment's struggle and the glimmering conch jigged up and down. Ralph leapt to his feet.

Завязалась мгновенная стычка, и вверх-вниз задергался мерцающий в темноте рог, Ральф вскочил:

"Jack!

- Джек!

Jack!

Джек!

You haven't got the conch!

Рог не у тебя!

Let him speak."

Дай ему сказать!

Jack's face swam near him.

На него наплывало лицо Джека.

"And you shut up!

- И ты сам тоже заткнись!

Who are you, anyway?

Да кто ты такой?

Sitting there telling people what to do.

Сидишь, распоряжаешься!

You cant hunt, you can't sing-"

Петь ты не умеешь, охотиться не умеешь...

"I'm chief.

- Я главный.

I was chosen."

Меня выбрали.

"Why should choosing make any difference?

- Подумаешь, выбрали! Дело большое!

Just giving orders that don't make any sense-"

Только и знаешь приказы дурацкие отдавать!.. Много ты понимаешь!

"Piggy's got the conch."

- Рог у Хрюши.

That's right-favor Piggy as you always do-"

- Ах, Хрюша! Ну и цацкайся со своим любимчиком!

"Jack!"

- Джек!

"Jack's voice sounded in bitter mimicry.

Джек передразнил злобно:

"Jack!

- Джек!

Jack!"

Джек!

"The rules!" shouted Ralph. "You're breaking the rules!"

- Правила! - крикнул Ральф. - Ты нарушаешь правила!

"Who cares?"

- Ну и что?

Ralph summoned his wits.

Ральф взял себя в руки.

"Because the rules are the only thing we've got!"

- А то, что, кроме правил, у нас ничего нет.

But Jack was shouting against him.

Но Джек уже орал ему в лицо:

"Bollocks to the rules!

- Катись ты со своими правилами!

We're strong-we hunt!

Мы сильные! Мы охотники!

If there's a beast, we'll hunt it down!

Если зверь этот есть, мы его выследим!

Well close in and beat and beat and beat-!"

Зажмем в кольцо и будем бить, бить, бить!

He gave a wild whoop and leapt down to the pale sand.

И с диким воем выбежал на бледный берег.

At once the platform was full of noise and excitement, scramblings, screams and laughter.

Тотчас площадка наполнилась беготней, сутолокой, воплями, хохотом.

The assembly shredded away and became a discursive and random scatter from the palms to the water and away along the beach, beyond night-sight.

Собрание кончилось. Все кинулись врассыпную, к воде, по берегу, во тьму.

Ralph found his cheek touching the conch and took it from Piggy.

Ральф почувствовал щекой прохладу раковины и взял рог из рук у Хрюши.

"What's grownups going to say?" cried Piggy again. "Look at 'em!"

- Что взрослые скажут? - крикнул опять Хрюша. -Ну погляди ты на них!

The sound of mock hunting, hysterical laughter and real terror came from the beach.

С берега летели охотничьи кличи, истерический хохот и полные непритворного ужаса взвизги.

"Blow the conch, Ralph."

-Ты протруби в рог, а, Ральф.

Piggy was so close that Ralph could see the glint of his one glass.

Хрюша стоял так близко, что Ральф видел, как блестит уцелевшее стеклышко.

"There's the fire. Can't they see?"

- Неужели они так и не поняли? Про костер?

"You got to be tough now.

-Ты будь с ними твердо.

Make 'em do what you want."

Заставь, чтоб они тебя слушались.

Ralph answered in the cautious voice of one who rehearses a theorem.

Ральф ответил старательно, словно перед классом теорему доказывал:

"If I blow the conch and they don't come back; then we've had it.

- Предположим, я протрублю в рог, а они не придут. Тогда - все.

We shan't keep the fire going.

Мы не сможем поддерживать костер.

We'll be like animals.

Станем как звери.

We'll never be rescued."

И нас никогда не спасут.

"If you don't blow, we'll soon be animals anyway.

- А не протрубишь - все равно мы станем как звери.

I can't see what they're doing but I can hear."

Мне не видать, чего они там делают, но зато мне слыхать.

The dispersed figures had come together on the sand and were a dense black mass that revolved.

Разбросанные по песку фигурки слились в густую, черную, вертящуюся массу.

They were chanting something and littluns that had had enough were staggering away, howling.

Что-то они там пели, выли, а изнемогшие малыши разбредались, голося.

Ralph raised the conch to his lips and then lowered it.

Ральф поднял к губам рог и сразу опустил.

"The trouble is: Are there ghosts, Piggy?

- А главное, Хрюша: есть эти духи?

Or beasts?"

И этот зверь?

"Course there aren't."

- Конечно, нету их.

"Why not?"

- Ну почему?

"'Cos things wouldn't make sense.

- Да потому, что тогда бы все ни к чему.

Houses an' streets, an'-TV-they wouldn't work."

Дома, улицы. И телевизор бы не работал. И все бы тогда зазря. Без смысла.

The dancing, chanting boys had worked themselves away till their sound was nothing but a wordless rhythm.

Танцевали и пели уже далеко, пенье сливалось вдалеке в бессловесный вой.

"But s'pose they don't make sense?

- А может, и правда все без смысла.

Not here, on this island?

Ну, тут, на острове?

Supposing things are watching us and waiting?"

И они за нами следят, подстерегают?

Ralph shuddered violently and moved closer to Piggy, so that they bumped frighteningly.

Ральфа всего затрясло, он так бросился к Хрюше, что стукнулся об него в темноте, и оба испугались.

"You stop talking like that!

- Хватит тебе!

We got enough trouble, Ralph, an' I've had as much as I can stand.

И так плохо, Ральф, прямо не могу я больше!

If there is ghosts-"

Если еще и духи эти...

"I ought to give up being chief.

- Не буду я больше главным.

Hear 'em."

Ну, послушай ты их!

"Oh lord!

- Ох, господи!

Oh no!"

Нет! Нет!

Piggy gripped Ralph's arm.

Хрюша вцепился в плечо Ральфа.

"If Jack was chief he'd have all hunting and no fire.

- Если Джек будет главным, будет одна охота и никакой не костер.

We'd be here till we died."

И мы тут все перемрем...

His voice ran up to a squeak.

И вдруг Хрюша взвизгнул:

"Who's that sitting there?"

- Ой, кто это тут еще?

"Me. Simon."

- Это я, Саймон.

"Fat lot of good we are," said Ralph. "Three blind mice, I'll give up."

- Да уж. Молодцы, - сказал Ральф. - Три слепых мышонка.

"If you give up," said Piggy, in an appalled whisper, "what 'ud happen to me?"

Нет, откажусь я. - Если ты откажешься, -перепугано зашептал Хрюша, - что же со мной-то будет?

"Nothing."

- А ничего.

"He hates me.

- Он меня ненавидит.

I dunno why.

За что - не знаю.

If he could do what he wanted-you're all right, he respects you.

Тебе-то что. Он тебя уважает.

Besides-you'd hit him."

И потом, ты ж в случае чего и садануть можешь.

"You were having a nice fight with him just now."

- Ну да! А сам-то как с ним сейчас подрался!

"I had the conch," said Piggy simply. "I had a right to speak."

- У меня же был рог, - просто сказал Хрюша. - Я имел право говорить.

Simon stirred in the dark.

Саймон шевельнулся во тьме:

"Go on being chief."

-Ты оставайся главным!

"You shut up, young Simon!

-Ты бы уж помалкивал, крошка.

Why couldn't you say there wasn't a beast?"

Ты почему не мог сказать, что никакого зверя нет?

"I'm scared of him," said Piggy, "and that's why I know him.

- Я его боюсь, - шептал Хрюша. - И поэтому я его знаю как облупленного.

If you're scared of someone you hate him but you can't stop thinking about him.

Когда боишься кого, ты его ненавидишь и все думаешь про него и никак не выбросишь из головы.

You Kid yourself he's all right really, an' then when you see him again; it's like asthma an' you can't breathe.

И даже уж поверишь, что он - ничего, а потом как посмотришь на него - и вроде астмы, аж дышать трудно.

I tell you what.

И знаешь чего, Ральф?

He hates you too, Ralph-"

Он ведь и тебя ненавидит.

"Me?

- Меня?

Why me?"

А меня за что же?

"I dunno.

- Не знаю я.

You got him over the fire; an' you're chief an' he isn't."

Ты на него за костер ругался. И потом ты у нас главный, а не он.

"But he's, he's, Jack Merridew!"

- Он зато Джек Меридью!

"I been in bed so much I done some thinking.

- Я болел много, лежал в постели и думал.

I know about people.

Я насчет людей понимаю.

I know about me.

И насчет себя понимаю.

And him.

И насчет его.

He can't hurt you: but if you stand out of the way he'd hurt the next thing.

Тебя-то он не тронет. Но если ты ему мешать больше не будешь, он на того, кто рядом, накинется.

And that's me."

На меня.

"Piggy's right, Ralph.

- Правда, Ральф.

There's you and Jack.

Не ты, так Джек.

Go on being chief."

Ты уж будь главным.

"We're all drifting and things are going rotten.

- Конечно, сидим сложа руки, ждем чего-то, вот все у нас и разваливается.

At home there was always a grownup.

Дома всегда взрослые были.

Please, sir; please, miss; and then you got an answer.

Простите, сэр; разрешите, мисс; и на все тебе ответят.

How I wish!"

Эх, сейчас бы!..

"I wish my auntie was here."

- Эх, была б тут моя тетя!

"I wish my father... Oh, what's the use?"

- Или мой папа... Да теперь-то чего уж!

"Keep the fire going."

- Надо, чтоб костер горел.

The dance was over and the hunters were going back to the shelters.

Танец кончился, охотники шли уже к шалашам.

"Grownups know things," said Piggy. "They ain't afraid of the dark.

- Взрослые, они все знают, - сказал Хрюша. - И они не боятся в темноте.

They'd meet and have tea and discuss.

Они бы вместе чай попивали и беседовали.

Then things 'ud be all right-"

И все бы решили.

"They wouldn't set fire to the island.

- Уж они бы остров не подпалили.

Or lose-"

У них бы не пропал тот...

"They'd build a ship-"

- Они бы корабль построили...

The three boys stood in the darkness, striving unsuccessfully to convey the majesty of adult life.

Трое мальчиков стояли во тьме, безуспешно пытаясь определить признаки великолепия взрослой жизни.

"They wouldn't quarrel-"

- Уж они бы не стали ругаться...

"Or break my specs-"

- И очки бы мои не кокнули...

"Or talk about a beast-"

- И про зверя бы не болтали...

"If only they could get a message to us," cried Ralph desperately. "If only they could send us something grown-up... a sign or something."

- Если б они могли нам хоть что-то прислать! - в отчаянии крикнул Ральф. - Хоть бы что-нибудь взрослое... хоть сигнал бы подали...

A thin wail out of the darkness chilled them and set them grabbing for each other.

Вдруг из тьмы вырвался вой, так что они прижались друг к другу и замерли.

Then the wail rose, remote and unearthly, and turned to an inarticulate gibbering.

Вой взвивался, истончался, странный, немыслимый, и перешел в невнятное бормотанье.

Percival Wemys Madison, of the Vicarage, Harcourt St. Anthony, lying in the long grass, was living through circumstances in which the incantation of his address was powerless to help him.

Персиваль Уимз Медисон, из дома священника в Хакете Сент-Энтони, лежа в высокой траве, вновь проходил через перипетии, против которых бессильна даже магия вызубренного адреса.

Chapter Six. Beast from Air

Глава шестая. ЗВЕРЬ СХОДИТ С НЕБА

There was no light left save that of the stars.

Дневной свет кончился, остались одни звезды.

When they had understood what made this ghostly noise and Percival was quiet again, Ralph and Simon picked him up unhandily and carried him to a shelter.

Когда выяснился источник призрачных звуков и Персиваль наконец затих, Ральф и Саймон неловко подняли его и поволокли к шалашу.

Piggy hung about near for all his brave words, and the three bigger boys went together to the next shelter.

Хрюша не отставал от них ни на шаг, несмотря на отважные речи, и трое старших разом нырнули в соседний шалаш.

They lay restlessly and noisily among the dry leaves, watching the patch of stars that was the opening toward the lagoon.

Шумно шурша шершавой листвой, долго смотрели на черный в звездную искорку выход к лагуне.

Sometimes a littlun cried out from the other shelters and once a bigun spoke in the dark.

В других шалашах то и дело вскрикивали малыши, раз даже кто-то большой заговорил в темноте.

Then they too fell asleep.

Потом и они уснули.

A sliver of moon rose over the horizon, hardly large enough to make a path of light even when it sat right down on the water; but there were other lights in the sky, that moved fast, winked, or went out, though not even a faint popping came down from the battle fought at ten miles' neight.

Лунный серп всплыл над горизонтом, такой маленький, что, даже вися над самой водой, почти не бросал в нее дорожки. Но вот в небе зажглись иные огни, они метались, мигали, гасли, а до земли отзвуки боя в десятимильной высоте не доходили и слабеньким треском.

But a sign came down from the world of grownups, though at the time there was no child awake to read it.

Но взрослые все же послали детям сигнал, хотя те уже спали и его не заметили.

There was a sudden bright explosion and a corkscrew trail across the sky; then darkness again and stars.

Вспышка раскроила небо огненной спиралью, и тотчас снова стемнело и вызвездило.

There was a speck above the island, a figure dropping swiftly beneath a parachute, a figure that hung with dangling limbs.

В звездной тьме над островом кляксой проступила фигурка, она полетела вниз, бессильно мотаясь под парашютом.

The changing winds of various altitudes took the figure where they would.

Переменные ветры разных высот как хотели болтали, трепали и швыряли фигурку.

Then, three miles up, the wind steadied and bore it in a descending curve round the sky and swept it in a great slant across the reef and the lagoon toward the mountain.

Потом, в трех милях от земли, ровный ветер проволок ее по нисходящей кривой по всему небу и перетащил через риф и лагуну к горе.

The figure fell and crumpled among the blue flowers of the mountain-side, but now there was a gentle breeze at this height too and the parachute flopped and banged and pulled.

Фигурка повалилась, уткнулась в синие цветы на склоне, но и сюда задувал ветер, парашют захлопал, застучал, вздулся.

So the figure, with feet that dragged behind it, slid up the mountain.

Тело скользнуло вверх по горе, бесчувственно загребая ногами.

Yard by yard, puff by puff, the breeze hauled the figure through the blue flowers, over the boulders and red stones, till it lay huddled among the shattered rocks of the mountain-top.

Ярд за ярдом, рывок за рывком, ветер тащил его по синим цветам, по камням и скалам и наконец швырнул на вершину, среди розовых глыб.

Here the breeze was fitful and allowed the strings of the parachute to tangle and festoon; and the figure sat, its helmeted head between its knees, held by a complication of lines.

Тут порывом ветра спутало и зацепило стропы; и тело, укрепленное их сплетеньем, село, уткнувшись шлемом в колени.

When the breeze blew, the lines would strain taut and some accident of this pull kited the bead and chest upright so that the figure seemed to peer across the brow of the mountain.

Ветер налетал, стропы натягивались иногда так, что грудь выпрямлялась, вскидывалась голова, и тень будто всматривалась за скалы.

Then, each time me wind dropped, the lines would slacken and the figure bow forward again, sinking its head between its knees.

И как только ветер стихал, слабели стропы, и тень снова роняла голову между колен.

So as the stars moved across the sky, the figure sat on the mountain-top and bowed and sank and bowed again.

Ночь сияла, по небу брели звезды, тень сидела на горе и кланялась, и выпрямлялась, и кланялась.

In the darkness of early morning there were noises by a rock a little way down the side of the mountain.

В предрассветной тьме склон недалеко от вершины огласился шумами.

Two boys rolled out of a pile of brushwood and dead leaves, two dim shadows talking sleepily to each other.

Двое мальчиков выкатились из вороха сухой листвы, две смутных тени переговаривались заспанными голосами.

They were the twins, on duty at the fire.

Это были близнецы, дежурившие у костра.

In theory one should have been asleep and one on watch.

Теоретически им полагалось спать по очереди.

But they could never manage to do things sensibly if that meant acting independently, and since staying awake all night was impossible, they had both gone to sleep.

Но они не умели ничего делать врозь. А раз бодрствовать всю ночь было немыслимо, оба улеглись спать.

Now they approached the darker smudge that had been the signal fire, yawning, rubbing their eyes, treading with practiced feet When they readied it they stopped yawning, and one ran quickly back for brushwood and leaves.

И теперь, привычно ступая, позевывая и протирая глаза, оба двигались к оставшемуся от сигнального костра пеплу. Подойдя, они сразу перестали зевать, и один бросился за листвой и хворостом.

The other knelt down.

Другой опустился на корточки.

"I believe it's out."

- Погас вроде.

He fiddled with the sticks that were pushed into his hands.

Он покопался в золе подоспевшими веточками.

"No."

- Хотя нет.

He lay down and put his lips close to the smudge and blew softly. His face appeared, lit redly.

Он припал губами к самому пеплу и легонько подул, и во тьме обозначилось его лицо, подсвеченное снизу красным.

He'stopped blowing for a moment. "Sam-give us-"

На секунду он перестал дуть. - Сэм, нам надо...

"-tinder wood."

- ...гнилушку.

Eric bent down and blew softly again till the patch was bright Sam poked the piece of tinder wood into the hot spot, then a branch.

Эрик снова стал дуть, пока в золе не зажглось пятнышко. Сэм сунул в жар гнилушку, потом ветку.

The glow increased and the branch took fire.

Жар раздулся, ветка занялась.

Sam piled on more branches.

Сэм подложил еще веток.

"Don't burn the lot," said Eric, "you're putting on too much."

- Много не клади, - сказал Эрик, - ты погоди подбрасывать.

"Let's warm up."

- Давай погреемся.

"We'll only have to fetch more wood."

- Тогда надо еще дров натаскать.

"I'm cold."

- Холодно...

"So'm I."

- Ага...

"Besides, it's-"

- И вообще...

"-dark.

- Темно.

All right, then."

Да уж.

Eric squatted back and watched Sam make up the fire.

Эрик, не вставая с корточек, смотрел, как Сэм складывает костер.

He built a little tent of dead wood and the fire was safety alight.

Он поставил сухие прутья шалашиком, и вот заполыхал защищенный от ветра огонь.

"That was near."

- Еще бы чуть-чуть, и...

"He'd have been-"

- Ух, он бы...

"Waxy."

- Раскипятился.

"Huh."

- Ага.

For a few moments the twins watched the fire in silence.

Несколько секунд близнецы молча смотрели в костер.

Then Eric sniggered.

Потом Эрик хмыкнул.

"Wasn't he waxy?"

-А он жутко тогда кипел, да?

"About the-"

- Тогда, из-за...

"Fire and the pig."

- Костра и свиньи.

"Lucky he went for Jack, 'stead of us."

- Хорошо еще Джеку попало. Не нам.

"Huh.

- Ага.

Remember old Waxy at school?"

А помнишь в школе Вспыха-Психами?

"'Boy-you-are-driving-me-slowly-insane!'"

- Вы-до-ве-де-те-ме-ня-до-безу-у-умия, юноша!

The twins shared their identical laughter, then remembered the darkness and other things and glanced round uneasily. The flames, busy about the tent, drew their eyes back again.

Близнецы закатились в своем неразличимом хохоте, но вспомнили тьму и кое-что другое, осеклись и стали беспокойно озираться, а потом снова уставились в принявшееся уже за шалашик пламя.

Eric watched the scurrying woodlice that were so frantically unable to avoid the flames, and thought of the first fire-just down there, on the steeper side of the mountain, where now was complete darkness.

Эрик разглядывал мечущихся букашек, лихорадочно и безнадежно пытавшихся выбраться из огня, и вспомнил тот, первый костер - там, на круче, где теперь было черным-черно.

He did not tike to remember it, and looked away at the mountain-top.

Вспоминать про это ему не хотелось, и он перевел глаза к вершине.

Warmth radiated now, and beat pleasantly on them.

Жар приятно бил в лицо.

Sam amused himself by fitting branches into the fire as closely as possible.

Сэм развлекался тем, что, подбрасывая ветки, наклонялся к самому костру.

Eric spread out his hands, searching for the distance at which the heat was just bearable.

Эрик держал ладошки над костром как раз на таком расстоянии, что еще чуть-чуть ближе - и обожжешься.

Idly looking beyond the fire, he resettled the scattered rocks from their fiat shadows into daylight contours.

Его праздный взгляд блуждал поверх огня и наделял сведенные тьмой к плоским теням ночные глыбы их дневной объемностью.

Just there was the big rock, and the three stones there, that split rock, and there beyond was a gap-just there-

Вон там та большая скала, и три камня, и еще расщепленная скала, а дальше щель, а там...

"Sam."

- Сэм!

"Huh?"

-А?

"Nothing."

- Нет, ничего.

The flames were mastering the branches, the bark was curling and falling away, the wood exploding.

Пламя пожирало ветки, корчилась и отваливалась кора, трещало дерево.

The tent fell inwards and flung a wide circle of light over the mountain-top.

Шалашик рухнул, разметав над вершиной широкий круг света.

"Sam-"

- Сэм...

"Huh?"

-А?

"Sam!

- Сэм!

Sam!"

Сэм!

Sam looked at Eric irritably.

Сэм раздраженно глядел на Эрика.

The intensity of Eric's gaze made the direction in which he looked terrible, for Sam had his back to it.

Застывший, уставленный взгляд Эрика ужаснул Сэма, потому что Эрик смотрел на что-то у него за спиной.

He scrambled round the fire, squatted by Eric, and looked to see.

Сэм перебрался к нему, сел на корточки рядом, тоже посмотрел.

They became motionless, gripped in each other's arms, four unwinking eyes aimed ana two mouths open.

Оба вцепились друг в дружку и замерли - четыре немигающих глаза, два разинутых рта.

Far beneath them, the trees of the forest sighed, then roared.

Далеко внизу лес охнул и загремел.

The hair on their foreheads fluttered and flames blew out sideways from the fire.

На головах у них забились волосы, пламя подсеклось и сломалось.

Fifteen yards away from them came the plopping noise of fabric blown open.

В пятнадцати ярдах от них хлопала вздутая ткань.

Neither of the boys screamed but the grip of their arms tightened and their mouths grew peaked.

Ни один не вскрикнул, только крепче вцепились друг в дружку, и у них отвисли челюсти.

For perhaps ten seconds they crouched tike that while the flailing fire sent smoke and sparks and waves of inconstant tight over the top of the mountain.

Так сидели они секунд десять, пока огонь окатывал вершину искрами, дымом и прерывистым, хлещущим светом.

Then as though they had but one terrified mind between them they scrambled away over the rocks and fled.

Потом сразу оба, будто в нераздельном ужасе, ониперебрались через скалы и бросились наутек. ** *

Ralph was dreaming.

Ральфу снился сон.

He had fallen asleep after what seemed hours of tossing and turning noisily among the dry leaves.

Он уснул наконец, бог знает сколько времени шумно проворочавшись в сухих листьях.

Even the sounds of nightmare from the other shelters no longer reached him, for he was back to where he came from, feeding the ponies with sugar over the garden wall.

Даже стоны и выкрики из других шалашей не достигали его, потому что он был далеко, он был там, где раньше, и он кормил сахаром пони через садовый забор.

Then someone was shaking his arm, telling him that it was time for tea.

А потом кто-то затряс его за плечо и сказал, что пора пить чай.

"Ralph!

- Ральф!

Wake up!"

Проснись!

The leaves were roaring tike the sea.

Листья загремели, как море.

"Ralph, wake up!"

-Ральф! Проснись!

"What's the matter?"

-А? Что?

"We saw-"

- Мы видели...

"-the beast-"

- ...зверя...

"-plain!"

- Совсем близко!

"Who are you?

- Кто тут?

The twins?"

Близнецы?

"We saw the beast-"

- Мы видели зверя!

"Quiet.

- Тихо!

Piggy!"

Хрюша!

The leaves were roaring still.

Листья все гремели.

Piggy bumped into him and a twin grabbed him as he made tor the oblong of paling stars.

Хрюша наткнулся на него, потому что он уже кинулся навстречу засматривающим в шалаш потускневшим звездам, но его не пустили близнецы.

"You can't go out-it's horrible!"

-Не ходи! Там ужас!

"Piggy-where are the spears?"

- Хрюша, где наши копья?

"I can hear the-"

- Ой, слышите...

"Quiet then.

- Тогда тихо!

Lie still."

Ложитесь.

They lay there listening, at first with doubt but then with tenor to the description the twins breathed at them between bouts of extreme silence.

Они лежали и, не веря, а потом ужасаясь, слушали шепот близнецов, то и дело перемежавший оторопелые паузы.

Soon the darkness was full of daws, full of the awful unknown and menace.

Тьма полнилась неизвестным и грозным, когтями, клыками.

An interminable dawn faded the stars out, and at last light, sad and grey, filtered into the shelter.

Рассвет томительно долго стирал с неба звезды, и наконец в шалаш поползло унылое серое утро.

They began to stir though still tile world outside the shelter was impossibly dangerous.

Они зашевелились, хотя у входа стерег неотступный страх.

The maze of the darkness sorted into near and far, and at the high point of the sky the cloudlets were warmed with color.

Путаная тьма уже расслаивалась на даль и близь, и затеплели подцветкой облачка в вышине.

A single sea bird flapped upwards with a hoarse cry that was echoed presently, and something squawked in the forest Now streaks of cloud near the horizon began to glow rosily, and the feathery tops of the palms were green.

Одинокая морская птица взвилась с хриплым криком, эхо перехватило его, и что-то засвистело в лесу. Лоскуты облаков у горизонта пропитались розовостью, и снова стали зелеными верхушки пальм.

Ralph knelt in the entrance to the shelter and peered cautiously round him.

Ральф встал на колени у входа и осторожно выглянул из шалаша.

"Sam 'n Eric.

- Эрик, Сэм.

Call them to an assembly.

Зовите всех на собрание.

Quietly.

Только тихо.

Go on."

Живей.

The twins, holding tremulously to each other, dared the few yards to the next shelter and spread the dreadful news.

Близнецы, дрожа и жмясь друг к дружке, ползком одолели расстояние до следующего шалаша и там выложили страшную новость.

Ralph stood up and walked for the sake of dignity, though with his back pricking, to the platform. Piggy and Simon followed him and the other boys came sneaking after.

Ральф заставил себя встать и пошел к площадке, достоинства ради держась очень прямо, хоть по спине у него бегали мурашки; Хрюша и Саймон шли следом, сзади пробирались остальные.

Ralph took the conch from where it lay on the polished seat and held it to his lips; but then he hesitated and did not blow. He held the shell up instead and showed it to them and they understood.

Ральф взял рог с отполированного ствола и поднес к губам; но раздумал и не подул, а вместо этого только поднял раковину и показал всем. И все поняли.

The rays of the sun that were fanning upwards from below the horizon swung downwards to eye-level Ralph looked for a moment at the growing slice of gold that lit them from the right hand and seemed to make speech possible.

Лучи, пучком расходившиеся над горизонтом, теперь пластались уже вокруг, на уровне глаз. Ральф глянул на взбухаюшую золотую дольку, которая озаряла их справа и будто подбадривала.

The circle of boys before him bristled with hunting spears.

Кружок мальчиков перед ним ощетинился копьями.

He handed the conch to Eric, the nearest of the twins.

Он передал рог Эрику, потому что тот сидел ближе Сэма.

"We've seen the beast with our own eyes.

- Мы видели зверя своими глазами.

No-we weren't asleep-"

Нет, не во сне...

Sam took up the story.

Сэм его перебил.

By custom now one conch did for both twins, for their substantial unity was recognized.

Рог служил обоим близнецам сразу, так повелось, ввиду их совершенной нерасторжимости.

"It was furry.

- На нем шерсть.

There was something moving behind its head-wings.

И сзади у него что-то - вроде крылья.

The beast moved too-"

И он шевелился...

"That was awful.

- Ой, жуть.

It kind of sat up-"

Он, что ли, сел...

"The fire was bright-"

- Костер горел вовсю...

"We'd just made it up-"

- Мы его как раз разожгли...

"-more sticks on-"

- Веток подложили...

"There were eyes-"

- У него глаза...

"Teeth-"

- Зубы...

"Claws-"

- Когти...

"We ran as fast as we could-"

- Мы ка-ак побежим...

"Bashed into things-"

- Прямо по скалам... - Натыкаемся...

The beast followed us-"

-А он за нами...

"I saw it slinking behind the trees-"

- Я видел, он за деревьями прятался...

"Nearly touched me-"

- Чуть меня не сцапал...

Ralph pointed fearfully at Eric's face, which was striped with scars where the bushes had torn him.

Ральф с испугом показал на лицо Эрика, в кровь исполосованное ветками.

"How did you do that?"

- Как это ты?

Eric felt his face.

Эрик пощупал лицо.

"I'm all rough.

- Весь покарябался.

Am I bleeding?"

И кровь?

The circle of boys shrank away in horror.

Мальчики, сидевшие рядом с Эриком, в ужасе отпрянули.

Johnny, yawning still, burst into noisy tears and was slapped by Bill till he choked on them.

Джонни, еще не переставший зевать, вдруг разразился слезами, и Билл хлопал его по спине, пока он не затих.

The bright morning was full of threats and the circle began to change.

Яркое утро было полно угроз, и кружок мальчиков стал меняться.

It faced out, rather than in, and the spears of sharpened wood were like a fence.

Взгляды уже не устремлялись к центру, все озирались по сторонам, из-за своих деревянных копий, как из-за ограды.

Jack called them back to the center.

Джек заставил их вспомнить, что они не в засаде, а на собрании.

"This'll be a real hunt!

-Вот это будет охота!

Who'll come?"

Кто со мной?

Ralph moved impatiently.

Ральф заерзал на месте.

"These spears are made of wood.

- Копья у нас - деревянные палки.

Don't be silly."

Не болтай.

Jack sneered at him.

Джек ухмыльнулся:

"Frightened?"

- Ага! Боишься?

"'Course I'm frightened.

- Да, а что?

Who wouldn't be?"

Ты, что ли, не боишься?

He turned to the twins, yearning but hopeless.

И в отчаянной, обреченной надежде он повернулся к близнецам:

"I suppose you aren't pulling our legs?"

- Вы же нам головы не морочите? А?

The reply was too emphatic for anyone to doubt them.

Протест был такой пламенный, что в его искренности никто бы не мог усомниться.

Piggy took the conch.

Рог взял Хрюша.

"Couldn't we-kind of-stay here?

- А может... может, нам тут остаться?

Maybe the beast won't come near us."

Глядишь, зверь к нам и не сунется.

But for the sense of something watching them, Ralph would have shouted at him.

Если б не ощущение, что за ними кто-то следит, Ральф бы на него накричал.

"Stay here?

-Тут остаться?

And be cramped into this bit of the island, always on the lookout?

В угол забиться и вечно дрожать?

How should we get our food?

А что мы есть будем?

And what about the fire?"

И как же костер?

"Let's be moving," said Jack restlessly, "we're wasting time."

- Давайте двигаться, - дернулся Джек. - Мы только зря время теряем.

"No we're not.

- Нет.

What about the littluns?"

Погоди. Как нам с малышами быть?

"Sucks to the littluns!"

- А, да ну их!

"Someone's got to look after them."

- Кто-то должен за ними присматривать.

"Nobody has so far."

- Пока что они без нас обходились.

"There was no need!

- Пока что можно было.

Now there is.

А сейчас нельзя.

Piggy'll look after them."

За ними присмотрит Хрюша.

"That's right.

-Вот именно.

Keep Piggy out of danger."

Трясись над своим драгоценным Хрюшей, пусть тут отсиживается.

"Have some sense.

- Сам подумай.

What can Piggy do with only one eye?"

Ну что Хрюша может с одним глазом?

The rest of the boys were looking from Jack to Ralph, curiously.

Остальные с любопытством переводили взгляды с Ральфа на Джека.

"And another thing.

- И вот еще что.

You can't have an ordinary hunt because the beast doesn't leave tracks.

Обычная охота тут не годится, зверь же не оставляет следов.

If it did you'd have seen them.

Оставлял бы - ты бы увидел.

For all we know, the beast may swing through the trees like what's its name."

Скорей всего, он с дерева на дерево перемахивает, вроде, этих, ну, как их...

They nodded.

Вокруг закивали.

"So we've got to think."

-Так что тут еще подумать надо.

Piggy took off his damaged glasses and cleaned the remaining lens.

Хрюша снял покалеченные очки и принялся протирать уцелевшее стеклышко.

"How about us, Ralph?"

- Ральф, а мы-то как же?

"You haven't got the conch.

- Рог не у тебя.

Here."

На, держи.

"I mean-how about us?

-Так я вот чего - мы-то как же?

Suppose the beast comes when you're all away.

Вдруг зверь придет, когда вас не будет.

I can't see proper, and if I get scared-"

Я плохо вижу, и если я напугаюсь...

Jack broke in, contemptuously.

Джек перебил презрительно:

"You're always scared."

- Ну ты-то вечно пугаисся.

"I got the conch-"

- У меня рог!

"Conch! Conch!" shouted Jack. "We don't need the conch any more.

- Рог, рог! - заорал Джек. - Причем тут это!

We know who ought to say things.

Сами уже знаем, кого надо слушать.

What good did Simon do speaking, or Bill, or Walter?

Много ли умного Саймон, или Билл, или Уолтер скажут?

It's time some people knew they've got to keep quiet and leave deciding things to the rest of us."

Кое-кому пора бы заткнуться и сообразить, что не им решать...

Ralph could no longer ignore his speech.

Это было уже слишком.

The blood was hot in his cheeks.

Кровь прилила к щекам Ральфа.

"You haven't got the conch," he said.

- Рог не у тебя.

"Sit down."

Сядь.

Jack's face went so white that the freckles showed as clear, brown flecks.

Лицо у Джека побелело, веснушки выступили четкими коричневыми крапинками.

He licked his lips and remained standing.

Он облизнул губы и не сел.

"This is a hunter's job."

-...И это уж дело охотников.

The rest of the boys watched intently.

Все смотрели на них во все глаза.

Piggy, finding himself uncomfortably embroiled, slid the conch to Ralph's knees and sat down.

Хрюша от греха подальше сунул рог на колени к Ральфу и сел.

The silence grew oppressive and Piggy held his breath.

Нависала гнетущая тишина, Хрюша затаил дыхание.

"This is more than a hunter's job," said Ralph at last, "because you can't track the beast And don't you want to be rescued?"

- Нет, это дело не только охотников, - выговорил наконец Ральф. - Зверя же не выследишь. И неужели ты не хочешь, чтоб нас спасли?

He turned to the assembly.

Он повернулся к собранию:

"Don't you all want to be rescued?"

- Хотите вы или нет, чтобы нас спасли?

He looked back at Jack.

И опять посмотрел на Джека:

"I said before, the fire is the main thing.

- Я уже говорил, главное - костер.

Now the fire must be out-"

А сейчас он, конечно, погас...

The old exasperation saved him and gave him the energy to attack.

И опять его взяла злость, она выручила его, подхлестнула, придала духу, он перешел в атаку:

"Hasn't anyone got any sense?

- Соображаете вы все или нет?

We've got to relight that fire.

Надо же костер зажечь!

You never thought or that, Jack, did you?

Об этом ты не подумал? Да, Джек?

Or don't any of you want to be rescued?"

Или, может, никто и не хочет, чтоб нас спасли?

Yes, they wanted to be rescued, there was no doubt about that; and with a violent swing to Ralph's side, the crisis passed.

Ну нет, чтоб спасли - кто же не хочет, тут уж все ясно, и перевес снова, одним махом, был на стороне Ральфа.

Piggy let out his breath with a gasp, reached for it again and failed.

Хрюша выдохнул со свистом, снова глотнул воздуха, задохнулся.

He lay against a log, his mouth gaping, blue shadows creeping round his lips.

Он привалился к бревну, разевая рот, и к его губам подбирались синие тени.

Nobody minded frim.

На него не обращали внимания.

"Now think, Jack.

- Ну-ка вспомни, Джек.

Is there anywhere on the island you haven't been?"

Может, есть на острове место, где ты еще не был?

Unwillingly Jack answered.

Джек нехотя ответил:

"There's only-but of course!

- Если только... А! Ну да!

You remember?

Помнишь?

The tail-end part, where the rocks are all piled up.

В самом хвосте, где скалы навалены.

I've been near there.

Я подходил совсем близко.

The rock makes a sort of bridge.

Там такой перешеек.

There's only one way up."

И другого подступа нет.

And the thing might live there."

- Может, там он и живет.

All the assembly talked at once.

Все сразу загалдели.

"Quite!

- Тихо!

All right That's where well look.

Ну ладно. Пойдем туда.

If the beast isn't there we'll go up the mountain and look; and light the fire."

Если там зверя не окажется, заберемся на гору, посмотрим оттуда; и костер разведем.

"Let's go."

- Пошли.

"We'll eat first.

- Сперва надо поесть.

Then go." Ralph paused. "We'd better take spears."

Потом пойдем. - Ральф помолчал. - Копья, наверно, все же захватим.

After they had eaten, Ralph and the biguns set out along the beach.

Они поели, и Ральф повел старших вдоль берега.

They left Piggy propped up on the platform.

Хрюшу так и оставили валяться на площадке.

This day promised, like the others, to be a sunbath under a blue dome.

День, как и все эти дни, обещал солнечную баню под синим куполом.

The beach stretched away before them in a gentle curve till perspective drew it into one with the forest; for the day was not advanced enough to be obscured by the shifting veils of mirage.

Его еще не поволокло зыбящейся дымкой, и потому берег убегал плавной дугой очень далеко, пока не сливался в одно с лесом.

Under Ralph's direction, they picked a careful way along the palm terrace, rather than dare the hot sand down by the water.

Ральф выбрал тропку вдоль пальмовой террасы, не решаясь спускаться на раскаленный песок.

He let Jack lead the way; and Jack trod with theatrical caution though they could have seen an enemy twenty yards away.

Он предоставил Джеку идти впереди, и тот выступал с комическими предосторожностями, хотя они бы заметили врага уже с двадцати ярдов.

Ralph walked in the rear, thankful to have escaped responsibility for a time.

А сам Ральф, радуясь тому, что на время избавился от ответственности, замыкал шествие.

Simon, walking in front of Ralph, felt a flicker of incredulity-a beast with claws that scratched, that sat on a mountain-top, that left no tracks and yet was not fast enough to catch Samneric.

Саймон шел впереди Ральфа, и его одолевали сомненья - страшный зверь, с когтями, сидит на вершине горы и не оставляет следов, а за близнецами не мог угнаться?

However Simon thought of the beast, there rose before his inward sight the picture of a human at once heroic and sick.

Сколько бы Саймон ни думал про этого зверя, его воображенью явственно рисовался человек -героический и больной.

He sighed.

Он вздохнул.

Other people could stand up and speak to an assembly, apparently, without that dreadful feeling of the pressure of personality; could say what they would as though they were speaking to only one person.

Другие спокойно встают и говорят перед собранием, и видно, что их не мучит стыд за себя, что у них не сжимается все внутри; говорят что придет в голову, будто обращаются к одному кому-то.

He stepped aside and looked back.

Он ступил в сторону и обернулся.

Ralph was coming along, holding his spear over his shoulder.

Ральф шагал, неся копье на плече.

Diffidently, Simon allowed his pace to slacken until he was walking side by side with Ralph and looking up at him through the coarse black hair that now fell to his eyes.

Саймон замедлил шаг и робко пошел рядом с Ральфом, заглядывая ему в лицо снизу вверх из-за темной гривы, застилавшей ему теперь глаза.

Ralph glanced sideways, smiled constrainedly as though he had forgotten that Simon had made a fool of himself, then looked away again at nothing.

Ральф глянул на него искоса, заставил себя улыбнуться, будто он и не помнит, какого Саймон свалял дурака накануне, и снова устремил куда-то пустой взгляд.

For a moment or two Simon was happy to be accepted and then he ceased to think about himself.

Саймон обрадовался, что его признали, и тотчас забыл о себе.

When he bashed into a tree Ralph looked sideways impatiently and Robert sniggered.

Когда он наткнулся на дерево, Ральф нахмурился и отвернулся, а Роберт хмыкнул.

Simon reeled and a white spot on his forehead turned red and trickled.

Саймон прянул в сторону, белое пятно у него на лбу побагровело и стало сочиться.

Ralph dismissed Simon and returned to his personal hell They would reach the castle some time; and the chief would have to go forward.

Ральф оставил Саймона и вернулся к своим собственным мукам. Скоро они подойдут к замку, этого не миновать, и главному придется пойти впереди.

Jack came trotting back.

Джек затрусил назад.

"We're in sight now."

- Уже скоро.

"All right.

- Ладно.

We'll get as close as we can."

Подойдем как можно ближе.

He followed Jack toward the castle where the ground rose slightly.

Он пошел за Джеком пологим подъемом в сторону замка.

On their left was at. impenetrable tangle of creepers and trees.

Слева была непроглядная гуща деревьев и лиан.

"Why couldn't there be something in that?"

- Может, и там что-то? А?

"Because you can see.

- Было бы заметно.

Nothing goes in or out."

Нет, тут никто не входил и не выходил.

"What about the castle then?"

- Ну, а в замке?

"Look."

- Посмотрим.

Ralph parted the screen of grass and looked out.

Ральф раздвинул заслон травы и выглянул.

There were only a few more yards of stony ground and then the two sides of the island came almost together so that one expected a peak of headland.

Впереди было всего несколько каменистых ярдов, а дальше два берега сходились, и тут бы острову, казалось, и кончиться острым мысом.

But instead of this a narrow ledge of rock, a few yards wide and perhaps fifteen long, continued the island out into the sea.

Но вместо этого узкая каменная коса в несколько ярдов шириной и ярдов пятнадцати длиной, продолжая остров, уходила в море.

There lay another of those pieces of pink squareness that underlay the structure of the island.

Она утыкалась в один из тех розовых квадратов, которые составляли фундамент острова.

This side of the castle, perhaps a hundred feet high, was the pink bastion they had seen from the mountain-top.

Эта стена замка, отвесная скала футов в сто высотой, и была тем розовым бастионом, который они видели тогда сверху.

The rock of the cliff was split and the top littered with great lumps that seemed to totter.

Она вся была в трещинах и сверху завалена грозившими обрушиться камнями.

Behind Ralph the tall grass had filled with silent hunters.

За Ральфом в высокой траве затаились охотники.

Ralph looked at Jack.

Ральф посмотрел на Джека:

"You're a hunter."

-Ты охотник.

Jack went red.

Джек багрово покраснел:

"I know.

- Знаю.

All right.

Ну, я пошел.

Something deep in Ralph spoke for him."

И тогда что-то, очень изглубока, заставило Ральфа вымолвить:

"I'm chief.

- Я главный.

I'll go.

Я сам пойду.

Don t argue."

И не спорь.

He turned to the others.

Он повернулся к остальным:

"You. Hide here.

- А вы спрячьтесь.

Wait for me."

И ждите меня.

He found his voice tended either to disappear or to come out too loud.

Г олос не слушался Ральфа, вот-вот совсем замрет или сорвется на крик.

He looked at Jack.

Он посмотрел на Джека:

"Do you-think?"

- Значит, ты думаешь...

Jack muttered.

Джек пробормотал.

I've been all over.

- Я все обшарил.

It must be here."

Наверное, тут.

"I see."

- Понятно.

Simon mumbled confusedly:

Саймон промямлил неловко:

"I don't believe in the beast."

-Я не верю в зверя этого.

Ralph answered him politely, as if agreeing about the weather.

Учтиво, как обсуждают погоду, Ральф согласился:

"No. I suppose not."

- В общем-то, конечно.

His mouth was tight and pale.

Рот у него сжался, губы побелели.

He put back his hair very slowly.

Очень медленно он откинул волосы со лба.

"Well.

- Ну ладно.

So long."

Пока.

He forced his feet to move until they had carried him out on to the neck of land.

Он принудил свои непослушные ноги вынести его на перешеек.

He was surrounded on all sides by chasms of empty air.

Кругом разверзались бездны полого воздуха.

There was nowhere to hide, even if one did not nave to go on.

И некуда спрятаться, и надо вдобавок идти вперед.

He paused on the narrow neck and looked down.

Он помедлил на узком перешейке и глянул вниз.

Soon, in a matter of centuries, the sea would make an island of the castle.

Скоро, если считать на столетия, вода превратит этот замок в отдельный остров.

On the right hand was the lagoon, troubled by the open sea; and on the left-

Справа лагуна, ее качает открытое море, а слева...

Ralph shuddered.

Ральф поежился.

The lagoon had protected them from the Pacific: and for some reason only Jack had gone right down to the water on the other side.

Лагуна защищала их от океана. Пока почему-то один только Джек подходил к самой воде с другой стороны.

Now he saw the landsman's view of the swell and it seemed like the breathing of some stupendous creature.

И вот теперь он сам заглянул наконец в пучину с суши, и пучина дышала, она была как живая.

Slowly the waters sank among the rocks, revealing pink tables of granite, strange growths of coral, polyp, and weed.

Воды медленно опадали между скалами и открывали розовые гранитные плиты, и странные наросты кораллов, и полипы, и водоросли.

Down, down, the waters went, whispering like the wind among the heads of the forest.

Ниже, ниже, ниже падали воды и всхлипывали, как ветер в листве.

There was one flat rock there, spread like a table, and the waters sucking down on the four weedy sides made them seem like cliffs.

Вот показалась плоская скала, гладкая, как стол, и воды, засасываясь под нее, открыли с четырех сторон одетые водорослями грани утеса.

Then the sleeping leviathan breathed out, the waters rose, the weed streamed, and the water boiled over the table rock with a roar.

А потом спящий левиафан вздохнул - и вода поднялась, заструилась водорослями и вскипела над розовостью столешницы.

There was no sense of the passage of waves; only this minute-long fall and rise and fall.

Здесь волны не ходили, они не шли никуда, просто вскидывались и обрывались, вскидывались и обрывались.

Ralph turned away to the red cliff.

Ральф поднял глаза на красную скалу.

They were waiting behind him in the long grass, waiting to see what he would do.

За ним следили из высокой травы, смотрели, ждали.

He noticed that the sweat in his palm was cool now; realized with surprise that he did not really expect to meet any beast and didn't know what he would do about it if he did.

Он заметил, что ладони ему холодит застывающий пот; и с изумлением сообразил, что не рассчитывал, в общем-то, повстречаться со зверем и не знает, что ему делать, если зверь окажется тут.

He saw that he could climb the cliff but this was not necessary.

Можно было бы и забраться прямо на скалу, да только не стоило.

The squareness of the rock allowed a sort of plinth round it, so mat to the right, over the lagoon, one could inch along a ledge and turn the corner out of sight.

Вдоль квадратной стены плинтусом шел уступ, так что можно пробраться справа, над лагуной, и завернуть за угол.

It was easy going, and soon he was peering round the rock.

Идти оказалось нетрудно, и скоро он увидел бастион с тыла.

Nothing but what you might expect: pink, tumbled boulders with guano layered on them like icing; and a steep slope up to the shattered rocks that crowned the bastion.

Ничего нового, все то же - нагроможденье розовых глыб, покрытых гуано, как сахарной корочкой; и крутой подъем к камням, сверху наваленным на бастион.

A sound behind him made him turn.

Он обернулся на стук.

Jack was edging along the ledge.

Джек карабкался по уступу.

Couldn't let you do it on your own."

- Не мог же я тебя бросить.

Ralph said nothing.

Ральф молчал.

He led the way over the rocks, inspected a sort of half-cave that held nothing more terrible than a clutch of rotten eggs, and at last sat down, looking round him and tapping the rock with the butt of his spear.

Он пробрался по скалам, осмотрел пещерку, не обнаружил там ничего зловещего - всего несколько тухлых яиц - и сел, озираясь по сторонам и постукивая кончиком копья по камню.

Jack was excited.

Джек захлебывался от восторга:

"What a place for a fort!"

- Вот где крепость устроить!

A column of spray wetted them.

Их фонтаном обдали брызги.

"No fresh water."

- Тут пресной воды нет.

"What's that then?"

- А это что?

There was indeed a long green smudge half-way up the rock.

В самом деле, на скале повыше было какое-то зеленоватое пятнышко.

They climbed up and tasted the trickle of water.

Они взобрались туда и попробовали сочившуюся воду.

"You could keep a coconut shell there, filling all the time."

- Можно кокосовую скорлупу подставлять, чтоб все время полная.

"Not me.

- Нет уж. Спасибо.

This is a rotten place."

Поганое место.

Side by side they scaled the last height to where the diminishing pile was crowned by the last broken rock.

Бок о бок они одолели последний подъем, где сооруженье сужалось и венчалось последним разбитым камнем.

Jack struck the near one with his fist and it grated slightly.

Джек ткнул в него кулаком, и он скрипнул -чуть-чуть.

"Do you remember-?"

- Помнишь?..

Consciousness of the bad times in between came to them both.

Оба подумали о дурной полосе в промежутке.

Jack talked quickly.

Джек выпалил горячей скороговоркой:

"Shove a palm trunk under that and if an enemy came-look!" A hundred feet below them was the narrow causeway, then the stony ground, then the grass dotted with heads, and behind that the forest.

-Подсунуть сюда пальму, и если враг подойдет... смотри!.. - В сотне футов под ними шла узенькая дамба, и каменистая земля, и трава в точечках голов, дальше был лес.

"One heave," cried Jack, exulting, "and-wheee-!"

- ...навалиться и... - захлебывался Джек, - ...и... р-раз!

He made a sweeping movement with his hand.

Он отвел назад руку, замахнулся.

Ralph looked toward the mountain.

Ральф смотрел на гору.

"What's the matter?"

-Ты чего?

Ralph turned.

Ральф отвел взгляд от горы.

"Why?"

- А что?

"You were looking-I don't know why."

-Ты так смотришь - я прямо не знаю!

"There's no signal now.

- Сигнала нет!

Nothing to show."

Нас с моря не видно.

"You're nuts on the signal."

-Ты просто чокнулся с этим сигналом.

The taut blue horizon encircled them, broken only by the mountain-top.

Кругом бежала тугая синяя черта горизонта, надломленная только горой.

"That's all we've got"

- Но больше нам надеяться не на что.

He leaned his spear against the rocking stone and pushed back two handfuls of hair.

Он прислонил копье к шаткому камню и обеими горстями смахнул со лба волосы.

"We'll have to go back and climb the mountain.

- Пошли назад, на гору взберемся.

That's where they saw the beast."

Они же там зверя видели.

"The beast won't be there."

- Нет там сейчас зверя никакого.

"What else can we do?"

- Но что же нам делать?

The others, waiting in the grass, saw Jack and Ralph unharmed and broke cover into the sunlight.

А те, кто засел в траве, увидели невредимых Джека и Ральфа и выскочили из засады на солнце.

They forgot the beast in the excitement of exploration.

Увлекшись разведкой, про зверя впопыхах позабыли.

They swarmed across the bridge and soon were climbing and shouting.

Высыпали на перешеек и стали карабкаться.

Ralph stood now, one hand against an enormous red block, a block large as a mill wheel that had been split off and hung, tottering.

Ральф стоял, облокотясь на красный камень, огромный, как мельничное колесо, расколотый и опасно нависший над обрывом.

Somberly he watched the mountain. He clenched his fist and beat hammer-wise on the red wall at his right His lips were tightly compressed and his eyes yearned beneath the fringe of hair.

Он уныло смотрел на гору и молотил сжатым кулаком по красной стене, стиснул зубы, и жадная тоска смотрела из глаз, занавешенных челкой.

"Smoke."

- Дым.

He sucked his bruised fist.

Он пососал свой разбитый кулак.

"Jack!

- Джек!

Come on."

Пошли.

But Jack was not there.

Но Джека рядом уже не было.

A knot of boys, making a great noise that he had not noticed, were heaving and pushing at a rock.

Со страшным шумом, которого он и не заметил, мальчики раскачивали каменную глыбу.

As he turned, the base cracked and the whole mass toppled into the sea so that, a thunderous plume of spray leapt half-way up the cliff.

Когда он туда посмотрел, глыба хрустнула и рухнула в воду, и оттуда, чуть не до верха стены, взметнулся гремучий сверкающий столб.

"Stop it!

- Хватит вам!

Stop it!"

Хватит!

His voice struck a silence among them.

Его голос заставил их смолкнуть.

"Smoke."

- Дым.

A strange thing happened in his head.

Что-то странное стряслось у него с головой.

Something flittered there in front of his mind like a bat's wing, obscuring his idea.

Что-то металось крылом летучей мыши и застило мысли.

"Smoke."

- Дым.

At once the ideas were back, and the anger.

Сразу вернулись мысли, а с ними и ярость.

"We want smoke.

- Нам дым нужен.

And you go wasting your time.

А вы тут время теряете.

You roll rocks."

Камни толкаете.

Roger shouted.

Роджер крикнул:

"We've got plenty of time!"

- Времени-то у нас хватает!

Ralph shook his head.

Ральф тряхнул головой:

"We'll go to-the mountain."

- Надо идти на гору.

The clamor broke out.

Все загалдели.

Some of the boys wanted to go back to the beach.

Одни хотели скорее в бухту.

Some wanted to roll more rocks.

Другим хотелось еще покачать камни.

The sun was bright and danger had faded with the darkness.

Солнце палило, и опасность растаяла вместе с тьмой.

"Jack. The beast might be on the other side.

- Джек, зверь может быть на другой стороне.

You can lead again.

Веди нас.

You've been."

Ты там уже был.

"We could go by the shore.

- Можно по берегу пройти.

There's fruit."

Там фруктов много.

Bill came up to Ralph.

К Ральфу сунулся Билл:

"Why can't we stay here for a bit?"

- Может, еще немножечко тут побудем?

"That's right."

- Ага!

"Let's have a fort."

- Сделаем крепость!..

"There's no food here," said Ralph, "and no shelter.

- Здесь нет еды, - сказал Ральф, - и укрытий нет.

Not much fresh water."

И пресной воды мало.

"This would make a wizard fort"

- Зато крепость была бы - высший класс!

"We can roll rocks-"

- Можно камни сваливать.

"Right onto the bridge-"

- Прямо на перешеек...

"I say we'll go on!" shouted Ralph furiously. "We've got to make certain.

- Сказано вам, пошли! - бешено выкрикнул Ральф. - Надо все проверить.

We'll go now."

Идем!

"Let's stay here-"

- Ой, давайте лучше тут останемся...

"Back to the shelter-"

- Хочу в шалаш...

"I'm tired-"

- Я устал...

"No!"

- Нет!

Ralph struck the skin off his knuckles.

Ральф содрал кожу на пальцах.

They did not seem to hurt.

Но не чувствовал боли.

"I'm chief.

- Я главный.

We've got to make certain.

Надо все выяснить точно.

Can't you see the mountain?

Гору видите?

There's no signal showing.

Сигнала там нет.

There may be a ship out there.

А вдруг корабль?

Are you all off your rockers?"

Да вы все чокнулись, что ли?

Mutinously, the boys fell silent or muttering.

Мальчики, ропща, затихали.

Jack led the way down the rock and across the bridge.

Джек первый пошел вниз, потом по перешейку.

Chapter Seven.

Глава седьмая

Shadows and Tall Trees

БОЛЬШИЕ ДЕРЕВЬЯ И ТЕНИ

The pig-run kept close to the jumble of rocks that lay down by the water on the other side and Ralph was content to follow Jack along it.

Свиной лаз бежал вдоль скал, нагроможденных у самой воды, и Ральф был рад, что первым идет Джек.

If you could shut your ears to the slow suck down of the sea and boil of the return, if you could forget how dun and unvisited were the ferny coverts on either side, then there was a chance that you might put the beast out of mind and dream for a while.

Если бы в уши не лез медленный свист отсасывающих отяжелевших волн и шипенье их при возврате, если бы не думать о стерегущих с обеих сторон глухих пасмурных зарослях, тогда бы можно, наверное, выбросить из головы зверя и немного помечтать.

The sun had swung over the vertical and the afternoon heat was closing in on the island.

Солнце подобралось к зениту, и остров душила полуденная жара.

Ralph passed a message forward to Jack and when they next came to fruit the whole party stopped and ate.

Ральф передал вперед указание Джеку, и, как только дошли до фруктов, сделали привал.

Sitting, Ralph was aware of the heat for the first time that day.

Когда они уже сели, Ральф почувствовал, как палит жара.

He pulled distastefully at his grey shirt and wondered whether he might undertake the adventure of washing it.

Поморщившись, он стянул серую рубашку и стал обдумывать, не пора ли ему наконец решиться ее выстирать.

Sitting under what seemed an unusual heat, even for this island, Ralph planned his toilet.

Жара показалась ему сегодня особенно несносной, редкая жара даже для этого острова.

He would like to have a pair of scissors and cut this hair-he flung the mass back-cut this filthy hair right back to half an inch.

Было бы хорошо привести себя в порядок. Сюда бы ножницы и постричься (он откинул волосы со лба), состричь эти грязные патлы, совсем, сделать прическу ежиком.

He would like to have a bath, a proper wallow with soap.

Хорошо бы вымыться, по-настоящему, поваляться бы в пенной ванне.

He passed his tongue experimentally over his teeth and decided that a toothbrush would come in handy too.

Он внимательно ощупал языком зубы и пришел к выводу, что и зубная щетка бы не помешала.

Then there were his nails-

Да, еще ведь ногти...

Ralph turned his hand over and examined them.

Ральф перевернул руку ладошкой вниз и посмотрел на свои ногти.

They were bitten down to the quick though he could not remember when he had restarted this habit nor any time when he indulged it.

Он их сгрыз, оказывается, совсем, хоть не помнил, когда вернулся к постыдной привычке.

"Be sucking my thumb next-"

-Так еще палец сосать начнешь...

He looked round, furtively.

Он украдкой огляделся.

Apparently no one had heard.

Нет, никто не слышал.

The hunters sat, stuffing themselves with this easy meal, trying to convince themselves that they got sufficient kick out of bananas and that other olive-grey, jelly-like fruit With the memory of his sometime clean self as a standard, Ralph looked them over.

Охотники набивали животы легкой едой, стараясь себя уверить, что вкусней бананов и еще других каких-то студенистых, оливково-серых фруктов нет ничего на свете. Меряя на себя, прежнего, чистенького, Ральф оглядел их всех.

They were dirty, not with the spectacular dirt of boys who have fallen into mud or been brought down hard on a rainy day.

Они были грязны, но не так очевидно и лихо, как мальчишки, извозившиеся в грязи или плюхнувшиеся дождливым днем в лужу.

Not one of them was an obvious subject for a shower, and yet-hair, much too long, tangled here and there, knotted round a dead leaf or a twig; faces cleaned fairly well by the process of eating and sweating but marked in the less accessible angles with a kind of shadow; clothes, worn away, stiff like his own with sweat, put on, not for decorum or comfort but out of custom; the skin of the body, scurfy with brine-

Срочно тащить их под душ не чесались руки, и все же, и все же - слишком длинные лохмы, и в них колтуны, и позастревали листья и прутики, лица вымыты потом и соком около ртов, но в более укромных местах будто тронуты тенью; одежки драные, как у него самого, задубели от пота и не надеты ради приличия или удобства, а напялены кое-как, по привычке; и кожа на теле шелушится от соли.

He discovered with a little fall of the heart that these were the conditions he took as normal now and that he did not mind.

Вдруг он понял, что привык ко всему этому, притерпелся, и у него екнуло сердце.

He sighed and pushed away the stalk from which he had stripped the fruit.

Он вздохнул и отпихнул ветку, с которой сорвал плод.

Already the hunters were stealing away to do their business in the woods or down by the rocks.

Охотники уже углублялись в лес, забирались за скалы - по неотложной надобности.

He turned and looked out to sea.

Он отвернулся и стал смотреть на море.

Here, on the other side of the island, the view was utterly different.

Здесь, с другой стороны острова, вид открывался совсем другой.

The filmy enchantments of mirage could not endure the cold ocean water and the horizon was hard, clipped blue.

Дымный миражный морок не мог выстоять против холода океана, и горизонт взрезал пространство четкой синей чертой.

Ralph wandered down to the rocks.

Ральф спустился к скалам.

Down here, almost on a level with the sea, you could follow with your eye the ceaseless, bulging passage of the deep sea waves.

Тут, чуть не вровень с водой, можно было следить глазами, как без конца взбухают и накатывают глубинные волны.

They were miles wide, apparently not breakers or the banked ridges of shallow water. They traveled the length of the island with an air of disregarding it and being set on other business; they were less a progress than a momentous rise and fall or the whole ocean.

Шириною в целые мили, не какие-то буруны, не складки на отмелях, они без препятствий катили вдоль острова, как будто заняты делом и им некогда отвлекаться. Но они никуда не текли, не спешили - это вскидывался и падал сам океан.

Now the sea would suck down, making cascades and waterfalls of retreating water, would sink past the rocks and plaster down the seaweed like shining hair: then, pausing, gather and rise with a roar, irresistibly swelling over point and outcrop, climbing the little cliff, sending at last an arm of surf up a gully to end a yard or so from him in fingers of spray.

Упадет, взметнув брызги, разденет скалы, облепленные мокрыми прядями водорослей, вздохнет, помедлит, и снова набросится на оголенные скалы, и запустит наконец над глубью руку прибоя, чтоб совсем близко, чуть не рядом, взбить щедрой пастью пену.

Wave after wave, Ralph followed the rise and fall until something of the remoteness of the sea numbed his brain.

Ральф следил за раскатами, волна за волной, соловея от далекости отрешенного моря.

Then gradually the almost infinite size of this water forced itself on his attention.

И вдруг смысл этой беспредельности вломился в его сознанье.

This was the divider, the barrier.

Это же все, конец.

On the other side of the island, swathed at midday with mirage, defended by the shield of the quiet lagoon, one might dream of rescue; but here, faced by the brute obtuseness of the ocean, the miles of division, one was clamped down, one was helpless, one was condemned, one was-

Там, на другой стороне, за кисеей миражей, за надежным щитом лагуны, еще можно мечтать о спасении; но здесь, лицом к лицу с тупым безразличием вод, от всего на мили и мили вдали, ты отрезан, пропал, обречен, ты...

Simon was speaking almost in his ear.

Саймон заговорил у него чуть не над самым ухом.

Ralph found that he had rock painfully gripped in both hands, found his body arched, the muscles of his neck stiff, his mouth strained open.

Ральф спохватился, что обеими руками обнял скалу, что он весь изогнулся, что шея у него онемела и разинут рот.

"You'll get back to where you came from."

-Ты еще вернешься, вот увидишь.

Simon nodded as he spoke.

Саймон кивал ему из-за скалы чуть повыше.

He was kneeling on one knee, looking down from a higher rock which he held with both hands; his other leg stretched down to Ralph's level.

Он стоял, держась за нее обеими руками, на одной коленке, а другую ногу спустил и почти дотянул до Ральфа.

Ralph was puzzled and searched Simon's face for a clue.

Ральф вопросительно вглядывался в лицо Саймона, стараясь прочесть его мысли.

"It's so big, I mean-"

- Очень уж он большой, понимаешь...

Simon nodded.

Саймон снова закивал:

"All the same.

- Все равно.

You'll get back all right.

Ты вернешься, вот увидишь.

I think so, anyway."

Ну, просто я чувствую.

Some of the strain had gone from Ralph's body.

Тело у Ральфа почти расслабилось.

He glanced at the sea and then smiled bitterly at Simon.

Он глянул на море, горько улыбнулся Саймону:

"Got a ship in your pocket?"

- У тебя что - в кармане кораблик?

Simon grinned and shook his head.

Саймон ухмыльнулся и покачал головой.

"How do you know, then?"

- Тогда откуда ж тебе это известно?

When Simon was still silent Ralph said curtly,

Саймон все молчал, и тогда Ральф сказал только:

"You're batty."

-Ты чокнутый.

Simon shook his head violently till the coarse black hair flew backwards and forwards across his face.

Саймон отчаянно затряс головой, так что заметалась густая черная грива.

"No, I'm not.

- Да нет же. Ничего подобного.

I just think you'll get back all right."

Просто я чувствую - ты обязательно вернешься.

For a moment nothing more was said.

Оба примолкли.

And then they suddenly smiled at each other.

И вдруг улыбнулись друг другу.

Roger called from the coverts.

Роджер крикнул из зарослей:

"Come and see!"

- Эй! Идите сюда! Скорей!

The ground was turned over near the pig-run and there were droppings that steamed.

Там была взрыхлена земля и лежали дымящиеся комья.

Jack bent down to them as though he loved them.

Джек склонился над ними, как влюбленный.

"Ralph-we need meat even if we are hunting the other thing."

- Ральф, мясо-то нам все равно нужно, хоть мы охотимся за другим.

"If you mean going the right way, well hunt."

- Ну, если по пути, можно и поохотиться.

They set off again, the hunters bunched a little by fear of the mentioned beast, while Jack quested ahead.

И снова они двинулись, охотники жались в кучку из-за зверя, которого опять помянули, Джек рыскал впереди.

They went more slowly than Ralph had bargained for; yet in a way he was glad to loiter, cradling his spear.

Шли гораздо медленней, чем ожидал Ральф, но он был даже рад, что можно плестись просто так, поигрывая копьем.

Jack came up against some emergency of his craft and soon the procession stopped.

Вот Джек наткнулся на что-то непредвиденное по своей части, и вся процессия остановилась.

Ralph leaned against a tree and at once the daydreams came swarming up.

Ральф прислонился к дереву и сразу задумался, замечтался.

Jack was in charge of the mint and there would be time to get to the mountain-

Собственно, за охоту отвечал Джек. Правда, надо еще подняться на гору - но это успеется. * * *

Once, following his father from Chatham to Devonport, they had lived in a cottage on the edge of the moors.

Давно, когда еще они переехали вместе с папой из Чатема в Девонпорт, они жили в доме на краю вересковой пустоши.

In the succession of houses that Ralph had known, this one stood out with particular clarity because after that house he had been sent away to school.

Из всех домов, где они жили, этот больше всего запомнился Ральфу, потому что сразу потом его отослали в школу.

Mummy had still been with them and Daddy had come home every day.

Тогда еще с ними была мама, и папа каждый день возвращался домой.

Wild ponies came to the stone wall at the bottom of the garden, and it had snowed.

Дикие пони подходили к каменному забору сада, и шел снег.

Just behind the cottage there was a sort of shed and you could lie up there, watching the flakes swirl past You could see the damp spot where each flake died, then you could mark the first flake that lay down without melting and watch the whole ground turn white.

Прямо рядом с домом стоял такой сарайчик, и на нем можно было лежать и смотреть, как валят хлопья. И разглядывать мокрые пятнышки вместо каждой снежинки; и замечать, как, не растаяв, ложится первая и как все выбеливается кругом.

You could go indoors when you were cold and look out of the window, past that bright copper kettle and the plate with the little blue men.

А замерзнешь - иди домой и гляди в окно, мимо медного блестящего чайника и тарелки с синими человечками...

When you went to bed there was a bowl of cornflakes with sugar and cream.

А в постели дадут тебе сладкие кукурузные хлопья со сливками.

And the books-they stood on the shelf by the bed, leaning together with always two or three laid flat on top because he had not bothered to put them back properly.

И книги... Они клонятся на полке оттого, что две или три лежат плашмя поверх остальных, ему лень их поставить на место.

They were dog-eared and scratched.

Растрепанные, захватанные.

There was the bright, shining one about Topsy and Mopsy that he never read because it was about two girls; there was the one about the magician which you read with a kind of tied-down terror, skipping page twenty-seven with the awful picture of the spider; there was a book about people who had dug things up, Egyptian things; there was The Boy's Book of Trains, The Boy's Book of Ships.

Одна блестящая, яркая - про Топси и Мопси, но он ее не читал, потому что она про девчонок; и еще одна про колдуна, эту читаешь, замирая от ужаса, и двадцать седьмую страницу пролистываешь, там нарисован жуткий паук; и еще одна про людей, которые что-то раскапывают, что-то египетское. "Что надо знать мальчику о поездах", "Что надо знать мальчику о кораблях".

Vividly they came before him; he could have reached up and touched them, could feel the weight and slow slide with which The Mammoth Book for Boys would come out and slither down....

Так и стоят перед глазами; подойти, протянуть руку. Руке запомнились тяжесть и гладкость тяжело соскальзывавшего на пол тома - "О мамонтах для мальчиков".

Everything was all right; everything was good-humored and friendly.

...Все было хорошо; все были добрые и его любили.

The bushes crashed ahead of them.

Впереди треснули кусты.

Boys flung themselves wildly from the pig track and scrabbled in the creepers, screaming.

Мальчики шарахнулись со свиного лаза с визгом, на четвереньках, под лианы.

Ralph saw Jack nudged aside and fall.

Джека оттолкнули, он упал.

Then there was a creature bounding along the pig track toward him, with tusks gleaming and an intimidating grunt.

По свиному лазу, прямо на них скакало что-то - и хрюкало страшно, и блестело клыками.

Ralph found he was able to measure the distance coldly and take aim.

Ральф, как ни странно, холодно прикинул расстояние и прицелился.

With the boar only five yards away, he flung the foolish wooden stick that he carried, saw it hit the great snout and hang there for a moment. The boar's note changed to a squeal and it swerved aside into the covert.

Кабан был уже всего в пяти ярдах, и тут он метнул свою дурацкую палку, и она попала прямо в огромное рыло и на секунду там застряла. Кабан взвизгнул и бросился в заросли.

The pig-run filled with shouting boys again, Jack came running back, and poked about in the undergrowth.

Все снова повысыпали на тропку, прибежал Джек, заглянул в кусты.

Through here-"

- Сюда...

"But he'd do us!"

- Он же нас прикончит!

"Through here, I said-"

- Сюда, я говорю!

The boar was floundering away from them.

Кабан продирался по зарослям, уходил.

They found another pig-run parallel to the first and Jack raced away.

Они нашли другой лаз, параллельный, и Джек побежал впереди.

Ralph was lull of night and apprehension and pride.

Ральфа распирала гордость, и страх, и предчувствия.

"I hit him!

-Я в него попал.

The spear stuck in-"

Копье даже застряло...

Now they came, unexpectedly, to an open space by the sea.

И вдруг прямо перед ними сверкнуло море.

Jack cast about on the bare rock and looked anxious.

Джек кинулся вперед, рыская всполошенным взглядом по голым скалам.

"He's gone."

- Ушел.

"I hit him," said Ralph again, "and the spear stuck in a bit."

-Я в него попал, - снова сказал Ральф. - Копье даже подержалось.

He felt the need of witnesses.

Ему требовались свидетельские показания.

"Didn't you see me?"

-Ты же видел, правда?

Maurice nodded.

Морис кивнул:

"I saw you.

- Ага.

Right bang on his snout-Wheee!"

Ты ка-ак ему в морду! У-у-х!

Ralph talked on, excitedly.

Ральф уже совершенно захлебывался:

"I hit him all right The spear stuck in.

- Здорово я его. Копье застряло.

I wounded him!"

Я его ранил.

He sunned himself in their new respect and felt that hunting was good after all.

Он грелся в лучах вновь завоеванной славы. Выяснилось, что охота, в конце концов, даже очень приятное дело.

"I walloped him properly.

- Надо же, как я его!

That was the beast, I think!"

Это, наверное, и был зверь!

Jack came back.

Но тут подошел Джек:

"That wasn't the beast That was a boar."

- Никакой не зверь. Кабан обыкновенный.

"I bit him."

-Я в него попал.

"Why didn't you grab him?

- Чего же ты на него не бросился?

I tried-"

Я вот хотел...

Ralph's voice ran up.

Ральф почти взвизгнул:

"But a boar!"

- Это на кабана-то!

Jack flushed suddenly.

Джек вдруг вспыхнул.

"You said he'd do us.

- Чего же ты орал - он нас прикончит?

What did you want to throw for?

И зачем тогда копье бросал?

Why didn't you wait?"

Подождать, что ли, не мог?

He held out his arm. "Look."

- На вот, полюбуйся. И всем показал левую руку.

He turned his left forearm for them all to see. On the outside was a rip; not much, but bloody. .

Рука была разодрана; не очень, правда, но до крови.

"He did mat with his tusks.

- Это он клыками.

I couldn't get my spear down in time."

Я не успел копье воткнуть.

Attention focused on Jack.

И снова в центре внимания оказался Джек.

"That's a wound," said Simon, "and you ought to suck it Like Berengaria."

- Ты ранен, - сказал Саймон. - Ты высоси кровь. Как Беренгария.

Jack sucked.

Джек пососал царапину.

"I hit him," said Ralph indignantly. "I bit him with my spear, I wounded him."

-Я в него попал, - возмутился Ральф. - Я копьем его, я его ранил.

He tried for their attention.

Он старался вернуть их внимание.

"He was coming along the path.

- Он на меня, по тропке.

I threw, like this-"

А я как кину... вот так...

Robert snarled at him.

Роберт зарычал.

Ralph entered into the play and everybody laughed.

Ральф вступил в игру, и все захохотали.

Presently they were all jabbing at Robert who made mock rushes.

И вот уже все стали пинать Роберта, а тот комически уклонялся.

Jack shouted.

Потом Джек крикнул:

"Make a ring!"

- В кольцо его!

The circle moved in and round.

Вокруг Роберта сомкнулось кольцо.

Robert squealed in mock terror, then in real pain.

Роберт завизжал, сначала в притворном ужасе, потом уже от действительной боли.

"Ow!

-Ой!

Stop it!

Кончайте!

You're hurting!"

Больно же!

The butt end of a spear fell on his back as he blundered among them.

Он неудачно увернулся и получил тупым концом копья по спине.

"Hold him!"

-А ну держи, хватай!

They got his arms and legs.

Его схватили за ноги, за руки.

Ralph, carried away by a sudden thick excitement, grabbed Eric's spear and jabbed at Robert with it.

Ральф тоже совсем зашелся, выхватил у Эрика копье, стукнул Роберта.

"Kill him!

-Рраз! Та-ак!

Kill him!"

Коли его!

All at once, Robert was screaming and struggling with the strength of frenzy.

Роберт забился и взвыл, отчаянно, как безумный.

Jack had him by the hair and was brandishing his knife.

Джек вцепился ему в волосы и занес над ним нож.

Behind him was Roger, fighting to get close.

Роджер теснил его сзади, пробивался к Роберту.

The chant rose ritually, as at the last moment of a dance or a hunt.

И - как в последний миг танца или охоты - взмыл ритуальный напев:

"Kill the pig!

- Бей свинью!

Cut his throat!

Глотку режь!

Kill the pig!

Бей свинью!

Bash him in!"

Добивай!

Ralph too was fighting to get near, to get a handful of that brown, vulnerable flesh. The desire to squeeze and hurt was over-mastering.

Ральф тоже пробивался поближе - заполучить, ухватить, потрогать беззащитного, темного, он не мог совладать с желанием ударить, ранить.

Jack's arm came down; the heaving circle cheered and made pig-dying noises.

Вот Джек опустил руку. Прокатился ликующий клич, и хор изобразил визг подыхающей свиньи.

Then they lay quiet, panting, listening to Robert's frightened snivels.

А потом все повалились на землю и, задыхаясь, слушали, как перепугано всхлипывает Роберт.

He wiped his face with a dirty arm, and made an effort to retrieve his status.

Он утер лицо грязной рукой и попытался вновь обрести собственное достоинство:

"Oh, my bum!"

- Ох, бедная моя задница!

He rubbed his rump ruefully.

И сокрушенно потер зад.

Jack rolled over.

Джек перекатился на живот.

"That was a good game."

- Ничего игра, а?

"Just a game," said Ralph uneasily. "I got jolly badly hurt at rugger once."

-Вот именно что игра... - сказал Ральф. - Ему было стыдно. - Мне тоже один раз так на регби заехали - страшное дело.

"We ought to have a drum," said Maurice, "then we could do it properly."

- Хорошо бы нам барабан, - сказал Морис. - Тогда бы у нас было все честь по чести.

Ralph looked at him.

Ральф глянул на него:

"How properly?"

- В каком это смысле - честь по чести?

"I dunno.

- Ну не знаю.

You want a fire, I think, and a drum, and you keep time to the drum."

Нужно, чтоб был костер, и барабан, и все делать под барабан.

"You want a pig," said Roger, "Like in a real hunt."

- Нужно, чтоб свинья была, - сказал Роджер, - как на настоящей охоте.

"Or someone to pretend," said Jack. "You could get someone to dress up as a pig and then he could act-you know, pretend to knock me over and all that."

- Или кто-то чтоб изображал, - сказал Джек. -Надо кого-то нарядить свиньей и пусть изображает... Ну, притворяется, что бросается на меня, и всякое такое...

"You want a real pig," said Robert, still caressing his rump, "because you've got to kill him."

- Нет, уж лучше пускай настоящая, - Роберт все еще гладил свой зад, - ее же убить надо.

"Use a littlun," said Jack, and everybody laughed.

- Можно малыша использовать, - сказал Джек, и все захохотали. * * *

Ralph sat up.

Ральф сел.

"Well.

- Ну ладно.

We shan't find what we're looking for at this rate."

Так мы в жизни ничего не выясним.

One by one they stood up, twitching rags into place.

Один за другим все вставали, одергивая на себе лохмотья.

Ralph looked at Jack.

Ральф посмотрел на Джека.

"Now for the mountain."

- Ну, а теперь на гору.

"Shouldn't we go back to Piggy," said Maurice, "before dark?"

- Может, к Хрюше вернемся, - сказал Морис, -пока светло?

The twins nodded like one boy.

Близнецы кивнули, как один:

"Yes, that's right.

- Ага. Точно.

Let's go up there in the morning."

А туда утром пойдем.

Ralph looked out and saw the sea.

Ральф оглянулся и снова увидел море.

"We've got to start the fire again."

- Надо же костер развести.

"You haven't got Piggy's specs," said Jack, "so you can't."

- У нас Хрюшиных очков нет, - сказал Джек. - Так что это пустой номер.

"Then we'll find out if the mountain's clear."

- Зато проверим, есть там кто-то на горе или нет.

Maurice spoke, hesitating, not wanting to seem a funk.

Нерешительно, боясь показаться трусом, Морис проговорил:

"Supposing the beast's up there?"

- А вдруг там зверь?

Jack brandished his spear.

Джек помахал копьем.

"We'll kill it."

- Ну и убьем его.

The sun seemed a little cooler.

Солнце убавило жар.

He slashed with the spear.

Джек выбросил копье вперед.

"What are we waiting for?"

-Так чего же мы тут ждем?

"I suppose," said Ralph, "if we keep on by the sea this way, well come out below the burnt bit and then we can climb the mountain."

- По-моему, - сказал Ральф, - можно пойти по берегу, до того выжженного куска, и там на гору подняться.

Once more Jack led them along by the suck and heave of the blinding sea.

И снова Джек пошел впереди - вдоль тяжких вдохов и выдохов слепящего моря.

Once more Ralph dreamed, letting his skillful feet deal with the difficulties of the path.

И снова Ральф размечтался, предоставив привычным ногам справляться с превратностями дороги.

Yet here his feet seemed less skillful than before.

Но тут ногам приходилось уже труднее.

For most of the way they were forced right down to the bare rock by the water and had to edge along between that and the dark luxuriance of the forest There were little cliffs to be scaled, some to be used as paths, lengthy traverses where one used hands as well as feet.

Тропка жалась одним боком к голым камням у самой воды, с другого ее теснил черный непроницаемый лес, и то и дело она перебивалась камнями, которые они одолевали на четвереньках.

Here and there they could clamber over wave-wet rock, leaping across clear pools that the tide had left.

Карабкались по скалам, обмытым прибоем, перескакивали налитые прибоем ясные заводи.

They came to a gully that split the narrow foreshore like a defense.

Вот береговую полосу рвом рассекла лощина.

This seemed to have no bottom and they peered awe-stricken into the gloomy crack where water gurgled.

Она казалась бездонной. Они с трепетом заглядывали в мрачные недра, где хрипела вода.

Then the wave came back, the gully boiled before them and spray dashed up to the very creeper so that the boys were wet and shrieking.

Потом ее накрыло волной, вода вскипела и брызгами, взметнувшимися до самых зарослей, окатила визжащих, перепуганных мальчиков.

They tried the forest but ft was thick and woven like a bird's nest In the end they had to jump one by one, waiting till the water sank; and even so, some of them got a second drenching.

Сунулись было обогнуть ее лесом, но их не впустила его вязь, плотная, как птичье гнездо. В конце концов стали перепрыгивать лощину по очереди, выжидая, когда схлынет волна; но все равно кое-кого окатило еще раз.

After that the rocks seemed to be growing impassable so they sat for a time, letting their rags dry and watching the clipped outlines of the rollers that moved so slowly past the island.

За лощиной скалы показались непроходимыми, и они посидели немного, выжидая, пока подсохнут лохмотья, и глядя на зубчатый очерк прокатывающихся мимо валов.

They found fruit in a haunt of bright little birds that hovered like insects.

Потом нашли фрукты, обсиженные, как насекомыми, какими-то пестрыми птичками.

Then Ralph said they were going too slowly.

Потом Ральф сказал, что надо поторопиться.

He himself climbed a tree and parted the canopy, and saw the square head of the mountain seeming still a great way off.

Он влез на дерево, раздвинул ветки и убедился, что квадратная макушка все еще далеко.

Then they tried to hurry along the rocks and Robert cut his knee quite badly and they had to recognize that this path must be taken slowly if they were to be safe.

Потом прибавили шагу, и Роберт ужасно расшиб коленку, и пришлось признать, что на такой дороге спешить невозможно.

So they proceeded after that as if they were climbing a dangerous mountain, until the rocks became an uncompromising cliff, overhung with impossible jungle and falling sheer into the sea.

После этого пошли уже так, будто берут опасный подъем, но вот наконец перед ними вырос неприступный утес, нависший над морем и поросший непролазными зарослями.

Ralph looked at the sun critically.

Ральф с сомнением глянул на солнце.

"Early evening.

-Уже вечер.

After tea-time, at any rate."

После чая, это уж точно.

"I don't remember this cliff," said Jack, crestfallen, "so this must be the bit of the coast I missed."

- Что-то я этого утеса не помню, - сказал Джек. Он заметно увял. - Значит, я пропустил это место.

Ralph nodded.

Ральф кивнул:

"Let me think."

- Давай-ка я подумаю.

By now, Ralph had no self-consciousness in public thinking but would treat the day's decisions as though he were playing chess.

Ральф теперь уже не стеснялся думать при всех, он теперь разрабатывал решения, как будто играл в шахматы.

The only trouble was that he would never be a very good chess player.

Только не силен он был в шахматах, вот что плохо.

He thought of the littluns and Piggy.

Он подумал про малышей, про Хрюшу.

Vividly he imagined Piggy by himself, huddled in a shelter that was silent except for the sounds of nightmare.

Ему живо представилось, как Хрюша один, забившись в шалаш, вслушивается в глухую тьму и сонные крики.

"We can't leave the littluns alone with Piggy.

- Нельзя малышей с одним Хрюшей оставлять.

Not all night."

На всю ночь.

The other boys said nothing but stood round, watching him.

Все молчали, стояли вокруг, смотрели на него.

"If we went back we should take hours."

- Если назад повернуть, это же несколько часов...

Jack cleared his throat and spoke in a queer, tight voice.

Джек откашлялся и проговорил странным, сдавленным голосом:

"We mustn't let anything happen to Piggy, must we?"

- Ну конечно, как бы с Хрюшенькой чего не случилось, верно же?

Ralph tapped his teeth with the dirty point of Eric's spear.

Ральф постучал себя по зубам грязным концом копья, которое он отобрал у Эрика.

"If we go across-"

- Если пойти наперерез...

He glanced round him.

Он оглядел лица вокруг.

"Someone's got to go across the island and tell Piggy we'll be back after dark."

- Кому-то надо пересечь остров и предупредить Хрюшу, что мы не успеваем вернуться до темноты.

Bill spoke, unbelieving.

Билл ушам своим не поверил:

"Through the forest by himself? Now?"

- В одиночку? Сейчас? Лесом?

"We can't spare more than one."

- Больше одного человека мы отпустить не можем.

Simon pushed his way to Ralph's elbow.

Саймон протолкался к Ральфу, стал рядом:

"I'll go if you like.

- Хочешь, я пойду?

I don't mind, honestly."

Мне это ничего, честно.

Before Ralph had time to reply, he smiled quickly, turned and climbed into the forest

Ральф не успел даже ответить, а он улыбнулся беглой улыбкой, повернулся и стал карабкаться наверх, в лес.

Ralph looked back at Jack, seeing him, infuriatingly, for the first time.

И тут только Ральф бешеным взглядом посмотрел на Джека, увидел его наконец.

"Jack-that time you went the whole way to the castle rock."

- Джек, послушай-ка, ты тогда ведь до самого замка дошел...

Jack glowered.

Джек вспыхнул:

"Yes?"

- Ну и что?

"You came alone part of this shore-below the mountain, beyond there."

-Ты же по берегу шел - и тут, под горой.

"Yes."

- Ну да.

"And then?"

- А потом?

"I found a pig-run.

- Я свиной лаз нашел.

It went for miles."

Он далеко очень тянется.

"So the pig-run must be somewhere in there." Ralph nodded. He pointed at the forest

Ральф кивнул в сторону леса. - Значит, где-то тут этот свиной лаз.

Everybody agreed, sagely.

Все вдумчиво закивали.

"All right then.

- Тогда ладно.

We'll smash a way through till we find the pig-run."

Пойдем напролом и выйдем на этот лаз.

He took a step and halted.

Он шагнул было в сторону леса, запнулся.

"Wait a minute though!

- Хотя нет, погоди-ка!

Where does the pig-run go to?"

А куда он ведет?

"The mountain," said Jack, "I told you. He sneered.

- На гору, - сказал Джек. - Я же тебе говорил. - Он хмыкнул:

"Don't you want to go to the mountain?"

- Что, не хочется на гору?

Ralph sighed, sensing the rising antagonism, understanding that this was how Jack felt as soon as he ceased to lead.

Ральф вздохнул, ощущая враждебность Джека, понимая, что она оттого, что Джек снова не главный.

"I was thinking of the light.

- Просто я подумал - скоро стемнеет.

We'll be stumbling about."

Спотыкаться будем.

"We were going to look for the beast."

- Но мы насчет зверя хотели проверить...

"There won't be enough light."

- Света мало.

"I don't mind going, said Jack hotly. "Ill go when we get there.

- Ничего, я-то готов, - выпалил Джек. - Я пожалуйста.

Won't you?

Ну, а ты?

Would you rather go back to the shelters and tellPiggy?"

Может, сначала вернешься, доложишься Хрюше?

Now it was Ralph's turn to flush but he spoke despairingly, out of the new understanding that Piggy had given him.

Тут покраснел уже Ральф и сказал - безнадежно, вспомнив уроки Хрюши:

"Why do you hate me?"

-И за что только ты меня ненавидишь?

The boys stirred uneasily, as though something indecent had been said.

Вокруг потупились, будто услышали что-то неприличное.

The silence lengthened.

Пауза нагнеталась.

Ralph, still hot and hurt, turned away first.

Ральф, все еще красный, обиженный, отвел глаза первый.

"Come on."

- Ладно, пошли.

He led the way and set himself as by right to hack at the tangles.

И взял и пошел впереди, врубаясь в заросли.

Jack brought up the rear, displaced and brooding.

Джек, смущенный и злой, замыкал шествие.

The pig-track was a dark tunnel, for the sun was sliding quickly toward the edge of the world and in the forest shadows were never-far to seek.

Свиной лаз был как темный туннель, потому что солнце уже скатывалось к краю неба, а в лесу и всегда-то прятались тени.

The track was broad and beaten and they ran along at a swift trot, Then the roof of leaves broke up and they halted, breathing quickly, looking at the few stars that pricked round the head of the mountain.

Тропа была широкая, убитая, они бежали по ней рысцой. И вот прорвалась лиственная кровля, они замерли, задыхаясь, и увидели мигающие над горой первые звезды.

"There you are."

- Ну вот.

The boys peered at each other doubtfully.

Все недоуменно переглядывались.

Ralph made a decision.

Ральф наконец решился:

"We'll go straight across to the platform and climb tomorrow."

- Пошли прямо к площадке, а на гору завтра успеем.

They murmured agreement; but Jack was standing by his shoulder.

Вокруг уже поддакивали, но тут у него за плечом вырос Джек:

"If you're frightened of course-"

- Ну конечно, раз ты боишься...

Ralph turned on him.

Ральф посмотрел ему в лицо:

"Who went first on the castle rock?"

- Кто первый пошел к бастиону?

"I went too. And that was daylight."

-Так то днем. И я тоже пошел.

"All right.

- Ладно.

Who wants to climb the mountain now?"

Кто за то, чтоб сейчас на гору лезть?

Silence was the only answer.

Ответом было молчанье.

"Samneric?

- Эрикисэм?

What about you?"

Вы как?

"We ought to go an' tell Piggy-"

- Надо пойти, Хрюше сказать...

"-yes, tell Piggy that-"

- Ага, сказать Хрюше, что мы...

"But Simon went!"

- Ведь же Саймон уже пошел!

"We ought to tell Piggy-in case-"

- Нет, надо сказать Хрюше, а то вдруг...

"Robert?

- А ты, Роберт?

Bill?"

Билл - ты как?

They were going straight back to the platform now.

Эти тоже хотели идти прямо к площадке.

Not, of course, that they were afraid-but tired.

Да нет, не боялись они, просто устали.

Ralph turned back to Jack.

Снова Ральф повернулся к Джеку:

"You see?"

- Ну, видишь?

"I'm going up the mountain."

- Я лично иду на гору.

The words came from Jack viciously, as though they were a curse.

Джек кинул это злобно, как выругался.

He looked at Ralph, his thin body tensed, his spear held as if he threatened him.

И уставился на Ральфа, тощий, длинный, а копье держал так, будто хочет ударить.

"I'm going up the mountain to look for the beast-now."

- Я иду на гору, зверя искать. Сейчас же.

Then the supreme sting, the casual, bitter, word.

И - добивая - с издевкой, небрежно:

"Coming?"

- Пошли?

At that word the other boys forgot their urge to be gone and turned back to sample this fresh rub of two spirits in the dark.

При этом слове все разом забыли, как им только что хотелось поскорей на ночлег, и примерялись уже к новой схватке двух сил в потемках.

The word was too good, too bitter, too successfully daunting to be repeated.

Слово было произнесено так лихо, едко, так обескураживало, что его не требовалось повторять.

It took Ralph at low water when his nerve was relaxed for the return to the shelter and the still, friendly waters of the lagoon.

Оно выбило у Ральфа почву из-под ног, когда он совсем расслабился в мыслях о шалаше, о теплых, ласковых водах лагуны.

"I don't mind."

-Я не против.

Astonished, he heard his voice come out, cool and casual, so that the bitterness of Jack's taunt fell powerless.

Он с удивлением услышал собственный голос -спокойный, небрежный, так что вся ядовитость Джека сводилась на нет.

"If you don't mind, of course."

- Ну, раз ты не против...

"Oh, not at all."

- Совершенно.

Jack took a step.

Джек сделал первый шаг.

"Well then-"

- Тогда...

Side by side, watched by silent boys, the two started up the mountain.

Бок о бок, под молчаливыми взглядами, двое начали подниматься в гору.

Ralph stopped.

Ральф почти сразу остановился.

"We're silly.

- Какая глупость.

Why should only two go?

Зачем идти вдвоем?

If we find anything, two won't be enough."

Если мы найдем его, двоих-то мало.

There came the sound of boys scuttling away.

Тут же остальных отшвырнуло от них, как волной.

Astonishingly, a dark figure moved against the tide.

И вдруг одинокая фигура двинулась против течения.

"Roger?"

- Роджер?

"Yes."

- Ага.

"That's three, then."

- Ну, значит, нас трое.

Once more they set out to climb the slope of the mountain.

И снова они стали взбираться по склону.

The darkness seemed to flow round them like a tide.

Тьма накрывала их, как волной.

Jack, who had said nothing, began to choke and cough, and a gust of wind set all three spluttering.

Джек шел молча, вдруг он начал кашлять и задыхаться; ветер заставил их отплевываться.

Ralph's eyes were blinded with tears.

Глаза Ральфу заволокло слезами.

"Ashes.

- Зола.

We're on the edge of the burnt patch."

Мы на сожженное место зашли.

Their footsteps and the occasional breeze were stirring up small devils of dust.

Шагами и ветром взметало пепел.

Now that they stopped again, Ralph had time while he coughed to remember how silly they were.

Снова они остановились, и Ральф, закашлявшись, успел окончательно сообразить, какую они сморозили глупость.

If there was no beast-and almost certainly there was no beast-in tiiat case, well and good; but if there was something waiting on top of the mountain-what was the use of three of them, handicapped by the darkness and carrying only sticks?

Если зверя там нет - а его наверное нет, - тогда еще ладно, пусть. Ну, а вдруг он там, подстерегает их наверху - что толку тогда от них от троих, скованных тьмой, вооруженных палками?

"We're being fools."

- Дураки мы все-таки!

Out of the darkness came the answer.

Из тьмы донеслось в ответ:

"Windy?"

- Дрейфишь?

Irritably Ralph shook himself.

Ральфа трясло от обиды.

This was all Jack's fault

Все, все из-за этого Джека.

"'Course I am.

- Еще бы.

But we're still being fools."

Но мы все равно дураки.

"If you don't want to go on," said the voice sarcastically,

- Если тебе не хочется, - сказал саркастический голос, - я и сам могу пойти.

Ralph heard the mockery and hated Jack.

Ральф уловил насмешку. Он ненавидел Джека.

The sting of ashes in his eyes, tiredness, fear, enraged him.

Зола щипала ему глаза, он боялся, устал. Его взорвало:

"Go on then!

- Пожалуйста! Иди!

We'll wait here."

Мы тут подождем.

There was silence.

И - молчанье.

"Why don't you go?

- Что ж ты не идешь?

Are you frightened?"

Испугался?

A stain in the darkness, a stain that was Jack, detached itself and began to draw away.

Пятно во тьме, пятно, которое было Джек, отодвинулось и начало таять.

"All right.

- Ладно.

So long."

Пока.

The stain vanished.

И пропало пятно.

Another took its place.

И вместо него всплыло другое.

Ralph felt his knee against something hard and rocked a charred trunk that was edgy to the touch.

Ральф наткнулся коленкой на что-то твердое, качнул колкий на ощупь обгорелый ствол.

He felt the sharp cinders that had been bark push against the back of his knee and knew that Roger had sat down.

Шершавым обугленным краешком бывшей коры его мазнуло по ноге, и он понял, что это на ствол сел Роджер.

He felt with his hands and lowered himself beside Roger, while the trunk rocked among invisible ashes.

Он пощупал дерево и, колыхнув его на невидимом пепле, сел тоже.

Roger, uncommunicative by nature, said nothing.

Роджер, вообще необщительный, и тут не стал разговаривать.

He offered no opinion on the beast nor told Ralph why he had chosen to come on this mad expedition.

Не стал распространяться о звере или объяснять Ральфу, что понесло и его в эту нелепую экспедицию.

He simply sat and rocked the trunk gently.

Сидел себе и покачивал ствол.

Ralph noticed a rapid and infuriating tapping noise and realized that Roger was banging his silly wooden stick against something.

Ральф различил частое-частое, бесящее постукиванье и догадался, что Роджер стучит по чему-то деревянным копьем.

So they sat, the rocking, tapping, impervious Roger and Ralph, fuming; round them the close sky was loaded with stars, save where the mountain punched up a hole of blackness.

Так и сидели: стучащий, раскачивающийся, непроницаемый Роджер и кипящий Ральф; а небо вокруг набрякло звездами, и только черным продавом в их блеске зияла гора.

There was a slithering noise high above them, the sound of someone taking giant and dangerous strides on rock or ash.

Высоко наверху заскользили звуки, кто-то размашисто, отчаянно прыгал по камням и золе.

Then Jack found them, and was shivering and croaking in a voice they could just recognize as his.

Вот Джек добрался до них, и он прохрипел таким дрожащим голосом, что они еле его узнали:

"I saw a thing on top."

-Там кто-то есть. Я видел.

They heard him blunder against the trunk which rocked violently.

Он споткнулся о ствол, ствол ужасно качнулся.

He lay silent for a moment, then muttered.

Минуту Джек лежал тихо, потом пробормотал:

"Keep a good lookout.

- Осторожно.

It may be following."

Может, он пошел вдогонку.

A shower of ash pattered round them.

На них посыпался пепел.

Jack sat up.

Джек сел.

"I saw a thing bulge on the mountain."

- Там, наверху, я видел - что-то вздувается.

"You only imagined it," said Ralph shakily, "because nothing would bulge.

- Тебе просто почудилось, - стуча зубами, выговорил Ральф. - Что же может вздуваться?

Not any sort of creature."

Таких не бывает существ.

Roger spoke; they jumped, for they had forgotten him.

Роджер сказал - и они даже вздрогнули, они совсем про него забыли:

"A frog."

- Лягушка.

Jack giggled and shuddered.

Джек хихикнул и вздрогнул:

"Some frog.

- Да уж, лягушечка.

There was a noise too. A kind of 'plop' noise.

И хлопает как-то.

Then the thing bulged."

А потом вздувается.

Ralph surprised himself, not so much by the quality of his voice, which was even, but by the bravado of its intention.

Ральф даже сам удивился - не столько своему голосу, голос был ровный, сколько смелости предложенья:

"We'll go and look."

- Пошли - посмотрим?

For the first time since he had first known Jack, Ralph could feel him hesitate.

Впервые с тех пор, как он познакомился с Джеком, Ральф почувствовал, что Джек растерялся.

"Now-?"

- Прямо сейчас?

His voice spoke for him.

И голос Ральфа сам ответил:

"Of course."

- Да, а что?

He got off the trunk and led the way across the clinking cinders up into the dark, and the others followed.

Он встал со ствола и пошел по звенящей золе в темноту, и остальные - за ним.

Now that his physical voice was silent the inner voice of reason, and other voices too, made themselves heard.

Теперь, когда его голос умолк, стал слышен внутренний голос рассудка и еще другие голоса.

Piggy was calling him a kid.

Хрюша говорил, что он как дитя малое.

Another voice told him not to be a fool; and the darkness and desperate enterprise gave the night a kind of dentist's chair unreality.

Другой голос призывал его не валять дурака; а тьма и безумие этой затеи делали ночь немыслимой, как зубоврачебное кресло.

As they came to the last slope, Jack and Roger drew near, changed from the ink-stains to distinguishable figures.

Когда достигли последнего подъема, Джек с Роджером подошли ближе, превратясь из чернильных клякс в различимые фигуры.

By common consent they stopped and crouched together.

Не сговариваясь, все трое остановились и припали к земле.

Behind them, on the horizon, was a patch of lighter sky where in a moment the moon would rise.

За ними, на горизонте, светлела полоса неба, на которой вот-вот могла проступить луна.

The wind roared once in the forest and pushed their rags against them.

Ветер взвыл в лесу и прибил к ним лохмотья.

Ralph stirred.

Ральф шевельнулся:

"Come on."

- Пошли.

They crept forward, Roger lagging a little.

Двинулись вперед, Роджер чуть-чуть отстал.

Jack and Ralph turned the shoulder of the mountain together.

Джек с Ральфом вместе повернули за плечо горы.

The glittering lengths of the lagoon lay below them and beyond that a long white smudge that was the reef.

Снизу сверкнули плоские воды лагуны, и длинным бледным пятном за нею был риф.

Roger joined them.

Их нагнал Роджер.

Jack whispered.

Джек заговорил шепотом:

"Let's creep forward on hands and knees.

- Дальше - ползком.

Maybe it's asleep."

Может, он спит...

Roger and Ralph moved on, this time leaving Jack in the rear, for all his brave words.

Роджер и Ральф поползли, а Джек, несмотря на все свои храбрые слова, на сей раз отставал.

They came to the fiat top where the rock was hard to hands and knees.

Вышли на плоский верх, где под коленками и ладонями были твердые камни.

A creature that bulged.

Что-то вздувается...

Ralph put his hand in the cold, soft ashes of the fire and smothered a cry.

Ральф попал рукой в холодный, нежный пепел и чуть не вскрикнул.

His hand and shoulder were twitching from the unlooked-for contact.

Рука дернулась от неожиданного соприкосновенья.

Green lights of nausea appeared for a moment and ate into the darkness.

На миг мелькнули перед глазами зеленые искорки дурноты и тотчас растаяли во тьме.

Roger lay behind him and Jack's mouth was at his ear.

Роджер лежал рядом, и губы Джека шептали в ухо Ральфу:

"Over there, where there used to be a gap in the rock.

- Вон там, где раньше щель была.

A sort of hump-see?"

Бугор - видишь?

Ashes blew into Ralph's face from the dead fire.

Пепел угасшего костра посыпался Ральфу в лицо.

He could not see the gap or anything else, because the green lights were opening again and growing, and the top of the mountain was sliding sideways.

Он не видел щели, вообще ничего не видел, потому что опять всплыли зеленые искорки и разрастались, и вершина горы вдруг поползла вбок и накренилась.

Once more, from a distance, he heard Jack's whisper.

Опять, уже не так близко, он услышал голос Джека:

"Scared?"

- Испугался?

Not scared so much as paralyzed; hung up here immovable on the top of a diminishing, moving mountain.

Нет, он не то что испугался, у него отнялись руки и ноги; он висел на вершине рушащейся, оползающей горы.

Jack slid away from him, Roger bumped, fumbled with a hiss of breath, and passed onwards.

Джек отодвигался от него все дальше, Роджер наткнулся на него и, пошарив, сопя, прополз мимо.

He heard them whispering.

Он слышал - они шептались.

"Can you see anything?"

- Видишь?

"There-"

- Это же...

In front of them, only three or four yards away, was a rock-like hump where no rock should be.

Перед ними всего в трех-четырех ярдах был взгорок там, где прежде взгорка не было.

Ralph could hear a tiny chattering noise coming from somewhere-perhaps from his own mouth.

Ральф услышал какой-то тихий стук - кажется, это у него у самого стучали зубы.

He bound himself together with his will, fused his fear and loathing into a hatred, and stood up.

Он взял себя в руки, весь свой ужас обратил в ненависть и встал.

He took two leaden steps forward.

И сделал два натужных шага вперед.

Behind them the sliver of moon had drawn dear of the horizon.

Позади них лунный серп уже отделился от горизонта.

Before them, something like a great ape was sitting asleep with its head between its knees.

Впереди кто-то, вроде огромной обезьяны, спал сидя, уткнув в колени голову.

Then the wind roared in the forest, there was confusion in the darkness and the creature lifted its head, holding toward them the ruin of a face.

Потом ветер взвыл в лесу, всколыхнул тьму, и существо подняло голову и обратило к ним бывшее лицо.

Ralph found himself taking giant strides among the ashes, heard other creatures crying out and leaping and dared the impossible on the dark slope; presently the mountain was deserted, save for the three abandoned sticks and the thing that bowed.

Ноги сами понесли Ральфа по пеплу, сзади он услышал топот, крик и сломя голову, не разбирая дороги бросился вниз, в темноту; на вершине остались только три брошенные палки и то, что сидело и кланялось.

Chapter Eight.

Глава восьмая

Gift for the Darkness

ДАР ТЬМЕ

Piggy looked up miserably from the dawn-pale beach to the dark mountain.

Хрюша перевел несчастный взгляд с рассветно-бледного берега на черную гору.

"Are you sure?

-Ты это точно?

Really sure, I mean?"

То есть наверняка?

"I told you a dozen times now," said Ralph, "we saw it."

-Я тебе повторяю десятый раз, - сказал Ральф. -Мы его видели.

"D'you think we're safe down here?"

- А сюда-то он не придет?

"How the hell should I know?"

- Господи, да откуда же я знаю?

Ralph jerked away from him and walked a few paces along the beach.

Ральф дернулся, отвернулся и на несколько шагов отбежал от него по берегу.

Jack was kneeling and drawing a circular pattern in the sand with his forefinger.

Джек на коленках чертил пальцем круги на песке.

Piggy's voice came to them, hushed.

До них долетел сдавленный голос Хрюши:

"Are you sure?

-Так это точно?

Really?"

Наверняка?

"Go up and see," said Jack contemptuously, "and good riddance."

- А ты поди да посмотри, - сказал Джек презрительно. - Скатертью дорожка.

"No fear."

- Нет уж, спасибо.

"The beast had teeth," said Ralph, "and big black eyes."

- У зверя зубы, - сказал Ральф, - и больше черные глаза.

He shuddered violently.

Его передернуло.

Piggy took off his one round of glass and polished the surface.

Хрюша снял очки и стал протирать единственное стеклышко.

"What we going to do?"

- Что ж теперь делать-то?

Ralph turned toward the platform.

Ральф повернулся к площадке.

The conch glimmered among the trees, a white blob against the place where the sun would rise.

Среди стволов, белой каплей против занимавшейся зари, мерцал рог.

He pushed back his mop.

Ральф откинул космы со лба.

"I don't know."

- Не знаю.

He remembered the panic flight down the mountainside.

Он не забыл, как мчался сломя голову с горы.

"I don't think we'd ever fight a thing that size, honestly, you know.

- По-моему, мы с такой громадиной драться не станем, это уж точно.

We'd talk but we wouldn't fight a tiger.

Мы только все болтаем, а мы и на тигра не пойдем.

We'd hide.

Спрячемся.

Even Jack 'ud hide."

Даже Джек спрячется.

Jack still looked at the sand.

Джек не отрывал глаз от песка.

"What about my hunters?"

- А как насчет моих охотников?

Simon came stealing out of the shadows by the shelters.

Саймон крадучись отделился от тени под шалашом.

Ralph ignored Jack's question.

Ральф оставил без внимания вопрос Джека.

He pointed to the touch of yellow above the sea.

Он показал рукой на желтый просвет над морем.

"As long as there's light we're brave enough.

- Пока светло, мы еще храбрые.

But then?

Ну а дальше что?

And now that thing squats by the fire as though it didn't want us to be rescued-"

Он там засел у костра, будто нарочно, чтоб нас не спасли...

He was twisting his hands now, unconsciously.

Он не замечал, что ломает руки.

His voice rose.

Голос сорвался на крик:

"So we can't have a signal fire.... We're beaten."

- Мы остались без сигнала... Пропали.

A point of gold appeared above the sea and at once all the sky lightened.

Золотая точка высунулась из-за моря и разом подпалила небо.

"What about my hunters?"

- А как насчет моих охотников?

"Boys armed with sticks."

- Подумаешь, мальчишки, вооруженные палками.

Jack got to his feet.

Джек вскочил на ноги.

His face was red as he marched away.

И, весь красный, зашагал прочь.

Piggy put on his one glass and looked at Ralph.

Хрюша надел очки и сверкнул на Ральфа единственным стеклышком.

"Now you done it.

- Ну вот.

You been rude about his hunters."

Ихнюю компанию задел.

"Oh shut up!"

- Да помолчи ты!

The sound of the inexpertly blown conch interrupted them.

Разговор оборвали неумело извлекаемые звуки рога.

As though he were serenading the rising sun, Jack went on blowing till the shelters were astir and the hunters crept to the platform and the littluns whimpered as now they so frequently did.

Словно встречая серенадой восход, Джек дул, пока не всполошил в шалашах всех, и к площадке устремились охотники и хлюпающие, как всегда они теперь хлюпали, малыши.

Ralph rose obediently, and Piggy, and they went to the platform.

Ральф покорно встал, Хрюша тоже, и они побрели к площадке.

"Talk," said Ralph bitterly, "talk, talk, talk."

- Болтовня, - сказал Ральф горько. - Одна болтовня.

He took the conch from Jack.

Он взял у Джека рог.

"This meeting-"

- Это собрание...

Jack interrupted him.

Джек его оборвал:

"I called it."

- Я созвал собрание.

"If you hadn't called it I should have.

- Не ты, так я бы.

You just blew the conch."

Ты просто в рог подул.

"Well, isn't that calling it?"

- А это как - не считается?

"Oh, take it!

- Да возьми ты его.

Go on-talk!"

На, пожалуйста - говори-говори!

Ralph thrust the conch into Jack's arms and sat down on the trunk.

Ральф сунул рог Джеку и сел на свое место.

"I've called an assembly," said Jack, "because of a lot of things.

- Я созвал собрание, - сказал Джек, - из-за разных вещей.

First, you know now, we've seen the beast.

Во-первых, вы уже знаете, мы видели зверя.

We crawled up.

Мы забрались на вершину.

We were only a few feet away.

В нескольких шагах от него были.

The beast sat up and looked at us.

Он сидел и на нас смотрел.

I don't know what it does.

Не знаю, что он там делает.

We don't even know what it is-"

Мы даже не знаем, что это за зверь...

"The beast comes out of the sea-"

- Он выходит из моря...

"Out of the dark-"

- Из темноты...

"Trees-"

- С деревьев спускается...

"Quiet!" shouted Jack. "You, listen.

- Да замолчите вы! - крикнул Джек. - Слушайте меня!

The beast is sitting up there, whatever it is-"

Зверь, какой бы ни был, сидит наверху и...

"Perhaps it's waiting-"

- Может, ждет...

"Hunting-"

- Может, на нас охотится...

"Yes, hunting."

- Да, охотится.

"Hunting," said Jack.

- Охотится, - сказал Джек.

He remembered his age-old tremors in the forest. "Yes.

Он вспомнил не раз испытанный лесной первобытный ужас. - Да.

The beast is a hunter.

Зверь этот - охотник.

Only-shut up!

Нет, пока помалкивайте!

The next thing is that we couldn't kill it.

Во-вторых, убить его нам не удалось.

And the next thing is that Ralph said my hunters are no good."

И в-третьих, Ральф сказал, что от моих охотников никакого толка.

"I never said that!"

- Не говорил я ничего подобного!

"I've got the conch.

- Рог у меня.

Ralph thinks you're cowards, running away from the boar and the beast.

Ральф считает, что вы трусы, удираете от кабана и от зверя.

And that's not all."

И это еще не все.

There was a kind of sigh on the platform as if everyone knew what was coming.

Вздох пронесся над площадкой, будто все чувствовали, что сейчас будет.

Jack's voice went on, tremulous yet determined, pushing against the uncooperative silence.

Голос Джека, срывающийся, но решительный, разбивал настороженную тишину:

"He's like Piggy.

- Он как Хрюша.

He says things like Piggy.

Все повторяет за Хрюшей.

He isn't a proper chief."

Не ему нами командовать.

Jack clutched the conch to him.

Джек прижал к груди рог:

"He's a coward himself."

- Сам он трус.

For a moment he paused and then went on.

Мгновенье помолчал и добавил:

"On top, when Roger and me went on-he stayed back."

- Там наверху мы с Роджером пошли вперед, а он остался.

"I went too!"

- Я тоже пошел!

"After."

- Потом уже.

The two boys glared at each other through screens of hair.

Двое мальчиков смотрели друг на друга сквозь нависшие космы.

"I went on too," said Ralph, "then I ran away.

- Я пошел, - сказал Ральф. - Я уже потом убежал.

So did you."

Но ведь ты сам тоже убежал.

"Call me a coward then." Jack turned to the hunters.

- А ты скажи, что я трус, - попробуй. - Джек повернулся к охотникам:

He's not a hunter.

- Он не охотник.

He'd never have got us meat He isn't a prefect and we don't know anything about him.

Разве он добывал нам мясо? Он не староста, мы про него вообще ничего не знаем.

He just gives orders and expects people to obey for nothing.

Только и умеет приказы отдавать, а люди, видите ли, должны ему подчиняться.

All this talk-"

Вся эта болтовня...

"All this talk!" shouted Ralph. "Talk, talk!

- Вся эта болтовня? - крикнул Ральф. - Болтовня?

Who wanted it?

А кто ее затеял?

Who called the meeting?"

Кто созвал собрание?

Jack turned, red in the face, his chin sunk back. He glowered up under his eyebrows.

Джек весь красный, набычась, упершись в грудь подбородком, злобно глянул на него исподлобья.

"All right then," he said in tones of deep meaning, and menace, all right."

- Ну, ладно, - процедил он многозначительно, с угрозой, - ладно же.

He held the conch against his chest with one hand and stabbed the air with his index finger.

Прижал к себе рог левой рукой, а правым указательным пальцем рассек воздух:

"Who thinks Ralph oughtn't to be chief?"

- Кто считает, что Ральф недостоин быть главным?

He looked expectantly at the boys ranged round, who had frozen.

Он с надеждой обвел всех глазами. Они замерли.

Under the palms there was deadly silence.

Под пальмами стояло мертвое молчанье.

"Hands up," said Jack strongly, "whoever wants Ralph not to be chief?"

- Поднимите руки, - сказал Джек строго, - кто за то, чтобы Ральф больше не был главным.

The silence continued, breathless and heavy and full of shame.

Длилось молчанье - тяжкое, стыдное, густое.

Slowly the red drained from Jack's cheeks, then came back with a painful rush.

Щеки Джека постепенно бледнели, потом, вдруг, в них снова ударила краска.

He licked his lips and turned his head at an angle, so that his gaze avoided the embarrassment of linking with another's eye.

Он облизнул губы и так повернул голову, чтоб ни с кем не встречаться взглядом.

"How many think-"

- Кто считает...

His voice tailed off.

Голос сорвался.

The hands that held the conch shook.

Рог заплясал в руках.

He cleared his throat, and spoke loudly.

Джек откашлялся и сказал громко:

"All right then."

- Ну что ж, ладно.

He laid the conch with great care in the grass at his feet.

Очень осторожно он положил рог на траву у своих ног.

The humiliating tears were running from the comer of each eye.

Из обоих глаз выкатилось по постыдной слезинке.

"I'm not going to play any longer.

-Я с вами больше не вожусь.

Not with you."

Все.

Most of the boys were looking down now, at the grass or their feet.

Большинство потупились - разглядывали траву, свои ноги.

Jack cleared his throat again.

Джек снова откашлялся.

"I'm not going to be part of Ralph's lot-"

- Хватит, больше я Ральфу не слуга.

He looked along the right-hand logs, numbering the hunters that had been a choir.

Он кинул взглядом по бревнам справа, подсчитывая охотников, прежде составлявших хор.

"I'm going off by myself.

- Я ухожу. Один.

He can catch his own pigs.

Пускай он сам свиней половит.

Anyone who wants to hunt when I do can come too."

Кто захочет охотиться вместе со мной -пожалуйста.

He blundered out of the triangle toward the drop to the white sand.

И, натыкаясь на бревна, бросился к спуску на белый песок.

"Jack!"

- Джек!

Jack turned and looked back at Ralph.

Джек оглянулся, посмотрел на Ральфа.

For a moment he paused and then cried out, high-pitched, enraged.

Мгновенье постоял, застыв, и крикнул пронзительно, бешено:

"No!"

- Нет!

He leapt down from the platform and ran along the beach, paying no heed to the steady fall of his tears; and until he dived into the forest Ralph watched him.

Спрыгнул с площадки и побежал по берегу, не замечая катящихся слез. И пока он не скрылся в лесу, Ральф смотрел ему вслед. * * *

Piggy was indignant.

Хрюша был вне себя.

"I been talking, Ralph, and you just stood there like-"

- Ну, Ральф же, я говорю, а ты стоишь, как...

Softly, looking at Piggy and not seeing him, Ralph spoke to himself.

Тихо, глядя на Хрюшу и не видя его, Ральф сам с собой говорил:

"He'll come back.

- Он еще вернется.

When the sun goes down he'll come." He looked at the conch in Piggy's hand.

Солнце зайдет, и он вернется. - И тут он увидел рог в руках у Хрюши.

"What?"

-Ты чего?

"Well there!"

- Ну так вот...

Piggy gave up the attempt to rebuke Ralph.

Хрюша оставил попытку урезонить Ральфа.

He polished his glass again and went back to his subject.

Прочистил стеклышко и вернулся к своей речи:

"We can do without Jack Merridew.

- Обойдемся и без Джека Меридью.

There's others besides him on this island.

И другие у нас на острове найдутся.

But now we really got a beast, though I can't hardly believe it, well need to stay close to the platform; there'll be less need of him and his hunting.

Но раз уж зверь этот вправду есть, хоть мне чего-то не верится, нам все равно надо держаться поближе к площадке; так что не больно он и нужен теперь со своей охотой.

So now we can really decide on what's what."

Ну, и нам, значит, надо решить, что делать.

"There's no help, Piggy.

- Ничего мы не решим, Хрюша.

Nothing to be done."

Ничего нельзя сделать.

For a while they sat in depressed silence.

Все горестно примолкли.

Then Simon stood up and took the conch from Piggy, who was so astonished that he zremained on his feet.

Потом Саймон встал и взял у Хрюши рог, и тот так удивился, что даже не сел.

Ralph looked up at Simon.

Ральф посмотрел на Саймона.

"Simon?

- Саймон?

What is it this time?"

Ну что у тебя опять?

A half-sound of jeering ran round the circle and Simon shrank from it.

Легкий смешок пронесся по кругу, и Саймон съежился.

"I thought there might be something to do.

- По-моему, что-то можно сделать.

Something we-"

Нам...

Again die pressure of the assembly took his voice away.

Снова под грузом публичности ему изменил голос.

He sought for help and sympathy and chose Piggy.

Он поискал взглядом сочувствия и выбрал лицо Хрюши.

He turned half toward him, clutching the conch to his brown chest.

И повернулся к нему, прижимая к смуглой груди рог.

"I think we ought to climb the mountain."

- По-моему, надо подняться на гору.

The circle shivered with dread.

По кругу прошла дрожь.

Simon broke off and turned to Piggy who was looking at him with an expression of derisive incomprehension.

Саймон осекся. Хрюша смотрел на него с насмешливым недоуменьем.

"What's the good of climbing up to this here beast when Ralph and the other two couldn't do nothing?"

- Зачем же туда подниматься к этому зверю, если уж Ральф и те двое ничего ему сделать не смогли?

Simon whispered his answer.

Саймон в ответ шепнул:

"What else is there to do?"

- Что же можно еще сделать?

His speech made, he allowed Piggy to lift the conch out of his hands.

На этом речь его окончилась, и Хрюша взял рог у него из рук.

Then he retired and sat as far away from the others as possible.

И Саймон сел в самом дальнем уголке.

Piggy was speaking now with more assurance and with what, if the circumstances had- not been so serious, the others would have recognized as pleasure.

Хрюша теперь заговорил уверенней и таким тоном, который, будь обстоятельства чуть полегче, все сочли бы даже довольным.

"I said we could all do without a certain person.

- Я, значит, уже сказал - мы без кое-кого обойдемся.

Now I say we got to decide on what can be done.

И еще скажу - надо решать, как нам быть.

And I think I could tell you what Ralph's going to say next.

И я, по-моему, знаю, чего Ральф нам сейчас скажет.

The most important thing on the island is the smoke and you can't have no smoke without a fire."

Самое главное на острове - это дым, а дыма без огня не бывает.

Ralph made a restless movement.

Ральф нетерпеливо дернулся:

"No go, Piggy.

- Без толку, Хрюша.

We've got no fire.

Костра у нас нет.

That thing sits up there-we'll have to stay here."

Там оно сидит. А нам надо тут оставаться.

Piggy lifted the conch as though to add power to his next words.

Хрюша поднял рог, как будто его словам тем самым прибавлялось значительности.

"We got no fire on the mountain.

- Костра нет - на горе.

But what's wrong with a fire down here?

А что плохого будет, если мы его тут разожгем?

A fire could be built on them rocks.

Вон на тех на скалах.

On the sand, even.

Или на песке прямо.

We'd make smoke just the same."

Дым-то от него небось точно такой же.

"That's right!"

- Верно!

"Smoke!"

- Будет дым!

"By the bathing pool!"

- Можно у бухты!

The boys began to babble.

Все заговорили разом.

Only Piggy could have the intellectual daring to suggest moving the fire from the mountain.

Только у Хрюши могло хватить дерзости ума на то, чтоб предложить новый костер - на берегу.

"So well have the fire down here," said Ralph.

- Ну да, разожжем костер здесь, - сказал Ральф.

He looked about him. "We can build it just here between the bathing pool and the platform.

Он огляделся. - Прямо тут - между площадкой и бухтой.

Of course-"

Хотя, конечно...

He broke off, frowning, thinking the thing out, unconsciously tugging at the stub of a nail with his teeth.

Он осекся и нахмурился, размышляя и в забывчивости обгрызая ноготь.

"Of course the smoke won't show so much, not be seen so far away.

- Конечно, дым этот будет ниже, не так далеко виден.

But we needn't go near, near the-"

Зато нам не придется подходить близко. Близко к... ну...

The others nodded in perfect comprehension.

Все сразу поняли и закивали.

There would be no need to go near.

Да, близко подходить не придется.

"We'll build the fire now."

- Что ж, давайте разводить костер.

The greatest ideas are the simplest Now there was something to be done they worked with passion.

Все гениальное просто. Обретя цель, за работу взялись со страстью.

Piggy was so full of delight and expanding liberty in Jack's departure, so full of pride in his contribution to the good of society, that he helped to fetch wood.

Хрюша так ликовал, так наслаждался освобожденьем от Джека, так гордился своим вкладом в общее дело, что помог таскать топливо.

The wood he fetched was close at hand, a fallen tree on the platform that they did not need for the assembly, yet to the others the sanctity of the platform had protected even what was useless there.

Далеко он, правда, за топливом не ходил, оно оказалось под рукой - рухнувший ствол на самой площадке, для других заповедный, ибо, хоть никто на нем никогда не сидел, святость площадки охраняла все, что было на ней даже ненужного.

Then the twins realized they would have a fire near them as a comfort in the night and this set a few littluns dancing and clapping hands.

А близнецы сообразили, что костер теперь будет совсем рядышком и не так страшно будет ночью, и малыши пустились в пляс от этого открытия.

The wood was not so dry as the fuel they had used on the mountain.

Здесь валежник был не такой сухой, как на вершине.

Much of it was damply rotten and full of insects that scurried; logs had to be lined from the soil with care or they crumbled into sodden powder.

Почти весь сырой, сгнивший, изъеденный мечущимися жучками; поднимать его приходилось с осторожностью, иначе он рассыпался мокрой трухой.

More than this, in order to avoid going deep into the forest the boys worked near at hand on any fallen wood no matter how tangled with new growth.

Они боялись углубляться в чащу и предпочитали собирать топливо по кромке, с трудом выдирая его из цепкого подлеска.

The skirts of the forest and the scar were familiar, near the conch and the shelters and sufficiently friendly in daylight.

Опушку и края просеки они хорошо знали, и рядышком был рог, были шалаши, и днем тут было не страшно.

What they might become in darkness nobody cared to think.

Как будет тут в темноте, думать никому не хотелось.

They worked therefore with great energy and cheerfulness, though as time crept by there was a suggestion of panic in the energy and hysteria in the cheerfulness.

И потому они работали спешно и весело, хотя с приближением сумерек спешность все больше отдавала паникой, а веселость истерикой.

They built a pyramid of leaves and twigs, branches and togs, on the bare sand by the platform.

Пирамиду из листьев, прутьев, веток, стволов сложили на песке у самой площадки.

For the first time on the island, Piggy himself removed his one glass, knelt down and focused the sun on tinder.

Впервые Хрюша сам снял очки, стал на коленки и лично собрал лучи в пучок.

Soon there was a ceiling of smoke and a bush of yellow flame.

И вот под дымным навесом расцвел желтый куст пламени.

The littluns who had seen few fires since the first catastrophe became wildly excited.

Малыши, после той, первой катастрофы почти не видевшие огня, весело расшалились.

They danced and sang and there was a partyish air about the gathering.

Скакали и пели, будто они на пикнике.

At last Ralph stopped work and stood up, smudging the sweat from his face with a dirty forearm.

Наконец Ральф приказал кончить работу и выпрямился, размазывая пот по лицу грязной рукой.

"We'll have to have a small fire.

- Костер нам нужен поменьше.

This one's too big to keep up."

С таким не справиться.

Piggy sat down carefully on the sand and began to polish his glass.

Хрюша осторожно опустился на песок и стал чистить стеклышко.

"We could experiment.

- Мы будем делать опыты, учиться.

We could find out how to make a small hot fire and then put green branches on to make smoke.

Сперва мы разожгем маленький жаркий костер, а потом будем туда зеленые ветки ложить - для дыма.

Some of them leaves must be better for that than the others."

Одни листья для этого побольше подходят, другие поменьше, и потому...

As the fire died down so did the excitement The littluns stopped singing and dancing and drifted away toward the sea or the fruit trees or the shelters.

Костер угасал, а с ним вместе и оживленье. Малыши перестали плясать и петь и разбрелись кто куда - за фруктами, в шалаши, по берегу.

Ralph flopped down in the sand.

Ральф плюхнулся на песок.

"We'll have to make a new list of who's to took after the fire."

- Надо новый список составить, кому когда дежурить у костра.

"If you can find 'em."

- Да, если ты кого сыщешь.

He looked round.

Ральф огляделся.

Then for the first time he saw how few biguns there were and understood why the work had been so hard.

И тут он впервые заметил, как мало осталось старших, и понял, отчего последняя работа показалась такой трудной.

"Where's Maurice?"

-Где Морис?

Piggy wiped his glass again.

Хрюша снова потер стеклышко.

"I expect... no, he wouldn't go into the forest by himself, would he?"

-Наверно... нет, не пойдет он один в лес, правда же?

Ralph jumped up, ran swiftly round the fire- and stood by Piggy, holding up his hair.

Ральф вскочил, обежал костер, встал рядом с Хрюшей, отводя рукой волосы со лба.

"But we've got to have a list!

- Но нам нужен список!

There's you and me and Samneric and-"

Ты, я, и Эрикисэм, и...

He would not look at Piggy but spoke casually.

Не глядя Хрюше в глаза, он просил небрежно:

"Where's Bill and Roger?"

-Где Роберт, Роджер?

Piggy leaned forward and put a fragment of wood on the fire.

Хрюша весь согнулся и подбросил щепочку в костер.

"I expect they've gone.

- Наверно, ушли.

I expect they won't play either."

Наверно, они с нами больше не водятся...

Ralph sat down and began to poke little holes in the sand.

Ральф опустился на песок и стал дырявить его пальцем.

He was surprised to see that one had a drop of blood by it He examined his bitten nail closely and watched the little globe of blood that gathered where the quick was gnawed away.

Вдруг в одной ямке он увидел кровь. Разглядел обгрызенный ноготь и заметил каплю там, где откусил заусеницу.

Piggy went on speaking.

Хрюша говорил:

"I seen them stealing off when we was gathering wood.

- ...Я видел, когда мы топливо собирали, они ушли.

They went that way.

Смылись они.

The same way as he went himself."

За ним побежали.

Ralph finished his inspection and looked up into the air.

Ральф оторвал взгляд от ногтя и посмотрел ввысь.

The sky, as if in sympathy with the great changes among them, was different today and so misty that in some places the hot air seemed white.

Словно в лад всем их переменам небо сегодня переменилось, как бы подернулось пылью, и горячий воздух пошел белыми пятнами.

The disc of the sun was dull silver as though it were nearer and not so hot, yet the air stifled.

Мутный серебряный диск будто приблизился и остыл, но жара все равно давила, душила.

"They always been making trouble, haven't they?"

- С ними вообще всегда морока, правда?

The voice came near his shoulder and sounded anxious.

Голос был у самого его уха, и в нем билась тревога:

"We can do without 'em.

- Без них обойдемся.

We'll be happier now, won't we?"

Без них даже лучше, правда?

Ralph sat.

Ральф сел.

The twins came, dragging a great log and grinning in their triumph.

Волоча тяжелое бревно, явились торжествующие близнецы.

They dumped the log among the embers so that sparks flew.

И швырнули бревно в золу, взметнув искры.

"We can do all right on our own, can't we?"

- Сами отлично справимся, правда?

For a long time while the log dried, caught fire and turned red hot, Ralph sat in the sand and said nothing.

Долго, покуда бревно сохло, занималось, наливалось красным, Ральф сидел на песке и молчал.

He did not see Piggy go to the twins and whisper with them, nor how the three boys went together into the forest.

Он не заметил, как к близнецам подошел Хрюша, как он шептался с ними, как все трое ушли в лес.

"Here you are."

- Ну вот.

He came to himself with a jolt.

Он вздрогнул и очнулся.

Piggy and the other two were by him.

Хрюша и близнецы стояли рядом.

They were laden with fruit

Они были нагружены фруктами.

"I thought perhaps," said Piggy, "we ought to have a feast, kind of."

- Я подумал, - сказал Хрюша, - надо нам вроде как пир устроить.

The three boys sat down.

Все трое уселись.

They had a great mass of the fruit with them and all of it properly ripe.

Фруктов было много, и все вполне спелые.

They grinned at Ralph as he took some and began to eat.

Они заулыбались, когда Ральф взял один и надкусил.

' Thanks," he said.

- Спасибо, - сказал он.

Then with an accent of pleased surprise-"Thanks!"

И - с радостным изумлением: - О, спасибо большое!

"Do all right on our own," said Piggy. "It's them that haven't no common sense that make trouble on this island.

- Сами отлично справимся, - сказал Хрюша. - У кого соображенья нету, те только всем жизнь отравляют.

We'll make a little hot fire-"

А мы разожгем маленький жаркий костер...

Ralph remembered what had been worrying him.

Тут Ральф вспомнил, что его мучило:

"Where's Simon?"

-Где Саймон?

"I don't know."

- Не знаю.

"You don't think he's climbing the mountain?"

- Не полез же он на гору, как ты думаешь?

Piggy broke into noisy laughter and took more fruit.

Хрюша шумно расхохотался и взял себе еще фруктов.

"He might be." He gulped his mouthful. "He's cracked."

- С него станется. - Хрюша заглотал спелую мякоть. - Он же чокнутый. * * *

Simon had passed through the area of fruit trees but today the littluns had been too busy with the fire on the beach and they had not pursued him there.

Саймон прошел мимо фруктовых деревьев, но сегодня малыши были слишком заняты костром и за ним не увязались.

He went on among the creepers until he reached the great mat that was woven by the open space and crawled inside.

Он продрался в чащобе и вышел к тем лианам, которыми заткало опушку, и залез в самое плетево.

Beyond the screen of leaves the sunlight pelted down and the butterflies danced in the middle their unending dance.

К лиственной бахроме льнул солнечный свет, и на лужайке плясали без устали бабочки.

He knelt down and the arrow of the sun fell on him.

Он опустился на коленки, и солнце хлестнуло его лучом.

That other time the air had seemed to vibrate with heat; but now it threatened.

Тогда, в тот раз, воздух трясся от зноя; а теперь нависал и пугал.

Soon the sweat was running from his long coarse hair.

Скоро густая длинная грива Саймона взмокла от пота.

He shifted restlessly but there was no avoiding the sun.

Саймон неловко вертелся и так и сяк. Солнце било нещадно.

Presently he was thirsty, and then very thirsty.

Скоро ему захотелось пить, потом просто ужасно захотелось.

He continued to sit far off alone the beach, Jack was standing before a small group of boys.

Он все стоял на коленях. Очень далеко Джек стоял на берегу перед группкой мальчиков.

He was looking brilliantly happy.

Он ликовал.

"Hunting," he said.

- Охотиться будем! - сказал он.

He sized them up.

Он окинул их взглядом.

Each of them wore the remains of a black cap and ages ago they had stood in two demure rows and their voices had been the song of angels.

На всех были изодранные черные шапочки, и когда-то давным-давно они стаивали двумя чинными рядами, и голоса их были как пенье ангелов.

"We'll hunt.

- Будем охотиться.

I'm going to be chief."

Я буду главным.

They nodded, and the crisis passed easily.

Они покивали ему, и сразу все стало легко и понятно.

"And then-about the beast."

- И еще - насчет этого зверя.

They moved, looked at the forest.

Все оглянулись и посмотрели на лес.

"I say this.

- Значит, так.

We aren't going to bother about the beast."

Про зверя нам нечего думать...

He nodded at them.

Теперь уж ему пришлось им покивать в подкрепленье своих слов.

"We're going to forget the beast."

- Зверя надо забыть.

"That's right!"

- Правильно.

"Yes!"

- Ага.

"Forget the beast!"

- Забыть его!

If Jack was astonished by their fervor he did not show it.

Если Джека и удивила эта готовность, виду он не подал.

"And another thing.

- И еще одно.

We shan't dream so much down here.

Тут нам мерещиться не будет всякое.

This is near the end of the island."

Тут почти самый конец острова.

They agreed passionately out of the depths of their tormented private lives.

Горячо и дружно, из глубины своих тайных мучений, все согласились с Джеком.

"Now listen.

- А теперь вы все - слушай.

We might go later to the castle rock.

Потом мы, наверно, пойдем в этот замок - в скалах.

But now I'm going to get more of the biguns away from the conch and all that We'll kill a pig and give a feast." He paused and went on more slowly.

Но сначала мне надо еще кое-кого из старших отвлечь от рога и всяких глупостей. Убьем свинью, закатим пир. - Он помолчал и продолжил, уже с расстановкой:

"And about the beast When we kill we'll leave some of the kill for it.

- И насчет зверя. Как убьем свинью, мы часть добычи ему оставим.

Then it won't bother us, maybe."

Тогда он, может, нас и не тронет.

He stood up abruptly.

Вдруг он вытянул шею:

"We'll go into the forest now and hunt."

- Ладно. Пошли охотиться, в лес.

He turned and trotted away and after a moment they followed him obediently.

Повернулся и затрусил прочь, и они сразу послушно за ним последовали.

They spread out, nervously, in the forest.

Боязливо озираясь, они рассыпались по лесу.

Almost at once Jack found the dung and scattered roots that told of pig and soon the track was fresh.

Джек почти тотчас наткнулся на взрытую землю и выдернутые корни - улики против свиней - и тут же вышел на свежий след.

Jack signaled the rest of the hunt to be quiet and went forward by himself.

Он дал всем сигнал - обождать, а сам двинулся вперед.

He was happy and wore the damp darkness of the forest like his old clothes.

Он был счастлив, сырая лесная мгла облегла его, как ношеная рубашка.

He crept down a slope to rocks and scattered trees by the sea.

Он скользнул вниз по склону и вышел на каменный берег, к редким деревьям.

The pigs lay, bloated bags of fat, sensuously enjoying the shadows under the trees.

Свиньи, вздутыми жировыми пузырями, валялись под деревьями, блаженствуя в тени.

There was no wind and they were unsuspicious; and practice had made Jack silent as the shadows.

Ветра не было; они ни о чем не подозревали; а Джек научился скользить бесшумно, как тень.

He stole away again and instructed his hidden hunters.

Он вернулся к затаившимся охотникам и подал им знак.

Presently they all began to inch forward sweating in the silence and heat.

Дюйм за дюймом они стали пробираться в немой жаре.

Under the trees an ear flapped idly.

Вот в тени под деревом праздно хлопнуло ухо.

A little apart from the rest, sunk in deep maternal bliss, lay the largest sow of the lot.

Чуть поодаль от других в сладкой истоме материнства лежала самая крупная матка.

She was black and pink; and the great bladder of her belly was fringed with a row of piglets that slept or burrowed and squeaked.

Розовая, в черных пятнах. К большому, взбухшему брюху прильнули поросята, они спали или теребили ее и повизгивали.

Fifteen yards from the drove Jack stopped, and his arm, straightening, pointed at the sow. he looked round in inquiry to make sure that everyone understood and the other boys nodded at him.

Ярдах в пятнадцати от стада Джек замер; вытянул руку, указывая на матку. Оглянулся, вопросительно оглядел мальчиков, и те закивали в знак того, что им все понятно.

The row of right arms slid back.

Правые руки скользнули назад - дружно, разом.

"Now!"

-Ну!

The drove of pigs started up; and at a range of only ten yards the wooden spears with fire-hardened points flew toward the chosen pig.

Свиньи сорвались с места; и всего с десяти ярдов закаленные в костре деревянные копья полетели в облюбованную матку.

One piglet, with a demented shriek, rushed into the sea trailing Roger's spear behind it.

Один поросенок, одержимо вопя, кинулся в море, волоча за собой копье Роджера.

The sow gave a gasping squeal and staggered up, with two spears sticking in her fat flank.

Матка взвизгнула, зашлась и встала, качаясь, тряся воткнувшимися в жирный бок двумя копьями.

The boys shouted and rushed forward, the piglets scattered and the sow burst the advancing line and went crashing away through the forest.

Мальчики заорали, метнулись вперед, поросята бросились врассыпную, свинья прорвала теснящий строй и помчалась в лес, напролом, через заросли.

"After her!"

- За ней!

They raced along the pig-track, but the forest was too dark and tangled so that Jack, cursing, stopped them and cast among the trees.

Они затрусили по лазу, но тут было слишком темно и густо, так что Джек выругался, остановил их, стал ползать по земле.

Then he said nothing for a time but breathed fiercely so that they were awed by him and looked at each other in uneasy admiration.

Он молчал, только дышал с присвистом, и все запуганно, уважительно переглядывались.

Presently he stabbed down at the ground with his finger.

Вдруг он ткнул в землю пальцем.

"There-"

- Ага, вот...

Before the others could examine the drop of blood, Jack had swerved off, judging a trace, touching a bough that gave.

Пока все разглядывали кровяную каплю, Джек уже ощупывал сломанный куст.

So he followed, mysteriously right and assured, and the hunters trod behind him.

И вот он пошел по следу, непостижимо и безошибочно уверенный; за ним потянулись охотники.

He stopped before a covert.

Возле логова он остановился:

"In there."

- Тут она.

They surrounded the covert but the sow got away with the sting of another spear in her flank.

Логово окружили, но свинья вырвалась и помчалась прочь, ужаленная еще одним копьем.

The trailing butts hindered her and the sharp, cross-cut points were a torment She blundered into a tree, forcing a spear still deeper; and after that any of the hunters could follow her easily by the drops of vivid blood.

Палки волочились, мешали бежать, в боках, мучая, засели зазубренные острия. Вот она налетела на дерево, всадила одно копье еще глубже. И после этого уже ничего не стоило выследить ее по каплям свежей крови.

The afternoon wore on, hazy and dreadful with damp heat; the sow staggered her way ahead of them, bleeding and mad, and the hunters followed, wedded to her in lust, excited by the long chase and the dropped blood.

День шел к вечеру, мутный, страшный, набрякший сырым жаром; свинья, шатаясь, затравленно кровоточа, пробиралась сквозь заросли, и охотники гнались за ней, прикованные к ней страстью, задыхаясь от азарта, от запаха крови.

They could see her now, nearly got up with her, out she spurted with her last strength and held ahead of them again.

Вот они уже увидели ее, почти настигли, но она рванулась из последних сил и снова ушла.

They were just behind her when she staggered into an open space where bright flowers grew and butterflies danced round each other and the air was hot and still.

Они были совсем близко, когда она вырвалась на лужайку, где росли пестрые цветы и бабочки плясали в застывшем зное.

Here, struck down by the heat, the sow fell and the hunters hurled themselves at her.

Здесь, сраженная жарой, свинья рухнула, и охотники на нее набросились.

This dreadful eruption from an unknown world made her frantic; she squealed and bucked and the air was full of sweat and noise and blood and terror.

От страшного вторжения неведомых сил она обезумела, завизжала, забилась, и все смешалось -пот, крик, страх, кровь.

Roger ran round the heap, prodding with his spear whenever pigflesh appeared.

Роджер метался вокруг общей свалки, тыча копьем в мелькавшее то тут, то там свиное мясо.

Jack was on top of the sow, stabbing downward with his knife.

Джек оседлал свинью и добивал ее ножом.

Roger found a lodgment for his point and began to push till he was leaning with his whole weight The spear moved forward inch by inch and die terrified squealing became a high-pitched scream.

Роджер наконец нашел, куда воткнуть копье, и вдавливал, навалясь на него всем телом. Копье дюйм за дюймом входило все глубже, и перепуганный визг превратился в пронзительный вопль.

Then Jack found the throat and the hot blood spouted over his hands.

Джек добрался до горла, и на руки ему брызнула горячая кровь.

The sow collapsed under them and they were heavy and fulfilled upon her.

Свинья обмякла под ними, и они лежали на ней, тяжелые, удовлетворенные.

The butterflies still danced, preoccupied in the center of die clearing. At last the immediacy of the kill subsided. The boys drew back, and Jack stood up, holding out his hands.

А в центре лужайки все еще плясали ничего не заметившие бабочки. Наконец все очнулись и отвалились от туши. Джек встал, раскинул руки:

"Look."

- Глядите.

He giggled and flicked them while the boys laughed at his reeking palms.

Он хихикал, махал пропахшими ладонями, а все хохотали.

Then Jack grabbed Maurice and rubbed the stuff over his cheeks.

Потом Джек схватил Мориса и мазнул его кровавой ладонью по лицу.

Roger began to withdraw his spear and the boys noticed it for the first time.

Роджер начал вытаскивать копье, и только тогда все вдруг его увидели.

Robert stabilized the thing in a phrase which was received uproariously.

Роберт подвел общий итог фразой, встретившей бурный восторг.

"Right up her ass!"

- В самую задницу!

"Did you hear?" "Did you hear what he said?"

- Слыхали?

"Right up her ass!"

- В самую задницу!

This time Robert and Maurice acted the two parts; and Maurice's acting of the pig's efforts to avoid the advancing spear was so funny that the boys cried with laughter.

На сей раз весь спектакль играли Роберт и Морис; и Морис так смешно изображал попытки свиньи увернуться от приближающегося копья, что все ревели от хохота.

At length even this palled.

Но, приелось и это.

Jack began to clean his bloody hands on the rock.

Джек принялся вытирать окровавленные руки о камень.

Then he started work on the sow and paunched her, lugging out the hot bags of colored guts, pushing them into a pile on the rock while the others watched him.

Потом стал разделывать тушу, потрошил, выуживал горячие мотки цветных кишок, швырял наземь, а все на него смотрели.

He talked as he worked.

Он работал и приговаривал:

"We'll take the meat along the beach.

- Мясо пронесем по берегу.

I'll go back to the platform and invite them to a feast That should give us time."

А я пока вернусь на площадку и приглашу их на пир. Чтобы времени не терять.

Roger spoke.

Роджер сказал:

"Chief-"

- Вождь...

"Uh-?"

-А?

"How can we make a fire?"

- Как мы огонь разведем?

Jack squatted back and frowned at the pig.

Джек опять сел на корточки, хмуро глянул на свинью.

"We'll raid them and take fire.

- Налетим на них и возьмем огня.

There must be four of you; Henry and you, Bill and Maurice.

Со мной пойдут четверо. Генри, и ты, и Роберт, и Морис.

We'll put on paint and sneak up; Roger can snatch a branch while I say what I want.

Раскрасимся и подкрадемся. Пока я буду с ними говорить, Роджер схватит головню.

The rest of you can get this back to where we were.

Остальным всем - возвращаться на наше прежнее место.

We'll build the fire there.

Там и разведем костер.

And after that-"

А потом...

He paused and stood up, looking at the shadows under the trees.

Он умолк и поднялся, вглядываясь в тени под деревьями.

His voice was lower when he spoke again.

И снова заговорил, уже тише:

"But we'll leave part of the kill for..."

- Но часть добычи оставим для...

He knelt down again and was busy with his knife.

Снова он опустился на колени и что-то стал делать ножом.

The boys crowded round him.

Его обступили.

He spoke over his shoulder to Roger.

Он кинул через плечо Роджеру:

"Sharpen a stick at both ends."

- Заточи-ка с двух концов палку.

Presently he stood up, holding the dripping sow's head in his hands.

Он поднялся, в руках у него была свиная голова, и с нее капали капли.

"Where's that stick?"

- Ну, где палка?

"Here."

- На - вот.

"Ram one end in the earth.

- Один конец воткни в землю.

Oh-it's rock.

Ах да - камень.

Jam it in that crack.

Ну в щель всади.

There."

Ага, так.

Jack held up the head and jammed the soft throat down on the pointed end of the stick which pierced through into the mouth.

Джек поднял свиную голову и наткнул мягким горлом на острый кол, и кол вытолкнулся, высунулся из пасти.

He stood back and the head hung there, a little blood dribbling down the stick.

Джек отпрянул, а голова осталась на палке, и по палке тонкой струйкой стекала кровь.

Instinctively the boys drew back too; and the forest was very still.

Все тоже отпрянули; а в лесу было тихо-тихо.

They listened, and the loudest noise was the buzzing of flies over the spilled guts.

Они вслушались; в тишине только исходили жужжанием обсевшие кишки мухи.

Jack spoke in a whisper.

Джек сказал шепотом:

' 'Pick up the pig."

- Берите свинью.

Maurice and Robert skewered the carcass, lifted the dead weight, and stood ready.

Морис и Роберт насадили тушу на жердь, подняли мертвый груз, выпрямились.

In the silence, and standing over the dry blood, they looked suddenly furtive.

Стоя среди этой тишины в луже запекшейся крови, они выглядели почему-то как уличные воры.

Jack spoke loudly.

Джек сказал громко:

"This head is for the beast.

- Голова - для зверя.

It's a gift."

Это - дар.

The silence accepted the gift and awed them.

Тишина, вгоняя их в трепет, дар приняла.

The head remained there, dim-eyed, grinning faintly, blood blackening between the teeth.

Г олова торчала на палке, мутноглазая, с ухмылкой, и между зубов чернела кровь.

All at once they were running away, as fast as they could, through the forest toward the open beach.

И вдруг со всех ног они бросились через заросли, на открытый берег. * * *

Simon stayed where he was, a small brown image, concealed by the leaves.

Саймон остался, где был, - темная, скрытая листвой фигурка.

Even if he shut his eyes the sow's head still remained like an after-image.

Он жмурился, но и тогда свиная голова все равно стояла перед ним.

The half-shut eyes were dim with the infinite cynicism of adult life.

Прикрытые глаза были заволочены безмерным цинизмом взрослой жизни.

They assured Simon that everything was a bad business.

Они убеждали Саймона, что все омерзительно.

"I know that."

-Я и сам знаю.

Simon discovered that he had spoken aloud.

Саймон поймал себя на том, что говорит вслух.

He opened his eyes quickly and there was the head grinning amusedly in the strange daylight, ignoring the flies, the spilled guts, even ignoring the indignity of being spiked on a stick.

Он поскорей открыл глаза, и свиная голова тут как тут усмехалась, довольная, облитая странным светом, не замечая бабочек, вынутых кишок, не замечая того, что она позорно торчит на палке.

He looked away, licking his dry lips.

Он отвел взгляд, облизал сухие губы.

A gift for the beast.

Дар зверю.

Might not the beast come for it?

А вдруг зверь явится за ним?

The head, he thought, appeared to agree with him.

Кажется, голова с этим соглашалась.

Run away, said the head silently, go back to the others.

"Беги, - говорила голова молча, - иди к своим.

It was a joke really-why should you bother?

Ну да, они просто пошутили, и стоит ли из-за этого огорчаться?

You were just wrong, that's all.

Просто тебе нехорошо, только и всего.

A little headache, something you ate, perhaps.

Ну, в висках ломит, может, что-то не то съел.

Go back, child, said the head silently.

Иди, иди, детка", - говорила голова молча.

Simon looked up, feeling the weight of his wet hair, and gazed at the sky.

Саймон поднял лицо, из-под тяжелых мокрых прядей посмотрел в небо.

Up there, for once, were clouds, great bulging towers that sprouted away over the island, grey and cream and copper-colored.

Там наконец были тучи, большими вспученными башнями они катили над островом - серые, розовые, цвета меди.

The clouds were sitting on the land; they squeezed, produced moment by moment this close, tormenting heat.

Тучи наваливались на землю; они выжимали, выдавливали от минуты к минуте все более душный, томительный жар.

Even the butterflies deserted the open space where the obscene thing grinned and dripped.

Даже бабочки и те покинули лужайку, где капала кровью и усмехалась эта гадость.

Simon lowered his head, carefully keeping his eyes shut, then sheltered them with his hand.

Саймон опустил голову, стараясь не разжимать век, потом прикрыл глаза ладонью.

There were no shadows under the trees but everywhere a pearly stillness, so that what was real seemed illusive and without definition.

Под деревьями не было теней, и все застыло и подернулось перламутром, будто, сбросив с себя очертанья, вдруг перенеслось в вымысел.

The pile of guts was a black blob of flies that buzzed like a saw.

Над черным комом кишок, как пила, жужжали мухи.

After a while these flies found Simon.

Вот они обнаружили Саймона.

Gorged, they alighted by his runnels of sweat and drank.

Сытые, они обсели струйки пота у него на лице и стали пить.

They tickled under his nostrils and played leap-frog on his thighs.

Они щекотали ему ноздри, у него на ногах они затеяли чехарду.

They were black and iridescent green and without number; and in front of Simon, the Lord of the Flies hung on his stick and grinned.

Черные, радужно-зеленые, несчетные; а прямо против Саймона ухмылялся насаженный на кол Повелитель мух.

At last Simon gave up and looked back; saw the white teeth and dim eyes, the blood-and his gaze was held by that ancient, inescapable recognition.

Наконец Саймон не выдержал и посмотрел; увидел белые зубы, кровь, мутные глаза - и уже не смог отвести взгляда от этих издревле неотвратимо узнающих глаз.

In Simon's right temple, a pulse began to beat on the brain.

В правом виске у Саймона больно застучало.

Ralph and Piggy lay in the sand, gazing at the fire and idly flicking pebbles into its smokeless heart.

Ральф и Хрюша лежали на песке, смотрели на костер и праздно швыряли камешки в его бездымную сердцевину.

"That branch is gone."

- Эта ветка - уже все.

"Where's Samneric?"

-Где Эрикисэм?

"We ought to get some more wood.

- Надо еще принести.

We're out of green branches."

Кончились зеленые ветки.

Ralph sighed and stood up.

Ральф вздохнул и поднялся.

There were no shadows under the palms on the platform; only this strange light that seemed to come from everywhere at once.

Под пальмами на площадке не было теней; и странный свет бил сразу отовсюду.

High up among the bulging clouds thunder went off like a gun.

В вышине по вспученным тучам ружейным выстрелом ухнул гром.

"We're going to get buckets of rain."

- Дождь будет проливной.

"What about the fire?"

- А костер как же?

Ralph trotted into the forest and returned with a wide spray of green which he dumped on the fire.

Ральф сбегал в лес, принес зеленую пышную ветку и бросил, в огонь.

The branch crackled, the leaves curled and the yellow smoke expanded.

Ветка хрустнула, листья скрутились, и повалил желтый дым.

Piggy made an aimless little pattern in the sand with his fingers.

Хрюша бесцельно водил пятерней по песку.

"Trouble is, we haven't got enough people for a fire.

- Народу у нас мало для костра, вот беда.

You got to treat Samneric as one turn.

Эрикисэм - это ж одно дежурство.

They do everything together-"

Они все вместе делают...

"Of course."

- Ну да.

"Well, that isn't fair.

- Это ж нечестно.

Don't you see?

Понимаешь?

They ought to do two turns."

Они по очереди должны дежурить.

Ralph considered this and understood.

Ральф подумал и понял.

He was vexed to find how little he thought like a grownup and sighed again.

Он лишний раз убедился, что совершенно не умеет рассуждать по-взрослому, и печально вздохнул.

The island was getting worse and worse.

Этот остров все меньше ему нравился.

Piggy looked at the fire.

Хрюша глянул на костер.

"You'll want another green branch soon."

- Скоро еще зеленая ветка понадобится.

Ralph rolled over.

Ральф перевернулся на живот.

"Piggy.

- Хрюша.

What are we going to do?"

Что же нам делать?

"Just have to get on without 'em."

- Ну, как-то справляться без них.

"But-the fire."

-Да - а костер?

He frowned at the black and white mess in which lay the unburnt ends of branches.

Он хмуро оглядел черно-белое месиво, в котором лежали несгоревшие ветки.

He tried to formulate.

Поискал слов:

"I'm scared."

- я боюсь...

He saw Piggy look up; and blundered on.

Увидел, что Хрюша поднял на него глаза, и понес наудачу:

"Not of the beast.

-Я не зверя боюсь.

I mean I'm scared of that too.

То есть его тоже, конечно.

But nobody else understands about the fire.

Но ведь никто не хочет понять насчет костра.

If someone threw you a rope when you were drowning. If a doctor said take this because if you don't take it you'll die-you would, wouldn't you?

Если б тебе бросили веревку, когда ты тонешь... Или доктор бы сказал; надо это принять, а то умрешь - неужели бы ты не принял?

I mean?"

Ведь же принял бы?

"'Course I would."

- Ясное дело, принял бы.

"Can't they see?

- Неужели им непонятно?

Can't they understand?

Ну скажи?

Without the smoke signal we'll die here?

Ведь без сигнала мы все тут умрем!

Look at that!"

Посмотри-ка!

A wave of heated air trembled above the ashes but without a trace of smoke.

Над золой зыбились горячие струйки - слюдяные, прозрачные. Дыма больше не было.

"We can't keep one fire going.

- Мы не можем поддерживать костер.

And they don't care.

А им все равно.

And what's more-" He looked intensely into Piggy's streaming face. "What's more, I don't sometimes.

И даже... - он заглянул в потное Хрюшино лицо, -даже мне иногда все равно.

Supposing I got like the others-not caring.

Ну вот возьму я и на все плюну.

What 'ud become of us?"

Что же с нами тогда будет?

Piggy took off his glasses, deeply troubled.

Хрюша в смятенье снял очки.

"I dunno, Ralph.

- Не знаю я, Ральф.

We just got to go on, that's all.

Надо держаться, и точка.

That's what grownups would do."

Взрослые бы держались.

Ralph, having begun the business of unburdening himself, continued.

Ральф, начав облегчать свою душу, уже не мог остановиться:

"Piggy, what's wrong?"

- Хрюша, за что?

Piggy looked at him in astonishment.

Хрюша посмотрел на него удивленно:

"Do you mean the-?"

-Ты это насчет... ну...

"No, not it... I mean... what makes things break up like they do?"

- Да нет... я вообще... почему у нас все так плохо?

Piggy rubbed his glasses slowly and thought.

Хрюша долго тер очки и думал.

When he understood how far Ralph had gone toward accepting him he flushed pinkly with pride.

Когда он понял всю степень доверия Ральфа, он вспыхнул от гордости.

"I dunno, Ralph.

- Не знаю, Ральф.

I expect it's him."

Наверно, он виноват.

"Jack?"

- Джек?

"Jack." A taboo was evolving round that word too.

- Джек. - Вокруг этого слова уже тоже витало табу.

Ralph nodded solemnly.

Ральф веско кивнул.

"Yes," he said, "I suppose it must be."

- Да, - сказал он, - возможно, все из-за него.

The forest near them burst into uproar. Demoniac figures with faces of white and red and green rushed out howling, so that the littluns fled screaming.

Лес разразился ревом; бесноватые с красно-бело-зелеными лицами выскочили из кустов, голося так, что малыши с воплями разбежались.

Out of the corner of his eye, Ralph saw Piggy running.

Краешком глаза Ральф увидел, как спасается Хрюша.

Two figures rushed at the fire and he prepared to defend himself but they grabbed half-burnt branches and raced away along the beach.

Двое бросились к костру. Ральф приготовился защищаться, но они схватили полуобгоревшие ветки и помчались по берегу.

The three others stood still, watching Ralph; and he saw that the tallest of them, stark naked save for paint and a belt, was Jack.

Трое других остались, стояли и смотрели на Ральфа; и он понял, что самый высокий, весь голый, только краска да пояс, - Джек.

Ralph had his breath back and spoke.

Ральф перевел дух и сказал:

"Well?"

-Ну?

Jack ignored him, lifted his spear and began to shout.

Джек не ответил, поднял копье и заорал:

"Listen all of you.

- Слушай - вы все!

Me and my hunters, we're living along the beach by a flat rock.

Я и мои охотники живем у плоской скалы на берегу.

We hunt and feast and have fun.

Мы охотимся, мы пируем, нам весело.

If you want to join my tribe come and see us.

Кто хочет присоединиться к моему племени -приходите.

Perhaps I'll let you join.

Может, я вас и оставлю у себя.

Perhaps not."

А может, и нет.

He paused and looked round.

Он умолк и огляделся.

He was safe from shame or self-consciousness behind the mask of his paint and could look at each of them in turn.

Маска спасала от стыда и неловкости. Он каждому заглянул в лицо.

Ralph was kneeling by the remains of the fire like a sprinter at his mark and his face was half-hidden by hair and smut.

Ральф стал на колено у костра, как спринтер перед стартом, и лицо его скрывали волосы и грязь.

Samneric peered together round a palm tree at the edge of the forest A littlun howled, creased and crimson, by the bathing pool and Piggy stood on the platform, the white conch gripped in his hands.

Близнецы выглядывали из-за пальмы на краю леса. Возле бухты малыш зашелся плачем, а Хрюша стоял на площадке, прижимая к груди белый рог.

'"Tonight we're having a feast We've killed a pig and we've got meat.

- Сегодня мы пируем. Мы убили свинью, у нас есть мясо.

You can come and eat with us if you like."

Если хотите, можете угоститься.

Up in the cloud canyons the thunder boomed again.

В вышине из облачных каньонов снова бабахнул гром.

Jack and the two anonymous savages with him swayed, looking up, and then recovered.

Джек и двое неопознанных дернулись, задрали головы и сразу успокоились.

The littlun went on howling.

Все рыдал малыш у бухты.

Jack was waiting for something.

Джек еще чего-то ждал.

He whispered urgently to the others.

Потом нетерпеливо шепнул дикарям:

"Go on-now!"

- Ну, давайте!

The two savages murmured. Jack spoke sharply.

Те зашептали в ответ, но Джек оборвал их:

"Go on!"

-Ну!

The two savages looked at each other, raised their spears together and spoke in time.

Дикари переглянулись, оба разом подняли копья и хором сказали:

"The Chief has spoken."

- Вы слушали Вождя.

Then the three of them turned and trotted away.

И все трое повернулись и затрусили прочь.

Presently Ralph rose to his feet, looking at the place where the savages had vanished.

Тогда Ральф встал и посмотрел туда, где исчезли дикари.

Samneric came, talking in an awed whisper.

Эрик и Сэм подходили, шепча испуганно:

"I thought it was-"

- Я уж думал, это...

"-and I was-"

- Ой, и я так...

"-scared."

- ...испугался.

Piggy stood above them on the platform, still holding the conch.

Хрюша стоял наверху, на площадке, и прижимал к груди рог.

"That was Jack and Maurice and Robert," said Ralph. "Aren't they having fun?"

- Это Джек, Морис и Роберт, - сказал Ральф. -Неужели им весело?

"I thought I was going to have asthma."

- Я думал, сейчас начнется астма.

"Sucks to your ass-mar."

- Слыхали про твою какассыму.

"When I saw Jack I was sure he'd go for the conch.

- Я как увидал Джека, сейчас решил, что он за рогом пришел.

Can't think why."

Даже не знаю почему.

The group of boys looked at the white shell with affectionate respect.

Мальчики посмотрели на рог с нежной почтительностью.

Piggy placed it in Ralph's hands and the littluns, seeing the familiar symbol, started to come back.

Хрюша положил его на руки Ральфу, и малыши, видя привычный символ, заспешили обратно.

"Not here."

- Нет, не тут.

He turned toward the platform, feeling the need for ritual.

Ральф взошел на площадку, чтобы соблюсти ритуал.

First went Ralph, the white conch cradled, then Piggy very grave, then the twins, then the littluns and the others.

Он пошел впереди, как ребенка, неся рог, потом очень серьезный Хрюша, потом близнецы, малыши и те, кто еще остались.

"Sit down all of you.

- Сядьте все.

They raided us for fire.

Они на нас напали из-за огня.

They're having fun.

Им весело.

But the-"

Только...

Ralph was puzzled by the shutter that flickered in his brain.

И тут мысли Ральфа заслонило завесой.

There was something he wanted to say; then the shutter had come down.

Он что-то хотел сказать, и вдруг эта завеса...

"But the-"

- Только...

They were regarding him gravely, not yet troubled by any doubts about his sufficiency. Ralph pushed the idiot hair out of his eyes and looked at Piggy.

Все смотрели на него, очень серьезно, пока еще не омраченные никакими сомнениями в том, не зря ли его выбрали, Ральф отвел от глаз эти дурацкие патлы и глянул на Хрюшу.

"But the... oh... the fire!

- Только... Ах, ну да, костер!

Of course, the fire!"

Ну конечно!

He started to laugh, then stopped and became fluent instead.

Он засмеялся, осекся, потом, наоборот, очень гладко заспешил:

"The fire's the most important thing.

- Костер - это главное.

Without the fire we can't be rescued.

Без костра нас не могут спасти.

I'd like to put on war-paint and be a savage.

Я и сам бы с удовольствием размалевался и стал дикарем.

But we must keep the fire burning.

Но нам надо поддерживать костер.

The fire's the most important thing on the island, because, because-"

Костер - самое главное на острове, потому что, потому что...

He paused again and the silence became full of doubt and wonder.

Снова он умолк, и в наставшей тишине было теперь недоуменье, сомненье.

Piggy whispered urgently.

Хрюша шепнул с нажимом:

"Rescue."

- Без костра нас не спасут.

"Oh yes.

- Ах да.

Without the fire we can't be rescued.

Без костра нас не спасут.

So we must stay by the fire and make smoke."

Так что надо следить за костром и чтобы все время был дым.

When he stopped no one said anything.

Он умолк, и никто не сказал ни слова.

After the many brilliant speeches that had been made on this very spot Ralph s remarks seemed lame, even to the littluns.

После множества пламенных речей, произнесенных на этом самом месте, выступление Ральфа даже малышам показалось неубедительным.

At last Bill held out his hands for the conch.

Наконец за рогом потянулся Билл:

"Now we can't have the fire up there-because we can't have the fire up there-we need more people to keep it going.

-Ну, мы не можем жечь костер наверху... потому что... мы не можем жечь костер наверху. И нам людей не хватает.

Let's go to this feast and tell them the fire's hard on the rest of us.

Давайте пойдем к ним на их этот пир и скажем, что нам с костром, значит, не справиться.

And the hunting and all that, being savages I mean-it must be jolly good fun."

А вообще-то охотиться и всякое такое, ну, дикарями быть и вообще, наверное, адски интересно.

Samneric took the conch.

Рог взяли близнецы:

"That must be fun like Bill says-and as he's invited us-"

- Наверно, и правда интересно, как вот Билл говорит... и он же нас пригласил...

"-to a feast-"

- на пир...

"-meat-"

- мясо есть...

"-crackling-"

- поджаристое...

"-I could do with some meat-"

- ...мясо бы я с удовольствием...

Ralph held up his hand.

Ральф поднял руку:

"Why shouldn't we get our own meat?"

- Может, лучше самим мясо добывать?

The twins looked at each other.

Близнецы переглянулись.

Bill answered.

Билл ответил:

"We don't want to go in the jungle."

- Нет, не пойдем мы в джунгли эти.

Ralph grimaced.

Ральф скривил губы:

"He-you know-goes."

- Он, между прочим, ходит.

"He's a hunter.

- Он охотник.

They're all hunters.

Они все вообще охотники.

That's different."

Это разница.

No one spoke for a moment, then Piggy muttered to the sand.

Помолчали, потом Хрюша бормотнул, глядя в песок:

"Meat-"

- Мясо - это да...

The littluns sat, solemnly thinking of meat, and dribbling.

Малыши сидели, страстно думая о мясе и глотая слюнки.

Overhead the cannon boomed again and the dry palm fronds clattered in a sudden gust of hot wind.

В вышине опять бабахнула пушка, и на горячем ветру заколотились сухие листы пальм. * * *

"You are a silly little boy," said the Lord of the Flies, "just an ignorant, silly little boy."

- Глупый маленький мальчик, - говорил Повелитель мух, - глупый, глупый, и ничего-то ты не знаешь.

Simon moved his swollen tongue but said nothing.

Саймон шевельнул вспухшим языком и ничего не сказал.

"Don't you agree?" said the Lord of the Flies. "Aren't you just a silly little boy?"

- Что, не правда? - говорил Повелитель мух. -Разве ты не маленький, разве ты не глупый?

Simon answered him in the same silent voice.

Саймон отвечал ему так же молча.

"Well then," said the Lord of the Flies, "you'd better run off and play with the others.

- Ну и вот, - сказал Повелитель мух, - беги-ка ты к своим, играй с ними.

They think you're batty.

Они думают, что ты чокнутый.

You don't want Ralph to think you're batty, do you?

Тебе же не хочется, чтоб Ральф считал тебя чокнутым?

You like Ralph a lot, don't you?

Ты же очень любишь Ральфа, правда?

And Piggy, and Jack?"

И Хрюшу, и Джека - да?

Simon's head was tilted slightly up.

Голова у Саймона чуть запрокинулась.

His eyes could not break away and the Lord of the Flies hung in space before him.

Глаза не могли оторваться от Повелителя мух, а тот висел прямо перед ним.

"What are you doing out here all alone?

- И что тебе одному тут делать?

Aren't you afraid of me?"

Неужели ты меня не боишься?

Simon shook.

Саймон вздрогнул.

"There isn't anyone to help you.

- Никто тебе не поможет.

Only me.

Только я.

And I'm the Beast."

А я - Зверь.

Simon's mouth labored, brought forth audible words.

Губы Саймона с трудом вытолкнули вслух:

"Pig's head on a stick."

- Свиная голова на палке.

"Fancy thinking the Beast was something you could hunt and kill!" said the head.

- И вы вообразили, будто меня можно выследить, убить? - сказала голова.

For a moment or two the forest and all the other dimly appreciated places echoed with the parody of laughter. "You knew, didn't you?

Несколько мгновений лес и все другие смутно угадываемые места в ответ сотрясались от мерзкого хохота. - Но ты же знал, правда?

I'm part of you?

Что я - часть тебя самого?

Close, close, close!

Неотделимая часть!

I'm the reason why it's no go?

Что это из-за меня ничего у вас не вышло?

Why things are what they are?"

Что все получилось из-за меня?

The laughter shivered again.

И снова забился хохот.

"Come now," said the Lord of the Flies. "Get back to the others and we'll forget the whole thing."

- А теперь, - сказал Повелитель мух, - иди-ка ты к своим, и мы про все забудем.

Simon's head wobbled.

Голова у Саймона качалась.

His eyes were half closed as though he were imitating the obscene thing on the stick.

Глаза прикрылись, словно в подражание этой пакости на палке.

He knew that one of his times was coming on.

Он уже знал, что сейчас на него найдет.

The Lord of the Flies was expanding like a balloon.

Повелитель мух взбухал, как воздушный шар.

"This is ridiculous.

- Просто смешно.

You know perfectly well you'll only meet me down there-so don't try to escape!"

Сам же прекрасно знаешь, что там, внизу, ты со мною встретишься, - так чего же ты?

Simon's body was arched and stiff.

Тело Саймона выгнулось и застыло.

The Lord of the Flies spoke in the voice of a schoolmaster.

Повелитель мух заговорил, как учитель в школе:

"This has gone quite far enough.

- Все это слишком далеко зашло.

My poor, misguided child, do you think you know better than I do?"

Бедное, заблудшее дитя, неужто ты считаешь, что ты умней меня?..

There was a pause.

Молчанье.

"I'm warning you.

- Я тебя предупреждаю.

I'm going to get angry.

Ты доведешь меня до безумия.

D'you see?

Ясно?

You're not wanted.

Ты нам не нужен. Ты лишний.

Understand?

Понял?

We are going to have fun on this island.

Мы хотим позабавиться здесь на острове.

Understand?

Понял?

We are going to have fun on this island!

Мы хотим здесь на острове позабавиться.

So don't try it on, my poor misguided boy, or else-"

Так что не упрямься, бедное, заблудшее дитя, а не то...

Simon found he was looking into a vast mouth.

Саймон уже смотрел в открытую пасть.

There was blackness within, a blackness that spread.

В пасти была чернота, и чернота расширялась.

"-Or else," said the Lord of the Flies, "we shall do you.

- ...не то, - говорил Повелитель мух, - мы тебя прикончим.

See?

Ясно?

Jack and Roger and Maurice and Robert and Bill and Piggy and Ralph.

Джек, и Роджер, и Морис, и Роберт, и Билл, и Хрюша, и Ральф.

Do you.

Прикончим тебя.

See?"

Ясно?

Simon was inside the mouth.

Пасть поглотила Саймона.

He fell down and lost consciousness.

Он упал и потерял сознанье.

Chapter Nine.

Глава девятая

A View to a Death

ЛИЦО СМЕРТИ

Over the island the build-up of clouds continued.

Над островом грудились тучи.

A steady current of heated air rose all day from the mountain and was thrust to ten thousand feet; revolving masses of gas piled up the static until the air was ready to explode.

Весь день поднимался с горы поток горячего воздуха и взмывал на десять тысяч футов вверх. Воздух был заряжен коловращеньем газов и готов взорваться.

By early evening the sun had gone and a brassy glare had taken the place of clear daylight.

Под вечер солнце ушло с неба, и прежний ясный свет стал пронзительно медным.

Even the air that pushed in from the sea was hot ana held no refreshment.

Даже ветер с моря был горяч и не свежил.

Colors drained from water and trees and pink surfaces of rock, and the white and brown clouds brooded, Nothing prospered but the flies who blackened their lord and made the spilt guts look like a heap of glistening coal Even when the vessel broke in Simon's nose and the blood gushed out they left him alone, preferring the pig's high flavor.

С деревьев, с моря, с розовых скал смыло цвет, и на них давили черно-белые тучи. Только мухам все это было нипочем, они вытемнили своего повелителя, а сваленные кишки из-за них сделались похожи на груду блестящего угля. Когда в носу у Саймона лопнул сосудик и пошла кровь, они и тут им не заинтересовались, предпочтя дохлый дух свинины.

With the running of the blood Simon's fit passed into the weariness of sleep.

Кровь носом принесла облегчение, припадок Саймона перешел в истомный сон.

He lay in the mat of creepers while the evening advanced and the cannon continued to play.

Он лежал под лианами, пока на день наползал вечер и вверху громыхало.

At last he woke and saw dimly the dark earth close by his cheek.

Наконец он проснулся и смутно различил темную землю у себя под щекой.

Still he did not move but lay there, his face side-ways on the earth, his eyes looking dully before him.

Он еще полежал немного, не шевелясь и уставясь прямо перед собой невидящим взглядом.

Then he turned over, drew his feet under him and laid hold of the creepers to pull himself up.

Потом перевернулся, подобрал под себя ноги, схватился за лиану, подтянулся.

When the creepers shook the flies exploded from the guts with a vicious note and clamped back on again.

Лиана дрогнула, мухи взвились, гнусно ноя, и тотчас снова обсели падаль.

Simon got to his feet.

Саймон встал.

The light was unearthly.

Свет светил не по-земному.

The Lord of the Flies hung on his stick like a black ball.

Повелитель мух висел на палке, как черный мяч.

Simon spoke aloud to the clearing.

Саймон вслух спросил лужайку:

"What else is there to do?"

- Что же можно еще сделать?

Nothing replied.

Ответа не было.

Simon turned away from the open space and crawled through the creepers till he was in the dusk of the forest.

Саймон повернулся к лужайке спиной и начал углубляться сквозь заросли в сумрак леса.

He walked drearily between the trunks, his face empty of expression, and the blood was dry round his mouth and chin.

Он печально брел между стволов, и лицо было лишено выраженья, а возле рта и на подбородке запеклась кровь.

Only sometimes as he lifted the ropes of creeper aside and chose his direction from the trend of the land, he mouthed words that did not reach the air.

Лишь иногда, раздвигая кусты и выглядывая дорогу, он складывал губами слова, но наружу не выпускал.

Presently the creepers festooned the trees less frequently and there was a scatter of pearly light from the sky down through the trees.

Наконец лиан стало меньше, и с неба стал брызгать жемчужный свет.

This was the backbone of the island, the slightly higher land that lay beneath the mountain where the forest was no longer deep Jungle.

Здесь был хребет острова, земля слегка выгибалась, шла на подъем к горе и не так непролазны были джунгли.

Here there were wide spaces interspersed with thickets and huge trees and the trend of the ground led him up as the forest opened.

Заросли и чащоба то и дело перемежались прогалинами, Саймон брел по подъему, и скоро деревья расступились перед ним.

He pushed on, staggering sometimes with his weariness but never stopping.

Он пошел дальше, спотыкаясь от усталости, но не останавливаясь.

The usual brightness was gone from his eyes and he walked with a sort of glum determination like an old man.

В глазах не было всегдашнего сиянья. Он продвигался вперед с унылой сосредоточенностью, как старик.

A buffet of wind made him stagger and he saw that he was out in the open, on rock, under a brassy sky.

Но вот ветер чуть не сшиб его с ног, и он увидел, что стоит на камнях под медным, большим небом.

He found his legs were weak and his tongue gave him pain all the time.

У него были ватные ноги и давно уже болел язык.

When the wind reached the mountain-top he could see something happen, a flicker of blue stuff against brown clouds.

Ветер добрался до вершины, и тут что-то случилось, синий сполох пробежался по черной туче.

He pushed himself forward and the wind came again, stronger now, cuffing the forest heads till they ducked and roared.

Саймон заставил себя снова идти вперед, и ветер налетел снова, еще сильней, он трепал деревья, они гремели и гнулись.

Simon saw a humped thing suddenly sit up on the top and look down at him.

И вдруг Саймон увидел, как кто-то скорченный на вершине выпрямился и посмотрел на него.

He hid his face, and toiled on.

Опустив лицо, Саймон снова пошел вперед.

The flies had found the figure too.

Мухи давно обнаружили сидящего.

The life-like movement would scare them off for a moment so that they made a dark cloud round the head.

Подобие жизни всякий раз спугивало их, и они взвивались над его головой темной тучей.

Then as the blue material of the parachute collapsed the corpulent figure would bow forward, sighing, and the flies settle once more.

Потом синяя ткань парашюта опадала, сидящий вздыхал, тяжко кланялся, и мухи снова облепляли голову.

Simon felt his knees smack the rock.

Коленки Саймона больно стукнулись о камень.

He crawled forward and soon he understood.

Дальше он уже двинулся ползком, и скоро он все понял.

The tangle of lines showed him the mechanics of this parody; he examined the white nasal bones, the teeth, the colors of corruption.

Путаница веревок открыла ему механику зловещего действа; он увидел белую носовую кость, зубы, цвета тленья.

He saw how pitilessly the layers of rubber and canvas held together the poor body that should be rotting away.

Он увидел, как ремни и брезент держат без жалости бедное тело, не давая ему распасться.

Then the wind blew again and the figure lifted, bowed, and breathed foully at him.

Потом снова подул ветер, и тело вскинулось, поклонилось, смрадно дохнуло на Саймона.

Simon knelt on all fours and was sick till his stomach was empty.

Саймон снова упал на четвереньки, и его вырвало, вывернуло наизнанку.

Then he took the lines in his hands; he freed them from the rocks and the figure from the wind's indignity.

Потом он взял в руки стропы, высвободил из-под камней и избавил тело от надругательств ветра.

At last he turned away and looked down at the beaches.

Наконец он отвернулся и посмотрел вниз на берег.

The fire by the platform appeared to be out, or at least making no smoke.

Костер на площадке, кажется, погас, во всяком случае, дыма не было.

Further along the beach, beyond the little river and near a great slab of rock, a thin trickle of smoke was climbing into the sky.

Дальше по берегу, за речушкой, рядом с плоской скалой робкий дымок взбирался в небо.

Simon, forgetful of the lies, shaded his eyes with both hands and peered at the smoke.

Забыв про мух, Саймон смотрел на этот дымок из-под щитков обеих ладоней.

Even at that distance it was possible to see most of the boys-perhaps all the boys-were there.

Даже с такого расстояния можно было разглядеть, что почти все, а может, и все мальчики - там.

So they had shifted camp then, away from the beast.

Значит, перебрались - подальше от зверя.

As Simon thought this, he turned to the poor broken thing that sat stinking by his side.

Саймон снова глянул на бедную развалину, смердевшую у него под боком.

The beast was harmless and horrible; and the news must reach the others as soon as possible.

Зверь был безвреден и жуток; об этом надо было скорей сообщить всем.

He started down the mountain and his legs gave beneath him. Even with great care the best he could do was a stagger.

Саймон бросился вниз, у него подкашивалисьноги, он заставлял себя идти, но ковылял кое-как.* * *

"Bathing," said Ralph, "that's the only thing to do."

- Ну, давай купаться, - сказал Ральф, - больше делать нечего.

Piggy was inspecting the looming sky through his glass.

Хрюша обозревал хмурое небо сквозь покалеченные очки.

"I don't like them clouds.

- Не нравятся мне тучи эти.

Remember how it rained just after we landed?"

Помнишь, как лило, когда мы высадились?

"Going to rain again."

- И опять польет.

Ralph dived into the pool.

Ральф нырнул.

A couple of littluns were playing at the edge, trying to extract comfort from a wetness warmer than blood.

У самого берега в бухте играли двое малышей, пытаясь освежиться в брызгах, которые были теплее тела.

Piggy took off his glasses, stepped primly into the water and then put them on again.

Хрюша снял очки и, чинно ступив в воду, снова надел.

Ralph came to the surface and squirted a jet of water at him.

Ральф вынырнул и ртом пустил в него струю.

"Mind my specs," said Piggy.

-Ты лучше не надо. Из-за очок.

"If I get water on the glass I got to get out and clean 'em."

А то если ты на них попадешь, мне сразу вылазить придется, чтоб их вытереть.

Ralph squirted again and missed.

Ральф снова пустил струю и промахнулся.

He laughed at Piggys expecting him to retire meekly as usual and in pained silence.

Он засмеялся, ожидая, что Хрюша, как всегда, смирно отступит в скорбном молчании.

Instead, Piggy beat the water with his hands.

Но тот вдруг заколотил руками по воде.

"Stop it!" he shouted. "D'you hear?"

- Хватит тебе! - заорал он. - Слышь, что ли?

Furiously he drove the water into Ralph's face.

И в бешенстве плеснул водой Ральфу в лицо.

"All right, all right," said Ralph. "Keep your hair on."

- Ну, ладно, ладно, - сказал Ральф. - Ты только не бесись.

Piggy stopped beating the water.

Хрюша перестал колотить по воде руками.

"I got a pain in my head.

- У меня голова болит.

I wish the air was cooler."

Хорошо бы похолодало.

"I wish the rain would come."

- Хорошо бы дождь.

"I wish we could go home."

- Хорошо бы домой.

Piggy lay back against the sloping sand side of the pool.

Хрюша снова улегся на пологий песчаный берег.

His stomach protruded and the water dried on it Ralph squirted up at the sky.

Капли сохли на выдавшемся брюшке. Ральф пустил струю прямо в небо.

One could guess at the movement of the sun by the progress of a light patch among the clouds.

По скольжению светлой прорехи между туч можно было угадать, куда ползет солнце.

He knelt in the water and looked round.

Ральф стал на колени в воде и посмотрел кругом.

"Where's everybody?"

- А где же все?

Piggy sat up.

Хрюша сел.

"P'raps they're lying in the shelter."

- Может, в шалашах лежат.

"Where's Samneric?"

-Где Эрикисэм?

"And Bill?"

- И Билл?

Piggy pointed beyond the platform.

Хрюша показал за площадку.

"That's where they've gone.

- Они вон туда пошли.

Jack's parry."

К Джеку подались.

"Let them go," said Ralph, uneasily, "I don't care."

- Ну и пусть, - выдавил Ральф. - Мне-то что...

"Just for some meat-"

- Это они мяса чтоб покушать...

"And for hunting," said Ralph, wisely, "and for pretending to be a tribe, and putting on war-paint."

- И чтоб охотиться, - сказал Ральф жестко, - и дикарей изображать, и лица размалевывать.

Piggy stirred the sand under water and did not look at Ralph.

Хрюша рыл канавку в песке и не смотрел на Ральфа.

"P'raps we ought to go too."

- Может, и нам туда податься?

Ralph looked at him quickly and Piggy blushed,

Ральф быстро глянул на него, и Хрюша покраснел.

"I mean-to make sure nothing happens."

-Ну... то есть на всякий случай, чтоб там не вышло чего.

Ralph squirted water again.

Ральф снова пустил в небо водную струю.

Long before Ralph and Piggy came up with Jack's lot, they could hear the party.

Не доходя до лагеря Джека, еще издали, Ральф и Хрюша услышали шум пира.

There was a stretch of grass in a place where the palms left a wide band of turf between the forest and the snore.

Между лесом и берегом, под пальмами, была травянистая полоса.

Just one step down from the edge of the turf was the white, blown sand of above high water, warm, dry, trodden.

Всего на шаг вниз от нее начинался белый, нанесенный приливами песок, теплый, сухой, гладкий.

Below that again was a rock that stretched away toward the lagoon.

Еще ниже была скала, она тянулась к лагуне.

Beyond was a short stretch of sand and then the edge of the water.

Под скалой, уже у самой воды, снова был маленький пляж.

A fire burned on the rock and fat dripped from the roasting pig-meat into the invisible flames.

На скале горел костер, и со свиного мяса жир капал в невидимое пламя.

All the boys of the island, except Piggy, Ralph, Simon, and the two tending the pig, were grouped on the turf.

На траве собрались все, кто только был на острове, кроме Саймона, Ральфа и Хрюши, да еще двоих, занятых жаркой.

They were laughing, singing, lying, squatting, or standing on the grass, holding food in their hands.

Хохотали, пели, валялись, сидели, стояли - и все держали мясо в руках.

But to judge by the greasy faces, the meat eating was almost done; and some held coconut shells in their hands and were drinking from them.

Судя по лицам, испачканным жиром, пир подходил к концу, и кое-кто уже прихлебывал воду из кокосовых скорлуп.

Before the party had started a great log had been dragged into the center of the lawn and Jack, painted and garlanded, sat there like an idol.

Еще до начала пира в центр лужайки приволокли большое бревно, и Джек, размалеванный, в венке, теперь сидел на нем, как идол.

There were piles of meat on green leaves near him, and fruit, and coconut shells full of drink.

Перед ним на зеленых листьях были груды мяса и фрукты, а в кокосовых скорлупах - питье.

Piggy and Ralph came to the edge of the grassy platform; and the boys, as they noticed them, fell silent one by one till only the boy next to Jack was talking.

Хрюша с Ральфом подошли к краю травянистой лужайки; замечая их, мальчики один за другим умолкали, пока не остался только тот, что стоял рядом с Джеком.

Then the silence intruded even there and Jack turned where he sat For a time he looked at them and the crackle of the fire was the loudest noise over the droning of the reef, Ralph looked away; and Sam, thinking that Ralph had turned to him accusingly, put down his gnawed bone with a nervous giggle.

Наконец и тот умолк, и тогда Джек повернулся. Он смотрел на них. Треск огня был единственным звуком, поднимавшимся над ровным рокотом моря. Ральф отвел от него глаза; Сэм, решив, что это Ральф смотрит на него с укором, нервно хихикнул и сунул в траву обглоданную кость.

Ralph took an uncertain step, pointed to a palm tree, and whispered something inaudible to Piggy; and they both giggled like Sam.

Ральф неуверенно шагнул, показал на пальму, что-то неслышно шепнул Хрюше; оба хихикнули в точности как Сэм.

Lifting his feet high out of the sand, Ralph started to stroll past.

И Ральф зашагал вперед, высоко выбирая из песка ноги.

Piggy tried to whistle.

Хрюша пытался насвистывать.

At this moment the boys who were cooking at the fire suddenly hauled off a great chunk of meat and ran with it toward the grass.

Тут мальчики, жарившие мясо, как раз отделили большой кусок и побежали к лужайке.

They bumped Piggy, who was burnt, and yelled and danced.

Они наткнулись на Хрюшу, обожгли, и Хрюша взвыл и стал приплясывать.

Immediately, Ralph and the crowd of boys were united and relieved by a storm of laughter.

Тотчас Ральфа и всю толпу объединил взрыв веселья.

Piggy once more was the center of social derision so that everyone felt cheerful and normal.

Снова Хрюша сделался общим посмешищем, и, чувствуя себя нормальными, все радостно хохотали.

Jack stood up and waved his spear.

Джек встал и взмахнул копьем.

"Take them some meat."

- Дать им мяса.

The boys with the spit gave Ralph and Piggy each a succulent chunk.

Те, кто держали вертел, дали Ральфу и Хрюше по сочному куску.

They took the gift, dribbling.

Они приняли дар, истекая слюной.

So they stood and ate beneath a sky of thunderous brass that rang with the storm-coming.

И стали есть, стоя под медью неба, звенящей о скорой буре.

Jack waved his spear again.

Снова Джек взмахнул копьем.

"Has everybody eaten as much as they want?"

- Все наелись досыта?

There was still food left, sizzling on the wooden spits, heaped on the green platters.

Мясо еще оставалось, шипело на палках, громоздилось на зеленых тарелках.

Betrayed by his stomach, Piggy threw a picked bone down on the beach and stooped for more.

Жертва собственного желудка, Хрюша швырнул вниз, на берег, обглоданную кость и нагнулся за новым куском.

Jack spoke again, impatiently.

Джек снова спросил, уже резче:

"Has everybody eaten as much as they want?"

- Все наелись досыта?

His tone conveyed a warning, given out of the pride of ownership, and the boys ate faster while there was still time.

В тоне была угроза, гордость собственника, и мальчики стали глотать не прожевывая.

Seeing there was no immediate likelihood of a pause. Jack rose from the log that was his throne and sauntered to the edge of the grass.

Поняв, что конца этому пока не предвидится, Джек поднялся с бревна, служившего ему троном, и прошествовал к краю травы.

He looked down from behind his paint at Ralph andPiggy.

Сверху вниз он разглядывал из-за своей краски Ральфа и Хрюшу.

They moved a little farther off over the sand and Ralph watched the fire as he ate.

Они немного поднялись по песку, и Ральф, обгладывая кость, смотрел на костер.

He noticed, without understanding, how the flames were visible now against the dull light.

Он подсознательно отмечал, что пламя теперь уже видно на сером свету.

Evening was come, not with calm beauty but with the threat of violence.

Значит, пришел вечер, но красоты и отрады он не принес - только страх.

Jack spoke.

Джек сказал:

"Give me a drink."

- Подайте мне пить.

Henry brought him a shell and he drank, watching Piggy and Ralph over the jagged rim..

Генри подал ему скорлупу, и он отпил из нее, глядя на Хрюшу и Ральфа из-за зубчатого края.

Power lay in the brown swell of his forearms: authority sat on his shoulder and chattered in his ear like an ape.

Сила покоилась на мышцах его загорелых рук, и власть улеглась ему на плечо, нашептывая в ухо, как обезьяна.

"All sit down."

- Всем сесть.

The boys ranged themselves in rows on the grass before him but Ralph and Piggy stayed a foot lower, standing on the soft sand.

Мальчики рядами уселись перед ним на траве, а Ральф и Хрюша стояли на мягком песке, футом ниже.

Jack ignored them for the moment, turned his mask down to the seated boys and pointed at them with the spear.

Джек их не замечал и, склонившись маской к сидящим, ткнул в них копьем:

"Who is going to join my tribe?"

- Кто желает вступить в мое племя?

Ralph made a sudden movement that became a stumble.

Ральф вдруг дернулся, подался вперед, споткнулся.

Some of the boys turned toward him.

На него оглядывались.

"I gave you food," said Jack, "and my hunters will protect you from the beast.

- Я накормил вас, - сказал Джек. - А мои охотники вас защитят от зверя.

Who will join my tribe?"

Кто желает вступить в мое племя?

"I'm chief," said Ralph, "because you chose me.

-Я главный, - сказал Ральф. - Вы же сами меня выбрали.

And we were going to keep the fire going.

И мы решили следить за костром.

Now you run after food-"

А вы погнались за едой.

"You ran yourself !" shouted Jack. "Look at that bone in your hands!"

- А ты не погнался? - крикнул Джек. - У самого в руках кость!

Ralph went crimson.

Ральф залился краской.

"I said you were hunters.

- На то вы и охотники.

That was your job."

Это ваша работа.

Jack ignored him again.

Снова Джек перестал его замечать.

"Who'll join my tribe and have fun?"

- Кто желает вступить в мое племя, развлечься?

I'm chief," said Ralph tremulously. "And what about the fire?

-Я главный, - дрожащим голосом сказал Ральф. -И как же костер?

And I've got the conch-"

И у меня рог...

"You haven't got it with you," said Jack, sneering. "You left it behind. See, clever?

- Что-то ты его с собой не захватил, - сказал Джек и оскалился. - Небось там оставил, а?

And the conch doesn't count at this end of the island-"

И вообще в этой части острова рог не считается.

All at once the thunder struck.

Вдруг сверху ударил гром.

Instead of the dull boom there was a point of impact in the explosion.

Уже не прошелся глухо, бабахнул взрывом.

"The conch counts here too," said Ralph, "and all over the island."

- Рог и тут считается, - сказал Ральф, - и всюду на острове.

"What are you going to do about it then?"

- Ну и что из этого? А?

Ralph examined the ranks of boys.

Ральф оглядел ряды.

There was no help in them and he looked away, confused and sweating.

Ни в ком не нашел сочувствия и отвернулся, сконфуженный, потный.

Piggy whispered.

Хрюша шептал:

"The fire-rescue."

- Костер - это наше спасенье...

"Who'll join my tribe?"

- Кто желает вступить в мое племя?

"I will."

-Я.

"Me."

-И я.

"I will."

-И я.

"I'll blow the conch," said Ralph breathlessly, "and call an assembly."

- Я протрублю в рог и созову собрание, -задохнулся Ральф.

"We shan't hear it."

- А мы не услышим. Хрюша тронул Ральфа заруку.

"Come away.

- Пошли.

There's going to be trouble.

А то худо будет.

And we've had our meat."

И мы же ведь покушали уже.

There was a blink of bright light beyond the forest and the thunder exploded again so that a littlun started to whine.

За лесом полыхнула молния и громыхнуло так, что один малыш заплакал.

Big drops of rain fell among them making individual sounds when they struck.

Посыпались крупные капли, и слышно было, как плюхалась каждая.

"Going to be a storm," said Ralph, "and you'll have rain like when we dropped here.

- Будет буря, - сказал Ральф, - и дождь, как когда мы высадились.

Who's clever now?

Ну, и кто же, интересно, умница?

Where are your shelters?

Где твои укрытия?

What are you going to do about that?"

Как ты без них обойдешься?

The hunters were looking uneasily at the sky, flinching from the stroke of the drops.

Охотники уныло поглядывали в небо, уклоняясь от капель.

A wave of restlessness set the boys swaying and moving aimlessly.

Все нелепо засуетились.

The flickering light became brighter and the blows of the thunder were only just bearable.

Вспышки стали ярче, гром надрывал уши.

The littluns began to run about, screaming.

Малыши с ревом метались по траве.

Jack leapt on to the sand.

Джек спрыгнул на песок.

"Do our dance!

- Танцевать!

Come on!

Ну!

Dance!"

Наш танец!

He ran stumbling through the thick sand to the open space of rock beyond the fire.

И, спотыкаясь, пробежал по глубокому песку на голую скалу, где был костер.

Between the flashes of lightning the air was dark and terrible; and the boys followed him, clamorously.

Между вспышками было темно и страшно; все, голося, побежали за Джеком.

Roger became the pig, grunting and charging at Jack, who side-stepped.

Роджер стал свиньей, хрюкнул, напал на Джека, тот увернулся.

The hunters took their spears, the cooks took spits, and the rest clubs of firewood, A circling movement developed and a chant While Roger mimed the terror of the pig, the littluns ran and jumped ob the outside of the circle.

Охотники схватили копья, те, кто жарили, - свои вертела, остальные - обгорелые головни. И вот уже все кружили, пели. Роджер исполнял ужас свиньи, малыши прыгали вокруг участников представленья.

Piggy and Ralph, under the threat of the sky, found themselves eager to take a place in this demented but partly secure society.

Небо нависало такой жутью, что Хрюше и Ральфу захотелось влиться в эту обезумевшую компанию.

They were glad to touch the brown backs of the fence that hemmed in the terror and made it governable.

Хотя бы дотронуться до коричневых спин, замыкающих в кольцо, укрощающих ужас.

"Kill the beast!

- Зверя бей!

Cut his throat!

Глотку режь!

Spill his blood!"

Выпусти кровь!

The movement became regular while the chant lost its first superficial excitement and began to beat like a steady pulse.

Кружение стало ритмичным, взбудораженное пенье остыло, билось ровным пульсом.

Roger ceased to be a pig and became a hunter, so that the center of the ring yawned emptily.

Роджер был уже не свинья, он был охотник, и середина круга зияла пусто.

Some of the littluns started a ring on their own; and the complementary circles went round and round as though repetition would achieve safety of itself.

Кто-то из малышей затеял собственный круг; и пошли круги, круги, будто это множество само по себе способно спасти и выручить.

There was tie throb and stamp of a single organism.

И был слаженный топот, биенье единого организма.

The dark sky was shattered by a blue-white scar.

Мутное небо вспорол бело-голубой шрам.

An instant later the noise was on them like the blow of a gigantic whip.

И тут же хлестнул грохот - как гигантским бичом.

The chant rose a tone in agony.

Пенье исходило предсмертным ужасом:

"Kill the beast!

- Зверя - бей!

Cut his throat!

Глотку - режь!

Spill his blood!

Выпусти - кровь!

Now out of the terror rose another desire, thick, urgent, blind.

Из ужаса рождалось желание - жадное, липкое, слепое.

"Kill the beast!

- Зверя - бей!

Cut his throat!

Глотку - режь!

Spill his blood!"

Выпусти - кровь!

Again the blue-white scar Jagged above them and the sulphurous explosion beat down.

Снова вызмеился наверху бело-голубой шрам и грянул желтый взрыв.

The littluns screamed and blundered about, fleeing from the edge of the forest, and one of them broke the ring of biguns in his terror.

Малыши визжа неслись с опушки, один, не помня себя, проломил кольцо старших:

"Him!

- Это он!

Him!"

Он!

The circle became a horseshoe.

Круг стал подковой.

A thing was crawling out of the forest. It came darkly, uncertainly.

Из лесу ползло что-то Неясное, темное.

The shrill screaming that rose before the beast was like a pain.

Впереди зверя катился надсадный вопль.

The beast stumbled into the horseshoe.

Зверь ввалился, почти упал в центр подковы.

"Kill the beast!

- Зверя бей!

Cut his throat!

Глотку режь!

Spill his blood!"

Выпусти кровь!

The blue-white scar was constant, the noise unendurable.

Голубой шрам уже не сходил с неба, грохот был непереносим.

Simon was crying out something about a dead man on a hill.

Саймон кричал что-то про мертвое тело на горе.

"Kill the beast!

- Зверя - бей!

Cut his throat!

Глотку - режь!

Spill his blood!

Выпусти - кровь!

Do him in!"

Зверя - прикончь!

The sticks fell and the mouth of the new circle crunched and screamed.

Палки стукнули, подкова, хрустнув, снова сомкнулась вопящим кругом.

The beast was on its knees in the center, it's arms folded over its face.

Зверь стоял на коленях в центре круга, зверь закрывал лицо руками.

It was crying out against the abominable noise something about a body on the hill.

Пытаясь перекрыть дерущий омерзительный шум, зверь кричал что-то насчет мертвеца на горе.

The beast struggled forward, broke the ring and fell over the steep edge of the rock to the sand by the water.

Вот зверь пробился, вырвался за круг и рухнул с крутого края скалы на песок, к воде.

At once the crowd surged after it, poured down the rock, leapt on to the beast, screamed, struck, bit, tore.

Толпа хлынула за ним, стекла со скалы, на зверя налетели, его били, кусали, рвали.

There were no words, and no movements but the tearing of teeth and claws.

Слов не было, и не было других движений -только рвущие когти и зубы.

Then the clouds opened and let down the rain like a waterfall.

Потом тучи разверзлись, и водопадом обрушился дождь.

The water bounded from the mountain-top, tore leaves and branches from the trees, poured like a cold shower over the straggling heap on the sand.

Вода неслась с вершины, срывала листья и ветки с деревьев, холодным душем стегала бьющуюся в песке груду.

Presently the heap broke up and figures staggered away.

Потом груда распалась, и от нее отделились ковыляющие фигурки.

Only the beast lay still, a few yards from the sea.

Только зверь остался лежать - в нескольких ярдах от моря.

Even in the rain they could see how small a beast it was; and already its blood was stain-log the sand.

Даже сквозь стену дождя стало видно, какой же он маленький, этот зверь; а на песке уже расплывались кровавые пятна.

Now a great wind blew the rain sideways, cascading the water from the forest trees.

Тут сильный ветер подсек дождевые плети, погнал на лес, и деревья утонули в каскадах.

On the mountain-top the parachute filled and moved; the figure slid, rose to its feet, spun, swayed down through a vastness of wet air and trod with ungainly feet the tops of the high trees; falling, still falling, it sank toward the beach and the boys rushed screaming into the darkness.

На вершине горы парашют вздулся, стронулся с места; тот, кто сидел на горе, скользнул, поднялся на ноги, закружился, закачался в отсырелом просторе и, нелепо загребая мотающимися ногами по высоким верхушкам деревьев, двинулся вниз, вниз, вниз, и на берег, и мальчики, голося, разбежались во тьме.

The parachute took the figure forward, furrowing the lagoon, and bumped it over the reef and out to sea.

Парашют потащил тело и, вспахав воды лагуны, швырнул через риф, в открытое море.

Toward midnight the rain ceased and the clouds drifted away, so that the sky was scattered once more with the incredible lamps of stars.

К полуночи дождь перестал, тучи унесло, и снова зажглись в небе немыслимые блестки звезд.

Then the breeze died too and there was no noise save the drip and trickle of water that ran out of clefts and spilled down, leaf by leaf, to the brown earth of the island.

Потом ветер улегся, и стало тихо, только капли стучали, шуршали по расселинам и плюхались, скатываясь с листка на листок в темную землю острова.

The air was cool, moist, and clear; and presently even the sound of the water was still.

Воздух был прохладный, сырой и ясный; скоро угомонилась и вода.

The beast lay huddled on the pale beach and the stains spread, inch by inch.

Зверь лежал комочком на бледном песке, а пятна расплывались и расплывались.

The edge of the lagoon became a streak of phosphorescence which advanced minutely, as the great wave of the tide flowed.

Край лагуны стал полосой свечения, и, пока нарастал прилив, она наползала на берег.

The clear water mirrored the clear sky and the angular bright constellations.

В ясной воде отражалось ясное небо и яркие угольники созвездий.

The line of phosphorescence bulged about the sand grains and little pebbles; it held them each in a dimple of tension, then suddenly accepted them with an inaudible syllable and moved on.

Черта свечения взбухала, набегая на песчинки и гальку, и, на мгновенье дрогнув упругой рябью, тотчас глотала их неслышным глотком и продвигалась на берег дальше.

Along the shoreward edge of the shallows the advancing clearness was full of strange, moonbeam-bodied creatures with fiery eyes.

Наползающая на отмели ясность вод по кромке кишела странными лучистыми созданиями с горящими глазами.

Here and there a larger pebble clung to its own air and was covered with a coat of pearls.

То и дело окатыш побольше, вдруг выделясь из множеств, одевался жемчужным ворсом.

The tide swelled in over" the rain-pitted sand and smoothed everything with a layer of silver.

Прилив ровнял взрытый ливнем песок, все покрывая блестящей полудой.

Now it touched the first of the stains that seeped from the broken body and the creatures made a moving patch of light as they gathered at the edge.

Вот вода коснулась первого пятна, натекшего из разбитого тела, и созданья бьющейся световой каймой собрались по краю.

The water rose farther and dressed Simon's coarse hair with brightness.

Вода двинулась дальше и одела жесткие космы Саймона светом.

The line of his cheek silvered and the turn of his shoulder became sculptured marble.

Высеребрился овал лица, и мрамором статуи засверкало плечо.

The strange attendant creatures, with their fiery eyes and trailing vapors, busied themselves round his head.

Странно бдящие существа с горящими глазами и дымными шлейфами суетились вокруг головы.

The body lifted a fraction of an inch from the sand and a bubble of air escaped from the mouth with a wet plop.

Тело чуть-чуть поднялось на песке, изо рта, влажно хлопнув, вылетел пузырек воздуха.

Then it turned gently in the water.

Потом тело мягко качнулось и сползло в воду.

Somewhere over the darkened curve of the world the sun and moon were pulling, and the film of water on the earth planet was held, bulging slightly on one side while the solid core turned.

Где-то за темным краем мира были луна и солнце; силой их притяжения водная пленка слегка взбухала над одним боком земной планеты, покуда та вращалась в пространстве.

The great wave of the tide moved farther along the island and the water lifted.

Большой прилив надвинулся дальше на остров, и вода еще поднялась.

Softly, surrounded by a fringe of inquisitive bright creatures, itself a silver shape beneath the steadfast constellations, Simon's dead body moved out toward the open sea.

Медленно, в бахромке любопытных блестящих существ, само - серебряный очерк под взглядом вечных созвездий, мертвое тело Саймона поплыло в открытое море.

Chapter Ten.

Глава десятая

The Shell and the Glasses

РАКОВИНА И ОЧКИ

Piggy eyed the advancing figure carefully.

Хрюша внимательно вглядывался в того, кто подходил.

Nowadays he sometimes found that he saw more clearly if he removed his glasses and shifted the one lens to the other eye; but even through the good eye, after what had happened, Ralph remained unmistakably Ralph.

Сейчас ему часто казалось, что видно лучше, если переставить стеклышко к другому глазу; но и без этого Ральфа, даже после всего случившегося, он бы ни с кем не спутал.

He came now out of the coconut trees, limping, dirty, with dead leaves hanging from his shock of yellow hair.

Он шел от кокосовых пальм, грязный, прихрамывая, и сухие листья застряли в желтых спутанных волосах.

One eye was a slit in his puffy cheek and a great scab had formed on his right knee.

Один глаз глядел щелочкой из вспухшей щеки, и на правой коленке был большой струп.

He paused for a moment and peered at the figure on the platform.

Он на мгновенье застыл, вглядываясь в стоящего на площадке.

"Piggy?

- Хрюша?

Are you the only one left?"

Ты один?

"There's some littluns."

- Еще малыши кое-кто.

"They don't count.

- Эти не в счет.

No biguns?"

Старших нет?

"Oh-Samneric.

- Ах да... Эрикисэм.

They're collecting wood."

Топливо собирают.

"Nobody else?"

- Больше никого?

"Not that I know of."

- Вроде нет.

Ralph climbed on to the platform carefully.

Ральф осторожно влез на площадку.

The coarse grass was still worn away where the assembly used to sit; the fragile white conch still gleamed by the polished seat Ralph sat down in the grass facing the chiefs seat and the conch.

На месте прежних собраний была еще примята трава; хрупкий белый рог еще мерцал на отполированном сиденье. Ральф сел на траву лицом к рогу и к месту главного.

Piggy knelt at his left, and for a long minute there was silence.

Хрюша опустился на колени слева от него, и целую долгую минуту оба молчали.

At last Ralph cleared his throat and whispered something.

Наконец Ральф откашлялся и что-то шепнул.

Piggy whispered back.

Хрюша спросил, тоже шепотом:

"What you say?"

-Ты чего?

Ralph spoke up.

Ральф сказал вслух:

"Simon."

- Саймон.

Piggy said nothing but nodded, solemnly.

Хрюша ничего не сказал, только мрачно кивнул.

They continued to sit, gazing with impaired sight at the chiefs seat and the glittering lagoon.

Оба смотрели на место главного, на сверкающую лагуну, и все расплывалось у них перед глазами.

The green light and the glossy patches of sunshine played over their befouled bodies.

По грязным телам прыгал зеленый свет и блестящие зайчики.

At length Ralph got up and went to the conch.

Наконец Ральф встал и направился к рогу.

He took the shell caressingly with both hands and knelt, leaning against the trunk.

Он ласково обхватил раковину и, став на колени, привалился к лежащему стволу.

"Piggy"

- Хрюша.

"Uh?"

-А?

"What we going to do?"

- Что же делать?

Piggy nodded at the conch.

Хрюша кивком показал на рог.

"You could-"

- Ты бы...

"Call an assembly?"

- Созвал собрание?

Ralph laughed sharply as he said the word and Piggy frowned.

Сказав это, Ральф едко засмеялся, и Хрюша насупился.

"You're still chief."

- Все равно ты же главный.

Ralph laughed again.

Ральф засмеялся снова.

"You are.

- Ну да.

Over us."

Над нами-то ты же главный.

"I got the conch."

- У меня рог!..

"Ralph!

- Ральф!

Stop laughing like that.

Хватит тебе смеяться!

Look, there ain't no need, Ralph!

Не надо так! Слышь? Ральф!

What's the others going to think?"

Ну что другие подумают?

At last Ralph stopped.

Наконец Ральф перестал смеяться.

He was shivering.

Он весь дрожал.

"Piggy-"

- Хрюша.

"Uh?"

-А?

"That was Simon."

- Это был Саймон.

"You said that before."

-Ты уже сказал.

"Piggy-"

- Хрюша.

"Uh?"

-А?

"That was murder."

- Это было убийство.

"You stop it!" said Piggy, shrilly. "What good're you doing talking like that?"

- Хватит тебе! - взвизгнул Хрюша. - Ну чего, зачем, какой толк это говорить?

He jumped to his feet and stood over Ralph.

Он вскочил на ноги, наклонился над Ральфом:

"It was dark.

- Было темно.

There was that-that bloody dance.

И был этот, ну, танец треклятый.

There was lightning and thunder and rain.

И молния была, гром, дождь.

We was scared!"

Мы перепугались.

"I wasn't scared," said Ralph slowly, "I was-I don't know what I was."

- Я не перепугался, - медленно выговорил Ральф. -Я... я даже не знаю, что со мной было.

"We was scared!" said Piggy excitedly. "Anything might have happened.

- Перепугались мы! - горячо заспешил Хрюша. -Мало ли что могло случиться.

It wasn't-what you said."

И это совсем не... то, что ты сказал.

He was gesticulating, searching for a formula.

Он махал руками, подыскивая определение.

"Oh, Piggy!"

- Ох, Хрюша!

Ralph's voice, low and stricken, stopped Piggy's gestures.

У Ральфа был такой голос, хриплый, убитый, что Хрюша сразу перестал махать.

He bent down and waited.

Он наклонился к Ральфу и ждал.

Ralph, cradling the conch, rocked himself to and fro.

Ральф, обнимая рог, раскачивался из стороны в сторону.

"Don't you understand, Piggy?

- Неужели ты не понимаешь, Хрюша?

The things we did-"

Что мы сделали...

"He may still be-"

- А вдруг он еще...

"No."

- Нет.

"P'raps he was only pretending-"

- Может, притворился просто...

Piggy's voice trailed off at the sight of Ralph's face.

Хрюша взглянул в лицо Ральфу и осекся.

"You were outside.

-Ты стоял рядом.

Outside the circle.

Ты не входил в круг.

You never really came in.

Ты в стороне стоял.

Didn't you see what we-what they did?"

Но разве ты не видел, - нет? - что мы... что они сделали?

There was loathing, and at the same time a kind of feverish excitement, in his voice.

В голосе было отвращенье, тоска, но он и дрожал от напряжения:

"Didn't you see, Piggy?"

-Ты не видел, Хрюша?

"Not all that well.

- Не очень я видел.

I only got one eye now.

Я ж одноглазый теперь.

You ought to know that, Ralph."

Пора бы запомнить, Ральф.

Ralph continued to rock to and fro.

Ральф все раскачивался из стороны в сторону.

"It was an accident," said Piggy suddenly, "that's what it was.

- Это несчастный случай, - вдруг выпалил Хрюша. - Вот это что.

An accident." His voice shrilled again. "Coming in the dark-he hadn't no business crawling like that out of the dark.

Несчастный случай. - Голос Хрюши снова сорвался на визг. - И чего он вылез в такую темь? Зачем ему было из темноты выползать?

He was batty.

Чокнутый.

He asked for it. He gesticulated widely again. "It was an accident."

Сам нарывался. - Хрюша снова отчаянно замахал руками. - Несчастный случай...

"You didn't see what they did-"

-Ты не видел, что они сделали...

"Look, Ralph.

- Слышь-ка, Ральф.

We got to forget this.

Нам надо про это позабыть.

We can't do no good thinking about it, see?"

Нельзя нам, не для чего нам про это думать, понял?

"I'm frightened.

- Я боюсь.

Of us.

Я нас самих боюсь.

I want to go home.

Я хочу домой.

Oh God, I want to go home."

Господи, как я хочу домой.

"It was an accident," said Piggy stubbornly, "and that's that."

- Это несчастный случай, - упрямо твердил Хрюша. - Вот и все.

He touched Ralph's bare shoulder and Ralph shuddered at the human contact.

Он взял Ральфа за голое плечо, и Ральф вздрогнул от человеческого прикосновения.

"And look, Ralph"-Piggy glanced round quickly, then leaned close-"don't let on we was in that dance.

- И слышь-ка, Ральф, - Хрюша быстро оглянулся и наклонился к Ральфу, - ты и виду не показывай, что мы тоже там были, когда этот танец.

Not to Samneric."

Ты Эрикисэму не говори.

"But we were!

- Но были же мы!

All of us!"

Мы все!

Piggy shook his head.

Хрюша покачал головой:

"Not us till last.

- Мы-то не до конца.

They never noticed in the dark.

Да они ж в темноте и не разглядели.

Anyway you said I was only on the outside."

Ты вот сам сказал - я в круг не входил...

"So was I," muttered Ralph, "I was on the outside too."

-И я, - бормотнул Ральф, - я тоже рядом стоял.

Piggy nodded eagerly.

Хрюша кивнул облегченно:

"That's right.

- Правильно.

We was on the outside.

Мы рядом стояли.

We never done nothing, we never seen nothing."

Мы ничего не делали, мы ничего не видели.

Piggy paused, then went on.

Хрюша помолчал, потом заговорил снова:

"We'll live on our own, the four of us-"

- Ничего, вчетвером будем жить. Во как заживем.

"Four of us.

- Ну да, вчетвером.

We aren't enough to keep the fire burning."

Мы за костром следить не сможем.

"We'll try.

- А мы попробуем.

See?

Видишь?

I lit it."

Я зажег.

Samneric came dragging a great log out of the forest.

Близнецы вышли из лесу, волоча большое бревно.

They dumped it by the fire and turned to the pool.

Бросили его у костра и повернули к бухте.

Ralph jumped to his feet.

Ральф вскочил на ноги.

"Hi!

- Эй, вы!

You two!"

Оба!

The twins checked a moment, then walked on.

Близнецы на секунду застыли, потом опять пошли.

"They're going to bathe, Ralph."

- Ральф, они же купаться идут.

"Better get it over."

- Лучше сразу с этим покончить.

The twins were very surprised to see Ralph.

Близнецы страшно удивились, заметив Ральфа.

They flushed and looked past him into the air.

Вспыхнули и посмотрели куда-то мимо.

"Hullo.

- Привет.

Fancy meeting you, Ralph."

И ты тут, Ральф?..

"We just been in the forest-"

- А мы в лесу были...

"-to get wood for the fire-"

- Дрова собирали. - ...для костра...

"-we got lost last night."

- Мы вчера заблудились.

Ralph examined his toes.

Ральф пристально разглядывал свои ноги.

"You got lost after the..."

- Вы заблудились уже после...

Piggy cleaned his lens.

Хрюша чистил стеклышко.

"After the feast," said Sam in a stifled voice.

- После пира, - глухо выдавил Сэм.

Eric nodded. "Yes, after the feast."

Эрик кивнул. - Да, уже после пира...

"We left early," said Piggy quickly, "because we were tired."

- Мы рано ушли, - быстро вставил Хрюша. - Мы устали.

"So did we-"

- Мы тоже...

"-very early-"

- Совсем рано...

"-we were very tired."

- Мы очень устали.

Sam touched a scratch on his forehead and then hurriedly took his hand away.

Сэм тронул ссадину у себя на лбу и тут же отдернул руку.

Eric fingered his split lip.

Эрик теребил разбитую губу.

"Yes.

-Да.

We were very tired," repeated Sam, "so we left early.

Мы очень устали, - повторил Сэм. - Вот мы рано и ушли.

Was it a good-"

Ну, а как...

The air was heavy with unspoken knowledge.

В воздухе тяжко повисло несказанное.

Sam twisted and the obscene word shot out of him. "-dance?"

Сэм поморщился, и у него с губ сорвалось это пакостное слово: - ...танец?

Memory of the dance that none of them had attended shook all tour boys convulsively.

От воспоминания о танце, при котором ни один из них не присутствовал, затрясло всех четверых.

"We left early."

- Мы рано ушли. * * *

When Roger came to the neck of land that joined the Castle Rock to the mainland he was not surprised to be challenged.

Дойдя до перешейка, связывавшего Замок с островом, Роджер не удивился, когда его окликнули.

He had reckoned, during the terrible night, on finding at least some of the tribe holding out against the horrors of the island in the safest place.

Во время страшной ночи он так и прикидывал, что большая часть племени спасется в этом надежном месте от ужасов острова.

The voice rang out sharply from on high, where the diminishing crags were balanced one on another.

Г олос раскатился в вышине, там, где громоздились друг на друга уменьшающиеся глыбы.

"Halt!

- Стой!

Who goes there?"

Кто идет!

"Roger."

- Роджер.

"Advance, friend."

- Подойди друг.

Roger advanced.

Роджер подошел.

"The chief said we got to challenge everyone."

- А сам-то ты не видишь, кто идет? - Вождь приказал всех окликать.

Roger peered up.

Роджер запрокинул голову.

"You couldn't stop me coming if I wanted."

- Ну все равно, как бы ты меня не подпустил?

"Couldn't I?

- Как!

Climb up and see."

Залезай да посмотри.

Roger clambered up the ladder-like cliff.

Роджер взобрался по подобию ступенек.

"Look at this."

- Взгляни-ка. Ну? Что?

A log had been jammed under the topmost rock and another lever under that.

На самом верху под камень было втиснуто бревно, а под ним пристроено другое - рычаг.

Robert leaned lightly on the lever and the rock groaned.

Роберт слегка нажал на рычаг, и глыба застонала.

A full effort would send the rock thundering down to the neck of land.

Если налечь как следует, глыба загремела бы на перешеек.

Roger admired.

Роджер отдал изобретению должное:

"He's a proper chief, isn't he?"

- Вот это Вождь, да?

Robert nodded.

Роберт качнул головой:

"He's going to take us hunting."

- Он нас охотиться поведет.

He jerked his head in the direction of the distant shelters where a thread of white smoke climbed up the sky.

Он кивнул в сторону далеких шалашей, где взбиралась по небу белая струйка дыма.

Roger, sitting on the very edge of the cliff, looked somberly back at the island as he worked with his fingers at a loose tooth.

Роджер мрачно озирал остров, сидя на самом краю стены и трогая пальцем шатающийся зуб.

His gaze settled on the top of the distant mountain and Robert changed the unspoken subject.

Взгляд его приковался к вершине горы, и Роберт увел разговор от неназванной темы.

"He's going to beat Wilfred."

- Он Уилфреда будет бить.

"What for?"

- За что?

Robert shook his head doubtfully.

Роберт повел плечами:

"I don't know.

- Не знаю.

He didn't say.

Он не сказал.

He got angry and made us tie Wilfred up.

Рассердился и приказал связать Уилфреда.

He's been"-he giggled excitedly-"he's been tied for hours, waiting-"

И он... - Роберт нервно хихикнул, - и он долго-долго уже связанный ждет...

"But didn't the chief say why?'

- И Вождь не объяснил за что?

"I never heard him."

- Я лично не слышал.

Sitting on the tremendous rocks in the torrid sun, Roger received this news as an illumination.

Сидя на грозной скале под палящим солнцем, Роджер принял эту новость как откровение.

He ceased to work at his tooth and sat still, assimilating the possibilities of irresponsible authority.

Он перестал возиться с зубом и замер, прикидывая возможности неограниченной власти.

Then, without another word, he climbed down the back of the rocks toward the cave and the rest of the tribe.

Потом, не говоря больше ни слова, полез вниз, к пещере и к племени.

The chief was sitting there, naked to the waist, his face blocked out in white and red.

Вождь сидел там, голый до пояса, и лицо было размалевано белым и красным.

The tribe lay in a semicircle before him.

Племя полукругом лежало перед ним.

The newly beaten and untied Wilfred was sniffing noisily in the background.

Побитый и высвобожденный Уилфред шумно хлюпал на заднем плане.

Roger squatted with the rest.

Роджер присел на корточки рядом с остальными.

"Tomorrow," went on the chief, "we shall hunt again."

- ...завтра, - продолжал Вождь, - мы снова отправимся на охоту.

He pointed at this savage and that with his spear.

Он потыкал в дикарей - по очереди - копьем.

"Some of you will stay here to improve the cave and defend the gate.

- Кое-кто останется тут, приводить в порядок пещеру и защищать ворота.

I shall take a few hunters with me and bring back meat.

Я возьму с собой нескольких охотников и принесу вам мяса.

The defenders of the gate will see that the others don't sneak in."

Стражники должны следить за тем, чтобы сюда никто не пробрался...

A savage raised his hand and the chief turned a bleak, painted face toward him.

Кто-то из дикарей поднял руку, и Вождь обратил к нему выкрашенно-мертвенное лицо.

"Why should they try to sneak in, Chief?"

- Вождь, а зачем они станут к нам пробираться?

The chief was vague but earnest.

И Вождь отвечал вдумчиво и туманно:

"They will.

- Они станут.

They'll try to spoil things we do.

Чтоб нам вредить.

So the watchers at the gate must be careful.

И потому, стражники, будьте начеку.

And then-"

И потом ведь...

The chief paused.

Вождь запнулся.

They saw a triangle of startling pink dart out, pass along his lips and vanish again.

Поразительно розовый треугольник мелькнул, мазнул по губам и тотчас исчез.

"-and then, the beast might try to come in.

-...и потом, зверь тоже может прийти.

You remember how he crawled-"

Помните, как он подкрался...

The semicircle shuddered and muttered in agreement.

По полукругу прошла дрожь и утвердительный гул.

"He came-disguised.

- Он пришел под чужой личиной.

He may come again even though we gave him the head of our kill to eat.

И может явиться опять, хоть мы оставили ему голову от нашей добычи.

So watch; and be careful."

Так что глядите в оба. Будьте начеку.

Stanley lifted his forearm off the rock and held up an interrogative finger.

Стенли отнял локоть от скалы и поднял вопрошающий палец.

"Well?"

- Что тебе?

"But didn't we, didn't we-?"

- Но разве мы... разве...

He squirmed and looked down.

Он съежился и потупился.

"No!"

- Нет!

In the silence that followed, each savage flinched away from his individual memory.

Дикари затихли, каждый боролся с собственной памятью.

"No!

- Нет!

How could we-kill-it?"

Как мы могли... убить... его?

Half-relieved, half-daunted by the implication of further terrors, the savages murmured again.

Успокоенные, но и устрашенные возможностью новых ужасов, дикари загудели опять.

"So leave the mountain alone," said the chief, solemnly, "and give it the head if you go hunting."

- Итак, от горы подальше, - строго произнес Вождь, - и оставлять ему голову, когда свинью убиваешь.

Stanley flicked his finger again.

Стенли опять вздернул палец:

"I expect the beast disguised itself."

- Я думаю, зверь принимает личины.

"Perhaps," said the chief.

- Возможно, - сказал Вождь.

A theological speculation presented itself. "We'd better keep on the right side of him, anyhow.

Тут открывался уже путь к богословским прениям. - В общем, с ним надо поосторожней.

You can't tell what he might do."

Мало ли что он еще выкинет.

The tribe considered this; and then were shaken, as if by a flaw of wind.

Племя призадумалось и содрогнулось, как от порыва ветра.

The chief saw the effect of his words and stood abruptly.

Довольный произведенным эффектом, Вождь рывком встал.

"But tomorrow we'll hunt and when we've got meat we'll have a feast-"

- Но завтра - охотиться, и, когда у нас будет мясо, закатим пир.

Bill put up his hand.

Билл поднял руку: - Вождь!

"Yes?"'

-Да?

"What'll we use for lighting the fire?"

- Чем мы огонь для костра добудем?

The chiefs blush was hidden by the white and red clay Into his uncertain silence the tribe spilled their murmur once more.

Краску, хлынувшую Вождю в лицо, скрыла белая и красная глина. Снова племя выплеснуло гул голосов в растерянную тишину.

Then the chief held up his hand.

И тогда Вождь поднял руку:

"We shall take fire from the others.

- Огонь мы возьмем у тех.

Listen.

Слушайте все.

Tomorrow well hunt and get meat.

Завтра мы идем на охоту. У нас будет мясо.

Tonight Ill go along with two hunters-who'll come?"

А сегодня я и двое охотников... кто со мной?

Maurice and Roger put up their hands.

Руки подняли Морис и Роджер.

"Maurice-"

- Морис...

"Yes, Chief?"

- Слушаю, Вождь?

"Where was their fire?"

-Где у них костер?

"Back at the old place by the fire rock."

- На старом месте, у скалы.

The chief nodded.

Вождь кивнул.

"The rest of you can go to sleep as soon as the sun sets.

- Остальным - ложиться спать, как только сядет солнце.

But us three, Maurice, Roger and me, we've got work to do.

А нам втроем, Морису, мне и Роджеру, придется поработать.

We'll leave just before sunset-"

Выходим перед самым закатом...

Maurice put up his hand.

Морис поднял руку:

"But what happens if we meet-"

- А вдруг мы встретим...

The chief waved his objection aside.

Взмахом руки Вождь отмел это возраженье:

"We'll keep along by the sands.

- Мы пойдем вдоль берега по песку.

Then if he comes well do our, our dance again."

Так что если он явится, мы опять... опять станцуем наш танец.

"Only the three of us?"

- Это втроем-то?

Again the murmur swelled and died away.

Снова поднялся и замер гул. * * *

Piggy handed Ralph his glasses and waited to receive back his sight.

Хрюша отдал очки Ральфу, и теперь он ждал, когда ему вернут зрение.

The wood was damp; and this was the third time they had lighted it Ralph stood back, speaking to himself.

Дрова были сырые; они уже в третий раз пытались их зажечь. Ральф встал и буркнул себе под нос:

"We don't want another night without fire."

- Нельзя вторую ночь без костра.

He looked round guiltily at the three boys standing by.

Он виновато оглянулся на троих стоящих рядом мальчиков.

This was the first time he had admitted the double function of the fire.

Впервые он признал двойную роль костра.

Certainly one was to send up a beckoning column of smoke; but the other was to be a hearth now and a comfort until they slept.

Конечно, первая его роль - слать вверх призывный столбик дыма; но он еще и очаг и согревает ночью.

Eric breathed on the wood till it glowed and sent out a little flame.

Эрик дул на дерево, пока оно не занялось и не загорелось.

A billow of white and yellow smoke reeked up.

Поднялся бело-желтый вал дыма.

Piggy took back his glasses and looked at the smoke with pleasure.

Хрюша снова надел очки и, довольный, смотрел на костер.

"If only we could make a radio!"

- Хорошо бы радио сделать!

"Or a plane-"

- Или самолет бы...

"-or a boat."

- ...или лодку.

Ralph dredged in his fading knowledge of the world.

Ральф поворошил в памяти блекнувшие представленья о мире.

"We might get taken prisoner by the Reds."

- Мы бы в плен к красным могли попасть.

Eric pushed back his hair.

Эрик откинул волосы со лба.

"They'd be better than-"

- Лучше бы уж они, чем...

He would not name people and Sam finished the sentence for him by nodding along the beach.

Переходить на личности он не стал, и Сэм кончил за него фразу, кивнув вдоль берега.

Ralph remembered the ungainly figure on a parachute.

Ральф вспомнил нелепо мотающееся под парашютом тело.

"He said something about a dead man." He flushed painfully at this admission that he had been present at the dance.

-Он же что-то насчет мертвеца говорил... - И страшно покраснел, выдав, что присутствовал на том танце.

He made urging motions at the smoke with his body.

Он весь подался к костру:

"Don't stop-go on up!"

- Нет-нет! Только не гасни!

"Smoke's getting thinner."

- Совсем стал жидкий.

"We need more wood already, even when it's wet."

- Еще дерево нужно, хоть и сырое.

"My asthma-"

- У меня астма...

The response was mechanical.

И - неизбежный ответ:

"Sucks to your ass-mar."

- Слыхали про твою какассыму.

"If I pull logs about, I get my asthma bad.

- Если я бревна опять стану таскать, меня астма схватит.

I wish I didn't, Ralph, but there it is."

Я сам не рад, Ральф, но тут куда же денешься?

The three boys went into the forest and fetched armfuls of rotten wood.

Втроем пошли в лес, принесли охапки гнилых сучьев.

Once more the smoke rose, yellow and thick.

Снова поднялся густой желтый дым.

"Let's get something to eat."

- Давайте поедим чего-нибудь.

Together they went to the fruit trees, carrying their spears, saying little, cramming in haste.

Все вместе пошли к фруктовым деревьям, захватив с собой копья, и торопливо, молча, долго набивали животы.

When they came out of the forest again the sun was setting and only embers glowed in the fire, and there was no smoke.

Солнце уже садилось, когда они вышли из лесу, и только угли дотлевали в золе, и дыма не было.

"I can't carry any more wood," said Eric. "I'm tired."

- Я больше не могу ветки таскать, - сказал Эрик. -Я устал.

Ralph cleared his throat.

Ральф откашлялся:

"We kept the fire going up there."

- Наверху костер у нас все время горел.

"Up there it was small.

-Так тот маленький был.

But this has got to be a big one."

А здесь большой нужно.

Ralph carried a fragment to the fire and watched the smoke that drifted into the dusk.

Ральф подкинул в костер щепочку и проводил взглядом качнувшуюся в сумерках струю.

' 'We've got to keep it going."

- Надо, чтоб он горел.

Eric flung himself down.

Эрик растянулся плашмя.

"I'm too tired.

- Нет, я совсем устал.

And what's the good?"

Да и какой смысл?

"Eric!" cried Ralph in a shocked voice. "Don't talk like that!"

- Эрик! - выкрикнул Ральф. - Ты не смей так говорить!

Sam knelt by Eric.

Сэм встал на колени с Эриком рядом:

"Well-what is the good?"

- Точно. Ну какой, какой смысл?

Ralph tried indignantly to remember.

Ральф негодуя старался вспомнить.

There was something good about a fire.

С костром было связано что-то хорошее.

Something overwhelmingly good.

Что-то потрясающе важное...

"Ralph's told you often enough," said Piggy moodily. "How else are we going to be rescued?"

- Ральф вам уже сто раз говорил, - проворчал Хрюша. - Как же вы еще хочете, чтоб нас спасли?

"Of course!

- Именно!

If we don't make smoke-"

Если у нас не будет дыма...

He squatted before them in the crowding dusk.

И он сел перед ними на корточки в загустевших сумерках.

"Don't you understand?

- Неужели вы не понимаете?

What's the good of wishing for radios and boats?"

Что толку мечтать о лодках, о радио?

He held out his hand and twisted the fingers into a fist

Он вытянул руку, сжал кулак.

"There's only one thing we can do to get out of this mess.

- У нас только один способ отсюда выбраться.

Anyone can play at hunting, anyone can get us meat-"

Кто-то там пусть играет в охоту, пусть добывает мясо...

He looked from face to face.

Он переводил взгляд с одного лица на другое.

Then, at the moment of greatest passion and conviction, that curtain flapped in his head and he forgot what he had been driving at.

Но в минуту наивысшего подъема и убежденности вдруг этот занавес заколыхался у него в голове, и сразу он совершенно сбился.

He knelt there, his fist clenched, gazing solemnly from one to the other. Then the curtain whisked back.

Он стоял на коленях, сжимал кулак, важно переводил взгляд с одного лица на другое... Наконец занавес снова взвился.

"Oh, yes.

- Ах, ну да.

So we've got to make smoke; and more smoke-"

А наше, значит, дело - дым. И чтоб побольше дыма...

"But we can't keep it going!

- Но не получается же у нас!

Look at that!"

Смотри!

The fire was dying on them.

Костер догорал.

"Two to mind the fire," said Ralph, half to himself, "that's twelve hours a day."

- По двое - следить за костром, - бормотал про себя Ральф. - Это выходит по двенадцати часов в сутки...

"We can't get any more wood, Ralph-"

- Ральф, мы больше не можем таскать дрова...

"-not in the dark-"

- Темно же...

"-not at night-"

- Ночь же...

"We can light it every morning," said Piggy. "Nobody ain't going to see smoke in the dark.'

- Мы можем его зажигать каждое утро, - сказал Хрюша. - В темноте дым никто никогда не увидит.

Sam nodded vigorously.

Сэм убежденно затряс головой.

"It was different when the fire was-"

- Другое дело, когда костер был...

"-up there."

- Наверху.

Ralph stood up, feeling curiously defenseless with the darkness pressing in.

Ральф встал, чувствуя странную беззащитность перед давящей тьмой.

"Let the fire go then, for tonight."

- Ладно. Пусть ночью не горит.

He led the way to the first shelter, which still stood, though battered.

Он пошел к первому шалашу, который еще стоял, хоть и шатался.

The bed leaves lay within, dry and noisy to the touch.

Груды листьев лежали тут, сухие и шумные на ощупь.

In the next shelter a littlun was talking in his sleep.

В соседнем шалаше малыш говорил со сна.

The four biguns crept into the shelter and burrowed under the leaves.

Четверо старших залезли в шалаш и зарылись в листья.

The twins lay together and Ralph and Piggy at the other end.

Близнецы легли рядышком, Ральф с Хрюшей - в другом углу.

For a while there was the continual creak and rustle of leaves as they tried for comfort.

Листья долго шуршали, скрипели, пока они устраивались на ночлег.

"Piggy"

- Хрюш.

"Yeah?" "All right?"

-Ты как - ничего?

"S'pose so."

- Да ничего вроде.

At length, save for an occasional rustle, the shelter was silent.

Наконец - только изредка шорох и хруст - в шалаше стало тихо.

An oblong of blackness relieved with brilliant spangles hung before them and there was the hollow sound of surf on the reef.

За низким входом висела утыканная звездами чернота, и с полым гулом набегали на риф волны.

Ralph settled himself for his nightly game of supposing...

Ральф, как всегда по ночам, стал играть в "вот если бы..."

Supposing they could be transported home by jet, then before morning they would land at that big airfield in Wiltshire.

Вот если бы их отправили домой на реактивном, они бы уже к утру были на том большом аэродроме в Уилтшире.

They would go by car; no, for things to be perfect they would go by train; all the way down to Devon and take that cottage again.

Потом поехали бы на машине. Нет, для полного счастья лучше на поезде. И прямо бы до Девона. И опять бы в тот дом.

Then at the foot of the garden the wild ponies would come and look over the wall...

И дикие пони опять подходили б к забору и заглядывали бы в сад...

Ralph turned restlessly in the leaves.

Ральф беспокойно завертелся под листьями.

Dartmoor was wild and so were the ponies.

В Дартмуре вообще дико, вот и дикие пони.

But the attraction of wildness had gone.

Дикость его больше не привлекала.

His mind skated to a consideration of a tamed town where savagery could not set foot.

Мечты повернулись к обузданной прирученности города, где нет места дикарству.

What could be safer than the bus center with its lamps and wheels? All at once, Ralph was dancing round a lamp standard. There was a bus crawling out of the bus station, a strange bus...

Что может быть безопасней автобусной станции, там колеса, там фонари... Уже Ральф танцевал вокруг фонаря, и автобус полз от стоянки -странный автобус...

"Ralph!

- Ральф!

Ralph!"

Ральф!

"What is it?"

-А? Что?

"Don't make a noise like that-"

-Ты не надо так шуметь.

"Sorry."

- Извини.

From the darkness of the further end of the shelter came a dreadful moaning and they shattered the leaves in their fear.

Тьму в дальнем углу прорезал ужасный стон, и их затрясло под листьями.

Sam and Eric, locked in an embrace, were fighting each other.

Сэм и Эрик дрались, вцепившись друг в дружку.

"Sam!

- Сэм!

Sam!"

Сэм!

"Hey-Eric!"

- Эй! Эрик!

Presently all was quiet again.

И снова все успокоилось.

Piggy spoke softly to Ralph.

Хрюша тихонько сказал:

"We got to get out of this."

- Нам пора мотать отсюдова.

"What d'you mean?"

-Ты про что это?

"Get rescued."

- Чтоб нас спасли.

For the first time that day, and despite the crowding blackness, Ralph sniggered.

Впервые за день и несмотря на давящую тьму, Ральф прыснул.

"I mean it," whispered Piggy. "If we don't get home soon we'll be barmy."

- Нет, правда, - шептал Хрюша. - Если нас скоро не спасут, то все - мы свихнемся.

"Round the bend."

-...и будем немного того.

"Bomb happy."

- ...психи ненормальные!

"Crackers."

- ...шизики!

Ralph pushed the damp tendrils of hair out of his eyes.

Ральф сдунул с лица взмокшую прядку.

"You write a letter to your auntie."

- А ты тете своей напиши.

Piggy considered this solemnly.

Хрюша всерьез призадумался:

"I don't know where she is now.

-Я не знаю, где она теперь.

And I haven't got an envelope and a stamp.

И у меня конверта нету. И марки.

An' there isn't a mailbox.

И здесь почтового ящика нету.

Or a postman."

И почтальона.

The success of his tiny joke overcame Ralph.

Ральф не ожидал от своей шутки такого успеха.

His sniggers became uncontrollable, his body jumped and

Он давился смехом, он весь дергался, трясся.

Piggy rebuked him with dignity.

Хрюша с достоинством укорял:

"I haven't said anything all that funny."

- Я ничего не сказал такого ужасно смешного.

Ralph continued to snigger though his chest hurt.

Ральф хихикал, ему уже стало невмоготу.

His twitchings exhausted him till he lay, breathless and woebegone, waiting for the next spasm.

Он мучился и, сокрушенно, задыхаясь, лежал и ждал, когда на него опять нападет смех.

During one of these pauses he was ambushed by sleep.

Во время одной из таких пауз его подстерег сон.

"Ralph!

- Ральф!

You been making a noise again.

Опять ты шумишь.

Do be quiet, Ralph-because."

Ты лучше тихо, а, Ральф, а то...

Ralph heaved over among the leaves.

Ральф приподнялся и сел.

He had reason to be thankful that his dream was broken, for the bus had been nearer and more distinct

Он был благодарен прервавшему его сон Хрюше, потому что автобус приблизился и стал уже виден ясней.

"Why-because?"

- Что - а то?

"Be quiet-and listen."

- Тш-ш. Слушай.

Ralph lay down carefully, to the accompaniment of a long sigh from the leaves.

Ральф улегся, осторожно, под долгие вздохи листвы.

Eric moaned something and then lay still.

Эрик простонал что-то и успокоился.

The darkness, save for the useless oblong of stars, was blanket-thick.

Тьма, кроме глупой полоски звезд, была плотная, как войлок.

"I can't hear anything,"

- Я ничего не слышу.

"There's something moving outside."

-Там снаружи шевелится что-то.

Ralph's head prickled.

Ральфу сжало виски.

The sound of his blood drowned all else and then subsided.

Шум крови в ушах утопил все звуки, потом затих.

"I still can't hear anything."

- Нет, ничего не слышу.

"Listen.

- А ты слушай.

Listen for a long time."

Ты подольше послушай.

Quite clearly and emphatically, and only a yard or so away from the back of the shelter, a stick cracked.

Ясно, отчетливо и в двух шагах от шалаша хрустнул сучок.

The blood roared again in Ralph's ears, confused images chased each other through his mind.

Снова кровь загремела в ушах у Ральфа, в мозгу замелькали смутные, смешанные образы.

A composite of these things was prowling round the shelters.

Их совокупность осаждала шалаш.

He could feel Piggy's head against his shoulder and the convulsive grip of a hand.

Хрюшина голова ткнулась ему в плечо, рука стиснула его руку.

"Ralph!

- Ральф!

Ralph!"

Ральф!

"Shut up and listen."

- Тихо ты. Слушай.

Desperately, Ralph prayed that the beast would prefer littluns.

Ральф взмолился в отчаянье, чтобы зверь предпочел малышей.

A voice whispered horribly outside.

Страшный шепот шипел у входа:

"Piggy-Piggy-"

- Хрюша... Хрюша...

"It's come! gasped Piggy. It's real!"

- Пришел! - задохнулся Хрюша. - Он вправду есть!

He clung to Ralph and reached to get his breath.

Он глотал воздух и жался к Ральфу.

"Piggy, come outside.

- Хрюша, выходи.

I want you, Piggy."

Ты нужен мне, Хрюша.

Ralph's mouth was against Piggy's ear.

Губы Ральфа были у самого Хрюшиного уха:

"Don't say anything."

- Молчи.

"Piggy-where are you, Piggy?"

- Хрюша, Хрюша, где ты, Хрюша?

Something brushed against the back of the shelter.

Что-то прошуршало в тылу шалаша.

Piggy kept still for a moment, then he had his asthma.

Хрюша на мгновенье замер. И у него началась его астма.

He arched his back and crashed among the leaves with his legs.

Он весь выгнулся, забил ногами по листьям.

Ralph rolled away from him.

Ральф откатился от него.

Then there was a vicious snarling in the mouth of the shelter and the plunge and thump of living things.

Потом был страшный рев у входа. Плюхнулось, бухнулось живое что-то.

Someone tripped over Ralph and Piggy's corner became a complication of snarls and crashes and flying limbs.

Кто-то споткнулся об Ральфа, перелетел через него. В Хрюшином углу все смешалось - рев, хруст, мельканье рук, ног.

Ralph hit out; then he and what seemed like a dozen others were rolling over and over, hitting, biting, scratching.

Ральф наугад колотил кулаками во тьме; потом он и еще кто-то, человек, кажется, десять, катались, катались по листьям, били, кусались, царапались.

He was torn and jolted, found fingers in his mouth ana bit them.

Его трясли, рвали, кто-то сунул пальцы ему в рот, он укусил эти пальцы.

A fist withdrew and came back like a piston, so that the whole shelter exploded into light Ralph twisted sideways on top of a writhing body and felt hot breath on his cheek He began to pound the mouth below him, using his clenched fist as a hammer; he hit with more and more passionate hysteria as the face became slippery.

Рука отдернулась и тут же, как поршень, ударил кулак, и шалаш затрясся, посыпались искры. Ральф отпрянул, попал на корчащееся тело, ему горячо дохнули в щеку. Он колотил, молотил кулаком по горячо дышавшему рту. Он распалялся, он колотил, бил, а лицо под кулаком уже сделалось скользкое.

A knee jerked up between his legs and he fell sideways, busying himself with his pain, and the fight rolled over him.

Потом между ног ему всунулась коленка, и он упал, он все забыл от боли, а через него уже валились сцепившиеся тела.

Then the shelter collapsed with smothering finality; and the anonymous shapes fought their way out and through.

Шалаш рухнул, бесповоротно завершая сраженье.

Dark figures drew themselves out of the wreckage and flitted away, till the screams of the littluns and Piggy's gasps were once more audible.

Неизвестные заметались, темными тенями выскользнули из развалин и унеслись прочь, и тогда стал слышен вой малышей и свистящий хрип Хрюши.

Ralph called out in a quavering voice.

Ральф кричал срывающимся голосом:

"All you littluns, go to sleep.

- Малыши! Идите все спать!

We've bad a fight with the others. Now go to sleep."

Это мы дрались с теми, а теперь - спать.

Samneric came close and peered at Ralph.

Близнецы подошли вплотную и разглядывали Ральфа.

"Are you two all right?"

- Вы оба как - в порядке?

"I think so-"

- Вроде...

"-I got busted."

- А мне попало.

"So did I.

- И мне.

How's Piggy?"

А как же Хрюша?

They hauled Piggy clear of the wreckage and leaned him against a tree.

Они выволокли Хрюшу из-под веток и прислонили спиной к дереву.

The night was cool and purged of immediate terror.

В ночи была прохлада и облегченье после недавнего ужаса.

Piggy's breathing was a little easier.

И Хрюша дышал уже легче.

"Did you get hurt, Piggy?"

- Хрюша, тебя не покалечило?

"Not much."

- Да нет...

"That was Jack and his hunters," said Ralph bitterly. "Why can't they leave us alone?"

- Это Джек со своими охотниками, - сказал Ральф горько. - И чего им от нас еще надо?

"We gave them something to think about," said Sam.

- Зато мы им всыпали по первое число, - сказал Сэм.

Honestly compelled him to go on. "At least you did.

Честность вынуждала его продолжить. - Ну, то есть вы, конечно.

I got mixed up with myself in a corner."

Я в углу у себя как-то застрял.

"I gave one of 'em what for," said Ralph, I smashed him up all right.

- Да, я одного как следует сделал, - сказал Ральф. -Раскрасил его что надо.

He won't want to come and fight us again in a hurry."

Теперь подумает, прежде чем снова к нам сунуться.

"So did I," said Eric. "When I woke up one was kicking me in the face... I got an awful bloody face, I think, Ralph.

- И я, - сказал Эрик. - Я спал, а он меня ка-ак саданет по морде. Ральф, у меня, наверное, все лицо в крови?

But I did him in the end."

Но я ему тоже хорошо дал.

"What did you do?"

- А ты его как?

"I got my knee up," said Eric with simple pride, "and I hit him with it in the pills.

- Коленкой, - бесхитростно хвастал Эрик, - ка-ак двину между ног.

You should have heard him holler!

Ох, он орал!

He won't come back in a hurry either.

Ты б послушал.

So we didn't do too badly."

Так что мы их неплохо отделали.

Ralph moved suddenly in the dark; but then he heard Eric working at his mouth.

Вдруг Ральф шелохнулся во тьме. Но потом услышал, как Эрик что-то делает пальцем во рту.

"What's the matter?"

-Ты чего?

"Jus' a tooth loose."

- Да так. Зуб шатается просто.

Piggy drew up his legs.

Хрюша подтянул ноги.

"You all right, Piggy?"

-Ты уже ничего, Хрюш?

"I thought they wanted the conch."

- Я-то думал, они за рогом пришли.

Ralph trotted down the pale beach and jumped on to the platform.

Ральф затрусил по бледному берегу и вспрыгнул на площадку.

The conch still glimmered by the chiefs seat He gazed for a moment or two, then went back to Piggy.

На сиденье главного мирно мерцал рог. Ральф постоял, посмотрел и вернулся к Хрюше.

"They didn't take the conch."

- Рог они оставили.

"I know.

- Я знаю.

They didn't come for the conch.

Они не за рогом приходили.

They came for something else.

Они за другим.

Ralph-what am I going to do?"

Ральф! Что же мне делать?

Far off along the bowstave of beach, three figures trotted toward the Castle Rock.

Уже в отдаленье, по береговой луке, трое трусили в сторону замка.

They kept away from the forest and down by the water.

Они держались ближе к воде, от леса подальше.

Occasionally they sang softly; occasionally they turned cartwheels down by the moving streak of phosphorescence.

То вдруг принимались тихонько петь, то вдруг кувыркались колесом вдоль светящейся кромки.

The chief led them, trotting steadily, exulting in his achievement He was a chief now in truth; and he made stabbing motions with his spear.

Вождь ровно трусил впереди, наслаждаясь победой; он был теперь настоящий вождь; и он на бегу пронзал воздух копьем.

From his left hand dangled Piggy's broken glasses.

В левой руке у него болтались Хрюшины разбитые очки.

Chapter Eleven.

Глава одиннадцатая

Castle Rock

ЗАМОК

In the short chill of dawn the four boys gathered round the black smudge where the fire had been, while Ralph knelt and blew.

В недолгой рассветной прохладе все четверо собрались возле черного пятна, на месте костра, и Ральф стоял на коленках и дул на золу.

Grey, feathery ashes scurried hither and thither at his breath but no spark shone among them The twins watched anxiously and Piggy sat expressionless behind the luminous wall of his myopia.

Серый, перистый пепел взлетал от его стараний, но не появлялось ни искорки. Близнецы смотрели тревожно, Хрюша с отрешенным лицом сидел за блестящей стеною своей близорукости.

Ralph continued to blow till his ears were singing with the effort, but then the first breeze of dawn took the job off his hands and blinded him with ashes.

Ральф дул, пока у него не зазвенело в ушах от натуги, но вот первый утренний бриз, отбив у него работу, засыпал ему глаза пеплом.

He squatted back, swore, and rubbed water out of his eyes.

Ральф отпрянул, выругался, вытер слезы.

"No use."

- Все без толку.

Eric looked down at him through a mask of dried blood.

Эрик смотрел на него сверху вниз из-под маски запекшейся крови.

Piggy peered in the general direction of Ralph.

Хрюша повернул в сторону Ральфа пустой взгляд:

"'Course it's no use, Ralph.

- Конечно, без толку, Ральф.

Now we got no fire."

Мы без огня теперь.

Ralph brought his face within a couple of feet of Piggy's.

Ральф придвинул лицо поближе к Хрюшиному:

"Can you see me?"

- Ну, а так-то ты меня видишь?

"A bit."

- Чуть-чуть.

Ralph allowed the swollen flap of his cheek to close his eye again.

Глаз Ральфа снова спрятался за вздутой щекой.

"They've got our fire."

- Они, отобрали у нас огонь...

Rage shrilled his voice.

Его голос сорвался от бешенства:

"They stole it!"

- Украли!

"That's them," said Piggy. They blinded me.

- Вот они какие, - сказал Хрюша. - Я из-за них слепой.

See?

Понимаешь?

That's Jack Merridew.

Вот он, Джек Меридью.

You call an assembly, Ralph, we got to decide what to do."

Ты созови собрание, Ральф, нам надо решить, что делать.

"An assembly for only us?"

- Самих себя созывать?

"It's all we got.

- Раз больше нет никого.

Sam-let me hold on to you."

Сэм, дай-ка я за тебя ухвачусь.

They went toward the platform.

Они пошли к площадке.

"Blow the conch," said Piggy. "Blow as loud as you can."

- Ты протруби в рог, - сказал Хрюша. - Ты изо всех сил протруби.

The forest re-echoed; and birds lifted, crying out of the treetops, as on that first morning ages ago.

В лесу зашлось эхо. Взмыли птицы, голося над верхушками, как в то давнее-давнее первое утро.

Both ways the beach was deserted.

Берег по обе стороны площадки был пуст.

Some littluns came from the shelters.

Несколько малышей шли от укрытий.

Ralph sat down on the polished trunk and the three others stood before him.

Ральф сел на отполированный ствол, трое стали рядом.

He nodded, and Samneric sat down on the right.

Он кивнул, Эрик и Сэм сели справа.

Ralph pushed the conch into Piggy's hands.

Ральф сунул рог в руки Хрюше.

He held the shining tiling carefully and blinked at Ralph.

Хрюша стоял и моргал, бережно держа сверкающую раковину.

"Go on, then."

- Ну, что же ты - говори.

"I just take the conch to say this.

- Я только одно хочу сказать.

I can't see no more and I got to get my glasses back.

Я теперь ничего не вижу, и пускай мне отдадут мои очки.

Awful things has been done on this island.

На нашем острове ужасные вещи делаются.

I voted for you for chief.

Я за тебя голосовал, Ральф, я тебя выбирал главным.

He's the only one who ever got anything done.

Ну а он, он все это делает.

So now you speak, Ralph, and tell us what.

Так что ты выступи, Ральф, и чего-нибудь нам скажи.

Or else-"

А то...

Piggy broke off, sniveling.

Хрюша оборвал свою речь и всхлипнул.

Ralph took back the conch as he sat down.

Он сел, и Ральф взял у него рог.

"Just an ordinary fire.

- Обыкновенный костер.

You'd think we could do that, wouldn't you?

Неужели так это трудно? Правда же?

Just a smoke signal so we can be rescued.

Просто сигнал, чтобы нас спасли.

Are we savages or what?

Мы что - дикари или кто мы?!

Only now there's no signal going up.

И вот теперь нет сигнала.

Ships may be passing.

Мимо может пройти корабль.

Do you remember how he went hunting and the fire went out and a ship passed by?

Помните, он тогда на охоту ушел и костер погас, а мимо прошел корабль?

And they all think he's best as chief.

И они еще думают, он настоящий вождь.

Then there was, there was... that's his fault, too.

Ну, а потом, потом было... И это ведь тоже из-за него.

If it hadn't been for him it would never have happened.

Не он бы - никогда бы этого не было.

Now Piggy can't see, and they came, stealing-" Ralph's voice ran up "-at night, in darkness, and stole our fire.

А теперь вот Хрюша не видит ничего, приходят, крадут... - У Ральфа дрожал голос. - ...Ночью пришли, в темноте, и украли у нас огонь.

They stole it.

Взяли и украли.

We'd have given them fire if they'd asked.

Мы бы и так им дали огня, если б они попросили.

But they stole it and the signal's out and we can't ever be rescued.

А они украли, и теперь сигнала нет, и нас никогда не спасут.

Don't you see what I mean?

Понимаете?

We'd have given them fire for themselves only they stole it.

Мы бы сами им дали огня, а они взяли и украли.

I-"

Я...

He paused lamely as the curtain flickered in his brain.

Он неловко запнулся. Мысли опять застилал этот занавес.

Piggy held out his hands for the conch.

Хрюша вытягивал руки за рогом.

"What you goin' to do, Ralph?

- Ральф, что ты делать-то будешь?

This is jus' talk without deciding.

Это все слова одни, а ведь надо решать.

I want my glasses."

Я не могу без очок.

"I'm trying to think Supposing we go, looking like we used to, washed and hair brushed-after all we aren't savages really and being rescued isn't a game-"

- Дай подумать. Может, пойти к ним, как мы раньше были - причесаться, помыться? Мы же правда не дикари и насчет спасенья не игра какая-то...

He opened the flap of his cheek and looked at the twins.

Он прижал пальцем вспухшую щеку и глянул на близнецов.

"We could smarten up a bit and then go-"

- Немножко приведем себя в порядок и двинемся...

"We ought to take spears," said Sam. "Even Piggy."

- Копья возьмем, - сказал Сэм. - У Хрюша пусть тоже.

"-because we may need them."

- Ага. Вдруг пригодятся.

"You haven't got the conch!"

- Рог не у тебя!

Piggy held up the shell.

Хрюша поднял раковину.

"You can take spears if you want but I shan't.

- Если хочете, можете копья брать, а я не буду!

What's the good?

Что за радость?

I'll have to be led like a dog, anyhow.

Меня все равно как собаку придется вести.

Yes, laugh.

Ладно, посмейтесь.

Co on, laugh.

Очень смешно.

There's them on this island as would laugh at anything.

То-то тут все время смеются.

And what happened?

А что выходит?

What's grown-ups goin' to think?

Что взрослые скажут?

Young Simon was murdered.

Саймона - убили.

And there was that other kid what had a mark on his face.

А того малыша, с отметиной... Видел его кто?

Who's seen him since we first come here?"

Хоть раз с тех пор, когда...

"Piggy!

- Хрюша!

Stop a minute!"

Минуточку!..

"I got the conch.

- У меня рог.

I'm going to that Jack Merridew an' tell him, I am."

Нет, я лично пойду прямо к Джеку Меридью и все ему выложу.

"You'll get hurt."

- Тебе не поздоровится.

"What can he do more than he has?

- Да что он мне еще-то, теперь-то уж сделает?

I'll tell him what's what.

Я скажу ему что к чему.

You let me carry the conch, Ralph.

Я понесу рог, можно, а, Ральф?

I'll show him the one thing he hasn't got."

Я покажу ему кое-что, чего ему не хватает.

Piggy paused for a moment and peered round at the dim figures.

Хрюша умолк, переждал мгновенье, оглядел неясные пятна лиц.

The shape of the old assembly, trodden in the grass, listened to him.

Тень былых вытоптавших траву собраний прислушивалась к его речи.

"I'm going to him with this conch in my hands.

- Я пойду к нему с рогом в руках.

I'm going to hold it out.

Я подниму рог.

Look, I'm goin' to say, you're stronger than I am and you haven't got asthma.

Я скажу ему - так, мол, и так, скажу, ты, конечно, сильней меня, у тебя нету астмы.

You can see, I'm goin' to say, and with both eyes.

И ты видишь прекрасно, скажу, ты обоими глазами видишь.

But I don't ask for my glasses back, not as a favor.

Но я у тебя не прошу мои очки, я у тебя их не клянчу.

I don't ask you to be a sport, I'll say, not because you're strong, but because what's right's right.

И я не стану тебя упрашивать, мол, будь человеком. Потому что неважно, сильный ты или нет, а честность есть честность!

Give me my glasses, I'm going to say-you got to!"

Так что отдавай мне мои очки, скажу, ты обязан отдать!

Piggy ended, flushed and trembling.

Хрюша закончил. Он был весь красный и дрожал.

He pushed the conch quickly into Ralph's hands as though in a hurry to be rid of it and wiped the tears from his eyes.

Сунул рог Ральфу, будто хотел поскорей от него отделаться, и вытер слезы.

The green light was gentle about them and the conch lay at Ralph's feet, fragile and white.

Тихий зеленый свет обливал их, рог лежал у Ральфа в ногах, белый и хрупкий.

A single drop of water that had escaped Piggy's fingers now flashed on the delicate curve like a star.

Единственная капелька, протекшая между Хрюшиных пальцев, звездой горела на сияющем выгибе.

At last Ralph sat up straight and drew back his hair.

Ральф наконец выпрямился и откинул волосы со лба.

"All right.

- Ладно.

I mean-you can try if you like.

То есть попробуй, если хочешь.

Well go with you."

Мы тоже пойдем.

"He'll be painted," said Sam, timidly. "You know how he'll be-"

- Он же раскрашенный будет, - сомневался Сэм. -Знаете сами, какой он будет...

"-he won't think much of us-"

- Не очень-то он нас испугался...

"-if he gets waxy we've had it-"

- Если он взбесится, мы не обрадуемся...

Ralph scowled at Sam.

Ральф хмуро глянул на Сэма.

Dimly he remembered something that Simon had said to him once, by the rocks.

Ему смутно вспоминалось что-то, что Саймон говорил тогда, среди скал.

"Don't be silly," he said.

- Глупостей не болтай, - сказал он.

And then he added quickly,

И тут же прибавил:

"Let's go."

- Значит, мы идем.

He held out the conch to Piggy who flushed, this time with pride.

Он протянул рог Хрюше, и тот вспыхнул, на сей раз от гордости.

"You must carry it."

- На, ты понесешь.

"When we're ready I'll carry it-" Piggy sought in his mind for words to convey his passionate willingness to carry the conch against all odds. "I don't mind. I'll be glad, Ralph, only I'll have to be led."

-Когда мы выступим, я его понесу... - Хрюша искал еще слов, чтоб выразить свою пламенную готовность стойко пронести рог через все невзгоды и трудности. - ...Я с удовольствием, Ральф. Хоть меня самого же вести придется.

Ralph put the conch back on the shining log.

Ральф снова положил рог на блестящий ствол.

"We better eat and then get ready."

- Сначала надо поесть, а уж потом отправимся.

They made their way to the devastated fruit trees.

Они пошли к разоренным фруктовым деревьям.

Piggy was helped to his food and found some by touch.

Хрюше помогли добраться до еды, и он искал ее ощупью.

While they ate, Ralph thought of the afternoon.

Пока ели, Ральф обдумывал план.

"We'll be like we were.

- Пойдем, как мы раньше были.

We'll wash-"

Помоемся...

Sam gulped down a mouthful and protested.

Сэм заглотал сочную мякоть и воспротивился.

"But we bathe every day!"

- Мы же купаемся каждый день!

Ralph looked at the filthy objects before him and sighed.

Ральф оглядел троих - чумазых, жалких, вздохнул:

"We ought to comb our hair.

- Надо бы волосы причесать.

Only it's too long."

Только уж очень они у нас длинные.

"I've got both socks left in the shelter," said Eric, "so we could pull them over our heads tike caps, sort of."

- У меня в шалаше гольфы остались, - сказал Эрик. - Можно их на голову надеть, шапочки будут такие.

"We could find some stuff," said Piggy, "and tie your hair back."

- Лучше чего-нибудь найдем, - сказал Хрюша, - и волосы вам сзади завяжем.

"Like a girl!"

- Ну да, как у девчонок!

"No.

- Зачем?

' Course not."

И вовсе не так.

"Then we must go as we are," said Ralph, "and they won't be any better."

- Ладно, пойдем как есть, - сказал Ральф. - Они тоже не лучше.

Eric made a detaining gesture.

Эрик вытянул руку, преграждая им путь.

"But they'll be painted!

- Они же раскрашены будут.

You know how it is."

Сами знаете...

The others nodded.

Все закивали.

They understood only too well the liberation into savagery that the concealing paint brought.

Они хорошо понимали, какое чувство дикости и свободы дарила защитная краска.

"Well, we won't be painted," said Ralph, "because we aren't savages."

- Ну и что? А мы не будем раскрашены, - сказал Ральф. - Потому что мы-то не дикари.

Samneric looked at each other.

Близнецы переглянулись.

"All the same-" Ralph shouted.

- А все-таки, может... Ральф крикнул:

"No paint!"

- Никакой краски!..

He tried to remember.

И опять он умолк, ловя ускользающую мысль.

"Smoke," he said, "we want smoke."

- Дым, - сказал он. - Нам нужен дым...

He turned on the twins fiercely.

Он яростно глянул на близнецов:

"I said 'smoke'!

- Дым, я говорю.

We've got to have smoke."

Нам нельзя без дыма!..

There was silence, except for the multitudinous murmur of the bees.

Было тихо, и только ныли надсадно пчелы.

At last Piggy spoke, kindly.

Потом Хрюша осторожно заговорил.

"Course we have.

- Ну да.

'Cos the smoke's a signal and we can't be rescued if we don't have smoke."

Дым ведь - сигнал, и без дыма нас никогда не спасут.

"I knew that!" shouted Ralph. He pulled his arm away from Piggy. "Are you suggesting-?"

- Сам знаю! - крикнул Ральф. - Он отдернул руку от Хрюши. - то же, по-твоему, я...

"I'm jus' saying what you always say," said Piggy hastily. "I'd thought for a moment..."

- Просто я сказал, чего ты всегда говоришь, -заторопился Хрюша. - Просто мне вдруг показалось...

"I hadn't," said Ralph loudly. "I knew it all the time.

- Ничего подобного, - громко сказал Ральф. - Я все время помню.

I hadn't forgotten."

Я не забыл...

Piggy nodded propitiatingly.

Хрюша уже тряс головой, смиренно, увещевающе:

"You're chief, Ralph.

- Ты же у нас Вождь, Ральф.

You remember everything."

Ты же, конечно, все помнишь.

"I hadn't forgotten."

-Я не забыл.

"'Course not."

- Ну конечно, нет.

The twins were examining Ralph curiously, as though they were seeing him for the first time.

Близнецы смотрели на Ральфа так, будто впервые его увидели.

They set off along the beach in formation.

Они отправились по берегу в боевом порядке.

Ralph went first, limping a little, his spear carried over one shoulder.

Первым шел Ральф, он прихрамывал и нес копье на плече.

He saw things partially, through the tremble of the heat haze over the flashing sands, and his own long hair and injuries.

Он плохо видел из-за дымки, дрожащей над сверканьем песков, собственных длинных волос и вспухшей щеки.

Behind him came the twins, worried now for a while but full of unquenchable vitality.

За ним шли близнецы, озабоченные, но не утратившие своей неисчерпаемой живости.

They said little but trailed the butts of their wooden spears; for Piggy had found that, by looking down and shielding his tired sight from the sun, he could just see these moving along the sand.

Они говорили мало, но прилежно волокли за собой копья, ибо Хрюша установил, что, опустив глаза, защитив их от солнца, он видит, как концы копий ползут по песку.

He walked between the trailing butts, therefore, the conch held carefully between his two hands.

И потому он ступал между копьями, бережно прижимая к груди рог.

The boys made a compact little group that moved over the beach, four plate-like shadows dancing and mingling beneath them.

Тесная группка двигалась по песку, четыре сплющенные тени плясали и путались у них под ногами.

There was no sign left of the storm, and the beach was swept clean like a blade that has been scoured.

От бури не осталось следа, берег блистал, как наточенное лезвие.

The sky and the mountain were at an immense distance, shimmering in the heat; and the reef was lifted by mirage, floating in a land of silver pool halfway up the sky.

Гора и небо сияли в жаре, в головокружительной дали; и приподнятый миражем риф плыл по серебряному пруду на полпути к небу.

They passed the place where the tribe had danced.

Прошли мимо того места, где танцевало тогда племя.

The charred sticks still lay on the rocks where the rain had quenched them but the sand by the water was smooth again.

Обугленные головни все еще лежали на камнях, где их загасило дождем, но снова был гладок песок у воды.

They passed this in silence.

Здесь они прошли молча.

No one doubted that the tribe would be found at the Castle Rock and when they came in sight of it they stopped with one accord.

Все четверо не сомневались, что племя окажется в Замке, и, когда Замок стал виден, не сговариваясь остановились.

The densest tangle on the island, a mass of twisted stems, black and green and impenetrable, lay on their left and tall grass swayed before them.

Заросли, самые густые на всем острове, зеленые, черные, непроницаемые, были слева от них, и высокая трава качалась впереди.

Now Ralph went forward.

Ральф шагнул вперед.

Here was the crushed grass where they had all lain when he had gone to prospect.

Вот примятая трава, где они лежали тогда, когда он ходил к бастиону.

There was the neck of land, the ledge skirting the rock, up there were the red pinnacles.

Дальше был перешеек, а потом огибающий скалу выступ и красные башенки сверху.

Sam touched his arm.

Сэм тронул его за руку.

"Smoke."

- Дым.

There was a tiny smudge of smoke wavering into the air on the other side of the rock.

Дымное пятнышко дрожало в небе по ту сторону скалы.

"Some fire-I don't think."

- Ну конечно - у них костер...

Ralph turned.

Ральф обернулся.

"What are we hiding for?"

- Чего это мы прячемся?

He stepped through the screen of grass on to the little open space that led to the narrow neck.

Он вышел из заслона травы на голое место перед перешейком.

"You two follow behind.

- Вы двое пойдете сзади.

I'll go first, then Piggy a pace behind me.

Первым пойду я, потом прямо за мной Хрюша.

Keep your spears ready."

Копья держите наготове.

Piggy peered anxiously into the luminous veil that hung between him and the world.

Хрюша тревожно вглядывался в сверкающую пелену, отзанавесившую его от мира:

"Is it safe?

- Тут не опасно?

Ain't there a cliff?

Не обрыв?

I can hear the sea."

Я слышу море...

"You keep right close to me."

- Держись ко мне поближе.

Ralph moved forward on to the neck.

Ральф ступил на перешеек.

He kicked a stone and it bounded into the water.

Пнул камень, и тот плеснулся в воде.

Then the sea sucked down, revealing a red, weedy square forty feet beneath Ralph's left arm.

Потом море вздохнуло, всасывая волну, и в сорока футах внизу, слева от Ральфа обнажился красный мшистый квадрат.

"Am I safe?" quavered Piggy. "I feel awful-"

- А я не свалюсь? - мучился Хрюша. - Мне так жутко!

High above them from the pinnacles came a sudden shout and then an imitation war-cry that was answered by a dozen voices from behind the rock.

С высоты из-за башенок по ним вдруг ударил окрик, потом прогремел воинский клич, и дюжина голосов отозвалась на него из-за скалы.

"Give me the conch and stay still."

- Давай сюда рог и не шевелись.

"Halt!

- Стой!

Who goes there?"

Кто идет?

Ralph bent back his head and glimpsed Roger's dark face at the top.

Ральф запрокинул голову и различил наверху темное лицо Роджера.

"You can see who I am!" he shouted. "Stop being silly!"

- Сам видишь, - крикнул Ральф. - Хватит тебе дурачиться!

He put the conch to his lips and began to blow.

Он поднес рог к губам и стал трубить.

Savages appeared, painted out of recognition, edging round the ledge toward the neck.

Дикари, раскрашенные до неузнаваемости, спускались по выступу на перешеек.

They carried spears and disposed themselves to defend the entrance.

В руках у них были копья, и они изготовлялись защищать подступы к бастиону.

Ralph went on blowing and ignored Piggy's terrors.

Ральф трубил, не обращая внимания на Хрюшин страх.

Roger was shouting.

Роджер кричал:

"You mind out-see?"

- Не подходи, говорю! Слышишь?

At length Ralph took his lips away and paused to get his breath back.

Ральф наконец отнял рог ото рта.

His first words were a gasp, but audible.

С трудом, но достаточно громко он выдохнул:

"-calling an assembly."

- ...Созываю собрание.

The savages guarding the neck muttered among themselves but made no motion.

Охраняющие перешеек дикари перешептывались, но не трогались с места.

Ralph walked forwards a couple of steps.

Ральф прошел вперед еще два шага.

A voice whispered urgently behind him.

Сзади шуршал заклинающий шепот:

"Don't leave me, Ralph."

- Не оставляй меня, Ральф.

"You kneel down," said Ralph sideways, "and wait till I come back."

- Ты стань на коленки, - бросил Ральф через плечо. - И жди, пока я вернусь.

He stood halfway along the neck and gazed at the savages intently.

Он остановился посреди перешейка и внимательно разглядывал дикарей.

Freed by the paint, they had tied their hair back and were more comfortable than he was.

Непринужденные, вольные за своей краской, они позавязывали сзади волосы, и им было куда удобней, чем ему.

Ralph made a resolution to tie his own back afterwards.

Ральф тут же решил, что потом непременно тоже так сделает.

Indeed he felt Eke telling them to wait and doing it there and then; but that was impossible.

Он даже чуть не попросил их обождать, чтоб распорядиться со своими волосами, не сходя с места; но было не до того.

The savages sniggered a bit and one gestured at Ralph with his spear.

Дикари хихикали, и один поманил Ральфа копьем.

High above, Roger took his hands off the lever and leaned out to see what was going on.

Высоко наверху Роджер отнял руки от рычага и тянул шею, засматривая вниз.

The boys on the neck stood in a pool of their own shadow, diminished to shaggy heads.

Мальчики на перешейке, сведенные к трем косматым головам, тонули в луже собственной тени.

Piggy crouched, his back shapeless as a sack.

Хрюша обвисал между ними круглым мешком.

"I'm calling an assembly."

- Я созываю собрание.

Silence.

Ни звука.

Roger took up a small stone and flung it between the twins, aiming to miss.

Роджер взял камешек и запустил в близнецов, целясь мимо.

They started and Sam only just kept his footing.

Они отпрянули, Сэм чуть не свалился в воду.

Some source of power began to pulse in Roger's body.

В теле Роджера уже бил темный источник силы.

Ralph spoke again, loudly.

Ральф снова сказал - громко.

"I'm calling an assembly."

- Я созываю собрание.

He ran his eye over them.

Он пробежал взглядом по дикарям:

"Where's Jack?"

-Где Джек?

The group of boys stirred and consulted.

Дикари переминались, советовались.

A painted face spoke with the voice of Robert.

Раскрашенное лицо сказало голосом Роберта:

"He's hunting.

- Он охотится.

And he said we weren't to let you in."

И он не велел нам тебя пускать.

"I've come to see about the fire," said Ralph, "and about Piggy's specs."

- Я пришел к вам из-за огня, - сказал Ральф. - И насчет Хрюшиных очков.

The group in front of him shifted and laughter shivered outwards from among them, light, excited laughter that went echoing among the tall rocks.

Группка перед ним сомкнулась, и над ней задрожал смех, легкий, радостный смех, эхом отлетавший от высоких скал.

A voice spoke from behind Ralph.

Позади Ральфа раздался голос:

"What do you want?"

- Тебе чего от нас надо?

The twins made a bolt past Ralph and got between him and the entry.

Близнецы метнулись из-за спины Ральфа и встали перед ним.

He turned quickly.

Он рывком повернулся.

Jack, identifiable by personality and red hair, was advancing from the forest A hunter crouched on either side.

Джек, узнаваемый по рыжим волосам и повадке, шел из лесу. По бокам преданно трусили двое охотников.

All three were masked in black and green.

Все трое были размалеваны зеленой и черной краской.

Behind them on the grass the headless and paunched body of a sow lay where they had dropped it.

Позади них, на траве, осталась вспоротая и обезглавленная свиная туша.

Piggy wailed.

Хрюша стонал:

"Ralph! Don't leave me!"

-Не бросай меня! Ральф!

With ludicrous care he embraced the rock, pressing himself to it above the sucking sea.

Он с потешной осторожностью обнял камень, прижимаясь к нему над опавшим морем.

The sniggering of the savages became a loud derisive jeer.

Дикари уже не хихикали, они выли от смеха.

Jack shouted above the noise.

Джек крикнул, перекрывая шум:

"You go away, Ralph.

- Уходи, Ральф.

You keep to your end.

Сиди уж на своем конце острова.

This is my end and my tribe.

А тут моя территория и мое племя.

You leave me alone."

И отстань ты от меня!

The jeering died away.

Смех замер.

"You pinched Piggy's specs," said Ralph, breathlessly. "You've got to give them back."

- Ты сцапал Хрюшины очки, - задохнулся Ральф. -Ты обязан их отдать.

"Got to?

- Обязан?

Who says?"

Кто это сказал?

Ralph's temper blazed out.

Ральфа взорвало:

"I say!

- Я говорю!

You voted for me for chief.

Ты сам голосовал за меня!

Didn't you hear the conch?

Ты разве не слышал, как я трубил в рог?

You played a dirty trick-we'd have given you fire if you'd asked for it-"

Постыдись! Это подлость! Мы б тебе дали огня, если б ты попросил...

The blood was flowing in his cheeks and the bunged-up eye throbbed.

Кровь ударила ему в лицо, и ужасно дергало вспухшее веко.

"You could have had fire whenever you wanted.

- Пожалуйста, мы бы тебе дали огня.

But you didn't.

Так нет же!

You came sneaking up like a thief and stole Piggy's glasses!"

Ты подкрался, как вор, и украл Хрюшины очки.

"Say that again!"

-А ну повтори!

"Thief!

- Вор!

Thief!"

Вор!

Piggy screamed.

Хрюша взвизгнул.

"Ralph!

- Ральф!

Mind me!"

Меня пожалей!

Jack made a rush and stabbed at Ralph's chest with his spear.

Джек бросился к Ральфу, нацелился ему в грудь копьем.

Ralph sensed the position of the weapon from the glimpse he caught of Jack's arm and put the thrust aside with his own butt.

По мелькнувшей руке Джека Ральф сообразил направленье удара и отбил его своим древком.

Then he brought the end round and caught Jack a stinger across the ear.

Потом перевернул копье и ткнул Джека острием возле уха.

They were chest to chest, breathing fiercely, pushing and glaring.

Они стояли лицом к лицу, задыхаясь, бешено глядя глаза в глаза.

"Who's a thief?"

- Кто это - вор?!

"You are!"

-Ты!

Jack wrenched free and swung at Ralph with his spear.

Джек извернулся и сделал новый выпад.

By common consent they were using the spears as sabers now, no longer daring the lethal points.

Не сговариваясь, они теперь держали копья, как сабли, больше не решались пускать в ход смертоносные острия.

The blow struck Ralph's spear and slid down, to fall agonizingly on his fingers.

Удар пришелся по копью Ральфа, потом обжег болью пальцы.

Then they were apart once more, their positions reversed, Jack toward the Castle Rock and Ralph on the outside toward the island.

Оба отпрянули и переменили позицию, Джек теперь был ближе к Замку, Ральф - к острову.

Both boys were breathing very heavily.

Оба совершенно задыхались.

"Come on then-"

-Ну!

"Come on-"

- Чего - ну?

Truculently they squared up to each other but kept just out of fighting distance.

Они свирепо изготовились, но соблюдали безопасное расстояние.

"You come on and see what you get!"

- Ну-ка сунься, попробуй!

"You come on-"

- Сам попробуй!

Piggy clutching the ground was trying to attract Ralph's attention.

Хрюша вцепился в камень и пытался привлечь внимание Ральфа.

Ralph moved, bent down, kept a wary eye on Jack.

Ральф нагнулся к нему, не сводя взгляда с Джека.

"Ralph-remember what we came for.

- Ральф, вспомни, чего мы пришли.

The fire.

Костер.

My specs."

Мои очки.

Ralph nodded.

Ральф кивнул.

He relaxed his fighting muscles, stood easily and grounded the butt of his spear Jack watched him inscrutably through his paint.

Он расслабился, распрямился, поставил копье. Джек непроницаемо смотрел на него из-под краски.

Ralph glanced up at the pinnacles, then toward the group of savages

Ральф смотрел на башенки, на сгрудившихся дикарей.

"Listen.

- Слушайте.

We've come to say this.

Мы вот что пришли вам сказать.

First you've got to give back Piggy's specs.

Отдавайте Хрюше очки - это раз.

If he hasn't got them he can't see You aren't playing the game-"

Он без них ничего не видит. Это не игра...

The tribe of painted savages giggled and Ralph's mind faltered.

Племя раскрашенных дикарей захихикало, и у Ральфа запрыгали мысли.

He pushed his hair up and gazed at the green and black mask before him, trying to remember what Jack looked like.

Он откинул назад волосы и вглядывался в черно-зеленую маску, стараясь вспомнить лицо Джека.

Piggy whispered.

Хрюша шепнул.

"And the fire."

- И костер.

"Oh yes.

- Ах да.

Then about the fire.

И насчет костра.

I say this again.

Еще раз повторю.

I've been saying it ever since we dropped in."

Я это с первого дня повторяю.

He held out his spear and pointed at the savages.

Он вытянул копье в сторону дикарей.

"Your only hope is keeping a signal fire going as long as there's light to see.

- Наша единственная надежда - держать сигнал все время, пока светло.

Then maybe a ship'll notice the smoke and come and rescue us and take us home.

И тогда корабль заметит дым, подойдет сюда и нас спасет и возьмет нас домой.

But without that smoke we've got to wait till some ship comes by accident.

А без этого дыма нам придется ждать, вдруг корабль подойдет случайно.

We might wait years; till we were old-"

Так много лет можно прождать. Так состариться можно...

The shivering, silvery, unreal laughter of the savages sprayed out and echoed away.

Смех дикарей, дрожащий, серебряный, ненастоящий, взметнулся и эхом повис вдали.

A gust of rage shook Ralph His voice cracked.

Ральф уже не помнил себя от ярости. Непослушным, тоненьким голосом он закричал.

"Don't you understand, you painted fools?

- Вы что, не соображаете, раскрашенные идиоты?

Sam, Eric, Piggy and me-we aren't enough.

Сэм, Эрик, Хрюша, да я - это же мало!

We tried to keep the fire going, but we couldn't.

Мы берегли костер, но мы же не можем.

And then you, playing at hunting..."

А вам бы все играть и охотиться...

He pointed past them to where the trickle of smoke dispersed in the pearly air.

Он показал мимо них, туда, где таяла в блеске дымная струйка.

"Look at that!

- Смотрите!

Call that a signal fire?

Это разве сигнал?

That's a cooking fire Now you'll eat and there'll be no smoke.

Просто костер, чтоб на нем жарить. Поесть-то вы поедите, а дыма у вас не будет.

Don't you understand?

Неужели еще неясно?

There may be a ship out there-"

Может, там уже где-то корабль идет...

He paused, defeated by the silence and the painted anonymity of the group guarding the entry.

Он умолк, сраженный молчаньем и неопознаваемостью раскрашенных дикарей, охраняющих вход.

Jack opened a pink mouth and addressed Samneric, who were between him and his tribe.

Вождь раскрыл красный рот и обратился к близнецам, стоявшим между ним и его племенем:

"You two.

- Вы, двое!

Get back."

А ну - назад!

No one answered him.

Ему не ответили.

The twins, puzzled, looked at each Other; while Piggy, reassured by the cessation of violence, stood up carefully.

Близнецы озадаченно переглядывались; Хрюша, ободренный тем, что кончилась драка, осторожно поднялся.

Jack glanced back at Ralph and then at the twins.

Джек оглянулся на Ральфа, снова посмотрел на близнецов.

"Grab them!"

- Схватить их!

No one moved.

Никто не двигался.

Jack shouted angrily.

Джек заорал злобно:

"I said 'grab them'!"

- Сказано вам - схватить!

The painted group moved round Samneric nervously and unhandily.

Раскрашенные суетливо, неловко окружили близнецов.

Once more the silvery laughter scattered.

Снова задрожал серебряный смех.

Samneric protested out of the heart of civilization.

Сама цивилизация взывала возмущенными голосами Эрикисэма:

"Oh, I say!"

- Да вы что!..

"-honestly!"

- Как же можно!..

Their spears were taken from them.

У них вырвали из рук копья.

"Tie them up!"

- Связать!

Ralph cried out hopelessly against the black and green mask.

Ральф безнадежно кричал в черно-зеленую маску:

"Jack!"

- Джек!

"Go on.

- Я что сказал?

Tie them."

Связать!

Now the painted group felt the otherness of Samneric, felt the power in their own hands.

Раскрашенные уже чувствовали, что Эрикисэм не то что они сами, они уже чувствовали силу в своих руках.

They felled the twins clumsily and excitedly.

Неуклюже и рьяно они повалили близнецов.

Jack was inspired.

Джек вдохновился.

He knew that Ralph would attempt a rescue.

Он сообразил, что Ральф попытается прийти близнецам на выручку.

He struck in a humming circle behind him and Ralph only just parried the blow.

Его копье описало вокруг Ральфа свистящую дугу. Ральф еле успел отбиться.

Beyond them the tribe and the twins were a loud and writhing heap.

Племя и близнецы бились рядом в громкой свалке.

Piggy crouched again.

Хрюша опять скорчился.

Then the twins lay, astonished, and the tribe stood round them.

И вот удивленные близнецы уже лежали, а племя стояло вокруг.

Jack turned to Ralph and spoke between his teeth.

Джек повернулся к Ральфу, процедил:

"See?

- Видал?

They do what I want."

Они все сделают, что я захочу.

There was silence again.

И - снова молчанье.

The twins lay, inexpertly tied up, and the tribe watched Ralph to see what he would do.

Неумело связанные близнецы лежали, а племя выжидательно смотрело на Ральфа.

He numbered them through his fringe, glimpsed the ineffectual smoke.

Он посчитал их, глядя сквозь спутанные космы, скользнул глазами по негодному дымку.

His temper broke.

И не выдержал.

He screamed at Jack.

Он заорал на Джека:

"You're a beast and a swine and a bloody, bloody thief!"

- Ты - зверь! Свинья! Сволочь ты! Вор проклятый!

He charged.

И бросился на него.

Jack, knowing this was the crisis, charged too.

Джек понял, что настала решительная минута, и бросился навстречу.

They met with a jolt and bounced apart.

Они сшиблись, отлетели в разные стороны.

Jack swung with his fist at Ralph and aught him on the ear.

Джек наотмашь ударил Ральфа кулаком в ухо, Ральф стукнул его в живот, Джек охнул.

Ralph hit Jack in the stomach and made him grunt.

Они снова стояли лицом к лицу, яростно задыхаясь.

Then they were facing each other again, panting and furious, but unnerved by each other's ferocity.

Каждого обескураживала ярость противника.

They became aware of the noise that was the background to this fight, the steady shrill cheering of the tribe behind them.

И тут только вошел им в уши шум, сопровождавший драку, дерущий, слитый, ободряющий клич племени.

Piggy's voice penetrated to Ralph.

К Ральфу пробился голос Хрюши:

"Let me speak."

- Давай я им скажу.

He was standing in the dust of the fight, and as the tribe saw his intention the shrill cheer changed to a steady booing.

Он вдруг поднялся в поднятой схваткой пыли, и, завидя его намерения, племя перешло на дружное улюлюканье.

Piggy held up the conch and the booing sagged a little, then came up again to strength.

Хрюша поднял рог, улюлюканье чуть стихло и снова грянуло - еще сильней.

"I got the conch!"

- Рог у меня!

He shouted.

Хрюша орал:

"I tell you, I got the conch!"

- Сказано вам, рог у меня!

Surprisingly, there was silence now; the tribe were curious to hear what amusing thing he might have to say.

Как ни странно, настала тишина; племя приготовилось послушать, что такого забавного собирается преподнести Хрюша.

Silence and pause; but in the silence a curious air-noise, close by Ralphs head.

Тишина, запинка. И среди тишины - странный шум по воздуху у самой головы Ральфа.

He give it half his attention-and there it was again; a faint "Zup!"

Он почти его не заметил, но вот - опять, легкое "ж-ж-ж!".

Someone was throwing stones: Roger was dropping them, his one hand still on the lever.

Кто-то бросал камушки. Это Роджер их бросал, не снимая другой руки с рычага.

Below him, Ralph was a shock of hair and Piggy a bag of fat.

Ральф был внизу косматой копной и Хрюша -мешком жира.

"I got this to say.

- Я вот что скажу.

You're acting like a crowd of lads."

Вы ведете себя, как дети малые.

The booing rose and died again as Piggy lifted the white, magic shell.

Снова улюлюканье взвилось и замерло, когда Хрюша поднял белую магическую раковину.

"Which is better-to be a pack of painted Indians like you are, or to be sensible like Ralph is?"

- Что лучше - быть бандой раскрашенных черномазых, как вы, или же быть разумными людьми, как Ральф?

A great clamor rose among the savages.

Дикари неистово загалдели.

Piggy shouted again.

Хрюша снова орал:

"Which is better-to have rules and agree, or to hunt and kill?"

- Что лучше - жить по правилам и дружно или же охотиться и убивать?

Again the clamor and again-"Zup!"

Снова галдеж и снова - "ж-ж-ж".

Ralph shouted against the noise.

Ральф перекричал шум.

"Which is better, law and rescue, or hunting and breaking things up?"

- Что лучше - закон и чтоб нас спасли или охотиться и погубить всем?

Now Jack was veiling too and Ralph could no longer make himself heard.

Джек уже тоже вопил, Ральфа никто не слышал.

Jack had backed right against the tribe and they were a solid mass of menace that bristled with spears.

Джек отступил к племени. Они стояли грозной стеной, ощетинясь копьями.

The intention of a charge was forming among them; they were working up to it and the neck would be swept clear.

Они решались, готовились. Еще немного - и они бросятся очищать перешеек.

Ralph stood facing them, a little to one side, his spear ready.

Ральф стоял перед ними, посреди перешейка, чуть ближе к краю, копье наготове.

By him stood Piggy still holding out the talisman, the fragile, shining beauty of the shell.

Рядом стоял Хрюша, все еще поднимая талисман -хрупкую, сверкающую красавицу раковину.

The storm of sound beat at them, an incantation of hatred.

По ним сгущенной ненавистью ударял вой.

High overhead, Roger, with a sense of delirious abandonment, leaned all his weight on the lever.

Высоко наверху Роджер в исступленном забытьи всей тяжестью налегал на рычаг.

Ralph heard the great rock long before he saw it.

Ральф услышал огромный камень гораздо раньше, чем его увидел.

He was aware of a jolt in the earth that came to him through the soles of his feet, and the breaking sound of stones at the top of the cliff.

Он почувствовал, как содрогнулась земля - толчок отдался в пятки, сверху с грохотом посыпались камни поменьше.

Then the monstrous red thing, bounded across the neck and he flung himself fiat while the tribe shrieked.

Что-то красное, страшное запрыгало по перешейку, он бросился плашмя, дикари завизжали.

The rock struck Piggy a glancing blow from chin to knee; the conch exploded into a thousand white fragments and ceased to exist.

Камень прошелся по Хрюше с головы до колен; рог разлетелся на тысячу белых осколков и перестал существовать.

Piggy, saying nothing, with no time for even a grunt, traveled through the air sideways from the rock, turning over as he went.

Хрюша без слова, без звука полетел боком с обрыва, переворачиваясь, на лету.

The rock bounded twice and was lost in the forest.

Камень дважды подпрыгнул и скрылся в лесу.

Piggy fell forty feet and landed on his back across that square red rock in the sea.

Хрюша пролетел сорок футов и упал спиной на ту самую красную, квадратную глыбу в море.

His head opened and stuff came out and turned red.

Голова раскроилась, и содержимое вывалилось и стало красным.

Piggy's arms and legs twitched a bit, like a pig's after it has been killed.

Руки и ноги Хрюши немного подергались, как у свиньи, когда ее только убьют.

Then the sea breathed again in a long, slow sigh, the water boiled white and pink over the rock; and when it went, sucking back again, the body of Piggy was gone.

Потом море снова медленно, тяжко вздохнуло, вскипело над глыбой белой розовой пеной; а когда оно снова отхлынуло, Хрюши уже не было.

This time the silence was complete.

Стояла мертвая тишина.

Ralph's lips formed a word but no sound came.

Губы Ральфа сложили слово, но ничего не выговорилось.

Suddenly Jack bounded out from the tribe and began screaming wildly.

Вдруг Джек отбежал от своих и завопил:

"See?

- Ну что?

See?

Видал?

That's what you'll get!

И тебя так!

I meant that!

Так тебе и надо!

There isn't a tribe for you any morel The conch is gone-"

Нет у тебя племени! Нет больше твоего рога!

He ran forward, stooping.

Он, пригнувшись, бежал на Ральфа:

"I'm chief!"

- Я Вождь!

Viciously, with full intention, he hurled his spear at Ralph.

Злобно, старательно целясь, он запустил в Ральфа копьем.

The point tore the skin and flesh over Ralph's ribs, then sheared off and fell in the water.

Острие до мяса прорвало кожу у Ральфа на боку, потом отлетело, упало в воду.

Ralph stumbled, feeling not pain but panic, and the tribe, screaming now like the chief, began to advance.

Ральф качнулся, боли он не чувствовал, только страх, а племя, взвыв за Вождем вслед, уже надвигалось.

Another spear, a bent one that would not fly straight, went past his face and one fell from on high where Roger was.

Другое копье, гнутое, оно летело не прямо, а просвистело у самой его головы, и еще одно упало с высоты, где стоял Роджер.

The twins lay hidden behind the tribe and the anonymous devils' faces swarmed across the neck.

Близнецы лежали, скрытые за толпой, и безликие бесы запрудили перешеек.

Ralph turned and ran.

Ральф повернулся и побежал.

A great noise as of sea gulls rose behind him.

Крик несся за ним, как крик перепуганных чаек.

He obeyed an instinct that he did not know he possessed and swerved over the open space so that the spears went wide.

По инстинкту, которого он сам в себе не знал, Ральф петлял на открытом пространстве, и копья летели мимо.

He saw the headless body of the sow and jumped in time. Then he was crashing through foliage and small boughs and was hidden by the forest.

Он вовремя заметил обезглавленную свинью, перепрыгнул, с хрустом вломился в заросли и скрылся в чаще.

The chief stopped by the pig, turned and held up his hands.

Вождь остановился возле свиньи, повернулся к племени, поднял руки:

"Back!

- Назад!

Back to the fort!"

Назад в крепость!

Presently the tribe returned noisily to the neck where Roger joined them.

Племя шумно повернуло к перешейку, и там уже стоял Роджер.

The chief spoke to him angrily.

Вождь сердито спросил:

"Why aren't you on watch?"

-Ты почему не на посту?

Roger looked at him gravely.

Роджер поднял на него твердый, сумрачный взгляд:

"I just came down-"

- Просто спустился.

The hangman's horror clung round him.

Смерть смотрела из его глаз.

The chief said no more to him but looked down at Samneric.

Вождь не сказал ему больше ни слова, перевел взгляд вниз, на Эрикисэма.

"You got to join the tribe."

- Ну что - вступаете в мое племя?

"You lemme go-"

- Отпусти меня...

"-and me."

- И меня.

The chief snatched one of the few spears that were left and poked Sam in the ribs.

Вождь схватил одно из оставшихся на земле копий и ткнул Сэма под ребра.

"What d'you mean by it, eh?" said the chief fiercely, "What d'you mean by coming with spears?

- Вы что хотите этим сказать, а? - спрашивал Вождь свирепо. - Зачем с копьями сюда явились, а?

What d'you mean by not joining my tribe?"

Почему в племя вступать не хотите, а?

The prodding became rhythmic.

Копье уже ритмично втыкалось под ребра.

Sam yelled.

Сэм взвыл.

"That's not the way."

- Да нет, ты не так.

Roger edged past the chief, only just avoiding pushing him with his shoulder.

Роджер оттеснил Вождя, только что не толкнув плечом.

The yelling ceased, and Samneric lay looking up in quiet terror.

Вопль оборвался, близнецы лежали и смотрели вверх в немом ужасе.

Roger advanced upon them as one wielding a nameless authority.

Роджер надвигался на них, облеченный неведомой властью.

Chapter Twelve.

Глава двенадцатая

Cry of the Hunters

ВОПЛЬ ОХОТНИКОВ

Ralph lay in a covert, wondering about his wounds.

Ральф затаился в зарослях и обдумывал, как ему быть со своими ранами.

The bruised flesh was inches in diameter over his right ribs, with a swollen and bloody scar where the spear had hit him.

На правом боку был большой кровоподтек, рана кровоточила и вздулась.

His hair was full of dirt and tapped like the tendrils of a creeper.

В волосы ему набилась грязь, они торчали, как усики лиан.

All over he was scratched and bruised from his flight through the forest.

Продираясь сквозь кусты, он набил синяков и весь исцарапался.

By the time his breathing was normal again, he had worked out that bathing these injuries would have to wait.

Наконец отдышавшись, он понял, что с мытьем придется подождать.

How could you listen for naked feet if you were splashing in water?

Ну как ты услышишь шаги голых ног, плескаясь в воде?

How could you be safe by the little stream or on the open beach?

Как укроешься в ручье или на открытом берегу?

Ralph listened.

Ральф вслушался.

He was not really far from the Castle Rock, and during the first panic he had thought he heard sounds of pursuit But the hunters had only sneaked into the fringes of the greenery, retrieving spears perhaps, and then had rushed back to the sunny rock as if terrified of the darkness under the leaves.

Он был, в общем-то, совсем недалеко от Замка, и сначала ему показалось со страху, что это погоня. Но охотники только пошарили по зеленой опушке - наверное, собирали копья - и сразу бросились обратно, к солнечным скалам, будто испугались лесной тьмы.

He had even glimpsed one of them, striped brown, black, and red, and had judged that it was Bill.

Одного он даже увидел - коричневого, черного, красного - и узнал Билла.

But really, thought Ralph, this was not Bill.

Да нет, тут же подумал Ральф, какой же он Билл.

This was a savage whose image refused to blend with that ancient picture of a boy in shorts and shirt.

Образ этого дикаря никак не хотел сливаться с прежним портретом мальчика в рубашке и шортах.

The afternoon died away; the circular spots of sunlight moved steadily over green fronds and brown fiber but no sound came from behind the rock.

День угасал; круглые солнечные пятна ровно смещались по зеленым листам и по бурому пуху стволов, со стороны Замка не доносилось ни звука.

At last Ralph wormed out of the ferns and sneaked forward to the edge of that impenetrable thicket that fronted the neck of land.

Наконец Ральф выбрался из кустов и стал пробираться к заслонявшим перешеек непролазным зарослям.

He peered with elaborate caution between branches at the edge and could see Robert sitting on guard at the top of the cliff.

Очень осторожно он выглянул из-за веток и увидел, что Роберт сидит на посту, на вершине скалы.

He held a spear in his left hand and was tossing up a pebble and catching it again with the right.

В левой руке Роберт держал копье, а правой подбрасывал и ловил камушек.

Behind him a column of smoke rose thickly, so that Ralph's nostrils flared and his mouth dribbled.

За его спиной подымался густой столб дыма, и у Ральфа защипало в ноздрях и потекли слюнки.

He wiped his nose and mouth with the back of his hand and for the first time since the morning felt hungry.

Он утерся ладонью и впервые с утра почувствовал голод.

The tribe must be sitting round the gutted pig, watching the fat ooze and burn among the ashes.

Племя, наверное, обсело выпотрошенную свинью и смотрит, как капает и сгорает в золе сало.

They would be intent

Смотрит, не отрывая глаз.

Another figure, an unrecognizable one, appeared by Robert and gave him something, then turned and went back behind the rock.

Кто-то еще, неопознаваемый, вырос рядом с Робертом, дал ему что-то и снова исчез за скалой.

Robert laid his spear on the rock beside him and began to gnaw between his raised hands.

Роберт положил копье и, растопырив руки, заработал челюстями.

So the feast was beginning and the watchman had been given his portion.

Значит, пир начался и часовой получил свою долю.

Ralph saw that for the time being he was safe.

Значит, пока ему ничто не грозит.

He limped away through the fruit trees, drawn by the thought of the poor food yet bitter when he remembered the feast.

Ральф захромал прочь, к фруктовым деревьям, к жалкой еде, терзаемый горькой мыслью о пире.

Feast today, and then tomorrow...

Сегодня у них пир, а завтра...

He argued unconvincingly that they would let him alone, perhaps even make an outlaw of him.

Он старался уговорить себя, что его оставят в покое; ну, может, даже изгонят.

But then the fatal unreasoning knowledge came to him again.

Но никуда не мог деться от нерассуждающей, страшной уверенности.

The breaking of the conch and the deaths of Piggy and Simon lay over the island like a vapor.

Гибель рога, смерть Хрюши и Саймона нависли над островом, как туман.

These painted savages would go further and further.

Раскрашенные дикари ни перед чем не остановятся.

Then there was that indefinable connection between himself and Jack; who therefore would never let him alone; never.

И еще эта странная ниточка между ним и Джеком; нет, Джек не уймется никогда, он не оставит его в покое. Ни за что.

He paused, sun-flecked, holding up a bough, prepared to duck under it A spasm of terror set him shaking and he cried aloud.

Он замер, весь в солнечных пятнах, придерживая поднятую ветку. И вдруг затрясся от ужаса и крикнул:

"No.

- Нет!

They're not as bad as that.

Не могли они до такого дойти!

It was an accident."

Это несчастный случай.

He ducked under the bough, ran clumsily, then stopped and listened.

Он нырнул под ветку, побежал, спотыкаясь, потом остановился и прислушался.

He came to the smashed acres of fruit and ate greedily.

Он вышел к вытоптанному месту, где были фрукты, и начал жадно их обрывать.

He saw two littluns and, not having any idea of his own appearance, wondered why they screamed and ran.

Встретил двух малышей и, не имея понятия о своем виде, изумился, когда они с воплями бросились прочь.

When he had eaten he went toward the beach.

Он поел и вышел к берегу.

The sunlight was slanting now into the palms by the wrecked shelter.

Солнце косо скользило по стволам пальм возле разрушенного шалаша.

There was the platform and the pool.

Вот площадка. Вот бухта.

The best thing to do was to ignore this leaden feeling about the heart and rely on their common sense, their daylight sanity.

Всего бы лучше, не замечая подсказок давящей на сердце свинцовой тоски, положиться на их здравый смысл, на остатки соображенья.

Now that the tribe had eaten, the thing to do was to try again.

Теперь, когда племя насытилось, может, стоит опять попытаться?..

And anyway, he couldn't stay here all night in an empty shelter by the deserted platform.

Да и невозможно тут вытерпеть ночь, в этом пустом шалаше возле брошенной площадки.

His flesh crept and he shivered in the evening sun.

У него по спине побежали мурашки.

No fire; no smoke; no rescue.

Костра нет. Дыма нет. Их теперь никогда не спасут.

He turned and limped away through the forest toward Jack's end of the island.

Он повернул и заковылял к территории Джека.

The slanting sticks of sunlight were lost among the branches.

Дротики света уже застревали в ветвях.

At length he came to a clearing in the forest where rock prevented vegetation from growing.

Наконец он дошел до прогалины, где всюду был камень и потому не росли деревья.

Now it was a pool of shadows and Ralph nearly flung himself behind a tree when he saw something standing in the center; but then he saw that the white face was bone and that the pig's skull grinned at him from the top of a stick.

Темные тени затопили сейчас прогалину, и Ральф чуть не бросился за дерево, когда увидел, что что-то стоит прямо посредине; потом разглядел, что белое лицо - это голая кость и на палке торчит и скалится на него свиной череп.

He walked slowly into the middle of the clearing and looked steadily at the skull that gleamed as white as ever the conch had done and seemed to jeer at him cynically.

Ральф медленно пошел на середину прогалины, вглядываясь в череп, который блистал, в точности как раньше блистал белый рог, и будто цинично ухмылялся.

An inquisitive ant was busy in one of the eye sockets but otherwise the thing was lifeless.

Любознательный муравей копошился в пустой глазнице, других признаков жизни там не было.

Or was it?

А вдруг...

Little prickles of sensation ran up and down his back.

Его проняла дрожь.

He stood, the skull about on a level with his face, and held up his hair with two hands.

Он стоял, обеими руками придерживал волосы, а череп был высоко, чуть не вровень с его лицом.

The teeth grinned, the empty sockets seemed to hold his gaze masterfully and without effort.

Зубы скалились, и властно и без усилья пустые глазницы удерживали его взгляд.

What was it?

Да что же это такое?

The skull regarded Ralph like one who knows all the answers and won't tell.

Череп смотрел на Ральфа с таким видом, будто знает ответы на все вопросы, только не хочет сказать.

A sick fear and rage swept him. Fiercely he hit out at the filthy thing in front of him that bobbed like a toy and came back, still grinning into his face, so that he lashed and cried out in loathing.

Тошный страх и бешенство накатили на Ральфа, он ударил эту пакость, а она качнулась, вернулась на место, как игрушка, и не переставала ухмыляться ему в лицо, и он ударил еще, еще и заплакал от омерзенья.

Then he was licking his bruised knuckles and looking at the bare stick, while the skull lay in two pieces, its grin now six feet across.

Потом он сосал разбитые кулаки, смотрел на голую палку, а череп, расколотый надвое, ухмылялся теперь уже огромной шестифутовой ухмылкой.

He wrenched the quivering stick from the crack and held it as a spear between him and the white pieces. Then he backed away, keeping his face to the skull that lay grinning at the sky.

Он выдернул дрожащую палку из щели и, как копьем, защищаясь от белых осколков, не сводя глаз с обращенной в небо ухмылки, попятился в чащу.

When the green glow had gone from the horizon and night was fully accomplished, Ralph came again to the thicket in front of the Castle Rock.

Когда зеленое зарево погасло над горизонтом и совсем наступила ночь, Ральф снова пошел к зарослям перед Замком.

Peeping through, he could see that the height was still occupied, and whoever it was up there had a spear at the ready.

Выглядывая из-за веток, он видел, что на вершине все еще кто-то стоит, и этот кто-то держал копье наготове.

He knelt among the shadows and felt his isolation bitterly.

Ральф стоял на коленках среди теней, и сердце у него сжималось от одиночества.

They were savages it was true; but they were human, and the ambushing fears of the deep night were coming on.

Ну, да, они дикари, и пусть, но как-никак они -люди. А тут кругом залегли ночные дремучие страхи.

Ralph moaned faintly.

Ральф застонал тихонько.

Tired though he was, he could not relax and fall into a well of sleep for fear of the tribe.

Он устал, измучился, но он боялся забыться, свалиться в колодец сна. Он боялся их.

Might it not be possible to walk boldly into the fort, say-"I've got pax," laugh lightly and sleep among the others?

А может, взять и смело пойти прямо в крепость, сказать: "Чур, не трогать меня!" - засмеяться как ни в чем не бывало и заснуть рядом со всеми?

Pretend they were still boys, schoolboys who had said,

Притвориться, будто они все еще мальчики, школьники, те самые, что говорили.

"Sir, yes, Sir"-and worn caps?

"Да, сэр!" - и ходили в школьных фуражках?

Daylight might have answered yes; but darkness and the horrors of death said no.

Ясный полдень еще мог бы ответить - да: но тьма и смертные ужасы отвечали - нет.

Lying there in the darkness, he knew he was an outcast.

Он лежал во тьме и знал, что он отщепенец.

"'Cos I had some sense."

- Потому что я еще что-то соображаю.

He rubbed his cheek along his forearm, smelling the acrid scent of salt and sweat and the staleness of dirt.

Он потерся щекой о руку, нюхая едкий запах соли и пота, вонючей грязи.

Over to the left, the waves of ocean were breathing, sucking down, then boiling back over the rock.

Слева дышал океан, всасывал волны, снова вскипал над той квадратной скалой.

There were sounds coming from behind the Castle Rock Listening carefully, detaching his mind from the swing of the sea, Ralph could make out a familiar rhythm.

От Замка неслись звуки. Ральф оторвался от качания вод, вслушался и различил знакомый ритм:

"Kill the beast!

- Зверя бей!

Cut his throat!

Глотку режь!

Spill his blood!"

Выпусти кровь!

The tribe was dancing.

Племя танцевало.

Somewhere on the other side of this rocky wall there would be a dark circle, a glowing fire, and meat.

Где-то по ту сторону скалистой стены - темный круг, огонь и мясо.

They would be savoring food and the comfort of safety.

Там они смакуют еду, наслаждаются безопасностью.

A noise nearer at hand made him quiver.

Он вздрогнул: ближе раздался еще звук.

Savages were clambering up the Castle Rock, right up to the top, and he could hear voices.

Дикари лезли на самый верх, он узнал голоса.

He sneaked forward a few yards and saw the shape at the top of the rock change and enlarge.

Он пробрался еще немного вперед и увидел, как тень наверху изменилась, расширилась.

There were only two boys on the island who moved or talked like that.

Так ходить и так говорить могли только двое мальчиков на всем острове.

Ralph put his head down on his forearms and accepted this new fact like a wound.

Ральф лег головой на руки, у него сжалось сердце от этой новости.

Samneric were part of the tribe now.

Ну вот, Эрикисэм теперь тоже в племени.

They were guarding the Castle Rock against him.

И охраняют Замок - от него.

There was no chance of rescuing them and building up an outlaw tribe at the other end of the island.

И значит, нельзя уже их спасти, создать племя изгнанников на другом конце острова.

Samneric were savages like the rest; Piggy was dead, and the conch smashed to powder.

Эрикисэм теперь дикари, Хрюши нет, и рог разбит вдребезги.

At length the guard climbed down.

Наконец часовой спустился.

The two that remained seemed nothing more than a dark extension of the rock.

Двое сменивших его казались черным наростом на скале.

A star appeared behind them and was momentarily eclipsed by some movement.

За ними зажглась звезда и сразу стерлась от их движенья.

Ralph edged forward, feeling his way over the uneven surface as though he were bund.

Ральф пополз вперед, он ощупывал неровности, как слепой.

There were miles of vague water at his right and the restless ocean lay under his left hand, as awful as the shaft of a pit.

Справа были смутные воды, по левую руку, как шахта колодца, зиял неуемный океан.

Every minute the water breathed round the death rock and flowered into a field of whiteness.

Ежеминутно вокруг смертной скалы вздыхала вода и расцветала белая кипень.

Ralph crawled until he found the ledge of the entry in his grasp.

Ральф все крался вперед, наконец он нащупал выступ вдоль стены.

The lookouts were immediately above him and he could see the end of a spear projecting over the rock.

Пост был прямо над ним, он даже увидел высунутый кончик копья.

He called very gently.

Он окликнул очень тихо.

"Samneric-"

- Эрикисэм...

There was no reply.

Ответа не было.

To carry he must speak louder; and this would rouse those striped and inimical creatures from their feasting by the fire.

Значит, надо говорить громче. Но тогда насторожишь полосатых врагов на пиру у костра.

He set his teeth and started to climb, finding the holds by touch.

Он сжал зубы и полез вверх, нащупывая опору.

The stick that had supported a skull hampered him but he would not be parted from his only weapon.

Палка, на которой раньше торчал череп, мешала ему, но он боялся расстаться с последним оружием.

He was nearly level with the twins before he spoke again.

Он почти совсем подобрался к близнецам и тогда только снова окликнул:

"Samneric-"

- Эрикисэм...

He heard a cry and a flurry from the rock.

Он услышал вскрик, шорох.

The twins had grabbed each other and were gibbering.

Вцепившись друг в друга, близнецы бормотали что-то.

"It's me. Ralph."

- Это я - Ральф.

Terrified that they would run and give the alarm, he hauled himself up until his head and shoulders stuck over the top.

Он испугался, что они поднимут тревогу, и подтянулся так, что голова и плечи показались над краем.

Far below his armpit he saw the luminous flowering round the rock.

Под локтем, далеко-далеко внизу, вокруг той скалы, светилась белизна.

"It's only me. Ralph."

- Да это же я - Ральф.

At length they bent forward and peered in his face.

Наконец они подались вперед, они вглядывались ему в лицо.

"We thought it was-"

- Ой, а мы думали...

"-we didn't know what it was-"

- Мы же не знали...

"-we thought-"

- Мы подумали...

Memory of their new and shameful loyalty came to them.

И тут они вспомнили о своих новых постыдных обязанностях.

Eric was silent but Sam tried to do his duty.

Эрик молчал. Сэм попытался исполнить свой долг:

"You got to go, Ralph.

-Ты лучше уходи, Ральф.

You go away now-"

Сейчас же уходи...

He wagged his spear and essayed fierceness.

И помахал копьем, изображая свирепость.

"You shove off.

- Лучше убирайся.

See?"

Понял?

Eric nodded agreement and jabbed his spear in the air.

Эрик кивнул и ткнул в воздух копьем.

Ralph leaned on his arms and did not go.

Ральф опирался на руки и не уходил.

"I came to see you two."

- А я-то шел к вам двоим...

His voice was thick.

У него сел голос.

His throat was hurting him now though it had received no wound.

Горло болело, хоть там не было раны.

"I came to see you two-"

- Я-то шел к вам двоим...

Words could not express the dull pain of these things.

Эту тупую боль словами было не выразить.

He fell silent, while the vivid stars were spilt and danced all ways.

Он умолк. Все небо забрызгали веселые звезды.

Sam shifted uneasily.

Сэм переминался с ноги на ногу.

"Honest, Ralph, you'd better go."

- Честно, Ральф, ты лучше уйди.

Ralph looked up again.

Ральф снова поднял на них глаза:

"You two aren't painted.

- Вы же не накрашенные.

How can you-?

Как вы можете?..

If it were light-"

Да если б было светло...

If it were light shame would burn them at admitting these things.

Если б было светло, они б сгорели со стыда.

But the night was dark.

Но кругом чернела ночь.

Eric took up; and then the twins started their antiphonal speech.

Эрик заговорил опять; и опять потекла антифонная речь близнецов:

"You got to go because it's not safe-"

- Уходи, а то тебе же хуже будет...

"-they made us.

- Они нас заставили.

They hurt us-"

Они нас мучили...

"Who?

- Кто?

Jack?"

Джек?

"Oh no-"

- Ох, нет...

They bent to him and lowered their voices.

Они наклонились к нему, зашептали.

"Push off, Ralph-'

- Ральф, уходи...

"-it's a tribe-"

- ...это же племя...

"-they made us-"

- ...они нас заставили...

"-we couldn't help it-"

- ...мы ничего не могли...

When Ralph spoke again his voice was low, and seemed breathless.

Ральф снова заговорил. Голос был сиплый. Его как будто что-то душило.

"What have I done?

- Что я ему сделал?

I liked him-and I wanted us to be rescued-"

Он же мне сразу понравился, я только хотел, чтобы нас спасли...

Again the stars spilled about the sky.

Снова небо забрызгали звезды.

Eric shook his head, earnestly.

Эрик истово тряс головой:

"Listen, Ralph.

- Ральф, послушай.

Never mind what's sense.

Ты не ищи тут смысла.

That's gone-"

Этого ничего уже нет...

"Never mind about the chief-"

-И не ломай ты голову из-за Вождя...

"-you got to go for your own good."

- Лучше тебе уйти.

"The chief and Roger-"

- Вождь и Роджер...

"-yes, Roger-"

- Ох, Роджер...

"They hate you, Ralph.

- ...они тебя ненавидят, Ральф.

They're going to do you."

Плохо тебе будет.

"They're going to hunt you tomorrow."

- Они завтра идут на тебя охотиться.

"But why?"

- За что?!

"I dunno.

- Не знаю я, Ральф.

And Ralph, Jack, the chief, says it'll be dangerous-"

И вот еще, Ральф. Джек, ну, Вождь говорит, это будет опасно...

"-and we've got to be careful and throw our spears like at a pig."

- ...и чтоб мы осторожно, и чтоб копья бросать, как в свинью.

"We're going to spread out in a line across the island-"

- ...мы растянемся цепью поперек острова...

"-we're going forward from this end-"

-...и пойдем с этого конца...

"-until we find you."

- ...пока тебя не найдем.

"We've got to give signals like this."

- Будем подавать вот такие сигналы.

Eric raised his head and achieved a faint ululation by beating on his open mouth.

Эрик задрал голову, постучал себя ладошкой по открытому рту - получился тихий звук, похожий на улюлюканье.

Then he glanced behind him nervously.

И сразу же стал испуганно озираться.

"Like that-"

- Вот такие...

"-only louder, of course."

- ...только громче, конечно.

"But I've done nothing," whispered Ralph, urgently. I only wanted to keep up a fire!"

- Да что я ему сделал? - горячо зашептал Ральф. -Я же только хотел, чтоб горел костер!

He paused for a moment, thinking miserably of the morrow.

Он умолк, секунду помолчал, горестно подумал про завтра.

A matter of overwhelming importance occurred to him.

Вопрос неслыханной важности пришел ему в голову.

"What are you-?"

- А что вы...

He could not bring himself to be specific at first; but then fear and loneliness goaded him.

Он не сразу смог это выговорить, но подстрекнули страх и тоска.

"When they find me, what are they going to do?"

- Когда они меня найдут, они что сделают?

The twins were silent.

Близнецы молчали.

Beneath him, the death rock flowered again.

Внизу, под его локтем, снова опушилась белым цветом смертная скала.

"What are they-oh God! I'm hungry-"

- Что они... Господи, как есть хочется...

The towering rock seemed to sway under him.

Отвесная стена будто качнулась под ним.

"Well-what-?"

- Говорите! Что они?..

The twins answered his question indirectly.

Близнецы избегали прямого ответа:

"You got to go now, Ralph."

-Ты лучше уходи, Ральф.

"For your own good."

- Тебе же лучше...

"Keep away.

- Держись подальше.

As far as you can."

Пока можно.

"Won't you come with me?

- А вы со мной не пойдете?

Three of us-we'd stand a chance.".

Трое - это ведь уже сила.

After a moment's silence, Sam spoke in a strangled voice.

Они промолчали, потом Сэм сдавленно выговорил:

"You don't know Roger.

-Ты Роджера не знаешь.

He's a terror."

Это ужас.

"And the chief-they're both-"

-Да и Вождь. Оба они...

"-terrors-"

- Ужас, ужас...

"-only Roger-"

- А Роджер еще...

Both boys froze.

Оба вдруг застыли.

Someone was climbing toward them from the tribe.

Со стороны племени кто-то поднимался.

"He's coming to see if we're keeping watch.

- Идет проверять, как мы дежурим.

Quick, Ralph!"

Скорее, Ральф!

As he prepared to let himself down the cliff, Ralph snatched at the last possible advantage to be wrung out of this meeting.

Прежде чем скользнуть вниз, Ральф ухватился за последнюю возможность, какую давала встреча.

"I'll lie up close; in that thicket down there," he whispered, "so keep them away from it.

- Я близко залягу; прямо тут, в зарослях, - шепнул он. - Вы их уведите отсюда.

They'll never think to took so close-"

Они так близко не станут искать...

The footsteps were still some distance away.

Шаги были пока далеко.

"Sam-I'm going to be all right, aren't I?"

- Сэм, ведь все обойдется, ведь правда, Сэм?

The twins were silent again.

Близнецы опять промолчали.

"Here!" said Sam suddenly. "Take this-"

- На! - вдруг сказал Сэм. - Возьми...

Ralph felt a chunk of meat pushed against him and grabbed it.

Он бросил Ральфу кусок мяса, Ральф его схватил.

"But what are you going to do when you catch me?"

- Но что, что вы мне сделаете, когда поймаете?

Silence above.

И - молчанье наверху.

He sounded silly to himself.

Он сам понимал, как все это глупо выходит.

He lowered himself down the rock.

Он уже спускался.

"What are you going to do-?"

- Что вы будете делать?..

From the top of the towering rock came the incomprehensible reply.

Сверху, с нависшей громады скалы, пришел непонятный ответ:

"Roger sharpened a stick at both ends."

- Роджер заострил палку с обоих концов.

Roger sharpened a stick at both ends.

Роджер заострил палку с обоих концов.

Ralph tried to attach a meaning to this but could not.

Ральф мучился, ломал голову, но не мог докопаться до смысла.

He used all the bad words he could think of in a fit of temper that passed into yawning.

Он перебрал все ругательные слова, какие знал, в припадке ярости, вдруг вылившемся в зевоту.

How long could you go without sleep?

Сколько можно не спать?

He yearned for a bed and sheets-but the only whiteness here was the slow spilt milk, luminous round the rock forty feet below, where Piggy had fallen.

Ох, сейчас бы очутиться в постели, на простыне -но ничего тут не было белого, только медлящее свеченье молока, пролитого вокруг той скалы в сорока футах под ним, на которую упал Хрюша.

Piggy was everywhere, was on this neck, was become terrible in darkness and death.

Хрюша теперь был везде, он сидел у него на закорках, он стал страшный теперь из-за тьмы, из-за смерти.

If Piggy were to come back now out of the water, with his empty head-Ralph whimpered and yawned like a littlun.

Если бы Хрюша вдруг вышел сейчас из воды - с пустой головой... Ральф застонал и опять раззевался, как маленький.

The stick in his hand became a crutch on which he reeled.

Хорошо, что в руке у него была палка, он качнулся и оперся на нее, как на костыль.

Then he tensed again. There were voices raised on the top of the Castle Rock.

Он снова насторожился, Над Замком зашумели голоса.

Samneric were arguing with someone.

Эрикисэм громко спорили с кем-то.

But the ferns and the grass were near.

Ничего, папоротники и трава близко уже.

That was the place to be in, hidden, and next to the thicket that would serve for tomorrow's hide-out.

Там можно спрятаться, а рядом чащоба, которая завтра ему послужит.

Here-and his hands touched grass-was a place to be in for the night, not far from the tribe, so that if the horrors of the supernatural emerged one could at least mix with humans for the time being, even if it meant...

Ну вот - рука нащупала траву, - здесь можно переночевать, совсем рядышком с племенем... И когда нависнет ужас перед непонятным, можно затеряться среди людей, даже если...

What did it mean?

Если - если.

A stick sharpened at both ends.

Палка, заточенная с обоих концов.

What was there in that?

Ну и что?

They had thrown spears and missed; all but one.

Они уже бросали в него копья. И промахнулись, только одно попало.

Perhaps they would miss next time, too.

Ничего, может, еще опять промахнутся.

He squatted down in the tall grass, remembered the meat that Sam had given him, and began to tear at it ravenously.

Он сел на корточки в высокой траве, вспомнил мясо, которое дал ему Сэм, и жадно на него набросился.

While he was eating, he heard fresh noises-cries of pain from Samneric, cries of panic, angry voices.

Пока ел, он услышал еще звуки - крики Эрикисэма, крики боли, страха, чьи-то злые голоса.

What did it mean? Someone besides himself was in trouble, for at least one of the twins was catching it.

Значит... Значит, не только ему плохо, по крайней мере одному из близнецов тоже, видно, досталось.

Then the voices passed away down the rock and he ceased to think of them.

Потом звуки слились, удалились, ушли за скалу, он про них забыл.

He felt with his hands and found cool, delicate fronds backed against the thicket.

Под руками были гладкие, прохладные листы, перед самой чащобой.

Here then was the night's lair. At first light he would creep into the thicket, squeeze between the twisted stems, ensconce himself so deep that only a crawler like himself could come through, and that crawler would be jabbed. There he would sit, and the search would pass him by, and the cordon waver on, ululating along the island, and he would be free.

Он в нее заберется чуть свет, протиснется между сплетенных стволов, так глубоко заползет, что никому не пролезть, только тоже ползком. Но для того ползуна у него наготове палка. Вот он и отсидится, и облава пройдет мимо, прочешут весь остров, пробегут, прокричат, а он останется на свободе.

He pulled himself between the ferns, tunneling in.

Он прополз еще немного, зарылся в папоротники.

He laid the stick beside him, and huddled himself down in the blackness.

Палку положил рядом и залег в черноте.

One must remember to wake at first light, in order to diddle the savages-and he did not know how quickly sleep came and hurled him down a dark interior slope.

Только не проспать, только проснуться чуть свет, чтоб обдурить дикарей, - и тут его настиг врасплох и вниз, вниз, в темную пропасть поволок сон. * * *

He was awake before his eyes were open, listening to a noise that was near.

Он проснулся, еще не открыв глаза. Звуки были близко.

He opened an eye, found the mold an inch or so from his face and his fingers gripped into it, light filtering between the fronds of fern.

Он открыл один глаз, увидел совсем рядом со щекой рыхлую землю и загреб ее пальцами, а по папоротникам на него стекал свет.

He had just time to realize that the age-long nightmares of falling and death were past and that the morning was come, when he heard the sound again.

Он успел сообразить, что долгое-долгое падение, смерть - остались во сне, позади, что уже утро. И тут он нова услышал звук.

It was an ululation over by the seashore-and now the next savage answered and the next.

На морском берегу улюлюкали, вблизи ответили, еще ответили.

The cry swept by him across the narrow end of the island from sea to lagoon, like the cry of a flying bird.

Пронзая узкий конец острова от моря до лагуны, крик несся и ухал, как крик птицы на лету.

He took no time to consider but grabbed his sharp stick and wriggled back among the ferns.

Ральф не раздумывая схватил свою острую палку и снова отпрянул в папоротники.

Within seconds he was worming his way into the thicket; but not before he had glimpsed the legs of a savage coming toward him.

Через несколько секунд он ползком пробирался в чащобе, прочь от надвигающихся прямо на него ног дикаря.

The ferns were thumped and beaten and he heard legs moving in the long grass.

В папоротники падали тупые, рубящие звуки -стук, плюханье; шуршала трава.

The savage, whoever he was, ululated twice; and the cry was repeated in both directions, then died away.

Дикарь - кто, неизвестно - прокричал дважды; ему отозвались с обеих сторон, крик замер.

Ralph crouched still, tangled in the ferns, and for a time he heard nothing.

Ральф съежился в зарослях. Снова все было тихо.

At last he examined the thicket itself.

Наконец он осмотрелся.

Certainly no one could attack him here-and moreover he had a stroke of luck.

Да, здесь его никто не возьмет, не сунутся. Вдобавок ему вообще просто повезло.

The great rock that had killed Piggy had bounded into this thicket and bounced there, right in the center, making a smashed space a few feet in extent each way.

Глыба, убившая Хрюшу, влетела в заросли и проложила в самой середке узкий след. Тут безопасно.

When Ralph had wriggled into this he felt secure, and clever.

Он порадовался своему везению и находчивости.

He sat down carefully among the smashed stems and waited for the hunt to pass.

Осторожно присел среди разбитых стволов -ждать, когда охота пройдет мимо.

Looking up between the leaves he caught a glimpse of something red.

Выглянул из-за листвы, и в глаза сразу мелькнуло что-то красное.

That must be the top of the Castle Rock, distant and unmenacing.

Ну да, это верх Замка, дальний, нестрашный.

He composed himself triumphantly, to hear the sounds of the hunt dying away.

Он устроился поудобней и приготовился слушать, как будут замирать вдалеке звуки охоты.

Yet no one made a sound; and as the minutes passed, in the green shade, his feeling of triumph faded.

Но звуков этих не было; шли минуты, и его торжество растворялось в зеленой тени.

At last he heard a voice-Jack's voice, but hushed.

Наконец он услышал голос - голос Джека, но приглушенный:

"Are you certain?"

- Это точно?

The savage addressed said nothing.

Дикарь, которого он спрашивал, не ответил.

Perhaps he made a gesture.

Наверное, кивнул головой.

Roger spoke.

Потом голос Роджера:

"If you're fooling us-"

- Смотри, если ты нас дурачишь...

Immediately after this, there came a gasp, and a squeal of pain.

И - сразу - стон, вопль.

Ralph crouched instinctively.

Ральф съежился.

One of the twins was there, outside the thicket, with Jack and Roger.

Значит, тут один из близнецов, и Джек, и Роджер.

"You're sure he meant in there?"

-Ты точно понял? Он тут хотел?

The twin moaned faintly and then squealed again.

Близнец охнул и снова взвыл.

"He meant he'd hide in there?"

- Он тут хотел спрятаться?

"Yes-yes-oh-!"

- Да... да... ой!

Silvery laughter scattered among the trees.

По деревьям рассыпался серебряный смех.

So they knew.

Значит, знают.

Ralph picked up his stick and prepared for battle.

Ральф схватился за палку.

But what could they do?

Да что они ему сделают?

It would take them a week to break a path through the thicket; and anyone who wormed his way in would be helpless.

Им и за неделю не проложить тропу в этих зарослях; ну, а если кто-то один попробует проползти сюда так же, как он, то пусть на себя пеняет.

He felt the point of his spear with his thumb and grinned without amusement Whoever tried that would be stuck, squealing like a pig.

Он потрогал пальцем кончик копья и невесело усмехнулся. Да, кто бы он ни был, голубчик, он у него завизжит, как свинья.

They were going away, back to the tower rock.

Они удалялись, шли обратно, к Замку.

He could hear feet moving and then someone sniggered.

Топот, чье-то хихиканье.

There came again that high, bird-like cry that swept along the line, So some were still watching for him; but some-?

И снова этот тонкий, как птичий, летящий над островом крик. Значит, кто-то остался тут, стеречь его, ну а кто-то...

There was a long, breathless silence.

Долгая, ошалелая тишина.

Ralph found that he had bark in his mouth from the gnawed spear.

Ральф выплюнул кору от обглоданного копья.

He stood and peered upwards to the Castle Rock.

И встал, посмотрел на Замок.

As he did so, he heard Jack's voice from the top.

И сразу услышал сверху голос Джека:

"Heave! Heave! Heave!"

- Раз, два - взяли!

The red rock that he could see at the top of the cliff vanished like a curtain, and he could see figures and blue sky.

Красную глыбу на стене сорвало, как занавес, оголилась синь неба и фигурки на сини.

A moment later the earth jolted, there was a rushing sound in the air, and the top of the thicket was cuffed as with a gigantic hand.

Земля дрогнула, воздух вспоролся свистом, по верху чащобы прошелся удар, как гигантской рукой.

The rock bounded on, thumping and smashing toward the beach, while a shower of broken twigs and leaves fell on him.

Глыба, стуча и круша, неслась уже дальше, к берегу, а Ральфа засыпало градом поломанных веток и листьев.

Beyond the thicket, the tribe was cheering.

За чащей радостно взвыло племя.

Silence again.

И - опять тишина.

Ralph put his fingers in his mouth and bit them.

Ральф зажал кулаком рот, прикусил пальцы.

There was only one other rock up there that they might conceivably move; but that was half as big as a cottage, big as a car, a tank.

Осталась еще только одна глыба, которую можно сдвинуть, но она с полдома, с машину, с танк.

He visualized its probable progress with agonizing clearness-that one would start slowly, drop from ledge to ledge, trundle across the neck like an outsize steam roller.

Он мучительно ясно представил себе, как она стронется, медленно, с уступа на уступ, и огромным паровым катком покатит по перешейку.

"Heave! Heave!

- Раз, два!

Heave!"

Взяли!

Ralph put down his spear, then picked it up again.

Ральф положил копье, снова поднял.

He pushed his hair back irritably, took two hasty steps across the little space and then came back.

Откинул с лица несносные волосы, шагнул два шага в своем тайнике, вернулся.

He stood looking at the broken ends of branches.

И замер, глядя на обломанные ветки.

Still silence.

Пока тихо, пока тихо.

He caught sight of the rise and fall of his diaphragm and was surprised to see how quickly he was breathing.

Он заметил, как у него часто-часто, ходуном ходит грудь, и удивился.

Just left of center his heart-beats were visible.

И было видно, как чуть слева от середины колотится сердце.

He put the spear down again.

Он опять положил копье.

"Heave! Heave!

- Раз, два!

Heave!"

Взяли!

A shrill, prolonged cheer.

И - долгий, заливистый крик.

Something boomed up on the red rock, then the earth jumped and began to shake steadily, while the noise as steadily increased.

Потом на красной вершине грохнуло, земля подпрыгнула, стала ровно трястись, и так же ровно нарастал грохот.

Ralph was shot into the air, thrown down, dashed against branches.

Ральфа подбросило, перевернуло, швырнуло на ветки.

At his right hand, and only a few feet away, the whole thicket bent and the roots screamed as they came out of the earth together. He saw something red that turned over slowly as a mill wheel.

Справа, совсем рядом, чащоба накренилась строем и корни взвыли и полезли наружу, что-то красное ворочалось наверху, медленно, как мельничное колесо.

Then the red thing was past and the elephantine progress diminished toward the sea.

И потом это красное сразу пронесло, будто мимо, к морю, проломилось стадо слонов.

Ralph knelt on the plowed-up soil, and waited for the earth to come back.

Ральф, стоя на коленках в колдобине, пережидал, когда земля перестанет дрожать.

Presently the white, broken stumps, the split sticks and the tangle of the thicket refocused.

Наконец разбитые белые пни, расколотые ветки, вся расплющенная чаща дрогнули и стали на место.

There was a kind of heavy feeling in his body where he had watched his own pulse.

Что-то давило Ральфа, было трудно дышать.

Silence again.

Опять стало тихо.

Yet not entirely so.

Но не совсем.

They were whispering out there; and suddenly the branches were shaken furiously at two places on his right.

Где-то близко шептались. И вдруг справа сразу в двух местах бешено затряслись ветки.

The pointed end of a stick appeared.

Высунулся конец копья.

In panic, Ralph thrust his own stick through the crack and struck with all his might.

Ральф в ужасе выбросил вперед копье, изо всех сил ударил.

"Aaa-ah!"

- А-а-а!

His spear twisted a little in his hands and then he withdrew it again.

Копье дрогнуло в руке, он его отдернул.

"Ooh-ooh-"

- О-о-о!

Someone was moaning outside and a babble of voices rose.

Кто-то стонал рядом. Все громче говорили, говорили.

A fierce argument was going on and the wounded savage kept groaning.

Бешено спорили, и стонал раненый дикарь.

Then when there was silence, a single voice spoke and Ralph decided that it was not Jack's.

Потом стало тихо, и голос - нет, это не Джек -сказал:

"See?

- Ну что?

I told you-he's dangerous."

Я говорил, он опасен!

The wounded savage moaned again.

И опять застонал раненый дикарь.

What else? What next?

Что будет, что будет?

Ralph fastened his hands round the chewed spear and his hair fell.

Ральф сжал изо всех сил изжеванное копье, опять на лицо ему упали волосы.

Someone was muttering, only a few yards away toward the Castle Rock.

Бормотали всего в нескольких ярдах от него со стороны Замка.

He heard a savage say

Вот один дикарь охнул:

"No!" in a shocked voice; and then there was suppressed laughter.

"Ну да?" задушенным голосом; другой тихонько прыснул.

He squatted back on his heels and showed his teeth at the wall of branches. He raised his spear, snarled a little, and waited.

На корточках, оскалясь, Ральф посмотрел на стену зарослей, поднял копье, зарычал, стал ждать.

Once more the invisible group sniggered.

В невидимой группке опять захихикали.

He heard a curious trickling sound and then a louder crepitation as if someone were unwrapping great sheets of cellophane.

А потом он услышал странный, струящийся звук и тотчас за ним уже более громкое потрескивание - будто разворачивают большие листы целлофана.

A stick snapped and he stifled a cough.

Хрустнул куст. Ральф подавился кашлем.

Smoke was seeping through the branches in white and yellow wisps, the patch of blue sky overhead turned to the color of a storm cloud, and then the smoke billowed round him.

Сквозь ветки белыми и желтыми клоками лез дым, и синий лоскут неба над головой сразу сделался темным, как туча, и вот уже густой дым бился вокруг.

Someone laughed excitedly, and a voice shouted.

Кто-то захохотал радостно, и голос крикнул:

"Smoke!"

- Дым!

He wormed his way through the thicket toward the forest, keeping as far as possible beneath the smoke.

Ральф пополз по чащобе к лесу, прижимаясь к земле, чтоб его не душил дым.

Presently he saw open space, and the green leaves of the edge of the thicket.

Вот и открытое место, уже видно зелень опушки.

A smallish savage was standing between him and the rest of the forest, a savage striped red and white, and carrying a spear.

Совсем маленький дикарь стоял между ним и лесом, размалеванный красным и белым, с копьем в руках.

He was coughing and smearing the paint about his eyes with the back of his hand as he tried to see through the increasing smoke.

Он кашлял и, ничего не видя в дыму, тер ладошкой глаза и размазывал краску.

Ralph launched himself like a cat; stabbed, snarling, with the spear, and the savage doubled up.

Ральф бросился на него, как кошка; зарычал, ударил копьем, дикарь согнулся надвое.

There was a shout from beyond the thicket and then Ralph was running with the swiftness of fear through the undergrowth.

В чаще снова орали, а страх уже гнал Ральфа через подлесок.

He came to a pig-run, followed it for perhaps a hundred yards, and then swerved off.

Он добрался до лаза, пробежал по нему ярдов сто, бросился в сторону.

Behind him the ululation swept across the island once more and a single voice shouted three times.

Сзади, пересекая остров, опять пронеслось улюлюканье и трижды прокричал одинокий голос.

He guessed that was the signal to advance and sped away again, till his chest was like fire.

Он понял - это сигнал, они надвигаются, и снова побежал так, что у него чуть не выпрыгнуло сердце.

Then he flung himself down under a bush and waited for a moment till his breathing steadied.

Он свалился под куст, лежал, стараясь немного отдышаться.

He passed his tongue tentatively over his teeth and lips and heard far off the ululation of the pursuers.

Щупал языком зубы и губы и слушал крики погони.

There were many things he could do.

Можно еще всякое сделать.

He could climb a tree; but that was putting all his eggs in one basket.

Влезть на дерево, например, - но нет, это слишком рискованно.

If he were detected, they had nothing more difficult to do than wait.

Обнаружат - и тогда им только выждать останется.

If only one had time to think!

Ах, если б было время подумать!

Another double cry at the same distance gave him a clue to their plan.

Снова с того же расстояния прокричали два раза, и он разгадал их план.

Any savage balked in the forest would utter the double shout and hold up the line till he was free again.

Тот, кто застрянет в зарослях, должен крикнуть два раза - сигнал всей цепи подождать, пока он не выберется.

That way they might hope to keep the cordon unbroken right across the island.

Чтобы так, сплошной цепью, прочесывать остров.

Ralph thought of the boar that had broken through them with such ease.

Ральф вспомнил, как легко прорвал тогда цепь тот кабан.

If necessary, when the chase came too close, he could charge the cordon while it was still thin, burst through, and run back.

Значит, если они подойдут совсем близко, можно прорваться и убежать.

But run back where?

Убежать... Но куда?

The cordon would turn and sweep again.

Они повернут и снова его погонят.

Sooner or later he would have to sleep or eat-and then he would awaken with hands clawing at him; and the hunt would become a running down.

А потом... надо же еще когда-то есть, спать, и проснется он уже в их кольце. И его затравят.

What was to be done, then?

Что делать, что делать?

The tree?

На дерево?

Burst the line like a boar?

Прорваться, как тот кабан?

Either way the choice was terrible.

Нет, и то и другое - ужас.

A single cry quickened his heart-beat and, leaping up, be dashed away toward the ocean side and the thick jungle till he was hung up among creepers; he stayed there for a moment with his calves quivering.

Снова - одинокий крик, сердце у него оборвалось, он вскочил, бросился в сторону океана, по непроходимым джунглям, застрял и повис в лианах. На миг он замер, только дрожали икры.

If only one could have quiet, a long pause, a time to think!

Ох, если б пощада, передышка, время подумать!

And there again, shrill and inevitable, was the ululation sweeping across the island.

И снова, дерущее, неотвратимое, по острову понеслось улюлюканье.

At that sound he shied like a horse among the creepers and ran once more till he was panting.

Он прянул, как конь, опять побежал, опять задохнулся.

He flung himself down by some ferns.

Опять плашмя бросился в папоротник.

The tree, or the charge?

На дерево? Или прорваться?

He mastered his breathing for a moment, wiped his mouth, and told himself to be calm.

На миг он перевел дух, вытер рот, приказал себе успокоиться.

Samneric were somewhere in that line, and hating it.

Где-то в этой цепи идут же Эрикисэм, и они-то сами не рады.

Or were they? And supposing, instead of them, he met the chief, or Roger who carried death in his hands?

Хотя... Да и не обязательно он попадет на Эрикисэма, можно наткнуться на Вождя, на Роджера, а Роджер - сама смерть...

Ralph pushed back his tangled hair and wiped the sweat out of his best eye.

Ральф откинул с лица спутанные лохмы, стер с нераспухшего глаза пот.

He spoke aloud.

Сказал вслух:

"Think."

- Думай.

What was the sensible thing to do?

Как тут поступить разумно?

There was no Piggy to talk sense.

Нет рядом Хрюши.

There was no solemn assembly for debate nor dignity of the conch.

Некому надоумить. И собрания нет - все б обсудили серьезно, - и нет защиты рога.

"Think."

- Думай.

Most, he was beginning to dread the curtain that might waver in his brain, blacking out the sense of danger, making a simpleton of him.

Больше всего он теперь боялся этого занавеса, который мог вдруг снова затрепыхаться в мозгу, заслонить ощущенье опасности, сделать из него несмышленыша.

A third idea would be to hide so well that the advancing line would pass without discovering him.

Третий выход - запрятаться так, чтоб они не заметили и прошли.

He jerked his head off the ground and listened.

Он поднял голову от земли, прислушался.

There was another noise to attend to now, a deep grumbling noise, as though the forest itself were angry with him, a somber noise across which the ululations were scribbled excruciatingly as on slate.

К прежним звукам прибавился новый - низкое бормотанье, ворчанье, будто сам лес сердится на него - густой, темный гул, и по нему, царапаньем мела по грифелю, мерзко взвизгивало улюлюканье.

He knew he had heard it before somewhere, but had no time to remember.

Он узнал этот гул, он уже его слышал раньше, только не было времени вспомнить, где и когда.

Break the line.

Прорваться.

A tree.

Влезть на дерево.

Hide, and let them pass.

Спрятаться, и пусть пройдут.

A nearer cry stood him on his feet and immediately he was away again, running fast among thorns and brambles.

Крик раздался вдруг совсем рядом, и он вскочил на ноги, побежал сквозь кусты терновника, ежевики.

Suddenly he blundered into the open, found himself again in that open space-and there was the fathom-wide grin of the skull, no longer ridiculing a deep blue patch of sky but jeering up into a blanket of smoke.

Вдруг вылетел на прогалину - опять на ту же, но саженная расколотая улыбка свиного черепа теперь не посылалась с вызовом просвету сини, а глумливо дразнила дымный навес.

Then Ralph was running beneath trees, with the grumble of the forest explained.

Ральф снова вбежал под деревья, и смысл темного гула открылся ему.

They had smoked him out and set the island on fire.

Его выкуривают. Они подпалили остров.

Hide was better than a tree because you had a chance of breaking the line if you were discovered.

Спрятаться лучше, чем лезть на дерево: если найдут, еще можно будет прорваться.

Hide, then.

Значит - спрятаться.

He wondered it a pig would agree, and grimaced at nothing.

Интересно, согласилась бы с ним свинья? И Ральф скорчил деревьям гримасу.

Find the deepest thicket, the darkest hole on the island, and creep in.

Значит - найти самые густые заросли, самую темную дыру на всем острове и туда залезть.

Now, as he ran, he peered about him.

Он теперь осматривался на бегу.

Bars and splashes of sunlight flitted over him and sweat made glistening streaks on his dirty body.

По нему прыгали солнечные штрихи и кляксы, высвечивали на грязном теле блестящие полоски пота.

The cries were far now, and faint.

Крики были уже далеко, еле слышны.

At last he found what seemed to him the right place, though the decision was desperate.

Наконец он выбрал подходящее место, да и некогда было раздумывать.

Here, bushes and a wild tangle of creeper made a mat that kept out all the light of the sun.

Кусты и лианы соткали тут плотный ковер, не пропускавший солнца.

Beneath it was a space, perhaps a foot high, though it was pierced everywhere by parallel and rising stems.

Под ним оставалось пространство примерно с фут высотой, правда повсюду проткнутое торчащими ростками.

If you wormed into the middle of that you would be five yards from the edge, and hidden, unless the savage chose to lie down and look for you; and even then, you would be in darkness-and if the worst happened and he saw you, then you had a chance to burst out at him, fling the whole line out of step and double back.

Можно туда заползти, в самую глубь, на пять ярдов от края, запрятаться. Вряд ли какому-нибудь дикарю придет в голову ложиться на землю и тебя высматривать; да то ты будешь во тьме. Ну, а в случае чего, если он тебя даже увидит - можно броситься на него, прорвать их строй, сбить, сделать петлю и остаться сзади.

Cautiously, his stick trailing behind him, Ralph wormed between the rising stems.

Волоча за собой копье, Ральф осторожно полез между торчащими ростками.

When he reached the middle of the mat he lay and listened.

Забрался в середину, залег и прислушался.

The fire was a big one and the drum-roll that he had thought was left so far behind was nearer.

Пожар был большой. Барабанный бой, который, он думал, остался далеко позади, снова стал ближе.

Couldn't a fire outrun a galloping horse?

Вообще-то ведь огонь обгоняет бегущую лошадь?

He could see the sun-splashed ground over an area of perhaps fifty yards from where he lay, and as he watched, the sunlight in every patch blinked at him.

В пятидесяти ярдах от него землю забрызгали солнечные пятна. И вдруг у него на глазах каждое пятнышко подмигнуло.

This was so like the curtain that flapped in his brain that for a moment he thought the blinking was inside him.

Это было так похоже на порханье злосчастного занавеса, что сперва он решил - показалось.

But then the patches blinked more rapidly, dulled and went out, so that he saw that a great heaviness of smoke lay between the island and the sun.

Но вот они замигали все чаще, померкли и стерлись, и он увидел, что дым тяжко пролег между солнцем и островом.

If anyone peered under the bushes and chanced to glimpse human flesh it might be Samneric who would pretend not to see and say nothing.

Ну, пусть даже кто-то заглянет в кусты, даже различит человеческое тело, так, может, это будут Эрикисэм, и они притворятся, что ничего не заметили, они промолчат.

He laid his cheek against the chocolate-colored earth, licked his dry lips and closed his eyes.

Он лег на темно-шоколадную землю щекой, облизал сухие губы, закрыл глаза.

Under the thicket, the earth was vibrating very slightly; or perhaps there was a sound beneath the obvious thunder of the fire and scribbled ululations that was too low to hear.

Под чащобой легонько дрожала земля; а может, это был звук, тихий, неразличимый за темным гулом пламени и царапающими взвизгами улюлюканья.

Someone cried out.

Кто-то крикнул.

Ralph jerked his cheek off the earth and looked into the dulled light.

Ральф оторвал щеку от земли, уставился на мутный свет.

They must be near now, he thought, and his chest began to thump.

Они уже близко. Сердце ухало и обрывалось.

Hide, break the line, climb a tree-which was the best after all?

Спрятаться, прорваться, залезть на дерево? Что делать?

The trouble was you only had one chance.

Выбрать, выбрать - потом не исправишь.

Now the fire was nearer; those volleying shots were great limbs, trunks even, bursting.

Огонь подбирался. Залпы - это трещат и взрываются ветки, даже стволы.

The fools!

Идиоты!

The fools!

Вот идиоты несчастные!

The fire must be almost at the fruit trees-what would they eat tomorrow?

Фруктовые деревья сгорят - а что они завтра есть будут?

Ralph stirred restlessly in his narrow bed.

Ральф съежился на своей узкой постели.

One chanced nothing!

Терять-то уже нечего!

What could they do?

Да и что они ему сделают?

Beat him?

Изобьют?

So what?

Подумаешь?

Kill him?

Убьют?

A stick sharpened at both ends.

Палка, заостренная с обоих концов...

The cries, suddenly nearer, jerked him up.

Крики были совсем близко, его подбросило, как на пружине.

He could see a striped savage moving hastily out of a green tangle, and coming toward the mat where he hid, a savage who carried a spear.

Полосатый дикарь быстро шел из зеленых зарослей к его укрытию, дикарь с копьем.

Ralph gripped his fingers into the earth.

Ральф впился ногтями в землю.

Be ready now, in case.

Что ж. Приготовиться.

Ralph fumbled to hold his spear so that it was point foremost; and now he saw that the stick was sharpened at both ends.

Ральф повертел копье. Острием надо вперед. Но палка оказывается, была заострена с обоих концов.

The savage stopped fifteen yards away and uttered his cry.

Дикарь остановился в пятнадцати ярдах и -крикнул.

Perhaps he can hear my heart over the noises of the fire.

Может, услышал в шуме костра, как стучит мое сердце.

Don't scream.

Только не крикнуть.

Get ready.

Приготовиться.

The savage moved forward so that you could only see him from the waist down.

Дикарь надвигался. Уже только ноги видны.

That was the butt of his spear.

И копье.

Now you could see him from the knee down.

Вот уже выше колен ничего не видно.

Don't scream.

Только не крикнуть.

A herd of pigs came squealing out of the greenery behind the savage and rushed away into the forest.

Стадо свиней с визгом выскочило из зелени у дикаря за спиной и метнулось в лес.

Birds were screaming, mice shrieking, and a little hopping thing came under the mat and cowered.

Вопили птицы, пищали мыши, кто-то крошечный прыгнул к нему под ковер, затаился.

Five yards away the savage stopped, standing right by the thicket, and cried out.

Вот дикарь совсем близко, в пяти ярдах стоит. И опять закричал.

Ralph drew his feet up and crouched.

Ральф подтянул ноги, приподнялся, готовый к прыжку.

The stake was in his hands, the stake sharpened at both ends, the stake that vibrated so wildly, that grew long, short, light, heavy, light again.

У него в руках был кол, заостренный с обоих концов кол, этот кол дрожал и метался, стал короче, длиннее, короче, длиннее, тяжелее, легче опять.

The ululation spread from shore to shore.

Улюлюканье разлетелось от берега до берега.

The savage knelt down by the edge of the thicket, and there were lights flickering in the forest behind him.

Дикарь опускался на колени у зарослей, а сзади по лесу метались огни.

You could see a knee disturb the mold.

Вот колено вмялось в землю.

Now the other.

Теперь второе.

Two hands.

Обе руки.

A spear.

Копье.

A face.

Лицо.

The savage peered into the obscurity beneath the thicket.

Дикарь вглядывался во тьму.

You could tell that he saw light on this side and on that, but not in the middle-there.

По сторонам он, конечно, еще видел свет, но только не тут, в середине.

In the middle was a blob of dark and the savage wrinkled up his face, trying to decipher the darkness.

В середине - плотный ком темноты. Дикарь весь сморщился, расшифровывая темноту.

The seconds lengthened Ralph was looking straight into the savage's eyes.

Секунды тянулись. Ральф смотрел дикарю прямо в глаза.

Don't scream.

Только не крикнуть.

You'll get back.

Ты еще вернешься домой.

Now he's seen you.

Увидел.

He's making sure.

Проверяет.

A stick sharpened.

Заостренной палкой.

Ralph screamed, a scream of fright and anger and desperation.

Ральф крикнул - от страха, отчаянья, злости.

His legs straightened, the screams became continuous and foaming.

Ноги у него сами распрямились, он кричал и кричал, он не мог перестать.

He shot forward, burst the thicket, was in the open, screaming, snarling, bloody.

Он метнулся вперед, в чащобу, вылетел на прогалину, он кричал, он рычал, а кровь капала.

He swung the stake and the savage tumbled over; but there were others coming toward him, crying out.

Он ударил колом, дикарь покатился; но на него уже неслись другие, орали.

He swerved as a spear flew past and then was silent, running.

Он увернулся от летящего копья, дальше побежал уже молча.

All at once the lights flickering ahead of him merged together, the roar of the forest rose to thunder and a tall bush directly in his path burst into a great fan-shaped flame.

Вдруг мелькающие впереди огоньки слились, рев леса стал громом, и куст на его пути рассыпался огромным веером пламени.

He swung to the right, running desperately fast, with the heat beating on his left side and the fire racing forward like a tide.

Ральф бросился вправо, сердце выпрыгивало, он мчался, огонь накатывал, как прибой.

The ululation rose behind him and spread along, a series of short sharp cries, the sighting call.

За ним летело улюлюканье, коротенькие, тонкие выкрики: видят, видят.

A brown figure showed up at his right and fell away.

Справа вырос кто-то темный, остался сзади.

They were all running, all crying out madly.

Все бежали, голосили как бешеные.

He could hear them crashing in the undergrowth and on the left was the hot, bright thunder of the fire.

Вломились в подлесок, а слева гремел горячий огненный гром.

He forgot his wounds, his hunger and thirst, and became fear; hopeless fear on flying feet, rushing through the forest toward the open beach.

Ральф забыл раны, голод, жажду, он весь обратился в страх. Страх на летящих ногах мчался лесом к открытому берегу.

Spots jumped before his eyes and turned into red circles that expanded quickly till they passed out of sight.

Перед глазами прыгали точки, делались красными кольцами, расползались, стирались.

Below him someone's legs were getting tired and the desperate ululation advanced like a jagged fringe of menace and was almost overhead.

Ноги, чужие ноги под ним устали, а бешеный крик стегал, надвигался зубчатой кромкой беды, совсем накрывал.

He stumbled over a root and the cry that pursued him rose even higher.

Он споткнулся о корень, настигающий крик взвился еще выше.

He saw a shelter burst into flames and the fire flapped at his right shoulder and there was the glitter of water.

Шалаш взорвался в огне, огонь хлопал за правым плечом, впереди блеснула вода.

Then he was down, rolling over and over in the warm sand, crouching with arm up to ward off, trying to cry for mercy.

И он упал, он кубарем покатился на горячий песок, он заслонялся руками и старался вытолкнуть из горла крик о пощаде.

He staggered to his feet, tensed for more terrors, and looked up at a huge peaked cap.

Потом он встал, качаясь, весь натянулся, приготовился к новому ужасу, поднял глаза и увидел огромную фуражку.

It was a white-topped cap, and above the green shade or the peak was a crown, an anchor, gold foliage.

У фуражки был белый верх, а над зеленым козырьком были корона, якорь, золотые листы.

He saw white drill, epaulettes, a revolver, a row of gilt buttons down the front of a uniform.

Он увидел белый тик, эполеты, револьвер, золотые пуговицы на мундире.

A naval officer stood on the sand, looking down at Ralph in wary astonishment.

Морской офицер стоял на песке и настороженно, удивленно разглядывал Ральфа.

On the beach behind him was a cutter, her bows hauled up and held by two ratings.

За ним, на берегу был катер, его вытащили из воды и держали за нос двое матросов.

In the stern-sheets another rating held a sub-machine gun.

В катере стоял еще матрос и держал автомат.

The ululation faltered and died away.

Крик охотников запнулся и оборвался.

The officer looked at Ralph doubtfully for a moment, then took his hand away from the butt of the revolver.

Офицер еще поглядел на Ральфа с сомненьем, потом снял руку с револьвера.

"Hullo."

- Здравствуй.

Squirming a little, conscious of his filthy appearance, Ralph answered shyly.

Думая о том, как постыдно он выглядит, ежась, Ральф робко ответил:

"Hullo."

- Здравствуйте.

The officer nodded, as if a question had been answered.

Офицер кивнул, будто услышал ответ на какой-то вопрос.

"Are there any adults-any grownups with you?"

- Взрослых здесь нет?

Dumbly, Ralph shook his head.

Ральф затряс головой, как немой.

He turned a half-pace on the sand.

Он повернулся.

A semicircle of little boys, their bodies streaked with colored clay, sharp sticks in their hands, were standing on the beach making no noise at all.

На берегу полукругом тихо-тихо стояли мальчики с острыми палками в руках, перемазанные цветной глиной.

"Fun and games," said the officer.

- Доигрались? - сказал офицер.

The fire reached the coconut palms by the beach and swallowed them noisily.

Огонь добрался до кокосовых пальм на берегу и с шумом их проглотил.

A flame, seemingly detached, swung like an acrobat and licked up the palm heads on the platfonn.

Подпрыгнув, как акробат, пламя выбросило отдельный язык и слизнуло верхушки пальм на площадке.

The sky was black.

Небо было черное.

The officer grinned cheerfully at Ralph.

Офицер весело улыбался Ральфу:

"We saw your smoke.

- Мы увидели ваш дым.

What have you been doing?

У вас тут что?

Having a war or something?"

Война?

Ralph nodded.

Ральф кивнул.

The officer inspected the little scarecrow in front of him.

Офицер разглядывал маленькое пугало.

The kid needed a bath, a haircut, a nose-wipe and a good deal of ointment.

Ребенка надлежало срочно помыть, подстричь, утереть ему нос, смазать как следует ссадины.

"Nobody killed, I hope?

- Обошлось без смертоубийства, надеюсь?

Any dead bodies?"

Нет мертвых тел?

"Only two.

- Только два.

And they've gone."

Но их нет. Унесло.

The officer leaned down and looked closely at Ralph.

Офицер наклонился и пристально вглядывался в лицо Ральфа.

"Two?

- Двое?

Killed?"

Убитых?

Ralph nodded again.

Ральф снова кивнул.

Behind him, the whole island was shuddering with flame.

За его спиной весь остров дрожал в пламени.

The officer knew, as a rule, when people were telling the truth.

Офицер разбирался, как правило, когда ему лгут, а когда говорят правду.

He whistled softly.

Он тихонько присвистнул.

Other boys were appearing now, tiny tots some of them, brown, with the distended bellies of small savages.

Появлялись еще мальчики, некоторые совсем клопы, темные, с выпяченными, как у маленьких дикарей, животами.

One of them came dose to the officer and looked up.

Один подошел к офицеру вплотную, поднял глаза.

"I'm, I'm-"

-Я... я...

But there was no more to come.

Далее ничего не последовало.

Percival Wemys Madison sought in his head for an incantation that had faded clean away.

Персиваль Уимз Медисон откапывал в памяти свою магическую формулу, но она затерялась там без следа.

The officer turned back to Ralph.

Офицер повернулся к Ральфу:

"We'll take you off.

- Мы вас заберем.

How many of you are there?"

Сколько вас тут?

Ralph shook his head.

Ральф только тряс головой.

The officer looked past him to the group of painted boys.

Офицер посмотрел мимо него на размалеванных мальчишек:

"Who's boss here?"

- Кто у вас главный?

"I am," said Ralph loudly.

-Я, - громко сказал Ральф.

A little boy who wore the remains of an extraordinary black cap on his red hair and who carried the remains of a pair of spectacles at his waist, started forward, then changed his mind and stood still.

Мальчуган в остатках немыслимой шапочки на рыжих волосах, с разбитыми очками, болтавшимися на поясе, шагнул вперед, но тут же передумал и замер.

"We saw your smoke. And you don't know how many of you there are?"

-Мы увидели ваш дым... Так вы даже не знаете, сколько вас тут?

"No, sir."

- Нет, сэр.

"I should have thought," said the officer as he visualized the search before him, "I should have thought that a pack of British boys-you're all British, aren't you?-would have been able to put up a better show than that-I mean-"

- Казалось бы, - офицер прикидывал предстоящие хлопоты, розыски, - казалось бы, английские мальчики - вы ведь все англичане, не так ли? -могли выглядеть и попристойней...

"It was like that at first," said Ralph, "before things-"

-Так сначала и было, - сказал Ральф, - пока...

He stopped.

Он запнулся.

"We were together then-"

- Мы тогда были все вместе...

The officer nodded helpfully.

Офицер понимающе закивал:

"I know.

- Ну да.

Jolly good show.

И все тогда чудно выглядело, Просто

Like the Coral Island."

"Коралловый остров".

Ralph looked at him dumbly.

Ральф стоял и смотрел на него, как немой.

For a moment he had a fleeting picture of the strange glamour that had once invested the beaches.

На миг привиделось - снова берег опутан теми странными чарами первого дня.

But the island was scorched up like dead wood-Simon was dead-and Jack had.... The tears began to flow and sobs shook him.

Но остров сгорел, как труха. Саймон умер, а Джек... Из глаз у Ральфа брызнули слезы, его трясло от рыданий.

He gave himself up to them now for the first time on the island; great, shuddering spasms of grief that seemed to wrench his whole body.

Он не стал им противиться; впервые с тех пор, как оказался на этом острове, он дал себе волю, спазмы горя, отчаянные, неудержимые, казалось, сейчас вывернут его наизнанку.

His voice rose under the black smoke before the burning wreckage of the island; and infected by that emotion, the other little boys began to shake and sob too.

Голос поднялся под черным дымом, застлавшим гибнущий остров. Заразившись от него, другие дети тоже зашлись от плача.

And in the middle of them, with filthy body, matted hair, and unwiped nose, Ralph wept for the end of innocence, the darkness of man's heart, and the fall through the air of the true, wise friend called Piggy.

И, стоя среди них, грязный, косматый, с неутертым носом, Ральф рыдал над прежней невинностью, над тем, как темна человеческая душа, над тем, как переворачивался тогда на лету верный мудрый друг по прозвищу Хрюша.

The officer, surrounded by these noises, was moved and a little embarrassed.

Офицер был тронут и немного смущен.

He turned away to give them time to pull themselves together; and waited, allowing his eyes to rest on the trim cruiser in the distance.

Он отвернулся, давая им время овладеть собой, и ждал, отдыхая взглядом на четком силуэте крейсера в отдаленье.

Content

Голдинг Уильям Повелитель мух - английский и русский параллельные тексты