Тирсо де Молина

БЛАГОЧЕСТИВАЯ МАРТА

Комедия в трех актах

Перевод Т. Щепкиной-Куперник

Действующие лица

Донья Марта

Донья Люсия

Донья Инес

Дон Фелипе

Пастрана

Дон Гомес — старик

Капитан Урбина

Поручик

Дон Диего

Дон Хуан

Лoпес — слуга

Действие происходит в Мадриде и Ильескасе.[1]

АКТ ПЕРВЫЙ

Зала в доме дона Гомес, в Мадриде.

Сцена 1

Донья Марта, потом донья Люсия, обе нарядно одетые, в трауре.

Донья Марта

Усталый вол, надеясь сбросить гнет,

Ждет, чтоб сошла вечерняя прохлада.

Кто ранен на смерть — в чудо верит тот,

И для него в надежде есть отрада.

Как ни бушует грозных волн громада —

Корабль в надежде видит свой оплот;

И потому страшит нас бездна ада,

Что лишь в аду надежда не живет.

Для смертных всех дан свет надежды роком:

Ждет неудачник в будущем удач,

На бoльшее надеется богач…

Лишь я одна в раздумьи одиноком,

В отчаяньи гляжу на божий свет:

На луч надежды — мне надежды нет.

Донья Люсия

На луч надежды — мне надежды нет.

Увы! Мое отчаянье безбрежно:

Мой бедный брат убит во цвете лет,

Убийца ж тот — кого люблю я нежно.

Надежде я должна сказать прости:

Могила мертвых не отдаст из плена…

В разлуке ж слишком частый гость — измена:

Любовь разлуку — может ли снести.

И все же я люблю убийцу брата,

И гнев к нему душой не овладел.

Любовь дает лишь горе мне в удел…

Два мертвеца. Могилой счастье взято…

Разлука — смерть… Он умер для меня,

И плачу я, живого хороня.

Донья Марта

О чем твой плач? Что вызывает

Отчаянья такой порыв?

Так громко плачешь ты, забыв

Что уши и у стен бывают.

Донья Люсия

А ты в чем шлешь упрек судьбе?

Ведь жалобам твоим внимая,

Сестрица, плакать начала я

Из подражания тебе.

Донья Марта

Иль нет причин мне плакать? Или

Не тяжела моя утрата?

Ведь у меня убили брата…

С ним счастье все мое убили.

Донья Люсия

А я-то, что ж, — другого роду?

Иль мы с тобою не родня.

Так не сердись же на меня,

Что я даю слезам свободу.

О мертвом плачу безутешно, —

Кто был при жизни мной любим.

Донья Марта

Брось! Слезы поводом таким

Ты прикрываешь безуспешно.

Понятно мне, что означали

Потоки слез. Э, перестань!

Не мертвецу несешь их в дань —

Надежда есть в твоей печали.

И для меня понятней слoва

Немые слезы без конца;

Трезвонишь ты для мертвеца,

А благовестишь за живого.

О ком ты плачешь — я-то знаю.

Донья Люсия

Да, вора в каждом видит вор…

И чудом я не называю,

Что ты воображаешь вздор.

Ты здесь сама скорей виновна…

Донья Марта

Ужель я так кажусь глупа?

Оставь, сестра. Я не слепа.

Одно мне ясно безусловно:

Ты в дон Фелипе влюблена.

Мы, женщины, всё видим сразу,

Что не видать мужскому глазу:

Читаем в душах мы до дна.

На свет явилась после Ева,

Адам был раньше сотворен, —

Однако же, она — не он —

Нашла тот плод запретный с древа,

Что дорого так стоит людям.

К чему ж подобная игра?

Оставь увертки ты, сестра.

Хитрить мы долее не будем,

Я женщина — и вот причина,

Что вижу все… и очень ясно

И очень много.

Донья Люсия

Вот прекрасно!

Так я, по-твоему, мужчина?

Иль слепотой поражена?

Ты — рысь, я — крот с тобой в сравненьи.

Но ведь умеешь, без сомненья,

Читать в сердцах ты не одна.

Ты правды от меня не спрячешь,

Я разбираюсь в смысле скрытом:

И ты совсем не об убитом,

А об убийце горько плачешь.

Донья Марта

Итак, по-твоему — любила

Я дон Фелипе?

Донья Люсия

Вот вопрос!

Любила? Упаси Христос!

Ты ненависть к нему таила:

Он был тебе врагом всегда…

Не хуже вишен для дрозда.

Любить… Кто ж станет по охоте

Такую женщину любить?

Ты — и любить? Не может быть:

Ты ж не из крови, не из плоти.

Донья Марта

И было б для меня позором

Любовь почувствовать к тому,

Кого ты любишь.

Донья Люсия

Почему?

Донья Марта

Ничтожен человек, которым

Такая б увлекаться стала…

А если даже нет — любой,

Раз только избран он тобой,

Теряет цену.

Донья Люсия

Так. Не мало

Нашлось причин!

Донья Марта

А в заключенье:

И я б понизилась в цене.

Когда б избранник твой — ко мне

Почувствовал души влеченье.

Меня тогда сочли бы тоже

(Как твой и друг найдет любой),

Как ты, холодной и пустой,

И, словом, на тебя похожей.

Донья Люсия

Так, так! Я — холоднее льда,

А ты — роскошный летний зной,

И красотою неземной

Мужчин ты губишь навсегда!

Ты — солнце в прелести своей!

И ты во всем ему подобна:

Не даром людям неудобно

Глядеть на алый блеск лучей.

Никто — пугаясь слепоты —

На солнце ведь смотреть не станет.

Так на тебя никто не взглянет,

Иль ослепишь безумца ты.

Но странно: жжет и удивляет

Весь мир такая красота…

На все лады и все уста

Тебя как солнце восхваляют, —

Однако с красотой своею

Ты — все одна. А несмотря,

Что я ни солнце, ни заря,

Не ослепляю и не грею, —

Но «мудрость» мне твоя смешна.

Пусть я подобна зимней стуже,

Пусть я тебя гораздо хуже,

Не так красива и умна, —

Толпа поклонников за мною, —

Что красоте твоей не в честь, —

Спешат мой холод предпочесть

Сестры губительному зною.

Донья Марта

Ну, да… Любовники из тех

Кудрявых, плюшевых созданий,

Что надевают для свиданий

(Все от тебя) на тело мех.

Ну, что ж, конечно, иногда

Свет изменяет вкус и моду:

И летом покупают воду

И очень ценят свежесть льда.

Вот верно почему, сестрица,

Тебя Фелипе полюбил:

Чтоб снегом умерять свой пыл —

Он поспешил в тебя влюбиться.

Донья Люсия

Когда б любила я его…

Донья Марта

Так ты его не любишь?

Донья Люсия

Чтo ты! Нет у меня к тому охоты:

Убийца брата моего.

Я лишь хочу развязки скорой:

Пускай закон накажет строго

Его вину — и тем немного

Смягчит ту скорбь, конца которой

Я не предвижу никогда.

Донья Марта

Как? Казни хочешь ты и мести

Убийце? Поклянись по чести!

Донья Люсия

Да, да! И тысячу раз — да!

Донья Марта

Твой приговор чрезмерно строг.

Донья Люсия

Велик и грех, и кары стоит.

Донья Марта

Нет. Пусть усопших успокоит,

Но пусть простит живущих бог.

Донья Люсия

Вине подобной нет прощенья!

Донья Марта (притворяясь, что говорит серьезно)

Коль смерть тебе его нужна —

Так ты торжествовать должна:

Убийца схвачен — ждет отмщенья.

Донья Люсия (потрясенная)

Как?.. Где же схвачен он?

Донья Марта

В Севилье.[2]

Его настигли наконец.

Донья Люсия (в сторону)

О ужас!

Донья Марта

И так рад отец,

Что увенчал успех усилья:

Удача облегчает горе…

Решил ускорить дело он.

Убийца должен быть казнен;

В Севилье казнь свершится вскоре —

Уж через месяц.

Донья Люсия (в сторону)

Горе!

Донья Марта

Вот

Как скоро небеса успели

Исполнить месть твою.

Донья Люсия

Ужели…

Сестра… так скоро он умрет?

Донья Марта

Да. Плачешь?

Донья Люсия

Я же не из стали.

Донья Марта

Но смерти только что сама-то

Желала ты убийце брата,

Виновнику твоей печали…

Донья Люсия

Все это так… О боже мой!..

Но ты не поняла сначала…

Донья Марта

Чтоб умер он — ты так желала…

Донья Люсия

Чтоб умер… для меня одной…

Пойду отца о всем спросить…

(В сторону)

И плакать на свободе стану.

(Уходит.)

Донья Марта

Как поддалась легко обману.

Что значит — дурочкою быть.

Я про арест все сочинила,

Чтоб правду выведать у ней.

И что ж, лишь ревности моей

В конце концов пути открыла.

Сцена 2

Дон Гомес, донья Марта.

Дон Гомес (входит, читая письмо и не замечая дочери)

«Из многих причин, заставляющих меня покинуть Индию[3] и вернуться в Испанию, главной была повидаться с тобой и превратить нашу старинную дружбу — в родство. Божий промысел, мои подвиги и мое усердие — все вместе помогло мне за десять лет нажить больше ста тысяч песет.[4] Они к твоим услугам: я предлагаю их в приданое твоей дочери, донье Марте, если только мой возраст не послужит препятствием, чтобы мне имя твоего друга сменить на имя зятя. Я сейчас в Ильеске, где, как ты знаешь, находится мое поместье, у нас предполагаются празднества и бой быков.[5] Если они вам интересны и если я достоин этой чести — дом мой вас ожидает. Он пустует пока: в нем нет детей (у меня их никогда не было), но сейчас он полон желаний и надежд, которые вы, надеюсь, осуществите. Храни тебя бог и пр. и пр. Капитан Урбина»[6]

Добро пожаловать стократ.

Лишь эта весть и может ныне

Смягчить отчаянье утрат

И слезы о погибшем сыне,

Что душу все еще томят.

Мы с ним в одних летах… да, да.

Но — с капиталом не беда:

Сто тысяч.[7]

С этой позолотой

Все будут уважать с охотой

Его почтенные года.

Согласье Марта даст, конечно.

Хоть будет муж у ней старенек,

Но нет ведь старости для денег.

К тому ж — весна так быстротечна,

Зима ж — крепка и долговечна.

Зима суровая — мой зять.

Любовь — «весной» привыкли звать…

Но ведь в мехах и в зимней стуже

Тепленько при богатом муже:

Тепло, как летом… Благодать…

Уверен, будет дочь покорна.

Мое желание упорно.

И отогреет донья Марта,

Как солнце радостное марта,

Супруга старость животворно.[8]

Донья Марта

Сеньор! Какой отрадой новой

Как будто ваша грусть смягчилась?

Дон Гомес (в сторону)

О свадьбе — ей пока ни слова.

Дитя, хоть скорбь моя сурова,

Но радость у меня случилась.

Волненье… счастье… ожиданье

Превысили мое страданье.

Такая радостная весть!

Хоть сына нет — друг верный есть.

К нему я еду на свиданье.

Хотя наследник мой любимый

Рукой судьбы неумолимой

Во цвете лет и вырван вдруг, —

В потере той незаменимой

Меня утешит старый друг.

Вернулся капитан Урбина.

Его удача велика:

Им в Потоси[9] открыта мина,

В Китае он скупил шелка[10]…

Наскучила ему чужбина.

Привез дукатов[11] тысяч двести,

Хранящихся в надежном месте…

В Ильеске, Марта, он живет,

И вот — меня к себе зовет

Гостить — конечно, с вами вместе.

Мы были оба с ним когда-то

Одною жизнью и душой.

И вот теперь в свой дом богатый

Мой друг зовет меня как брата,

Чтоб поделиться всем со мной.

Там завтра праздник — бой быков…

Хоть не до празднеств мне, конечно,[12]

Но я о горести сердечной

На время позабыть готов,

Ответив на радушный зов.

Богатству — честь, а дружбе — ласку

Я окажу хоть чем-нибудь.

Пойду и закажу коляску.

Скажи сестре, готова будь…

По холодку мы к ночи — в путь.

Донья Марта

Отец, отец, не так поспешно.

Иль вам напомнить я должна

О нашей скорби безутешной?

Мой брат убит… не отмщена

Убийцы тяжкая вина…

Дон Гомес

Не бойся: я везде уж был.

За ним, с приказом об аресте,

Следит усердный альгвасил,[13]

Развязка скоро будет — вместе

И преступлению и мести.

Донья Марта (в сторону)

Мой бог! В Ильеске он сейчас:

Писал вчера мне… Вдруг до нас

На праздник вздумает остаться?

Вот новый страх! Его как раз

Там могут сбиры[14] доискаться…

Сцена 3

Донья Люсия, донья Марта, дон Гомес.

Донья Люсия

Итак, веселье есть в печали.

Вы очень рады, мой отец?

Дон Гомес

Как ты узнала?

Донья Люсия

Мне сказали —

Убийца схвачен наконец.

Дон Гомес

Так скоро? Ну, не чудеса ли!

Кто, альгвасил ту весть принес?

Скажи, его ты наградила?

Донья Люсия

Что означает ваш вопрос?

Дон Гомес

Севилья быстро порешила.

Теперь возмездия вся сила

Должна убийцу покарать.

Пойду все толком разузнать…

Да приготовлю все к поездке,

Чтоб завтра утром быть в Ильеске.

(Уходит.)

Сцена 4

Донья Марта, донья Люсия.

Донья Люсия

Не знаю, что предполагать

Нам за поездкой столь нежданной?

Какой, скажи, был альгвасил

И кто его здесь одарил?

Когда отец все знает — странно:

Зачем не то он говорил?

Сестра? Я смущена ужасно.

Донья Марта

Однако, милая, все ясно:

Что дон Фелипе посвятил

Тебе любви сердечный пыл —

Отец ведь понимал прекрасно.

И вот, щадя свое созданье,

Чтоб не усиливать страданье

И грусть твою, он, может быть,

Свою решился радость скрыть,

И промолчал — из состраданья.

В Севилью он поедет сам…

Чтобы увидеть казнь злодея.

Но, за тебя душой болея,

Велит в Ильеску ехать нам —

Чтобы тебя рассеять там.

Везет на праздник нас в Ильеску,

И хочет грусть твою смягчить.

Донья Люсия

О Марта! Праздничному блеску

Слез роковых не осушить.

Раз так он хочет поступить,

То я любовь отца проверю:

Поговорю по сердцу с ним…

А будет он неумолим —

Пусть ждет себе еще потерю.

Умрет Фелипе — я за ним.

Отцу скажу я не тая,

Что если гнев его продлится,

То сократится жизнь моя.

Донья Марта

Пока — советовала б я

Немного подождать, сестрица:

Отца в Ильеску пригласил

Старинный друг. Давай мы обе

Просить его изо всех сил,

Чтоб он отца уговорил

Забыть о мести и о злобе.

Идя по этому пути,

Фелипе можем мы спасти.

Донья Люсия

Совет хорош.

Донья Марта

Ну да, конечно!

(В сторону)

Как верит-то простосердечно!

Донья Люсия

Позволь сказать тебе — прости.

Все подозрения дурные,

Всю ревность, мысли все плохие —

Я все беру назад, сестра.

Ко мне ты истинно добра,

Прости мне.

Донья Марта

Ревность! Ах, Люсия, —

Из чувств дурных она растет:

Опасны дерево и плод!

Донья Люсия

Пойдем же выбрать туалеты:

Должны мы быть к лицу одеты,

Хоть траур и принять в расчет.

(В сторону)

Господь! Спаси его — молю.

(Уходит.)

Донья Марта (одна)

Тогда судьбу благословлю,

Когда уж будет он далече.

Кто б мог сказать — что буду встречи

Бояться с тем, кого люблю.

Улица в Ильеске

Сцена 5

Пастрана, дон Фелипе.

Пастрана

Всю ночь в дороге, в непогоду,

В телегах, в бричках, на ослах,

Пешком, верхом и на мулах

Тебе я странствовал в угоду.

Дон Фелипе

Пастрана, дружбою помочь

Ты мне сумел в моем несчастьи.

Ты мне даешь свое участье,

Раздумье шуткой гонишь прочь.

За мною дух твой благородный

Тебя в изгнание повлек,

Веселья яркого поток

Несет с тобой твой ум свободный.

Коль ты судьбой моей смущен —

Представь мой символ неизменный:

В цепях, и связан, сокол пленный.

Не вечно в путах будет он.

Мои невзгоды облегчает

Один девиз: «Спокойно жду

За мраком яркую звезду».

Он мне таинственно вещает:

Сейчас я осужден к скитаньям,

За эту смерть. Ну что ж — пусть так!

Я верю — этот долгий мрак

Надежды сменится блистаньем.

Пастрана

Да, но, любезный друг, прости:

Нам лучше б было, в деле этом

Рассудка следуя советам,

Подальше ноги унести.

И пусть любовь твоя не бьется

Как будто бабочка ночная,

Когда, опасности не зная,

Влюбясь в огонь, бедняжка вьется,

Пока он не сожжет ей крыл.

Вот символ твой: его мы стоим,

Коль ждать ты хочешь — чтоб обоим

Подрезал крылья альгвасил.

Дон Фелипе

Представь ты льва, когда томится

В железной клетке царь зверей —

Он бродит на цепи своей,

Как ни тесна его темница.

Но шаг… и далее не может —

Не пустит цепь. Он тщетно рвется —

Опять на место он вернется.

Совет твой, друг, мне не поможет.

Пускай и жизнь и честь на карте.

Я здесь остановлю свой путь,

Мне дальше не дает шагнуть

Любовь к прекрасной донье Марте.

Пастрана

Не знаю участи плачевней.

И что, скажи мне, за охота,

Как Санчо-Пансе с Дон-Кихотом[15]

Считать харчевню за харчевней…

Не видишь разве, что безумно

В Ильеске оставаться нам?

Сюда привлек так много дам

И кавалеров праздник шумный…

Не мало всякого здесь люду:

Пожалуй, встретится такой

Торговец жизнию людской,

Что мерку снимет с нас, да к худу.

Предлог уехать превосходный:

К Маморе[16] нынче все спешат —

В поход: из трех — один солдат.

Надень и ты наряд походный,

К себе в отряд тебя охотно

Любой зачислит капитан,

И не узнает сам Гальван[17]

Тебя в солдате беззаботном.

Дон Фелипе

Ты думаешь, не грустно мне

От этой мысли отказаться?

Пастрана

Ого! Вот так ответ, признаться!

Достойный храбреца вполне.

Дон Фелипе

О честь врожденная Испаньи!

В опасный день — пойдут все сразу,

Без королевского приказу:

Долг родине — у всех в сознаньи,

И все, чья жизнь — в пирах, в нарядах,

Кто любит блеск и аромат,

Все те, кто только говорят

О ревности, улыбках, взглядах, —

Придет опасность — чужд им страх:

Помчатся все к заветной цели,

Как будто с самой колыбели

Служили в Фландрии[18] в войсках.

Пастрана

Да здравствует сеньор Фахардо,[19]

Испаньи слава, храбрый воин.

Он доблестью своей достоин

При жизни песнопений барда…

Пускай Харифе или Муса[20]

Со сворой мавров пожелают

Отведать меч его: узнают,

Какого он на деле вкуса!

Сцена 6

Лопес, дон Фелипе, Пастрана.

Лопес

Вот так… Во всякой-то беде

«Хуан Флорин»[21] всегда поможет.

Пастрана

Кто это? Все меня тревожит…

Обжегшись, знаешь, на воде…

Нет — он не страшен для набега:

Сеньор идальго — виноват,

Вы не с Маморы ли солдат?

Лопес

Пока — служитель дон Диего

Де-Сильва.

Пастрана

А узнать нельзя ли,

Что вас могло сюда привесть?

Лопес

А вот: особенную честь

Мне два идальго оказали:

Просили принести им сбрую.

«Хуан Флорин» — он вам знаком?

Снабдил меня своим возком.

Любезность оценив такую,

Я в путь пустился без раздумья

На паре… этих самых ног,

Чтоб к празднику поспеть я мог.

Пастрана

Ответ ваш — не без остроумья.

Кто ж этот Сильва? Я нигде

Как будто с ним и не встречался.

Лопес (в сторону)

Вот почему-то привязался!

Допрос совсем как на суде!

Их двое братьев, из дворян,

На славу оба кавалеры,

И доброй христианской веры:

Дон Дьего, младший — дон Хуан.

Дон Фелипе

Женаты?

Лопес

Оба ищут жен.

Есть на примете две сестрицы,

По существу, они девицы,

В случайностях же — бог волен.

Зовут их — Марта и Люсия,

Две доньи — нет их благородней…

Вопросов будет на сегодня?

Простите, должен уж идти я.

Пастрана

Постойте!

Лопес

Право, недосужно:

Найти «посаду», встретить дам, —

Приедут — доложу я вам, —

Тут пошевеливаться нужно.

Дон Фелипе

Так дамы едут с ними вместе?

Лопес

Нет, нет, с отцом. Они ж прибыть

Хотели раньше. Здесь добыть

Мечтает каждый по невесте,

Чтоб, как придется возвращаться, —

В коляски парочками сесть.

Прощайте же. Имею честь.

(Уходит)

Дон Фелипе (в сторону)

Дай бог им здесь не повстречаться!

Сцена 7

Дон Фелипе, Пастрана.

Пастрана

Ревнуешь?

Дон Фелипе

Что ты! Я ведь знаю,

Что обе обо мне вздыхают

И обе мне мой грех прощают[22]…

Но я лишь одного желаю:

Чтобы какой-нибудь герой

Сестрицу младшую заставил

В себя влюбиться, и оставил

Меня со старшею сестрой.

Пастрана

Сюда идут.

Дон Фелипе

А кто идет?

Пастрана

Два старика… военный… дамы…

Уйдем-ка лучше от греха мы:

Уж собирается народ.

Дон Фелипе

Как мне уйти? Жду встречи жадно.

Ты слышал — едет ведь она.

Пастрана

Ступай — и жди в объятьях сна,

Пока она приедет.

Дон Фелипе

Ладно.

(Уходят.)

Сцена 8

Дон Гомес, донья Марта, донья Люсия, капитан Урбина, Поручик.

Дон Гомес

Сеньор мой, капитан Урбина!

Урбина

Дон Гомес, мой любезный друг!

Благословенная година.

Слов нет: в груди стеснился дух.

И радость — этому причина.

Ту радость — сердце не вмещает:

Ее — два сердца лишь вместят…

Твое ведь то же ощущает?

Дай мне его, мой друг и брат,

И стану я вдвойне богат.

В Америке, судьбой храним,

В трудах я много нажил честных,

Привез сто тысяч полновесных[23]

И их кладу к ногам твоим

И дочерей твоих прелестных.

Таким двум перлам — без сравненья —

Готов сокровища мои

Отдать всецело во владенье.

Дон Гомес

Ответь же, дочка, без смущенья,

И чувств сердечных не таи.

Донья Марта

За все, чего могу я ждать

От вашего благоволенья,

Сеньор, позвольте в знак почтенья

Мне руку вам поцеловать.

Урбина

Как… Вы, Испаньи украшенье…

Могу ли я позволить вам

Мне руки целовать? Нет. Сам

Я — ваш слуга и раб покорный.

Донья Марта (в сторону)

Как ложь легка таким словам

Пустой учтивости придворной.

Дон Гомес

Едва узнав, где ты, мой друг,

Я сразу собрался в дорогу,

Взяв этих ангелов с собой,

Что мне оставлены судьбой

В утеху жизни, слава богу.

(В сторону, Капитану)

В Ильеске, тут же, под конец

Веселых празднеств, что на славу

Ты нам устроил здесь в забаву,

Пойдешь ты с тою под венец,

Которая тебе по нраву.

Я им не говорил ни слова.

Но будет каждая готова

Так поступить, как прикажу.

Поручик (в сторону)

С восторгом я на них гляжу…

О деньги! Вы всему основа!

Им интереснее мой дядя,

И ценят «чистый пыл» его,

На молодость мою не глядя…

Богатство — то же колдовство;

Власть золота — сильней всего.

Донья Марта (в сторону, своей сестре)

Сестра, о чем-то меж собой

Два наших старика толкуют…

Не знаю, что меня волнует…

Дай мне совет: как быть, друг мой.

Донья Люсия (в сторону, донье Марте)

Совет мне нужен и самой.

Люблю того, кто так далеко…

Донья Марта (в сторону)

Ах! Будь и вправду он далек!

Донья Люсия (так же)

Коль смерть ему присудит рок —

Свершится приговор жестокий

И надо мною в тот же срок.

Урбина

Однако надо поспешить,

Чтоб ничего не пропустить,

Когда хотите видеть праздник.

Идемте.

Поручик

Ах, амур проказник!

Меня сумел ты победить:

Я на огонь опасный взгляда

Как мотылек лететь готов.

Урбина (донье Марте)

Идем, сеньора.

Донья Марта

Вам не надо

Меня просить: на бой быков

Хоть целый день смотреть я рада.

Донья Люсия (в сторону)

Где ж ты, о друг любимый мой?..

Донья Марта (в сторону)

Любовь и страх своей борьбой

На части душу разрывают:

И жажду встречи я с тобой,

И мысль одна о ней — пугает.

(Уходят.)

Ильеска

Вход на площадь, примыкающую к цирку.

Сцена 9

Дон Фелипе, Пастрана.

Пастрана

На галерею или в ложи,

Иначе в цирк — избави боже!

Не заражен твоим я вкусом.

Дон Фелипе

Но, друг, на что это похоже?

Там место женщинам да трусам.

Хватай же случай за рога!

Убей быка: все изумятся…

Пастрана

Ну, нет, брат! Шкура дорога.

Кто станет за рога хвататься,[24]

Тот будет на рогах болтаться…

Дон Фелипе

Ну, вздор ты мелешь как обычно!

Подумай сам — кто не знаком

С твоей отвагой безграничной,

Тот может увидать в таком

Ответе трусость.

Пастрана

И отлично!

Готов я трусом называться:

Мне лишь подальше бы убраться.

Дон Фелипе

Как, ты, испытанный в боях,

К быку испытываешь страх?

Пастрана

Да, братец. Можешь возмущаться.

Готов скрестить я в пять минут

С тремя противниками шпаги.

Ведь нет высокомерья тут,

А дело чести и отваги,

Где ум и доблесть в счет идут,

Особенно когда серьезно

Мы обучались у Каррансы,[25]

И, как почти что все испанцы,

Умеем дело мести грозной

Искусством сделать грациозно.

Потом: представь, что превосходство

Врага ты видишь. Просто дело.

Скажи: «Сеньор! Я ваш всецело.

Познал я ваше благородство,

И обещать могу вам смело —

Отныне к вашим я услугам:

Не молвлю слова с вашей дамой,

Пойду в обход далекий самый…

А коль хотите быть мне другом,

Я ваш навек — скажу вам прямо».

Тут будет благородный нрав

Любезностью обезоружен;

Нахала ты смягчишь, признав,

Что он сильней, что он, мол, прав…

С разбойником нам выкуп нужен.

Но все ж всегда — надежда есть.

Как в сердце б ни кипела месть,

А самый грозный нрав смягчится,

Лишь только человек польстится,

Кто — на червонцы, кто — на лесть.

С быком — не то. У! Просто жуть,

Как станет землю рыть ногами,

Да плащ в лохмотья рвать рогами!

Пойди попробуй кто-нибудь

Тут на ухо ему шепнуть:

«Сеньор мой, вспомните о том,

Что в кротости — величье силы.

Быть надо дурнем иль ослом,

Чтоб лбом бросаться напролом.

Остановитесь, будьте милы».

Увидишь ты его ответ

На этот дружеский совет:

Чуть отвернешься, в ту ж минуту

Получишь ты, рогами вздет,

Две дырки в спину — по полфуту.

Дон Фелипе

Для трусости ответ найдем.

Пастрана

Прости — но не приму участья

В подъеме рыцарском твоем.

Спасибо за такой «подъем»:

На воздух не хочу попасть я!

Дон Фелипе (смотря вглубь сцены)

Постой… Взгляни на тот балкон.

О красота! О рай для взглядов!

Пастрана

Я вижу — выставку нарядов.

Дон Фелипе

Она — с сестрою! То не сон.

Мой друг — вот та, кем я пленен!

О ты, головка золотая,

Как солнце, слезы осушая,

Ты озаряешь жизни тьму!

Индиец, солнце обожая,

Смиренно молится ему.

Так я молюсь тебе всегда.

Летят к тебе, моя звезда,

Послами — пламенные взгляды.

Прими их. Дай мне луч отрады

И мне скажи глазами: «Да».

Пастрана, друг! Скажи ты ей

О муках, о любви моей.

Раз мне нельзя — ты все ей скажешь.

Пастрана

Где ж объясняться с ней прикажешь?

Дон Фелипе

Отсюда. Говори смелей!

Пастрана

Ты пьян?

Дон Фелипе

Красу ее воспой,

Зарю затмившую собой…

Скажи, что мой покой утерян,

Что я ей буду вечно верен…

Пастрана

А сам-то — норовишь долой!

Дон Фелипе

Ужель не скажешь?

Пастрана

Ну, ступай!

«О Марта, дорогая крошка,[26]

О Марта, мартовская кошка,

Что выдают за горностай!

Открой ему, о Марта, рай!»

(Звуки музыки за сценой.)

Дон Фелипе

Трубят — сигнал: бык пущен в бой!

Пастрана

Пущусь и я во все лопатки.

Дон Фелипе

Как? Ты бежишь?

Пастрана

И без оглядки.

Дон Фелипе

Для чести поворот плохой.

Пастрана

Но — повернуть спокойней пятки,

Коль мчится бык во весь карьер?

Дон Фелипе

Есть копья, пики и барьер,

Ограда — прочная надежда.

Вполне спокойно ожидаю.

Все ждут.

Пастрана

К чему плохой пример?

Ждать смерти вовсе не желаю.

Дон Фелипе

Кто пикадор?

Пастрана

Почем я знаю.

Дон Фелипе

Хорош!

Пастрана

А бык-то разве плох?

Дон Фелипе

Бык — сущий лев!

Пастрана

Помилуй бог —

Попасть к такому негодяю!

Толпа (за сценой)

Ого-го-го!

Пастрана

Кричит народ!

Ты слышишь — из себя выходит?

Проклятый праздник![27]

Дон Фелипе

А почет

Себе в Испании находит.

Толпа (за сценой)

Держись!

Пастрана

Бежал бы он, ей-ей!

Пусть плащ пропал — да жизнь целей.

Дон Фелипе

Вот пикадор на помощь мчится…

Пастрана

Хоть он и смел — сдается мне,

Что, верно, тут же на коне

Бедняге гибель приключится.

Дон Фелипе

Смел!

Пастрана

Надо за него молиться.

Как говорится: грех велик —

Когда кого прикончит бык,

То за такое неуменье

В чистилище не ждет прощенья,

А в ад идет он напрямик.

(За сценой бубенцы лошадей.)

Дон Фелипе

Вот конь и бык — друг против друга.

Все замерли как от испуга.

Толпа (за сценой)

Удар хорош.

Дон Фелипе

Ах! Он упал

С коня!

Толпа (за сценой)

Спасайся!..

Пастрана

Ну пропал!

Дон Фелипе

Судьба зовет того, кто смел.

Бегу туда!

Пастрана

Постой, несчастный!

Да что ты — смерти захотел?

Дон Фелипе

Ну что ж? Счастливейший удел:

Смерть — на глазах моей прекрасной!

(Накидывает плащ на руку, обнажает шпагу и кидается в цирк.)

Сцена 10

Пастрана (один)

Ну, кто еще когда видал

Безумное такое дело?

Плащом он руку обмотал…

Вот обнажает он кинжал…

Глазами цирк обвел — и смело

На разъяренного быка!

Его отвага велика!

Бык — на него!

Голоса (за сценой)

Удар на редкость!

Пастрана

Какая сила, ловкость, меткость…

Он стоит славы и венка!

Ударом в темя бык убит.

Теперь он к всаднику спешит,

Его с земли он поднимает,

А тот его благодарит

И, точно друга, обнимает.

Сцена 11

Дон Фелипе и Поручик,[28] которому он очищает плащ, Пастрана.

Поручик

Дай мне еще тебя обнять,

Мой друг! Я счастлив несказанно!

Дон Фелипе

Да, вот как привелось мне странно

С тобою встретиться опять.

Прошло в разлуке столько лет —

Но, право, счастья выше нет,

Чем встретить доблестного друга.

Поручик

А я в морях далеких юга

За десять лет изъездил свет.

Там я терпенью научился,

И растерял надежд запас…

И вот нежданно здесь сейчас

Затем как будто очутился,

Чтоб ты мне жизнь геройски спас.

Дон Фелипе

Давно ли ты из дальних стран?

Поручик

Еще нет месяца, мой милый.

Дон Фелипе

А жив твой дядя, капитан?

Поручик

И как! Ему богатство в жилы

Все новые вливает силы:

Сто тысяч золотых дукат

Его так славно молодят,

Что, позабыв года, болезни,

Затеял он — жениться, брат.

Дон Фелипе

Ну, что же может быть полезней!

Годам и деньгам, без сомненья,

Найдется в браке примененье.

Поручик

Мой друг, взгляни на тот балкон:

Там — пара глаз, без сожаленья

Сгубивших мой покой и сон.

Пойдем: тебе я случай дам

Услышать благодарность там

За жизнь, спасенную со славой.

Там две сестры.

Дон Фелипе (в сторону)

О боже правый!

Поручик

Скажи, ты знаешь этих дам?

Дон Фелипе

Да…

Поручик

Видишь старшую из них?

Удел ее весьма печален:

Плющом обвиться вкруг развалин

Почтенных, старых и седых.

Старик с ней рядом — ей жених.

В такое зеркало стальное[29]

Придется век смотреться ей.

Ну, я, как младший, я скромней:

Доволен младшею сестрою.

Но по любви — я старше вдвое.

Дон Фелипе (в сторону)

Я умираю. Это — верно?

Поручик

Как то, что я влюблен безмерно

В ее прелестную сестру.

Их свадьба — нынче ввечеру.

Вот пара! Старый тигр — и серна.[30]

Дон Фелипе (в сторону)

Нет! Раньше поразит их гром!

Поручик

Коль хочешь все узнать — пойдем

Представиться невесте дяди.

Дон Фелипе (в сторону)

Как быть? Прошу я об одном:

Кто я, ни слова, бога ради.

Поручик

Зачем же?

Дон Фелипе

Будь тебе известно —

Мне надо прочь из этих мест.

Поручик

В чем дело?

Дон Фелипе

Брат моей прелестной

Убит был мной в дуэли честной.

За мной следят, грозит арест.

Поручик

Куда же ты направишь путь?

Дон Фелипе

В Севилью.

Поручик

Дай тебе шепнуть:

Когда Севильи покровитель

И скромная моя обитель

Тебе полезны чем-нибудь,

Мой друг, — они к твоим услугам.

Не надо ль денег про запас?

Охотно поделюсь я с другом.

Дон Фелипе

Нет, друг мой… Но идите: вас

Давно зовут…

Поручик

Ну, в добрый час!

(Уходит.)

Сцена 12

Дон Фелипе, Пастрана.

Пастрана

Ну, матадор мой — молодец!

Все ль в голове твоей в порядке?

Дон Фелипе

Убей меня: всему конец!

Пастрана

Убить? Но я не в лихорадке,

И не в горячечном припадке…

Да что с тобою происходит?

Дон Фелипе

Она выходит замуж…

Пастрана

Так.

И на здоровье. Пусть выходит!

Тебя смущает этот брак?

Ты недоволен? Вот чудак!

Дон Фелипе

Как? Я терзаюсь, я страдаю,

Мне ревность хочет душу сжечь…

Тебе я горе изливаю,

Твоих советов ожидаю —

И это — дружеская речь!

Пастрана

Когда же свадьба?

Дон Фелипе

Нынче ночью.

За старика она идет!

Пастрана

Ну, вот! Увидишь ты воочью

Расплату за плохой расчет.

Подумай, что красотку ждет!

Усы и кудри накладные,

Подагра, челюсти вставные,

Катары, кашель, лом в спине…

Ты будешь отомщен вполне.

Дон Фелипе

Плохое утешенье мне.

Пастрана

Старик — как каждый здешний дом:

Вот-вот от старости он рухнет.

Ступай в Севилью. Подождем.

Ведь от разлуки страсть не тухнет —

Питается ее огнем.

Дон Фелипе

На эту ночь я здесь прикован.

Пастрана

Чтоб приговор увидеть свой?

Дон Фелипе

Услышать — от нее самой.

Пастрана

А если будешь арестован?

Дон Фелипе

Свою тревогу успокой:

Отец в лицо меня не знает.

Пастрана

Но ты в истерику впадешь,

Весь дом в смятенье приведешь…

А альгвасил-то не зевает.

И грянет бой у вас…

Дон Фелипе

Так что ж!

Боишься?

Пастрана

Я… Людей — нимало!

Боюсь быков я и… скандала…

Дон Фелипе

Сжечь их!.. Испепелить все в прах!

Пастрана

Да альгвасил зальет, пожалуй,

И нас оставит в дураках.

(Уходят)

Зала в доме капитана Урбина в Ильеске. Ночь.

Сцена 13

Дон Гомес, донья Марта, донья Люсия, Урбина, Поручик.

Дон Гомес

Дочь милая. Настало время мне

Избрать тебе достойного — в супруги.

Вот в ком — любовь и щедрость наравне

Идут. Мне трудно описать вполне

Перед тобою все его заслуги.

Тот дар, что из любви тебе дает

Сеньор Урбина, — выше всех щедрот.

Донья Марта (в сторону)

Как?.. «Дар» его?.. Тогда — его племянник…

Поручик (в сторону)

О, как глядит! Глаза полны огня!

Без слов мне ясно: я — ее избранник.

Ах, если б так глядела на меня

Моя Люсия! Я — твой вечный данник,

Красавица…

Донья Люсия (в сторону)

Боюсь поверить я.

А вдруг все это — ложь и сновиденье.

В ее замужестве — мое спасенье.

Дон Гомес

Богатым человеком, дочь моя,

Вернулся из Америки Урбина.

Племянник этот — вся его семья…

Донья Марта (в сторону)

Боюсь смотреть… Иного властелина

Не хочет сердце, не желаю я.

Поручик (в сторону)

У! Как глядит! Красива, как картина!

Но я мечтаю о другой награде.

И как легко мне быть покорным дяде.

Сцена 14

Дон Хуан и дон Диего в темных одеждах у одной из дверей залы. Те же.

Дон Хуан

Мне стоило огромного труда

Узнать, где наши дамы пребывают.

И то, что я услышал, навсегда

Надежды наши, Дьего, разбивает.

Дон Диего

Отец насильно выдает их, да?

Дон Хуан

Но он благоразумье забывает.

Давно обычай уничтожен тот…

Никто насильно замуж не идет.

А младшая, скажи, выходит тоже?

Дон Диего

Боюсь, что так.

Дон Хуан

О, как несчастен я!

Одна — тебе, другая мне дороже…

В любовном предприятьи мы друзья…

Дон Гомес

Что может быть с твоей судьбою схоже?

Приветствуй день счастливый, дочь моя!

Все капитан к ногам твоим слагает,

Взамен — тебя как дар принять желает.

Сцена 15

Дон Фелипе и Пастрана, в темных одеждах, у другой двери зала. Те же.

Дон Фелипе (тихо Пастране)

Так быть должно.

Пастрана

Безумный сумасброд!

Дон Фелипе

Пусть смерть грозит. Пойми, Пастрана: надо

Мне самому узнать, каков исход!

Ведь неизвестность — это муки ада.

Урбина (Марте)

Откройте же, сеньора, что нас ждет.

Возможна ли надежды мне отрада?

Мои мечты, богатство, жизнь труда —

Все заключило небо в вашем «да».

Донья Марта

Хотя, сеньор, поручик благородный,

Известен мне по слухам как герой,

Хоть из семьи такой он превосходной,

Единственный наследник ваш прямой.

Хоть верю, что ему меня угодно

Ценить и уважать, но… боже мой…

Другого не могу найти ответа,

Как…

Дон Гомес

Что?..

Донья Марта

Не знаю, что сказать на это…

Урбина

Сеньора, но при чем племянник мой?

Его заслуги ценим мы без спора.

Но для моей особы небольшой

У вас прошу я ласкового взора.

Я сам молю вас быть моей женой.

Донья Марта

Как?.. Вы, сеньор?..

Урбина

Да. Жду я приговора.

Донья Марта (в сторону)

О юности надежда! Вроде сна —

Любовью и обманом ты полна!

Пастрана (в сторону)

Дать старику ребенка на закланье!

Проклятье крепкой старости такой!

Дон Диего (тихо дон Хуану)

Ее отец не знает состраданья.

Дон Хуан (тихо дон Диего)

Нет сил бороться у нее с тоской.

Донья Марта (в сторону)

Не надо жалоб. Затаю страданье…

Дон Фелипе (в сторону)

Ужель не вспомнит о любви былой?

Донья Марта (в сторону)

Фелипе мой! Предмет моих стремлений!

Ты победил не только на арене:

К твоей весне любовью я горю…

Меня ж отец отдаст на посмеянье,

Как майский цвет седому январю.

Урбина

Исполните ль души моей желанье?

Донья Марта

Я бесконечно вас благодарю…

Такая честь… и ваше состоянье…

(Дон Фелипе в плаще быстро и незаметно приближается к донье Марте.)

О боже мой!.. Фелипе вижу я…

Дон Фелипе (тихо ей)

Жестокая! Так вот — любовь твоя.

(Отходит.)

Пастрана (в сторону)

Смелей! Никто вас к браку не принудит.

(Отходит.)

Урбина

Чего ж мне ждать?..

Донья Марта (в сторону)

Поможет мне обман.

Свидетели вы все. Пусть всякий судит.

Хотя богат и знатен капитан…

Он никогда супругом мне не будет.

Дон Гомес

Да ты в уме?

Донья Марта

Обет мной богу дан.

То — воля неба — не мое желанье,

И я должна исполнить обещанье.

Дон Фелипе (Пастране)

Увидела меня…

Донья Марта (в сторону)

Погибла я…

Но пусть! Должна прибегнуть я к обману:

Отцу повиноваться я не стану.

Дон Гомес

Как смела ты?.. И это — дочь моя!

Сейчас же дашь согласье капитану,

Иль — берегись!

Поручик

Сеньор, прошу я вас…

Дон Гомес

Ты скажешь «да» — или умрешь сейчас!

Донья Марта

Подожди, сеньор отец мой.

Слушай. Будь судьей моим.

Правду всю тебе открою…

Справедливо рассуди.

Пусть я женщина. Но слово

Свято я свое держу:

Я твоей не даром крови,

Я из дома твоего.

Родилася я в Мадриде

И без матери росла.

Но всем сердцем добродетель

Полюбила дочь твоя.

До сих пор хранила втайне

Веры я обет святой,

И молчать мне помогали

Возраст мой — твоя любовь.

Но теперь мой исповедник

Приказал мне наконец

Все открыть тебе: все мысли…

Дон Фелипе (тихо Пастране)

Что за новости я слышу…

Пастрана (дону Фелипе)

Отговорки все — и ложь.

Разве что успела чудом

Измениться в эту ночь.

Донья Марта

Я бы с радостью, сеньоры,

Вышла замуж хоть сейчас

За сеньора капитана,

Капитал его ценя.

И кому ж из умных женщин

Не известно с юных лет,

Что нельзя прожить любовью

Если денег нет при ней?

Я б не спорила с судьбою:

Если б только я могла —

Я сто раз бы вышла замуж,

Если мало одного.

Но шесть лет уж миновало,

Как дала обет я богу

Чтоб опасности избегнуть,

О которой умолчу.

Чистоты обет дала я.

И исполню свой обет,

Чтобы в девственную землю

Чистой девственницей лечь.

Дон Гомес

Дочь моя… В вопросах веры…

Вообще в делах таких

Мне без мудрого совета

Невозможно рассудить.

Мы в Мадрид с тобой вернемся.

Там сомненья разрешим

У ученых богословов.

Донья Марта

Помоги вам бог… Аминь.

Дон Хуан (в сторону)

Чудеса…

Дон Фелипе (тихо Марте, которая стоит близко от него)

Что это значит?

Донья Марта (тихо ему)

Все узнаешь ты потом.

Дон Диего (дон Хуану)

Дон Хуан, поедем также,

Чтоб узнать коней — в Мадрид.

Пастрана (в сторону)

Вроде башни вавилонской[31]

Все у нас смешалось здесь…

Дон Гомес (Марте)

Твой обет — остаться чистой…

Донья Марта

Да…

(В сторону)

И знаю — для кого.

АКТ ВТОРОЙ

Зала в доме дон Гомеса, в Мадриде

Сцена 1

Дон Гомес, капитан Урбина.

Урбина

Итак, решил я основаться

В Мадриде, чтобы здесь узнать,

Могу ли я успеха ждать

И с доньей Мартой обвенчаться.

Когда ж она моею станет,

То у меня в мечтах, мой друг,

Люсии уж готов супруг:

Племянник мой — лишь ею занят.

Поручик наш амура знамя

Как истинный солдат несет.

Дон Гомес

Выходит все наоборот…

Урбина

Так я боялся… между нами.

Дон Гомес

Как изменилась дочь во всем!

В ней все другое: вкусы, взгляды…

Мне страшно ставить ей преграды

В ее намереньи святом.

Когда ее отговорю —

Боюсь, не будет мне прощенья

С небес. На это превращенье

Я с изумлением смотрю.

Во всем — другая. Ей не любо

В шелка рядиться: говорит,

Что ей, мол, совесть не велит…

Простой наряд из ткани грубой,

Почти монашеский покрой

Накидки верхней, очень скромной,

На голове — платочек темный

Взамен мантильи кружевной.

Без украшений веер — в зной.

Зимою вместо горностая

Из пуха муфточка простая…

Да подешевле все ценой.

Несет с смирением свой крест;

Нарядов нет, забыта мода…

Но не меняет обихода

В одном: как прежде спит и ест.

Хоть рада для поста предлогу…

И мяса — в рот бы не взяла,

Коль на обед… перепела.

Урбина

Вот это так умно, ей-богу!

Дон Гомес

Как был бы рад я, капитан…

Поручик — сразу я заметил —

Сейчас попал к любви в капкан.

Все, друг мой, в пользу этой свадьбы:

Что я в приданое ей дам,

И то, что он имеет сам,

Твой дар притом… Чего желать бы!

Отлично жизнь у них пойдет,

А если с ними дом разделишь,

И молодых с собой поселишь,

То им совсем не знать забот.

Люсия — замужем, при этом

Наверно хорошеть начнет.

А Марта это все учтет:

И, где не удалось советам,

Поможет зависть, может быть.

Урбина

Поручик будет рад безмерно.

А мне, хоть косвенно, наверно

Он будет счастлив послужить.

Сейчас уж с месяц он в Маморе,

Куда его с собой увлек

Столичных воинов поток,

Но должен возвратиться вскоре.

В отряде храброго бойца

Отплыл за славой и победой

Он с славным герцогом Македой,[32]

Достойным своего отца.

Вернуться время уж приспело.

А там и свадебку готовь!

Он объяснит свою любовь

Твоей Люсии.

Дон Гомес

Дело, дело!

Ох, с Мартой трудно! Несмотря

На все подобные замашки —

Не хочет поступать в монашки

И жить в стенах монастыря!

Нет. Только — замуж не идет,

Обет хранит без нарушенья,

И не желает разрешенья,

Хоть снять обет нетрудно тот.

Не хочет быть не чем иным,

Как только — в девушках остаться.

Урбина

Вот жизнь печальная, признаться!

Дон Гомес

Ничем ее не убедить.

Урбина

А так — не рыба и не мясо…

Но брак Люсии, может быть,

Ее поможет убедить.

Дон Гомес

Вся жизнь без радостного часа…

Каприз… Но кто идет? Постой…

Поручик! Он!

Урбина

Не стану ждать я,

Чтоб заключить его в объятья,

Предвестник счастья дорогой.

Моей любви он с этих пор

Несет надежду, милый странник.

Сцена 2

Поручик, в дорожной, но очень нарядной одежде. Те же.

Дон Гомес

Поручик доблестный!

Урбина

Племянник!

Поручик

Дон Гомес… Добрый мой сеньор…

Дон Гомес

Мы только что — минуты нет —

Корили вас за промедленье.

И вдруг, на наш упрек в забвеньи,

Явились сами вы в ответ.

Здоровы ль вы?

Поручик

И страшно рад

Увидеть вас и капитана.

Дон Гомес

Герой! Вы пышностью султана

Пленяете зефирам[33] взгляд…

Амура восхитит ваш вид,

А Марса[34] — подвиги лихие.

Урбина

Да. Есть здесь некая Люсия…

Тот, кто сейчас ей сообщит,

Что ждет ее с тобой свиданье,

«Спасибо» может услыхать.

Поручик

Разлука — всем страданьям мать,

Но, превратясь в воспоминанье,

Несет забвенье им она.

Что говорят здесь про Мамору?

Дон Гомес

О басни! И такому вздору

Способна верить чернь одна.

Но вы сейчас из тех сторон.

Расскажет слово нам живое

Все о Фахардо, о герое.

Что духом — чистый Сципион.[35]

В Мадриде примут здесь у нас

Его с триумфом и почетно.

Поручик

Я расскажу вам все охотно.

Правдивым будет мой рассказ.

Солнце только что шестому

Зодиаку[36] — сиречь Деве[37]

(В небесах еще есть девы) —

Плату золотом несло,

Антиподы[38] ж, дань сбирая

За январь с Цереры с Вакхом,[39]

Заполняли закрома

И увешивали кровли…

(Я хочу сказать: был август.

Не могу никак привыкнуть

Чепухой латинской[40] этой

Вкус романсам придавать).

В день, когда Фахардо славный

Имя, десять сфер небесных[41]

Опоясавшее славой

И величием своим, —

Счастлив тем, что водрузилось

Знамя славное Филиппа,[42]

Крест Испании, в Лараче,[43]

В том гнезде пиратов[44] гнусных,

И желая Океану

Дать в свободное владенье

На границах африканских

Все порты и берега,

Позамыслил уничтожить

Все гнездо проклятых тигров,

До руна златого падких,

Что Испаньи юг приносит.

И, воздвигнувши в Маморе

Неприступный порт, разрушить

Все надежды и попытки

Мавров и еретиков.

И на это предприятье

Он сто парусов направил

(Бригантины и галеры)

К Геркулесовым столпам;[45]

С ними — воинов семь тысяч

(Без гребцов и без саперов),

Что внушили б зависть солнцу.

Паруса взвилися гордо.

Тысячи знамен и флагов,

Голубых, зеленых, алых,

Стлались по ветру коврами,

С свежим воздухом играя.

А чтоб не было заметно,

Как шумит от весел море,

Громкий голос труб военных

Привелось услышать рыбам.

Белопенная стихия

На водах сады узрела:

Роскошь перьев, блеск нарядов

За цветы приняв и клумбы…

И в самом виду Лараче,

Что со стен встречал их — словно

В муках грозного рожденья —

Взрывом пушек и пищалей,

Флот причалил… так за лигу[46]

От Маморы, где пристать

Мелководие мешает:

Море слишком там смиренно.

Якорь бросили в заливе…

Там их приняли с приветом

Корабли голландцев стойких,

Заключивших море в дамбы…

Генерал узнал от них,

Что в порту сейчас пятнадцать

Кораблей, служащих маврам

С верной помощью корсаров.[47]

Но Фахардо-победитель,

Невзирая на Харибду,[48]

Что искусство и природа

Здесь устроили в проходе,

Сделать вылазку решил.

А чтоб дело было верно,

То четыре наваррезца[49]

(Каждый был главой отряда)

Первыми сошли на землю.

Имена их впишет слава,

После ж — бронза или яшма

Обессмертят их дела.

Тут — Агарь[50] на берег вышла.

И под звуки флейт арабских

Ярко-красные тюрбаны

Расцветили дол и горы.

Стрелы звонкие из луков,

Что даны войне, как небу

Радуга дана для мира,

Заслоняя солнца свет,

На землю ступить мешали

Аргонавтам[51] благородным,

«Non plus ultra»[52] возносящим

Вплоть от Кадикса до Чили.[53]

Но увидев тьму большую

Варваров, что громким криком,

Кличем боевым стремились

Отвратить Испаньи мощь,

Фернандино вместе с Эльдой

(Смелый Гектор и Ахилл[54] —

Оба доблестью достойны

Песней лебедей испанских)

Носом к берегу галеры

Повернули (что, коварно

Подражая лицемерам,

Сыплют порох и свинец),

И язычники из Мекки

Уж не ждали подкреплений,

Сохранявшихся в боченках,

И не смели тост заздравный

Этих выстрелов принять,

Но бежали прочь в смятеньи,

Кинув тысячи убитых,

Целью для мячей пелоты[55] —

Чтоб их красить гнусной кровью.

И вошли победоносно,

С ликованием испанцы

В этот форт — легко так павший.

В полном ужасе взирало

Население пиратов

На затылки гнусных мавров —

Чьей языческою кровью

Обагрялися мечи.

Тут мы крепость заложили,

Чтоб она стояла вечно.

Кто вчера был Геркулесом[56] —

Нынче каменщиком стал.

Около двух тысяч мавров

Помешать не в силах нашим.

Где Испаньи мощь жива,

Там количество не страшно.

Все работают — сражаясь.

Держат меч рукою правой,

Левой — доблесть без примера! —

Сыплют известь и песок.

Ныне каждый в то же время

Съединяя труд и подвиг, —

Полководец и строитель.

Тучами сыны Агари

Наблюдают за осадой

И надеются, что голод

Победит, где мощь бессильна.

Но Фахардо славный пишет

Королю и всей Испаньи:

Требует людей — чтоб дали

Силу новую победам.

Бeтика[57] сынов отважных

Шлет ему, просящих море

В корабли им дать дельфинов,

Если нет еще судов.

Бeтика — вся поголовно,

Вплоть до сыновей Улисса,[58]

Рвется в бой, спеша на помощь,

Словно тигры на добычу.

Чтоб не кончились нежданно

Эти славные победы

Поражением ужасным,

Наш монарх понять дает,

Что желание его —

Чтобы лучшие вельможи

Все несли Маморе помощь.

И едва немые знаки

Сердца выразили мысль,

Не успел король словами

Высказать свое желанье, —

Духом смелые бросают

Наслажденья бога Кипра,[59]

Чей огонь тлетворно вреден

Только низменным сердцам.

Тыщи рыцарей и знати

Арфы звон сменяют звуком

Труб военных, барабанов,

Чтоб заржали гипогрифы.

Тыщи воинов отважных,

Чьи великие деянья

Мир отметил на страницах,

Позабытых уж давно,

Пробуждаются под громы

Звуков Марса, и мечи их

Грозно просятся на волю

Из темниц своих обычных.

Их ведет Македа: имя

Это значит «Море тихо».[60]

Кровь Манрике[61], материнский

Род от Кaрденас ведет он.

За подобным полководцем

Честью я почел пойти.

Знают все, что вождь подобный

Нам предсказывает славу.

Скоро прибыли в Мамору…

Там нас приняли войска.

Радость их была не меньшей,

Чем отчаянье врага.

Тут во всевозможных стычках

Безошибочно испанцы

Доказали африканцам,

Как они их много выше.

Раз в счастливый понедельник,

В час, когда заря сквозь смех

Плачет, что ей солнце сушит

И гвоздику и жасмин,

Мавританский вождь, разгневан

Гордой похвальбой Испаньи,

Что она в земле неверной

Водружает крест, свергая

Полумесяц[62], кинул маврам

Оскорбленье: что должно б им

Не мечи носить, а прялки,

И, вскочив на скакуна,

Догоняющего ветер,

Взял двугранное копье,

Тоньше ветви гибкой ивы,

И, велев трубить атаку,

Первым кинулся бесстрашно

К неоконченным стенам,

Сильным лишь людской защитой,

Соскочил с коня; опершись

О копье, вскочил на стену,

Ухватился за зубец,

И — хоть все кругом кричали:

«Смерть надменному рабу!» —

Крест сорвал и наземь бросил.

Левой выхватил рукою

Знамя — синее, серпами

На ущербе (как ревнивцы

Смерть любви изображают), —

Алый крест повергнув наземь,

Символ доблести испанской,

С непостижной быстротою

На копье свое он вздел

Три серпа проклятых лунных,

И как знамя укрепив их,

Прянул вниз и крикнул нам:

«Кто желает отомстить

За обиду и восставить

Крест, что вопреки испанцам

Мне Аллах под ноги бросил,

Тот — спустись! Я сход оставил.

Пусть, не прячась за стенами,

А в бою увековечит

Имя славное свое!»

Слышал дерзость эту, громко

Повторяемую мавром,

Некий доблестный Осорьо,[63]

Воин и строитель вместе…

Он в араба бросил камнем.

Был удар его так меток,

Что мозги разнес арабу.

В мир — второй Давид[64] явился.

По копью затем спустился,

Чтобы с ним во всем сравняться.

Он неверному сначала

Голову отсек мечом,

После ж, крест подняв с земли,

Он, под градом стрел арабских,

Тканью шелковой священной

Плечи мощные окутал.

Окружен врагами тесно,

Отбивался он отважно.

Вдруг — победно зазвучала

Редондилья[65] звуком бронзы.

И трусливо враг бежал,

Повернувши спины войску,

Что гналo его с победой.

Поле битвы — было наше.

И смешав с веселой песней

Барабанный громкий бой,

В лагерь воины с триумфом

Возвращаются, ликуя.

А Фахардо славный делит

Им добычу, что неверный

Мавр к ногам его несет.

Крепость грозно укрепили.

Вскоре начались и сборы

Благородных смельчаков.

С ними я решил вернуться…

Из добычи той досталось

Мне две тысячи цехинов.[66]

И приехал я — обнять вас

И поведать о победе.[67]

Дон Гомес

Так рассказ ваш превосходен,

Что когда в бою — Аяксом[68]

Были вы, то эта повесть

Самого Улисса стоит.

Урбина

В добрый час, мой друг. Будь счастлив.

Королю же, в чьих руках

Два земные полушарья,

Победить дай бог врагов.

Поручик

Как сеньора донья Марта

Поживает?

Дон Гомес

Жизнь ведет

Ту же, что вела, когда вы

Уезжали из Ильески.

Поручик

Вот как… А ее сестрица?

Дон Гомес

Та — повеселей, помягче,

Над сестрою все смеется,

Да о ком-то… часто плачет.

Тише… Вот и донья Марта.

Поручик

Как? В такой простой одежде?

Урбина

Да… большая перемена,

Если только не каприз.

Сцена 3

Донья Марта, одетая по-монашески. С ней донья Инес. Обе в мантильях. Те же.

Донья Марта (в сторону Инес)

Я встретила Фелипе в Прадо[69]…

Он шел измученный и бледный,

Смущен той новой жизнью, бедный,

К которой прибегать мне надо.

И видя, что не смеет милый

Благодаря моей одежде

Заговорить со мной как прежде,

Я с ним сама заговорила:

Сказала, что по нем томлюсь,

Люблю его, о нем тоскую,

Что если жизнь веду такую, —

Он — тот святой, кому молюсь.

Убил он брата моего…

Грозит беда: он ждет ареста.

Там было говорить не место,

Но я ободрила его.

Разлука будет коротка,

Здесь видеться нам будет можно.

Нашла я способ…

Донья Инес (в сторону Марте)

Осторожно.

Здесь оба наши старика.

Донья Марта (в сторону)

Ну, за игру… Бог вас храни,

Сеньор.

Дон Гомес

Откуда вы идете?

Донья Марта

В труде тяжелом и работе

Мы, как всегда, проводим дни.

В больнице бедных навещаем,

За ними ходим мы вдвоем…

И им в смирении своем

Болезнь, как можем, облегчаем.

Дон Гомес

Послушай, Марта. Я ж твои

Не порицаю убежденья.

Но не вдавайся в заблужденье,

Щади достоинство семьи!

Удобно ль молодой девице

У всяких нищих, не боясь,

Лечить болячки, видеть грязь,

Постели оправлять в больнице…

Донья Марта

Мой бог! За добрые дела

Бранишь меня… Будь я другая,

Торчи день целый у окна я,

Тогда бы лучше я была?

Вся радость мне — в трудах упорных,

Ты ж в ней — плохое разглядел…

Но не бегут от добрых дел

И многие в кругах придворных.

Дон Гомес

Так дай монашеский обет.

Поймут твое все поведенье…

Иначе ж, Марта, осужденье

Произнесет тебе весь свет.

Донья Марта

Совсем связать себя не смею:

Еще нет сил, родитель мой,

Принять подобный сан святой.

Иду дорогою своею…

Молю — дай мне по ней идти.

Дон Гомес

Так выходи же, дочка, замуж.

Приобрети почет, а там уж

Иди по доброму пути.

Тебе супруг твой в деле этом

Навстречу всячески пойдет.

Урбина

О да! Ваш труд святых забот

Примером будет мне и светом.

Донья Марта

А как с обетом чистоты?

Урбина

Но мы добьемся отпущенья

От полудетского решенья.

Мою исполнишь волю ты.

Донья Марта

Ни слова мне об отпущеньи!

А если хочешь правду знать —

Давно я начала питать

Ко всем мужчинам отвращенье.

Толкать на грех! Как это худо!

Я — замуж? Ни за что на свете!

Дон Гомес

Не плачь… Ну, будет.

Донья Марта

Цепи эти

Мне предлагать?

Поручик (в сторону)

Вот так причуда!

Донья Марта

Не вынесет душа моя!

Урбина

Не прячьте солнца за туманом:

Свободны вы.

Донья Марта

С моим приданым

Могла б больницу строить я.

Хочу смягчить несчастных рок.

Коль хочешь, чтоб я жить осталась,

Тому, что мне давно мечталось,

Не ставь преград. Не будь жесток.

Дон Гомес

Ну, дочка, хорошо, не бойся.

Довольно. Главное — не плачь.

Как хочешь. Я ведь не палач…

А ты за это успокойся.

Мне жаль, что я тебя расстроил.

Ступай в больницу… Слезы кинь.

Донья Марта

Прости тебя господь. Аминь.

Как дорого твой гнев мне стоил!

Дон Гомес (в сторону Капитану)

Пока ей лучше уступить:

Такой каприз не может длиться.

Должно все это измениться.

Урбина

Ты прав… Так лучше, может быть.

Дон Гомес (Марте)

А ты б поручику сказала

Два слова. Он сюда стремился,

Едва лишь только возвратился.

Донья Марта

Он уезжал? Я и не знала.

Дон Гомес

Как, ты не знала, что в Мамору

Он уезжал?

Донья Марта

Откуда знать?

С тех пор, как небо благодать

Духовному открыло взору,

Мне не до суеты мирской.

(Поручику)

Здоровы ль вы?

Поручик

Я в изумленьи,

Такое видя просветленье…

Донья Марта

Бог видит тех, кто чист душой.

Дон Гомес

Идем, поручик! Поразите

Мою Люсию поскорей,

И добрый день скажите ей.

Поручик

Коль впрямь вы нас соедините,

К чему откладывать! Полна

Душа живого нетерпенья…

Урбина

Не страшно счастью промедленье.

Дон Гомес (Марте)

Идем.

Донья Марта

Остаться я должна:

Мой долг любви нетерпеливо

Зовет меня, неумолим —

Пока вы заняты земным.

Дон Гомес

На редкость ты благочестива.

(Уходят все кроме доньи Марты и доньи Инес.)

Сцена 4

Пастрана, донья Марта, донья Инес.

Пастрана

Сеньоры! Как я к вам стремился!

Целую вам…

Донья Инес

Что?

Пастрана

Ручки.

Донья Инес

Плут!

Ленивы ручки, видно, тут,

Раз ты у них так загостился.

Пастрана

Где ж лучше венту[70] мне найдут?

Где время лучше проведу я,

Чем ручки дамские целуя,

Такие милые, как тут?

Что нового? И как дела?

Донья Марта

Пастрана, хитрость нам полезна.

У лицемерья выгод бездна.

Свободу я себе взяла.

Когда как все жила, бывало,

На все наложен был запрет:

Жди то носилок, то карет…

За каждый шаг мне попадало.

Теперь же я вполне свободна,

Без эскудеро и дуэньи[71]

Вернусь хоть ночью без стесненья,

А днем — хожу куда угодно.

Пастрана

Ну что ж, я рад… А мой-то франт

Фелипе, встретясь с дамой сердца,

Стал слаще меда, жарче перца,

Нежней, чем самый Аликант.[72]

Придумал хитрость он: как можно

Ему к тебе пробраться в дом.

Мне славу это даст потом

Коросаина[73]. Непреложно.

Мне, видишь, притворяться надо,

Что из Севильи прибыл я,

Что, мол, от готов[74] кровь моя,

А имя — дон Хуан Уртадо.

И должен твой узнать отец,

Что дон Фелипе там захвачен.

Что суд теперь над ним назначен

За два убийства наконец.

И суд, приняв в соображенье,

Что дон Антоньо им убит,

Послал меня сюда, в Мадрид,

Чтоб у отца узнать решенье.

Что я расследую все дело,

И если пожелает он,

Чтоб строго покарал закон, —

Пусть мне доверится всецело.

Пошлет доверенность со мной

И требованье смертной казни.

А твой Фелипе без боязни

Обман плести здесь будет свой.

Тут кутерьма такого сорта —

Что кто, ни кто, а я в беду

Уже наверно попаду!

Отправлюсь прямо в лапы чорта.

Донья Марта

Мы с ним придумали вдвоем

Интригу спутанного плана.

С твоею помощью, Пастрана,

Войдет ко мне мой милый в дом.

Пастрана

Да? Хочешь ты, чтобы Пастрана

Позорный заслужил колпак?[75]

Ведь от сестры твоей никак

Не скрыть нам этого обмана.

Как только явится он в дом —

Она его узнает сразу.

Донья Марта

Поверит про арест рассказу.

Ее всегда мы проведем.

Пастрана

Добро еще — меня не знает

Люсия.

Донья Марта

Все за нас, Пастрана.

Пастрана

Я — прямо сводник из романа.[76]

Донья Марта

Тебя награда ожидает.

Пастрана

Какая ж?

Донья Марта

Друг мой благородный,

Инес с тобою вступит в брак.

Пастрана

Инес? Да что ты? Вот так-так!

(К Инес)

Так ты моя?

Донья Инес

Твоя, негодный!

Пастрана

Ну, а капризов будет много?

Донья Инес

Так, как у всех.

Пастрана (подражая ее голосу)

«Ах, прочь, злодей!»

Ну, не щипись и будь добрей…

Боюсь тебя, зачем так строго?

«Молчи! Иль запущу башмак

Тебе в башку!» — Совсем напрасно.

«Ох, надоел ты мне ужасно!»

Увидишь, это будет так.

Донья Инес

А чем такие ссоры плохи?

Пастрана (донье Марте)

Однако, раз взялся за гуж,

Пойду к отцу я. Ждать к чему ж?

Тут не помогут ахи-охи!

Донья Марта

Амур тебя благослови.

Веди тебя его десница.

Пастрана

Вот так святой!

Донья Марта (донье Инес)

Пойдем, сестрица.

Пастрана (Инес)

Итак, мы будем жить в любви?

Донья Инес

О, да!

Пастрана

В любви небесной?

Донья Инес

Выше.

Пастрана

И будут ласки?..

Донья Инес

Пыл и зной.

Пастрана

Моя?

Донья Инес

Твоя!

Пастрана

Я твой!

Донья Инес

Ты мой!

Пастрана

«Мой, мой, моя!» —

Коты на крыше.

(Уходят.)

Сцена 5

Дон Гомес, дон Хуан, дон Диего.

Дон Гомес

Благодарю душой за уваженье,

Каким почтили оба вы мой дом:

Тот, кто таит души своей движенья

И от отца крадет любовь тайком, —

Тот очень часто вместо достиженья

Покроет только свой предмет стыдом.

Большая дерзость! Скверные манеры!

Такой любви дать невозможно веры.

Но вы наверно, как и весь Мадрид,

Уж знаете, любезные сеньоры,

Что дочерью моею свет забыт,

Оставлены и роскошь и уборы…

Ее никто, ничто не убедит:

Ни просьбы, ни советы, ни укоры.

Наследница богатств моих — пока

Забросила брильянты и шелка…

Ее заставить прямо невозможно

На брак какой-либо согласье дать.

Пока — ее решенье непреложно.

Со временем — изменится, как знать!

Я очень огорчен, скажу не ложно,

Что этой чести не могу принять.

Не хочет замуж донья Марта, явно.

Люсия же просватана недавно.

Я понимаю, как прискорбно вам,

И потому здесь медлить я не стану.

Ведь для души слова любви — бальзам,

А я не в силах залечить вам рану.

Прощайте же.

Дон Диего

Как вы жестоки к нам!

Дон Гомес

Бог видит, я и сам не перестану

Жалеть, что Марта небу предана,

А что Люсия уж сговорена.

(Уходит.)

Сцена 6

Дон Диего, дон Хуан.

Дон Хуан

Дон Диего, опечален ты?

Дон Диего

И есть для этого причина!

Дон Хуан

Ах! И в моей душе кручина!

Дон Диего

Тебе остались хоть мечты…

Дон Хуан

Как так?

Дон Диего

Но разве невозможно

Брак этот заменить другим?

Лишь только был бы ты любим,

А остальное все не сложно.

Но донья Марта ведь…

Дон Хуан

Святая?

Дон Диего

Почти.

Дон Хуан

Ну да, как я — монах.

У ней — молитва на устах,

А в сердце — песенка другая.

Не знал я, что тебя обманет

Так скоро эта «благодать»!

Дон Диего

Ее отец не станет лгать.

Дон Хуан

Отец не станет, дочка станет.

Зовут «мартышкой» обезьян.

Дон Диего

Да. Ну так что ж?

Дон Хуан

В парче хоть тканой

Быть обезьяне — обезьяной.

У этой Марты все обман.

И святость вся ее притворна,

И обезьянье ханжество…

Ты ж глуп — и больше ничего,

Коль веришь этому покорно!

Дон Диего

Покажет время, прав ли ты.

Дон Хуан

Поверь; примерная девица —

Всего лишь хитрая лисица.

У них в цене — одни хвосты.

Пусть шутит шутки не со мной.

В приметы верить я не брошу:

«Подальше обходи святошу!»

У этой Марты глаз дурной.

(Уходят.)

Сцена 7

Дон Гомес, донья Марта, донья Люсия.

Дон Гомес

Что ты мне принесла за весть?

Что наконец Фелипе схвачен,

И что уж суд над ним назначен?

Господь мою свершает месть!

Донья Люсия

В Севилье, говорят, схватили

Убийцу брата моего.

Дон Гомес

Пусть покарает бог его!

Донья Марта

Пусть не карает — хоть и в силе.

Дон Гомес

Что говоришь ты?..

Донья Марта

Я, сеньор,

По совести ему прощаю.

Я всей душою порицаю

Суровый смертный приговор.

Дон Гомес

Не против правого закона —

Убийцу смертью ж покарать.

Бог может кару ниспослать.

Взамен его — монарх наш с трона.

Но только дело в том, что мне

Сомненье эта весть внушает:

Ее никто не подтверждает,

Кому б я доверял вполне.

Иные же подозревают,

Что слух тот пущен им самим,

А сам он, цел и невредим,

В Мадриде тайно проживает.

Донья Люсия

Об этом Марта мне сказала.

Дон Гомес

Но как могла она узнать?

Донья Марта

Как? Или я умею лгать?

Я слов таких не ожидала.

Ложь сразу всем всегда видна:

В ней клятвы ничего не значат;

Как лихорадки, лжи не спрячут,

В лицо кидается она.

Идальго прибыл нынче с юга,

И, радость думая принесть,

Он сообщил мне эту весть…

Увы! Печальная услуга:

Пусть грех его велик весьма —

Я этой новостью убита.

Сеньор, ведь даже и москита

Я б не могла убить сама.

(Указывает на дверь, откуда выходит Пастрана.)

Но не угодно небесам

Дать истину на посрамленье.

Отец мой, разреши сомненье:

Вот он идет сюда и сам.

Сцена 8

Пастрана. Те же.

Пастрана

Прошу прощения: не вы ли

Дон Гомес?

Дон Гомес

Да, сеньор… прошу,

И радость высказать спешу,

Что вы прибытьем нас почтили.

Добро пожаловать в мой дом.

Пастрана

Ваш враг захвачен был в Севилье.

Успех нам увенчал усилья.

Я приношу вам весть о том.

Я думал — не поймать живьем

Того, чья славится отвага…

Головорез он и бродяга,

Ему убийство нипочем.

И хоть большое хвастовство

Он проявляет неизменно

В своих речах — весьма смиренно

Происхождение его.

Донья Марта

О, берегитесь этих слов!

К чему подобное презренье?

Господь наш возлюбил смиренье,

Оно превыше всех венцов.

Ужель смирение — презренно?

Его хулите вы, сеньор…

Но быть смиренным — не позор:

Одно смиренье в жизни ценно.

Дон Гомес

Эй, Марта! Проповеди брось!

Их слушать не могу теперь я!

Донья Марта

Отец, беги высокомерья,

Чтоб горевать мне не пришлось!

Донья Люсия (в сторону)

Иль в мире нет хитрей плутовки,

Иль изменилась так сестра…

Но как ни будь она хитра —

Не проведут ее уловки.

Наряды бросила она,

Но в остальном — живет отлично.

И даже… красится обычно.

А краска — святости вредна.

Пастрана

Итак, сеньор, мне поручили

Два дела съединить в одно:

В судах так водится давно —

Ведут процесс в старинном стиле.

Так, если сын ваш им убит,

Доверенность мне только дайте.

Тогда спокойно ожидайте,

Что кары он не избежит.

Дон Гомес

Сеньор мой! К нам сюда попали

Поистине вы в добрый час.

Теперь зависит лишь от вас,

Чтоб кончились мои печали.

Я все бумаги вам вручу.

И если в вашем появленьи

Господь послал мне подкрепленье,

Я другом вас считать хочу.

Пастрана

О, лучшей чести мне не надо!

Дон Гомес

Поговорим-ка в стороне.

(На одной стороне сцены разговаривают дон Гомес и Пастрана. На другой — донья Марта и донья Инес. Донья Люсия одна, несколько в стороне от них.)

Донья Марта (Инес)

Все хорошо идет…

Донья Инес

Вполне.

Дон Гомес (Пастране)

Зовут вас…

Пастрана

Дон Хуан Уртадо.

С Мендосами[77] в связи мы тесной.

Донья Люсия (в сторону)

Нас всех успела эта весть

В расстройство полное привесть…

Дон Гомес

Почтенный род, весьма известный…

Пастрана

Польщен, но я здесь ни при чем.

Дон Гомес

Хотел бы цели я добиться.

Донья Инес (Марте)

Боюсь я, что твоя сестрица

Поймет, что мы игру ведем.

Донья Марта

Сомненьями себя не мучай:

Всего нельзя предугадать…

Здесь, как в игре, должны мы ждать,

Чтоб с картами нас вывез случай.

Сестра достаточно глупа…

Он явится переодетым.

Поможет нам в обмане этом

То, что любовь всегда слепа.

Дон Гомес (Марте)

Ну, дочки…

Донья Марта

Суетного рода

Занятия мне не под стать:

На четках буду я считать…

(В сторону)

Минуты до его прихода.

Пастрана

Кокосовые четки…

Донья Марта

Да…

Так что ж, кокосы ведь не редки,

Хотя и реже, чем кокетки[78].

Ах, миру набожность чужда!

Молитва нынче — только средство,

Чтоб вымолить послаще грех.

На женщин посмотреть — у всех

И в церкви лишь одно кокетство.

Пастрана

Вы правы: много суеты.

И часто у иной красотки

В руках кокосовые четки,

А косы — в коки завиты.

Донья Марта

Дух моды прихоти земные

И в святость принести готов:

Теперь уж — в виде черепов

Все носят четки костяные.

Как часовых от дерзких взоров

Их закажу себе скорее.

Пастрана

Фи, нитка черепов на шее!

Вот вывеска для зубодеров!

Сцена 9

Входит Фелипе, переодетый бедным студентом. Те же.

Дон Фелипе

Сеньоры, сжальтесь кто-нибудь

Над кандидатом[79] богословья,

Лишенным денег и здоровья,

Чтоб продолжать научный путь.

Увы, нужда моя сильна…

О помогите чем угодно —

Когда в вас сердце благородно,

Как благородны имена.

Донья Марта

Забилось сердце состраданьем…

Отец, взгляни на бедняка:

Его нужда так велика…

Он трогает меня страданьем.

О, если бог позволит мне —

Когда больницу я открою,

Сейчас туда его устрою

И вылечу его вполне.

Дон Гомес

Ну, с богом! Дай ему монету.[80]

Довольно нищих без него.

Донья Марта

Монету? Больше ничего?

Так — на мольбу ответить эту?

Ты дашь не милость, а проклятье,

Подобно злому богачу.

Пусть так! Тогда ему хочу

Открыть и сердце и объятья.

Приди! Хочу тебя покоить,

Мой нищий! Так велит мне бог.

(Обнимает его.)

Дон Фелипе (тихо Марте)

О Марта! Мой мартиролог

Я для тебя готов удвоить[81].

Донья Марта

Богатый нищий! Жизнь вся — в нем!

Дон Фелипе (тихо ей)

Покой мой! Счастие земное!

Дон Гомес

Ты обнялась с ним?..

Донья Марта

Что ж такое?

Дон Гомес (Фелипе)

Чем вы больны?

Дон Фелипе

Параличом.

Донья Марта

Так долг велит. Мы случай ищем

Всегда, везде — для добрых дел.

Дон Гомес (Марте)

Уймись ты! Просто б не глядел,

Как виснешь ты на этом нищем!

Донья Марта

Отец, прошу тебя сердечно —

Его страдания и боль

У нас мне вылечить позволь.

Дон Гомес

Лечить? Как? Где?

Донья Марта

У нас, конечно.

Любовь перешагнет границы,

Которые страшны уму:

Здесь, в доме, буду я ему

Сиделкою — взамен больницы.

Дон Гомес

Ей-богу — ты сошла с ума!

Донья Марта

Отец мой, если ты откажешь, —

Уйду.

Дон Гомес

Уйдешь? Еще что скажешь!

Куда?

Донья Марта

В больницу с ним сама.

Дон Фелипе

Я б мог латынью заниматься,

Когда б меня вы взяли в дом.

Донья Марта

Всегда мечтала я о том,

Чтобы латыни обучаться.

Ведь для молитв нужна латынь.

Чтобы как следует молиться,

Латыни нужно научиться.

Отец, пусть будет так, аминь.

Донья Люсия (в сторону)

Черты Фелипе… О мой боже!

Да, это тот, кого люблю!

Обман сестры я разделю:

Любовь найдет в нем пользу тоже.

Дон Гомес

Взять в дом его? Да ни на час!

Дон Фелипе

Сеньор, молю вас, ради бога.

Донья Марта

Гони! У нас одна дорога:

Посмотрим, кто разделит нас!

Донья Люсия (в сторону)

Иль не жалею ни о чем?

Иль ревность мной не овладела?

Донья Марта

О нищий мой!

(Обнимает его.)

Дон Фелипе (тихо ей)

Да, твой всецело!

Дон Гомес

Чем вы больны?

Дон Фелипе

Параличом.

Дон Гомес

Ну, с богом!

Дон Фелипе (Марте, которая его удерживает)

Оставаться силой!

Мне это запрещает бог.

Донья Люсия

Сеньор отец, не будь так строг.

Тебе нейдет сердиться, милый!

Чем помешает нам бедняк?

Пускай он в доме остается.

Латынью с нами он займется…

Дон Гомес

Ну, будь по-вашему. Пусть так.

Дон Фелипе

Верх доброты и сожаленья.

Пастрана (в сторону)

Как курица попался, брат!

Дон Гомес

Как ваше имя, кандидат?

Дон Фелипе

Мое… Беррио[82], с позволенья.

Дон Гомес

Когда вы будете здоровы —

Чем вы нам сможете служить?

Донья Марта

Хочу латынь я изучить.

Вы мне преподавать готовы?

Дон Фелипе

Грамматику? Всегда готов.

Дойдем мы быстро до спряженья.

Донья Марта

Когда я углубляюсь в чтенье,

Открывши свой молитвослов,

Всегда мне очень неприятно,

Что в толк молитв я не возьму.

Дон Фелипе

О, я вас выучу всему

И много станет вам понятно!

Дон Гомес

Учите их, куда ни шло!

Мы ж, дон Хуан, пойдемте с вами

Заняться нашими делами.

Пастрана

Вот искушение пошло!

Ох! Мне-то целым бы убраться!

Разводит с Мартою амуры —

Ну что ж, пускай ей «строит куры»,

Я их оставлю развлекаться.

(Уходит, с дон Гомесом.)

Донья Марта (тихо Инес)

Инес, возьми с собой сестру.

Донья Инес

Люсия, ты идешь со мною?

Донья Люсия

Идем.

(В сторону)

Всю правду я раскрою,

Все подозренья разберу.

(Уходит с доньей Инес.)

Сцена 10

Донья Марта, дон Фелипе.

Донья Марта

О мой больной!

Дон Фелипе

Да, лютый змей,

Мне ревность душу всю терзает,

И холодом меня пронзает

Сомнение в любви твоей!

Болезнь меня лишает сил,

Я отогнать ее не волен…

Из-за нее теперь я болен,

И злой недуг меня разбил.

Донья Марта

Под теплотою — оживи,

Лечись ты нежностью моею.

О мой больной, тебя согрею

Я на огне моей любви!

(Обнимаются. Входит дон Гомес.)

Сцена 11

Дон Гомес. Те же.

Дон Гомес (входя)

Куда я задевал бумагу…

Не знаешь, Марта?

Донья Марта (в сторону)

Боже мой!

(Дон Фелипе делает вид, что падает в обморок; она его поддерживает.)

Дон Гомес

Что это?..

Дон Фелипе

Дурнота со мной…

Ах! Я не в силах сделать шагу…

Был слишком долго на ногах…

И сердце… вдруг… остановилось…

О боже мой…

Дон Гомес

Что с ним случилось?

Донья Марта

Да это обморок.

Дон Фелипе

Ах!.. Ах!..

Дон Гомес

Держи его!

Донья Марта

Давай больного

Скорей уложим на кровать…

Дон Гомес (в сторону)

Вот святость! Как не обожать

Такую дочь?

Донья Марта

А! Краски снова

Вернулись, бледность прогоня.

Дон Гомес

Да.

Донья Марта

Поведем вдвоем с тобою…

Дон Гомес

Не утомляйтесь вы ходьбою…

Дон Фелипе

Ах…

Донья Марта

Обопритесь на меня.

Дон Фелипе

Сеньор мой… поддержите… так…

Позвольте руку мне, сеньора…

Дон Гомес

Ну, как вам?

Дон Фелипе

Лучше мне, без спора.

Донья Марта

Да что нашло на вас?..

Дон Фелипе

Столбняк.[83]

АКТ ТРЕТИЙ

Зала в доме дон Гомеса, в Мадриде

Сцена 1

Донья Марта, дон Гомес, Урбина, поручик.

Урбина

Сеньоры! Я могу назвать

Любовь, владеющую мною,

Скорей небесной, чем земною.

Чтоб это чувство доказать,

Решил я восемь тысяч дать

На построение больницы.

Все — в наше веденье и счет.

Донья Марта

Воздай вам все господь сторицей,

И пусть червонец каждый тот

Вдвойне вам счастье принесет.

Урбина

Внесу их так, чтоб неотменно

У вас лежали на счету…

Донья Марта

Сегодня…

Урбина

Тотчас…

Донья Марта

Дар бесценный!

Себе я радостью почту,

Что жить хотите по Христу.

Я десять тысяч уж имею[84]…

А ваши восемь привнести —

Так это двадцать уж почти.

Своей постройкою сумею

Я Соломона превзойти[85].

Вот будет дивная больница!..

Оставлю ей доход большой.

Урбина

А так как в скорости жениться

Надеется племянник мой,

Давно влюбленный всей душой

В красавицу сестрицу вашу, —

Их жизнь по мере сил украшу:

На свадьбу восемь тысяч дам.

Дон Гомес

Друг, ты переполняешь чашу![86]

Поручик

Пусть бог дарует счастье вам,

И нас не разлучает с вами,

Продлив вам жизнь, пока вы сами,

Здесь век увидев золотой

И к старости насытясь днями,

Не захотите на покой.

Ужель души моей царицу

Я назову своей женой!

Дон Гомес

Кого же принимать в больницу

Ты будешь?..

Донья Марта

Всех — кто к нам толпой,

Гоним жестокою нуждой,

Сюда стекается, в столицу!

Ведь каждый день они идут,

Не зная, где найти приют…

В них вижу я гостей желанных,

Наследников, мне богом данных…

Для них — мне счастьем будет труд.

И незаслуженно счастливой

Себя я буду почитать,

Сумев всю жизнь — любви отдать.

Дон Гомес

Да. «Мартою благочестивой»

Тебя не даром стали звать.

Донья Марта (в сторону)

Как провести легко их было!

Дон Гомес

Ты это имя заслужила.

Весь город так тебя зовет.

Донья Марта

Где строить — я уже решила:

При входе в город — у ворот.

Сцена 2

Дон Фелипе с грамматикой в руках. Те же.

Дон Фелипе

Вам не угодно позаняться?

Донья Марта

Иду.

Дон Гомес

Так ты, мое дитя,

Учиться хочешь не шутя

Грамматике?

Донья Марта

Да. Я, признаться,

Латынью стала увлекаться…

Пройду весь курс в короткий срок.

Прекрасно он дает урок,

Язык же сам — меня пленяет.

Дон Фелипе

Она божественно склоняет,

Сеньор почтенный, hic, haec, hoc.[87]

Дон Гомес

В тебе увидеть дарованья

Приятно для моей любви…

Свои познанья прояви.

В чем ваш урок?

Дон Фелипе

У нас заданье

Пройти слова на quo, на qui.

Дон Гомес

Так. Я б хотел, чтоб для начала

Она кой-что мне просклоняла.

Дон Фелипе

Вы будете изумлены!

Донья Марта (ему)

Ну, милый, я в беду попала!

Как выплыть мне из глубины?

Спасай! Что значит — просклоняла!

Дон Фелипе (ей тихо)

Смелей… Иди за мной.

Дон Гомес

Итак…

Что ж ты молчишь?

Донья Марта

Мне стыдно стало.

(В сторону)

Что делать мне? Любой лошак

В латыни больше понимает.[88]

Дон Фелипе

Она два слова просклоняет…

Донья Марта

Какие?

Дон Фелипе

Dura lex.[89]

Донья Марта

Как? Как?

Вы «дура» мне сказать посмели!

Учить латынь перестаю!

Не вижу в этом больше цели.

Дон Фелипе

Но почему?

Донья Марта

Всю жизнь мою

Я бранных слов не признаю.

О, бросьте! Слушать не желаю

Еще латинских слов других:

Нет места им в ушах моих!

Я прямо со стыда пылаю

От именительных таких.

Сказать — такое… Да сперва…

Дон Гомес

Причины нет для возмущенья…

Донья Марта

Как нету? Дерзость какова!

Нет, пусть дает мне для склоненья

Одни приличные слова.

Дон Фелипе

Но из грамматики, сеньора,

Я взял пример…

Донья Марта

Пример дурной!

Таких — прошу не брать со мной!

Нет! Ни за что! Без разговора!

Тут я не допускаю спора.

Дон Гомес

Твой гнев никак мне не понять;

Спокойно можем мы принять

В латыни выраженья эти.

И почему их не склонять?

Донья Марта

Исусе! Ни за что на свете!

Урбина

Вот чистота! — Она права:

Ведь в самом деле те слова

Напоминают брань по звуку.

Донья Марта

Нет, нет! Покуда я жива —

Долой латынь, долой науку!

Сцена 3

Донья Инес. Те же.

Донья Инес

Сеньор, приехал к нам опять

Тот севильянец, с кем недавно

Успел бумаги ты послать.

Тебя он хочет повидать.

Дон Гомес

Он возвратился! Это славно!

Он должен новости принесть,

Моих надежд осуществленье…

Идем. Хотите слышать весть,

Как начала сбываться месть?

В Севилье будет закрепленье.

Идем.

Донья Марта

Ты ль это, мой родной?

Иль месть, твой разум ослепляя,

Владеет всей твоей душой?

О нет! Я не пойду с тобой.

Дон Гомес

Как хочешь.

Урбина

Нет, она — святая!

(Уходят дон Гомес, донья Инес и Урбина.)

Сцена 4

Донья Марта, дон Фелипе.

Донья Марта

О ты, мой собственный, мой кровный,[90]

Неоцененный мой больной!

О мой учитель дорогой

В науке хитрости любовной!

Дон Фелипе

О лгунья нежная моя!

О хитрая моя головка!

Моя влюбленная плутовка,

Моя прелестная змея!

Целуй меня!

(Целуются. Входит донья Люсия.)

Сцена 5

Донья Люсия. Те же.

Донья Люсия

Не отогнать

Моих мучительных сомнений…

Мне мало только подозрений —

Но ведь глаза не могут лгать.

Фелипе! Это он, к несчастью.

Он здесь, обманом. Леденя

Мученьем ревности меня,

Сжигая сердце тщетной страстью.

Сестра ж себе посредством лжи

Берет все радости искусно…

Из всех обманов — самый гнусный

Обман святоши и ханжи.

Ах!.. Вот они… Так не напрасно

Я ревновала… Для святых

Полны уж слишком чувств земных.

Они целуются… Как страстно…

Я закричу… Нет… Спрячусь здесь,

Чтобы подслушать осторожно

Затеи святости их ложной.

Их замысел узнаю весь.

Донья Марта

Игрою грубой маскарада

Ты верно, милый, утомлен?

Амур — красавец гордый, он

Привык к изяществу наряда…

И уж наверно был бы рад

Ты положить конец обману,

Студента нищего сутану[91]

Сменив на рыцарский наряд?

Да, в тягость быть тебе должно

Мое «святое» поведенье!

Дон Фелипе

О Марта, что за заблужденье![92]

Мне в этом — счастие одно.

Твоей красы мне нужен свет.

Свобода — вся в твоей лишь власти…

Тебе — обет мой в вечной страсти

И мой монашеский обет.

Пусть необычен мой наряд:

Когда он цели достигает

И нас с тобой соединяет, —

Всю жизнь носить его я рад.

Верь — для любви наряд не нужен:

Не цель он — средство лишь — «достичь».

И мне теперь мой паралич

Ценней индийских всех жемчужин.

Донья Люсия (в сторону)

Вот благочестье вижу я.

Как молятся они отменно!

Донья Марта

О мой учитель драгоценный!

Дон Фелипе

О лгунья нежная моя!

Донья Люсия (в сторону)

Ах ты, святейшая сестрица![93]

Вот пыл твой набожный каков!

А вы, смиренный богослов, —

Как вы умеете молиться!

И я была б у вас не прочь

Такие точно брать уроки.

О муки ревности жестоки!

Я их не в силах превозмочь.

Довольно!

(Подходя)

Марта!

Донья Марта

Что, сестрица?

Донья Люсия

Отец зовет… Нейдешь?

Донья Марта

Твержу

Я свой урок…

Донья Люсия

Как погляжу,

Вот христианка… Брось учиться:

Отец не любит ждать…

Донья Марта (отдавая книгу Фелипе)

Вот тут

Прошу закладкою отметить.

Осталось звательный ответить…

Всегда от дела оторвут!

(Уходит.)

Сцена 6

Донья Люсия, дон Фелипе.

Донья Люсия

Что ж вы с таким склоняли рвеньем?

Дон Фелипе

Amor, amoris.[94]

Донья Люсия

Будет лжи!

Я знаю ваши падежи

И всю любовь с ее склоненьем.

Изменник! Мне ясна игра.

Хоть и оделся ты в сутану,

Но больше я терпеть не стану!

Напрасно лжет моя сестра.

Я знаю все: тобой забыта,

Поругана любовь моя…

В нее влюбился ты, а я

Твоей холодностью убита.

А, ты любовь мою презрел,

Убийца ты неблагодарный.

Но за поступок твой коварный

Тебя ужасный ждет удел.

Отец убьет тебя, пощаде

Нет места!

(Кричит)

Эй, сеньор! Скорей!

Спеши! Убийца здесь! Злодей!

Отец мой…

Дон Фелипе

Тише, бога ради…

(В сторону)

Погиб я.

(Ей)

О любовь моя!

Донья Люсия

Его любовь! Вот это ново!

Ступай к сестре, что в богослова

Сумела превратить тебя.

Сеньор, сюда!

Дон Фелипе

Что за упорство!

Донья Люсия

О, полюбуйся злодеяньем,

Что под смиренным одеяньем

Скрывает низкое притворство!

Дон Фелипе

Люсия, свет моих очей,

Клянуся богом, что причиной

Всей этой нищенской личины,[95]

Всей этой хитрости моей

Желанье было повидаться

Хоть так, любимая, с тобой.

Возможность, данная судьбой

Твоей любовью наслаждаться.

Но — Мартой вмиг я узнан был.

Сейчас я с нею объяснился,

В нее влюбленным притворился,

Чтоб угасить в ней мести пыл.

Узнай она, что нелюбима,

Пойми, что мой печальный срок

Тогда б еще скорей истек:

Она была б неумолима.

Когда любовью постоянной

Я заслужил твой гнев — ну, что ж:

Зови отца.

Донья Люсия

А ты не лжешь?

Дон Фелипе

Нет, жизнь моя!

Донья Люсия

А все же странно…

Ты думаешь, чтоб без следа

Рассеять все в одну минутку —

Тебе любить довольно в шутку.

Дон Фелипе

Еще ты гневаешься?

Донья Люсия

Да.

Дон Фелипе

Брось гнев! Нето — пойду искать я

Веревку крепкую…

Донья Люсия

Бог с ней.

И если любишь — пусть сильней

Задушат гнев твои объятья!

(Целуются. Входит донья Марта.)

Сцена 7

Донья Марта у дверей. Те же.

Донья Марта (в сторону)

Как будто я сестру слыхала.

Мой бог! Что видеть я должна!

С Фелипе говорит она.

Теперь надежда вся пропала!

Подслушаю здесь в стороне,

О чем они толкуют оба…

Донья Люсия

Так для меня — обман?

Дон Фелипе

Еще бы!

Донья Люсия

И все — из-за любви ко мне?

О мой Фелипе! Миг счастливый!

Еще раз обними меня.

(Снова целуются.)

Донья Марта

Его поймала западня.

Дон Фелипе

Как? Из-за Марты этой лживой

Идти на риск, губить себя!

Из-за обманщицы, плутовки!

Пошел на эти все уловки

Я лишь одну тебя любя.

Донья Марта (в сторону)

О ревность! В чувстве роковом

Любви ты служишь грозной тучей.

Чего же медлит гнев твой жгучий?

Сверкай, огонь! Раздайся гром!

Донья Люсия

Надежду обмануть — покинь:

Ты Марту любишь, нет сомненья.

Дон Фелипе

Пускай за все мои мученья

Накажет Марту бог.

Донья Люсия

Аминь.

Донья Марта (в сторону)

Бог, накажи попа и служку!

Донья Люсия

А что же это говорят,

Что будто ты в Севилье взят,

Да что попался ты в ловушку,

Что смертной казни дон Хуан

Добьется для тебя наверно?..

Дон Фелипе

Мой ангел, это лицемерной

Твоей сестры еще обман.

Чтоб разлучить тебя со мной,

Она отцу очки втирает.

Сама ж, не зная, помогает,

Чтоб стала ты моей женой.

Донья Марта (в сторону)

Вот как… Но я обман раскрою.

Я эти козни прекращу.

Ему за брата отомщу,

И разлучу его с сестрою.

А, нет, любезный друг, прости!

Дон Фелипе

Коль ты мне смерти не желаешь,

Скрывай и впредь, что все ты знаешь,

И продолжай себя вести,

Как будто мы с тобой чужие.

Ее обманов хитрых сеть

Лишь помогла…

Донья Люсия

Чему? Ответь!

Дон Фелипе

Что спало — разбудить, Люсия.

С тобою мы узнаем рай.

Вдвоем потешимся над нею…

Донья Люсия

Так буду я женой твоею?

Дон Фелипе

Да.

Донья Люсия

Я…

Дон Фелипе

Ты… ты!

Донья Люсия

Прощай!

Дон Фелипе

Прощай!

(Люсия уходит.)

Сцена 8

Донья Марта, дон Фелипе.

Донья Марта

Ах ты, обманщик! Ах, мошенник!

Подлец собачьего ты роду!

Плясун, что пляшет всем в угоду!

Мужчина, словом, и изменник!

Вот как ты платишь за любовь,

Которую тебе дарила,

За то, что я не отомстила

За брата пролитую кровь,

За то, что в дом тебя взяла

И от опасности укрыла,

Смерть от тебя я отвратила

И твой арест изобрела.

Так для Люсии — этот вид!

Ты рясу для нее навесил.

Ты, для нее здоров и весел,

Со мной параличом разбит.

Но час настал! Пришла расплата

За все коварство.

(Кричит)

Люди! Эй!

Схватите наглеца скорей!

Спешите! Здесь убийца брата!

Отец! Поручик! Капитан!

Дон Фелипе

Любовь моя, ты в заблужденьи.

Мне смерть несет твое волненье,

Очнись, очнись, рассей туман!

Донья Марта (кричит)

Скорей схватите негодяя!

Дон Фелипе

Клянусь твоею красотой,[96]

Клянуся богом и тобою,

Вот истина тебе святая:

Пойми — подслушала она,

Когда с тобой мы были вместе,

И я боялся женской мести,

Коль станет правда ей ясна.

Донья Марта

Поверить этому рассказу?

Но то же самое как раз

Ты ей здесь говорил сейчас.

Нет — не убьешь двух зайцев сразу!

Ее — ты любишь!

Дон Фелипе

Лгал я ей.

Донья Марта

«Пускай за все мои мученья

Накажет Марту бог…»

Дон Фелипе

Значенья

Не придавай божбе моей.

Люсию я хотел уверить,

Не мог иначе я, клянусь!

Донья Марта

Нет! Смерти я твоей добьюсь,

Изменник! Будет лицемерить!

Дон Фелипе

О, где ж слова мне взять такие…

Донья Марта

«Ее обманов хитрых сеть

Лишь помогла…» — «Чему? Ответь!» —

«Что спало, разбудить, Люсия».

Нет! За обеих нас отмщенье —

Смерть! Смерть тебя, презренный, ждет,

Или… пусть бог меня убьет.

Сцена 9

Дон Гомес, Урбина и Поручик. Они, услышав Марту, останавливаются в дверях, незамеченные ею. Те же.

Дон Гомес

Что слышу? Марта в возмущеньи

Кричит «пусть бог меня убьет»?

Урбина

Возможно ль даме так божиться!

Поручик

Вот так примерная девица!

Дон Фелипе (тихо Марте)

Ну, что ж, кончай со мною счет.

Как кстати стариков приход!

Божилась ты при них не даром.

Вели ж убить одним ударом.

Донья Марта (тихо ему)

Молчи…

(Вслух)

«Пусть бог меня убьет…» —

Христианин сказать так мог?

Нарушить заповедь вторую —

Господне имя молвить всуе?..

Нам это запрещает бог.

Божиться… Это невозможно!

Вы! Вы! Ученый богослов!

Нет, нет, не нахожу я слов!

Скорей отсюда прочь, безбожный,

Или сейчас падите в прах,

Целуйте землю — за такую

Речь грешную! Я негодую…

У вас кощунство на устах!

Ступайте!.. С глаз моих сокройтесь!..

Мой гнев палит… жжет грудь мне он.

Целуйте землю, или — вон!

Дон Фелипе

Прошу, сеньора, успокойтесь!

Вы всполошите весь Мадрид.

«Пусть бог убьет», — сказать нам можно,

Когда клянемся мы неложно.

А я поставлю вам на вид,

Что клятвой не солгал своею…

И что не даром я учился.

Дон Гомес

Весь крик, — за то, что он божился.

Урбина

Вот добродетель!

Дон Фелипе

Честь имею.

Дон Гомес

Да! Совершенство чистоты!

Донья Марта

Уходишь… Нет, постой, любезный,

Мне наказать тебя полезно,

Чтоб больше не божился ты.

(Бьет его.)

Дон Фелипе

О, тише, госпожа, прошу я!

Донья Марта

А, будешь прибегать к божбе!

(Бьет его.)

Дон Фелипе (тихо ей)

Ты бьешь и вправду.

Донья Марта (тихо ему)

Вот тебе,

Тиран, за то, что я ревную.

Дон Гомес (подходя с Капитаном и Поручиком к Марте)

Ну, будет, дочка. Этой смутой

Ты нас пугаешь. Что с тобой?

Донья Марта

Он оскорбил мой слух божбой.

Злодей достоин казни лютой.

Хоть и сама грешу я тяжко,

Но людям права не даю

Так грубо оскорблять мою

Невинность.

Урбина

Плачет. Ах, бедняжка!

Дон Гомес

Ну, Марта, будет! Мой совет!

Ты благочестье доказала…

Ведь если он не лгал нимало —

Греха большого в клятве нет.

Дон Фелипе

Она сама всему виною…

О, у нее упорный нрав!

Дон Гомес

В чем дело?

Дон Фелипе

Верьте, я был прав.

Она заспорила со мною:

Amor, amoris[97] просклонять

Хотела вместе с zelus, zeli[98] —

Склоненья разные на деле,

И их нельзя соединять.

Она же все свое. И вот

Сказал я только — верьте чести: —

«Склонять два эти слова вместе

Нельзя, пусть бог меня убьет!»

Вот чтo ее так рассердило.

Вы видели, что стало с ней?

Мне надо уходить скорей.

Донья Марта

Ну да, все это так и было.

Дон Фелипе

Прощайте ж. Это, на мой взгляд,

И для святой немножко строго.

Донья Марта

Уходит он… Но… ради бога…

Вернитесь, домине,[99] назад.

Дон Фелипе

О нет: теперь назад — ни шагу.

Ведь на меня руки поднять

Не смела б и родная мать!

Донья Марта

Отец… Останови беднягу.

Дон Гомес

Да пусть идет.

Донья Марта

Так — отпустить?

Он в огорченье — ты не видишь?

Дон Гомес

Так что ж?

Донья Марта

И ты его обидишь?

Ему не в силах больше мстить,

Я плачу над его судьбой.

Дон Фелипе

Оставьте мне мою свободу.

Донья Марта

Ах, помешай его уходу:

Ведь человек он золотой!

Сеньоры, он не виноват…

Мне страшно тяжело сознанье,

Что я его толкну в изгнанье

И нищету…

Дон Гомес

Вернитесь, брат.

Урбина

Ну, полно…

Дон Фелипе

Слишком я взволнован.

Осмелиться меня побить!

Так кандидата оскорбить,

Что посвящен и тонзурован![100]

Донья Марта

Ты посвящен? Грешна вдвойне.

Не знала я… Приму все пени.

Прости…

Дон Фелипе

Коль станет на колени

И поцелует руку мне.

Донья Марта

Пойду — чтоб помешать уходу —

На все.

(Становится на колени и целует ему руку.)

Урбина

Смиренья идеал!

Донья Марта (в сторону)

Когда бы истину кто знал!

Мне поцелуй был слаще меду.

Сцена 10

Донья Инес. Те же.

Донья Инес (Гомесу)

Опять приезжий просит вас,

С которым вы вели беседу.

Дон Гомес

Иду. Я верно с ним поеду.

Идешь ты, дочка?

Донья Марта

Да… сейчас.

Дон Фелипе (тихо ей)

Так, значит, мир?

Донья Марта (тихо ему)

Ну, нет, прости —

Еще не к спеху.

Дон Фелипе (тихо ей)

Друг бесценный!

Донья Марта (тихо ему)

Ох ты, учитель мой почтенный![101]

Дон Фелипе (тихо ей)

Ох ты, святая во плоти!

(Уходят дон Гомес, донья Марта, донья Инес и Капитан.)

Сцена 11

Дон Фелипе, Поручик.

Поручик

Минутку, домине!

Дон Фелипе

Сеньор,

Что вам угодно?

Поручик

Извиненья.

Прошу мне разрешить сомненье.

Дон Фелипе

Да в чем?

Поручик

Меня смущает взор…

Иль я безумием наказан,

Иль вы — под маскою чужой,

Фелипе, друг любезный мой,

Кому я жизнью был обязан

И кто всей дружбе прежних дней

(Что я питать не перестану)

Нанес — увы! — большую рану

Подобной скрытностью своей.

Дон Фелипе (в смущении)

Но я…

Поручик

Намеренье свое

Ты от меня скрывал напрасно.

Я знал давно, что в Марту страстно

Влюблен ты, что из-за нее

Сменил свой плащ ты на сутану…

И что из-за своей мечты

Сейчас рискуешь жизнью ты.

Но я ж тебе мешать не стану.

И верь — я правду говорю —

Я б от Люсии отказался,

Когда б ее ты добивался,

Хотя любовью к ней горю.

Дон Фелипе

Когда за малую услугу

Себя считаешь ты в долгу,

Я об одном просить могу:

Прости, поручик, мне, как другу.

Прошу, не упрекай меня,

Что я и от тебя скрывался,

Что скрыть любовь мою старался,

Как тайну важную храня.

Я жизнью ведь своей рискую,

И осторожным должен быть…

Но удалось мне победить

Мою притворщицу святую.

Жениться я хочу на ней.

Ты воскресишь мою удачу.

Люби Люсию! Я ж потрачу

Все силы, чтоб любви твоей

Помочь. Хоть сухо обращенье

Ее с тобой…

Поручик

А я влюблен!

И тем сильнее я пленен,

Чем больше вижу я презренья.

В моем молчаньи и во мне,

Мой друг, ты можешь быть уверен.

Дон Фелипе

Люсия… Слушай: я намерен

С ней говорить наедине.

Увидишь — станет восковой,

Придет к тебе по доброй воле.

Поручик

В какой же изучал ты школе

Такой дар слова колдовской?

Сцена 12

Донья Люсия. Те же.

Донья Люсия

Учитель, вы одни?

Дон Фелипе

О нет!

(Тихо ей)

Кто любит — быть один не может…

Но вещь одна меня тревожит:

Поручик, друг мой с давних лет,

Узнал меня в одно мгновенье.

И вот пришлось мне снова лгать:

На Марту все свалил опять

И усыпил в нем подозренье.

Меня же просит он как раз

Перед тобой замолвить слово…

Так обмани глупца такого,

На свет твоих прелестных глаз

Летящего неосторожно:

Ему на брак согласье дай.

Донья Люсия (так же)

Я…

Дон Фелипе (так же)

Да! Иначе, друг — прощай:

Грозит мне гибель непреложно.

Донья Люсия (так же)

Фелипе! Всё мне чуждо в нем.

Боюсь беды я неминучей —

Не заболеть бы мне падучей,[102]

Так, как тебе параличом.

Дон Фелипе (так же)

Да. Но откроет он тогда,

Кто здесь под рясой богослова.

Донья Люсия (так же)

Я для тебя на все готова!

Дон Фелипе

Поручик, подойди сюда!

Поручик

Могу ль поднять с надеждой благодарной

Свой взгляд к тебе, о свет небесный мой,

Что с первых дней сиял мне красотой

Яснее солнца в сфере лучезарной?

Донья Люсия

Мой повелитель здесь — передо мной,

Моей надежды гений светозарный!

Дон Фелипе

Мне ж нет милей притворщицы коварной,

Что мне-то станет верною женой.

Донья Люсия (тихо ему)

Ты — про меня?

Дон Фелипе (тихо ей)

Ведь ты одна на свете!

Донья Люсия

Любовь моя…

Поручик

Как?.. Мне?.. Восторг святой!

Моя душа витает в свете рая.

Дон Фелипе (в сторону)

Слепой амур, твои смешны мне сети!

Поручик

Люби меня, любовь моя!

Донья Люсия

Друг мой!

(Уходит.)

Поручик

Моя Люсия…

(Уходит.)

Дон Фелипе (один)

Марта, дорогая!

Сцена 13

Донья Марта, Пастрана, дон Фелипе.

Донья Марта

Здесь кто-то звал меня сейчас?

Пастрана

Да, всуе поминал он вас.

Дон Фелипе

Я без тебя не существую:

Всегда зову я дорогую.

Пастрана

Велик любезностей запас!

Но я с ума сойду, ей-ей:

Я восхищаюсь глубиною

Ума и хитрости твоей.

Пленившись маской неземною, —

Я сам готов поверить ей.

За ум я приз тебе даю.

Сам на земле едва стою,

Так возношусь я, что держаться

За юбку надо мне твою,

Чтобы на небо не умчаться.

Донья Марта

Мой друг, так скучно мы живем…

Тебе, конечно, отдых нужен.

Давайте нынче вечерком

Нарядимся — и все втроем

Мы на реке устроим ужин.

Пастрана

Реки-то нет, к большому горю.

Донья Марта

А Мансанaрес![103]

Пастрана

Наш ручей!

Где ж в нем вода?

Донья Марта

О я поспорю!

Он дал рожденье — хоть не морю,

Зато владыке всех морей.

Мадрид значительней, чем море;

Он много рек в себя вобрал.

Дон Фелипе

Смотри — не много ли похвал!

Пастрана

Спасибо за урок сеньоре.

Что отвечать? В тупик я стал.

Но только там не безопасно,

И ехать нам туда напрасно.

Донья Марта

Другое место назови!

Пастрана

А, знаю я один прекрасный

Приют веселья и любви:

Парк чудный герцогский[104] на Прадо.

Там все — прелестный сад и дом…

Прекрасны, как в раю земном.

Вот где бы херувима надо

Поставить с огненным мечом!

Дон Фелипе

Но мы забыли о «хозяйке».

Донья Марта

Хозяйке?.. Что?.. Изволь назвать!

Кто? Кто?

Пастрана

Сознайся без утайки:

Ревнуешь?

Донья Марта

Мне ль не ревновать!

Пастрана

Не надо перца подсыпать!

Твои глаза уж слишком зорки:

Любовь тут вовсе ни при чем —

А вспомнил он о поговорке.

«Хозяйкой» в случае таком

Двух старикашек мы зовем.

Дон Фелипе

Да, уж и старики сошлись!

Один за всем следит как рысь,

Другой же Аргусом[105] стоглазым

За всеми наблюдает разом.

От их вниманья не спастись.

Хозяйкой же назвать уместно

Твою сестрицу, что за мной

Вот так и ходит день-денской.

Я только это думал — честно.

Донья Марта

Ох, как он лжет, обманщик мой!

Но — отгоню сомненья прочь.

Дурного, сердце, не пророчь!

Не даром день сегодня дивный

И солнце хочет нам помочь.

Сестра ревнива, но наивна:

Ее надуть мне — пустяки.

Моя интрига уж готова.

Никто не скажет мне ни слова —

Мне прозвище мое с руки, —

И не узнают старики.

С тобою будем мы в саду.

В другом наряде я пойду:

Манерами, костюмом, тоном

Самих Гальвана с Ганелоном,[106]

Поверь, на славу проведу.

Пастрана

Итак — да здравствует веселье!

Но этот праздник должен быть

Не только праздником безделья;

Он должен вас соединить

И вечный страх ваш прекратить.

Придумал я весь план подробно,

Раскинул все умом своим:

Вполне обдумал, как удобно

С интригой нашей порешим

И ей конец мы сочиним.

Во-первых, уж предлог готов,

Чтоб удалить нам стариков

На это время из Мадрида.

Мы не должны терять из вида,

Что в этом суть. Мой план таков:

Я им скажу… но тсс… ни слова…

Они идут.

Донья Марта

Ну вот! Как раз,

Едва ты начал свой рассказ.

Пастрана

Не беспокойся! Мысль готова…

Пойдет по маслу все у нас.

Сцена 14

Гомес, донья Люсия, Урбина, Поручик, донья Марта, дон Фелипе, Пастрана.

Дон Гомес

Рад видеть вас, сеньор. Мое почтенье

Вам, дон Хуан.

Пастрана

Я также рад, сеньор.

Я ждал вас здесь в великом нетерпеньи,

Сейчас посол привез мне извещенье,

Что вынесен в Севилье приговор.

Дон Гомес

Ему желаю смерти я смертельно.

Пастрана

Да, не были потрачены бесцельно

Ни труд ни деньги; он приговорен.

Урбина

А приговор…

Пастрана

Умрет на плахе он.

Все ж что останется из капитала —

Убитого отцу принадлежит.

Дон Гомес

О, вы ума и доблести зерцало!

Вам я обязан, что позор мой смыт.

Донья Марта (тихо Фелипе)

Что это он…

Дон Фелипе (тихо ей)

Не бойся — все прекрасно.

Пастрана загонять умеет дичь…

Оставь! Всего сумеет он достичь.

Донья Люсия (в сторону)

Вся сеть интриг запуталась ужасно…

Я вне себя… В волнении слежу

За цепью хитростей…

Поручик (Люсии)

Внемли моленьям…

Пусть старики толкуют с оживленьем, —

Вот что тебе глазами я скажу.

(Пастрана, дон Гомес, Урбина толкуют в стороне)

Пастрана

Ступайте же в Севилью. Поспешите

Застать его трагический конец.

Увидеть должен месть свою отец.

Не тратьте времени, скорей решите.

Увидите счастливый свой удел:

Умрет он — вы войдите во владенье

И можете вручить его именье

Все донье Марте вы для добрых дел.

Урбина

Да, прав сеньор! И без его совета

Ты б должен путь немедля предпринять.

Тут колебаний нет, и все за это:

И месть свою успеешь увидать,

И за собою укрепишь именье,

Чтоб не пошло другим на расхищенье.

Дон Гомес

Так все друзья дают один совет,

А дружеский совет ведь не обманет…

Меня в Мадриде утро не застанет.

Друг, вы со мной?

Пастрана

О, к сожаленью, нет.

Хотел бы видеть кару преступленья

И тем скрепить сильнее дружбы звенья,

Но не могу, как сильно б ни хотел,

Вернуться нынче ж, с вами быть в Севилье,

Из-за бесчисленных и важных дел.

Но завтра все употреблю усилья

Почтовый экипаж с утра нанять.

Вас в Кoрдове[107] надеюсь я нагнать,

Иль в Кaрмоне — хоть и скажу без лести,

Что весь мой дом не стоит этой чести —

Вам предложу от сердца стол и кров.

Дон Гомес

От всей души принять я честь готов.

Воспользуюсь лишь только помещеньем.

В гостиницах не очень поживешь…

Дон Фелипе (тихо Марте)

Как все сложней охватывает ложь

Химеру[108] дня…

Донья Марта (тихо ему)

Горю я нетерпеньем!

Пылаю вся, как будто от огня!

Урбина (Гомесу)

Так до Ильески едем мы совместно.

Туда на-днях, как стало мне известно,

Должны прибыть товары для меня,

Что морем я послал. Там буду ждать я:

Там больше мне и дела и занятья,

Чем здесь, в Кастильи.[109]

Дом меня уж ждет.

Дон Гомес (Марте)

Пусть в доме все по-старому идет…

Донья Марта

О мой отец! До твоего прибытья

Прогулки и гостей хочу забыть я.

Безделье, праздность не проникнут в дом:

Его держать я буду под замком.

Пастрана (в сторону)

В искусстве надувать — она царица.

Урбина

Надеюсь, скоро сбудется мечта,

Которой вы живете, — и больница,

Когда вернусь я, будет начата.

Дон Фелипе (в сторону)

Как верят все словам хорошим этим!

Дон Гомес

Сокровище мое, господь с тобой!

(Уходит с Капитаном и Поручиком.)

Пастрана

Расчет мой победил.

Донья Марта

Хвала, герой!

Пастрана

Чертою красной этот день отметим.

Сцена 15

Донья Марта, донья Люсия, дон Фелипе, Пастрана.

Донья Марта

Вот одни мы и остались —

И пойдет веселый пляс.

Донья Люсия

Я приглашена?

Донья Марта

Не знаю…

Донья Люсия

Так уйду я.

Донья Марта

Подожди!

Скажешь ты, сестра Люсия,

Что понять никак не можешь,

В чем тут дело. Странно слышать

От меня такую речь.

Ты считаешь, что притворно

Поведение мое,

Что во мне обман таится,

Словно в розе — скорпион.

Нет, сестра. Но добродетель

Разрешает иногда

Чистым душам день счастливый

Чистой радости отдать.

Так, решила справедливо

Я твою мечту исполнить,

И тебя я выдам замуж

За того, кого ты любишь.

Чтоб не мог нам быть помехой

Наш отец (ведь за тебя

Он поручику дал слово) —

Будь признательна, сестра, —

Хитростью его услала

К берегам Гвадалквивира.[110]

Пусть того в Севилье ищет,

Кто остался здесь, у нас.

Но остался здесь поручик —

И влюбленного беднягу

Нужно тоже обмануть…

Дай ему при всех согласье

Быть женой его, чтоб ревность

Не разрушила внезапно

Сеть, которую плетешь.

Донья Люсия

С радостью исполню это.

Донья Марта

Он получит по заслугам,

И ему глаза засыплем

Мы с тобою острым перцем.

Буду я твоею дружкой,

И возможность ты мне дашь

Разодеться, нарядиться,

Может быть, в последний раз.

Вот, любимая сестричка,

Поняла ль ты, что Фелипе

Я скрывала не в угоду

Ни любви ни суете:

Для тебя я шла на это,

Для тебя плела интригу,

Чтобы годы счастья с милым

Подарить тебе, сестра.

Донья Люсия

О сестра моей души!

Буду руки… буду ноги

Целовать тебе — в награду

За такое благородство.

Я пойду одеться к свадьбе…

Что же мой супруг молчит?

Донья Марта

За него я все сказала:

Говорить жених не должен.

Донья Люсия

Мой любимый, до свиданья!

(Уходит.)

Сцена 16

Донья Марта, дон Фелипе, Пастрана.

Пастрана

Как обманута бедняжка!

Дон Фелипе

Ум блестящий!

Донья Марта

План блестящий!

Пастрана

Ну, идем, пора за дело.

Донья Марта

Нам еще поручик нужен.

Пастрана

Я пойду его сыскать.

Донья Марта

Я возьму с собой Инес.

Пастрана

Да, она пойдет охотно…

Ведь она воображает,

Что богат я и умен.

Дон Фелипе

Так поручик наш — с Люсией

Обвенчается сегодня.

А Пастрана мой — с Инес.

Донья Марта

Ты ж — со мною.

Дон Фелипе

Это ясно!

Пастрана

Так-то парочками будем

Мы без старших танцовать.

Дон Фелипе (Марте)

Ангел!

Пастрана (Марте)

Приласкай бедняжку.

Донья Марта

О, у Марты — хватит ласки!

(Уходят.)

Вход в Герцогский парк в Прадо

Сцена 17

Дон Хуан, дон Диего.

Дон Диего

Ужели мало просьб моих?

Обиду тем наносишь мне ты.

Дон Хуан

Весьма легко давать советы,

Но исполнять как трудно их.

Дон Диего

Любил я Марту.

Дон Хуан

Да.

Дон Диего

И что же! Забыл любовь я, не крушась,

Когда пришлось, и с ней простясь,

Хожу, смеюсь…

Дон Хуан

Согласен тоже.

Дон Диего

Так, значит, можно победить

Любовь, и ревность, и стремленья…

Дон Хуан

Ты действовал по принужденью.

И кто тебя мог оскорбить?

Но — если та, кого люблю,

Сама ко мне неравнодушна,

Ужели тупо и послушно

Другой любви я уступлю?

Тем более — любви земной…

Чтобы какой-то там военный

Добился грубостью надменной

Назвать ее своей женой!

Ступай… отсюда я ни шага!

Уйди! Он будет здесь сейчас.

Не беспокойся же за нас!..

Есть храбрость у меня — и шпага.

Дон Диего

Но чем же бедный виноват?

Ведь он в лицо тебя не знает,

И — раз его предпочитают,

Ему любовь свою дарят…

Тебя ж она, как мне известно,

Не поощряла никогда.

К чему ж нелепая вражда?

Она, ей-богу, неуместна!

Уж если тут нужна расплата —

Дерись ты с нею, а не с ним:

Ведь в том, что ею он любим —

Не он, она же виновата!

Дон Хуан

Ты шутишь?

Дон Диего

Времена теперь

Совсем не те: дуэль не в моде.

Сейчас — быть храбрым по природе

Опасно, милый мой, поверь!

Подьячие да альгвасилы —

Вот геркулесы наших дней.

Те губят перьями людей,

У этих — в слежке все их силы.

И те, и те — помилуй бог! —

Врага не проливают крови.

У них иное наготове:

Перо, да клюв, да — пара ног.

Сцена 18

Поручик, потом Пастрана. Те же.

Поручик (не замечая их)

Так без меня уехал дядя.

Люсия… свет влюбленных глаз!

О если б этот свет погас —

В беду попал бы я не глядя!

Дон Хуан

Он! Смерть ему!

(Хочет броситься на Поручика, но дон Диего его удерживает.)

Дон Диего

Эй брат, уймись!

Дон Хуан

Нет, я убью его!

Дон Диего

Помилуй!

Ведь ты не доктор, друг мой милый!

Дон Хуан

Творец!

Дон Диего

К творцу и обратись!

Пастрана (входя)

Поручик! Это вы?

Поручик

Я сам.

Пастрана

Мой бог! Куда ж вы подевались?

Вы невидимкою скрывались.

Я вас искал и тут и там!

Поручик

В чем дело?

Пастрана

Ждет вас изумленье.

Как друг ваш истинный, я вам

Красотку вашу передам

Сегодня ж в полное владенье.

Однако лучше в сад пойдем…

Поручик

Да, да… Возможно ль? Власть господня!

Пастрана

Венчанье — вечером сегодня.

(Пастрана и Поручик уходят в сад.)

Сцена 19

Дон Хуан и дон Диего.

Дон Диего

Калитку заперли ключом.

Дон Хуан

Чтоб нам их след не потерять.

Дон Диего

Да не уйдут! Они пройдутся —

И обязательно вернутся

К скандалу.

Дон Хуан

Я их буду ждать.

Дон Диего

Жди. Только б свет дневной потух —

Тогда дождешься результата.

Дон Хуан

Тсс… Слышишь, брат? Карета чья-то

Сюда несется во весь дух.

Дон Диего

В Мадриде — ты смущен каретой?

Дон Хуан

Нет — слишком быстрая езда…

Смотри! Подъехала сюда.

Дон Диего

Что странного в карете этой?

Дон Хуан

Мне жутко… Сам не знаю что.

Кто б мог приехать? Непонятно.

Дон Диего

Решил сам герцог, вероятно,

Прибыть в свой парк инкогнито.

А потому и без лакея,

И шторка спущена в окне…

Дон Хуан

Нет, нет! Карета эта — мне

Несет беду.

Дон Диего

Что за идея!

Сцена 20

Донья Инес, донья Марта и донья Люсия. Последние очень нарядно одеты, дон Фелипе также. Поручик и Пастрана выходят из калитки. Те же.

Дон Хуан

Смотри-ка! Видишь ли двух дам?

Одна Люсия, нет сомненья.

О лучезарное виденье!

Дон Диего

Ну, славный праздник будет там!

Постой-ка, братец, мне сдается,

Другая — погляди туда —

И хороша, и молода…

Дон Хуан

Ага, и ваше сердце бьется!

Дон Диего

Ах, дон Хуан, открыты карты…

Дон Хуан

Твой ход.

Дон Диего

Да! Наши две сестры.

Дон Хуан

О да! Глаза любви остры,

И не узнать не мог ты Марты.

Но почему она сейчас

Одета непривычно пышно?

Дон Диего

А носят в наши дни, как слышно,

Святые бархат и атлас.

Дон Хуан

Хочу с Люсией объясниться…

Дон Диего

Заговорить решишься с ней?

Дон Хуан

Не знаю… подойдем скорей…

О гордая моя царица!

(Тихо говорит с Люсией.)

Донья Люсия

Я здесь с графинею одной…

Дон Хуан

Я думал — вы с сестрой своею.

Донья Люсия

О нет!

Дон Хуан

Какое сходство с нею!

Донья Марта (тихо Инес)

Меня кидает в жар и зной.

Донья Инес

Тебя узнали.

Донья Люсия

Но… простите…

Я не задерживаю вас:

Пора — теперь уж поздний час.

(Идет к парку.)

Дон Диего

Графиня все молчит. Скажите.

Дон Хуан

Но дама знатная она.

Дон Диего

Да это Марта!

Дон Хуан

Нет! Пустое!

Наверно сходство здесь простое.

Сейчас наверно предана

Своим излюбленным занятьям:

Иль нищим ноги омывает,

Иль тихо четки разбирает…

Дон Диего

А я клянусь святым распятьем,

Что это Марта!

Дон Хуан

Я узнаю.

(К Пастране, показывая на Фелипе)

Гидальго, можно ли узнать,

Как этого сеньора звать?

Пастрана

Isto? О conde.[111]

Дон Диего

Я смолкаю…

Дон Хуан

Ответ по-португальски дан.

Дон Диего

А дама эта?

Пастрана

A condesa.[112]

(Уходит.)

Дон Хуан

Не спятил ли с ума, повеса?

Дон Диего

Нисколько! Все один обман.

(Уходят.)

Сцена 21

Дон Гомес и Урбина в дорожных костюмах. Несколько спустя — донья Марта, донья Люсия, донья Инес, дон Фелипе, Пастрана и Поручик. За ними дон Диего и дон Хуан.

Урбина

Удержи, сеньор дон Гомес,

Гнев свой: вспомни о сединах,

Что умеренность внушают.

Дон Гомес

Здесь умеренность не к месту.

Бог мой! Я едва доехал

До Толедского моста,[113]

Чтоб продолжить путь в Севилью,

Как мне встретился приятель

И сказал: «Как обманули

Вас — такого старика —

Юный плут с девчонкой хитрой…

Арестованный (за кем

Вы отправились в Севилью,

Чье вас мучит злодеянье)

Арестован в нашем доме.

Сына вашего убийца,

Дон Фелипе, все придумал:

Он назвал себя Беррио,

А Пастрану — дон Уртадо:

Это ж друг его, бездельник.

Он внушил вам и заставил

Вас уехать из Мадрида,

Чтоб осуществить интригу

И без вас сыграть их свадьбу

Здесь, у герцога в саду.

Рассказал мне все их планы

Брат мой — здешний управитель».

Урбина

Что рассказывать так долго!

Я присутствовал при этом.

Дон Гомес

От рассказа — легче сердцу.

Не они ли это?

Урбина

Да.

Дон Гомес

Что ж не превратится в шпагу

Трость — непрочная защита

Опозоренных седин!

(Увидя выходящими своих дочерей в сопровождении дона Фелипе, Пастраны и Поручика.)

А… Изменницы и лгуньи!..

Пастрана (в сторону)

Волк попался в западню!

Остается только, Марта,

Сбросить прочь тебе личину.

Дон Гомес

Дайте мне ее убить!

Дон Хуан (удерживая его)

Стойте, сударь! Эта дама —

Португальская графиня.

Дон Гомес

Как, графиня?

Урбина

Вновь обман!

Дон Гомес

Это Марта, дочь моя!

Дон Фелипе

Вместе с нею — дон Фелипе,

Дон Фелипе де-Айала.

Я, сеньор, лишил вас сына.

Хоть неравная замена —

Дайте мне вам сыном стать.

Дон Гомес

О!.. Поручик, дай мне шпагу!

Дон Хуан

Как, сеньор? Вы — дон Фелипе?

Верно это от волненья

Я не мог признать вас сразу.

Ваша мать в Вальядолиде[114]

Бережет для вас — по смерти

Дона Педро де-Айалы —

Десять тысяч в год дохода.

Дон Фелипе

Что я слышу?..

Дон Хуан

Вот письмо вам.

Из него вы все поймете.

Дон Фелипе

Деньги эти, жизнь и душу

Вам, сеньор, к ногам бросаю:

Коль меня вы не простите —

Мне не надо ничего.

Урбина

Месть — не дело благородных!

Друг, прости им! А меня

Так пленила ее хитрость,

Что те деньги, что хотел я

На больницу подарить ей,

Я в приданое ей дам.

Донья Люсия

Как, сестра?.. Как?.. Донье Марте

Быть женою дон Фелипе?

Никогда!

Пастрана

Увы, Люсия!

Тщетны ваши притязанья —

Нынче и рука, и сердце

Уж собой распорядились.

Донья Люсия

Как?..

Пастрана

Супруга перед вами.

Церковь их соединила —

Я свидетель.

Донья Люсия

Если так…

За поручика пойду я.

Поручик

Вам с рукой — отдам всю душу.

Дон Гомес

Я же, просьбам уступая,

На любовь сменяю месть.

Дон Фелипе

Падаю к ногам отца я…

Дон Гомес

Нет, приди на грудь мою!

Пастрана

Что ж! И мы хотим с Инес,

Снег с чернилами смешавши,

Ткань двуцветную сплести.

Донья Инес

Раз три свадьбы — я согласна.

Дон Фелипе

Дон Хуан и дон Диего!

Кончились мои несчастья.

Пусть прибавит ваша дружба

Счастье нынешнему дню:

Будьте мне вы шаферами.

Дон Хуан

Женихом не удалось —

Буду шафером, что ж делать!

Я согласен.

Дон Диего

И я также.

Хоть сбирался с вами драться.

Дон Фелипе

Но за что?

Пастрана

Ему сказал я,

Что графиня эта дама.

Дон Диего

Шутка из тяжеловесных!

Пастрана

Ну, чего мы ждем, сеньоры?

Дон Гомес

Бойтесь все — учителей,

Тех, кто дочек ваших учат

Не латыни — а любви.

Как твой паралич — скажи-ка?

Дон Фелипе

Да с концом комедьи этой

«О благочестивой Марте»

Вся болезнь прошла. Но нашим

Недостаткам — нет конца.

Примечания

1

Ильескас — административно-судебный центр Толедской провинции. В старину служил крепостью, просуществовавшей до XVI века. Тирсо де Молина жил в Толедской провинции и, в частности, в Ильескасе. В пьесах «Из Толедо в Мадрид», «Король дон Педро в Мадриде и инфансон из Ильескаса», «Женское благоразумие», «Крестьянка из Сагры» и «Благочестивая Марта» он изобразил хорошо знакомые ему места. В Ильескасе до сих пор существует театр имени Тирсо де Молина.

2

Севилья — главный город севильской провинции, главнейший порт на реке Гвадалквивире. Во времена Тирсо де Молина Севилья была одним из первых торговых городом в Европе и имела монопольное право на торговлю с Америкой. Алонсо Моргадо в своей «Истории Севильи» называет ее «одним из самых видных среди богатых и преуспевающих в торговых делах городов Европы по своим связям со всеми частями света и особенно с Вест-Индией», и прибавляет: «Не менее чудесен вид богатства многих севильских улиц, обитаемых купцами фламандскими, греческими, генуэзскими, французскими, итальянскими, английскими и других стран…» В XV веке в Севилье сыном итальянского выходца Франсиско Империаль была создана первая школа кастильских поэтов, подражавших итальянским образцам. В Севилье жили и работали многие писатели итальянской школы (Гарсиласо и др.). В 1588 г. в Севилье служил Сервантес. В Севилье происходит действие знаменитой пьесы Лопе де Вега «Звезда Севильи». Действие пьесы Тирсо де Молина «Севильский озорник» происходит частью в Неаполе, частью в Севилье, а пьес «Любовь — врач» и «Король дон Педро» — частью в Севилье, частью в Мадриде. В Испании сохранилась поговорка: «Кто не бывал в Севилье, тот не видал чуда».

3

Индия — Вест-Индия. Так называли открытые Колумбом в 1492 г. Антильские острова, поскольку он считал, что наткнулся на продолжение азиатского материка, а потом и все области Северной и Южной Америки, в противовес расположенной в Азии Ост-Индии. Завоевание Америки сопровождалось жестокой и кровавой расправой испанцев с туземным населением. В начале XVI века испанцам принадлежали Антильские острова, острова Мексиканского залива, часть полуострова Флориды, большая часть Центральной Америки, теперешняя территория Колумбии и Венесуэлы и юго-западное побережье Тихого океана. В 1520 г. Фернандо Кортес завоевал Мексику, получившую название Новой Испании, в 1532 г. Франсиско Писарро захватил Перу, откуда его соратники продолжали завоевание Чили. В 1920 г. португалец Магеллан обогнул южно-американский материк, положив начало захвату Бразилии. Экономические отношения Испании с ее американскими колониями выражались в хищнической эксплуатации природных богатств Америки, грабеже туземцев и вывозе золота и продуктов тропической природы. Для облегчения контроля торговли она была концентрирована в Севилье. Испанцы сохранили монополию на торговлю с Новым Светом. Капитан Урбина является одним из ярких типов конкистадоров — коммерсантов дворян, бросившихся в погоню за легкой наживой. Список произведений, описывающих путешествия и открытия испанцев в Америке, громаден. Первые по времени — «История Индии» Лопеса де Гомара. «Естественная и общая история Индии» Фернандеса де Овиэдо (1535). Особенно ценно «Кратчайшее описание разрушения Индии» сквозь подземелья и потоки (1542 и «Общая история Индии» (1561) монаха Лас-Касаса, посетившего остров Эспаньолу (теперь Гаити) горячего защитника порабощенных индейцев, описывающего все зверства испанцев. По примеру Эрсильи  появляется масса поэм, посвященных подвигам завоевателей. О путешествии Тирсо на остров Эспаньолу и об его трилогии, действие которой происходит на Антильских островах, — «Амазонки в Индии», «Честность против зависти» и «Кто дает сразу — дает вдвойне» см. вступительную статью.

4

Песета. — В колониях употреблялись за недостатком денег слитки металла определенного веса, откуда слово peso (вес) для обозначения денежной единицы. Песо равнялся унции серебра (8 серебряных реалов или 20 медных).

5

Бой быков — популярное в Испании зрелище. Бои быков устраивались впервые еще в XII веке и продолжаются до наших дней. Место, где происходит бой быков, называется plaza de toros и представляет собой арену с амфитеатром, вмещающим иногда до двенадцати тысяч зрителей. Церемония боя такова: быка выпускают на арену; пикадоры колют его пиками, чтобы сильнее раздразнить; на помощь пикадорам приходят чуло, они машут красными плащами и этим привлекают гнев быка на себя; затем в бой вступают бандерильеро, цель которых — воткнуть стрелки с загнутым острием (banderos) в верхнюю часть передних ног быка. И лишь после них выходит матадор, убивающий быка. Он остается с ним один на один и приканчивает его ударом шпаги. Ловкость его состоит в том, чтобы поразить быка так, чтобы острие шпаги коснулось мозжечка. Если матадору это удалось — бык убит одним ударом; а клинок лишь слегка окровавлен. Plaza de toros является необходимой принадлежностью каждого крупного испанского города, и их насчитывается в Испании около 225. Обычно в каждом бое быков убивают от шести до десяти быков. В XVII веке бой быков достигает особенного расцвета, и королевские бои быков, происходившие на Большой площади Мадрида, представляли собой зрелище необыкновенной пышности и обходились весьма дорого. Бой быков, естественно, занимает большое место в творчестве испанских писателей. Достаточно вспомнить пьесу «Лучший алькайд — король» Лопе де Вега. Пьеса Тирсо де Молина «Честность против зависти» начинается боем быков. Во втором акте «Благочестивой Марты» бой быков является стержнем всего действия. В современной нам испанской литературе бой быков составляет основу романа «Кровь и песок» Висенте Бласко Ибаньеса и замечательной поэмы «Национальный праздник» Мануэля Мачадо. Бою быков посвящен даже политический трактат Рамона Переса де Айалы «Политика и быки», где автор проводит параллель между испанской политической жизнью и боем быков.

6

Капитан Урбина. — Фамилия Урбина встречается в Испании очень часто. Так, например, Сервантес служил в 1560 г. в отряде капитана Диэго де Урбина, впоследствии тестя Лопе де Вега и герольдмейстера при Филиппе II и Филиппе III.

7

С капиталом не беда:

Сто тысяч. — В подлиннике — дукатов.

8

И отогреет донья Марта,

Как солнце радостное марта,

Супруга старость животворно.

В подлиннике игра слов: Que es viejo у compra esta marta Para remediar su yrco. По-испански marta — куница, куний мех. Буквальный смысл: он стар и покупает этот куний мех, чтобы уберечь себя от холода.

9

Потоси — главный город одноименного департамента южно-американской республики Боливии, некогда славившейся залежами серебра, открытыми испанскими горнопромышленниками — капитаном Хуаном де Вильяроэль Сентандиа, капитаном Диэго Сентена и полковником Педро Котамита в 1546 г. В горах Потоси — месторождение серебра, золота, меди, олова, цинка и других ценных металлов. Почва Потоси очень плодородна. Благодаря всему этому Потоси еще в давние времена стал для испанцев символом богатства и благополучия и вошел в ряд пословиц. Так, например, tener un Potosi — буквально: «иметь Потоси», означает — обладать большим состоянием; valer un Potosi — буквально: «стоит Потоси», означает — дорого стоить.

10

В Китае он скупил шелка. — С 1517 г., когда португальцы впервые прибыли в Кантон, начинается, по существу, эра торговых отношений Китая с Европой. Испания снабжала всю Европу шелковыми, шерстяными, серебряными и золотыми изделиями. Китай служил ей одним из поставщиков сырья, скупавшегося за бесценок испанскими торговцами. Дворяне-купцы являлись распространенным типом в Испании XVII века. Закон 1626 г. давал лицам знатного происхождения право заниматься торговлей без ущерба их достоинству и привилегиям, лишь бы они не работали сами и не держали лавок у себя в доме. Один из указов 1532 г., относящийся к банкротам-купцам, ссылающимся на свое дворянство, показывает, что и тогда уже дворяне занимались торговлей.

11

Дукат — название золотой монеты различной ценности, чеканившейся в итальянских государствах, в Австрии и Германии, по весу равняется приблизительно трем с половиной граммам золота.

12

Хоть не до празднеств мне конечно. — В подлиннике: «хотя смерть Антонио мешает мне посещать празднества».

13

Альгвасил (арабск.) — название различных должностных лиц в Испании — в прежние времена пристава при судье или губернаторе, служителя инквизиции, ныне — мелких судебных и полицейских чиновников. В данном случае альгвасил — судебный пристав. Слово «альгвасил» вошло в ряд испанских пословиц. Например, cada uno tiene su alguacil — буквально: «каждый имеет своего альгвасила», означает — на каждого управа найдется.

14

Сбиры — древнее название судебных и полицейских служителей в Италии в Папской области, которые были вооружены и имели военную организацию.

15

Санчо Панса и Дон Кихот — герои романа Сервантеса (1547–1616). Первая часть «Дон Кихота» была издана впервые в 1605 г., вторая — в 1615 г.

16

Мамора — крепость в Танжере (Марокко) на юго-восточном побережьи Гибралтарского пролива. В XVI–XVII веках турецкие, алжирские и марокканские пираты нападали на испанские торговые суда, мешая торговле. Мамора была одним из центров пиратства, и в 1610–1714 гг. за счет торговых городов предпринимались походы, пока, наконец, в 1614 г. Мамора и Лараче (см. примеч. 43) не были взяты испанцами.

17

Гальвана — вероятно, Гальван де Бастидас, известный испанский мореплаватель и завоеватель Америки, (родился близ Севильи в 1460 г., умер в 1526 г.).

18

Фландрия — прежнее графство, территория которого поделена в настоящее время между Бельгией, Францией и Голландией. В 1560 г. Фландрия в составе Нидерландов перешла к Испании. Нидерландская революция 1566–1588 гг., окончилась победой испанцев, возвративших себе Фландрию. При непрерывной вражде Испании с Нидерландами и Францией, во Фландрии постоянно находились значительные испанские вооруженные силы и она являлась постоянным очагом войн и восстаний. Во Фландрии происходит действие многих комедий Тирсо.

19

Фахардо — Луис Фахардо, испанский адмирал. В 1613 г. был назначен главнокомандующим океанского флота, высадился в окрестностях Танжера и взял приступом гавань и крепость Мамору.

20

Харифе (от арабск. шериф, что значит «благородный») — наименование лиц, ведущих свой род от Магомета и называемых иначе сеидами (господами). Султаны Марокко причисляли себя к шерифам и включали это наименование в свой титул. — Муса — арабский вождь, завоеватель Испании (640–718). История его завоеваний сохранилась во множестве рассказов полулегендарного характера, и имя его до сих пор употребляется в испанской народной разговорной речи, в песнях и романсах.

21

«Хуан Флорин». — Флорин — в разных государствах средней ценности серебряная монета. Пастрана намекает на скудость своего кошелька.

22

И обе мне мой грех прощают. — В подлиннике «хотя я убил их брата».

23

Сто тысяч полновесных. — В подлиннике — песо.

24

Кто станет за рога хвататься — в подлиннике: No hiermano quo suerte en cuernos Tiene la punta en la muerte, — т. e. «нет, братец, концы его рогов несут смерть».

25

Карранса — командор Херонимо де Карранса, севильский писатель XVI века, славившийся уменьем владеть оружием.

26

О Марта, дорогая крошка и т. д. — в подлиннике игра слов: Marta que perlas ensarte Si se las compre el platero, Marta — martillo о mortero Pues le ves, cocale, Marta, — т. e.

Марта, ты, которая нанизываешь перлы,

Если их покупает ювелир,

Марта — пестик или ступка,

Если видишь его — приголубь его.

27

Проклятый праздник! — Выпад против боя быков, реакция церкви против народных и светских празднеств, отвлекавших толпу от религиозных торжеств. Церковь, однако, сама пользовалась тем же, чтобы привлечь к себе внимание народа. Так, например, победа иезуита Молина (имя которого Тирсо избрал своим псевдонимом) в споре о благодати праздновалась потешными огнями и боем быков

28

Поручик (в подлиннике: alferez) — см. примеч. 67: «и поведать о победе».

29

Зеркало стальное. — В Европе стеклянные зеркала появились в XIII веке. До этого и долго еще после, наряду со стеклянными зеркалами служили полированные металлические дощечки.

30

Старый тигр — и серна. — В подлиннике: Ved que lirio con que rosa, т. e. «глядите, какой ирис рядом с розой».

31

Вавилонская башня. — По библейскому сказанию люди попытались построить башню до небес, но бог за эту дерзость смешал их языки, люди перестали понимать друг друга и прекратили постройку.

32

Герцог Македа — Бернардино Македа (ум. 1601), участвовал в защите Мессины и был вице-королем Каталонии; Хорхе Македа (ум. 1644) — сын его, генерал Океанской армады, алькайд и генеральный капитан Махалькивира, Тремесены и Феца.

33

Зефир (антич. миф.) — западный легкий теплый ветер, сын богини цветов Флоры.

34

Марс (антич. миф.) — одно из главных божеств древних римлян, бог войны.

35

Сципион — имеется в виду Сципион Африканский (234–183 до н. э.), римский полководец, выдвинувшийся в эпоху пунических войн.

36

Зодиак — ряд созвездий, расположенных вдоль большого круга небесной сферы (эклиптики), по которому совершается видимое годовое движение солнца. Созвездия эти следующие: Рыбы, Овен, Телец, Близнецы, Рак, Лев, Дева, Весы, Скорпион, Стрелец, Козерог, Водолей.

37

Дева — см. предыдущее примеч.

38

Антиподы (греч.) — обитатели двух диаметрально противоположных пунктов земли.

39

Церера (антич. миф.) — богиня плодородия и земледелия. — Вакх или Бахус, Дионис (антич. миф.) бог плодородия и вина.

40

Латинская чепуха — Зодиак. Дева, Церера, Вакх — названия и имена латинские.

41

Десять сфер небесных. — По средневековым представлениям небо опоясывалось десятью сферами: Луны, Меркурия, Венеры, Солнца, Марса, Юпитера, Сатурна, Близнецов (небо неподвижных звезд), хрустальным небом и эмпиреем, где обитают блаженные души.

42

Знамя славное Филиппа. — Филипп III (1578–1621) — король испанский, сын Филиппа II в 1609 г. издал приказ об изгнании из пределов страны принявших христианство морисков, потомков арабов — прежних завоевателей Гранады, и одновременно вел борьбу с турками и маврами. Сражение при Маморе — один из эпизодов этой борьбы.

43

Лараче — город в Марокко, близ Танжера; был основан в VIII веке и играл большую роль в Марокканской империи. В XV веке являлся центром пиратства; в 1578 г. марокканцы, готовясь к обороне от испанцев, выстроили две крепости, сохранившиеся до наших дней. В 1614 г. Лараче был взят испанцами.

44

Пираты — морские разбойники. Пиратство было известно еще в древнем мире, и в средние века, при развитии международной торговли и мореплавания, приняло необычайные размеры. Для мусульманских государств северного побережья Африки пиратство было доходной статьей. Алжирские и турецкие пираты были грозой испанских берегов, и для защиты от них строились многочисленные крепости, остатки которых сохранились до сих пор.

45

Геркулесовы столпы — см. примеч. 56 Геркулес.

46

Лига — испанская мера длины, равна 5 1/2 километрам. Морская лига — 5 5/9 километра.

47

Корсары — частные кораблевладельцы, плававшие под флагом какой-либо страны с правом захвата торговых судов враждующего государства (иначе — каперы). В русском языке корсары отожествляются обычно с пиратами.

48

Харибда. — Сцилла и Харибда — по «Одиссее» Гомера два чудовища по бокам узкого пролива между Италией и Сицилией; миновав одно, мореплаватели натыкались на другое. Отсюда поговорка «попасть между Сциллой и Харибдой».

49

Наваррцы — жители Наварры, провинции, расположенной в горах на севере Испании. Наварра — старинное испанское королевство, присоединенное к Кастилии и Арагону Фердинандом Католическим в XIII веке. Наваррцы гордились древностью своего происхождения и верностью королю. Из Наварры родом был родившийся в Мадриде знаменитый испанский сатирик Франсиско де Кеведо.

50

Агарь — Агаряне — старинное название мусульман, по Агари, библейской женщине, жене Авраама матери Измаила, от которого якобы произошел арабский народ.

51

Аргонавты — (древнегреч. миф.) — мореплаватели, отправившиеся с Язоном во главе на корабле Арго в Колхиду (нынешнюю Грузию) за Золотым руном (золотая шкура барана, повешенная в священной роще под охраной дракона). В Испании со времен Карла V существовал орден Золотого Руна, как высший знак государственного отличия.

52

Non plus ultra — см. примеч. 56 — Геркулес.

53

Кадикс — один из главнейших испанских портов, расположенный в Андалусии, административный центр провинции Кадикс. Чили — в настоящее время государство в Южной Америке, на берегах Тихого океана. Впервые Чили было открыто Магелланом в 1520 г. После того, как Франсиско Писарро и Диэго де Альмагро завоевали Перу (1532–1535), они были привлечены слухами о золотых богатствах Чили и Альмагро в 1535 г. отправился на покорение его, но вынужден был возвратиться. Завоевал Чили Педро де Вальдивья (1540–1541), постепенно продвигавшийся вглубь страны и жестоко подавлявший противодействие туземцев. В 1553 г. произошло восстание индейцев-арауканцев, и Вальдивья был взят в плен и замучен ими. Завоевание страны представляло собой непрерывное истребление испанцами коренного населения Чили, так и не покорившегося окончательно. Эти войны представляют сюжет поэмы испанского поэта Алонсо де Эрсилья (1533–1595) «Араукана», который отправился на подавление восстания арауканцев и провел в их стране восемь лет. Несмотря на свои длинноты, поэма так и не закончена, и ее пополнил двумя новыми частями Осорио. Обосновавшийся в Чили испанец Педро де Онья написал «Покоренную Арауканию» (1596). Все эти поэмы при их внешней описательной точности являются неприкрытым восхвалением подвигов испанцев. Лопе де Вега в 1629 г. в «Покоренной Араукании» выставляет жестокое и кровавое порабощение Араукании делом нескольких испанских дворян. То же самое можно сказать о «Благородном губернаторе» Гаспара де Авила (1664) и «Испанцах в Чили» Гонсалеса де Бустоса (1665). Чили стало независимой республикой в 1817 г. Араукания оставалась свободной до 1887 г., а затем была присоединена к Чили.

54

Гектор — см. примеч. 72. Ахилл или Ахиллес, древнегреч. герой, воспетый в «Илиаде» Гомера, участник осады Трои, убивший Гектора. Согласно легенде, все тело его было неуязвимым, кроме пятки. Отсюда выражение «ахиллесова пята».

55

Пелота — взвод, мелкая воинская часть.

56

Геркулес — (древнегреч. миф.) — полубог необыкновенной силы и роста, совершивший много подвигов и, между прочим, соединивший Средиземное море с Атлантическим океаном, раздвинув горы Кальпу и Абилу, стоявшие на месте Гибралтарского пролива, которые получили с тех пор название Геркулесовых столпов. Так как, по древним понятиям, Гибралтар являлся границей мира, Геркулес начертал на них Non plus ultra (не дальше этого). Это выражение употребляется для обозначения высшей меры чего-нибудь или предела, который нельзя переступить.

57

Бетика — старинное название Андалусии (от реки Бетис — нынешний Гвадалквивир), являвшейся одной из римских колоний.

58

Улисс или Одиссей — герой «Илиады» и «Одиссеи», участник осады Трои. В «Одиссее» описываются его скитания при возвращении домой после взятия Трои и приключения, из которых он выходит живым и невредимым благодаря своему уму и хитрости. Ему приписывается основание Лиссабона, столицы Португалии; отсюда — «сыновья Улисса» — жители Португалии, во времена Тирсо де Молина принадлежавшей Испании.

59

Бог Кипра — Вакх, бог вина и веселья. Кипр — остров в восточной части Средиземного моря, известный своими винами.

60

Их ведет Македа. — В подлиннике игра слов: Тирсо вставляет в имя герцога Македы (см. примеч. 116) букву р: по-испански la mar queda значит «спокойное море».

61

Манрике — знатный испанский род: к нему принадлежали известные поэты Гомес Манрике (1412–1491), один из первых испанских драматургов, и племянник его Хорхе Манрике (1440–1478), мастер стихотворной техники, известный знаменитыми строфами на смерть своего отца. — Карденас — португальский дворянский род испанского происхождения.

62

Полумесяц — религиозный символ мусульман, то же, что крест для христиан.

63

Осорьо — Андрес де Аньорве в хронике «Последние войны с арабами» описывает подвиги двух братьев Осорьо. Остальные имена, которые упоминает поручик, принадлежат представителям знатной молодежи и мало чем примечательны. Совершенно очевидно, что Тирсо упоминает настоящих участников взятия Маморы.

64

Давид (библ.) — иудейский царь, в юности, будучи пастухом, убивший из пращи великана Голиафа.

65

Редондилья — см. комментарий к «Осужденному за недостаток веры».

66

Цехин — золотая монета (около 10 испанских песет), чеканившаяся в различных европейских государствах; особенно распространены были венецианские цехины.

67

И поведать о победе. — Испанское войско в описываемую эпоху составлялось из волонтеров, осужденных преступников, рекрутов и особо дворянских частей. Пехота набиралась из волонтеров, флот — из каторжников. Пехота была вооружена пиками, аркебузами (пищалями), позднее мушкетами. С 1534 г. основной боевой единицей стал полк, состоявший из двенадцати — пятнадцати рот (под командой maestro de campo). Рота состояла из двухсот пятидесяти — трехсот человек и возглавлялась капитаном. Поручик (альферес) в каждой роте являлся непосредственным помощником капитана. В артиллерии употреблялись чугунные и каменные ядра; стреляли из бронзовых пушек. Начальствовали войсками знатные лица, мало занимавшиеся военным искусством и шедшие на военную службу из-за жалованья. В моменты опасности для государства знать снаряжала на свой счет отряды, редко, однако, принимая командование ими. Содержание требовало громадных расходов со стороны казны, и частые задержки в выплате жалованья вызывали недовольство и падение дисциплины. Несмотря на постоянные морские войны, испанское правительство обычно малозаботилось о флоте и сдавало подряды на постройку судов частным верфям или же покупало корабли за границей. В случае необходимости пускали в ход и вооруженные пушками торговые суда. В экспедициях 1604–1614 гг. участвовало около ста судов — гребные галеры и парусные галеоты. Нравы на кораблях были еще распущеннее, чем в сухопутных войсках.

68

Аяксы — два участника Троянской войны, упоминаемые в «Илиаде» Гомера, обычно неразлучные и часто совершавшие совместные подвиги.

69

Прадо — одна из центральных улиц Мадрида, бульвар, служивший местом прогулок для мадридского общества.

70

Вента — постоялый двор, гостиница.

71

Дуэнья — компаньонка или гувернантка; в Испании всегда приставляли дуэнью к девушкам, а зачастую и к замужним женщинам. — Эскудеро — оруженосец, паж.

72

Нежней, чем самый Аликант. — Аликанте — вино и виноград по имени провинции и города Аликанте на западе Испании, на берегу Средиземного моря.

73

Коросаин (церк. — сл. Хоразин) — деревня в Палестине, известна только тем, что упоминается в Евангелии, как проклятая Христом за непослушание его словам.

74

Готы — германское племя, занимавшее Пиренейский полуостров до вторжения мавров. Готская кровь считалась признаком знатного происхождения.

75

Позорный колпак — высокий и длинный колпак, надевавшийся на приговоренных к смертной казни во время auto da fe (казни на костре по приговору инквизиции).

76

Сводник из романа. — В подлиннике: Celestino de Calisto — т. е. «Калистов Селестин». Пастрана переделывает на мужской лад имя Селестины, сводницы из знаменитой пьесы того же названия в 21-м действии, авторство которой приписывается Франсиско Рохасу (1499). Эта пьеса, представляющая собой нечто среднее между пьесой и романом, не годилась для сцены, но вызвала в XVI и начале XVII века много подражаний. Тип Селестины стал нарицательным, а ее выражения вошли в поговорку. Селестина сводит юношу Калисто с любимой им Мелибеей. Пастрана сравнивает себя с Селестиной.

77

Мендоса — старинный знатный испанский род, давший много государственных деятелей; к нему принадлежит, между прочим, Диэго Уртадо де Мендоса (ум. 1575), дипломат и военный писатель, автор многих стихотворений и «Истории маврского восстания».

78

Так что ж, кокосы ведь не редки, хотя и реже, чем кокетки. — В подлиннике игра слов: que quieres si hacen cocos las migeres — т. e. «что же, если женщины занимаются обольщением» (cocar, hacer cocos — обольщать, любезничать).

79

Кандидат. — В подлиннике: лиценциат, — ученая степень в светских и богословских университетах, вторая после баккалавра.

80

Дай ему монету. — В подлиннике: cuarto — старинная испанская медная монета, равнявшаяся четырем медным мараведисам (1/34 песо).

81

О, Марта, мой мартиролог я для тебя готов удвоить. — В подлиннике: Marta, martir tuyo soy — т. e. «Марта, я твой мученик».

82

Беррио. — Имя это произведено от того же корня, что и berrin — ворчун, брюзга. Марта и зрители понимают это, и тем комичнее то, что старики ни о чем не догадываются.

83

Столбняк. — В подлиннике: perlesia — паралич. Фелипе-Беррио последовательно притворяется паралитиком.

84

Я десять тысяч уж имею. — В подлиннике: двенадцать тысяч приданого.

85

Соломона превзойти. — В библии рассказывается, что царь Соломон выстроил в Иерусалиме храм, прекраснее которого не было в мире.

86

Друг, ты переполняешь чашу. — В подлиннике: превосходишь щедростью сегодня Александра (Македонского).

87

Hic, haec, hoc (лат.) — этот, эта, это; слова с особой формой склонения.

88

Любой лошак в латыни больше понимает. — В подлиннике еще: о хитросплетенья любви, которая довела меня до научного диспута.

89

Dura lex — жестокий закон (латинская пословица: dura lex sed lex — хоть и жестокий, но закон). В подлиннике: Quis puta — слова, которые Марта понимает, как позорящее женщину выражение испанского языка. Все дальнейшее действие сцены, которую напоминает урок Розины с Альмавивой в «Севильском цирульнике» Бомарше, передано вольно, с заменой испанской игры слов подходящей игрой на созвучии латинского dura и русского «дура».

90

О ты мой собственный, мой кровный. — В подлиннике игра слов: perlativo de perlas — т. е. «мой жемчужный паралитик».

91

Сутана — подрясник, который католическое духовенство носит вне церкви; длинный узкий кафтан с узкими рукавами, у низшего духовенства — черного цвета.

92

О, Марта, что за заблужденье. — Непереводимая игра слов. Реплика Марты кончается словом encerramiento (miento — лгу), на что Фелипе отвечает: Como acabas, Marta, en miento mientes llegando a pensar — т. e. «поскольку ты кончаешь на „miento“, ты ошибаешься, думая…»

93

Ах ты, святейшая сестрица! — В подлиннике Люсия называет сестру Благочестивой Мартой. У Тирсо заглавие всегда проходит через всю пьесу, по обычаю испанской драмы. Беррио Люсия называет домине (см. примеч. 183), строя на этом игру слов domine — dominacion (господство, влияние).

94

Любовь, любви (лат.).

95

Нищенской личины. — В подлиннике: escolasticos despojos — «доспехи схоласта».

96

Клянусь твоею красотой. — В подлиннике: «клянусь двумя солнцами, которые я обожаю».

97

Любовь, любви (лат.).

98

Ревность, ревности.

99

Домине (Domine) — обычное для католиков обращение к духовному лицу, несколько раз уже адресованное к мнимому Беррио.

100

Посвящен и тонзурован. — У католического духовенства при посвящении на макушке выбривается гуменцо, или тонзура, в знак их принадлежности к духовному сословию. Фелипе и здесь именуется лисенсиатом.

101

Ох ты, учитель мой почтенный. — Здесь они опять (см. примеч. выше) обращаются друг к другу: «Ах, мой домине Беррио!» — «Ах, моя благочестивая Марта!»

102

Не заболеть бы мне падучей. — В подлиннике игра словами: alferez (поручик) и — alferecia (родимчик).

103

Мансанарес — протекающая в Мадриде река, мелководье которой вызывало в литературе много шуток и острот и, с другой стороны, отповедей со стороны поклонников Мадрида, пытавшихся превозносить Мансанарес. Мансанарес нередко упоминается в произведениях Тирсо, написавшего целый романс, обращенный к Мансанаресу. В своей книге «Поучай, услаждая» Тирсо называет Мансанарес карликом. Самого себя Тирсо в «Толедских виллах» называет пастухом с Мансанареса.

104

Парк чудный герцогский. — знаменитая в XVIII веке достопримечательность Мадрида: вилла с парком, принадлежавшая фавориту Филиппа III, герцогу Лерме; сад находился в юго-западной части Мадрида, на Прадо, поблизости от луга (Prado) св. Херонимо. В 1606–1616 гг. здесь происходили съезды знати Мадрида во главе с королем и королевой. Подробности см. у Месонеро Романос «Старый Мадрид» 1861.

105

Аргус (древнегреч. миф.) — многоглазый великан, символ «недремлющего ока».

106

Ганелон — одно из действующих лиц поэмы о Роланде, коварный и злой старик, из зависти предавший Роланда мусульманам. Имя его вошло в литературу как синоним хитрого предателя.

107

Кордова — один из крупнейших городов Андалусии, расположен на реке Гвадалквивире; в VIII веке был столицей арабского халифата; в ХШ веке взят испанцами и впоследствии пришел в упадок. — Кармона — старинный город Севильской провинции, основанный иберо-кельтами за 2000 лет до нашей эры.

108

Химера (древнегреч. миф.) — трехголовое чудовище, наполовину лев, наполовину коза, с хвостом дракона; в переносном смысле — несбыточная мысль, неосуществимая мечта.

109

Кастилия — центральная часть Испании, некогда самостоятельное королевство, которое объединило постепенно вокруг себя все остальные королевства и язык которого стал государственным и литературным языком.

110

Гвадалквивир (в древности Бетис) — река в Андалусии, протекающая через Кордову, Севилью, от которой (87 километров от моря) она была доступна для морских судов того времени, и впадающая в Атлантический океан у Кадикса.

111

Это граф.

112

Графиня.

113

Толедский мост — Мост через Мансанарес (см. примеч. 103), расположенный в южной части Мадрида. В настоящем виде — значительный памятник стиля барокко, построенный архитектором Педро Рибера в 1719–1735 гг. Во времена Тирсо существовал другой каменный мост.

114

Вальядолид — старинный испанский город, центр Вальядолидской провинции, в средние века столица Старой Кастилии и резиденция испанских королей.

Content

Тирсо де Молина
БЛАГОЧЕСТИВАЯ МАРТА

Действующие лица

АКТ ПЕРВЫЙ

Зала в доме дона Гомес, в Мадриде.

Улица в Ильеске

Ильеска

Зала в доме капитана Урбина в Ильеске. Ночь.

АКТ ВТОРОЙ

Зала в доме дон Гомеса, в Мадриде

АКТ ТРЕТИЙ

Зала в доме дон Гомеса, в Мадриде

Вход в Герцогский парк в Прадо

Примечания