Наталия Янкович

Земля двух лун. Том 2

© Наталия Янкович, 2017

© Интернациональный Союз писателей, 2017

Глава XXVIII

Ирит-Ри внимательно смотрел вниз. Сквозь облака, клубящиеся под ногами прозрачного выступа огромной башни, виднелись зеленеющие деревья и поля, текли и расходились в стороны две реки, образуя клиновидную полоску суши, расширяющуюся вдаль и убегающую к горизонту. Странная красота дикой земли завораживала его и заставляла вглядываться вновь и вновь, находить новые детали и переживать непривычный для его сурового характера воина восторг.

В помещение полупрозрачной сферы вошел Рарт. Старый разведчик нерешительно застыл на пороге. Ирит неохотно обернулся.

– Мы идем по графику? – бросил он сухо.

– Отличные результаты! – отозвался Рарт. – Они показывают изумительную волю к жизни. А первые порции знаний прижились как нельзя лучше. Сознание от общинного плавно переходит к выделению себя, как личности, среди окружающих. Дикари прогрессируют!

Ри удовлетворенно качнул головой и опять повернулся к прозрачному стеклу и виднеющемуся за ним пейзажу.

– Их планета красива, – произнес он через некоторое время задумчиво. – Всюду изумрудная зелень, реки с прозрачной и чистой, словно хрусталь, водой… Алые закаты и рассветы, ожерелья снежных гор… В этом что-то есть… Особое очарование…

– Разочарование, – осторожно поправил Рарт. – Разочарование – опасная штука. Ты разочаровался в семье, Ирит… А теперь ищешь замену своей пустоте. Но эта планета – не то, что нужно. Тебе нужен бой! Настоящий. Жестокий. Честный. И оттого особенно прекрасный! Ты истосковался по своему ремеслу, своему искусству. Это нормально. Первое время я тоже переживал подобное. Искал успокоение в крепком запое…

Ирит отошел от стены и устало сел в мягкое кресло. Жестом он предложил Рарту последовать его примеру. Старый разведчик устроился на диване и блаженно протянул ноги перед собой.

– Чертовски устал за этот день, – кряхтя, заметил он Ириту. – Новая партия андроидов никуда не годится. Говорил же этим олухам из лаборатории Гончего: делайте почувствительнее, потоньше, попоэтичнее… А они мне настоящих боровов выслали! Словно не для науки его готовили, а на ринг, в тяжелоатлеты! Одно слово – тупицы! Пришлось половину отбраковать и обратно отправить… То ли дело – их прошлый начальник! Он моим добрым приятелем был, да перевели его в другое созвездие. Настоящие произведения искусства присылал! Что не андроид, то вылитый человек! От одного взгляда на такого даже я уважением проникался.

Ирит-Ри хмыкнул и достал из шкафчика бутылку отличного рома.

– Это исправит твое ворчливое настроение, – бросил он старому разведчику. – Отличное зелье из Туманности Лоциса! Рекомендую.

– Я не ворчу, а беспокоюсь о деле! – несколько наигранно возмутился Рарт.

По лирическому настроению Ирита он сразу понял, что тот настроен на неофициальный разговор. Даже капитаны иногда хотят побыть обычными людьми! Именно такие моменты Рарта и учили использовать в разведшколе.

Старый вояка незаметно, но пристально посмотрел на своего друга. В последнее время тот его сильно беспокоил. Нестабильное настроение, интерес к дикой планете… Подобные состояния не предвещали ничего хорошего. По мнению Рарта их командиру срочно требовалось пройти оздоровительный курс в его службе разведки. Там умели лечить подобные раны. Их называли душевными…

Рарт еще раз скептически глянул на Ирита. Не повезло его другу с семьей! А Ирит этих мерзавок еще и отпустил! Такого парня загубили! Рарт готов был предательниц стереть в порошок собственными руками!

По долгу службы требовалось доложить о таких странностях командира, но Рарт решил выждать. Ри всегда был сильным. Именно за это его так и уважал старый разведчик. К тому же…

Любой другой новый глава… Новые вопросы. Новые причуды. Неизвестно еще, к какому итогу подведет новый неизвестный весь проект. В этом смысле командира лучше, чем Ирит, сложно было представить!

– О чем задумался, Рарт? – неожиданно поинтересовался Ирит-Ри.

– Все об экспедиции, – уклончиво ответил старый разведчик. – Сроки, сроки! С пропагандой у нас дело неважно обстоит.

– Значит, надо найти местного стихотворца, – как само собой разумеющееся, произнес Ирит.

Рарт от удивления чуть не открыл рот.

– Как же мне раньше-то в голову не пришло?! – воскликнул он восторженно. – Это же гениально! Мне и в голову не приходило посотрудничать с этими дикарями! Но ведь у них действительно есть поэты! А наши ученые все бьются, бьются и никак не могут ничего приличного придумать. От всех их воинственных гимнов и стихов дикари только в уныние и спячку впадают… А тут… Это же находка! Местный поэт! Надо срочно сообщить!

Рарт тут же вскочил с мягкого дивана, не забыв, правда, при этом в один прием осушить бокал с лоцисским ромом, щелкнул каблуками и склонил голову перед командиром в ожидания разрешения покинуть помещение.

– Действуй! – скомандовал Ирит-Ри. И как только Рарт скрылся за дверью, с бокалом напитка вернулся на прозрачный выступ башни к созерцанию раскинувшихся вокруг красот природы.

Сейчас он смотрел вдаль, и сам удивлялся своему странному предложению. Несколькими годами раньше такое не пришло бы ему и в голову. Искать PR-агента среди дикарей! Губы тронула невольная улыбка. Подобная мысль все еще казалась ему хоть и допустимой, но крайне забавной. Раньше он смотрел на дикарей, как на неодушевленные предметы, теперь же он оставлял за ними право на проблеск разумности. Возможно, потому что никогда раньше не принимал участия в подготовительной фазе…

Теперь же у него появилось время. Теперь через бесчисленные мониторы исследовательской лаборатории он мог изучать необъятное море островков чужой жизни, заглядывать в самые дальние поселения, наблюдать самые сокровенные моменты.

Первое время он не испытывал ничего, кроме отторжения. Чужой образ мыслей не вызывал в нем ничего, кроме презрения и брезгливости. Но теперь… теперь его чувства напоминали скорее осторожный интерес. В чужом мире все было настолько искажено и перевернуто, что вызывало недоумение.

И он был горд, что, наконец-то, сможет открыть перед ними истинную красоту бытия!

Под ногами, на несколько сот метров вниз, переливалась всеми цветами радуги башня цивилизации Гончего Пса, светящаяся, как чистый бриллиант ночью и как пламя огня в часы расцвета или заката. Совершенство технической мысли и научного прогресса, она гордо выступала среди дремучих лесов, а те, в ответ, словно специально подчеркивали всю красоту её ирреальных изгибов и изломов отражений. И это радовало его взор, доставляло особое удовольствие. Никогда он еще не наблюдал такого странного ансамбля – сочетания шедевра самой высокоразвитой цивилизации во всей Галактике и буйной природы дикой планеты из самых затерянных окраин космоса.

Глава XXIX

Майла в который раз подряд гневно мерила белую комнату размашистыми шагами. Рядом в уголочке притихла девочка-подросток Тинка. Из соседнего помещения, через открытую настежь дверь, раздавались крепкие и регулярные чертыханья трех мужчин: Порка, Крика и здоровяка из отряда Атиса – Сола.

В конце концов, Майла не выдержала и с криком: «Надо поговорить!» – ворвалась на мужскую половину.

Ее тут же встретил ничуть не менее разъяренный взгляд Порка и крайне недовольные лица Крика и Сола.

– Бардак! – выкрикнула девушка в сердцах. – Мы пришли сюда, чтобы действовать, а нас запирают! Неслыханно! И ничем не соизволят мотивировать подобное безобразие! Только отмалчиваются! И почему нас?! Они бы еще и всех остальных ученых упрятали!

Майла подскочила к двери и со всего размаху пнула препятствие нагой. В железной двери, толщиной в два пальца, осталась глубокая вмятина.

Все присутствующие замерли и с недоумением уставились на оставленный Майлой отпечаток. Крик тут же поспешно подскочил к девушке и, схватив её в охапку, порывисто зашептал на ухо:

– Ты с ума сошла! Опомнись! Возьми себя в руки!

Но Майла, вырываясь изо всех сил, отбросила молодого ученого на несколько метров в сторону, так что Крик отлетел и с ужасающим грохотом врезался в стену. Другой на его месте должен был как минимум получить сотрясение и грохнуться в обморок. Или, что вполне вероятно при таком ударе, отправиться на небеса. Но вместо этого Крик как ни в чем не бывало энергично встал и яростно набросился на девушку сзади.

Несколько долгих минут они кувыркались по всему помещению, оставляя за собой вмятины, поломанные стулья и погнутые перекладины железных кроватей.

Тем временем Порк и здоровенный, как скала, Сол, с широко распахнутыми глазами, только успевали отскакивать в стороны. В конце концов, оба не выдержали и забились вместе с побледневшей, словно мел, Тинкой в самый дальний угол женской половины.

Девочка-подросток, почти старик и здоровенный детина Сол сидели в углу и с ошалевшими физиономиями наблюдали за битвой титанов!

В итоге, перебив все, что находилось в комнате, Майла и Крик успокоились и уселись спина к спине в центре комнаты. Больше сесть было не на что.

– Как это? – наконец, заикаясь, осмелилась произнести Тинка.

– Ааа-ду-реть! – выдохнул здоровяк Сол и, все еще не веря своим глазам, уставился на место бывшего побоища.

– И как это понимать? – заметил Порк скептически.

Майла и Крик переглянулись. Бегло окунув место недавнего побоища, оба кисло улыбнулись и пожали плечами.

– Мистика! – добавил Сол многозначительно.

– Реальность, – парировал Крик.

– Эй! А сколько же пришельцев с такой силищей положить можно?! – восхищенно буркнул здоровенный детина. – Да мы их всех! Голыми руками! У-у-у-х! Сидеть только теперь на чем будем?

После этих слов Сол встал и принялся деловито расхаживать по комнате, собирая обломки разлетевшихся в щепки стульев. Остальные, Порк и Тинка, все еще никак не могли прийти в себя и продолжали настороженно смотреть на сидящих в центре комнаты Майлу и Крика.

– А может, и не мы их вовсе, а они нас? – процедил Порк. – Откуда такая сила? Вот и ответ на вопрос, почему нас тут заперли!

– Неужели? – глаза Тинки наполнились слезами, и она посмотрела на Майлу и Крика взглядом, полным отчаянья.

– Малышка, я никого не собираюсь убивать и сильно сомневаюсь в том, что я пришелец, – буркнула Майла девочке в ответ. – Да, у меня есть сила, и я могу поколотить здорового мужчину…

– И, похоже, даже не одного! – заметил Сол ухмыляясь. – Не хотел бы я оказаться с тобой в бою один на один. Все кости переломаешь! Круто…

– А почему это ты так спокоен? – подозрительно бросил Порк Солу. – Мы тут дрожим от страха, изумляемся, теряемся в догадках… А ты расхаживаешь себе преспокойненько, будто ничего не случилось! Как это понимать?

Детина круто развернулся к пожилому, но еще весьма бодрому на вид учителю.

– Ну, ты, старикан, даешь! – рыкнул он на него полусердито-полушутя. – Жизнь-то продолжается! Что же сидеть и голову ломать над необъяснимым! Сильные – и все тут. Хорошо. Я тоже сильный. Могу дубовую доску головой проломить… Они еще сильнее. Факт – он и есть факт! А насчет пришельцев и прочей ерунды, что ж я, Майлу, что ли не знаю? Да и Крик вроде проверенный уже… А вот в тебе сидит… червоточинка какая-то… Что ты на них взъелся? Может, завидуешь?

– Я?! – Порк чуть до потолка не подпрыгнул.

Он готов был сказать что-то еще, когда его негодование нарушил звук открывающейся двери. В проеме стояла длинная фигура Отулла.

– Вы правильно догадались, – пронесся по помещению его необычный шелестящий голос. – Нашими медиками у вас обнаружены некие отклонения в течение биотоков головного мозга… и не только… Возможно, это врожденное… Но ничего подобного нами раньше никогда не наблюдалось. Отличия у всех разные. И все же некоторые соображения заставляют усомнится… что все вы… люди… Или некоторые из вас…

В комнате повисла гробовая тишина.

– Но, я… – глаза Тинки распахнулись еще шире.

Она беззвучно развела руками.

– А вы уверенны? – нахмурившись, поинтересовался Сол и краешком глаза покосился на творившийся вокруг беспорядок. – Как же тогда выяснить, кто есть кто?

– Это глупо! – отреагировал Порк чуть с запозданием. – Посмотрите, что они натворили. Разве это человеческих рук дело? Что же неясного? Вы должны изолировать ИХ! – он указал на Майлу и Крика. – Я больше не желаю оставаться с ними в одном помещении! В следующий раз они и нас перережут! Оба словно взбесились! Сколько агрессии!

– В том-то и дело… – протянул Отулл задумчиво. – Вам была впрыснута сыворотка, вызывающая у любого нормального человека приступ немотивированного гнева… Остальные, как я вижу, остались совершенно спокойны…

Майла и Крик поднялись с пола и неуверенно встали перед главой Северных людей.

– А я-то думала, что у меня наступило временное помешательство, – растерянно пробормотала Майла. – Теперь остается только порадоваться…

И девушка саркастически усмехнулась.

Глаза Отулла поверх маски едва заметно прищурились. Склонив голову набок, он несколько секунд простоял в полном молчании. Только все присутствующие почувствовали, что его безмолвие опаснее всяких вопросов. Этот Северный человек, патриарх приютившего их Дома, Отулл, словно сканировал всех находящихся в помещении.

– Комнату приведут в порядок, а потом я бы хотел побеседовать с каждым по отдельности.

Дверь тихо захлопнулась.

Оставшиеся переглянулись.

– Выходит… Они тут все перекромсали с нечеловеческой силой, а мы тест не прошли! – наконец выдохнул Порк язвительно. – Подумать только! Все шиворот навыворот!

Майла и Крик продолжали хранить молчание. Несколькими минутами раньше они и сами были в ужасе от недавнего порыва. Но теперь получалось, что их организм отреагировал самым правильным образом!

– Что, интересно, об этом думает Атис? – послышался голос Сола.

Теперь здоровяк выглядел несколько понуро.

– И что же теперь делать, если я от природы спокойный? – виновато добавил он. – Неужто меня в пришельцы запишут? Только не пришелец я вовсе! И учеба мне всегда тяжело давалась! О-о-о-х…

– Все мы не пришельцы, – всхлипнула Тинка в углу. – Я поклясться готова! Да что толку?! Это заговор… Заговор Северных. Просто они от нас избавиться хотят. Собрали тут самых важных ученых и держат взаперти. Что тут непонятного? Один Сол из группы Атиса… А мы все… Вот как они с нами расправиться решили…

Тинка всхлипнула еще раз и сжалась в комочек на своей чудом уцелевшей постели.

Порк и Сол тем временем опасливо покосились на Майлу с Криком. И девушка почувствовала, как её щеки затапливает румянец негодования.

– Я клянусь, – воскликнула она с жаром, – что все мои мысли направлены исключительно на благо Зеты-3! Я до последнего вздоха буду защищать нашу свободу!

– И я клянусь! – отозвался Крик эхом.

– А я просто открыто заявляю, что я человек! – с нажимом добавил Сол. – Все эти витиеватости мне не к чему: буду защищать, не буду… Я человек – и точка!

– Я тоже человек!

– И я человек!

В один голос добавили Порк и Тинка.

– И все мы люди, – подытожил Крик. – Только нас отчего-то подозревают в обратном…

– Я же говорю, это заговор, – взвизгнула Тинка. – Если бы я знала, что попаду в лапы к северным чудовищам! Ненавижу их!

– Но это несколько глупо приютить нас здесь только для того, чтобы изолировать в комнате пятерых… – произнесла Майла медленно. – Ведь по сути… Если бы они не предложили свою помощь, идти было бы больше некуда. Мы бы остались там… и ничего не произошло…

– Может, они хотели выманить наши технологии? – предположила девочка-подросток.

Крик чуть не подавился от смеха. Другие так же улыбнулись. Техническое превосходство Северного дома было очевидно!

– А может, они сами… того… – совершенно жутким голосом прошептал Сол.

– Инопланетяне? – разом переспросили собравшиеся.

Сол нахмурился и серьезно кивнул.

– Может, они нас заманили и изучают? – добавил он, чуть помедлив. – Я слышал, Рупии и Тонни свои порошки на мышках проверяли… А они – на нас…

В комнате повисло невеселое молчание.

– Ой, я сейчас помру от ужаса, – выдохнула Тинка. – Я их так боюсь, аж жуть! А вдруг… правда?..

– А мне не дают покоя ваши странные способности, – зловеще пробубнил Порк, поглядывая на Майлу и Крика. – Это не человеческие способности!

– Не реагировать на сыворотку гнева – тоже не по-человечески! – огрызнулся Крик. – Однако она больше ни на кого из вас не подействовала! А должна была!

Крик своим немигающим, гневным взглядом фактически просверлил во лбу учителя Порка дырку. Через несколько секунд Порк досадливо потупился.

– Да они нас просто перессорить хотят! – воскликнул Сол.

– Это точно, – добавила Майла тихо. – Разговорами мы ничего не выясним и не докажем… Только переругаемся…

Через некоторое время вошли северные обитатели в изумрудно-зеленых накидках, с как всегда глубокими капюшонами и масками, и в считанные минуты привели комнату в порядок. Когда с уборкой было покончено, один из них задержался на пороге и вибрирующим голосом произнес:

– Отулл просит каждого из вас по очереди принять его предложение к разговору. Один может следовать за мной.

Пленники комнаты растерянно переглянулись.

– Если никто не против, я пойду первой, – сказала Майла ровным голосом.

Глава XXX

Ей хотелось как можно скорее покончить со сложившейся ситуацией и приступить к работе. И вместе с тем при мысли о новых проверках Северных людей под ложечкой начинало противно ныть. В голове завертелись всякие глупости о древних пытках и прочей ерунде. Хотя она прекрасно понимала, что развитие хозяев Дома шагнуло далеко вперед, и если они захотят услышать от нее правду, никакие пытки вовсе не потребуются. Только вот… правды она и сама не знала! А если уж говорить откровенно, немного боялась. Майла знала, что она готова на все ради благополучия своей планеты! И вместе с тем искренне не понимала природы своих особых способностей. И как ученому, такое понимание ей было крайне необходимо. Ей до слез хотелось узнать, что же тогда, той поздней осенью… произошло.

Кристаллический коридор закончился, и Майла очутилась в тупике перед высокой дверью. Её провожатый в изумрудном плаще куда-то исчез. В полном одиночестве девушка напряженно поежилась и подошла к двери чуть плотнее. Но та даже не думала открываться. Майла осторожно прикоснулась к шершавой на ощупь поверхности и попыталась надавить. Все осталось неизменным. Девушка несколько растерянно огляделась по сторонам, ища какой-нибудь выступ или ручку. Ничего подобного не оказалось.

– Эй, Отулл! Я пришла! Откликнитесь! – крикнула она смущенно.

Гулкое эхо отскочило от двери и разноголосием повторений разлетелось по сторонам.

Постояв так несколько секунд, Майла почувствовала себя несколько глупо. Её завели в тупик, оставили пред дверью, и теперь она вынуждена тут стоять и голосить, взывая о помощи!

Или это очередная проверка? Майла нахмурилась. Если так, то ответ просто обязан быть!

Скрестив руки на груди, она встала лицом к двери и принялась методично изучать поверхность. Через несколько минут непрерывного созерцания ей, наконец, показалось, что в одном из мест рисунок шероховатостей несколько отличается от остальной стены. Недолго думая, Майла прикоснулась пальцами к странному месту и – о, чудо! Руки легли на едва заметный для глаза, крошечный стержень. Раздался щелчок. Облизав пересохшие губы, Майла обрадовано улыбнулась и отошла немного назад. Но дверь по-прежнему осталась на месте.

Крепко выругавшись, в несвойственной для себя манере, Майла сосредоточилась повторно. Теперь шероховатости на ощупь напомнили ей… Символ! Символ, в древнем языке обозначающий ступни!

Упав на пол, она принялась рассматривать и ощупывать пространство над полом. И вот… второй рычажок был найден. Дверь с мелодичным звуком плавно отошла в сторону.

В просторном помещении в мягком кресле за огромным столом сидел Отулл.

– Рад, что Вы, Майла, наконец, вошли, – прошелестел его голос без тени иронии. – Присаживайтесь.

Отулл указал жестом на такое же, как и у него, кресло из кожи неизвестного животного. На ощупь материал оказался удивительно приятным. Майла присела и неуверенно огляделась. Никаких приборов или аппаратов для выявления её истинной личности видно не было. Вокруг стояли многочисленные полки с книгами, разнообразными статуэтками и прочими безделушками. В дальнем углу располагался импровизированный садик из невысоких домашних растений, некоторые девушке были совершенно неизвестны, даже несмотря на то, что зоология являлась её детским увлечением.

Майла оторвалась от созерцания удивительных растений и, нахмурившись, сосредоточилась на темной фигуре, закутанной в плащ.

– Вы всегда его носите? – не удержалась она от совершенно не подходящего к случаю вопроса и указала на одеяние главы Северного Дома.

Из-под серой маски раздалось непонятное хрипение. Позже Майла сообразила, что это был смех.

– Вас никогда не учили хорошим манерам? – несколько успокоившись, ответил вопросом на вопрос Отулл.

– Сейчас не время для хороших манер, – отрезала Майла. – Вы заточили нас в четыре стены и утверждаете, что все мы или кто-то из нас – не человек! Поэтому не вижу смысла в пустых любезностях и улыбках.

– А Вы, значит, утверждаете обратное? – поинтересовался Отулл.

И его худая и чрезвычайно высокая фигура подалась всем корпусом вперед, а необычные светлые глаза неотрывно уставились на девушку.

Майле стало неловко. Отведя глаза в сторону, она долю секунды молчала.

– Вы сами видели, какое побоище мы с Криком устроили, – наконец произнесла она. – Это, конечно, выходит за рамки обычных возможностей, но тем не менее хочу…

– Хочу сказать, что мои мысли направлены исключительно на благо… Это все я уже слышал, – перебил её Отулл.

– Так чего же Вы хотите? – изумилась девушка.

– Фактов! – отрезал глава Северного Дома.

– Но что заставило Вас усомниться?

– Особенность работы биотоков мозга, – в очередной раз, недослушав вопроса, произнес Отулл.

– И только? – воскликнула Майла.

Она была достаточно хорошо осведомлена о последних исследованиях Рубби и Тонни, чтобы понимать, что это может оказаться лишь неприятным отклонением в деятельности организма, трактовок которому – тысячи! Но ни в коей мере этот факт не мог являться доказательством!

Майла чуть не захлебнулась от негодования.

– Да я сама сотню раз проверяла свою кровь, кожу, волосы, ногти… Все, что возможно проверить! Сама несколько раз делала рентгеновские снимки, эхоэнцефалограммы и еще кучу всех возможных тестов! Но никаких отклонений не нашла! Моё ДНК – совершенно человеческой структуры и содержит, как и у каждого нормального человека, четыре вида азотистых оснований. Клетки состоят из органелл, дробятся на молекулы, атомы, субатомные частицы и так далее… Ничего более! Никаких примесей, странностей или отклонений!

Отулл одобрительно кивнул и потом неожиданно поинтересовался:

– А как насчет энзима РР-1 или, другими словами, протеинфосфатазы-1? Это вы проверяли?

Майла растерянно и смущенно замолчала.

– Энзим РР-1, смею Вас заверить, отвечает в человеческом организме за стирание информации. При его переизбытке человек становится очень забывчивым, а при недостатке – показывает чудеса памяти. Так вот… Сейчас в вашем организме протеинфосфатаза-1 находится практически в норме, с легким отклонением к недостатку. Что так же является нормой. За единственным «но». Найдены остаточные следы его чрезмерного пребывания. Кто-то или что-то стирал вашу память. Вопрос: кто и зачем?

Майла в ответ только покачала головой.

– Если хотите, можете применять гипноз. Я так понимаю, он вам знаком… – произнесла она через несколько секунд мучительного раздумья.

– Хорошая наблюдательность, – ухмыльнулся Отулл.

– Когда Вы появились в ночи, в палатке, нас даже легкая тревога не охватила… Любой мог догадаться, что произошло.

– Но далеко не каждый задумался, – заметил глава Дома. – Только, боюсь, в этом случае… Гипноз вряд ли поможет.

– Значит, поможет тот цирк около дверей? – усмехнулась Майла. – Кстати, среди нас есть предположение, что Вы сами являетесь пришельцами. Вот и попробуете доказать, что вы – это вы, а вовсе не они…

– Химики… Насколько помню, Рупии и Тонии и еще… – Отулл на секунду запнулся, вспоминая имя. – Мэри-Энн… Они над этим уже работают. В их власти все имеющееся в наличии оборудование. А наши тесты они перепроверяют так же, как и мы их.

– Разумно, – проговорила Майла и при этой новости почувствовала некоторое облегчение.

Может, с Рупии и Тонии они в последнее время не слишком ладили… Но рыжей Мэри-Энн Майла точно могла доверять!

– Мы выполняем обещания, – прошелестел Отулл.

И девушка заметила странный блеск, мелькнувший в глазах патриарха Северных людей.

– Мы честны и откровенны в своих намерениях. А тот «цирк» – очередной тест на стереотипы мышления. Вариантов открыть дверь было несколько. Вы выбрали наиболее близкий вашему развитию интеллекта и технологий. Наш разговор – тоже тест… Любая ошибка может обернуться катастрофой. Мой народ этого не заслужил! Мы предпочитаем все проверять.

Майла неуютно поежилась в мягком кресле. Только теперь она поняла, что невероятно устала. Разговор с Отуллом вытянул из нее последние силы.

– Но почему сыворотка гнева? – почти в дреме поинтересовалась она, и тут же ощутила некий всплеск сил.

Отулл вздрогнул, и по его высокому лбу пробежала едва различимая тень.

– Это то, что было разработано до… – взгляд патриарха обратился куда-то в неизвестность. – Теперь мы не изобретаем подобных средств, хоть иногда они и пригождаются… А другого – просто нет.

Отулл замолчал и, не мигая, воззрился на девушку.

Без слов Майла поняла, что тест-аудиенция закончена. Встав, она проронила:

– Что теперь?

– Тест прошел успешно. Спасибо за сотрудничество, – устало откликнулся глава Северных людей. – Вас проводят…

И когда Майла подошла к двери, тихо добавил:

– Вы до сих пор уверены в своем решении создать оружие, древнее оружие?..

Девушка замерла и, медленно обернувшись, кивнула. Потом на несколько секунд помялась около двери.

– Значит, я свободна? – произнесла она с долей радости и неверия.

– Конечно, – глаза Отулла засветились веселыми искорками. – Тест пройден!

Теперь Майла уже не могла удержаться от очередного вопроса!

– Простите, но почему тогда Вы до сих пор не снимаете маски? Ведь я прошла все возможные тесты… Признаться, хотелось бы познакомиться с нашими благодетелями, так сказать… Лицом к липу…

Отулл неуверенно тряхнул головой. Потом встал. Непривычно высокая фигура, казалось, заняла почти все пространство весьма просторного кабинета. Его рука неуверенно потянулась к маске. Затем на полпути остановилась.

– Давайте не будем торопиться со знакомством, – проговорил он тихо. – И тем не менее я гарантирую абсолютную безопасность и обещаю до момента переселения в автономный блок полное содействие.

Майла несколько растерянно кивнула и, повернувшись, вышла в раскрывшуюся дверь.

Глава XXXI

– С вами поступили очень гуманно, – гораздо позже комментировал ситуацию заведующий медлабораторией Еийл. – Раньше, если кто-то вызывал сомнения, с ним поступали гораздо строже. Давали еды на месяц, палатку, снегоступы, всякое там мелкое оборудование и заставляли уйти… Вам повезло… Отулл проявил неслыханное милосердие!

– На вид он не такой грозный, – отозвалась Майла.

– Хорошие манеры у него, как говориться, в крови, – отозвался ученый. – Только когда дело доходит до решений… Тут уж… – Еийл боязливо замолчал и поспешно засеменил проч.

Но сейчас, распрощавшись с Отуллом, Майла шла по коридору в сторону своей комнаты и радостно улыбалась. С момента того исчезновения она наконец чувствовала себя по-настоящему спокойно. Только теперь… Все это время она даже и не подозревала, под каким грузом жила! Майла словно проснулась! Словно вынырнула из реки под яркое солнышко! Она шла по пещерам Северного Дома и дышала полной грудью опьяняющим воздухом счастья!

Тяжелое известие пришло несколькими днями позже и потрясло её до глубины души.

Все это время Майла лично находилась в лаборатории. Новое оборудование оказалось на удивление доступно для её уровня знаний, и она по десятому разу перепроверяла полученные данные: сверяла поведение в тестовых ситуациях по весьма прогрессивной методике Северного дома, изучала биологические образцы, химический состав. До этого она просмотрела свои вводные и в очередной раз облегченно вздохнула.

Сол прошел тестирование сразу же за Майлой. Теперь под вопросом остались Порк, Тинка и Крик. У всех троих наблюдался явно заниженный уровень РР-1 на фоне остаточного переизбытка, нестандартное до странности мышление и физические показатели, превосходящие всякие ожидания. Правда, показатели эти проявлялись больше в стрессовых ситуациях. Так Тинка, перед очередном интервью с Отуллом, проходила по коридору, как внезапно под её ногами открылся люк. Конечно же, Майла и группа исследователей знали, что жизни девушки ничто не угрожает, и через пару метров, внизу, её ждет спасательная сетка, но Тинка этого не знала. В те доли секунды, что под ней открывался огромный люк, она успела подпрыгнуть поближе к краям дыры и ухватиться за них. В таком положении, вцепившись руками в совершенно гладкую поверхность, она провисела несколько секунд, потом сгруппировалась и вскарабкалась обратно! То же повторилось с Криком и Порком.

Когда из сложной ситуации выбрались без посторонней помощи Крик или Тинка, Майла еще могла это понять. Она сама была в состоянии продемонстрировать подобные фокусы. Но когда далеко не молодой учитель Порк! Тут ни у кого не хватило слов!

Больше ничего подозрительного, кроме этого, не прослеживалось: небольшие отклонения в деятельности токов головного мозга, остаточные следы переизбытка энзима РР-1 и невероятные физические возможности в стрессовых ситуациях. Это не касалось Крика, который мог и без них проявлять чудеса силы, быстроты и выносливости.

– Что ж, давайте тогда предположим, что подобное бывает… Недостаток РР-1, следовательно, – великолепная память! Они же почти гении или около того! Вот мы и раскрыли один из секретов их гениальности. А нестандартность мышления, доходящая до крайности, тоже вполне понятна… – заметила Рыжая Мэри-Энн, сосредоточенно поправляя на носу огромные очки в роговой оправе.

Женщина средних лет, средней внешности, среднего роста, но при этом совершенно не среднего, если не сказать, выдающегося ума! – Это же еще не доказывает их непричастность к роду человеческому!

– Вы забываете про удаленную память, – вставил заведующий медлабораторией Еийл.

– Я слишком мало знаю про этот энзим… возможно… – удрученно проговорила Мэри-Энн и с надеждой посмотрела на сидящую за микроскопами Майлу. – Переизбыток или недостаток могли вызвать какие-то химические вещества?

Почувствовав на себе взгляд Мэри, Майла оторвалась от наблюдения и, обращаясь к Еийлу, заметила:

– Мескалин или псилоцибин… Возможно, их передозировка могла вызвать подобный эффект… Одно время, насколько я знаю, учитель Порк увлекался психоделическими препаратами…

Еийл неуверенно покачал головой и, подобрав свой голубой хитон, устроился за оборудованием.

Находящиеся в лаборатории Мэри-Энн и Майла воззрились на северного ученого.

– Сомневаюсь… – протянул он через некоторое время. – К тому же не надо пренебрегать опытом Отулла… Он свое дело знает!

– Все, что он знает, мы видим на экранах. Нельзя людей держать взаперти только по этим причинам! Такие отклонения ничего не доказывают! – заметила Мэри.

В ответ Еийл неуверенно поежился, почесал затылок и продолжал смотреть на бесчисленную кипу таблиц и графиков. Потом, оторвавшись от длительного созерцания, ответил:

– Об этом лучше поговорить с самим Отуллом…

Словно повинуясь голосу пожилого ученого, дверь лаборатории открылась и на пороге появилась высокая фигура Отулла.

– Разногласия? – поинтересовался он сухо.

Еийл в ответ молча кивнул. Отулл развернулся в сторону Майлы и Мэри-Энн. Рыжая Мэри, не выдержав взгляда, тут же потупилась. Майла, напротив, горделиво вскинув свой маленький, но твердый подбородок, посмотрела прямо в глаза патриарху Северного Дома.

– Мы находим выявленные отклонения недостаточными для удержания под замком наших людей! – произнесла она как можно четче.

Глаза Отулла под маской сощурились, а их цвет приобрел металлический оттенок. Но он ничего не успел сказать. Двери за его спиной разъехались, и в помещении показались Рупии, Тонни и Атис.

– Я требую вернуть ученых обратно! – без предварительных расшаркиваний произнес Атис грозно. – Вы их там уже больше недели держите, а доказательств почти никаких! Рупии и Тонни мне все очень подробно объяснили! Я называю подобное поведение превышением полномочий!

– Через несколько недель будет готов отдельный блок, – произнес Отулл очень спокойно. – Вот тогда и можете поступать там со своими людьми, как сочтете нужным. Я же не намерен рисковать всем моим народом ради свободы троих. Несколько недель они вполне могут потерпеть.

– Вы от нас что-то скрываете! – не унимался Атис. – Зачем эти маски? Мы уже прошли все возможные обследования! Но вы тем не менее продолжаете в них ходить! Не показываете своих лиц, удерживаете взаперти лучших ученых… Как вас понимать?

– У никоторых вирусов есть инкубационный период, – вставил Еийл осторожно. – А мы так долго жили в совершенно разных природных условиях… Там, откуда вы пришли, более мягкий климат. У нас – вечные морозы. Мы отвыкли от многих микроорганизмов! Наш иммунитет может не выдержать того, чего вы даже не заметите.

Атис отмахнулся от Еийла и перевел взгляд на неподвижного Отулла.

– Да ладно с ними, с этими масками, – бросил молодой мужчина ворчливо. – Меня интересуют ученые. Нам необходимо преступать к разработкам. Их знания нужны! Время уходит! Мы не имеем права ждать, когда люди исчезают… там… Иначе эти гады… всех нас изничтожат!

Глаза Атиса заволокла пелена гнева вперемешку с горечью.

Несколько секунд Отулл хранил молчание, как раз до того самого момента, когда обстановка в лаборатории стала больше напоминать предгрозовой штиль. Затем комната наполнилась его шелестящим и вместе с тем глубоким голосом.

– Я понимаю Вашу скорбь. Но есть причины, по которым люди все еще изолированы. Поверьте, если мы с ними ошибемся и выпустим, ошибка может оказаться роковой… Скоро у вас будет отдельное жилище. Тогда можете поступать так, как считаете нужным, но предупреждаю: это действительно опасно.

– Вы, уважаемый Отулл, что-то не договариваете, – взвизгнул невысокий черноглазый Рупии. – Откуда такая уверенность? О какой опасности вы говорите? Или, может, придумка со шпионами в обличие наших близких – всего лишь уловка? Может, вы просто хотите нам помешать осуществить задуманное?

Майла краем глаза посмотрела на Отулла. По едва заметному движению бровей патриарха Северных людей ей показалось, что тот давно уже перестал слушать предъявляемые обвинения. Его не интересует очевидная глупость, и он предпочел бы сейчас заниматься делами более важными. Но тем не менее обещание помощи заставляет его стоять тут и выслушивать чушь, которую по очереди выливают на него Атис и Рупии.

Девушка перевела взгляд на Рупии. А химик уже сыпал новыми обвинениями.

«Какая глупость! – подумала Майла раздосадовано – Неужели он и вправду надеется, что Отулл будет перед ним оправдываться? Глава Северных не из тех… Врожденный цепкий ум, железная логика и воля, при неограниченном авторитете и власти, превратили его в очень опасного человека! С ним такие номера не пройдут. Отулл не из тех, кто бросает слова на ветер и из-за истерики какого-то там Рупии отменяет свои решения. Ему нужны факты и веские доводы. А доказывать с пеной у рта, что он плохой мальчик… Майла невольно усмехнулась при таком сравнении, но тут же поняла, что обстановка в комнате достигла критической отметки.

Отулл продолжал неподвижно стоять, но его терпение явно подошло к критической отметке. Еийл так вжался в кресло, что, похоже, готов был провалиться под землю, только бы не нарваться на гнев патриарха. Мэри-Энн безмолвно открывала и закрывала рот в надежде обрести голос перед неслыханной дерзостью Руппи. А Тонни и Атис удовлетворенно наблюдали за якобы своей победой над грозным Отуллом, который не желал выпускать ученых.

«Что толку закатывать истерику, когда мы находимся на правах гостей?» – промелькнуло в голове у Майлы, но вслух она сказала:

– Руппи, твои слова необоснованны и опираются только на домыслы и страхи. Давайте перейдем к конструктивному разговору. Мы благодарны за предоставленные пишу и кров…

Майла одарила арктическим взглядом Руппи, Тонни и Атиса, пытаясь тем самым вернуть этих сорвиголов к действительности. Затем развернулась к Отуллу и продолжила:

– Помощь, которую вы нам оказываете, неоценима. Но… предоставленных данных, почему удерживают Крика, Порка и Тинку, действительно недостаточно. Ведь мы пришли сюда из такого далека, ради Проекта, в котором нам необходим каждый ум, каждые свободные руки! А то, как быстро мы реализуем задуманное, жизненно важно для каждого жителя Зеты-3!

– Миротворец ты хренов, Майла! – огрызнулся Руппи. – Нас унижают, ничего не объясняют. А ты сюсюкаешься тут с ними!

– Вы вольны отвергнуть предложенное гостеприимство, Руппи! – прозвучал голос Отулла. – Я бы даже сказал, что настаиваю на этом. Покиньте сегодня Дом.

Последнюю фразу патриарх Северных произнес почти обыденно. Но по тому, как блеснули его глаза, можно было судить, что он совершенно не шутит.

– Но, но… – Руппи тут же остолбенел, а когда опомнился, испуганно уставился на Тонни и Атиса. – Но я же выразил общее мнение… Я…

Атис и Тонни удивленно уставились на высокую фигуру главы Северного Дома. Похоже, ситуация, в которой они оказались, и роли, которые отвели себе сами, дошли до них только сейчас.

– Он не хотел… – начал Атис неуверенно.

– Я думаю, прежде чем говорить. Не бросаю пустых обвинений. Уважаю собеседника, – прервал его Отулл ровным голосом. – И не изменяю своих решений.

На последней фразе Отулл развернулся и в гробовой тишине скрылся за дверью.

Все оставшиеся в лаборатории с побледневшими лицами переглянулись. Руппи растерянно присел на стул.

– И как же теперь… – начал Тонни, но тут же запнулся и вопросительно воззрился на Атиса.

– Похоже, мы действительно погорячились, – едва владея голосом, заметил Атис и, повернувшись к Еийл, спросил: – Он это серьезно?

Посеревшее лицо начальника лаборатории сказало все за него.

– Вам лучше исчезнуть, – заметил он Руппи с подрагивающими губами. – Так разговаривать с самим Отуллом!!!

Еийл схватился за голову и опрометью выскочил из лаборатории.

– Но, но… – начал опальный химик. – Это какая-то ерунда! Я не могу уйти в пятидесятиградусный мороз! Мне некуда идти!

Некоторое время все в лаборатории обсуждали вынесенный Руппи ультиматум. Атис больше придерживался версии, что происшедшее – скорее шутка, и к завтрашнему дню Отулл оттает. Тонни ругал патриарха Северных на чем свет стоит. А Мэри-Энн и Майла негодующе разводили руками. Одно было ясно однозначно – так разговаривать с главой Северного дома Руппи никакого права не имел.

– Это все ты, Атис! – выкрикнул Рупии в конец распсиховавшись. – Это ты у нас глава экспедиции! Ты не должен был допускать, чтобы я так разговаривал с патриархом! Он же у них не просто глава Дома. Он патриарх!!! Ты, ты виноват!

– Что?! – у Атиса чуть глаза на лоб не полезли. – А кто мне сегодня целый день мозги промывал, какой Отулл мерзавец? Кто кричал, что плевать на него хотел? Я? Нет! Это ты, Рупии! Ты вместе с Тонни! И набрасываться на него ты стал! А я только высказал недовольство! Так что – сам виноват!

– А я ему не верю! – Выкрикнул Рупии отчаянно. – Не может он человека на такой мороз вышвырнуть! Не может!

– А почему ты посчитал, что можешь с ним так разговаривать? – огрызнулась Мэри-Энн.

Рупии она никогда раньше не жаловала. И теперь, после его очередной истерики, симпатии к нему у Рыжей Мэри явно не прибавилось.

– Только скулишь вечно и под ногами болтаешься! – заметила она ему резко. – Толку от тебя…

– Может, с переговорами кого направить? – неуверенно предложил Атис. – Была одна проблема, а теперь две получается. Были ученые взаперти, а теперь еще и Рупии прибавился…

– А кого посылать-то? – пробубнил Тонни. – Да, может, все и обойдется?

Как ответ на его вопрос, в лаборатории открылась дверь, и из нее появились две фигуры в алых плащах.

– Рупии, – проговорил один из них. – Ваше время на сборы истекает через 12 часов. К завтрашнему утру мы обязаны проводить Вас наружу, предоставить одежду, снаряжение и запас еды на месяц.

Сообщив это, оба тут же скрылись.

Рупии истерически захохотал.

– Они нас всех по одному… Нелюди в масках! Я пойду… Пойду! Только моя смерть будет на вашей совести!

Выкрикнув это, Рупии вскочил, и не успел никто ничего произнести, скрылся из виду.

– Что будем делать? – удрученно поинтересовался Тонни.

– Не надо было доводить до крайностей, – заметила Мэри-Энн, поправляя очки в роговой оправе, но те, не слушаясь хозяйку, опять сползли на кончик носа. И от этого Рыжая Мэри стала выглядеть, как всегда, забавно-серьезно.

– А теперь придется переговоры устраивать… – закончила она задумчиво.

– А кого посылать-то? – переспросил Тонни.

– Да ты ученый или кто?! – не выдержала Мэри-Энн. – Чем вопросы задавать, лучше бы предложил что!

– Вопросы тоже задавать уметь надо! – взвился Тонни.

Мэри недовольно фыркнула и отвернулась от второго химика как от пустого места.

– Пойдешь? – поинтересовалась она у Атиса почти по-матерински.

Красивое и упрямое лицо официального главы их экспедиции разрезала горькая усмешка.

– Не для меня это, – буркнул он устало. – Своих ребят в узде держать – это я могу… А вот всякие там тонкости плести… Не мое это. Готов признать.

Руки молодого мужчины бессильно опустились. Его экспедиция рушилась на глазах. В карантине под страшным подозрением сидели Порк, Крик и Тинка. Рупии выкидывали на пятидесятиградусный мороз, а отношения с Отуллом были безнадежно испорчены. И как он умудрился наломать столько дров? Хотел как лучше… А получилось… Кто же теперь будет осуществлять их план, восстанавливать древнее оружие?

Атис поднял голову и печально оглядел присутствующих. Рыжая Мэри, Тонни, Майла – вот и все, что осталось от мозгового центра. Ах, да! Еще Кит, Вуди и четыре якобы гениальных подростка из школы. Вся команда для грандиозного проекта…

– Дома наши гибнут… А мы ругаемся… – произнес он едва слышно. – Я просто хотел, чтобы их освободили. Нас и так мало… Но мы должны, мы обязаны! – Атис на секунду закрыл лицо руками. – Я был не прав. Избрал неверную тактику… Нужен другой глава…

Все с широко раскрытыми глазами посмотрели на Атиса.

– Слагаешь с себя полномочия, когда дело в тупик зашло? – выдохнул Тонни.

Майла и Рыжая Мэри молча переглянулись. За дверьми лаборатории зазвенел мелодичный колокольчик, призывая членов экспедиции на ужин. Послышались иногда неспешные, иногда торопливые шаги.

Но в лаборатории никто даже не шелохнулся. Присутствующие были поражены решением Атиса и в то же время сознавали всю тяжесть непосильного груза ответственности, который должен лечь на плечи преемнику.

– Может, ты хочешь? – усмехнулся Атис, обращаясь к притихшему Тонни.

Тонни подскочил на своем стуле, словно ужаленный.

– Что? – на его лице отобразилась гримаса ужаса. – Сам дров наломал, а теперь ищешь, на кого спихнуть? Ну, уж нет! Увольте!

– Что скажешь, Рыжая Мэри? – произнес Атис все тем же бесцветным голосом.

– Майле нужно быть главной, – задумчиво отозвалась Мэри-Энн. – Если она, конечно, согласится. Ситуация у нас сейчас, надо сказать, дерьмовая! Нужно быть сумасшедшим, чтобы принять на себя удар.

– Тогда предлагаю Майлу! – проговорил Атис и посмотрел на первую жену.

Их глаза встретились.

На этот раз во взгляде Атиса промелькнуло новое выражение. Кроме врожденного упрямства там теперь бушевало подлинное беспокойство и… мольба. Мольба о помощи. Раньше, как и сейчас, Атис искренне хотел помочь людям. Но только теперь понимал, что одних его сил и таланта не хватит…

Нет, Атис не боялся ответственности или чужого неодобрения… Теперь он боялся не выполнить свой долг, долг перед Родиной, обещания, данные Борру и родным, надежды, которыми жили оставленные им позади люди.

Теперь перед Майлой стаял новый Атис. Человек – больше чем когда-либо. Подавленный, надломленный, но гораздо более искренний и мудрый. Его теперешней мудрости хватило на то, чтобы признать свое бессилие. А это дорого стоило. Майла знала мало людей, кто мог бы так признаться в собственной слабости, как это сейчас делал он.

«В признании слабости мы обретаем мудрость», – подумала Майла печально.

Глава XXXII

Решение приняли единогласно. Теперь Майла стояла посреди лаборатории и смотрела на своих новых подчиненных. А те, затаив дыхание, ждали команды. Но все, что она знала, так это то… Хотя…

Собрав всё самообладание и волю в кулак, Майла взглянула на присутствующих.

– Будем решать возникшие проблемы, – заявила она твердым голосом. – Атис… Ты отлично руководишь своими ребятами. Они, как и прежде, остаются в полном твоем ведении. Пусть больше занимаются тренировками… И проведи отдельный инструктаж о хороших манерах. Повторных инцидентов, как с Рупии, нам не нужно.

Атис поспешно кивнул.

– Тонни, – Майла пригвоздила взглядом истеричного химика. – Продолжайте заниматься изучением отклонений у Порка, Крика и Тинки. Найдите все возможные и невозможные их отличия от стандартного члена группы. Меня интересует все, начиная от особенностей психики и заканчивая заклепкой на их ботинках! Составь таблицу. Мэри-Энн тебе поможет.

Тонни и Рыжая Мэри тут же одновременно согласились.

– А я… – Майла посмотрела на собравшихся с легким сомнением, – попытаюсь облегчить участь Рупии.

– Не облегчить… – начал было Тонни, но, встретив гневные взгляды Атиса и Рыжей Мэри, тут же осекся и вжался в кресло.

– Отлично! – провозгласила Майла. – Приступим!

Несколькими минутами позже она шла по коридору в свою комнату и с ужасом понимала, что не имеет даже малейшего представления об аргументах, которые она выдвинет на запланированной с Отуллом беседе. Первый шаг был сделан. Через охрану в алых плащах она уговорила патриарха Северных о вечерней встрече. С огромным трудом, но уговорила. Теперь дело оставалось за…

Майла тяжело вздохнула и вошла в комнату.

– Давно было пора! – встретил её восторженный голос Вив. – Именно ты должна всем руководить!

Подруга важно сидела за столом, на котором дымились теплые пирожки, пончики и графинчик с какой-то перламутрово-голубоватой жидкостью.

– Это надо отметить! – важно заявила Вив. – Самое время снять стресс и окунуться в волшебный мир хмеля!

– Руппи выгоняют! – вместо ответа воскликнула Майла. – Ты разве не знала?

Вив скорчила недовольную мордочку.

– И пусть катится себе дорожкой! От него одни проблемы! Вечно всем недоволен! Типичный подрывник спокойствия! К хренам собачьим его, Майла!

В ответ Майла кисло усмехнулась:

– На поверхности все-таки пятидесятиградусный мороз, ветер, снег и больше ничего, – заметила она.

Вив громко расхохоталась.

– Ты становишься занудой! Со снаряжением Северных это не такое уж и страшное путешествие. Я сама видела их односпальные палатки. Нам бы такие, когда мы сюда топали! А их мини-снегоходы… Просто чудо!

Майла устало присела за стол и глянула на маленький, приготовленный Вив пир.

– У меня есть для тебя сюрприз! – тут же воскликнула подруга и извлекла из-за спины плотный сверток.

Оттуда показалось красивое стеганое платье из золотисто-алого материала.

– Ну как?! – поинтересовалась Вив гордо.

– Откуда такая красота? – изумилась Майла, привыкшая ходить в своей очень функциональной одежде – том максимуме, что удалось взять в поход.

Подруга довольно хмыкнула, вскочила со стула, скрылась в ванной комнате и уже через несколько секунд выпорхнула в платье точно такого же кроя, но другой, ярко-фиолетовой с голубым, расцветки.

В итоге, спустя несколько минут, освеженные душем после долгого трудового дня, подруги сидели за столом в изумительных платьях – подарке, преподнесенном Вив одним из охранников, – и уплетали булочки.

– Уже и тут ухажера нашла?! – воскликнула Майла, звонко хохоча. – А маску он и для тебя не снимает?

– Не ухажера, а молоденького поклонника! – отозвалась Вив. – И потом, что это за намеки? Конечно, не снимает маску, мы же с ним просто общаемся!

Подруги весело рассмеялись. Но потом Майла нахмурилась и сосредоточенно посмотрела на часы.

– Скоро идти? – уточнила Вив.

Майла кивнула.

– Не представляю, что ему говорить. Пожалейте Руппи? Позвольте вернуться обратно? Глупо как-то. Он действительно вел себя по-хамски, даже более того…

– А у меня от этого Отулла всегда мурашки по коже бегут! Как он на меня своими глазищами посмотрит, так хочется облачком испариться! – Вив недовольно замолчала и откусила еще кусочек пончика. – Я бы при нем даже пикнуть не посмела!

– А мне придется, – отозвалась Майла севшим голосом. – И не только пикать, но и откровенно лезть на рожон. Это обстоятельство меня совсем не воодушевляет.

Проговорив это, Майла принялась переодеваться в свою обычную одежду.

– Не пойдешь красивой? – изумилась подруга.

Майла отрицательно покачала головой. Для Отулла она хотела одеться именно так – в привычный свитер и брюки. Возможно, потому что так чувствовала себя более уверенно? Хотела отодвинуть своё женское начало на задний план? Возможно… Но еще и потому, что считала верным появиться перед главой Северного Дома не в подарках, а в своем, родном, том, что у неё осталось от тех земель, того времени и тех людей. Скорее всего, это было основной причиной.

Обычный серый свитер крупной вязки с высоким, пушистым воротником вернул ей ощущение уверенности. Бодро тряхнув гривой волнистых волос, Майла уверенно направилась к выходу. Длинные, роскошные пряди – вот и все, что она позволила себе для вечерней встречи с Отуллом.

Глава XXXIII

Впереди, под ногами, заструились, как всегда, безлюдные коридоры Северного Дома. Быстрым шагом Майла следовала к назначенному времени. Как и прежде со всех сторон на неё поблескивали стены из необычного кристаллического вещества, над головой светили овальные лампы. Но, как никогда, сердце Майлы билось в бешеном темпе, а в коленях чувствовалась предательская дрожь.

Девушка подошла к уже знакомой двери. На всем пути ей не встретилось ни одного охранника в алом плаще и ни одного служителя Дома в зеленом.

Дверь сама медленно отъехала в сторону, и взору девушки предстала прежняя комната с креслами, огромным столом и множеством полок с книгами.

Отулла внутри не оказалось.

Несколько удивленная Майла застыла у входа. Неужели он передумал? Но такое поведение оказалось бы для него слишком не свойственным. Девушка посмотрела на настенные часы. Она пришла точно в срок. Никаких сомнений…

На пороге, в метре от неё, неожиданно возникла фигура в алом плаще. Едва сдержавшись от испуганного вскрика, Майла отошла чуть в сторону.

– Следуйте за мной, – пророкотала фигура.

Долгое время они петляли по извилистым поворотам коридора. До тех пор, пока девушка совершенно не запуталась в направлении. А когда она полностью потеряла ориентацию, охранник в алом указал на круглую платформу, обхватил её плащом, и они понеслись вверх.

Когда Майла открыла глаза после приступа головокружения от невероятной скорости, охранника уже не было.

У Майлы перехватило дух. Прямо перед ней была прозрачная стена, а сквозь нее виднелось бескрайнее море снега и миллионы звезд. На фоне этого сурового ледяного великолепия стоял вычерченный мраком силуэт Отулла.

Из-за прозрачной стены то ли слышалось, то ли угадывалось дуновение ветра. Больше никаких звуков… На какое-то мгновение Майле даже показалось, что Отулл вовсе не человек, а призрак, нечаянно отобразившейся в странном, окутанном полумраком, пространстве комнаты.

– Вы пришли просить? – послышался глубокий и рокочущий голос Отулла.

Только тут Майла поняла, что молчит слишком долго. Эта ирреальная картина снежного горизонта, полумрак, тень патриарха – все заставило её погрузиться в некое созерцательное оцепенение.

– Да, – отозвалась она, едва справляясь со спазмами в пересохшем горле.

– Вам это несвойственно, да и не к лицу…

Слова потонули в неровном свете и унеслись куда-то за пределы ледяного плена.

Девушка вздрогнула. Но теперь её голос обрел твердость.

– Он человек, – произнесла она. – Такой же, как вы и я. Ему свойственно ошибаться… Простите ему ошибку. Иначе… Вы обрекаете его на смерть в ледяной, бескрайней пустыне… Я прошу о сочувствии, о милосердии…

Отулл резко обернулся. В его глазах промелькнула яркая вспышка.

– Тогда будьте милосердны и к моему народу, – произнес он угрожающе. – Здесь север. Самый край мира. Нужно только оступиться, чтобы упасть в пропасть… Здесь каждое слово имеет значение…

– Прошу…

– Здесь не место для дураков! – прошептал последние слова патриарх Северного Дома.

Майла почувствовала, как земля уходит из-под ног. Зажмурившись, она попыталась вернуть себе контроль и ощущение реальности.

– Тогда зачем я здесь? – выдохнула она, едва справляясь с нарастающим головокружением. – Почему Вы позволили мне прийти? Ведь было известно, о чем я буду просить… У вас есть предложение. Я чувствую, я знаю… Скажите, что я должна сделать, чтобы получить его?

Отулл сделал едва заметное движение и вдруг оказался совсем рядом. Его блестящие синим огнем глаза приблизились к липу девушки.

– Кто вы? – выдохнула она, тем не менее совершенно не чувствуя удивления, а только беспрерывно глядя в эту бездну стального металла глаз.

Взгляд Отулла тут же потух, и он вновь оказался у окна.

– Легкий ужин, Кьяра? – поинтересовался он сдержанно.

Майла вздрогнула.

А в левой стене помещения уже открылась ниша с накрытым столом и горящими на нем свечами. Желтый свет причудливо преломлялся в сосуде с гранатовой жидкостью и играл в сверкающем хрустале бокалов.

Донесся тонкий аромат изысканных блюд и пряность трав.

Отулл занял одно из кресел и принялся умело раскладывать еду по тарелкам.

– Еще? – поинтересовался он непринужденно.

Майла, едва справляясь с все еще никак не проходящим чувством ирреальности, уставилась на тарелку.

– Достаточно, – пробормотала девушка неуверенно.

– Бокал вина? – поинтересовался мужчина несколько развязно.

Майла уже хотела сделать протестующий жест, как тут же поймала неодобрительный взгляд Отулла, и оттого покорно согласилась.

– Обсудить дела за ужином с бокалом вина… Разве это не залог положительного результата? – поинтересовался Отулл с нотками смеха в голосе. – Ты же знаешь психологию, Кьяра?

– Если сам ужин не цель, – парировала Майла.

И тут же на неё обрушился гортанный смех патриарха Северного Дома.

– Мне всегда нравились твои стихи, – проговорил он оживленно. – Всегда хотел посидеть так с автором любимых строк и выпить по бокалу старого доброго вина… Всегда звал тебя Кьярой… Всегда представлял именно такой…

Новое обращение на «ты» прозвучало в устах патриарха так непринужденно и естественно, что Майла на миг поверила, что они старые приятели. Но иллюзия тут же улетучилась, как птичка с ветки, когда она посмотрела в его блестящие снегом и звездной ночью глаза.

– Спасибо, – отозвалась она сдержано.

– Ты совсем ничего не попробуешь? – поинтересовался Отулл удивленно. – Я старался выбрать все самое лучшее, самое изысканное… Мне хотелось угостить тебя гастрономической поэзией!

Майла послушно взяла кусочек, запила вином. И первое и второе оказались совершенно восхитительными!

– Очень вкусно! Ваша задумка удалась, – проговорила девушка. – Но… я пришла совсем из-за другого… Я пришла с просьбой…

Девушка замолчала. Отулл промолчал тоже. Затем он взял бокал и осторожно поднес к лицу. Края бокала совершенно свободно миновали видимые очертания маски. Патриарх блаженно закрыл глаза и удовлетворенно откинулся в кресле.

– Изумительный вкус, – заметил он.

Но вместо того чтобы слушать слова Отулла, Майла удивленно посмотрела на маску-мираж. Ничего более удивительного она еще никогда не видела!

– Тебе больше подходит имя Кьяра, – неожиданно нарушил молчаливое недоумение Майлы патриарх. – Оно более резкое, более звучное… Как твои стихи. Извини, что я назвал тебя именно так. Это всего лишь маленькая привычка… Майла.

Отулл замолчал и погрузился в молчаливое созерцание сидящей перед ним девушки. Её сосредоточенное, немного бледное лицо, четко очерченные губы, высокие скулы, широкий, упрямый лоб, светящиеся изумрудной синевой глаза… Именно такой должна была оказаться его любимая поэтесса! Помногу раз он перечитывал строчку за строчкой и поражался глубине кажущейся простоты. Так просто – и так вечно… Да! Она оказалась отражением той сути, что пронизывала мир, той иллюзии и вместе с тем единственной правды, что имела смысл.

Сейчас его не волновали мысли о каком-то глупом человеке, склоках или подозрениях. За долгое время своего правления он научился выкраивать минуты и отвлекаться от суеты повседневности, наслаждаться жизнью, полнотой бытия.

– Ты ничего не ешь, – произнес он через некоторое время озабоченно.

Девушка неловко улыбнулась.

– Вы тоже…

Отулл, хохотнув, принялся за еду. А Майле с трудом удалось отвлечься от созерцания закрытого маской лица Отулла и сознания того, что технологии, которыми обладают Северные люди, намного превосходят границы её понимания.

Ужин подходил к концу. А за столом так ничего и не было сказано. Короткие междометия и кивания головой – вот и все, чем ограничился патриарх.

Глубоко вздохнув, Майла собралась с мыслями и произнесла:

– Благодарю за замечательный ужин… Но позвольте все-таки узнать как Вы намерены поступить с Руппи. Для нас это очень важно!

– Зачем спасать человека, который может привнести хаос? – отозвался Отулл, медленно проговаривая каждое слово. – Разве ваш проект не важнее благополучия одного индивида?

Майла удивленно застыла на месте.

– Нам важен его ум, его опыт, – наконец выдохнула она.

– Вся проблема в том, что ты мыслишь слишком рационально. Рационально с точки зрения позиции навязанной тебе социумом, – отозвался голос Отулла гулко. – И потому многое упускаешь. Уверен, когда ты писала стихи, то не думала о рифме и ритме. Ты записывала биение сердца, ты записывало то, что рождалось сиюминутно, и, если бы не твое перо, обречено было раствориться в неизвестности… Ты записывала, сливаясь со вздохом вселенной, подслушивала ветер, становилась звездами… В жизни и науке – то же самое. Рационализм не так необходим, как тебе кажется. Это всего лишь химера твоих земных комплексов. Отбрось их… и тебе станет намного легче…

Отулл замолчал.

Долгое время Майла неотрывно смотрела на его силуэт, скользила взглядом по полуприкрытому липу, сверкающим снегом глазам… То, что она слышала, не вписывалась в привычные понятия. Словно он говорил на другом языке. Гораздо более глубоком и древнем, где нет места неточностям, двусмысленностям и недомолвкам…

Когда-то, очень давно, она умела так разговаривать. Она сидела за своим маленьким столом с пишущей машинкой и улыбалась, потому что чувствовала единство со всем сущим, проникалась глубиной, купалась в оттенках мироздания. Другие называли это стихами.

Но потом пришла реальность. Суровая и жестокая. Теперь она была вынуждена принимать решения и проявлять волю.

– Не понимаю, как можно все соединить, – прошептала она после долгого раздумья. – Не понимаю… Я только знаю, что жизнь каждого человека – невероятная ценность. Что не бывает больших и маленьких битв и больших или маленьких поражений. Если он уйдет… О чем можно говорить, на что надеяться? Если мы не смогли спасти даже одну жизнь? Да, наверное, я думаю не так, думаю по-другому. Возможно, в этом и есть смысл? Сейчас Вы выступаете в роли карающего, а я – в роли просителя… Сможем ли мы найти середину здесь?

Впервые за все время их знакомства Отулл громко расхохотался.

– Меня же моим же оружием?! – воскликнул он восхищенно. – Значит, теперь мне, который хвастался умением объединять, надо найти середину? Между карающим и просящим? Отличный ход!

Патриарх Северных людей на некоторое время задумался.

– Ты просишь меня отменить решение… – проговорил он сосредоточенно.

– Я не могу этого просить…

– Еще один умный ответ, – усмехнулся Отулл. – Нельзя человека просить нарушить принципы…

– А это не та ли самая «химера земных комплексов»? – процитировала Майла. Но тут же улыбнулась и добавила: – Хотя я уважаю принципы и сама руководствуюсь ими.

– Принцип – на принцип… – усмехнулся Отулл. – Оживленная получится дискуссия! Фактически до последней капли крови!

Встав из-за стола, он принялся сосредоточенно мерить комнату шагами.

– И все-таки ваш Рупии здесь опасен. Верните его – и он возомнит себя богом. Скудный умишко. Мелочные интересы… – принялся Отулл размышлять вслух. – Я бы держал такого подальше… Но у вас теперь ты, Майла, главная… Смотри…

Отулл подозвал девушку взмахом руки и затем указал куда-то через прозрачную стену.

– Вот и наша золотая середина. Заброшенная шахта. В отличном состоянии. До переселения в отдельный блок он бы мог там вполне неплохо устроиться. От небольшой порции одиночества пока еще никто не умирал.

Майла обрадовано посмотрела в направлении, указанном патриархом Северных. Из-за поднявшегося бурана разобрать что-либо не представлялось возможным. Но это было и необязательно. Главное – решение найдено!

Обрадованная Майла взволнованно обернулась к Отуллу и наткнулась на его возвышающуюся сразу за ней грудь. Сверху посмотрели огромные раскосые глаза. Но что-то в них изменилось.

Майла почувствовала тепло другого тела и необычное напряжение, сковавшее все тело мужчины. Необычный взгляд скользил по её липу. Она почти физически чувствовала, как он задерживается на её щеках, висках… губах…

Девушка инстинктивно попыталась отстраниться, но неведомая сила продолжала удерживать её на прежнем месте. Томление обожгло кожу и змейкой скатилось по шее. Рука Отулла коснулась её затылка и утонула в шелковистом водопаде волос.

– Ты красива… Я вспомнил твою «Любовь галактик», – прошептал он, и по залу покатился его рокочущий голос.

У любви нет конца

В чертах твоего лица.

Я в них тону, лечу,

Тебя увидеть хочу.

Наслаждаться б тобой,

Упиваться судьбой,

Но орбиты планет

Нам не сдвинуть – нет!

Обреченных глядеть,

Нас уносит прочь

Одинокий вздох

В бескрайнюю ночь.

Так и ждать теперь

До конца времен.

Иллюзорный сон —

Как же вечен он!..

Отулл закончил читать стихотворение, но последние звуки по какому-то непонятному волшебству продолжали витать в пространстве зала.

Поэтический образ предстал перед глазами обоих. Две бескрайние галактики, холод космоса, неизбежность и невозможность изменить грядущее…

– Как, должно быть, замерзало тогда твое сердце, – прошептал Отулл.

Непривычная нежность голоса стоящего перед ней мужчины затуманила девушке голову. Теперь она слышала только Отулла, чувствовала прикосновение его рук и биение сердца. Сейчас их сердца бились в унисон!

Майла подняла глаза. Приятная нега коснулась сознания с новой силой. А этот взгляд, раньше всегда такой холодный и бесстрастный, теперь сулил тепло и… разд елейность.

Майла чувствовала. Никто не говорил с ней так раньше. Никто не понимал её стихов так, как он… Их легкость и вместе с тем боль казались многим несовместимыми. Но он понимал!

Приятное чувство томительного блаженства захлестнуло почти все её существо. Руки сами обвили тело мужчины, а губы раскрылись в ожидании сладостного поцелуя.

И вдруг все закончилось!

В одно мгновение Майла вернулась в реальность и с удивлением огляделась по сторонам.

Высокая фигура патриарха Северных людей стояла чуть в стороне, а взгляд блуждал где-то за окном по клокочущему вихрем горизонту.

– Что это было? – выдохнула она изумленно. – Я… Вас…

Совершенно точно Майла знала – несколькими секундами раньше она почти любила этого странного человека, готова была броситься в объятия, с головой окунуться в огонь его ласк!

– Как так могло случиться? – прошептала она, с всё усиливающимся беспокойством.

При звуке её голоса Отулл даже не пошевелился. Казалось, все его внимание приковано исключительно к снежно-ледяной феерии за окном. Но через некоторое время он все же соизволил откликнуться:

– Разговор окончен. Вашего соотечественника разместят в заброшенном отсеке, – бросил он резко.

От неожиданной перемены Майла на несколько секунд лишилась дара речи. А когда обрела возможность говорить, настойчиво выпалила:

– Это не все! – и сама, испугавшись своей дерзости, более мягко добавила: – Извините, я хотела обсудить еще один вопрос…

Брови патриарха Северных людей взметнулись вверх.

– Еще?

Впервые Майла почувствовала в его голосе неподдельное удивление. Похоже на такую дерзость – продолжать разговор, когда сам Отулл считает его законченным, – мало кто отваживался!

Девушка, сглотнув комок, утвердительно кивнула.

– По поводу изолированных людей, – произнесла она сдавленно. – Даже Ваша аппаратура не показывает ничего конкретного. Да, отклонения есть, но они ничего не доказывают… Позвольте узнать, откуда такая уверенность в необходимости их изоляции?

Выпалив свою тираду, девушка облегченно вздохнула и превратилась в сам слух.

– Майла, Майла… – слова Отулла полетели по пространству зала, превращая голос в вибрацию. – Это должно остаться только между нами… Обещаешь? Если да, то я скажу.

Теперь настала очередь Майлы удивляться. Что мог скрывать патриарх Северных? Секретное оружие? Супер детекторы? Слишком просто… Гипноз? Майла и так о нем знала.

– Вам удалось что-то узнать, вводя нас в гипнотическое состояние? – предположила девушка осторожно.

– Почти ничего, – недовольно отозвался Отулл.

Майла едва не задохнулась от негодования. И он им ничего не сообщил! Отулл вводил их в гипнотический транс и не соизволил никого поставить в известность! Неслыханная наглость и попирание всяких свобод личности!

– Это было вызвано необходимостью, – отозвался Отулл.

Девушка в сомнении покосилась на высокую фигуру.

На секунду ей показалось, что Отулл вовсе не оправдывается, а отвечает на её внутреннюю тираду негодования. Но это было бы уже слишком! Майла с усилием тряхнула головой.

– Уже теплее, – заметил патриарх, в голосе которого прослеживалась явная усмешка.

– Что? Я молчала… Что теплее?

– Рассуждения теплее… Я чувствую их канву. Теперь ты на правильном пути…

В зале повисло молчание.

Несколько долгих секунд девушка, не веря собственному слуху, всматривалась в глаза главы Северного Дома.

– Я псионик, – проговорил Отулл сдержано. – Я могу углубиться в эмоции, приблизительный ход мыслей, бессознательное… Но это между нами… Ты ведь держишь обещания?

И по его лицу Майла поняла, что отвечать вслух вовсе не обязательно. Отулл уже знал ответ. В его зрачках заиграла довольная улыбка.

– Не хотел причинять дискомфорта твоим соплеменникам, – ответил он на следующий невысказанный вопрос девушки. – Некоторых особые возможности других заставляют чувствовать ущербность…. Неприятно сознавать, но факт…

Очень долго Майла пыталась собраться с мыслями. Загадочное слово «псионик» витало в её мыслях и заставляло то содрогаться, то испытывать жгучий интерес. Сейчас она напоминала себе больше ребенка, получившего невиданную игрушку. Псионик…

– Псионик? – произнесла она изумленно. – И что же странного в мыслях Крика, Порка и Тинки?

Отулл ответил не сразу. Казалось, он старательно пытается найти своим ощущениям верное определение. Но линейность слов во времени и пространстве каждый раз оставляет его неудовлетворенным результатами, истинный смысл опять теряется в лабиринте узких понятий и перестает отражать истину.

– Видишь ли… – его голос зазвучал особенно гулко. – Когда ты встречаешь человека, то хочешь ты того или не хочешь, но замечаешь, как он выглядит… Замечаешь, какого он возраста, роста, телосложения… Какие у него глаза, улыбка… Все это происходит автоматически. Но уже через несколько секунд ты знаешь – симпатичен тебе этот человек или нет. А знаешь, что происходит? Такой ответ дает вовсе не разум, а гораздо более древний и мощный анализатор – твое подсознание. Бессознательная часть тебя, которая знает, кем ты была, кто есть и кем можешь стать… Сложно?

– Я знаю азы психологии, – недовольно отозвалась Майла.

Все, что сказал сейчас Отулл, вовсе не приближало её к пониманию причин изоляции соплеменников.

Отулл только ухмыльнулся её реакции и как ни в чем не бывало продолжил:

– Но для псионика все несколько по-другому. С одной стороны, многое гораздо ярче и возможно увидеть большую часть… Только это… как для тебя рассмотреть цвет глаз. В темноте непонятно, но стоит появиться солнну…

– Значит, на той беседе в библиотеке вы определили «цвет моих глаз»? – заметила Майла.

– Пренатальные и постнатальные переживания, доминирующие архитипические образы, фобии… Да! Я увидел «цвет твоих глаз», Майла. Твоих и Сола. Что же касается остальных – нет. До сих пор нет. Словно там глухая стена или… пустота.

Несколько минут в полной тишине Майла напряженно размышляла.

– Такое раньше было? – поинтересовалась она осторожно.

– Несколько раз. Этих людей изгоняли.

Майла не поверила собственным ушам.

– Но это же дикость! – воскликнула она возмущенно. – Если Вы не можете понять и не можете увидеть, это ничего не значит! Или значит то, что у Ваших способностей тоже есть границы! Это ужасно!

– Двоих мы потом нашли растерзанными дикими зверями. Остальные трое на глазах у охотников испарились в голубом свечении. Есть запись, – отозвался Отулл все так же сдержанно, словно он говорил не о людях, а констатировал свершившийся факт, не имеющий к его жизни никакого отношения.

– Какое равнодушие! – ужаснулась девушка.

– А знаешь, что я прочитал в тебе? – проговорил Отулл, совершенно не реагируя на возмущение девушки. – Переливающийся в бесконечности образ Майлы – пустоты, в которой рождается форма, и формы, которая таит пустоту…

Глава XXXIV

Майла бежала по бесконечным закоулкам коридоров обратно. Она почти задыхалась от своего неистового бега. А в голове по-прежнему звучали последние слова Отулла.

Только теперь Майла понимала, насколько они не похожи с Северным народом. Они никогда не станут помогать в их противостоянии с чужаками! Слишком по-разному они смотрят на этот мир.

Радовало только одно – Руппи сможет жить рядом, а Крика, Порка и Тинку никто не тронет до переселения в отдельный блок.

История Отулла об изгнанниках повергла Майлу в ужас с новой силой. Еще страшнее показались записи хроник. С трудом Майла заставила себя смотреть на кадры документального фильма, где высокие фигуры, закутанные в плащи, испарялись в зелено-голубом свечении.

Майла продолжала бежать, а страх несся за ней следом. Прежде такие крепкие, стены Северного дома уже не казались надежной защитой. Почти добравшись до своей комнаты, девушка остановилась.

Воля! Волю – в кулак!

Глубоко вздохнув, она вернула липу прежнее уверенное и слегка надменное выражение. Её удел – борьба! За себя, за свои идеалы, а главное – за всех тех, кто остался далеко позади, за бесконечной ледяной пустыней, за болью, кровью, слезами и смертями…

Из дверей появилась Вив.

– Ужин затянулся? – поинтересовалась она, лукаво поглядывая на часы. – И чем все закончилось? Ты его покорила?

– Такие не покоряются, – буркнула Майла в ответ. – Такой же обмороженный, как и температура снаружи.

Красавица Вив громко захохотала.

– По твоему виду не скажешь! – воскликнула она весело. – Могу поспорить, ты отстояла справедливость своих взглядов!

Майла улыбнулась. Жизнелюбие и легкий нрав подруги всегда действовали на неё, как целебный бальзам.

– Тебя, Вив, не проведешь, – проговорила она с более мажорными нотками в голосе.

– Он запал! – просияла подруга. – А что с Криком, Порком и Тинкой? Свободны? Когда приступим к Проекту?

Майла несколько напряженно пожала плечами.

– По чашечке чая на ночь? – поинтересовалась она у Вив.

Через некоторое время подруги сели за угловым столиком в просторной комнате отдыха. В противоположном углу расположилась группа из четырех человек из отряда Атиса.

– Им тоже не спится… – заметила Вив. – Всё ждут не дождутся действий. Видно надоело целый день на тренажерах проводить… Веселая, конечно, забава. Я тоже поначалу увлеклась… Но хочется настоящей работы!

В противоположном конце помещения громко засмеялись ребята Атиса, здоровые молодцы с крепкими, статными фигурами. А через минуту в дверях показался и сам предводитель их небольшого отряда. Атис выглядел несколько понуро. Веселые возгласы его команды не придали его физиономии более счастливого выражения. Хмуро всем кивнув, он устроился чуть поодаль и принялся грызть бублик с чаем.

– Переживает… – заметила Вив, переведя взгляд с Атиса на Майлу. – Выглядит весьма паршиво. Таким понурым я его еще никогда не видела. Видно, тяжело власти лишаться!

Майла укоризненно посмотрела на подругу:

– Он за дело переживает! – отозвалась она. – Уверена, власть его сейчас меньше всего беспокоит.

– Вот подожди! – хмыкнула Вив. – Как только Крик объявится, Атис сразу перья распушит! Знаю я этих мужчин!

– Если объявится… – бесцветным голосом заметила Майла.

– Ты это серьезно? – глаза Вив расширились. – О чем ты молчишь?

Майла тряхнула головой. Потом глубоко вздохнула и выпалила:

– Я видела хроники Северных. Там записано, как исчезало несколько их якобы «людей». Такое же необычное зелено-голубое свечение… Чужаки пробирались и сюда. Только их обнаружили… А Крик, Порк, Тинка… В голове не укладывается, но… Возможно они, настоящие, уже давно мертвы… Ты меня понимаешь?

– Мертвы? – глаза Вив расширились еще больше.

– Вив, только не паникуй, – тут же добавила Майла. – Есть вероятность, что произошла ошибка и все они – наши соплеменники. Вопрос только в том, что мы не можем определить наверняка… У них все, как у нормальных людей. Почти все, с небольшими отклонениями. Да ты и сама знаешь… Но как определить точно? Теперь это наша главная задача!

В лаборатории повисла гнетущая тишина. Майла вынула пленку из проигрывателя.

– Теперь вы все видели собственными глазами, – произнесла она, глядя на собравшихся.

Рыжая Мэри-Энн, Тонни, Атис, Вуди и Кит стояли в полном молчании.

– Я давно подозревал, что с ними что-то не так, – первым отреагировал Атис.

– И если среди них есть человек… – воскликнула Рыжая Мэри. – Мы должны найти способ!

– Что у тебя, Тонни? – поинтересовалась Майла, в упор глядя на химика, которому вчера дала задание выявить все возможные отличия в физиологии Крика, Порка и Тинки.

Тонни неуверенно поежился. Потом подошел к шкафчику, взял огромный плакат и поднес его к общему столу. Положив плакат с таблицами посередине, химик, несколько смущаясь, принялся водить по нему и сбивчиво бубнить полученные данные себе под нос.

– Еще раз проверили и перепроверили. Здесь, как вы видите, показатели в норме. Это рентгеновские снимки, это данные ультразвука… Все, что удалось найти, так это полная глупость…

– Сейчас ничего не глупость, – нахмурилась Майла.

Тонни опять неловко поежился. Казалось, он хочет что-то сказать, но сам стесняется предмета своего высказывания.

– Не темни! – воскликнула Майла ободряюще.

– У них у всех есть какие-нибудь железяки! – выдала Рыжая Мэри неохотно. – Пожалуй, это единственное существенное отличие, кроме тех, что уже были обнаружены…

Все присутствующие в замешательстве принялись поочередно смотреть на Тонни и Мэри-Энн.

– Железяки? – недоуменно переспросила Майла.

– Глупость, но так, – буркнул Тонни. – Ты же сказала «найти все возможные и невозможные отличия». Вот мы с Мэри и искали… У Тинки стоит скобка на зубах. У Порка – инородное тело в области правого плеча. У Крика – в области плечевого пояса и правого колена. Еийл говорит, что это похоже на медицинские искусственные шарниры. Мы уточнили. Действительно некоторые Дома используют такой сплав…

– Откуда у Крика такой сплав я слышала, – отозвалась Майла задумчиво. – Тинке скобки сам Рупии ставил. Что же касается Порка…

– Он у нас достаточно давно… – заметила Рыжая Мэри. – Но, возможно, этот протез поставили еще до его появления в Доме Зеленых Полей? Ведь такое возможно?

– Если они чужаки, у них должен быть передатчик! – до этого державшиеся чуть в стороне, заметили подростки Вуди с Кит.

– Вы намекаете на эти железяки? – поинтересовалась Майла.

– Черт, ну если уж до этого дело дошло, давайте устроим им допрос! – не удержался Атис от предложения.

– Они все тесты прошли! – тут же отреагировала Майла. – Все возможные детекторы. И каждый аппарат показывает, что они говорят чистую правду, когда сообщают о своей принадлежности к роду человеческому! Надо проверить железки более подробно… Возможно, на радиоволны…

– Этого мы еще не делали, – крякнул Тонни. – Только сомневаюсь в результатах. Все Дома общаются по радио. Думаешь, чужаки стали бы так же общаться?

– Попробовать можно… – тут же перебила химика Рыжая Мэри-Энн. – Это мысль. Возможно они используют другие каналы или коды… Или что-то еще. Но попробовать стоит!

– Бред! – огрызнулся Тонни. – Мне кажется, после того как все увидели пленку и убедились в обоснованности слов уважаемого Отулла, следует предпринять только один верный шаг – отправить их куда подальше! Иначе рано или поздно они на нас нападут и уничтожат!

– Крайние меры, но верные, – заметил Атис. – Так мы точно себя обезопасим. – И внимательно посмотрел на нынешнего главу их группы, Майлу.

– Проверим на радиоволны, – ответила девушка.

– Но ведь может так случиться, что мы теряем время… – осторожно предположил Атис. – Наши помещения почти готовы. Мои ребята заждались. Возможно, пора приступать к проекту? Иначе чужаки успеют добраться и сюда…

– Проверим на радиоволны, – упрямо повторила Майла, потом с удивлением оглядела собравшихся.

Стараясь избегать её взгляда, все тут же поспешно уставились в пол.

– Я что, одна так считаю? – изумилась девушка.

– Просто время действительно не ждет, – осторожно произнесла Рыжая Мэри-Энн. – Возможно, следует их поселить отдельно, изолировать… Но мы и вправду тратим на них слишком много времени. Пора переключаться на то, ради чего все здесь. Хотя радиопроверку сделать нужно. Сделать, а потом преступить к главному.

– Вуди? Кит? – оглянулась Майла на притихших в сторонке подростков. – Что скажете?

Ребята неохотно подняли глаза.

– Первое время все, конечно, отдыхали, – неуверенно произнес Вуди. – Спали… Ели… А теперь делать нечего. Слоняемся по коридорам или попусту глазеем на чертежи, к которым не имеем возможности приступить… Все вокруг застыло. Мы это чувствуем. Еще неделя-другая и не знаю, какое у всех будет настроение… Перебранки и мелкие склоки уже сейчас начались…

Майла перевела взгляд на Кита. Парнишка сидел совсем бледный и какой-то неживой.

– А ты что скажешь, Кит? – поинтересовалась Майла.

Подросток невесело нахмурился.

– Тинка – человек, – просто ответил он. – Порк, Крик… все они для меня до сих пор родные. Даже после тех кадров. Не могу поверить. Не могу просто так их бросить.

– Это все из-за Тинки, – с хитрецой заметил Вуди. – Она же ему нравится! С тех пор как Тинка взаперти сидит, он ночи напролет не спит!

– Врешь! – тут же вскипел Кит. – Я её просто уважаю, как талантливого человека! И остальных мне тоже жалко!

– Ясно! – глаза Майлы превратились в две маленькие, горящие зеленым огнем, щелочки. – Проверяем на радиоволны, а там посмотрим! – бросила она и, не говоря больше ни слова, принялась за работу.

Все последовали её примеру.

А Майла сидела и чувствовала, как её сердце нещадно колотится в грудной клетке, словно просясь наружу. Теперь она ощущала весь груз ответственности с новой силой. Перед ней вставала дилемма, разрешить которую она оказалась не в состоянии. Она была слишком человеком, а вовсе не жестким руководителем, таким, например, как Отулл, чтобы позволить Порку, Крику и Тинке только из-за подозрений исчезнуть с лица Зетты-3.

Глава XXXV

Вокруг расстилалась полная тишина и неподвижность. Время давно перевалило за полночь, а Майла все продолжала сидеть в лаборатории над последними результатами исследований. Опустели коридоры, и большинство обитателей Северного Дома видело десятый сон.

– Есть что-то новое? – послышался голос Отулла.

От неожиданности Майла вздрогнула и с испугом посмотрела на дверь. Там, как всегда, закутанная в темный плащ, застыла фигура патриарха.

– Только еще больше неизвестности, – призналась она и уставилась на экран с показателями.

Мягкими, кошачьими движениями Отулл пересек лабораторию и устроился на удобном диванчике рядом с рабочим креслом Майлы.

– Даже руководители иногда должны спать, – отозвался он на удивление мягким шепотом.

Майла отодвинулась от экранов и потерла покрасневшие от многочасового напряжения глаза. Ей вдруг так захотелось оказаться на мягких подушках постели, сладко потянуться под теплым одеялом и свернуться калачиком!

– Ты устала, – заметил мужчина, внимательно поглядывая на девушку из-под густых нахмуренных бровей.

– Обнаружили какой-то необычный шум, – произнесла Майла устало. – Это не сигнал, не звук… Скорее фон или помехи… Но что-то меня в этом беспокоит.

Отулл приблизился к её креслу и внимательно посмотрел на данные. Его руки облокотились о спинку кресла, а глаза принялись пытливо изучать строчки символов.

– В них есть закономерность, – произнес он через некоторое время. – Это не спонтанный набор… Я раньше подобного не наблюдал…

– Отдохни, – взяв девушку под локоть, Отулл проводил её до диванчика.

Майла не сопротивлялась. Она уже перепробовала все возможные варианты. А свежий взгляд Отулла, возможно, мог найти что-то новое.

Отулл уверенно устроился в кресле и принялся за расчеты.

Несколько раз Майла впадала в легкую дрему, затем просыпалась и видела Отулла, все еще продолжающего что-то упорно вычислять за экранами.

Когда она открыла глаза в очередной раз, то встретилась глазами с его задумчивым взглядом.

– Вы нашли невозможное, мадмуазель ученая, – произнес он тихо и рукой указал на экран.

На нем пошло изображение – немного подрагивающее и неуклюжее, словно снимал очень неумелый оператор. Только потом Майла поняла, что это вовсе не съемки в их обычном понимании.

Сначала в помещении изолятора появилось лицо Крика, потом Порка, затем Тинки. Несколько раз лица чередовались. В основном это были Крик и Порк, либо Крик и Тинка. Но один из трех обязательно отсутствовал. Вернее двое…

– Не может быть, – прошептала Майла побелевшими губами.

Отулл молча вернул видеосигналы в изначальное положение шумов, а затем медленно проделал все необходимые манипуляции. На экране опять замигало изображение.

Майла почувствовала, как к горлу подступил комок слез. Вскочив, она промчалась в самый дальний закуток лаборатории и уткнулась лицом в ладони. Она не издала ни одного всхлипа, но её плечи несколько раз предательски вздрогнули.

– Мне очень жаль, – отозвался Отулл. – Действительно жаль… Послать охрану, чтобы их разместили в разных комнатах? Теперь с каждой минутой промедления мы подвергаем опасности единственного человека.

Майла порывисто кивнула.

– Да, пожалуйста! – произнесла она спешно. – А утром мы… сделаем все необходимое.

Отулл тут же вышел в коридор и отдал распоряжение охране Дома. Когда он не вернулся, Майла, уткнувшись в спинку дивана, плакала навзрыд. Когда он появился, девушка замолчала и немного неуверенно пробормотала:

– Я думала, Вы не вернетесь…

– Я предполагал, что ты…будешь плакать.

Голос Отулла прозвучал непривычно смущенно. Затем он молча подошел к дивану и сел рядом. Майла от такого неожиданного соседства тут же перестала всхлипывать и удивленно посмотрела на патриарха Северного Дома. Ему не полагалось сидеть вот так! Он всегда был выше обычного человеческого общения! Но сейчас он сидел совсем рядом и печально смотрел в сторону девушки.

Майла, понимая, что она сейчас находится не в лучшем виде, смущенно поежилась и попыталась привести себя в порядок.

– У нас редко плачут, – заметил Отулл. – Север…

– Извините, – проговорила Майла. – Мне не следовало… Но когда я понимаю, что… Тинка всегда была веселой, умной девочкой… Когда же её настоящей не стало? А Порк… Возможно с самого начала? Ведь я у него училась… Некоторое время назад он был для меня кумиром… Как же больно терять!

Глава XXXVI

Вереница темных фигур медленно пробиралась по слепящему снегу обратно. На лицах застыло одинаковое странное выражение. Здесь были почти все – почти все оставшиеся члены группы.

Ветер сновал повсюду и бил в лицо. Но они почти привыкли к его порывам. Почти не замечали. Почти… Как старались не замечать, что их стало еще меньше…

Маленькие фигурки Тинки и Порка таяли вдали. Удивительно, но они не сопротивлялись. Только стояли и смотрели им вслед.

Хотя так не полагалось! Они обязаны были кричать, что-то доказывать!

А они стояли и молча смотрели…

Прочитать что-то во взглядах казалось почти невозможным. Непроницаемые сумерки поселились в их лицах, несмотря на слепящий снег и сияющее на горизонте солнце. Возможно, сами они верили, что были людьми? Иначе как бы им удалось обмануть всевозможные детекторы?

Охранники Северного Дома молчаливо скользили по краям вереницы. Их лица, спрятанные за масками, казались сейчас Майле более чужими, чем те, что остались далеко позади.

Наверное, она всегда будет их помнить… В них запечатлелось так много человеческого. Кто же остался там? Полулюди-подделки? Или жертвы в руках жестоких захватчиков?

Впереди забрезжил спуск в подземные помещения Северного Дома. Майла оглянулась в последний раз. Невысказанность боли заставила её сердце в очередной раз учащенно забиться. В глазах почувствовалась неприятная резь.

Имела ли она право плакать, как глава группы, как часть народа, подвергшегося нападению, как обманутая инопланетными технологиями, просто как человек, как женщина?

Майла перевела взгляд на лица своих соплеменников: на жесткие складки в уголках губ, на застывшие черты… И к ней пришел жестокий ответ – НЕТ! Право сострадать и переживать было отнято у нее безвозвратно. Взамен она получала власть и право решать. Решать за всех, но только не за себя.

Первым от цепочки отделился Руппи и, не попрощавшись, направился к своему заброшенному отсеку. Никто его не окликнул. Все шли погруженными в собственные мысли.

Особенно понурым выглядел Крик. После длительного заточения, некогда веселое, молодое лицо заострилось. Под глазами пролегли тени.

– Я рада, что ты с нами, – произнесла Майла, задумчиво поглядывая на молодого ученого.

– А ведь я его недолюбливал, – отозвался Крик через некоторое время. – Ревновал, наверное… Не знаю… Странно без него. Непривычно.

Мэри-Энн бросила злой взгляд в сторону молодого ученого.

– Значит, сочувствуешь? – процедила она. – А знаешь, каково нам было?! Ты там отсиживался, а мы тут голову ломали!

– Майла знает, что такое быть под подозрением, – хмыкнул Крик, и его немигающие глаза уставились на предводительницу группы. – Да, Майла?

Девушка пожала плечами. Что-то объяснять ей совсем не хотелось. Не всегда слова могут дать точные определения.

– А ты, должно быть, Мэри, так заводишься из-за Тинки? Хочешь на меня накричать, чтобы хоть немного облегчить душу? Плохо тебе без нее, да? Болит, ноет, ведь так?

Рыжая Мэри собралась что-то произнести, но её слова захлебнулись. На лице проступило прежнее каменное выражение.

– Не говори ерунды, – бросила женщина сухо. – О предателях не переживают.

Крик вымученно усмехнулся и поджал губы. Через некоторое время нервный смешок сотряс плечи молодого ученого.

– Забавно они придумали… – буркнул он себе под нос. – Забавно…

Один за одним охранники Северного Дома начали исчезать в подземных тоннелях. Вслед за ними последовала группа Атиса. Теперь гостям не требовалось сопровождение специалиста. За время, проведенное в Северном Доме, все изрядно поднаторели в умении спускаться и подниматься со скоростью звука.

На поверхности остался только Отулл, Атис и группка ученых, состоящая из Тонни, Мэри-Энн, Крика, Вуди, Кита и Майлы.

– Что передать моим людям? – мрачно поинтересовался Атис.

– Отдельное жилище почти закончено, – сообщил Отулл. – Лаборатории, энергоподстанция, аграрная зона, жилой комплекс… Списки необходимых материалов, станки, вычислительное оборудование – готовы к работе.

– Значит, Вы все же решили не участвовать в наших разработках? – уточнила Майла.

Отулл отрицательно покачал головой.

Глаза Рыжей Мэри сузились в две маленькие щелки.

– Как Вы можете? – едва слышно выдохнула она. – Ведь все мы… Зетта… Они хотят нас уничтожить. Разве это не понятно?

– Можете начинать переезд, – жестко произнес Отулл вместо ответа и скрылся в скоростном тоннеле.

Горстка людей осталась стоять на ледяной поверхности.

– У нас получится! Их помощь нам не нужна! – с ожесточением произнес Кит, в упор глядя на своих более взрослых товарищей.

Вуди тут же согласно закивал головой.

И только сейчас Майла обратила внимание на более красные, чем обычно, глаза подростка. Похоже, любовь Кита пыталась переродиться в нечто другое. Священную ненависть, жажду действия, фанатизм… Кто знает…

Но в его глазах не было ни слезинки. Они только горели неким удивительным, всепожирающим пламенем.

– Не стоит, Кит… – Майла попыталась по-дружески похлопать подростка по спине.

Но Кит тут же увернулся и оскорблено выпалил:

– Мне нет дела ни до чьей жалости! Это вас надо жалеть за нерешительность! Вы сами боитесь выбранного пути! Думаете, я не вижу? Трусливо поджимаете хвосты, вместо того чтобы сражаться! Боитесь, что не осилите, боитесь, что не успеете… Боитесь! Постоянно боитесь!

Все нерешительно застыли на месте. Такая неожиданная перемена Кита повергла присутствующих в шок.

– Никто и не говорит о жалости, – попыталась ответить Мэри-Энн.

А Вуди принялся хохотать. Теперь удивился Кит. Но Вуди не заставил всех долго размышлять над причинами своего веселья.

– Ведь ты утверждал, что она человек! – воскликнул подросток возбужденно. – Всезнающий Кит! Гениальный Кит! Самый талантливый! Сердце сыграло с тобой злую шутку! Тинка – инопланетный шпион, оборотень! Вот, кого ты обожал!

Лицо Кита тут же исказилось, и он в ужасе попятился.

– Почему ты смеешься? – прошептал он непослушными губами.

– Здесь действительно нет ничего смешного! – строго одернул подростка Атис.

Тонни, Крик и Мэри-Энн дружно закивали в знак согласия.

– Да кто ты?! – продолжал навзрыд хохотать Вуди. – Кто ты, Атис, чтобы мне указывать, что смешно, а что нет? Сначала свою жену прошляпил, потом звание главы отряда! Ты же неудачник! Не смейте меня учить! Все вы…

Ледяной воздух севера разрезал звук оглушительной пощечины.

А рядом с парнем уже стояла Майла и потирала занывшую от увесистой оплеухи руку. Вуди с багровеющей щекой лежал на снегу.

– Тебе уже лучше? – ледяным тоном поинтересовалась девушка.

Вуди нерешительно затряс головой и оглянулся на своего прежнего товарища Кита.

– Не знаю, с чего я так… развеселился… – ответил Вуди вяло после небольшого раздумья.

Остальные заторопились к входам в подземный Дом.

– Я уже ног под собой не чувствую, – недовольно заметила Рыжая Мэри.

Глава XXXVII

В эту ночь Майле совсем не спалось. Это была их последняя ночь перед переселением. Последняя ночь перед длительной и важной работой…

Вив шумно заворочалась на соседней постели. Потом встала и в неясном свете ночника посмотрела на подругу.

– Ты ведь тоже не спишь? – произнесла она тихо.

Майла без тени сна на озабоченном лице присела на подушках.

– Я думала, ты спишь, – ответила она подруге. – Не хотела будить…

– Переживаешь из-за той склоки наверху? – поинтересовалась Вив. – Или просто думаешь о планах?

Майла невесело ухмыльнулась.

– И из-за той сцены тоже, – со вздохом ответила девушка. – Такими словами просто так не бросаются. Они, как зерна. Стоит бросить – и они попадают в благодатную почву… Мы их почва, измученная подозрениями, недоверием, мелкими склоками… Рыхлая, вязкая…

– Глупости, – Вив поспешно отмахнулась. – Атис не настолько глуп, чтобы обидеться. Да и с Кита и Вуди скоро схлынет. Перенервничали парни… Понятно. Кто же знал…

– Атис уже косо смотрит на Крика, – всплеснула руками Майла. – А тот после заточения словно помешался. Так и норовит кого-нибудь задеть. Мэри замкнулась. Тонни недоволен изоляцией Руппи. Кит разругался с Вуди в пух и прах…В общем – изумительное единство коллектива… Вив, мне кажется я сойду с ума!

Майла печально посмотрела на подругу.

– Что-то мы растеряли… Когда шли сюда, были одним коллективом с одной большой, надеждой целью! А теперь, когда мы совсем рядом, все словно рушится! И что самое отвратительное, у меня нет даже приблизительного представления, как исправить положение!

– А при всех ты такая сдержанная, такая уверенная, – заметила подруга. – Мне, кстати, рассказывали, как ты пощечину тому сопляку влепила! Правильно сделала! Еще молоко на губах не обсохло, а он усмехаться вздумал. Ох! Надо тебе было ему и вторую щеку разукрасить!

– Насилие порождает насилие, – фыркнула Майла недовольно.

– Но иногда отлично прочищает мозги, – заметила Вив авторитетно. – И этому Киту следовало урок преподать! Нашел время сопли распускать. Маленький мерзавец! Я ему еще выскажу да покажу, как на взрослых огрызаться!

Майла расхохоталась.

– Тебя послушать, так хочется всем тумаков навешать и тем успокоиться!

Вив состроила недовольную мордашку.

– А чем не выход? – поинтересовалась она недовольно. – Ничего тут смешного. Цель у нас важная! Можно всех и тумаками успокоить. Сил-то у тебя для этого достаточно!

Майла в тусклом свете ночника, неуверенно посмотрела на свои руки. В последнее время она почти не тренировалась. Без Крика и его блестящего искусства ей это не доставляло прежнего удовольствия.

– Лови! – раздался возбужденный голос Вив.

А в Майлу еже летела горстка увесистых, жестких фруктов дерева ялы. И не успела Вив моргнуть глазом, как подруга вскочила с постели и серией молниеносных движений поймала фрукты. Затем аккуратно положила на стол.

– Класс! – выдохнула завороженная Вив. – Я даже не успела все разглядеть! Завидую тебе! Такое искусство! И как у тебя такое только получается? Ох, с таким умением я бы задала им трепку! Только попробовали бы у меня языки распустить!

– Да ты тиран! – хихикнула Майла, изрядно повеселев после небольшой физической разрядки.

– И тебе советую! – отозвалась Вив так же весело. – Посмотри на Отулла! У него не пикнешь! Сразу к стенке или на вольные поселения!

Майла несколько успокоилась и задумчиво присела на краешек кровати.

– И все-таки иногда мне кажется, что он не такой уж жестокий… – отозвалась она, поглядывая на подругу. – Слишком… разносторонний склад ума… Не знаю, как сказать точнее… В нем есть способность… сопереживать… Наверное, так.

– Ох!

Лицо Вив приобрело выражение хитрого зверька, глаза заблестели.

– А может, он тебе нравится? – хихикнула она тихонько. – Этакий всемогущий монстр в маске! Хотя… – Вив мечтательно закатила глаза. – Что-то в нем есть. Если бы он хоть раз как-то необычно посмотрел в мою сторону, точно бы с ним зафлиртовала! Люблю высоких и сильных!

– А как же твоя дружба с тем, кто подарки дарил? – поинтересовалась Майла оживленно.

Вив недовольно махнула рукой, подсела за стол и принялась жевать оставленные на утро ватрушки.

– Когда волнуюсь, всегда аппетит разыгрывается, – сообщила она серьезно.

– Ну, так?.. – Майла, затаив дыхание, уставилась на известную распутницу Вив.

– А никак, – бросила подруга недовольно. – Эта маска просто сводит меня с ума! Я к нему с поцелуями, а он от меня как перепуганный тушкан шарахается! Ну, какие тут могут быть отношения?! Сплошное недоразумение и вред здоровью!

От негодования Вив Майла рухнула на постель и принялась дико хохотать.

– А насчет здоровья ты точно подметила! – выдохнула она, немного просмеявшись.

– А чего же ты-то ждешь? – отозвалась Вив удивленно. – Пока было время, развлекалась бы в своё удовольствие! Может, Атис оттого озабоченный и ходит, что тяжко ему совсем без женской ласки! Или Крик? Да все они к твоим услугам. Все они смотрят на тебя с трудно скрываемым обожанием! Разве ты не замечаешь? Даже Отулл!

Майла растерянно оторвала голову от подушек.

Красавицей всегда была Вив – яркая, смелая, блистательная Вив с громким смехом и горящими глазами! Распутница, насмешница, жеманница! Страстная, пламенная, обворожительная! Именно Вив привлекала к себе взгляды. Именно с Вив предпочитали танцевать кавалеры Дома Зеленых Полей! Именно под её окнами пели серенады и забрасывали порог цветами…

– Неужели ты не поняла, что они сходят по тебе с ума? – повторила Вив.

– Но красавица у нас ты! – выдохнула Майла.

– Я?! – Вив захохотала. – Меня предпочитают тискать в танцах и зажимать в темных уголках, щеголять перед другими своим искусством ухаживать и завоевывать… А по тебе… По тебе вздыхают молча, тихо, чтобы никто не заметил… Истинное никогда не выпячивают наружу…

Вив горько усмехнулась.

Подруги и соперницы сидели и молча смотрели друг другу в глаза. Одна из них знала об этом очень давно, другая – не могла поверить до сих пор.

– Вив? – у Майлы не хватало слов.

Подруга весело тряхнула своими роскошными темными волосами и вскочила из-за стола.

– В том-то все и дело, что я сама тебя люблю! – воскликнула она громко и принялась напевать задорный мотивчик на стихи Майлы.

Глава XXXVIII

После переезда настроение заметно улучшилось. Мелкие склоки и недовольные ворчания прекратились.

Путешественники окунулись с головой в работу.

Работали с упоением, изголодавшись. Почти все засиживались до глубокой ночи и в очередной раз перепроверяли схемы древних чертежей.

К концу второго сезона подготовительные работы оказались полностью завершены. В честь такого события организовали маленький праздник. Женщины надели свои самые красивые наряды, мужчины гладко выбрились и надушились местными сортами парфюмерной воды.

На радостях позвали и представителей Северного Дома. На приглашение откликнулся сам Отулл. В сопровождении нескольких своих соплеменников в разноцветных плащах он появился в зале в разгар праздника и торжественно вручил несколько ящиков с самыми красивыми тканями, изумительным вином и всевозможными сладостями.

Подношения Северного Дома вызвали у изрядно захмелевших путешественников бурю оваций, и они в порыве радости принялись обниматься и целоваться со своими, теперь уже, соседями. А Майла с Атисом и несколькими его ребятами поспешно выкатили ответный подарок – свою маленькую гордость, бочонок отличного пива из семян, выращенных в специальных теплицах.

После обмена любезностями праздник покатился своим чередом. Послышались веселые голоса, требующие песен и плясок. Зазвучала музыка.

Захмелевшая Майла с удовольствием наблюдала за танцующими парами. Как всегда, в центре внимания кружилась в вихре музыки и восторженных взглядов Вив. Несколько девочек-подростков лихо выплясывали с подчиненными Атиса. Даже Рыжая Мэри осмелела и пританцовывала в уголке вместе с подвыпившим Руппи.

После своего изгнания химик несколько смягчился в своей неприязни к женскому полу и принялся оказывать весьма недвусмысленную благосклонность в сторону «старой девы». А та, похоже, наконец-то решила пуститься во все тяжкие. Только по её градации «всеми тяжкими» считались воздушные поцелуйчики и мимолетные обнимания за дверьми лаборатории.

Тонни тем временем о чем-то оживленно спорил с Атисом и сдабривал громкие возгласы щедрыми глотками пива. Крик бурно жестикулировал в разговоре с пожилым директором медицинской лаборатории Еийлом.

Одним словом, каждый нашел занятие по душе.

Майла улыбнулась. Людям пора было отдохнуть.

В торжественном полумраке залы кружились тени танцующих, пахло едой и пряностями. В воздухе витало опьянение и безрассудное забытье. Несколько человек выводили мотив старинной песни. Повсюду слышались веселые голоса и смех.

И в один миг Майла окунулась во времена своего детства, такого же безрассудного и беззаботного, как этот вечер. Когда не нужно ни о чем думать и ничего решать. Когда все запланировано, и каждый точно знает свое предназначение.

Как просто было тогда!

За спиной послышалось легкое покашливание, и Майла тут же вернулась в реальность. За спиной стоял Отулл. Стоял и смотрел на неё своим долгим вдумчивым взглядом.

Девушка вздрогнула и немного робко улыбнулась. Теперь так робко Майла улыбалась лишь патриарху Северных. В остальных случаях она разрешала себе только ободряющую улыбку.

– Ностальгия? – поинтересовался Отулл вкрадчиво.

Девушка кивнула, и в глубине её глаз, цвета изумруда с морской синевой, заблестели огоньки звезд.

– У меня никогда не было такого детства, – заметил мужчина.

Его голос прозвучал глухо и печально. Без тени сожаления и вместе с тем… печально.

Майла полуприкрыла глаза, и их огоньки заволокло дымкой густых ресниц. Тонкие черты приобрели еще большую загадочность, а на губах появилась недосказанность, словно стих, оборванный на середине.

Они продолжали молчать.

Море вопросов витало вокруг. Но они молчали. И дело тут было вовсе не в стремлении скрыть мысли. Просто оба молчали об одном и том же – о разных странах, разных обычаях, разном прошлом… И вместе с тем об одной судьбе, которая свела их, непохожих, их народы, жизни, мысли…

И постепенно она уже привыкала к сдержанности северных земель, к таинственности, скрытым лицам, тихим голосам… А он – к громким возгласам, яркости эмоций, жажде жизни…

– Как ваши близкие… там? – нарушил мужчина молчание первым.

Вовсе не та фраза. Но он сказал именно её.

Майла несколько облегченно улыбнулась.

– За все время пришельцы появлялись в Доме всего два раза… Мы лишились трех женщин. Могло было быть и хуже. Но захватчики почему-то стали наведываться реже… Конечно же, это счастье! Но мне не терпится приступить к действиям. Нас все ждут!

Отулл кивнул. А Майла обрадовалась, что он не произнес ничего лишнего, ничего, чтобы могло оторвать её от важной работы.

– Если бы Вы нам помогали, дело бы пошло гораздо быстрее, – осмелев, произнесла девушка.

Отулл тут же резко вскинул голову и прищурился.

– Это не наш путь. Мы отрицаем насилие, – ответил он холодно.

Непримиримость голоса патриарха Северных заставила девушку задрожать. Или вовсе не голос, а его необычные способности?

Майла с опаской посмотрела на мужчину.

– С нашим оружием и Вашими способностями… – продолжила она настаивать едва слышно. – Ведь они есть у всех Северных?

– Почти, – лаконично отозвался патриарх. – Только не стоит меня убеждать. Не трать понапрасну силы. Мы слишком по-разному смотрим на одни и те же вещи. Слишком… Мой народ никогда бы не принял правил игры чужаков, и мы никогда не пойдем на создание смертельного оружия… Даже ради освобождения от захватчиков!

Майла растерянно уставилась на главу Северного Дома. Из того, что он ей сказал, она решительным образом ничего не поняла. Его своеобразная логика повергла девушку в недоумение.

Чтобы как-то успокоиться и дать себе время на размышление, порывистым движением Майла приблизилась к столу, взяла бокал вина и сделала большой глоток. Затем развернулась к Отуллу и недоуменно вскинула брови.

– Что же тогда может Вас заставить, как не спасение собственных жизней? Вы хотите сказать, что позволите себя просто так уничтожить? Без всякого сопротивления?

– Но они же до сих пор этого не сделали, хотя имеют все возможности. Почему?

– Почему? – изумленно переспросила Майла главу Дома.

Отулл небрежно передернул плечами.

– Не я сдаю карты… – произнес он глухо. – Не я заказываю игру и тасую колоду. Очевидно только одно – это игра. Иначе, какой смысл во всех их мелких требованиях по захвату одной, двух или трех женщин? И почему только женщин? К тому же очевидно, что техническая мощь чужаков превосходит все достижения нашей науки на порядок… Ты сама видела Порка… Тинку… Микропередатчик поместился в проволоке, не более полутора миллиметров толщиной… Уверен, для них нет никакой сложности в одно мгновение стереть всех нас с лица Зетты… А они медлят.

– Что же тогда? – у Майлы перехватило дыхание. – Умирать и не предпринимать даже попытки? Да, это не наша игра. Но не играть в нее – значит, проиграть заранее!

– Все зависит от смысла, который мы вкладываем в жизнь и смерть… Вы выбираете жизнь, мы с рождения готовимся к смерти… В этом разница. И в том, когда и как…

Майла ощутила легкое головокружение. Странные мысли заставили её покачнуться и неуверенным движением рухнуть на диван. К тому же вино оказалось слишком крепким. Образы веселящихся людей поплыли перед глазами, а фигура Оулла вытянулась в тугую черную тень.

– Слишком много вина? – откуда-то издалека раздался озабоченный голос Отулла.

Но Майле уже стало немного легче. А мысли завертелись в её голове с новой силой.

– Мы так по-разному воспринимаем мир! – произнесла она удивленно. – Возможно и они… Их логика неподвластна нашему пониманию… Ведь такое может быть? Возможно, они растягивают… удовольствие? Или… наслаждаются агонией? Инопланетные монстры? Галактические извращенцы?

Отулл откинулся на подушки дивана и, запрокинув голову вверх, разразился тихим, почти беззвучным хохотом.

– Вы странно смеётесь, – буркнула Майла, все еще не до конца пришедшая в себя от новых открытий.

– И оттого ты так же вправе назвать меня галактическим извращенцем, – проронил Отулл уже сдержано, лишь с едва уловимыми нотками былого веселья. – Мы привыкли считать извращением все, что нам непонятно и непривычно. Как глупо…

– Но разве нормально желать нападать? – изумилась девушка. – Мы же никогда не знали подобного! Никогда ни с кем не воевали! Даже между собой!

– Но тем не менее ты привезла чертежи древнего оружия…

– Возможно, подобные изобретения являлись практикой для ума, – отозвалась девушка. – В школе мы тоже делали много чертежей. Но далеко не все могли воплотить в жизнь.

– Но не практиковались в изобретении оружия, – заметил Отулл, и его глаза сверкнули двумя яркими огоньками.

И вдруг Майла поймала себя на отчетливой мысли – глава Северных что-то настойчиво хочет ей объяснить, но пока не уверен в готовности девушки к информации. Она сама должна прийти к выводу.

Стойкое, надрывное чувство заставило Майлу сесть прямо и в упор посмотреть в глаза мужчины.

– Мы никогда не воевали и никогда не проектировали оружия, – начала она осторожно. – Но тем не менее наши предки, очень давно, так давно, что всякая точная информация утеряна, его изобретали…

Девушка на секунду задумалась.

Предположение оказывалось слишком жутким, чтобы произнести его вслух.

– Все в природе, – тихо произнес Отулл, – пожирает друг друга и кормится друг другом. Более мелкие и слабые идут в пишу более крупным и сильным. Животные сражаются за территории, самок, еду… В большинстве видов естественная смерть – великая редкость. Дряхлеющий и обессиленный тут же рискует оказаться растерзанным и съеденным. Такова природа…. И только мы… много веков живем в абсолютном мире. Где нет, ни то, что войн, но даже мелких стычек. Однако мы знаем слова: «война», «оружие», «нападение»…

– Мы воевали? – прошептала Майла, а потом поспешно качнула головой.

Мысль о возможности воевать между собой показалась ей настолько омерзительной и противоестественной, что к горлу подступила невыносимая дурнота.

– Это отвратительно! – выдохнула она. – Подобного не могло происходить с нашими предками! Все это вранье и выдумки! Мы… Мы не животные, глупые и тупые! Мы же люди!

Майла повернулась к Отуллу и с надеждой посмотрела ему в глаза. Патриарх Северных не имел права думать подобным образом о своих предках! Это бы выглядело крайне неуважительно, если не сказать кощунственно!

Отулл отвел глаза и пожал плечами.

Майла обескуражено вскочила с дивана и, вперив взор в темную фигуру мужчины, звонко воскликнула:

– Не надо меня убеждать, что мы монстры!

Но её слова потонули в звуках музыки и веселом смехе. Отулл же только откинулся на подушки и пригубил глоток вина через маску-мираж.

– Это одна из причин нашего неприятия насилия. Стоит только начать… – заметил он, допивая бокал. – Ведь мы и сами не знаем, какие черные тайны скрывает наша душа и история.

– Что скрывают ваши маски? – в тон ему отозвалась Майла.

Отулл вопреки обыкновению откинул капюшон и задумчиво посмотрел на девушку.

Без капюшона он выглядел более молодым и привлекательным. Лицо обрамляли темно-пепельные кудри волос с элегантной серебряной проседью, которая оттеняла раскосые глаза и подчеркивала упрямый разлет темных бровей, но вместе с тем открывался жесткой подбородок и четко очерченные скулы.

Мужчина пошевелился, и в сознании Майлы послышался его необычный, шелестящий и вместе с тем глубокий голос:

– Долгое время многие мои соплеменники не желали вашего прибытия. Считали все Дома за пределами Северных земель – одноклеточной кашицей, не заслуживающей внимания. Нам были чужды ваши взгляды и слишком серая однообразность представлений. Тогда, на расстоянии, общаясь по радио, вы казались слишком… примитивными… – Отулл на мгновение замолчал, стараясь подобрать верные слова. – Видишь ли… Вы были слишком непохожи на нас, чтобы увидеть красоту, которая заключалась в совершенно противоположных нам убеждениях… Вот и ответ на вопрос, что скрывают наши маски…

Мужчина умолк и принялся внимательно смотреть на девушку.

– Дело вовсе не в карантине или инфекции, – подытожила Майла. – Значит, Вы боитесь, что можете показаться нам слишком иными?

Вопрос остался без ответа. Только его отголоски, словно эхо, продолжали витать где-то рядом.

Майла встала и, уважительно склонив голову, в знак окончания разговора направилась к кругу танцующих.

Веселье завертело её с новой силой. Ритмы танца захватили и понесли по кругу. Майле хотелось забыться. Больше не думать. Не терзать себя сомнениями и чужими тайнами.

Глава XXXIX

Угрюмо она всматривалась в массивные очертания.

Позади еще один день упорной работы. Всего несколько минут назад из лаборатории ушли ребята Атиса, измученные выработкой в скале дополнительного экспериментального помещения, нечеловеческими подъемами и креплением на стенах специальных листов с защитным покрытием.

Но сейчас вокруг было совершенно тихо и безлюдно.

Предмет из серого материала в центре зала – плод кропотливой работы целого коллектива – едва заметно вибрировал. Глядя на него, она испытывала одновременно гордость и сомнение, словно мать, родившая монстра.

Даже в этом спокойном бездействии предмет излучал ни с чем не сравнимое ощущение силы.

– Майкр-Т…

Девушка усмехнулась. Название показалось ей зловещим. Аббревиатура из букв имён Крика, Мэри, Рупии, Тонни и Майлы превратилось в нечто новое и опасное.

Мыслями она вернулась к их последнему разговору с Отуллом. С тех пор они виделись несколько раз, обменивались стандартными фразами, произносили официальные приветствия, но не более. Кто был тому виной? Обстоятельства? Возможно… А возможно, нежелание обоих поднимать опасные темы.

Члены её группы давно утратили интерес к странным манерам, тайнам и маскам соседей, а те, в сою очередь, абсолютно не вмешивались в ход их работ. Внешне все протекало весьма мирно и непринужденно.

Майла оторвалась от созерцания предмета и погрузилась в собственные мысли. Пожалуй, называть его аббревиатурой их имен было слишком поспешно и необдуманно. Но всем остальным идея понравилась, и теперь они навсегда связаны с этим страшным оружием. Хотя… Они и так будут с ним связаны навечно.

Первые опыты превзошли все ожидания. Небывалая мощь вырвалась наружу и чуть не уничтожила перегородку между лабораторией и коридором. Целостность каркаса подземного Дома оказалось под угрозой, пришлось начинать срочные ремонтные работы. Под рушащимися стенами они потеряли еще одного человека. Еще одна жертва их отчаянного мероприятия… Сколько таких будет?..

Она вздохнула и собралась идти в жилой отсек. Тело неохотно подчинилось. Сказывалось напряжение последних дней. Да и странными были эти последние дни, переполненные множеством работы, суетой и вместе с тем неким общим замедлением. Они стали медленнее ходить, медленнее говорить, неохотнее думать…

Иногда Майле даже казалось, что они невольно пытаются отсрочить тот миг, когда придется применять новое изобретение не в лабораторных условиях. Но «Майкр-Т» был готов, совершенно готов и рвался в бой! Скрытая сила вибрировала в нем и заполняла их барабанные перепонки явным свидетельством мощи.

– Мои поздравления!

Девушка обернулась. Она ждала этого момента, подспудно, но ждала.

Тугие кольца пепельно-серых волос, волевой подбородок… Фигура в черном отделилась от тени коридора и зашла внутрь через открытую дверь лаборатории.

Она пожала плечами. Теперь, когда все свершилось, она не знала, что нужно сказать.

– Вы уложились в невероятные сроки, – заметил голос. – Очень быстро!

Майла опять ничего не ответила. Даже привычные приветствия застряли в горле. Принимать похвалу из уст того, кто отрицал саму цель их работы…

– Мы сделали то, что должны были сделать, – произнесла она наконец.

Отулл перевел взгляд на расположенное в центре лаборатории оружие.

– Наступает черед следующего шага, – произнес глава Северного Дома сдержанно.

Девушка отвернулась. Отступать некуда.

Уже не сейчас…

Закодированные послания разносятся по всей Зетте-3. Новое изобретение «Майкр-Т» ждут тысячи, миллионы… Бывшие землепашцы и охотники воскрешают древнее искусство боя, проводят усиленные тренировки по умению выживать в самых экстремальных ситуациях, строятся самодвижущиеся машины из специального особо прочного сплава…

И все это делается, потому что есть «Майкр-Т» – надежда на спасение! Надежда на выживание!

– На север идут люди, – произнесла Майла едва слышно. – Не сюда, не так далеко, на границу Холода… Мы построим заводы по производству «Майкр-Т» и всех его производных. Другие ученые готовы к сотрудничеству. Самые лучшие, самые талантливые вскоре окажутся в нашем распоряжении…

– Значит, вы готовы уничтожать… – протянул Отулл.

Майла не ответила.

Глава XL

Теперь это место называлось полигоном. Новое слово в новом витке развития. Повсюду зияли черные дымящиеся воронки, в воздухе пахло гарью и пеплом.

Майла зябко поежилась. Эта приграничная Зона Холодов заставляла её чувствовать морозы особенно сильно.

Сильный ветер ударил в лицо и растрепал волосы. Майла потерла замерзшие, покрасневшие руки.

На этот раз все прошло успешно. Ученые других домов восторженно зааплодировали.

Молодая женщина приветственно кивнула и отошла немного в сторону. Её нагнал высокий, крепкий мужчина. Густая борода и шевелюра закрывали почти все лицо, и только по глазам можно было узнать её первого мужа Атиса.

– Партия с «Майкр-Т-5» ушла. Но они запросили дополнительно шестую серию. Что скажешь? Грузить или подождать до полной проверки?

Майла уставилась на свои обветренные руки, затем небрежно провела по выбившейся из прически пряди.

– Если хотят, грузи, – ответила она сухо. – Только пусть Мэри их дополнительно протестирует.

Атис поспешно кивнул и направился обратно.

Огромная толпа заезжих ученых начала медленно перемещаться в сторону построек. Майла слишком хорошо знала, что последует далее, чтобы заранее потерять к ним всякий интерес. Подписание контрактов о взаимном ненападении, заверения об общем мире, заискивания в надежде выпросить партию побольше… Все это она уже проходила много-много раз.

Теперь настал черед Кита и Вуди разбираться во всей этой словесной шелухе. Она же сделала свое дело – «Майкр» шестой серии поразил воображение собравшихся и побил все рекорды дальности и точности! Очередная заслуга её и её маленькой группы.

Молодая женщина посмотрела на север. Теперь только там не шли ожесточенные бои и не слышались взрывы.

Отулл, Северные земли, их былое пристанище…

Там лежала тишина…

Майла тряхнула головой, круто развернулась и направилась к подземному бункеру, нынешнему месту её обитания, которое служило ей одновременно и лабораторией, и домом.

В проходе показалась фигура Крика.

– У тебя усталый вид, – произнес ученый озабоченно.

Молодая женщина только отмахнулась рукой и скептически усмехнулась.

– Тебе тоже не мешает выспаться, – бросила она ему. – Атис пока разбирается с поставками, Мэри с Руппи и Тонни продолжают тестирование. А мы пока можем немного поспать. Завтра начинаются новые разработки…

– Прогресс летит и его не остановить… – проговорил Крик задумчиво. – Когда же все кончится?

Майла тем временем принялась энергично скидывать теплую одежду. Когда на ней остался только серый комбинезон, она устроилась в мягком кресле, облокотилась на сцеплённые руки и уставилась на огонь в печке.

– Ты меня совсем не слушаешь? – обиженно поинтересовался Крик.

– Замерзла, – после долгой паузы прошептала молодая женщина и протянула обветренные руки к огню. – А этот ветер и постоянные взрывы… Я научилась просто не замечать звуки…

Она перевела на мужчину свои глаза, наполненные изумрудами и синевой неба.

– Я не хотела тебя обидеть.

Крик неуверенно поежился, уселся в кресло напротив и принялся раскуривать ароматную сигарету.

Где-то, совсем рядом, прогремел мощный взрыв. Стены бункера завибрировали. Жестяная кружка упала с края стола.

– Мне нравилась фарфоровая посуда… – мечтательно заметил Крик, проводив взглядом упавшую кружку. – Такая тонкая, изящная! Когда из нее пьешь, кажется, она вот-вот растает в воздухе! Само совершенство! Приятно для глаз и неповторимо на ощупь!

Майла тем временем, немного отогревшись, подошла к шкафам и принялась перебирать кипу документов.

– Ты опять меня не слушаешь, – заметил ученый, насупившись.

– Готовлюсь к завтрашнему дню, – пояснила Майла. – Нужно все привести в порядок.

– Ты всегда начинаешь к чему-то готовиться, когда я вспоминаю нечто поистине прекрасное.

Молодая женщина резко развернулась.

– Зачем вспоминать то, в чем уже нет толка? Вот – наша действительность, – она указала, рукой на узкие окна бункера. – Идет война! Зачем говорить о фарфоре и вспоминать, каким он был восхитительным? Я реалистка и живу сегодняшним днем. Предпочитаю действовать, а не мечтать…

– Да, да, да… – отозвался Крик. – Все это я слышал много раз. Одни и те же фразы. Ты никогда не говоришь ни о чем, кроме работы, никогда не мечтаешь… Я просто удивляюсь, как ты вообще когда-то могла писать стихи?! Ты превратилась из женщины в ходячую машину!

– Я превратилась в известного ученого и талантливого администратора, – поправила его молодая женщина и быстрыми шагами вышла из комнаты.

Крик долго смотрел в оставшуюся открытой дверь. Когда-то он мог в неё влюбиться… А сейчас…

Крик перевел взгляд на огонь. Из всех развлечений Майлы, пожалуй, наблюдение за огнем стало чуть ли не единственным, что она позволяла себе в перерывах между работой.

Ученый выпустил очередную порцию дыма. Облачко медленно поплыло по воздуху и, почти добравшись до низкого потолка, бесследно растаяло.

Так же бесследно исчезла и прекрасная юная девушка, что он знал когда-то. Сверкающие глаза, веселый смех, залихватское упрямство, граничащее с безрассудством, – все это было таким невинным, таким светлым…

Шум за окном неожиданно привлек его внимание. Непривычный шум, похожий на изумленные вопли…

Крик выглянул наружу.

Повсюду, насколько хватало глаз, бегали и что-то кричали толпы заезжих ученых. В самом центре площадки выстроилась стена из вооруженных до зубов людей Атиса. На лицах тех и других застыло странное выражение недоумения, смешанного с агрессией и шоком.

И только потом, за спинами отряда, Крик заметил уже хорошо знакомое зеленовато-голубое свечение.

Навстречу выскочил Атис. Его взлохмаченная грива разлетелась во все стороны, ветер нещадно трепал одежду. Глаза метали молнии.

– Они, видите ли, пришли на переговоры, – выпалил Атис, и его рот исказился в недоброй усмешке.

– Папа, папа! Мне страшно! – пискнул детский голосок снизу.

Крик уставился вниз. Шестилетний сын Атиса нещадно теребил отца за штанину и громко ревел, но начальник охраны оставался к его пискам совершенно равнодушным.

– Совсем распоясался, – наконец, не выдержав, рявкнул Атис. – Марш к матери! Нечего детям здесь делать!

– Она к тебе велела идти-и-и… – заныл мальчишка. – Домой звала-а-а. Говорит, ты дома нуже-е-е-н!

– Вот дура! – выругался Атис в сердцах, но потом, покосившись на сына, немного мягче добавил: – Чтобы сейчас же бежал к матери! И передай, пусть больше не смеет отрывать меня от работы! Так и передай… И от нее ни на шаг! А то затопчут ненароком!

Всхлипнув, мальчишка побежал обратно через мечущуюся по площади толпу людей с перекошенными лицами и обезумевшими взглядами.

– Что происходит? – изумился Крик, когда они с Атисом (ныне начальником охраны) остались вдвоем, не считая, конечно, бегающих вокруг и что-то выкрикивающих людей. – Конец света? Второе пришествие?

– Не видишь? Гости! – буркнул Атис недовольно. – Переговоров хотят. Ничего страшного, в общем-то, еще не произошло, но все точно ошалели. У них на это свечение аллергия!

И Атис раздосадовано ткнул в толпу мечущихся.

– Болваны! Давно пора очистить базу от проходимцев! Понаедут тут… Только порядку мешают. Э-э-эх! Вышвырнуть бы их разом!

Тем временем в самом центре площади бойцы Атиса немного расступились, и Крик увидел, откуда исходит зелено-голубой свет. Он лился от парящего над землей диска, а на нем неподвижно сидели в полупрозрачных креслах три фигуры, затянутые в серебристые комбинезоны. На лицах застыло внимание.

– Черт, давно они так?! – невольно выругался ученый.

– Несколько минут, – буркнул Атис. – А все радиопередатчики в охранке орут одно и то же: «Ждем главных ученых. Хотим мирных переговоров, понимания и сотрудничества. Будем говорить только с ними». Вот я и шел к Майле. К этим истуканам мы уже пытались подходить – да толку мало. Они больше напоминают памятники, чем живых людей. Сидят себе, молчат, таращатся… А Майла у себя?

– У себя, – неохотно признался Крик. – Отдохнуть хотела. Какие сутки недосыпает…

Атис неуверенно взъерошил волосы.

– Больше голограмму напоминает, – заметил он с сомнением, поглядывая на платформу и зелено-голубое свечение. – Нечто похожее они уже вытворяли… Только Майле все равно доложить надо. За каждую минуту промедления она с меня потом шкуру спустит.

– М-м-да, – крякнул ученый согласно, и они оба направились в сторону бункера-лаборатории.

Когда они зашли в комнату с очагом и низкими потолками, там уже сидела Майла и задумчиво поглядывала в узкое окно у самого потолка.

– Опять голограмма? – бросила она отрывисто.

– На этот раз хотят мирных переговоров о сотрудничестве, – заметил Атис, невольно вытянувшись по стойке смирно.

Майла нахмурилась. Тем временем мужчины, несколько успокоившись от её, по всей видимости, спокойного настроения, присели на соседние кресла.

– Что-то новенькое, – произнесла Майла протяжно. – Зачем им мирные переговоры?

И она перевела на мужчин свои поразительные, кристальной чистоты, глаза.

– Что думают остальные? Вы же собрали совет?

Мужчины неловко поежились.

– Это произошло всего несколько минут назад… – неуверенно начал Атис. – Я подумал, что ты должна обо всем знать первой, хотя Мэри и Руппи в курсе. Они как раз были в охранке…

Майла недовольно хмыкнула и нажала кнопку внутренней связи. Через несколько минут в уютном помещении бункера, в неформальной обстановке, в полном составе собрался её небольшой коллектив: Мэри-Энн, Руппи, Тонни, Крик и Атис. За пультами связи орудовала Вив, а за дверьми лаборатории караулила пара дюжин лучших ребят Атиса с «Майкр-Т» наготове. Кит и Вуди остались успокаивать заезжих заказчиков.

Майла обвела собравшихся пристальным взглядом. Её единомышленники, соратники, подчиненные и вместе с тем единственные, кто имел право с ней спорить, в который раз испытали от её колкого взгляда легкое волнение.

– Какие соображения? – поинтересовалась она сдержанно.

Повисло неловкое молчание. Все краем глаза поглядывали на Майлу, старательно пытались угадать ход её мыслей. И дело было вовсе не в нежелании спорить. Просто если Майла занимала какую-либо позицию, спорить оказывалось, в большинстве случаев, практически бесполезно. Её железная логика сражала наповал, не оставляя никаких шансов оппоненту. Исключением оказывались те случаи, когда их начальница обладала недостаточным количеством информации или неточными данными. Но в такие моменты Майла ничего и не доказывала, а больше интересовалась, анализировала.

И, похоже, наступил именно такой случай.

– Сомневаюсь я в их заверениях, – буркнул Руппи недовольно, и его черные глазки принялись усердно буравить невысокий журнальный столик в центре комнаты. – В позапрошлом сезоне нечто похожее мы уже проходили. И что оказалось на деле? Мерзавцы подождали, пока больше народу соберется, и шарахнули изо всех орудий!

Мэри-Энн с сомнением посмотрела на мужа.

– Но в тот раз они и не говорили о мирных переговорах, – напомнила она. – Разместили голограмму – и только.

– А теперь хотят ученых выманить, – подхватил долговязый Тонни. – И предлог нашли как нельзя лучше. Вроде бы и отказаться неловко, а если откажемся – сами виноваты! Тогда, вроде как, не ждать нам пощады!

– Может, жахнем по ним из шестой версии? – вставил Атис с запалом и воодушевленно потер руки.

– По голограмме? – хмыкнула Майла неодобрительно.

– Пошел новый текст! – откликнулась Вив из-за пультов. – Теперь предлагают встретиться на нейтральной территории!

И она дала сообщение на громкую связь. Все тот же монотонный голос продолжал твердить одну фразу:

«Гарантируем безопасность, желаем мирных переговоров. Готовы встретиться на нейтральной территории. Командир корабля Z-1037584».

– Что нам обсуждать? – заметил Крик, когда Вив выключила громкоговоритель. – Либо мы их, либо они нас. Хотя, если учитывать, что для них это… Как ты говорила, Майла? Игра?

Молодая женщина задумчиво склонила голову. Глаза, как назло, начали предательски слипаться. «Нельзя до утра засиживаться в лаборатории! – ругала она себя в очередной раз. – Сейчас требуется свежая голова. Что же они от нас хотят?»

– А если это игра, Майла? – повторил вопрос Крик.

Молодая женщина встала с кресла и принялась расхаживать по свободному пространству комнаты. Наконец она остановилась и внимательно оглядела присутствующих.

– Значит, будем с ними играть, – сказала она. – Вив, отследи частоты и отправь ответное сообщение. Передай: «Мы готовы к обсуждению, но на время ведения переговоров требуем прекращения всех боевых действий!»

По комнате прокатились одобрительные возгласы, а Вив тем временем принялась передавать сообщение.

Ответ не замедлил себя ждать.

«Боевые действия можем прекратить только на вверенном нам участке К 96,22–26, 17. Мы говорим не от имени правительства, а от имени оппозиции».

– Это уже интересней! – не удержался от реплики Руппи.

– Они используют нашу систему координат, – заметила Майла вполголоса. – Иногда я задаюсь вопросом, а чего же они о нас НЕ знают?..

Присутствующие напряженно переглянулись.

– Но, возможно, если мы будем говорить действительно с оппозицией, – начала Мэри-Энн, – могут возникнуть точки соприкосновения, взаимовыгодное сотрудничество… Возможно ТАМ не все хотят бессмысленной войны?

– Просто мы не понимаем их смыслов, – заметила Майла.

Но некое воодушевление уже надежно поселилось в сердцах её группы. В них мелькнула надежда на скорое завершение кровопролития. Надежда, хоть и призрачная, но тем не менее – надежда на перемирие!

– Я хочу, чтобы мой ребенок жил в мире, – прошептала Рыжая Мэри. – Лалик всего три года, но она такого уже насмотрелась… Мы должны использовать этот шанс!

Майла села в кресло и, сцепив пальцы, принялась размышлять вслух.

– Мы ведем войну. Странную войну. За все эти годы они ни разу не вступали в полноценный диалог и не пытались наладить хоть какой-нибудь переговорный процесс о взаимном сотрудничестве. Если бы им нужны были природные ископаемые, леса, места для отдыха, целая планета или что-то еще… Но они всегда требовали одного – людей. Если быть точными, женщин… Напрашивается вывод – им нужен биологический материал. Но когда все началось, пришельцам необязательно было ставить всех перед выбором – отдать двух или умереть всем. Они могли взять любого совершенно свободно. Их технологии далеко опережали наши! И тем не менее…

Майла сделала небольшую паузу и внимательно посмотрела в окно на хмурое серое небо.

– Почему они решили начать переговоры? Чего хотят? – добавила она медленно.

– Они испугались последнего изобретения! – гордо заметил Атис. – Не хотят умирать!

Губы Майлы тронула саркастическая усмешка.

– Мы должны использовать шанс, – воскликнула Рыжая Мэри. – Иначе эта война не кончится никогда! Мы все в ней погибнем! И наши дети тоже!

– Возможно, этот командир корабля «Z» действительно против правительства и хочет предложить помощь? – подытожил Тонни. – Ведь такое вполне возможно. Им нужна помощь для переворота. А мы удобный вариант. В таком случае поддержать их – нам выгодно. И мы ничем не рискуем. Требуется только объединить усилия.

Присутствующие дружно закивали. Даже Вив на секунду оторвалась от оборудования связи и с мольбой посмотрела на Майлу.

Вот уже несколько лет Вив продолжала встречаться с помощником Атиса, Солом, но на серьезные отношения так и не решалась. Война, боязнь завтрашнего дня и возможной утраты заставляли её каждый раз откладывать намеченный день свадьбы.

Смерть Летока (первого мужа) в одном из сражений отразилась на Вив на удивление сильно. Да, внешне она по-прежнему оставалась веселой и беззаботной, но потеря в глубине подсознания посеяла страх утраты, с которым молодая женщина никак не могла справиться.

– Значит, переговоры, – согласно кивнула Майла.

На долю секунды её охватили смутные сомнения, но, поймав умоляющие взгляды друзей, она еще раз утвердительно кивнула.

Глава XLI

Майла сидела в собственной небольшой комнате и выводила карандашом мелкие, убористые строчки на белом листе бумаги. В самом центре стола светился яркий круг света, остальное же помещение тонуло в колышущихся ночных тенях.

В который раз она рисовала все возможные схемы хода переговоров, и в который раз натыкалась на множественное число вариантов исхода, опирающихся лишь на полную непредсказуемость намерений захватчиков.

Слишком мало данных. Слишком мало знают они о своем враге!

– Вот и узнаешь побольше, – приходил ей на ум второй голос. – Это шанс!

Но она давно не приветствовала всякие авантюры. А предстоящие переговоры совершенно точно выглядели авантюрой, без всяких оговорок!

Она должна была понимать их цели, слабые стороны, желания, психологию… Вместо этого молодая женщина тонула в догадках.

В дверь тихо постучали, и не успела она ответить, на пороге возник Крик, взлохмаченный и бледный.

– Дурной сон? – хмыкнув, поинтересовалась Майла.

Вместо ответа ученый порывисто подошел к столу, обхватил её за плечи, с силой привлек к себе и крепко поцеловал.

Майла хотела отстраниться, оттолкнуть, но вместо этого мужчина продолжал сжимать её все сильнее. Некоторое время шло молчаливое противоборство. Силы оказались почти равны. Её сверхчеловеческие возможности наталкивались на его стальные пальцы, а всякие попытки увернуться – встречали не менее ожесточенное желание удержать.

– Да что с тобой?! – выкрикнула Майла, когда, наконец, смогла вдохнуть полной грудью.

Но Крик припал к её губам с новой силой и впился в них еще неистовее прежнего. Повалив её на пол, он принялся судорожно срывать с девушки одежду.

Неожиданное поведение Крика сыграло с Майлой злую шутку. Никак не предполагая нападения в собственной комнате, теперь она почти теряла сознание от удушья.

– Майла, Майла! – зарычал мужчина, когда девушка уже едва понимала суть происходящего. – Ты уйдешь, достанешься другому! Я не дам! Не им! Они требовали женщин! Неужели ты не понимаешь, зачем нужны женщины?! Они и тебя хотят у меня отнять! Только не выйдет!

Но сейчас Майла почти нечего не чувствовала и не слышала. Изнурительная работа, бессонные ночи, холодный ветер… Он сквозняками выдул из нее последние остатки человеческого тепла. Она больше не чувствовала себя женщиной, а скорее очень хорошо отрегулированным автоматом, который поставляет новую разработку в срок и следит за идеальным состоянием производства.

Но Крик словно и не замечал её полубеспамятства. Его руки лихорадочно бродили по её телу, такому же прекрасному, совершенному, волнительному. Его пальцы ласкали упругие холмики грудей с твердой коралловой жемчужиной сосков, пробегали по изгибу бедер, поднимались по шее, властно захватывали разметавшуюся по полу гриву темных волос…

Он хотел слышать её стоны, хотел страсти, хотел покорности, хотел…

Мужчина до боли сдавил ей плечо и в исступлении прошептал:

– Не соглашайся на встречу! Прошу! Они слишком коварны, чтобы им верить!

И когда глаза девушки заволокла дымка беспамятства, он взял её агрессивно и страстно! Вся его плоть рвалась к этому соитию в желании обладать и господствовать! С каждым новым движением он делал её своей. Он словно ставил отметку на добыче, словно кричал: «В ней моё семя, и она принадлежит мне!» Он совершал это так, как когда-то его предки – дико, грубо, неистово!

Когда все закончилась, мужчина упал и накрыл её своим телом…

Ему всегда было мало их редких встреч и «дружеских» любовных утех. Некоторое время назад ему казалось, что все нормально, но последнее решение о переговорах, дурной сон, после которого он проснулся в поту… Седьмым чувством он ощущал – её могут отнять. Все те женщины, что бесследно исчезли по требованию захватчиков…

Как он хотел любви! И другой Майлы… Той, что осталась за прожитыми годами, которая улыбалась ему в глаза, сомневалась, тревожилась, искала… В ней он черпал свои силы, уверенность, мужество…

Теперь же рядом с этой новой Майлой Крик больше не был мужчиной, в том смысле, что сам вкладывал в это понятие. Скорее он был партнером, другом, соратником, этакой подружкой Железной Леди.

Мужчина откинулся назад и посмотрел на распростертое перед ним в забытьи тело. Изящные, тонкие черты, идеальные пропорции, полуоткрытые алые губы, тихое, едва заметное дыхание – такая слабая и беспомощная, она нравилась ему как прежде. Ведь он всегда подозревал, что за бесстрастной маской и колким взглядом, где-то очень глубоко, спрятана его девочка. Такими ночами он искал именно её.

Иногда она позволяла ему, иногда, как сегодня, противилась. Но он почти всегда побеждал.

Их странная игра…

С каждым разом он хотел большего и каждый раз, после того как наступало утро, натыкался на неприступную стену изо льда и железа.

– Май! – впервые он позволил себе позвать её кратким, уменьшительным именем. – Май!

Девушка слабо пошевелилась и открыла глаза, в которых отразилась целая вселенная.

Крик поспешно прикрыл ей рот ладонью и посмотрел умоляющим взглядом. Ему хотелось растянуть этот миг единства как можно дольше, чтобы ничто не нарушало той волшебной сказки, что открылась ему секунду назад.

– Май! – он улыбнулся. – Ты так прекрасна!

Но она непокорно отстранилась.

– Что с тобой? – проговорила девушка недоуменно. – Ты никогда таким не был! Чуть не задушил меня… Я почти потеряла сознание!

Крик тут же напрягся, отполз в сторону и, прижав колени к груди, спрятал лицо в ладонях.

– Эта ужасная война! – простонал он. – Не хочу тебя потерять! Даже когда ты стала совсем другой!

Майла недоуменно вскинула брови. Такое она слышала от него впервые. Крик раньше никогда не высказывал недовольства по поводу её нового… статуса. Ведь он имел в виду именно это?

– Значит, ты хочешь стать директором базы? – поинтересовалась она.

Крик громко захохотал.

– Между нами настоящая пропасть непонимания! – выкрикнул он с наигранной веселостью. – Кто бы мог подумать…

Его голос оборвался.

Майла привстала, накинула на себя мягкий халат, второй предложила Крику. Затем поднялась и начала заваривать душистый настой из трав.

Мужчина внимательно следил за её четкими движениями, выверенностью каждого жеста… Когда чай был готов, она скрутила волосы сзади в тугой пучок, взяла поднос и осторожно опустилась с ним рядом.

Молча они принялись делать маленькие глотки обжигающей жидкости. А Майла тем временем продолжала неотрывно наблюдать за ученым. Её взгляд теперь приобрел цепкость. Два расширенных зрачка неотрывно следили за каждым движением Крика. А брови едва заметно хмурились.

– Так чего же ты хочешь? – наконец произнесла она.

Крик вздрогнул и уставился в чашку.

– Не знаю, уж какими свойствами ты меня наделил, но я точно не телепат, – её зрачки продолжали неотрывно смотреть на ученого. – Так чего же ты хочешь? Базу, лидерство, уважение, славу, повиновение, власть? Чего?

Как ни странно, но теперь Крик и сам не знал ответа, потому что до конца не понимал своих желаний. Хотел бы он заменить Майлу на её посту? Наверное… Но это бремя ответственности… Нет, он к такому не готов! Хотел, чтобы она перестала быть лидером? Но её некому заменить! Никто так не справится, как она!

– Ты лучший руководитель, которого я когда-либо встречал, – произнес он обреченно, – Но я хотел, чтобы для меня ты оставалась той Майлой…

Крик усмехнулся, вдруг осознав всю сложность подобного пожелания. Ведь это то же самое, что огонь пытаться сделать чуть холоднее, а лед – теплее…

– Только вопросами ты, неожиданно для меня самого, заставила понять многое, – проронил Крик изумленно. – Я уважаю одного человека, а люблю другого. Но и первый, и второй – это ты, Майла. Слишком разная, чтобы я мог воспринять тебя как единое целое. Но ничего изменить невозможно!

По комнате поплыло тягучее молчание. Майла продолжала делать маленькие глотки, её тонкие ноздри изгибались, вдыхая травяной аромат, а черные зрачки неотрывно скользили по фигуре Крика.

Он отвернулся и уставился в колышущуюся темноту угла комнаты.

– Пожалуй, да… Я уже не смогу стать прежней, – наконец произнесла Майла. – Тебе нужна другая женщина. Не хочу, чтобы ты страдал.

Крик опять засмеялся.

– Другая женщина? – выдохнул он. – О чем ты? Я обречен! Сколько лет прошло! Ничего не меняется. Меняется все вокруг, но только не это! Строятся заводы, совершаются открытия, идет война, отвоевываются территории… А между нами – никаких изменений. Мы застыли в этих странных отношениях. Они вроде бы и есть, и их как бы нет! Кто мы друг другу? Иногда кажется, что просто напарники, которым вздумалось поиграть в любовь. Но если бы это было так!

Едва справляясь с подступившей дрожью, Крик отставил чашку, вскочил на ноги и подошел к зарешеченным окнам. Схватившись за прутья, он прижался лбом к холодному железу.

– Мне отвратительна моя слабость, – выдавил он с усилием.

Майла не спеша собрала чашки и принялась их споласкивать. Наконец, приведя все в порядок и закрыв кран, она с сомнением посмотрела на застывшего у окна мужчину.

– Чем я могу помочь? – поинтересовалась она тихо.

– Помоги себе! – рыкнул Крик.

Она откинула голову и глянула на мужчину сквозь полуприкрытые ресницы. В глазах блеснула теперь так хорошо всем знакомая сталь. Приоткрыв губы, она уже хотела сказать фразу, как что-то её остановило. Чертам вернулось былое спокойствие. Через решетки окна молодая женщина посмотрела на небо. Там, огромным, желтым диском, застыла луна. А немного правее, словно её младшая подружка, светила вторая, величиной со сливу.

– Теперь мы знаем, что это их станция, – произнесла молодая женщина или почти еще девушка, указывая рукой на малое ночное светило. – А раньше я думала, что это новая звезда…

Крик не ответил, только посмотрел в окно.

– Иногда мы видим то, что хотим видеть… – добавила Майла и, немного помолчав, заметила: – Нам бы добраться до их станции…

Лицо мужчины исказила горькая усмешка.

– Добирайся, тебе это по зубам, Майла! Всего три-четыре десятка лет… Ведь такие сроки ты ставишь в новой программе? Для науки – всего ничего… – он оторвался от созерцания ночного неба и повернулся к девушке. – А для нас?

– Целая жизнь, – отозвалась она.

– И никакого личного счастья, мужа, детей, внуков… Ведь именно так ты решила? Только работа, сон и короткие встречи с ничего не значащим для тебя кавалером, чтобы не обременять себя лишними мыслями, чтобы не отвлекаться от работы…

Он не закончил фразу. Голос оборвался на полуслове.

В бессильном гневе Крик метнулся к столу, схватил лежавшую там кипу бумаг и подбросил их к потолку. Листы, словно белые осенние листья, принялись разлетаться по комнате и застилать собой пол.

– Вот во что превратилась твоя жизнь! – закричал он в ярости. – В кипу шуршащих бумажек, в груду чертежей и схем!

Майла даже не пошевелилась. Молча она провожала взглядом труды многомесячной работы, которые теперь падали на пол и рассыпались в беспорядке.

– Ты же сам ученый! – наконец произнесла она с едва сдерживаемой горечью.

– Не такой одержимый, как ты, – уже остыв и понимая, ЧТО натворил, прошептал Крик. – Прости…

Он понуро опустил голову и, не произнеся больше ни слова, выскочил в коридор.

Когда дверь захлопнулась, она села на пол, посреди груды разбросанных листов, и заплакала.

Глава XLII

Следующее утро выходного дня Майла сидела на постели и покрасневшими глазами смотрела в сторону беспорядочно разложенных по столу документов. Полночи она собирала их с пола и пыталась уложить в нужной последовательности. Но часть работы все равно осталась незавершенной.

Выходить из комнаты не хотелось. Никто не должен видеть главного ученого базы в таком виде. Поползут ненужные слухи, вопросы… А сейчас не то время!

В дверь постучали.

– Это я, Вив! – послышался голос из коридора. – Они предлагают нам выбрать место и время! Какие будут указания?

– Плато у Афинских гор. Завтра в полдень, – продиктовала Майла заготовленное решение.

Несколько секунд в коридоре слышалось недоуменное покашливание Вив. Подруга явно рассчитывала на приглашение, но так ничего и не услышав, удалилась.

Через некоторое время опять послышался стук. Майла вздрогнула и посмотрела на стрелки часов. К её огромному удивлению прошло больше часа.

– Майла, ты пропустила завтрак, – раздался озабоченный голос подруги. – Что-то случилось?

Молодая женщина неуверенно пошевелилась. Не хотелось вставать, не хотелось одеваться – ничего не хотелось. Припухшие глаза заломило. Майла попыталась сморгнуть, но вместо ожидаемого облегчения на ресницах появились капли слез, и глаза зажгло с еще большей силой.

Неужели что-то серьезное? Нет, не время. Майла попыталась встать и что-то ответить ожидающей у двери Вив, но вместо этого обессилено опустила руки.

Может, не все так плохо? Боль, жжение… Просто она придает ощущениям слишком много значения. Болезни нет, а чувства гипертрофированно усиливаются в самом её сознании? Важен сам статус, который она присваивает недомоганию?

– Майла, откликнись! – теперь голос Вив звучал по-настоящему озабоченно.

Майле показалось, что не прошло и доли секунды, когда Вив уже сидела на постели и озабоченно прикладывала ладонь к её лбу.

– У тебя жар! – пробормотала подруга озабоченно. – Надо позвать Руппи или Тонни.

Вив поднялась, чтобы уйти за помощью. Но её тут же схватили за запястье на удивление цепкие пальцы Майлы.

– Стой! – твердо скомандовала Майла.

Только она одна знала, каких усилий ей стоило придать голосу былую уверенность и силу. Губы с трудом повиновались. – Незачем их тревожить.

Вив тут же остановилась.

Майла собралась с мыслями и решила сказать их вслух, как вдруг поймала себя на том, что смотрит на часы, и их секундная стрелка вращается с пугающей быстротой.

Она тряхнула головой. Наваждение отступило.

– Я слегка переутомилась. И только… – произнесла она, старательно выговаривая каждый звук. – Немного отдохну…

Майла закрыла глаза, когда же она их открыла… Вив сидела рядом. Озабоченность сковала черты её лица почти до неузнаваемости. А в комнате… В ней что-то переменилось. Слишком переменилось…

Тени.

Тени лежали как днем! Часы показывали три! Но… только что было утро!

– Я спала? – осипшим голосом поинтересовалась Майла.

Маска напряжения слегка отпустила черты Вив, и подруга слабо улыбнулась.

– Ты словно умерла. Ни разу даже не пошевелилась. Я испугалась… Но ты не велела никого звать и… – Вив замолчала, но потом осторожно продолжила. – Завтрашние переговоры, о которых мы уже сообщили по радио… Может, их перенести на более поздний срок?

– Их все так ждут, – слабо улыбнувшись, заметила Майла и почувствовала себя несколько легче.

Теперь речь давалась ей более свободно. Прежняя апатия отступила. Она даже смогла поднять руку и поправить волосы.

– Ждут, – с надеждой проронила Вив. – Но…

– Все хорошо, – Майла ласково положила ладонь на нервно сцепленные руки подруги. – Нужен только отдых. Завтра обещаю быть в форме!

Обрадованная Вив тут же вскочила с постели и принялась хлопотать по комнате.

– Ну и беспорядок у тебя тут! – удивленно воскликнула она. – Я сейчас сбегаю за метлой и принесу еды в комнату. Ты ведь здесь будешь обедать? А всем сообщу, что ты решила отоспаться перед важными переговорами!

Майла ободряюще кивнула.

Через некоторое время, одевшись с помощью Вив, она уже сидела за столом и поглощала изумительное овощное рагу.

– Сол опять настаивает на свадьбе! – щебетала тем временем Вив. – А я ему как всегда: «Сол, не спиши расстаться с мужской свободой!» И знаешь что? На этот раз он даже не засмеялся. Только сказал, вот кончится война – заставит нарожать кучу детишек! Представляешь? Я и куча сопливых ребятишек! Ха! Поверить не могу! А Рыжая Мэри? Теперь она не старая дева, как её звали все раньше, а настоящая наседка. Носится со своей Лалик! И откуда они только имя такое взяли?

– У Северных очень распространено, – заметила Майла, дожевывая последнюю ложку рагу.

– Северные! – Вив театрально закатила глаза. – Весело тогда было… Все только начиналось… Своеобразный народ…

– Если б не их материалы, станки, детали, научные знания… Мы бы потратили гораздо больше времени. – Майла отхлебнула немного мятного чая.

– Вспоминаешь Отулла? – Вив хитро прищурилась.

– Почему спрашиваешь? – поинтересовалась Майла как можно спокойнее.

Подруга пожала плечами.

– Между вами что-то было… Хотя по фактам ничего и не было. Ведь так случается?

Майла на секунду задумывалась. Беззаботная болтовня Вив иногда говорила о многом куда острее, чем самая умная беседа.

– Все бывает, – уклончиво отозвалась Майла, секунду подумав.

Подруга согласно кивнула и принялась накладывать порцию десерта. А когда Майла попыталась сопротивляться, наставительно заметила:

– Ты переутомилась, тебе следует поправляться, кушать много витаминов и амино… в общем чего-то там… еще… Одним словом – ешь!

Майла весело хохотнула. Вив никогда не желала разбираться в том, бывают ли витамины, аминокислоты, клетчатка, белки, углеводы и прочее. Все это она заменяла выражением «чего-то там еще»! Главное – емко и понятно! Вив, Вив! Как жизнерадостна она всегда!

Майла осторожно встала. Былое недомогание давало о себе знать. Предметы слегка поплыли. Но Вив тут же оказалась рядом и подхватила подругу под локоть. С трудом Майла дошла до рабочего стола, села в кресло и, поблагодарив Вив, погрузилась в план предстоящих переговоров.

Глава XLIII

Он внимательно всматривался в дымку, за которой скрывались отдаленные постройки. Ветер принес легкий привкус гари.

Горела земля. Очень далеко, где-то за горизонтом…

Но в этих краях природа осталась девственно чистой. Пейзаж ранней осени: яркие краски листвы, неясные силуэты деревьев, затаившихся в тумане… Легкая поволока голубого неба, плавно переходящего в пепельную даль… Все здесь дышало красотой нетронутости.

Ирит перевел внимательный взгляд на Тилка. Ведущий ученый его космической экспедиции так же, как и он, секунду назад, вглядывался в расстилающуюся перед взором природу.

– Впечатляет? – поинтересовался командир, тонко скривив губы.

Тилк тут же вздрогнул и настороженно оглянулся на командира.

– Давно не ступал на планеты подобного класса, – ответил он лаконично. – Эти цвета… Непривычно. Обычно все наблюдения ведутся со спутника.

– Да, ситуация нестандартная, – согласился Ирит-Ри. – Так же, как и сама планета… Особые ситуации требуют особых решений?

Ирит саркастически поднял бровь и продолжил наблюдать за ученым.

Тилк нахмурился и согласно кивнул.

– Это удивительное равнодушие к… – произнес ученый задумчиво. – Не приходилось встречать подобного. Никогда не атакуют отдельных космолетчиков. Предпочитают крушить технику… Сражаются яростно, но больше с машинами, нежели с нами… Редкость…

– Именно для подобного мы и пригласили лучшего специалиста по стратегическому развитию, – заметил Ирит-Ри ухмыльнувшись.

Приподнятое настроение не покидало сегодня Ри с самого утра. Его, как никогда прежде, переполняла энергия и жажда действий. Хотелось шутить, усмехаться, подтрунивать, словно мальчишке!

Но Ирит сосредоточился и, нахмурив брови на красивом, волевом, словно вылепленном искусным скульптором, лице, бросил:

– Гости уже на подходе. Приготовься к трансляции. Рарт на этом крайне настаивал.

Тилк принялся регулировать установку из кнопок в браслете запястья. Когда он закончил настройки, то посмотрел на командира и несколько неуверенно поинтересовался:

– Вы оставили на орбите Рарта, старого и опытного разведчика… Для успешного хода переговоров мне бы хотелось понять причины… Только вы и я… Не слишком ли мало…

– Это была твоя идея, – не дослушав ученого до конца, жестко перебил Ирит-Ри. – Переговоры с туземцами – твоя идея, и я не люблю, когда меня начинают слишком о многом спрашивать. Твое дело их провести, вот и займись прямыми обязанностями. Исполняй!

Легкий ветерок тронул волосы обоих. Тилк несколько озадаченно поправил растрепавшуюся прядь.

– Включить защитное поле? Ветер… – начал он.

Но Ирит сделал протестующий жест рукой и продолжил неотрывно наблюдать за горизонтом.

– Всё обязано быть максимально естественным, – наконец ответил Ри после продолжительного молчания. – Мы не должны показывать явного превосходства в технике. Если появится реальная угроза нападения, силовое поле сработает и так. А ветер можно пока потерпеть.

Ирит прикрыл глаза. Сейчас он лукавил. Этот осенний ветерок, прохладный и легкий, доставлял ему удовольствие. Непривычное, почти незнакомое.

Его родная техногенная планета в созвездии Гончего Пса давно утратила всякий намек на природу. Вокруг сновали кабинки скоростных вэнов, бегущие тротуары, хрустальные деревья и немыслимые небоскребы. Никакого намека на настоящие растения и сады.

Кислород вырабатывали машины. Метеорологическая служба устраивала дожди, (большей частью для чистки труднодоступных верхушек небоскребов). Реки и моря заменили огромные бассейны, в которых уровень солености и чистоту поддерживали специальные устройства.

Его продуманная, рациональная и высокоразвитая планета являлась полной противоположностью этой – дикой, необузданной.

Легкий ветерок трепал темные пряди волос, скользил по коже, забирался за воротничок лётного костюма… Дикая планета, с её дикой природой и дикими жителями, на мгновение показалась ему вовсе не такой дикой. Теперь, как воин-философ, он видел некое переплетение дикости и страсти!

Его Родина утратила признаки живого. И они заменили эту потерю своим искусством, прекрасным и страшным в своей разящей остроте!

Здесь же яростные бури взрывали природу, бушевали вулканы, неистовствовали пунами… Что это, если не страсть? Всепоглощающая и всеобъемлющая страсть природы!

Разве не страсти они искали, пролетая миллионы парсеков и десятилетиями вынашивая проекты?

Теперь он смотрел на свое искусство с новым оттенком понимания.

Страсть – вот что привело его сюда, на заброшенную планету самого края Галактики! Страсть, которой ему так не хватало в родных краях, которую искал каждый житель Гончего Пса, о которой догадывался каждый ребенок созвездия.

И они нашли своему желанию форму!

Их форма была прекрасна, великолепна! Но воспроизводила лишь то, что было дано изначально.

Чуть ли не впервые в жизни Ирит задумался над тем, как жили его предки. Ведь не всегда их планеты были вершиной цивилизации. История почти утратила всякие свидетельства, почти не оставила намеков…

Но их Родина не могла быть мертвой всегда, иначе бы не появились они – обитатели Гончего Пса!

– Дикари приближаются, – прервал размышления Ирита-Ри голос Тилка. – Силовую платформу тоже выключить?

Ирит посмотрел на сверкающий диск под ногами. Тот в нескольких сантиметрах парил над поверхностью травы.

– Диски они уже видели. Нет смысла, – произнес он. – Лучше проверь ретранслятор.

Со стороны леса появилась группа дикарей. Они шли цепочкой и осторожно оглядывались по сторонам. Ирит настроил специальный механизм зрения и приблизил изображение. Теперь с расстояния в километр он наблюдал лица идущих.

– Две женщины-ученые, двое мужчин-ученых, один военный командир. Остальные пять – вооруженные «Майкр-Т» воины, – отрапортовал Тилк.

– Значит, перед нами одни из главных разработчиков «Майкр-Т»! – довольно проговорил Ирит-Ри.

На такую удачу он и не надеялся. Пойти на опасные переговоры самим? Неужели дикари так уверены в своей военной силе или так верят обещаниям?

Ирит-Ри прищурился.

– Проверь их на все возможные виды оружия. От ядовитых дротиков до микроядерных установок, – скомандовал он Тилку. – Не хочу неожиданностей…

Пока он говорил, его взгляд оставался прикованным к лицам идущих. Сколько раз он видел их на мониторе! И вместе с тем в жизни все выглядело иначе. Теперь лица выглядели более опасными. Там застыла глубокая сосредоточенность и решимость.

Ирит почувствовал легкое волнение и первый всплеск адреналина, как много раз прежде – перед боем. Кровь приятно запульсировала в венах, во рту появился хорошо знакомый стальной привкус.

Ирит превратился в слух и зрение… Зрачки расширились от возбуждения…

Оставаясь в полной неподвижности, он испытал почти полноценное оргазмическое удовольствие.

– Среди них Кьяра… Может оказаться весьма полезной… – заметил Тилк вдумчиво. – Когда-то она писала стихи, потом переключилась…

– Я знаю, – перебил Ирит хрипло. – Досье на каждого лежит у меня в кабинете… Может получиться интересная встреча… Хороший оратор, весьма прогрессивные ученые, старый любовный треугольник, если не квадрат… Все шансы, чтобы склонить их мнение на нашу сторону…

Тилк утвердительно кивнул. Как глава отдела стратегического развития, он давно просчитал возможные варианты развития событий и теперь, увидев окончательный состав группы переговорщиков, остался доволен. Всегда необходимо общаться с теми, за кем стоит последнее решение. А к ним приближались именно такие люди.

Тилк глубоко вздохнул. Переговоры должен был вести именно он. Это входило в круг дел стратегического отдела. Ученый покосился на командира экспедиции. В последние годы по исчислению Зетты-3 командир показал (помимо роли гениального воина-философа и лучшего руководителя межзвездных компаний) недюжинные способности ученого – стратега по подготовительной работе!

«Талантливый человек – талантлив во всем», – подумал про себя Тилк и отчего-то обрадовался. Теперь командир, возможно, больше поймет его чуткое отношение к аборигенам, ведь благодаря именно этому материалу воины творят шедевры!

Тилк гордо выпрямился. Его страсть к науке нашла понимание!

Люди подошли совсем близко. Теперь их лица различались и без специальных зрительных механизмов – чуда медицины Гончего Пса.

Первой стояла Кьяра, за ней – остальные. Именно так она когда-то называла себя в радиоэфирах. Ирит прочитал все её стихи, записанные отделом разведки. Все до одного! И отчего-то ими восторгался, хоть и не понимал. Но они пробуждали в нем нечто, что лежало за гранью сознания. Образы рождали непонятные чувства, сердце билось чаще.

Но сейчас все это затопил азарт!

Его ноздри раздувались от горячего дыхания, он почти чувствовал аромат тел. Так близко! Никогда он не соприкасался в бою с врагом настолько тесно! Теперь, когда он увидел их сосредоточенные лица, из дикарей они, в мгновение ока, превратились во врагов! Желанных врагов!

Ирит качнул головой. Старые рефлексы! В голове пронесся поток нецензурной брани. Сегодня он выступает в другой роли! Необходимо привыкнуть…

– Мы пришли, – просто сказала Кьяра.

Ретранслятор тут же перевел сказанное.

Тилк удовлетворенно кивнул, едва заметно склонил голову в знак почтения и плавными движениями сошел с платформы навстречу прибывшим. Ирит понял, что от него требуется то же самое. Но поклониться…

Кьяра и все её соратники в ответ едва заметно склонили головы в приветствии. «Ни чуть не больше и ни чуть не меньше Тилка», – про себя подумал Ирит и поймал на себе её вопросительный взгляд. Огромные изумруды вместе с глубокой синевой неба смотрели на него удивительно ровно и вместе с тем пронзительно.

Он вздохнул и попытался сосредоточиться. Но необузданные мысли никак не давали взглянуть на ситуацию более спокойно.

«Она хочет, – проносилось в голове Ирита, – чтобы ОН, самый успешный командир, самый известный стратег и самый титулованный генерал-космолетчик целой Галактики, склонил перед ними голову?!»

– Этот мужчина пришел с нами договариваться? – послышался мелодичный голос девушки.

Ирит ощутил холод. За такой намек на своей планете он бы выпорол нахалку до беспамятства. А теперь должен слушать?! Но миссия! Новый подход!

Со скрежетом зубов командир межзвездной экспедиции слегка наклонил голову.

Девушка удовлетворенно улыбнулась. Остальная часть её отряда облегченно вздохнула.

Первый контакт был осуществлен!

А дальше Тилк принялся живописать выгоды грядущего сотрудничества. Со своей стороны они обещали новые виды оружия, чертежи летательных аппаратов, поставку деталей, материалов, последние технологические достижения… Одним словом, все, что могло так или иначе пригодиться в войне. В ответ же Тилк просил рассмотреть предложение о сотрудничестве и совместной войне против нынешнего правительства.

Девушка и члены её группы слушали внимательно, не упускали ни слова. Ирит поймал себя на мысли, что если дикарей одеть в нормальные летные костюмы, то те имели бы вполне цивилизованный вид!

Когда Тилк, наконец, выдохся, девушка несколько мгновений хранила молчание. Остальные члены группы почтительно смотрели на неё.

– Объясните, что нужно вашему правительству, против которого, по Вашим словам, вы хотите выступить? – наконец поинтересовалась она тихим, но вместе с тем твердым голосом.

– Наше правительство слишком… – Тилк на мгновение запнулся.

«Она слишком проницательна! – удивленно заметил Ирит. – Хочет разобраться в ситуации! Неслыханно!»

И тут же он понял, что Тилк попал в затруднительное положение. Выдающийся стратег подготовительного периода ожидал вопросов о чем угодно: о количестве оружия, сроках поставок, условиях обмена, числе рекрутов, о каком угодно торге! Но Тилк был не готов к простому желанию дикарей увидеть картину событий в целом!

– Им нравится эта планета! – поспешно вставил Ирит-Ри, следуя по наитию. – Леса, поля, горы! Они восхитительны. Им нужна планета, планета без жителей.

И тут же про себя усмехнулся, представив вытянутую физиономию Рарта и всех, кто следил за ходом переговоров. Слышать подобную нелепость про красоту какой-то там неразвитой планеты! Это считалось плохим тоном, если не сказать, абсурдом. В его мире граждане, прежде всего, уважали рационализм и технологические достижения. А разговоры о красоте природы…

Но это, похоже, оказалось для девушки понятным. Она удовлетворенно кивнула.

А Ирит наклонил голову и не удержался от того, чтобы не посмотреть на неё, как на женщину! Уж слишком непривычно ему было вести переговоры с особью противоположного пола.

Красивые внимательные глаза, четко очерченные губы, упрямый лоб…

– Вы превосходите нас технологически и давно могли бы захватить планету. От нас бы не осталось и следа.

Её вопрос заставил Ирита-Ри вернуться к действительности. Он совсем забыл, что Кьяра была не просто женщиной. Какая оплошность! От досады Ри скрипнул зубами. Слишком расслабился и поддался обаянию!

– Они не хотят портить природу, – все так же поддаваясь некоему подсознательному порыву, поспешно ответил Ирит.

Подобные слова показались ему самому странными. Но, как и прежде, он знал, что она поймет именно их.

– Массовое, разовое уничтожение жителей повлечет нарушения. Им нужна красивая планета, не отравленная ядами и ядерными бомбами. Я же и ряд моих высокопоставленных коллег хотим сотрудничества и считаем, что нынешнее правительство тиранов нуждается в отставке… Мы против политики варварства, поэтому предлагаем объединить усилия и назначить собственную власть, которая будет учитывать и ваши, и наши интересы… Что-то вроде совместного переворота… И нам нужна помощь…

Девушка опять кивнула и, извинившись, повернулась к своим соратникам.

Тилк и Ирит застыли в ожидании. Ретранслятор, улавливая самые тихие звуки, передавал им ход совещания. Но Ирит, уже предполагая, чем все закончится, скользил взглядом по её стройной фигуре.

Мелодичный голос Кьяры звучал у него в ушах. Он знал, к чему она клонит, чувствовал её логику. Будь он на её месте, он бы вел себя так же! Ирит опять про себя усмехнулся. Мысль, оказаться на месте дикаря, его развеселила.

Красивые руки, выразительные жесты и вместе с тем голос… Он определенно заставлял прислушаться и поверить!

Ирит сосредоточился на её коже, восхитительной шее, пульсирующем виске… Встроенные в организм Ри детекторы передали сердцебиение, пульс, глубину дыхания, скорость обменных процессов…

Ирит удивленно вскинул брови. Кьяра была на грани обморока! Все показатели организма говорили именно об этом! Нервное истощение! Но вместе с тем… голос… Ровный, уверенный. Он ни разу не дрогнул! На лице отражалось спокойствие, порой озаряемое легкой улыбкой…

Удивительно! Ри еще раз посмотрел на дикарку. И в нем пронесся легкий отблеск чувства, напоминающего уважение. Даже в своих посадочных капсулах, с перегрузкой в несколько g, воины не испытывали такого напряжения, как она сейчас!

– Мы согласны обсудить условия, – раздался голос девушки.

– Рады согласию, Кьяра, – отозвался Ирит.

Девушка недоуменно оглядела высокого мужчину.

Многие из заезжих ученых теперь звали её старым псевдонимом, который некоторое время назад был достаточно широко известен по радиопередачам с ее стихами, а теперь так и прилип. Но ожидать такой осведомленности от захватчика…

Она едва заметно кивнула. А Ирит еще раз с удовольствием пронаблюдал за её грациозными движениями. И если бы не эти одежды и не слишком небольшой для его соплеменников рост, он бы мог поверить, что она является одной из лучших представительниц созвездия Гончего Пса!

Глава XLIV

Она стояла на хрустальном выступе и с интересом всматривалась в горизонт. Никогда еще не видела она родной планеты с высоты птичьего полета!

Сквозь облака, клубящиеся под ногами прозрачного выступа огромной башни, виднелись деревья и поля, текли и расходились в стороны две реки, образуя клиновидную полоску суши, расширяющуюся вдаль и убегающую к горизонту, паслись стада…

Отсюда полигона совсем не было видно. Он остался где-то там, за горизонтом, откуда её забрал летательный аппарат чужаков.

Хмурый Кит – уже почти мужчина – сидел в кресле и внимательно изучал незнакомый материал стола, сделанный из мелких сверкающих кристаллов, но вместе с тем теплый и приятный на ощупь, словно дерево.

Еще одни переговоры…

Майла вздохнула и оторвалась от прекрасного пейзажа. Последнее время все шло так успешно! Новые технологии, новые разработки, новые методики, материалы… это им дали представители капитана.

С каждым днем атаки против захватчиков были успешнее предыдущих. И вместе с тем…

На Зетте-3 осталось так мало мест, где она могла всматриваться в даль с таким же упоением…

В комнату вошел пожилой мужчина с глубокими продольными складками по щекам и жестом предложил Киту следовать за ним. Майла, ничуть не удивившись, осталась стоять около прозрачного выступа.

Этого пожилого чужака она успела узнать очень хорошо. Рарт – так его звали. В отношении неё мужчина никогда не отличался многословностью. Вот и сейчас, когда он отвесил в её адрес лишь легкий кивок, она поняла, что это с его стороны можно расценить никак не меньше, чем жест уважения. Ведь раньше он её просто не замечал!

Кит поспешил следом. Теперь он возглавлял переговорный процесс по новым технологиям. Майла предпочла уступить переговоры именно ему, оставив себе место главы полигона. Молодой и энергичный Кит уже показал, как может работать. Их встречи с Рартом теперь приобрели характер регулярных, и Майла крайне удивилась, почему сегодня позвали её.

Но позвали не Рарт и не тот второй, Тилк, с которого начались переговоры. А позвал высокий капитан, с властным взглядом, на губах которого все время их первого знакомства витала легкая улыбка.

Ирит-Ри…

Майла недовольно нахмурилась. При воспоминании об этом чужаке с темными глазами и таившимся там неудержимым блеском по спине побежали мурашки.

Неудержимым…

Майла была уверена, что дала точное определение. Звездного капитана отличала именно неудержимость! Словно изнутри его сжигало некое пламя! Девушка в который раз обрадовалась, что он решил перейти на их сторону. Не хотела бы она во врагах иметь подобного соперника!

Сзади послышалось легкое покашливание. Майла тут же порывисто развернулась и поймала на себе задумчивый взгляд капитана. Собравшись с мыслями, девушка поспешно произнесла:

– Приветствую Вас, Ирит-Ри. Чем вызвано Ваше приглашение?

Темные газа блеснули. Непроницаемость, окутавшая его лицо, несколько отступила и пропустила легкое любопытство, граничащее с веселостью. Он явно забавлялся её появлением!

Майла недовольно нахмурилась. Затянувшееся молчание начало давить.

– Вы приказали меня позвать, – произнесла она более требовательно.

Капитан задумчиво кивнул, склонил голову набок и продолжил её рассматривать. Даже умудрился сделать несколько шагов вокруг для лучшего обозрения!

Майла почувствовала, как её щеки начали равномерно розоветь и наполняться пылом негодования.

Возможно, он и являлся представителем более развитой цивилизации, возможно, жители Зетты-3 нуждались в нем гораздо больше, чем он в них… Но такое поведение!

Проклиная все на свете, в том числе и свою ответственность за судьбы других, Майла всеми силами уговаривала себя молчать. Но когда мужчина подошел совсем вплотную, уставился немигающим взглядом ей в глаза, а его дыхание обожгло ей кожу…

– Вы позвали меня сюда, чтобы разглядывать?! – выпалила она.

Капитан засмеялся. Весело и беззаботно, словно мальчишка!

– Разговор останется между нами. Только ты и я… Можешь говорить все, что сочтешь нужным. И… твои слова не будут иметь никаких дурных последствий. Что бы ты ни сказала.

– Тогда отойдите подальше и извольте объяснить Ваше желание меня видеть! – проронила Майла, стиснув зубы.

Ирит-Ри удивленно развел руками.

– Конечно, ради переговоров! – ответил он беззаботно. – Много долгих переговоров… Я хочу завершения. Хочу победы! Хочу приложить к этому максимум усилий! Только это! Но я устал от напыщенности официальных переговоров. Хотелось бы чего-то неформального, дружеского… если можно так сказать…

Его голос лился на её родном языке без тени затруднений, свободно и непринужденно. Словно он говорил на нем с самого рождения. Единственное, что его отличало, так это небывало высокий рост. В остальном внешность полностью совпадала с обликом жителей её родной планеты.

– Вы хорошо говорите на нашем языке, – заметила Майла, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.

– Давай на «ты»! – заметил капитан, улыбаясь. – Сейчас мы сотрудничаем. Оставим официальность за порогом. «Ты» – гораздо лучше, Кьяра.

Майла пожала плечами. При всем равноправии переговорного процесса и взаимных заверениях о братском сотрудничестве, она прекрасно понимала, кто здесь хозяин. А хозяином тут был этот высокий чужак, капитан из далекого космоса, представитель неизвестной цивилизации, слишком высокоразвитой, чтобы Майла могла до конца уловить насколько.

За несколько недель этот незнакомец в совершенстве овладел их языком, с легкостью понимал все оттенки речи, и… чувствовал… Майла была уверена, что именно капитан чувствовал все подводные течения их совместной деятельности. На первой встрече он так убедительно смог объяснить интересы захватчиков… Вот и сейчас. Чужак стоял перед ней – высокий, стройный, подтянутый, в блистательном костюме далекой цивилизации – и понимал, что держит всё под своим контролем.

– Как тебе будет угодно, – отозвалась Майла, сделав ударение на слове «тебе».

Капитан еще раз улыбнулся. Но от его улыбки Майле спокойнее не стало. Эти мягкие манеры, тихий голос, вкрадчивые интонации могли обмануть кого угодно, только не её. Сейчас с особой отчетливостью в его лице она увидела оскал дикого хищника!

– Сотрудничество развивается как нельзя лучше, – между тем заметил капитан. – Ваши ученые весьма успешно разбираются в тонкостях наших технологий! Просто удивительно! И между тем… Чего-то не хватает. Именно из-за этого я тебя и позвал, Кьяра. Война продолжается. Теперь мы отвоёвываем территории, занятые войсками правительства, более успешно… Силы власти слабеют. Но такими методами противника не истребить. Нельзя уничтожать только технику! Где ваш боевой дух?! Где жажда мести, ненависть? Именно этого вам не хватает! Сейчас я обращаюсь к тебе не как к гениальному ученому… Меня интересует скорее другое. Та Кьяра, которую я узнал прежде нашего знакомства. Чьими стихами зачитывалась целая планета, кого цитировали на каждом шагу… В твоих силах вдохнуть в их сердца огонь! Ведь это ваша война!

Мужчина замолчал и с интересом посмотрел на стоящую на фоне прекрасного пейзажа, виднеющегося за прозрачной стеной башни, девушку.

Некоторое время она молчала. Потом подняла глаза и неспешно заговорила:

– Вам нужна ярость и ненависть. То, смысл чего мы представляем весьма отдаленно. Во всяком случае, до вашего появления на Зетте-3. Вам нужны воины. Убийцы… Сомневаюсь, что нам удастся измениться. Во всяком случае, не так скоро… Хотя вы, наверное, будете стараться? – её глаза впились в неподвижные черты Капитана. – Ты просишь меня превратить мой народ в зверей? Диких и жестоких?.. Боюсь, это невозможно. Кьяра – далеко позади. Война давно вытравила из меня поэта. Остался только ученый. И как ученый я анализирую наше сотрудничество… Возможно… Мы ошиблись, когда пошли на соглашение с тобой и твоими высокопоставленными коллегами. Ведь наши цели сходны только внешне? На первый взгляд. А дальше? Какое будущее ожидает нас?.. Мы просто желали мира – ты же делаешь из нас первоклассных убийц нашими руками, добываешь власть… Но только ли во власти цель?

Майла замолчала, но продолжила неотрывно следить за каждым жестом чужака. Сейчас для неё наступал самый важный момент. Или она ошибается – и тогда он выдаст свое удивление. Или… покажет замешательство, злость, раздражение…

Каков же ответ?

Майла затаила дыхание. Все её смутные сомнения в одночасье обрели плоть и кровь. Почему-то именно сейчас она отважилась сказать то, что мучило её бессонными, одинокими ночами. Чужаки их меняли, отравляли им разум, делали слугами своей воли! А пути назад не найти! Раз, встав на тропу Зверя, они останутся там навсегда! Война капитана с правительством – не просто борьба за власть, на карту поставлено нечто большее… Возможно, их души?..

Она молила, чтобы сомнения оказались лишь плодом её слишком бурного воображения.

Но…

Капитан не шевелился. Ни один мускул не дрогнул на его лице.

Майла почувствовала отчаянье. Её опасения сбывались. Предложение капитана являлось очередной ловушкой игры. Теперь она понимала это каждым уголком сознания. Только процесс зашел слишком далеко! Её соплеменникам нравились новые достижения!!! Что сможет она с этим поделать? Каков же выход? И именно она приняла решение о сотрудничестве!

– Не скрою. Вы меняетесь, – неожиданно прервал её терзания капитан.

Его голос прозвучал на удивление гулко. От прежних ноток веселости не осталось и следа. Скорее, в голосе теперь поселилась… грусть или… тоска?

– Не ожидал, что ты заметишь, – продолжил мужчина. – Наверное, я удивлен… Но так устроена Вселенная. Все изменяется. Твой народ, эта планета, ты, я… целая Вселенная. Это круговорот. Круговорот жизни и смерти. Именно в нем мы усматриваем суть… Возможно, тебе сложно понять…

Он говорил, а Майла удивлялась интонациям его голоса. Теперь звездный капитан обращался к ней вовсе не как захватчик или хозяин… Он рассуждал вместе с ней? Возможно… Или ей только показалась, что она уловила боль?

– Может, тебе и не нравятся изменения, – продолжал он. – Только не одни мы виной. Изменения все равно бы возникли. Мы лишь сыграли роль катализатора… Мы придали вашей жизни яркость. Разве не так?.. Познала бы ты себя, как сейчас, не будь нас? Или всю жизнь провела в роли покорной жены с недалеким мужем и кучей кричащих детишек? А теперь твоя жизнь имеет значение. Ты добилась невообразимых высот, стала знаменитым ученым, руководителем огромной военной базы планетарного масштаба, твое имя большими буквами вписано в учебники физики, ты воссоздала самое смертоносное оружие всех времен – «Майкр-Т». Разве это не прекрасно? Вспомни прошлую рутину и однообразие. Ты хочешь туда, где ничего не происходило? Где все жили за ширмами привычных определений и норм морали?.. Кто были все те люди?! Вив, Тома, Атис, Крик… Предатели или друзья? Разве бы ты поняла – не будь нас?

Странное восприятие сути вещей заставило Майлу удивленно отпрянуть.

– Ничего не изменить, – продолжал он, словно не замечая движения девушки. – Процесс запущен. Твои соплеменники наслаждаются благами новых технологий. Их не остановить. Возможно, именно поэтому я говорю… Мне интересно противоположное мнение. И я удивлен, что ты догадываешься о происходящем. Подобного я еще не встречал… Но ответь мне, Кьяра, почему вы отвергаете насилие?

Удивленная Майла теперь засмеялась. Поразившая её вначале искренность капитана сейчас оказалась понятна. Он все еще хотел разобраться в их психологии! Чтобы потом использовать!

– Теперь мне не уйти отсюда живой? – бросила она холодно вместо ответа.

На этот раз он опять улыбнулся. Но вовсе не озорно, скорее задумчиво.

– Можешь уйти в любой момент, – произнес капитан. – Все, о чем ты догадываешься, уже неважно. Тебя не услышат… Они не откажутся от новых достижений. Все, чего ты добьешься, так это восстановишь их против себя… Я же предлагаю откровенную беседу. Разве тебе как ученому не интересен другой подход?

Майла бежала по коридору. Маска бесстрастного ученого слетела с её прекрасного лица, которое теперь пылало отчаяньем, удивлением и болью. Она бежала по бескрайним коридорам этого великолепного строения и не замечала его красоты. Ничто не имело теперь смысла. Кроме ее желания сказать!

Да, она заранее понимала безнадежность попытки. Но молчать не могла!

Глава XLV

Последовавшее совещание и общее собрание прошли как в тумане. Единственным человеком, который поддержал её опасения, оказалась Вив. Атис и Кит дипломатично предпочли нейтралитет. А большинство решило высказать ей как руководителю базы недоверие. Предположение Майлы о войне с чужаками только как о предлоге показалось всем идеей, более чем бредовой.

Теперь всем заведовал Крик.

Как быстро все прошло. Все пронеслось в одно мгновение, словно страшный сон, который пугает, но только настает утро – тает под натиском солнца.

Вот и сейчас, спустя столько лет, Майла вздохнула полной грудью. Непосильный груз, наконец, спал с её плеч. Она была свободна!

Теперь она больше не начальник базы и не глава основного научного сообщества планеты. Она просто человек! Просто женщина!

На собрании она неистово доказывала и яростно сражалась. Но, пожалуй, уже тогда, глубоко в душе, мечтала о своем освобождении. Власть, к которой она никогда не стремилась, утомила и выскребла последние остатки жизнелюбия.

Успокаивающая пустота затопила душу. Но пустота живая, готовая явить новое.

Тогда её много спрашивали об альтернативах и предложениях. Но она знала слишком мало.

Оставался один выход – изучать!

И сейчас она сидела на берегу горного озера и внимательно наблюдала за заходом солнца. Легкий ветерок гнал едва различимую рябь. Чуть поодаль, в густых зарослях, притаилась заброшенная хижина охотников на лойк – её новое жилище.

– Не одиноко? – послышался голос Вив.

Майла обернулась и улыбнулась.

На дорожке с походным рюкзаком стояла Вив.

– А как же твои дела при базе? Сол? – поинтересовалась Майла.

– Дела передала, Сол ждет, – просто ответила подруга. – Не могла тебя не навестить. Все так быстро случилось… А я пока решила вернуться в Общий Дом. Там урожай совсем некому собирать. Все мужчины воюют, дети без присмотра бегают… Борр совсем постарел, после того как Риллью забрали, почти не встает. Но теперь чужаки в наших краях больше не появляются. Одним словом… в Доме относительное спокойствие… А как ты?

Майла поднялась с невысокого валуна и, встав в полный рост, развела руками.

– Как всегда жива, – с ноткой сожаления произнесла она.

Вив понимающе кивнула.

– Атис передавал привет. Еще Кит, Вуди…

Майла невесело усмехнулась.

– Крик наслаждается правлением? – поинтересовалась она у подруги с налетом иронии.

Вив еще раз качнула головой. Потом присела на валун, с которого только что встала Майла, и так же, как она, уставилась вдаль.

– Напрасно ты ушла, – наконец произнесла Вив. – Ведь если бы ты не захотела… Никто бы не смог… Ни Крик, ни кто-либо еще… Тебя там не хватает…

Майла присела молча рядом с подругой, взяла сочную травинку и принялась крутить ее в руках. Потом порывисто встала и посмотрела Вив прямо в глаза.

– Я не могу бороться за то, во что не верю. Не могу делать вид, что не понимаю, как нас используют…

– Но какой выход?! – так же горячо воскликнула Вив. – Сложить руки и ждать своей смерти?! У нас нет другого выбора!

Майла покачала головой. Их сегодняшний разговор с Вив напомнил другой, очень похожий, – её с Отуллом. Но тогда сопротивлялась она. А теперь… Некое знание брезжило где-то в расплывающихся очертаниях горизонта. Слишком неясное, чтобы можно было выразить его словами. Но она верила – выход есть.

– Весь смысл не в цели превосходства в материальном мире. Суть – в пути, и никто не сможет отнять то, как мы его пройдем. Смерть – не черта, вовсе нет. Но лишь рубеж, определяющий окончание физической природы…

Майла умолкла и задумалась.

Именно это она поняла тогда. Не сразу, гораздо позже, благодаря их разговору со звездным капитаном. Он открыл для нее новые точки отсчета. И, похоже, догадывался об этом…

Неопределенная связь протянулась между ними. «Неопределенная» – потому что сложно было дать определение отношениям врагов. Именно врагов! Майла была уверена.

Ирит-Ри…

Произнеси она его имя вслух, он бы появился. Знание этого не покидало ее с тех самых пор, как она в ужасе после их разговора прибежала на базу.

До сих пор во сне она порой слышала его голос и странные слова про Вив, Тому, Крика, Атиса… Он изучал ее жизнь, как предмет в школе. Он знал о ней все!

Тогда в поту и горячке Майла вскакивала с постели и озиралась по сторонам. Только спустя несколько минут она понимала, что видела сон, и приходило облегчение.

– Сейчас я тебя не понимаю, – прервала ее размышления Вив. – Мне очень жаль…

– Пойдем в дом? – предложила Майла. – Иногда понимать вовсе не обязательно…

Медленным шагом обе подруги направились в сторону хижины, которую Майла гордо величала домом. Вскоре они подошли к небольшой терраске с плетеными креслами и столиком. Майла быстро занесла вещи подруги внутрь и принялась хлопотать, накрывая на стол.

Когда солнце почти село, обе девушки сидели за столом и пили чай.

– У тебя почти уютно, – попыталась пошутить Вив. – Тараканы и жуки еще не одолели?

– Здесь красивый вид на озеро. А по утрам, когда восходит солнце и его диск отражается от поверхности воды, даже не понятно, где начинается и заканчивается горизонт…

Майла умолкла и отпила еще глоток душистого чая.

– Так ты рассуждала, когда писала стихи, – заметила Вив.

Майла улыбнулась, потом внимательно посмотрела на подругу и спросила:

– Получается, я вернулась к тому, от чего ушла. Так в чем же был смысл этих изменений? Ты понимаешь, Вив?..

– Ты знаешь, что можешь многое… и вместе с тем выбираешь меньшее, – ответила Вив просто.

– Меньшее… Для меня оно – все!

– Значит, ты познала значение «всего». Раньше ты действовала неосознанно. Теперь наоборот. Чего же проще? – изумилась подруга.

Майла громко засмеялась.

– Как просто… – прошептала она. – А ты? Что случилось с тобой?

Вив недовольно поморщилась. Много рассуждать – никогда не входило в число её хобби.

– Я осталась твоей верной подругой, девушкой за которой увиваются повесы, веселушкой, хохотушкой, бунтаркой… Все, как и прежде. Я такая, какая есть! Только… Что-то рано ты собираешься подвести черту. Впереди еще слишком много лет! Если, конечно, нас не накроет очередным взрывом.

Майла согласно кивнула.

– А что Рыжая Мэри, другие?

Вив фыркнула.

– Тебя действительно интересует их мнение? Тебя, Майлу?! – воскликнула она негодующе. И когда Майла утвердительно качнула головой, недовольно добавила: – Осуждают тебя за бездействие… Упрекают в трусости… Одним словом, ругают на чем свет стоит. Единственный, кто молчит, так это Атис. Да еще Сол. Может, правда, со мной не желает связываться. Но молчит… Крик периодически поддакивает то одним, то другим. Ты же знаешь, политика – дело тонкое… Кит, после того как его пригрозили уволить с поста главы по переговорам, тоже предпочел отмалчиваться. Одним словом… Возвращайся лучше в Дом Зеленых полей. Там тебе точно все будут рады. Правда, в нем сейчас одни старики да дети…

– Здесь хорошо, – отстраненно отозвалась Майла Но потом её глаза наполнились блеском… – Какие ОНИ? – произнесла она задумчиво. – Ведь если бы мы поняли… Зная их и зная нас… Возможно ли найти общее?

Из зарослей на пригорке показалась высокая фигура в одежде жителей Зетты-3 – простой холщовой рубахе, серых брюках, с рюкзаком через плечо. Но вместе с тем что-то в облике появившегося настораживало.

– Я давно говорил об этом! – крикнул незнакомец с пригорка. И его мощный голос разнесся в последних лучах солнца.

В приближающемся мужчине Майла с изумлением узнала капитана звездного корабля – Ирита-Ри. В одежде её народа он производил непривычное впечатление.

…Почти час они сидели в гробовом молчании и сосредоточенно пили чай. При этом выражение лиц у всех было совершенно разное. Майла едва сдерживала неизвестно откуда нахлынувший гнев и неприязнь, Вив разглядывала чужака с явным любопытством, а Ирит сидел полностью поглощенный вдыханием ароматных паров напитка.

– И все-таки «в гости» звучит несколько неуместно, – наконец язвительно произнесла Майла.

Некоторое время Ирит неотрывно смотрел в чашку. Потом поднял глаза на двух молодых женщин, и по спинам обеих прошел электрический ток. Настолько жестким и властным был его взгляд, даже несмотря на мягкую улыбку, притаившуюся в уголках губ.

– Я сказал «в гости», потому что не мог подобрать более точного слова. Я пришел… не на переговоры, не по делам, не с угрозами… Я пришел, потому что желал понять ваш уклад жизни… Так какое же определение мне следовало дать?

– Любопытство, – процедила Майла. – Корыстное любопытство! Разве некоторое время назад не Вы говорили мне о желании изменить наше сознание?! И сейчас сюда Вы пришли именно с этой целью! Хотите понять, как же сделать нас кровожадными?!

– Я уважаю настоящих воинов, красоту поединка… А это не имеет ничего общего с кровожадностью… – вальяжно заметил Ирит. – Но…

Его взгляд скользнул по раскрасневшемуся от негодования липу девушки.

– Но что же касается кровожадности или ярости… Учить Вас этому нет никакой нужды. Ты прекрасно справляешься и без меня… Не так ли?

Майла поспешно опустила ресницы. Невыносимый гнев все еще клокотал внутри. Неужели она, действительно, способна так ненавидеть? Девушка неуверенно передернула плечами и принялась пить чай с еще большей сосредоточенностью.

Теперь глаза Ирита-Ри устремились на застывшую в любопытстве Вив.

– Очень приятно познакомиться, прелестная Вив! – произнес он мягко. – Давно с интересом смотрю на Дом Зеленых Полей и его обитателей…

Затем Ри умолк, прищурил глаза и огляделся вокруг. Деревянный стол с глубокими выщербинами, ветхие стулья, грозящий обрушиться на голову потолок, перештопанные по несколько раз шторы на тусклых окнах, охапки трав, развешанные под потолком… Все это заставляло каждый его нерв трепетать с новой силой. Брутальная красота дикости почти ввергала его в эксцентричный восторг. Нечто потаенное просыпалось в душе Ирита – зверь, затаившийся в своей норе, дикое животное, облюбовавшее берлогу, самец, учуявший самку, хищник, уловивший запах крови… Сейчас он был большим дикарем, чем все жители этой планеты вместе взятые!

– Значит, Вы на нашей стороне, – протянула Вив, чтобы хоть как-то сгладить наступившую тишину.

Глаза Ирита сверкнули, и он уставился на девушку испепеляющим взглядом.

– Я на стороне тех, кто хочет сражаться, – проговорил он. – Только сильнейший имеет право на выживание. Таков закон природы!

Майла громко расхохоталась.

– Значит, Вы пришли нас агитировать?! Нас, слабых женщин, зовете в наемники?

В глазах Ирита промелькнула и тут же спряталась мимолетная мысль.

– Почему бы тебе действительно не заняться обобщением знаний, – осведомился он вкрадчиво. – Помочь понять вас, ваши мотивы… Ведь ничто не стоит на месте. Возможно, нам окажутся близки взгляды этой планеты… Начнем ими проникаться…

– Я тебе не верю, – отозвалась Майла. И это обращение на «ты» неожиданно принесло ей облегчение. – Ты хочешь другого…

Она замолчала и немигающим взглядом уставилась на высокого мужчину, с любопытством застывшего на стуле.

Единоборство и переплетение взоров…

Сейчас каждый нащупывал слабые стороны другого.

В этом единстве и борьбе, в этой диалектической неразрешимости Майла вдруг неожиданно почувствовала восторг мысли! Неведомое доселе парение охватило каждый участок мозга и задействовало каждый нейрон. Впервые она встречала противника, который обладал теми же свойствами!

Не надо было слов и долгих диалогов. Всем своим нутром Майла осязала достойного противника.

…В повороте его головы, в надменной полуулыбке, в расширении и сужении зрачков…

Каждый его вдох давал новую информацию. Но вместе с тем она знала – то же происходит и с ним.

– Ты меня понимаешь, – произнес Ри задумчиво. – И ставишь границы своим возможностям… «Изучать» значит «преобразовывать». Возможно, у тебя получится?

– Неправда! – прошептала она с нажимом.

Их глаза встретились. И Майла еще раз с усилием мотнула головой. Как тонко он хочет её обезоружить, лишить веры в собственные силы, поставить под вопрос возможности! Ведь только вера – самое сильное оружие!

– Терзайся сомнениями ты! – добавила она шепотом. – Терзайся неразрешенными загадками и неотвеченными вопросами. Я же знаю, чего хочу и что могу!

– Знания! – тут же перехватил ее фразу Ирит. – Знания! Именно для этого я и пришел. Я предлагаю их тебе! Возьми!

Мужчина протянул к девушке свои руки и осторожно коснулся запястья. Склонив голову набок, Ирит с нетерпением принялся ожидать её реакции.

Тем временем невидимые токи или флюиды продолжали пронизывать пространство между ними.

Майла хотела отдернуть руку. Но не могла! Он предлагал знания!

Ирит – демон искуситель, чужак, обернувшийся союзником с несколькими лицами… Предлагал все, чего Майла желала… А там уж она разберется… что с этим знанием делать. Ведь теперь Майла не глава военной базы и отвечает только за себя.

Вив осторожно кашлянула. Она сидела в одной с ними комнате, дышала одним воздухом, пила тот же чай, говорила на одном языке. Но теперь…

Девушка не могла понять сути происходящего. Вернее, основа её, нечто глубинное и древнее, догадывалась о том, что слова – лишь рябь на поверхности моря. А за ними – целый океан невысказанного…

Вив догадывалась об этом океане. Догадывалась, потому что очень хорошо знала Майлу. Но не более того. Этот особый язык междустрочий ей был не понятен и чужд. Она принимала мир вещей слишком отчетливо и ясно, не оставляя и капли миру не рожденной пустоты.

А Майла и этот чужак общались именно там!

Вот он едва коснулся рук Майлы и отдернул пальцы. А Вив теперь уже не могла различить, где он и где она. Но, возможно, это поняла только Вив?

…Зверь утихал в его сердце. Тонкий ум начал понемногу предвкушать изысканность дальнейших совместных занятий. Пожалуй, она сможет взглянуть на мир его глазами? Ведь как говорили древние: «Пробным камнем первоклассного интеллекта является способность удерживать в уме две противоположные идеи одновременно и все-таки сохранять возможность действовать».[1]

Ирит откинулся на спинку стула и полуприкрыл глаза.

– Что от меня требуется? – осведомился он, однозначно поняв продолжительное молчание. – Курс истории, документальные фильмы?

– История, философия, достижения культуры и искусства… – с жадностью проговорила Майла. – Единственное, другой язык…

Ирит довольно ухмыльнулся и передал через стол маленький округлый прибор величиной с четверть ладони.

– Ретранслятор. Возможно использовать в режиме самообучения. Достаточно на определенное время приложить к виску и погрузиться в сон. Скорость обучения зависит от индивидуальных способностей, – сказал Ирит и с искорками любопытства посмотрел на Майлу.

У него такой курс занял одни полные сутки Зетты-3, что считалось весьма быстрым результатом.

Майла с недоверием взяла прибор и покрутила перед глазами.

– У тебя все предусмотрено, – проговорила она, потом встала и принялась собирать со стола посуду. Вив тут же поспешила на помощь.

А Ирит с ужасом понял – ему хотелось, чтобы и в его доме жены вот так собирали посуду и плескались в воде. Веяло от этого процесса каким-то уютом.

На Гончем же все заменили роботы, а грязная посуда тут же выбрасывалась на переработку.

– Материалы будешь просматривать в Башне! Завтра пришлю вэн! – выкрикнул он резко, вскочил со стула и широкими, размашистыми шагами вышел в ночь.

Глава XLVI

Молодые женщины замерли с посудой в руках и недоуменно уставились друг на друга.

– Странный он, – наконец отозвалась Вив. – Клубок противоречий!

– Должно быть именно так, – отозвалась Майла задумчиво.

Весь остаток вечера до глубокой ночи она посвятила изучению материалов из Древнего города. История её планеты тоже нуждалась в объяснении. Настало время Майле заняться и этим.

И чем больше она погружалась в старинные тексты, тем яснее улавливала некое сходство. Не так давно она уже видела что-то похожее…

Майла встала из-за стола и возбужденно зашагала по комнате. Наум начали приходить чертежи, инструкции…

Северные люди!

– Северные люди! – воскликнула Майла уже вслух.

Именно в их книгах она встречала множество похожих знаков и загогулин! Как же ей раньше в голову не пришло?! Теперь она отчетливо усматривала связь. Словно письменность Северных являлась мостиком между Древним городом и действительностью! Недостающим звеном! Ключом к старым текстам!

– Что-то случилось? – на пороге комнаты Майлы показалось заспанное лицо Вив. Подруга тревожно терла глаза.

– Все в порядке, – Майла весело улыбнулась. – Просто обрадовалась интересной находке. Извини, что разбудила.

Вив облегченно зевнула, некоторое время потопталась на пороге и, наконец, немного проснувшись, повернулась обратно.

– Нашла что-то важное? – с нарастающим любопытством поинтересовалась она у Майлы.

Та в ответ победно сверкнула лучезарной улыбкой и без тени сна вскочила из-за письменного стола, заваленного кипой бумаг.

– Возможно, удастся найти общее в нашей истории и истории Северных. Должно быть, не такие мы разные…

Окончательно проснувшись, Вив прошла в комнату и села на еще не тронутую постель Майлы.

– Ты же хотела изучать пришельцев… – заметила она неохотно. – Завтра тебе идти в Башню… А ты совсем не спала. Так нельзя…

– Но на нашей собственной планете слишком много неясного! – воскликнула Майла запальчиво. – Как можно двигаться к новому, не поняв, от чего отталкиваться?! То, что я сейчас обнаружила, может перевернуть все представления!

– Ох, Майла, – вздохнула Вив. – Ну зачем нам переворачивать представления… Зачем?! Именно сейчас? Лучше бы ты осталась на Базе… Все эти искания в истории… База сейчас куда важнее… пришельцы, новое оружие, война… Ведь предложение капитана ты могла принять и там!

– Ну, нет! То было совсем другое предложение! – проговорила Майла усмехаясь. – С помощью меня как главы основного военного центра планеты он хотел промывать мозги! Хотел, чтобы я слагала верные речи и призывала к ожесточенному сопротивлению! Думал нашими руками мостить дорогу к своей победе!.. Сейчас же он ничего не требует и не может требовать. Я больше не управляю полигоном. Не отвечаю за судьбы целой планеты…

– Тогда, что ты можешь! Зачем ему нужна?! – воскликнула Вив. – Там ты действительно могла изменить мир! А что теперь?!

Майла растерянно отступила. Вив никогда не говорила ей ничего подобного! Впервые Вив её обвиняла!

– Но… – запинаясь прошептала Майла. – Я не могла говорить того, чего не думаю. Мы не убийцы… К тому же знания… Они важнее…

– Да, теперь вместо тебя говорят другие! Ты добываешь знания, а они распоряжаются всем, что ты создала! И уже никто ничего не в силах изменить!.. Что же ты наделала, Майла!!!

Вив в бессилии закрыла лицо руками и принялась мерно покачиваться из стороны в сторону. Майла, потрясенная и ошеломленная, застыла посреди комнаты.

– Теперь всем управляет Крик, – произнесла Майла сдавленным голосом. – Он хороший ученый…

Вив отняла руки от лица и подняла глаза на подругу. Теперь в них читалась печаль и раскаянье о сказанном.

– Знаешь, кто его заместители, – прошептала она беззвучно. – Кузен Томы…. Кварк, Вар и её муж – Патрик… Ты ведь их помнишь?

– Но ведь их даже не было на Базе… – Майла побледнела и оборвала фразу на полуслове. – Почему же ты раньше молчала?! – воскликнула она негодующе.

Вив только устало пожала плечами и горько усмехнулась.

– Какой смысл? Теперь тебя к полигону даже близко не подпустят. Они умеют держаться за власть!

Презрительно выплюнув последнюю фразу, Вив принялась шарить по карманам кофты. Наконец, удовлетворенно кивнув, извлекла из кармана сигарету, засунула в рот, прикурила и судорожно затянулась.

– Чего же теперь хочет от тебя капитан? – бросила она задумчиво после нескольких затяжек. – Странно, что он явился…

– Как ты куришь эту гадость? – заметила Майла ворчливо, потом молча вытащила из подрагивающих пальцев Вив остаток сигареты и глубоко затянулась.

Прокашлявшись после первой затяжки и вытерев набежавшие слезы, Майла усмехнулась и повторила попытку. Когда в руках Майлы остался один окурок, Вив протянула ей вторую и закурила сама.

Так они просидели довольно долго.

– И все-таки то, что я обнаружила, может оказаться важным. Пока и сама не могу до конца понять почему… – Майла на секунду задумалась. – А что ты думаешь об этом капитане, Ирите-Ри? – добавила она неожиданно.

– В дрожь от него бросает! – не задумываясь выпалила Вив. – Даже Отулл и все Северные меня так не пугали!

– Что же в нем такого ужасного? – как бы про себя пробормотала Майла.

– Да все у него наоборот! – воскликнула Вив. – Ты видела его реакцию перед уходом? Нормальный человек… – что бы сделал? Поблагодарил за чай! А он только брякнул очередной приказ своим ледяным тоном и выскочил как ошпаренный! Разве это нормально? Вот и думай, что он в следующий раз выкинет!

– Но он сам искал встречи… Зачем ему я теперь, не наделенная какой-либо властью и не способная ни на что повлиять?

– Может, и вправду хочет найти между нами общее? – фыркнула Вив. – Скучно ему стало, вот и подался в науку!.. Или… предположим, он до сих пор надеется обнаружить подход и… «попромывать мозги» нашим жителям. Мол, сражайтесь до последней капли крови или что-то подобное… Только где у него талантливые авторы, которые тонко чувствуют, что именно сказать нужно?! Крик – чистой воды ученый. Только и умеет, что схемы чертить да в железках ковыряться. Рыжая Мэри, Тони, Рули, а уж тем более Атис – не лучше. Вар, Кварк и Патрик – те вообще бездарности! Одно умеют – плести интриги… Кто им остается?.. – Вив перевела дыхание и гордо посмотрела на подругу. – Правильно! Известный автор, стихами которого зачитывались. Имя которой было у всех на устах! Остаешься ты, Майла!.. Хотя, может… у него есть и другие мысли… – Вив передернула плечами. – Может, он просто хороший парень, которому не все равно?

Майла громко расхохоталась.

– Вив! – воскликнула она. – Я давно уже не верю в сказки! И в хороших парней, которые прилетели с далеких звезд, чтобы просто спасти нашу планету от завоевателей!

– Я тоже, – буркнула Вив и, посмотрев на треснутый циферблат настенных часов, заспешила к себе в спальню.

Глава XLVII

Уже несколько минут Ирит сосредоточенно расхаживал по просторной комнате на самом верху башни. Его взгляд придирчиво останавливался то на сервированном в самых лучших традициях столе, то на своем отражении в зеркале с золотой оправой.

– И все же разведка не приветствует слишком близкий контакт, – наконец, осмелился произнести Рарт сдержанно.

– А я приветствую самый эффективный подход, – отчеканил Ирит.

И по его липу сразу же стало ясно, что продолжать разговор лучше не стоит.

Вжавшись в кресло, Рарт нервно кашлянул.

– Мне придется доложить, – заметил старый разведчик неохотно. – Если этого не сделаю я, то доложит Лим-Ри…

– С каких это пор ты не можешь контролировать своих помощников? – осведомился Ирит с иронией.

– С тех пор, как применяются нестандартные подходы, – проворчал Рарт. – Никто еще не хотел от туземцев добиться сотрудничества в пропаганде и идеологической подготовке населения. Этим занималась исключительно группа специалистов Гончего Пса. Дикарей же всегда считали неспособными охватить всю красоту нашего замысла!

– А где ты наблюдал, чтобы сражались исключительно с техникой, но не с нами? Видя нашего бойца, даже одного, они предпочитают убегать, вместо того чтобы вступить в схватку! Если же на них надвигается целый военный корабль со сверхмощными ракетам, готовы сражаться чуть ли не голыми руками. Разве это стандартная ситуация?

– Я только предупреждаю, – отозвался Рарт удрученно. – Лим-Ри… очень… ярый разведчик…

– Иными словами, мечтает выслужиться перед руководством, – хмыкнул Ирит презрительно.

– Отмени свою затею, – прошептал Рарт почти умоляюще. – Обычных переговоров с официальными представителями вполне достаточно! Ирит, мы слишком давно дружим, поэтому я обязан тебя предупредить… Разведка не дремлет, правительство не приветствует новые методы. Ты же знаешь все не хуже меня. Даже если я им не сообщу, кстати, в самой мягкой форме твои намерения… Они узнают! Весь проект окажется на гране катастрофы!

– Пришлют другого. Ты-то чего боишься? – отрезал Ирит. И немного подумав, более спокойно добавил: – Я веду свой проект, как считаю нужным. Впервые мне стал интересен подготовительный этап. И я вижу перспективу, как его ускорить. Логично и понятно. Никаких вопросов.

Рарт опустил глаза. Как он мог объяснить, что подготовка даже самого высокопоставленного военного командира разнилась с подготовкой самого обычного разведчика? Их готовили к другим формам восприятия мира, натаскивали и надрессировывали не обращать на это никакого внимания, выжигали всякое сомнение.

Ирит же… хоть и был военным, оставался философом войны и её поэтом. А подобная роль требовала совсем другой организации мышления!

Для Рарта весь мир теперь совершенно четко делился на две категории – как положено по уставу и как не положено. Изучать полутени и грани возможного оставалось уделом Ирита. Это являлось его искусством…

И вместе с тем слабостью!

Чужое мышление могло стать для него опасной заразой!

Но Рарт имел право только молчать! И при всем своем желании он бы не смог изменить правилу. Психологи и психиатры Гончего слишком хорошо знали свою работу по кодировке необходимых блоков информации.

Одного такого смельчака, пытавшегося выдать тайну, старый разведчик уже видел. Больше часа бедняга бился в страшных судорогах, а изо рта текла розовая пена. Когда же конвульсии кончились, он даже не вспомнил, как его зовут!

– Только будь осторожен, – просипел Рарт сдавленно. – У нас совсем другая культура… Она её не поймет, даже не стоит пытаться… Просто дай дикарке задание и специально отобранные фильмы… Для её мозгов этого окажется более чем достаточно.

– Я в курсе, как управляться с дикарями, – холодно проронил Ирит. Его внимательный взгляд скользнул по скрюченной фигуре старого разведчика. – Пиши свои доклады, только не забывай, что подобной операции, возможно… больше никогда не выпадет на твою жизнь. Не упускай шансов, старый вояка! – закончил фразу Ирит с легкой усмешкой.

Рарт вздрогнул, глянул из-под набухших век на более молодого командира и в очередной раз удостоверился, что тот очень хорош! Ирит всегда мог понять ситуацию до мельчайших деталей! Вот и сейчас его командир точно оценил сомнения старого разведчика.

Это была последняя громкая операция Рарта. Ничего более примечательного на ближайшие сотни лет в изученном секторе Галактики не предвиделось. Операция на Зетте – его шанс уйти в лучах славы. И такую славу может добыть только Ирит!

– А мне казалось, Лим-Ри весьма предан делу! – заметил Ирит-Ри уже в спину уходящему Рарту.

Рарт неохотно повернулся.

– Для тебя дело – красота и изысканность операции, для него – неукоснительное следование букве закона, – проронил Рарт со вздохом. – К тому же я всегда опасался фанатичных сотрудников.

– Ты считаешь Лима-Ри фанатичным? – Ирит вопросительно поднял брови.

– Я опасаюсь фанатичных сотрудников, – бесстрастно повторил Рарт и, чуть помедлив у порога, добавил: – Позволите удалиться?

Ирит прищурил черные глаза и, гладя на разведчика из-под полуприкрытых ресниц, задумчиво бросил:

– Отошли его в очередной бой. В самое неспокойное место. Пора разведке познакомиться с войной ближе.

Рарт довольно хмыкнул и, склонившись в уважительном поклоне, вышел за дверь. Все же Ирит бросил ему кость напоследок! Этот Лим-Ри давно мешался ему как бельмо на глазу. Договоренность полупилась! Рарт относится к необычным методам командира как можно лояльнее, Ирит-Ри убирает назойливого помощника.

Широко и бодро шагая, Рарт прямиком направился в центр стратегического планирования. Но не успел он дойти до дверей лифта, как встретил своего помощника. С перекошенными пунцовыми губами на белом лице тот тащил куда-то очередного дикаря.

– Разве ты не слышал приказа командира о временной приостановке пленения дикарей? – властно бросил Рарт помощнику.

Прежде чем ответить, Лим со всего размаху стукнул тяжелым сапогом низкорослого дикаря по ногам и, схватив за волосы, заставил встать на колени.

– Эта тварь хотела тайком пробраться в Башню, – выплюнул помощник пренебрежительно. – Так что он сам напросился. Веду его на допрос. Пусть теперь узнает, как без спросу сюда соваться!

Покосившись на дикаря, Рарт пренебрежительно сморщился. Странная одежда того, длинные волосы и сочащаяся изо рта кровь заставили разведчика брезгливо отвернуться.

– Убери эту грязь побыстрее, – бросил Рарт. – Скоро прибудет гостья. Она не должна встретиться с… – пожилой вояка презрительно ткнул пальцем на окровавленного мужчину. – И пусть здесь все продезинфицируют. Потом зайдешь ко мне, – выплюнув последние слова, Рарт поспешил дальше.

Наблюдать за этими существами на мониторах он привык давно. Но сталкиваться с такими грязными ничтожествами в жизни! И как только Ирит может с ними общаться?! Даже надеется на сотрудничество и идеологическую поддержку!

Рарт недовольно покачал головой. Похоже, данная слабость была единственным «пунктиком» его командира (и какое счастье, что о нем знал только он), в остальном же Рарт полностью доверял гению Ирита.

Майла вошла в просторное помещение. Огромные окна с великолепными пейзажами Зетты-3, мягкие ковры, изысканная мебель, диковинные статуэтки, тонкий аромат благовоний – все дышало атмосферой изысканности и утонченной роскоши. Ничего подобного Майла еще никогда не видела, даже когда бывала в Башне раньше. Похоже, эта зала принадлежала Ириту-Ри лично.

Мужчина, стоящий у окна, повернулся не сразу, и Майла с интересом огляделась по сторонам.

– Здесь красиво, – заметила она, с легкой иронией разглядывая его неподвижную спину. – А Вы в роли статуи прекрасно вписываетесь в интерьер!

Ирит-Ри повернулся и с грацией дикого животного не спеша приблизился к девушке.

– Ты опоздала, – проговорил он сдержанно.

– Прошу прощения за мою пятиминутную задержку. Не хотела прерывать сеанса с ретранслятором.

– Ретранслятор можно запрограммировать остановиться на любое нужное время, а затем в любое время продолжить сеанс, – недовольно бросил Ирит.

– Я говорю о полном курсе, – пожала плечами Майла. – До полного завершения оставалось каких-то несколько минут, и я решила довести обучение до конца…

Ирит недоверчиво покосился на девушку. Ведь он дал ей ретранслятор всего пятнадцать часов назад! Никто не может пройти сеанс так быстро!

– Извини, что не приступила к сеансу сразу после твоего ухода, – между тем не замечая недоумения мужчины, продолжала оправдываться Майла. – Начала разбираться со старинными текстами и слишком увлеклась…

Ирит, со все возрастающим недоумением от новых деталей обучения Майлы, осторожно заметил.

– Значит, ты освоила курс всего за несколько часов и можешь свободно изъясняться? – фраза прозвучала на языке Гончего Пса.

– Великолепное изобретение! Жаль, совсем не хватило времени ознакомиться с принципами, по которым оно работает, – совершенно свободно отозвалась девушка на том же языке.

Ирит сдержанно кивнул и жестом руки предложил пройти к сервированному столу. Майла удивленно подняла брови, но, промолчав, прошла и присела на краешек стула. Ирит расположился напротив.

– Угощайся, – проговорил он и почувствовал, как его голос едва заметно дрогнул.

Разговаривать с местной на своем родном языке показалось командиру звездной экспедиции более чем непривычно. Ирит напряженно взял в руки приборы и принялся накладывать содержимое из многочисленных чаш себе в тарелку.

– Это самое нежнейшее мясо из системы Пи-304, овощи и вино с планеты Лоцис, приправы от Звезды Гальяно…

Ирит запнулся и украдкой глянул на девушку. Сейчас он чувствовал себя непростительно глупо. Никогда еще он не слышал, чтобы хоть кто-то из Гончего приглашал дикарей на обед (за исключением, конечно, переговоров с правительством захватываемых систем).

Но девушка держалась, на удивление, непринужденно. Изящными движениями она взяла вилку с ножом и принялась умело нанизывать небольшие кусочки мяса, а затем так же изящно отправлять их в рот.

При созерцании последнего, с ровными жемчужными зубками, Ирит поперхнулся и поспешно запил кашель несколькими большими глотками вина.

Тем временем Майла задумчиво наклонила голову набок и внимательно посмотрела на внушительную фигуру сидящего перед ней мужчины.

– Когда ты предоставишь мне время для ознакомления с культурой Гончего Пса? – поинтересовалась она.

И в её устах родной язык Ирита приобрел новое звучание. Так нежно и мелодично прозвучал он от чужестранки! Ирит впервые поймал себя на мысли, что назвал про себя девушку вовсе не «дикаркой», а «чужестранкой». Но назвать её как прежде у него не поворачивался язык. Тому, с какой грацией она держалась, позавидовали бы и жены правителей!

– Подборка материалов на рабочем столе, – отозвался Ирит глухо.

Майла удовлетворенно кивнула и, впервые посмотрев на сидящего перед ней мужчину более доброжелательно, добавила:

– Спасибо. Угощение был действительно очень вкусным.

И попивая мелкими глотками из бокала с вином, принялась ждать, когда собеседник закончит свою порцию обеда.

На тарелке исчез последний кусочек гальяновского салата, Ирит отстранил блюдо и неохотно посмотрел в сторону приготовленных материалов.

– Изучать можно только здесь, – произнес он жестко. – Пронести документы не стоит и пытаться… Я понятно выразился?

Его гневный взгляд встретился со спокойным взором девушки – Майла послушно кивнула.

– Я здесь для того, чтобы изучать, а вовсе не воровать, – напомнила она спокойно. – До которого часа я могу задержаться?

Ирит на мгновение забеспокоился. Её нежная кожа шеи, округлые плечи, пылающие страстью глаза – все это заставляло Ирита отвлекаться от нужных мыслей… Как бы он хотел сейчас поступить с ней, как много раз до этого, когда дикарки далеких планет с радостью соглашались ему подчиняться!

И вместе с тем он понимал: подобное желание совершенно неосуществимо. Майла – слишком другая! И этот огонь в глазах – вовсе не страсть к нему, а лишь… жажда знания.

– Как сочтешь нужным, – холодно бросил он. – Если я понадоблюсь, достаточно набрать вот на этой панели моё имя или номер закрепленного за тобой вэна.

Слегка кивнув, Ирит поднялся и энергично вышел из помещения.

А Майле больше ничего и не требовалось. Подождав пока робот уберет со стола, она поспешно прошла к рабочему месту и с головой погрузилась в изучение предоставленных ей Притом материалов.

Так она просидела до поздней ночи, и лишь когда за спиной послышался шорох, испуганно обернулась.

– Я совсем забыла, где нахожусь, – воскликнула она возбужденно, все еще пребывая под впечатлением исторических материалов Гончего Пса. – Здесь потрясающие материалы. Но… – Майла на секунду запнулась. – …Складывается такое впечатление… Я конечно же только приступила… И тем не менее… Словно история начинается вовсе не с начала. Много говорится о первых космических полетах, об освоении Луны и ближайших планет системы. Но никакой информации о том, что было перед этим, даже в самых отдаленных чертах… Или просто мне дали материалы выборочно?.. Ведь порой, чтоб разобраться в душе целого народа, требуется погрузиться к самим истокам его зарождения. К религиозным аспектам, древним верованиям, ритуалам, мифологии… Потому как все это остается в нас на очень глубинном уровне, в бессознательном…

– У нас нет религии как таковой, – жестко ответил Ирит.

Но пыл, с каким говорила девушка, заставил его немного смягчиться.

– Мы верим в науку, – добавил он более мягко. – В познаваемость мира. В то, что все вокруг подчинено рациональности и логике, пусть порой слишком жестокой… В твоем же понимании религии… у нас нет даже её следов.

Майла растерянно посмотрела на сверкающий монитор информационного устройства.

– Как удивительно… – прошептала она сосредоточенно. – Неужели только разум является основой вашего мира? Как же работают ваши психологи? Я слышала, они весьма преуспели в своем искусстве…

Ирит на секунду задумался.

– Мы не придаем реальности налета таинственности и не спекулируем на слепой вере… Только разум, изучение, доказательства… Этого вполне достаточно для науки, пусть даже такой, как психология.

– Значит, вы живете в мире, где нет места мистике и сверхъестественному. – Майла улыбнулась.

– Никаких обещаний чуда, – добавил Ирит.

– Все зависит только от нас… – закончила девушка.

И впервые Ирит почувствовал в ней нечто родное. Она его понимала! Её ум являл полную чистоту восприятия, взор, не замутненный глупыми предрассудками и ни на что не опирающимися верованиями!

Неужели она такая же, как он?! Майла, один из величайших ученых дикой планеты? Почему нет? Кому, как не ей?!

– Ты бы могла многому у нас научиться, – прошептал он, боясь спугнуть то хрупкое, минутное единство.

Из-за облаков вынырнул яркий диск огромной луны и сквозь витражи окон заполнил пространство комнаты серебристо-золотыми бликами. Маленький луч лампы над огромным столом показался крошечным островком искусственного света, слишком ничтожным, чтобы помешать насладиться необычной красотой сияния ночного спутника.

Майла осторожно протянула руку и выключила свет.

– В этом есть некая магия, – едва слышно прошептала она. – Все же… для меня в этой красоте есть магия… Красота, которую невозможно создать, не будучи поэтом. Знание природы световых частиц ничуть не умаляет замысла неизвестного разума, который начертал на полотне реальности такое совершенство… И здесь моя холодная суть ученого вступает в противоборство с чувствами поэта. Я хочу, чтобы за формулами, математическими расчетами, принципом энтропии стояло большее… Не хаос и не логика, а та истина, которая пока… слишком далека и недоступна… Высшая справедливость, высшая правда, высшее побуждение… Я хочу верить, что каждая жизнь имеет отдельное значение. Каждый прожитый миг, каждая слеза и каждая улыбка.

Майла замолчала и с трепетом посмотрела в бескрайнее небо звезд.

– А вы нашли ответ источнику миров? – добавила она тихо.

Ирит, словно очнувшись от гипнотического транса, вздрогнул и перевел взгляд на девушку. Как и за окном, в глубинах космоса – в её глазах тоже блестели звезды.

– Это лишь случайность, – отозвался он. – Одна вероятность из миллиона в шестьдесят четвертой или… сто семьдесят восьмой степени… Тонкая грань противоборства расширения Вселенной и гравитационного притяжения её вещества. Скорость убегания…

– Так просто, – вздохнула девушка. – Значит, мы просто случайность…

Ирит испытал привкус горечи.

– Такова реальность, – отозвался он глухо.

Майла отвернулась и не спеша подошла к огромному окну. Её тонкий силуэт вписался в лунное сеяние света, словно самая не повторимая по красоте картина!

Помимо воли Ирит вздохнул и почувствовал аромат её духов, перемешанный с тонким запахом молодого женского тела. Представил вкус ее губ, тугое натяжение платья на упругой груди…

Такое необычное пронизывающее чувство тоже было случайностью? Ирит сердито тряхнул головой.

– Спасибо, я приду завтра. Вэн уже подлетел, – прервав наваждение, резко произнесла Майла и, повернувшись, направилась к выходу.

Прекрасная картина лунного света осталась без тонкого силуэта главной героини…

Ирит нахмурился и отошел от окна в глубь помещения.

Глава XLVIII

Много дней она приходила так в его личные покои и засиживалась до глубокой ночи. Иногда, после очередной порции материалов, они подолгу беседовали. Иногда – лишь обменивались короткими кивками. Реже – бурно спорили и отстаивали противоположные мнения. Но одно оставалось неизменным – с каждым новым приходом девушка все внимательнее вглядывалась в черты своего покровителя, все пристальнее что-то в них высматривала.

Ирит чувствовал это острее с каждым новым её приходом.

– Тебя что-то мучает? – как-то поинтересовался он, как только Майла появилась на пороге.

При свете раннего утреннего солнца подобный диалог показался ему наиболее безопасным.

Майла нерешительно покачала головой.

– У вас странный подход к искусству, – ответила она нерешительно. – Возможно, я изучила еще не слишком много материалов…

Ирит настороженно сдвинул брови. Вся предоставляемая ей информация, включая книги, фильмы, живопись, проходила тщательный отбор. Он контролировал это лично! Ничего не должно было навести девушку на сомнения или недоверие относительно их намерений.

– Что не так? – поинтересовался он сдержанно.

Майла только отмахнулась.

– Ты знаешь, бои прекратились, – произнесла она возбужденно. – Просто прекратились. Без переговоров, требований, претензий…

– Хорошо. Я и мои коллеги нашли компромисс с действующим правительством, – Ирит удивленно пожал плечами. – Разве вы не этого хотели? Твои нынешние преемники, похоже, в полном восторге. Празднуют победу… – Ирит осекся и попытался перевести разговор на другую тему. – Разве не этого хотела и ты?!

Майла продолжала смотреть на мужчину немигающим взглядом.

– Откуда ты знаешь, что делают на сверхсекретной военной базе? – произнесла она с нажимом.

– Просто предположил, – Ирит недовольно махнул рукой. – Они слишком предсказуемы!

Девушка отвела глаза в сторону.

– Вы не романтики, – заметила она вполголоса. – Вам не свойственно предполагать. Вы признаете исключительно факты… Так что же случилось? Войны больше нет?

Ирит порывисто вскочил с дивана и принялся расхаживать взад и вперед.

– Ты слишком много себе позволяешь! – выкрикнул он наконец. – Наше общение еще не подразумевает твоего права получать информацию по первому требованию! Ты не имеешь права так меня спрашивать! Уважение – вот основа нашей культуры!!!

От такой резкой перемены настроения капитана Майла недоуменно застыла на месте. Но потом скопившееся за все это время негодование начало понемногу захлестывать её все сильнее.

– Что вы уважаете? – начала она едва слышно. – Только собственное мнение. Вы высаживаетесь на чужой планете и начинаете войну. Предлагаете сотрудничество, но держите истинные цели в тайне! Предлагаете знания, но утаиваете информацию. Думаете, я не заметила явных пробелов в материалах? Все – нагромождение лжи и тонких интриг! Я пыталась понять ваши мысли, пыталась найти ответы… Но Вы боитесь даже намека! Так в чем же дело?! Тебе все еще нужны громкие лозунги против тиранов-захватчиков? Нужна агитация за борьбу и «правое дело»? Все еще стремишься захватить власть и свергнуть правительство? Или все поделено?.. Почему ты с такой ненавистью смотришь на меня, когда я пытаюсь в этих скудных крупицах, которые ты мне подбрасываешь, найти хотя бы долю смысла?.. Я хочу понять, но НЕ ПОНИМАЮ ваших стремлений!!!

– Замолчи! – Ирит подошел к Майле вплотную и неистовым поцелуем заставил замолчать. – …Я не ненавижу тебя! – прохрипел он, с трудом от неё оторвавшись. – Я тобой восхищаюсь!!!

Она напоминала себе глину… Или воск…

Она таяла в его пальцах, хотя даже не подозревала о такой возможности. Все его умные фразы о скорости убегания, о вероятностях возникновения Вселенной, о логике, разуме… теперь ничего не значили. Все вдруг обрело единственное значение…

Майла не помнила, почему недавно возмущалась… И возмущалась ли вообще…

Его губы искали её. Приоткрывали, сладко вторгались. Казалось, одно его дыхание пронизывает насквозь, становится её воздухом, плотью и кровью… Ничто не представлялось ей необычным. Сейчас с ней происходило самое естественное и самое прекрасное, что когда-либо могло быть. Их тела сплетались, образуя неразрывное единство, изначальное и естественное!

Мысль уже не была частью тела. Все их сознание вдруг смешалось и стало сутью космического замысла. Только прекрасная дрожь пробегала по бесконечным гладям в потоке вселенских течений…

Четыре стихии сливались в одно целое, а потом разбегались на миллионы парсеков материи. Рождались атомы гелия и водорода. Нейтроны и электроны соединялись в нейтральные атомы водорода. Вспыхивали светила, проносились раскаленные до бела квазары, рождались сверхновые…

Вселенная рождалась для них заново и представлялась в образе бескрайнего моря сознания, потом сжималась до крошечной песчинки и приоткрывала законы микрокосма. Они были всем и ничем одновременно. Целой вселенной и абсолютной пустотой…

Перед глазами проходила череда рождений и смертей, которые больше напоминали дыхание материи. Она вспыхивала их точки сингулярности, стремилась в бесконечность, а затем опять возвращалась в исходное состояние. Вселенная дышала, как дышали они сейчас… С наслаждением, надрывно, безумно, бездумно и всепоглощающе, с яростью и жаждой жизни!

Все закончилось…

Обнаженная, она лежала на ворсистом ковре… Грудь вздымалась и опускалась от пережитого восторга. Струйки пота катились по дрожащему в истоме телу.

Яркое летнее солнце пробилось в огромное окно и заиграло в темных кудрях лежащего рядом мужчины. Он не шевелился, глаза были плотно прикрыты, а тело, похожее на статую древнего бога, абсолютно расслаблено.

Майла приподнялась на локте и только сейчас впервые посмотрела на своего покровителя, как на простого мужчину. Теперь она видела, как он красив! Угадывала в волевых чертах некую, неуловимую прежде, тонкость. За этим широким, смуглым лбом прятался не только безжалостный воин… Иначе она бы не почувствовала того, что испытала… Его дух парил в пространствах гораздо более тонких, чем мог подозревать разум.

Но это мимолетное понимание стало последним отголоском необычайного парения. Жесткие тиски реальности заставили Майлу неуютно поежиться и поспешно набросить на плечи кофту. Скрутившись в комок, она отстранилась и в ужасе вжалась в мягкий материал кресла.

Ирит-Ри пошевелился. Все его тонко настроенные детекторы улавливали её учащенное сердцебиение, дрожь, напряжение и… испуг!

Как бы ему хотелось ощутить другое!

Ирит медленно поднялся, ничуть не смущаясь своей наготы, присел и, упершись руками позади себя в пол, посмотрел на застывшую спину девушки.

– Теперь требуются объяснения? Важна логика, а не чувства? – поинтересовался он, стараясь придать голосу больше иронии. Но вместо этого в словах засквозила только печаль. – Не понимаешь, как подобное могло случиться? Ведь я же… захватчик, чужак, оборотень, демон-искуситель… Или как еще меня называют…

Майла вздрогнула всем телом и принялась поспешно одеваться. Её душили слишком противоречивые чувства, чтобы она могла в них разобраться или подвергнуть хоть какому-нибудь анализу. Все, чего ей сейчас хотелось, так это быстрее оказаться подальше отсюда!

Но больше всего её сейчас жег стыд. Ведь она даже не сопротивлялась!

– Значит, никаких больше исследований? – осторожно поинтересовался Ирит, неожиданно осознав всю силу захлестнувшей девушку паники.

Майла застыла как громом пораженная. Она вела себя, как глупая истеричка! Где же её мудрость, рассудительность, в конце концов! Ведь она не просто соблазненная женщина, она – ученый, у нее есть цель!

Майла неуверенно развернулась и посмотрела на все еще не соизволившего одеться Ирита. Новая волна смущения заставила её опустить глаза.

– Вы все равно не даете мне полной информации, – пробормотала она растерянно. – Какой смысл…

– Да и война закончилась, – усмехнулся Ирит. – Теперь я больше не нужен. А минутная слабость останется позади. Ты сумеешь её забыть. Ведь ты многое научилась не помнить! Так, Майла?!

– Что ты знаешь о памяти и чувствах! – воскликнула девушка негодующе. – Ты…

Пока она говорила что-то еще, Ирит неохотно поднялся, набросил халат подошел к столику, налил два бокала вина, вернулся к девушке, осушил один фужер, а второй протянул ей.

– Выпей, это вернет силы. Возможно, мне придется улететь. Здесь дел для меня не будет… Хочешь, полетели со мной на одну из планет-курортов?

Ирит запнулся и вдруг неожиданно осознал насколько ужасно, должно быть, звучит подобное приглашение для нее. То, что он предлагал, было для Майлы совершенно чужим миром! Она никогда не была на других планетах и не представляла всего многообразия космических тел… никогда даже не ступала на спутник собственной Зетты-3…

– Я могу отвезти тебя на планету-библиотеку… Туда редко наведываются туристы… Материалы стоят в запустении… Но все же в архивах, возможно, имеется нечто ценное… Там история целой Галактики… – добавил он с волнением.

– Значит, война и вправду закончилась? – прошептала Майла, и у нее на глаза навернулись слезы. – Это не временная приостановка? Война закончилась навсегда?

И впервые Ирит ощутил боль другого человека! Но что самое ужасное – теперь он больше не мог врать!

– Долгое время войны не будет, – проговорил он с усилием. – Ваши дети успеют вырасти и возмужать…

– А потом? – выдохнула Майла.

– Давай прощаться, – отозвался Ирит вместо ответа. – Завтра мой корабль стартует. Я оставлю тебе весь этот комплекс, приборы, научные разработки… Можете ими пользоваться… Или… можешь лететь со мной. За несколько лет ты узнаешь больше, чем за несколько жизней на Зетте…

Майла отрицательно покачала головой.

– Я ничего о тебе не знаю. Не понимаю до конца устройства вашего общества, ценностей, стремлений… Ты не хочешь затрагивать самых банальных тем… Ведь на мой прямой вопрос о войне я так и не получила однозначного ответа… Слишком много неясного… Ты слишком много скрываешь, Ирит… Мне пора…

Майла повернулась и медленно направилась к двери.

Ирит недвижно стоял и понимал – они прощались навсегда..

Когда он прилетит обратно по сигналу Рарта, пройдет, возможно, слишком много времени. Первая подготовительная фаза закончена… Ведь именно он принял решение о завершении этапа первой демонстрационной войны. Теперь остается идеологическая политика и следующий этап внедрения технологий. А потом… его ремесло – блистательная развязка. Разящая и прекрасная!

Ирит стоял и мыслил как никогда ясно. Он детально представлял каждый последующий шаг операции. Только теперь в этот рисунок вплелась Одна жизнь. Именно та единственная, которая неожиданно вдруг стала дорога… Слишком гениальный ум, чтобы позволить ему так просто исчезнуть, слишком неординарная личность, слишком восхитительная… женщина!

Майла тихо вышла, а он так ничего и не произнес…

Глава XLIX

В кабинет постучали.

Ирит отошел от окна и, сев за широкий стол, за котором недавно целыми днями пропадала Майла в надежде разгадать секреты его культуры, посмотрел на вошедшего.

– Значит, принял решение оставить подготовительный этап нам? – одобрительно осведомился старый разведчик Рарт.

Ирит утвердительно кивнул.

– Уж и не надеялся, что общение с дикаркой пойдет так на пользу! – довольно крякнул Рарт и, помявшись у порога, скосил глаза на графин восхитительного лоцисского рома за стенками прозрачного бара.

– Угощайся, – отозвался Ирит. – Завтра уже некогда будет прощаться.

Рарт обрадованно проследовал к восхитительному напитку и, наполнив бокалы, уселся напротив начальника.

– Только не беспокойся, что так скоропалительно нас покидаешь, – отозвался он, с восхищением причмокнув после глотка алкоголя. – К твоему возвращению мы подготовим восхитительный материал. Финал сможешь отрежиссировать великолепно!.. Кстати, твоя находка по поводу привлечения дикарей к идеологической политике дала прекрасные результаты! Надо отдать должное – на этой планете оказались весьма неплохие поэты! Признаться, некоторые их стихи даже меня цепляют! Так и хочется схватиться за оружие и броситься на ненавистного врага! Восхитительно!.. – Рарт отпил еще добрый глоточек. – …А почему, если не секрет таки… решил нас покинуть? Ведь до этого признавался, что подготовительный этап тебя здорово захватил…

Ирит пренебрежительно хмыкнул и погрузился в раскуривание сигары. А что он должен был ответить? Мол… решил улететь, потому что не хочет больше встречаться… с «дикаркой»? Желает расстаться с ней сейчас, чтобы в финале гениального проекта его больше ничего не отвлекало? Или посетовать на то, что слишком многое их разделяет и они вряд ли смогут понять друг друга?

Все это было глупостью и романтической чушью, которую отрицал всякий нормальный житель Гончего Пса. Да и сам Ирит не слишком понимал и верил в то, что испытывает. Ирит знал только одно, что никогда не позволит себе быть отверженным. Он предпочитает уходить первым!

Глава L

За прозрачными стенами коридоров мелькали бесчисленные сотрудники Башни, мерцали приборные панели неведомой аппаратуры… Но на этот раз Майла смотрела только на мигающую впереди зеленую стрелку, показывающую ей путь к вэну. Её больше не поражали белоснежные коридоры лабораторий, их стерильная чистота, замкнутые лица чужаков в голубых комбинезонах, снующие по коридору приземистые металлические роботы со множеством конечностей…

Углубившись в собственные мысли, Майла сосредоточенно шла вперед. Только когда её лица коснулись яркие лучи летнего солнце, она, наконец, подняла глаза и поняла, что уже вышла из Башни и находится на зеленой поляне посреди стартовой площадки. Определив нужный ей номер, она двинулась к летательному аппарату.

Навстречу вышел, как и все представители цивилизации захватчиков, высокий молодой человек в сером комбинезоне. Погруженная в собственные мысли Майла мельком отметила, что её привычного провожатого заменил новичок. Этот выглядел выше предыдущего, несколько бледнее, с ярко-красными тонкими щелочками губ и…

Недовольно мотнув головой от своей излишней внимательности, Майла опять сосредоточилась на не дающих ей покоя мыслях, вернее на их обрывках. События последнего часа совершенно лишили её возможности рассуждать последовательно.

Как больно он ранил! Его брошенная с иронией фраза: «Теперь требуются объяснения? Важна логика, а не чувства? Ведь я же… захватчик, чужак, оборотень, демон-искуситель… Или как еще женя называют», в очередной раз ядовитым жалом кольнула в сердце.

Майла, едва сдерживаясь от подступающих слез, опустила глаза, пробралась в самый дальний угол вэна и уставилась в большое круглое окно сбоку.

За стеклом с головокружительной скоростью замелькали разнообразные пейзажи. Поля сменялись лесами, леса лугами и реками, а иногда то тут, то там проскальзывали огромные пространства выжженной земли. Севернее зияли мрачно чернеющие верхушки обожженных деревьев полигона.

База, полигон…

Майла с горечью улыбнулась. Словно все было в другой жизни.

Ирит…

Тогда, при первой их встрече, он показался ей опасным, коварным, жестоким противником… И до сегодняшнего момента она была уверена в своей неприязни к нему, как и к любому инопланетному захватчику.

– Теперь часть наших построек перейдет вам, – ухмыляясь, заметил её провожатый и бросил в сторону девушки беглый оценивающий взгляд. – Неплохо! Да?!

– Строения перейдут научному центру Базы, – отрешенно заметила Майла. – А я к этому вряд ли буду иметь отношение.

– Руководство оставляет все жителям Зетты-3. База тут ни при чем, – опять хмыкнув, произнес водитель вэна.

– Значит, так… – устало согласилась Майла и демонстративно отвернулась к окну.

Объяснять чужаку нынешнюю ситуацию на Зетте ей совсем не хотелось. Плакаться, что все захватили бюрократы и бездарности? Она сама виновата… Кто бы мог предположить, что все так обернется…

От таких мыслей на душе стало еще хуже.

Майла закрыла глаза и попыталась ни о чем не думать.

– Как тебе наш капитан? – хихикнув, опять поинтересовался водитель.

Его назойливость и прямой вопрос подействовал на девушку, как удар хлыста. Тут же открыв глаза, она села прямее и вопросительно посмотрела на чужака.

– Странный вопрос, – ответила она как можно спокойнее.

Молодой человек осклабился одними только пунцовыми губами. Глаза же его тем временем изучающе пробежали по фигуре девушки.

– Я бы такую сладенькую не бросил! – захохотал он надрывно, но тут же остановился и с животной ненавистью добавил: – Должно быть, он из-за тебя отменил охоту…

Майла инстинктивно напряглась и огляделась в поисках выхода. Но вэн летел на высоте нескольких сот метров, двери были плотно закрыты бортовым компьютером, а как этим компьютером управлять, Майла имела весьма смутные представления.

– Я очень устала и хочу быстрее попасть домой, – как можно любезнее сообщила она провожатому.

– От нашего капитана еще не так устать можно! – двусмысленно подмигнув, заметил водитель вэна. Затем нажал несколько кнопок на панели. Машина повисла в воздухе. Молодой человек довольно потянулся и, изобразив на лице подобие улыбки, повернулся к девушке лицом. – От тебя так и пахнет хорошей случкой, сучка! – выплюнул он презрительно и, встав с кресла, начал медленно приближаться.

– А я тебе еще больше понравлюсь! Могу поспорить! До смерти заезжу… лапуля…

В следующее мгновение Майла вскочила на ноги и нанесла молниеносный удар чужаку точно в солнечное сплетение. Провожатый вначале изумленно ойкнул, потом дико захохотал и как ни в чем не бывало встал в полный рост.

Перехватив пораженный взгляд Майлы, которая знала, что её удар может разбить коленный кирпич, чужак довольно усмехнулся.

– Предпочел надеть защитный силовой пояс, – хмыкнул он пренебрежительно. – На этот раз у тебя не получится сбить меня с ног. Настало время платить за проявленное неуважение!

Майла потрясенно уставилась на лицо молодого человека. Эта бледная кожа… Тонкие яркие губы… Где-то она их уже видела. Очень давно…

И тут Майла потрясенно застыла. Перед ней стоял тот пришелец, самый первый, который появился несколько лет назад в Доме Зеленых Полей и требовал двух девочек подростков! Тот самый, которого она сбила с ног, когда он направил оружие на людей её Дома!

– Совсем не изменился! – произнесла она потрясенно.

– Значит, не всю еще информацию выболтали, – констатировал провожатый. – А то я уж думал, они совсем с ума посходили, эти старые псы!

– ТЫ требовал жертв! – прошептала Майла с ненавистью.

– И сам попросился на такую восхитительную роль! – чужак театрально раскланялся. – Меня всегда возбуждали перепуганные дикарочки и их затравленные папаши, братья или мужья! Да какая собственно разница! Видеть страх – всегда восхитительно! – он на секунду замолчал и, недовольно склонив голову, заметил: – Однако я вижу ты совсем меня не боишься?! Напрасно… – на его бледном лице отразилось садистское удовольствие. – Специально для тебя я растяну этот процесс… ужаса!

Последнее слово он произнес с особым выражением, словно смакуя и обкатывая на языке каждый звук.

– Между нашими правительствами перемирие… – проговорила Майла, а сама попыталась боком незаметно приблизиться к панели управления. Возможно, ей удастся посадить эту машину на землю? – …Это какое-то недоразумение… Что было, то было. Война закончилась…

– И ты ему поверила? – глаза чужака налились кровью. – Неужели ты думаешь, мы просто так бросим планету, на которую потратили столько времени?.. Нет! Мы её используем как можно тщательнее, пережуем, выплюнем, и биллионы поклонников будут восторгаться талантом твоего капитана-любовника! А ваши кости будут гнить в земле. Мы же будем по ней бегать и наслаждаться успехом!.. Разве он не посвятил тебя в свои планы, прежде чем хорошо трахнуть?! Какой лжец! Настоящий лицемер! А я вот парень правдивый! Все объясняю… – чужак самодовольно осклабился. – Так кто же из нас лучше?.. Может, согласишься дать мне кусочек своего прекрасного тельца добровольно?

Он еще раз довольно усмехнулся и начал повторно приближаться к замеревшей в ужасе Майле – на этот раз гораздо осторожнее. Но девушка даже не предприняла попытки отстраниться. Нарисованная захватчиком картина грядущего полностью парализовала в ней всякую волю к жизни. И что самое ужасное, единственной фразой, которая билась в её голове, словно пойманная птичка, было: «Ирит… Ирит не мог…»

– Врешь… – выдавила она едва слышно и в упор посмотрела на чужака.

Тот остановился и с интересом глянул на девушку. Затем медленно провел пальцами по застежкам её платья, задумчиво наклонил голову… и широко улыбнулся.

– Я растяну твои страдания, – с восторгом прошептал он ей на ухо. – Тем более ты сама хочешь… правды!

– Хочу, – выдохнула Майла.

– Тогда мне придется тебя убить… – мечтательно отозвался чужак. – Кстати, хочу представиться. Лим-Ри… Первый помощник главы разведывательного управления миссии Зетта-3. Специалист по вопросам подготовки населения к финальному сражению… Ты знаешь что-нибудь о финалах?

Майла только пожала плечами и уставилась на своего нового знакомого мучителя.

– Возможно, вэн не лучшее место для откровений, – заметила она небрежно. – Здесь слишком тесно и твоя речь может не произвести столь ошеломляющего действия… На поверхности планеты…

– Не хитри со мной! – Лим-Ри нервно облизал тонкие губы.

– Боишься, на земле не сможешь со мной справиться или я убегу? – удивленно поинтересовалась Майла. – Ты же гораздо сильнее и абсолютно неуязвим!

Лим-Ри задумчиво уставился на кабинку вэна.

– Да, пожалуй, не стоит здесь все пачкать в крови, – пробормотал он себе под нос. Затем перевел на девушку свои немигающие, налившиеся кровью глаза и согласно кивнул. – Остановимся в горах!

Следующие несколько минут они летели молча. Лим-Ри возбужденно поглядывал в сторону девушки, а Майла тем временем украдкой следила за его действиями над кнопками управления.

Через некоторое время внизу показались горы и небольшое плато.

– Сядем здесь, – сосредоточенно сообщил Лим-Ри.

Рискуя разбить летательный аппарат, он принялся манипулировать между острыми выступами, пока, наконец, не посадил вэн около входа в пещеру.

– Вперед, крошка, – просипел он охрипшим голосом. – Теперь ты узнаешь, кто такой Лим-Ри!

Майла послушно вышла наружу. И как только оказалась на поверхности планеты, подняла глаза к небу и с наслаждением глотнула чистого горного воздуха. Родная планета должна была придать ей сил и храбрости. Именно храбрости, потому что сейчас сомнений уже не было. Её провожатый оказался не только насильником, но и маниакальным садистом!

– Шагай быстрее в пещеру! – агрессивно выпалил чужак и наставил на девушку оружие. – Спутники теперь все равно не помогут. Он теряет интерес к своим жертвам, как только добивается результата! Можешь не пытаться привлечь внимание. Сейчас его мысли заняты развлечениями на курортах с экзотическими красотками!

Майла, с трудом скрыв изумление, покосилась на своего пленителя и еще раз украдкой глянула в небо. Значит, Лим-Ри загонял её в пещеру в надежде скрыть следы преступления! Спутники могли засечь его неповиновение приказам!.. Это еще одна надежда!

Ирит…

Как ни странно, именно сейчас она испытывала к нему меньше всего ненависти. Слова Лима-Ри только на мгновение ввергли её в уныние. Потому что… чувства говорили ей совсем о другом! Теперь она понимала, о чем хотел сказать Ирит, и о чем была его… печаль… Тогда Майла требовала от себя и от него логики… Но что такое логика перед лицом смерти?

Девушка обернулась к своему пленителю. На тонких губах Лима-Ри застыла гримаса предчувствия извращенного удовольствия. Чужак перехватил её взгляд и зло бросил.

– Вижу, ты мне не веришь. Было время подумать и нарисовать розовые замки? Напрасно… – размашистым толчком приклада Лим-Ри опрокинул девушку наземь и удовлетворенно добавил: – У меня будет время поведать и доказать правду. Перед смертью ты узнаешь много интересного… – затем, вожделенно глянув на распростертую в острых камнях пещеры девушку, довольно причмокнул и добавил: – А хорошо, что он тебя попробовал! Это даже возбуждает! Трахнуть тёлку командира!!! Я окажусь на высоте, детка!.. Не надо было ему ссылать меня в самое пекло!

Медленно поднявшись с пыльного пола, Майла отряхнула юбки и задумчиво посмотрела на разодранные в кровь ладони. К горлу подступил тугой комок – ей опять стало страшно от новых откровений чужака! Но она прошептала:

– Я не верю! Я не верю ни одному слову насильника и садиста!

– Чертова баба! – выругался Лим-Ри и, отбросив оружие, принялся срывать с себя одежду. – Сейчас я тебе покажу, кто тут хозяин!

Майла проводила взглядом брошенный Лимом-Ри лазерный автомат и едва сдержалась от радостного возгласа. Чужак её явно недооценивал!

С горящими ненавистью и безумием глазами Лим-Ри начал приближаться к своей жертве. Но силовой пояс все еще висел у него на талии и помигивал слабым зеленым огоньком.

Майла осторожно отступила на шаг назад. Она слишком мало знала о силовом поле защиты и возможностях противника, чтобы нападать первой. Если только поле не работало по тем же принципам, что и на кораблях. Тогда оставался один выход – атаковать до тех пор, пока заряд батареи не иссякнет. Но на это могли уйти часы! Хватит ли её выдержки, и каковы боевые навыки противника?

Лим-Ри подошел уже совсем близко и сделал первое хватательное движение. Майла, без особого труда уклонилась. Злобно оскалившись, чужак повторил попытку. Девушка без видимых усилий проделала то же самое. По разъяренной гримасе чужака пробежала судорога.

– Проворная, стерва! – прохрипел он через плотно сжатые зубы.

Несколько следующих его попыток прошли столь же безуспешно.

Майла, внимательно наблюдая за его состоянием, наконец, с облегчением отметила, что чужак начинает окончательно выходить из себя. По опыту она знала, что нет ничего уязвимее разъяренного противника. К тому же из его движений и неуклюжих атак девушка сделала вывод, что её захватчик не слишком увлекается физическими тренировками. Вся полученная информация позволила Майле принять решение – пора нападать!

Увернувшись от очередной неловкой попытки Лима-Ри, она схватила его за руку и со всего размаху швырнула на стену пещеры. Теперь захватчик оказался отрезанным от оружия, а зеленый огонек его силового пояса едва заметно мигнул желтым.

Майла, схватив лазерный автомат, удовлетворенно улыбнулась и нажала на спуск. Все, что она успела заметить, так это неподдельное удивление на лице Лима-Ри. В следующую секунду его образ потонул во вспышках защитного силового поля.

Несколько долгих минут Майла беспрерывно палила из автомата, пока, наконец, оружие не издало слабый хрип и не заглохло. Дисплей показал полную разрядку аккумулятора. А чуть позже из облаков пыли показалась перекошенная физиономия чужака.

– Дрянь! – выдавил он хрипло, и его правая щека судорожно дернулась. – Они всадили тебе высший уровень подготовки!

Майла слегка отступила и недоуменно сдвинула брови.

– Что ты там бормочешь? – бросила она недоверчиво.

Но, не дав Майле докончить фразы, Лим-Ри пошел в наступление. С исказившей черты его лица яростью он принялся наносить удары. Почти все из них не принесли бы ощутимого вреда, если бы не отвратительное жжение после каждого соприкосновения с силовым полем, покрывающим его тело. В конце концов, эти змеиные уколы измотали Майлу до изнеможения. Едва держась на ногах, она с надеждой посмотрела на индикатор силового поля. Сигнал теперь почти все время находился в желтом секторе. Еще немного…

Собрав остатки сил, Майла отразила очередное нападение. На этот раз укол оказался почти неощутимым, а когда она нанесла ответный удар, Лим-Ри впервые охнул и поморщился! Наконец-то её выпады начали достигать цели!

Первый, за долгое время безнадежного отступления, успех придал ей сил! Сконцентрировавшись, Майла принялась атаковать со всей яростью и мощью, на которую была способна.

Некоторое время чужак морщился, но сопротивлялся. Когда вдруг индикатор погас окончательно!

– Стоп, стоп, стоп! – неожиданно закричал он и, отбежав назад, примирительно поднял руки. – Может, поговорим?.. Давай так, я пойду своей дорогой, ты – своей. Война ведь кончилась… Я совершил ошибку. Признаю вину, но давай разойдемся с миром!

Майла, облокотившись о своды пещеры, устало посмотрела на захватчика.

– Значит, теперь ты меня испугался, – ответила она безрадостно.

Лим-Ри нервно расхохотался.

– С такой выучкой, как у тебя, мне вряд ли справиться! Кто же знал, что они засадят тебе программу по высшему уровню! Всегда знал, что этот Ирит сумасшедший фанатик!

– Какую программу?! – Майла продолжая внимательно следить за каждым движением чужака, напряглась всем телом.

Лим-Ри, почувствовав её интерес, победно усмехнулся.

– Мы теперь друзья? – проворковал он довольно. – Я расскажу, откуда у тебя такие способности. Ведь ты же с ними не родилась и не обучалась долгие годы? А потом мы мирно разойдемся!

Майла сосредоточенно сдвинула брови.

– Говори! – бросила она с отвращением. – Или…

– Они засадили тебе программу! – суетливо перебил её Лим-Ри, не дав закончить фразу. – Прямо в мозги! Бац – и ты уже асе рукопашного боя! Причем, чем выше твои интеллектуальные способности, тем более совершенно ты можешь использовать полученные знания! Наши медики – просто боги! Они сделали из тебя отменного убийцу! Но… ты же не такая?

Лим-Ри хитро прищурился и с затаенной надеждой посмотрел на девушку. Он играл на её чувствах.

Вот и ответ, где она пропадала тогда…

Майла невидящим взглядом уставилась на пришельца.

– Значит, вы были еще тогда… – прошептала она слабо. И после минутной паузы добавила: – Так зачем же все… ЭТО? Зачем меня обучали сражаться? И что еще в моей голове?!

Лим-Ри нервно улыбнулся и начал быстро соображать, что же лучше ответить. Выдавать истинные цели их экспедиции теперь могло оказаться жизненно опасно. Сейчас ему было уже не до запугиваний и не до наслаждения от страха противника перед безысходностью грядущего конца.

– Мы вас изучали, – ответил он, заискивающе улыбаясь. – Такие мы… любопытные… Хотим все знать… А насчет… – Лим-Ри покрутил пальцем у виска. – Ничего особенного. Скорее всего, тебе внедрили только боевые искусства… Один индивид – одна программа. Не интересно давать сразу все таланты… Хочется посмотреть, что же именно даст наибольшее доминирование в обществе… Такова суть эксперимента…

– И много таких «запрограммированных» вы наделали? – взволнованно произнесла Майла и нервно вытерла начинающую выступать на лице испарину. – Сколько?! Говори!

Лим-Ри от нового оборота беседы нервно поежился.

– Программу свернули… Ты же знаешь… И потом, я не обладаю достаточным объемом информации… Клянусь… Мы…

Но Майла, уже слабо понимая, что делает, схватила чужака за грудки и неистово тряся принялась выкрикивать:

– Говори, что знаешь!!! Иначе я собственными руками тебя задушу!.. Клянусь! Только попробуй не расскажи! Или… я…

Но Лим-Ри её уже не слышал. Закатив глаза, он принялся биться в неистовых конвульсиях, изо рта пошла кровавая пена.

Отпрянув, Майла в ужасе продолжала наблюдать за муками чужака.

Через несколько минут все было кончено. Безжизненное тело, с выкрученными от судорог конечностями, неуклюже лежало на полу пещеры.

Несколько секунд Майла бессмысленно смотрела на изуродованный труп, потом опрометью выскочила наружу, подбежала к вэну, забралась внутрь и автоматически повторила недавно совершаемые её похитителем действия с кнопками.

Машина послушно взмыла в небо. Взявшись за руль, Майла понеслась в сторону Дома Зеленых Полей.

Глава LI

Чужаки их покинули… Совсем…

В первый год после подписания мирного соглашения оставалась еще небольшая горстка. Но потом исчезли и они. В небе больше не проносились космические корабли, не свистели снаряды. Величественные Башни из неизвестного материала, внешне напоминающего хрусталь, опустели. Привычный ритм жизни понемногу возвращался в Общие Дома. Неизменными остались только тяга к оружию и жажда прогресса – запах опасности инопланетного вторжения все еще витал над пепелищами старых сражений.

Но дети уже ходили в школы. На месте разрушенных строили новые жилища. Засеивались поля. Устраивались торжества…

Только холодными ночами земля… да затуманенные глаза осиротевших и овдовевших оплакивали павших. А днем начиналась новая жизнь, и разворачивались новые события. Так устроен человек. Что бы ни случилось, он всегда хочет смотреть вперед. Это как закон жизни, как способ не сойти с ума и продолжить существование.

Сегодня праздновали Сбор Урожая!

Толпа счастливо вопящих мальчишек и девчонок носилась возле огромного костра, языки которого стремились дотянуться до самых звезд! Взрослые живо переговаривались за огромным столом, накрытым на недавно выстроенной широкой террасе. Играла музыка. Кто-то танцевал. Пахло вином, едой и весельем!

Запыхавшись от бойкой кадрили, Майла упала на длинную лавку у края праздничного стола.

– Сто лет так не танцевала! – воскликнула она восхищенно.

Атис, усевшись рядом, громко расхохотался.

– Ты еще не такая старушка, чтоб упоминать подобные сроки! – отозвался он весело и, с удовольствием оглядев присутствующих, добавил: – Праздник удался на славу! Хорошо, что все вернулись! Сколько себя помню, мне нравилась такая жизнь! Сперва работа – потом застолье, потом опять работа… Эх! Хорошо!

– Как только закончатся дела с урожаем, сразу вернешься на Базу! – хмыкнула Майла. – Так что можешь мне не рассказывать о прежней жизни. Пост Главы охраны ты вряд ли кому доверишь!

– И правильно сделаю! – Атис наигранно возмущенно сдвинул брови. – Без меня они там… такого наворотят! Уж лучше я сам! – и немного помолчав, уже абсолютно серьезно произнес: – Кстати… Как насчет предложения Крика и Патрика? Они дело говорят. Ты нужна, а что раньше было… Погорячились ребята, гордость взыграла. Гордость и глупость… Может, вернешься? Там с новыми материалами из Башен чужаков работы – поле не паханое… Возвращайся… Лично тебя прошу!

– Ой, я не гордая! – весело махнув рукой, сказала Майла. – Мне эти личные просьбы голову не затуманят! Лучше про семью свою расскажи!

Атис недовольно насупился.

– Вот всегда ты так, Майла! Только с тобой по-серьезному… Да, всё с ними в порядке! Ждем пополнения. Врачи говорят – дочка… Только… Ты бы лучше о себе подумала! Крик – парень, что надо. Умный… инженер талантливый…. руководитель нормальный…

Майла в притворном ужасе широко распахнула глаза.

– Кто бы мог подумать, что ты меня сватать начнешь! – воскликнула она артистично.

Атис в ответ скорчил недовольную физиономию и искоса глянул на ежегодную делегацию Северных представителей. Те, небольшой стайкой из десяти человек, сидели на противоположном конце стола и что-то увлеченно обсуждали с Борром и Криком.

– Только не вздумай соваться к Северным, – проговорил он с нажимом. – Я тебя знаю. Поэтому говорю – не думай! Ты только посмотри на их намордники!!! До сих пор не снимают! Сколько времени прошло, а у них все «карантин»! Хоть они наши земляки и уж точно лучше пришельцев… тем не менее очень подозрительные!

– У тебя все подозрительные, – фыркнула Майла. – Наверное, именно потому из тебя и получился отличный начальник охраны! Это же настоящая мания!

– Мания не мания, – пробурчал Атис недовольно, – но про твоё увлечение старинными северными текстами я слышал! Все пытаешься их с нашим Древним городом увязать….

– И поверь мне! Это случится! – запальчиво отозвалась Майла. – Я уже начинаю кое-что понимать из самых… самых древних источников! Складывается впечатление, будто их структура видоизменялась не последовательно, а скачкообразно! Тексты же Северных – как недостающее звено! Понимаешь… Это важно…

– Позволите присоединиться к вашей оживленной беседе? – Патриарх Северных склонился в глубоком поклоне.

Атис в соответствии с обязанностями, налагаемыми на него занимаемой на Полигоне должностью, встал и поклонился в ответ. Тем не менее от острого взгляда Майлы не укрылась ни с трудом срываемая неприязнь Атиса, ни снисходительное пренебрежение этой неприязни со стороны Отулла.

А в сторону собравшихся уже спешил изрядно подвыпивший Патрик, ныне заместитель Крика. Долговязый Тонни следовал рядом и по мере сил пытался поддержать за локоть пошатывающегося заместителя директора Полигона.

– Аа-а! Уже моих будущих сотру-у-удников переманиваете! – проголосил Патрик, как только подошел ближе и подозрительно покосился на Главу Северных людей. – Ничего не выйдет! Так себе на носу и зарубите! Майла – наш ученый, и мы её никуда не отпустим!

Патрик грозно потряс пухленьким пальцем перед глазами Отулла и, громко икнув, добавил:

– Но мы с вами остаемся, так скз-зззать, в дружеских отношениях! Дипломатия, черт её дер-р-ри!

Тонни, зная характер Отулла, тут же побледнел, выступил вперед и несколько запоздало попытался перехватить инициативу.

– Извините нас, Отулл, – буркнул он смущенно. – У Патрика стресс – последствия тяжелой работы… К тому же все немного развеселились, расслабились…

– А я могу высказать то, что думаю?! В конце-то концов! – перебил химика Патрик. – У нас-с-с сегодня не-не-формальная обстановка! Что хочу, то и говорю! Демох-х-хратия, мать её-ё-ёоо!

На лице Патриарха Северных не дрогнул ни один мускул, хотя, возможно, в этом ему помогла странная маска-мираж… Развернувшись исключительно в сторону Майлы, Отулл учтиво заметил:

– Ваш коллега действительно совершенно явно перетрудился. Ему необходим отдых…

И как только Отулл закончил фразу, Патрик закатил глаза и мягко опустился на землю.

Тонни и Атис молча переглянулись.

– Обморок или отравление? – неуверенно предположил Атис.

Тонни поспешно наклонился к недвижному телу заместителя главы Полигона, схватил за пульс и приложил ухо к сердцу.

– Да он просто спит! – возмущенно воскликнул он через несколько секунд.

Как в подтверждение его слов, Патрик громко всхрапнул и что-то забормотал сквозь дрему.

– Сукин сын! – негодующе воскликнул Атис. – И когда только успел так налакаться! – но, вспомнив о присутствии Отулла, тут же осекся и поспешно махнул нескольким своим ребятам рукой.

Те сразу подбежали, без лишних вопросов схватили храпящего Патрика за ноги и поволокли в Дом. Тонни, откланявшись, озабоченно поспешил следом.

Атис, Майла и Отулл остались стоять на месте.

Повисло неловкое молчание…

Атис неуверенно помялся с ноги на ногу, посмотрел на Майлу и, чувствуя себя явно лишним, недовольно бросил:

– Майла, если что… Я рядом! – метнув в сторону Отулла свой коронный пронзительный взгляд «матерого начальника охраны», Атис пошел в сторону танцующих.

Отулл проводил начальника охраны долгим и пристальным взглядом, потом развернулся к девушке и едва заметно прищурил свои удивительные глаза, идущие от переносицы до самых висков.

– Он искренне о тебе беспокоится, – заметил глава Северных глухо.

– Напрасно, – отозвалась девушка. – У меня все отлично!

Отулл молча кивнул, потом перевел свой взгляд на веселящихся и танцующих вокруг людей.

– Может, прогуляемся? – произнес он осторожно.

Майла перехватила его взгляд и весело усмехнулась:

– Все еще не привыкните к нашим громким празднествам?

Отулл едва слышно хохотнул и, наклонившись к самому уху девушки, прошептал:

– По всей видимости, ты тоже псионик…

Несколько минут они молча шли мимо бурного празднества: мимо танцующих пар, бегающих вокруг костра мальчишек и девчонок, вспыхивающих фейерверков… Мимо музыки, голосов, суеты…

Потом все стихло, праздник остался далеко позади – за густыми деревьями и плотным воздухом начинающейся осени.

– Так лучше? – Майла остановилась и с искорками веселого лукавства посмотрела на своего собеседника.

Отулл промолчал. В неясном свете звезд его силуэта почти не было видно. Майла только почувствовала, как он повернулся и посмотрел на неё долгим неотрывным взглядом. Потом её плечи почувствовали легкое прикосновение его ладоней. Этот Северный человек прикасался так нежно и так страстно одновременно!

Майла ощутила, как земля начала медленно уходить из-под ног. Но вот её уже подхватили и крепко держали сильные руки…

Скинув с себя плащ, Отулл расстелил его на земле и бережно посадил на него девушку.

Чувство внезапной страсти немного отступило, и Майла смогла дышать.

Мужчина медленно провел кончиками пальцев по её слегка растрепавшимся волосам, потом осторожно потрепал по щеке.

– Тебе нужен мужчина, – прошептал он. – Потому что ты – Женщина, Майла! Ты прекрасная женщина!

Его рука отстранилась от её лица, скользнула по прекрасному изгибу шеи и затерялась в густой гриве волос. Таким образом, предупредив всякое возможное отступление, он начал медленно склоняться к её губам.

Майла не видела лица, даже глаз… Она чувствовала только трепет, охватывающий и её, и его с новой силой. Он почти ничего не делал, только язык едва касался жаждущих губ, приоткрывал их и вторгался глубже с каждым новым движением.

Страстный и бесконечный поцелуй пронизывал насквозь, извлекал из её глубин рвущееся и готовое затопить наслаждение! Она почти не сопротивлялась. Только отдавалась во власть его сильных рук и требовательных поцелуев.

Отулл на мгновение остановился и приподнялся на локтях. Майла выгнулась и испытала почти невыносимую жажду продолжения. Отулл едва прикоснулся к трепещущим губам девушки и отстранился опять.

Майла приоткрыла глаза и непонимающе глянула на темный силуэт в ореоле звездного неба.

– Попроси меня, – срывающимся голосом произнес мужчина. – Скажи, что сама хочешь этого…

– Я хочу тебя! – почти прорыдала Майла. – Я так хочу, как никогда!

Её взор устремился в звездное небо…

…Звездное небо…

…По щекам помимо воли побежали слезы.

Отулл на секунду замер, потом сел рядом и крепко обнял девушку за плечи. А по лицу Майлы продолжали беззвучно катиться слезы.

– Ну, хватит, хватит, – охрипшим голосом прошептал он. – Не стоит так из-за него убиваться…

Майла последний раз всхлипнула и попыталась взять себя в руки.

– Зачем ты остановился? – простонала она с мольбой.

Отулл промолчал, прижал девушку покрепче к груди и принялся баюкать, словно маленькую девочку.

– Нехорошо себя обманывать, – наконец, произнес он тихо. – Все образуется…

– Ты мне нравишься, Отулл… Правда…

– Я это знаю… – фраза прозвучала с легким оттенком сожаления.

Майла прижалась к нему еще плотнее и глубоко вздохнула.

– У меня для тебя есть история… – отозвался Отулл через некоторое время. – Хочешь, расскажу прямо сейчас…

Майла слегка отодвинулась и удивленно посмотрела на главу Северных.

– Тебе понравится, – добавил он едва слышно. Затем поцеловал девушку в щеку, поправил выбившуюся прядь и опять прижал к сердцу. – …Очень-очень давно жили люди… Их история насчитывала тысячелетия! Это была очень могущественная раса! Им ничего не стоило дотянуться до любой звезды, вылечить самую невероятную болезнь или создать целую планету. Их могущество почти не знало границ. Такими были они во всем… В том числе и в непримиримости. Так случилось, что однажды они не смогли найти между собой… золотой середины… И разразилась война, такая же непримиримая и могущественная, как они сами… Война шла долго… Очень долго… Пока вдруг одна из сторон не нарушила общий запрет и не применила самое страшное оружие!.. – Отулл на секунду замолчал, затем глубоко вздохнул и продолжил: – …Там, где стояли целые города, не осталось ничего. Ни деревца, ни даже травинки… Выжившие – горста людей, разбросанная по всем уголкам планеты, из представителей высокоразвитой цивилизации в одночасье превратилась в перепуганных оборванцев… С каждым годом они дичали все больше и больше…

Ах, да! Еще остался целым и невредимым подземный город ученых. Целый город, обреченный смотреть на гибель некогда могущественной планеты. Именно тогда, в ужасе от содеянного, от увиденных последствий враждебности, они и распылили над поверхностью планеты так называемый изотоп «Gegen Hass», понижающий уровень ярости. А потом…

Неизвестно почему, возможно, у кого-то сдали нервы… Возможно, прокрался чужак… Но в подземном городе ученых случился взрыв. Только по каким-то неведомым причинам почти никто не пострадал, взорвалась только цистерна с химическим веществом. Сначала ничего не происходило, но вскоре… начались мутации. И с каждым новым поколением они усиливались. Настолько, что когда жители города сталкивались с остальными представителями уцелевших, те, несмотря на примененный изотоп, который должен был оставаться в крови столетиями, в ужасе забрасывали потомков ученых камнями и палками.

Безрезультатно жители города пытались найти общий язык с остальными, напрасно тратили силы, подкармливая и стараясь обучить дикарей самым элементарным азам науки. Их по-прежнему боялись и ненавидели.

Враждебности и агрессии становилось с каждым годом больше и больше. Тогда, в память о случившейся трагедии и во избежание дальнейших столкновений, ученые взяли все, что уцелело от тысячелетней истории, и отправились в земли, на которые никто бы не захотел претендовать…

Бескрайние северные снега и лютый холод стали им одновременно… и защитой… и Домом…

Отулл замолчал.

Майла услышала, как учащенно бьется его сердце.

– Вот, значит, почему мы не видели войн. А вы… Печальная история… – наконец, вымолвила она с трудом – в горле застрял тугой комок.

Мужчина осторожно отстранился, лег на плащ и уставился в звездное небо.

– Ко всему привыкаешь, я уже к ней привык, – произнес он с легкой усмешкой. – Я вижу её каждый раз, сталкиваясь со своим отражением…

Майла помимо воли вздрогнула.

В траве запели сверчки. Прошелестел легкий ветерок и принес аромат реки вместе с запахом диких трав.

– Что собираешься делать? – вымолвил Отулл через некоторое время. – Все документы у меня с собой в микрофильмах..

Майла не ответила и только продолжала безмолвно смотреть на темный силуэт своего собеседника.

– Так что? – с легкой иронией осведомился глава Северных. Потом замолчал и посмотрел на застывшую в оцепенении девушку. – Тебе страшно?

Майла отрицательно тряхнула головой. Затем с замирающим сердцем встала на колени и всем телом потянулась к лицу мужчины. Её пальцы осторожно коснулись его волос, пробежались самыми кончиками по упрямому лбу…

– У тебя очень красивые глаза, – прошептала она срывающимся голосом. – Непохожие, но очень красивые… Твой голос волнует моё сердце, а душа… Я чувствую, как она переливается всеми красками мира и как она прекрасна…

Отулл спрятал лицо в руках и так просидел довольно долго.

– Я не хочу тебя напугать, – наконец, выдохнул он с усилием, поднялся и размашистыми шагами направился обратно к Дому.

Майла в нерешительности замерла, потом вскочила, схватила плащ и побежала следом. Почти на середине пути девушке удалось его догнать. Забежав перед ним, она требовательно встала поперек дороги.

– Если только пожелаешь, я никому никогда ничего не скажу! Ваша история имеет право быть только вашей… Но позволь…

Её фраза оборвалась на полуслове. Огромный диск луны вынырнул из-за туч и осветил поляну невероятно ярким свечением.

Перед ней стоял НЕЧЕЛОВЕК!

Это было лицо зверя! Прекрасного и могущественного! Сфинкса из древних легенд! Глаза полыхали синим огнем! А из ноздрей вырывался густой пар!

Майла от неожиданности слегка вскрикнула и отступила на шаг.

Звериные черты поплыли перед глазами – на какое-то мгновение он стал похож на человека.

– Но я же… – Майла растерянно замолчала… Она хотела сказать, что прикасалась к этим нежным губам, чувствовала их человеческое тепло и…

– Взамен мне дана способность необычное… выдавать за привычное… – прошептал Отулл, предвидя её вопрос. – …Такова усмешка природы… – и, развернувшись, скрылся из виду.

Глава LII

Едва соображая, что делает, Майла зашла в свою комнату и устало села на кровать. Новые известия потрясли её до глубины души! Стянув с себя платье, она уже потянулась к маленькой лампе выключить свет, когда её взгляд скользнул к стоящему в полумраке комнаты столу. Там лежал конверт и объемная упаковка с печатью.

«Для Майлы», – прочитала девушка на листке. Потом спешно раскрыла сверток и обнаружила внутри множество микрочипов. С замиранием сердца она поднесла поочередно несколько из них к считывающему устройству…

Все, о чем она могла когда-либо мечтать! Недостающая часть головоломки, отсутствующее звено в цепи лингвистической истории! Отулл подарил ей старинные рукописи Северных и копию части библиотеки подземного города ученых!

Теперь есть все шансы разгадать тексты многотысячелетней давности!

Не веря своему счастью, Майла быстро оделась и стремглав выбежала в сторону временной резиденции Отулла.

Пробегая мимо террасы, она мельком заметила, как многие неугомонные все еще продолжают веселье – вокруг слышались тихие песни и приглушенный смех, музыканты наигрывали незатейливую мелодию…

Подбежав к жилищу Северного Патриарха, девушка неуверенно остановилась. Час для визита был выбран явно неудачно.

Присев на скамеечку неподалеку, она попыталась немного прийти в себя. Первый восторг начал потихоньку отступать. Теперь Майла могла мыслить более рассудительно. В голове начал постепенно вырисовываться план дальнейших исследований – белые пятна, которые могут прояснить тайны и окажутся разгаданными…

В темноте ночи появился неясный силуэт.

– Мы уезжаем завтра, – донеслось из темноты.

Майла, с трудом оторвавшись от грандиозных планов, взглянула на подошедшего.

Совсем рядом, в обнимку со своим родственником Кварком, прошагал горланящий песни Патрик.

Окончательно вернувшись к реальности, девушка поспешно встала и в знак приветствия склонила голову перед главой Северных.

– Подарок Северного народа неоценим… – прошептала она, запинаясь.

Мужчина кивнул и посмотрел своим невероятно долгим взглядом. Как и обычно, теперь нижнюю половину его лица скрывала маска. Но глаза… Они могли распахнуть целый мир, где уже не важно, кто как выглядит, и человеческое или звериное лицо скрывает мираж.

Майла судорожно сглотнула и, еще раз проводив взглядом разгуливающих вдалеке Патрика и Кварка, произнесла:

– Мне придется объяснять, откуда я взяла материалы для расшифровки… Но… Им вовсе не обязательно знать историю подземного города, взрыв и… Боюсь, это может вызвать нездоровые опасения… Некоторые документы я бы предпочла вернуть…

Темная фигура скользнула ближе.

– Я предполагал, – прошелестел его голос совсем рядом.

Майла запрокинула голову вверх и попыталась угадать выражение его глаз. Был ли его подарок проверкой?

– Я хотел, чтобы ты знала, – ответил мужчина на немой вопрос. Потом, помолчав, добавил: – Думаю, теперь мы будем появляться в ваших краях реже. Башни захватчиков изучены… Документы скопированы… Эти сведения мы поместим в архивы планетарной библиотеки…

– Ты больше не приедешь? – Майла задала вопрос, но уже знала ответ. Отулл сделал прощальный подарок.

Едва справляясь с охватившими её чувствами, Майла опустила глаза. Теперь она была так одинока! С кем она будет делиться своими исканиями, находками и открытиями? Прежние коллеги слишком от неё отдалились в поисках материальной выгоды от науки. Друзья обрели семьи, детей… Даже Вив – и та всё время сейчас уделяла своему первенцу.

С Отуллом же во время его ежегодных визитов она часами могла говорить о науке, древних языках, технических достижениях…

Отулл нежным жестом привлек девушку к себе.

– Гениальность – нелегкая ноша и сродни одиночеству, – заметил он. – Но… одинокий путник идет дальше других!..

И Майла прижалась к нему еще ближе.

– Как я слаба, – простонала она со вздохом. – И совершенно не понимаю, куда иду…

Но в Отулле больше не было сил противостоять её нежному голосу, её растерянности, неуверенности… Она прижималась к нему так податливо!

И вот руки мужчины уже ласкали её плечи, губы требовательно запрокидывали голову назад, язык вторгался внутрь.

Какой же она была изголодавшейся! Он чувствовал этот голод каждым нервом своего существа!

Схватив девушку на руки, Отулл занес её внутрь помещения и положил на ворсистую шкуру перед горящим камином. Отблески языков пламени придали его и без того стройной фигуре грацию дикого зверя.

То ли повинуясь его воли, то ли воле случая, маска-мираж спала с лица.

Майла на мгновение вздрогнула и непроизвольно отстранилась. Перед ней сидел дикий зверь! Огромные глаза горели страстью, все тело в зверином желании переливалось напряжением мышц.

Их взгляды встретились. Желание зверя было настолько неистовым, что девушка почувствовала его обжигающие волны.

Не говоря больше ни слова, она послушно откинулась на ковер и принялась медленно расстегивать пуговицы платья.

Комнату наполнило рокочущее рычание. В следующий миг он рывком подскочил ближе и принялся нетерпеливо срывать с неё одежду.

Больше девушка ничего не понимала. Сознание охватила невыносимая истома и желание отдаваться.

Его язык огненной страстью вторгался между её губ, требовательные руки мучили тело невыносимыми ласками, граничащими с болью, а зубы впивались в трепещущую плоть.

Он разрывал её на части! И делал это с такой убийственной ненасытностью!

Как вдруг в тумане этого яростного восторга на своем бедре она почувствовала его рвущееся начало. На секунду Отулл, этот получеловек-полузверь, остановился и сквозь красную пелену, застилающую ему взор, устремил свой взгляд на девушку.

– Я не причиню тебе вреда, – прохрипел он, едва справляясь с прерывающимся дыханием, и его руки очень осторожно и вместе с тем настойчиво принялись раздвигать её колени.

Майла перевела взгляд на теперь полностью обнаженное тело Отулла и невольно вздрогнула. Его нечеловеческое начало неуклонно приближалось к её лону и требовало соития!

Почувствовав неуверенность своей самки, человек-зверь надрывно зарычал и дрожа опустился рядом. Его руки схватили лицо девушки, а язык принялся неистово терзать её губы.

– Я буду осторожен! – выдохнул он. Из его глотки вместе со словами вырвался рык.

И Майла почувствовала, как проваливается в очередную волну экстаза. Этот мужчина имел над ней странную власть! Теперь своей волей он заставлял девушку забыть страх и сомнения, а его нечеловеческое желание вливалось в её тело полноводной рекой. Разум больше не властвовал над ней! Её существо захватывала дикая страсть и непреодолимое желание!

Но в самый последний момент Отулл ослабил контроль – и она вынырнула из пленительного беспамятства. Распростертая, с широко разведенными ногами Майла лежала перед камином, а зверь, рыча, готовился взять её окончательно.

Девушка слабо пошевелилась и попыталась сжаться в комок, но тут же встретилась с требовательным взглядом огромных глаз! Прищурившись, он по-тигриному склонил голову набок, потом молниеносным движением руки перехватил ее запястья над головой, а второй рывком повторно раздвинул ноги.

– Я не могу остановиться! – простонал он, и его слова почти не походили на человеческие. Это был вой! Вой и рычание!

Горящая плоть его приблизилась к нежному лепестку её губ, тронула их с неистовой требовательностью и напором.

Майла слабо вскрикнула, но тут же замерла под его гипнотическим взором.

Очень медленно, не отводя глаз от своей прекрасной самки, он вторгался все глубже и глубже, пока все его основание не скрылось в сладостной неге её лона. И только после этого он позволил себе отвести взгляд и, победно рыча, откинуться назад. Теперь девушка была в его власти!

Несколько секунд он не шевелился, продляя удовольствие.

Майла ощутила все его огромное желание внутри и помимо воли испытала экстаз, граничащий с болью. Все её женское естество пришло в движение и теперь плотно обхватывало и ласкало звериное начало. Внутренние судороги принялись содрогать тело в оргазме.

Человек-зверь открыл глаза, и в них мелькнуло нескрываемое восхищение. Издав рык, он начал движение. Сначала медленно, а затем все быстрее и быстрее. Пока соитие не превратилось в один неистовый, дикий танец.

Он врывался, терзал, отступал и нападал с новым неукротимым желанием, а его любимая жертва извивалась на полу и испытывала все новые и все более мощные приступы наслаждения.

Волна приходила за волной, их тела уже блестели от пота, но они продолжали свой всепоглощающий танец страсти. Пока наконец не осталось ничего – ни времени, ни пространства. Только всплески всепоглощающего оргазма.

И в самом конце бытия зверь, наконец, испустив душераздирающий вопль, без чувств упал на измученную экстазом девушку.

Глава LIII

Изо всех сил Майла сопротивлялась! Теперь это уже напоминало настоящий бунт!

– Я не хочу никуда уезжать! – воскликнула она возмущенно.

Но Отулл уже умудрился схватить её и, перекинув через плечо, тащил к выходу.

– Не смей меня трогать! – повторила девушка. – Я…

Она со всей своей нечеловеческой энергией забила кулаками по спине главы Северных. Но выносливость Отулла, по всей видимости, не только не уступала её, но и сильно превосходила. Все её бойцовские выходки мужчина пресек простым скручиванием рук. Остолбенев от такой неслыханной силы, Майла некоторое время не могла прийти в себя, и только когда оказалась висящей у него через плечо, обрела дар речи.

– Я тебе никаких прав не давала! – взвизгнула она оскорбленно. – Сейчас же опусти меня на землю!

Изловчившись, девушка собралась нанести пальцами сокрушительный удар по точкам, блокирующим движение ног своего похитителя. Подаренное ей пришельцами искусство все еще оставалось при ней.

– Даже не думай! – заметил Отулл, и его пальцы уже надежно держали кисти рук девушки.

– На помощь!!! – закричала Майла, что есть духу. Сражаться с псиоником ей оказалось не по силам.

Но туман раннего осеннего утра ответил ей лишь гулким эхом. Вчерашнее бурное веселье давало о себе знать – обитатели Дома Зеленых Полей крепко спали и досматривали десятый сон. Чтобы их разбудить, требовался как минимум рев горна, а вовсе не крики Майлы, идущие от резиденции, расположенной на противоположном краю поляны.

А вокруг резиденции Северных гостей работа шла полным ходом. Члены делегации спешно паковали и грузили вещи в самодвижущиеся аппараты. Большинство уже заканчивало погрузку и, нырнув внутрь, заводило моторы.

Подойдя к своей весьма изящной на вид машине с прозрачным верхом из особо прочного пластика, Отулл открыл дверь и, предварительно связав своей пленнице руки, принялся запихивать девушку внутрь. Когда это ему наконец удалось, он плотно захлопнул люк и уселся за руль. Машина на воздушной подушке взмыла на несколько сантиметров над землей и послушно поплыла во главе колонны.

– Неслыханно!!! – Майла не могла подобрать других слов. – Как это понимать?! Еще вчера ты вел себя совершенно по-другому! Это же похищение!!! Мой Дом не оставит подобную дерзость без ответа! Ты… – у девушки от негодования перехватило дыхание.

– Мы друг другу подходим, – просто ответил Отулл. – Вчерашняя ночь тому доказательство. А ты и сама не знаешь, что для тебя лучше. Так что решение принял я. Всем на пользу… В Доме ты сможешь найти себе достойное применение. Наша наука ушла далеко вперед. Тебе будет интересно.

Майла, не дослушав мужчину и наконец с трудом разорвав прочные веревки, опрометью кинулась к люку и попыталась его открыть. Когда дверь не поддалась, девушка принялась долбить кулаками прозрачный пластик крыши. Но ни дверь, ни прозрачный верх так и не уступили её усилиям. С ноющими кулаками Майла в отчаянье отступила назад и, развернувшись, набросилась на сидящего за рулем Отулла.

Тот, легко уклонившись, отскочил в сторону. Машина грозно взвизгнула и замигала лампочками предупреждения.

– Если я не переведу управление на автомат, мы разобьемся, – терпеливо пояснил Отулл.

Майла, сверкая глазами, дала мужчине проделать необходимые манипуляции и, когда тот, уладив сложности с управлением, развернулся, со всего размаху влепила пощечину.

– Рука у тебя крепкая, – заметил он, и на зверином лице тут же появилась маска. – Либо будешь вести себя смирно, либо придется вколоть успокоительное.

– Что?! – Майла в шоке замерла. – Что… – повторила она, окончательно растерявшись.

Отулл удовлетворенно кивнул и сел за руль. Машина под его чутким руководством поднялась немного выше и принялась набирать скорость. Вскоре за окнами с пугающей быстротой замелькали окрестные леса и поля.

Некоторое время Майла сидела неподвижно. Потом упавшим голосом произнесла:

– Я не хочу лететь с тобой, Отулл…

Глава Северных продолжал молча вести аппарат. Казалось, он так сосредоточен на дороге, что совершенно не слышит произнесенной девушкой фразы.

– Ты же сам вчера оставил мне документы для изучения… Я хотела… – прошептала Майла дрогнувшим голосом. – …В мои планы не входило никуда уезжать… Ты всегда был изумительным собеседником. С тобой я могла поговорить о последних открытиях, посоветоваться… Я тебе доверяла! Как другу!

Отулл остался недвижно сидеть за пультом управления.

– Тебе там одиноко, – ответил он через некоторое время. – Ты сама это чувствуешь, я не мог ошибиться…

– Но я не хочу никуда уезжать! – воскликнула Майла и про себя порадовалась, что Патриарх Северных наконец-то соизволил хоть как-то объяснить свои действия.

– Ты напрасно ломаешь себе жизнь, лелея пустые надежды, – жестко проронил Отулл. – А вчера вечером нам обоим было хорошо.

Майла застыла.

– Ты ошибаешься, – выдавила она и, вспомнив вчерашние слезы, добавила: – Никаких надежд нет. Только минутная слабость. Ничего больше…

– Тот чужак улетел и оставил тебя одну! – прохрипел Отулл безжалостно. – Сколько времени прошло, а ты все цепляешься за воспоминания. Пора начинать новую жизнь… У нас тебе понравится. Я покажу настоящий подземный город, зимние сады, огромные галереи… Там очень красиво!

– Ты был моим другом… – воскликнула девушка.

– Теперь я твой мужчина… А это налагает большую ответственность, – отрезал Глава Северных и, давая понять, что разговор окончен, развернулся к рулю управления.

Осенние пейзажи начали постепенно сменяться припорошенными снегом полями. В кабине машины похолодало.

Бросив взгляд на сидящую в одном тонком платье и сжавшуюся от прохладного воздуха Майлу, Отулл протянул ей свой плащ и включил обогрев.

– Машина не рассчитана на поддержание слишком теплого климата, лучше оденься, – посоветовал он.

Девушка молча приняла предложение и закуталась в теплую одежду. Материал оказался удивительно мягким, а подкладка все еще хранила тонкий, приятно-мускусный аромат тела её пленителя.

Через некоторое время Майла открыла глаза и с удивлением заметила, что довольно долго дремала. За окнами расстилались белые поля и припорошенные снегом деревья.

– К вечеру доберемся, – отозвался Отулл, тонко уловив пробуждение девушки. – В заднем отсеке еда. Если проголодалась, можешь пойти взять себе и мне.

Кивнув, Майла молча направилась на поиски пищи. Найдя холодильный контейнер, она извлекла мясо, сыр, несколько листьев салата, приправы, хлеб и принялась делать бутерброды. Выложив их на тарелку, Майла прошла в кабинку, взяла себе один, а остальные протянула Отуллу. Тот, окинув девушку внимательным взглядом, удовлетворенно кивнул. Маска исчезла. Поставив машину на автомат, мужчина принялся с упоением поглощать приготовленное.

Жуя свою порцию пищи, Майла краем глаза продолжала удивленно поглядывать в сторону Главы Северных. В свете дня его лицо полузверя-получеловека не потеряло своего мистического магнетизма. Но вместе с тем…

– Я хочу уйти, – проговорила девушка жестко.

Сейчас, придя в себя от неслыханной дерзости Патриарха Северных, она, наконец, смогла придать голосу необходимую уверенность.

Отулл не спеша дожевал очередной кусок и спокойно пожал плечами.

– Решение принято, – ответил он с ленцой и, по-кошачьи потянувшись после вкусного обеда, возвратился к управлению машиной.

Майла осталась сидеть одна. Собрав крошки с маленького походного столика и убрав посуду, она угрюмо забилась в угол и принялась сверлить затылок своего похитителя ненавидящим взглядом.

– Если надеешься, что это каким-то образом осложнит мне жизнь, то глубоко ошибаешься, – с усмешкой заметил Отулл через некоторое время. – Я давно научился блокировать негативные эмоции.

Майла, поморщившись, отвела глаза и с досадой подумала, что раньше Отулл так не демонстрировал своих особенных способностей, а предпочитал их замалчивать. Теперь же она «удостоилась чести» испытать на себе весь набор диковинных средств!

…И какой же глупостью было вот так прийти к нему среди ночи с благодарностями и по-дружески обнимать! Но… к тому времени они стали друзьями… И она пришла по собственной воле…

Майла на секунду нахмурилась и усомнилась в том, желала ли она их близости сама, действительно ли её захватила страсть и не наваждением ли она была? Ведь, как сказал сам Отулл, он мог «желаемое выдавать за действительное».

– Странные у вас нравы, – произнесла Майла, отвлекаясь от своих размышлений и надеясь уговорить мужчину переменить решение. – Неужели женщина не имеет права на собственное мнение? Вы же потомки ученых!

– Имеет. Чтоб её пороли кнутом не толще мизинца её мужа, – серьезно ответил Отулл. Потом хохотнул и более миролюбиво добавил: – Правда, подобная мера уже очень давно не применялась.

Майла прикусила губу и промолчала. Дальнейшие попытки переговоров больше не предвещали нечего утешительного. Осторожно покосившись на спину мужчины, девушка украдкой еще раз внимательно осмотрела внутренности машины. Но никаких более или менее приемлемых вариантов для бегства так и не обнаружила.

– Так какие же у меня есть варианты вернуть свободу? – произнесла Майла, вконец истомившись от тщетных поисков выхода из сложившейся ситуации.

Отулл ответил не сразу.

– Ты ошибаешься, думая, что находишься в ловушке, – выдавил он, наконец, неохотно.

Далее последовала пауза. И только потом Майла поняла, что никакого продолжения не будет. Глава Северных сказал все, что счел нужным.

Вечер клонился к закату. Вокруг, насколько хватало глаз, простирались одни белые равнины. Ветер поднимал облака снега и закручивал их в маленькие смерчи.

– Скоро будем дома, – произнес Отулл удовлетворено и, оторвавшись от созерцания пейзажа, повернулся к девушке. – Колонна пойдет к подземному городу, а я хочу показать тебе новое строительство. Оно всего в часе езды.

Майла равнодушно пожала плечами.

Но, по всей видимости, Отуллу и не требовалось ответа. Развернувшись к пультам управления, Патриарх Северных отдал в микрофон необходимые указания и, отделившись от колонны, поехал правее.

Через несколько минут вереница машин скрылась в надвигающемся буране, и они вместе с Отуллом остались посреди бескрайнего снега, совершенно одни.

Майле с непривычки стало жутко и одиноко. Но вдруг в голове мелькнула последняя надежда. Они одни – никто не помешает. Она сможет взять машину и…

Не успев еще до конца всё обдумать, Майла сделала первый выпад.

Не думать – вот единственный шанс в поединке с псиоником!

Кулак разрезал пространство, где мгновение назад была спина мужчины. В следующую секунду… девушка уже врезалась в стену кабины. Удар едва не лишил её сознания. Но инстинкт заставил тут же вскочить и продолжить нападение.

Несколько следующих минут Майла летала по салону машины и собирала углы, а единственным положительным результатом её действий оказались разодранная щека Отулла и разлетевшаяся в щепки пара кресел.

Наконец, окончательно потеряв силы, Майла, исцарапанная и побитая, замерла на полу.

– Успокоилась? – прорычал Отулл и осторожно потрогал кровоточащую щеку.

Остальное девушка видела как в тумане. Повинуясь какому-то чуду, люк машины открылся, и оттуда появилась едва различимая тень неизвестного. Некто или нечто двигалось с такой скоростью, что взгляд с трудом улавливал перемещения.

Одно мгновение…

И Отулл, связанный по рукам и ногам, лежал на полу, а незнакомец занес лезвие для решающего удара.

– Нет! – не понимая почему, закричала Майла.

Призрачный силуэт в темных одеждах повернулся к ней, в прорезях маски сверкнули зловещие огоньки глаз.

– Нет… – впадая в забытьё, слабо повторила девушка.

Глава LIV

Когда она открыла глаза, машина уже стояла у главного спуска в подземный Дом Северных, а неизвестно откуда возникший гость выводил пошатывающегося Оттула. В следующий миг Патриарх ступил на платформу лифта и исчез под снегом. А незнакомец, с не поддающейся пониманию ловкостью, вернулся внутрь, уселся за пульт управления и на предельной скорости помчал аппарат прочь.

Некоторое время спустя Майла слабо пошевелилась, открыла глаза и обнаружила себя лежащей на кресле с наброшенным поверх теплым пледом. За рулем теперь сидел человек в черном и сосредоточенно вел машину. Девушка, едва понимая смысл происходящего, попыталась подняться, помимо воли с губ слетел тихий стон. Незнакомец тут же обернулся.

Майла растерянно посмотрела в его сторону. Тот спешно поднялся и помог девушке сесть.

– Сильно тебя… – произнес он с легким акцентом и, оглянувшись назад, удовлетворенно добавил: – Пришлось выжимать все, что можно, но теперь не догонят.

Майла неуверенно улыбнулась и рассеянно огляделась.

– Куда мы едем? – пробормотала она. – Кто за нами гонится, и…

Незнакомец захохотал очень знакомым смехом и рывком снял скрывающую лицо маску.

Девушка широко раскрыла глаза.

– А по голосу не узнала! – продолжая довольно усмехаться, бросил мужчина. – Неужели не узнала?! Я так изменился?

Майла продолжала неотрывно смотреть на сидящего перед ней человека.

Тот недовольно пожал плечами.

– Вот и весь прием? Совсем меня позабыла? – хмыкнул он с долей иронии. – Понятно… Нашла нового дружка! Такого, что пришлось от него спасать!.. Навязчивые у тебя кавалеры, Майла!.. И как он? Хорош? Ваша прошлая ночь выглядела на удивление бурно!

Мужчина наклонился, его сверкающие глаза вопросительно остановились на замеревшей в кресле девушке.

– Что ты здесь делаешь? – вместо ответа с трудом выдохнула Майла.

Сколько раз она рисовала в воображении подобную встречу, сколько раз тайно мечтала о невозможном… И всегда знала, что тешит себя лишь пустыми фантазиями… Но страстное желание, невысказанная боль, противоречащая здравому смыслу сила… любви заставляли её холодными одинокими ночами рисовать этот волшебный миг.

Как много она хотела сказать, просто прижаться и обнять…

Но теперь… Ничего в её сердце не происходило. Словно в одночасье оно превратилось в холодную ледышку, не способную испытать даже отголоска прежних чувств.

Только холод… и стыд…

Она изменила ему, изменила самой себе, поддалась мимолетной страсти, которая еще недавно казалась верхом блаженства. А сейчас выглядела всего лишь жалким подобием, подделкой того, что когда-то было У НИХ.

Ирит-Ри откинулся в кресле и посмотрел на девушку долгим, пристальным взглядом.

Как же ему её не хватало!!!

Действительность, здравый смысл предвещали ему совершенно иной ход событий. Сейчас он должен был бы отдыхать на одной из планет-курортов в обществе местных красоток, готовиться к последнему акту его Творения и чувствовать, как постепенно жизнь покидает его разум и тело, как безвкусна становится пища, как не радует девичий смех и как не греет яркое солнце.

Он приготовил себя к подобному. Приготовился перечеркнуть все, что когда-то испытал здесь.

А вместо этого… его взгляд упал на мониторы слежения.

Возможно, он должен был испытать ярость и с чистым сердцем ждать окончания Операции. Только… То был бы уже другой человек. Не тот Ирит, который с трепетом следил за каждым кадром пьесы, не тот, что с упоением вдыхал дым пожаров и пепел войны… Это был бы мертвый человек без желаний, без стремлений, без надежд.

Мог ли он её бросить – тот, который выжег в сердце каждое напоминание об их непонятной любви? Который уже бросил однажды?

…И вот, вопреки всему он сидел здесь, в небольшой кабине машины, на далекой планете под названием Зетта-3 и смотрел на единственную, что обожгла его сердце. Обожгла, потому как никто и ничто уже не могли его согреть. Он сам принял такие правила, такие правила дала ему его цивилизация… Сердце, которое не способно сопереживать и сочувствовать, сердце, которое понимает лишь крайние пределы реальности. Где есть все или ничего, война и блистательные победы или пустота и прах развеянных миров.

– Я так хотела тебя видеть… – прошептала она, и в уголках этих до боли родных глаз появились две маленькие слезинки-звездочки.

Но девушка моргнула ресницами – и они тут же пропали.

Ри отвел глаза. Он не имел права ни ревновать, ни выказывать недовольства. И самым ужасным его признанием самому себе было… Что если бы не мимолетная страсть Майлы с человеком-зверем – его бы здесь не оказалось!

После такого… имел он права хоть на одну слезинку?!

Ирит по привычке иронично скривил губы, хотя ему хотелось припасть к её коленям и покрывать их бесчисленными пламенными поцелуями, зарываться руками в шелк её волос, прижимать к груди такое милое, прекрасное и родное личико… Но вместо этого Ри небрежно бросил:

– Тебе надо быть осторожнее. В следующий раз я могу не успеть. Если бы они затащили тебя внутрь, пришлось бы устраивать настоящую войну. А она вовсе не входила в мои планы.

– Все равно спасибо, – отозвалась Майла и, судорожно вздохнув, отвернулась.

Ирит озабоченно посмотрел на спину девушки и попытался прислушаться к её надрывному дыханию.

– Ты хорошо себя чувствуешь? Никаких серьезных повреждений нет?

Но Майла продолжала сидеть, отвернувшись и храня молчание. Пальцы звездного командира помимо воли потянулись к подрагивающему плечу. Но, спохватившись, Ри недовольно тряхнул головой и поспешно отдернул руку.

– Я отвезу тебя к Дому Зеленых Полей, потом вернусь к себе, – проронил он угрюмо.

Девушка, все еще не оборачиваясь, согласно кивнула.

Ри глубоко вздохнул, на мгновение прикрыл глаза и, пересилив себя, встал.

– Почему ты здесь? Давно ли? У тебя появился акцент… – прошептала Майла, когда Ирит уже сел за руль и вперил невидящий взгляд в бескрайний океан стужи.

Ри медленно развернулся. Теперь он видел её лицо. Очень бледное, с двумя горящими искорками прекрасных глаз, неповторимого изумрудно-синего цвета, полуоткрытыми, подрагивающими коралловыми губами…

«Беспокоился, ты же попала в скверную ситуацию… Хотел тебя видеть. Скучал… Очень скучал!!!» – все это вихрем пронеслось в его мозгу. Но то была слабость. Та самая слабость, которую Ри до сих пор отрицал и которую считал постыдной.

– С момента отлета – первый день, – ответил он сдержанно. – Не успел обновить знания языка. Должно быть, отсюда и акцент…

Майла кивнула, так и не услышав ответа на первый вопрос. Как она желала хотя бы маленького намека…

Неожиданно кабину машины наполнил легкий звон. Ирит тут же поднялся, поспешил за панель управления и принялся орудовать кнопками. Но звон так и не прекратился.

– Что-то серьезное? – обеспокоено спросила Майла и поспешила следом.

Её взору предстало множество рычажков, датчиков и экранов. Машины Северных, с их сложным управлением, были для девушки мало знакомы.

Ирит тревожно постучал пальцем по стеклянному окошку с ярко-оранжевой стрелкой.

– Похоже, заканчивается топливо, – ответил он мрачно.

Майла неуверенно посмотрела на дрожащую стрелку, потом перевела взгляд на хмурого Ирита.

– Но ты же на чем-то прилетел… – произнесла она осторожно.

Ирит раздосадовано чертыхнулся и только плотнее сжал губы. Ну не мог же он говорить, что времени на раздумье или выверенный план у него не оставалось! Как только он понял ситуацию, в которой оказалась Майла, тут же запрыгнул в корабль и помчался к Зетте-3! Затем, чтобы не терять времени, воспользовался одноразовой десантной капсулой экстренной высадки – самым быстрым аппаратом для спуска на поверхность планеты, которая самоликвидировалась, как только её покидали… (Именно его прадед разработал такую стратегию, где у десантников не должно оставаться выбора – только вперед, и никакой надежды на отступление).

Поэтому Ирит сухо произнес.

– Посадочная капсула аннигилировала. А чтобы дождаться лайнера с корабля на орбите, уйдет пара часов или чуть больше. К тому же придется уточнять наши координаты.

– И сколько это займет времени? – спросила Майла, а затем, поймав недовольный взгляд мужчины, поспешно добавила: – Топлива совсем мало. Либо мы продолжим путь – тогда через несколько десятков километров заглохнем и замерзнем… Либо остановимся и сэкономим горючее для обогрева помещения… Надо понять наши шансы, пока не поздно…

Ирит глянул на мониторы.

– Остановимся сейчас – нас настигнут… – Ри неохотно указал на один из скрытых экранов, в котором вереница маленьких точек неуклонно приближалась к зеленому овалу, означающему их собственный аппарат. – Они появились относительно недавно и следуют за нами… Жаль, что ты не дала прикончить мерзавца…

Затем он развернулся к пульту управления и нажал на рычаг. Машина остановилась.

– Во всяком случае, я не дам тебе замерзнуть, – пробормотал он тихо и устало опустился в кресло.

Мотор двигателя заглох, в кабине повисла тишина, нарушаемая неистовыми порывами и завываниями ветра снаружи. А Майла прильнула к показателям экранов и принялась что-то торопливо писать на клочке бумаги.

– При таком расходе, продолжая движение… – забормотала она торопливо. – Нам хватит топлива… минут на сорок. В таком случае погоня настигнет нас через… час сорок. Тогда останется всего двадцать минут до прилета лайнера… Всего двадцать минут. Температура в кабине не успеет опуститься слишком низко, а Северные, скорее всего, не успеют до нас добраться… Если же остановиться и сэкономить топливо для обогрева кабины, погоня будет здесь уже через час, и целый час останется до прилета твоего корабля… Мы будем в тепле, его хватит еще надолго… Но продержимся ли мы столько времени против них?

Ирит посмотрел на девушку ровным и спокойным взглядом, но вместе с тем в нем мелькнула искорка гордости. Его Майла не теряла присутствия духа даже в такой ситуации!

– Я все просчитал, – произнес он. – Если не остановимся, есть риск замерзнуть. Слишком высокий риск. При температуре минус шестьдесят даже двадцать минут могут оказаться роковыми. На тебе же почти ничего не надето… Возможно, в своем комбинезоне я продержусь… Но ты, Майла! Ты – замерзнешь! Лучше возвращайся к Отуллу, но не умирай в этой ледяной пустыне!

– Но мы будем сражаться! – прошептала девушка изумленно.

Ирит только молча развел руками.

– Скольких ты сможешь убить? – усмехнулся он иронично. – Все они не слишком уступают по силе своему вожаку. Меня, возможно, хватит на семерых… Если повезет – на десятерых. Я не такой уж бог и не успел захватить с собой достаточно мощного оружия. У них же есть «Майкр-Т».

– Тогда он убьет тебя! – воскликнула Майла и рванулась к пульту, чтобы запустить двигатель.

Но Ирит уже предугадал её движение и поймал в свои объятия.

– Замерзнуть в холоде и мраке – не твоя судьба… – прошептал он почти нежно. – Обещаю, я буду сражаться. Но только не делай глупостей. Без тепла у тебя не останется шансов и… – голос Ирита дрогнул.

А Майла, оказавшись в его объятиях, утратила всякую возможность сопротивляться. Она чувствовала жар его руки, теплоту дыхания на щеке, волнение этого, такого знакомого и такого родного, голоса… Чувствовала, как колотится его сердце, словно боится упустить хотя бы миг их единства…

Теперь уже не нужно было намеков. Всем своим существом она знала, что любит и любима!

– Прости меня! – прошептала она и подняла на него свои огромные, наполненные бесконечной нежностью и любовью глаза. – Мне жаль, что я заставила тебя волноваться, жаль, что это ужасное оружие… теперь обращено против тебя… Я бы так хотела все…

Ирит не дал ей договорить и закрыл губы нежным и бесконечно долгим поцелуем.

– Не говори так… – прошептал он тихо, наконец отстранившись и давая Майле перевести дыхание. – Это я должен просить прощения! И ты даже не подозреваешь за сколько… – его голос опять дрогнул. Он прижал девушку еще плотнее, страстно поцеловал, а потом спешно заговорил, словно боясь опять передумать и никогда не признаться. – …Не вини себя. Северные, их сила, твои способности… все это часть замысла. Нашего замысла. Вы создавали оружие, а мы суперлюдей… Нам интересно было сражаться с настоящими противниками. И в том, что происходит, только моя вина!.. Я создал Отулла со способностью проникать в самое сокровенное, я создал… тебя и… – Ирит опять запнулся. – Когда ты была еще девчонкой и исчезала из Дома… Это Я обучал тебя боевым искусствам… Прости… Мы смотрели, какие же возможности окажутся доминирующими в обществе и…

Ирит стоял не двигаясь и боялся посмотреть ей в глаза.

– Я – чудовище, – прошептал он. – Ты должна жить, а я должен остаться… здесь. Ледяная пустыня подходящее место для таких, как я…

Девушка медленно отстранилась. По её щекам текли слезы. Целое море слез! Словно она оплакивала вовсе не одну жизнь и одну судьбу, а целое человечество.

– Это ужасно, – прошептала она. – Но я ничего не могу с собой поделать… Я люблю тебя, Ирит, и не могу желать твоей смерти даже после всего, что ты сказал. Я лишь хочу, чтобы ты нашел счастье. То самое, которое у тебя, должно быть… украли…

Глава LV

Снаружи протяжно завыли сирены.

– Разблокируйте двери аппарата – и наш Патриарх будет к вам снисходителен! – послышался громогласный рев снаружи. – В противном случае вам не оставят права на жизнь!

Майла вздрогнула и, словно вернувшись из какой-то другой реальности, посмотрела на стоящего перед ней Ирита.

– Они же никогда не хотели воевать! – прошептала она изумленно.

Ри тоже вздрогнул, и его черты обрели былую непримиримость, на губах заиграла легкая усмешка.

– Теперь задета честь Патриарха! – процедил он саркастически и, оглядев помещение цепким взглядом, добавил: – Спрячься в дальнем отсеке и набрось на себя все теплые вещи. По всей видимости, они попытаются разрезать замки двери и проникнуть внутрь.

Майла упрямо покачала головой.

– Я не сдвинусь с места и буду сражаться рядом с тобой! Ты многому успел меня научить!

Ирит бросил на девушку строгий взгляд и попытался вложить в него как можно больше убедительности.

Но теперь в чертах Майлы отражалось больше непримиримости, чем в нем самом.

Крышка люка плавно отошла в сторону.

– Держись сзади и не высовывайся! – успел бросить Ирит, когда первая волна Северных хлынула внутрь машины.

Ирит убивал, ломал, рвал на части! Он месил это массу людей, как скульптор глину! Он воспевал гимн своему искусству! Сражался словно демон! С ожесточением, нещадно, расчетливо!

Один за одним Северные устилали пол кабины. Но от дверей шли все новые. Отулл посылал их на верную смерть, и ничто не могло изменить решения Патриарха!

А Майла прикрывала тыл. Никогда она еще не убивала собственными руками. Но настал момент! Пальцы сами отыскивали смертельные точки, а мозг, не советуясь с разумом и чувствами, отдавал команды на уничтожение. Теперь она превратилась в полноценное творение своего создателя. Нещадно она косила ряды преследователей. Она защищала спину Ирита! Она была тем, кого он создал. Безжалостным инструментом, идеальным оружием, совершенным убийцей!

Первая волна нападающих отступила.

– Они не применяют оружия, – прошептала Майла.

– Меня оно не заденет. А ему ты нужна живой! – отозвался Ирит.

И Майла, не переставая следить за входом, мельком глянула на своего любимого. Как это не ужасно…

Но он был рожден… стать богом войны! Никогда еще его лицо не было так прекрасно, так сосредоточено и живо! Словно он в одночасье узрел смысл мироздания, словно своими руками ткал полотно бытия!

Майла в восторге и ужасе отшатнулась. Ей достался странный удел – восторгаться и страшиться одновременно!

Потом её взгляд упал на пол кабины. Там недвижно лежало около двух десятков северных. Никто даже не стонал. Ирит и Майла слишком хорошо знали свое ремесло.

А секунду спустя… Майла почувствовала страшный холод, что врывался из двери машины.

– Ради своей гордости он готов тебя заморозить! – процедил Ирит сквозь зубы и, кинув на девушку мимолетный взгляд, принялся срывать с себя верхнюю часть одежды. – Тебя греть он не будет, в ткань введены мои параметры ДНК, но тепло удержит! Оденься немедленно!

Майла, уже слабо понимая, что происходит, вцепилась непослушными пальцами в куртку Ирита и попыталась её натянуть. Ирит, чертыхнувшись на своем родном языке, поспешно помог ей одеться и толкнул в дальний закоулок машины.

Теперь, полуобнаженный с переливающимися мускулами тела атлета, он шагнул к краю люку.

– Сразись со мной, Отулл! – крикнул он громко. – Перестань убивать своих людей!

С улицы послышалось утробное рычание.

– Тогда выходи! – зашелестел в сознании голос Отулла. – Я гарантирую, что никто из моих людей тебя не тронет. Только мы вдвоем! – и обращаясь уже к девушке, добавил: – Никто не посмеет нарушить моих решений. Ты – моя, Майла!

Ирит громко захохотал и вышел наружу. Ледяной ветер тысячей иголочек ударил в полуобнаженное тело, но силовое поле немного смягчило нечеловеческий холод и окутало Ри тонким облачком неподвижного воздуха.

– Не боишься замерзнуть или не боишься умереть? – прошелестел голос Отулла в сознании.

Ирит только задумчиво склонил голову набок и с любопытством посмотрел на главу Северных. Его всегда интересовали достойные противники. Некоторые даже заслужили его уважения.

– Ни капли страха? – завибрировали слова патриарха в сознании, и с его лица упала маска, обнажив нечеловеческую суть. – А так?

Ри только едва заметно кивнул и сделал шаг навстречу. Попытки Северного главы запугать начали его понемногу раздражать. Слаб тот противник, что пытается выиграть бой одним устрашением.

Отулл недовольно прищурился и кошачьей походкой двинулся навстречу.

Несколько секунд они молча кружили друг против друга. Отулл присматривался к едва заметно мерцающему силовому полю поверх кожи противника, а Ирит, в свою очередь, прикидывал истинные пределы возможностей Патриарха Северных читать мысли. Наконец, нервы Отулла на выдержали, и он сделал первый выпад. Ри без видимого труда отстранился и тут же нанес, почти незаметный для глаз, удар в голову. Но Отулл, уловив комбинацию, вовремя уклонился – кулак Ирита прошел, лишь слегка задев щеку, ту самую, которую совсем недавно разодрала Майла. Из раны тут же засочились крупные капли крови.

Отулл недовольно тряхнул головой и злобно оскалился. Ирит продолжил равнодушно кружить рядом. Сейчас все его внимание было сконцентрировано на малейших изменениях в организме противника. Тончайшие детекторы поставляли информацию о ритме сердца северного предводителя, о количестве адреналина в крови, о мельчайшем изменении в напряжении мышц, давлении, интенсивности и глубине дыхания… Но вместе с тем Ирит детально анализировал степень своего замерзания. Еще несколько минут такого бездействия – и он начнет терять в скорости и гибкости. Холод даст о себе знать! А такого козыря давать Патриарху никак нельзя! У того и так слишком много преимуществ.

Впервые Ирит задумался о возможности внедрить в себя программу по способности чтения мыслей. Программа показывала себя весьма успешно. Живым примером тому был Отулл!

Между тем Отулл неожиданно выхватил крошечный «Майкр-Т» ручной модели и запустил в противника серию испепеляющих выстрелов. Ирит, заранее почувствовав неладное, молнией метнулся в сторону. Там, где он только что стоял, образовалась глубокая лунка талой воды, которая тут же заледенела обратно.

Отулл злобно рыкнул и отбросил израсходованное оружие – мощности ручной серии хватало всего на несколько выстрелов.

Ирит-Ри тем временем лукаво прищурился и окинул Главу Северных долгим пронзительным взглядом.

Сейчас в этой стуже, клокочущей усиливающимся с каждой секундой бураном и лютым холодом, они стояли совершенно одни. Но Ирит знал, что в расположенных полукругом машинах сидят Северные, в любой момент готовые прийти на помощь своему Патриарху. Вопрос в том – позовет ли он их? Один запрещенный прием Отулл уже совершил…

– Честный поединок не для тебя? – весело заметил Ирит. На его губах заиграла широкая улыбка. Близость смерти подбадривала его и давала возможность наиболее полно почувствовать вкус жизни. Азарт, как и много раз до этого, будоражил кровь.

Отулл упрямо наклонил голову и недобро посмотрел в сторону полуобнаженного атлета, на фоне бурана, готового поглотить его в любой миг. Но Ирит стоял, словно не замечая смертельного дыхания холода и колючих иголок ревущего ветра.

– Безрассудство! – прошелестело в сознании Ри недовольство противника, смешанное с недоумением. – Глупость! Уйди! Отступись! Долго тебе не продержаться!

– Так же, как и тебе, – усмехнулся Ирит, а в следующий миг его тело выгнулось и с сокрушительной силой обрушилось на Патриарха Северных.

Сомнений не осталось – этот удар достигнет цели, и если не сразит замертво, то уж точно повергнет в беспамятство.

Но неожиданно все прекратилось.

Ни завываний ветра, ни бушующего вокруг ледяного смерча… Ни движения, ни звука…

Ирит застыл в парении, а потом с грохотом упал на снег. Как хорошо знаком был ему этот вакуум! Прореха во времени, запасной карман в складках пространства!

Оглянувшись, Ирит с недовольством заметил нависший за спиной огромный корабль, из которого уже бежали две фигуры.

Чертыхаясь на чем свет стоит, первым подоспел Рарт, за ним подтянулся запыхавшийся Тилк.

– Командир, да Вы чуть наш лучший экспонат не погубили!!! – стараясь выражаться как можно официальнее, прохрипел старый разведчик, косясь на Тилка. – Ведь какой образец получился! Как мощно у него способности раскрылись!!! А…

– Мы сочли нужным вмешаться, – осторожно добавил ученый «по подготовительному периоду» – Тилк.

Ирит посмотрел на застывшее вокруг пространство – мгновение, растянутое до бесконечности, секунду, превратившуюся в вечность…

А как азартно проходила схватка!

Но, переведя взгляд на напряженные физиономии своих подчиненных, Ирит согласно кивнул.

– Не думал, что вы наблюдаете за мной, – заметил он резко. – Так ли это было необходимо?

– Эти дикари достаточно опытны и опасны. Даже если бы вы и уничтожили их предводителя, они бы не дали уйти… – начал оправдываться Тилк.

Ирит согласно кивнул и еще раз смерил внимательным взглядом подчиненных.

– Девушку погрузить к нам на борт! Северных вернуть в привычное течение времени, как только корабль стартует, – отчеканил он и размашистым шагом направился к выброшенному из днища трапу.

Ему срочно требовался курс реабилитационной медицины. Все резервы организма были истощены борьбой с холодом. И если бы не вездесущий Рарт… Кто знает… Ри ребячливо усмехнулся.

Он всегда сражался с неистовством и упоением. Его вдохновлял каждый новый поединок – будь то схватка на истребителях или кулачный бой. Но сегодняшнее удовольствие могло оказаться последним… Погибнуть ради любимой женщины!

Ирит расхохотался. А ведь он действительно этого хотел!

Глава LVI

Огромное поле ярко-красных маков заставило её замереть и еще раз насладиться неповторимой красотой бурлящего пунцовым пламенем океана.

Теперь она понимала этих чужаков, приезжающих на Зетту-3 для экскурсий! За последнее время их становилось все больше и больше.

Красота её планеты рождалась заново. Словно из пепелища сражений проглядывал новый лик Зетты, еще более прекрасный и завораживающий! Никогда прежде Майла не видела так много маков со столь огромными шляпками, никогда ей не попадалось лепестков со столь насыщенным цветом и столь пленительным ароматом!

Вдохнув полной грудью, Майла побежала к своему домику на берегу. Теперь многие так делали: селились отдельно в наиболее понравившихся местах. Новые технологии по строительству позволяли одному человеку построить себе весьма просторное жилище без лишних усилий всего за несколько дней! А новые средства передвижения, в частности скоростные вэны, снимали всякие сложности с визитами и совместным проведением праздников.

Сегодня был выходной, сегодня она не преподавала в школе и наконец смогла поставить уверенную точку в исследованиях по истории Древнего города! Сегодня её Ри дома ждал настоящий сюрприз!

Она вошла в просторный дом и почувствовала тонкий аромат готовящегося ужина. В белом переднике, с огромной поварешкой в руке навстречу вышел Ирит и широко улыбнулся.

– Фасоль с мясом под соусом «Футур»! – провозгласил он гордо. – Секретный рецепт Дома Гор! – добавил Ри и протянул поварешку с соусом Майле.

Девушка звонко расхохоталась, с восторгом попробовала приготовленное чудо кулинарии и одарила Ри страстным поцелуем.

– Восхитительно! – отозвалась она. – А я за весь день так по тебе соскучилась! Кстати, спасибо за тот ретранслятор, который ты настроил на язык древних! Именно благодаря ему мне удалось разобраться так скоро! И то, что я выяснила… настоящее открытие!!! Ты будешь первым, кто его услышит!

Ирит, тем временем поглядывая на девушку, еще раз попробовал соус, удовлетворенно кивнул, потом, услышав новость, восторженно посмотрел на Майлу.

– Правда?! – его лицо просияло.

Каждой радости Майлы он теперь радовался, как своей собственной. А когда девушка вот так восторженно взахлеб рассказывала о своих свершениях… Ирит чувствовал себя на седьмом небе!

– Но сначала твой восхитительный ужин! – воскликнула Майла. – Мне еще необходимо все осмыслить… Просто в голове не укладывается!

Приведя себя в порядок и одевшись в вечернее, они устроились на огромной террасе с видом на пенящееся море. Майла принялась раскладывать по тарелкам изысканно пахнущее творение мужа, а он тем временем занялся бутылкой красного вина.

С берега подул легкий освежающий ветерок и принес собой запах волн и морской пены. Огромное солнце, почти склонившись к горизонту, бережно протянуло к веранде свои последние, но еще по-летнему теплые лучи.

Устроившись напротив друг друга, влюбленные подняли над головой бокалы.

– За это мгновение, за этот день и этот вечер… За самую восхитительную женщину во всей Галактике, что сидит сейчас со мной за этим столом и называется моей женой! – провозгласил Ирит торжественно.

Майла лукаво улыбнулась под звон бокалов и отпила глоток.

– Просто восхитительно! – воскликнула она. – Из своих полетов ты каждый раз привозишь что-то совершенно восхитительное! И каждый раз я уверена, что никогда не попробую ничего более вкусного!

– Там столько интересного… Если бы ты только согласилась лететь со мной… – начал Ирит, но, тут же уловив недовольство, остановился.

Эта тема считалась у них запретной. Много раз прежде они обсуждали возможность перелета на другие планеты, и каждый раз Майла с непримиримым упорством отказывалась. В конце концов, Ирит оставил всякие попытки и решил больше её не беспокоить пустыми уговорами. Ведь Майла была из тех женщин, кто достаточно умен, чтобы следовать собственным решениям!

– Мы муж и жена лишь по законам Зетты… И ты волен улетать, когда пожелаешь и на сколько пожелаешь. Я не хочу вторгаться в твой мир… Ведь я знаю, что он слишком иной… Космос и межзвездные путешествия остаются тебе… – Майла мягко улыбнулась.

Последние лучики солнца заиграли в её распущенных волосах и заставили Ирита в очередной раз отвлечься от тягостных мыслей. В его руках был настоящий бриллиант, и он стремился наслаждаться им каждый возможный миг, невзирая ни на что. Ведь счастье так мимолетно!

– А теперь настало время! Ирит, ты даже не представляешь! Но по-моему, моя догадка верна!.. – Майла загадочно улыбнулась и торжественным полушепотом продолжила: – …Ты же знаешь, что я даже приблизительно не знаю… ни вашей системы координат, ни где находится твоя планета… Так вот, я могу назвать… Созвездие Гончего Пса, Звезда Проксима – 349863,39856,0410…

Повисло долгое молчание. Ирит удивленно уставился на сидящую перед ним прекрасную нимфу, которая назвала ему сверхсекретные коды местонахождения основной звезды его Родины.

С трудом проглотив застрявший в горле кусок, Ирит опасливо оглянулся.

– Пожалуйста, тише… – прохрипел он сдавленным голосом. – Откуда ты…

Ри судорожно закашлялся и поспешно отхлебнул почти полбокала вина.

– Я вижу, моя догадка верна… – неуверенно отозвалась Майла, с удивлением наблюдая за реакцией мужа.

– Откуда ты… Откуда… – голос окончательно изменил Ириту, и он в бессилии замолчал.

– Я нашла их в древних текстах… – обескураженно проронила Майла. – Это были координаты одной из первых экспедиций… с колонистами-переселенцами… Ирит… когда-то твои предки жили ЗДЕСЬ! Вы потомки первых колонистов с Земли! Именно так когда-то называлась Зетта!.. Все мы – земляне!!!

Самообладание изменило Ириту. Все, что он сейчас понимал, так это нестерпимый шум в ушах и усиливающееся с каждой секундой головокружение. Как в бреду, он слышал, но не понимал остальные слова девушки.

– …Еще в те времена, миллион лет назад, наши предки проводили эксперименты! Наделяли группы переселенцев различными поведенческими особенностями и посылали в далекие миры, чтобы определить, какие изменения окажутся наиболее полезными!.. Вам они привили ген агрессии! Вот откуда ваше стремление завоевывать и побеждать!.. Мы же – потомки земной войны, после которой ничего не уцелело. Только разрозненные остатки обезумевших от ужаса людей, к которым во избежание повторения кошмара выживший город ученых применил изотоп «Gegen Hass», что значит «Против агрессии», и мы на тысячелетия забыли о насилии!.. Но мы один народ, Ирит! Я нашла, что нас объединяет! Мы – едины!!!

– Код… Они услышали код… – интонация, с которой Ирит выдохнул фразу, заставила девушку вздрогнуть. – Это… угроза безопасности… Достаточно произнести несколько сходных цифр в заданной последовательности…

Ирит уже видел, как во всех коридорах и лабораториях орбитальной станции завыли сирены. Как группы специалистов сбежалась к экранам наблюдения и выискивают источник возмущения! Как уже через несколько секунд они выявят, где и при каких обстоятельствах были произнесены сверхсекретные координаты! И как… еще через несколько секунд будет принято решение о срочном оповещении Главы операции!

На его левой руке замигал и завыл браслет. Двойной сигнал означал ситуацию повышенного риска.

Ирит поднес экран к глазам, но уже знал каждое написанное там слово: «Раскрыты координаты Проксимы! Угроза вторжения! Требуются срочные ответные меры!»

– О чем ты? Что происходит? – непонимающе спросила Майла. – Неужели для тебя это открытие ничего не значит?! И о каком коде ты говоришь?

– Я надеялся на отсрочку, на несколько лет мирной жизни, но все рушится… Сделаю, что смогу!

В следующий миг он уже бежал к космическому лайнеру. А Майла так и осталась недвижно сидеть на залитой последними лучами солнца террасе с видом на синее море и пенящиеся гребни волн.

Глава LVII

– Правительство настаивает на срочном начале операции и поэтический аспект уже отходит на второй план… – проронил Рарт. – Мне дали понять это более чем жестко!

В военном штабе находилось сейчас всего четыре человека: Ирит-Ри, Рарт, Тилк и глава «лаборатории безопасности» – Тригор.

– Вы доложили полное содержание беседы? – холодно поинтересовался Ирит у Тригора.

Начальник лаборатории безопасности утвердительно кивнул.

– Если Вы имеете в виду неожиданно найденные исторические корни и родственников, то – да. Разговор передан полностью. Хотя данные еще необходимо проверять. Уж слишком они неожиданные. Но это потом… когда угроза будет устранена.

Ирит сдержано кивнул и, обращаясь к Тилку, спросил:

– Каковы Ваши прогнозы? Насколько реальной угроза нападения видится Вам?

Тилк неуверенно помялся.

– Если брать во внимание весьма низкий уровень агрессии… Но учитывая технические возможности… Через три-четыре периода они вполне смогут закончить несколько космических кораблей, и тогда война может перейти на другие рубежи… На наши… Если, конечно, Зетта-3 поставит такие задачи, хотя до сих пор…

– Как глава лаборатории безопасности я отметаю всякие домыслы об их миролюбивом характере! – заявил Тригор важно. – Мы должны уничтожать любую угрозу на корню!

– Но Вы представляете, – возмутился Тилк, – …если мы действительно потомки землян! Ведь существуют легенды о затерянной на окраинах Голубой планете колыбели цивилизаций! Теперь мы можем выяснить, насколько легенды правдивы! Это может стать величайшим научным открытием!

– Мы не можем оказаться потомками дикой планеты с деградировавшим населением! – жестко отрезал Рарт. – Правительство не потерпит подобной насмешки! Операция с Зеттой-3 их удовлетворит только в том случае, если всякий подобный намек будет уничтожен!

Старый разведчик говорил что-то еще, но Ирит его уже не слушал. Он просчитывал, какие указания могли дать Рарту, и на какие крайние меры в действительности готово пойти правительство. Насчет «крайних мер» Ирит уже нисколько не сомневался. Все, что касалось безопасности Гончего, вызывало у правительства параноидальную одержимость! Весь его великолепный проект катился к банальному уничтожению! Он, Ирит, превращался в слепое оружие, в разрушителя самой идеи борьбы…

Властным жестом Ирит заставил всех присутствующих замолчать и выйти за дверь. В штабе он оставил только Рарта.

– Какие указания тебе дали? – без обиняков спросил глава экспедиции старого разведчика.

Рарт сделал наигранно круглые глаза и попытался что-то ответить.

Ирит одним рывком сгреб разведчика за шиворот в кулак и вплотную приблизил к липу.

– Или ты говоришь… Или неожиданно погибаешь в сражении, – процедил Ирит с нажимом. – Как я умею это устраивать, ты прекрасно знаешь… Так что лучше говори!

Рарт, с трудом переводя дыхание, посмотрел на главу экспедиции затравленным взглядом. В таком состоянии с ним шутки были плохи. В одно мгновение из дипломатичного командира Ирит превращался в безжалостного убийцу.

– Бояться мне нечего, и ты знаешь почему, – добавил Ирит с легкой ухмылкой. От этой улыбки у Рарта застыла в жилах кровь.

Теперь он действительно понял всю силу чувств, бушующих в капитане.

– Ради чего? – просипел старый разведчик глухо. – Нас же назовут героями! Мы войдем в историю как спасители целой цивилизации от варваров-дикарей! Ради неё? Ты же сам готовил проект по нападению на её родную планету! Что меняется?

Ирит отшвырнул Рарта в сторону и энергично заходил взад-вперед по кабинету.

– Значит, они намерены спасать цивилизацию от варваров-дикарей, которые еще не собирались на них нападать и оттого пойдут на абсолютное уничтожение… – Ирит выплюнул фразу и почувствовал горечь от произнесенного. – Никакой достойной борьбы…

– Десятки командиров мечтают оказаться на твоем месте и выполнить долг с честью! – воскликнул немного отдышавшийся и пришедший в себя Рарт. – А если ты откажешься, то меня спишут как старый хлам! Отличное завершение карьеры! Именно о такой старости я мечтал!

Но Ирит стоял, уставившись немигающим взглядом в экраны слежения. Там расстилались многообразные пейзажи Зетты-3, суетились люди. Кто-то смеялся, кто-то отмечал праздник, улыбался, хмурился или сосредоточенно разговаривал… Целое море лиц целой планеты, которая, может быть, является его настоящей Родиной!

Оторвавшись от экранов, Ирит развернулся к разведчику и бесстрастным голосом, от которого большинство его подчиненных впадали в ступор, бросил:

– Готовь план нападения.

Глава LVIII

Несколько дней спустя Ирит вернулся в домик на берегу моря. Так же легко дул ветерок, а шум разбивающихся о берег волн рождал ласковый шепот. Но теперь в этом шепоте моря Ириту послышалось нечто зловещее.

С усиливающимся биением сердца при каждом шаге Ирит побежал к дому.

Просторная терраса, где они проводили так много вечеров вместе, лучи заходящего солнца, соленый бриз…

Его внимание привлекла распахнутая настежь дверь. Ирит ворвался внутрь.

Там, посреди просторной комнаты и разбросанных на полу пленок с фильмами, сидела Майла и неотрывно смотрела его очередное творение. Откуда она взяла пленки с фильмами, Ирит даже не стал спрашивать. Рарт всегда играл наверняка.

– Вначале я подумала, какой восхитительный фильм ты снял… – произнесла она мертвым голосом. – А потом поняла… Они настоящие… Это не фильм… Так все было… Так в чем же смысл, объясни мне, Ирит!!! – Майла вскричала и в ужасе посмотрела на своего мужа. – Что это?!

– Мое ремесло, в котором мне нет равных… – беззвучно ответил Ирит.

Повисла долгая гнетущая пауза, но отступать уже не было смысла. Собравшись с силами, он медленно заговорил:

– …Вы ставите спектакли, собираете актеров, расписываете роли… Но все это – только игра… А мы выбираем планеты, обучаем жителей высоким технологиям и начинаем сражение… Я ДЕЛАЮ ВОИНУ… Вот моё искусство… Я создаю войну и снимаю об этом фильмы… Мы называем это философией жизни и смерти…

Только звон в ушах и бешеное биение сердца…

Ирит не услышал – он почувствовал обезумевший от боли вой, который вырвался из сердце Майлы и, словно невидимая пелена, накрыл мраком все краски мира. Солнце померкло, пространство потеряло цвет и радость… Сама жизнь ушла, уступив место смерти…

Майла молчала…

Очень долго…

– Значит, вот что ты хотел сделать с Зеттой, – едва слышно прошептала она, наконец, когда обрела способность говорить. – Мы лишь твой очередной шедевр… Всего лишь материал, что призван развлекать зрителей… Чем трагичнее конец, тем больше восторга создателю фильма… И у нас с тобой была… лишь философия жизни и смерти…

Теперь Майла говорила на удивление спокойно, а Ириту хотелось кричать.

– Ты не пострадаешь, – прошептал он возбужденно. – Я отвезу тебя на любую планету, которую только пожелаешь! Я давно хотел это сделать! Но лететь нужно немедленно! Времени совсем мало. Последняя часть операции начинается – и никто не в силах её остановить. Я могу лишь уменьшить боль… Это должен сделать именно я! Другие просто разрушат, уничтожат все в одночасье, одним ударом… Но я не дам… Шанс останется, останутся выжившие, надежда на возрождение! Я обещаю!.. Только прошу, полетели со мной. Ты будешь жить в самом роскошном дворце, в самом прекрасном месте Галактики…

Он говорил и говорил… не в силах принять её отказа. Но Майла уже давно не слышала. Она просто молча смотрела на это, некогда такое любимое лицо…

– Я так тебя любила… – проговорила она. – А теперь уходи…

Глава LIX

Он стоял на капитанском мостике. Сотни тысяч бойцов ждали его команды, одного нажатия кнопки, сигнала к атаке и уничтожению Зетты-3.

Ирит сосредоточенно смотрел на мониторы… И видел только одно лицо… Теперь, куда бы он ни посмотрел, он видел только его… Всегда разное, но чаще хмурое, смотрящее на него через бездну космоса с неодобрением и немым укором. Но иногда в нем мелькали прежние огоньки счастья – и тогда он угадывал там отблески их прежнего чувства.

Когда-то… Ради своей любви она готова была замерзнуть в ледяной пустыне, лишь бы спасти ему жизнь…

Она многое могла…

Вырасти из девочки-мечтательницы во всемирно известного ученого, стать одним из самых читаемых на планете поэтов, раскрыть секреты давностью в миллион лет…

…Она могла звонко и задорно смеяться! Беззаботно брызгаться и плескаться в синих волнах моря… Готовить ужины, часами ждать его возвращения у окна…

Все это БЫЛО.

Было с ним в жизни, которую он сейчас должен уничтожить.

Ирит занес руку над кнопкой пуска и тихо прошептал:

– Я обещаю тебе все изменить…

Его пальцы нажали «старт»…

Эпилог

– Вы просмотрели фильм из так называемого класса фильмов сделанных на основе «художественно созданной реальности», где каждый участник являлся вовсе не актером, а живым человеком, оказавшимся в намеренно созданной обстановке. И именно этот фильм признан непревзойденным шедевром в творчестве Звездного командира Алвита-Ирита-Ри Гаура, который благодаря своему новому неординарному подходу положил конец всему направлению «искусственных реальностей». Вскоре после фильма «Земля двух Лун», который автор посвятил своей возлюбленной – Майле, «художественно созданные реальности» были запрещены и признаны негуманными.

Именно благодаря тонкому мастерству Алвита-Ирита-Ри Гаура люди, наконец, смогли увидеть и почувствовать боль другого человека. Вопреки обыкновению и предубеждениям, существующим на то время, он показал не только эпические сражения, а мирную жизнь планеты с её горестями и радостями. Показал зависть, ненависть, боль, отчаянье, верность, дружбу и, конечно же… любовь! Ту возвышенную, совершенную, идеальную, о которой в душе тайно мечтает каждый из нас.

Но для него это не было мечтой. Он создал и отснял исторические события! События, которые стали для него смыслом жизни и… причиной смерти…

Пожилая женщина-лектор договорила фразу, бросила последний взгляд на угасший экран и включила свет.

Некоторое время в аудитории стояла полная тишина. Студенты не отрываясь смотрели на пустое пространство, где еще минуту назад мелькали кадры фильма.

Лектор, чтобы не нарушать впечатления от просмотра, тихо прошла к огромным окнам и принялась неспешно поднимать темные шторы.

За окном забрезжил дождливый день осеннего периода Системы Проксима. Широкое озеро рябилось под косыми ударами непогоды, а чуть дальше виднелись шпили космодрома. Там каждую минуту взлетали и приземлялись межгалактические челноки.

Когда лектор обернулась, студенты уже несколько пришли в себя. На лицах некоторых сквозило явное возмущение, другие выглядели задумчиво.

– Буду рада, если вы поделитесь своими впечатлениями, – заметила женщина.

Первой подняла руку девушка с двумя веселыми рыжими косичками и конопушками по всему лицу.

– Ради любви не уничтожают планеты! – воскликнула она возмущенно. – Ирит-Ри мог бы отказаться участвовать в этом бесчинстве!

Вслед за высказыванием рыжеволосой тут же появилось еще несколько желающих.

Преподаватель мягко улыбнулась. Её внимание привлек паренек на самом последнем ряду, с худощавым, бледным лицом и огромными грустными глазами. То, с каким рвением он тянул руку, заставляло задуматься о правомочности первого впечатления от его миловидной внешности.

– Да, Литт… – произнесла женщина-преподаватель, приглашая паренька вступить в дискуссию.

Литт тут же вскочил с места и, возбужденно сверкая глазами, воскликнул:

– То, что совершил Ирит-Ри, – настоящий подвиг! Именно он создал фильм, над которым рыдали биллионы! Именно он, вопреки правилу и без одобрения властей, запустил его по всем информационным системам!.. А что бы было, если бы он ушел?! Да он бы тогда оказался настоящим трусом, не способным взять на себя ответственность!

А он принял удар! Если бы не Алвит-Ирит-Ри Гаура, мы бы сейчас не летали на экскурсии к Земле и не видели потомков настоящих землян!

Именно Ирит-Ри любил ПО-НАСТОЯЩЕМУ! Ради своей любви он пошел на все!

Женщина-лектор удовлетворенно улыбнулась.

– Весьма обоснованная позиция, особенно учитывая те последствия, к которым привели его действия… – произнесла она. – А как же Майла? Какова её роль, по-вашему? Значит, она любила не по-настоящему, раз не смогла простить?

В студенческой аудитории поднялся целый лес рук. Преподаватель лукаво прищурилась.

– На сегодня урок закончен, – произнесла она мягко. – А завтра жду сочинения на поставленный вопрос. Надеюсь, время окажется для вас хорошим советником… История не требует скоропалительных выводов, но уважает вдумчивость…

Взяв с собой информационный проектор, женщина вышла. Тут же в зале поднялся возбужденный гул голосов. Спорили все! И спорили до хрипоты!

– А я не понимаю твоего заступничества! – воскликнула рыжая девочка, глядя на Литта. – У меня в голове не укладывается, как он может быть твоим кумиром? Пусть он и гений, но – злой гений!

– Бойль, Бойль, Бойль! – паренек с огромными глазами на бледном лице засмеялся. – Тебе не ведом истинный смысл поступка, потому что ты не понимаешь того времени! Алвит сделал невозможное!

Бойль недовольно тряхнула косичками и демонстративно задрала носик.

– Алвита может оправдать только самый последний его поступок! – провозгласила она важно.

Глаза паренька расширились. Словно живой перед ним стоял другой кадр архивных хроник из отчета служб разведки:

К тому времени война была уже закончена, а Зетта-3 отброшена в развитии на несколько десятков лет назад. Вопреки приказам властей Ириту удалось сохранить остатки цивилизации, и со временем, глядя на разруху и почти полное вымирание населения, правительство Гончего было успокоено. Такой противник уже не вызывал в них панического ужаса.

Совершив свой последний рейд и убедившись в мирных намерениях правительства, Ирит-Ри удалился от военных дел и погрузился в работу над отснятыми материалами.

Все с нетерпением принялись ждать нового шедевра самого гениального художника и прославленного главнокомандующего.

Шло время…

И вот однажды как гром среди ясного неба с бесчисленных информационных спутников на цивилизацию Гончего Пса нахлынула волна несанкционированных правительством, самораспространяющихся кадров. Пораженные красотой и новизной подачи, люди прильнули к экранам. То было последнее творение прославленного командира…

В тот же час…

Разогнавшись до предельной скорости, Ирит пустил свой крейсер к Зетте-3 и не останавливался до тех пор, пока его корабль не столкнулся с поверхностью планеты и не прогремел мощный взрыв.

Возможно, его душа слишком долго ждала свидания с Землей, которая стала для него Родиной… Возможно, исполнив последнее обещание, он больше не находил смысла… Возможно, утрата оказалась слишком невыносимой, чтобы позволить себе жить, когда по его приказам лежала в руинах целая планета…

Никто не знает его мыслей в те короткие секунды…

Только яркая вспышка…

Последняя глава

Море Зетты-3 – или как её недавно начали вновь называть «Земли» – ласково переливалось у подножия камней, а потом, игриво шурша, скатывалось обратно в синюю глубину.

Он медленно провел рукой по слипшимся от соленой воды волосам и посмотрел на свою спутницу.

– Благодаря тебе я нашел романтику даже в физике… – произнес он. – Мы подобны нейтрону и протону… Отдельно друг от друга они – лишь частицы. Один нейтрон может просуществовать 16 минут, протон – тысячу лет, а вместе они составляют ядра всех космических элементов…

Так и я, словно нейтрон, могу прожить без тебя лишь несколько минут… Для тебя же открыта целая вечность… Но только вместе мы обретаем истинное значение…

Молодая женщина задумчиво посмотрела в ответ и, тряхнув прекрасными темными волосами, побежала навстречу волнам.

– Так что же ты скажешь?! – прокричал мужчина ей вслед.

– Что вода изумительная! А к зимнему сезону тебе придется строить нам дом собственными руками!

Конец

Примечания

1

Ф. Скотт Фицжеральд.

Content

Наталия Янкович
Земля двух лун. Том 2

Глава XXVIII

Глава XXIX

Глава XXX

Глава XXXI

Глава XXXII

Глава XXXIII

Глава XXXIV

Глава XXXV

Глава XXXVI

Глава XXXVII

Глава XXXVIII

Глава XXXIX

Глава XL

Глава XLI

Глава XLII

Глава XLIII

Глава XLIV

Глава XLV

Глава XLVI

Глава XLVII

Глава XLVIII

Глава XLIX

Глава L

Глава LI

Глава LII

Глава LIII

Глава LIV

Глава LV

Глава LVI

Глава LVII

Глава LVIII

Глава LIX

Эпилог

Последняя глава

Примечания