Саша Сильвер

Космические бродяги. Вторжение пеплоидов

Дизайн обложки, оформление серии и рисунки забавных инопланетян: КАТЯ МАТЮШКИНА

Иллюстрации: Таисия Завьялова

© Саша Сильвер, текст, 2017

© Саша Сильвер, ил., обл., 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

Часть I

Гром среди ясного неба

Глава 1

Таинственный двойник

Тенто Корус, глава Галактического Совета, хмурился, снедаемый тяжелыми думами, пока его сильные руки на рычагах управления уверенно подводили судно к стыковочному узлу. Можно было доверить стыковку автоматике, но опытный пилот предпочел выполнить ее вручную. Корусу, привыкшему чувствовать себя одним целым с кораблем, пилотирование помогало размышлять. О предстоящем же экстренном заседании Совета еще как стоило задуматься.

Космическая станция «Центурион», где из года в год проходили официальные встречи членов Галактического Совета, имела форму цилиндра с округлой верхушкой, опоясанного пятью кольцами стыковочных модулей.

Станция могла принять одновременно ни много ни мало пять тысяч кораблей с экипажем — столько политических единиц входило в состав Галактической федерации на момент создания станции, все они имели право голоса в Совете и присылали представителей на каждое заседание. Встречи проходили каждые шесть месяцев, а сегодняшняя была внеочередной и экстренной. Ради нее Тенто Корусу пришлось отложить все дела и сломя голову мчаться на «Центурион».

Глава Совета расположил шлюзовой модуль корабля напротив свободного дока в нижнем кольце станции и дал бортовой системе указание запросить разрешение на стыковку. Раздалось привычное негромкое жужжание — это сканеры, расположенные у дока, считывали голографическую идентификационную печать на корпусе судна.

Тенто Корус выжидающе положил руки на рычаги. Сейчас внешняя оболочка стыковочного узла призывно раздвинется в стороны, открывая доступ к шлюзу, и «Ловкач» сможет прицепиться.

Корус ждал. Стыковочный узел не проявлял признаков жизни. Глава Совета ощутил легкую тревогу. «Не о чем волноваться, — успокоил он себя. — Ерунда, секундная задержка!»

Опять послышалось жужжание. Моргнул красным металлический шар сканера с левой стороны от дока. Повторная идентификация? И вновь безрезультатно. Корус протянул руку к пульту управления, чтобы вызвать станцию, но его опередили.

— «Центурион» вызывает борт «Ловкача», — раздалось из динамика. — «Ловкач», ответьте.

— «Ловкач» на связи, диспетчер, — ответил глава Совета. — В чем дело, ребята? Проблемы с железом? Мне выбрать другой док?

— Не спешите, «Ловкач». Док в порядке. Автоматическая идентификация проходит успешно, но система не разрешает стыковку. Разбираемся, — голос диспетчера звучал довольно беззаботно.

— У меня постоянный пропуск высшей категории, — нахмурился Корус, которому эта беззаботность показалась неуместной. — Тенто Корус, председатель Галактического Совета. Проведите идентификацию вручную, проблем быть не должно.

— Мы знаем, кто вы, господин председатель, — сообщил диспетчер, — загвоздка в другом… Так, мы получили данные, секунду, — он замолчал, изучая материал, а через несколько секунд продолжил, и его голос звучал удивленно. — Уточняю. Ваш допуск подтвержден, однако система считает, что вы высадились на станции двадцать минут назад в доке А-5 второго кольца. Система не может разрешить стыковку кораблю, который уже находится на станции.

— Явный сбой системы, — утомленно констатировал Тенто Корус. — Вы что-нибудь предпримете, или мне лететь на Землю за новой голопечатью? Кажется, в этом и состоит ваша работа…

— Я мог бы отозвать выданный ранее допуск, председатель, но проблема в том, что в доке А-5 все еще находится корабль, — ответил диспетчер. — Я передал запрос в службу безопасности для проверки… Стоп. Поступил сигнал, что док А-5 освободился!

Тенто Корус изумленно поднял брови:

— То есть какое-то судно проникло на станцию под моим идентификатором, и вы его не задержали?

— Господин председатель, идентификационная печать корабля в доке А-5 в полном порядке, у нас не было оснований… Он отбыл прежде, чем мы успели… — начал оправдываться диспетчер.

— Понятно, — сухо прервал его Корус. — Я обращусь за разъяснениями к главе службы безопасности. А сейчас будьте любезны разрешить стыковку.

— Отзываю ошибочный допуск, — сообщил диспетчер. — Система, повторная идентификация.

Опять раздалось жужжание. На сей раз идентификация прошла успешно: лепестки защитного кожуха стыковочного узла исчезли во внешнем кольце, и Тенто Корус повел корабль на сближение.

— Добро пожаловать на «Центурион», председатель Корус, — вежливо сказал диспетчер. — Прошу прощения за задержку и… неудобства.

— Благодарю, — буркнул Корус.

Председатель Совета был заметно раздражен инцидентом, однако, знай он больше о происходящем на космической станции, он испытал бы гораздо более сильные чувства.

В то же самое время по ярко освещенному коридору «Центуриона» стремительно двигалась фигура в черном плаще. Капюшон был низко опущен на лицо, и разглядеть того, кто скрывался под ним, не представлялось возможным. Служащие космической станции в форменных темно-синих мундирах учтиво кивали при встрече с посетителем:

— Рады видеть вас, господин Корус.

Неизвестный в плаще беззвучно склонял голову в ответ, не замедляя при этом шаг.

Приоткрыв ничем не примечательную дверь, темная фигура незаметно скользнула внутрь. Дверь мягко затворилась. Спустя десять минут, в точности повторяя путь неизвестного, в ту же дверь энергичным шагом вошел обеспокоенный Тенто Корус.

Он оказался в небольшом помещении, загроможденном компьютерами и мониторами. Еще одна дверь — по левую руку от входа — вела в служебную часть станции.

В комнате находились трое: гуманоид с планеты Туитти с вытянутой головой и восемью черными глазами, молодой темноволосый гмуррянин, единственное отличие которого от человека — хвост — было не видно под одеждой, и пупырчатый гуманоид с планеты Дайя с глазами на длинных отростках. Представители этой расы так себя и называли — дайя. Туиттец и дайя расположились за столом, уткнувшись в бумаги, и что-то обсуждали, а гмуррянин сидел за компьютером в углу комнаты спиной ко входу. Услышав звук открывающейся двери, все трое обернулись к вошедшему и в изумлении замерли.

— Добрый день, господа. Как идет подготовка к заседанию? — Тенто Корус приветственно кивнул.

Гмуррянин Йело Ган, его правая рука, открыл рот, чтобы что-то сказать, но замялся. Остальные двое с растерянным видом переводили взгляд с одной двери на другую. Корус нахмурился:

— Йело, что происходит? Почему вы все смотрите на меня, как на привидение?

Первым поборол смущение туиттец Ли Чан, дипломатический советник. Он осторожно произнес:

— Председатель Корус, прошу прощения, но ваш вопрос поставил нас в тупик. Разве мы не это обсуждали только что? Вам все еще что-то неясно?

— Только что обсуждали? — настала очередь Коруса удивляться. — Я пристыковался десять минут назад. Только и успел дойти сюда из дока.

Йело, Ли Чан и дайя по имени Тао, технический специалист, встревоженно переглянулись.

— За несколько секунд до вашего прихода вы вышли отсюда через ту дверь, — пояснил дайя. — А перед этим у нас с вами был довольно подробный разговор о предстоящем заседании. Вы даже попросили кое-что изменить в расписании.

Корус изумленно поднял брови:

— Да неужели? Что именно?

Тао сверился с электронным блокнотом.

— Вам показалось, что обсуждение налоговой системы импорта-экспорта следует… — дайя смутился и не решался продолжить. — Следует…

— НУ? — рявкнул Тенто Корус.

— Следует разбавить демонстрацией голографического мультфильма про поросенка-копилку, — тихо закончил дайя. — Извините, господин Корус.

Председатель Совета покраснел от гнева:

— Вы меня разыгрываете?! Что за чушь?!

Йело Ган сделал шаг вперед:

— Господин Корус, это не шутка. Я свидетель. Разговор был именно такой.

— Подтверждаю. Мы все очень удивились, — согласился туиттец.

Тенто Корус едва сохранял самообладание:

— Значит, на станцию пробрался мой двойник! Вот тебе и сбой в системе идентификации… Интересно, как он подделал голографическую печать… — председатель хмуро потер подбородок. — Надо же, какой наглец! Еще дурачится, показывая свое превосходство… Ну ничего, посмотрим, кто кого! Он выглядел точно как я?

Ли Чан и Тао кивнули. Йело Ган добавил:

— Один в один. Он даже копировал вашу привычку потирать подбородок. Думаю, лазутчик давно следил за вами, готовясь к этой операции.

— Или он просто внушил вам, будто вы видите меня, — задумчиво сказал Корус. — А все мелкие правдоподобные детали вы добавили сами. Если так, сейчас этот телепат может притвориться кем угодно, даже обычным служащим станции.

— Телепат? Такой могущественный телепат… это либо лифус, либо жур-таец! — воскликнул Ли Чан. — Не знаю больше никого, кто на такое способен.

— Думаете, это может быть кто-то из представителей? — встревожился Йело Ган.

— Вряд ли, — пожал плечами туиттец. — Они бы не стали рисковать своей репутацией. А представители лифусов и жур-тайцев еще в пути. Интересно, как этот чужак получил допуск на станцию?

— Надо проверить всех прибывших! — воскликнул Йело Ган. — Вычислить, кто он такой.

— Представителей мы знаем поименно, но ведь на станции сотни служащих. К тому же, он мог прибыть в качестве пассажира, — возразил Ли Чан.

Тенто Корус покачал головой:

— Он проник на станцию на собственном судне, притворяясь мной. Мне не сразу разрешили стыковку из-за «ошибки двойного допуска». Не знаю, как ему это удалось. Ведь считается, что голографический идентификатор невозможно подделать…

— Видать, мы не все знаем о последних достижениях бандитов Мызгошлепа, — хмыкнул гмуррянин.

— Но в реестре-то он остался! Служба безопасности легко сообщит нам, в каком доке находится корабль Тенто Коруса «номер один», — сказал Ли Чан. — Я узнаю это прямо сейчас. — Он хотел направиться к компьютеру, но Корус его остановил:

— Постой, Ли Чан! Его корабль был в доке А-5, но улетел почти сразу после того, как я запросил допуск.

— Корабль дублера так просто выпустили со станции? — изумился Йело Ган. — О чем думает служба безопасности?!

Тенто Корус развел руками:

— Я задался тем же вопросом, когда узнал об этом. Но теперь удивляюсь меньше. Раз он задурил головы вам, мог так же обработать и охрану…

— Хотел бы я знать, как он собирается покинуть станцию без корабля, — вставил дайя. — Вероятно, попробует проникнуть на чужое судно. Не удивлюсь, если у него на станции есть союзники. Вот что. Давайте усилим контроль на входах в доки. Используем сканеры мозговых волн для идентификации. Если шпион попытается выбраться со станции под чужой личиной, мы сразу его обнаружим.

— А мы имеем на это право? — усомнился Йело Ган. — Сканеры мозговых волн разрешается применять только в экстренной ситуации.

— Сейчас именно такой случай, — твердо сказал Тенто Корус. — Исполняйте, Тао. Со всеми вопросами отправляйте ко мне или к Йело Гану.

— Еще кое-что, председатель… — добавил Ли Чан. — Шпион мимоходом интересовался господином Широколобым Многоногом, президентом Пурикана. Считаю необходимым приставить к президенту личную охрану сразу по прибытии его на станцию.

— Принято, — кивнул Корус. — Все это хорошо, но мы не можем позволить, чтобы телепат такой силы свободно расхаживал по станции в день заседания. Как нам вычислить лазутчика? Есть идеи?

— Можно собрать служащих в одном месте и устроить проверку. Для идентификации используем сканеры мозговых волн. Если шпион скрывается среди них, мы найдем лишнего, — предложил дайя. — Если нет, будет ясно, что он затесался среди руководства, представителей или их гостей, что существенно сузит круг поисков.

— Всех остальных тоже можно собрать в одном помещении под благовидным предлогом. Они и не узнают, что мы затеяли. Тех, кто на досмотр не явится, отыщем с помощью тепловых локаторов, — добавил Йело Ган.

— Все это займет очень много времени, а заседание уже скоро, — возразил Ли Чан. — Представители прибывают на станцию, их нужно встречать и сопровождать. Если отозвать служащих, заседание не удастся начать вовремя.

— Но бездействовать нельзя! — вскричал гмуррянин. — Кто знает, каких дел может натворить этот телепат, притворяясь кем-либо из нас!

— Мы поступим так, — веско сказал Тенто Корус. — Несколько человек будут отслеживать происходящее на станции через систему видеонаблюдения, используя тепловые сканеры. Предупредите служащих и охрану о чужаке. Не перегибайте палку, чтобы не вызвать панику: заседание должно состояться во что бы то ни стало. Спугнуть шпиона мы тоже не хотим — пусть думает, что он в безопасности. Будьте наготове. Рано или поздно он выдаст себя — тут-то мы его и схватим. Следите за докладами. Если произойдет что-то необычное, сразу сообщайте мне.

— Слушаюсь, — наклонил голову Йело Ган. — Я обо всем позабочусь, господин Корус.

— Нет, Йело. Этим делом займутся Ли Чан и Тао. Ты нужен мне. Идем, — сказал председатель.

Тенто Корус и Йело Ган вышли. Ли Чан и дайя уселись за мониторы и погрузились в работу.

Тем временем неизвестный в черном плаще незаметно влился в группку служащих, направлявшихся в Главный Зал Заседаний.

До начала экстренного заседания Галактического Совета оставалось два часа.

Глава 2

С прилетом на Пурикан!

Вилли, Добрый Жук и Элейна, чуть ранее — учащиеся прославленной Академии Межзвездного Космофлота, а теперь — члены тайной спецгруппы боевых сил «Пробуждение», не имели ни малейшего понятия о проблемах Тенто Коруса и даже не слышали об экстренном сборе Галактического Совета. Они прибыли на планету Пурикан, чтобы повеселиться на свадьбе сестры Доброго Жука и заодно отдохнуть после очередного трудного задания.

Прежде чем сойти с борта «Толстой ласточки» — небольшого, но уютного космического корабля, на котором Вилли, Элейна и Добрый Жук бороздили просторы галактики, — рыжий Вилли, командир судна и первый пилот, в последний раз забежал на капитанский мостик, чтобы отдать распоряжения автоматике, а затем направился в грузовой отсек. Восьмилапый фиолетовый пуриканец Добрый Жук, инженер-механик, и Элейна, дипломат и языковед экипажа, должны были ждать его там. Доброму Жуку было поручено перед уходом с корабля провести диагностику основных механизмов, а Элейне — связаться с руководством и доложить о предстоящем отгуле.

Вилли рассчитывал, что все готово, но его ждал неприятный сюрприз.

Оказавшись в коридоре, пилот услышал раздраженные голоса, доносящиеся из грузового отсека. Только этого не хватало! Уже неделю Элейна и Добрый Жук ссорились по любому поводу, и прекратить это Вилли не смог ни внушениями, ни просьбами, ни угрозами. Хорошо, что им не предстоит серьезных испытаний. Идти в опасную миссию с таким настроем — значит обречь себя на провал!

Одолев половину коридора, пилот сумел разобрать, о чем они спорят на этот раз.

— По-твоему, я слишком много болтаю?! — кричал разгневанный Добрый Жук. — Может, купишь себе черепаху?! Или аквариумных рыбок заведешь?!

— НЕПЛОХАЯ ИДЕЯ! — воскликнула Элейна. — Уж из-за них-то мне не будет угрожать банда вооруженных громил, как в прошлый раз, когда ты разговорился!

— Можно подумать, ты у нас — само совершенство! — рассвирепел пуриканец. — А с бандой громил я бы и сам справился, нечего было лезть.

— Очень любопытно, как бы ты с ними справился — заболтал до смерти? — съязвила дипломат. — Ты, Жучок, явно переоцениваешь свое обаяние!

— АХ ВОТ КАК! Может, тебе и на свадьбу не стоит идти? — в сердцах выпалил Добрый Жук. — Там будут полчища болтливых пуриканцев, которых ты, как я вижу, терпеть не можешь! Незачем тратить на тебя мамин торт из слизи редчайшей монструозной бегемусеницы, известный на всю округу.

— Не больно-то и хотелось! — парировала Элейна. — Я и одна чудесно проведу время. Познакомлюсь здесь с умным и сдержанным пуриканцем!

— Передам сестре твои извинения! — объявил Добрый Жук. — Мама будет в ярости из-за того, что мы изменили планы, но ничего — я скажу ей, что наша бестолковая Элейна потерялась по дороге!

— Вот и молодец! — фыркнула дипломат. — Жучок — маменькин сынок!

Вилли ускорил шаг. Уж очень они разошлись, как бы ссора не кончилась дракой. Вот только… В чем дело? Они замолчали! Что бы это значило?

Раздался писк, означавший открытие внутреннего люка шлюзового модуля.

Нет-нет-нет, только не это! Не хватало еще самовольных отлучек с корабля!

Вилли побежал, и тут раздался другой писк, означавший, что он опоздал. Кто-то ушел, «хлопнув дверью»! Кто это был, Добрый Жук или Элейна?

Пилот вбежал в грузовой отсек и увидел Элейну. Девушка, длинные светлые волосы которой сегодня были собраны в агрессивный пучок, стояла, скрестив руки на груди и закусив губу. Всем своим видом она демонстрировала презрение.

— Ну, и что вы тут устроили? — устало поинтересовался пилот. — Куда Жук делся?

— Ушел, — доложила Элейна. — Решил пораньше явиться на свадьбу. Меня он там видеть не желает, и хорошо. Наконец-то отдохну от шума и гама.

Вилли спорить не стал, а вместо этого уточнил:

— Ты сообщила учителю Рики о нашем отгуле?

Экипажи спецгруппы «Пробуждение», одним из которых была команда «Толстой ласточки», занимались только особыми тайными поручениями и подчинялись не руководству Космофлота, а лично своему куратору — майору Рики, которого Вилли, Элейна и Добрый Жук со времен Академии по привычке называли учителем. Учитель Рики сделал для них много хорошего и здорово выручил, предложив вступить в «Пробуждение», когда директор Академии решил исключить троицу в наказание за излишнюю самостоятельность при выполнении выпускного задания.

С тех пор никто из них и на секунду не пожалел о сделанном выборе.

— Само собой, — кивнула Элейна.

— Отлично, — воодушевился пилот. — Времени до церемонии еще навалом. А я слышал, что на Пурикане есть необыкновенные растительные здания — с корнями, ветками и даже зубами! Надо взглянуть.

— Ну конечно, — усмехнулась дипломат. — В журнале «Невероятные слухи и невиданные диковины» и не такое можно вычитать, только все это враки.

— И ничего не враки. Они стоят прямо на главной площади, я фото видел! — Пилот направился к шлюзовому отсеку. — Если не веришь, сиди тут и скучай.

Элейна, вздохнув, последовала за Вилли:

— Наивный, как ребенок! Тебя одного отпускать опасно — если что, «Толстая ласточка» останется без командира. Придется за тобой присмотреть.

Пилот гордо улыбнулся: вытащить Элейну с корабля оказалось проще простого. Теперь надо убедить ее не дуться на Доброго Жука. Ясное дело: пропусти она свадьбу, потом локти себе сгрызет от досады! Это же уникальный шанс для любого, кто увлекается инопланетными традициями, а уж для Элли — ни много ни мало мечта всей жизни.

Вилли и Элейна спустились по трапу на посадочную площадку. Корабль почему-то отправили в запасной космопорт столицы Пурикана, города Катерхис, и выглядело это место не слишком презентабельно.

Посадочная площадка была невелика и могла вместить два десятка небольших судов или несколько крупных. По краям площадки высился металлический забор, кое-где скрытый кустами. На другом конце располагался вход в здание космопорта.

Шагая по растрескавшимся плитам, Вилли начал осторожно прощупывать интересующую его тему:

— Вы с Жуком так и будете собачиться? Как ты себе представляешь дальнейшую службу с ним?

Элейна, не сбавляя шага, пожала плечами:

— Будем, пока не извинится.

Пилот удивленно поднял брови:

— За то, что при выполнении задания на планете Тур Нэпс случайно оскорбил местного криминального заправилу Торонго Лезвиерука, чем до глубины души обидел присутствовавших бандитов? Разве он не просил за это прощения?

Элейна фыркнула:

— Нет же! За то, что наступил мне на ногу.

Вилли кашлянул, сдерживая смешок. Дипломат взглянула на него сердито:

— Ты смеешься, потому что не все знаешь.

— Да? Просвети меня скорее.

— Из-за него я вылила лимонад себе на кофточку.

— Ужас, — согласился Вилли.

— Ты все еще не понимаешь, — вздохнула Элейна. — Добрый Жук наступил мне на ногу в том баре, когда я пила лимонад и общалась с барменом. Лимонад пролился, я стала его вытирать, и бармен потерял ко мне интерес. Добрый Жук обиделся, что я разговариваю не с ним, а с барменом, представляешь?

Вилли только хмыкнул. Об общительности Элейны, зачастую неуместной, впору было слагать легенды, поэтому Доброго Жука он вполне мог понять.

— Ты не думаешь, что он наступил тебе на ногу, желая намекнуть, что сейчас не самое подходящее время для новых знакомств? — предположил пилот.

— Я беседовала с барменом лишь затем, чтобы добыть информацию о любимых кушаньях короля той планеты, как нам и было поручено. Добрый Жук это знал! — оскорбилась дипломат. — А из-за его несдержанности все могло сорваться! Повезло, что к этому времени я успела узнать достаточно.

— То есть ничего плохого не случилось, однако ты обижена на Доброго Жука, — подытожил Вилли.

— Конечно! — воскликнула Элейна. — Он поступил неконструктивно, эгоистично, эмоционально. Поставил под угрозу операцию. И, наконец, опозорил меня на людях! А теперь не желает извиниться!

Вилли припомнил кое-какие былые промашки Элейны, но воздержался от едких комментариев:

— Ладно, я понял. А почему он вспылил сейчас? Приревновал тебя к бортовой системе?

— Без понятия, я сама удивилась, — пожала плечами дипломат. — Хотя, если задуматься, он только о семье и говорил. Мама то, мама се… Они у него строгие, а теперь, когда нас исключили из Академии, они, наверное, вне себя.

Да, позорный вылет из Академии Межзвездного Космофлота мог стать проблемой в отношениях с родней, тем более что болтать о последующем зачислении в спецвойска им запретили, а придумать достойное объяснение исключению было непросто.

Как же их помирить? Доброму Жуку, похоже, и без ссор с Элейной хватает неприятностей.

— Послушай, Элли, — осторожно начал Вилли, кое-что придумав. — По-моему, тот факт, что Добрый Жук приревновал тебя к бармену — не такая уж неприятность. С определенной точки зрения, это можно даже считать… комплиментом.

— Комплиментом? — недоуменно подняла брови дипломат. — Это как?

— Если он обиделся, что ты уделяешь бармену больше внимания… значит, ты ему нравишься, — предположил Вилли. — А это вроде как положительный момент? Насколько я слышал…

— Конечно, я нравлюсь Жуку, мы же с ним друзья, — не поняла Элейна. — Он мне тоже нравится. Но обычно, если тебе кто-то нравится, ты ему помогаешь, а не мешаешь. А если тебе не хватает внимания, об этом можно рассказать в другое время.

— Я не это имею в виду, — замялся пилот. — Нравишься не как друг, а больше.

— Больше? Ты имеешь в виду… Кхм, — дипломат вдруг покраснела. — Вилли, но ведь это совершенно неуместно! — воскликнула она чересчур громко. — Не время сейчас! И… Что же мне теперь делать?

— Ну-у-у, — улыбнулся пилот, — может, он тебе тоже нравится… чуть больше, чем друг?

— Что ты такое говоришь, Вилли! — возмутилась Элейна. — Я не стану даже думать на эту тему! И тебе не разрешаю. Мы ведь на службе!

— Прямо сейчас мы в отгуле, — напомнил Вилли. — Но как скажешь… В любом случае, я уверен, что Добрый Жук не хотел тебя подвести или опозорить. Он лишь жаждал твоего внимания. Разве это плохо?

Дипломат задумалась, а через мгновение радостно воскликнула:

— Ну конечно, Вилли! Как я могла быть так слепа!

— Что, уже прозрела? — испугался пилот.

— Да! Я поняла, что ты совершенно прав! Я вела себя чересчур эгоистично и не заботилась о своем друге, а ведь Добрый Жук сейчас в тяжелом положении, — выпалила Элейна. — Он беспокоится из-за семьи. Чем я могу ему помочь?

— Думаю, тебе стоит прийти на свадьбу и поддержать его, — предложил Вилли, слегка шокированный резкой переменой в настроении Элейны. — Успокоившись, он будет рад тебя видеть.

— Отлично, — нахмурилась дипломат. — Скорее едем на свадьбу. Я должна столько всего исправить!

Доброго Жука они не встретили, зато прямо в здании космопорта обнаружили станцию наземного высокоскоростного поезда, следующего через город. На платформе пилот сверился с картой поездных линий, рассчитывая путь к загородному дому семьи Доброго Жука.

— Сядем на синюю ветку, — сказал Вилли. — Доедем до станции «Роскошная Жукопера», пересядем на красную ветку и скоро будем на месте.

Элейна кивнула.

Тут к платформе подошел поезд — серебристый, обтекаемой формы. По бокам вагона располагались полоски синего цвета, обозначающие, по всей видимости, линию, по которой поезд следовал. С негромким шипением поднялись изогнутые двери, впуская пассажиров.

Поскольку Вилли и Элейна садились на конечной станции «Малый Космопорт», поезд пришел пустым.

— Давай сядем у окна, — предложила любознательная Элейна. — Поглядим на город.

— Давай, — согласился пилот, но, взглянув на сиденья, передумал. — Хотя я лучше постою.

— Да ладно тебе! Чужих поездов бояться — в космос не летать! — воскликнула дипломат и запрыгнула в кресло. — Вот видишь, ничего страшного!

Ноги Элейны не доставали до пола, но она выглядела вполне довольной. Вилли с опаской пристроился на соседнее кресло и с удивлением почувствовал, как сиденье, выглядевшее сгустком чего-то мягкого, коричнево-желтого и похожего на мед, мягко принимает его пятую точку в свои объятия.

— Оно совсем не липкое! — обрадованно сообщил пилот.

— Ага, и очень удобное, — Элейна поерзала на сиденье. — Оно принимает форму любого существа, которое на него усядется. Для гостей с других планет это очень полезная особенность!

— Ага, — Вилли огляделся по сторонам. — И не только для них.

Среди пассажиров было совсем немного пуриканцев, больше приезжих, но и эти редкие представители местного населения отличались друг от друга, как небо и земля.

Один пуриканец был высокий, в полтора человеческих роста, крупный, с массивным тазом и сильными, выгнутыми вперед ногами. Другие — тонкие, хрупкие, складывающиеся в самых неожиданных местах и под невероятными углами.

Два пуриканца расположились прямо на полу, спрятав конечности и голову внутри панциря. Еще два устроились в креслах напротив, и от пола к их сиденьям вели миниатюрные приставные лестницы. Сами пуриканцы были размером не больше котенка.

Дипломат следила за взглядом Вилли.

— Держу пари, им пришлось здорово попотеть, чтобы удовлетворить потребности пуриканцев всех размеров и форм, — заметила она.

— Ага, — кивнул пилот. — Заботятся о своих.

Тем временем поезд тронулся и уже успел выехать из здания космопорта под открытое небо. Вилли и Элейна смотрели в окно и изумлялись. Город Катерхис, столица Пурикана, оказался крайне цивилизованным и высокотехнологичным, в отличие от неухоженного космопорта.

Большинство зданий имели форму широкого, приземистого купола либо вытянутого иглой небоскреба. Будь Добрый Жук сейчас с друзьями, он объяснил бы, что купольные постройки — жилые, так как жуки любят устраивать семейные гнезда ближе к земле, а иглы, устремленные в небо, — это деловые здания, предназначенные для работы.

В центре Катерхиса возвышались выстроенные шестиугольником небоскребы Центра Научных Исследований, гордость столицы. Здания ЦНИ просматривались с любого конца города.

Поезд в очередной раз остановился, двери открылись.

– Гляди-ка, — шепнула Элейна и для верности ткнула пилота в бок локтем. — Там, в конце вагона!

— Чего? — Вилли с неохотой отлип от окна и вяло оглянулся, ожидая увидеть очередного диковинного пуриканца и намереваясь сообщить Элли, что внешность обитателей планеты уже не увлекает его так сильно, как в первые минуты, но тут же понял, почему дипломат так заинтересовалась.

На фоне цветастых жуков диковинной и непредсказуемой формы эти ребята, только что влившиеся в вагон плотной группкой, смотрелись чужеродно.

Невысокие, чуть выше пояса Вилли, они носили черные плащи с капюшоном, под которыми не было видно ни лиц, ни тел. Даже конечности или хвост не высовывались из-под плаща. Но больше всего их выделяло поведение: они держались бок о бок друг с другом и подозрительно оглядывались по сторонам, будто ожидая нападения. Элейна не сводила с них горящих глаз, пока не настало время выходить.

На платформе станции «Роскошная Жукопера» пилот огляделся по сторонам в поисках указателей. Но Элейна опять ткнула его в бок:

– Гляди, они тоже вышли!

— Кто? — не понял Вилли и проследил за взглядом подруги.

И правда, буквально в нескольких шагах от них толпились капюшончатые создания. Один из капюшончиков достал из-под плаща устройство с небольшим монитором, поглядел на него несколько секунд и махнул лапой влево. Вся компания, сохраняя строй, дружно засеменила в указанном направлении.

— Давай посмотрим, куда они! — предложила Элли и ринулась вперед.

— Не спеши, заметят, — шикнул Вилли.

Друзья на безопасном расстоянии последовали за таинственными существами.

Вилли и Элейна миновали указатель, сообщавший о пересадке на красную линию. Капюшончики по-прежнему шли уверенно, не растягиваясь и не мешая друг другу. Поднявшись по аэродорожке вслед за ними, Вилли и Элейна оказались на платформе. Подъехал поезд, помеченный красными полосками. С шипением поднялись выгнутые двери. Капюшончики приготовились садиться.

— Едем за ними! — жадно предложила Элейна.

Вилли огляделся в поисках карты линий и прямо рядом с собой обнаружил одну. Сверившись с ней, он убедился, что дом семьи Доброго Жука находится на этой же ветке. Удачно!

— Давай! — согласился он.

Друзья кинулись к поезду, но в последний момент дверь, в которую они целились, опустилась прямо у них перед носом.

— Стой! — скомандовал Вилли, хватая Элли за рукав. — Назад!

Поезд медленно тронулся.

— Не успели, — вздохнула дипломат.

Через окна поезда она с явным сожалением наблюдала за группкой капюшончиков.

— На следующем поедем, — успокоил ее пилот.

Сев в прибывший вскоре поезд, Вилли и Элейна выглядывали в окно на каждой остановке, надеясь увидеть удаляющихся капюшончиков, и даже позабыли любоваться местными красотами.

По спине пилота пробежал тревожный холодок, когда долгожданное зрелище наконец предстало перед ними на остановке «Лианистый Парк».

— Не здесь ли находится дом родителей Жука? — спросила Элейна, с нетерпением дожидаясь, пока поднимется неторопливая дверь.

— Ага, — подтвердил Вилли, стараясь прогнать непрошеное волнение.

— БЕЖИМ! — воскликнула дипломат, выскакивая на платформу.

Пилот выпрыгнул следом за ней и увидел, как капюшончики исчезают в конце платформы. Друзья бросились за ними, но когда спустились по аэродорожке на землю, загадочных существ нигде не было видно. Кругом шелестели джунгли.

— Упустили, — расстроилась Элейна.

— Увы, — кивнул пилот. — Жаль, конечно, но ничего. Зато мы на месте. Идем на свадьбу?

— Пошли! Может, наткнемся еще раз на этих ребят! — Элейна уверенно направилась в лес.

— Ты знаешь, куда идти? — удивился пилот.

— Не бойся, найдем!

Углубляясь в лес, Вилли заметил на земле свежие следы, но ничего не сказал Элейне, чтобы не провоцировать у нее новый приступ жажды приключений. Что-то подсказывало пилоту, что им и в самом деле предстоит еще встретиться с загадочными капюшончиками. И хорошо, если эти создания окажутся веселыми и безвредными…

Вокруг пышно разрослись деревья. Лианы увивали их от корней до самых верхушек, сквозь зелень с трудом пробивался солнечный свет. Землю было не разглядеть под плотным покровом растительности, ноги тонули в нем по колено. Доносились крики птиц, но самих птиц Вилли не заметил. Вскоре пилоту стало казаться, что ему является лишь крошечная часть джунглей, а их истинное великолепие, залитое солнцем, скрыто по ту сторону сплетения лиан. Где-то там, над кронами деревьев, царит настоящая жизнь дикого Пурикана. Вилли, незваный гость, заперт в тесном, темном коридоре и не допущен в святая святых. Наверное, надо уметь летать, чтобы проникнуть в подлинный, огромный и восхитительный мир джунглей? Жаль, что он не птица…

Добрый Жук, с которым пилот связался по пути, встретил друзей на подходе к дому родителей, среди раскидистых пальм и пышной вечнозеленой листвы. Прежде чем добраться сюда, Вилли и Элейна изрядно проплутали по лесу и в итоге воспользовались геолокатором, встроенным в наручные компьютеры всех членов экипажа. Интуиции Элейны, возомнившей себя опытным лесным разведчиком, оказалось недостаточно.

— Привет, — командир «Ласточки» дружелюбно улыбнулся пуриканцу. — Вот и мы. Как дела? На Пурикане очень красиво, замечательная архитектура. А какая природа! — похвалил он почти искренне.

Пуриканец одарил дипломата уничижительным взглядом, а Вилли — мрачным:

— Идемте. Прошу не отвлекаться и не отставать. У меня дел по горло. Погладить фату, найти невесту, которая потерялась вместе с подружками, уговорить жениха вылезти из кокона, куда он забрался с самого утра и не желает высовывать жвала…

Пилот вздохнул с облегчением. Жук вроде не слишком зол, да и Элейна, к его приятному удивлению, никак не отреагировала на неласковый прием.

Вскоре троица вышла на поляну, где располагался небольшой скалистый холм с верхушкой, заросшей травой и кустами.

— Что это такое, Добрый Жук, милый? Вулкан? — поинтересовалась Элейна сладким голоском. — Ты в местных особенностях лучше всех разбираешься… Поведай нам, балбесам, что тебе известно.

Пуриканец с подозрением на нее зыркнул.

— Нет, не вулкан, милая, — Жук нервно щелкнул жвалами. — У нас это называют «местом силы». Ничего интересного. В сущности, просто кусок скалы.

— Ой, ты такой умный, Жучок! — воскликнула дипломат. — Расскажи еще.

Добрый Жук сощурился и попытался прочитать на лице Элейны ее намерения. Девушка приветливо улыбалась и честно смотрела ему в глаза.

— ИЗДЕВАЕШЬСЯ? — мрачно спросил пуриканец.

— Что ты, Жучок! — хлопнула глазами дипломат. — Я поняла, что вела себя невнимательно по отношению к тебе, и хочу исправиться. Кстати, я прощаю тебя за тот эпизод с барменом.

Пуриканец фыркнул и отвернулся.

— Этот холм выглядит странно, — заметил Вилли. — Часто на Пурикане такие встречаются?

— Не очень. Всего на планете их тридцать два, — сказал Добрый Жук, избегая смотреть на дипломата.

— Кому пришло в голову назвать кусок скалы — как ты сказал? — «местом силы»? — Пилот подошел к основанию холма и пролез чуть вверх по склону. Из-под его ног посыпались земля и мелкие камни. — Неужели наверху ничего нет? — Он задрал голову. — Может, возле него люди, то есть пуриканцы, меньше болеют? Или предметы левитируют? Или сон улучшается? Или…

— Не-а, — покачал головой пуриканец. — Вроде бы раньше из верхушки холма выходил поток горячего воздуха. А теперь и этого нет, стоит себе скала и стоит, зарастает потихоньку.

— Почему тогда их назвали «местами силы»?

— Этими штуками когда-то интересовались любители сверхъестественного. Им не давало покоя, что загадочные холмы равномерно распределены по поверхности планеты. Выдвигались теории, что это обереги Пурикана, источники энергии и так далее. Но со временем шумиха улеглась.

— И никто не пытался выяснить, что внутри этих холмов? — удивился Вилли, сползая со склона.

— Пытались, конечно, — сказал Добрый Жук, — хотя это и запрещено.

— И что узнали?

Пуриканец задумался:

— Я несколько раз читал в прессе о хулиганах, решивших пробраться внутрь «места силы». Но их всегда останавливали прежде, чем они успевали выполнить свой замысел. По крайней мере так писали в статьях, а лично я с этими ребятами не общался.

— Выходит, если там и есть что-то интересное, власти предпочитают держать это в тайне, — заключил Вилли. — И никого близко не подпускают.

— Ага. «Места силы» вполне могут иметь искусственное происхождение, — заметил Добрый Жук. — Например, в рамках правительственных научных разработок. Какое-нибудь супероружие.

— В любом случае, правительство их охраняет, значит, они чем-то ценны, — сказал Вилли.

— Или опасны, — встряла Элейна. — Правительство может защищать вас от них, а не наоборот.

— Так или иначе, сейчас они никому не нужны, — подвел итог пуриканец. — О них все забыли, их не охраняют и не изучают. Хотя лично я не стал бы рыться в этом холме. Кто знает, что или кто выскочит оттуда, если его потревожить?

— Не будем рыться, — согласился пилот.

— Вот и хорошо. А теперь идемте домой. Мама уже заждалась, — предложил Добрый Жук, повернулся и отправился дальше по тропинке.

— Эй, Жук, подожди меня! — Вилли бросился за ним. — Элли, пошли!

Вскоре пилот оказался рядом с Добрым Жуком, а дипломат отстала, отвлекшись на редкое растение с плодами в форме дырокола. Вилли, пользуясь случаем, решил узнать причину конфликта из уст второй стороны. Версия об обиде Доброго Жука вызывала у него явные сомнения.

— Слушай, Жучила, — осторожно начал пилот. — Что между вами с Элейной происходит?

— Ты не знаешь, из-за чего мы поссорились? — удивился пуриканец.

– Ну-у-у, — смутился Вилли. Он хотел изложить щекотливую гипотезу Элейны помягче, но не придумал, как это сделать, и двинулся напролом. — Элли сказала, что ты приревновал ее к какому-то парню, наступил на ногу, облил лимонадом и не извинился.

— И ты в это веришь? — фыркнул Добрый Жук.

— Не очень, — Вилли опасливо глянул на Элейну. Дипломат тащилась сзади, на каждом шагу припадая к земле и рассматривая кустики по краям тропинки. — И на ногу ты ей не наступал? — уточнил он.

— Наступил.

— А почему не извинился?

— Я наступил ей на ногу случайно, когда забирался на стойку бара, — объяснил Добрый Жук. — Видишь ли, незадолго до этого по полу разлили радиоактивную кислотную жижу, а я бываю довольно неуклюж, когда пугаюсь.

— А чего не извинился-то? — не понял Вилли. — Никому не нравится, когда ему наступают на ногу.

— Дело в том, что радиоактивную кислотную жижу разлила Элейна, — объяснил пуриканец. — Она так увлеклась допросом бармена, что залезла на стойку бара с ногами и нечаянно столкнула на пол открытый бочонок с кислотой. Я тоже полез на стойку, но там оказалось тесновато: почти все место занял перепуганный бармен. Я отдавил Элейне ногу, а она разлила лимонад. Но это было уже неважно. Мы еле сбежали от разгневанных посетителей. Было не до извинений, а потом мы еще сильнее рассорились.

Вилли был потрясен до глубины души.

— То есть… — начал он медленно, стараясь не раздражаться, — вы разнесли бар… смылись оттуда… И мне об этом никто и словечка не сказал?

Добрый Жук смущенно потупился:

— А ты бы пошел туда на следующий день встречаться с королем, если бы знал, что мы устроили?

— Поэтому вы просто отправили меня в осиное гнездо, ни о чем не предупредив? Как предусмотрительно, — съязвил пилот.

— Извини, Вилли, — пуриканец совсем расстроился. — Надо было тебе все рассказать, но мы с Элейной увлеклись. Все спорили, кто виноват.

— Ладно, забудем, — пилот постарался успокоиться. — А теперь объясни, чего вы до сих пор грызетесь? Сколько это может продолжаться?

— ОНА НЕ ХОЧЕТ ИЗВИНИТЬСЯ! — возмущенно щелкнул жвалами Добрый Жук.

— За радиоактивную жижу? — с надеждой предположил Вилли, чувствуя, что разгадка близко.

— Не-а, — помотал головой Добрый Жук. — За безумное стремление все делать идеально! Она ведь уже все выяснила и тем не менее продолжала мучить бедного бармена. «А десерты? Какие фрукты он любит? Шоколад только горький? А бананы? Ой, как здорово, я тоже обожаю бананы! А если банан в шоколаде? А если запечь?» Я ей талдычу: «Элейна, пойдем, хватит уже!» Нет, куда там! За уши не оттащить. Подожди, она и тебя успеет этим достать!

Вилли раздраженно потер лоб: разобраться в этом хаосе невозможно! К счастью, они как раз подошли к загородному дому семьи Доброго Жука.

Пока Вилли, Элейна и Добрый Жук с удовольствием проводили время на Пурикане, на станции «Центурион» сгущались краски.

Глава 3

К порядку, господа!

Когда Тенто Корус, председатель Галактического Совета, вошел в Зал Заседаний спустя два часа после обнаружения на станции собственного двойника, его вновь охватило чувство тревоги, притупившееся за время приготовлений и разных мелких беспокойств. Даже впечатляющий интерьер Зала, вселявший в посетителей умиротворение и почтение, не оказал обычного действия.

— Мы так и не обнаружили следов телепата. Может, отменить заседание? — с сомнением негромко сказал он Йело Гану, шедшему рядом.

Тот на секунду задумался:

— Мне приходила в голову эта мысль, господин председатель. Так мы сможем защитить гостей от неизвестного лазутчика. Но, с другой стороны, объявив эвакуацию, мы не узнаем, кто он и что задумал.

Тенто Корус мрачно кивнул:

— Ты прав, друг мой, но имею ли я право принять такое решение и подвергнуть опасности прибывших на Совет? Ведь это главы всех независимых подразделений федерации, мозг и воля целой галактики! А здесь, в Зале Заседаний, даже система безопасности не предназначена для защиты от открытого нападения. Предполагается, — он горько усмехнулся, — что недоброжелатель просто не сумеет проникнуть на станцию. Если наш гость задумал акт агрессии, мы вряд ли сможем его остановить.

Йело Ган пожал плечами и хотел что-то сказать, но не успел.

Рядом с Корусом и Ганом, остановившимися возле входа в Зал Заседаний, возник представитель негуманоидной расы кроносов (ударение следовало ставить на последний, а не на первый слог, как обычно думали те, кто про эту расу слышал впервые).

— Ничего себе! Красота какая! — ошеломленно воскликнул кроносова. Кроносовы напоминали сов с пышным оперением вокруг головы и шеи, похожим на корону, этим и объяснялось название.

Глава Совета невольно обернулся к представителю и улыбнулся. Йело Ган хмыкнул.

Помощница от Совета, сопровождавшая кроносову, взяла его под локоть и стала вполголоса пересказывать историю создания Зала Заседаний. Кроносовы на этом заседании были впервые представлены в Совете.

Шедший мимо вульфит, гуманоид с волчьей головой, понимающе взглянул на кроносову. В Зале Заседаний действительно было чем восторгаться.

Это огромное помещение располагалось в закругленной верхушке цилиндрического корпуса станции. Высокие изогнутые своды потолка Зала представляли собой огромный иллюминатор, сквозь который можно было любоваться великолепием космоса. Благодаря этой особенности в Зале всегда царили темнота и торжественность.

Зал Заседаний состоял из двух условных половин, нижней и верхней. Наверху, под звездным куполом, проходили заседания, а нижняя часть служила подготовительной площадкой. Именно здесь сейчас находились Тенто Корус с помощником, здесь же толпились прибывающие представители.

Подготовительная площадка внешне напоминала космодром. Основание Зала на небольших расстояниях друг от друга усеивали около пяти тысяч капсул — своеобразных мобильных «лож» с креслами. Каждая такая капсула принадлежала одному субъекту Галактической федерации и вмещала его представителей.

Перед началом заседания, пока участники собирались в Зале, капсулы находились в нижнем, погрузочном, положении, на уровне входа в Зал, и представители занимали свои места в ложах. Когда наступало время заседания, капсулы «выстреливали» вверх, к усеянному звездами потолку, и внимание собравшихся концентрировалось в верхней половине Зала, где и происходило общение представителей.

Суета между капсулами выглядела совершенно обычно. Тенто Корус привычно вздохнул поглубже и расправил плечи. Морок — отогнать. Предчувствия — для пугливых юнцов. Знакомые стены поддерживают. Может, все и обойдется. Точно — обойдется.

— Господин, до начала заседания пять минут, — Йело Ган вывел Коруса из задумчивости. — Пора.

Тенто Корус кивнул:

— Хорошо. По местам!

Йело Ган поклонился и отправился в крупную капсулу административной ложи. Там уже расположились туиттец Ли Чан, завсегдатай ложи, а также приглашенные именно сегодня почетные гости: директор Академии Межзвездного Космофлота, умудренный сединами человек Отто Шульц и его более молодой коллега, тирианин майор Рики из Космофлота. Шульц и Рики наклонили головы и подняли правую руку, издали приветствуя Тенто Коруса. Президент Пурикана, Широколобый Многоног, тоже был в этой ложе вместе с приставленной к нему охраной, а не в своей. Он сидел, глядя в одну точку, очевидно, занятый своими мыслями.

Тенто Корус мысленно похвалил Йело Гана за то, что тот сообразил взять Многонога в административную ложу. Так безопаснее.

Дайя Тао, помощник по техническим вопросам, с которым Тенто общался чуть ранее, пробежал мимо, видимо, занимаясь какой-то срочной работой по налаживанию капсул.

Йело Ган, зайдя в капсулу, нажал кнопку на выгнутой стеклянной стене. Проем, служивший входом, плавно закрылся, и ложа поехала наверх. В это же время «выстрелили» еще два десятка капсул. Время и главе Совета подниматься.

Заняв собственную одноместную ложу председателя заседания, Тенто Корус тоже нажал на кнопку запуска. Капсула заскользила вверх.

Поднявшись, Тенто Корус сразу попал в центр внимания. Из сотен лож на него взирало множество глаз: заинтересованных, враждебных, недоверчивых и обожающих. Галактическая федерация не была утопическим средоточием единства, доверие субъектов федерации приходилось завоевывать раз за разом в течение долгих лет.

Не замечая обращенных на него взглядов, Тенто Корус в последний раз продумывал план своего выступления. Оставшиеся капсулы устремлялись вверх.

Наконец раздался громкий и глубокий звон, обозначавший время начала заседания, и Тенто Корус поднялся с места. Представители тоже встали с кресел в своих капсулах и аплодисментами, у кого были лапы, а остальные кто как мог, приветствовали председателя Совета. Тот поклонился.

— Друзья, прошу всех садиться, — неторопливо и размеренно сказал он.

Представители расселись по местам.

— Друзья, это экстренное заседание Галактического Совета было объявлено с целью проинформировать вас об опасности, нависшей над всеми нами. Пока эта угроза не проявила себя, но не исключено, что в ближайшее время произойдут события, предвещающие серьезные неприятности, и все мы должны быть к этому готовы.

Тенто Корус сделал паузу, чтобы значимость его следующих слов дошла до всех и каждого.

— Эта угроза — подпольное движение «Истуканы», зародившееся в секторе «Дельта-Кит». Их цель, как они сами ее формулируют, — сохранение наследия предков. Однако в последнее время их деятельность заставляет всерьез усомниться в том, что их интересы этим ограничиваются. Нам стало известно, что «Истуканы» связались…

— Господин председатель, можно вопрос? — по межкапсульной связи до Коруса донесся голос одного из представителей. Вызов был сделан из тирианской ложи.

— Хотя я предпочитаю, чтобы меня не прерывали на полуслове, для вас, господин Геккор, я на этот раз сделаю исключение. Надеюсь, в будущем вы станете относиться к установленному порядку заседания с большим почтением.

— Благодарю и прошу прощения, — отозвался Геккор. — Однако мне кажется, что ответ на мой вопрос заинтересует многих. Господин Корус, насколько мне известно, движение «Истуканы», которое приносит немало неудобств обитателям сектора «Дельта-Кит» и соседних секторов, представлено исключительно расой вульфитов и, в своем роде, является националистическим движением. В связи с этим, хотелось бы узнать, каково отношение вульфитского правительства к «Истуканам».

Вульфитский представитель в своей ложе вскочил и гневно потряс кулаком:

— На что вы намекаете, Геккор? Всем известно, что «Истуканы» не имеют поддержки со стороны правительства, а членство в этой организации приравнивается к государственной измене!

— Не надо так оскорбляться, Ор Тор, — спокойно ответил представитель тириан. — Ходят разные слухи, и я хотел бы внести ясность, получив официальный комментарий председателя Совета.

Ор Тор, рослый вульфит с седеющей шерстью, фыркнул и грузно опустился в кресло. Его успокаивающе погладил по плечу более молодой советник.

— Я понял ваш вопрос, Геккор, — сказал Тенто Корус. — Я бы хотел уверить всех присутствующих, что наш общий друг Ор Тор и его государство никоим образом не поддерживают подпольщиков. Более того, династия Ор, нынешний правящий режим, сами находятся с «Истуканами» в конфронтации из-за претензий подпольщиков на ресурсы и геополитическое влияние. Кстати, именно благодаря династии Ор мы вовремя узнали о новых планах «Истуканов», которые выходят далеко за границы сектора «Дельта-Кит».

Ор Тор в своей ложе кивал, подтверждая каждое слово Тенто Коруса. Геккор слушал молча.

— Итак, вот что нам недавно стало известно и вот почему мы собрали вас здесь. «Истуканы» связались с преступными группировками из разных частей галактики и разрабатывают глобальный план, детали которого нам пока не известны. Они также закупают оружие, технику и боевые корабли. Источник их финансирования остается тайной, но есть ощущение, что им помогает кто-то весьма состоятельный.

Отовсюду послышались иронические реплики:

— Ор Тор, у вас из казны ничего случаем не пропадало?

— По Ор Маулу виселица плачет, господа!

— Кто-то весьма состоятельный? Все прекрасно знают, о ком идет речь, к чему эти намеки?

Ор Тор опять вскочил и яростно сжал кулаки. В распространенных слухах о поддержке «Истуканов» правящим режимом упоминались и конкретные имена. Ор Маул был младшим, а помимо этого, крайне своенравным принцем династии, и многие винили во всех противоправных действиях именно его. Ни старший брат Ор Тор, ни отец Ор Гул, правитель государства, не желали верить досужей болтовне.

— Тишина в зале, — распорядился Тенто Корус.

К его удивлению, указание не возымело привычного действия. Представители стали вскакивать с мест и шуметь в эфире:

— Ор Тор, разберитесь наконец в своих семейных дрязгах!

— Вы укрываете преступника и провокатора! Пора положить этому конец! Возьмите на себя ответственность! Ор Маул должен получить по заслугам!

— Конец торговым отношениям, если не наведете порядок!

— Вето! Наложить вето на всякие контакты с вульфитами, пока не разберутся!

— Вето! В изоляцию их!

Тенто Корус нахмурился:

— Господа, К ПОРЯДКУ! Тишина в зале, иначе эфир будет заблокирован!

Однако шум недовольства лишь возрастал. Ор Тор в своей капсуле оглядывался по сторонам и натыкался лишь на гневные и презрительные взгляды.

— Последнее предупреждение! — гремел в эфире низкий голос Коруса. — К ПОРЯДКУ!

«Вот так, — пронеслось в голове Коруса. — Трещит в одном месте, а рвется в другом». Тревога по поводу загадочного телепата не оставила места волнениям о более обыденных проблемах. И вот на тебе, заседание летит в тартарары.

Внезапная волна тошноты и ощущение огромного давления на разум, погасившее все мысли, мигом дали понять, как он ошибался. Таинственный лазутчик вступил в дело.

Тенто Корус упал в кресло и сжал голову руками, словно это могло помочь выгнать из нее незваного гостя и вернуть контроль. Увы, он был не в состоянии сопротивляться.

Краем глаза Корус видел, как падали стоявшие представители в других капсулах — кто в кресла, а кто и прямо на пол. Ментальная сила чужака была воистину огромной. Нет, это точно не жур-таец и не лифус. Такая власть за пределами их способностей!

Председатель Галактического Совета окончательно убедился в несравненном могуществе неведомого телепата, когда в его голове раздался всепоглощающий, подавляющий волю Голос.

Глава 4

Похищение

Спустя час Элейна, Вилли и Добрый Жук находились в уютной кухне загородного дома семьи Доброго Жука в джунглях. За окнами шелестела влажная листва тропических деревьев. Кухня была просторная, дверь в ее торце вела в дом, а две другие двери — на веранду, где семья часто обедала за большим деревянным столом, и во дворик, откуда тропинка вела в лес. Троица была занята важными поручениями, которые им сразу по прибытии дала мама Доброго Жука, немолодая представительная пуриканка по имени Длинноусая Коротколапка.

— Никак не думала, что мне выпадет честь готовить мамин фирменный торт из слизи монструозной бегемусеницы, — недовольно буркнула Элейна. Несмотря на охватившее ее безграничное желание помогать Доброму Жуку и опекать его, заставить себя наслаждаться происходящим ей не удавалось. — Эй, Жучок! — елейно позвала она, с явным усилием сменив тон.

По настоянию Длинноусой Коротколапки, ловко пропустившей мимо ушей все возражения Элейны, дипломат была вынуждена надеть поверх форменного костюма передник. Картинка на переднике, изображавшая переднегрудь и лапки, делала Элейну похожей на загадочный гибрид пуриканца и человека. Вилли ласково окрестил ее жукавром.

Добрый Жук, не отрывая глаз от окна, за которым ему поручили следить, чтобы возвращение Коротколапки не прошло незамеченным, недовольно поинтересовался:

— Чего тебе?

— Нужна помощь. Подойди, пожалуйста, — попросила Элейна.

Пуриканец с неохотой подчинился.

Руки Элейны по локти были вымазаны зеленоватой прозрачной упругой массой, а на столе перед ней, едва заметно колыхаясь, лежала куча этой же массы.

— Мама просила тебя слепить торт в форме жука. А это что? — Добрый Жук озадаченно почесал лапкой голову. — Мяч для регби?

Элейна нахмурилась:

— Вот я тебя и позвала. Будешь позировать.

Пуриканец попятился:

— Э, нет. Мы так не договаривались.

— Будет тебе, Жучок! Ты ведь добр и великодушен, — пропела Элейна. — И я, между прочим, ДЛЯ ТВОЕЙ РОДНИ СТАРАЮСЬ! — вдруг рявкнула она.

Добрый Жук вздрогнул и испуганно оглянулся на Вилли. Пилот был занят тем, что вставлял трубочки в высокие бокалы с искрящимся оранжевым коктейлем. Трубочки нужно было выгибать так, чтобы они походили на жучьи усики. Начиная с пятой у пилота выходило довольно неплохо. Первые четыре скорее напоминали червячков.

— Радуйся, Жучила, — подбодрил друга Вилли, — тебе сейчас слепят памятник!

— Боюсь представить, — фыркнул пуриканец. — У Элли полностью отсутствуют скульптурные способности. Ты видел этот сплющенный мяч?

— Тебе легко говорить! — вспылила Элейна. — Тебе-то поручили нарезать хлеб! Крайне сложное задание для любимого маменькиного сынка.

— Дело не в этом, просто мама думает, что на большее я не способен. А если будешь издеваться, я тебя стукну! — разозлился Добрый Жук.

— Хочешь подраться? Давай! Только не жди потом, что я отвечу взаимностью на твои теплые чувства, — парировала дипломат.

— Теплые чувства? — взревел пуриканец. — Нет, она определенно издевается!

Элейна бросила торт и приняла боевую стойку. Добрый Жук отскочил на шаг и стал водить лапами из стороны в сторону, готовясь к атаке.

Вилли начал спешно придумывать способ разнять противников, но тут проблема решилась сама собой. Дверь, ведущая из дома в кухню, резко распахнулась, и в комнату ворвалась мама Доброго Жука, которая двадцать минут назад вышла во дворик.

— И с чего мы взяли, что она придет оттуда же, куда ушла? — проворчал себе под нос Вилли. — Быть предсказуемой совсем не в ее стиле.

При появлении Длинноусой Коротколапки все распри были тотчас забыты.

Добрый Жук растопырил жвала и лапки, позируя Элейне. Та приняла вдохновенный вид и вонзила руки в зеленоватую массу. Вилли стал старательно выгибать трубочки.

Мама захлопала в ладоши всеми шестью верхними лапами.

— Умнички мои, умнички! Свадьба пройдет просто идеально, я это нутром чувствую! А теперь отложите свои дела и выйдите к гостям. Жучок, приехали твои дедушка и бабушка, а еще дядя Пахучий Рогач с тетей Мягкотелой Панцирницей.

Элейна мрачно вытерла руки полотенцем, Вилли с явным сожалением оставил трубочки, и вслед за нетерпеливой Коротколапкой все трое направились в гостиную.

— Вот и он, наш замечательный малыш! Да-да, он действительно вырос, — объявила мама, едва войдя в комнату. — Сама не нарадуюсь!

В гостиной — просторном помещении со стеклянным потолком — царил праздничный бедлам. Всюду лежали подарочные коробки, перевязанные бантами, букеты цветов в блестящих упаковках. Кучей громоздилась аудиосистема, густо обмотанная проводами.

Дедушка и бабушка, тетя и дядя, которых Коротколапка усадила на диван — похоже, против их воли, — вскочили и приветливо замахали лапами. Мама увлекла смущенного Доброго Жука вперед.

— Мне его даже как-то… жалко, — негромко произнесла Элейна, замерев у входа в гостиную.

— Да уж, иметь столько родни опасно, — усмехнулся Вилли. — Могут загладить до смерти.

— Жучок! Здравствуй, милый! Ты уже совсем большой, — четверо родственников стали наперебой обнимать Доброго Жука, ощупывать его и мять.

Элейна с любопытством оглядывала комнату и гостей: ей не терпелось узнать побольше о традициях Пурикана. Свадьба сестры Доброго Жука представляла для нее источник сокровенного знания, которое не почерпнешь из путеводителей.

— Невеста собирается, жених тоже занят, а Крепыш готовит столы. Проходите, пожалуйста, располагайтесь и отдыхайте, я вернусь через минуту!

Вытащив сына из добрых лап родственников, Коротколапка подошла к Вилли и Элейне.

— Пора вам одеваться! Скоро начнется торжество, — объявила пуриканка.

— Одеваться? Да мы вроде одеты, — не поняла дипломат, скептически оглядывая свой передник.

— Нет-нет, эти костюмы не подходят для торжества, — снисходительно улыбнулась Коротколапка. — Но не стоит волноваться, — она взмахнула лапками, — я подберу вам достойные праздничные наряды. А Жучок пока сам все закончит на кухне, правда, милый? Помню, в детстве ты страшно любил помогать мне с выпечкой. Еще личинкой ты обожал запах и вид свежей слизи!

— Я и сейчас люблю тебе помогать, — с готовностью кивнул Добрый Жук. — Только насчет слизи сомневаюсь. Ты же знаешь, я от нее не в восторге.

— Да что ты помнишь, милый! Поверь маме, ей виднее, — всплеснула лапами Коротколапка.

— Тебе не кажется, что Жук сильно изменился, попав домой? — удивленно прошептал пилот Элейне. — Какой-то он… напряженный, что ли.

— Он и правда сам не свой, — шепнула в ответ дипломат. — Родители здорово на него давят, особенно мама. Жучок боится слово поперек сказать!

Пуриканец отправился на кухню, а Вилли, Элейна и Коротколапка — в гардеробную.

— Вот тебе замечательный костюм из засушенного панциря прадедушки Доброго Жука, — сказала мама, вручая Вилли предмет, напоминающий кожаное коричневое пальто. Пальто оказалось неожиданно тяжелым. — Обращайся с ним бережно, это семейная реликвия. А это тебе, девочка, — она повернулась к Элейне и протянула ей какой-то сверток.

— Что это такое? — уточнила дипломат, с подозрительным видом принимая сверток.

— Очень красивое старинное платье из бабушкиного кокона. Примерь, милая.

По очереди друзья за ширмой переоделись в необычные наряды. Не успела Коротколапка похвалить Вилли и Элейну и вернуться в гостиную, как в гардеробную ворвался обеспокоенный Добрый Жук.

— Только никому ни слова! Обещайте мне! — выпалил пуриканец. — Торт… Мамин торт из слизи монструозной бегемусеницы… ПРОПАЛ!

— Торт? Пропал? — недоверчиво переспросила Элейна, стоявшая неподвижно, чтобы случайно не повредить сверхценный бабушкин кокон. — Добрый Жук, как ты себя чувствуешь? Ты не приболел?

Пуриканец возмущенно пошевелил усиками:

— Я чуть-чуть стукнулся головой, но это к делу отношения не имеет! А еще… — Он наклонился к уху Элейны и подтянул Вилли поближе, чтобы тот тоже слышал. — Еще я видел странную тень! Думаю, кто-то проник на кухню и похитил торт, пока я делал крем для него. Торт был почти готов! — горячо прошептал Добрый Жук.

— Кому мог понадобиться торт, к тому же недоделанный? — удивился Вилли. — Извини, Добрый Жук, но звучит это не очень правдоподобно.

— Может, какое-то дикое существо приползло со двора? — предположил пуриканец. — Другая бегемусеница примчалась на запах или кролозмей проголодался? Знаете, сколько здесь всякой живности?

— Допустим, его и правда похитили, — вздохнула Элейна. — Что будем делать, готовить новый торт?

Добрый Жук помотал головой:

— Не получится, слизи больше нет.

— Съездим в кондитерскую и купим готовый? — предложил Вилли.

Пуриканец замотал головой еще активнее:

— Такие торты в магазинах не продаются, а на другой мама ни за что не согласится.

— И что ты предлагаешь? — нахмурилась дипломат. — В этих прикидах, — она указала на свое платье, в котором была вдвое шире, чем обычно, и не могла согнуть ноги, потому что кокон свисал до самого пола, — побежим за кролозмеем, чтобы отнять у него торт? Половину которого он расплескал по дороге, а вторую доедает в эту самую секунду.

— Я на всякий случай убрал торт в коробку! — похвастался Добрый Жук. — А поскольку у кролозмея нет ни зубов, ни лап, торту ничто не угрожает.

— Как существо без зубов и лап могло что-то похитить? — всплеснула руками Элейна.

— Ушами, конечно, — сообщил пуриканец. — У кролозмея они очень длинные и цепкие.

— А крышку с коробки он ушами снять не мог? — фыркнула дипломат.

— Что все-таки делать с нашими одеяниями? — вмешался Вилли. — Как я понял, это ценные семейные реликвии, не хотелось бы их повредить.

— Вечером будут танцы, — пожал шестью плечами Добрый Жук. — Не думаю, что сейчас они пострадают больше, чем когда вы будете отплясывать пуриканский молниеносный жуковальс.

Элейна охнула.

— И кстати, — продолжал пуриканец, — на вашем месте я бы поостерегся быть здесь, когда мама обнаружит пропажу торта. В гневе она страшна.

После этого веского аргумента препираться никто не захотел. Вилли и Элейна, с трудом передвигаясь в тяжелых одеяниях, последовали за Добрым Жуком на кухню.

— Так, — важно сказал Вилли, оглядевшись по сторонам. — Торта нет, но есть зеленые склизкие следы на полу. Ты вроде говорил, торт в коробке?

— Это я все заляпал, пока готовил, — смущенно признался пуриканец. — Торт был здесь, — он указал на край стола возле двери на веранду.

Пилот с сомнением оглядел гладкий литой стол, не имевший ни выступов, ни ручек, ни выемок.

— Как, по-твоему, бегемусеница могла достать что-то с такой высоты? Тут и зацепиться не за что.

Добрый Жук развел лапами:

— А я знаю? Вполне возможно, что монструозная бегемусеница умеет стоять на задних… что там у нее… щупальцах? Это довольно крупные твари.

Элейна со вздохом потерла лоб:

— Добрый Жук, давай с начала. Ты делал крем…

— Точно, — подтвердил пуриканец. — Я стоял вон там, у плиты, и взбивал крем.

Возле плиты действительно стояла миска с загадочной синеватой массой, из которой торчал венчик.

— Потом я услышал какой-то звук, обернулся, — а торта нет! — взмахнул лапами Добрый Жук. — И тут под столом мелькнула тень. Я кинулся к ней, поскользнулся, упал, ударился головой о столешницу, и вот я снова здесь!

— Надо обыскать веранду, — предложил Вилли. — Наверняка он оставил следы!

— Не торопись, — остановил друга Добрый Жук. — Тень я видел краем глаза. С таким же успехом он мог ускользнуть и туда, — пуриканец указал на дверь, ведущую во дворик. — И даже туда, — он ткнул лапой в квадратную дверцу в стене над столом.

— Это еще что за дыра? — удивилась Элейна.

— Это не дыра, а люк, — обиделся пуриканец. — Чтобы быстрее доставлять припасы из подвала.

— И большой подвал? — осведомился пилот.

— Огромный, — закивал Добрый Жук. — Там и консервы хранятся, и контейнеры для яиц, и личинки там же спят. Когда в личиночных яслях выходной или каникулы. Сегодня, кстати, один из таких дней. Внизу двое мальцов прохлаждаются.

Элейна закашлялась и покраснела. Вилли сочувственно на нее взглянул: Элли как-то призналась ему, что от жизненного цикла пуриканцев ее подташнивает. Но Доброму Жуку знать об этом было ни к чему, и дипломат неплохо держалась.

Элейна подошла к двери на веранду, опустилась на колени и стала изучать дощатый пол.

— Тут грязные отпечатки лап, — сообщила она, поводив пальцами по полу, понюхав и тщательно рассмотрев то, что удалось соскрести с досок.

— Ну конечно! — обрадованно воскликнул пуриканец. — Я так и знал, что сюда кто-то пробрался!

Вилли присел на корточки рядом с дипломатом:

— А еще тут едва заметные следы слизи… Они ведут от стола к выходу во дворик! Видимо, лазутчик проник через веранду, вляпался в грязь, которую ты, Жучила, тут развел, и размазал слизь по полу на пути к дворику, унося торт. И еще, это непохоже на следы бегемусеницы или кролозмея.

— Следы можно счесть гуманоидными, — кивнула Элейна. — Ну, или звериными — но зверь прямоходящий. Две лапы, по четыре пальца на каждой. Похоже, нести торт ему было тяжело, так как следы во двор жирнее, чем следы от веранды. Их плохо видно лишь потому, что слизь прозрачная.

— Из чего, — подхватил Вилли, — можно заключить, что существо не слишком массивное и невысокое. Но до стола оно дотянулось, не пользуясь подручными средствами, иначе бы ты, Жук, услышал, как оно волокло стул или что-то еще. Вероятно, у него есть передние лапы или руки, которыми оно аккуратно взяло торт. Ведь если бы оно сдернуло торт за краешек, ты услышал бы звук падения.

— Выходит, какой-то гуманоидный подлец ростом мне по пояс пробрался на веранду в поисках пропитания, ничего там не нашел и залез на кухню. Спер торт и ушел кратчайшим путем — во двор, — подвел итог Добрый Жук. — Надо проверить замки на дверях веранды. Но это позже, а сейчас мы должны поскорее отыскать торт!

— Идемте за ним, — предложил Вилли.

— На земле следы от слизи не будет видно, — заметила Элейна. — Как же мы его отыщем?

— По запаху, — ответил пуриканец, выходя во двор. — Запах слизи я с детства терпеть не могу.

На воздухе оказалось приятно. Шумела листва. Сквозь переплетения лиан пробивалось солнце.

Преследователям повезло. Ночью был дождь, и земля не успела высохнуть. Следы четко отпечатались на тропинке, уходившей в лес.

Глава 5

Чей голос?

Тенто Корус, председатель Галактического Совета, корчился в своем кресле центральной ложи, пытаясь усилием мысли изгнать из головы таинственного телепата, как вдруг в его уме раздался Голос. Именно так, с большой буквы, Корус окрестил его про себя, так как этот голос был подавляющим, всепроникающим, а главное, внушал огромное доверие, лился ручьем, ласкал бархатом. Нагло вторгшись в чужой разум, намертво скованный мощной телепатической атакой, Голос не воспринимался как нечто чуждое, а наоборот — даровал надежду на спасение.

— Внимайте мне, представители, — равнодушно и приятно произнес Голос. Корус с трудом открыл глаза и увидел, что и другие участники заседания растерянно оглядываются. Похоже, телепат транслировал свою речь в умы всех присутствующих одновременно. Итак, это выступление перед аудиторией. Ради такого представления стоило проникнуть на «Центурион» в день заседания… О чем же загадочный гость намерен поведать элите Галактической федерации?

Над головой Тенто Коруса и чуть поодаль в воздухе появилась светящаяся голограмма — фигура в черном плаще с капюшоном. Голова незнакомца опущена так, что лица не разглядеть, руки скрыты под одеянием.

Взоры представителей — тех, кто сумел овладеть собой, — обратились на голограмму.

Давление на разум не ослабевало, но, когда Тенто не совершал попыток изгнать незнакомца из своей головы, действие ментальных клещей уже не ощущалось так резко и болезненно. С ним можно было смириться, и сдержанность вкупе с терпением давали возможность потихоньку производить умственную работу.

Незнакомец в плаще поднял голову, и Корус прищурился, пытаясь разглядеть черты лица, но тщетно — оно было абсолютно черным, будто вымазанным сажей. Только ярко-белые глаза с небесно-голубой радужкой выделялись на черном фоне.

— Скоро мы придем к вам, — бархатисто произнес голос. — Вы видели мою силу, а нас будет — легион. Представьте, чем это вам грозит, и сдавайтесь. Сдавайтесь сразу, как только мы попросим об этом. Тогда у вас будет шанс избежать вымирания. В противном случае ваши тела устелят путь для торжественного восхождения высшей расы.

Тенто Корус решил было, что справится с несложной задачей — спросить «Кто ты?», но изо рта донеслось лишь еле слышное сипение и хрип.

Голограмма постепенно растворялась в воздухе.

— До скорой встречи, друзья мои, — объявил Голос и стих. — Запомните мои слова…

Разум Коруса вдруг избавился от сдавливающих тисков, и глава Совета застонал, ощутив сладостную свободу. Представители, замершие в своих капсулах, задвигались, зашевелились. В эфире было тихо: никто не пожелал нарушить тишину.

Тенто Корус взял эту обязанность на себя.

— Господа, — сказал он неожиданно хрипло. — Прошу не волноваться. Ситуация под контролем.

Он только сейчас с облегчением понял, что огромная угроза, нависшая над всеми представителями — отчасти по его, Коруса, вине, — чудом сошла на нет. И без видимых последствий. Но действительно ли это так?

— Прошу уважаемых представителей оглядеться и сообщить, если с кем-то произошло что-то неприятное, — произнес глава Совета. — Проверьте, все ли в порядке, все ли хорошо себя чувствуют. Сейчас будет объявлен короткий перерыв. Пострадавшим, если таковые обнаружатся, окажут медицинскую помощь, а затем мы продолжим.

— Господин председатель, — вторгся в эфир тирианин Геккор, — требуются пояснения! Кто или что это было? Оно воздействовало на наш разум — значит ли это, что оно находится здесь, на станции? Если чужак поблизости, я немедленно покину «Центурион», а мой народ выдвинет обвинения в адрес руководства Галактической федерации. Немыслимая халатность — допустить подобное происшествие, и не где-нибудь, а на заседании Галактического Совета! У меня — и наверняка не у меня одного — появились сомнения в том, что правительство способно защитить своих граждан. Особенно в нынешней ситуации, когда «Истуканы» начали действовать!

— Я дам все необходимые пояснения, как только мы убедимся, что ситуация стабильна, — мрачно сказал Корус. Ох, уж этот Геккор! Смутьян… — Еще раз прошу проверить, все ли в порядке и не нужна ли кому-нибудь срочная помощь.

Все молчали. Тенто выждал несколько секунд и продолжил:

— Похоже, никто не пострадал. Это добрые вести. А теперь небольшой перерыв. Если кто-то плохо себя чувствует, обратитесь к медикам.

Капсула председателя первой отправилась вниз. Затем одна за другой начали спускаться и другие ложи.

Глава Совета гадал, какую еще цель мог преследовать телепат помимо передачи не слишком информативного сообщения. Читал ли он мысли? Пытался вызнать чьи-то тайны? За время пребывания на станции сделал что-то еще, о чем станет известно позже, и это будет крайне неприятный сюрприз? Попутно Тенто Корус продумывал объяснения, которые даст напуганным представителям.

Хорошо хоть, тема «Истуканов» на время потеряла актуальность.

Едва ложа председателя опустилась, Тенто Корус направился к месту расположения административной капсулы. Дождавшись, пока капсула окажется внизу, Корус окинул взглядом тех, кто в ней находился.

Ли Чан выглядит обеспокоенным, но держит себя в руках. Его самообладанию позавидовал бы каждый. Отто Шульц и майор Рики взволнованно переговариваются. Интересно, как себя чувствует президент Пурикана Широколобый Многоног, за которого переживал Тао. Вот и он, с охраной, не спеша выходит из ложи, кивает и улыбается. Надо же, какая выдержка! Кажется, все обошлось, но неплохо было бы за ним присмотреть. Он немолод, и произошедшее может пагубно сказаться на его здоровье.

— Йело, дружище, как ты? — Тенто Корус хлопнул помощника по плечу, едва тот выскочил из капсулы. — Телепат заварил кашу! У нас куча дел.

— Повезло нам, господин Корус, — невесело усмехнулся Йело Ган. — Могло быть гораздо хуже.

Глава Совета нахмурился. Мысль, что они оказались беззащитны перед неведомым телепатом, задевала его гордость и побуждала срочно планировать встречные действия.

— Надо найти его. Контроль доков идет по плану? Со сканерами мозговых волн? Полагаю, сейчас многие улетят со станции. — Тенто Корус оглянулся. Представители толпились у выхода, желая скорее покинуть Зал Заседаний. — Он наверняка попытается смешаться с толпой.

Йело Ган кивнул:

— Мы используем сканеры незаметно для гостей. Если они пронюхают об этом, наши проблемы, боюсь, умножатся. Но не волнуйтесь, я лично слежу за процессом. Сложностей возникнуть не должно.

— Отлично. Если сканеры обнаружат незарегистрированное лицо, блокируйте входы и выходы из дока, никого и близко не подпускайте. Докладывайте лично мне.

Мимо Йело Гана и Тенто Коруса пробежали Ор Тор с советником. Корус вздохнул, увидев, что в Зале почти никого не осталось. Очевидно, его призыв не впадать в панику не нашел отклика среди представителей. Трудно их в этом винить.

Тенто Корус устало заключил:

— Итак, заседание закончено. В этом раунде мы потерпели поражение. Не хочу и думать, что скажет президент Галактической федерации…

Помощник ободряюще улыбнулся:

— Не расстраивайтесь, председатель. На сей раз нам выпали дурные карты. Чем корить себя, давайте лучше сосредоточимся на поимке телепата.

— Верно, — кивнул Корус. — И обеспечим безопасный вылет для представителей. Работа еще есть.

Тем временем Широколобый Многоног в сопровождении охраны только добрался до выхода из зала. Заметив это, Корус обратился к Йело Гану:

— Вижу, президент Пурикана тоже намеревается покинуть станцию. Будь добр, составь ему компанию и убедись, что он хорошо себя чувствует.

Помощник с готовностью кивнул:

— Конечно, господин Корус. Я о нем позабочусь.

Йело Ган последовал за Многоногом. Тенто Корус огляделся в поисках Тао. Дайя тотчас же возник у него за спиной:

— Слушаю вас, господин председатель.

— Тао, по поводу наблюдения, которое мы обсуждали перед заседанием, — начал Корус. — Вам удалось обнаружить что-нибудь необычное? Есть ли подтверждения тому, что у телепата на станции имеется союзник? Говорите не колеблясь! Пусть даже это лишь смутные догадки и подозрения. Я хочу знать все детали.

Дайя качнул отростками:

— Да. На мой взгляд, такие подтверждения есть.

Корус нетерпеливо дернулся:

— И? Кто это может быть?

— Это не рядовой служащий и не представитель, — объяснил дайя. — Я выяснил у службы безопасности подробности о вашем двойнике. Подделать голографическую печать несложно, трудность состоит в том, чтобы узнать данные вашего личного идентификатора. Полагаю, именно союзник сообщил ему эти данные. А значит…

— Он имел к ним доступ, — подсказал Корус.

Дайя развел руками:

— Следовательно, предатель — сотрудник службы безопасности либо…

— Высокий чин, ведь высшие чины имеют доступ к базам службы безопасности, — мрачно закончил Корус. — Я понял, Тао. Что-нибудь еще?

— Ничего ценного, господин председатель, — сказал Тао. — Хотя… Кое-что есть, но…

— ГОВОРИТЕ! — приказал Корус.

— Йело Ган отвечает за сканирование отбывающих со станции. Вы доверяете ему на сто процентов? — сухо спросил дайя.

Тенто Корус от неожиданности хмыкнул. Дайя отличались эмоциональной холодностью и потому могли спокойно, без лишних предисловий говорить о том, о чем другие постеснялись бы.

— Спасибо, Тао. Можешь идти.

Йело Гану он доверял на девяносто девять процентов. Если нельзя положиться на свою правую руку, кому тогда верить?

Отпустив дайя, Тенто Корус погрузился в безрадостные размышления о возможном предателе.

Тем временем Йело Ган, отпустив охрану, сопровождал старенького президента Пурикана Широколобого Многонога к доку на втором кольце. Президент не говорил ни слова, а Йело Ган, не переносивший неловкого молчания, болтал без умолку:

— Что думаете по поводу этого странного спектакля? Беспокоиться не о чем. Очень скоро мы узнаем, кто осмелился нарушить ход заседания Галактического Совета. Хулиганы получат по заслугам.

Многоног, осторожно переставляя нижние лапы, медленно, но верно приближался к шлюзу. Разговорчивого Йело Гана он слушал, не выказывая никакой реакции.

— Жаль, что вы не задержитесь до конца заседания, но ваше решение вполне понятно. Когда творятся беспорядки, хочется найти уютную и надежную гавань, а не дрейфовать в море неизвестности, — болтая, Йело внимательно наблюдал за поведением пуриканца. Вроде бы Широколобый Многоног выглядел и действовал как обычно.

Они подошли к доку, и Многоног распорядился открыть шлюз.

— Спасибо вам, господин Йело Ган, — наконец ответил он спутнику. — Мне нездоровится, поэтому я вынужден отбыть раньше времени. Легкое недомогание, не стоит волноваться. Надеюсь, господин председатель найдет виновника этого неприятного инцидента, и остаток заседания пройдет хорошо и радостно. Желаю удачи!

— Благодарю вас и желаю удачи, — Йело Ган поклонился. — Пусть защитят вас великие предки.

Президент поклонился в ответ и исчез в шлюзе.

Будь Тенто Корус здесь, он бы настоял на том, чтобы задержать президента и проверить состояние его здоровья после жалобы на недомогание, но Тенто Коруса здесь не было. Йело Ган решил иначе. Пронаблюдав за вылетом пуриканского корабля, он счел задачу выполненной и вернулся к своим делам.

Между тем, в полете президенту стало очень плохо. Его трясло и тошнило. Добраться до Пурикана без посторонней помощи ему удалось чудом.

На «Центурионе» продолжались поиски чужака…

Глава 6

Нарушители спокойствия

— Куда ведет эта тропинка? — спросил Вилли.

— В глубь леса, — сказал Добрый Жук. — Если долго по ней идти, можно выйти к заливу. Вроде.

— Надеюсь, похититель не любит купаться, — мрачно заметил пилот.

Троица отправилась по тропинке в лес.

Покинув полянку, они оказались в тени деревьев, где следов было уже не разглядеть. Друзья продолжали идти, пока вдруг Элейна не зашептала:

— Эй, смотрите! Там, в кустах, — это не похититель торта?

Вилли и Добрый Жук проследили за ее взглядом. Среди лиан и правда что-то двигалось.

Присмотревшись, пилот различил нескольких существ в черных плащах с капюшонами. Они будто что-то обсуждали, собравшись кружком.

— Их много! — воскликнул Вилли удивленно. — Элли, так ведь это наши капюшончики!

— Ты прав! Что они делают? — Элейна прищурилась. Все замолчали. В наступившей тишине явственно послышалось чавканье.

— Рискуя вызвать внезапную смену цвета у Доброго Жука, осмелюсь предположить, — осторожно сказал Вилли, — что они пожирают торт.

— Ага! — обрадовалась дипломат. — Так я и знала! Маленькие, но расчетливые преступники.

— ТОЛЬКО НЕ ЭТО! — вскричал Добрый Жук.

— Ты не будешь краснеть или становиться оранжевым от гнева или отчаяния? — удивился пилот.

— С этим покончено, — твердо сказал пуриканец. — У себя в каюте я долго тренировался, чтобы повысить свою невозмутимость, и теперь могу ответственно заявить: я цвет не меняю!

Тут один из капюшончиков обернулся и что-то пробормотал. Остальные тоже насторожились. Через секунду они пустились наутек, прихватив коробку с тортом.

— За ними! Они еще не все сожрали! — воскликнул пуриканец и, не разбирая дороги, кинулся в лес. Пробегая мимо брошенной крышки от коробки с тортом, он в сердцах пнул ее ногой:

— Ух, ворюги!

— Зови на помощь, Элли! — воскликнул пилот и ринулся вслед за Жуком.

— Кого? Здесь же никого нет, — удивилась Элейна и побежала за друзьями, с трудом переставляя ноги под бабушкиным коконом.

Лианы преграждали дорогу, ветви кустов хватали за ноги. Падая и вставая, шипя от досады и боли, троица пробиралась через джунгли. Впереди то и дело мелькали темные фигурки низкорослых беглецов, указывая путь.

Казалось, прошла целая вечность, но в действительности погоня длилась не больше минуты. Продравшись сквозь очередные заросли, Вилли налетел на Доброго Жука, застывшего посреди дороги. Открытая местность, куда они неожиданно выскочили, показалась пилоту знакомой.

— Это… — недоуменно начал Вилли.

— Все дороги и даже лесные чащи ведут к дурацкому «месту силы», — проворчал Добрый Жук. — Где эти поганцы? А? Ты жив? — Он повернулся к пилоту.

Вилли, а теперь и Элейна рядом с ним замерли в ошеломлении. Пуриканец нетерпеливо переспросил:

— Вы чего? Привидение увидели?

Пилот указал на вершину холма. Кое-что изменилось с тех пор, как они побывали здесь в первый раз, — вот почему Вилли не сразу понял, где оказался. Скалистая верхушка была очищена от растительности. На склоне холма лежали кучи земли с дерном, свернутые клубками лианы, большие куски скалы.

— Ну, порылся кто-то. И что?

— Тебя это не удивляет? После всего, что ты рассказал об этом месте? — наконец произнес Вилли.

— Не-а. Все это ерунда. Главное, торта нет, — мрачно сказал пуриканец. — Надо возвращаться.

— Но, Добрый Жук, кто-то явно хочет пробраться внутрь «места силы»! — возразила Элейна. — Это может быть опасно и для него, и для окружающих!

— Это ты, Элейна, хочешь делать идеально все, чем бы ни занималась, — буркнул пуриканец. — А у меня есть дела более важные и менее важные. Если хотите, оставайтесь, а я должен разобраться с этим несчастным тортом. Мама ни за что не поверит, что его украли… Подумает, что я его потерял. Или съел. Хотя я постоянно повторяю, что меня от одного запаха слизи воротит! Она никогда не слушает!

— Торт уже не вернуть, Жучок! А тут надо проверить, вдруг это что-то зловещее, — воскликнула Элейна, даже не обидевшись. — Может, эти создания хотят устроить землетрясение или еще что похуже. Тогда вся твоя семья окажется в опасности!

Добрый Жук скрестил лапы на переднегруди:

— Да что им будет! А вот мне и правда может угрожать опасность. Если мама обнаружит отсутствие торта и меня впридачу. Ты не представляешь, на что она способна. Она умеет кричать так, что стекла из окон, а птицы из гнезд вылетают, и даже личинки ворочаются в своих коконах!

— Мы поможем Доброму Жуку, — объявил Вилли. — Разберемся с тортом — и сразу сюда.

— Уверен? — усмехнулась дипломат. — Сейчас он сходит с ума из-за торта, а через полчаса будет страдать по поводу пузырьков, сбежавших из бутылки с шампанским. Если ты, Добрый Жук, не научишься мыслить самостоятельно, то всегда будешь делать лишь то, чего от тебя хотят другие.

— НУ И НЕ НАДО МНЕ ПОМОГАТЬ! — вдруг заорал Добрый Жук. — Отправляйтесь лучше на корабль. Можете вообще проваливать с Пурикана, без вас справлюсь! Признаюсь родителям, что меня выгнали из Академии, пусть выгонят еще и из дому!

Вилли вдруг почувствовал себя очень уставшим и присел на камушек.

— Друзья, — медленно начал он, — у нас появилась новая шокирующая информация. Добрый Жук, почему ты до сих пор не рассказал родителям? Ты же говорил, что рассказал?

— Я говорил, что собираюсь, — мрачно объяснил пуриканец. — Но подходящего момента так и не подвернулось.

— И когда ты намерен им сообщить?

— После свадьбы, конечно.

— Почему не сейчас?

— Не стану портить им настроение перед праздником, — уперся Добрый Жук.

— Добрый Жук, нельзя быть таким… такой тряпкой! — возмутилась Элейна. — Ты личность и имеешь право на свои желания, свое мнение и даже свои ошибки. Ты не обязан во всем слушаться родню! Или ты стыдишься, что вообще появился на свет? Может, тебе притвориться стулом или зубочисткой, чтобы уж точно никому не доставить неудобств?

Вилли утомленно вздохнул и поднялся:

— Элли, хватит, ему и так тяжело. Добрый Жук, пошли, мама ждет.

— Я этого так не оставлю, — возразила дипломат. — Доброму Жуку нужна помощь.

Пуриканец удивленно на нее уставился.

— Помощь? Какая еще помощь? Ты что, лечить меня собралась? — с подозрением уточнил он.

— Увидишь, — пробормотала Элейна, не отрывая жадного взгляда от холма. — Ты научишься быть собой, чего бы мне это ни стоило.

Вилли, случайно услышав ее слова, испуганно поежился, но промолчал.

Друзья отправились назад по тропинке.

Как только троица скрылась, из зарослей по ту сторону холма вылезли несколько коротышек в капюшонах. Взобравшись на верхушку, они принялись выкидывать на склон горсти земли и ошметки растений.

Существами руководил капюшончик, бурно размахивающий лапами и дожевывающий кусок торта. Покончив с тортом, он вытащил из-под плаща приборчик с монитором и стал фотографировать место раскопок.

— Уто! Ика мури! — торжественно объявил он.

— Уто! Уто! — радостно повторили остальные, не прекращая копать.

Тем временем в загородный дом прибывали новые гости. Оказалось, что семья Доброго Жука в Катерхисе и его окрестностях широко известна и на праздник собралось полгорода.

Церемонию решили провести во внутреннем саду. Усилиями отца Доброго Жука, Тугожвалого Крепыша, там уже все было подготовлено: расчищена площадка для гостей, расставлены столы, развешаны украшения.

В гости пришли самые разные жители Пурикана. Палочники, смахивающие на веточку дерева, — так они не выделялись на фоне естественного ландшафта и могли скрываться от хищников и других агрессоров. Листовики, похожие на лист, подствольники и надкронники. Другие существа, маскирующиеся под растения, камни и даже под диковинные тропические фрукты Пурикана. Настоящие фрукты лежали рядом на огромных блюдах, так что кое-кто мог и перепутать.

Здесь были пуриканцы оранжевые, белые и переливчатые, пупырчатые и когтистые, покрытые присосками, вытянутые и круглые, гладкие и шершавые.

Были жуки, испускающие жгучий запах в ответ на опасность. Другие гости старались к ним близко не подходить и не делать резких движений, чтобы ненароком не оказаться в облаке смрада.

Были жуки с необычными пищевыми предпочтениями. Они втихомолку жевали оторвавшиеся клочки обоев и кусочки штукатурки, жутко этого стесняясь.

Были жуки с огромными крыльями, похожие на птиц. Их коконы широко использовались на Пурикане и других планетах в качестве теплых и уютных семейных спальных мешков.

Когда троица вернулась в дом, они с трудом отыскали маму среди наводнивших дом пуриканцев. У нее была уйма дел, вместе с папой они пытались разместить многочисленных гостей с удобством для них и минимальным ущербом для дома и сада.

Элейна оттащила Доброго Жука в сторону и зловеще прошептала на ухо:

— Ты хотел знать, как я собираюсь тебе помочь. Я долго взвешивала все «за» и «против» и вот что решила. Если ты сейчас же не отпросишься к «месту силы», я расскажу твоей родне, что тебя исключили!

Пуриканец гневно фыркнул, его усики угрожающе затряслись.

— Какая подлость! — воскликнул он. — Ты не имеешь права лезть в мою жизнь! Если хочешь исследовать «место силы», иди и исследуй, а меня оставь в покое. От таких помощничков, как ты, одни беды!

— Правильно, разозлись как следует, — пробормотала Элейна тихонько, чтобы Жук не слышал, а вслух добавила:

— Ты должен хоть раз постоять за себя, так что давай. Я слежу за тобой!

Добрый Жук обреченно вздохнул и направился к Коротколапке, компанию которой составляла бабушка Правдолюбивая Грубинница. Для Пурикана это было очень необычное имя, и никто, включая бабушку, точно не знал, что оно означает.

— Добрый Жук, бабушке нужно срочно делать прическу! — воскликнула мама взволнованно, увидев сына. — Как она пойдет на свадьбу без прически? Ты отвезешь ее в парикмахерскую! Кстати, где ты был?

Элейна подскочила к Коротколапке.

— Мы нашли кое-что очень важное и опасное, — она подмигнула Доброму Жуку. — Надо сейчас же…

— Да-да, детка, — не слыша ни слова, прервала ее Коротколапка и повернулась к бабушке. — Какую прическу будете делать, мама? «Восхищенный ветер» или «Безумный мустанг»?

Добрый Жук мгновенно оказался рядом.

— Думаю, бабушке больше пойдет «Непорочный питон», — ввернул он, учтиво прищелкнув жвалами.

— Да что с ними такое?! — взвилась Элейна, на которую никто не обращал внимания. — Никого не слушать — их семейная черта?

— Нет-нет, только «Непереносимая свирепость», — оскорбилась бабушка. — Добрый Жук, как тебе такое могло в голову прийти? Я не какая-то легкомысленная цаца, чтобы носить «Непорочный питон»!

— Ну, я… — начал оправдываться Добрый Жук, но, к счастью, его не слушали.

— А ты, Добрый Жук, не хочешь приукрасить свои жвала? Немного блесток не повредит, я уж не говорю про парадный панцирь, — заметила мама.

— Ты совершенно права, мама, — согласился Добрый Жук. — Я выгляжу совсем не празднично. — Тут Элейна ткнула его локтем в бок, и пуриканец погрустнел. — Мам, давай отойдем. Есть разговор.

Оставив папу развлекать бабушку и подошедших гостей — палочника, покрытого зелеными листочками, и его супругу палочницу, которая по случаю праздника украсила себя пластиковыми цветками, — пуриканка отошла с Жуком в сторонку.

— Я должен сказать тебе, мам. Я не уберег торт. Его украли. Извини. И еще мне нужно будет…

— Что ты говоришь? — всплеснула лапами мама. — Как это украли? Драгоценный торт из слизи монструозной бегемусеницы, мой шедевр?!

Пуриканец посинел от стыда. Элейна фыркнула:

— Ты говорил, что поборол свою слабость и уже не меняешь цвет, когда волнуешься.

— Молчи! — зашипел Добрый Жук. — Я преодолел! Но сейчас особый случай! — Он снова повернулся к маме:

— Я знаю, как для тебя важен торт, мам. Я пытался их поймать, мы все пытались, — Добрый Жук в отчаянии махнул лапкой в сторону Вилли и Элейны, — но они удрали. Эти подлые существа, которые позарились на твою стряпню, сбежали вместе с остатками торта. Его уже не спасти.

— Что я слышу, дорогая? — басом отозвался с середины комнаты папа Доброго Жука, Тугожвалый Крепыш. — Наш малыш опять слопал все вкусное?

— Представляешь, дорогой! — ехидно поддакнула мама. — Наш Жучок нашел применение свадебному торту, на который я потратила столько времени и сил. Его сестра будет очень рада, когда об этом узнает. Ох, Жучок, ты ведь уже совсем большой!

Ярко-синий Добрый Жук совсем поник:

— Мама, ты же знаешь, я не люблю слизь…

Коротколапка пропустила все мимо ушей, занятая обменом ехидными репликами с мужем.

— А еще он выдумал, что торт украли, представляешь, дорогой?

— На отсутствие фантазии Добрый Жук никогда не жаловался! — подтвердил тот.

Родственники и гости стали прислушиваться к разговору, охать и ахать, поддерживая возмущение родителей. Десерт был гвоздем любого торжества на Пурикане, а уж мамин торт из слизи монструозной бегемусеницы так разрекламировали, что некоторые прибыли на празднество исключительно ради него. Завзятые пессимисты решили, что торта не будет, и начали тихонько двигаться к выходу.

У пуриканца стали нервно подергиваться усики.

— Мама, нельзя ли потише, — прошипел он, тревожно оглядываясь. — Господа и дамы, прошу не волноваться, без десерта вы не останетесь! — объявил он громко и добавил лично маме:

— Прекрати это шоу! Лучше давай подумаем, чем заменить торт.

Коротколапка сурово поглядела на сына:

— Ты шутишь? Торт из слизи монструозной бегемусеницы не заменишь, если только у тебя под рукой нет монструозной бегемусеницы. У тебя ведь нет? Вряд ли, ведь замороженную слизь нам привез дядя Лихой Пупырник из межпланетной командировки!

Добрый Жук покачал головой:

— Нет, но я могу съездить в кондитерскую и купить торт из нектара крокопчел. Конечно, это не так шикарно, как угостить всех тортом из слизи бегемусеницы, но вполне прилично для любой семьи.

— ХО! ХО-ХО! — Коротколапка начала издавать странные звуки, и Добрый Жук поглядел на нее с явной тревогой. — ОХ-ХО-ХО-ХО!

— Ну что еще? — помрачнел пуриканец.

— Ты слышал, дорогой? — Коротколапка громко и драматично обратилась к Крепышу. — Наш Жучок предлагает купить торт в магазине! Он хочет пичкать гостей кушаньем, приготовленным из экологически грязных ингредиентов с истекшим сроком годности. Что скажет весь город?! Что подумает о нас дочь?!

— Что мы безалаберные скряги, безответственные вруны! — поддержал Крепыш. — Никто не придет к нам в гости! Прослывем жмотами на всю округу.

Добрый Жук совсем растерялся. Тут в разговор вмешалась Элейна:

— Так я и знала, что ты не сможешь за себя постоять, Жучок. Я тебе помогу! Госпожа Коротколапка, я хотела сказать вам кое-что интересное о вашем сыне…

Пуриканец бросил на нее полный ужаса взгляд:

— Нет, Элли! Только не это. Не говори им!

— Элейна, не надо, ты его сломаешь! — дернулся Вилли. — Пускай Жук сам решает!

Коротколапка и Крепыш между тем пришли к единому мнению.

— Дорогой, Добрый Жук сегодня наказан и будет сидеть в своей комнате.

— Отличное решение, дорогая. Жаль, что торта нет, иначе он лишился бы своего куска!

— Терпеть не могу слизь, сколько можно повторять?! — взревел Добрый Жук. — Почему вы никогда не слушаете?!

— Госпожа Коротколапка, а вы знаете, что ваш сын… — пыталась пробиться сквозь неиссякаемый словесный поток Элейна. Она выглядела довольной.

— Элейна, нет! — воскликнул Вилли и кинулся к дипломату, чтобы остановить ее.

Синий Добрый Жук тем временем начал стремительно выцветать и за считаные мгновения стал белым как мел. Вилли никогда его таким не видел.

— Мама, как ты можешь быть такой жестокой? — воскликнул пуриканец. — Я летел сюда! С другого конца галактики! Чтобы поприсутствовать на этой дурацкой свадьбе! Я вел себя как паинька, старался вам угодить! И что в итоге? Ты хочешь запереть меня в комнате?! Наказать?! Это, по-твоему, справедливо?

— Я все сказала, — закончила мама и направилась к группке ошарашенных гостей. — И не ори, ты меня позоришь перед достойными пуриканцами.

Добрый Жук рванулся за ней и рявкнул:

— А вот я еще не закончил! ХОЧУ И БУДУ ОРАТЬ!

Вилли схватил друга за плечи, пытаясь удержать. Разъяренный пуриканец отбросил его, как букашку.

Тут за окном мелькнула какая-то тень. Может, это был темный силуэт капюшончика. А может, у Доброго Жука на почве стресса разыгралось воображение. Так или иначе, пуриканец, заметив эту тень, лишился остатков самообладания и возмущенно вскричал:

— Вы мне не верите, да? Готовы запереть в комнате из-за пропавшего десерта?! Я докажу, что говорил правду! Я поймаю одного из этих паршивцев и заставлю всё вам рассказать. Вы еще пожалеете!

Беспорядочно размахивая лапами, Добрый Жук кинулся к выходу. Гости и родственники провожали его изумленными взглядами.

— Сын, а ну-ка вернись! Ты заставишь весь город говорить о нас гадости, — кричала ему вслед мама.

— Жучила, постой! — надрывался Вилли. — Не расстраивайся, мы посидим в комнате вместе с тобой!

Добрый Жук, увы, ничего не слышал. А вот Элейна сумела взять себя в руки и предпринять что-то действенное. Кое-что поддерживающее. Хотя точнее будет сказать — удерживающее.

Увидев бегущего пуриканца, дипломат шагнула наперерез ему. Но Добрый Жук мчался так стремительно, что тут же стало ясно — он не остановится. Элейна ужаснулась: столкновение с рослым и крепким пуриканцем могло закончиться серьезной травмой. Тогда ей в голову пришла идея, поражающая своей гениальностью и простотой. Девушка подняла ногу повыше, чтобы пуриканец споткнулся…

Расчет оказался неверным.

Пуриканец, не сводя взгляда со стекла, за которым ему почудился темный силуэт, ухитрился заметить ногу Элейны как раз вовремя, чтобы ее перепрыгнуть. Но вместо этого он посмотрел девушке в лицо. Глаза Доброго Жука загорелись. Рот растянулся в радостной ухмылке, напугавшей Элейну. Дипломат мигом разочаровалась в своем плане и хотела отскочить, но не успела — оттолкнувшись от земли, как заправский прыгун в длину, Добрый Жук взлетел и, бешено рыча, всем своим весом обрушился на ногу Элейны.

— Х-ХА-А! — заорал он, приземляясь, чтобы поддержать в себе боевой дух.

— У-и-и-и! — тоненько взвыла девушка и плюхнулась на пол, держась за ступню.

Не оглядываясь, Добрый Жук со всех ног выбежал во двор и пропал.

— Не обращайте внимания, — изящно взмахнула лапой Длинноусая Коротколапка. — Моему сыну нездоровится, он вышел подышать воздухом, скоро вернется! Не расходимся, торт не пропал, а всего лишь упал! Мы его подняли, почистили, и теперь он даже лучше, чем раньше, — пуриканка взволнованно зашептала мужу на ухо:

— Дорогой, выноси скорее кувшины с шампотом, надо их отвлечь!

Волнение среди гостей начало утихать.

— Жива? — пилот наклонился к девушке.

— Ты видел? — Элейна свирепо взглянула на Вилли. — Он опять наступил мне на ногу! Теперь ему придется извиниться дважды! Умопомрачительно!

Пилот молча помог девушке подняться.

— Давай вернемся к «месту силы», — предложила дипломат. — Надо проверить, что там происходит! Может, и Жука каким-нибудь чудом туда занесет.

Вилли кивнул, подумав про себя, что благодаря чрезмерному усердию Элейны Жука теперь может занести куда угодно. И будет большой удачей, если он вернется домой целым и невредимым.

Тут к друзьям подскочила Длинноусая Коротколапка, уже забывшая о недавнем конфузе.

— Милые мои деточки, — проворковала она.

— О, нет, — упавшим голосом сказала Элейна. — Только не бабушкина прическа.

Она живо представила, как они повезут взволнованную бабушку в парикмахерскую и как она всю дорогу будет рассказывать, какие прически приличны для бабушек, а какие — неприемлемы.

Даже мысль о том, чтобы отвести ее на стрижку, а самим сбежать на борт «Толстой ласточки», не показалась дипломату неприличной, несмотря на ее твердое намерение делать все идеально.

— Что? Нет-нет-нет, у меня к вам особая просьба — привезти цветы из цветочного магазина. Очень срочно! Церемония через два часа, а цветов нет, все про них забыли! Будьте лапочками, сбегайте? Тут совсем недалеко, если на поезде!

— А если телепортироваться, вообще рукой подать, — тихонько буркнул Вилли. К счастью, Коротколапка этого не слышала и убежала к гостям, громко шурша подолом блестящего платья.

Элейна вздохнула, окончательно прощаясь с надеждой осмотреть место опасных событий. Добрый Жук втянул их в это безумие, а сам сбежал. Очень умно! Теперь он один может выяснить, что происходит возле «места силы». Что ж, выходит, его временное помешательство — это не так уж и плохо…

Вскоре Элейна и Вилли, вооруженные подробнейшей инструкцией и одетые в привычные и удобные форменные мундиры — праздничные наряды пришлось снять, чтобы не помялись, — отправились в город за цветами.

Капюшончик, за которым побежал Добрый Жук, прискакал на поляну к холму и стал весело прыгать вместе с приятелями, рассказывая о чем-то.

Добрый Жук, промчавшись через лес следом за лазутчиком, притаился в кустах, ожидая подходящего момента для внезапной атаки.

Встретиться снова членам экипажа «Толстой ласточки» суждено было не скоро, но никто из троицы об этом пока не подозревал.

Глава 7

Президенту нездоровится

Прибыв на родной Пурикан, президент Широколобый Многоног покинул корабль и, не привлекая к себе внимания, быстро прошел к стоянке жуколетов, где его ждала личная машина с водителем. Его здоровье улучшилось, и президент уже думать забыл, что час назад чувствовал себя, как вывернутый наизнанку и вдобавок сильно помятый пакет.

— В научный блок «Б», кратчайшим путем, — скомандовал Широколобый Многоног водителю.

— Слушаюсь, господин президент, — отозвался водитель. — Как прошло заседание?

— Как обычно, дела, разговоры, — не задумываясь, ответил Многоног и прикрыл глаза.

Жуколет представлял собой вытянутую кабину с соплами позади и узкими крыльями по бокам. Пассажиры располагались на удобных сиденьях друг за другом. В общественных жуколетах бывало до десяти мест, а в личном транспорте президента помещались только он и пилот. Чтобы беспрепятственно преодолевать заторы и участки с оживленным движением, президентский жуколет был по бокам оборудован броскими мигающими полосками.

— Предупредить о вашем прибытии, господин президент? — осведомился водитель, давая машине указания на взлет и предстоящий маршрут.

— Да, — кивнул Многоног, с неохотой открывая глаза, — передай Пупырчатому Вострецу, чтобы был на месте и готовился внести срочные изменения в программу. Подробности я изложу при встрече.

— Слушаюсь, — подтвердил водитель.

Машина взлетела и помчалась прочь от космопорта, ловко обходя другие транспорты.

Необходимые действия предприняты, теперь можно подумать о ближайшем будущем.

Президент так сильно сосредоточился на стоящей перед ним задаче, подробности которой не выходили у него из головы, что полностью отключился от внешних раздражителей и пришел в себя лишь несколько минут спустя, когда жуколет был на полпути к высотке научного блока «Б». Водитель, кажется, уже некоторое время пытался с ним говорить.

— Так что мне сказать ей, господин президент?

Ей? О ком он говорит? Она… Его… его жена? Может, и нет. Да без разницы, кто эта «она».

— Скажи, я свяжусь с ней позже. Сейчас нет времени, срочные дела, — отрезал президент.

— А господину Досточтимому Ушастику, министру обороны, что ответить?

— То же самое, — принял решение Многоног.

Узнав о возвращении президента, все начнут вызывать его и задавать вопросы об экстренном заседании Галактического Совета. Сейчас не до того.

— Всем скажи, что я занят и временно недоступен, но, как только освобожусь, свяжусь с ними.

— Так точно, — шевельнулся бритый затылок гуманоидного водителя. — Составить список тех, кто вызывал вас?

— Список? — устало переспросил Многоног. — Да, конечно. Составь список. Если хочешь.

Через несколько минут президентский жуколет опустился на посадочную площадку, расположенную на крыше одного из шести небоскребов Центра Научных Исследований столицы Пурикана, города Катерхис.

— Список вызовов подготовлен, — сообщил водитель, открывая дверь жуколета.

— Благодарю, я воспользуюсь им позже, — ответил президент и вышел. — Жди меня здесь, Щуплоногий, это дело не займет больше получаса.

— Слушаюсь.

В научном блоке «Б» — небоскребе, на вершине которого сел жуколет, — на выходе из лифта Многонога сразу же встретил министр по науке Пупырчатый Вострец — жук-вилочник, маскирующийся под вилку. На голове у него росли три торчащих вверх рога, а тело было очень тонким. Эволюционная теория ученых Пурикана не смогла объяснить, для чего одному из видов обитателей планеты понадобилось выдавать себя за столовый прибор, однако факт существования жуков-вилочников это не отрицало.

— Что привело вас сюда прямо из космопорта? — министр перешел к делу сразу после обмена приветствиями. — Связано ли это с экстренным заседанием Совета?

— Нужно внести срочные изменения в климатическую программу, — повторил сказанное ранее президент, по-прежнему не вдаваясь в детали. — Если этого не сделать в ближайшее время, планету ждут УЖАСНЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ. Воистину чудовищные. По сравнению с ними глубинные толчки тридцать пятого гелария пятьсот третьего года восемнадцатой эры покажутся сущей ерундой!

— Какие еще последствия? — спросил недоумевающий Вострец, торопясь вслед за президентом по коридору. — Текущее состояние среды и диапазон температур максимально комфортны для населения, флоры и фауны. Климатическая программа разработана с учетом результатов новейших исследований и протестирована на реальных данных! Вы сами и кабинет министров ознакомились с планом и одобрили его! Почему вдруг сейчас…

— Некогда объяснять, просто поверьте, — сказал Многоног, взглянув прямо в глаза министру, семенившему рядом с ним. — Мы в долгу перед великими предками за то, что мне явилось это откровение. Благодаря ему у нас есть шанс спасти планету.

— Откровение? — опешил министр. — О чем это вы?! Это научное, а не религиозное учреждение! При всем уважении, господин президент…

— За мной! — Многоног рывком распахнул дверь в зал управления. — Все вон! Сейчас же! — скомандовал он ученым, находившимся в зале. Те, потратив доли секунды на сопоставление фигуры перед их глазами со знакомым по публичным выступлениям обликом президента, тут же потекли прочь.

— Господин президент! — воскликнул министр и воспользовался паузой, чтобы оказаться перед Многоногом, преграждая ему путь. — Прошу прощения, но я должен потребовать у вас объяснений! Инструкции запрещают впускать в этот зал посторонних…

— Я НЕ ПОСТОРОННИЙ, Вострец! — взревел Многоног. — Я бывал в этом зале тысячу раз и не намерен слушать ваш трусливый лепет!

— Господин президент, извините мою дерзость, но вы были здесь дважды. Оба раза в рамках официальных мероприятий. Сейчас же…

— Неужто ты намерен выставить меня отсюда? — нахмурился Многоног.

— Господин президент, если вы не возьмете себя в руки, мне… мне придется объявить тревогу, — испуганно сказал Вострец и сделал шажок назад. — Вы находитесь в секретной организации, происходящее здесь тщательно отслеживается соответствующими органами… Если кто-то узнает, что я разрешил несанкционированному лицу доступ к управлению…

Многоног замер, уставившись на министра. Было похоже, что внутри президента происходит борьба. Пупырчатый Вострец встревоженно ждал реакции, но, по правде говоря, не сомневался в том, что внезапно разъярившийся, а вообще-то крайне мирный Многоног тут же придет в себя.

Ответ президента после недолгой паузы заставил министра успокоиться.

— Вы правы, господин Вострец. Я должен сообщить вам о том, что стало известно мне. Вы имеете право знать. Идемте, уединимся и побеседуем с глазу на глаз. Персонал пока не впускайте. Я полагаю, разговор не займет много времени.

Подойдя к двери в подсобку, Многоног пропустил министра перед собой, потом шагнул внутрь и огляделся. Каморка была маленькая, вдоль стен — стеллажи, посередине — стол и два стула. Других выходов нет, внутри — никого.

— Вот и всё, Вострец! Больше вы мне не помешаете, — удовлетворенно воскликнул президент, выскочил за дверь и захлопнул ее.

Министр ошарашенно глядел на президента через стеклянную дверь, ничего не понимая:

— Господин президент… Что вы делаете?

Не обращая внимания на возражения министра, Многоног без видимых усилий придвинул к двери подсобки тяжелый стол, а затем подбежал к двери в коридор и заблокировал также и ее.

Защитившись от возможных визитеров, президент подскочил к панели управления и начал отдавать автоматике указания. Перед его внутренним взором был подробный план действий. Он появился во время «откровения», которое снизошло на президента в ходе заседания Галактического Совета. И откуда этот таинственный незнакомец в черном плаще столько знает про Пурикан? Может, великие предки сошли в этот мир, чтобы уберечь свой народ от бедствия? Было бы неплохо чаще получать такие откровения, только без побочных эффектов в виде недомогания. И еще жаль, что Вострец не в состоянии понять: действовать нужно быстро и решительно. Ничего не поделаешь, следовало окружить себя более верными и гибкими соратниками.

Министр стучал кулаками, но дверь была хорошая, звуконепроницаемая, и президенту, вдобавок поглощенному своими мыслями, он ничуть не мешал. Через стекло в верхней части двери Вострец наблюдал за происходящим в зале.

— Господин президент! Что вы задумали? Остановитесь! — кричал он. — Вы не осознаете последствий! Вы навлечете беду на весь Пурикан!

Президент лишь единожды оглянулся на него и более не обращал внимания.

— Ну, всё, — прошептал он, когда управлявшее им помрачение отпустило разум, а пальцы перестали бегать по клавишам.

Многоног отошел на шаг от пульта управления и посмотрел на мониторы. Он ждал знака, который бы ясно дал понять, что катастрофическое будущее предотвращено. Пусть его осудят за нарушение инструкций, главное, что Пурикан спасен. Кто, если не он? Потомки оценят его самоотверженность.

Изображение планеты на мониторах — вид из космоса, планета в разрезе, по отдельным слоям, в других видах — и правда стало меняться.

Ядро Пурикана — шар в самом центре планеты — покраснело и замигало, отмечая предстоящее в ближайшие часы раскаливание. Численные и текстовые отметки изменились, сигнализируя о пока умеренном, но в будущем значительном росте температуры по всем слоям планеты. Перспективно оцененная влажность на поверхности Пурикана снизилась. На экранах с непонятными президенту схемами картинка тоже замелькала. Процесс пошел.

Широколобый Многоног наконец позволил себе улыбнуться и расслабиться. И тут завыла сирена.

— Ч…что? В чем дело? — удивленно обернулся он в сторону входной двери. Она была распахнута. Он быстро повернул голову к двери в подсобку — и та оказалась открыта.

Проклятый Вострец! Упертый бюрократ сбежал и объявил тревогу, пока он, президент, спасал планету от гибели! Что еще он может сделать в оставшееся время, пока его не принудили к глупым оправданиям?

— Компьютер, идентификация в планетарной информационной сети. Президент Пурикана Широколобый Многоног.

— Приложите вашу лапу к сенсорной панели, — вежливо попросил компьютер.

Президент приложил лапу к панели.

— Широколобый Многоног опознан. Господин президент, ваши указания?

— Планетарное обращение. Прямой эфир, экстренность наивысшая.

— Включаю. Прямой эфир через пять, четыре…

На панели загорелась красная лампочка, и президент увидел себя на экране.

В этот же момент через открытую дверь вбежали вооруженные охранники. Увидев, что происходит, они смущенно сгруппировались у входа, не смея мешать президенту.

Вслед за ними вбежал Пупырчатый Вострец и тоже в смятении остановился.

— ДОСТОПОЧТЕННОЕ НАСЕЛЕНИЕ ПЛАНЕТЫ ПУРИкан, — заговорил Многоног. — Сегодня произошло НЕЧТО КРАЙНЕ ВАЖНОЕ ДЛЯ ВСЕХ НАС. УСИЛИЯМИ ПРАВИТЕЛЬСТВА ПУРИКАНА В ЛИЦЕ МЕНЯ МЫ СУМЕЛИ ПРЕДОТВРАТИТЬ ЧУДОВИЩНУЮ КАТАСТРОФУ, УГРОЖАВШУЮ ВСЕМУ ЖИВОМУ НА ПЛАНЕТЕ. К СОЖАЛЕНИЮ, Я НЕ МОГУ ОБЪЯСНИТЬ, ЧТО ИМЕННО НАМ ГРОЗИЛО, ТАК КАК САМ ДО КОНЦА НЕ ПОНЯЛ. И УВЫ, — подумав немного, добавил президент, — ПОСЛЕДСТВИЯМИ ЭТОГО ГЕРОИЧЕСКОГО ПОДВИГА ЯВЛЯЮТСЯ НЕКОТОРЫЕ НЕУДОБСТВА В НАШЕМ С ВАМИ СУЩЕСТВОВАНИИ. ВСКОРЕ НА ПЛАНЕТЕ СТАНЕТ ЧУТЬ ТЕПЛЕЕ И СУШЕ, ЧЕМ МЫ ПРИВЫКЛИ. ЕСЛИ ЧТО, НЕ СТЕСНЯЙТЕСЬ — СМЕЛО ЭВАКУИРУЙТЕСЬ. КАК ТОЛЬКО ПУРИКАН СНОВА СТАНЕТ ПРИГОДЕН ДЛЯ ЖИЗНИ, МЫ ВАС ИЗВЕСТИМ.

— Он сошел с ума! Взять его! — прокричал Пупырчатый Вострец.

Охранники бросились вперед и связали президента по лапам и ногам.

Тот удовлетворенно улыбался, счастливый, что выполнил свой долг.

Глава 8

Начало конца

Добрый Жук скрывался в кустах возле «места силы», выбирая момент для нападения: он хотел быть уверен, что на этот раз похитители не скроются.

Ни о чем не подозревая, капюшончики погалдели, забрались на холм и один за другим исчезли из виду. Пуриканец вылез из кустов, стряхнул с переднегруди пару наглых червяков и зашагал к холму. Взобравшись на вершину, он миновал кучу земли, набросанную загадочными созданиями, и стал искать, куда они могли деться. Тотчас же он наткнулся на крупное отверстие в камне, ведущее вниз, во тьму.

Добрый Жук поежился и огляделся по сторонам, но посоветоваться оказалось не с кем.

— Темно, сыро и неизвестно, какие опасности таятся внутри. Что если оттуда еще никто не выбирался живым, потому и рассказать не могут? — мрачно пробурчал он. — Решай, Добрый Жук. Ты можешь выбрать безопасность и сидеть до скончания века в своей комнате. Или можешь бросить вызов обыденности и сигануть в дыру вслед за этими мелкими подлецами. Поймать одного, с мордахой, вымазанной слизью, и притащить домой, — тогда никто не посмеет обвинить тебя во лжи и трусости!

Пуриканец подумал еще немного и вздохнул:

— Элейна права. Я должен постоять за себя! Я все-таки космофлотчик, а не жалкая личинка.

Добрый Жук уселся на край дыры, бросил прощальный взгляд на живописные, пронизанные лучами солнца джунгли, зажмурился и прыгнул внутрь.

Падение длилось долю секунды. Добрый Жук стоял на дне вырытого в земле туннеля, а сквозь дыру в потолке проникали робкие лучи, рассеивая мрак.

— Пока все довольно неплохо, — заметил Добрый Жук и двинулся по туннелю вперед, в темноту.

После двух некрутых поворотов пуриканец заметил вдали небольшое желтоватое пятно.

— Ага, свет в конце туннеля! — воскликнул он. — Попались, коротышки! Я иду за вами.

Преодолев длинный прямой участок туннеля, Добрый Жук оказался у входа в пещеру, освещенную пламенем костра. Капюшончиков видно не было, и пуриканец осторожно ступил внутрь.

– Ничего себе! — ахнул Добрый Жук.

Ничего подобного он никогда не видел. Пещера оказалась поистине огромной, ее края тонули во мраке. Очевидно, создали ее вовсе не капюшончики, но кто мог вырыть под землей такие огромные пространства и зачем это кому-то понадобилось, Добрый Жук не мог даже предположить.

В стенах пещеры — тех, которых достигал свет костра, — обнаружилось множество отверстий, ведущих во тьму. Вероятно, там находились туннели, подобные тому, через который Добрый Жук попал сюда.

«Что же получается? Неужели все „места силы“ ведут под землю? А может, они соединены между собой туннелями? — думал потрясенный Добрый Жук. — Тогда, если я зайду в один из туннелей, могу оказаться даже под океаном?»

«Глупости, — помотал он головой, осекая сам себя. — Если бы „места силы“, расположенные на дне водоемов, вели под землю, то все пещеры, включая эту, были бы затоплены водой».

Пока пуриканец размышлял над проблемами затопления и взаимосвязанности, из туннеля справа от него выскочили капюшончатые существа. Бормоча что-то на непонятном языке, — на сей раз Добрый Жук явственно услышал звуки, похожие на речь, — они кинулись к костру и стали прыгать вокруг него, будто пытаясь согреться. Между тем, в пещере было совсем не холодно даже по меркам теплолюбивых жителей Пурикана.

Добрый Жук стал красться вдоль стены, чтобы незаметно подобраться к капюшончикам сзади.

Пуриканец не думал, как именно будет ловить свою жертву. В нем проснулся первобытный инстинкт охотника, побуждавший незаметно подбираться к добыче… Недаром каждый день защищается целая кипа диссертаций о том, что в древности жители Пурикана были хищниками! Добрый Жук ощутил, как им овладевает дух диких предков.

Своей целью он выбрал левого капюшончика — как ему казалось, самого наглого и притом щуплого. Коготки на лапах Доброго Жука зашевелились в предвкушении сладкого мига нападения. Вот он уже почти у них за спинами… Еще пара метров…

Капюшончики не замечали присутствия чужака.

Попрыгав и, очевидно, согревшись, они собрались вокруг одного из своих — вероятно, вожака — и стали радостно скакать, попискивая от восторга.

В лапах вожака появилось устройство с матовым экраном, похожее на карманный компьютер, только причудливой формы: в виде запятой.

— Пинго! Пинго! — стали хором пищать капюшончики. — Пинго мали!

— Лата пинго! — ответил вожак, шлепнул лапой по узкому концу запятой, и экран загорелся. — Танкро! Уба гано! — объявил он, заглянув в экран.

— Уба гано! — радостно повторили остальные, воздев лапы к потолку пещеры.

— Уба ласто! — торжественно добавил вожак.

— Ласто! Уба ласто! — повторили все, взволнованно взмахнув лапами.

Добрый Жук отлепился от стены пещеры позади капюшончиков и стал на цыпочках подкрадываться к ним, пользуясь тем, что существа были полностью увлечены попытками разглядеть что-нибудь на экране устройства. Ему осталась всего пара шагов, когда вожак подпрыгнул на месте и взревел:

— Уба кито! Подудра! Кымпел!

Другие разразились восторженными воплями.

Добрый Жук сделал последний шажок и протянул лапы к левому капюшончику, который стоял к нему спиной, не сводя обожающего взгляда с вожака.

И тут земля содрогнулась, будто очень сильный взрыв произошел на глубине, в недрах планеты. На потолке пещеры что-то затрещало, и посыпались камни. Несколько из них рухнули совсем рядом с Добрым Жуком. Пуриканец не устоял и шлепнулся на живот, сдержав испуганный возглас. Каким-то чудом капюшончики и теперь его не заметили.

— Кампел мали! — заорали капюшончики и начали скакать и обниматься, словно землетрясение было для них долгожданным праздником.

Добрый Жук не сдавался. Поднявшись с земли, он предпринял новую попытку схватить капюшончика, и на этот раз успешнее, хотя и не так, как ему бы хотелось. Из-за встряски пуриканец неверно прицелился, и выброшенная лапа, которая должна была схватить капюшончика за грудь, попала ему на капюшон.

Потянув, Добрый Жук уронил существо, и теперь капюшончик лежал и барахтался, дрыгая лапами. Сам пуриканец тоже потерял равновесие и сел на землю. Тут уж трудно было остаться незамеченным.

— Ви рао! Ви рао! — завопили капюшончики, указывая лапами на Доброго Жука.

— Сами вы «ви рао», — раздраженно буркнул Добрый Жук, поднимаясь на ноги.

Вожак сунул устройство-каплю под плащ и принял боевую стойку. Из-под капюшона на пуриканца смотрели абсолютно белые глаза с изумрудно-зелеными узкими зрачками на черном, будто измазанном сажей лице. Из-под верхней губы торчали мелкие острые клыки, а на месте носа были лишь два еле заметных углубления.

— Гира пентус! — холодно сказал он.

Остальные капюшончики с готовностью расступились, освобождая площадку для битвы.

Добрый Жук угрожающе прищелкнул жвалами, глядя в глаза вожаку, который едва доставал пуриканцу до пояса:

— Сейчас ты познаешь силу моего гнева, малявка! Будешь знать, как торты воровать!

Добрый Жук был не против сразиться. Чем значительнее будет его подвиг, тем больше он прославится в своем племени. То есть семье. Ох уж этот зов предков!

Пещеру продолжали сотрясать менее заметные толчки. С потолка почти непрерывно сыпались мелкие камушки и пыль.

В этот напряженный момент произошел самый крупный толчок. На полу пещеры появились ярко-рыжие прожилки. Потолок разрезала огромная трещина. Над головой пуриканца со скрежетом отделился крупный кусок породы и собрался полететь вниз.

Капюшончики взволнованно запищали.

Даже вожак на мгновение отвел глаза от противника и поднял голову.

Пуриканец хотел было проследить за его взглядом, но решил, что это небезопасно. Лучше использовать замешательство противника в свою пользу.

— Ну, я тебе щас… — заорал Добрый Жук и приготовился к атаке, — ПОКАЖУ!

Что он хотел показать, никто так и не узнал. Валун неумолимо следовал к земле. И достиг своей цели.

Озабоченно переговариваясь, капюшончики собрались вокруг неподвижного тела пуриканца.

Когда на Пурикане начался конец света, Вилли и Элейна находились в цветочном магазине, причем уже четвертом. В первом не оказалось нужных букетов, второй был закрыт на обед, а в третьем, представьте себе, закончились красивые упаковочные ленты.

Друзья уже отчаялись успеть к началу церемонии, когда им наконец улыбнулась удача. Оставалось лишь дождаться своей очереди. Вилли угрюмо молчал, любуясь щетинистой спиной пуриканца, стоявшего впереди, а Элейна, чтобы успокоиться, считала листики на кусте пирамидальной сливы.

И вдруг земля под ногами содрогнулась. Пуриканцы схватились за прилавок, чтобы не упасть, а Вилли с Элейной — друг за друга.

— Что это? — Вилли побледнел от испуга.

— Землетрясение? — предположила Элейна.

— Только этого не хватало!

За первым толчком последовал новый, еще более сильный. С потолка посыпалась штукатурка.

Владелец магазина, немолодой пуриканец с красивыми пурпурными крыльями и круглыми желтыми пятнами на боках, замахал лапами и начал тараторить что-то на пуриканском. Клиенты ринулись к двери.

— Мы не понимаем, — сказал Вилли на галактическом эсперанто. — Что вы говорите?

— Он сказал что-то эмоциональное и еще что магазин закрывается, — перевела Элейна.

— Закрыто! Уходите! — вспомнил универсальный галактический язык продавец. — Авария!

— Вселенная против того, чтобы мы купили цветы, — мрачно заметил пилот. — Вернемся с пустыми руками или будем бродить по городу до вечера?

Не успели они добраться до двери, как магазин сотряс новый подземный толчок, и стекло во входной двери обрушилось на пол тысячью осколков.

— Офигеть, — вымолвил Вилли, остановившись перед кучей битого стекла.

— Надо возвращаться домой, здесь становится опасно, — сказала Элейна.

Они выбежали на улицу.

Вокруг творилось что-то несусветное: жукобусы и персональные кары толпились в пробке, образовавшейся позади столкнувшихся машин. Одни водители сигналили, другие выбегали, оставляя машины прямо на дороге, и мчались по улице, выпучив глаза.

— Как бы чего не случилось с «Толстой ласточкой» в космопорте, — заметил Вилли. — Я не удивлюсь, если там происходит такое же безумие.

— Попробуй связаться с Добрым Жуком и узнать, как у него дела, — предложила Элейна. — Если так пойдет и дальше, нам, возможно, придется срочно эвакуироваться с планеты вместе с его родней.

Вилли вызвал Доброго Жука с помощью наручного компьютера, но тот не отвечал.

— Надеюсь, с ним всё в порядке, — заволновался пилот. — Ему ведь в этом лесу и пальма на голову могла упасть…

— Или он схлестнулся в кровопролитном бою с одним из капюшончиков. Из-за торта. И потерпел крах, — предложила версию Элейна.

— Не исключено, — согласился Вилли. — Если что, родственники придут ему на помощь. А вот «Толстую ласточку», кроме нас, спасти некому. Предлагаю отправиться в космопорт и проверить, как там дела.

— Если к этому моменту хаос не уляжется, полетим на «Ласточке» прямо к дому Жука и заберем их всех, — добавила Элейна.

— Вот только карта почему-то не работает, — пробормотал Вилли, копаясь в наручном компьютере. — Возможно, землетрясение повредило геолокационные вышки. В какую сторону космопорт?

— Мы пришли оттуда, там ближайшая станция поезда, — Элейна махнула в одном направлении. — А там, — она указала в противоположную сторону, — должен быть центр города. По идее.

— Я помогу вам! — внезапно услышали члены экипажа и удивленно обернулись.

Перед ними стояла женщина в широкой цветастой юбке, босоножках, белой майке и панаме, очень загорелая и чересчур жизнерадостная.

— А вы кто такая? — удивилась Элейна.

— Зовите меня Ильфира Брумгильдовна. Я случайно услышала ваш разговор. Я отведу вас!

— В космопорт? Нам нужно в запасной, а не в главный, — уточнил Вилли.

— Да-да, в космопорт! В запасной космопорт. Вы сможете улететь с планеты! Вы ведь знаете, что объявлена эвакуация? — устрашающе вращая глазами, поинтересовалась Ильфира Брумгильдовна.

— Уже объявлена? — изумился пилот. — Тогда, Элли, нам надо спешить.

— Разумное решение! Президент настоятельно попросил всех как можно скорее покинуть Пурикан, — подхватила женщина. — Я отведу вас очень быстро и совершенно бесплатно, об этом можете не волноваться! Итак, госпожа и господин, идете со мной? Ильфира Брумгильдовна о вас позаботится!

— Странная она какая-то, — шепнула Элейна на ухо пилоту. — Ты ей веришь?

— Не знаю, — пожал плечами Вилли, — но выбора у нас нет. Надо скорее попасть в космопорт, а без проводника мы можем долго блуждать по городу.

— Ты прав, — вздохнула Элейна. — Как-то очень резко настал конец света. Тогда соглашаемся?

— Ведите, — Вилли кивнул новой знакомой.

— Вот и славненько. Следуйте за мной! — С довольным видом Ильфира Брумгильдовна направилась в сторону городского центра.

— Пешком? Разве на поезде не быстрее? — уточнила дипломат, спеша за ней.

— Хотите поезд? — обернулась провожатая. — Поезда встали! Я веду вас кратчайшим путем. Вам надо в космопорт или на поезде кататься? Если кататься, придется ждать, пока починят рельсы.

— Нет-нет, мы за вами, — пообещал пилот.

Тревожно озираясь по сторонам, друзья следовали за Ильфирой Брумгильдовной.

Темно.

Темно, страшно, влажно. Он замурован в четырех стенах, охвачен безысходностью и отчаянием. Падают камни! Каким-то чудом от гладкого потолка темной-темной комнаты отламывается огромный валун и летит, молниеносно приближаясь к задравшему голову Доброму Жуку. Еще мгновение, и камень обрушится на него. И пуриканец погибнет.

Добрый Жук дергается, силясь отскочить в сторону, но почему-то не может сдвинуться с места. Его охватывает паника. Встреча с великими предками его не пугает, плохо другое. Никто не узнает правду о пропаже торта, родные так и будут винить его, а подлые капюшончики, бессовестные ворюги, останутся безнаказанными.

Возможно, они даже подружатся — капюшончики и мама с папой, — и будут вместе бродить по туннелям, рассказывать друг другу смешные истории и жарить сосиски на костре. Бр-р-р, ужас!

Опять под ногами трясется земля! Добрый Жук, не сводя глаз с неуклонно приближающегося валуна, падает на спину, пытается отползти, но тщетно, лапы не слушаются. В голове звучат голоса друзей, Вилли и Элейны. Они зовут на «Толстую ласточку».

Лицу вдруг становится холодно.

Добрый Жук брезгливо щелкает жвалами, невольно зажмуривается, открывает глаза и внезапно обнаруживает, что он уже не в темной-темной комнате. Наоборот, над ним — яркое, ослепительное солнце. Умиротворяюще шуршит листва деревьев.

Добрый Жук стирает с лица капли воды, взявшиеся неведомо откуда. Где это он? Неужели, погибнув с честью, он оказался в Жучалле, специальном раю для пуриканцев, достойно проживших свою жизнь?

Добрый Жук взволнованно завертел головой.

«Надо отыскать кого-нибудь и спросить, что это за место», — он поднялся на ноги, потер голову, на которой вскочила серьезная шишка, и не спеша зашагал через лес.

«Интересно, встречу ли я здесь легендарного героя Пурикана Носорожистого Пучеглаза, воина справедливости, победителя сил тьмы? Вот было бы здорово! А предыдущего президента, знаменитую Носатку Мохнолапую? Это вряд ли. Она брала слишком много взяток, вряд ли ее пропустили в Жучаллу», — рассуждал Добрый Жук на ходу.

— ЭЙ! ЕСТЬ КТО? — закричал он, но ответило ему лишь эхо.

Раздвинув ветви деревьев, он выбрался на открытое место. Перед ним, к его изумлению и расстройству, высился до боли знакомый разрытый холм.

Добрый Жук погрозил кулаком кому-то наверху:

— Так нечестно! Стоит поверить, что ты в Жучалле, и на тебе! Кругом коварный Жучад! Видимо, я слишком много грешил и буду видеть это ужасное место, куда бы ни пошел, а мерзкие создания в капюшонах станут раз за разом поедать мамин торт. И так до конца времен. Что ж… Я сам виноват.

Добрый Жук развернулся и зашагал по тропинке, которая должна была привести его к дому.

— Проверим. Если я действительно в Жучаде, эта тропа снова выведет меня к «месту силы». Точнее, месту бессилия. Ха! Месту трагического исчезновения Доброго Жука. Доброго ли? Я был добрым раньше, а теперь выпущу на волю свою истинную сущность. Отныне меня будут звать… Наглый? Нет. Резвый? Тоже нет. Дерзкий Жук! Да-да!

Тропа привела пуриканца к дому его семьи, но здесь было неожиданно пусто. Добрый Жук не удивился. Жучад может сыграть с тобой любую шутку.

— Ладно, ты выпустил меня с той поляны, и зачем? Показать мой опустевший дом? Хочешь еще меня помучить? Давай! Я не отступлю.

Добрый Жук прошел к распахнутой настежь двери и вошел в дом:

— Я иду! Я не боюсь твоих фокусов. Что еще ты для меня приготовил?

Внутри никого не оказалось. В доме будто устроили крупную драку. Мебель и еда валялись на полу, Добрый Жук увидел мамину туфлю и свадебную вуаль сестры.

— Эй! Есть кто-нибудь? — позвал Добрый Жук не слишком уверенно, проходя по комнатам.

— Кто там? — раздался вдруг голос. — Добрый Жук, это ты?

— Бабуля? — изумился Добрый Жук. — Где ты, где тебя искать?

— Я в чулане! — на два тона выше завопил голос. — Скорее сюда!

— Иду, бабуля! — Добрый Жук поспешил ко входу в чулан. Распахнув дверь, во тьме он увидел бабушку, прическа которой с момента их последней встречи растрепалась еще сильнее.

— Жучок, это и правда ты! Я уже и не надеялась! — бабушка бросилась на шею Доброму Жуку. — Они забрали! Всех забрали! Я спряталась, и меня не нашли!

— О чем ты, бабуля? Кто кого забрал? — Добрый Жук гладил бабушку по спине, пытаясь успокоить.

— Какие-то темные рыцари в плащах! — рыдала бабушка. — Ты убежал, а потом пришли они. Они застали нас врасплох, когда мы допивали шампот!

— Так что же, я не умер? — уточнил Добрый Жук.

— Умер? Нет, внучок, ты не умер, что за ерунда? Ты жив-живехонек. А вот насчет остальных я бы не была так уверена, — мрачно заметила бабушка.

— А мои друзья? Их тоже забрали?

— Друзья? — бабушка задумалась. — Ах, друзья! Я поняла, твои товарищи-люди.

— Да, бабуля! Что с ними случилось? Где они?

Бабушка наморщила лоб:

— Они… они ушли в город!

— В город? Зачем?

— За… за цветами! Твоя мать отправила их в цветочный магазин. С тех пор я их не видела.

Добрый Жук обрадовался:

— Это хорошо! Значит, их не захватили.

— Хорошо-то хорошо, — сказала бабушка, — только краем уха я слышала, что президент Пурикана объявил эвакуацию. Похоже, что нашей планете скоро придет конец, внучок. В городе сейчас наверняка ужасные беспорядки…

Добрый Жук в замешательстве потер лапой лоб:

— Что же делать? Им может понадобиться моя помощь… Они совсем одни на чужой планете, ничего здесь не знают. Но я не могу разорваться! Нет, я должен принять решение… Думаю, Вилли и Элейна сами справятся, тем более что они в любой момент могут вернуться на «Толстую ласточку». А отыскать родных и выручить их, кроме меня, некому. Так, бабуля?

— Мы могли бы тоже вернуться на «Толстую ласточку», внучек, — хитро прищурилась бабушка. — Летать над планетой в поисках пропавших эффективнее и безопаснее, чем идти по следу пешком.

— У нас нет на это времени, бабуль! — возмутился Добрый Жук. — Я должен спасти родных, пока их не спас кто-нибудь другой! Не хочешь идти со мной — оставайся. Я потом тебя заберу.

— Э нет, дорогой. Лучше буду поближе к тебе, — быстро сказала бабушка. — Но как мы их найдем?

— Ты сказала, темные рыцари в плащах… Какого они были роста?

— Трудно сказать, я почти все время сидела в чулане. Они мне показались довольно высокими, хотя, наверное, это от страха. А если применить сравнительный анализ, тогда… Мне до пояса будут, — путано объяснила Грубинница.

— Знаю я этих рыцарей. Мы пойдем за ними и спасем тех, кого они забрали! — объявил пуриканец.

Не теряя времени, Добрый Жук и Правдолюбивая Грубинница устремились по следам похитителей.

Часть II

Накал страстей

Глава 1

Ой! Не туда попали!

Следуя за Ильфирой Брумгильдовной по городу, Вилли и Элейна только и думали, как добраться до космопорта, выручить «Толстую ласточку» из плена, забрать всех родственников Доброго Жука и поскорее улететь с планеты. Они даже и не подозревали, что их планы вскоре изменятся.

— Ждите здесь, дорогие мои, — Ильфира Брумгильдовна кивнула на тощего сутулого пуриканца.

Через секунду позади Вилли и Элейны уже стояло четверо горожан, — их привел толстенький пожилой пуриканец с тремя выпуклыми глазами.

Вилли вытянул шею. Всё пространство впереди, куда ни кинь взгляд, занимала вяло шевелящаяся масса из разношерстных жителей и гостей планеты.

— И чего нам здесь ждать? — недоумевающе осведомился он уже в спину провожатой, торопливо пробивающейся сквозь толпу. Ильфира Брумгильдовна что-то буркнула суровому пуриканцу, стоявшему сбоку, и тот сунул ей в руку цветную купюру. На пятки Ильфире Брумгильдовне наступал трехглазый пуриканец.

— Это очередь на вылет! Чао! — воскликнула провожатая и исчезла за чужими спинами, теперь уже окончательно.

— Очередь? На вылет? — не поняла Элейна. — В космопорте так много народу, что нужна очередь?

— Боюсь, Элли, это не космопорт, — мрачно сообщил пилот и начал подпрыгивать на месте, пытаясь увидеть, чего ждет огромная толпа, но шевелящаяся масса простиралась на все обозримое пространство. Далеко впереди, кажется, она уходила под козырек, но разглядеть там ничего не удавалось.

— Тогда где мы? — заволновалась дипломат и тоже стала нервно озираться по сторонам.

Вокруг простирался покрытый жухлой травкой пустырь. Слева, вдалеке, виднелся полуразрушенный сарайчик, а справа — проржавевший остов конструкции, отдаленно напоминающей каркас космического корабля. Помойка на краю города?

— В ОЧЕРЕДЬ, В ОЧЕРЕДЬ! Кучнее стоим! Не расползаемся! — командовал суровый пуриканец, проходя мимо толпы. Каким-то чудом хаотическое скопление народа образовало подобие очереди, место в которой нашлось и для Вилли с Элейной. За ними неожиданно оказались двое туристов — хвостатые загорелые парни с планеты Гмурр в шортах и майках, с массивными фотокамерами на груди.

— Как поживаете? — вежливо спросил у Вилли один из парней, светловолосый и спокойный. — Не пострадали от встрясок? Не самое лучшее время выдалось для туризма…

— Скажу — неплохо, если вы мне скажете, что это запасной космопорт, — мрачно ответил пилот. — Но ведь этого не будет. Так что — паршиво.

— Не знаю, космопорт ли это, — продолжал турист, — но, говорят, здесь можно сесть на корабль, который вывезет с планеты. Наш шаттл улетел без предупреждения, как только объявили эвакуацию. И оказалось, что выбраться отсюда не так-то просто. Кто бы мог подумать? Вроде цивилизованная современная планета.

Второй турист, кудрявый брюнет, хранил молчание и интереса к разговору не проявлял.

— Смотри-ка, что это у него? — Элейна пихнула Вилли в бок и указала на сурового пуриканца, вышагивавшего вдоль очереди. — Неужто парализатор?

— Где? Не вижу.

— На поясе! Ты внимательно погляди.

Вилли присмотрелся. На ремне у пуриканца болталась черная палочка с красным навершием.

— Может, и парализатор, — кивнул пилот.

— Это коконизатор, — охотно сообщил светловолосый гмуррянин. — На Пурикане используется в качестве парализатора. Он создает вокруг жертвы плотный обездвиживающий кокон. Если это пуриканец. Действие на другие расы может отличаться.

— Бьюсь об заклад, эти ребята не имеют лицензии на услуги перевозок, — усмехнулся Вилли.

— Государственных кораблей слишком мало, они не справляются, — сказал гмуррянин. — Благодаря таким парням, как эти, население имеет шанс покинуть планету. Дерут они втридорога, но когда на кону жизнь, деньги теряют ценность.

— Все это хорошо и интересно, Вилли, но нам надо в космопорт. Спасать «Толстую ласточку»! Там, наверное, сейчас настоящий хаос творится, если ее и вовсе не угнали, — напомнила Элейна.

— Да-да, извини, я отвлекся. — Пилот с неохотой оторвал взгляд от охранника.

Неожиданно второй, молчаливый гмуррянин расчехлил камеру и повернулся к Элейне.

— Позвольте сфотографировать вас на память, прекрасная леди, — учтиво сказал он.

Элейна заулыбалась, а пилот отошел в сторону, чтобы не попасть в кадр.

И тут все пошло кое-как.

После ловкого отступления Вилли в поле обзора фотокамеры попал тот самый пуриканец-вояка с коконизатором на поясе.

Гмуррянин нажал на кнопку, запечатлевая смущенную Элейну на переднем плане и охранника на заднем. Фотоаппарат щелкнул, и вояка обернулся.

Увидев, что на него направлено всевидящее око, пуриканец молниеносно подскочил к незадачливому туристу, дернул камеру у него из рук и бросил ее с размаху на землю, превратив в груду осколков. Гмуррянин отступил на шаг, изумленно глядя себе под ноги.

Охранник потряс кулаком и добавил на ломаном галактическом эсперанто:

— Делать фото запрет! Ты понимать?

Он окинул цепким взглядом группку, окружавшую провинившегося, — Вилли, Элейну и второго гмуррянина. На груди парня заметил еще одну фотокамеру и без лишних церемоний протянул к ней лапу.

Второй турист повел себя не так, как его друг. Он схватил вояку за лапу, ловко извернулся и шмякнул его на землю. Тот взвыл, ударившись спиной.

— Трогать чужие вещи невежливо, — сообщил гмуррянин как ни в чем не бывало.

— Ты что творишь?! Ты их только разозлил! Хочешь натравить на нас эту свору? — прошипел Вилли и тревожно огляделся. Воображение уже нарисовало ему толпу разъяренных охранников, бегущих к ним, размахивая коконизаторами.

— Не волнуйся, — сказал гмуррянин, наблюдая, как пуриканец встает, потирает спину и хмуро косится на нахального туриста. — Они трусливы и побоятся связываться с серьезным противником. А вот если не давать отпор, зарываются.

— Ты откуда знаешь? — насторожилась Элейна.

— Пусть это останется тайной, — ухмыльнулся турист. — У меня богатое прошлое.

Ушибленный охранник с независимым видом отошел, и Вилли решил было, что обошлось, но из очереди позади донеслись громкие звуки и ругань. Пилот обернулся. Обиженный вояка препирался с семьей ытян, стоявшей неподалеку:

— Собака нельзя! Собака нет место!

Маленький ытянин лет шести был одет в футболку с изображением смешного жука и надписью «Я люблю Пурикан». Наклонившись, он поднял на руки своего пушистого друга, из-за которого и разгорелся спор. Пес — длинный, шестиногий и очень жизнерадостный — с любовью лизнул мальчика в нос.

— Это мой пес, и я без него никуда не полечу! — заявил пацан на чистом галактическом эсперанто.

— СОБАКА НЕТ! — охранник опасливо оглянулся на гмуррянина, а потом поискал глазами коллегу. Другой мордоворот с коконизатором неспешно двинулся на подмогу. — Я ЗАПРЕЩАТЬ!

В разговор осторожно вступил отец мальчика:

— Послушайте, уважаемый. Мы купим собаке билет. Не надо волноваться.

— Не надо говорить, волноваться я или нет! — когда коллега-мордоворот приблизился, охранник почувствовал, что сила на его стороне, и схватился за коконизатор. — Собака не лететь! Вы уходить!

Он оглянулся по сторонам и приосанился, заметив, что вся очередь следит за ходом стычки:

— Кто-нибудь против? Тогда кто-нибудь сказать! Сказать прямо!

— Мы долго шли сюда, чтобы улететь с планеты, — бесстрашно сказал отец мальчика, выглядевший щуплым и миролюбивым. Вилли испугался за него. — Мы не уйдем, и песик полетит с нами. Нас не предупреждали, что собак провозить запрещено.

Вилли, которого так и подмывало заступиться за ытян, оглянулся на гмуррянина. Тот наблюдал за перепалкой, не выказывая желания вмешаться.

— Ты их спровоцировал, — заметил пилот, — и теперь они срывают злость. Не хочешь помочь?

— Он ничего не сделает, — успокоил гмуррянин. — Покричит и устанет. А если вмешаемся, бандиты набросятся толпой — ради этого они всё и затеяли.

— Драка делу не поможет, Вилли, — поддержала гмуррянина Элейна. — Лучше подождать.

— Мы сами создавать правила! Животное не лететь! Вы уходить! Я сказал! Иначе применять сила! — охранник толкнул отца мальчика в плечо. — ПРОЧЬ!

— Мы не уйдем, — упрямо произнес ытянин.

— Ты не слушаться, тогда я делать так, — сказал охранник и внезапно ткнул коконизатором в пса, которого мальчик по-прежнему держал на руках. — Проблема я решить! — радостно объявил он.

Вокруг собаки стал молниеносно образовываться пушистый кокон, как будто ее шерсть вдруг стала очень быстро расти. В коконе исчезли голова и тело. Через пару секунд все было кончено — собака не шевелилась, превратившись в мохнатый сверток.

Вилли охнул. На мальчика-ытянина было больно смотреть. Он не отрывал взгляда от пса, сжимал его в руках, и в глазах ребенка набухали слезы:

— Шустрик! Что с тобой?! Папа, он жив? — Мальчик повернулся к отцу.

— С ним все в порядке, сынок, — тот приобнял мальчика за плечи. — Он спит, но скоро придет в себя.

Гмуррянин сжал кулаки и шагнул вперед:

— Ну, подлецы, я вам сейчас покажу…

Охранник-забияка радостно ухмыльнулся ему в лицо. Второй мордоворот, хитро щурясь, поигрывал коконизатором, предвидя долгожданную потасовку. Элейна шепнула гмуррянину:

— Не лезь! Не позволяй себя зацепить!

— Должен же кто-то заступиться за этих несчастных! — раздраженно ответил тот, но остановился.

— Вот, а я о чем! — обрадовался Вилли.

— Не спорьте с ними! — Элейна подскочила к отцу мальчика. — Я заберу собаку и вывезу ее с планеты, а вы, главное, сами выбирайтесь отсюда!

— Собака, не собака, неважно. Они не лететь! Я сказать! — рыкнул охранник и повернулся, чтобы уйти. Выглядел он раздосадованным.

— Но постойте! Это нечестно! — взвилась Элейна. — Почему вы запрещаете им лететь без пса?!

Охранник злорадно загоготал:

— Потому я хотеть делать как хотеть!

Махнув рукой приятелю, он зашагал прочь.

— Нехорошо получилось, — признал гмуррянин.

— У меня есть идея, — сказал пилот. — Правда, она довольно рискованная…

— Говори! — воскликнула дипломат. — Терпеть не могу, когда нарушают свои собственные правила!

Не теряя времени, уже через пять минут Вилли, гмуррянин и Элейна прокрались в обход толпы туда, где первых пассажиров в очереди должны были сажать на корабль. Корабля пока не было. То ли его не было вообще, то ли один улетел, а другой еще не прибыл — этого никто не понял.

Очередь была длинная, и ее головная часть оказалась внутри небольшого строения с плоской крышей, напоминающего склад. Здесь охранников было больше, несколько собрались поодаль, возле стола с аппаратурой. Другие прогуливались мимо толпы и время от времени шпыняли ожидающих.

— Итак, делаем, как договорились, — шепнул гмуррянин, которого, как выяснилось, звали Теодор Тугоух. Больше он ничего о себе сообщить не пожелал, однако повадки выдавали в нем опытного бойца, лишь притворяющегося туристом. Его друг, впрочем, оказался туристом настоящим и участвовать в вылазке не пожелал. — Ты, Элейна, отвлекаешь охранников. Особенно — главаря. Без него они превратятся в стадо безмозглых баранов.

— Сделаю, что смогу, — пообещала дипломат.

— Мы заберемся на крышу и спрыгнем через вон ту дыру, — Теодор указал на квадратное отверстие в крыше, закрытое рамой со стеклом. — Дальше дело техники. Главное — не дать им воспользоваться аппаратурой, чтобы сообщить о происходящем руководству. Если станет известно, что контроль на местности потерян, никакого корабля не пришлют, а нам надо и самим улететь, и народ вывезти.

— Будем стараться, — сказал пилот.

Гмуррянин повернулся к дипломату:

— Элейна, будь осторожна и зря не рискуй. Приступай через тридцать секунд после нашего ухода.

— Поняла, — кивнула девушка.

— Отлично. Пошли, Вилли! — Махнув пилоту рукой, Теодор исчез за стеной здания. Следом за ним отправился Вилли. Элейна осталась одна возле ожидающей толпы.

Мысленно сосчитав до тридцати, она выдохнула и уверенно зашагала к собравшимся у стола охранникам. При виде ее они начали посмеиваться и тыкать друг друга кулаками.

— Прошу прощения, господа, — обратилась к ним Элейна на пуриканском языке, одновременно пытаясь понять, кто из них главный. Ей показалось, что никто из присутствующих на эту роль не годится. — Я бы хотела узнать, когда придет корабль. У меня маленький сын, он плохо переносит жару.

— Корабль уже здесь, — ухмыльнулся бандит, сидевший за столом. — Просто ты не знаешь, где его искать. Но я, Билли Стеноморд, могу тебя проводить. Почту за удовольствие!

— Ух ты, какая красотка! Сходишь со мной поужинать, милаха? — подмигнул другой, стоявший у первого за спиной, и направился к Элейне. Девушка нахмурилась и непроизвольно приняла воинственную позу. Охранники громко захохотали.

— ЦЫЦ, ВИЛКОЛАПЫЙ! — скомандовал еще один бандит, более внушительного вида, выходя из-за спин приятелей. Он был одет в потертую кожаную куртку с металлическими заклепками, шипастые перчатки и летные очки-гогглы. Вероятно, это был писк местной бандитской моды. — Девчонка моя! Не подходи к ней, а то я тебе все лапы и ноги оборву!

— Ладно, ладно, — разочарованно ответил Вилколапый и мигом отодвинулся в сторонку. — Я и не собирался, босс. Так, мимо шел.

Элейна воспряла духом:

— Вы-то мне и нужны! Только вы сможете мне помочь! Меня зовут Элла. Я бы хотела узнать… Насчет корабля… Понимаете… Мой маленький сын…

Главный бандит приблизился к девушке вихляющей походкой, окинул ее оценивающим взглядом и радостно заухмылялся. Элейна старалась не показать свое отвращение: выглядел главарь довольно неухоженно, да еще источал неприятный запах.

— Послушайте, сударь, — вежливо начала дипломат. — Вы не могли бы…

Тут Элейна взвизгнула от неожиданности.

Главарь вдруг сгреб девушку в охапку и молниеносно потащил куда-то, прочь от очереди и здания склада, в травянистую степь.

— К-куда вы меня тащите?! — пискнула она, испуганно оглядываясь на окошко в крыше, откуда давно должны были выскочить Теодор и Вилли.

Чего они ждут? Неужели план провалился?

— Не волнуйся, ни о чем не волнуйся. Я давно искал такой экземпляр, как ты, для своей коллекции бабочек, — сообщил довольный главарь.

— Бабочек? — изумилась Элейна, на миг забыв о сопротивлении. — Вы в своем уме? Я не бабочка, а человек! Отпустите сию же минуту!

— В моей коллекции как раз не хватает тебя, — вкрадчиво продолжал главарь, — последнего, редчайшего, самого необычного экземпляра! Я засушу тебя, пока ты юна и прекрасна, и ты навеки останешься такой. Разве не об этом ты мечтаешь? Я подарю тебе вечную жизнь!

— Да вы совсем свихнулись, как я погляжу! Пустите, у меня сын в очереди! — отбивалась руками и ногами дипломат. — Мы должны улететь с Пурикана, пока не поздно! Эвакуация в самом разгаре…

— Насчет эвакуации не волнуйся, — фыркнул главарь. — Пусть эти глупцы бегут, сверкая пятками. Мы уйдем, когда придет время. Без паники и шума. Забрав всё ценное, что они побросают, спасая свои жалкие жизни.

— Когда придет время? — насторожилась Элейна. — И когда оно, по-вашему, придет?

— Милая, ты задаешь слишком много вопросов, — отрезал бандит. — Будешь умничать — на твоем милом личике появятся морщины, и ты уже не подойдешь для моей коллекции. Скажу одно: даровать тебе бессмертие мы успеем. Кстати, мы пришли.

Главарь остановился и поставил Элейну на землю. Девушка огляделась и не увидела ровным счетом ничего интересного.

— Куда пришли? — уточнила она.

— Увидишь, тут у нас уютная база, — главарь быстро нагнулся и отодвинул крышку люка у себя под ногами. — Полезай! — он схватил девушку за руку и дернул к темному зеву люка.

— Ай! — От внезапного рывка Элейна потеряла равновесие и брякнулась наземь.

Главарь раздраженно зашипел:

— Дура! Покалечишься еще! А ну, лезь в люк, пока лапы целы!

— Ни за что! — Элейна уселась на землю с обиженным видом, потирая ушибленное колено. — Никуда я не полезу. У меня сын. Мне в бабочки нельзя. А если будете заставлять, испортите экземпляр.

Бандит задумчиво почесал голову:

— Вот упрямица. Что же мне с тобой делать? Предлагаю сделку. Поставлю твоего сынка в начало очереди, если залезешь в этот люк. Ты ведь хочешь его спасти? Вот отличная возможность.

— Ха! — усмехнулась дипломат. — Ты же сказал, что эвакуация — фикция, и нам ничто не угрожает. Сейчас я заберу сына, и мы спокойно дождемся, пока нас вывезут правительственные корабли, если в этом вообще будет необходимость.

— Ты все неправильно поняла, — замахал лапами главарь. Морда у него стала кислой.

— Да? Это почему же? — не поверила Элейна.

Бандит задумался:

— Планете крышка. Кто останется здесь, не выживет. Это я тебе точно говорю.

— Но ведь это произойдет еще не скоро? Твои слова, — мило улыбнулась дипломат.

— Фуф, поймала ты меня, — признался главарь. — Язык мой — враг мой. Ладно, не хочешь бессмертия — не надо. Другую найду, посговорчивее.

Пуриканец задвинул крышку люка и собрался уходить, но Элейна остановила его:

— Ладно-ладно, так и быть. Я стану твоей бабочкой, но при одном условии.

— Каком еще условии? — насторожился бандит.

— Ты расскажешь все, что знаешь об эвакуации и ее причинах. Почему покидать Пурикан еще рано и когда будет пора.

— Не могу, — заартачился главарь. — Это секретная информация! Меня строго накажут за то, что проболтался.

— Я все равно вот-вот превращусь в бабочку, — напомнила Элейна. — Никто тебя не заподозрит. Пожалуйста, мне так любопытно!

— Ну ладно. Спустимся, и я тебе все объясню, — согласился главарь.

— Сперва рассказ, потом спустимся, — возразила дипломат. — Иначе сделки не будет.

— Ох ты, зараза! — недовольно воскликнул пуриканец. — Твоя взяла. Слушай.

И он быстро, воровато озираясь, многое поведал Элейне.

Когда рассказ закончился, дипломат деловито поднялась на ноги:

— Что ж, спасибо тебе большое, я пойду.

— Как это пойду? Куда пойду? — удивился бандит. — А как же наш договор?

— Я передумала. Как ты меня остановишь?

Пуриканец пожирал Элейну глазами, то скалясь, то щурясь от бессильного гнева. Девушка довольно ухмылялась. Ха! Как удачно, что бабочка не должна испортиться. И правда, кому нужен в коллекции некондиционный экземпляр? Таким перед друзьями не похвастаешься, с ним и в Книгу галактических рекордов не войдешь.

— Твой сын… — наконец осенило главаря. — Если не выполнишь обещание, я найду его и…

— Нет у меня никакого сына, — нагло сообщила Элейна. — Я всё выдумала.

— Так ты… ты… — засуетился пуриканец, — ты шпионка?! Все это время ты отвлекала мое внимание… А твои сообщники между тем… — он оглянулся на склад, но издалека было не рассмотреть, что там происходит. — Вот так-так! И ты… Ты вытянула из меня секретную информацию! Ой-ой-ой, — главарь совсем погрустнел. — Плохо дело.

— А ты не совсем дурак, коллекционер, — похвалила дипломат. — Догадался наконец. И что теперь будешь делать?

— Что я буду делать? — бандит уставился на нее диким взглядом, от которого Элейна поежилась. — Все просто! У меня есть ты! Посмотрим, как они попляшут, когда я приставлю нож к твоему горлу!

Главарь вытащил коконизатор и больно ткнул им Элейну в шею:

— Вперед! И скажи спасибо своим друзьям. Если бы не они, я бы прямо сейчас от тебя избавился.

— Вообще-то это не нож, — насмешливо заметила дипломат, хотя ей стало совсем не весело.

— МОЛЧАТЬ! ИДТИ РОВНО! Дернешься — закоконизирую тебя, — взревел пуриканец и медленно пошел к складу, ведя перед собой заложницу.

Уверенность Элейны улетучилась. Похоже, она недооценила главаря. Не стоило вести себя с ним так нахально. Теперь она в его власти, отговорки кончились. Что же будет?

— Гляди, идут наконец! — воскликнул Вилли, увидев, что далекие фигуры главаря и Элейны начали приближаться.

Они с Теодором прятались за столом, дожидаясь возвращения главаря. Связанных бандитов они разместили в укромном углу, заткнув им рты импровизированными кляпами из тряпиц, подвернувшихся под руку.

Очередь, после долгих увещеваний Теодора и Вилли, осталась на прежнем месте.

— Как-то странно они идут, — ответил гмуррянин. — Он ею прикрывается!

— Он раскусил Элейну! — помрачнел пилот. — Говорил я, надо мчаться на помощь!

— Если бы мы бросились навстречу, ей пришлось бы не лучше! А так он, по крайней мере, не знает, сколько нас и где мы, — заметил Теодор.

— Тут ты прав, — с неохотой признал Вилли. — Что будем делать?

— Надо напасть внезапно! Возвращайся на крышу, я останусь здесь. Только не вставай там в полный рост! Двигайся ползком, чтобы он тебя не заметил.

— Я пошел, — сказал пилот и исчез за стеной.

Теодор оглянулся на связанных охранников, под прикрытием стола перебежал к ним и притаился за стеной склада, наблюдая за приближающимся главарем сквозь щель между досками.

Ловушка была расставлена. Нехитрая, но лучшая из возможных.

— Как-то там тихо, не находишь? — поинтересовался главарь у Элейны, когда они сделали десяток шагов вперед.

Девушка промолчала.

— Похоже, твои друзья расправились с моими парнями. Сколько их там? Пятеро? Семеро? Целая банда? Не слишком хорошо они о тебе позаботились! — пуриканец больно дернул Элейну за волосы, но та сжала зубы и не издала ни звука. — Отправили одну в самое пекло! Бедная девчонка.

— Это ты-то пекло? — презрительно бросила Элейна. — Ты себя переоцениваешь.

— Я, я, — самодовольно сказал главарь. — Ты еще увидишь меня в деле. Не зря я двадцать два года занимал пост регионального главы банды. У меня целая кипа грамот и медалей за кровожадность, бездушность и отсутствие чувства юмора!

— Впечатляет, — признала дипломат. — Хотя твою бездушность они переоценили. Настоящие головорезы бабочками не увлекаются.

Бандит, к счастью, ее не услышал.

— Думаю, твои дружки захотят устроить мне сюрприз, — хрипло прокаркал он. — Там, на крыше, что-то шевельнулось. Это правильно. Я бы тоже разместил наблюдателя наверху. Остальные наверняка ждут внизу, чтобы внезапно напасть. Но меня так просто не возьмешь, я не лыком шит!

Элейне стало не по себе. Главарь предстал перед ней в другом свете. Если он так легко раскусил план Вилли и Теодора, то и расправиться с ними ему не составит труда! Надо их предупредить, а еще лучше — освободиться, ведь пока она в лапах бандита, Вилли и Теодор не смогут ничего предпринять и окажутся полностью беззащитны!

Ничего лучше не придумав, Элейна крикнула:

— Вилли, Теодор! Он вас заметил! Уходите!

И получила тычок в спину, от которого чуть не упала. Пуриканец крепко схватил ее за плечо и не позволил сбиться с пути.

Стена склада была совсем рядом. Элейна предприняла отчаянную попытку вырваться, но получила еще один тычок, более сильный.

— Не рыпаться, хуже будет! — взревел главарь.

Прикрываясь девушкой, он переложил коконизатор в левую лапу, а правой снял с пояса крошечный лазерный пистолет.

— Эгей, ребятушки, где вы?

«О, нет, у него пистолет! — билась паническая мысль в голове Элейны. — Что же теперь будет?»

И тут дипломат услышала яростный крик сбоку. В следующую секунду лапа, сжимавшая ее плечо, разжалась, главарь банды взмыл в воздух и тут же шлепнулся на землю. Элейна в изумлении обернулась. Перед ней, попирая поверженного врага ногой, гордо стоял второй гмуррянин, приятель Теодора.

— Откуда ты взялся? — изумилась Элейна.

— Увидел, что он тебя обижает, и сразу вмешался. Не зря же я занимаюсь акробатикой с самого детства, — признался гмуррянин.

— А раньше чего не помогал?! — возмутилась дипломат. — С твоими способностями мы бы давно…

— Тебе ничто не угрожало, — пожал плечами гмуррянин, — так чего зря воду мутить?

Девушка залилась краской от смущения.

— Как тебя зовут? — поинтересовалась она, наконец справившись с собой.

— Данни.

— А меня Элейна.

— Рад встрече. Постарайся больше не общаться с таким сбродом, а то меня может не оказаться рядом, чтобы выручить тебя из передряги, — турист кивнул на прощание и не торопясь пошел обратно к очереди.

— Погоди! — Элейна, цвет лица которой менялся от красного к белому и обратно, хотела последовать за гмуррянином, но от склада уже бежали обрадованные Вилли и Теодор. — Спасибо! — крикнула она вслед и постаралась успокоиться.

Подобрав лазерный пистолет и коконизатор главаря, Теодор с подозрением уставился на Элейну.

— Ну даешь! — воскликнул Вилли восхищенно. — Ловко ты его отделала!

— Это… не… ум-м-м, — смущенно выдавила из себя дипломат, улыбнулась и развела руками.

— Хватай его, — сказал пилот Теодору. Они подняли вожака, который так и лежал на земле, скрючившись, и потащили к остальным пленникам.

Элейна шла следом, медленно приходя в себя после пережитого шока.

— Почему так долго? — спросила она, когда главарь оказался на земле бок о бок с подельниками. — Я сделала все, как договорились. А из-за вашей задержки он чуть не увел меня в свой подземный лаз и не превратил в бессмертную бабочку!

— Извини, — опустил голову Вилли, — пришлось выжидать. Они, как назло, ни на шаг не отходили от переговорного устройства. Но ты отлично отвлекла главаря! О чем вы болтали столько времени?

— О, мне удалось выяснить кое-что любопытное, — загадочно сказала дипломат.

— Что? Что именно? — не стерпел пилот.

— Представьте себе… — умело нагнетала интригу Элейна. — Эти землетрясения… Обрушения… В общем, то, что происходит с планетой и из-за чего объявили эвакуацию… Все эти события не естественного происхождения!

— В смысле? Хочешь сказать, под землей что-то взрывают? — озадачился Вилли.

— Он сказал, — Элейна кивнула на главаря, а тот попытался выплюнуть кляп и что-то прорычал. Никто не обращал на него внимания. — Сказал, что всё это — результат правительственного эксперимента.

Тут заинтересовался и Теодор:

— Чиновники натворили дел, а теперь расхлебывают последствия? Ха! Крепко же получит организатор этого эксперимента, из-за которого пришлось объявлять эвакуацию.

— Ты не понял, — сказала Элейна, понизив голос, чтобы не услышали стоящие в очереди. — Разрушение планеты — часть эксперимента. Более того, правительству точно известно, когда Пурикану придет конец. Это случится через двенадцать часов.

— Ерунда какая-то! — воскликнул пилот. — Какое правительство станет уничтожать собственную планету? Что же будет с населением?

— И что это за эксперимент такой? — недоумевал гмуррянин. — Хотят опытным путем выяснить, как быстро жители сделают ноги с Пурикана? Типа как учебная тревога, только не учебная?

— К сожалению, бандитам не сообщили подробностей, — сказала Элейна. — Только время, когда это произойдет.

— Кто не сообщил? У них что, свои каналы в правительстве? — спросил пилот.

— Возможно, их «эвакуация», в ход которой мы вынуждены были вмешаться, ведется по поручению правительства, — заметил Теодор. — На эвакуацию выделили очень мало государственных кораблей, и бандиты, как ни странно, здорово помогают населению. Не исключено, что чиновники договорились с ними и раскрыли часть информации.

— Президент Пурикана ведет дела с подпольными группировками? — удивился Вилли.

— Это лишь гипотеза, — пожал плечами Теодор.

— Чем, в таком случае, заняты остальные государственные корабли? — вставила Элейна. — Всё это смахивает на масштабную аферу. Правительство преследует свои цели, пренебрегая интересами населения! Не знала, что на Пурикане всё так плохо.

— Кто-то явно заигрался во власть, — согласился гмуррянин. — А в результате страдают простые жители и целой планете угрожает уничтожение! Кто бы ни стоял за всем этим, он должен ответить за свои деяния. И еще кое-что, — с нажимом сказал Теодор.

— Что? — Элейна и Вилли выжидательно уставились на него.

— Вы, наверное, уже поняли, что я не просто турист, — начал он. — Я прибыл на Пурикан под прикрытием с важной миссией. А вот мой приятель, — Теодор махнул в направлении ушедшего товарища-акробата, — как раз настоящий турист. Отличный парень, кстати, — подмигнул гмуррянин Элейне.

Та покраснела.

— Так вот, — продолжал Теодор, — я прибыл с разведывательной миссией. По поручению одной организации, призванной… Нет, этого вам знать не надо, — гмуррянин смущенно улыбнулся, — это тайна. Но я расскажу вам, что мне удалось выяснить. Интересно, что вы думаете по этому поводу.

— Говори, — кивнули Вилли и Элейна.

— Вы слышали о местных достопримечательностях, которые пуриканцы называют «местами силы»?

— А как же!

— Еще бы!

— Отлично. Так вот, мне стало известно, что все «места силы» на Пурикане за последние сутки претерпели явные изменения.

– Я говорила! — торжествующе воскликнула дипломат. — Это они разрыли «место силы»! Они что-то искали.

— Какие именно изменения? — уточнил пилот. — Мы побывали возле одного из этих «мест силы». Там околачивались странные создания. Они украли у нашего друга торт!

— Что за создания? — насторожился Теодор.

— Маленькие, мне по пояс будут, — объяснил Вилли. — В черных плащах с капюшонами.

— Еще двое свидетельствуют, что видели таких существ возле «мест силы». Они разрывали холмы, выбрасывали наружу землю, — сказал Теодор.

— И зачем они это делали? — спросила Элейна.

— Неизвестно, искали они что-то или их целью было открыть доступ к подземным туннелям, находящимся под «местами силы», — ответил гмуррянин. — Никто из моих информаторов не бывал в этих туннелях и не общался с загадочными существами. Все лишь наблюдали со стороны, а сам я добраться до «места силы» не успел.

— Кто они такие, эти создания в капюшонах? — поинтересовался Вилли. — Мы видели их издалека и не сумели как следует рассмотреть.

— К какой расе они относятся — увы, неизвестно. Под капюшонами может скрываться кто угодно.

— Надо было поймать одного из них и поболтать по душам! — расстроилась Элейна.

— Это было бы здорово, — согласился Теодор. — Но и то, что я узнал, — важная и интересная информация. Покинув Пурикан, я сообщу обо всем руководству. Скажу по секрету, — гмуррянин понизил голос, — в этом так называемом «эксперименте» могут быть задействованы опасные фигуры… в том числе из других галактик.

— Межгалактический заговор?! — обрадовался Вилли. Дипломат покосилась на него с осуждением.

— Т-с-с, — опасливо огляделся Теодор, — не стоит орать об этом во все горло. Если президент Пурикана ввязался в дела не своего уровня, вся наша галактика может оказаться под угрозой. И мы с вами, друзья мои, в этой игре только пешки. Берегите себя и не лезьте на рожон. Кстати, чем займетесь теперь?

— На ближайшее время ничего героического не запланировано, — развел руками Вилли. — Сперва отправимся в космопорт и заберем свой корабль. Потом отыщем нашего друга и его семью. Эвакуируем их с планеты. Ну, а уже после этого займемся спасением мира, — пилот ухмыльнулся.

— На Пурикане не задерживайтесь, — посоветовал Теодор. — Поставьте будильник, чтобы через двенадцать часов вас здесь не было.

— Кстати, — сообразил Вилли, — Теодор, ты ведь неплохо знаешь местность? Можешь отметить у меня на карте, где мы сейчас находимся и где запасной космопорт? — Пилот протянул гмуррянину руку, к которой был пристегнут наручный компьютер. — Службы геолокации в Катерхисе вышли из строя.

— Легко, — сказал Теодор и начал колдовать над компьютером.

– Эй! Вот и корабль! — воскликнула Элейна.

Троица задрала головы. И правда, в небе возникла черная точка, которая постепенно увеличивалась.

— Надо спрятаться и неожиданно выскочить, когда они сойдут с корабля, — заметил гмуррянин. — Думаю, на борту будут пилот и двое-трое охранников. Попрошу Данни помочь — он тоже хочет отсюда выбраться, так что не откажет. Вдвоем мы должны справиться. А вы не задерживайтесь, у вас и так дел по горло. Идите!

Вилли и Элейна пожали руку Теодору.

— Успехов, дружище, — сказал пилот. — Надеюсь, еще встретимся.

— Удачной охоты, — улыбнулась Элейна.

— И вам всех благ, ребята! Вы молодцы, хоть я так и не узнал, чем вы занимаетесь, — хитро прищурился гмуррянин. — Дело тут явно не в свадьбе! Ладно, не буду мучить расспросами. Может, свидимся еще — тогда и расскажете, что на самом деле привело вас на Пурикан!

— Договорились! — усмехнулся Вилли.

Очередь зашевелилась в ожидании корабля. Теодор и молчаливый турист Данни спрятались на складе, планируя внезапное нападение, а Вилли и Элейна направились обратно в город.

— Мне все-таки кажется, что надо было остаться и помочь им, — с сомнением сказала Элейна.

— Теодор прав, у нас есть другие важные дела, — успокоил ее Вилли. — Чем дальше, тем больше мне хочется понять, что тут творится. Что за таинственный эксперимент…

— Эх, задать бы пару вопросов президенту Пурикана! — воскликнула Элейна. — Всё бы и выяснили.

— Так он нас и ждет, — усмехнулся пилот. — К тому же, если президент ступил на темный путь, встреча с ним может закончиться для нас плачевно.

— Что же делать? Нельзя просто сидеть сложа руки. Что если президента похитили или взяли в заложники? Может, его тайно свергли и всем заправляет какой-нибудь чужак? Мы бы спасли президента и весь Пурикан! — размечталась дипломат.

— Будет тебе фантазировать, — остановил ее Вилли. — Нам пока есть чем заняться. Надо поскорее забрать «Ласточку» и найти Доброго Жука. А если подвернется случай, мы знаем, о чем спрашивать…

Друзья не подозревали, что такая возможность представится им очень скоро.

Глава 2

Мастерская небесных тел

Выйдя из опустевшего дома, Добрый Жук и его бабушка Правдолюбивая Грубинница отправились на поиски пропавших родственников. След в виде истоптанной, мятой травы, брошенных тут и там предметов туалета — перчаток, галстуков, запасных крыльев — вел их по тропинке к ненавистному «месту силы». Добрый Жук гадал, как он ухитрился не заметить ничего, пока шел к дому несколько минут назад, и объяснил свою рассеянность стрессом.

— Ну что, Жучок, душечка, куда теперь? — испуганно спросила бабушка, когда они наконец оказались перед разрытым холмом. На склоне виднелись многочисленные отпечатки ног и лап сородичей Доброго Жука. Он живо представил себе, как разодетые гости пытались забраться на крутой склон холма, поскальзывались и скатывались вниз. Бр-р-р!

— Внутрь этого холма. Под землю, бабуль, — мягко сказал Жук, стараясь не встревожить бабушку еще сильнее. — Там система туннелей. Судя по следу, родню увели туда…

— Темные рыцари там живут? — тихо спросила бабушка. — Жучок, может, все-таки не стоит лезть неизвестно куда? Давай обратимся в полицию! А вот еще вариант: сходим в магазин, купим газовый баллончик или, лучше, баллонище, напустим в туннели газу и выкурим этих наглецов наружу.

— Бабуль, я тоже не хочу туда лезть, но отравить газом родню и всех гостей — по-моему, плохая идея, — осторожно заметил Добрый Жук. — Что касается полиции, вряд ли они выкроят для нас время, пока идет эвакуация. Придется самим.

Бабушка вздохнула и стала карабкаться на холм.

— Ладно, внучек, давай договоримся: ты у нас будешь умный и решительный, а я старенькая и добрая. Рассчитываю, что ты сумеешь обо мне позаботиться.

— Конечно, бабуль, — пообещал пуриканец и тоже полез наверх. — М-да, — сказал он несколько мгновений спустя, стоя на вершине холма.

— Чего ты? — бабушка настороженно замерла на краю темного зева дыры, ведущей под землю.

— Я потерял свой наручный компьютер, — грустно сообщил Добрый Жук. — Или, что более вероятно, его украли темные рыцари. Теперь я не могу связаться с друзьями!

— Не расстраивайся, — подбодрила бабушка. — Слышал поговорку: что посеешь, то и пожнешь? Судьба очень скоро вознаградит тебя за эту потерю.

— Пока что она вознаграждает меня за потери новыми потерями. Торт, компьютер, родственники, — мрачно ответил Добрый Жук. — Давай-ка, бабуль, я пойду первым. А то мало ли…

— Ох, что это я, в самом деле, — растерялась бабушка и отошла от дыры. — Я вообще туда не рвусь. Как думаешь, милый, зачем темные рыцари уволокли всех этих милых пуриканцев к себе в нору? Хотят их съесть? Или принести в жертву своему божеству?

— Это не их нора, бабуль, — недовольно ответил Добрый Жук. — Это «место силы». Разве ты не знаешь? Ведь это совсем рядом с нашим домом.

— Что-то слышала, внучек, теперь припоминаю.

— Ну вот. Они зачем-то разрыли «место силы», а под холмом оказались подземные туннели. Вероятно, они знали про туннели… Может, им нужен был путь для отступления?

— Ты сказал, Жучок, что уже бывал в этих туннелях. Сражался с темными рыцарями из-за похищенного торта. Они тебя победили, а потом отнесли в сторонку и оставили. Как ты думаешь, почему?

— Сколько повторять, бабуль, они меня не победили. Просто началось землетрясение, и мне на голову упал большой камень. Хочешь, шишку покажу?

— Верю, внучек. И все-таки враги тебя вытащили, а потом не забрали вместе с остальными? Почему?

Добрый Жук пожал шестью плечами:

— Понятия не имею, бабуль. Наверное, решили не тратить время, ведь я был без сознания, меня пришлось бы тащить. А оставить погибать под завалом моральные принципы не позволили.

— Значит, эти темные рыцари не такие уж плохие, — отметила Правдолюбивая Грубинница. — Есть надежда, что они не причинят вреда нашим.

Вопрос, заданный бабушкой, давно мучил Доброго Жука. Мысль о том, что таинственные похитители, когда их противник выбыл из строя, не только не воспользовались преимуществом, но даже спасли поверженного врага из-под завала, не давала ему покоя. Пуриканец не мог в полной мере ощутить жажду мести: мешала благодарность. Он оказался в долгу перед врагами, и причинить им вред было бы недостойным шагом. Получалось, что нужно сперва сделать для них что-то хорошее, а потом уже мстить за торт, родню и наручный компьютер. Это злило Доброго Жука и вызывало жгучее желание найти подлых заботливых капюшончиков и отплатить сразу за все, включая их непрошеную порядочность. Лучше бы он остался под завалом, но не принял заботу от врага! Жаль, что выбора не представилось.

Еще Добрый Жук корил себя за то, что не прислушался к Элейне, и даже хуже. Ведь он увидел в окне дома капюшончика, который, как теперь было ясно, прискакал на разведку, чтобы подсчитать количество будущих пленников. И он, Добрый Жук, вместо того чтобы бить тревогу, о чем талдычила ему Элейна, только и думал о торте и своей запятнанной чести. А ведь у него был шанс предотвратить это кошмарное похищение!

И наконец, он поступил глупо и самонадеянно, сунувшись в логово врага безоружным. Он сам спровоцировал свое бездарное поражение.

— Идем, бабуль? — спросил он, с трудом отвлекшись от неприятных мыслей, и, увидев утвердительный кивок бабушки, солдатиком прыгнул в дыру.

Земля внезапно ударила в ноги. Добрый Жук опять забыл, что туннель совсем неглубокий. Он сделал шаг в сторону и увидел в дыре наверху встревоженное лицо бабушки с топорщащимися жвалами.

— Прыгай, бабуль! Я ловлю, — подбодрил бабушку Добрый Жук и вытянул лапы.

Бабушка мешком упала в отверстие, пуриканец ловко поймал ее и поставил на землю.

Скоро бабушка и Добрый Жук были в пещере, где всего пару часов назад состоялся душераздирающий поединок между пуриканцем и вождем капюшончиков. Костер, конечно, потух, и теперь здесь было совершенно темно.

— Бабуль, ты подожди тут, а я поищу дорогу. — Добрый Жук, аккуратно переставляя ноги, стараясь не удариться о камни, стал обходить пещеру в поисках другого выхода.

— Хорошее жилище для темных рыцарей, — заметила бабушка, — Темное. Интересно, чем они питаются? Где спят? А свободное время как проводят?

— Я уже тебе говорил, бабушка, они тут не живут.

— Тогда где они живут? — не унималась Правдолюбивая Грубинница.

— Интересный вопрос, — признал Добрый Жук. — Они, наверное, с другой планеты. Ты раньше на Пурикане встречала этих ребят? Вот и я нет. Общаются они на диковинном языке — ничего подобного я в жизни не слышал. В Академии о таких существах тоже не рассказывали. Правда, — он вдруг оживился, — упоминали однажды о полурослых большеногах, они ростом нам где-то до пояса, но вроде бы уже вымерли…

На месте, где Добрый Жук сражался с капюшончиком, обнаружился огромный завал. Споткнувшись, пуриканец упал и чудесным образом схватился правой нижней лапой за что-то холодное и твердое.

Поднявшись на ноги и как следует ощупав предмет, Добрый Жук с неожиданным злорадством осознал, что в лапы к нему попал компьютер вождя капюшончиков — тот самый каплевидный приборчик, который капюшончик все время таскал с собой.

— Ха-ха! — гордо воскликнул пуриканец.

— Ты жив, Жучок? — заволновалась бабушка. — Я слышала грохот.

— Ты была права, бабуля! Судьба восстановила справедливость. Я лишился своего компьютера, но теперь у меня есть компьютер моего врага!

— Я очень рада, внучек, — воскликнула бабушка. — Теперь они у нас в лапах!

— Да! Осталось понять, как он включается… — Жук ощупывал прибор со всех сторон, стучал по кнопкам, водил лапой по экрану, но устройство не реагировало. — Да что ж такое! — пуриканец разозлился и с размаху бросил компьютер на землю. Раздался треск, и бабушка в страхе зажмурилась. Когда она открыла глаза, Добрый Жук держал компьютер в руках, а экран устройства уютно светился.

— Ч…что произошло? — не поняла Правдолюбивая Грубинница.

— Представляешь, он включился! — обрадованно доложил пуриканец. — Буду в любой непонятной ситуации шмякать его об пол. Ох уж эти инопланетные технологии!

Бабушка с сомнением покачала головой, но спорить не стала.

— И что там? В компьютере этом?

— Сейчас посмотрю… — Добрый Жук погрузился в изучение устройства. — Тут все на их языке… Ничего не понять. Значки какие-то… Так, есть карта!

— Отлично! — воскликнула бабушка. — Карта туннелей, надеюсь?

— Если бы, — буркнул пуриканец. — Это карта поездных линий Катерхиса. Вилли и Элейна упоминали, что эти ребята, темные рыцари, как ты их называешь, приехали сюда на поезде.

— И все? Больше ничего полезного? — расстроилась Правдолюбивая Грубинница.

Вместо ответа Добрый Жук потыкал лапами в кнопки на корпусе устройства.

— Ну, давай! — проворчал он.

Устройство завибрировало, да так, что пуриканец едва не выронил его. Затем раздался резкий и повелевающий женский голос:

— Ахам! Ирикутус бандео ва-и! Ундира панфи оло кумбис!

— Все-таки сломал? — осведомилась бабушка.

— Нет, это видеозапись проигрывается, — сказал Добрый Жук, опасливо глядя в экран. — Какая-то женщина с черным лицом. А глазищи какие выпученные! Она, кажется, очень сердита.

— Кто она? Темная рыцарка?

— Похоже на то. У капюшончиков тоже черные лица. Наверное, это их начальница.

— Не хотела бы я, — справедливо заметила бабушка, — работать с такой начальницей. Не мог бы ты ее… того… приглушить немного?

— Та мари гао! Улипус тутис фулис! — продолжала оглушительно верещать на незнакомом языке чернолицая дама с экрана. Она, похоже, разошлась и орала теперь еще громче, чем раньше. Добрый Жук понажимал на устройство там и сям и даже потряс его, но заткнуть говорливую особу не удалось.

— Жаль, Элейны здесь нет. Она знает кучу языков и перевела бы нам, мы бы хоть поняли, о чем речь, — развел он средними лапами. — Эй! Замолчи уже! — Пуриканец раздраженно огляделся в поисках твердого предмета, чтобы шмякнуть о него прибор, и дама с экрана, будто почувствовав неладное, тут же завершила свое выступление. — Ну наконец-то!

— Похоже, от этой штучки нам пользы не будет, пока не найдем переводчика или одного из темных рыцарей, — сказала бабушка. — Захвати ее с собой и идем дальше. Мне здесь не очень нравится. Душновато и мрачно к тому же.

— Ладно, бабуль. По крайней мере эту штуку можно использовать как фонарь, — сказал Добрый Жук, пытаясь осветить крошечным экранчиком компьютера бескрайнюю темноту вокруг. — Как очень тусклый и бесполезный фонарь.

— Ага. Ты уже нашел дорогу? — поинтересовалась Правдолюбивая Грубинница.

— Сейчас-сейчас. Тут где-то был выход…

Добрый Жук пробрался мимо завала в правую часть пещеры и стал шарить лапами по стене.

Одна из его лап провалилась в стену. Это был тот самый туннель, из которого давным-давно — как казалось Жуку, еще в прошлой жизни — капюшончики выскочили в пещеру.

— Ага! Вот он! Сюда, бабуль. Тебе посветить?

— Спасибо, справляюсь, — бабушкина голова с ярко блестящими глазами вынырнула из темноты перед носом у Доброго Жука так внезапно, что он икнул от ужаса и отпрыгнул назад. — Иди первым, Жучок. Я за тобой.

— Ничего себе ты в темноте видишь, — обалдело вымолвил пуриканец.

— Что есть, то есть, — скромно сказала бабушка.

Добрый Жук шел первым. Вскоре ему пришлось смириться с тем, что устройство капюшончиков почти не дает света, и сунуть бесполезную вещь в карман. В туннелях пахло сыростью и землей. Свод то и дело становился ниже, и Доброму Жуку приходилось нагибаться, чтобы не удариться головой. Впрочем, нескольких неприятных столкновений с потолком он не сумел избежать. Пол в основном был сухой, но иногда ноги Доброго Жука шлепали по воде.

Бабушка бежала позади и не только не отставала, но и подгоняла Доброго Жука:

— Это всё, на что ты способен? ПОДНАЖМИ, ВНУЧЕК! Мало вас гоняли в Академии!

Они шли минут двадцать, а может, и дольше, пока Жука не остановил внезапно раздавшийся из темноты бабушкин голос:

— Куда теперь, Жучок?

Добрый Жук повернулся к ней, но ничего не увидел. Пуриканец постарался вообразить бабушкино лицо. Поняв, что с воображением у него не очень, он сдался и решил беседовать с темнотой.

— В каком смысле? — уточнил он. — Иду дальше по туннелю. А ты что, решила вернуться?

— Так ведь тут развилка, — удивилась бабушка. — Ты уверен, что нам направо?

— Развилка? Как ты узнала?

Пуриканец вытянул перед собой лапы, повернулся влево и стал шарить в темноте. Нащупав стену, он вернулся чуть-чуть назад, обогнул ее и действительно обнаружил еще один ход, уводящий в глубину пещер.

— Действительно, развилка. Налево или направо, бабуль? — задумался Добрый Жук. — Жаль, что я лишился наручного компьютера. Мы бы узнали, где находимся, сверились с картой города и определили, в каком направлении идут эти туннели.

— Я и так знаю, что находится на поверхности, я в Катерхисе всю жизнь прожила! — фыркнула бабушка. — Мы сейчас под моей любимой мороженицей на Панцирь-авеню. Левый рукав идет на север, к заливу. Правый — на северо-восток, в город. Если туннели проложены более-менее прямо, то правый проходит через… так-так, сейчас скажу… цирк, потом мимо площади Коготковски, южнее Центра Научных Исследований, по улице Толстобрюха Шершавого…

— Ладно-ладно, я понял, — остановил ее пуриканец. — Как ты узнала? Мы тут уже давно плутаем и могли оказаться хоть под космопортом!

— Ну-ну, Жучок, не говори ерунды. Космопорт на другом конце города. Впрочем, тебе это простительно, — усмехнулась бабушка. — Врожденное чувство направления у нас в роду, но только по женской линии. Зато наши мужчины отличаются быстрой реакцией и мощным телосложением. И ты не исключение!

Добрый Жук одобрительно кивнул:

— Ты права, бабуль. Не зря я так хорошо владею средней левой лапой! Как-нибудь продемонстрирую тебе свои боевые навыки. Ладно, думаю, нам все-таки направо. Пленников наверняка увели в город, что им делать на заливе?

— Как скажешь, милый. Это ведь ты знаком с темными рыцарями — тебе и карты в руки, — в голосе бабушки послышалось благоговение. Добрый Жук гордо расправил плечи.

Туннель направо от развилки ничем не отличался от предыдущего. Разве что свод стал чуть повыше, и Добрый Жук перестал биться о него головой, а пол — суше, видимо, по причине удаления от залива.

Спустя еще несколько минут ходьбы в туннеле стало чуть светлее. Добрый Жук уже мог определить, где находятся стены и пол. А затем на стене туннеля он заметил неяркий блеск серебристого металла.

Металлические листы, когда-то ровным слоем покрывавшие толщу земли, местами отошли, изогнулись, а кое-где даже отвалились, о чем Добрый Жук узнал, когда его ногу пронзила острая боль. Однако не оставалось сомнений, что много лет назад это был обжитой, заботливо обустроенный коридор.

— Куда это нас занесло? — спросил пуриканец, закончив шипеть от боли и пинать злосчастную железку. — Что это, подземный гараж? Или убежище?

— Не знаю, внучек, — покачала головой бабушка, которую наконец-то стало видно, к великому облегчению Доброго Жука. — Скажу одно: я бы предпочла пойти другой дорогой. Беды не избежать…

— Ну ты даешь, бабуля. Беда уже случилась, всех похитили, а ты говоришь, — проворчал пуриканец и осторожно направился вперед по коридору. — Не шуми, а то услышат. Если, конечно, тут вообще есть кто-нибудь живой…

В коридор по-прежнему проникало совсем немного света, но благодаря сверкающему металлу на стенах, отражавшему тусклые лучи, путешественники хотя бы видели пол у себя под ногами и могли не бояться на каждом шагу споткнуться и свернуть себе шею. Через сотню метров коридор закончился, и Добрый Жук с бабушкой оказались в огромном помещении с мягким голубоватым освещением.

— Ого! — шепнул Добрый Жук. — Невероятно!

Это было очень странное, заброшенное место, навевавшее тоску. Зал имел круглую форму, а вдоль стен шел широкий балкон, ограниченный перилами. Снизу на балкон вели две металлические лестницы, расположенные слева и справа от входа. Одну из них захламляли строительный мусор и камни, по-видимому упавшие с обвалившегося потолка. Другая была вполне пригодна к использованию. В противоположном конце зала виднелось что-то вроде двери.

— Это еще что? — бабушка указала лапой вверх, и Добрый Жук задрал голову.

В центре помещения с потолка свисала огромная стеклянная камера, напоминавшая гигантскую колбу. Вход в колбу соединялся с балконом узкой металлической дорожкой, из которой вывалилось несколько секторов. Посередине стеклянной камеры располагался постамент с пультом управления, не подававшим признаков жизни. В стенах зияло множество дыр, а на дне колбы лежали кучи битого стекла и спутанные клубки проводов.

Вдоль стен на первом этаже и на балконе выстроились разбитые и целые мониторы, панели управления, загадочные приборы, о назначении которых можно было только гадать. Все в зале имело заброшенный, полуразрушенный вид, но Добрый Жук не сомневался, что когда-то здесь происходило нечто очень важное. Он невольно пожалел, что не бывал тут, когда все эти приборы работали, а в лаборатории суетились сотрудники.

— Так и есть! Это лаборатория! — воскликнул он торжествующе, озаренный внезапной догадкой. — Тайная лаборатория для суперважных исследований, спрятанная под землей, чтобы не забрался чужак.

— Или заброшенное общежитие землекопов, — добавила Правдолюбивая Грубинница.

— Да ты что, бабуль! Зачем землекопам столько компьютеров? И спать тут негде.

— Может, это были просвещенные землекопы, страдающие бессонницей, — пожала плечами бабушка. — Чего только в мире не бывает!

Добрый Жук начал обходить зал, осматриваясь. Его внимание привлек плакат на стене. Пуриканец подошел ближе:

— Бабуля, я нашел план туннелей! Не одни мы плохо в них ориентируемся. Точнее, не один я. У тебя-то с этим все хорошо!

— Что там интересного? — донесся бабушкин голос откуда-то сверху.

Пуриканец аккуратно отлепил плакат от стены:

— Ты была права! Через запасную дверь из лаборатории можно попасть под город, а туннель слева от развилки ведет к заливу, но вскоре он раздваивается, и правый рукав тоже ведет под Катерхис.

— Вот и славно, внучек, что ты всё разузнал, — похвалила бабушка. — Теперь проверь-ка дверь, а я тем временем полюбопытствую там и сям…

Когда Добрый Жук вернулся ко входу в зал, он уже знал, что другого пути отсюда нет. Дверь в противоположном конце зала оказалась монолитно соединена со стеной. Небольшое устройство, размещенное возле двери и, вероятно, когда-то управлявшее ею, было раскурочено до основания.

— Запасная дверь запечатана. Надо возвращаться к развилке! — крикнул Добрый Жук Правдолюбивой Грубиннице, заплутавшей среди осколков и разбитых приборов. — Темные рыцари наверняка ушли по левому рукаву и свернули направо, в город!

— Иди сюда, внучек, — позвала бабушка. — Я кое-что нашла.

Пожилая пуриканка стояла перед целым рядом компьютеров, наполовину выдающихся из стены.

— По-моему, эта штука включена, — бабушка ткнула коготком в один из компьютеров. В отличие от остальных, клавиатура и экран этого устройства едва заметно светились голубым.

— Только я бы не рискнула ее трогать, — продолжала бабушка. — И тебе не советую. Вдруг это ловушка, и подлые черные рыцари высосут твою душу, превратив тебя в пустую оболочку?!

— Серьезно, бабуль? С помощью компьютера? — удивился пуриканец. — Мне кажется, в наше время техники можно не бояться.

— Компьютеры под землей, работающие на неизвестном источнике энергии, — это происки темных сил, — безапелляционно заявила Правдолюбивая Грубинница, и Добрый Жук неожиданно для себя подумал, что в этом есть зерно истины.

— Предлагаешь уйти? — уточнил пуриканец.

Бабушка пожала плечами:

— Тебе решать. Обещаю в случае чего вытащить отсюда твою оболочку и воздать ей почести.

— Очень вдохновляет, — оценил Добрый Жук. — Теперь мне не страшно, и я, пожалуй, рискну.

Пуриканец положил лапы на клавиатуру и попытался разбудить компьютер. На экране появилось изображение: синий фон, в центре два поля — для имени пользователя и пароля, а под ним — логотип, подобного которому Добрый Жук никогда не видел. Он состоял из планеты и нескольких звезд в центре, гаечного ключа и бензопилы по краям, а поверх всего было написано: «Мастерская небесных тел».

— Знаешь такую организацию? — спросил Добрый Жук у бабушки.

— Нет, внучек, — покачала головой та. — Мастерская квадросипедов была у нас по соседству, а вот про мастерскую небесных тел я слышу впервые.

— Как бы нам сломать их защиту? — задумался Добрый Жук и попытался подобрать данные для входа. Ничего не получалось: компьютер раз за разом отказывался их принять.

— Надо же, такая разруха, а система идентификации работает, — расстроился пуриканец.

— Может, та странная штучка, что ты нашел в пещере, поможет? — предположила Правдолюбивая Грубинница. — Раз темные рыцари сюда проникли, у них должен быть ключ к этой системе.

— Мы не знаем, были ли они здесь, — возразил Добрый Жук, доставая каплевидное устройство, — но даже если так, не зная языка, мне в этой штуковине ничего не найти.

— Дай-ка, — бабушка решительно отобрала у пуриканца диковинный прибор. — Так, посмотрим…

Добрый Жук наблюдал за бабушкиными стараниями со скептическим видом.

— Готово! — доложила бабушка очень скоро.

— Что готово? — не понял пуриканец.

— Я нашла логин и пароль. Вот, — Правдолюбивая Грубинница протянула внуку устройство. Добрый Жук уставился в экран. В его центре, между многочисленными строками текста, состоящего из заковыристых нечитаемых символов, и правда чернели два слова на стандартном галактическом эсперанто.

— КАК ТЕБЕ ЭТО УДАЛОСЬ, БАБУЛЬ?! — хрипло спросил пуриканец. — В темноте видишь, на местности ориентируешься, компьютеры взламываешь…

Бабушка расцвела гордой улыбкой:

— В твоем возрасте мы с дедушкой и не такое вытворяли! Давай не томи, заходи в систему!

Добрый Жук послушно перепечатал данные с экрана устройства в два пустых поля на лабораторном компьютере и нажал клавишу «Ввод».

Несколько секунд ничего не происходило.

— Ну вот… — разочарованно сказала бабушка. — Ты и его сломал.

Добрый Жук не успел возмутиться. Как после долгого раздумья, компьютер очнулся, и привычная картинка на экране сменилась новой, с множеством значков и надписей — к счастью, все они были на галактическом эсперанто.

— Вот это здорово! — восхитился Добрый Жук. — Бабуля, ты лучше всех!

— Ну что ты, внучек, — смутилась бабушка.

Пуриканец с азартом приступил к освоению компьютерной системы таинственных подземных ученых из «Мастерской небесных тел».

— Любопытно, — буркнул он.

На экране высветилась сложная схема.

— Это чертеж Пурикана в разрезе! — воскликнул Добрый Жук. — Земля возле поверхности испещрена этими туннелями… Везде, по всей планете. Я так и думал! А внутри… Что это такое?

— Где? — бабушка заглянула внуку через плечо.

— Возле ядра планеты. Что значат эти символы? — пуриканец ткнул пальцем в экран.

— Понятия не имею, — призналась Правдолюбивая Грубинница. — Червячки какие-то.

— А вот смотри, здесь отмечены «места силы»! — приходил во все больший восторг Добрый Жук. — Они соединены с туннелями… Правильно, так и есть. На глубине туннели перекрыты…

— Похоже на шлюзы, — заметила бабушка.

— Да, шлюзы, отделяющие их от более глубоких слоев планеты. А «места силы», похоже, служат… хе… Кто бы мог подумать? Служат системой вентиляции! Они односторонние и выводят горячий воздух из недр планеты на поверхность! — воскликнул Добрый Жук. — Так вот зачем нужен этот подземный лабиринт! И он явно имеет искусственное происхождение.

Пуриканец снова склонился над компьютером:

— Вероятно, ядро планеты сильно нагревается, и без вентиляции мы бы давно поджарились. Ты только глянь! Указаны параметры… размеры… температуры… Все расчеты! Похоже, эти ребята из «Мастерской» вырыли туннели и создали «места силы»! И устроились прямо тут, чтобы быть ближе к ядру.

— Скорее, они старались не попасться на глаза жителям Пурикана, — добавила Правдолюбивая Грубинница. — Иначе пришлось бы отвечать на множество неприятных вопросов. Кто они, чем тут занимаются и с чьего разрешения…

— Если они специализировались на починке планет, их могли вызвать на подмогу, когда ядро стало перегреваться! — предположил Добрый Жук.

— Не исключено, — согласилась бабушка. — Как думаешь, какую роль во всем этом играют темные рыцари? Они тоже из «Мастерской»?

— На ученых они не похожи, — помотал головой пуриканец. — Уверен, наши враги готовят серьезное преступление! Они узнали о «Мастерской небесных тел», о «местах силы» и подземных туннелях. Раздобыли идентификационные данные, разрыли вход и проникли сюда, чтобы извлечь информацию… И наконец, похитили нашу семью, чтобы… Чтобы…

— Ума не приложу, зачем им нужны пленники! — всплеснула лапами бабушка.

— Да, — сокрушенно вздохнул Добрый Жук. — Давай еще пороемся в компьютере. Может, выясним, что они тут искали…

Через полчаса пуриканец сдался:

— Здесь тонны научных данных! Ума не приложу, какие из них могли заинтересовать капюшончиков.

— А что это за картиночка в углу? — поинтересовалась Правдолюбивая Грубинница. — Она смахивает на обозначение какого-то вида связи.

— Эта? — Добрый Жук уставился в угол экрана. — Ха, а я ее и не заметил. Сейчас посмотрим. — Он набрал что-то на клавиатуре. — Ты права, бабуль! Похоже, эта машина имеет связь с внешним миром. Попробую наладить контакт с Вилли и Элейной!

Вскоре из компьютера донесся искаженный голос Вилли:

— Прием, прием! Жук, это ты?

Пуриканец подпрыгнул от радости.

— Вилли, ты слышишь меня? — завопил он. — Это я, Добрый Жук! Капюшончики украли мой компьютер, поэтому я не мог с вами связаться!

— Тебя еле слышно! Ты где? Мы волнуемся!

Тут голос пилота заглушил крик Элейны:

— Жучок, извини, пожалуйста! Мне так жаль, что я тебя расстроила. Как твои дела? Капюшончики тебя не обидели? Как свадьба?

Добрый Жук не знал, с чего начать рассказ, и решил сразу перейти к самому важному.

— Всех моих родственников похитили капюшончики! — заорал он. — Мы с бабушкой их ищем. Ищем капюшончиков и родственников тоже!

— Что? Жучила, ты прерываешься, не слышно! — встревожился Вилли.

— В туннелях под «местом силы» мы обнаружили тайную лабораторию!

— Совсем пропадаешь! — кричал пилот. — Добрый Жук, давай договоримся о встрече!

Добрый Жук вытащил из кармана карту туннелей и стал лихорадочно ее разглядывать. Бабушка ткнула лапой в карту:

— «Жукопарк»! Мы поднимемся на поверхность возле «Жукопарка». Это недалеко отсюда.

— Вилли, встретимся через три часа! — заорал Добрый Жук, почти прислонившись лицом к экрану компьютера. — Через три часа, слышишь? У станции поезда «Жукопарк»! Я не знаю, куда увели мою семью, но надеюсь найти их к этому времени!

— Понял тебя! — прохрипел динамик голосом пилота. — Мы прилетим на «Ласточке» и заберем вас! Мы уже на подходе к космопорту. До встречи!

— ДА! — радостно воскликнул Добрый Жук.

Связь прервалась. Пуриканец и Правдолюбивая Грубинница переглянулись. Они снова были одни.

— Ну что, бабуль, — Добрый Жук постарался отогнать сомнения и мрачные мысли. — Найдем этих капюшончатых и зададим им жару!

— Веди, внучек, — решительно кивнула бабушка.

Выходя из лаборатории, Добрый Жук заметил на полу крошечный поблескивающий предмет. Пуриканец наклонился и поднял его. Предмет оказался небольшим кубиком — размером с игральную кость, а на боку у него была очень мелко выбита какая-то надпись. Прочитать ее при тусклом свете Доброму Жуку не удалось.

— Что это у тебя? — поинтересовалась бабушка.

— Сувенир из лаборатории, — Добрый Жук сунул находку в карман. — Идем, бабуль.

Добрый Жук и пожилая пуриканка вернулись в туннель и, постепенно погружаясь в кромешную темноту, направились обратно к развилке, чтобы разведать левый рукав.

Увы, оптимистичным планам членов экипажа «Толстой ласточки» не суждено было сбыться.

Глава 3

Разведка боем

Вилли и Элейна бежали в космопорт со всех ног, и разговор с Добрым Жуком состоялся, когда они были уже совсем рядом с пунктом назначения.

— Тебе не кажется, что стало еще жарче? — поинтересовался пилот, утирая пот со лба. — Я понимаю, тут очень теплый климат, но все-таки…

— Пожалуй, — согласилась Элейна, подняла одну ногу и стала разглядывать подошву. — Такое чувство, что жар исходит от земли.

— Первая фаза эксперимента «Растрясти планету» завершена, началась новая фаза — «Поджарить все живое»? — пилот мрачно уставился вниз. — Этак Пурикан и двенадцати часов не протянет.

— Надо спешить, — кивнула дипломат.

Свернув за угол, они оказались на маленькой улочке, оканчивающейся густыми кустами. Среди зелени поблескивала металлическая сетка забора.

— Мы на месте, — объявил пилот, сверившись с картой, — только зашли с черного хода. Полезем через забор или найдем нормальный вход?

— Это очень старый космопорт. Я не удивлюсь, если забор под напряжением, — сказала Элейна.

— Под напряжением? — удивился Вилли. — Ты имеешь в виду применение электричества против нарушителей границ частной собственности? Никто этим не пользуется уже несколько веков. Пурикан не настолько отсталое место! А вот камер слежения они наверняка понатыкали по ту сторону забора в избытке. Если нас заметят, будет черное пятно в досье. К тому же, надо пройти таможню, чтобы нам в паспорта поставили печать о пересечении границы.

— Мы же не планируем сразу улетать с Пурикана, — возразила дипломат. — Можно пока и без печатей обойтись. Кроме того, едва они увидят, как мы на «Толстой ласточке» мчимся в город на бреющем полете, чтобы сбрить им верхушки зданий, они все равно наставят нам черных пятен везде, где смогут. Лучше через забор — так хотя бы есть шанс, что нас не узнают и не обвинят в этой выходке.

— Ладно, ты права, — согласился Вилли.

Продравшись через колючие кусты, сквозь сетку забора друзья увидели происходящее по ту сторону.

На посадочной площадке не было ни души. Не осталось и кораблей, кроме «Толстой ласточки».

— Она цела! Класс! — обрадовался Вилли. — Скорее на борт!

— Погоди. Это еще кто? — нахмурилась Элейна.

От здания космопорта прямиком к их грузовому кораблику направлялись два пуриканца в костюмах сотрудников космопорта. За ними следовала компания парней бандитского вида, выглядевших даже страшнее, чем головорезы-пуриканцы, с которыми Вилли и Элейна столкнулись чуть ранее.

— Элли! По-моему, они идут прямо к «Толстой ласточке»! — разволновался пилот.

— Не видать им нашего корабля! — решительно заявила Элейна. — Мы им помешаем. ВПЕРЕД!

Под прикрытием куста Элейна неожиданно ловко перескочила через забор и бросилась к «Толстой ласточке», стараясь оставаться в тени корабля.

— Ты куда? — запоздало прошипел Вилли, но дипломат его не слышала. Пилот озадаченно покачал головой. До шлюза парням осталось метров семьдесят. На что она рассчитывает? Незамеченной ей на борт корабля не проникнуть. Как только высунется, попадет к громилам в лапы, и тогда о встрече с Добрым Жуком можно забыть. Надо ее остановить!

Пилот перемахнул ограду и устремился следом за Элейной. Дипломат уже добралась до хвоста корабля и присела в тени опоры в нескольких шагах от шлюза. Чужаки неотвратимо приближались.

— Я их отвлеку! — горячо прошептала Элейна, когда Вилли оказался рядом. — Ты тем временем проберешься на корабль и взлетишь. Доверься мне, я мастер отвлекающих маневров!

— Отличный план, но как ты попадешь на борт, если я взлечу? — уточнил пилот.

— Об этом я не подумала, — расстроилась дипломат. — Что же делать?

— Давай с ними поговорим. Пообещаем заявить в межзвездную полицию, если нам не дадут улететь на своем корабле, — предложил Вилли.

— Да кого сейчас напугаешь полицией?! — усомнилась Элейна. — Если Пурикан уцелеет, никто не вспомнит, что тут творилось во время эвакуации. А если не уцелеет, то и подавно никому не будет дела. К тому же, это настоящие головорезы. Они сейчас прыгнут на корабль и дернут на Мызгошлеп, только их и видели. Где их потом искать?

— Бандитов не напугаешь, а вот чиновников можно! Они рискуют под суд угодить за нарушение…

— Этих продажных типов? — фыркнула Элейна. — Они улетят на Мызгошлеп вместе с бандитами и ни секунды не пожалеют. А мы останемся на разваливающемся Пурикане без корабля писать жалобы!

— Отлично, критиковать ты умеешь! — обиделся Вилли. — У тебя есть идеи получше?

— Остается только одно. Бросить им вызов!

— Это как? — поинтересовался пилот. Громилы находились уже в десятке шагов от корабля, и вид у них был весьма угрожающий. — Бросить можно все что угодно, но как мы одолеем десяток парней?

— Я больно кусаюсь! — заявила Элейна. — А ты можешь лягаться.

— Ты смеешься?! — возмутился Вилли. — С таким планом нам точно крышка!

Тем временем два чиновника и восемь громил подошли к кораблю и столпились возле шлюза. Крайние два здоровяка оказались буквально в паре шагов от спрятавшихся в тени судна Вилли и Элейны. Друзья могли разглядеть их штаны и ботинки.

— Это судно, называемое… эм-м… «Толстая ласточка», как гласит надпись на борту, — брошенное. Мы готовы предоставить его в ваше распоряжение за разумную плату… — произнес кто-то невидимый. «Один из чиновников», — догадался Вилли.

— И какова эта разумная плата? — басом осведомился другой.

— Пятьсот жукаров, — спокойно сообщил первый. — Мы уже сделали вам скидку.

— Пятьсот жукаров за ржавый кусок металлолома? — хрипло воскликнул еще кто-то. — За эти деньги на Мызгошлепе можно купить пять таких посудин!

— Во-первых, вы не на Мызгошлепе, — холодно объяснил чиновник. — О законах, а точнее, беззаконии периферии на приличной планете можете забыть. Во-вторых, я не продаю вам корабль, а даю приоритетное право его утилизации. Я не рыночный мошенник, а официальное лицо при исполнении обязанностей, так что торг неуместен. Если вам эти условия не по душе, утилизацию выполнит обычная эвакуационная служба.

— Стойте-стойте, не будем горячиться, — вмешался басовитый голос. — Пятьсот жукаров у нас есть, это не проблема. Хотелось бы убедиться, что корабль на ходу. Мы ведь не знаем, как давно он тут ржавеет.

— Судно стоит здесь всего пару дней, и это легко проверить, заглянув в журнал прибытий-отбытий, — сообщил чиновник невозмутимо. — Однако я понимаю, что утилизировать корабль, не способный летать, гораздо сложнее, чем судно с рабочим двигателем, поэтому пойду вам навстречу. Сейчас мы все вместе поднимемся на борт и удостоверимся, что судно… эм-м… «Толстая ласточка» в полном порядке, в чем я, кстати, совершенно уверен. Карл, открой шлюз, — приказал чиновник.

— Вот наш шанс, Вилли! — шепнула Элейна.

— Тише ты! — пилот осторожно высунулся из тени. Карл, чиновник помладше, достал из кармана небольшой аппарат с антенной, поднес его к шлюзу и, похоже, подбирал комбинацию для взлома замка. — Ничего себе, официальные лица при исполнении. Да тут всё насквозь прогнило! Обязательно подам на них жалобу. Держу пари, в главном космопорте ничего подобного не происходит!

— Сейчас они войдут, а потом и мы незаметно проникнем на борт, — продолжала Элейна, не слушая Вилли. — Они отправятся на мостик, чтобы проверить корабль. Мы выждем в безопасном месте, пока чиновники уйдут, а потом по одному обезвредим и выкинем с корабля восьмерых головорезов. На своей территории мы легко справимся!

— Всего ничего! — недовольно буркнул пилот. — Наш корабль однажды захватывали, и мне это совсем не понравилось.

— Они не будут знать о нашем присутствии! Используем эффект неожиданности.

— Мне бы твою уверенность, — вздохнул Вилли.

— Прошу, — тем временем объявил Карл.

Послышался звук открытия внешнего люка и радостные возгласы собравшихся.

— ПОШЛИ! — скомандовала Элейна, когда звуки стихли и внешний люк закрылся.

Друзья без труда миновали шлюзовой модуль, но в грузовом отсеке их ждал сюрприз: два мордоворота остались на страже и тут же заметили незваных гостей.

— Это еще кто такие? — угрюмо воззрился на них левый, пониже ростом и с бородой.

— Местные крысы, — с улыбкой ответил правый, здоровый и плечистый. В руках у него была железка, похожая на огнемет, а за спиной рюкзак. — Пурикану настал конец, и крысы бегут с корабля. С корабля на корабль. Лезут сквозь все щели. Только напрасно. Не суждено им спастись, пока мы стоим на страже границы.

— Да ты прям мастер слова, — вяло похвалил левый. — Стихи не пробовал писать?

Правый радостно ухмыльнулся:

— А то! У меня страничка есть на межгалактическом портале для поэтов. Мой псевдоним — «Широкоплечий Романтик». Заходи, почитай, оставь отзыв.

Внезапно включилась система связи корабля:

— Эй, вы, стихоплеты недоделанные! Выбросьте эту шваль отсюда, да побыстрее!

— Слушаюсь! — хором ответили громилы.

— Эффект неожиданности, эффект неожиданности, — передразнил Вилли Элейну. — И почему твои планы никогда не срабатывают?

— Твой правый, мой левый, — скомандовала дипломат, сжала кулаки и почему-то щелкнула зубами.

Громилы двинулись навстречу.

— Что делать? Думай, Вилли, думай! — бормотал пилот, лихорадочно размышляя.

По росту Вилли доходил здоровяку в лучшем случае до груди. Все идеи, беспорядочно лезущие в голову, казались чистым самоубийством. Дать противнику под коленку и вырвать из рук железяку? Так он сам получит кулаком по голове, потеряет сознание и окажется за бортом. Проскользнуть за спину, прыгнуть на плечи и попытаться задушить? Да у этого монстра шея толще, чем у Вилли голова. Даже обхватить — и то проблема! Пуститься наутек? Неплохой вариант — жаль, Элейна не одобрит.

Когда мордоворот навис прямо над Вилли, тот решил — пан или пропал! — осуществить второй маневр. Ничего лучше он все равно не придумал.

Пилот отскочил к стене и бросился вперед мимо громилы. Решение оказалось неплохим: противник был крайне неповоротлив, и ручищи, которые он протянул к пилоту, схватили воздух. Пока громила озирался, силясь понять, куда исчезла жертва, Вилли уже был у него за спиной и даже получил секунду на то, чтобы оценить ситуацию.

От увиденного у пилота отвисла челюсть.

Левый здоровяк валялся на полу, безвредный, как половичок. Дубинка и парализатор с его пояса перекочевали на ремень Элейны, а сама дипломат как ни в чем не бывало копалась в панели управления на стене грузового отсека.

— Отключила видеонаблюдение, чтобы нас не донимали остальные, — весело доложила она. — Вилли, ты чего так долго? Помощь нужна?

— К-как ты это сделала? — вымолвил пилот, пока его громила разворачивался.

Элейна опять щелкнула зубами, и у Вилли по спине пробежали мурашки.

— Я же говорила, что больно кусаюсь. А ты лягаться не пробовал, как я советовала?

— Издеваешься?! — прошипел пилот.

— Ладно, будет туго — зови!

Здоровяк с огнеметом наконец обнаружил Вилли и угрожающе проревел:

— Тебе конец, крысеныш!

Пилот, оказавшись в тени гигантской фигуры, ощутил острый приступ паники. Но просить о помощи он не мог: это было не к лицу командиру экипажа, и тем более у кого? У дипломата! Нет, ни за что!

Тут — видимо, от страха — в голову Вилли пришла спасительная мысль.

Под скептическим взглядом Элейны пилот отступил назад и поманил за собой громилу:

— Иди сюда, иди-иди.

— Ты пожалеешь! — ревел тот и послушно шагал. Казалось, его поступь сотрясает весь корабль.

Хитрый план пилота состоял в том, чтобы заманить противника в угол. Там, в паре метров от стены, помнил Вилли, расшаталась конструкция пола, и, если бы громила угодил ногой в щель, то провалился бы чуть ли не по колено, крепко застрял, и у пилота появились бы шансы на победу.

Главное, самому в эту щель не вляпаться.

— Ну давай, покажи мне, какой ты сильный! Убей мерзкую крысу! — подбадривал противника Вилли, шаг за шагом отступая к стене.

— Отлично, Вилли! Сделай его! — воодушевленно подпрыгивала Элейна.

— Ыгр! — высокоинтеллектуально отвечал поэт-любитель с огнеметом, наступая.

Вилли ощутил спиной холод металла. Дальше отходить некуда. На пол он старался не смотреть, чтобы здоровяк не заметил щели у себя под ногами. Вместо этого пилот смело глядел врагу прямо в глаза, которые оказались крохотными, глубоко посаженными. Они жадно и зловеще поблескивали.

«Еще шажочек, давай постарайся, — бубнил про себя Вилли, отсчитывая шаги противника. — Ну же, падай, падай, пора! ПОРА, ПАДАЙ!!!»

По расчетам пилота, мордоворот уже должен был угодить в ловушку, но почему-то этого не произошло. Неужели Добрый Жук заделал пол и никому ничего не сказал? Если так, дело плохо!

Вилли еле удерживался от того, чтобы поглядеть под ноги противнику, и прилагал массу усилий, продолжая смотреть ему в лицо. Правую щеку громилы украшал кривой шрам в форме гаечного ключа. Чтобы отвлечься, пилот заставил себя думать о том, каким оружием могла быть нанесена эта рана, но от волнения ничего не лезло в голову.

Зажав жертву в угол, громила криво усмехнулся, поднял свою железку и направил на Вилли:

— Скажи «пока-пока», червяк.

Элейна вскрикнула от ужаса и прикрыла рот руками. Сейчас Вилли не отказался бы от помощи, но, похоже, дипломат от шока не могла пошевелиться.

«Это конец», — пронеслось у пилота в сознании.

Лишь теперь, когда терять стало нечего, Вилли решился глянуть вниз в поисках исчезнувшей щели.

Дрожь возбуждения пронзила его тело.

Он вовсе не промазал, и Добрый Жук ничего не заделывал! Щель была на месте, но Вилли не учел, что она узкая и длинная. После всех усилий пилота злосчастная щель оказалась как раз между ногами противника!

Значит, шансы еще есть! Надо лишь заставить его сдвинуться в сторону. Но как?! Для начала отвлечь внимание… Вынудить остановиться…

Вилли поднял глаза.

К счастью, громила не заметил, что жертва разглядывает пол у него под ногами. Он чего-то ждал, поглаживая пальцем спусковой крючок огнемета…

— Я попросил сказать «пока-пока», — обиженно напомнил здоровяк. — Долго еще?

В голову Вилли пришла шальная мысль, дурацкая до неприличия, но он уцепился за нее, как за спасательный круг.

— Подождите секундочку, — быстро сказал он, уставившись на дуло огнемета, из которого вот-вот должно было вырваться опаляющее пламя. — Я скажу то, что вы хотите, если вы кое-что скажете мне.

— Что это ты задумал, крысеныш? — громила с сожалением убрал палец со спускового крючка. Вилли вздохнул с облегчением и заметил, что из глаз Элейны катятся слезы. Ее рука была прижата ко рту. Страх за друга, сковавший ее, по-прежнему не позволял ей сдвинуться с места.

— Я слышал, вы пишете… пишете стихи. А я очень люблю поэзию. Вы не почитаете мне что-нибудь, прежде чем я отправлюсь в мир иной? — со всей искренностью, на какую был способен, выпалил Вилли.

Гигант, похоже, был в замешательстве.

— Почитать? Гм. Да, в принципе, мог бы…

— Пожалуйста, будьте так любезны, — продолжал умасливать противника Вилли, тем временем плавно, едва заметно двигаясь в сторону.

Громила не обратил внимания на перемещения жертвы. Мысли о любимом искусстве так его увлекли, что он поднял глаза к потолку и замолчал — видимо, решая, какой из его шедевров более уместен в столь драматичной ситуации.

— Я прочту свое произведение под названием «Кошачьи экскременты», — наконец сообщил он.

— Великолепно! — закивал Вилли и отскочил еще на шажок. — Восхитительное название. Интригует! А какая идея!

Гигант откашлялся.

— Однажды с подоконника я выпрыгнул во двор, — начал он торжественно, и вдруг его взгляд упал на Вилли, который за время размышлений успел переместиться на метр вбок.

— Куда?! — взревел громила. — Ах ты хитрец!

Он навел огнемет на пилота. Вилли зажмурился, ожидая худшего, но тут Элейна поборола оцепенение и кинулась на бандита, срывая с пояса дубинку. Атакованный со спины, громила растерялся, и струя, направленная в пилота, прошла мимо. Вилли и Элейна с удивлением заметили, что вырвавшееся из огнемета пламя вовсе не оранжевое, а синее. Металлическая переборка, на которую оно попало, покрылась толстым слоем инея.

— Это не огнемет, а снегоплюй! — воскликнула Элейна, вися на плечах гиганта, который крутился, пытаясь сбросить навязчивый груз. Дубинка шлепнулась на пол. — Он не убивает, а обездвиживает!

— От этого не легче! Элли, веди его сюда! — прыгая перед взбешенным бандитом и размахивая руками, Вилли старался заманить его в ловушку. Громила плясал уже совсем рядом со щелью.

— Я… не могу… им… управлять! — прохрипела Элейна, цепляясь за куртку, шею, уши и рюкзак противника. — А-а-а! — прокричала она, когда гигант все-таки сумел ее сбросить.

К счастью, она удачно приземлилась на другого бандита, все еще валявшегося на полу.

— Я жива, жива, все в порядке! — поспешно оповестила дипломат и вскочила на ноги.

Каким-то чудом, будто его оберегали высшие силы, в ходе своих беспорядочных перемещений громила так и не попал ногой в щель. Только теперь Вилли решил распрощаться со своим прекрасным, но бесполезным планом. Заметив, что у гиганта от непрерывного вращения закружилась голова, он заорал:

— Элли, у меня идея! Брось мне баллон с гермопастой из ремонтного шкафчика!

Элейна среагировала мгновенно. Она кинулась к ремонтному шкафчику на стене, распахнула дверцу и бросила Вилли серый пластиковый цилиндр.

К тому времени головокружение у бандита прошло, и он вновь исподлобья уставился на пилота, поднимая оружие. Вилли ждал, ничего не предпринимая.

— Получай, сосунок! — взревел гигант.

В тот самый момент, когда палец громилы нажал на спусковой крючок, Вилли выпустил из баллончика мощную струю гермопасты прямо в дуло оружия. Оказавшись на воздухе, гермопаста стала стремительно разбухать, и менее чем через секунду дуло оказалось плотно ею забито. Синее пламя из ствола снегоплюя так и не появилось. Громила, озадаченно глядя на оружие, упрямо продолжал давить на спусковой крючок.

Вилли и Элейна с надеждой уставились на снегоплюй. Пилот начал потихоньку отступать.

Ствол стал молниеносно покрываться толстым слоем инея, и, прежде чем гигант понял, что происходит, с обратной стороны ствола вылетела пробка, ударила его в щеку, и прямо ему в лицо заструился густой поток синего пламени. Громила взревел, выронил оружие и рухнул на пол без движения.

— Молодец, Вилли! — зааплодировала Элейна.

Пилот с облегчением выдохнул и залюбовался плодами своих трудов. Два здоровяка валялись на полу, как спящие медвегрызли. Один из них был покрыт инеем. Вилли постарался унять дрожь в ногах.

— А ты… как ты справилась со своим? Только не говори, что закусала его до потери пульса, — нахмурился пилот, — все равно не поверю.

— Да я же шутила, — улыбнулась Элейна. — Я тоже вспомнила про ремонтный шкафчик. Плеснула ему в лицо чем-то вонючим из бутылочки и, пока он тер глаза, замотала ноги шнуром. Когда упал, связала руки и сунула тряпку в рот. Он вроде не в обиде. Я же тебе говорила, на своей территории у нас преимущество. Мы тут все знаем, как свои пять пальцев, а они вообще не ориентируются.

Вилли присмотрелся и увидел, что поверженный здоровяк Элейны действительно связан, моргает глазами, но молчит, потому что в рот ему что-то затолкали. Как она ухитрилась это сделать за три секунды? Пилот посмотрел на дипломата с уважением.

— Неплохо для начала, но главное впереди. Нужно обезвредить еще шестерых, как минимум, — Элейна подобрала с пола дубинку. — Жаль, что снегоплюй испортился. Ты мог бы взять его с собой.

— Да я бы с ним с места не сдвинулся. Глянь, какой тяжелый! — возразил Вилли. — Поищу, может, у него найдется парализатор или еще что полегче.

Пилот осмотрел пояс и карманы своего противника. Парализатора он не нашел, зато обнаружил оглушающие мини-гранаты. При срабатывании они издавали громкий хлопок, от которого в ушах всех, оказавшихся поблизости, начинало звенеть, и на следующие полчаса они лишались слуха. Вилли рассовал пять гранат по карманам, а три отдал Элейне.

— Возьми, пригодятся.

— Спасибо. — Дипломат протянула Вилли дубинку: — Бери, тебе от нее будет больше проку. А у меня есть парализатор.

— Ага, — кивнул пилот и неожиданно довольно улыбнулся. — Я с детства мечтал зачистить базу противника, увешавшись всевозможным оружием. Как в компьютерной игре. До сих пор повода не было.

— Надеюсь, это последний раз, — не поддержала его восторг Элейна. — Пошли?

В этот момент открылась дверь, ведущая в коридор второго этажа. Элейна и Вилли дружно отпрыгнули в стороны и оказались по краям от двери.

В помещение вошли еще двое головорезов.

— Надо проверить проводку по всему кораблю, — говорил один, — на этом корыте что угодно может выйти из строя в любой момент. Видеонаблюдение — это еще цветочки.

Второй не успел ответить, а друзья даже не пытались разглядеть, чем вооружены новые противники. Кивнув друг другу, они прыгнули на врагов.

Элейна ловко ткнула своего в шею парализатором, и тот мягко осел на пол.

Вилли аккуратно приложил второго громилу дубинкой, и на полу грузового отсека оказалось уже четыре обездвиженных противника.

— Как мы их убирать отсюда будем? — озадаченно спросил пилот.

— Придумаем, — успокоила его дипломат.

Вилли и Элейна молча переступили через неподвижных врагов и наконец покинули грузовой отсек. Дверь закрылась у них за спиной, и друзья оказались в коридоре, ведущем к капитанскому мостику. Приключения все не заканчивались: по коридору с важным видом шествовали два чиновника-пуриканца.

— Чего они все парами ходят? — удивился Вилли.

— Двое тут и четверо на мостике. Очень хорошо, что они разделились! С этими проблем не будет, — заявила Элейна, потянула пилота за рукав и уверенно зашагала навстречу чиновникам.

Недоверчиво хмыкнув, Вилли последовал за ней.

— Вы? — удивился главный, столкнувшись нос к носу с Вилли и Элейной. — Как вы сюда прорвались? Разве вас не должны были…

— Вас это не должно интересовать, — безапелляционно сказала дипломат. — Вы уходите — вот и идите, да поскорее, пока шальная пуля не задела. И учтите, стреляем мы очень посредственно!

— Да кто вы такие?! — возмутился второй чиновник, Карл. — Откуда столько наглости, малявки?

— Послушай, друг, — не удержался Вилли. — Между прочим, это наш корабль, и если вы не хотите, чтобы мы сообщили о ваших действиях в соответствующие органы…

Элейна одарила пилота убийственным взглядом, а чиновники явно напряглись.

Вилли смутился, осознав свою ошибку. Теперь у чиновников, которым нет дела до них с Элейной, появилась веская причина избавиться от «наглых малявок», пострадавших от мошенничества и желающих разболтать об этом всему свету. Укрываться от закона на Мызгошлепе не захочет никто в здравом уме, и эти двое вряд ли являются исключением.

Он положил руку на дубинку.

Элейна потянулась к парализатору.

Оба не сводили глаз с противников.

Чиновники обменялись настороженными взглядами. Они явно не знали, как поступить.

К счастью, то ли устрашающая харизма Элейны и Вилли сработала, то ли чиновники были трусоваты, то ли плохо согласовали действия…

Молодой открыл рот первым:

— Мы думали… Корабль стоял, брошенный, никого на борту… Эвакуация же…

— Идем, Карл, — прервал его главный железным тоном. — Осмотр закончен. На этом корабле нет ничего опасного, только время зря потеряли.

Молодой удивленно заморгал:

— Д-да. Слушаюсь.

— Счастливого пути. Были рады принимать вас на Пурикане, — чиновник поклонился Вилли и Элейне и направился к выходу. Карл устремился за ним.

— ПРОНЕСЛО, — Вилли с облегчением убрал руку с дубинки. — Хорошо, что они не сообразили заглянуть в наши паспорта. Могли бы оштрафовать за то, что мы не прошли таможню.

— Да у них сердчишки в пятки ушли, и все мысли из головы улетучились, — усмехнулась Элейна. — Не до проверок было. Слышал, какую глупую отговорку выдумал этот парень? «Осмотр окончен. На этом корабле нет ничего опасного», — передразнила она старшего чиновника и зашагала по коридору. — Пойманы с поличным — и все же врут в глаза. А почему? Потому что нас с тобой боятся. Ха!

— Вселять ужас в чужие сердца, конечно, приятно. Но что мы будем делать с оставшимися четырьмя бандитами? — спросил пилот, догнав Элейну.

— На месте решим, — отрезала дипломат.

— Похоже, импровизация не входит в список моих любимых стратегий, — вздохнул Вилли.

Шаг за шагом они приближались к двери, ведущей на мостик. Элейна, кажется, совсем не волновалась, а вот у Вилли начали предательски дрожать ноги. Как одолеть четверых головорезов в узком пространстве капитанского мостика, где и развернуться-то негде? Не говоря уж о том, что с помощью системы видеонаблюдения захватчики вполне могли отследить перемещения непрошеных гостей. Оставалось надеяться, что у них хватает других забот.

Элейна и Вилли не заметили, как в потолке коридора над ними раскрылся люк, оттуда высунулась темноволосая голова, а потом и мощная рука с оружием. Палец нажал на спусковой крючок, и прямо на головы друзьям упала сетка, накрыв обоих.

— Это еще что? — изумился Вилли, продираясь сквозь сеть. — ЭЛЛИ, НАДО ДРАПАТЬ!

Через секунду из дула вылетела капсула. Раскрывшись, она распылила на пленных жидкость, от которой им жутко захотелось спать.

— Н-нельзя с-спать, — пробормотала Элейна, вяло пытаясь выпутаться. — Р-разрезать надо… Вилли, у тебя е-е-есть н-н-нож? Или в-в-вилка…

Вилли шарил по карманам, но кроме оглушающих гранат и дубинки ничего полезного не нашел. Оглушать и бить, увы, было некого.

— Я и не з-знал, что там л-люк… А ты, Элли? — спросил он, с трудом удерживая глаза открытыми.

Элейна покачала головой и села на пол. Сил бороться с сонливостью не было.

Вилли пошатнулся и упал на бок. Он тряс головой, пытаясь сконцентрироваться, но тщетно.

— Говорила мне мама, плати меньше, штрафуй чаще… — раздался недовольный голос. — А я им квартальные премии выдаю, вот и распустились. Всё самому приходится делать, никакого толку от этих увальней! — Головорез ловко спрыгнул на пол. — Не бойтесь, мы вас тут не оставим. Заберем с собой и продадим на периферии. А то дороговато нам эта калоша досталась, одни убытки.

Раздался громкий храп. Друзья крепко спали.

— Спите? Отлично, выспитесь как следует. Когда прибудем на Мызгошлеп, вам скучать не придется…

Собрав концы сетки в кулак, бандит потащил пленников по коридору. Пинком распахнув ближайшую дверь, он втянул пленников внутрь и вышел, держа в руках парализатор, гранаты и дубинку. Захлопнув дверь, поколдовал над кодовым замком и, удовлетворенно посвистывая, зашагал к рубке.

— Все чисто! Парни, как у нас дела? — поинтересовался он, входя на капитанский мостик.

— Маршрут проложен, шеф! — отозвался кто-то.

— Отлично, стартуем!

Через минуту «Толстая ласточка» под управлением новой команды покинула запасной космопорт города Катерхис, столицы планеты Пурикан. Шансы Доброго Жука на спасение улетучивались как дым.

Глава 4

В паутине

Вилли и Элейна оказались в ловушке на собственном корабле, и этот факт приводил обоих в ярость. Злоумышленники отняли у пленников оружие и заперли их в кладовке с инструментами и прочим хламом. Помещение было размером три на три метра, дверь всего одна, закрытая. Пилот ходил из угла в угол, яростно потрясая кулаками, как тигр, запертый в клетке. Элейна сидела на полу возле двери, устало прикрыв глаза. Потом Вилли остановился.

— Надо отсюда выбираться! — воскликнул он. — ДОЛЖЕН БЫТЬ КАКОЙ-ТО СПОСОБ!

— Думаешь? — скептически поинтересовалась дипломат и окинула безрадостным взглядом потолок, пол и стены. — Пусть должен, однако его нет. Мы надежно заперты. На двери код. Оружия у нас нет. Даже если посадить сюда стаю обезьящериц, кораблю ничто не будет угрожать. А обезьящерицы, заметь, гораздо находчивее и настойчивее нас.

— Нужно что-то предпринять! — не унимался пилот. — Нам нельзя на Мызгошлеп! Что станет с Добрым Жуком без «Толстой ласточки»? Кто вывезет с Пурикана его семью? Мы не можем так его подвести!

Элейна опустила голову и ничего не ответила.

Она старалась не думать, какой неприятный сюрприз ждет Доброго Жука, когда через три часа — точнее, уже через два или даже час, — неизвестно, сколько они с Вилли проспали, — он прибудет на место встречи, а «Толстой ласточки» там не окажется. Что он решит? Что его бросили, предали? Что друзья улетели без него? Сердце девушки сжалось от огорчения. Нет, Добрый Жук не такой. Он знает, что друзья его не оставят, если только с ними самими не случится внезапное несчастье!

Добрый Жук в курсе, что они хотели забрать «Толстую ласточку» из космопорта. Придя на встречу, он поймет, что друзья попали в беду, и отправится на выручку. Элейна чуть не зарыдала. Ни их, ни «Ласточки» в космопорте не будет. Доброго Жука встретят алчные чиновники и скажут: судно отбыло, ничего не знаем. Что он тогда подумает?

Ох, какая мерзкая, мерзкая ситуация! Надо придумать, как сообщить обо всем Доброму Жуку…

— Идея! — воскликнул пилот. — Заманим сюда кого-нибудь! Сделаешь вид, что тебе дурно, — Вилли оценивающе взглянул на дипломата. — Выглядишь ты неважно, так что это будет легко.

— Спасибо за комплимент, — вздохнула Элейна.

— Они ведь не хотят, чтобы с нами что-нибудь случилось, им еще надо продать нас на Мызгошлепе! Кто-нибудь обязательно придет на помощь, — воодушевленно продолжал пилот. — Вырубим его, проникнем в рубку и отвоюем корабль!

— Даже если обезвредим одного, останется еще семеро. Семь профессиональных головорезов, — вздохнула Элейна. — И злых к тому же.

— В прошлый раз тебя это не волновало, — напомнил пилот.

— В прошлый раз они не принимали нас всерьез, — терпеливо объяснила дипломат. — А теперь прибьют, как мух, стоит нам полезть на рожон. Слишком строптивых пленников даже на Мызгошлеп везти опасно — выбросят по пути в открытый космос, и привет…

Вилли опять стал вышагивать из угла в угол, а Элейне кое-что пришло в голову.

Сражаться с восемью или даже семью вооруженными мордоворотами — идея глупая, а вот незаметно выбраться из камеры было бы полезно. Даже за пять минут на свободе они бы успели связаться если не с Жуком, который потерял свой компьютер, то хотя бы с учителем Рики. Если кто и сможет вытащить Доброго Жука и его семью с Пурикана, то это учитель. Заодно предупредили бы, что их с Вилли каникулы затянутся из-за визита на Мызгошлеп. Конечно, они найдут способ вырваться, но это может произойти не скоро… А ведь надо не только освободиться, но еще и корабль спасти.

Как же выбраться из заточения? Идея Вилли неплоха и может сработать. Надо устроить так, чтобы на голову бандита, который придет навестить пленников, случайно упал с полки ящик с инструментами. Они с Вилли выбегут, найдут переговорное устройство, свяжутся с Рики, а потом их поймают и снова запрут в камере. Если падение ящика будет выглядеть естественно, им ничего не грозит, но для этого придется постараться… Что ж, можно рискнуть!

— Слушай, Вилли. — Дипломат собралась рассказать свой план, но тут ее осенило.

Минутку! А нужны ли все эти ухищрения?

Она вскочила на ноги и бросилась к шкафу.

— Ты чего? — не понял пилот.

— Погоди, — отмахнулась Элейна.

Ведь они в кладовке! Здесь складируется все ненужное, старое, плохо работающее и запасное, в том числе — Элейна ясно помнила — резервные модули связи, одна или две штуки! Добрый Жук говорил о них, когда составлял опись имущества.

Дипломат отыскала на нижней полке большой пластиковый ящик, вытащила его и полезла внутрь.

— Что ты там… — начал Вилли, но тут корабль резко накренился, и пилота отбросило к стене.

Элейна заскользила по гладкому полу, а за ней поехал тяжелый ящик. Она еле успела увернуться, и ящик с грохотом ударился о металлическую стену.

— Что происходит? — воскликнул Вилли, потирая ушибленное плечо.

Тут корабль снова накренился, на сей раз в противоположную сторону, и друзей отбросило к шкафу. Элейна больно ударилась позвоночником о полку. Ящик снова поехал, на сей раз в сторону Вилли.

Едва корабль перестало трясти, Элейна бросилась к ящику, пошарила в нем и вынула модуль связи — стопку треугольных металлических пластин, скрепленных скобами и обвитых проводами. На верхней пластине располагался паз, обозначенный символом молнии, и в нем было пусто.

— Нужен источник питания! — объявила Элейна.

Вилли пошуровал в другой коробке, стоявшей на средней полке, и подал ей маленький черный шарик — аккумулятор, — который Элейна вставила в паз.

— Почти разряжен, — сказала она, когда лампочки на модуле еле заметно засветились. — Нам хватит, но надо спешить.

Корабль опять тряхнуло.

— Что это за пляски? — нахмурился Вилли, держась за полку, чтобы не упасть. — Идем через астероидный пояс?

— Это неплохо, — ответила Элейна, колдуя над модулем связи. — Если за нами следили, то сейчас, возможно, отвлеклись. Вызвать майора Рики, — скомандовала она.

— Голосовое управление не работает, — подсказал Вилли, — за него отвечает модуль интерпретации, а он не подключен. Дай-ка я, — он достал из ящика клавиатуру и присел рядом с дипломатом.

Тут корабль вздрогнул так сильно, что Вилли и Элейна подпрыгнули, а с полок посыпались вещи. В коридоре послышались крики и топот.

— Неужто прилетели? — насторожился пилот.

— Вызывай учителя Рики! — шепнула Элейна.

Вилли подсоединил клавиатуру к модулю связи, и его пальцы забегали по клавишам. Загорелась зеленая лампочка, оповещая об установлении связи.

В этот момент снаружи донесся писк, и дверь в кладовку открылась.

На пороге стояли два вооруженных пуриканца в черных отглаженных костюмах и при галстуках.

— Встать! Лапы вверх!

Из модуля связи раздался знакомый голос учителя Рики. Звучал он взволнованно:

— Вилли, Вилли, прием! Ответь!

Вилли и Элейна медленно поднимались на ноги, показывая пустые ладони, не сводя взгляда со своих спасителей… или новых врагов?

— Мы не бандиты, нас захватили в плен! — воскликнула Элейна с надеждой.

— Это же Мызгошлеп! Тут все вокруг бандиты, — яростно зашипел ей Вилли. — Если отпустите нас, мы заплатим, — вкрадчиво предложил он.

— Молчать! Выйти из комнаты! — приказал правый и отодвинулся, освобождая путь.

Скрепя сердце друзья подчинились и оказались между двумя пуриканцами. Элейна с удивлением поняла, что от них пахнет дорогими духами.

Дверь в кладовку закрылась, и голос учителя звучал приглушенно:

– Вилли! Элейна! Добрый Жук! Где вы?

— Не знал, что Мызгошлеп так близко, — мрачно заметил Вилли. — А вы кто, таможенники? Визы у нас нет, уж не обессудьте…

— Мызгошлеп? Какой еще Мызгошлеп? — нахмурился один из пуриканцев. — Это Пурикан! А теперь молча, лапы по швам, вперед марш! Шаг влево, шаг вправо — считается за побег!

Обменявшись изумленными взглядами, Вилли и Элейна под нацеленными на них дулами пистолетов зашагали по коридору к выходу с корабля.

Радость от того, что судьба чудом не дала врагам увезти их и «Ласточку» с Пурикана, смешивалась с неприятным чувством вовлеченности в таинственные и опасные события, о которых они не имели, увы, ни малейшего представления.

Выйдя из грузового отсека с эскортом и не встретив по пути бандитов, захвативших корабль, Вилли и Элейна оказались на открытой площадке. Вокруг простирался город — был это по-прежнему Катерхис или корабль доставил их в совсем другое место, друзья не знали. Судя по открывшейся картине, площадка, где совершила посадку «Толстая ласточка», находилась на крыше высотного здания.

— Это же… Да, точно! Центр Научных Исследований! Значит, мы все еще в Катерхисе, — воскликнул Вилли, оглядевшись по сторонам.

— И правда, — закрутила головой Элейна, — под нами одно из зданий ЦНИ. Остальные пять вокруг. Ничего себе, тут красиво! Интересно, почему мы не полетели на Мызгошлеп? Вилли, это же просто здорово! Центр Научных Исследований! Мы сможем задать вопросы ученым и узнать, что происходит!

Вокруг располагались пять новеньких небоскребов, сверкающих на солнце зеркальными окнами. Два из них были выше, чем здание, на верхушке которого оказались Вилли и Элейна, а оставшиеся три — чуть ниже. Вдали виднелся залив, а в противоположном направлении — круглая выпуклая крыша Жукоперы. Солнечные лучи красиво отражались от стекол, которыми она была отделана.

— Как мы здесь оказались? — удивлялся пилот. — Вроде бы так долго летели…

— Непонятно, и правда, — согласилась Элейна. — Петляли, видать.

— Сейчас вам все объяснят, — шедший сзади пуриканец в костюме ткнул Вилли дулом пистолета под лопатку. — Шагайте туда. — Он указал на круглый сектор крыши диаметром метра два, границы которого были обозначены узкой, едва заметной бороздкой.

Вилли послушался. Вскоре они с Элейной и оба провожатых стояли на круге.

— Давай, — скомандовал пуриканец, и круг под ногами плавно поехал вниз.

Внутри небоскреба ЦНИ оказалось неожиданно пусто. Необычный лифт двигался по темному ангару, настолько огромному, что не было видно стен, а свет, проникавший сквозь круглую дыру в потолке, казался крошечным пятном. Внизу тоже простиралось громадное и пустое пространство. Лишь там, куда опускался лифт с пленниками и конвоем, виднелось нечто вроде комнаты без потолка. Вилли пришло в голову, что в этом гигантском здании, наверное, можно в вертикальном положении разместить ракету. Или еще один небоскреб, поменьше. А в нем еще один. И еще. Пока не кончится место.

Спуск длился с полминуты, затем круглый сектор мягко сравнялся с полом.

Ярко освещенный холл походил на фойе стоматологической клиники, арендующей помещение в здании бывшего завода. Вот только здесь не было ни души. Оглядевшись, Вилли обнаружил дверцы обычного лифта и выход на лестницу.

— Вперед, — пилота опять подтолкнули сзади.

Они с Элейной послушно добрели до белой двери в белой стене, возле которой в большом горшке рос очень маленький и очень редкий зубоглазый фикус. Один из пуриканцев приглашающе распахнул дверь, и друзья оказались в маленькой комнатке без окон, зато с потолком, и еще с одной дверью на другом конце.

Один охранник зашел в комнату, другой остался снаружи. По настоянию пуриканца пленники уселись на стулья. Элейне повезло: рядом с ней шуршал листьями зеленый куст с синими моргающими цветками. Но дипломат даже не взглянула на уникальный образец местной флоры. «Устала, бедняжка», — сочувственно подумал Вилли.

— А где… те парни? Которые захватили наш корабль? — осторожно поинтересовался пилот.

— Ими занимаются, — пробурчал охранник.

— А нами когда будут… заниматься? — испугалась Элейна.

— Как только он освободится… — пуриканец раздраженно щелкнул жвалами.

— Кто он? — не унимался пилот.

— Увидите, — охранник недовольно скривился и больше на расспросы не отвечал.

Ждать пришлось долго. Стулья, на которых устроились Элейна и Вилли, стояли удобно, и через узкую щель в приоткрытой дальней двери виднелось движение. Доносились и отзвуки голосов, но такие тихие, что ничего не разберешь.

— Можно я пройдусь по комнате? Долго сидел, руки-ноги затекли, — вежливо попросил Вилли.

— Валяй, — равнодушно сказал охранник.

— Спасибо.

Пилот сделал несколько шагов вдоль комнаты и, оказавшись на выгодном расстоянии от дальней двери, остановился, запоминая место. Потом, изображая разминку, он попрыгал на одной ноге, постоял на руках, сделал колесо и вернулся на примеченную удобную позицию. Охранник наблюдал за ним с явным удивлением, но, к счастью, не вмешивался.

Отсюда открывался более удачный вид. Сквозь щель пилот мог разглядеть край стола и чье-то плечо в коричневом пиджаке. Возможно, это плечо принадлежало тому самому Ему, который сейчас был занят бандитами, но вот-вот должен был освободиться.

По спине пробежали мурашки: Вилли показалось, будто через щель он увидел волчью голову. Голова повисела над коричневым пиджаком и исчезла.

«Привидится же», — ужаснулся он.

— Пора, — сообщил вдруг охранник, подошел к дальней двери и распахнул ее. — Прошу.

Друзья подчинились с явной неохотой, но при виде того, кто находился в соседней комнате, их охватил восторг. Особенно Элейну.

— Пустите! — дипломат оттолкнула охранника и резво бросилась к столу. — Господин президент! Уважаемый Широколобый Многоног!

Вилли вошел вслед за ней, и дверь закрылась за его спиной. На сей раз — плотно.

Президент Пурикана — а в небольшой комнате с окном, через которое открывался вид на темноту, находился именно он — выглядел так же, как и всегда по телевидению, в газетах и галактонете, — седеющий пуриканец в коричневой мантии, а вовсе не пиджаке, как показалось Вилли, и синем галстуке с замысловатым золотым символом «П». Он нервно дернул шестью лапами, лежащими на столе.

— Ч-что такое? — На девушку он не смотрел, зато раздраженно взглянул на охранников возле двери, один из которых крепко придерживал Вилли за локоть, а другой недоумевающе следил за Элейной и явно соображал медленнее, чем она двигалась.

— Вы должны меня выслушать! — выпалила дипломат, вцепившись в стол, за которым сидел президент. — Господин президент, вам следует знать, что в городе происходят ужасные вещи!

— Уберите ее! — нервно сказал президент, и охранник наконец сообразил оторвать Элейну от стола. Широколобый Многоног утомленно вздохнул:

— Как же я от этого устал! Сперва министры… Потом журналисты… Затем простые жители, а теперь даже туристы! Все указывают мне, что делать! Нечего возмущаться, в деле трансформации Пурикана мы и так чересчур гуманны. Лучше спасибо скажите.

— Трансформации Пурикана? — еле слышно изумился Вилли. — О чем это он? И кто такие «мы»? Неужели Теодор был прав, и он с кем-то в сговоре?!

— Не знаю, что вы задумали, но население страдает! Кораблей не хватает для эвакуации! — продолжала Элейна, возмущенно размахивая кулачками. — Выделите еще кораблей! О чем вы только думаете?

— Флот нужен мне для других целей, но я договорился с одной толковой организацией, которая за разумную плату вывозит жителей с Пурикана и, насколько мне известно, справляется со своей задачей совсем неплохо. Почти все население уже покинуло планету. Я всегда говорил: кто хочет спастись, тот спасется, а кто лезет на рожон, тот плохо кончит, — президент вдруг ухмыльнулся, а Элейна вздрогнула.

— Каких еще целей?! Благополучие жителей превыше всего! — крикнула девушка. — Как вы могли позволить разрушить планету?! Вы президент и должны заботиться о своем народе! Вас надо сместить с поста и заменить более ответственным лицом!

— Твоя предвыборная программа нуждается в доработке, — холодно произнес Многоног. — Парни, она слишком шумит. Закройте ей рот.

Охранник послушно завязал Элейне рот шелковым платком. Дипломат яростно мычала и отбивалась.

— Господин президент! — вмешался Вилли. — Я Вилли Лолли из Межзвездного Космофлота. Что происходит с планетой? Зачем ее трансформируют?

— Мы готовим ее к новой фазе эволюции. В нынешнем виде Пурикан больше не нужен, — коротко ответил президент. — Парни, зачем вы притащили ко мне этих юнцов? И тех безмозглых бандитов? С какой стати я должен беседовать с этим сбродом?

— Господин Многоног, они все летели на одном корабле. Мы зацепили его, когда он пролетал совсем рядом с нами, и к тому же очень низко. Они явно что-то вынюхивали, бьюсь об заклад, это шпионы! — высказался один из охранников.

— Вынюхивали, говорите? — усмехнулся президент. — Хорошо. Вниз их, к остальным!

— Куда-куда? — вытаращили глаза Вилли и Элейна. — Отпустите нас!

Не слушая возражений, охранники отвели пленников к лифту и втолкнули в открытую кабину.

— Вы что, не едете? — удивился пилот. — А как же безопасность? Вдруг мы по дороге сбежим! Улетим на лифте или скроемся через шахту?

Охранники не удостоили его вниманием.

— Любопытно, — заметила Элейна. — Избавиться от нас решили?

Двери закрылись, и кабина лифта задрожала.

Когда через несколько секунд двери открылись, Вилли и Элейну встретил уже знакомый им невысокий субъект в черном плаще с капюшоном.

— Ого! И здесь капюшончики! — только и успел воскликнуть Вилли.

— Может, и Добрый Жук поблизости? — завертела головой Элейна.

Капюшончик схватил пилота за рукав и куда-то повел. Элейна шла следом, озираясь.

В помещении находились с десяток капюшончиков и около тридцати пуриканцев, молча сидевших на скамейках вдоль стен. Пленники выглядели подавленными, и Вилли с Элейной приуныли.

— Эти-то здесь что делают? — вполголоса удивился пилот, кивая на капюшончика.

— Вала! Гурум да! — прикрикнул на него тот и указал лапой на правую руку пилота. — Эбир ву!

— Надо же, они говорящие! — восхитился Вилли.

— Кажется, ему не нравятся наши компьютеры, — сообразила дипломат.

— А мне кажется, нравятся, — пилот расстегнул ремешок и с улыбкой протянул компьютер капюшончику. — Ву? Гурум да? А взамен что дашь?

— Авар! — воскликнул капюшончик и выдернул компьютер из руки Вилли. — Эбир ву! — он указал теперь на компьютер Элейны.

— Ничего не даст. Ворюга он и есть ворюга.

Дипломат со вздохом сняла браслет и отдала низкорослому существу.

— Авар! — Капюшончик забрал второй компьютер и подтолкнул Вилли к длинной низкой скамеечке возле окна. — Атак! Вук!

— Кажется, он приказывает нам сесть туда, — догадалась Элейна.

— Я так и подумал. Ты знаешь этот язык? — шепнул пилот, направляясь к скамеечке.

— Впервые слышу, — ответила Элейна, следуя за ним. — Пока не могу понять, к какой языковой группе он относится. Попробую проанализировать.

Когда пленники сели в указанном месте, капюшончик ретировался.

По соседству с Вилли и Элейной расположился оранжевый пуриканец с длинными перламутровыми крыльями за спиной. У противоположной стены грустили знакомые восемь бандитов. Вилли и главарь обменялись внимательными взглядами.

— Теодор был прав! — шепнула Элейна. — Всё это сумасшествие затеял президент, и с капюшончиками тоже он сговорился! Значит, и раскопки на «местах силы» — его рук, то есть лап, дело! Что это за эксперимент такой? Чего президент хочет добиться?

— И кто такие капюшончики? — добавил Вилли. — Теодор говорил, что президент, возможно, связался с кем-то из другой галактики. Эти ребята не выглядят угрожающе, но все-таки… Может, другие пленники что-то знают? Эй, приятель! — зашептал пилот оранжевому соседу. — А вас за что забрали?!

Пуриканец опасливо покосился на него и отвернулся, изображая равнодушие.

— Они тут всех запугали, — прошипел Вилли Элейне. — Что, по-твоему, происходит? Для чего нас собрали? К чему готовят?

— И что стряслось с президентом? — шепнула в ответ дипломат. — Веди он так себя во время предвыборной кампании, его бы не избрали на должность.

— Мы не знаем, что на самом деле происходит на Пурикане. Может, у президента нет других вариантов. Например, он отвел корабли для боевых действий. На планету напали, и от этого она стала разрушаться, — предположил Вилли. — Капюшончики — наши союзники, они ловят шпионов противника. А «места силы» раскопали, чтобы задействовать секретное оружие, которое находится под землей.

— Звучит неплохо, если не считать того, что нам только что рассказал президент… Про эволюцию и трансформацию, — пожала плечами Элейна. — Разве только он трансформирует планету в гигантский космический корабль, чтобы улететь на ней от врага. Но это как-то неправдоподобно. Надо бы связаться с учителем Рики. Если Пурикан участвует в крупных дипломатических конфликтах, он об этом расскажет — хоть будем знать, что в мире творится. И вообще, почему президент арестовывает мирных жителей вроде нас с тобой?

— П-с-с! — донеслось из-за левого плеча Вилли. Пилот обернулся. Оранжевый пуриканец склонился к нему, нетерпеливо шевеля усиками.

— Я подслушал ваш разговор! — страстно зашептал тот. — Вы думаете, президент понимает, что делает? Ничего подобного! Нас всех арестовали ни за что! Пурикану конец! Президент сошел с ума!

— Почему вы так думаете? — прошептал Вилли.

— Я помощник министра науки, Пупырчатого Востреца! Из-за того, что я знаю слишком много, меня посадили под стражу, — оранжевый пуриканец опасливо оглянулся, но капюшончики, к счастью, были заняты своими делами. — Все это очень секретно! Обещайте, что никому не расскажете!

— Обещаю, — кивнул Вилли. — Мы из Межзвездного Космофлота. Спецвойска.

— Военные? Нехорошо, — встревожился пуриканец. — Хотя сейчас, возможно, это и к лучшему. Вот что я вам расскажу. Слушайте внимательно! Никто на нас не нападал — по крайней мере, пока. Президент сошел с ума и запустил процесс саморазрушения планеты! Министр пытался его остановить, но не успел. Президента повязала охрана, но он как-то задурил всем головы и заставил плясать под свою дудку. Теперь он снова на свободе, а все министры под стражей! И эти существа! — он снова оглянулся на капюшончиков. — Президент как-то подчинил их себе! Они такие зловещие, лопочут на непонятном языке!

— Саморазрушение планеты? — удивился Вилли. — Как это возможно?

— Потому я и сказал, что это секрет, — вздохнул пуриканец. — Простым жителям об этом знать не положено, но климат на Пурикане управляется с помощью рычагов и кнопок. Именно поэтому у нас такие точные прогнозы погоды. А никто не удивляется.

— Такое бывает? — изумился пилот.

— Бывает, — кивнул помощник министра. — Дело в том, что Пурикан — искусственная планета.

Вилли и Элейна изумленно переглянулись.

— Искусственная? — переспросил Вилли. — То есть она не сама собой появилась, ее кто-то создал?

— Да. Это долгая история, я расскажу ее вам в другой раз. Так вот, обычно мы утверждаем климатические планы заранее. Но президент, не побоюсь этих слов, как с катушек съехал! Прискакал и потребовал срочно изменить настройки. А когда министр отказался, президент запер его в подсобке и собственноручно повысил температуру ядра планеты до уровня, несовместимого с жизнью! Теперь Пурикан трясется, как мои ноги после утренней пробежки.

— И что будет дальше? — уточнил Вилли.

— Что-что, из-под земли полезет раскаленная лава! И хорошо бы всем нам быть к этому моменту подальше от Пурикана.

— Этот процесс можно остановить?

— Президент каким-то образом заблокировал доступ к приборам. Теперь никто не может изменить климатические настройки.

— То есть уничтожение планеты неизбежно? — ахнула Элейна.

— Планета уцелеет, но жить здесь мы не сможем, — развел лапами оранжевый пуриканец. — Если только президент не одумается, что маловероятно.

Вилли помолчал, переваривая информацию.

— Вы знаете, зачем капюшончики — эти существа в черных плащах — раскопали «места силы»?

— Они это сделали? — удивился помощник министра. — Должно быть, он им приказал. Но как он узнал? Ему ведь не сообщали, это внутреннее дело…

— Узнал что? — подбодрил его пилот.

— Что система вентиляции мхом заросла, и это не метафора! — воскликнул помощник министра. — Мы давно ставили вопрос об очистке вентиляционных шахт, но всегда не хватало то времени, то финансов!

— Вентиляционных шахт? О чем это вы? — не понял Вилли.

— «Места силы»! Они служат для отвода горячего воздуха от ядра планеты! Видимо, президента предупредили, что нагревать ядро при закупоренной вентиляции опасно, вот он и приказал расчистить шахты. Не понимаю, зачем беспокоиться о таких мелочах, когда собираешься уничтожить планету! Что-то не складывается… Не складывается… — забормотал помощник министра, накрыв голову лапками.

Вилли пожал плечами:

— Да тут вообще ничего не складывается. А вы слышали о сделке президента с обитателями других галактик? — Он придвинулся поближе к пуриканцу.

Тот опасливо взглянул на пилота из-под лап:

— А вы… вы слышали?

— Слышал кое-что, — кивнул Вилли. — И еще куда-то делись корабли. Флот Пурикана. Куда?

— Корабли, корабли… — бормотал помощник министра. — Да! Я знаю, где корабли!

— И где же? — наклонился еще ближе пилот.

Из-под переплетения лап на Вилли смотрел блестящий черный глаз.

— Они стоят у орбитальной станции!

— Тысячи кораблей у орбитальной станции?! — воскликнул Вилли. — Кому и зачем это нужно?

— Совершенно верно… — пробубнил пуриканец, глядя в сторону. — У орбитальной станции…

— По-моему, он сломался, — пилот разочарованно выпрямился. — Очень жаль.

– Тише! — шикнула Элейна. — К нам идут!

К ним и правда направлялись трое капюшончиков. Впрочем, к остальным группам пленников тоже двигались стражи, командуя что-то на своем языке. Их жесты были красноречивее, чем команды.

— Нас уводят, — шепнула Элейна.

Они с Вилли поднялись с места. Оранжевый пуриканец продолжал сидеть, спрятав лицо между лапами. Подошедший капюшончик ткнул его в бок тыльным концом коконизатора, и пуриканец с неохотой встал, а затем и пошел, грустно понурившись.

Небольшими группами пленников снова грузили в лифт и куда-то отправляли. Вилли и Элейна стали ждать своей очереди.

Капюшончики живо переговаривались между собой, и дипломат, послушав их, вдруг воскликнула:

— Кажется, я начинаю понимать, о чем они болтают! Нас поведут вниз, под землю. Они говорят, кишки змеи, а может, череп попугая, немудрено и перепутать. Еще говорят, она придет позже. Придет прямо туда, поэтому ждать ее не надо.

— Туда? Куда это «туда»?

— Наверное, в кишки змеи, — пожала плечами Элейна. — Не знаю, увидим.

— Больше ничего полезного не говорят?

— Болтают что-то об открытии пути для Него. Говорят, почти все готово.

— Него? Это кто-то великий и ужасный? — усмехнулся Вилли.

— Наверное, это их божество, — серьезно ответила Элейна. — Может быть, они решили призвать его… Или что-нибудь такое.

— А президент тут при чем? — уточнил пилот.

— Ну ты спросил! Понятия не имею.

Наконец пришла их очередь, и Вилли с Элейной зашли в лифт.

Выйдя, они оказались в подземелье. Это была не просто пещера, а обжитой зал, набитый приборами и пронизанный трубами, уходящими в глубь стен и вниз, под землю. Техника работала, и в помещении стоял ровный негромкий гул.

Пользуясь моментом, когда капюшончики были заняты и не обращали на пленников особого внимания, Вилли подошел к главарю бандитов, угнавших «Толстую ласточку»:

— Почему вы полетели сюда, а не на Мызгошлеп? Думали, примут по-другому?

Тот сердито зыркнул:

— Искали кое-кого в городе перед вылетом на Мызгошлеп. Когда приблизились к Центру Научных Исследований, корабль притянуло к нему, словно магнитом, и двигатель, как назло, стал отказывать. Пришлось экстренно сесть на площадку для жуколетов!

— Да, нас специально посадили на крышу ЦНИ — решили, что мы шпионы, — поделился Вилли. — Как думаешь, не эта ли система защиты вызывает помехи геолокации по всему городу?

— Может быть, — мрачно ответил главарь. — Но меня это мало волнует. Сейчас главное — вырваться из лап этого безумца.

— Президента?

— Это не совсем президент, — ухмыльнулся главарь. — Насекомому крепко затуманили мозги. Он не ведает, что творит. Потому и надо держаться от него подальше.

Пока Вилли и главарь бандитов беседовали, группка пленников увеличивалась. Похоже, их приводили не только из комнаты, где ожидали своей участи Вилли, Элейна и помощник министра, но и откуда-то еще.

Рядом возникло несколько пуриканцев, которых они не видели раньше, и некто в сером плаще с узорами. Услышав последнюю реплику главаря бандитов, незнакомец повернулся к Вилли, и пилот заметил под капюшоном плаща волчью морду. Значит, не почудилось! Именно ее он видел сквозь дверную щель в кабинете президента. Только это не волк, а вульфит!

— Президент подменен. Тот, кого вы сейчас видели, — не президент, — рокочущим басом сообщил вульфит.

— А кто же? — удивился пилот, с содроганием разглядывая острые крупные клыки вульфита.

— Скоро узнаете, — вульфит вновь скрылся под капюшоном.

— А ты кто такой? — схватил его за плечо бандит. — Эй, расскажи, что тебе известно!

Неуловимым движением вульфит вцепился в руку бандита, развернулся и изящно опустил здоровяка на землю. Секунду спустя вульфит уже стоял в независимой позе, а поверженный противник отползал в сторону.

Решив не вмешиваться, Вилли вернулся к Элейне, и очень вовремя. Капюшончики скомандовали отправление, и процессия двинулась в путь по подземным туннелям. Коконизаторы в лапах внимательных охранников лишали надежды на побег.

Глава 5

Вот вы где!

Вилли и Элейна напрасно волновались, что не смогут вовремя прибыть на встречу с Добрым Жуком. Сам Добрый Жук и сопровождавшая его Правдолюбивая Грубинница на место встречи тоже вовремя не попали, да и что уж там говорить, не попали вообще. Оптимистичный прогноз Доброго Жука о спасении семьи из лап темных рыцарей за три часа, как оказалось, даже отдаленно не соответствовал действительности.

Вернувшись к развилке и пойдя по левому рукаву, Добрый Жук и бабушка действительно вскоре достигли еще одной развилки. Согласно карте, левое ответвление теперь вело к заливу, а правое — в город. Туда-то пуриканец со спутницей и отправились. Но тут начались неприятные сюрпризы.

Во-первых, выход возле «Жукопарка» оказался запечатан, и путешественники были вынуждены продолжить путь под землей. Жук проклинал судьбу, но не терял надежды отыскать семью, другой выход и вовремя попасть на встречу с друзьями. Во-вторых, далее туннель стал частенько раздваиваться, а иногда даже растраиваться, и Добрый Жук с бабушкой в недоумении замирали на каждой развилке. Карта могла подсказать, куда ведет тот или иной рукав, но в каком направлении утащили пленников — оставалось только гадать, так как следов чужого присутствия хватало во всех ответвлениях. Следы эти удавалось разглядеть опять-таки благодаря многофункциональной бабушке — она обнаружила в компьютере капюшончиков режим фонарика, и экран стал светиться гораздо ярче.

Проплутав по туннелям некоторое время, Добрый Жук и бабушка сдались. Пуриканец достал карту и, светя экраном устройства-капли, стал ее изучать.

— Их могли потащить куда угодно! — сердился он. — Хоть в космопорт, хоть в мэрию! Ты только глянь, эти туннели повсюду — и в городе, и в пригороде! Как будто гигантский червяк искал пропитание, а нашел только собственный хвост!

— Не ори, а думай, Добрый Жук! — велела бабушка. — Кто громко орет, тот мало живет. Представь, что ты — темный рыцарь. Куда бы ты их повел?

Добрый Жук бросил на слишком умную бабушку раздраженный взгляд и опять уставился в карту.

— Если предположить, что они все еще под землей, а это наш единственный шанс их отыскать, так как на поверхности найти два десятка пуриканцев труднее, чем иголку в брюхе грязегрыза… Под городом есть три основных зоны… Они здесь отмечены красными кругами. Это лаборатория, где мы уже были. Еще одна лаборатория, где мы пока не были, — она находится, если верить карте, под Жукоперой… И…

— Под Жукоперой лаборатория?! — возмутилась бабушка. — Что они себе позволяют?!

— Может, в Жукопере такая хорошая акустика именно потому, что под землей — полость? — поскреб голову Добрый Жук. — Третье место, отмеченное особо, находится под Центром Научных Исследований. Какое интересное совпадение.

— И правда, — задумчиво согласилась Правдолюбивая Грубинница. — Это тоже лаборатория?

— Больше похоже на инженерный зал.

— Хм, — сказала бабушка. — Как по-твоему, их повели в лабораторию или в инженерный зал?

— Если бы пленников хотели отвести в лабораторию, повели бы в ту, первую, — пожал шестью плечами Добрый Жук. — Так что я голосую за инженерный зал. Не знаю, правда, что им там делать.

— Думаю, мы близки к разгадке, — загадочно сказала бабушка. — Выясни, как нам поскорее добраться к этим инженерам. Мы еще успеваем на встречу с твоими друзьями?

— Со скрипом, — мрачно ответил пуриканец.

Но прежде чем Добрый Жук и Грубинница успели свериться с картой еще раз и найти кратчайший путь до инженерного зала, их слуха достигли приглушенные голоса.

— ТИХО, БАБУЛЬ! — шикнул Добрый Жук и бросился к ближайшему перекрестку, откуда, как ему показалось, доносились звуки.

Действительно, там они были громче. Добрый Жук сумел различить непонятную болтовню капюшончиков и возмущенный гомон на пуриканском.

— Иди сюда, бабуль! — зашипел пуриканец и бешено замахал лапой. — Только не высовывайся!

Они с бабушкой постарались вжаться в стену туннеля, чтобы процессия, двигавшаяся по примыкающему рукаву, их не заметила. Все прошло удачно: участники шествия были слишком заняты своими делами, чтобы оглядываться по сторонам, и Добрый Жук сумел вблизи разглядеть процессию.

Она состояла на восемьдесят процентов из пурикан и редких представителей других рас, а на двадцать — из капюшончиков, которые, с коконизаторами в лапах, следили за порядком.

От колонны веяло безысходностью и отчаянием.

Сердце Доброго Жука сжалось, когда он увидел красное мамино платье и синий папин пиджак. Их одежда была вымазана грязью и измята. Родители выглядели усталыми. Следом шли сестра в посеревшем от пыли свадебном платье и ее жених, затем остальные родственники и гости — парами или поодиночке они утомленно брели по туннелю.

Оглянувшись на бабушку, Добрый Жук не увидел на ее лице ни тоски, ни страха, только ярость. Похоже, она решила отомстить темным рыцарям за все беды, которые они причинили. И надо сказать, он полностью разделял ее чувства.

Процессия продолжала двигаться мимо, а Добрый Жук тем временем лихорадочно придумывал план спасения родни из плена. Он решил незаметно пристроиться сзади и обезоружить охранников поодиночке, пока они растянуты в пространстве и вряд ли заметят исчезновение товарищей в хвосте колонны.

Прошло еще десять или двенадцать пленников, и Добрый Жук, увлеченный своими мыслями, с удивлением заметил мелькнувшие в темноте форменные мундиры экипажа «Толстой ласточки». Он напряг зрение. Быть не может, им-то что тут делать?

Нет, не показалось!

Из-за поворота туннеля появился сначала Вилли, а следом за ним Элейна. Они не выглядели такими утомленными, как остальные, шли прямо и внимательно осматривались. Хотя что они могли заметить в темноте, которую еле-еле рассеивал свет фонариков их тюремщиков? Уж точно не Доброго Жука и Правдолюбивую Грубинницу, притаившихся в кромешной тьме туннельного ответвления.

Пуриканец вытянул шею и чуть не вылез из укрытия, так ему хотелось подать знак друзьям. Бабушка втянула его назад и потрясла кулаком перед носом:

— Стоять! Ждать!

Добрый Жук проводил удалявшихся друзей тоскливым взглядом. После них прошло еще несколько пленников, и процессия завершилась. Ее замыкали четверо капюшончиков. Звуки стали отдаляться, и в туннеле опять воцарилась тьма.

— СКОРЕЕ! — рвался в бой Добрый Жук. Его усики яростно дрожали. — Надо их выручить!

— Не спеши, внучек! Утро вечера мудренее. И не лезь поперек бабки в пекло! — урезонивала бабушка.

— Тише едешь — никуда не доедешь! Я покажу этим наглым коротышкам! — Добрый Жук изо всех сил махал лапами, пытаясь сдвинуться с места, но бабушка крепко держала его за шиворот.

— Мы пойдем за ними, — убеждала Правдолюбивая Грубинница. — Посмотрим, куда их приведут. Оценим обстановку. Разработаем план. И уже потом кинемся в драку. Или наутек. Шучу-шучу. Пойми, Добрый Жук, у нас нет права на ошибку! Если попадем к ним в лапы, нас уже некому будет спасать.

Добрый Жук наконец успокоился, придавленный вескими аргументами пожилой пуриканки:

— Ты права, бабуль. Сделаем, как ты говоришь.

Добрый Жук и Правдолюбивая Грубинница двинулись по следам процессии, гадая, приведет ли их этот путь в тот самый инженерный зал под Центром Научных Исследований.

Вскоре стало ясно, что идут они, несмотря на все повороты и обходные пути, в одном постоянном направлении: на юг — юго-восток. То есть никак не к Центру Научных Исследований, который находился в северной части города, а скорее — ко второй лаборатории под Жукоперой. Чем дальше шли, сверяясь с картой, тем очевиднее становился пункт назначения. Скорость колонны не снижалась, капюшончики подгоняли пленников, и те двигались бодро, невзирая на усталость.

Спустя час или два — Добрый Жук потерял счет времени — они с бабушкой добрались до конечного пункта. Это была еще одна лаборатория, как две капли воды похожая на первую, но в более хорошем состоянии. Здесь оказалось людно. Добрый Жук и Правдолюбивая Грубинница притаились за высоким шкафом и стали наблюдать за происходящим.

Они сразу заметили президента Пурикана Широколобого Многонога, которого часто видели по телевидению. Компанию ему составляло существо повыше ростом, в плаще с капюшоном — сером, с замысловатыми узорами. Из-под капюшона торчала волчья голова с не по-волчьи умными глазами.

«Президент! А рядом вульфит! — изумился про себя Добрый Жук. — Что они тут делают?»

Эти двое стояли в центре лаборатории, под стеклянной колбой, которая в этом помещении сохранилась лучше и была целой, как и ведущий к ней мостик. Перед ними в окружении капюшончиков толпились утомленные и грязные пленники. Пленников оказалось много, около семидесяти.

Президент открыл рот, и внезапно полилась речь на знакомом Доброму Жуку языке, которым пользовались между собой капюшончики:

— Урум гирас лапенти мотум! Икам дат рупи лам!

Вульфит мало интересовался речью президента, даже если и понимал ее. Он озирался по сторонам.

Взгляд Доброго Жука упал на родню и Вилли с Элейной, и пуриканец начал яростно придумывать план спасения. Друзья находились в центре толпы, и добраться до них было не так-то просто. Добрый Жук и бабушка взволнованно зашушукались.

Тем временем президент закончил свою речь, поднял лапы со сжатыми кулаками, и капюшончики радостно запрыгали и заверещали.

Теперь Широколобый Многоног заговорил на универсальном галактическом эсперанто:

— Дорогие сограждане и гости планеты, вам несказанно повезло! Сегодня вы станете участниками очень важного события. Хочу поблагодарить наших верных соратников, движение «Истуканы», за помощь в организации того, о чем скоро узнает вся галактика! Давайте поаплодируем доблестному представителю «Истуканов», вульфиту Ур Ру!

Вульфит еще глубже спрятался в капюшон. Кажется, эта слава ему не очень-то нравилась.

Пленники зашептались.

— Какого еще события? О чем узнает галактика? Кто вы такой и что сделали с президентом? — хрипло крикнул широкоплечий парень из толпы.

— Мы знаем, что вы не президент! — завопил низенький пуриканец с огромными, как тарелки, глазами. — Президент в тюрьме! Он сошел с ума, и его отправили за решетку! Я видел своими глазами!

— ДОЛОЙ САМОЗВАНЦА! — зашумела толпа.

— Ладно, ладно, раз вы такие умные, не стану притворяться, — президент изобразил разочарование. В мгновение ока иллюзия рассеялась, и на месте пожилого Многонога возникла высокая стройная фигура в черном плаще с капюшоном — будто копия капюшончика, только выше и мощнее. От нее веяло холодом и запредельной силой.

— Что происходит? — зашипел Добрый Жук бабушке. — Это президент? Наш президент — оборотень? Его сцапали темные силы? О, великие предки!

— Похоже на то, внучек, — сказала бабушка и упала в обморок. Пуриканец стал прыгать вокруг Грубинницы, стараясь привести ее в чувство.

Фигура сбросила капюшон, и Добрый Жук увидел молодую женщину с черным лицом, на котором выделялись глаза с ярко-белыми белками и небесно-голубой радужкой. Она показалась пуриканцу знакомой, и неудивительно. Именно эта дама произносила с экрана каплевидного устройства капюшончиков пламенную речь, которую Доброму Жуку и бабушке довелось выслушать не так давно.

Будь здесь председатель Галактического Совета Тенто Корус или кто угодно другой, присутствовавший на экстренном заседании, он тоже узнал бы ее.

— Как вам, наверное, уже известно, — продолжала женщина, — планету Пурикан ожидают кое-какие неизбежные изменения. Ваш президент не сошел с ума — он решил помогать нам, и это был разумный шаг. Идти против нас — вот истинное безумство!

— Президент ни за что не стал бы разрушать Пурикан! — раздался негодующий голос из толпы.

— Пурикан преобразится ради высшей цели. Не расстраивайтесь, на нем еще можно будет жить. Правда, не вам, — усмехнулась неизвестная.

Толпа опять возмущенно зашумела.

— Сегодня ваша жертва послужит великому делу, — дама в черном не замечала недовольства. — Здесь, в лаборатории, находится очень мощный усилитель мозговых волн. Он использовался давным-давно, чтобы зародить жизнь на Пурикане! Вам должно льстить, что сегодня продукт ваших скромных умишек попадет в это уникальное устройство.

— Что вы собираетесь делать? — не выдержав, крикнула Элейна.

— Скоро на Пурикан придут его новые владельцы, — торжественно объявила незнакомка. — И вы поможете организовать для них теплый прием!

— А если мы откажемся? — громко поинтересовался Вилли.

— Вам такой возможности не представится, — сообщила самозванка. — А теперь без дальнейшего промедления приступим к делу. Агам! Бантур хат! — прогавкала она, и капюшончики зашевелились.

Приведя бабушку в чувство, Добрый Жук обеспокоенно наблюдал за тем, как низкорослые существа ведут пленников в центр зала. Приборы и извилистые кабели внутри стеклянной колбы светились голубым.

Черная фигура поднялась по лестнице на второй этаж и по узкому мостику вошла в камеру.

— Бабуля, что делать? Надо их спасти! — заволновался пуриканец.

— Ты прав! Пошли! — Бабушка резво выбежала из укрытия и перебежала за соседнее, пользуясь тем, что женщина в черном и капюшончики заняты делом.

Добрый Жук бросился за ней, согнувшись в три погибели, чтобы его не заметили:

— Какой у тебя план?! Как мы их всех одолеем?

— Есть идея получше, — зашептала бабушка. — Испортить эту штуковину! Усилитель мозговых волн!

Женщина в черном тем временем взошла на постамент в центре колбы и потянула за рычаг на пульте управления. С потолка опустился пустой прозрачный куб и замер над ее головой.

Незнакомка взяла два провода с присосками на конце, выходящие из куба, и прикрепила их к вискам. Приборы загудели, провода изогнулись и заискрили, будто в них подали огромный заряд энергии.

— Соединяйте! — скомандовала женщина.

Капюшончики вытащили из ниш в стенах зала скрученные провода с присосками, протянули их по залу и стали подключать к головам пленников.

Несколько пленников в задних рядах, увидев это, кинулись бежать. Капюшончики, оцеплявшие толпу, молниеносно вытащили коконизаторы, и беглецы повалились на землю, быстро оборачиваемые полупрозрачными блестящими коконами.

— Что она задумала? — поежился Добрый Жук.

— Вероятно, эта женщина — сильный телепат, — сказала бабушка, — но то, что она хочет сделать, за гранью ее могущества. Она увеличит свою мощь за счет пленников. Для этого нужен усилитель мозговых волн — тот, кто находится в стеклянной камере, способен черпать чужую ментальную энергию. Если испортим устройство, выиграем время, чтобы освободить пленников. А может, их даже отпустят.

— А что будет с ними, если она их все-таки… использует? — содрогнулся Добрый Жук.

— Ничего хорошего, — отрезала Правдолюбивая Грубинница. — Если повезет, отупеют или памяти лишатся. А если не повезет, — она вздохнула, — превратятся в безмозглых кукол.

— Этого нельзя допустить! — воскликнул Добрый Жук. — Что ты хочешь предпринять?

— У нас есть доступ в информационную систему «Мастерской небесных тел». Попробуем пробраться на второй этаж и отключить компьютер, управляющий усилителем мозговых волн.

— Вон тот, у мостика? — Добрый Жук указал лапкой на металлический корпус, установленный справа от дорожки, ведущей к стеклянной камере.

Бабушка кивнула.

— Не лучше ли бросить вызов этой самоуверенной даме? — предложил Добрый Жук.

— Боюсь, она нам не по зубам, — признала Грубинница. — Даже несмотря на твое мощное телосложение и отличное владение левой средней лапой.

— Ладно, бабуль. Веди.

Добрый Жук с бабушкой стали незаметно пробираться к ближайшей лестнице. Очень скоро они были на втором этаже и устремились к компьютеру, стараясь не привлекать внимания телепатки. К счастью, она была увлечена своим шоу.

Наблюдать за всем сверху оказалось удобнее.

Вульфит, на чью волчью морду падал голубоватый свет от колбы, испытывал омерзение и почти не старался его скрыть.

В один момент, когда Добрый Жук с бабушкой преодолевали освещенный участок балкона, пуриканцу почудилось, что вульфит смотрит прямо на него. Но не успел Добрый Жук запаниковать, как тот отвернулся с равнодушным видом.

— Не отставать! — скомандовала Грубинница.

Капюшончики деловито копошились, подключая пленников к системе.

Добрый Жук и Правдолюбивая Грубинница чуть ли не ползком подкрались к компьютеру, находящемуся перед мостиком. Устройство работало: на экране мелькали разноцветные картинки.

— Давай ты, бабуль, — шепнул Добрый Жук.

Правдолюбивая Грубинница не заставила просить дважды и привстала перед компьютером. Как заправский хакер, она стала нажимать на клавиши. Пуриканец скрестил коготки всех лап на удачу.

— Мы откроем путь в эту галактику армии, какой здесь еще не видывали! Мир уже не будет прежним! — провозгласила женщина в черном и поглядела на вульфита. — Да, Ур Ру? Что-то ты невесел. Не разделяешь мое торжество?

Вульфит с неохотой поднял голову:

— Мы выполнили свою часть сделки, Этха. Жду не дождусь, когда ты передашь мне условленное вознаграждение. Я должен как можно скорее покинуть планету. Происходящее, — он, поморщившись, обвел рукой зал, — идет вразрез с моими принципами и принципами «Истуканов», если тебе интересно.

— Вы знали, на что шли, Ур Ру, когда заключали сделку. Ты и Ор Маул, твой повелитель. Если хочешь уйти, уходи. Я тебя не держу, — усмехнулась названная Этхой. — Вашего вознаграждения у меня нет. Вы получите его позже, когда план будет исполнен.

— Что ты имеешь в виду? — вульфит напрягся и непроизвольно поднес руку с длинными заостренными ногтями к поясу с оружием, но усилием воли заставил себя остановиться. — А как же наша сделка?

— Вы получите его, когда наша цель будет достигнута, — повторила женщина. — Мы должны заручиться поддержкой «Истуканов» до самого конца.

Вульфит затравленно оглянулся.

— Это никуда не годится, Этха! Если ты не выполнишь свою часть договора, я… — он колебался пару секунд, — я отключу маяк! Мы не можем ждать!

— Что за спешка? — усмехнулась названная Этхой. — Не потому ли вы торопитесь, что намерены предать нас, едва Источник попадет к вам в руки? А отдав нас на растерзание Галактическому Совету сейчас, вы лишитесь драгоценной награды.

— Твои обвинения беспочвенны, — холодно сказал Ур Ру. — «Истуканы» всегда держат свое слово. А спешка… Это наше дело, зачем нам нужен Источник, и отчитываться перед тобой я не намерен. Мы заключили сделку, Этха. Ни я, ни мои собратья не смиримся с вашим отказом от обязательств.

— Что ж, Ур Ру. Ты сам выбрал свою судьбу. Я не позволю тебе отключить маяк. Это поставит под угрозу наш план. Агат мар гук! — скомандовала черная фигура, и к вульфиту устремились капюшончики. Тот отступил на шаг, рука опять скользнула к поясу, и на этот раз он схватил короткую рукоять, из которой вырос лазерный клинок. Но вступить в бой не успел: капюшочники облепили вульфита, вырвали у него из рук меч и прикрепили к его голове присоски.

— Ты составишь компанию остальным, Ур Ру, — торжественно объявила Этха. — Но не волнуйся. Когда план Шиано Коху будет исполнен, «Истуканы» получат Источник. Ойгоны держат слово.

— Ойгоны! — шепнул Добрый Жук бабушке. — Кто такие ойгоны? А Шиано Коху?

— Не знаю! Тарабарщина какая-то! — ответила Правдолюбивая Грубинница. — Ну что, Добрый Жук, отключаем систему?

И правда, было давно пора. Присоски нацепили уже на всех пленников, и капюшончики растекались в стороны, образуя вокруг толпы крепкое оцепление. Пленники затравленно оглядывались, избегая смотреть на Этху, возвышавшуюся над ними.

Предчувствие страшных событий охватило всех.

— Давай, бабуля! — кивнул пуриканец.

Правдолюбивая Грубинница шлепнула лапой по клавиатуре и присела. Они с Добрым Жуком замерли в ожидании, не сводя глаз с черной фигуры в колбе.

— Ничего не происходит! — прошептал Добрый Жук через несколько секунд.

— Сейчас проверю, — ответила бабушка и снова выпрямилась перед компьютером. — Что-то не так…

— Начинаем! — скомандовала Этха.

Провода, соединявшие пленников с усилителем, засветились. Внутри они оказались полыми, и по ним двигались крошечные сгустки энергии — ярко-оранжевые полупрозрачные шарики. Торопясь достичь пункта назначения, они послушно стремились друг за другом по длинным змеящимся каналам.

— БАБУШКА, СКОРЕЕ! — в полный голос выкрикнул Добрый Жук и зажал рот лапой, испугавшись, что его услышат. К счастью, противнику было не до того. Капюшончики следили за пленниками, а Этха была полностью сосредоточена на себе.

Оранжевые шарики, бежавшие по проводам от пленников, собирались в прозрачном кубе над головой Этхи, постепенно наполняя его. Женщина в черном подняла руки и провозгласила:

— Я чувствую приток сил! Я готова открыть червоточину! — Этха торжествующе расхохоталась.

В воздухе перед ней возникло загадочное видение: красноватое марево, будто призрачный дракон распахнул свой зев и изверг поток огня.

«Червоточина! — подумал Добрый Жук. — Интересно, что это такое? Что она пытается сделать?»

Видение, поначалу едва заметное, с каждой секундой становилось все более ярким и насыщенным.

Пленники пока держались на ногах, но некоторые уже начали пошатываться. Их глаза были закрыты.

Добрый Жук с ужасом смотрел на маму, отца, сестру, Вилли и Элейну, умоляя высшие силы, чтобы с ними ничего не успело случиться, пока бабушка…

Кстати, чем она там занята?

Добрый Жук с трудом отвел взгляд от пленников и завораживающего бега оранжевых сгустков по проводам и перевел его на темный силуэт бабушки.

— Не получается отключить! Видимо, они поставили защиту. Но у меня есть идея… Не отключить, а модифицировать! Сейчас попробую! — нервно прошептала Правдолюбивая Грубинница.

Вот уже двое пленников лишились последних сил и без чувств осели на пол.

— Может, просто бросимся на них? — разволновался Добрый Жук. — Ждать больше нельзя!

— Дай мне минуту! Я хочу перевернуть поток, — сообщила бабушка, не переставая жать на клавиши.

— Перевернуть поток? — Добрый Жук озадаченно уставился на Этху и провода, тянущиеся к пленникам. — Это как, сверху вниз?

— Да нет же, глупыш! Слева направо.

— А-а-а, — наконец понял пуриканец. — Пустить его в обратную сторону! Но мы не знаем, к чему это приведет, — насторожился он. — Вдруг у них мозги перегреются? Или… Или…

— У нас нет выбора! — выпалила Правдолюбивая Грубинница. — Погляди, устройство иссушает их одного за другим! Даже если напасть, мы не успеем…

— Червоточина почти открыта! Спасибо за ваши усилия, осталось немного, — подбодрила Этха своих жертв. Капюшончики радостно загалдели.

Зев дракона становился все ярче, впитывая подаваемую ему энергию.

– Я переворачиваю! — тоном, не терпящим возражений, объявила бабушка.

— Ладно, только поспеши! — сдался пуриканец.

Правдолюбивая Грубинница отдала какие-то указания компьютеру и отскочила назад.

– Ну всё, — сказала она настолько изменившимся голосом, что Доброму Жуку стало нехорошо.

Они уставились на провода и куб над головой черной фигуры.

На сей раз замысел бабушки сработал. Оранжевых сгустков внутри проводов стало меньше, а потом они и вовсе исчезли. Куб начал пустеть. Ни Этха, ни капюшончики пока этого не замечали. Зев дракона замерцал, будто в неуверенности.

А потом Добрый Жук и Правдолюбивая Грубинница с содроганием увидели, что куб снова наполняется, только теперь энергия имела не оранжевый, а черный цвет. Лицо Этхи, и так напряженное, ожесточилось, между бровями залегла складка, тонкие губы сжались. Она, не открывая глаз, боролась с невидимым препятствием и не понимала его причины.

— Мы в шаге от победы! — объявила Этха, упорно преодолевая сопротивление. — Еще чуть-чуть, и…

Капюшончики наконец заметили неладное. Они указывали лапой на провода, по которым теперь бежали черные сгустки, поблекший призрак червоточины и куб и что-то встревоженно лопотали.

— Надеюсь, они не догадаются, кто все это устроил, — шепнул Добрый Жук.

Пленники, получавшие теперь ментальную энергию от Этхи, воспряли. Многие из них выпрямлялись и удивленно оглядывались, будто очнувшись ото сна.

Добрый Жук выдохнул с облегчением:

— Кажется, эта черная гадость им не вредит!

— Жаль, что нельзя захватить немного с собой, — страстно прошептала бабушка.

— Зачем? — изумился пуриканец. — Я лично и лапой бы к ней не притронулся!

— Для исследований, конечно, — объяснила бабушка как нечто само собой разумеющееся. — В своей секретной мастерской под дедушкиным гаражом я рассмотрела бы эту пакость под лупой и выяснила, что творится в голове у этой дамочки. Только представь, какими уникальными знаниями она обладает! Возможно, я бы даже научилась менять внешность и командовать какими-нибудь симпатичными маленькими существами, — Грубинница с неожиданным интересом взглянула на капюшончиков.

— А я все думал, что это за люк в полу гаража, когда приезжал на каникулы! — обрадовался Добрый Жук. — Не терпится побывать в твоей мастерской!

Правдолюбивая Грубинница явно смутилась:

— Ты еще так мал… Я не смогу посвятить тебя во все секреты. Но кое-что покажу… Если обещаешь не рассказывать маме про мастерскую. Она никогда не понимала моих увлечений.

— Клянусь! — пуриканец торжественно поднял три правые лапы.

Капюшончики явно боялись вмешиваться в начатый Этхой процесс и потому бездействовали. Потом один из них махнул лапой, и целая группа капюшончиков уставилась на компьютер возле мостика.

— Та-а-ак, Жучок, нам пора, — сказала бабушка и стала за рукав оттаскивать внука назад.

Но прежде чем капюшончики успели что-нибудь предпринять, один из пленников сорвал с головы присоски. Это был вульфит Ур Ру.

— Смотри, бабуль, он пришел в себя! Вроде с ним все в порядке, — воскликнул Добрый Жук.

К вульфиту бросились несколько капюшончиков, но их остановили товарищи.

Следуя примеру Ур Ру, еще несколько пленников сорвали присоски. Они тревожно оглядывались, боясь противодействия со стороны капюшончиков. Его не было. Лишившись руководства, низкорослые создания утратили свою решительность.

Даже когда Ур Ру быстрым шагом направился к лестнице, капюшончики поначалу ему не мешали. Они, видимо, помнили, что недавно вульфит был на их стороне, и надеялись, что он приведет Этху в чувство. Один из капюшончиков бросился к нему и обрадованно что-то залопотал. Ур Ру молча отодвинул его с дороги и продолжал идти.

Только тут капюшончики поняли, что их повелительнице может угрожать опасность, и несколько существ кинулись наперерез вульфиту. Ур Ру увяз в толпе маленьких, но яростных противников.

— Наши, кажется, очнулись! — воскликнул Добрый Жук, наблюдая, как его родня, гости и Вилли с Элейной снимают присоски и удивленно озираются.

– Хвала великим предкам! — с облегчением воскликнула Правдолюбивая Грубинница.

Когда уже почти все пленники освободились, капюшончики все-таки решились прервать транс Этхи. Несколько из них поспешили на второй этаж.

Добрый Жук и бабушка отступили назад и укрылись в тени возле стены, откуда открывался прекрасный вид на компьютер и стеклянную камеру.

Слева возникли три капюшончика. Двое из них направились к компьютеру, возле которого недавно прятались Добрый Жук и Правдолюбивая Грубинница, а третий пошел по мостику к стеклянной колбе. Он с надеждой оглянулся на товарищей, но те, повозившись с компьютером, покачали головами.

— Я заблокировала им доступ, — радостно сообщила бабушка. — Пускай помучаются!

Тогда одинокий капюшончик обреченно уставился на Этху, раздираемый противоречивыми мотивами. Заходить внутрь и вручную отсоединять госпожу от устройства ему явно не хотелось, а оставаться снаружи не позволяла совесть и, вероятно, неизбежный втык от старшего по званию.

Как и раньше, Этха стояла, замерев, словно изваяние, с закрытыми глазами, но осанка ее стала менее гордой. Она уже ничего не провозглашала. Похоже, скоро ей предстояло без сил опуститься на пол, если только связь с усилителем не прервется.

Поблекший зев дракона, призрак червоточины, был на грани исчезновения. Лишь едва заметное марево подрагивало в воздухе.

— Надо ей помочь, — заколебался Добрый Жук. — Что скажешь, бабуль?

— Хочешь спасти эту… это… чудовище, подвергшее опасности наших родственников и твоих друзей? — возмутилась Правдолюбивая Грубинница. — Добрый Жук, знаю, ты добрый мальчик, но уверен ли ты?

— Но ведь ничего не случилось, — настаивал пуриканец. — Ты глянь, нельзя же оставлять ее так. Эти бестолковые создания не сумеют ее выручить! Заодно сможешь начерпать немного черной гадости, если захочешь. — Добрый Жук проявлял чудеса дипломатии, хотя одна мысль о том, чтобы коснуться черной материи, повергала его в ужас.

— Какая замечательная идея! — неожиданно воодушевилась бабушка. — Ты совершенно прав, внучек. Мы должны помогать тем, кто попал в беду!

Добрый Жук и бабушка выбрались из укрытия и, держа все лапы на виду, двинулись вперед.

Первыми их заметили капюшончики, возившиеся с компьютером. Оба выхватили коконизаторы и угрожающе заверещали на своем наречии.

— Не делай резких движений, бабуль, — негромко сказал пуриканец. — У этой модели коконизатора большая дальность.

— Еще и лазерный прицел, — поддакнула Правдолюбивая Грубинница. — Мне ли не знать.

Капюшончик возле колбы тоже заметил неладное и с облегчением подскочил к товарищам. Троица казалась испуганной, но изо всех сил старалась выглядеть свирепо.

— Не бойтесь, — объявил Добрый Жук самым добрым тоном, на какой был способен. — Мы хотим помочь! Мы спасем вашу госпожу!

— По-моему, они даже своей тени боятся, — заметила Правдолюбивая Грубинница.

Добрый Жук и бабушка бочком, не спеша продвигались к компьютеру. Капюшончики, выставив перед собой коконизаторы, отступали по мостику к стеклянной колбе. Воевать они явно не стремились, но свою госпожу готовы были защищать до последнего. «А нам она и не нужна, только компьютер, — мысленно обрадовался Добрый Жук. — Правильно, правильно, держитесь лучше в сторонке».

Так, без происшествий, Добрый Жук и Правдолюбивая Грубинница вновь добрались до компьютера. Капюшончики настороженно следили за каждым их движением. Добрый Жук, все еще с поднятыми лапами, снова успокаивающе заговорил:

— Мы поможем, не волнуйтесь! Ничего не предпринимайте! Она, — пуриканец указал на бабушку, — сейчас разблокирует компьютер, и вы спасете свою госпожу. Давай, бабуль.

Правдолюбивая Грубинница устремилась к компьютеру и начала быстро нажимать на клавиши.

Капюшончики взволнованно наблюдали за ее действиями. Наконец бабушка убрала лапы от компьютера и отошла назад. Добрый Жук сделал приглашающий жест:

— Готово! Прошу, пробуйте.

И оттащил бабушку в сторону, освобождая место для капюшончиков.

Когда жуткие пуриканцы оказались вдали от компьютера, низкорослые создания бросились к нему и стали поспешно, отталкивая друг друга и ворча, проверять, что успели натворить незваные гости.

Один из капюшончиков издал радостный возглас и заколотил по клавишам. Он старался не зря: Этха, наконец-то отключенная от усилителя, опустилась на пол стеклянной колбы. Она была без сознания.

В помещении разом стало тихо и темно. Растворилось в воздухе марево червоточины. Отключились гудящие и светящиеся приборы. Куб в камере усилителя опустел, и по проводам перестали двигаться энергетические сгустки.

Капюшончики бросились в стеклянную колбу, к своей госпоже, и сгрудились вокруг нее, беспокойно лопоча и пытаясь привести ее в чувство. На пленников никто не обращал внимания.

Добрый Жук и бабушка отправились на первый этаж. Родня Доброго Жука, гости и Вилли с Элейной уже успели освободиться от присосок. Те, кто чувствовал себя лучше, помогали более истощенным товарищам подняться с пола и идти к выходу. Спускаясь, Добрый Жук успел заметить, как Ур Ру быстрым шагом уходит из лаборатории в туннель.

— Добрый Жук! Что ты тут делаешь?! — обрадовались Вилли и Элейна, увидев друга. Элейна кинулась к пуриканцу и обняла его.

— А вы как думаете? — важно сказал Добрый Жук, поглаживая дипломата по спине шестью лапами. — Кто, по-вашему, всех спас?

— Я в тебе не сомневалась, Жучок! Но как тебе это удалось? — восхитилась Элейна.

Пуриканец скис:

— Вообще-то все придумала бабушка. Мы направили поток ментальной энергии в другую сторону, от Этхи к вам, и она быстро лишилась своей мощи.

— А что она пыталась сделать? Зачем мы ей понадобились? — сыпала вопросами Элейна.

— Пока вы были без сознания, она все время болтала про открытие какой-то червоточины, — объяснил Добрый Жук. — Понятия не имею, что это такое. В любом случае, у нее ничего не получилось.

— Она превратилась в президента Пурикана! — напомнил Вилли. — И ей подчиняются капюшончики. Наверное, она и заключила межгалактический союз от имени президента. Включила нагревание ядра. Объявила эвакуацию.

— Может, и нет никакого союза, — пожала плечами Элейна. — Она сама из другой галактики, заняла место президента, притащила с собой своих прихвостней, вот все и думают, что президент заключил межгалактический союз.

— О чем это вы? — непонимающе нахмурился Добрый Жук. — Кстати, вы знаете, кто такие ойгоны, Шиано Коху и что такое Источник?

Вилли и Элейна дружно покачали головами.

— Ладно, малютки, у вас еще будет время всё обсудить, — вмешалась Правдолюбивая Грубинница. — А сейчас предлагаю убраться отсюда, пока дамочка-телепат не очнулась. Да и с эвакуацией не стоит затягивать. Я слышала, у вас есть корабль. Вы забрали его из космопорта?

— Корабль на крыше Центра Научных Исследований, — кивнул Вилли. — Идите туда по туннелям и ждите нас, мы скоро догоним. Есть еще одно дело.

Доверив родню опеке бабушки и убедившись, что все пленники покинули лабораторию, Добрый Жук, Вилли и Элейна отправились вверх по лестнице. Им не терпелось задать несколько вопросов Этхе.

Когда друзья вошли в камеру усилителя, Этха пришла в себя. Над ней склонились несколько взволнованных капюшончиков, но госпожа не обращала на них внимания. Этха пристально глядела туда, где недавно в воздухе висел мерцающий призрак червоточины.

— Нет… Не может быть… Кто это сделал? — в панике зашептала она. — А пленники… Что с пленниками? — Этха с трудом поднялась на ноги, вышла из камеры усилителя и повисла на перилах мостика. Увидев, что внизу никого нет, она со стоном опустилась на пол. — Вы… вы отпустили их? Остановите! Верните! Я должна, иначе… Нет… Нет!

Капюшончики попытались поднять Этху за руки и ноги, чтобы унести, но та стала вырываться:

— Я никуда не пойду! Предатели! Если хотите уйти, бросьте меня здесь и уходите! Трусы!

— Ан гот унди куно! — обратилась к капюшончикам Элейна. — Унди Пурикан ас вак литу!

Маленькие фигурки замотали головами.

— Что ты им сказала? — спросил Вилли.

— Предлагаю уходить, скоро Пурикану настанет конец, и кто останется здесь, не выживет, — объяснила Элейна. — Им незачем гибнуть лишь потому, что их предводительница сошла с ума.

— Их место рядом со мной, — с трудом вымолвила Этха, бросив на Элейну презрительный взгляд. — Вы ничего не понимаете.

— Ну конечно, только вы понимаете, — фыркнула дипломат. — Из вредности принуждать бедняжек к повиновению и гибели — это очень разумный и полезный шаг.

Этха несколько секунд сверлила Элейну ненавидящим взглядом, а потом обратилась к капюшончикам с короткой, но убедительной речью.

Выслушав ее, низкорослые создания, понурившись, направились вниз по лестнице.

— Уходите и вы, — сказала Этха троице друзей, по-прежнему стоявших рядом. — Время на исходе. Вам нельзя быть на Пурикане, когда это произойдет. Остались считаные минуты.

— Это? Вы имеете в виду катаклизм? — уточнила Элейна. — Но ведь есть еще несколько часов!

— Придется поторопить события. — Вцепившись в перила мертвой хваткой, Этха ухитрилась встать. — Прочь, если не хотите сгореть заживо! — она сверкнула глазами и угрожающе подняла руку.

— Что вам здесь делать? Идемте с нами, — неуверенно предложил Вилли. — Вам ведь даже улететь будет не на чем, а у нас есть корабль.

— За меня не волнуйтесь, — фыркнула Этха. — Займитесь лучше своими делами. Ну? Уходите! — она собралась с силами, и в ладонях у нее появились два огненных шара довольно угрожающего вида. — Или хотите, чтобы я вас убедила?

— Пойдемте, Вилли, Добрый Жук, — сказала Элейна. — Если она хочет остаться здесь, не стоит ей мешать. Каждый сам выбирает свою судьбу.

Вилли с явной неохотой отошел от Этхи, и троица отправилась вниз. К этому моменту в лаборатории оставались только растерянные капюшончики.

Лишь когда члены экипажа «Толстой ласточки» поспешно нырнули в туннель, капюшончики все-таки решились покинуть лабораторию, где оставалась их повелительница. Они молча следовали по пятам Вилли, Элейны и Доброго Жука.

— Жаль, что не удалось побеседовать с вульфитом, — заметил Добрый Жук. — Мне кажется, он мог бы сообщить нам много полезного.

— Или нет. Мы поболтали с ним по пути сюда, — ответил Вилли. — Он не рвался излить нам душу.

Боясь опоздать, друзья спешно двигались по туннелям к небоскребу Центра Научных Исследований, на крыше которого их ждала «Толстая ласточка».

Поднявшись на вершину здания в обществе ставших вдруг безобидными капюшончиков, Вилли, Добрый Жук и Элейна обнаружили там не один, а целых три корабля! Бабушка Правдолюбивая Грубинница ждала их возле «Толстой ласточки».

— Мы вас заждались. Все уместились на этих двух звездолетах, которые мы тут обнаружили, — сообщила она. — Один полетит на Гмурр, другой — на Пыльный Калцедон. А у вас какие планы?

— Пока неясно, нужно связаться с нашим руководителем и обо всем доложить, — сказал Вилли.

— Возьмите меня с собой, — попросила Правдолюбивая Грубинница. — Я вам пригожусь.

Друзья переглянулись.

— Бабуль, если ты полетишь с нами, кто позаботится о маме с папой и остальных? — дипломатично сказал Добрый Жук. — Присмотри за ними, чтобы я мог не волноваться.

— И то верно, — вздохнула бабушка. — Ладно, Жучок, но обещай, что в следующий раз я смогу поучаствовать в ваших приключениях.

— Конечно, бабуль, обещаю, — послушно закивал пуриканец. — Нам пора, да и вам тоже.

— А с этими что? — Правдолюбивая Грубинница указала на капюшончиков, столпившихся позади.

— Придется взять с собой, — пожал плечами Вилли. — Не оставлять же их здесь.

— По-моему, они даже милые, — сказала Элейна. — Добрые и послушные.

— Совсем недавно ты считала их опасными преступниками, — усмехнулся пилот. — Ладно, все на борт! Пора отчаливать.

Бабушка побежала к своему кораблю, а Вилли, Элейна, Добрый Жук и капюшончики поднялись на борт «Толстой ласточки». Вскоре все они были на капитанском мостике корабля.

— Ну что, взлетаем? — спросил пилот, положив руки на рычаги управления «Толстой ласточки».

— Скорее, Вилли! В любую секунду с Пуриканом может случиться нечто ужасное, — сказала Элейна. — Не знаю почему, но я чувствую это…

— Я тоже, — признался Вилли. — С тех пор как нас подключили к проводам, во мне появились новые странные чувства и словно обрывки мыслей, которых раньше не было.

— Со мной то же самое, — кивнула Элейна. — Я стараюсь на них не сосредотачиваться, они пугают.

— Может, позже поболтаем? — сказал Добрый Жук, подбрасывая в лапе кубик, найденный в лаборатории «Мастерской небесных тел». — Полетели уже!

— Ты прав, взлетаем! — Вилли отдал кораблю необходимые команды, и «Толстая ласточка» взмыла с крыши небоскреба и устремилась в небеса. Компанию ей составили два других звездолета.

— Что это у тебя? — Элейна с любопытством взглянула на кубик в лапе пуриканца.

— Ничего особенного, безделушка. Нашел в подземной лаборатории, — беззаботно сказал Добрый Жук. — Взял с собой на память.

— Можно взглянуть? — попросила дипломат.

Добрый Жук с гордым видом вручил ей кубик. Элейна стала вертеть его в руках, поднесла ближе к глазам и сообщила:

— Тут надпись… «Корпус души могущества». На древнем языке. Где именно ты его взял?

— На полу валялся, ничейный. Вот я и подобрал. Но тебе не подарю, даже и не проси! — насторожился Добрый Жук.

— Ты неисправим, — фыркнула Элейна и вернула пуриканцу кубик.

Пурикан красовался в иллюминаторах, такой же зеленый и прекрасный, как и всегда.

— Даже не верится, что с ним может случиться что-то плохое, — задумчиво сказал Вилли.

— Было бы здорово, если бы всё, что произошло, оказалось дурным сном, — добавил Добрый Жук.

Тем временем Этха в лаборатории закончила бегать туда-сюда, совершая загадочные приготовления, вернулась в стеклянную колбу и опустила себе на голову прозрачный куб с проводами.

— Ты справишься, — сказала она негромко, но уверенно. — Ничего сложного. Ты должна справиться.

Воздев руки вверх, она забормотала что-то себе под нос. Куб над ее головой стал медленно заполняться энергией, на сей раз зеленого цвета.

Того, что начало происходить с Пуриканом после этого, Этха не видела, а друзья с борта «Толстой ласточки» не могли различить.

Над его лесами и полями, морями и островами появились небольшие торнадо. На высоте они собирались вместе, так что поверхность планеты вскоре оказалась покрыта чем-то вроде зеленого тумана. Только туман этот был живой. Мерцая и струясь, он двигался в одном направлении — к столице Пурикана, городу Катерхис, а там — к зданию Жукоперы, под которым творила свое темное дело Этха. Достигнув пункта назначения, туман всасывался под землю. Очень скоро внешний вид планеты стал меняться: моря мельчали, леса увядали, плодородные земли иссушались. Пурикан исторгал свою жизненную силу, отдавая ее Этхе по безмолвному приказу.

Этха стояла, подняв руки, и куб над ее головой был полон зеленой энергии.

— Открыть червоточину! — провозгласила она, и зев дракона опять разверзся перед ней, на сей раз он был ярок и почти осязаем. В зев устремились черные точки космических кораблей. — Шиано Коху, я выполнила приказ! Портал открыт!

Из ниоткуда донесся низкий голос:

— Отлично, Этха. Жди, я скоро буду.

С борта «Толстой ласточки» Вилли, Элейна и Добрый Жук в ужасе наблюдали за изменениями, происходящими с планетой. После того как Пурикан отдал свою силу Этхе без остатка, из его раскаленных недр начали извергаться струи лавы. К счастью, на планете к этому моменту уже никого не осталось.

Часть III

Угроза из червоточины

Глава 1

Предательство

Корабль Ур Ру удалялся от пылающего Пурикана, направляясь в сектор «Дельта-Кит». Вульфит избавился от порванного грязного плаща и, морщась, обматывал израненную левую руку бинтом быстрого заживления из стандартной корабельной аптечки.

— Вызывает фигура «Ферзь», — сообщила бортовая система.

— Принять вызов, — приказал Ур Ру, скрепил бинт и снова набросил плащ, чтобы скрыть повязку.

На экране перед креслом пилота появилось изображение: другой вульфит, тоже в рубке звездолета. Шерсть у него на морде была темной, с редкими седыми волосками. Глаза смотрели жестко и безжалостно. Оскал острых клыков наводил на мысль о том, что на пути у этого существа лучше не вставать.

— Ор Маул, учитель, — сказал Ур Ру, почтительно склонив голову.

— Ур Ру, мой верный ученик. Мой друг, — собеседник цепким взглядом окинул рубку корабля Ур Ру и самого вульфита. От его глаз, похоже, ничто не укрылось — ни усталый вид ученика, ни испачканный плащ, подозрительно горбящийся на левой руке. — Чем обрадуешь меня? Пора ли устроить праздник? Удалось ли тебе заполучить Источник?

Ур Ру опустил голову:

— Учитель, вести, которые я должен вам передать, увы, безрадостны…

Вульфит на экране нахмурился:

— Что-то пошло не так? Ты не справился с заданием? Что случилось, говори!

Ур Ру встретился глазами с Ор Маулом:

— Учитель, я выполнил наши обязательства. Вот только… Этха отказалась отдать Источник.

Глава «Истуканов» раздраженно рыкнул:

— Невероятно!

— Она обещала отдать Источник, когда их план будет выполнен до конца, — продолжал Ур Ру. — Но я ей не верю. И почему мы должны ждать, пока они захватят галактику, пользуясь войсками, которые мы собрали для них, оружием и кораблями, которыми они обладают лишь благодаря нам? Я уже не говорю о трансформации Пурикана. Если бы не мы… — Ур Ру немного помолчал, собираясь с мыслями. — Я пригрозил отключить маяк, если они не выполнят свои обязательства…

Ор Маул покачал головой:

— Безрассудный шаг…

— И тогда она приказала пленить меня и попыталась пустить на корм усилителю мозговых волн! Можете себе представить, учитель?

Вульфит на экране тяжело вздохнул:

— Ур Ру, тебе предстоит кое-что узнать… Кое-что неприятное.

— Неприятное? Что может быть неприятнее, чем… — Ур Ру замялся, подыскивая слова, — чем предательство союзников! Теперь, когда Источник уже должен был оказаться у нас в руках… И неизвестно, сколько придется ждать, пока они…

— У них нет Источника, друг мой, — мрачно перебил его Ор Маул. — Это был блеф. Они пообещали нам то, что нам более всего нужно, дабы заручиться нашей поддержкой, но уже тогда прекрасно знали, что не сумеют выполнить свое обещание.

— И вы… учитель, вы скрывали это от нас так долго? — сдавленно прорычал Ур Ру.

— У меня имелись подозрения, но до последнего момента я надеялся на их порядочность, — успокаивающим тоном сообщил руководитель «Истуканов». — Теперь я вижу, что это было напрасно.

— Надеялись? На порядочность этих коварных, беспринципных агрессоров?! — Ур Ру, не в силах сдерживаться, вскочил с места и стал мерить шагами крошечную рубку корабля. — Мы согласились совершить столько… сомнительных, если не сказать пагубных… Да что уж там, откровенно подлых поступков! Мы помогали им в их злодеяниях… Все ради Источника, ради того, чтобы спасти древнюю обитель вульфитов… И теперь выясняется, что нами руководила лишь призрачная надежда? Не могу поверить.

— Не стоит брать на себя слишком много, Ур Ру, — невозмутимо сказал Ор Маул. — Всё, что они сделали с нашей помощью, они так или иначе совершили бы и без нее. На такой случай, как этот, у меня был заготовлен план, который позволил бы нам получить компенсацию за потраченные усилия…

— КОМПЕНСАЦИЮ? — перебил Ур Ру. Скрестив руки на груди, он сурово взглянул на монитор. — Никакая компенсация, кроме Источника, не может быть достаточной! Ведь наша планета на грани гибели. Вы прекрасно знаете, что у нас нет времени!

Ор Маул опять и бровью не повел, сохраняя завидное спокойствие:

— Ур Ру, будь добр, не перебивай меня. Ситуация изменилась в лучшую сторону, и этот план больше не нужен. Маяк мы не тронем и вообще не станем вмешиваться в дела ойгонов и препятствовать им. Объясню почему. Мне удалось выяснить, что Шиано Коху организовал вторжение с целью отыскать тайник Древних Инженеров. Он рассчитывает завладеть наследием их былого величия. И в том числе…

— Источниками, — подсказал Ур Ру.

— Верно, — с легкой улыбкой кивнул Ор Маул. — А мы должны позаботиться о том, чтобы один из них попал к нам в руки. Для этого, как ты понимаешь, нам надо постараться не ссориться с ойгонами. Продолжать быть для них полезными.

— А где гарантии? — еле сдерживая раздражение, спросил Ур Ру. — Они уже обманули нас один раз, с чего вы взяли, что это не повторится? Как можно им теперь доверять? — мягкая верхняя губа вульфита задрожала и задралась, открывая ряд кривых острых клыков.

— Ты должен мыслить глобальнее, Ур Ру, — терпеливо увещевал Ор Маул. — Скоро вся галактика окажется под властью ойгонов. Разве не разумнее примкнуть к ним прямо сейчас? Станем незаменимыми, и за преданность нас наградят. Мы получим больше, чем просто Источник. Нам откроются огромные возможности. Доверься мне. Разве я когда-нибудь подводил тебя, мой ученик?

Ур Ру нахмурился. Ему совсем не нравилось, к чему клонит Ор Маул.

— Вы готовы прислуживать тем, кто нарушил свое слово, ради призрачного шанса? Повиноваться захватчикам ради подачки? Разве это к лицу «Истуканам»? Мы могли бы сами отыскать тайник Древних Инженеров! А пока войско ойгонов не попало в нашу галактику, вторжение можно остановить! Отключить маяк, закрыть червоточину… Пока не поздно!

Ор Маул усмехнулся:

— Ты не понимаешь, Ур Ру. Если бы ты знал то, что знаю я… Ты не видишь целостной картины и потому блуждаешь в потемках.

— Так объясните мне, — нахмурился Ур Ру. У него начали появляться неприятные подозрения. Неужели учитель способен… Нет, не может быть! Только не Ор Маул, великий предводитель «Истуканов», уважаемый и любимый всеми учениками…

Ор Маул утомленно вздохнул:

— С тобой всегда было нелегко, ты самонадеян и непокорен… Не веришь ничему, что тебе говорят, все подвергаешь сомнению…

Ур Ру наконец решился высказать мысль, витавшую у него в голове:

— Учитель, простите за дерзость, но мне кажется, вы позволили страху смутить ваш разум. Вы хотите примкнуть к ойгонам не потому, что это принесет нам желаемое, а потому, что при новой власти это позволит оказаться в безопасности. Но учитель, такая деятельность идет вразрез с кодексом и целями «Истуканов». Служение кому-либо непозволительно для нас, мы должны быть сами по себе! Нам нужно восстановить планету наших предков, сохранять их мудрость и держаться в стороне от политики и глобальных конфликтов, оставаться непредвзятыми. Заботиться о теплом местечке бок о бок с сильными мира сего не входит в наши задачи. Договор с пеплоидами уже противоречит нашей идеологии. Сбор армий, оружия, принесение в жертву невинных жителей Пурикана, чтобы привести сюда оккупационные войска… Если бы я знал заранее, как это будет…

— Что бы ты сделал? Пошел на попятный? А как же Источник? Мы были вынуждены проявить гибкость, потому что иначе не получили бы то, что нам так нужно, — усмехнулся Ор Маул. — Если сейчас остановимся, упустим шанс завладеть Источником, то все эти жертвы окажутся напрасными. Что касается остального… Ты верно говоришь, Ур Ру. Близится война, и в этой войне нам нужно занять самую выгодную позицию. Если «Истуканов» истребят, некому будет хранить традиции и заниматься всем тем, ради чего существует наше братство.

— Не понимаю, учитель, — нахмурился Ур Ру. — Вас будто подменили. Неужели ваш разум смущен телепатическим воздействием пеплоидов? Не верю.

Ор Маул задумчиво потер подбородок:

— Тебя не провести, Ур Ру. Ты видишь суть и упорно стремишься к истине. Должен признать, ты всегда меня этим впечатлял.

Ур Ру сощурился, ожидая продолжения.

— Ты прав, но не во всем, — спокойно сказал Ор Маул. — В сложившейся ситуации союз с ойгонами действительно кажется мне разумной мерой, и не из-за Источника. Но движет мной вовсе не страх.

— Ч-ЧТО? — воскликнул Ур Ру, не веря глазам.

За спиной Ор Маула выросла фигура в черном плаще с капюшоном.

— Не страх, а выгода, — усмехнулся Ор Маул. — И тебе не помешало бы понимать свою выгоду.

Ур Ру непроизвольно отскочил от экрана:

— К-кто это? Этха?

— Нет, Этха еще решает некоторые вопросы на Пурикане, — произнес таинственный незнакомец низким грудным голосом и чуть-чуть сдвинул капюшон. С темного лица, покрытого тускло мерцающими прожилками, на вульфита смотрели узкие кроваво-красные глаза. — Рад встрече с тобой, Ур Ру.

— Ш-Шиано… — шепнул вульфит, не отрывая взгляда от незнакомца. — ШИАНО КОХУ… Но откуда? Разве ты не должен быть…

— Со своим войском? Да, вам сказали, что так будет. Но я прибыл раньше, чтобы обсудить наши планы с моим верным соратником Ор Маулом, — Шиано Коху хлопнул предводителя «Истуканов» по плечу. — Ты можешь нам пригодиться, Ур Ру. Если оставишь свое упрямство и научишься смотреть в будущее, то у нас найдется для тебя работа и достойное вознаграждение. Когда галактика будет нашей, ты не пожалеешь, что выбрал сильную сторону!

— Нет, — сказал Ур Ру изменившимся голосом. — Я не стану вам помогать. И я жалею о том, что «Истуканы» встали на этот скользкий путь. Когда мы заключили сделку с пеплоидами, это было началом конца. А вы, учитель… Одного визита этого… — он бросил испепеляющий взгляд на Шиано Коху, — прохвоста оказалось достаточно, чтобы вы забыли о наших целях и ценностях? О том, что нас обманули и предали, превратив в безвольных марионеток?

— Да что ты заладил! — усмехнулся Ор Маул. — Ур Ру, ты меня недооцениваешь. Я с самого начала стремился лишь к тому, чтобы заключить союз с ойгонами, будущими властителями галактики.

— А как же Источник? — нахмурился Ур Ру. — Вы сказали, что до последнего момента надеялись на порядочность пеплоидов…

Ор Маул расхохотался.

— Болтовня об Источнике отлично помогает управлять «Истуканами». Уверен, большинство из них и сейчас последует за мной, если я поманю их Источником, сладкой конфетой. Глупые фанатики, верят в эту ерунду про наследие предков и сохранение традиций. Было так легко убедить их, что союз с ойгонами необходим. А вот от тебя, Ур Ру, я ожидал большего… Сообразительности, гибкости. Но, похоже, ты не способен подстроиться под меняющиеся обстоятельства. Очень жаль. К счастью, не все мои ближайшие соратники так упрямы. Один ты безнадежно принципиален, Ур Ру, — с издевкой заявил Ор Маул. — Очень жаль, но ничего не поделаешь. Придется обходиться без тебя.

Монитор погас.

Взбешенный Ур Ру еще несколько минут мерил шагами рубку, его грудь вздымалась под плащом, а глаза горели яростным огнем. Затем он сел в кресло пилота и приказал:

— Система, установить связь с фигурой «Ладья».

— Подтверждаю, — произнес женский голос. — Связь установлена.

С монитора на вульфита смотрел Йело Ган, помощник председателя Галактического Совета.

— Ур Ру, привет. Я как раз хотел тебя вызвать, — живо произнес Йело Ган. — Как дела?

Вульфит испытующе глядел на Йело Гана, пытаясь прочесть истинные намерения друга на его заинтересованном лице, а потом неторопливо заговорил:

— Ты, возможно, на его стороне… Но я все-таки хочу поговорить. Ты ведь больше всех рисковал, отстаивая интересы «Истуканов» в Галактическом Совете. Если кто и остался верен нашему делу, то это ты.

— О чем ты говоришь? — встревожился Йело Ган. — На чьей стороне? Как всё прошло на Пурикане?

— Теперь это неважно, — голос Ур Ру дрогнул.

— Что случилось, Ур Ру? — Йело Ган напряженно вглядывался в морду вульфита. — Расскажи, я хочу помочь. Я тут, недалеко. Я прилечу!

— Не знаю, можно ли тебе доверять…

— Дружище, ну что ты, — Йело Ган совсем обеспокоился. — Если не мне, то кому? Я всей душой верен делу «Истуканов». Я ведь не вульфит; помнишь, какого труда мне стоило вступить в ваши ряды?

— Помню, — с неохотой признал Ур Ру. — Ладно, слушай, Йело. Ор Маул сошел с ума. Его не интересует Источник. Источника у пеплоидов нет, и нам не суждено его получить. Но Ор Маула это не беспокоит. Он просто хочет заключить союз с пеплоидами и обеспечить себе теплое местечко после захвата галактики. А «Истуканы» станут его безмолвными пешками в этом деле. Марионетками в борьбе за власть.

— У пеплоидов нет Источника?! — воскликнул Йело Ган. — Я знал! Я с самого начала чувствовал: что-то здесь не так, слишком легко они пообещали нам такую ценность! А почему ты думаешь, что Ор Маул предал дело «Истуканов»?

— Он сам мне в этом признался. Понимаю, мои слова звучат дико и могут показаться бредом, но поверь, Йело, я говорю правду. И если не остановить Ор Маула, он использует ни о чем не подозревающих «Истуканов» в своих корыстных целях!

— Ничего себе… — Йело Ган изумленно покачал головой. — И что ты думаешь делать?

— Нужно рассказать нашим собратьям об истинных мотивах Ор Маула. Они имеют право принять осмысленное решение, следовать за ним или нет. Уверен, большинство откажется служить во имя исполнения его имперских амбиций.

— Отлично сказано, Ур Ру. Ты прав, и я полностью тебя поддерживаю. А когда Ор Маул будет свергнут, ты займешь его место и поведешь «Истуканов» за собой, — Йело Ган ободряюще улыбнулся.

— Ты так думаешь? — насторожился Ур Ру.

— Конечно! Ты раскрыл сговор Ор Маула с ойгонами, и «Истуканы» станут боготворить тебя.

Вульфит смотрел на товарища так, будто видел его впервые. Откуда эта жажда власти? Почему он называет пеплоидов «ойгонами»? Неужели Йело Ган на стороне Ор Маула, и он, Ур Ру, ошибся?

— Друг, я хочу попросить твоего совета, — взвешивая каждое слово, заговорил вульфит. — Как мне побыстрее открыть всю правду нашим братьям?

— Лети на «Прилиплу-к-Пурикану», космическую станцию. Там много наших! Расскажешь им обо всем, — откликнулся Йело Ган.

— Спасибо, друг, — и Ур Ру прервал связь.

Итак, Йело Ган попытался завести его, Ур Ру, в ловушку. Выходит, он хранит верность Ор Маулу.

Нет, сейчас нет смысла убеждать в чем-то «Истуканов». Неизвестно, чьей поддержкой Ор Маул уже успел заручиться — возможно, все они считают предателем самого Ур Ру. Нужно предпринять кое-что другое. Связаться с Тенто Корусом. Дать ему информацию. И надеяться, что еще не слишком поздно.

Глава 2

Жерло вулкана

«Толстая ласточка» удалялась от Пурикана, а Вилли, Элейна и Добрый Жук вместе со спасенными капюшончиками собрались на капитанском мостике.

— «Толстая ласточка», прием, — на мониторе появилось знакомое лицо учителя Рики.

— На связи. Учитель Рики! — обрадовались Вилли, Элейна и Добрый Жук.

— Дорогие мои, я очень рад, что с вами все в порядке! Знакомьтесь, председатель Галактического Совета, господин Тенто Корус. Он хочет с вами побеседовать, — учитель Рики встал из кресла, а на его место уселся седовласый бородатый мужчина. Учитель встал у него за спиной и взялся руками за спинку кресла. Казалось, он здорово нервничает.

— Учитель, вы не представляете, что творится на Пурикане! — воскликнул Вилли. — Президента подменили! Нас взяли в плен и чуть не превратили в материал для загадочного эксперимента! Оказывается, Пурикан — искусственная планета, и президент, то ли настоящий, то ли поддельный, запустил режим нагревания, из-за чего планета превратилась в огненный шар! Мы еле успели ноги унести! А эвакуация…

— Вилли, дорогой Вилли, остановись на секунду, — попросил учитель Рики. — Мне жаль, что на вашу долю выпали такие испытания, и я буду рад услышать рассказ о них, но сейчас очень важно, чтобы вы выслушали господина Тенто Коруса. Не волнуйся, — кивнул он, увидев, что Вилли собирается выпалить что-то еще, — мы в общих чертах представляем, что случилось на Пурикане, и у вас будет возможность дополнить эту информацию.

Вилли замолчал, и седовласый мужчина наконец смог заговорить:

— Я слышал о вас много хорошего и рад встрече. Первым делом я поделюсь с вами официальными данными о событиях на Пурикане. Полагаюсь на то, что в Академии вас хорошо обучали и общая политическая обстановка в галактике вам известна.

Элейна и Добрый Жук кивнули. Вилли смутился: теоретическими знаниями он никогда не блистал.

— Итак, вульфитское подпольное движение «Истуканы» под руководством Ор Маула из династии Ор пошло на ужасный шаг — участие в межгалактическом заговоре. Они заключили сделку с расой сильнейших телепатов, называющих себя ойгонами.

— Ойгоны! Точно, Этха упоминала о них! — воскликнул Добрый Жук.

— А мы называем их пеплоидами, — продолжал Тенто Корус, — из-за того, что они обращают планеты в пепел. Пурикан со временем ждет та же участь, если не остановить трансформацию. Так вот, ойгоны, или пеплоиды, хотят захватить нашу галактику и для этого отправили сюда огромное войско. С помощью боевых сил и оружия, собранных «Истуканами», обосновавшись на Пурикане, который теперь достаточно горяч для теплолюбивых пеплоидов, враг имеет неплохие шансы преуспеть. Конечно, мы сделаем все возможное, чтобы остановить их, но… — взгляд Тенто Коруса исполнился горечи, — это будет кровопролитная война, полная тяжелых испытаний.

— Разве в этом межгалактическом заговоре виноват не президент Пурикана? — удивился Вилли.

— Нет, президент попал под влияние пеплоида Этхи на экстренном заседании Галактического Совета и, по всей видимости, получил указания, которые и выполнил. Мой тайный агент допрашивал его в тюрьме на Пурикане, — объяснил Тенто Корус. — А все последующие действия от его имени выполняла Этха. Она мастер перевоплощений.

— А что пеплоиды пообещали «Истуканам» в качестве платы за помощь? — спросил Добрый Жук. — Мы слышали, как вульфит Ур Ру и пеплоид Этха говорили о каком-то Источнике…

— Источнике? — брови Тенто Коруса поползли вверх. — Это очень интересно! — председатель Галактического Совета резко обернулся к учителю Рики. — Вы слышали? Неужели… Неужели пеплоиды получили доступ к наследию Древних Инженеров?! Это объяснило бы, где они раздобыли столько секретных данных об устройстве Пурикана…

— Ур Ру получил от Этхи Источник? — не отвечая Тенто Корусу, быстро спросил учитель Рики. — Она что-то ему передавала?

Добрый Жук покачал головой:

— Нет. Этха пообещала Ур Ру, что отдаст Источник позже, а когда тот стал настаивать и угрожал отключить маяк, — уж не знаю, что это такое, — она разозлилась и отправила его к остальным пленникам.

Корус с облегчением откинулся на спинку кресла:

— «Истуканы» поругались с пеплоидами! Первые добрые вести за последние дни.

— Скорее всего, никакого Источника у пеплоидов нет, — добавил учитель Рики. — Иначе зачем оттягивать передачу награды «Истуканам», когда те выполнили свою часть работы. Так можно лишиться союзников. Этха ведь не показывала Источник Ур Ру? — Учитель повернулся к экипажу «Толстой ласточки». — Вы не видели его своими глазами?

Друзья отрицательно покачали головами.

— Будем надеяться на лучшее, — сказал Тенто Корус. — Источники когда-то создавали Древние Инженеры. Могущество, которым обладала эта раса, не снилось даже пеплоидам, а они располагают очень впечатляющими технологиями. Если в руки к пеплоидам попадут артефакты Древних Инженеров, наши враги станут во много раз опаснее.

— Я так и не понял, что такое Источник? — спросил Вилли. — Он что-то источает?

— Да, — кивнул учитель Рики. — Энергию. Огромную, с помощью которой можно оживить мертвую планету. Или разрушить живую, — он вздохнул. — Это уже зависит от владельца Источника.

— А эти Древние Инженеры… Они, случаем, не связаны с «Мастерской небесных тел»? — поинтересовался Добрый Жук. — Исследуя туннели под Пуриканом, мы наткнулись на одну лабораторию…

— Древние Инженеры, друзья мои, конструировали планеты, — объяснил учитель Рики. — Они использовали Источники, средоточия безграничной энергии, для зарождения жизни на них.

– Разумной жизни? — ахнула Элейна.

— Нет, конечно, не разумной, — улыбнулся учитель Рики. — Это не под силу ни одной из известных рас. Имеется в виду флора и фауна.

— Значит, это они создали Пурикан? — догадался Добрый Жук. — И «Мастерская небесных тел» — тоже их лап дело?

— На многих созданных ими планетах остались следы их присутствия. В том числе и на Пурикане, — кивнул учитель Рики.

— Жучок! — Элейна подпрыгнула на месте. — Покажи тот кубик, что ты нашел в лаборатории!

— Зачем? — насторожился пуриканец. — Я уже сказал, что не подарю его тебе.

— Это очень важно! Достань его, прошу.

Добрый Жук с неохотой вытащил из кармана маленький белый кубик и протянул его Элейне:

— Смотри не испачкай.

— Учитель Рики! — воскликнула Элейна и поднесла кубик ближе к пульту управления. — Глядите, здесь надпись на древнем языке эяо-тхи. Мы изучали его в Академии. Не на этом ли языке говорили Древние Инженеры?

— Насколько мне известно, так и есть, — кивнул учитель Рики. — Добрый Жук нашел его в лаборатории «Мастерской небесных тел»? И что там написано?

— «Корпус души могущества», — прочитала дипломат. — Что бы это значило?

Учитель Рики улыбнулся:

— Вам необыкновенно повезло. Это очень редкий и ценный артефакт. Никому его не показывайте и не упоминайте о нем. Корпус души могущества — это контейнер для Источника.

Элейна, Вилли и Добрый Жук потрясенно уставились на невзрачный кубик.

— Хотите сказать, что Древние Инженеры, создав жизнь на Пурикане, бросили контейнер от Источника в лаборатории? Той самой, где мы сегодня побывали вместе с бабушкой? И все эти годы он валялся на полу, словно огрызок от яблока? — выпалил Добрый Жук.

— Или это новый контейнер, который не успели использовать, — сказал учитель Рики. — В любом случае, вещица редкая. Берегите ее.

— Не хочу вас прерывать, но придется, — вмешался Тенто Корус. — У нас очень много дел.

— Простите, — смутился учитель Рики, — привычка к преподаванию дает о себе знать.

— Поговорим о том, как предотвратить вторжение пеплоидов в нашу галактику, — серьезно начал Тенто Корус. — Я упоминал, что пеплоиды обладают очень развитыми технологиями. В частности, они умеют создавать межгалактические порталы-червоточины и использовать их для транспортировки кораблей. Через такую червоточину, при открытии которой вы невольно присутствовали…

— Мы остановили ее! — вмешался Добрый Жук. — Червоточина не была открыта!

— Хотел бы я, чтобы это было так… — печально произнес Тенто Корус. — Но увы. Червоточина открыта, и войско пеплоидов уже в пути. Оно прибудет в нашу галактику через несколько часов, а может быть — кто знает? — и минут.

— Но как ей это удалось? Все пленники спаслись, ушли даже капюшончики, в лаборатории осталась только Этха! — не унимался Добрый Жук.

— Когда вы увели оттуда ее жертв, Этха воспользовалась жизненной силой Пурикана, чтобы добыть энергию, — объяснил учитель Рики.

— Нельзя было оставлять ее там без присмотра, — посетовал Вилли.

— Вы не смогли бы увести ее против ее воли, так что не корите себя, — заметил учитель Рики.

— Если позволите, я продолжу, — вмешался Тенто Корус. — Итак, Этхе, которая была выслана вперед как авангард боевых сил пеплоидов, поручили подготовить Пурикан и открыть червоточину. «Истуканы» должны были помогать. Представитель «Истуканов», вульфит Ур Ру, прилетел на орбитальную станцию и установил там специальный маяк, без которого создать червоточину невозможно. Это устройство можно сравнить с дверью. Между двумя дверями — маяком на орбитальной станции и аналогичным устройством в галактике пеплоидов — растягивается червоточина — очень длинный коридор, по которому перемещаются войска. Грубое сравнение, но в целом должно быть понятно.

Друзья кивнули.

— Этха держит почти весь флот Пурикана у орбитальной станции, чтобы защитить маяк и обеспечить поддержку войскам, которые вскоре прибудут, — добавил учитель Рики. — Отсюда нехватка кораблей при эвакуации, с которой вы наверняка столкнулись.

— Наверное, поэтому нас и посадили в запасном космопорте, — сообразил Вилли. — Этха готовила корабли пуриканского флота к вылету!

— Червоточину можно закрыть? Пока пеплоиды не достигли пункта назначения, — спросила Элейна.

— Есть разные мнения, — ответил председатель Галактического Совета. — Наши ученые в один голос утверждают, что червоточина закроется сама собой, как только исчерпает питающий ее источник энергии.

— Жизненную силу Пурикана? — уточнил Добрый Жук. — Но ведь она уже исчерпана.

— На некоторое время существования червоточины ее должно хватить, — пояснил Корус. — Но мы не можем ни предсказать, на сколько именно, ни приблизить момент исчерпания. Также логично предположить, что червоточину может закрыть тот, кто ее открыл, то есть пеплоид Этха. Полагаю, у нее пока нет для этого причин. И наконец, маяк… — председатель Совета сделал многозначительную паузу.

Учитель Рики сильнее сжал руки на спинке кресла Коруса — так, что кресло скрипнуло.

— У нас есть основания полагать, что, если вывести из строя маяк, червоточина закроется, — продолжил Корус.

— А что станет с пеплоидами, оказавшимися внутри? — напугался Добрый Жук. — Навечно останутся в этой дыре вне пространства и времени?

— Наши ученые полагают, что червоточина, перестав существовать, выбросит их обратно, — объяснил Тенто Корус. — Нам это и нужно.

— И как же отключить маяк? — обрадовалась Элейна. — Надо спешить на орбитальную станцию!

— Не так быстро, — остановил воодушевленного дипломата Корус. — Ваш учитель утверждает, что вам можно доверить такое сложное задание. И мне, должен признать, некому больше это поручить. Из надежных лиц вблизи Пурикана оказались только вы, — глава Совета сделал многозначительную паузу.

— Да, поручите это нам! — воскликнул Вилли.

— Но вы еще так молоды, — продолжал Корус. — Если с вами что-нибудь случится, я никогда себе не прощу… Впрочем, реальность диктует свои законы, и я вынужден поставить интересы галактики выше собственных опасений. Как бы я ни хотел защитить вас, вы — наш единственный шанс предотвратить вторжение и сберечь множество жизней. Подумайте как следует. Это особо опасное задание. Вы можете отказаться. Взвесьте все «за» и «против»…

— Мы не подведем вас! — выпалила Элейна.

— Мы не отступим перед опасностью, — нахмурился Добрый Жук.

— Не волнуйтесь, мы сможем о себе позаботиться, — успокоил Вилли.

Учитель Рики вздохнул с облегчением и наконец разжал пальцы, которыми незаметно для себя стискивал спинку кресла.

— Я говорил, — обрадованно сказал он Тенто Корусу. — Мои ребята не промах!

— Вижу, — председатель Галактического Совета тоже выглядел довольным, хотя на его лбу залегла глубокая тревожная складка. — Надеюсь, удача будет на их стороне. Теперь слушайте. Я расскажу, как найти маяк на станции и как его отключить. Указания о местоположении и устройстве маяка очень приблизительные, так что будьте готовы импровизировать.

Вилли, Элейна и Добрый Жук навострили уши.

— Вопросы есть? — спросил Корус, закончив свою недолгую и лаконичную речь.

— Никак нет, господин Корус! — хором ответили друзья. — Готовы отправляться!

— И помните, — серьезно добавил глава Совета, — на кону судьба галактики. Держитесь вместе. Зря не рискуйте. Мы в вас верим. Удачи!

Еще пару секунд озабоченные лица председателя Галактического Совета и учителя Рики смотрели на них с монитора, а затем экран погас.

Спустя пару минут «Толстая ласточка» изменила курс и повернула назад, к пылающему Пурикану. Вскоре глазам экипажа предстала орбитальная станция — серебристое яйцо, окруженное плоскими кольцами. Пространство по обе стороны от станции усеивали серые точки. Это был флот Пурикана.

По коже Вилли побежали мурашки. Вид огромного флота внушал одновременно страх, восторг и благоговение. Смертоносная сила, замершая на миг в состоянии покоя, изменчивая, как затаившийся тигр.

Через некоторое время стало возможным разглядеть пуриканские корабли. В составе флота, расположившегося у орбитальной станции, присутствовали боевые суда всех размеров и типов — от крошечных истребителей до тяжелых крейсеров.

— Я и не знала, что флот Пурикана такой огромный, — охнула Элейна. — Со всеми этими кораблями эвакуация населения прошла бы легко и приятно!

— Хорошо, что Этха вообще проводила эвакуацию. Ведь благополучие жителей волновало ее в последнюю очередь, — заметил Добрый Жук.

— Вероятно, условие о полной эвакуации жителей выставили пеплоидам «Истуканы», — вставил пилот. — Иначе Этха не стала бы этим заниматься.

— Думаешь, она могла пожертвовать населением целой планеты? — изумилась дипломат.

— Я бы не удивился, — пожал плечами Вилли.

«Толстая ласточка» приближалась к орбитальной станции, и когда уже не составляло труда определить класс двигателя ближайших кораблей пуриканского флота, пилоту пришла в голову внезапная мысль.

— А вы… не думали, что будет, если этот флот… нападет на нас? — спросил он хрипло и облизнул внезапно пересохшие губы.

Элейна невесело усмехнулась. Добрый Жук пожал плечами:

— Если они решат, что мы враги, нам конец.

— Ты так спокойно об этом говоришь?! — изумился пилот. — Тебя что, это нисколько не тревожит?

— Зачем зря нервничать? — ответил пуриканец. — Нам еще надо попасть на станцию, и я предпочитаю сосредоточиться на проблеме, которая решаема, чем мучить себя тревожными сомнениями.

— А мне вот кажется, что стоило подстраховаться и продумать свои действия заранее, а не ломиться наобум навстречу огромному и, возможно, враждебному флоту, — мрачно заключил Вилли.

— Это ценное, но слегка запоздалое замечание, — отметила Элейна, когда первые корабли пуриканского флота стали проплывать мимо «Толстой ласточки». — Если повернем сейчас, то вызовем больше подозрений, чем если продолжим движение. К счастью, они не проявляют агрессии: ни один из кораблей не активировал орудия. В конце концов, мы просто пылинка по сравнению с ними. Стоит ли обращать на нас внимание?

— Если Этха приказала нас уничтожить, то стоит, — сказал Вилли.

— Это вряд ли. Откуда ей знать, что мы попробуем прорваться на орбитальную станцию?

— Пилоты этого флота — пуриканцы, — добавил Добрый Жук. — Если только Этха не подчинила их своей воле, пилоты не станут без причины атаковать мирные корабли. А мы — как раз мирное грузовое судно, не представляющее опасности.

— Ладно-ладно, — сдался Вилли. — Кажется, нас не замечают, и я этому рад. Давайте-ка лучше подумаем, как проникнуть на станцию.

— Да уж, — кивнула Элейна. — Маяк должны беречь как зеницу ока, особенно если Этха там.

— Думаешь, она выжила после катаклизма на Пурикане? — удивился пилот.

— Конечно. Ведь пеплоиды намеренно привели планету в такое состояние, — заметила дипломат. — Ты же слышал председателя Коруса, лавовое пекло для них — комфортная среда обитания.

Еще долго мимо «Толстой ласточки» проплывали пуриканские корабли всевозможных размеров и форм, пока пилоты прокладывали курс к станции. В то же время Вилли, Элейна и Добрый Жук спорили о том, как получить разрешение на стыковку. Наконец впереди замаячили шлюзы, к которым «Ласточка» должна была пристать.

— Вас приветствует орбитальная станция «Прилипла-к-Пурикану». Назовите себя, — командным тоном произнес равнодушный мужской голос.

— Судно «Толстая ласточка», — честно сказал Вилли. — Выполняем срочное поручение президента Широколобого Многонога. Он ведь на станции?

— Да, президент на станции, — сухо сообщил голос. — А вы, собственно, кто такие?

— Мы доставили ценный груз с Пурикана.

— Подождите, я уточню.

Диспетчер замолчал на несколько секунд, потом равнодушно доложил:

— Я не получал указаний насчет судна «Толстая ласточка». Стыковку разрешить не могу.

Вилли, Добрый Жук и Элейна переглянулись.

— Наша миссия крайне важна! — воскликнул пилот. — Вероятно, президент просто не успел внести нас в списки. Пожалуйста, сообщите ему, что мы схватили предателя, вульфита Ур Ру. Он на борту.

Диспетчер опять замолк. Вилли, Элейна и Добрый Жук не сводили друг с друга тревожных взглядов.

Они пошли ва-банк: если диспетчер передаст Этхе информацию, то из безымянного мелкого суденышка они тотчас же превратятся в подозрительный объект. И от того, насколько верное они приняли решение, зависит, будет этот объект мгновенно превращен в пыль или признан ценным и допущен на станцию.

Когда из динамика донеслось шуршание, Вилли, Добрый Жук и Элейна вздохнули с облегчением. Разговор продолжается — значит, уловка удалась.

— Добро пожаловать на «Прилиплу-к-Пурикану». Шлюз тридцать два, — сообщил диспетчер.

— Спасибо, — пилот отключил связь.

Никто ничего не сказал, но все понимали, что лезут в жерло неспящего вулкана. «Толстая ласточка» направилась к указанному шлюзу. Экипаж молчал.

Челюсти шлюза раскрылись, и корабль беззвучно проник внутрь. Казалось, что все тихо и их прибытие не вызвало особого интереса у Этхи. Хотя на мгновение Вилли почудилось, будто неподвижные пуриканские корабли провожают их взглядами.

— Как думаете, Этха сама придет забрать Ур Ру или пришлет за ним кого-нибудь? — поинтересовалась Элейна, явно надеясь на последнее.

— Зачем бегать по станции самой, если ты президент и у тебя есть верные ребята, готовые выполнить любой твой приказ? — заметил Добрый Жук.

— Вряд ли Ур Ру настолько важен, чтобы Этха сама отправилась в док, — предположил Вилли. — Но ее может заинтересовать, кто мы такие.

— Думаешь, она захочет лично нас поблагодарить? — усмехнулся Добрый Жук.

— Ага, — кивнул пилот. — За выполнение поручения, которое она, возможно, никому не давала. Если розыск Ур Ру не объявлялся, у нее возникнет к нам множество вопросов.

— Мало ли, — фыркнул пуриканец. — Ну, поймали мы его, решили продать. Все так делают.

— Ага, только откуда мы узнали, что он предатель и нужен президенту? В изменники Ур Ру записали перед самым концом Пурикана, и присутствовали при этом только капюшончики и пленники, а мы явно не капюшончики… Следовательно, мы знаем, что президент на самом деле не президент и многое другое, чего нам знать не положено. Вот почему я думаю, что Этху мы можем сильно заинтересовать.

— Надеюсь, все обойдется, — вздохнула Элейна. — Главное, чтобы поддельного Ур Ру не раскрыли сразу по прибытии, иначе дело труба.

— Эй, ребята. Удивительно, но я пока что никого не вижу, — прервал дискуссию пилот. — Неужели они забыли выслать за нами делегацию?

«Толстая ласточка» задействовала посадочные упоры и мягко опустилась на площадку. Вокруг и правда было пусто: ни кораблей, ни встречающих.

— Не может быть, тут какой-то подвох! — с тревогой воскликнул Добрый Жук.

— Мы и не ожидали дружелюбной встречи, — пожал плечами Вилли. — Элейна, Ур Ру готов?

— Араг лун? Кирко таур, — бойко произнесла дипломат, обернувшись назад. В проходе, ведущем с капитанского мостика, дежурил один из капюшончиков. Услышав эту фразу, обращенную к нему, он тоже повернулся назад и что-то залопотал.

В коридоре позади него началось какое-то движение, и тотчас же на мостик неловкими шагами вышла высокая фигура в сером плаще с надвинутым на глаза капюшоном.

— Ну как? — поинтересовалась Элейна.

Вилли и Добрый Жук придирчиво оглядели вошедшего.

— Вроде похоже, хотя походка не очень. Ну да ничего, — оценил пилот. — Мало ли, хромает, с кем не бывает. Молодец, Элли.

— Это капюшончик? А почему такой высокий? — удивился Добрый Жук.

— Арид-да кун, — произнесла дипломат.

Фигура в сером поддернула плащ, и все увидели серебристые металлические ходули, на которых стояли мохнатые лапы капюшончика.

— Ловко! — признал пуриканец.

— Давайте спускаться, — вздохнул Вилли. — Долго он на этих ходулях не простоит.

Через пару минут троица в сопровождении поддельного Ур Ру покинула шлюзовой модуль «Толстой ласточки» и оказалась на посадочной площадке. Вилли и Добрый Жук осматривались в поисках затаившихся врагов. Элейна прилипла к капюшончику в сером плаще и не сводила с него глаз.

Стоило экипажу «Ласточки» сделать несколько шагов, как в дальних углах помещения материализовались вооруженные пуриканцы. Друзья замерли.

— Вот и делегация Этхи. А сама она тут? — закрутил головой Вилли. — Я ХОЧУ ГОВОРИТЬ С ВАШИМ ГЛАВАРЕМ! — объявил он, пытаясь вычленить среди здоровенных пуриканцев знакомую фигуру в черном плаще. Или в коричневой мантии.

Один из мордоворотов выступил вперед и с усмешкой произнес:

— Рад приветствовать вас на «Прилипле»! Предъявите ваш багаж! Имейте в виду, обманщиков у нас карают быстро, без суда и следствия.

Во всем этом был однозначный плюс: Этха не пришла их встречать. Однако Вилли не рассчитывал, что конвой так скоро заподозрит их в обмане. Действие козыря оказалось катастрофически коротким. Плохо дело. Надо выбрать момент и прорываться.

— Вы заявили, что у вас в руках Ур Ру, — продолжал выпендриваться бандит. — А по нашим данным, он сейчас должен находиться совсем в другом месте.

— Ваши данные неверны! — воскликнул Вилли и указал на поддельного Ур Ру, который стоял у него за спиной. — Мы поймали его в туннелях под Пуриканом. Мы хотим быть полезными президенту!

— Похвально. — Главарь жестом отправил одного из своих подручных к фигуре в сером плаще. — Вы не против, если мы проверим качество товара?

Вилли пожал плечами, лихорадочно обдумывая варианты действий. Сейчас бандит поднимет капюшон вульфита, и все увидят, что это не Ур Ру. Пуриканцы, недолго думая, начнут пальбу, и шансов унести ноги будет крайне мало.

Подручный был уже совсем близко к поддельному Ур Ру, а Вилли выбирал, ткнуть ему пальцем в глаз и сослаться на слабую психику или затеять танец вприсядку, чтобы отвлечь внимание головорезов и избежать самоубийственной стычки с превосходящим по численности противником, как вдруг пришла неожиданная помощь.

— ЛОЖИСЬ! — оглушительно заорала Элейна.

Вилли, Добрый Жук, сама дипломат и поддельный Ур Ру, которого она изо всех сил дернула за плащ, тотчас шлепнулись на пол. Из-под плаща вывалились ходули. Шлюз «Толстой ласточки» открылся, и оттуда высыпал целый отряд капюшончиков, вооруженных коконизаторами.

Вилли от беспомощности застонал: шаг капюшончиков был, несомненно, приятным, но совершенно бесполезным. Против десятка рослых, тяжеловооруженных пуриканцев у них не было шансов. Головорезы сперва насторожились, но разглядев, кто им угрожает, заулыбались. Радовались они недолго.

Капюшончики с коконизаторами дружно раздвинулись в стороны, открывая путь группке товарищей, которые выбежали из шлюза, сжимая в лапах диковинный предмет. Это была длинная и тяжелая труба, загибающаяся на конце подобно птичьему клюву.

— Это еще что? — изумился Вилли.

— Гравицапля, — сообщил Добрый Жук. — Я и забыл, что она валяется в грузовом отсеке!

— Олим ка! — скомандовал один из капюшончиков. Из клюва друг за другом вылетели несколько голубых шаров и поразили места скопления противников. Там, куда они попадали, головорезы плавно, но быстро взмывали в воздух.

— Обычно гравицапля применяется для погрузки, — воодушевленно объяснил пуриканец. — Молодцы капюшончики, мне и в голову не приходило использовать ее как оружие!

— А вот мне пришло, — похвасталась Элейна. — Пока готовили поддельного Ур Ру, мы с ребятами обсудили запасной план…

Капюшончики с коконизаторами подбежали к зависшим в воздухе противникам и обезоружили, пользуясь их замешательством. Члены экипажа «Толстой ласточки» тем временем поднялись на ноги.

Вилли осмотрел коконизированных головорезов-пуриканцев и одобрительно кивнул:

— Не будем терять времени. Следуем плану: мы с капюшончиками отправляемся на поиски маяка, а вы двое отвлекаете охрану. Постарайтесь нашуметь как следует, взорвать что-нибудь. Если Этха на станции, она должна счесть вас серьезной угрозой и бросить против вас все силы. Только так у меня будет шанс.

Оставив спеленутых противников болтаться в воздухе, друзья отправились в путь.

Глава 3

Ловушка

— ВПЕРЕД! — скомандовал Вилли.

Он и капюшончики потрусили в левый коридор, а Добрый Жук и Элейна — в правый. Каждая группа со своим заданием. Добрый Жук и Элейна отвлекали Этху и охрану, а Вилли собирался найти и отключить маяк. Сделать это нужно было как можно быстрее.

Вилли и капюшончики почти никого не встретили в коридорах и, вспомнив подробные указания Тенто Коруса, довольно быстро прибыли в пункт назначения. Перед Вилли была высокая серебристая дверь. Он понадеялся, что у друзей все идет гладко.

Оставив капюшончиков снаружи сторожить, Вилли шагнул через проем.

Он оказался в круглой комнате, даже не круглой — сферической. Форма помещения была симметричной во всех направлениях. Он попал внутрь шара! Под ногами — далеко внизу — изогнутый пол. Над головой — далеко вверху — изогнутый потолок. Далеко впереди — изогнутая стена. Сзади — совсем рядом — обычный мир, где под ногами пол, а к нему прижимает стандартная сила тяжести.

Только тут Вилли подобрал верное слово, чтобы описать необычное состояние, в котором он оказался. Невесомость! Он в невесомости.

Пилот взял себя в руки и попытался вспомнить, что должен здесь сделать. Маяк! Где-то тут должен быть маяк, что бы он собой ни представлял.

В шаре, у входа в который парил, вяло шевеля руками и ногами, Вилли, было совершенно пусто, если не считать загадочной металлической конструкции в самом центре. Приглядевшись, пилот заметил тонкие тросы, соединяющие конструкцию с четырьмя креплениями на стенах, полу и потолке. Если, конечно, к сферической комнате эти понятия вообще применимы.

Конструкция состояла из нескольких металлических брусьев и двух скреплявших их горизонтальных колец. Внутри нее, под защитой брусьев, поблескивала серебристая пирамида. Из ее вершины к потолку поднимался едва заметный серый луч.

«Вот он, маяк!» — воодушевился Вилли и хотел сделать шаг вперед, но вовремя одумался.

Пилот постарался вспомнить практические занятия в Академии Межзвездного Космофлота, которые он регулярно прогуливал, не считая балетные па в невесомости достойным занятием для космического пилота. Сейчас эти навыки ему ой как пригодились бы! Хорошо, что Добрый Жук и Элейна, старательные ученики, не здесь, а то наслушался бы их занудных поучений…

Однако надо что-то делать. Поразмыслить над своим плохим поведением можно и потом.

Что ему известно о невесомости? Если тебя не тянет вниз, значит, двигаться можно с одинаковым успехом в любую сторону. В том числе, и по горизонтали. Надо только правильно оттолкнуться.

Вилли оглянулся на проем, сквозь который проник в шар, и с облегчением убедился, что все еще может до него достать. Уцепившись за край проема, пилот подтянулся ближе к нему.

В одном Вилли был совершенно уверен: если скорость будет недостаточной и ему посчастливится зависнуть где-то между маяком и входом, то Этха, которая наверняка появится здесь уже через несколько минут, застанет его абсолютно беззащитным. И задание не будет выполнено.

Надо разогнаться как можно сильнее. Лучше больно шмякнуться о железяки, чем не добраться до цели.

Вилли сгруппировался, не сводя глаз с маяка.

Только бы не промазать! Была не была!

Пилот изо всех сил оттолкнулся от стены ногами и вытянул одну руку вперед, к маяку.

Он скользил по шару, двигаясь в направлении маяка. Движение никак не ощущалось, да и зрительно его с трудом удавалось отследить, так как комната была очень большой и окружающий мир по ходу движения почти не менялся. Маяк, если и увеличивался в размерах, то так медленно, что это выглядело неубедительно.

Вилли сосредоточился на маяке, пытаясь понять, верно ли прицелился. Но лишь спустя секунд десять причудливая конструкция оказалась достаточно близко, чтобы пилот сумел определить, на каком расстоянии от нее пройдет траектория его движения.

К сожалению, он, похоже, промахивался — метра на полтора, не меньше.

У Вилли оставалось еще несколько секунд на то, чтобы придумать, как приблизиться к маяку. В голову ровным счетом ничего не лезло, но пилот понимал, что промах по цели почти наверняка означает провал задания. Слишком мало времени. Этха наверняка уже получила сигнал о вторжении и спешит сюда.

Вилли молниеносно перебрал в голове все предметы, имевшиеся при нем.

Наручный компьютер — не поможет.

Леденцы в хрустящих обертках — мимо.

Коконизатор, висящий на поясе, которым поделился один из капюшончиков, — тоже ни к чему.

Хотя…

Других вариантов нет, так почему бы не попробовать?

Маяк быстро приближался. Осталась всего пара секунд…

Вилли высвободил из-под форменного мундира рукоять коконизатора и сорвал оружие с пояса. Самое время! Именно в этот момент пилот достиг-таки маяка, и оказалось, что от конструкции его отделяло метра три, не меньше. «Надеюсь, дальности этой штуковины хватит», — встревожился Вилли.

Пролетая мимо маяка, пилот направил навершие коконизатора на каркас, укрывавший в себе серебристую пирамиду, крутанул контроллер мощности на максимум и вдавил кнопку на рукояти.

Из навершия мощным потоком ударила белая полупрозрачная субстанция. К сожалению, Вилли несло слишком быстро, и он не успел увидеть, увенчалась ли его попытка успехом. Пилот уже был по ту сторону маяка, и в его голове мелькнула мысль «Не вышло». Но, к счастью, он не выпустил оружие из рук, и его вдруг дернуло, разворачивая.

ПОЛУЧИЛОСЬ!

Теперь высохшие плети коконизирующей материи соединяли Вилли с таинственной конструкцией. Оставалось только подтянуться к ней поближе, чем пилот и занялся со всей поспешностью, которая заметно возросла, как только он заметил в проеме, через который попал сюда, темную фигуру.

Вилли присмотрелся и с содроганием узнал Этху.

Скорее, скорее! Пока она не бросилась к нему, надо отключить маяк!

Вилли был уже рядом. Цепляясь руками и ногами за балки, он пополз вокруг конструкции в поисках устройства управления. Учитель Рики сказал — надо ввести код. Но куда его вводить?

Пилот встревоженно оглянулся. Этхи в проеме уже не было.

БЫСТРЕЕ, БЫСТРЕЕ!

С противоположной стороны конструкции Вилли обнаружил небольшой блок управления. Но никакой возможности ввести код — ни кнопок, ни паза для идентификационной карты, ни сенсора для сканирования сетчатки глаз.

— Один, восемь, альфа, эпсилон, гамма, двенадцать, восемь, шесть, — диктовал Вилли в надежде активировать голосовой модуль. — Ввести код! Задействовать протокол отключения!

Ничего не получалось! Неужели учитель Рики ошибся? Как он мог отправить их в логово врага с миссией, которую в принципе невозможно выполнить?! А главное, зачем?!

Но Вилли не успел как следует помучить себя этими мыслями. Он услышал странный свистящий звук, который, казалось, доносился со всех сторон одновременно. Этха! Как он мог о ней забыть!

Обернувшись, он увидел, что входной проем быстро закрывается. Свист продолжался. Вилли почувствовал, что ему не хватает воздуха. Неужели… неужели Этха откачивает из помещения кислород?!

В глазах потемнело. Рука Вилли, цеплявшаяся за металлическую балку, разжалась. Он потерял сознание. Последним, что он услышал, был далекий призрачный крик Элейны — наверное, почудилось…

Очнулся он уже в коридоре. Боль в запястьях подсказала, что его руки связаны. Покрутив головой, что привело к острому приступу головокружения и тошноты, Вилли увидел рядом с собой сидящих на полу, тоже со связанными руками и лапами, Элейну и Доброго Жука. Перед ними маячили невысокие капюшончики и целая толпа массивных пуриканцев, бандитов-телохранителей Этхи.

Увидев, что пилот очнулся, Элейна наклонилась к нему и шепнула:

— Извини, Вилли, мы не смогли ее надолго отвлечь… Она быстро поняла, что угроза от нас невелика, и оставила своих бандитов разбираться с нами, а сама помчалась к маяку.

— Не страшно, — ответил пилот, борясь с головокружением. — Все равно ничего не получилось. И не могло получиться.

— Код не подошел?! — нахмурился Добрый Жук.

— ТАМ НЕКУДА ВВОДИТЬ КОД! — с болью в голосе воскликнул Вилли. — Учитель Рики и Корус ошиблись. Всё было напрасно!

— Они не ошиблись, — над друзьями нависла высокая темная фигура. Этха. — Это мы ввели их в заблуждение. Мы знали, что они захотят послать кого-нибудь закрыть червоточину, и дали им ложную информацию, чтобы заманить сюда. Теперь их тайные агенты в моих руках. Должна сказать, я разочарована. Я ожидала встретиться, — она усмехнулась, — с более серьезным противником. Что до вас, советую меня не раздражать. Ради вашего же блага.

Друзья ошеломленно замерли.

Этха повернулась к ожидавшим приказов мордоворотам:

— Клыконогий Малыш, обеспечь охрану маяка. С места не сходить. В туалет по одному. Если увижу, что возле дверей дежурит меньше четверых твоих ребят, забудете, как вас звали и какого цвета космос, так что не злите меня. Твой отряд, Ухорылый Поползень, патрулирует этот сектор: коридор отсюда до рубки и прилегающие. Сам, в общем, знаешь. Твои парни, Веселый Крылорог, берут на себя жилую и инженерную зону.

— А мне что делать? — квадратный длиннохвостый пуриканец смущенно переступил с ноги на ногу. Вилли вспомнил, что именно этот парень руководил отрядом, который они подвесили в воздухе при высадке на «Прилиплу-к-Пурикану».

— Тебе? — Этха неприятно хмыкнула. Пуриканец опустил глаза. — Помогай Клыконогому. Попросит притащить газировки — выполняй. Скажет сбегать в рубку с сообщением — выполняй. Если будешь вести себя хорошо, восстановлю тебя в правах. После того как ты позволил этим, — она ткнула пальцем в сидящих на полу Вилли, Жука и Элейну, — разбежаться по станции, ты заслуживаешь гораздо более серьезного наказания. Так что радуйся. Будь он здесь, когда ты допустил такую промашку, тебе бы не поздоровилось, — угрожающе прошелестела Этха, сделав многозначительное ударение на слове «он».

Квадратный пуриканец вздрогнул всем телом, услышав эти слова. Он подобострастно склонил голову, весь сжался, словно пытаясь стать незаметнее, и, не распрямляясь, отступил за спины приятелей:

— Слушаюсь, госпожа. Благодарю вас, госпожа!

Этха повернулась к капюшончикам. При виде ее разгневанного лица те смущенно опустили головы.

— Ари вук тапи, — пробормотал один из них.

— Стоп! Ничего не желаю слышать! — перебила его пеплоид. — Я приказала вам уйти, но не давала позволения объединить силы с врагом! Малодушные предатели… Исправьте свои проступки верной службой, иначе мне придется принять весьма неприятные меры… И если, начиная с этого момента, вы дадите мне повод усомниться в вашей верности…

Капюшончики закивали было, тихонько и радостно загомонили, но вдруг снова резко умолкли.

Тишина стала звенящей. Бандиты не издавали ни звука — было удивительно видеть такую дисциплину. Этха молча повернулась лицом к пустому коридору.

— Он здесь, — негромко объявила она. — Эмира ван. Все по местам. Продемонстрируйте свою преданность ойгонам и будете щедро вознаграждены. Поставьте наш план под удар еще раз — и ваша кончина будет ужасающей.

Бандиты торопливо разошлись по своим постам. Еле слышно шепчущиеся капюшончики сгрудились позади нее, будто надеясь, что она сумеет защитить их от холодной волны, которая распространялась по коридору, предвосхищая прибытие того, кого давно ждали. Навстречу Этхе по коридору шествовала внушительная фигура в черном плаще, а за ней тенью следовал некто с куда более простой внешностью и аурой.

— Знакомься, Этха. Наш агент в Галактическом Совете, верный ойгонам Истукан — Йело Ган, — произнес низкий голос из-под капюшона. — Он оказал нам множество услуг, с его помощью мы подсунули Тенто Корусу дезинформацию насчет маяка.

Этха склонила голову, приветствуя своего повелителя. Йело выступил из-за спины новоприбывшего и самодовольно ухмыльнулся:

— Вы, стало быть, Этха? Рад, очень рад.

— А это… — взгляд из-под капюшона наткнулся на Вилли, Элейну и Доброго Жука.

— Мой господин, это шваль из Межзвездного Космофлота. Их послали отключить маяк, и мы взяли их с поличным. Ваш план сработал идеально, — голос Этхи дрогнул, когда темный властелин поднял голову и смерил ее оценивающим взглядом кроваво-красных глаз.

Так вот, значит, какой он — Шиано Коху, повелитель ойгонов!

Вилли с ужасом следил за тем, как Этха пытается справиться с паникой, захлестывающей ее с головой в присутствии повелителя. Если в собственных верных слуг Шиано Коху ухитряется вселить такой страх и благоговение, что уж говорить о врагах пеплоидов.

А вот Йело Ган, кажется, ничуть не боялся Коху и даже бравировал. То ли был так глуп, что не понимал, с кем рядом находится, то ли у него имелись основания чувствовать себя в безопасности. Что это могли быть за основания, Вилли себе не представлял.

— Служат в Межзвездном Космофлоте? — темный властелин недоверчиво взглянул на Вилли, Элейну и Доброго Жука. — А не слишком ли они молоды? Ладно. В рубку их! Возможно, они обладают ценной информацией. Сохраним им жизнь. Пока…

— Эл аки тору! — приказала Этха капюшончикам. — И чтобы без фокусов!

Через секунду экипаж «Толстой ласточки» был окружен невысокими существами в черных плащах.

— Там тору! Авас! — приказал один из них, и Вилли почувствовал, как ему в спину уперся наконечник коконизатора. — Авас!

— Как идут дела, Этха? Сколько еще времени потребуется для перехода? — произнес Шиано Коху, и это было последнее, что услышал Вилли из их разговора, удаляясь по коридору в направлении рубки, обезоруженный, со связанными руками.

Пилот пребывал в наимрачнейшем состоянии духа. Их предали союзники, капюшончики. Миссия провалилась. А главное — учитель Рики и Тенто Корус оказались обмануты пеплоидами, из-за чего Вилли резко разуверился в возможной победе.

— Хана нам, да? — вдруг спросил Добрый Жук.

— Нам и всей галактике, — мрачно ответил Вилли. — Маяк будет работать, армия пеплоидов вскоре прибудет сюда и завоюет нас и все живое.

— Не паникуйте раньше времени, — посоветовала Элейна. — Да, план Тенто Коруса и учителя Рики провалился. Да, мы в плену. Но мы еще можем помешать пеплоидам — и лучше, чем кто-либо другой! Ведь мы прямо у них под носом и знаем, что они замышляют. Чем горевать, лучше думайте, как нам исправить положение.

— О чем тут думать? — фыркнул пилот. — Руки у нас связаны, оружия нет, и за нами зорко следят наши бывшие союзники. Мы крепко влипли.

Элейна загадочно улыбнулась:

— Бывшие союзники лучше, чем враги, правда?

— По-моему, одно и то же, — хмыкнул Вилли.

Капюшончики привели друзей в рубку и усадили, развязав им руки, в углу напротив приборной панели. Сами столпились рядом, загораживая путь к выходу.

— Холодновато, — заметил Добрый Жук, ерзая на жестком металлическом полу.

— В открытом космосе без скафандра еще холоднее, — безрадостно сообщил Вилли. — Радуйся и не теряй присутствия духа. Правильно, Элли?

Дипломат с улыбкой промолчала.

Очень скоро в рубку вошли Шиано Коху, Этха и Йело Ган. Они явно торопились.

— Чего это они примчались? — шепнул Вилли.

— Гляди, садятся за приборы! — воодушевленно ответила Элейна. — Что-то произошло!

— Вряд ли что-то хорошее, — буркнул пуриканец.

Этха опустилась в левое кресло, Шиано Коху — в правое, а Йело Ган встал у них за спинами. На мониторе появилось изображение, и Элейна не смогла сдержать радостного вскрика.

— Немедленно отключите портал и сдавайтесь! Вам нечего противопоставить мощи Межзвездного Космофлота, — холодно сказал Тенто Корус. За спиной у него стояли учитель Рики и вульфит Ур Ру!

Вилли вытянул шею, как будто мог таким образом оказаться в поле зрения Тенто Коруса. Увы, приборная панель была слишком далеко.

— Ты, Ур Ру?! — изумленно воскликнул Йело Ган. — Как это возможно?! Я же…

Ур Ру молча и невозмутимо кивнул.

— Сдаваться? Вы правда наивно полагаете, что можете причинить нам вред? — с издевательской усмешкой произнес Шиано Коху. — Скажите спасибо, что ваши конечности все еще выполняют ваши собственные желания, и катитесь отсюда.

— Не пытайтесь нас запугать, — невозмутимо ответил Тенто Корус. — Наш новый друг Ур Ру сообщил, что ваши телепатические силы не действуют на расстоянии. А вред мы, конечно, можем вам причинить. Не надеетесь же вы прикрыться от нас союзным флотом планеты Пурикан? Они ни за что не встанут на пути у Межзвездного Космофлота.

— Положим, мы нашли способ с ними договориться и собираемся сделать именно это. Вы рискнете напасть? — Шиано Коху скрестил руки на груди.

Тенто Корус замер. Вилли догадался, о чем он думает. Блеф или нет? Как проверить, поддерживает ли пуриканский флот пеплоидов? Двинуться вперед? А если они и правда подчиняются врагу и бросятся в атаку? Это породит беспрецедентный конфликт. Не делать ничего? Тогда галактике грозит беда.

— Не думаю, что Галактический Совет одобрит такую самодеятельность с вашей стороны, господин Тенто Корус. Так? — нагло спросил Шиано Коху.

Тенто Корус, Рики и Ур Ру переглянулись. Корус покачал головой. Сражение с дружественным флотом… Выступить против тех, кто наперекор своей воле или по неведению выполняет приказы врага! Даже ради самой благой цели Межзвездный Космофлот не имеет права развязать гражданскую войну.

— Флот Пурикана не будет вечно вам подчиняться, — сказал Тенто Корус. — Очень скоро они поймут, кто их истинный враг, и обратятся против вас.

Реплика Коруса прозвучала для Вилли как прямое руководство к действию. Пуриканский флот не дает силам Межзвездного Космофлота подойти к орбитальной станции. Галактический Совет может просвещать пуриканских пилотов о чем угодно, но пока ими руководит президент-Этха, они не уступят. Чтобы добиться послушания, им, возможно, даже внушили, что в произошедшем с Пуриканом виноват Галактический Совет. Вилли и его команда могут открыть пуриканским пилотам глаза на происходящее! Достаточно показать, что их ненаглядный президент — на самом деле гость из другой галактики. У Вилли в голове закрутились шестеренки. Как это сделать? Наладить трансляцию из рубки на корабли пуриканского флота?

Шиано Коху разразился хриплым смехом:

— Когда это произойдет, будет слишком поздно! Здесь окажется наша огромная армия, вооруженная технологиями, о которых вы даже не слышали!

Глава Совета пару секунд сверлил властелина ойгонов холодным взглядом, затем экран потемнел.

— Жалкие попытки остановить нас ни к чему не приведут, — сказал Шиано, повернувшись к Этхе. — Они пожалеют, что не примкнули к нам, пока могли.

— Да, повелитель, — кивнула пеплоид.

— Надо раскрыть президента! Есть идеи, как это сделать, Вилли? — зашептала Элейна ему на ухо.

— Пока нет, но скоро будут! — пообещал пилот.

Глава 4

Молчание титанов

В рубке орбитальной станции «Прилипла-к-Пурикану» атмосфера была крайне неспокойной. И неудивительно: в непосредственной близости от нее расположились два боевых флота — силы Межзвездного Космофлота, объединенных войск Галактической федерации, которым очень нужно было подойти к «Прилипле», и флот планеты Пурикан, блокировавший подступ к орбитальной станции. Его меньшая численность и скромная огневая мощь в данной ситуации роли не играли: воевать ни одна из сторон не собиралась. Межзвездный Космофлот не мог и не хотел нападать на союзника, и флот Пурикана это вполне устраивало.

Ледяное, обжигающее страхом и тревогой дыхание войны, овеявшее всех, кто находился поблизости, уничтожило всякую горячность. Два флота ждали, и никто не хотел двинуться первым.

В рубке орбитальной станции, где, в отличие от окружающего космического пространства, было тепло и светло, настроения витали совершенно разные.

Йело Ган с кем-то общался с помощью карманного компьютера и выглядел очень довольным. Этха и Шиано Коху обменивались равнодушными репликами: казалось, происходящее их мало заботит.

А Вилли, Элейна и Добрый Жук, которых разместили под охраной капюшончиков в углу рубки, были близки к отчаянию. Их воображение рисовало жуткие картины скорого вторжения войска пеплоидов и кровопролитного захвата галактики… Тяжкие думы мешали сосредоточиться на поиске решения. Время утекало сквозь пальцы, и Вилли с ужасом понимал, что, если выхода не найдут они трое, вполне возможно, у Тенто Коруса не окажется запасного плана.

— Нам крышка, нашей галактике конец, грядет война, мир на грани катастрофы, — обреченно бубнил Добрый Жук, прикрыв голову лапами.

— Добрый Жук, не нагнетай! И без тебя тошно, — буркнула Элейна.

— Лучше помолчи, не даешь сосредоточиться, — поддержал Вилли.

Пуриканец на секунду затих, а потом стал раскачиваться, обхватив шестью лапами острые коленки:

— Нам конец, нам конец…

Вилли зажал уши руками, чтобы не слышать бубнеж Жука. Ему надо было хорошенько поразмыслить, вспомнить кое-что, ускользающее всеми возможными способами…

Пилот закрыл глаза и постарался отрешиться от происходящего вовне. Он стал дышать ровнее, звуки начали стихать. Уже совсем близко… Сейчас…

— Эй, Вилли! Может, еще не поздно перейти на сторону пеплоидов? — горячо зашептал Добрый Жук пилоту на ухо. — Я подумал, если искупаемся в мазуте, сойдем за их соплеменников!

Вилли мигом вырвало из его размышлений.

— Жук, я же просил не мешать! — вспыхнул он.

Этха тут же рявкнула:

— Эй, пленнички, потише там!

Вилли взглянул на Этху и заметил, что вид у пеплоида очень мрачный и утомленный, будто ее с каждой минутой покидают силы. И вдруг пилота осенило.

— Я знаю, что делать! — торжествующе прошептал Вилли. — Я понял!

— Придумал, как показать пилотам пуриканского флота истинное лицо Этхи? — уточнила Элейна.

— Нет, кое-что получше! Расскажу подробнее, когда выберемся отсюда.

— Легко сказать! — зашипел пуриканец. — Может, поведаешь сначала, что взбрело тебе в голову? А мы решим, стоит ли рисковать.

Пилот покачал головой:

— Это надолго. Этхе не понравится, что мы переговариваемся.

— Есть один способ выскользнуть, — прошептала Элейна. — Если бы только их было поменьше!

— Если бы да кабы, — проворчал пуриканец. — Будь их поменьше, мы бы давно сбежали!

— Глядите! — прервал спор Вилли. — Мне кажется, или Шиано куда-то собрался?

Действительно, Шиано Коху поднялся со своего места и что-то неслышно — а может, телепатически — передавал Йело Гану. Тот понимающе кивал.

— Похоже, ты прав! — обрадовалась дипломат. — Подождем, пока уйдут.

Коху, а за ним Йело Ган направились к выходу из рубки. Этха провожала их бесстрастным взглядом. Шиано Коху небрежно бросил:

— Мы скоро вернемся. Следи, чем занят Космофлот, и если Тенто Корус предпримет какие-либо действия, немедленно сообщи мне.

Этха холодно поклонилась.

Окинув мимолетным взглядом Вилли, Элейну, Доброго Жука и капюшончиков, Шиано Коху вышел. От этого взгляда у пилота по спине пробежали мурашки размером с карликового слонопуса. Судя по тому, как вздрогнул пуриканец, Элейна уставилась в пол и даже капюшончики замерли, словно статуи, Шиано Коху оказывал такое действие на большинство живых существ.

— Ну что теперь? — прошептал Вилли Элейне, стараясь не привлекать внимания Этхи, которая после ухода Шиано Коху и Йело Гана прошла к мониторам и уселась в кресло перед ними. — Как мы отсюда выберемся? У нее же глаза на затылке!

— Нас выручат они, — Элейна кивнула на капюшончиков, которые плотной группкой стояли рядом, вооруженные коконизаторами.

— Они, ее верные слуги? — усомнился пилот.

– Да ты что! — искренне изумилась дипломат. — Они же на нашей стороне, специально увязались с нами, чтобы помогать! Как ты не понял?

— Да? А выглядело так, будто они переметнулись на сильную сторону, — съязвил Вилли. — Точнее, на свою прежнюю сторону. Зачем помогать нам, когда любимая повелительница снова рядом?

— Они не хотят вредить Этхе, но нам симпатизируют больше. Они же не животные, у них есть чувства! Они благодарны за то, что мы спасли Этху там, в лаборатории, и их самих вывезли с Пурикана. Они хотят нам помогать, — сообщила Элейна и, бросая косые опасливые взгляды на Этху, чьи плечи виднелись за спинкой кресла, склонилась к ближайшему капюшончику. Они шептались так тихо, что Вилли ничего не мог разобрать.

— Сделают всё в лучшем виде, — удовлетворенно сообщила Элейна через полминуты.

— Что сделают? — удивился пилот. — Закоконизируют ее?

— Лучше, — загадочно пообещала Элейна.

Капюшончики стали тихонько копошиться, что-то обсуждая. Жук, потеряв интерес к происходящему, снова начал раскачиваться на месте и бурчать себе под нос мрачные предсказания. Психическое здоровье друга вызывало у Вилли беспокойство, но он решил отложить эти волнения на потом.

Наконец капюшончики утихли, а переговорщик, стоявший с краю, повернулся к Элейне и неожиданно подмигнул. Дипломат радостно сообщила:

— У них всё готово, можем уходить!

Пилот выпучил глаза:

— Уходить? В каком смысле?

Элейна поглядела на него сочувственно:

— Странствия в невесомости пагубно повлияли на твой интеллект, Вилли. Уходить — значит встать и двигаться к выходу. Вон туда. — Она указала глазами на проем, через который недавно покинули рубку Шиано Коху и Йело Ган.

Пилот молча уставился на спину Этхи в кресле перед мониторами, а потом на капюшончиков, которые с жизнерадостным любопытством наблюдали за пленниками. Ему стало не по себе.

— Что-то я не… — растерянно протянул он. — Ты думаешь, мы должны? Они так… Смотрят…

— Ты идешь или остаешься, Вилли? — осведомился Добрый Жук, бодро вскочив на ноги.

— Нельзя же просто уйти, — наконец сформулировал возражение пилот. — Что, если она услышит?

— Ты мне совсем не доверяешь? — Элейна громко произнесла: — Этха, нам пора! Счастливо!

Спина даже не шевельнулась.

— Видишь? Идем, времени у нас в обрез.

Пилот неохотно поднялся с пола, и один за другим члены экипажа вышли из рубки. Вилли оглянулся: Этха так ничего и не заметила.

— Что они с ней сделали?! — набросился он на дипломата, едва они оказались в коридоре. — Обездвижили? Оглушили? И как ты узнала, что они на нашей стороне? Я вот был уверен в обратном.

— Я чувствовала, что малыши не подведут, — пожала плечами Элейна. — Мы здорово сдружились. А насчет того, что они сделали… Капюшончики — а точнее, лотты, как они себя называют, — обладают слабыми телепатическими способностями. С их помощью наши друзья внушили Этхе, что мы находимся в рубке, даже когда нас там нет.

— О своих способностях они тоже тебе сами рассказали? — ревниво поинтересовался пилот. — А может, они и тебя уже взяли под свой контроль? Это объяснило бы вашу неожиданную дружбу.

— Что за ерунда, Вилли, — смутилась дипломат. — Иногда они передают мне кое-какие сообщения телепатически, когда говорить вслух неудобно, но это ничего не значит. В том подземном зале…

— Лаборатории «Мастерской небесных тел», — подсказал Добрый Жук.

— Верно, — кивнула Элейна. — Ты не видел, как они успокаивали особо нервных пленников одним усилием мысли, без физического воздействия?

— Нет, не видел, — поежился Вилли. — Не такие уж они милые и приятные, выходит?

— Будет тебе! Они же спасли нас, — возмутилась дипломат. — Ты должен быть им благодарен. Между прочим, они нас уже второй раз выручают.

— Если они такие умелые телепаты, — встрял Добрый Жук, — и ты об этом знала, почему не попросила внушить бандитам Этхи, будто перед ними настоящий Ур Ру? Не пришлось бы лезть в драку.

Элейна ударила кулаком по ладони:

— Ты прав, Жучок! Моя ошибка! Мне это в голову не пришло, а жаль. Вилли, скорее рассказывай, что ты придумал. В любой момент сюда могут заявиться охранники или, что гораздо хуже, Шиано Коху.

— Давайте отойдем в сторонку, не хотелось бы попасться на глаза патрулям.

Они прошли по коридору несколько шагов и нырнули в ближайший дверной проем.

— Ну, выкладывай, — нетерпеливо сказал Добрый Жук, как только друзья оказались в укрытии.

— Пока я сидел в углу и искал способ остановить пеплоидов, — начал пилот, — мне стало казаться, что я упускаю что-то важное, связанное с червоточиной, с ее устройством… Знаете, как бывает? Вертится на краю сознания какая-то мысль, но стоит к ней приблизиться, попытаться ухватить, как она отступает еще дальше…

— Что тут можно упускать? — проворчал Добрый Жук. — Есть червоточина, есть маяк. К маяку крепится наша сторона портала, к такому же устройству в их галактике крепится другая сторона. Маяк нам не отключить: во-первых, код, который нам дали, невозможно использовать, а во-вторых, там куча охраны.

— Я тоже так подумал и потому стал размышлять, какие еще слабые места могут быть у червоточины. Маяк, положим, нам не отключить, но ведь должен существовать способ разрушить сам портал!

— Портал сам собой исчезнет, когда закончится питающая его энергия, — вмешалась Элейна. — Учитель Рики и Тенто Корус ведь объясняли. Другого способа нет, если только сама Этха не захочет уничтожить червоточину, что маловероятно.

— Вот именно! — воодушевленно воскликнул Вилли. — Я стал над этим размышлять. Что нам известно? Для открытия червоточины Этха воспользовалась жизненной силой Пурикана, принесла в жертву все, что было на планете живого. Тенто Корус и учитель Рики решили, будто этим дело и кончилось: Пурикану конец, портал открыт. Но что, если портал надо не только открыть, но и поддерживать, и на это требуется дополнительная энергия? А вся энергия Пурикана ушла на то, чтобы запустить процесс? Откуда в таком случае портал черпает силы теперь?

— С чего ты это взял? — удивился Добрый Жук. — Не вижу причин не верить Тенто Корусу.

— Мне кажется, у Вилли есть основания предполагать такое, — сказала Элейна. — Я права?

— А потом я заметил кое-что интересное! — продолжал Вилли, не обращая внимания на возражения. — Этха постоянно сидит. Сутулится. Говорит мало. Злится. Она явно утомлена. И тут мне пришло в голову: может, она истощена поддержанием червоточины? Это логично: она создала червоточину и продолжает ее подпитывать! Все сходится!

— Ты что, вздумал убить Этху? — испугался пуриканец. — Она не самая приятная особа, но…

— Если гипотеза Вилли верна, дело тут вовсе не в Этхе, — возразила дипломат. — Для поддержания червоточины ей нужен дополнительный, очень мощный источник энергии. Его-то и следует уничтожить.

— Я думаю, это Источник, — сказал Вилли. — Думаю, пеплоиды все-таки нашли Источник Древних Инженеров, и он находится здесь, на станции.

— Если найти его и разрушить, червоточина прекратит свое существование! — воскликнула Элейна.

— Точно, — кивнул пилот. — Источник тщательно спрятан, но не охраняется: Этха не хочет, чтобы о его местоположении знала хоть одна живая душа, даже ее собственные прихвостни. Если доберемся до него, сможем предотвратить вторжение!

— Извините, что вмешиваюсь, но ведь это цепочка ничем не подтвержденных догадок и предположений! — возмутился пуриканец. — Мало ли, почему Этха плохо себя чувствует. Может, у нее несварение или зубы болят!

Вилли многозначительно коснулся пальцем лба:

— Это не просто догадки. Что-то подсказывает мне — это правда. Все дело в усилителе мозговых волн. Помнишь, когда нас подключили к этой машине и поток оказался направлен не к Этхе, а наоборот, от нее к пленникам?

— Конечно, ведь это мы с бабушкой устроили, — гордо сказал Добрый Жук. — И что? Как это связано с твоей невероятной сообразительностью?

— А, я поняла! — воскликнула Элейна. — Вместе с ментальной энергией Этхи мы получили фрагменты ее мыслей, чувств и памяти. Вилли передались соображения Этхи об источнике энергии, спрятанном на «Прилипле-к-Пурикану»! Так, Вилли?

— Ага, — кивнул пилот. — Расшифровать эти фрагменты было не так-то просто: они неточны и расплывчаты. По поводу Источника Этха испытывает смешанные чувства: боится за его сохранность и старается о нем не думать, как будто, проникнув в ее мысли, кто-то может узнать об Источнике, найти его и уничтожить. Но вместе с тем она хочет, чтобы Источник перестал существовать. Зрительного образа Источника Этха мне не передала. Где он находится — тоже непонятно. А ты, Элли? Ты видела то же самое?

Элейна покачала головой:

— Не-а. Я получила ярость Этхи, направленную на ее руководство… У них какие-то конфликты, похоже. И еще… Что-то связанное с ее родней. Пока не могу сформулировать.

— Ого! Родственные отношения пеплоидов — это интересно, — встрял Добрый Жук. — Да и внутренние распри можно использовать против них. Попробуй вспомнить поточнее, Элли.

— Ага, — кивнула дипломат, — я постараюсь.

— Предлагаю отправиться на поиски Источника. Тихонько и незаметно, — скомандовал Вилли.

— И как, по-твоему, мы его найдем? — возразила Элейна. — Станция огромная. Источник может быть где угодно. Вплоть до сумочки Этхи, если, конечно, у нее есть сумочка. Он ведь может оказаться сколь угодно мал! А если он заключен в этот кубик, корпус души могущества, то он совсем крошечный.

— Я надеюсь, что, когда мы приблизимся к цели, заимствованная память Этхи даст мне подсказку, — признался Вилли. — Буду ждать вспышки радости или страха. А поскольку, как ты, Элейна, верно заметила, станция эта огромная, нам следует поспешить.

Друзья миновали несколько пересечений коридоров, двигаясь наугад и стараясь не шуметь. Через несколько минут Вилли остановился.

— Нет, так дело не пойдет, — сказал он решительно. — Я не получаю никаких сигналов от памяти Этхи, а если мы растратим таким образом оставшееся время, нас ждет катастрофа. Давайте пораскинем мозгами. Где бы вы спрятали нечто тайное, очень ценное, — но так, чтобы при необходимости до этой вещи было легко добраться?

Вилли подошел к схеме орбитальной станции, изображенной на стене коридора. Станция делилась на три сектора, каждый из которых был окрашен в свой цвет. Палец пилота уткнулся в голубую зону.

— Тут рубка, — указал он и повел пальцем вбок. — По этому коридору мы шли, потом сюда, а сейчас мы вот тут. — Вилли передвинул палец на другой конец схемы. — Здесь находится маяк.

Подошедшая Элейна стала изучать часть схемы, окрашенную желтым цветом.

— Тут жилые помещения, — сказала она, сверившись с расшифровкой в углу схемы. — Она может хранить Источник в своей комнате.

— Ты думаешь, у нее на станции есть своя комната? — усмехнулся Вилли.

— Не забывай, она президент! — возразила дипломат. — У нее должны быть покои на «Прилипле».

— Пусть так, — признал пилот. — Но на ее месте я бы не стал хранить там ничего ценного, ведь именно личные покои в первую очередь посетит тот, кто ищет ее имущество. А если случайно зайдет кто-нибудь посторонний? Допустим, уборщик? И выкинет Источник вместе с другим мусором. Никуда не годится!

— Если Источник упакован в корпус души могущества и спрятан под матрас, уборщик его не заметит, — вмешался Добрый Жук. — А главное, что и мы его ни за что не найдем, если не узнаем хотя бы примерно, где искать. Только зря время потеряем!

— Жучок прав, — вздохнула Элейна. — Подумай, Вилли. Вспомни. Может, всплывет какой-то образ…

— Ладно, — кивнул пилот, — попробую.

Он закрыл глаза и сосредоточился на чужих воспоминаниях, которые призрачной тенью, неуловимым туманом метались в его сознании.

«Источник, Источник!» — повторял Вилли мысленно, силясь пробудить связанные с этим словом чувства и образы. Наконец крючок зацепил что-то на глубине. Пилот попытался резким усилием вытащить добычу, но она сорвалась с крючка.

Это воспоминание было запретным, защищенным. Может, пугающим настолько, что Этха решила никогда к нему не возвращаться. Может, настолько важным, что она спрятала его от лазутчиков-телепатов. Добраться до него Вилли никак не удавалось.

— Не выходит, — пилот сдался. — Элли! Давай поработаем с твоими воспоминаниями. Может, что-то подскажет, где искать Источник.

— Я пробовала сосредоточиться на этих мыслях, но они ускользают, — вздохнула дипломат.

— Делай как я скажу, — посоветовал Вилли. — Постарайся зацепиться за самый яркий момент из воспоминаний Этхи, который тебе удалось осознать. Ищи рядом с ним. Не позволяй другим мыслям лезть в голову, освободи ум от всего лишнего. И когда поймешь, что нащупала, впусти в себя ее память и ощущения, прочувствуй их! Стань ею, позволь им заполнить тебя. Только проникнувшись ею, окунувшись в нее целиком, ты сможешь рассмотреть и осмыслить ее воспоминания. Если же они так и останутся чуждой сущностью на дне твоего сознания, любая попытка приблизиться к ним будет приводить к их бегству на периферию твоего внутреннего зрения — как световое пятно на сетчатке глаза убегает от взгляда после того, как долго смотрел на солнце.

— Ого! — впечатлился Добрый Жук. — Да ты, дружище, теперь специалист по самокопанию. Лопату подарить?

— Так вышло. Я много практиковался, — пожал плечами Вилли. — Ну что, Элли, попытаешься?

Дипломат уже открывала глаза:

— Ты гений, Вилли! Мне удалось зацепить ее воспоминания и получить к ним доступ!

— Круто! — обрадовался пилот. — Рассказывай.

— Так-так, сейчас… — Элейна задумалась. — Этха злится на своего начальника. Начальник — это…

— Шиано Коху, — нетерпеливо подсказал Вилли.

— Ага, — кивнула Элейна. — Он ее заставляет…

Вилли жадно вытянул шею.

— Делать кое-что очень неприятное, — туманно продолжала дипломат. — Это занятие, похоже, каким-то образом угрожает жизни Этхи, но она боится дать отпор. Она смирилась с тем, что может погибнуть. Она злится, но ничего не может сделать.

— Это ее… занятие… Оно связано с червоточиной? С Источником? — уточнил Вилли.

— Да, но не совсем так, как ты предполагал, — Элейна задумалась. — Этха отвечает за сохранность Источника, а он, в свою очередь, питает червоточину. Конкретно про Источник — как он выглядит, где находится — никакой информации.

— А что насчет родни Этхи? — спросил пилот.

— Кажется, они в руках Шиано Коху. Этха сильно за них тревожится!

— Итак, Шиано взял в заложники родственников Этхи и заставляет ее выполнять задание, которое, скорее всего, приведет к ее гибели, — сказал Вилли. — По всей видимости, она должна беречь Источник, который питает червоточину. Это лишает Этху сил. Гибнуть она не хочет, но сделать ничего не может, так как не хочет подвергать семью опасности. Верно?

— Похоже на правду, — подтвердила дипломат.

— А почему Этха теряет силы, оберегая Источник? — встрял Добрый Жук. — Она поддерживает вокруг него щит? Создает невидимость? Генерирует закрытую ячейку во времени и пространстве, где он хранится? Тогда нам Источник ни за что не найти.

— Похоже, ты прав, Жучила. Раз Этха так заинтересована защищать Источник, вряд ли нам удастся его отыскать и уничтожить, тем более что у нас до сих пор нет ни единой зацепки насчет его местонахождения, — согласился Вилли. — Разумнее заключить союз с Этхой. Мы пообещаем защитить ее семью от Шиано Коху, а она отдаст нам Источник, чтобы мы могли уничтожить его и закрыть червоточину. Так и нам будет хорошо, и ей безопасно.

— Надо вернуться и поговорить с ней, — предложила Элейна. — Уверена, она будет не против взаимовыгодного перемирия. Судя по всему, Шиано Коху — не самый приятный руководитель. Только надо поспешить, пока Шиано не вернулся на станцию.

— Взаимовыгодное перемирие? С этой жуткой телепатшей? Вы сами-то в это верите? — возмутился Добрый Жук. — И с чего вы взяли, что нам удастся защитить от Шиано Коху того, кого она сама защитить не смогла? У меня есть идея получше. Давайте натравим на Этху капюшончиков и заставим признаться, что она не президент! Пуриканский флот отступит, и Тенто Корус сможет сам заняться пеплоидами.

— Легко сказать — натравить, — фыркнула Элейна. — Капюшончики не согласятся причинить ей вред! К Этхе они почему-то питают теплые чувства. Ты же помнишь, они не хотели оставлять ее на Пурикане, даже когда она сама им приказала. Насколько я понимаю, лотты — младшая раса в галактике пеплоидов. Выполняют поручения: подай-принеси и все в таком духе. А вот с Этхой они дружат.

— К тому же, никаких гарантий, что они сумеют это сделать, — добавил Вилли. — Элейна же сказала, что они слабые телепаты.

— Вместе они многое могут, — поправила пилота Элейна. — Если хотят. Но они не захотят.

— В любом случае, — продолжал Вилли, — лучше решить проблему по-тихому, чем привлекать Межзвездный Космофлот. Кто знает, к каким жертвам приведет атака на орбитальную станцию? Шиано Коху — серьезный противник, у него в запасе могут быть сильные козыри. Что касается семьи Этхи, сможем мы защитить их или нет, пока не известно. Надо побеседовать с ней и выяснить, где они и что за опасность им угрожает.

— То есть, — не сдавался Добрый Жук, — мы намерены сообщить Этхе, что знаем слишком много об Источнике, который она так оберегает? Она может захотеть от нас избавиться.

— Ничего мы толком и не знаем! — возразил Вилли. — К тому же, лучше подвергнуть опасности себя, чем весь Межзвездный Космофлот.

— Зато мой план надежнее, — настаивал Жук. — Ведь именно этого хотел Тенто Корус. Ты слышал, как он намекал в разговоре с Шиано Коху?

— Не ссорьтесь, — вмешалась Элейна. — Предлагаю сначала прибегнуть к плану Вилли, а если не получится, я попробую убедить капюшончиков помочь нам. Впрочем, я уверена, что они не согласятся.

— Только будет уже поздно, потому что Шиано Коху вернется на станцию или Этха подвесит нас за ноги к потолку и съест наши мозги, — проворчал пуриканец. — Ладно, я понял, спорить с вами бесполезно. Но запомните: я предупреждал.

— Ты так часто в последнее время предупреждаешь, Жучила, что я запутался в надвигающихся на нас бедах. Пошли, — скомандовал Вилли.

Соблюдая крайнюю осторожность, трое друзей двинулись обратно в рубку орбитальной станции.

Глава 5

Лицом к лицу

Когда Вилли, Элейна и Добрый Жук заглянули в рубку, там за время их отсутствия никто не появился, а Этха по-прежнему сидела в кресле перед мониторами. Капюшончики толпились в углу. Друзья быстро юркнули за их спины.

Задачу переманить на свою сторону представителя чужой, враждебной расы, само собой, доверили дипломату экипажа Элейне.

— Не дрейфь! Мы рядом! — шепнул ей Вилли.

— Госпожа Этха, — тихонько начала Элейна. — Можно с вами поговорить? Мы хотим помочь.

Вилли, Добрый Жук и Элейна с ужасом глядели на спину, облаченную в темную материю. Если их расчеты неверны, сейчас им не поздоровится.

Спина шевельнулась. Этха поднялась с кресла и шагнула к пленникам. Ее лицо было непроницаемо. Пеплоид выглядела изможденной, но решимости и резкости в ее движениях не убавилось.

— ТОЛЬКО НЕ УБИВАЙТЕ НАС, — быстро произнес Добрый Жук. — ПОЖАЛУЙСТА.

— Ваша судьба будет зависеть от того, о чем вы хотите побеседовать, — раздраженно произнесла Этха. — Вы, шпионы врага, вдруг решили помочь? Надеетесь, что за это мы вас отпустим?

— Мы не… — вставила Элейна, но ее прервали.

— Может, и отпустим, — продолжала Этха. — Но ваша помощь должна быть достаточно ценной. Вы располагаете секретными данными Межзвездного Космофлота? Коды доступа к информационной сети? Слабые места? Ближайшие планы? Адрес спортзала президента Галактической федерации?

— Насколько я знаю, президент федерации занимается космосерфингом. Вряд ли он тренируется в спортзале, — заметил Добрый Жук.

— Это шутка, — с каменным выражением лица пояснила Этха. — Но раз уж зашла речь, он тренируется в спортзале, и адрес нам уже известен.

— Вы мечтаете избавиться от гнета Шиано Коху, ведь он заставляет вас делать ужасные вещи, — вмешалась дипломат. — В этом мы и хотим помочь!

— Никаких кодов мы не знаем, — добавил пуриканец. — А если бы и знали, то все бы перепутали.

— Шиано Коху — мой повелитель! — устрашающе прогремела Этха. Ее лицо исказил гнев. — Я не позволю вам, крысятам, осквернять его имя!

— Извините, госпожа Этха, — склонил голову пилот, — мы не хотели обидеть вас или властелина Шиано Коху. Мы лишь предлагаем свою помощь на случай, если ваше с ним сотрудничество… его условия… не совсем вас устраивают. Может быть, вы не хотите рисковать здоровьем… Своим и своих близких… Мечтаете о хорошей медицинской страховке? Только намекните, и мы сразу…

— Но если все в порядке, — вмешался Добрый Жук, — тогда не беспокойтесь и просто забудьте все, что мы сказали. Мы не хотим быть навязчивыми.

Этха несколько секунд пожирала Вилли взглядом, осмысляя его туманные выражения. Черты ее лица ожесточились, а челюсти сжались.

— Нет, ерунда… Не может быть, чтобы… — Она нервно заходила по рубке. — Что вам известно?

— Отдай нам Источник, Этха! — вдруг выпалил Добрый Жук. — Мы уничтожим его, и ты выживешь. Мы ничего не скажем Шиано Коху, и твоя семья тоже выживет. Червоточина без энергии закроется, войны не будет, и все счастливы. Расскажи, где найти Источник! Мы знаем, он где-то на станции!

Вилли и Элейна затаили дыхание.

— Источник? — изумилась Этха. — Как вы узнали? Вы не обладаете способностями и не могли… Или это они… — пеплоид гневно взглянула на капюшончиков, — рассказали вам мои мысли? Предатели! После всего, что я для вас сделала…

— Нет-нет, они не говорили! — Элейна выскочила вперед и загородила собой капюшончиков. — Мы были в лаборатории на Пурикане. Вы подключили нас к усилителю мозговых волн. Проводами на присосках, помните? И когда процесс вышел из-под контроля, мы получили кое-какие ваши воспоминания.

— Ах, вот оно что! — воскликнула Этха. — Узнали сущие крохи и теперь считаете себя умниками? Вы рано обрадовались, — пеплоид скривила губы в болезненной усмешке. — Чтобы уничтожить Источник, вам придется убить меня, а я вам этого не позволю.

— Убить тебя? — нахмурился Вилли. — Зачем такие крайности? Мы хотим договориться.

— Кое-чего вам все же не удалось понять из моей памяти, — Этха усмехнулась. — Я специально защитила эти воспоминания, чтобы никто не узнал. Не хватало еще, чтобы половина Межзвездного Космофлота гонялась за мной, стремясь прикончить.

— Мы не причиним тебе зла, — сказала Элейна.

— Не причините, даже если захотите, поэтому я могу сказать правду, — Этха горько улыбнулась. — Тому, кто желает уничтожить Источник, придется убить меня, потому что Источник — во мне. Когда Шиано Коху отыскал его в тайнике Древних Инженеров, я была рядом. Он не нашел подходящего контейнера и заключил энергию Источника в мое тело. Теперь я — носитель и защитник Источника, это моя функция, и он выжимает из меня все соки, — у Этхи неожиданно дрогнули плечи. — Когда мое тело истощится, Шиано Коху переместит Источник в следующего носителя. Шансов выжить у меня нет, но я пойду до конца. Ради себя и своих близких. Если я выполню свое предназначение и Источник уцелеет, Шиано Коху не тронет мою семью.

Вилли взглянул на Элейну. Девушка не сводила глаз с пеплоида и, кажется, была готова заплакать.

— А нельзя как-нибудь извлечь Источник до того, как… как он совсем истощит тебя? — спросил пилот. Теперь он тоже испытывал к Этхе лишь сочувствие. Ей, наверное, очень страшно… Смог бы он сам так решительно и осознанно пожертвовать собой ради спасения своей семьи? Хотя, если задуматься… Смог бы. А разве есть выбор?

— Извлечь Источник может лишь тот, кому достало силы поместить его в меня. Сам Шиано, — сухо сказала Этха. — Он обещал сделать это, когда безопасность Источника уже не будет играть такой роли — когда войско ойгонов выйдет из червоточины здесь, возле Пурикана. Если, конечно, к этому моменту я еще буду жива. Сказал, что где-то раздобыл корпус души могущества — с корпусом не нужно искать для Источника другого носителя. Корпус мал, и его мог бы защищать сам Шиано Коху.

Вилли, Элейна и Добрый Жук взволнованно переглянулись.

— Но думаю, это просто слова. Он хотел подбодрить меня, дать мне силы жить, и для этого обманул. — Этха тяжело вздохнула. — Если у него и есть корпус, он найдет ему более подходящее применение. Он не видит смысла тратить силы и ресурсы ради нас, своих подданных. Ор Маул и Йело Ган… Эти… Истуканы. Они не понимают, что союз с Шиано Коху невозможен. Их ждет жестокое разочарование. Шиано использует всех в своих интересах, а как только его пешки становятся не нужны, избавляется от них с максимальной для себя выгодой.

— А если бы мы добыли эту вещь, этот корпус? — осторожно спросила Элейна. — И каким-то образом убедили Шиано Коху освободить тебя от этой ноши раньше, чем войска выйдут из червоточины?

— В таком невероятном случае у меня появился бы шанс выжить, а у вас — уничтожить Источник. Но есть одна загвоздка. Я не могу позволить вам сделать это, ведь в этом случае Шиано Коху причинит вред моей семье. Моя обязанность — защищать Источник независимо от того, какую форму он принимает.

— Я понимаю, — кивнула Элейна. — Но что, если Шиано Коху сам уничтожит Источник после того, как извлечет его из твоего тела? Конечно, ты обязана защищать Источник. Но ведь не от самого Шиано?

— Отличный план, — усмехнулась Этха, — но я не представляю, как вы собираетесь этого добиться. Армия ойгонов будет здесь в течение часа.

— Я тоже не представляю, — пробормотал Вилли. — Элейна, кажется, сошла с ума.

— Согласен, — мрачно кивнул Добрый Жук.

— Это уже наше дело, — сдержанно ответила Элейна и резко повернулась к пуриканцу:

— Жучок! Давай сюда кубик, который ты нашел в лаборатории! Тот, с надписью!

— Кубик? В лаборатории? У вас и правда есть корпус души могущества? Но откуда? — Этха недоверчиво воззрилась на Доброго Жука.

— Разве неясно? Мы нашли его в лаборатории, — проворчал тот, судорожно обшаривая карманы.

— На Пурикане? — нахмурилась Этха. — Не могу поверить! У меня под носом был корпус души могущества, и я его упустила?!

— В другой лаборатории, — успокоил ее Вилли. — Хотя на твоем месте я обыскал бы их все!

— Таких лабораторий на каждой из искусственных планет — сотни, — фыркнула Этха. — Пурикан не исключение. Древние Инженеры использовали их в самых разных целях, и найти в одной из них корпус — это уникальное везение! Источник и контейнер для него — вещи редкие и настолько ценные, что Древние Инженеры не разбрасывали их где попало. Жизнь на планете зарождали лишь единожды.

— Значит, жизнь на Пурикане зародилась в той «Мастерской небесных тел», где мы побывали с бабушкой? — восхитился Добрый Жук. — Отпад!

— Ты говорила, что жизнь создали в том самом усилителе мозговых волн, к которому ты подключила нас, — обиженно сказал Вилли. — Выходит, ты это просто выдумала?

— Ну, преувеличила, — ничуть не смутилась Этха. — Хотела придать торжественности моменту.

— Обманщица, — погрустнел пилот.

— Не отвлекайтесь. Жучок, где корпус? Ты нашел его? — напомнила Элейна.

— Нету, — развел лапами пуриканец. — Должно быть, я его где-то выронил.

– Не может быть! — пискнула Элейна и стыдливо откашлялась. — Где? Где ты его выронил?

— Наверное, он выпал, когда меня трясли эти пуриканские бандюганы. Надо вернуться и поискать.

— Ну ты даешь, Жучок! — заволновалась дипломат. — Ты должен был беречь его, как зеницу ока!

Ее взгляд упал на монитор, где высвечивалась карта космоса рядом с орбитальной станцией. К белому кругу, обозначавшему «Прилиплу-к-Пурикану», уверенно двигалась красная мигающая точка корабля Шиано Коху. Времени до возвращения ойгона оставалось совсем немного.

— Есть еще несколько минут! Скорее на поиски корпуса! — воскликнула Элейна.

— Там полно охраны, — возразил Добрый Жук. — Нас повяжут, едва высунем нос из рубки.

— Так и быть, помогу вам. По моему приказу вся охрана отойдет к маяку. Но смотрите, — Этха угрожающе блеснула глазами, — ни слова Шиано о том, что я сделала! Иначе вы не только забудете свое имя, но и начнете путать себя с собственными носками.

— Спасибо, Этха! — искренне сказал Вилли. — Мы будем помалкивать, а если все пойдет как надо, скоро Шиано Коху не будет тебе угрожать!

— Мне бы ваш оптимизм. — Этха кивнула на капюшончиков: — И этих ребят заберите с собой. Если вас поймают, им лучше быть рядом и сделать вид, что они за вами гнались, иначе у них будут неприятности.

Друзья бросились прочь из рубки, и по немому указанию Этхи следом отправились капюшончики.

— Пока охраны не видно, — заметил Вилли, когда они преодолели два коридора, достигли границы с жилой зоной и направились в глубь станции.

— Если только они не поджидают нас за углом, собираясь напасть всем скопом, как только мы заберемся поглубже, — мрачно заметил Добрый Жук.

— Если бы Этха хотела от нас избавиться, она сделала бы это прямо в рубке, — возразила Элейна.

— Может, ей нужен корпус души могущества, — пожал шестью плечами пуриканец. — Найдем его, тогда-то нас и сцапают, а корпус достанется ей. Она, конечно, наболтала, что Шиано Коху не захочет избавить ее от Источника, но ведь он обещал, так что запастись на всякий случай корпусом не вредно. К тому же, она всегда может подарить его Шиано на день рождения. Шпионов еще с нами отправила! — Добрый Жук злобно зыркнул на капюшончиков.

— А я ей верю, — вставил пилот. — Она заботится о капюшончиках. О своей семье. О своем народе. Им не повезло оказаться под гнетом Шиано Коху. Кто знает, что было бы с нами в такой ситуации.

— Ты просто не в духе, Добрый Жук, — вставила Элейна. — Подумай о чем-нибудь хорошем.

— Ума не приложу, о чем, например.

— О том, какая мягкая постель в твоей каюте на «Толстой ласточке» и как ты проспишь тридцать часов подряд, едва все это закончится и мы вернемся на корабль, — предложила дипломат.

— О, — Добрый Жук вдруг расслабился. — Да, это помогает. Пожалуй, надо будет принять ванну.

— Куда теперь? — Вилли остановился на развилке. В этой части орбитальной станции он не бывал — пока Добрый Жук и Элейна отвлекали на себя охрану станции, он пытался отключить маяк.

— Тут мы пошли направо, — вспомнила Элейна.

— Верно, — кивнул пуриканец. — Потом еще раз направо и прямо по длинному коридору.

Члены экипажа «Толстой ласточки» поспешно двинулись по указанному маршруту.

Придя на место, где чуть ранее Добрый Жук и Элейна встретились с охраной станции и потерпели горестное поражение, друзья стали бродить туда-сюда в поисках кубика. Капюшончики тоже помогали — правда, в основном морально.

Это был вытянутый зал с тусклым освещением, загроможденный ящиками. В центре высился здоровенный робот-погрузчик. Поиски здесь столь мелкого предмета казались бесперспективной задачей, и Вилли уже решил распрощаться с надеждой найти артефакт Древних Инженеров, когда Добрый Жук испустил радостный крик и поднял лапу, в которой что-то крепко сжимал.

— Я так и думал, что потерял его, когда эти громилы зажали меня в углу! Но я отбивался как лев!

— Дай, — Элейна отобрала у него кубик. — Отлично! Сюда мы перенесем Источник из Этхи, а затем уничтожим его, и червоточина закроется. Осталось придумать, как убедить Шиано Коху помочь нам.

— Придумать?! — Вилли выпучил глаза. — Ты притащила нас сюда, не имея плана? Я-то думал, ты всё рассчитала! Элейна, мы зря теряем время. Шиано Коху ни за что не согласится помочь!

— Думаешь, не согласится? — дипломат ничуть не смутилась. — В таком случае нам придется… Пожалуй, это даже проще… Да, так и сделаем!

— Что сделаем?! — возмутился Добрый Жук. — Будь добра объяснить, что ты придумала! Мы не станем вслепую реализовывать твои безумные идеи.

— Да не нервничайте вы так, — успокоила друзей дипломат. — У меня все под контролем.

— Под контролем, как же, — фыркнул пилот. — По-моему, это сплошная импровизация!

— Как ты, Вилли, справедливо заметил, нам вряд ли удастся убедить Шиано сделать то, что нам нужно, — пояснила Элейна. — Отсюда следует, что он должен выполнить это несознательно.

— Это еще что значит? — нахмурился пуриканец.

— Перевожу для самых сообразительных: нам всего лишь надо взять Шиано Коху под телепатический контроль! — радостно сообщила дипломат.

Вилли и Добрый Жук глядели на нее так, будто видели впервые.

— Всего лишь? — переспросил пилот. — Элли, ты в своем уме? Как, по-твоему, мы это сделаем? Если бы Этха могла управлять своим повелителем, она давно прекратила бы это безумие.

— Я не про Этху говорю, — дипломат беспечно махнула рукой. — Да нам и не нужен полный контроль. Надо лишь создать у него впечатление, будто все его мечты уже сбылись и войска пеплоидов прибыли в нашу галактику. Убедить в хорошем легче, чем в плохом. Он сам рад будет в это поверить! Шиано Коху ведь обещал Этхе, что извлечет Источник, когда войско пеплоидов пройдет через червоточину. Мы убедим его, что армия уже здесь, подсунем корпус, и дело в шляпе!

— Погоди-погоди, — остановил Элейну пилот. — Этха сказала, что корпуса у него, скорее всего, нет. Что он ничего не делает для своих подданных, а ей просто наврал, дал ложную надежду, чтобы она не подвела. Даже если мы каким-то чудом сумеем убедить его, что войско здесь, он не станет спасать Этху.

Дипломат некоторое время хмурилась, о чем-то усиленно размышляя.

— Значит, надо ему подсказать, что он хочет именно этого! — глубокомысленно изрекла она в конце концов. — Я возьму это на себя, есть несколько соображений. Итак, когда Источник окажется в корпусе души могущества, Шиано Коху должен его уничтожить. Это посложнее, чем первая часть, но думаю, мы с капюшончиками найдем способ.

— Капюшончики?! — изумился Вилли. — Каким образом? Они же боятся его как огня!

— К тому же… Они слегка загипнотизировали Этху, но это не то же самое, что справиться с величайшим телепатом Шиано Коху, — добавил пуриканец.

— Каждый из них в отдельности не сравнится по силе с Шиано Коху и Этхой, — приступила к объяснениям Элейна. — Их дар — лишь отзвук могущества пеплоидов. Но благодаря развитому коллективному духу они умеют ментально соединяться и оказывать достаточно мощное воздействие — как то внушение, что они применили к Этхе. Но это мелочи по сравнению с тем, на что они способны.

— Ты неплохо изучила капюшончиков, — признал Вилли. — Тем не менее твой план ненадежен. Он держится на одних догадках и предположениях.

— У тебя есть идеи получше? — поинтересовалась Элейна.

— У меня была идея получше, — вмешался Добрый Жук, — но меня никто не захотел слушать. А теперь, когда до катастрофы остались считаные минуты, мы бросаемся в лихую авантюру.

Вилли только вздохнул.

В сопровождении посерьезневших от осознания важности своей миссии капюшончиков друзья направились в рубку. Каждый точно знал что делать, и предстоящая опасность заставляла спешить.

До рубки небольшому, но решительному отряду добраться не удалось. Судьбоносная встреча состоялась на одном из пересечений коридоров.

Из полутьмы выступило несколько фигур: Шиано Коху, Этха и, наконец, Йело Ган. Чем бы ни занимались они с Шиано Коху во время их отлучки с «Прилиплы», после этого Йело Ган утратил желание бравировать и теперь подавленно молчал.

Члены экипажа «Толстой ласточки» замерли посреди круглой площадки, от которой в разные стороны расходились шесть коридоров. Площадка была освещена мягким белым светом, и друзья оказались перед противником как на ладони.

— Вот и беглецы, — объявил Шиано Коху. — А с ними наши маленькие помощники. Надеюсь, вы вели их под конвоем в рубку? — обратился он к капюшончикам. — Иначе, моя дорогая Этха, мне придется не поверить твоему утверждению, что пленники сбежали. Придется допустить неприятную мысль, что твои крошечные друзья с ними заодно.

— Без паники, действуем по плану, — скомандовала Элейна. — Аргалту кап, — шепнула она капюшончикам, и те сгруппировались, будто собираясь защитить друзей от опасности.

Этха выглядела рассерженной и испуганной одновременно.

— Нет, они никогда бы… — начала она.

— Да брось, к чему отрицать очевидное, — холодно сказал Шиано Коху. — Я же вижу, что наши рабы переметнулись на сторону врага. Смех, да и только. Прикончи этих жалких предателей, Этха.

Капюшончики не двинулись с места, только плотнее сомкнули ряды. Вилли сжал кулаки, Элейна еле слышно ойкнула и прикрыла рот ладонью. Добрый Жук нервно дернул усиками.

— Я… Я НЕ МОГУ, — хрипло вымолвила Этха после секундного колебания.

— Ах, вот как? Может, эти глупцы из Межзвездного Космофлота купили и тебя? — прогремел Шиано Коху. Он снял с головы капюшон, и все увидели змееподобную чешуйчатую голову с кроваво-красными щелками глаз. Безгубый рот изогнулся в усмешке. — Хотя что я говорю! Ты верна мне, Этха, но твоя преданность меркнет, едва опасность начинает угрожать твоим жалким прихвостням. Ты чересчур к ним привязалась. Но сейчас у меня нет выбора. Они предали наше дело и помогают врагу. Я должен покончить с ними. Мне следовало сделать это уже давно — как только я понял, что твоя верность мне имеет границы.

Этха опустила голову, но ее голос был твердым:

— Если вы не будете выполнять свои обещания, повелитель, подданные от вас отвернутся.

Йело Ган, услышав эти слова, вздрогнул. Вилли, Элейна и Добрый Жук ошеломленно замерли. Вряд ли кто-то до сих пор осмеливался сказать подобное грозному Шиано Коху.

Капюшончики не издавали ни звука.

Несколько мгновений царила тишина. Шиано Коху, пугающий, как оголенный провод, как бомба, способная в любую секунду взорваться, сверлил Этху злобным взглядом. Та не отводила глаз. Воздух был пронизан напряженностью. Казалось, еще немного — и в нем вспыхнут яркие искры.

Наконец Шиано расхохотался:

— Я пошутил, моя верная служительница. Конечно, я не стану нарушать данное тебе слово. Но и ты, — он угрожающе сверкнул глазами, — не должна меня разочаровывать. Ты ведь понимаешь?

Этха серьезно кивнула:

— Я оправдаю ваши ожидания, повелитель.

Все вздохнули с облегчением. Элейна, Вилли и Добрый Жук обменялись взглядами: пора.

Первая фаза плана — отвлечь внимание Шиано Коху, чтобы открыть его внушению, после чего в дело вступят капюшончики. Эту задачу поручили пилоту.

— ЭЙ, ЗМЕЮГА, — нагло бросил он пеплоиду. — Если ты главный у вас в галактике, это еще не значит, что и у нас ты станешь королем. Умерь свои амбиции.

Элейна и Добрый Жук вытаращили глаза: такого самоубийственного поведения план не предусматривал. Вилли, как обычно, решил импровизировать.

Шиано Коху по-змеиному зашипел. Пилоту показалось, что из его рта высунулся узкий раздвоенный язык, но тут же исчез.

В ту же секунду неведомая сила подняла пилота в воздух и отбросила назад, ударив о стену и пригвоздив к ней. Из его легких с хрипом вырвался воздух, на губах появилась кровь, но глаза Вилли пока оставались открытыми. От пола пилота отделяло около метра.

Правая рука Шиано Коху — покрытая чешуей, с острыми коготками и перепонками между пальцами — была напряженно вытянута вперед. Издавая еле слышное шипение, он не сводил глаз с жертвы.

— Я тебе покаж-жу свою с-силу, черв-вь, — наконец произнес он членораздельно.

Элейна с трудом отвела полные ужаса глаза от Вилли и махнула капюшончикам:

— Ари ку! Улап ван!

Это был момент для атаки. Шиано Коху полностью сконцентрировался на бедном Вилли, и, судя по плачевному состоянию пилота, времени оставалось всего ничего. Добрый Жук сделал шаг вперед, готовый приступить к исполнению своей роли.

Капюшончики подняли лапы над головой и хором забормотали. Шиано Коху продолжал сверлить Вилли взглядом и не опускал руки. Пилот хрипел, на его губах пузырилась кровь, руки подергивались.

Йело Ган сделал шаг к капюшончикам, но путь ему преградила Этха.

— Стой на месте, — резко сказала она. — Это тебя не касается.

— Но Шиано… — Йело Ган явно разрывался между двумя противоречивыми желаниями. Вроде бы ему следовало прийти союзнику на помощь, но здравый смысл и инстинкт самосохранения советовали не вмешиваться, а еще лучше — сбежать.

Этха, похоже, угадала, о чем думал Йело Ган.

— Уходи. Уходи, пока можешь, — бросила она не терпящим возражений тоном.

Йело Ган завороженно уставился на Шиано Коху, неподвижная поза которого начала казаться искусственной. Вилли, прижатый к стене, хрипел и дергал руками, пытаясь оторвать от своей шеи невидимые клещи чужой хватки, но тщетно.

Через мгновение Йело Ган принял верное решение. Он отвернулся и зашагал по коридору прочь.

— Ор Маул просто безмозглый фанатик, — донеслась его раздраженная реплика.

Капюшончики бормотали все быстрее и быстрее, а лицо Вилли уже посерело.

— Добрый Жук, что делать? Шиано убьет его! — простонала Элейна.

Пуриканец, подобравшийся ближе к Этхе с контейнером для Источника в лапе, оглянулся:

— Плохо дело! Надо его выручать!

— НЕЛЬЗЯ! — взвизгнула дипломат. — Если тронем Шиано, нашему плану конец!

Бледный как смерть, Вилли закрыл глаза и, кажется, был близок к тому, чтобы лишиться сознания. Капюшончики продолжали монотонно бормотать, и, когда Элейна уже сделала шаг к Шиано, не в силах дальше наблюдать за тем, как пеплоид мучает Вилли, что-то в пеплоиде неуловимо изменилось. Элейна замерла на месте, пытаясь понять, что происходит.

Наконец перемены стали видимыми. Глаза Шиано Коху закрылись, его тело расслабилось. Вытянутая вперед рука слегка опустилась.

— Получается! — обрадовалась Элейна.

— Ура! Молодцы! — воскликнул Добрый Жук. — Давайте, еще немного!

Рука Шиано Коху опускалась все ниже и ниже, пока не повисла плетью. Повинуясь воле капюшончиков, он повернулся к Этхе, и Вилли, освобожденный от невидимой хватки, шлепнулся на пол. Вздрогнув всем телом, Элейна бросилась к нему.

Нормальный цвет лица медленно возвращался к пилоту. Дипломат вытирала ему губы платком, который случайно, в порыве чувств, вытащила у Доброго Жука из кармана.

— Не стоит благодарности, — сказал пуриканец.

До сих пор Этха стояла на месте, не двигаясь. И лишь теперь, когда Шиано пошевелился, она невольно подняла руку, словно защищаясь от него.

— Очнулась, гляди-ка, — съязвил Добрый Жук.

— Она не может сражаться с Шиано! — воскликнула Элейна. — Наш шанс — это лотты!

Капюшончики продолжали отдавать Шиано Коху мысленные команды, и тот торжественно произнес:

— Сегодня великий день. Первый из многих, но начало нашему грандиозному завоеванию положено. И я выполню обещание, которое дал тебе, Этха.

Повисла тревожная тишина. Элейна стояла на коленях возле Вилли, который дышал немного ровнее. Добрый Жук держал наготове корпус души могущества, чтобы подать его Этхе, едва Шиано Коху примется извлекать Источник. Но тут произошло неожиданное.

Шиано вытянул правую руку, и Этха мгновенно взмыла в воздух.

— Я уничтожу тебя, непокорная! Я не нуждаюсь в той, что готова пойти против меня из-за глупой привязанности к низшей расе!

— Что происходит?! — заорал Добрый Жук. — Разве он не должен был…

Элейна вскочила на ноги. На полу вяло шевелился медленно приходящий в себя Вилли.

— Этха, держись! — воскликнула дипломат.

— Э-ге-гей! — пуриканец размахивал корпусом души могущества, будто надеялся, что искомое само неожиданно выскочит из Этхи.

— Если он и собирался извлечь Источник, когда корабли пройдут через портал, то потом передумал! — воскликнул Вилли, поднимаясь на ноги. — Элли, ты говорила, что у тебя есть соображения на этот случай. Самое время начать соображать!

Элейна обеспокоенно терла лоб:

— Да-да… Сейчас… Сейчас…

— Невероятно, Элли! — разгневался пилот. — И на что ты, спрашивается, рассчитывала?!

— Лотты клялись, что смогут его контролировать. Что же делать?! Ничего не могу придумать! — Элейна схватила себя за волосы и резко дернула.

— Почему она не сражается?! — закричал Вилли.

— Наверное, боится за свою семью!

— Надо остановить Шиано Коху! Скажи капюшончикам, чтобы оставили его в покое. Пусть отменят приказ! — орал Вилли.

— Нет! Я знаю, что делать! — крикнула Элейна и бросилась к капюшончикам.

— Ты больше не нужна мне, — Шиано сбросил Этху с высоты, та упала и теперь пыталась подняться. — Ты податлива и слаба, как все ойгоны!

— Ар таг! Игам! Игам! — приказала Элейна капюшончикам, и те замолчали, прекратив воздействие.

— Отан пур? — спросил один из них.

— Пур! Итали ва! — подтвердила дипломат.

Капюшончики закивали.

Шиано между тем все еще не приходил в себя.

— Не помогло! Что будем делать? — запаниковал Добрый Жук. — Надо его вырубить!

Вилли подскочил к Шиано Коху и отчаянным усилием прыгнул ему на спину:

— Вот тебе! Получай!

Он вцепился в Шиано и колотил его по голове кулаком. Ящероподобный гуманоид, оставаясь в трансе, отшвырнул Вилли. Тогда на противника смело бросились капюшончики. Шиано стал отдирать их от себя, как назойливых пиявок.

— Сгиньте! Отцепитесь от меня! — орал он.

Одному из капюшончиков он попал по голове, и тот мешком свалился на пол. Другие отлетали назад и, ударившись о стены, сползали на пол. Элейна с ужасом наблюдала за происходящим. Но зато, отвлекшись на атакующих, Шиано забыл про Этху.

Она поднялась с пола, буравя Шиано взглядом.

— Настало время ответить за свои злодения. Как долго я ждала этого часа! — Этха двинулась навстречу своему бывшему повелителю.

— Этха, стой! А как же твоя семья? — испуганно воскликнул Добрый Жук. — Ты не можешь…

— Еще как могу! Напав на лоттов, этот глупец развязал мне руки!

— Как это? — не понял пуриканец.

— Мы с Шиано были связаны ментальной печатью. Я обязалась служить ему, а он — не причинять вреда моей семье. Теперь он нарушил свое обещание, и я свободна делать то, что захочу!

— Молодец, Элли! — воскликнул Вилли. — Это ты ловко придумала!

— Я не понял, а при чем тут ее семья? — ошарашенно произнес Добрый Жук.

— Ее семья — лотты, то есть капюшончики, — пояснила Элейна. — Ты же слышал, как Шиано обвинял ее в привязанности к низшей расе. Он имел в виду капюшончиков.

— Как у них все сложно… — в замешательстве пробормотал пуриканец.

Этха выбросила вперед обе руки ладонями кверху, и из них заструился вверх густой столб дыма.

— Ха! — с резким выкриком она повернула ладони к Шиано, который пытался сбросить с себя оставшихся капюшончиков. Из ее рук вылетела струя огня и через доли секунды достигла противника. Тот, поздно заметив угрозу, едва успел обернуться и повторить ее движение. Пламя с шипением исчезло, упершись в его покрытые чешуей ладони.

— Сейчас вы умрете, — сверкнул глазами Шиано Коху, — ты и твои трусливые прихвостни! — он метнул ненавидящий взгляд на капюшончиков.

Те, сыграв свою роль, отскочили от противника, оставив его на волю Этхи.

— Я бы не рассчитывала! Ты не тронешь ни их, ни меня! — объявила Этха, крутанула кистями рук, и в Шиано полетела вереница голубых сверкающих шаров. — Достаточно с ойгонов бед, которые ты нам причинил! Больше ты не сможешь вредить нам!

Новый удар он не смог отразить так же легко, как первый. Шары исчезли, коснувшись его ладоней, но Шиано покачнулся и отступил на шаг назад.

— Сгинь! — Воздев руки к потолку, Этха обрушила на противника водопад зеленых всполохов.

Этого оказалось достаточно. Шиано Коху беззвучно осел на пол и больше не шевелился.

— Не волнуйтесь, он жив, — холодно произнесла Этха. — Я лишь на время обездвижила его.

— Этха, у нас есть корпус, — осторожно заговорила Элейна. — Ты можешь извлечь Источник? Теперь, когда ты не связана договором с Шиано Коху…

— Да, я могла бы извлечь его и уничтожить, — прервала ее Этха. — Я обладаю силой, равной силе Шиано Коху. Он, величайший телепат Вселенной, учил меня. Но я сделаю больше. Я прибегну к мощи Источника, чтобы помочь вашей планете. Энергии в нем осталось не очень много, но достаточно, чтобы остановить распад. А когда Источник исчерпается, червоточине придет конец, и наши войска вернутся домой, чему ойгоны будут очень рады. Большинство из нас подчинялось Шиано Коху из страха. И ваш покой больше никто не потревожит.

— Ты… Ты хочешь помочь нам? — не поверил своим ушам Добрый Жук. — Это неожиданно…

— У ойгонов есть честь, — бесстрастно ответила Этха. — Мы нанесли вам непоправимый ущерб. Вы же помогли нам. Благодаря вам мы наконец освободились из-под гнета тирана Шиано Коху, который долгие годы повелевал нами. То, что я сделаю, — мелочь по сравнению с тем, что мы вам задолжали.

— Спасибо, Этха! И я знаю, что мы станем делать дальше! — вдруг радостно объявил Вилли.

— О чем это ты? — удивилась Элейна.

— Помните, что говорил учитель Рики? — сказал пилот. — О наследии Древних Инженеров. Шиано отыскал один Источник, но ведь есть и другие!

— Найти другие Источники Древних? — задумчиво переспросил Добрый Жук. — Это интересно.

— Вилли, ты гений! — воскликнула Элейна. — Мы используем Источники, чтобы вернуть Пурикан в состояние, пригодное для обитания, и вновь зародить на нем жизнь, как это делали Древние Инженеры.

— Вот только мы понятия не имеем, где искать Источники, — разумно заметил Добрый Жук.

— И потом еще надо будет задействовать Источник, — добавил Вилли. — А мы этого не умеем.

— Зато умеют лотты, — сказала Этха. — Вы крепко сдружились, и они наверняка согласятся остаться здесь и выручить вас. Что касается поисков тайника Древних… В этом помогу я. Шиано Коху собрал крохи тайного знания, которые привели его в эту галактику. Им двигала жажда обрести великое могущество — силу создания и оживления планет, которой обладали Древние, — чтобы с его помощью захватить еще больше миров. Мне известно многое из того, что знает Шиано, и я расскажу вам. Но учтите, это будет трудное путешествие. Вы побываете в местах, о которых никогда не слышали…

— Ничего, — усмехнулся Вилли. — Справимся.

— Замечательно. А сейчас предлагаю заняться срочными делами. Я перемещу Источник в корпус души могущества и с его помощью остановлю распад Пурикана. Позволите? — Этха протянула руку. Добрый Жук опустил на ладонь пеплоида белый кубик.

Друзья затаили дыхание, ожидая незабываемого зрелища. То, что сейчас произойдет, успокоит жар Пурикана и закроет червоточину, окончательно избавляя галактику от опасности вторжения.

Этха держала ладонь с кубиком перед собой. Она закрыла глаза и стала беззвучно произносить какие-то слова. Ее губы шевелились, черты лица искажались, как от судороги. Раздался шелест, и от тела Этхи к кубику потянулись тонкие зеленые волокна. Пеплоид заговорила громче. Судороги, сокращавшие ее мышцы, перекинулись на все тело, она едва держалась на ногах. Ее окружил плотный кокон из струящихся зеленых волокон. Вилли, Элейна и Добрый Жук не сводили с пеплоида глаз.

Наполняясь энергией, кубик засветился зеленым. Он впитывал в себя волокна, источаемые Этхой. Наконец фигура в темном плаще рухнула на пол, и корпус души могущества выкатился из ее ладони.

Только теперь Вилли отпустил плечо вырывающейся Элейны, и та упала на колени рядом с Этхой, схватила ее за руку, заглянула в лицо.

Пеплоид открыла глаза. Она была истощена, но спокойна. Она улыбнулась:

— Со мной… все в порядке.

— Получилось? — обеспокоенно спросил Вилли, вглядываясь в кубик. — Источник теперь в корпусе?

Этха попыталась встать, и с помощью Элейны ей это удалось. Капюшончики радостно загомонили.

— Дай мне корпус… — попросила пеплоид.

Элейна вложила ей в руку поднятый с пола кубик.

Этха сжала в кулаке корпус души могущества, и друзья поежились, ожидая увидеть еще одну пугающую сцену, но произошло неожиданное: раздался хруст, и в следующий миг на раскрытой ладони пеплоида лежали лишь обломки белого материала.

— Теперь всё, — мягко улыбнулась Этха.

— А как же Пурикан? — встревожился Добрый Жук. — Где эти… нити? Энергия? Они пропали?

— Источник израсходован, — пояснила Этха. — Взгляните на свою планету. Конечно, это не то, что вы хотели бы увидеть… Но все-таки немало.

— А червоточина? — пересохшими губами спросил пилот. — Она закрылась?

— Да. Вашей галактике более ничего не угрожает. — Этха презрительно взглянула на Шиано, все еще лежащего на полу без сознания. — Ты потерпел поражение, Шиано Коху. Жаль, что ты не стал свидетелем своего фиаско. Но будь уверен, я позабочусь о том, чтобы ты узнал о нем все подробности.

Эпилог

Вилли, Элейна и Добрый Жук поспешно вернулись в рубку «Прилиплы-к-Пурикану», где огромные иллюминаторы открывали вид на планету.

Глазам друзей предстало необыкновенное зрелище: поверхность Пурикана, которая еще полчаса назад горела огнем, съедаемая неумолимыми потоками лавы, извергающейся из недр планеты, теперь гасла, меркла. Пурикан темнел и успокаивался, движение на поверхности стихало.

— Что будет, когда процесс завершится? — поинтересовался Добрый Жук.

— Думаю, Пурикан превратится в кусок камня, — ответила Элейна. — И уже от нас будет зависеть, обретет ли планета прежний вид. Предлагаю лететь на поиски тайника Древних Инженеров сейчас же, не откладывая. Учитель Рики наверняка не одобрит такую авантюру. Скажет, что это слишком опасно, а у нас почти нет опыта самостоятельных действий, и так далее и так далее.

— Да я и сам боюсь передумать, если будет время на размышления, — усмехнулся Добрый Жук. — Лучше отправиться в путь, не откладывая.

— Не возражаю, — кивнул Вилли. — Чем раньше отыщем Источник, тем быстрее Пурикан станет прежним. Важнее этого ничего нет.

— Есть еще одна причина, почему вам следует поспешить, — добавила Этха, неслышно войдя в рубку. — Наследие Древних Инженеров — лакомый кусочек для многих рас. Шиано Коху — не единственный претендент. У ворот в сокровищницу Древних вам могут бросить вызов другие искатели могущества, гораздо более решительные и жестокие, чем вы.

— Решительнее нас никого нет, — твердо сказал Вилли. — Нам нужно возродить Пурикан, и я никому не советовал бы вставать у нас на пути.

— Да! — Добрый Жук сжал шесть лап в кулаки.

— А ты, Этха, что будешь делать? И почему не возьмешь с собой лоттов? — спросила Элейна.

— Там, куда я отправлюсь, им не место. Я должна позаботиться о Шиано, — твердо сказала Этха. — Его нельзя оставлять без присмотра.

— Доставишь его в вашу галактику? — уточнил Добрый Жук. — Чтобы он понес положенную кару?

— Не совсем, — покачала головой Этха. — Как ты мог заметить, он не ойгон. Повиновения ойгонов Шиано Коху добился путем неприятных и жестоких манипуляций, а сам он принадлежит к другой расе. Я доставлю Шиано к его соплеменникам. Если верить тому, что он мне рассказывал, дома его ждет очень радушный прием, — Этха холодно усмехнулась, и у Вилли по спине побежали мурашки. На миг он даже проникся сочувствием к Шиано Коху, но быстро отрезвел:

— Надеюсь, ему запретят путешествия. Не хватало, чтобы он еще какую-нибудь расу себе подчинил.

— Время не ждет, давайте прощаться, — предложила Элейна. — Этха, ты перешлешь нам данные о местоположении сокровищницы Древних?

— Да, но не так, как вы ожидаете.

— В каком смысле? — заволновался Добрый Жук. — Нам сюрпризов не надо.

Этха закрыла глаза и глубоко вздохнула:

— Постарайтесь выгнать из головы все мысли, не сосредотачивайтесь ни на чем. Так мне будет легче наладить с вами ментальный контакт.

— Не-не-не, — заворчал пуриканец, — я на это не подписывался.

— Это не больно, — успокоил его Вилли. — Просто расслабься, остальное сделает Этха.

— Неужели без этого нельзя? — не успокаивался Добрый Жук. — Ладно, так и быть.

Через несколько секунд Этха открыла глаза.

— Ого! Как интересно! — воскликнула Элейна. — Я и не знала, что возле…

— Тс-с, — шикнул на нее Вилли. — Даже у стен есть уши, а никому не надо знать, куда мы направляемся. Не хватало еще, чтобы за нами следовала делегация из желающих завладеть могуществом Древних Инженеров!

— Имейте в виду, это лишь отправная точка, — сообщила Этха. — С нее мы собирались начать поиски, но путь может оказаться очень долгим.

— Ясное дело, — вздохнул Вилли. — Ладно, нам пора на корабль. Этха, удачи! Надеюсь, у ойгонов всё будет в порядке. И спасибо за помощь.

Покинув орбитальную станцию на борту «Толстой ласточки», оставив там Этху, плененного Шиано Коху и воодушевленных победой капюшончиков, Вилли, Элейна и Добрый Жук летели прочь от Пурикана, готовясь войти в гиперпространство по координатам, переданным Этхой. Все немного грустили.

— Все-таки жаль, что не с кем посоветоваться. Я бы сейчас рад был поболтать с учителем Рики, — вздохнул Добрый Жук. — Такое чувство, что мы одни-одинешеньки во Вселенной. Аж сердце щемит.

Ответом ему было сообщение бортовой системы:

— Поступил вызов.

— Принять, — приказал Вилли.

На экране появилось знакомое и почти родное лицо учителя Рики. У него за спиной скакали капюшончики, пытаясь попасть в кадр.

— Приветствую вас, друзья мои! Я встретился с ойгоном Этхой, и она поведала мне о ваших планах. Я рад, что вы решились на этот смелый шаг, и горжусь вами, — проговорил учитель Рики с улыбкой. — Чтобы избежать лишних вопросов, вы получите официальное задание, суть которого будет известна лишь мне, Тенто Корусу и одному-двум лицам из командования Межзвездного Космофлота. Кодовое название миссии — «Огонь и лед». Огонь — из-за Пурикана, а лед, — он усмехнулся, — в честь ледяного спокойствия, которое вы проявили на задании. Если бы не ваша находчивость, нам пришлось бы туго.

— Учитель, а что будет с жителями Пурикана? — спросила Элейна. — Ведь им негде жить, а наши поиски могут занять как дни, так и долгие месяцы.

— Не волнуйтесь, Тенто Корус обо всем позаботился. Дружественные планеты готовы приютить беженцев. А о твоей семье, Добрый Жук, я побеспокоился отдельно. Им выделили отличный дом на планете Гмурр, с тропическим садом и фонтаном.

— Спасибо, учитель! — обрадовался пуриканец.

— Чем теперь заняты «Истуканы», учитель? Как дела у Ур Ру? — спросила Элейна.

— Ор Маул скрылся, «Истуканы» в замешательстве, — сказал учитель Рики. — Руководство принял на себя Ур Ру. Президенту Пурикана гораздо лучше, скоро он вновь займет свой пост.

— Приятно слышать, — вздохнула Элейна.

— Когда вернетесь, — учитель Рики торжественно улыбнулся, — вас ждет награда. Орден боевой космической славы для каждого — за то, что остановили вторжение ойгонов. А уж если отыщете Источник — станете настоящими героями!

Элейна густо покраснела, Вилли расправил плечи и ухмыльнулся, а Добрый Жук подскочил на месте:

— Да! Отлично! Вы сообщите об этом моей семье, учитель? А то они решат, что я бездарь, когда узнают, что меня отчислили из Академии.

— Тенто Корус сделал официальное заявление на всю галактику о произошедшем на Пурикане, и ваши имена упоминались в этом докладе в самом лестном свете. А насчет отчисления я лично поговорю с твоими родителями, — пообещал учитель Рики.

— Ура! — воскликнули друзья хором.

— Кстати, когда я связывался с твоей семьей, Добрый Жук, тебя очень хвалила бабушка, — усмехнулся учитель Рики. — Думаю, она за тебя постоит.

Добрый Жук от удовольствия порозовел.

— Капюшончики останутся со мной ждать вашего возвращения, — продолжал учитель Рики, — и когда вы доставите Источник, они вдохнут в Пурикан новую жизнь.

— Мы будем спешить, — пообещал Вилли.

— Желаю удачи, и не лезьте в пекло, — Рики приветственно поднял руку. — Будем с нетерпением вас ждать. Желаю счастливого пути!

— До свидания! — хором ответили друзья.

И «Толстая ласточка» бесстрашно отправилась навстречу новым приключениям.

Тогда члены ее экипажа еще не знали, что им предстоит не только найти способ вернуть к жизни изможденный Пурикан, но и защитить всю галактику от новой невиданной опасности, о которой пока мало кому было известно…

Content

Саша Сильвер
Космические бродяги. Вторжение пеплоидов

Часть I Гром среди ясного неба

Глава 1 Таинственный двойник

Глава 2 С прилетом на Пурикан!

Глава 3 К порядку, господа!

Глава 4 Похищение

Глава 5 Чей голос?

Глава 6 Нарушители спокойствия

Глава 7 Президенту нездоровится

Глава 8 Начало конца

Часть II Накал страстей

Глава 1 Ой! Не туда попали!

Глава 2 Мастерская небесных тел

Глава 3 Разведка боем

Глава 4 В паутине

Глава 5 Вот вы где!

Часть III Угроза из червоточины

Глава 1 Предательство

Глава 2 Жерло вулкана

Глава 3 Ловушка

Глава 4 Молчание титанов

Глава 5 Лицом к лицу

Эпилог