Виктория Смирнова

Поцелуй Мира. Книга 2. Забытые обломки судеб

От читателей первой части серии «Поцелуй мира»:

«Всё, я её прочитала залпом! Когда закрыла финальную страницу, очень хотелось в сердцах сказать: «Так нечестно!!! В самом интересном месте, когда всё только начинается!.. Где же следующая книга? Когда? Хочу!!!»

Очень затянула, увлекла история. Спасибо за такое приключение!

И очень много вопросов хочется задать! Конечно же, очень хочется выспросить про то, что будет дальше. И кто с кем окажется. Прямо вот руки чешутся всё это выспросить. И сдерживаю себя, чтобы тем, кто читает или только собирается приступить, не смазать удовольствие от раскрытия сюжета.

Всё равно спрошу кое-что.

Виктория, откуда вы берёте таких героев? Реальных людей, знакомых описываете? Или всё из себя, из своего мироощущения? И откуда в книге появились животные – у вас тоже есть собака?..»

Татьяна Амелина (Москва).

«Читала запоем. Читала, читала… оторваться не могла. И вот книга закончилась… так нечестно, на самом интересном месте… а кто звонил, а что с Дианой и Бароном… Господи, так много вопросов, а книга закончилась!

Виктория, какая у вас буйная фантазия!!! Или не фантазия… для меня всегда вот такие люди, с особенными навыками, умениями, казались людьми не с той планеты… как будто вам помогают извне… Очень легко читается, описания такие понятные, что легко всё визуализируется. Вы волшебница!!! Очень хочу продолжение… Спасибо вам огромное».

Гульнара (Кипр).

«Виктория, спасибо! За полтора дня просто «проглотила» вашу книгу!!! Это чудесно, увлекательно!!! Какая же вы молодец!!!! Браво!!! Жду продолжение!!! Срочно!!!»

Юлия Калягина (Курск).

«Как только я закончила читать первую книгу «Поцелуй мира», у меня её практически сразу же экспроприировали. И на сегодняшний день она зачитана до одной сплошной дыры. Сейчас увидела эту книгу у мамы и спросила: «Ну как?» На меня практически моментально обрушился водопад эмоций. Связных слов на самом деле было немного, а эмоций – шквал. Мама просила передать огромное спасибо за эту книгу. Мама – она чтец искушённый, и чтобы так её захватили эмоции я, честное слово, не припомню.

– Ну, ты же знаешь, я много читаю, но все книги похожи друг на друга и все сюжеты типичны, но тут… это ж надо такое придумать!

Жанр она определила как захватывающий фэнтези, который ещё и читается легко, на одном дыхании.

Сказала, что ждёт второй книги с нетерпением.

А я сама взяла её перечитывать снова».

Юлия Веселова (Тольятти).

«Прочитала книгу на одном дыхании. После этого книга проглатывалась моими внуками, которые не всё читают. Спасибо, и всей семьёй ждём продолжения!»

Татьяна Король (Москва).

«Прочитала книгу на одном дыхании. Сразу пишу. Я в совершенном восторге. Жду продолжение».

Любовь Лимстранд (Норвегия).

«Прочитала с удовольствием. Впервые за долгое время не засыпаю над книгой».

Галина Галанзовская (Сирия).

«Виктория, я «проглотила» книгу за пару дней… спасибо, она мне очень понравилась… я с нетерпением жду продолжения. Держала меня в напряжении до конца, просто здорово!!!»

Юлия Стовбер (Москва).

«Книга – супер! Советую всем прочитать! Ждём продолжения!»

Ирина Олексенко (Днепропетровск).

«Прочитал. В полном восторге! Класс! Жду продолжение!»

Виталий Гордийчук (Москва).

«Сначала я решил, что книга эта девчачья, но сюжет меня увлёк сразу. Потом показалось, что я знаю всё, что произойдет с героями. Но такого финала, как в книге, не ожидал даже и я. Спасибо вам огромное! Я жду продолжение. И теперь у вас на одного фаната больше!»

Александр Цай (Петропавловск-Камчатка).

Пролог

Две молодых пары стояли перед старейшиной Тайтиси и очень внимательно вслушивались в его слова.

– Как ни тяжело мне это говорить, но вы единственные и последние. Вся надежда только на вас. Мы обязаны прислушиваться к советам Верховных Деревьев. Деревья – это наши родители и хранители этого мира, но сейчас от них исходит даже не совет, Деревья просят помощи. А всё потому, что наши дети, которых мы отправили ранее, погибли. Это подтвердили сами Деревья. Они не слышат стука их сердец. Именно я виноват в том, что неправильно истолковал совет Деревьев и этим погубил весь план. Я виноват перед родителями погибших детей, готов понести наказание, и я его понесу, но только после того, как исполню просьбу Деревьев. Я переговорил с Верховным Древом, он указал на ошибки, которые дорого стоили нам всем. Теперь… – старейшина Тайтиси замолчал и набравшись храбрости, посмотрел в глаза присутствующих. – Вы – те две семьи, которых выбрало Верховное Древо.

– Самое Верховное Древо? – изумились четверо Эльфов.

– Да. Настанет час, когда у вас появятся дети, и вам придётся их отдать, ради спасения нашего мира.

– А что с нашим миром не так? Всё здесь хорошо, – произнёс молодой Эльф Леса.

– Деревья знают Пророчество… скоро придёт хаос, – Тайтиси с мольбой в глазах поочерёдно посмотрел на лица стоящих перед ним Эльфов. От решения этой четвёрки зависела судьба мира. И почему-то именно их выбрало Верховное Древо. До этого ни разу ни сам Лес, ни Деревья, ни Древо не указывали на конкретных жителей их мира. И вдруг такая просьба, даже не просьба, а крик раненого зверя… А если Эльфы не согласятся? Тайтиси был напуган, особенно после того, как при переходе погибли другие.

Девушки переглядывались, ещё пока ничего не понимая. Потом Эльфийка Леса ясным взором синих глаз взглянула на Тайтиси.

– Когда-нибудь мы родим. И получается, что объявленные Верховным Древом наши два ребёнка нужны для жертвы?

– Нет, нет, не жертвы, – Тайтиси замотал головой.

– Но зачем? – спросила та, что была Охотницей. – Зачем отдавать? Они же тоже погибнут. Разве нет?

Тайтиси сосредоточился на ответе, пытаясь подобрать правильные слова, чтобы всё объяснить и убедить.

– Те дети погибли только по моей вине. Я всё неправильно понял, решив, что хаос коснётся только Эльфов. И в этом заключалась моя страшная ошибка. В этот раз… нам дан единственный и последний шанс… мне придётся попросить помощи у Гномов. Мы одно целое с ними. До этого я решил не ввязывать Гномов, а всё взвалить на плечи Эльфов. И смерть младенцев показала, какую чудовищную ошибку я совершил. Именно Верховное Древо сказало мне самое важное, что без Гнома, в том мире вашим детям не выжить. – Тайтиси замолчал, собираясь произнести главные слова. Он не стал смотреть на присутствующих, его взгляд устремился вдаль. Казалось, он собирается сказать это кому-то далёкому и невидимому, и он заговорил. – Оказывается, в первую очередь судьба этого мира зависит от согласия Гномов. Поэтому я сам пойду к ним и заключу договор, который нельзя будет нарушить. А если Гномы не отдадут Верховному Лесу своего младенца, всему миру придёт конец. Если же они согласятся, то ваши дети обязательно выживут в чужом мире. И настанет момент, когда они вернутся в дикие и забытые времена.

– А мы доживём до этих дней? Мы увидим своих детей? – всхлипывая, спросила синеглазая, та, что была Эльфийкой Леса.

– Нет… Деревья сказали, что их возвращение из того мира настанет ещё не скоро. К этому времени мы все уйдём на Болота. Но пока ещё пройдёт много-много веков, пока родятся ваши дети. Вы самые молодые пары, но почему-то именно вас и ваших детей выбрало Верховное Дерево.

– Почему? – спросил Эльф Леса.

– Я тоже задал этот вопрос Древу, и оно ответило мне, что есть в этом мире очень древняя тайна. Она связана с рождением ваших будущих детей. И только они смогут раскрыть её. И если раскроют, собрав все части вместе, тогда они узнают, почему выбраны именно они. – Тайтиси снова поочерёдно посмотрел на всех четверых.

– Непонятно… – Охотник потёр подбородок. – Они же ещё не родились, а Древо уже знает о них что-то.

Тайтиси почувствовал эмоции этого Леса. Да, Лес симпатизировал этим четырём Эльфам. Они – особенные. Эльфы пытались правильно и логически думать, понять будущее и соединить его с прошлым. Они даже оспаривают слова Древа, на это решатся не многие жители, а скорее всего, никто кроме этой четвёрки. Тайтиси подумал о будущих детях этих двух семейных пар, – что унаследуют они от родителей? – но его мысли прервал один из Эльфов.

– Древо знает всё. И мы обязаны подчиниться его просьбе, – ответил за всех Эльф Леса.

Тут все одновременно услышали Лес.

– Ты не прав. Древо не всё знает. Он рассчитывает. Предугадывает. А как поступите вы, это уже другое. Так как путей осталось три – вы или Гномы, и – вы и Гномы.

Тайтиси снова подумал о том, что нужно хорошо понимать, что пытается сказать Лес. Вот и сейчас его слова про две дороги нужно понять правильно. Видимо, если согласятся все, то младенцев подбросят в чужой мир, но могут согласиться Эльфы и отказаться Гномы. А могут отказаться и все. Вот и получаются два пути – получится всё или ничего не получится. Сейчас Тайтиси резко почувствовал, что Лес ждёт ответа Эльфов. Последние переглянулись и утвердительно кивнули, ещё толком не понимая, на что соглашаются, но они никогда бы не отказали ни этому миру, ни этому Лесу, ни Верховному Древу.

Тайтиси подошёл и обнял всех по очереди.

– Спасибо, друзья. Я горжусь вами. Но теперь поговорим о будущем, – продолжил Тайтиси. – Если ко времени рождения ваших детей я уйду из этого мира, вы сами придёте сюда, на это самое место, здесь сам Лес примет у вас роды, и вы тут же отдадите их Губам Поцелуя. Вы останетесь тут и будете сидеть на этом самом месте много дней, пока Деревья не подтвердят, – Тайтиси опять сделал секундную паузу, – что одно из двух… или они живы… или мертвы. Когда третий младенец пройдёт через Губы Поцелуя, и вы узнаете о его судьбе, тогда вам нужно немедленно уйти из этого места навсегда. Потому что Верховный Лес закроется на века, он погрузится в сон.

Мужчина, что был Эльфийцем Леса, с ужасом посмотрел на старейшину. Закрытие Верховного Леса говорило о чём-то очень страшном.

– Не смотри на меня так, – ответил Тайтиси. – Я и сам не понимаю, что нас ждёт впереди…

* * *

Три пары стояли в Верховном Лесу Поцелуя и с надеждой ждали…

Уже дважды столетиями ранее они точно также стояли тут, и Деревья подтвердили, что двое младенцев выжили. Мальчик-Гном родился первым и, пройдя через Поцелуй, выжил. Потом через века родился второй ребёнок – Эльф-мальчик, и именно Гном помог выжить малышу. А сейчас все ждали последнего вердикта. Эльфийка Леса родила девочку и отдала её в неизвестный и чужой мир во спасение их мира.

Старейшины Тайтиси с ними не было. Он присутствовал только при первом рождении Гнома, а потом он ушёл от них, как уходили однажды все Эльфы.

Сейчас шесть взрослых жителей, проведя много дней в этом месте, с бьющимися сердцами ждали, что скажут им Деревья.

– Она ещё жива, но слабеет, – продолжали говорить им Деревья.

Три пары молча продолжали ждать… Прошёл день. Ещё один…

– Он нашёл её, – наконец, произнесли Деревья. – Они выжили все трое.

Эльфийка Леса упала на землю и расплакалась.

– Всё будет хорошо. Они выжили. Больше таких детей не родится… Они самые лучшие, их выбрал Лес… – успокаивали маму девочки присутствующие.

– Вам пора. Мы закрываемся от мира, в который очень скоро придут хаос, непонимание, предательство и кровь, – напомнил им Верховный Лес Поцелуя.

– Я хотела бы спросить о хаосе… Если вы знаете о нём, то почему не можете предупредить всех, и мы бы смогли подготовиться, – произнесла мать новорождённой девочки.

– Вы не сможете противостоять тому злу, которое готовится. Удар будет нанесён в спину. А мы не судьи, мы смотрители. У каждого своя судьба, и каждый делает свои собственные рисунки в жизни. Мы не можем подготовить вас и принять чью-то сторону. Мы можем подстраховаться и со временем понять, что зло, а что нет. И есть ли оно, это зло…

– Они вернутся? – с надеждой спросил отец девочки, резко поменяв тему.

– После хаоса жизнь замрёт на века, но с возвращением ваших детей назад в наш мир, должно прийти что-то новое. Нашему миру необходимо это новое. Всё предрешено давным-давно… Но вам уже пора…

Три пары, поблагодарив Верховный Лес Поцелуя, медленно пошли назад. Теперь они не осуждали старейшину Тайтиси. Конечно, Верховный Лес был всем в их мире, Деревья знали обо всём, но не всегда можно было с точностью понять, что они хотят сказать.

– Может, вы хотите о чём-нибудь нас попросить? Мы ведь обязаны вам, мы ваши должники, – произнёс вдруг Лес.

Гномы не умели слышать слова Леса, поэтому Эльфы пересказали им вопрос, как и до этого пересказывали им все предыдущие разговоры с Лесом.

Гном-отец вышел вперёд.

– Только об одном прошу: поддержи и не обижайся на них, когда они вернутся назад. Ведь они расти будут в другом мире и с другими жителями. Они будут иметь совсем другие взгляды на жизнь, а также познают не нашу культуру, возможно, совсем чуждую нам.

– Не дай забыть им, основы наши, – произнёс Охотник.

– И пусть они получат то, что мы имеем, – сказал Лесной Эльф.

– Идите… они получат нечто большее, чем вы для них просите… два мира подарят им свои знания и способности… – произнёс Лес.

Шестеро вышли из Леса, и тут Эльфы перестали его слышать. Навсегда. Они попробовали вернуться назад, войти в Лес, но… не смогли. Они больше не видели Леса. Он существовал, но его не было для его жителей…

– Скоро начнутся другие времена. Мне жаль, что мы не сможем подержать наших детей на руках, видеть, как они растут. Но я горжусь тем, что именно им суждено изменить хаос, который наступает на нас, – произнёс Охотник.

Глава 1

…Лес удивлял Дениса. Огромные высокие деревья поднимались ввысь, они были все разные, но казались одним целым – высокие, спокойные и аккуратные. Если в лесах Земли была трава, много сучков, опавших веток, листьев, мха и даже поваленных друг на друга деревьев, то тут они стояли на таком расстоянии, что ветки не касались друг друга, солнечные лучи беспрепятственно проникали в сам лес, а ещё тут была идеальная чистота. Как будто невидимый уборщик в течение всего дня ходил и убирал мусор. Но даже падающего листочка Денис так и не увидел. Но он решил не особенно заострять на этом своё внимание, оставив такие вопросы для Риты. Его привлекло нечто совсем другое…

Денис поразился тому, что в этом лесу он, как никогда, чувствовал в себе азарт настоящего охотника. Правда, у него не было никакого оружия, да и животные пока ему не попадались, но зато рыбы он смог наловить уже достаточно много. Как ни странно, но в этом идеальном и ухоженном лесу они натолкнулись на такой же идеально чистый, с зеркальной и прозрачной водой, прудик. И в этом водоёме оказалось очень много рыбы. Самым обычным ножом со своей меткостью и проворством Денис очень быстро наловил рыбы, разнообразив ею их обед.

Рита отлично готовила в походных условиях. Изучая растения и пробуя их на вкус, она дважды приготовила салаты и даже стушила рагу.

– Хочу мяса, нежного, с поджаренной корочкой, чтобы жир капал, – мечтательно произнёс Герка. – Вот ты – Эльф или не Эльф… Но не можешь ли ты другу зверюшку поймать?

– Ну, Эльф… Но чем ловить зверюшку? Вот ты – Гном или не Гном? Если Гном, то давай, достань где-нибудь молотки и сделай мне оружие, чтобы я поймал тебе дичь.

Они весело препирались, наслаждаясь новым миром и новыми ощущениями. Как можно предугадать, кого ты встретишь в этой жизни? Разве мог бы Денис раньше сказать с уверенностью, что Герка так сильно изменит его жизнь? Случайное столкновение перевернуло всё. Или всё же – оно было не случайное? Их дружба развивалась стремительно, бурно, и казалось, что они дружили друг с другом всегда, даже тогда, когда вовсе не знали друг друга, и вот теперь у Дениса открылась новая страница в его книге Судьбы, но уже – вместе с Геркой. Да, они были разными во всем, у них были разные вкусы и пристрастия, их внешний вид и характеры. Но, как разнополюсовые магниты тянутся друг к другу, так и Денис с Геркой тянулись друг к другу.

Сейчас Денис проводил Риту взглядом – она ушла купаться, а он скучал по ней до боли. Последняя их ночь была ещё в Москве. Побыть с ней наедине не получалось, хотя лес был огромным, и они смогли бы уединиться, но Рита почему-то не хотела, что-то останавливало её в этом лесу. А ещё она продолжала очень скучать по Диане.

Денис видел, что и Герка, тоже переживал за Диану, хотя и пытался это скрыть. Но когда Рита или Денис произносили её имя, в глазах его друга появлялась какая-то грусть и обречённость. А вечерами он часто вспоминал её, рассказывая, как они гуляли по Москве, как он искал с ней Риту, а потом вместе составляли план по спасению Дениса. Да. Они все скучали по Диане, Барону и даже только появившемуся в их компании Додди.

Денис вспомнил, как в первый день находясь в новом мире и уличив момент, когда Герка заснул, взял Риту за руку и потащил подальше от их маленького лагеря.

– Не знаю, доживу ли я до вечера. Я уже сейчас хочу с тобой уединиться.

– Нет, Денис. Мы не можем тут. Они смотрят на нас с удивлением, – сказала Рита Денису, понимая, что он хочет близости с ней.

– Кто? – спросил Денис, целуя её.

– Деревья. Они подбадривают нас. Мы им нравимся. Но мы не можем это делать при них. Наверное… мы можем только целоваться, – отвечая на его поцелуй, сказала Рита.

Денис оторвался тогда от её губ и впервые посмотрел другими глазами на Деревья.

– Хорошо, – после небольшой паузы ответил он. – Это их территория. Я не знаю местных законов, но если ты так говоришь, то я тебе верю, и потому потерплю.

А уже на следующий день Денис почувствовал изменения в себе, ему тоже передавалась аура леса. Почувствовав в себе охотника, он так же уловил понятия «хочу» и «нужно». Убивать можно было, только если угрожала опасность и ради пропитания. Ради развлечения убийство в лесу было запрещено.

Искупавшись в пруду, Рита вернулась в лагерь. Денис залюбовался девушкой.

– Как вы думаете, тут есть ещё что-нибудь, кроме леса? – спросила она, вытирая мокрые волосы. – Я имею в виду – кого-нибудь из живых…

– Конечно, – ответил, услышав её, Герка. – Ты можешь, к примеру, представить себе в этом лесу Гнома?

– Я могу! – ответил на это Денис. – Наверное, ты и есть лесной Гном! Мы построим тебе домик, и будешь в нём жить, – принялся дразнить он своего друга.

– Ага! Ещё скажи, что я заделаюсь местным столяром. Буду делать поделки из дерева.

Все дружно засмеялись.

– Кстати, про столяра. Вы знаете, что здесь деревья нельзя срубать? Вернее, можно, но не все. Только больные и те, кто готов сам уйти из мира леса, – сказала Рита.

– Хорошо, что предупредила, – буркнул Герка. Денис уже знал, что бурчание Герки всегда было связано с голодным урчанием его желудка.

– Это как так – нельзя срубать? – заинтересовался Денис.

– Понимаете, тут отсутствует хаос. Всё не так, как у нас… я имею в виду – по другую сторону горизонта. Если тебе понадобится дерево, то тебе скажут, какое дерево готово расстаться с жизнью. А если тебе нужно молодое дерево, то оно заключает сделку. И, срубая одно, ты обязан посадить другое молодое в землю для продолжения рода.

– Интересно. Это тебе деревья сказали? – Герка стал оглядываться и смотреть на деревья.

– Да. Только не сказали, они не говорят. Я их слышу в голове и понимаю законы этой местности. Надо учиться с ними общаться. Мне удалось это с первого дня. Мне кажется, со временем вы тоже научитесь с ними говорить.

– А я чувствую законы охоты. Только нужда может заставить меня убить. Обратите внимание, что рыбы я наловил ровно столько, сколько мы съели. В какой-то момент я почувствовал, что больше ловить не нужно, и резко остановился.

– Я тут с вами с голоду умру. Вам мясо не нужно, поэтому и ловить животных вы не собираетесь. А мне что делать, когда консервы закончатся? – снова заворчал Герка.

– Есть сухой собачий корм, – предложил Денис и с лукавством посмотрел на Герку.

Денис понимал, что Герка сейчас шутит, но в каждой шутке есть доля правды. Он понимал друга – ворчание Герки всегда зависело от сытости его желудка. Парню очень не хватало пива и куска мяса.

– Может, мне ещё заменить Барона и стать твоим псом? И преданно глядеть в твои глаза? – хмыкнул Герка.

– Когда придёт момент, я обязательно достану тебе мяса, – пообещал Денис.

– Только, когда он придёт, я уже буду тощим в гробу лежать.

Рита прыснула.

– Какие планы? – поменял тему Денис.

– Всё те же. Двигаемся в том направлении, как этого хотят деревья, – ответила Рита.

– Вот я думаю, а что, если бы вас тут не было? – больше себе, чем другим, задал вопрос Герка. – Я вот попадаю сюда один… И что тогда? Деревьев не слышу, в растениях не разбираюсь, рыбу не ловлю… Умер бы я тут.

– Ты прав, – кивнул Денис. – Мы необычным образом дополняем друг друга.

– Да ни фига я не дополняю! Пока – я ничего не сделал, – заспорил Герка.

Рита даже не встревала в разговор, и Денис знал почему. Последнее время Герка чувствовал себя каким-то ненужным и постоянно об этом говорил. И это было связано не только с тем, что он не слышит леса или ощущений охотника. Здесь совсем не было его привычных камней…

Рита, поднявшись, ушла на небольшое расстояние от их нового лагеря и стала очень аккуратно разводить костёр.

– Разводить костёр буду я, – тоном, не требующим возражения, произнесла Рита в их первый день в этом новом мире. – Лес разрешил мне разводить костёр, но при этом он указывает точное место, где это можно сделать.

Денис потом уже сам видел такие места. Они выделялись небольшими холмиками из мёртвых веток, как будто кто-то заранее их собирал и складывал. Сами деревья находились в отдалении от этих холмиков, казалось, что они отступили от места будущего очага. Интересным было то, что они так и не увидели нигде мёртвых деревьев. И откуда тогда взялись ветки?

– Зачем я вообще тут нужен? – вернул Герка Дениса к настоящему.

– Как это – зачем? – возмутился тот. – Самое главное во всей этой истории – то, что мы выжили. А мы с Ритой выжили только благодаря тебе. И потом… мы без тебя сюда бы вообще не попали. Вот поэтому, мы все тут нужны друг другу.

– Ладно, Эльф, успокоил, – Герка улыбнулся.

– Вот и славненько! – Денис вдруг резко почувствовал, что ему хочется заняться охотой, и ему словно бы дали на это откуда-то свыше добро. Единственное – на кого? За всё время он не видел здесь ни одного животного. Даже птиц не видел. Только рыба в пруду – и всё.

Денис встал и, вытащив перочинный ножик из рюкзака, направился снова к пруду.

– Куда это ты? – крикнул ему вслед Герка.

– Сейчас вернусь.

Денис вышел к воде и тихо ступая, пошёл к небольшим зарослям, напоминающие камыши. Раздвинув их, он к своему удивлению увидел птицу, которая была похожа на обычную утку, только с более ярким опереньем. Птица мирно спала в зарослях. Странно, он тут недавно ловил рыбу, но никакой птицы здесь не видел…

А потом Денис стал прислушиваться к ауре леса. В какой-то момент он понял, что ему разрешили охоту, и переключился на птицу, которая вдруг открыла глаза. Взглянув в них, Денис понял правило: «Если ты силен и ловок, то ты меня победишь. А если нет, то я улечу, и больше ты никого не убьёшь сегодня. Каждая разрешённая охота – это состязание».

Денис принял этот закон охоты, и в этот же миг почувствовал, что – пора…

Утка неожиданно взлетела, он резко бросил в неё нож, и тот попал точно в шею. Птица шлёпнулась в пруд, а у Дениса защемило сердце – он вспомнил Барона. Сейчас бы его пса сюда, вот бы тот повеселился. Вздохнув, Денис снял брюки и вошёл в воду. Вытащив птицу на берег, он какое-то время рассматривал её, а потом сев на берегу, принялся ощипывать её от перьев и потрошить.

Когда Денис вернулся обратно, то Герка открыл рот от удивления.

– Ты сам её убил и потрошил?! Или нашёл уже готовую?

– Это только для тебя! Я никогда не чистил и не потрошил уток, но вы не поверите, что я знаю, как это делается! – немного обескуражено произнёс Денис, глядя на прекрасную тушку и не веря, что это сделал он сам.

Рита подошла и поцеловала его.

– Какой молодец, освободил девушку от тяжёлой работы.

– Хватит тут любезничать и целоваться, давайте сюда птицу, я буду её жарить! – Герка встал, потирая руки и уже готовясь к самой прекрасной части ужина.

– Кстати, о птичках, – Рита обвела глазами деревья. – Знаете, этот Лес необычный, и я благоговею перед ним. Он строгий, но почему-то разрешает тут охотиться и даёт нам разжигать огонь. Хотя нутром чую, что до нас на всё это было табу. Или мы полные придурки и Лес махнул на нас рукой, считая, что психов нельзя вылечить, или же по какой-то другой причине он дал нам поблажку.

– Поблажку? – Денис немного растерялся. – А вдруг не надо было убивать птицу?

– Надо было. Нам Герку надо кормить, и Лес это понял. А поблажку нам он дал, потому что учит и меня, и тебя.

– А меня? – спросил Герка от костра.

– Не думаю, ты ведь Леса не слышишь, – пожала плечами Рита.

– А чему нас учить? У меня и так высшее образование, – улыбнулся Денис.

– Сказал тоже, – хмыкнула Рита. – Лес с нами сейчас нянькается, как с маленькими детьми, которых всему надо учить. Но в будущем… – Рита покрутила головой, глядя на деревья, – такого тут уже не повторится. Вы поняли?

– Чего не повторится? – спросил Герка, вороша потрескивающие угли.

– Тут нельзя охотиться, тут нельзя разводить костёр и, вообще, нужно вести себя тихо с огромным уважением к деревьям.

– Поняли, – ответил Герка, пристраивая утку над костром.

– Он ничего не понял, – прошептал Денис Рите.

Палатки они с собой не взяли, спрятав их у озера ещё в том мире. Поэтому спали под открытом небом, так как в этом Лесу было как-то очень уютно.

– Чувствуете, что как только мы легли и устроились на ночлег, нам стало очень тепло? – произнесла Рита во вторую ночь их пребывания в новом мире. Она поднялась и стала кругами ходить вокруг их маленького лагеря. – Поразительно! – воскликнула она.

– Что? – хором вскинулись Денис с Геркой, тут же садясь и напрягаясь.

– Когда мы ложимся, лес окутывает нас теплом, как одеялом. Если выйти за пределы нашего лагеря, то там прохладно, а стоит вернуться обратно, и на тебя как будто одеяло набрасывают.

С той ночи они спокойно спали в тепле и даже не утруждали себя караулом. Рита отговорила ребят от этой ненужной затеи.

Уже лёжа на тёплой и мягкой земле, она зашептала Денису.

– Знаешь, мы уже два дня ходим по кругу. Ты ведь знаешь, что я прекрасно умею ориентироваться, и я заметила, что в этом месте мы уже были. А вот следы наших костров куда-то исчезают.

У Дениса было отличное зрение, он тоже кое-что подмечал, но не особо придавал этому значение, но после слов Риты насторожился.

– Ты думаешь, мы в ловушке?

– Нет. Это точно не ловушка. Лес нас изучает и с довольно большим интересом. Я чувствую его огромный интерес к нам, и даже любопытство. Странно звучит, но именно так я ощущаю его чувства к нам. Он даёт нам немного привыкнуть, адаптироваться и осознать разницу между двумя мирами. Ну и всё это тепло, и подарки в виде огня и утки, говорит мне о том, что мы ему нравимся, поэтому он и заботится о нас, и опекает. Но я думаю, это скоро закончится, и для нас настанет что-то новое.

Денис, доверяя Рите, немного успокоился, но всё же решил не расслабляться, особенно его стало волновать это «что-то новое».

На четвёртый день они, сытые и выспавшиеся, стали двигаться дальше. И вдруг Денис резко почувствовал какие-то изменения. Он только хотел спросить Риту, замечает ли она то, что и он, но Рита опередила его.

– Лес меняется, здесь есть граница, – произнесла она.

– Наконец-то, что-то новое будет, – проворчал Герка.

Денис видел, что Герка после жареной утки немного повеселел, но от постоянного бездействия у него всё-таки проявлялась постоянная раздражительность. Ему сложно было находиться в лесу, где кроме деревьев, не было совсем ничего. Прошлым вечером у небольшого ручейка он пытался найти камень, но ему этого так и не удалось.

– Ну хотя бы один камушек, – копаясь в илистом дне, с разочарованием в голосе произнёс Герка.

Вчерашние воспоминания улетели мигом, когда Денис почувствовал лёгкое головокружение.

– Что здесь только что было? – Герка уставился на новый пейзаж.

– Кажется, мы перешагнули через какую-то невидимую границу. Видите, Лес вокруг изменился, – ответила Рита.

– Видим… – Герка внимательно и настороженно осматривался вокруг.

Деревья были совсем других пород и тут они росли хаотично, сплетаясь ветками друг с другом; появились запахи травы и цветов, да и сам воздух стал более влажным. А главное, всё наполнилось звуками.

Денис своим охотничьим инстинктом почувствовал, что здесь много живых существ. И одно из них сейчас их изучало. Если Рита прекрасно понимала деревья, то Денис своим зорким зрением и какой-то врождённой интуицией почувствовал, что сейчас они не одни. Их кто-то видел, оставалось только самому увидеть, кто же их рассматривает. Он остановился, пропуская Герку и Риту вперёд, и стал внимательно вглядываться вдаль, просматривая каждый метр местности. Даже сквозь деревья он прекрасно видел и ощущал любое движение. Вот снова это странное сканирование… За ними несомненно наблюдали, и Денис продолжал искать этого незнакомца. Когда ему показалось, что он нашёл ту точку, откуда за ними следили, кто-то оттуда взлетел. Он не успел рассмотреть, кто это был, слишком далеко они находились от того места, и слишком это произошло неожиданно. Но был уверен, что правильно определил местонахождение существа, так как «сканирование» резко прервалось. Значит, их рассматривало и изучало какое-то летающее существо.

Денис взглянул на Риту, та была очень сосредоточена и насторожена.

– Ты почувствовала, что за нами кто-то следит? – спросил он её.

– За нами всё время следят, в основном, деревья. Но если тот Лес был нашим хранителем и учителем, то этот лес нас принимает с насторожённостью. Он какой-то больной или… я бы сказала – умалишённый.

– Скажешь тоже! Умалишённый, – усмехнулся Герка.

– Не смейся, всё именно так. Законы леса остались те же – огонь не разводить, убивать только ради пропитания. Но этот лес очень странный. Сами деревья странным образом всего боятся, они предрасположены к панике.

– Чего? – Герка изумлённо уставился на Риту.

Денис, слушая Риту, продолжал очень внимательно следить за горизонтом.

– Ты не думай, что у меня поехала крыша. Тут одни деревья начинают трястись, а другие смеются. Вон, смотрите! – она показала рукой на дерево, которое затряслось и сбросило с себя зелёные листья. – Видите, оно сбросило зелёные листья, вместо жёлтых. То есть – дерево немного тронулось в уме.

– М-да… Странная картина, – Герка стал наблюдать за деревьями, теребя свою бородку.

– А я заметил, что здесь есть живые существа, и они умны. Нас кто-то только что рассматривал, а когда я смог его обнаружить, оно сразу улетело, – добавил Денис.

– Где это? – спросила Рита.

– Довольно далеко отсюда. Вон там, не меньше суток ходьбы, – Денис указал рукой на высокие деревья. Рита тоже стала вглядываться вдаль, но Денис понимал, что у неё нет такого острого зрения, как у него.

– Значит, кончились наши беззаботные денёчки. Дали нам несколько дней на адаптацию, и хватит, – фыркнул Герка, но с этой минуты он совсем перестал ворчать и стал очень собранным, внимательно глядя по сторонам.

Они стали отдаляться от первого Леса всё дальше, углубляясь в неизвестность. Денису новый лес совсем не нравился, и меньше всего ему хотелось здесь останавливаться и разбивать лагерь. Деревья собой раздражали, и хотелось от них хоть ненадолго укрыться. Странно, но теперь он очень мечтал о какой-нибудь крыше над головой.

– Рит, а куда мы идём? Я, конечно, и сам ходил раньше в походы, так что немного ориентируюсь. Но хотел бы узнать твой маршрут, так как в этом мире мы с Денисом полагаемся всё же в основном на тебя, – признался Герка.

– Знаешь, Гер, тут всё так сложно, – отозвалась она. – Вот теперь я ориентируюсь исключительно по солнцу. С этими кричащими и визжащими деревьями я ничего понять не могу, только по солнцу и могу. Пока мы двигаемся по окружности. Я не хочу сразу идти в самое сердце этого леса. Чувствую, что пока мы не готовы к такому походу. Мы же не знаем, что там, и насколько большой этот ненормальный лес.

– Не понял, – остановился Герка. – Как это – кричащие и визжащие?

– Ну так… Я их слышу, а ты нет.

– Кувшинка, я тебе не завидую. И хорошо, что я их не слышу, – Герка двинулся дальше, продолжая рассуждать. – А может быть так, что этот лес занимает собой всю планету?

И в этот миг молодое дерево, находящееся рядом с ним, вдруг затряслось, обрушивая на него целые горы шелестящей зелёной листвы.

– Вот чёрт! – выругался Герка, вылезая из-под кучи листьев.

Денис засмеялся.

– Я же сказала, что они какие-то странные. Смотри, дерево смеётся над твоими словами, – произнесла Рита, смахивая с головы Герки листья.

Денис и Рита помогли Герке полностью отряхнуться от листьев, и снова двинулись дальше. Герка замолчал, поверив, что деревья ненормальные и явно боясь очередного подвоха от них.

Они шли около часа, перебрасываясь короткими фразами. Денис пытался увидеть своим зрением следы зверей и других живых существ, но так ничего и не увидел. А вот птиц в этом странном лесу было очень много, и все они горлопанили на свой лад. Именно горлопанили.

– Мы начинаем углубляться в лес. Будьте предельно внимательны, – произнесла Рита.

Чем больше они углублялись в этот странный лес, тем громче кричали птицы.

– Как ужасно орут эти птицы! Сколько от них шума… Такое ощущение, что не только лес полоумный, но и птицы такие же. Они хоть сами понимают, чего кричат? – громко пробормотал Герка себе под нос, уже не в состоянии молчать. Никто ему не ответил, так угнетающе действовал щебет.

Рита, идущая впереди, нагнулась и подняла какой-то глиняный черепок. Денис и Герка подошли к ней.

– Что это? – спросил Денис беря осколок.

– Не знаю. Смотрите их тут много, – Рита стала ходить и смотреть себе под ноги.

Герка, отряхивая от листвы, поднял другой черепок.

– Не металл, не камень. Глина? Тоже нет. Но однозначно мёртвый материал, – разговаривал он сам с собой.

Денис принюхался. Запаха тоже не было. Если и был, то весь улетучился.

– Может, тут был чей-то лагерь? И это черепки разбитой посуды? – спросила Рита.

– Кто его знает… Мы не знаем, где мы. Мы не знаем, что это за лес, мы не знаем этих птиц. Мы вообще ничего не знаем, – Денис пожал плечами.

– Ладно, идём. Нам нужно до темноты найти хорошее место для ночлега, – Рита двинулась дальше.

Ребята пошли следом. Денис присматривался и прислушивался, в какой-то момент он понял, что тоже может вести их через лес, он пробовал чувствовать эту местность и у него получалось. Но он отдавал должное, Рита была сильнее него, умела разговаривать с деревьями, хоть эти деревья и были ненормальными. Денис покосился на одно дерево, которое махало своими ветками, хотя ветра не было совсем. Да и махало оно очень странно, все ветки двигались в разные стороны, а вот при ветре такого быть не может. Денис убедился в том, что деревья точно ненормальные.

Рита, идущая впереди, резко свернула направо, направилась к странному невысокому дереву и остановилась перед ним. Денис стал рассматривать его. Крона дерева полностью со всех сторон спадала до земли, закрыв ствол.

– Кажется, оно подойдёт нам для ночлега. Оно вроде нормальное. Надеюсь, спать внутри будет лучше, чем под открытым небом, – произнесла Рита.

– Дай, я посмотрю, – Денис подошёл и, раздвинув ветки, заглянул во внутрь.

Дерево изнутри напоминал круглый шалаш диаметром около трёх метров с опорой в виде ствола посередине. Внутри было чисто и сухо.

Герка с большим интересом ходил вокруг и рассматривал дерево.

– Главное, дерево для ночлега нормальное. Удивительно, как оно осталось в уме? – поинтересовался он.

– Возможно, необычная крона спасает это дерево от ненормальности. – Рита пожала плечами. – Другого ответа я не представляю. А дерево на контакт не идёт, само в себе.

– Ой! Ну, прямо, стеснительная дева. И на контакт не идёт, и прикрыла свою наготу-ствол ветками-волосами, – хмыкнул Герка.

Денис засмеялся.

– Проснулись чувства художника? А, Герка?

Деревья рядом стали дрожать.

– Смеются над Геркой, – констатировала Рита.

– Да что они ко мне пристали?! – с раздражением выкрикнул Герка.

Деревья затряслись сильнее.

Денис хмыкнул. Кажется, деревья вокруг уже во всю хохотали. Рита стояла и с удивлением смотрела на них, явно не зная, как на них реагировать.

– Хватит таращиться на идиотов. Давайте, заходите уже, – миролюбиво проговорил Герка и первым вошёл во внутрь дерево-шалаша.

Внутри было сухо, приятно пахло листвой и травой. Костер решили не разжигать, а довольствоваться остатками. Герка доедал утку, а Денис с Ритой ели очень вкусные листья каких-то растений, которые Рита нарвала на берегу пруда. Она очень точно умела определить, что годится в еду, а что нет.

– Так, – Герка осмотрелся. – Втроём всё равно тут спать не сможем, места маловато, да и не надо нам это. Нам нужно устроить караул, на всякий случай. Я буду дежурить первым.

– Нет уж. Мне лес ближе. Дежурю я, и это не обсуждается, – заявил в ответ Денис.

На том и порешили. Рита и Герка уснули, а Денис сидел с наружной стороны дерева и всматривался в темноту. Птицы, наконец-то, замолчали, и в лесу прекратился раздражающий гомон. Но, как ни странно, тишина не наступила. Денис остро прислушивался к звукам, он слышал, как скрипели черепки, на которые кто-то наступал. Ему казалось, что кто-то подходил на определённое расстояние, а потом опять отдалялся, опасаясь чужаков. Денис физически был готов к встрече, но морально – нет, не представляя, кого может увидеть в новом мире.

Под утро проснулась Рита и решила его заменить.

– Поспи, я уже проснулась, – она нежно его поцеловала.

Денис поймав её губы, со страстью в них впился.

– В этом лесу тоже ничего нельзя? – шёпотом спросил он, накручивая себе на палец её локон и нежно целуя в шею.

– Не знаю. Мне всё равно, что думает этот лес. Он чокнутый, – тоже шёпотом произнесла Рита, растворяясь в объятиях Дениса.

Денис больше не мог сдерживаться, он так мечтал о Рите, хотел наслаждаться её телом и дарить свою любовь. Он заметил, что солнце ещё не взошло полностью, и, взяв Риту на руки, понёс её подальше от их дерева-шалаша…

Утром, когда проснулся Герка, они всё же развели костёр, стараясь сделать это на безопасном расстоянии от деревьев. Теперь кучек-указателей не было, и Рита сама определила место костра, но и этого им хватило, так как деревья их сначала здорово напугали. Они очень странно затряслись, но ни один лист не упал с дерева. Потом ожесточённо отмахивались ветками, если дым шёл в их сторону, и даже сгибали к земле стволы, лишь бы не соприкасаться с дымом. Когда первый шок от увиденного у всех троих прошёл, они уже не обращали на деревья внимания.

– Боятся огня и с ужасом смотрят, как мы сжигаем их ветки, – пояснила Рита.

Первым делом они вскипятили воду и сделали из последних двух пакетиков растворимый кофе, чтобы немного взбодриться. Никто не знал, что сегодня их ждёт впереди и сколько им придётся идти.

– Ой! Какие пугливые деревья, – с ехидцей произнёс Герка, отхлёбывая горячий кофе. Настроение его немного улучшилось в предвкушении еды.

Сегодня у них был новый завтрак, чему очень и радовался Герка. Денис нашёл на дереве в гнезде птичьи яйца и сейчас они испеклись в углях. А ещё Рита отыскала куст с какими-то ярко-оранжевыми ягодами. Они оказались сладкими, мясистыми и сытными.

– Отличный завтрак, – Герка был доволен и полон сил.

Денис тоже был полон сил, но не столько от завтрака, сколько от проведённых часов с Ритой. Она тоже сияла и бросала на него ласковые и влюблённые взгляды. Денис никогда не мог представить, что любовь бывает такой сильной и сладкой. Он так сильно её любил, что ему становилось страшно. Ему казалось, что он будет любить Риту всегда, до самой своей смерти.

Они собрали вещи, полностью уничтожили место костра и двинулись дальше. Рита опять ориентировалась по солнцу, и они всё больше углублялись в ненормальный лес. Некоторые деревья, дрались друг с другом. Те, которые не могли соприкасаться ветками и фехтовать друг с другом, пуляли в соперника листьями и семенами. Были и такие деревья, которые танцевали вместе, они в такт раскачивались стволами и махали ветками. Очень забавно было видеть те, которые танцевали парами, держась кронами. Но в основном деревья хохотали или хихикали. Герку это дёрганье деревьев очень раздражало и нервировало, поэтому он часто ворчал. От деревьев это не укрывалось, и более смелые деревья хватали его своими ветками. Сначала он решил, что очень часто цепляется за сучья деревьев, но увидев, что Рита еле сдерживает смех, понял, что к нему специально пристают деревья.

– Что они всё время ко мне пристают? К вам же они не цепляются? – с возмущением спрашивал он, отцепляя очередную ветку, которая прицепилась к его карману на брюках.

– Мне кажется, что Гном редкий гость в этом лесу. Ты для них забава, – произнесла Рита.

– Игрушка для психов, – засмеялся Денис, и деревья опять затряслись.

Рита прыснула, только она могла ощущать, как начали хохотать деревья.

С разговорами о деревьях они шли около часа и вдруг вышли на полянку. Кусты с ярко-оранжевыми ягодами и сумасшедшие толстые деревья с такими же толстыми длинными ветками окружали миленький каменный домик, который находился на краю этой самой поляны.

– О-па! – воскликнул поражённый Герка. – Вот это уже кое-что!

Рита молчала и с интересом осматривалась вокруг. Денис сбросил рюкзак, подошёл к двери и постучал.

– Есть кто дома? – спросил он. Но в ответ никто не ответил, только птицы сильнее разорались. – Кажется, тут никого нет, – он повернулся к друзьям.

– Тут кто-то живёт, дом не заброшен, – произнесла Рита, разглядывая аккуратную полянку. – Мы не знаем местных традиций, поэтому не войдём внутрь, а будем ждать хозяина здесь.

Денис и Герка решили довериться Рите.

– Подождём, – согласился Денис.

Ему стало очень интересно, кого же они встретят. Опасности он не чувствовал, ничто не указывало на то, что тут живёт кто-то воинственный и опасный. Домик, как домик. Всё очень чистенько и аккуратно.

Но ждать им долго не пришлось. На полянку из леса вышла девушка-эльфийка. Очень красивая и грациозная. Она была одета в нежно-голубую столу по щиколотку, похожую одежду носили в Древнем Риме. Одно плечо этого одеяния оставалось открытым, а сама стола была подпоясана красивым ремнём, украшенным драгоценными камнями. Её длинные тёмные волосы свободно свисали по пояс.

Герка открыл рот от удивления, его не столько поразила Эльфийка, сколько пояс.

Эльфийка подошла поближе, немного наклонила голову и взглянула на Дениса…

Что такое любовь? Это волшебство, неуправляемое чувство, которое рождается в сердце без нашего ведома. Горит огонёк в сердце и вдруг – пожар.

Огромные глаза Эльфийки пробили грудь Дениса. Сердце вспыхнуло. В этот момент он понял, что влюбился по-настоящему. Оказывается, до этого момента он даже не знал, что такое любовь, и никакая Рита не могла теперь заменить ему эту девушку.

Глава 2

Герка оторвав взгляд от пояса, стал рассматривать незнакомку. Да, она была по-своему красива, грациозна, но не в его вкусе.

– Чем могу быть полезна, странники? – спросила девушка красиво-поставленным голосом.

Вся троица продолжала молчать. Герка молчал, считая, что лучше говорить Эльфам, но вопросительно взглянув на Риту, он понял, что от той ответа не дождёшься. Рита с какой-то обречённостью во взгляде смотрела только на Дениса, явно не расслышав вопрос незнакомки. Герка тоже взглянул на друга и обомлел.

И опять перемены, никогда не знаешь, что они принесут, подумал Герка, и тяжело вздохнул. Сейчас его друг, напоминал влюблённого подростка. Щёки Дениса покрыл румянец, и он пожирал своими глазами незнакомку. Герка нахмурился.

– Час от часу не легче. Только этой беды не хватает на мою голову, – пробормотал себе под нос Герка. Но он мог произнести эти слова и громче, его всё равно никто не услышал. Рита продолжала смотреть на Дениса, Денис на Эльфийку, Эльфийка на Дениса.

Герка моментально всё понял – Денис втюрился по самые уши, он снова влюбился. А Герке теперь снова предстоит делать выбор между друзьями, хотя он очень этого не хотел, надеясь, что ему этого делать не придётся.

– Так кто вы? – снова спросила Эльфийка, продолжая смотреть только на Дениса, наклонив голову.

Герка снова взглянул сначала на Риту, а потом на Дениса, надеясь, что отвечать будут они, но по их молчанию понял, что эти двое погружены в свои мысли и говорить придётся ему.

– Э-э-э… Мы, собственно, вот по какому делу, – начал Герка. – Мы в этих краях впервые и не знаем местности. Мы путешественники. Вы не подскажете, куда мы собственно попали?

– А может, сначала назовётесь? – девушка опять странно наклонила голову, как будто кокетничала с ним.

– Меня зовут – Гера, а это мои спутники – Денис и Рита. А вы кто?

– А меня зовут Катари. Я Эльфийка, и это мой дом. И мой дом принимает любых гостей, – она подошла к двери и открыла её. – Прошу.

– Спасибо, – наконец, подала голос Рита. – Вы живете здесь совсем одна?

– Да, – произнесла Катари и опять взглянула на Дениса.

Герка заметил, что Рита всё же смогла взять себя в руки. Но какая-то обречённость и тоска во взгляде всё равно оставались. За годы дружбы с Ритой он очень хорошо изучил её характер. Она имела сильный, волевой характер и была в меру горда. И если Денис её бросит, а по его влюблённой роже было видно, что к этому дело и идёт, то Рита не будет его умолять вернуться. Рита отступит, как отступала при ссорах в детстве. Но чего ей это будет стоить в этот раз, Герка даже боялся подумать.

Денис же всё так и стоял столбом, продолжая открыто любоваться девушкой. Катари ещё раз необычно выгнула голову и с кокетством обратилась к Денису.

– А вы немой? Почему вы молчите?

– Я? – Денис зарделся, как девчонка. – Я любуюсь вами. Слов совсем не осталось в голове, всё помутилось от странных чувств. Поэтому я и молчу. Видимо, я сейчас могу говорить только о вас.

– Тьфу! – Герка втихомолку сплюнул. Больше он не мог слушать этого влюблённого идиота и быстро вошёл в домик. Рита быстро устремилась за ним.

Переступив порог, он остановился и стал осматриваться. Внутри домик чем-то напоминал то внутреннее убранство, которое он видел на картинках в книжках со сказками.

У стены противоположной от входа был сооружён очаг, который весело горел красивым синим цветом, но не от дров, а от углей. Над очагом висел котелок, в котором что-то булькало, а запах из котелка распространявшийся по домику был очень аппетитным.

У стены в другом углу стояли три сундука красивой резной работы, а рядом с ними кровать. У окна – стол с лавками, но не из дерева, а плетённые из какого-то крепкого гибкого растения. Всё было очень милым и уютным. Даже придраться было не к чему, хотя в эту минуту Герке очень этого хотелось.

Он повернулся к Рите и увидел, что её трясёт, и она еле сдерживается, чтобы не заплакать, но чувство собственного достоинства не давало ей этого сделать в присутствии Катари и Дениса.

Герка подошёл к ней и взял её ладонь в свою.

– Успокойся, Кувшинка. Сразу ясно, что эта баба одинока и ей нужен мужик. Вон она как головой вертит и кокетничает. Хочешь, мы сейчас уйдём?

Она замотала головой.

– Не сейчас…

– Но почему? Уйдём, и всё на этом закончится! Денис её сразу забудет.

– Гер, это уже не имеет значения. Мы уйдём, но он навсегда останется с ней. Я это чувствую. Странно, но я понимаю это на все сто процентов. Что он не пойдёт с нами. Знаешь, давай переночуем эту ночь. Я последний раз смогу смотреть на него. А завтра мы уйдём отсюда навсегда. Я смогу… я выдержу это…

– Как хочешь. Только скажи, и я сделаю так, как ты захочешь, – Герка пожал плечами, принимая её ответ и решение.

Герка прошёл суровую школу жизни. Он считал, что Судьба определяется только решениями человека, они принимаются в момент выбора, когда этот самый человек стоит на распутье. Сейчас Герка снова стоял на распутье, и ключевой момент настал. Он, по-своему, очень сильно любил Риту и решил выполнить эту её прихоть. Каким-то образом, всё решилось, само собой. Он выбрал Риту, а не Дениса, так как именно ей сейчас необходима поддержка.

В дом вошла Катари, ведя Дениса за руку, и усадила его на лавку. Когда тот сел, он улыбнулся и подмигнул Герке. Риту же он совсем не замечал или старался не замечать.

Катари начала накрывать на стол, а Рита суетливо стала ей помогать, скорее всего, чтобы занять себя хоть чем-нибудь и отвлечься. Герка уличив подходящий момент подошёл к Денису и, схватив его за руку, потащил к выходу. Когда они отошли подальше от домика, Герка тут же накинулся на друга.

– Денис, ты что вытворяешь? Объясни мне, что происходит! Ты уже разлюбил Риту? И теперь по каждой Эльфийке, которую ты будешь встречать на своём пути, будешь пускать слюни? – выпалил он.

– Слушай, Герка! Пойми, я только сейчас это понял. Там, по ту сторону Горизонта, была только Рита. Она прекрасна, но она была одна. Меня к ней тянуло. А тут совсем другое. Я могу выбирать. Понимаешь? И не доказывай мне, что я бабник и сволочь. Я тоже видел, как ты смотрел на мою сестру. Она нравилась тебе. Но поверь, стоит тебе встретить Гномиху, только тогда ты поймёшь, что никакая Диана тебе не нужна. Понял теперь мои чувства?

Герка не ожидал такого признания от Дениса, не думал, что тот затронет Диану, и поэтому ему нечего было отвечать на ответ друга. Он хоть и пытался в душе быть несогласным, но умом понимал состояние Дениса. Теперь он также понял, почему Рита решила даже не бороться за любовь. Она думала точно так же, как Денис. По стечению обстоятельств она была первой Эльфийкой у Дениса, как первая девушка у обычного парня. Но первая – это не значит, что последняя.

– Слушай, а как же наш поход, поиск родителей? Мы же должны понять, где мы очутились и почему нас сюда выкинуло, – начал приводить доводы Герка, ещё на что-то надеясь.

– Гер, я никуда не пойду. Понятие счастья у каждого своё. Понимаешь, ему нельзя дать объяснение. Как нельзя дать объяснение, что такое, например, красота и свобода. Понимаешь, я сейчас знаю, что счастлив. Мы пришли сюда в этот мир, и на этом наши пути расходятся. Каждый из нас должен найти свой путь в этом мире. Понимаешь, я тут в гармонии, – Денис посмотрел на двери домика, давая понять, что разговор окончен.

Герка резко ощутил пустоту. Он совсем недавно нашёл друзей и сразу их потерял. Диана не прошла сюда, Денис отказывался идти дальше. И остались они с Ритой одни, как и в былые времена. Кажется, как давно это было… в Москве… И было ли?.. Наверное, всё, что ни делается, всё к лучшему. Главное, идти и не оборачиваться назад, идти вперёд. И они пойдут с Ритой вместе.

Денису надоело стоять в лесу, и он, ни говоря ни слова, побежал обратно в домик. Оказывается, никто не в силах предсказать, как закончится то или иное знакомство. Вот был друг и его не стало. Герке же идти совсем не хотелось. Он уселся на черепки, которые валялись вокруг, но они больно кололи ему зад. Поднимаясь, он смачно выругался и побрёл в ненавистный домик.

Запах варева в котелке оправдал Геркины надежды. Обед был вкусным, и он оценил кулинарные способности Катари. Но аппетит был только у Дениса и хозяйки. Даже Герка, который любил поесть и оценил непонятную стряпню, смог впихнуть в себя только несколько ложек. А всё потому, что что-то сильно давило в груди, в том месте, где обычно бывает сердце.

Чтобы развеять туго натянутую обстановку, Герка стал спрашивать Катари про эти места. Кажется, только его одного это теперь и интересовало. Рите уже было всё равно, впрочем, как и Денису, только второму совсем по другой причине.

– Катари, а почему тут так много черепков, это что, битая посуда? – спросил Герка.

– Это листья деревьев, которые с годами превращаются в черепки, – ответила она.

– А почему они не имеют форму листьев?

– Не знаю. Так устроено в этом лесу.

– А как этот лес называется? – Герка поочерёдно посмотрел на своих друзей, но его вопроса никто не услышал. Денис просто наслаждался ответами Катари, Рита была где-то очень далеко, смотря куда-то перед собой. Думала о чем-то своём, машинально мешая ложкой в тарелке.

– Щебечущий лес, – Катари опять наклонила голову и кокетливо посмотрела на Дениса, как будто это он задал вопрос.

– А у вас голова не болит от этого щебетания? – с раздражением произнёс Герка. Катари нравилась ему всё меньше. Больше всего его раздражало её открытое кокетство с Денисом.

Катари звонко рассмеялась.

– Если бы болела, я бы тут не оставалась.

– А что за лес был перед Щебечущим? Они очень разные.

Катари резко перестала кокетничать с Денисом и насторожилась.

– Вы были в Лесу на севере? – удивлённо и с придыханием спросила она.

Герка кивнул. Денис тоже кивнул. Правда, Герке показалось, что тот кивнул просто так. Сейчас он напоминал болванчика. Рита всё продолжала мешать ложкой в тарелке. Еда у неё уже остыла, но она этого не замечала. От созерцания несчастной Риты Герку отвлёк удивлённый голос Катари.

– Странно… Не каждый в этот Лес мог зайти, и было это много-много лет назад. Называется он – Верховный Лес Поцелуя.

– Катари, мы в него не заходили, мы из него вышли. И я не заметил ничего необычного в том лесу. Почему он имеет такое странное название? – он не собирался ей объяснять, что они сами странные и пришли из другого мира. Вполне возможно, что они трое вернулись домой. Может, поэтому их и впустили в тот Лес, а потом выпустили из него. Но эти все мысли он оставил пока при себе.

– Почему странное название? Верховный Лес Поцелуя. Там живёт Поцелуй. – опять наклонив голову, произнесла Катари, видя, что ей ничего не собираются объяснять.

Герка не особенно любил задавать вопросы. Ему очень не хватало Дианы. Вот кто любил задавать вопросы и умел рассказывать. Рита же потеряла интерес ко всему в этом мире, Денис тоже потерял интерес ко всему, кроме самой Катари. И тут терпение Герки лопнуло.

– Слушай, Катари, ты такая странная! Ты не можешь нормально рассказывать, чтобы я не вытягивал из тебя каждое слово. Кто твой род, где они? Что ты тут делаешь совсем одна одинёшенька в этом странном лесу? В Щебечущем лесу, – поправил он себя в конце.

– Я сразу заметила, что вы странные, начиная с вашей одежды. И вообще вы странные, я, правда не могла понять, что с вами не так. Теперь вот вижу. Да. Вы из того Леса. Ты тоже очень странный.

– И что дальше? Говори быстрее, – потребовал Герка и закатил к потолку глаза, так как Катари молчала и рассматривала его.

– А что говорить? – ответила после паузы Катари и пожала плечами. – Мне нечего сказать. Мы живём долго, нам некуда торопиться. Это ты всё суетишься.

– Да что ты пристал к ней! Нам тоже теперь некуда торопиться. Я принял решение, я остаюсь с Катари, – накинулся Денис на Герку, защищая свою новую возлюбленную.

Катари в благодарность одарила его ласковой улыбкой.

– Спасибо за обед, – тихо произнесла Рита. Она поднялась со скамейки и вышла из домика. Герка заметил, что Денис с жалостью посмотрел на неё.

– Не смей её жалеть, понял? – прошипел Герка.

– Денис, мне кажется, ты должен попрощаться с ней, – пропела Катари.

Денис тут же встал и вышел к Рите. О чём они говорили, Герка не знал, но мог догадываться. Ему было больно за Риту, за Дениса, за себя и за компанию, которой больше нет. Как нет и Дианы рядом…

Катари встала со своего места и подсела к Герке.

– Я рада, что встретила вас.

А вот Герка был совсем не рад, но вслух об этом не сказал.

– Ты Гном, – продолжила Эльфийка. – Я видела, как ты смотрел на мой пояс. И это тоже очень странно.

Герка уже забыл про пояс на её талии, забыл про странный материал, из которого сделана мебель. Сейчас его больше всего волновала Рита.

– Ничего странного не вижу. Ты что, Гномов не видела?

– Видела. Но они…

– Они сюда не приходят. Правильно? Я всё понял. Гномам тут не место, – перебил он её, вспоминая, как над ним издевались всю дорогу ненормальные деревья. А теперь ещё эта Катари в дебильном лесу… Герка никогда не простит этой кокетке, что забрала у них с Ритой Дениса. Хотя… не будь Катари, так ещё какая-нибудь вертихвостка появится. Герка почувствовал, что не хочет слушать этот певучий голос, сидеть с ней рядом и видеть, как она, наклонив голову, пытается с ним тоже кокетничать. Что ей, Дениса не хватает? Одинокая и озабоченная Эльфийка, – вынес свой вердикт Герка.

– Поверь, Гера… Так должно быть. Когда вы с Денисом вышли из домика, мы с Ритой остались в нём одни, и я всё ей рассказала. Рита очень хорошая Эльфийка и всё правильно поняла. Если вы вышли из Верховного Леса Поцелуя, то значит, что вы только появились в этом мире. Вы совсем не знаете этих мест, одеты очень странно, вы не знаете наших законов.

Герка кивнул, а удовлетворённая его кивком Катари продолжила.

– Денис никогда не видел Эльфиек нашего мира, кроме Риты. Да, вы принадлежите нашему миру, я это поняла сразу. Вы немного странные, но наши. Я оказалась лучше Риты. Возможно, потому, что живу тут, а она никогда не жила тут. У неё странная одежда, другое воспитание и поведение.

– Да уж… – хмыкнул Герка. Уж кому, как не ему, знать Риту! Она никогда не будет кокеткой и соблазнять, как Катари, мужиков, Гномов и Эльфов.

– К тому же, они никогда не будут вместе, таков наш закон, – вдруг серьёзно произнесла Катари, а Герка напрягся.

– Как это?

– Они из разных кланов. В этом мире обитают два эльфийских клана. Клан Лесных Эльфов и клан Охотников. Посмотрев на них, я сразу определила, что Рита принадлежит к Лесным, а Денис к Охотникам. Ни один Охотник не свяжет свою судьбу с Лесной Эльфийкой, и наоборот. Я являюсь Охотницей, поэтому он влюбился в меня. Если бы вы не встретили меня, то это все равно случилось бы… в тот миг… как только он встретит Охотницу. Да и Рита одна не останется, ещё встретит Эльфа Леса, который её полюбит.

– Ужас! Ну и закончики тут у вас, прямо секты какие-то! А ты сама-то, какие чувства испытываешь к Денису? Больно страсти и любви к нему я не увидел.

Катари опять склонила голову набок и внимательно посмотрела на Герку. Смотрела долго, не мигая. Так как Герка был очень раздражён, то этот взгляд совсем ему не понравился. Про себя он обозвал Дениса дебилом, так как влюбился в эту холодную стерву. Да она Рите в подмётки не годится! Охотница! Разве охотники могут быть такими флегматичными?

– В тебе большой ум, и ещё в тебе заложен один секрет, ответа на который я не знаю. Наш мир очень и очень старый, а время тут бежит медленно. Мне нужно время, чтобы найти ответ. Но Денис прекрасен, и он будет со мной. Это решено.

– Ясно, – Герка крякнул. Всё меньше и меньше ему нравился этот мир. Конечно, и в России есть свои законы джунглей, но тут что-то невообразимое. Охотники и Лесные не имеют права любить друг друга. Там огонь не разводи, там рыбу не лови, тут над Гномами издеваются деревья. Может, в этом мире всё захвачено Эльфами, и эти флегматичные создания угнетают бедных Гномов?

– Спасибо, мама, что выкинула меня за пределы этого мира! Ты явно была права, сделав это! – непонятно кому выкрикнул Герка.

– Тебе не нравится здесь? – Катари впервые смотрела на него с любопытством и долей удивления.

Но Герка не успел ответить, так как вошёл Денис. Увидев Катари, лицо его расцвело. Герка при виде его дебильной влюблённой рожи снова закатил к потолку глаза.

– Ну надо же было вот так сразу вляпаться, – буркнул он себе под нос.

Катари поднялась.

– Я проведаю вашу Лесную подругу и постараюсь ей помочь, – Катари тихо удалилась.

– Вот это доброта! Вот это, я понимаю, порядочность и честность во всём! Никакой заносчивости. Спокойная, рассудительная, а готовит она как, – начал перечислять Денис её качества, когда Катари вышла из домика.

Герке не хотелось сейчас спорить с Денисом. Катари ему совсем не нравилась. Он считал, что Рита красивее и намного живее этой Снежной Королевы. Дениса он тоже не понимал, а может, он его просто никогда не знал. Может этот эгоист и есть настоящий Денис? Ведь издевался он над Ритой в детстве, разве это не эгоизм? Разве не отрезал он ей волосы, ради какой-то там девицы. Может, всё дело именно в Денисе, а не в Катари? Если подумать, то как раз Катари была гостеприимна и добра к ним. Она много рассказала Герке и совсем не удивилась их странному виду. Никакой враждебности к ним не испытывает.

Да, они были суетливыми жителями планеты Земля. Они привыкли, что время там бежит очень быстро и надо успеть сделать многое. Но тут какое-то отсутствие жизни. Вроде она есть, а вроде чего-то не хватает. А эти идиотские законы – с кем можно быть, а с кем нет. Ещё не хватало, чтобы ему подсунули какую-нибудь коротконогую волосатую Гномиху и заявили, что только с ней он может быть, так как она из клана ювелиров, а не горняков.

– Тьфу! Бред какой-то! – рявкнул Герка и стукнул кулаком по столу так, что вся посуда подпрыгнула от мощного удара.

– Гер, ну я не виноват! Так получилось! Я ничего не могу поделать и не могу быть с человеком из жалости и старых воспоминаний. К тому же у неё всё будет хорошо. Она переживёт это, – примирительно ответил Денис.

– Я понимаю, я все понимаю, – устало ответил Герка.

Он понял, что Денис нашёл свой клан Охотников, при этом напрочь забыв, что такое компьютеры. Теперь он будет жить с этой девушкой в ненормальном шумном лесу, потрошить уток, жрать оранжевые ягоды, а также варить из них варенье и плодить маленьких эльфиков-охотников.

Хотя Герка ел совсем мало, но его всё же потянуло в сон, видимо сказывалось перенапряжение. Он сел на пол, облокотился на свой рюкзак и закрыл глаза.

Ему снился Шатурский лес, он быстро бежал сквозь него на звук плача и нашёл на земле Диану… Герка резко проснулся. Стол был уже убран от остатков их трапезы, Денис с Катари тихо ворковали о чем-то в углу, держась за руки, как влюблённые школьники. Риты нигде не было, хотя её рюкзак остался стоять у двери.

– А Рита ещё на улице? – зевая спросил он.

– Она ушла, – спокойно ответила Катари.

Герка тут же вскочил.

– Как ушла? Куда?

– На Болота Разрыва.

– Какие ещё болота? Зачем вы её отпустили? – заорал на парочку Герка, уже не в силах сдерживаться. Эти двое влюблённых достали его, особенно Денис. Неужели любовь способна сделать человека таким кретином, эгоистичным придурком.

Денис спокойно повернулся к другу.

– Слушай, успокойся. Она сама так решила. Всем нам будет лучше. Я не могу находиться одновременно рядом с ней и с Катари. Любовный треугольник не для меня. Да и не нужна мне Рита. Мне нужна Катари. Пойми, все кончено.

Герка его уже не слушал. Он повесил рюкзак на плечи и взял ещё Ритин рюкзак. Мысли одна хуже другой крутились в его голове. Она же заблудится, не знает этих мест, к тому же Рита сейчас не в себе.

– Где эти Болота Разрыва? – со злобой в голосе обратился он к Катари.

– Зачем тебе туда? Гномы не ходят в то место, тебя туда не пропустят. Это только для Эльфов. Когда Эльф устаёт жить, он уходит на Болота умирать. Только Болота могут умертвить Эльфа. Когда он приходит туда, то Болота манят к себе и забирают его душу. Вот поэтому и называются так – Болота разрыва. Происходит разрыв между телом и душой.

Услышав это, в Герке всё закипело. Он подошёл к Денису.

– Ты знал и допустил это?! Почему ты не разбудил меня?! Неужели тебя волнует только твоё благополучие и постоянные трахи! Она без рюкзака! Кто ей сказал про это чёртово болото? – продолжал орать он, зная уже ответ.

– Я, – Катари опустила глаза, пытаясь опять изобразить невинность.

– Ну ты и стерва! А этот, твой новоиспечённый козёл, полный мерзавец! – Герка сжал свой огромный кулак и со всего маха ударил Дениса в скулу.

Катари вскочила.

– Прекрати немедленно! Это запрещено в доме, который тебя накормил и приютил!

– Да плевать я хотел на дом, который всё уничтожил!

Денис поднялся с пола, сплёвывая кровь. Скула у него моментально опухла и сильно покраснела.

– Я заслужил это, – спокойно ответил Денис. – Теперь мы в расчёте.

– Хрен собачий, мы в расчёте! Если она умрёт на этих чёртовых болотах, уже никогда мы не будем в расчёте! Я убью тебя, гад! Не для этого я оберегал её и спас в детстве, чтобы такой похотливый сукин сын её уничтожил!

– Я вас не понимаю! – услышал Герка удивленный голосок Катари, но его мало волновало, что она там понимает, а что нет.

Он развернулся, с силой ударил дверь ногой, от чего она сама открылась, и вышел на улицу. Немного постояв, он стал прислушиваться к зову Ритиного кулона, но он молчал. Герка открыл её рюкзак и, покопавшись, нашёл кулон в кармашке рюкзака. Вот теперь найти её будет куда сложнее, он тяжело вздохнул и вернулся в домик. Дверь осталась открытой, вися на одной петле. Катари уже прикладывала какую-то припарку к щеке Дениса и мило щебетала о чем-то.

– Куда идти? – зло спросил он, таращась на очаг и принципиально не глядя на эту парочку.

– От домика налево. А завтра, солнце должно быть всегда по правую руку.

Герка, не удосужив больше их ни одним словом и взглядом, вышел и быстро зашагал в том направлении, куда указала Катари.

Глава 3

Уже начало смеркаться, но Герка шёл напролом через кусты, превращая черепки под ногами в мелкую крошку. Он был так зол, что даже ненормальные деревья это поняли.

– Если хоть одно из вас тронет меня, подожгу весь лес, – громко прорычал он и увидел, как Деревья задрожали. Почему-то он почувствовал, что сейчас они не смеются, а дрожат от страха. «Психи психами, а понимают, когда грозит им смерть», – со злорадством подумал Герка.

Лес становился всё гуще, теперь он напоминал джунгли. Заглохло идиотское щебетание, кончились черепки под ногами, и опять земля стала землёй. Герка догадался, что тот Щебечущий лес остался далеко позади. Теперь он попал в совершенно новое место – новый лес, отличающийся от первого Леса Поцелуя и Щебечущего Леса.

Тут и там появлялись светлячки, которые порхали и горели, как крошечные фонарики. Путь осветить они не могли, а глаза радовали. В какой-то момент, Герка почувствовал, что очень устал. Он долго шёл быстрым шагом напролом, не разбирая дороги, хотя и старался не ломать кусты, помня предостережения Риты и Дениса, что ломать и убивать в этом мире просто так ничего нельзя. Нервотрёпка и бег через все лесные дебри утомили его, он понял, что пора остановиться, ему пора отдохнуть. Самый главный путь ему предстоит завтра, завтра придётся ориентироваться по солнцу. Он это умел не в таких лесах, а там, в другом мире, но он помнил, как надо выживать в лесах.

Герка устало прислонился к дереву. Душа болела и разрывалась на части. Он не смог уберечь Риту, оставил Диану совсем одну в другом мире. И этого остолопа, любовного шизофреника, который окончательно спятил, тоже потерял. Он почувствовал жуткое одиночество, как когда-то в детстве – когда от него забрали сначала Дениса, а потом Риту. Герка знал две важные вещи в жизни: любить и смеяться. Если была одна из них, это уже хорошо. А если две, то ты непобедим. В памяти Герки чётко всплыл момент, когда они дурачились в озере, визжали и смеялись, а Барон носился и обрызгивал всех водой. Сейчас у Герки не было ничего. Всё пропало, всё потеряно, только память умеет хранить самые лучшие моменты жизни, как клад, закопанный в землю.

Он так и уснул сидя, прислонившись к дереву.

Когда запели нормальные птицы, не раздражающие слух, Герка открыл глаза. Уже всходило солнце и лес, понемногу, светлел. Он поднялся и только тут заметил, что не один. Недалеко от него на земле сидела симпатичная девчушка, чуть ниже его ростом и приветливо улыбалась ему. Он сразу понял, что девчушка настоящий Гном.

– Привет. Я Гера. А ты кто? – спросил он девушку.

– Привет. Я Лура, – она встала и подошла к нему поближе. – Ты интересный. У тебя другой взгляд, другая одежда, странные мешки. Ты Гном, но откуда?

Герке было очень необычно видеть взрослую девушку, ещё ниже его ростом. Сейчас перед Лурой он выглядел гигантом. На какую-то долю секунды в памяти всплыли слова Дениса. Но вспомнив, с каким равнодушием тот отпустил Риту на Болота Разрыва, и только ради своего благополучия, Герка отогнал все мысли, оправдывающие Дениса. Ведь Рита спасла Денису жизнь, а он так подло с ней поступил. Ну зачем на эти Болота, другого места тут нет что ли?

– Так ты откуда? – повторно задала вопрос Лура.

– Я из Верховного Леса Поцелуя, – ответил он.

– Вот это да! – воскликнула Лура и плюхнулась на землю.

– Слушай, мне сейчас некогда. Я не знаю, что ты тут делаешь, но мне нужно идти за подругой. Она в большой беде.

– Она тоже Гном? – с ноткой ревности в голосе задала новый вопрос Лура.

– Нет. Она Эльф. Она ушла на Болота Разрыва. И мне нужно её вернуть.

– Гномы не ходят на эти болота. Твоя подруга точно уже умерла. К тому же ты заблудился. Тебе нужно возвращаться обратно. Впереди, туда куда идёшь ты, вот за этим лесом начинается Долина Кошмаров и Окраина земель. Туда никто не ходит. Это гиблое место.

Герка задумался.

– Слушай, раз ты всё знаешь, доведи меня до болот. А дальше можешь не ходить. Договорились?

– Хорошо. С таким красивым Гномом я готова идти даже на Тёмную сторону.

Герка покраснел. Ещё никто никогда не называл его красивым. Только Диана восхищалась им. Он видел это по её взглядам, которые она бросала на него. Но Диана из другого мира, она не Гном и осталась где-то там, по ту сторону горизонта. Да и восхищение – это не главное в отношениях. Последние годы им восхищались многие, но только по причине его таланта и богатства. Женщины, которые его окружали, не интересовались им, как личностью. Главное, кто и как на них смотрит, и как она сама смотрится в Геркиных украшениях и рядом с ним. Каждая пыталась ухватить место под солнцем и каплю славы. Вот по этой же причине даже Диане он не мог полностью доверять. В этом же мире он был самим собой – ни знаменитым, ни богатым… Интересно, восхищалась бы им Диана, до того, как он стал известным на весь мир ювелиром? Лура толкнула Герку в бок, и он очнулся.

– Ну? Мы идём? – нетерпеливо спросила она.

– Возьми, пожалуйста, вот этот рюкзак. Это моей подруги, – протянул он ей рюкзак Риты.

Лура кивнула и одела его на спину, как показал Герка. Она пошла первой, Герка за ней.

– Что ты делаешь в лесу? – через некоторое время спросил он.

– Искала новости, пропитание, а нашла тебя.

– Слушай, давай так. Ты уж рассказывай, а то я очень не люблю задавать вопросы, особенно в этом мире. Вы так однобоко отвечаете, что меня это раздражает. Скажу одно, я тут впервые. Ничего и никого не знаю. Мне казалось, что женщины-гномы по лесам не шляются, а должны жить в горах. В больших таких горах. Каким ветром тебя занесло сюда?

– Когда-то мы все жили в Сердце Земли. Сердцем Земли называют наши горы – они сердце нашей земли. Женщины всегда имели свободу. Многие и раньше выходили, но были и те, кто очень редко выходил на поверхность и углублялся в леса. Потом настали времена, когда мужчин стало совсем мало, и женщины начали выходить на поверхность наравне с мужчинами. Кто-то из них возвращался в клан, кто-то становился гномом-одиночкой, живя наверху для того, чтобы передавать рассказы о жизни Эльфов и Леса. Я выросла и теперь путешествую. Пока обратно в Горы не собираюсь, но и Гномом-одиночкой не хочу стать. Ищу своё призвание. Поэтому я пойду с тобой.

– А почему вы так остро воспринимаете Верховный Лес Поцелуя? Говорите о нём с каким-то благоговением. Мне он показался обычным и тихим местом.

– Это таинственный Лес. Не всех принимает этот Лес, а уж тем более, награждает своим Поцелуем. Есть те, кто случайно прошёл в лес, но умер или сошёл с ума, потерявшись среди деревьев. А есть те, кого Лес одарил Поцелуем. Такие могут беспрепятственно проходить в Верховный Лес и разговаривать с Деревьями. Тех, кто имеют печать Поцелуя, наше поколение уже не помнит, это самые Древние жители земли. Эти истории мы знаем с детства, нам их рассказывают старшие.

– Понятно, и у вас есть сказки, – Герка не особенно поверил её россказням. Потому что как раз самый лучший лес, был именно тот, в котором они очутились сразу после Шатурского леса. Там было умиротворённо и безопасно. Он там был и никакой печати на себе не обнаружил. С ума тоже не сошёл. Но спорить он не стал.

Он с интересом стал рассматривать девушку, которая шла впереди него. Она была маленького роста, и даже талия у неё имелась. Почему-то Герка всегда представлял Гномих какими-то безфигурными тётками, но он ошибся. Миниатюрной её бы Герка не назвал, хотя кости были намного тоньше, чем его. Наблюдая за ней, он заметил, что Лура одета не в одежду из ткани, а из тончайшего металла, который напоминал ткань. Это было настолько удивительно, что Герка моментально заинтересовался.

– Из чего сделана твоя одежда? – спросил он.

Лура повернулась, расправляя женское платье-кольчугу.

– Это из авория. Тёплый, мягкий и очень прочный металл.

Герка подошёл и потрогал. Металл был похож на ткань, и он был тёплым, поэтому и грел тело девушки. Но Герка также ощутил, что аворий был необыкновенно крепок.

– Здорово! – с восторгом произнёс Герка. Он резко почувствовал, что это его мир. Здесь его место, среди этого металла, этого искусства, его жизнь в горах и рядом с Гномами.

Подняв глаза, он посмотрел на Луру. Девушка весело и дружелюбно ему улыбалась. Герка улыбнулся в ответ. Но вдруг вспомнив про Риту, отдёрнул руку от её ткани.

– Нам пора, Рита совсем одна. Я должен её спасти. Не для этого я помог ей выжить в детстве, чтобы она умерла на каких-то болотах.

Лура поняла его сразу. Она развернулась и потопала быстрее. Шли они быстро и молчали довольно долго. Герку это устраивало, так как разговоры замедляли темп ходьбы. Вдруг Лура резко остановилась и посмотрела на небо.

– Дождь будет и именно в этом месте. Нужно переждать.

– Нет. Нам некогда ждать. Идём.

– Послушай, Гера. Мы и так потеряли много времени и всё потому, что ты заблудился. Поверь, идти во время этого дождя никак нельзя. Это необычный дождь. И я уже не верю, что ты найдёшь свою подругу. Я уверена, что Эльфийка отдала свою душу Болотам. Если будет дождь, а он сейчас собирается от Болот, то это говорит о том, что Эльф умер. Ты должен признать, что она мертва! Ты ничего на Болотах Разрыва не найдёшь и сам погибнешь! – Лура оставалась непреклонной.

– Ну почему, когда я встречаю девушку, мне всегда попадаются вредные и вечно спорящие натуры?! – воскликнул Герка.

Лура засмеялась.

– А ты забавный!

– Иди, давай! Я не брошу свои поиски на половине дороги. Я должен попытаться и… и убедиться, – его сердце вдруг пронзила боль потери.

Лура молча развернулась и быстро пошла через густой лес. В зарослях, через которые они шли, становилось всё более влажно и душно. Небо быстро затягивалось тёмной и низкой тучей, а потом из неё на землю обрушилась вода. Это был не дождь, а именно потоки воды. Такого низвержения Герка ещё никогда не видел. Лура схватила его за руку, но даже это не помогло. Вода не успевала впитываться, и образовался мощный речной поток, который с рёвом все нарастал. Они пытались ещё идти сквозь разливавшуюся воду, ничего не видя перед собой, но потом дно под ногами исчезло, и вода их понесла. Плыть не имело смысла, Герка прекрасно знал это, и силы решил не расходовать, всё, что нужно было делать – это держаться на плаву.

В какой-то момент Герке показалось, что они застряли в кустах и вцепился в ветку, но мощная волна накатила на их обоих и снова понесла в неизвестность. Стена дождя, как Ниагарский водопад, больно била по плечам и голове, рёв и грохот потока оглушил их обоих. Герка уже ничего не понимал, где они и куда их несёт, всё, что он хотел, это не потерять сознание от сильнейших ударов, которые он получал. Он думал о Луре и чувствовал свою вину, а поэтому продолжал крепко держать девушку за руку, боясь потерять, но в тоже время подивился её стойкости. Их несло с огромной скоростью, цепляться было не за что, под водой уже пропали кусты, перед глазами мелькали деревья. Герка вдруг услышал вопль Луры, её рука выскользнула из его руки, Герку завертело засасывая куда-то, как в воронку, а потом он почувствовал невесомость и понял, что падает. От неожиданности он тоже закричал, а потом снова упал в воду…

Глава 4

Рита очень тихо шла по лесу, но ненормальный лес всё равно видел, наблюдал и посмеивался над ней, над наивной девчонкой девятнадцати лет. Она поверила в любовь, поверила человеку, который обижал её всегда. Над ней смеялись деревья, гоготали птицы, возможно, Денис с Катари тоже сейчас смеялись над ней, но ей уже было наплевать на это, для неё жизнь превратилась в хрупкую иллюзию. Рита перестала чувствовать счастье, но перестала чувствовать и несчастье. Ей стало абсолютно всё до лампочки. Нет никого у неё – ни родителей, ни дома в Москве, ни Додди, ни Дианы, и даже Герка скоро оставит её и уйдёт к своим Гномам. И нет Дениса, который уже никогда не вернётся к ней, как не вернутся и все остальные. А ей так нужна была поддержка. Ей важно было знать, что в любой час, находясь на дне морском, в депрессии, в болоте – она позовёт и услышит: «Я тут, я спешу к тебе на помощь». И он действительно спешил ей к ней – изо всех сил, продираясь через все преграды… А теперь Рита вдруг осознала, что её совсем никто не ждёт, и она совсем никому не нужна.

– Рита, пойми. Мы хозяева наших действий, но не наших чувств. В нас присутствует чувство вины за то, что делаем, но мы не виноваты в том, что мы чувствуем. Я могу обещать тебе действия. Но я не могу тебе на сто процентов обещать свои чувства. Сейчас, рядом с Катари, мои чувства – это птица в полёте! С тобой у меня только действия, и они в клетке, – Денис говорил абсолютно спокойно и при этом глядел на неё с откровенным безразличием. Он давал понять, что ничем не обязан и ни в чём не виноват перед Ритой.

– Я всё понимаю. Но я не согласна с тобой. Ты не прав про чувства. Как раз заключёнными в клетке, к сожалению, являются наши чувства, потому как они внутри нас, – произнесла Рита. Каждое слово давалось ей с огромным трудом. Но ей необходимо выяснить всё и сейчас. Больше шанса понять Дениса у неё не выпадет.

– Я не люблю тебя, Рита. Прости. Ты хорошая, милая, красивая, но любить тебя как женщину, я не могу. Мы из разных кланов, и законы нужно соблюдать. Ты ещё встретишь на своём пути хорошего Эльфа, и всё у тебя будет хорошо. Пожалуйста, уходи. Мне тяжело видеть тебя тут. Просто освободи меня от своего присутствия.

Сначала Рита не могла понять, от чего ей нужно освободить Дениса. Почему ему тяжело рядом с ней, раз он её теперь не любит и полностью к ней равнодушен. А потом она поняла: Денис чувствует по отношению к ней стыд и жалость.

– Я знаю, ты винишь меня сейчас. И да, я виноват перед тобой. Это тоже правда. В жизни всё меняется. Не существует идеального выбора. Я сделал выбор, который кажется мне правильным в конкретный момент, кроме старого. Ты, Рита, мой старый выбор.

Рита всегда была гордой. Она сама пришла к Денису на квартиру, сама приняла решение стать женщиной, и жалости к себе от него никогда не потерпит. Она приняла тяжёлое для неё решение – освободила его, как он и просил. Она ушла, а он и не пытался удержать её. В глазах его стояло облегчение. А ведь Денис прекрасно знал, куда она направляется.

Болота…

Именно Катари рассказала ей, куда она может пойти. Рита, возможно, могла бы вернуться в Верховный Лес Поцелуя, но что ей там делать, если она в него вообще попадёт? И смогут ли её вернуть в другой мир? Она не знала ответы, именно поэтому её заинтересовали только Болота Разрыва. Этим выбором она не пыталась шантажировать Дениса и заставить его одуматься. Не он отправлял её на верную смерть, она решила так сама. Просто Рита устала жить.

Конечно, она могла вернуться в Москву. Вернее, попытаться вернуться, если её пропустят обратно. Но что ей делать в Москве? Герки нет, родителей нет, Дениса нет, тётя Тоня и дядя Слава уже не те люди, которых она знала и которым доверяла. Только Диана осталась, но где она теперь? Тоже неизвестно… И что ждёт Риту на той стороне? Скорее всего, клиника, как та, из которой они вытащили Дениса… У Риты сильно заболело сердце при воспоминаниях об Англии и тех приключениях, которые они пережили. Нет… Ей нет пути назад, но нет пути и вперёд. Здесь, в этом мире у неё нет знакомых, нет близких, нет друзей и родных. Всё, что ей оставалось, это отдать дух Эльфа болотам и покончить с этим наказанием. Если и правда она может жить вечно, то она не хочет жить вечно в таких муках. Да, все люди разные и у каждого своя жизнь. Но есть одна нить, которая объединяет всех людей. Все хотят быть счастливыми. Рита знала, что больше не будет ни радостей у неё, ни увлечений, ни любви. Может, это и глупое решение – уйти умирать, ведь говорят, что время лечит, но в этот раз она не смогла вынести предательства Дениса. Семь лет назад она сломалась первый раз, но тогда она смогла выстоять благодаря близким. Теперь же Рита надломилась так, что превратилась в инвалида, душа которого требует, нет – просто вопит о упокоении. Чужие люди никогда не сделают больно. Это Рита поняла ещё в далёком детстве и никогда не обижалась на чужих. Это как овод, который сел, укусил, а она его прихлопнула. Ну, поболело, покраснело, почесалось место, и всё прошло. А так, чтобы осиновый кол забили в грудную клетку – так может только близкий человек. Так сделал и Денис… Только близкие знают наши самые чувствительные места и знают где нам больнее всего.

Рита ещё пробовала логически мыслить, возможно, она тоже может встретить кого-то и полюбить, но перед глазами стоял только Денис. Глупо, но любовь зла. Да, Рита приняла решение и ни капли не жалела о нём.

Она легко ориентировалась в лесу и быстро шла в нужном направлении. Закончился Щебечущий лес, прекратилось тренькание вечно орущих птиц, деревья перестали давить своим смехом и глупостями на мозг, и земля стала мягкой, без этих черепков. Новый лес оказался довольно молодым, и тут ощущалась сильная влажность. Деревья были не такими старыми, стволы стояли ещё довольно тонкие, и всё утопало в зелёной траве. Они росли не очень плотно и еле дотягивались своими ветками до соседних. Рита назвала бы его Лесом детства и смеха. И если бы не её душевное состояние, она бы с радостью задержалась на какое-то время в этом детском Лесу. Она чувствовала, как он заряжал её позитивом и беззаботностью.

Рите показалось, что Лес подбадривал её, пытаясь поднять ей настроение. Отдельные деревья хотели развеселить и успокоить, легко прикасаясь своими ветками к её голове или щекам, но она так ушла в себя, в свои невесёлые мысли, что совсем не замечала их внимания к своей персоне. Сосредоченная на этих мыслях, она шла ещё какое-то время, как вдруг ей преградила дорогу резко наклонившаяся ветка. Рита поняла, что она понравилась дереву, и оно с ней знакомится.

– Куда идёшь, Лесная? – услышала она у себя в голове. Ей показалось, что это Дерево было чему-то очень удивлено. Она и сама бы удивилась, если бы не была так подавлена. Правда, после перехода из одного мира в другой, она уже ничему не удивлялась.

– Я иду на Болота Разрыва, – вслух произнесла Рита.

– Хорошо, я не буду тебя отговаривать и не буду спрашивать, зачем молодой и красивой Эльфийке нужно идти на Болота Разрыва, но только пойдёшь ты туда не сейчас, потому что Болота не принимают никого вечером и ночью. Ты должна предстать перед ними в светлое время суток. Они должны увидеть тебя и твою душу. Поэтому пока поспи, а мы будем охранять тебя и твой сон.

Рита поверила этому Дереву, поверила этому Лесу. Она верила деревьям всегда, а вот людям совсем перестала верить. Рита свернулась калачиком на мягкой траве под деревом и прикрыла глаза.

«Сон – это лучшее, что есть у меня, – подумала она. – Я буду спать, и у меня не будет проблем, мне не будет грустно, никто меня не предаст, и я могу вернуться в своё прошлое…»

И как ни странно, Рита тут же уснула. А Дерево, которое перегородило ей дорогу, продолжало удивляться и внимательно её рассматривать.

Она спала и видела Додди, который по ней ползал, потом почувствовала, что кто-то ласково её гладит. «Нет, это не Додди, это Денис», – пронеслось у неё в голове. Она резко открыла глаза и увидела, что это были ветки того самого Дерева, которое не дало ей идти на Болота. Вот и всё… Иллюзия исчезла, а вокруг была снова реальность, и тогда Рита неожиданно для себя заплакала. Плача, она прощалась с окружающим её миром, а также с тем, который остался по ту сторону горизонта. С миром, в котором Рита выросла, в котором она нашла Диану, Герку и Дениса, а теперь в этом новом мире потеряла их навсегда.

Она попыталась смахнуть слёзы с лица, но тут заметила, что в руке она крепко держит веточку, непонятно откуда взявшуюся. Она резко перестала плакать и поднялась. Веточку от Дерева не отрывала, да и нельзя этого делать в этом мире. Откуда она тогда?..

– Я не причинила вам зла ночью? Откуда у меня в руке эта веточка? – испуганно спросила она, глядя на Дерево.

– Это не моя веточка. Это… это подарок леса. Всего Леса… Эта веточка бесценна.

– Но я… не могу её принять. Я ухожу на Болота Разрыва, – напомнила Дереву Рита, понимая, что разговаривает со всеми деревьями одновременно. Она представила себя со стороны, и любой землянин принял бы её сейчас за умалишённую.

– Мы помним, куда ты идёшь. Но только тебе мы можем отдать эту веточку. Всё будет зависеть от твоих решений. Ты можешь выбросить её сейчас, и веточка умрёт, а можешь забрать её с собой.

– Нет! Я её не выброшу! Я возьму её с собой! – твёрдо произнесла Рита. Ей была противна сама эта мысль, что веточка умрёт. Она решила, что Деревьям нужно передать веточку кому-то на Болотах. – Ну, я пойду? – зачем-то спросила она разрешение.

– Иди, – ответил ей хор голосов.

«Нет, не такие уж они и дети, просто молодые ещё и радуются жизни», – решила Рита. Взглянув на солнце, она пошла в нужном направлении.

Со временем Лес стал редеть, и Рита вышла к какому-то озеру. Уже подойдя ближе, она поняла, что это не озеро. Именно красный цвет доказывал, что это не вода. Жидкость была тягучей и постоянно пузырилась, казалось, что закипает сама кровь. Подойдя к самому берегу, Рита немного нагнулась вперёд и с интересом рассматривала жидкость, поэтому и пропустила появление тумана. Когда он был уже приблизительно в десяти метрах от неё, только тогда она его и заметила. Рита выпрямилась и во все глаза стала смотреть на приближение странного тумана.

Туман был оранжевого цвета, и Рита тупо подумала о ягодах вокруг домика Катари, которые тоже были такого же цвета. Сейчас она стояла, зажав веточку в руке, и не знала, что ей делать дальше. То ли зайти в само болото, то ли остаться на берегу. А туман приблизился вплотную и стал всё больше её обволакивать. Рита уже ничего не видела, создалось впечатление, что она находится в оранжевом коконе. И вдруг она дважды вздрогнула – когда до неё сперва дотронулись, а потом заговорили.

– К нам не приходят в одежде. Разденься, – раздалось у неё в голове. Голоса не было, но с ней разговаривали. Объяснить это было невозможно. Но Рита отчётливо слышала всё, что её говорили. Наверное, такой и бывает телепатия, решила она, хотя точно в этом не была уверена.

Рита спешно и неуклюже стала снимать с себя всю одежду, так как руки её тряслись, а веточку она из руки не выпускала, боясь потерять её в этом плотном оранжевом тумане. Она даже не видела свою одежду, которая падая, тут же исчезала в этом оранжевом бульоне. Рита осталась совсем нагая, но с веточкой в руке, решив обязательно показать Туману и Болотам веточку, – а вдруг она кому-то здесь нужна?

– Ты молодая. Зачем тебе разделять свою душу с телом? – опять она услышала слова у себя в голове.

– М-мне некуда идти… Я п-потеряла всех, – дрожа ответила Рита.

– Ты дрожишь. Тебе страшно?

– Н-нет. Я п-просто в-волнуюсь. Этот мир н-новый для меня.

– Ты сильная, молодая и сможешь найти свой путь, – прозвучало у неё в голове.

– Я н-не хочу уже искать. Когда т-тело и д-душа живут и работают вместе, тогда я сильная. А если душа ослаблена горем, то и т-тело с-слабеет. Не стаёт личности. А сейчас я не личность, и я не целое. Так что всё для меня в жизни не имеет т-теперь никакого з-значения.

– Но ты держишь ветвь дерева, и оно говорит как раз обратное – что это имеет большое значение.

– Разве Деревья это п-передали н-не вам?

– Нет. Мы принимаем только Эльфов. Это веточка всем вам, тем, кто ещё жив. Это ваша надежда на спасение, и если тебе её подарили Деревья, то это говорит о том, что грядут перемены. Оно возродится.

– Устраивайте эти перемены без меня! Я не знаю вашего мира, мне н-не нравятся ваши законы! Я не хочу! У меня есть право выбора! Хоть это у меня есть?! – выкрикнула она, чувствуя, что осмелела и уже почти не трясётся, как это было в самом начале.

– Хорошо. Мы согласны взять тебя. Твоё тело уйдёт к нам в Болота, твоя душа в наш Туман. Обычно мы делаем Разрыв тела и души сразу. Но тебе будет дано время, ты сможешь ещё повернуть назад. И мы делаем исключение впервые, только потому, что ты молода, и за тебя просят сами Деревья, через этот маленький отросток, который тебе подарили. Ты хотя бы понимаешь, что значит, когда за тебя просят все Деревья всех Лесов нашего мира? Такого не было никогда – это великий день. Ты нужна им. А ещё ты отмечена Поцелуем. Твой рисунок на руке – это Губы Поцелуя. Бессознательно, ещё когда-то ты знала о Губах Поцелуя, ты их чувствовала на себе… Так что думай, и пусть наш мир тоже думает… Мы даём всем время. Если ты нужна этому миру, он подаст тебе знак. Если же не нужна, то по истечении времени, сделай шаг в Болото для ритуала Разрыва, и мы тебя примем.

Оранжевый туман отступил, снова проявилось Болото, но теперь на нём расцвели нежные цветки всех существующих в природе оттенков. Казалось, что всё болото покрывают цветы Сакуры. Рита своим чутьём поняла, что каждый цветок – это душа Эльфа, вступившего однажды на Болота Разрыва. Ей вдруг очень захотелось стать таким же цветком. Она продолжала стоять голой, держа веточку в руке, а та заигрывала с ней, щекоча её по носу. Рита улыбнулась, понимая, что нашла себе нового друга. А потом она заметила, что цветы стали закрываться и исчезать. Болото поменяло цвет на красный, и вдалеке опять поднимался оранжевый Туман. Рита с горечью поняла, что и в этом мире толку от неё никакого, раз он так и не дал ей никакой подсказки. Она опять вспомнила Дениса, его улыбку, и ей снова стало очень больно.

– Лучше быть одним из этих цветков, – прошептала она веточке, глотая слезы.

Туман приближался, и Рита приготовилась к тому моменту, когда туман полностью окутает её, и она вступит в красную жижу. Вдруг в шаге от того места, где она стояла, завибрировал воздух и прямо на неё вывалилась из него Диана, и чтобы не упасть, та мёртвой хваткой вцепилась в Риту.

Рита не верила своим глазам. Родная, любимая Диана с рюкзаком на спине и с неописуемым восторгом в глазах таращилась по сторонам. Рита резко сделала шаг назад от берега. Туман сдержал слово и быстро отступал, а Болота опять покрылись нежными цветами, превратившись в необыкновенный ковёр на многие мили вперёд.

– Ритка! Риточка! – Диана запрыгала. Потом резко остановилась, уставившись на Риту. – А ты чего голая и с веткой в руках? Ты это… нормальная, здорова? – она пощёлкала перед её носом пальцами.

Рита сначала счастливо улыбнулась, а потом вдруг заплакала.

– Только не останавливай меня. Я должна выплакать всё, – попросила Рита, намекая на то, что Диана могла использовать свою способность и заставить её прекратить плакать.

– Хорошо-хорошо. Только скажи, все живы? Ты чего так плачешь? – испугалась подруга.

– Все живы! – Рита кивнула и продолжила плакать, сидя у красивого Болота Разрыва. Диана присела рядом, не зная, то ли ей успокаивать подругу, то ли любоваться странной местностью, в которой она оказалась.

Наконец, слёзы закончились, и теперь Рита только изредка всхлипывала. Диана собрала разбросанную одежду и протянула подруге. У Риты при виде Дианы, душа ещё болела, сердце тоже, но хватка, сжимавшая всё тело, отпустила. Рита глубоко вздохнула и всхлипнула, громко шмыгнув носом, она уже не хотела умирать, ведь теперь рядом находилась её боевая подруга. Она оделась и снова взяла веточку в руки.

– Пойдём. Это святое место, тут нельзя говорить о жизни.

– А куда? И где все? Какие у тебя смешные уши! – затараторила Диана.

– Всё расскажу, давай только уйдём отсюда. У тебя тоже такие же уши. Так что поздравляю, ты оказывается тоже Эльф.

Диана шла за Ритой и всё трогала свои остренькие ушки, при этом попискивая от восторга.

Девушки вернулись на опушку леса, но Рита не собиралась возвращаться в лес.

– Мы пойдём в Город-Призрак. Там есть самое главное, что нам нужно. Там есть знания об этом мире. Так мне сказала Катари.

– Хорошо, как скажешь! А где ребята и кто такая Катари? – спросила Диана. – Они в этом городе?

– Нет, я их оставила и пришла сюда умирать, но тут, спустя шесть дней после нашей разлуки, появляешься вдруг ты, и ритуал моей смерти не получился.

Диана резко остановилась и встала, вытянувшись, как столб. Даже лицо её вытянулось.

– Чего?!!! Так… сначала про шесть дней… Какие шесть дней?! Я в невесомости провисела не больше одной минуты. Ты пропала, твой фонарик погас, Денис пропал, Герка. А я, Додди и Барон всё ещё висели в невесомости. Тут я открыла свой рот и неизвестно кому, стала доказывать, что без меня вы не выживите. Только все вместе мы сможем выполнить поставленные задачи. Я, конечно, немного привирала про задачи, так как сама не знаю, что за задачи, но заливалась соловьём по полной программе. И это «непонятно, что такое», ощупав меня, пропускает. Видимо, я его за эту минуту доконала своей болтовнёй и убеждениями.

– Это «непонятно, что такое» называется Поцелуй. Ты получила Поцелуй Губ. А вот Барон и Додди, значит, не прошли.

– Как? Они не с вами?

Рита замотала головой. А потом вдруг остановилась.

– Подожди. Ты сказала, не больше минуты? А тут прошло шесть дней. Значит у нас разное время. Получается, шестьдесят дней, ровно два месяца в этом мире, равны десяти минутам в том мире.

– Ничего себе! – восхитилась Диана. – Ладно, хватит мне зубы заговаривать. Давай рассказывай, что случилось.

И Рита начала рассказ с самого начала, как они попали в Верховный Лес Поцелуя.

Рита говорила и говорила, при этом не останавливалась и продолжала легко идти по кромке леса, определяя направление по солнцу. А где-то сзади в Лесу поднялась страшная туча и пошёл очень сильный дождь. Грохот воды даже они слышали. Но в этой стороне его не было, чему подруги очень обрадовались.

Когда Рита закончила рассказ, они как раз вышли на опушку перед Озером. А за ним, начиналась дорога, которая сейчас вся заросла травой и маленькими кустиками. Уже отсюда было видно, что входом в город давно никто не пользовался, а дома были полуразрушены и заброшены. Тут явно никого не было, и никто не жил.

– Давай спускаться. Нужно всё осмотреть до ночи и найти место, где мы сможем переночевать, – предложила Рита Диане.

Но та её явно не услышала. Узнав всю историю Дениса и Катари, она начала ругаться и слать на голову Дениса все возможные и невозможные беды от молний, огня и заморозков.

– Все мужики кобели! Все больные на голову и на одно место! Чтоб ему стать импотентом, и Герке в том числе!

– А ему-то за что? – удивилась Рита.

– А за всё! Тоже козёл! Уснул, спокойно уснул, когда ты страдала.

– Да он тут совсем не при чем, – стала защищать Герку Рита.

– Всё равно он тоже кобель, потому что диагноз у него, как и у Дэна – мужик!

Рита улыбнулась. Диана называла брата Дэном только тогда, когда очень сердилась на него. Но возвращение Дианы, её боевое настроение взбодрили Риту, она отвлеклась, высказалась, выплакалась и решила, что обязательно докопается до ответа, зачем она нужна Поцелую и этой веточке, которую продолжала нести с собой, как самое большое сокровище в мире. Рита вдруг поняла, что жизнь продолжается, пусть и без Дениса, но она сможет и будет жить, потому что нужна этому миру. Он ясно дал понять Болотам и ей, что уходить в мир иной ещё рано.

Обойдя Озеро, они вошли в город. И тут Риту пробил озноб, создавалось ощущение опасности. Каждый их шаг отдавался громким эхом, тишина странным образом давила. Тут не летали и не пели птицы, даже трава была не зелёной, а выглядела какой-то чахлой, как будто она была больная. А ещё голые развалины, пустые дворы и ни одного дерева в нём. И только веточка в руке Риты придавала ей сил. Она пульсировала, и Рита вдруг поняла, что в случае опасности, держась за веточку, она сможет исчезнуть, прихватив с собой и Диану. Рита подумала о том, что как же она раньше не догадалась брать с собой веточку. Ведь, возможно, она могла таким образом попасть в Центр и спасти Дениса. Хотя… сама веточка-то не исчезнет… О чём она только думает!

Да, она опять думала о Денисе. Она всегда думала о нём. Это было наваждением, болезнью, и Рита решила узнать, можно ли как-нибудь избавиться от этого чувства любви к нему.

– Клин клином вышибают, – произнесла Диана, как будто прочитала мысли Риты.

Дальше они шли молча, всё глубже углубляясь в мёртвый город. Диана притихла, она уже не обзывала мужской пол, не сыпала на их головы проклятия, а молча шла за Ритой, внимательно и с опаской смотря по сторонам.

Они дошли до главной улицы. Впереди виднелась площадь, но до неё нужно было ещё дойти. Рита остановилась и стала всматриваться вдаль. Ей очень не нравилось это место, она не хотела не то что заходить, а вглядываться в такие брошенные и пустые дома. Как голые черепа стояли эти развалюхи с пустыми глазницами окон и оскалами дверей. Но Рита чувствовала, что этот город многое может ей рассказать, потому что он являлся городом бывших летописцев и учёных. Именно тут писалась история земли. Так ей сказала Катари. Рита совсем не сердилась на соперницу, всё получилось, само собой. И сама Катари не хотела её смерти, предложив на выбор два варианта – Болота Разрыва и Город-Призрак. Катари настаивала именно на городе, где Рита могла многое узнать о мире, в который она попала. Но Рита, посчитав себя полной неудачницей, предпочла смерть, чем и вызвала сочувствие в глазах соперницы. Во всяком случае, Катари не насмехалась над ней и не злорадствовала. Но посоветовала подумать ещё раз.

И вот так получилось, что Рита уже побывала на Болотах, а теперь медленно идёт по главной дороге Города-Призрака к площади, на которой возвышалось величественное здание, единственное уцелевшее здание в этом городе. Рита крепко держала в одной руке веточку, в другой дрожащую руку Дианы. Она была готова при первой опасности сорваться и дать дёру, уволакивая за собой подругу.

– Это всё из-за наших идиотов! Вот если бы они были рядом, то не было бы так страшно, – проворчала Диана, опять вспомнив Дениса и Герку.

Рита не отреагировала на её слова, сосредоточившись на ощущениях ветра и воздуха, которые должны предостеречь её об опасности. Диана, выплеснув всё раздражение, опять замолчала и наступила полная тишина, только их шаги отдавались эхом. Рите казалось, что каждый дом рассматривал незваных гостей, а пустые глазницы провожали настороженным взором. Создавалось впечатление, что здания были живыми. Стоило девушкам пройти несколько шагов, и за их спинами эти здания поворачивались и смотрели им вслед. Рита понимала, что это её выдумки и фантазии, но состояние непонятной жути не проходило, а только увеличивалось. Пока она шла, продолжала задаваться вопросом, что могло тут произойти, из-за чего учёные и летописцы покинули город и больше в него не вернулись?..

Они всё же дошли до главной площади. Тут местность стала открытой и непонятное давление со стороны домов ослабло. Рита, продолжая держать Диану за руку, подошла к тому самому неразрушенному высокому зданию, которое она видела ещё стоя на опушке Леса.

Это здание чем-то напоминало ей Большой театр в Москве. Только вместо колонн тут стояли три фигуры, поддерживающие треугольный фронтон. Рита стала искать дверь, но вход отсутствовал. Здание было наглухо запечатано, и это являлось проблемой.

– Может, дверь где-то сбоку? Как ты думаешь, может, туткак-нибудь по-другому строили вход? – предположила Рита.

– По разрушенным домам я поняла, что строили тут, как и у нас, нормальные окна и двери. Меня больше фигуры интересуют. Я так понимаю, что эти трое – Эльф Леса, Эльф Охоты и Гном? – Диана отвлекла подругу от проблемы дверей.

Рита посмотрела на статуи и кивнула. Погодные условия и время не тронули эти статуи, которые являлись настоящим произведением искусства. Каждая чёрточка на лицах, каждая складочка на одежде были чётко видны. Рассматривая их, она заметила, что два Эльфа были с идеальными фигурами и красивыми лицами, одеты они были в короткие туники до колен. Рита не знала, как называется эта одежда, и решила называть эту одежду земным названием, то есть туникой. Уж очень она была похожа на ту, что носили мужчины в Древнем Риме – платья свободного покроя с поясом. На ногах надеты сандалии, а также плащ, застёгивающийся красивой застёжкой под горлом и ниспадающий складками вниз по спине. Диана абсолютно точно определила, что один Эльф был Лесным, а другой Охотником. Рита рассказала ей про кланы Эльфов этого мира, о которых сама узнала от Катари. Один Эльф держал в руке веточку, а у второго из-за спины торчал колчан со стрелами, а в руке он крепко держал лук.

Третий представитель был Гномом. Он стоял на высоком пьедестале и только благодаря этому дотягивал ростом до Эльфов. В отличие от последних, Гном явно был воином и мастером в одном лице. Он был одет в кольчугу, но она тоже имела вид короткой до колен туники. Рита решила, что туника Гнома был не из ткани, а была собрана из маленьких пластин, явно предназначенные для защиты. В одной руке он держал топор, в другой поднос с какими-то колбами и маленькими инструментами, очень похожими на те, что были у Герки. Рита опустила глаза и заметила надписи.

– Тут внизу под фигурами написаны слова. Бас – это под статуей Лесного Эльфа. Ванатор – это под Охотником, а Ятар – под Гномом. А далее надпись «имена трёх», – пояснила она Диане.

– Значит, это их имена, – Диана задрала голову. – Смотри, у них у всех Губы на лбу. Не очень хорошо видно, скорее всего, стёрлось со временем. Странно, всё сохранилось, а губы стёрлись, – Диана стала рукой показывать на самый верх.

Рита долго смотрела, у неё даже глаза начали слезиться, но, в конце концов, она увидела то, на что показывала Диана. Да, на лбах всех троих были высечены Губы. Но заметить их было практически невозможно. Удивлённая, Рита повернулась к Диане.

– Ты сразу увидела Губы?

Та кивнула, продолжая таращиться с открытым ртом на фигуры. Рита поняла, что в Диане проснулся азарт историка. Не зря же она выбрала именно эту профессию.

– Диана, а я не сразу увидела, даже после того, как ты показала мне, где эти Губы. Знаешь, я предполагаю, что тебе в большей степени передались таланты брата-охотника, – Рита не хотела произносить его имени. Так ей было менее больно, называя Дениса братом или Охотником.

Диана закрыла рот и уставилась на подругу.

– Да? Может быть… – она опять посмотрела на колонны, трогая свои уши. – Там выше статуй на треугольном фронтоне что-то написано. Видишь?

Рита стала смотреть, но букв она не увидела.

– Нет. У меня не такой зоркий глаз, как у Охотников. Не вижу.

– А я вижу, но не знаю, что там написано.

Диана сняла с себя рюкзак и, порывшись в нём, достала блокнот и ручку. Усевшись на землю, стала аккуратно выводить буквы, которые были написаны на арке.

Рита устроилась рядышком.

– Вот, – через минуту Диана протянула листок Рите.

Та прочитала. И тут в тишине раздался щелчок, от которого девушки вздрогнули. Они увидели, что там, где до этого предполагались двери, но их не было, вдруг появился проход.

– Э-э-э… А можно теперь по-нашему? Я ничего не поняла. Что ты сейчас произнесла? – тихо прошептала Диана, таращась на тёмную открывшуюся дыру.

«Пройдите через учения эти, наши величия познайте. Отряд Трёх», – перевела Рита Диане.

Рита задрала голову и тут вдруг увидела всю надпись на фронтоне. Она засияла золотыми буквами.

– Чёрт! Вот теперь её видно! Как это возможно?! – воскликнула она.

– Шифр! Не зря я изучала всевозможные гробницы в университете. Как я поняла, для того, чтобы найти ключ к входу, нужен Охотник. А Охотник это я, хоть и не доделанный Эльф-Охотник, – Диана прыснула.

Рита засмеялась впервые с той минуты, как встретила на своём пути Катари.

– А я зачем? – отсмеявшись, спросила она.

Диана поднялась, в глазах опять загорелся азарт, то ли историка, то ли охотника.

– А вот это мы и узнаем, но уже внутри, – и она, взвалив рюкзак на плечи, направилась к двери.

Рита вскочила и пошла за Дианой.

Внутри было темно, только с улицы попадал небольшой свет. Диана порылась в рюкзаке и достала фонарь.

– Они тут не работают. Не знаю почему, но батарейки все разряжены, – сказала ей Рита.

Диана решила проверить, убедившись, что фонарь не работает, запихнула его обратно и достала зажигалку.

– О! Тут на стенах есть факелы. Давай возьмём пару штук, – предложила она.

– Давай, только нужно один оставить горящим здесь. А то совсем заплутаем. Мы же совсем не знаем этого здания.

– Идёт!

Девушки сняли два факела и взяли их с собой, третий на стене они оставили зажжённым. Сразу стало светлее, и они осмотрелись.

– Так. Это у нас приёмный зал. Давай дальше пойдём, – предложила Диана.

– Давай! – Рита решила положиться на подругу. Диана изучала историю и лучше разбиралась в древних постройках и реликвиях. – А что значит – приёмный? – поинтересовалась она.

– Приёмное отделение. Мне кажется, тут распределяли, кому и куда надо идти. Типа отдела информации и регистратуры.

Рита кивнула, понимая, о чем Диана рассказывает, и они двинулись дальше, освещая пространство перед собой факелами. Почему-то в этом здании Рите было спокойно, она не ощущала дискомфорта, в отличие от улиц и домов. Казалось, что это здание на момент катастрофы отделилось от всего города. И только оно было целым, неиспорченно проказой, которая погубила красивейший город учёных. А то, что этот город когда-то был величественно красивым, Рита заметила сразу. Прямые линии дорог из необычного камня, дома, имевшие разную форму, но при этом дополнявшие друг друга, именно этим когда-то и украшали улицу. Ну и, конечно, сама площадь, прекрасно сохранившаяся, была украшением города учёных. Само изумительной красоты здание было построено ровно посередине площади. Напротив его главного входа располагался фонтан, воды в котором уже, к сожалению, не было. По всему периметру площади были разбиты клумбы, которые сейчас пустовали. Можно было только догадываться, как тут было когда-то красиво.

Выйдя из главного зала, девушки очутились перед широкой и довольно длинной лестницей, такие обычно бывают в театре. Рита увидела прикреплённый к стене у порога лестницы ещё один факел и зажгла его. Они медленно начали подниматься, освещая и осматривая всё на своём пути. Поднявшись на этаж выше, Рита и Диана поняли, что это единственный этаж – тут лестница заканчивалась. Перед ними в свете факелов показался длинный и довольно широкий и очень длинный коридор, больше напоминающий зал с дверями по обе стороны. Чтобы не бегать по широченному коридору от одной стены к другой, они решили начать осмотр одной стороны. Девушки подошли к ближайшей двери справа от них и открыли её. Внутри находились столы и скамейки.

– Тут классы для учёбы или кабинеты для работы. Я думаю, что все двери с одинаковыми классными комнатами, как у нас в школах. Видишь, по правой стороне их девять, а по левой всего шесть, значит по левой стороне классы больше, – предположила Диана.

Но Диана ошиблась, хотя об этом они узнали позже. Классов оказалось не девять, а восемь, и только по правую сторону. Интересным было и то, что во всех восьми комнатах не оказалось ни одного окна. Но благодаря их отсутствию, вся мебель сохранилась и находилась в прекрасном состоянии.

– Не понимаю! Почему у них не делали окон? – Диана пыталась найти хоть какой-то ответ, вспоминая устройства освещения подземных гробниц в Древнем Египте. Но, обегав все восемь классов, ничего похожего на лампы или любое другое освещение они не нашла.

– Неужели при такой тёплой погоде и ярком солнце они занимались в полутьме при факелах? – изумлялась Диана, продолжая задавать эти вопросы больше себе, чем Рите.

– Может, у них зрение другое? – предположила Рита.

– Нет. Тогда бы и у тебя, и у меня было бы тоже другое. А дома на улице имеют обычные окна. Секрет в чём-то другом, но я надеюсь, что мы скоро это узнаем.

То, что они посчитали последней девятой дверью класса, оказалась дверью в туалетные комнаты. Собственно, они ничем не отличались от обычных земных туалетов. Тут было отделение с писсуарами разной высоты, видимо для Гномов и Эльфов. Каждый писсуар был отделён перегородкой. А разных размеров и высоты унитазы находились в отдельных кабинках. Деление на женское отделение и мужское отсутствовало. Ближе к двери находились прикреплённые шесть раковин с кранами, тоже разной высоты – для Эльфов и Гномов. И две кабинки непонятного предназначения.

– Может, это душевые кабины? – спросила Рита.

– А где сам душ?.. – Диана пожала плечами.

Осмотрев всю правую сторону, девушки остановились. Коридор закончился, но там был проход дальше. Посветив факелом, они увидели овальный холл, где с одной стороны располагалась большая дверь и с другой узкая лестница наверх.

– Ну? Куда сейчас? У нас классы по правую сторону. Опять лестница и огромная дверь в холле. Может, посмотрим, что за большой дверью? – спросила Диана.

– Нет. Мы не будем торопиться. Давай начнём так, как мы начали. Всё с самого начала. Надо посмотреть все классы. И я хочу хорошенько осмотреть этот здоровенный коридор, который больше мне напоминает зал, – ответила Рита, и Диана согласно кивнула.

– Ну да. А куда нам торопиться? Растянем удовольствие.

Вернувшись назад и открыв дверь, они только тогда поняли, что Диана ошибалась в своих прогнозах. Это были не классы, а жилые комнаты. Шесть комнат по левую сторону вместо девяти по правую, и это говорило о том, что по площади они ещё больше, чем классы.

– Скорее всего, они принадлежали преподавателям или учёным мужьям, которые тут проживали или временно останавливались, – предположила Диана, освещая факелом первую комнату. Окна в личных покоях тоже отсутствовали, поэтому мебель тут тоже оставалась в отличном состоянии.

Рита и Диана сразу определили, что тут было жилье Гнома. Несколько сундуков находились недалеко от кровати. Кровать больше напоминала квадрат – широкая, но короткая. Стоял стол для работы, несколько кресел и табуретов. Рита сразу направилась к сундукам и, открыв их поочерёдно, заглянула в каждый. Внутри сундуков аккуратно были сложены инструменты: крошечный топорик и одежда. Но она девушкам не подходила, хотя и показалась очень прочной и лёгкой.

– Тот Гном Ятар одет в похожую кольчугу. Это комната Гнома-мужчины, – Рита держала в руках и рассматривала странное платье из металла.

– А топорик какой крошечный. Он меньше, чем моя ладонь. Наверное, ювелирное украшение, но очень острое. Вот выдумщики, – хихикнула Диана и положила его на место.

Затем она решила испробовать кровать и сразу плюхнулась на неё. По длине кровать была ей в самый раз, а ширина давала большой простор.

– Здорово как! Я до сих пор не верю, что я здесь и это не сон! – выкрикнула она и ущипнула себя.

– Нет ни пыли, ни запаха плесени. Всё очень чисто, – ответила Рита, возвращая одеяние Гнома обратно в сундук.

Диана резко спрыгнула с кровати.

– Давай дальше все комнаты побыстрее осмотрим, – предложила она.

– Давай! А потом будем устраиваться на ночлег. Во всяком случае, тут чувствуется безопасность, – согласилась с ней Рита.

Оставив рюкзак Дианы и подаренную веточку на столе в первой комнате Гнома, они пошли дальше. Следующая комната принадлежала Гному-женщине. Комната имела похожую мебель, сундуки с одеждой и оружием, но красивое зеркало и женские принадлежности в виде расчёски, ножниц и маленьких баночек указывали на хозяйку.

Диана примерила женское платье Гнома, но оно оказалось ей велико по ширине, хотя длина подходила.

– Не-е. Не моё. Пошли дальше.

Рита подождала, пока Диана переоденется, и они продолжили осмотр.

Третья комната принадлежала Эльфу-мужчине. Диана сразу определила, что это Охотник.

– Видишь, какое у него оружие… Тут стрелы, дротики, ножи, лук и специальные карманы на его платье для удобства ношения оружия. Это точно – Охотник.

– Не платье, а туника, – поправила её Рита.

– Ну… пусть будет туника, – кивнула Диана.

Теперь Рита уселась на кровать Эльфа. Она имела ту же ширину, что и у Гномов, но намного длиннее. Здесь тоже отсутствовал какой-либо затхлый запах, даже покрывало сохранилось чистым и свежим.

– Как это возможно? – Рита провела пальцами по мягкому покрывалу.

– Может, тут какая-то особая вентиляция, – Диана пожала плечами. – Но меня радует, что тут всё в прекрасном состоянии и можно устроиться на ночлег.

– Абсолютно с тобой согласна.

– Хочешь, скажу, кому принадлежит следующая комната? – весело спросила Диана.

– Я знаю, знаю! – Рита резко вскочила.

Девушки, схватив факелы и весело визжа, вылетели из двери и наперегонки побежали по коридору в следующую комнату. Они одновременно открыли дверь и очутились в комнате Охотницы.

Диана закричала:

– Всё, это моя комната!

Повесив факел на стену в свободный держатель для факела, она подбежала к сундуку, откуда достала очень красивую синюю столу Охотницы. Стола была вышита каким-то неизвестным металлом, который являлся не только украшением, но и явно защитой. Диана сняла с себя футболку с брюками и напялила платье.

– Класс! – восхищённо воскликнула Рита. – Длинновато для тебя, но мы её укоротим, и будет просто шикарно.

Диана восторженно вертелась перед зеркалом. Верх был идеален, тонкая талия охвачена поясом из камней, а юбка ниспадала симметричными складками до пола. Юбка для маленькой Дианы была очень длинной, но Рита решила её подшить ей под рост.

– Я тоже хочу такую одежду! – крикнула Рита и, выскочив из комнаты, побежала по коридору.

Не останавливаясь, она пробежала одну дверь, которая должна была принадлежать мужчине Леса, решив осмотреть её позже, и остановилась перед последней дверью. Затаив дыхание она её открыла и вошла. Осветив комнату и найдя место на стене для факела, прикрепила его и осмотрелась. Это была комната, в которой ей сразу захотелось жить. Кровать, покрытая пушистым одеялом, от которого шёл самый настоящий запах леса. Деревья, вышитые на нём, шумели листьями от ветра. Очень хотелось лечь на эту кровать, но Рита пересилила себя. В углу она заметила горшки с землёй. А дальше находились сундуки, к которым она и направилась. Рита открыла ближний к ней. В нем находилась аккуратно сложенная женская одежда. Рита взяла самое верхнее платье, которое тоже напоминало столу, как и платье Дианы, но вот сделано оно было совсем из другой ткани. Самым главным отличием в платье Эльфийки Леса от платья Охотницы заключалась в том, что юбка Лесной была не длинной, а короткой, и имело только одно плечо, а не два. Риту также поразила ткань, которая была необыкновенно лёгкой, воздушной, но не прозрачной. Первое платье, которое она достала, было бирюзового цвета, ниже она нашла другое – нежно-салатового цвета, были ещё и другие, но она не стала рассматривать, решив, что времени у неё для осмотра своего нового гардероба будет достаточно. Вдруг вспомнив про Геркин кулон, Рита решила померить именно бирюзовое платье.

В этот самый момент вошла Диана. Когда Рита её увидела, то так и осталась стоять, широко распахнув глаза и открыв рот.

Перед ней стояла Диана, но другая Диана – Богиня Охоты, которую описывают в древнеримской мифологии. Волосы обрамляла красивая диадема-змейка, сделанная из оранжевого металла. На ногах были симпатичные сандалии из тончайшей кожи или, возможно, даже из материала, который создавали Гномы. Рита уже поняла, что очень многое в этом мире было создано именно Гномами. В руках Диана держала лук, а за спиной висел колчан. Платье было яркого голубого цвета, и на нём красовалась вышивка, предположительно из металла, которая полностью покрывала грудь, переходя на талию, где и завершалась в виде пояса. Вышивка представляла из себя сценки охоты, но Рита также поняла, что эта вышивка кроме украшения служила отличной защитой в виде щита.

– Ну? Чего ты молчишь? – Диана закрутилась на месте, приподнимая длинный подол пеплы.

– Я… я просто в восторге! Это волшебство какое-то! Нужно укоротить юбку.

– Укоротим-укоротим. Только ты сначала оденься. Мне тоже интересно на тебя посмотреть.

Тут Рита вспомнила и про себя. Она стала быстро раздеваться, а Диана пока осматривалась в новой комнате.

– Могу предположить, раз на голове у меня змейка, то тут есть змеи. А вот эти животные тут уж точно водятся или водились, – Диана ткнула пальцем на вышивку, где был изображён олень. Потом, увидев кровать, она подошла к ней и, сняв сандалии, залезла на неё.

Увидев, что Рита, освободилась от футболки и брюк, Диана произнесла:

– Мой тебе совет: бюстгальтер тоже снимай. Эта одежда потрясающим образом меня облегает и поддерживает всё, что нужно поддержать. Я, когда оделась, то бюстгальтер не сняла и мне было очень неудобно. А когда сняла, оказалось в самый раз, – посоветовала Диана подруге, прыгая на воздушной кровати, задрав до колен длинную юбку.

Рита решила послушаться и сняла бюстгальтер. А потом, взяв воздушную бирюзовую тунику, быстро одела на себя. Когда она её одела, ей показалось, что у неё появилась вторая кожа, очень прочная, которая сможет предохранять её от многих опасностей.

Она подошла к зеркалу и взглянула на себя. Ткань становилась всё теплее, согревая тело Риты, и вдруг на ткани стали появляться белые цветы, которые распускались на глазах, а потом распустившись, застыли. Диана резко прекратила прыгать и уставилась на Риту.

– Обалдеть! Какая интересная ткань! Рита, ты такая красивая! – ахнула Диана.

Платье для Эльфийки Леса было коротеньким, и юбочка прекрасно подчёркивала идеальные длинные и стройные ноги Риты. Верх удобно держал грудь, даже при том, что одно плечо было открыто. Рита вдруг взглянула на татуировку и слёзы подступили к горлу. Но она не заплакала, так как её снова отвлекли цветы на пепле, которые стали менять цвет с белого на серый.

– Что это было? – Диана вскочила с кровати и подбежала к подруге, глядя на цветы, которые резко поменяли цвет и изменили внешнюю картину платья.

– Я…. – она сглотнула, – увидела татуировку и вспомнила твоего брата. Расстроилась, а цветы изменились.

– Ничего себе! Да они меняются в зависимости от твоего настроения! – поразилась Диана.

Рита улыбнулась, подумав о том, что Диана самая необыкновенная, и если бы не она, то многое в жизни Риты сложилось бы по-другому. Платье расцвело опять белыми цветами с небольшими серыми вкраплениями. А неугомонная Диана, которая решила не продолжать тему Дениса, уже убежала в угол и стала рыться в другом сундуке. Оттуда она вытащила диадему с мелкими цветами и листьями, затем из третьего сундука сандалии с симпатичными пряжками по щиколотку.

Застегнув все пряжки, Рита надела сандалии. Походив немного, она поняла, что обувь очень удобная, мягкая и как будто сделана специально для неё.

– Из чего эта обувь? – спросила она Диану.

– Не знаю, но очень удобная.

Рита, сняв резинку, распустила волосы, которые расчёсывала последний раз перед встречей с Катари. Подойдя к зеркалу, она взяла красивый гребень и начала расчёсывать волосы. Наконец, расчесав их, она взяла диадему и надела на голову. Странным образом, диадема сама приняла нужную форму, обхватив голову так, что волосы, оставаясь распущенными, абсолютно не мешали, а диадема крепко держалась на голове.

– Богиня! – хлопнула в ладоши Диана. – Какая же ты красавица!

– Да ладно, ты сама такая же! – Рита горестно засмеялась, а внутри болезненный ком сжал её грудь. Тот единственный, не увидит её, а если и увидит, то не оценит её… Сейчас Рита понимала, что выглядит даже лучше Катари, но она Лесная, а Денис-Охотник и не любил он её никогда, потому как это оказывается, просто невозможно… Правда, Болота и Лес ей кое-что доказали или же подарили – и она теперь будет заниматься тем делом, за которым пришла сюда, постарается проявить себя. Да – это её путь, она отправится по жизни в этом направлении. Поэтому Рите теперь снова хотелось жить, быть красивой и узнавать все тайны этого странного и непонятного мира, пусть и без Дениса. Она сможет пережить этот период, сможет забыть его, а новый мир ей в этом поможет.

– Знаешь, я только сейчас заметила, что потеряла Геркин кулон со сферой, – грустно произнесла Диана. – Наверное, Додди зацепился за цепочку, и когда нас разделили, он так с цепочкой и остался.

Додди… Рита подумала о нём. Она считала его погибшим, потом нашла на пепелище дачи, и вот… снова потеряла. Где он сейчас? Наверное, в Шатурском лесу.

– Какая-то странная закономерность в моей жизни, – Рита стала ходить по комнате, энергично взмахивая руками. – Как только я кого-то нахожу, тут же сразу его теряю. Надеюсь, больше никого терять не буду. Я теряла твоего брата много раз, теряла тебя и опять нашла, теряла Герку, он нашёл меня, а потом я сама потерялась для него, для Додди и Барона…

Цветы на платье снова изменились и стали тёмно-синими.

– Давай не будем о грустном. У нас ещё много интересного впереди, если ты не забыла, мы не видели ещё одну комнату, непонятного предназначения дверь большого размера и ещё лестницу. – Диана подошла и потрогала тёмно-синий цветок на пепле Риты. – Вот это платье самое настоящее чудо. А теперь пошли!

Девушки сняли со стен факелы и отправились к последней двери, которую пропустила Рита.

Как они и предполагали, это была комната Лесного Эльфа-мужчины. В первом сундуке аккуратно лежала одежда, во втором сундуке из оружия были только кинжалы очень красивой работы. Рядом со вторым сундуком находился третий. Он отличался от всех сундуков, которые видела Рита. Она подошла и попробовала его открыть, но сундук оказался закрытым.

– Закрыт… – Рита обескураженно посмотрела на Диану.

Та подошла и, присев рядом с Ритой, стала рассматривать сундук.

– Ключа нет, но он закрыт, – Диана стала внимательно его рассматривать. – Вот! Тут нужно приложить палец! – воскликнула Диана и приложила большой палец, потом все остальные, но ничего не произошло. Сундук оставался закрытым.

Рита снова удивилась тому, что Диана прекрасно видит и замечает такие мелкие детали, которые она бы и не заметила. Для неё небольшое углубление напоминал рисунок в виде лепестка, но более внимательно присмотревшись к нему, она увидела, что это отпечаток пальца. Именно он и навёл Диану на идею, что необходимо приложить палец.

– Может, нужен палец Лесного Эльфа, раз это его комната? – предположила Рита.

Диана энергично закивала.

Рита приложила палец, и тут острая боль пронзила её палец.

– Ай! – Рита отдёрнула палец и увидела каплю крови, которая появилась на пальце. Но тут Рита и Диана отвлеклись, так как в сундуке что-то щёлкнуло, и он приоткрылся.

– Открывай… – шёпотом произнесла Диана.

Рита, продолжая сосать палец, второй рукой подняла крышку сундука. В нём оказались аккуратно уложенные мешочки. Взяв и развязав один, подруги обнаружили какие-то семена.

– Это семена? Их надо сажать? – спросила Диана Риту.

– Не знаю… – Рита пожала плечами. – Может, и сажать…

– Мне кажется, что не любой Лесной Эльф мог открыть этот сундук, – перебила её Диана, понимая, что и у Риты нет ответа. – Обрати внимание, он единственный имеет замок, он отличается по конструкции от всех других сундуков, которые мы увидели, и замок взял твою кровь на анализ.

– На анализ? – зачем-то переспросила Рита.

– Ну да. Если бы твоя кровь не подошла, то он бы не открылся. И снова твоя кровь, как и в Англии. Она очень важна кому-то. Этот сундук оберегали. Хранили как что-то важное, и вот ты его открыла.

– Я пока не буду тут ничего трогать. Может, мне и доверили эти семена, но я не знаю применения и назначения того, что внутри этих мешков. Давай дальше осмотримся. – Рита поднялась. Взглянув на свой палец, она увидела, что кровь остановилась.

Оставив мешочки, девушки вернулись к двум первым сундукам. Эльф Леса одевался в тунику, как и Охотник. Такое одеяние они видели на двух статуях здания. Цвета отличались от женских. В них присутствовали светло-коричневые, тёмно-коричневые, тёмно-синие и тёмно-зелёные.

– Теперь заглянём в дверь, которая находится в торце, – Диана удовлетворила своё любопытство в этой комнате, схватила свой факел, выскочила за дверь и побежала. Рита заметила, что они обе бегут абсолютно бесшумно, благодаря новой обуви. Да и новая одежда давала не только тепло и обволакивала тело, как вторая кожа, но в ней очень удобно двигаться. Движения у Риты стали ещё более плавными, лёгкими и очень точными. Не считая того, что и воздух она стала слышать ещё лучше.

Они добежали до стены в конце коридора и, нажав вместе на огромную дверь, открыли её. Диана посветила факелом, а Рита ахнула.

– Это же огромная столовая и кухня в одном лице! – воскликнула последняя.

В стене был встроен огромный очаг, разного размера кастрюли и котлы стояли на полках, которые занимали всю длину стены. Несметное количество мисок, тарелок, стаканов и кружек стояли на отдельном столе и прилегающих полках, только по другую соседнюю стену. Над широким рабочим столом висели сухие ветки, скорее всего являющиеся приправами.

– Как я хочу есть… – простонала Диана и плюхнулась на лавку.

Рита тоже почувствовала голод, она попыталась вспомнить, когда ела в последний раз, кажется, это было прошлым утром, и усмехнулась.

– Диана, по нашему новому времяисчислению, ты ела последний раз аж неделю назад.

– То-то я не пойму, почему я такая голодная, – улыбнулась она. – Пойду принесу рюкзак, Герка мне что-то в него накладывал.

– Захвати мою веточку! – попросила Рита.

Диана зажгла три факела и ушла, а Рита стала обходить кухню. Заметив раковину, она подошла к ней. У раковины имелся кран. Рита попыталась его повернуть, и – о, чудо! – тот легко повернулся, и из него потекла холодная вода.

Вернулась Диана.

– Диана, смотри, вода есть! – радостно произнесла Рита.

– Ну, мы теперь живём! – потирая руки ответила подруга.

– Я хочу посадить веточку в горшок, – Рита забрала у подруги свою веточку, которую та принесла.

– А где ты возьмёшь горшок? – поинтересовалась Диана.

– Видела на полу в моей комнате.

– Ага! В твоей комнате?! Ну-ну! – Диана усмехнулась.

– А что? У тебя теперь тоже есть комната, – Рита, налив в кувшин воды, который нашла на кухне, вышла из столовой.

Вернувшись в комнату Лесной Эльфийки, она в горшок с землёй посадила веточку и обильно полила её водой из кувшина. Несколько секунд она с умилением смотрела на посаженную веточку, вспоминая, как обнаружила её у себя в руке, как пришла с ней на Болота Разрыва.

– Теперь ты будешь расти в этом горшке, – произнесла Рита, нежно поглаживая тонюсенькую веточку, а потом в порыве чувств нагнулась и поцеловала её. И тут почувствовала, как тепло её тела передалось тоненькой веточке, как будто Рита вселила душу в это крошечное создание. Одновременно вздрогнули и Рита, и сама веточка. – У тебя точно всё будет хорошо, – напоследок сказала Рита веточке.

Оставив факел гореть, она вернулась в столовую.

А Диана уже обживала новую кухню. Она накрыла на стол, поставила две тарелки, два стакана. Открыла банку тушёнки и распечатала пачку печенья.

– Извини, но овощей нет, – пожав плечами, констатировала она.

– Ничего, я поем и это. Мне нужны силы.

– Правильно!

Девушки принялись за еду. Пока они жевали свой скудный обед, продолжали рассматривать окружающую обстановку.

– Интересно, а почему тут нет окон? – с полным ртом, опять спросила Рита об этом Диану.

– Понятия не имею. Может, запах еды разносился вокруг и на него мог прилететь кто-нибудь опасный. Мы же не знаем обитателей этого мира. А вдруг тут водятся ящеры или драконы? А без окон и безопасно, и стерильно, а главное, всё сохраняется в отличном состоянии.

Рите понравился довод Дианы. Меньше всего ей хотелось видеть на кухне мух и червей.

– Ну? Идём дальше? – спросила Диана Риту, когда они поели и запили всё водой из бутылки, которая оказалась совсем полной ещё с Москвы.

Рита решила позже попробовать воду, которая текла из крана, и определить – пригодна ли она для питья или придётся её кипятить. Во всяком случае, когда кончилась вода в Верховом Лесу, они набирали воду из ручья. Вода была чистой и пригодной. Как обстояло дело с водой, которая шла из крана, Рита не знала, и пока у неё были сомнения на её счёт.

– Конечно, идём дальше, – Рита поднялась.

Как они заметили раньше, в небольшом холле напротив двери в столовую находилась ещё одна лестница. В отличие от широкой парадной лестницы, соединяющей два этажа, эта лестница была не только узкая, но закручивалась вверх спиралью. Взяв один из факелов, девушки начали подниматься наверх. Они шли рядом, каждая держалась за перила со своей стороны. На лестнице могло вместиться на одной ступени не более трёх человек.

– Как ты думаешь, почему эта лестница так построена? – спросила Рита Диану, посчитав, что Дианины знания истории помогут ей ответить на вопрос.

Диана какое-то время молчала, к чему-то присматриваясь и прислушиваясь.

– Тишина. В первую очередь соблюдение тишины. По этой лестнице можно подниматься только спокойно, а значит тихо. Может быть, наверху какие-то помещения, в которых необходимо соблюдать тишину.

Рита кивнула. Ответ её устроил. Они поднялись и остановились на последней ступеньке, освещая пространство впереди себя факелами.

– Это последний этаж, – задумчиво произнесла Диана.

Рита увидела небольшую квадратную площадку и две двери. Одна находилась от лестницы по левую сторону, другая – по правую. Прямо напротив них была глухая стена.

– Куда? Налево или направо? – спросила Рита.

– Давай налево!

Они открыли дверь по левую руку и очутились в странном помещении, которое напоминало огромный зал круглой формы. Тут тоже находились рабочие столы, на столах стояли наборы колб, а на полу были вырезаны круги разных диаметров, прямоугольники и ромбы различных размеров.

– Лаборатория алхимиков или что-то типа того? – предположила Диана.

– Думаешь, в этом мире присутствует магия?

– Без понятия. Но какой Эльф не знает хоть какого-нибудь колдовства.

– Но это же в сказках, – возразила Рита.

– Ха! В сказках! А то, что мы вытворяли в Англии, это не сказки? А то, что мы очутились тут, это не сказки? – возразила Диана.

Рита не хотела развивать эту тему, особенно вспоминать о том, что было в Англии. Память больно резала её сердце и душу. Она продолжала молча освещать каждый метр странной комнаты и тут заметила ставни.

– Первое окно! Подержи, – Рита отдала свой факел Диане.

Она подошла к окну и, убрав щеколду, потянула сделанные из непонятного металла ставни на себя. Окон и стёкол никаких не было, плотные ставни легко открылись, представляя взору девушек панораму с высоты птичьего полёта. Они находились на самом верхнем этаже этого здания. Все комнаты были большими и имели очень высокие потолки, за счёт этого последний третий этаж был не ниже обычного восьмиэтажного здания в Москве, а может и выше.

Перед глазами раскинулась великолепная картина, достойная руки художника. Видимая из окна часть Города-Призрака была, как на ладони, а за ним дальше лежало необыкновенное озеро, которое ярко отливало всеми цветами радуги от заходящего солнца. Зелёный Лес уходил далеко за горизонт. Казалось, что это зелёное море, и красный диск нового солнца плавно спускался на этот зелёный ковёр.

– Красиво как… – прошептала подошедшая к ней Диана.

Какое-то время, они молча смотрели на эту картину. Стояла странная для этого места звенящая тишина. Если в Щебечущем лесу стоял неимоверный гомон, то тут было с точностью наоборот.

– Давай посмотрим последнюю дверь и спускаемся. Я очень устала, – Рита зевнула, почувствовав, что её потянуло в сон после еды.

Девушки опять закрыли ставни и вошли в другую дверь.

– Вот это я понимаю! – в восторге запрыгала Диана, попав в другое огромное помещение. – Библиотека!

Овальная комната без окон состояла из стеллажей с книгами по всей стене от пола и до потолка.

– Тут тоже нет окна, – Диана нашла рядом с дверью факел и зажгла его. – Потому что свет испортил бы книги. А так всё сохранилось! Какая красотища! – Диана подошла и взяла одну из книг. – Чёрт! Вот чёрт! – она озадаченно взглянула на Риту. – Я не умею читать. Я не знаю языка.

Рита вставила свой факел в специальный держатель на стене, и подошла к Диане.

– Это учебник о флоре этого края. Тут перечислены растения, – Рите стало интересно.

– А мне что делать? – чуть не плача, произнесла Диана, оглядывая полки с книгами.

И в это мгновение Риту осенило. Между собой они говорили на русском, иногда мешая с английскими словами или переходя полностью на английский язык. Но Катари говорила с ними не на этих языках. Рита, как и Герка с Денисом, автоматически перешли на язык Эльфов и Гномов, который заложен в них с рождения. Тогда, при встрече с Катари, они сами даже не поняли, как заговорили на другом языке. Может это Лес Верховного Поцелуя водил их два дня по своей территории, давая им какие-то языковые знания. Ведь и с Деревом, которое подарило ей веточку, Рита говорила на языке этого мира.

Рита посмотрела на Диану.

– Принеси из рюкзака ручку и блокнот, я буду ждать тебя в лаборатории. Там есть окно, а значит, больше света. Я начну тебя учить.

Лицо Дианы просветлело.

Рита вернулась в Лабораторию, открыла ставни и зажгла все факелы. После этого устроилась за столом и стала ждать возвращения Дианы, полностью забыв, что только что хотела спать.

– Смотри, вот это алфавит, – Рита начала писать, когда Диана устроилась рядом.

Они просидели до самой темноты. Диана очень быстро все усваивала. Стоило ей узнать новое слово или букву, как они моментально откладывались в её памяти.

– Знаешь, такое ощущение, что это тоже из-за крови Дениса, – задумчиво произнесла она. – Вроде, я не знаю слова, не знаю буквы, но стоило мне их произнести, и я уже не забываю их, как будто я всегда знала этот язык… просто очень давно на нём не разговаривала. Мне нужно чуточку напомнить основы, и я вспомню всё.

Рита уже её не слышала, глаза её сами закрывались, и она клевала носом.

– Ой! На сегодня хватит! Пора спать! – Диана встала и, закрыв окно, потащила сонную подругу вниз.

Они остановились у комнаты Риты.

– Слушай, а может нам по очереди дежурить? Всё же город не произвёл на меня приятное впечатление, – задумчиво произнесла Диана.

Рита прислушалась к воздуху. Пока они шли по улицам города, ощущение было не из приятных, но тут Рита чувствовала комфорт и спокойствие.

– Мне кажется, тут нам нечего бояться, – успокоила она Диану.

– Ну, ладно. Только я спать пока не хочу. Покопаюсь в комнате у себя, всё пересмотрю, и если всё будет спокойно, тогда и сама лягу спать.

И они разошлись по комнатам.

Рита только собралась раздеться и завалиться спать, как дверь открылась и вбежала взволнованная Диана.

– Ты заходила в ту малюсенькую дверь? – она стала показывать на дверь, которую сонная Рита даже не заметила. Она бы её не увидела даже не будучи сонной, света факела не хватало осветить всё помещение, и дверь к тому же была какая-то незаметная и очень маленькая.

– Нет. А что там? – с подозрением спросила Рита.

Диана подбежала и открыла её. Рита подошла и, наклонившись, заглянула внутрь. Ещё одно большое помещение оказалось ванной. Хотя такую красоту трудно было назвать рядовой ванной комнатой. Ровно посередине находилась огромная ванна из голубого камня, которая напоминала собой скорее маленький бассейн. Глубина ванны была чуть выше колен Риты.

Стены и пол ванной комнаты являлись настоящим произведением искусства. Из кусков неизвестного материала была создана мозаика, на которой запечатлены цветы и животные. У стены стояли интересные вешалки в виде деревьев, но они не были деревянными. До сих пор Рита не встретила ничего, что было создано из древесины.

На противоположной от двери стене находилась раковина с краном, очень похожим, как на кухне, но более изысканный и маленький. Здесь было зеркало, как и в комнате на туалетном столике. Из чего было сделано зеркало, Рита так и не поняла. Оно явно было способно разбиться, как и земное зеркало, но вот сзади не было никакого покрытия. А значит, это не стекло, а какой-то пока неизвестный материал. Возможно, здесь вырабатывалось такое стекло, которое сразу становилось зеркалом.

– Вот это да! Только дверь почему-то маленькая. Может, так положено отделять двери от комнат личной гигиены? – Рита вопросительно посмотрела на Диану. Сон опять как рукой сняло.

Та пожала плечами.

– Ладно, я пойду, мне тоже интересно у себя всё разглядеть. Поэтому ты сама тут осматривайся, – и Диана, не дожидаясь ответа от подруги, выскочила прикрыв за собой дверь.

Она прикрепила факел, при этом заметив, что в ванной стало как будто чуточку светлее, и решила, что это её глаза уже начали немного привыкать к полутёмным помещениям. Рита разделась, повесив платье в цветах на ветвистую вешалку-дерево, и, войдя в ванну, повернула кран, который располагался в углублении внутренней стороны этого маленького бассейна. И в ту же секунду бассейн сам закрылся, но не дверями, а тонкими водопадами, как будто это были шторки из воды. Четыре потока с очень тихим, но приятным журчанием, струились в ванну, и было абсолютно непонятно, откуда эти струи вытекают.

Вода оказалась прохладной, но Рита этому даже обрадовалась. Она легла в бассейн, который быстро наполнялся водой, и тут вдруг заметила, что внутри ниши над ванной что-то лежало. Она просунула руку и достала из неё какой-то засохший клубок спутанных корней.

– Интересно, что это такое? – тихо пробормотала она себе под нос. – Может, это мочалка? – хихикнула она и опустила моток в воду.

Каково же было её удивление, когда клубок расправился, насыщаясь влагой, и стал ярко жёлтым, мыльным, источающий нежный цветочный запах. Рита мылила себя сидя в бассейне и блаженно улыбалась.

В какой-то момент в голове всплыло приятное детское воспоминание. Она – в Москве, она школьница. Вернувшись из школы, она впервые увидела Герку. Тогда они познакомились.

– Ты росла маленькой принцессой у родителей, – начал он. – Но пришла пора уже вырасти, снять эту корону и стать воином по жизни.

– Почему воином? – Рита была недовольна тем, что Герка назвал её принцессой, да ещё и считал, что она с короной на голове. – И нет у меня короны.

Герка обаятельно улыбнулся.

– Это образно говоря. Я вижу, что нет у тебя короны, и ты замечательная. Но я хочу, чтобы ты стала воином. Так надо. По жизни нужно быть воином. Ты будешь учиться улыбаться, когда тебе захочется плакать. Ты научишься плакать, когда гордость будет пытаться помешать тебе. Ты будешь учиться идти тогда, когда обстоятельства попытаются тебя остановить. И ты научишься выбирать, кто пойдёт с тобой, а кто останется позади.

Да, она сейчас брошена и предана Денисом, у неё сильно болели душа и сердце, но эти необычные новые изменения давали ей мощные толчки к жизни в новом мире. Денис останется позади, а она станет воином. Посещение Болот, возвращение Дианы – всё это благотворно повлияло на неё. Этот день, именно этот день изменил навсегда её жизнь, и возврата уже не будет.

От мыслей Риту отвлекла наступившая тишина. Как только бассейн наполнился до определённой отметки, то водопад сам перестал литься. Рита расслабилась, лёгкая улыбка играла на её губах, но где-то внутри сердце ещё продолжало шептать: «Что же ты наделал, Денис… Мы могли быть так счастливы…»

Рита снова взяла себя в руки и постаралась не думать о нём, иначе это грозило тем, что водопад польётся из её глаз. Она глубоко вздохнула несколько раз, проглатывая душащую её боль в горле. Сердцу не прикажешь любить её… У них не было любви с самого начала. Это было заметно в детстве, а потом их обоих просто потянуло друг к другу, ведь они единственные Эльфы на Земле. Рита нашла правильное объяснение их тяги и связи.

– Почему так? – спросила она его на поляне перед домиком Катари, чтобы быть уверенной в своих мыслях и попытаться простить Дениса, так как они оказались жертвами обстоятельств.

– Страсть доминирует, Рита, – усмехнулся Денис.

– Нет! – воскликнула она. Рита знала, что ничего не изменить, но это были неправильные слова. – Когда ты любишь кого-то, то не имеет значения, где ты. Ты всё равно слышишь его присутствие в своём сердце. И это не страсть.

– Ты рассуждаешь, как ребёнок.

– Может быть. Но так рассуждаешь ты, но не я, – еле сдерживаясь, чтобы не заплакать, ответила она.

– Пойми, возможно, то, что ты хочешь, не то, что нужно мне. Потому что я путешествую без тебя, но с Катари. Без всякой мысли о возвращении к тебе…

Чтобы отвлечься от грустных мыслей, Рита стала рассматривать другие вещи в нише. И заметила в углу какой-то ссохшийся кругляш, напоминающий сухой персик или абрикос. Во всяком случае, ей показалось, что больше всего этот предмет похож на засохший фрукт. Она взяла его и тоже опустила в воду. Он стал быстро набухать и превратился в розовый мячик. Рита вытащила его из воды и стала рассматривать. Теперь он стал совсем мягким, как спелый фрукт. Рита сжала его в ладони, и из него потекла мыльная жидкость со сладким фруктовым ароматом.

– Какая прелесть… – прошептала она и выдавила жидкость на волосы.

Рита сполоснула волосы, но так и не поняла, как снова включить душ. Она встала и стала ходить в бассейне, нагибаясь и рассматривая всё через край. Её усердия не прошли даром, она обнаружила в углу на дне бассейна маленький кран на дне. Как только вода стала убывать, снова со всех сторон бассейна её закрыла стена воды.

– Ну? И как мне теперь включить душ? – произнесла Рита вслух. Стоять и смывать с себя под боковыми струями мыло было сложно и неудобно, так как они находились у самой кромки бассейна.

Тогда Рита подошла к крану, которым открывала воду, и стала его поворачивать дальше. Её изумлению не было предела – струи воды начали сближаться. Рита все поворачивала и поворачивала кран, пока не образовался нежный поток ровно в середине бассейна. Стоя под душем, она вспомнила, что стояла под душем последний раз ещё у себя в квартире в Москве… Чтобы не продолжать вспоминать и не теребить душу, Рита резко вышла из-под струй.

Она закрыла кран. Посмотрев вокруг и не найдя ничего похожего на полотенце, мокрой вернулась в комнату и вытерлась своей футболкой, которую сняла ещё днём, променяв её на платье с цветами. Расчесав волосы, Рита залезла в мягкую и тёплую постель. Она так устала душевно и физически, что даже не удивилась, что постель, на которой давным-давно никто не спал, была свежей и чистой.

Ночь имеет ту форму всего, чего обычно не хватает. Рите не хватало воспоминаний, в которых она могла обнять того, кого в данный момент не могла. Ей не хватало музыки, даже слёз не хватало. Рита закрыла глаза и, как ни странно, тут же провалилась в сон.

Утром её разбудила Диана, которая уже скакала в её ванной. Рита так крепко спала, что даже не услышала, как вошла её подруга.

– Ага! Ты, как и я, сообразила про мыло и шампунь! Здорово! Нет, ты видела, как зубы нужно чистить? Ты поняла?

– Не-е-т… Отстань… Я ещё сплю… – Рита потянулась в кровати.

– Нет, ты посмотри! – неугомонная Диана её не слушала, она прискакала из ванной к Рите. – Берёшь эту горошину, опускаешь в воду, а теперь возьми воду в рот и прополощи, – Диана стала тыкать Рите под нос стакан.

– Ведь не отстанешь, – зевая, проворчала Рита. Она взяла в рот немножко серой воды и почувствовала, как рот стал свежим, очистив все зубы. Рита вскочила и побежала в ванную, чтобы выплюнуть воду.

Диана захихикала.

– Как ты догадалась? – изумлённо спросила Рита, окончательно проснувшись.

– Ну. Я уже поняла, что всё надо опускать в воду. Я опустила, попробовала на ладонь, ничего не произошло. Тогда вспомнила про зубы и вот – получилось. Зубы же у всех есть, а чистить их нужно. Так ведь?

– Так! – засмеялась Рита.

– Ладно, принимай утренние процедуры, а я пошла делать завтрак. – Диана была уже в двери, когда резко повернулась. – Кстати, ты заметила, что стены излучают свет? Вчера этого не было. Мне кажется, я разгадала секрет освещения. Древние египтяне могли бы этому позавидовать. Я думаю, это из-за Лаборатории. Если окно открыть днём, то Лаборатория впитывает солнце, как солнечная батарея, и передаёт потом свет стенам из этого странного камня.

Вылив на Риту всю эту информацию, как ушат холодной воды, Диана выскочила из комнаты, оставив подругу таращиться на стены. То, что стало светлее ещё вчера, Рита заметила, но посчитала, что это она начала привыкать к тёмному помещению. А вот Диана, кажется, нашла правильный ответ.

– Ну и егоза, – произнесла Рита пустой комнате.

Когда она зашла на кухню, то огонь уже горел, чайник, похожий на земной, но с маленьким носиком, уже закипал, а Диана намазывала на солёные крекеры плавленый сыр. Взглянув на вошедшую Риту, та присвистнула.

– Круто выглядишь.

Сегодня Рита одела светло-салатовое платье с красивым поясом из металла в форме листьев. Такая же нежная цепочка была и на голове, с которой свисал на лоб точно такой же листик, как и на поясе. Это платье не имело никаких цветов. Рита была этому даже рада. Она очень не хотела, чтобы её перепады настроения были заметны по меняющимся цветам. Она обратила внимание, что Диана в отличие от неё, была одета в джинсы и футболку.

– Ты почему опять в брюках? – спросила Рита.

– Платье длинное. Неудобно в нем на кухне работать.

– Ладно, давай я укорочу, пока ты делаешь завтрак.

Рита вернулась на кухню со всеми платьями, которые нашла в сундуке Дианиной комнаты.

– Нужны ножницы, – обескуражено произнесла она.

– Посмотри в Лаборатории, там много всяких инструментов, – посоветовала Диана.

Рита поднялась наверх. Окно было открыто, и она с удивлением заметила, что стало ещё светлее. Подойдя к одному из столов, где аккуратно были разложены инструменты, Рита увидела ножницы, ничем не отличающиеся от земных. Единственное, они были очень лёгкими, видимо, всё дело в металле, из которого они были сделаны.

Она снова вернулась на кухню, подошла к одному из столов и разложила на нём новый туалет Дианы.

– Насколько коротким платье тебе сделать?

– Что? – переспросила Диана, о чем-то сосредоточено думая.

– Платье каким коротким хочешь – как у меня?

– Нет. Раз Охотницы носили длинные, то и мне длинное, – ответила Диана, заваривая чай.

Рита все аккуратно подрезала платье. Ткань была очень приятной, легко обрезалась и подшивки не требовала. Пока она работала, Диана стала ей рассказывать про новое открытие.

– Ты обратила внимание на очаг? Это не дрова. Они не используют тут дерево. Это какой-то металл. Думаю, изобретение Гномов. Я подожгла зажигалкой, и он горит. Причём всё на нём очень быстро закипает. Совсем нет запаха, копоти и дыма.

Рита отвлеклась от работы и с интересом посмотрела на огонь. И правда, там была кучка каких-то камней-углей, и они горели ярко-синим пламенем. У Катари тоже был очаг, но Рита тогда не обратила внимание, металл в нём горит или дерево.

– Эй! Ты чего загрустила? – Диана сразу заметила, что Рита погрустнела.

– Здесь единственный недостаток – в том, что совсем никого нет, – соврала Рита.

– Ну, Катари же есть! Значит, и другие есть, – Диана догадалась, от чего испортилось настроение подруги. – И знаешь, что я тебе скажу? Прекрати тратить много времени и думать о Денисе, который не подумал о тебе даже не секунды.

– Готово. Можешь мерить, – произнесла Рита, демонстрируя укороченные платья, чтобы прекратить ненужный разговор.

После завтрака они понабрали кучу книг из Библиотеки и вернулись в Лабораторию, которую только так теперь и называли.

Диана училась очень быстро. Не прошло и суток, она уже читала сама и теперь только спрашивала новое и незнакомое слово у Риты, которое тут же запоминала.

– Твоя догадка о том, что кровь Дениса сильно повлияла на меня, видимо, и правда верна, – произнесла Диана. – Невозможно за одни сутки выучить алфавит, научиться читать и запомнить множество слов.

Рита кивнула, не желая развивать тему родства Дианы и Дениса.

Ставни были открытыми, и всё здание теперь освещалось изнутри. Казалось, все стены излучали из себя солнечный свет. Рита отвлеклась и посмотрела на Диану.

– У тебя волосы стали красивыми, – сказала она.

– Я то же самое хотела сказать тебе, когда открывала ставни. Наверное, это из-за шампуня. Здесь всё натуральное, никакой химии, – засмеялась она.

Подруги просидели над книгами довольно долго, решив не обедать, а сразу плотно потом поужинать. Рита увлеклась книгами о растениях этого мира. Диана же занялась историей.

– Знаешь, здесь практически не используют числа. Только несколько десятков, ну самое большее – до сотни. Смотри – век у них, как и в нашем мире, длится сто лет, – она замолчала, читая о чем-то в книге. Потом подняла голову. – Поразительно! Наш мир живёт только на числах. Это года, даты, минуты, деньги, проценты, матрицы. А тут нет. Время – по солнцу, а годы имеют свои собственные названия. Интересно то, что уже очень давно никто не провозглашал новый год.

– Провозглашал? – удивилась Рита.

– Ну да! У них года записываются по названиям. Последний год повторяется в записях постоянно, как будто мир заморожен, стоит на одном месте. Представь – у нас двухтысячный год, потом снова двухтысячный, потом снова, и так далее.

– А как они у них назывались? – Рита оторвалась от учебника по растениям, уж очень необычные вещи рассказывала сейчас Диана.

– Вот начну с этого странного года. Год Костей.

– А потом какой?

– Год Первых больных.

– А какой был до Года Костей? – заинтересовалась Рита.

– Год Глухих, Год Песни, Год Сомнений. Дальше читать?

– Нет. Я и так поняла, что-то тут произошло нехорошее. – Рита посмотрела на веточку в горшке. Она принесла её утром и поставила на окошко. Веточке явно нравилось её новое место на свежем воздухе, и она радостно ловила тёплые солнечные лучи.

Диана замолчала, поглощённая историей. Рита тоже уткнулась в свою книгу. Потратив несколько часов и прочитав всё про растения, она отложила книгу в сторону и взяла верхнюю из новой стопки.

– Карта Запертого Года, – прочитала она вслух.

– Давай посмотрим, что там за карта, – Диана придвинулась ближе.

Рита открыла книгу, которая больше напоминала атлас.

Книга была интересной и красочной. Этот мир оказался не таким уж и маленьким, как думала сначала Рита. Они нашли Верховный Лес Поцелуя, затем Рита показала Диане, каким маршрутом они шли в Щебечущий Лес, а вот из него она попала в Лес, который не имел названия.

– Диана, смотри! Оказывается, Лес, в котором я ночевала и получила веточку, даже не обозначен! Я думаю, на момент составления карты он был ещё очень маленьким или его ещё вообще не было. А может быть, только зародился тогда. Ведь нам неизвестно, сколько веков прошло с момента составления этой карты. Сейчас Лес вырос, и я бы назвала его Весёлым Лесом, – они уткнулись носами в карту, а Рита стала водить указательным пальцем, показывая, как шла дальше. – А вот и Болота Разрыва. Кстати, Болота сказали, что веточку мне дали с согласия всех Деревьев этого мира. Как ты думаешь, что это значит? – спросила Рита.

– Откуда я знаю? – пожала плечами Диана.

Они перевернули страницу и очутились на карте Города-Призрака.

– А почему это красивое озеро называется Озером Смерти? – спросила Диана.

– Не знаю. Но нужно будет обязательно прочитать о нём, – Рита внимательно стала рассматривать карту и переворачивать страницу за страницей.

С запада, востока и юга Город-Призрак окружал Лес Обломков Временных Жилищ. Ниже, на юге за лесом, находилась Земля Гроз. На востоке от Земли Гроз была Пустыня Коноси. На севере от Пустыни Коноси и на востоке от Леса Обломков располагался Город Лабиринта. Видимо, это был главный город, так как он был в самом центре территории. На севере было продолжение Верховного Леса Поцелуя. На северо-востоке, где заканчивался Верховный Лес, начинались Долина Кошмаров и Окраина Земель, а на юго-востоке высились Горы Сердца Земли, у подножия которых находились Озеро Тайн и море Кипения. На востоке находилась Тёмная сторона, и было написано в скобках – «неисследованная земля».

– Ну и ужасы! – Диану опять передёрнуло.

– Да-а-а… Не очень радостная карта. Но теперь я поняла, что Лес, в котором я была той ночью и назвала его Весёлым, это всё этот же Лес Обломков Временных Жилищ. Он окружает все территории, и все они разделены между собой этим Лесом, как некими границами, – пришла к такому решению Рита.

Просмотрев карту, Диана вернулась к своей книге и углубилась в чтение, периодически спрашивая у Риты непонятное слово.

А Рита стала просматривать книги в стопке. Её привлекла книга «Оружие Древних Лесных Эльфов. Автор Бас». Рита вспомнила статую Эльфа с таким же именем, перед входом в здание и решила, что эта книга должна быть интересной, раз написана основателем.

Читая книгу, Рита была приятно удивлена. Оказывается, Древние Лесные Эльфы умели пользоваться магией, но магия у них была природная. У них имелся небольшой запас семян, который ни использовали только в крайнем случае. Также имелись листья неизвестных деревьев. Откуда они были у Древних Лесных Эльфов – оставалось тайной, но запас они берегли.

– Я нашла про семена, – и Рита прочитала Диане про них.

– Вот поэтому они закрыты и использовать их могли не все. Видимо, ты можешь, раз сундук тебе открылся, – подытожила Диана.

Снова наступила тишина. Девушки углубились в чтение.

Из учебника Рита узнавала всё больше и больше. Использование огня в обороне Эльфами категорически запрещалось, чтобы не навредить этим Деревьям. А вот воду можно было использовать всегда.

Чем больше Рита читала, тем больше ей нравилась эта книга. Её отвлекла Диана, которая показала на окно, где веточка в горшке странно подрагивала.

– Может, она замёрзла?

Но Рита почувствовала другое – веточка откровенно паниковала, и холод тут не при чём. К тому же было по-летнему тепло и солнечно. Она поднялась, подошла к окну и всмотрелась вдаль. Её внимание привлекло странное облачко над Озером Смерти, которое низко зависло над водой. Рита нахмурилась.

– Диана, подойди сюда! – позвала она подругу.

Диана быстро вскочила и подбежала к Рите.

– Смотри на Озеро. Деревце боится появившегося облачка, – Рита указала рукой на непонятную тучку над Озером.

Диана стала внимательно всматриваться.

– Мне оно тоже не нравится. Это не просто облако. Там что-то живёт внутри него, и оно сейчас просыпается.

Диана видела намного лучше, это Рита поняла ещё прошлым днём, когда они пытались открыть дверь. Если бы Диана не заметила надпись, они бы в это здание никогда не попали. Так что Рита полностью доверяла зрению подруги. И если она говорила, что видит что-то просыпающиеся, значит, так оно и есть. По прочитанным книгам Рита уже поняла, что они попали в мир природной магии. И названия здешней местности не вселяли никакой радости.

Рита вся собралась, обдумывая, как лучше поступить.

– Найди хоть что-нибудь про это Озеро Смерти, – сказала она Диане. – А я спущусь вниз, посмотрю, можно ли закрыть двери Школы.

Диана уселась за стол и стала перебирать стопки принесённых книг, а Рита быстро побежала вниз.

Когда она вышла на площадь, то поняла, что всё изменилось. Ещё вчера на площади ей было абсолютно спокойно, а теперь она ощущала здесь непонятную опасность. Она пересилила свой страх и, дойдя до конца площади, вступила на улицу. Тут же в голове появились непонятный шёпот и покалывания, казалось, сам ужас пробирался по её телу и устремлялся в мозг. Рита была так напугана, что резко развернулась и со всех ног побежала обратно. Она заскочила в здание, паника тут же резко пропала, и она стала постепенно приходить в себя. Отдышавшись, она нервно стала осматриваться, вертясь на одном месте, пытаясь найти запор двери.

– Ну же! Как закрыть дверь! Её нужно закрыть! – закричала она пустому залу.

Стены сейчас хорошо излучали свет, и Рита внимательно стала осматривать каждый метр и вдруг увидела:

– Когда один из нас внутри, открыты двери будут для любого, – прочитала она и вздрогнула. – О, нет! – простонала она.

Рита снова вышла на улицу и стала медленно обходить здание, прислушиваясь к воздуху. Подойдя к задней стороне, она прошла площадь и остановилась перед новой неизвестной улицей. Рита сделала один шаг, и новый ужас сковал её. Всё с точностью повторилось – шёпот, вызывающий ужас, и покалывания в голове. Рита поняла, что в городе они с Дианой оставаться не могут. Нужно бежать из города, куда угодно, но бежать.

Она вернулась в здание и вбежала обратно по лестнице в Лабораторию.

– Диана, давай, валим отсюда! Я не знаю, что это такое, но оно создаёт ужас в моей голове, а дверь закрыть нельзя, – выкрикнула она, тяжело дыша.

Диана с какой-то обречённостью посмотрела на подругу.

– Поздно. Мы не дойдём и до края города, как они сведут нас с ума, а потом заберут к себе. Я нашла кое-что об этом Озере Смерти. Это не облако, это Мёртвые Всепожирающие Демоны парят в воздухе. Они будут собираться в тучу, пока все из них не выйдут из Озера. Тут у нас есть два пути. Мы можем сидеть здесь ещё несколько дней, пытаясь переждать это, но когда они все соберутся, то они придут сюда за нами. А ещё мы можем попробовать убежать отсюда, но в этом случае мы сойдём с ума от их голосов и сами направимся в Озеро Смерти. В любом из вариантов мы превратимся в этих тварей.

– И иных вариантов нет? – серьёзно спросила Рита.

– Нет, – тихо ответила Диана.

Рита снова подошла к окну и уставилась на Озеро. Какое-то время она смотрела на облако, потом отпрянула от окна и начала возбуждённо ходить по Лаборатории. Страх перед надвигающимися событиями и полная неопределённость заставляли Риту чувствовать себя беспомощной, а эту черту она ненавидела в себе.

Диана молчала, внимательно и с надеждой наблюдая за подругой. Через некоторое время Рита остановилась у одного из столов. Она крепко сжала пальцы в кулак и посмотрела на Диану.

В голове у Риты вихрем крутились воспоминания – вот она в Москве, и участковый сообщает ей о смерти её родителей. А вот и Денис, который не умер, а находится в Центре Томаса Войта. Герка всегда говорил, что она должна бороться, быть воином. И не для этого её не забрали Болота, чтобы она сгинула в каком-то облаке, которое совсем и не облако.

– Значит, будем бороться, – она в упор посмотрела на Диану. – Дверь мы закрыть не сможем, изучать, откуда эта дрянь здесь взялась, сейчас тоже не время. Поэтому ищи учебник Охотников и смотри, что у них там есть по обороне. А я тем временем продолжу изучать оружие Лесных Эльфов. Семена у меня есть, и мне дали на них добро. Раз уж у нас есть пара дней в запасе, значит, мы ещё с тобой живы.

Диана перестала трястись и с удивлением посмотрела на подругу.

– Неужели это та самая Рита, которая ещё вчера хотела умереть? – всё так же тихо, но восторженно спросила Диана.

– Перед тобой гордая Эльфийка Леса, которая без боя не сдастся.

– Рита, ты молодец! Я Охотница, а значит – я воин и буду тоже бороться! – Диана стала перебирать книги, которые находились на столе, но, не найдя ничего подходящего, побежала в библиотеку.

Рита же, оставшись одна, снова подошла к окну и посмотрела вдаль – туда, где было Озеро. Почему-то она уже не боялась. В ней заиграла кровь Эльфийки этих Лесов. Не для того ли Поцелуй пропустил и вернул ей Диану, не для того ли он замолвил словечко Болотам Разрыва? Нет! Она не позволит, чтобы какая-то летающая кучка демонов сожрала её или свела с ума. Она будет бороться. Рита дотронулась до деревца и погладила его ствол. Именно сейчас она почувствовала, что веточка стала деревцем. Новым деревцем в этом мире, как и она, и Диана – новые Эльфийки в этом забытом мире.

– Не бойся, малыш, мы им ещё покажем, – улыбнулась она ростку в горшке.

Тонюсенькая палочка в горшке перестала дрожать и с возмущением воззрилась на облако, парящее над Озером Смерти. Рита улыбнулась, понимая, что деревце не может смотреть в прямом смысле этого слова, но оно видело Облако своим видением и возмущалось.

– Вот и молодец. Так держать! – Рита отошла от окна и села изучать учебник Баса.

Глава 5

Диана с остервенением лазила по полкам, она уже пересмотрела кучу заглавий книг и никак не могла найти ничего близкого, что имело отношения к защите Охотника или боевым действиям. В панике Диана вернулась в Лабораторию.

– Рит, я ничего не могу найти. Такое ощущение, что тут никто, ни с кем и никогда не воевал. А ещё книги стоят не как у нас в библиотеках, здесь полки не поделены на разделы. Рита, что мне делать? – чуть не плача, проговорила она.

Рита подняла голову, оторвавшись от своих мешочков, которыми был завален весь стол. Диана знала, что это те самые из закрытого сундука комнаты Лесного Эльфа. Сейчас некоторые мешочки были развязаны и рядом с ними виднелось что-то рассыпано, очень похожее на семена и морской песок. Диана позавидовала Рите, что та нашла что-то полезное и пытается, в отличии от неё, хоть как-то решить их общую проблему.

– Так… теперь я поняла тебя… – начала Рита. – Что-то внезапное погубило жителей, и поэтому они не были готовы к предательству.

– Ты хочешь сказать, что тут отсутствовали войны или, например, совсем нет хищников? Им совсем не нужно было обороняться? Выходит, в этом мире нет даже хищников? И значит, я не смогу тут найти ни одной книги о защите?..

Рита молчала о чем-то сосредоточено думая.

Тишина ещё больше ввела панику в красивую головку Дианы.

– Знаешь, – вдруг нарушила Рита молчание, – того второго Эльфа, высеченного при входе, зовут Ванатор. Я думаю, та троица Древних основала Школу Архивов. Поищи имя автора Ванатор. Он Охотник и должен был написать хоть что-то для таких, как ты.

Диана кивнула и пулей побежала обратно в библиотеку. Лазая по полкам, она сосредоточилась только на авторе. Наконец, просмотрев восемь рядов, она нашла «Хватка и стойкость Охотника. Ванатор». Диана дрожащими руками взяла учебник, раскрыла его и начала читать.

Первые главы шли об охоте, Диана решила, что сейчас это не так важно, быстро их пролистала и перешла к третьей части – «Защита». Но памятку из первой главы она всё же запомнила.

«Получив разрешение, стреляйте, не задумываясь, потому что от этого зависит ваш выстрел», – вслух прочитала она и решила никогда это не забывать.

Потом она углубилась в чтение по защите и чем больше читала, тем больше ей становилось интереснее.

Во времена Древних, Охотники и Лесные были единым кланом. Диана тут же подумала о Денисе и Рите, что живи они в те давние времена, они могли бы вполне быть вместе. Дальше Диана узнала, что Лесные умели общаться с Лесом, ухаживали за ним и растили его. А Охотники кормили клан Эльфов и Гномов, защищали Лес от опасных тварей и Диких, которые иногда появлялись в их Лесах, переходя с территории Тёмных Земель. Клан Гномов помогал всем Эльфам в строительстве, поддерживал обмен изделий и продуктов. Все работали сообща в Щедрой Долине. Мир являлся целым организмом – Горы являлись Сердцем Земель, а Лес был Мозгом Земель.

Диане всё это было очень интересно, но она решила, что истории для неё пока достаточно. У неё не так много времени, поэтому, пролистав историю, она перешла к оружию защиты.

Она просидела до глубокой ночи, но и тогда не пошла спать. Рита тоже не спала. Иногда Диана отрывалась от чтения, поднимала голову и присушивалась к странным звукам, которые раздавались из Лаборатории, напоминающие лёгкие хлопки или завывания ветра, и понимала, что там что-то «химичит» её подруга. На секунду ей вспомнился домик в чаще под Лондоном. Тогда они тренировались, оттачивая свои способности по спасению её брата Дениса. Сейчас, вспомнив этот момент, она подумала, как же было тогда легко и совсем не страшно, всегда было можно упереться на плечо друга. Были Герка, Барон, Рита, и всегда можно было обратиться в полицию…

Диана отбросила грустные мысли, от которых защемило в груди и захотелось заплакать. Нет, она не будет плакать. Вон Рита какая сильная! Её бросил Денис, променяв на первую же Эльфийку, встретившуюся ему на пути. Им угрожает смертельная опасность от этого Озера, а Рита пытается чему-то научиться. Диана тряхнула головой и побежала в свою комнату.

Первым делом она переоделась в другое одеяние. Сейчас на ней было платье чёрного цвета, подпоясанное ремнём из сплетённых полумесяцев. На плечах это платье было скреплено фибулами. Длинная юбка ниспадала к земле тяжёлыми складками, но платье моментально приняло форму тела девушки, при этом было необыкновенно лёгким. На голову Диана надела обруч в виде полумесяца, такой же, как и ремень. Обувь осталась прежней. Об одежде для Охотника она тоже узнала из учебника Ванатора. Во время большой опасности – только чёрную одежду должны надевать Охотники для защиты, да ещё для своей силы носить полумесяцы, которые подпитывают чёрное платье, сделанное специально Гномами.

После того, как Диана была полностью одета, она начала рыться в сундуке, где лежало оружие. Кроме лука и колчана со стрелами, она нашла два кинжала, один под левую и другой под правую руки. Ещё она заметила в самом углу мячик, напоминающий теннисный, и тонкую цепочку на дне. О них она также прочитала в учебнике Ванатора.

Взяв все вещи, она побежала наверх в Лабораторию.

Вбежав в Лабораторию, Диана со всего маха врезалась в дерево. Она ахнула, и чтобы удержаться на ногах, схватилась за ствол. Посередине зала возвышались стройными рядами деревья, на некоторые почему-то лилась вода. Но это был не дождь, а эта вода больше напоминала водопады.

Диана стояла, забыв всё на свете. Вдруг всё резко исчезло, и Диана покачнулась, ощутив, что больше опоры в виде ствола нет.

– Это что? Иллюзия? Но этого не может быть… я врезалась в дерево, я его держала… и к тому же водопад… – ошарашено произнесла она, чувствуя, что в некоторых местах её платье стало мокрым.

– Нет, Диана, это не иллюзия, это всё настоящее. Но я могу это делать, только благодаря этим семенам и вот этой земле из мешочков. Если всё это кончится, я не знаю, где мне ещё их будет взять. Не поверишь, но это очень старая магия, передавалась она из поколения в поколение, и берегли её, как зеницу ока. Никто уже не помнит, откуда всё это взялось. И много лет никто этим не пользовался. Мне кажется, что со времён этих троих. Я вытащила всё из сундуков Лесных. Мне очень жаль потратить всё это добро на летающих упырей, но больше я ничего не нашла, ничего лучше этого не придумала, и пока ничему другому не научилась.

– Рита, да ты молодец! Кто за такой срок сможет разобраться со всеми этими мешками и без преподавателя научится такой магии! – восхищённо воскликнула Диана.

– Ну, в общем… – Рита явно была польщена, произведённым эффектом. – А ты что принесла?

– Мне нужно попробовать стрелять. Эти стрелы всегда возвращаются обратно в колчан. Так написано в учебнике. И у меня, в отличие от твоих мешочков, стрелы не переведутся. Вот это меня очень радует. Потом у меня есть так называемая Цепь Захвата и Взрывной шар. Я хочу испробовать всё, но есть одна загвоздка. Нет! Вернее – три загвоздки. Я не знаю, куда стрелять, где испробовать шар, и боюсь, что у меня не получится.

– Давай я вызову Иллюзию Дерева. Стреляй по нему, это дерево не настоящее, а я пока почитаю твой учебник, посмотрю, что там есть ещё.

– Угу! – Диана сглотнула.

Она никогда не стреляла, а уж из лука тем более. Если до этого она пыталась настроиться на воинственный лад и поддержать Риту, то теперь держа лук в руках, понимала, что просто тешит себя надеждой. Что она вообще о себе возомнила?

Вдруг из ниоткуда возникло дерево в дальнем углу Лаборатории. Посмотрев на Риту, она увидела, что та уже уткнулась в учебник. Вот Рита понимает, что времени у них всё меньше и меньше, она пробует, а не разглагольствует – получится или не получится. Диана осмелела, понимая, что нужно пройти через это, и не надо стесняться, к тому же тут и стесняться некого. Ведь рядом с ней только её лучшая подруга…

Сначала, она вытащила из колчана стрелу, натянула тетиву, сама не понимая, как она это поняла и сделала, а потом, посмотрев на ствол, нашла себе цель… Платье обволокло её тело, Диана почувствовала гибкость, в голове вдруг зашумело, время почему-то замедлилось. Как это ни удивительно, но она отчётливо почувствовала воздух, его движение, и поймав поворот, выстрелила… Стрела угодила точно в заданную цель. Такого неописуемого восторга Диана не испытывала никогда.

– А-а-а! У меня получилось! Я даже почему-то знаю, как пользоваться луком, как вставлять стрелу, как натягивать тетиву, – запрыгала она, держа лук высоко над головой.

Рита оторвалась от учебника, посмотрела на дерево и, улыбнувшись, опять уткнулась в книгу.

Диана вошла в раж, сделала ещё несколько выстрелов из разных позиций и поняла, что с этим проблем не будет.

Рита опять оторвалась от книги и взмахнула рукой. Дерево стало быстро перемещаться.

– Давай теперь по движущейся цели.

– Слушай, как ты это делаешь? Один взмах рукой и всё?

– Я говорю с ними, а рукой направляю в нужном направлении. Вот и всё. Это даже не волшебство. Иллюзия дерева создана мной из земли, а дальше идёт только общение с этой вызванной иллюзией.

– А-а….

Диана опять прицелилась, время совсем остановилось, и она почувствовала направление дерева. Стрела вонзилась точно туда, куда она и задумала выстрелить.

Потом на смену луку пришли ножи. Но и с ними не было проблем. Диана отлично метала их и даже отрубила пару тонких веток у дерева-иллюзии. Ей не верилось, что она способна на такое. Теперь Диана не сердилась на своих родителей, а даже была благодарна, что они ввели в неё кровь Дениса. И она тоже что-то может, и она совсем не бездарность.

Отложив ножи, Диана взяла в руки мячик.

– Рита, а что с ним делать? – спросила она Риту, вертя мячик в руке.

– А что написано про мячик?

– Не знаю. Я ещё не прочитала про него, – Диана стала лихорадочно вспоминать прочитанное. Нет, до мячика она или ещё не дошла, или про него в книге Ванатора вообще ничего не сказано.

– Может, кинуть его? – предложила Рита.

Диана кинула мячик в дерево. С начала полёта он стал быстро разгораться, а, подлетев к дереву, взорвался. От дерева осталась только кучка щепок. А шар опять оказался в руке Дианы, как будто никуда не улетал.

– Принцип бумеранга. Он будет возвращаться, – кивнула Рита. – Отличная работа! Видимо, это сделали Гномы, собственно, как и всё остальное.

Диана почувствовала капли, которые стекали на брови. Она провела ладонью по вспотевшему лбу.

– Знаешь, а я устала. Бросив шар, у меня совсем не осталось сил. Это как-то связано со мной? – испуганно спросила она Риту.

– Давай проверим.

Рита восстановила дерево, и сама запульнула в него шаром. Шар отскочил от дерева, как обычный мячик и опять оказался в руке Дианы.

– Да. Кажется, он забирает энергию Охотника во время полёта. Именно поэтому возгорается и взрывается. У меня такой энергии нет. – Рита взглянула на Диану. – Береги его на крайний случай. Думаю, больше нескольких раз, ты не сможешь его кинуть.

Диана кивнула, правильно понимая смысл слов подруги. Когда станет совсем плохо, вот тогда ей придётся использовать тяжёлое оружие.

– Осталась цепь, – размахнувшись, она кинула её, при этом конец оставила держать в руке, по принципу хлыста. Диана сама не знала, почему так сделала, но ей казалось, что это правильное решение, и не ошиблась. Цепь загорелась, стала удлиняться и разрезала дерево ровно пополам. От этого упражнения Диана совсем не устала, и решила, что сможет использовать его довольно часто.

Уже была глубокая ночь, когда Диана села. Ноги её не держали.

– Пора спать, – зевая, произнесла Рита.

– Двери Архива открыты, и эти летающие и всепожирающие могут прилететь за нами. Так что давай спать по очереди, – предложила Диана.

Рита отправила Диану спать, а сама села в освещённом коридоре перед её дверью, чтобы сразу разбудить на случай опасности подругу. Из-за угрозы нападения Демонов подруги даже не восторгались необычностью стен, которые светились и давали свет, как и днём.

Диана, очень уставшая после тренировки с шаром, тут же закрыла глаза. И, уже засыпая, вспомнила, что они, кроме утреннего чая с печеньем, так ничего и не ели…

Рита разбудила Диану, когда уже забрезжил рассвет.

– Диан, я уже больше не могу, так спать хочу, что боюсь уснуть прямо на полу под твоей дверью. Я поднималась наверх, уже светает, и облако над озером превратилось в тёмную тучу. Думаю, нам не так долго осталось ждать. Я немного отдохну, а ты иди в Лабораторию и следи за ней.

Диане ещё хотелось верить, что это только сон и нет никаких демонов, нет Озера Смерти и остального кошмара, но услышав слова подруги, поняла, что всё это наяву, и резко вскочила с кровати. Она проводила долгим взглядом Риту, которая спотыкаясь от усталости, побрела к себе в комнату, потом переоделась, умылась, делая это как можно дольше, оттягивая неизбежное. Но время, это такая штука, сколько бы его не оттягивать, а оно всё равно будет подталкивать тебя в спину, заставляя двигаться вперёд, каким бы это «вперёд» не было.

Диана поднялась в Лабораторию. Подойдя к окну, она увидела уже не облако, а огромную набухшую тучу. Присмотревшись внимательнее, Диана обнаружила, что сама туча не имеет консистенции воздуха и воды. Она состояла из плавающих безглазых голов, у которых зияли только дырки вместо ртов, раскрытые в немом ужасе. Эти головы или как их называли – Всепожирающие Демоны – каждая по отдельности не внушали внешне дикого ужаса. Но их было много, очень много, и их становилось всё больше. Продолжая наблюдать за ними, Диана поняла, что появляются они непосредственно из самого Озера, и это открытие стало для неё самым страшным.

Диана отошла от окна и направилась на кухню, понимая, что головы не нападут на них, пока полностью все не выйдут и не соберутся в эту тучу-кучу над озером. Чтобы занять себя, она зажгла очаг и поставила воду, решив приготовить суп из пакетика, который обнаружила у себя в рюкзаке. А ведь это Герка положил ей этот пакетик. К горлу подступил болезненный комок, как же ей сейчас не хватало Герки и Дениса. Она смахнула непрошенные слезы и, оставив нагреваться воду, поднялась обратно в Лабораторию.

Усевшись рядом с деревцем у окна, она взяла в руки книгу-атлас. Просмотрев снова карту, она заметила в конце книги примечание, указывающее на название книги к этому атласу. Она пошла в библиотеку и вернулась с книгой, которая называлась «Летопись. История Озера. С последними дополнениями». Диана устроилась на подоконнике рядом с веточкой в горшке и начала читать начло, а потом перелистав последние страницы, периодически отрываясь от книги и поднимая глаза, чтобы посмотреть на набухающую тучу…

«Озеро Плача было так названо первыми Древними Эльфами. Когда Эльф решал уходить на Болота Разрыва, родные провожали Эльфа до Озера Плача и оставались на берегу, проливая слёзы по уходящему. Дальше Эльф шёл уже один.

Своё название Озеро поменяло в Год Первых Больных. В Год Первых Больных Эльфы стали умирать от непонятной болезни. У заболевших не было сил дойти до Болот Разрыва, а здоровые не имели права их туда вести. Измождённые болезнью Эльфы сидели у Озера и плакали. Как потом показало будущее, слезы больных Эльфов тоже оказались заражёнными и, попадая в Озеро Плача, неизвестную заразу распространили и на него. Оно стало меняться: сначала накрыв волной, забрало мёртвых, скопившихся у своих берегов, а потом, перевоплотив их тела в Летающих Мёртвых Всепожирающих Демонов, уже не могло насытиться. Озеро Смерти выходило на охоту каждый раз, когда оно становилось голодным, и забирало уже не только Эльфов, но и Гномов, живущих в городе и учащихся в Школе Архивов, а также всё живое, что находилось в пределах города. Те, кто хотел убежать из города, уже не смогли этого сделать. Озеро внушало такой ужас в их сознание, что жители сходили с ума и сами шли обречённо к нему. Другие же ждали своего часа, как животные на убой. Птицы и животные сами кидались в Озеро, когда оно этого от них требовало.

Последние учёные умы, заточенные в Школе Архивов, считали, что Облако – это испарения ядовитых слёз, а Летающие Мёртвые Всепоедающие Демоны – это те, в кого переродились умершие Эльфы и Гномы.

Когда Облако выходит на охоту, Озеро возвращает свой прежний вид Озера Плача. Оно становится чистым и невинным.

Только Школа Архивов пока сопротивляется до последнего. Но и ей не выстоять напору голодных демонов, если двери останутся открытыми. Учёные умы посчитали, что Облаку очень нужны знания. Если Всепожирающие Демоны войдут в Архивы и получат нужную им информацию, они смогут выйти за территорию Города-Призрака и быть независимы от Озера Смерти, заражая смертью всю остальную землю. Вот тогда, возможно, будет уничтожено всё живое, то живое, что ещё сохранилось в нашем мире. Этого допустить никак нельзя!

Я выхожу на площадь для сражения. Я – единственный оставшийся в живых. Если Всепожирающие Демоны заберут меня к себе, то уже никто не войдёт в Школу Архивов, её двери закроются. Так как уже не осталось тех, кто стремился к знаниям и приходил на учёбу. С моим уходом уйдут те, кто эти знания давал. А открыть Школу Всепожирающие Демоны не смогут – заклинание Отряда Трёх могут произнести только жители, но никак не Демоны.

Облако начало своё движение!

Это последняя запись, последнего Хранителя Архивов и Учёного мужа Школы. Тутен, Год Костей».

Диана оторвалась от книги и взглянула за окно. Туча совсем распухла, практически став в размере уже больше самого Озера Смерти.

Диана тяжело вздохнула.

– Уже скоро, – прошептала она.

Она вскочила и побежала на кухню. Вода уже вовсю кипела, и от этого звука на душе становилось немного теплее. Тут было так уютно, так по-домашнему, что даже не верилось, что где-то недалеко их поджидает огромное зло.

Диана заварила чай и приготовила суп с вермишелью.

Взяв миску с супом и кружку с чаем, она вернулась в Лабораторию. Поставив свою порцию на подоконник, она обратила свой взор на Озеро. Туча пока оставалась на месте. Решив, что у неё ещё есть немного времени в запасе, Диана со всех ног побежала в библиотеку, начав искать записи Хранителя Тутена. К её огромному облегчению, она нашла эту книгу довольно быстро. Устроившись на своём наблюдательном посту, она начала есть суп и читать записи Хранителя.

«Жители Города-Призрака (Старое название – Город Умов и Архивов). Хранитель Тутен», – Прочитала Диана.

«Вот значит, как назывался раньше Город-Призрак! – прошептала она, обращаясь к деревцу в горшке.

Деревце вздрогнуло, и Диана почувствовала, что оно её поняло.

Диану стала перелистывать книгу, сейчас её интересовали только последние записи. Она взяла ручку, блокнот и стала выписывать имена и произносить их вслух, как бы рассказывая деревцу и не чувствуя себя при этом одиноко.

«Хранитель Тутен, Гном Марус, Эльфийка Леса Вайя, Эльф Охотник Фаби, семья Гномов, обслуживающая Школу Архивов – Туля, Мара и их ребёнок Медилл…»

Диана подняла глаза и увидела, что туча сдвинулась и очень медленно поплыла к Школе. У неё сильно забилось сердце. Она вскочила, вырвала выписанный листок бумаги и побежала к Рите.

– Рита, они идут, – произнесла она.

Рита моментально открыла глаза.

– Сколько у нас времени? – просто спросила она.

Диана поразилась её выдержке.

– По-нашему… думаю, около двух часов. Она движется очень медленно. Но я тут узнала, что их нельзя пускать в Школу Архивов. Туче нужны знания Школы, чтобы распространиться за пределы Города-Призрака. Мы должны выйти на площадь и сразиться там. Тогда ворота опять захлопнутся, и никто сюда больше не зайдёт.

– Поняла. Значит, сейчас мы всё приберём, как нужно, закроем ставни и потушим факелы… хотя давно уже нужно было их потушить. Что нам ещё нужно сделать?

– Ты должна поесть!

– Я не хочу есть.

Диана подошла и, взглянув в бирюзовые глаза подруги, произнесла:

– Ты хочешь есть!

– Да! Точно! Я пойду поем, а потом продолжим.

Диана улыбнулась, довольная собой. Эта способность, о которой она узнала ещё в Лондоне, до сих пор оставалась при ней.

Диана вернулась на кухню и, пока Рита приводила себя в порядок, подогрела ей суп. Когда Рита зашла на кухню, на ней было одето белое коротенькое платье и широкий белый обруч вокруг головы.

– Почему белое? – спросила Диана Риту, когда подруга уплетала суп за обе щеки, сидя на подоконнике и наблюдая за передвижением летающих мертвяков.

– Когда встаёшь против врага, нужно быть в белой. Так написано. А ты, получается, должна быть в чёрном?

Диана кивнула.

– Интересно. Две противоположности. Что-то типа нашего земного Инь и Янь.

Рита поела и спрыгнула на пол.

– Закрываем ставни, все двери, возвращаем книги на место и выходим с оружием на улицу, – скомандовала она.

Девушки быстро всё собрали, прибрались в кухне, комнатах, закрыли двери. Рита взяла с собой горшок с деревцем и, спустившись по лестнице, вместе ступили на площадь перед Школой.

Стоило им выйти из Школы Архива, как тут же начались странные покалывания в голове. Кроме этого, появился шёпот тысячи говорящих. Этот шёпот пронизывал голову и обволакивал всё тело. Диане нашёптывали что-то, слов было не понять из-за огромного количества говорящих, но было что-то в этих словах цепкое, болезненное, убивающее волю. Иногда раздавался режущий слух визг. Но потом Диана поняла, что дело не в слухе. Она не слышала ушами, она слышала всё это каждой клеточкой своего тела. Тело покрылось мурашками, и её передёрнуло. Но именно эта её реакция на странный шёпот привела к тому, что она очнулась.

Диана сразу заметила, что Рите стало совсем плохо. Глаза подруги забегали, нижняя губа затряслась, горшок она обнимала, как мать младенца и раскачивала из стороны в сторону. Диана поняла, что ещё немного, Рита не выдержит и побежит сломя голову в пасть к тигру. Ни о какой обороне с такой Ритой не могло быть и речи.

Диана резко развернула её к себе.

– Ну-ка, посмотри на меня!

Рита одурманенным взглядом взглянула на Диану.

– Я больше не могу. Они зовут меня. Но я боюсь их, – прошептала Рита.

– Рита, ты ничего не слышишь, вместо покалывания и шёпота в голове у тебя звучат песни любимой группы «Green day». Они будут звучать, пока давление на твой разум не прекратится.

Рита вдруг очнулась и сразу стала напевать одну из песен:

«Summer has come and passed. The innocent can never last. Wake me up when September ends…»

Диана, продолжая дрожать больше от напряжения, всё же смогла улыбнуться – ведь у неё получилось. Конечно, она тоже слышала шёпот и покалывания, но, видимо, сама умея влиять на чужой разум, её разум отлично сопротивлялся похожему эффекту. Она с грустью подумала о том, что если бы знала об этом своём феномене раньше, то они бы смогли сбежать из города. Но теперь уже слишком поздно, нужно было защитить Школу, а они даже не знали, как закрыть эти двери.

– Давай встанем не перед школой, а между фигурами. Я у фигуры Леса, а ты – возле Охоты. А у статуи Гнома поставим наше Деревце, – предложила Рита.

– Согласна, – Диана заняла позицию, повесив колчан за спину, шар пристроив в кармане платья, а цепь повесив на поясе.

Рита пристроилась со своей стороны, разместив по карманам и взяв в руки какие-то семена и порошки. Деревце стояло посередине, перед статуей Гнома. Посмотрев на него, Диане вдруг пришла идея в голову.

– А давай дадим ему имя, – предложила она.

– Кому? – удивилась Рита.

– Дереву твоему. Он таким родным стал для нас с тобой. Маленький и смелый! Как думаешь?

– Давай!

Увидев, что Рита совсем забыла о страхе и ужасе, Диана успокоилась и сама. Если в ожидании того, что их ждёт впереди, она сперва волновалась, а теперь уже бояться перестала.

– А он какого рода? Его каким именем – женским или мужским назовём? – поинтересовалась она.

– Это он. Будет красивым и сильным! – с гордостью ответила Рита.

– Давай буквы из наших имён. Всё-таки мы имеем прямое отношение к его рождению. Возьмём первые буквы, – предложила Диана.

– Как тебе – Ридиан?

– Супер! Очень даже красиво! – Диана совсем отвлеклась от предстоящего боя, шума и давления на голову.

А Рита в этот момент закончила петь песню и замурлыкала себе под нос слова уже другой:

«I want to take you through a wasteland I like to call my home welcome to Paradise…»

И тут Диана, у которой имелось более хорошее зрение, волосы зашевелились на голове и холодный пот прошиб её тело, едва она увидела это. Туча, которая состояла из каких-то черных капель, обволакивала ужасных созданий, без глаз и носа, без рук и ног. Только черепа с открытым ртом. Они шептали и уговаривали, но Диана не реагировала на шёпот, а Рита пела, не слыша их бормотание, которое свело бы с ума любое живое существо.

Диана достала стрелу и точно выпустила в один из черепов. Он взорвался, окатив тучу, фонтаном черных масляных брызг. «Слезы заражённых» – подумала Диана.

Рита, взяв в ладошку какую-то пыль, дунула на неё. Тут же выросли деревья, которые проткнув тучу, стали нещадно лупить ветвями по этим черепам. Диана присмотрелась внимательнее и поняла, что это не черепа и не головы, а увеличенные в размерах страшного тёмно-серого цвета ожившие сердца, которые кричат в немом ужасе.

– Боже! Помоги мне! Я этого не вынесу, – Диана хлестнула цепью, порвав тучу пополам, но эффекта это не принесло. Туча приближалась, а деревья были ею уничтожены.

Рита опять подула на очередной порошок и на тучу полилась вода, которая моментально замёрзла, прокалывая тонкими ледяными иглами беззвучно вопящие и верещащие сердца, а во все стороны из них выплёскивалась чёрная жижа.

А у Дианы замедлилось время, она с неимоверной скоростью натягивала тетиву и отпускала стрелу, натягивала и отпускала. Она продолжала стрелять по уродским сердцам, понимая, что всё равно всех не уничтожить. Эти сердца собирались два дня. Сколько их? Сколько жило в этом городе? Сотни, тысячи? Сколько хватит им с Ритой сил? Это было вторжение, и в начавшейся битве решалась судьба не только Школы, но и всего этого мира.

Когда туча была совсем рядом, Диана использовала шар, а Рита, увидев это, призвала ветер. Взорвав полтучи, ветер стал разбивать и рвать её, образовалось несколько рваных кусков, но они всё ещё оставались живы в огромном количестве.

Диана почувствовала, что она устаёт. А туча остановилась, собирая своих порванных собратьев. В этот момент Рита выскочила из-за статуи, где стояла и, схватив Диану за руку, подбежала к Ридиану, и тут они обе исчезли. Сзади раздался хлопок, и двери Школы Архивов запечатались.

Туча замерла, сердца в нерешительности остановились, только чёрные слёзы поливали их.

Диана понимала, что демоны их чувствовали, но не видели. Перед ними был только горшок с Ридианом, который воинственно наклонил в их сторону свою единственную веточку.

И тут Диана услышала уже не просто шёпот в своей голове, к ней конкретно обращались. А Рита была спокойна и сосредоточена, она не слышала обращённый к ней голос, продолжая что-то мурлыкать себе под нос.

– Кто вы? Почему Архив закрылся? Мы же не взяли вас… Вы не сошли с ума, как мы… Вам не было страшно…

И тут Диана поняла, что необходимо пойти на контакт, у неё могло всё получиться, если… Набравшись храбрости она заговорила.

– Я не знаю, почему так произошло. Пока мы сами не знаем, кто мы такие. Но я хочу обратиться к сердцу и слезам Хранителя Тутена. Он был последним учёным мужем. Его сердце среди вас, оно в ужасе и страхе. Зачем вы здесь? Ведь когда-то вы были жителями этого города. Что движет вами? Месть? Кому вы мстите? Сосед соседу? Брат брату? Мать сыну? Эльфийка Вайя, ты защищала эти стены, а теперь пришла убить нас, аких же защитников. А ты, Фаби? Ты поклялся защищать Архивы и, предавая клятву, убиваешь меня. Туля, Мара, Медилл, вы работали и убирали эти комнаты. Что вам нужно? Скажите?! – Диана смотрела на тучу, на сердца, сила её была на исходе, но она решила попробовать, это был последний шанс, переубедить их.

– Мы хотим покоя, – услышала она в ответ. – Мы его получаем с поеданием каждого нового живого. Потом мы снова впадаем в спячку, а когда приходит новый живой, мы его чувствуем, просыпаемся, мучаемые местью, и мечтаем об упокоении…

Диана почувствовала, что Демоны идут на контакт, отвечают ей. Их ещё точили боль, беда и обида, но злоба уже отступила.

Диана повернулась к Рите.

– Нам нужно открыться и выйти к ним. Пожалуйста.

Рита сглотнула, кивнув головой.

Девушки опять появились у стен Школы, но двери не открылись. Диана знала, что нужны заветные слова, чтобы открыть врата.

Диана набрала полную грудь воздуха и начала говорить, переводя взгляд с одного изуродованного сердца на другое, пытаясь повлиять на них, изменить их мышление. Сможет ли она? Ведь это не один человек перед ней, их много, и это не люди. Но она решила попытаться.

– Мы были на Болотах Разрыва. Болота отказались от нас, посчитав, что мы очень нужны этому миру и нам рано уходить. Болото прекрасно, вы даже не представляете насколько. Его нужно увидеть каждому из вас. Там красивый оранжевый туман, который окутывает тебя и убаюкивает. Там красивые цветы, каждый из вас может стать таким цветком. Ведь когда-то вы хотели туда попасть, но не смогли дойти. Так плывите туда сейчас, теперь вы сможете это сделать и найдёте на Болотах упокоение, то, к которому вы так стремитесь. Но это будет настоящее упокоение, а не временное. Вы будете там счастливы, так как найдёте своих родных и предков, ушедших за много веков до вас. Больше не будет ужаса, мести, не будет боли и горя. А Гномы через Болота обязательно вернутся к себе – в великие Горы Сердца Земли.

Диана бы упала, если бы не Рита, которая была рядом и поддерживала её, крепко держа в своих объятиях. Диану знобило, холодный пот стекал по лицу, но она этого не замечала, сейчас она почувствовала удивление, исходящее от тучи, а потом восхищение. И вдруг только один голос произнёс:

– Вы не знаете, кто вы? А мы знаем кто вы. На вас Печать Поцелуя! Вы Древние! Вы не сошли с ума, как мы. Вы тут перед нами, и вы выстояли. А ещё вы помогли нам понять…

Туча стала отступать. Голоса в голове Дианы вдруг резко стихли, и она решила снять блокировку с Риты. Та вдруг резко перестала напевать очередную песню и с удивлением стала прислушиваться, пока не понимая, что происходит. Потом она вместе с Дианой в напряжении смотрела на ускользающую тучу, которая в этот раз двигалась довольно быстро и было ясно, что понадобится ей не два часа, а не более десяти минут, чтобы уйти из города.

– Я думаю, они торопятся на Болота. Туда можно попасть только днём, до захода солнца, – предположила Рита.

Когда туча совсем скрылась за развалинами города, Рита вышла за пределы площади, хоть Диана и протестовала этому, но слабо. Диана, чтобы не упасть, навалилась на колонну Эльфа, сил уже не было совсем, но каким-то чутьём, она понимала, что опасность прошла. Рита ступила на улицу, по которой они пришли в первый их день, и, постояв там немного, она вернулась обратно.

– Всё тихо. Даже на улице теперь не страшно, – торжественно произнесла она.

И только тогда на трясущихся ногах, они сели на ступеньки перевести дух.

– Неужели это всё? – прочистив горло, произнесла Диана.

Рита вдруг поднялась.

«Пройдите через учения эти, наши величия познайте. Отряд Трёх», – произнесла она немного уставшим голосом.

Раздался знакомый щелчок, и двери открылись. Диана почувствовала, что она смертельно устала, и с трудом поднялась с земли. Рита в одну руку взяла Ридиана, а другой обняла Диану за талию, и они медленно стали подниматься по ступенькам.

Сначала они отправились в Лабораторию и, открыв ставни, стали смотреть на тучу, которая уже находилась за пределами города. Диана затаила дыхание, когда туча замерла над Озером Смерти. Она без движения висела над ним секунд двадцать, а потом двинулась дальше по окраине Леса Обломков. Диана поняла, что направляется она к Болоту Разрыва, и, не выдержав, заревела, как ребёнок.

– Диана, успокойся, – стала её трясти за плечи Рита. – Ты очистила город от скверны, и теперь ты плачешь? Надо смеяться! Радоваться! Ты такая сильная. Всё закончилось хорошо.

Диана хлюпала носом, кивала. Но ей нужно было выплакаться. Она плакала о том, что её брат оказался ненадёжным мужчиной, и он бросил её лучшую подругу. А Герка остался с ним, и им обоим наплевать, что сейчас пережили они. Две девятнадцатилетние девушки, не знающие этого мира, смогли изменить историю. За два дня они выучили язык, перечитали кучу книг, научились стрелять и колдовать, и встали вдвоём против несметного количества Всепожирающих Демонов.

– Не я, Рита, а мы очистили город. Да, я смогла на них повлиять, но если бы не твой поход на эти Болота Разрыва, то я бы о Болотах ничего и не узнала бы, – произнесла Диана, когда, наконец, смогла говорить. – Как ты думаешь, мы правда Древние?

– Не знаю, Древние мы или нет, но мы сделали одно хорошее дело, – Рита продолжала гладить подругу по голове.

– Я очень устала, – тихо произнесла Диана, с трудом слезая с окна.

– Тебе помочь дойти до комнаты? – спросила её Рита.

– Не-а. Ты только подежурь с Ридианом. Мало ли что. Вдруг им не понравится на Болотах, – подходя к двери, пробормотала себе под нос Диана. У неё не было сил даже обернуться. Она даже не услышала, как Рита прыснула.

Проснувшись утром, Диана поняла, что проспала весь вечер и всю ночь, и за эту ночь ничего не случилось. Спрыгнув с кровати, она побежала в комнату Риты, но та оказалась пустой, и на кровати явно никто этой ночью не спал. Испугавшись за подругу, Диана, перепрыгивая через ступеньки, вбежала в Лабораторию и там увидела Риту. Та спала на подоконнике, свернувшись калачиком и обхватив горшок с Ридианом.

Тихо подойдя к окну, чтобы не разбудить Риту, Диана увидела, что уже вовсю светит утреннее солнце, а озеро имеет совсем другой цвет – чистый и голубой оттенок. И не существовало больше никаких серых туч, казалось, сам город вздохнул с облегчением. И хотя он оставался всё таким же разрушенным, но его аура уже изменилась. Диана заметила, что где-то запели птицы, лёгкий ветерок нежно трепал траву, а бабочки уже летели к неизвестным распустившимся цветкам, которых раньше не было и в помине. Диана поняла – в город возвращалась жизнь, и вернули её она и Рита.

Диана, тихо ступая, чтобы не разбудить Риту, вышла из Лаборатории. Взяв лук из своей комнаты, она спустилась вниз, выйдя, обогнула Школу Архивов и направилась в сторону Леса. По этой стороне города она с Ритой ещё не ходила. Но выбрала она этот путь потому, что Лес с этой стороны был ближе.

Диана шла по улицам и не ощущала никакой опасности. Но если раньше вокруг стояла мёртвая тишина и только звук шагов отдавался от мостовой, то теперь её шаги заглушали звуки птиц и жужжащих жуков. Дойдя до окраины города, Диана увидела, что перед ней сплошной стеной возник Лес. Тут он был гуще, чем Лес, прилегающий к Озеру. Рита называла тот лес Молодым. Этот же Лес явно был старше. Деревья были выше и толще, лианы обвивали стволы, кусты были намного выше самой Дианы. По стволу лианы в двух направлениях бегали муравьи.

Будучи миниатюрной и худенькой, Диана проскользнула между деревьями и вступила в Лес. Она продвигалась на удивление тихо. Сказывалась кровь Дениса Охотника – чем меньше шумишь, тем тяжелее тебя обнаружить. Рядом прогудела стрекоза. Запах в Лесу был сладковатым от влажной травы и распустившихся в большом количестве цветов. Диана назвала бы этот Лес джунглями. Тут было влажно, тепло и много зелени. Кроны деревьев мало пропускали солнечного цвета. Часто лилась откуда-то вода. Приглядевшись, Диана увидела, что это деревья выливают воду. Странно, дождя не было, а деревья, у которых были листья, оказались как лодочки наполнены водой. Лодочка-лист наполнялась влагой, лист переворачивался и выливал около литра абсолютно чистой воды. Диана чтобы не промокнуть, обходила такие деревья стороной.

«Нужно будет спросить название этих деревьев у Риты», – подумала Диана.

Недалеко слева она услышала копошение какого-то животного. И тихо направилась в том направлении, вспоминая по дороге, что говорилось в учебнике о разрешении на охоту. Всплыли строчки из книги: «Обязательно спросить у Леса разрешение на убийство ради выживания». Сейчас был именно тот случай, и она с облегчением вздохнула, почувствовав, что Лес разрешил ей совершить убийство. «Убей сразу, не причиняй мученья».

«Тиха и проворна, это и есть тропа Охотницы», – прошептала Диана, вспоминая законы из учебника Ванатора.

Её острое зрение заметило движение в кустах. Огромного размера птица, напоминающая индюка, копала что-то в кустах. Птица вдруг прекратила копать, почувствовав что-то, но ещё не видя Охотницу. Диана натянула тетиву… «Не колеблись, раз решила убить». Время замедлилось, и Диана отпустила тетиву. Стрела попала в горло птице, и та упала. Подойдя к птице, чтобы забрать её, Диана обнаружила рядом кладку яиц.

– Я так понимаю, что Лес и это разрешил мне взять. Эти яйца уже никто не высидит. Спасибо! – она поклонилась от всего сердца.

Эта птица была просто огромной для двух девушек, но почему-то Лес разрешил её убить, да ещё и яйца преподнёс им в подарок. Диана поняла это по-своему – им необходимо запастись едой впрок, больше учиться и не ходить на охоту ежедневно. Хотя, призналась себе Диана, она получила огромный кайф, совсем не ожидая от себя, что окажется заядлой Охотницей. Это было ни с чем несравнимое чувство свободы, полёта, вкуса острого соперничества и огромного удовольствия от маленькой победы.

Диана тем же путём вернулась к окраине Леса и тут заметила во дворе самого крайнего разрушенного дома, какие-то растения. Лес наступал, а растения, когда-то посаженные жителями, продолжали размножаться. Положив тушку птицы на землю, а рядом яйца, которые Диана несла в юбке своего чёрного платья, она зашла в огород и посмотрела на растение. Оно напоминало обычную земную картошку. Земля была рыхлой и влажной, поднатужившись, Диана выдернула куст, на корнях которого болтались картофелины размером с куриное яйцо. Диана решила отдать на проверку Рите. Если картофелины будут не заражённые и съедобные, то они приготовят их.

Очистив от земли так называемую «картошку», она положила её в подол своего платья, сверху положила яйца, и, взяв лесного индюка за шею, пошла по улице обратно к Школе Архивов.

Когда она вернулась, Рита всё ещё спала, а Ридиан, как маленький стражник охранял её сон, легонько покачиваясь, как будто напевал какую-то песенку или дирижировал оркестром. Диана прошмыгнула на кухню и принялась за работу, которую никогда раньше не выполняла. Она выпотрошила индюка, ощипав его от перьев и удивляясь тому, как быстро и правильно она, оказывается, может это делать. Диана поделила мясо пополам, одну часть положила в котёл вариться, а другую подвесила коптиться, натерев предварительно всевозможными сухими травами с приятными запахами, которые висели над разделочным столом. Картошку она пока отложила в сторону, считая, что Рита должна её сначала проверить на «количество вредных веществ».

После этого, она вернулась к себе в комнату и, сняв чёрное платье, прополоскала его в воде. С удивлением Диана заметила, что платье каким-то образом очистилась сама ещё до стирки. Но решила знакомым земным способом её все же постирать.

– Хуже не будет, – решила она.

После стирки Диана приняла ванную. Когда она, чистая, вернулась на кухню, то суп уже кипел, ароматно разнося запах по столовой. Поставив чайник на жаровню, Диана пошла будить Риту.

– Рит, пора вставать, – произнесла она, трогая её за плечо.

Та открыла глаза и улыбнулась.

– Доброе утро.

– Уже скоро день, соня! Хотя, правда, ты тут всю ночь просидела, – бодро произнесла Диана и тут заметила какую-то тоску в глазах Риты. – Ты чего? Что-то случилось? – она взяла подругу за руку. – Я на охоте была, сварила суп, жарю мясо, яйца есть, картошки накопала, но ты её проверь на количество «нитратов».

Рита истерично засмеялась, а потом резко замолчала.

– Мне Денис снился. Я скучаю по нему, – по её лицу покатилась слеза.

– Рит… – у Дианы защемило сердце, ей вдруг захотелось повлиять на Риту, чтобы она не ощущала эту боль, даже Диане она передавалась. Она знала и Дениса, и Риту с самого детства, и то, что они теперь расстались, больно резало её по сердцу. Сейчас она остро понимала, что Рита задыхается. Прошли волнения, борьба с Демонами закончена, город очищен, и Рита снова начала страдать.

– Не надо… Я знаю, что ты хочешь сделать. Не надо, Диан… Я в порядке.

– Ни черта ты не в порядке! – выкрикнула Диана, а Ридиан даже вздрогнул от её возгласа.

– С самого детства, когда я говорила «Я в порядке», я хотела, чтобы кто-то посмотрел мне в глаза, обнял меня покрепче и сказал: «Рита, я знаю, что это неправда!» – голос её дрогнул.

– Рит, я знаю, что это неправда, – прошептала Диана и крепко обняла Риту. Та, уткнувшись в её плечо, заплакала. – Дурак он. Увидел бы тебя в этом платье с цветами, с ума бы сразу сошёл… Да и ты тоже, кроме него, ни одного Эльфа ещё не видела. А вдруг встретишь Лесного, и будешь потом смеяться над тем, как была влюблена в Дениса?..

– Не скажу… Ты знаешь, что такое любовь? Никто до сих пор не может объяснить, что это такое. Наверное, это так и останется большой загадкой Вселенной. Сейчас я поняла, что жизнь без любви, как засохшая трава, которая была в этом городе. Наверное, любовь это и есть жизнь?

– Я не знаю, Рит… Я ведь не испытала ещё любви. Но очень надеюсь, что скоро обрету и познаю это чувство, – честно ответила Диана.

Заметив, что Рита стала успокаиваться, продолжила:

– Давай, умывайся, и я жду тебя, нам уже завтракать пора.

Когда Рита, искупавшаяся, чистая, в нежно-сиреневом коротком платьице, пришла в столовую, на столе было одно огромное сваренное яйцо, порезанное на части, и бульон с кусочками мяса.

– Здесь на кухне много сухих трав висит, некоторые я добавила в суп, получилось очень ароматно, а соль у меня ещё оставалась, я ею натёрла часть тушки. – Диана протянула Рите картофелину. – На, посмотри. Это картофель?

Рита взяла корнеплод в руку, принюхалась.

– И правда, картофель. Нормальный, чистый и никаких добавок.

– Отлично, сейчас испечём их на углях, а завтра я ещё принесу. А сегодня я хочу позаниматься в Лаборатории.

Рита ничего не ответила, села за стол и молча начала есть. Диана попробовала расшевелить её.

– Я обнаружила интересное дерево на юго-западе от Школы. Там не Лес, а сплошные джунгли. Влажность огромная, и растут там удивительные деревья, которые накапливают воду в своих листьях, а потом поливают ею всё вокруг. Только я не поняла, откуда они берут эту воду в таком количестве, если нет дождей…

– Это водяное дерево Кауфи. Листья выделяют газ и, соприкасаясь с воздухом, из него образуются капли воды, которые накапливаются в листьях. Если деревьев много, то и дождь не нужен в таких лесах. Воду эту можно спокойно пить, – монотонно, как будто читая лекцию, произнесла Рита.

– Послушай, Рит, – осторожно начала Диана, – я тоже скучаю и я хочу увидеть брата, скучаю по Герке, мы остались с тобой вдвоём и нам тяжело. А вчера пережили настоящий ужас и всё же смогли выстоять. Ничего не поделаешь, пора признать, что наша команда распалась. Я знаю, тебе очень плохо, но и мне плохо. Из своего небольшого жизненного опыта я усвоила, как бесполезно желать то, что никогда не сбудется. Я сама оглушила родителей, подставила их, лишилась брата и… Герки. Понимаешь… я скажу тебе честно… я влюбилась в него, хоть я и Эльф-Охотница, а он… Гном. Мы никогда не будем вместе. Может, в том мире всё и наладилось бы, но в этом мире – никогда. Я не нужна ему. Его потянет к своим Гномам и бородатым Гномихам. А у меня нет бороды, нет большого зада и огромных лап…

Рита, слушая и поедая в этот момент суп, подавилась и вдруг начала хохотать.

– Ну, хоть настроение тебе подняла! – радостно улыбнулась Диана.

– Знаешь, – перестав смеяться, заговорила Рита, – а ведь Герка на тебя всё записал в Москве. Он нам потом признался, что если ты не пройдёшь с нами, то с тобой бы связался его адвокат. Герка сделал доверенность и завещание на тебя.

– О! Кажется, я богата! – с сарказмом произнесла Диана. – Я хотела его сердце, а получила его кошелёк. Так выпьем, – поднимая кружку с чаем, произнесла Диана, – за прекрасных мужчин, умеющих дарить девушкам кошельки и больше ничего!

Подруги чокнулись кружками и дружно рассмеялись.

Весь оставшийся день они провели за чтением. Рита нашла какие-то новые заклинания и углубилась в их изучение, а Диана продолжила изучать историю страны и правила Охотников.

Вечером Диана опять решила понежиться в ванной. Теперь в бассейн струилась тёплая вода. Все стены Школы Архивов излучали свет, накапливая его за день, а вода где-то нагревалась и спадала четырьмя тёплыми водопадами. Можно было лежать в бассейне, можно стоять под струями, напоминавшими земной душ, а можно было душ фиксировать так, что он лился, как дождь, по всей площади ванны.

Утром следующего дня, сидя в столовой и поедая варёные яйца с картошкой, девушки обсуждали планы на день.

– Я хочу после завтрака пойти к Озеру Плача. Теперь мы его будем называть привычным старым названием. И я считаю, что оплакать нам придётся всех жителей этого города… ведь, по сути, кроме нас с тобой некому их помянуть. Так тут было положено раньше. И ещё я хочу помянуть своих родителей, – грустно произнесла Рита.

– Я за! – кивнула Диана. – А потом сходим за картошкой?

– Обязательно. Походим, посмотрим, что осталось тут в бывших огородах. Может быть, что-нибудь найдём и кроме картошки. А потом опять засядем за книги, в них столько всего интересного!

– Мы с тобой быстро учимся и читаем. Знаешь, мне почему-то кажется, что день тут намного длиннее, чем наш земной. Вроде мы так же кушаем и спим, но день длинный и мы очень много успеваем сделать за сутки.

– Я тоже это заметила, – рассеянно кивнула Рита.

– Жаль, что нельзя определить, сколько часов тут в сутках.

– А тебе это нужно? – пожала Рита плечами. – Мне кажется, что в этом мире это совсем ни к чему.

– Ну да, – Диана кивнула.

Девушки прибрались на кухне и вышли, прихватив с собой ещё и Ридиана. Теперь они спокойно шли по главной улице города. Громко разговаривали, рассматривали неизвестные цветы, красивых бабочек и птиц, которых становилось всё больше. Птицы уже начали вить гнёзда на городских развалинах.

Уже подходя к Озеру Плача, отчётливо стало заметно, что оно сильно изменилось с их первой встречи с ним. Сейчас Озеро стало голубым, а постоянные переливы на воде, делали его восхитительным. Миллионы бриллиантов в виде капель двигались на его поверхности. Это не были блики от солнца, это было что-то совсем другое, рождаясь где-то в самой воде, очень красивое, завораживающее, от чего хотелось смотреть и смотреть на Озеро. Подойдя совсем близко к воде, Диана почувствовала, что ей необходимо присесть у кромки воды. Опустившись на землю, она стала смотреть на эти голубые переливы в воде, в глазах от них зарябило, к горлу подступил болезненный ком, и она вдруг заплакала. Не стесняясь обильных слез, она плакала по своим родителям, по планете Земля, по Денису и Герке, Барону и Додди, по своим друзьям в Лондоне. Руки сами потянулись к воде, и она опустила их в прохладную воду Озера Плача и краем глаза заметила, что Рита делает то же самое. Погрузив руки, она почувствовала импульс, как от лёгкого удара током, и тут Диана услышала в своей голове красивую песню:

К Озеру Плача, кривая дорога,

Озеру, полному слёз,

Их уже ждут у лесного порога,

Смерть, избавленье от грёз.

Плачьте живые о них на прощанье,

Слёзы на слёзы падут,

Озеро Плача – судьбы завещанье,

И очищенья сосуд.

Это такое всем нам прощение,

То, что природой дано.

Озеро Плача – души очищение,

Так на века решено.

Храбрый Охотник с жителем Леса,

Озеро Плача прошли,

И на Болоте, под тайной завесой,

Вечный покой обрели.

Смерть разрешила муки сомнений,

Жизни уже не вернуть,

В Озере Плача ваше спасенье,

В нём очищения суть.

Это такое, всем нам прощенье,

То, что природой дано,

Озеро Плача – души очищенье,

Так на века решено.

Руки свои в лоно слёз опустите,

Жертвы такой дорогой,

В Озере Слёз свои души спасите,

И обретите покой.

Слёзы поют о разлуке и горе,

Капают капли из глаз,

И из реки превращаются в море,

Просят у мира за нас.

Это такое всем нам прощенье,

То, что природой дано,

Озеро Плача – души очищенье,

Так на века решено.

Когда песня кончилась, Диана поняла, что на душе стало легче. Поплескав немного руками в воде, она, наконец, вынула их из Озера.

– Этот импульс, что мы услышали в воде, это контакт между нами и слезами всех умерших Эльфов. И переливы эти на воде – это слезы их миллиардов. Память о них, их мысли. Правильно я поняла? – произнесла Диана, чувствуя в себе новые силы.

Рита кивнула и вдруг напряглась, увидев что-то за спиной Дианы. Она резко поднялась, вглядываясь вдаль. Солнце слепило её, и Рита приставила к глазам ладонь козырьком, чтобы лучше видеть. Диана тоже поднялась и посмотрела в сторону леса. Сначала ей показалось, что она ошиблась. Но нет, современная футболка, сверху рубашка, брюки с множеством карманов и кроссовки на ногах. К ним быстро спускался Герка, держа за руку упирающуюся девушку, чуть ниже его ростом. Диана определила с первого взгляда, что девушка Гном, и почувствовала укол ревности.

– А бороды-то у неё и нет, – с нотой досады в голосе произнесла она.

Гномиха вдруг плюхнулась на задницу и отказалась идти дальше, отрицательно мотая головой. Герка смачно сплюнул и, оставив Гномиху сидеть на земле, побежал к озеру. Когда же он подбежал ближе и рассмотрел лица девушек, то остановился, в изумлении вытаращил глаза и тоже опустился на зад.

– Кажется, плюхаться на задницу, это у Гномов наследственное, – подытожила Диана.

А Рита, услышав её, рассмеялась.

Глава 6

…Вынырнув из воды, Герка принялся крутиться на одном месте, пытаясь найти Луру. Но было темно и совсем ничего не видно, только слышно, как куда-то стекала низвергающаяся вода.

– Лура! – крикнул он.

– Я тут! – ответила она. – Плыви на мой голос, тут земля.

Герка быстро поплыл на её голос. Потом кто-то схватил его за шиворот и подтянул.

– Ты сильная, – восхитился Герка, когда полностью вылез из воды.

– Мы, женщины, должны быть такими и выживать в самых тяжёлых условиях.

Стало холодно, и Герка почувствовал, что продрог до костей.

– Ты как? Тебе холодно? – спросил он Луру.

– Я нормально, мне не холодно. Этот металл сейчас меня согреет.

– Рюкзак Риты с тобой? – спросил он.

– Да.

– Там вещи Риты, тёплые в непромокаемом мешке. Если ты всё-таки хочешь переодеться, то поищи и одень то, что тебе подойдёт. А я тоже переоденусь в тёплое и чистое.

Герка, не стесняясь Луры, начал расстёгивать брюки, понимая, что находится в кромешной темноте. Он переоделся и, отжав мокрую одежду, упаковал её в мешок и положил в рюкзак.

– Есть хочешь? – опять спросил он Луру.

– Хочу. Только одежда мне не по размеру, и какая-то неудобная. Я решила остаться в своей.

– Ну, это твоё решение. Раз тебе так удобнее…

– Гера, мы не спасём твою подругу, – перебила его Лура, – мы где-то глубоко под землёй. А одежду её ты можешь выкинуть, она уже не понадобиться ей.

Герка не хотел в это верить. У него дрожали руки, когда он открывал последнюю банку консервов. Рита, его любимая и весёлая Рита, решила оставить жизнь из-за этого маньяка. Мало он попортил ей нервов в детстве, и вот опять. Каждый раз Денис бил её сильнее предыдущего. А Рита, которая умеет уклоняться от опасности, так и не смогла научиться уворачиваться от очередного его предательства…

Герка снова вспомнил ту историю с отрезанными волосами. В груди нарастал ком горечи, который начал душить его.

– На, ешь, – произнёс он надтреснутым голосом. Он протянул Луре банку, и чтобы немного отвлечься от щемящей боли в груди, попытался думать о своей новой знакомой.

Нащупав его руку, Лура взяла тушёнку. Её рука не была миниатюрной ладошкой девушки, к каким привык Герка, и ещё её рука оказалась очень горячей. Он вспомнил нежные прохладные ладошки Риты и Дианы. И снова остро почувствовал вину перед ними. Если бы он не притащил их сюда, то Диана не осталась бы совсем одна в России, а Рита не ушла бы на Болота. На него резко навалилась апатия. Расхотелось жить, бороться и искать своих предков. Зачем ему всё это, он никогда не станет прежним. Ему захотелось вернуть время вспять. Время… Ну почему оно не умеет говорить?

– А ты не хочешь есть? – услышал он вопрос Луры.

– Я нет.

– Интересно, где мы? – снова задала вопрос Лура.

Герка порылся в рюкзаке и нашёл зажигалку. Щёлкнув ею, он посветил вокруг и осмотрелся. Они сидели на маленьком холмике-островке, который находился в небольшом гроте. Миллиарды капель отражали свет зажигалки, а необычной формы сталактиты придавали гроту неземную красоту, которую можно увидеть только в недрах земли. В другое время Герка восхитился бы, но только не сейчас. Идти им было некуда – они находились в западне. А где-то на поверхности шумел дождь, и было похоже, что он явно подходил к концу. Грохота воды и водопада уже не было, вода стекала из отверстия вверху тонкой струёй. Но одно Герка определил сразу – выхода отсюда не было. А подниматься на поверхность по стене было просто нереально. Это заняло бы не одни сутки, и в кромешной тьме такого подъёма даже толковый альпинист не осилит.

– Подождём, пока дождь прекратится и вода сойдёт. Она обязательно должна сойти, – размышляла вслух оптимистичная Лура, с удовольствием поедая банку тушёнки.

Герка поразился её стойкости. Неужели все Гномихи такие?

– Но на Болота мы точно не пойдём, – продолжала Лура. – Всё уже закончилось. Болота Разрыва её забрали. Кстати, а почему твоя подруга ушла к ним? Она была старая и устала жить?..

– Нет, она не старая. Красивая и молодая. Но она любила одного Эльфа, а он её. Мы пришли из Верховного Леса Поцелуя и вышли к домику. А там Эльф встретил другую Эльфийку. Тут же влюбился и бросил Риту. Поэтому она и ушла умирать на Болота Разрыва, так как не могла больше жить без Эльфа. Вот… собственно, и вся история любви двух Эльфов.

– Странно. Я не помню того, чтобы Эльфы жили в лесных домиках. Да и живут они кланами, а не поодиночке. Что-то ты напутал. Да и любви у них давно нет. Хотя… Та из леса, она кто?

– Охотница. И Эльф тоже оказался Охотником. А вот Рита – Лесная Эльфийка.

– А-а-а! Тогда понятно. Да, они уже много веков не могут быть вместе. Но у нас есть легенда, в которой рассказывается, что когда-то была любовь между Древними Эльфами. Не было деления на кланы, и это была очень сильная любовь. Теперь же, если Охотник увидит Лесную, то они никогда один другого не полюбят. Дурочка твоя подруга. Не стоило ей умирать из-за Охотника. Тем более, что сейчас уже никто не знает, что такое любовь. Эльфы и Гномы сходятся только для того, чтобы продолжить род.

Герке было нехорошо, в голове стучало, он хотел воздуха, свободы, друзей. А рядом вместо этого была милая девушка Лура, спокойно рассказывающая о таких вещах, от которых Герке становилось не по себе.

– Охотница отвела потом его в свой клан?

– Кого? – не понял Герка.

– Ну друга, который Риту разлюбил?

– Нет. Нет у Катари никакого клана. Я же говорю, она живёт в избушке одна.

Герка услышал, как она резко прекратила кушать. Он зажёг зажигалку и посмотрел на Луру.

– Что-то не так?

– В избушке значит? А Лес не Щебечущий?

Герка кивнул.

– В Щебечущем лесу живёт Катари. А там не валялась скорлупа под ногами?

– Скорлупы не видел, но черепки от листьев целая куча.

– Это не черепки! Это скорлупа от яиц. Эта Катари – не Охотница. Это Эльф-Оборотень!

– Чего-о-о? Она что – в волка превращается?! – Герка аж подпрыгнул.

– Какой ещё волк? Она Птица-Эльф. Самый извращённый оборотень женского рода. Она не смотрела на вас, немного склонив голову набок?

– Смотрела. Но я думал, это она кокетничает, – Герка почувствовал, что он совершил ошибку. Самую страшную ошибку в своей жизни.

– Ты замечал когда-нибудь, как смотрят птицы? Вот и Катари смотрит, как птица, даже находясь в облике Эльфийки. Ей нужны только мужчины-эльфы. Молодые и сильные. Поэтому ни ты, ни Рита не попали под её одурманивающие чары.

Лура о чем-то задумалась, и Герка не прерывал её.

– Странно… – опять продолжила она. – Ты не должен был её увидеть. Гномы не видят Катари. Значит, ты очень необычный Гном. Катари завлекает Эльфа, подготавливает его дня три-четыре к свадебному ритуалу. Потом Эльф оплодотворяет яйцо, которое она вынашивает в себе, обычно оно появляется в её утробе в тот момент, как путник ею очарован. Через два-три дня яйцо будет готово к оплодотворению. Одурманенный любовью, Эльф в нужный для Катари день оплодотворяет яйцо. Во время этого ритуала он отдаёт себя полностью, и в результате погибает в страшных муках. Сам Оборотень снесёт потом это яйцо и умрёт, а из яйца опять вылупится молодая и красивая Катари. Вот откуда черепки!

– Господи! Куда же меня занесло! Наш «сэр Генри» из Центра Томаса Войта цветочек по сравнению с этими монстрами! – у Герки началась настоящая паника. Он потерял Риту, Диану и теперь Дениса. – Я дурак, и если бы я не уснул, то я бы их обоих уберёг.

– Нет, не уберёг бы. Твой друг оказался под таким сильным любовным одурманиваем, что куда бы он ни пошёл или куда бы ты его не увёл, он всё равно бы возвратился к Катари. А она будет его ждать долгие месяцы и притягивать к себе, нося в своём чреве ожидающее его яйцо. Могло бы дойти до того, что он бы убил тебя, лишь бы только вернуться к Оборотню. Так что другу твоему я не завидую. Когда вы пришли к птице?

– Вчера.

– Я думаю… сегодня вечером или завтра всё и свершится. Знаешь, как только ты ушёл, она уже не будет в облике Эльфийки. Она тут же превратится в птицу, а Эльф этого даже и не заметит. Трогая её перья и клюв, он будет считать, что это лицо девушки, а перья – её волосы. Скорее всего, она вас троих заметила в облике птицы, сидя где-то на дереве.

– Точно! Денис ещё сказал, что за нами издалека наблюдают, а потом кто-то большой взлетел… Вот чёрт! А что? И никто никогда не спасся?

– Я не знаю. Эти истории про Катари мне рассказывала мама, когда я была ещё маленькой. Гномы не очень её боятся, а вот Эльфы трясутся от страха. Особенно сейчас, когда жителей стало мало. Ещё не хватает умирать ради Катари…

В Геркину голову опять полезли грустные мысли. Он вспомнил, как нашёл в лесу новорождённых Дениса и Риту, и понял, что сейчас оностался совсем один в этом чуждом и непонятном его разуму мире.

– Что же делать? – задал он себе вслух вопрос.

– Не знаю… – со вздохом ответила Лура.

Герка зажёг зажигалку и увидел, что вода начала быстро уходить. Он поднялся и стал освещать стены грота. Походив в тех местах, где стало сухо, он понял, что выхода нет, только небольшая щель внизу, куда стекала вода.

– А куда отсюда стекает вода?

Лура подошла поближе.

– Не знаю. Мы где-то на границе между Болотами Разрыва и Городом Призраком. Эта вода точно не потечёт на Болота, значит – в Озеро Смерти.

– Что за уныние! Это просто ужас какой-то, а не названия! Повеселее у вас ничего нет? – Герке уже надоел этот мир, и он начал невольно раздражаться.

– Когда-то так и было. Весело. Но потом пришли времена, которые изменили весь наш мир.

– Все ясно, что ничего не ясно! И что нам делать?

Тут Лура начала осматриваться и трогать каменные стены.

– Нужно выбираться на поверхность.

Герка полез в рюкзак и достал принадлежности для альпинизма. Он всегда брал их с собой в поход. С зажигалкой он подошёл к тому месту, где стекала сверху вода. Где-то там было солнце, но его было не видно, а зажигалки не хватит на освещение такого расстояния. Казалось, что они свалились в самое жерло вулкана.

– Ладно, давай попробуем. У нас всё равно нет другого варианта. Я буду подниматься и делать уступы, а ты будешь подниматься за мной. Внизу за тобой мы привяжем к верёвке рюкзаки. Жаль, что нам не из чего сделать факел… Ну да ладно, лишь бы зажигалки хватило. Кстати, а у тебя что есть из твоих вещей?

– У меня есть хороший топорик. А свою зажигалку я потеряла, когда упала в воду.

– Печально. А топорика твоего я не видел.

– Наше оружие магическое. Оно маленькое, но стоит его взять в руки, как оно тут же принимает нужную форму.

– Покажи, – он посветил зажигалкой.

Лура вынула из-за спины какой-то предмет, который на его глазах раздвинулся и превратился в топор – острое и страшное орудие убийства.

– Ух, ты! – Герке даже не верилось в такое чудо.

Топор снова уменьшился до крошечных размеров, и Лура убрала его с глаз.

– Потом ещё посмотришь. Мы вынимаем его только в случае опасности. А пока давай лучше думать, как нам выбираться отсюда и какая стена будет удобнее для подъёма.

Герка снова походил по кругу их западни и вернулся к стене, которая его заинтересовала больше всего. Он осветил более-менее то место, откуда собирался начать подъём, и, отключив зажигалку, попробовал ударить в стену скальным топориком. Было тяжело орудовать в темноте, он даже не представлял, сколько времени у него займёт эта работать в кромешном мраке – день, два?

Вдруг рядом завибрировал воздух. Герка почувствовал его дрожание и отскочил в сторону. Но в этот момент кто-то вцепился ему в волосы когтями. Герка громко заорал от внезапного ужаса, шмякнулся на задницу и схватил руками то, что было на нем, чтобы сбросить его со своей головы. Но это что-то вдруг вспыхнуло ярким светом, и окружающий их грот озарился.

– Додди? – не веря своим глазам, всё ещё весь взволнованный, крикнул Гера. – Не может быть? Откуда ты здесь?..

Он держал в руке Додди, который почему-то светился здесь ярким светом, а в лапке он зажимал цепочку с его же кулоном, которую он отдал Диане. Сердце его болезненно сжалось. Он вспомнил, как Додди сидел на шее Дианы, крепко вцепившись лапками в цепочку, а хвостом в волосы девушки. Герка с горечью понял, что Додди смог переместиться в этот мир благодаря кулону, который, он ненароком сорвал с шеи Дианы. Он прижал хамелеона к лицу, ему захотелось плакать от одиночества и тоски, как когда-то бывало в детстве. Додди тут с ним, а Дианы – нет.

Лура прижалась к стене и с перепуганными глазами таращилась на светящегося хамелеона.

– Малыш, как ты сюда попал? – Герка ласково его погладил.

– Что это? – дрожащим голосом спросила Лура.

– Не бойся, его зовут Додди, это животное. Но я никогда не думал, что он может светиться. Скорее всего, это связано с новым миром.

– Вот и хорошо. Пусть светится, у нас теперь есть свет, – уже более твёрдым голосом произнесла Лура.

Герка поразился тому, как Лура быстро пришла в себя. Всё-таки Гномы обладали немалым бесстрашием, убеждался он.

– Ну? Ты уже не боишься его? – усмехнулся он.

– Гномам чувство страха неведомо! – как девиз, произнесла Лура.

– Мне нравятся эти слова. Но знаешь – я очень устал. Поэтому я предлагаю немного поспать, а потом мы со свежими силами начнём наш подъем наверх.

Герка сам удивился этим словам. Ещё совсем недавно ему жить не хотелось, и вдруг он так кардинально поменял решение. Это всё из-за Додди, догадался он.

– Я тоже так думаю. Лучше нам сейчас нормально спать, чем висеть где-то в невесомости, – поддержала его идею Лура.

Герка уселся поудобнее на пригорке.

– Давай малыш, гаси свой свет. А когда я проснусь, ты можешь включаться, – ласково попросил Герка Додди, не забыв его погладить. Тот покрутил глазами, устроился в огромной горячей ладони Гнома, а хвостом закрепился за большой палец и стал потихоньку гаснуть. Герка посидел в темноте, с тяжестью на сердце думая о судьбе Риты и Дениса. О Диане он старался не думать. А потом он закрыл глаза и незаметно отключился…

Когда Герка проснулся, вокруг ничего не изменилось. Мрак окружал его со всех сторон, и только Додди в его ладони доказывал, что это не сон. Герке вдруг опять расхотелось жить, апатия вернулась, и даже присутствие Додди не помогло эту горечь развеять. Равнодушие и боль стали душить Герку. Денис умер из-за приворота птицы-оборотня, Рита умерла на Болотах. А ему что делать? Бродить с Лурой по горам и лесам… Даже новые камни, горы и необычная одежда Гномов его не прельщали. Захотелось умереть, остаться в этом месте навсегда. Потому что рядом не было тех, кто стал ему по-настоящему дорог.

Он с нежностью вспомнил Диану. Как она приехала в Москву и как он потом поймал её на улице Лондона, одинокую и несчастную. Вспомнил, как она икала, когда узнала правду о себе и о том, что Денис жив. Хорошо, что Диана жива, подумал он. Он оставил ей все свои деньги, она ни в чём не будет нуждаться. И обязательно встретит хорошего молодого парня…

Герка вспомнил её лицо и почувствовал ревность к тому неизвестному кавалеру. Она нравилась ему, но он так боялся показать это не только ей, Денису и Рите, но даже себе. Он боялся, что она высмеет его рост, высмеет его чувства. Он мог пережить насмешку над собой от любой женщины, но почему-то не от Дианы. Он сидел и вспоминал, с каким воодушевлением делал ей «василёк» – серьгу для пирсинга. Диана даже чмокнула его в щеку и тут же нацепила серьгу на крыло ноздри. Герка вложил в тот подарок для неё своё сердце, душу и кровь.

Вдруг он услышал зов. Герка решил, что это галлюцинации в темноте от голода и огромной влажности. Он прислушался опять. Да, «василёк» был тут, в этом мире, и он звал его. Диана попала в этот мир, но её отнесло куда-то в другое место. Она же совсем одна, и она не Эльф. Герка резко вскочил. Додди проснулся от толчка и засиял, с подозрением крутя глазами. Лура оказалась очень лёгкой на подъём, и как только Додди засветился, она не говоря ни слова, поднялась и стала разминать затёкшие конечности.

Если ещё минуту назад Герка хотел умереть здесь, то теперь он хотел жить, а для этого нужно подниматься наверх.

Он снова направился к стене колодца, в котором они застряли, и с помощью исходящего от Додди света, внимательно рассмотрел стены и понял, что ему надо делать дальше. Это был лучший вариант из того, что он мог тут придумать.

Взяв себе всё необходимое для скалозания, он отдал Луре страховочное устройство и прикрепил на конец верёвки два рюкзака.

– Пора, – произнёс он и, посадив светящегося Додди к себе на шею, начал подъём. Он поднимался несколько часов без остановки. Они ничего не ели, только смачивали горло водой, которая капала со стен.

– Гера, я очень устала! Может, передохнём? – умоляла его Лура, но Герка лез всё выше и выше. «Василёк» манил его и заставлял всё время двигаться.

– Давай, Лура! Ну же? Ты ведь Гном, нам нужно выбираться отсюда. Мне нужно срочно быть наверху, да и тебе тоже, – подбадривал он девушку.

Наконец, появился первый довольно просторный выступ и, подтянув Луру к себе, Гера усадил её рядом. У девушки от усталости тряслись руки и ноги. Герка обнял её, а она разрыдалась.

– Эй! Ну, ты чего? Лура?

– Мы умрём? Да? Откуда у тебя столько сил, ты двигаешься и двигаешься, как будто тебя кто-то зовёт на поверхность. Эта сила мне не знакома. Я не умею и не могу так подниматься. Я путаюсь в верёвках, у меня все руки уже в крови, ногти содраны, – она ещё больше заплакала.

Герка понял, что она уже на пределе, и её нервы её от всего произошедшего сдали. Он не знал, что делать и как успокоить её. А «василёк» тем временем продолжал звать его наверх.

– Всё, всё, Лура! Мы скоро выйдем на поверхность, поверь мне, – Герка взял её руку и машинально поцеловал.

Лура резко напряглась, но плакать перестала.

– Извини, – Герка отпустил её руку. – Давай немного поспим, – он снял со своих рук перчатки для альпинизма с открытыми пальцами и передал Луре. – Надень.

Лура шмыгнула носом, кивнула и стала надевать перчатки так, как показал Герка.

Додди потух, и они опять уснули, прижимаясь телами друг к другу. Сколько они так проспали, Герка не мог даже предположить, так как он потерял счёт времени. Тело всё болело, болели ноги и руки, болели пальцы, но, почувствовав зов «василька», он опять устремился вверх. Герка снова вбивал в скалу крюки и тащил за собой Луру, он поднимался и поднимался. В какой-то момент он увидел узкую полоску света где-то очень высоко, и опять продолжил с остервенением подъем. По мере движения становилось светлее, а потом стало опять темно. Герка понял, что на землю опустилась ночь. Лура поскуливала где-то ниже, уже не в состоянии успокоиться, а Герка всё продолжал её тянуть наверх, практически на себе. Он даже не пытался задуматься, откуда в нём взялось столько сил.

И вот, наконец, он зацепился пальцами за край этого природного колодца и, подтянувшись на руках, вывалился на тёплую и мягкую землю. Он уже не помнил, как тянул на поверхность Луру, у которой уже даже не оставалось сил плакать. За Лурой на поверхности появились два рюкзака.

Герка лёг на землю, посмотрел на Луру, которая икала, на ходу засыпая, и счастливо улыбнулся. С улыбкой на лице он закрыл глаза и тут же отключился.

Когда Герка проснулся, вокруг ярко светило солнце, пели птицы, и влажное тепло окутывало всю округу. Герка посмотрел на Луру. «Бедная девочка, – подумал он, – совсем исхудала, ноги и руки в синяках и кровоподтёках, только её платье-кольчуга оставалась, как новая».

Посмотрев на себя, она увидел всё с точностью наоборот. Он не поранил ничего, кроме пальцев, да ещё болело тело, а вот его одежда желала много лучшего. Раньше лазание по горам было его любимым видом спорта, но если такой подъёмчик повторится однажды ещё раз, то он возненавидит это дело до конца своей жизни.

– Лура, вставай! Нам пора.

– Я есть хочу… – прошептала та, даже не повернувшись.

– Сейчас, – Герка полез в рюкзак Риты. Там он нашёл банку тушёнки и, открыв, вручил её Луре.

Девушка села и с жадностью стала есть. Герка решил, что все Гномы похожи в одном, и если они голодны, то будут ходить с испорченным настроением и портить его другим. Он сам был точно таким же.

– А ты? – спросила она с набитым ртом.

– Я не хочу, – честно признался он. Он не мог есть, зов «василька» усилился, и Герке не терпелось найти Диану. А вдруг ей нужна помощь? Он представил себя рыцарем, спасающим прекрасную принцессу.

«Что за идиотизм лезет в голову?» – мысленно он чертыхнулся.

– Откуда в тебе столько силы? – опять удивлённо спросила Лура, вглядываясь куда-то вперёд. – Странно…

– Вот и мне странно, – признался Герка.

После того, как Лура поела и перестала хныкать, они поднялись с земли, охая от каждого движения, и сначала очень медленно начали потихоньку двигаться в нужном для Герки направлении. Со временем боль проходила, и Герка начал увеличивать темп, чувствуя, что осталось уже совсем немного. Наконец, лес кончился, и перед ними в низине раскинулось прекрасное озеро, похожее на большой голубой бриллиант, а за ним виднелись развалины когда-то большого города. Но Герка смог заметить, что кое-что в городе всё-таки уцелело.

– Я туда не пойду, – упёрлась вдруг Лура.

– Идём, мне нужно именно туда. Там моя цель!

– Нет! Там демоны! Это Озеро Смерти и Город-Призрак. Они питаются нашими душами. Это Демон тебя зовёт! Ты идёшь в ловушку! Теперь я понимаю, кто тебя звал! Ты нужен демонам!

Герке надоело с ней препираться, он схватил её за руку и потащил вниз. Лура заверещала, умоляя её отпустить. Он же, не обращая внимания на её мольбы, продолжал с силой тянуть за собой. Спустившись немного, он заметил на берегу двух Эльфиек. Девушки смотрелись у озера великолепно, и они явно совершали какой-то ритуал у воды.

– Вон, смотри! Где ты видишь демонов?! Вон Эльфийки купаются! Это они что ли, демоны? Откуда в тебе столько предрассудков? Тебе нужно современнее на вещи смотреть! – Герка продолжал уговаривать Луру.

Эльфийки их заметили и, поднявшись, наблюдали за ними, сложив ладони козырьком у лба. Герка хотел только расспросить у этих Эльфиек про Диану, он чувствовал, что она находится где-то тут, совсем рядом.

В этот момент Лура плюхнулась на землю и, дёргая ногами, заголосила:

– Не пойду-у-у! Тут граница! Они придут за нами! Сожрут наши сердца! Выколют глаза!

– Тьфу, ты прямо как бабка столетняя причитаешь! – Он отпустил её руку и быстро поспешил к озеру. Девушки были уже рядом, и Герка только собрался окликнуть их, но, взглянув на их лица, онемел. Рот остался открытым, а слова так и не оторвались от его губ. Перед ним стояли самые дорогие ему, самые любимые его девушки. Но Герка ещё никогда не видел их такими прекрасными. Да какими, к черту, прекрасными! Королевами! Нимфами! Богинями! Эта одежда, волосы и украшения превратили Диану и Риту в самых красивых неземных существ. Он остановился, а потом ноги его не удержали, и он сел на землю. Он продолжал хлопать глазами, моля все силы и всех богов о том, чтобы это была правда, что Рита жива, а Диана тут рядом и в этом мире.

Герка не слышал, что сказала Диана, он не слышал смех Риты. Он смотрел на них, не в силах оторвать своего взгляда, не мог ими налюбоваться, и понимал, что он опять счастлив.

Диана подбежала к нему и села рядом на колени. Она смотрела в его глаза, а потом вдруг заплакала. И Герка вдруг очень нежно прижал её к себе.

– Василиса, где ты была все это время? – тихо спросил он. Герка чувствовал исходящий от неё запах каких-то фруктов, а волосы её были как шёлк.

– А ты где был? – сквозь слёзы спросила она его.

К ним подошла Рита.

– Я пойду приведу твою подругу, – обратилась она к Герке.

– Её зовут Лура! – крикнул он ей вдогонку.

Диана подняла голову.

– Как ты нашёл нас?

Он устало улыбнулся, любуясь её лицом и глазами.

– Вот по нему, – Герка нежно дотронулся пальцами до её щеки и носа… Его взгляд упал на острое Дианино ухо, и он резко отдёрнул руку от её лица.

– Ты, Эльф!

Диана напряглась.

– Да. Это так. Я Охотница. Видимо, всё дело в крови Дениса. Рита сказала, что он Охотник. Значит, и я тоже.

Они замолчали, смотря друг на друга, не зная, что сказать. Диана думала о чём-то своём. А Герка думал о том, что он её нашёл, но потерял навсегда. Она встретит своего Эльфа, красивого и статного, который будет любить то же самое, что и она. Они вместе будут охотиться, а вот его призвание не охота, а камни, горы и гордое одиночество…

Вернулась Рита.

– Она не хочет идти. У неё истерика.

– Спокойно! Я её приведу! – Диана поднялась, и у Герки захватило дух от грации, с которой она двигалась.

Чтобы отвлечься от созерцания Дианы и не выдать своих чувств, он взглянул на Риту.

– Ты молодец, что всё-таки не пошла на Болота Разрыва.

– А представь себе, пошла! Но Болота меня не приняли, а рядом вдруг появилась Диана, которая всё и поменяла в моей жизни. Ой! Тут такое было! Мы воевали, применяли заклинания.

Герка подумал о Денисе. Он решил не говорить Рите, что он мёртв из-за Оборотня. Пусть Рита считает, что он жив и счастлив с Катари. Зная Риту, он понимал, что она перенесёт его измену, но смерть не вынесет.

– Ой! Я совсем забыл! Там Додди! Он на рюкзаке! – вспомнил он.

Рита завизжала и бросилась обратно к опушке леса.

А Диана в это время уже вела улыбающуюся Луру. Которая была очень хорошенькой, когда улыбалась. Герка подумал, что этот Лес постоянно подталкивает ему в руки Луру. Может, он не прав, и ему стоит обратить внимание на эту славную девчушку. Он постарается быть с ней милым и добрым, он будет любить её по-своему, пусть не будет того огня и той страсти, которую он испытывает к Диане. Зато Лура – своя, родная. Она примет его любым, считая самым красивым и сильным Гномом в мире. Герка решил, что пора сделать выбор и не мечтать о том, чему не суждено случиться.

Он с трудом поднялся.

– Давайте, я отведу вас домой. Вы там покушаете, помоетесь и отдохнёте. А потом мы поговорим, – произнесла Диана, подходя к Герке.

Он недоуменно посмотрел на Диану. Почему она говорит с акцентом? Ведь до этого она говорила абсолютно нормально, и тут его осенило.

– Мы говорим на их языке? – удивлённо спросил он Диану. Кажется, теперь он понял, почему Катари кричала, что не понимает его с Денисом. Потому что в момент ссоры, они перешли на свой земной язык.

Диана улыбнулась.

– Ну да! В вас язык заложен изначально, а вот мне пришлось его учить, и я выучила довольно быстро. Какие-то задатки мне передались от Дениса. Кстати, как он там? – тихонечко спросила она.

Герка повернулся и посмотрел, далеко ли была Рита. Увидев, что она далеко и забавляется с Додди, повернулся к Диане.

– С ним всё хорошо. Он счастлив с Катари.

Лура открыла рот, чтобы что-то сказать, но Герка наступил ей на ногу, и та быстро его закрыла.

– Давайте выдвигаться, я вижу, что вы очень устали.

Диана шла впереди, ведя Луру за руку. Герка шёл за ними, с интересом рассматривая полуразрушенные дома.

Наконец они вышли к огромному зданию на площади.

– Знакомьтесь. Это Школа Архивов.

Лура смотрела раскрыв рот, а Герка тут же заметил надпись на арке.

«Пройдите через учения эти, наши величия познайте. Отряд Трёх», – прочитал он.

Надпись засияла ярче.

– Вот это да! – ахнула Диана. – Когда мы пришли, сюда, то надпись не была видна, только я её увидела глазами Охотницы, но читать я ещё не умела. Пришлось написать буквы Рите. Она прочитала, двери открылись и буквы стали видны. А теперь они не просто видны, они светятся!

– А это Охотник, Лесник и Гном? – спросил Герка, показывая на колонны-статуи.

– Да. Только не Лесник, а Эльф Леса или Лесной. Так правильнее. Ладно, пошли.

Дальше Герка помнил всё, как в тумане. Их с Лурой сытно накормили. Потом отправили по комнатам. Ему показали, как пользоваться бассейном, Луре объяснять этого не пришлось, она и так всё знала. Герка не помнил, как он помылся. Не помнил, как выполз из бассейна. Он помнил, что приложил последние силы, чтобы доковылять до кровати, а подойдя, он рухнул на неё и тут же уснул.

Глава 7

Когда Герка проснулся, то даже не мог представить, сколько он на этот раз проспал, и сколько сейчас было времени. Окон в его комнате не было, но стоило ему открыть глаза, как стены вспыхнули и засветились изнутри мягким свечением. Его заинтересовало это явление, и он, недолго думая, поднялся с кровати раздираемый любопытством. Боль во всём теле ещё присутствовала, но он выспался на мягкой и удобной кровати и был готов познавать мир Архивов. Осмотрев стены, он так и не понял, из чего они были сделаны, откуда появлялся свет, и каким образом стены знали, когда им надо включаться и отключаться. Умные стены его очень заинтересовали, и первым делом Герка решил поискать в книгах всё о строительстве этого здания.

Герка посмотрел на свою порванную одежду и понял, что её место в мусорном ведре. Она не только грязная, но и рваная. Что касается второго комплекта, который он достал из рюкзака, то и она оставалась мокрой в полиэтиленовом пакете, куда он её положил, переодеваясь в колодце.

– Уже стухла, небось, – произнёс он и направился к сундуку, про который что-то ему вчера рассказывала Диана.

В сундуке он обнаружил одежду для Гнома из металла, похожую на кольчугу. Металл был мягким, как и одежда Луры.

«Делать нечего, – решил он. – Не голым же разгуливать…»

В сундуке оказались отличные полусапоги из мягкой кожи, но отделанные металлом. А также чистое нижнее белье, наколенники и очень удобные, облегающие его шорты из ткани-металла, и что-то типа современной футболки с короткими рукавами. Лёгкие доспехи до колен состояли из двух частей – передней и задней.

– Ну, мне хана. Засмеют меня девчата, – произнёс он своему отображению в зеркале, когда полностью облачился.

Набравшись храбрости, он вышел в коридор, по которому уже разносился вкусный запах еды. Герка осторожно вошёл в столовую, где застал Луру с Дианой. Когда они увидели Герку, то обе остолбенели.

– Бесподобно! Тебе очень идёт! – с восторгом произнесла Диана.

– Я говорила тебе, что ты самый красивый Гном, которого я встречала, а как только ты снял с себя тот ужас, что раньше носил, то совсем стал неподражаем, – мягко сказала Лура.

Герка почувствовал, что краснеет. Ему очень понравились слова Луры, но он так хотел, чтобы их слышала именно Диана. Диана их и услышала. Она тут же нахмурилась и, отвернувшись к очагу, стала помешивать в маленьком котелке какое-то варево.

А Лура тут же подошла к Герке и, как хозяйка, стала его осматривать со всех сторон.

– Идеальный! Просто идеальный Гном. Садись, я тебя накормлю.

– Я вам больше не нужна? Тогда вы осваивайтесь, а мне пора учиться, – и грохнув половником об стол, Диана вышла из комнаты.

Герка окончательно запутался в сложившихся отношениях и уже ничего не понимал в сложившейся ситуации. Он не знал, что ему делать и как себя вести. От этих сложных мыслей его отвлекла Рита, которая впорхнула в столовую. Лура уже накладывала ему еду.

– Мне сказали, что тут трапезничает, самый обаятельный Гном в мире. Пришла убедиться в этом сама. Солидарная с Ритой, Лура, кивая и улыбаясь, с горой навалила Герке в тарелку рагу, от которого шёл вкуснейший аромат.

– Рит, хоть ты не издевайся! – взмолился Герка.

– Я не издеваюсь. Ты, правда, очень красивый. Ты всегда был красивый, я это знала, а сейчас, просто супер! – она подсела рядом.

Герка сразу напрягся. Так как он больше всего боялся, что Рита спросит его про Дениса. А он так и не решил, как ему правильно отвечать.

– А где Додди? – спросил он.

– Он на окне, на солнышке. Уже познакомился с Ридианом.

– А это ещё что за зверь? – удивился Герка.

– Это не зверь. Это моё деревце. Мне его подарил Лес этого мира, и я его выращиваю. А так как мы воевали против Всепоглощающих Демонов вместе с ним, то решили дать ему имя.

Лура с грохотом плюхнулась на стул.

– С кем вы воевали?!

– С Мёртвыми Летающими Всепоглощающими Демонами. Теперь их нет. Мы освободили Озеро Смерти. Теперь оно опять называется Озером Плача.

– Этого не может быть… – пролепетала Лура.

– Может-может. Мы ещё не такое можем. Правда, Герка?

– Давай, рассказывай, пока я буду есть, – попросил он.

И Рита начала рассказывать…

Когда она закончила, Герка ещё долго сидел и думал обо всём, что с ними случилось тут за прошедшее время. Он задумался о разнице во времени между мирами. О том, что Диана оказалась очень сильной и смелой. Снова Диана! Он постоянно возвращался мыслями к ней.

– А что было с тобой? – взволнованно спросила Рита.

Он понял, о чём хотела услышать она, но он решил не упоминать Дениса и сразу перейти к моменту, как он пошёл за ней на Болота Разрыва. Вчера перед сном, он смог улучить момент и предупредить Луру, чтобы она не рассказывала о Катари правду. Потому как знал, что если Рита узнает, что это Птица-Эльф Оборотень, то всю жизнь будет винить в смерти Дениса себя. Будет клясть себя за то, что бросила его, не попытавшись понять ситуацию, а сразу отступила, сдалась и сама чуть не погибла. Хотя… одурманенный Денис всё равно будет тянуться к Катари до самой своей смерти. Пусть уж лучше Рита считает, что Денис живёт с одинокой Эльфийкой, и они вдвоём счастливы.

Когда Герка закончил рассказ, Рита сидела тихая. Она открыла рот, чтобы что-то спросить, но передумала и, улыбнувшись, вышла из столовой. Он понял, о чём она собиралась спросить, но ей не хватило мужества. Но и к лучшему, что не хватило. У него всё равно не хватило бы мужества сказать правду, а врал он всегда плохо, особенно дорогим людям.

Только когда Герка наелся, Лура удовлетворённая, занялась хозяйственными делами. До этого она сидела и с нежностью смотрела, как он уплетает. Оставив Луру на кухне, Герка отправился этажом выше – в библиотеку. Войдя туда, он долго не восторгался, а тут же загрузил себя книгами, выловив со стеллажа «Учебник химии для Гномов», «Разговоры с металлом», «Кровь и руны», «Магия Гномов», а также «Строительные материалы». Все книги были написаны основателем Школы Архивов – Гномом Ятаром. А в Лаборатории он нашёл ещё книгу о взаимоотношениях Гномов, Охотников и Эльфов Леса. Он понял, что Диана и Рита её уже читали, и теперь его очередь познакомиться поближе с этой книгой. Хотя он и так знал то, что сказала ему Катари, а потом подтвердила и Лура – между кланами существует давнее сотрудничество для поддержания жизни, а что касается любви, то Гномы соединяются с Гномихами, Охотники с Охотницами, а Лесные Эльфийки – с Лесными Эльфами. Других вариантов не существует.

Герка подошёл к окну. На подоконнике сидел Додди и нежно своей лапкой трогал за веточку маленькое деревце, которое уже дало три новые почки.

– Привет. Я Герка. А ты, значит, Ридиан, – произнёс он вслух и легонько потрогал веточку. – Я смотрю, с Додди ты уже познакомился.

Тут он услышал смех на улице и, подпрыгнув, взобрался на подоконник. Внизу на площади стояла Диана и пускала стрелы из лука, а Рита от них ловко уворачивалась. Подруги входили в азарт. А потом Рита взмахнула рукой, и из ниоткуда вдруг появилось заслонившее её от всех других зелёное дерево.

Герка как-то не обратил внимания на эту магию Риты, он во все глаза с восхищением смотрел на Диану, которая что-то в нём пробуждала – новое и неизведанное. Он хотел страстей, хотел любви, хотел работы с камнями, хотел удивлять всех собой. В этой стране всё это есть, но не было главного – не было рядом той, ради которой он хотел бы свернуть горы и удивить её. Чтобы она с восхищением бросилась ему на шею, потому что такой в этом мире есть только он один.

Как же Диана искушала его! Она была совершенно не похожа на всех женщин, которых он знал на Земле. В ней было столько непосредственности и какой-то необычной колючести, а вместе с тем столько потаённой внутри доброты, смешливости и ласковости, а одновременно с этим и силы, что он был просто не в силах сравнить её с какой-нибудь другой женщиной. Хотя другие были и более элегантными, и даже утончёнными… Только ничего у него, наверное, с Дианой не получится. Ни окружающий их мир, ни он сам не могут позволить, чтобы из этого что-нибудь серьёзное получилось…

До вчерашнего момента он всегда был всем доволен. Своей внешностью, своим ростом. А теперь он ощущал себя карликом. Он был чудовищем, а она – красавицей. Ему не место рядом с ней. Диана и Рита уже сражались против тьмы, ужаса и смогли выстоять. Кто он для них? Обычный ремесленник.

Герка перевёл взгляд на Лес, на бриллиантовое Озеро, думая о себе, и даже не заметил, как девушки вернулись в Школу и поднялись в Лабораторию.

Диана подошла к нему, и он спрыгнул с подоконника.

– Ты похудел, – тихо произнесла она, стараясь не смотреть долго в его глаза.

– Да… я тут в колодец упал ненароком. Ну и пока вылезал, исхудал по дороге, – усмехнулся он.

– Вот-вот. Тебя ни на минуту нельзя одного оставить! Меня не было всего одну минуту, а что ты наворотил за эти дни!

Герка засмеялся, Диана оставалась всё той же, прежней, Дианой.

Зашла Лура.

– Я тут полотенца нашла. Они на первом этаже в шкафу лежат. Там ещё белье постельное и много другой одежды. Вам нужно?

– Я принесу, – Рита тут же развернулась и выскочила за дверь взять полотенца и простыни.

Герка же Луру совсем не услышал, он смотрел на Диану, а она, потупив взор, смотрела в пол. Потом подняв глаза, посмотрела на него. Удар взгляда был такой силы, что он показался ему мощным физическим контактом.

– Дядя Гера, прости меня, я потеряла твой кулон, – виновато произнесла она.

Как же он любил слышать от неё это «дядя Гера»!

Он расстегнул цепочку и вытащил кулон из-под футболки.

– Он всё это время был с Додди, – Герка подошёл вплотную к Диане, одел ей цепочку на шею и застегнул защёлку.

Диана затаив дыхание, стояла как столб. А потом вдруг, вздрогнув, быстро отстегнула цепочку и застегнула её на шее Герки.

– Он твой. Даже я не смогла его сохранить, – и, развернувшись, быстро вышла из Лаборатории.

Герка стоял, ощущая себя полным кретином. Он почувствовал жжение на шее. Кулон этого мира стал неимоверно горячим, он передавал теплоту серебряной цепочке, сделанной ещё в том мире, и теперь она обжигала его. Он быстро снял цепочку с кулоном. Почему кулон стал таким горячим?

– Тебе она нравится, но ты не можешь быть с ней. Она бросит тебя, сразу бросит, стоит ей только увидеть Охотника, – обиженным тоном произнесла Лура.

– Я знаю, что я кретин! И больше этого с Дианой не повторится! Но хватит мне каждую минуту напоминать, что я Гном и большое ничтожество!

Герка выскочил из Лаборатории. Войдя в свою комнату, он со всех сил швырнул кулон на пол в угол. Усевшись на кровать, он подумал, как тяжело, когда рядом только женщины. Когда он немного остыл, то вернулся в Лабораторию за книгами. Больше Герка в этот день из комнаты не выходил, даже обычного аппетита у него не было. Но книги сделали своё дело, они помогли ему расслабиться и отвлечься на время от своих непонятных чувств к Луре и Диане.

Особенно увлекла Герку книга про ковку оружия для Охотников. Он узнал из неё многое и про металлы. Например, что одежда для Эльфов делалась из крепчайшего, но очень лёгкого и воздушного тривия, а для Гномов – из авория. А наконечники для стрел делались из целисия. Целисий был уникален тем, что этот металл был умён, и его стрела всегда возвращалась в колчан к хозяину. Вот поэтому стрелы не заканчивались. А питался целисий кровью убитого. Он как бы слизывал со стрелы кровь, и новенькая стрела оказывалась опять в колчане.

Тулиний Гномы использовали, когда делали подарок невесте. Это очень теперь забытый и дорогой металл. И нет больше мастеров, умеющих делать прекрасные украшения. Тулиний использовали для любовного ритуала. Сначала он был белым, как жемчуг. И если девушка любила парня, то стоило ей взять его в руки, он из белого становился розовым. Розовый – цвет романтики и начала отношений, а потом тулиний превращался в красный – цвет брака и семьи. Если же девушка вдруг разлюбила свою вторую половинку, то тулиний разрушался, превращаясь в горстку серого пепла, но такое в истории Гномов случилось только единожды, и об этом случае в истории Гномов можно прочитать только в одном месте – в Летописной комнате Сердца Земли. Когда же умирал один из влюблённых или супругов, то и металл умирал. Именно поэтому уже никто не видел, как выглядит тулиний и какие украшения создавались из него.

Сервилиум являлся металлом Гномов. Из него создавалось оружие, а также инструменты по работе с другими металлами. Этот металл странным образом умел как уменьшаться, так и увеличиваться, но слушается сервилиум только Гномов, поэтому их оружие именно из этого металла. Увидеть во всей красе и оценить шедевр из этого металла можно только при его полном увеличении, когда Гном достаёт его при посторонних.

Зернит является местным углём, чем-то похож на каменный уголь. Во всяком случае, этот металл применяется для разведения огня. Деревья в этом мире жечь запрещено – это табу для всех жителей мира.

Герка все больше зачитывался. Он просмотрел всю карту страны, которую ему занесла в комнату Рита. Диану он не видел, а Лура всё бегала по Школе и пыталась навести везде идеальный порядок.

На второй день Лура, открыв дверь, зашла к Герке.

– Я нашла внизу инструменты Гнома. Думаю, тебе это будет интересно. Рита сказала, что ты раньше работал с металлами и драгоценными камнями.

Услышав это, Герка тут же вскочил, намереваясь посмотреть инструменты, а потом передумал и подошёл к Луре.

– Прости меня за вчерашнее. Я не должен был кричать на тебя. Я тебе никто.

– Это пока никто. Но я тебя никому не отдам, – и она нежно погладила его по щеке.

Краем глаза Герка увидел, что кто-то появился в дверном проёме, и он резко повернулся. Там стояла Диана и во все глаза таращилась на него с Лурой.

– Извините, я потом зайду, – произнесла она и развернувшись, побежала.

– О, чёрт! – Герка хотел тут же догнать её и всё объяснить; почему-то ему было очень важно сказать, что это ошибка, и она всё не так понимает, но Лура крепко схватила его за руку.

– Забудь! Она всё понимает, она хорошая! Не надо мучить себя, меня и её. У Гномов есть свои твёрдые правила… И свою любовь к Гному девушке придётся доказать. Гном никогда не возьмёт в жёны девушку только потому, что она хорошенькая. Она должна заслужить его любовь.

– Д-да? А в нашем мире всё наоборот. Мужчины должны доказывать любовь.

– Ты не в вашем мире. Ты в этом, и я в этом.

– Я прошёл, Лура, через многое по ту сторону горизонта. Для некоторых жителей я предпочитаю быть таким, как горький кофе. Но кофе – может быть не только горьким, но и сладким, для тех, кто это заслуживает, – ответил Герка.

– Я не знаю, что такое кофе. И дело не в этом непонятном кофе. Всё дело в том, что ты – Гном. А Гномы бывают подозрительны, – Лура лукаво улыбнулась.

– Лура, моя личность – это то, что я. А мои отношения зависят от того, кто ты, – продолжал объясняться Герка. Он не хотел сдаваться, не хотел подчиняться законам этого мира полностью.

– Гномы говорят, что когда над тобой светит солнце, тебя многие любят. Но кто будет заботься о тебе под землёй, во время темноты? Я пошла за тобой, я готова была умереть с тобой. А она? Что сделала она?

Герка задумался. Диана ушла с ним от своих родителей, она слушалась его и училась у него. Она первая поддержала его в походе в эти места. Она пришла и спасла город, спасла его и Луру от голода. Но она… Охотница.

Герка совсем растерялся, ему было очень тяжело и никто не мог дать ему хорошего совета. Кругом одни правила – той докажи, эту не люби. Ну почему тут всё так сложно? Почему нельзя отдаться чувствам? Сейчас ему очень не хватало Дениса, который своим аналитическим умом программиста разложил бы всё по полочкам и всё бы ему объяснил.

– Ладно, забудь, – Герка не хотел говорить Луре о жертвах, которые Диана совершила ради него. Это было что-то очень личное, принадлежащее только ему, поэтому он резко сменил тему. – Где, ты говоришь, инструменты?

Лура повела его вниз к главному залу. Как оказалось, зал внизу был огромным, в первый день своего прибытия сюда Герка ничего здесь толком и не рассмотрел.

– Я обнаружила склад, когда спустилась осмотреться, и удивилась, насколько Школа была подготовлена. Здесь всё необходимое для студентов и преподавателей, а также для проживания, – начала рассказ Лура. – На складе выдавалось постельное белье. Хотя часть студентов проживала в домиках в городе, но белье и одежду они получали со склада Школы. Также все питались в школьной столовой. Ну и материалы для работы тоже брали со складов Школы.

Герка, слушая её, уже не знал, что интереснее – рыться ли на этих складах или продолжать читать в библиотеке.

Лура провела его в небольшую потайную дверь за стойкой регистрации. Открыв её, они стали спускаться в подвал по длинной лестнице. Там, в подвале, и находился огромный склад с дверями, за которыми были просторные кладовки с необходимыми вещами для Школы – кладовка с большим количеством инструментов, кладовка с металлами, бельём, посудой, моющими средствами и средствами гигиены.

Герка довольно долго рылся, пока не взял то, что посчитал ему нужным, и вернулся с этими вещами в Лабораторию. Он направился к рабочему месту Гнома и, разложив инструменты, начал работать с кусочками металла, которые он взял на полках в кладовой. Герка моментально определил их названия. В избытке оказались тривий и целисий. Он разжёг крошечный горн в углу и принялся за дело. Понимая, что только это отвлечёт его от мыслей о любви, в которой он явно запутался.

С металлами он разобрался довольно быстро, но в его голове начали вызревать новые идеи, которых в прочитанных им учебниках не было. И тогда Герка стал экспериментировать. Он сам не понял, как ему удалось создать некий странный наконечник для стрелы, а после него новый образец цепочки.

На этом он заканчивать работу не хотел и вспомнил про кулон. Спустившись в свою комнату, он нашёл его там, куда он его и бросил – валявшимся на полу в углу. Взяв его в руки, Герка почувствовал, что кулон снова стал холодным. Вернувшись в Лабораторию, он уменьшил длину цепочки и подойдя к окну нацепил новое творение на шею Додди.

– Раз ты забрал кулон у Дианы, значит, он по праву твой, – сказал Герка хамелеону.

Додди был явно доволен, он сидел на трёх лапках и качался, как пьяненький, широко раскрыв рот, напоминая этим большую улыбку, а Ридиан покачивался в своём горшке ему в такт.

– Что это ты делаешь? – Диана вошла в лабораторию. Она только что пришла с охоты. Красивый румянец и сияющие васильковые глаза делали её восхитительной. Герка с трудом оторвал от неё взгляд.

– Да… вот… Сделал подарок Додди. Он очень доволен и горд. Смотри.

Диана подошла и встала рядом с ним. Аромат цветов и леса исходил от неё. У Герки началась кружиться голова от её близости. Ну почему он так не может реагировать на Луру?

Диана засмеялась.

– Додди, ты такой смешной. А Ридиан что – тоже хочет подарок от дяди Геры? Он тоже хочет, – Диана повернулась и посмотрела на Герку.

– Я сделаю. Обещаю. И… Я тут… – он замялся. Чёрт, никогда он не стеснялся так. Что с ним происходит? – Я и тебе тоже кое-что сделал.

– Правда? – её щеки тоже зардели.

Он отошёл к столу, за которым работал, и вернулся с цепочкой и наконечником.

Эту цепочку-амулет носи всегда. Не спрашивай зачем, просто я знаю, что она убережёт тебя от опасности, если ты её вдруг к себе допустишь. Этот наконечник я прикреплю к твоей стреле. Используй его в самую тяжёлую минуту, когда ты поймёшь, что это очень-очень важно. Этот наконечник не вернётся назад в колчан, хотя это тоже целисий… просто… я немного похимичил с металлами…

– Спасибо, дядя Гера! А что ты сказал наконечнику? Почему он другой? И из чего эта цепочка? – защебетала она.

Герка улыбнулся, перед ним стояла та любопытная Диана, которую он ещё знал и помнил, но последний раз это было в другом мире.

– И не проси. Это секрет мастера, – засмеялся он.

– Да я понимаю всё. Что этому нужно учиться, и не один год… Но как ты так создал и цепочку, и наконечник? Я не понимаю.

– Я просто интуитивно чувствую. Работаю с металлами и со своей кровью. Помнишь, как я рассказывал?

– Помню, – кивнула Диана.

– Ну, вот и отстань. Большего я не объясню.

– А я всё равно не отстану!

– Отстанешь! Я очень есть хочу!

– Вот все вы мужчины прожорливые, – продолжая ворчать, Диана вышла из Лаборатории…

С этого дня обстановка немного разрядилась. Герка решил жить сегодняшним днём и не сидеть букой, выжидая, когда появится Эльф Охотник и Диана навсегда уйдёт из его жизни.

В один из вечеров к нему пришла Рита. Герка знал, что когда-нибудь этот день настанет и ему придётся отвечать на сложные вопросы. Он мысленно собрался, он постарается не врать… просто, кое о чем умолчит.

– Можно к тебе? – спросила Рита, стоя перед открывшейся дверью.

– Садись. Я смотрю, ты одела мою кувшинку.

– Угу. На случай, если мы опять потеряемся, – Рита прошла и села на кровать.

– Не потеряемся, – Герка осторожно сел рядом.

– Гер, а почему ты ушёл от Дениса и Катари? Расскажи, как у них всё складывалось? – спросила Рита.

– Я проснулся и не нашёл тебя. Когда узнал, что Денис не остановил тебя от похода на Болота Разрыва, я психанул и со всего маха ударил его по лицу. Взял два рюкзака – твой и свой, и ушёл. Мне, правда, нечего тебе сказать.

– Почему здесь такой жестокий мир?

– Он не жестокий. Денис никогда не знал другой Эльфийки… кроме тебя. Возможно, если бы вы родились тут и встретились тут, то даже не обратили бы друг на друга внимания.

– Ты поэтому не хочешь быть с Дианой? – в лоб спросила она его.

Герка опешил, он не ожидал такого поворота, готовясь к тому, что разговор будет только о Денисе. Он замолчал на несколько секунд, собираясь с мыслями, и тут вспомнил слова Луры.

– Я всегда был недоверчив, и ты это знаешь. А здесь я узнал, что в Гномах-мужчинах заложено недоверие. Мы должны получить доказательство от женщины, что мы ими любимы. Я почитал немного историю Гномов – это суровый народ с суровой жизнью. Мужчины надолго уходили в горы. Невеста, жена или любимая должна ждать его. Не за драгоценности и сокровища, а ждать возвращения любимого. И только обоюдная любовь может спасти Гнома от опасности глубоко под землёй. Теперь ты понимаешь? Диана хоть видела одного Эльфа-Охотника?

Рита отрицательно помотала головой.

– Вот то-то. Зачем же тогда верить пустым надеждам? Я знаю ведь, что всё равно буду брошен.

– И ты выбрал Луру, потому что она под боком?

– Я её не выбирал. Она выбрала меня. Понимаешь… Она… она меня боготворит, заботится. У меня никогда никого не было… кто бы так заботился обо мне. Знаешь, это напоминает любовь родителей. Родители любят своих детей, дети вырастают, влюбляются, родители не ревнуют их к возлюбленным и продолжают заботиться. Вот Лура мой родитель, она обижается, но не ревнует к Диане. Она пытается оберегать меня от неправильного шага и выбора. Я благодарен ей. У меня никогда не было родителей.

– И она прекрасно готовит, – зачем-то добавила Рита.

– Да! – Герка обрадовался, что тема принимает правильное русло. – Она прекрасный кулинар. Вот сегодня – омлет был воздушным, мясо с хрустящей корочкой, как я люблю. Варенье вкусное из необычных ягод. В Луре что-то уютное, домашнее, что-то, от чего чувствуешь себя расслабленным.

– А Диана?

– А Денис? – вопросом на вопрос ответил Герка.

– Я скучаю по нему.

– Я знаю. И я знаю, что он любил тебя всегда. Поверь мне.

– Нет, Гер, не поверю. Когда кто-то заставляет тебя слишком долго ждать – это того стоит? Я поняла за все эти годы, что нет.

Герка попытался запротестовать, но Рита грациозно подняла руку останавливая его.

– Он не любил меня. И теперь ты меня в этом не убедишь. Доверие – очень хрупкая штука. Легко нарушить, легко потерять, очень трудно её восстановить. У меня после всех жизненных историй с ним это не восстанавливается.

– Я с самого детства был одинок. Уходил в себя, так как знал, что любовь всегда ранит. Я не могу убрать этот барьер между мной и Дианой, потому что, если что-то произойдёт между нами, а потом всё это рухнет, то я уже никогда не выкарабкаюсь. Понимаешь?

Рита кивнула.

– Совершенно верно. Если бы Денис вернулся, я его не простила бы. Я устала доверять ему и надеяться, – произнесла она.

Герка промолчал, зная, что Денис уже никогда не вернётся ни к Рите, ни к Диане, ни к нему.

– Потому, – продолжила Рита, – что как бы меня не тянуло к нему, он всегда делал меня несчастной. Когда я была маленькой, я страдала… потом он пропал… теперь предал, полюбив Катари. Охотник никогда не сделает счастливой Эльфийку Леса и никогда не полюбит по-настоящему.

Герка взял её за руку.

– Диана тоже не сделает меня счастливым, да и я её.

– Знаешь, я никогда не любила парики и маски. Единственная маска в моей жизни заключается в том, чтобы скрывать свою боль за улыбкой, – призналась Рита.

Какое-то время, они сидели в тишине.

– Но мы с тобой всегда будем вместе, – произнесла Рита, и ей явно стало легче на душе. – Спокойной ночи, Гер, – она поцеловала его в щеку и выпорхнула из комнаты.

Герка лёг на кровать. Ему не спалось, и он думал о Рите. Рита страдала от любви и страсти. Герка хотел пережить хоть раз, что такое обоюдная любовь со страстью. Была, только одна такая девушка, которая разожгла огонь гномьего сердца, и имя ей – Диана. Но и быть брошенным и униженным, как Рита, он не желал. И поэтому, решил Герка, Диану ему нужно забыть…

Глава 8

…Денис проснулся рано утром от громкого щебетания птиц, потянулся и резко почувствовал боль в скуле. Вчера Герка его ударил. Но за что? Что он такого сделал? Какое-то время Денис пытался найти на это ответ. Что-то постепенно стало всплывать в его памяти. Кажется… Наверное, они с Геркой девушку не поделили? Неужели Герке тоже понравилась Катари? Но Катари выбрала его! Скорее всего, так и было.

«Козёл этот Герка», – решил Денис, трогая больное место. Опухоли не было, ведь Катари вечером приложила к его щеке какую-то травку, и опухоль моментально сошла, но вот ссадина и внутренняя боль присутствовали.

«Катари… – подумал он о ней. – Она самая добрая и самая красивая девушка. Как же ему повезло с ней, и он гордился, что она выбрала именно его. – Денис улыбнулся и снова почувствовал боль в скуле, и тут вдруг появилась другая боль, где-то глубоко в сердце. – Это из-за Герки, который бросил его, – решил Денис. – Его предал друг! Да что он такое ему сделал? Катари полюбила Дениса, и он её. Они не виноваты, а вот Герка… Герка от зависти и обиды его ударил. Да пусть проваливает ко всем чертям!..»

Денис поднялся с пола. Именно на полу Катари постелила ему постель. Вот кокетка! Денис ухмыльнулся. Она с ним заигрывала, но к себе не подпускала. Может, так и надо? Денис не знал местных обычаев, поэтому не торопил события.

– Будешь завтракать? – вот и сейчас, увидев, что он проснулся, Катари кокетливо наклонив голову, задала вопрос.

– Буду, – Денис посмотрел на неё и опять пришёл в неописуемый восторг от её фигуры и лица. Мысль о поцелуе с ней удушающей волной накатила на него.

Пока Катари накрывала на стол, он вышел на улицу, чтобы умыться. Раздевшись до пояса, он окатил себя прохладной водой. Вода его отрезвила, и он снова стал вспоминать ссору с Геркой.

Денису казалось, что сердце работает в одном направлении, но вот голова всё время поворачивалась в другое. Сначала он попытался чувствами понять, что же он такого натворил. Вроде… дело в девушке, но… кажется, это была не Катари. Ладно, наплевать на девушку, которую он даже не помнит, решил Денис. Да ему вообще плевать на всех бывших своих подружек, только Катари жила в его сердце.

Он ополоснул лицо вторично, и холодная вода снова заставила работать его мозг. Чувствами он был с Катари, а вот головой пытался понять, почему он никого теперь не помнит и нужно ли вспоминать их или оставить всё, как есть. Денис был программистом и всегда пытался понять, где ошибка, почему программа даёт сбой. Вот и сейчас его голова работала, как вычислительная машина, тогда он включил только трезвое и холодное мышление, без капли чувств, отбросив их пока в сторону.

Денис стал осознавать, что по какой-то неясной причине он испытывает стыд. Неужели его совесть не чиста, и всё из-за ссоры с Геркой? Денис опять шаг за шагом заставил себя вспомнить причину конфликта с Геркой и почему тот его ударил. И тут он с ужасом припомнил, что у него был неприятный разговор с одной хорошей и доброй девушкой, и та пошла искать смерть на каких-то болотах. Вот из-за этого и получил он удар от Герки. Хотя он не хамил этой девушке и честно ей признался, что любит Катари. Но Герка ударил его именно за равнодушие, обвинив в том, что Денису наплевать, что девушка умрёт. Но это же было решение само девушки идти на эти болта, он совсем не виноват. Денис попробовал вспомнить её имя.

«Я не могу вспомнить, как её звали… Сара? Сюзи? Рима?» – начал перебирать он имена.

Он попытался вспоминать её облик, но он почему-то стёрся из его памяти. Он снова напряг память, но ничего не получилось. Он не мог вспомнить, ни как выглядела та девушка, ни моменты его знакомства с ней, ни откуда она взялась рядом с ним. Помнил Герку, помнил Диану, а эту девушку не помнил. Но мозг отчётливо говорил, что она была в его жизни. Была, как воздух вокруг него, но и воздуха тоже не видно, хотя он вокруг есть, Денис им дышит, но не видит.

Он стал стряхивать капли со своего тела и тут вдруг увидел татуировку на руке. Рисунок имел форму браслета из губ, где в каждой губе находилось по букве.

– М-а-р-г-а-р-и-т-а, – прочитал он по буквам имя.

И в голове у него резко вспыхнуло, всплыло воспоминание: он сидит за столом, а рядом – Маргарита… «Это же Рита!» – чуть не вскрикнул он. Он рисует её губы. Рита произносит букву, и губы замирают, а Денис целует её в эти сладкие губы, вместо того, чтобы нарисовать. Она смеётся, отталкивает его и опять возвращает губы в исходное положение. Денис опять наклоняется и целует Риту в губы.

– Ну, Денис, когда ты начнёшь рисовать? Мы никогда не закончим! – хохочет она.

– И не надо заканчивать! Пусть это будет вечно!

А рядом любопытный Барон, его любимый пёс, который волчком бегает вокруг стола, иногда подпрыгивая, чтобы взглянуть, что же они там рисуют.

Денис вдруг почувствовал, что голова его сейчас взорвётся, грудь сдавило от боли и чего-то ещё. Чего-то… Потери? Он вчера бездумно разрушил их отношения и только сейчас понял, что именно он потерял. А причина всего произошедшего – в нём самом. Его разум продолжал искать её – Риту. Схватившись за голову, он сел на землю и застонал.

Из домика выскочила Катари и подбежала к нему.

– Тебе плохо? – участливо спросила она.

– Это просто вирус какой-то. Я нашёл вирус у себя в голове и в груди. Я болен. Господи, что я ей наговорил! – Денису стало ещё хуже, голова раскалывалась, его подташнивало. Если бы он когда-нибудь испытывал похмелье после бурной ночи, то он смог бы сравнить эту боль в своей голове именно с этим состоянием. Но тут прорвалось в его голову другое воспоминание – теперь он ясно видел лицо Риты, вспомнил её в тот день…

Они стояли тут на поляне, и он говорил ей, что не любит её. Он видел её глаза, полные боли, разочарования и слёз. Но Рита держалась, не пролив не слезинки. И пожелав ему всего самого светлого в жизни, развернулась и ушла.

– Денис, посмотри на меня, пожалуйста, – попросила Катари.

Денис поднял голову – перед ним сиял красивый лик Катари, она нежно улыбалась, опять склонив голову на бок. Как же Катари была прекрасна! Она наклонилась, приблизила своё лицо, и первый раз поцеловала его в губы. Он ответил на её поцелуй, обхватив ладонью её голову, но ничего не почувствовал.

В памяти всплыл другой момент, когда Денис в Лондоне в первый раз поцеловал Риту. Её губы были самыми сладкими, самыми желанными, самыми нежными и вкусными. Тот поцелуй имел название обоюдной любви, только их любви.

Машинально Денис стал накручивать волосы Катари на свой палец, но они казались странными и жёсткими. А волосы у Риты, как шёлковые, он любил трогать и завивать один из локонов себе палец.

Он вспомнил, как они целовались, и в этот момент зазвонил телефон. Рита оторвалась от его губ, норовясь подойти к телефону, но Денис держал её с намотанным локоном на пальце.

– Ты никуда не уйдёшь. Я хочу твои губы, твои поцелуи, – ласково произнёс он и опять притянул Риту к себе.

Денис резко оторвался от Катари. Голова загудела ещё больше. Он попробовал встать, но его затошнило, он нагнулся и его вырвало. Боль моментально прошла, и голова просветлела. Вот теперь он вспомнил всё. Денис, вытирая губы ладонью, поднял глаза и взглянул на Катари. Теперь он смотрел на неё совсем другими глазами. Девушка была хорошенькой, миловидной, но это была не Рита. Рита была самой желанной и самой любимой. Самой единственной, которую он любил с детства и о которой мечтал.

– Я люблю Риту, – холодно произнёс Денис, после того, как опять окатил себя водой.

Он заметил удивление в глазах Эльфийки. Она явно не была готова к такому повороту событий.

– Денис, она умерла на Болотах Разрыва. И ты никогда не будешь с ней. Никогда. Охотники не могут быть с жительницами Леса.

Только сейчас Денис понял, что сказала ему Катари.

– Плевать! Я не рос в этом мире и привык жить совсем по другим законам. Я тоже уйду на Болота. И если она умерла, значит, моё место рядом с ней. Раз мы не можем быть с ней вместе в этой жизни, то мы будем в другой.

Он вбежал в дом, разыскивая свой рюкзак. Даже, уходя умирать, он не хотел ничего оставлять Катари на память.

– Катари, ты тоже извини меня. Это было наваждением. Это не любовь, – он выскочил из домика.

– Денис, подожди, я должна тебе кое-что отдать! – крикнула она ему вдогонку.

– Спасибо за ночлег! Ты ничего мне не должна!

– Должна! И ты ещё обязательно вернёшься! Я буду тебя ждать!

Это последние слова Катари, которые он услышал, но не ответил, а только подумал о том, что никогда уже не вернётся в это злополучное место.

Денис шёл долго, вспоминая, как Катари объясняла Герке путь к Болотам. Солнце было уже в зените, и Денис шёл именно так, чтобы оно светило все время слева, но ближе к вечеру, он понял, что всё равно заблудился. Если бы он подходил к Болотам, то увеличилась бы влажность, а этот лес был тихим и сухим. Пропали черепки, деревья стали нормальными и прекратилось постоянное верещание птиц, которое действовало на нервы. Странным было то, что, разговаривая с Катари, он всё время слышал над собой неугомонный щебет, а сейчас все звуки куда-то вдруг пропали, кроме голоса Катари. Но вдаваться в причину этого он не хотел, так как он хотел вычеркнуть Катари вместе с её голосом из своей памяти, как и тот дурацкий и шумный лес…

Денис решил попытаться залезть на дерево и осмотреться. Может, тогда сверху он увидит, куда ему надо направляться.

Он легко поднялся по толстым веткам наверх и посмотрел вдаль с высоты. Перед ним простирался зелёный ковёр леса. На западе он заметил сильную непогоду. Площадь, на которой лил дождь, казалась небольшой, и Денис предположив, что именно там находятся Болота разрыва. Определив точное направление, он решил направиться именно туда, но когда слез с дерева, вдруг почувствовал чужое присутствие, хотя никого рядом не заметил. Денис спокойно взял рюкзак и беззаботно пошёл вперёд, а затем резко обернулся. Опять время замедлилось для него, и он увидел, как двое Эльфов спрятались за деревьями.

– Выходите, я видел вас, – холодно произнёс Денис. Он не знал, кто перед ним, а встреча с Катари сделала его подозрительным.

Вышли двое Эльфов – девушка и парень, Денис сразу определил, что они Лесные, так как в них было что-то от Риты. И дело даже не во внешности, как понял Денис, они двигались по Лесу, как Рита. Казалось, что во время движения они общаются с деревьями. Девушка с необыкновенной грациозностью подошла к Денису и с любопытством посмотрела ему в глаза.

– Ты Охотник, но ты другой. Ты одет в странную одежду, я таких Охотников никогда не видела, – с детской наивностью произнесла Лесная.

Её напарник был более осторожен, но Денис не ощущал от него враждебности, поэтому постарался расслабиться, чтобы наладить контакт. Он не знал, как себя точно нужно вести, так как, кроме Катари, пока ещё никого не встречал в этом мире, но решил, что лучше всего, быть самим собой.

– Я пришёл из другого мира. Меня зовут Денис, и я Охотник. А вы кто?

– Я Кватти, а это мой друг Ангар. Мы Эльфы Леса.

– Я это понял, – улыбнулся Денис. – Вы не подскажите, как пройти к Болотам Разрыва?

Глаза Кватти расширились, и она прикрыла рот ладошкой. Ангар же подошёл и встав перед Денисом с любопытством его рассматривая.

– Зачем тебе на Болота Разрыва? Ты очень молод и полон сил, зачем тебе уходить от жизни? Оттуда не возвращаются.

– Я это знаю. Но туда ушла моя девушка, и если она умерла, то я тоже хочу разделить с ней смерть, – честно признался Денис.

– Ты не просто Охотник, ты другой. Я знаю многих наших Охотников. Пойдём к нашему старейшине, он старый и мудрый. Наш лагерь расположен недалеко, – предложил Ангар Денису.

– Я думаю, это хорошая идея, – Кватти продолжала с детской непосредственностью смотреть на Дениса и улыбаться ему.

Денис не знал, как ему поступить, но, немного подумав, решил познакомиться со старейшиной и спросить дорогу на Болота. Его поразило, что пока он думал и решал, его никто не перебивал и Кватти с Ангаром терпеливо ждали его решения. Кивнув, он пошёл за Лесными, отдаляясь от того места, где всё ещё шёл проливной дождь.

Они шли совсем недолго и вскоре очутились на полянке, где расположился лагерь Лесных Эльфов. Почему-то Денис представлял себе домики на Деревьях или обычные построенные дома, как у Катари, но каково же было его удивление, когда сами Деревья в лагере и были их домиками! Обращение с ветками и стволами был знаком Денису ещё по Англии, когда Рита однажды укрыла его под деревом, спасала при бегстве из Центра Томаса Войта. И Денис вдруг понял, что когда Лесные Эльфы покинут это место, тут и в помине не останется следов их лагеря. И это не было маскировкой, а обычное уважение к Лесу и к этому миру. Ничего здесь не уничтожалось и всё возвращалось к девственной чистоте. Деревья снова выпрямятся, а ветки обретут правильную форму. А сейчас тут и там стояли шалаши из густых, наклонённых с деревьев, веток.

Встречать их вышел молодой Эльф, но стоило Денису посмотреть в его глаза, как он понял, что тот очень стар. Для Дениса это казалось удивительным – видеть старого в молодом теле. Теперь он понял, что значит вечная жизнь. Видимо, и от жизни можно уставать, когда живёшь вечно.

– Здравствуйте, я Денис, – представился он. – Я шёл на Болота Разрыва, но, кажется, сбился с пути.

– Здравствуй, Охотник-Денис. Я – Старейшина Умил, а это наш маленький клан Лесных. Нас здесь проживает только семеро. Проходи и будь гостем.

Денис постарался улыбнуться как можно приветливее, и раздвинув ветки дерева, вошёл во внутрь шалаша. Он даже не представлял, что внутри будет так уютно. Обстановка напоминала восточный вариант дома. На матрасах и подушках, которые лежали на земле, сидело четверо Лесных – две молодые Эльфийки, Эльф возраста Ангара и ещё мальчик-подросток. Мальчик заинтересовал Дениса больше всего. Он никогда не думал об эльфийских детях. Ему всегда представлялось из книг, которые он читал, и из фильмов, которые смотрел, что Эльфы всегда взрослые.

– Это Амария, Тутенжи, Алам и Рил, – представил Умил присутствующих четверых.

– Меня зовут Денис и извините меня, если что не так. Я совсем не знаю ваших традиций, но я очень тороплюсь. Мне нужно спасти девушку, которая ушла на Болота Разрыва. Ну, а если я опоздал, то хочу разделить с ней смерть, – сказал он. – Вы не подскажите, как туда пройти?

– А когда ушла твоя девушка? – спросил Умил вопросом на вопрос.

– Вчера днём.

– Там, – Умил показал рукой на запад, – в Лесу, начался необычный дождь. Этот дождь бывает всегда только в одном месте, когда кто-то потревожит Болота Разрыва. Если это была она, то её не спасти, Болота забрали её, разделив её душу и тело. Мне очень жаль, но ты опоздал. Сейчас тебе нельзя идти туда, там сильнейший дождь, и одному тебе там находиться тоже нельзя. Мы поддержим тебя в твоём большом горе. Охотник всегда будет желанным гостем у Лесных Эльфов. Ты сможешь уйти на Болота Разрыва, когда захочешь, а пока ты находишься у нас, мы расскажем тебе о нас самих и готовы выслушать тебя о твоей жизни. Твоя одежда говорит о том, что ты другой, и я бы хотел задать тебе несколько вопросов. А рассказав о нас, я немного отвлеку тебя от твоей утраты.

У Дениса защипало в глазах. Он не помнил, когда плакал в последний раз, кажется… это был тот год, когда он ждал Риту на каникулы, а она не приехала к ним. Как же давно это было! И вот только вчера они расстались, а ему уже казалось, что прошла целая вечность, и вина в их разлуке лежит только на нём одном. Как же он виноват перед ней! Он не только потерял Риту, но и лишил её жизни ради его минутного наваждения.

Рита была его жизнью. Из года в год он ждал её приезда, он мечтал только о ней, и вот… он потерял её навсегда. Крупная слеза потекла по разбитой скуле, он заплакал, не думая о том, что на него смотрят Лесные.

– Ты плачешь, а это хороший знак, – спокойно произнёс Умил. – Охотники уже давно разучились плакать. Но я хотел бы знать ответ на один вопрос, который меня мучает. Понимаешь, Денис, когда уходит на Болота Разрыва Охотник, то дождь проливает свои слёзы в противоположной стороне, на востоке. Девушка, о которой ты сейчас плачешь, является Эльфийкой Леса, потому как дождь по ней плачет с западной стороны, – Умил опять махнул рукой в том направлении, где Денис видел непогоду над лесом. – Ты Охотник, а плачешь по Лесной, и хочешь умереть из-за неё. Ты знаешь, что такого не случалось уже тысячи лет?

– Чего не случалось? – Денис резко поднял голову.

– Вот и отлично, что я тебя заинтересовал, – Умил смотрел на Дениса нежным и добрым взором. – Ты сейчас разделишь с нами стол в память о Лесной Эльфийке, а потом я отвечу на твои вопросы. Я вижу, что ты не просто Охотник, ты некто больший, и тебе обязательно нужно узнать о себе многое. Ты ведь за этим пришёл? Чтобы узнать о себе? И я расскажу тебе всё, что знаю. Потом ты сможешь уйти на Болота Разрыва. Её душа будет там, и ты её обязательно найдёшь, и вы снова будете вместе.

Денис согласился, понимая, что у него не было других вариантов. Он знал, что посидит немного в этом лагере ради приличия, а потом прямиком отправится умирать. Он бы и сейчас отправился, но всё же хотел бы сначала немного узнать об этом мире, в котором он родился, но не рос.

Девушки стали прямо на полу расставлять местную еду. Тут были листья каких-то овощей, орехи, ягоды, овощное рагу и напоследок, поставили перед Денисом небольшую жареную птицу, чуть меньше курицы.

Денис есть не хотел, но вкусный запах и, главное, овощи, которые он любил, пробудили в нём аппетит. Он понял, что этот стол – поминальный по Рите. Денис попробовал всё, кроме жареной курицы, но особенно ему понравились листья и рагу. Он даже стал рагу заворачивать в листья и только тут заметил, что все присутствующие с недоумением на него смотрят.

– Ты не будешь мясо? – спросил его маленький Рил.

– Нет, спасибо. Я не люблю мясо. То есть я могу его съесть, если ничего нет, но больше люблю овощи.

Умил, склонив голову и сложа руки, молча за ним наблюдал.

– Что-то не так?

– Охотники едят, в основном, мясо, – повернулся Рил к Умилу. – Почему же он его не ест? Он не Охотник?

– Почему же, Рил, он как раз самый настоящий Охотник. Он тот, кто существовал ещё во времена Ванатора. Вот поэтому он любит Эльфийку Леса. Он – Древний.

Денис прекратил есть и уставился на Умила, а потом попеременно посмотрел на остальных, ему показалось, что они увидели в нём привидение.

– Как это романтично! Он любит Эльфийку Леса! – ахнула Кватти. – Вот поэтому я не ощущаю барьера рядом с ним, как от других Охотников.

Другие в знак согласия стали кивать головами.

– Может, расскажете мне об этих Древних? – попросил Денис.

– А ты расскажешь нам о своей девушке, пожалуйста, – попросила улыбчивая Тутенжи.

Денис кивнул. Он сам хотел кому-нибудь рассказать о наболевшем. Чтобы эти Лесные Эльфы поняли, что он любил и любит одну только Риту. Пусть хоть эта история останется у них в памяти после того, как он уйдёт на Болота Разрыва.

– Я начну первым, – произнёс Умил, и начал свой рассказ. – Древними в нашем мире называли первых жителей этих земель. Ими являлись Эльфы и Гномы, которые жили бок о бок. Среди Древних были как Охотники, так и Лесные. Они жили все вместе, дружили, любили друг друга и рожали общих детей.

– А зачем нужно вообще делить на Охотников и Лесных? И если у них появлялись общие дети, то кем становились они?

– Дети сначала были просто детьми, а потом у них появлялись способности, которые и решали за детей, кем они станут. Каждый ребёнок мог унаследовать только один талант – или отца, или матери. А деление на кланы нужно было Лесу. Он самый главный, и Лес – это всё в нашем мире. – Умил медленно обвёл руками, как бы показывая Лес вокруг себя. – Лесные нужны для поддержания стабильности Леса и получения его даров. Охотники – для того, чтобы жить, кормить остальных и защищать Лес. Гномы – для того, чтобы обеспечивать всем необходимым. Эльфы оружие не умеют создавать, они только используют свои магические способности, получаемые от Леса. А оружие им приносили Гномы. Гномы в те времена имели уникальную кровь, благодаря которой могли создавать магические руны.

– Но Гномы разве не смертны? – спросил Денис, вспомнив о Герке.

– Да. Они смертны. Но живут очень долго.

– А вы разве не из Древних? Чем вы отличаетесь от них? Только тем, что не можете полюбить Эльфа из другого клана?

– Верховный Лес дарил Древним уникальные способности, а избранные получали Печать Поцелуя. Каким образом Лес отбирал жителей для Печати, всегда оставалось тайной, но таких Древних было очень и очень мало. А Древние, которые не получали Печать Поцелуя, тоже умели то, чего мы теперь не умеем.

– А что за способности имели Древние? – Денис даже не думал, что его так увлечёт рассказ, и ему становилось всё чем дальше, тем всё интереснее и интереснее.

– Древние Гномы создавали предметы неописуемой красоты из живого камня, они контактировали и работали с любыми металлами нашего мира. В наше время осталось всего несколько металлов, которые теперь подчиняются Гномам. Ну, а мы – Эльфы, существуем только благодаря изделиям Гномов, без них нам не выжить. Между нами остался древний договор, в котором мы все обязуемся поддерживать друг друга, а значит – и жизнь в этом мире в дружбе. Гномы создают нам одежду, добывают камень, который даёт нам огонь, ремонтируют Охотникам оружие.

– Неужели вам так тяжело в этом мире, что без Гномов вы не выживете? – изумился Денис.

– Всё в жизни и в мире не так просто. Нельзя ответить на этот вопрос однозначным «да» или «нет». В наше время потеряны древнейшие знания оружия для Охотников. Гномы перестали слышать камни. А Охотники, которые всегда стреляли без промаха, слышали Лес, говорили с ним, и они точно знали, когда и кого можно убить. Теперь этого нет и в помине. Лес молчит, а может и не молчит, но его Эльфы не слышат. Охотники боятся лишний раз убить, а это недоедание. Лес отвернулся от нас много веков назад. Лесных и Охотников становиться всё меньше, мы растягиваем свою жизнь, мы не уходим теперь умирать на Болота Разрыва, но при этом становимся сами всё слабее, у нас рождаются слабые дети, – Умил взмахом руки остановил Дениса, который решил возразить, – нет, Денис, не телом, а способностями. Некоторые дети уже не могут даже то, что можем ещё мы. Дети стали медленнее расти и способности у них проявляются намного позже, чем проявились у нас. То же самое касается и Гномов, их тоже становится всё меньше.

– А что же умели Древние? Что это за способности?

– Например, Древние Лесные умели исчезать, а мы никогда такого не могли и даже не видели, не застали такое чудо. Иногда нам кажется, что это только миф, который гласил, что Лесные умели исчезать, если им грозила опасность.

– Вы хотите сказать, что не можете исчезнуть, стоя рядом с деревом? – воскликнул поражённый Денис.

– Да, Денис, мы этого не можем. А Древние это умели. Мы можем только попросить дать нам кров, и Деревья создают для нас крышу над головой. Деревья слышат нас, а мы их – нет.

У Дениса заныло все внутри. Он мог бы любить Риту, а она его. Они не разные, они Древние. То, что умела вытворять Рита, эти Эльфы уже не в состоянии совершить.

– Но почему вы всего этого лишились?

– Считается, что наши беды начались с одного Эльфа. Его звали Ацир. Доказательств его существования у нас нет, записей тоже никаких нет. Но наши истории передаются из поколения в поколение. Возможно, где-то в Хранилищах и Архивах об этом написано, но для нас эти места давно потеряны, мы никогда туда не попадали и никогда ничего не читали. Но я тебе расскажу, что слышал сам. Считается, что когда-то было одно пророчество, и в нём говорится об Эльфе Охотнике, который с рождения будет иметь дар убеждения. Прошло много времени с того пророчества, и родился Эльф по имени Ацир, который имел этот удивительный дар. И понял он, что его дар убеждения – это самое сильное оружие в этом мире. Ацир отделился от остальных Эльфов и Деревьев Леса для того чтобы стать повелителем этого мира. Но сначала ему было необходимо уничтожить Деревья, то есть сам Лес. Моя мать рассказывала, что Ацир уничтожил что-то самое дорогое, что было у Верховных Деревьев. С той минуты Лес отвернулся от жителей мира, оставив их на произвол судьбы. Сначала начались болезни, Эльфы и Гномы потеряли рассудок. Эльфы толпами шли к Болотам Разрыва, чтобы умереть. А Гномы, потеряв силу своей крови и обезумевшие от того, что металлы не отвечают на их зов, уходили в самое чрево горы, где отдавали свою жизнь, предпочитая смерть.

– Но всё же не все жители сошли с ума, и доказательство этому – вы, стоящие передо мной, – возразил Денис.

– Ты прав, не всех Эльфов постигла эта злая участь. Те, кто находились в далёких Лесах, смогли уберечь себя. Говорят, что хоть Эльфы и перестали слышать Деревья, а Верховный Лес окончательно закрылся от жителей, но всё же они пытались как-то предотвратить полную катастрофу этого мира. Болезни и сумасшествие не смогли пробиться через глухие Леса, в которые убежали последние Эльфы. А Гномы ушли и заперлись в Горах, отказавшись выходить на поверхность. Эльфы, запертые в Лесу и брошенные Гномами, стали слабеть, начало накапливаться раздражение, и в один из дней между ними вспыхнул конфликт. Эльфы посчитали, что смешение кровей довело их до потери рассудка и войны, и по этой же причине Лес отвернулся от них. Последняя война на уничтожение друг друга в Лесах была остановлена случайно. В Лес пришёл Тенон-Пророк, который смог выйти из Лабиринта, а может, и сам Лабиринт по непонятной причине выпустил этого старого Эльфа. Он-то и сообщил о предательстве некоего Охотника Ацира. На тот момент Эльфов осталось уже совсем мало. Были выпущены стрелы мира всем горсткам Эльфов – тем, кто смог уцелеть. И вот тогда-то и был заключён хрупкий мир между Охотниками и Лесными. Потеряв свои силы и способности, Эльфы разошлись по разные стороны мира Леса, города были брошены и уничтожены. Каждый клан ещё долго считал, что вина не на них, а на другом клане. Прошло много веков, вражда стёрлась, но кланы остались разделёнными. Теперь мы – Дозоры, мы живём только для того, чтобы жил Лес. Это наказание нам всем за убийство друг друга, за непонимание и отторжение кланов. Но мы знаем из древних рассказов, что Лес всегда ждал кого-то. С очень давнего времени он ждёт до сих пор… Об этом Эльфам рассказал Пророк Тенон, он заставил запомнить эти слова Охотников и Лесных, чтобы потом Эльфы передавали об этом из поколения в поколение.

– Ты знаешь эти слова? – перебил его Денис, сердце его бешено колотилось.

– Конечно, знаю. Мы учим их наизусть. Их выбрало Верховное Древо ещё до их рождения для спасения нашего мира. И было их шестеро, но выжило только трое. Древние вернутся, пройдя через Поцелуй Мира. – Умил сделал паузу, в шалаше стояла тишина, что казалось, звенит сам воздух, а потом продолжил. – Мы не знаем, кто эти трое, и правильно ли то пророчество, рождённое в те смутные времена. Когда-то очень давно существовало только трое великих – Бас, Ванатор и Ятар. Может, это какое-то старое пророчество? Мы точно не знаем, но Лес всегда ожидает возвращения этих троих Древних, – Умил снова сделал паузу, а потом продолжил. – С момента, как Эльфы разделились, Болота Разрыва продолжают принимают всех Эльфов. Болота – это наша земля для упокоения, но Стена Дождя тоже разделилась. Когда Охотник тревожит Болота Разрыва, Дождь плачет на западе. Если Лесной Эльф уходит умирать, то на восток. Теперь Дождь Плача имеет другое название – Западный Дождь и Восточный Дождь. А когда-то дождь был один и шёл он ровно по середине между западом и востоком.

– А что стало потом с Ациром? – поинтересовался Денис.

– Ацира больше никто не видел, он не пошёл на Болота Разрыва, он ушёл на Тёмную сторону Окраины Земель. А что с ним там стало, не знает никто.

Когда Умил закончил, все сидели какое-то время очень тихо, потом девушки вежливо, немного стесняясь, попросили Дениса рассказать о Рите. И Денис начал рассказ с момента, как они оказались в Верховном Лесу Поцелуя. Когда Денис закончил свою историю, все сидели с вытянутыми лицами. Вдруг маленький Рил поднялся, подошёл к Денису и взял его за руку.

– Ты отмечен Поцелуем. Ты и правда – Древний. Никто не может зайти в Верховный Лес Поцелуя. Уже давно он никого не впускает в себя. И я с детства знаю страшную историю про Катари. Ты ушёл от неё. Этого никто не смог бы сделать, и ты не смог бы, если только ты – не Древний, – восхищённо затараторил мальчик.

Денис пока ещё ничего не понимал.

– Эльф может уйти от Катари только в том случае, если в его сердце живёт настоящая любовь, – закончила Кватти за Рила и вздохнула. – Как же это прекрасно…

– Кватти, ничего тут нет прекрасного! Шёл Восточный дождь, Рита дошла до Болот Разрыва и потревожила их, – рассердился Ангар.

Кватти вдруг опустила голову и заплакала.

– Я не хотела. Простите. Я так хотела увидеть Охотника и Лесную вместе. Это мечта для всех наших жителей. Каждая девушка мечтает и верит, что когда-нибудь этот день настанет, – она всхлипнула.

– Скажи, Рил, а откуда ты знаешь Катари, – спросил Денис мальчика, даже не пытаясь успокоить Кватти, ему самому было нужно успокоение.

– Я на правах старшего сам расскажу тебе про Катари, а остальные послушают эту историю ещё раз, – произнёс Умил и все, устроившись поудобнее, принялись слушать.

– Жила когда-то Древняя Эльфийка по имени Катари. Уже никто не помнит, кем она была. Может Охотницей, а может Лесной. Этой очень красивой девушке была чужда любовь. Возможно, не родился ещё тот Эльф, которого она могла бы полюбить. Так как мы бессмертны, для нас не имеет значение возраст, вторая половинка могла родиться через много веков, и так у нас было всегда. Много Эльфов-мужчин засматривались на Катари, но она никого не любила, а любила в основном высоту. Часто, лазая по Деревьям, она смотрела на бескрайний зелёный океан и ей очень хотелось летать и охватывать Лес взглядом с высоты. И вот в один из дней пошла она в Верховный Лес Поцелуя.

– Я прошу тебя об одном, – обратилась она к Лесу. – Я очень хочу летать. Но я хочу оставаться Эльфийкой.

– А как же твоя жизнь? Твои товарищи? Друзья? Родные? Будущий любимый?

– Они поймут, они знают, что я люблю летать. А любовь к Эльфу я не чувствую. И не хочу никого обманывать. Разве она есть эта любовь в мире?

И понял Лес, что девушка не получила способность любви, кроме, как к высоте.

– Хорошо, я подарю тебе крылья, но оставлю облик Эльфийки, и будешь ты проверять Эльфов на настоящую любовь.

– Спасибо! – воскликнула Катари и превратилась в красивую и большую птицу. Она осталась жить в лесу одна, постепенно достраивала себе домик, чтобы не жить вечно в кроне деревьев, а ещё свободно летала над лесом.

Как-то раз к ней забрёл Эльф, он увидел её и влюбился, но любовь эта была не настоящей. Лес одарил Катари любовными чарами, чтобы проверять истинную любовь. Молодой Эльф ещё ни в кого не влюблялся, поэтому только одна Катари была в его сердце. А у Катари уже в чреве созревало яйцо. Как только оно созрело, Эльф оплодотворил его, и тут начались у него судороги – он сгорал в страшных муках, но не от огня, а от яда, которым заразился от Катари. Он дико кричал, пока не умер. Осталась от него только горстка пепла. Но Катари всё же была доброй и совсем не хотела ничьей смерти. И поняла тогда, что проклята она за гордыню свою. Пожелала быть выше Деревьев и не захотела ждать, когда родится её суженый. Поняв это, Катари дико закричала. Разнёсся жуткий вопль над лесом, где жила она. Все Деревья, до кторых достиг её крик, сошли с ума, слетелись в тот Лес птицы и принялись безостановочно щебетать, сидя на ненормальных деревьях. С этого момента этот лес прозвали Щебечущим. А Катари снесла яйцо и в муках умерла, но тут же опять возродилась из этого яйца в прекрасном облике молодой и красивой Эльфийки. Эльфы продолжали пропадать в лесу. И наконец, один Эльф отправился на поиски своего пропавшего где-то в Лесу друга. Он встретил Катари, но жила в его сердце настоящая любовь к Эльфийке, и не смогла Катари его соблазнить. А когда Эльф смог избавиться от её чар, Катари подарила ему своё неоплодотворённое яйцо.

– Возьми его и отдай своей девушке, – сказала она. – Это яйцо доказательства твоей любви к ней.

Эльф отнёс яйцо и рассказал всем про Катари, про скорлупу яиц вокруг её дома и о том, что Эльфийка-оборотень перерождается, вылупляясь из яйца, и рассказал про Щебечущий вокруг неё лес. И если идти по скорлупе яиц, тогда любой найдёт домик Катари.

Тот Эльф стал настоящим героем, не было любви сильнее между ним и его возлюбленной. Считается, что этим Эльфом был отец великого Баса, но точных доказательств нет. С того дня всем Мужчинам-Эльфам захотелось доказать свою любовь, решив, что только та семья, которая прошла через Катари, и будет самая прочная и счастливая. Когда Древний Эльф влюблялся, он уходил, чтобы преподнести своей любимой Эльфийке доказательство любви, то есть яйцо от Катари. Но были и те, кто не возвращался. Как-то раз молодой Эльф не вернулся, его несчастная девушка, прождав несколько дней, решила пойти и забрать своего любимого. Она нашла его и силой вернула в лагерь, но он, ударив её, опять убежал к Катари. И тогда возлюбленная решила убить ужасную Птицу-Оборотня, чтобы прекратилось это зло и эти проверки на прочность любви. Девушка пошла со своей подругой, Катари приветливо встретила их и сказала, что готова к смерти, так как устала от такой жизни. Но когда девушка убила Катари, то сама превратилась в Катари. А подруга, увидев это, убежала через Щебечущий лес к своим, чтобы рассказать о произошедшем. Её ещё долго преследовал смех умирающий Катари и её крик:

– Я свободна!

Были ещё случаи, когда девушки убивали Катари, вот поэтому уже никто и не помнит, кем была самая первая Катари. Может, Охотницей, а может, Лесной. Да это и не имело значения в те годы, когда клан был общим. Когда Древних не стало и кланы поделились, несколько Охотников и Лесных ходили к Катари, но так и не вернулись. Той любви, что жила в Древних, больше не стало, а мы живём, только ради того, чтобы выжить. Лесные Дозоры следят, чтобы не было засухи, останавливаем пожары во время гроз, Дозоры Охотников помогают нам с пропитанием и следят, чтобы хищники не уничтожали последних из нас. А ещё мы надеемся, что вернутся те трое, которых всё ждёт Верховный Лес Поцелуя.

Когда Умил закончил историю, Денис почувствовал, как его трясёт.

– Как я мог… – прошептал он. Его голос был наполнен болью, он застонал, как раненое животное.

– Ты ни в чём не виноват. Если бы ты пришёл к Катари один, ты бы не прогнал Риту и, освободившись от чар, вернулся бы к своей девушки с яйцом. Но вот что интересно… почему-то Лес хотел, чтобы вы пришли к домику Катари все вместе. Кажется, вы проходили какую-то проверку. Я слишком долго живу на этой земле и знаю, о чем говорю, – тихо произнёс Умил.

– Спасибо вам за всё. Я оставлю у вас свои вещи на память, рассказывайте всем, что я любил Риту и ушёл к ней на Болота Разрыва, – он больше не мог ждать, почувствовав, что жизнь угнетает его, он устал от неё, всё казалось каким-то ненужным, не имеющим цели. Ему захотелось упокоения. Наверное, так чувствовала себя и Рита, когда он её прогнал от себя.

– Это твоё решение, и я не могу тебе препятствовать. Тебя проводят Ангар и Кватти до Болот, а дальше ты пойдёшь сам.

Денис кивнул.

Поблагодарив за кров и попрощавшись со всеми, Денис отправился с Эльфами к Болотам Разрыва.

Глава 9

Денис шёл за Ангаром и слушал Кватти, которая без умолку о чём-то говорила. Она ему чем-то напоминала его любимую сестру Диану.

– Ну зачем тебе на Болота Разрыва, а если ты пришёл с миссией, – продолжала упорствовать девушка.

– Я тоже думаю, что Кватти права, – стал её поддерживать Ангар.

– Спасибо вам. Вы очень добры, но я любил Риту с самого детства и, познав её любовь, уже не могу без этой любви существовать. Вы не представляете, сколько света зажигалось в её глазах, когда я говорил ей, что люблю её! Без любви нельзя жить, понимаете? – он увидел по их лицам, что они его не понимают.

– Нет. Мы не знаем этого чувства, – ответила с грустью Кватти. – Мы уважаем Лес, мы привязываемся друг к другу, плачем, если кто-то уходит на Болота Разрыва… Правда, этого уже давно не случалось, нас очень мало осталось, и мы очень ценим нашу жизнь ради жизни этого мира и Деревьев. Мы смотрим на себя в зеркало и спрашиваем себя – счастливы ли мы? Как измерить это счастье? Видимо, нужно быть не только жителем этого мира, но иметь ещё и чувства. А что такое любовь, мы не знаем. Раньше пары Древних уходили умирать в один день.

Денис вспомнил конец сказок из их мира, которые заканчивались фразой: «они жили долго-долго, и умерли они в один день». Вот откуда, наверное, взялось это выражение.

– Я вас понял, но и вы меня поймите. Не может быть никакой миссии, если не будет рядом Риты. Ни один Эльф не выполнит ничего хорошего, зная, что повинен в смерти любимой, и если его не окружает любовь, которая будет давать силы на подвиги. Любовь – это противоположность злобе и вражде.

Все трое замолчали и дальше шли молча, каждый думая о своём. Со временем Лес стал более влажным, деревья росли на некотором расстоянии друг от друга. Появился просвет.

– Всё. Дальше мы не пойдём. Это граница Болот Разрыва, – надтреснутым голосом произнёс Ангар.

Денис повернулся к новым друзьям и стал прощался с ними, пожимая каждому руку.

– Ну… вот и все… пора… – произнёс он.

– Это честь для меня, познакомиться с Древним Эльфом! – торжественно произнёс Ангар.

Кватти заплакала и вцепившись в его руку, залепетала:

– Не уходи, пожалуйста, не уходи…

– Ты замечательная, чем-то похожа на мою сестру Диану. И знаешь, ты сможешь когда-нибудь полюбить. Я вижу любовь в тебе. – Денис поцеловал её в лоб.

Девушка вместо того, чтобы обрадоваться, расплакалась ещё больше, а Ангар, сгребая её в охапку, прижал к себе. Прощание затягивалось, и Денис, потоптавшись на месте, ещё раз махнул им рукой, повернулся и направился к Болотам Разрыва. Он шёл быстрым шагом, не боясь смерти и даже не думая о ней. Денис хотел только одного, чтобы его душа доказала Ритиной душе, что он её любил всегда и только её. Хоть по ту сторону жизни, но он это докажет.

Денис вышел на поляну и подошёл к кромке воды. Ему казалось странным – Болота притягивали и совсем не казались опасными. Он присел и стал рассматривать воду. Почему-то он представлял Болота, как болота на Земле – вонючая зелёно-коричневая жижа с камышами, травой и ряской. Но тут жидкость имела тёмно-красный цвет и была странно тягучей, как растительное масло. Скосив глаза, Денис заметил появление оранжевого Тумана и резко поднялся.

– Ещё один в одежде, – произнесло нечто в его голове, когда оранжевый туман окутал его со всех сторон, как одеяло.

Он понял, что с ним говорят Болота, но никогда бы не подумал, что Болота имеют эмоции и умеют удивляться.

Денис быстро снял с себя одежду и встал, желая быстрее оказаться в другом мире.

– Что тебя привело к нам? – спросили Болота в его голове.

– Я хочу уйти к своей девушке, она пришла к вам недавно, я хочу сказать ей, что люблю её и только её, и хочу быть с ней.

Болото молчало какое-то время.

– Её тут нет. Мы не приняли её.

– Почему? – изумлённо спросил Денис. – Ведь был дождь.

– Сейчас тоже идёт Западный Дождь. Когда Эльфа окутывает Туман, то начинается Дождь. Но девушку мы не приняли. Она молода и на ней Печать Поцелуя. Мы дали ей время подумать, а также подумать и Лесу. Эльфийка оказалась нужна Лесу, и мы отступили. Она жива, и она ушла. С тобой мы поступим точно так же, почему-то этот мир просит за вас. Знай, никогда Болота Разрыва никому не делали поблажки. Есть единый закон для всех Эльфов – кто пришёл сюда, уже не уйдёт. Но мы все являем собой одно целое общего мира, когда-то нашу землю благословил Поцелуй, и мы обязаны прислушиваться к нему. Ты – Древний, как и та Эльфийка. Вы оба несёте на себе Печать Поцелуя. Если ты нужен этому миру, он даст тебе знать. Жди и слушай его, – Туман начал потихоньку редеть и отступать.

Значит, Рита жива – это первая радостная весть за всё время, от которой Денису стало очень легко. А потом ощущение грусти снова накатило на него. Денису снова захотелось жить и в первую очередь для того, чтобы найти Риту, всё ей объяснить и ещё раз признаться в любви. Но от него уже ничего не зависело. Каким-то внутренним чутьём он понимал, что невидимые двери закрыты, и он уже не сможет уйти с Болот, да и трусом он выглядеть не хотел.

Денис стал ждать, ждали и Болота. Наконец, опять стал собираться Туман, и Денис весь напрягся, понимая, что мир его ещё не простил. Он подумал о том, что всё так глупо получилось, но он хотя бы попытался всё исправить. Туман был уже совсем близко, когда рядом зазвенел воздух, появилась рябь, и из ниоткуда выпрыгнул Барон. Пёс радостно стал лаять, а потом увидел Дениса и подбежал к хозяину.

Денис, ничего не понимая, так и стоял с открытым ртом, а Барон весело поскуливая, прыгал перед Денисом. Туман стал отступать, открывая совсем другое Болото. Красную воду покрывал ковёр из маленьких горошин. Денис понял это на свой лад, решив, что это такой ритуал после тумана.

– Сидеть, Барон!

Пёс уселся, но давалось ему это с трудом. Он только и ждал сигнала, чтобы подбежать к хозяину.

Денис стал одеваться, не веря в своё счастье, а потом сел на землю.

– Вот теперь иди сюда. Морда ты такая!

Барон бросился к Денису и стал его облизывать. Денис посмотрел на Болото Разрыва и увидел, как горошины стали распускаться, превращаясь в цветы. Сейчас Болото было самым красивым местом, которое он когда-либо видел в своей жизни. Смерть не может быть страшной, подумал Денис.

– Сиди тихо, пёс!

Денис поднялся, а Барон опять уселся, преданно наблюдая за хозяином.

– Подождите! – крикнул Денис то ли Болоту, то ли туману. – А можно спросить?

– Спрашивай.

Барон вдруг замер, явно что-то чувствуя, а может, даже слыша Болота.

– Что это за цветы?

– Это души Эльфов, которые когда-то пришли сюда.

– А Туман что такое?

– Туман – часть ритуала. Он производит разрыв тела и души.

– А у вас есть Древние?

– Конечно, есть.

– Я хотел бы узнать, для чего мы нужны Лесу? Почему он просит за нас? И чем занимались Древние, кроме охоты и уходом за Лесом.

– Древние оберегали проход с Тёмной Стороны к нам. Но однажды появился предатель… – Болото замолчало.

– Да. Мне рассказали об этом. – Денис тоже замолчал, а потом повторил вопрос. – А вы не знаете… зачем мы здесь, в этом мире? Верховный Лес ждал нашего прихода или нет?

– Познай всё сам, только так ты сможешь победить. Ты сильный и умный Древний Охотник. В тебе жажда познаний и истинная любовь. У тебя и твоей Эльфийки рисунки Поцелуя на руках. Интуитивно сделав их, вы оградили себя от многих опасностей. Лес дал тебе животное, которое когда-то нарекли собакой. У Древних были собаки. Собаки ушли от Эльфов в тот день, когда Ацир предал своих. Лес забрал собак, считая, что Эльфы недостойны их иметь. Преданные не могут служить предателям. А тебе Верховный Лес Поцелуя вернул собаку. Значит, ты преданный друг и получил преданного друга. Время пришло, настало время перемен. Даже мы – Болота Разрыва смогли пойти на изменения, отпустив тебя и твою подругу. А теперь запомни самое важное. Вселенная живая, в ней живёт сознание. Какое-то время она не принимает никаких действий и не вмешивается. Но иногда наступают другие времена… Поцелуй – главное благо мира. Кто получил Печать Поцелуя, тот рождён для защиты Вселенной.

Денис решил обдумать слова Болот позже и поэтому задал новый вопрос, боясь, что мало времени и Болота не могут вечно идти у него на поводу.

– Последний вопрос. А как вы узнали, что я Древний и на мне Печать Поцелуя?

– Ты появился из закрытого леса. Только Древний может находиться в Верховному Лесу Поцелуя. Таких жителей в этом мире не осталось, поэтому Лес для остальных закрыт. Но вы и не жили в Лесу, вы вошли в Верховный Лес из другого мира. Только прошедший Поцелуй получает Печать. Тебе была подарена собака. Но есть и другое, что ты ещё не разглядел. Ты Охотник, ты умеешь убивать, но ты добр, ты умеешь любить и прощать, понимать свои ошибки, ты отважен. У тебя сердце, а на нём горит Поцелуй. Это видно только нам. Удачи тебе и прими наш подарок. Возьми эти четыре цветка. Два твоих и два для твоей девушки. Преподнеси их ей и докажи, что ты отправился ради неё на смерть, она всё поймёт. Это души ваших родителей. Пока вы здесь, они будут с вами. Удачи тебе, молодой Древний. И познавай этот мир для того, чтобы вернуть в этот край любовь, счастье и благополучие.

Стало тихо, а потом из воды поднялись четыре бабочки, которые подлетели к Денису. Только вблизи он увидел, что это не бабочки, это цветы, помахивающие лепестками. Денис открыл ладонь, и цветы в неё приземлились. У Дениса сдавило горло и, сев на землю, он тихо по-мужски заплакал. Он плакал уже не первый раз в этом мире и совсем не стеснялся этих слёз. Ведь он остался жив, жива Рита, и она где-то сейчас находится в этом мире. Он мечтал узнать что-нибудь о своих настоящих родителях, и вот, таким образом, он их нашёл.

– Ты ещё слишком мал по нашему времени, – услышал он отдалённый голос Болот, – но другой мир сделал тебя сразу взрослым.

Да, так и было, ему всего двадцать четыре года, по меркам этого мира он младше маленького Рила, но при этом он взрослый, так как на Земле жизнь короткая, и все стараются суетиться и как можно быстрее что-то сделать за выделенное им в том мире время…

Барон подошёл и облизывал слёзы своего хозяина. Постепенно Денису стало легче, голоса в голове он уже не слышал. Поднявшись, продолжая держать цветы на ладони, он с Бароном медленно пошёл к опушке леса.

Обернувшись в последний раз, посмотрел на Болота Разрыва и зачем-то помахал рукой всем тем цветам, которые сейчас плавали на болотной поверхности. Когда он ступил в лес, цветы на ладони свернулись и превратились в четыре горошины, но очень прочные. Сначала Денис испугался, но потом, потрогав их, понял, что так они отделились от живого мира. И это правильно – мёртвые не могут находиться среди живых. Он положил четыре горошины в карман брюк и повернулся к Барону.

– Ну, что? Вперёд! Нужно забрать вещи из лагеря Умила, а заодно покушаешь там жареную курочку, если её не выкинули. Правда, у меня есть в рюкзаке сухой корм, но думаю свежее мясо вкуснее и полезнее.

Барон весело тявкнул. Птицы взметнулись ввысь, и Денис почувствовал, что Лес удивился и обрадовался этому «гав».

Уже темнело, когда он добрался до лагеря. Домики-шалаши из деревьев теперь стояли освещённые светом. Присмотревшись, Денис обомлел – это был не свет, а сплетённые венки из цветов. Уже позже Денис узнал, что цветы называются Афелии. Эти цветы закрывались на ночь и раскрывались днём, источая приятный аромат. Если их сорвать днём, то цветы никогда больше не закроются, запах их будет меняться на более сладкий, но становиться всё слабее и слабее. Именно на этот запах слетались ночью мотыльки Пати. Трепеща своими яркими крылышками, они светились, освещая всё вокруг не хуже электрических лампочек. Можно даже надеть венок из них на голову и ходить ночью по лесу, освещая себе дорогу. А вот в города мотыльки Пати никогда не залетали, даже если завалить целые улицы цветами Афелии, Пати их проигнорируют.

Денис вышел на освещённую поляну, а Ангар, увидев его, издал громкий радостный вопль. Кватти кинулась к Денису на шею и стала целовать попеременно в щеки. А Рил с восторгом бросился к Барону.

– Это же настоящая собака! Я о них только слышал! Самое преданное животное!

Барон лизнул мальчика в нос, Рил засмеялся. Умил улыбался, наблюдая эту умильную сцену, а в глазах у него блестели слёзы. Только сейчас Денису стало видно, что Умил очень стар, хотя тело оставалось молодым. Остальные девушки не знали, куда смотреть, то ли на вернувшегося с того света Дениса, то ли на Барона. Алам, подойдя к Денису, пожал ему руку.

– Рассказывай! – попросил он.

– Она не умерла. Болото Разрыва по требованию Леса не забрало ни меня, ни Риту. А ещё мне вернули моего пса. Его зовут Барон.

– Преданному, вернули Преданного, – задумчиво произнёс Умил. – Ангар, отправь сигнал Дозору Охотников. Они должны прийти к нам и познакомиться с Денисом.

Ангар ушёл в палатку и вернулся с луком и стрелой. Он натянул тетиву, и стрела взмыла в воздух, постепенно начиная светиться. Она оставляла после себя тонкую светящуюся нить, которая не угасала, а тоже продолжала светиться. Увиденное заинтриговало Дениса.

– Что это? – спросил он, подойдя к Ангару.

– Это стрела Дозорных. Только в крайнем случае мы её пускаем, если нам нужно что-то обсудить с Охотниками. Потом стрела вернётся. У нас имеется всего одна стрела и такая же – у Охотников, на случай, если мы им понадобимся. Ещё мы, таким образом, сообщаем новости, правда тогда стрела не светится. А сейчас стрела показывает Охотникам место нашего лагеря, так как мы приглашаем их для переговоров. Эта стрела сделана Гномами. Она старая и уже давно такие никто не делал.

– А, кроме вас, совсем, что ли, нет Эльфов Леса? – изумился Денис.

– Ну почему же? Конечно, есть. Только мы все расположены в разных точках, вокруг Города-Лабиринта. Охотники расположены недалеко от Дозорных Леса в таком же порядке. Но ты прав, нас осталось не так много.

– А почему вокруг Города-Лабиринта? – Денис повернулся и посмотрел на остальных Эльфов, но все были заняты Бароном и сейчас никто не прислушивался к их разговору. Собаке уже принесли жареную птицу, от которой отказался Денис в обед. – Смотри, не лопни от еды и самомнения! – засмеялся Денис.

Барон замахал хвостом, преданно и счастливо взглянув на хозяина.

Ангар тоже засмеялся, а потом стал отвечать на вопрос Дениса.

– Город-Лабиринт окружён Лесом Обломков Временных Жилищ. Мы стоим на страже вокруг города и на границах между другими областями. Когда-то Древние Эльфы с помощью Гномов построили этот город в самом сердце мира. Это был их основной город для всех жителей. Там отдыхали, там находились данные о прошлом и о будущем, и там росло Верховное Древо мира. Дозоры менялись, отдохнувшие уходили в Лес, а из Леса приходили на отдых другие Эльфы с Дозоров. Гномы работали, не покладая рук, восстанавливая старое и развивая новое. Так трудились наши предки, пока не произошло предательство. Город-Лабиринт превратился в закрытый город. В момент предательства те, кто были в лесу, вернуться в город уже не смогли, это их и спасло. Находившиеся в городе заплутали в его Лабиринтах и умерли. В это же самое время началась война в Долине Строителей. Озлобленные Эльфы винили во всём друг друга. Добрые Лесные первыми начали войну, посчитав, что виноваты в их бедах были все Охотники, так как Лес закрылся из-за них. Но самое странное, что Верховный Лес закрылся задолго до всех событий. Началось самое страшное время. Те Эльфы, кто не хотел воевать против тех, с кем дружили и кого любили, – ведь семьи были смешанными, – подались из Долины в Город Школы Архивов, созданный тремя самыми великими жителями страны. Два Эльфа и один Гном создали Архивы для учёбы и знаний – это Бас, Ванатор и Ятар. Для любого жителя, кто хотел получить знания, двери города всегда были открыты. Но это уже другая история, и я когда-нибудь расскажу о строительстве Города Школы Архивов. И вот, когда перепуганные Эльфы, не желающие участвовать в кровавых бойнях, добрались из Долины до Школы Архивов, то принесли с собой неизвестную болезнь. Её так и назвали – болезнью Предательства. Жители заболевали и первое время уходили к Болоту Разрыва, а потом уже не могли доходить до Болот и умирали у Озера-Плача. Так город поменял своё название на Город-Призрак.

Многие Гномы, работавшие в Долине и увидевшие там кровавую резню, успели спастись и уйти, но чтобы бойня не распространилась, они заперли за собой проход. Как рассказывали Гномы, заперев проход в Долину, они продолжали слышать предсмертные крики. Эльфы продолжали истреблять друг друга, так что казалось, что мир сошёл с ума. С того момента Долина Строителей поменяла название на Долину Кошмаров. Это сумасшествие со временем проникло и в Лес. Эльфы, идущие в Город Архивов, рассказывали Дозорам о происходящем. Когда, как говорили они, Город Архивов превратился в Город-Призрак, вспыхнула новая война – уже в Лесу, между Охотниками и Лесными. Охотники были сильнее, а Лесные, потеряв связь с Деревьями, слабели и бежали в более дикие дальние места. Охотники же, оставшись после этого одни, поняли, что без Лесных они будут обречены на смерть. Лес замкнулся в себе, собаки пропали, пропала живность, не стало пищи.

И настал великий день, когда Охотники отправили Лесным стрелу, заговорив о перемирии. Два клана были истощены физически и духовно, потеряв все знания и силы, накопленные веками. Теперь мы разбросаны по областям Леса, перемирие действует до сих пор. Никто теперь никого не осуждает, понимая, что война не принесла ничего, кроме боли и горя. Нас остались только небольшие горстки. Гномы снова открыли Гору и спускаются к нам. Мы просто выжидаем и ждём, что настанет день, и Лес простит нас. Надеемся, что когда-нибудь Верховный Лес заговорит с нами, а мы попросим у него прощение за всех жителей. Обычно на Новый год мы собираемся вместе, выпускаем стрелу и приглашаем к себе в лагерь Охотников. Мы вместе ждём провозглашение названия Нового года. Но его всё нет. Уже много веков, как его нет. Как-будто наш мир замер или находится в состоянии сна. Когда мы видим, что год не поменял своего названия, мы с печалью расходимся… каждый клан идёт в свою сторону, понимая, что у нас всё ещё нет будущего…

– А как вы узнаете, что пришёл Новый год? – изумлению Дениса не было предела. – Неужели вам кто-то об этом сообщает?

– Комета. На небе появляется комета. Она пишет на ночном небе название. Но теперь она ничего не пишет. Скоро будет очередной Новый год, и ты его увидишь. Смотри, – Ангар, показал на север, – скоро опустится ночь и там, в отдалении, появится далёкий свет… это комета, она уже близко. И когда она подлетит, то ночью будет светло, не так, как днём, но светло.

– И как называется ваш год?

– Запертый год. Он возник после года Костей. В год войны Эльфов в Лесу. Тогда комета дала название году в последний раз.

– А что с Городом-Лабиринтом?

– Мы не знаем. Никто туда не ходил много веков. Говорят, что Лабиринт закрыт, как и Верховный Лес. А если туда попасть, то уже не выйти обратно, ведь это Лабиринт. В Город Призрак тоже нельзя идти. Там живут Демоны, выходящие из заражённого Озера Смерти. Это страшное и жуткое место. Всё мертво. Озеро Смерти опасно. Только Лес жалеет нас. – Ангар, посмотрел на Дениса. – Я рад, что ты вернулся. Я чувствую, что что-то изменится в нашем мире. Мы устали от жизни, у которой нет будущего. Кроме легенд и историй, мы ничего не помним. Даже Лес мы не слышим так, как его слышали Древние.

– Я тоже рад, что встретил вас и обрёл новых друзей в лице Эльфов Леса, – Денис подал руку Ангару и тот её крепко пожал.

Стало темнеть. Денис же ничего не сказал больше, чем нужно о Болоте Разрыва, посчитав, что такие вещи нельзя рассказывать – это священное место для Эльфов, и они сами когда-нибудь познают его. Каждый на Болоте сам за себя, и слишком личные воспоминания связаны у него с этим местом.

Расположившись в ветвистой палатке, он быстро уснул, обнимая любимого пса, по которому очень соскучился. Перед сном Денис почему-то вслух спросил Барона про Диану и Додди, удивившись тому, что задаёт вопросы своей собаке и выжидает, что пёс ему ответит. Но в этом мире всё было по-другому, и психом он себя не считал. Барон замахал хвостом и лизнул Дениса в руку, и тот понял, что с ними всё хорошо.

Утром, когда он проснулся, Барона рядом не было, а снаружи был слышен гул голосов. Денис вышел и увидел, что народу прибавилось. Появились ещё Эльфы. Но это были Охотники, Денис сразу определил их по фигурам, движениям и одежде. Появились и новые Лесные Эльфы, и даже один Гном. Они все сгрудились вокруг Барона, который был доволен и напыщен этим, как индюк. Увидев своего пса, Денис усмехнулся.

– Смотри, не зазнайся. Это вредно для тебя, – произнёс он собаке.

И только тут заметил, что на него смотрят с недоумением. Он ещё раз прокрутил фразу в голове и только тогда сообразил, что его никто не понял, кроме Барона, и всё потому, что произнёс он свою фразу на русском. Дениса осенило, что всё это время он говорил не на английском или русском языках, а совсем на другом языке. Неужели он умеет говорить на каком-то другом наречии? Неужели в нём это было заложено? – задал себе вопросы он. Порадовало и другое – Барон явно понимал всех этих жителей.

– Извините, – Денис прочистил горло. – Я сказал Барону, чтобы он не особенно гордился. Гордыня – это один из грехов в том мире, из которого я прибыл.

Все хором загалдели и подошли к Денису. Денис всем пожимал руку, пытаясь запомнить имена. Это удавалось ему с трудом. Девушки из двух кланов, постоянно дёргали его за руку и спрашивали про Катари и Риту, и ещё про любовь. Денис ухмыльнулся про себя, кажется, во всех мирах девушкам подавай любовь и романтику. А вот мужчин интересовал Верховный Лес Поцелуя. Когда Денис уловил свободный момент, то сразу направился к Гному, который сидел в стороне и молча наблюдал за всеми, но больше всего за Бароном.

– Извините. А вы – Гном?

– Я Соран. Гном-одиночка. Я путешествую и проверяю положение дел в наших землях. У нас девушки тоже выходят на поверхность и путешествуют. Слишком мало нас осталось, собственно, как и Эльфов.

– Скажите, а Гномы тоже были Древними? Или Древние – только Эльфы?

Все с интересом стали прислушиваться к их разговору, и вокруг них незаметно образовалась толпа. Барон, наконец, получив свободу, стал носиться где-то недалеко, гоняя каких-то летающих жуков.

Соран кивнул, понимая вопрос Дениса.

– Гномы тоже были Древними. Они владели знаниями, без которых бы Эльфы не выжили в этом мире. К тому же физическая сила и здоровье всегда помогала Гномам выживать самим и поддерживать Эльфов. Когда Эльфы объявили друг другу войну, Гномы ушли, не взяв ничью сторону. Оба клана Гномам были очень дороги. Запомни, без Эльфов и Гномам не выжить. Вот так всё взаимосвязано. Нет смысла в работе, если нет единого клана Эльфов. Из-за этого магические силы Гномов стали слабыми, мы перестали слышать камень, не все металлы теперь слушается нас. Мы зависимы от Гор, а Горы – это Сердце нашего мира, а Лес – его Мозг. Вот так, без Мозга, мы медленно начали вымирать…

Денис понял, о чем говорил Соран. Он вспомнил Герку. Ведь благодаря ему, они выжили с Ритой крохами в лесу, он объединил их, заставляя их сердца биться и не умереть в другом мире. Герка никогда не вмешивался в их разногласия. Ему были дороги они оба. Ему не выжить без них, а им не выжить без него. И тут Денис остро ощутил, как соскучился по другу.

– Со мной в Верховном Лесу Поцелуя был мой друг. Это Гном, и я думаю, он тоже Древний. Он спас меня и Эльфийку Леса от смерти. А меня даже дважды. Он делает невозможные вещи из камней и умеет с ними разговаривать. И никто его этому не учил. Я хочу, чтобы вы знали об этом.

Соран услышав это, поднялся. Денис обратил внимание, что Соран был немного ниже Герки.

– Спасибо, друг! Вы вселили надежду во всех нас. Я должен сообщить это клану. Если он Древний, он придёт к нам за ответами на свои вопросы. Возможно, грядут великие перемены.

Соран попрощался со всеми и ушёл.

К Денису подошёл старейшина Охотников, Денис сразу это понял. Лук за плечами и колчан со стрелами, два ножа на поясе для каждой руки. Пронзительный взгляд, очень красивый и внешне молодой, но во взгляде которого чувствовался опыт самого старого жителя земли.

– Значит, вот ты какой! Я знаю, что ты Денис. А я старейшина Охотников – Олок, и советую тебе немного побыть в нашем лагере. Если этого хочет этот мир, то ты должен научиться элементарным вещам.

Олок перечислил поимённо всех в своём отряде Охотников. Денис хоть до этого уже знакомился с Охотниками, но до сих пор с трудом запоминал в таком количестве новые, неизвестные ему имена. Но вот девчушку по имени Эйя запомнил с первого раза. Она сразу убежала играть с Рилом и Бароном. Рил прятался, а Эйя и Барон его искали.

Денис, хоть и рвался найти Риту, но остался по совету Олока жить в лагере, который за это время увеличился в несколько раз. Он не знал, где её надо искать, а Дозоры обещали связаться с другими Дозорами, и если кто-нибудь её заметит, то сразу дадут знать.

– Этот мир слишком большой. Ты не можешь просто так без знаний Охотника идти искать Риту, – сказал ему Олок. – Нужно уметь видеть след идущего впереди. А также ты должен найти решение, как её отыскать. Пока же этого решения нет ни у тебя, ни у нас.

Эти слова и убедили Дениса остаться до того момента, как он что-то узнает или найдёт решение.

Ежедневно Денис получал уроки по приёмам охоты и обороны. Также ему выдали одежду Эльфа-Охотника. Его первое впечатление оказалось ошибочным, посчитав одежду открытой и аляповатой. Футболка, похожая на земную, облегала торс и плечи, натягивая мышцы. Туника или короткое мужское платье, которое носили в Древнем Риме, было удобно в ношении. Стоило его надеть, как сам мир перевернулся. Денис стал лучше владеть оружием, чётче чувствовать Лес, слышать воздух, играть со временем на перегонки и видеть далеко вдаль. В этой одежде он стал превосходить любого Охотника в лагере.

– Почему эта одежда так действует на меня? – удивлённо спросил он Олока.

– Это работа Гномов. Она усовершенствует и без того твои способности. А ты обладаешь такими способностями, что мы о них только слышали. Твоя скорость превышает нашу, а видишь ты лучше любого Охотника.

Благодаря появлению Дениса, два клана смешались. Все вместе дружно общались и стали жить в одном общем лагере. В клане Охотников было больше мужчин, а у Эльфов Леса девушек. Эльфы вместе смеялись, иногда играли в игры, похожие на те, что Денис устраивал для Риты, швыряя в неё предметы. Так же они играли в какую-то игру с фишками из камня. Проигравший исполнял желание – его заставляли петь, танцевать или изображать кого-нибудь или что-нибудь. Так же они играли в карты, очень похожие на те, в которые играют на земле. Денис получил много информации о жизни кланов, всё было очень познавательным и интересным. Но счастлив он по-прежнему не был, он тосковал по Рите и Герке, а ещё переживал за Диану, которая осталась одна в России.

Сидя в один из дней вот так с Бароном и думая о дорогих ему людях, он увидел в ухе пса малюсенькую серёжку – Геркин подарок для Риты. Крошечная новорождённая девочка заменила серёжку. Денис от нахлынувших чувств дотронулся до неё и вспомнил историю своего спасения. Он вспомнил, как Герка придумал искать его в Центре Томаса Войта с помощью этой серьги, потому что золото этой серёжки помнило прикосновения Дениса и могло указать, где он тогда находился. Герка тогда вытащил эту крошечную девочку и, создав серьгу, прицепил к Барону в ухо. С её помощью Барон смог найти Дениса. И тут Дениса осенило. Сердце его бешено забилось, он сел перед собакой и посмотрел ей в глаза.

– Барон, ты можешь отвести меня к Рите?

Барон залаял и запрыгал на месте.

– Отлично! А к Герке тоже?

Барон опять запрыгал и залаял.

Сердце Дениса готово было выскочить из груди. Он подбежал к старейшинам клана, которые теперь всегда держались вместе, рассказывая друг другу какие-то истории и строя планы общего будущего. Сейчас Денис видел в их глазах надежду, которую ещё не видел днями ранее.

– Я нашёл решение! Я теперь могу найти своих друзей, и хочу отправиться в путь.

Его услышали многие, и снова толпа окружила его.

– Мы были готовы к этому. Всё, что мы могли, мы тебе дали, – сказал Олок. – Ты намного превосходишь нас, единственное, что тебе необходимо – это знания. Как можно больше узнать о нашем мире и своём призвании в нём. И ты можешь отправляться в своё путешествие, но с одним условием.

– С каким? – спросил Денис.

– Мы все пойдём с тобой. Мы чувствуем, что сейчас нам нужно сплотиться и заново познать всё забытое, – закончил Олок.

– Но сначала, – далее продолжил Умил, – ты вернёшься к Катари и заберёшь у неё яйцо, которое ты должен отдать Рите. Только с этим доказательством она примет тебя обратно. Иди один, Барон будет с нами. Только девушки могут ходить к Катари вместе. Мужчина ходит один.

Меньше всего Денису хотелось видеть Катари, из-за которой всё пошло не так. Он готов был её убить. Все эмоции были написаны у Дениса на лице, и тут вышла вперёд Кватти.

– Денис, мы верим в тебя, ты уже всё доказал, повторного обольщения не будет, весь яд вышел из твоего организма, когда тебя вырвало. Теперь твой организм защищён. Иди и докажи не только Рите, но и нам, что любовь не умерла. Мы будем ждать твоего возвращения.

Денис подошёл и обнял её. Как она ему напоминала Диану! Где она сейчас, его любимая сестричка?

Денис взял небольшой запас листьев для пропитания и, потрепав Барона, отправился к Катари. Пёс всё понял, он не побежал за ним, а только тявкнул, поддерживая своего хозяина и обещая ждать его здесь.

Денис шёл до самого вечера, пока не стало темнеть. Теперь он прекрасно ориентировался в Лесу, легко находил нужную ему дорогу. Переночевав под открытым небом, ранним утром он двинулся дальше. Как можно быстрее он хотел дойти до Катари и вернуться назад, потому что он очень соскучился по Рите. Пока происходили учения и тренировки, они отвлекали его. Но сейчас мысли были только о любимой. Он понял по поведению Барона, что у неё всё хорошо, но только теперь Денис задумался о том, что Рита, скорее всего, с Геркой, и они здесь совсем одни.

Денис был уже близко, чувствовал странный придурковатый смех деревьев и этот неугомонный щебет птиц. Неужели он стал слышать смех деревьев? Денис не знал – одежда помогает ему слышать или он сам за эти дни постиг для себя что-то новое. Чем больше он изучал историю, тем больше впитывал знания и силу, которая раньше была ему неведома. Под ногами хрустнула скорлупа. Денис нагнулся и поднял кусок. И как он раньше не понял, что это не глиняные осколки, не шелуха листьев, а скорлупа от яиц. Но тогда он не знал, куда попал, и ему в голову не могло прийти, что он попадёт в странный мир природной магии.

Наконец, он вышел на поляну, где стояла избушка.

– Катари! – громко крикнул он.

Дверь открылась и к нему вышла героиня всех его проблем. Впервые Денис внимательно рассмотрел её. Катари была хорошенькой Эльфийкой, даже непонятно, к какому клану она принадлежала. Видимо, если в неё влюблялись, это совсем не имело никакого значения. Катари держала что-то в своей ладони и дружелюбно улыбалась.

Почему-то от этой улыбки Денис перестал сердиться на неё. Катари же не виновата, что родилась такой. И вот сейчас с гордостью протягивала к нему руку, в которой лежало яйцо.

– Это твоё. Я знала, что ты вернёшься. Ты молодец, Денис.

Денис аккуратно взял яйцо. Оно оказалось с небольшую жемчужину.

– Не бойся. Мёртвые яйца очень прочные, как камень. Ты можешь его кинуть, и оно не разобьётся.

Денис молча и всё же осторожно положил его в мешочек, который очень удобно висел у него на поясе.

– Я думал, оно большое, – произнёс он, поднимая глаза на Катари.

– Они все разных размеров и разных цветов. Твоё нежно-розовое и размер самый большой. Я первый раз снесла такое большое.

Денис удивлённо вскинул на неё глаза.

– Ты неправильно понял меня. Неоплодотворённое имеет такие размеры, как яйцо, которое я дала тебе. А вот оплодотворённое яйцо очень огромное, – она показала в обхвате руками, примерно с два баскетбольных мяча. – Снести его огромная мука. Я мучаюсь при родах очень долго, это наказание мне за смерть Эльфа. Когда яйцо выходит, я умираю и из него возрождаюсь вновь. Это физические и психологические муки.

Денис молчал, переваривая услышанное.

– Но сейчас я хочу сказать совсем другое. Ещё никогда у меня не было таких сильных и стойких Эльфов. Ты за сутки смог избавиться от моих чар. Я горжусь тем, что встретила тебя. И, пожалуйста, береги это яйцо, видимо, поэтому оно такое красивое и большое. Это самое большое неоплодотворённое яйцо, которое я снесла, – наставительно сказала Катари.

Денису же оно казалось очень маленьким.

– Денис, послушай меня, я уверена, оно тебе ещё пригодится.

– Я отдам его Рите. Мне оно не нужно, оно ей нужно.

– Раз ты вернулся за яйцом, значит, ты уже знаешь мою историю. Но тогда ты должен знать и другое. Все яйца, которые Эльфы вернули в знак доказательства своим возлюбленным, не были найдены.

– Почему?

– Я не знаю, куда они исчезают. Возможно, оно исчезли в тот миг, когда Эльфы уходили умирать. Но я, как носитель яйца, чувствую, что оно не простое, в нём спрятан секрет. И может быть, именно ты что-нибудь узнаешь или раскроешь его загадку. Это очень индивидуальная вещь, и вы можете поступить с ним по своему усмотрению. Главное, чтобы это шло от всего сердца.

– Спасибо. Я учту это, – тихо произнёс Денис.

Вдруг Катари насторожилась. Денис прислушался. Ненормальный лес кого-то обсуждал. Но тот, кто двигался, был тих и искусно прятался. Шагов не было слышно, его не было видно, если бы не бормотание придурковатого Леса.

Денис сощурился, всматриваясь в ту сторону, где хихикали полоумные деревья. Он увидел вдалеке какую-то рябь. «Не может быть!..» – мелькнула догадка.

– Свобода… – прошептала Катари.

Денис повернулся и увидел в глазах Эльфийки-Оборотня восторг, смешанный с облегчением.

– Денис уходи. Это за мной. Тебе больше нечего здесь делать.

– Катари, даже не думай, – грозно произнёс Денис. – Я не позволю ни ей этого сделать, ни тебе находиться тут. Тебе придётся побыть ещё какое-то время в своём облике. А теперь марш в домик! – он произнёс это таким тоном, что Катари, моргнув, как птица, шмыгнула в избушку. Что-то во взгляде и словах Дениса остановило её.

– Я не просто Эльф. Я Оборотень, и как никто чувствую этот мир. И сейчас этот мир хочет, чтобы я послушалась тебя, – произнесла она и закрыла дверь.

Денис убедившись, что Катари вошла в дом, стал неслышно двигаться в сторону лёгкой ряби, которая была пока ещё далеко, но он отчётливо видел, кто направляется сюда…

Глава 10

Прошло много дней с того дня, как был очищен город. Рита, чтобы не думать о Денисе, выматывала себя работой и учёбой в Школе Архивов. Она вставала рано утром и ложилась, когда уже почти совсем валилась с ног. Рита учила и познавала всё, что нужно было знать Лесной и даже больше. Треть библиотеки была просмотрена, основное прочитано и выучено. Она единственная умела разговаривать с Деревьями, и что самое удивительное – теперь она не использовала голос, а говорила с ними мысленно. Сначала это давалось ей с трудом, и иногда она переходила на речь, но со временем у неё стало отлично получаться. Выучила названия многих Деревьев – для чего каждое Дерево предназначалось и чем оно могло делиться с жителями этого мира. Были Деревья, дарившие плоды, были Деревья для оружия, Деревья для роста Леса, для развития животных, чтобы в будущем Охотники могли охотиться. Рита стала очень сильной за последнее время, но она не останавливалась. Казалось бы, закончив всё, что касается Лесных, Рита могла бы сделать перерыв, но она не могла. Поэтому взялась читать и про Охотников, и про Гномов, старалась всё исследовать, экспериментировать, стараясь занять свою голову и не думать о человеке, без которого ей было плохо жить. Это казалось каким-то наваждением, болезнью, и при этом мозг выстукивал, что жизнь назад не вернуть никогда.

Герка чувствовал её состояние и старался тоже загрузить работой, так как он сам был в похожей ситуации. Вот и сегодня он заставил её идти за ветками Дерева Муго.

Рита принесла столько веток этого дерева, сколько могла унести и сбросила всё перед Геркой. Она долго бродила в Лесу, пока не нашла подходящее Дерево Муго, и оно, по просьбе Риты, подарило отличные сухие ветки.

– Вообще-то, это не моя работа обрабатывать древесину. Обычно это делает Эльф Охотник, – Герка запнулся, увидев, как вспыхнуло лицо Риты, и быстро продолжил, – но и Гном это тоже умеет, к тому же именно Гном вкладывает силу в разумную плоть древесины, – объяснил он, собираясь делать стрелы. – Ты пива не принесёшь мне?

Рита кивнула и вышла из лаборатории. Теперь она прекрасно разбиралась в съедобных травах и даже деревьях. Гуляя по Лесу, она нашла дерево, которое давало пиво. Оно так и называлось – Гномье Пивное Дерево. Герка был несказанно рад, да и Лура тоже. Она слышала, но никогда не пила свежего пива. Оказывается, его мог раздобыть только Эльф Леса, который общается с Деревьями.

– Где ты нашла это чудо?! – возопил Герка, вытирая пену с губ. – Я после такого пива и домой не дойду, у меня ноги подкашиваются.

Диана засмеялась.

– О! Герка в своём репертуаре! Извини, но поскольку такси осталось далеко, в другом мире, тебе всё-таки придётся пойти в свои апартаменты пешком.

– А у тебя мне нельзя остаться? До моих больно далеко топать, они аж в конце коридора, – подыгрывал ей Герка.

– Ну, нет! Я с пьяницами не могу ночевать под одной крышей, – поцокала языком Диана.

– Но когда-то ведь ты ночевала у меня, и тебе вроде бы понравилось, – Герка наиграно обиделся.

– Так там куча булыжников была навалена. Если что, я бы тебе сразу в лоб дала. А глаз у меня намётанный…

Герка захохотал.

Рита была рада, что они хотя бы понемногу старались сгладить обстановку, когда были рядом. Но стоило кому-то остаться одному, и в его глазах тут же появлялась тоска, Рита знала этот взгляд обречённости. Но подняв один раз с Геркой тему о Диане, она её больше уже не затрагивала.

Лура оказалась большой умницей, и Рита всё больше и больше любила эту девушку. Лура много трудилась в Школе, наведя в ней всюду порядок и сделав опись всего имущества. Кухня лежала полностью на её плечах. Лура прекрасно умела готовить, а также делать запасы на долгое хранение.

– Лучше Гномов никто готовить не умеет, – часто повторяла она.

Ещё Лура была по уши влюблена в Герку, но ни разу у неё не было стычки с Дианой, наоборот, девушки подружились. Может всё дело в том, думала Рита, что Лура отлично понимала – Герка от неё всё равно никуда не денется, и как бы его не тянуло к Диане, но только Лура, могла составить ему пару.

Но Рита всё-таки не могла удовлетвориться девизом – Гномиха для Гнома. Видимо, воспитание в другом мире давало свободу воображения. Кроме одного роста и комплекции, между Геркой и Лурой не было больше ничего общего. Герка любил учиться, как и Диана. Они вместе обсуждали прочитанный материал, спорили, препирались, делились новыми идеями, которые переполняли их головы, и тут же брались их осуществлять. Герка помогал Диане создавать оружие, а она объясняла, как лучше то или это усовершенствовать, например, чтобы удобнее кидать или стрелять, или положить в карман её платья. Диана постоянно заботилась о нём, не забывая обо всех пристрастиях в еде. Если шла на охоту, то убивала именно то, что ему нравилось больше всего.

И всё-таки Рита уважала странности этого мира и его законы, пока она была в нём только новичком и не имела права вмешиваться в то, что было создано здесь давным-давно. Она не собиралась спорить с Лурой, доказывая, что они с Геркой слишком разные. Она не имела на это права, считая, что время само всё рассудит и расставит по своим местам.

Как-то раз Лура порезала на кухне палец, и Рита, достав пластырь из рюкзака, налепила его на рану. Лура очень была недовольна пластырем и долго спорила, объясняя Рите, как будто перед ней маленький ребёнок, что есть травы, которые намного лучше помогают.

Тогда Рита засела за учебник «Травоведение и лечение с помощью магических рун Гномов». Это была очень занимательная книга. Взяв с собой книгу, Рита ушла далеко от города на юго-восток, чтобы собирать там нужные ей растения. Додди был с ней, она всегда брала его с собой, тот любил окружающий их Лес и местных насекомых. Геркин кулон она теперь носила, не снимая, и, благодаря этому, он знал, что с Ритой всё хорошо. Вернулась она только через два дня с полным мешком трав, которые развесила сушить.

Со дня её возвращения из Леса Рита с Геркой занялась рунами.

– Гера, мне необходимо понять, что такое лечебные руны и как они действуют, – сразу объявила она, едва только его встретила.

Герка тут же увлёкся рунами для лечения и принялся их изучать.

Ридиан подрос, и на нём распустились новые листочки. Но Рита, как ни искала в книгах, так и не узнала, к какому Дереву принадлежит Ридиан. Сам Ридиан был малышом и ничего ей пока сказать не мог, а что за Дерево подарило ветку, Рита уже и не помнила. Один раз она специально пришла на то место, но Деревья объяснили ей, что ветку подарило не какое-то одно Дерево, а сам Лес. Поэтому в ней частичка всех Деревьев Леса, а что из этой веточки вырастет, зависит от ауры и любви Древних, которые будут ухаживать за деревцем. За Ридианом теперь ухаживала не только она, но и Диана, и Герка, и Лура – его любили все. А Додди, который пришёл из другого мира, стал лучшим его другом. Поэтому Рите осталось запастись терпением и ждать, что же ей за Деревце подарили.

Самым любимым местом Ридиана было Озеро Плача. Рита узнала об этом от него самого. Пока Ридиан мало говорил и больше задавал вопросов, изучая этот мир, но вот о своей любви к Озеру он сказал Рите сразу, едва оно только очистилось от скверны. Каждое утро Рита приносила его к нему и ставила у самого берега. Ридиан стоял в горшке, раскачивал веточками и что-то мурлыкал себе под нос – именно так она чувствовала действие Ридиана.

Проснувшись утром, Рита увидела, что Герка ещё не ложился и всё ещё занимается рунными знаками. Диана же давно проснулась и ушла в лес за пропитанием, а Лура окопалась в нижних подвалах, где на складах и в кладовых хранилось много вещей для приезжавших когда-то на учёбу в старые и забытые времена. Там она наводила порядок, разнося всё по разным помещениям и расставляя по местам.

Рита поняла, что работы для неё сегодня нет и, позавтракав в одиночестве, направилась в библиотеку. Сегодня она опять займёт свою голову новыми знаниями, иначе сойдёт с ума, продолжая думать о Денисе. Зная о том, что ещё просмотрела ещё не все книги по рунам лечения, Рита поднялась на стремянку и начала искать нужные ей справочники и фолианты.

Конечно, она понимала, что самые уникальные экземпляры находятся в Горе, где живут Гномы. В Сердце Земли, как рассказывала им всем троим Лура, хранятся превосходные рукописи, в Школе же находились учебники по самым лёгким рунам, для того, чтобы с ними могли ознакомиться Эльфы. Сильные руны держались мастерами в секрете, и каждый имел свои отличительные руны, но в Библиотеке Школы Архивов Рита таких книг пока не находила. Продолжая их искать, она залезла на самый верх стеллажа и на глаза ей попалась книга – «Правда и легенды остальных обитателей земли. Йокойя». Такая книга ей пока ещё не попадалась, и Рите стало любопытно узнать – кто, кроме Эльфов и Гномов, живёт в этом мире.

Взяв книгу в руки, она спустилась вниз, совсем забыв, что хотела поискать справочники про руны. Устроившись поудобнее в уголке, она открыла книгу. На первой странице рассказывалось про жителей Пустыни Коноси. Ими оказались маленькие насекомые Сонги, которых долгое время принимали за песчаную пыль. Кто и как открыл этих насекомых, в книге не говорилось, но долгое время жители считали их летающей песчаной бурей, которая всё уничтожала на своём пути. Но потом оказалось, что это крошечные, как песчинки, летающие насекомые, сжирающие всю плоть, не оставляя даже костей.

Рита решила оставить пока изучение Пустыни Коноси и посмотреть подробнее про обитателей Лесов, так как она не собиралась держать путешествие в пустыню. Она пролистывала книгу, пока не нашла раздел Леса. Открыв самую первую страницу, она почувствовала, как кровь ударила ей в голову. Склонив немного голову, на неё смотрела уже знакомая ей девушка. Под рисунком было написано – Катари. Конечно, рисунок не мог передать всего очарования и кокетства девушки, но это, без всякого сомнения, была именно она. У Риты затряслись руки, но она начала быстро читать раскрытую книгу, и чем дальше она читала, тем больше ей хотелось не столько плакать, сколько завыть от горя. Дочитав до момента, где Эльф умирал в страшных муках, а Катари перерождалась, Рита поняла, что больше не может читать. Она бросила книгу на пол и, бесшумно выскочив из библиотеки, побежала в свою комнату.

Переодевшись в белое платье, она сняла с себя изготовленный Геркой кулон, чтобы он не носился за ней в поисках по всему Лесу. Рита всё для себя решила – она убьёт Катари и также тихо вернётся назад. Пора закончить с этим монстром, убивающим Эльфов. Но ни Диане, ни Герке она ничего не расскажет. Пусть они считают, что Денис жив и продолжает жить с Катари.

– Я убью эту дрянь! – произнесла она, взяв нож из сундука Дианы. – Как такая может ещё жить в этом мире?!.

Рита быстро пересекла весь город, углубилась в лес и за день прошла довольно большое расстояние. Она так привыкла за это время ходить пешком, что совсем не уставала, а может, дело было не в этом, подумала она. Ей хотелось отомстить за Дениса. Его больше нет в живых, и пока Рита не убьёт Катари, она не успокоится, а плакать она будет уже после. Но она всё-таки расплакалась, когда вышла вечером к небольшой речке. Прислушавшись, что всё спокойно, она разделась и вошла в прохладную воду. Сидя в воде, она стала горько плакать. Рита смогла смириться с его изменой, лишь бы Денис был жив и счастлив. Но с его смертью она смириться не могла. Ведь больше он уже никогда не засмеётся, его глаза не полыхнут зелёным огнём, а волнистые волосы не заиграют золотом на солнце…

Отрезвила её вода, которая стала холодной. Рита вышла, вся дрожа, и села обсыхать под заходящими лучами солнца.

Рита узнала от Дианы, что любое убийство нужно совершать только будучи чистым. Обсохнув, девушка оделась и устроилась на мягкой траве. Она не боялась запачкать своё белое платье. Его можно конечно постирать, но оно само никогда не пачкалось. Если оно было изначально белое, то оно так и оставалось белым. Металлы, из которых была сделана одежда для всех жителей, съедали любую грязь с себя. Диана, например, могла любую тушку выпотрошить и ни одна капля крови не останется на её платье. Точно так же ткань не рвалась и не цеплялась, являясь как бы второй кожей. Но если хозяину нужно её укоротить или изменить, как было в случае с Дианой, ткань легко шла на встречу.

Когда Рита проснулась утром, то в первую очередь прислушалась к Лесу и всем звукам, раздававшимся в нём. Всё было спокойно, и уже совсем близко оставалось до Щебечущего леса. Она умылась и, ничего не боясь, спокойно пошла вперёд.

Когда она вошла в Щебечущий лес, то сразу окунулась в море голосов, смеха и пения птиц. Всё загудело в голове, а под ногами кое-где стала появляться скорлупа. Но, даже ступая на неё, она двигалась совсем бесшумно, а потом Рита совсем растворилась среди леса, исчезла. Это было легко и тяжело одновременно. Деревья дали ей возможность стать невидимой, но, кажется, им было из-за этого очень щекотно, и они стали хихикать. За время, проведённое в Школе Архивов, Рита научилась исчезать, даже не прикасаясь к Дереву, ей достаточно было поймать его ауру, находясь где-нибудь недалеко. Так Рита и двигалась совсем беззвучно и невидимая, ловя ауру то одного Дерева, то другого. Напоминало это, как будто она шла и руками дотрагивалась то до одного ствола, то до другого, но было это только мысленно. А вот сумасшедшие Деревья Щебечущего Леса всё портили, продолжая хихикать. Рита от бессилия закатила глаза, ей казалось, что из-за этих психов она движется по Лесу, как бульдозер.

Она так была возмущена поведением дурацких Деревьев, что отвлеклась и заметила Эльфа, только тогда, когда он был достаточно близко. Эльф был одет в тунику Охотника. За спиной у него висел лук и колчан со стрелами. Затем она взглянула в его лицо и обомлела от неожиданности – перед ней был Денис. Рита растерялась и забыла, зачем она пришла сюда, так как Денис смотрел на неё. Она ведь знала, что она невидима и Охотник не может её видеть, но он видел её и шагал прямо к ней.

– Это сон. Он умер… – прошептала она.

Денис явно услышал её.

– Нет, не сон. Я живой, – так же тихо прошептал он.

Рита остановилась и во все глаза смотрела, как он подходил к ней всё ближе и ближе, а ненормальные Деревья о чем-то шушукались и хихикали, как будто они смотрели очень весёлую комедию.

– Почему ты видишь меня? – опять прошептала она.

– Потому что я люблю тебя. Ты принадлежишь мне, а я тебе. Мы ведь Древние. И не имеет значения то, что я Охотник, а ты Лесная.

Рита посмотрела в его глаза и поняла, что Денис прав.

– Главное – это то, что Древние любили и не делились на кланы, – продолжил он. – А мы с тобой именно из таких. Я никогда и никого не ценил так, как тебя. Я сам смог освободиться от чар Катари, и в доказательство любви к тебе она отдала мне неоплодотворённое яйцо. Оно – твоё, Рита, – неуловимым движением и в руке Дениса оказалось нежно-розовое яйцо.

Он подошёл совсем близко к Рите.

– И я знаю, зачем ты пришла сюда. Ты любишь меня и пришла убить Катари, она ждёт тебя, и не будет сопротивляться. Ведь если ты убьёшь её, то она обретёт свободу, а ты займёшь её место. Ты знала об этом?

– Нет, – Рита часто заморгала, она же не дочитала историю о Катари. И она поверила Денису, ведь на этой земле нельзя было врать. А вот ненормальные Деревья захохотали над его словами, как будто он рассказал самый свежий и очень смешной анекдот.

Денис подошёл вплотную к Рите.

– Я скучал по тебе… Рита… Я люблю только тебя. Всю жизнь любил, сейчас люблю и буду любить, пока не умру. Я пошёл умирать на Болота Разрыва за тобой. Но они меня не забрали, как и тебя. И только настоящая любовь может победить освободиться от любовных чар Птицы-Оборотня или Эльфа-Оборотня по имени Катари. И пусть все миры, вся Вселенная подождёт. Я не могу тебя потерять.

Тут он взял её за руку, Рита отвела взгляд от его лица и посмотрела на свою ладонь, в которую Денис положил яйцо, похожее на жемчужину. Как только оно оказалось в её ладони, оно вдруг засияло розовыми красками.

– О-о-о-! – ахнули деревья, увидев очередной весёлый фокус.

А потом яйцо стало уменьшаться, пока не превратилось в крошечную зелёную горошину.

– Вот умора! – услышала Рита Деревья.

Она крепко сжала ладонь в кулак и прислонила к груди. Денис крепко обнял её. Так и стояли они, молча, под хохот придурковатых Деревьев.

Рита очень часто представляла себе сцену встречи с Денисом. Она мечтала о том, что пройдёт мимо, не замечая его. Потом она видела другую сцену, в которой он просил прощение у неё и умолял вернуться, а она, делая безразличное лицо, отталкивала Дениса от себя. Но в жизни всё происходило совсем не так, как в мечтах. Стоило ей увидеть его, и она поняла, что хотела только одного – чтобы он вот так её обнимал. Чтобы она чувствовала стук его сердца, тепло горячего тела, чтобы он накручивал её локон на свой палец… и вот как раз этим он сейчас и занимался.

– Этот мир очень суров, мы не были сразу готовы к таким испытаниям. Но я боролся и выдержал. Обещай мне, что ты не пойдёшь убивать Катари. Она ни в чём не виновата. Её сделал такой мир.

– Обещаю, – прошептала Рита. – Не хочу превращаться в Катари, а хочу быть с тобой. Всегда с тобой, и большего мне не нужно.

Денис нежно приподнял её лицо за подбородок и поцеловал…

Поцелуй… По поцелую можно узнать многое. Бывает поцелуй страсти, бывает поцелуй расставания, бывает поцелуй любопытства. Но самый прекрасный – это обоюдный поцелуй любви. Он сладок, он страстен, он любопытен и он нежен одновременно. Каждый из партнёров сознательно отдаёт все чувства другому, получая взамен точно такие же. Поцелуями можно разговаривать, просить и признаваться в любви.

Время остановилось, да тут и не было его, этого времени.

Деревья перестали смеяться, кажется, они застеснялись. Денис с Ритой одновременно почувствовали состояние Деревьев, они улыбнулись во время поцелуя, оторвались друг от друга, а потом рассмеялись, понимая, что они опять вместе.

Деревья тоже подхватили их смех и захохотали, довольные новой неизвестной шутке.

Рита и Денис опять стали видимы.

– Я хотела бы увидеть Катари, – попросила она.

– Хорошо, но только отдай мне кинжал, который у тебя в твоём прекрасном белом платьице. Я ещё не сказал тебе, как ты в нём прекрасна. Твои ножки сводят меня с ума, твои волосы тоже сводят, ты богиня и самая красивая женщина.

Рита засмеялась и отдала ему нож.

– Лесные ходят только в таких платьицах, – ответила она.

– Я знаю, но на тебе оно смотрится лучше, чем на других, и твои ножки самые красивые, – увидев её вопросительный взгляд, Денис продолжил, обнимая её за плечи, – но об этом я расскажу тебе потом…

Рита кивнула, но Денис напомнил ей про других Эльфов, и она тут же вспомнила Диану, которая уже должна начать волноваться по поводу её отсутствия.

Когда они вышли на поляну, Катари, выйдя из домика, уже ждала их. Она была усталой и разочарованной.

– Жаль, свобода была так близка для меня, – произнесла Птица-Оборотень.

– Планы изменились, – улыбнулась ей Рита. – Кстати, если бы мы знали с самого начала, во что одеваются Эльфийки Леса и Охотницы, я бы сразу раскусила твоё вранье. Так как на тебе в тот раз было платье Лесной, а ты представилась Охотницей. А вот теперь на тебе платье Охотницы.

– Я уже сама не помню, кто я. А ты очень красивая… Лесная. Я не встречала более идеальных внешне и внутренне Эльфиек. Да и не приходят они ко мне. Даже Эльфийки держатся от меня на расстоянии, если только не приходили меня убивать. А вот чтобы вернуться со своей второй половиной, после того, как прошли испытание, таких здесь ещё никогда не было. Ты очень необычная. Рита.

Рита зарделась от этих слов.

А Катари продолжила говорить:

– Я очень многих Эльфов повидала в своей жизни. Но ты совершенна, как и твой избранник. Были Эльфы-мужчины, которые смогли избавиться от меня перед самым ритуалом, через несколько дней. Но как Денис… чтобы прошло всего меньше суток, такого не было никогда. А ещё вы не только Древние, но ещё и носите Печать Поцелуя. Вы должны быть вместе всегда, и только тогда вы победите. Я знаю, что вам придётся что-то совершить, Верховный Лес не выбрал бы вас, если бы не знал, что вы особенные. Но только вместе вы и есть та сила.

– Спасибо тебе, Катари, – произнесла Рита и вдруг поклонилась.

Катари опешила.

– За что? – голос её задрожал.

– За всё, что ты сделала, и за слова твои. Так должно было случиться, а раз всё позади, то не надо помнить обиду. Благодаря тебе, я познала, что я люблю и любима. И мы с Денисом доказали это друг другу, благодаря именно тебе.

Услышав эти слова, Денис сильнее прижал девушку к себе.

– Катари, а можно кое о чём попросить тебя? – спросила Рита.

– Да?

– Ты можешь показаться мне в облике Птицы?

Катари удивилась, а потом улыбнулась.

– Никогда… Никогда ещё меня никто об этом не просил… Ну да… Конечно… Или умирали, или схватив яйцо бежали обратно к любимым. Лишь бы подальше от меня. Вы первые, которые вернулись и ведёте разговоры со мной, а ещё вот и благодарите. Хорошо, Рита, я выполню твою просьбу.

Катари плавно подняла руки, потом резко взмахнула ими и перед ними появилась необыкновенной красоты птица. Она была ростом с Риту, голубого и темно-зелёного оттенков – цветов леса и неба, на коротких, но очень крепких лапках с когтями, чтобы держаться, сидя на дереве, а необычный золотистый хохолок предавал очарования.

– Катари, ты очень красивая птица. Говорю тебе, как Охотник, – произнёс Денис.

– Спасибо, – поблагодарила Птица-Катари.

Рита вдруг вспомнила про яйцо, которое было всё ещё зажато в её кулачке. Она протянула руку к Катари и разжала кулак.

Птица, немного наклонив голову, с интересом посмотрела на ладонь.

– Катари, это твоё яйцо… Когда я взяла его в руку, оно стало маленьким и зелёным, – тихо произнесла Рита.

– Я никогда не знала, что оно меняется, – изумлённо произнесла Катари. – Думаю, у всех по-разному происходит. Может, в зависимости от силы любви? – и вдруг она выдернула два пера, одно зелёное и одно синее, и положила Рите в ладонь.

– Я не знаю, зачем я это сделала, но возьми их и вспоминайте Катари, – она взмахнула крыльями и взлетела.

– Спасибо! – крикнула ей Рита, а Денис помахал рукой.

Рита спрятала все три подарка в похожую сумочку на поясе, как у Дениса. Тот взял её за руку и потянул за собой от домика Катари.

– Чем быстрее мы отсюда уйдём, тем лучше. Эти хихикающие Деревья меня достали, – произнёс он.

– Ты их тоже теперь слышишь? – смеясь, спросила она.

– Слышу-слышу. И чего смешного они нашли во всём этом, абсолютно не понимаю, – с раздражением ответил он.

Деревья от его слов ещё больше развеселились, а Рита вдруг истерически захохотала, согнувшись пополам.

– Ой! Не могу, они меня доведут. Я умру со смеху, если они не прекратят, – у неё от смеха свело живот, и из глаз потекли слёзы.

А Деревьям это так понравилось, что они ещё больше заголосили, обсуждая Ритино поведение, так что в этот момент загудел весь Щебечущий Лес.

– Ой-ой-ёй! – хохотали деревья и сгибались пополам, учась от Риты, как будто это у них свело живот от смеха.

– Рита, они же психи. Что ты от них хочешь? – Денис стоял на месте, не зная, что делать. Рита смеялась и дальше идти не могла.

Деревья, услышав про психов, пришли в ещё больший неописуемый восторг и весело заголосили во весь голос, сгибаясь в разные стороны и ударяясь стволами друг о друга, от чего они ещё больше хохотали.

Рита надрывалась от смеха, видя, как стволы и кроны Деревьев трескаются одно о другое. Она осела на землю, задыхаясь от хохота. Денис сначала прыснул сам, увидев Риту, но потом понял, что они больше никогда с этого места не сойдут, а умрут от хохота. Тогда он поднял Риту, перекинул её через плечо и быстро побежал между Деревьями, опасаясь только того, что они могли стукнуть их своими стволами и ветками. Но Денис многому научился, зрение его не подводило, и он прекрасно обходил Деревья.

Кроме того, что Деревья их провожали улюлюканьем. Рита продолжала хохотать ещё и потому, что отчётливо слышала ту галиматью, которую несли Деревья. Рита поняла, что может они и ненормальные, но вот память у них прекрасная.

– Ножки! У неё самые красивые ножки! Ха-ха-ха! – ржало одно Дерево, а ему вторили двадцать.

– У них яйцо зелёное! Ой, не могу!

– Это сон, и он мёртвый!

– Это он-то мёртвый? Тот, который бежит?

– Он не мёртвый, он Древний!

– Он старый, а не древний.

– Я люблю только тебя, и ты станешь Катари.

– Ха-ха-ха!

– Отдай сюда оружие, а то животик надорвёшь!

– Ой, не могу!..

Сколько это продолжалось, Рита уже не знала, но вдруг в какой-то момент она почувствовала, что наступила тишина. Нет дикого щебетанья птиц и истеричного смеха Деревьев.

Денис осторожно опустил её на землю.

– Ну что, красавица? Успокоилась? – он стал убирать с её лица волосы.

Рита тоже дотронулась до его лица. Она трогала, как бы доказывая себе, что это всё правда, и это не сон. Он рядом – живой и самый дорогой человек на свете. Денис прикрыл глаза, наслаждаясь её прикосновениями, а потом резко открыл их и посмотрел на Риту.

– Денис, я скуча… – но договорить она не успела, так как Денис со страстью накрыл её своим поцелуем.

Это была страстная любовь двух Эльфов из разных кланов. Каждый из них дарил и доказывал другому свою любовь. Ничего не было прекраснее в этом Лесу, чем два сплетённых тела в любовном танце…

Умиротворённая и успокоенная Рита лежала на мягком мхе. Денис крепко обнимал её и нежно целовал в шею.

– Расскажи, как ты смог избавится от яда Катари? – спросила она, нежно гладя Дениса по щеке.

– Я всё время хотел вспомнить тебя. Знал, что до Катари была девушка, а не помнил не имени, ни её внешности. Я стал думать, от этого сильно заболела голова, а потом увидел татуировку на руке и прочитал твоё имя. И в тот же момент я вспомнил тебя, в памяти всплыл тот день, когда я целовал тебя в губы вместо того, чтобы нарисовать наши татуировки.

Рита счастливо хихикнула, а Денис нагнулся и нежно дотронулся своими губами до её губ.

– Без тебя жизнь – не жизнь… – прошептала Рита, и на глаза её выступили слёзы.

– Я знаю, любимая. У меня всё точно так же… – Денис опять стал целовать попеременно глаза Риты. – Не плачь, теперь мы вместе, и больше никогда не расстанемся. Лучше расскажи мне, где ты живёшь? У Лесных? На тебе местная одежда, а также прекрасной работы кинжал Охотника.

Рита резко села, вспомнив про город Архивов.

– Ой! Давай быстрее домой. Там Герка с Дианой сойдут с ума. Я же не сказала им, куда иду, и специально Геркин кулон с себя сняла, – произнесла она, садясь.

Денис тоже сел.

– Диана? Она тут? И Герка с вами? – изумился он.

Рита стала одеваться.

– Ой, мне так много нужно тебе рассказать, – заторопилась она. – Если они догадаются, что я пошла убивать Катари, боюсь, как бы они глупостей не совершили. Нам нужно срочно к ним.

– Подожди! Я без Барона не пойду! Они взрослые люди и подождут! Пса я не оставлю! – запротестовал Денис.

– Барон у тебя? – завизжала Рита и, бросившись к нему на шею, стала покрывать поцелуями.

Денис сжал её в объятиях.

– Эй! Эй! Боюсь, мы вообще никуда не пойдём, если ты продолжишь меня целовать.

– Всё-всё! Я готова! Идём за Бароном! Бегом!

– А может… немного подождём? – он продолжал держать её в объятиях.

Рита почувствовала, как её тело опять откликается на призыв Дениса, но, вспомнив о Бароне, взяла себя в руки.

– Денис, у нас вся жизнь впереди. Бегом за Бароном.

– Понял, красавица.

И они побежали по Лесу. Чем-то их бег напоминал игру влюблённых в догонялки. Теперь они оба были натренированы и прекрасно двигались. Денис легко настигал Риту, но всегда давал увернуться, хотя мог бы и поймать. Рита знала даже почему – он наслаждался зрелищем, в момент, когда она уворачивалась от него, это было похоже на грациозный и пластичный танец. Глаза его зажигались огнём и страстью, и Рита понимала, если он её схватит, то дальше они уже никуда не побегут.

Наконец, они остановились передохнуть. Денис достал листья, которые взял из лагеря.

– Проголодалась?

– Да, – кивнула она, затем взяла лист и стала кушать. – Вкуснятина! Листья дерева Рерра.

– Точно! Откуда знаешь?

– Мы же в Школе Архивов живём и учимся, сами себе учителя и ученики в одном лице. Тебе там очень понравится, я в этом уверена.

– Ну-ка рассказывай всё. Как вы встретились? Где нашли Диану?

– Хорошо. Давай только будем двигаться. Я хочу побыстрее увидеть Барона.

Денис встал, подал ей руку, и они пошли, держась за руки. Рита кушала вкусные листья дерева Рерра и рассказывала Денису про свои приключения. Потом рассказала, про Герку и его приключения, про Луру и отношения Дианы с Геркой.

– Я переживаю за них, – закончила Рита. – Может, Герка и должен быть с Гномихой, но Лура больше ему подходит на роль старшей сестры.

– Хорошо, что ты рассказала мне об этом. Я присмотрюсь к ним. А теперь пришла моя очередь рассказать о том, что приключилось со мной.

Солнце стало садиться, Денис в рассказе дошёл до того места, где он вышел из лагеря, чтобы вернуться к Катари за яйцом. И тут он резко замолчал, так как невдалеке раздались чьи-то голоса. Впереди шли двое и громко препирались, но голоса были очень знакомыми…

– Это ты не досмотрел!

– Она девушка и ты тоже! Должна сама её успокаивать и знать о её планах, а не я!

– Хватит ругаться! Я тут! – крикнула Рита.

– Рита, я тебя так хочу отшлёпать! Ты как маленькое дитя! Где тебя черти носят! – заорал Герка.

– Немедленно верни мой кинжал! – тут же закричала Диана.

– Не волнуйся, сестричка! Я отобрал у неё кинжал! Так что я верну его тебе! – крикнул Денис.

Сначала наступила тишина, а потом топот и пыхтение. К ним вывались из зарослей Диана с Геркой и кинулись на Дениса.

– Живой! – хлопал Герка его по пояснице.

– Дениска! – Диана целовала его в щеки.

Рита стояла в сторонке и думала о том, что вот оно – новое счастье. Сейчас оно чуточку побудет, а потом опять уйдёт и вернётся позже уже в будущем, но это будет другой эпизод их жизни.

– Давай рассказывай! Как ты? Где был? Как ушёл от Катари? Смог, значит? Значит, настоящая любовь? – захлёбывался словами Герка. – Как я рад, что ты тут! Как я рад! Извини, что я дал тебе тогда по роже! Эти девушки меня достали. Представляешь, я один мужик, а их трое! – Герка изливал другу наболевшее всё сразу.

Денис счастливо улыбался, глядя на Герку.

– Гер, ты самый лучший в мире друг! Можешь ещё раз ударить меня по роже, я согласен, только будь рядом и не уходи больше никогда.

Герка на секунду замер, понимая, что услышал признание в настоящей мужской дружбе. Но долго быть в этом счастливом состоянии ему не дала Диана.

– А почему это мы его достали? Я вообще его не трогаю. Между прочим, я его кормлю, принося еду из леса. А он, как барин, сидит, попу отращивает.

– Я – сижу? И что я отращиваю? – возмутился Герка.

Денис обнял их.

– Как мне вас не хватало! Спасибо Лесу, спасибо Поцелую, спасибо Миру и Вселенной, что вы снова подарили мне этих людей! – громко закричал Денис.

Рита вдруг заплакала, понимая, что вот так последний раз они были вместе ещё в Москве. Она заметила, что и Диана пустила слезу, прижавшись к Денису.

– Неужели мы опять вместе… – прошептала она. – Это такое счастье…

Герка взял Диану за руку, не отводя от неё влюблённого взгляда.

– Если ты хочешь, мы всегда будем вместе, – тихо произнёс он.

– Ребята, скоро на Лес опустится ночь, – отрезвила всех Рита. – Останемся ночевать в лесу?

– Я думаю, мы сможем дойти до лагеря Эльфов. Скоро Новый год, и комета уже неплохо освещает небо, – констатировал Денис.

– А я всё понять не могу, откуда этот свет! – воскликнул Герка.

– Какие ещё Эльфы? – с подозрением спросила Диана.

– Там Барон! И мы идём туда! – воскликнула Рита.

– Барон?! – заорали Диана и Герка. – Тогда идём!

– Ну, давай рассказывай! Как ты? Как Катари? Где нашёл Риту? – потребовала Диана от Дениса.

– Всё, прицепилась! – захихикал Герка.

– Опять рассказывать? Я только что закончил рассказ Рите, – с несчастным видом произнёс Денис.

– А вот и не закончил! – произнесла Рита. – Всё, пошли! А по дороге ты им ещё раз расскажешь, – обернулась она к Денису.

Они направились в направлении, которое показал им Денис. Он шёл впереди, шагая к лагерю, и рассказывал о своих приключениях. Наступила ночь, но комета предвещающая Новый год светила уже ярко, и Денис легко вёл своих друзей по Лесу.

– Значит, вы можете любить друг друга потому что вы Древние? – изумился Герка.

– Да! Но, скорее всего, ты тоже Древний. Ты делаешь такие вещи, которые Гномы забыли давным-давно, – произнёс Денис. – Я в лагере Эльфов познакомился с Гномом по имени Соран. Сейчас он ушёл в горы, передать клану, что ты вернулся.

– Я – вернулся?! – опять изумился Герка.

– Гномы тоже были Древними.

– Это ещё не доказательство, – пробурчал Герка.

– Ты находился в Верховном Лесу Поцелуя. Мы трое там были. Больше никто туда попасть не может.

– Разве Лес не вернул тебе Додди?

– Вернул. А откуда ты знаешь?

– Мне Рита рассказала ваши истории. Вернув тебе Додди в трудную минуту, это говорит о том, что у тебя Печать Поцелуя, и ты Древний, как и я с Ритой. И ты очень нужен этому миру.

– А меня, как всегда, никто никуда не впускал. Кровь влили, полуэльфом сделали, уши удлинили, хорошо хоть не как у ослихи. В Верховный Лес не пустили. Печать Поцелуя не имею, но у меня есть печати в паспорте. Я точно не Древняя, я молодая и симпатичная. Спасибо за это! Но главное – спасибо, что мы опять вместе! – счастливо засмеялась Диана.

Ребята тоже засмеялись, а Рита опять увидела, как Герка посмотрел на Диану. Её подруга не видела в этот момент его глаза, но Рита, зная Герку много лет, поняла, что он любит Диану и прилагает огромные усилия, чтобы не выдать свои чувства, скрываясь за маской дружбы.

Они шли ещё несколько часов, и вдруг Рита услышала знакомый лай – Барон уловил их приближение.

– Барон! – закричали Диана, Герка и Рита и наперегонки бросились на звук лая и свет мелькающий впереди.

Денис засмеялся, но не побежал за ними.

– Я не побегу. Всё равно к моей собаке сейчас не прорваться!

– Она не твоя, она наша! – закричал Герка.

Денис захохотал.

Деревья резко расступились, Рита выскочила на полянку, а на неё сзади налетели Герка с Дианой. Барон прыгал вокруг них, весело лая, но троица стояла, не шелохнувшись, так как перед ними столпились поражённые Эльфы. Рита первый раз видела Лесных и Охотников, да ещё в таком количестве. Они с интересом и удивлением смотрели на Риту и её друзей. Некоторые девушки стояли в немом восхищении. Рита продолжая смотреть на Эльфов, легонько потрепала Барона рукой, давая понять, что она тут и любит его, и снова замерла, пытаясь вспомнить, читала ли она о том, как нужно приветствовать Эльфов, но ничего припомнить не смогла.

– З-здавствуйте, – тихо произнесла она и зачем-то сделала реверанс.

Герка и Диана тоже поздоровались.

– Вы – Рита! – воскликнула симпатичная Эльфийка Леса. – Вы точно – Рита! У вас рисунок на плече, как у Дениса! Но я вас не по рисунку узнала! Вы такая… такая! – девушка подбежала к Рите и взяла её за руку. – Он так вас любит! Так любит! А я, а меня зовут Кватти, – Эльфийка зарделась.

– Рита, – сконфуженно произнесла Рита, чувствуя, что щеки её запылали, то ли от смущения, то ли от удовольствия.

Тут появился Денис.

– Денис! – Кватти бросилась к нему на шею, целуя в щеку. – Я знала, что всё будет хорошо!

– Привет, родная! – Денис поцеловал её в лоб.

Рита с удивлением смотрела на эту картину, странные отношения между Денисом и Кватти, заставило ёкнуть её сердечко, но она тут же отбросила ревностные нотки. Денис доказал свою любовь к ней, повторила она про себя.

– Да-а-а, брата я окончательно потеряла. Сестричек у него тут целая куча, – тихо прошептала Диана.

Герка с Ритой прыснули.

– Знакомьтесь, друзья. Этой мой лучший друг Гном Гера, – Денис подтолкнул Герку вперёд.

– Здравствуйте, – Герка поднял и помахал всем своей лапой.

– А это моя любимая сестра, Диана.

Диана вышла вперёд, тоже поздоровалась и помахала всем ручкой.

– Ну, а это, как вы уже поняли, и есть Рита, – Денис взял её за руку и, подтянув к себе, обнял за талию. Рита прижалась к нему.

– Очень приятно с вами познакомиться. И приятно вдвойне, потому что вижу два клана вместе, – произнесла Рита.

Раздались возгласы одобрения.

Вдруг вперёд протиснулся мальчик, ведя за собой за руку девочку. Рита определила, что мальчик – Эльф Леса, а девочка – Охотница.

– Денис, я тоже буду, как ты. Мне очень нравится Эйя, а я ей. Мы вырастем и будем жить вместе!

Многие заохали, кто-то что-то заговорил про любовь.

Рита присела на корточки.

– Тебя как зовут? – спросила она.

– Я Рил, Эльф Леса. А это моя подруга Эйя, – произнёс мальчик.

– Рил, не бросайся необдуманными словами. Я хочу, чтобы ты понял одну вещь. Не бери пример с нас только потому, что все в восхищении от увиденного, что теперь Лесная и Охотник вместе. Любовь – это чувство, а не желание быть похожим на своего кумира. Понимаешь? Никогда не путай чувство с привлекательностью.

– Я всё понимаю, – сказал Рил. – Я чувствую… Вот тут… – он легко ударил кулаком себя в грудь. – У меня там что-то тёплое, когда я вижу Эйю. Я не хочу с ней расставаться. Хочу оберегать и видеть её всегда рядом.

– Я тоже это чувствую, – произнесла Эйя. – Я плохо переношу, когда ненадолго расстаюсь с Рилом.

Рита вспомнила себя маленькой и, подняв голову, посмотрела на Дениса. Он явно был поражён услышанным.

– Как я в детстве, когда ты уезжала, – тихо произнёс он.

– Неужели любовь вернётся?! – воскликнул кто-то в толпе.

После этой сцены с Рилом, всё остальное было, как во сне. Никто так и не лёг этой ночью спать. Была встреча с Бароном, которого тискала вся троица, потом были знакомства, рассказы Дениса, Герки и Дианы. По несколько раз Диана рассказывала о Всепожирающих Демонах. Узнав о том, что Озеро Смерти вернуло своё прежнее название, Эльфы решили пойти туда, чтобы поплакать и почтить память всех погибших и умерших.

Старейшины двух кланов очень заинтересовались Школой Архивов, и на эти вопросы им отвечал Герка. А Эльфийки окружили Риту – конечно же, для того, чтобы она рассказала им о любви.

– Скажите, а что это такое – любовь? – смущаясь, спросила её Кватти. – Какие чувства испытывает при этом девушка? На что это похоже?

– Любовь – это то чувство, которое делает нас лучше. Моя душа отражается в душе Дениса, а его душа – в моей. Ради любимых совершаются подвиги. Любовь не допустит жестокости. Любовь – это противоположность злобе и вражде. А главное, любящие убеждены, что их половинки наилучшие во всей Вселенной, – попыталась передать Рита.

– Мы очень надеемся, что и в наших сердцах вспыхнет такая же любовь, – произнесли сразу несколько девушек.

Диана заинтересовала Эльфов не меньше – Охотница, которая оказалась ростом не выше Гномов. Но Эльфы признали в ней великую Охотницу Древних. А когда услышали историю Всепоглощающих Демонов, то поняли, что Диана владеет самой древней и самой редкой способностью – влияния на умы. Казалось, что при каждом удобном случае они хотят отвесить ей поклон до земли, но Диана это быстренько прекратила.

– Значит так! – она хлопнула в ладоши. – Я Диана, я не рождена от Эльфа, но Денис дал мне свою кровь, вот поэтому я такой и стала. Теперь вы должны понять самое главное. Я самая обыкновенная, на мне нет Печати Поцелуя, меня не допустил к себе Верховный Лес. А значит вы, лучше меня! И если не прекратите кланяться и восхвалять меня, всем промою мозги.

Денис захохотал.

– Это Диана! Вот такая она всегда!

Рита заметила, что после речи Дианы Герка смотрел на неё с обожанием и гордостью.

– Она бесподобна, – подойдя к Рите, тихо прошептал он. – Этот оптимизм, чувство деликатности, полное отсутствие гонора и зазнайства, и всё это в этой маленькой Охотнице… Я обожаю её.

– Ты любишь её, – тихо прошептала Рита. – Кстати, что-то я не увидела, чтобы она влюбилась в Эльфа. А тут очень много Охотников. Так что не всегда ты бываешь прав со своими прогнозами. И прекрати критиковать свою внешность и особенно рост. Да и Диана, пардон, роста не выше Гномихи. Не в обиду тебе будет сказано. Ну, думаю, ты понял, что я имела ввиду, – Рита усмехнулась, увидев выражение Герки, как будто она только что открыла ему глаза на некоторые вещи. Повернувшись, она направилась поговорить с Кватти.

Рита хоть и чувствовала, что в Кватти живёт какой-то свой интерес к Денису, а с его стороны чувствуется тёплая привязанность именно к этой Эльфийке, но это не помешало Рите стать с ней хорошими подругами. После всех испытаний с Катари она теперь полностью доверяла Денису и ни к кому его не ревновала, поэтому и с Кватти они отлично поладили, ведь обе они были Лесными. Кватти показала Рите некоторые приёмы неуловимых движений Лесных при беге. Эти движения были присущи только этим Эльфам. При таких грациозных движениях Лесные могли избегать столкновений с любой растительностью и крошечными животными этих мест. Кватти также научила Риту правильно срывать листья и ветки, быстро находить нужные деревья. У Риты полностью отсутствовала практика в таких вещах, но Лес она слышала единственная из всех Лесных Эльфов.

– Рита, Денис сказал, что ты можешь внезапно исчезать. Покажи, пожалуйста, как ты это делаешь, – попросила Кватти.

Когда Рита выполнила её просьбу и исчезла с глаз присутствующих, то ахнули все, кто находился рядом.

– Такое не делал никто из наших Лесных! Я никогда не видел такого, – воскликнул маленький Рил.

– Исчезать могли только Древние, и было это очень и очень давно, – произнёс старейшина Лесных Умил.

– А я вижу Риту, – воскликнул Денис. И вдруг сделав выпад, обхватил руками воздух, и в его объятиях оказалась уже видимая Рита.

Кватти громко вскрикнула, присутствующие заохали, а Эйя – маленькая Охотница подруга Рила, завизжала от восторга.

– Это настоящая любовь. Она видит через все преграды и препятствия. Поэтому живёт такое предание, что только настоящая и истинная любовь всё победит, – сказал Олок.

После этого фокуса, все занялись своими делами. Диана с Денисом ушли с Охотниками – учиться охотится и ориентироваться в Лесу. Рита побродила немного по лагерю, рассматривая, как всё в нем устроено, и тут заметила Умила, который что-то пытался доказать Герке, и подошла поближе.

– Во-первых, ты выше всех Гномов, которых я видел в своей жизни. Только Древние Гномы достигали такого роста, – объяснял Умил.

– Вы уверены? Может, это от того, что я жил в другом мире, а там другая еда или, например, притяжение планеты.

– Конечно! Вот на колбасе ты и подрос! – включилась в их разговор Рита.

– Не знаю, что такое кол… басе, может, эта еда и увеличивает рост, но ты очень статен для Гнома, умён, воспитан, и у тебя хорошее мужественное лицо. Рядом с тобой чувствуешь спокойствие и защиту. Верховный Лес никогда не ошибается. Ты прошёл Поцелуй и имеешь Печать, ты получил от Леса и Поцелуя животное по имени Додди, с которым мы ещё не познакомились, но уже наслышаны и очень хотим его увидеть. Ты Древний, как и твоя девушка Диана. Она тоже Древняя, хотя и не попала в Верховный Лес.

– Не знаю… вам виднее, Древняя она или нет… но она мне не девушка, – покраснев, тихо произнёс Герка.

– Ты любишь её. Мы живём в мире, где нет любви, а только уважение. В твоих же глазах ярко полыхает огонь любви, когда ты смотришь на неё. Как мне не видеть такое чудо? А ещё Диана была на Болотах Разрыва. Её допустил туда сам Верховный Лес. Поэтому она тоже Древняя. У меня нет доказательств, но я уверен, что прав, – произнёс Умил.

– Я полностью согласен с тобой, – кивнул головой Олок.

– А что мне это даёт? Даже если я и люблю её, я боюсь этой любви. Она красива, умна, грациозна, но она Охотница, а я…

Рита внимательно слушала их разговор и больше в него не вмешивалась.

– Мы знаем, что Гномы очень долго выбирают себе вторую половинку. Не потому, что они привереды, просто они долго копаются в своих чувствах и наблюдают за теми, кого они полюбили. Сейчас в нашем мире нет истинного чувства любви. Гномы, не получая доказательства любви, так ничего и не решив для себя, часто остаются одни. Гномов совсем мало теперь, и это меня пугает. Без Гномов мы погибнем. Но я слышал легенду, в которой рассказывается о Древнем Гноме, который полюбит Другую Древнюю Эльфийку, и тогда мир изменится, – вдруг вспомнил Умил.

– Нет. Это не легенда. Это пророчество, – перебил его Олок. – Точное доказательство той древней истории и пророчества можно найти только в Городе Лабиринта.

– Как туда можно попасть? – тут же спросил Герка.

– Говорят, в этот Город нельзя попасть, если не обойти все важные Земли нашего мира, – продолжил Олок.

– Так получается, что вы можете туда сходить? – не утерпел спросить Герка.

– Нет. Мы не Древние. Мы не дойдём до Лабиринта, а если и попадём туда, то потеряемся в нём. Раньше во времена Древних всё было по-другому. Даже не нужно было все Земли обходить, чтобы попасть в Город Лабиринта. А вот мы… мы теперь – потерянные.

– Но откуда вы тогда знаете про обход всех Земель? – не удержалась Рита.

– Эти слова просил запомнить тот самый Тенон, единственный вышедший из Лабиринта. Поэтому для попадания в этот Город, – Олок снова обратился к Герке, – тебе придётся встретиться и познакомиться со многими Дозорами. Ну и, конечно, навестить Горы Сердца Земли. Только тогда тебе будет открыт вход в тот город, и ты никогда не в нём заблудишься. Туда уже много веков никто не ступал, а мы этого сделать не можем – для нас закрыты его двери, потому что мы не Древние. Но если тебя очень волнует твоя настоящая любовь, ты обязательно должен найти то пророчество. Именно в Городе Лабиринта записывались все пророчества этого мира.

– Я согласен с Олоком, – заговорил Умил. – Я не хотел говорить об этом при Диане, но Рита пусть остаётся и тоже это услышит. Я вижу, вы очень близки, и у тебя нет от неё секретов, – повернулся он к Рите, – и она сохранит наш разговор в тайне. Дело ведь ещё в Катари, с ней далеко ещё не всё ясно.

– Что с ней? – Рита перебила старейшину и снова напряглась.

– Как быстро вы на всё реагируете… Наверное, вас тот мир такими сделал. Мы не такие, – улыбнулся Умил. – Всё дело заключается в том, что Гномы не видят Птицу-Оборотня. А ты – видел её своими глазами. Даже Древние Гномы не видели Катари. Они просто её не замечают и не слышат. Ты точно – Древний Гном, но вот сердце у тебя непростое. В тебе живёт что-то от Эльфов, я это чувствую. И я думаю, что ты можешь многое в себе побороть и изменить всех Гномов. Борись за то, что тебе дорого, не иди на поводу древних традиций, ведь тебя воспитал другой мир. И если ты поймёшь, что действительно любишь, то не смей это уже потерять. Мы на этой земле потеряли очень многое. Прислушайся к словам тех, кто забыл, что такое счастье под названием любовь. Таким сокровищем нельзя пренебрегать.

Старейшины сказав всё, что хотели сказать Герке, и отошли, обсуждая короткий путь к Городу Школы Архивов и давая по пути советы Эльфам по свёртыванию лагеря.

– Гер, пойдём, пройдёмся, – предложила Рита.

Они молча углубились в лес. Найдя укромное место для разговора, Рита остановилась.

– Садись, я хочу тебе кое-что показать, – сказала она.

Герка молча сел на землю, покрытую мягким мхом, Рита пристроилась рядышком. Затем она порылась в кармашке своего белого платья и, нащупав яйцо Катари, вытащила его на свет. Раскрыв ладошку, она протянула яйцо Герке.

– Что это? – с интересом спросил он.

– Это яйцо Катари. Когда Денис протянул мне его, оно напоминало огромную розовую жемчужину. А когда оно оказалось в моей ладони, оно из той розовой жемчужины, превратилось вот в эту зелёную горошину.

– Очень красивое… Можно подержать? – спросил Герка.

– Даже не можно, а нужно. Я дарю его тебе. Оно твоё.

Герка резко отдёрнул руку.

– Нет. Я не возьму его! Это ваше. Твоё и Дениса. Доказательство вашей любви. Как же ты можешь отдать его?! Хочешь, я могу сделать ему оправу, и оно будет прекрасно сочетаться с твоими глазами?

– Нет, Гер. Всё не то. Ты не понимаешь. Денис сказал, что я должна распорядиться этим яйцом правильно, именно так, как хочет моё сердце. Может, это и звучит странно, но поверь мне сейчас, это не жалось к тебе, твоим чувствам и страданиям по Диане. Моё сердце вопит и хочет, чтобы ты принял мой подарок, а потом в знак любви подарил его своей избраннице. Я хочу, чтобы ты принял единственно правильное решение в своей жизни. Это будет важно не только для тебя, но и для всех нас. Считай, что это яйцо наше общее – моё, Дениса, твоё и твоей избранницы. Это яйцо сможет помочь тебе определиться. Ты прекрасно знаешь, сколько событий произошло из-за этого яйца. Мы втроём разбежались, разругались, страдали и опять нашли друг друга. Поэтому… ты никогда не подаришь его той, к кому твоё сердце равнодушно или она будет недостойна тебя. Тебе будет тяжело решиться, но когда-нибудь такой день настанет… я это знаю…

Рита взяла его ладонь и положила в неё яйцо-горошину. Герка сжал её в своей ладони, к чему-то внимательно прислушиваясь.

– Рит, оно поёт. Яйцо поёт! Оно пело у тебя?

– Нет, – замотала она головой. – А… о чём оно поёт?

– Сейчас. Подожди, дай я послушаю…

Какое-то время Герка слушал, а Рита сидела тихо и его не перебивала. Наконец, Герка посмотрел на Риту.

– Ничего не понял. Вот слушай, – Герка отдал Рите горошину.

Рита зажала её в кулаке, но ничего и не услышала. Она отрицательно замотала головой.

– Ничего. Ни звука. Если хочешь, то не говори мне ничего. Может, это предназначено только для тебя.

– Нет, яйцо наше общее… Ладно, я скажу тебе, о чём эта песня, потому что… потому что в этой песне есть что-то от твоих слов, которые ты мне сказала сейчас. Давай я перескажу тебе её слова, слушай:

Любовь дана нам в жизни,

Отправься в путь не ближний.

И от Катари принеси Яйцо,

И девушке своей отдай его.

Но после этого никто не знал секрета.

И если вдруг случится, ты найдёшь ответы.

Пока никто не понял,

Что я умею?

От этого я очень сожалею.

И если песню ты услышишь,

То заново ты в мир задышишь.

В минуту страшную тебе я помогу.

От горя я твоих друзей оберегу.

Вот ты спасёшь меня.

И вознесусь я из огня.

И возрожусь я птицей, обретя свободу.

Взлечу я для народа к небосводу.

– Вот… Кажется, всё… – с удивлением закончил Герка.

– Знаешь, никому об этом не говори. Я точно уверена, что правильно сделала, подарив это яйцо тебе. Может, я на самом деле первая Эльфийка, которая отдаёт яйцо тому, кто запутался в своих чувствах и оно ему укажет на любовь. И дарю я яйцо не Эльфу, а Гному. Знаешь, это очень любопытно. Яйцо моё, поэтому оно связано с моим сердцем. Я не слышу песню, но я слышу через своё сердце голос яйца, которое кричало мне о том, что оно для тебя. Подарив тебе яйцо, сейчас моё сердце успокоилось. А может, яйцо запоёт, когда ты подаришь его той, единственной? Мне оно не пело и Денису тоже. Он бы мне рассказал. – Рита сидела и рассуждала вслух, понимая, что их неординарные мысли и решения очень необходимы в этом застойном мире. – Знаешь, – продолжила она, снова обращаясь к Герке, – Верховные Деревья могли бы оставить нас у себя в Лесу, он бы закрылся, и мы трое росли в нём, но он поступил по-другому. Верховный Лес всё же рискнул, отправив нас в другое измерение, мы чуть не погибли, но выжили и, благодаря другому воспитанию, мы неординарно думаем и совершаем странные для всех поступки. Даже Катари сказала, что мы особенные. Я зачем-то пошла поговорить с ней, сказал ей спасибо, за то, что она помогла доказать любовь Дениса ко мне, потом я попросила её превратиться в птицу, а сейчас дарю тебе своё же яйцо. Планета Земля воспитала нас на свой лад, и это здорово. Я скучаю по тому миру, но этот необыкновенный мир, сейчас захватил меня полностью…

Герка внимательно её выслушал.

– Спасибо, Рита, тебе за всё, – произнёс он, когда она выговорилась.

– Это тебе спасибо. Если бы не ты, я бы ещё маленькой погибла. Если бы не ты, мы с Денисом тоже могли умереть ещё в Исследовательском Центре Томаса Войта. Благодаря тебе, мы все тут. И ты заслужил этот подарок в виде яйца и право на настоящую любовь с девушкой, которая тебя будет любить, потому что ты такой, какой ты есть – Гном по имени Герка. И с гордостью думай об этом. И вот что ещё я хочу сказать: после Дениса ты для меня самый сильный и самый красивый мужчина, и никогда твой рост не имел для меня никакого значения. Я тебя очень люблю.

Герка обнял её, и они какое-то время сидели, обнявшись. Потом раздался лай и к ним прибежал радостный Барон.

Рита заметила, что он подрос, и у него появились отличные охотничьи повадки. Барон светился радостью и счастьем. Он нашёл тут всё, о чём может мечтать охотничья собака, подумала Рита.

– Ах, ты, морда, нашёл нас! – воскликнул Герка.

– Гав-гав! – Барон весело запрыгал вокруг них.

– Идём, идём, а то облаешься, – Герка поднялся.

Рита тоже легко и беззвучно вскочила.

– Скоро в путь, домой, в нашу Школу Архивов, – произнесла Рита.

Но тут она поняла, что её дом – это не только Школа, но и весь Лес… и вся Земля была её домом. Где бы она ни была, ей всюду было хорошо, лишь бы рядом были люди, без которых этот дом был бы пуст.

Рита вернулась в лагерь и немного поспала – все переживания последнего дня и ночь, которую она фактически не спала, заставили Риту при возвращении в лагерь прилечь и отдохнуть. Ближе ко второй половине дня она проснулась и начала с остальными жителями лагеря собираться в Город Умов и Архивов. Рита заметила, что все Эльфы были радостно возбуждены и одновременно насторожены. Сначала они радовались тому, что город очищен, но чем ближе они подходили к городу, тем больше чувствовалась напряжённость. Наконец, они вышли к кромке леса. Внизу, как на ладони, раскинулось и сверкало зеркальной гладью прекрасное Озеро Плача. Рита заметила у воды Луру, которая вынесла к берегу Ридиана. Значит, пока Рита и остальные в городе отсутствовали, Ридиана выносила к Озеру теперь она, поняла Рита.

– Кто это там у берега? – спросил Рил.

– Это Лура. Очень хорошая и трудолюбивая девушка-Гном, – с гордостью произнесла Диана. – Она замечательно готовит, я её очень люблю и страшно соскучилась по ней. – Диана с улыбкой смотрела на девушку у Озера, а Рита скосив глаза, взглянула на Герку. Тот с любовью и восхищением смотрел на Диану.

Денис же смотрел куда-то ещё дальше, а потом показал рукой.

– Там Школа Архивов, и я вижу надпись: «Пройдите через учения эти, наши величия познайте. Отряд Трёх».

И тут Арка Архивов вспыхнула, и светящаяся на ней надпись стала золотым шлейфом разноситься в разные стороны, улетая всё дальше и дальше, исчезая где-то далеко за зелёным морем Леса.

– Я вижу! – закричал Ангар. – Я вижу надпись Трёх!

– Я тоже! – запрыгала Кватти.

– А я нет, – с грустью ответил Рил.

– А что это значит? Почему одни видят, а другие нет? – тут же поинтересовалась Диана.

– Рилу ещё рано, и не все её могут увидеть. Вот в этом и заключается главный секрет Школы Архивов. Школа сама знает, кто и когда должен начать обучение. Увидят надпись только те, кому пришла пора получить образование. Те Эльфы и Гномы, которые увидят пролетающую надпись, должны сразу отправиться в Город Школы Архивов. Теперь надпись всегда будет разноситься светящейся лентой над миром, – сказал наставническим тоном Умил.

– Где бы ни находились Эльфы и Гномы в Лесах или, в Горах, они увидят надпись и поймут, что им пора на учёбу. Потом они выучатся, получат необходимые знания и опять возвратятся в Лес. А их место займут другие Эльфы и Гномы, которые после ушедших снова увидят эту надпись. Школа сама делает выбор, кому и когда учиться, а кто будет должен остаться преподавать в Школе. Я очень надеюсь, что город начнёт восстанавливаться, расширяться, появятся дома Эльфов и Гномов, так как места для ночлега в Школе хватать уже не будет. Именно так уже было здесь когда-то… – завершил Олок.

– А почему надпись не засветилась сразу же, как только город был очищен от демонов? – задала вопрос маленькая Эйя.

– Остался последний Древний, который должен был прочитать надпись. Это и сделал Денис. Увидеть надпись может только Древний. А на таком расстоянии, только Денис… Наконец-то, начинаются перемены, – и Олок впервые радостно рассмеялся.

– А без Дианы, мы бы её не заметили, – серьёзно сказала Рита.

– Диана ключ ко всему! – хором ответили оба старейшины и закивали головами.

Диана сделала вид, что не расслышала, хотя и зарделась.

– Барон, беги к девушке по имени Лура! Беги и знакомься, – хлопнула Диана пса по спине.

Барон, казалось, только этого и ждал, и на всех порах рванул вниз. Когда Лура увидела несущегося к ней Барона, тут же опустилась на попу.

– Знакомая реакция, надо будет попробовать и мне так. Может, поможет в стрессовой ситуации, – сказала Диана по-русски, чтобы её поняли только друзья.

Рита еле сдержалась, чтобы не захохотать, Денис и Герка тоже. Вдруг Диана сорвалась с места и с воплями побежала к Луре, за ней припустили Рита и Герка, выкрикивая громогласно «Лура!». Остальные Эльфы шли медленно, осматриваясь и сознавая, что больше нет никакой опасности. Денис решил не пугать и без того перепуганную Луру, поэтому шёл с Дозорами.

– Лура, Лура, я так по тебе скучала! – Диана первая подскочила к Гномихе и кинулась её обнимать и целовать.

– Диана! Я так переживала! Рита, куда ты ушла?! И никому ничего не сказав! И что это за зверь? Он так меня испугал!

– Это наш Барон! – Герка подошёл, обнял Луру и поцеловал её в лоб.

Диана отошла, давая возможность Герке и Луре побыть немного наедине. Рита же подбежала к Ридиану. Листики вовсю уже распустились, основная веточка, которая в будущем станет стволом дерева, ещё удлинилась на несколько сантиметров.

– Какие мы большие стали! Барон, иди сюда знакомиться. Это Ридиан. Ридиан, познакомься, это Барон.

Барон приблизился и стал внимательно обнюхивать деревце. Ридиан в этот момент дотронулся своей веточкой до серьги в ухе Барона. Тот на долю секунды застыл, к чему-то прислушиваясь, а потом весело залаял прыгая перед Ридианом.

– Ой! – Лура опять шлёпнулась на задницу.

Диана и Герка рассмеялись. Последний тут же подал Луре руку, и та поднялась.

– Какое шумное животное! – произнесла она.

Тут подошли остальные Эльфы и началось невообразимое. Все уселись на берегу Озера и вдруг начали плакать. Даже у Дениса потекли слезы – Эльфы совершали самый великий ритуал прощания со всеми ушедшими Эльфами.

Герка обняв Луру и Диану, медленно повёл девушек к Архивам, рассказывая им о своих новых идеях. Барон побежал за ними. А Рита, усевшись в сторонке, осталась ждать. Ридиан тоже, кажется, плакал, он перегнулся через горшок и капельки росы падали в воду с его листиков. А потом он нагнулся ещё больше и стал веточками водить по воде.

Остальные Эльфы опустили руки в воду. Рита поняла, что ритуал заканчивался. Многие одухотворённые, освободившиеся от тяжкого бремени и очищенные духовно, стали подниматься на ноги, и только тут заметили деревце в горшке.

Умил подошёл поближе и сел, чтобы рассмотреть его.

– Странно. Все листики на нём разные. Как будто с разных деревьев. Это же отросток, который явно превращается в Верховное Дерево. Откуда он у вас? – изумлённо воскликнул он.

– Это Ридиан. Мы с Дианой дали ему имя, когда он стоял с нами на защите Архивов в момент нападения Всепожирающих Демонов. А сама веточка – это подарок Леса, я шла, и Дерево спросило – куда я иду? Я сказала, что на Болота Разрыва. Потом я уснула, а проснувшись, обнаружила в руке веточку. Придя в Школу, я его посадила. Ридиан очень любит это место, и я его каждый день приносила сюда. Теперь вот в моё отсутствие Лура делает это. Он был вот такусенький, – Рита показала на руках, каким маленьким был Ридиан, – а сейчас он уже большой и красивый, – продолжала она с долей гордости за Ридиана.

– Рита, уже много, очень много веков никто не выращивал деревья. Это делали только Древние Лесные Эльфы. Сначала отросток приносили к Озеру. Считается, что ему нужно в детстве слышать слёзы Эльфов, чтобы понять их историю жизни, их чувства и переживания. Потом Деревце подрастало и благодаря любовному уходу Лесного, само решало, каким Деревом оно станет. Оно могло стать любым деревом Леса, но вырастить Верховное Дерево мог даже не каждый Древний. Если это происходило, то с возрастом Деревце из горшка пересаживалось в Верховный Лес Поцелуя, тогда оно награждалось Поцелуем, и листья его менялись, выбирался один лист какого-то одного Дерева. Запомни, каждое Дерево в том Лесу, было посажено особым Древним Эльфом. Дерево Верховного Леса не несёт в себе семян, только Эльф мог продолжить род Верховного Леса, а Лес продолжить рождение Древнего.

– Ничего себе! – воскликнула Рита и подумала о том, что взросление Древних Эльфов было схожим с взрослением Деревьев. Рождался Эльф от смешанных браков и только через какое-то время он определял свой путь, становясь Охотником или Лесным. Возможно, и у Гномов было что-то похожее.

Она повернулась к своему маленькому питомцу в горшке.

– Ридиан, скоро ты будешь великим! Будешь жить в замечательном Лесу, который был к нам очень добр. Я тобой горжусь, – Ридиан, услышав её слова, начал махать веточками, как дирижёр руками, что-то себе потихоньку мурлыча, а Рита ощущала его радостное детство. – А как вы это определили? Только по листикам? – обратилась она к Умилу.

– Нет, конечно. Только Верховное Дерево может плакать у Озера, и не путай с водяным деревом Кауфи, – наставническим тоном произнёс Умил. – Остальные деревья такого не умеют. Об этом мне рассказывал ещё мой старейшина, когда я был маленьким.

– Это начало перемен. Я рад, что дожил до этих дней, – тихо произнёс Олок.

– Давайте теперь в Школу, Лура уже ждёт нас в ней. Каждый получит себе там по отдельной комнате.

Когда они пришли, то Лура уже хозяйничала. Познакомившись со всеми, она стала распределять, кого и куда разместить. Классы временно превратились в комнаты. В подвалах нашли кровати, и Эльфы стали помогать ей перетаскивать всё наверх. Девушки разделились. Одни помогали управляться с бельём и одеждой, другие ушли на кухню готовить еду.

Никогда ещё в Школе не было так весело и шумно.

Когда все занялись делами, Рита потащила показывать Денису его комнату. Остальные отказались её занять, посчитав, что она как лучше подходит Новым Древним. К тому же Эльфы привыкли жить вместе, и им удобнее расположиться поближе друг к другу. Планов у Эльфов двух кланов была уйма, первым делом они решили осмотреть весь город и постараться отыскать более-менее пригодные дома для жилья на случай прихода новых учеников. А также заняться восстановлением самого города.

Диана всё-таки уговорила Ангара занять комнату Лесного, так как он теперь оставался учиться. А Рита освободила свою комнату для Кватти, решив перейти ночевать к Денису.

– Денис, идём, я покажу тебе нашу комнату.

Рита привела его и первым делом потащила показывать ванную. Сначала Денис не хотел смотреть ванную, а только целовать Риту, но та увернулась, засмеялась и втащила его в маленькую дверь.

– Ни фига себе! – воскликнул Денис и, подняв Риту, быстро затащил её в пустой бассейн.

– Да подожди ты! Совсем с ума сошёл! – хохоча, стала сопротивляться она.

– Почему это? Вместе всегда веселее мыться, тем более, что мы теперь будем тут вместе жить!

– Денис, смотри какая мочалка! А мыло! Перестань меня целовать!

– Я уже видел такую мочалку и мыло у Эльфов. И ещё жидкость для чистки зубов. Так что не удивила. – Денис вдруг, что-то вспомнив, резко перестал целовать Риту. – А вот я тебя сейчас удивлю.

Он освободил Риту из своих объятий и полез в мешочек, прикреплённый на поясе.

– Ещё одно яйцо? – удивлённо спросила Рита.

– Это подарили мне Болота Разрыва. Это души наших родителей, как доказательство любви к тебе, что я пошёл умирать за тобой на Болота, – Денис разжал ладонь, в ней лежало четыре горошины серого цвета, как будто слепленные из цемента.

– А почему они такие? – разочарованно спросила Рита. – Там на Болотах я видела цветы.

– Я сам не знаю. Когда они подлетели ко мне, я думал, что это бабочки, но это были цветы. Стоило мне выйти за границы Болота Разрыва, они свернулись и стали вот такими… Я думаю, что их души отгородились от мира, из которого давно ушли. Мёртвым не место в мире среди живых.

Рита согласно кивнула.

– А кто из них кто? – спросила она.

– Не знаю. Возьми, подержи. Может, что-то почувствуешь…

Рита подержала, но тоже ничего не почувствовала. И вдруг её осенило:

– Герку надо позвать! Стой тут, я мигом! – она аккуратно вернула горошины Денису и побежала искать Герку. Он оказался в комнате Дианы.

– Мне нужен лук немного короче. И стрелы тоже. Я поняла на охоте в Лесу, что мой рост, ширина плеч и размах моих рук не подходят под оружие высоких Эльфов, – объясняла ему Диана.

Герка снимал с Дианы размеры плеча, руки, спины, а затем записывал их у себя в блокноте.

– Рит, что-то случилось? – спросила Диана, заметив подругу.

– Ага! Бросайте всё! Давайте к Денису! Быстро!

Герка, всё бросив и схватив Диану за руку, побежал вслед за Ритой. Втроём они вбежали в ванную комнату.

– А почему тут? – удивился Герка. – Места другого не нашли?

Денис, до этого смотревший на душ, который наполнял бассейн, резко обернулся. Значит, он сразу разобрался, как можно управлять душем, решила Рита, заметив, что вода низвергается не по краям бассейна, а точно по центру.

– Смотрите, – Денис быстрым шагом подошёл к ним, – это подарок Болот Разрыва, души моих родителей и родителей Риты. Но мы не можем понять, где горошины мои, а где Риты.

– Дай мне взглянуть, – попросил Герка.

Он взял в свою большую ладонь горошины и замер. Все замолчали, только звук льющейся воды нарушал тишину. Вдруг Герка улыбнулся:

– Я услышал.

– А можно мне? – Диана протянула миниатюрную ладошку.

Герка вложил ей горошины.

– Ой! Я тоже слышу.

– Правда?! – одновременно спросили все трое Диану. Только Денис и Рита разочарованно молчали, ведь они ничего не слышали, а вот Герка слушал с восторгом и радостью.

– Ты же Эльф?! Как же ты можешь слышать? – изумлённо спросил он.

– А фиг его знает… – пожала плечами Диана. – Слышу. Вот эти… – она откатила две в сторону, – это родители Риты. А эти две – это наши с тобой, – она посмотрела на Дениса.

– Наши?! – удивился он.

– Ну, да. Они мне дали понять, что я тоже – их дочь. Может, правда, я не поняла… – Диана прислушалась. – Но нет, они сказали, что я тоже их кровинка. Говорят, что это… ну, как веточку от дерева взять, и она потом станет новым деревом. Вот я и есть та самая веточка от их Дениса, поэтому я тоже их дочь… Ура! – закончила она и подпрыгнула.

– А мы почему не слышим? – с грустью спросила Рита.

– Ещё услышите, когда ваше время придёт, – констатировал Герка. – Дай-ка мне ещё раз, – попросил он Диану.

Герка сгрёб в лапу все горошины.

– Рит, твой отец был Охотником, а мать Лесной, – сказал он, к чему-то прислушиваясь. – А у Дениса всё с точностью наоборот – мать Охотница, а отец Лесной. И было это очень-очень давно. Перед мрачными временами. Тогда Верховный Лес попросил у Эльфов детей, которые ещё не родились и даже не были зачаты. Но Лес определил, что ему нужны именно эти дети от этих родителей для того, чтобы спасти их, а они в свою очередь спасут потом эти земли и вернут Древних. В день рождения Древние должны отдать своих новорождённых для перехода Губ Поцелуя. Но дети были слабы и умирали, не перенося перехода Губ. И тогда Эльфы поняли, что совершили ошибку, неправильно истолковав просьбу Леса. Оказывается, без Гномов Эльфам не выжить. Древний Гном был благороден и согласился пожертвовать своим ещё не родившимся сыном ради спасения всего мира. Он должен был первым пройти переход. Только тело Гнома могло выдержать муки, а потом ждать и помочь выжить другим Эльфам.

Герка замолчал что-то высчитывая.

– Это же через сколько лет после того, как я оказался в Шатуре, вы ещё рожались или рождались? – возмутился он.

Все и так поняли, что это история их рождения. Денис, шевеля губами, стал что-то просчитывать.

– Минута, это пять-шесть дней… приблизительно. Если ещё час. Потом двадцать четыре часа. Ой. Что-то получается мне не меньше ста восьмидесяти тысяч лет. А Герка так вообще старый-престарый, – захохотал Денис, убирая горошины обратно в мешочек и повесив его на ветвистую вешалку.

– Я самый настоящий старпер! – захохотал Герка.

– Кто такой старпер? – спросила Диана.

– Старый пердун! Вот кто я!

– А я самая молодая и красивая! – закричала Диана и тут же, подбежав к бассейну, принялась всех обрызгивать.

Сняв обувь, они запрыгнули следом за ней в бассейн и начали друг друга поливать водой, при этом хохоча и обсуждая, какие они старые и древние.

– Вам полотенца не нужны? – в дверях стояла Лура и с ужасом на них смотрела.

– Нужны! – закричала Диана и, выскочив из воды, потащила упирающуюся Луру к бассейну.

Остальные стали обливать Луру и Диану водой. Выскочив из бассейна, мокрая с головы до ног Лура, как всегда, плюхнулась на пол, а под ней тут же расползлась огромная лужа воды.

– Может, вы и уважаемые Древние, но, по-моему, вы ненормальные! – крикнула Лура, пытаясь перекричать четырёх хохочущих.

– Мы Древние склеротики, которым двести тысяч лет! А вы, молодая девушка, совсем не умеете расслабляться! – хохотал Денис, не в силах успокоиться.

Рита сидела в воде, уже не в состоянии подняться от смеха. Только Герка и Диана веселились от души, продолжая брызгать друг на друга тёплой водой…

Глава 11

Герка все больше задумывался над словами, сказанными Старейшинами Умилом и Олаком. Да, он жаждал знаний, жаждал исследований, ему нужно было отправляться в Горы – туда, где когда-то, тысячи лет тому назад, жили его родители.

Мысли об этом походе немного отвлекали его от того чувства, которое он всё сильнее испытывал к Диане. Герка вспомнил ту минуту, когда они вступили в лагерь Эльфов. Он ждал, что вот сейчас появится Охотник, и у Дианы загорятся глаза. Но почему-то ничего не произошло. Она осталась абсолютно равнодушная к красоте Эльфов Охотников. А может, она его пока ещё не встретила? Может, её судьба ждёт в другом лагере Дозорных?..

Сейчас в город из разных уголков земли приходили те, кто получил золотое послание на учёбу в Школе Архивов. Их было пока мало, около тридцати жителей, но город ожил. Пришли Гномы и Гномихи, Эльфы двух кланов. Но Герка продолжал оставаться равнодушным к Гномихам, и к его радости – так же равнодушна была Диана к Охотникам. Вот только Лура всегда была рядом с Геркой. Она одаривала его той заботой, которой он был лишён с самого детства.

Герка умом понимал, что в этой девушке он может быть уверен на все сто, а вот что его ждало с Дианой – он не знал…

Наконец, созрев для серьёзного разговора, он пошёл за советом к Денису. Только ему Герка мог высказать самое сокровенное, всё то, чего нельзя рассказать даже Рите.

Дениса он нашёл в библиотеке. Та полностью захватила его друга, и он, как голодный, познавал всё об этом новом-старом мире. Сейчас Денис сидел за столом, уткнувшись в свой блокнот, и что-то в него старательно записывал.

– Слушай, Дэн, если я сейчас не вовремя, то я позже приду, – идея поделиться с Денисом своей идеей у него немного погасла.

– Вовремя. Ты всегда вовремя. Тут так всего так много, что оно никогда не закончится.

Герка кивнул.

– Тогда прогуляемся, – предложил он.

– Давай!

Они вышли из Школы и направились к главной улице города. Герка заметил, что близлежащие четыре дома к площади уже были отремонтированы Гномами, и первые ученики вносили туда мебель и вещи, которые они получали от Луры. Несколько Лесных Эльфов занимались двориками, высаживая в них разные кусты и цветы.

Герка всю дорогу слушал Дениса, который с восторгом рассказывал о том, что он узнал из книг. Потом друзья вышли из города и, обойдя Озеро Плача, поднялись к кромке леса. Озеро сверкало и переливалось синими бриллиантами. Герка обратил внимание, что после ритуала плача Эльфов, оно стало сиять ещё больше. Видимо, тут какая-то связь Озера со слезами Эльфов, подумал Герка. Затем его глаза остановились на Ридиане, который неизменно проводил свой день возле берега. Тот играл веточками в воде, а Барон радостно носился рядом, но при этом ни разу не попытался войти в воду. Кажется, Барон чувствовал, что это не такое озеро, как было под Шатурой.

Рядом с Ридианом пристроился Додди и ловил своим длинным языком какую-то летающую мошкару. Герка был удивлён такой дружбе совсем не схожих между собой существ, но доказательство было перед его глазами – эта троица не расставалась.

– Я собираюсь в исследовательскую экспедицию, – спокойно произнёс Герка, хотя внутри его сердце колотилось так, будто оно готово было вырваться из груди. – Я должен пойти в Горы Сердца Земли и узнать там всё о своих родителях. А также обойти все земли, чтобы меня впустил Город Лабиринта.

– Про экспедицию ты меня не удивил, Рита рассказывала, что ты и в Москве долго не сидел на одном месте. Я тут на днях прочитал книгу «История Школы». Оказывается, ученики никогда долго не задерживались в школе. Они обучались основам, а практику получали в Лесах и Горах. Они уходили исследовать и познавать новое, перепроверять старые данные, и переписывали их, если они изменились. И я иду с тобой. Только сначала нам нужно хорошо подготовиться.

Герка на секунду прикрыл глаза. Да, он ждал от Дениса именно такого ответа, он очень этого хотел.

– А девушки пойдут? – с замиранием сердца спросил Герка.

– Рита точно пойдёт, и Диана тоже. Разве сестричка усидит без нас? Наверное, Лура тоже пойдёт с нами. Ты её любишь? – задал Денис вдруг в лоб вопрос.

– Кого? – не понял Герка.

– Луру.

– А-а-а… Луру… Луру я люблю… как сестру… или, может, как что-то родное…

– Значит, ты подумал, что я спросил тебя про Диану? – Денис усмехнулся. – Я не слепой и вижу, как тебя болванит, когда она рядом. Но ты боишься этой любви. А вот почему, я никак понять не могу.

– Я расскажу тебе… – Герка прочистил горло. – Когда я был уже знаменит, богат и только начал искать Риту, я познакомился с очень красивой девушкой. Она стояла недалеко от моего дома, а как ты знаешь, дом мой находится в центре Москвы и является туристической зоной, и вот она раздавала там рекламные проспекты, зазывая прохожих в кафе. Я видел её каждый день и с каждым днём лицо её все больше мрачнело. Она заинтересовала меня своими грустными глазами, и однажды я подошёл к ней. Пригласив её в кафе после работы, я узнал, что она, собрав небольшие деньги, приехала в Москву по объявлению, но её обманули. Денег не было даже на обратную дорогу, хотя она и пыталась их накопить. Фирма, которая наняла её на работу, предложило только два пути – податься в проститутки или вернуться обратно в свою деревню. Срок проживания в комнате, где она снимала, заканчивался и через неделю она должна была съехать. Зная, что такое одиночество и быть отвергнутым всеми, я пожалел её, помог устроиться в один офис через моего личного адвоката. Она была очень благодарна мне, хотя мне это было не нужно. Стала заботиться обо мне: поел ли я, устал ли я. Интересовалась моими работами, а потом призналась в любви. Сказала, что я очень красив и самый благородный мужчина на свете… Мне показалось, что я тоже влюблён. Это было самое прекрасное время, пока мой адвокат не поведал мне, что она кроме меня, спит ещё со своим начальником… – Герка горько усмехнулся. – Ирония судьбы… я устроил её на работу к человеку, который казался мне, если и не близким другом, то всё-таки хорошим товарищем, и она легко пошла на измену, собственно, как и он. Они оба предали меня. Когда дома я всё ей высказал и попросил уйти, она сначала плакала и просила прощения, но, поняв, что я не поменяю своё мнение, крикнула мне в лицо, что я хоть и прекрасный партнёр, но ей всегда было стыдно появляться со мной на людях, и всё из-за моего роста, потому что я коротышка, и ни одна женщина такого не полюбит. Все женщины будут увиваться вокруг меня только для того, чтобы купаться в роскоши и богатстве. Она ушла, хлопнув дверью, и с высоко поднятой головой.

Герка снова усмехнулся.

– Раньше, слыша только её имя, я чувствовал, как в моё сердце вбивают кол. Но теперь я не чувствую вообще ничего. Забавно, правда? Как всё меняется со временем и заставляет меня осознать, что я силен. После этого я никогда и ни с кем не заводил длительных и серьёзных отношений. Только мимолётные встречи на одну или несколько ночей.

– Я всё понял. Возвращаясь к твоему рассказу, могу с уверенностью заявить, что, когда женщина зла, она много чего обидного наговорит мужчине, и многое из этого будет неправдой. Я сам расставался с девушками десятки раз, и чего я только о себе не слышал! Я был и уродом, и маньяком, и импотентом, и плохим и слабым любовником, и приторно красивым эгоистом… – Денис улыбнулся. – Сейчас, насколько я понимаю, ты просишь у меня совета? Кого же тебе выбрать, спокойную и верную Луру или красивую и безбашенную Охотницу Диану… А можно я задам тебе один вопрос? С чего ты решил, что Диана окажется похожей на твою бывшую подружку? Вот уж я не думал, что ты так примитивно рассуждаешь. Мне даже обидно стало. Диана – моя сестра, и я всегда знал, что она серьёзная девушка и знает, чего хочет в жизни.

– А если она встретит его? – глухо произнёс Герка, глядя куда-то в землю перед собой.

– Кого? Охотника? А если ты встретишь Гномиху, будучи уже с Лурой? А разве ты сейчас не похож сам на свою бывшую подружку, поступая точно так же с Лурой? Она делает тебе добро, а ты продолжаешь пускать слюни по Диане. Ну? Ответь мне?

– Мы такие разные с Дианой… У неё охота, а я со своими рунами, сплавами и оружием…

– Да что ты говоришь! Но почему-то я всё время вас вижу вместе! Ты постоянно что-то создаёшь для неё. Спрашиваешь у Дианы совета, а она спрашивает у тебя решения по какому-то важному для неё вопросу. За редким исключением я не вижу вас по отдельности. Пожалуй, – Денис опять улыбнулся, – разве что только ночью, когда вы спите в разных комнатах. Но голова у тебя своя. Знаешь, если так у Гномов положено, тогда жди чуда. Может, что-то такое произойдёт, что сам врубишься и определишься, кто тебе больше нужен. Может, ты просто слишком привык к Диане, и поэтому тебя так тянет к ней?

– Нет. Я уже думал об этом. Как только я её увидел, ещё тогда… в московском аэропорту… маленькую, хрупкую и постоянно восторгающуюся то моей силой, то работами, то количеством выпитого пива. В первый её приезд я потерял голову, хотя никак не выказал своего восхищения. Её юмор, оптимизм, любопытство покорили меня. Её васильковые глаза, которые всегда улыбались мне и восхищались мною… Но та старая рана постоянно предупреждала меня. Осторожно, женщины влюбляются в то, что они слышат. Мы же, мужчины, влюбляемся в то, что видим. Меня воспитывала Земля, та сторона Горизонта, где большинство женщин загримировано, а большинство мужчин врёт. Кстати, твоя встреча с Катари – отличный пример отношений на Земле.

– Ты сейчас не на Земле. Ты в другом мире. И ты – Гном. Диана – Эльф. Жизнь вообще странная штука. Ещё пять минут назад мы были на Земле, и вот уже скоро месяц, как мы здесь. Тут никто не знает, что такое любовь. А там, на Земле, люди ещё страннее. Там есть любовь, в людях столько теплоты и света, а они экономят, боятся своих чувств… Так и ты.

– Вот именно. Тот мир вырастил меня. Там никто не хочет быть настоящим. Все прячутся под масками. Я прячу свои чувства и эмоции за семью замками, потому что боюсь быть отвергнутым и непонятым. Я шифруюсь, никому не открывая душу, – продолжал отстаивать свою позицию Герка.

– Но ты сейчас в другом мире. Тут никто не обманывает никого. Тут можно быть настоящим и искренним, – также не сдавался Денис.

– Хорошо. А как тебе наша разница в возрасте? Диане всего девятнадцать, а мне скоро тридцать…

– Что-то ты слабовато посчитал! Тебе на данный момент не тридцать, а все двести пятьдесят тысяч лет! – ухмельнулся Денис.

– Да не перебивай ты! – махнул рукой Герка, а потом, став серьёзным, продолжил: – Что я мог думать тогда в Москве? Что молоденькая девочка восхищается талантливым ювелиром. А потом пропал ты, и началась вся эта заваруха в Англии. Диана всегда мне доверяла. Меня тянет к ней, ужасно тянет, как магнитом. Я хочу её, как никого до этого не хотел… Чёрт, наверно это полный идиотизм – говорить такие вещи тебе, её брату.

– Мы рождены в другом, современном и свободном от условностей мире. Она взрослая девушка, её личная жизнь – это её собственная жизнь. Я тебя понимаю, сам мужчина. Давай пока сосредоточимся на экспедиции, раз ты не можешь всё ещё определиться. Подготовка отвлечёт тебя немного, но я думаю, настанет момент истины, и ты сам поймёшь, без кого ты сможешь жить, а без кого нет, – закончил Денис.

Герке стало легче. Денис всё понял, выслушал его историю о наболевшем, о том, что его мучило всё это время. Денис посоветовал ему не торопиться. Диана ещё молода, а он подождёт и посмотрит, что ему преподнесёт судьба.

Вечером Денис собрал всех троих в своей комнате и объявил, что они собираются в исследовательскую экспедицию. Рита и Диана пришли в неописуемый восторг. Они уже давно мечтали начать изучение этих земель, но больше всех радовалась Диана.

– Во мне проснулся историк! Раскопки и древности тысячелетней давности! Вот, что меня интересует!

– Они перед тобой, эти тысячелетние давности, – усмехнулся Герка показывая на себя.

– О! Точно! Забыла! Всё-таки не зря я назвала тебя дядей Герой! Ведь знала, что ты такой старый дядечка, аж песок сыпется, – веселилась Диана.

– Из него камни вываливаются, а не песок сыпется, – засмеялась Рита.

– Дэн, вот так они меня мучили, пока не было тебя. Это ужасно, когда ты один среди женщин, – сделав страдальческое лицо, пожаловался Герка другу.

– Но мы же любя! – кокетливо произнесла Диана. – Пойду обдумывать, что мне нужно взять с собой! – она резко вскочила и выпорхнула за дверь.

– Вот что с ней делать?! Егоза, а не человек, – пробурчал Герка, разочарованный, что она ушла.

– Охотница. Все Охотники такие неугомонные, – улыбнулась Рита. – Вот тебе ещё один представитель егозы, – она подошла и обняла Дениса. Он ласково прижал её к себе.

– Дело ещё в том, что мы из мира, где жизнь очень коротка, и мы привыкли всегда быть собранными и делать всё быстро. И мне это нравится, – он посмотрел в глаза Риты, а затем попеременно поцеловал их.

В этот момент зашла Лура.

– Вы идёте в поход? – взволнованно спросила она. – Мне только что Диана сказала.

– Да, – кивнул Герка. – А ты тоже хочешь с нами?

– Хочу, – она с удивлением уставилась на Дениса с Ритой, которые не отрывали глаз друг от друга.

Герка тоже посмотрел на пару.

Казалось, эти двое были сейчас где-то далеко и не замечали присутствие ни Герки, ни Луры. Денис играл с Ритиными волосами, накручивая её волнистый локон себе на палец. Она явно получала удовольствие, постоянно меняя положение головы, при этом водя указательным пальцем по татуировке Дениса.

– Ой, у меня много работы! Пойду, поговорю с остальными. Ведь мне нужно найти себе замену, – засуетилась вдруг Лура и, как ошпаренная, выскочила из комнаты.

– Я тоже пойду, – произнёс Герка, понимая, что сейчас он тут лишний.

Скоро вести разнеслись по всему городу, и все знали, что Древние уходят в экспедицию.

Герка и остальная троица предлагали всем, кто желал, пойти с ними, но жителей катастрофически не хватало. Молодые Эльфы, что пришли с ними в город Школы Архивов и не получили приглашение на учёбу, вернулись обратно в Дозоры. Теперь два клана жили одним общим лагерем. Рил и Эйя наотрез отказались расставаться, закатив истерику. Дети были самыми редкими и дорогими в этом мире и к их мнению прислушались. А через некоторое время пришли новости, что и у других Дозоров та же история – дети разных кланов начали тянуться друг к другу. А вот Ангар и Кватти остались учиться в Школе, так как получили приглашение от неё на учёбу. Они проводили много времени не только в библиотеке и Лаборатории, но и с Ритой, так как последняя собиралась в поход, и каждый из Лесных пытался передать ей то, что знал, умел и чувствовал. Денис тоже часто находился с ними. В Ангаре Денис нашёл нового друга, а с Кватти их связывали очень нежные отношения, и если бы у Дениса не было Риты, Герка решил бы, что между Кватти и Денисом возникла лёгкая влюблённость. Старейшины Умил и Олок, меняя друг друга, находились в Школе на правах самых старых жителей. Один возвращался в объединённый лагерь Эльфов, а второй оставался в Архивах, где делал новые записи, прерванные с того момента, как Всепожирающие Демоны забрали Тутена.

Город необходимо было восстанавливать, несколько Гномов-строителей приступили к своим прямым обязанностям, а Эльфы занялись озеленением Города. Древних никто не трогал, все понимали, что у них другая миссия. Они помогли очистить Город Школы Архивов от скверны и теперь собирались пройти все земли этого мира, для того, чтобы потом попасть в Город Лабиринта и открыть его для всех остальных жителей. Последние, устав от Запертого Года, хотели перемен, им надоела бесцельная жизнь, и они с радостью восприняли вести о том, что Новые Древние, как их теперь называли, собираются в экспедицию.

Естественно, Барон и Додди тоже отправлялись в поход с остальными. Животные видели сборы всей четвёрки и чувствовали, что скоро начнутся перемены. Барон радостно и возбуждённо носился по школе и её окрестностям, а Додди всё больше сидел на солнце, как будто пытался накопить побольше тепла и солнца в своём маленьком тельце. Все жители очень полюбили этих животных, но понимали, что их хозяева уходят и преданные животные пойдут за ними, так как без них они жить не смогут.

– Я могу приделать для Ридиана кольцо к рюкзаку для его горшка, – предложил Рите в один из вечеров Герка.

– Ридиан с нами не идёт. Он решил остаться, – ответила она.

– Но почему? – изумился Герка.

– Он пояснил это тем, что ещё не всё познал из Озера Плача. Мы с Дианой даже всплакнули, а Ридиан стал своими листиками собирать наши слёзы. – Рита шмыгнула носом. – Ты думаешь, с ним всё будет хорошо?

– Всё будет отлично, – Герка нежно обнял Риту. – Жители тут хорошие, они присмотрят за ним.

Оставалась последняя ночь в Школе, завтра их ждала неизвестность. Герка давно сложил необходимые вещи и теперь перепроверял инструменты, которые решил взять с собой. Он предложил всем воспользоваться земными рюкзаками. Они были удобные в походе и многое вмещали в себя. Тёплой одежды у них не было, они уходили с Земли в эти края летом, но Лура в кладовых Школы нашла им тёплые плащи.

– Эти плащи нам – на случай возможного дождя, а также для передвижения в холодных горах, – пояснила она. – У нас все такие носят. Они очень удобные.

Герка сложил инструменты и застёгивал рюкзак, когда к нему постучались. Дверь открылась и вошла Лура.

– Можно?

– Заходи. Ты всё собрала? Тёплую одежду, обувь? Если не всё влезет к тебе в сумку, неси сюда, я положу в свой рюкзак, – предложил Герка.

– Я не иду с вами, – тихо произнесла Лура и опустила глаза.

Герка сел на кровать.

– Почему?

– Понимаешь… раньше я хотела идти за тобой куда угодно, чтобы доказать, что ты мой мужчина. Но когда я вошла в комнату Дениса, чтобы уточнить про экспедицию, и посмотрела на него с Ритой, я увидела, что такое любовь. Я не почувствовала этого, но смогла увидеть. Это… это очень счастливое обоюдное чувство. Я думала все эти дни и поняла, что ни ты меня, ни я тебя не сделаем такими же счастливыми. К тому же, я вижу, как ты смотришь на Диану, а она на тебя. Я очень люблю Диану, она стала мне сестрой. Диана честная и хорошая. Я никогда не забуду, как она заставила меня успокоиться и войти в этот город, которого я боялась. Я бы убежала и больше бы не шла за тобой, оставив тебя с ней. И Диана это знала. Понимаешь? Она знала, что я шла за тобой, хотела быть с тобой, но в город входить отказалась. А она всё равно привела меня в него. А ведь могла бы этого и не делать. Могла заставить меня бросить тебя одним словом, одним взглядом… а тебя заставить сразу признаться ей любви. И она ни разу не воспользовалась своим великим и редким даром. Она первая прибежала ко мне и сообщила, что мы все идём в поход, и я тоже иду с вами. И знаешь, почему она это делает?

– Почему? – прошептал Герка.

– Она очень хочет, чтобы ты был счастлив и нашёл себе успокоение. Она тебя любит, а я не знаю, что такое эта самая… любовь… Мы, Гномы-женщины, редко видим мужчин, их мало, нам нужно выживать, продолжать род, и мы только цепляемся за вас, чтобы продолжить своё поколение. Но Диана любит тебя, вот потому она уважает наши законы, род и клан. Она считает, если мы с тобой должны продолжить род, пускай так и будет. Как-то Диана сказала мне… ей нравится смотреть, как я забочусь о тебе… потому что… потому что ты не знал раньше, что такое, когда о тебе заботятся. – Лура тяжело вздохнула. – Мне будет вас всех не хватать. Но моё место здесь. Никто не может понять, как в Школе всё устроено. Только я могу всё распределить, расставить по местам, смотреть за книгами, наводить порядок в Лаборатории. А также присматривать за новенькими. Видимо, судьба распорядилась так, что, встретив тебя и придя сюда, моё место должно быть тут. Я чувствую, что здесь моё призвание. И я остаюсь.

– Лура, ты обалденная девушка, и ты ещё обязательно познаешь любовь. Я это чувствую, – Герка поднялся с кровати, подошёл и обнял Луру. Она тоже всхлипнула и, обняв его за шею, склонила голову на его плечо, и в этот самый момент дверь открылась.

– Слушай, Гер! – вошла Диана, держа очередной нож. – Чёрт! Извините… – и попятилась к двери.

– Диана, подожди! – крикнула Лура. – Вернись, я прощалась с Герой! Я не поеду с вами.

Диана заторможено продолжала отступление. Её синие глаза были широко распахнуты, и она отрицательно мотала головой, отказываясь возвращаться.

– Иди сюда, кому сказала! – рявкнула вдруг Лура. Иногда она становилась необычайно сердитой, и тогда напоминала настоящую сварливую Гномиху.

Диана вздрогнула, как будто очнулась, и красная, как рак, вернулась обратно в комнату Герки.

– Извините. Это моя дурость – всегда вбегать к Герке без стука. Лура, почему ты не едешь? Как же мы без тебя, как Герка? – спросила она.

– Я нужна здесь всем тем, кто сюда пришёл и придёт ещё. Они без меня не справятся. А вы уже стали сильными и сможете вместе обойти все земли. И вот ещё одно замечание насчёт двери, Диана. Запомни, дверь комнаты Геры не открылась, если бы между нами был интим. Ты сама это знаешь, Диана. Ты же читала о строительстве зданий. Разве к тебе может зайти кто-то, когда ты переодеваешься?

Диана замотала головой.

– Только Рита или ты.

– Правильно. Потому что мы одного пола. А вот к Рите, например, не всегда можно попасть, когда… когда… короче, когда там Денис.

Слушая сейчас Луру, Герка понял, что та не собиралась ничего говорить Диане про любовь и их непонятные отношения. Тот разговор предназначался только для него, чтобы он, наконец-то, понял, к кому и как кто относится. И Герка понимал, как бы он не привык к Луре, но он перенёс её отказ и перенесёт расставание с ней. Если бы Диана не захотела идти с ним в экспедицию, вот это была бы невыносимая боль, в этом случае для него уже не имело значение ни пророчество, ни сам Город Лабиринта. Он бы отправился только в Горы, узнал бы про родителей, а дальше его жизнь была бы и не жизнью. И не слушая то, что продолжала говорить Лура, он вдруг отчётливо осознал – без Дианы жизнь его ничто… это однообразные серые будни…

– Гер, ну чего ты молчишь, ну поговори с ней, – вернула его к действительности Диана. – Ведь ты… ведь она… ну как же вы?..

– Она сделала свой выбор, – тихо произнёс он.

Лура кивнула им и вышла. Герка опустился на кровать, ноги его не держали, но только не от того, что ушла Лура, а потому что он понял, что если не будет с ним рядом Дианы, то он умрёт…

– Гер, ну ты чего? Совсем расстроился? Тебе очень плохо? Одиноко? – Диана села на колени перед ним. – Гер, хочешь я её уговорю. Если тебе так плохо, я заставлю её пойти с нами. Только не страдай, пожалуйста.

Герка посмотрел на неё и увидел в её глазах слезы. Он понял, что Диана переживала из-за него, хотела, чтобы ему было хорошо, комфортно. Он хотел её поцеловать, но передумал. Не сейчас, не перед отъездом. Это будет выглядеть мимолётным, неправильным, он просто воспользуется положением, а он хотел другого.

– Нет, Василиса, ты этого не сделаешь. Я не расстроен, что она остаётся. Просто… она очень хорошая девушка и сказала мне такие вещи… которые я сам от себя глубоко прятал, – и он улыбнулся. Как же было теперь легко, когда он понял, чего он хочет в жизни и когда, наконец, перестал бояться своих чувств.

Диана вдруг оживилась, и он узнал ту девушку, которую посадил в свою машину в Лондоне.

– А что она сказала? Ну, скажи мне? Ну, я же не уйду! Ты меня знаешь!

– О-о-о! Началось! Нет, не сегодня, я потом скажу.

– Точно? – с подозрением спросила она. – Обещаешь?

– Клянусь! А ты зачем заходила?

– Я?.. А! Точно! Я только что кинжал нашла. Посмотри его. Вот, думаю, взять его с собой или нет? Он идеально подходит под мою руку. Но тут рисунки какие-то.

– Руны? Дай мне посмотреть. Откуда ты всё это тащишь? – Герка выхватил у Дианы кинжал, ведь никогда до этого он не видел руны такой работы.

– Роюсь в кладовых с Лурой, – хихикнула девушка, садясь на кровать рядом с Геркой.

Она ещё что-то говорила, но Герка её не слышал, неприятное покалывание от кинжала раздражало. Он стал внимательно его рассматривать. Руна поражала своей силой, сложнейшей работой, она притягивала и отталкивала одновременно, как красавица и чудовище. Хотелось совершить что-то нехорошее, но непонятный жар в груди останавливал Герку. Он очнулся и нахмурился.

– Нехороший кинжал. Им что-то было совершено. Мне он не нравится.

– Что не нравится? – глаза Дианы снова расширились.

– Не знаю. Я пока мало разбираюсь в рунах. Но я могу чувствовать. К тому же, впервые металл молчит и не идёт на контакт. Мы забираем этот кинжал, потому что в Школе ему не место. Я возьму его, – он спрыгнул с кровати и направился к своему рюкзаку.

– Не-е! Ну, нормально?! Это я тащу?! Это ты у меня всё тащишь! Ладно, разрешаю. До завтра. Спокойной ночи!

Не успел Герка повернуться, как Диана уже выскочила из комнаты.

– Ну не егоза ли? – усмехнулся Герка, а потом задумался. Да, теперь он был готов сделать серьёзный шаг. – Но какой же я всё-таки трус… – со вздохом произнёс он посреди пустой комнаты.

Глава 12

Герка был слишком возбуждён перед предстоящей экспедицией, поэтому проснулся довольно рано. Единственное, на его аппетит это никак не отразилось. Он спокойно и плотно позавтракал в одиночестве и когда выходил из столовой, то столкнулся с Денисом и девушками.

– Мы к тебе заходили, – произнесла Диана.

– Да, я рано встал, – ответил ей Герка. – Так что вы завтракайте. Встречаемся на площади.

Он вернулся в свою комнату, последний раз всё проверил, затем обвёл взглядом комнату, которая стала ему родной, и, взяв рюкзак, вышел в коридор. Зайдя к Диане, так как её комната была ближе, предупредил, что он спускается.

– Я готова. Спускайся, – не оборачиваясь и продолжая рыться в своём рюкзаке, ответила она ему.

Герка спустился вниз. Сразу за ним появился Денис, а затем и Рита вместе с Дианой. Провожать их вышли только самые близкие, а также те, кто хотел что-то попросить и сопутствовать добрым словом. Традиции прощаться у Эльфов и Гномов не было, только в одном случае, если Эльфы уходили на Болота Разрыва, а Гномы навсегда в самое Сердце Горы. Герка посмотрел на город, жители продолжали заниматься своими насущными делами – кто-то заходил в Школу, другие восстанавливали Город.

Лура первая подошла попрощаться с Геркой.

– Я думаю, ты готов ко многому. А главное, твоя врождённая гномья подозрительность в отношении девушки подходит к концу, – целуя в щёку прошептала она ему.

Потом она попрощалась с Денисом и Ритой, но дольше всех задержалась около Дианы, отведя её в сторону и о чем-то долго и упорно рассказывая ей. Герка очень хотел узнать, о чём там они шептались, и почему-то очень переживал, считая, что это как-то связано с ним, Дианой и Лурой. Он чувствовал, что стоит на пороге каких-то новых отношений, и это его немного нервировало. Хотя он пытался доказать себе, что это только из-за похода, но получалось у него это плохо.

Кватти клятвенно пообещала Рите присматривать за Ридианом.

– Рита, всё будет хорошо. Я теперь тут учусь и присмотрю за Ридианом. – Рита только кивала головой, а потом в порыве чувств обняла Эльфийку.

Потом Кватти подошла к Денису, он нежно обнял её, и она прильнула к нему. Затем Кватти подняла голову и посмотрела на Дениса красивыми изумрудными глазами, в которых стояли слёзы.

– Береги себя, Денис, – шмыгнула она носом.

– Обязательно, – заверил он её и с нежностью поцеловал в лоб.

Ангар больше всех сдружился с Денисом и Геркой, и ему было грустно, что ребята уходят. Он по-мужски обнялся с обоими, кивнул Рите и Диане, а потом отошёл в сторону.

Олок передал привет от Умила, который находился сейчас в Дозоре.

– Прошу вас отправить нам стрелу, как только вы встретитесь с Дозорами в Лесу Обломков Временных Жилищ. Мы хотим быть уверенны, что с вами всё хорошо, ну и конечно, узнать новости. С вашим приходом в этот мир, всё меняется. Мы надеемся, что Новый год нам это докажет.

Затем Олок отвёл Герку в сторону и напомнил ему о пророчестве. А также попросил написать о жизни Гномов в Сердце Земли.

– Все области, которые нужно вам посетить, окружены общим Лесом Обломков Временных Жилищ. Именно там находятся Дозоры, мимо них вы не пройдёте, – закончил Олок.

Ребята за время проживания в Городе изучили весь западный Лес Обломков со стороны Города Школы Архивов, а также северо-западный, Молодой Лес Обломков Временных Жилищ, прилегающий к Болотам Разрыва и Щебечущий Лес. Поэтому несколькими днями ранее, на общем совещании было решено идти на юг, в ту часть, куда часто ходила охотиться Диана, но никогда не углублялась слишком далеко в Лес. На восток они идти не могли, так как там находился Город Лабиринта, который не пускал к себе никого по непонятной причине. Считалось, что для входа в него сначала нужно обойти все земли по кругу, а также быть Древним. Только Древний мог снять печать с города. За Южным Лесом Обломков начиналась Равнина Гроз, вот и решено было попробовать направиться туда.

– Пора, – произнёс Герка.

Ридиан, который сейчас держала в руках Кватти, помахал им листиками; Барон весело тявкнул и радостно припустился вдоль Школы, чтобы обогнуть её и попасть в южную часть Леса.

Герка удивился тому, как Барон без слов понял их замысел, ведь он не знал предстоявшего им плана. Но потом Герка решил, что этот мир совсем не такой, как на Земле, а значит, и Барон изменился.

Додди опять выбрал место на шее у Дианы, вцепившись в её волосы, стянутые в конский хвост.

Оделись они по местным обычаям, решив, что их одежда больше всего соответствует этому миру. Она была настоящим помощником для каждого жителя – удобна, прочна, не пачкалась, хотя и намокала, но сразу нагревалась и быстро сохла, а если было холодно, то она ещё и обогревала, как сказала им Лура, пояснив, что в горах сейчас холодно и лежит снег. Но главный козырь одежды был в том, что она усиливала способности, благодаря вложенной в них Гномьей магии.

Обогнув Школу и выйдя из города, они вступили в Лес.

– Что мы знаем про Равнину Гроз? – спросил Герка.

– Что там часто идут дожди, постоянно сверкают молнии, а потом бушуют пожары. Но даже, если и нет дождя, то всё равно молнии не прекращаются, – стала рассказывать Рита.

Герка заметил, что Диана совсем притихла, особенно – после того, как с ней о чём-то поговорила Лура. Она шла, явно не слушая разговор остальных, и о чём-то сосредоточенно думала.

– И что это нам даёт? – продолжил Герка, снова посмотрев на Диану, но та снова не услышала его вопроса.

Он очень хотел узнать, о чём она так напряжённо думает, что даже не слышит остальных, но почему-то не хотел прерывать её мысли и спрашивать её об этом при Денисе и Рите. Герка перевёл взгляд с них на Додди. Тот сидя на плече у Дианы и лопал по дороге каких-то жирных жуков, которые при полете начинали ярко светиться.

– Нам это даёт шанс зарядить наши батарейки, – ответил на его вопрос Денис. – Я давно хочу заняться своими часами. А ещё хочу определить, какое тут время. Мне всё время кажется, что день здесь намного длиннее, чем на Земле, а значит, и ночь тут тоже длиннее? – рассуждал Денис.

– Я тоже это заметила, – согласилась с ним Рита. – Мы больше успеваем сделать за день и лучше высыпаемся ночью.

Диана, шедшая впереди, остановилась.

– Дальше этого места я никогда не ходила. Это новая территория. Конечно, там, где есть Дозоры, нам можно не бояться, сам Лес Обломков Временных Жилищ не опасен. Главное, нужно беречься Кауфи, в этой части Леса их очень много, и они будут только рады окатить нас холодной водой. Скажу вам, это не очень приятное ощущение, я это испытала на себе.

Герка почему-то порадовался, что в Щебечущем Лесу нет Кауфи. Он представил себе сплошные ненормальные Кауфи и постоянно летящие с них брызги.

– Всё понятно, – кивнул Денис. – Диана, ещё что-нибудь примечательное есть?

Она отрицательно мотнула головой, а Додди, поймав лапками её хвост, стал с удовольствием перебирать лапками волосы.

– Интересно, ведь эти Дозоры очень и очень давно создали… – подумал вслух Герка. – Не всё тут ясно, и мы должны быть осторожными. Это всё-таки не прогулка в лесопарке.

– Барон, рядом! – позвал Денис и вышел вперёд группы.

Дальше они двинулись ромбом. Сзади Дениса по его правую и левую стороны шли Диана и Рита, а замыкал шествие Герка. Так когда-то ходил Дозор, так шли теперь и они. Денис, как самый проворный, ловкий и с лучшим зрением шёл впереди. По его левую руку шла Диана, компенсируя, более слабую левую сторону. Справа шла Рита, которая слушала Деревья Леса и Барона бегущего перед Денисом и тоже немного справа. Герка, как самый выносливый, прикрывал тыл. Было видно, что Денис за время прошедшей практики научился отлично ориентироваться, и теперь умело обходил водяные деревья, которые так и ждали, чтобы кто-то прошёл рядом с ними, и вылить на него ушат холодной воды.

– Тут, кстати, много нужных для нас деревьев, – произнесла Рита. – Они нас могут накормить, напоить и предложить ночлег.

– Кушать мы пока не хотим, а вот ты лучше спроси их, всё ли сейчас вокруг спокойно? – спросил Риту Герка.

– Спокойно, – ответил за неё Денис. – Я тоже слышу Деревья. Может, не умею разговаривать с ними так, как Рита, но слышу, что нам пока нечего опасаться.

Эти слова подстегнули их, и они молча двинулись дальше, рассматривая всё вокруг с огромным интересом. Герка всё пытался узнать, о чём думает Диана, но так как он шёл замыкающим, то не видел её выражение лица.

* * *

– …Тут очень удобное место, давайте устроим привал, – предложила Рита. – Мы идём уже довольно долго и сейчас, похоже, время обеда.

Герка осмотрелся. Деревья немного расступились, и они оказались на крошечной зелёной полянке.

– Я – за! – произнёс он.

– Я тоже, – поддержал его Денис.

Диана ничего не ответила, молча остановилась, поставив рюкзак на траву.

– Ты устала? – подойдя к ней, спросил Герка.

– Нет. Всё нормально, – улыбнулась она в ответ, но улыбка получилась у неё плохо. Герка понял, что она явно была чем-то обеспокоена.

– Василиса, что случилось? – спросил он. – Это просто не ты…

– Да нормально всё. Извини. Я хочу немного побыть одной.

Герка сконфуженно отошёл, продолжая за неё тревожиться. Что же такое сказала ей Лура, что у Дианы испортилось настроение?

Собираясь всех накормить, Рита сразу же развила бурную деятельность. Через какое-то время к ней присоединилась и молчаливая Диана.

– Что это с ней? – встревоженно спросил Денис, подходя к Герке.

– Хотел бы я знать…

Ребята поели, немного отдохнули и опять отправились в путь. Чем больше они углублялись в незнакомый Лес, тем больше он становился гуще, стал более влажным, тут и там попадались деревья Кауфи, и продвигаться группа стала несколько медленнее. Герке казалось, что они попали в тропическую зону. В Лесу оказалось много животных, об этом говорили звуки их голосов и постоянный шум вокруг. Но Денис и Диана не пытались их высматривать. Припасы дала им Лура и на первое время их должно хватить. А обязалась Рита разнообразить рацион им плодами и ягодами с окружающих кустов, деревьев и растений.

С продвижением влажность всё повышалась, было заметно, что здесь часто шли дожди, но вот водяные деревья Кауфи почему-то вдруг отступили, оставшись где-то за спиной. Немного тяжеловато было дышать, но в остальном Герка не чувствовал дискомфорта. Его одежда отлично впитывала влагу и охлаждала тело. В мире, где он вырос, Герка назвал бы такую одежду умной. А Додди только успевал щелкать языком, так как всяческой мошкары вокруг было видимо-невидимо. Мухи, жуки, слизни, сваливающиеся на них с деревьев. Они падали им на головы, за шиворот, так что им приходилось время от времени останавливаться и стряхивать с себя всю эту живность.

– Ай, блин! Меня кто-то укусил! – воскликнул Герка и, сбросив с себя какую-то пушистую и жёлтую гусеницу, уже собрался было её раздавить.

– Стой! – закричала Рита. – Давить нельзя! Помни первое правило Леса! И мне нужно увидеть, кто тебя укусил, потому что, если оно ядовито, я должна высосать яд. – Она быстро подошла к Герке. – Что тут у тебя?.. Она ядовитая. Давай сюда руку, – Рита сняла рюкзак и стала что-то искать в нём.

Герка почувствовал, что пальцы руки стали неметь.

– Это опасно? – к ним подскочила взволнованная Диана. – Рита, это не смертельно? Герка, покажи мне руку! – девушка страшно была напугана, особенно заметив, что он прячет руку за спиной и не хочет её ей показывать.

– Василиса, всё нормально. Доверься Кувшинке, – улыбнулся ей Герка. Он хотел её немного отвлечь, показать, что всё не так уж и страшно.

От имени «Василиса» Диана вспыхнула. Но Геркины слова не помогли, паника и испуг в её глазах всё равно остались.

– Ничего нормального! Яд есть яд! А вдруг Рита не справится?

– Да справлюсь я. Только помолчи! – попросила Рита.

– Ладно. Я молчу, – Диана, надув губы, стала рядом. Потом, увидев его опухшую руку, засопела и стала смотреть, как Рита обрабатывает рану, чуть ли не сунув свой нос в место укуса.

– Давайте немного передохнём, подождём действия лекарства, а потом двинемся дальше, – попросила Рита.

Ребята присели. Диана уселась рядом с Геркой и взяла его распухшую руку в свою маленькую ладошку.

– У тебя пальцы не немеют?

– Было, но сейчас уже нет.

– Ага, – кивнула она. – А чувствуешь себя как? – снова спросила она Герку.

– Хорошо. Правда, хорошо.

Денис, посмотрев, что с Геркой всё нормально, принялся осматриваться вокруг. Рядом, не отходя от него, стоял Барон, принюхиваясь к новым для него запахам. В этом влажном месте в огромном количестве цвели цветы не только кустах и лианах, но и на самих деревьях. Запах стоял такой, что кружилась голова. Барон чихнул, а к Герке с Дианой подошла Рита.

– Я точно говорю, что с твоим Геркой ничего не случится, – сказала она немного обиженно, видимо потому, что Диана не очень поверила в её лекарские способности.

– Он не мой. Он наш, – парировала ей Диана.

– С вашим Геркой всё в порядке! – взорвался вдруг Герка и резко поднялся. – Пошли уже, хватит сидеть и обсуждать меня, как будто меня нет рядом.

Его опять взбесило поведение Дианы. Он нравился ей, она переживала за него, но снова делала ему больно. Каждый раз, отталкивая его от себя, она словно бы выказывала этим своё равнодушие к нему. Что она хотела? Играла с ним? Как только приближалась и он начинал тянуться к ней, она вдруг тут же его отталкивала.

– А где Дозоры? – спросила Диана.

– Они обычно располагаются на границе между двумя территориями. Сейчас их мало, а из-за открытия Школы стало ещё меньше. Объединившись в один клан, они стоят в Лесу на пересечении областей, – объяснил Денис.

Уже перед самой ночью они расположились на ночлег. И всё потому, что небо теперь стало совсем светлым, это напомнило Герке Белые ночи в Санкт-Петербурге. Поэтому они свободно ориентировались в сумерках и шли до тех пор, пока поняли, что уже пора устраиваться на ночь.

– Скоро Новый год, – восторженно произнесла Рита.

– Интересно, объявят Новый или нет? Как вы думаете? – спросила Диана, располагаясь, рядом с подругой.

– Объявят. Не зря же Эльфы говорят, что с нашим приходом всё меняется, – ответил на её вопрос Герка. – Время спячки в этом мире подошло к концу, – проворчал он, всё ещё не умея скрыть своё плохое настроение после дневного происшествия.

Он расположился рядом с Денисом, а Барона оставили на страже их маленького лагеря. Барону все доверяли, он не только подрос, но стал серьёзнее, а главное умел чувствовать этот мир и в случае опасности сумеет предупредить их. Хотя Рита и Денис подтвердили, что тут безопасно, за исключением огромного количества ядовитых насекомых. Но они летали только днём при солнце, а вот свет кометы их не прельщал. Уставшие от перехода, они мгновенно уснули.

На следующий день, всё продолжилось. Герка видел вокруг себя Лес, только Лес и всё больше и больше вокруг Деревьев. Почва стала ещё более влажной, но её тут покрывал слой сухих листьев, а также мягкий, как ковёр, мох. Солнечные лучи с трудом проступали через зелёные кроны высоких деревьев.

Герка с интересом наблюдал за быстрым процессом гниения. Тут повсюду росли грибы, а животные этого леса поедали всё, что падало с деревьев. Множество неизвестных и громко поющих и кричащих птиц, жило на высоких деревьях. Эти невидимые птицы, крики непонятных существ и постоянное жужжание насекомых нарушали тишину. Влажность теперь была такая, что дышать становилось всё труднее. Казалось, что они оказались в кастрюле с варёной картошкой и дышали её паром.

Сложно было и передвигаться. Попадались какие-то холмики, которые им приходилось обходить, пролезая между кустами и деревьями, перелезая через толстые лианы. Часто приходилось останавливаться и восстанавливать дыхание. Говорили совсем мало, так как и на это уходило много энергии, особенно в такой влажности. Но в какой-то момент Герка почувствовал, что Лес редеет, и стало сильно пахнуть озоном. Запах цветов, который кружил голову, отступил. И теперь где-то в отдалении, через пение птиц, он расслышал раскаты грома. Чем больше редел Лес, тем явственнее были видны вспышки далёких молний. В какой-то момент шедший впереди Денис остановился. Когда Герка подошёл к нему, то перед глазами предстала потрясающая и завораживающая картина. Небо тут и там озарялось молниями, раскаты грома содрогали всё пространство вокруг, а где-то на горизонте горело одинокое высокое дерево или то, что от него осталось. Такие тёмные обгорелые остовы деревьев были редко разбросаны по всей местности. Герка увидел ещё одно вспыхнувшее дерево, а то, которое горело, вдруг погасло.

Денис тоже заметил этот процесс, а так как видел намного лучше, то и дал ответ всем присутствующим.

– Дождь погасил первое горящее дерево, – пояснил он. – А молния подожгла другое.

– Нам обязательно туда идти? – поёжившись, спросила Диана.

– Я бы хотел сходить и понять причину такого явления, – задумчиво произнёс Денис.

В этот момент, бабахнул сильнейший гром, и Диана с Ритой вскрикнув подпрыгнули.

– Деревьев тут мало, но они какие-то странные. Вроде как бы и не дерево… не пойму я, – рассуждала Рита. – Обязательно нужно посмотреть.

– Главное дышится легко, хоть и озоном, – Герка вздохнул полной грудью.

Денис посмотрел поочерёдно на всех.

– Идём? – спросил он и все утвердительно кивнули.

Глава 13

Они медленно и с осторожностью спустились и начали углубляться вглубь территории Гроз. Заморосил мелкий и противный дождь, гром всё громыхал, а Денис постепенно начал увеличивать темп.

– Кроме молний, нам нечего опасаться, – произнёс он, и остальные быстро пошли за ним. Радовало, что земля была не только твёрдой и как губка впитывала воду, но и местность была открытой, без всяких препятствий.

Сколько они шли, Герка не помнил, но в какой-то момент Денис остановился и махнул рукой, показывая на что-то слева впереди. Герка присмотрелся и увидел небольшой холм и что-то типа пещеры в нём. Он бы его не заметил, и они бы прошли мимо. Но зоркий глаз Дениса ничего не пропускал.

– Давайте туда, – предложил Денис, и они пошли в нужном направлении, ещё больше увеличив темп.

– Давно дождя не видела, а тут – первый раз такой! – Диана первая вбежала в природную пещеру. Её мокрое платье облепило и без того потрясающую фигуру. Она сняла с себя Додди и опустила на землю, чтобы выжать мокрый хвост.

Герка отвернулся.

– А я видел и получил них удовольствие на всю оставшуюся жизнь. Теперь я не особенно доверяю дождям, – проворчал он, всё ещё продолжая злиться на себя, считая кретином, окончательно размякшим под влиянием Дианы. Он и не думал, и не гадал, что в его жизни может случиться такое, как… ну, что в его жизни может случиться Диана.

– Ой, смотрите! – воскликнула Рита, показывая на своё платье, чем отвлекла Герку от грустных мыслей.

Одежда нагревалась, от неё пошёл пар, и она стала быстро высыхать.

– Прелесть какая! – воскликнула Диана. – А когда мы брызгались в ванной, я не припомню такого.

– Скорее всего, это связано с удивительными свойствами разумной ткани, – принялся вспоминать Герка то, что он читал о свойствах металла, а также о работах Гномов. – Там, на Земле, мы были дома и имели большой запас смены белья. А тут всё иначе, мы тут в диких условиях, должны научиться выживать заново, и одежда нам помогает с этим справиться, – рассуждал Герка, сев на своего излюбленного конька – магические работы Гномов.

– А я хочу понять, откуда такая смена погоды? И ещё хочу попробовать зарядить батарейки, хотя и не думаю, что у меня это получится, – больше самому себе произнёс Денис.

– Мобильники не трогай, а обычные батарейки можешь использовать. Я ведь вот о чём подумал… Включив мобильный, мы бы смогли наделать кучу фотографий. А эта земля не хочет этого… Вот тебе фонарь, и никаких батареек не надо, – Герка указал на Додди, который начал светиться в пещере. Его это не удивило, а вот Денис, Диана и Рита видели такое перевоплощение хамелеона впервые, и с восторгом окружили Додди. Когда интерес к свечению хамелеона пропал, все устроились на отдых и заговорили о своих первых впечатлениях.

– Я отдохну и разведаю дальше, что там и как, хотя я заметил, что углубляясь дальше, молнии становятся чаще, – рассуждал Денис.

Диана, услышав слова брата, открыла рот и уже не закрывала, проведя целую лекцию.

– Я прочитала в книге «История земель», что когда-то это была обычная равнина. Деревья росли на очень далёких расстояниях. Очень редко можно было встретить два растущих дерева рядом. Связано это было с тем, что земля в этих местах довольно камениста, но пориста, поэтому прекрасно впитывает влагу. Но когда-то никаких гроз не было. Семена, занесённые ветром из Южного Леса, погибали. Когда-то тут обитали равнинные грызуны и прятали в земле семена и орехи. Вот некоторые деревья потом проросли, – Диана сделала короткую паузу и продолжила. – Но в Год Падения была непогода, раздавались раскаты грома, вспыхивали молнии, и яркий шар, пронзивший собой небо, упал на землю. С этого момента тут сверкают постоянные электрические разряды, царит неуправляемый климат, возникают пожары. В Деревья, которые когда-то посадили грызуны, теперь постоянно бьют молнии, те загораются, но не сгорают, как обычно происходит с деревьями. Сначала это было связано с тем, что огонь останавливал дождь. Но что-то, видимо, произошло с древесиной, и вот теперь остовы бывших деревьев стоят, напоминая больше факелы. Они горят, потом затухают, и всё продолжается по новому циклу. – Диана опять немного замолчала. – Но вот в другой книге я вычитала другое. Вам интересно?

– Конечно, интересно!

Рита опередила Герку, который хотел произнести точно такие же слова, поэтому он спросил другое.

– Что за книга?

Диана довольно улыбнулась.

– «Мифы и Легенды». Тут ходит один слух или сказка… Как будто бы существовало два Горизонта. Один Горизонт решил приблизиться и посмотреть на другой. Приблизившись, они соприкоснулись, и началась между ними война. До сих пор они стреляют друг в друга молниями и глушат раскатами грома.

– Из какой книги? – переспросил Денис.

– Это из книги «Мифы и Легенды», – громче произнесла Диана. – Очень интересная, кстати.

– Дэн, я иду с тобой, – произнёс Герка. – А вы, девушки, останетесь здесь нас ждать.

– Я согласен. Это места не для женских ножек и личиков, – поддержал Денис Герку.

– Ага! Для мужских задниц! – вспылила Диана.

Все засмеялись.

– Только будьте осторожны, – отсмеявшись, попросила Рита, и голос её дрогнул.

– И вы тоже берегите себя. Мы пойдём утром, а Барон останется с вами, – твёрдо произнёс Денис.

Пёс заскулил и обиженно ушёл в угол.

– Барон, не обижайся, только тебе я могу доверить этих красивых девушек, – ласково произнёс Денис, глядя на своего питомца. Барон уступил, так как его хвост весело завилял. – Вот и славно.

Вдруг светящийся Додди, который сидел в сторонке на том месте, куда его спустила с себя Диана, потопал к Денису.

– Кажется, он хочет идти с вами, – изумилась Диана.

Денис взял его на руки, и довольный Додди ярко засветился.

Дождь прекратился только глубоко ночью, тучи расступились, и показался отсвет кометы; а утром опять небо затянуло свинцовыми тучами и полил дождь.

Одежда у всех давно высохла. Они позавтракали и впервые говорили очень мало.

– Ну? Пора? – Денис посмотрел на Герку, и тот кивнул.

Денису расставание с Ритой давалось тяжело. Они всегда были вместе, Герке было легче – никаких обязательств, хотя то, что он не увидит какое-то время Диану, вызвало болевые спазмы в его душе и сердце. Он уже не мог представить себе и дня, чтобы не видеть её лица и задорных синих глаз. Сравнивая своё расставание с Лурой, Герка понимал сейчас, по-настоящему, понимал, что только любовь к Диане была в его сердце и больше никто и никогда этого места не займёт.

– Берегите себя, – произнёс Герка непонятно кому, так как Рита стояла в сторонке и прощалась с Денисом. Герка поднял глаза и взглянул на Диану. – Я не буду прощаться, потому как собираюсь в скором времени вернуться. Главное, береги себя и за Ритой посматривай. – Он развернулся и вышел первым под дождь, он шёл быстро, зная, что Денис его нагонит, так и произошло, чуть позже к нему присоединился Денис.

– Дядя Гера! – вдруг услышал он и резко обернулся.

Рита стояла в проёме с Бароном, а к нему, как стрела бежала Диана. Она подскочила к нему и повисла на шее.

– Только попробуй не вернуться! – зашептала она.

Герка её обнял, первый раз обнял, как любимую женщину, и нежно поцеловав в шею, тихо произнёс:

– Я вернусь, не волнуйся. Я ведь самый сильный и выносливый среди вас, ты только потерпи чуточку.

Диана, всхлипывая, закивала головой, а потом ловко высвободилась из его объятий и побежала обратно.

– Наконец-то, я вижу хоть какой-то прогресс! Сколько уже можно было тянуть, – довольный Денис похлопал друга по спине.

– Я схожу с ума по ней. Мы расстаёмся с ней в третий раз, и для меня это такие муки, – признался ему Герка. – Ну да ладно, теперь у меня появился стимул быстрее исследовать это место, понять здешние грозы и вернуться…

И они быстрым шагом стали углубляться в Равнину Гроз. Додди выбрал Дениса, и связано это было с его ростом. Он вцепился лапками в тунику Дениса на плече, раскрутил свою спиральку на хвосте, задрал вверх, превратив его в длинненькую тоненькую антенну.

Дождь был очень странным, он то прекращался, то шёл снова. Казалось, что это одна и та же туча, которая носилась по равнине и поливала сначала одно место, потом перепрыгивала на другое и поливала там, затем прыгала на третье место. Дождь лил на них, потом всё резко прекращалось, но где-то в пятнадцати метрах от них опять начинал лить, потом лил ещё дальше и снова возвращался, и опять лил на Герку и Дениса. Хотя сколько Герка ни смотрел, но небо было всё время одного серого цвета, и выделить среди него тучу было практически невозможно.

Вода впитывалась в землю, но Герка понимал, что где-то должны быть подземные реки, которые несли воду в море или в другие реки.

Одежда их была мокрой, но неприятного ощущения не было. Она дымилась, всё время оставаясь тёплой. Это согревало, кроме головы, по которой стекали капли. Герка понял, что если бы они остались в своей земной одежде, то она бы была мокрой, холодной и не высохла бы, даже, если бы не было дождя. И, скорее всего, покрылась бы вся плесенью.

Чем больше они продвигались вглубь, тем сильнее и чаще становилась гроза. Молнии били рядом с ними, сильно увеличилась ионизация атмосферы. Иногда появлялись шаровые молнии, которые распадались на маленькие жёлто-оранжевые шарики, они шипели и кипели, разбрасывая красные брызги. Додди, увидев их, дико завращал глазами, а потом начал ловить их языком и проглатывать. Денис с Геркой остановились, зачарованные этим зрелищем.

Зная об истории шаровых молний, они боялись пошевельнуться, но хамелеону от них было ничуть не страшно. Он с удовольствием их поглощал.

– Что-то наш Додди ест всё подряд. От насекомых до шаровых молний. Боюсь, как бы его не пронесло… – прокричал Герка Денису, так как раскат грома был наисильнейший.

Денис не выдержал и расхохотался.

Шаровых молний было мало, а вот обычные молнии бороздили всё пространство. Что хуже – Герка не знал. Ему не нравились любые молнии на открытом пространстве, но его снова удивил Додди. Молнии били по его хвосту, от чего тот явно получал удовольствие, постоянно меняя цвета спектра, как ёлочная гирлянда.

– Мазохист, авантюрист и наркоман в одном лице, – прокричал Денис Герке. – Но и наш спаситель!

Герка только качнул головой, показывая, что расслышал Дениса. Орать было уже невозможно, казалось, что они на полигоне боевых действий.

Сколько они шли по времени, было неизвестно, солнца не было видно. Но на их пути попалось первое дерево. Оно недавно перестало гореть, и Герка, подойдя к дереву, потрогал его. Дерево было уже окаменевшим, сильно, закалено огнём и электрическими разрядами. Тёплое, местами горячее, оно охотно шло на контакт с Геркой и связано это было, видимо, с тем, что оно, по сути, превратилось в камень. Герке захотелось получить его кусок, и с удивлением он услышал, что дерево согласно.

– Денис! – прокричал Герка. – Я возьму образец! Подожди!

Денис кивнул и, подойдя к другу, стал ему помогать отпиливать кусок.

– А почему он так легко поддаётся нам, какое-то мягкое, и в то же время его совсем не берут ни вода, ни молнии, ни огонь? И если это Дерево, то можно ли взять от него образец? А то Рита нам говорила про деревья… – прокричал Денис в ухо Герке.

– Дерево хочет контакта! Хочет, чтобы я с ним работал! – перебил его Герка.

Денис кивнул.

Наконец, они закончили и двинулись дальше. Укрыться им было негде, а молнии постоянно били по Додди.

– Чёрт! Мне совсем это не нравится! Сколько нам ещё идти? – крикнул Денис.

– Мы будем углубляться сколько сможем. Должен же где-то быть источник или причина этого бедствия, – прокричал в ответ Герка.

– Это не бедствие, это атмосферное явление. Нужно понять, чем оно вызвано! – громко кричал Денис Герке.

– Это на Земле атмосферное явление. А тут – это атмосферное бедствие, – гнул свою линию Герка.

Они пошли дальше молча, чтобы не надрывать голоса. Молнии продолжали бить и всё чаще попадали в хвост Додди.

– А если Додди не выдержит? – услышал Герка Дениса.

Герка посмотрел на Додди и понял, что хамелеон уснул, а хвост всё также торчит и ловит молнии.

– Выдержит!

Они потеряли счёт времени, продолжая идти заданным курсом, то есть туда, где больше всего было молний. Но в какой-то момент Герка почувствовал, что его дёргает Денис за руку и пытается второй рукой показать на что-то впереди, так как уже не в состоянии был кричать. Герка напрягся и в пятистах метрах увидел странное явление. С этого места била молния вверх, а с неба разряд ответно бил в землю, но уже не один, а помноженный на десятки или сотни. Кажется, это и была цель их путешествия. Герка тут же вспомнил сказку, рассказанную Дианой о двух Горизонтах, которые объявили друг другу войну. Очень на это похоже, подумал он.

Ребята поднапряглись и пошли быстрее. Теперь молнии совсем обозлились на них. Они били и били. Казалось, хвост Додди соединился с молнией, идущей от земли в небо. Но когда ребята подошли к центру этой аномальной воронки, вдруг резко стало тихо. Казалось, что они были под куполом. Всё так же полыхали отдалённые пожары, били молнии, громыхал гром, а они находились как будто где-то в уютной квартире и из окна наблюдали за непогодой.

Денис устало завалился на совсем сухую, жёсткую и мёртвую землю. Герка последовал его примеру. А Додди наоборот проснулся и стал излучать голубое свечение. Одежда начала сохнуть, Додди тоже давал тепло и сразу потянуло в сон.

– Денис, я спать очень хочу, – произнёс Герка, сам себя не слыша.

– Что-о-о? – крикнул Денис и показал на уши. Герка понял, что им снова нужно кричать, пока слух не восстановится.

– Спать хочу! – крикнул он.

– Я тоже! Что будем делать?!

– Спать! Мне кажется уже ночь!

– Мы шли сутки! – прокричал Денис и зевнул.

– Не может быть! – Герке спать резко расхотелось.

– А ты посмотри на небо! Тут за счёт этого купола всё видно! – он ткнул пальцем вверх над собой.

Герка задрал голову. Точно. Всходило солнце. Они шли весь день, без отдыха и всю ночь.

– Поверить не могу! А как же ночь?! Хотя… это комета! И где было отдыхать, если тебе в любой момент готовы были подпалить зад, – проорал Герка. – Давай, Дэн, поешь и ложись спать! Я что-то передумал спать!

– А ты не хочешь есть?! – крикнул Денис.

– Нет! – Герка замотал головой. – Если поем, то и меня в сон потянет!

Денис быстро проглотил листья салата и тут же вырубился. А Герка стал ходить и осматриваться. Его интересовал феномен купола. Что он предохранял? И от чего начались все эти разряды.

Площадь под невидимым куполом была довольно обширной, и Герка стал продвигаться к центру. Вскоре он заметил впереди трещину в земле и подошёл к ней. Трещина была довольно глубокой и уходила далеко вниз.

– Вот откуда эта хрень лезет на поверхность! – произнёс Герка. Себя он практически не услышал, но и так знал, что сказал.

Он решил вернуться обратно, где спал Денис, и прихватить Додди. Верёвки и снаряжение для скалолазания он оставил в рюкзаке возле девушек, решив, что ему на равнине это совсем не понадобится, о чём сейчас очень жалел. Он вернулся и, взяв с собой хамелеона, отправился обратно к трещине.

– Слушай, Додди, посвети вон туда. Хочу посмотреть, что там за чертовщина внизу?

Додди принялся вращать глазами, потом, скосив их, сосредоточился на расщелине в земле, и вдруг выплюнул из себя светящийся шарик размером со среднюю ёлочную игрушку.

– Вот это да! – восхитился Герка.

Шарик медленно стал плыть, но не падать, поэтому Герка лёг на землю, подполз к краю щели и начал смотреть вниз. Края расщелины были обуглены, и так продолжалось на протяжении всего полёта шарика. Больше ничего интересного, что там было в конце пути, Герка рассмотреть не мог. Но ему показалось, что там что-то блеснуло в свете светящегося выплюнутого Додди новогоднего шара.

Герка походил ещё вокруг трещины с Додди, но никаких достопримечательностей больше нигде не было. Мёртвая земля, куда не поступают ни пыль, ни дождь.

– Хорошо, хоть тут воздух есть, – подвёл итог Герка.

Он просидел, как ему показалось, до середины ночи, а потом тоже завалился спать, понимая, что ничего тут опасного не может быть, кроме расщелины. Поэтому он обратился к Додди перед тем, как уснуть:

– Сиди и сторожи наш сон. Ты уже выспался, пока тебя Денис тащил на себе. Если кого-нибудь увидишь, тотчас буди нас и пуляй свои ёлочные игрушки. Понял?

Хамелеон, видимо его понял, так как снова стал переливаться всеми цветами радуги, напоминая новогоднюю гирлянду, гордый тем, что его сделали главным по лагерю.

– Вот и молодец, – произнёс Герка, закрывая глаза и думая о Диане…

* * *

– …Герка, проснись! – будил его Денис.

– Ну чего тебе? Я же только глаза закрыл… Тебе же я дал поспать…

– Да ничего подобного, ты уже долго дрыхнешь! А там такое!

Герка был рад даже одной хорошей новости, он опять слышал Дениса, и не надо было ему кричать.

– Я видел… там трещина, но я-то тебя не будил по этому поводу… Ты эгоист, честное слово, – зевая и потягиваясь, проворчал Герка, но всё-таки сел.

– Но ты не видел то, что видел я! Там, кажется, машина какая-то. Я думаю, что это космический корабль! – выпалил Денис.

Герка, хлопая глазами, окончательно проснулся.

– Бред какой-то! Откуда у Эльфов космический корабль? Такого не бывает, – произнёс он после недолгого раздумья.

– Ага! Как же! А мы? Мы, которых выкинуло в другой мир? На Земле же обсуждают НЛО, так и к Эльфам может кто-нибудь прилететь. Они разве не на планете живут?

– На планете, – согласился Герка.

– А звёзд у них нет? И кометы не летают? – спросил Денис.

– И звёзды есть, и кометы летают.

– Ну? И что – к ним никто не мог прилететь? Допустим, корабль не смог затормозить, и… Может, у них техника испортилась, как у нас мобильные?

– Батарейки сели? – ляпнул Герка, начиная что-то понимать.

– Ага, – кивнул Денис.

Герка вскочил, и они побежали к трещине.

– Вот смотри. Видишь? – спросил Денис.

– Чего вижу? Там же темно, – Герка уставился на Дениса. – Ты что, прямо вот так и видишь?

– Ну да. А что?

– Да ничего, – растерялся Герка, понимая, что Денис слишком быстро становится суперчеловеком. Или нет – супер-эльфом. – Тут Додди нужен, – и Герка побежал за хамелеоном.

Не понимая, зачем здесь понадобился Герке хамелеон, Денис со странным выражением на лице остался ждать, пока он вернётся с Додди.

– Давай, Додди! Сделай ёлочную игрушку! – попросил Герка хамелеона.

Денис снова ошарашено посмотрел на друга, хлопая глазами.

– Слушай, а может, мы тут с ума сходим? Причём тут ёлочные игрушки, Додди и мы…

Но тут Додди плюнул, и шарик поплыл. Ребята легли у края трещины и свесили головы.

– Чёрт! Это точно техническое средство. И оно плохо влияет на местный климат, так что совсем не должно тут находиться. А раньше нас, по-видимому, сюда ещё никто не поднимался. Потому что без Додди тут ничего разглядеть нельзя, – произнёс Герка, наблюдая за вторым шариком, который выпустил Додди.

– Ну? Что будем делать?

– А что делать? Идём обратно, я туда без снаряжения не полезу.

– Ладно, но наше путешествие сюда не закончено. Когда-нибудь мы придём сюда.

– Придём, у нас много времени. Как расправимся со всеми местными козлами, так сразу… через три тысячи лет. Тебя устраивает?

Денис перевернулся на спину и захохотал.

Ребята хорошо и плотно поели, а потом, взяв всю волю в кулак, вышли из-под защитного купола. В уши опять ударил раскат грома. Но была одна хорошая новость, не было дождя. Додди уже разместился на плече Дениса и тут же уснул, задрав свой хвост антенной. Просыпался он только тогда, когда появлялись шаровые молнии маленького размера, ловил их своим языком и проглатывал. Если шаровые молнии были большими, ребята долго стояли, пока те не пролетали мимо или уменьшались в размере до маленьких, а затем полностью исчезали. Герке было интересно, как Додди чувствовал приближение шаровых молний. Но Додди не умел разговаривать, поэтому так это и осталось для Герки неразгаданной тайной…

И опять они шли и шли, не зная, какое время суток, ориентируясь по деревьям, которые запомнили по дороге.

Наконец, показался холм, Герка увидел, как лает в проходе Барон, но ничего не слышал от грохота и заложенных ушей. Рита и Диана стояли и махали им, но не выходили и пса не пускали. Только когда Герка и Денис оказались метрах в десяти от пещеры, те выскочили к ним, и они все вчетвером обнялись. Так и стояли они, счастливые от того, что опять все вместе, а Барон влез в самую середину, радостно глядя на всех и энергично махая хвостом.

Герка почувствовал, что совсем не может стоять на ногах, Денис, кажется, был в похожем состоянии.

Они оба вошли и тяжело осели на землю, облокотившись спиной к стене пещеры.

– Вы не поверите! – прокричал Денис. – Там космический корабль. Большой НЛО! Вот поэтому такая аномалия!

– Денис, не кричи, мы слышим, – произнесла Рита. Её голос был где-то очень далеко, и Герка еле-еле её расслышал.

– Мы просто не слышим от грома! – крича, пояснил Герка. – И мы всё шли и шли, шли и шли! Негде было остановиться, присесть! Кругом одни молнии и гром! Если бы не Додди, мы бы были два больших зажаренных кабана!

Диана присела возле него, глядя на него своими синими глазами. Потом она что-то тихо произнесла, но Герка её слов не расслышал. Затем она осторожно дотронулась до его лица, и от этого прикосновения Герку тут же бросило в жар, но только он этого уже почти не услышал. Он – отключился…

Глава 14

…Диана и Рита ждали возвращения Дениса с Геркой уже третий день. Они сидели в полутёмной пещере и постоянно смотрели в открытый проход, за которым безпрерывно лил дождь, грохотал гром и вспыхивали молнии. Ночью они ярко освещали их убежище, а Барон сидел на страже – тихо, задумчиво и глядя куда-то далеко перед собой. И так – три дня и три ночи.

Диана вдруг вспомнила, как когда-то в Англии, в лесном домике, она точно так же ждала Герку. Ситуация тогда была сложной, нервы сдали – и она с Ритой поругалась. Но теперь всё было по-другому, подруги сидели бок о бок и, молча, ждали тех, кто им был очень дорог.

– Рит, а помнишь, как мы с тобой поругались в Англии? Ты, я и Барон ждали возвращения Герки, наши мобильники были отключены…

– Я только что тоже этот момент вспомнила, – с улыбкой произнесла Рита, обнимая подругу. – Кажется, что это было не с нами, да и сам мир тот остался где-то очень далеко. Другой лес, другие жители, технический прогресс… Не скучаешь по всему этому?

– Я скучаю по Герке. Мне хорошо там, где он, – тихо произнесла Диана. – Да ещё где вы с Денисом.

– Вот и у меня всё так же, – произнесла Рита. – Ты будто мои слова повторила.

И они замолчали, каждая думая о своём.

Диана последнее время долго в себе разбиралась. Она вспоминала первую виртуальную встречу с Геркой по интернету. Она тогда подошла к монитору, увидела его лицо и покраснела. Его глаза… они её будто манили, притягивали, как магнитом. Тогда ей часто снилось его лицо. Да, она хотела поехать с Ритой и посмотреть Москву, но больше всего она хотела познакомиться там с Геркой. Она хотела понять, что с ней случилось, и разобраться в самой себе – чем вызвана эта сильнейшая тяга к нему. Ласковые глаза манили и обещали неземное счастье. Казалось, Диану заколдовали. Ей было важно встретиться с ним, чтобы, наконец, прийти в себя, перестать бредить этим лицом, которое она увидела на экране монитора. Диана решила, что стоит ей увидеть Герку воочию, и всё очарование и чувство её влюблённости пройдёт само собой, и эта болезнь, сводящая её с ума, навсегда покинет её. Как часто дома в Лондоне, Диана приставала к Рите, прося рассказать ей о Герке. И вот её мечта сбылась, она прилетает в Москву, и… Она вспомнила их первую встречу в аэропорту. Она даже не заметила, что он маленького роста. Диана зачаровано смотрела на него, когда стояла там, в аэропорту. Тёмные волосы, голубые глаза, небольшая щетина в виде бородки на волевом подбородке. Обычные джинсы и футболка, но даже в этом он выглядел бесподобно – мускулистый, но не перекачанный. От вида его огромных рук у неё шла дрожь по телу. Каждый раз, когда Герка смотрел на неё, её душа уходила в пятки. Да, он был очень привлекательным, но дело было ещё и в его харизме, какой-то особенной внешней черте.

А ещё он… он был странным, и она постоянно пыталась понять его характер, его мысли, поступки. Герка старался не приближаться к ней, а если приближался, то опять моментально отдалялся от неё.

Когда она узнала, что он Гном, её восхищению не было предела. Но всё оказалось сложнее. Иерархия Эльфов, кланов, Гномов совсем их разделила и поставила по разные стороны жизненного пути. Она пыталась, она заставляла себя одуматься и свыкнуться с мыслью, что такова их судьба. Так положено в этом мире, Герка другой, и Лура была доказательством того, что ей, Охотнице, не место рядом с ним. Немного приревновав вначале, она постаралась взять себя в руки. Диана не обвиняла ни в чём Луру, та делала всё правильно. Всё неправильное было в ней самой. Эльфы Охотники не тронули её сердце, хотя она видела глазами, что они мужественны, сильны и красивы. Но Герка оставался быть для неё всем. Это она была странная, обычная девушка с Земли, получившая эльфийскую кровь и поэтому ставшая непонятно кем – Древней Охотницей, девятнадцати лет от роду и влюблённую в Гнома.

В свои девятнадцать лет Диана оставалась целомудренной. Дальше лёгкого флирта она никогда не заходила. Назревал довольно серьёзный роман в Лондоне с однокурсником, но убийство родителей Риты и её приезд к ним домой из Москвы, полностью всё изменил. Увидев Риту со своим братом Денисом, она поняла сразу – вот где настоящая любовь, и её однокурсник с назревающими «серьёзными отношениями», тут же отошёл на задний план. Диана сама не знала, любит ли она или просто хочет попробовать взрослую жизнь, пока не увидела Герку.

Последнее время она часто задумывалась о том, что же будет с ней, когда Герка объявит своей девушкой Луру. Но прочитав историю жизни Гномов, она поняла, что Гномы-мужчины очень нерешительны и довольно долго готовятся к этому процессу. Поэтому Диана лелеяла себя тем, что это «долго» будет ещё не скоро, и она ещё сможет наслаждаться его дружбой. Она была готова даже на дружбу.

В Архивах они практически не расставались. Осознав и смирившись с тем, что они теперь только друзья, оба постоянно были заняты общими новыми идеями, касающихся одежды, оружия и рунных камней.

А потом они начали собираться в экспедицию. Когда она узнала, что Лура не идёт с ними, Диана поняла, что что-то произошло. Прочитав книгу «Отношения и чувства Гномов», она решила, что Герка уже выбрал Луру, и она будет его дожидаться в Школе. Луре не обязательно теперь идти за ним и доказывать свою преданность.

Но Лура всё объяснила ей на площади перед самым выходом в экспедицию.

– Диана, я поняла, что такое любовь. Я видела Дениса и Риту. Я видела тебя и Геру. Он не любит меня, а я его. Во мне живёт защита клана Гномов, это тяга к продолжению потомства и больше ничего. В походе у вас с Герой будет время подумать. Кстати, ты знаешь о том, что спасла нас тогда в пещере?

Диана покачала головой, пока ещё ничего не понимая, чего хочет от неё Лура.

– Я ведь почувствовала, что Гера в пещере хотел умереть, он не собирался подниматься наверх. Он считал, что Денис умер у Катари, а Рита на Болотах. Я очень сильно тогда испугалась. Но потом с ним произошли перемены, и уже после я поняла, что он почувствовал твоё присутствие. Тогда Гера поднимался день и ночь, день и ночь. Я плакала, просила, умоляла остановиться, но его на поверхность тянула ты, тянула к жизни, в которой ты. Он тянул за собой ещё меня и две сумки, и мы поднимались всё выше и выше. Говорят, что Гномов на глубине и в подземельях может спасти только любовь к любимой. У них появляются магические силы, которые заставляют рушить горы. Я не верила этим мифам, но потом, увидев, что он без ума от тебя, я поняла, почему мы тогда добрались до поверхности. Мы добрались только благодаря его любви к тебе. Спасибо тебе за всё. Я тебя очень уважаю и люблю, и вот поэтому я должна рассказать тебе ещё кое-что, то, что скрывают Гномы, – и она зашептала что-то быстро-быстро Диане на ухо…

Когда Герку укусила какая-то тварь, Диана чуть с ума не сошла, представляя, как Герка умирает от неизвестного яда. А потом он вышел из пещеры и пошёл под этими молниями. Диана поняла, что не имеет права его вот так отпустить, она должна сказать, что будет его ждать, и тогда он обязательно вернётся к ней, как смог вернуться из того страшного колодца, ведь без него она не сможет жить.

Весь первый день она проплакала.

– Дианочка, он жив, мы бы почувствовали. Барон бы тоже почувствовал, так что возьми себя в руки, – успокаивала её Рита.

– Я знаю. Но я не могу без него. Только когда он рядом, я счастлива.

Рита достала из рюкзака мешочек и, вынув из него что-то, подошла к Диане.

– Проглоти это семя куста Ябо, и тебе сразу станет легче. Его иногда дают Эльфам во время переживаний.

– Ты считаешь, что Эльфы могут переживать?

– Конечно. Мужья переживают во время родов жён или когда сдают экзамены в Школе Архивов. Они такие же, как и мы, ну то есть, как люди на Земле, только образ жизни у них другой, более спокойный, размеренный, а жизнь длится веками. Мы к такой размеренной жизни не привыкли. До сих пор мы делаем всё быстро и чётко, стараясь всё успеть в нашей короткой жизни.

– Именно – всё нужно успеть… – тихо прошептала Диана и проглотила семя, как таблетку, запивая водой, чисто автоматически, как пьют таблетке люди на Земле.

Она быстро уснула и спала долго. Проснулась единожды, когда дождь кончился, была ночь, туч не было, комета освещала небо, а постоянные молнии давали яркие вспышки. Диана опять закрыла глаза и уснула повторно.

Проснулась, когда вокруг уже было окончательно светло. Вспышки молний раздражали, а от грома гудела голова.

– Выспалась? – улыбнулась Рита. – На, поешь, – и протянула ей кусочек вяленого мяса с пряностями.

– Спасибо.

Барон учуял запах еды.

– Обжора! Я тебя кормила уже, – улыбнулась Рита. – Это ребята возвращаются, Барон их чувствует, – пояснила она Диане его оживление.

Диана встрепенулась, сердце радостно забилось.

Барон подбежал к Диане, и она от радостных новостей отдала ему весь кусок мяса.

– Кушай, мой хороший, – она погладила его за ухом.

Барон проглотил мясо и опять встал у входа, принюхиваясь и виляя хвостом.

Диана поднялась, потянулась и быстро привела себя в порядок. Потом подошла ко входу и встала рядом с Бароном. Она увидела их первой, ведь Диана была Охотницей. Две маленькие точки медленно приближались к ним сквозь пелену дождя. А потом они оказались вдруг рядом – усталые и измученные. Они пытались ещё держаться, громко крича, рассказывали сказки о каком-то НЛО. Но Диана, подойдя сначала к Герке, а потом и к Денису, усыпила их. Заставила спать, пока они не наберутся сил.

Она долго сидела перед Геркой и гладила его по лицу, зная, что он не проснётся и ничего не почувствует.

Рита развела костёр с помощью зирнита, который они взяли с собой из запасов Школы. Все Эльфы в Лесу использовали зирнит, и достаточно взять с собой пару стаканов, чтобы можно было всегда разжечь костёр и приготовить еду. Это топливо было лёгким, а главное – этих двух стаканов хватало на целый месяц пользования.

Денис и Герка спали, а девушки хохотали, наблюдая, как Додди разгорелся, освещая и отапливая пещерку. Диана с Ритой приготовили себе местный чай и, попивая его, любовались своими мужчинами, которые крепко спали.

А потом они проснулись и трещали без умолку, рассказывая им про НЛО и про шарики, которые пускал Додди. Потом Герка, порывшись в рюкзаке, вытащил, как показалось Диане, здоровенный кусок какого-то тёмного металла, но оказалось, что она ошиблась, и это был не металл.

– Диана, смотри, это дерево. Я чувствую его, и оно хочет со мной работать.

Диана подержала странный материал в руке.

– Оно лёгкое и прочное. В нём чувствуется сила огня, – она уже загорелась идеей, представляя, что из него можно сделать.

– Огонь запрещён в Лесу, – напомнил им Денис, а Рита кивнула.

– Знаем мы, – ворчливо ответил Герка.

– Мы с тобой обязательно что-нибудь придумаем. Нельзя так сразу создать что-то. Особенно здесь, под этот грохот, – сказала Диана Герке.

– Давайте отсюда уходить, мне тоже надоело тут сидеть, – поддержала Рита подругу.

– А нам как надоело! Если бы вы только знали, – Денис поднялся и все стали собираться…

Чем ближе они подходили к Лесу, тем реже были молнии и раскаты грома не были такими громкими, но зато снова пошёл дождь.

– Я ненавижу дождь! – с чувством произнёс Герка, а Диана улыбнулась.

Наконец, они ступили в Лес. Пение множества птиц резко сменили собой раскаты грома.

– Боже! Как прекрасен этот мир! – произнесла Диана.

Дождя в Лесу не было, их одежда и обувь стали быстро обсыхать.

– Только давайте быстрым темпом, подальше от этой влажности, запахов цветов и этих кусачих жуков, – предложил Герка.

– Слушай, тебе никогда не угодишь. И то тебе не так, и это не этак, – произнесла Диана, и все дружно расхохотались.

Они быстро выстроились клином, двигаясь теперь строго на восток. Шли долго, прокладывая дорогу через мокрые джунгли. Постепенно влажность спадала, лиан стало поменьше, и идти стало легче.

– Я чувствую лагерь, – произнёс Денис, а Барон в подтверждение слов хозяина тявкнул.

Денис не ошибся, примерно, через час земного времени они вышли к лагерю Дозора. О них уже знали и ждали. Кланы Охотников и Лесных теперь жили одним Лагерем. Молодёжь с интересом смотрела на новеньких. Вопросов опять было много, даже больше, чем в первый раз – о Школе, Древних, Катари, о Верховном Лесе. Герка был единственным Гномом в Лагере, и он очень заинтересовал Эльфов. Диану окружили два Охотника, которые с интересом расспрашивали её про обучение в Архивах и поражались её маленькому росту. Денис ушёл с двумя старейшинами кланов, чтобы отправить стрелу Умилу и Олоку с рассказом о том, что они увидели на Земле Гроз.

Девушек же интересовала история Риты и Дениса. Поэтому Рита была облеплена хорошенькими Эльфийками.

Некоторые дети играли с Бароном, они с визгом носились за собакой, пытаясь его поймать. А другие малыши смеялись над Додди, который менял свой цвет, чтобы повеселить детишек.

Диана заметила, что дети двух кланов смешались и играли вместе. Она распознала в одних ботаников, в других зоологов. Изучение фауны и флоры Лесов на свежем воздухе благотворно влияло на физические данные маленьких Эльфов. Живя на природе, они оставались чистенькими, в забавных платьицах и не по-детски красивыми.

Диана поискала глазами Герку. Он рассматривал лук одного Охотника и давал ему советы, а потом резко повернулся и взглянул на Диану. Её сердце сильно забилась, она улыбнулась ему, а он улыбнулся в ответ.

В лагере они передохнули несколько дней, узнавая новое для себя и делясь сведениями, которые знали сами. А потом, распростившись ранним утром с Дозорами, отправились дальше. В Пустыню Коноси они идти не могли, пока не узнают, как избежать пожирающих крошечных насекомых. Сейчас их маршрут пролегал через Лес Обломков на юго-восток, к Горному кряжу Сердца Земли.

Диана шла и думала о том, что они с Геркой ни одной минуты так и не побыли наедине, их постоянно окружали Эльфы. Она ловила его взгляды на себе, и сердце бешено колотилось. Вот и Рита призналась подруге, что очень соскучилась по Денису. В лагере Дозорных женщины спали отдельно от мужчин. А состоявшихся пар было всего две, по одной из разных кланов. Те жили в отдельных палатках-шалашах. Диана понимала, как мало осталось Эльфов и как тяжело им живётся, хотя свободного пространства довольно много.

– Привал! – предложила Рита, отвлекая Диану от мыслей.

– Классное место! – восхитился Герка.

Диана осмотрелась. Они находились на полянке. Со всех сторон её окружали цветущие кусты с ярко-розовыми благоухающими цветами и старые деревья-великаны. Где-то был слышен шум воды, порхали бабочки и огромные летающие жуки, в деревьях копошились яркие птицы.

– Рай! – восхитилась Диана.

– Там водопад! – Денис показал рукой куда-то вперёд.

Диана присмотрелась. Точно, впереди был водопад, и выше начинались красивые горные места.

– Там камни, – обратилась Диана к Герке, – скоро начнутся твои родные места.

Герка услышав это, снял рюкзак и побежал на шум низвергающейся воды.

– Пошли купаться! – предложил девушкам Денис.

И они втроём побежали догонять Герку. Денис и Рита закричали, прыгая в прозрачную голубую воду, переполошив местных птиц, а Диана вдруг остановилась у кромки воды.

Герка сидел на берегу и рассматривал камни, нежно держа и поглаживая их. Он поднял голову и взглянул на Диану.

– Они разговаривают, но не так, как на Земле. Представляешь, они радуются мне. С ними давно никто не говорил, Гномы разучились говорить с камнями. Вернее, камни слышат их, а они камней не слышат. Поэтому они рады мне…

Диана присела рядом.

– Это потому, что ты Древний. Ты один из них, – она взяла камень и почувствовала биение, как будто сердце билось внутри.

Герка что-то увидел в её лице.

– Что? Ты что-то… почувствовала?

Диана кивнула.

– Я чувствую в камне сердце, и оно бьётся. Я слышу его, – счастливо улыбаясь, произнесла она.

– В каждом камне, металле и руде этого мира бьётся частичка Сердца Горы, – объяснил ей Герка, а потом замолчал. – Но как… ты же…

– Эльфийка-Охотница? – ответила за него Диана. – Видимо, мы все немного больше, чем…

– Хватит болтать! – окрикнул их Денис и стал окатывать водой.

Диана завизжала. Герка положил камни и, схватив Диану за руку, потащил её в воду. Они опять были вчетвером, плескались в воде и были абсолютно счастливы.

– Я есть хочу! – громко закричал Герка.

Барон поддержал его звучным лаем.

– Вы всех Охотников уморите! – засмеялась Диана. – Герка и Барон постоянно меня эксплуатируют, чтобы я ходила на Охоту.

– Я схожу, а ты отдыхай. Рита, ты со мной? – крикнул Денис.

– С удовольствием! – Рита в мокром коротеньком платье, выскочила из воды. Денис схватил её за руку и потащил к месту их нового лагеря.

Барон отряхнулся и потрусил за ними. А Диана с Геркой остались в воде одни.

Диана стояла по грудь в воде и очень волновалась. Сейчас она принимала решение, и мозг её лихорадочно работал. Она почему-то точно знала, что сейчас произойдёт. Ей оставалось только решить – Да или Нет. Два самых коротких и два самых главных слова, над которыми нужно думать перед тем, как произнести, и от которых так много зависит в жизни. Но Диана знала… всегда знала, что если Герка решится, то будет только Да, независимо от того, как это закончится для неё.

Она резко повернулась, Герка подошёл сзади совсем близко и сейчас стоял перед ней. Она смотрела в его глаза и понимала, что это любовь, внезапное озарение с первой минуты их встречи. Он притянул её к себе и губы их встретились.

Поцелуй… Она целовалась и раньше, но такого поцелуя она не знала никогда. Поцелуй – это всегда открытие. Сердце говорит, поэтому слова не нужны. Туман в тишине, пульс ветра, рисунки в глазах, которые опьяняют своими красками. Появляются чувства, желания, фантазии. Поцелуй был горячим, раскалённым, как недра Гор, и страсть его была сильна, как камень. Они оба жаждали этого поцелуя так долго, оба страстно хотели его, но до конца и сами не верили, что это случилось. Хватка Герки была крепка, как сталь, но руки нежны, руки гениального мастера и ювелира. Своим горячим поцелуем он разжёг её тело, оно просыпалось, внутри что-то сладко поднималось и хотело его.

– Нет, Диана. Не тут и не сейчас.

Она очнулась. Герка ласково смотрел на неё и нежно смахивал капли воды с лица, касаясь пальцами её губ.

– Диана, я люблю тебя, очень люблю. С той минуты, как увидел, но я не такой как все. Мне много пришлось страдать, и я боялся влюбиться, очень боялся, но ты… я всегда сходил по тебе с ума.

– Я тоже люблю тебя и любила всегда. С той минуты, как заглянула в твои глаза. Ещё там, дома… в Лондоне. Мы больше не должны хранить секреты друг от друга, и тогда у нас всё будет хорошо. Я… может, сейчас я сразу… была готова отдаться тебе… но я… всё дело в тебе, я не такая… короче… я не была ещё ни с кем… – Диана произнесла всю эту тарабарщину и покраснела.

– Я знаю, – Герка улыбнулся.

– Откуда?

Он ласково постучал по её носу, где сбоку находился крошечный «василёк».

– Да? А что тебе ещё этот шпион рассказал? – возмутилась она.

Герка засмеялся.

– Ну… он мог передавать твоё физическое состояние. Например, у тебя всегда сильнее бьётся сердце, когда ты смотришь на меня.

– А раз ты понял всё про меня давным-давно, зачем ты мучил себя и меня?

– Я всё ждал, когда ты встретишь Охотника, у тебя сильно забьётся сердце, и ты забудешь про маленького Гнома Геру, – улыбнулся он, не в силах оторвать взгляда от её губ.

– Какие, к чёрту, Охотники! Я люблю тебя и готова идти за тобой на край света! Кстати, я и пошла чёрт-те куда за тобой! И почему про маленького? Ты взрослый и силь…

Дальше она не договорила, потому что Герка опять накрыл её обжигающим поцелуем. Они ещё долго стояли в воде и целовались. Его поцелуи прожигали её тело, они оба еле сдерживались, чтобы не сорвать с себя одежду, но Герка постоянно одёргивал себя и Диану.

Отвлёк их шум – возвращались Денис с Ритой.

– О! Я смотрю, вы время зря не теряли! Наконец-то, это свершилось! Рита, иди посмотри на эти две счастливые физиономии. А то их кислые рожи мне надоели за эти месяцы! – закричал Денис.

– А вы значит, только охотились? На ваши счастливые физиономии посмотришь и тоже всё сразу поймёшь, – засмеялся Герка, выходя из воды.

Диана немного стесняясь, тоже пошла за Геркой.

Прибежала Рита.

– Что случилось? – спросила она.

– Спорят у кого лицо счастливее, – хихикнула Диана.

Ей стало легко и просто. В конце концов, они молодые, любят и любимы, что может быть лучше и зачем стесняться своих чувств, особенно перед самыми близкими, которые желают им только счастья?

– Да? – Рита сразу не поняла, что это шутка, и серьёзно посмотрела сначала на Герку с Денисом, а потом на Диану. – У Дианы самое счастливое, – констатировала она.

Тройка друзей громко расхохоталась, а Герка подошёл и, обняв Диану, поцеловал.

– Ну, ни фига себе! – воскликнула Рита.

– Вот и я об этом. Стоило пойти на охоту, как тут же сестру соблазнил Гном-извращенец! – смеялся Денис.

– Это кто ещё извращенец! Я, между прочим, банками из-под колы не пулялся и волосы девушкам не стриг, маньяк-парикмахер!

Рита, увидев лицо Дениса, засмеялась. К ней присоединилась Диана, а потом и вся мужская половина.

Они поужинали, и ближе к ночи Рита стала делать палатки из деревьев. У неё получалось очень здорово. Она экспериментировала, как лучше сделать, и деревья её слушались.

– Я сделаю три, – сказала она стоящей рядом Диане, которая с восторгом наблюдала за процессом.

– Три?

– Мы с Денисом будем в одной. Уж извините, мы очень соскучились за эти дни. Ну, а вы с Геркой сами разбирайтесь. Пока я вам сделаю раздельные.

Диана, услышав её слова, покраснела, отлично поняв подругу, что она этим хотела сказать.

Но Герка своей палаткой, так и не воспользовался. Стоило Рите и Денису удалиться, он сам пришёл к Диане…

А уже утром, лёжа рядом с таким родным и любимым Геркой, Диана пыталась собрать воедино мысли, но счастье опьяняло её. Всё, что она вспомнила за прошедшую ночь, это были страсть и любовь, которую дарил ей Герка, а она ему. Сейчас он спал и крепко держал её в своих объятиях, боясь, что она куда-нибудь исчезнет.

– Я боюсь, что ты потеряешься, – сказал он Диане уже под утро, засыпая и сильно прижимая к себе. – Я не в силах разлучиться с тобой, даже на один миг.

Диана вспомнила сейчас его слова, и сразу же всплыло в сознании предупреждение Луры, из-за которого у неё тогда испортилось настроение…

Она стояла на площади, готовая отправиться в экспедицию, а Лура, отведя её в сторонку, тихо рассказывала:

– В истории Гномов есть только один случай, когда Эльфийка влюбилась в Гнома, а он в неё. Эту историю Гномы никогда не рассказывали Эльфам, но о ней можно прочитать коротенькую заметку в Сердце Земли. Я о ней читала. Это была самая великая любовь, которая случилась между тоненькой и грациозной Древней Эльфийкой и горячим, страстным и сильным Гномом. Но, подарив друг другу любовь, Эльфийка умерла, не выдержав внутреннего огня Гнома. – Лура замолчала, а потом, посмотрев в глаза Дианы, продолжила. – Я хочу предупредить тебя. У тебя есть две дороги. Первая – оставить всё, как есть. Вы останетесь друзьями, но при этом всегда будете мучить себя не сбывшейся любовью, которая постоянно будет притягивать вас друг к другу. Вторая дорога – это подарить ему свою любовь, чтобы вы были оба счастливы. Огонь любви всё сильнее будет разгораться в ваших телах и сердцах. Гному это не грозит, он всё больше будет тебя любить, а его тело будет становиться от этого огня всё более закалённым и сильным. Напитавшись этой любви, он сможет овладеть великими таинствами магии Гномов. Девушка-гном тоже закалялась бы рядом с ним, разжигая огонь любви в своём сердце. Но только – не девушка-Эльф, у которой нет в душе защиты от такого огня. От этой любви ты со временем начнёшь сгорать… мучительно и сладко сгорать в огне его и своей любви. Очень скоро Гера сделает шаг, и тебе придётся тоже решать – или ты должна будешь мучить его и себя навеки, или подаришь счастье, которое он запомнит на всю свою жизнь, но в этом случае ты умрёшь.

Диана лежала сейчас рядом и, вспоминая этот разговор, нежно целовала Герку. Она хотела вечно любить его и дарить ему счастье, чтобы и он когда-нибудь понял, что он самый красивый и самый любимый.

– Ты самый красивый и желанный мужчина на свете, – прошептала она.

Герка приоткрыл глаза.

– Теперь я это тоже знаю, – прошептал он в ответ.

Глава 15

Рита открыла глаза, было раннее утро. Барон лаял, опять гоняя белок или зайцев, которых тут водилось достаточно много. Пёс был абсолютно счастлив, собственно, как и Додди. У них появился свой домик-шалаш, тот самый, который Рита сделала для Герки, но он им так и не воспользовался. Они хотели побыть на этой поляне всего одну ночь, но Денис, увидев Герку с Дианой, тихо прошептал Рите:

– Давай тут задержимся, – он кивнул в сторону пары. – Посмотри, как они счастливы.

Рита улыбнулась Денису.

– Я тебе то же самое хотела предложить, – произнесла она.

– Знаешь, я всё-таки страшный эгоист, я не забыл и про своё счастье, – Денис сгрёб Риту в объятия и повалил обратно на мягкую постель.

– Значит, мы с тобой оба эгоисты, – засмеялась Рита.

Губы Дениса уже нашли её губы, и на этом их разговоры закончились…

Вспоминая детство и свои постоянные разногласия с Денисом, Рита как-то припомнила один свой разговор с Дианой.

– Рита, ты не права, Денис хороший! Как же ты этого не видишь? Он всё замечает, всегда внимателен и добр! Ну, посмотри же! – доказывала ей маленькая Диана.

– Я смотрю! И вижу, что внимателен он ко всем другим девчонкам и к тебе, потому что ты – его сестра! А я…. я для него – Ведьма! – отстаивала свою точку зрения Рита, топая ножкой, а потом от обиды всхлипывала, так что на её глазах появлялись крупные слёзы.

И вот они четвёртые сутки всё ещё здесь – на полянке у водопада. Денис счастлив за Герку с Дианой, а Ведьма лежит в его объятиях.

– О чём думает моя красавица? – произнёс Денис, видя, что Рита сосредоточенно смотрит в одну точку.

Она повернулась к нему.

– Думаю о том, – она запустила пальцы в его волнистые волосы, – какой ты внимательный и очень добрый. Особенно, когда называл меня Ведьмой, – она засмеялась, видя, как изменилось его лицо.

– Я и сейчас этого не отрицаю. Только Ведьма могла меня окрутить! Я такой красивый, стольких девушек бросил, а тут появляешься ты – и я сразу размяк. Нет, ты самая настоящая Ведьма!

– Это я тебя окрутила?! Ведьма, значит? Ну, ты и нахал!

Денис поймал её руку и, притянув к себе, прижал её тело к своему.

– Может, я и нахал, но если бы ты не захотела, то я бы твою руку не поймал, и твоё тело не прижималось бы к моему. Я очень счастлив, ты даже не представляешь, насколько. И всё – потому, что ты рядом со мной – ты, моя мечта. И моя мечта любит меня, а я её. А ещё я счастлив, потому что мой самый дорогой друг обрёл себе счастье и любовь с моей любимой сестрой! Потому что тут мой любимый пёс, который счастлив в этом лесу, потому что ты нашла Додди, и он дружит с Бароном. Разве может быть что-то лучше этого мгновения?

– Только твой поцелуй, – прошептала Рита.

– Не спорю, – Денис нежно стал целовать её, раскрывая языком её губы, потом поцелуй начал становиться всё более требовательным. – Я не хочу останавливаться только на поцелуе, – хрипло произнёс Денис, на секунду отрываясь от губ Риты.

– И я не спорю… – прошептала Рита.

По прошествии ещё двух дней они собрали вещи, вернули в первоначальное состояние деревья и отправились в путь.

Рита совсем не узнавала Герку с Дианой, такими она их ещё никогда не видела. Кроме их прекрасного настроения, оба светились счастьем и любовью. Диана стала очень красивой, что-то в ней менялось прямо на глазах – фигура, движения и этот яркий румянец на щёках, которого раньше никогда не было… Герку Рита всегда считала красивым мужчиной, но сейчас от него веяло огромной силой и мужеством.

Лес постепенно редел, уступая место гористой местности. Стало намного холоднее, и ребята поменяли сандалии на сапоги. Одежда пока их грела, но они уже чувствовали, что скоро придётся надеть плащи-накидки. Как объяснила Лура, если не надеть плащи, то платья будут всё сильнее нагреваться, и можно будет получить кожный ожог. К тому же руки и ноги оставались открытыми, и только у Дианы платье было длинным.

Рита последнее время ходила в том первом платье с цветами. Стоило ей его надеть, как цветы тут же распускались. Они бывали разного цвета в зависимости от её внутреннего состояния. Денис обожал на ней это платье и постоянно требовал, чтобы она его носила. А всё потому, вспомнила она, что когда она надела его впервые после возвращения Дениса, цветы на нём были розового цвета, но стоило Денису подойти, чтобы посмотреть на это чудо, как цветы поменяли свою окраску на пурпурный. Теперь Денис постоянно требовал это платье, потому что оно умело показывать её самочувствие и истинные чувства Риты к Денису. Вот и на полянке она тоже ходила в нём, и всё ради него.

– Можно с вами познакомиться, прекрасная незнакомка? По вашим красным цветам, я вижу, что вы в восторге от меня, – произнёс Денис на второй день их пребывания у водопада.

Рита фыркнула, а Герка с Дианой захихикали.

– Денис! Если ты не прекратишь свои шуточки, я сниму его!

– Вы предлагаете сразу раздеться и перейти к главному? – не унимался он.

Герка уже вовсю ржал, Диана не отставала. Рита бросилась на Дениса, он схватил её и стал целовать.

– Если бы цветы могли стать ещё более красными, они бы стали, – тихо прошептала Рита, переводя дыхание от горячего поцелуя Дениса.

– Я знаю, но теперь твои розовые щёчки тебя выдают с головой. Вы, девушка, сильно влюблены в меня.

Рита рассмеялась…

Чем дальше они поднимались, тем заметнее были изменения природы и климата. Деревья, похожие на земные ели, остались далеко внизу, а впереди были только горы. Стало холодно, подул порывистый ветер.

Было видно, что Герка прекрасно чувствовал себя в горах. Он легко находил нужную расщелину или небольшое укрытие, чтобы переночевать. Ребята устраивались на ночлег, а Додди разгорался, давая им тепло и уют на время отдыха. Вечерами они много разговаривали о своих впечатлениях.

– Когда я читал про Эльфов, то узнал, что им довольно тяжело переносить холод, горы и отсутствие Леса, так как им всё время нужны рядом Деревья, – рассказывал Герка, поглаживая свою бородку. – Но вы, трое, прекрасно переносите всё это, чему я очень рад, так как признаюсь честно, я немного волновался за вас.

– Я думаю, дело вот в чём, – начал Денис. – Мы росли на Земле, и для нас абсолютно нормально было пережить холодную зиму или отправится куда-нибудь в поход. Я любил ездить в Альпы, кататься на лыжах.

Диана согласно кивнула, подтверждая слова брата.

– А я в горах никогда не бывала, но русские зимы и морозы для меня были чем-то абсолютно нормальным, – тоже согласилась Рита с доводами Дениса.

– Я вот о чём сейчас подумал… Представляете, эти Верховные Деревья за много веков до нашего рождения просчитали, куда нас надо будет отправить, потому что тут начнутся войны, и все Древние исчезнут, – продолжил Герка.

– Но они же ошиблись, отправив до этого других младенцев, которые погибли, – возразил Денис.

– Это не они ошиблись, – ответила Рита. – Из всех собранных мною рассказов я предполагаю, что Эльфы что-то не так всё поняли.

– Нам надо узнать об этом поподробнее, – задумчиво произнесла Диана.

– Мне интересно другое, как обо всём этом Деревья узнали за много веков до случившегося? – снова задал Герка вопрос, который так и повис в воздухе, потому что ответа на него никто не знал.

А Рита дальше не слушала, засыпая на коленях у Дениса. Её устраивало всё – она была благодарна Верховным Деревьям за Дениса и своих лучших друзей. Большего она и не желала…

Постепенно растительности стало совсем мало, пошёл снег, который быстро покрыл землю и жухлую траву.

– Вы чувствуете? – спросил вдруг Герка.

– Нет… А что-то случилось? – подозрительно спросил Денис.

– Да нет… – Герка пожал плечами. – Просто показалось, что местность как-то изменилась.

– Конечно, изменилась. Впереди один снег, – произнесла Диана, и они снова стали подниматься.

Скоро тропы совсем не стало видно, потому что она полностью была завалена снегом. Они продвигались очень медленно, пока Герка не обнаружил крошечную пещерку.

– Девушки, располагайтесь, – произнёс Денис после того, как проверил её.

– А мы скоро придём, – Герка приглашающее кивнул Денису. – Берём Барона и пройдём немного вперёд. Надо посмотреть, что там впереди. Очень сложная дорога, может, с твоим зрением найдём более удобный путь.

– Согласен, – ответил Денис, а Барон радостно тявкнул.

– Оставив Риту и Диану в маленькой пещерке, которая спасала их от сильных порывов ветра, они отправились в разведку.

– Какой снегопадище! Прямо Рождество вспомнилось, – стряхивая с плаща снег, произнесла Диана, входя в пещерку после того, как Денис и Герка исчезли из виду.

– А какой сейчас день на Земле? – спросила Рита.

– Мне кажется… всё тот же, – Диана протянула замёрзшие руки к горячему свечению Додди.

– С ума сойти! Новый год мы точно тут застанем. Со снегом и ёлкой! – прыснула Рита.

Диана посмотрела на небо в просвет расщелины.

– Да… уже скоро… может, несколько дней. Свечение кометы видно уже даже днём, как будто на небе два солнца. Даже через эту снежную мглу и то проглядывает свет. Посмотрим, что у них за Новый год бывает…

Они посидели ещё какое-то время, и тут Рита почувствовала неприятный холодок по всему телу. Воздух говорил с ней и предупреждал об опасности. Она напряглась и краем глаза заметила, что Диана тоже что-то почувствовала и, тихо, как кошка встала. Додди полностью потух, но при этом очень быстро завращал глазами; окрас его стал ярко полосатый, предупреждающий об опасности.

И тут вход в пещеру загородили какие-то существа. Они стояли на двух ногах, но были все покрыты шерстью, острые и мелкие зубы торчали из круглого отверстия вместо рта. Лица были плоскими и заросшими. Глаза горели ярко-зелёным огнём. Ушей у них не было.

Рита вспомнила, она читала про них в той самой книге, где рассказывалось про Катари и других жителей этого мира, и припомнила, что видела там похожий рисунок. Их называли – Твари горных троп. Эти существа не умели видеть, но испускали глазами невидимое излучение, выискивая органическую теплокровную пищу. Излучение улавливало тепло крови и снова возвращалось в то, что было их мозгом.

Тварей у входа было не меньше десяти, и задние толкали и давили первых, которые были ближе к девушкам. Как в замедленной съёмке Рита наблюдала, что у многих изо рта потекла серая слюна.

В книге было написано, что Твари исчезли очень давно, за долго до страшных событий. На Дозоры они не нападали, а Гномы о них ничего не сообщали. И вот они стояли в проходе и готовились полакомиться девушками.

Места было мало, и Рита понимала, что отбиваться и уворачиваться от нападений она тут особенно не сможет, да и Диане потребуется помощь.

Рита выпустила руку подруги и, закрыв глаза, произнесла заклинание «Упавшего дерева Древних». От её руки отделился мощный ствол, который, как таран, сбил собой толпу Тварей перед входом. Диана в мгновение ока бросилась к своему луку.

Казалось, что сражение было выиграно. Выпущенное Ритой дерево исчезло, трупы убитых и раздавленных Тварей были раскиданы у входа.

Но тут, наступая на мёртвых собратьев, ринулись к пещерке другие.

– Боже! Сколько их! – крикнула Диана и стала выпускать стрелы.

– Диана, не трать на них Способность Разума. У них нет разума! Она на них не подействует! – крикнула ей Рита, выставляя опять вперёд руку и повторяя заклинание.

– Я знаю! Я тоже читала про них! – Диана с неимоверной скоростью стреляла из лука.

И тут вдруг Додди тоже открыл свой рот и начал выплёвывать горящие шары, которые взрывались перед всё новыми наступающими. Твари визжали, слепли и нападали на своих сородичей. Началась полная неразбериха. Передние в панике нападали на своих, а дальние давили передних. Заклинание Риты относило всех от входа.

– Сколько их может быть? – крикнула Рита. – Ты помнишь?

– До нескольких тысяч! – крикнула Диана.

– Почему они напирают?! – Рита применила новое заклинание «Рост Деревьев».

Из земли полезли тонкие и острые колья, от которых отделялись такие же боковые отростки. Они моментально росли, были прочны и прокалывали Тварей насквозь.

Где-то вдалеке Рита услышала лай Барона и визг умирающих Тварей. Она поняла, что к ним пробиваются Герка с Денисом.

Додди продолжал плеваться огненными шариками.

Диана же кроме лука ничего не имела.

– Чёрт! В рюкзаке моя Цепь Захвата! Она нужна мне!

– Диана, нам придётся стоять до последнего! Ты в порядке? – крикнула Рита.

– Я в порядке! Не говори под руку! – ответила Диана, продолжая стрелять.

Заклинание Риты исчезло, а десятки трупов было свалено у входа.

И тут одна Тварь прыгнула на Риту. Она услышав шёпот ветра, легко увернулась, а Диана отбросив лук и выхватив нож из своего платья, точным ударом перерезала горло твари. Новая тварь изготовилась прыгнуть, но Рита снова использовала заклинание «Рост Деревьев». Проход на время загородился новыми острыми кольями, на которых уже висели умирающие и визжащие твари.

Девушки могли на минуту перевести дух. Рита взглянула на Диану.

– Диана! – позвала её Рита.

– Я занята! – рявкнула та. Диана рылась в рюкзаке и достала оттуда любимый Взрывной шар и Цепочку Захвата. Но Рита хотела сказать Диане, что если Тварей слишком много, то они долго не продержатся. Эта была территория Гномов, подпитки от Деревьев тут не было, и они со временем истратят все силы Леса, оставшись совсем без магии. Не спасут их ни шарик Дианы, ни её цепь, которые тоже питаются магическими силами Охотницы. Додди тоже устал и пускал шарики всё реже, и размерами они стали уже совсем крошечными. Видимо, и Диана это понимала, поэтому и ответила Рите так резко, чтобы не развивать эти пессимистические мысли.

Тонкие острые деревья снова пропали, и гора трупов завалила проход, но ненадолго. Быстро разбрасывая мёртвых и покалеченных собратьев, к ним рвались новые Твари.

– Ну и слюнявые же вы! – Диана кинула шарик и, взорвавшись, он порвал нападающих Тварей на множество частей.

Рита стояла, вся заляпанная вонючей жижей. Одно радовало, что с одежды жижа быстро пропадала, оставаясь только на руках, ногах и лице.

Рита почувствовала, что устаёт. Скорее всего, ей хватит сил только на одно заклинание, и она снова выстрелила «Упавшим Деревом».

Диана тоже дышала с трудом, она после Ритиного заклинания взмахнула цепью и выкинула её вперёд. Тварей, находящихся у входа перерезало пополам, но одна всё же изловчившись подпрыгнула в этот момент и бросилась на Диану, которая стояла ближе.

Рита, благодаря ощущению вибрации воздуха, почувствовала прыжок раньше своей подруги, а ещё она умела изворачиваться от опасности, как никто другой. В этот миг она поняла, что остаётся единственный вариант – закрыть своим телом Диану, это она успеет сделать. Но в этот момент цепочка, висевшая на шее её подруги, отделилась и, удлинившись в десятки раз, полностью повязав Тварь, подняла её в воздух. Тварь дико завизжала, другие Твари, увидев это, остановились, а повязанный пленник медленно выплыл по воздуху наружу. И тут цепь загорелась. Тварь, поднятая высоко в воздух, стала гореть и дико визжать, а окружавшие её сородичи отступили.

Рита перевела дух, Диана упала на колени, трясущейся рукой пытаясь достать из колчана ту самую стрелу, которую ей сделал Герка для самого крайнего случая. Но достать её никак не получалось, и Диана опустив руки, ждала неизбежного. Рита, упав на колени, медленно попыталась дотянуться и вытащить ту злосчастную стрелу. Но и у неё это не получалось. Как будто стрела сама не хотела того, чтобы ею воспользовались. Они обе так устали, что теперь только и могли, что смотреть, как Тварь извиваясь горит в воздухе.

– Не-е-е-т! – Рита вдруг услышала громкий вопль, и тут же непонятный гул стал нарастать и приближаться. Непонятно откуда огромная раскалённая огненная волна накатила, и Твари загорелись, дико и громко визжа. Одна Тварь, вся окутанная пламенем, забежала в пещеру к девушкам, и Диана, несмотря на огонь и усталость, резко вскочила и, выхватив кинжалы, распорола той живот, а потом снова завалилась на землю, тяжело дыша. Она, Додди и Рита снова были в серой жиже, но они даже этого не заметили, сидя на мокром вонючем полу пещерки, не в состоянии сдвинуться с места.

Кругом стоял жуткий запах горелой плоти и ещё чего-то противного. Всё постепенно стихало – стоны, писк и визг, и только в отдалении был слышен лай Барона, подтверждающий, что Денис и Герка живы.

Диана, посмотрев на свои обожжённые руки, вдруг заплакала. Рита не смогла подняться на ноги, и на трясущихся коленках поползла к рюкзаку. Там она нашла всё необходимое от ожогов и опять ползком вернулась к Диане.

– Тихо, Диана… их больше нет… сейчас я осмотрю твои руки… Потерпи немного…

Рита посыпала ей порошком обожжённые места, а потом приложила длинные листья травы, которые не только приклеивались, как пластыри, но и наматывались, как бинты.

Когда она заканчивала процедуру, вбежал Барон, радостно тявкнув, дав знать подходившим, что все живы.

Барон облизал лица девушек и подскочил к Додди, который сначала был серым, высказывая этим свою обиду, а потом стал вдруг переливаться радугой, радуясь возвращению друга.

Диана резко перестала плакать и улыбнулась при виде этой сцены. И тут вбежали Герка с Денисом, и, увидев их, девушки разрыдались.

– Мы расслабились после Равнины Гроз, потому что никакой опасности не встретили с момента самого выхода из Школы. Больше такого не повторится никогда! – в сердцах выкрикнул Герка, который тут же бросился к Диане.

Рита плакала, понимая только сейчас, как же было им страшно, и только адреналин и желание жить, придавали им силы. А когда всё закончилось, ей снова стало страшно – но уже не за себя, а за тех, кого она могла потерять.

На Дениса и Герку было страшно смотреть, они явно винили себя в том, что оставили их одних, совсем забыв про опасность, которая может каждую минуту грозить им на неизвестной территории.

– А что же п-произошло? – запинаясь, спросила Диана. Вид её был ужасным. Только платье оставалось чистым. Руки, лицо, волосы всё было в чёрной саже и липкой серой жиже, да на кистях рук белели пластыри. Рита подумала о том, что и сама так же ужасно выглядит.

Герка сидел, гладил лицо Дианы, перевязанные руки, и не мог на неё насмотреться, он даже не расслышал её вопроса.

Денис, обнимая и покачивая Риту, как маленького ребёнка, целовал её в голову и всё повторял:

– Живы… живы… живы…

– Так ч-что п-произошло? – дрожа, переспросила Диана.

– Ты замёрзла? – испуганно спросил Герка.

Диана отрицательно помотала головой.

– У неё шок, – произнёс Денис. – И у Риты тоже.

Рита только сейчас заметила, что у неё зуб на зуб не попадает. Она до сих пор не могла произнести ни слова.

Барон уже участливо бегал, тычась в них мокрым носом, стараясь поддержать девушек, а Додди уже развёл свой разноцветный очаг. Сразу стало светлее и теплее. Но Рите от этой вони и ошмётков мяса Тварей, которые валялись кругом, было нехорошо.

– Д-давайте у-уйдём. Я н-не могу т-тут н-находиться, – еле выговорила она, понимая, что ещё немного и её вырвет.

– Ты ещё не в состоянии идти, – произнёс Денис. – Да и Диана тоже.

– Согласен, – кивнул Герка. – Но нужно тут хотя бы немного расчистить и передохнуть.

– Нет! – взвизгнула Диана. – Я н-не хочу тут н-находиться! Они вернутся!

– Не вернутся, – серьёзно сказал Денис и посмотрел на Герку. – Он их убил. Всех убил.

Девушки вопросительно посмотрели на Герку.

Тот вздохнул.

– Ну не знаю, как я это сделал, – он развёл руками. – Мы дрались, пробиваясь к вам, но их было целое море, все горы были в них. Они прыгали по скалам, как козы, всё пространство было покрыто ими, всё кишело. Одна часть лезла на нас, а другая на вас. Мы с Денисом били их. Видели ваши заклинания, видели горы трупов и понимали, что вы ещё живы. Но понимали, что для того, чтобы нам добраться до вас, нужно было биться с ними не меньше суток… А потом… – Герка сделал паузу и продолжил: – Потом эта Тварь выплыла. Она горела от цепочки, которую я подарил Диане. Эта цепочка должна была уберечь Диану в самый тяжёлый и последний момент… И тогда я понял, что это конец… Что вы теряете хватку и силы. Умрёт эта Тварь от цепочки, но их ещё сотни, если не тысячи. И когда я понял, что могу потерять вас обеих, а Диану, я только-только нашёл в этой жизни, и во мне в этот момент что-то вдруг полыхнуло внутри, и из груди у меня вышла огромная струя огня, которая пожирала на своём пути всё живое… Господи, я же чуть и вас не спалил! Но я не мог её остановить! – в ужасе выкрикнул он.

– Нет, нет, Герка! Это н-не так! Одна тварь загорелась и вбежала сюда. Диана спасла нас. Она его убила, но руки обожгла. Т-ты молодец!

– Л-любимый… – прошептала Диана и стала целовать лицо Герки. – Только живи… большего я не п-прошу у жизни…

– Денис, забери нас отсюда, п-пожалуйста… – несчастно попросила Рита.

Ребята стали медленно подниматься на ноги. Вещи были собраны в спешном порядке, и они вышли наружу. Снег всё падал и уже припорошил чёрные обгоревшие трупы. Во многих местах снега не было, а только блестела серая жижа, постепенно превращаясь в лёд.

Герка шёл впереди, ведя за руку Диану, за ними Денис с Ритой. Последним двигался Барон. Додди же устроился на рюкзаке Дениса. Им пришлось спотыкаться и падать, перелезать через обугленные трупы, и Рите казалось, что это уже никогда не закончится, но в какой-то момент она вдруг почувствовала, что воздух не имеет запах горелой плоти, а впереди только белый и чистый снег.

Потом начался очень крутой подъём, они поднимались по старой тропе, которая в некоторых места была завалена камнями. Кругом было нагромождение серых скал и признаки ледниковой активности. Герка с Денисом расчищали тропу или находили обходной путь, который иногда был скользким и тяжёлым из-за глубоких ям, заполненных снегом. Но они хоть и медленно продолжали двигаться всё выше. Ни камни, ни холод, ни ветер, ни снег не могли их остановить. Лишь бы уйти как можно дальше от этого проклятого места.

– Вы чувствуете? – спросил Герка, как и в тот первый раз.

– Что? – в унисон спросили остальные и, замирая, напряглись.

– Да ничего… снова какое-то странное ощущение, но не опасности, – пробормотал Герка, и они снова двинулись дальше.

– Тогда тоже, вроде, не чувствовалась опасность, – произнёс Денис, и они ускорили темп насколько могли.

Они шли до самого утра и, обогнув по узенькому уступу огромную отвесную стену, вышли к широкой дороге. Наконец-то, это была самая настоящая дорога, по которой явно ходили Гномы. Впереди виднелись ступени, которых даже не брали ни снег, ни лёд, и Рита поняла, что они скоро дойдут. Она шла, поднимая ноги, сосредоточившись на ступенях и уже ничего не соображая, потом стала спотыкаться на каждом шагу, голова её кружилась, споткнувшись ещё раз, она хотела опуститься на колени и остаться лежать, но тут почувствовала, что Денис поднял её на руки и понёс. Ей казалось, что этот подъём уже никогда не закончится, в глазах её стало темнеть, и она потеряла сознание…

Глава 16

Рита пришла в себя и увидела, что лежит на кровати в огромной и красивой комнате, больше напоминающей станцию московского метро в миниатюре, только что нет платформы и поездов. В ногах лежал Барон, а Додди пристроился на подушке рядом.

– Что со мной? Где я? – прошептала Рита.

Барон тявкнул, спрыгивая с кровати, а хамелеон стал переливаться яркими цветами. К ней кто-то подскочил, и она увидела Дениса.

– Рита, любимая… – он стал целовать её руки.

– Милый… – прошептала она.

– Всё хорошо. Мы у Гномов, в Сердце Земли. Ты очень истощена, так как использовала всю свою магию на территории Гномов. Тебе очень нужны деревья, – Денис сел на колени и взял её руки в свои. – Как ты меня испугала, Рита… второй раз за сутки… Если бы с тобой что-нибудь случилось, я…. ведь ты… ты всё для меня… как мне жить без тебя?

– Глупенький, Эльфы не умирают, – она попыталась улыбнуться.

– Умирают, Рита… умирают в войнах, умирают от Тварей Горных Троп и ещё от множества опасностей! Как мне жить без тебя, если ты вдруг исчезнешь? – повторил он вопрос.

– Жить без меня – ради памяти обо мне, ради Герки и Дианы… Но жить, – произнесла она и освободив руку, запустила пальцы в его кудри. – Какой же ты красивый, я люблю тебя…

Раздался шум и, повернув голову на звук, Рита увидала Герку, Диану и ещё двух Гномов.

– Очнулась! – Диана подбежала к ней.

Денис отошёл, но продолжал с обожанием и в то же время с тревогой смотреть на свою любимую.

– Как ты нас напугала! – воскликнул Герка. В его глазах Рита тоже увидела тревогу.

– Здравствуйте, Рита. Я Соран. Когда-то мы встречались с Денисом в Дозоре, и он много рассказывал про вас, а вот теперь я и с вами познакомился. Я рад, что вы пришли в себя, – произнёс один из Гномов.

– А я – управляющий Горы Сердца Земли. Меня зовут Затак. У Гномов нет старейшины, как у Эльфов, но есть управляющий. Я ждал одного Древнего Гнома по имени Гера, но, кроме него, пришли все вы. Это великий день для наших земель, очень давно в наших краях не появлялись Эльфы. Зал, в котором вы сейчас находитесь, построен специально для Древних Эльфов, своего рода это гостиные покои. За этим залом расположена Роща ваших Деревьев. Деревья в ней были посажены очень и очень давно. Рита, для того чтобы набраться сил, вам нужно пройти туда, к Деревьям. Так поступали посещавшие нас Эльфы всегда, и было это ещё до моего рождения. Эльфы подпитывают свои силы через Деревья, это незаметно, пока они в Лесу, но по пути к нам в горы им становилось всё тяжелее, силы и магия истощаются по дороге в Гору, а новую энергию Эльфы не могли получить, так как Деревья остались далеко позади. Особенно это касается Лесных Эльфов. Они зависимы от Леса больше, чем Охотники. И вы, Рита, должны подняться и пройти в рощу, – закончил Затак.

– Нет, не надо! – крикнул Денис и, подойдя к кровати, нагнулся и взял Риту на руки. – Я сам её отнесу.

Она обняла его за шею и прильнула к сильной груди Дениса. Диана укрыла Риту плащом, и они всей процессией пошли через зал к огромным дверям.

Затак распахнул двери, и все ахнули. Перед их взором располагался маленький аккуратный садик из огромных старых Деревьев. Деревья стояли покрытые снегом, это было восхитительно и завораживающе.

И вдруг Рита почувствовала удивление и радость.

– Денис, Денис, – стала просить его Рита, – я хочу вон к тому Дереву.

– Она понимает и слышит их, – тихо произнёс Затак. – Уже давно никто не помнит, какое Дерево самое старое, а она это сразу определила.

Денис поднёс Риту к Дереву.

– Опусти меня на землю, пожалуйста.

– Ты в своём уме, Рита? Ты босиком, тут один снег. Даже не думай, – запротестовал он.

Рита посмотрела на Дениса.

– Так надо, Денис… Опусти, я не заболею. Ты же хочешь, чтобы я стала физически сильной?

Денис тяжело вздохнул и аккуратно поставил её на ноги.

Снег обжигал, но Рита зачем-то сняла ещё и плащ, и в маленьком коротеньком платье сделала шаг к Дереву. Сначала она дотронулась ладонью до ствола и почувствовала, что Дереву нравится её прикосновение. Затем Рита обхватила, насколько можно ствол, и прижалась к нему. Дерево стало давать ей своё тепло, а туника перестала перегреваться.

– Мы уже забыли ваши прикосновения, – произнесло Дерево у Риты в голове. – Приятно, что нас снова слышат. А ещё ты пришла к нам, ступая по холодному снегу. Ты ценишь традиции – мы в снегу, и ты босиком. Это очень хорошо. Чего ты хочешь?

– Ничего, – ответила Рита мысленно. – Только набраться сил, потому что я их растратила, пока добиралась сюда.

– Мы чувствуем это и дадим тебе силу.

Рита почувствовала, как энергия стала наполнять её тело, и силы начали с огромной скоростью к ней возвращаться.

– Ну, вот и всё… А теперь приходи завтра, мы с тобой пообщаемся, – произнёс крошечный Лес Сердца Земли.

– Приду, – кивнула Рита, – обязательно, – и она медленно развернулась и пошла к дверям.

Денис тут же подхватил её на руки, укрыв плащом. Все вернулись обратно в зал для Эльфов.

– Расскажите про это место, – попросила она Затака.

– Лучше, если вам обо всём расскажет Соран. Он не только путешествует, много изучает и читает, но ещё и прекрасный рассказчик. А вот мне ещё нужно распорядиться по некоторому ряду вещей. Управляющий больше главенствует Городом, я не учёный муж, – и, откланявшись, Затак удалился.

– Как ты? – заботливо спросил Герка Риту.

– Отлично, – она улыбнулась, поочерёдно посмотрев на всех присутствующих.

– Пока Рита была без сознания, я видел, что вас ничто не волновало, кроме её состояния, а теперь, когда вы успокоились, вас начало разбирать любопытство. Я поражён тем, что вы пришли сюда все вместе. Эльфы посещали нас очень давно. Последний приход Эльфа был связан с просьбой Верховного Леса Поцелуя. Наш клан должен был пожертвовать своим ребёнком… ради спасения всей земли, – он замолчал и посмотрел на Герку.

Рита поняла, что сейчас они услышат что-то о себе и своём рождении. Соран, посмотрев на Герку, заговорил снова.

– Ты и есть тот Гном-младенец, что прошёл через Губы Поцелуя в другой неизвестный мир, и кулон на странном, разноцветном животном по имени Додди, тому подтверждение. Этот кулон – не просто ювелирное украшение, это Семя Верховного Древа. Древо давало семена в самых редких случаях, и в истории жителей нашего мира это случилось дважды. В Год Наследства оно сбросило шесть семян и обратилось с просьбой к Старейшине Эльфов, отдать Верховному Лесу шестерых младенцев этого мира, которых Верховный Лес переместит в другой мир, чтобы сохранить Древних. Эльфы не могли отказать в просьбе Древу, но они растолковали просьбу по-своему, посчитав, что это относится только к Эльфам, и поэтому они сами выбирали самых крепких и выносливых младенцев. Когда родились дети, их отправили через Поцелуй, но дети умерли, не выдержав перехода. Говорят, что впервые Верховное Древо было рассержено. Оно понимало, что произошла ошибка, и Эльфы всё не так истолковали. Как ни странно, но Деревья пытались образумить Эльфов, ещё когда они только несли своих детей в Верховный Лес Поцелуя. Но, оказывается, и Древние могут совершать страшные ошибки, слепо веря в то, что делают всё правильно на благо Леса. А ведь Лес тогда просил не за себя, а за весь мир, именно этого Эльфы не поняли, решив, что дети – это жертва, которую требуют Верховные Деревья. У Эльфов осталось всего три семени, а без них переход в другой мир невозможен. Верховный Лес попросил Старейшину вернуться и поговорить ещё раз с Верховным Древом. Говорят, что разговор был очень долгим между главным Эльфом и Древом. Но это было ещё не всё, Древо замолчало и долго что-то решало, а Старейшина продолжал ждать, чего же хочет от него Древо, и что он сделал не так. Проходили дни, Древо продолжало думать, что-то высчитывать, о чем-то совещалось с Верховными Деревьями, а потом вдруг тоже попросило прощения у Старейшины, сказав, что и Древо виновато в том, что само плохо поняло силы этого мира и только сейчас увидело свою ошибку. Вот после этого Древо назвало имена двух семей Эльфов, которые должны отдать своих будущих детей, и только они. В этот раз Верховное Древо само выбирало, не дав этого сделать Эльфам. Самым странным было то, что семьи были молодыми и ни о каких детях пока не шла речь, но Деревья уже тогда хотели именно этих детей. Почему? До сих пор ответ не найден. Но оставалось ещё одно – третье семя, и Старейшина спросил, кому предназначается оно? Тогда Древо сказало, что оно – для младенца Гномов. Но так как Древо не имеет право указывать Гномам так же, как Эльфам, то Старейшина сам пойдёт в Город Сердца Земли и попросит Гномов от имени Верховного Древа отдать для Поцелуя одного младенца, так как Эльфам в другом мире без Гнома не выжить. Оказывается, с самого начала должны были отправиться шестеро и среди них Гномы, то есть два Гнома, два Охотника и два Лесных Эльфа. Причём последние двое Эльфов – именно те, кого назовёт Древо. Но Старейшина неправильно истолковал пожелание Древа, а Древо не смогло правильно выразить свои мысли, потому как само очень волновалось и ещё до конца не понимало, для чего всё это. Старейшина же, услышав, что нужно отправить младенцев нашего мира, подумал о мире одних только Эльфов, забыв, что Эльфы без Гномов не выживут как в этом мире, так и в другом. После вторичного разговора с Верховным Древом Старейшина пришёл сюда к нам и на общем собрании попросил Гномов, чтобы одна из семей отдала своего будущего младенца. Если вы уже слышали о Гномах, то знаете, что они очень долго выбирают себе пару, а потом долго решаются завести ребёнка. Мы живём очень долго, но в отличие от Эльфов, мы смертны. Отдать ребёнка для Гнома – это трагедия, только очень благородный отец, верящий в добро, доверяющий законам этого мира и желающий добра своим потомкам, сможет довериться Деревьям и отдать им своего ребёнка. Не все Гномы могут быть такими бескорыстными. И дело не в том, что они плохие, просто у нас слишком тяжкая жизнь, слишком суров наш мир и слишком тяжело даётся создание семьи. В городе были беременные женщины на тот момент, но вышел перед всеми Глава нашего клана и сказал, что его жена скоро родит, и он готов отдать своего будущего ребёнка для того, чтобы он спас будущих и ещё не рождённых Эльфов в другом мире, а затем они вместе спасут и наш мир от надвигающейся катастрофы. Все эти слова занесены в наши манускрипты, и вы найдёте их в Летописной Комнате.

Соран снова посмотрел на Герку.

– Гера, ты сын и продолжатель великого рода Древних Гномов. Твои родители владели искусством магии. Отец был не только главным управляющим, предводителем нашего клана Гномов, но и путешественником, строителем, учёным, создателем и изобретателем многих великих рун, таких больше никто и никогда не создавал.

Герка сидел красный, как рак, а Диана восхищённо и с любовью смотрела на него.

– Я всегда это знала! – воскликнула она.

Рита и Денис улыбнулись, а Соран продолжил:

– Я уже знаю вашу жуткую историю, пока вы поднимались к нам. Вы просто перепутали путь и пошли к Сердцу Земли лёгкой и короткой дорогой, не зная о том, что по ней не ходят со времён Древних.

– Ничего себе – лёгкой! – воскликнула Рита, вспоминая пропасти, жуткие тропинки, заваленные камнями, снегом, да ещё населённые страшными Тварями, о которых она хотела поскорее забыть навсегда.

– Да, это короткий путь, – кивнул Соран, – и там жили в спячке Твари Горных Троп. С ними никто и никогда не мог справиться, кроме Древних Гномов. Твари просыпаются только тогда, когда чувствуют тёплую кровь. Женщины им нужны для оплодотворения, а мужчин они поедают. Вот поэтому, услышав рассказ Дениса, я понял, как они ошалели, кидаясь больше на девушек, а от вас только обороняясь.

– Как это – для оплодотворения?! – пискнула Диана, так что всем показалось, что она сейчас потеряет сознание.

Риту стало подташнивать.

– Как происходит этот процесс, никто не знает. Но у Тварей есть Хозяйка, к которой они и приводят девушек. Именно она совершает ритуал оплодотворения. От этого ритуала Хозяйка может родить до нескольких тысяч Тварей, а вас было двое. Понимаете, теперь?

– А к-какая она, эта х-хозяйка? – с ужасом произнесла Рита.

– Никто из нас её не встречал, но кто-то из Древних Гномов всё же увидел её однажды мельком, когда спасался от неё, и он описал её так, как запомнил её по-своему. Он сказал, что Хозяйка Тварей – это две стороны бесполого существа – одна сторона мужская, другая женская. Забрав девушку, она на какое-то время становится мужчиной, а потом, совершив ритуал, убивает её, забирая себе всё женское, что было в этой девушке, вместе с оплодотворённой маткой. Получив от девушки нужные органы, а главное – оплодотворённую матку, мужская сторона, снова меняется на женскую. И дальше Хозяйка вынашивает и рожает Тварей.

Диане стало нехорошо и её вырвало.

– Извините… – прошептала она, вставая.

Рита тоже вскочила, чтобы прибраться за Дианой. Все на какое-то время отвлеклись. Когда всё было убрано и все опять расселись по местам, Герка задал вопрос:

– А почему они только на той тропе? Почему не выходят за её пределы?

– Древние Гномы поставили оградительные руны и этим обезопасили себя от Тварей Горных Троп. Это случилось после того, как один Гном спасся и рассказал всем про эту Хозяйку. Поэтому Твари и обитают теперь только на горных тропах, где мы давно не ходим.

Герка хлопнул себя по лбу.

– Ах, вот что я чувствовал дважды, когда мы шли по той тропе! Первый раз – когда мы вошли на опасную территорию, а второй – когда вышли из неё. Это же были оградительные руны!

Рита поняла, о чём сейчас рассказывал Герка, вспоминая его на тропе, когда он спрашивал их: «Вы чувствуете?».

Соран, продолжая смотреть на Герку, продолжил:

– Теперь я хочу поговорить про ваше необыкновенное спасение от Тварей. Вы сделали самое невозможное в истории Гномов. Заклинание, которое использовал Гера, было очень давно потеряно. Далеко не каждый Гном мог его создать, да ещё с такой ужасающей силой. Это заклинание называется Огонь Любви. Я так понимаю, Гера, что вы любите и очень сильно?

– Э-э… я… кхм… – Герка молчал.

Рита ничего сейчас не понимала. Диана сидела, внимательно рассматривая потолок, как будто к ней это не относилось. Неужели они решили скрывать в Сердце Земли свои отношения? И Денис почему-то тоже помалкивает. Может, произошло что-то, пока она находилась без сознания? И Рита решила поддержать друзей.

Соран, сощурив глаза, впился в Герку.

– Ладно. Ваше право не говорить. Но дело в том, что это одно из сильнейших заклинаний – Огонь Любви – выплёскивает само ваше любящее Сердце. Только самая сильная любовь может создать в сердце Гнома такое заклинание. И теперь Твари Горных Троп сгорели и уже долго там не появятся. Возможно, их осталось всего несколько с самой Хозяйкой. Но запомните, это заклинание, никогда нельзя применять на территории Леса.

Все кивнули, зная, что любая магия Огня запрещена в Лесу.

– А на территории Гномов можно? – спросил Герка.

– Да. И думаю… это не последнее, что ты умеешь. Мне кажется, вы должны тут побыть подольше. Обязательно спуститься в шахты-туннели и увидеть, чем жили Гномы. Сейчас там работают и мужчины, и женщины. Нас мало, и вырабатывается здесь только целисий и тривий.

– Ух, ты! – Диана загорелась новыми открытиями.

Теперь Соран, сощурив глаза, посмотрел на Диану, но ничего не сказал, а только хитро улыбнулся себе в бороду.

– Я думаю, мне пора. Вы можете ходить, куда вам захочется. Скоро, кстати, будет обед, – Соран поднялся.

– А можно мне один вопрос? – спросил его вдруг Денис.

– Я слушаю.

– У нас в том мире есть истории про Эльфов и Гномов. Значит, наши миры каким-то образом соединены и, возможно, когда-то они друг другу открывались? Может, именно поэтому туда просочились истории про Эльфов и Гномов? Хотя это главный вопрос. В историях того мира говорится, что Эльфы и Гномы никогда не были дружны. Были между ними договоры, но дружбы не было…

– Я думаю, что миров вокруг нас существует намного больше, не только наш и тот, в котором вы выросли. Может быть, где-то и есть Эльфы, воюющие с Гномами, но у нас такого не было никогда. Гномы умеют воевать, и они настолько сильны, что огнём могли бы уничтожить всех вокруг. Но Лес… даже для нас – это наша жизнь и наше существование. Лес – это Мозг нашего мира, а Горы – это Сердце нашего мира. Мы можем жить только сплочённо, правда, последние века мы были в спячке, как… ну вот как Рита была до этого без сознания.

– Ваша земля сейчас в коме, – произнёс Денис.

– Кома? Это такое новое слово? Ну пусть будет кома… Сердце стучит, а Мозг спит. Верховный Лес Поцелуя закрыт, но скоро мир обязательно очнётся. И завтра, кстати, наступает Новый год, – он повернулся и пошёл к выходу.

Тут Рита обратила внимание, что Герка намного выше своих сородичей.

– Ой! А можно мне с вами немного поговорить по дороге? – Диана спрыгнула и подбежала к Сорану.

– Конечно.

И они вместе вышли из зала.

– Блин, что происходит? – рассержено выпалила Рита. – Герка, ты почему не сказал, что любишь Диану? Ты что – не признался ей в любви? Я ничего не понимаю!

– Да я-то тут причём?! – стал оправдываться Герка. – Конечно, признавался! И если бы я не любил, не сотворил бы и заклинание. Это Диана меня так попросила. Она вдруг посчитала, что Гномы могут не понять наши с ней отношения. Хотя мне плевать – поймут они это или нет. Я люблю её. Поверите, она даже комнату попросила себе отдельную. Может, Диана стесняется меня? – Герка расстроился.

– Не говори ерунды! Она вон как восхищённо таращилась на тебя. Да и ты тут самый красивый Гном. Уж поверь другу, хоть я и парень, – Денис засмеялся.

– Да ну тебя! – но было видно, что Герку отпустило.

– Скорее всего, попав в твою семью, Диана боится, что её здесь не примут, посчитав неэтичными отношения Эльфийки и Гнома. Заклеймят, так сказать, позором, – решила Рита.

– Во! В самую точку! Молодец, красавица! – Денис подскочил и поцеловал её в губы.

– Ладно, отдыхайте! – У Герки настроение резко поднялось, и он, насвистывая, направился к выходу.

– Не свисти, денег не будет! – смеясь, крикнула Рита.

– А у меня и так их нет. Я все отдал Диане! – хохотнул Герка.

Когда время приблизилось к обеду, за ними зашёл Соран, и они все вместе отправились в столовую. Рита впервые вышла из гостевой Эльфов и шла теперь с открытым ртом, рассматривая всё вокруг.

– Я тоже под впечатлением, – тихо произнёс ей Денис. – У меня не было времени рассматривать всё вокруг, когда мы вошли через ворота в Сердце Земли, так как больше всего меня волновало твоё бессознательное состояние.

Гора Сердце Земли оказалась настоящим городом Гномов. Этот город уходил глубоко в недра земли, где Гномы как раз и трудились. Насколько глубоко уходили туннели, этого она не знала, но была уверена, что туда они ещё обязательно доберутся.

Естественно, окон не было, и гора Сердце Земли излучало свет и впечатляло своим сказочным пространством. Замысловатые арки, круглые своды, потрясающие настенные витражи с такой самой подсветкой, как и в Школе Архивов. Каждый зал отличался от другого. В одном ощущалось невероятное пространство свободы за счёт множества колон в три, а где-то в два ряда по обе стороны. Присутствовали монументальные композиции и скульптуры, явно раскрывающие историю клана Гномов.

– Кто это? – спросила Рита, указывая на высеченные статуи Гномов.

– Это выдающиеся мастера своего времени. Великие Управляющие, великие мастера рун, великие ювелиры и исследователи. А вон отец Геры, – и Соран показал на монумент Гнома.

Все остановились и впервые увидели Гнома, который был отцом Герки, а внизу было выгравировано – Тэйл. Значит, так звали отца Герки, подумала Рита. Все молчали, говорить никто не решался. Каждый оставался со своими мыслями, но Рита про себя подумала, что взгляд этого Гнома очень напоминал взгляд самого Герки, а ещё Рита почувствовала, что отец Герки ей чем-то родной, и от этого ей стало очень легко и хорошо на душе.

Они пошли дальше, оставляя один великолепный зал с элементами барокко и попадая в другой зал с ещё более помпезным ампиром, украшенный огромным количеством арок и мозаичных панно.

– Я всегда хотел понять, почему я оказался именно в России? Почему – в Подмосковье? В американских фильмах всё и всегда происходит на территории Соединённых Штатов, в их городах, горах и прериях, – начал рассуждать Герка. – А теперь я понимаю, почему меня выкинуло не в Америку, а в Россию. Видимо, это связано с московским метро. Такого метро нет больше нигде в мире. Есть что-то в русских от Гномов, – продолжал рассуждать Герка, с восторгом рассматривая эти дворцы внутри горы.

– А я не видел московского метро, – произнёс Денис.

– Считай, что ты в нём, – хихикнула Диана.

Обед был очень вкусным, но большинство меню составляли мясные блюда. Рита с Денисом поели чуточку мяса для приличия, а Диана с Геркой наелись на полную катушку, собственно, как и Барон.

– Жареный кабанчик с корочкой! – Герка закатил глаза, а Диана засмеялась.

За столом присутствовали другие Гномы, были тут и женщины. Они с интересом поглядывали на Дениса с Ритой и перешёптывались. И, конечно же, героем вечера был Герка. Он был выше и красивее присутствующих вокруг Гномов, и это сразу бросалось в глаза. Молодые девушки смотрели на Герку во все глаза. Рита понимала, что мужчин слишком мало, а тут такой герой, да ещё и Древний! Правда, этот герой никого не замечал, кроме Дианы, а она счастливо светилась под его взглядами.

Рита вздохнула с облегчением.

– А ты, правда, видел Катари? – спросил один из Гномов Герку.

Тот положительно кивнул.

– А вот Гномы не видят Катари. Как такое возможно? – спросила девушка, обращаясь к Затаку.

Тот пожал плечами.

– Тут что-то другое… – ответил Соран, постукивая пальцами по столу. – Гера не только Древний, в нём, помимо того, что он Гном, есть ещё что-то, как и в каждом из наших гостей. Смотрите, Денис слышит деревья, он не ест мяса, при этом является Охотником. Рита, наоборот, может есть мясо. Гера владеет древней магией Гномов и видит Катари. Диана… – но дальше его перебила она сама.

– У меня ничего нет! Это всё случайный сбой Y хромосомы, – замахала она руками.

– Хромосома? Вы такие странные слова говорите… – удивлённо пробормотал Соран и продолжил: – Ты, Диана, важное звено, без тебя они бы не осилили многое, хотя… возможно поменялась бы история вашего возвращения.

– Мы бы вообще не вернулись без неё, – буркнул Денис.

А Рита тут же вспомнила детали его спасение из Биомедицинского Центра Томаса Войта.

– Самое главное в том, что Диану пропустили Губы Поцелуя, – сказал Затак.

– Нет, всё дело в кулоне. У меня была его подвеска, то есть семя, – Диана указала на Герку.

– Семя тут не при чём. Губы Поцелуя уже зафиксировали при первом переходе, чьё это семя. Поэтому оно было не твоё. А вот ты прошла без семени, значит, ты зачем-то была нужна Верховному Лесу Поцелуя.

Диана вдруг задумалась о чем-то.

– Да… нужна… – тихо произнесла она и, опять улыбнувшись, посмотрела на Герку. Его глаза восхищённо вспыхнули синевой.

На следующий день все ждали одного чуда – Нового года. Гномы довольно серьёзно готовились к празднику. Рита гуляла по городу и интересовалась, как же Гномы празднуют Новый год. Оказывается, что отмечали они, примерно так же, как привыкла праздновать она в Москве, то есть – как и все жители Земли.

Герка с самого утра засел в Летописной Комнате, и Рита его совсем не видела. Денис и Диана тоже захотели пойти к Деревьям вместе с Ритой, так как и они являются Эльфами и должны подпитываться энергией Деревьев.

Рита вышла босиком, как и первый раз. Она подбежала к Дереву и обняла его, и тут же тепло стало распространяться по всему её телу.

– Мы видим других Эльфов и хотели бы с ними поговорить, – услышала она в своей голове.

Рита махнула рукой Диане и Денису. Те, побросали плащи, сняли сапоги и тоже подошли к Деревьям. Рита понимала, что сейчас Деревья являют собой одно целое, а поэтому не имело значения, кому у какого Дерева стоять. И каждый замолчал, разговаривая с Лесом о чём-то своём.

Денис слышал деревья, и Рита об этом знала, а вот про дар Дианы для неё стал открытием.

– Диана может говорить с вами? – спросила Рита, понимая, что её никто не услышит.

– Да. Эта девушка уникальная. Она очень сильна духом. В ней заложены три дороги всех жителей этого мира. Она не слышит Деревья в Лесу, но так как в ней горит Гномий Огонь любви, то она слышит нас здесь, на Горе Сердца Земли.

– А что это за Гномий Огонь? – переспросила Рита.

– Это Дар любви. И он разгорается в ней всё сильнее.

– Она будет сильная, как Гном? – обрадовалась Рита.

– Не знаем. Мы не вмешиваемся, мы только наблюдаем, помогаем советом. Сейчас она просит от нас совета, но помочь ей мы не можем. Мы восхищаемся её силой духа… сложно, очень сложно понять… мы не видим… она сама выбрала этот путь…

– Какой путь? – удивилась Рита.

– События случаются неожиданно. Они рассеяны в мире, многие из них ещё загадочны. Они связаны с вашими мыслями, содержат глубокий смысл. Цепь событий заключается в том, чтобы привести вашу жизнь на путь к судьбе…

Опять они про путь говорят, Рита снова ничего не поняла и хотела переспросить.

– А какова твоя цель? – спросили её Деревья, резко поменяв тему.

– Моя цель, чтобы выполнить то, о чём просили Верховные Деревья. Чтобы доказать, что наши настоящие родители не зря отдали нас в другой мир.

– А ты знаешь, что это за цель?

– Пока нет. Но мы учимся и путешествуем.

– Хорошо. Ты правильно понимаешь… пока вам нужно познать этот мир и полюбить его со всеми его недостатками. Только потом вы решите, какой дорогой двигаться дальше. Мы думаем, на сегодня этого вам хватит.

Рита оторвалась от Дерева и пошла по снегу к двери. Денис ещё о чем-то разговаривал, как и Диана. Диана вернулась в зал позже всех, раскрасневшаяся от мороза и немного странная. Она вообще была странная с того момента, как попала к Гномам.

Рита вспомнила вчерашний вечер, когда они с Дианой ложились спать. Денис решил, что пока девушкам будет лучше спать вместе, а ему побыть с Геркой.

– Мы команда, и раз уж Герка сейчас без Дианы, то и мы с тобой будем тоже по отдельности. Так я поддержу своего друга, а ты свою подругу.

– Ты чудо! – Рита поцеловала его.

– Лучше не целуй, а то я передумаю.

Рита вывернулась из его объятий и, смеясь, убежала.

– Кокетка! – последнее, что она услышала.

Когда подруги улеглись в кроватях, Рита затронула с Дианой серьёзный разговор.

– Диан, почему ты не хочешь, чтобы Гномы знали о ваших с Геркой отношениях?

– Не надо им знать, Рит. Они другие, он для них – великий из великого рода и вдруг… полюбил такую, как я… Гномы могут не понять его.

– Нет, ну это полный кретинизм! На Земле Герка считал, что он маленький и не достоин тебя. Тут всё перевернулось с ног на голову, – поразилась Рита.

– Не перевернулось. Но… они с таким не сталкивались.

– А если сталкивались? Неужели за все эти века не было ни одной влюблённой пары – Гном и Эльф? Ты бы поискала в Летописной комнате, – предложила Рита.

– Нет! – резко отсекла Диана беседу. – Не было! Всё! Хватит об этом!

– Ладно… но если ты что-то захочешь мне рассказать, я всегда рядом. – Рита выжидательно посмотрела на Диану, но та, отведя взор, принялась взбивать себе подушку.

– Спокойной ночи. Завтра Новый год, – тихо произнесла Диана.

– Спокойной ночи.

Вспомнив сейчас этот вчерашний разговор, Рита решила продолжить с Дианой незаконченное накануне вечером. Когда Денис ушёл в Летописную Комнату, Рита открыла волновавшую её тему.

– Диана, ты точно любишь Герку? – в упор спросила Рита.

– Очень, – ответила ей Диана, глядя ей в глаза.

– Тогда что происходит? У тебя появились секреты, и я это чувствую, – давила на неё Рита.

– Рит, я всё расскажу тебе, но не сейчас.

– А о чём ты говорила с Деревьями? Они пытались мне что-то сказать про твой путь, который выбрала ты. Но я ничего не поняла.

– Они спрашивали обо мне, о моём мире, о том, как я сюда попала. О Герке и моей любви к нему. И я всё им рассказала.

– И?..

– Ничего. Они говорили, что во мне живут три дороги, три жилы – Лесной, Охотника и Гнома в одном лице. Но я всё это не очень поняла.

Рита немного успокоилась. Похоже, Диане сказали Деревья то же, что и ей, значит, она её не обманывает.

Вернулся Денис, держа в руке какой-то свиток. Рита уже знала, что у Гномов имелись манускрипты, они писались на тончайшем металле, собственно, как и книги в Школе Архивов. Бумагу в этом мире не производили. Никто и никогда не будет срубать Деревья ради изготовления бумаги. Всё отличие книг от манускриптов заключалось в том, что манускрипты были свитками, которые скручивались и застёгивались, превращаясь в очень прочную тубу. Это было красивое изделие, его удобно было носить и складывать. Манускрипты отличались от книг только одним – местом написания. Это своего рода знак отличия издания – если в руках книга, то она написана и издана в Школе Архивов, а если манускрипт в виде свитка – то это было создано в Сердце Земли. Не имело значения, кто был автор – это мог быть как Эльф, так и Гном. Главным считалось – это место написания.

– Смотрите, я нашёл очень интересную вещь. Тут карты Спящих шахт, – Денис помахал тубой.

– Денис, а о чём ты разговаривал с Деревьями? – спросила Рита, перебивая его, считая, что Спящие шахты не убегут от них. Ей более любопытно было – насколько хорошо Денис умеет общаться с Деревьями. Это бы частично доказывало версию Сорана, что они имеют частички друг друга.

В этот момент зашёл Герка, тоже держа какой-то манускрипт в руке.

– Гер, садись слушать, – позвал его Денис. – Меня интересовало прошлое этого мира. И очень интересную историю поведало мне Дерево. Оказывается, Верховное Древо даёт свои семена в очень редких случаях. Как мы слышали от Сорана, Древо сбросило семена только дважды. Мы знаем про второй случай, в котором участвовали мы сами. Как рос Верховный Лес, никто не знает, но очень давно Древние могли посадить деревце, как Рита посадила в горшок Ридиана, и со временем оно определялось само – быть обычным Деревом в Лесу или стать Деревом из Верховного Леса. В Год Ордена Клятвы самое Главное Верховное Древо дало десять семян точно таких же, что на наших кулонах. Старейшина Эльфов взял семена с Древа.

«Что с ними делать мне? Нужно ли их посадить?» – спросил я у Древа.

«Да. Нужно. Но не здесь, – ответило оно. – Ты пойдёшь в самое Сердце Земли и передашь поклон Сердцу от Мозга и посадишь на земле Гномов эти зёрна. Это будет наш Орден, который навсегда свяжет кланы Эльфов и Гномов. Для того, чтобы Гномы и Эльфы всегда жили в мире и согласии, а также в трудные времена могли поддержать друг друга. Деревья, которые прорастут из этих семян и вырастут не земле Гномов, отдадут Сердцу Земли самое великое, что у них есть… свою листву. Деревья будут жить, расти в Сердце, но никогда листья не появятся на них. Это и скрепит союз. Настанет момент, когда потребуется помощь Гномов и верные Ордену Клятвы, тогда те придут на помощь Эльфам и этому миру».

Денис закончил. Все сидели какое-то время в тишине.

– Это и есть эти Деревья в саду? – спросила Рита.

– Да. Им не менее миллиона лет, а может, намного больше. И они связывают Лес с Горами. Мне кажется, для Мозга и Сердца этого мира необходимо было объединить Гномов и Эльфов, иначе этот мир бы вымирал. Есть какая-то тайна в истории, но благодаря этим посаженным Деревьям, Эльфы могут приходить сюда и набираться сил. К тому же существует негласная клятва помощи друг другу, потому как Мозг не может существовать без Сердца. Это единый организм, – вслух рассуждал Денис.

– А я тут нашёл записи своего отца… Они, кстати, подтверждают и продолжают эту историю, – нарушил непродолжительное молчание Герка.

– Ну, и чего ты молчал, давай, читай! – попросила Диана, и Герка развернул манускрипт.

* * *

«…Это был Год Кодекса Чести, и к нам в Город Сердца Земли пришёл Старейшина Эльфов Древний Тайтиси. Мы его гостеприимно приняли, дали передохнуть, поговорить с Деревьями, а потом он пришёл ко мне и попросил переговорить с глазу на глаз. Конечно же, я принял его, так как вид его был не только усталым, но и растерянным.

– Я обращаюсь к тебе, как к Главному. Помогите нам. Настал момент, когда нужно исполнить Клятву, так сказало Верховное Древо. Я ошибся, неправильно истолковав просьбу Древа. Трое наших младенцев погибли при переходе Губ Поцелуя.

– Я не очень понял его сбивчивый рассказ и попросил начать всё сначала и спокойно.

– Зачем же вы их отправили в другой мир через Губы Поцелуя, если они всё равно умирали? – спросил я.

– Их нужно было туда переправить. Мы надеялись, что хотя бы один из них, но выживет. А всё потому, что необходимо спасти Древних от полного уничтожения, а потом они вернутся сюда для возрождения мира. У меня осталось только три семени для перехода, – Тайтиси достал из мешочка три семени и протянул мне. – Тэйл, спаси наших детей. Без вас мы погибнем, а потом погибнете вы и весь наш мир.

Я взял три семени в руки. Они были живыми, и я ощущал это. Но, кроме этого, я ощущал ещё и величие этих крошечных созданий. Это был ключ, который пел на языке Вселенной. Да, благодаря этому музыкальному коду, младенцев пропустят в любую точку Вселенной.

– Что нужно? – просто спросил я.

– Нам нужен младенец Сердца Земли. Только Гном сможет выжить при переходе, а потом поможет выжить остальным Эльфам. Их с самого начала должно быть трое – Гном, Охотник и Лесной. Древо само выбрало детей для перехода, но всё дело в том… – Тайтиси тяжело вздохнул, – что вы не подчиняетесь Лесу и не слышите его. Верховный Лес и Древо только просят помочь, и если вы согласны, то сами решите, кто отправится в другой мир.

– Я подумаю, – ответил я. – Оставь мне семена, я посмотрю, что можно с ними сделать, чтобы они не потерялись у малышей при переходе. Я скоро соберу собрание, и ты обратишься к Гномам с речью.

– Хорошо. Спасибо, – Тайтиси вышел из зала.

Я задумался над услышанным. Последнее время, уходя на глубину, я чувствовал Сердце. Оно было неспокойно. Неужели с нашим миром в будущем что-то может произойти? Вот и Верховный Лес тоже это почувствовал. Как же быть? У нас много Гномов гибнет под завалами, мы сильны, но малочисленны. Сейчас беременных женщин всего шесть. Я главный в клане, и мне решать. От моего решения будет зависеть многое в этом мире. Если я откажу Тайтиси, Древние погибнут, так думает Верховный Лес и чувствует Сердце Земли. Значит, погибнем мы все. Если прикажу отдать одного младенца во спасение будущих потомков – как мой приказ будет воспринят моим собственным народом?

Среди беременных – моя любимая женщина. Отдать своего ребёнка в неизвестность или попросить ребёнка у других пар? Я знаю, что они не пойдут против меня, я главный Управляющий. Но как мне потом в будущем смотреть им глаза? Ведь мой ребёнок будет расти… а их ребёнок будет далеко отсюда, если вообще не погибнет при переходе. Мы ничего не знаем о незнакомом мире, и даже не представляем, куда их может занести. И я решил посоветоваться с женой, как только она вернётся.

Чтобы не тратить время, я занялся цепочками, на которые смогу прикрепить семена Верховного Древа. Эти цепочки необходимо повесить на младенцев, а также по этим цепочкам и семенам Древние узнают друг друга в чужом мире. Я работал весь оставшийся день и всю ночь, создав две цепочки из тривия для Эльфов и одну из авория для Гнома, тем самым решив перестраховаться, пусть эти цепочки хоть и не заменят малышам одежду, но всё же будут являться небольшой защитой.

Шаси вернулась, когда я только закончил первую цепочку для Гнома и, отложив работу, рассказал ей просьбу Старейшины Эльфов Тайтиси, а также поделился своими мыслями, которые мучили меня всё это время. Моя любимая всегда меня понимала и являлась лучиком в моей жизни, оберегала и светила мне, когда я был глубоко в недрах земли и в полной темноте, а я согревал её своей любовью, даже тогда, когда находился от неё на дальнем расстоянии. Шаси выслушала меня, а потом с нежностью посмотрела на меня своими необыкновенными синими глазами.

– Ты уже принял решение, и я даже знаю, какое. Мы связаны древним договором, и помощь Эльфам необходимо дать. Но я вот задумалась о чём… Почему Деревья выбрали две пары Эльфов, у которых даже не зачаты дети, а с Гномами они так сильно торопятся? Ведь Тайтиси мог прийти к нам и не сейчас, а позже. Мне кажется, Верховное Древо боится опоздать, им нужно успеть получить только одного Гнома, который уже растёт в утробе матери, и я даже знаю, кого они хотят, потому как у тебя нет выбора – ты Управляющий, и ты лидер. Всё правильно… хотя очень больно. Это Год Кодекса Чести, а наш род знает, что такое честь…

– Шаси, я очень люблю тебя, и ты знаешь, о чём мечтаю… чтобы у нашего ребёнка были твои синие глаза.

– А я хочу, чтобы он был умён, силён и благороден как ты, – она прислонилась ко мне и заплакала.

Я помню собрание, как во сне. Помню только, что вышел вперёд и объявил о том, что отдаю своего младенца по просьбе Верховного Леса Поцелуя. Я видел, как осунулся и похудел Тайтиси за эти два дня, но вздохнул с облегчением, услышав мой ответ. Когда он уходил обратно на поверхность, то, обняв меня, произнёс:

– Тэйл, ты великий Гном. Когда придёт время Шаси рожать, вы отправитесь в Верховный Лес, и она родит в нём. Мы будем ждать тебя. И я хочу, чтобы ты знал… Мой внук умер при переходе, я отправил его своими руками… Я хочу, чтобы ты знал… Мы все кого-то теряем, но ради того, чтобы выживали все другие.

Когда пришло время Шаси рожать, мы отправились с ней в путь. Нас уже ждали две пары Эльфов, которые очень хотели с нами познакомиться.

– Мы ещё не носим детей, но Верховное Древо выбрало именно наших детей, – пояснила Охотница Лилайя.

– Мы пришли помочь Шаси с родами и поддержать вас. Ведь когда-нибудь и мы тоже пройдём через это, – тихо произнесла Лесная по имени Танти.

И я тогда понял, что всё правильно делаю. Тогда я отчётливо почувствовал, что в нашем будущем мире должно произойти что-то очень нехорошее, ведь в первый раз Лес вмешался в жизни Древних.

Первый раз за всю историю Гномов роды у Шаси принимали две Эльфийки – Охотница и Лесная. Родившийся малыш был прекрасен – эдакий крепенький Гномик с тёмненьким пушком на голове и с необыкновенными синими глазами, как у его матери.

– Возьми его у меня, – сказала мне Шаси, после того, как поцеловала, – иначе я не смогу с ним расстаться.

Я взял его на руки и одел цепочку с семянем. Если бы кто-нибудь знал, как страшно и больно отдавать собственное дитя в неизвестность. Но я почему-то доверял Верховному Лесу, потому что он первый раз просил о помощи… Он – Великий Лес нашего мира – просил помощи у маленького Гнома по имени Тэйл…»

* * *

Диана, закопавшись лицом в подушки, громко рыдала. Рита в отличие от Дианы плакала очень тихо. Денис сел рядом с Геркой и обнял его за плечи, пытаясь его поддержать. Но Герка этого не заметил, он тупо смотрел в пространство, руки его разжались и манускрипт длинной лентой упал на пол.

– Гер, у тебя очень классные родители! – Денис стукнул Герку по спине.

– В детстве… всегда представлял их… какие они? И за что они меня бросили умирать в лесу?.. Когда я повзрослел, то решил, что они посчитали меня нескладным уродцем, поэтому так и поступили…

Диана заплакала ещё сильнее, а Герка, помолчав, продолжил:

– А сейчас я узнал, что они самые лучшие, порядочные, и любили друг друга. Я плод настоящей и сильной любви. – Герка повернулся к Диане. – Диана, у нас тоже когда-нибудь будут дети, плоды нашей с тобой любви.

Диана, услышав это, резко перестала плакать, а потом встала и стремглав побежала к большой двери на улицу, где росли десять Великих Деревьев, заключившие Клятву и отдавшие Сердцу Земли свои листья.

– Я хотел встретить Новый Год возле их могилы. А оказывается, что Гномов хоронят глубоко под землёй и нужно пройти специальные тропы мёртвых, чтобы выйти на кладбище.

Рита уже перестала плакать и только тихо всхлипывала. Денис подсел к ней и, обняв, достал горошины душ их родителей. Герка тоже повернулся и подсел к ним. Вернулась заплаканная, но успокоившаяся Диана. Так вчетвером они молча сидели и смотрели на четыре закрытых цветка душ.

Непонятным образом, глядя на горошины, Рита чувствовала ласку, такую же, как дарили ей её приёмные родители Юра и Марина. Посмотрев на своих друзей, она поняла, что и они чувствуют тепло, настоящее душевное тепло, кажется, даже Герка его ощущал.

– Гер, эти Эльфы принимали тебя, когда ты родился. Их руки были первыми, – прошептала тихо Диана, но её услышали все.

Герка кивнул.

Каким-то странным образом эти горошины успокаивали, на душе становилось легко.

– Нам пора готовится к Новому году! – произнёс Денис и убрал горошины обратно в карман своей туники.

Рита была рада, что на празднование Нового года они оказались у Гномов. Это был неугомонный и весёлый народ, который любил выпить, поесть, а также веселиться, танцевать и смеяться.

Барон носился по всем залам Горы, его всюду баловали, с ним играли и откармливали наповал. Где он только не появлялся, он всюду получал море удовольствия. Рита его совсем не видела, понимая, что и остальные тоже.

– А откуда у вас столько еды? – спросила Диана, увидев огромные длинные столы, ломившиеся от угощений.

– Охотники стоят ниже, в самом начале Сердца Земли. Там Лес полон дичи, и они охотятся для нас. Иногда мы тоже убиваем на своей территории, так как в горах попадаются огромные парнокопытные животные. Нам разрешено их убивать, но мы знаем норму и никогда не убивали ради убийства. Пиво осталось в старых запасах, и пьём мы его только на Новый год.

– Ой! А я умею находить пиво! – воскликнула Рита. – Я обязательно скажу Дозору внизу и покажу деревья.

Услышав эту новость, все в зале радостно зашумели, а Диана хихикнула, зная страсть Герки к пиву. Рите было приятно, что в этот раз на столе было много зелени, принесённой специально для неё и Дениса.

– Кстати, Дозор у подножия Горы ждёт вас к себе в гости. Эльфы передали к праздничному столу специально зелень для вас. Старейшины Олок и Умил передали вам через стрелу поздравления с Новым годом, – произнёс Затак.

– Я обязательно спущусь, мне тоже нужно им отправить стрелу, – ответил Денис.

– Дорога на спуск займёт дня четыре, но она спокойная и полностью охраняется рунами.

– Комета! Комета! – закричали девушки вбегая в зал.

Все вскочили из-за столов и побежали в разные стороны. В Сердце Земли было несколько улиц, напоминающих большие балконы или террасы, а также был выход на площадку перед Главными входными воротами, но Рита с друзьями, Сораном и ещё небольшой толпой Гномов побежали на поляну – туда, где стояли Великие Деревья Ордена Клятвы. Додди тоже отправился верхом на Бароне, а Гномы весело улюлюкали и бежали, стараясь не отставать от животных.

Рита выбежала на свежий морозный воздух и задрала голову. Яркая огромная голова медленно двигалась. Её хвост, как прямой луч прожектора освещал всё вокруг. Вдруг у кометы появился второй хвост, Гномы, ахнув, замерли, и наступила тишина.

– Что случилось? – спросила Рита у стоявшего рядом Сорана.

– Год изменяется. Когда я родился, у кометы был только один хвост. И ещё ни разу за всю мою жизнь Комета не давала названия. Никто из присутствующих здесь не видел второго хвост, только Деревья Ордена. А сегодня великий день! У кометы два хвоста! Скоро мы узнаем название нового года! – громко крикнул он, чтобы его слышала не только Рита, но и все вокруг.

Все шумно закричали, и тут учудил Додди. Он выплюнул целый рой ярких разноцветных шариков, которые лопались, и поэтому их количество увеличилось в десятикратном размере. Шарики медленно полетели к Деревьям, продолжая лопаться и множиться. Долетев до Великих Деревьев, они повисли на ветках, всего лишь на сантиметр не касаясь их. Точно нарядные новогодние ёлки, стояли Деревья и переливались в разноцветных гирляндах.

– У них появились листья! Настоящие огненные листья! – закричала самая молоденькая девушка, по имени Ямария.

Все захлопали в ладоши и радостно запели какую-то известную песню Гномов. Рита засмеялась, Диана прыгала и визжала от восторга, Барон лаял на небо, а Герка с Денисом что-то бурно обсуждали, при этом весело поглядывая на Додди, который с гордостью любовался своим произведением.

И тут Голова Кометы стала разгораться, один хвост начал переливаться и вдруг раздался жуткий грохот и треск. Казалось, что это был залп салюта. Хвост взрывался и взрывался, постепенно укорачиваясь, фонтан искр покрыл уже почти всё небо. Рита смотрела, как зачарованная, и не могла поверить, что это не фантастика, а всё происходило на самом деле. Такой салют продолжался минут пять, пока не раздался последний самый сильный залп, затем наступила тишина, а искры всё ещё висели в небе и не гасли. Все резко замолчали, и Рита поняла, что сейчас произойдёт что-то важное. У неё сильно забилось сердце, она учащённо дышала и ждала, сама не зная чего. И тут искры начали собираться в какие-то символы и сквозь них стали проступать большие буквы, а потом все хором прочитали:

– Год Указанного Пути!

– У-у-ууууу! – закричали все присутствующие, а некоторые даже засвистели.

Это был самый необыкновенный Новый год, но не только для Риты и её друзей, а и для всех остальных жителей этого мира. Все понимали, что мир оживает и, наконец-то, начинаются желанные перемены.

Соран подошёл к Рите.

– Это ваш год. Вы указали нам путь, очистили Школу Архивов, теперь мы можем снова учиться. Мы пытались давать образование здесь, но в Школе Архивов совсем другие знания – это знания, которые были заложены Отрядом Трёх. Теперь всё изменится, Гера умеет делать руны, такие, о которых мы только слышали, а значит это путь к новым знаниям и новой жизни.

Тут к ним подбежала Ямария и схватила Риту за руку.

– А ещё вы показали нам Путь Любви! Он спасёт и сделает всех нас счастливыми. Мы многое увидели, поняли, и мы будем учиться!

Подошла Диана.

– Поверьте, в вас всегда жила любовь. Хоть все три клана отдалились, но где-то внутри, вы это помнили. Помнили уважение и большую привязанность друг к другу, которая называется дружбой, а это тоже чувство очень сильное, наравне с любовью.

Рита обняла подругу.

– Диана, как же я тобой горжусь! – растрогано произнесла она.

– У тебя такое сердце… настоящее сердце наших гор. В твоей груди бьётся Сердце Земли. Запомни это, – Соран подошёл и крепко пожал маленькую ладошку Дианы.

Эта ночь была самой прекрасной. Даже Герка утащил немного сопротивляющуюся Диану к себе в комнату, а Денис, схватив Риту в охапку, увлёк её в её же спальню-зал.

– Мы с Геркой так решили! Ну какой Новый год без любви? – произнёс Денис, снимая с Риты тунику, цветы которой пульсировали, меняя цвет с красного на розовый и обратно. – Вот и платье твоё со мной полностью согласно!

Рита засмеялась, запуская пальцы в его волосы.

– А вот если бы я не приехала тогда в Лондон, как бы ты жил без меня и без этого дивного платья?

– Жил бы один с Бароном. Всё равно от пса я бы не отказался, а девушек он бы загрыз. А если без шуток, то я бы не жил. И если бы меня взяли в тот Центр Томаса Войта, то никого бы я не убил, а ждал бы своей участи, – он очень серьёзно посмотрел в её глаза.

– Денис, ты самое лучшее, что было, есть и будет в моей жизни.

Рита подтянулась на носочках и нежно коснулась своими губами его губ. Сначала она нежно поцеловала его верхнюю губу, потом нижнюю.

Поцелуй признания любви – он очень особенный. У человека, в голове которого только сексуальное желание, никогда не сможет поцеловать партнёра с чувством. Чувство влюблённых сознательно подстраивается под нервную систему, под желание удивить лаской поцелуя. Поцелуй – это самый важный аспект всего живого на земле. Мать целует новорождённого. Отец целует ребёнка и женщину, которая подарила ему этого ребёнка. Ребёнок целуем маму, целует любимого хомячка или собаку. Собака, облизывая, целует ребёнка, выказывая ему свои преданность и любовь. Поцелуй – это алфавит, и каждое движение губ при поцелуе – это целые слова, которые услышат влюблённые друг от друга.

Глава 17

Денис проснулся от того, что Рита поцеловала его в нос.

– Проснись, соня, – прошептала она.

– Рита, вот так же Барон по утрам в Лондоне меня будил, – он рассмеялся, увидев её комичное выражение лица. – Но здесь Барон меня не трогает, носится счастливый, где ему вздумается, теперь ты меня будишь, – он нежно погладил своей ладонью её щеку.

– Я могу уйти и тоже носиться, где захочу, – она сделала движение, чтобы встать.

– Ты будешь носиться только там, где я, – Денис крепко прижал Риту к себе. – Ты согласна?

– А ты согласен просыпаться, когда я этого хочу?

– Согласен.

– С Новым годом, любимый, – Рита провела пальцами по губам Дениса.

– С Новым годом. Ведь это ты указываешь мне путь, – Денис схватил губами её палец…

Они снова любили друг друга, а потом Денис потащил Риту в ванную комнату.

Ванные комнаты в Сердце Земли были устроены точно так же, как и в Школе Архивов. Школу строили Гномы при содействии Эльфов, и именно поэтому самое необходимое и важное было с точностью скопировано из Сердца Земли, за исключением огромных и богато-украшенных залов, которые так любили Гномы.

– Герка с Дианой ещё не появлялись? – спросил Денис.

Он сидел на диване полностью одетым и готовым к приключениям, но без Герки пока не знал, чем себя занять.

– Нет ещё. А давай к Деревьям! – предложила Рита.

– Давай!

Они босиком выскочили на улицу и побежали по снегу к Деревьям. Новый белый снег запорошил всё кругом, так что не осталось ни малейших следов новогодней ночи. Шарики Додди тоже давно исчезли и древние Деревья снова превратились в могучих великанов.

– С новым годом! – мысленно произнёс Денис послание Деревьям и, прислонившись к Дереву, почувствовал исходящее от него тепло.

– Да. У нас Новый год. Вы дали жителям новый путь. В Год Предательства они потеряли веру. Из-за этого они стали творить ужасные вещи. Болезни, сумасшествие, заражённые земли, отсутствие любви, война Эльфов и уход Гномов… Всё это сказалось на нашем мире. А вы – символ!

– Мы?

– Да. Мы ждали вашего возвращения.

– Короче, мы добровольцы, – у Дениса было хорошее настроение, и он пытался шутить с Деревьями.

– Найдите доказательства и сами решите, кто вы.

Денис улыбнулся. Кажется, Деревья не поняли его шутки.

– Вам нравится разговаривать с нами? – спросил Денис.

– Мы очень долго не говорили на этом языке, нас никто не слышал и не отвечал. А теперь появились вы. Боль, которую вы пережили когда-то в прошлом, много связана с тем, кто вы сегодня. И вы другие. Древние, но Новые Древние. Мы впечатлены вами.

– Спасибо, – Денис был тронут, что Деревья так всё понимали и чувствовали. Поняв, что разговор на сегодня окончен. Он отошёл от Дерева и медленно направился к дверям, и в этот момент в голову ему попал снежный комок.

– Попала, попала! Я попала в Охотника! – радостно завизжала Рита и запрыгала на одном месте.

Денис зачерпнул снега, кинул в неё и не попал – она ловко от него увернулась.

– Не попал! – рассмеялась она.

– Ведьма! – крикнул он.

– Ах, так!..

И они начали кидаться друг в друга. Но долго не смогли продержаться на холоде и без поддержки Деревьев, их одежда сильно нагрелась, стала обжигать кожу, и они с криками вбежали внутрь. Денис сразу сгрёб Риту в охапку, трогал её волосы, целовал, наслаждался сладким вкусом её губ и чувствовал, как страстно реагирует её тело, на его ласки.

– Я схожу по тебе с ума, – прошептал он.

– Нет, это я схожу по тебе с ума, – страстно произнесла Рита и впилась в его губы.

Этот день они никуда не выходили, к тому же и Герки с Дианой тоже не было видно.

На следующий день с утра Денис отправился в Летописную Комнату. Диана с Геркой уже находились там, обсуждая сплавы разных металлов и применение крови на рунах. Денис присоединился к их разговору, у них начались бурные споры и приходили самые дикие и невероятные идеи.

Втроём они всегда работали с увлечением. Денис обычно первый давал идею, а Герка с Дианой загорались. Благодаря своему образованию на Земле, они не боялись экспериментировать.

– Меня не устраивает, что одежда не умеет останавливаться, из-за этого можно получить ожог, – начала Диана.

– А мне не нравится, что тут отсутствует связь с внешним миром. Стрелы не доходят, – продолжил Денис. – Думаю, дело тут заключается в рунах, так что ищи решение, тебе нет равных.

Герка кивал и записывал у себя в блокноте.

– Дело не только в рунах, – оторвался он от блокнота. – Тут важно ещё соединение умных металлов, ну и магия, конечно, нужна. Но есть магия, которая не сможет работать на территории Горы, так как у неё магия исключительно лесная. Надо об этом подумать.

И они думали, прочитывали манускрипты, разбирались в огромном разнообразии научных трудов, написанных Гномами…

Рита же больше училась одна, её интересовала в основном история мира. Ей очень хотелось познать, как работают Мозг и Сердце, и как они общаются между собой. А ещё она засела над изучением всех опасных монстров, водившихся в этих местах.

– Мне уже с лихвой хватило встречи с Тварями Диких троп, – произнесла она, когда Денис нагнулся и заглянул в манускрипт, который она читала. – Я хочу знать все опасные места и как от этого защищаться.

Прошло уже четыре дня, праздничная обстановка спала, все принялись заниматься своими обычными делами, но теперь это делалось с большим воодушевлением и энтузиазмом. Нескольким Гномам пришло уведомление из Школы, и они сразу собрались и в тот же день отправились в Город Умов и Архивов для обучения. Тогда Денис тоже решил, что пора спуститься с Горы, встретиться с Дозором и отправить стрелу Олоку и Умилу.

– Я тоже с тобой пойду! – воскликнула Рита, вбегая за Денисом в комнату.

– Рита, солнышко, мне быстрее и легче сходить одному. Ты ещё должна отдохнуть, я никогда не забуду, в каком состоянии принёс тебя сюда. Милая, – Денис увидел, как глаза Риты потухли, – я люблю тебя, боюсь за тебя, поэтому прошу, останься здесь, читай манускрипты, познавай этот мир. А потом, когда я вернусь, мы устроим поход на глубины. Как тебе эта идея?

Рита улыбнулась.

– Уговорил. Тогда я продолжу изучение манускриптов в Летописной комнате.

Денис взял с собой только Барона, который соскучился по воле на свежем воздухе. Так же к нему присоединились две девушки – Сулли и Каппи. Они должны отнести Дозорам одежду и постельное бельё. Денис взялся помочь нести груз, чем рассмешил девушек. Оказалось, что у Гномов есть горные лошадки Носо. Они были похожи на земных пони, но у этих была более длинная шерсть и узкие глаза.

Когда они вышли из Сердца Земли, шёл снег, но дорога была широкой, но благодаря магическим рунам, оставалась без льда и снега, он сразу таял, стоило только снегу только упасть. Талая вода попадала в специальные крошечные отводы, откуда уходила в два канала по обе стороны от дороги, по которым потом неслась дальше вниз.

Лошадки Носо отлично ориентировались, и группа спокойно спускалась за ними, не обременённая грузом. Барон же весело носился впереди всех. Как помнил Денис из рассказов, дорога занимала дня четыре, и его интересовало, где они будут останавливаться на отдых. Ближе к вечеру он увидел ответ на свой вопрос – в самой горе был высечен маленький домик. Вид этого миниатюрного домика вызвал у Дениса улыбку, ему вспомнился мультфильм про Белоснежку и Гномов. Вот в таком месте они и остановились на ночлег. Домик был построен из того же странного камня, что Школа Архивов и залы Сердца Земли. Они прекрасно освещались внутри и потухали, когда все ложились спать и закрывали глаза. Теперь Денис знал, что это всё была очень древняя магия Гномов. Всё дело в том, что Горы Сердца Земли не светились, но Гномы используя камень горы для строительства, добавляли рунные заклинания, и дом становился умным и живым, давал свет и тепло, тем самым упрощая жизнь жителям.

Домик внутри имел одну комнату, кухню и туалет с душем. Кроватей не было, но было пять матрасов, которые клали на пол.

– А если больше пяти Гномов отправляются в путь? – поинтересовался Денис.

– Обычно мы стараемся не ходить больше, чем три Гнома, потому что иногда пересекаются в домиках на ночлег сразу по два отряда – тот, который поднимается, и тот, который спускается, – пояснила Сулли, которая из двоих была постарше. Молоденькая Каппи немного стеснялась Дениса и во время их путешествия в основном молчала. – Но иногда в этот домик набивается и шесть человек, тогда мужчины располагаются на полу, а женщины на матрасах. Но это имеет значение только здесь, на высоте, где холодно, а чем ниже будем спускаться, тем будет становиться теплее, и тогда можно будет спать прямо под открытым воздухом. А вообще, в тесноте, да не в обиде, – закончила она.

Денис опять поразился тому, что некоторые местные поговорки звучат здесь почти так же, как и на Земле.

Проснувшись утром, они позавтракали и отправились дальше. Так продолжалось три дня и три ночи, и ко времени каждого ночлега им на пути встречались такие же маленькие домики. Чем ближе они приближались к Лесу, тем дальше оставались за их спиной снег и холод. Выйдя на четвёртый день к Лесу, Денис увидел реку Жизни, которая извивалась и текла бурным потоком. Рождалась она высоко в горах, а потом растекалась маленькими речками по всему Лесу. Два канала по обе стороны дороги тоже примыкали к реке и тут заканчивались – талая вода стекала именно в реку Жизни. Они перешли по красивому каменному мосту, который тоже был построен Гномами, и вступили на другой берег – территорию Эльфов. Здесь было тепло, плащи уже были не нужны, снова над головами щебетали птицы. У подножия моста стоял прекрасной работы столб, на котором висел здоровый молоток на цепи и огромный щит. Денис остановился, чтобы рассмотреть его, но тут Каппи подошла и со всего маха ударила молотком в щит.

Денис услышал приятный гул, который разнёсся высоко над Лесом, однако не испугал птиц, которые явно привыкли к этому звуку.

– А зачем ты это сделала? – спросил он.

– Это сигнал Эльфам, что мы спустились, – покраснев, произнесла Каппи.

– Это очень древняя традиция, – поддержала свою подругу Сулли. – Гномы всегда извещали Эльфов, что кто-то из нас ступил в Лес.

Они вошли под сень шелестящей листвы и продолжали углубляться в заросли всю первую половину дня, пока перед ними не появился лагерь. Денис, только попав в Лес, почувствовал, что очень соскучился по зелени, лагерю и щебетанию птиц. Дозор был малочисленный, но и тут два клана обустроились вместе, что очень порадовало Дениса.

– От нас в Школу ушло пять Эльфов, – с гордостью сказал ему старейшина Тисал, обнимая Дениса. – Трое Лесных и два Охотника.

Лагерь продолжал жить своей жизнью. Барон немного нарушил этот порядок, но со временем всё восстановилось. Каппи и Сулли получили пропитание для Гномов. Лошадки были почищены, накормлены и осмотрены Охотниками. Лесные получили новое бельё и одежду.

Денис тем временем записал всё, что с ними случилось, не забыв подробно рассказать про Тварей Горных Троп и передать всем приветы. Написав имя Кватти, он вдруг улыбнулся, вспоминая, как он её впервые встретил.

Стрела была отправлена, а Денис, Барон, Сулли, Каппи и нагруженные тюками Носо снова отправились в обратный путь.

– А что вы везёте обратно? – поинтересовался Денис у Каппи, но снова ответила Сулли, так как Каппи опять покраснела. Денис отвернулся, чтобы скрыть улыбку.

– Эльфам мы отдали оружие, одежду и инструменты для Школы Архивов. Как ты уже слышал, Гномы тоже получили приглашение на учёбу. Но есть и те, кто в качестве добровольцев ушёл восстанавливать Город Умов и Архивов. Вот им необходимо было отправить дополнительные инструменты. В следующий раз, когда мы спустимся, отправим им и всё другое необходимое, теперь спуски в Лес будут происходить намного чаще. Как только мы вернёмся, отправится другой отряд из двух Гномов. А взяли мы с собой продукты питания, испорченные луки и стрелы, которые нужно починить, а также некоторые лекарственные травы и порошки. Ещё несём управляющему письмо от Луры, теперь она управляет Школой, и мы гордимся ею.

– Я знаю Луру, она наша подруга. Очень милая и добрая девушка, – Денис стал рассказывать с того момента, как он познакомился с Лурой, и закончил своё повествование на том месте, как они прощались. Он улыбнулся и заметил, что Каппи перестала его стесняться, ей явно пришёлся по душе рассказ Дениса. Он подумал о том, что возможно, Гномы-женщины не менее подозрительны, чем Гномы-мужчины, но их подозрительность ещё смешана со стеснительностью и скромностью.

Подъём оказался немного тяжелее, но они без проблем добрались обратно за те же четыре дня.

Рита ждала Дениса на улице. Естественно, первым добежал до неё Барон и тут же стал прыгать и облизывать Риту. Когда подошёл Денис, Барон отбежал в сторону и сел в сторонке. Денис и Рита стояли молча, разговаривая только глазами, а потом бросились в объятия друг к другу.

– Я скучала, милый.

– Я тоже…

Вечером Денис, встретив Герку, предложил устроить исследовательскую экспедицию в спящие туннели.

– Как ты, Гер, смотришь на это? Ты представляешь, там уже много веков никто не ходил!

– Я согласен, давай готовиться. Но вот только Диана что-то слабеет, и Рита не может понять, что с ней. Поэтому давай немного подождём, пока она поправится.

Только тут Денис сообразил, что прошло уже несколько часов, как он вернулся, а Диана не появилась. Конечно, в этом огромном Доме-Городе это было нормально. И Денис всегда знал, что Диану можно было найти в Летописной комнате, где она пропадала сутками. Но всё-таки… он хорошо знал свою сестру и её привязанность к нему, и если она не смогла прибежать хоть на минутку, чтобы встретить его, то…

– Что с ней? – тут же, забыв про экспедицию, спросил Денис.

Тот пожал плечами.

– Не знаю. Какая-то слабость, нет аппетита.

– Может, она забеременела?

– Думаю, что нет… Точно нет, – покраснев, ответил Герка.

– Что же ты сразу не сказал? Я пойду, проведаю её.

Денис вошёл в зал, где он когда-то ночевал с Геркой, но после Нового года Диана и Герка уже не хотели расставаться ни на минуту. Их, как магнитом, тянуло друг к другу. Да и Денис был в схожей с Ритой ситуации, поэтому, оставив свою комнату Герке и Диане, он перешёл жить к Рите.

Диана сидела на кровати и читала какой-то манускрипт. Очень бледная, но при этом с ярким румянцем на лице, который её очень украшал.

– Привет! – улыбнулась она, откладывая манускрипт в сторону.

– Привет, родная, – Денис обнял её и поцеловал в лоб. Он почувствовал, что лоб был горячий.

Вошёл, немного встревоженный, Герка.

– Диана, у тебя температура. Ты явно простудилась. Меньше нужно бегать по снегу босиком, – сказал Денис, нежно гладя сестру по голове.

– Рита сейчас создаёт какое-то лекарство с Сораном, чтобы сбить температуру, – вздохнув, произнёс Герка, садясь на край кровати.

– Да всё хорошо. Я немного посплю, и мне будет лучше, – произнесла она, явно стараясь говорить бодрым голосом.

Денис помог ей лечь и, укрыв одеялом, поцеловал в красную щёку. Щека горела, но лицо оставалось мертвенно бледным. Когда она закрыла глаза, Денис увидел тёмные круги под ними. Только сейчас он понял, что её глаза неестественно сияли синим огнём, и поэтому он не заметил синяки под глазами.

Они с Геркой вышли из залы.

– Давно она так? – спросил Денис.

– Третий день… Рита не может понять причину.

– Может, надо в Школу вернуться? Ей, наверное, Лес нужен? Я вот тоже во время похода в Лес попал и понял, как я по нему соскучился. Извини, что так говорю, я понимаю, что тут твой дом.

– Да нормально всё, я не обиделся. Мой дом там, где вы все. И там, где Диане хорошо. Может, и правда стоит вернуться? Всё-таки ещё эта битва с Тварями… тоже, надо полагать, не прошла даром.

– А Твари не могли её поранить? Вдруг у неё заражение? – встревожено спросил Денис.

– Нет. Рита её всю осмотрела, да и я бы заметил, если бы была рана, – потупился Герка.

– Знаешь, я пойду и поищу Риту. Не подскажешь, где она лекарство делает? А то заблужусь среди этих дверей и залов.

– Пятый зал налево, дверь тёмно-синего цвета.

– Хорошо.

Денис нашёл Риту в зале, который напоминал собой лавку с лекарствами. На полках стояли пузырьки с жидкостями, порошками, разными семенами и травками. Сама Рита, держа в руке манускрипт, стояла у большого стола, на котором находились весы, колбы, ступы и ложки разного размера. Рядом с ней стоял Соран и внимательно слушал её.

– У неё слабость, сонливость, нет аппетита, бледность.

– Может, надо вот это использовать? – Соран показал Рите ещё один рецепт на небольшом свёртке.

Денису показалось, что Соран не особенно старается искать рецепт, как будто тот не верил, что это поможет.

– Рит, мы решили, что лучше спуститься в Лес. Может, ей там полегчает? Как ты думаешь?

В Соране Денис почувствовал напряжение, при этом складывалось ощущение, что он их не слушает, а находится где-то очень далеко и думает о чём-то своём.

– Да… – Рита задумалась. – В чём-то ты прав. Давайте завтра же отсюда и уйдём. Но этот отвар я всё-таки сделаю. По крайней мере, хоть попытаюсь сбить у неё температуру. Она у Дианы совсем не высокая, но именно такая температура постоянно делает организм ослабленным и вялым.

Денис остался с Ритой, а Соран быстро распрощался, сославшись на дела, и ушёл.

– Странный он какой-то сегодня, такое ощущение, что он что-то знает, но не говорит, – пробормотал Денис, глядя на закрывшуюся дверь.

– Ты тоже заметил? Мне кажется… все тут что-то знают, а нам не говорят. Я уже вчера бесилась по этому поводу.

Рита закончила работу с отваром, и они вместе пошли к Диане. Чем ближе они подходили, тем громче они слышали крики Герки. Денис и Рита быстро побежали. Некоторые Гномы стояли и пытались понять, о чём шла речь. Но между собой ребята говорили на русском или английском языках. Так и в этот раз, Герка кричал на Диану, пытаясь ей доказать что-то.

Денис ворвался в зал. Диана забилась в самый угол кровати и сидела вся съёжившаяся, а Герка в этот момент с огромной силой отшвыривал какой-то манускрипт к двери.

– Почему ты мне ничего не сказала?! Ты же сама говорила, что между нами не должно быть секретов, и тогда мы будем счастливы! Эти олухи всё знали, и ты заставила их всех молчать!

– Эй! Эй! Полегче! – Денис подбежал к Диане и сел рядом с ней на кровать. – Она моя сестра и нечего на неё так орать!

Рита нагнулась и, подняв тот самый манускрипт, который отшвырнул Герка, стала его быстро просматривать.

– Денис, она всё скрыла от нас! От меня, от вас! Скрыла, что не может быть со мной, понимаешь?! – выкрикнул надтреснутым голосом Герка.

В эту минуту на него было страшно смотреть. Он был несчастен, даже нет, он был убит, убит горем, и Денис это не только увидел, но почувствовал.

– Я не понимаю! Что происходит?! Диана, – он обратился к сестре, – что ты от нас скрыла? Ты его не любишь или что?

– Люблю, – страдальчески произнесла она и шмыгнула носом. – Я его очень люблю.

– Тогда какого чёрта ты на неё орёшь?! – стал возмущаться Денис. При этом, заметив, что Рита вообще не в теме. Его любимая стояла и читала манускрипт. – Рита! Там важнее, чем отношения твоих друзей?

Рита не отреагировала.

– Рита! – крикнул Денис.

– А? Сейчас, – и девушка махнув рукой, опять продолжила чтение.

– Почему ты мне не сказала, что наша связь приведёт тебя к смерти?! – опять закричал Герка.

– А иначе ты бы не захотел быть со мной. Мы бы всегда страдали от любви, тянулись друг к другу и опять бы отталкивали, делая друг другу больно, – всхлипнув, произнесла Диана.

Герка увидев её слезы, подскочил и, отодвинув Дениса, сел рядом с Дианой, крепко её обняв.

– Прости меня, прости, – тихо заговорил он.

Денис стал немного понимать, о чём шла речь.

– Почему Диана должна умереть? – не узнавая своего голоса, спросил Денис.

– Потому что я – Эльфийка, а он – Гном. В нём горит Гномий Огонь Любви. Я его полюбила, и такой же Огонь во мне загорелся, как только мы стали жить вместе. Герка всё больше этот огонь во мне разжигал и теперь остановить его уже невозможно. Он горит во мне, и я должна умереть. А у Гномов-женщин иммунитет, вернее – Огонь Любви, – благодатно влияет на организм, – уже твёрдо произнесла Диана, беря себя в руки.

– Тебе сказала это Лура… вот поэтому ты вышла в экспедицию такая хмурая, решая, что тебе придётся выбрать… – произнёс Герка и из его груди раздался стон раненого зверя.

– Для чего всё это? Ты осознанно пошла на смерть? – прошептал Денис.

– Я выбрала любовь, а не смерть! – с вызовом ответила Диана, и Денис поразился, как быстро его сестра выросла и стала необыкновенно смелой и сильной. – Ты спрашиваешь, для чего всё это? Мы всё ждём, когда встретим своего родного человека. И вот я встретила. Он перевернул мой мир с ног на голову. Мне хватило смелости, и я не жалею об этом. Лучше один раз попробовать, чем всю жизнь потом сожалеть, причитая: «А если бы я тогда…» Но теперь я знаю, что такое любовь, а главное, и Герка теперь это тоже знает. Просто нужно быть смелым, сделать шаг и изменить свою судьбу, неважно, будет потом лучше или хуже, но главное – решиться на то, что подсказывает сердце. Иначе нас всегда с Геркой будет преследовать призрак несбывшейся мечты. Меня будет преследовать «мечта по имени Герка», которому я вовремя не призналась в том, что чувствую я к нему. А я должна была показать ему, что я – создана для него, и должна сделать его счастливым. Мы оба стали счастливыми, и в нашей жизни навсегда останется один момент, который можно всегда вспомнить и не забыть. А ещё я доказала ему, что готова умереть ради любви к нему.

Герка сильнее прижал к себе Диану.

– Боги, за что?! Что я вам сделал?! Заберите у меня способности, всё что угодно, но не забирайте её! У меня забрали родителей, а теперь ещё и её?!! Что я такое совершил, из-за чего должен всегда мучиться и страдать? Почему мне Лура ничего не сказала?!

Диана стала его целовать.

– Герочка, милый, любимый. Я пока тут, а если бы ты узнал, то мы бы так с тобой и жили, выбрав дружбу, от которой бы мучились ещё больше.

Герка её не слушал, он плакал…

– Рита! – позвал её Денис.

Он уже и сам понял, что она там всё это время читала. Герка, видимо, нашёл этот манускрипт в Летописном Зале, скорее всего – это какая-то история любви Гнома и Эльфийки.

Рита оторвалась от манускрипта и взглянула на него. Денис одними глазами спросил её о Диане. Рита поняла вопрос и перепуганными бездонными глазами, в которых стояли слёзы, отрицательно покачала головой, показывая этим, что выхода нет.

Но Денис упрямо подумал, что сдаваться всё равно нельзя. Главное сейчас – выбрать правильное решение. Выход есть всегда. Всегда!

– Уходим, – резко поднялся он. – Возвращаемся обратно.

– Лес не поможет, – произнёс Герка.

– Мы уходим не в Лес, – сказал Денис. – Мы возвращаемся в Москву. Ей нужно обследование, – произнёс он.

Все замерли, переваривая только что услышанное.

Денис поднялся.

– Живо! У вас полчаса на сборы! – крикнул он, выскакивая из комнаты.

Рита и Герка стали помогать Диане подняться.

Не прошло и часа, как они вышли из Сердца Земли. С ними пошли Соран и Затак. В повозку, в которой сидела Диана, запрягли двух Носо.

Во время дороги Рита несколько раз подходила проверить состояние Дианы, а потом подошла к Денису.

– Она не дотянет до Верховного Леса Поцелуя. А если и дотянет, то переход убьёт её. Нам идти не меньше месяца, – тихо произнесла она.

Денис оглянулся и посмотрел на Герку. Тот не слышал их разговора. Идя рядом с Дианой, он что-то ей рассказывал, а она улыбалась. Странно, его сестра становилась всё красивее, кожа белой, глаза сияли синевой, а щеки и губы горели, как кораллы. Но Диана больна, и эта болезнь собой очень пугала – делая её с каждым часом всё красивее, она её с каждым часом убивала. Когда Денис объявил, что они возвращаются в Москву, у всех появился лучик надежды. Поэтому сейчас, услышав вердикт Риты, Денис опять задумался. Он был уверен, что он что-нибудь придумает, он всегда умел отыскать выход из самой сложной ситуации. В конце концов, он же программист…

– Что же сделать? Нам нужно сразу и быстро туда попасть. Чёрт, как ни прекрасна окружающая природа, иногда нам необходима цивилизация, хотя бы ради автомобилей и самолётов, – произнёс он вслух свои мысли.

– Подожди, – Рита остановилась.

Она полезла в свой рюкзак и вытащила оттуда маленькую коробочку. Открыв её, положила на ладонь два разноцветных пера Катари. Денис посмотрел на перья и тут же в его памяти сплыл момент, когда Птица-Оборотень подарила их Рите.

Рита вдруг закрыла глаза.

– Мне нужна твоя помощь, – прошептала она над перьями и легонько на них дунула.

Перья завертелись в вихре, вихрь всё увеличивался, и перед ними вдруг появилась Катари в облике птицы.

Диана, вытаращив глаза, громко ахнула, ведь она Катари ещё не видела. В отличие от Дианы, Соран и Затак Катари даже не заметили, но всё-таки поняли, что рядом с ними что-то произошло. Герка же прекрасно увидел и понял, кто перед ним, хотя Катари в облике птицы ещё не видел, поэтому тоже смотрел на неё во все глаза.

– Опять вы! – воскликнула Катари и тут же превратилась в Эльфийку.

– Ух ты! Мне это нравится! – восторженно произнесла Диана.

– Какие же вы неугомонные! – засмеялась Катари. – У вас там, по ту сторону горизонта, весь мир такой суетливый? За последнее время я столько с вами всего навидалась и натерпелась, сколько не помню за всю свою долгую жизнь! – она снова хихикнула.

– Катари, миленькая, помоги! Она умирает, – сразу заговорила Рита, показывая на Диану. – Нам нужно срочно переместиться в Верховный Лес Поцелуя.

Катари, наклонив голову, подошла к Диане, она к чему-то принюхивалась и внимательно рассматривала Диану. Герка впервые молчал и никак не реагировал на Оборотня. Денис решил тоже пока ничего не говорить.

– Ого! Да она горит в Обоюдной Любви. Да ещё в какой любви! Вот это жар, вот это огонь! Твоих рук дело? – Катари серьёзно посмотрела на Герку. – Поразительно! Чудеса, да и только! Те двое увальней меня не слышат и не видят, а этот таращится на меня и все мои любовные чары от него отскакивают. А его подруга сгорает в Великом Любовном Пламени Гномов. Это просто непостижимо! Что творится!

Барон сидел у повозки и влюблённо таращился на Катари, как, впрочем, и Додди, меняющий оттенки от удовольствия.

– А этим милашкам я нравлюсь, – снова хихикнула она. – Как тебя зовут? – обратилась она вдруг к Диане.

– Диана. А ты Катари. Я знаю о тебе.

Катари вдруг резко повернулась к Рите.

– Хочешь, чтобы я перенесла её к границе Верховного Леса? Дальше я не смогу. Лес ещё закрыт и никого не пропускает, кроме вас.

– Возьми её и, если можно… ещё кого-нибудь. Она одна не сможет.

– Я возьму вас всех. Я вижу, что ваша сила имеет значение только тогда, когда вы вместе, – абсолютно серьёзно ответила та.

Денис скептически посмотрел на Катари, не представляя, как она собирается взять их всех. И вдруг в Катари стали происходить изменения, она снова закрутилась на месте, а превратившись в птицу, стала увеличиваться.

– Пора, – произнесла Катари, немного наклонив голову и тряхнув золотым хохолком.

Денис подошёл к Сорану и Затаку.

– Мы улетаем.

– Мы поняли из вашего разговора, что тут Катари. Чудеса. Катари никто не любил, а я почувствовал уважение к ней, – произнёс Затак.

– Скажите им спасибо за такие слова! – произнесла Катари.

– Она говорит вам спасибо, – произнёс Денис. Он обнялся с ними, затем и Герка.

Рита, Диана и Барон с Додди уже спокойно сидели на спине Катари. Потом Денис помог забраться Герке и сел сам.

Они взлетели сразу. Внизу уменьшались Соран, Затак и повозка с лошадками, пока и они не исчезли. Горы остались позади, появился Лес, а потом они увидели под собой Город Лабиринта. Сверху он выглядел очень красиво. Это был вовсе не хаотично застроенный город, как думал Денис. С высоты птичьего полёта он напоминал собой прекрасный и необычный узор из улиц и домов. Видны были сложенные символы и руны, похожие на те, что рисовал Герка, только эти узоры были намного сложнее. Это было великолепное и завораживающее зрелище. Денис поднял голову и посмотрел на своих друзей, и заметил, что все они с восхищением смотрят вниз. А потом и город исчез. Денис напряг зрение, где-то под ними должно было появиться Болото Разрыва. Но его видно не было. Даже с высоты птичьего полёта, Болото было закрыто туманом, тем самым оранжевым туманом, который окутывал когда-то Дениса. Затем появился Щебечущий Лес, и Катари пошла на посадку, расставив свои короткие и крепкие лапы.

Она приземлилась на полянке. Все спустились с её спины, и Катари снова приняла облик очаровательной Эльфийки. Потом в порыве чувств она обняла всех по очереди.

– Удачи вам. Я буду скучать по вам, – трогательно произнесла она, наклонив голову.

Герка взял Диану на руки, Денис поднял рюкзаки, и они двинулись в путь.

Денис уже неплохо слышал Деревья. Но теперь он вдруг стал бояться, что их и Диану в первую очередь могут не выпустить, как было при их переходе сюда. А так как это была его идея – вернуть сестру обратно на Землю через Поцелуй, то он решил сам поговорить с Деревьями в Верховном Лесу. Когда он почувствовал, что они на границе, то обратился к друзьям.

– Подождите, – поднял он руку. – Постойте тут, мне нужно поговорить с Лесом. Именно мне. Это моя идея, и я сам должен всё выполнить. Так, наверное, будет правильно.

– Согласна, – Рита кивнула, поддерживая его.

Дениса Лес пропустил, тут же нахлынули воспоминания о том, как они попали сюда впервые. Рита была права, это прекрасный Лес, старый и мудрый – он был Мозг этого мира. Денис выбрал ближайшее к нему Дерево, понимая, что Дерево – это только одно звено общей цепочки Мозга. Всё в этом Лесу было взаимосвязано. Сев на колени и дотронувшись до ствола, Денис обратился с просьбой. Он старался излагать свои мысли чётко и в то же время быстро, так как каждая минута была на счету. Деревья его понимали и задавали разные вопросы, Денис продолжал отвечать, ему пришлось пойти на условия, которые выдвинули Деревья, но он и на это согласился. Какое-то время Лес думал, а потом были произнесены последние слова, и Дениса они удивили.

– Всё в этом мире связано с силами Вселенной, а вы – с другими живыми существами. Эти силы заставляют всех понять, что такое порядок и хаос, где баланс, а где гармония. Всё имеет противоположные размеры, которые составляют каждую вещь во Вселенной – между добром и злом, между душой и телом, между дневным светом и тёмной ночью, между разумом и безумием, между безразличием и любовью. Запомни эти слова, Денис, они тебе ещё пригодятся, когда ты вернёшься. А теперь иди, мы даём своё согласие.

Когда он закончил, то сердце его радостно стучало. Лес прислушался к нему, подумал и дал согласие.

Он вышел из Леса.

– Я её понесу, – произнёс он и, взяв у Герки Диану, сразу почувствовав, как его сестра горит. – Пошли быстро, нам дадут вернуться, но с условием, что мы не должны задерживаться надолго, – произнёс он.

– Надолго – это насколько? – спросила Рита.

– На несколько дней. У нас огромная разница во времени, – ответил ей Денис.

Все быстро шли по лесу, Барон внимательно всё изучал, принюхивался и прислушивался, со временем всё больше привыкая и помахивая хвостом. Додди же преспокойно уснул на руках у Дианы.

– Это тут, – произнесла Рита. – В тот раз мы ходили два дня по Лесу. Он нас изучал, мы привыкали и впитывали азы этой жизни. Теперь мы не блуждаем, а добрались сразу.

– Я тоже чувствую, – тихо сказала Диана.

– Как же мы пойдём? Нужно переодеться. Не надо же в этом появляться в Подмосковье.

– В моей машине осталась запасная одежда, – произнёс Герка.

Денис вспомнил, что они специально оставили сменную одежду в багажнике. На «всякий случай» – так их попросил тогда Герка.

Затем Рита повторно объяснила Барону систему перехода. Диане пришлось встать, и все, взявшись за руки, на счёт «три», сделали шаг вперёд…

…Дениса опять ощупывали, а потом пропустили, и он упал на колени. Была ночь, но в этот раз был слышен лай Барона.

– Я тут, – произнесла Рита.

– Диана? – крикнул Герка.

– Я тоже тут с Додди, – произнесла Диана.

– Слава ветрам! Все! – выдохнул с облегчением Денис.

Затрещал чей-то мобильный.

– Начинается… как я ненавижу это треньканье! Чёрт, ничего не вижу! – возмутился Герка.

– Дурень, работает мобильный, значит и фонари тоже, – откликнулся Денис. Он полез в рюкзак и достал фонарь, тот ярко осветил местность. Потом Денис стал искать мобильный и часы.

– Хорошо, что взяли с собой мобильник, а не бросили его в Школе Архивов. А с ним и ключи от машины, так как они в одном непроницаемом пакете лежали. – Герка тоже пытался найти свой тренькающий мобильный. – Вот что такое известная личность. Эти телефоны никогда не замолкают, – проворчал он.

– Ходят! Часы ходят! Мы отсутствовали десять минут?! Стрелка сдвинулась всего на десять минут… – завопил Денис, отыскав свой мобильный телефон.

– Вот для чего нужно, чтобы отключался мобильный, часы и батарейки. Чтобы мы знали, когда возвращаемся, – произнесла, сидящая на земле Диана.

– Ты как? – к ней подошёл Герка.

– Так же, – тихо произнесла она, при этом нежно погладив его по щеке. – Совсем зарос.

– У тебя уши стали обычными, – произнёс Герка. – Значит, и у Дениса с Ритой тоже.

– Всё. Пошли к машине, – скомандовал Денис. – Я снова беру Диану на руки, а ты, Гер, веди нас быстро и самой короткой дорогой. Ну, а мы движемся за тобой. Ты лучше всех знаешь эти места, – добавил он.

Через час они благополучно вышли к машине. Достали одежду из багажника и переоделись. Рита помогла переодеться Диане. К восходу солнца они уже были дома у Риты.

– Что теперь? – спросил Герка, когда Диану уложили в кровать, и она тут же уснула.

– Думаю, нам нужны билеты в Англию, – произнёс Денис.

– Что?! – вскрикнули одновременно изумлённые Рита и Герка, глядя на Дениса, как на сумасшедшего.

– Ты в своём уме?! – стал возражать Герка. – Почему – туда? А что, тут нельзя?

– Нет. Нам нужен тот, кто работал с моей кровью. Эта кровь в Диане, из-за неё она сгорает. У вас есть идеи получше? Предлагайте, у нас и так мало времени.

Все замолчали, понимая правильность его рассуждений.

Денис подождал, но увидев, что споры прекращены и других вариантов не поступило, взял трубку и набрал телефон матери в Лондоне.

– Алло, мама… Это я, и мне нужна твоя помощь…

Эпилог

У Бориса Войта сильно стучало сердце. Поговорив с Мирославской, он теперь ждал звонка от Дениса, который хотел ему предложить сделку, но Борис смог взять себя в руки, немного успокоиться и подумать. Он должен сделать так, чтобы играли по его правилам и только его. Что произошло у них там? Ему передали, что через спутник засекли машину Георгия Денисова. Она находилась в Шатурском районе. Неужели они не прошли и вернулись? Или что-то пошло не так, и теперь у них есть вопросы к нему? Но ничего, он ответов не даст, а если и даст, то только с одним условием…

Раздался звонок мобильного телефона, и Борис вздрогнул.

– Алло, – холодно произнёс он.

– Борис Войт? – Борис был удивлён тем, что и на том конце провода голос был довольно холодным.

– Да, Денис, это я. Вы же должны быть очень далеко отсюда, по ту сторону Горизонта, – усмехнулся вдруг Борис, наслаждаясь сейчас своим маленьким триумфом.

– Этот Горизонт преподнёс нам несколько скверных сюрпризов, и один из них то, что больна моя сестра, и она умирает.

Борис решил проигнорировать слова о болезни его сестры, хотя ему, как профессиональному медику, стало очень любопытно, что там с ней случилось, однако никакого сожаления к больной он не испытал. Наоборот, ему это было на руку. Получается, им нужна помощь, а огласки из-за свойств их крови они не хотят.

– И вы, значит, попали в тот мир, посмотрели на него, и тут же вернулись назад? Всё заняло не более тридцати минут?

– Моя сестра больна, и я пока не намерен обсуждать тот мир. Пока – не намерен.

Борис услышал ударение в интонации на последних двух словах.

– А что ты хочешь от меня? С чего ты решил, что я готов помочь тебе и твоей сестре? Если честно, ты и твои друзья мне совсем не интересны, – в этот момент Борис снова подумал о Рите. – Вы разнесли мою клинику, многие уважаемые клиенты перепугались. Кроме этого, я понял, что с твоей кровью у меня ничего не получится, я говорю открыто, так как знаю, что у вас ноутбук моего бывшего врача Генри Уэндела. Твоя кровь должна постоянно находиться на отметке стопроцентного счастья. Даже, если я и начну перекачку крови, то под наркозом этот процент падает, а если оставить тебя в сознании, то – опять же – процент счастья начнёт падать, потому как грустные мысли о смерти начнут тебя одолевать. Мне не имеет смысла заключать с тобой сделку, ты ничего не можешь мне предложить, – произнёс Борис и затаил дыхание. Он знал, что ему нужно осталось узнать, на что Денис собрался пойти ради спасения своей сестры.

– Это нелегко для меня, – услышал он немного усталый голос. – Но я вынужден просить у вас помощи. Вы работали с моей кровью много лет. В Диане моя кровь и, как я сказал, она умирает. Вы должны вылечить её, а взамен вы получите то, что хотели и о чем мечтали, но немного в другой форме.

– Что именно? – сердце Бориса готово было выпрыгнуть из груди. Денис пока молчал, явно собираясь с духом произнести слова, а мозг Бориса тем временем лихорадочно работал – что же он там придумал?

– Я не отдам вам свою кровь, но вы получите то же самое в другом мире. Вы уйдёте с нами. Разница во времени между нашими мирами колоссальная, вы проживёте там тысячи лет и в любой момент сможете вернуться сюда обратно. Это я вам гарантирую, мне обещали там, что вы сможете пройти переход.

– То есть – я уйду с вами в другой мир? – Борис был изумлён.

– Да. Вас бы никогда не приняли по ту сторону, даже если вы и нашли бы проход, который называется Поцелуй Мира, но обстоятельства резко поменялись.

– А если я не спасу вашу сестру? Я даже не знаю, что у неё.

– Хотя бы попытайтесь. А сделка останется в силе с момента вашего согласия начать её обследование, – опять этот холодный тон.

– Я согласен, – Борис улыбался, он получил гораздо больше, чем ожидал. – Машина со всем необходимым медицинским оборудованием будет вас ждать в аэропорту Хитроу. Только сообщите мне ваш рейс.

– Хорошо. Но только учтите, со мной надо без шуток. Я уже не тот Денис, и убью любого, если почувствую фальшь и опасность для себя и своих друзей.

Борис продолжал улыбаться.

– Я видел с камер видеонаблюдения, что вы вытворяете. Поэтому обещаю, что вас никто не тронет и пальцем. Я хочу попасть с вами за Горизонт.

– Договорились, – без эмоций ответил Денис.

Борис, услышав это слово, тут же отключил телефон, сердце его стучало в груди, как молот. Такое ему даже и не снилось. Это было лучше бессмертия, это будет долгая жизнь в интересной стране, но кроме того он получит Риту.

Услышав про сделку от Мирославской, он собирался потребовать Риту себе, но теперь всё складывалось ещё лучше, он убьёт сразу двух или трёх зайцев.

Борис признался себе, что стоило ему увидеть видеозапись, где запечатлена Рита, и он сразу растерялся. Сначала он решил, что его огромный интерес к ней только из-за феномена её крови. Но сейчас, разговаривая по телефону с Денисом, он думал только о ней. Она приедет, и он увидит её, эту прекрасную нимфу. Теперь его цель снова круто поменялась, ему не нужно бессмертие, ему нужна только одна Рита, и он получит её в том другом мире, даже, если ему придётся убить Дениса…

КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ

Продолжение следует…

Content

Виктория Смирнова
Поцелуй Мира. Книга 2. Забытые обломки судеб

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Эпилог