С другой стороны

Часть 1, или добро пожаловать в Гарри Поттера!

Вот иногда живёшь себе, живёшь такой… свои проблемы, свои маленькие радости, в общем, обычное состояние. А потом раз, и всё. Вообще всё. Умер. Ну, я так думал, по крайней мере.

Пробуждение, как полагается, было отвратительным — обстановка мне не понравилась сразу, начиная с того, что при резком и неожиданном пробуждении я ударился головой о расположенный под углом потолок, которым оказалась обратная сторона лестницы, и заканчивая плохим зрением и ещё более плохими очками. Наверное, сейчас я кажусь неестественно спокойным…на самом деле это не так. Когда я осознал всё вышеперечисленное, то захотелось кого-нибудь покусать. До смерти.

Нет, ну вы сами подумайте — вы помните всю свою довольно-таки короткую жизнь, все знания, из неё полученные, но при этом вы не помните ни своего имени/фамилии, ни конкретного места жительства… одним словом, ничего, что позволило бы идентифицировать себя. Ни одного конкретного лица, вы представляете?!

Единственные лица, которые получилось выловить из памяти достаточно точно, так это лица какого-то полного (совсем полного) мужчины лет сорока плюс и довольно худощавой женщины с длинной шеей лет тридцати пяти плюс. Также всплыло лицо какого-то крупного паренька лет девяти, чем-то похожего на предыдущего мужчину.

«Тысяча чертей, да это же Дурсли!» — наконец, всплыло у меня в памяти. Ассоциативные цепочки начали складываться в определённую картину.

Итак, первый тревожный звоночек — комната, в которой я (или не я?) нахожусь. Если это, конечно, можно назвать комнатой, я бы назвал это место настоящим чуланом под лестницей, в который, как мне известно, люди не должны даже заходить часто, не то что спать, тем более в таком мелком по размеру.

Вторым тревожным звоночком стало отвратительное зрение и очки, кое-как заклеенные скотчем и абсолютно точно не подходящие мне в плане диоптрий: даже если учитывать очень плохое освещение, обзор был очень плохим и размытым.

Ну, и, наконец, финальный, уже практически не требующийся факт — проявляющаяся память об этом месте и обитателях этого дома, включая эмоции от каждой ассоциации. Например, вышеописанные три человека вызывали очень сильную антипатию, тогда как одиночество наоборот давало какое-то умиротворение и ассоциировалось с чем-то относительно приятным.

Рад быть тобой, мальчик-который-теперь-возможно-как-нибудь-выживет! После того, как этот факт был благополучно вычислен, я с чистой совестью попытался отрубиться, надеясь, что сон снизойдёт ко мне и всё окружающее меня — не более, чем галлюцинация.

Утро добрым не бывает — это я выяснил абсолютно точно за свою уже прошлую жизнь. Благодаря тому, что «попал» я часа в три ночи (если судить по треснувшим часам, время на которых я с трудом разглядел в темноте), я был сонным и не готовым к теперь знакомому крику, который звучал двойственно — по-английски и одновременно на понятном мне русском. То есть какая-то часть мозга восприняла слова как «Wake up, cheesy boy!», а какая-то часть меня восприняла это как абсолютно понятное «Поднимайся, дрянной мальчишка!». Конечно, мне был известен английский язык, однако до разговорного мне было очень далеко — грамматика у меня всегда хромала на обе ноги. Сейчас же я постарался абстрагироваться от первого значения, и постарался настроить себя на восприятие второго, дабы не пропалиться, ведя себя как глухой тормоз.

В общем, мне пришлось просыпаться. Почему-то робко (память тела?), я выглянул из чулана и пошёл готовить завтрак. Мне некогда было особенно обдумывать своё положение, но линия поведения пока была абсолютно однозначна: сидеть и не отсвечивать, пока я не разберусь в ситуации поподробнее. Ведь неясно канон или не канон, Дамбигад или Дамбигуд. Следят ли за мной? Если да, то насколько плотно? Верить ли фанону — существуют ли все эти перстни лордов или не лордов, родовой магии и так далее. Есть ли зелья Доверия, Отупения, Промывания Мозгов? Так ли эффективна легилименция? Даёт бонусы в обучении и прочих мелочах окклюменция? Промывали ли Дурслям мозги или им угрожали? А может они и вправду уроды? В общем, вопросов была тьма тьмущая, но, к счастью, немедленных ответов на них не требовалось: мне (теперь мне) недавно исполнилось лишь девять лет, а это значит, что я мог, не торопясь, попробовать разобраться хотя бы с частью вопросов. По крайней мере, на самый главный из них — остался ли я волшебником. Кто знает, может быть волшебство — не тушка, а именно состояние души? Мне неизвестно ничего ни о магии, ни о тем более магии Душ. Есть ли во мне кусочек Волди? Отцепился ли он вместе с Поттером? А если Гарри ещё здесь, и вскоре эта тушка будет похожа на одержимого (впрочем, почему похожа? Так и будет на самом деле?). В общем, непонятно, кто виноват… и что делать.

В данный момент я абсолютно на автомате готовил яичницу с беконом, и это, как ни странно, совершенно не мешало задумываться о судьбе своей тяжкой.

Послышались грузные шаги, Вернон Дурсль собственной персоной прибыл. Вместо утреннего приветствия я получил крайне лаконичное и ещё более бесполезное для меня «Причешись!» и полное игнорирование меня любимого в дальнейшем. Муж моей тёти уткнулся в утреннюю газету. Впрочем, меня это пока абсолютно устраивало тем более, что слово было на английском, а я проигнорировал то, что до этого оно было мне неизвестно. Значит, всё не так плохо, и знания каким-то образом постепенно синхронизируются.

После приготовления пищи (по-моему, получилось очень даже ничего!) я аккуратно схомячил кусочек хлебушка, пока никто не видел. Я знал, что мне никогда не давали нормально питаться, что не есть хорошо. Мне нужно поскорее научиться добывать себе пищу самому или, по крайней мере, выпросить себе порции побольше, ибо мне нужно стать слегка более похожим на живого человека, а не на костлявое нечто.

Время завтрака не единожды сопровождалось фоновыми возгласами «принеси», «унеси», «подай», которые я точно также на автомате выполнял. Я старался есть медленно, смакуя каждый кусочек пищи и думая о нём, дабы хорошо насытиться даже столь небольшим объёмом еды. После завтрака семейка Дурслей разошлась по своим делам (Дадли, скорее всего, играть в какую-то там малоизвестную мне приставку; Петуния пошла в другую сторону дома подглядывать за утренним моционом соседей, которые вместе с нехитрой пищей сидели у себя на участке. В то же время Вернон пошёл одеваться в свои любимые «официальные» одежды на свою любимую работу в «Граннингс» — относительно известную фирму по производству дрелей).

Я по-быстрому перемыл посуду, как мне поручили, а затем пошарил по холодильнику и по хлебобулочному разделу, дабы разжиться едой впрок. Конечно, польза у того, что я набрал, была не самой большой, но, с другой стороны, «чем богаты — тем и рады». Неполезная еда — это лучше, чем её отсутствие. Я по мелочам нарезал себе немного колбасы, хлеба побольше (вряд ли заметят хлеб-то?), взял немного мытой зелени «хоть что-то полезное», а также остатки бекона, благо, его жарить не обязательно. Разумеется, это была не последняя моя вылазка, поэтому я решил не испытывать судьбу и по-быстрому спрятал всё это богатство в чулане, а затем отправился доделывать свою прямую задачу — мыть посуду. Благо, работа несложная — это не Россия (я точно могу сказать, что в ней то жил точно), и посуду тут старались лишний раз не использовать, а значит и не пачкать. А то вспомнилась мне какая-то вечеринка, а самое главное, посуда, которая осталась после неё. Вот это — да, а не то, что тут. Четыре тарелки, четыре вилки и ножа, да и с моющими средствами никаких проблем нет.

После посуды (тщательно проверенной дотошной тётей) мне было поручено идти в чулан и не отсвечивать, впрочем, это не сильно расходилось с моими потребностями, поэтому я последовал мудрому совету.

Первым делом я устроил небольшой дожор из запасённых продуктов, дабы окончательно насытиться, а затем решил устроить ревизию в чулане. Изначально я достал целую кучу сломанных и не очень оловянных солдатиков. Пару-тройку оставил, остальные запихал в заранее подготовленный мусорный мешок. В последний также последовали пара поломанных пластмассовых деталей от чего-то хрен пойми, куча одежды слишком маленького для меня размера «трёх-семи лет», а также откровенно рваные и грязные вещи, которые только и можно, что пускать на тряпки. Из каких только мест вещи не появлялись! За кроватью, под ней, затем была найдена пара вонючих носков (это что, ароматизаторы такие?), что висели на каком-то неприметном гвозде в углу чулана, затем был найден выводок пауков вместе с их постоянной спутницей — паутиной, которую я тщательно вымел, намотав на тряпки и на рваные носки.

Одним словом, Поттер был той ещё хрюшкой. Конечно, его никто не воспитывал, и, скорее всего, помимо понятий «плохо» и «хорошо» никто ничего не давал, а значит, и на счёт чистоты сразу не научил, но это не должно значить, что ему должно быть наплевать на ароматы и мусор в своей собственной, и так небольшой комнате!

В общем, после выброшенного мусора, протёртой начисто лампочки и вытертой пыли чулан превратился в далеко не идеальное, но вполне сносное место ночёвки, но не более. Спортом там не позанимаешься, зарядку не сделаешь (конечно, я крайне ленивый, но тут без как-минимум утренней зарядки вообще никак, ведь стоит взглянуть на свою тушку, как сразу на грусть-печаль пробивает), а про банальный комфорт и ощущение уюта и говорить нечего. Всё-таки этот чулан совершенно не то, что нужно для нормальной жизни. Впрочем, уже сейчас стало намного лучше, до этого был вообще ужас, неудивительно, что Поттер прибыл на обучение полностью забитым, ведь ощущения комфорта у него не было ни разу, он жил постоянно в напряжении, в чуждом для него месте, раз даже в порядок его не привёл. Конечно, я ни разу не психолог, но этот вывод почему-то напрашивался сам собой.

После того, как я навёл порядок у себя в чулане и лёг в кровать, я стал раздумывать на счёт магии, а точнее, есть ли она у меня. Если есть, то насколько я в перспективе силён? Если учитывать постоянные недоедания до этого, то сильно ли мой потенциал пострадал? Стал ли этот потенциал выше с момента моего, так сказать, «попадания»? В общем, опять сплошные вопросы, впрочем, на часть я могу попробовать ответить.

Первое понятие, которое приходит в голову, так это медитация, или, если проще, попытка познать себя лучше изнутри. Конечно, это чисто фанонное понятие тем более, что в Гарри Поттера оно пришло, скорее всего, из-за влияния аниме. Как я уже говорил, в моей памяти, как ни странно, помимо знания канона было множество фанфиков, или, по сути, куча возможных объяснений и дополнений канона, которые в принципе могут оказаться правдой. Ведь именно благодаря фанону у меня есть множество идей и мыслей, которые вполне можно впоследствии проверить.

В общем, первое, чем я занялся, так это лёг поудобнее, а затем выключил свет и закрыл глаза. Я решил попробовать устроить сеанс самопознания. Возможно, меня можно принять за не совсем нормального, но я прекрасно помнил все ощущения, когда я пробовал делать так, пребывая в России. Сейчас же, всё, что мне осталось сделать, так это «почувствовать силу», или, попусту, заметить разницу в своих ощущениях «тогда» и «сейчас».

Но ничего не вышло. Я банально заснул. Просто провалился в какой-то колодец без сновидений… и проснулся от криков «любящих» родственников, требующих моего немедленного присутствия на кухне. Конечно, сама по себе еда не приготовится, тут Гарри нужен.

Немного расстроившись из-за неудачи… да ладно, немного! Переживал я сильно, все-таки, это был реальный шанс узнать что-то о себе и своей магии. Но, видимо, с наскоку медитацию я не способен осилить.

Процесс приготовления пищи — механический, чего и говорить — здорово умиротворял. А я задумался вот над каким вопросом. Медитации придуманы не мной, наверняка есть какие-то пособия по обучению этим самым медитациям. А теперь самое важное — как мне их достать и насколько они правдивы.

Второй вопрос наиболее актуален. Я тоже на заборе могу многое написать, а уж под всякие психоактивные вещества и не такое в голову придет!

С другой стороны, альтернативы-то нет.

Где-то через неделю моих безуспешных попыток «почувствовать силу», «найти точку сосредоточения», неизменно заканчивающихся спокойным и крепким сном, тетя, презрительно скривившись, велела мне убрать весь дом — завтра Дурсли ждали кого-то в гости. Я скептически глянул на ковер. По-моему, и так нормально. Но Петунья Дурсль не интересовалась моим мнением от слова совсем.

Пришлось брать в руки пылесос.

И тут я наткнулся на настоящее сокровище. В комнате тети с дядей под кроватью были сложены книги по йоге. Йога! Индусы тысячелетиями медитировали под сенью баобаба и наверняка что-то да написали в — я посмотрел на обложку — «Интегральной йоге» авторства некоего Шри Ауробиндо. Вот уж имечко, язык сломаешь, пока выговоришь!

Пока тетя не видит, я незаметно перетащил свою добычу в чулан. А потом в приподнятом настроении я отправился доубирать дом.

То, что я переоценил свою находку я понял примерно через неделю, мельком просмотрев все имеющиеся книги. Тетя явно не слишком разбиралась в теме, поэтому у нее были простенькие руководства по йоговским упражнениям (кстати, хорошая зарядка, и места много не требует) и какие-то философские талмуды. На первых пятидесяти страницах некто Ауробидо размышлял о существовании Бога и его месте в мире. Ничего конкретного, какая-то религиозная муть.

Вторая книга, под авторством Вивекананды была более толковой. Из нее я узнал основные принципы медитации. «Подходя к медитации ты должен быть ни голоден, ни только утоливши голод, не должен нуждаться во сне или быть только проснувшимся, тебя не должны терзать душевные сомнения — или отбрось их…» Условия, честно сказать, сложно выполнимые в доме Дурслей.

Потому что я жил под лестницей! По этой чертовой лестнице то и дело кто-то проходил — я уже научился различать тяжелую поступь Дурсля-старшего, четкие шаги тети Петуньи и слоновий топот Дадли.

Но мне ничего не оставалось, кроме как пробовать. И здесь меня ждал оглушительный провал. Тело Гарри Поттера засыпало сразу после помещения себя в горизонтальное положение и закрывание глаз.

Прям проклятье какое-то!

Но месяца через два мне удалось не заснуть. И тут я наткнулся на вторую преграду. Написанное в книжке «очисть разум» никоим образом не передавало всей сложности этого процесса. Оказалось, это невероятно трудно — не думать. Просто лежать и не думать ни о чем. Только я усилием воли изгонял из головы мысли, как тут же на их место лезли другие.

Я прям не знал, что делать.

Решение пришло ко мне, как к Менделееву, на границе сна и яви.

Было раннее утро, и я спокойно лежал на диване в чужой гостиной. Дурсли еще с вечера укатили к «любимой тетушке Мардж», а меня оставили на попечение миссис Фигг. С соседкой-кошатницей я познакомился, когда Дурслям нужно было уехать в Лондон. У меня сложилось определённое предвзятое, но всё же мнение об этой слегка придурковатой, но в принципе не самой плохой бабке. Сидит себе, и за котами, кошками следит, а коты и кошки за мной, соответственно (да, я уверился в том, что это книзлы. Так их вроде в магическом обществе кличут). Полуразумные животные.

Конечно, запахи у неё в доме сильно раздражали, да и напрягал факт шпионажа, но он ведь пока был не важен, поскольку, к счастью, ничего противозаконного я не совершал. И прятаться мне смысла особого не было. В общем, вечером я дышал свежим воздухом Туманного Альбиона, любовался на частые туманы и дожди и где-то через день решил заняться спортом. Предварительно немного, но ощутимо.

Этим утром мысли текли вяло и неохотно, думать не хотелось вообще, и я с большим удовольствием просто слушал собственное дыхание.

Вдох. Выдох.

Размеренно. Постепенно. Умиротворяюще.

Мироощущение странным образом изменилось.

Я чувствовал себя озерной гладью, не тревожимой ветром, зеркалом, что беспристрастно отражает действительность. Мысли, мешающие созерцать, исчезли. Тревога, какие-то невнятные опасения растворились в небытие. Я ощущал себя в полной гармонии с окружающей действительностью.

Именно тогда я и заметил это. Я был больше своего тела. Это было немного похоже на то ощущение плавающих вокруг тебя волос в море — вроде и часть твоего тела, а вроде как и нечувствительные.

А «присмотревшись» внутрь себя, я ощутил что мое второе тело? аура? неоднородны. В области груди было явное какое-то уплотнение, оно ощущалось по-другому, а вокруг него, как водоросли, как те же плавающие волосы, колыхалось что-то еще.

То есть эти заумные рассуждения про эфирное тело, чакры, ауру имеют под собой смысл? Или это дело в том, что я волшебник?

Негромко хлопнула дверь — миссис Фигг проснулась — и я мгновенно потерял концентрацию.

Войти опять в это прекрасное «магическое» состояние мне удалось только через неделю.

Однажды голову мою посетила гениальная идея — увеличить поток. Как оказалось позже — не очень хорошая. Я решил направить немного энергии через руку. Вырвавшийся поток силы просто испарил одну из двух фигурок солдатиков.

После экспериментов на меня напал просто жуткий жор, и я буквально за пять минут уничтожил весь свой стратегический запас провизии, при том, что я лишь чуть-чуть заморил червячка. Затем, в поисках провизии я неосторожно высунул нос из чулана и, в соответствии со всеми канонами «закона бутерброда» напоролся на старшего Дурсля, который дал мне профилактический подзатыльник, сопровождаемый не менее обидным «Бездельник!». И это я бездельник?! Да я весь день пахал, и это при условии моей давно устоявшейся лени! Да мне памятник при жизни ставить нужно… а он… «бездельник», тоже мне…

Благо подзатыльник был не сильным и лишь помог мне поскорее добраться до кухни, на которой, к счастью, никого не было. По-быстрому умяв весь свой обед, который мне оставили дражайшие родственники (немного варёного картофеля), я ограбил холодильник, причём половину из экспроприированного уничтожил сразу, а остаток, как обычно, оставил впрок. В этот раз я уже не возмущался не полезностью — мне бы выжить после тренировок. Насколько я понял, в Хогвартсе не зря такие плотные завтраки и обеды. Ведь любое колдовство берёт энергию далеко не из воздуха, а из пищи, т. е. из организма, который её перерабатывает. Просто последняя идёт не только на тело, но и на восстановление энергии в магическом ядре. Поддавшись своей внутренней жабе, я захватил ещё парочку горьких шоколадок, поскольку они не только вкусные, но и превосходно восстанавливают силы. Насколько я помнил, их даже выдавали лётчикам и другим специализированным войскам во время ВОВ в качестве спецпайка.

После того, как я закончил добычу продуктов, мне было поручено приготовить ужин. Благо и я, и Гарри ранее не раз готовили до этого, поэтому проблем с готовкой не возникло. Я в очередной раз сытно поел во время приготовления пищи (кусочничал), поэтому в чулан я отправился полный сил и энергии.

К несчастью, опять войти в «магический дзен» не получилось — мне мешал работающий телевизор и азартные выкрики Дурсля-старшего — судя по всему, он смотрел какую-то спортивную передачу. Пока что для «дзена» мне требовались тишина и покой. Ну ничего, еще натренируюсь.

В общем, после этой попытки я решил, что несколько поторопился с экспериментами, и начал просто совершать какие-либо действия, не трогая свою энергетику, но в то же время стараясь не упускать её из виду. Это было непросто — сначала мои действия ограничивались аккуратными движениями пальцев, затем локтями и так далее.

Таким образом, моего умения сосредотачиваться едва хватало лишь на попытки кое-как двигаться и при этом не упускать из виду свою энергетику. К счастью, в этот раз сильно есть не захотелось, а усталость была скорее умственная, наверное, дело было в том, что я свою энергетику не трогал и даже не всматривался в неё как следует.

Примечание к части

Первая глава, как всегда - вводная. Одна из первых работ, опыта нет, а стало быть, я могу в упор не видеть ошибки. Надеюсь на конструктивную критику - она бывает полезна.

Часть 2, или время приспособиться.

Так и пошли дни.

Вскоре у меня уже был устоявшийся график. Ранним утром (вы не представляете, как трудно просыпаться было в шесть утра!) я делал зарядку (по уверениям йогов она положительно влияла на развитие эфирного тела, да и физическому телу от нее хуже не станет), быстро запихивал в себя что-то из еды, а затем возвращался в чулан, медитировать. Далее шла «официальная» побудка, включающая в себя какое-нибудь незамысловатое оскорбление, которое в обязательном порядке содержала в себе на выбор слова «дрянной», «негодный», «бездельник» и ещё парочку, появляющихся, судя по всему, в порыве вдохновения истинных творцов с неограниченным полётом фантазии.

После приготовления какого-нибудь нехитрого завтрака в виде яичницы или яичницы с беконом, или яичницы с хлебом, или же яичницы с хлебом и беконом я снова шёл к себе в комнату на очередной сеанс медитации и принятия пищи. Также помимо предыдущего воистину внушительного списка блюд я хотя-бы раз в неделю в обязательном порядке готовил какой-нибудь сорт каши, начиная с манной, которую все люто ненавидели, и заканчивая рисовой, которую выносил лишь Дадли. И то с кучей сахара или сгущённого молока. Родственники плевались, ругались, но изменить ничего не могли, тем более, Петуния знала, что это всяко полезнее жареного бекона, и кое-как удерживала привередливую часть семейства. Нет, вы не подумайте, я ни в коем случае не ярый сторонник ЗОЖ, но, во-первых, моя текущая тушка в любом случае предполагала именно этот образ жизни. Иначе о своём хорошем здоровье можно вообще забыть, а, во-вторых, мне очень нравилось смотреть на Дурслей при виде очередной порции каши. Ведь они прекрасно понимали, что надо, поэтому им оставалось лишь ругаться на «бездельника» для порядка, а потом с наикислейшими физиономиями приниматься за пищу.

И вообще, чего они морщатся? Я же не ругаю их тыквенные блюда (фу, какая гадость! Ладно, ругаю, но по крайней мере, не вслух). Вот что гадость, так это тыквенный сок, который я однажды случайно попробовал на Хэллоуине. Конечно, я не праздновал с остальными, но когда пришлось мыть посуду, то решил попробовать. В общем, Хогвартс придётся перестраивать, если в нём будут поить только тыквенным соком! Я найду способ уничтожить то, что в огромных количествах создаёт и выращивает этот воистину отвратительный овощ.

Ладно, что-то я отвлёкся. После завтрака и, соответственно, мытья посуды, и дожора с моей стороны мне обычно поручают какое-нибудь нехитрое дело: постричь газон раз в месяц или, например, помыть какую-нибудь определённую комнату в доме, или сходить в магазин по мелочам. Кстати, чулан помыть не предлагали ни разу — сразу видно настоящую заботу. Но да ладно, это я и так когда-нибудь сделаю.

После вышеописанной эпопеи я свободен вплоть до обеда. Затем, соответственно, до ужина. После обеда я, как правило, медитировал, а после ужина осторожно отправлялся на прогулку, дабы выяснить, как дела в округе и запомнить близлежащие окрестности получше, поскольку меня посещал информационный голод в особо тяжкой форме из-за недостатка общения и невозможности воспринять информацию откуда-либо извне.

Таким образом, родственников я специально не бесил. От Дадли с шайкой держался подальше и противозаконного ничего не совершал. Пару раз я перехватывал мелочь, когда убирался или когда меня отправляли за покупками, а сдачу не забирали. Я эти деньги откладывал и пытался накопить себе на нормальные, не битые очки, а то мои сломанные «велосипеды» просто жутко бесили — я привык жить с нормальным зрением, не говоря уже про то, что даже с очками мир, окружающий меня, отнюдь не становился идеальным. Они лишь добавляли чёткости, взамен давая кривизну. Меня это совершенно не устраивало.

Так и получилось, что я жил размеренной, не самой приятной, но стабильной жизнью, которая омрачалась лишь постоянными делами по дому, попытками меня недокормить и наплевательским отношением буквально отовсюду. На улице меня не любили из-за не самой лучшей одежды, как я не старался это исправить, а в доме из-за того, что Дурсли боялись волшебства, а я был, считай, его воплощением в данном случае. И это несмотря на то, что магических выбросов больше не было ни одного за целых два месяца! А не было их, кстати, из-за более взрослого сознания. Меня не так просто было вывести из себя.

Дадли же просто за компанию перенимал отношение родителей и пытался использовать меня как грушу для битья. К счастью, мне хватало мозгов не попадаться этому болвану вместе с дружками на глаза, так как при попытке младшего Дурсля пристать в одиночку — он получал по щам, поскольку я не боялся ответить на агрессию, не в пример предыдущему владельцу тела. К тому же постепенно — хорошее питание начало идти мне на пользу — я немного вытянулся, и плечи стали шире, а кости крепче. Поэтому вид у меня был уже не сильно худосочным, хоть мышечной массы мне пока недоставало. Может я и по-прежнему был бы слабым, если бы тело не старалось догнать разум. Бытие определяет сознание, так ведь? А в моём случае, возможно, наоборот. Ну, или помогла моя магия, которую я пытался припахать к ускорению своего роста и усилению тела.

Единственной моей отрадой помимо постоянных попыток самосовершенствования была лишь возможность периодически изучать окраины Лондона, который был не так далеко от Литтл-Уингинга, и, соответственно, от Тисовой улицы, которая находилась на окраине этого городка, ближе к столице.

Как уже говорил, я продолжал тренировки как для тела, так и для, можно сказать, духа. С тех пор, как оказался здесь, я наловчился входить в «дзен» даже при наличии бухтящих родственников рядом. К осени я приноровился даже ощущать свою ауру, или, если хотите, эфирное тело. Да, чувствовать ее в обычной жизни, а не лежа на кровати, было тяжело, я страшно уставал от этого. Я никоим образом не мог знать: один я такой умный маг или нет. Но если судить по канону, то это ощущение и было моим роялем, правда, честно заработанным при помощи тренировок. Вот серьёзно, не каждый бы смог столько уделять времени медитациям и тренировкам, ибо силы воли потребовалось немеряно — постоянно хотелось наплевать на всё, а затем прийти в Косую Аллею (или переулок?), забрать деньги из предполагаемого ученического сейфа, а затем свалить куда-нибудь далеко-далеко. К счастью, я сдержался из банального здравого смысла и инстинкта самосохранения, который оказался хоть зачем-то нужным. В общем, мне, действительно, нужен был памятник при жизни.

Сегодня было тридцать первое июля, знаменательный день, который начался с пробежки. После ставшего рутиной завтрака я быстро сделал нужные дела по дому и отправился на улицу. Зачем? Да всё просто. Я нашёл заброшенный дом, в котором можно было потренироваться в колдовстве.

Итак… почему, собственно, именно сегодняшний день знаменательный? Да всё просто: именно сегодня у меня будет день рождения, и именно сегодня я решил сделать себе подарок — магию, а именно, попробовать что-нибудь наколдовать. Конечно, палочки у меня нет, но я надеялся компенсировать этот концентратор при помощи своей ауры, которой я — только в теории — мог научиться управлять так, что когда-нибудь мне и палочка не особо будет нужна.

Заклинаний я знал дофига и больше — начиная с легко запоминающегося «экспелиармус» и заканчивая всего один раз применимом в фильме «эверте статум», который использовал Драко Малфой. Я даже листочек себе завёл и до сих пор записываю туда заклинания, если вдруг что-то всплывёт из памяти. Так что ни с вербальной формулой, ни с магической энергией проблем не было, поэтому я собрался с духом и приступил к тренировке.

Итак, я встаю посреди комнаты, аккуратно тянусь к своей ауре, а затем резко беру немного маны в руку, куда-то в район ладони, а затем выкидываю её вперёд, представляю вокруг ладони небольшую серебристую плёнку и произношу:

— Протего!

Мана вышла неконтролируемым потоком, и, как я не пытался его контролировать, ничего особенно не вышло — мои потуги оказались напрасными. Один раз этот самый поток поменялся в нужную сторону при особо удачной попытке, но, поколыхавшись в разных размерах и, видимо, не определившись окончательно, замерцал, а затем и вовсе исчез. Я в сердцах прервал колдовство для того, чтобы немного поругаться — далеко не это было моими ожиданиями при первом «колдунстве».

Аналогичные проблемы стали и для других заклинаний — при особенно чётком представлении даже предполагаемый «люмос» на пару секунд принимал довольно отчётливые очертания и свечение, но, к сожалению, не больше. При малейших удачных изменениях концентрация терялась, и я вновь мог любоваться на хаос. Неконтролируемые магические потоки вовсю творили всё, что угодно, но не что-то определённое точно. Какие-то предметы исчезали, какие-то внезапно поднимались в воздух, а другие и вовсе на мгновение вспыхивали светом…. Половину эффектов даже я не понимал, а лишь отмечал на грани восприятия.

Таким образом, мне стало примерно понятно наличие такой вещи, как магические концентраторы или палочки — далеко не все смогут обуздать такую силу. Даже я, судя по всему, очень неслабый маг просто рассеял чёртову кучу энергии в воздухе вместо того, чтобы пустить её на дело. Судя по всему, я ещё не скоро смогу что-то сделать без палочки…

Кстати, на счёт сил…. Насколько я понял — Гарри Поттер очень сильный магически волшебник, поскольку, как мне известно, научиться применять телесный Патронус в тринадцать-четырнадцать лет — огромное достижение. А применить в таком возрасте Патронус, отогнавший более чем полсотни дементоров, просто нечто невероятное. А если учесть, что после него тот продолжил бегать как козлик….

В любом случае забитый родственниками Поттер практически ни разу в жизни не получил магического истощения. Что тут говорить про меня? Я, судя по всему, объединил в себе оба магических потенциала, пусть мой и был на несколько порядков ниже. Я думаю, это уже много стоит…. Осталось лишь этот потенциал реализовать.

Таким образом, я пока вообще мог даже не заикаться об осознанном колдовстве. Как оказалось помимо отвратительного или вовсе отсутствующего контроля, у меня ещё и ядро нормально не сформировалось, ибо в моём эфирном теле постоянно проходили мелкие пульсации, как рябь по воде, а каналы постоянно колебались, а именно: объём проходящей по ним энергии то увеличивался, то внезапно уменьшался. Точно также было и с восстановлением сил. Иногда на это уходила неделя после тренировки, а иногда и вовсе энергия впитывалась в меня не хуже, чем вода в губку. И уже буквально на следующий день после занятия я был готов к новым свершениям…

Так и получилось, что с моей магией пока всё было ясно — мне оставалось лишь периодически искать пустыри или заброшенные дома, дабы попытаться сделать что-то более тонкое, чем неконтролируемый выброс энергии в окружающий мир. Также мне было бы неплохо как можно чаще медитировать, ибо при пристальном внимании на своё духовное тело она несколько стабилизировалась, и я зачастую тренировал это состояние, правда, от экспериментов нахрапом пока воздерживался.

Теперь с колдовством всё ясно. Мой максимум — это сильный магический выброс. То есть вся моя магия сводилась лишь к оружию последнего шанса — если терять уже нечего, и меня сейчас будут убивать или возрождать Волди с моей помощью, или стирать память с помощью злого Дамблдора. Причём хрен такая штука поможет в таком случае. В общем, полезность того, что я маг сейчас очень сомнительна. А если ещё учитывать, что мои тренировки замедлятся ещё больше по окончанию лета….

Да, вы не ошиблись. Завтра я должен возвращаться в школу. Меня она, конечно, совершенно не волнует. Тем более, что в магическом мире этим знаниям — грош цена, а мои их в любом случае превосходят. Единственная причина, по которой я заставляю себя ходить в школу, так это поиск отличий в учебной программе от той, которую я изучал на родине, и социальный эксперимент, хотя эта причина и сомнительна, заключающийся в том, чтобы попробовать наладить общение со «сверстниками». И выяснить для себя… могу ли я разговаривать с девятилетними детьми, и получится ли у меня с ними общаться нормально.

А пока мне остаётся лишь верить в лучшее….

Примечание к части

Пока только начало... я думаю, дальше будет поинтересней.

Часть 3, или краткий школьный курс начался...

Итак, настал тот самый час. Час, которого мы все так долго ждали…. Гхм, ладно, что-то меня занесло. В общем, сейчас я как раз проснулся и одевался к школе.

После лёгкой трапезы я сел в машину вместе с Дурслями и был чуть ли не пинком отправлен в своё учебное заведение. Опять-же я был выкинут из машины куда-то в толпу учеников, а «Дадлипусенька» поехал вместе с родителями в другую школу. Конечно, они обе начальные. И учили в них лишь патриотизму (куда же без него?), чистописанию и умению правильно шевелить языком. Я в этих курсах совершенно не нуждался, но, в отличие от Дадли, абсолютно обоснованно. Последнему же эти знания наоборот просто необходимы, но, скорее всего, из-за неправильного воспитания знания в его очень тупой и неразвитой голове совершенно не уложатся. О его уровне знаний можно спокойно судить по его одиннадцатому дню рождения, когда он даже подарки не мог посчитать, а его выражению лица тогда мог бы позавидовать даже Грегори Гойл во время экзаменов.

Наконец, после прочтения чувственной речи о том, какие мы все молодцы, что пришли в эту самую лучшую школу для всяких… гхм… хороших учеников, которые, несомненно, достигнут больших высот в жизни после окончания этого заключительного для начальной школы класса.

После того, как я вошёл в класс на свой первый урок в этом гадюшнике и уселся за парту, вошёл наш классный руководитель, которого я смутно помнил по теперь уже своей памяти. После вводной речи, которая также заняла добрых пол-урока, классный руководитель сказала пару слов по поводу учебников, место их получения, а также о том, как она рада всех нас здесь видеть. Я всё это слушал краем уха, а сам в это время считал количество мух в классе. Получалось плохо, и несмотря на то, что очки я починил, диоптрий им это не прибавило.

— Гарри Поттер! — где-то там послышался чей-то крик. Я встрепенулся и рассеянно уставился на преподавателя.

— Да, мэм? — я встал.

— Ты почему не слушаешь, что я говорю, — тётка подошла ко мне ближе, показательно уперев руки в бока.

— Не могу знать, мэм. Я слушаю, — и сделал морду кирпичом, тип лихой и придурковатый. Увы, преподу не хватило, и она продолжила наезжать. Она что, не с той ноги встала?

— Раз уж ты слушаешь, то ты, конечно, можешь назвать номер кабинета, в котором нужно взять учебники после уроков? — она что, серьёзно? Это единственный полезный факт в её речи.

— Сорок третий, мэм, — я покаянно наклонил голову.

Преподавательница стушевалась.

— Эмм, ладно, мистер Поттер, садитесь. Итак, продолжим….

Я пожал плечами и опустился на своё место, пока учительница старалась замять инцидент.

Через пять минут я нашёл ещё одну муху. Хорошо спряталась, прямо на моей парте сидела! Вот знаете, ищете что-то, ищете, а потом «бац!»… и выясняется, что нужная вещь прямо под носом, и ты на самом деле прямо на неё смотришь, но до какого-то момента в упор не видишь…. Впрочем, может опять очки виноваты? К счастью, это ненадолго. Я уже подобрал себе нужные очки, мне осталось лишь немного добрать денег на недорогую, но более-менее приличную пару, которая относительно неплохо на мне смотрелась.

По окончанию классного часа нас также прогнали по остальным предметам с теми же вводными лекциями. А потом пришла та же классная руководительница и проводила нас до того самого сорок третьего кабинета! Нафиг тогда вообще о нём говорила, если сама нас туда проводила? И ещё спросила, главное. Тьфу на них, в общем.

После того, как я, наконец, прошёл в очереди и забрал у замученной библиотекарши нужные учебники не самого презентабельного вида, нам разрешили выдвигаться по домам. Итоговый КПД четырёх с половиной часов был примерно равен нулю или даже меньше, если учитывать то, что время прошло, а полезным оказалось лишь то, что если вести себя как все и не делать вид забитого кролика, то никто тебя гнобить не будет, по крайней мере, на словах. Во всяком случае, меня кое-кто, кажется, даже не узнал.

Когда меня, наконец, забрали Дурсли вместе с жутко довольным Дадли, который, кажется, кому-то уже успел набить морду на пару с каким-нибудь Пирсом, было уже часа три, не меньше, при условии, что начало учёбы было в девять часов, в отличие от России, где первый урок начинался на полчаса раньше. По прибытии в дом я срочно закусил горе от потраченного зря времени и вновь занялся попытками стабилизировать свою ауру, направляя на необходимое мне дело всю свою волю и умения в концентрации. Я же, блин, почти взрослый человек, мне не десять лет! Мне нужно как можно быстрее догнать свой возраст и в магическом плане в том числе! Да, аура отзывалась, и даже какие-то улучшения были. Скорее всего, к одиннадцати годам я получил бы возможность нормально колдовать, но, блин, хочется раньше! Какой смысл быть магом и видеть свою ауру, иметь магический запас, необходимую волю, умение концентрироваться и даже вербальные ключи для заклятий, если проклятая нестабильная аура отправляет каждое из этих умений и знаний прямиком на помойку? Впрочем, судя по всему, это не единственная проблема, но она скорее связана с жестами, так что тут уж ничего не поделаешь, ибо знания пока взять неоткуда.

Так и шли мои серые будни. Иногда нападала прямо-таки жуткая меланхолия из-за однообразия моей жизни, да такая, что приходилось искать способы себя веселить. Несколько помогали ссоры Дурслей, которые не могли понять, куда девается еда, которую я экспроприирую каждый раз. Кого-кого, а меня заподозрить в этом сложно — я не устраивал магических выбросов, из-за которых они натерпелись до этого, аккуратно и качественно, без нытья, выполнял порученную мне работу и ел ровно столько, сколько давали. Они так и не смогли решить, кто в этом виноват, и стали относиться ко мне чуть более подозрительно: доказательств не было, но все они ещё помнили, что экспертом по всяким невероятным событиям являюсь именно я. Правда, в этот раз оно нисколько не является невероятным: ловкие руки, и никакого волшебства.

В общем, одно время было весело, пока на это дело не плюнули, и каждый остался при своём мнении, что их обвиняемый виноват, но не раскалывается.

Вскоре меня вновь проглотила апатия. Конечно, сначала помогала музыка, которую я пытался воспроизвести из своего смутного прошлого, но это была лишь полумера… после того, как это действие потеряло свою задачу как способ расслабиться, мне пришлось искать другой способ развлечься. До тех пор, пока в мою тупую головку не пришла мысль, я усердно тренировался физически, пусть где-то в задворках и пыталась что-то тихонько намекать моя лень, которую каждый раз старательно отгонял. А мысль, которую я с трудом ухватил через некоторое время, заключалась в самом элементарном занятии — чтении книг, о которых я почему-то совершенно забыл.

Первым делом наведался в местную библиотеку, в которой быстро получил от пожилого библиотекаря читательский билет и выслушал довольно краткий, но содержательный монолог о каждом из отделов. Выносить книги, к счастью, было можно, но не более одной за раз, чем я с удовольствием пользовался. Начиная с более-менее знакомого Чарльза Диккенса и заканчивая начавшей проявлять себя фантастикой, пусть и состоящей из одних штампов. Конечно, я ни в коем случае не ругал Толкина, которого с преогромнейшим удовольствием прочитал в оригинале, но остальная, «любительская», фантастика меня совершенно не впечатлила, пусть я и продолжил время от времени её читать, давая отдохнуть как телу, так и разуму.

Читать я очень любил, это знал точно, причём не бездумно проглатывал всё подряд, а штудировал книги избирательно, вычитывая взахлёб лишь то, что мне действительно нравится — полумеры в виде бульварных романов меня абсолютно не устраивали.

Увы, увлечения фантастикой приносят как пользу, так и вред из-за того, что сильно мог отвлекаться на книги. Однажды я абсолютно случайно обнаружил, что часть слов писать на английском я не мог, ибо не знал, как, а рука была не готова к их написанию. Это меня не сильно впечатлило, тем более я по-прежнему тратил много времени на чтение и физическую подготовку вкупе с медитациями. А вот тогда, когда я получил «D», то есть фактически тройку за простой тест по английскому языку, причём обоснованно, то сразу схватился за голову. В общем, уже поднадоевшую фантастику пришлось забросить.

После тщательного изучения теста я ещё и пару раз побился о стенку головой, пусть и не сильно. Оказалось, что я идиот. Судя по всем ошибкам, моё сознание очень забавно связалось с мышечной и обычной памятью Поттера, благодаря чему я воспринимал английский нормально и даже писал на нём правильно, но только вот знания по чистописанию и умению говорить на девяти годах не заканчиваются. В итоге, всё, что знал Гарри, к девяти годам писалось правильно и без ошибок, но вот на более сложных тестах, которые стали давать в этом году, появились незнакомые Поттеру (то есть мне) правила. Как оно водится, в итоге я, даже не заметив этого, начал вплетать в правила английского языка часть правил русского.

В общем, я, как и все супер-мега-попаданцы, уверился в том, что раз я людей понимаю и даже что-то пишу, то всё — мне автоматически вкладывается умение мыслить на английском — раз. Идеальный перевод любой фразы или выражения с русского на английский — два. То, что школьное образование вообще ничего не стоит перед уже полученными знаниями — три. Однако теперь я что-то понял и решил проверить глубину своих заблуждений. Впрочем, это надо было сделать ещё раньше — просто я слишком полагался на подобные моим случаям, описанные в различных произведениях, поэтому и расслабился, думая, что всё будет точно также.

Сначала я проверил язык своего мышления и получил определённо русский язык. Это, вероятно, будет весьма полезно, поскольку если эта особенность может осложнить легилименцию, которую могут применить против меня в возможном будущем, то всё будет вообще замечательно. Особенности моего встроенного переводчика также были проверены довольно быстро, а именно я написал пару поговорок с русского на английский и в итоге получил абсолютно дословный перевод, который и близко не отображал реального значения фраз. Ну и, наконец, был уточнён третий пункт, который был проверен чуть позже — оказалось, что общее образование всё-таки не такое уж сложное, и после парочки недостающих правил, которые я много раз использовал и закрепил в памяти, всё вернулось на круги своя.

Правда, некоторые мелкие проблемы всё-таки оставались: вроде непроизвольно сказанного русского мата вполголоса. Единственное, непонятно почему все слова на английском, несмотря на эмоции, а мат при отбитом об угол двери пальце полностью сохранил всю красоту и богатство родного языка. Ну, или полу-родного. Всё дело в том, что частично, с получением дополнительной памяти мне стало проще позиционировать себя с подданным Её величества.

Таким образом, за всеми этими мелкими проблемами, как-то быстро начал заканчиваться учебный год. Время прошло так быстро, что, казалось, это какое-то мудрёное заклинание, а не реальность. А вместе с последними неделями учебного года навалилось понимание того, что через два с лишним месяца за мной придут….

Судя по всему, из-за внезапного осознания этой непреложной истины моя аура окончательно и бесповоротно нормализовалась. И я точно так же, как приуныл, так и резко воспрянул духом, поскольку два с половиной месяца — это не идеальный, но и не самый маленький срок для того, чтобы, наконец, разобраться с волшебством и почувствовать себя настоящим, а не каким-то бутафорским волшебником.

Окрылённый успехом, я быстренько организовал себе выходной и с самого раннего утра рванул в печально известный по предыдущей попытке дом.

Дубль номер два…. Я точно так же стоял посреди комнаты и морально готовился к волшебству. Запас энергии ещё более возрос благодаря возрасту и медитациям, которые, судя по всему, благотворно повлияли на её количество. Мой контроль по-прежнему был отвратителен из-за отсутствия практики, ибо пустырей мне не попадалось, как и полуразрушенных домов. Мой уровень концентрации был по-прежнему высок благодаря возрасту и тренировкам, а моё воображение всё такое же, скажем так, «нестандартное», но, видимо, всё-таки недостаточное для волшебства без палочки. Впрочем, может быть что-то и получится сейчас… раз уж ядро стабилизированно?

Я максимально сосредоточенно выкинул руку вперёд, представил щит, который появился в прошлый раз, и добавил ключ-активатор, одновременно вливая немного силы:

— Протего!

Эффект проявился сразу и без задержек — руку окружил небольшой вихрь из энергии, который почему-то не хотел принимать нужную форму защитной плёнки. После того, как я собрался получше, неупорядоченный поток магии снова преобразовался в нужную мне защиту, но ненадолго. Моих умений в сосредоточении было явно недостаточно, и вскоре я снова получил хаос из неконтролируемой энергии. Это происходило ровно до тех пор, пока я не перекрыл путь магии.

— Люмос!

К счастью, всё прошло удачно. И в полном соответствии с классическими колдунами, которые в одной руке держали посох, подмышкой держали книгу заклинаний, а в другой руке, на ладони, шар света, который освещал магу путь в наитемнейшей пещере или в логове какого-нибудь дракона. От шара света тепла не чувствовалось, однако, когда я решил потрогать его рукой, то чуть не обжёгся: видимо, лишнее тепло от шарика не исходило, но сам он прекрасно может что-нибудь зажечь при касании. Пусть это не огонь, однако, приятного при прикосновении мало.

В общем, идеально для бытового применения и неэффективно в бою. Другое дело в фильме было использовано «люмос солем», которое в теории могло ослепить или даже поджечь противника при соответствующей подпитке. К сожалению, это были дела далекого будущего, ибо сейчас я не то, что колдовать — я даже дойти до дома смог с трудом из-за жуткой ментальной усталости. Как оказалось, дозировать силу на заклинание и одновременно представлять результат, и в то же время желать, чтобы он воплотился в реальность, и при этом удерживать магию в узде…. Было очень непросто, и выматывало это не хуже нескольких часов физической подготовки. Мозг с непривычки чувствовал себя даже хуже других конечностей вместе взятых. Мысли куда-то испарились, и я чисто на автомате что-то съел и завалился спать.

Уже на следующий день я задумался на счёт таких изменений. Проанализировал вербальные формулы, а также то, почему они не работали…. Подумал, подумал, да и составил план действий.

С той попытки колдовать я стал каждый божий день не меньше часа. А также продолжал медитировать, тренировать умения в концентрации, повышать волю, тренировать воображение — всё это проделывать было непросто. Зачастую приходилось придумывать абсолютно нелепые забавы для тренировок, ибо методик у меня не было, кроме, конечно, интегрируемых моей больной фантазией идей.

После некоторых размышлений, которые выражали зависимость заклинаний от вербальных формул, выходило, что я мог использовать абсолютно любое заклинание, если мне когда-нибудь хватит воли и концентрации для его исполнения. А вербальные формулы, судя по всему, каким-то образом закрепляются магически. И при их произнесении сама магия или какое-то её подобие помогает сформировать примерную структуру. Именно поэтому заклинания с латинским вербальным ключом так хорошо работают: этот язык очень старый, и количество тех же «люмос», которое применяли за многие годы существования этого языка, просто намертво вбило его эффект в магический мир. Как с палочкой, так и без…. Всё-таки такая штуковина появилась относительно недавно, а маги существовали всегда. Скорее всего, я и буду как те маги, поскольку за неимением и нежеланием использовать палочку мне придётся очень много времени посвящать тренировке контроля, который раньше заменялся концентраторами.

Не удивлюсь, если «да будет свет!» отлично сработает, будучи применённое магом. Таким образом, и получается, что на самом деле я могу обозвать заклинание как угодно, а потом вбить эффект на подсознание и активировать его при произнесении фразы. Это открывает огромный простор — заклинания будут только мои, а их эффект будет абсолютно непредсказуем для противника. Конечно, есть ещё и невербальный способ колдовать, но если учитывать, что и вербальный у меня практически не получается, то это дело очень далёкого будущего….

В любом случае, учить это надо как можно скорее, ибо преимущество это даёт знатное, осталось лишь натренироваться и выяснить пределы своих возможностей. Меня всегда интересовало, как дрались волшебники. Неужели обязательно использовать лучи или какие-нибудь материальные предметы прямо из палочки? Неужели нельзя воздействовать опосредованно или как-то по-другому? Например, внезапный удар сзади, снизу, сверху. Почему все бои ведутся лоб в лоб? А хрен его знает, это можно будет выяснить потом.

К сожалению, эти откровения и размышления не могли повлиять на мой контроль, несмотря на вербальные формулы и хорошее воображение вкупе с волей, и с моей аурой всё было далеко не идеально. Благодаря своей магической мощи мне было очень сложно дозировать магию, и истощение я мог получить практически мгновенно, просто недостаточно сфокусировавшись, что иногда могло привести к не самым хорошим последствиям из-за выбросов энергии. В доме я магию старался не использовать, но иногда очень хотелось попробовать что-то на практике, поэтому, когда никого не было дома, я находил какую-нибудь ненужную вещь — у Дадли их уже было полно. Различные сломанные игрушки, будильники, солдатики и прочее, с чем можно было работать. Я пробовал их восстанавливать: «репаро» в одном случае из десяти срабатывало. Затем уничтожать или, скорее, аннигилировать — это выходило просто идеально. Даже «эванеско» мог не произносить. И напоследок я иногда пытался их увеличить или уменьшить при помощи, соответственно, «энгорио» и «редуцио». Так и получалось, что тренировки были, поэтому постепенно начало выходить что-то путное — количество неудач при волшебстве постепенно уменьшалось.

Так и пошли будни. Дурсли опять стали периодически грузить различными мелкими поручениями, впрочем, это не доставляло проблем. Наоборот иногда такая механическая, но муторная работа, отлично подходила для отдыха моему кипевшему после тренировок мозгу.

Ну да ладно. Размышлять об этом я бы мог ещё очень долго, но время летело очень быстро, и не успел я, наконец, купить себе нормальные очки, как до начала канонных событий — дня рождения «Дадлика» — осталось лишь пара дней. Я начал готовиться к началу своих приключений. Теперь-то я на своей шкуре узнаю то, приготовил ли что-то для меня Дамблдор, или ему в чём-то даже можно поверить.

Часть 4, или Косой Переулок

Я долго думал над тем, влиять ли на канонное знакомство с лесничим или же нет, но в итоге так и не смог решить эту дилемму. С одной стороны — мне не хотелось начинать театр одного актёра и разговаривать с питоном, ловить прекрасно всем знакомые письма, а затем плыть в трухлявой лодке хрен знает куда. Не будь я мальчиком-который-может-выжить, я бы не стал заниматься всем этим… гхм, гуано. Но с другой стороны — отказ от канонного начала мог привести к совершенно неожиданным последствиям: вдруг за мной придёт не Хагрид, а Снейп, если я отвечу на письмо? Вдруг на самом деле у меня нет парселтанга (умения разговаривать со змеями)?

Я до сих пор многое не знал о волшебном мире, поскольку ни канону, ни фанону доверять было нельзя. Если в первом вообще много чего не говорилось и не разъяснялось Гарри Поттеру, который-всё-равно-скоро-сдохнет, то во втором может быть слишком много допущений и реального вымысла. Ну вот не верю я, что легилименция является настолько элементарной наукой, с помощью которой можно шарить у человека в голове без каких-либо проблем и одним взглядом подчинять, и закладывать команды на выполнения, и подделывать воспоминания. Ну вот не может такого быть! Или, например, я до сих пор не знаю, какие есть полномочия у учителей, которые должны забрать мага у обычных людей, неволшебников.

Применяют ли они какие-либо методы убеждения? Может быть, там всё-таки что-то нужно подписывать для поступления, хотя-бы формально? Или, например, я не знаю о том, кто у меня опекун. Мог ли я доверять гоблинам? Если в каноне о них мало что есть, а в фаноне они либо идеальные, суперумные и крутые существа, которые всерьёз будут стоять на коленях перед теми, кто с ними вежливо поздоровается, либо на самом деле это абсолютно беспринципные засранцы, которые сдадут меня всем интересующимся, а потом ещё и заработают на том, что от меня останется.

Ах да, кое-где гоблины даже не брезговали человечиной…. Так что я вообще не знаю, что делать. Скорее всего, там что-то среднее между этими гранями, но в какую сторону — неясно, а спрашивать у Хагрида — дохлый номер. Эти и многие вопросы до сих пор сильно меня волновали, так что в итоге я решил идти по течению, оставляя себе послезнание и возможность оторваться в Косом Переулке, когда сопровождения не будет. Нет, ну, а что? Кое-какая маскировка, Ночной Рыцарь, и вперёд!

Так что, когда пришло печально известное письмо, я прочитал его, посмеялся самомнению Дамби, а затем запечатал и понёс Дурслям обратно. За этим последовало весьма занимательное кино о том, как Дурсль от гнева стал походить на заросший светлой порослью плесени помидор, Петуния побледнела пуще прежнего, а я на законных основаниях стал выражать своё возмущение — письмо-то было адресовано мне, а не им. Вернон на моих глазах порвал письмо, а затем выгнал нас обоих за дверь. Я даже подслушивать не стал, а просто пошёл в чулан, доедать свой завтрак, который мне не выпала честь поглотить за столом.

После эпопеи с письмами и гостиницы мы всё-таки уселись в ту самую сомнительную лодочку, которую нам выделил владелец хибары, в которой мне и Дурслям предстояло ночевать.

Когда мы прибыли, я с чистой совестью достал бутерброды и принялся за пищу, сидя в углу. Ничто так не умиротворяло, как две свиньи и лошадь, которые ели чипсы и смотрели на то, как я принимаю пищу голодными глазами. Теперь то они в полной мере осознали, что я чувствовал, когда недоедал не в пример им! А после того, как последние попробовали разжечь камин при помощи обертки от чипсов… я не выдержал, и поделился с ними едой, хотя это было весьма благоразумно — того гляди, на меня бы накинулись и вообще бы всё отобрали. Настроение было не таким уж плохим, как могло бы быть, поэтому я не удивился, что с сытым желудком и в тепле время прошло незаметно.

Когда в дверь начал долбиться великан, действительно была гроза, так что картина получалась грозная. Неудивительно, что Дурсль испугался и побежал за ружьём, а Дадли проснулся и с довольно глупым видом спросил почему-то о том, «где пушка?», хотя звук выбиваемой двери на звук выстрела из оной вообще никак не походил

Я немного насладился контрастом.

После того, как я открыл дверь, не давая её выломать, мне пришлось отойти в сторонку. Хагрид действительно впечатлял….

— Я требую, чтобы вы немедленно ушли, сэр! — начал старший Дурсль. — Кто позволил вам беспокоить людей в такой час!

Хагрид спрятал свой зонт, а затем неторопливо подошёл к Вернону с женой, и одним движением выгнул ствол ружья в потолок. Сильный мужик. К счастью, Дурсль — не совсем неумный человек, поэтому выстрела не последовало. Всё-таки при деформированном стволе по технике безопасности стрелять никому не рекомендовалось: это могло закончиться довольно печально.

— Надо же… я не видел тебя с пелёнок, Гарри, но… ты немного больше, чем я ожидал. Особенно в области живота, — приятный у лесничего голос. Чувствуется, что добро, но с кулаками, даже по тону. А на счёт живота, верно говорит, вот только не на счёт моего, а младшего Дурсля, который уже сжался настолько, насколько мог. Я решил облегчить ему задачу и вышел из-за стенки.

— Здравствуйте… сэр. Это я Гарри Поттер. Извините, конечно, что спрашиваю, но… кто вы?

Хагрид перевёл своё внимание на меня, больше не обращая внимание на Дадли, который потихоньку, ползком, перебрался к отцу.

— А… вот и ты, Гарри! Теперь и вправду похож! Меня зовут Рубеус Хагрид. Моя должность — хранитель ключей и садов в Хогвартсе. Ну, ты, конечно, уже знаешь, что это такое, не так ли?

Я замялся.

— Не совсем… мистер Хагрид. Я видел штамп некоего Хогвартса на конверте, но, увы, само письмо я не читал….

— Неужели твои родственники не говорили тебе…?

— Мне… что?

— Ты… волшебник, Гарри! — знаете, хорошо прозвучало. Почти как «Люк, я твой отец!».

Я честно постарался сделать лицо более удивлённым, однако, не уверен, что у меня очень достоверно получилось изобразить столь сильную эмоцию. К счастью, я не актёр, а Хагрид — не кинокритик, так что всё обошлось.

— Извините, сэр… я знал, что рядом со мной часто проходили несколько…странные вещи. Но вы уверены, что это так? Я не думаю, что являюсь волшебником.

— Поверь, ты волшебник… и, держу пари, очень хороший. Если ты немного потренируешься! В общем, вот, держи, — лесничий протянул мне уже хорошо знакомое письмо, — я так и знал, что оно пригодится!

Я взял конверт в руки и стал проговаривать написанное вслух:

— Дорогой мистер Поттер, мы рады сообщить вам, что вы зачислены в школу чародейства и волшебства…

Тут меня прервал Вернон, который к этому моменту набрался храбрости для ещё одной словесной баталии. Всё-таки трёхметровый великан — плохой спорщик. Ему проще вогнать спорящего кулаком по пояс в землю. Дурсль на интуитивном уровне это понимал, но ему, судя по всему, не хотелось в одно мгновение лишиться бесплатной прислуги по дому.

— Он никуда не поедет! Так и знайте! Когда мы взяли его, мы поклялись, что покончим с этой чепухой…

— Так вы знали! Знали и не говорили… — конечно, из меня очень плохой актёр, но врать сейчас получилось довольно неплохо, поскольку я искренне был недоволен этими двумя. Сложно было сказать ребёнку о его родных родителях?

Тут начала свою тираду Петунья. Я как раз хотел освежить этот текст в памяти.

— Конечно! Конечно, мы знали, ты не мог им не быть! Моя… прелестная, — выплюнула Петнунья, — сестра была такой! Оооо… мои папа и мама были так… горды в тот день, когда она получила письмо. В семье…родилась волшебница! Это замечательно! Только я знала, кто она на самом деле… помешанная! А встретив Поттера, она родила тебя, и я знала, что ты будешь таким же странным…таким же ненормальным. А потом она ушла, и её просто уничтожили, а ты свалился на нашу голову! (текст из фильма, если что).

— Вы сказали… вы сказали, что мои родители погибли в автокатастрофе!

Хагрид встрепенулся, его лицо исказила гримаса ярости.

— В автокатастрофе?! Лили и Джеймс Поттер погибли в автокатастрофе?!

— Надо же было что-то сказать… — пискнула, уже было раскаявшаяся в том, что сказала, Петунья.

— Это возмутительно! — бушевал Хагрид. — Это скандал!

— Он никуда не поедет, — снова высказался Дурсль.

— Ооо… — Хагрид и ирония…это что-то, — кажется, великий магл собирается остановить его?

— Магл? — спросил я для проформы.

— Не путай с магами, — отмахнулся от меня всё ещё злой лесничий, — этот мальчик зачислен в школу с момента рождения! Он поедет в самую лучшую школу чародейства и волшебства в мире, — а вот это вряд ли правда. В Англии, и может в Европе — да, но не в мире. Хагрид поднял палец для важности и многозначительно продолжил, — и у него будет лучший директор школы за всю историю Хогвартса, Альбус Дамблдор!

— Я не буду платить какому-то старому (откуда он это знает? Хм… они виделись?) чокнутому учителю за эти его фокусы! — а вот это он зря… Хагрид направил на Вернона свой зонт.

— Никогда… никогда не оскорбляйте Альбуса Дамблдора в моём присутствии! — Хагрид совсем озверел. Но, вопреки всему, жертвой его ярости стал Дадли, который уже практически разделался с оставшимися бутербродами, к счастью, ни один торт от его рук не пострадал. Странно, что взор великана пал именно на него.

Кстати, мне, правда, очень хотелось попробовать свой именинный торт. Тем более лесник не темнил и говорил абсолютно искренне. Я надеялся, что зелий в моём съедобном подарке нет. И что готовил он его и вправду сам. Если выяснится, что я к кому-то вдруг начну испытывать иррациональную приязнь или неприязнь, то всё, прости-прощай Хагрид. Впрочем, пока он не дал повода себя не любить, для меня Рубеус — очень хороший с доброй душой человек (почти человек).

Хагрид невербально добавил младшему Дурслю поросячий хвостик, а затем обвёл засуетившуюся компанию родственников взглядом. Как по мне, это слишком жестоко — всё-таки его придётся удалять хирургическим путём. Простые люди же не знают, что трансфигурация имеет ограничения по времени. К сожалению, убрать хвост я был не в состоянии: боялся навредить Дадли. Всё-таки мальчик получил маленький поросячий хвостик ни за что — бутерброды я им и и так оставил.

— Знаешь… — Хагрид слегка ко мне нагнулся, — будь добр, не рассказывай об этом никому в Хогвартсе… по правилам мне запрещено…

— Хорошо, — я кивнул.

Хагрид посмотрел на часы.

— Ну… мы отстаём от расписания… нам нужно уходить, — лесничий обернулся, — конечно, ты можешь остаться, — а вот это уже ложь: не могу я остаться. В любом случае придётся учиться. Впрочем, я не особенно против.

Я помотал головой и решительно пошёл вслед за лесничим. Новые очки уже находились у меня на переносице. Вся моя чистая и аккуратная одежда была уложена в пакеты, а затем уменьшена с помощью «редуцио», с которым я всё-таки смог справиться. Заветный же листочек с известными мне и придуманными заклинаниями я бережно хранил под самым сердцем.

********

Вход в Дырявый Котёл, действительно, был очень неприметным, а если учесть маглоотталкивающие чары, то никто в жизни, в здравом уме и памяти, к этому месту не приблизится. Если, конечно, его не будет вести за руку волшебник. Когда Хагрид вошёл, я вспомнил про канонное знакомствои, спохватившись, сразу пнул лесничего под коленку. Тот ко мне обернулся, и я показал на себя и жестами намекнул, что меня здесь нет. Лесничий пожал плечами и рассеянно кивнул.

— Хагрид, — вскинулся бармен, — тебе как обычно?

— Нет, Том, спасибо, мне нужно идти по делам Хогвартса, — важно выпятил грудь лесничий. Я успешно спародировал его, находясь у великана за спиной.

Бармен кивнул и отвлёкся на других клиентов.

В заведении было довольно темно, в воздухе витал аромат табака и алкоголя. Обстановка и атмосфера в этом баре ничем не отличалась от других, практически таких же, пабов.

Я не мог ничего сказать про бармена, ибо мне в фильме он запомнился несколько другим, впрочем, тут это было не особо важно.

Я прошёл вслед за Хагридом, который в неприметном тупике уже стучал своим зонтиком по кирпичам. Я на всякий случай запомнил распорядок, не хотелось бы каждый раз просить Тома. Проход открылся. Кирпичи красиво исчезали друг за другом. Наверное, это материальная иллюзия, ибо выглядело всё, действительно, сюрреалистично, но красиво. Скорее всего, это и вправду лишь анимация, а сам барьер исчезает лишь после кирпичей. Я протянул руку и наткнулся на невидимую стенку. Выпустив немного магии, интуитивно попробовал хоть немного понять его суть, но, впрочем, успеха в этом весьма благом начинании не достиг.

Я двигался ровно вслед за Хагридом, который превосходно отваживал любителей потолкаться. Я не особенно тщательно пожирал глазами окружающие просторы, поскольку знал, что ещё не раз здесь побываю. Стараясь зацепиться взглядом лишь за интересующие меня магазины, чтобы потом не искать их после банка, я шёл и раздумывал о своих дальнейших действиях. На счёт денег я сразу спросил лесничего, на что тот закономерно рассказал про то, что родители без гроша меня не оставили. Это уж точно…. Ещё меня интересовал сам род Поттеров, но тут уж придётся подождать. А вот свой ключик я точно возьму себе.

Гоблины…я не мог сказать, что видел их до этого. Вроде бы все тоже самое, что и в фильме, но в то же время были и отличия. Если в последнем они были показаны ворчливыми уродами, то тут, на самом деле, они всё-таки отличались в лучшую сторону более человекообразной формой — кожа была не уродливо сморщенной и висевшей мешком, а, скорее, показывала то, что гоблины, сидящие здесь, много думают — морщины были в небольшом количестве на лбу. Также сильно выделялся крючковатый нос и остроконечные уши.

Таким образом, они являлись пусть и не самыми красивыми существами, но и уж точно не были самыми уродливыми.

Единственное, абсолютно достоверное сходство с фильмом и книгой, так это длинные даже на вид и очень цепкие пальцы.

Хагрид, как и в каноне, обратился к одному из них, который, правда, показался мне несколько менее приятным, чем другие работники банка. После того, как лесничий продемонстрировал ключ, тот позвал гоблина Крюкохвата, который впоследствии и проводил нас до тележек, которые, кстати, выглядели более чем надёжными. Тем более что на них наверняка находилось множество чар.

Хагрид к тележкам отнёсся несколько настороженно, впрочем, вполне обоснованно: его вестибулярный аппарат явно не был привычен к такому транспорту. Мне лично понравилось — это было что-то вроде американо/русских горок, но в несколько облегчённом варианте: к счастью для Хагрида, никаких мёртвых петель и прочего не было. Пусть лесничий и был несколько зеленоватого вида по выходу из тележки. Настолько, что даже не обратил внимания, что после открытия сейфа ключ я взял себе. А если даже и заметил, то он ведь не имел права требовать его назад, верно?

После того, как я оценил масштабы теперь уже своих сокровищ, мне решительно захотелось узнать о чековых книжках и сквозных кошельках, поскольку таскать с собой три-четыре сотни тяжеловесных монет мне вовсе не улыбалось.

— Скажите, мистер Крюкохват, а обязательно брать все средства на руки? Возможно, есть какие-то способы использовать деньги напрямую из сейфа. Кошельки? Чековые книжки?

Гоблин внимательно на меня посмотрел:

— Всё верно. Вы можете заказать у нас кошель, привязанный к вам, с увеличенным объёмом и облегчением веса. Или же расплачиваться при помощи чековой книжки, защищённой от воровства.

Хагрид уже хотел что-то сказать, но я успел быстрее:

— Спасибо, Крюкохват. А где я могу приобрести столь полезный артефакт? Насколько я понял… наверху, не так ли?

Гоблин подтверждающе оскалился (и как это у него выходит?). Я проникся и быстро взял себе сотню галеонов на карманные расходы. Деньги приятно грели своей тяжестью, а главное, не чрезмерной. Хагрид вроде как всё ещё хотел что-то сказать, но в итоге передумал.

Когда мы зашли в «сверхсекретный сейф номер семьсот тринадцать, по поводу Сами-знаете-чего», вокруг явно запахло подставой. Конечно, Хагрид мог и не хотеть меня на что-то агитировать, но просчитать его реакцию на это поручение не сможет только тупой, а Дамблдор таким не был. Нет, это пока вовсе не доказывает, что он гад, и что моя жизнь расписана по нотам. Просто это явно тревожный звоночек: Квиррелл ещё в школу не пришёл, а директор уже светит камнем перед его потенциальным «защитником», который сам себе понапридумывает чёрт знает что, а новоприобретённые друзья помогут с этой выдумкой бороться. Вот, честное слово, это ещё ничего, но если выяснится, что Уизли специально ждут и ищут Поттера, то пошёл этот долькоман, в общем, в з…. Ну, не нравится мне это семейство, несмотря на то, что с ними ещё лично был незнаком. Если старшие дети и их отец вроде ничего, сами что-то делают, то Джинни и Рональд откровенно бесили. Молли же раздражала меня своею беспардонностью, которая ещё и была унаследована. Если у близнецов это вылилось в смешные шутки, то у номера шестого - в абсолютную нетактичность и умение совать нос не в свои дела. Если, конечно, канон внезапно не двинет кони.

После банка Хагрид ушёл «пропустить стаканчик», перед этим отправив меня в магазин к мадам Малкин. Я решил туда пока не соваться, поскольку нужно было запастись нормальными вещами. Мантии — мантиями, а ходить в старом шмотье Дадли мне просто стыдно.

Магазин я, судя по всему, выбрал не из дешёвых, зато и разных тряпок приобрёл по несколько пар. Не стал брать слишком много, поскольку всё равно вырасту из неё. Купил лишь с небольшим запасом на весь учебный год. После закупки вещей я отправился в магазин мантий, где на выходе встретился с Драко. Блондинистая макушка отлично выдавала наследника семьи Малфоев, правда, в этот раз он со мной знакомиться не стал, да и я сел чуть дальше от него.

После того, как я заказал у мадам Малкин что-то покачественнее и купил четыре запасные мантии, нарисовался Хагрид. Я как раз успел попросить уменьшить одежду и вновь убрать её в карман. Лесничий поздоровался с продавщицей в своей обычной манере — с заминками и съеданием слов — затем схватил меня в охапку и угостил меня мороженным.

После того, как последний кусочек десерта был съеден, лесничий предложил отправиться дальше, но я, не слушая Хагрида, зашёл в магазин различных сумок. Первым делом я купил себе сумку с чарами расширения, а затем втихую привязал её к себе кровно, дабы никто другой не смог ничего из неё стащить. Конечно, сам я не знал, как это делать, но после моего намёка на такую сумку продавец точно также намекнул, как её защитить. Видимо, тут это норма — все знают, что нельзя, но деваться некуда, ибо кровная защита, как правило, самая эффективная. Расширение было очень приличным, хоть и стоило отнюдь не копейки.

Впрочем, моя жаба была мною быстро задушена, когда я запихал туда весь свой скарб, включая старый. Всё-таки я беспокоился, что чары уменьшения внезапно закончат свою работу, и мне внезапно разорвёт штаны, или случится что-нибудь похуже. Так что, прикупив кошелёк с теми же свойствами, я с чувством выполненного долга отправился в магазинчик к Олливандеру, который Хагрид настойчиво рекомендовал.

Я аккуратно вошёл в потрёпанное заведение и сразу уселся на свободное место. К счастью, я ожидал, что продавец выскочит, как чёрт из табакерки, поэтому не вздрогнул и не дёрнулся, а вежливо кивнул стоящему на лестнице человеку. Тот слегка удивился, а затем его губы расплылись в искренней улыбке.

— А я думал, когда же я вас увижу, мистер Поттер, — Олливандер довольно шустро спустился с лестницы. Волшебник быстро потянулся к какой-то полке руками.

— Кажется, только вчера здесь были твои мама с папой и покупали свои первые волшебные палочки… — Олливандер достал какую-то коробку, многозначительно что-то буркнув себе под нос.

— Ну, вот… — продавец протянул вытащенную из футляра палочку мне в руки. Я пожал плечами и махнул ей, решив для начала вообще не подавать силу, хоть волшебный концентратор и попытался к ней тянуться. Ничего не произошло. Я дал немного силы, но наткнулся буквально на стену — концентратору явно не понравилась моя магия.

Да и мне он не нравился.

— Ничего страшного, мистер Поттер, не беспокойтесь, вот, попробуйте эту… — Олливандер протянул мне следующую кандидатку, — это дуб и сердечная жила дракона… жёсткая палочка.

Я осторожно взял короткую палочку и в этот раз позволил силе мягко пройти через этот концентратор. К сожалению, я сразу понял, что это тоже не мой вариант — силы на то, чтобы магия хоть как-то прошла сквозь палочку ушло довольно много. Я как будто через силу пытался пустить по ней энергию. Если к предыдущей палочке сила немного тянулась, то с этой магия даже находиться рядом не хотела.

— Нет, мастер, эта палочка мне не подходит… — я пожал плечами.

Таким образом, были перепробованы ещё штук двадцать палочек, некоторые из которых подходили лучше, некоторые хуже, до тех пор, пока мастер не достал печально известный остролист с пером феникса.

Я осторожно взял палочку, которая, не дожидаясь меня, буквально вытянула из меня немного энергии и рассыпала её кучей искр. Сила шла охотно, но чувствовалось… что это не совсем моя палочка. Она вроде бы и будет работать концентратором магической энергии, но, увы, родной моей силе она не была.Возможно, это связано с крестражем, который, если верить преданиям, до сих пор находится в моём несчастном теле, куда кто только не вселялся уже.

Пока Олливандер утверждал своё «очень любопытно», я решил-таки спросить его.

— Простите, мистер Олливандер, но я хотел бы вас спросить… а бывает ли, что маги используют более, чем одну волшебную палочку? Я подумал о том, что, может быть, бывает полезно иметь запасную? Ну, мало ли что бывает. Хоть эта и крепкая, но вдруг что-то случится? Не буду же я каждый раз беспокоить преподавателей, если потеряю или сломаю столь нужный инструмент.

Британский мастер волшебных палочек уже хотел толкнуть мне пафосную речь про мой шрам, как поперхнулся воздухом, услышав мой вопрос.

— Видите ли, мистер Поттер, как я уже говорил, дело в том, что не волшебник выбирает палочку, а…

— Простите, мастер, — перебил я его присказку, — я не против, чтобы меня выбрала ещё какая-нибудь палочка, я хотел, чтобы каждой из них дали возможность попробовать выбрать меня. Не сделана же одна палочка на всю жизнь каждому магу?

Олливандер о чём-то глубоко задумался, а затем молча стал подавать мне палочки одну за другой. Наконец, едва взяв в руки очередную из них, я почувствовал, что это то, что мне нужно — артефакт свободно пропускал силу и даже (неслыханное дело!) неплохо усиливал, и намного лучше концентрировал прошедшую через него энергию. Она была будто продолжением руки, настолько естественно она находилась в ней. Послышался какой-то шум, и я оторвал взгляд от палочки и перевёл его на удивлённого мастера.

— Она давно не могла найти себе хозяина, настолько давно, что сделана эта палочка была не мной, а моим отцом. Я дал вам ее, скорее от безысходности… — тихо начал мастер, а потом вдруг резко оживился, — эта палочка имеет действительно очень необычное сочетание: акация и сердечная жила дракона, да ещё и тонко обмотанная волосом фестрала.… Видите ли, мистер Поттер, обычно в палочке может использоваться лишь одна сердцевина. Как правило, из-за того, что часть качеств палочки и, соответственно, её владельца зависит от её сердцевины и дерева, из которого она сделана. Обычно несколько сердцевин противоречат друг другу, а именно: качества одной сердцевины подходят магу, а качества другой — нет.

Олливандер тихо подошёл к витрине своего магазина, а затем, видимо, поймав вдохновение, продолжил свою речь. Я же внимал каждому слову пожилого мастера.

— В среде мастеров, изготавливающих волшебные палочки, до сих пор не могут решить рационально ли создавать такие артефакты. Если одна палочка с сердцевиной и деревом ещё имеют какой-то шанс найти своего владельца, то такие палочки, как эта, — воодушевлённый мастер кивнул на ту, которую я до сих пор сжимал в руке, — практически никого «выбрать» не могут из-за конфликта двух сердцевин с волшебником.

Олливандер перевёл дух, но потом продолжил:

— А эта палочка ещё более необычна, поскольку сердечная жила и волос фестрала — это хоть и не противоположные, но совершенно разные по сути сердцевины. А если учитывать акацию, которая хоть и является хорошим проводником, имеющим свои недостатки, начиная с цены, которая несколько выше из-за трудности создания такой палочки и заканчивая тем, что ей намного труднее найти хозяина — эта древесина довольно привередлива. Я не знаю, чем руководствовался мой отец, когда создавал её, возможно, в качестве эксперимента. Однако, судя по всему, эта палочка, наконец, нашла себе владельца! Я не зря говорил, что вы необычный клиент, мистер Поттер! — наконец, закончил впечатлившую меня речь Олливандер.

Уже расплатившись (довольно недёшево, кстати), я поинтересовался чехлом для палочек, который по преданиям всех великих пафосных победителей обязательно вешается на бедро. Как и оказалось, столь незамысловатые устройства имеются в наличии. Взяв футляр с защитой, заключенной на крови, я раскланялся и, словно по волшебству, на пороге встретил Хагрида, который сунул мне под нос полярную сову, а затем поздравил с днём рождения. Я оценил — за почти три года пребывания в этом мире — это первое моё поздравление с подарком. В хижине всё произошло как-то сумбурно, а здесь лесничий поздравлял искренне, ни на что не отвлекаясь. Я, недолго думая, назвал её Хедвиг и пошёл дальше уже вместе со своим пернатым другом и лесничим.

В магазине школьных принадлежностей я купил себе стандартный набор перьев (честно говоря, я не знаю зачем, но пусть будут), чернила, и необходимый запас пергамента. На всякий случай, я взял что-то вроде буклета, чтобы заказать что-нибудь дополнительно по надобности. Аналогично я поступил в лавке ингредиентов для зелий, да и находиться там было не очень приятно из-за весьма специфического аромата. В магазине с учебниками я прикупил Историю Хогвартса целых трёх изданий, отличающихся между собой в десять-двадцать лет - мне хотелось проверить, вправду ли они постепенно ухудшаются по качеству даваемых знаний.

Также я взял себе парочку рекомендованных продавцами книг про элиту магического общества — аристократов, как и про чистокровные родословные и про традиции магического мира. Вряд ли там будет хорошо известный Самайн и его ритуалы, но какие-то общие понятия там наверняка есть. Всё-таки в данном случае я иду в магический мир, а не он за мной, поэтому его традиции нужно уважать… все, кроме самых бредовых, конечно. Я не хочу оставаться маглом с палочкой или аврором с тем же самым инструментом. А если ничего такого не изучать, то иного выбора не будет: министерство магии или аврорат (мракоборцы). Там хватает маглорождённых, которые не знают традиции или таких, как Уизли, которым тоже на оные плевать. А вот всё, что выше…. Там, наверное, чистокровный на чистокровном сидит и чистокровным погоняет, а других, тем более незнакомых с тамошними устоями, сразу давят и, как я считаю, правильно делают. Как представлю себе магический мир, воспитанный по идеям Уизли….

Сейчас и так мало личного пространства, много необоснованной и неприятной фамильярности, голословности… насколько я понял, от канона здесь нет серьёзных отличий, непротиворечащих логике, поэтому моим суждениям пока что можно верить, пока не будет доказано обратное.

Магический мир был практически перед носом. Теперь осталось лишь хорошо подготовиться. Тогда я буду и предупреждён, и вооружён. И никто мне в этом не сможет помешать.

Примечание к части

Гхм... вот, ловите большую вкусняшку) К сожалению, вообще без канона обойтись не удалось, но полной копирки вроде избежал.
Глава достаточно объёмная, но, думаю, вы справитесь! Я в вас верю.
***
Наверное, штамп с крутой палочкой тут всё же есть, но в этот раз он хотя-бы относительно оправдан как и возможным наличием осколка Волан-де-Морта, так и несколько иномирным происхождением нашего героя, что, я думаю, может быть символизировано с волосом фестрала - ведь это животное, связанное со смертью, которая нашим героем, видимо, была пройдена. В общем, не судите строго)

Часть 5, или Переулок: дубль 2

После того, как мы с Хагридом закупили оставшиеся мелочи, тот проводил меня до вокзала, к счастью, не до Кинг-кросс. А затем исчез, вручив мне билет. Не верю, что он такой забывчивый! Про платформу-то он должен был сказать… неприятно же, когда так с тобой.

После того, как лесничий удалился, я пешочком отправился в тот же самый Дырявый Котёл, к которому от вокзала всего несколько минут, так как он очень удобно находился, весьма близко к центру Лондона. Предварительно нацепив на себя школьную шляпу, я прошёл к заветной стенке. Бармен Том на меня внимания не обратил, поэтому я с чистой совестью постучал палочкой по запомненной мною комбинации кирпичей и выделил каплю магии на всякий случай. Арка послушно раздвинулась.

В этот раз я не торопился, а внимательно разглядывал каждую витрину, а в нескольких магазинах даже останавливался. Таким образом, я посетил книжный чуть поменьше, но и явно чуть менее одобренный министерством.

После упоминания слова «окклюменция», продавец долго мялся, тянул резину, но я не отступал, поэтому тот в итоге продал мне одну книгу и по секрету сообщил, что это последний у него экземпляр. Конечно, это не помешало ему завысить цену минимум раза в два, но оно того стоило: мне нужно было понять, чего ожидать от легилименции. Чтения ли мыслей, поверхностных ли образов…. И может ли легилимент промывать мозги.

В итоге я, полностью довольный жизнью, отправился к гоблинам в банк. Если бы я помнил из фанфиков правильное приветствие, то всё равно не стал бы пафосно здороваться — откуда я знаю, нормальное ли оно, или я сойду за чудака или кого-то похуже. В общем, я подошёл к одному из них.

— Здравствуйте, я хотел бы узнать спектр услуг, которые может предоставлять банк. Меня в первую очередь интересуют консультации.

Пожилой (по крайней мере, мне так показалось) гоблин внимательно на меня посмотрел, затем щёлкнул пальцами, и ко мне подошёл ещё один подземный житель, который и уточнил всё по поводу этого вида услуг. Оказалось, что час консультации — двадцать галеонов. И это при условии, что во время этого часа я могу беседовать о чём угодно, однако, ответы остаются на усмотрения консультанта. Расценки оказались, как по мне, грабительские, но откуда мне ещё взять относительно достоверную информацию?

Когда мы устроились в отдельной комнате, я тут же начал допрос:

— Итак, мистер….

— Рагнок. Меня зовут просто Рагнок, мистер….

— Поттер, сэр. Однако мне хотелось быть уверенным в том, что никто другой не узнает, что я был здесь.

— Конечно, мистер Поттер. Банк хранит секреты своих клиентов. Мы гордимся своей конфиденциальностью! Спрашивайте, — кивнул гоблин.

— Тогда… первое, что мне хотелось бы узнать, так это о существовании неких… поверенных, которые прикреплены к древним родам, к примеру, существуют ли поверенные Блэков или, предположим, Поттеров.

Рагнок несколько удивился, но ответил:

— Разумеется, мистер Поттер. Те должности, которые вы имеете в виду, существуют, однако, насколько мне известно, оба поверенные находятся в данный момент в бессрочном отпуске, поскольку последний из рода Блэк, как известно, в данный момент сидит в Азкабане, — я кивнул. Это я и без него знал. — А из рода Поттер ни разу так и не ответил на письма, которые были ему посланы. Если учитывать, что последним лордом Поттером был Флимонт Поттер, то услуги поверенного не требовались уже более… одиннадцати лет в обоих родах.

— Это… — я помедлил, — интересная информация, Рагнок. Есть ли для меня способ доказать, что я сын Джеймса Поттера? Ну, и, соответственно, могу быть наследником рода Поттер? Когда это будет доказано, то у меня появится немало вопросов…

— Да, способ есть, — задумался гоблин, а затем щёлкнул пальцами. Как я и ожидал, в лучших традициях фанона через полминуты в комнату принесли чашу и кинжал.

Когда меня проинструктировали, что делать, я задумчиво посмотрел сначала на лезвие, а потом на руку, которую мне сейчас требовалось порезать. Конечно, я предполагал, что произойдёт что-то подобное, но одно дело — читать, как абсолютно безбашенные, укладывающие трупы штабелями «попаданцы» делают это, а совсем другое — осознанно, в реальности, поднести кинжал и причинить самому себе боль.

Впрочем, заминка длилась недолго: крови требовалась всего капелька, поэтому я не стал терять время, собрался и одним движением аккуратно провёл острым лезвием над своим указательным пальцем левой руки.

После того, как я примерил артефактное кольцо на принадлежность к роду, мне пришлось попросить Рагнока вывести моего поверенного из отпуска. Вскоре мне была назначена встреча в банке через несколько дней. Стоило мне заикнуться о том, как можно добраться сюда, мне выдали портключ и сказали о времени его срабатывания. В общем говоря, через час я уже вышел из банка, а ещё через такой же промежуток времени уже осваивал снятую комнату в рекомендованной мне гоблинами гостинице.

Конечно, мой возраст не всех устраивал, но, как известно, лишние несколько галлеонов всегда могут чуть-чуть увеличить мой возраст для хозяина гостиницы.

Таким образом, я быстренько распаковался и рассортировал вещи: книги по окклюменции и прочие — «сомнительные» для идиота-который-выжил, я спрятал под защиту на крови. Остальное же расположил максимально удобно в открытый отдел.

Так и пошли серые будни: утром я мог просыпаться когда угодно, неспешно валяться в кровати и читать что-нибудь интересное. Потом обедал, причём всегда вкусно и по своему заказу, что очень радовало. Вы не представляете, как приятно перейти с полуфабрикатов, которые приходилось есть в чулане всухомятку, на различные деликатесы: птицу, рыбу, мясо, изумительно приготовленные в нескольких небольших ресторанах, которые, судя по всему, были не очень распространены в мире магии. Иногда я, когда мне надоедал их ассортимент, выходил из магической части Лондона и заходил в рестораны обычных людей. В чём-чём, а в хорошей еде они толк знали. Конечно, это было весьма расточительно, но иногда желание протранжирить некоторое количество денег перевешивало тем более, мне было известно, что это далеко не последние мои средства, да и увеличить их не так уж и трудно — начиная с патентов, которые я могу честно позаимствовать, и заканчивая Чемпионатом мира по квиддичу, счёт которого я помнил наизусть, а значит он идеально подходил для крупной ставки.

После еды я прогуливался по Косому Переулку, предварительно замазав шрам, и покупал то, что мне нравилось, или просто могло как-нибудь пригодиться. Я посещал великое множество магазинов, начиная с лавок зельеварения, которые, впрочем, мне не понравились из-за запаха, и заканчивая оборудованием для квиддича, которое меня особенно не интересовало. Мне и вправду было не так уж и любопытно, почему магическое сообщество так уцепилось за столь сомнительный вид спорта. Ну понравилось им? И ладно — кто я такой, чтобы что-то критиковать и запрещать что-либо?

Вообще, Косой Переулок мне очень понравился. Нет, не своей архитектурой или ещё чего, красотой. На самом деле больше всего мне в нём понравилась именно его жизнь: Косой Переулок был буквально переполнен ею. Все куда-то спешили, о чём-то беседовали, торговцы вели оживлённую полемику по поводу цены с покупателями: каждый был чем-то да занят. Вкупе с иллюзией (скорее зрительной, чем магической) узких улочек, казалось, что ты в крупном муравейнике. Волшебном.

После того, как я заканчивал дышать насыщенным магией воздухом, и моя прогулка подходила к концу, меня ждал номер в гостинице, где у меня начинались практические тренировки с магией, причём, как правило, в бытовых заклинаниях. Также там я раздумывал на счёт практического применения их различных вариаций при должном воображении. Для кое-каких заклинаний места было недостаточно, да и чинить ничего вокруг себя не хотелось, но это были уже мелочи, поскольку в целом я был практически счастлив: здесь мне можно изучать определённо интересную мне тему, спать, где хочу, и есть, что хочу. Конечно, это напоминало жизнь какого-то животного, но иногда даже такое времяпрепровождение необходимо для душевного равновесия, и это был как раз такой случай. Тем более, это всё равно не могло длиться вечно… ибо меня ожидал Хогвартс, к которому мне оставалось лишь как следует подготовиться.

********

Моя магическая мощь потихоньку увеличивалась, то ли благодаря тренировкам, то ли из-за довольно-таки насыщенного магией Переулка, то ли из-за взросления, но помимо очевидных преимуществ количественный рост энергии нёс в себе и множество недостатков.

Во-первых, снова страдал мой и так невысокий контроль. Как известно, чем больше магии, тем сложнее ей пользоваться. И справедливо это было в любых, как в придуманных, так и в нет, магических мирах. Вот и здесь, в мире, в котором я волею случая очутился, было точно так же. В общем, это оказался просто факт: даже маглорождённые, несмотря на отсутствие долгих веков селекции магического дара, имели на порядок меньший резерв, управлять которым было намного проще, чем те, которыми обладали потомственные маги.

Второй причиной, по которой это весьма неудобно, было то, что моё умение контролировать магию постоянно находилось в противостоянии. С одной стороны, я улучшал контроль максимально садистскими способами, а с другой улучшал резерв, который в свою очередь опять ухудшал контроль. Пусть это и не замкнутый круг, и всё это лишь шло мне на пользу, я всё равно весьма раздражался из-за этого. Впрочем, сейчас, хоть мне и хотелось, но колдовать было вовсе не так важно, поэтому я, затянув пояс потуже, продолжал тренировки.

Помимо этих практик я также много времени уделял движениям кистью, поскольку, подумав, а также вычитав об общественном мнении по этому типу магии поподробнее, я пришёл к выводу, что беспалочковое волшебство это не совсем то, чем стоит светить налево и направо. С этим типом магии, кстати, я не особенно спешил, потому что полгода уж точно можно обойтись и без неё. Именно поэтому я старательно разучивал движения палочкой для различных заклинаний. Кстати, проанализировав наиболее сложные из них, я пришёл к выводу, что для магии используется определённый язык жестов, а это значит, что с помощью этих движений вполне можно было построить как новые, так и старые заклинания, причём определённые жесты зачастую повторялись бы.

Примерно через неделю такого времяпрепровождения мне пришло письмо. Я хотел его проверить, однако, точного заклинания не знал, а воображения на проверку не хватало: как можно представить проверяющее на подлянки заклинание? Тем более, что несмотря на стабильность магического ядра, у меня до сих пор были проблемы с контролем, и из-за этого с письмом могло произойти всё что угодно, даже если бы я знал нужное заклинание. Благо моя паранойя несколько замолкла, когда я разглядел почтовую марку Гринготтса. От гоблинов я ничего особо пакостного не ожидал. Я же им ничем не насолил, правда ведь?

После его прочтения я расслабился, оказывается, это было лишь напоминание о грядущей встрече с поверенным Поттеров, которая состоится завтра. Между прочим, своевременное напоминание, так как я, действительно, это мог забыть.

***

Когда я активировал портключ, то ожидал чего угодно, начиная с тошноты и заканчивая дезориентацией и прочими неприятностями, но, на удивление, то ли гоблины не сачковали на их создании, то ли это преувеличение из книг, но ничего такого не произошло. Меня действительно подхватило что-то вроде невидимого крюка и переместило прямо в комнату к какому-то гоблину, причём нельзя было сказать, что ощущения были очень неприятными.

Непривычными — да, но ничего такого плохого, не в пример моим ожиданиям. Раз — и я на месте.

— С прибытием, мистер Поттер. Признаться, я был удивлён, когда получил уведомление от банка. Я уже думал, что такого дня, когда наследник, наконец, объявится, не произойдёт, — гоблин с кряхтением поднялся со своего места, — моё имя — Рогняк, и я являюсь поверенным рода Поттер.

— Очень приятно, Рогняк. Как вам уже известно, меня зовут Гарри Поттер. Может быть, мы перейдём к делам? — я сначала сказал, а затем, спохватившись, что это может быть невежливо, извинился. — Да, ещё я хотел сказать….Мне пока незнакомы правила и этикет волшебного мира, поэтому, если я вдруг сказал или скажу что-то не то….заранее извините, возможно, я даже не замечу, что сделаю что-то не так, — я вежливо пожал плечами.

— Ничего страшного, мистер Поттер, я и сам не особенно уважаю эти формальности, так что не обращайте внимания. И, действительно, мы можем перейти к делам.

Я вздохнул. Пора выяснять, есть ли у Дамблдора План. Ну, то есть я и так знаю, что есть, меня больше интересовала его глубина и продуманность.

— Как мне известно, мне должны были отправлять отчёты по поводу того, что мне нужно зайти в банк, а также по поводу состояния моих счётов. Это так?

Гоблин кивнул.

— Да, но не совсем. На счёт вашего прибытия, действительно, одно письмо было написано вам для получения наследства официально, а вот отчёты всегда отправляются магическому опекуну, если наследник не достиг возраста хотя бы пятнадцати лет.

— Позвольте узнать… — я затаил дыхание, — а кто является моим опекуном в данный момент?

Рогняк с недоумением на меня уставился.

— А вам разве неизвестно? Ваш магический опекун — Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор.

Я почти не удивился — чего-то такого и следовало ожидать.

— Видите ли, в чём дело… — максимально обтекаемо начал я, — я ни в коем случае никого не хочу обвинять, но о том, что я являюсь волшебником, «официально» узнал лишь неделю с лишним назад. О вышеупомянутом Альбусе Дамблдоре я узнал из довольно-таки сомнительного источника в этом смысле — от лесничего школы Хогвартс. А если говорить про ваши извещения… то за всю свою жизнь я получил лишь несколько сотен писем из Хогвартса. При том, что они были абсолютно одинаковыми по содержанию. Ни о каких просьбах зайти в банк я ничего не слышал тем более, что о магическом мире я знаю лишь около недели.

Рогняк мгновенно подобрался.

— Действительно, довольно интересное… дело. Видите ли банк Гринготтс никогда не лезет в дела своих клиентов, но здесь… надеюсь, вы не решили, что мы поверим вам на слово? Если судить по тому, что вы говорите, то это довольно серьёзное обвинение как банку, недосмотревшему за доставкой писем, так и вашему опекуну.

Я кивнул. В любом случае… это правда. И ничего такого мне неизвестно. Либо я избавлюсь от раздражающего опекунства, либо мне дадут некие «преференции» в банке в качестве извинений.

— В таком случае вы готовы подтвердить свои слова под использованием сыворотки правды?

— Разумеется, готов, — я пожал плечами, — да и зачем мне вам лгать?

И это правда — даже если меня будут спрашивать моё имя, я с чистой совестью могу сказать «Гарри Поттер», ибо другого у меня просто нет.

Тем временем мой поверенный не стал никого ни за что тянуть и связался с сотрудниками банка, которые уже через минуту пришли с флаконом зелья и листом пергамента, на котором был магический контракт, подтверждающий, что заданными будут лишь определённые вопросы. Я аккуратно изучил договор, чем заслужил одобрительный взгляд. Спустя две-три минуты всё было благополучно подписано и подтверждено каждым из собравшихся здесь гоблинов.

Я сел на стул, и мне дали ровно три капли зелья. И сразу поставили перед о мной антидот, как и было оговорено.

Разум сразу затуманился, мысли не подавали знаков о своём существовании, а единственным, что как-то влияло на сильнейшую меланхолию, захватившую меня, был голос моего поверенного, который начал задавать вопросы.

— Вы понимаете меня?

— Да.

— Назовите ваше полное имя.

— Гарри* Джеймс Поттер.

— Получали ли вы когда-нибудь письма с совами, если не считать письма из Хогвартса и письмо из банка, пришедшее к вам после посещения Гринготтс?

— Нет.

— Встречались ли вы в сознательном возрасте с человеком по имени Альбус Дамблдор или связывались с ним каким-либо другим способом?

— Нет.

— Это всё, мистер Поттер. Можете пить антидот.

Я с некоторым напряжением выполнил указание гоблина: мысли не желали складываться и уж тем более давать указания телу. Наконец, голова прояснилась. Контракт в ту же секунду рассыпался в пыль, как только был выполнен.

Двое других гоблинов ушли, остался лишь поверенный.

— Что же, мистер Поттер, у нас нет оснований вам не верить. По законам банка вы можете требовать компенсацию, — гоблин осклабился, — в разумных пределах, конечно. По этому поводу будет проведено расследование, и, если виновным в этом недоразумении действительно окажется Альбус Дамблдор, то лишение его опекунства — лишь вопрос времени.

— Тогда, надеюсь, директор не узнает об этом в ближайшее время? Ну, тогда, когда опекунства будет лишён, не так ли? Бюрократическая машина порой такая ненадёжная… — ухмыльнулся я, — то бумага куда-то потеряется, то ещё что-то случится с нею в дороге? Мало ли…

— О да, мистер Поттер, такие вещи не такая уж и редкость… — как-то слишком охотно согласился с моими словами Гоблин.

— Тогда, Рогняк, для начала я хотел бы обсудить моё положение в магическом мире…

Гоблин почуял неладное, но поделать ничего не мог.

— О, не беспокойтесь, обо всём понемножку… — под обречённый вздох осознавшего свою беду гоблина, я начал задавать бесчисленное количество вопросов, которые успели накопиться за неопределённый срок. Кто, кроме поверенного, заинтересован в правде? Никто на самом деле, но зачем ему лгать? Так что сейчас мы всё выясним… а потом я, может быть, извинюсь.

Примечание к части

* Вопреки сложившемуся мнению, Гарри - настоящее имя. Конечно, имя «Гарольд» , действительно, нравится мне больше. Да и привык я к нему как-то... но изменять серьёзное канонное определение волею своей левой пятки не собираюсь. И вам советую того же.

****
У меня сегодня день рождения! В общем, выкладываю эту главу в его честь) Ну, и из-за 50 плюсиков, это весьма и весьма вдохновляет...

Часть 6, или подробности

Я довольно потянулся и принялся с удовольствием приводить себя в порядок. Всё оказалось не так плохо, как я предполагал….

По итогам общения со своим поверенным я выяснил уйму важной для меня информации, и пусть она и не являлась закрытой, такие тонкости знали не все. Благодаря информации о волшебном мире из книг и не только я знал, какие вопросы задавать, и даже заранее имел список, который давно дожидался своего часа.

Начать, пожалуй, можно с первого вопроса, который я задал. Как ни удивительно, но спросил я гоблина про гоблинов — кто кроме них знает о себе лучше? На это Рогняк немного помялся, но ответил довольно подробно.

Во-первых, как я и предполагал, волшебники гоблинов на самом деле не побеждали, а те им, собственно, не проигрывали. По итогам множества войн не было ни тех, ни других. На самом деле от войны обе коалиции просто-напросто были истощены, поэтому тайным образом был заключён союз. А чтобы не ронять достоинства перед своими подданными, которые могли решить, что их правитель «прогнулся», и гоблины и люди стали учить своих детей тому, что именно они являются победителями в войне, когда на деле же была начата торговля, которая устроила всех.

Однако гоблины были урезаны в правах в магическом мире, например, невозможность иметь палочку и некоторые другие примененные к ним санкции, но никто не говорил про горы и подземелья, в которых они на самом деле жили и живут. С их расы взяли множество обетов и откупились банковской системой, а точнее монополией на неё, но при этом были разработаны договоры и обеты с кучей уточнений, которые просто всухую не давали банковским работникам произвола. Гоблины могли делать всё что угодно, предоставлять довольно широкий спектр услуг, посредничать, заниматься контрабандой по людским меркам, но в итоге они стали именно хранителями золота, а не владельцами всех денег в мире. Взамен они были обязаны вести себя честно по сравнению с обычным поведением гоблинов, которые могли дать любому фору в хитрости, увёртливости и умении обманывать, не говоря ни слова лжи. Каждый банковский работник при выполнении работы чисто физически не мог лгать. Недоговаривать, отмалчиваться — сколько угодно, но лгать — нет. На самом деле эта информация не была официально запрещена к распространению, но ни в одной книге её не было. И узнать это можно было лишь у гоблинов и тех, кто с ними плотно связан. А поскольку консультации у гоблинов позволить себе могли немногие, да и не пришло бы в голову никому интересоваться историей банка и их расы, то об этом знают лишь те, кому это в действительности нужно.

В общем, всё это в итоге обернулось тотальным незнанием этих фактов среди волшебников, а министерству, да и гоблинам, было невыгодно их в этом просвещать. Если первым не хотелось, чтобы обыватели узнали, что маги не совсем победили в последней войне, то вторым просто выгодно незнание магов. Так и получилось, что знали это лишь те, кому это действительно необходимо: серьёзные контрабандисты, работники и наёмники банка и, конечно, все достаточно богатые люди, которым необходимо часто бывать в Гринготтс. Я сразу поверил этому, даже несмотря на выгоду моему поверенному, поскольку что-то такое в реальности уж точно имело место быть. Слишком много несостыковок. Ведь раз гоблины проиграли войну, то и алчный народ людской никогда не оставил бы им возможность наживаться на операциях с золотом.

Следующий вопрос, который был мною задан, касался, по сути, довольно безобидной темы, но почему-то вызвал несколько неоднозначную реакцию поверенного, который несколько напрягся, когда я лишь коснулся магических контрактов и их составителей.

Оказалось, что этот вопрос косвенно задел такую структуру как Отдел Тайн, с которой имели дела гоблины. После того, как я продолжил завуалированный допрос, выяснилось, что мой поверенный немного недосказал про такие мелочи, что настоящий Отдел является не только бутафорской частью министерства магии, но и намного более глубоким в задачах местом. В первую очередь эта организация получала нормальное спонсирование от гоблинов, а взамен им предоставлялись всевозможные контракты, рецепты создания которых были известны только им. На самом деле подлинные договоры составить было очень непросто, и занимались этим именно там.

Но, если верить гоблину, это лишь вершина айсберга. Отдел Тайн был настоящим Хранителем власти. Именно так, с большой буквы. Они следили за всем в Англии. За властью, политикой, даже за магловским миром. И делали это как следует. Это оказалось важной информацией, поскольку если бы я не задал этот вопрос, то на одного попаданца в Великобритании могло стать меньше, поскольку они следили в том числе и за спекуляциями между двумя мирами, а также за чрезмерным влиянием магов на немагическое население, пресекали возвышение магов на верхушки власти. Одним словом, по-настоящему следили за Статутом Секретности и взаимодействием между миром маглов и волшебников. Почему я мог исчезнуть? Да всё очень просто. Широко известная практика среди самых разнообразных вселенцев состояла в том, чтобы брать золотой галлеон, а затем переплавлять или как-то портить рисунок… и продавать монету по цене полновесного золота в магловском мире. Как уже понятно, рассчитано всё было на то, что курс галлеона был один к пяти фунтам, соответственно. Тогда как мера этой монеты в золоте была намного, намного дороже. Наверное, вы скажете, что у меня в любом случае ничего бы не вышло, поскольку на самом деле галлеон не из золота? Ложь. На деле всё правильно. И совершить такую спекуляцию можно, вот только насколько долго это осталось бы неизвестным? Так и получилось бы, что вскоре ко мне подошли бы неприметного вида люди, и я бы куда-то внезапно пропал. На опыты ли или ещё куда-то — никто не узнает. Может быть, меня, как важную политическую фигуру, и пожалели бы немного, но подсадили бы на огромный крючок, и никуда бы я с него не делся.

Ну да ладно, не буду себе портить настроение. Мне остаётся только радоваться, что всё-таки спросил про эти долбанные контракты и не влез в эти махинации. Таким образом, всё обошлось, и я выяснил, что в Отдел Тайн мне лезть не нужно никоим образом и что у них есть всё, а у меня ничего. Следовательно, и делать мне там нечего. Неизвестная никому организация, получающая деньги от гоблинов и из министерства одновременно, абсолютно независимая и обладающая ценнейшими артефактами, компроматом и прочими рычагами влияния… мне совершенно не нужна во врагах. Гоблин что-то прочитал на моём лице, но оценил то, что я сразу просёк, куда мне лезть не следует.

Дальше я спрашивал несколько более осторожно, но точно также выяснил всё мне необходимое. Краеугольные камни аристократии, то на чём она стоит, реальное отношение к маглорождённым и многое, многое другое. В общем, я внаглую пользовался своим положением наследника и мучил своего поверенного. Правда, часть информации, касающихся личных тем клиентов Гринготтса, я так и не получил, но общее представление о магическом мире, начиная с примерной политической и экономической систем и заканчивая его опасностями и возможностями, мне стало известно.

По окончанию беседы мы оба еле ворочали языками, но в итоге остались друг другом вполне довольны: гоблин понял, что я не одиннадцатилетний мальчишка, каким-то чудом зашедший в Гринготтс не по воле кукловодов, а чуть более опытный и довольно смышлёный подросток. Надеюсь, об этом выводе никто лишний не узнает…. Я же получил массу информации, которая поспособствует моему выживанию и комфортному существованию в дальнейшем.

********

Наконец, закончив с этим, я выяснил то, чем могли помочь мне гоблины взамен на информацию о небезгрешном Великом Светлом. Оказалось, что помимо того, что у меня совсем скоро не будет опекуна и желающих на эту должность вступить, услуга со стороны банка будет невелика по их меркам, впрочем, как выяснилось, мне она и не особо-то нужна, поскольку все мои текущие вопросы прекрасно решились при помощи денег.

Таким образом, по договорённости с поверенным своего рода я «заказал» себе учителя по этикету: важнейшему для будущего владельца состояния Поттеров направлению. Так как всё остальное я могу попробовать выучить сам, а вот по-настоящему правильное обучение этикету возможно только с преподавателем, поскольку самообразование никак не даст нужных рефлексов и понимания, которые просто необходимы для аристократа, которым мне предстоит стать. Я не был ни блюстителем чистокровности, ни, как это сейчас называют, «маглолюбцем», ни «предателем крови», а являлся чем-то средним: мне не были чужды ни желание выглядеть воспитанным и достойным своих предков, ни простой люд, с которым можно было пообщаться без экивоков и соревнований в искусности словесных плетений. В тоже время меня раздражала как спесь кого-то вроде Малфоев и их зацикленность на статусе крови (про который я, кстати, тоже выяснил у гоблинов), так и исключительная беспардонность, беспричинная фамильярность и абсолютное невнимание к простейшим правилам гигиены и умению вести себя за столом среди Уизли. Я был где-то посередине, но больше склонялся к аристократии, поскольку родословная и предки, которые не одно поколение давали мне возможности, прямо-таки предполагали, что я стану достойным их наследником.

Обойтись я решил лишь этим репетитором. Конечно, я мог бы набрать учителей по артефакторике, боевой магии, трансфигурации… но мне пока не хотелось. Насколько я знал, свежий взгляд может дать весьма многое, и я собирался этим воспользоваться тем более, что этот самый взгляд у меня дополняется умением работать и видеть свою собственную ауру, что, несомненно, сможет положить начало множеству идей, которых у волшебников до этого появиться не могло. Нет, я вовсе не думаю, что я один такой весь из себя единственный, но это преимущество уже само по себе существенно, поскольку сказать о том, что таких людей много, нельзя в любом случае, а мои преимущества так называемой «второй жизни» могут дать мне гораздо больше. Тем более, что я знаю ближайшее будущее.

Конечно, потом я могу и задуматься о поиске нормального учителя, но пока мой единственный рояль вполне может позволить мне заниматься самостоятельно. Да и если что-то не выйдет, я всего могу изменить своё мнение и обратиться за помощью.

Также помимо образования я всё-таки озаботился своей безопасностью. И, в частности, безопасностью своего рассудка. Как выяснилось, часть из фанона правда, часть — не очень. Искусство легилименции в лёгком виде позволяло читать лишь самые-самые поверхностные образы, которые могли быть уловлены скорее благодаря мимике, чем благодаря этому умению, которое развивало внимательность к эмоциям и лицу человека. Глубокая же легилименция в действительности при определённом умении позволяла копаться в голове у человека, но, во-первых, это было очень непросто, лишь мастера могли достать что-то важное. Во-вторых, у ребёнка запросто можно выжечь мозг, так как разум не готов к такому обращению. И, в-третьих, посредством копания в мозгах практически невозможно подделать воспоминания у другого человека. У себя — в небольших пределах — это сразу заметно, но у другого — практически нет. Другое дело, что так говорилось лишь про умение копаться в мозгах, но не про зелья….

Зелья в действительности давали огромные возможности. С их помощью и вправду можно было повлиять на чувства человека. Можно было сварить жидкий «обливиейт», «империус» и несколько других зелий, но на самом деле по-настоящему работать с разумом они не умели. Если первое зелье могло стереть память, то только в определённой области, но никак не конкретное событие. Второе, действительно, полностью подчиняло мага воле другого волшебника. Но и каралось использование такого зелья ещё сильнее, чем заклинание: пожизненное даже за варку. Эффект был практически тем же, хоть и чуть менее заметным. Тем более, что его воздействие можно сбросить точно также, пусть и чуть сложнее, чем и палочковый «империус». Жидкий «конфундус» — без комментариев, чуть более длительный эффект, чем при помощи палочкового заклинания. Зелья Дружбы и Ненависти, направленные на определённого человека — чушь, никто не может работать с разумом настолько тонко, даже мастера ментальных техник. На самом деле чувства имитировать легко: ослабить, притормозить мыслительный процесс, сымитировать похоть, эйфорию, страх — без проблем, и даже к определённому человеку. Другое дело — воздействие на разум на таком уровне, как дружба, доверие и прочие. На такое способны, возможно, какие-то мифические зелья типа Елейной мази, но вот вещей вроде зелий Дружбы, Доверия и прочих — практически не существует, особенно если ты уже составил мнение о человеке. Например, кроме как под «империусом» я точно никогда не буду полностью доверять Альбусу Дамблдору. Да и заклинание подчинения вовсе не заставит меня так считать, а просто лишит контроля своего тела.

Таким образом, я не сильно беспокоился на счёт того, что на мой разум повлияют так, что я этого не замечу. Но, тем не менее, я озаботился у гоблинов достойной защитой от поверхностной легилименции (от заклинания защиты не существует, по крайней мере, пассивной, так что даже «протего» не всегда поможет) и купил себе анализатор добавок в еду. К сожалению, те, что определяют конкретное зелье, стоят очень дорого, поскольку это работа настоящих мастеров артефакторики. Моя же защита выглядела очень просто: тонкая цепочка от легилименции и невидимое, но осязаемое кольцо.

Следующий вопрос был не совсем… правильно сформулирован, потому что я даже не знал, как его задавать. Поэтому я просто собрался, подумал, а потом вывалил на гоблина свои вопросы по поводу ауры мага, а также вопросы о существовании магического зрения.… В общем, расписал ситуацию, как мог, а затем поинтересовался подробностями.

Гоблин тогда, действительно, удивился, но кивком прервал мои нелепые мысли и начал излагать:

— Мистер Поттер, вы когда-нибудь слышали что-то о диагностирующих чарах? Те, которым люди обычно проверяют предметы на проклятия или проверяют клиентов на болезни в Мунго?

— Конечно, — я пожал плечами, — вы извините, но я пока не улавливаю связи. Хотя….

— Именно! — прервал меня поверенный. — Если бы магическое зрение, действительно, существовало, хотя, как по мне, это лишь домыслы излишне… гхм… впечатлительных людей, то оно бы мгновенно осушало волшебника. Для обучения такому даже в теории потребовалось бы невероятное владение своей силой, — гоблин тогда изрядно воодушевился, судя по всему, это была интересная для него тема, — конечно, какие-то слухи о таких умениях ходили, но, насколько мне известно, эти данные, действительно, относятся именно к последним.… Почему? Да всё просто, надеюсь, вы понимаете, что такой магический инструмент был бы невероятно полезным? Каждый бы захотел увидеть как враждебную, так и свою магию, поэтому, наверное, к счастью, что это невозможно. Конечно, существуют определённые заклинания, которые могут позволить как и оценить состояние магии волшебника, так и проверить помещение на остаточную магию различных типов, но они довольно непросты и затратны для многих современных волшебников, поэтому можете не беспокоиться: такого умения попусту не существует.

Я тогда внимательно выслушал гоблина, подумал, подумал….

— Раз не существует такого умения… может, придумали артефакт с подобным назначением? Например, какие-нибудь очки-половинки… — я с намёком спрашивал про Дамблдора.

— Нет-нет, что вы! — каркающим смехом рассмеялся в тот момент мой поверенный. Как оказалось, гоблины даже смеются иначе, — хотя его очки, безусловно, имеют несколько магических свойств. Неразбиваемость, защита от запотевания и прочие им подобные — это обычный набор заклинаний на очки в магическом мире. Для вашего уже бывшего опекуна это в первую очередь лишь часть его образа. Ничего такого сверхъестественного за ними не замечено.

Я расслабился, задал ещё парочку вспомнившихся вопросов, уточнил ещё кое-что, а затем тепло распрощался с гоблином и, наконец, отчалил из банка. Языки мы выболтали оба, причём не факт, что я больше. Представляю, каково сейчас Рогняку…. Впрочем, оно того стоило.

К школе я готов… относительно. Надо будет всё ещё раз проверить.

Примечание к части

Ну вот... ловите)

Как уже было сказано, это лишь мои теории, которые являются лишь предположениями, которые я сделал здесь реальными. Я до сих пор не могу определиться с многими вещами, но пока получилось так, и, я думаю, не совсем плохо.

И да, как вы заметили - эта глава переходная, и действия тут практически нет.

Часть 7, или Хогвартс-экспресс

В лучших традициях хорошего утра меня разбудило солнце, засветившее (нет, не фингал) мне прямо в лицо.

Итак… наконец, настало первое сентября. Сейчас как раз девять утра, мне самое время приготовиться морально и физически. Я придирчиво осмотрел себя в зеркале и остался доволен — узнать во мне мальчика-которого-почему-то-все-знают не так просто. Замазывать шрам я всё-таки не стал, но этого, впрочем, не требовалось — мои волосы, хоть и топорщились во все стороны, их всё-равно было достаточно, чтобы рассечённое проклятьем место было не видно на первый взгляд.

Конечно, я мог вообще просто избавиться от этого знака при помощи обыкновенной пластической операции или, как уже было сказано, просто замазать, но это может кому-нибудь не понравиться — Волди окажется без символа того, кто его победил, мало ли, что ему тогда в голову придёт? У Дамблдора будет аналогичная ситуация, а ходить к нему за лимонными дольками и задушевными беседами, почему мне не нужно скрывать символ победы над «злом» — не моё. Может, кому-то и понравилось бы по каждому пустяку ходить к самому директору, Великому Светлому и прочее-прочее, но я к таким точно не отношусь.

Тем более, что я как-раз иду смотреть и участвовать в очередном номере — попытка набиться ко мне в друзья так или иначе сама собой напрашивается после происходящего с Хагридом, который изо всех сил старался засветить мне философский камень или его подделку, а также промолчать по поводу прохода на платформу. Если это дело нашего дорогого А.П.В.Б.Д, то в случае, если он такой плохой, он обязательно продолжил бы этот далеко не самый качественный театр и подослал бы ко мне «верных друзей», через которых можно отлично подталкивать к скорейшему формированию Гриффиндора Головного Мозга. А если Дамблдор опустится и до зелий… Как я уже говорил, искусство зельеварения всё-равно не стоит забывать, ибо всего пару составов на отсутствие критической оценки или какой-нибудь состав, вызывающий излишнее любопытство, если такое есть, и вести диалог над тем, кто меня травит, уже не имеет смысла.

Если это и вправду произойдёт, и наш глава Визенгамота настолько низко пал, то это бесповоротный Дамбигад и верить после этого ему я никогда не буду, и пусть только попробует завести свою шарманку о всепрощении и втором шансе. Если ему так нравится — пусть даёт вторые шансы хоть каждый день, но я не обязан делать как он и не собираюсь. В общем, пока мне остаётся лишь верить, что все вышесказанное я лишь придумал в связи с прогрессирующей паранойей, а не из-за того, что в предках у меня мог быть какой-нибудь местный Нострадамус.

В десять часов пятнадцать минут я уже проходил сквозь платформу, на которой уже стояли Уизли и каждую минута-две повторяли о том, сколько здесь маглов (идиотская фраза, чтобы привлечь внимание. Вообще, слово магл — отвратительно и неприятно звучит, и будь канонный Гаррик хоть немного разборчивый в поисках друзей, то никогда не стал бы дружить с Уизли, которые уже при первом знакомстве начали устраивать дискриминацию, как бы так сказать, по магическому признаку. Если есть магия — «маг». С чем ассоциируется? Правильно, с каким-нибудь Мерлином, который горы пальцем сворачивал. А если нет, то противное слово «магл». С чем ассоциируется? как по мне, так с кличкой или каким-то очень обидным прозвищем, причём без повода и причины выданным. Таким образом, Уизли, да и другие маги заранее ставят себя выше даже по звучанию и произношению этих двух слов. Если «магл» выплёвывается изо рта, то «маг» выходит со всем величием, с посохом, ступая по головам слабых (читай, маглов). Конечно, я сильно утрирую, но расизм в волшебном мире просто зашкаливает, и вышеуказанное не сильно далеко от истины, пусть маги, когда это произносят, и сами несильно задумываются об этом. Суть-то не меняется…

После того, как я преодолел платформу, которая, впрочем, не сопротивлялась, то сразу пошёл в свободное купе, решив не блокировать его сразу, а подождать первых гостей, если таковые будут, а потом уже судить. Если Уизли меня специально будет искать, то «коллопортус» быстро решит проблемы и с Драко, и с Роном, и с Гермионой, которые изначально должны просто выбесить меня, если их поведение недалеко ушло от книжного.

К счастью, долго предаваться раздражению не вышло — я чисто физически не мог постоянно быть в напряжении и предвкушать неприятности, поэтому меня, наконец, отпустило. Я расслабился, удобно разместился на половину посадочных мест, накрылся захваченным с собой пледом и достал книгу, которая простым и понятым языком рассказывала о различных бытовых и шуточных чарах. Каких их только не придумали! Чего стоили специализированные чары по стирке вещей, или, например, отличный сглаз, зачем-то усиливающий насморк у цели. Нет, конечно, это может сойти как изощрённый способ смертоубийства, если вложить достаточно сил и забить носо-глотку малоаппетитной субстанцией, но такой смерти я не пожелаю никому. В принципе, странное заклинание, но эффект я на всякий случай записал. Зачем-то…

Через минуту ко мне постучались. Я открыл дверь и уставился на круглолицего, неуверенно жмущегося у двери, мальчика. Это был, судя по всему, Невилл Долгопупс (или Лонгботтом?).

— Извини, ты случайно не видел здесь жабу? Она постоянно от меня убегает!

Я доброжелательно улыбнулся, показательно показав ему свою книгу и показывая, что жаб я тут точно не высматривал.

— Я бы рекомендовал не раздражать других учеников, а обратиться сразу к старостам, они наверняка знают подходящее заклинание. Мне то несложно ответить, а кто-то может к тебе и придраться… кстати, как тебя зовут?

— Да…ты прав! — мальчик энергично закивал, — Я — Невилл Лонгботтом (всё-таки мой внутренний переводчик перевёл именно так…).

— Я — Гарри Поттер. Кстати, если хочешь, то, как найдёшь жабу, приходи сюда — вместе сидеть всяко веселее…

Невилл немного удивился мне, но лишь поблагодарил за совет и ушёл, чтобы через пару минут вернуться вместе со своими вещами и продемонстрировать своего питомца. Я не поленился и помог ему разложить их, а после чего, как я оценил жабу, ненадолго повисла тишина. Впрочем, действительно ненадолго, так как уже через пару минут мы не сдержались и постепенно барьер отчуждённости между нами стал спадать. Всё-таки я мог быть хоть тысячу раз попаданцем, но это не отменяло того, что мне не хватало обыкновенного общения, когда от твоего следующего слова не зависит твоя жизнь, здоровье, или деньги. Конечно, частично я утолил жажду общения со своим репетитором по этикету, но она, как водится, была очень интеллигентной особой и не одобряла неформальные способы общения.

Так что уже через пару минут я старательно выспрашивал у своего первого знакомого о его жизни. Лонгботтом рассказывал без особых проблем, но часть информации недосказывал, впрочем, я его понимаю: не каждому приятно рассказывать, как тебя шпыняет бабушка в особо тяжкой форме. Но о его раннем увлечении травологией он рассказывал с особым удовольствием: по нему явно плачет Хаффлпафф (Пуффендуй?) вместе с профессором Спраут (Стебль? Как-то неэтично).

Я же рассказал Невиллу про своих дражайших родственников, а также про лесничего Хогвартса, который приходил меня забрать. Лонгботтом впечатлился и посочувствовал как моим родственникам, как грации и чувству такта Хагрида. Я не настраивал его против него, а просто намекал, что он, конечно, добродушный, но больно наивный и простой, и что у него могут быть свои понятия на счёт того, что хорошо, а что плохо, что опасно, а что не очень.

Через какое-то время купе снова открылось, и к нам ввалилась одна из рыжих шевелюр. Рон в лучших предполагаемых традициях Уизли влетел к нам с грацией хромого тролля, и, не представившись, уселся в наше купе, неуклюже что-то пробурчав про то, что «мест нет», при условии, что мы уже час с лишним едем. Я тактично промолчал об этом.

Я хмыкнул и нарушил этим тишину, которая установилась после такого подъезда.

— А как тебя зовут хоть? Это — Невилл, а я — Гарри.

— Рон. Рон Уизли! А вы знаете, на какой факультет поступите? А за какую команду по квиддичу вы болеете? — Рыжий начал со скоростью пулемёта забрасывать нас вопросами, даже не дожидаясь ответов.

Ему, судя по всему, не хватало общения до этого, раз уж он начал нас так бомбардировать.

— Я до этого жил у родственников неволшебников, — я пожал плечами, — поэтому я не успел познакомиться с квиддичем как следует, но мне эта игра не очень нравится заочно.

Конечно, я сейчас мог сколько угодно рассказывать о том, какие идиотские правила у квиддича, но на самом деле мне даже как-то стыдно копировать чужое мнение тех, кто писал так помогающие мне фанфики.

— А на счёт факультета я ничего не могу сказать, поскольку каждый по-своему хорош. На Слизерине можно завести полезные связи, это поможет в жизни после школы, но это не лучший факультет для Мальчика-который-почему-то-жив, — Невилл хмыкнул, — Гриффиндор же — хороший факультет именно для моего титула, но не для меня, поскольку иногда я всё-таки предпочитаю подумать, прежде чем куда-то лезть. Ну, и Райвенкло и Хафлпафф наиболее удачные для меня варианты. Первый — потому что я не вижу ничего плохого в том, чтобы учиться в школе, — я выделил последнее слово, — а второй, потому что там отлично можно адаптироваться к школьной жизни и не обращать внимание на межфакультетское соперничество между Львами и Змеями.

— Интересная точка зрения, — заметил Невилл. Рон же вообще, похоже, не врубился, что я — Поттер, и что тут произошло, — я никогда не раздумывал об этом с такой стороны.

Я пожал плечами.

— На самом деле, я думаю, эти факультеты не имеют большого значения, поскольку уровень образования на каждом из них одинаковый и разницу найти можно лишь между деканами и их отношением к своему и чужим факультетам. Ну, и, соответственно, к предметам, которые деканы преподают. — я перевёл дух,

— Вот, например, Слизеринский декан — профессор Снейп, который преподаёт зельеварение. Он не любит другие факультеты, особенно Гриффиндор, но вроде-как выгораживает и защищает своих учеников. — я покачал головой на такое отношение, а затем продолжил,

— Или профессор Макгонагалл, которая, насколько мне известно, точно также защищает своих учеников и чуть менее радуется другим, но несколько более строгая в отношении нарушений дисциплины — если кто-то накосячил, то ей без разницы, какой это факультет, а в отношении уроков она ставит чуть больше баллов именно Грифам.

Я тоже неодобрительно хмыкнул на это, пока Рон приходил в себя после того, как я не обозвал Снейпа.

— Профессор Флитвик, насколько мне известно, является деканом Когтеврана и преподавателем чар, и непредвзято относится к каждому ученику, — с явным одобрением отозвался я на такой подход,— ну, и, напоследок, профессор Спраут, декан Пуффендуя и преподаватель травологии. Точно также, как и профессор Флитвик, она не видит разницу между факультетами и тоже очень любит свой предмет. Она, как и большинство барсуков, очень дружелюбна со всеми. — Я с удивлением даже для себя сделал вывод: — так и получается, что выбирают себе скорее декана, чем факультет, поскольку именно от них сильно зависят свойства каждого из домов. Ну, кроме как у МакГонагалл, даже у неё не выйдет вылечить Гриффиндор Головного Мозга — эта такая болезнь, когда человек не думает и лезет куда-то напролом.

Невилл задумчиво покивал,

— А откуда ты столько знаешь? Нет, я не обвиняю, но как тебе это знать, если ты вырос среди неволшебников.

— Я целый месяц жил в Косом Переулке, и интересовался школой у доброжелательных продавцов, которые не против почесать языком, — я же не хочу рассказывать, что знаю канон, и всё уточнял у поверенного? Я поинтересовался школой, на что гоблин и выдал эту информацию. Скорее всего, кто-то сливает всё банку, чтобы работники Гринготтса заранее знали что-то о своих клиентах. — Да и у Флориана Фортескью за стаканчиком мороженого можно пообщаться с парочкой молодых посетителей, — я неопределённо мотнул головой.

Рон и Невилл с пониманием покивали, и переключились друг на друга. Каждый из них с восклицаниями стали обсуждать преподов и моё мнение об этом. Я не стал вмешиваться — у меня итак чуть язык не отсох во время рассказа. Надеюсь, это поможет Невиллу определиться с факультетом и здравый смысл перебьёт суровую бабушку Августу.

********

К счастью, помимо продавщицы сладостей, к нам никто больше не заглянул, поэтому путь до Хогвартса прошёл без особых проблем. Рон, как я и ожидал, оказался невоспитанным и нетактичным вплоть до абсурда, особенно меня умиляло, как он ел купленную на мои деньги шоколадную лягушку и во время того, как она брыкалась у него во рту, вёл беседу. Разумеется, звучало это очень… специфично, и даже Невилл то и дело морщился.

Лонгботтом же оказался не таким тюфяком, как предполагалось, но и не его образцом точно, поэтому я с особенной страстью уговаривал его идти на Хаффлпафф, ибо ему действительно там самое место. Невилл бледнел, Невилл краснел, но между бабушкой и мною действительно была разница, поэтому он лишь согласился подумать над этим. И когда? А, ладно, я уже помог ближнему своему, а дальше… спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Я и так дал ему пищи для размышлений…

Хогвартс был всё ближе и ближе… а я потихоньку начал нервничать перед неизведанным.

Когда машинист объявил, что через пять минут наша остановка, то мы быстро переоделись и выгрузились из поезда прямиком в стайку первокурсников. В общем, замок ждал меня, а я его, и, хотелось верить, встреча оставит хорошие впечатления у нас обоих.

Примечание к части

Глава переходная, здесь ничего особо интересного.
Я постарался чуть-чуть отступить от канона, ибо мне, например, было бы очень грустно читать раз за разом одно и то же под другой "подливкой"...
Хорошего дня!

Часть 8, или распределение

Каждого преподавателя тем или иным образом касалось предстоящее распределение. Всё-таки не каждый день проходит церемония, которая даёт несколько десятков ходячих проблем на целые семь лет, если не повезёт. Правда, в этот раз преподаватели руководствовались не только этим….

Альбуса Дамблдора в первую очередь волновал Избранный и его окружение. Ему было важно, кем и как вырос мессия Света. Всё-таки не хотелось внезапно узнать, что Дурсли вели себя хуже или лучше, чем предполагалось. Герой должен расти именно в непростых условиях. А те черты характера, которых пока ему недостаёт, можно будет легко привить в течение нескольких лет в школе….

Северуса Снейпа беспокоил не только Гарри Поттер, который являлся одновременно сыном его возлюбленной и его злейшего школьного врага, но и Драко Малфой, крестник.

Малфой старший настолько заботился о своём наследнике, что, как следствие, сильно его разбаловал. Да и хорошие манеры поведения, привитые ему Нарциссой, очень плохо сочетались с теорией превосходства над всеми и вся Люциуса. То есть сочетались отлично, но в итоге, как наблюдал в Малфой-мэноре Северус, это вылилось в то, кем Драко наверняка стал — павлином, который считает себя лучше всех, причем совершенно не скрывающий этого, а выставляющий напоказ. При условии, что все его подвиги заключены в словах «мой отец» и однокоренных ему.

Так что у профессора зельеварения прибавилось проблем… а если учитывать неоднозначный намёк директора на «быть чуть-чуть построже с Гарри Поттером», то дело начинало принимать ещё более неприятный оборот: ему не хотелось продолжать лгать. А кого он обманывает? Ложь — неотъемлемая часть его жизни. Впрочем, вести себя построже с отпрыском Джеймса будет не столь сложно… впрочем, на Поттера зельевар посмотреть ещё успеет.

Других профессоров тоже в той или иной мере интересовал Гарри Поттер. Некоторых в виде символа освобождения от террора лорда Волан-де-морта, а некоторых он интересовал в качестве сына Джеймса Поттера и Лили Эванс, которых отлично запомнили все старожилы в этом замке. Например, Филиус Флитвик хотел знать, передался ли талант к чарам от матери и отца к их сыну. Минерву МакГонагалл же интересовал талант к квиддичу, который должен был перейти от отца к сыну, а также трансфигурация, к которой опять же склонялся отец. Лили тоже безупречно выполняла все задания, но тем не менее сразу было видно, что именно у Джеймса был талант.

Как ни странно, но Квиринуса Квиррелла же ничего из этого не волновало, помимо головной боли, которая с недавних пор начала его донимать, а также необходимости мысленно пересказывать всё, что происходило вокруг своему «соседу». Теперь одержимому приходилось делать это постоянно, иначе он получал профилактический ментальный удар через образованную между ними связь, причём по «качеству» ощущений он иногда в чём-то мог посоперничать даже с проклятием боли….

Наконец, все преподаватели уселись на своих местах. В этот момент даже они на некоторое время могли поддаться очарованию Большого Зала. Выглядело всё и вправду просто изумительно, и даже время не позволяло учителям так просто привыкнуть к такому великолепию.

Золотая посуда, кубки и столовые приборы прямо-таки сверкали, причудливо отражая разнообразие освещения в зале, которое начиналось с канделябров и заканчивалось мягким идущим неизвестно откуда светом, который освещал, казалось бы, самые тёмные его уголки. Сверху, на пару со звёздами, сверкали свечи, которые россыпью покрывали весь потолок, выглядевший так, будто его и не было. Поэтому создавалось ощущение, что праздник происходил на открытом воздухе, а не в старинном замке. Директор, сверкающий своими глазами за очками-половинками, а также остальные преподаватели, одетые во всё, по их мнению, парадное, тоже добавляли необычности происходящему. Атмосфера Большого Зала превосходно создавала ощущение чего-то большего, чем просто общефакультетской столовой.

Наконец, профессор МакГонагалл, место которой было единственным свободным среди преподавательского стола, вошла в Большой Зал. За ней, тихо переговариваясь и негромко (как им казалось) вздыхая, шли первокурсники, во все глаза рассматривающие открытое им великолепие.

Когда будущие Барсуки, Орлы, Львы и Змеи прошли между столами Гриффиндора и Пуффендуя, профессор остановилась рядом с табуретом, на котором лежала архаичных времен остроконечная шляпа. Затем развернулась к внезапно ещё более оробевшим первокурсникам и объяснила им их нехитрую задачу по примерке этого артефакта.

Вдруг шляпа зашевелилась. У неё появилось что-то вроде импровизированного ротового отверстия, и она внезапно начала свою песню, которую придумывала весь предыдущий год.

********

Удивительное дело, но песня звучала довольно рифмованно. Конечно, с моим восприятием английского текст отличался как от книжного перевода, так и реального варианта, но это вовсе его не портило. Единственное, что подкачало, так это голос, впрочем, тут винить некого — какой есть. Меня больше беспокоила сама церемония: МакГонагалл уже объявила про церемонию распределения и сейчас проговаривала фамилию за фамилией. И в это время столы факультетов постепенно пополнялись новыми учениками. Того гляди, объявят и меня.

Тем временем вызвали Невилла, на которого я лелеял большие надежды: если он не попадёт в Гриффиндор, то сразу поймёт, зачем я отговаривал его от поступления в этот дом. Ему действительно лучше будет на любом факультете, помимо Слизерина. А если учитывать, что он не самый умный, но трудолюбивый, то у него остаётся лишь один, наилучший вариант.

— Невилл Лонгботтом!

Мальчик медленно вышел из строя, затем на что-то решился и сел на табурет, решительно ожидая, пока шляпа упадёт ему на голову. Через минуту Шляпа выдала свой вердикт.

— Пуффендуй!

Пока Невилл шёл к столу, я мельком глянул на директора. Тот подтвердил мои подозрения, несмотря на по-прежнему доброжелательную улыбку, было видно, что он чем-то не слишком доволен. Ну да, на второго избранного труднее влиять, если первый не подходит. Впрочем, я уже не выгорел: по моим дорогим очкам и уверенному виду сразу можно понять, что я не совсем тот, на кого рассчитывал любитель лимонных долек. Как бы там ни было, действительно, на что он рассчитывал? Есть ключ — раз. Есть время — два. Есть желание выглядеть не бомжиком — три.

Между тем, Рона отправили к своим братьям в Гриффиндор. Ему там самое место. Я старался оценивать его непредвзято, но, как не старался, ничего хорошего в нем не нашёл. Как по мне — ничего хорошего, помимо беспардонной прямоты и наивности. Ярлыки вешает только так: «они же все там тёмные» и так далее. Своего мнения не имеет, понятий порядка и аккуратности не знает, за столом вести сейчас будет, я думаю, не лучше, если судить по поезду. Ну, и если добавить зависть ко всем, кто лучше тебя и общую репутацию Уизли… ах да, ещё он даже учиться не будет, единственное, что он умеет — волшебные шахматы. И то, наверное, потому, что фигуры его хорошо знают и слушаются без проблем.

— Гарри Поттер! — вызвала меня МакГонагалл.

Все взгляды мгновенно обратились ко мне. Начиная с недоумённого и обиженного Рона, который так и не понял, с кем едет, заканчивая Малфоем, который прошёл мимо нашего купе, не найдя моего шрама.

Я неторопливо прошёл к артефакту Основателей и позволил нацепить его себе на голову. Никакая окклюменция тут не поможет, да и не собирался я.

— Ну, здравствуй, Шляпа. Кстати, мне всегда было интересно… что или кто ты? Одна или несколько душ Основателей? Демон, вызванный при помощи контракта? Или, может, просто псевдоразумное существо?

— И вам доброго дня, молодой человек. Нет, нет, и да - я артефакт, напрямую связанный с Хогвартсом. Мощности школьного источника магии отлично хватает для моего существования. Я же имею псевдо-разум и вложенные в меня способы оценки учеников для отправления их на факультеты. Впрочем, давай перейдём к распределению. Куда ты хочешь?

— Слушай, а ты никому не расскажешь, что я не совсем Гарри Поттер? Ну, есть такой запрет для ограничения власти над душами и умами детей для директора и учителей?

— Не беспокойся, единственный повод для того, чтобы что-то такое рассказать — угроза существованию Хогвартса. А ты наоборот желаешь немного ему помочь, если верить твоим знаниям. Так на какой факультет ты собираешься? На тебя уже косятся, конечно, наш разговор идёт быстрее, чем в реальности, но тем не менее…

— Ты и так видишь. Я предпочёл бы Когтевран или Пуффендуй. Что мне больше подойдёт, по-твоему? Всё-таки окончательный выбор должен быть за тобой. Ты лучше знаешь, где мне будет лучше всего.

— Мм… ладно. Надеюсь, Кандида переживёт тебя там. Ты не сильно выбиваешься из образа ученика этого дома…

— Когтевран!

Пока я ставил шляпу на табурет, висела тишина, а затем мой факультет радостно мне зааплодировал. Я аккуратно кинул взгляд на Альбуса. Тот несмотря на свою доброжелательную улыбку был не очень-доволен, но и сильно огорчённым не выглядел.. Это-таки был долгоиграющий план... но директор пока не так уж и плох. Вообще, определиться с его восприятием сложно - слишком уж он неоднозначен.

Конечно, я не был одним из тех людей (попаданцев), которым просто нравилось ломать чужие планы. Я не считал директора заранее плохим человеком, я хотел составить о нем своё мнение, анализируя каждый поступок, а не все в общем. Конечно, хорошим его уже не назовёшь, но мне хотелось знать его истинные мотивы. И сделать это можно было, лишь посмотрев на его манипуляции со всех сторон, которых мне известно очень много. В принципе, абсолютно плохих людей не бывает: каждый абсолютно уверен, что он поступает правильно, иначе такой противоречивый человек, который поступает не так, как хочет, не смог бы существовать тем более так долго.

Другое дело, что именно меня долькоман выращивает в качестве свиньи на убой. Одно дело, если Дамби честно взял бы Поттера к себе, дал бы ему семнадцать лет счастливой жизни, попутно обучая Высшей магии. А затем честно бы рассказал, что так вот получилось, и другого выхода он не нашёл. Что ему очень жаль и всё такое. То я бы тогда, может, и не держал зла на него, но, разумеется, не стал бы прыгать под аваду (если бы это был, действительно, я). Но, увы… я не получил даже этого, а наоборот практически всего лишился не без его помощи. А если учитывать, что все аристократы за или против него очень вовремя умирали… в общем, пока оставим это на будущее.

Тем временем за моим столом царило некоторое возбуждение. Два или три человека пожали мне руку и представились, но затем всё постепенно утихло. Пока я запомнил лишь Энтони Голдстейна, смутно знакомого из канона, а также Терри Бута и Пенелопу Кристалл, которая, как я знал до этого, является старостой. Ещё мне запомнился Майкл Корнер, печально известный ухажёр Седьмой Уизли. В общем, ещё после парочки первогодок (я встрепенулся, лишь услышав, как Падма Патил попала в Рейвенкло) шляпа, наконец, была убрана, и МакГонагалл уселась на своё место.

После того, как Дамблдор со всеми канонами обозвал каждый факультет и приказал домовикам доставить еду, все факультеты, кроме, разве что, Гриффиндора, относительно затихли. Только там Рон мог говорить с набитым ртом, а Гермиона не есть из-за жажды знаний. А Перси страдать из-за её неуёмного любопытства. Конечно, за всеми факультетами не было абсолютной тишины, однако, беседы не мешали приёму пищи, они были негромкими и весьма содержательными, в отличии от факультета Львов, на котором, в теории, тоже хватало аристократов, но почему-то они об этом забыли. Особенно выделялись Уизли. Но чего это я к ним так прикапываюсь?

Наконец, пир закончился, и все факультеты после краткой речи о Запретном Лесе и не менее запретном коридоре были отправлены в сторону своих спален.

Я шёл уже порядком уставший от этого дня, и меня уже ничего не могло впечатлить, начиная с древней архитектуры и заканчивая количеством живых портретов и движущихся, куда глаза глядят, лестниц. Но ничего, я ещё успею всё осмотреть чуть позже...

После стандартной речи о своём факультете и его величии я, наконец, смог добраться до своей постели, которая настойчиво меня звала. Я не смог противиться её зову и, упав в её объятия, мгновенно уснул.

Примечание к части

В общем, потихоньку пошло-поехало что-то новое)
Глава, если честно, сыровата - править ещё и править. Будем верить в публичную бету - со всем она не поможет, но хотя бы с орфографией всё будет в порядке.

Часть 9, или зельеварение

Пробуждение вышло приятным. В первый день я решил не утомлять себя зарядкой, но клятвенно себе пообещал, что это только в этот раз, а в дальнейшем филонить я не буду. Тем более, что мне необходимо разыскать себе нормальное место для разминки. Я же не самоубийца, просыпаться в пять утра только для того, чтобы два часа искать способ спуститься с шестого этажа на первый и выйти из замка? Да пока я спущусь и поднимусь, уже разминка никакая не нужна будет! Поэтому я либо выберу какой-нибудь пустой класс попросторнее, либо по-быстрому откопаю Выручай-комнату. Впрочем, я пока не решил, какой вариант лучше — пустой класс не такая удобная вещь, как комната Основателей, но с другой стороны, если я так просто раскопаю её, это будет слишком подозрительно: даже за семь лет обучения лишь немногие из учеников смогли её обнаружить. С другой стороны я ещё успею об этом подумать… сейчас же мне следует идти заняться делом, а не шлифовать планы по захвату мира.

Вчера я не успел как следует рассмотреть окружающую обстановку, но сейчас мне ничего в этом не препятствовало — мои соседи до сих пор сладко спали. В отличие от них я привык вставать несколько раньше, чем другие. Спальни меня, в целом, очень порадовали — синие тона очень приятно и гармонично смотрелись вместе с окружающим меня интерьером. Мебель была явно непростая, уж точно попроще королевской, но тем не менее была выполнена не из самых дешёвых материалов и не самыми криворукими людьми, поскольку стиль явно просматривался. Вообще, нареканий никаких не было, да и место под личное пространство имелось, чему я был весьма рад. Всё-таки я в тайне беспокоился, что с этим тут будет туго, а я как-то не особенно привык постоянно находиться с кем-либо поблизости. Некоторое общение ещё никому не вредило, даже жителю чулана, но постоянно находиться в толпе мне претило и как вселенцу, и как Гарри Поттеру.

Я решил не терять время почём зря и пошёл заниматься утренними процедурами. Ванный комплекс меня тоже порадовал: тут всё было как следует. Нас в комнате было всего трое, поэтому два душа явно радовали, как и два умывальника. К счастью, туалет был всего один. Вода регулировалась с некоторой задержкой, но это лишь мелочи: мне-то уж точно грех жаловаться.

По-быстрому приведя себя в порядок, я запихал все учебники в безразмерную сумку (а почему, собственно говоря, нет? она небольшая), потом спустился в гостиную и стал дожидаться старост или хотя-бы кого-то старше первого курса, кто мог помочь не заблудиться по пути в Большой зал. Я же пока уселся в кресло и с удовольствием стал читать Д. Толкина, который всё-таки нашёл себе место среди моей библиотеки. Тем более для меня было весьма символично читать о мире с мифическими существами, часть которых имелась и здесь. Особенно мне нравилось сравнивать эльфов обоих миров. Всё-таки одних я видел в кино, а других у некоторых аристократов, которые то и дело сворачивали в Лютный за время моего присутствия в магическом мире.

Как ни странно, но первая живая и даже относительно бодрая человеческая особь вышла из спальни девочек. Пенелопа Кристалл собственной персоной с удовольствием проводила меня на ранний завтрак.

В этот раз Большой Зал уже не сверкал всеми цветами, но тем не менее выглядел неплохо. Профессоров ещё практически не было, как и учеников, свечи тоже отсутствовали, но небо, которое только начало отображать утренние цвета, как бы намекало, что ещё практически никто, кроме двух жаворонков пока не проснулся. Впрочем, двое нас было недолго — следующий ученик из Пуффендуя сел к себе за стол, не успел я доесть свою яичницу. К счастью, тыквенного сока на столе не было, и порадовали меня чаем. Хотя чего это я? Ведь именно англичане же так уважают чай? Это к лучшему….

Не успел зал наполниться, как мы с Пенелопой ушли в свою гостиную. К счастью, ей не нужно было ждать однокурсников — в этот день было не её дежурство, поэтому в этот раз я с удовольствием слушал её непринуждённые рассказы о жизни в Хогвартсе и заодно старался как следует запомнить маршрут до своей гостиной. Всё-таки, чем раньше я обрету автономию, тем лучше. Не то, чтобы я был против такой компании, но лучше мне самому знать замок. И желательно как можно лучше.

Одним словом, день начался неплохо.

После того, как все окончательно проснулись и позавтракали, всех первокурсников согнали в гостиную, и даже для страдающих топографическим кретинизмом не было пощады — выловили всех. Зачем? Да всё просто.

Как оказалось, нас просто нужно было загрузить негласными обычаями и правилами нашего факультета, а также особенностями преподавания, что дежурный староста-старшекурсник с успехом и проделал. Его слова с лёгкостью подтвердили канонную нелюбовь к преподаванию у Снейпа, требовательность к формальностям и правилам у МакГонагалл, а также дружелюбие и готовность помочь Флитвика и Спраут. Не обделили словами и отношение факультета к баллам — в целом наплевательское. Однако это вовсе не означало, что Когтевранцу позволительно нарочито сливаться. Таких на факультете не очень любили. Подобный гипотетический ученик тут бы не прижился. Как сказал наш оратор-старшекурсник: «Раз уж вы попали не только в школу, но и на факультет именно учеников, а не лоботрясов, то извольте соответствовать».

В целом атмосфера мне понравилось. Тут и в самом деле не было принято лезть в дела других без разрешения — это было и оставалось прерогативой беспардонного Гриффиндора. Но, судя по всему, тут было принято, что если к тебе всё-таки обратились за помощью, то отказывать без причины — моветон. В общем, я попал именно на тот факультет, который мне был наиболее приятен. Слизерин…слишком «змеиный», Гриффиндор — слишком «толстокожий», а Пуффендуй — слишком… не знаю, слишком… «дружелюбный». Когтевран мне подходит лучше всего…

После этой лекции, которую я внимательно выслушал, нам было торжественно выдано расписание и немного времени до урока, дабы морально к нему приготовиться. Всё-таки зельеварение с Гриффиндорцами — не самое простое занятие для первого, пока мы не втянулись. Странно, что у Львов урок именно с нами, а не со Слизерином, впрочем, это, скорее всего, связано со мной. Я готовился как следует: отрепетировал свои магические защитные наработки, повторил первые параграфы учебника, а также запихал в сумку тонкие перчатки из драконьей кожи и накрыл свои волосы специальным заклинанием, чтобы они не упали в котёл ненароком. В общем, к бою готов!

Когда мы небольшой стайкой зашли в кабинет со звонком (кстати, откуда вообще звук идёт? Магия?), профессора ещё не было. Следом, минуты через две, в кабинет ввалились гриффиндорцы, и, даже не проверив, в классе ли преподаватель, с шумом и гамом бросились занимать места, не заботясь о технике безопасности. Я поспешил плюхнуться рядом с какой-то девушкой определённо азиатских корней, поскольку Рональд явно приглядывался, как бы набиться ко мне в пару. Нет уж. Дай бог, не иметь таких помощников и друзей.

— Привет, как тебя зовут? — я смутился, — извини, я не очень хорошо запоминаю имена, но ты мне запомнилась, — она, действительно, кажется мне знакомой…. Кажется, знакомых азиаток помимо восточных сестёр Патил я знаю немного. А на Когтевране такая всего одна… и я не запомнил её на Распределении. Неужели….

Девушка застенчиво меня оглядела, остановила взгляд на шраме, смутилась, а затем всё-таки поздоровалась.

— Здравствуй, меня Чжоу… Чжоу Чанг зовут, — она почему-то отвернулась. Блин, а я про этого персонажа как-то забыл. Пока я вспоминал о ней что-то, она тихо добавила, — давай готовиться к уроку.

Я кивнул и неторопливо выложил весь свой арсенал, на который она взирала с любопытством. Я спросил, могу ли наложить на неё одно полезное заклинание, и, получив отдающее любопытством согласие, тихо накинул на неё то же самое заклинание от неожиданного выпадения волос, которое вычитал в одном из учебников зельеварения. Полезная вещь. К счастью, с подобным колдовством я разобрался быстро, с палочкой оно было намного проще — такой магический концентратор и был рассчитан на тонкие манипуляции.

Волосы Чжоу, кстати, хоть и были аккуратно уложены вдоль шеи, являлись довольно длинными и вполне могли вообще сползти в котёл, от чего они явно не были застрахованы даже при помощи специального заклинания. Аккуратно на это намекнув, я отвлёкся от девочки. Как раз вовремя: в кабинет зельеварения на крыльях ночи влетел профессор Снейп.

Действительно, влетел. Плащ преподавателя развевался за спиной, создавая причудливую иллюзию того, что он и вправду находится в полёте. Класс мгновенно затих, хотя учитель не произнёс пока ни единого звука. Театральное запугивание и мистическое передвижение «Ужаса подземелий» вкупе с множеством слухов и рассказов о профессоре не оставили ни единого шанса на непредвзятое отношение со стороны учеников. Каждому хотелось понять, что именно сказанное о Снейпе являлось истиной. И каждый, судя по всему, собирался судить о нем «в меру своей испорченности». Наверняка сегодня Хог пополнится некоторым количеством нелепых слухов.

Прошествовав к своему месту за преподавательским столом, любимая жертва «Мародёров» достала журнал и принялась тихо произносить имя и фамилию каждого ученика. На моей фамилии он, действительно, остановился, а затем и прокомментировал:

— Гарри Поттер, — встретился он со мной взглядом, — наша новая… знаменитость. — В этот раз никто не стал смеяться, я лишь поймал завистливый взгляд Рона, кстати, единственного, на кого ещё среагировал преподаватель во время чтения по журналу. Но говорить, правда, Снейп ничего не стал, а лишь поморщился при произнесении фамилии.

После такого импровизированного «знакомства» профессор встал и тихо, но вдумчиво, начал вещать свою канонную речь

:

(если у кого-то в печени, след монолог опускайте — копирка. Прим. автора)

— Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку, — начал он.- Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил Снейп. — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства…. Могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Но все это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки.

Интересно, как вообще жить преподавателям, если они как минимум дважды повторяют одну речь перед разными классами или, в данном случае, факультетами? Из года в год они готовят такие пафосные слова о своём предмете, но этого никто не замечает…. Впрочем, я отвлёкся. Кажется, мне сейчас будут «любить» мозг…

— Поттер! — «неожиданно» вскинулся профессор, — что получится, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни?

Я встал и, смиренно потупившись глазами в свой пустой котёл, ответил:

— При помощи этих ингредиентов готовят сильное снотворное зелье, которое настолько эффективно, что его прозвали напитком Живой Смерти. Я считаю, что это излишне пафосно, сэр.

— Хм, мистер Поттер, в каком-то смысле это верно, но не вам решать о названиях зелий. А что, если я, например, попрошу у вас безоаровый камень, где вы будете его искать?

Профессор не ожидал, что я отвечу? Ну ладно, бывает.

— В первую очередь безоаровый камень — органическое образование, которое может образоваться в желудке или кишечнике различных животных и даже иногда человека. В зельеварении используется, как правило, безоаровые камни из желудка козы, как наиболее эффективные. Если поблизости нет коз или если мне не захотелось бы искать его в их желудке, то я бы, вне всякого сомнения, по порядку бы прошёлся сначала по шкафчику с ингредиентами для зелий, где он точно есть; затем по вашей кладовой, где тоже вне всяких сомнений должен быть запас. И, если не останется других вариантов, попросил бы дать камень вас, поскольку каждый достаточно опытный и предусмотрительный зельевар имеет при себе это эффективное и, самое главное, универсальное противоядие, которое подходит от большинства не самых сложных ядов.

Профессор с каменным лицом выслушал меня, а затем с некоторым удивлением заключил:

— На удивление, неплохо, мистер Поттер, — правда, удивление не помешало желчи в его голосе при упоминании моей фамилии выплеснуться, — все слышали? Тогда почему не записываете?! Или это всё вам хорошо известно? Пять очков с Гриффиндора, Мистер Уизли, неужели вы считаете себя ещё более избранным, чем Поттер, что даже не считаете нужным слушать меня? Возможно, вы всё прекрасно знаете и решили просветить своего соседа по поводу столь простого предмета? Давайте проверим… — не дав возможности Рону оправдаться, Снейп задал вопрос: — давайте начнём с простого, мистер Уизли, — язвительность профессора любому бы сделала честь, а его тихий, но тяжёлый тон, отлично вписывался в картину «злого препода». — Например… в чем разница между волчьей отравой и клубком монаха?

Рон покраснел, что-то неразборчиво промычал и мрачно уставился в пол, видимо, уже будучи проинструктированным братьями по поводу профессора и его характера. Гермиона же вовсю тянула руку, заранее раздражая Снейпа своим мельтешением где-то на заднем плане. Мне кажется, даже такой непробиваемой, как она, должно было быть понятно, что учителю сейчас немного всё равно. Но, судя по всему, я ошибался. Как я уже сказал, Снейпу всё равно, знает ли кто-то в классе ответ, если спрашивали не весь класс, а одного отдельно взятого Рональда Билиуса Уизли, который уже был похож на помидор, правда, овощ хотя-бы мог похвастать спокойствием в отличие от несдержанного рыжего.

— Мне показалось, или я не услышал ответ? Ну-с, хорошо, мистер… Уизли, предположим, что вы настолько хорошо знаете зельеварение, что вам уже не требуется знание таких простых вещей. Тогда вы наверняка можете объяснить, почему мы все используем именно оловянный котёл, а не, скажем…

медный или серебряный. Как талантливый зельевар, которому даже не требуется слушать учителя, вы наверняка можете назвать причину для использования столь простого материала для изготовления наших котлов.

Мне оставалось только пожать плечами и заранее приготовить письменные принадлежности. Мне кажется, я понял, почему Снейп запугивает учеников. Судя по всему, тот не очень любит преподавать, но это не означало, что он собирается наплевательски относиться к своей должности. И дабы вовремя избавить себя от накопившегося раздражения, он иногда устраивал театральную постановку, сея страх и ужас всем новичкам. Затем находил нелюбимого им козла отпущения, на котором срывался. Одновременно с этим он железобетонно вбивал в учеников знания, поскольку после такого разноса никому не хотелось попасть под раздачу: все внимательно записывали ответы на вопросы, которое Снейп сначала задавал своей жертве, а потом сам на них отвечал, если жертва не смогла этого сделать. Не лучшая методика, но для того, кто ненавидит учить детей — очень неплохо. Я уверен, ему самому нравится эта театральность и надуманность его образа «ужаса».

После того, как зельевар основательно опустил Уизли перед всем классом, Снейп дал нам записать свою лекцию по поводу котлов. Весьма интересную, между прочим. А затем дал задание: нам нужно было приготовить простейшее зелье для исцеления от фурункулов. Лично я в зельеварении не видел ничего особенно сложного, но эта наука меня к себе не шибко тянула. Получается — и ладно. К сожалению, я не смогу интуитивно понять, правильный ли я ингредиент кладу: мне оставалось лишь внимательно следовать инструкции и не позволять упасть в котёл чему-нибудь лишнему. Мы с Чжоу отлично сработались благодаря женской аккуратности и моему умению сосредотачиваться. Благодаря тому, что мы неукоснительно последовали инструкциям на доске, а также тому, что в наше зелье не упало ничего лишнего, оно получилось практически идеального качества. Ниже, чем «выше ожидаемого», мы не получим. Я, решив, что не пропадать же добру, собрал два флакона готового зелья. Один приватизировал себе, а второй отдал своей соседке со словами о том, что она заслужила. Не вижу в этом ничего плохого. Зачем готовить хорошее зелье, если на проверку пойдёт лишь один флакон, а остальное будет просто так вылито? Вот я и забрал впрок, лишним не будет. Чжоу пробовала возражать, но в итоге сдалась и аккуратно уложила себе в сумку пузырёк.

Снейп на наше зелье что-то одобрительно хмыкнул, как и большинству когтевранцев, хотя кто-то всё-таки накосячил. Тогда как Гриффиндору в этом плане ничего хорошего не светило. Пусть на этом факультете моими стараниями и не было «аннигилятора котлов», несравненного Невилла Лонгботтома, тут и без него с лишком хватило и Симуса Финнигана, который чуть не взорвал свой котёл, хрен знает как. Уизли, который каким-то чудесным образом запорол простейшее зелье. Да и остальные ребята тоже не отличались особым дисциплиной и терпением, тогда как этого зельеварение совершенно не терпело среди своих адептов.

В целом, урок мне понравился. Я не относился к большим любителям Снейпа, ибо тот в своё время много косячил и совершал глупости, но это вовсе не значило, что я не мог оценить его предмет.

После того, как прозвенел звонок, Чжоу вылила содержимое котла в специальную ёмкость для этого, из которого затем зелье и исчезло, а я положил подписанный нашими фамилиями образец на стол профессору, а затем ретировался из кабинета в направлении следующего урока. Кстати, за это занятие я отлично сдружился с Чанг. Она оказалась неплохой девочкой. В общем, первое зельеварение оказалось для меня не идеально, но мне понравилось, да и где ещё можно посмотреть на бесплатный урок по вежливому унижению ближнего своего? Да ещё так тонко… посмотрим, что будет дальше.

Примечание к части

Хм... в общем, не судите строго - одни из первых попыток работать с диалогами. Разумеется, с опорой на текст канона, но что уж поделать)
***
Увы, работа переходит в так называемый "околоканон", ибо из-за моего косяка я не учёл возраст Чжоу и курс её поступления: думал, она с Гарри одного возраста...
Но немного отсебятины тоже нужно, с другой стороны)

Глава 10, или плацдарм

Следующим уроком у нас должна быть трансфигурация. Я не видел ничего предосудительного в этом, но меня больше напрягало то, что проведён он будет вместе со слизеринцами. Я беспокоился о том, что именно до или после урока со мной попробует познакомиться Драко, чего мне совершенно не нужно. Я, конечно, подумаю насчёт знакомства, но если он полезет ко мне в близкие друзья, то ну нафиг.

Когда мы всем скопом заходили в класс трансфигурации, класс из дома Слизерин уже сидел за партами по двое — отщепенцев не было. Я снова сел вместе с Чжоу, которая, впрочем, тоже была не против. К счастью, пока Малфой ко мне не подходил, а сидел и о чём-то вполголоса переговаривался с одним из своих телохранителей.

За столом уже сидела кошка, но пока не двигалась, ожидая, пока не прозвенит звонок. Всё-таки не все знают, что наш профессор трансфигурации является анимагом — кому-то родители не рассказали из чувства солидарности с учителем, который хотел удивить учеников, а у кого-то родители знали ещё меньше детей.

По прозвеневшему звонку профессор секунд тридцать подождала опоздавших, а затем прыгнула и эффектно превратилась в воздухе. Наверняка, перекидываться в полёте очень непросто, особенно если учитывать, что твои конечности меняются на ходу. Окинув нас строгим взглядом поверх своих очков, профессор приготовилась рассказывать о своём предмете.

После стандартной, выдержанной в сухом тоне строгого учителя речи нам были рассказаны несколько предложений на латыни, которые мы, судя по всему, должны будем использовать для составления свойств будущей трансфигурации предмета. Я, конечно, записал, но меня это сильно покоробило — зачем вообще англичане используют неизвестный им латинский? Ладно, я понимаю, ученикам нужны костыли в виде слов и всё такое, но зачем, скажите мне, зачем мы учим латинские фразы, не понимая смысла? Нет, английский имеет некоторую схожесть этому языку, но разница весьма существенна, поэтому в нашем случае трансфигурация наоборот осложняется подбором фраз для описания предмета. Магия Слова в данном случае поражала…своим идиотизмом. Либо программу нарочно осложняют, либо… всё равно нарочно осложняют, но при этом создают антураж магического сложного и непонятного мира. Упрощение колдовства из-за старости языка вовсе не компенсирует усложнение из-за его сложности и незнания. Хотя, может я чего-то об этом не знаю… тоже мне, эксперт нашёлся.

Я ещё не пробовал трансфигурацию, как-то руки не доходили со всеми этими заботами, но тут уж ничего не поделаешь. Впрочем, попробовать никогда не сложно, я и не стал париться, и представил в голове образ иголки, направляя небольшой поток магии на спичку и желая, чтобы она превратилась. К сожалению, контроль несколько взбрыкнул в первый раз, и спичка просто испарилась — я подал ей слишком много энергии. Хорошо, что не вместе со столом. Следующая спичка превратилась сразу. Я не стал афишировать результат, и при помощи простого «фините» и желания обратить эффект вернул иголку «обратно».

К сожалению, или нет, но моя знакомая это заметила.

— Чжоу, тсс, — прервал я её, когда она уже открыла рот для радостного возгласа, — не надо. Ты лучше попробуй сама использовать не латинский, на котором мы учимся, а расскажи вполголоса о размерах на английском языке о том, что игла тонкая, не очень тяжёлая, но железная, что в длину она около двух дюймов (5 см). А затем представь получившийся образ в голове и попробуй пожелать, чтобы спичка превратилась в представленный тобой предмет.

Как я и ожидал, уже через пять минут Чанг справилась. В этот раз это заметила МакГонагалл, поэтому Когтевран получил свои честные десять баллов, хоть улыбки я от неё и не дождался — всё-таки она благоволит именно львятам, а не орлам, и это я понял. Но улыбку я всё-таки получил, правда, не от профессора, а Чжоу, но всё-таки в районе груди потеплело весьма приятно.

После трансфигурации у нас уроков не осталось — в первый день мы учимся по сокращённой программе, часть времени было съедено более поздним подъёмом и лекциями в гостиных. Я догнал Чжоу, когда она уже собиралась подниматься к башне, и сделал ей предложение, от которого нельзя отказаться:

— Чжоу! — она обернулась.

— Да, Гарри?

— Я хотел предложить сходить в библиотеку Хогвартса. Насколько я знаю, это крупнейшая официальная библиотека в Англии уж точно, если не на весь мир.-

— Официальная? — Чанг удивлённо приподняла бровь.

— Ну да, наверняка есть и более крупные. Старые рода такие стяжатели… Они вполне могли собрать себе библиотеку и побольше. Причём не только из разрешённых к распространению книг.… В любом случае, это не значит, что не нужно отдать дань библиотеке при Хогвартсе, — пожал я плечами, — Да и какие мы когтевранцы, если сейчас не запрёмся в библиотеке на ближайшую пару лет? — я позволил себе ухмыльнуться.

— А почему именно сейчас?

Я пожал плечами.

— А почему бы и нет?

Она ответила тем же жестом, и ответила с хитринкой.

— Действительно, — улыбнулась моя первая подруга здесь, — пошли.

Она определённо начинает мне нравиться! Осталось только выяснить побольше — про этого персонажа особенно много сказать трудно. Известно мне лишь то, что в фильме ОД предала она, пусть и не специально, под сывороткой, а в книге слилась её подруга — Мариэтта Эджком, как сейчас помню, что её родственники из министерства. Тётя вроде? В общем, мутная история. Да и вообще, про Чжоу упоминание только в третьей книге, и то, мельком — она была ловцом Когтеврана. Таким образом, я знаю только то, что ей нравились Седрик и Поттер, и что она нормальная девушка вроде как без особых комплексов с обычными увлечениями среди магов.

Ну да ладно, что-то я отвлёкся. Когда мы подходили к храму знаний, нас уже встречала его жрица — мадам Пинс, пред чьи ясны очи мы и попали. После клятвенного заверения о том, что мы будем максимально аккуратны, что будем пылинки с книжек сдувать, и, уж тем более, не будем делать с ними что-то, кроме как думать о их содержании! Да, да, мадам Пинс, мы самые добрые самаритяне по отношению к книгам!

В общем, с большим трудом мы уговорили её, что нас можно пропустить. Чжоу втихую похихикивала над таким отношением к книгам, я же, немного паясничая, взял первую попавшуюся книгу с видом короля Артура, внезапно нашедшего свой Святой Грааль. Немного над этим посмеявшись, мы оценили размеры библиотеки, поохали, порадовались нормально отсортированным томам, а затем отправились на обед. В любом случае, объёмы работ были потихоньку оценены, и я уже наметил несколько разделов для дальнейшей обработки.

После совместного принятия пищи, мы были отправлены по своим спальням — нам дали время, наконец, как следует разобрать свои вещи, чем остальные с успехом и занимались, пока я с удовольствием дочитывал второй том Толкина. На меня косились, но вопросов не задавали и правильно делали. После того, как все худо-бедно разложились, нас вновь согнали в гостиной и проинструктировали на счёт нестиранных вещей — их сразу нужно было кидать в специальную корзину — домовые эльфы каждую ночь стирали брошенные туда вещи. Точно также нам рассказали ещё парочку полезных вещей для первокурсника, после чего было торжественно объявлено свободное время. Я не спорил — мне как раз нужно было найти нормальный пустой класс, ведь судя по размеру замка, используется в нем едва ли больше половины, скорее, процентов двадцать, а остальное не нужно за ненадобностью. Насколько я понимаю, Основатели строили на века вперёд, но даже они не могли предвидеть, что количество волшебников настолько сократится, а магическое общество Британии совершенно уйдёт в беспросветный застой и деградацию.

Впрочем, грустные мысли нисколько не мешали благому делу — я с дотошностью чуть ли не обнюхивал каждую дверь и всё, за ней находящееся. На пятом этаже, как раз не так уж и далеко от факультетской спальни/гостиной, было найдено нечто, более-менее подходящее. Я не знаю, что это за помещение было раньше, но сейчас оно являлось просто огромным складом неряшливо раскиданного хлама — сломанные парты (их что, магией починить нельзя?), какие-то куски дерева, шкафы, и прочие неприглядности. Если не обращать внимания на хлам, то помещение получалось очень приличным — чего-то около одной пятой Большого Зала, что уже есть показатель.

Я на пробу вскинул руку, и пафосно зачерпнул воздух, представляя, как часть мусора собирается в цельную парту.

— Репаро! — в ответ на мои действия часть деревянного мусора отчётливо, даже неохотно, заскрипела, и попробовала собраться в ученический стол, но, увы, в цельную фигуру не сложилась, а затем и распалась обратно.

— Репаро! — в этот раз я брал не цельную парту, она судя по всему слишком сложная для такого заклинания, а пару досок.

Прямо на моих глазах мимо меня пролетело два деревянных обломка из другого конца зала. С удивительной синхронностью они соединились со своими половинками, буквально срастаясь, будто поломки и не было.

— Мде… тут нужно быть поаккуратней, — почесал я затылок, — не хотелось бы получить куском дерева или чем-то потяжелее по спине. Это-ж мало не покажется…

— Вингардиум Левиосса! — Тьфу-ты, ну и формула. Под моим взглядом и направляющим движением руки я поочерёдно рассортировал каждый предмет — мусор в одну сторону, относительно целые предметы в другую.

После этого дело пошло полегче. После десятка «репаро», которые отлично работали в куче мусора, которую я постепенно превратил в цельные куски дерева, комната уже перестала выглядеть так грустно. А после того, как сами доски превратились в цельные предметы — стулья, парты, шкафчики, и прочее, стало совсем хорошо. Дальше я стал левитировать шкафы таким образом, чтобы они стояли друг на друге по разным углам, оставляя максимум места свободным.

После того, как я окончательно выбился из сил, мне осталось лишь запомнить это место как следует, а затем запечатать его за собой при помощи «коллопортус». Впрочем, это я с успехом и проделал.

В гостиной я не стал задерживаться из-за какого-никакого шума — мне хотелось побыть именно наедине с книжками. Фантастику читать не хотелось, и я решил уделить время теории магии. Нет, я и до этого не отказывался от изучения этого искусства, просто сейчас мне именно захотелось. Достав одну из книг из тех, которые были набраны за время моего нахождения в Косом, я замотался в одеяло и принялся за книгу, которая оказалась на диво скучным, но весьма познавательным чтивом.

Примечание к части

Как и обещал, за двести пятьдесят плюсиков кидаю ещё главу. Быстро вы)
Да и десяток лишних "нравится", знаете ли, приятно радуют глаз...
Увы, глава некрупная, но в виде бонуса сойдёт)
Всем хороших выходных!

Часть 11, или эксперименты

— Нет.

— Да!

— Нет. И хватит так на меня смотреть! Не поможет… наверное, — я вздохнул.

— Ну, пожалуйста! — и глаза такие большие пребольшие. Ну как тут устоять против этой малолетней вымогательницы? — Ладно, ладно, — сдался я, — покажу я тебе, покажу. Но Чжоу, не делай так больше, и так из меня верёвки вьёшь…

Я ещё раз тяжело вздохнул. С тех пор, как я прибыл в Хогвартс, того самого первого дня, что я с ней познакомился, мы сразу довольно крепко подружились. Но если верить её аргументации, то друзья должны больше знать друг о друге.

В принципе, я был согласен с этим, потому выслушал её историю, рассказал свою (несколько отредактированную, разумеется), она посочувствовала, поругалась на Дурслей, но это вовсе не объяснило моей подруге, куда я деваюсь в свободное время. Она даже пару раз следить за мной пыталась, но я все её попытки сразу пресекал мягко, но настойчиво. Не хотелось, чтобы кто-то знал, что я знаю что-то посерьёзнее искр из палочки. Но она меня всё равно замучила вопросами. А я что? А я ничего, аргументов не нашёл, сдался…. Наверное, меня можно назвать подкаблучником, но не смог я устоять перед просьбой пусть маленькой, но девушки, которая так убедительно уговаривает.

На самом деле я, конечно, пропадаю не где-то в сверхсекретном месте — просто часто нахожусь в том же самом кабинете, который нашёл в первый же день. За три дня я всё-таки привёл его в порядок как положено, заодно основательно натренировавшись в бытовых очищающих заклинаниях, а также научился чуть лучше сосредотачиваться, хоть до совершенства мне ещё очень далеко. В общем, в итоге я получил средненький по размеру дуэльный зал, в котором я спокойно мог репетировать всё, что душа пожелает, кроме, разве что, Адского пламени, которое мне всё равно неизвестно. После ещё одного дня я старательно накладывал туда защитных чар от посторонних — мне они были неизвестны, но моего воображения, в конце концов, хватило, пусть я и просадил резерв в воздух пару раз из-за жутких затрат неотработанного заклинания.

Там я и стал экспериментировать. Обычные заклинания были понятны — я не единожды видел, как они применялись и понимал, какой именно эффект они дадут, особенно, когда я использовал нужные руны для взмахов. Однако меня до сих пор очень интересовала теория, поскольку я так и не понял, почему так популярна именно лучевая магия при помощи палочки. Почему луч невидим лишь изредка? Например, я помню, что не видно лишь «империус» и применяется он в упор, или, скажем, туда же относится заклинание Левитации, которое также не относится к лучевой магии. Правда, это совершенно не боевые заклинания, поскольку криво или впопыхах наложенное «империо» может просто выжечь кому-нибудь мозги, повредить их, или, самое мягкое — слить эффект незаметности того, что кто-то под этим заклинанием, насколько я понял, как остекленевший взгляд у Виктора Крама на третьем испытании ТТВ. Да и заклинание левитации требует высокой концентрации в отличие от боевых заклинаний, у которых самое сложное — правильно сказать ключ-фразу и вычертить нужный узор. В общем, я сейчас не об этом, а интересовала именно причина так ярко подсвечивать каждое заклинание, и самое главное, то, что луч является как бы маяком. Типа «смотри, вот красный луч. Не хочешь оглушающее? А может тебе жить надоело? Вон там зелёный летит…» и так далее…

Первым делом я решил попробовать воздействовать на предмет без луча. Ну, то есть не левитацией, а как-то по-другому. В принципе, энергии-то всё равно, как именно воздействовать? Да и делал я всё и без этого, но нужно понять саму разницу. В общем, я встал посреди комнаты, а затем захотел, чтобы стенка продавилась, будто прессом, и вскинул руки вперёд, в красках воображая, что произойдёт со стенкой и пожелал, чтобы это случилось. Разумеется, приправив свою Волю изрядной долей своих сил.

Стена в площадь где-то около метра с сильным грохотом сдвинулась куда-то в глубь. Сил на это действие ушло немерено –до сих пор я не потреблял ничего такого мощного. Я даже ощутил что-то вроде фантомной боли в руках, откуда испускал гипотетический маг. снаряд. Меня хватит на максимум ещё на одно, может два таких заклинаний, во многом из-за того, что сила опять же частично рассеялась в воздухе. Я не знал, как это исправлять, но уж точно начал понимать, почему маги используют заклинания в виде лучей — эта форма позволяла сохранить форму заряда с расстоянием в отличие от сырой силы, направленной на какое-то действие.

Кстати, на счёт грохота… Если вы думаете, что кто-то прибежал на шум, то это ложь — я вовремя вспомнил про «муффлиато» («оглохни») — одно из заклинаний, накладываемых на определённый срок. К счастью, оно послужило отличным вербальным ключом, поскольку оригинальное мне не понравилось (какое ещё непонятное жужжание в ушах?), а новое название для своего я так и не придумал. В итоге я обошёлся выделением нужной области мысленно, а затем представил, что звуки сквозь выделенную территорию не проходят. К сожалению, я не знал, как визуализировать звук, поэтому представил, как мог, невидимую отражающую стенку, которая, судя по вбитой задаче должна отражать именно любые звуковые колебания, как я их представил. И сработало! Хоть и не с первого раза и даже дня попыток, но после многих неудач я, наконец, с радостью заметил, что звуки сквозь выделенную область не проходят. Я лично проверял, выходя за пределы «купола» и швыряя вовнутрь предметы при помощи заклинания левитации, которое, как выяснилось, при жесте в нужную сторону и волевым усилием может набрать неплохую кинетическую энергию. Я вот не понимаю, я один такой умный, или всё-таки чем-то отличаюсь от остальных магов силой? По всей Британии пользователей высшей, т.е. невербальной (вообще бессловесной) магии, которая вершиться лишь при помощи воли, две штуки — Дамблдор и Волди-Злой-Морд, и то, не факт? И то, хоть они и не произносили слов, они использовали палочки, и не факт, что такие заклинания уже существуют. Если это так, то что, я действительно искусней, чем сто-с-лишним летний дедуля? Он за это время должен быть таким сильным, что просто охренеть, а если учитывать его палочку, которая, кстати, должна принадлежать мне как наследнику Певереллов… как и мантия, хоть её, я надеюсь, он отдаст. Реддл придурок — сделал крестраж* из артефакта «воскрешающий камень». Нет бы распорядиться им по достоинству… однако тот даже не проверил, артефакт ли это. Сразу видно, что мозги у него поехали. Однако, у него хотя-бы его артефакт остался, пусть и у своего деда экспроприированный, а я же получил мантию, свой родовой артефакт, как подачку, а палочку не получил вообще, до тех пор, пока канонному мне не промыли мозги настолько, что я сам отказался от этого артефакта. Ну не носил бы я его, и что? Спрятал бы тогда в сейф, доставали бы только на самые жуткие заварухи, которые могли приключиться со мной или потомками… так нет, даже не подумал, что это по праву мой артефакт.

В общем, я отвлёкся. Так что, если судить по тому, что лишь Великие Светлые и Тёмные способны на высшую магию в каноне, то я уже способен на доступный лишь им способ колдунства? Да нет, бред какой-то… наверное, я чем-то от обычных людей отличаюсь, помимо возможности немного «видеть» свою магию. Это, судя по всему, будет главный мой рояль… но на меньшее я всё равно не согласен — с такими врагами без кустарных усилений, на одной «силе Любви» не уехать. Живём!

В общем, с недавних пор у меня начались занятия без палочки и вербальной формулы — я лишь представлял эффект, вкладывал желание, и концентрировался на получении результата, одновременно вкладывая силы с запасом. Как я вскоре (уже через пару дней) выяснил, этот способ колдовать имел как плюсы, так и минусы, причём последних оказалось больше. Как, например, тот факт, что такие «заклинания» были на порядок медленнее, сил на них уходило намного больше, а КПД был ужасающе низок. Тем более, что различные попытки колдовать могли тратить совершенно разное количество сил. Если поднять предмет было не слишком затратно, то отшвыривание требовало кучу лишней энергии, и регулировать это было не так просто. Тогда я и задумался, что это не самое простое дело — колдовать лишь на чистой воле. Незаметно даже для себя, я стал задумываться о собственной системе волшебства, но пока, кроме пафосных взмахов руками для «удушения Силой» или рассечения воздуха ладонью для лучшего представления «секо» ничего в голову не приходило. В общем, успехи были, но весьма сомнительны — я не знал, как сделать достаточно обширную в потенциале и простую в использовании систему.

Тем временем, в школе всё было относительно спокойно. Моё расписание было весьма насыщенным, но, как ни ругалась моя лень, я не поддавался на её не особо настойчивый шёпот — кажется, даже она понимала, что я не отступлюсь. Каждое утро я проводил зарядку, простую — стандартный комплекс йоговских упражнений, бег минут пять-десять, да и пара подходов отжиманий/приседаний/пресса. Представляю себе, как кто-то увидит, что герой магического мира скрючивается в загогулину или отжимается там в своих очках… уже не «велосипедах», но всё же, картина для волшебного сообщества, наверняка, выходила бы необычной, ибо ни аристократы, ни просто известные маги никогда за таким времяпровождением замечены не были. Мне вот, например, было сложно представить Драко, или, скажем, Рона, за отжиманиями. Крэбб и Гойл больше пугали своим ростом и массой, чем реальными мышцами, так что я даже не знал, кто помимо меня занимался. Я не замечал никого, просыпающегося утром на своём факультете. Не думаю, что на других всё сильно отличается.

В общем, утром, перед официальным подъёмом, который нам обеспечивал звонок, который равномерно звучал на весь замок (магия? наверняка…), я посвящал время зарядке и утренним процедурам, пока не было небольшой очереди и толкотни.

После завтрака в Большом Зале, дорогу к которому я запомнил уже после второго похода, нам давалось время приготовиться к учёбе — около получаса свободного времени, после чего у нас начинались уроки. Один урок — один час, а затем давалось немного времени до следующего. Уроки зачастую были сдвоенные — зельеварение, например, всегда, поскольку за час приготовить зелья можно лишь простейшие и то, не все. Этот предмет точно не терпел спешки, причём это только первый курс, дальше мы по паре будем делать лишь заготовки, а на других доделывать. Хорошо хоть мы Оборотное не делаем, да что там оборотное, Жидкая Удача — ещё кошмарнее, ибо это вообще целый год. Правильно, что их лишь в теории на шестых и седьмых курсах проходят.

В общем, после завтрака уроки идут безостановочно, вплоть до обеда, после которого нам дают пару часов, во время которых мы можем переварить еду и чуток отдохнуть. Я лично так и делаю, поскольку вообще без ничегонеделанья прожить трудно — легко «перегореть» от постоянных нагрузок, ибо моральный отдых просто необходим.

Затем у нас, как у первого курса, всего одна пара, не в пример двум/трём, которые положены, начиная с третьего курса. Пара чуть длиннее обычного урока, и, как правило, являются чем-то вроде травологии, в другое время этого предмета не бывает. Если не травковедение, то бывают и другие предметы, а раз в неделю и её нет, ибо нам дают время поспать перед астрономией, которая начинается за десять минут до полуночи, ибо в другое время это несколько сомнительный предмет.

У меня в любом случае нет особенной разницы — я тренируюсь либо до, либо после уроков, но всегда выделяю себе время вплоть до тех пор, пока мои силы не закончатся. Обычно, несмотря на большое количество сил, я выдыхаюсь где-то в районе часа постоянного расхода энергии. После я лишь навожу за собой порядок, а затем лежу на специально оставленном матрасе, который мне однажды пришлось чистить несколько раз подряд — настолько внутри было пыльно. Обычно, после расхода энергии я раздумывал на счёт философских тем — другие способы применить магию, интересные приёмы, которые можно было почерпнуть из других вселенных, которые сходны по сути использования энергии. Ещё часто задумывался о том, что у меня появилась подруга, с которой всё-таки можно общаться, а также о проблемах Тома Реддла, Альбуса Дамблдора, пытался вспомнить, что, известное о них — правда, что является лишь непроверенным канонным намёком, что является лишь домыслом авторов-любителей и так далее. Я оценивал школьников, сравнивал менталитеты, особенности поведения волшебников разного воспитания, думал о том, что для магического мира всё-таки будет лучше. Нет, вы не подумайте, боже упаси мне лезть туда самостоятельно, но, к сожалению, мне ничего другого не остаётся, поскольку, так или иначе, но я завязан на политику с самого рождения. С тех пор, как в газетах по наводке одного долькомана написали выражение «Мальчик-Который-Выжил»… мне никуда от неё не деться. Таким образом, я обладал огромным политическим капиталом изначально, и, к сожалению, мне, рано или поздно, придётся выбирать, кого именно поддерживать. Стать протеже Дамблдора мне не хочется, Тома тем более, сторона министра — несущественна, поскольку министерство — лишь арена для разнообразных интриг, но никак ни отдельная сторона. Амелия Боунс или Крауч-старший могут быть более-менее подходящими кандидатурами, однако это тоже под большим вопросом, поскольку в оригинале они практически не показаны, а о их биографии сказано очень мало. Известно лишь наличие «стального стержня», того самого, который отсутствует у Фаджа как класс. В общем, с этой стороны пока всё было очень мутно…

Таким образом, время я проводил с толком. На уроках первое время не было ничего особо интересного — по трансфигурации ученики урока два-три только догоняли тех, у кого вышло трансфигурировать спичку, то затем мы лишь немного наращивали сложность узорами и различными материалами, а по чарам мы проходили лишь движения палочкой и теорию. Пусть Флитвик вёл и хорошо, но практика пока отсутствовала. Отдушиной были зельеварение, на котором мне действительно было очень интересно. Пусть я и репетировал парочку простейших зелий в Косом, это вовсе не значило, что я стал мастером. До этого титула мне, к сожалению, никогда не добраться, но, благодаря строгости Снейпа, который придавал мотивации своим очень острым языком, я делал неплохие успехи, и, на пару с Чжоу каждый раз получали либо Выше Ожидаемого, либо Превосходно, на которое профессор однажды расщедрился. Конечно, Северус не стал душкой, и я до сих пор ловил его недовольный и хмурый взор, а иногда и получал парочку подколок ни за что. Правда, я сразу принимал вид «лихой и придурковатый» и на них не вылезал, а лишь изображал Главного Грешника из Ада, который раскаялся и изо всех сил просит прощения, даже если на самом деле не виноват. Это не помогало, но и в друзья к профессору я не спешил — мне здесь только розовых соплей, какой он на самом деле несчастный не хватало. Хочет — пусть ненавидит, главное, чтобы предмет мог преподавать. А баллы… а что баллы? Хрен с ними.

В общем, школа шла очень позитивно.

— Ну, вот… как-то так. Здесь я и занимаюсь, Чжоу, — я показательно провёл руками над своим тренировочным залом, — на самом деле, здесь была куча различного хлама, я три дня тут наводил порядок, но, в итоге, как видишь, получилось неплохо.

Чжоу оглядела мою святую святых — просторный зал, где я тренируюсь. Выглядел он и вправду весьма приятно.

— Это… это восхитительно, — воскликнула она, — теперь понятно, куда ты деваешься! Здесь очень просторное место! — продолжила радоваться Чжоу, — похоже, ты здесь постоянно тренируешься, — подошла она к печально известной стене, которую я до сих пор не вернул на место, не знаю почему, на память, наверное, — а что это было за заклинание? Выглядит внушительно… — с пониманием отнеслась к вмятине моя новая подруга.

Я пожал плечами. Мне не хотелось рассказывать о своей нестандартной магической практике. То, что я знаю много заклинаний — фигня, такое я и в библиотеке мог раскопать, а мог и у кого-то из старшекурсников стрельнуть. Я, в принципе, мог доверять Чжоу, она для своего возраста (да-да, чувствую себя стариком в сравнении; я же одиннадцать лет тут и ещё около шестнадцати лет привезённых из моего мира можно докинуть сверху) весьма благоразумна, но меня беспокоило, что Дамблдор может что-то выяснить. Пусть легилименция и не даёт права Администратора на чужие мозги, эта наука вполне себе может вычленить образы как битой стенки, так и того воспоминания, где я рассказываю о своих нестандартных умениях. Достаточно лишь наводящего вопроса, наподобие «Ой, девочка моя, я очень беспокоюсь за нашего Гарри, хорошо ли он устроился на своём факультете. Его никто не обижает? Я уверен, он вполне может постоять за себя, всё-таки мальчик, безусловно, очень смелый, но всё же я очень за него беспокоюсь…», и ассоциативные цепочки могут привести к чему угодно, а если старикан что-то заметит, то легко сможет задать ещё пару вопросов…

— Эм… Чжоу, это просто немножечко косячная ("есть ли это слово на английском?") «бомбарда», я тогда, кажется, неправильно слова произнёс, — я почесал голову, — теперь вот повторить даже не могу.

— Но это же опасно! А вдруг ты случайно себя заденешь? — всё-таки приятно, когда кто-то о тебе волнуется не о Мальчике-который-почему-то-стал-знаменитым, а о Гарри Поттере. Я поднял руки.

— Успокойся, Чжоу, я обычно встаю на другой конец зала, если тренирую что-то опаснее «люмоса» — сел я на свой импровизированный трон, — …в общем, не беспокойся, я осторожен как никогда. А ты много заклинаний знаешь? Ты пробовала что-нибудь помимо школьной программы? — перевёл я тему.

Чжоу смущённо покраснела.

— Мм… ясно. Ну, давай здесь вместе тренироваться? — блин, и зачем ляпнул? Впрочем, ладно, пусть она будет заниматься отдельно от меня, чтобы она не видела, какой я иногда бедлам устраиваю. Главное, чтобы она не особо болтала о том, что иногда я малость не выполняю движений палочкой… — я тебе помогу, чем смогу. Да ты и самостоятельно можешь заклинания отрабатывать. Я достал палочку из пера феникса, направил на несчастную стену и вполголоса произнёс:

— Репаро! — эмм… не понял. Стена осталась на месте. Чанг тоже недоумённо посмотрела на меня и на палочку.

— Гхм… ещё раз. — представив как стенка всеми кирпичами встаёт на место как можно подробнее, я "вложил" нужное количество сил и чётко проговорил вербальную формулу, — Репаро!

Я довольно улыбнулся, глядя, как стена встаёт на место. Удивлённая Чжоу согласилась заниматься со мной и также попросила научить её этому заклинанию. Ну, а почему-бы и нет? Главное, рассказывать в нужном виде, ибо колдуем мы по-разному.

Кстати. На счёт палочек… их у меня, как известно две… я заметил, что для разных типов свершения волшебства подходит разная палочка. Я не знаю, что на счёт Тёмных заклинаний, мне непонятно, какие из моего ущербного колдовства считать такими, но любые световые при работе через перо феникса идут намного мощнее, начинка усиливает их. С чарами, трансфигурацией, и, как ни странно, с бытовой и временной работает лучше другая палочка, из сердечной жилы и волоса фестрала. Таким образом, я окончательно понимаю, что та палочка с пером феникса — довольно сомнительный для меня выбор. Любая магия, отличная от «люмос» и его вариаций, работала лучше именно с второй моей палочкой. Если «ступефай» и «экспеллиармус» на пере феникса и шли неплохо (небось поэтому я канонный полюбил эти умения), то с моей родной они выходили всё равно лучше, да и универсальность выбранной мной палочки радовала меня больше. Единственная причина, по которой мне на практике может пригодиться перо феникса, так это для заклинания Патронуса, и, может, для эффекта «приори инкататем» против Волди до тех пор, пока не стану сильнее, чем он. То есть если стану…

Я подмигнул Чжоу, на что она мне улыбнулась, а затем взглядом пригласил её на своё место — теперь мы будем тренироваться вместе. В районе груди потеплело. Пусть это всё ребячество, но как минимум недостаток общения нужно компенсировать.

* я буду придерживаться этого названия. Хорхр… чего-то-там мне не нравиться. Не знаю как вам, но мне крестражи намного более привычны

Примечание к части

Хм... мне почему-то кажется, что сюжет слишком затянутый - пусть герой и развивается, но каких-либо противников нет. Но будьте милосердны - это лишь первый курс и врагов, если я хочу хоть немного адеквата, кроме канонных нет. Этого для одиннадцатилетнего и так выше крыши... так что да, пока нас ждёт лишь канонная трактовка событий, которая постепенно меняется под гнетом нашего нового, "улучшенного" Гарри Поттера.
***
Текст сыроват, мог быть и получше. Но, какой есть, если я хочу уложиться в график)

Часть 12, или урок полётов

Я сидел на более удобном, чем раньше, кресле, которое притащил сюда пару недель назад, и читал, одним глазком наблюдая за тем, как Чжоу неторопливо делала необходимые взмахи палочкой и произносила слова различных заклинаний: сначала разрушающих, а затем восстанавливающих повреждения. Резерв у моей подруги, судя по всему, был выше среднего, но ненамного: с использованием палочки, вербальной формулы, а также взмахов — она выдыхалась за полчаса постоянного применения заклинаний. Насколько я понял, самые слабые маглорождённые, которые ни разу не колдовали до одиннадцати и не имели нормальной наследственности, могли делать тоже самое, что и Чжоу, но только минут десять-пятнадцать в таком же темпе. Таким образом, Чанг, видимо, дома не обучалась как следует. Как она мне рассказывала, несмотря на её чистокровность, её родители — волшебники во втором поколении, и никаких родовых секретов у них не имеется. Между прочим, это тоже хорошо, ибо никаких родовых проклятий у Чанг нет. Вроде…. Но без проклятий нет и знаний о своём магическом развитии, ритуалах…. Я то понятно, читер, не каждый может заменить все эти ритуалы аккуратным применением беспалочковых и медитациями, а вот она это всё делать не могла. Конечно, министерство убрало Надзор с их дома, но палочку моей подруге иметь не полагалось вплоть до школы, а стихийные выбросы — не самый надёжный и эффективный способ тренироваться. Тем более они у неё были относительно редко благодаря довольно уравновешенному характеру. Она не часто злилась и ругалась, а значит и выбросы происходили нечасто. Конечно, у неё ещё всё впереди тем более, что, как ни странно, контроль своих сил у неё был довольно-таки неплохой.

Я же просто сидел и радовался, как оказалось, читать учебники и читать учебники с кем-то… очень даже разные вещи. Вместе с Чжоу было уютнее, несмотря на то, что я привык к одиночеству. И как Гарри Поттер, и как тот, кто поделился с ним личностью и знаниями, мы оба не имели нормальных друзей. Я шестнадцатилетний, разумеется, за свою жизнь немало общался с разными людьми. С кем-то, может быть, даже дружил. В том числе и с девушками. Но если там меня душили комплексы, потаённая неуверенность в себе, то здесь это уравновешивалось характером Гарри-прежнего. Когда я стал им, а он — мной, то я смог преодолеть робость и неуверенность хотя бы перед самим собой. К сожалению, с девушками я до сих пор общаться не научился, но к Чжоу это не относилось, поскольку с ней было легко и просто. Она не кокетничала, в неудобные ситуации меня не ставила. К счастью, никаких поводов для более глубокого общения не было, вот я и радовался. Нет, не то, чтобы я был против более близкого общения, но, во-первых, помилуйте, одиннадцать лет — не тот возраст. А, во-вторых, дружба вполне может сломаться из-за моих неуклюжих попыток угодить.

Я за свои шестнадцать лет остался полным профаном в близком общении с противоположным полом: за ручку-то ни с кем не держался, не говоря уже про поцелуи и горизонтальную плоскость взаимодействия. Гормоны шалили жутко, а общаться с девушками я так и не научился… до сих пор чувствую себя неудачником. Впрочем, здесь я через несколько лет попробую исправиться.

Но до этого времени ещё есть порядочное количество времени, и мне пока стоит отложить планы на будущее в угоду первому уроку на мётлах, который меня ожидает. К счастью, ввиду того, что я попал на Когтевран, мне не светит встреча со Слизерином или Гриффиндором на этом занятии.

***

Построившись неровным строем, мы похватали каждый свою метлу с воистину хорошим настроением. Общий настрой в какой-то мере разделял и я: не каждый день ты касаешься очередного аспекта магического мира. Нет, я, конечно, с некоторым скепсисом относился к мётлам, но не отдать дань одному из популярнейших магических развлечений мне казалось несколько неправильным.

Пуффендуй и Когтевран всегда ладили между друг другом как факультеты. Среди обоих факультетов были и чистокровные и маглорожденные ученики, при условии, что оба относительно уважали друг друга. Первые были достаточно дружелюбны и вообще в принципе неагрессивны, тогда как вторые, как правило, были в достаточной степени умны, дабы не вовлекать друг друга в столько глупое противостояние. Конечно, бывали и исключения, где же их нет, но если смотреть на картину в целом, то эти два факультета были одними из самых благоразумных в целом.

И это позволяло сейчас сохранять классам расслабленное состояние — никто ни с кем не ругался, не кидался заклинаниям, каждый из учеников вёл себя относительно примерно — не относить же к нарушениям порядка лёгкие шуточки маглорожденных, которых веселила аналогия с ведьмами, или чистокровных, которые выслушивали стереотип среди обычных людей по поводу мётел.

Всё это происходило ровно вплоть до того момента, как не подошла мадам Хуч*.

— Здравствуйте, класс! — громким, командным голосом, поздоровалась с нами учитель.

Ученики робко ответили на приветствие, ожидая от преподавателя дальнейших инструкций. Впрочем, неудивительно.

Как только преподаватель с уверенным видом пошла между нашими очень стройными (нет) рядами, сразу установилась тишина, прерываемая лишь её резким и пронзительным голосом. Неудивительно, что она — рефери на матчах. С её голосом «сонорус»-то не нужен. Я, кстати, опасался это заклинание использовать — во-первых было боязно тыкать себе в шею палочкой со своей непонятной магией, во-вторых без палочки может получиться ещё хуже, а в-третьих я не понимаю, зачем это делать, если я могу постараться научиться воздействовать себе на голосовые связки изнутри. Правда, в этом случае я бы изучил анатомию как следует, чтобы представлять, что именно усилить. Да и вообще, мне это действительно будет полезно, раз уж я чувствую, как тело, так и магию внутри себя. Да и есть у меня пара идей… раз уж я такой особенный, почему-бы мне не колдовать ногами? Или даже носом? Я старался развивать энергетическое тело равномерно, и перекос в руках вовсе не значит, что использовать можно будет лишь их. Надо будет отработать это на досуге… главное, не сломать что-нибудь себе во время репетиций.

Тем временем, мадам Хуч продолжала своё краткое введение, правда, я немного его прослушал:

— … Таким образом, в связи с некоторыми перестановками в расписании сегодняшний урок пройдёт у всех четырёх факультетов сразу. Мне нужна железная дисциплина! Только попробуйте гомонить на моём уроке! Вы уйдёте отсюда быстрее, чем скажете своё, — профессор перешла на тоненький голос, — «извините пожалуйста!». Вам всё ясно?

— Да, мадам Хуч! — хором проскандировал класс.

— Отлично! Тогда чего же вы ждёте? Встаньте напротив своей метлы в зависимости от того, кто какую руку использует как основную, и давайте, пошевеливайтесь! — голос преподавателя проникал буквально в мозг, неприятно, но действенно побуждая к действию.

Когда все встали у своих метёлок, она сказала, как нам приподнять метлу себе в руки. У меня получилось с первого раза — метла откликнулась, даже когда я мысленно потянулся к этому артефакту. Как я кое-где читал, метла в первую очередь считывает мысленные приказы, продиктованные волей, т.е. неосознанно выдаваемые мозгом команды, которые выдаются телу, когда мыслящий орган оценит ситуацию вокруг. Точно также работает команда «вверх!», которая, в-принципе, отлично сработает мысленно. Главное знать, что метла должна откликнуться, и желать этого, вот и всё. Из-за этого страдало около четверти учеников, как правило, почти все маглорождённые. У Чжоу тоже всё получилось, судя по всему, на метле она летала и до этого, тем более, что через пару лет или может даже раньше именно она должна стать ловцом. Ну, посмотрим.

Через час я уже полусидел-полулежал в своём кресле: до обеда оставалось ещё около часа. Чжоу сидела рядом. Оба читали. Я читал весьма интересную работу одного безумного учёного из Франции, который рассматривал работу разнообразных взрывных заклинаний. Хоть это было и познавательно, но и весьма неприглядно. Когда я говорил «безумный учёный», то отнюдь не утрировал. Я не очень понимаю, как это появилось на полках в одном книжном магазине, но суть сводилась к тому, что автор лично препарировал магических животных и даже людей. К слову, автор писал в примечании, что в экспериментах были использованы только отбросы магической Франции. Но не более, потому что само имя отсутствовало, книга анонимна. В общем, вкупе с этими странным фактом выяснилась куча информации по всем известным мне заклинаниям и не только.

Первое рассматриваемое заклинание — «бомбарда». Медленно создаваемое (не для меня: на взмахи палочкой-то мне пофиг), сложное, громоздкое, затратное и, самое главное, неработающее на магов. По сути магическая структура проникающего взрыва. Лучше всего оно подходило для прокладывания пути через стены и прочее. В бою абсолютно нерационально из-за вышеперечисленных причин. Впрочем, это вовсе не мешает что-нибудь обрушить на противника.

Кстати, как вы думаете, почему написано, что не работает на живых существах? А всё очень просто. Как известно, у каждого мага есть аура. Так вот… оно в ней рассеивается. Структура у этого заклинания очень нестабильна, иначе бы взрыв не происходил. Сама суть заклинания не подразумевает воздействие на законы физики, а просто на то, чтобы магическим всплеском разрушать преграды. Аура, как известно, выходит за пределы человека, в том числе за одежду. Поэтому стрелять этим заклинанием во врага, действительно, нерационально из-за огромного количества недостатков. Даже если вложить столько сил, что оно не развеется полностью, то эффект будет абсолютно непредсказуемым. Взрыв очень маловероятен…. Зато теперь понятно, почему в бою это никто, даже ПС-ы, не используют.

Следующее заклинание… тадааам! Спешу вам представить… «экспульсо»! Это, действительно, боевое, а не условно боевое заклинание. Выше среднего по сложности, но, как и любое другое взрывающее, затратное и довольно медленное в виде луча. Его особенности описываются намного проще. Точно такое же магическое воздействие. Ударная волна идёт во все стороны, а не только вдоль луча. Причём оно достаточно стабильно, чтобы не рассеяться при попадании в чужую ауру. Воздействие чисто магическое, однако, раны абсолютно реальны. Так что оно не менее опасно, чем-тоже, хе-хе, «темномагическое» режущее. Тем более, что взрывом можно нанести урон как одному, так и нескольким людям. Но, к сожалению, у этого заклинания возможность усиления весьма ограничена. Если предыдущему взрывному всё равно — оно и так нестабильно и прекрасно рассеивается в неродной ауре, то «экспульсо» возможно усилить или ослабить максимум раза в два, иначе оно просто не получится. Однако это заклинание имеет не только недостатки: оно относительно быстрое по касту, надёжное и, самое главное, тоже локальное и не имеет взрывной волны — поэтому отлично подходит против одного предмета или человека.

Ну, и последнее, но не по полезности — «конфринго»! В первую очередь это заклинание всё-таки частично воздействует на физические законы. Автор не смог выяснить как именно, но там есть элемент, отвечающий за поджигающую часть. Это заклинание больше всего похоже на смесь «экспульсо» вкупе со слабеньким «инсендио», поражающий элемент которого распространяется посредством взрыва. Если от «бомбарды» взрывная волна отсутствует в связи с тем, что структура заклинания насквозь магическая, впрочем, как и в «экспульсо». То здесь, судя по всему, в связи с физической составляющей она присутствует хоть и слабая. Это заклинание больше всего похоже именно на обычный взрыв: пламя, ударная волна. Одним словом, снаряд со взрывчаткой, только магический. Имеет широкий предел усиления, начиная с десятисантиметрового радиуса поражения, и заканчивая неслабой такой боевой гранатой. К тому же, судя по всему, усиливается сам взрыв, в то время как количество огня остаётся неизменным. В общем, очень полезное и многогранное заклинание, которое можно использовать и против живых, и не очень.

К сожалению или к счастью, но это умение легко блокируется и отражается большинством магических щитов, как и «экспульсо». В общем, была бы совсем годнота, если бы не повышенные затраты. В данном случае платой за универсальность является именно требования к энергии. Впрочем, для меня — самое оно, хоть я и наверняка не захочу смотреть на последствия взрыва с максимальным вливанием энергии. Но, видимо, придётся привыкать, ибо дальше меня ждёт немало проблем… самая малая из которых — тролль, на встречу с которым лучше подготовиться заранее. Я могу сколько угодно прятаться от канона, но как будто я не знаю, что кончится это одним и тем же… если не хуже.

*«Хуч» — лишь одна из нескольких вариаций, по которым можно назвать учительницу полётов. Я ни на что не претендую, и не говорю, что это единственно верный вариант, но считаю, что он намного более правдоподобный, чем, скажем, фамилия «Трюк».

Примечание к части

Глава пока сыровата, но, думаю, со временем поправлю. Всем хорошего дня)
Напоминаю, что я не против критики, но прошу обосновывать своё мнение, и если вы решили рассказать, что я делаю не так, то предложите своё, более эффективное решение проблемы. Просто так сказать про какую-то серьёзную проблему - мало. Критиковать может каждый. Сказать что-то дельное - каждый десятый. А вот исправить это могу только я, и лишь вам решать, насколько хорошо я это буду делать.

Часть 13, Хеллоуин

В данный момент я нахожусь в своём импровизированном зале для тренировок. Чжоу старательно делает уроки, я же… а что я? Хэллоуин скоро, мне не до домашнего задания, когда по школе будет бродить горный тролль. Мне хотелось создать свой, эффективный метод противодействия. К сожалению, для создания аналога гранат мне не хватало знаний, а любое известное мне взрывное основано прежде всего на магии, к которой тролль имеет сильный иммунитет. Как уничтожить такую громаду? Если верить фильму, то там единственным слабым местом тролля является его голова и, соответственно, шея. Как её снести? Я не уверен в эффективности заклинаний, может быть его даже режущее не возьмёт. Тогда что? Холодное оружие? Уже горячее… трансфигурировать себе максимально острый меч, или более импонирующую мне катану — дело нескольких секунд, особенно если потренироваться предварительно. Но как добраться до тролля? А, впрочем, чего это я? Заготовка уже есть — я уже давно хотел научиться прыгать в воздухе.

На самом деле это была моя старая идея. Я тогда думал на счёт левитации — меня интересовало, почему на мётлах люди могут летать, а сами нет, при условии, что сил-то должно тратится одинаково… Вот и задался я этим вопросом. К сожалению, в книгах про самолевитацию вообще ничего нет — такое ощущение, что все владельцы компаний по производству летающих предметов просто убрали все такие книги, чтобы повысить спрос. Применение «арресто моментум» тормозит всю живую цель, но экономным это заклинание назвать нельзя, тем более, что чем сильнее маг, тем больше на его подъём таким способом нужно сил, если на него воздействуют извне. Да и контролировать такой полёт… сложновато. «Левиосса» — тоже сомнительный вариант, ибо структура действует только на неживое, и постоянно балансировать на подтяжках от ремня и ботинках — не моё, не говоря уже про то, что я как-нибудь себя разрежу левитируемым предметом, если подниму или опущу его на большой скорости. Но, если я не могу находиться в воздухе чисто магическим, то почему нельзя обратиться к своим знаниям? Пусть моих мозгов и не хватает на то, чтобы придумать гранату физическим воздействием, но на воздух то я могу воздействовать? Моя воздушная подушка, которую я придумал, была основана на сходном принципе — при падении под целью (собой) создаётся воздушное уплотнение, воздух постепенно сгущается до тех пор, пока не станет настолько плотным, что сила сопротивления воздуха становится сильнее закона Всемирного Тяготения между планетой и целью заклинания, тогда и происходит остановка. К сожалению, у заклинания получился небольшой дефект — поскольку воздействую я на воздух напрямую, то после окончания действия умения получаю небольшой толчок из-за разжимающегося воздуха, который спешит распределиться в пространстве. Преодолеть я его не смог, но в конце просто перенаправил поток воздуха лишь в одну сторону — вниз, чем и закончил заклинание. Кстати, название для этой штуки я всё же придумал. Дословно получилось — «пневматический тормоз», но я предпочёл чуть более пафосный перевод — «воздушное торможение», которое на латинском звучало как «aerefracto». Отличное название, как по мне. Не хуже и не лучше других. Кстати, когда я произносил название про себя или вслух, то заклинание работало несколько более эффективно. Судя по всему, кто-то в Риме или где-то ещё, где глаголили на латинском, были использованы похожие умения с похожим вербальным ключом, ибо «магия» их запомнила.

Уже имея заготовку, мне намного проще сделать такое заклинание лишь на площадь под ступнёй, да заранее твёрдое в нужный момент. Оставалось лишь как следует натренироваться — до Хэллоуина осталось лишь чуть меньше месяца.

****

Праздник нагрянул внезапно — мне показалось, что время кто-то заколдовал, чтобы оно летело быстрее. Уроки, приятные беседы с Чжоу и парочкой одноклассников, домашние задания, и, конечно, тренировки — всё слилось в один калейдоскоп событий, которые пролетели буквально в один миг.

Проснулся я от сильного запаха печёной тыквы — не то, чтобы я прямо ненавидел его, но приятного было мало. Хотелось верить, что за завтраком хоть что-то будет не сделано из этого весьма популярного в Англии овоща. Как я и предполагал, мои соседи ещё спали — сегодня уроки начинались чуть позже, и их было несколько меньше в связи с праздником. Всего-то одна трансфигурация и одни чары, которые, кто бы мог догадаться, были вместе с Гриффиндором. В этот раз всё прошло немного иначе — в виду отсутствия предохранителя между Рональдом и Гермионой в виде меня, Уизли наехал на девочку сразу после урока превращений. Своими нехитрыми «заучка» и «зануда», когда последняя попыталась ему помочь, он сильно обидел лучшую ученицу факультета. Она, конечно, не подала виду, но было видно, что её эти выражения сильно задели. На следующем уроке она специально села от него подальше. Это помогло, но, к сожалению, её, как пресловутую «лучшую ученицу» поставили к отстающему Симусу Финнигану, который взрывал и поджигал всё вокруг, желает он того, или нет. Мне же в пару достался Терри Бут, с которым я иногда общался. Рону досталась Чжоу, чему последняя не сказать, что была рада. Впрочем, она явно была благоразумнее Гермионы, которая уже начала свою лекцию по отношению к нашему пиротехнику. Из-за жутко самодовольного голоса в стиле «вы все дерьмо» Симус точно также как и Рон до этого, вскипел:

— Вот сама и делай, раз такая умная! Не видишь, что не получается? — отвернулся обиженный таким тоном парень.

Гермиона недоуменно посмотрела на затылок Финнигана: кажется, она даже не поняла, что оскорбила его своим снисходительным отношением.

Я своё перо даже не трогал — обо мне уже забыли, шёпотки стихли. Мне не хотелось, чтобы обо мне вспомнили, а это случится, если я перед двумя факультетами первокурсников выполню задание первым. Гермиона же последовала моим мыслям с точностью до наоборот: нарочито показательно засучила рукава, взмахнула палочкой и громко произнесла положенные слова.

— О, великолепно! — зааплодировал профессор Флитвик — Все видели: мисс Грэйнджер удалось!

К концу урока, что неудивительно, оба ученика, по которым проехалась Гермиона, громко пересчитали последней косточки, причём больнее всего было именно упоминание о том, что с ней никто не дружит: она сразу расплакалась и убежала сразу после звонка. Впрочем, те были настолько злы, что только позлорадствовали на счёт того, что она что-то поняла.

Впрочем, что-то такое я и ожидал. И да, на празднике Гермионы уже не было…

После того, как Квиррелл эпично ввалился в Большой зал со своим «Тролль! Тролль… в подземелье… спешил вам сообщить…» и бухнулся в обморок, Дамблдор сориентировался сразу: он быстро задавил панику, приказал старостам проводить учеников к своим гостиным (а это-то зачем?), а сам собрал педагогов и отправился в подземелье. Я не стал сообщать о том, что знаю, где Гермиона — это может быть и неправдой, она могла воспользоваться другим туалетом. Да и что я скажу, когда преподы будут спрашивать, откуда я узнал? Парвати и Лаванда, насколько я помню, знали о туалете, но, во-первых, в голову что-то сделать им не пришло, а во-вторых, их я услышать в теории не мог — они обсуждали происходящее у стола Гриффиндора, тогда как в Большом зале Орлов и Львов разделяет Пуффендуй: мне просто не поверят, если скажут, что я услышал. Оторваться от Когтеврана было нетрудно, поскольку известно, что там находятся благоразумные ребята, а значит никто, кроме глупого меня на тролля самостоятельно не пойдёт: никто нас не контролировал. Я быстро оторвался от толпы и направился в район третьего этажа. Если всё будет в порядке, то специально монстра искать не буду — просто успокою Гермиону и отправлю в гостиную Грифов. А вот если монстр всё-таки появится, то мне остаётся лишь его победить. Я не адреналиновый маньяк, но с одной стороны — нежелание видеться с такой громадиной, а с другой — если я не появлюсь, то смогу с чистой совестью записать себе на счёт труп одиннадцатилетней девочки. Всё-таки в такой ситуации мало кто выживет, не говоря уже про оцепеневшую от страха и пережитого стресса маленькую Грэйнджер. А я косвенно буду виноват, раз сознательно бездействовал.

****

В этот момент Гермиона как раз вытирала слёзы, размышляя, почему она так обиделась. Ей было до сих пор невдомёк, почему её так не любят. Она старательно зарабатывает баллы, выполняла школьные правила, следила, чтобы это делали другие… и даже помогала своим одноклассникам, если у них не получается. Но почему этого никто не ценит? Наоборот, её даже начинают оскорблять в ответ на попытку помощи. Как ей на это реагировать? Она решительно этого не понимала. Да и друзья… в обычной, не магической школе, она тоже никому не нравилась, но там общение не обязательно — в школе нужно только учиться, но не более, а как ей быть тут, где она на целые семь лет практически без перерыва будет общаться со своим и не только факультетом? Этот Рон совершенно невоспитанный, коллектив девочек, который почему-то не воспринял её. Ну и что, что ей неинтересны сплетни? Это же глупость жуткая. Да и прическа, — какая разница, какая она? Чистые волосы — и ладно. Ей решительно было непонятно, что происходит.

Наконец, успокоившись, отпустив недавний стресс вместе со слезами, Гермиона поднялась с ног и отправилась умываться — её красное, до сих пор припухшее лицо — явно не лучший способ исправить положение. Наверное, ей надо будет попробовать поближе пообщаться с девочками из комнаты, и спросить, что не так. Конечно, неприятно об этом спрашивать, но, судя по всему, это просто необходимо…

Внезапно за дверью туалета послышался какой-то шум. Обернувшись, девочка первым делом сморщилось — ужасный запах мгновенно чуть не свалил её с ног. Стараясь не дышать носом, Гермиона постаралась выяснить, что именно стало источником такого «аромата», выглянув за дверь туалета.

Ровно пять секунд отличнице понадобилось, чтобы сообразить, кто именно заглянул ей в «гости». Огромная, метра в четыре туша, дубина, волочащаяся за огромным существом. Это был горный тролль. Девочка об этом подумать не успела — её мгновенно сковал дикий ужас, она развернулась и без промедления заперлась в туалетной кабинке. Это была ошибка — если до этого монстр мог просто не заметить девочку, то сейчас он точно услышал шум и заметил движение у кабинок. Через пять секунд Гермиона начала что-то понимать, но мыслей хватило лишь на то, чтобы пригнуться, когда ей послышался свист рассекаемого дубинкой воздуха. Это действие было совершено очень вовремя — ещё бы секунда, и знания в голове девочки разлетелись бы по всему туалету. Осознание этого факта полностью парализовало Грэйнджер. Она лишь лежала в обломках, в красках представляя, что с ней сейчас будет. Её воображение в данном случае пошло ей во вред, но не на пользу.

***

В просторную туалетную комнату я вбежал ровно в тот момент, когда тролль разносил кабинки, в одной из которых, судя по всему, сидела Гермиона. И что она там делает? Впрочем, тут её не за что винить — любой бы именно так и поступил в такой ситуации, чисто на психологическом уровне любой туалет — обособленное место, и там никто не будет тебя беспокоить. Конечно, если это не горный тролль с дубинкой.… Но, это ещё ничего, хуже было бы, если бы она сразу потеряла сознание от вида огромной туши и, разумеется, от невероятно свежего аромата, который также ударил мне в нос.

***

Мое восприятие реальности мгновенно ускорилось, зрение обострилось, а сердце стало биться быстрее — в ход пошёл выброс адреналина, вполне естественная реакция на стрессовую ситуацию, и это я ещё ближе не подошёл! Мне даже думать не хочется о том, каково сейчас Гермионе.

Я мгновенно подобрался, и, пока тролль подслеповато выискивал среди обломков загнанную им добычу, я успел трансфигурировать себе какой-нибудь японский меч по давно придуманному мной плану. Он был сомнителен — я не был уверен, что моих сил будет достаточно, чтобы прореразть настолько твёрдую кожу монстра, а уж теперь и подавно. Тем не менее, я побежал, рассчитывая, что инерции от придуманного мной заклинания будет достаточно. Почему-то перед глазами мелькнула сцена из фильма о том, как двое первокурсников в точно такой-же ситуации увлечённо закидывают мусором громадного относительно их роста монстра, а затем о том, как рыжеволосый с лёгкой дрожью в голосе взмахивает палочкой и произносит вербальную формулу заклинания левитации. Я остановился, предусмотрительно откинул катану в сторону и отменил трансфигурацию, а затем смачно ударил себе ладонью по макушке, благоразумно не трогая очки. Ну конечно! И почему такое решение не пришло мне в голову раньше? Я же об этом довольно долго думал... Хотя как это почему? Это все тлетворное влияние писателей фанона — только они могли придумать то, что первокурсник пойдет в ближний бой убивать огромного монстра, который даже при падении может раздавить победителя и не будет шататься перед смертью. Какого хрена я вообще решил взять именно катану? Да даже ускоренное «левиоссой» копьё будет намного эффективней! Зачем мне лезть близко к троллю? Неужели я такой самоубийца?

Новый план действий сложился моментально: я выкинул мощный «люмос солем», который очень удачно вспыхнул прямо перед лицом неразумного гуманоида, что дало мне немного времени, пока тролль выронил дубину и стал со остервенением что-то делать с глазами, то ли чесать, то ли выцарапывать. Пока тот не пришёл в себя, я взмахом руки кинул практически целую дверь от одной из туалетных кабинок в тролля. Этого было недостаточно, чтобы свалить или даже покачнуть монстра, но вполне хватило, чтобы окончательно отвлечь чудище от девочки и заставить обернуться всей тушей к новому врагу, ровно для того, чтобы получить тяжеленный унитаз прямо в морду. А если учитывать, что помимо максимально возможного ускорения от «левиоссы» я прямо перед попаданием в цель добавил ещё более мощное «депульсо» (отталкивающее)….

Абсолютно закономерно произошло то, что тело «тролль» под воздействием тела «унитаз» приобрело дополнительное, непредусмотренное природой ускорение, а если проще, то его протащило вдоль пола около метра, а затем уронило, ударив многострадальной головой о стену и добавив непременный атрибут любой ванной комнаты сверху. Хруст был громкий: мне показалось, что это была чья-то голова. Удачно тролль упал…

Я не стал дожидаться, пока преподаватели подойдут, а быстро смотал удочки — теперь моя совесть чиста, и я не дал погибнуть невинной ученице. Преподаватели разберутся: раз не уследили за троллем и девочкой до этого, то сейчас они всяко смогут присвоить себе мои будущие ингредиенты, а затем сунуть даме в руки успокоительное и проводить в больничное крыло. Уж с этим то они точно справятся! А если нет… ну блин, мне даже сказать нечего…

Примечание к части

Сразу говорю, текст сыроват - отбетить как-следует не успел.
Приятного чтения)
Одна из первых моих сцен с "действием", и, как мне кажется, вышло слегка суховато. Увы(

Часть 14, всего понемногу

После инцидента с троллем в замке начались волнения: преподаватели ходили чем-то загруженные, и даже оба легилимента в виде Снейпа и Дамблдора с завидным постоянством ловили взгляды учеников. Как ни странно, но битого тролля приписывали именно Змеям, и лишь немного подозрений выпало Воронам. Судя по всему, сыграли устоявшиеся стереотипы и реальное положение дел: если победитель тролля не разболтал это по всему замку, то это вряд ли Пуффедуец — тот разболтал бы это как минимум близкому другу, который на этом факультете есть практически у каждого. Если исходить из той же логики, то это событие также не связано с Гриффиндором, поскольку узнал бы об этом не только гипотетический друг, но и факультет, а затем и все остальные. Оставался лишь Слизерин, на котором эту информацию могли спрятать, чтобы зачем-то использовать, а также Когтевран, ученик которого достаточно умён, чтобы не афишировать свои знания/умения/личную силу. Самое смешное, что они в кое-то веки были правы, вот только толку особо не было. Так и получилось, что преподаватели осторожно выискивали победителя четырёх-пяти метрового тролля, но ровным счетом ничего этим не добились: моё ожерелье, или, вернее, цепочка периодически нагревалась, когда я случайно натыкался взглядом на одного из двух легилиментов Хогвартса, но ничего прочитать не давала, тем более что я не злоупотреблял использованием артефакта. Береженого Бог бережет. Я, конечно, немного атеист, но, может, и вправду кто-то есть там, сверху? Что-то вроде высшего начальства. Совсем высшего…

Судя по всему, я начал уподобляться большинству моих собратьев по переселению: каждый фикрайтер был бы просто счастлив, услышь он мою историю. В общем, если говорить прямо, то рассказывать мне стало особенно не о чем.

После ключевого события с троллем жизнь снова вошла в свою колею: лишь Чжоу как-то странно на меня посмотрела, когда я вернулся в гостиную после фееричного окончания пиршества по поводу Хэллоуина. Впрочем, она ничего не сказала, это уже радует. Если бы она оказалась ещё одной Гермионой, которая лезет, надо это, или нет, я бы был очень огорчён: она мне нравилась. Нет, не то, чтобы я был кем-то среди тех, кто пристаёт к детям — я считал это абсолютно аморальным. Ладно, там семнадцать, ну, может шестнадцать лет или чуть-чуть младше, но одиннадцать…как у меня вообще так извилины повернулись, что я просто рассуждать об этом начал?

В общем, это оказалась довольно серьёзная проблема, несоответствие реального возраста и ментального. Всё-время хочется говорить так, как привык — с большим словарным запасом, с аналогиями из прочитанных книг и фильмов, но ведь поймут то далеко не все… Точно та же проблема с общением, поскольку мои одноклассники — одиннадцатилетние дети с розовыми очками. Ничего не знают, ничего не видели, ничего не слышали, своего мнения, как правило, нет. Шутки тоже детские и тонкого юмора никто понять просто не может. Нет, я не жалуюсь, та же ситуация у многих и в шестнадцать и даже старше, зачастую мою попытку пошутить мог не понять даже весь класс… тут впору подозревать либо себя, либо окружающих в аутизме. Но, поскольку человек всегда выгораживает себя и обвиняет других, то не буду отказываться от этого и посчитаю себя очень умным, а остальных — глупыми.

Та же ситуация с девушками — зачастую я просто на автомате могу остановить взгляд там, куда ребёнок моего возраста не то, чтобы не смотрел, а просто не обращал бы внимания. Тем более что окружали меня плоские во всех смыслах люди, но винить тут некого — то, что я старше, чем выгляжу — не моя заслуга. К сожалению, тут действительно винить некого. Так и получалось, что общался с одноклассниками я не более, чем это необходимо для поддержания приятельских отношений, иногда выходило нормально побеседовать лишь с нашей старостой Пенелопой, с которой у меня сложились неплохие отношения: та знала, что я мыслю несколько более «взрослыми» категориями, тем более, что здешнее, магическое воспитание девяностых годов сильно отличается от двадцатых годов следующего века, ибо там осознаёшь, что всё в мире не так просто, намного быстрее, если конечно, ты не повидал войну. А у большинства учеников так и было: террор был ровно одиннадцать лет назад, а это значит, что даже среди семикурсников не было тех, кто старше пяти-шести лет, и, соответственно, ничего не помнящих. Что уж говорить по поводу первогодок, которые, как и я, только родились к окончанию войны? Ещё одной отдушиной была Чжоу, с которой я проводил довольно много времени. Думаете, я настолько низко пал, что считаю её равной своему развитию? Нет, что вы, как вы могли такое подумать… на самом деле я общаюсь с ней лишь потому, что она не является дурой и довольно здраво мыслит для одиннадцатилетней девочки, и, что самое главное, не в штыки воспринимает мелькавшую в моих словах критику взрослых. Она всё-таки понимала, что они тоже люди и могут ошибаться, что обычно является редкостью для детей вплоть до лет тринадцати, которые считают, что взрослые — истина в последней инстанции. Затем начинается подростковый бунт, но я сейчас не об этом. В любом случае, сейчас это очень радовало, тем более, что и её слушать оказалось довольно интересно, ибо она оказалась хорошей рассказчицей. Познавательного было не очень много, но, тем не менее, польза развлекательного характера была неоспорима, тем более, что она позволяла мне лучше понять детскую, и, тем более, женскую логику: она пока не понимала, что делиться со мной своим самым страшным оружием, чем я беззастенчиво пользовался.

Но, как я и говорил, это была лишь отдушина, а на самом деле равного мне в ментале собеседника было не найти — старшие курсы в любом случае снисходительно общались с первыми, даже у Пенелопы тоже проскальзывали подобные нотки, что на самом деле слегка раздражало, а идти и откровенничать с преподавателями мне не хотелось от слова совсем. Вот и оставалось мне грустить и, заодно, бегать от двух настойчиво преследующих меня детей, а именно, от Уизли и Драко.

Как и от Малфоя, который периодически искал моего общества, так и от Рона, который также набивался ко мне с грацией слона, я пока успешно отбивался. На самом деле в этом ничего сложного не было, ибо ловить меня можно было либо после урока, либо в библиотеке, тогда как в первом случае я быстро сваливал, оживлённо общаясь с Чжоу, пока эти два умника по очереди беспомощно пытались набиться на разговор, а во втором Рон даже подходить в обитель знаний боялся, а Драко был чересчур громок при попытке со мной поздороваться, тем более, что даже найти меня там было непросто.

Как я уже говорил, наступила моя проблема, свойственная всем попаданцам, а именно, «Кто виноват, и что делать?» На самом деле очень важный вопрос, но, как оказалось, всё-таки не для меня, ибо я жутко увлёкся магией и её возможностями. Как ни странно, но хоть я уже практически половину учебного года постоянно вижу её применение, меня до сих пор не отпускает жажда изучения столь необычного явления. Золото, Власть — всё фигня. Магия — вот что привлекало меня со страшной силой. Я думаю, мне становится понятно, почему Шляпа отправила меня на этот факультет — наверное, из-за того, что меня очень интересовала эта субстанция во всей своей неотразимости.

Например, мне очень-очень сильно понравилось так и не пригодившееся на практике изобретение: моя «воздушная поступь». Как оказалось, стоящие на воздухе ступни вызывают очень приятное и волнующее ощущение. А если лечь на «подушку» из воздуха, …то ощущение комфорта становится просто незабываемым. Ну, я почесал тыкву, подумал, подумал, да и стал изучать это направление дальше: как я уже понял, в плане мобильности оно может дать просто огромное преимущество, особенно если мне освоить воздух в достаточной степени. Ну, и приятно тоже, в том числе для самооценки — если я смогу научится, то уже возвышусь над остальными магами. Да и хочется в очередной раз утереть им нос. То есть, я, конечно, Избранный, но как сильный маг не признан, что не помешает мне достичь этого несомненного признака мастерства и щёлкнуть по лбу тем, кто уверен, что только всякие Тёмные и Светлые лорды на это способны.

К сожалению, изначально у этого заклинания были очень большие ограничения для меня. Как оказалось, мой контроль просто смехотворен при применении через другие части тела — если через руки всё стало более-менее, и то через призму относительности, то через весь остальной организм энергия шла на порядки менее охотно и точно. Благодаря этому этот приём я учил весь месяц, большую часть из которого мне пришлось потратить на хоть какие-то тренировки по разработке ног для применения магии, поскольку сама теория заклинания была давно готова.

Когда я всё-таки достиг кое-каких результатов в управлении магии через ноги (т.е. это не было похоже на стихийный выброс хоть какое-то время), то до Хэллоуина мне тогда оставалось лишь немногим больше недели. Не знаю, почему я решил тогда, что научится ходить по воздуху — идеальный вариант для победы над троллем, но что сделано — то сделано.

За неделю до известного инцидента с троллем, я как раз устроил себе очередную тренировку. То есть не совсем очередную — по времени она длилась точно также как и остальные, просто именно в тот день я решил применить заклинание на практике.

Я тогда специально притащил себе под ноги пару пыльных матрасов в целях безопасности, а также надёжно запер обе двери и повесил изолирующие звук чары, название которым так и не было придумано.

Чувствуя себя кем-то вроде плейбоя и миллионера перед проверкой своего нового железного костюма*, я стоял на матрасах и старательно концентрировал в ногах немного силы перед своей попыткой «встать» на ставший твёрдым воздух. К сожалению, объём сдерживаемой тогда (да и сейчас) мощи в ногах был сильно ограничен — моё тело было не готово к такой концентрации, поэтому периодически приходилось терпеть фантомные боли в ступнях, куда я набирал энергию.

Итак, Воля, Концентрация, Воображение, Жест! Если первый пункт каких-то особых стараний не требовал — при должном сосредоточении всё выходило нормально, то со вторым всё-таки было немного сложнее. С другой стороны, это тоже пока были лишь цветочки — самым сложным этапом было именно воображение, поскольку то, что я собирался выполнять, мне не было видно никогда. Представить со стороны, как я делаю шаг, и опираю стопу на воздух — несложно. Представить, как воздух сжимается под моей стопой — труднее, но выполнимо. А вот делать всё это одновременно и контролировать силу сжатия, при этом опуская ногу сквозь невидимую преграду — практически невозможно. И если этого мало (на самом деле нет, вообще не мало), то Жест был не отработан, да и выполнение задачи не было привязано именно к шагу в воздух. Вот и получился тогда пшик. С другой стороны, тогда я чувствовал, что шёл по правильному пути, и именно это меня спасло — я знал, что всё получится и верил в достаточной степени. Один день, два, три — каждый раз я уделял этому занятию всё больше времени ровно до тех пор, пока уверенно не встал на воздух, не опасаясь, что невидимый пол под моими ногами исчезнет, а затем и научился «шагать» по воздуху.

В общем, к инциденту с троллем я успел научиться делать лишь два-три шага по воздуху — для меня было сложно удерживать концентрацию на этом действии постоянно. Но, несмотря на недоделанное заклинание, меня страстно тянуло на его завершение — цель научится ходить по воздуху как следует мне показалась весьма и весьма достойной даже для такого скромного вселенца как я.

Однако если я решил чуть больше внимания уделить одному направлению, это не значит, что я забросил другие: список того, что я постепенно осваиваю, очень велик. Я постоянно записывал новые идеи для применения магии, старательно отрабатывал до автоматизма уже изобретённые заклинания, а также периодически опустошал свой резерв полностью. Пусть это и вызывало весьма неприятные фантомные ощущения, но в конечном итоге самую капельку, но усиливало меня. Одна капля — лишь капля. Сто капель — стакан. Тысяча — маленькая лужа. А если учесть, что даже лужа может дать очень приличную прибавку, то я по-прежнему старательно занимался своим развитием. В общем, вёл себя как классический попаданец — постоянно качался. И не сказать, что мне это не нравилось, да и не жаловался я — такая отсрочка перед неприятностями меня очень даже устраивает. А то, как оно водиться в множестве произведений, герой появляется, растёт во всех смыслах, кроме силы, а затем на чистой удаче и благодаря поддержке кукловода получает самый мизер силы, которое еле-еле хватает для того, чтобы превозмочь очередного злодея, а затем нечаянно погибает, хоть этого в книжках и не написано, но подразумевается: просто замазано, ибо иначе они не будут продаваться.

Например, я более чем уверен, что концовка Гарри Поттера в принципе не такая, и Дамблдор не мог просто так погибнуть. Ну, то есть мог, конечно, но только в случае, если проклятье, которое он словил в подарок от воскрешающего камня, действительно его доконало, и он таки решил пожалеть Поттера, которому итак досталось по жизни. Да и победил ли Гарри тогда? Конечно, можно строить предположения сколько угодно, но, во-первых, он победил на чистой удаче, а не на умении — ему всё время давали всё для победы, кроме, пожалуй, встречи с василиском, где он сам проткнул зверюгу мечом, и то, меня терзают смутные сомнения. А птичка и тот самый меч как по волшебству каким-то образом попали в Тайную комнату, про которую Дамблдор, разумеется, не знал. В остальном Патронус — единственное его достижение. Драконов ему спалили, а затем он опять подвергся невероятному везению. С озером его тоже прикрыли со всех сторон, а вместо справедливой оценки, когда тот пришёл последним, ему навесили за «высокие моральные качества», тогда как он просто нарушил условия выполнения задания, ибо прийти последним, да ещё и прихватить чужое «сокровище» — моветон, за который баллы давать не должны, да ещё и так много.

Вообще, Турнир Трёх Волшебников — само по себе сомнительное предприятие, а уж меры безопасности, которые приняли (нет) просто восхищают своим высоким (нет) уровнем. Дракон рвёт цепь — да ладно? Неужели не зачаровали? Метла прилетает к Гарри — да ладно, неужели по правилам за такое не дисквалифицируют? Почему бы ему не дать ещё и настраиваемый портключ, артефакт на защиту от пламени, или, скажем, мантию-невидимку с трибун скинуть? Чары на запахи, а точнее, на их отсутствие — несложные. На бесшумный шаг — тоже. Так почему-бы и нет? Кстати, идея, если я всё-таки попаду на турнир.

Третье и вторые испытания — абсурд. Наблюдение за участниками не столько сложное, почему гости должны мёрзнуть на трибунах, не говоря уже про меры безопасности — каждый из участников мог погибнуть, а слежки за ним нет. Третье Испытание — даже госпожа Удача отвернулась от Седрика Диггори, ибо Гарри решительно ничем не победить из-за его воистину «непробиваемой» везучести и тупости. И то, кто позволил обеспечивать меры безопасности именно Хогвартсу? Никто не проверял? Ладно, они принимающая сторона, но неужели и мадам Максим и Каркарову плевать на безопасность как Виктора Крама, из-за которого мог возникнуть скандал, так и на любимую ученицу полувеликанши — Флер Делакур? В общем, мне остаётся лишь качаться, ибо «здесь должен быть один мат» (но я не буду, т.к. воспитанный), а с такими мерами по обеспечению безопасности я никак не смогу выжить с канонным развитием событий, если буду на уровне тогдашнего Гарри. Всё-таки кто знает, может на меня удача не распространяется, а узнаю я об этом слишком поздно? Поэтому мне и остаётся рассчитывать на лучшее, готовиться к худшему — т.е. к канону.

Кстати, о «прокачке»… Я много думал на счёт того, как здесь очутился, ибо в одно время в мою голову приходили любые идеи, начиная с сеанса демонологии, который в теории могли надо мной провести, и, заканчивая высшими сущностями, которым зачем-то мог очень понадобиться один бедный попаданец. К счастью, на счёт этого я, в конце концов, решил не ломать голову — всё равно ничего не изменю. Так вот, о чём я…ах да, о том, как хорошо люди расписывают жизнь каждого попаданца.… В общем, скажу вам одно: не верьте в эту чушь! Вселенцем быть очень сложно. Это я так, описываю всё задним числом, не пугая вас реальными тонкостями своего положения. Вы смогли бы заставить самого себя делать хотя-бы зарядку ранним утром? Ежедневно медитировать для достижения гипотетического результата, который неясно, когда будет? Копить каждую свободную копейку на новые очки? А напрягать память, пытаясь понять, из канона или фанона у вас что-то всплывает в голове? А как вы будете определять, что вас ждёт впереди, если вы не знаете, канон это, или нет? Представляете, что бы со мной случилось, если Дамблдор был чуть порасторопней и благодаря качественным следилкам узнал бы обо мне то, чего не следовало? Да даже без этого, каждый ли изнеженный житель города может убираться в саду, целый день мыть полы, протирать полки? Нет? Мне не послышалось? Если вы по-прежнему считаете, что это так просто, то вы жестоко ошибаетесь, особенно если до этого вы ничего такого не делали. А уж учитывая «большое» количество массы, «отличное» зрение, а также «великолепную физическую форму», которой у Гарри Поттера отродясь не было, как, впрочем, и всего остального… Тут сразу можно понять, что жизнь такого вселенца — не сахар. И это я упомянул лишь малую часть проблем… вы хоть представляете, как сложно убрать из своего лексикона русские выражения, которые я любил иногда добавлять? Имитировать поведение одиннадцатилетнего затюканного ребёнка? И это всё лишь пара граней из многоугольного тетраэдра проблем, которые неизбежно появляются в такой ситуации… Так что, господа, можете сразу нести мне памятник при жизни. А лучше сразу два, ибо единственным, что не позволило мне скатиться в уныние, так это маячащий впереди свет магии, который так призывно мелькал при каждой моей капле пота, каждой попытке сосредоточиться и собрать мысли в кучу. Так что, если отставить пафос, то каждый должен понимать, что жизнь — не сказка, и всё вышеописанное — так, лёгкая версия, которая позволяет увидеть лишь одну грань из множества.

А раз уж я такой добрый и понимающий… то рассказывать мне становится особенно не о чем. Впрочем, это ненадолго, ибо буквально за завтраком мне прилетела школьная сова с приглашением на чай от Хагрида. Ну, а что я? Я не стал отказываться, а просто ответил, что возьму с собой Чжоу, которая сразу согласилась: ей было тоже интересно побывать в хижине у лесника. После обеденных уроков я и пошёл. Единственной проблемой был Уизли, который явно меня дожидался, но она была решена тем, что мы его обошли так, чтобы он нас не заметил.

Наконец, мы дошли до хижины лесничего, а затем постучались в массивные двери домика лесничего.

— Привет, Хагрид, спасибо, что пригласил, чай действительно очень вкусный. Это моя подруга с моего факультета, — представил я её, — Чжоу, это — Хагрид. Хагрид, знакомься — это Чжоу Чанг с Когтеврана

Хагрид встретил нас с удовольствием: отогнав Клыка, свою огромную собаку, лесник с радушием усадил нас за крепкий, добротно сделанный деревянный стол, налил нам очень вкусный чай, правда, без сахара (я дал себе зарок, что если ещё раз сюда приду, то обязательно возьму его с собой), но, как оказалось, в этом не было ничего страшного — как ни странно, но в этот раз атмосферы хватало для того, чтобы не обращать на это внимания.

.

— Ну… это, очень приятно, — смутился громадный лесничий, никогда бы не поверил, что он так может, если бы его не знал, — я тут лесничим работаю, вот. За зверушками лесными слежу, смотрю, чтобы не обижал никто. Гарри, мисс Чанг, расскажите, как школа-то, мне вот интересно, да. Я в замке не очень часто бываю, а хочется знать, как там дела, да. Как у вас обоих уроки, хорошо учитесь, небось? Раз на факультете умников, а? — начал расспрашивать Хагрид, доставая свои знаменитые непробиваемые кексы, а затем и нарезая какое-то мясо для бутербродов. Я не стал ёрничать и, поедая бутерброды, которые тоже оказались непривычными на вкус, но вполне так ничего, стал рассказывать. Кексы я предусмотрительно стал макать в чай, давая им немного прийти в порядок.

— Да, Хагрид, ты прав, учимся мы хорошо, — я гордо выпятил грудь, — положение обязывает! Раз уж я попал на такой образованный факультет, то нужно соответствовать! В школе всё в порядке, там, в принципе, главное — не нарушать правил часто, а то запросто можно попасть на отработки, чего мне не сильно хочется, как, наверное, и Чжоу, — последняя закивала, — по предметам у меня проблем действительно нет, они не очень сложные, и если хорошенько постараться… то всё обязательно получится! — я говорил правду, мне в данном случае скрывать нечего — первому курсу было намного проще и свободного времени тоже было на порядок больше, поскольку в среднем в день у нас было на одну пару меньше, чем у третьего и более старших курсов, раза в два меньше домашнего задания, а значит, делать нужно было лишь периодически задаваемые эссе, что не являлось серьёзной проблемой.

— Это всё правильно, — согласно покивал лесничий, — так и надо, вот! Вы не то, что близнецы Уизли, а то этих постоянно приходиться по всему Запретному лесу отлавливать, постоянно мимо меня пройти хотят! Жизни с ними нет, балагуры ещё те!

Между делом, я обратил внимание на подставку для чайника, на котором была приснопамятная вырезка из газеты о ограблении банка, причём явно слегка сфабрикованная, ибо если кто-то ограбит банк, то гоблины не допустят утечки информации, во-первых, и ни в коем случае не скажут, что из того сейфа уже что-то забрали в тот же день — это явно нарушало их обеты о нарушении конфиденциальности, во-вторых. Вот и скажите мне, будь у Гарри логика, поверил бы он, что именно эта газета по чистой случайности вырезанная в этом месте, оказалась у Хагрида что-то вроде подстилки под чайник? Я вот не верю. А также я уверен, что будь здесь Рональд, он с огромным удовольствием оказал бы мне услугу, на всю хижину сообщив о том, что в этой газете сказано. Да и не известно, было ли ограбление в самом деле? Я бы никогда не поверил, что гоблины рассказали про ограбление их банка. До этого крупнейшее хранилище денег в магическом мире никогда не было ограблено, так почему это произошло именно сейчас, а в школе никто ни сном, ни духом? В общем, если лесничего просто играют в тёмную, то трудноразличимая, но заметная при близком рассмотрении зависть в Рональде легко даёт понять то, что он действительно принимал бы участие в моём отупении, с удовольствием подливая мне какое-нибудь зелье рассеянности, пинками выгонял бы из библиотеки, а также отталкивал бы от меня любого, кто хоть немного умнее распоследнего воробушка.

Наконец, напившись чая ровно до состояния аквариума, мы с удовольствием набрали с собой кексов и бутербродов, а также заручились обещанием Хагрида о том, что в следующий раз он приготовит нам много заварки с собой — уж больно чай оказался приятным. По пути в замок завязался очередной непринуждённый разговор, в этот раз о лесничем, от которого мы сейчас уходили. Конечно, не очень хорошо обсуждать человека за его спиной, но ещё хуже было бы, приди мы прямо в хижину, и громко стали бы обсуждать его преимущества и недостатки, как у хорошего раба на невольничьем рынке.

— Каким тебе показался Хагрид? — спросила меня Чжоу.

— Ну, знаешь, мне он показался хорошим человеком, — немного растерялся я, — он…добрый, бесхитростный, немного наивный, и, если одним словом, очень открытый. Я думаю, именно такие люди должны попадать в рай, если он существует. Он живёт в полной гармонии с собой, окружающими, он отлично находит общий язык с животными… А если учитывать то, что правильное добро должно быть с кулаками, то его можно назвать воплощением этого качества, ибо на счёт отсутствия у него кулаков я бы ни с кем ни за что не поспорил, — ухмыльнулся я.

Чжоу задумчиво покивала.

— А каким он показался тебе? Я знаю, что твоё впечатление похоже на моё, но ты всё-таки скажи, – спросил я о её ощущениях от знакомства.

— Ну…знаешь, — задумалась Чанг, — в-принципе, ты прав, но ещё мне показалось, что он слишком бесхитростный, чтобы отличать серое от тёмного. Я думаю, что у него есть либо друзья, либо враги по гроб жизни (аналогичное русскому выражение, я не знаю точно. прим.авт.). Он…слишком простой.

Я удивлённо посмотрел на подругу, по-новому разглядывая её. Она смутилась от такого пристального внимания.

— Неужели ты уже прошла тот возраст, когда люди делятся на плохих и хороших? — до сих пор удивлённо спросил я, — мне очень приятно слышать, что ты так думаешь. Я не сомневался в тебе, но не думал, что ты так быстро до этого дойдёшь.

— Да, я, кажется, поняла, что ты имел в виду, рассказывая о других людях. Я много думала и, кажется, пересмотрела своё мнение. — до сих пор задумчиво сказала девочка, — кажется, беседы с тобой плохо на меня влияют. До этого всё было просто, а сейчас, когда понимаешь, что не всё так, как кажется… становится намного сложнее. Но, в любом случае, спасибо тебе за это.

— Ну что ты, — я нарочито грубовато ухмыльнулся, — как я, такой злой Тёмный лорд, которого каким-то образом обозвали Светлым, мог не завербовать себе своего наипреданнейшего сторонника, просто пару раз побеседовав?

— Дурак! — шутливо толкнув меня маленьким кулачком, Чжоу улыбнулась мне, тогда как я ответил на неё, но скорее от того, что она ко мне прикоснулась осознанно. Пусть я и чувствовал себя распоследним девственником, который чуть ли не прыгал в небеса с простого прикосновения, поделать с этим ничего не мог: до этого, как я не общался с девочками, даже такого, полушутливо-доверительного отношения, добиться у меня ни разу не вышло, и я всегда чувствовал себя зажатым. Настроение поднялось куда-то высоко, и жизнь заиграла всеми красками. Замок, к которому мы почти подошли, до сих пор поражал своими размерами, а холодный, намекающий на приближающуюся зиму воздух приятно наполнял лёгкие свежестью. Жизнь была прекрасна, и, несмотря на поджидающие меня неприятности, я с энтузиазмом смотрел в будущее…

Примечание к части

Пока не бечено
Глава довольно большая, это такая мини-компенсация за мой небольшой перерыв)
Так-то здесь особо нечего писать... хорошего всем времени суток!

*Возможно, кто-то не видел фильм Железного Человека от Марвел от 2008 года, но мне этот момент запомнился.

Часть 15, или "ты делаешь это без уважения"

Постепенно, несмотря на всю мою философию, повышенное внимание к моей наисветлейшей персоне начало несколько надоедать. Несмотря на мою явную неконфликтность, отзывчивость, и явную доброжелательность к любому, не смотря на их социальное положение и факультет, у меня по-прежнему находились фанаты, ненавистники, а также исключение в виде Рона Уизли, который в первую очередь хочет подтянуться к чужой славе: на самом деле ему на меня либо глубоко плевать, либо он и в самом деле очень недалёкий и простой как валенок человек, ибо настолько просто и недвусмысленно выражаться мог лишь только один он, куда там Хагриду. Я не раз слышал, что, по его мнению, Слизеринцы — «слизни», «змеи» (тут должно быть отвращение), и, разумеется, «пожиратели» — он даже не смотрел на самого человека, ему было достаточно увидеть зелёные тона на одежде ученика, чтобы мгновенно составить о нем своё мнение, всегда однозначное. Когтевранцев он не раз называл «зубрилами», впрочем, говорил он это не при мне, хоть я всё равно услышал. Впрочем, моим однокурсникам было пофиг, ибо на самом деле это лишь грубый, но факт. Мне лишь не нравился тон, в котором также звучало некоторое недовольство. К Пуффендую у Рона нареканий особых не было, ибо даже для него обзывать каждого из них тупицами — плохая идея, и это он понимал на уровне инстинктов. Такой дружный факультет, коим он являлся, в отличии от Львов, и как не печально, Воронов, мог устроить весёлую жизнь кому угодно, если нарываться. Если Слизерин в школе на птичьих правах, и прямое нападение на Рональда грозит ему проблемами при торжествующих силах «лимонных долек» и «жареной курицы», а Когтеврану, как уже было сказано, всё равно, то вот Пуффендуй принадлежал по большей части к силам Света и был практически непогрешим (идиоты есть везде, просто где-то их терпят, а где-то их незаметно за ещё большими идиотами), поэтому ругать его даже для Рона было как-то неправильно.

Но Уизли со своим поведением не являлся единственной проблемой. Малфой со своей свитой из Крэбба и Гойла постоянно пытался до меня добраться, но делать это прямо в толпе всё-таки поостерегся, поэтому пытался меня отловить. Как уже было сказано, после уроков ему не удавалось — мы с Чжоу быстро сваливали, а в библиотеке коршуном бдела за порядком мадам Пинс — там пафосного знакомства, на которое рассчитывал Драко, не выйдет. Но то, что ему до сих пор не удалось до меня добраться, была лишь доля удачи и моего напряжения, поэтому, как нетрудно догадаться, вскоре мне это сильно надоело. Вскоре я решил наплевать на всех и разобраться с этими двумя противоположными лагерями. Впрочем, я, как водиться, не успел даже придумать свои планы, как их нарушила Гермиона, которая подсела ко мне в библиотеке. С чего она это сделала, мне было неясно — мы не пересекались, я в конфликты не влезал, учился…а, кажется понял. Она нашла себе того, с кем можно пообщаться на тему книг. Ну, что там, попробую с ней пообщаться — может тролль что-то и оставил в её душе.

***

Гермиона как раз входила в библиотеку, и, вежливо поприветствовав хранителя знаний, прошествовала в очередной неисследованный ей отдел. В который раз увидев сидевшего у отдела «теории магии» мальчика, она всё-таки остановилась, стараясь не подавать шума. Девочке было очень интересно с ним познакомиться, и даже придумала повод — у неё не очень хорошо получалась трансфигурация, и она хотела попросить его помочь. Но решиться она так и не смогла — из-за того, что мальчик был не совсем обычным, она просто не знала, как тот отреагирует. Во-первых, не много не мало, но этот когтевранец — Гарри Поттер, Мальчик-который-выжил, живая легенда магического мира. Во-вторых, она так и не перебросилась с ним ни одним словом, и, казалось, даже не знала о его манере общения, ибо ответы на уроках (между прочим, всегда блестящие), совершенно отличались от того, как он должен был общаться в неформальной обстановке. Да и что уж там, Грэйнджер отчаянно комплексовала и боялась, что её просто отправят куда подальше. А враждовать с столь похожим на неё человеком из-за неправильного знакомства ей совершенно не хотелось.… Тем более, что вечно такое подвешенное состояние продолжаться больше не может! Гермиона собралась с силами, и, наконец, подошла к Гарри Поттеру.

— Эмм… — кляня себя, на чём свет стоит, Гермиона сосредоточилась, представив, будто она лишь на каком-то уроке, — здравствуй, можно я сяду?

Гарри поднял взгляд, довольно дружелюбно улыбнулся, и показал рукой на пол перед собой,

— Да, конечно, садись Гермиона. Тебя я уже знаю и ты меня уж точно, так что знакомиться не нужно, — ухмыльнулся тот.

Девочка относительно расслабилась — первый контакт налажен, и, с грохотом поставив свою огромную сумку, села и обратилась к Поттеру.

— Гарри… тебя же можно так называть? — увидев кивок, Гермиона приободрилась, — я хотела попросить тебя помочь мне с трансфигурацией — я не понимаю, как у тебя получаются такие преобразования. Я не видела, что ты так много тренировался, не можешь показать как ты это делаешь без постоянных упражнений?

— Подумать только, — пришло в голову Гарри, — отличница, да просит о помощи в учёбе. Расскажу кому — не поверят. Впрочем, почему-бы и не рассказать?

— Знаешь, Гермиона, на самом деле у нас просто немного разные подходы, — получив в ответ лишь вопросительно приподнятую бровь, Поттер продолжил, — Ты просто дословно выполняешь каждый, самый незначительный пункт задачи по трансфигурации, ведь так? Я же выполняют задание чуть иначе: мне удобнее работать больше на интуитивном уровне — вот, например, смотри.

Гарри взял в руки книгу, достал палочку (с пером феникса), а затем одним взмахом превратил её в аккуратное зеркало.

— Как ты? Без слов?! Да это же… — Гермиона даже потеряла дар речи от неожиданности.

Когда девочка успокоилась и смогла более-менее эффективно внимать высшей премудрости, Поттер прервал поток вопросов, которые она хотела задать, а сам начал подводить её к правильному ответу.

— Ну, хорошо. Давай начнём издалека. Чем, по твоему мнению, понятие мага отличается от волшебника? Какие ассоциации тебе приходят в голову?

Гермиона задумчиво обратила свой взор к потолку.

— Не знаю… маг. — Грэйнджер посмаковала слово будто на вкус, — наверное, это глупо и неправильно, но мне маг представляется как кто-то вроде сильнейших волшебников — Мерлин, например. Его волшебником называть почему-то не хочется… возможно, это всё влияние магловских книжек, — слабо улыбнулась Гермиона, — а волшебником можно назвать любого в этом замке — тот, кто умеет творить что-то необычное, не свойственное обычным людям. — с сомнением закончила девочка, — а зачем ты вообще спрашиваешь?

Поттер покачал головой, а затем спросил:

— Хорошо, а теперь можешь сказать, какие особенности помимо дара требуются для того, чтобы быть магом? Ну, то есть ты же не веришь, что достаточно взять длинный посох, нацепить шляпу и бороду, а затем пойти агитировать хоббита на новые приключения?

Гермиона звонко рассмеялась, а затем, сквозь смех, покачала головой.

— Вот и весь ответ — думай, чем маг отличается от магла с палочкой, а затем пробуй не использовать магию по инструкции, а доверься интуиции, своему желанию достичь результата, — глубокомысленно и проникновенно вещал он, — вот и весь секрет, — пожал плечами, показывая руки ладонями вверх. А затем, не давая Гермионе опомниться, ещё одним взмахом вернул книге первоначальный вид и поднялся со своего места, — и вообще, мне уже пора. Удачи в освоении таинств магии! — затем Гарри развернулся и быстрым шагом покинул библиотеку, не дожидаясь недовольной шумом мадам Пинс.

***

Направляясь в большой зал, я с улыбкой вспоминал только что прошедший разговор. Вот честно — мне понравилось. Наверное, во мне есть что-то от преподавателя, но в любом случае было очень приятно подводить Гермиону к нужным для понимания мыслям. Тем более, что я, по факту, ничего такого конкретного не сказал — лишь одни довольно туманные и философские пояснения. Впрочем, больше то и рассказывать нечего, ведь таких методик никто и нигде не найдёт, и методика для понимания отсутствует, ибо у каждого своя. Единственные, незыблемые факторы — Воля, Жест, Слово, Концентрация, и Воображение, причём часть из них связаны между собой. На дальнейшее саморазвитие Герми я намекнул, а дальше она пусть сама попробует — я же не нянька и не сопливая девочка, которая каждого пожалеет и будет до-посинения рассказывать свои кровью и потом добытые знания, при условии, что последняя даже таковых не имеет, а получила всё это за счёт пресловутой «воли автора», которая в множестве произведений вообще не имеет границ, а обучение по факту отсутствует. Тем более, что уже сейчас я прекрасно осознаю, что магия — искусство менять мир, а не очередной инструмент, который каждый использует как хочет. Нет, я не против, такое применение тоже, безусловно, имеет право на существование, но всё равно обидно, что такой дар используют лишь в качестве усмирения своей жажды власти, денег, своих не совсем правильных наклонностей. Одним словом — использование как инструмент. Многофункциональный, удобный, "волшебный", но всё же инструмент. Это, на самом деле, сильно раздражает. Я не фанатик и против прямо-таки поклонения этой силе, но границы тоже должны быть. Всё-таки верно говорил один дядя одного Человека-Паука — «С большой силой приходит большая ответственность», или как-то так. Конечно, контекст немного другой, да и смысл там тоже был воспринят иначе, но сама фраза — золотая. В первую очередь, я уверен, что наличие силы не требует постоянного её применения. Наоборот, сила должна лишь быть запасным вариантом, когда остальные аргументы уже просто отсутствуют. Я же просто безусловно должен стать очень сильным, ибо такое количество неприятностей на одну несчастную тушку это прямо-таки предполагают, ведь на мне с самого начала висит такая жирная мишень, что просто представить нельзя. Фанатики Пожиратели Смерти (Упивающиеся смертью? Какая разница?), враги рода Поттер, если такие есть, я пока не знаю, а потом ещё и куча испытаний с которыми я либо погибну, избавившись от крестража по плану Дамблдора, либо всё-равно погибну, но уже от Волан-де-морта и его печально известной «авада кедавра». Да даже Добби, по факту — мой самый преданный фанат, хочет меня прикончить, чтобы это не сделали другие. Здорово, правда? И так повсюду, даже если не учитывать всякие пакости, которые ждут известного человека — повышенное внимание, сопутствующая ей зависть, любовные зелья поближе к старшим курсам, одним словом — жуткое дело, и для этого мне, безусловно, нужно стать как можно более сильным. Будь я любым другим, неизвестным никому магом — всё-равно бы развивался, просто рвать себе жилы было бы без надобности, и я спокойно смог бы прожить сопутствующую волшебнику длинную жизнь в достатке, спокойствии, и радости. А тут…ну, что поделать, карма такая. Да и рояли всё-таки есть, значит прорвёмся — шансы имеются.

После того, как я провёл себе очередной сеанс самокопания, а затем самовосхваления, мне, наконец, удалось добраться до Большого зала, где я уселся обедать вместе с как раз подоспевшей Чжоу, которая в этом время вернулась из гостиной — она там делала домашнюю работу по заклинаниям. Всё-таки ей мой метод точно не подходил — свою магию она не чувствовала, поэтому там ей, в отличии от трансфигурации, приходилось работать самой.

— Привет, Чжоу, — кивнул я ей, аккуратно проглотив очередной кусок курицы. Ну, тут уж ничего не поделаешь — её я очень люблю, и даже учитель по этикету не смог вбить в меня то, что такие блюда воспитанные люди вообще не едят, ибо разделать куриную ножку обычными ножом и вилкой вообще невозможно. Хм…может придумать специальное заклинание, которые избавляет любое мясо от костей? А почему-бы и нет? Надо будет придумать, будет у меня всегда филе в тарелке… Или такое заклинание уже есть?

— Здравствуй, Гарри, — поздоровалась Чанг в ответ, перекидывая ноги через скамейку, — я просто жутко голодная! И ты, наверное, тоже… Не понимаю, как ты так медленно умудряешься есть, будучи голодающим! — эмоционально выдала она.

— Всё очень просто, — начал я, — когда хочешь произвести хорошее впечатление хорошими манерами на, — подмигнул Чжоу, — хорошую девушку, то ещё и не так раскорячишься! Но от курицы, правда, — тяжело вздыхаю, — отказаться всё-таки не могу. Получив острый кулачок по плечу, я шутливо изобразил «умирающего лебедя», а также вид слегка покрасневшей Чжоу. Жизнь налаживалась — похоже, даже мой комплекс неполноценности дал сбой, и я всё-таки отвесил ей свой первый, пусть и неуклюжий, комплимент.

Но день не мог пройти идеально — такое хоть и случалось, но явно не в этот раз. На выходе из холла меня всё-таки встретил Малфой вместе со своими бессменными телохранителями.

Остановившись напротив меня, Драко начал свою речь, по его мнению, способствующую быстрому знакомству:

— Меня зовут Малфой. Драко Малфой. — надменно сказал блондин, а затем кивнул на своих телохранителей, — это Крэбб, это Гойл, — Малфой снова повернулся ко мне. — Скоро ты наверняка узнаешь или уже узнал, Поттер, что в нашем мире есть несколько династий волшебников, которые куда круче всех остальных. Тебе ни к чему дружить с теми, кто этого не достоин. Я могу помочь тебе во всем этом разобраться, — выдав эту тираду, Драко протянул мне руку для пожатия.

Тем временем, около нашего места знакомства уже потихоньку собралась небольшая толпа — как бы Драко того не хотел, без свидетелей меня не так просто поймать. Ну, ладно, начнём концерт. В конце концов, существует мнение, что весь мир — театр. Медленно пожимаю ему руку. Да и вообще, что-то я в ударе сегодня…

— Пусть и заочно, Драко, но я знаю тебя много лет… — ухватил я его руку, постепенно, плавно сближаясь, — но ты никогда не предлагал мне ни совет, ни помощь. Я даже не могу вспомнить, …когда ты приглашал меня в свой дом хотя-бы на чашечку кофе… — Драко, находясь в шоке, автоматически меня слушал, позволяя вести себя за мной. Я плавно положил ему руку на плечо, глубокомысленно и проникновенно продолжая свой монолог, — хотя я — твой троюродный дядя. Будем сейчас откровенны: ты никогда не искал моей дружбы, и я тебе не был нужен все это время.

— Я не хотел… — потерянно пролепетал блондин.

— Ну-ну, Драко, — мягко пошлёпал я его по плечу, — я всё понимаю. У тебя был свой рай: ты — наследник древнего Рода Малфоев, единственный сын своего отца, у которого хорошо идёт бизнес, в школе тебя будут защищать твои «друзья» и тень отца, который находится в Попечительском Совете школы. Скажи себе честно: тебе не нужны были такие друзья, как я. Ты забыл обо мне. Все эти одиннадцать лет ты даже не попробовал найти своего родственника, пока я жил с маглами.… А теперь ты приходишь и говоришь: «Гарри Поттер, я предлагаю тебе свою дружбу». Но ты просишь без уважения, ты высокомерно снисходишь до своего предложения, даже не думаешь обратиться ко мне иначе, чем по фамилии. Нет, ты вылавливаешь меня по всей школе, а затем надеешься на дружбу, ничего для этого не сделав. — Я снимаю руку с его плеча, и усилием воли прилепляю ботинки Драко к полу.Без палочки, разумеется. А затем разворачиваюсь, и выхожу.

— Чего стоите?! Поганые грязнокровки, — взъярился Малфой, пытаясь развернуться к толпе. Впрочем, неудачно. Люди оценили — даже чистокровные уже не могли удержать улыбку, уж больно белобрысый выглядел комично. Да, не такого Драко ожидал приёма, не такого… впрочем, ему будет полезно получить пару моральных плюх. Я не нянька, поэтому, если ему требуется помощь в воспитании, я её ему обеспечу... своеобразно. Методы мои, увы, весьма и весьма далеко от гуманных и «правильных».

Наверное, мне даже немного жаль Малфоя, но тут уж ничего не поделаешь. Я, не дожидаясь концовки номера, ушёл к себе в гостиную, размышляя о возвышенном — самой тщетности бытия.

Примечание к части

Не бечено(
Пару раз прошёлся по тексту. Так, для очистки совести.
Давайте не будем придираться к сюжету? Всё-таки я автор, и пытаюсь сделать хоть что-то новое в этом фэндоме, не опускаясь до совсем уж штампов. Конечно, есть и любители плохого Дамблдора, и хорошего, есть те, кто готов преклоняться перед Снейпом, а есть те, кто всех в ГП хотят унизить. Я же не хочу впадать в крайности и вешать ярлыки. А ведь это, хочу заметить, не так уж и просто...
Диалоги не очень хорошо прописаны — когда я делал это, ещё вообще не умел ими заниматься, так что не кидайтесь тапками сильно, я старался)
Всем хорошего времени суток!

Часть 16, почему бы и нет

Примечание к части

Йо-хо-хо! Чуть не забыл выложить)
Не бечено!
Единственное, что печалит, так это Муза — в последнее время новые части не спешат появляться на бумаге. Так что ещё пара глав будет, а затем вполне вероятна небольшая задержка при появлении прод.
Тяжела доля людей творчества — желание им заниматься весьма непостоянно...

Всем хорошего времени суток и приятного чтения!

— Зачем ты так поступил с Малфоем? — накинулась на меня Гермиона, сев со мной в библиотеку в следующий раз.

— Тебе отказать, указав на твою нетактичность? — выслушав «ой!» от девочки, я стал выдавать варианты дальше, — рассказать вкратце? Или выдать вообще всё, начиная с теорий появления планеты? — в фразе явственно послышался мой хмык.

Гермиона замахала руками,

— Нет, нет, давай обойдёмся без крайностей, Гарри. Я понимаю, что ты не хочешь с ним дружить, но всё-таки, зачем ты это устроил? — прищурилась любопытная, ждёт ответа…

Я пожал плечами,

— Ну, а что ты хочешь от меня услышать? Если честно, то я в каком-то смысле ему помог — судя по его поведению, он мыслит себя выше всех: его так воспитали, он даже не осознаёт, как глупо выглядит, пародируя своего отца. — Сделал я лицо посерьёзней, — Тем более, что то представление пусть его слегка и унизило, но показало, что в жизни не всё так просто, и давить авторитетом можно далеко не всегда…

— То есть ты сделал это в воспитательных целях, — удивилась Гермиона, — со стороны даже предположить сложно такое….

— А что ты хотела? Для настоящего мастера, — осталось гордо выпятить грудь, — это только подножие моего актёрского таланта. Ну, или вершина — одно из двух, — уже тише добавил я.

Гермиона улыбнулась, а затем разговор сам собой затих, и она снова ткнулась в какую-то книгу. Я от неё не сильно отставал — в библиотеке всё-таки зачастую попадались весьма интересные опусы, пусть и были спрятаны где-то очень далеко. Судя по всему, даже директора школ не могли здесь всё перекопать — всё-таки эта библиотека была и будет одной из самых крупных в мире, даже не смотря на регулярные «чистки» на «тёмные» знания. Поэтому периодически я и находил что-то в дальних углах, причём весьма и весьма интересное. Например, в этот раз я держал в руках книгу очередного анонима, которая поведала мне ещё крупицу новой информации по поводу комбинации «Жест, Воля, Воображение», несмотря на очередную кучу иносказательных выражений, которые можно толковать как угодно… неужели нельзя было сделать что-то чуть более понятное и менее пафосное?!

Впрочем, ладно, не обращайте внимания, это просто очередной крик души…

***

Время шло, а вызовов к директору ко мне так и не приходило, причём это очень меня радовало. Всё-таки от такого фрукта, как Альбус много-много имён Дамблдора ждать ничего хорошего не приходилось даже в каноне, а уж те ужасы, которые проскальзывали в большинстве «злых» произведений напрочь отбивали охоту видеться с нашим любителем лимонных долек.

Но, несмотря на то, что со стороны директора напрямую шагов принято не было, на меня снова стал взъедаться профессор Снейп. Насколько я понял, он стал искать повод назначить мне отработку. Зачем — пока не очень ясно, но я полагаю, что это «приказ свыше», поскольку до этого преподаватель относился ко мне хоть и довольно строго, но и рамки не переходил. Впрочем, его саркастичные высказывания были довольно занимательные, тем более что количество «этажей» его выражений нечасто уступало «матным» этажам какого-нибудь сапожника. В общем, завуалированность его оскорблений мне весьма импонировала, особенно, если была направлена не на меня.

Сейчас же подколки стали на порядок обиднее для одиннадцатилетнего пацана. Если бы на моём месте был бы кто-то такого возраста, то обязательно бы вспылил на эти подколки или высказал бы что-нибудь Снейпу в ответ, на что бы гарантированно получил отработку. Зачем? Да не вопрос — судя по всему, директору позарез нужно познакомить меня с Пушком, а также назначить мне рандеву с Квиррелом в лесу. А поскольку я очень законопослушный и правил не нарушаю (на самом деле я просто очень не дурак поспать, поэтому и ложусь вовремя), то и способ выкурить меня из гостиной был выбран именно такой. Чжоу, между прочим, повышенную строгость профессора зельеварения заметила, тогда как Гермиона — нет. Объяснять что-либо когтевранке я не стал — отшутился «началом осеннего обострения», на что последняя с готовностью похихикала и перестала обращать внимания, судя по всему, беря пример с моего величества. Да-да, я показательно игнорировал подколки профессора, правда, мысленно похихикивая на некоторые высказывания. Между прочим, моя защита нагревалась всего пару раз — профессор не брал себе привычку долбить мой артефакт постоянными попытками, что шло ему в плюсик. Небольшой, но всё же это была приятная неожиданность, я ждал более частых попыток.

***

Тренировки же мои приняли особенный смак. Я каждый день с нетерпением ожидал их, ибо ощущения при нахождении в воздухе без каких-либо «костылей» меня так захватили, что я прямо-таки грезил перед сном, что научусь управлять воздухом по-настоящему. К сожалению, по некоторым причинами это было весьма непросто, поскольку концентрация требовалась чудовищная, но, постепенно, я начал «опускать» стадию за стадией, набирая навык по автоматическому применению «воздушной поступи».

Помимо практики в магии воздуха, я абсолютно разочаровался в магии без жеста — как оказалось, он, несмотря ни на что, просто необходим.

Распространённое мнение среди множества людей, грезящих о волшебстве, гласило о том, что Жесты — бесполезный «костыль», который лишь временно облегчает колдовство, на деле лишая тренировки в контроле энергии. И действительно, в каком-то смысле это так… однако без жеста обойтись не получится. Как я уже выяснил, использование стандартных взмахов волшебной палочкой отлично работает из-за распространённости этой практики — «инфополе» магии или что-то, что за это отвечает… В общем, «оно» запомнило то, что именно хочет сделать маг, выполняя какой-либо жест при помощи палочки, и это сильно облегчает их будущее использование, хоть и является сильным упрощением. Чем хуже выполняется жест, тем менее эффективно заклинание — это закономерно выползающий факт, причём компенсировать свою криворукость нужно будет по старинке — при помощи «Воли, Воображения», которое у теперешних магов полностью атрофировано за ненадобностью — ведь есть закреплённый жест, который всего лишь нужно отработать.

Таким образом, если в настоящее время маги без жестов (т.е. взмахов палочкой) обойтись практически не могут для чего-то сложнее «люмос», то я, с огромным трудом, напряжением воли, могу направлять силу вручную, без Жеста, который на самом деле является «якорем» для активации заклинания. Да, скорее это способ быстрее его запомнить, а затем убрать Жест и выполнять его усилием мысли, когда тело уже помнит последовательность действий. Одним словом, вопреки мнению всех «Марти-Сью», который с завидным постоянством колдуют при помощи мизинца левой ноги, без Жеста обходиться возможно, только если ты имеешь потоков пять сознания, хотя при наличии такого умения человеком назвать себя будет проблематично.

Таким путём я и пришёл к тому, чтобы создать свои жесты, с кистями и пальцами. Задача, на первый взгляд лежит очень простая —какое там, что может быть проще, придумать систему Жестов для любого заклинания, которое я когда-нибудь изобрету… В общем, дело весьма неординарное и очень непростое.

Конечно, жесты, в теории, могут быть любыми — я даже могу взять японские «печати», просто вопрос рациональности подобного хода. Во-первых, немного стыдно тырить идеи из аниме — чувствуешь себя вором и всё-такое… Во-вторых, мне как-то не особенно хочется гнуть жуткие фиги из пальцев. Можно попробовать брать какие-нибудь акробатические пируэты из мультфильма про «Аватара», но тут встаёт та же проблема. Я люблю акробатику, но не во вред эффективности же… Вот и встала перед о мной эта проблема во всей красе.

Таким образом, путём долгих размышлений я взял за отправную точку именно руки. Если анимация японцев ударилась в одни кисти и пальцы, а американская продукция в использовании всего тела, то я решил найти что-то среднее — придумать систему заклинаний, опираясь на различные положения рук, тем более, что использовать кисти и пальцы никто не запрещал. К тому же, по здравому размышлению, я пришёл к выводу, что правильное использование жестов поможет мне лучше визуализировать заклинание — например, тот же щит, который можно научиться возводить при помощи жеста развода рук в разные стороны по траектории полукруга, или «секо», которое можно выполнять при помощи разрубания воздуха рукой. Точно также стали вырисовываться заклинания, которые требуется «отправлять» в противника — с ними можно разобраться при помощи пассов, тогда как мощность можно будет регулировать при помощи размеров замаха или толчка в воздух. Одним словом, я был очень горд своей идеей, хоть она и не очень нова — какие-нибудь Шумерские маги тоже ходили с какими-нибудь Гримуарами, а колдовали тоже руками.

К сожалению, это был не единственный мой путь и не единственная проблема, которую необходимо решить для моего дальнейшего развития. Как показала практика, «воздушная поступь» (которая начинала получаться всё лучше и лучше — я уже мог сделать шагов десять до потери концентрации) начала быть весьма и весьма требовательна к моей физической форме. Как оказалось, моих тренировок, на которые, я, кстати, ещё и забивал иногда, стало не хватать. Дело было в том, что для дальнейшего развития умения ходить по воздуху нужна очень хорошая форма для того, чтобы банально не сломать себе ноги. Почему? На самом деле всё очень просто. Я собрался разрабатывать себе модификацию этого заклинания, если его так можно назвать. Если раньше я воздух, который разжимался со страшной силой, я выпускал под собой, вниз (пыль всю сдувало только так объёмом в целый метр), то теперь для своего ускорения я один раз попробовал прыгнуть вверх при помощи выпуска «реактивной струи» себе в ноги и оттолкнуться при этом. Когда я, не подумав, на волне энтузиазма это проделал, то едва не сломал себе обе ноги — благо, обошёлся лишь растянутыми сухожилиями в коленях, и то, скорее из-за того, что догадался не сильно уплотнять воздух под ступнёй. Потом долго ходил неторопливо, стараясь не тревожить свои несчастные конечности…

***

Также меня начала изводить Чжоу — не в том плане, что буквально, но ей прямо-таки захотелось покататься на метле. Как я уже говорил, квиддич — одно из её немногих увлечений, а поскольку ей одной было скучно, она с настойчивостью танка или кого не знаю там пыталась уговорить меня полетать вместе с ней. Конечно, вопреки распространённому мнению среди каждого вселенца о том, что этот спорт — абсолютное и бесповоротное зло, я был в корне с этим не согласен, однако недостатков у такого начиная всё-таки было предостаточно. Во-первых, мне действительно абсолютно не импонировала система распределения очков, а также множество несостыковок и нелогичностей в правилах. Например, если ловец такой важный игрок в команде, то почему если вывести его из игры, то за это дают лишь штрафное пенальти? Или почему целых сто пятьдесят очков? Не хочется повторять чужие слова, но действительно, какого, извините, хрена? На чемпионате мира по квиддичу из канона победила Ирландия… но какой ценой? Болгаре были разгромлены в хлам по всем пунктам — семь «молний», метлы экстра-класса, подавляющая тактика, переигрывающая убогость, названная стратегией у болгар… а в итоге какой-то Виктор Крам победил одного единственного ловца и едва не выцарапал победу у практически идеальной команды! Сто, блин, пятьдесят очков! В общем, как по мне, игра абсолютно несбалансированная.

Вторым пунктом моего недовольства стал сам транспорт, которым пользуются игроки в воздухе — как бы я не уважал традиции, но метла, как по мне, весьма сомнительна даже с учётом их влияния. Конечно, вопреки мнению всяких там попаданцев, отбить на мётлах ничего не выйдет —у любой из них предусмотрены чары, амортизирующие удар всего, что ниже пояса, но это вовсе не убирало общего неудобства этого вида транспорта как в спорте, так и в повседневной жизни. Впрочем, не мне судить…

За время тренировок, которые всё-таки были проведены мадам Хуч, я уже летал на метле. Однако если сам вид транспорта мне вообще не импонировал, то определённое удовольствие от нахождения в воздухе я испытывал, а если ещё и переставал контролировать каждое своё движение, то воздух словно сам собой раздвигался во время моего пути: моя аура сама подстраивалась под потоки воздуха по пути наименьшего сопротивления и позволяла туше Гарри их избегать. Я полагаю, что это такое наследство моей семьи. Возможно, это слишком громко называть родовым даром, но предрасположенность точно имела место быть. Наверняка, именно поэтому мне так относительно просто получилось научиться тормозить, а затем и стоять на воздухе. Ведь дар не привязан к метле — это же бред был бы какой-то.

Поэтому, послушав, как Чжоу заливается соловьём, что уже выпросила мётлы у пары третьекурсников, я подумал-подумал, да и сказал — «а почему бы, собственно говоря, и нет?

Таким образом, сразу после обеда, в то время, как нам был положен отдых в гостиных, мы с Чжоу похватали каждый по метле и отправились на поле для квиддича. Мы не боялись кого-то там встретить — как правило, тренировки в такое время не проводятся, тем более, что наша любительница спорта на мётлах заранее уточнила, что сейчас на поле никого не будет.

— Ты уверена, что это хорошая идея? — спросил я для проформы. Чжоу скорчила удивлённое лицо.

— А почему ты считаешь, что плохая?

— Как по мне, будет скучно, — перекинул я ногу через свою метлу, — квоффла нет, а просто так летать… ну, не знаю. Я своё «фи» высказал, не обращай на меня внимания, — открестился я, и взмыл в воздух.

Та метла, на которой я находился, была лучше школьных — «Комета-250», кажется, впрочем, я в этом не сильно разбираюсь — наизусть я знаю всего две.… Нет, три модели: «Нимбус-2000», «Нимбус-2001», а также приснопамятную «Молнию».

Привычно взлетев в воздух, я быстро сориентировался и вместе с Чжоу начал выделывать пируэты. Мы довольно быстро скооперировались и стали выполнять всякие «мёртвые петли» вместе.

Но разве бывало, что что-то пройдёт без проблем? Нет! Вы же сами знаете. В общем, моя метла внезапно взбрыкнула, и если бы я подсознательно не ожидал какой-нибудь подлянки, то обязательно бы выскочил из «седла». А так меня просто чуть не скинуло с него, а потом мой образец «безопасного» магического транспорта стал вытворять нечто совсем несуразное и неподобающее порядочной метле: её мотало из стороны в сторону, рукоять мелко-мелко вибрировала, а крик Чжоу, которая это увидела, лишь добавил трагизма ситуации…

—- Гарри! Что случилось? —подлетела она ко мне и начала с беспокойством нарезать вокруг меня круги.

— Знаешь, если бы ты когда-нибудь была на родео, ты примерно бы поняла меня. Метла совсем не слушается! — выкрикнул я.

На самом деле, несмотря на то, что метла, мягко говоря, вела себя странно, меня это не сильно волновало. Всё-таки мне не стоит забывать о том, что даже если я каким-то образом свалюсь с метлы, то мои умения работать с воздухом мне здорово помогут не изображать из себя героя мультика, упавшего с высоты. Но это вовсе не убирало того, что метла, на которой я сейчас лечу — заколдована, и мне очень хотелось знать, кем именно. На счёт того, что метлу кто-то заговаривает, можно не беспокоится — на самом деле, проделанная Снейпом и Квиррелом работа в каноне является полной чушью. На самом деле фраза Гермиона «он заговаривает метлу!» абсолютно и бесповоротно является ложью. Почему? Да всё просто — на самом деле оба работали уже с наложенными на метлу проклятиями, которые лишь требовалось активировать. Пусть о таких я только слышал, но какие мои годы? Оба фрукта зачастую обращались к таким источникам информации, к которым я не попаду при всём желании ещё много-много лет. Так что в фильме оба господина просто шептали различные вербальные формулы для активаций различных плетений. Если Снейп откуда-то предположил эту развязку и почему-то защитил сына Лили, выполняя своё обещание (у этой внезапной идеи Снейпа ниоткуда не торчит белая борода, мне не кажется?). То Квиррел, а точнее, его гость в теле, не смог избавиться от присущего ему пафоса, когда всенародный герой превращается в лепёшку прямо на поле полном болельщиков.

Сейчас же работал кто-то заранее подготовленный, поэтому автор заклятия мог сидеть и на расстоянии, ибо активация уже наложенных чар не требует стоять рядом с их целью не в пример накладываемым отдельно магическим конструктам. Квиррел на матч в каноне пришёл из-за конспирации — бормочущий что-то на стадионе профессор будет личностью гораздо менее подозрительной, особенно вкупе с репутацией «нервного типа, чем «внезапно заболевший» преподаватель перед эпичным падением Поттер, который становится весьма и весьма примечателен. Да и знаю я об этом действительно мало. Может быть, с расстоянием и не получится ничего такого.

Когда метла меня всё-таки скинула, Чжоу не смогла удержать крика, хоть и весьма бесполезного в этой ситуации. Поскольку расстояние до травы на поле было весьма приличным, мне не составило особого труда пафосно сложить руки у себя на груди и ещё более манерно «затормозить в воздухе благодаря всё-таки пригодившемуся мне заклинанию — моей «воздушной подушке».

Чжоу, мгновенно сорвавшаяся ко мне сразу после спуска с метлы, смогла созерцать только мою весьма меланхолично настроенную физиономию. Ну, и, разумеется, сложенные на груди руки (мол, принцесса), а также висящее в двадцати сантиметрах над травой моё бренное тело, смотрящее глазами куда-то в сторону на редкость нечастой погоде — голубому небу с редко проплывавшими мимо облачками. Идиллия…

Часть 17, канон и мантия

То происшествие я расписал Чжоу как непроизвольный стихийный выброс: несмотря на то, что ядро стабилизировалось, вплоть до семнадцати такие спонтанные «колдунства» вполне могли происходить до тех пор, пока магическое совершеннолетие не наступит. Впрочем, Чанг не очень-то мне поверила, но докапываться, к счастью, не стала.

А кто это сделал, выяснить так и не удалось. Флитвик по нашей просьбе проверил обе метлы, но нашёл лишь остатки чар, которые практически выветрились. Определить по ним автора уже не получилось. Оба третьекурсника ничего об этом не знали. В общем, виновника найти не удалось. Хотя, подозрения, конечно, у меня были, но кто знает настоящего заклинателя?

****

С тех пор, как я осознал пользу действительно хорошей физподготовки, моё умение обращаться с воздухом несколько возросло. Но вот незадача: моё тело не успевало по развитию догнать мои гениальные идеи. Попытки делать «рывки» при помощи магии Воздуха я оставил как класс ровно с тех пор, как мне пришлось обращаться в медпункт из-за перелома ноги. Всё-таки неконтролируемый поток воздуха — не лучшая опора для моего весьма дохлого одиннадцатилетнего тела.

Но это вовсе не означало, что я перестал тренировать свой контроль в магии — всё-таки это лишь один пункт, зато какой полезный! Ведь умение контролировать свой дар даст возможность усвоить быстрее любое заклинание! А если учитывать мой резерв… впрочем, чего это я каждый раз одно и то же повторяю? Это то и так понятно, просто тут стоит поподробнее пояснить про тренировку контроля…

С тех пор, как я пробудил магию, и стал учиться её применять, мне практически сразу удалось заметить, что большая часть энергии куда-то пропадает — мне не раз приходилось видеть, как лишь малая часть силы реально меняла мир, тогда как остальные, отдельные сгустки энергии просто рассеивались в пространстве, причём так, что этого вроде-как на первый взгляд не заметно.

Тогда же я начал тренировать то, что в то время подразумевал под контролем магии: я стал направлять силу, максимально концентрируясь на результате, и буквально на износ используя всё своё воображение и силу воли на желание достигнуть результат. Который, кстати, я получал, но, увы, тогда не понял, что тренировал не сам контроль, как он есть, а отдельные элементы любой магии, а именно «Волю», причём лишь её подраздел.

То, что я что-то делаю не так, я заметил не так давно, во многом из-за того, что результат тренировок всё равно был, пусть и не такой большой. Как оказалось, упуская из виду нужные мне в тот момент компоненты заклинания, я умудрился натренировать второстепенные практически до идеала, и это вовсе не шутка. Впрочем, когда я наконец понял, что делал не так, мне хотелось побиться головой об стенку — ведь, как оказалось, успеха можно было достичь гораздо проще, просто стоило поискать другой подход, а я, завидев хоть какие-то результаты, тут же в лоб стал их увеличивать, не думая, что тренирую я совсем не то…

Но и это дало свой эффект. Заклинания я таки выполнял, но очень по-русски — через одно место. Как известно, компонентом любого заклинания является три основополагающих элемента: Воля, Жест, и Концентрация. Если вы хотите обратить внимание на ту магию, которую преподают в Хогвартсе, то там, как правило, практически отсутствует понятие концентрации, тогда как Жест ставится основным компонентом, а Воля — лишь дополнение. Но людям хватает и этого…

Я же, как настоящий краб, зная все три компонента, решил обратить внимание на все, но, за недостатком знаний, и, чего уж там, терпения, увидев результат в тренировках Концентрации, я тут же бросился на амбразуры, упуская Жест и, частично, Волю. Как ни странно, но даже в своей ошибке я сделал правильно: я, как человек с незасорённым восприятием магии, стал тренировать именно самый необходимый в детстве компонент. Если обычных детей такому выучить практически невозможно, то я вполне мог этим заниматься, причём намного более эффективно. То есть мне так кажется — в книгах такого не было, это моя теория. Вот и получилось, что сейчас я спешно заполнял пробелы.

Если раньше я использовал только концентрацию, то сейчас я шёл по обратному принципу: я выполнял какие-либо действия без детального воображения результата и без его характеристик, а думал только о его названии и примитивном образе, тому, что я вообще представляю под этим самым словом. В общем, было очень весело, ибо контроль в таких случаях падал практически до минимума.

Но я никуда не спешил, и тренировал данную методику. Правда, пока результатов особых не было — предметы получались именно что примитивные, но тут даже сомневаться не требовалось: теперь я практически уверен, что в скором времени смогу колдовать во много раз лучше, а это уже чего-то да стоит…

***

Тем временем, в замке наступило затишье. Не происходило практически ничего нового: если Рон уверился, что я не буду вести диалог с «погаными слизнями», и отстал, то Малфой стал ходить несколько задумчивым, хотя иногда его и пробивало на злой взгляд в мою сторону. Похоже, что он не мог определиться, прав ли я, и что он не мог так просто набиваться в друзья, или ему стоит не обращать на это внимание, и с достоинством оскорбиться.

А, нет, я поторопился с «затишьем» …

Я как раз читал очередной опус по описанию дементоров (судя по книге, защищать от них может лишь Патронус, тогда как я бы назвал ещё пару десятков способов как минимум), когда мимо меня с грацией балерины проскользнул Хагрид. Я закатил глаза и непроизвольно стал массировать виски и переносицу. Нет, я, конечно, понимаю, что Рубеус — не самый лучший в мире мастер маскировки, но блин, он вообще не подумал, что сам по себе лесник в библиотеке — не самая обыденная вещь, и многие могут заинтересоваться, что он такое берёт. Ну да, Хагрид — сама простота.

Я даже удивляться практически не стал, впрочем, как и рассказывать кому-то про это. Лесник, конечно, мужик хороший, но и голову должен иметь на плечах. Ему ли не понимать, что заводя дракона, тот как минимум гарантирует себе сгоревшую хижину со сбежавшим драконом, которого потом всё равно препарируют, либо всё вышесказанное плюс ещё и Азкабан, если будет доказано, откуда появилась летающая ящерица.

Но да, о чём я? Хагрид — ещё ничего, от него иного и не ожидалось. Меня больше интересует поведение Квиррела, ибо поступить настолько идиотски могло прийти… да блин, даже не знаю кому. Вестимо, только Волан-де-морту, который получил долгожданное бессмертие, но в качестве бонуса ещё и безумие вкупе с вконец прожаренными мозгами.

Как? Ка-а-а-к?! Как можно было додуматься достать где-то яйцо дракона, которое, между прочим, могло понадобиться и ему самому, затем прийти в Кабанью голову (!), где сидит брат Дамблдора, а затем выяснять у Хагрида о способах пройти мимо цербера (!), подкупая того выпивкой и драконьим яйцом (!), и разыгрывая его в карты. Да у меня… у меня даже слов нет, ибо я не могу себе представить, что когда-нибудь смог бы придумать настолько укуренный план, который ещё и сработает, пусть об этом и узнают все заинтересованные.

В общем говоря, я действительно не стал удивляться, и с готовностью отправился в тренировочный зал, ибо размышлять намного проще в тот момент, когда спускаешь пар, или, если угодно, магию. Тем более что с моими новыми методами тренировок это выходит на раз-два. Пять-шесть сработавших заклинаний без представления конкретного результата, и мой резерв пуст… а эффект меня пока-что разочаровывал. Ну, как вам например, стол, трансфигурированный в деревянное кресло, когда я предполагал сделать его плетёным? Или, скажем, заклинание, которым чистят пыль у меня в первую очередь ассоциировалось с пылесосом. Так что вы думаете? Правильно, когда я его применил, то его призрачный образ, сделанный из энергии, просто вбирал в себя пыль. Старенький такой, ещё, небось, советский. А что поделать, если у меня такой стереотип с работой этого заклинания? Но получилось довольно здорово и оригинально, чего не отнять, так этого. Вот только сил потребовалось раз в десять больше.

***

Как оказалось, я в действительности был слишком оптимистичен в своём спокойствии — буквально на следующий день в библиотеке мною были обнаружены несколько книг, в которых так или иначе употреблялось имя Николаса Фламеля. Представив, как это можно было провернуть, я немного повеселился, на всякий случай оглядевшись. Всё-таки картина Дамблдора под дезиллюминационным заклинанием, который, высунув кончик языка от усердия, левитировал книги мне под руку, пока я этого не видел… не слишком способствует хорошему душевному состоянию. Успев замолчать перед первым приступом хохота, я испуганно огляделся. Мало ли, чем сам чёрт не шутит?

В общем, канон шёл своим чередом, правда, в этот раз без Рона и Гермионы, поскольку с первым я не общался, а вторая была слишком занята учёбой, чтобы реагировать на что-то ещё. Лишь иногда девочка садилась со мной, и мы разговаривали. С ней было не так хорошо сидеть, как с Чжоу, но, тем не менее, темы для бесед находились. Как правило, спрашивала меня сама Гермиона, а я говорил своё мнение, стараясь обосновать его. В целом, это могло быть тренировкой моего английского языка, поскольку иногда я всё-таки вворачивал какую-нибудь иносказательную фразу, которая на языке Туманного Альбиона звучала весьма неоднозначно.

***

Раз в несколько секунд попинывая свою лень, я медленно поднимался с матраса, на который упал всего пять минут назад. Моя, «элитная» комната превратилась теперь ещё и в физический тренажёрный зал — с момента, как мне пришлось осознать свою телесную слабость, я каждый день трансфигурировал различное оборудование для тренировок. Маты — для иногда совершаемых упражнений на гибкость; коробки, под которые можно класть ноги — для тренировок пресса; и, наконец, турники, на которых я уже мог подтягиваться целых три раза. Я даже чувствовал себя успешным, правда, ровно до того момента, как приходилось вставать на очередную тренировку и награждать всё новыми эпитетами своё весьма тщедушное тело, которое почему-то не хотело выглядеть хоть сколько-нибудь мускулистым. Нет, я не говорю про рельефные мышцы и прочие страшные слова. Я имел в виду хотя бы видимость того, что меня не перешибить соплёй — рост там ускоренный, или хотя-бы какие-нибудь изменения скелета в лучшую сторону… но нет, пока ни того, ни другого, и это немного удручало.

Впрочем, в этом нет ничего особенного — хоть дети и растут довольно быстро, по-настоящему «взрывной» рост начинается во время переходного возраста, которые начинается примерно к годам тринадцати-четырнадцати.

В целом, пока ничего нового не происходило: я по-прежнему тренировался, читал книги, и периодически разговаривал с Чжоу и Гермионой. Вот серьёзно, нового ничего не происходило, и это даже несколько заставляло держаться в напряжении. Впрочем, да, зря я так подумал…

***

Время, как обычно, прошло весьма незаметно: за рутиной я практически не заметил, как неумолимо начало приближаться Рождество. Буквально за неделю нам раздали бумажки, на которых мы должны были подписаться, если мы хотим остаться на каникулы в школе. Конечно, я мог бы сыграть из себя обиженного на Дамблдора подростка и уехать в Косой Переулок, но, по сути, в этом не было особого смысла. Ну, сами подумайте, зачем мне мелко пакостить старику? Наоборот, если я начну такой фигнёй страдать, директор просто-напросто придумает какой-нибудь другой план. Я и так изрядно потоптался на каноне, мне не хватает ещё и этим его доканывать. Если до этого наш любитель магловских сладостей мог следить за мной спустя рукава — при помощи Фигг и Рона, то если я начну вести себя вопреки его прогнозам, всё может стать менее радужно. Если за мной по пятам будет бегать Наземникус под мантией-невидимкой, то всё это быстро закончиться беседами с директором, который будет выяснять, что именно пошло не так. А это для меня чревато — даже если Альбус Дамблдор не станет опускаться до зелий и нападений на студентов, он всё равно человек огромного опыта, и ему ничего не стоит заметить то, что я не совсем тот, кем являюсь. На самом деле это как раз-таки не слишком сложно — достаточно обратить внимание на мою, несколько иную чем у одиннадцатилетних, координацию движений, на самую малость непривычный для меня центр тяжести, а также на излишне спокойный характер, ведь таких детей очень мало, а это лишь добавит подозрений. В общем-то говоря, я не стал в центре внимания лишь потому, что образ умного героя-когтевранца хоть и не идеален, но вполне возможен, и этим я не сильно навредил директору.

К чему я всё это? Ах да, о том, что я остаюсь на каникулы.

Вместе со мной из башни Когтеврана остались совсем мало детей — большая часть ехала повидать своих родителей. Вообще, наш факультет хоть и вмещал в себя несколько маглорожденных, по большей части состоял из членов малых магических семейств. И каждый из них собирался в обязательном порядке увидеть родителей. Сирот на нашем факультете не было вовсе, поэтому на весь дом остались всего пятеро человек, или около того. Чжоу тоже уехала.

На других факультетах ситуация была ненамного лучше — из Гриффиндора уехали тоже практически все за исключением нескольких человек (в которых был и Рон, кстати). Гермиона, кстати, тоже поехала к родителям. Слизерин практически испарился весь — там осталось меньше всего людей: всего два человека. Самым многочисленным факультетом на Рождество стал Пуффендуй — там было больше десятка.

Вот, собственно говоря, и остался целый замок, в котором присутствовали лишь пара-тройка десятков учеников, а также несколько профессоров, которым нечего было делать вне замка. Я же, лёжа в кровати в рождественское утро, старательно пытался вспомнить, что такого должно было случиться сегодня со мной. Да не помню я, чтобы по праздникам ничего ни разу не произошло. Но, как назло, в голову пока ничего не происходило.

— Так, после похода в хижину к Хагриду, — бормотал я себе под нос, лёжа в кровати, — Хэллоуин… нет, сначала был Хагрид. Так, затем Хэллоуин, идея о философском камне… ах вот оно что! Зеркало! Как оно там было… мантия! Конечно! Интересно, получу ли я её…

Критически осмотрев гору подарков, что дожидалась меня у моего гардероба, я поднялся с кровати и отправился приводить себя в порядок.

Развернув первую, небольшую коробочку, я с удовольствием констатировал в ней наличие пары штук шоколадных лягушек — от Чжоу. Я, впрочем, чего-то такого и ожидал — мы пока только относительно недавно знакомы. Да и отдарился я чем-то похожим, правда, чуть побольше выбор сладостей. Следующая коробка, как это не удивительно, оказалась с приветом от цербера. Т.е., конечно, от Хагрида, которому явно не терпится, чтобы я сходил к Пушку в гости. Взяв в руки грубо вырезанную флейту, я флегматично осмотрел её, дунул в неё для пробы, а затем и отложил в сторону. Я леснику ничего не отправлял — мы виделись-то с ним пару раз, он скорее знакомый. Ага, бородатый за шестьдесят мужик — приятель...

Дальше остался очень лёгкий свёрток, в котором, как я догадывался, была мантия, а также я получил от Гермионы чисто немагический подарок — книгу одного забавного писателя, что часто придумывал весьма похожие на этот магические миры… пусть и ходили там с посохами. На этом подарки и закончились.

Впрочем, других я не особенно ожидал — я не имел широкого круга общения, мне неоткуда получать их, ибо друзей заводить не спешил. Я понемногу общался с однокашниками, но держал дистанцию, поэтому от них ничего такого не поступило. Странным было то, что мне почему-то вспомнился подарок от Дурслей в каноне — маленькая монетка. Тут такого ничего не было, и это радовало моё чувство здравого смысла, ибо я не мог себе представить, каким образом Петуния могла её отправить. Скорее всего, это одна из мелочей, что не имеет ничего общего с реальностью.

Мантию я по здравому разумению решил всё-таки достать. И, знаете, она меня, безусловно, порадовала. Во-первых, все её канонные функции были соблюдены — полная невидимость (надо будет уточнять пределы, может, кто-то и спалит), абсолютная защита от нескольких заклинаний —в частности, «вингардиум левиосса», а также «акцио» на неё не сработали, а просто «разбились» о неё.

Ткань меня тоже не разочаровала — никаких царапин на ней оставить не получалось даже при всём желании, ибо материал, из которого она сделана, просто «обтекал» любую попытку ей повредить. Насколько я помню, и под заклинаниями она тоже не рвётся, правда, воздействие Адским Пламенем на ней я бы не стал проверять. Также впечатлял вес — она была практически невесома. Мне она была сильно большевата, но это не беда — возраст это дело быстро поправит. Кстати, весьма интересный факт — мантия оказалась не просто накидкой, как мне всегда казалось в книге, где эти подробности не освещались. Если сама мантия очень удобно висела на плечах, то был и отдел для головы, который был специально сделан очень и очень большим, и это позволяло полностью накрыть голову сверху на манер капюшона. Как я думаю, это намного более похоже на мантию, чем какая-то простыня, в которую закутывалось не сложившееся «Золотое трио».

В общем, я был готов к одним из последних виткам канона первой части, которая вот-вот выйдет на финишную прямую.

Примечание к части

Не бечено(

Часть 18, ночной Хогвартс

Решив в лишний раз не испытывать канон на прочность, я позволил себе ночные прогулки с новоприобретённой мантией. Она оказалась действительно шикарным артефактом. Не знаю, менял ли в ней что-то Дамблдор, перед тем, как отдать её мне, но даже тот функционал, который я знал, был весьма и весьма полезен.

А мелкую проблему в виде громких шагов я решал при помощи «воздушной поступи» — ведь по сути это заклинания позволяло уплотнять воздух так, как я хочу, вот я и смягчал его до такой степени, что мои шаги были практически не слышны. Конечно, это было не очень просто, но как минимум психологически проблем не было — если я потеряю концентрацию на долю секунды, максимум что произойдёт, так это звук одного шага, а не вероятное падение с метра-другого. Да и как тренировка такой способ неплохо себя зарекомендовал — с первого своего похода я осознал это, и стал постоянно ходить при таком конструкте на своих ногах.

Вот и развлекался я, накинув на себя мантию. С ней было на диво хорошо — вокруг меня была постоянно весьма глубокая тишина, и никто не мог мне помешать в её созерцании. Хогвартс открывался совершенно с другой стороны…

Огромные, под два с половиной метра, рыцарские доспехи разных размеров, величественные в своей монолитности и несокрушимости колонны и другие архитектурные изыски, которым, казалось, не две тысячи лет, а максимум они создавались пару веков назад. Но это вовсе не лишало их магии… одного из самых древних её типов — магии Времени. Каждый кусок камня, каждый переход, в котором тлели факела, был насквозь пропитан ею. Если я хорошо вслушивался в окружающую меня обстановку, то мне сразу становилось ясно, что этот замок простоит ещё не одну, и даже не две тысячи лет, и ему нет никакого дела до волшебников, которые, подобно муравьям, пытаются в нём обустраиваться. Хогвартс жил и дышал, и будет делать это всегда. И ничто этого не изменит…

Помимо атмосферы и лёгкого налёта адреналина, когда я ходил по коридорам, также можно было понаблюдать и за самой жизнью замка — например, призраки вовсе не спали, а наоборот, устраивали неспешные беседы друг с другом. За Пивзом наблюдать было не менее интересно: его желание кому-нибудь напакостить просто не имело границ. Нет, он, конечно, был довольно глупым даже для привидения, но его знания территорий замка весьма добавляли интереса его проделкам. Он, как правило, ходил по коридорам, не просачиваясь сквозь стены. Не знаю, с чем это было связано, но бродить следом за ним было одно удовольствие — замок открывал совершенно новые грани во время наблюдения за ним. У меня даже создалось впечатление, что большую часть коридоров, где он двигался, я бы не заметил. Они будто бы ускользали от моего взгляда, когда я пытался идти в их направлении, и лишь полтергейст позволял мне не терять направление. Да и вообще, присутствовало в этом какое-то своё, особое очарование, наблюдать за жизнями призраков, проказников-полтергейстов, за тихими коридорами, где спала большая часть портретов, и лишь некоторая бдительно следила за заблудшими учениками. Если бы меня они могли заметить, то, вне всякого сомнения, я был бы выловлен профессорами, причём, я уверен, Снейп не отдал бы такую честь кому-то другому. Как же, не поймать гадкого Поттера, который идёт по стопам своего отвратительного отца, да ещё и уступить другому преподавателю в этом удовольствии? Да ни за что на свете!

Единственное, что было странным, так это то, что я не мог найти Еиналеж. Никто меня туда не провожал, никто не подстраивал того, чтобы я его нашёл, и так далее. Это было весьма странно, и не вязалось с образом злого директора, который предпочитал контролировать всё сам. Но, с другой стороны, это даже хорошо.

Кстати, о профессорах — замок они действительно периодически патрулировали. Снейпа я встречал довольно часто, и заметить он меня, конечно, не мог. А даже если бы заметил… проверить бы он ничего не смог. Ну да, что он будет делать? Не бегать же ему по коридорам, размахивая руками в надежде случайно зацепить меня? Единственный способ каждый раз проверять наличие моего присутствия, это заклинание «Гоменум Ревелио», от которого мантия не защищала. Похоже, это заклинание было намного более поздних принципов, на которое мантия во время создания рассчитана не была. Но, в любом случае, как известно, на любое действие есть противодействие. И да, на это заклинание была и контр-версия, которая не позволяла обнаружить того, кто навесил его на себя. Наверное, точнее это будет назвать чарами, как, впрочем, и те, что я навесил на себя, чтобы избавляться от запахов.

Также, периодически, страдал бессонницей и Квиррел. Конечно, он ни разу не пытался разговаривать со «своим повелителем», по крайней мере, вслух, но выглядели его походы весьма забавными. Похоже, маска чудака слишком плотно к нему приросла, либо он был окончательным параноиком, что даже в одиночестве не пытался вести себя так, словно в углу сидит десяток вампиров, с которыми он как-то повздорил. Впрочем, кто я такой, чтобы судить Квиринуса? Откуда я знаю, что у него там за проблемы, помимо одержимости?

Не раз я встречал в коридорах и парочки, которые бродили по ним в поисках укромного места. Я, конечно, не подглядывал — как-то стыдно, да и бессмысленно, если честно. На удивление, таких быстро ловила МакГоннагал, которая выступала бессменным охранником чести учениц. По-крайней мере, «сигнальные» чары, которое я пару раз задевал, были развешаны по всем пустынным классам, которые были неподалёку от гостиных. И да, я совершенно случайно это делал, и моё желание посмотреть на злого и сонного профессора тут совсем ни при чём. А вот нечего занижать оценки другим факультетам! Это — прерогатива Снейпа, и точка. Два не самых честных преподавателя — немного чересчур для Хогвартса. Жаль, что сказать это в лицо не получится… хотя нет, получится, конечно, но затем я либо пойду на ингридиенты в случае с зельеваром, либо займу почётное место среди каких-нибудь табакерок, в которые так любит что-то превращать Минерва МакГоннагал.

****

Одной из замечательных ночей я наконец решил навестить давно ожидавшую меня Выручай-комнату. Конечно, я это, вообще-то, должен был сделать уже давно, но меня каждый раз что-то отвлекало. К счастью, сейчас мне никто не мог помешать. Да и вопросов ко мне не появится, если никто меня просто не увидит около того места.

Наконец, мне удалось отыскать нужный коридор с соответствующей картиной (ну и задачка, скажу я вам… чтобы вы понимали, таких коридоров на этаже может быть и пять, и десять…даже считать лень!). Обратив внимание на близлежащую стену, я трижды промаршировал перед ней туда-сюда, усиленно мечтая об удобной и большой библиотеке. И знаете, что? Фига мне, а не появившаяся дверь. Похоже, ночь для меня будет долгой и нудной… поскольку голых стен поблизости от портрета штук пять, а я не знаю, какая конкретно мне нужна. Хорошо было мне в каноне! Там всё было рассказано и показано эльфом-домовиком… а здесь… здесь всё по старинке, методом «тыка».

Наконец, на четвёртой попытке мне улыбнулась удача — дверь появилась прямо напротив портрета Варнавы Вздюченного, вокруг которого я маршировал уже добрых пол часа. Ну что же, буду знать…

Отворив тяжёлую, но крепкую дверь, я, наконец, вошёл внутрь комнаты, которую боготворил каждый любитель халявы. И, как мне кажется, я не исключение.

В данный момент комната была действительно библиотекой. Но какой! Длинные ряды книг, отсортированных по типу, а затем и жанру… Просторные, удобные диваны для чтения. Лампы, века этак девятнадцатого… одним словом — идеально!

Жаль только, что вынести отсюда ничего нельзя… если я, конечно, правильно понимаю принципы этой комнаты. Ну что же, будем знакомы, библиотека Выручай-комнаты, или, если угодно, Так-и-сяк! Надеюсь, мы с тобой поладим… да и остальные её помещения… думаю, это просто идеальное место для любой деятельности, будь это ритуал, простая тренировка, либо жертвоприношение. Хотя да, последнее это явно не моя стезя. Обойдусь как-нибудь и без них…

Примечание к части

Хм... давно продолжения не было. Но да, Муза такая капризная... да и сложновато я справляюсь с описаниями, вот и получилось как-то так...
Пока не бечено(

Часть 19, слитая концовка

Выручай-комната подарила мне множество развлечений. В первую очередь я с удовольствием занялся изучением основных её свойств, библиотека могла подождать. И вообще, за пять минут я, ясен пень, ничего не изучу в любом случае: несмотря на сортировку по разделам, лишь один только поиск литературы для изучения может затянуться на несколько недель. Что уж говорить про то, чтобы чему-то обучиться, или хотя-бы запомнить? Тут нужно время, очень много времени.

Первым делом я с энтузиазмом дал комнате запрос отправить меня в комнату, где всё спрятано. И знаете, что я получил? Да, правильно. Я получил фигу. Оказалось, что несмотря на одинаковое местонахождение, Выручай-комната и Место-где-всё-спрятано находятся в разных, если так можно выразиться, плоскостях: из одной комнаты в другую перейти нельзя, нужно было заходить в каждую из них отдельно.

Впрочем, это объяснялось, на мой взгляд, довольно просто: свойства у комнат были совершенно разными.

Выручай-комната, насколько я понял, служит местом постоянных трансфигураций в предметы, которые волшебнику нужны (и откуда только энергия берётся?), но ограничена своими возможностями, и, по сути, может дать лишь часть необходимого для чего-либо. Хочешь поесть? Можешь получить плиту и всё остальное, нужное для готовки, но еду изволь нести сам. Приготовить зелье? Аналогично, лаборатория будет, котлы, мензурки — всё по высшему порядку, но ингредиенты, будь добр, тащи сам. В общем, комната могла создать условия для каких-то действий, но основные компоненты и то, что нужно будет впоследствии унести в готовом состоянии, потребуются безусловно.

Вторая же комната де-факто является огромным хранилищем всякого хлама в свёрнутом пространстве. Насколько я понимаю, туда попадают не только те вещи, что ученики думали спрятать, проходя мимо нужного коридора на восьмом этаже, но и все, когда-либо потерянные в замке предметы. Честно говоря, даже не предполагаю реальный механизм, то ли сюда имеют доступ эльфы-домовики, то ли потерянные вещи автоматически сюда «телепортируются», если так можно сказать, но, судя по всему, хлама за всё время накопилось немало, и вряд ли это добро кому-то принадлежит. К счастью, я не страдаю желанием всё это дело экспроприировать, да и нафиг оно мне надо: деньги есть в любом случае, и немалые, но вот как следует здесь порыскать в поисках чего-то интересного… надо будет как-нибудь устроить рейд сюда в честь названия банды моего отца, который его не оправдал. Эх, всё придётся за него доделывать…

****

К сожалению, со временем у меня стал совсем напряг: если до этого всё было ещё кое-как, и я даже иногда высыпался, то сейчас я просто валился с ног.

Но вы сами посудите: после подъёма на завтрак и утренних занятий я получал краткое время отдыха на обеде, где тренировался в своём, «элитном» зале для занятий. Затем снова была одна длинная пара, после которой оставалось несколько часов на домашние задания, которые я делал ровно-средне, как раз, чтобы не получать порций презрения от преподавателей. Ну да, мне с ними тут ещё шесть лет куковать, а мнительность и желание вешать стереотипы у учителей мне прекрасно известны. Но прошёл в первый раз, пройду и во второй… мне-то действительно не впервой, по счастью. А после домашнего задания я, как правило, ложился спать, и это правило было нарушено лишь с мантией-невидимкой, и не сказать, чтобы я был сильно этому рад. А уж когда я нашёл и Выручай-комнату… мне пришлось срочно оптимизировать свой график. Времени катастрофически не хватало!

Таким образом, польза Выручай-комнаты оказалась несомненна, но, за неимением времени, ограничена. Я мог лишь изредка делать тут домашнее задание, репетировать какие-нибудь простые зелья (ингредиенты достать было не сложно, да и запас был неплохой со школьного курса), а также устраивать по-настоящему разрушительные тренировки, чтобы проверять эффекты заклинаний без последствий для окружающей обстановки. То есть последствия, конечно, были, но они нивелировались действительно силой мысли, но никак не долгими и опустошающими бытовыми заклинаниями, который для такого уж точно не были предназначены.

****

Ну а в один из дней ко мне пристала Гермиона с тем, что Снейп идёт похищать камень. Она выложила мне всё, что успела выяснить: про Пушка, про Квиррела и его запугивание, про то, что Дамблдора нет, и так далее...

Я решил не валять дурака, а просто оглушил девочку посильнее, часиков этак до на десять, после того, как мы побывали у МакГоннагал. Лезть туда... наверное, можно было как-нибудь, но сейчас я был не в настроении.

Затем встал вопрос, где оставить девочку... и тут меня-таки ждало небольшое приключение. Я под мантией невидимкой и заклинанием левитации донёс Гермиону в её спальню. Пол, про который я помнил, помехой мне не стал: хоть зачем-то моё новое заклинание с ходьбой по воздуху пригодилось. Хотя контроля и хватило еле-еле...

****

А на праздничном пиру директор прямо-таки лучился счастьем. Неизвестно, из-за чего именно, но Квиррела в любом случае за столом не было... и это могло означать лишь то, что дух Волан-де-Морта успешно куда-то улетел... ну, или не очень успешно. Уж больно Дамблдор выглядел довольным.

Я удостоился лишь его сияющего взгляда. И это было хорошо... не хватало мне только вызовов к директору без причины.

Гермиона на празднике была очень потерянной: она так и не обратилась ко мне с вопросом, что произошло после МакГоннагал. Ей, похоже, показалось что ей приснилась её теория заговора. Тем более, что Снейп не выглядел особенно довольным или несчастным. У него всё было как обычно...

И было это хорошо...

Примечание к части

Не бечено(

Последняя глава. Дальше Гарри Поттера писать не тянет, по-крайней мере эту работу. Сейчас становиться видно, какой это шлак и трэш: штамп на штампе, отсутствие нормального сюжета, а также кривая система магии. Но бросить работу так не позволила совесть, поэтому вот...

UPD: сменил концовку, и заодно её сократил. Теперь у нас действительно осторожный попаданец, которому пофиг.

Content

С другой стороны

Часть 1, или добро пожаловать в Гарри Поттера!

Примечание к части

Часть 2, или время приспособиться.

Примечание к части

Часть 3, или краткий школьный курс начался...

Часть 4, или Косой Переулок

Примечание к части

Часть 5, или Переулок: дубль 2

Примечание к части

Часть 6, или подробности

Примечание к части

Часть 7, или Хогвартс-экспресс

Примечание к части

Часть 8, или распределение

Примечание к части

Часть 9, или зельеварение

Примечание к части

Глава 10, или плацдарм

Примечание к части

Часть 11, или эксперименты

Примечание к части

Часть 12, или урок полётов

Примечание к части

Часть 13, Хеллоуин

Примечание к части

Часть 14, всего понемногу

Примечание к части

Часть 15, или "ты делаешь это без уважения"

Примечание к части

Часть 16, почему бы и нет

Примечание к части

Часть 17, канон и мантия

Примечание к части

Часть 18, ночной Хогвартс

Примечание к части

Часть 19, слитая концовка

Примечание к части