Линн Грэхем

Сможем воскресить любовь?

The Italian’s Christmas Child © 2016 by Lynne Graham

«Сможем воскресить любовь?» © «Центрполиграф», 2017

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2017

* * *

Глава 1

От болотистого пейзажа Дартмура веяло зимней прохладой. Когда машина свернула с главной дороги, Вито увидел живописный коттедж, спрятанный за голыми деревьями с припорошенными снегом ветвями. Выйдя из автомобиля, он недовольно поморщился, услышав, что на его телефон пришло еще одно сообщение, и, оставив его без внимания, направился в дом, пока водитель выгружал вещи из багажника.

Переступив порог, Вито ощутил, как его окутало тепло, и провел ладонью по густым иссиня-черным волосам, упавшим на лицо от сильного ветра. В камине весело потрескивал огонь. На него нахлынуло чувство облегчения. Нет, он не трус. И не сбежал, в чем его обвиняла бывшая невеста. Он бы остался во Флоренции и отстаивал свою честь, если бы его присутствие в городе не подогревало интерес прессы к скандалу.

Вито неохотно последовал совету лучшего друга Аполло и залег на дно, понимая, насколько тяжело его матери ухаживать за мужем, который перенес сердечный приступ. Переживать последствия новоприобретенной дурной славы сына стало бы для нее последней каплей. Бесспорно, у его друга по части скандалов и плохой репутации в обществе гораздо больше опыта. Греческий плейбой вел более разгульный, чем Вито, образ жизни.

Дедушка посвящал его в историю и традиции их семьи, которые брали начало еще со Средних веков, когда их фамилия была синонимом чести и принципиальности. Вито с раннего возраста уже знал, что станет руководителем банка «Заффари». И вот теперь он прославился как банкир, который любит наркотики и стриптизерш.

«А ведь это совсем не в моем духе», – огорченно подумал он, расплачиваясь с водителем. Один из его близких школьных друзей однажды на вечеринке принял какие-то таблетки, и это его убило. Именно поэтому Вито никогда не привлекали подобные эксперименты. А проститутки? По правде говоря, он даже и вспомнить не мог, когда последний раз занимался сексом. Более того, всего неделю назад он был помолвлен, а Марция в интимном плане оставалась к нему холодна.

– Она леди во всех смыслах, – с одобрением и гордостью говорил ему ее дедушка незадолго до того, как скончаться. – Равелло всегда славились своим воспитанием. Моя внучка станет прекрасной хозяйкой и будущей матерью для твоих детей.

Вито наконец взглянул в телефон. Оказалось, его бывшая невеста прислала еще одно сообщение. Dio mio! Что на этот раз? Он не стал противиться ее решению разорвать помолвку, оставил ей дом, в котором они жили, и все, что в нем находилось.

«Что насчет картины Абриано?» – интересовалась Марция в сообщении.

Вито выдвинул всего лишь одно условие: вернуть ему подарок дедушки в честь их обручения. Это полотно оценивалось в миллионы. Несостоявшаяся свадьба не стоила таких денег.

Но, несмотря на щедрость, он чувствовал себя виноватым, поскольку опозорил Марцию. Впервые в жизни Вито с кем-то плохо обошелся. Неожиданно он принял решение, которое отрицательно сказалось на репутации невесты, и даже самые искренние извинения не смогли смягчить его вину. Просто Вито не мог открыть ей всей правды, сомневаясь, сохранит ли она этот секрет. А если правда выйдет наружу, его жертва станет бессмысленной, а единственная женщина, которую он когда-либо любил, подвергнется позорному унижению.

Тем не менее исчезнуть из города на некоторое время в его глазах выглядело проявлением трусости, Вито привык нести полную ответственность за собственные поступки.

– Ричи лживый негодяй! – гневно причитала по телефону Пикси, соседка по квартире и лучшая подруга Холли.

Холли скривилась, убрала назад густые черные волосы и мельком взглянула на часы – обеденный перерыв еще не закончился. Ее огромные голубые глаза сделались грустными и заплаканными.

– Я не собираюсь спорить на эту тему, – сказала девушка удрученно.

– Он еще хуже, чем тот парень, который все время брал у тебя в долг деньги, – со свойственной ей бестактностью напомнила Пикси. – И еще хуже, чем тот, который хотел жениться на тебе, чтобы ты стала сиделкой для его больной матери.

Холли поморщилась, вспомнив горький опыт отношений.

– Давай не будем ворошить прошлое. – Она попыталась сменить тему разговора.

Пикси, однако, продолжала сокрушаться.

– И что ты теперь собираешься делать одна в Лондоне в праздничные дни?

Неожиданно лицо Холли осветилось улыбкой, полной энтузиазма.

– Я поеду встречать Рождество с Сильвией!

– Да ведь она отправилась в гости к своей дочери в Йоркшир, не так ли?

– Нет. В последнюю минуту Элис пришлось отменить ее приезд. Ее дом затопило из-за разорвавшейся трубы. Сильвия очень расстроилась. Ну а теперь, когда застукала Ричи с другой, я поняла, что можно в любой ситуации найти положительные стороны.

– Мне так не нравится, когда ты становишься чересчур оптимистичной после ударов судьбы, – театрально вздохнула подруга. – Пожалуйста, скажи мне, что ты хотя бы ударила его на прощание.

– Нет, просто сказала ему все, что о нем думаю, – честно призналась Холли. Ей было слишком противно оставаться в присутствии ее полуголого парня и женщины, с которой он решил ей изменить. – Так, значит, я могу взять твою машину, чтобы ехать к Сильвии?

– Конечно. А как еще ты доберешься туда? Но будь осторожна, обещали сильный снегопад.

– Синоптики всегда пугают сильным снегопадом в канун Рождества, – возразила Холли, не приняв во внимание предупреждение. – Кстати, я заберу с собой нашу рождественскую елку и все украшения. У меня уже все готово для праздничного обеда. Я надену наряд Санты, который был на тебе в прошлом году. Уверена, он рассмешит Сильвию.

– Она будет вне себя от радости, когда увидит тебя на пороге, – с теплотой в голосе подтвердила Пикси. – У нее выдался очень тяжелый год: сначала умер муж, потом ей пришлось переехать, потому что она не смогла самостоятельно управлять фермой.

Заканчивая рабочую смену в кафе, Холли воодушевленно представляла счастливое лицо своей названой матери при встрече.

Был канун Рождества. Девушка обожала этот праздник, наверное, потому, что воспитывалась приемными родителями и у нее никогда не было настоящей семьи, с которой она могла бы прочувствовать теплоту домашней атмосферы. Желая утешить, Пикси не раз говорила ей, что Рождество с семьей может превратиться в настоящий кошмар. Однако когда-нибудь Холли обязательно превратит мечту в реальность. С мужем и собственными детьми. Вера в это поддерживала ее в самые трудные минуты жизни.

Ее и Пикси отдали под опеку Сильвии, когда им исполнилось по двенадцать лет. Пожилая женщина окружила их нежностью и заботой, в отличие от предыдущих опекунов, которые пренебрегали своими обязанностями по отношению к сиротам. Холли не раз корила себя за то, что не последовала совету Сильвии усердно заниматься в школе. В детстве она сменила огромное количество школ и так часто переезжала, что всегда отставала по школьной программе. Теперь ей почти двадцать четыре, и она проходит интернет-курс по дизайну интерьеров после неудачной попытки совмещать работу и вечерние занятия в колледже.

– Тебе не кажется, что это непрактично? – однажды прямо спросила Пикси, которая работала парикмахером.

– Мне это очень интересно. Люблю смотреть на комнату и представлять, как можно улучшить интерьер.

– Но таких, как мы, вряд ли наймут в качестве дизайнеров, – заметила подруга. – Мы обычные представители рабочего класса, которые пытаются свести концы с концами.

Холли пришлось признать, что в костюме Санты она выглядит несуразно. К счастью, короткое платье было свободного покроя. Пусть соседка и завидует ее аппетитной фигуре, а Холли приходится постоянно придерживаться диеты, зато та может поглощать все, что хочет, и не набрать ни грамма.

Золотистый тон кожи достался ей от неизвестного отца. Возможно, мать встретила его где-то за границей. Ну или, может быть, он жил на соседней улице. Холли давно смирилась с тем, что никогда не узнает правду о мужчине, который ее зачал.

Надев черные плотные колготки под ярко-красное сатиновое платье и ковбойские сапоги и с недовольством взглянув на свое безвкусное отражение в зеркале, Холли нацепила шапку Санты. «Хорошо, пусть я выгляжу комично, зато это поднимет Сильвии настроение», – подумала девушка.

Предполагая провести ночь на диване в гостиной с Сильвией, она собрала рюкзак, осторожно уложила в коробку украшения и еду и отнесла вещи в машину. «По крайней мере, еда не пропадет зря», – мысленно обрадовалась Холли. Вдруг в ее сознании снова всплыла ужасная сцена: Ричи и его секретарша страстно целуются в офисе.

К горлу подступила тошнота, бедное сердце сжалось от боли. Она не могла представить, как можно заниматься сексом среди белого дня, да еще и на рабочем столе. Холли, как и Пикси, достаточно строга в вопросах морали и не отличается раскованностью. В раннем возрасте их потряс хаос, в который превратилась жизнь их матерей после неудачных отношений, и они торжественно поклялись держаться от мужчин подальше. Конечно, в подростковом возрасте девочки благополучно забыли о своем обещании, решив, что самую главную угрозу представляет секс и его лучше избегать до встречи с потенциальным мужем. Но пока что Холли, как и ее подруга, не встретила такого человека.

Отказ от интимной жизни никак ее не обезопасил. Ей попадались мужчины, которых как ветром сдувало, когда они узнавали про ее старомодные взгляды. Встречались, правда, и те, которые задерживались на несколько недель или месяцев в надежде стать первыми в ее постели. Неужели Холли представляла для Ричи только спортивный интерес?

«Думала, я буду ждать тебя вечно? – воскликнул он, пытаясь оправдать свою измену. – Что в тебе такого особенного?»

Холли передернуло от неприятного воспоминания, ведь в глубине души она полагала, что ничем не отличается от других.

Когда она выехала на стареньком хетчбэке, который Пикси окрестила Клементиной, пошел снег. «Хорошо, что подруга одолжила мне машину», – с благодарностью подумала Холли, покидая маленький городок Девон, где жила и работала.

Она добралась до дому Сильвии и с удивлением обнаружила, что в нем не горит свет. Возможно, женщина ушла на службу в церковь или в гости к соседке. Натянув шапку на копну непослушных волос, Холли громко постучала в дверь, переминаясь с ноги на ногу, чтобы согреться. Ей никто не ответил, поэтому пришлось идти к соседнему дому, чтобы спросить, где Сильвия.

– Извините за беспокойство, не знаете ли вы, куда ушла миссис Вэйер?

– Она уехала сегодня днем. Я даже помогала ей собрать вещи, – ответила маленькая седовласая старушка, появившаяся на пороге.

Холли нахмурилась:

– Значит, она все-таки отправилась к дочери?

– О нет. К ней приехал сын. Большой, высокий парень в костюме. Он увез ее с собой, кажется, в Бельгию.

– Брюссель. Именно там живет Стивен. Вы не знаете, надолго ли она уехала?

– Наверное, на пару недель, не меньше.

С поникшей головой девушка пошла к машине.

– Осторожно на дороге! – крикнула ей вслед пожилая леди. – Сегодня обещают сильный снегопад.

– Хорошо, – пообещала Холли, натянув улыбку. – Счастливого Рождества!

«Да уж, у меня Рождество точно выдастся счастливым», – пронеслось в ее голове, когда неожиданно из глаз прыснули слезы. В конце концов, Сильвия проведет праздник с сыном и внуками, которых так редко видит. Стивен и его жена приезжали нечасто, но, по крайней мере, сын позаботился о том, чтобы мать провела время в семейном кругу после кончины мужа в этом году. Холли быстро заморгала, прогоняя слезы, и отчитала себя за эгоизм. Она молодая, здоровая, у нее есть работа. Ей совершенно не на что жаловаться.

«Возможно, я просто скучаю по Пикси». Холли пыталась объяснить самой себе подобную реакцию, пока ехала по обледеневшей дороге в гору. Младший брат ее подруги попал в какую-то передрягу, и та поспешила к нему на помочь. Скорее всего, дело касалось денег, но Холли не задавала лишних вопросов и не лезла с советами, не хотела задеть чувства своей подруги. Та очень любила своего непутевого брата. У каждого свои проблемы, и она не имеет права себя жалеть.

Ричи? История с ним тоже не повод для жалости. Да, ей сделали больно, но Холли сама виновата в этом, потому что склонна думать о людях только хорошее. Пикси же, наоборот, отличалась цинизмом и недоверием к окружающим, которое служило ей защитной броней.

Вдруг она почувствовала, как машину начало заносить на скользкой дороге. Холли сбавила скорость и высунулась в окно, поскольку «двор ники» не справлялись со снегом, и через лобовое стекло было плохо видно. Небольшой снегопад слишком быстро превратился в настоящую метель.

Внезапно машина съехала с дороги в кювет, накренилась и во что-то врезалась под аккомпанемент леденящего кровь металлического скрежета и ее собственного крика. Заглушив двигатель, Холли сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. С ней все в порядке, и она никого не сбила.

Девушка с трудом выбралась из автомобиля, чтобы осмотреть повреждения Клементины. Левое крыло сильно помялось из-за столкновения с большим камнем, который, очевидно, поставили для обозначения начала аллеи. Первая мысль «Боже мой, сколько же будет стоить ремонт?» пронеслась в голове.

Холли стало немного не по себе, когда она оглянулась вокруг. Дорога была покрыта нетронутым снегом, машины здесь не проезжали. Роясь в кармане в поисках мобильного телефона, девушка почувствовала себя очень одиноко. У нее нет близкого друга, который приехал бы и спас ее в такую ужасную погоду в канун Рождества. Вдруг ее сковал ужас, когда она поняла, что здесь не ловит сигнал мобильной связи. Развернувшись в сторону аллеи, Холли увидела в темноте пробивающийся луч света. Возможно, там находился дом и у его хозяина есть городской телефон, чтобы вызвать аварийный эвакуатор.

Вито потягивал коллекционное вино и размышлял над тем, чем бы заняться в этот вечер, как вдруг в дверь постучали. Он тут же насторожился, потому что не слышал, как к дому подъехала машина. Посмотрев в дверной глазок, мужчина увидел красно-белую шапку Санты. Кто-то, очевидно, ошибся адресом. Дело в том, что Вито ненавидел Рождество. Он резко открыл дверь, и на него взглянули огромные голубые глаза, похожие на фиалки. На пороге стояла невысокая девушка в пальто нараспашку, которое не прикрывало глубокое декольте праздничного костюма.

Холли изумленно уставилась на мужчину, открывшего дверь. Он выглядел как живое воплощение всех ее девичьих фантазий: густые черные волосы, ухоженная легкая щетина и темные загадочные глаза. Несмотря на красоту, незнакомец не выглядел дружелюбным и готовым помочь.

– Если вы ищете вечеринку, то пришли не в тот дом, – надменно заметил Вито, вспомнив предупреждение своего друга о том, насколько пронырливы папарацци.

– Мне нужно позвонить. Мобильная связь здесь не ловит, а моя машина съехала с дороги у самого начала аллеи, – поспешно объяснила Холли. – У вас есть городской телефон?

По лицу Вито пробежала тень раздражения.

– Этот дом принадлежит не мне. Впрочем, сейчас посмотрю.

Он развернулся и даже не пригласил ее войти. Холли состроила недовольную гримасу и содрогнулась, легкое пальтишко не спасало от холода. Она заметила недовольство в его завораживающих глазах и поджатые губы после колкого ответа. Холли хорошо умела читать по лицу, даже такому восхитительному, как его. Ей еще никогда не приходилось видеть такого красивого мужчину, даже на телеэкране, но, скорее всего, по характеру он холодный и надменный.

– Здесь есть телефон. Вы можете войти и воспользоваться им, – неохотно пригласил Вито. Его иностранный акцент звучал очень привлекательно.

Холли покраснела от смущения, прекрасно понимая, что она явно нежеланный гость. Девушка достала мобильный телефон в поисках номера автомеханика Билла и, не заметив ступеньку перед собой, споткнулась. Если бы не сильные руки, вовремя подхватившие ее, падение могло привести к сотрясению мозга.

– Осторожно, – предупредил Вито, поставив ее на ноги.

Ее волосы слегка задели его лицо. От нее исходил сладкий запах согретых солнцем апельсинов. Но, прикоснувшись к ней, он заметил, как она дрожит от холода.

– Вы же совсем продрогли! А почему мне не сказали?

– Я и так причинила вам неудобства своим появлением…

– Не хватало мне утром споткнуться о ваш замерзший труп на пороге! – съязвил он.

– Не стоит грубить. Я не люблю доставлять людям хлопоты, – честно призналась Холли, растирая онемевшие пальцы, чтобы их согреть.

Вито удивился ее ответу, потому что не мог вспомнить, когда последний раз женщина позволяла себе упрекать его. Даже когда Марция разорвала помолвку, она не произнесла ни единого осуждающего слова в его адрес. Неужели у него действительно отталкивающие манеры? Дедушка научил его всегда держать дистанцию с окружающими, и это помогало управлять огромным штатом сотрудников, которые беспрекословно выполняли все его указания.

– Идите и согрейтесь у камина, а потом позвоните, – раздраженно бросил он, недовольный тем, что гостья заставила его критически оценить собственное поведение.

– Вы точно не против?

– Постараюсь пережить это.

По дороге в гостиную Холли повернулась и рассмеялась с веселым блеском в глазах.

– А вы мастер колких реплик, не так ли?

Ее глаза ярко искрились, как настоящие сапфиры, а милая улыбка придавала невероятное очарование. Хотя Вито вовсе не принадлежал к той категории мужчин, которые теряют голову от женской красоты, тем не менее на долю секунды ее озорной смех застал его врасплох, и он вдруг с живым интересом принялся рассматривать незнакомку. Шелковистые темные волосы волнами ниспадали на плечи. Его взгляд скользнул к пышной груди, затем к тонкой талии и стройным ногам, на которых красовались нелепые ковбойские сапоги. Вито расправил плечи, почувствовав легкое возбуждение.

Холли тут же поймала взгляд золотисто-карих глаз и внимательно осмотрела его худое лицо с высокими скулами, классический нос и волевой подбородок. Этого оказалось достаточно, чтобы в ее теле вспыхнула странная искра. Ладно, пусть он хорош собой, но это не значит, что она должна глазеть на него, как сумасшедшая фанатка на рок-звезду.

– Где телефон?

Хозяин дома провел ее в кабинет. Стараясь больше не смотреть в его сторону, Холли набрала номер Билла.

Тем временем Вито пытался подавить в себе сексуальное возбуждение. Что это с ним такое? Она ведь даже не в его вкусе. Все его бывшие пассии выглядели одинаково: высокие, тощие и элегантные блондинки. А она невысокого роста, с пышными формами. И очень, очень сексуальная. Вместо того чтобы сразу перейти к своей проблеме с машиной, гостья долго извинялась перед кем-то по телефону за беспокойство в канун Рождества.

Какова вероятность того, что незнакомка принадлежит к когорте папарацци? Вито прилетел в Англию на частном самолете. Только Аполло и его мать Консетта знали, где он находится. Правда, друг предупредил, что журналисты пойдут на все, чтобы найти его. По крайней мере, стоит проверить, действительно ли у дороги неисправная машина.

– Вы не работаете и несколько дней после Рождества? – ужаснувшись, прошептала Холли.

– Я бы мог приехать к тебе и сейчас, если бы впереди меня пошла снегоуборочная машина, – извиняющимся тоном объяснил Билл. – Где именно находится машина?

Пожилой мужчина жил неподалеку и хорошо знал эту местность.

– Да, я знаю этот дом. Ты можешь там остаться?

– Да, – заверила Холли, думая на самом деле о том, не придется ли ей провести ночь в машине Пикси. – Вы знаете кого-нибудь еще, к кому я могу обратиться?

Она позвонила по второму номеру, но там ей вообще никто не ответил.

– Я пойду обратно в машину, – объявила Холли, повесив трубку.

– Я вас провожу. Может быть, смогу вам чем-то помочь.

– Только если у вас есть трактор, который поможет вытащить мой автомобиль. – Холли застегнула пальто на все пуговицы и приготовилась снова встретиться с непогодой.

Выпрямив спину, она вдруг заметила, что интерьер дома представляет собой союз классического и современного стилей. С кирпичным камином прекрасно сочеталась мебель в стиле ар-деко. Однако, как ни странно, нигде не было ни намека на праздничные украшения.

Вито надел кашемировое пальто и шарф.

– Если у вас нет ботинок, лучше вам не идти со мной, туфли промокнут, – предупредила Холли, взглянув на его начищенную до блеска обувь.

Вито вышел на крыльцо, где стояла целая коллекция разных ботинок, и, выбрав одну пару, надел. Он мысленно восхищался ее предупредительностью. Жизнь в мегаполисе не подготовила его к условиям в сельской местности.

– Меня зовут Холли, – неожиданно объявила девушка.

– А меня Вито. Вито Соррентино, – солгал Вито, воспользовавшись фамилией отца.

Его мать была единственным ребенком в семье, и по просьбе дедушки, вступая в брак, отец Вито взял фамилию Заффари, чтобы не оборвалась династия. Чико Соррентино с радостью согласился выполнить желание тестя в обмен на привилегию стать мужем сказочно богатой наследницы банковской империи. Вито решил не раскрывать свое настоящее имя незнакомке, ведь за ним сейчас охотятся все мировые таблоиды Европы, а за информацию о его местонахождении можно получить большое вознаграждение.

Дедушка перевернулся бы в гробу, узнав, что внук запятнал честь семьи, попав в эпицентр грязного скандала. Однако Вито принял меры, благодаря которым последствия неприятной ситуации не повлияли на бизнес, и банк «Заффари» по-прежнему оставался самым успешным на континенте.

Глава 2

– Вы сказали, что этот дом принадлежит не вам, – напомнила Холли, пока они шли к машине сквозь снежную бурю.

– Друг разрешил мне остановиться здесь ненадолго.

– И вы здесь совсем один?

– Да.

– Вы проводите Рождество в одиночестве? – удивилась она.

– А почему бы и нет?

Пусть он и ненавидит Рождество, ее это не касается. Вито не собирался ничего объяснять. Его воспоминания об этом празднике – настоящий кошмар. Родители проводили вместе мало времени и постоянно ссорились на семейных торжествах. Мать, конечно, всегда старалась скрыть напряжение в отношениях с отцом, но Вито понимал, что происходит на самом деле. Он видел, что мать любит мужа, правда, к сожалению, без взаимности. Она унижалась перед ним, пытаясь сохранить брак. Он слышал, как она умоляла Чико уделить ей хотя бы пять минут внимания. Со временем Вито осознал, какую высокую цену приходится платить за видимость семейного благополучия. Если бы не обязанность продолжать династию, он никогда бы и не помышлял о женитьбе.

Вито осмотрел старую машину, которая больше напоминала развалюху. Значит, Холли все-таки не шпионка, подосланная каким-то таблоидом, а всего лишь девушка, попавшая в беду. Но даже это не смягчило его раздражение из-за того, что им придется провести ночь под одной крышей вдвоем. Вито слышал ее телефонный разговор и понимал, что никто не приедет ей помочь в канун Рождества. Конечно, он мог бы вызвать свой вертолет, но это привлекло бы нежелательное внимание к дому.

– Как видите, она застряла, – резюмировала Холли, поглаживая кузов, словно живое существо, нуждающееся в утешении. – Это машина моей подруги, и она очень расстроится, когда узнает об аварии.

– Такое случается, особенно если не следишь за дорогой во время метели.

Холли резко обернулась к нему, ее щеки пылали.

– Когда я выехала из дома, снегопад еще даже не начался! И я всегда слежу за дорогой!

– Давайте заберем ваши вещи и возвратимся в дом.

Она окинула его удивленным взглядом:

– Вы приглашаете меня зайти обратно? Это вовсе не обязательно, я могу…

– Я славлюсь своей бесчувственностью, но даже я не могу позволить вам спать в машине во время бури в сочельник, – нетерпеливо объяснил Вито. – Давайте прекратим этот разговор и вернемся к камину. Или хотите еще погладить машину?

Покраснев от стыда, Холли открыла багажник, достала рюкзак и закинула его на плечо.

– Не могли бы вы взять коробку? Она очень тяжелая.

Поджав губы, Вито выполнил ее просьбу.

– Вам действительно нужна эта коробка?

– Да, пожалуйста. Здесь все мои вещи.

Невероятного оттенка голубые глаза посмотрели на него, и он тут же растерялся. Ее ясный, лучезарный взгляд напоминал дельфтский фаянс, который коллекционировала его мать.

Они молча пошли в сторону дома, и вдруг Вито спросил:

– Господи, что вы положили сюда? Кирпичи?

– Там рождественские украшения и еда.

– Вы ехали на какую-то вечеринку?

– Нет. Я собиралась провести вечер со своей названой матерью, думая, что она останется одна в Рождество. Однако в последний момент приехал ее сын и забрал к себе. Я как раз возвращалась обратно домой, когда попала в аварию.

– Куда именно?

Она назвала городок, о котором Вито никогда не слышал.

– А вы откуда?

– Из Флоренции. Это в Италии.

– Я знаю, где находится Флоренция, – парировала Холли, пока снег окутывал их белой вуалью. – Значит, вы итальянец.

– Вам нравится озвучивать очевидные факты? – Вито явно потешался над ней.

– Ненавижу ваш сарказм! – гневно выпалила она, хотя на нее это не похоже. Холли любой ценой избегала конфликтов.

Выразительная черная бровь вздернулась вверх, пока Вито снимал ботинки и верхнюю одежду.

– А что у вас здесь? – Он снимал с ее плеча рюкзак.

– Еда.

– Вы что, набрали еды на роту солдат? Необязательно было тащить это сюда, мой холодильник забит.

– Вы всегда знаете лучше других, что нужно делать? – Холли осторожно повесила мокрое пальто рядом с его вещами.

– В большинстве случаев я оказываюсь прав. – Вито не задумывался с ответами.

– У вас совсем нет чувства юмора. – Она покачала головой.

– Знать, в чем ты силен, – неплохое качество, – сухо сообщил Вито.

– Но если вы не принимаете во внимание свои недостатки…

– А какие у вас недостатки? – поинтересовался он, когда она подошла к камину погреть руки.

Холли поморщила вздернутый носик и задумалась.

– Я неаккуратная. Неисправимая оптимистка. Слишком часто стараюсь всем угодить. И все из-за того, что мое детство прошло в нескольких опекунских семьях, мне приходилось прикладывать немалые усилия, чтобы вписаться в новую обстановку. – Она склонила голову, локон каштановых волос упал на щеку цвета спелого персика. В красном наряде Санты Холли напомнила ему маленького веселого снегиря. – Я чересчур снисходительна к людям и легко прощаю обиды. Злюсь, когда у меня заканчивается кофе, но никогда не выплескиваю негативные эмоции на других. Меня не устраивает мой вес, и все же я не занимаюсь спортом.

Пока Вито это выслушивал, ему все время хотелось рассмеяться. Было что-то невероятно милое в ее прямолинейности.

– А как насчет ваших достоинств?

– Я честная, преданная, трудолюбивая, пунктуальная. Мне нравится делать счастливыми близких людей, именно поэтому я оказалась за рулем автомобиля сегодня.

– Хотите выпить?

– Красное вино, если есть. – Холли отошла от камина к рюкзаку. – Можно я поставлю еду в холодильник?

Ее брови поползли вверх от удивления при виде огромной ультрасовременной кухни из гранитного камня и холодильника, размеры которого вполне подходили для использования в ресторане. Холли открыла его и, увидев, что тот битком набит изысканной едой, поставила свои контейнеры на единственную свободную полку, а затем вернулась в гостиную.

Итак, придется провести ночь в чужом доме с незнакомцем. От этой мысли ей стало не по себе, хотя Вито не сделал и не сказал ничего такого, что могло насторожить.

– Вы привезли с собой много еды, – заметил он, стоя позади нее.

От неожиданности Холли вздрогнула и повернулась к нему:

– Я приготовила рождественский ужин на двоих.

Она заметила, как он хмурится, поглядывая на елочные украшения в коробке.

– Вы не против, если я поставлю здесь елку? Все-таки сегодня сочельник. Рождество – особый праздник для меня.

– А для меня нет, – признался Вито.

Покраснев, Холли быстро закрыла коробку и отодвинула ее к стенке.

– Хорошо, как скажете. Вы и так проявили любезность, разрешив мне остаться.

Ее любовь к праздничной мишуре начинала раздражать его. Конечно же ей хотелось поставить рождественскую елку! Он подал бокал вина, стараясь отделаться от ощущения, что его отказ испортил ей настроение.

– Пойду наверх, приму душ, – сообщил Вито, потому что, даже несмотря на высокие ботинки, его брюки намокли. – Вы побудете здесь без меня?

– Конечно. Все-таки ваша гостиная намного лучше, чем разбитая машина, – заверила Холли. – У вас есть какой-нибудь ненужный свитер? Я взяла с собой только пижаму и легкое платье.

Вито понятия не имел, что находится в его чемодане, он не собирал вещи с тех пор, как в детстве его отправили в школу-интернат.

– Я поищу что-нибудь.

Странное, едва уловимое ощущение охватило Холли. Она огорченно вздохнула. Значит, никакой елки не будет. Почему он ей отказал? Неужели ненавидит Рождество, как Скрудж? Напомнив себе, как ей повезло не ночевать сейчас в машине на холоде, она уютно устроилась на ковре перед камином, наслаждаясь вкусным вином.

Вито, пока принимал душ, думал о Холли. Стоило на минуту представить ее миниатюрную сексуальную фигурку, как он возбудился до предела. В течение многих месяцев его либидо не давало о себе знать из-за тяжелого рабочего графика. Конечно, труды не прошли напрасно, и в этом году прибыль банка побила все предыдущие рекорды. Вито занимался тем, к чему его готовили с ранних лет, и дела шли лучше некуда. Почему же он чувствует себя таким опустошенным? Умом он понимал, что жизнь не сводится только к успеху в бизнесе, хотя при этом слыл неисправимым трудоголиком.

В его воображении снова всплыл образ аппетитной Холли. Она кардинально отличалась от того типа женщин, которые обычно ему попадались. Ее эксцентричность притягивала его. Он никогда не мог предугадать ее реакцию. И еще на ней ни грамма косметики. Она не волнуется по поводу того, как выглядит. Говорит всегда только то, что думает и чувствует. В ней совершенно отсутствует притворство. Обернувшись полотенцем, Вито попытался перестать думать о ней. Безусловно, Холли возбуждает. И безусловно, не следует идти на поводу у инстинктов.

«А почему бы и нет?» – увещевал внутренний голос. Как только Вито увидел Холли, в нем проснулось желание такой силы, которое он еще никогда не испытывал к женщине. Неожиданная гостья понятия не имеет, кто он и что произошло во Флоренции. И как ему не хотеть ее? У него слишком давно не было секса.

Холли услышала, как Вито с грациозностью тигра спускается по лестнице. Он выглядел восхитительно в элегантном деловом костюме, но теперь в черных джинсах и красной футболке с длинным рукавом напоминал модель с обложки журнала. Еще никогда она не находилась рядом с таким привлекательным мужчиной и поэтому чувствовала себя как поклонница, которая случайно столкнулась на улице с кинозвездой.

– Вот, можете подвернуть рукава. – Вито бросил ей на колени свитер. – Если хотите освежиться, рядом с кухней гостевая ванная.

Холли встала с ковра и взяла рюкзак, чтобы воспользоваться его предложением. Увидев свое отражение в зеркале, она ужаснулась тому, как сильно спутались от ветра волосы и каким глубоким было декольте платья. Холли разделась и зашла в душевую кабинку. Наслаждаясь запахом дорогого геля, пришла к выводу, что хозяин коттеджа очень богат, как, наверное, и Вито. На его запястье сверкают золотые часы, одежда явно от известных дизайнеров. Пикси рассмеялась бы, услышав ее рассуждения. В ее списке ухажеров самым успешным являлся Ричи, простой страховой агент.

Она надела голубой свитер, доходивший до колен, одернула его назад, чтобы не выглядывал бюстгальтер. Усердно расчесав непослушные волосы, засунула на дно рюкзака домашние тапочки с заячьими ушками, решив ходить босиком. Затем немного подкрасила глаза подводкой и нанесла на губы прозрачный блеск. И зачем она вообще старается? Ведь столь утонченный мужчина, как Вито Соррентино, никогда не посмотрит на нее.

Вдруг Холли вспомнила, что не приняла противозачаточные таблетки, и, порывшись в сумке, поняла, что забыла пачку дома. Конечно, довольно странно, что девственница пьет контрацептивы, но они с Пикси считали, что излишняя осторожность еще никому не повредила. Их биологические матери испортили свою жизнь незапланированными беременностями, и дочери не хотели повторять ошибок.

Еще несколько лет назад Холли относилась к этому иначе, восторженно мечтая о том, как встретит мужчину, страсть к которому вскружит ей голову. Именно на этот случай и понадобятся таблетки. Но, к сожалению, еще ни одному из кавалеров не удавалось настолько очаровать ее. Девушка начала задаваться вопросом: может быть, она просто не очень темпераментная по натуре? Впрочем, как говорится, надежда умирает последней.

Вито подсознательно ожидал, что Холли предстанет перед ним с макияжем и замысловатой прической. А она вернулась с тем же девственно-чистым лицом. Бесформенные складки его свитера скрывали ее фигуру. Мужчина едва не рассмеялся от облегчения. Никто из представительниц прекрасного пола, кроме нее, не упускал возможности привлечь его внимание. До помолвки, да и после нее, женщины вешались ему на шею, поэтому в нем появилась осторожность по отношению к ним. На губах заиграла улыбка, которая так редко появлялась на его лице.

Холли встретилась с ним взглядом, и у нее тут же перехватило дыхание от обворожительной улыбки. Она внезапно остановилась, лямки рюкзака выскользнули из ее рук.

– Хотите, я приготовлю что-нибудь поесть? – предложила она дрожащим голосом.

– Нет, спасибо. Я недавно ел, – лениво протянул Вито, наблюдая, как она все время одергивает свитер. Нет, гостья вовсе не пытается очаровать его, и именно это больше всего в ней привлекает.

– А вы не возражаете, если я поем?

«Ну надо же! Моя новая знакомая даже не собирается развлекать меня», – подумал Вито, восхищаясь ее безразличием.

И когда это он успел стать настолько самовлюбленным, что привык быть центром внимания для любой женщины? Вито не тешил себя иллюзиями и прекрасно понимал, что основная причина популярности среди слабого пола – его богатство.

Вито добавил вина в бокал Холли и отнес на кухню. Как раз в это время она наклонилась к духовке, и шерстяная ткань мягко подчеркнула округлые ягодицы.

– У вас есть молодой человек? – неожиданно для себя спросил он, все еще сосредоточенно любуясь изгибами ее тела.

– Нет. С сегодняшнего дня у меня есть только бывший. А у вас?

– Я свободен. – Вито прислонился к кухонному островку, и тонкая ткань его брюк натянулась в районе бедер, демонстрируя внушительную выпуклость. К ее щекам тут же прилила кровь. С каких пор она так смотрит на мужчину? – А что произошло? – осторожно спросил он.

– Я застала его с другой, – выпалила Холли. К сожалению, одного взгляда на Вито хватило, чтобы лишиться самообладания, от волнения она начала болтать без умолку.

Глава 3

Dо время ее сбивчивого рассказа Вито охватило скверное желание рассмеяться, но он не хотел обидеть чувства Холли. Ее лицо раскраснелось.

Она избегала его взгляда, будто это признание случайно слетело с ее губ.

– И что же вы сделали? – сочувственно вздохнул он.

– Сказала ему все, что о нем думаю, и ушла. – Холли дерзко вздернула подбородок. Голубые глаза потемнели от злости при воспоминании об отвратительной сцене. – Я ненавижу лжецов и предателей.

– А у меня бы даже не нашлось времени изменять. Я много работаю. – Вито снова обрадовался тому, что Холли не знает о скандале во Флоренции. Последние несколько дней он провел в компании достаточно воспитанных людей, и те избегали говорить то, что думают, хотя при этом глазели на него и шептались за его спиной.

– Так почему вы здесь один?

– Я слишком устал и от работы, и от общения с людьми, – на ходу придумал Вито.

Ему казалось невероятным, что Холли выглядит так мило и обворожительно в одежде, которая едва ли намекает на сокровища, скрывающиеся под свитером. В чем же секрет ее очарования? А ведь ответ прямо перед ним: женственная фигура, удивительные глаза и копна шелковистых каштановых волос. Но больше всего Холли отличало от других людей то, что она не боялась быть искренней, не стремилась произвести впечатление. Ее откровенность даже иногда граничила с грубостью.

– Почему вы так смотрите на меня? – прямо спросила она, с достоинством расправляя плечи, будто ожидала от него нелицеприятного комментария в свой адрес.

– Простите, я не хотел вас смущать, – пробормотал Вито.

Холли присоединилась к нему в гостиной. Он достал игровую приставку.

– Я думал немного поиграть, но, может быть, вы хотите посмотреть телевизор…

– Нет. А что за игра?

Вито назвал игру, которую она хорошо знала.

– Я сыграю с вами, – вызвалась девушка.

– Вы любите видеоигры? – удивился он.

– Конечно. В каждой приемной семье обязательно имелась игровая приставка, и мне приходилось играть в нее, чтобы подружиться с другими детьми, – объяснила Холли.

– Сколько семей вам пришлось поменять?

– Никогда не считала. Стоило мне где-нибудь прижиться, как кто-то решал, что следует еще раз попытаться наладить отношения с матерью, и меня возвращали ей на несколько месяцев.

– Ваша мать тогда еще была жива? – нахмурился мужчина.

– Да, но она плохо справлялась с родительскими обязанностями. – Холли старалась не сболтнуть лишнего.

Присев на пол, она наблюдала, как его загорелые руки с длинными пальцами устанавливают приставку. Только сейчас Холли заметила, что его изумительные темные глаза обрамлены густыми черными ресницами, и это придает его лицу загадочное выражение. Ее соски затвердели под свитером, и вдруг стало жарко.

– А ваш отец?

– Я не знаю, кто мой отец. Мать отказалась дать согласие на мое удочерение. Каждый раз я возвращалась к ней, а потом меня отдавали в новую приемную семью. – Холли состроила гримасу и пожала плечами. – У меня было довольно странное детство.

Вито всегда считал, что ему не повезло с дедушкой, который любил командовать, с родителями, которые вечно ссорились, и с тем, что на него, единственного ребенка в семье, возлагали большие надежды. Однако история Холли заставила взглянуть на свою жизнь иначе. Он вырос в любви и заботе. Холли в детстве лишили и того и другого, а она не жаловалась на судьбу.

Когда он откинулся на спинку дивана, через футболку просматривался накачанный пресс, при виде которого у девушки пересохло во рту. Еще никогда она не смотрела на тело мужчины с таким вожделением, как в подростковом возрасте. Чувства, которые она испытывала, глядя на него, в любую минуту грозились вырваться из-под контроля.

– Давайте выберем начальный уровень? – предложил Вито, сомневаясь, что она обыграет его.

Холли даже не старалась, когда играла. В тяжелые времена увлекательные бессмысленные видеоигры отвлекали ее от реальности, полной боли и страдания. Выбрав подходящее оружие, она убивала противника одного за другим и вскоре одержала победу.

– За вами не угнаться, – с одобрением присвистнул Вито. Он не знал ни одной женщины, которая не только бы согласилась сыграть с ним в видеоигру, но и заткнула за пояс.

– У меня просто много практики, – объяснила Холли, растерявшись от его харизматичной улыбки. Общее увлечение немного сблизило их, и Вито стал не таким отстраненным, общаясь с ней более естественно. И теперь он казался не просто сногсшибательно красивым, а неотразимым. Она нервно заерзала на диване. Тело вдруг стало чувствительным, а одежда будто царапала нежную кожу.

– И приз для победителя. – Неожиданно Вито замолк, его взгляд упал на ее соблазнительные розовые губы. – Ты можешь поставить рождественскую елку.

– Правда! – воскликнула Холли.

– Да. – Вито переключил внимание на ее искрящуюся улыбку, стараясь подавить возбуждение. Оставалось загадкой, почему его бросает в жар при виде ее небесно-голубых глаз. – А еще есть? – Он жестом указал на тарелку, где лежали закуски.

– Сейчас принесу еще, – пообещала Холли.

Вито смотрел, как она, полная энергии, ринулась на кухню, и с завистью вздохнул. Ее очень просто сделать счастливой.

– Почему Рождество так много значит для тебя? – спросил он, когда Холли вернулась и подала ему тарелку с едой.

– Я никогда не праздновала его в детстве, – призналась она.

– Как так вышло?

– Мама никогда не покупала ни елку, ни подарков, а просто шла на вечеринки. Поэтому я не знала, что подразумевается под этим праздником, пока не попала в первую приемную семью.

– Но почему?

Черты на ее овальном личике стали более жесткими.

– Знаешь, это все очень личное.

– Мне просто очень интересно. Никогда не встречал человека, который вырос в приемной семье, – искренне сознался Вито, умиляясь, насколько быстро меняется выражение ее лица. Эмоциональность девушки била через край. Она, по сути, полная противоположность ему, потому что не скрывает своих чувств. Раньше он и подумать не мог, что бесхитростность и непосредственность могут так привлекать в женщине.

Холли поджала чувственные губы, похожие на лепестки роз.

– Когда мне было шесть лет, мама оставила меня одну на целых три дня в канун Рождества. Я пошла к соседям, потому что очень хотела есть, но они вызвали полицию.

Ошарашенный этим признанием, Вито замер, не сводя с нее глаз:

– Твоя мать бросила тебя?

– Да, но я уверена, что она обязательно вспомнила бы обо мне. На короткое время меня отдали в приемную семью, опекуны устроили для меня праздник, хотя он давно прошел, – с теплотой вспомнила Холли.

– И с тех пор ты пытаешься наверстать упущенное, – сухо бросил Вито, стараясь с помощью привычного цинизма отделаться от чувства жалости к ней.

Он никогда не позволял себе выставлять эмоции напоказ, зная: это чревато последствиями.

Обнажать перед кем-то душу означало вложить в руки нож, которым тебя могут ударить в спину. Не существовало такого человека, ради которого он готов пойти на подобный риск.

– Наверное. Увлеченность Рождеством – одна из самых безобидных. – Холли принялась распутывать гирлянду.

Мелькающие огоньки подсвечивали ее высокие скулы и бархатистость кожи на бедрах.

– Сколько тебе лет, Холли?

Та бросила на него взгляд через плечо, вешая игрушку на ветку:

– Двадцать четыре. Исполнится завтра.

– Значит, завтра не только Рождество, но и твой день рождения.

– Теперь твоя очередь. Расскажи что-нибудь о себе. – Холли дала волю любопытству.

Вряд ли это вопрос из разряда неожиданных, однако он застал Вито врасплох. Правда, когда интересуешься чьей-то жизнью, вполне естественно, что и тебя спросят о том же. Он сделал глубокий вдох, чтобы расслабиться.

– Я единственный ребенок в семье, которая основана на несчастливом брачном союзе. В праздники, когда родственники обычно проводят время вместе, мои родители очень часто ссорились, потому что у отца всегда находились дела более интересные, чем побыть с нами. Рождество не стало исключением.

– А почему они не развелись? – Холли глубоко тронул его взволнованный тон. Такой красивый, утонченный и уверенный в себе мужчина тоже до сих пор не оправился от страданий, перенесенных в детстве. Как, впрочем, и она.

– Мать воспитали так, что развод для нее немыслим. К тому же она преданно любила отца. – Вито говорил очень тихо, потому что еще никогда ни с кем не делился историей своей семьи. Как и родители, привык придерживаться главного правила: в любой ситуации сохранять видимость приличия и благополучия.

– Тебе, наверное, пришлось очень нелегко. – Холли взглянула на него огромными глазами, полными сочувствия.

От ее слов веяло теплом. Резко встав с дивана, он направился к ней, будто она потянула за невидимую цепь, к которой приковано его тело, и схватил ее в объятия. Им руководили лишь инстинкты, требовавшие прикоснуться к девушке.

Длинные пальцы приподняли ее подбородок, и Вито заглянул в чистые глаза. Спустя секунду он поцеловал Холли.

Потрясенная неожиданным поворотом событий, она оцепенела. Ее разрывали противоречивые эмоции.

«Оттолкни его немедленно!» – приказывал разум.

«Ты ему нравишься! Не упускай свой шанс!» – требовало тело.

Вито мягко и нежно дразнил поцелуем, покусывая ее губы. Бешеный стук сердца отдавал ей в виски. Его язык проник в нее. На Холли нахлынуло головокружительное возбуждение.

Вкус его губ пьянил, и тело девушки будто ожило. Руки обвились вокруг крепкой шеи, поцелуй становился все более глубоким и требовательным. Еще никогда она не чувствовала себя такой защищенной, как в объятиях этого мужчины. Лоно отзывалось легкими пульсирующими волнами, грудь отяжелела, затвердевшие соски упирались в тело Вито.

Вдруг он приподнял голову и едва слышно прошептал:

– Я хочу тебя.

– Я хочу тебя, – эхом повторила Холли, впервые в жизни осознав смысл этих слов.

В прошлом она воспринимала секс как необходимую часть отношений, а не как соблазн, перед которым невозможно устоять. Только теперь, в его объятиях, она поняла, что ошибалась. Впервые ощущала непреодолимое желание к мужчине, от которого потеряла голову.

Вглядываясь в темные опасные глаза, Холли приподнялась на носочки, чувствуя острую необходимость вновь поцеловать его. «Так вот о чем все так много говорят», – радостно промелькнула мысль в голове, пока плоть дрожала от нарастающего желания ощутить сильное мужское тело.

И пока один поцелуй сменялся другим, Вито увлек ее за собой на ковер, где жар от огня в камине опалял кожу не меньше, чем его прикосновения. Он снял с нее свитер, затем бюстгальтер. С нескрываемым восхищением он любовался пышной упругой грудью.

– У тебя великолепная фигура.

Холли покраснела, ее смущала собственная нагота. Однако рядом с Вито, который смотрел на нее, как на произведение искусства, стеснение куда-то улетучилось. Длинные пальцы обхватили грудь, а его язык прошелся по тугому соску. С ее губ слетали тихие стоны, пока он ласкал и покусывал нежную плоть.

– Поцелуй меня, – едва дыша, взмолилась Холли. По телу будто разлилась огненная река, достигшая самых сокровенных мест.

Он впился в ее губы, их языки переплелись, но теперь одних поцелуев ей было мало. Она нетерпеливо извивалась, раздвигая ноги, чтобы обвить их вокруг его талии.

И наконец Вито стянул с нее трусики, будто угадав желание. Сосредоточившись на чувствительном бугорке, медленно ласкал его. Наслаждение электрическим током прошлось по ее телу, которое словно оказалось в невесомости. Один из его пальцев осторожно вошел в ее влажное лоно, отчего она ахнула, выгнув к нему спину.

Страсть захватила Холли, мозг полностью отключился. Однако то, что происходило сейчас, несколько отличалось от фантазий. Это было дикое, не поддающееся контролю неистовство. Вито быстро снял с себя футболку, явив ее взору мускулистый торс. Она тут же потянулась к налитым силой мышцам под гладкой бронзовой кожей, которые сокращались от каждого ее прикосновения.

– У меня нет презерватива, – опомнился он. – Правда, я недавно сдавал анализы, и абсолютно здоров.

– Я принимаю таблетки, – дрожащим голосом сказала Холли, а когда эти слова слетели с губ, она поняла, что уже приняла окончательное решение переступить заветную черту. Почему бы и нет? Еще никогда и никого она не желала с такой силой.

Вито облегченно вздохнул и снова расположился между ее ног. Женские руки нежно скользили по широкой спине и плечам, немного царапая ногтями кожу.

И вот Вито вошел в нее. Холли опустилась немного ниже, чтобы полностью принять его в себя. От каждого уверенного ритмичного толчка по телу проходили мириады удивительных ощущений. Боль от проникновения оказалась мимолетной, хотя на глазах выступили слезы, и она прижалась к его плечу, скрывая лицо.

– Ты очень мокрая и тугая, – прорычал Вито. – Меня так это заводит, gioia mia.

После его слов воцарилось молчание, которое нарушали только их стоны. Два тела сплелись в диком, первобытном танце, двигаясь в унисон. Необузданный темп движений приближал их обоих к пику наслаждения. И вот напряжение каждой клеточки тела нашло выход, когда Холли взорвалась фантастическим оргазмом.

Осторожно разрывая единство, Вито вдруг заметил кровь на ковре.

– Maledizione! У тебя идет кровь! Я сделал тебе больно? Почему ты не остановила меня?

Вырванная без предупреждения из состояния сладостной неги, Холли отпрянула от него и поджала колени.

– Все в порядке.

– Нет, тебе было больно, а так не должно быть, – угрюмо возразил Вито.

Она покраснела до кончиков волос и неохотно посмотрела в черные глаза, сверлящие ее обеспокоенным взглядом.

– Ты не причинил мне боль. Просто я была девственницей…

– Девственницей? – Вито не верил своим ушам.

Холли схватила свитер и снова натянула его на себя.

– Не стоит придавать этому такого значения, – бросила она нарочито безразлично.

– А я думаю, стоит, – процедил Вито.

Испытывая неловкость, Холли все же осмелилась посмотреть на него.

– Не понимаю, почему это тебя так волнует!

– Ты серьезно?

– Да, серьезно, – раздраженно парировала Холли, желая быстрее закончить неприятный разговор.

– Ты должна была предупредить меня, – упрекнул он.

Но она не собиралась соглашаться с ним.

– Это мое личное дело, тебя не касается.

– Подобные вещи нужно обсуждать с тем, с кем собираешься заняться сексом!

Не желая продолжать спор, Холли направилась в ванную.

– Что ж, прислушаюсь к твоему совету, ведь у меня нет в этом никакого опыта.

Вито раздражало ее нежелание понять его.

– Теперь я чувствую себя так, будто воспользовался тобой, – хрипло признался он.

Она обернулась на пороге:

– Какие глупости. Я вовсе не ребенок. Это мое тело, и я сама приняла решение.

Вито угрюмо вздохнул, все еще находясь в шоке. Он ведь даже не сказал ей, кем является на самом деле. Запоздалое признание воскресило в нем подозрение о скрытом мотиве ее поступков. Теперь же, взглянув на ее обиженное, грустное лицо, он хотел ударить самого себя за то, что посмел думать о ней как о какой-то мошеннице или самозванке.

– Прости меня, я перегнул палку. Конечно, это твое решение.

– Я вообще не представляла, как сказать тебе об этом. Слишком уж неловко.

– Я все испортил, – выругал себя Вито.

Он подошел к ней и обнял. Несмотря на возникшее между ними напряжение, Холли казалось, что нет ничего лучше его объятий. Она с наслаждением вдыхала мужской терпкий аромат и таяла от близости крепкого тела.

– Я тоже забыл кое-что тебе сказать. Это было невероятно.

– Ты мне льстишь.

– Нет, я говорю правду. А теперь пойдем примем душ. – Вито потянул ее к лестнице на второй этаж.

Невероятно? Может быть, это всего лишь учтивая ложь и все мужчины говорят такое после секса?

Вито провел ее через огромную спальню, где преобладали серые тона, и открыл дверь в просторную ванную.

– Ты первая, если, конечно, не хочешь, чтобы я присоединился к тебе.

– Я не уверена, что готова к этому, – испуганно выпалила Холли.

Он рассмеялся и, склонив голову, снова взял в плен ее чувственные, сладкие губы.

– Я спрошу тебя еще раз завтра утром, – предупредил он.

Внимание Холли привлекла гигантская кровать.

– Мы будем спать в одной постели?

– Здесь только одна спальня. Я планировал провести ночь на диване.

– Нет, я не заставлю тебя спать внизу. – Холли не хотелось провести эту ночь без него.

Для женщины, которая отступила от своих моральных принципов, она чувствовала себя на удивление беззаботно. Занятия любовью с Вито оказались настолько естественными, что Холли не видела в этом ничего дурного. В конце концов, они взрослые свободные люди. Что плохого может произойти, если она просто отдастся мгновению, перестанет планировать все наперед или ждать особого знака свыше? Интересно, почему ее терзает чувство вины? Будто она изменила Ричи.

Холли даже не испытывала каких-то особенных чувств. Они начали встречаться совсем недавно, и, несмотря на его самовлюбленность, ей нравилось проводить время в компании Ричи. Неужели она отдалась Вито, чтобы отомстить ему?

Нет, это невозможно. Вито затмил бывшего парня во всех смыслах. И наконец сбылась тайная мечта: появился мужчина, который пробудил в ней страсть. Конечно, будущего у них нет. Притяжение возникло просто потому, что они по стечению обстоятельств оказались под одной крышей. Поэтому Холли будет сохранять холодный рассудок и забудет о романтических фантазиях.

Обмотавшись в полотенце, она застала посреди спальни Вито в одних джинсах, расчесывающего мокрые волосы.

– Я принял душ на первом этаже.

– Я бы могла пойти туда, это ведь твоя комната.

Нет, все-таки ему никогда не встречались такие, как она, хотя он и оценил ее изначально по циничным стандартам, сформировавшимся в его сознании после многолетнего опыта общения с женщинами. Если бы Холли узнала о скандале, в котором он замешан, наверное, даже не стала бы разговаривать с ним. Как ни странно, ее невинность и наивность, которые поначалу казались наигранными, манили его к ней. Вито пересек комнату и притянул ее к себе, следуя внутренней необходимости сократить расстояние между ними.

– Сегодня это наша комната. Давай ложиться.

Холли намеревалась отправиться спать вниз.

Пусть она и нарушила собственные правила один раз, однако это не значит, что подобное поведение должно войти в привычку. Но ей так хотелось провести эту ночь с ним, сполна насладиться отведенным им временем. И достало здравого смысла понять, что она не задержится в этом доме. Это к лучшему, иначе обязательно влюбилась бы в него. Что конечно же стало бы фатальной ошибкой.

Она посмотрела на мужчину, образ которого навсегда останется в памяти. Он чертовски красив. И этой ночью принадлежал только ей.

Глава 4

На рассвете Холли осторожно выбралась из постели и пошла в душ освежиться. Отражение в зеркале не порадовало ее: волосы спутались, на лице красные пятна от щетины Вито, губы опухли. Пока мылась, чувствовала, как каждая мышца тела ноет так, будто она целые сутки не вылезала из спортзала.

Нет, никакие физические упражнения не сравнятся с той выносливостью, которая требовалась, чтобы провести ночь в постели с Вито Соррентино. Он ненасытный, а его необузданное желание передалось ей. Казалось, она меньше чем за день кардинально изменилась, столько узнала не только о сексе, но и о себе самой.

Вито по-прежнему лежал на кровати, великолепный образец совершенства. Густые черные ресницы вдруг взлетели вверх.

– Где ты была? – сонно спросил он.

– В ванной. – Она скользнула под одеяло.

Вито притянул ее к себе. Холли задрожала от его прикосновения.

– Спи дальше, – пробормотал он.

Вито снова хотел ее. Что с ним случилось? Почему он не может насытиться ею? Вито упрекнул себя за эгоизм, не подумав о том, что она, возможно, не готова к столь частым плотским утехам. Услышав ее глубокое, ровное дыхание, он встал с постели, принял холодный душ и оделся.

То, что произошло вчера, нарушало все его правила. Вито никогда не искал развлечений на одну ночь, хотя секс для него не значил ничего, кроме способа получить физическое удовлетворение. Влечение к противоположному полу никогда не отражалось на его самообладании. Почему же теперь все изменилось? Желать женщину снова и снова – ненормально. Это почти граничит с одержимостью. Ему еще повезло, что вместе они ненадолго.

Как бы там ни было, сегодня не только Рождество, но и день рождения Холли, и ему не давала покоя мысль о том, что у него нет для нее подарка. Вито привык к тому, что окружающие его люди всегда ожидают от него дорогих презентов. Чтобы хоть как-то сделать этот день особенным, он решил приготовить для нее завтрак. Хоть он и не отличался кулинарными способностями, однако надеялся, что у него получатся тосты и апельсиновый сок.

Проснувшись, Холли очень удивилась, потому что Вито принес ей поднос с едой.

– Ты приготовил мне завтрак?

– Сегодня твой день рождения. Я хотел сделать тебе приятное.

Холли старалась не смотреть на него так, будто перед ней восьмое чудо света. Но ведь еще никто и никогда так не баловал ее, даже во время болезни. Его внимание и забота тронули ее. Поэтому она с удовольствием жевала подгоревшие тосты. Пока Холли ела, Вито сидел рядом. Его присутствие напоминало ей о прошлой безумной ночи, и, как ни странно, стыда она не испытывала.

– Спасибо.

– Я редко готовлю. Чаще всего разогреваю уже готовые блюда, – признался Вито.

Холли потянулась за стаканом сока, но после одного лишь глотка у нее онемели зубы, напиток был очень холодным. Когда именинница закончила с трапезой, Вито поставил поднос на пол и лег рядом с ней, решительно сверкая глазами.

– Я собиралась приготовить для нас обед. – У нее подрагивал голос.

– Для обеда еще слишком рано, – заметил Вито и приблизился к ней.

Его дыхание опалило ей кожу, когда он наклонился поцеловать мочку ее уха. Ее тело тут же растаяло, как мороженое на солнце, а в голосе слышались умоляющие нотки.

– Вито.

Но он зажал ей рот страстным поцелуем.

– Ни к чему разговоры. Мы знаем достаточно друг о друге.

– Я даже не знаю, чем ты занимаешься.

– Я бизнесмен, а ты?

– Официантка. Правда, в будущем хочу стать дизайнером интерьеров, хотя пока это только мечта.

– Придется приложить немало усилий, чтобы воплотить мечту в реальность.

– Я работаю с шестнадцати лет. Однако иногда успех зависит не только от трудолюбия, а от чистого везения.

– Разговор приобретает слишком серьезный тон, – недовольно протянул Вито.

Холли убрала с его лба упавшую прядь волос.

– Согласна. Давай не будем обсуждать скучные, обыденные темы.

Он вытянулся рядом с ней. Холли уткнулась ему в плечо, сглотнув подступивший к горлу ком. От нее не укрылось то, как он удивился, когда узнал, кем она работает. Его одежда, манеры, обстановка в доме и даже разнообразие деликатесов в холодильнике ясно свидетельствовали о том, что они принадлежат к разным мирам. И хотя сейчас эта разница не имела никакого значения, девушка понимала, что они друг другу не пара.

– Я все еще хочу тебя, – прошептал Вито и провел языком по ее ключице.

У нее тут же потянул низ живота.

– Я не могу, – призналась Холли.

– Тогда, может быть, позже, – проворковал Вито. – А тем временем мы можем заняться другими вещами.

Холли звонко рассмеялась:

– Ну ты и бесстыдник!

– Не могу сдержаться. До сих пор не верится, что я стал первым мужчиной, которому повезло соблазнить тебя.

– Просто еще в ранней юности я пообещала себе, что буду ждать особенного случая. Но потом поняла, что он может никогда не наступить.

– Но почему я? Почему ты выбрала меня? – не унимался Вито.

– Может быть, потому, что ты разрешил мне поставить рождественскую елку, – отшутилась она, не желая признаваться в том, что он – воплощение всех ее тайных девичьих грез.

Ее рука, покоившаяся на его бедре, скользнула к паху и легонько сжала плоть. Вито тут же застонал и откинулся на подушку. Холли облокотилась, заглянув в глаза, в которых заплясали золотые искорки.

– Возможно, ты относишься ко мне как к самой сногсшибательной девушке на земле, хотя на самом деле во мне нет ничего особенного. Может быть, в этом заключается твой талант, и ты ведешь себя так со всеми.

– Нет. Я еще никогда не встречал такую, как ты.

Вито внимательно наблюдал за выражением ее лица, пытаясь угадать реакцию на его признание. Рядом с ней он чувствовал себя спокойно и уютно. Мысли о работе или скандале в Италии отошли на второй план. К тому же она не знала, кто он, следовательно, его финансовое положение не играло для нее никакой роли. Сейчас он просто мистер Незнакомец, и ему чертовски нравилась эта свобода.

Холли с азартом расстегнула молнию на его джинсах. Очень хотелось доставить ему удовольствие и избежать неловких разговоров. Его учащенное дыхание говорило о нарастающем возбуждении, и это придало ей уверенности.

Вито казалось, будто он умер и попал в рай, настолько были восхитительны ласки ее губ и языка. Его пальцы запутались в ее волосах, и он содрогался в предвкушении экстаза. Потом его с головой накрыла сладострастная волна удовольствия.

Холли с грустной улыбкой наблюдала за спящим Вито. Потом еще раз приняла душ, надела свое легкое платье и высушила волосы. Спустившись, включила телевизор на кухне, где демонстрировались рождественские фильмы, и принялась разогревать обед, который привезла с собой.

Только сейчас в ней проснулось чувство раскаяния. Она поступила слишком легкомысленно. И ради чего? Одной ночи утех с мужчиной, которого больше не увидит? Разве этим можно гордиться? Но было бы гораздо хуже, если бы она потеряла девственность с подлым Ричи, который притворялся, что испытывает к ней настоящие чувства.

Впрочем, поздно о чем-то сожалеть. Что сделано, то сделано. И поэтому не стоит понапрасну изводить себя. Хотя, возможно, прошлой ночью ей в голову ударило вино. «Прекрати искать оправдание и копаться в себе», – приказал внутренний голос.

Когда Холли накрывала на стол, появился Вито.

– Тебе стоило разбудить меня.

– Но утром ты встал гораздо раньше меня, – напомнила она. – Ты голоден?

– Только ты пробуждаешь во мне аппетит. – Он притянул ее к себе.

– Где ты набрался таких выражений? – поддразнивала Холли.

Вместо ответа, Вито поцеловал ее, и Холли будто пронзила огненная стрела. Его чувственные губы снова разожгли в ней неистовое желание. Соски затвердели, по коже пробежали мурашки. Пришлось призвать на помощь всю силу воли, чтобы оторваться от него. Пугало то, что рядом с ним она вела себя несвойственным ей образом.

– Давай поедим, пока не остыло, – бесстрастно предложила она.

– Я открою вино.

– Этот дом обустроен по последнему слову техники, – заметила Холли, когда Вито доставал бутылку из холодильника, поддерживающего специальную температуру для алкоголя.

– Его хозяин любит комфорт.

– Он твой друг?

– Мы вместе учились в школе. – Его губы расплылись в теплой улыбке. – В детстве я часто попадал в передряги из-за него, зато он научил меня веселиться.

– Пикси тоже такая. Мы с ней очень близки. – Холли взяла его тарелку и положила салат.

– Ты хорошо готовишь, – похвалил Вито.

– Меня научила моя приемная мать Сильвия.

– А я чаще хожу в рестораны. Это экономит время.

– Если время экономить на всем, можно не успеть насладиться жизнью.

– Я привык делать это в быстром темпе.

Когда они закончили обедать, Вито объявил:

– Мне хочется подышать свежим воздухом. Пойду прогуляюсь.

Выглянув в окно, Холли наблюдала, как он с трудом идет по заснеженной аллее. Ей почему-то стало тяжело на душе. Он только что выбрал одиночество, вместо того чтобы провести еще немного времени вместе. Хотя с какой стати ему приглашать ее присоединиться к нему? Из вежливости? Они вовсе не пара в традиционном смысле, неудивительно, что ему захотелось побыть одному. Они всего лишь на одну ночь разделили постель, два очень разных человека. Возможно, она слишком много говорила, и он устал от этой болтовни, вот и захотелось немного тишины и уединения.

Вито бродил по крутому склону, вдыхая морозный воздух. Он испытал облегчение, когда Холли не попросила пройтись вместе. По натуре одиночка, он почувствовал, что на него будто давят стены в доме, где царит уютная, почти семейная, рождественская атмосфера.

Однако Холли не виновата в этом. Даже ее жизнерадостность не в состоянии перечеркнуть его плохие воспоминания о праздниках. К сожалению, именно в праздничные дни проблемы в несчастливых браках становились особенно явными. Несмотря на все усилия, матери никогда не удавалось развеять скуку мужа и побороть нежелание проводить время с семьей.

Да они никогда и не были настоящей семьей. Отец не проявлял внимания и любви к сыну. Более того, Вито всегда чувствовал, что тот испытывает к нему неприязнь. Чико относился к сыну как к врагу, поскольку его воспитанием в основном занимался деспотичный тесть.

«У меня не сын, а чертов калькулятор! – с отвращением комментировал Чико математические успехи пятилетнего Вито. – Он будет таким же незаменимым, как кассовый аппарат».

Совсем недавно отношения с отцом окончательно испортились. Вито пришел навестить его в больнице после сердечного приступа, а тот без обиняков заявил: «Ты здесь, чтобы позлорадствовать над моими прегрешениями? Радуешься тому, что я наконец получил по заслугам, не так ли?»

После этого Вито окончательно осознал, что нормальное общение между ними невозможно. Чико откровенно завидовал финансовой независимости сына, которую сам давно потерял, потому что тесть держал его на коротком поводке, узнав о разгульном образе жизни зятя. После смерти дедушки ситуация только ухудшилась. Вито приходилось защищать наследство матери от посягательств отца.

Интересно, будь у него сын, как бы сложились их отношения? От этого предположения похолодело все внутри. История семьи породила в нем страх не справиться с ролью родителя.

Холли уже закончила мыть посуду, когда постучали в дверь. Открыв, она удивилась, увидев на пороге автомеханика Билла.

– Мне нужны ключи от Клементины, чтобы увезти ее на эвакуаторе.

– Но ведь сегодня Рождество. То есть я хотела сказать, что не ожидала…

– Я не хотел напрасно обнадеживать тебя, но планировал приехать после обеда. Неподалеку живет мой дядя, который пригласил меня на праздничный обед. Я бы сказал раньше, но не знал, как будет с погодой.

– Спасибо большое, – выдохнула Холли, роясь в кармане пальто в поисках ключей. – Вам нужна какая-нибудь помощь?

Мужчина покачал головой:

– Нет, я приду за тобой, когда закончу.

– Хорошо, я пока соберу вещи.

Она закрыла дверь и сразу направилась наверх, где надела ковбойские сапоги и закинула в рюкзак туалетные принадлежности. Девушка собиралась быстро, стараясь не расстраиваться из-за того, что пришло время покинуть этот дом, хотя и надеялась, что они с Вито проведут еще одну ночь вместе. Однако судьба распорядилась иначе. Возможно, поспешный, неожиданный уход – лучший способ закончить знакомство и таким образом избежать неловкого прощания. Холли спустилась вниз, чтобы собрать елку, подсознательно ожидая, что Вито вернется до ее отъезда.

Уложив елочные игрушки и гирлянду, она направилась на кухню выкинуть пластиковые контейнеры от еды и вымыть чашку после себя.

Вот и все – признаки ее кратковременного пребывания здесь стерты. Ей так не хотелось уезжать домой, покидать Вито. А еще ее очень тревожило чувство глупой, безнадежной привязанности к нему. Он, скорее всего, вздохнет с облегчением, когда поймет, что ее здесь больше нет. Мужчины не любят навязчивых женщин, которые в случайном сексе видят что-то большее. «Ты прекрасно знала, на что идешь», – строго отчитал ее внутренний голос. Они ничего друг другу не обещали. Вполне понятно, что ни о каком продолжительном романе не может быть и речи. Холли уйдет с высоко поднятой головой и даже не обернется.

Или стоит оставить Вито записку? Она нашла блокнот, написала несколько слов благодарности за гостеприимство, правда, на этом ее вдохновение иссякло. Что еще добавить? После долгих раздумий Холли дописала номер телефона. Что в этом предосудительного? «Я просто даю ему возможность связаться со мной, если он сам того захочет», – подумала она, положив записку под часы над камином.

Когда Билл въехал на эвакуаторе во двор, Холли натянула типичную жизнерадостную улыбку. Ее вещи уже стояли на крыльце, а Вито так и не появился. Она залезла в кабину с чувством разочарования. Впрочем, так даже лучше, прощание с ним далось бы ей нелегко. К тому же ни ей, ни ему не придется говорить банальные, ничего не значащие фразы при расставании.

Вито зашел в коттедж, и его тут же насторожила тишина. Он взбежал по лестнице, выкрикивая имя Холли. Ответа не последовало. Лишь спустившись обратно, он заметил, что исчезли и рождественские украшения.

Вито не мог поверить, что Холли уехала, не сказав ему ни слова. Он помчался на крыльцо и увидел, что нет и ее машины. Он был так погружен в свои мысли во время прогулки, что не обратил на это внимания. Ее неожиданный отъезд задел его самолюбие. Всю жизнь женщины навязывались ему, стараясь любым способом завлечь его.

Но разве Вито хотел, чтобы Холли так себя вела? Учитывая обстоятельства, ее внезапное исчезновение ему на руку. В конце концов, что сказал бы он ей на прощание? Она отвлекла его от более важных дел, вызвав ненужные эмоции. Теперь у него снова появилась возможность отдохнуть и подумать наедине с собой.

– Когда тебя перестанет тошнить, можешь сделать тест, – сухо сказала Пикси, стоя на пороге ванной комнаты.

– И не собираюсь, – сопротивлялась Холли. – Я же принимаю противозачаточные таблетки, а потому не могу быть беременной.

– Ты несколько раз пропустила прием, кроме того, пила антибиотики, когда у тебя был тонзиллит. Антибиотики могут подавить действие контрацептивов.

– Я и не знала. – Холли взглянула на свое бледное лицо с темными кругами под глазами. Она выглядела так же ужасно, как и чувствовала себя.

– Подумать только, стоило мне уехать всего на пару недель, как ты успела наделать глупостей, – сокрушалась миниатюрная блондинка, с беспокойством поглядывая на подругу.

– Я не могу быть беременной, – повторила Холли, читая инструкцию к тесту.

– У тебя нет менструации уже два месяца, тошнит каждое утро, набухла грудь, – безапелляционно перечисляла Пикси. – Хочешь сказать, у тебя ветрянка?

– Хорошо, я сделаю его! – досадовала Холли. – Но нет ни единого шанса, что он будет положительным!

Через несколько минут она сползла по стенке в ванной. Пикси оказалась права. Дверь медленно открылась. Беспомощно взглянув на подругу, Холли разрыдалась горькими слезами.

– Помнишь, мы говорили, когда у нас появятся дети, мы будет относиться к ним как к подарку судьбы? – успокаивала Пикси. – Этот ребенок тоже подарок свыше, и вместе мы справимся. Обойдемся без мужчин.

– Я даже не умею вязать, – плакала Холли, не в состоянии осознать сложность проблем, которые ее ожидали в будущем.

– Ну и ничего. Поверь мне, у тебя не будет времени на вязание.

Холли вспомнила, как они с Пикси когда-то обсуждали тему материнства. Обе были нежеланными детьми своих нерадивых матерей. Тогда-то девочки поклялись, что будут любить и заботиться о собственных детях, несмотря ни на что.

Что-то подсказывало: «несмотря ни на что» уже наступило. Пусть беременность и не запланирована, но она будет любить, защищать и заботиться о своем малыше даже в одиночку.

– Если бы только Вито позвонил, – жалобно сорвалось с ее губ.

– Забудь о нем. По мне, он чересчур подозрительный тип. Ты же ничего не знаешь о нем. Отец твоего ребенка вполне может оказаться женат.

– Нет! – вскрикнула Холли, ужаснувшись предположению.

– Подумай сама: почему Вито проводил Рождество в одиночестве в чужом доме? Возможно, жена или девушка выставила его за порог.

– Не добивай меня, и без тебя плохо, – взмолилась Холли. – Ты все видишь в черном цвете. То, что он не позвонил мне, еще не делает его негодяем.

– Он тебя напоил и затащил в постель. Как можно думать о нем хорошо? Тебя попросту использовали.

– Я не была пьяна.

– Ладно, что уж теперь вспоминать об этом, – вздохнула подруга. – Давай посмотрим, может быть, мы сможем что-нибудь узнать о нем из Интернета.

Пока Пикси сидела за компьютером, пытаясь отыскать малейшую информацию, Холли лежала на диване, поглаживая свой все еще плоский живот, и мысленно сетовала на судьбу. На самом деле она уже искала что-нибудь о Вито несколько недель назад, но не хотелось признаваться в этом подруге.

– Нет ни единой зацепки. Ни один из мужчин под именем Вито Соррентино не подходит по возрасту. Скорее всего, он назвал тебе ненастоящее имя, – заключила Пикси.

– Зачем ему делать это? Какой смысл?

– Мало ли какие мотивы могут быть у человека. Но ты ведь не исключаешь такую возможность?

Конечно, все возможно. Но причины этого поступка навсегда останутся для нее загадкой. Наверняка Холли знала одно: Вито решил, что не хочет больше видеть ее. Ведь так и не позвонил, хотя номер она оставила. По правде говоря, из-за этого она чувствовала себя подавленно, хотя и понимала, что это глупо.

Почему отсутствие интереса с его стороны так ее задевает? Да, он сказал, что ночь с ней была незабываемой. Но разве не все мужчины говорят подобные слова после секса? Насколько наивной надо быть, чтобы принять его слова за чистую монету и поверить, что между ними произошло нечто особенное?

Так или ниаче, а время вспять не повернуть. Ни к чему теперь изводиться угрызениями совести. Пора сосредоточиться на будущем. Ведь несмотря на то, что Холли готова приложить все усилия, чтобы стать хорошей матерью, ей придется многому научиться и как-то сводить концы с концами.

Глава 5

Четырнадцать месяцев спустя

Холли чуть не застонала, выпрямляя ноющую спину. Она ненавидела собирать непроданные газеты в конце смены в местном супермаркете. Но совсем скоро можно будет пойти домой и полюбоваться на сладко спящего в своей кроватке Анджело. При мысли об улыбающемся личике сына ее сердце переполнилось нежностью. Стоило впервые взять на руки малыша, появившегося раньше срока, как она ощутила безграничную материнскую любовь, сила которой потрясала.

Она не справилась бы без помощи Пикси. Подруга поддерживала ее с самого начала беременности. Когда пришлось бросить работу официантки, Холли прошла курсы, чтобы стать специализированной няней, и теперь дома днем присматривала и за своим ребенком, и за двумя чужими. Кроме того, время от времени подрабатывала в магазине. Если по вечерам или на выходных Пикси соглашалась посидеть с ее сыном, она выходила на смену, чтобы заработать дополнительные деньги.

Пока Холли думала о том, как бы поскорее оказаться дома, ее внимание привлекла фотография мужчины, похожего на Вито, на первой полосе газеты. Она тут же схватила финансовый еженедельник и принялась всматриваться в снимок. У трибуны стоял человек, который как две капли воды напоминал отца ее ребенка.

– Ты уже закончила? – спросила ее коллега.

– Почти, – рассеянно бросила Холли, пока глаза лихорадочно бегали по строчкам под фотографией.

Витторе Заффари, а не Соррентино. Холли просто обозналась, плечи разочарованно поникли, однако, поддавшись порыву, она вырвала страницу и убрала в карман, а затем поспешно закончила работу.

Только после полуночи у Холли нашлось время посмотреть в Интернете, кто такой Витторе Заффари. Девушка снова и снова всматривалась в газетную фотографию, которая не отличалась особой четкостью. Но как только она увидела фотографии Витторе Заффари в Интернете, сомнений не осталось. Это и есть отец ее ребенка.

– Ну надо же! – присвистнула Пикси, проводя собственное расследование на планшете. – Теперь понятно, почему он назвался чужим именем и прятался в Дартмуре. Он был замечен на какой-то оргии с наркотиками и проститутками. Подожди-ка, пока я переведу эту статью с итальянского на английский.

– Наркотики и проститутки? – ужаснулась Холли. – Нет, это не может быть один и тот же мужчина.

Но так и было. Снимки из Интернета доказывали, что это ее Вито, а не какой-то незнакомец, похожий на него. Ближе к двум часам ночи подруги узнали еще кое-что. Этого банкира-миллиардера за несколько дней до того, как он встретил Холли, бросила роскошная невеста.

– Не стоит забывать, что это могут быть всего лишь сплетни, а даже если и правда, какое тебе дело. Тебе нужны от него только алименты. Похоже, он достаточно богат и вряд ли откажется помочь сыну.

После столь шокирующего открытия Холли провела бессонную ночь. Вито солгал ей не только о своем имени, но и о том, что как раз перед их знакомством расстался с невестой. Как он отреагирует, когда узнает, что у него есть сын? И действительно ли она хотела для своего ребенка отца с сомнительными моральными качествами?

Однако утром, когда кормила Анджело кашей, Холли пришла к выводу, что не ей принимать это решение. Она посмотрела на сынишку с угольно-черными кудряшками и сверкающими карими глазами. Очень ласковый мальчик любил смеяться и играть. Вито же, напротив, отличался сдержанностью, улыбка редко появлялась на его лице. И все же он имеет право знать, что у него есть сын. Так же как и у нее есть право на финансовую помощь. Есть смысл более объективно взглянуть на ситуацию, не позволяя эмоциям брать верх. Самое главное для нее – интересы Анджело, ее личные чувства не имеют значения. Правда в том, что у сына есть только все самое необходимое, а Вито мог бы дать намного больше. Анджело не должен страдать из-за того, что Холли когда-то сделала неправильный выбор.

В любом случае Вито – отец Анджело, и этого не изменить. Холли слишком хорошо помнила, как когда-то ей самой хотелось узнать, кто ее родной отец. И теперь она не допустит того, чтобы сын жил в неведении. Тем более у нее нет магического шара, чтобы заглянуть в будущее и понять, станет ли Вито для сына плохим или хорошим примером.

В ней все еще жила обида из-за того, что Вито так и не позвонил после ее отъезда. Это задевало гордость. Холли постигло горькое разочарование. Любую женщину расстроило бы то, что о ней так быстро забыли. Однако рождение ребенка изменило ее отношение к ситуации. Надо забыть о прошлых обидах и в первую очередь заботиться об интересах сына. Придется нелегко, но ради Анджело Холли встретится с Вито лицом к лицу и все ему расскажет.

Спустя неделю Холли передала небольшой сверток секретарю банка «Заффари» в Лондоне.

– Это для мистера Заффари. Я бы хотела с ним увидеться.

Элегантная женщина за столом взяла маленькую посылку и мельком сверилась с расписанием босса.

– Простите, но у него нет свободных дней до конца месяца, мисс.

– Мисс Клевер. Я уверена, он захочет со мной встретиться, – заверила Холли, отчасти сомневаясь, что это правда. – Я подожду здесь, пока он не освободится.

– Вы просто зря потратите время, – резко предупредила секретарша. – Мистер Заффари никого не принимает без предварительной записи.

Упрямо игнорируя ее слова, Холли прошла в приемную и, одернув юбку, присела. У нее ушло много времени, чтобы спланировать поездку в Лондон, а поэтому нельзя упустить шанс встретиться с Вито, пока тот находился в Англии по случаю открытия нового филиала банка. Пикси взяла выходной, чтобы присмотреть за Анджело, а дети, которых нянчила Холли, проводили день со своими бабушками и дедушками.

Подруга уговаривала ее принарядиться, но она всего лишь сменила привычные джинсы на юбку и обула высокие сапоги, потому что мысленно постоянно напоминала себе, что это не личный визит, и нет нужды производить на Вито впечатление. Холли только сообщит ему о существовании Анджело. Ее беспокойные пальцы теребили ремешок сумки, пока охранники с чересчур настороженными лицами уносили ее посылку, будто опасались, что в коробке бомба. Неужели Холли выглядит как террористка или умалишенная?

Когда вошел личный помощник и положил на стол уже вскрытый сверток, Вито находился на совете директоров. Сначала он нахмурился в недоумении, но, увидев шапку Санты и маленькую еловую веточку, застыл, превратившись в статую. Через минуту он кивнул помощнику в знак того, что готов принять неожиданную посетительницу, и немедленно покинул заседание.

Какого черта Холли делает в банке? Почему появилась сейчас и как нашла его?

Узнав о ночи, проведенной с ней, Аполло лишь надменно скривился со словами: «Ты что, совсем из ума выжил? Ты один из самых завидных женихов в мире, а выбрал первую попавшуюся женщину, да еще и официантку».

Вито тут же пожалел, что рассказал об этом другу. Он продолжал твердить себе, что ее неожиданный уход освободил их обоих от необходимости проходить через неловкое прощание. С его связями Вито без труда мог бы отыскать ее, но, собрав волю в кулак, не стал этого делать. Самообладание играло для него чересчур важную роль, а рядом с Холли он его терял. Воспоминания о несвойственном ему поведении в тот вечер раздражали. Однако ему не удалось стереть ее из памяти. На самом деле не терпелось увидеть ее сейчас. Вито так часто думал о ней, что стал безразличен к другим женщинам. Он хотел увидеть ее при свете дня, лишенной уютной рождественской атмосферы в качестве аксессуара, будучи уверенным, что это неизбежно приведет к развенчанию мифа о том, что она особенная, и все в его жизни вернется на круги своя.

Но зачем Холли ищет с ним встречи больше года спустя? И как узнала, что банк «Заффари» принадлежит ему? В черных холодных глазах блеснуло подозрение. Вито вошел в офис и принялся ожидать гостью.

Холли улыбнулась и встала, когда секретарша подошла к ней. Несмотря на сомнения, Вито вспомнил ее. Шапка Санты была призвана освежить его память. Ведь мужчина, который участвовал в сексуальных оргиях, мог и забыть единственную ночь, проведенную с простой официанткой. Конечно, его моральные принципы очень сомнительны, а скорее всего, и вовсе отсутствуют.

Холли покорно последовала за женщиной, более утонченной и стройной. Вдруг в ней снова зашевелились сомнения. Действительно ли она хочет, чтобы Вито с его распутными наклонностями стал частью жизни Анджело? Здравый смысл предупреждал не спешить с выводами и дать ему шанс ради сына, который обязательно захочет узнать, кто его отец. Разве Холли не мучилась этим вопросом в детстве? Разве это не породило в ней кучу комплексов? Ведь она понятия не имела об одном из самых важных фактов своей биографии. Как ни неприятно снова увидеть Вито, надо сделать все возможное, чтобы они узнали друг о друге.

Но почему тогда она испытывает странное чувство воодушевления? Почему сердце так часто бьется в ожидании встречи?

Секретарша открыла дверь, пропуская Холли вперед.

Ну надо же! Какой же огромный у него офис! А потом она увидела Вито, и ее будто парализовало, потому что он выглядел восхитительно. Не верилось, что она когда-то провела с ним ночь и стала матерью его ребенка. У нее пересохло во рту, закружилась голова. Сотни бабочек смело расправили крылья и запорхали в животе. Холли с восхищением всматривалась в его утонченные черты лица. «Не забывай, что он негодяй», – напоминал внутренний голос. Однако сознание уже не интересовал этот факт. Она полностью погрузилась в составление списка его неоспоримых внешних достоинств. «Наркотики, секс с проститутками», – разум не оставлял надежды направить ее на путь истины.

– Шапка Санты и ветка ели – очень оригинальная визитка, – протянул Вито. – Но я прекрасно помню твое имя. Мне не нужны подсказки.

Холли покраснела, как помидор, не ожидая от него подобной проницательности.

– Было проще связаться со мной по телефону, – заверил он бархатным тоном, за которым скрывалась издевка.

– И как прикажешь это сделать, если у меня нет твоего номера? – натянуто процедила Холли, пообещав себе не напоминать ему о записке с номером телефона. Обсуждать это слишком унизительно.

– Возможно, тебе не следовало покидать коттедж до моего возвращения с прогулки? – улыбнулся он.

И снова его улыбка подействовала на нее завораживающе. Ему не хотелось признаваться себе в том, что та ночь для нее ничего не значила, и поэтому она ушла с такой легкостью. Однако ее появление сейчас наконец потешило его самолюбие.

Она была одета в скучный, однотонный наряд: джемпер, юбка немного выше колена, жакет и высокие сапоги. Но идеальные изгибы фигуры, которые он до сих пор не мог забыть, скрыть невозможно. Его темные глаза с жадностью сосредоточились на ее высокой груди, затем опустились на соблазнительные женственные бедра, взлетели вверх к чувственным губам, аккуратному вздернутому носику и огромным голубым глазам. Итак, Холли успешно прошла тест, который, как он надеялся, она провалит. Впервые в жизни Вито обрадовался, что ошибся. Его угаснувшее либидо вновь возродилось к жизни, и его охватило возбуждение.

– Как же ты нашла меня?

– Ах, ну да. Ты же назвал мне чужое имя, – не преминула уколоть Холли, силясь вырваться из плена его очарования.

– Да. Но я тебе не солгал. Меня крестили как Витторе Соррентино Заффари. Соррентино – это фамилия моего отца.

– Нет, ты все же солгал мне. Намеренно ввел в заблуждение. Только вот я не понимаю зачем.

– Видишь ли, я очень известная личность в сфере бизнеса. Поэтому стараюсь не привлекать к себе лишнего внимания. А то, что ты сегодня ворвалась сюда, заметили все в банке. Вот мой номер. – Он вытащил визитку и протянул ей.

Не зная, как себя вести, Холли молча засунула ее в сумку. В чем он пытается ее обвинить?

– Послушай, у меня складывается такое впечатление, будто ты не понимаешь, о чем я говорю. Поэтому буду с тобой предельно откровенен. Моя частная жизнь никого не касается. Не хочу, чтобы кто-то отвлекал меня, пока я на работе.

Черт побери! Вито отчитывает ее за то, что она осмелилась прийти в банк, где ее увидели все его подчиненные. Холли почувствовала себя униженной. Ей понадобилось столько смелости, чтобы появиться здесь и встретиться с ним. К тому же она видела фотографию Вито и его бывшей невесты Марции, которые стояли вместе у банка «Заффари» во Флоренции. По всей видимости, он не стеснялся появляться с ней на публике. Ее вывело из себя то, что он позволял себе разговаривать с ней свысока.

Холли окинула его взглядом с головы до ног, но, к сожалению, не нашла у Вито ни единого внешнего недостатка. На нее снова нахлынули воспоминания о том судьбоносном Рождестве. Холли помнила, как он выглядит без одежды, знала его запах, глубокий голос. «Немедленно перестань!» – приказал внутренний голос. Она собиралась с мыслями, чтобы достойно ответить ему.

– Не могу поверить, что ты разговариваешь со мной так, будто чем-то лучше меня, – парировала Холли. – На каком основании? Потому что у тебя есть деньги и большой офис? Или потому, что у тебя есть возможность снимать проституток и употреблять наркотики?

Его темные глаза вспыхнули от удивления.

– Произошла ошибка. Меня перепутали с другим человеком.

– Конечно же ты будешь все отрицать, – закатила глаза Холли. – Тем не менее опровержения в прессе не сделал.

– У меня на это были веские причины. Не считаю нужным оправдываться перед журналистами, и я защищал мою семью. Поверь, лично я не имею к этому никакого отношения. Более того, презираю подобные развлечения.

Его уверения эффекта не возымели. Да и как поверить мужчине, который однажды уже солгал ей? И как можно защитить семью, взяв на себя чужую вину?

– Мне кажется, лучше перенести нашу встречу в более удобное место, – продолжил Вито бесстрастным тоном. – У меня квартира в Лондоне.

Мой водитель отвезет тебя туда, а я присоединюсь после обеда. Там мы сможем спокойно поговорить.

Его неожиданное предложение сбило ее с толку. Холли действительно задумалась над тем, чтобы принять его. Рассказывать о сыне здесь казалось неуместным. И вдруг слабый внутренний голос, который сейчас напоминал интонацию Пикси, посоветовал немедленно одуматься. Внезапно Холли осенило, и она поняла, как Вито расценил ее сегодняшнее появление. Хотелось ударить себя за то, что не предугадала такого поворота в разговоре, а еще больше хотелось ударить его за то, что посмел думать, будто у него есть шанс снова затащить ее в постель. Черта с два! Пусть и дальше развлекается с проститутками!

– Я пришла сюда не флиртовать с тобой. – Холли повысила голос.

Неужели он действительно считает, что она легкодоступная и ради секса проделает такой долгий путь в Лондон? Хотя после ночи их знакомства она сама дала ему повод так думать о себе. «Если он хочет повторить, значит, то, что произошло год назад, та ночь, в самом деле была для него восхитительна», – подсказывала ей женская логика. Или, может быть, Вито просто помешан на сексе? Все возможно.

Холли не смолчала, а ответила на его колкости. От нее не скрылось изумленное выражение его лица. Он предполагал, что она всего лишь кроткая, тихая серая мышка, которая не может постоять за себя. Но ему удалось задеть ее чувства и разбудить в ней негодование. Последние четырнадцать месяцев выдались очень сложными, работать целый день после бессонной ночи стало для нее привычным делом. Отсутствие возможности найти отца Анджело еще больше усугубляло ее положение.

– Я ни на что и не надеялся, – лениво протянул Вито, сделав красноречивый жест рукой, чтобы усыпить ее подозрение.

– Мне плевать на твои ожидания, потому что ничего не будет. Я дала тебе шанс, но ты его упустил! – Холли едва сдерживалась, чтобы не закричать.

– Ты о чем? – На его лице отразилось недоумение.

Холли прострелила его недоверчивым взглядом.

– Просто решила напомнить, что я оставила тебе номер телефона на случай, если бы тебе захотелось еще раз увидеть меня.

– Ничего подобного, – не согласился Вито.

Холли разозлилась из-за того, что нарушила данное самой себе обещание не говорить об этом.

– Я оставила записку, где поблагодарила тебя за гостеприимство и написала номер.

– Я не находил никакой записки. Где ты положила ее?

– На каминной полке. – Холли желала сменить тему разговора.

– Если и была какая-то записка, я ее не увидел, – заверил Вито.

К чему эта ложь? Конечно, он нашел записку и, скорее всего, сразу выбросил. Холли снова и снова прокручивала воспоминания о событиях того утра и пришла к выводу, что Вито ушел на прогулку один, потому что ее компания успела ему наскучить. Все это было для него ничего не значащим развлечением на одну ночь, потому он больше ее не искал.

– Мне все равно. Бессмысленно обсуждать это сейчас. Но я хочу, чтобы ты кое-что уяснил, – неуверенно начала Холли. – Я пришла сюда не по собственной прихоти. Мне надо сообщить тебе нечто важное.

Черная бровь Вито вопросительно вздернулась, чувственные губы поджались в нетерпении. Холли моментально почувствовала, как обстановка стала менее радушной. Ну, еще бы! Она интересовала его только в качестве сексуальной партнерши. Ему вдруг стало жалко терять на нее свое драгоценное время. Хотя в этом нет ничего удивительного. Она бедная, малообразованная, без карьерных перспектив, а он богатый, умный мужчина, добившийся головокружительного успеха. Как их пути вообще пересеклись, невероятно.

– Нечто важное? – повторил серьезным голосом Вито.

В Холли взыграла уязвленная гордость, она с трудом сдерживала гнев. Его предположение о том, что ее появление подразумевало желание возобновить интимные отношения, обидело девушку, потому что в глубине души теплилась слабая надежда, что их связывает что-то особенное, а не просто секс. Теперь Холли поняла, что эти иллюзии – всего лишь жалкая ложь, которой, будучи в положении, она пыталась поддержать самооценку в напрасном ожидании звонка от него.

– Да. Я забеременела в ту ночь, которую мы провели вместе, – выдала она на одном дыхании.

Вито остолбенел, будто увидел летящую на него бомбу, тут же побледнел, черты лица заострились от напряжения.

– Ты же говорила, что принимаешь противозачаточные таблетки.

Холли не была настроена пускаться в детальные объяснения того, как прием антибиотиков влияет на действие контрацептивов.

– Как ты знаешь, не существует стопроцентной гарантии. Я забеременела, но не могла сообщить тебе об этом, потому что ты назвался фальшивым именем.

Эта новость повергла его в шок. Картина происходящего полностью поменялась в сознании.

– А ты всегда напоминаешь о себе шапкой Санты и веточкой елки, когда такое случается? – выпалил Вито в сердцах. – Это что, какая-то дурацкая шутка?

– Нет. Это не шутка, Вито. Анджело родился спустя восемь месяцев после той ночи.

– Ты приходишь сюда без предупреждения и сообщаешь мне такое! – упрекнул он, потому что ненавидел неожиданности.

Смысл ее слов не дошел до него окончательно, а появление ребенка и вовсе не входило в ближайшие планы. Он знал, что рано или поздно станет отцом, если женится на Марции, но никто из них особо не стремился к пополнению семьи.

– Тебе, наверное, очень неприятно, да? – съязвила Холли. – А теперь представь, каково было мне, когда меня на восьмом месяце беременности увезли в больницу с преждевременными родами, которые длились двое суток. Каково работать няней днем и подрабатывать по ночам в магазине, чтобы хоть как-то свести концы с концами. Ты даже не догадываешься, насколько мне тяжело. Тебе все в жизни достается на блюдце.

– Хватит.

– Я сама решу, когда хватит! А ты не смей мне указывать! – выкрикнула Холли, ткнув его пальцем в грудь.

– Твои крики делу не помогут.

– Если я считаю нужным кричать, имею на это полное право! – не унималась Холли. Ее трясло от злости, но еще больше раздражало спокойствие Вито. – Сообщив, что у тебя есть сын, я свою миссию выполнила. Я случайно наткнулась на твою фотографию в газете. Правда, мило найти отца ребенка таким образом? Но если ты хочешь думать, что это всего лишь шутка или афера, ради бога.

– Холли.

Но она дернула за ручку двери и ринулась в коридор, чтобы поскорее покинуть офис. Глаза обжигали подступающие слезы, но она не хотела давать слабину в присутствии Вито.

– Холли, вернись! – кричал он.

Девушка инстинктивно обернулась и взглянула на него. Он стоял посреди коридора, видимо ожидая выполнения приказа. И если взглядом можно было бы убить, то ее бездыханное тело давно лежало бы на полу. А у него, оказывается, случаются вспышки гнева. Его глаза метали гром и молнии, но это придавало лицу еще больше мужественности.

Чувствуя на себе взгляды окружающих, Холли побежала к лифту, двери которого сразу же открылись перед ней. Она влетела в кабину так быстро, как только могла, но и Вито успел это сделать.

– Тебе стоит возвратиться в офис.

Она промолчала, разглядывая его блестящие туфли и опасаясь разрыдаться в любую секунду.

– Я хочу во всем разобраться. Мне нужен твой номер и адрес, – просил он.

– Я не думала, что ты так плохо отреагируешь. Забавно, как часто мы ошибаемся в людях. Я не хотела забеременеть, но люблю сына всем сердцем. Я никогда не скажу ему, что он нежеланный ребенок, потому что он – самое лучшее, что произошло в моей жизни, – тихо и уверенно заявила Холли, выходя из лифта.

– Номер и адрес, – повторил Вито, положив ей руку на плечо, чтобы остановить.

Обреченно вздохнув, Холли нашла в сумочке блокнот. Вито дал ей золотую ручку, она записала необходимую информацию. Ей стало неловко.

– Послушай, ты ничего мне не должен. Откровенно говоря, я даже сомневаюсь, нужен ли Анджело такой отец, как ты.

Эти слова прозвучали как вердикт. Вито лишился дара речи и еще долго пытался прийти в себя, пока Холли шла к выходу и растворялась в толпе.

Глава 6

«Да уж, ты здорово оплошал!»

Впервые в жизни Вито ругал себя. Но Холли никак не подготовила его к такой новости, поэтому его реакция неудивительна. Ему никогда не нравились сюрпризы, а посылка с шапкой Санты и веточкой ели и вовсе показалась намеком на интим. А как еще можно было истолковать ее появление? Неужели Холли действительно оставила записку? Ни на столе, ни на двери Вито ничего не нашел тогда. Впрочем, какое теперь это имеет значение.

Теперь главное то, что он, похоже, является отцом. Эта мысль не укладывалась в голове. Правда, будучи очень рациональным человеком, Вито сразу позвонил адвокату, который специализировался на семейном праве. Когда тот ответил на все вопросы, новоявленный отец осознал, что, по сути, не имеет никаких прав на ребенка. И только законный брак гарантировал их. Он решил не советоваться с Аполло, зная, что тот будет настаивать на проведении ДНК-теста. Друзья вели кардинально разный образ жизни. Вито был уверен: если Холли родила ребенка восемь месяцев спустя после той ночи, то отцом мог быть только он.

На следующий день он спланировал поездку в город, где жила Холли, сообщив ей о визите в СМС-сообщении, потом позвонил матери, чтобы рассказать ей о внуке. Консетта Заффари пришла в восторг, узнав, что она теперь бабушка, и принялась закидывать его вопросами о Холли. Вито не всегда мог ответить откровенно, а некоторые из них и вовсе пропускал мимо ушей.

– Конечно, вам надо узаконить отношения, – воодушевленно щебетала Консетта.

Естественно, они поженятся. Еще ни один из рода Заффари не имел внебрачных детей, и Вито намеревался приложить все усилия, чтобы стать лучшим родителем, чем был в свое время его собственный непутевый отец. Но как это сделать, он пока не понимал.

Холли не ответила на сообщение Вито, потому что оно ее рассердило. Он что, полагает, будто она бросит все свои дела, когда ему вздумается приехать? Была суббота, и ее ожидала утренняя смена в магазине. Пикси вызвалась присматривать за Анджело.

Поэтому когда Вито прилетел из Лондона на личном самолете и подъехал к ее дому, то удивился, встретив Пикси, которая сообщила, что его сын спит.

– А где Холли?

Выражение лица миниатюрной блондинки ясно свидетельствовало о неприязни к нему.

– На работе.

– Где?

– В супермаркете неподалеку. Вы можете подождать ее в своем шикарном автомобиле. Ее смена заканчивается через час.

Вито негодовал. Холли не предупредила его о том, что будет занята сегодня днем. Он решил пройтись. В нем все кипело от злости, пока он мельком не увидел через витрину Холли, которая толкала впереди себя тележку в два раза больше нее, раскладывая товары по полкам. Он резко развернулся и зашагал обратно. Ему стало стыдно, что матери его ребенка приходится работать на такой тяжелой работе.

Вито мог бы поспорить насчет того, что он не избалованный представитель «золотой молодежи», но он родился в богатой семье и никогда ни в чем не нуждался. Успех и благосостояние воспринимались им как должное. Ему никогда не доводилось бороться за выживание, заниматься тем, что не приносило удовольствия, мужественно переносить финансовые трудности. Только сейчас он осознал, насколько ему повезло в жизни. Вито решил пообедать и попросил водителя отвезти его в ближайший ресторан. В какой-то момент его посетила неприятная мысль, что Холли вынуждена экономить на всем, включая еду, чтобы их сын ни в чем не нуждался, и аппетит сразу пропал.

– Вито приходил? – воскликнула Холли, снимая униформу.

Пикси кивнула.

– Сырные тосты на обед?

– Отлично. Надо было ответить, что время его визита мне не подходит. Я не знаю почему, но из-за него становлюсь не похожей на саму себя! – виновато призналась она.

– Поверь мне, то, что ты не лебезишь перед ним, пойдет ему только на пользу. По крайней мере, он действительно хочет встретиться с сыном. Это уже неплохо, – оптимистично заключила Пикси.

Холли съела сырный тост, поправила макияж. Ей не сиделось на месте. Хотелось встать у окна и ждать, когда появится Вито. Так ребенок ждет появления Санта-Клауса. Ей стало неловко за свою глупую нетерпеливость. Но стоило присесть на диван, как она тут же вскочила, потому что проснулся и заплакал Анджело. Переодев сына, Холли дала ему попить.

– Я, пожалуй, пойду, – объявила Пикси, пока подруга усаживала малыша в манеж.

– Но…

– Вам лучше встретиться без посторонних. Все-таки это личное. Напишешь мне, когда он уйдет.

Не прошло и пяти минут, как прозвенел дверной звонок. Сердце Холли бешено забилось. Она подскочила к двери, остановилась, чтобы успокоиться и принять безразличный вид, прежде чем открыть.

– Здравствуй, Холли, – мягко произнес Вито. Одетый в джинсы, свитер и коричневую кожаную куртку, он, как всегда, выглядел безупречно.

– Проходи. – Ее взгляд невольно оказался прикован к его темным обворожительным глазам, обрамленным черными густыми ресницами. – Не смотри на меня так.

– Ты очень привлекательна. Как же мне не смотреть на тебя, bellezza mia.

«Если я такая привлекательная, что же ты не позвонил мне год назад?» – вертелось у нее на языке.

– Незачем мне льстить. Достаточно того, что мы будем вежливо общаться.

– Мы можем не только вежливо общаться. – Вито положил ей на плечо руку и сразу же почувствовал, как она напряглась. У нее самые соблазнительные и сочные губы, которые он когда-либо видел.

От прикосновения Холли жутко растерялась.

– Я имела в виду в дружеском плане.

– Maledizione! Как я могу быть твоим другом, если мне трудно держать себя в руках, когда ты рядом? – искренне удивился Вито. – Я не думаю, что у меня получится.

– Но ты должен. Я не хочу, чтобы наши отношения вышли за определенные рамки, – убеждала Холли, понимая, что секс еще больше усугубит и без того сложную ситуацию.

– Должен? – осторожно спросил Вито, и в его глазах мелькнула искра ревности. – В твоей жизни есть другой мужчина?

Холли выдержала сверлящий взгляд. Хотя втайне ей льстил его интерес к ее личной жизни.

– Нет. Почему ты спрашиваешь?

Без предупреждения Вито прижал ее к стене.

– Просто, если бы у тебя кто-то был, мне бы пришлось его убить! – выдохнул он.

Огорошенная его признанием, Холли тщетно пыталась вырваться из объятий. Вдруг Вито впился губами в ее рот. Вкус его губ будто вернул ее в прошлое и перенес в тот вечер, когда они познакомились. Их тянуло друг к другу как магнитом, страстный поцелуй грозился поглотить, а контраст между его привычной сдержанностью и неожиданными всплесками пылкости будоражил Холли. Когда их языки соприкоснулась, она снова почувствовала почти забытую сладостную боль внизу живота. Тепло его тела сводило с ума. Сумасшедшая химия. «Сумасшедшее поведение», – поправил внутренний голос, когда Холли наконец нашла в себе силы остановить это. Правда, пришлось признаться самой себе, что больше всего на свете в это мгновение ей хотелось потащить его в спальню и вновь испытать неземное наслаждение.

– Нет, ты здесь не для этого, – напомнила она строго и направилась в маленькую гостиную. – Ты пришел, чтобы познакомиться с сыном.

– Ты говоришь так просто, будто это происходит каждый день, – угрюмо проворчал Вито, раздосадованный тем, что она оттолкнула его, и теперь приходилось сдерживать первобытные инстинкты.

– Если мы постараемся, у нас получится не выходить за рамки дозволенного, – целомудренно заявила Холли.

– Сначала я хочу кое-что тебе объяснить. – Неожиданно голос Вито сорвался, а все внимание переключилось на ребенка в манеже.

Весь остальной мир будто перестал существовать. Малыш как две капли воды походил на него в этом возрасте. Огромные карие глаза выглядывали из-под шапки черных кудрей, с интересом рассматривая его. Мальчик вертел в воздухе пухленькими кулачками, а Вито тем временем обуревали незнакомые доселе эмоции. Его никогда не умиляли щенки или младенцы. Наверное, потому, что воспитанием занимался строгий дедушка, никогда не проявлявший особой нежности. Осознание отцовства обескуражило Вито, пока он рассматривал сына. Ну, просто его копия в миниатюре. Его собственный отец никогда не относился к нему с трепетом и любовью. Как не повторить этих ошибок с Анджело, если Вито и понятия не имеет, с чего начать.

Холли подошла к манежу.

– Ну, как ты сам догадался, это Анджело. Ему бывает скучно по выходным, потому что в течение рабочей недели я присматриваю еще за двумя малышами, с которыми он любит играть.

Вито чувствовал себя так, будто перед ним открыли клетку со львом и оставили испытывать судьбу.

– Почему ты назвала его Анджело?

– Потому что ты итальянец. Вот решила выбрать соответствующее имя.

Вито заставил себя подойти к ребенку ближе. Руки едва заметно дрожали, когда он взял сына. Анджело весело взвизгнул и схватил его маленькой ручонкой за нос.

– Ты умеешь обращаться с детьми, – заметила Холли, удивившись, как уверенно держится Вито.

– Нет. Я никогда не держал на руках младенца. Мои друзья еще не успели обзавестись потомством, – рассеянно ответил он, не зная, что дальше делать с малышом, и расчувствовался. – Спасибо, что оставила ребенка, а ведь могла принять совершенно иное решение, но не сделала этого.

Холли никак не предполагала, что услышит такое. Ей стало приятно узнать, что Вито благодарен ей за то, что она не прервала беременность.

– Я не могла поступить иначе и, как только узнала о беременности, уже полюбила его, – немного охрипшим голосом призналась она. – Он – моя единственная семья, если не считать Пикси.

Пока Анджело вертелся на руках, Вито поднял его выше и закружил в воздухе. Глаза ребенка округ лились, и прежде, чем расплакаться, мальчик испуганно вскрикнул.

– Дай его мне, – в смятении потребовала Холли. – Он не привык к таким играм, никогда не знал мужского общения. С ним постоянно только я или Пикси.

Вито передал ей Анджело с невероятным чувством облегчения.

– Прости, что я расстроил его.

– Ему нужно время, чтобы привыкнуть к тебе, – объяснила Холли. – Я посажу его на пол, пусть возится с игрушками.

От страха и неумения вести себя с детьми Вито хотел отстраниться, однако пересилил себя и присел на ковер к сыну. Вспомнив, что принес ему подарок, достал из кармана небольшую коробочку и открыл ее.

– Это всего лишь маленькая игрушка.

Холли поморщилась, когда заметила, что игрушка состоит из множества мелких деталей.

– Ему не стоит давать такое, – извиняющимся тоном заметила она. – Анджело все тащит в рот и может подавиться.

Вито поспешно убрал неподходящий подарок в карман.

– Извини, не подумал. Совершенно ничего не знаю о детях.

Холли достала из манежа красный пластиковый грузовик.

– Ему он очень нравится. Будешь кофе?

– Черный, без сахара, пожалуйста, – пробормотал он, признав, что играть с сыном оказалось гораздо сложнее, чем он себе представлял.

Холли сварила кофе, радуясь тому, что Вито проявляет к сыну неподдельный интерес. Заметила, как неуверенно он чувствовал себя поначалу с ребенком. Если ему не помочь наладить контакт с сыном, желание прийти снова может пропасть. «О чем он только думал, когда покупал полугодовалому малышу миниатюрного солдатика с кучей мелких деталей?» – добродушно посмеялась Холли.

Когда она вернулась в гостиную с подносом, Анджело тянул в рот грузовик, отказываясь делиться им с отцом. Холли присела рядом с ними, ласково погладила сына по головке. Тот, успокоившись, отдал машинку отцу. Сначала Вито смотрел на нее так, будто не знал, что делать, но потом ему на помощь пришли воспоминания из детства. И он принялся катать грузовик по ковру, приговаривая «дрын-дрын». Анджело тут же радостно завизжал.

Благосклонная реакция сына немного расслабила Вито. Его потрясло осознание того, что на самом деле он жаждал увидеть первую детскую улыбку, обращенную к нему. Хотелось, чтобы мальчик признал в нем отца, чтобы потянулся к нему и полюбил. Но пугало сомнение, произойдет ли это когда-нибудь.

Холли прокашлялась.

– Ты обмолвился, что хочешь мне кое-что объяснить.

Лицо Вито резко помрачнело, и он вскочил.

– Да. Скандал, связанный с сексуальной оргией, о котором пишут все газеты, – с видимым отвращением начал Вито. – Это был не я, а мой отец Чико.

Рот Холли приоткрылся от удивления.

– Твой отец?

– Я не отрицаю, что был в этом замешан, потому что пытался защитить мать от унижения, которое постигло бы ее, если бы привычки ее мужа получили публичную огласку. – Вито насупился.

Холли опустилась на край дивана.

– О боже!

– Мать может подтвердить мои слова, если ты не веришь мне. На самом деле той злополучной ночью мне неожиданно позвонили, сообщив, что отец очень плохо себя чувствует и нуждается в медицинской помощи. Женщина, которая звонила, отказалась назвать свое имя. В то время моя мать отдыхала в Париже, поэтому пришлось взять ситуацию под свой контроль. Сначала я удивился, почему отец находился в квартире, принадлежащей банку, но стоило мне войти, как все встало на свои места. Меня вызвали устранять последствия дикой вечеринки.

Холли кивнула, не зная, что и сказать.

– У отца случился сердечный приступ из-за наркотиков. Я вызвал частного врача, и его забрали через черный ход. Я распорядился, чтобы все доказательства произошедшего в квартире уничтожили. К сожалению, к тому времени пресса уже обступила здание, и, когда я вышел, папарацци набросились на меня. Одной из проституток заплатили за интервью, и она назвала мое имя с подачи журналистов, которые, наверное, решили, что история с моим участием намного пикантнее, чем рассказ о пожилом мужчине.

– Значит, ты взял вину на себя, чтобы спасти репутацию отца?

– Нет, чтобы спасти репутацию матери, – сухо уточнил Вито. – Но моя мать сама обо всем догадалась, и теперь они разводятся. Она ухаживала за ним, пока его состояние не улучшилось, но потом заявила, что уходит.

– И как ты чувствуешь себя после этого? Ведь получается, твоя жертва оказалась напрасной.

– Я очень рад, что они разводятся. Мне не очень нравится отец, можно даже сказать, я его презираю, – признался Вито, поджав губы. – Он алчный, беспринципный человек, матери будет намного лучше без него.

Потрясенная подобной откровенностью, не свойственной такому сдержанному человеку, как Вито, Холли пристально вглядывалась в его лицо.

– Зачем ты рассказал мне это?

– Ты теперь тоже часть моей семьи, пусть и не в буквальном смысле. И я не мог позволить, чтобы ты думала, будто я не достоин воспитывать нашего сына.

– Прости, что так подумала о тебе. Я слишком наивна и поверила всему, что прочитала в Интернете. Я как-то уже говорила, что не знаю, кто мой отец. – Ее лицо скривилось. – Мать рассказывала мне несколько разных версий, и, как бы я ни старалась, не получилось добиться от нее правды. Мне кажется, она сама не знает, кто он. В молодости она была довольно неразборчива в связях. Последний раз я видела ее, когда мне исполнилось шестнадцать.

– Можно сказать, у меня тоже не было отца. Чико никогда не интересовался мной в детстве, а когда я стал взрослым, обращался ко мне только с корыстной целью. Отца мне заменил дедушка, но он придерживался чересчур строгих правил воспитания.

Холли с интересом слушала рассказ о прошлом Вито, но не совсем понимала, почему он доверился ей сейчас.

– Мне кажется, очень немногие люди могут похвастаться счастливым детством, – задумчиво высказалась она.

– Разве тебе не хотелось бы, чтобы у Анджело было такое детство? – с нажимом спросил Вито.

У Холли пересохло во рту, она смущенно опустила глаза, невольно ее взгляд сосредоточился на джинсах, туго облегающих его мускулистые бедра. Неуместное чувство возбуждения пронзило тело, и девушка нервно заерзала на диване.

– И как это сделать?

– Мы можем вступить в брак, чтобы наш сын рос в полноценной семье, – уверенно выпалил Вито. – Я пришел не только чтобы познакомиться с Анджело, но и попросить тебя стать моей женой.

Предложение выбило из колеи. Холли быстро заморгала, не веря своим ушам. Вито действительно хотел на ней жениться? Предлагает замужество только потому, что их связывает общий ребенок?

Из груди вырвался нервный смешок. Вито нахмурился, не ожидая подобной реакции.

– Мне кажется, в тебе говорят старомодные взгляды твоего дедушки. Нам не обязательно становиться мужем и женой, чтобы достойно воспитать Анджело.

– А как еще мне стать ему настоящим отцом, если я живу в другой стране? Я не хочу быть воскресным папой или видеть его только во время летних каникул. Мне этого недостаточно.

Он взял на руки малыша, который дергал его за шнурки. Крепкие руки нежно обвились вокруг маленького тельца. Было что-то невероятно сексуальное в мужчине, который за столь короткое время успел найти подход к ребенку.

– Что ж, я понимаю, насколько сложным и несправедливым тебе это кажется, но брак – это слишком серьезно. Я бы хотела выйти замуж за мужчину, который любит меня, а не выполняет долг.

– Я не могу изменить того, как мы зачали Анджело, но если ты призадумаешься, то поймешь: будущее наших отношений не определяется тем, как они начались. Пусть я тебя не люблю, зато испытываю к тебе невероятное влечение и готов остепениться.

– Ты же был помолвлен, не так ли? – неожиданно для самой себя вставила Холли.

– Сейчас это не имеет значения. – Его голос звучал строго и сухо. – Подумай о том, что действительно важно.

– Анджело, – произнесла Холли шепотом. Ее щеки пылали, в голове волчком вертелись сотни мыслей.

Он просит ее выйти за него замуж. Ей сделали предложение! И как прикажешь реагировать на эту неожиданность?

– Учти также то, что Анджело станет очень богатым. Когда-нибудь он унаследует империю Заффари, и его нужно подготовить к этому. Я хочу быть отцом, который всегда будет поддерживать его и заботиться. Дать ему то, чего не было ни у тебя, ни у меня.

Он приводил очень веские аргументы, но Холли все равно чувствовала себя загнанной в угол.

– Но вступление в брак – слишком серьезное решение, – беспомощно пыталась возразить Холли.

– Только ты можешь принять или отвергнуть это решение. Но и в твоей жизни произойдут перемены к лучшему. Ты сможешь наконец стать дизайнером интерьеров и воплотить свою мечту в реальность.

– Похоже, тебе не в новинку склонять людей к твоей точке зрения, – резко оборвала Холли.

– Я бизнесмен и привык вести переговоры. Кроме того, я хочу дать нашему сыну только все самое лучшее. А что может быть лучше полноценной семьи?

После этих слов у Холли иссякли все аргументы против брака. Фраза «настоящая семья» задела невидимые струны души, перед глазами проносились идеальные картины их совместного счастливого будущего. Несмотря на различия, и она, и Вито мечтали о создании крепкой семьи. Ее глаза с любовью смотрели на сына, уютно устроившегося на коленях отца, и сердце растаяло от умиления. Во время беременности Холли постоянно корила себя за опрометчивое поведение, за то, что перечеркнула все свои планы и из-за этого не могла обеспечить сыну условия жизни, которых он заслуживал. Если она выйдет замуж за Вито, чувство вины наконец покинет ее, у Анджело появится отец и перспективное будущее.

– Даже людям, которые женятся по любви, трудно сохранить брак. – Холли все еще сопротивлялась соблазну согласиться.

– Мы не влюблены друг в друга. Наши шансы на успех могут повыситься, потому что у нас нет эфемерных романтических ожиданий. Тем более наш уговор – это не какая-то западня, из которой нет выхода. Через несколько лет, если кто-то из нас будет несчастлив, мы сможем развестись. Все, о чем я прошу тебя сейчас, – дать нашему союзу шанс.

Из его уст это звучало как нечто разумное и практичное, он всего лишь предлагал попробовать, чтобы понять, уживутся ли они вместе. Очень реалистичный подход, ведь ей, по сути, нечего терять.

Холли растерянно посмотрела на Вито. Он нетерпеливо проводил рукой по волосам.

– Я подумаю над этим, – слукавила Холли, заранее зная, что согласится. Вито может предложить Анджело то, что не идет ни в какое сравнение с предложениями матери-одиночки.

– Будь более решительна, bellezza mia, – настаивал Вито. – Если выйдешь за меня, я приложу все усилия, чтобы ты была счастлива.

На долю Холли выпало всего лишь несколько по-настоящему счастливых моментов, и одним из них стало утро, когда она проснулась в объятиях Вито, а другим – когда впервые увидела новорожденного сына. Хотя она ощущала нечто похожее на счастье, даже когда просто находилась рядом с этим мужчиной. И это очень пугало, потому что означало лишь одно: она хочет большего, чем просто брак по расчету. Стоит ли прислушаться к голосу разума или обезопасить себя от трудностей, которые, несомненно, возникли бы в их семейной жизни?

К тому же нет смысла отрицать то, что Холли испытывала к Вито непреодолимое влечение. Ну и как после этого отвергнуть его, уйти и дать ему свободу? Ответ один: рискнуть, чтобы потом всю жизнь не жалеть и не думать, как бы все могло сложиться.

Холли сделала глубокий вдох и высоко подняла голову:

– Хорошо. Мы поженимся. И посмотрим, что из этого выйдет.

Вито ликующе улыбнулся. И после этой умопомрачительной улыбки Холли полностью погрузилась в мечты о светлом совместном будущем, улавливая лишь разрозненные отрывки того, что он говорил.

Он с удовлетворением заметил, что ее глаза зажглись от радости, как звезды на ночном небе, не до конца осознавая, как стать хорошим отцом и мужем. Однако желание создать для сына лучшие условия жизни настолько завладело им, что Вито не мог ни о чем больше думать. Быть с Холли и их сыном – только это имело значение.

«И совсем скоро Холли приживется в моем мире», – убеждал он себя.

Глава 7

– Улыбнись, – призывала Пикси. – Ты выглядишь потрясающе!

Холли исполнила просьбу подруги, сжимая руками колени. Последние четыре недели пролетели как один день и принесли с собой неожиданные изменения. Сегодня день ее свадьбы, и она надеялась, что наконец у нее появится возможность перевести дух и расслабиться. Но как тут расслабишься, если на свадьбе присутствуют очень богатые и влиятельные люди?

– Как ты себя чувствуешь? – спросила она лучшую подругу, рассматривая загипсованные ноги Пикси.

Подруга возвратилась после визита к брату в увечьях и синяках от падения с лестницы, которое повлекло за собой перелом обеих ног. Эти травмы испугали Холли, и, хотя синяки сошли, она чувствовала, что Пикси что-то недоговаривает, потому что та утратила привычную жизнерадостность и энергичность. Несмотря на то что Холли пыталась деликатно расспросить о случившемся, ее попытки не увенчались успехом, а интуиция подсказывала, что Пикси просто не хочет делиться с ней событиями того злополучного дня.

Как и следовало ожидать, Пикси закатила глаза.

– Повторяю в сотый раз: со мной все в порядке. Через несколько недель снимут гипс, я вернусь к работе, и все будет как прежде.

– Надеюсь, ты сможешь приехать к нам в Италию через несколько недель.

– Я не уверена в этом.

– Если дело в деньгах…

– Нет, я не буду брать у тебя деньги! – настаивала Пикси. – Пусть ты и выходишь замуж за мистера Богача, но это ничего не изменит в наших отношениях.

– Хорошо, – сдалась Холли, рассматривая дорогое обручальное кольцо с бриллиантами. Вито оказался совсем не романтиком, потому что прислал его курьерской доставкой, а не подарил лично, как ей бы того хотелось. Это ужасно разочаровывало.

«Давай отныне будем вести себя как традиционная пара», – предложил он. Для него, по-видимому, это украшение символизировало традиционность, хотя его поведение отличалось от поведения жениха.

Холли интересовало, носила ли его предыдущая невеста это же кольцо, но так и не осмелилась спросить. Бестактный вопрос. Начинать сложный разговор с мужчиной, которого она едва видела с тех пор, как согласилась выйти за него замуж, казалось неразумным.

«Конечно, я сейчас очень занят. Как еще мне выделить день для свадьбы?» – недоумевал Вито по телефону, когда Холли однажды намекнула, что было бы неплохо, если бы он проводил больше времени с ней и Анджело.

Он даже ни разу не навестил сына с тех пор, как они условились пожениться. Конечно, справедливости ради стоит сказать, что он предлагал ей с Анджело переехать в его лондонскую квартиру до свадьбы. И она собиралась согласиться, пока не случилась беда с Пикси. Холли поняла, что не может оставить подругу в такой трудной ситуации. Той требовалась помощь, чтобы справляться по дому, где спальня находилась на втором этаже. Пришлось отказаться от переезда ради Пикси. Вито не понял этого поступка, даже посчитал это глупой отговоркой, которая мешала ему быть рядом с сыном. После свадьбы ей стоит разъяснить ему, что Пикси не просто соседка, а преданная подруга, которая поддерживала ее во время беременности и помогала после рождения Анджело. Кроме того, Холли любит ее, как родную сестру. Хотя Вито вряд ли разделит ее точку зрения, потому что вырос в семье, где был единственным ребенком.

Существовало много вещей, важных для Холли, которые он сбрасывал со счетов. Вито разозлился, когда она настояла на том, чтобы продолжить работу в качестве няни, пока родители ее подопечных не подыщут замену. Она воспринимала свои обязанности по отношению к другим так же серьезно, как и ее будущий муж, и не собиралась никого подводить.

Кроме того, Вито ухитрился полностью контролировать жизнь Холли и сына, принимая решения, ничего не обсудив с ней. Возможно, считал слишком глупой и необразованной, чтобы прислушиваться к ее мнению.

Сначала по его желанию появилась итальянская няня, поселившаяся неподалеку в отеле, потому что в доме девушек не оказалось лишней спальни. Лоренза – прелестная женщина и сразу сумела найти подход к Анджело. Холли действительно нужно было свободное время для подготовки к свадьбе, но все равно ему стоило обсудить этот вопрос с ней, прежде чем нанимать няню.

Потом появился ужасно претенциозный стилист, который хотел, чтобы Холли выбрала самое дорогое и броское свадебное платье. И лишь благодаря упрямству она отвоевала право надеть в столь особый для нее день то, что ей понравилось. Ее выбор пал на очень простой наряд. Холли считала, что более замысловатое платье будет смотреться на ней нелепо из-за миниатюрности и пышных форм. Она погладила край кружева на юбке и мысленно похвалила себя за то, что не поддалась на уговоры стилиста. По крайней мере, ее мнение учли хотя бы в чем-то. Всеми остальными приготовлениями к свадьбе занимался организатор, которому Вито предоставил полную свободу действий.

Откровенно говоря, ее обижали властность и бестактность жениха. Он попросил своего секретаря передать Холли, что ее ожидает поход в салон красоты для смены имиджа. После этого она не могла перестать думать о том, что ее внешность не устраивает Вито, не соответствует его стандартам. Пикси уговаривала ее не быть такой обидчивой. Нет ничего предосудительного в маникюре и эпиляции. Холли соглашалась с подругой, но ей очень хотелось нравиться ему такой, какой она есть. Ее положение отличалось от положения обычной невесты, которая знала, что жених ее любит и принимает со всеми недостатками.

– Когда ты уже перестанешь! И не спрашивай меня, о чем я! – успокаивала Пикси незадолго до торжества. – Изводишь себя понапрасну. Ты любишь Вито.

– Я не люблю его! – возразила ей Холли. – Мне он нравится. Меня к нему влечет.

– Ты специально находишь его фотографии в Интернете, чтобы полюбоваться им. Если это не любовь, то сумасшедшая влюбленность. Не обманывай ни меня, ни себя. Ты только о нем и думаешь. По правде говоря, мне становится не по себе, когда я наблюдаю за всем этим. Я бы не смогла испытывать такие чувства, какие ты испытываешь к Вито. Я попросту бы не выдержала это. Но, возможно, со временем он сможет ответить тебе взаимностью.

– Ты так думаешь?

– Не вижу препятствий для этого. Он заботится о тебе, ты привлекаешь его как женщина. Почему бы ему не влюбиться в тебя?

Но Холли убеждала себя, что в ее сердце нет любви, только симпатия, притяжение и уважение. Любить кого-то безответно – верный путь к несчастью. Поэтому она, будучи человеком рациональным, намеревалась довольствоваться тем, что есть, а не страдать из-за того, что ей чего-то не хватает. В конце концов, Вито женится на ней потому, что по воле судьбы в сочельник на его пороге появилась девушка, просившая о помощи.

Ее приемная мать Сильвия толкала Пикси в инвалидном кресле по проходу в церкви, пока Холли шла к алтарю, стараясь не растеряться при виде огромного количества незнакомых лиц. Она узнала в мужчине, который стоял рядом с Вито, его лучшего друга Аполло Метраксиса, красавца с черными волосами по плечи и удивительного оттенка зелеными глазами. Посмотрев на загорелого грека, Холли заметила, что тот окинул ее холодным, оценивающим взглядом. Затем ее внимание полностью переключилось на Вито, который улыбался ей той улыбкой, от которой у нее захватывало дух.

Сердце буквально выскакивало из груди, когда жених взял ее за руки у алтаря. После этого для нее не существовало ничего, кроме Вито и священника, который вел церемонию. Она с тихой радостью слушала его речь и улыбнулась, когда во время обмена кольцами Анджело, сидевший на коленях у няни, весело засмеялся.

Когда официальная часть торжества закончилась, Холли познакомили с милой пожилой женщиной, одетой в лиловый костюм. На ее голове красовалась элегантная шляпка.

– Я мама Вито, Консетта, – представилась симпатичная брюнетка. – И уже успела познакомиться с моим внуком. Он просто прелесть.

Конечно, Холли было приятно услышать такое о сыне, и поэтому ее беспокойство по поводу того, как семья Заффари воспримет неожиданный брак Вито, немного утихло. Консетта, по всей видимости, готова принять ее в качестве жены Вито, чего не скажешь об Аполло, который едва скрывал неприязнь к ней. Неужели не знал, что идея со свадьбой принадлежала не ей? Ее подбородок гордо вздернулся, голубые глаза наполнились решительностью. Холли не собиралась обращать на него внимание.

После небольшой фотосессии у церкви молодожены вместе с гостями поехали в отель, где их ожидал праздничный банкет.

– Здесь так много людей, – беспокоилась Холли, когда они выходили из лимузина.

– У моей семьи много друзей, но здесь еще присутствуют мои партнеры по бизнесу. Не тревожься зря. Все пришли разделить с нами нашу радость.

Ей хотелось возразить и намекнуть, что Аполло явно не одобряет его выбор, но она вовремя прикусила язык, не понимая, однако, чем не угодила греку, ведь они даже не успели пообщаться. После чего решила, что даже эта неприятность не испортит ей настроение. И хотя шафер жениха и подружка невесты по традиции должны быть в паре, Аполло отдал предпочтение не Пикси, а сногсшибательной блондинке-модели с невероятно длинными ногами.

Как принято, во время торжества гости начали произносить тосты. Сильвия сказала несколько теплых слов, которые тронули Холли до глубины души. Консетта Заффари воздержалась, а отца Вито вообще не оказалось в списке приглашенных. Когда встал Аполло, Холли, предчувствуя неладное, напряглась. Он с насмешкой начал рассказывать историю о банкире-миллиардере, оказавшемся в плену непогоды, и об официантке, чья машина сломалась у его дома. Холли испытала чувство стыда, понимая, что все присутствующие догадались, когда был зачат Анджело. В день их знакомства.

Вито сжал ее руку так сильно, что стало больно.

– Я и не подозревал, что он расскажет нашу историю!

Холли не ответила, заметив на себе сочувствующие взгляды Пикси и Консетты. Щеки заалели, она испугалась, что это заметят окружающие. Аполло закончил свою злобную речь, полную издевки. Судя по его словам, она в лучшем случае была девушкой легкого поведения, а в худшем – охотницей за деньгами. Он тонко намекнул, что сомневается в случайности поломки машины. Но самое ужасное то, что его рассказ действительно правдиво передавал события дня знакомства молодоженов.

– Какой негодяй! – воскликнула Пикси, удалившись вместе с Холли в дамскую комнату. – Вито рвет и мечет! Попросил меня посмотреть, все ли в порядке с тобой.

– Я не должна стыдиться того, что когда-то работала официанткой или забеременела после ночи с малознакомым мужчиной, – лепетала Холли извиняющимся тоном. – Но почему-то среди всех этих богатых, обвешанных бриллиантами людей я почувствовала себя отбросом общества.

В этот момент к ним присоединилась Сильвия и тут же обняла ее.

– Ну и нахал тот молодой человек! – осудила пожилая женщина. – Учитывая обстоятельства, это была очень неуместная речь. Никто не оценил его глупой попытки выставить тебя в дурном свете.

– Неправда, – печально вздохнула Холли. – Но не волнуйся обо мне. Я справлюсь.

– Ты не должна сносить оскорбления в день свадьбы! – продолжала гневно причитать Пикси.

– Нет-нет, перестань. Все уже позади. Я придала его словам слишком большое значение.

Сильвия вышла. Пикси продолжала сыпать обвинениями в адрес Аполло Метраксиса. Потом подруги отправились в банкетный зал. Вдруг Пикси, схватив Холли за руку, потащила ее за колонну, прижала к губам палец, жестом показывая молчать. Холли в недоумении уставилась на нее.

До них донесся голос Аполло с надменным британским акцентом, явно приобретенным в лучших частных школах.

– Нет, он не захотел меня слушать. Никакого ДНК-теста, никакого брачного договора. Понимаешь, о чем я? Он доверяет ей. Нет, Вито вовсе не дурак. Я думаю, он затеял хитрую игру. Возможно, брак нужен ему для того, чтобы получить полную опеку над сыном, когда они прилетят в Италию. Его не так просто обвести вокруг пальца.

Лицо Холли стало белым как мел. Ведь совершенно очевидно, что Аполло говорит о ней, Вито и Анджело. На долю секунды она искренне пожалела, что подслушала этот разговор, да и по выражению лица Пикси стало заметно, что та раскаивается в необдуманном поступке. Не произнося ни слова, девушки вернулись в зал.

Но внутри у Холли все перевернулось, и это отразилось на лице, поэтому, стоило Вито лишь взглянуть на нее, он тут же пригласил ее танцевать, чтобы поговорить без посторонних. Он еще не успокоился после тоста Аполло. Прекрасно зная отношение друга к браку, винил себя за то, что пригласил его, наивно полагая, что Аполло, познакомившись с Холли, сразу поймет: его избранница не похожа на меркантильных, поверхностных женщин из их круга. Любой, кто обидит Холли, сразу становился его личным врагом. Поэтому он совсем не ожидал такого поведения от человека, дружба с которым длилась уже много лет.

– Мне очень жаль, что Аполло так поступил. Если бы я имел хоть малейшее представление, что он намеревается сказать.

– Ты не должен был рассказывать ему о том, как мы познакомились, – упрекнула Холли. – Если бы не разболтал, ничего бы не случилось.

– Холли! Я же не знал, как все сложится между нами.

– Ну конечно, Анджело свалился как снег на голову, не так ли? Просто разговор двух закадычных друзей, где один поделился с другим историей о брюнетке, соблазнившей его на Рождество.

На его скулах выступил румянец, в темных глазах заплясали огоньки недовольства.

– Хочешь сказать, ты не рассказывала о нас Пикси?

Пораженная собственным оружием, Холли опус тила глаза и поджала губы.

– Я так и думал. Мы оба доверяем нашим близким людям, просто твоя подруга оказалась более мудрой и тактичной.

– Да, – неохотно согласилась Холли.

– Я разговаривал с Аполло. Если для тебя это станет утешением, то впервые за нашу многолетнюю дружбу мне захотелось ударить его. Он очень вспыльчивый человек, презирает брак. Наверное, потому, что его отец уже шесть раз был женат. Я знаю, это не оправдывает его, но хочу, чтобы и ты знала: мне плевать, что все в курсе, как я познакомился с моей прекрасной сексуальной женой, которая подарила мне замечательного сына.

Ты теперь одна из Заффари. А мы всегда идем по жизни с гордо поднятой головой.

– Это правда? – Холли обрадовалась тому, что Вито по отношению к ней проявил столько чуткости и деликатности в трудную минуту.

– Да, gioia mia. Что бы ни случилось в будущем, запомни: я всегда буду на твоей стороне, защищать тебя и оберегать. Наша дружба с Аполло в основном строится на том, что мы полные противоположности. Он не доверяет ни одной женщине, которая появляется на его пути, и всегда ищет скрытые мотивы в поступках людей.

Холли склонила голову ему на плечо, пока они медленно танцевали, и страх с гневом постепенно ушли. Самое важное то, что теперь у нее есть возможность строить семью с Вито и Анджело. К тому же в глубине души она не верила, что ее муж способен замышлять предательство у нее за спиной. Остается надеяться, что это всего лишь предположение недоверчивого мужчины, который презирает всех женщин.

– Это твой личный самолет? Правда? – поразилась Холли несколько часов спустя, рассматривая роскошный кожаный салон.

– Мне часто приходится летать по работе. Это удобно. – Вито умилило ее изумленное выражение лица.

– Главное, чтобы в эти удобства не входило развлекаться со стюардессами, – прошептала Холли, заметив двух очаровательных представительниц экипажа, которые помогали подняться на борт няне и Анджело. Поняв, что произнесла эти слова слишком громко, она сконфуженно застыла на месте.

Сама мысль об интимных отношениях с подчиненными обескуражила Вито. Но, заметив пылающее от стыда лицо жены, он громко рассмеялся:

– Нет. Такие развлечения больше по душе Аполло, чем мне. Хотя я воспользовался тобой.

– Вовсе нет, – твердо заявила она и взяла сына на руки.

– Тридцатилетний опытный мужчина, напоивший вином невинную девушку, – прошептал ей Вито. – Повторись все вновь, я бы поступил так же.

Поймав на себе его знойный взгляд, Холли почувствовала, как языки пламени вспыхнули в ее лоне, пока она убаюкивала ребенка. Впервые она мысленно оглянулась назад и вспомнила ту ночь, когда его зачали, без угрызений совести и сожаления.

Почему бы не рассказать ему о телефонном разговоре, который она случайно подслушала? Надо выбрать подходящий момент и спросить прямо, думал ли он когда-нибудь о том, чтобы использовать их брак для каких-то скрытых целей, и стоит ли ей о чем-то волноваться.

Анджело уже крепко спал, когда они приземлились в Италии. Холли успела освежиться, заметив, что ее наряд сильно помялся во время полета. Стилист пытался ее уговорить купить целый гардероб, но, поскольку Вито оплатил не только платье, но и всю свадьбу, ей казалось неправильным принимать от него еще какие-либо подарки до замужества. Поэтому после церемонии она переоделась в сине-белую юбку и подходящую по тону блузку, но сейчас одежда выглядела так, будто она проходила в ней целую неделю, а не несколько часов.

Живописный пейзаж, который простирался вокруг, очаровал ее. Покатые холмы возвышались над полями, то тут, то там мелькали кипарисы и оливковые рощи. Под безоблачным синим небом раскинулись очаровательные деревушки, в центре каждой стояла старинная церковь с высокой колокольней. Иногда попадались старые фермерские дома, расположившиеся среди изумрудной зелени и диких цветов. Холли почему-то думала, что дом Вито похож на загородный коттедж.

– Ну вот и приехали. Это замок Заффари, – с гордостью объявил Вито, когда машина взбиралась по крутому склону, наверху которого стояло невероятных размеров здание, окруженное пышными ухоженными садами. Холли не верилось, что это действительно его дом, потому что он напоминал настоящий дворец. Главный вход украшала изысканная арка, возле которой они остановились.

– Тут прошло твое детство? – робко спросила Холли, которой хотелось спрятаться в машине и не выходить из нее, пока Вито не признается, что замок на самом деле принадлежит не ему и он всего лишь пошутил. Разве простая женщина сможет жить среди этой средневековой роскоши?

Муж заметил ее беспокойство и нахмурился:

– Да. А что не так?

– Нет, все в порядке, – заверила она, взяв Анджело у няни, чтобы та могла выйти из машины.

– Тебе не нравится?

– Конечно, нравится, – солгала она, следуя по холлу с мраморным полом и громадными колоннами. – Но ты мог бы и намекнуть, что живешь как владетельный князь.

– Вовсе нет. Просто я живу в историческом здании, котрое принадлежит моей семье уже много столетий. Моя жизнь здесь ничем не отличается от жизни других людей.

«Не могу поверить, что он это сказал», – пронеслось у нее в голове, когда они подошли к гигантской винтовой лестнице, возле которой выстроился персонал. Они все были одеты в униформу и выглядели так, будто сбежали со съемочной площадки сериала «Аббатство Даунтон». «На какой планете живет Вито, если считает, что не отличается от других людей?» – изумилась Холли.

Пока он представлял работников замка, с ее лица не сходила дежурная улыбка. Всеобщее внимание привлек ребенок, и бывшая няня Вито, Серафина, вышла вперед, чтобы взять Анджело. Распорядителя дома звали Сильвестро, а улыбчивая Натали, говорившая по-английски, стала ее личной служанкой. Холли настолько была поражена этим, что едва не раскрыла рот от удивления. Тем временем две няни унесли ее сына наверх.

– Натали покажет тебе нашу комнату, – объявил Вито и, замявшись, добавил: – Прости, мне стоило спросить раньше. Ты не против, чтобы у нас была совместная спальня?

«Боже мой, его планета точно находится очень-очень далеко от Луны», – подумала, но не сказала вслух Холли.

– А где же мне еще спать?

– У тебя может быть отдельная комната, – галантно заявил он.

Холли едва не рассмеялась ему в лицо, потому что не ожидала такого целомудренного предложения от мужа. Тем более по выражению его красивого напряженного лица и хрипловатым ноткам голоса она поняла, что меньше всего он хочет, чтобы они ночевали в разных постелях.

– Нет. – Рука Холли потянулась к его плечу. – Ты так просто от меня не отделаешься.

Вито просиял от радости.

«Глупый, глупый мужчина», – с нежностью подумала она, следуя наверх за Натали. Почему он вообще предложил ей выбрать? Неужели так жили его родители? Что ж, отныне Вито придется научиться тому, как ведут себя нормальные, обычные пары. Разделив с ним однажды постель, она хотела, чтобы это повторилось. Глубоко внутри Холли испытывала невыносимый голод, который мог утолить только он.

Натали открыла дверь в их супружескую спальню. Холли показалось, что эта комната самая ужасная и безвкусно обставленная из тех, что она когда-либо видела. Тяжелые мрачные гардины лишали ее света, превращая в царство тьмы. Стены были обшиты материалом, похожим на темно-красную кожу. На поверхности каждого предмета красовался толстый слой позолоты. Холли нервно сглотнула. Неужели комнату обставили несколько столетий назад и с тех пор ничего не менялось?

Если Вито все-таки хочет делить с ней постель, им придется расположиться в другой спальне. Натали раздвинула перед ней двери гардеробной, забитой женскими вещами.

– Кому принадлежит все это? – Холли предположила, что эта одежда осталась от предыдущей невесты Вито, Марции.

– Это все новое, для вас, – сообщила милая брюнетка, указывая на бирки, прикрепленные к каждой вещи. – Подарок.

Неужели Вито действительно подарил ей все эти наряды? Пальцы Холли прошлись по полке с бельем и одеждой для сна, затем она увидела стеллаж с огромным количеством обуви. Коллекция поражала утонченностью и красотой. После роскошной свадьбы и настоящего замка для нее это слишком. Что это за брак, в котором муж так мало рассказывает о своей жизни, но так много по купает? Зачем Вито сорит деньгами? Лучше бы предупредил заранее, где они будут жить после свадьбы.

Заметив мельком отражение своего помятого костюма в одном из многочисленных зеркал, развешанных повсюду, Холли чуть не застонала. Она хотела переодеться во что-то удобное, а не вычурное. Поэтому, когда Натали открыла ее единственный чемодан с вещами, привезенными из дома, Холли достала свой любимый наряд: мерцающее длинное платье. К счастью, несмотря на то, что обстановка спальни будто переносила в Средневековье, ванная комната была выполнена в современном стиле и имела все необходимые удобства. Ступив в душевую кабинку, она смыла с себя усталость после тяжелого перелета.

Ответственность за успех семейной жизни возложена на плечи обоих супругов. Они поженились ради Анджело, но ребенок может быть счастлив, только когда между родителями установились хорошие отношения, основанные на взаимопонимании. Детство Холли разрушили отсутствие отца и безразличие матери, а детство Вито – эгоизм отца. Ей было не по душе новое экстравагантное место жительства и излишне дорогой гардероб, но она не могла обвинять мужа в том, что он принадлежит к богатой, благородной династии, как и в том, что отличается щедростью.

Переодевшись и поправив прическу, Холли отправилась осмотреться. Заметив приоткрытую дверь, она попала в огромную гостиную и прошла к балкону. Солнце медленно садилось за зеленые холмы, бросая последние лучи на ухоженные сады, будто покрывая их пеленой персикового цвета. Звон посуды, доносившийся из соседней комнаты, пробудил в ней аппетит.

Вито появился на пороге столовой, сменив классический костюм на джинсы и белую рубашку, застегнутую не до конца. В ее животе запорхали бабочки, когда она вдохнула свежий, терпкий запах, исходивший от него. Его жадные глаза смотрели на нее хищным взглядом ястреба.

Внимание Вито настолько привлекали соблазнительные формы жены, что он забыл, о чем хотел сказать ей. Все-таки она невероятно сексуальна.

В каждом движении сквозила природная чувственность: в плавной, грациозной походке, легком покачивании округлых бедер и высокой груди, повороте тонкой лебединой шеи.

Вито ожидал, что Аполло обязательно оценит очарование Холли. Хотя любой мужской взгляд в сторону жены выводил его из себя. Его пугало пробуждающееся в нем чувство собственности. Он всегда выбирал женщин, основываясь на схожести характеров. С Холли же его обуревали странные эмоции. Дворецкий Сильвестро налил им вина и зажег свечи на круглом столе. Холли пригубила напиток и одобрительно кивнула.

– Это вино из коллекции моего дедушки. Все-таки сегодня особый случай, – заметил Вито, усевшись за стол и расстелив на коленях салфетку.

– Я редко пью, да и раньше пробовала вино, которое больше напоминало уксус, – вздохнула она.

– Трудно пристраститься к алкоголю, если он плох, – пошутил Вито.

– Почему ты все-таки не рассказал мне, что живешь в таком огромном замке?

– Я даже не подумал об этом, – виновато признался он.

– Это место удивило меня так же, как и новый гардероб.

– Тебе нужна новая одежда. Я думал, ты выберешь ее тогда же, когда покупала свадебное платье. Но стилист сказал, что ты не сделала этого, поэтому я побеспокоился обо всем сам.

– Спасибо, наверное…

Сильвестро покинул столовую, оставив для них подносы с едой. Холли принялась за закуски, необычный вкус которых очень ей понравился. Остальные блюда оказались еще лучше.

– Кто здесь готовит?

– Мой личный шеф-повар. Когда я остаюсь на длительное время в другой стране, он ездит со мной.

– У тебя, наверное, есть и другая недвижимость?

– У меня апартаменты во Флоренции и вилла на берегу озера Лугано в Швейцарии. Это то, что досталось мне по наследству. Еще у меня несколько квартир там, куда чаще всего приходится ездить по работе.

– А чем тебе не угодили отели?

– Мне они не нравятся. Я ценю тишину и уеди нение, особенно когда работаю. Это единственная моя прихоть.

– Когда я назвала тебя избалованным богачом, не так уж и ошиблась, – осмелилась заявить Холли.

– Если бы ты знала моего дедушку, ни за что не подумала так обо мне. Он был очень строг в вопросах воспитания и часто наказывал меня за малейшие проступки, полагая, что мать меня балует.

– Похоже, твой дедушка никому не давал поблажек. Такие люди мне не совсем по душе.

– Он просто был человеком старой закалки.

Холли подалась к нему и прошептала заговорщическим тоном:

– Наша спальня – настоящий кошмар.

Лицо Вито просветлело от улыбки.

– Правда?

– Да, там слишком темно и мрачно.

– Кажется, я был в этой комнате всего раз.

Ее брови нахмурились.

– То есть она не твоя?

– Нет. Просто это главная спальня в замке, и Сильвестро уже несколько лет пытается уговорить меня переехать в нее, с тех пор, как умер дедушка. Но только наличие привлекательной жены может сподвигнуть меня на это.

Отпив из бокала, Холли поджала губы.

– Во мне нет ничего привлекательного. – Она сморщила вздернутый носик.

Вито громко рассмеялся, откинувшись на спинку стула.

– Просто ты не видишь себя со стороны, поэтому не можешь объективно оценить. Хотя скромность, несомненно, является частью твоего шарма.

– Пойду посмотрю, как там Анджело.

– Нет, не сегодня, bella mia, – с жаром попросил Вито, взяв ее за руку. – Сегодняшний вечер принадлежит только нам. За сыном присмотрят две няни. Весь персонал дома сможет сделать все, что нужно. В конце концов, он первый ребенок нового поколения семьи Заффари и потому для прислуги ценнее, чем бриллианты.

Вито подал ей руку и помог встать. Ее горло сжалось от его пылающего взгляда, вдруг стало трудно дышать и двигаться.

– А куда мы пойдем?

– Я хочу увидеть нашу ужасную спальню. – В его голосе появилась необычайная глубина.

Вито прильнул к ее губам. И как одна-единственная искра приводит к разрушительному пожару, так одного поцелуя оказалось достаточно, чтобы Холли потеряла голову. Ее руки обвились вокруг его крепкой шеи, она сильнее прижалась к нему. Эротические движения его языка уносили ее в водоворот сладострастия. Соски превратились в два тугих бутона. Холли сжала ноги в тщетной попытке укротить разгорающуюся в лоне страсть.

Глава 8

Подхватив на руки, Вито отнес Холли в спальню, усадил на кровать и снял ботинки.

– Я раньше и не замечал, как здесь темно, – признался он, включая настольную лампу. – Или жутко. Мой дедушка питал слабость к готическому стилю.

Холли откинулась на спинку кровати и наблюдала за ним. Игра света и тени придавала его мужественной фигуре и красивому лицу сказочную загадочность. Она мысленно возблагодарила судьбу за то, что та свела их вместе. «Наши отношения строятся на взаимной симпатии, уважении и влечении». Холли запрещала себе упоминать более глубокие чувства.

– Твои родители жили в разных спальнях?

– У них было так принято. Но я не хочу, чтобы мы последовали их примеру. – Вито присел на кровать рядом с ней. – Если бы ты знала, как долго я ждал этого момента. Хотел, чтобы ты была рядом со мной еще в Лондоне, до свадьбы.

– Обстоятельства сложились не в нашу пользу. Мне пришлось уделить внимание моим обязательствам перед другими.

– Одно твое слово – и я бы освободил тебя от этих обязательств.

– Все это связано с дружбой и заботой о других людях. Поэтому я не могла переложить ответственность на кого-то. – Холли провела пальцами по его губам. – Ты не можешь подстроить под себя весь мир.

– Нет, могу, – без ложной скромности заявил Вито.

– Но ведь это неправильно.

– Я не собираюсь извиняться за то, что интересы сына и жены для меня на первом месте. – Он не понимал, почему она не ценит того, что ради нее и ребенка он готов на все. Что в этом плохого? Конечно, иногда приходится быть жестоким и высокомерным, но по-другому не достигнешь поставленных целей.

Его белые ровные зубы игриво покусывали кончик ее пальца.

Холли захихикала и вздохнула.

– Что же мне с тобой делать?

– Все, что хочешь. Я на все согласен.

Они не сводили друг с друга глаз, пока Вито смаковал вкус ее кожи, потом откинул на подушки, и их губы сомкнулись. После долгих опьяняющих мгновений нехватка воздуха заставила их оторваться друг от друга. Холли захлестнуло дикое, горячее желание, которое билось в ее теле, как птица в клетке. Вито снял с нее платье, точнее, сорвал, так и не найдя застежки.

– Так-то лучше, – прорычал он, застыв на мгновение, чтобы полюбоваться ее кружевным бельем.

– Только вот на тебе слишком много одежды, – поддразнивала Холли, расстегивая ему рубашку.

Вито помог жене и сам сорвал с себя рубашку. Его тело вибрировало от возбуждения, пока руки Холли прикасались к его накачанному торсу. Ее тонкие пальчики скользнули ниже, туда, куда уходила дорожка из завитков жестких волосков.

– Я скучала по тебе, – призналась Холли. – Я скучала по этому.

– Это была лучшая ночь в моей жизни, bellezza mia. – Вито нетерпеливо стягивал джинсы.

– Записка, которую я оставила тебе в коттедже… – начала она, еле дыша.

– Я не видел ее.

– А ты бы позвонил мне, если бы все-таки нашел ее?

– Не знаю, – честно ответил Вито. – С одной стороны, меня бы одолевало искушение снова тебя увидеть, а с другой – я привык сторониться того, что лишает меня благоразумия.

Его откровенность задела ее. «Значит, даже если бы записка не потерялась, мы бы так и не встретились снова по его инициативе, – с болью в сердце пришла к выводу Холли. – Он бы просто списал эту ночь на единственную в своей жизни вспышку страсти и продолжил жить, как и раньше». Интересно, кто еще побывал в его постели после этого. Правда, подобные вопросы не задают в первую брачную ночь. Тем более он ведь не обещал хранить ей верность. Конечно же у него были другие женщины, но ей придется смириться с этим.

– Я никогда никого не желал так, как тебя, – послышался хриплый голос Вито.

Он кинул на кровать горсть презервативов и разделся догола. На лице Холли появился румянец при виде его возбуждения.

– Я не мог насытиться тобой первый раз, и это обескуражило меня, – неохотно признался он. – Ты так неожиданно ворвалась в мою жизнь.

Его руки снова потянулись к ней, чтобы снять нижнее белье.

– Не надо, – вдруг прорычал Вито, когда ее рука пыталась дотронуться до его плоти. – Если прикоснешься ко мне, я взорвусь. Я еле держусь после месяцев воздержания.

Его ладони заскользили по ее пышной груди, пальцы сжали соски, пока с ее губ не стали слетать тихие стоны.

– Месяцы воздержания? – подталкивала к откровенности Холли, пока его язык ласкал ей сосок, а длинные пальцы гладили бедро.

– Меня нелегко соблазнить. Я очень разборчив.

– Это большой плюс для мужчины, – рассеянно отреагировала она, чувствуя, как жар тела концентрируется между бедер. Ей захотелось, чтобы он прикоснулся к ее разгоряченной плоти.

Он угадал ее желание, и Холли тут же ахнула. Сначала в нее вошел один палец, потом еще один. Она зажмурила глаза от нахлынувшего удовольствия. Повинуясь природным инстинктам, ее бедра опустились, требуя большего. Вито раздвинул ей ноги и опустился на колени. В каждом его движении чувствовалась уверенность, свойственная мужчине, который знает толк в любовных утехах.

Он дразнил ее языком, сначала медленно, потом быстрее, вырывая стоны из груди. Каждая клеточка ее тела напряглась до предела, это сводило с ума. И вдруг Холли затряслась в экстазе наслаждения, выкрикнув его имя. Она настолько окунулась в сладостную негу, что позабыла обо всем на свете, утратив связь с реальностью. Ее ресницы взлетели вверх, только когда она услышала звук разрывающейся упаковки презерватива.

Он вошел в нее одним резким движением, и из его губ вырвался стон, напоминавший рычание льва.

Холли чувствовала его в себе, такого большого и тяжелого. Вито изголодался по ней и даже не пытался скрывать это. Движение его бедер приобретало все более лихорадочный, жесткий ритм. И с каждым новым толчком ее лоно раскрывалось с большей горячностью. Совсем скоро в ее глазах потемнело, воздух застрял в легких. Наконец Холли снова провалилась в пропасть блаженства.

– Ты самая сексуальная женщина на свете. И ты моя, – прошептал ей Вито, уложив ее ослабевшее тело себе на грудь. – Ты моя, gioia mia.

– А ты тоже мой? – прошептала Холли уставшим голосом.

– Si.

– А секс всегда такой фантастический?

– Вовсе нет. У меня такое только с тобой.

Холли потерлась щекой о влажное бронзовое плечо, вдыхая аромат его кожи. Ей нравилось принадлежать ему. Нравилось слышать собственнические нотки в голосе, потому что так она больше чувствовала себя его женой, а не просто матерью Анджело.

– С тобой я почти сразу готов к новому раунду, – предупредил Вито, снова укладывая ее на спину.

Он потянулся за еще одним презервативом, подложил подушку ей под бедра, чтобы разнообразить ощущения. Через мгновение она опять почувствовала его тугую плоть, прорывающуюся в чувствительное лоно. Когда он полностью овладел ею, глаза Холли округлились, стало нечем дышать, а сердце неистово забилось. Он вошел в нее так глубоко, что она не смогла сдерживать стоны.

– Мне нравятся звуки, которые ты издаешь.

Возбуждение в теле все нарастало, казалось, она вот-вот разлетится на миллион осколков. Упоительная волна накрыла с головой, и сквозь эту пелену Холли лишь смутно ощущала исступленные судороги его тела во время извержения горячей влаги внутри ее.

– Самое время принимать душ. – Вито попытался поставить на ноги ее ватное тело. – Я пока еще не разрешаю тебе спать.

– У тебя много общего с нашим сыном.

– Мы оба привязаны к тебе? – спросил он, уводя ее в ванную.

– Вы оба не спите по ночам. Хотя с тобой ночи проходят веселее. Анджело становится очень капризным, когда у него режутся зубки.

– В постели с тобой я уж точно не буду капризничать, – пообещал Вито, прислонившись к облицованной стене.

Холли действовала на него подобно энергетическому напитку, полностью снимая напряжение и наполняя удивительным чувством умиротворения. Не зная, как справиться с этими странными эмоциями, он выплескивал их в сексе.

Несмотря на то что ему удалось довести ее до оргазма несколько раз, она не могла сдержаться, чтобы не исследовать его идеальную фигуру, лаская его тело руками.

– Я могу уснуть стоя, – предупредила Холли, прислонившись к его плечу.

– Мне завтра надо на работу, bellezza mia. Давай не будем терять время на сон, – предложил Вито, обнимая ее.

Ему нужно на работу сразу после свадьбы? Неужели возникли какие-то проблемы?

– Нет, мне просто нравится работать, – лениво отвечал он.

Похоже, ему не кажется странным возвращаться к привычной жизни, потому что для него следующий день после свадьбы ничем не отличался от обычных будней.

– А ты когда-нибудь отдыхаешь? – Холли, пытаясь не выдать своего беспокойства, задала самый трудный вопрос.

– Я буду приходить домой каждый вечер. Можешь даже не сомневаться. – Вито нежно прикусил ей мочку уха. Она тут же беспомощно задрожала, пока его руки скользнули вверх к ее груди. – По вечерам ты будешь очень занята.

Ясное дело, это намек на секс. Естественно, ей льстил его энтузиазм, но неужели это все, что его интересует? Или ей просто больше нечего ему предложить? Что она может дать ему в плане общения? Нет, Холли никогда не сможет стать ему ровней. А вдруг они станут одной из тех пар, которые общаются только в присутствии ребенка? Что, если и в будущем она сможет привлечь его внимание лишь разговорами о сыне или занятиями сексом? Такая роль показалась неприглядной, но что поделаешь? Холли не могла заставить его посмотреть на нее другими глазами.

Фиктивный брак? Воспоминания о подслушанном телефонном разговоре всплыли в ее мыслях. По спине прошел холодок. Неожиданно в нее снова вселился страх, и Холли не на шутку разволновалась. Почему она так легко поверила, что слова Аполло – лишь выдумка? Все-таки он знает Вито с самого детства и уж, конечно, лучше, чем она. Если он подозревал, что Вито женился, только чтобы заполучить полную опеку над сыном, не должна ли она по-настоящему испугаться?

Когда Холли проснулась, было еще темно. Лишь слабые лучи восходящего солнца пробивались сквозь гардины. Она чувствовала себя невероятно уютно в объятиях Вито, согретая теплом его тела. Его рука медленно погладила ее бедро.

– Я хочу тебя, tesoro mia.

Ее глаза изумленно распахнулись, когда она почувствовала, что в нее упирается что-то твердое.

– Снова?!

Его чувственные губы поцеловали ее шею.

– Не двигайся. Я все сделаю сам.

И Вито выполнил обещание. Сначала дал ей немного времени, чтобы пробудиться от сна, потом со сладостной медлительностью погрузился в нее. Она ахнула и застонала. Беспокойные мысли улетучились. Когда его плавные движения участились, Холли вся задрожала, не в состоянии противиться ощущению, которое привело ее к фантастическому пику.

– До чего же приятно просыпаться вот так, – прошептал Вито ей в волосы. – Никогда не думал, что мне понравится быть женатым. Ты позавтракаешь со мной?

Холли лишь закатила глаза. Она вышла замуж за человека, который просыпался на рассвете, но вел себя так, будто уже позднее утро. Либо она продолжит спать и не увидит его до вечера, либо подстроится под его ритм жизни. Когда Вито вышел из душа, на нем не было ничего, кроме полотенца. В ней снова проснулось восхищение при виде его мышц, налитых силой. Он прошел в гардеробную, и вскоре оттуда донеслись звуки открывающихся ящиков и стук вешалок для одежды. Холли с трудом встала с постели и обреченно поплелась в душ. Приведя себя в порядок, она достала одежду из своего нового гардероба, потому что джинсы и застиранная белая футболка не вписывались в величественный интерьер замка Заффари.

Надев прекрасно скроенные бриджи и легкую блузку осенних оттенков, Холли спустилась вниз, чтобы присоединиться к Вито. Он выглядел так же, как и в тот день, когда она пришла к нему в банк, – холодный, отстраненный и утонченный. Идеальный образ банкира. Неожиданно оказалось, что ее муж носит запонки.

– Кто носит запонки в наши дни?

– В банке все их носят. – Вито пожал плечами.

– Вы, похоже, не гонитесь за модой, – добродушно насмехалась она, хотя чопорный классический костюм прекрасно сидел на его атлетической фигуре.

– Нас ждет завтрак, – напомнил он, направляясь в столовую.

Там их встретил Сильвестро, который тут же разразился сердитой тирадой на итальянском языке. Выслушав его, Вито коротко ответил.

– Почему все думают, что я должен сегодня оставаться дома? – ухмыльнулся он, присаживаясь за стол.

– Может, потому, что это было бы правильно, – осмелилась озвучить свои мысли Холли. – Все-таки мы только поженились.

Тем временем принесли завтрак. От разнообразия блюд у нее разбежались глаза. Принявшись за трапезу, Вито взял из стопки на краю стола финансовую газету и начал ее читать. «Лучше бы я осталась в постели», – обиженно подумала Холли.

Она уже точно решила, что должна поговорить с ним о телефонном звонке Аполло, который случайно подслушала. Возможно, стоило подождать и затронуть эту тему вечером, когда они вновь будут в объятиях друг друга. Но ее разозлило то, что Вито не обращал на нее никакого внимания, хотя сам предложил позавтракать вместе.

– Я слышала, как Аполло разговаривал с кем-то по телефону вчера на праздничном банкете.

Вито чуть ниже опустил газету и нахмурился:

– Ты подслушивала?

Под прицелом его упрекающего взгляда Холли покраснела.

– Так просто получилось. Это случайно.

– У тебя есть привычка совать нос в чужие дела?

– Сейчас мы говорим не об этом. – Холли нервно заерзала на стуле, чувствуя себя как провинившийся ребенок. – Аполло говорил о нас, о нашем браке. Он сказал, что ты не сделал ДНК-тест и не подготовил брачный договор.

– Ты пытаешься рассказать мне то, что я и сам прекрасно знаю?

Она выпрямила плечи.

– Аполло насмехался над тем, что ты доверяешь мне.

– Что ж, мне, похоже, придется пересмотреть свои взгляды и не доверять тебе, когда дело касается личных телефонных разговоров, – сухо объявил Вито.

Разговор неожиданно пошел не так, как она предполагала, и в ней взыграло негодование.

– Аполло считает, что наш брак – всего лишь фарс.

Его иссиня-черная бровь приподнялась.

– Я думаю, только два человека могут утверждать это с уверенностью. Либо ты, либо я.

– Аполло полагает, что ты женился на мне только для того, чтобы увезти меня в Италию, а потом намереваешься обратиться в суд и получить полную опеку над сыном.

– Я не знаю, из-за чего мне расстраиваться больше: из-за того, что друг обо мне такого невысокого мнения, или жена, – спокойно проговорил он, удивляясь тому, что Холли поверила в такую ерунду. – Неужели ты действительно думаешь, что я поступил бы так с тобой и Анджело?

– Дело не в этом, – запротестовала она.

– Дело именно в этом, – настаивал он. – Иначе зачем ты вообще завела разговор о таких глупостях?

Холли собиралась ответить, но тут снова появился Сильвестро. Злость и досада все еще бурлили в ней, хотя немного успокоил тот факт, что Вито назвал ее беспокойство глупостями. Возможно, придет день, когда она запустит в мужа кофейником за его сарказм.

– Давай все разложим по полочкам, – бесстрастно начал Вито. – Аполло, скорее всего, разговаривал с нашим общим другом Джереми, известным адвокатом в области семейного права. Как бы смешно это ни звучало, но Аполло хочет меня оградить от охотниц за деньгами. Если тебе от этого станет легче, то ему и Марция никогда не нравилась. Он никогда не женится без детально составленного брачного контракта. Я же считаю, что это лишнее, не вижу смысла жениться на женщине, которой не смогу доверять. Ты чересчур наивна и не уверена в себе.

– Я не понимаю, что ты хочешь сказать.

Вито невозмутимо налил себе чашку кофе.

– Я бы не лишил моего сына матери. Когда мне исполнилось семь лет, меня отослали в школу-интернат за границу. Я был там очень несчастлив и скучал по дому. Ты серьезно полагаешь, что я могу поступить подобным образом с Анджело?

Холли не отрывала глаз от своей чашки. Ее лицо горело от стыда. Нет, она не верила в то, что он может причинить вред их сыну.

– Я люблю нашего сына и никогда не сделаю ему больно. Я знаю, как сильно он нуждается в тебе, – отчеканил Вито. – К тому же я благородный человек. Я не обманываю и не лгу. Если случайно подслушанный разговор может пробудить в тебе такие серьезные подозрения, то что же ждет нас в будущем? Если я тебе доверяю, значит, и ты должна мне доверять.

Холли виновато посмотрела на мужа. Вито обидело то, что она сомневалась в нем и придала такое значение глупому звонку, который изначально не имела права подслушивать. Однако, с другой стороны, его решение пойти на работу на следующий день после бракосочетания не придавало уверенности в семейном счастье.

Насколько она дорога Вито? Как мало он ее ценит, если брак с ней не является для него веской причиной скорректировать рабочий график? Чтобы отношения стали полноценными, нужны не только верность и умение находить компромисс, но и совместное времяпрепровождение, ведь именно оно сближает людей. Неужели он не понимает этого? Сможет ли она раскрыть ему глаза на то, что способна предложить гораздо больше, чем просто секс? Нелегкая миссия.

Вито встал и бросил на нее мрачный взгляд:

– Кстати, сегодня вечером мы ужинаем с друзьями.

– С какими друзьями?

– С Аполло, его девушкой и Джереми Моррисом с женой. Они как раз сейчас отдыхают на яхте Аполло вместе с ними.

Перспектива провести вечер в компании Аполло Метраксиса вовсе не воодушевляла Холли. Ее лицо исказилось от недовольства.

– Ты же знаешь, как я отношусь к Аполло. Почему ты принимаешь решения самостоятельно, не посоветовавшись со мной?

Его губы превратились в две напряженные ниточки.

– Он мой близкий друг. А ты моя жена. Вы должны попытаться найти общий язык.

– Ты действительно просишь меня об этом? – вспылила Холли.

– Я просто хочу сгладить острые углы. Дай ему еще один шанс.

– Прекрасно, значит, я получила первый приказ, – съязвила она.

– Это не приказ, а просьба. Я не могу перестать общаться с другом детства только потому, что он тебе не нравится.

– Ты говоришь так, будто у меня нет причины для этой неприязни.

– Не забывай, что Аполло ни разу не солгал, рассказывая историю нашего знакомства на банкете, – колко напомнил Вито.

На ее лице отразилось разочарование.

– И почему бы нам не провести вечер вне дома? – раздраженно спросил он. – Я думал, ты будешь рада возможности нарядиться и пообщаться с людьми. Большинству женщин это нравится.

– Это не мой мир, – выдохнула Холли.

– Теперь и твой тоже. Тебе нужно приложить усилия, чтобы вписаться в него. Как ты думаешь, почему я подарил тебе новый гардероб? Я хочу, чтобы ты выглядела не хуже всех остальных людей из моего круга.

Вито ушел. Холли осталась одна, чувствуя себя так, будто начинается паническая атака. Он сказал те слова, которые ей вовсе не хотелось слышать. Выйдя за него замуж, она согласилась стать частью его мира. Он не понимал, почему его жизнь должна претерпевать какие-то изменения, и не собирался обращать внимание на ее неуверенность в себе. Поэтому ей придется проглотить обиду и быть милой с Аполло. Муж указал Холли ее место.

Видите ли, многолетняя дружба с греком-миллиардером значит для него гораздо больше, чем унизительная ситуация, в которую попала Холли на собственной свадьбе. И работа значит для него гораздо больше, чем начало семейной жизни и отцовство.

Глава 9

В тот же день после обеда Холли отнесла Анджело из столовой в сад и посадила на покрывало, расстеленное на траве. Сын весело засмеялся, когда увидел новые игрушки, и принялся разбирать цветную пирамидку.

– Вот ваш чай, – услужливо сообщил Сильвестро.

Холли успела заметить, что распорядитель дома любит предугадывать желания хозяев, прежде чем они обратятся к нему с какой-либо просьбой. Она как раз хотела попросить принести для нее чай. Положив руку на плечо Анджело, увлеченного новыми игрушками, Холли любовалась видом, который открывался перед ней. Бескрайние зеленые поля, усеянные яркими весенними цветами. Жизнь в замке предвещала беззаботность. Ей вдруг стало стыдно за беспочвенные обвинения в адрес Вито.

Холли будто отправилась в долгосрочный отпуск, где каждое ее желание сразу же исполнялось. Теперь у нее есть новая красивая одежда, невероятно сексуальный муж и замечательный ребенок. На что жаловаться? Впервые после рождения Анджело у нее появилось больше времени для сына. Только вот этот сегодняшний ужин. Да всего лишь незначительная неприятность. Изучив свой новый гардероб, Холли решила последовать правилу маленького черного платья, опасаясь экспериментировать с образом.

Женщина в соломенной шляпке и с корзиной в руках шла по тропинке от ворот. Холли узнала в ней свою свекровь Консетту Заффари.

– Ты дома одна? Я видела, как отъезжала машина Вито, но решила, что мне показалось.

– Вы не ошиблись. Он в банке, – подтвердила Холли, когда пожилая женщина присела с ней рядом, чтобы поцеловать внука.

– Мой сын пошел на работу сегодня! – воскликнула дама.

Холли кивнула.

– Ему стоило остаться сегодня дома, с тобой и сыном. – Консетта явно осуждала поведение сына.

Звон фарфора и шорох шагов заставили Холли обернуться. Она передала Анджело бабушке, которая рассказывала ему детские стишки на итальянском. Затем обе женщины присели за столик из кованого железа, пока Сильвестро разливал чай.

– Что за свадьба без медового месяца? – негодовала Консетта.

Риторический вопрос.

– Если Вито поехал на работу, значит, так надо, – тактично настаивала невестка.

– Ты и этот прелестный мальчик – теперь семья Вито. И ты, как жена, должна добиться того, чтобы он ставил вас на первое место. Это очень важно.

Холли вздохнула:

– Но Вито любит свою работу. Я не считаю себя вправе просить его менять привычки в угоду семье.

– Но привычки, так или иначе, меняются, когда ты обзаводишься семьей и ребенком. А что насчет твоих прав. Я заметила, как тебя расстроил тост Аполло на вашей свадьбе. Вито должен был остановить его.

Холли нахмурилась, вспомнив неприятную ситуацию.

– Я не расстроилась, просто стало немного неловко.

– Тебе абсолютно нечего стыдиться, милая. Ты только посмотри на этого прелестного мальчика. Позволь мне кое-чем поделиться с тобой. Когда выходила замуж за отца Вито, Чико, я уже носила под сердцем сына.

Голубые глаза Холли округлились от удивления.

– Отец никогда бы не позволил мне выйти замуж за мужчину, подобного Чико, если бы не беременность. Он прекрасно знал, что моему жениху нужны только деньги, но я была слишком наивна, чтобы предвидеть это. Мне тогда едва исполнилось восемнадцать, и я впервые влюбилась. А Чико тогда уже преодолел тридцатилетний рубеж.

– Это довольно большая разница в возрасте, – заметила Холли.

– Я была единственной наследницей состояния моего отца. Чико искусно соблазнил меня. Правда, я заплатила очень высокую цену за собственную глупость и доверчивость. Муж начал мне изменять сразу же после свадьбы, но я закрывала на это глаза, потому что отец никогда бы не разрешил мне подать на развод. Только когда Чико запятнал репутацию нашего сына, я поняла, что больше не могу оставаться с ним.

– Вы имеете в виду скандал, о котором писали газеты?

– Да. Я не смогла простить мужа за то, что он вышел сухим из воды, подставив сына.

– Вито хотел вас защитить.

– Эта ситуация позволила мне осознать, что Вито наконец-то вырос и стал сильным, независимым мужчиной, который сможет адекватно отреагировать на развод родителей. Теперь я открыла новую главу моей жизни.

– Никогда не поздно что-то изменить, – с теплотой в голосе отозвалась Холли, заметив, как сильно сияющие черные глаза ее сына похожи на бабушкины.

Потом Консетта рассказала ей, что часто приходит в замок, чтобы набрать цветов из сада, поскольку составление букетов стало ее новым хобби. Холли, которая раньше подобным не занималась, попросила научить и ее. Мать Вито с радостью согласилась, пообещав, что их первый урок начнется в ее следующий визит.

После того как свекровь ушла, Холли провела остаток дня в приготовлениях к вечеру. Она немного волновалась перед встречей с друзьями Вито, которых, видимо, муж высоко ценил. Наверное, даже выше, чем ее.

Вито заехал за ней на лимузине.

– Я переоделся в городской квартире, – объяснил он смену офисного костюма на фрак. – Ты выглядишь очень элегантно.

Однако стоило ей оказаться в ресторане и увидеть двух других женщин, как она поняла, что ошиблась с выбором наряда. Слишком уж простым оказался он по сравнению с шелковым нарядом с глубоким декольте девушки Аполло Дженны и с коротким обтягивающим бордовым платьем жены Джереми Селии. Холли тут же почувствовала себя не в своей тарелке, потому что леди из высшего общества безоговорочно затмевали ее.

Пока мужчины беседовали, Селия забросала Холли вопросами. У них завязался разговор, из которого выяснилось, что привлекательная рыжеволосая красавица получила блестящее образование и работала адвокатом по криминальным делам. Не желая особо обсуждать отсутствие карьерных успехов, Холли повернулась к Дженне, надеясь, что Селия прекратит расспрашивать. Девушка Аполло болтала без умолку и только лишь о спа-процедурах и фешенебельных курортах.

– Вы никогда не катались на лыжах? – громко воскликнула она.

– Я научу Холли кататься, – вставил Вито.

Холли побледнела, представив, как спускается с горы на умопомрачительной скорости. Общий разговор тут же перешел на тему этого зимнего вида спорта. Все по очереди делились своими смешными историями, произошедшими на горнолыжных курортах. Холли оставалось лишь молчать, сказать было нечего.

Дженна упомянула о своих занятиях йогой и медитацией. Селия похвасталась тем, как сильно похудела благодаря новомодной органической диете.

Холли и вовсе перестала понимать, о чем речь, ей наскучила их болтовня.

– Тебе нравится плавать на яхте? – спросил ее Аполло. Его зеленые глаза смотрели на нее жестко и насмешливо. – Тебя не укачивает?

– Не знаю, никогда не каталась на яхте. Хотя я спокойно переношу прогулки на лодке и пароходе.

– Кто это катал тебя на лодке? – резко вклинился Вито.

– Кое-кто. Давно-давно, еще до тебя, – спокойно ответила Холли, не желая объяснять при всей компании, что говорила о мальчике-однокласснике, с которым когда-то вместе занималась парной греблей.

– Молодец, Холли! Пусть мучается догадками, – одобрительно рассмеялась Селия.

У Холли завибрировал телефон.

– Извините, мне надо ответить. – Она встала из-за стола, направившись в фойе.

Звонила Лоренза, чтобы сообщить, что Анджело наконец уснул после того, как сильно капризничал. У сына резались зубки, поэтому Холли попросила няню держать ее в курсе событий. По дороге к столику она заглянула в дамскую комнату, а когда уже собиралась выходить из кабинки, зашли Селия и Дженна.

– Я не понимаю, что такой мужчина, как Вито, нашел в ней, – послышался нелицеприятный комментарий от девушки Аполло. – Она же просто серая мышка.

– Джереми считает, что, скорее всего, брачный договор для Вито составил другой адвокат, – отозвалась Селия. – Не может быть, чтобы он никак себя не обезопасил.

Холли вскипела от злости, и это придало ей сил и уверенности в себе. Выйдя из кабинки, она вымыла руки и покосилась на ахнувших женщин.

– По крайней мере, на моем пальце красуется обручальное кольцо, – обратилась она к Дженне. – А ты, наверное, сто первая в списке пассий Аполло.

– Мы не знали, что ты здесь, – оправдывалась Селия.

– Ах да, Селия, – Холли улыбалась мало сказать сладко, прямо приторно, – могу тебя заверить, брачного договора не существует. Мой муж мне доверяет.

С этими словами она развернулась на каблуках, высоко подняв голову, и вернулась к столику. Пусть думают, что она всего лишь серая мышка. Зато муж считает ее самой сексуальной на земле. Улучив подходящий момент, Холли весело обратилась к Аполло:

– А какое самое лучшее место для лыжников-новичков?

Вито с удовольствием наблюдал, как жена заулыбалась, выслушивая подробный ответ друга, который очень серьезно относился к спорту.

К концу вечера Холли окончательно успокоилась. Все еще недовольная тем, что Вито заставил ее пойти на этот ужин, не предупредив заранее, она тем не менее чувствовала себя гораздо лучше после того, как не стерпела унижение, а поставила на место заносчивых обидчиц. Не стоит позволять неуверенности брать верх. Пусть она раньше занималась тем, что раскладывала товар на полках магазина, а главным развлечением были редкие походы в кинотеатр. Теперь можно дни напролет проводить в спа-салонах или на яхте, как захочется. Да, это мир Вито, а кольцо на пальце означало, что и Холли теперь является его частью. Не следует забывать об этом.

У нее получится приспособиться к новым обстоятельствам. Как и Вито. За завтраком он попросил ее доверять ему, правда, пока не сделал почти ничего, чтобы заслужить это доверие. К тому же Холли казалось верхом несправедливости то, что только ее жизнь претерпела изменения. Она покинула родину, дом и друзей, чтобы построить с ним семью в Италии. Конечно, грех жаловаться на условия, созданные мужем, но это не умаляет тех жертв, на которые она пошла ради сына.

– Ты не проронила ни слова, пока мы ехали домой, – заметил Вито, когда Холли направилась к лестнице на второй этаж.

– Я хочу проверить, как там Анджело.

– В этом нет нужды.

– Нет, есть. Я его мать. – В ее тихом голосе послышалась твердость. – Не важно, насколько добра и внимательна к нему прислуга. В конце концов, они просто наемные работники, и никто из них не будет его любить так, как я. Даже не пытайся встать между мной и сыном!

Холли на цыпочках прошла в детскую комнату, чтобы полюбоваться на сынишку, который сладко спал в своей кроватке. Улыбнувшись, она пошла в спальню.

– Я никогда не встану между тобой и сыном, – поклялся Вито.

Холли ничего не ответила и, молча сняв туфли, прошла дальше в ванную.

– Холли!

– Я с тобой не разговариваю. У тебя есть два варианта. Либо мы не будем разговаривать вообще, либо я сейчас все тебе выскажу. Выбирай.

– Ты не оставляешь мне выбора, – буркнул Вито.

– Я и так слишком снисходительна к тебе. – Холли нетерпеливо снимала макияж.

– Что ж, я готов тебя выслушать.

– Тебе не стоило заставлять меня идти на этот ужин. Я пока не готова к подобным мероприятиям. Я чувствовала себя неловко и неуверенно. Вдумайся, всего два дня назад я жила жизнью простого человека, ходила на обычную работу и общалась с такими же людьми, как сама. А теперь внезапно оказалась в новом окружении. И знаю, все считают, что мне несказанно повезло. Действительно замечательно, что мне больше не нужно беспокоиться о деньгах, но для меня это странно, и потому требуется время, чтобы привыкнуть. Ты должен это понимать. Ты ждешь каких-то действий только с моей стороны, а сам ничего не хочешь менять.

Вито сильно побледнел.

– В твоих словах есть доля правды. Я не отличаюсь особым терпением.

– И не всегда выполняешь свои обещания, хотя ведь обещал приложить все усилия, чтобы сделать меня счастливой, – напомнила Холли. – А вместо этого отправляешься на работу на следующий день после свадьбы, хотя у тебя есть сын и жена, о которых ты толком ничего не знаешь. Если хочешь, чтобы я тебе доверяла, необходимо показать, что ты ценишь меня и Анджело. Дать почувствовать, насколько мы важные люди в твоей жизни, а не новоприобретенная собственность. Ты обязан уделять нам время, помочь обустроиться в новом доме, показать город.

Вито совершенно не ожидал, что будет выслушивать претензии в свой адрес. Холли прямым текстом заявила, что он уже с самого начала не справляется с ролью хорошего мужа, будто кольцо на ее пальце – достаточное доказательство его преданности семье.

Если бы Холли была похожа на Марцию, ее бы все устраивало. Бывшая невеста мечтала только о кольце и богатстве. Часто закатывала вечеринки, приглашая знаменитостей, чтобы похвастаться замком. Или проводила полдня в салонах красоты, а остальную часть в бутиках, где выбирала шикарные наряды от-кутюр. Вито сбился со счета, сколько раз возвращался в загородный дом, где они жили, и неожиданно попадал на очередной светский раут, при этом мечтая о тихом вечере вдвоем после тяжелого рабочего дня. Марция окружала себя людьми, чтобы спастись от скуки.

Запросы Холли гораздо скромнее. Она всего лишь хотела, чтобы Вито сблизился с ней и сыном.

Семья всегда должна быть на первом месте. Даже его преданный работе дедушка никогда не ставил бизнес выше интересов семьи. «О чем я только думал, когда оставил Холли и Анджело предоставленными самим себе? Они ведь нуждаются во мне», – наконец осознал Вито.

– А что насчет сегодняшнего вечера?

– Он прошел довольно сносно. Правда, я слышала, как Селия и Дженна говорили обо мне гадости за моей спиной, но я сумела постоять за себя. Мне плевать на их мнение.

– Я был не прав. – В его голосе звучало искреннее раскаяние.

– Да, – подтвердила Холли, переодеваясь в ночную сорочку. – А иногда я буду ошибаться. Это жизнь.

– Я не привык признавать вину.

– Придется постараться, чтобы не повторять одни и те же ошибки снова, – сонным голосом подсказала Холли, укладываясь на постель.

Следующим утром Холли удалось выспаться. Она приняла душ, надела джинсы и футболку и отправилась в детскую к Анджело. К ее огромному удивлению, Вито уже искупал малыша и теперь играл с ним в ванной корабликами. Похоже, он собирался в банк, потому что на нем был деловой костюм, но в какой-то момент передумал и повесил пиджак и галстук на дверную ручку.

– Вито.

Смахнув со лба влажной рукой волосы, он обернулся и одарил ее довольной улыбкой:

– Анджело перевернул тарелку с едой за завтраком, и я решил остаться дома.

Холли подошла ближе.

– Я так и поняла.

– Мне трудно менять привычки, но я уверен, что смогу. – Вито рассмеялся тому, как сын ударил маленькими кулачками по воде и забрызгал родителей.

– Он вырастет так быстро, что мы не успеем и глазом моргнуть. И подобные моменты, как сейчас, больше никогда не повторятся, – с легкой грустью вздохнула Холли. – Я не хочу, чтобы ты пропустил важные события в жизни сына, а потом жалел об этом.

– Вчерашний разговор пошел мне на пользу. Я уважаю тебя за честность. Быть отцом для меня совершенно новая роль, с которой я постараюсь справиться. – Вито расстелил на полу полотенце, чтобы уложить Анджело.

– Ты же промокнешь! – воскликнула Холли.

– Я и так уже промок до нитки, – с тихой гордостью ответил Вито. – Мы с сыном повеселились на славу.

Покинув ванную, они все пошли в детскую спальню, где Холли принялась искать одежду для Анджело.

– А где его няня?

– Я сказал, что она может передохнуть несколько часов, хотел сам попробовать справиться с сыном.

Холли вытерла Анджело и одела его. Потом они, оставив ребенка с няней, спустились вниз.

– Ты делала какие-нибудь фотографии во время беременности? – Муж заглянул в ее небесно-голубые глаза.

– Нет. Не люблю позировать перед камерой. А что?

– Прости, мне так жаль, я пропустил это, и того времени уже не вернуть, – опечалился Вито. – Я бы очень хотел увидеть, как ты выглядела, когда носила под сердцем нашего ребенка.

Холли тоже стало грустно, потому что в тот период она больше всего нуждалась в его поддержке. Тогда девушка пыталась сохранить работу, чтобы отложить деньги перед родами и не стать обузой для Пикси.

– А насчет твоего желания, напиши список мест, которые бы ты хотела посетить.

– Я не люблю, когда все спланировано до мелочей. Давай просто хорошо проведем время. Ты возьмешь несколько выходных?

– Конечно. Но мне придется немного поработать вечером в кабинете, – предупредил он. – Не могу же я полностью забыть о своих обязанностях.

– Конечно же я тебя понимаю. А ты не заскучаешь?

– Это невозможно, gioia mia. – Вито снял мокрую рубашку. – Проводить время с тобой и сыном мне в радость.

Холли испытыла такое облегчение от того, что он прислушался к ее словам, хотя в глубине души побаивалась, что ему действительно станет скучно с ней. Она с вожделением посмотрела на его накачанный загорелый торс. Рядом с Вито ее всегда охватывало возбуждение.

– Когда последний раз ты видела мать? – спросил Вито, когда они лежали утром в постели, полтора месяца спустя.

Холли потянулась, все еще отходя от сна.

– Мне тогда только исполнилось шестнадцать. Но это не очень приятная история.

– Но я все равно хочу услышать ее. – Он крепче прижал к себе жену.

Холли испытывала невероятное, безграничное счастье. С каждым днем все больше понимала, что Вито – мужчина ее мечты. Более того, он доказал ей, что способен пойти на уступки ради нее.

Полтора месяца назад она напомнила ему о том, что он должен стать частью семьи. В связи с этим он начал менять свой график, чтобы появилось время для нее и сына.

Холли чувствовала, как они постепенно превращаются в сплоченную семью.

Ей хватило нескольких дней, чтобы создать макет будущей перепланировки спальни. Выбрав в качестве основной палитры серый и апельсиновый цвета, Холли заказала всю необходимую мебель и выбрала местную компанию, которая выполнит ремонтные работы. В течение всего этого процесса Вито проявлял мало интереса к происходившим изменениям, просто соглашаясь на все ее дизайнерские решения. Он доверял выбору жены и уверял ее, что это прекрасная для нее возможность проявить свои таланты. Пока она этим занималась, Вито учился общению с ребенком.

Отдав распоряжения работникам, Холли и Вито решили отвезти сына на берег озера Лугано. На вилле они наслаждались прекрасными видами и вкусной едой на открытой веранде. Днем катались на лодке, останавливаясь в живописных деревушках, а по вечерам сидели на террасе и, любуясь закатом, дегустировали коллекционное вино. Иногда они отправлялись гулять по мощеным улочкам городка и выбирали тихий ресторанчик, чтобы поужинать.

Однажды во время отпуска они посетили зоопарк, где Анджело впервые увидел разных животных и пытался имитировать их повадки. Затем все семейство каталось на фуникулере, обозревая вершину горы Сан-Сальватор. На обратном пути они посетили шоколадную фабрику, где проголодавшаяся Холли объелась сладостями и поклялась больше никогда их не есть. Вито с нежностью убеждал жену, что обожает ее пышные формы.

Они обошли несколько бутиков, но Холли быстро стало скучно, поэтому она уговорила мужа посетить фермерский рынок, где они накупили свежих цветов. Холли вспомнила то, чему учила ее свекровь, и составила несколько красивых букетов.

– Ты хотела бы увидеть свою мать? – Вито решил возобновить старый разговор.

– Нет, не хочу. Тогда меня последний раз отправили к матери. И я наивно полагала, что теперь, когда я стала более самостоятельной, ей будет легче со мной, и она примет меня. Но я ошиблась.

– Что случилось? – Вито нежно поглаживал ее руку.

– Мама жила с мужчиной, который владел небольшим магазином. Она попросила меня поработать у него. – Голос Холли стих. – Я перешла в выпускной класс, и в конце года меня ожидали экзамены. Я не хотела пропускать учебу, но мама сказала, что не справится без меня.

– И? – Вито подталкивал ее к продолжению рассказа, когда она снова замолкла.

– Оказалось, я должна была работать вместо нее, они даже минимальную зарплату мне не платили. Я просто стала для нее бесплатной рабочей силой, чтобы угодить ее сожителю, – вздохнула Холли. – Я очень редко посещала школу, и через некоторое время социальная служба снова меня забрала. Естественно, я завалила экзамены и с тех пор не видела мать. Я поняла, что она не из тех женщин, которым материнство по плечу, и просто смирилась с этим.

– Пусть у тебя и не было достойного примера для подражания, зато ты стала прекрасной матерью.

– Ты тоже хороший отец, несмотря на безразличное отношение к тебе моего свекра, с которым, я надеюсь, никогда не познакомлюсь. Мы оба хотим дать нашему сыну то, чего сами не имели. Тебе тяжело далось решение не приглашать отца на нашу свадьбу?

– Я просто подумал, что гостям, а в особенности моей матери, будет неловко в его компании. Дело в том, что во время бракоразводного процесса он прикладывает все усилия, чтобы получить ежемесячное содержание от бывшей жены.

– Тем не менее Консетта выглядит вполне счастливой.

– Впервые в жизни она наслаждается свободой, которую не ограничивает ни строгий отец, ни постоянно изменяющий муж.

– Да, для нее началась новая жизнь, – сонно протянула Холли, подумав о том, что ее семейная жизнь все еще в стадии медового месяца.

– Я и не предполагал, что наш брак станет новым этапом в моей жизни, – признался Вито.

– Ты о чем-то жалеешь? – испуганно прошептала она. – Тебе, наверное, иногда снова хочется стать холостяком, не обремененным обязательствами?

– Я ни о чем не жалею, когда ты вот так лежишь рядом со мной в постели. – Вито взглянул на нее жадным взглядом. – Я знал, что ты разозлишься, если так отвечу. Зато, по крайней мере, я честен!

Любуясь его удивительными глазами, Холли вдруг поняла, что любит Вито. Она так долго и упорно старалась игнорировать эти чувства, желая защитить себя от боли неразделенной любви. Опыт с матерью доказал ей, что невозможно заставить кого-то любить тебя.

К тому же ее не раз посещала мысль о том, что сердце Вито, может быть, до сих пор занято. Ведь они познакомились через несколько дней после его расставания с Марцией. Что, если он по-прежнему любил ее? Пытался ли он вернуть красивую блондинку, пока Холли не огорошила его новостью о сыне?

Есть ли у нее право спросить, как он сейчас относится к своей бывшей невесте?

Нет, не хватает смелости поднять эту тему. Да и готова ли она услышать правду?

Глава 10

Еве недели спустя Холли убирала разбросанные на обеденном столе газеты, которые Вито, как всегда, оставил после завтрака. И ее внимание привлекла местная газета. Пролистав несколько страниц, она с радостью обнаружила, что способна понимать значение отдельных итальянских фраз.

Ее знания языка расширялись с каждым днем. Теперь она могла общаться с прислугой без помощи Натали. Вскоре должны были начаться уроки итальянского языка с репетитором.

Сложив газеты в стопку, Холли выбрала какой-то журнал и стала просматривать глянцевые фотографии знаменитостей, пока одна из них не поразила ее как гром среди ясного неба. На снимке Марция, одетая в невероятно роскошный бальный наряд, стояла рядом с Вито. Холли нахмурилась и силилась перевести заголовок статьи, которая вышла на днях. На прошлой неделе Вито две ночи провел в квартире во Флоренции, поскольку, по его словам, придется задержаться на работе допоздна. К тому же муж упомянул о том, что его пригласили на какой-то скучный деловой ужин.

Вито и Марцию сняли во время официального мероприятия на фоне оркестра. Фотограф запечатлел их в тот момент, когда они только закончили танцевать и разомкнули руки. Оба улыбались.

Как же прекрасно выглядит Марция! Идеально уложенные волосы, безупречный макияж, изысканный наряд.

Холли поняла, что она – полная противоположность бывшей невесте с этой ее непослушной копной волос. Кроме того, она практически не пользуется косметикой и, несмотря на возможность покупать дорогую одежду, по-прежнему предпочитает простые, удобные наряды.

Возможно, Марция и Вито танцевали всего лишь раз. И конечно же папарацци не упустили шанс сфотографировать пару, которую раньше связывали серьезные отношения. Сердце Холли сжалось от невыносимой боли. Вито прожил с Марцией несколько лет. Они давно знают друг друга. Почему бы им и не танцевать на вечере. Возможно, это действительно случайная встреча.

Вито не солгал ей, хотя и не обмолвился о том, что видел бывшую невесту. Впрочем, разве он обязан перед ней отчитываться? Тем более тема его прошлых отношений никогда не поднималась между ними.

Ее глаза обжигали подступающие слезы, и в этот момент она не могла сохранять здравый, объективный взгляд на вещи. Надо поговорить с мужем об этой фотографии, и, возможно, ситуация прояснится.

Холли душила ревность, ведь она любит Вито, хотя и без взаимности, и ей это отлично известно. Счастье иногда омрачала мысль о том, что он взял ее в жены только лишь по стечению обстоятельств.

Она решила не отчаиваться и показать Вито, что не хуже Марции.

Холли предупредила Сильвестро о том, что сегодня у них с мужем будет особый романтический ужин. Отдав распоряжения прислуге, она отправилась выбирать самое лучшее платье в своем гардеробе.

Она во что бы то ни стало добьется правды и узнает, какие чувства Вито испытывает к Марции. А вдруг он признается, что до сих пор любит Марцию? Выдержит ли Холли этот удар? Захочет ли подать на развод?

Холли приказала себе перестать думать о плохом. С каких это пор она с такой легкостью пасует перед трудностями?

Едва переступив порог дома, Вито понял: что-то не так.

– Синьора вот-вот спустится, – объявил Сильвестро.

Не успел Вито и глазом моргнуть, как появилась Холли. Она плыла по лестнице в фантастическом кружевном платье. «Неужели я забыл о каком-то мероприятии, на которое нас пригласили?» – запаниковал он.

Сильвестро отворил двери в столовую, и Вито увидел, что стол заставлен горящими свечами, а в вазах стоят цветы. Теряясь в догадках, он развернулся и увидел возле себя Холли.

– Ты выглядишь просто великолепно, bellezza mia, – сделал ей комплимент Вито, заметив в ее голубых глазах напряжение.

Холли иногда слишком ранима, и Вито восхищался тем, что она сохранила душевную чистоту, несмотря на превратности судьбы, постигшие ее в прошлом. Меньше всего на свете ему хотелось, чтобы жена стала циничной и жесткой, подобно людям его круга. Если он когда-нибудь разочарует ее, то не простит себе этого.

– Я рада, что тебе понравилось платье. Давай присядем.

– Мне нужно принять душ и переодеться, чтобы соответствовать твоему элегантному образу.

– Пожалуйста, сядь. Давай выпьем, – предложила Холли, положив заранее найденную в журнале фотографию с Марцией возле его места за столом. Она хотела застать его врасплох и понаблюдать за реакцией, чтобы у Вито не осталось времени придумать отговорку.

Снимок ошеломил Вито. Как в столь романтической обстановке оказалась эта фотография? Все происходящее повергло его в недоумение.

– Что это? – резким тоном спросил он.

– Я думала, ты мне сам все объяснишь, – послышался тихий голос жены.

– Ты устраиваешь шикарный ужин, а вместо салфетки на столе лежит фотография моей бывшей невесты. Тебе не кажется, что это немного странно? – недовольно воскликнул Вито и кинул снимок в камин.

– Прости. – Холли тяжело опустилась на стул. – Я просто хотела разобраться во всем.

– Где ты нашла эту фотографию?

Чувствуя перед ним свою вину за недоверие, Холли все рассказала.

– Но этому снимку более трех лет, – успокоил Вито. – Его сделали на вечеринке по случаю нашей помолвки. Я не понимаю, зачем его напечатали спустя столько времени.

Холли встала и, отыскав тот самый журнал, передала Вито.

– Тебе необходимо выучить итальянский, – простонал он. – Эту фотографию использовали, чтобы символически показать то, что я разорвал все деловые отношения с банком «Равелло», который принадлежит семье Марции. Посмотри, мы даже не держим друг друга за руки.

Холли виновато потупила взор.

– Когда мы с ней обручились, – продолжил Вито, – я стал инвестиционным советником банка «Равелло». После того как Марция разорвала помолвку, ее отец умолял меня остаться на этой должности, пока он не преодолеет свои финансовые трудности. Тогда я согласился, но недавно нашел себе замену. Больше меня ничто не связывает с этой семьей.

Холли сильно побледнела, и ей стало очень стыдно. Ведь она снова позволила себе сомневаться в муже.

– Я подумала, что этот снимок сделали недавно. Ты же говорил мне на прошлой неделе, что собираешься на официальный прием.

– Если бы на каком-то торжестве в списке гостей значилась Марция, я бы ни за что не пошел туда без тебя. Можно я теперь приму душ? – сухо попросил он. – И кстати, почему ты одета так, будто собираешься на бал?

Щеки Холли полыхали румянцем.

– Я хотела продемонстрировать, что при желании могу выглядеть так же изысканно, как Марция.

– Но я не хочу, чтобы ты выглядела как Марция. – Вито повысил тон.

– Однако ты накупил мне столько дорогой одежды.

– Просто ты ненавидишь ходить за покупками. Ты мне нравишься такой, какая есть, поскольку обладаешь естественной красотой. И как ты вообще могла поверить, что я мог танцевать с Марцией?

– Что ты делаешь? – ахнула Холли, когда он подхватил ее на руки.

– Хочу принять душ, поэтому или ты составишь мне компанию, или будешь ждать меня в постели, – предоставил выбор он.

– Я думала, Марция все еще не безразлична тебе, – призналась Холли, пока они поднимались по лестнице.

– Я никогда не любил ее, – ошарашил жену Вито.

– Но ты ведь был с ней помолвлен! Вы жили вместе!

– Я сделал ей предложение, потому что на мне лежала ответственность за продолжение нашей династии. К тому же наши семьи давно дружат. Правда, вскоре я понял, что у нас с ней мало общего. По правде говоря, я даже обрадовался, когда она сама меня бросила. Мы друг другу совсем не подходили.

– Я всегда хотела спросить, – прервала Холли, выставив вперед левую руку, – до меня это кольцо носила Марция?

Его брови удивленно поползли вверх.

– Ты смеешься? Я бы никогда так с тобой не поступил. К тому же она оставила себе обручальное кольцо, которое я ей дарил.

– Значит, ты никогда ее не любил? – Холли до сих пор не верилось в это.

– Я никогда никого не любил. В юности все ждал, когда появится кто-то особенный. Но этого так и не случилось. Поэтому я и обручился с Марцией, когда мне стукнуло тридцать. В то время она мне казалась подходящей партией. Она тоже не питала ко мне каких-то особых чувств и согласилась выйти за меня замуж, потому что я богат.

Они вошли в спальню. Вито развязал галстук и снял пиджак, а Холли стянула с плеч бретельки платья, позволив ему соскользнуть на пол. Откровенность мужа поразила ее. Из его слов следовало, что великолепная Марция никогда для него ничего не значила.

– Ты не пойдешь со мной в душ, – выдохнул Вито, увидев на Холли соблазнительный комплект шелкового белья. – Ты не можешь лишить меня удовольствия снять это с тебя.

Раздевшись, он достал из кармана пиджака коробочку и без лишних слов вручил ей. Она ахнула, когда открыла подарок. Это оказался бриллиантовый браслет, украшенный маленькой фигуркой в виде рождественской елки из белого золота.

– Как красиво!

– Когда я его увидел, сразу понял, что тебе понравится, – ухмыльнулся Вито.

– Спасибо большое.

– Не стоит меня благодарить. Моей наградой стало радостное выражение, которое озарило твое лицо при виде браслета. – И он отправился принимать душ.

Холли скинула туфли и легла в постель. Теперь Марция навсегда вычеркнута из списка ее тревог. Отношения с ней остались для мужа далеко в прошлом. Это открытие воодушевило Холли. Возможно, со временем Вито полюбит ее. Когда она услышала от него, что нравится ему гораздо больше без вычурной одежды, у ее сердца словно выросли крылья.

Вскоре в спальню вернулся Вито, на ходу высушивая волосы полотенцем.

– В этом году я впервые в жизни с нетерпением жду Рождества, чтобы отпраздновать его с тобой и Анджело. Благодаря тебе я взглянул на жизнь новыми глазами, – произнес он серьезным тоном, присев на кровать рядом с ней.

– Что ты имеешь в виду?

– Помнишь, я сказал, что ждал момента, когда встречусь с кем-то особенным?

Холли кивнула и взяла его за руку.

– Это все-таки произошло.

– Что? – Ее брови нахмурились.

– Я встретил тебя, – ласково пояснил Вито. – Ты пробудила во мне странные эмоции. Рядом с тобой я вел себя не так, как всегда. Поначалу меня это пугало, поэтому я и не стал разыскивать тебя после нашей первой ночи. К тому же твой неожиданный уход задел мое самолюбие. Я убеждал себя, что у нас бы все равно не сложились отношения, мы слишком разные. Но я ошибся. – На его губах заиграла довольная улыбка. – Я еще никогда не был так счастлив, как сейчас.

Холли слушала его, затаив дыхание, и в ее душе затеплилась слабая надежда.

– Неужели ты влюбился в меня тогда? – Ее голос дрогнул.

– Конечно. Но старался изо всех сил забыть тебя. Однако у меня ничего не получилось. Я даже не мог смотреть на других женщин, потому что в моих фантазиях была только ты. Ты – любовь всей моей жизни, – прошептал Вито и прилег на кровать, обнимая ее. – Я так сильно тебя люблю, что не представляю своей жизни без тебя и нашего сына. Теперь каждый мой день наполнен чем-то новым и прекрасным.

– Я тоже тебя люблю, – смущенно пробормотала Холли.

После этих признаний их губы нашли друг друга и слились в жарком, отчаянном поцелуе. Затем он наконец оторвался от нее и нежно прошептал:

– У меня есть к тебе одна особенная просьба. Я хотел бы, чтобы у нас появился еще один ребенок. Конечно, не прямо сейчас, – заверил Вито, заметив изумление Холли. – Я хочу наверстать упущенное. Находиться с тобой рядом в течение всей беременности. Это никак не помешает твоим планам стать дизайнером интерьеров, поскольку ты сможешь нанять помощницу.

Холли обрадовалась такой возможности. После того как ей удалось превратить мрачную спальню в уютное гнездышко, она собиралась преобразить еще несколько комнат в замке.

– Я подумаю над твоим предложением. Анджело будет скучно без братика или сестрички.

«Он любит меня! Он любит меня! Он любит меня!» – радостно пело сердце. Рука Холли прошлась по мускулистому бедру мужа, и на этом все разговоры закончились.

Спустя пару часов он любовался, как она засыпала на его плече. Вито переполняло чувство неописуемого счастья.

– Люблю тебя, – сквозь сон пролепетала Холли.

– И я тебя люблю, – улыбнулся Вито. – Как же хорошо, что у тебя тогда сломалась машина!

Эпилог

Едва Вито переступил порог, ему навстречу тут же бросился Анджело, что-то радостно лепеча. В потоке его быстрой речи можно было разобрать слова на итальянском и английском. Из рассказа малыша следовало, что он вместе с мамой и бабушкой кормил динозавра. Лишь после того, как ребенок показал маленького динозаврика, Вито все понял и стал восхищаться его новой игрушкой.

Огромная рождественская елка, украшенная игрушками и гирляндами, стояла посреди холла. Под ней не лежали подарки, потому что Анджело вряд ли смог бы удержаться, чтобы не открыть их раньше. Сильвестро предупредили, что в этом году Заффари будут праздновать Рождество на английский манер. В связи с этим шеф-повар Франциско чуть ли не каждый день готовил индейку. Однако, чтобы не забывать и об итальянских традициях, бабушка подарит Анджело la calza – носок, наполненный конфетами. К нему в сочельник обязательно придет в гости итальянский Санта-Клаус, Баббо Натале, а в день Крещения Господня – добрая волшебница Бефана.

У Вито перехватило дыхание, когда он увидел, как спускается Холли, одетая в короткое красное платье с белым мехом по краям.

– Ты забыла надеть шапку Санты, – напомнил он.

Она тут же остановилась и, исполнив его желание, состроила милую рожицу:

– Доволен теперь?

На его губах появилась сексуальная ухмылка.

– Я думал, ты сделаешь это, когда мы пойдем спать.

– Если нам повезет, сегодня все лягут спать пораньше.

Холли оказалась с ним на одном уровне на лестнице. Вито воспользовался подвернувшейся возможностью и, положив руки ей на бедра, медленно провел языком по ее розовым губам. Она обвила руки вокруг его шеи, всем телом прижимаясь к нему. Почувствовав ее округлившийся живот, он улыбнулся.

– Я люблю тебя, – раздался глубокий, хриплый голос.

– Безумно люблю тебя.

Холли вся сияла от опьяняющего счастья. Так на нее действовал всего один поцелуй мужа, а если за ним следовал второй, уже не могла сдержаться и тащила его в спальню. Ее беременность вовсе не охладила пыл Вито, наоборот, еще больше распалила. Благодаря этому Холли чувствовала себя по-настоящему желанной. А ведь это так важно для женщины, которая уже пять месяцев находится в положении и чье эмоциональное состояние из-за гормонов не отличается стабильностью.

Недавно один популярный журнал о дизайне интерьеров провел фотосессию комнат, которые Холли переделала в замке. После того как номер вышел в тираж, на нее посыпались выгодные предложения о сотрудничестве от различных компаний.

Правда, в настоящий момент она меньше всего думала о работе, ведь это ее первое Рождество в кругу семьи. Вито наконец проникся духом праздника. Холли предполагала, что это произошло не только потому, что он стал отцом, но и потому, что сумел оставить в прошлом болезненные воспоминания детства. Получив в конце концов свободу от мужа, мать Вито Консетта очень обрадовалась новости о пополнении в семействе.

– Пожалуйста, скажи мне, что сегодня в меню нет индейки, – жалобно протянул Вито.

– Нет, сегодня у нас стейки.

– Когда приедут гости?

– С минуты на минуту. Только вот звонил Аполло, сказал, что задерживается.

– Ну конечно, у него всегда много приглашений на праздники. Я очень ценю, что ты дала ему второй шанс, – с благодарностью заметил Вито.

Холли мило улыбнулась, пытаясь скрыть волнение. Пришло время простить и забыть. В конце концов, Аполло – лучший друг ее мужа, пусть ее общение с ним стало немного натянутым после того, как она сделала ошибку и высказала свое мнение, когда ее никто не спрашивал. Однако Холли было жутко интересно, кого он приведет с собой на этот раз? Очередную длинноногую модель? Или жену?

Впрочем, это уже совсем другая история.

Content

Линн Грэхем
Сможем воскресить любовь?

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Эпилог