Боррони Дмитрий Георгиевич

Проклятие украшений Лозань. Алиса

Часть-I

Глава-1

Сегодня в одном из дворов города Москвы был найден человек. Его труп пролежал здесь довольно давно, точно никто сказать не мог, но по предварительным данным он пролежал здесь не меньше суток. Труп был обезображен до невозможности, на нем не было ни одного живого место. Лишь ссадина и синяки. Следственные органы отвезли труп на судмедэкспертизу. Где выяснили, что перед тем как оказаться трупом, а это была женщина, ее изнасиловали. Изнасиловали, а затем убили.

При ней не было ни единого документа удостоверяющею ее личность. Кто она? Никто не знал. Да и, впрочем, знать было не обязательно. Эта женщина была никому не нужной. От нее все отвернулись, и когда ей нужна была помощь, она ее не получила. Не получила потому, что она в ней не нуждалась, то есть думала, что она в ней не нуждается. Но она ошибалась. Ей помощь была необходима.

В прочем вскоре судмедэкспертиза установила, что эта женщина является главой администрации одного из округов столице. Считали, что она отдыхает у себя на даче, но сейчас было ясно что это не так. Зинаида. Так звали эту женщину. Была строгой и всевластной. С тех самых пор, как она нашла украшение Лозань, она стремилась быть на высоте. Она всех считала, что они в подметки ей не годятся. Она была одна, и других для нее не существовала.

Такие разговоры были в одном из районов города Москвы.

–Вот дела! Начальника прикончили.

–Ну и мало ей. А то рекомендовалась тут.

–Да и то верно.

Да, люди были правы. С тех самых пор, как она год назад стала руководителем из одного округов Москвы, она ничего не сделала. Просто брала деньги и положила их себе в карман. Вот и все. О чем можно было написать об этой женщине.

Сейчас, когда я готовила ужин и смотрела на кухне телевизор, мне, как и многим, было интересно, кто же все же убил эту правительницу. Кто тот человек? Кто не побоялся ничего, чтобы избавить округ от этой женщины. Да? Вопросов было множество. Вопросов, которые требовали ответа. Зазвонил звонок входной двери. Женщина открыла. На пороге стоял мужчина. Он приехал недавно, погостить у нее. У этой женщины. Женщины, к которой хорошо относился, и она к нему тоже.

–Здравствуй дорогая!

–Здравствуй дорогой.

Он вошел в квартиру и закрыв за собой входную дверь, спросил:

–Чем занимаешься?

–Ужин готовлю.

–Хорошо дорогая. Иди готовь ужин. Я сейчас приду.

Женщина ушла в кухню, мужчина сняв куртку, и повесив ее на вешалку, прошел в комнату, положил сумку на диван, затем вернулся обратно, и войдя на кухню, спросил:

–Что сегодня на ужин?

–Рыба.

–Какая рыба?

–Карп.

–Но она же костлявая?

–Зато свежая. Ты же знаешь, что в магазинах делается?

–Знаю. – он сел за стол. – а что к рыбе?

–Вареная картошка.

Тут по телевизору сообщили, что президент лично занялся делом о убийстве главы администрации округа Москвы. Дело взято под личный контроль, и будет раскрыто в самое блажащие время.

Женщина усмехнулась.

–Наир, ты этому веришь?

–Нет. – ответил Наир. – Света ты же знаешь, что в этой стране ни одного заказного убийство не раскрыли до сих пор.

–Но сообщили что это дело взял под контроль сам?

–И что? Найдут кого-то, кого не жалко посадить, а сами будут чисты.

Света удивилась:

–Ты что? Не веришь нашему правительству?

–Верю, но также знаю, что, если они захотят что-то скрыть, они это сделают. Вспомни, сколько не раскрытых убийств так и остались не раскрытыми.

–Да, ты прав Наир. Кто захочет что-то скрыть, он обязательно это сделает. – тут вскипел стоявший на плите чайник. – чай будишь?

–Да, разумеется буду.

Света налила ему чашку крепкого чая.

–Расскажи, что на работе?

–Да что на работе, практикантки заканчивают свою практику. Скоро они уедут.

–Ты о Софи и Катрин?

–Совершенно верно.

Света как бы невзначай скрасила:

–А украшение?

Наир не понял, о чем спросила его Света, и он спросил ее.

–Какие украшение?

–Украшение Лозань. Те самые, что обрели бессмертия в легендах и в веках.

Наир хотел солгать, он не знал, до каких пределов дошли эти две соискательницы. Но он знал одно наверняка. Эти украшение были опасны. Опасны для окружающих. Недавняя история произошедшая год тому назад, доказывала, что это так оно и есть.

Его дочь Алиса, считалась непогрешимой, но и она поддалась искушению этих украшений.

Как-то раз, она пришла домой к отцу, и сообщила ему что она беременна.

Испуганный отец сбросил:

–Как?

–Я забеременела так же, как и все нормальные люди. Просто я не ожидала что это возможно.

Отец был в панике. Он не мог поверить сказанному своей дочерью. Она беременна!? Но как? Как это вообще могло произойти? Как он, оберегавший свою дочь от всякого зла, упустил самое важное? Он пропустил тот момент, когда она стала женщиной. Ах! Почему он не отвел ее к гинекологу? Почему он не объяснил ей то, что должен был объяснить? Он тогда задал ей только один единственный вопрос:

–Кто отец?

Его дочь ответила:

–Я не знаю.

Услышав подобный ответ, Наир Гургенович Назеридзе, залепил своей дочери Алисе горячею пощечину.

–Шлюха! Сколько же у тебя было случайных связей на стороне? – он снова залепил ей горячею пощечину. – сколько?

Алиса посмотрела в глаза своего отца. Они пылали яростью и гневом, в них она видела только призрение. Она тихо, будто шепотом сказала:

–Много. – она тяжело вздохнула. И добавила. – я уже сбилась со счета.

Эти слова были последние. Назеридзе в конце концов обезумел. Он залепил своей дочери пощечину, и обозвав ее шлюхой, сказал:

–Иди на Тверскую, пусть там тебя утешат. А в этот дом больше не приходи шлюха, шлюха и есть. Что мать, что дочь, одна в поле ягода.

Он выгнал ее из дому и больше о ней не вспоминал. Не вспоминал до сегодняшнего утра. Утра, когда на улице был обнаружен труп главы администрации одного из округов города Москвы. Сейчас он думал о том, правильно он поступил, выгнав ее свою дочь из дома. Из дома на улицу, туда где полно опасности, туда где все относительно шатко. Может и его дочь, сейчас лежит где-нибудь так же бездыханна. Никому не нужная и всеми покинутая. Одинокая и несчастная.

Тут его окликнула Света:

–Что с тобой?

Тот как бы очнулся, он вышел из глубокого раздумье и сбросил:

–Что ты сказала?

–С тобой все в порядке?

–Разумеется.

–А мне показалось, что ты о чем-то задумался?

–Да, так. Вспомнил Алису.

Света уточнила:

–Ту что меняла реальность?

–Нет, свою дочь. Где она сейчас?

–Наверное на своей работе. Она кажется консультирует по праву?

–Это так.

–Тогда завтра позвони ей на работу.

–Не могу.

–Почему?

–Я ее выгнал, и теперь она возможно не захочет со мной общаться.

Но света успокоила его. Она сказала:

–Не беспокойся за это. Когда Вы встретитесь, Вы помиритесь.

–Ты уверенна?

Света заверила его.

–Абсолютно.

В это самое время карп был готов к употреблению. Света взяла тарелки, и положив на них по куску рыбы, подала ее к столу. Затем она достала столовые приборы, и разложив их на столе, взяла хлеб и отрезав от него два куска, а затем разделив их с одного угла на другой, положила его у тарелок, и сев за стол, они начали ужинать.

Наир заметил, что рыба горячая.

–Но вкусная.

Назеридзе согласился и добавил.

–Пальчики оближешь.

ГЛАВА-2

А что сейчас происходит с Алисой? С Алисой, дочерью убитой Жени и Наира Гургеновича Назеридзе? Сейчас она отдыхает у себя в квартире. У нее законный отпуск. Дело в том, что она недавно родила, и передав все дела своему заму, ушла в декретный отпуск.

Что касается родов, то они проходили трудно, даже болезненно. Во-первых, она не могла последние недели родить, ей мешал ее плод еще не новорождённого ребенка. Поэтому она провела последние две недели в постели. Когда же пришло время рожать, выяснилось, что матка полностью не раскрылась до положенного размера, а плод был расположен не верно. пришлось делать кесарево сечение. Когда же плод наконец появился на свет, оказалось, что эта была девочка с голубыми глазами. Ее дали подержать матери, и та посмотрев в ее глазки сказала, что она ей кого-то напоминает, но кого? Она этого так и не смогла вспомнить.

Медсестра взяла ребенка из рук матери и сбросила:

–Имя девочки Вы уже дали?

Алиса попросила вернуть ребенка ей, чтобы еще раз взглянуть на нее. И когда медсестра отдала ей ребенка, Алиса посмотрела в ее голубые глаза, и хотела назвать имя Жасмина, но с ее уст неожиданно сорвалось будто не по ее воле, а по воле кого-то кого она видела, и не могла понять, кто этот человек. Она смотрела на прекрасную улыбку голубоглазой девочки и ей становилось не по себе. Что-то в ее лице было зловеще привлекательное, что-то притягивающее и отталкивающее, что-то, что ей было чуждо, и то что она знала, и ощущала в своем теле на протяжении всех девяти месяцев беременности. Это было зло. Зло в истинном виде. И только сейчас она видела в детской, прекрасной улыбке новорожденного ребенка, то зло, которое она всегда ощущала в себе с того самого момента как забеременела. С ее уст сорвалось имя. Имя, которое она не хотела, чтобы ее ребенок носил.

–Алиса.

Почему Алиса, а не Жасминна? Этого она не знала. С ее уст слетело это имя потому что, как ей показалось, это имя сказала ей сама девочка. Сказала сама, без всякой помощи из вне. Она сказала ей внушением собственных мыслей.

Медсестра улыбнулась. Она забрала у Алисы ее дочь, и посмотрев на нее сказала:

–Алиса, прекрасное имя Алиса. – она обратилась к матери. – если я не ошибаюсь, Вас тоже зовут Алиса?

–Вы не ошибаетесь. – подтвердила Алиса. – меня тоже зовут Алисой.

–А почему Алиса?

Мать пожала плечами.

–Не знаю, просто с уст сорвалось.

Медсестра посмотрела на малышку и сказала:

–Алиса.

Теперь она сидела дома со своим дитя. Она не отдавала ее не в ясли ни куда бы то ни было. Не приглашала няню. Она сама воспитывала ее. Никому не доверяла. Впрочем, она заметила, что ее дочь обладает сверхъестественными способностями. Дело в том, что она умела внушать другим людям свою волю. Как она это делала? Да совершенно просто. Она телки внушала людям, то, что она сама желала, и что ввиду своего детского возраста не могла сделать.

И так, как-то раз задремав в кресле, Алиса увидела необычный сон. В нем была она, ее дочь Алиса, и какая-то женщина. Она не знала кто она? Кто эта женщина. Женщина, смотрящая на нее из отражения. Отражение стоящего в комнате, и существовавшее на самом деле зеркало. Женщина смотрела на нее мягким и умиротворенным взглядом. И вот, она протянула к ней свою руку и сказала:

–ПОЙДЕМ.

Алиса подошла к зеркалу и осмотрев его, и ничего не обнаружив кроме стоящей за зазеркальем женщину, спросила:

–Вы кто?

–Я, МАТЬ АЛИСЫ.

Алиса не поверила своим глазам. Она была в ужасе услышав такое признание. Она, и только она была матерью Алисы, и больше никто.

–Вы ошибаетесь, мать Алисы это я. А Вы кто? И почему Вы в зеркале?

–НЕТ, ВЫ ОШИБАЕТЕСЬ. АЛИСА МОЯ ДОЧЬ. МЕНЯ ЗАВУТ ЖЕНЯ. И Я ЗНАЮ, ЧТО ТО, ЧТО МОЖЕТ ЭТА ДЕВОЧКА СДЕЛАТЬ, НЕ ТАК БЕЗОБИДНО, КАК МОЖЕТ ПОКАЗАТЬСЯ НА ПЕРВАЙ ВЗГЛЯД. ПОСМОТРИТЕ НА НЕЕ, ВИДИ ОНА БЕЗМОЛВНА. СЕЙЧАС ОНА В МОЕЙ ВЛАСТЕ. Я И ТОЛЬКО Я МОГУ ОБУЗДАТЬ ЕЕ. ХОТИТЕ УЗНАТЬ, ЧТО Я ИМЕЮ ВВИДУ? ПРИСЛОНИТЕ СВОЮ РУКУ К МОЕЙ, И Я ПОКАЖУ.

Алиса слушала отражение в зеркале и думала, что это все ложь, что этого не может быть в принципе, она это она, и сейчас она лишь только спит. Она оглянулась, и посмотрела на кресло. В нем спала она. – да, это я? Я и никто другой. Мне это просто сниться. Ведь девочка не может делать плохие вещи? Она только ребенок. И она спит. – Алиса посмотрела на отражение в зеркале, и в тот же самый миг, она увидела в нем отражение девочки. Она подошла сзади к стоящей женщины. В руках у нее был нож. Она замахнулась и, в этот самый миг, Алиса прислонила свою ладонь к зеркалу, к ладони женщины. Она тотчас схватила Алису за запястья, и та, будто по чему-то повелению вытащила ее из зеркала.

Маленькая девочка не успела нанести смертельный удар. Она промахнулась. И рука ее оказалась в не зеркальном отражении. Она попросту упала на пол. В этот миг, младенец лежащей в колыбельки расплакался. Женщины подошли к нему, и увидели что, у ребенка нет кисти правой руки. Она лежала отдельно.

Алиса тупо посмотрела на женщину, которую только что вытащила из-зазеркалье, спросила:

–Что происходит?

Женщина ответила:

–Ничего, просто в этой девочки есть зло не подвластно людскому пониманию. – она посмотрела на лежащею у зеркало кисть девочки в которой был зажат нож. – видите. Эта кисть точно совпадает с той кистью девочки от которой Вы сейчас меня спасли. Они идентичны по своему размеру. Не перебивайте меня, дайте сказать. Эта история началась давно. Много лет тому назад. Всей причиной бед, стали украшение. Некие украшение Лозань. Они с тех самых пор как они были изготовлены начались убийства. Всякий кто слышал о них хотел из иметь. Но дело в том, что они обладают некой властью, властью хозяина. В этом случае, они обрели власть над этой девочкой. Впрочем, она сама это когда-то пожелала. Она заключила сделку с дьяволом. И тот в обмен взял с нее обязанность, каждый год, он получает от нее свежие души, она…

Слушая эту историю, Алиса думала, что это лишь бред сизой кобылы. Как такое было вообще возможно? Как эта маленькая девочка способна на такие безумия. Ведь она лишь только маленькая девочка и никто больше. Но с другой стороны, разве это не безумие? Находиться в своей же квартире, и разговаривать с женщиной только что вышедшей из зеркала: – Может я сейчас сплю? – думала она в эти минуту. Может все это ей только кажется. Только кажется, и в реальности всего этого просто не существует: – Да, это так оно и есть. – успокаивала она себя на этой мысли много и много раз. Это ведь просто невозможно! Это безумие и только.

Тем временем Женя продолжала историю.

–…она отдает своему хозяину что-то вроде налога на вечную молодость. Ведь она никогда не постареет. Тот возраст, в котором она прибывает, всегда ограничивается восемнадцатью годами. Эта возраст ее совершеннолетие. И она в это самое время просто переселяется в другой сосуд жизненной силы. Так было и со мной. Я забеременела от одного мужчины. Он вскоре умер, и оставил меня одну на сносях. Когда я родила, родила девочку. Она была красива, похожа на тебя. – Женя с любовью посмотрела на Алису. И протянув ей руку, прикоснулась к ее щеке. – знаешь, ты ее полная противоположность. Та Алиса жестока и самолюбива. Ей нужно все, все что есть на этом свете. Тебе же нужна лишь семья. Вы такие похожие внешне, и такие разные изнутри.

–Я не понимаю?

–Что здесь понимать. Ведь Вы же сестры.

Алиса удивилась и ужаснулась. Как вообще такое возможно? Чтобы она была ее сестрой? Ведь она ее родила? Значит она ее мать, а не сестра.

–Как это возможно?

–Да. – подтвердила Женя. – в это невозможно поверить, но это так. Вы обе пришли в этот мир из небытия. Вы порождение двух великих и могущественных сил. Сил, которые повелевают всеми нами, следят как мы живем, как едим, как спим.

–Кто же они?

–А ты не догадываешься?

–Нет?

Женя показала рукой на зеркало из которого вышла.

–Разве в реальности это возможно? Смотри? Видишь эту кисть, кисть девочки, лежащей на полу? А теперь посмотри на саму девочку лежащей в кроватке. Она тоже без кисти, разве это не приводит тебя на мысль, что есть эта девочка?

Алиса с трепетом в сердце предположила.

–Зло?

–Именно. – подтвердила Женя. – она не просто зло, она чистое зло. Зло в этой девочки и в украшениях, которые ее настоящие родители спрятали. Спрятали так, что никто не может их найти, а если их они находят, то не могут от них отказаться. Они подчиняют их себе, делают их своими рабами, а затем уничтожают.

–Я эту историю слышала, но причем здесь я?

–Посмотри на эту девочку, и скажи сама себе, может ли она изменить этот мир?

Алиса внимательно посмотрела в глаза своей дочери, и ей стало жутко неприятно. Озноб прошел по ее телу. Она хотела взять ее в руки, но не могла. Не потому что она этого не хотела, а потому что просто не могла. Что-то говорила ей, ее внутренней голос ей шептал, что этого делать не стоит.

–Что происходит? Я хочу взять ее на руки и не могу?

Женя посмотрела на Алису, твердо сказала:

–Ты не можешь ее взять на руки.

–Почему?

–Она этого не хочет.

Алиса посмотрела на свою дочь. Та мирно спала в своей кроватке. Со стороны казалось, что она ангелочек. Маленький ангелочек, который спит в кроватке. Но что-то ужасное все же чувствовала Алиса. Что-то неестественное и кошмарное. Сейчас от этой девочки веяло пустотой. Будто что-то бездонное и пустое. У чего, чего не было ни что. Просто пустота. Огромная темная и бездонная. Даже Женя почувствовала это приближение нечто. Нечто могущественного и ужасного. Что сейчас входила в эту девочку.

Алиса обхватила себя руками. По ее телу все еще бегал озноб.

–Что это такое?

Жанна посмотрела на зеркало. В нем она увидела следующее. Что-то пустое и непонятное приближалось к ним. Оно было без телесном и ужасным. Как будто пустым. Вот она протянуло свою мощную руку, и она как бы покинуло ту сторону зазеркалье. Она вышла из него, а затем показалась нога и все его ужасное тело.

Алиса не могла сказать ни слова, она тоже в след за Женей посмотрела в зеркало. И теперь жалела об этом. Ей было не по себе. Она никогда не видела ничего подобного. Она шепотом спросила у Жени:

–Что это?

–Тс-с-с-с.... это ее отец. – сказала она. – он пришел за своей дочерью.

Алиса не поняла.

–Какой дочерью?

Женя пояснила:

–За Алисой. – затем она приказала. – когда он откроит глаза, не смотри в них, а то умрешь. – затем она выкрикнула в сторону нечто выходящего из зазеркалья. – ты ее не получишь! Я тебе нужна. Так вот я. – она посмотрела на Алису, и прокричала. – беги!!! Оставь свою дочь здесь и беги, дочь!

Нечто из зеркала замешкался. Он на секунде прервал свой величавый выход из зазеркалья. И оценив обстановку, полностью вышел из зазеркалья. Вот в полной пустоте Женя увидела, как его глаза открылись, и не успев посмотреть на Алису, Женя тотчас загородила Алису своим телом, и посмотрела в его бездонные и ужасные, горящем огненным пламенем глаза. Она выкрикнула:

–Ты ее не получишь!

В этот самый миг, он опалил своим пламенем Женю, и та воспламенилась. Затем Алиса посмотрела на Алису прощальным и любящем взглядом, и сказала:

–Не ходи за мной. Живи. Только опасайся дочь, она само зло. – затем она посмотрела на нечто из зеркала, и протянув ему руки сказала. – я готова.

В тот же миг нечто как бы втянуло ее в себя и закрыв глаза телепатически сказала что-то Алисе-дочери. Затем он развернулся и ушел обратно в зеркало.

Ужас и страх бездонного кошмара прошел. Лишь какое-то послевкусие осталось в душе Алисы. Она встала с пола, и посмотрела в кроватку где спала ее дочь. Теперь у нее обе кисти рук были на месте. Все было при ней. И ее детская беззаботная улыбка, и ее голубые глаза. Красавица, да и только.

В этот миг Алиса-дочь, будто по чему-то приказу схватила своей детской ручкой, руку своей матери, и в этот самый момент, Алиса-мать почувствовала, как что-то, что-то вселяется в ее тело. Что-то очень страшное и омерзительное. Она хотела этому противиться, но не могла. Это было выше ее сил. Тут ее дочь от коснулась от нее, и улыбнулась. В ее улыбки было что-то зловещие, что-то что она не могла понять, что же это такое? Она чувствовала, что в ее теле поселилась нечто, нечто такое что она никогда не чувствовала. Что ей было в новинку, что-то прекрасное и ужасное. Что-то что она всегда желала и никогда не имела. Она снова посмотрела на свою дочь, и взяв ее на руки поняла, что это для нее и есть счастье, счастье к которому она так стремилась, и которого ей так не хватало. Вот оно. Эта она, ее дочь Алиса. – теперь все будет хорошо. – думала она. – я тебя никому не отдам. Ты моя, и больше ни чья. – она поцеловала ее в лобик. И взяла ее на руки. – ах дорогая, как много нам предстоит сделать вдвоем. Нам предстоит бороться за счастье. Мне за твое, а тебе за мое. Нам больше никто не будет нужен. Только ты и я. Я и ты, и больше никого. Никого для нас и для этого мира. Я обещаю тебе это Алиса. – она снова поцеловала ее в лобик и уложила в кроватку. – спи спокойно дочь. А как ты проснешься я прочту тебе сказку.

Проснулась Алиса за полночь, она сидела в своем кресле и дремала. Проснувшись она почувствовала, как в ее теле что-то изменилось. Ей показалось что она стала другой. Она встала с кресло, и зажгла в комнате свет. Затем она подошла к гардеробу, открыла его дверцу гардероба, где находилась зеркало, и скинув халат посмотрелась в него. Теперь она видела то, что ей нравилось. Ее тело стало стройным, увеличилась ее грудь, и что-то стало с ее лицом. Она стала чертовски сексуально-привлекательной женщиной. Ей нравилось ее новое тело, и она им восхищалась.

Ее гормоны кипели, она была готова к новой жизни. Жизни только со своей дочерью. Она ее обучит всему что сама знает, и что полагается знать каждой женщине.

Она снова накинула халат, подошла к своей малышки и посмотрела на нее. Она спала крепким беспробудным сном. Казалось, что она что-то ждала. Ждала нечто такого, что знала только она. Она и больше никто не знал.

–Все будет хорошо. – сказала ее мать. – я позабочусь о тебе, Алиса.

Глава-3

ТЕЛЛЕФОНЫЙ РАЗГАВОР.

-Что там они накопали?

–Ничего.

–У нее были с собой документы из нашего департамента?

–Нет.

–Как Вы думаете, кому это было нужно?

–Понятие не имею.

–Кто ведет дело?

–Полковник Правдин.

–Ясно. Докладывать о всем расследовании мне лично.

–Слушаюсь господин президент.

–Это все.

На другом конце провода повесили трубку.

–Фу, что за хрень такая? Не дадут пообедать спокойно.

Сегодня уже второй раз звонили из администрации президента, спрашивали, как продвигается расследование.

Полковник Правдин знал, что это преступление если не будет раскрыто, то его карьере можно сказать конец. Он и так был в возрасте, при котором уже уходили на пенсию и больше не были нужны. Но он ни хотел этого делать. Он не мог уйти на пенсию. Он был из тех людей, которые могли только работать и работать, и другой жизни кроме этой им не представлялось.

В этот миг, когда полковник Правдин размышлял над тем, с чего ему начать расследование? Аппарат селекторной связи пикнул. Он нажал на нем кнопку и сбросил:

–Что еще?

Человек на другом конце провода ответил.

–Вы не поверите кто к нам пришел?

Правдин как будто бросил.

–Кто?

–Зинаида.

–Какая Зинаида?

–Ту что убили.

Правдин насторожился.

–Что Вы имеешь ввиду?

–Она здесь.

После этих слов, у полковника Правдин испугался. Он еще за свою жизнь не имел дело с призраком. Он ни боялся ничего, но сейчас!? Его охватил страх. Он дрожал. Недавнее дело его научило, что не стоит не до оценивать того, что нельзя объяснить.

–Вы уверены, что это она?

–Абсолютно.

Правдин не понимал, как такое вообще возможно, она же мертва? Глава административного округа Москвы Даброз Зинаида Евгеньевна мертва. И это был факт, факт, который нельзя было опровергнуть.

–Пусть войдет.

Полковник отпустил кнопку селекторной связи.

Прошла минута. Эта минута длилась для полковника как вечность. Сейчас ему казалось, что он слышат все, все что можно было сейчас услышать и нельзя. Он слышал писк влетевшего в его кабинет комара, он сел на шкаф и затих. Затем он услышал, как где-то в дали за дверью тихо шел в сторону его кабинета. Он почему-то испугался, и в этот миг его душа ушла в пятки, дверь приоткрылась, и он увидел на полу, как в двери показался мыс женской туфли. Затем дверь открылась и в дверях возник силуэт женщины. Правдин через силу посмотрел на нее и, что за черт!? Эта и правда была она, Даброз Зинаида Евгеньевна. Но как это возможно? Она мертва? Сейчас она находиться в морге?

Женщина поздоровалась.

–У Вас много вопросов. – сказала она. – я готова на них ответить. Но прежде чем задавать какие ни было вопросы я хочу Вам кое-что показать. – она вытащила из висевшей у нее на плече, и не заметивший ее полковник Правдин сумочку, какое-то фото, и протянуло его Правдину. Тот взял его и посмотрел на изображение на фотокарточке. На нем были сфотографированы две женщины, две сестры. Они были похожи друг на друга как две капли воды. Полковник Правдин посмотрел тупым не понимающим взглядом на пришедшую к нему женщину, как две капли воды похожею на Зинаиду. Правдин на секунду подумал. – «КАК ВООБЩЕ ТАКОЕ ВОЗМОЖНО? КТО ТОГДА БЫЛ НАЙДЕН В ТОМ ПЕРЕУЛКЕ?» – этот вопрос не давал ему покоя.

Женщина представилась.

–Меня зовут Даброз Зинаида Евгеньевна. Я являюсь главой административного округа Москвы.

Полковник пришел в себя, и нажав кнопку на селекторной связи попросил секретаршу принести валерьянку. Затем он снова посмотрел на Даброз и сказал:

–Слушаю.

Зинаида Евгеньевна продолжала.

–Так вот, дело в том, что Вы нашли не мой труп в том переулке. Вы нашли труп моей сестры Галины. Мы с ней были родными сестрами, и я не могу оставить без внимания тот факт, что ее убили. Я требую тщательного расследование.

В это время, секретарша принесла полковнику валерьянку, он выпил ее и спросил Зинаиду.

–Чем Вы докажите, что Вы это Вы, а никто другой?

Женщина предъявила полковнику Правдину паспорт.

–Вот мои доказательство.

Полковник посмотрел на предъявленный паспорт и сказал:

–Это не доказательство. Паспорт можно было подменить, Вы же сами признались, что Вы сестры.

Зинаида согласилась.

–Это так. – но у меня есть еще одно доказательство моей правдивости.

–Какой?

Она нагнулась к Правдину и тихо прошептала ему.

–УКРАШЕНИЕ ЛОЗАНЬ.

После этих слов полковнику стало не по себе. Он пытался забыть о недавнем деле, которое он вел примерно год тому назад.

–Что Вы имеете ввиду?

Женщина зловеще улыбнулась.

–То самое. – прошипела она. – не забывай, они вездесуще.

–Не понял?

Женщина прошипела вновь.

–Я пришла сказать, что она возвращается.

–Кто она?

–АЛИСА. – шипела Зинаида. – Алиса возвращается, а с ней и убийства. Найди ее и останови.

Тут женщина как будто очнулась от транса. Она только что погрузилась в него и только что из него вышла. Не помня, что с ней произошло, она спросила у полковника Правдина.

–Что сейчас со мной было?

Растерянный полковник ответил

–Ничего, просто мне показалось что Вы только что угрожали мне и предупредили о том, что давно прошло.

–О чем же?

–О Алисе.

Зинаида задумалась. Она не знала, что ответить. Она не помнила того что с ней было только что. Она вообще ничего не помнила. Она была в трансе. Она поинтересовалась:

–Кто такая Алиса?

Полковник Правдин ответил:

–Этого я не знаю, а если бы и знал Вам не сказал.

–Почему?

–Я не в праве разглашать что-либо.

–Так тому и быть.

Тут Правдин неожиданно задал вопрос.

–Кто же Вы?

–Меня зовут Даброз Зинаида Евгеньевна. Я глава административного округа города Москва.

–Кроме паспорта у Вас еще доказательство есть?

–Да.

–Какие?

–Вот мое свидетельство о рождении, а вот документ удостоверяющей мою работу.

Изучив все эти документы, Правдин сказал:

–Хорошо, я сообщу куда надо, пусть там разбираются кто есть кто. Согласны?

–Согласна.

Правдин дал ей лист бумаги и ручку.

–Пишите.

–Что писать?

–Пишите, что Вы это Вы, а не Ваша сестра.

Женщина написала то, что просил Правдин.

–Хорошо. – сказал он. – я обещаю, что смерть Вашей сестры мы тщательно расследуем.

–Спасибо.

–Да не за что. – добродушно улыбнулся он. – эта наша работа. – он подписал ей пропуск на выход, и добавил. – желаю Вам успехов.

Женщина улыбнулась и поблагодарила его за эти слова. Затем она встала, подошла к двери и хотела ее открыть, как вдруг полковник неожиданно спросил:

–Алиса это ты?

Женщина оглянулась и посмотрела на полковника. В ее лице что-то изменилось. Глаза стали пустыми, лицо помрачнело, и она стала похожа на нечто не живое, будто она пришла из преисподней. Тень прошлого, пепел прошедшего, и ужас грядущего. Вот что полковник увидел в ее лице. Она прошипела.

–Еще встретимся.

Тут снова Зинаида стола той женщиной, которая приходила к нему. Она попрощалась и вышла из кабинета полковника Правдина.

Тот сидел у себя в кабинете за письменным столом и думал, кто была эта женщина? Зинаида? Галина? Алиса? Кто-то из трех, но кто? Этого он не знал. Зато знал, что он это дело вести не будет. Сейчас он сбросит его, отправит в администрацию президента все документы, связанные по этому делу, пусть там разбираются.

Затем полковник Правдин вызвал капитана Чистолюбову Наталью Владимировну. Она год тому назад вела дело об убийстве Жени, переплетающийся с делом Алисы. Он ее спросил:

–Наталья Владимировна скажите, тогда год тому назад, Вы вели дело о проклятых украшениях Лозань?

–Совершенно верно.

–Там присутствовала Алиса?

–Мы разрабатывали такую версию, но она оказалась ошибочной.

–Как так?

–Наш эксперт в области психиатрии сказал, что Алиса – это лишь вымысел больных людей, одержимых жаждой власти.

–То есть?

–Алиса, эта миф, попросту фантазия безумцев, которые, как им кажется, способны завладеть этой властью, если они найдут украшение Лозань.

–Они же существуют.

–Что?

–Эти украшение, существуют на самом деле?

–Это так. Но никто не доказал, что они прокляты.

–А Алиса? Она существует?

–Возможно.

–Что значит возможно?

Чистолюбова призналась. – я не знаю. – а затем она добавила. – я слышала это дело было передано в ФСБ.

Полковник Правдин на секунду задумался.

–Ясно. – он снова на секунду задумался, а затем приказал Чистолюбовой следить за Даброз.

–У Вас есть сомнение?

–Сомнение всегда есть. – ответил Правдин приказал.

–Следите.

Глава-4

В одном из кафе города Москвы, где-то на ее окраине.

В летнем кафе сидели за столом два человека. Они были разные по характеру и по их профессии. Никто не знал кто они такие. Здесь они появились сравнительно недавно.

Приехав из Петербурга, один из них нашел в Москве свое счастье и теперь жил здесь и в Петербурге. Звали его Наир Гургенович Назеридзе.

Второй статный мужчина сорока трех лет отроду, так же был не известен здешними народу. Он всегда сторонился людных мест. Когда ему надо, он назначал встречи подальше от глаз. Но сейчас это было невозможно. Он был вынужден прийти в это место, в это кафе. Звали его Ромашов Дмитрий Георгиевич.

Сейчас сидя в этом кафе, в самом дальнем углу, где никто их не смог бы увидеть. Они обсуждали дела.

Ромашов говорил.

–Мы очень признательны Вам что Вы нам помогли в прошлый раз.

–Я считал, что это было необходимо.

–Вы готовы еще один раз оказать нам услугу.

–Разумеется, что надо сделать?

Ромашов показал Наиру одну фотокарточку.

–Знаете ее?

–Нет.

–Эта женщина утверждает, что является главой одного административного округа Москвы.

–И?

Дмитрий Георгиевич показал ему еще одну фотокарточку, на которой был сфотографирован труп какой-то женщины.

Назеридзе спросил:

–Кто это?

–Мы полагаем что это и есть глава округа Москвы, а эта женщина на фото лишь ее двойник.

–Интересно?

–Так вот, Ваша задача узнать, кто такая эта женщина? Если Вы откажитесь, то мы поймем.

–Нет, я справлюсь.

–Но это еще не все.

–Что еще?

–Алиса, очевидно вернулась. – он сделал паузу. – Вы помните, что произошло в прошлый раз?

–С чего Вы это взяли?

–С того, что тот человек, кто нам отдал эти документы утверждал, что эта женщина была в трансе, и в трансе она говорила голосом Алисы. Она утверждала, что она вернулась.

Наир уточнил.

–То есть Алиса?

Совершенно верно. Алиса, очевидно вернулась. – он сделал паузу. – Вы помните, что произошло в прошлый раз?

–Разумеется.

–Так вот, я расскажу самого начало. Мы создали человека ИНДИГО, и вскоре пожалели об этом. Дело в том, что первоначально все шло хорошо. Мы нашли проститутку и предложили ей поучаствовать в эксперименте. Конечно она по началу отказалась, но затем, за соответствующую плату она согласилась принять участие в этом безумии. Следующее наше трудность заключалась в том, что нужен был нам отец, мы выбрали для этого мужчину из высшего общество. Он работал на нас и знал весь процесс этой работы. Он отдал нам свое семя. Я не буду Вам рассказывать подробности этого эксперимента, но в итоге женщина родила маленькую девочку. Ее роды проходили в ужасно. Она испытывала неимоверную боль, и ей делали кесарево сечение. Вот так, может поэтому и произошло то, что произошло.

–Что произошло?

–Смерть. – пояснил Дмитрий Георгиевич. – смерть и больше ничего. Ее мать вскоре умерла.

–А как звали ее мать?

–Я не сказал?

–Нет.

–Ее звали Ольгой. – сказал Дмитрий Георгиевич и сделав паузу, продолжал свой рассказ. – вскоре мы поняли, что эта девочка, Алиса действительно не обычная. Она была способно менять реальность. Как она это делала никто не знал. Но она была способна внушать людям то, что желала сама. Что ей было нужно, что она хотела. Реальность она считала за вымысел. Она не желала видеть реальный мир, и была лишь в одном своем. Как это было не прискорбно, но мы ее пугались, пугались ее дара. Ведь она была способна внушить то, что могло стать необратимом. То, что мы стараемся избегать, но иногда нам приходиться это принять как должное.

–Что же это?

–Разумеется война. Она как Вы знаете самое разрушительное и массовое орудие смерти человечества.

Наир согласился.

–Да, это так. И что дальше?

–Мы попросили ее отца, который был психиатром, помочь нам в этом деле. Он вынужден был согласиться. Но произошло нечто что не вписывалось в наши планы. Роман, так звали отца Алисы, захотел выяснить, что происходит в ее голове. Он вместе со своей помощницей Небабой начали ставить на ней свои эксперименты. Они вводили ее в транс, и Алиса погружала в транс их самих. Это я знаю из отчетов доктора Романа. Вскоре ей надоело быть у них подопытной, и она попросила своего отца убить ее. Я не знаю, что она ему там внушила, но я только знаю одно, он ее убил. Она стала свободной и независимой.

Слушая этот рассказ Наир Гургенович Назеридзе не понимал, как может такое быть? Когда сам отец убивает свою дочь. Пусть она даже не такая как можно было себе представить.

–Я Вам не верю!?

–Я не прошу чтобы Вы мне поверили. Но эта история еще не закончена.

–Слушаю.

–Вскоре после того как умерла Алиса, умер и Роман, а вскоре попала под машину и Небаба. Они заделали свое дело, и поплатились за это. Алиса не прощает тех, кто причиняет ей зло. Впрочем, она мне кажется она никого не прощает вообще.

–Вы в этом уверены?

Роман заверил Наира.

–Абсолютно. Алиса – это зло, зло которое надо истребить, и Вы нам в этом поможете.

Назеридзе удивился.

–Я? Но как?

–Вы приведете к нам Алису. И тогда все будет кончено.

–Но Алиса умерла?

–Нет. – ответил Ромашов. – это вряд ли. Ее тело может и умерло, но душа? Вы слышали о украшениях Лозань?

–Разумеется.

–Так вот, говорят, что Алиса эта и есть те украшение Лозань.

–Но как это возможно?

–Понятие не имею.

–А причем здесь мое задание?

–Я кажется говорил, что глава московского административного округа, возможно не тот человек за которую она себя выдает.

–Но это совсем другое?

–Нет. – заверил его Ромашов. – это дело сплетается во едино. Потому, что нам передали с петровки, что к ним заходила эта женщина, и сказала, что она Зинаида, а ее сестра Галина мертва, и мы ее нашли, а не ее.

–Это понятно. – сказал Наир. – Вы мне говорили об этом. А Алиса тут причем.

Дмитрий Георгиевич сказал.

–Так вот. Она уходя сообщила, что Алиса вернулась, и она отомстит.

–Так и сказала?

–Да. Правда она в этот момент находилась в глубоком трансе.

–Трансе?

–Трансе. Мы не знаем, где сейчас Алиса, но совершенно уверенны, что Зинаида знает где она находиться.

–И Вы хотите?

–Именно.

Наир согласился. Он знал, что представляют собой эти украшение Лозань. Знал на сто они способны. Знал, что их нельзя иметь, и знал, что из-за них была убита Женя, его жена. Он должен был это прекратить.

–Я согласен. Только мне в этом деле потребуется помощь.

–Мы всегда придем на помощь.

–Нет, я имею ввиду напарницу.

–Хорошо, будет Вам напарница. Она сама Вас найдет.

–А как я ее узнаю?

Дмитрий разорвал взятую из портмоне купюру в размере ста долларов, и разорвав ее по полам, отдал одну половину Назеридзе.

–Пусть эта будет паролем.

–Хорошо. – ответил Назеридзе взяв половина сто долларовой купюры, а затем напомнил. – Вы не показали мне фотокарточку объекта и не сказали где она живет?

–Это все Вы получите сегодня, в девять откройте свой почтовый ящик, там в конверте будет вся информация по этому делу. – он посмотрел на наручные часы. – а теперь прощайте, мне пора. Засиделся я тут, а у меня дела. До свидания.

–До свидания.

Мужчины попрощались, и Ромашов вышел из кафе. Затем ушел и Наир. Он долго после этого разговора ходил по улицам города и о чем-то размышлял.

Глава-5

По улице старый Арбат шла женщина. Она ничем не отличалась от остальных людей этой планеты. Все было при ней. В свои еще молодые года, она была всевластно, холодна с окружающими. Впрочем, она к этому стремилась сама. Сейчас достигнув своей цели, она была спокойна за свое будущее. Скоро выборы, и ее кандидатура будет выдвигаться на мост мэра города Москвы. Звали ее Даброз Зинаида Евгеньевна. После того как она побывала в полиции, на Петровке тридцати восемь, она решила сделать себе небольшой отдых. Смерть ее сестры, этот факт был неотъемлемым, и в эти самые дни, мог здорово повредить ее дальнейший карьере. Но она не огорчалась. Она была уверенна, что она не одна, что ее ведет проведение, которое сделает так, что она выиграет эту партию. Партию, которая она играла уже много времени. Почти год тому назад, она нашла на чистых прудах украшение Лозань. И тогда же она познакомилась с Петром. Он оказался политическим лидером, и работал в городской Госдуме города Москва. Зинаида считала, что этот шанс дали ей эти украшение. Ведь ни каждый раз можно сказать самой себе, что ты ухватила жар-птицу за хвост, и теперь ее нельзя упустить.

Что касается Петра, то он был статен, самолюбив, и сварлив. Сварлив как все политики. Он любил высказывать свое мнение. Отстаивать его, даже если он не прав. Звали его Опустов Петр Карлович. Состояв в браке с полгода, он познал всю прелесть семейной жизни. Его жена Зинаида вертела им как хотела. Она вступила в партию, и с помощью своего мужа стала главой административного округа Москвы. Теперь, после того как полиция нашла труп ее сестры, ей стало проблематично продолжать политическую гонку. Она была под подозрением, и не могла ничто с этим поделать. Но ее муж Петр Карлович, обладающий властью, мог помочь ей в решении этого вопроса. И Зинаида обратилась нему.

Сегодня придя домой она попросит Петра помочь ей в решении данного вопроса. Но вот, она остановилась у одного прилавка книг. Она увидела редкую книгу, и купила ее. Эта было первое издание книги Э. Хемингуэя, его полное собрание сочинений из СМИ томов. Довольной своей покупкой она направилась к метро. Вдруг, к ней подошел мужчина, и спросил:

–Скажите, где Вы приобрели эти книги?

Женщина посмотрела на него и холодно сказал.

–Здесь. – она показал рукой на лоток где продавец продавал свой товар. – он там, велите.

Мужчина посмотрел на прилавок и поблагодарил ее за оказанную помощь. Затем спросил.

–Вы сегодня заняты?

Оценивающим взглядом женщина посмотрела на незнакомца. Он был красив, привлекателен. По его внешности можно было точно сказать, что он не из Москвы. Он был с ближнего востока не иначе. Зинаиде нравились такие мужчины. Она считала их хорошими любовниками, любовниками с большими кошельками.

–Да. – ответила она. – занята.

–А завтра?

–Тоже. – она сделала паузу. – хотя. – сказала она не однозначно. – все возможно. – она снова провела по его телу газами. – впрочем, сейчас я свободна. Только вечером у меня будут дела.

Поняв, что женщина дала ему шанс, и упускать его он не намерен, он сказал:

–Здесь не далеко ресторан, зайдем, по беседуем.

–Почему бы и нет.

Мужчина взял Зинаиду под руку, и они направились в ресторан.

Сидя в ресторане у окна, Зинаида разглядывала мужчину, пытаясь понять, что в нем есть такого, что ее в нем привлекает. Она не могла понять, что? В нем было что-то такое, что притягивало ее к нему. Она не могла насладиться его красотой.

Он же смотрел на нее как просто на человека. Он не любил романы. Он считал, что продолжительные отношение пагубно влияют на мужчин. Он считал, что брак – это просто печать в паспорте и больше ничего. Один раз он уже обжегся на этом поприще, и больше этого он не хотел.

–Вы любите Хемингуэя?

Женщина ответила.

–Люблю. В его произведениях он раскрывает душу человека.

–Вы так считаете?

–Да.

–А какое произведение Хемингуэя Вам нравиться больше остальных?

Женщина задумалась. У нее не было однозначного ответа на этот вопрос, и она сказала:

–Мне нравиться два произведения Хемингуэя. По ком звонит колокол и старик и море.

Мужчина согласился что это хорошие произведения и добавил, что ему нравиться Джек Лондон.

–Что же из его произведений Вам нравиться больше всего?

–Морской волк.

Тут женщина заметила:

–А Хемингуэй? Вам что не нравиться его произведения? Вы же спрашивали меня, где я купила эти книги?

–Нет, я люблю его произведение, но больше мне нравиться Лондон. А спросил я Вас о этих книгах, так как я хотел с Вами познакомиться.

Женщина улыбнулась.

–Я Вам нравлюсь?

–А Вы как думаете?

–Не знаю, Вы мне скажите, я Вам нравлюсь?

–Да. – подтвердил мужчина. – нравитесь.

–А что Вам во мне нравиться?

–На этот вопрос я не могу ответить.

–Почему? Разве я не красива? – она сделала паузу. – скажите, красива я или нет?

Мужчина поспешил ответить.

–Конечно красива! Что за глупости считать себя уродиной. Каждая женщина красива по-своему. У нее есть только ее одна индивидуальность.

–А у меня какая индивидуальность?

Мужчина сказал.

–Не знаю. Вы просто нравитесь мне и все. Я ни могу этого объяснить, да этого и не надо.

У женщины на душе стало легко. Она была довольна тем, что говорил ей сейчас этот человек.

–Вот мы беседуем, а я даже не знаю, как Вас зовут. Меня Зинаида. А Вас?

–Роберт.

–Очень приятно.

–И мне.

Женщина спросила.

–Вы один?

–Что Вы имеете ввиду?

–Я человек прагматичный. – сказала Зинаида. – но я хотела знать, у Вас дети есть?

–Да. – ответил мужчина. – у меня девочка?

Зинаида уточнила.

–Вы женаты?

–Вдовец.

Женщина тяжела вздохнула.

–Сочувствую.

–Спасибо. А Вы женаты?

–Нет. – солгала Зинаида. – я не замужем. Детей нет.

–Почему?

–Я ни нашла никого, кто бы мог стать отцом моего ребенка.

–Понимаю.

–Я считаю, что отец моего ребенка должен быть достаточно обеспеченным человеком, чтобы он мог обеспечить будущее моего ребенка.

–Понимаю.

И тут Роберт как бы невзначай задал Зинаиде вопрос. Впрочем, он не был таким вопросом, за которой можно было получить сто очков. Но все же.

–Скажите Зинаида, по Вашему мнению, я мог бы обеспечить будущее Вашего ребенка?

Этот вопрос поставил Зинаиду в тупик. Она хотела солгать, но не могла. Она пыталась что-то придумать, но в голову не лезла ни одна путная мысль.

–Зачем Вы это спрашиваете?

–Я просто хочу знать, согласились Вы быть со мной из-за того, что хотите легкий флирт или нет.

Зинаида задумалась.

–А дети здесь причем? Я же не собираюсь за Вас замуж?

–Нет.

–Тогда к чему Вы задали этот вопрос?

–Я хотел бы знать…

–Что знать?

–…знать то, что мужчине знать не обязательно, но нужно.

Зинаида была заинтригована. Она не могла понять, что вообще происходит, зачем он Роберт задает ей эти вопросы? Он что, бояться ответственности? Возможно так оно и есть. «-Он говорил ей про свой брак. Но также он сказал, что его жена умерла. Может в этом причина? Да, возможно?» Тут она спросила.

–Вы считаете, что я Вас могу использовать?

Роберт ответил.

–Я не хотел провести с Вами ночь, а потом думать, почему она эта прекрасная женщина согласилась быть со мной?

Зинаида заметила:

–Но Вы сами меня пригласили?

–Это так оно и есть. – ответил Роберт. – я Вас пригласил, этого я не отрицаю, как и не отрицаю того, что Вы сказали, что…– тут он запнулся. Он увидел во взгляде Зинаиды предупреждение. Она словно говорила; -что такого что я сейчас говорила? Тебя этого не касается, идиот?

–Может я это и сказала? – оскорбилась Зинаида. – но не стоит обращать внимание на всю ту чушь что я говорю. Да, я сказала, что мне нужен муж, который обеспечит моего ребенка, и это так оно и есть. Вы же раздули из нее целую трагедию. – неиствовала она. – хотите узнать, что я думаю о Вас? Знайте, Вы хам. Ни один порядочный мужчина не спросит подобное. А ВЫ? – тут она заревела. – Вы не мужчина. Вы хам.

Тут Роберт как мог успокоил Зинаиду. Он сказал:

–Может Вы и правы, я не подумал, что этот вопрос Вас оскорбит. Но поймите и меня, Вы говорите, что Вам нужен такой мужчина чтобы обеспечил Вас и Вашего будущего ребенка. Но таких мужчин в этой стране нет. Я это знаю наверняка.

Смотря на Роберта и вытирая слезы Зинаида спросила. Она словно удивилась.

–Знаете? От куда?

Роберт тяжело вздохнул.

–Не важно, просто знаю. В этой стране никто не богат так как богаты олигархи, а они в этой стране все уже заняты. Заняты такими же или почти

такими же олигархами только женского пола, или просто любовницами. Никакого обязательство.

Утерев слезы Зинаида согласилась с Робертом.

–Вы правы, богаты только олигархи, и они все уже заняты. – она сделала паузу. В ее глазах появилась грусть. Грусть и тоска по чему-то, что она потеряла не так давно.

Заметив этот ее взгляд, Роберт поинтересовался.

–С Вами все в порядке?

–Да. – ответила она. – я в порядке. – она посмотрела на Роберта и попросила. – пойдем от сюда.

Роберт расплатился с официантом за столик, и покинув ресторан пошли к метро Арбатская, Филевской линии. Шли они молча. Каждый думал о своем. Зинаида думала о своей сестре Галине, а Роберт о том, чтоб ему сейчас сделать такого, чтоб развеселить Зинаиду. Он проклинал себя за то, что в ресторане задал ей этот злосчастный вопрос? Но почему он был злосчастный вопрос, вопрос, который чуть не испортил их отношение. Отношение при первой встречи считаются познавательными. И что? Он ничего так и не узнал о ней, а так хотелось хоть что-то узнать.

Глава-6

Мы шли к метро Арбатская Филевской линии. На улице была отличная погода и день близился к своему закату. Солнце зашло за горизонт, и лишь несколько лучей солнечного света озаряли вечернюю Москву. Прекрасен он, закат. Красив и умиротворяюще успокаивающий закат. Кажется, что он уносит в след за собой все горести и страхи этого дня. Спокойно и красиво. Прощаются последний лучи уходящего солнца с землей. В парке наступает тишь, и лишь шуршание золотистых листьев напоминает, что скоро наступит тишь. Покой и гармония.

Вот вышел месяц-проказник из-за туч. Он никак не может определиться, кто он таков, смотрящая на землю луна, или гордый и своенравный проказник месяц. Его соседи, звезды, мерцающие в темноте. Вот при еще уходящем свете солнца появились несколько из них. Они смотрят на нас из космического пространства вселенной, и как будто говорят нам, что скоро на землю придет покой и тишина.

Прекрасная пора! Тишь и умиротворение вокруг.

Зинаида предложила.

–Знаешь, давай перейдем на ты.

–Давай.

Она предложила поехать к ней домой. Роберт согласился.

–У тебя есть закурить?

–Я не курю.

Она достала из кармана куртки пачку сигарет и вытащила из пачки одну, затем взяла зажигалку и закурила.

–А я курю. – сказала Зинаида, убирая зажигалку и пачку сигарет обратно в карман куртки.

–И тебе это нравиться?

–Да. – с твердостью заявила Зинаида. – нравиться. А ты что не любишь курящих женщин?

–Не люблю.

–Почему?

–Женщина в первую очередь будущая мать. – сказал он. – какого ребенка она родит если будит курить?

Зинаида усмехнулась.

–Ну уж это мне не грозит.

Роберт удивился.

–Почему? Разве ты не собираешься рожать?

–Нет. – ответила она. – рожать, значит обречь себя на муки. А я хочу жить. Жить как хочу жить и никак иначе.

–Но для этого не обязательно курить?

Зинаида затянулась сигаретным дымом, и выпустив его маленькой струйкой из своего рта, бросила:

–Плевать.

Роберт не понимал ее. По его мнению, она попросту портила, и не просто портила, губила свое здоровье.

–Что значит плевать?

–А то и значит, плевать. Я считаю, что хочет человек в этой жизни, то он и должен делать. – она снова затянулась сигаретным дымом. – ты думаешь одна я в нашей семье курю? Ты ошибаешься. Все члены моей семьи курили. И ничего? Дожили до глубокой старости. – и снова затянувшись сигаретным дымом она добавила. – впрочем их судьба была столь горькой, что лучше не вспоминать. – она сделала паузу. – впрочем, мы уже заговорились, темно. Пора домой. – она докурила сигарету. И поинтересовалась. – ты не передумал пойти ко мне, или такие женщины как я, курящие тебе не нравятся?

Роберт по размыслив решил, что это будет не серьезно, а значит ему вообще плевать, кто там вообще курит. Это в конце-то концов ее личное дело. Ее и больше никого другого. Он сказал.

–Идем.

Они спустились в метро сели в поезд, и уехали.

АВТОР: -Теперь мы немножко отвлечемся от их поездки в метро. Это не так важно. Сейчас мы перенесемся в то место Москвы, где жила Зинаида.

-Вот здесь я и живу. – сказала Зинаида Роберту. Они вошли во двор. Это был мрачный, нагоняющий тоску двор. Дом же где она жила, был довольно унылым. Он был, как нельзя лучше, подходил под описание ДОМ СКОРБИ. Почему так, да очень просто. В тридцатые годы двадцатого века он считался нехорошим домом. Домом от куда отправлялись прямиком на калыму или в соловки. Короче в те места в которые лучше не попадать. Впрочем, возможно один из этих домов Вам знаком. Он был описан в прошлом произведении о проклятых украшениях Лозань. – мрачное место, не правда ли?

Роберт согласился с Зинаидой.

–Уж куда мрачней, мрачней не бывает.

Они вошли в подъезд, поднялись по железной лестнице на третий этаж, и отперев входную дверь, которая была поставлена еще в пятидесятые годы, они вошли квартиру. Попав в большую прихожею, они сняли верхнюю одежду, а затем Зинаида спросила:

–Ты голоден?

Роберт действительно был чуть-чуть голоден. В ресторане они почти ничего не заказывали, только лишь по минимуму. А этот ресторанный минимум подразумевал нечто абстрактное. Короче только выманивание денег.

Роберт ворчал.

–В этом ресторане только деньги оставлять. Только платишь за то, чтобы посидеть и поговорить, да и только.

–Это значит да?

Роберт подтвердил.

–Да. Я голоден как волк.

–Чай будешь?

–Буду.

Зинаида прошла на кухню, и Роберт пошел за ней.

Войдя на кухню, он попал в просторное помещение. Газовая плита, кухонный Финский гарнитур. Большой стол у окна. За окном сейчас ничего не было видно. Ночь за окном вступила в свои права.

–Садись.

Роберт сел за стол.

–Давно ты здесь живешь?

Зинаида поставила чай на газовою плиту, зажгла конфорку.

–Давно.

Он осмотрелся и ему вдруг стало не по себе. Что-то его отталкивало. Он ощущал, что здесь что-то такое, что он не мог объяснить. Это что-то нагнетало обстановку. Ему казалось, что вот-вот, сейчас он почувствует то, что никогда не ощущал. Чье-то незримое присутствие. Кто-то следил за ним. Следил с тех самых пор, как он вошел в эту квартиру. Он признался:

–Мне не по себе. От этой квартиры.

Зинаида пожала плечами.

–Квартира как квартира, ничего особенного.

–Нет. – ответил Роберт. – я в квартирах разбираюсь, сам прожил в подобной жилплощади почти год. А потом поменялся. Вот новому жильцу сюрприз был, когда он в один прекрасный вечер увидел в доме нечто.

Зинаида села за стол. Ее заинтересовал рассказ Роберта.

–Что же он увидел?

–Он мне рассказывал, что это было нечто похожие на человека. Он ходил по его квартире и кого-то звал.

–Кого же?

–Кого-то кого звали Алиса?

Зинаида удивилась:

–Алиса?

–Да, именно Алиса.

–Кто она?

–Я не знаю.

Зинаида задумалась. Она еще ни разу за свою жизнь не слышала об Алисе. Она считала, что все что пишут в книгах все вымысел. Конечно она что-то может и слышала про эту историю с проклятыми украшениями Лозань, но кто знает, легенда эта или нет? У нее были эти украшение. Год тому назад она нашла их или они нашли ее на чистых прудах. С тех пор стала властной, целеустремленной женщиной, в которых сосредоточилось вся мощь этих украшений. Ночью в полнолунье, ей всегда снился один и тот же сон. Как будто какая-то девочка стоит на берегу море. На горизонте закат. Красивый и прекрасный закат. На небе мерцали уже звезды, и проказник-месяц будто улыбался вдали уходящему за горизонт солнцу.

Вот она подходит к этой маленькой девочки, и та берет ее за руку. Смотрит на нее ласковыми голубыми глазами, и говорит:

–Мама, возьми меня с собой. Мне так надоело быть здесь.

Зинаида смотрела на маленькую девочку и отвечала.

–Дочка, ты всегда со мной. И эти украшение тому подтверждение. Вот на безымянном пальце у тебя такой же перстень, как и у меня. Мы с помощью них можем путешествовать меж мирами.

–Это так, но я не могу остаться там на долго. Мне нужно тело.

Зинаида присела на корточки и огладив девочку за ее длинные волосы, заверила ее.

–Будет тебе тело, я обещаю.

Это сон, и только. Никто не мог сказать, что это был не сон, а реальность. Реальность, которая делала Алиса.

–Знаешь. – сказала Зинаида, затягиваясь снаслаждениям сигаретным дымом. – многие видели эту девочку во сне. И никто не мог сказать, что она не реальна.

–Что ты имеешь ввиду?

–То, что возможно Алиса существует на самом деле?

Роберт удивился:

–Дух? Что за чепуха черт побери. Дух не может быть реальной плотью. Он только дух и только.

–Но этот дух жил когда-то на этом свете. Так же питался, так же жил как все нормальные люди. И вот однажды он попросту умер. Даже не умер, его убили. И теперь он мстит. Мстит всем и вся.

–Кто?

Зинаида уточнила.

–Дух. Он мстит нам за то, что с ним сделали люди.

–То есть за убийство?

–Совершено верно. – Зинаида докурила сигарету. На газовой плите вскипел чайник. – ну вот, и чай готов. – она разлила чай по чашкам и поставила их на стол. – сахар?

–Пожалуй.

Женщина взяла с висевшей на стене полке сахарницу и две ложке из стола. Она поставила сахарницу на стол и положила около нее чайную ложку.

Роберт по сладила чай и отхлебнув глоток горячего чая, спросил:

–Ты исследователь?

Этот вопрос ввел Зинаиду в размышление. Она не была яростной исследователям, впрочем, она и сама это никогда не утверждала. Просто она знала, знала то, что знание дала ей Алиса.

–Нет, я не исследователь.

–Тогда откуда Вы все это знаете?

Зинаида снова закурила сигарету. Со стороны казалось, что она нервничает.

–Просто я слышала от знакомых о таких случаях в их жизни. Не только у меня есть скелет в шкафу, скелеты в шкафу есть у любого человека в этом мире.

–Да, это так.

Зинаида продолжила.

–Мы держим свои скелеты под надежным замком, и никто не отопрет их.

Тут Роберт спросил:

–Твой скелет в шкафу эта Алиса?

Та, увильнув от ответа, сказала:

–Мои скелеты, это мои скелеты в шкафу, и обсуждать их с кем бы то ни было я не намереваюсь.

Роберт больше ни спрашивал ни о чем, что касалось Алисы. Он понимал, что больше Зина ничто ему не расскажет. Она курила и ее мысли были где-то далеко. Далеко от этого жуткого место, от этой квартиры, где она проживала. В общем разговор на эту тему был закончен.

–Какие планы на завтра?

Зинаида ответила.

–Еще не знаю.

–Если хочешь я отвезу тебя загород к себе на дачу.

Зинаида тотчас спросила:

–А что на даче?

–Ничего, отдохнем от мирских дел, погуляем.

Зинаида недолго думая согласилась.

–Ладно, поедим.

Роберт закончил пить чай, и Зинаида поинтересовалась, гася скуренную сигарету.

–Ты любишь живопись?

–Да, люблю.

У меня в комнате много копий полотен известных художников, посмотришь?

Роберт любил живопись. Его больше всего завораживал абстракционизм.

Они вышли из кухни и прошли через прихожую в комнату. Зинаида включила свет. Роберт осмотрелся. Эта была большая комната около пятидесяти квадратных метрах. Здесь пахло стариной. Вся обстановка была приобретена в конце пятидесятых годов. Многие вещи и мебель была приобретена у фарцовщиков. Вот старое трюмо с зеркалом. Находившиеся возле окна она отлично вписывалась в старинный сервант и гардероб конца девятнадцатого века. У другой стены стояла двуспальная кровать середины двадцатого века. Она была прочна. У третей стены стоял книжный шкаф. В нем были книги самых знаменитых и древних писателей и философов. Начиная от Аристотеля и Платона, и кончая Кантом и современными философами двадцать первого века. А вот и картины. Они притаились на той же стене где стоял книжный шкаф. Кого же тут только не было. И Сальвадор Дали, и Леонардо Да Винчи. И Айвазовский. И много, много других авторов полотен.

Зинаида сказала с восхищением за свою коллекцию копий картин.

–Не правда ли прелестно!

Роберт согласился с ней.

–Восхитительно. – он сделал паузу. – жаль, что это лишь копии.

Зинаида Развела Руками.

–Что делать? Подлинники в музеях и в частных коллекциях за рубежом, и никто не посмеет расстаться с этой красотой художественного искусство. А если расстанутся, в чем я сомневаюсь, то мне не приобрести даже самый дешевый холст. Его цена начинается от ста тысяч долларов США. Где такие деньги взять в России?

Я согласился что таких денег ни у кого нет в этой стране, и даже если найти такую сумму денег, то вряд ли получиться осуществить мечту всей жизни. Бумажная волокита и только. Да потом судись с кем бы то ни было за право владеть этим произведением искусство.

–Вот именно. – согласилась Зинаида и добавила. – пусть будут копии. Все равно душу успокаивают.

Роман легонько улыбнулся.

–Они умиротворяют.

А вот картина маленькой девочки, она висела возле одной из копий Сальвадора Дали у книжного шкафа. Ее сразу Роберт даже и не заметил. Эта была красивая девочка со светлыми волосами. Голубыми глазами, словно в них отражалась озеро, озеро глубины прекрасного детского душе завораживающей ее красоты. На заднем плане этого полотна был изображен ночной океан, звезды и месяц. Все было спокойно и умиротворенно на этом холсте. Хотя он был и без подписи автора, он был необычен. Вы спросите почему? Да никто сам толком не знал, когда смотрел на это полотно. Им казалось, что изображенная на этом холсте ребенок, что-то хотел от них. Что-то, что хотели, и они сами. Они утверждали, что уже видели эту девочку раньше, но где они ее видели и когда? Это оставалось загадкой. Роберт поинтересовался.

–Чьих кистей это произведение?

–Не знаю. – ответила Зинаида. – я приобрела ее на барахолке. Продавец так и не смог объяснить мне, от куда она у него взялась. Он тогда сказал мне, что этот портрет принесет мне счастье.

–И что, принес?

–Зинаида не поняла.

–Счастье этот портрет принес?

Та скептически пожала плечами.

–Кто его знает, черт его возьми это счастье. Моя жизнь, вся как счастье, но на оборот.

–Что ты имеешь ввиду?

–Да так. – бросила она. – ничего.

Она замолчала. Казалось, что этот разговор ей стал неприятен. Она хотела перевести разговор на иную тему, и посмотрев на стоящие у стены часы, на которых было уже два часа ночи, она сказала.

–Пора спать.

Глава-7

На следующее утро.

Роберт проснулся рано утром. Сегодня ночь он правел хорошо. Зинаида сама хотела, чтобы он остался с ней на ночь. И он остался. Впрочем, все по порядку.

Вчера, когда часы пробили два часа ночи, Зинаида уже знала, что Роберт никуда не уйдет. Она сама вчера пригласила его к себе домой. Она просто ни хотела быть одна. После смерти сестры он была сама не своя от горя. Она хотела забыться, и случай помог ей. Она познакомилась с ним. С Робертом. Статным мужчиной восточной национальности. Ее вчерашний разговор с ним о картинах и о призраке в квартире взволновал ее сердце. Смотря вчера на картину маленькой девочки с голубыми глазами, она видела в ней дочь. Дочь, которой у нее никогда уже не будет. Дело в том, что в свои годы, она не могла забеременеть. Ее женский цикл закончился раньше положенного срока. Да можно сказать, что он только подразнил ее женское начало и все. На этом дело было кончено.

Сегодня она отдалась Роберту она любила его как никогда не любила никого в своей жизни. Она хотела сегодня воскликнуть; -ПОЧЕМУ? Почему меня бог отделил от этой радости жизни? Почему он со мной так обошелся? Я что, обидела его чем-то? Почему он дал моей сестре все! У нее был ребенок, а у меня? Я не могу забеременеть! Мой цикл закончился раньше положенного срока? Эти все ПОЧЕМУ, она вопрошала их много и много раз. Она искала ответ на этот вопрос, и ни находила ответа на этот вопрос.

Роберт, проснувшись посмотрел на лежащею на кровати Зинаиду.

–Доброе утро.

Та сделала подушечки, посмотрела на Роберта.

–Доброе утро. Который час?

Роберт посмотрел на стоявшие у стены часы.

–Девять.

Зинаида приподнялась, и подвинувшись к подушке, приняла сидячее положение, при этом лежа на кровати. Она снова сделала подушечки.

–Дай мне сигарету. Он там на столике лежит пачка и зажигалка.

Роберт взял со столика, стоявшего у кровати пачку сигарет, вытащил из нее одну и подал ей эту сигарету и зажигалку. Та закурила, и отдав зажигалку Роберту, попросила ее положить на место и подать ей пепельницу. Роберт так и сделал. Затем он поинтересовался:

–Ты не забыла, что мы сегодня едим на дачу?

Зинаида посмотрела на него.

–Нет конечно, не забыла. Но у меня сегодня дела.

Роберт поинтересовался.

–Какие дела?

Зинаида затянулась сладким дымом сигаретного дыма. Казалось, что она наслаждается этим.

–Сегодня понедельник?

Роберт утвердительно махнул головой.

–Да, понедельник.

–Сегодня я записана к врачу после обеда.

Эти слова у нее слетели с ее уст как будто она волновалась. Да, она волновалась не на шутку. Где-то с месяц назад, осмотрев себя, почувствовала, что с ее телом не все в порядке. Я пока не скажу, что она обнаружила, это все потом. Сейчас она готовилась к походу в мясную поликлинику, где она была редким гостям.

Роберт поинтересовался:

–Что ни будь серьезное?

Та отмахнулась.

–Нет, просто сдам анализы, и я свободна.

Она докурила сигарету, и потушив ее сказала.

–Знаешь, я хочу заняться с тобой сексом. – она протянула поставить пепельницу на столик. – ты как не против?

Роберт поставил пепельницу на столик. Он сегодня был в настроении. Время было полно, и он согласился заняться с Зинаидой сексом.

Он поцеловал ее и, возбудив свой член он вошел в нее.

После страстного секса они оба встали с кровати. На часах было половина десятого. Пора.

Они привели себя в порядок, оделись, и перекусив что было в холодильнике. А там кроме яиц ничего не лежало, что можно было перекусить на скорою руку. Зинаида сделала яичницу и подола к столу.

Зинаида сказала:

–Я хотела б, что б ты пошел со мной.

–Ты боишься?

–Да. – призналась она. – боюсь. Никогда не боялась, а сейчас мне страшно.

И действительно, на ее лице можно было прочесть тревогу. Она боялась. Боялась, что приговор врачей будет определенно плохим. Она боялась, боялась того, что ей осталось совсем мало времени на осуществление ее планов. Планов в этой жизни, жизни которую она так любила, и от которой она хотела взять все что душе угодно.

Роберт лазского посмотрел на нее и в его взгляде она прочла поддержку с его стороны. Он как бы говорил ей, не бойся, все будет хорошо.

–Хорошо, я схожу сдобой в поликлинику.

Зинаида облегченно вздохнула.

–Спасибо.

Они доели яичницу и выйдя из-за стола они направились в прихожею. Там они оделись, Зинаида взяла уже приготовленную вчера сумочку, и накинув ее на плечо вышла из квартиры, а за ней Роберт.

Она заперла дверь на замок, спустились во двор.

Роберт спросил:

–Куда идти?

–К автобусу.

И вот мы теперь перенеслись в одну из московских поликлиник. В общем поликлиник ничем не отличается от других.

И так, подойдя к окошку регистратуры, Зинаида сказала, что она записана на сегодня к гинекологу.

Старая, потрепанная жизнью регистраторша была не дружелюбной со всеми посетителями этой поликлиники. Он сидела в этой регистратуре уже много лет, и получала около десяти тысяч рублей в месяц. За свою жизнь она ни от кого ни услышала ни одного доброго слово. Только все стремились на орать на нее и обвинить в торговли талонами из-под полы. Может это и так, я это и не утверждаю, и не опровергаю. Но посудите сами, как можно прожить на такую нищенскую зарплату. Сейчас она читала газету, где было написана статья о достижениях российской медицины.

–Лучше б зарплату повисели. – ворчала она. – на бумаге все хороши, а в деле?

Тут Зинаида снова попросила записать ее к доктору, и напомнила, что она уже говорила, что ей назначено.

Регистраторша подняла лицо и уловив запах табачного дыма проворчала.

–Какого черта ходить по врачам, если сами свое здоровье не бережете. – она встала со стула, и взяв полюс и паспорт, поинтересовалась. – талон есть?

Эти ее слова прозвучали как плевок. Плевок в сторону пришедшей на обследование пациентки.

Зинаида поморщилась и таким же грубым тоном проворчала.

–В паспорте, глаза открой, старая кошелка.

Тотчас регистраторша подняла глаза. Она увидела перед собой женщину, которую знал весь округ. Эта была Даброз Зинаида Евгеньевна. Женщина тотчас посмотрела в паспорт на третью страницу, где обычно пишут имя и фамилию человека и вклеивают в нее фотографию. Там было написано Даброз Зинаида Евгеньевна и была вклеена ее фото.

Регистраторша словно хамелеон, изменилась в своем лице. Она стала добродушной, вежливой и покладистой. От былой неприязни и злобы на окружающих ее людей. Она выдавила из себя подобие улыбки, и стала похожа на жабу. Да, именно на жабу.

–Ах, это Вы Зинаида Евгеньевна, как я Вас сразу не признала?

Ее голос был на столько отвратителен что, услышав ее речь, можно было подумать, что эта говорит настоящая жаба.

Зинаида Евгеньевна нахмурилась. Она ненавидела подхалимаж. Она считала, что кто подхалимничает, тот не может адекватно быть объективным. Она считала, что эти люди все хотят положить себе в карман. Они никогда не бывают довольны. И всегда хотят от жизни больше чем им предлагает судьба. Она строга сказала.

–Да, это я. А Вы кого ждали?

Регистраторша смотрела на Зинаиду Евгеньевну и не могла ничего ей ответить. Ее взгляд, взгляд всевластной и уверенной в себе женщине говорил о многом.

Не зная что дальше ей делать, она поспешила разыскать ее карточку, и выбив компьютерный талон, отнесла медицинскую карточку доктору.

Зинаида прошла за регистраторшей, села возле ее кабинета на лаву, и одев бахилы, начала ждать вызова.

В это самое время к ней подошел Роберт. Он сел возле нее и взяв ее руку в свою, спросил:

–Как ты?

Зинаида посмотрела на него. Она почувствовала, что Роберт волнуется за нее, за женщину которую знает меньше суток.

–Все в порядке. – улыбнулась она ему. Но в ее лице все же была тревога и это он чувствовал. – все будет хорошо.

Роберт как мог подбадривал Зинаиду.

–Я рад за тебя. Рад что ты не унываешь, и знай, чтоб не сказал доктор, надо жить дальше. Жить дальше чего б тебе это ни стоило.

–Спасибо Роберт.

В этот время над дверью зажглась лампочка.

«ВХОИТЕ»

Они вместе подняли голову вверх и посмотрели на лампочку.

–Иди. – сказал Роберт. – и помни мои слова.

–Я помню. – ответила Зинаида и встав со скамейки подошла к двери, приоткрыла ее. – можно?

В ответ она услышала мужской голос врача-гинеколога.

–Входите.

Зинаида вошла в кабинет доктора.

–Здравствуйте доктор.

–Здравствуйте Зинаида Евгеньевна. Проходите, садитесь.

Зинаида прошла к столу, за которым сидел врач. Это был мужчина уже в годах. У него были карие глаза, темные волосы, зачесанные на бок. Он носил бороду и усы. С кисти руки были видны волосяной покров.

Зинаиде как женщине нравился такой тип мужчин. Они были для нее как пчела летящие на цветок, чтобы собрать в свой мешочек пыльцу.

Напротив сидела медсестра. Она была шатенка с привлекательными формами. Ее грудь большая и упругая всегда подчеркивала ее женскую сексуальность.

Зинаида села за стол подле врача, и сказала:

–Доктор, я давно не была у гинеколога, и не знаю с чего начать.

Доктор заглянул в ее медицинскую карточку, и прочтя в ней то, что у нее уже нет критических дней, спросил:

–Как Ваше общее состояние?

–Хорошо доктор, не жалуюсь. – она сделала паузу. -только мне кажется у меня уплотнение в груди.

–Когда Вы это заметили?

–Примерно с месяц тому назад.

–А почему раньше не пришли?

–Не могла.

–Хорошо, раздевайтесь. Идите за ширму, я Вас осмотрю.

Женщина зашла за ширму, сняла платье, и легла на кушетку.

–Я готова.

Доктор осмотрел ее левую, а затем правою грудь, спросил:

–Вы в последнее время тревожили свою грудь?

Зинаида не поняла. Она никогда не тревожила свою грудь. Всегда носила лифчик, всегда охраняла ее от лишнего прикосновение.

–Я Вас не понимаю?

–Ладно, спрошу по-другому. Во время полового акта, Вы даете своему партнеру теребить или делать что еще с Вашей грудью?

Зинаида была в недоумении.

–Это что, может быть причиной?

–Да. – ответил доктор. – так же как может это заболевание передающиеся по наследству. У Вас в семье кто ни будь болел раком, или раком груди?

–Да. – призналась Зинаида. – моя бабушка умерла от этого заболевание.

Доктор задумался. В эту минуту он решал, что дальше? Что делать с этой женщиной. У нее было уплотнение в обоих грудях. И с этим ничего нельзя было поделать.

Зинаида спросила:

–Доктор, может это связано с моими гармонными?

–Что с гормонами?

–Вы читали в карточке, что у меня месячные закончились преждевременно, может это из-за этого?

Доктор ответил.

–Нет, не из-за этого. Многие женщины в расцвете своих сексуальных сил, страдают этим заболеванием. – он сделал паузу. – знаете, что, давайте за одно я посмотрю Вашу матку, а затем я приму решение по общему состоянию Вашего здоровья.

Зинаида согласилась.

–Елизавета Георгиевна помогите.

За ширму зашла медсестра.

Зинаида села в кресло где обследовали женщин. Она приняла нужную в этом случае позу, и доктор вместе с Елизаветой Георгиевной начали обследование.

Закончив процедуру, доктор сказал:

–Можете одеваться.

Нетерпеливо Зинаида спросила:

–Доктор, ну как?

Доктор тяжело вздохнул.

–Плохо.

Зинаида встала с кресло, оделась. Она подошла к столу, за котором сидел доктор. Села возле него.

У нее сейчас было скверное настроение. Эта неопределенность в ее жизни. Она уже знала, что ее здоровье было плохое. Она готовилась к худшему в своей жизни, и стрепетом ждала приговора врача.

–Доктор, скажите честно, так уж плохо?

Доктор посмотрел на Зинаиду, и тяжело вздохнул.

–Не буду утверждать, но Ваше здоровье плохое. Я не могу сказать определенно, что с Вами такое? Сейчас я дам направление на анализы. Вы сдадите биохимический анализ крови, кровь, сделаете монографию и узи матки. Так же я напишу Вам направление на флюорографию. Когда Вы сделаете все эти анализы, придете ко мне, и тогда мы решим, что делать дальше. Да, советую Вам не тянуть с анализами.

Зинаида угрюмо ответила:

–Я понимаю.

Доктор улыбнулся.

–Что Вы, расстроились? – подбадривал он ее. – не расстраиваетесь, все будет хорошо!

Зинаида посмотрела на доктора.

–Вы уверены?

Доктору было неприятно лгать своим пациентом. Он считал что пациенты должны знать правду. Правду какая горькой она не была. Но сейчас был иной случай. Если догадки врача окажутся правдой, то он вынужден будет сообщить ей об этом. Но сейчас? Он мог только предположить. Окончательный анализ будет поставлен после всех анализов. Он сказал.

–Сдайте анализы, а там будет видно.

Зинаида взяла направление на все анализы и вышла из кабинета доктора.

Медсестра спросила:

–Что с ней?

–Если я прав. – отвечал доктор. – то ей осталось не долго.

–Что же у нее?

–Кроме того, что уплотнение на обоих грудях, у нее еще уплотнение в матке.

–Хотите сказать…?

Доктор как будто подтвердил.

–Совершенно верно. Рак.

Выйдя из кабинета доктора, Зинаида села на скамейку. Рядом сидел ждавший ее Роберт. Увидев Зинаиду, он сразу же понял, что, что-то не так. Что-то произошло в этом кабинете. Он поинтересовался, что произошло?

Зинаида ответила:

–Ничего особенного. – она тяжело вздохнула. – просто я буду уже не женщиной. Она заплакала.

Роберт не понимал, что произошло.

–Да что там случилось черт побери? – он обнял Зинаиду.

–Ничего. – отвечала она. – просто мне будет скоро вынесен приговор.

Роберт поинтересовался.

–Какой приговор?

Она сказала.

–Это зависит от этих анализов. – она показала ему направление и добавила. – дача отменяется.

Роберт сочувственно посмотрел на нее.

–Ты примешь мою помощь?

–Нет. Это я должна пройти самостоятельно.

–Ну все же я помогу преодолеть тебе это.

Зинаида ласково посмотрела на него.

–Почему ты это делаешь?

–Моя мама умерла от рака груди. Так что я знаю, о чем говорю. Я видел ее страдание, и… – тут он запнулся.

Зинаида сказала:

–Ах, как ты добр. Я понимаю тебя. Хорошо, если ты этого хочешь; -я согласна чтобы ты сопровождал меня. – они встали с лавки и направились к выходу. – сопровождать и только.

Роберт улыбнулся.

–Конечно ты права. Я буду тебя только сопровождать. И как будто пошутил. – я же не войду в кабинет к гинекологу?

Зинаида улыбнулась. Они вышли на улицу и Зинаида достав из кармана куртки пачку сигарет, извлекла из нее одну и положив ее обратно в карман куртки, достала зажигалку и закурила.

–Знаешь. – сказала она, убирая зажигалку обратно в карман куртке и вдыхая смог сигаретного дыма, и наслаждаясь им. – я хочу пойти погулять.

–Куда?

Зинаида бросила.

–Все равно. Лишь бы отвлечься от сегодняшнего посещение врача.

Роберт предложил пойти на пляж, искупаться.

–Хорошо. – сказала она. – я согласна. Только в магазин надо зайти?

–Зачем?

Зинаида удивленно посмотрела на Роберта.

–Как зачем? Мне нужно купальник купить. Если мужчины могут плавать и в трусах, и в плавках, то к женщинам это не относиться. Им всегда нужен купальник.

Мужчина осторожно предложил.

–Тогда давай сначала заедим к тебе домой. Возьмешь купальник?

Зинаида согласилась.

Глава-8

И снова мы в квартире у Зинаиды. Роберт со своей спутницей вернулись сюда чтобы Зинаида могла взять свой купальник, чтобы пойти на пляж искупаться. Но вот не задача, на улице испортилась погода. Грянул гром, сверкнула молния, и с неба полились капли слез. Они лились све быстрей и быстрей, пока не превратились в сплошной дождь. Стало душно. Зинаида открыла форточку. Она посмотрела на Роберта, сказала:

–Дождь. – она вздохнула полной грудью. – хорошо.

Роберт подошел к ней и положив ей руку на плечо, восхитился этой погодой.

–Прекрасно! Я люблю такой дождь. Мне кажется что он смывает все горести и печали с нашей земли. После него так прекрасно на улице. Воздух будто разреженный, дышать так легко.

Зинаида слушала его внимательно. Она понимала, что перед ней стоит романтик, романтик любящей эту природу. Природу этой жизни в целом. Он был спокоен. Спокоен и умиротворен. Казалось, что ему сейчас ничего больше не надо. Он смотрел в окно и, как будто понимал, его природу. Природу дождя.

–Да, ты прав. – она смотрела в окно на этот сплошной дождь и ей было спокойно и умиротворенно. Она забыла про все свои болезни, про все все тягости и горе которые подстерегали ее на каждом шагу. Про все. Она смотрела на улицу, слышала раскаты грома, и слышала удары молнии. – сегодня отличная погода!

Стемнело довольно быстро, и не потому что вечерело, а потому что тучи закрыли солнце. Его не было видно из-под сплошных туч на небе. Это придавало небольшую загадочность и нагоняло небольшой ужас. Казалось, что эти тучи никогда не разойдутся. В какой-то миг Зинаиде стало не по себе. В ее груди что-то защемило. Что-то надавало ей дышать. Она почувствовала, что на нее кто-то смотрит. Смотрит сзади ее, смотрит прямо на нее. Она оглянулась и, что за черт сзади нее никого не было. Она никого не видела. Просто никого. Только мрачную темень, темень которую в дом принес этот дождь. Она прижалась к Роберту и сказала:

–Мне страшно.

Роберт посмотрел на нее. Он увидел, что ее лицо не похоже на ее лицо. Оно стало безжизненным и бледным. Казалось, что ее что-то тревожит, что-то она боится, но что? Этого он не знал.

–Что с тобой? На тебе лица нет?

Зинаида обернулась и никого не увидев сказала:

–Мне страшно?

Роберт не понимал, что происходит, он смотрел на нее и задавался одним и тем же вопросом; -что происходит?

–От чего?

–Мне кажется, что в моей квартире кто-то есть по мимо нас двоих?

–Кто?

–Я не знаю.

Роберт бросил взгляд на комнату где они находились, и в это самое время сверкнула молния и в центре комнаты он увидел силуэт маленькой девочки. Она смотрела на него и в ее взгляде было что-то зловещие. Он как бы хотела ему сказать; -пошел прочь, она моя. Тут девочка исчезла. Что-то зловещие и ужасное осталось после нее. Он чувствовал, что что-то он видел, и это было не видение, а что-то настоящие, что-то зловещие, что наводила ужас и страх. Он отошел от Зинаиды. Сам не зная почему, он направился к картинам. Висевшие на стене, они сейчас выглядели жидковатыми. Его взор упал на одну картину. Ту самою девочку, которую он видел вчера на этом холсте. Эта девочка была красивая. У нее были светлые волосы. Голубые глаза, словно в них отражалась озеро, озеро глубины прекрасного детского душе завораживающей ее красоты. Она была прекрасна, прекрасна как цветок. Но вот снова сверкнула молния, и Роберт увидел на мгновение, что во взгляде этой девочки было что-то зловещие. Что-то, что ужасало и страшило. Что-то, что необъяснимо завораживающее и отталкивающее. Он был в ужасе. В ужасе перед тем, что он видел. Он посмотрел на стоящею у окна Зинаиду и, что за черт? Ее глаза? Что с ее глазами? Они горят. Горят как алым пламенем. Она смотрела на меня и шипела. Шипела так, что со стороны казалось что, это совсем не она, а кто-то, кого он совсем не знает.

–Оставь меня в покое, видишь какая я красавица! А кто ты? Никчемный и глупый мужлан. Мужлан способный лишь отъехать это тело и все. А со мной ей будет хорошо. – она подошла к нему, и он увидел прекрасное лицо. Оно было похоже на лицо ангела. Все было при ней, красивые глаза, красивое лицо. Ее грудь стала еще сексуальней и упитанной чем была на самом деле. Она прошептала мне на ухо. – хочешь, трахни меня. Я хочу, чтобы ты меня трахнул. – она извивалась у лица Роберта словно змея. Она ласково шипела. – не стоит она тебя, Зинаида. Она все равно умрет, она не жилец на этом свете в отличии от меня.

Роберт, придя в чувство и набравшись смелости спросил:

–Кто ты?

Женщина усмехнулась.

–Кто Я? Ты уж должен знать кто я? – затем она поцеловала Роберта, и тот почувствовал привкус сладкого яда. Затем она отошла от него и, взяв со столько пачку сигарет сказала. – я с подвигла ее на это. Прекрасно. Она скоро умрет, и я возрожусь в ней как это было раньше. Ведешь, это тело уже в моей власти, не мешай мне. Не мешай и останешься в живых. Ты это знаешь. Чувствуешь сам, и знаешь, что я права. Ты не любишь ее так как я.

Роберт усмехнулся.

–Раз ты ее любишь, ты не стала убивать ее. Люди, которые любят не причиняют зла любимым. Ты говоришь, что ее любишь? Нет, эта ложь! Ты ее не любишь.

–Нет люблю. – опротестовала она. – я ее храню от зла.

–И при этом убиваешь?

–Нет. Ты ошибаешься. Я ее не убиваю. – она сделала паузу. – иногда смерть выход.

–Выход из чего?

–Из всех бед. – уныла сказала она. – меня тоже когда-то любили. – говорила она. – но любовь их была не искренней. Они любили меня за мои украшение. Их еще называют проклятыми украшениями Лозань. Люди, хотели заполучить эти украшение, и все умирали. Умирали потому что, эти украшение они приносят им одни страдание. Так и с этим человеком. Зинаида была одержима. Она хотела власти, и она ее получила. Как-то раз она проболталась своей сестре о этих украшениях. Сестра захотела их у нее отнять, и она ее убила. Теперь украшение у Галины. Да, ты ведь это хотел знать Наир. Да, я знаю, как тебя зовут, и просто скажу. Ромашов Дмитрий Георгиевич был прав, когда сомневался в этой женщине. – она сделала паузу. – Ну Наир скажи, как же меня звать?

Наир ужаснулся. Да, это она, Алиса? Алиса, но как это вообще возможно. Эта же Зинаида, Зинаида и никто больше. Неужели она сошла с ума? Рехнулась? Не ужели у нее шизофрения. У этой женщины шизофрения, раздвоение личности? Возможно это так оно и есть. У этой женщины шизофрения.

–Алиса? Но как это возможно? Тебя же нет? Ты мертва?

Женщина усмехнулась.

–Мертва? Я никогда не умру. Я лишь только то, что в этом теле и ничего больше. Я эта она, а она эта я. Мы одно целое.

Наир не мог поверить сказанному этой женщиной. Он смотрел на нее и не мог поверить тому что она ему сказала. Перед ним стояла Зинаида, Зинаида, а ни как ни Алиса.

–Но как это возможно?

Женщина ответила.

–Просто. Мне дана возможность путешествовать. Но одно мне не подвластно, я не могу обрести покой. Покой навсегда.

Наир понимающе посмотрел на женщину.

–Почему?

–Из-за украшений. Эти украшение Лозань. Они держат меня в этой темнице на этой планете. Я не могу улететь от сюда. Не могу потому что я привязана к этим украшениям. Украшениям Лозань.

–И где они сейчас?

–У этой женщины. Она ими сейчас владеет. Но я не могу взять их, так-как они не могут быть унесены или украдены. Они должны быть подарены или переданы по наследству. Но я еще ни разу не видела ни того ни другого. Они только убивают людей и только.

–Ты хочешь, чтобы я тебе помог?

Женщина прошипела:

–Да, хочу. И за это я тебя отблагодарю.

–Чем же?

–Я верну тебе твою дочь.

Тут она закурила, и у нее в этот миг научились судороги. Она упала на кровать и начала биться в конвульсиях. Роберт подбежал к ней и схватив ее за руки начел ее держать. Но вот ее конвульсии прекратились, и женщина пришла в себя. На него смотрел все тот же женский взгляд. Взгляд женщины, страдавшей от неизвестности. Женщины, которая вот-вот может скончаться. Она не понимающе смотрела на него, и в ее взгляде читалось что-то такое, что она не понимала. Она лежала на кровати, на ней лежал Роберт, и это выглядело как… в прочем я не буду говорить, как это все выглядело со стороны. Вы и сами, наверное, догадались.

Зинаида ужаснулась. Она поняла, что что-то происходит. Что-то, что ей до более понятно и знакомо. Она спросила.

–Ты что делаешь?

Растерявшийся Роберт, сказал:

–Ничего.

–Тогда зачем ты на меня навалился?

Роберту не было что ответить на этот вопрос. Зная правду, она вряд ли поверила тому, что он ей сказал. И он ответил первое что пришло ему на мысль.

–Ничего.

При этом его лицо было озадачено и на нем читалось то, что называется растерянностью.

Зинаида спросила:

–Ты хотел изнасиловать меня?

Роберт отрицательно помотал головой, а затем спросил:

–Ты вообще помнишь как оказалась на постели, и почему у тебя в руке зажженная сигарета?

Зинаида задумалась. Она ни помнила ничего, что произошло с ней в эти часы. Ее память как будто была стерта. Время, проведенное в этой комнате, оно было попросту выброшено. У нее была амнезия.

–Знаешь, я ничего не помню.

Роберт отпустил ее, и они оба сели на кровать. Зинаида сделала затяжку, и сказала:

–Знаешь, я правда ничего не помню. Для меня сейчас было все как во сне. Мне казалось, что я не в своем теле, а где-то в небытие.

–Что значит в небытие?

Зинаида снова сделала затяжку.

–Не знаю, что и сказать. Мне казалось, что я смотрю на себя из вне. Я видела себя как бы со стороны. Я видела, как ты беседовал со мной. Беседовал в этой комнате. Но я не была в своем теле. Я знаю это точно. Тогда с кем же? С кем же ты разговаривал? С кем если я была не в своем теле?

Роберт осторожно спросил:

–Ты в этом уверена?

Зинаида ответила:

–На сто процентов.

Роберт понимал что, она ему не лжет. Она говорила истинную правду. Она ничего не помнила и ничего не знала. Она была не она, и где бы она тогда не была, она была не в своем теле, с ним разговаривал другой человек, и он это знал. Ему не хотелось говорить правду. Правду с кем он общался в это время. Кто был тот человек в теле Зинаиды. И что вообще представляет собой Алиса. Алиса, маленькая девочка. Лишенная счастье и радости. Всего что надо было в ее детском возрасте. Роберт ответил:

–Я не знаю. С кем я разговаривал.

Зинаида задала уточняющий вопрос.

–Может она назвала свое имя?

–Нет. – ответил Роберт. – она свое имя не назвала.

Но от тотчас подумал о маленькой и беззащитной девочке которая разговаривала с ним, и которая сказала ему, что может сказать где находиться его дочь. Дочь Алиса. Он задумался.

Глава-9

Где же Алиса? Думал Наир. Где же она, моя дочь? Что с тобой стало? Мало кто мог вообще знать об этом? Где сейчас Алиса? В прочем? Не ужели она это знает? Алиса из портрета? Кто она эта девочка? Алиса? Где моя дочь? На верное стоит сейчас на улице, и ждет, ждет пока кто ни будь к ней подойдет, и она предложит свои услуги этому человеку А может. – успокаивал себя Наир. – она сейчас сидит в своем офисе и работает. Да, наверное так оно и есть.

Тем временем, Алиса сидела дома смотрела телевизор. Она находилась рядом со своей дочерью, с Алисой. Она не отходила от нее ни на шаг. Вот она вышла с ней на улицу, и направилась в магазин. Везла она ее в детской коляске, с закрытом верхом. Сегодня было на улице солнечно. Солнце в зените своего могущества. На земле было не менее двадцати пяти градусов по Цельсию. Не было ни ветерка ни чего. Все замерло. Улицы так же были пусты. Словом, все сидели дома. Тем не менее Алиса со своей новорожденной дочерью шла по улице куда-то, куда она и сама не знала. Ей хотелось погулять, развеется после домашних посиделок. Посиделок любящей матери. Вот она дошла до парка. Прошла по длинные дорожки из

брусчатки и дойдя до скамейки села, и поставив коляску с права от себя расслабилась. Ей сейчас надоело все что она знала и любила. Она сейчас была рядом со своим ребенком, и это ей было достаточно. Впрочем, ей хотелось еще нечто, нечто что она не знала, что ощущала всем телом, и то, что она хотела иметь. Теперь она знала, что это такое. Она видела в своей девочки нечто большое, то, что можно было сказать, что она будет наделена не дюжей властью. Властью которая у нее была, и которой ей было так мало.

В это самое время на скамейку села рядом с ней женщина лет сорока. Она увидела малютку в коляске и с интересом поинтересовалась:

–Кто у Вас?

Алиса посмотрела на женщину и сказала.

–Девочка.

–Сколько ей?

–Месяц.

Женщина улыбнулась. Ее улыбка напоминала Алисе, что она когда-то ей так же, как и этой женщине сейчас, было интересно что, в парке гуляли со своими детьми их мамы, и она представляла себе что когда ни будь и она так же как и эти мамы будет возить в коляске ребенка. Ее собственного ребенка и ничего другого. Вот и сбылась ее мечта. Она мать, в коляске ее дочь, и она с ней.

Женщина закурила сигарету.

Алиса попросила женщину.

–Прошу Вас не курите возле моей дочери. Ей это вредно.

–Хорошо. – отвечала женщина. – не буду. – она отошла в сторону и подойдя к дереву, облокотилась на него и продолжила курить.

Алиса смотрела на курящею женщину и ей стала не по себе. Она считала, что женщине курить самое последнее дело, особенно когда? О боже? Тут Алиса заметила, что она беременна. Маленький животик выделялся на фоне ее платье. -И она курит? Что за женщины пошли, ни берегут ни себя ни своего дитя.

Женщина докурила сигарету и вернулась на скамейку.

Алиса поинтересовалась:

–Вы в положении?

Женщина небрежно бросила.

–Да, беременна.

–И когда ждете?

Она небрежно бросила.

–В апреле. – казалось, что эта женщина относилась к беременности как к чему-то не существенному она воспринимала свою беременность как должное, и считала, что она родит и там, будь что будет. – черт побери этого ребенка. – ругалась она. – другие не залетают, одна вот я залетела. И надо было мне переспать с этим кретином. Где он сейчас? Вот я Вас спрашиваю где он сейчас? – женщина была вся на нервах. Казалось, что она готова наброситься на первого встречного и разорвать его на куски, только из-за того, что он только мужчина.

Алиса видя, что женщина вся на нервах, и ей обидно за то, что ее бросили или она сама виновата, что забеременела, сказала.

–Не знаю.

–Вот и я не знаю, этот подлец воспользовался мной и в кусты.

Тут Алиса поинтересовалась.

–А он знает?

–Знает, что?

–Что Вы беременна.

–Что Вы? И понятие не имеет. Он просто уехал за границу, смыл удочки.

–А Вы знаете куда он поехал?

–Черт его знает? Просто уехал и все тут.

Алиса задумалась. Она понимала чувства этой женщины. Ведь и с ней произошла такая же или почти такая же история. Она была одна без мужа. Но в отличии от этой женщины она знала кто ее отец или предполагала. Впрочем, кто знает?

Женщина снова закурила. Она не обращала внимание что рядом стоит детская коляска, да признаться ей было все равно. Она сказала.

–Вот такие дела. – она спокойно вздохнула. – а, впрочем, будь что будет, все равно.

Алиса не поняла.

–Что все равно?

–Я была у доктора, он сказал, что аборт делать поздно. Я решила, что после того как я рожу, я откажусь от этого ребенка.

–Почему?

–Я его просто непросто не хочу. Этот ребенок мне будет только обузой.

Алиса удивилась. Как это может быть? Как можно так, как ребенок может быть обуза ребенок? Впрочем, кто знает, как мыслят люди в подобных ситуациях?

–Обузой? Ребенок не может быть обузой, это нонсенс?

Женщина не согласилась.

–Нет может. Когда хочется жить так как тебе хочется, и ни о чем не думать, то хочется. Поверти мне. Я вольная птица и мне все ни по чем.

–Да, жизнь эта трудная штука.

–Вы о чем?

–Да так, не о чем.

–И все-таки?

–Вот я, Вы думаете что у меня есть муж? Вы ошибаетесь, у меня его нет. Я знаю, что мне предстоит растить ребенка одной, и с этим ничего не поделаешь.

–Вы не знаете кто отец Вашего ребенка?

–Может и знаю, а может и нет. Это не имеет никакого значение. Я родила, а остальное не важно.

Женщина удивилась.

–Как это все может быть не важно?

–Да так и может быть, не важно. Впрочем, мне все равно кто ее отец, она моя дочь, и больше ничья. А кто считает иначе, те женщины не могут быть матерями.

–Это палочка в мой огород?

Алиса усмехнулась.

–А Вы как думаете?

Женщина умолкла.

Алиса продолжила.

–Вы считаете что Вы не справитесь с материнством, Вы ошибаетесь. Страх присущ каждому человеку без исключения. Страх понятие абстрактное. Есть множество видов страха, и у Вас лишь один из немногих.

Женщина поинтересовалась.

–Вы кто, психолог?

–Нет, я юрист. У меня своя юридическая контора.

Женщина подумала.

«Вот повезло! У нее юридическая контора. Может и мне она поможет отсудить у папани этого выбледка деньги?»

–Вы сможете мне помочь, отсудить у поддонка деньги за то, что он меня обрюхател?

–Нет.

Женщина в недоумении спросила.

–Почему?

–Вы сказали, что он уехал за границу, а во всем мире есть закон, что если человек уезжает за границу, и остается там на всегда, то он суду своей страны не подвластен.

–Я слышала о этом законе. А если принудить его вернуться?

–По какой статье?

–По статье, что он просто сволочь. – заплакала женщина. – сволочь, сволочь и есть.

Алиса тяжело вздохнула.

–К сожалению такого закона, нет.

–А жаль, сколько тогда сволочей мы призвали к ответу, кошмар, да и только. – она снова закурила сигарету и вы ругнулась. – сволочи.

Алиса посмотрела на Алису, та спала крепким сном.

–Знаете. Не бойтесь ничего, родите, а там решите, что делать дальше.

–Я уже все решила.

–Что ж. – тяжело вздохнула Алиса. – решили так решили. Но подумаете еще сто тысяч раз прежде чем принять окончательное решение.

–Это вряд ли.

Женщина посмотрела на часы, встала с лавки.

–Мне пора, заболталась я тут с Вами.

–До свидания. – тут Алиса поняла, что она так и не узнала ее имя. – как Вас зовут?

–Меня, Мария. А Вас?

–Алиса.

–Что ж Алиса еще встретимся. Я здесь каждый день в это время дышу свежим воздухом.

–Хорошо. – заверила ее Алиса, встретимся.

Мария ушла, а Алиса осталась сидеть на скамейке. Она дышала свежим воздухом, и ее ребенок в коляске тоже.

Она шла по парку в сторону стоявшей не далеко машины. Никто не знал, что эта за машина. Лишь только эта женщина знала, что эта за машина. Эта была машина ее друзей, друзей которых никто не знал. Они были не видимы. Черная машина с затемненными стеклами. Женщина подошла к машине, и открыв дверь села на переднее сидение. За рулем сидел мужчина сорока пяти лет. У него были светлые глаза, каштановые волосы. Он посмотрел на женщину и спросил.

–Что она сказала?

–Ничего.

–Как ничего?

–Так, ничего.

–Но всё-таки она что-то говорила?

Мария усмехнулась.

–Я только знаю, что она будет воспитывать ребенка и никуда ее не денет. Я знаю, что так оно и будет.

–Знаешь? Почему?

–Она очень любит свою дочь. Поверь мне, поверь.

Мотор завелся, и машина поехала.

Мария спросила.

–Мы сейчас куда?

Мужчина ответил.

–На чистые пруды, она нас ждет для доклада.

–Что ж, поехали.

Машина удалялась от парка, все дальше и дальше.

Алиса встала со скамейки, и подойдя к коляске, посмотрела на маленькие чуда, спавшие в ней Алисе, улыбнулась.

–Тебя я никому не отдам. – сказала она. – никому.

Вечерело, Алиса со своей дочерью возвращалась домой. Все было прекрасно. Все было отлично. Все было прекрасно. Вот она переступила порок дома, в тот же самое мгновение ударил гром, разверзлась молния, пролил на землю сплошной дождь.

Алиса вошла в свою квартиру, и заперев за собой дверь, прошла вместе со своей дочерью в комнату.

Глава-10

Вечерело, на улице, последний лучи солнце озаряли вечерней ракурс Москвы. Красиво и безмятежно, спокойно и умиротворенно было на улице. Роберт и Зинаида сидели на кровати. Они чувствовали что, что-то происходит, что-то непонятное, что-то неестественное. Что-то, что никто не мог понять. Какое-то чувство безысходности овладело ими. Они сидели на кровати, и им хотелось уйти из этой квартиры, уйти куда подальше, прочь от сюда. Они хотели гулять по Москве, но это было невозможно. На улице еще были слышны раскаты грома, и дождь все еще накрапывал. На улице лужи. Людей на улице не было. После дождя они усидели дома, и, наверное, пили горячий чай. Короче все было так, как и должно было быть на самом деле и никак не иначе.

Зинаида сказала.

–Мне страшно.

Да, ей было жутко и неприятно. У нее на душе скреблись кошки, что-то предчувствовала она, что-то неизбежное, что-то неестественное. Что-то, что ее страшило, и не отпускало от нее самой.

Роберту тоже было не по себе. Он видел сегодня в этой женщине совсем иного человека. Жестокую женщину, девочку как ему казалось.

–Мне страшно тоже. – признался он. – страшно за то, что я не могу защитить тебя. Защитить от того чудовище, что в тебе живет. Чудовище, которое ты никогда не увидишь и которым не можешь управлять.

–Ты о чем?

Зинаида не понимала, о чем это толкует ей Роберт. Она считала, что она ни чему не подвержена. Все прошло стороной. Все горести и несчастья, все те страдание, которые были с ней когда-то.

–Ты помнишь, что с тобой только что было, почему ты оказалась на кровати, и я лежал рядом с тобой?

Зинаида задумалась. Она действительно не знала, почему именно так произошло. Почему она очутилось на кровати, и Роберт лежал с ней.

Зинаида сказала.

–Знаешь, мне кажется, что я могу предположить что со мной было.

–Что же?

Зинаида задумалась. Она сама не знала, что сказать. Ей и не было ничего что можно было сказать. Она не знала вообще, что можно было сказать по этому поводу. Она была сама не своя.

–Ни знаю. – призналась она. – я ни знаю, что можно сказать.

–И я тоже. – признался Роберт. – я ни знаю, как тебе помочь, пока ты мне ничего не расскажешь. Расскажи мне все. И может я если смогу тебе помогу.

Зинаида тяжело вздохнула.

–Не поможешь. – сказала она. – мне нельзя помочь, я уже покойник.

–С чего ты это взяла?

–Просто знаю. – ответила женщина. – просто знаю. Она подошла к окну, повернулась к Роберту. – знаешь, все чего я в этой жизни добилась, все это благодаря лишь одному.

–Чему же?

Зинаида закурила сигарету. Тяжело вздохнула, сказала.

–Разве это уж так важно?

Роберт посмотрел на нее, и тяжело вздохнул. Он что-то увидел в ее глазах, что-то, что было невозможно уловить. Он понимал, что она хочет об этом больше не говорить, она хотела забыть все это, и он это понимал. Он ответил.

–Может ты и права, это мне знать не обязательно, но всю свою жизнь ходить с этим, тоже мало приятного.

Она сделала затяжку.

–Ты прав Роберт. Держать это в себе мало приятно.

–Может об этом поговоришь?

–С кем? Вот ты скажи мне, с кем об этом поговорить? Никто не поверит всему сказанному.

Роберт предположил.

–А если поверят? Что тогда?

Зинаида снова сделала затяжку.

–Это вряд ли? – сказала она с горечью. – во все это поверить невозможно по той простой причине, что это просто безумие!?

Роберт спросил.

–Ты считаешь себя безумной?

–А как сам думаешь?

Роберт внимательно посмотрел на нее. Он все это время анализировал ее, старался понять, одержима она своей одержимостью, одержимостью видеть в себе другую женщину или даже девочку, девочку вот из этой картины, висевшей на стене в ее комнате. Он сказал.

–Я не знаю.

–К сожалению, и я вот не знаю. – тяжело вздохнула она. – не знаю потому что не хочу знать или боюсь то, что я узнаю.

Затаив дыхание Роберт осторожно спросил.

–Что ты боишься, что ты узнаешь?

Она, сделав еще одну затяжку, потушила сигарету.

–Я боюсь, что я это совсем ни я, а кто-то другой. Кто-то, кто сидит в этом теле и дает приказы. Кто-то, кто знает меня лучше, чем я сама.

Эти слова веяли страхом. Роберт хотел что-то сказать, но он не мог ничего сказать. Не мог ни потому что не хотел что-то сказать, а потому что боялся что-то сказать. Он видел в этой женщине двух людей, взрослую Зинаиду, и маленькую девочку Алису. Кто над кем здесь брал верх? Этого он конечно не знал. Он встал с кровати, подошел к ней, поцеловал. Он хотел запомнить ее поцелуй. Он видел перед собой женщину, женщину которой нужна помощь, и не просто нужна, она ей необходима.

Женщина спросила.

–Я тебе нравлюсь?

–Да. – ответил тот. – нравишься.

–Нравлюсь такая какая я есть?

–Да.

Женщина поцеловала его в ответ.

–Знаешь, никто еще не… – тут в нее будто что-то вселилась. Она стала жестокой, казалось будто в нее вселился дьявол. Ее глаза загорелись, и в них снова был виден тот жестокий и коварно зловещий взгляд, который он видел в глазах Алисы, Алисы с картины на стене. Она оттолкнула его от себя, и тот пролетев всю комнату, упал на кровать. Женщина подошла к нему, и сняв с себя одежду, набросилась на него как нападает львица на свою добычу. Мужчина не на шутку испугался. Он видел в этой женщине безумство, безумство, сопровождающее стремлением взять над ним верх, завладеть им и насладиться им. Она раздела его, и возбудив его фамос, вошла в него. – скажи? – оскалив свои зубы спросила она. – я лучше этой суки? Что ты в ней нашел?

Не зная, что ответить, он сказал первое что пришло ему на ум.

–Она не жестока как ты, Алиса?

Женщина зловещи улыбнулась.

–Нет, я не жестока. Я справедлива. За то, что она сделала надо платить. – она поцеловала Наира. – знаешь, я всегда мечтала, чтобы меня трахнул взрослый мужик, ни мальчик, а настоящий мужик.

От этих слов он пришел в ужас. Он никогда не мог предположить, что будет заниматься сексом с невесть с кем, а тем более так.

–Сколько же тебе лет?

Она снова поцеловала его.

–Много. – ответила она. – эта я на этой картине выгляжу как девочка, на самом деле мне достаточно много лет. Я старше чем можно себе представить. И поверь Наир, лучше не знать сколько мне лет.

Наир задумался. Он не знал, что вообще можно было ответить, да нужно ли это было? Сейчас он наслаждался тем, что Алиса в теле этой женщине ему дала. Он, как это было не жестока по отношению к Зинаиде, был удовлетворен сексуальными фантазиями Алисы. Он забыл о ней, забыл о Зинаиде, он хотел только ее, только эту плоть, плоть в которой находилась Алиса.

Закончив половой акт, оба были довольны тем, что с ними сейчас произошло. Они были удовлетворены друг-другом. Алиса спросила.

–Ну как, я тебе нравлюсь?

Наир посмотрел на нее. Она смотрела на него ласковым взглядом. Она казалась сама душа. Простая любящая женщина, что еще надо?

–Да. – сказал он. – нравишься?

–А она?

–Тоже.

–И? Кто из нас больше тебе нравиться? Я или она?

Наир задумался. Он не знал, что сказать. Ему нравились обе женщины, пусть даже у одной из них было раздвоение личности. Но он никого из них не любил. Эта была только его работой, работой Ромашова Дмитрия Георгиевича и ничего больше.

–Сказать правду.

–Да.

–Вы мне обе нравитесь по-своему, но люблю я другого человека.

–Понимаю. – ответила женщина. – я конечно не могу не спросить, кто именно из нас двоих тебе нравятся больше другой?

Наир задумался, он ни хотел ошибиться. Он знал, что сейчас, пока Алиса в теле Зинаиды, то от нее можно ждать все что угодно, и даже большего.

–Ты. – ответил Наир. – Ты мне нравишься больше чем она.

Алиса пристально посмотрела на него, и оценив его фразу, поняла, что он лжет. Лжет потому что ни хотел получить от нее. Но это ему не помогло. Она льстива улыбнулась.

–Лжец, ах какой ты лжец. Конечно эта сволочь нравиться тебе больше чем я? Но я не понимаю почему? Ведь она эта я?

Наир жалостно посмотрел на нее.

–Она мягче, и не так жестока, как ты.

Лучше б Наир этого не говорил. Алиса залепила ему оплеуху, глаза ее стали безжалостными, в них он видел ненависть и злость. Она на него кричала, кричала так громко, что от одного ее крика можно было сойти с ума.

–Эта я-то жестокая? Ты не видел, что вообще такое жестокость. Я не жестокая, вот Зинаида, эта сволочь, вот она жестокая, а я нет, я мягкая. И скажи, что это ни так?

Испугавшись что сейчас Алиса просто убьет его, или вытрясет всю душу, он поспешил сказать, что эта она мягкосердечная.

Она продолжала кричать.

–Лжешь сволочь! Ты лжешь! Ты хочешь уверить меня что это я мягче, чтобы я успокоилась? Нет, этот номер у тебя не пройдет, ты выбрал ее, не меня. Почему?

Наир понимал, что он вынужден будет ответить на поставленный ему вопрос. Он страшился, а сейчас боялся эту женщину. Когда он получил задание, он и никто не знал, что произойдёт на самом деле. И теперь Наир сомневался, кто убил Галину? Зинаида или Алиса в ее теле? На свой страх и риск он спросил:

–Алиса, эта ты убила Галину?

Та рассмеялась ему прямо в лицо. Она почувствовала что, что-то меняется в ней, что-то покидает ее и какая-то сила вопреки ее воле входит в это тело. Она простонала.

–Зинаида.

Это слово она произнесла словно провыла. Провыла так, словно волк выл на луну. Затем ее тело извилось, словно змея, и затем по всему телу прошла судорога. Вот, и она, Зинаида. Она лежала на кровати. В голове у нее был беспорядок, она открыла глаза, увидела Роберта, лежащего с ней на кровати, затем она посмотрела на себя, и увидев себя абсолютно нагой, спросила:

–Что произошло? – она привстала и сев на кровати в полу лежачем положении поинтересовалась. – мы что занимались сексом? – она взялась за болевшею голову своими руками. – как болит голова, раскалывается на две части. – она посмотрела на Роберта. – мы что, занимались сексом?…

Роберт внимательно смотрел на нее, он пытался понять, что происходит с ее психикой, способна она понять, то что с ней только что произошло? Способна она рационально мыслить и отдавать себе отчет за то, что происходит с ней в реальности и в ее другом сознании реального для нее или для кого-то другого ее личной реальности. Да и вообще, что вообще происходит с ней, когда она становиться Алисой? Другим лицом в этом теле. Что это? ШИЗОФРИНИЯ? Может это лишь ее второе я? Я от которого она не может избавиться? Но тогда возникает вопрос, кто ей мешает избавиться от того, кто ей повелевает? В чем причина такого раздвоение личности? В чем ее первопричина?

Зинаида продолжала спрашивать.

–… или ты меня изнасиловал? – она пристально посмотрела Роберту в глаза, и ему стало жутко от ее взгляда. В нем было видно смятение, непонимание, и вопрос. Вопрос, на который он должен был ответить. Она просто требовала ответа на этот вопрос.

–Нет, я тебя не насиловал. Ты сама занялась со мной сексом. Разве ты этого не помнишь?

Зинаида пыталась вспомнить то, что произошло сейчас с ней. Она задавала себе один и тот же вопрос; -почему я ничего не помню, что со мной? Я что сошла с ума? – эти вопросы мучили ее и, она не могла найти на них ответа. Она просто не могла сопоставить все факты. Она просто их ни помнила.

–Нет. – ответила она, держась за голову, которая у нее раскалывалась на две части. – я ничего не помню…

И верно, она не могла ничего вспомнить, ведь ее не было в том теле где находилась Алиса. Они были друг друга замещающие личности. Кто же была истинной этого душевного состояние? Зинаида или ее вторая реальность Алиса?

Роберт смотрел на нее и ему стало жаль ее. Она была человеком запутавшемся в себе как в личности. Кто она была на самом деле? Этого он не знал.

–… принеси Пенталгин, пожалуйста.

Роберт сначала не понял, что она сказала. Он был погружен в раздумье.

–Что?

Зинаида снова попросила его.

–Принеси Пенталгин, он находиться в той тумбочке. – она с трудом показала рукой на тумбочку, и добавила словно моля. – быстрей, пожалуйста!

Роберт встал с кровати, подошел к тумбочке, открыв ее нашел коробку с лекарствами, и взяв пластину выжил из нее одну таблетку. Затем отдал ее Зинаиде.

Она попросила.

–Принеси воды.

Роберт пошел в кухню за стаканом воды. Вернувшись он увидел, что Зинаида закурила. Он отдал ей стакан воды. На его лице было неподдельное удивление.

–Ты куришь?

Зинаида выпила таблетку Пенталгина, и протянув ему пустой стакан сказала:

–Да, курю.

–Но зачем? У тебя и так голова болит, и ты вообще ничего не помнишь.

Зинаида сделала затяжку.

–Это так. Но курение меня успокаивает…

Она снова сделала затяжку.

–… знаешь, ты можешь не поверить, но это единственный способ забыться.

–Забыться, о чем? – не понял Роберт. – что ты имеешь ввиду?

Зинаида сделала затяжку.

–Не важно. – она встала с кровати, потушила сигарету, надела платье. – я могла бы сказать тебе то, от чего я такая, но этого я делать не стану. – она закурила еще одну сигарету. – я знаю, ты упрекаешь меня в том, что я курю. Но это возможно единственный способ избежать это безумие.

Роберт внимательно слушал ее и не понимал, что она имеет ввиду. Возможно она знает от чего у нее приступы этого безумие? Но тогда почему она не лечиться от него. Но может она и не знает то, что с ней происходит? Тогда почему она сказала, что это единственный способ избежать этого безумие. Что за безумие? Он не знал.

–Ты это о чем?

–Не важно. – ответила она. – ты все равно, не поверишь.

–Ну а если поверю?

Зинаида усмехнулась.

–Поверишь? Это вряд ли. Я сама не могу поверить в то, что происходит в этой квартире, что происходит со мной. А ты и вовсе не сможешь поверить в это.

Роберт не понимал.

–В чего поверить? Объясни.

–Это я не могу сказать. На этот вопрос я не могу ответить.

–Но почему?

Женщина сделала затяжку.

–Да и наша встреча возможно была ошибкой. – продолжала она. – это мой бич, бич судьбы, ее крест, и нести его только мне. Если я тебе расскажу всю правду, то все это будет с тобой до конца жизни.

Слушая ее, он пытался понять, кто она, безумная женщина или человек верующий, что кто-то вселился в нее. Он видел это ее безумие, и считал, что она не безумна, а одержима каким-то демоном, демоном вселяющейся в нее из этой картины висевшей на стене. Эта девочка, изображенная на ней, кто она? Она называет себя Алисой. Да, Алиса из легенды, из легенды проклятых украшений Лозань. Неужели они существовали на самом деле? Он знал про них легенду, и ничего больше. Он считал, что легенда это все во лишь легенда и ничего больше. Он верил, что эти украшение существуют, они прокляты, и приносят несчастье.

В случае с Зинаидой было совершенно по-другому. Она была одержима некой субстанцией или духом из этой картины. Она считала, что эта девочка владеет ею, ее делом, ее разумом. Она подчиняется ей. Она стала ее рабыней, рабыней этого холста, холста на котором изображена эта девочка. Девочка с голубыми глазами и светлыми волосами.

Роберт осторожно поинтересовался.

–Ты что-то боишься?

–Нет, я ничего не боюсь. – утвердила она. – ничего.

Роберт осторожно поинтересовался.

–А Алиса? Она что ни будь бояться?

Эти слова прозвучали из уст Роберта как приговор. Зинаида пристально посмотрела на него и в ее теле пробежали мурашки. Она видела в его глазах что он ждет ответа на поставленный им же вопрос. Нет, он не ждал ответа на поставленный им же вопрос, он требовал от нее ответа.

Она вопросила.

–Ты что, знаешь про Алису? Откуда?

Роберт признался.

–Она сама мне сказала свое имя. Она возжелала меня, возжелала в твоем теле. – затем он попросил. – расскажи мне о ней. Кто она?

Зинаида пожала плечами.

–Я не знаю.

–Ты куришь потому что хочешь, чтобы она тебя не тревожила?

Зинаида призналась.

–Это так. Но это уже мало помогает. Она прорывается в мое тело и подчиняет его себе.

Роберт тяжело вздохнул. Он понимал Зинаиду. Понимал, как никто лучше.

–Скажи честно, ты находила когда-то украшение?

Зинаида пристально посмотрела на него. Ей было непонятно откуда он знал про украшение.

–Допустим.

–И с тех пор к тебе пришла Алиса?

Сделав последнею затяжку и потушив сигарету, она призналась.

–Это так.

–И где сейчас эти драгоценности?

Женщина пожала плечами.

–Я лишь помню, как я их одела, а затем они пропали.

–Пропали? Это как?

–Я не помню.

–Вообще ничего?

–Ничего.

Это и понятно. Она ничего не помнила. Память у нее блокировалась. Блокировалась этими украшениями. Они возможно все еще на ней. Она просто забыла о них, и они попросту исчезли. В этом случае она обречена. Ее украшение не отпустят. Они привязаны к ней на веки. Они ей повелевают. Возможно это? Кто его знает? Многие из-за украшений сводили с ума. А многие так и не находя их заканчивал жизнь в нищете. Кто знает, что движет человеком, что его толкает на завладение этих камней. Жажда власти? Быть превыше всех? Царствовать над миром? Кто знает?

–Ты никогда не обращалась за помощью?

–О чем это ты?

–Я имею ввиду специалиста по голове.

Зинаида оскорбилась, она знала, что такое психиатр или кто такой психиатр. Она никогда даже не заикалась на эту тему, а тем более сходить к нему на прием? Она строго и словно укоряя его ответила.

–Я не сумасшедшая.

–Это никто не утверждает. – мы никто не сумасшедшие, но согласись, тебе нужно помощь.

Зинаида отмахнулась, сказав с усмешкой.

–Психиатра?

–Нет. – ответил тот. – психолога.

–Психолога?

–Да, именно. Я знаю одного, могу отвести.

Зинаида задумалась.

–Никакой психа прав мне не поможет. Поверь мне. Я это знаю, как никогда.

–Если надумаешь, вот его адрес. – он протянул ей бумажку с адресом психолога. – возьми, пригладиться.

Зинаида взяла клочок бумажки на которой был написан его адрес. Посмотрела и сказала.

–Чушь все это. Никто мне не поможет.

–А ты попробуй.

Женщина пристально посмотрела на Роберта. Она видела в нем нечто что она давно не видела. Эта была не забота о человеке как таковом, эта была просто жалость, жалость к ней. Она тотчас бросила эту бумажку ему в лицо, сказала.

–Жалость оставь себе, я сама как-нибудь справлюсь. Да и тебе пора, наверное. Я хочу остаться одна.

Роберт положил клочок бумажки на тумбочку.

–Не отвергай помощи. – сказал он. – я знаю, о чем говорю. Я знаю.

Он встал оделся и направился к двери. Он шел тихо, чуть переплетая ноги. Наконец он дошел до входной двери, оделся, окинул взгляд на комнату где находилась Зинаида, и крикнул.

–Не отвергай помощи. Я знаю, о чем говорю.

Затем он вышел из квартиры, и закрыл за собой дверь.

Одна, теперь она одна. Как всегда, одна в этой квартире. Она подошла к холсту, на котором была изображена девочка. И дотронувшись до картины ладонью, она почувствовала, некое привязанность к этому холсту. Она чувствовала, что эта девочка хочет что-то ей сказать, что-то прокричать, но она не знала, что.

Тут она машинально подошла к тумбочке и взяла с нее бумажку с адресом психолога, посмотрела на холст девочки, закурила сигарету, и подумала.

«ПОЧЕМУ БЫ И НЕТ?»

Она хотела избавиться, понять, как уничтожить в себе эту девочку? Свою вторую личность, свое второе я.

Тем временем Наир, он же Роберт, шел по одной из улиц Москвы, анализировал все, что она только что видел в этой квартире. Он пытался понять, действительно ли Зинаида живет в том кошмаре, который он только что видел или она просто притворяется. Но в этом случае она играла свою роль достаточно хорошо, просто замечательно. Он еще не видел никого, кто бы мог сыграть подобное. Он знал, что это никому не под силу. Хотя, как знать? Многие люди не имеющие подобного образование способны на многое, и люди у которых есть подобное образование ни способны ни на что. Вот и думай, кто есть кто? Кто актер, а кто нет. Лишь у зрителей есть возможность оценить подлинность этой игры. Игры, в которой они одни актеры и режиссер, игры в один дубль.

Глава-11

На следующее утро. Зинаида пошла в поликлинику. Ей было назначено на сегодня. Она должна была сдать все те анализы, которые ей были назначены врачом гинекологом. Она пришла в поликлинику довольно рано. К восьми тридцати утра. Народу в лабораторию было много. Сейчас он должен был открыться.

Да, это так. Зинаида хотя и считала, что скоро умрет, ее дни сочтены, она сама умирать не хотела. Сейчас она сдаст все анализы, все узи которые были назначены ее лечащим врачом. Да, после этих всех анализов, она наконец узнает, что с ней такое? Сколько ей осталось жить? Она этого не знала, и не могла знать. Не могла, потому что, она боялась, боялась признать правду. Правду, в которой ей не хотелось верить.

Сдав все анализы, она направилась на узи матки. Затем, где ей сказали, что ее дело, не так хорошо, как она думает, и написав заключение ей было сказано, чтобы она срочно проконсультировалась у специалиста.

–Я завтра делаю маммографию, а потом к врачу.

–Хорошо, не откладываете свой визит к врачу.

–Доктор, что, так плохо?

Женщина врач тяжело вздохнула.

–Честно, да, все плохо.

Со страхом в сердце и с трепетом в душе, Зинаида спросила:

–Что же у меня?

–Я не доктор, и не могу ставить окончательного анализа. Но по всему тому что я вижу, у Вас рак яичников.

Это звучала как приговор. Вот то, что она больше всего боялась. Эта приговор. Если врач подтвердит диагноз Зинаиды, то ей действительно конец. Конец ее женскому началу, она больше не будет женщиной так каковой, а еще маммография? Что она покажет на снимке? Какой приговор вынесет это исследование? Что дальше? Зинаида забрала заключение узи матки, и вышла из узи-кабинета.

Сделав узи матки и сдав все анализы, она вышла из поликлиники, и направилась бродить по городу. Она не знала куда можно было пойти. Она ходила по Москве туда и сюда. Она просто бродила, не зная куда пойти. Ей было не по себе, в какой-то момент у нее началась истерика. Она села на скамейку и заплакала. К ней подошла какая-то женщина, она спросила у нее:

–С Вами все в порядке?

Зинаида посмотрела на подошедшую к ней женщину.

–Да. – сказала она. – со мной все в порядке.

Женщина села рядом с ней, достала из своей сумочки чистый платок, и протянув его Зинаиде сказала:

–Возьмите.

Зинаида взяла платок, вытерла слезы.

Женщина спросила:

–Что с Вами?

–Ничего. – снова ответила она. – просто нервный срыв, сейчас пройдет.

–Вы уверенны, а то у меня есть успокаивающее, дать?

–Спасибо, не надо. У меня есть свой способ успокоиться. – она достала из своей сумочки пачку сигарет и зажигалку. – хотите?

–Да, спасибо.

–Женщины взяли из пачки две сигареты, прикурили, и положив пачку сигарет и зажигалку обратно в сумочку, Зинаида представилась.

–Зинаида.

–Лариса.

Зинаида глубоко вздохнула. Весь ее стресс прошел, его как рукой сняло, будто его не было никогда.

–ФУ, как хорошо!

Зинаида сделала глубокую затяжку, и выпустив струю дыма из своих губ.

Лариса, сделав затяжку спросила еще раз.

–С Вами действительно все в порядке?

Зинаида ответила:

–Да, разумеется.

Лариса чувствовала, что она лжет, с Зинаидой не все было в порядке. У нее был потерянный вид, сама она не знала, что сказать, да и говорить-то было нечего. С ней было что-то что она что она чувствовала, что с ней что-то не так, что-то с этой женщиной случилось, но что? Этого она не знала.

–Нет, с Вами что-то не так.

–Нет. – ответила Зинаида. – все так.

Лариса посмотрела на нее пристальным взглядом.

–Вряд ли? -она сделала паузу. – я понимаю, что это сложно принять, но в Вашем состоянии Вам нужен психолог.

–С чего Вы взяли, что мне нужен психолог?

Лариса улыбнулась.

–Все просто, я сама психотерапевт, и я могу определить кому из людей нужна моя помощь, а кому нет.

Зинаида задумалась, она сделала еще одну затяжку.

–И Вы считаете, что она мне нужна, с чего Вы это взяли?

–Я не буду говорить с чего я взяла, скажу просто, с Вами что-то не так, что-то тяготит Вас, что-то ни дает вам покоя.

–И что же?

–Этого я не знаю, но я точно знаю, что Вам надо просто выговориться.

Зинаида усмехнулась. Она знала, что ей надо было выговориться, но кто поверить во все то, что с ней происходит? Лишь только она одна, и никто больше. Может ее сочтут за сумасшедшую? Это вполне возможно.

–Выговориться? Может Вы и правы, но, для этого не нужен никакой психотерапевт, можно поговорить с подругой.

Лариса согласилась.

–Вы правы, со всеми проблемами, можно поделиться с подругой, но есть такие моменты, которые с подругами не обсудишь, для этого существует специалисты.

Сделав затяжку Зинаида усмехнулась.

–Вроде Вас что ли? – при этом ее улыбка напомнила оскал волка. – я не могу понять, Вам-то что за дело? Ведь Вы меня даже не знаете? Просто прохожая, да и только.

Потушив сигарету, Лариса согласилась с Зинаидой.

–Вы правы Зинаида, я лишь только прохожая, прохожая которая видела много подобных случаев истерик. Истерик, которые заканчивались для нас женщин печально. Конечно, у всех разные жизненные истории, но финал один.

–Какой?

–Они все были вынуждены признать, что самостоятельно они со своими проблемами не справятся.

–И они приходили к Вам?

–Ни только. Наша профессия достаточно популярна, и мы стараемся помочь тем, кто в нас нуждается.

Зинаида потушила сигарету.

–С сего Вы взяли что в Ваших услугах нуждаюсь именно я?

–Я это вижу. Пусть не в психоаналитике, но в подруге точно.

–И Вы хотите ею стать?

Лариса не поняла.

–Кем стать?

–Моей подругой?

–Этого я не говорила. – поспешила сказать она. – я лишь советовала Вам с кем ни будь об этом поговорить, не важно с кем, с подругой или с психоаналитиком, выскажитесь и Вам станет лучше.

Зинаида задумалась. Она не знала, что ей делать, она была в истерике из-за того, что она сегодня узнала от врача, завтра ее диагноз может подтвердиться, и тогда она потеряет все то женское начало, которое есть у каждой женщины. Она ею не будет. Она станет кем-то? Кем-то от кого все будут сторониться, все будут призирать.

Но, эта была не единственная ее проблема, проблема связанная с ее раздвоением личности оставалась, и она была куда серьезней, чем проблема связанная с ее женским состоянием здоровья.

Зинаида легонько улыбнулась.

–Нет, Вы ошибаетесь, мне не будет лучше.

–Вы так считаете?

–Да. – утвердила Зинаида. – я так считаю, и не просто считаю, я в этом уверенна.

–Что ж, жаль, что я не могу Вас убедить в обратном. – она вытащила из сумочки свою визитную карточку и протянула Зинаиде. – возьмите, если надумаете позвоните.

Зинаида взяла у Ларисы визитную карточку и положила в свою сумочку. Затем сказала:

–Я Вам ничего не обещаю.

–Я знаю.

Женщины попрощались и разошлись в разные стороны.

Лариса думала, что все же, Зинаида придет к ней на консультацию. Она хотела ей помочь, но не знала, как? Ее мать умерла от депрессии, Лариса не смогла ее вывести ее из этого состояния, и теперь в Зинаиде, она увидела туже горькую и отчаявшеюся женщину, в которой видела она свою мать.

Зинаида пыталась понять, почему Лариса предложила ей свою помощь? Она пыталась понять, что двигало ей, чувство женской доброты или ее корыстные побуждение? Впрочем, это не так и важно в данный момент, надо сосредоточиться на завтрашнем снимке. Снимке маммографии. Что он покажет? Каков его приговор?

Так она ходила по улицам Москвы довольно долго. Она не знала куда идет, где она сейчас находиться. Так она оказалась в том самом переулке где была убита Галина. Но, она ли была той покойницей, за которую все ее принимали или нет? И кто был истинным убийцей? Этого никто не знал. Этого не знала и сама Зинаида. Она смотрела на двор где произошло это преступление, и не могла понять, как произошло так, что она стала убийцей? Ведь она никого не убивала, она была не виновна. Не виновна? Этот вопрос мучил ее, она пыталась понять, кто ее убил? Она или Алиса? Алиса в плоте Зинаиде, а может Галина? Она заняла ее место. Она это тот самый человек, который убив свою сестру заняла ее место, а Алиса внушила ей, что она ни Галина, а Зинаида. Да, на это она была способна. Алиса, меняющая реальность и подчиняющая все и вся своей воле. Да, конечно, эта не она, а она, Алиса убила эту женщину? – думала Зинаида. – она в моем теле, в моих мозгах. Как так получилось, что она завладела мной? Неужели дело в тех украшениях, которые я год тому назад нашла на чистых прудах? Да, возможно это в них причина? Это так оно и есть. Я нашла эти украшение, и с тех самых пор у меня начались проблемы. Да, так оно и есть. Я помню что была совсем другой, мне только хотелось счастье, власти над всеми. Эту власть мне дали эти украшение, и с тех самых пор вся моя жизнь изменилась. Я стала более требовательной к самой себе, а затем к окружающим меня людям. Затем я стала жестокой. Мой разум помрачился, и мое сердце о жестокотилось. Я стала бессердечной. Кто меня такой сделал? Я сама или эти украшение которые я даже не знаю куда я их дела? Да, куда? Должно быть они пропали? Может они просто исчезли или я их потеряла? А может их взяла Алиса? Да, это вполне возможно. Ведь я ее не знаю. Она вселяется в меня так, как будто она это я. Это вполне возможно. – Зинаида усмехнулась. – рассказать кому не поверят. Впрочем. – она достала из сумочке визитку Ларисы, и визитку которую дал ей Роберт. Посмотрела на обе визитки и сравнила адреса. Они оказались идентичны. – что это? Проведение? Почему адрес на двух этих визитках совпадает? – этот вопрос не давал ей покоя. Она хотела понять, почему произошло в ее жизни то, что произойти в принципе невозможно. Она и? Алиса в одном лице. Она же не сумасшедшая? Все что с ней происходит реально? Реально или нет? Зинаида засомневалась. На не знала, что ей делать, куда пойти? Закурив сигарету, она покинула этот двор, двор который нагонял на нее грустные воспоминание. Она села в автобус, и поехала.

Вечерело желто золотистое солнце опустило свои последние лучи на землю. Все тихо и безмятежно было вокруг. Зинаида стояла у арки бородинской панорама, что на поклонной горе. Все было спокойно и безмятежно. Зинаида спокойно смотрела на сияющею в небе луну и о чем-то думала? Думала, как хорошо что она здесь, еще здесь живет на этой планете, в этом городе. Она одна, и больше никто. Пусть она может и не дожить до завтрашнего рассвета, все равно она сейчас была счастлива, и благодарила свою судьбу за то, что она все еще живет. Буриться со всеми невзгодами и трудностями, которые обрушились на ее голову. Да, она это знала, что ей осталось совсем немного. Отведенное ей время истекало. Завтра будет все ясно, завтра она узнает, сколько еще ей осталось жить на этом свете.

Тем временем кто-то незримо наблюдал за Зинаидой, кто-то шел за ней по ее следу. Этот человек был никому неизвестен. Он был одет абсолютно в черное. Его лица не было видно. Этот человек был призрак, призрак Москвы. Никто не знал кто он. Никто не видел его. Его звали Тень.

Глава-12

Она пришла к себе домой. Разделась, прошла в комнату. Там было тихо и спокойно. Никто ни шумел, никто не тревожил ее. Она была одна, одна в своей квартире. За окном нахмурились тучи, становилось душно, и Зинаида открыла форточку. В комнату влетел чистый воздух приближающегося дождя. Она села в кресло, включила телевизор. Там транслировали фильм Ночной портье. Зинаида подумала, что этот фильм просто замечательный. Она любила подобные фильмы, и считала, что они были одни из наилучших фильмов двадцатого века. В этих фильмах была неподдельная любовь двух героев. Они любили друг друга, и готовы были пожертвовать собой ради счастье другого. Впрочем, это лишь мнение Зинаиды. Другие люди могут считать иначе. У каждого своего мнения переплетение сюжета героев их судеб.

В этот самый миг она услышала чей-то детский голос. Он спросил:

–Ты веришь этому сюжету? – Зинаида оглянулась, никого. Никого не было вокруг нее. Она подумала, что ей почудилось, и не обратив на этот голос внутри ее подсознание, закурила сигарету, успокаивая себя, что ей этот голос только причудился. Никого в этой комнате кроме нее не было. Но вот голос снова сказал. – это не сумасшествие, это все реальность. – не понимая откуда доноситься голос, Зинаида оглянулась, и никого не увидев, встала с кресло и выйдя из комнаты в прихожею, обследовала всю свою квартиру. Никого. Что это? Бред? Я слышу детский голос, откуда он? Я не сумасшедшая, и никогда ей не была. Я та, кто я есть. Голос сказал. – не бойся, ты меня знаешь.

С трепетом в душе Зинаида спросила:

–Кто ты?

Голос усмехнулся.

–Я? А ты не узнаешь меня?

–Нет, не узнаю. Кто ты?

–Алиса.

–Алиса?

–Да. – подтвердил голос. – я Алиса.

–Где ты? – не могла понять Зинаида откуда все-таки доносился этот голос, из ее головы, ее подсознание или от куда еще?

–Ты где, Алиса?

–Здесь. – ответил голос. – в этой комнате.

Зинаида снова обследовала свою жилплощадь, и никого не обнаружив воскликнула с пронзительно отчаянным криком.

–Где ты!? Черт тебя побери.

Голос внутри нее сказал.

–Посмотрись в зеркало в гардеробе.

Зинаида прошла в комнату, подошла к гардеробу, и открыла дверцу, на которой с внутренней стороны висело зеркало. Она посмотрела в него, и, что же она в нем увидела? На нее из зеркала смотрела маленькая девочка с голубыми глазами и светлыми волосами. Она на была совсем не страшная. Милая и прекрасный ребенок.

Зинаида посмотрела на холст где как ей казалось, и она была в этом уверенна, что на холсте должна была быть изображена девочка и голубыми глазами, и светлыми волосами, но никого на нем изображено не было. Холст был пуст. На нем ничего изображено не было, только пустота. Зинаида пристально посмотрела в зеркала, и снова увидев в нем не себя, а Алиса поинтересовалась.

–Что тебе надо?

Алиса жестоко улыбнулась, в ее улыбке была видна насмешка, насмешка над поставленным ей вопросом. Как же она не понимает, что ей надо? Как можно быть такой глупой и недальновидной, чтобы понять одну вещь. Алисе нужна была она, Зинаида. Точнее ее плоть.

–Ты.

Зинаида удивилась.

–Я? Зачем?

–Это мое дело, тебе этого знать не обязательно. – она сделала паузу, а затем продолжила. – ты хотела получить то, что хотела, ты насладилась властью и деньгами. Что ж, теперь моя очередь взять должок. Все кто находят украшение Лозань, платят непомерную для себя цену. Ты не исключение. Скоро ты умрешь, и я займу твое место.

–Займешь мое место? – не понимала Зинаида. – но как?

Тогда, когда ты взяла эти украшение, ты уже была больна, это был вопрос времени. Ты не пожелала чтобы кто ни будь исцелил тебя, дал тебе здоровье, нет, ты пожелала власти, власти и ничего кроме власти. А за власть всегда надо платить по щитам.

Эти слова, произнесенные ей как Алисой, заставили Зинаиду задуматься. – что если она права? Что если она не лжет? Я всегда хотела власти. И я ее получила, получила, но какой ценой? Впрочем, я этого может и хотела. Хотела властвовать над всеми? Я получила все что мне было нужно, и получу больше. Ты лжешь. Говоря что я скоро так и так умру. Если это было бы правдой, то ты в моей голове не находилась. Я тебя не слышала. Но ты здесь, разговариваешь со мной, и хочешь что-то от меня. Хочешь, чтобы я поверила, что мне осталось жить всего ничего? Что мои дни сочтены? Нет. Этому не бывать. Ты меня не подчинишь своей воле, воле безвольной пешки в твоей игре. Я выиграю эту партию, чтобы мне этого не стоила. Я обману эту смерть, смерть Алисы, не свою. – тут на ее ум пришла одна идея. Она пришла к ней спонтанно, невзначай. Она поняла, что Алиса чего-то боится, и возможно она не хочет, чтобы Зинаида завтра пошла к врачу. Но к какому врачу? Очевидно к психологу к Ларисе. Да, это единственное объяснение, почему она сегодня заговорила с ней. Ведь она никогда и ни с кем не говорила, не обсуждала эту тему. Она вообще для всех была призраком.

–Не волнуйся. Я по своим щитам расплачусь.

Алиса осторожно словно пытаясь проанализировать ее слова она уточнила.

–Уверенна?

–Да. – ответила Зинаида. – абсолютно, и никто меня не заставить изменить свое решение.

–Что ж, хорошо, тебе решать, что для тебя хорошо, а что нет.

–Это так оно и есть на самом деле. Только человек может решить, что для него хорошо, а что нет. И никакой призрак маленькой девочки ему не даст того что он даст себе сам. Убирайся из моей жизни, и больше не возвращайся Алиса.

Эти слова оскорбили Алису. Она посчитала себя униженной и оскорбленной, отвергнутой всеми, кто ее когда-то знал. Она ей пригрозила.

–Ты об этом еще пожалеешь!?

–Пожалею? – усмехнулась Зинаида. – это вряд ли?

–Посмотрим, ведь действие сигарет не вечно, я уже привыкла к ним. Подумай, что будет тогда, когда они перестанут тебе помогать?

–Я найду иной способ уничтожить тебя.

Алиса жестоко рассмеялась. Со стороны казалось что она стала безумной, в нее вселилось нечто, нечто что ей было знакома и что она могла обуздать в своем теле. Но в тоже время, это будто вырывалось из ее тела наружу. Зинаида видела, что она, ее безумие, безумие Алисы чем-то было похоже на безумие безумца в больничной палате психиатрической больнице. Оно вышло из потаенных глубин самосознание этой девочки. Алисы, маленькой девочки с голубыми глазами и со светлыми волосами. Алиса посмотрела на Зинаиду жестоким пронзающим взглядом, и словно вылетела из зеркала, разбив его, и, в этот миг толчок, и невыносимая боль в животе у Зинаиды, заставило ее отскочить назад. Она схватилась руками за живот, и хотела взвыть в этот момент, но в ту же секунду вся боль прошла. Она выпрямилась и, подойдя к зеркалу, жестоко улыбнулась в свое отражение. На нее смотрела не Алиса, а она сама. Она и больше никто. Кто же она?

–Ты считаешь, что меня победила? Нет, это не так. – она закрыла дверцу гардероба, подошла к тумбочке и вытащив из нее пачку сигарет и взяв зажигалку, закурила. – ты ошибаешься что считаешь, что я не могу тебя победить, это не так. Зинаида больна и скора умрет, Алиса жива, и скоро окончательно обретет плоть. За здоровье платить не надо, а вот за все остальное? Впрочем, и за здоровье тоже. Ты хотела завтра пойти к психологу, а пойду к нему я. Посмотрим, что этот за хрень такая?

Женщина села в кресло, и продолжала смотреть телевизор. Время было уже позднее, за окном была глубокая ночь. Женщина отключила телевизор, и пройдя на кухню, выпила чашку чая и пошла спать. Завтра будет тяжелый день.

Глава-13

На следующее утро, Алиса, она же Зинаида вышла из дома довольно рано, так как ей было назначен на утро снимок. Снимок ее груди. Маммография. Эта процедура не заняла много времени. Минута и все. Ответ должен был быть завтра, но доктор сказал, что за ответом можно прийти после обеда, а вечером на прием к врачу. Сегодня он пронимал вечером, с двух до семи. Женщина на это согласилась.

Затем она направилась к Ларисе, по указанному адресу на визитке. Да, она шла именно к ней. Что заставило ее идти к ней? Никто не знал. Не знала даже сама она, Алиса. Она тихо и мирно шагала по улице Москвы. Но вот, она подумала, подумала и решила. Ей не надо было идти к ней. Ведь она это она. Она а не она. Не Зинаида, ни та женщина, от которой она хотела отделаться, и ей это удалось.

Она остановилась, и осмотревшись вокруг, поняла, что в данный момент она находиться на Тверской улице, она дошла до памятник Долгорукому, а затем перешла через улицу, и оказалась перед входом в мэрию Москвы. У нее в сумочки лежал пропуск на имя Даброз Зинаиды Евгеньевну, и она вошла внутрь. Там она поднялась на третий этаж, и войдя в кабинет, заперла дверь на ключ. Она подошла к столу, и нажав кнопку на селекторной связи, узнала у своей секретарши, что за то время пока она отсутствовала ничего существенного не произошло, а ее дела на время пока идет следствие передали некому Опустотелому Журику Ноаричу, та попросила, чтобы он к ней зашел.

Войдя в кабинет Даброз, Опустотелов поздоровался и спросил:

–Здравствуйте Зинаида Евгеньевна, какими судьбами?

Зинаида закурила.

–Вот, решила посмотреть, как в мое отсутствие выполняется моя работа.

–Как выполняется? Все нормально.

–А решение № ОРХ.24-12-58521/1245

–Пока приостановлено.

–Почему?

–Вы же в курсе, что окончательное решение поэтому вопросу принимает сам.

–Я в курсе.

–Он сказал, что пока идет расследование, это дело не сдвинется с место.

–А что, кто еще не может этот проект утвердить?

–Нет.

–Ясно.

Она сделала глубокую затяжку.

Опустотелов поинтересовался.

–А что насчет возращения на работу? Вы планируете вернуться?

Женщина строго посмотрела на Опустотелова, и он почувствовал, как кто-то словно пронзил его своим взглядом. Он чувствовал этот взгляд довольно долго, и ничего не мог сделать с этим. Кто-то преследовал его, преследовал и недорвал ему покоя.

–Почему Вы на меня так смотрите?

–Как смотрю?

–Словно изучаете меня.

Она усмехнулась, и сделав затяжку, сказала:

–Вы ошибаетесь.

–Нет. – утверждал Опустотелов. – я не ошибаюсь. Вы смотрите на меня так, словно изучаете меня. – он сделал паузу. – мы давно знаем друг друга Зинаида Евгеньевна. И не надо мне говорить то, что я и так знаю.

Женщина зловеще улыбнулась.

–И что-же Вы знаете Журик Ноарич?

Мужчина усмехнулся.

–Да так, ничего. – он встал со стула и направился к двери. – Зинаида Евгеньевна, никто не застрахован от ошибок, важно другое, способны мы эти ошибки признать. – он вышел из кабинета и закрыл за собой дверь.

Женщина сидела за столом. Она размышляла, о чем она думала? Этого мы никогда не узнаем.

Глава-14

Все что было то было, а то что будет то будет. Что было мы знаем, что есть? Да ничего нет. Лишь то, что сегодня вечером в Москве произошло очередное убийство. Кто был убит? Этого пока никто не знал.

В одном из дворов лежал труп мужчины. У него было изуродовано его лицо. Глаза были напуганы так, как будто перед смертью он увидел перед сабо призрака.

Прибывшие на место преступление оперативники, признали в нем одного из работников городской администрации города Москвы. Его звали Опустотелов Журик Ноарич. Начальника по работе с общественностью центрального административного округа.

Что за черт? Все словно как в страшном сне? Кто-то начал убивать чиновников. Кто это черт возьми мог быть? Кому это черт возьми надо? Никто не мог ответить на этот вопрос?

Не мог или не хотел? Вот в чем вопрос. Большинство заказных убийств, не раскрыто, и это факт. Факт, от которого нельзя отмахнуться.

Но здесь все иначе. Вся полиция Москвы была поставлена по тревоге. Был объявлен план перехват. Но что толку? Все было тщетно. Преступник скрылся.

Один полицейский вы ругнулся:

–Мать твою, что им всем дома не сидится, все шляются по бабам, вот результат.

Второй полицейский спросил:

–Что будем делать?

–Начнем с его похождений за последние сутки.

Полицейские осмотрели двор. Он был мрачен и безжизненным. Словно здесь давно никто не жил. Она наводил тоску и ужас.

–Вы уверены, что это поможет?

–Нет, но эта наша работа лейтенант, и мы должны ее выполнять.

–Надеюсь, что это дело, как и дело Даброз возьмет ФСБ.

Полицейский тяжело вздохнул.

–Я-то же.

В это самое время к ним подошел мужчина он представился как Ромашов Дмитрий Георгиевич. Сотрудник ФСБ.

–Что у Вас здесь произошло?

Полицейский посмотрев на удостоверение сказал.

–Убийство.

Ромашов подошел к лежащему на земле трупу посмотрел на него, спросил.

–Кто тут старший?

–Старший я, капитан Козел.

Ромашов посмотрел на капитана.

–Ну вот что капитан, с этой минуты мы берем дело в свою компетенцию, Вам же поручено опросить все квартиры окна, которые выглядывают в этот двор. Ясно?

Тот сделав под козырек отрапортовал.

–Так точно.

–Можете быть свободны.

Глава-15

На следующее утро Зинаида проснулась в своей кровати. У нее болела и ломила голова. Казалось, что она сейчас расколется на две части. Она ничего не помнила, что приключилось с ней прошлом днем. Все было для нее как в тумане. Она встала с постели, и пройдя на кухню, приняла таблетку Пенталгина Н. Затем поставила чайник на газовую конфорку, и зажгла газовою плету.

Что произошло вчерашнем днем? Этого она так и не смогла вспомнить. Она помнила только то, что вчера она сделала снимок своей груди, и сегодня она должна была забрать ответ, стоп, она должна была ответ забрать вчера, и вчера же после обеда сходить к врачу. Ходила она к врачу, и забрала ли результаты всех анализов? Этого она не помнила.

Тут в дверь постучали, и зазвонил звонок. Голова Зинаиды заныла, она схватила ее обеими руками, умоляя чтобы этот звон скорей бы закончился. Но он не заканчивался, кто-то настойчиво жал на кнопку звонка. Кто-то хотел увидеть ее.

Зинаида подошла к входной двери, и спросила:

–Кто там?

–Роберт.

Зинаида открыла дверь. За порогом стоял мужчина в руке у него был букет цветов.

–Входи.

Роберт вошел в квартиру, протянул Зинаиде цветы, и сказал:

–Это тебе.

Зинаида приняла букет, и понюхав аромат цветов, произнесла:

–Прекрасны! – она обратилась к Роберту. – как ты узнал, что я люблю розы?

Роберт ответил.

–Я не знал, просто я сам их люблю.

Зинаида закрыла входную дверь.

–Что мы все здесь разговариваем, проходи в комнату, и я сейчас приду.

Роберт прошел в комнату, подошел к весящем на стене холстам. На одном холсте он увидел девочку. Эта была Алиса. Она словно насмехалась над ним. Словно смеялась ему в лицо, говоря; – я это я, и она мне нипочем. Ты опоздал, она моя, и только моя.

Роберт вышел из комнаты и направился в кухню. Здесь он увидел Зинаиду, она наливала в вазу воду для цветов. Он поинтересовался.

–Я приходил к тебе вчера вечером, но тебя не было дома.

Зинаида пристально посмотрела на Роберта. Она не помнила ничего что с ней вчера произошло. Ничего что она могла вспомнить. У нее был полная провал в ее памяти.

–Я вчера, наверное, гуляла. – сказала она и так, между прочем спросила. – в каком часу ты ко мне заходил?

Зинаида не помнила ничего, она не помнила, что вообще с ней произошло вчера, а конкретное время и подавно?

–Где-то около шести.

Женщина улыбнулась.

–Конечно ты меня мог не застать дома, меня вообще не было здесь. – пыталась оправдаться она. – я вчера была у филармонии, слушала оперу Аида.

–Ясно.

Наконец Зинаида налила вазу воды и поставив в нее цветы, направилась в комнату.

–Идем. – сказала она Роберту. – сегодня я приготовила для тебя сюрприз.

Роберт прошел в комнату, и его взгляд снова упал на портрет Алисы. Она словно насмехалась над ним. Казалось она говорила ему, что она и только она является здесь хозяйкой. И только она знает, что нужно ей, и Зинаиде. Другим же это знать недолжно.

Роберт поинтересовался:

–Я давал тебе визитку к психоаналитику, ты звонила по тому номеру?

Зинаида поставила вазу с цветами на стол, и будто не понимая Вопрос, она переспросила:

–Какому номеру?

Роберт уточнил.

–Номеру который был написан на визитной карточке?

–А, этому номеру? Конечно звонила.

Зинаида солгала она по этому номеру не звонила. Она даже не пыталась звонить по этому номеру. Этот номер был для нее как табу. Она вчера даже на знала, что такой номер вообще существует. Лишь сравнив его с визиткой давшую ей Лариса, она засомневалась, что она послана ей не проведением, а совсем иной силой, впрочем она все тогда списала на судьбу, и решила пойти к ней. Но что-то тогда случилось, и она не могла вспомнить ничего, что произошло с ней после этого разговора. Она солгала.

–Я не дозвонилась, наверное никого не было дома.

–А второй номер? Ты звонила по нему?

Зинаида старалась припомнить, был ли на визитки еще один номер телефона, но ничего не вспомнив, сказала.

–Он тоже был недоступен.

Роберт понял, что она даже не пыталась звонить по этому номеру. Возможно она даже не смотрела на эту визитку, ни читала ее. Дело в том, что на ней был написан один единственный номер. Номер сотового телефона психоаналитика Ларисы Родионовны Роппопорт. И больше ничего. Было ясно, что она не звонила и даже не пыталась с ней связаться.

Роберт снова посмотрев на холст где была изображена Алиса. Сказал:

–Мне одному кажется или я вижу то, что изображено на портрете?

Зинаида обняла его, и переведя его взгляд с портрета на себя, ласково спросила:

–Ты о чем?

Ее голос бал ласков и благозвучен, за все то время, как он был знаком с Зинаидой, он не слышал от нее ни единого ласкового слова. Они просто разговаривали, и только.

–Мне кажется, что этот портрет…

–Какой портрет? – Зинаида прервав его мысль, его поцеловала. – нам не нужны ни какие портреты. Давай займемся любовью.

Роберт посмотрел в глаза Зинаиды, и что-то жуткое и зловещее он увидел в них. Что-то, что он видел раньше, и не мог отделаться от мысли, что этот взгляд не Зинаидин. Зинаида никогда на него так не смотрела. Она вообще мало смотрела на него. Да, еще вопрос, я уже с этой женщиной около получаса, а она не обмолвилась ни словом о своей пагубной привычке? Зинаида уже выкурила сигарет две, три, а то и больше. А эта? Ни словом, ни духом? Я знаю, что люди меняются, но так они меняются? В одночасье? Этого Роберт не понимал.

Тут он вспомнил, что на стене висит картина, картина на которой изображена девочка, Алиса. Она всегда была рядом с ней, с Зинаидой. Что если душа Алисы заняла место Зинаиды. Это вполне возможно, я видел это своими глазами. Ее безумие, ее стремление занять место Зинаиды. Но? Что за черт? Конечно! Сигареты – это способ избавиться от второго я. От того ужаса, который всегда присутствовал в Зинаиде. Очевидно Алиса адаптировалась к табачному дыму, и теперь она заняла место Зинаиды. Но как такое возможно? Этого он пока не понимал. Он сказал:

–Тот что висит на стене.

И как бы уходя от этого разговора, Зинаида сказала:

–Портрет? Он такой же как был вчера и позавчера. – она поцеловала его, и предложила. – давай займемся любовью.

Он посмотрел на нее и спросил:

–Ты этого хочешь?

–Да. – ответила женщина. – хочу.

–А разобраться в себе?

–Ты о чем?

–Я могу договориться с психологом о встречи.

–Не надо. Я сама знаю кто я.

–И кто же ты?

–Я та кто я есть.

–И кто же ты есть?

–Я? Зинаида. – она поцеловала его и начала его раздевать.

–Что ты делаешь?

–Ты что не видишь, раздеваю тебя.

–Зачем?

–Я хочу тебя. – сказала Зинаида. Она уложила его в кровать, стянула с него брюки, и вытащив его фамос, потеребив его, взяла его в рот.

Роберт успокоившись, начал наслаждаться.

–А! Хорошо!

После полового акта, который я описывать не стану, так как все же у каждого свои сексуальные фантазии, и рассказывать о них я считаю не целесообразном, я продолжу.

Зинаида смотрела на Роберта. Он лежал рядом с ней на кровати. Довольный тем, что его сексуальные потребности были удовлетворены, он смотрел на Зинаиду. Он занимался с ней любовью, и он знал ее. Знал Зинаиду и ее второе я, Алису. Эта была не она, ни Зинаида. Кто же с ним занимался любовью? Конечно эта была Алиса. Она и только она была здесь и сейчас. Лежала рядом на этой кровати. Но где же Зинаида? Как произошло именно так, что Алиса стала Зинаидой?

«Здесь нужен психоаналитик. Без него тут не обойтись. Да, но как к нему отвести? Ведь сейчас в этом теле Алиса не Зинаида. Как ее к ней отвести?»

Этот вопрос мучил его. Он искал решение и не находил его. Как можно было сделать так, как надо было сделать, и никак иначе.

Но, вот произошло нечто. Зинаида закашляла, и схватившись за живот взвыла от невыносимой боли. Она не знала что с ней происходит, она готова была кричать и выть от боли. Казалось что она вот-вот родит. Но дело было совершенно не в этом. Просто Алиса в теле Зинаиды покидала ее тело. Ее словно кто-то вырывал из тела Зинаиды. И боль которая та ощущала, была нестерпимой.

Испуганный Роберт спросил:

–Что с тобой?

В это самое время, Зинаида корчась от боли и куликов в животе, простонала:

–Не-е-ет. Ты меня не победишь.

Затем она умоляюще крикнула Роберту.

–Дай сигарету, пожалуйста.

Роберт дав ей сигарету, дал ей прикурить, и в тот же миг кто-то, как бы изнутри простонал.

–Не-е-ет, ты меня не победишь, я еще вернусь.

Сердце билось так, что казалось, что оно вот-вот выскачет наружу. Зинаида дышала так часто, что можно только себе представить. Затягиваясь сигаретным дымом, она все сильнее и сильнее желала, чтобы все это прекратилось. Она больше не могла жить с этим. Она не помнила ничего что с ней произошло вчера. Кто же может это знать? Только Алиса. Ее второе я. Выкурив сигарету, боль прошла, она исчезла как будто ее вовсе не было. Зинаида успокоилась и, встав с кровати, взяла из пачки еще одну сигарету и закурила.

Она посмотрела на Роберта, сказала:

–Чтобы наверняка.

Роберт поинтересовался:

–Ты кто?

Женщина улыбнулась.

–Как кто? Я Зинаида.

–Ты в этом уверенна?

Зинаида его заверила.

–Абсолютно. – она надела халат и спросила. – что произошло?

–Ты не помнишь?

–Нет.

–Странно? Это ты должна помнить.

Зинаида посмотрела на Роберта, и тут она поняла, что произошло.

–Мы что переспали? Но как? – она сделала затяжку. – ничего не помню. – затем она осмотрела комнату, на столе стояли цветы в вазе. – цветы? Откуда?

Роберт спокойно ответил:

–Я принес, тебе понравились эти розы.

Зинаида пыталась вспомнить, что действительно произошло с ней за то самое время, как она оказалась в полном беспамятстве. Она не могла ничего вспомнить. Даже намека на то, что произошло не было. Она только знала, что что-то произошло с ней, но что?

Роберт спросил:

–Ты ничего ни помнишь?

Зинаида села на постель.

–Ни помню.

–Даже как мы занимались сексом? Тоже не помнишь?

Женщина печально ответила:

–Да, не помню. Поверь мне, я ничего не помню, что произошло со мной вчера.

Роберт встал с кровати, натянул брюки и спросил:

–Скажи, что последнее ты помнишь, что с тобой произошло? И почему ты сказала, что ты выкуришь эту сигарету, чтобы наверняка? Что это значит?

–Это я не могу тебе сказать. – сказала Зинаида. – я боюсь что то, что у меня, передастся тебе. А это лишь мое проклятие и больше никого.

–Какое проклятие?

–Проклятие украшений Лозань.

–Ты веришь в это?

–Да, верю. – сказала Зинаида. – я верю потому что, что знаю, что эти украшение существуют, и они приносят лишь одни горести.

–Может тебе все же поговорить с психологом?

–С твоим? – усмехнулась она. – я позавчера встретила твоего психоаналитика, случайно.

Роберт спросил:

–Ты встретилась с ним, где?

–На какой-то улице. – сказала она. – я не помню на какой. Лишь знаю, что я возвращалась из поликлинике, там я делала анализы.

–И как результат анализов?

Зинаида тяжело вздохнула. Она могла солгать ему, но не хотела.

–Плохо. – она сделала паузу и затем сказала. – знаешь, я ничего ни теряю если схожу к этому психоаналитику.

–Ты уверенна?

–Да. – ответила Зинаида. – так больше продолжаться не может.

Роберт понимающе покачал головой.

–С тобой пойти?

Зинаида погасила сигарету, и обняв Роберта сказала:

–Да, мне нужна поддержка.

Роберт посмотрел на Зинаиду и в его душе что-то встрепенулась. Он по сочувствовал ей, и сказал:

–Конечно дорогая, пойдем.

Глава-16

И так, на следующее утро Зинаида сходила к врачу-гинекологу и узнав там что у нее не все в порядке с ее здоровьем, она спросила у врача.

–Сколько мне осталось?

–Это никто не знает. Возможно Вы проживете довольно долго для Вашей болезни. Все зависит от того, как быстро можно будет все вылечить, если не будет никаких осложнений.

–Я думаю, что осложнение – это слишком. Все то, что со мной произошло, это уже слишком.

–Может Вы и правы, но кто знает, может если лечиться, то болезнь отступит. Конечно у Вас тело будет совсем ни такое как сейчас, но Вы будите жить.

Эти слова, произнесенные доктором, может и давали какую-то надежду Зинаиде, но в тоже время она понимала, что ей женщиной уже не быть. Она не будет такой как другие. Неважно, что у нее удалят матку, и она уже не сможет заниматься сексом. Ее волновала ее грудь. Если ее удалят, то она будет похожа на?… этого она не могла себе представить. Она даже не допускала мысли об этом.

–Доктор, Вы понимаете. – говорила она со слезами на глазах, я уже не буду женщиной.

–С чего Вы это взяли?

Она посмотрела на доктора, и в ее глазах тот прочел горе, чисто женское горе, которое бывает с женщиной, которая что-то потеряла в своей жизни, что-то что ей больше никогда не вернуть.

–Я стану непонятно кем? – разревелась она. – доктор, разве эта правильно?

Доктор тяжело вздохнул. Она много раз видел подобное. Женщины никогда не смирятся с тем, что они перестают быть женщинами. Кто они такие? Мало ли кто? Но женщины, вряд ли?

Доктор как мог утешал Зинаиду, но та была безутешна. Наконец он сказал:

–Вам надо показаться нашему штатному психологу.

Зинаида утерла слезы.

–Это еще зачем?

–Он занимается подобными вопросами.

–Какими вопросами?

–Он дает советы женщинам, которые находятся в аналогичном положении, так же как и Вы.

–Я поняла Вас доктор, и все таки я должна спросить, других способов исцеление нет?

Доктор тяжело вздохнул.

–Не буду Вас обманывать, нет. Все что я тут сказал, все так оно и есть, Вам осталось жить мало, но опускать руки не надо. Надо жить, бороться.

Зинаида согласилась.

–Да, надо бороться, а если нет сил для этой борьбы? Ведь знаешь все равно умрешь. – она заплакала и ее слезы были не поддельны. Она действительно страдала от того, что ей было уготовлено.

–Доктор, может это от того что я курю?

–Это возможно, но маловероятно. Курение влияет на легкие и на горло. В остальных случаях, конечно это возможно, что курение явилось причиной Ваших всех бед, но мне кажется что это не так. Курение только ускорило Вашу болезнь, а что стало ее причиной? Кто его знает?

–Значит, курение здесь не причем?

–Не знаю, что и сказать.

Доктор назначил Зинаиде облучение ее грудной клетке, и прописал какие-то таблетки.

–Я попробую Вас вылечить не прибегая к хирургическому вмешательству, но если через месяц ничего не измениться, то? – он сделал многозначительную паузу. – не обесуйте.

Зинаида поблагодарила его, взяла рецепты.

–А вот Вам направление к нашему штатному психологу. – он отдал ей это направление. – сходите.

Она взяла направление к психоаналитику и заверив доктора, что обязательно посетит его, вышла из кабинета. Она посмотрела на фамилию на направлении к психологу. На нем было написано. Лариса Родионовна Роппопорт. Она вспомнила визитную карточку, которую дала ей Лариса и Роберт. Тут она подумала; -что это, само проведение? Или случай судьбы, переплетение ее не мыслимым случаем судьбы?

Она села на скамейку в коридоре и задумалась. Задумалась что делать дальше? Идти ей к психоаналитику или нет?

Тем временем, врач тяжело вздохнул и подумал.

«-Что толку говорить что ее болезнь спровоцирована от части и ее образом жизни, пусть живет как жила, не буду ее расстраивать по этому поводу. Она сама должна понимать, что курение, влияет на организм в целом, а не только на легкие.»

Зинаида вышла из поликлинике. На ее душе было тошно. Она понимала, что скоро все будет кончено. Она умрет. Умрет и возврата оттуда не будет. Как бы человек не пытался переиграть свою смерть, это у него не выйдет. Это просто невозможно обмануть судьбу. Она закурила сигарету, и на душе ее стало легче. Она подумала.

«-Хоть я и прожила маленькую жизнь, я прожила ее как я хотела, и никто не мог сказать, что я свою жизнь прожгла. Я добилась то что хотела и даже больше. А этому ни каждому дано.»

К ней подошел Роберт. Она на минуту заглянул в Аптеку, чтобы купить витамины. Он спросил:

–Что сказал доктор?

Зинаида уныла ответила.

–Ничего хорошего. Я умираю.

Роберт понимающе посмотрел на нее. Он хотел что-то сделать, что-то сказать, как-то утешать Зинаиду, но не мог.

–А лечение?

Зинаида тяжело вздохнула.

–Лечение? Да, конечно. Мне назначили лечение, но вряд ли оно поможет?

–Не понял?

–Мне назначили стандартные процедуры, от которых в большинстве своем нет никакого прока. – она тяжело вздохнула, и на лице ее появились слезы. Она не могла сдержать свои эмоции и, что есть мочи она выкрикнула.

–Что за черт!? Я жить хочу! Хочу жить, черт Вас всех побери! Сама-себя утешаю, но что проку, я скора умру, и никуда от этого ни деться.

Роберт обнял ее и прижав ее к своему телу сказал.

–Успокойся, мы что ни будь обязательно придумаем.

–Да что здесь вообще можно придумать?

–Не знаю, но обещаю, что ни будь я обязательно придумаю.

Она подняла голову, и жалостно посмотрела на Роберта.

–Ты обещаешь?

Роберт ни мог ничего обещать, он просто не знал, что с ней будет дальше? Она была больна, и ее болезнь прогрессировала.

–Сделаю все что смогу. – заверил ее Роберт. – все что смогу.

Он взял ее под руку, и они пошли прочь от порога поликлинике. Куда они направились? Можно догадаться. Роберт вел ее к психоаналитику. Ее звали Лариса Родионовна Роппопорт.

Глава-17

И так, пока Роберт и Зинаида направляются к психологу Ларисы Родионовны Роппопорт, мы посмотрим, что делает дочь Наира Алиса и ее дочь Алиса. Где они сейчас? А вот где они. Алиса прогуливается по набережной Москва реки. Она прогуливалась вместе с ребенком. Везя ее в коляске, она всегда знала что, чтобы-то ни было, она никогда не расставиться да она и не могла потерять свое дитя. Она же была ее мать. Она остановилась и посмотрела на тихую воду, которая мирно протекала по Москва реке. Ей было спокойно и умиротворенно на душе. Но все же ее что-то беспокоило. Что-то она чувствовала, какую-то неотвратимую беду. Она посмотрела на свою дочь, и ее сердце екнуло. Она почувствовала, что, что-то нехорошее приближается к ее дочери. Что-то что она не могла понять, но чувствовала всем телом. Ей стало не по себе. Не по себе страшно.

В это время к ней подошла старая женщина. Она поинтересовалась:

–Что случилось?

Алиса посмотрела на эту женщину, и увидела, что она была старой, все ее тело было покрыто в каких-то волдырях. Ее тело было сморщено. Лицо выглядело как гармонь. Ее глаза были разноцветные, один серый, другой карий. На ней была надета длинная юбка в гармошку, серая блузка и кофта. Голова ее была прикрыта серым платком.

–Ничего не случилась. – ответила растерянная вопросом женщины Алиса. – с чего Вы взяли, что что-то должно было случиться?

Женщина посмотрела в коляску, в которой лежал младенец, и спросил:

–Мальчик?

–Девочка.

–Сколько ей?

–Два месяца.

Женщина пригляделась к девочке, и тотчас отвела свой взгляд от нее. Словно она что-то испугалась. Кого-то или что-то? Она посмотрела на мать девочки и спросила:

–Как ее зовут?

–Алиса.

Женщина снова посмотрела на девочку, а затем на мать. Ее лицо было словно мраморное. Казалось, что она увидела призрака.

Алиса спросила:

–Что с Вами?

Женщина посмотрела на Алису.

–Ничего. – сказала она, и спросила. – кто отец девочки?

На этот вопрос женщина получила однозначный ответ.

–Не Ваше дело.

Женщина снова посмотрела на младенца. Она хотела что-то сказать, что-то такое, что было ее тайной, и она этой тайной хотела поделиться.

–Я понимаю, Вы не обязаны отвечать на вопросы. – сказала осторожно женщина. – но в данном случае идет речь о жизни и смерти.

Женщина не поняла, о чем или о ком идет речь.

–Жизни и смерти? Чьей?

–Вашей.

–Моей? – удивилась Алиса. – с чего Вы взяли что я должна умереть? И кто Вы вообще такая?

Она представилась.

–Меня зовут Прасковья Федоровна. А Вас? В прочем я и так знаю как Вас Зовут.

–И как же?

–Алиса. Вас зовут Алиса, и Вашу дочь тоже зовут Алиса. Вы дали ей это имя потому что считаете, что ей это имя подходит. На самом деле она сама внушила, что это имя ей подходит. Она хотела чтобы Вы назвали ее так, Вы так и сделали.

Алиса слушала женщину и не понимала, от куда она все это знает? Откуда у нее такая информация? И только она хотела задать ей этот вопрос, как она не дожидаясь того, что Алиса его задаст, сама ответила на него.

–Вы спросите с чего я все это знаю? Дело простое, я просто очень давно охочусь за ней, за Алисой. Я знаю о ней все. Все что надо знать о этом монстре.

Алиса отпарила.

–Моя дочь не монстр?

–Нет монстр. – ответила Прасковья Федоровна. – детей делает добрым лишь то, что порой родители не замечают их истинные сущности. Люди хотят показать своим детям, что они лучше их самих. ЭКСБИЦИАНИЗМ, вот в чем сущность человеческой природе к своим отрокам.

Алиса взяла из коляски свою дочь Алису, и взяв ее на руки начала ее качать.

–Моя дочь не монстр. – сказала Алиса. – эта моя дочь и только.

–Дочь которая приведет тебя к смерти.

Алиса посмотрев в глаза Прасковьи Федоровне прошипела.

–Убирайся колдунья. – эти ее слова прозвучали словно она прошипела их как шипит кобра или другая змея. – она моя.

Прасковья Федоровна на секунду задумалась. Она увидела в глазах старшей Алисы нечто. Это нечто было жутко ужасном. Оно нагоняло страх. По телу Прасковьи пробежала дрожь. Она словно увидела призрака или нечто такое, что она не могла даже объяснить. Она спросила:

–Ты кто?

Алиса прошипела.

–Ты знаешь кто я?

Впрочем, эта уже была не Алиса. С ней говорила нечто, нечто потустороннее и мистическое. То, что было не объяснимо в реальности. Прасковья снова спросила, и на этот раз она спросила твердой интонацией.

–Как тебя зовут?

Алиса жестоко улыбнулась. Она ухмыльнулась и сказала.

–Ты не догадываешься?

Прасковья оставив этот вопрос без ответа, очевидно она знала на него ответ, и не требовала на него ответа так какового. Она поинтересовалась.

–Зачем тебе она?

–Ты не догадываешься? Чтобы жить.

–Но как?

–Это мое дело. – сказала Алиса, и предупредила. – это мое дело, как я собираюсь выжить. Знай, если ты мне помешаешь, я тебя убью.

Тут Алиса словно очнулась после длительного гипноза. Она смотрела на свою дочь и ничего не понимала. Она не помнила ничего. Как она оказалась здесь. Что с ней сейчас произошло, и почему она вообще ничего не помнит. Она осмотрелась. Около нее стаяла старая женщина. Она спросила у Алисы.

–С Вами все в порядке?

Та не могла ничего ответить. Она попросту не помнила, что с ней произошло. Она спросила у женщины.

–Кто Вы? – затем она положила в коляску свою дочь, и сказала. – дорогая, я тебя никому не отдам.

Женщина спросила.

–Кто у Вас? Мальчик?

–Нет, девочка.

–Сколько ей?

–Два месяца.

–А как как навали?

Эти слова дали толчок для Алисины психики. В какой-то момент показалось, что Алиса вспомнила все. Но это был лишь мгновение надежды. Алиса не помнила ничего. Ее память была кем-то или чем-то блокированная.

«-Что это такое? Почему я ничего ни могу вспомнить? И кто эта женщина? Где я с ней познакомилась?»

Этого ничего она не знала. Да и не могла взять, эта была память ни ее, а ее дочери. Она осмотрелась по сторонам. Женщина все еще стояла на набережной возле нее. Проходящие мимо прохожие и транспорт, никто не видел их. Они словно были в другом мире, они были в не этой реальности, а в какой-то иной, реальности лиши понятной им самим, да понятно ли? Алиса со своей дочерью были не в той реальности в которой видела их Прасковья Федоровна. Она была в иной реальности. В реальности запредельной для разума человеческого сознание. Что это за реальность? Этого мало кто знает? А если знают не скажут. Тайны, это тайны. Эти тайны порой нельзя выносить на всеобщее обозрение. Ведь на то и существуют тайны, чтобы ими и оставаться.

–Кто Вы?

–Меня зовут Прасковья Федоровна.

–Я Вас не знаю?

–Я-то же. Вас не знаю. – сказала Прасковья. – мне просто приглянулся Ваше дитя. Хорошая девочка.

–Да. – согласилась Алиса. – у меня замечательная малышка.

Женщины разошлись в разные стороны. Они отдалялись и отдалялись друг от друга, превращаясь в маленькие точки, которые вскоре затерялись в толпе бегущих по дороге машин.

Что было дальше с Алисой и ее дочкой, я расскажу в следующих главах этого произведение. Все что здесь описано возможно реально, а возможно и нет. Кто знает что есть для людей реальность? Реальность жизни и ее смерти.

Глава-18

А вот и Роберт со своей спутницей Зинаидой. Они пришли к доктору-психоаналитику Ларисе Родионовне Роппопорт. Она жила в одной из только что выстроенных домов в районе Выхино. Можете Вы знаете этот дом. Он находится на Вишняковкой улице около магазина перекресток. Его выстроили так, как если он был пизанской башней. Круглый, и из далека кажущейся падающем. Строители? Что сказать? Однажды я была в таком доме, ничего особенного. Длинные коридоры колесом, квартиры в которых одни окна выходят на окна соседей, а другие окна квартир на улицу. В общем ничего особенного. Лучше жить в типовых квартирах, которые строят повсеместно, чем в этих домах, сложенных по кругу.

Автор: -Что касается психоаналитика, то как все люди она была обычным человеком. Со своими недостатками. Каждый из нас нуждается в разговоре с другим человеком. Нужно просто иногда выговориться, поделиться с кем ни будь накипевшим. И это не важно кто будет, лучшая подруга, друг или врач. Мне иной раз кажется что все люди в какой-то мере психоаналитике и их клиенты. И ни надо ничего заканчивать, чтобы стать им. Нужно только уметь слушать, слушать и больше ничего. Хотя возможно я ошибаюсь. Ведь дать совет тоже наука. Совет который определит все и вся. Дальнейшую судьбу человека. Можно дать совет который будет уместен в той или иной ситуации. А можно дать совет, от которого можно только повесится. Советы разные, цель одна. Понять от чего у человека та или иная причина его расстройство. И это может быть не психосоматическое расстройство и не душевный кризис. Расстройство может быть и скрытое. Скрытое жизненном показателем человеческого равнодушия. Его апатией к окружающим людям и себе. Когда ты понимаешь что никому ни нужен, у тебя пропадает та искра жизни, которая называется радостью. Жизненным показателем душевного равновесие. Ты впадаешь в меланхолию и, сидя на диване у телевизора, зная что в твоей жизни ничего ни измениться, попросту теряешь вкус к жизни. Забываешь что есть на самом деле та жизнь о которой все тебе твердят, и которую ты не можешь принять. Ты ее не можешь принять, потому что ее для тебя не существует. Она за гранью понимание разумного. Ты себя спрашиваешь; -но почему ни я? Возможно ты можешь взять реванш в этой игре со своей судьбой? Но ты понимаешь, что система этого не позволит. Да, именно система. Система собственного самосознание разрушение своей личности, своего собственного я. Поэтому нам и нужен психоаналитик, подруга, друг. Тот, кто б выслушал и дал совет. Совет как не стать тем, кем ты ни хотел никогда стать.

В квартиру номер тринадцать вошел Роберт, за ним вошла Зинаида. Их встретила женщина. На ней было надето длинное голубое как небо платье, на ногах были голубые туфли. Звали женщину. Лариса Родионовна Роппопорт.

–Проходите, в комнату. – сказала она. – я сейчас, чай будите?

Зинаида ответила:

–Да, пожалуй.

Гости прошли в комнату, а Лариса удалилась на кухню.

Сев на стулья, за стол, Роберт поинтересовался у Зинаиды.

.-Ты в этом уверенна?

Та не мешкая ответила.

–Абсолютно.

Автор: -Мы принимаем решение когда нет у нас никакого выхода. Впрочем, решение мы попринимаем тогда, когда нам это необходимо. Зинаида точно решила, что ей надо поговорить с психоаналитиком. Она пришла к ней. Теперь она пыталась найти те слова, с которых можно было начать разговор. Ведь ни каждый поверит в такую историю?

Женщина вынесла из кухни на подносе три чашки чая, сахар в сахарнице, и печенье. Она поставила поднос на журнальный столик, села напротив гостей, спросила:

–Что привело Вас ко мне? – мужчина что-то хотел сказать, но женщина его перебила. – я хочу узнать это от нее. – она показала взглядом на женщину. – что Вас привело ко мне?

–Я?

–Да, Вы? Что Вас привело ко мне?

Женщина растерялась. Ей стало неудобно. Ей казалось что на этот довольно простой вопрос у нее не было никакого ответа. Она попросту не знала что можно ответить на этот несложный с первого взгляда вопрос? Женщина ждала ответа.

–Я жду, говорите.

Пришедшая к ней гостья не могла найти никаких слов. Она сказала что первое пришло ей на ум.

–Я пришла потому что Вы сами меня пригласили.

Лариса уточнила.

–Значит Вы пришли ко мне в гости?

–Да.

Лариса посмотрела в глаза Зинаиды. В них она увидела полную пустоту. Ничего, ничего кроме пустоты.

Лариса сказала:

–Я Вас не приглашала.

Зинаида настаивала на том что Лариса все же пригласила ее к себе, и показав ее визитную карточку сообщила, что если это было не так, то она и не дала ей эту визитку.

–Я дала Вам ее как врач. – сказала Лариса. – я встретила Вас тогда и дала Вам свою визитку чтобы Вы пришли ко мне.

–Зачем?

–Я видела в Ваших глазах страх за то, что Вы боитесь больше всего, и этот страх заставил Вас прийти ко мне.

Зинаида запротестовала.

–Это не так! Вы ошибаетесь?

–Нет. – утверждала та. – я не ошибаюсь. Вы пришли ко мне потому, что Вам нужна моя помощь.

–И в чем же?

Лариса улыбнулась. – она взяла чашку чая и положив в нее два куска сахара, размешала его ложечкой, и заделала один глоток.

–Пейте. – сказала она. – мой чай очень вкусен.

Роберт и Зинаида взяли чашки с чаем и поладив чай, взяли печенье и сделали по глотку.

Роберт сказал:

–Хороший у Вас чай.

–Да. – согласилась Лариса. – он без всяких примесей. – затем она обратилась к Зинаиде. – скажите, что Вам от меня надо?

Зинаида ответила.

–Поговорить.

–Поговорить, о чем?

Зинаида почувствовала, что она теряет сознание. Ей казалось, что ее тело расстается с ее душой. Она словно выходит из него. Тело покидает ее бренную душу, а душа тело. Разум ее был затуманен. Она не понимала, что с ней происходит.

–Что со мной?

Лариса снова повторила свой вопрос.

–Зачем Вы пришли ко мне?

Та ответила.

–За помощью.

–За какой помощью?

Лариса услышала в ответ.

–Я хочу разобраться, кто я?

–Кто Вы?

–Да. – ответила Зинаида. – кто я?

–Разве Вы не Зинаида?

–Зинаида. – словно под гипнозом отвечала она. – я Зинаида.

–А еще кто?

–Алиса. – простонала она, и ее руки разжали чашку чая. Она ее чуть не

уронила на пол, но Роберт успел ее перехватить. Он поймал чашку чая, и поставил ее на поднос. Затем посмотрел на Ларису. Та жестом дала ему понять, что все нормально. Что все так и должно было быть и никак иначе. Лариса и Роберт смотрели на Зинаиду. Та была во власти гипноза. Лариса спросила. – кто такая Алиса?

Та ответила.

–Алиса, это я.

–Кто такая Алиса?

–Алиса, это я. Я Алиса.

–А Зинаида?

–Зинаиды не существует.

–Но она здесь?

–Нет, она мертва.

–Тогда кто же ты?

–Алиса.

Роберт обратился к Ларисе.

–Так мы ничего не добьемся.

–Я с Вами согласна.

–Что будем делать?

–Очевидно придется погружать ее в более глубокий сон. Но не одну.

–Что Вы имеете ввиду?

–Ничего. – ответила Лариса. – я припоминаю, что Вы говорили мне, что видели истинную сущность Алисы.

–Да, видел.

–Так вот, вместе с ней, в это путешествие отправитесь и Вы.

Роберт ужаснулся.

–Я? Ищите других идиотов. – он сделал паузу. – вы не знаете на что эта сучка Алиса способна.

Лариса понимающе посмотрела на Роберта. Она конечно понимала, чем это путешествие может обойтись. Но другого способа понять, кто такая Зинаида попросту не было. Она сказала.

–Я понимаю, что это Вам не по нраву, но другого способа у нас нет.

Роберт задумался. Он знал, что это путешествие для него может оказаться последним в его жизни. Он видел Алису. Ее натуру. Он знал, что возможно она его уже не отпустит. Тем более она знала, что Роберт – это совсем не Роберт, а Наир. Тот самый Наир, что пытается уже который год уничтожить украшение Лозань, а Алисе это было не нужно.

Что касается Ларисы Родионовны Роппопорт, то она была второй половинкой той ста долларовой банкноты, которую дал Наиру Ромашов Дмитрий Георгиевич. Тут я должен объяснить. Лариса Родионовна Роппопорт, была на самом деле сотрудником ФСБ. Звали ее Эмма Георгиевна Шаперболоева. Они уже встречались с Наиром в прошлом. Как-то раз, она выполняла роль продавца. В ювелирном магазине. Там Наир купил украшение в точности, напоминающие украшение Лозань, и подарил их Жанне, она же была Марией. Теперь же, они выполняли задание ФСБ. Они работали вместе.

–Конечно Вы можете отказаться. – сказала она. – но, это невыход. Нам нужен тот убийца который убил Зинаиду или Галину? И ответ на этот вопрос кроется в ней.

Наир посмотрел на сидящею без сознания на стуле Зинаиду. Казалось, что она вот-вот упадет, на пол, но она держалась. То есть ее держало нечто внутри ее. Что-то не позволяющее ей упасть.

Наир поинтересовался.

–А чтоб Вы сделали на моем месте?

–Я? – она тяжело вздохнула. – не знаю.

–Тогда почему я?

–Я знаю, что у Вас пропала дочь?

–Да. – тяжело сказал Наир. – но она не пропала, я просто ее выгнал, и теперь жалею об этом.

–Тогда узнайте где она сейчас.

Наир посмотрел на Зинаиду. У него на душе было тоскливо и тошно.

–Вы считаете, что она знает где находиться Алиса?

–Эмма его заверила.

–Убеждена на сто процентов. – она сделала паузу. – решайте поскорей, пока действие чая не прошло.

Автор: -Да, многие ходы ФСБ нам не известны. Да и вообще, эта служба засекречена так, что ее разглашение тайн чревата последствиями. Можно было б написать, что это был за чай, но вряд ли можно раскрывать эти секреты. Поэтому я напишу просто. В чай было добавлено некое вещество, которое погружает человека в транс. Возможно такого вещества и нет? Но эта история, и в ней под пером автора возможно все.

–Хорошо. – согласился Наир. – я готов узнать правду о моей дочери, а

заодно выяснить, кто такая Алиса?

–Хорошо. – ответила Эмма. Она усадила вместе с Наиром Зинаиду в кресло, сам Наир сел рядом. Эмма достала из шкафа шприц с ампулами, и открыв их, ввела вещество в шприц, затем сделала укол Зинаиде, а затем Наиру.

–Теперь сосредоточься на Алисе. – сказала Эмма. – но не на своей дочери, а на Алисе той что в Зинаиде. Ты погружаешься в глубокий сон. Вот коридор, по которому ты идешь, идешь на встречу с Алисой. – она сделала паузу. – где ты сейчас?

Наир ответил:

–В Эрмитаже.

–Что ты там делаешь?

–Хожу и любуюсь картинами.

–Что ты видишь на картинах?

–Изображение людей.

–Что они делают?

–Смотрят на меня.

–Ты в зале один?

–Нет.

–Кто там еще?

–Зинаида.

–Что она там делает?

–Любуется картиной.

–Что за картина?

В это миг что-то произошло. Какой-то страх охватил Наира. Он почувствовал на себе чей-то взгляд. Взгляд словно прожигал его на сквозь. Он огляделся. Но никого не обнаружил. Но вот на него смотрела Зинаида. Но эта была вовсе не она. Наир узнал этот жестокий и немилосердный взгляд. Взгляд Алисы. Да, эта была она. Жестокая, беспощадная, не милосердная, и страстно любимая всеми Алиса. Почему страстно любимая? Да потому что, она была всеми желанна и любима. Ее любили не за ее красоту, а за власть, которая она давала всем людям, которые жаждали ее и вожделели.

Он сказал и на его лице появился ужас.

–Эта она.

Он смотрел в одну точку в этой комнате. Казалось, что он кого-то увидел. Кого-то кто ему внушал ужас, того, кто ему был не подвластен. Но вот все прошло, и страх исчез сам сам-собой он больше ничего не видел. Не видел того, что ему было видно. Что он ощущал, все исчезло. Наступила полная пустота. Он почувствовал некое опустошение души, как будто что-то покинуло его, что-то невероятно большое. С чем он никогда не расставался. Вместо этого появилась опустошенность и на сердце появилась тревога. Тревога за что-то, что он знал. За кого-то кого он любил.

Что дальше? Вы спросите меня. Этот вопрос задает себе наука с тех самых пор, как появилась медицина и в частности психиатрия. Да, психиатрия. Сколько загадок хранит она в глубинах человеческого подсознание. Сколько тайн нам предстоит еще узнать?

Вот и Наир, оказавшись в сознании Зинаиды, ужаснулся от увиденного. Там присутствовала общая свалка мусора человеческого подсознание, его невыдуманной, а реальной фантазии. Это все она, Алиса. Это ее мир. Мир ее фантазий и грез. Что может быть лучше, чем быть во власти своей же фантазии. В ней ты бог и король в одном лице. Тут у тебя нет соперников в твоей жизни. Здесь ты повелеваешь всеми. Надо только учесть, что между безумием фантазией и реальностью есть определенная разница. Разница в перемещении реальности в фантазию и наоборот.

Осмотревшись по сторонам, Наир спросил сам себя.

–Где это я?

Тут он услышал чей-то женский голос, он спросил:

–Кто ты?

–Я, ты знаешь. – говорил чей-то голос. – ты знаешь.

По телу Наира пробежали мурашки. Место было скажу жуткое. Воняло зловоний. Эта зловония жуткая и страшная. Она веяла с того самого место, где находилось кладбище. Оно было мрачным и жутким. Оно наводила на всех присутствующих мрачный ужас.

Наир задал вопрос.

–Куда я попал?

–Это твое подсознание Наир.

–Мое что? – он не понял, о чем вообще идет речь? Он считал, что все что с ним сейчас происходило, это все сон. Сон и больше ничего. Он считал, что сейчас он находиться в квартире у Ларисы. Он считал, что она еще не погрузила его в транс, а тем более он на это своего согласия не дал. Что может быть хуже этого. Только то, что не знаешь, в какой реальности ты сейчас находишься? Спишь или бодрствуешь?

–Мое подсознание?

–Да. Это твое подсознание. – говорил все тот же чей-то голос. – а я это ты.

Наир удивился. У него не было слов, чтоб охарактеризовать сказанное этим голосом. Как он может быть это подсознание. Посмотреть на него, это свалка отходов и его кладбище, да и только.

–Мое подсознание? Не может этого быть?

–Да. – утвердил чей-то голос. Это твое подсознание. Ты только что был в Эрмитаже, а сейчас? Где ты сейчас? В этом мире. Что ты помнишь последнее?

–Я? – задумался он. Он напряг свою память и сквозь боль и противоречие с собственным я, он неожиданно пришел к выводу, что он так же, как и раньше находиться в комнате. В комнате где находилась Лариса. Да, это так, он в этой комнате. Где же ему еще быть? – дома. – ответил он. – в гостях у Ларисы.

–Разве?

Из одного из каменных изваяний вышла молодая женщина. Он сразу же узнал ее. Эта была Зинаида.

–Ты?

–Да, я.

–Ты погрузила меня в транс?

–Да.

–Зачем?

–Мы должны найти Алису. – сказала она. – один ты не справишься.

–А с тобой?

–Я твой проводник.

На секунду он задумался.

–Ты здесь?

–Нет. – ответила она. – я дома.

–Но ты же здесь?

–Да. Я в твоем подсознании, и буду вести тебя по этому лабиринту искаженного разума Алисы.

–Это ее мозг?

–Нет. Это ее психическая сущность, а ее мозг в этой оболочке где мы сейчас находимся. Это и есть ее мозг. Мозг изощренной убийцы Алисы.

–Что я должен сделать?

–Разыскать ее. А я тебе помогу.

–Но я даже не знаю откуда начинать поиск?

–Отсюда. – ответила Лариса. Она дала ему карту и сказала. – эта карта тебе поможет найти ее.

Да, эта была карта. Карта человеческого разума. Карта состояние человеческого организма. Что же тогда эта свалка значила для Ларисы? Человеческий мозг ни так однозначный, как можно себе это представить. В нем все сложно. Процессы взаимодействующие с друг с другом не так стабильны как это может показаться на первый взгляд. Они переплетение маленьких импульсов, проводков в системе мозговой активности. Каждый из них отвечает за определенную функцию. Свалка возле которой оказался Наир, это есть то безумие, переплетение реальности и ее второй реальности, реального сознание человека, в котором он живет. Это является не фантазией безумного кролика из Алисы в стране чудес, а его реальным мышлением, в его нереальном мире, его реальности бытия. Кто может разгрести всю эту свалку? Психиатр? Психолог? Сам пациент? Кто? На этот вопрос нет однозначного ответа. Так как и нет ответа на вопрос, что для того или иного человека есть реальность сущего бытия. Мы все живем в реальном мире, но реален он? Кто знает?

Наир спросил:

–Что дальше?

Лариса улыбнулась. На ее лице была видна зловещая улыбка. Она казалась доброй, и в тоже время зловещей. Словно она предупреждала его, что все только начинается. То, что за этой стеной мусора, гораздо опасней чем можно было себе представить.

На лице Наира появился страх. Он понимал что, что находиться за этой стеной гораздо опасней чем можно было себе представить. Он спроси:

–Что за ней? Что за этой горой мусора?

На что Лариса ответила.

–Это мозг. Мозг Алисы.

Наир ужаснулся. Он никогда не видел такую свалку. Свалку мусора и отходов, которые находились на этом полигоне. Полигоне свалки, человеческого сознание. Сознание девочки, которая считает себя самой властительницей человеческих судеб, и их воз желанием власти.

–Уму не постижимо! С чего же тут мне начать?

Лариса показала рукой на появившуюся ниоткуда дверь.

–Видишь эту дверь. – сказала она. – ты должен войти в нее.

–А ключ?

–Ключ ты должен найти сам.

–Но как?

–Иди по следу слез.

Эта выражение не было понятно Наиру. Он не знал, что это значит. Простые слова или в них есть определенный смысл?

–Что это значит?

Она показала своей рукой на землю. Там, на земле были видны следы. Следы человека.

–Ступай по этим следам. – говорила Лариса. – они выведут тебя к ключу от двери.

Что здесь имела ввиду Лариса? Следы нашей памяти, какая она не была, есть неотъемлемая часть сознание мозговой активности человека. Куда она может нас привести? Наши фантазии и реальность бытия. Это конечно разное. Но в тоже это одно целое, целое мышление нашего подсознание, и мозговой активности нашего морга. Чтобы проделать путь, нам надо по крупицам собирать наше сознание. Ведь бывает что, и самый гениальный человек безумец, и безумец это гений.

Наир спросил:

–А ты? Ты пойдешь со мной?

–Да. – ответила она. – я буду твоим проводником. Иди же, найди Алису.

Наир, он же Роберт вступил на путь. Он сделал первый шаг, как перед ним выросла стена непонимание. Все кто знали его возникли словно неоткуда. Они смотрели на него укоряющем взглядом, словно говоря ему, что он должен покинуть это место. Оно не для него а для Алисы. Она дала им все, что они хотели получить, и они об этом не жалеют. Они хотели получить все, и Алиса это им дала.

–Так что же, Вы готовы на такие жертвы? – не понимал Наир. – это же безумие?

Из толпы вышла девочка. Наир тотчас узнал ее. Эта была она, Алиса. Она посмотрела на Наира твердым взглядом, и сказала:

–Ты здесь чтобы узнать кто я такая на самом деле, и тебе надо ключ. – она показала рукой на дверь в свалке мусора. – от этой двери. Зачем он тебе?

На этот вопрос Наир не мог однозначно ответить. Он хотел солгать, и это ему вполне удалось, если не то, что в мозгу Алисы никто не лгал. Да это было просто невозможно. В нем стояла некое устройство, устройство блокирующее всю ложь человеческой сущности. Здесь каждый был тем,

кем он был на самом деле. Эта данность как реальность присуще людям.

–Я хочу освободить от твоего гнета Зинаиду.

Алиса усмехнулась.

–А хочет ли она сама свободы?..

Этот вопрос заставил Наира задуматься. Там, в мире реальном, он знал, что Зинаида хотела освободиться от этого проклятие. Она хотела изгнать Алису из своего тело, из своего сознание раз и навсегда. Но здесь было все совсем иначе. Здесь нельзя было лгать. Это здесь было не реально. Человек признавался сам-себе в том, что не мог признаться себе никогда. Он ни знал, что ей ответить. Хочет ли Зинаида свободы от Алисы или нет?

Алиса продолжала.

–…ты этого не знаешь. Тогда ответь на вопрос.

–Какой?

–Хорошо ли тебе было в постели со мной?

Наир задумался. Он ни знал, что и сказать. Он боялся себе признаться в том, что ему было хорошо с Алисой. Но, что Зинаида? Она была с ним раз или два. Как не странно, но Наиру было нехорошо. Когда он был с Зинаидой после того как он был с Алисой, ему что-то не хватало, что-то что он не мог объяснить никому. Лишь задание от Ромашова Дмитрия Георгиевича, удерживало его от того, что он ни ушел от Зинаиды.

–Да хорошо.

–А с Зинаидой?

–Я ни могу ответить на этот вопрос.

Алиса уточнила.

–Ни можешь или ни хочешь?

Наир долго думал. Он ни мог ничего сказать. Лишь то, что он знал, что можно сказать. Точнее эти слова сами вылетали из его уст.

–Ты прекрасна!

Он так и не понял, почему он сказал эти слова. Он смотрел на Алису и видел в ней красивую молодую женщину. Сексуально привлекательную, на ней было надета красивое платье с глубоким декольте, подчеркивающею ее в меру упитанную сексуальную грудь. Можно было с нее даже писать портрет.

–Ну? Вот я какая! Я красива, неправда ли? – она распростерла свои объятие, и сказала. – иди же ко мне, дорогой! – эти слова были произнесены так ласково и сексуально, что у Наира перехватило дыхание. Он словно на секунду забыл кто он таков. Они смотрели друг на друга, и возжелали они друг друга. Алиса сказала. – иди же ко мне, дорогой! Я утешу тебя, и ты обо всем забудешь…

Сексуальное влечение меняется в зависимости от того, кем из противоположного пола Вы интересуетесь. Оно бывает разное, но в целом оно одно. И мы считаем что все что с этим связано, ничто иное как вожделение. Воз желание того или иного объекта сексуального влечение.

Так произошло и с Наиром. Но в его случае, Роберт любил ту, что ему была так желанна, а Наир никого из них не любил. Он желал только одно. Избавить ее от этого мира.

–…Иди же ко мне Роберт. Я утешу тебя.

–Меня зовут Наир, никакого Роберта.

–Это знаю я, но не она.

–Ты о ком?

–О ней. – она показала рукой на свалку мусора. Там у его подножия лежала женщина. Он тотчас узнал ее. Эта была Зинаида. – смотри, вот она, твоя Зинаида. – она сделала паузу. – сейчас она под воздействием наркотика. Она давно под его воздействием, с тех самых пор, как она взяла украшение Лозань.

–Эта ты их ей дала?

–Нет. – ответила Алиса. – не я.

–Кто же?

Он услышал в ответ то что сам знал, знал, но боялся в этом признаться.

–Она сама.

Наир удивился.

–Сама?

–Да. – подтвердила Алиса. – украшение взяла она сама.

–Но кто-то их ей предложил?

Тут она словно сорвалась, сказав так словно отшила.

–Не твое собачье дело.

–Нет. – возразил Наир. – это как ты изволила выразила, мое собачье дело.

–Уверен? Я нет. – она сделала долгую и продолжительную паузу. Казалось, что она смеется над Наиром, говоря, что он может искать ее хоть до самой своей кончины, но он ее все равно не найдет.

Наир смотря на нее видел, что она просто словно смеется над ним. Она была здесь хозяйкой, властительницей человеческих судеб, и свою тайну происхождение этих украшений она не раскроит. Наир подошел к лежавшей на земле Зинаиде. Он нагнулся, пощупал ее пульс и вздохнул с облегчением, жива. Она была жива. Возможно Алиса и была права. Она была под действием какого-то наркотического средства, но она была жива. Наир с ненавистью посмотрел на Алису и прокричал так, что вся свалка всколыхнулось.

–Что ты с ней сделала?

Алиса спокойно ответила.

–Ничего. Это все она сама.

Наир удивился.

–Сама?

–Да. – подтвердила Алиса. – она сделала это сама.

–Объясни.

–Зинаида так боится принять меня, что сама себе испортила свое здоровье. Она курила, и это ее сгубила. Ты не знаешь то что знаю я про нее.

–Что же?

–Зинаида хотела получить все, и я ей это дала. Но потом она испугалась. Стала меня сторониться, и пошла во все тяжкие. Она превратилась в горькую пьяницу, и курила она по-черному. Что делать? Все бывает в этой жизни.

–Что же она испугалась?

–Все, кто находит эти украшение, становятся одержимы. Одержимы этими украшениями. Они просто сводят людей с ума. Их разум становится зависим от них.

–Это как?

–Я об этом промолчу. – она сделала паузу. – ты хочешь ее спасти?

Этот вопрос требовал ответа, на который Наир не мог однозначно ответить. Он был женат на Светлане, а Зинаида для него была лишь заданием. Заданием, которое он обещал выполнить.

–Не заставляй меня выбирать.

–А выбирать придется…

Да, Наиру предстоял выбор. Выбор между тем, что он должен сделать и тем, что он может сделать. Выбор предстоял не легкий. С одной стороны, можно было выбрать задание, и вот оно было выполнено. С другой стороны, он мог спасти Зинаиду. Что ему было предрешено сделать. Его выбор? На чем он остановит свой выбор? Ему решать и больше никому.

–…Так что же ты выбрал? Меня? Ее? Или твое задание?

Наир удивился.

–Откуда ты знаешь про задание?

На что Алиса ответила.

–Я знаю все.

Наир возразил.

–Никто не может все знать.

Алиса усмехнулась.

–Разве?

–Да.

–Нет.

–А я говорю да.

–А я говорю нет.

Этот спор мог продолжаться вечно, и никто не пришел к однозначному мнению по поводу, может ли кто-либо знать все на свете или это всего лишь домыслы. Мне как многим кажется, что все на свете знать невозможно. Может когда ни будь в будущим?

Что касается их спора, то Наир убедил Алису что, всякий кто может хоть чем-то помочь другому человеку он это сделает, но с выгодой для себя.

Алиса спросила.

–Что же ты хочешь?

–Вернуть мою дочь, остальное меня не касается.

–Хорошо. – ответила Алиса. Быть по сему.

Она отдала ключ от двери в свалке мусора Наиру. И он, подойдя к ней, вставил ключ в замочную скважину и повернул его. Щелчок, дверь открылась. Наир открыл ее и устрашился. Он увидел в ней пустоту. Бездонную устрашающую, нагоняющею ужас. Казалось, что по этой стороны двери никого не было. Ее даже никогда ни открывали. Наир пересилив свой страх перед неизбежным, переступил через порог этой двери, и оказался внутри большой мрачной комнаты. Эта комната была без окон без дверей. В ней не было ничего кроме белых стен. Дверь за ним закрылась, и он оказался один в этой комнате. Но его одиночество продлилось недолго. Вот дверь снова открылась, и в комнату вошел человек в белом халате. За ним двое людей. Они вели под руки какую-то женщину. Ее лица не было видно. Длинные густые волосы надавали разглядеть ее лицо. Мужчины положили ее на белый пол, и сняв с нее смирительную рубашку ушли проч.

Кто были эти люди? Наир возможно догадался, но где он находился для него это осталось тайной. Все это напоминал сон, кошмарный и ужасный сон. Он находился в палате для душевнобольных в одной из лечебниц. Зачем он здесь находился? Этого он не знал. Так же как и не знал кто эта за девушка с длинными волосами, которую только что принесли в эту палату, люди в белах халатах.

–Где это я? – думал Наир. Он никогда не видел ничего подобного. Он вошел в дверь в свалке и очутился в комнате без окон без дверей. Эта комната казалась ему нечто такое что он не мог объяснить. На его языке вертелась одно слово, психушка. Но он не мог его произнести. Просто боялся произнести это слово в слух и подумать об этом он тоже боялся. – что вообще происходит? – задавал он сам себе этот вопрос. – что это все значит? Почему Алиса показала ему именно это. В это время, как он думал о насущном голос позади него сказал:

–Подойди к ней, и посмотри на нее.

Наир оглянулся. Сзади него стояла Алиса.

–Ты? – удивился он. – что происходит?

–Посмотри на нее. – сказала Алиса и ты поймешь.

Наир не понимал. – что поймешь?

Алиса подошла к женщине и спросила у Наира.

–Ты боишься?

–Нет. – ответил тот. – не боюсь. – он подошел к женщине и его охватил страх. Страх который может охватить человека только когда он жутко чего-то боится, что-то страшится и боится признаться, что ему страшно. Он идет, идет вперед и никого не видя хочет достичь своей цели. Ему конечно страшно, но страх этот он пересиливает. Он просто заменяет его чем-то иным, чем-то что он всегда хранил при себе. Что же это такое? Для каждого человека это что-то свое личное. Для Наира это был неизбежный конец его начало. Он страшился того, что эта женщина была кем угодно, но не его дочерью. Но вот что за казус? Он ошибался. Подойдя к ней, он поднял ей волосы, и увидел ее лицо. Он вздрогнул от увиденного. Страх и ужас охватил его. Сердцу его сжалось. Он почувствовал какую-то пустоту. Кто эта? Его дочь, Алиса. Безумная Алиса как говорили тут. Наир посмотрел на Алису, в его глазах она прочла вопрос? -Как такое вообще возможно? На этот вопрос у него не было ответа. Но Алиса знала ответ на этот вопрос. Она видела грядущее. Это и помогало ей выживать в такой нелегкой жизни. – Ты? – удивился он. Он вопросительно посмотрел на Алису. – но как такое возможно?

–Эта мозг Алисы. – сказала Алиса. – ни мой.

Наир потребовал.

–Объясни?

–Вы когда последний раз видели свою дочь Алису?

–Когда мы поругались и я выгнал ее из дома.99

–И больше ее Вы не видели?

–Нет, не видел.

–Так вот она, Алиса, Ваша дочь. – сказала она. – вы ее выгнали за то, что она была бремена. Ей была нужна ее помощь, но Вы ее ей не дали, вместо этого Вы ее выгнали, хорош папаня, нечего сказать. Она родила девочку, и назвала ее Алисой. Впрочем, ее имя было предрешено. Она внушила своей матери, что она должна ее назвать Алисой. Это не вина Вашей дочери, просто она может внушать людям то, что ей нужно.

Наир не понимал, как вообще такое возможно.

–Но как?

Алиса рассказала Наиру все что знала про Алису. Я не буду снова переписывать все то, что рассказывал ране, да это и не нужно.

Что ж, все становилась на свои места. Алиса, рассказав все что знала сама спросила у него.

–Что Вы об этом всем думаете?

–Я?

–Да, Вы Наир?

Наир не знал, что ему ответить. Что можно было сказать в такой ситуации? Один лишь вопрос не давал покоя Наиру. Он смотрел женщину рассказавшую ему всю правду об Алисе, и у него остался один вопрос.

–Вы знаете о Алисе довольно много, кто Вы такая? Родственница или кто?

Алиса посмотрела в глаза Наиру. Они соединились взглядами, и Наир прочел в них что-то зловещие. Женщина сказала.

–Я ее бабка.

Эти слова ввергли его в ужас. Он не мог сказать ни слова. Его язык окаменел. -как это вообще возможно? Задавал он себе этот вопрос. -эта женщина? Так молода? Ей лет сорок не меньше? Во сколько она родила? На эти вопросы у него не было никакого ответа.

–Но как? – в недоумении спросил он. – как такое вообще возможно?

–Вас это удивляет. – спокойно ответила она. – не удивляйтесь. Просто

мне больше лет чем я выгляжу.

Наир спросил с осторожностью.

–Позвольте задать Вам нескромный вопрос, сколько Вам?

Женщина улыбнулась.

–На этот вопрос женщины не отвечают.

В этот момент женщина в палате застонала. Она просыпалась. Держась обеими руками за свою голову, она взвыла от боли. Ее голова была подвержена бомбардировки. Словно миллионы снарядов ударяли ее в голову. Затем все прекратилось. Боль ушла, но ненадолго. Снова бомбардировка. На этот раз многочисленные иголки кололи ее мозг. Она держала две ладони руки на своей макушки, чтобы хоть как-то заглушить невыносимую боль, но это не помогало. Боль усиливалась. В какой-то момент она взвыла от того, что иголки в ее мозгу достигли апогея. У нее начались судороги, и она сжалась в конвульсиях.

Перепуганный от увиденного Наир, спросил Алису.

–Что происходит?

Алиса подошла к нему, и взяв его под руку, сказала.

–Смотрите, сами все поймете.

Да, то что Наир увидел, он хотел бы забыть, вычеркнуть из своей памяти, но нет. То, что человек видит, никогда не стирается из его памяти. Он правда может что-то забыть, но все равно его память хранит информацию и выдает ее нам, когда мы ее полностью забываем. Эта психология человека. Его мозговое самосознание, и его сохранение в глубинах нашего подсознание. Что дальше? Этот вопрос волнует всех. На него невозможно ответить, но ответ на него лежит у самого подножия этого дело. Психическое состояние этой женщины было на гране. Я не случайно обратил внимание на комнату без окон с одной дверью внутри свалки. Мы входим в такие двери, и замок за нами запирается. Что нас заставляет это делать, от чего мы хотим огородиться. От своих проблем? Но это невыход. Проблемы все равно останутся, и их решение независимости от того что они будут заключены в эту комнату, будут нуждаться в решении. Но мы отвлеклись, продолжим. В какой-то миг, Наир почувствовал, что в комнате где он находился, стала жутко не по себе. Как будто вакуум сжимал давление в ней. Что-то невиданное и опасное. Оно было здесь, в этой комнате. Наиру находиться в ней было некомфортно. Он чувствовал, что какой-то вакуум находящийся в этой комнате, все сжимался и сжимался, принося нестерпимую боль ни только ему, но и женщине в палате. Она не знала, что делать, схватившись за голову, она дергалась на полу. Кричала и звала на помощь, но никто на ее зов не откликался. Сейчас ее мозг взорвется, распадется на множество миллиардов частей, и она с этим сделать ничего не могла.

Смотря на это безумие, Наир испугался. Он испугался не за себя, а за свою дочь Алису. -Что если она такая же как и она? Но этого он считал, что быть этого не может. Она была такая какая есть.

Он спросил у Алисы.

–Ей можно помочь?

–От части. – сказала та. – можно, но кто знает? Может уже помочь ей нельзя, поздно.

Наир удивился.

–Поздно?

–Да. – подтвердила Алиса. – поздно.

–Но почему? Ты же обещала!

Женщина не хотела отвечать на этот вопрос. Она просто не могла на него ответить. Ведь она пообещала, что Наир получит свою дочь. Но в данный момент это обещание было невыполнимо.

–Она сама должна помочь себе. – сказала она. – никто не может помешать этому. Только помочь. – она сделала паузу. В этой паузе ощущалось предостережение. – но если помощи нет, то не обе суйте, ей уже в этом случае не помочь.

Дверь открылась, и Наир посмотрев на нее спросил.

–Нам пора?

–Нет. – ответила Алиса. – мы здесь еще задержимся.

–Зачем?

–Вы должны увидеть еще кое-что.

–Что же? – не понимал Наир. – что я должен увидеть?

Женщина взяла его за руку, и крепко сжав его руку сказала.

–Пойдем.

Наир не знал что ему делать. Он увидел сегодня достаточно много чтобы понять, что в этом мир иллюзорный. Но это он знал сам. Он всегда это зал. Но откуда?

Выйдя из комнаты без окон, они очутились в длинном коридоре. Он был ни таков как описывают его люди побывавшие за гранью жизни. Они видели только что хотели видеть, только то, что им внушали их же со братия по этому путешествию. На самом деле этот коридор выглядит мрачно. Он нагоняет тоску и унылее. Кто побывал здесь, тот никогда больше не забудет того, что произошло здесь. Он никогда не был столь ужасен. Кто может знать, что происходило в стенах этого коридора, он сам по себе внушал ужас. Темные мрачные стены, словно обмазанные чем-то таким, что при первым его видении, хотелось выскочить из этого коридора, побежать так далеко, что тебя не настигла тот весь ужас, та зловония и смрад, которая исходила из этого ужасного коридора. Вот пол, на нем такая же грязь как и везде. Только сгусток грязи, как грязная лужа, в которой только грязь. Трясина, попасть в которую можно легко, а выбраться? Она вряд ли позволит. Она засасывает все глубже и глубже, и не отпускает назад. В дали был виден свет, но он был так далеко, что можно сказать что он был иллюзорен. Его можно было его видеть, но дотянуться до него вряд ли.

Но вот все как будто изменилось. В коридоре появился свет, и все ожило. Это не был тот мрачный и ужасный коридор, наоборот, он был светл и чист. Наир видел как по нему ходили люди. Люди в белах халатах. Что-то говорили, обсуждали дела. Множество дверей было вокруг. Врачи входили и выходили из них. Наир шел. Он шел не зная что он увидит дальше. Но вот он остановился у одной из дверей, посмотрел на вывеску на двери на которой было написано, «ГЛАВВРАЧ – ДУРИМАЛОВА ХАИНА ГАМОЛОВНА» Тут голос позади него сказал.

–Вы хотели знать, кто такая Алиса?

–Да. – ответил Наир. – хочу.

–За этой дверью ты найдешь ответ на свой вопрос. Открой ее и войди.

Наир дотронулся до входной ручки двери, и ему стало жутко. Жутко не по себе. Он понимал, что войдя в эту дверь он рискует потерять все, все что когда либо дорожил. Он знал, что за этой дверью ждет его неизбежное. Он чувствовал, что так оно и будет. Он почему-то страшился этого, страшился правды неизбежного ее видение. Тут он неожиданно осознал, что все это, где он сейчас находиться иллюзорно. Все не реально, все не реалистично. Это лишь его воображение, его подсознание выдает то, что он сейчас видит. Значит ему нечего бояться. Он в другой реальности. Реальности фантазии. Но почему же тогда здесь эта женщина. Она? Да именно? Она сказала, что она Алиса, та которая занималась со мной любовью? Да. Это реальность. Она занималась со мной любовью. Тогда возникает очередной вопрос. Кто эта женщина? И в какой реальности нахожусь я, Наир? В реальности этой женщины? В своей реальности? А может в реальности той кто меня сюда послал. Ларисы?

И тут словно по мгновению волшебной палочки, словно кто-то его окликнул.

–Наир.

Тот оглянулся, и увидел, что позади него стоит женщина. На ней была белая ночная рубашка, лицо ее закрывали длинные волосы. Он сразу узнал ее. Она была той пациенткой, что прибывала в палате. Где он видел ее, где признал в ней свою дочь, Алису.

Наир поинтересовался.

–Кто ты?

Голос ответил.

–Твоя дочь, Алиса.

Эти слова сбили его с мысли. Он знал, что Алиса не она. Алиса где-то в Москве, а это всего лишь его подсознание. Очевидно Наир видел то, что хотел видеть или то, что ему внушали. Но если внушали то зачем?

–Нет. – ответил Наир. – ты не Алиса. Алиса дома.

–Разве?

–Да.

В это время Наир услышал голос плачущего ребенка. Тут он увидел этого ребенка на руках у женщины с длинными волосами. Она протянула ему ребенка и сказала.

–Ты выгнал меня из-за него. Да будь же ты проклят. – тут она прислонила дитя к своей утробе, и тот вошел в нее. – да. – сказала она. – эта Алиса, моя дочь. И пусть Вы считаете ее дьяволом, она останется со мной. Я никому ее не отдам.

Наир выкрикнул от отчаяния.

–Она же чудовище!

–Нет. – ответила женщина с длинными волосами. – чудовище это ты. – она сделала долгую паузу, а затем с призрением и ненавистью плюнула одно слово. – отец.

В это время она возгорелась. Словно изнутри пламя выплюнула сваи алые лепестки. Охватив все тело ее алым пламенем.

Она воскликнула.

–Смотри, что ты сделал со мной!?

Наир выкрикнул.

–Ты не моя дочь.

Женщина с длинными волосами возразила.

–Твоя. – и затем добавила. – я твоя дочь, а она твоя внучка. Ты отверг свою дочь. – она сделала длинную паузу, и произнесла. – да будь ты проклят. – она снова сделала паузу, а затем с призрением и ненавистью добавила одно слово. – отец.

Вскоре все было кончено. Женщина с длинными волосами сгорела. От нее остался только обгорелый труп. Пепел костей, да и только. Вообще почему происходят подобные возгорания? Человек сгорает изнутри. В средние века. Оттуда, наверное, и пошло выражение, СГОРЕЛ НА РАБОТЕ. Эти возгорание были не редкость. Но почему они происходят? Мне кажется, что они происходят от того, что у человека большая температура. Я имею ввиду не температуру, которую можно измерить градусником, я имею ввиду совсем иное. Можно сказать, это необратимый процесс, запущенный организмом в той или иной период жизни человека. Он возможно защищается от тех или иных воздействий окружающий среды и активирует запуск самолечение организма человека. Тех факторов его здоровья, которые организм не в силах побороть самостоятельно. В определенный момент, точка кипение и точка лечение организма объединяются, и в этот момент происходит реакция организма на изменение ткани. Иммунная система справляется с болезней организма, но, сам организм человека, что он перенапряжен и некоторые его органы напряжены. Это влияет и на кровообращение. В конце концов при совокупности составляющих, возможно и самовозгорание. Эту болезнь еще никто не разгадал, да болезнь ли это? Но это мое мнение, и только.

Теперь Наир видел перед собой лежащий на полу обгорелый труп. Он был весь покрыт пеплом. Запах был еще тот.

Наир снова взял ручку двери в свою руку и открыл дверь. Он вошел внутрь. Дверь за ним захлопнулась, и он оказался в кабинете с одним окном из которого был виден сад. У окна стоял стол. За столом сидели две женщины. Одна была в черном платье. На голове был черная шляпа, а лицо прикрывала свисающая со шляпы вуаль. Напротив нее сидела женщина в белом халате. Она была молода и красива. У нее были черные волосы, карие глаза. Звали ее Дурималова Хаина Гамоловна. Что можно было б сказать о ней. Да ничего особенного. После окончание института она работала в психоневрологическом институте. Работала она не долга. Дело в том, что как-то раз, переходя улицу, она попала под трамвай. Так и окончилась ее деятельность. Сейчас, она находилась здесь, работала. Но работала она? Это не факт что она работала. Да и была ли она в реальности здесь, а может это была лишь фантазия? Но кого? Этого Наир не знал.

Я напишу, о чем говорили они от первого лица, так как это и понятно, они были в этом кабинете только двое, главврач Дурималова, и женщина в. черном. И так начнем.

Дурималова: -Вы считаете, что Вы виноваты?

Женщина в черном: -Да.

Дурималова: -С чего Вы это взяли?

Женщина в черном: -Я взяла их и отдала их ей.

Дурималова: -Что Вы отдали?

Женщина в черном: -Украшения.

Дурималова: -Какие украшения?

Женщина в черном: -Украшение Лозань.

Дурималова: -Вы считаете, что если Вы не отдали б эти украшение, то ничего этого и не было?

Женщина в черном: -Да.

Дурималова: -Но сейчас Вы считаете иначе?

Женщина в черном: -Нет.

Дурималова: -Вы считаете так же?

Женщина в черном: -Да, феникс тому подтверждение.

Дурималова: -Феникс, это птица?

Женщина в черном: -Нет, это феникс.

Дурималова: -Что Вы имеете ввиду?

Женщина в черном: -Вы знаете, зло всегда с нами.

Дурималова: -И кто это зло?

Женщина в черном: -Моя дочь, Алиса.

Дурималова: -Вы считаете ее злом? Но она же девочка, ребенок?

Женщина в черном: -Она монстра.

Дурималова: -Это так?

Женщина в черном: -Да.

Дурималова: -Объясните почему?

Женщина в черном: -Алиса – это зло, зло воплоти. Ее создали для того чтобы уничтожить всех и вся. Хотя возможно она считала иначе. Прежде она хотела любви, чтобы ее поняли, чтобы ее дар люди приняли таким каким он есть.

Дурималова: -Какой дар?

Женщина в черном: -Дар предвидение. Это есть дар от самого проведение.

Дурималова: -Какого проведение?

Женщина в черном: -Этот дар ниспослан ей свыше. Он предназначался во блага, но люди распорядились этим даром иначе. Они хотели власти, и

получили они ее. Власть, которую они так жаждали. Они нашли ее. Она была сосредоточена в украшениях Лозань. Эти украшения и Алиса одно целое.

Дурималова: -Целое? Поясните.

Женщина в черном: -Алиса и эти украшения не разделимы. Они одно целое. Сосредоточение силы.

Дурималова: -Алиса – это девочка. Но украшения?

Женщина в черном: -Да, украшения.

Дурималова: -Они Вам нужны.

Женщина в черном: -Да.

Дурималова: -Зачем?

Женщина в черном: -Я хочу свободы, и эту свободу может дать мне Алиса и украшения.

Дурималова: -Зачем Вам свобода?

Женщина в черном: -Я хочу покончить со всем этим.

Дурималова: -С чем покончить?

Женщина в черном: -Алиса – это зло. Надо покончить с ней.

Дурималова: -Как

Женщина в черном: -Уничтожив драгоценности.

Дурималова: -Вы про украшение Лозань?

Женщина в черном: -Да, про них.

Дурималова: -Как Вас зовут?

Женщина в черном: -Я не говорила?

Дурималова: -Нет, как Вас зовут?

Женщина в черном: -Алиса.

Дурималова: -Та самая?

Женщина в черном: -Да.

Дурималова: -Тогда как же Вы собираетесь уничтожить Алису, если она это Вы?

Женщина в черном: -Да, Алиса это я, и я собираюсь уничтожить ее.

Дурималова: -Что?

Женщина в черном: -Зинаиду.

Дурималова: -Кто такая Зинаида.

Женщина в черном: -Мое тело.

Дурималова: -У Вас есть тело? Но что же тогда я вижу перед собой?

Женщина в черном: -Мою сущность, а тело мое не во мне.

Дурималова: -Где же оно?

Женщина в черном: -На земле.

Дурималова: -А где же мы находимся сейчас?

Женщина в черном: -Во мне.

Дурималова: -Как это возможно?

Женщина в черном: -Возможно.

Дурималова: -Как?

Женщина в черном: -Телепорт. Феникс. Амина роса. Все это составляющие одного целого. Я Алиса, и никто не сможет мне помешать обрести счастье.

Женщина в черном: -А в чем оно Ваше счастье?

Дурималова: -Во власти. Если люди хотят власти, неважно какой, они ее получат.

Женщина в черном: -Какую власть?

Дурималова: -Ту, что заслужили.

Женщина в черном: -И что они заслужили?

Этот вопрос остался без ответа, и не потому, что женщина в черном не могла на него ответить, а потому, что каждый человек заслуживает своей участи, и неважно какая у него судьба. Он всегда считает, что заслуживает большего чем имеет, и это правильно, «ПЛОХ ТОТ СОЛДАТ ЧТО НЕ ХОЧЕТ СТАТЬ ГЕНИРАЛОМ»

Да, Наир слышал и не мог поверит, что эта женщина есть Алиса. Вся в черном, она не поднимала свою вуаль. Кто она, эта женщина? Неужели она эта Алиса. Та самая Алиса что подвержена власти украшений?

Дурималова: -Вы не можете ответить на мой вопрос?

Женщина в черном: -Просто ни хочу.

Дурималова: -Почему?

Женщина в черном: -Потому что просто не желаю.

Дурималова: -Но Вам хочется поделится этой информацией?

Женщина в черном: -Нет.

Дурималова: -Разве?

Женщина в черном: -Да.

Дурималова: -Что да?

Женщина в черном: -Да.

Дурималова: -Да да или да нет?

Женщина в черном: -Да нет.

Дурималова: -Что нет?

Женщина в черном: -Нет, значит нет. Я не собираюсь с Вами делиться.

моими планами.

Дурималова: -А что мы сейчас по-Вашему делаем?

Женщина в черном: -Разговариваем и только.

Дурималова: -Вы так считаете?

Женщина в черном: -Да.

Дурималова: -Ну а если бы мы не разговаривали, а Вы были у меня на приеме, что тогда?

Женщина в черном: -Что Вы имеете ввиду?

Дурималова: -Вы рассказали о своих проблемах врачу, а не подруге?

Женщина в черном: -Нет.

Дурималова: -Почему?

Женщина в черном: -У меня нет проблем.

Дурималова: -Вы уверены?

Женщина в черном: -Абсолютно.

Дурималова: -Тогда зачем Вы здесь?

Женщина в черном: -Разве я здесь?

Дурималова: -А где же?

Женщина в черном: -Я не здесь, а там.

Дурималова: -Где там?

Женщина в черном: -Там, в Зинаиде. Я чувствую ее. Я это она, а она эта я. Я феникс, сгораю и возрождаюсь в новом обличии.

Дурималова: -Каком обличии?

Женщина в черном: -Обличии невинности новорожденного дитя.

Дурималова: -Какого новорожденного дитя?

Женщина в черном: -Дитя порока и любви, я девочка Алиса. Меня родила Алиса. Она моя мать.

Дурималова: -Постойте, Вы говорите, что Вы в теле Зинаиды, а теперь утверждаете, что вы младенец, и родила Вас Алиса?

Женщина в черном: -Что есть рождение? Я подыскиваю подходящий сосуд, сосуд жизни. Где я могла обрести счастье, и я его нашла. Зинаида лишь временный сосуд моего существование. А младенец нет. Она постоянное вместилище. В ней я буду жить.

Дурималова: -А Зинаида?

Женщина в черном: -Ей предрешено умереть.

Дурималова: -Кем предрешено?

Женщина в черном: -Мной.

Можно было еще многое написать в этом разговоре, но позвольте мне

на этом этот разговор окончить.

Наир слушав доктора и женщину в черном не мог понять, что вообще происходит? Кто такая Зинаида в своей нынешний ипостаси. Почему женщина в черном сказала, что все равно Зинаида умрет? Он обернулся. Словно кто-то говорил ему, пора. В его голове звучало это слово, и оно повторялось. Наир вышел из кабинета, и оказался в темном коридоре. Он шел по нему, и его охватывал страх. Он анализировал все сказанное женщиной в черном. Ему непонятно было одно, как такое возможно? Переселение душ? Что это, мистика или что-то иное? Он не знал.

Вот он снова увидел женщину с длинными волосами. Она стояла напротив него и что-то говорила. Наир не мог разобрать что она говорит? Но он предполагал, что она говорит проклятия в его адрес. Вот снова она показала ему своего ребенка, снова он исчез в ее утробе, и снова она возгорелась. Вскоре все было кончено, и Наир подошел к двери ведущую в комнату без окон. По середины ее сидела женщина с длинными волосами. Лицо ее не было видно. Наир этому даже не удивился. Он уже ничему не удивлялся. Выйдя из комнаты без окон, он удивился. Перед ним возник лабиринт. Лабиринт, из которого ему казалось не было никакого выхода. Он был такой огромный, что его невозможно было обхватить взглядом.

–Что это?

–Лабиринт, разум человека.

Наир оглянулся, сзади него стояла Лариса. Она сказала.

–Эта разум Алисы. На первый взгляд ничего особенного, но кто знает, что внутри?

–Да. – ответил Наир. – человеческий мозг полон загадок, а мозг безумца, его мышление, наподдается рациональной логике.

–Совершено верно. – она сделала паузу. – ну ты узнал, кто такая Зинаида?

–Нет, но я знаю кто это знает.

–Кто же?

–Алиса.

–Алиса?

–Да, она. И она здесь, в этом лабиринте.

–Ты хочешь войти в него?

–Да. Пойдешь со мной?

Лариса согласилась сопровождать его в лабиринт. Она сказала.

–Что ж, если это нужно для дела? Я согласна. Идем же. – она взяла его

за руку, и они пошли в лабиринт.

Глава – 19

Все спокойно было в мире. Что есть реальность бытия? В реальности сущего действие разума человека? Предрекает все действительное и реальное. Реальности и рационализованного мышление человеческого мозга, его сознание и подсознание. Факт осознание реальности и его реальной фантазии человеческого сознание и его осознание реальности. Перенимание сна за реальность и реальность за сон.

Факт этого сна есть ничто иное как реальность. Реальность неспособного к действительности человека принять сущность своего сознание. Оно эфемерно. Человеческое сознание является фактором рационального мышление человека. А что если нет? Что если этот фактор нарушен, и он идет в разрез со всеми требованиями человеческого сознание. Тогда его осознание сущего эфемерно, и он начинает привыкать к своему второму я.

Сегодня Зинаида проснулась в поту. Ей снился сон. Для нее этот сон был ужасен. Она видела себя в новой своей сущности. Что же она видела? Она шла по улице. Пустой безжизненной улице. Вокруг не было никого. Только пустота. Пустота нагоняющая ужас, страх перед неизбежным концом, концом человеческого общество, его поглощением своего самосознание. Да, она была одна. Одна на этой улице. Улице где никого не было. Только она одна. Она шла по улице и ей становилось не по себе. Она не понимала, как такое возможно, одна на улице где нет никого. Впрочем, никого ли? На этой улице действительно не было никого, но только на этой улице. На других улицах было оживленно. Какие-то голоса разговаривали меж собой, но она эти голоса только слышала. Кто они такие были? Она конечно не знала. Она шла по пустой улице, видела дома и окружающие их стены. Никуда не было никакого поворота. Прямая дорога, и только. Но вот прямая дорога закончилась, и перед ней возник словно по волшебству, дом. Дом большой, небоскреб. Он величественно возвышался над всеми иными домами, говоря и показывай себя, что он лучше всех их.

Поворот. Что там дальше? Что за этим поворотом? Этого Зинаида не знала. Она всегда перед полагала что возможно находиться там? Кто может сказать, что за поворотом? А если этот поворот еще страшит? На этот вопрос можно ответить только поняв, способен ты свернуть, и начать все заново?

Это возможно только если человек хочет изменений, он идет к ним не страшась ничего. Он знает свою цель. Но если человек колеблется или ему не хватает что-то, что с подвинет его цели, он не может достичь того, что ему необходимо. Все это является актом воздействие окружающих его людей на его психику. Тогда человек погружается в свой мир, мир где он живет без забот. Он отделяется от этого мира, и остается в том.

Так и с Зинаидой. Она хотела отрешиться от реального мира. Он ей просто надоел. Вы спросите, как это вообще возможно? Очевидно ответ надо искать в глубинах подсознание. Подсознание человеческого разума. Он способен выдать нам невозможное. Зинаида это знала. Она знала то, что ее разум не будет покоен, пока в нем живет Алиса. Это не была шизофрения, хотя многие могли на эту болезнь списать все беды. Человек просто знал, что в нем сидит второй человек. Можно сказать, что это есть осознанное представление человека о его втором я. Люди рождаются в не своих телах, что говорить о их разуме?

Повернув с дороги, она оказалась в месте, где лучше было не находиться. Эта была просто помойка. Большая помойка мусора. Кто знает, кому вообще принадлежит эта помойка. Здесь мусор всего человечество. Его худшая сторона его личности. Зловония и чахлый смрад. Казалось, что все на этой помойке лежало уже много веков.

А вот и дверь. Она возникла как бы ниоткуда, и вела в никуда. Она находилась в пространстве, ее пространстве, пространстве человеческого разума, его мышление. Да, это была она. Дверь без стен. Только одна дверь. Зинаида подошла к ней, и открыла ее. Ей было конечно страшно, страшно видеть, что за ней? Ведь никто не знает свое грядущие? Оно иллюзорно. Все эфемерно в этом мире. За этой дверью не было ничего, только пустошь. Гулял ветер, на небе плыли мрачные тучи. Где-то в дали, было видно здание. Оно казалось ужасном. Серое, мрачное, нагоняющее тоску. Пересечь эту черту было сложно. Зинаида не могла перешагнуть через этот порок. Ее что-то сдерживало. Она боялась. Но желание узнать, что там за этой дверью оказалось сильнее. Она взяла себя в руки и, пересекла черту. Затем за ней закрылась дверь, и исчезла. Исчезла как будто ее не было вовсе. Зинаида оказалась в мире где нет солнце, лишь тучи и серое здание. Ветер и песок. Грязь и слякоть. Да еще многое что можно было написать. Одно из таких ненаписанных и утаенных мест, змеиная логово. Там, где-то жили они, змеи. Питавшись всеми пришедшими в этот мир, они не щадили никого.

–Где это я нахожусь?

Она задавала себе этот вопрос и не находила на него ответа.

Но вот она увидела, что пустошь преобразилась. Она стала светлой. Возникла поляна, ее окружали еловые деревья. На земле росла трава. Она колыхалась на ветру, и Зинаида ощущала, их колыхание. Она чувствовала, как трава щекочет ее тело. Приятное ощущение, ничего не скажешь. Но вот и он, дом. Приблизившись к ней с невероятной скоростью, он страшил ее и пугал. – что там в этом доме? Доме на первый взгляд ничем не примечательный. Серый с покосившимися рамами, и худой крышей. Вот дверь, она открыта, над ней написано, «ДОМ СКОРБИ» Да, этот дом был скорби. Понимайте это слово как хотите. Много есть определений для этого слова.

–Кто может мне сказать, где я вообще-то нахожусь?

Этот вопрос не давал ей покоя. Она искала ответ на этот вопрос, и не находила его. Тут она услышала чей-то голос. Он поинтересовался:

–Что ты видишь?

Зинаида подумала.

«-Я ЧТО СОШЛА С УМА? ЧЕЙ ЭТОТ ГОЛОС В МОЕЙ ГОЛОВЕ?»

–Мой.

«-Чей мой?»

–Ларисы.

«-Ларисы?» – удивилась Зинаида. – «ВЫГДЕ?»

–Здесь, посмотри сюда, на право, что ты видишь?

Зинаида повернулась на право, и увидела зеркало. В нем свое отражение. Но эта была не она. Эта была другая женщина. Она хотела вспомнить, где она ее видела? Но все ее усилия были тщетны. Она не могла вспомнить, где она ее видела. Не могла вспомнить откуда она ее знает? Может она с ней где-то встречалась? Может она ее подруга? Кто она?

Зинаида смотрела на свое отражение, и не узнавала себя. Здесь она была в каких-то лохмотьях, а там, в своем отражении на ней было дорогое красивое платье. Ее формы были куда лучше, чем она себя видела каждый день. Ее лицо сияло от удовольствия. Оно смотрело на нее из отражения из зеркала. Видя свои волосы, она не могла поверить своим глазам. У женщины, которую она видела в зеркале, были длинные густые волосы черного цвета. Они прикрывали ей ее красивую и сексуальную грудь, и падали вниз, на ее тонкую талию. Глаза ее были карими, нос красив с небольшой чуть заметной горбинкой. Она сказала.

–Не правда ли, ты не ожидала увидеть здесь меня.

–Кто ты?

–Я это ты.

–Как это? – не понимала Зинаида. – я это я. А кто ты?

И снова тот же ответ.

–Я это ты.

Ничего непонимающая Зинаида, спросила:

–Это как?

–Оглянись. – сказала женщина из зеркала. – где ты находишься?

–Не знаю. – ответила испуганная Зинаида. – я не знаю где я нахожусь?

–Ты находишься во мне. – сказала женщина из зеркала. – я общаюсь с тобой под действием твоего сознание, в которое я вошла.

Эти слова могли привести любого человека в бешенство, но не Зинаиду. Она была спокойна и уравновешена. Казалось, что ей было все равно, что с ней происходит.

–Как во мне? Почему?

Женщина вышла из зеркала это происходило довольно реалистично. Казалось, что так и должно было быть. Прогулки меж собственными мирами. Она подошла к ней, взяла ее за руку и спросила:

–Скажи, я красива?

–Красива.

–А как ты думаешь, можешь ты выглядеть так как я?

–Не знаю?

–Нет. – ответила за нее Лариса. – а я могу. – и затем она добавила. – но кое кто мне мешает.

Непонимающая Зинаида меланхолично спросила:

–Кто?

–Ты.

–Я? Почему?

–А ты не понимаешь?

–Нет?

–Ты всегда боролась со мной. – сказала Лариса. – ты меня призирала, ты меня отторгала. Я же наоборот хотела быть с тобой.

Зинаида на секунду задумалась. Она тут вспомнила, кто та которую она отвергала, кого не принимала и страшилась.

–АЛИСА?

–Да. – ответила она. – эта я. Вот как ты могла бы выглядеть, прямя меня.

Я тебе дала бы все что ты попросила и что не могла попросить. А ты всеми средствами противишься нашему счастью. – она посмотрела в ее глаза, и произнесла. – ведь в глубине души ты любишь меня. Любишь. – утверждала Алиса. – разве нам было не хорошо вдвоем? Если б это было бы не так, разве ты хранила мой портрет у себя в квартире. – она сделала непродолжительную паузу. – признайся себе, ты любишь меня. Ты видишь во мне ту, что видишь сейчас. Такой ты хочешь быть, красивой и сексуально привлекательной. Признайся, это так?

Зинаида не знала что и ответить. Перед ней стояла красивая женщина в полном рассвете сил. Сексуально привлекательная. Зинаиде так и хотелось слиться с ней в жарком поцелуе любви. Но кто она? Этак красивая женщина? Неужели она Алиса? Та самая Алиса? Что весит у нее на стене. Ее картина? Но что за черт? Она же на картине светлая, а здесь? Что здесь? Тут взыграли ее гормоны. Она возбудилась, и сказала:

–Какая ты красивая! Я хочу тебя.

Женщина обняла Зинаиду и посмотрев ей прямо в глаза, сказала:

–Скажи, ты действительно считаешь что со мной тебе будет хорошо?

–Не мне. – уточнила женщина. – тебе.

Зинаида удивилась.

–Мне?

–Да. – ответила женщина. – тебе.

–Почему ты так считаешь?

–Я просто это знаю. – ответила она. – смотри, когда меня не было в твоей жизни, ты просто прозябала. Но когда ты нашла те украшение, ты стала совсем другой. Ты стала властной, могла получить все что хотела. но твоя сестра, Галина. Она сбила тебя с этого пути, внушила тебе что все это зло. И тогда произошло то, что произошло. Ты испугалась, испугалась за свою жизнь. Ты считала, что Галина отберет у тебя все, и ты убила ее. Точнее я ее убила. Ты не смогла. Я люблю власть так же как и ты. Но больше всего я люблю жить. Мне нужна семья, и ты можешь мне ее дать.

–Дать? – удивилась Зинаида. – как дать?

–Ты только должна разрешить мне посещать мое тело.

–Тело? – удивилась Зинаида. – это как?

–Я должна войти в тебя, и ты должна принять меня.

–Принять? – снова не поняла Зинаида. – это как?

–Ты должна впустить меня в свое тело. – сказала женщина. – мы станем одним целом, ты и я.

Зинаида не понимала. Она даже не могла понять, о чем идет речь. Как можно было заменить в теле что-то, что замене не подлежит?

–Ты хочешь, чтоб я отдала свое тело?

–Нет. – ответила женщина. – просто я буде находиться в нем так же как и ты. Мы станем одним целом. Будем жить вместе.

–Я все равно не понимаю?

–Ты только должна разрешить чтобы я стала тобой. – закончила женщина. Она словно не слышала, о чем спросила ее Зинаида. Она просто проигнорировала ее вопрос. – затем она добавила. – ты уже делала это, менялась со мной местами.

Непонимающая ничего Зинаида спросила:

–Менялись, когда?

–Тогда, когда ты убила Галину, свою сестру. И тогда, когда ты убила Опустотелова Журика Ноарича. Эта была не ты, а я. Тебе тогда понравилась. Можешь мне поверить. Ты была в восторге от причиненной кому-то боли. – она снова сделала паузу. Казалось, что в этой паузе сосредоточилась вся ее прежняя речь. Она сейчас заканчивала ее, и подводила итог. – так чем же мы отличаемся друг от друга?

Зинаида сделала глотательное движение. Она затаила дыхание. Что она могла ответить на этот вопрос. Конечно ей нравились злодеяние. Но она считала себя не убийцей. Кто-кто, но не убийца. Да она и не помнила как вообще происходили убийства? Она была в беспамятстве. Она сказала:

–Я не убийца.

Женщина иронически подтвердила.

–Конечно ты не убийца, просто святая. Нет, ты убийца. Убийца собственной сестры.

Зинаида воскликнула:

–Эта ложь!

В это самое время, она услышала знакомый голос позади себя.

–Разве?

Она обернулась. Перед ней стояла ее копия. Она тотчас узнала ее. Эта была Галина. Зинаида удивилась.

–Галина? Ты здесь?

–Здесь, но я не Галина.

–Тогда кто же? – не понимала Зинаида. – ты Галина.

–Нет, Галина эта ты, а я Зинаида.

–Зинаида? – задумалась она. Не понимая, как такое вообще возможно? – ведь Зинаида эта она? Кто же тогда эта женщина? Галина. Да, именно Галина. Так и должно быть. Я же не сумасшедшая?

И как будто читая ее мысли, кто-то сказал.

–Сумасшедшая, здесь мы не используем этого термина.

Зинаида не поняла кто сейчас сказал эти слова. Она огляделась, никого не было. Только она одна стояла посреди этой свалки, свалки безумие человеческого разума. Она не понимала что вообще с ней происходит? Она знала только одно. Она не убийца. Но противоречие все же взяли верх над ее разумом. Женщина Галина ее убедила, что не она Галина, а Зинаида. Зинаида была Галиной. Она хотела завладеть этими украшениями, проклятыми украшениями Лозань, и убила Зинаиду, став ей. Галину она похоронила, и больше о ней никто не вспоминал.

Но дело в том, что все же хотя они и были близнецами, они были разные. Убиенная Зинаида, была властной и беспощадной, здоровой женщиной без вредных привычек. Галина была больной, любящая по фантазировать, и покурить. Она была женщина привыкшей принимать свою судьбу так, как она и была. Но, как-то раз она сказала себе. – все, с меня хватит. – она завидовала своей сестре, и желала чтобы она была на ее месте. Как-то раз, она приобрела портрет. Портрет маленькой девочки. Она долго не могла понять, в чем прелесть этого портрета, этой девочки. А когда узнала от своей сестры, что эта Алиса, и она может выполнить все ее желания, Галина поняла, что эта ее шанс. Она слышала во сне, что надо делать, чтобы обрести счастье, и она эта сделала. Она убила свою сестру, и заняв ее место стала ею. Вот такая история.

Теперь, ей надо было решить, что делать дальше? Продолжить жить как Зинаида, и быть несчастной или позволить Алисе быть с ней. Она выбрала второе. Алиса вошла в нее, оставив при этом ее в ней. Вы скажите, что это невозможно? Что ж, возможно Вы правы. Но в данном случае Вы можете ошибиться. Это возможно.

–А вот и лабиринт. – сказала Алиса внутри Галины. – там сейчас Наир. Скажи, он нужен тебе?

–Мне? Нет. – она зловеще улыбнулась. – а тебе?

Внутри ее голос Алисе сказал.

–Он мне никогда не нравился. Пойдем же от сюда.

–Пойдем.

Она стояла возле двери. Двери которую она открыла. Открыла и вошла

внутрь. Захлопнув за собой дверь, они исчезли, исчезли и больше не появлялись здесь, в этом безумии. Безумии человеческих мыслях и его пороков.

Глава-20

Где же сейчас Алиса? Что за той дверью, в которую она вошла? Там кабинет врача. Врача которая была мертва. Мы ее уже знаем. Ее звали. Дурилмалова Хаина Гамоловна. Она сидела за своим столом и что-то писала. Сегодня была назначена встреча с ней. С пациенткой. Но она не явилась на прием. Вместо нее на прием пришла женщина в черном. Эта была Алиса. Войдя в дверь, сначала увидела себя в зеркало, зеркало которое стояло у входа в дом скорби. Она видела себя в зеркале, но не такой какой она хотела себя видеть, и видеть себя такой было невозможно. Красивая женщина видела себя в черном. На ее голове был надет головной убор, а лицо было под вуалью.

Она сидела за столом напротив доктора Дурималовой, та задавала ей вопросы, а она на них отвечала. Когда прием был окончен, Алиса вышла из ее кабинета, и в тот же самый миг она оказалась в саду, саду полным цветов. Она вдыхала аромат цветов, и ей было хорошо. Это словно для нее был личный наркотик. Наркотик душистой и прекрасной любви. Она вздохнула полной грудью, и в тот же миг оказалась где-то в какой-то квартире. Она осмотрелась и увидела, что она находиться в той самой квартире где жила Алиса, дочь Наира. А вот и ее дитя. Она спала в своей кроватке и видела сладкие сны. Ребенок, что еще сказать?

В эту самую минуту в комнату где спала Алиса вошла ее мать. Она подошла к своей дочери, проверила, все ли с ней в порядке, и поцеловав ее в лобик, пошла на кухню.

Алиса подумала.

«-Да, возможно я нашла то зачем я здесь?»

В этот миг у нее закружилась голова, и она словно провалилась в пустоту. Она летела вниз, и чувствовала, что ее тело расслабилось, а мозг давил на нее с такой силой, что она могла предположить, что ее сознание не принимает такой огромной скорости, и ее мозг сплющился. Сплющился и надавил на него атмосферы-давление самого организма, его самозащиты от не предвиденных случаях самого организма.

Вот она снова оказалась в том саду из которого видела квартиру

Алисы. Она обернулась и пошла прочь от этого прекрасного место. Запах этих цветов стал ей неприятен. Она бежала прочь от него. Бежала потому, что запах этих цветов становился затхлым, и пах смертьдяченой, а не каждый вынесет такое.

Вот она оказалась в комнате без окон. На против нее стоял Наир, и лежала женщина с длинными волосами. Что было в этой комнате, что происходило там? Я описывать конечно не стану. Это я уже поведал всем Вам в ранней главе этого повествование. А вот что происходило после того как Наир вошел в лабиринт? Вы сейчас узнаете.

Алиса чувствовала, что время в этом мире ей подходит к концу. Ей предстояло покинуть этот мир, мир страдания и безысходности. Она мечтала о семье, семье которой у нее никогда не было и уже как она думала никогда не будет. Ее все боялись и призирали. Ее отец был для нее не исключением. Он все сделал для того, чтоб понять, кто такая Алиса с научной точки зрение? И представляет ценность в научном конспекте? Но Алиса не дала ничего кроме горя и страдание. Все, кто общался с ней умирали. Она не оставляла никого в живых. Она для всех оказалась монстром, и отвергнутая и непонятая всем миром, она просто предпочла умереть. Сейчас же ее время здесь было на исходе, и она захотела вернуться, вернуться чтобы отомстить. Отомстить за все, все горе которое ей причинили на земле.

Но как вернуться? Это был вопрос? И она его уже разрешила. Осталась одна нерешенная проблема, как вернуться? И в этом ей помогла Галина. Теперь осталось только переместиться обратно в тело Галины. Она эта сделала. Сделала так, что никто не понял, что она эта не она. И теперь очнувшись от гипнотического сна, она видела все по-новому. Но я забежал вперед. Сейчас она вошла вместе с Наиром в лабиринт, но с другой стороны. Множество есть входов в этот лабиринт, и кто знает, где из него выход? Она знала, как Наир ходил по лабиринту, ища кого-то. Не знаю кого он искал, но почти я уверен, что он искал Зинаиду. Он хотел ее найти, но его попытки оказались тщетными. Он не мог ее найти, он даже не знал где искать. Блуждая в лабиринте, он в конце концов отчаялся, и сказал, что в конце концов он сделал все что мог сделать, и не его вина что Зинаида не может его найти, а он ее. Видимо не суждено мне найти ее и быть с ней. Эти слова оказались пророческими. Произнеся их, он тотчас увидел свет в конце из одного пути лабиринта. Он светил но не ярко. Казалось, что он призывал его идти к нему, и он пошел. Пошел несмотря на то, что ни нашел

Зинаиду и не узнал у нее кто она на самом деле? Его манил свет, и он шел на него. Вскоре он услышал чей-то голос, он сразу же узнал его. Эта был голос его дочери. Он звал его. Звал к себе, и он шел, можно сказать летел на всех парусах к тому свету который он видел. И вот он вошел в этот свет и словно выскочил из него. Выскочил оказавшись в той самой комнате, где он лежал под гипнотическим сном. Все было кончено. Он был в комнате где его ввели в это гипнотическое состояние.

–Что же ты видел, Наир? – спросила его Эмма Георгиевна Шаперболоева, она же Лариса. Когда она вывела его из транса?

Тот ответил.

–Многое.

–Узнал зачем ходил туда?

–Нет, не удалось.

–А она?

–Понятие не имею, я ее там даже и не видел.

–Ясно. – Эмма вывела ее из гипнотического состояние, но последствие напитка, который она ей дала, оставили свой отпечаток. Она не могла прийти в себя, и поэтому ее пришлось вести домой. Вот почему она проснулась в своей постели. Проснувшись, она помнила все, все то, что произошло с ней там, там в том мире. Ей было приятно то, что теперь ее жизнь станет такой же как хотела Алиса. А в своем подсознании она это хотела, хотела быть другой, лучше чем сейчас. Можно понять это по любому. Но она была после прогулке в свой разум и разум Алисы принять ее такой, какая она есть.

Очнувшись она увидела перед собой какую– то женщину. Она смотрела на нее и прислонив большой палец правой руки к своим губам сказала:

–Тс-с-с-с.

Та сделала кивок в знак согласие и улыбнулась.

Женщина сняла с себя платье, и повесив его на вешалку легла в постель вместе с Галиной. Она ласково, словно любящем взглядом смотрела на нее, словно хотя сказать, что ты медлишь? Я здесь. Давай займемся любовью.

Чувства были взаимны. Галина уже давно не могла удовлетворить свои сексуальные потребности. Она даже когда была с Наиром, делала вид что ей было хорошо, на самом деле она молилась, чтоб поскорей все закончилась. С Алисой ей было хорошо и приятно. Она принимала ее такой, какой она была. Она стремилась к ней, ее к ней тянуло. Она отдалась ей. Отдалась вся без остатка. И они слились в страстной любви друг к другу.

Автор: -Эти две главы я написал исходя из выводов собственных наблюдений. Все мы в какой-то мере безумны. Безумны, но рассудительны друг к другу. Наше сознание, эта лабиринт. Лабиринт наших тайн и несбыточных надежд. Некоторые из них просто безумны. Безумны люди и их надежды. Они никогда не сбудутся, о них можно только мечтать. Но мечта иногда соприкасается с безумием, и тогда возникает вопрос? Кто мы, люди? Безумцы или нет. В большинстве случаях так оно и есть, мы безумны. Но что такое безумие? Эта наше подсознание. Несбыточные надежды. Они и делают нас безумными. Иногда эта безумие перерастает в гениальность. И тогда мы видим новые открытия в этом мире. Ведь только безумец способен доказать недоказуемое и опровергнуть все то, что было создано.

Моя же теория, заключается в самой причине безумие. Оно рядом с нами, и оно везде. Мы его не видим, но оно нас видит. Видит и преследует нас повсюду. Вы спросите, что это? Как я писал ране, эта просто, простая и банальна абстрактная власть. Неважна какая она, власть? Она существует, и стремясь к ней, мир сходит с ума.

Не исключение и Галина. Она так же, как и ее сестра жаждала власти, и она ее получила. Теперь она была счастлива. Но кто из них все же счастливее? Галина или Алиса? Вот в чем вопрос. Кто добился своего? В данный момент они обе были счастливы. Что произошло с ними потом? Вы узнаете из новой главы этого повествование.

Глава-21

Возвратившись из магазина, Наир застал Зинаиду в приподнятом настроении. Она светилась от счастья. Сейчас она усевшись в кресло, курила, дымила с удовольствием. Вошедшей в комнату Наир, посмотрел на Зинаиду. Та смотрела телевизор. По каналу демонстрировался фильм «ИЗГОНЯЮЩИЙ ДЬЯВОЛА»

Он поинтересовался.

–Что за фильм?

Сделав затяжку, она посмотрела на Наира, ответила.

–Изгоняющий дьявола.

–Какая часть?

–Третья.

–Ага. – он пригляделся к ней, и заметил, что она изменилась. Что-то в ней переменилось. Что-то стало другим. – с тобой все в порядке?

–Да. – отбросила Зинаида. – в порядке.

Не зная что сказать, он спросил.

–Хочешь чаю?

–Нет. Кофе с молоком если можно.

–Хорошо. – ответил он. Выйдя из комнаты, он направился в кухню, готовить кофе с молоком.

Зинаида, докурив очередную сигарету, которую по счету она сама уже не знала. Подошла к окну, и открыв форточку, вздохнула полной грудью. Она была счастлива. Счастлива не зная от чего. Казалось она порхала как бабочка. Летала и была счастлива. Душа ее парила. Ей хотелось нового. Того чего она всю жизнь была лишена. Но что это? Она еще не знала.

В какой-то момент она услышала голос в своей голове. Этот голос был реален. Он доносился с кресло, на котором она сидела. Она обернулась, и увидела сидящею в кресле Алису. Она сказала.

–Ребенок. Нам нужен ребенок. Ты хочешь стать матерью, а я ей никогда не буду.

Зинаида подбежала к ней, села на корточки и спросила:

–Где же я его возьму?

–Эта не твоя забота. – сказала Алиса. – моя. Ты же можешь мне помочь лишь тем, что приведешь ко мне Алису, дочь Наира.

–Но как? Я не знаю где она находиться?

Алиса прислонила свои губы к уху Зинаиды и прошептала.

–А я-то на что?

–Зин. – позвал ее Наир. – кофе готово. Иди пить.

Зинаида крикнула в ответ.

–Сейчас. – она посмотрела на сидевшую в кресле Алису, и зловеще улыбнувшись, сказала. – я думаю что нам пора остаться вмести, только ты и я. Поможешь мне? – она посмотрела в сторону двери. – Наир наш пропуск к счастью, и он нам мешает.

–Согласна. – она прошептала Зинаида на ухо. – тогда убей его.

Услышав что Зинаида с кем-то разговаривает, он прошел в комнату, и увидев что Зинаида сидит на корточках перед креслом, а в нем никого нет, она удивился и спросил:

–Что ты делаешь?

Зинаида быстро посмотрела на Наира и сказала:

–Шпилька упала на кресло, ищу.

Наир многозначительно произнес.

–А-а-а…!? Кофе готов. Пойдем пить пока не остыл.

Зинаида встала и подойдя к Наиру обняла его и поцеловала, спросила:

–Дорогой! Ты хотел бы найти свою дочь?

Этот вопрос привел Наира в замешательство. Он конечно хотел найти свою дочь, но он не мог. Он просто не знал с чего начинать поиски? Поэтому он обратился в передачу на первом канале телевидение, «ЖДИ МЕНЯ»

–Да. – ответил он. – хочу.

–Я могу тебе помочь.

Наир удивился.

–Помочь в чем?

–Найти твою дочь.

–Хорошо. – ответил он. – если ты можешь мне помочь…?

–Да. – ответила она. – могу. – она сова поцеловала Наира, и они направились в кухню. Выходя из комнаты, Зинаида, она же Галина, посмотрела на кресло, где сидела Алиса, и зловеще улыбнулась, дав понять, что она готова сделать то, о чем ее она просит. Затем она прислонилась к плечу Наира и спросила его. – ты меня любишь?

Наир легко улыбнулся, посчитав этот вопрос просто за женское любопытство и ее слабость.

–Ну конечно люблю! – и в шутку добавил. – ах какая ты моя дурочка!

Женщина, поняв его слова легко с облегченной душой улыбнулась.

Вот они пришли на кухню и сели за стол. На столе стоял приготовленный ужин. Кофе, суп-харчо, жаренная рыба. Все это приготовил он, Наир. Вообще он умел и любил готовить. Его научили готовить в детстве. И если б не искусство, он мог бы стать замечательным поваром, и открыть свою кухню.

–О! – у Зинаиды разбегались глаза. Она хотела попробовать все, все что было приготовлено на этом столе. – это все приготовил ТЫ?

–Да. – ответил он. – я.

–Когда же ты успел?

–Пока ты смотрела кино. – он разлил по тарелкам суп-харчо, и порезав хлеб положил его возле тарелок. Затем положил ложки.

Зинаида поинтересовалась:

–Скажи, зачем тебе все это?

–Ты о чем?

–Хорошо. – сказала она. – я задам вопрос по-иному. Ты меня действительно любишь или я тебе просто нравлюсь?

Этот вопрос задает большинство женщин на одном из этапов знакомство. Что значит любишь и нравишься? Эти в большинстве своем одинаковые слова, для женщин имеет два значение. Но что такое любовь? Настоящая любовь? Об ней спорят веками, и никто не может прийти к однозначному мнению. Что же такое за понятие любовь? У героев этого повествование мы сейчас узнаем. И так, начнем.

Наир тотчас без раздумья но с удивлением от заданного ему вопроса ответил.

–Конечно люблю? Что за глупый вопрос.

–А что для тебя значит; -любовь?

Автор: -Любовь, что эта такое, любовь. Одни считают, что любят своих чат, лилеют их, и могут пойти на все, чтобы их чадо было счастливо. Другие считают, что любовь заключается в само достижении своей цели. Как это понимать? Третьи считают, что любви нет так каковой. Лишь только достижение цели ради каково-то дело. Это для них и считается любовью.

Любовь и секс может и разные понятие, но для многих это одно и тоже. Любовь – это секс, а секс эта любовь.

Женщины в отличие от мужчин считают, что любовь это что-то особое, без чего вообще нельзя жить. Они хотят, чтобы о них заботились, лелеяли их, носили на руку, и давали все, чтоб они не попросили.

Мужчины считают, что любовь это что-то абстрактное. Для них главное прийти с работы поесть, и поспать. Ну а заодно заняться иногда сексом. Вот и вся мужская любовь.

Что касается Наира, то он считал, что любви так каковой нет. Она лишь мешает жить, и кто верит в нее тот дурак. Поэтому он и выгнал свою дочь из квартиры. Он считал, что ее так называемая любовь, не имеет ничего общего с тем, о чем пишут в книгах. Это ложь! Считал он. Этого не может быть?

Зинаида считала, что он ошибается, она считала, что какой бы не был отрок, он должен быть любим, а затем счастлив. Но Наир опроверг всю эту теорию. Опроверг лишь потому, что был зол на дочь. Тогда, когда он узнал, что она забеременела. Он просто не мог смериться с этим. Ведь когда-то он все же нашел ее. Нашел, значит любил.

Они так и не пришли к однозначному мнению, что такое любовь? Что ж, бог им судья.

Что касается меня, то я считаю, любовь, эта понятие святое, это когда стоит человек за свою семью горой, и готов ее защитить любой ценой.

Что касается любви между мужчиной и женщиной, то как я уже писал ранее, это святое. Мы выбираем себе противоположную половинку на всю жизнь. Мы так же подразумеваем под этим словом, что у нас будет семья, женщина родит ребенка, и вместе со своим супругом, который так же со участвовал в этом процессе, будут их воспитывать и растить в месте, не смотря ни на какие невзгоды и трудности. Так же возможно пара усыновит или удочерит кого ни будь. В связи с этим на них ложиться двойная ответственность за детей. Ведь их надо полюбить как своих, а это для некоторых ни так легко.

Что же касается секса, то как один мой знакомый сказал, и его слова пророчески для мужчин; -секунда удовольствие, расхлебывайся. И в этом он прав, прав как никогда. Ведь секс на ночь всегда подразумевает что-то еще.

Все это так как я описал. Жаль что в жизни все иначе. Иначе не потому, что все не так как должно было быть. Иначе, потому что все забыли одно единственное слово, святость.

Вернемся к Алисе. Что она делала в отсутствие Зинаиды. Она стояла в дверях между прихожей и кухней, и пристально словно с укором, смотрела на Зинаиду. Она словно ее укоряла за то, что она медлит. Медлит в их соглашении избавиться от него. Зинаида смотрела на нее и легонько кивая головой чтобы не заметил Наир, а он ее не мог заметить, потому что она кивала головой, когда тот ел, и не мог видеть ее.

–Что ж. – сказала она. – мне так жаль, что мы не смогли понять друг друга.

–Мне тоже. – ответил тот поглощая пищу.

Зинаида легко улыбнулась. Она знала, что сегодня судьба Наира будет решена. Она будет решена тек же, как и она решала судьбы других своих знакомых. Она предложила сходить завтра в филармонию, тот согласился.

Сегодня Зинаида, она же Галина, спала крепким не прободным сном. Ей снилась ее детство. Как она в детстве бегала по полю со своими подружками, ловила бабочек, и ей было хорошо. Но вот она подросла, и стала женщиной. Ей захотелось что-то больше чем просто бегать и по-детски наслаждаться жизнью. Она полюбила. И все б было хорошо, если один раз она не нашла эти украшение у своей сестры, а может она просто показала ей их чтобы похвастаться, я этого не знаю. Впрочем, ее жизнь тотчас изменилась. Она стала другой. Эти украшение звали ее, манили. Но это уже я писал. Она не смогла совладать с собой, и…? Что и? Никто не знает почему она убила свою сестру. Да убила ли? Может она уже была мертва? Кто знает?

Сейчас в своем сне она занималась любовью. Любовью с Алисой. Она во сне давала ей все то, что она не до получала в реальной жизни. Простое женское счастье. Да, это так. Она возжелала Алису, и теперь она стала с ней одно целое. Она потыкала ее прихотям, давала все, о чем бы она не попросила. Все было в порядке.

На следующее утро, она проснулась в прекрасном настроении. Встала с кровати, закурила сигарету, и посмотрев на другую сторону кровати, увидела лежащею в ней Алису. Она любовно смотрела на нее. Казалось, что она хочет что-то сказать, но спросила первая Галина.

–Где Наир?

–А это важно?

Сделав затяжку, она небрежно ответила.

–Да нет. – а затем ласково, словно любовно сказала. – ведь ты со мной, дорогая! – она улыбнулась и нагнувшись ее поцеловала. Затем спросила у нее. – ты не прочь что я курю?

–Нет. – ответила та. – я сама не прочь покурить. – она достала из пачки сигарету и закурила. – знаешь. – сказала она. – теперь ничто нам не помешает быть счастливыми! Твои все болезни прошли, и никогда уже не вернуться. Ты теперь будешь счастлива.

–Да? – задумалась Галина, и задала вопрос. – все-таки, где Наир?

–Там от куда я пришла. – ответила Алиса. – я вчера отправила его туда.

Галина не понимала. Она сделала затяжку и недоуменно спросила:

–Куда отправила?

Алиса усмехнулась.

–Ты знаешь.

–Нет. – ответила она. – не знаю?

–В небытие.

–Но как? Я же вчера с ним говорила?

Алиса сделала затяжку.

–А ты уверенна что вчера был он?

–Да.

–Ты в этом уверенна?

–Да.

–Хорошо, допустим. Но как же ты объяснишь тот факт, что его здесь нет?

Галина пожала плечами. Она не знала почему, и как это произошло. Неужели она что-то пропустила? Что-то такое что никто не мог ей показать, а она это не заметила? Это было возможно.

–Я конечно рада что он исчез. – сказала она. – но все же как?

Алиса рассказала ей о том, что вчера после того как они побывали в филармонии, на них напали бандиты. И его просто убили.

–Ты? – предположила Галина. – его убила ты?

–Да. – призналась Алиса. – его убила я.

Женщины докурили сигареты, и Галина легла в постель. Она спросила:

–Зачем?

–Чтобы быть с тобой. – призналась она. – чтобы найти Алису, его дочь, и забрать у нее ребенка.

–Забрать? – удивилась Галина. – как?

Алиса двусмысленно и жестоко улыбнулась.

–Есть у меня одна мысль. – сказала она и обратившись к Галине спросила. – поможешь нам?

–Да. – ответила Галина помогу. – но как?

–Всему свое время, всему свое время.

Автор: -Почему Галина ничего не помнила? Почему у нее вылетел весь день из ее памяти? Ответ прост. Она была под воздействием каково-то психотропного лекарство, который стирает все воспоминание о том или ином событии. Это Вы скажите фантастика? Но вспомните фильм «ЛЮДИ В ЧЕРНОМ» Там с помощью некой штуки можно было стереть память не только за один день, даже за год. Можно предположить, что во всех разведках находиться подобные препараты. Но может этого и нет. Эта все из области фантастики.

Вчера прогуливавшись по Москве, Светлана каким-то образом оказалась во дворе одного из заброшенного дома. Она там увидела, как кто-то лежал на асфальте. Она подошла к лежащему на асфальте во дворе человеку и посмотрев на него, признала в нем Наира. Она склонилась

перед ним, проверила его пульс. Тот еще прощупывался. Не теряя времени, она вызвала скорую, и его забрали в институт имени Бурденко. Затем она встретилась с Ромашовом Дмитрием Георгиевичем, и рассказала ему о случившимся. Тот пообещал, что он сделает все возможное чтоб поставить Наира на ноги, а затем добавил.

–Теперь на Вас вся надежда.

–Да, я понимаю, а Наир знает?

–Нет. – заверил ее Ромашов. – он не знает, что Вы с нами.

–Хорошо. Что я должна делать?

–Защитить Алису, дочь Наира.

–Понятно.

–Да, еще.

–Что?

–Ее дочь, она так же должна находиться под Вашей защитой. Если кто ни будь попытается отобрать ее от нее, то Вы знаете что надо делать.

–Да, ясно.

–И будьте осторожны.

–Конечно. – она сделала паузу, а затем спросила. – прикрытие будет?

–Нет. В интересах этой операции Вы работаете одна. Но в крайнем случае, наш агент будет на связи.

–Ясно. Как я его узнаю?

–Этот агент будет иметь половина однодолларовой купюры. Вы все инструкции и пароли получите не за медлительно в отделе.

–Ясно.

–Как Вы думаете, почему у Наира не получилось?

–Наверное он в нее влюбился?

–Что в нашей работе не допустимо.

Светлана согласилась.

–Это так.

Автор: -На этом можно закончить первую часть моего повествование. Я не буду рассказывать сейчас, что произошло с Наиром, я расскажу об этом в следующих главах этого повествование. А теперь перейдем ко второй его части.

Часть-II

Глава-22

Наир. Кто мог подумать, что он будет убит. Да, он убит. Лежит в морге, где над его трупом работают специалисты. Кто знал? Кто мог ведать, что Наир станет очередной жертвой украшений Лозань. Алиса, всегда хотела обрести власть, власть над всеми кто был с ней. Как мы видим она ожесточилась. Ее душа стала бездушной, и она сейчас хотела одного, обрести власть в этом мире. Ей для этого было нужно тело, и она получила его. Галина, жаждущая власти и стремясь к ней любыми целями, обрела союзника в лице Алисы. Но при этом ей пришлось стать убийцей. Она убила свою сестру, Зинаиду и заняла ее место. Затем она убила Опустотелова Журика Ноарича, и вот теперь пришло время для Наира. Она тоже как она думала его убила. Но по воле случая, он был спасен. Сейчас он лежал в реанимации под капельницей. Ему сделали несколько операций, и он каким-то чудом выжил. Правда он лишился правой руки и левого глаза. Его жена, Светлана можно сказать была с ним до последнего. Она видела как из ее мужа получился инвалид. -Ничего уже не исправить. Думала она и была права. Ее муж был в коме. А затем умер. Все было кончено. Алиса взяла верх. Она избавилась от того, от того кого она хотела избавиться. Теперь дело за малом, на похоронах познакомиться с Алисой, дочерью Наира.

Похороны прошли тихо и спокойно. Мало кто был на этих похоронах. Ведь практически никто не знал Наира. Только коллеги по работе и Светлана. Тихо дул теплый ветерок. Они стояли у могилы Наира и, тут Светлана почувствовала, что чьи-то глаза смотрят на нее и она оглянулась. вокруг никого не было. Только памятники кладбище. Они стояли над землей словно дома в которых жили те, кто больше не вернуться на этот свет. В дали она заметила стоявшую женщину с коляской. Она не сразу узнала ее. Но приглядевшись она узнала в ней Алису, дочь Наира. Она подошла к Светлане, и она увидела на ее лице горькие слезы. Она ревела от горя. Ее горе было неутешно. Она сказала Светлане.

–Я знаю, его убили!

Та удивилась.

–Убили? Кто?

–Проклятые камни. – сказала она. – это все из-за них и их хозяйки, Алисы.

Светлана сделала вид что не понимает, о чем идет речь.

–Алиса? Камни? Вы о чем?

–Вы знаете о чем я. – плакала Алиса. – и вы знаете что ей надо.

–Что же?

Алиса посмотрела на своего ребенка, лежащего в коляске и сказала:

–ОНА. – она сделала длинную паузу. – моя девочка. АЛИСА.

Светлана посмотрела в коляску, и увидела в ней ребенка. Чудную девочку.

–Красивая!

–Да. – подтвердила та. – красивая.

–А отец есть?

Алиса усмехнулась.

–Отец? Я не знаю кто он.

–… – что здесь спросила Светлана у Алисы я не знаю, но Алиса от оскорбления в ее адрес рявкнула.

–Это не Ваше дело.

Светлане стало неудобно за этот вопрос. Она когда-то сама родила, и она потом не жалела, что она воспитывала своего отпрыска одна. Но все же, тогда она хотела, чтоб тот кто ее обрюхател, горел в аду, в алом пламени. Но тогда она была ребенком. Сейчас, она могла воспитать ребенка одна, а не отдавать его в детский дом. Так что возможно ее мучила совесть за когда-то оставленного ребенка.

–Извини.

–Ничего, я понимаю.

Тут Светлана спросила.

–Как ты узнала о похоронах?

–По телевизору. – сказала она. – в девятичасовых новостях объявили о похоронах Наира.

–И ты пришла.

–Да, а что не надо было?

–Нет, конечно надо, ведь ты его дочь. – затем она поинтересовалась. – тебе нужна моя помощь?

–Нет – ответила та. – не нужна. Все что можно было Вы сделали, а теперь предлагаете мне свою помощь? Ну не лицемерство это?

–Нет. – ответила Светлана. – я просто предлагаю Вам свою помощь.

Алиса усмехнулась

–Помощь? Спасибо, Вы уже помогли мне, оставили меня без отца. Прощайте. – сказала она, и повернувшись ушла.

Светлана стояла у могилы Наира. На ее сердце теперь была опустошенность. Вот он, ее муж, лежит в сырой земле, и она стоит рядом с ним. Одинокая и беременна. -Кто будет заботиться о ребенке? Этот вопрос не давал ей покоя. Она не хотела совершить ту же ошибку что и много-много, много-много лет тому назад. Отдав своего ребенка в детдом. Никого вокруг не было. Она стояла одна. Теперь она действительно одна. -Кто позаботиться о ней? И она вспомнила о своей прежней работе, в казино у Дмитрия. Да, он может позаботиться о ней, может принять ее такой, какая она есть.

Смеркалось, Светлана покинула кладбище. Оно опустело. Тихо шелестели листья деревьев, умиротворяя и успокаивая все вокруг. Тишина, и только.

Глава-23

МЕСЯЦ СПУСТЯ.

Алиса сидела на лавочке в парке, возле нее стояла коляска, в ней лежал ее ребенок. Она была не в настроении, когда к ней подсела какая-то женщина. Она так же как и Алиса прогуливалась со своим отпрыскам. Посмотрев на Алису и на коляску в которой лежал ребенок, она спросила:

–Девочка?

–Да. – ответила Алиса. – девочка.

–А у меня мальчик. Сколько вашему?

–Около двух, а вашему?

–Три месяца. – она посмотрела на него и с улыбкой сказала. – тиран ты мой. – затем она проверила сух он или нет. Ничего не обнаружив она вздохнула спокойно. – фу, сухой. – она словно была на седьмом небе от счастья. Она сказала. – вот я никогда не думала, что младенцем так часто надо менять подгузники и кормить?

Алиса, видя что молодая мамаша по видимому даже не представляла через что ей продеться пройти когда ложилась в постель, чтобы как можно поддержать разговор, спросила.

–Это Ваш первенец?

–Да. – ответила женщина. – мне всего лишь двадцать, и я уже мама.

Алиса удивилась.

-Почему уже? Некоторые рожают не успев стать женщинами.

Женщина согласилась.

–Это так. – но мне сейчас не до них, мне надо своего вырастить, а это не так просто?

–Я с Вами согласна. – затем она представилась. Алиса, а Вас как зовут?

–Изабелла.

–Очень приятно познакомиться.

–Мне тоже. – сказала она а затем поинтересовалась. – ты утешься?

–Да. – ответила Изабелла. – учусь на юридическом факультете МГИМО.

Алиса сказала и чувством глубокого удовлетворение.

–Я тоже юрист.

–Вы? – удивилась Изабелла. – я думала что Вы домохозяйка, состоите на иждивении мужа олигарха!?

Алиса усмехнулась. Она уже привыкла что многие женщины говорили что-то подобное, и уже смерилась с этим.

–Нет. – ответила она. – я зарабатываю на жизнь собственным трудом. Правда сейчас я в декретном отпуске, но это даже и лучше.

Изабелла удивилась.

–Лучше? Не понимаю.

–Дело в том, что я из тех людей, которые не хотят быть зависимые от кого бы то ни было. Мы самостоятельны в жизни и радуемся ей.

Изабелла предположила.

–Так может говорить только тот человек, кто имеет свое дело?

Алиса подтвердила.

–Вы правы. У меня частная юридическая консультация.

–Кого же Вы консультируйте, небось миллионеров?

Алиса неоднозначно улыбнулась.

–А для чего тогда мы открываем собственные юридические конторы?

–А как же те, кто не может оплатить Ваши услуги?

–Закон предусматривает такое состояние процессуального дело. – сказала она. – в этом случае клиенту предоставляется бесплатный адвокат.

–И Вы верите что он будет кого бы то ни было защищать?

Алиса пожала плечами.

–Вот именно, им это даром не надо.

Тут Алиса поинтересовалась.

–А почему Вы пошли в адвокатуру?

Изабелла промолчала. Ей не было вообще что сказать. Она была в тупике. Действительно, зачем идти в адвокатуру разве не из-за денег? Тут она перевела разговор на другую тему.

–Ваш малыш питается еще грудным молоком?

–Да. – ответила Алиса. – моей дочери еще рано переходить на другое питание. Может где ни будь к месяцем пяти? – они посмотрели на своих отпрысков лежащих в колясках. И проверив их подгузники, убедившись что они сухие продолжали разговор. – раньше были пеленки, все понятно когда что натворят, а сейчас эти подгузники? Не то час раздражение будет.

–Я Алиса с Вами абсолютно согласна. – затем она предложила. – давайте перейдем на ты.

–Согласна, давайте на ты.

Как оказалась, в прочем это и не удивительно в повествованиях, Изабелла давно наблюдала за Алисой. Всякий раз когда она была в парке, она видела как она сидит на этой скамейке, качает детскую коляску и смотрит задумчиво в даль. Она всегда была одинока. Сейчас она разговаривала с ней, и ей казалось что она ошибается, с Алисой все хорошо. Но это было не так.

Изабелла спросила.

–Нет отца. – сказала Алиса и добавила. – я буду растить ее одна. У него нет отца.

–Изабелла сочувственно спросило.

–Он что, умер?

–Нет. – бросила Алиса. – просто его нет и все. – а затем посмотрев в коляску добавила. – эта дитя только для меня.

–А! – догадалась Изабелла, и сказала. – я тоже не сообщила отцу о его существовании, он оказался просто подонком, изменил мне с моей подругой, и обрюхател и ее. – она показала рукой на женщину, стоявшую в дали. – вон она, видишь?

Алиса посмотрела на женщину в дали.

–А почему она одна? Зови ее сюда, поговорим.

Изабелла вытащила из коляски сотовый и позвонив по нему, сказала женщине чтоб та шла к ним. Женщина увидела Изабеллу подающую той сигнал, где она находиться, и та вместе с коляской пошла к ним.

А вот и она. Молодая, довольна привлекательная женщина. Она подошла к Алисе, поздоровалась и села. Затем она спросила у Изабеллы.

–Что случилось?

–Эта Алиса. – представила она ей свою новою знакомую. – Алиса, эта Женивьева.

–Очень приятно познакомиться Женивьева.

–Мне тоже.

Женщины разговорились и Женивьева узнала от Алисы, что та последнее время плохо себя чувствует; -мне, наверное, влияет на здоровье вся эта история с уходом из семьи? – думала она. – может я в чем-то ошиблась?

–Почему Вы это мне рассказываете?

–Не знаю? – пожала плечами Алиса. – может просто мне хочется с кем-то поделиться, кому-то открыть душу.

–И лучше всего это сделать незнакомки?

–Возможно Вы и правы.

Женивьева попросила показать ребенка.

–Зачем?

–Хочу посмотреть на это чудо!

Алиса согласилась.

Женивьева посмотрела в коляску где лежала Алиса, дочь Алисы, и ей почему-то стало не по себе. Она видела прекрасного ребенка, красивую девочку. Но все же ей было не по себе. Она видела в этом ребенке что-то, что не могла объяснить. Что-то отталкивающее, что-то такое, что она знала, но не могла сказать что это такое? Она спросила:

–Кто ее отец?

–Я не задавалась этим вопросом.

–Понятно. – она сделала паузе. Ей не удобно было расспрашивать Алису, что она чувствовала, когда смотрела на нее, на свою дочь? Каждая женщина знает, что она чувствует к своему чаду, любовь, привязанность. Каждая женщина чувствует что-то свое. Так и Алиса. Она питала к своему чаду самые нежные чувства. – я задам Вам вопрос, на который Вы можете не отвечать.

–Задавайте.

–Что Вы чувствуете, когда смотрите на свою малышку?

–Что Вы имеете ввиду?

–Вот я посмотрела на нее, и мне стало как-то не по себе. – призналась Женивьева. – Ваш ребенок. – она сделала долгую паузу. Казалось, что она подбирает слова, но не может придумать ничего, что могло объяснить ее неприязнь и непонимающий страх перед этим дитя. – он пугает!?

Алиса возмутилась. Она отпарила.

–Пугает? Что он пугает? Она еще младенец, и нечего мне говорить; -О Ней!?

Женивьева поспешила оправдаться.

–Я не это имела ввиду.

С невыносимой злобой возмущение, явно видным оскалом она проревела.

–А что Вы имели ввиду? – она взяла из коляски свою дочь, и показав ее своим новым знакомым добавила. – смотрите, разве этот ребенок может пугать? Наводить ужас? – она поцеловала свое чадо в лобик, и добавила обращаясь к своей дочери. – пойдем отсюда, дорогая моя дочурка. Нас здесь не понимают.

–Что ж. – сказала Женивьева. Вы можете идти, и мы больше с Вами не увидимся. Но знайте, Вы в опасности. Этот ребенок плод Вашего любострастнее. Конечно это не мое дело, и Вы абсолютно будите правы, чтоб меня послать куда по дальше. Но послушаете меня как женщину. Я занимаюсь пара нормальными исследованиями, и я скажу как спец в этой области, с Вашей Алисой что-то не так.

Алиса отпарила:

–Так это или не так я разберусь лучше Вашего. Это Вас совершено не касается. – она положила ребенка в коляску и попрощавшись ушла прочь.

Женивьева в след ей крикнула.

–Вы можете не верить в это, но я права. Если Вам понадобиться моя помощь, Вы меня найдете.

В ответ та услышала лишь оскорбление в свой адрес. Алиса крикнула.

–Да пошла ты, сука драная.

Так они расстались. Когда Алиса ушла, Женивьева сказала Изабелле.

–Я была права. Мы нашли ее.

–Ты уверенна?

–Да. – ответила та. – это так.

–Как ты думаешь, она с тобой свяжется?

–Я когда смотрела ее ребенка, незаметно в коляску свою визитку подбросила, уверенна, позвонит.

–Надеюсь так оно и будет.

–Я тоже.

Тут к ним подошел мужчина. Он был одет во все черное. Лица его видно не было. Он сел на лавку, спросил:

–Эта она?

–Да. – ответила Женивьева. – эта она. Ты не ошибся.

–Она поверила?

–Нет.

–Ничего. – сказал тот. – Зинаида тоже не верила, и что? Теперь ее сестра заняла ее место, а она в могиле. – он сделала паузу. Надеюсь, что у Алисы хватит ума не делать тех же ошибок?

Женивьева согласилась с ним, а Изабелла предположила, что Алиса уже стала одержимой.

–Что ж. – сказал незнакомец. – я проверю.

На этом их разговор закончился, и они разошлись.

Глава-24

Ночь, темная ночь. За окном была видна ночная мгла. Сегодня ночь была особенной. Вы слышали выражение, «НОЧЬ В НОЧИ» эта про нее.

Сегодня Алиса легла спать довольно рано. Она устала от своего напряженного рабочего дня, и в десять часов легла. Но ей не спалось, что-то ее тревожило, что-то не давало покое. Что это было за ощущение? Ощущение, страх за свое чадо. Она не могла выбросить из головы этот разговор. Разговор между ней и Женивьевой. Слова Женивьевы не лишены здравого смысла. Она сама не один раз пугалась своей дочери. Она нагоняла на нее страх, какой-то не объяснимый ужас. Что это было? Алиса так и не узнала.

Но вот в кухни она услышала чьи-то шаги. Это было странно, ведь кроме нее в квартире никого не было, а ее дочь, еще была очень мала, чтоб вылезать из своей кроватки и бегать по квартире.

«КТО ЭТО МОГ БЫТЬ? Я ВЕДЬ ЗДЕСЬ ОДНА?»

Она встала с кровати и направилась в кухню. Никто не знал что там. Что или кто находиться в кухне. Медленно и тихо Алиса шла по коридору в кухню из которой был слышан чей-то разговор. Она подошла к двери и приоткрыла ее. Тут она увидела, сидящую за столом женщину. На ней было темно-серое платье, лицо ее было спрятано в тени. Алиса испугалась. Ее сердце затрепетало. Она не знала что дальше? Звонить в полицию или убежать из квартиры, звонить в звонки в каждую квартиру и собирать народ. Но в этом случае ее наверняка посчитали за сумасшедшую. И правильно сделали б. Ведь никто в здравомыслящем уме не сказал бы что в ее доме кто-то есть, хотя это в прицепи не возможно. Что же делать? Она снова приоткрыла дверь и увидела что с женщиной сидит за столом некто. Она сразу не узнала кто сидит за столом, но приглядевшись увидела что это был мужчина. Как две капли воды похож на ее покойного отца Наира. Она предположила, что в этом случае его собеседница никто иная как ее мать. Что это было? Сон? Не вымышленная реальность? Она может просто спала и все это ей просто сниться? Или она сошла сума? Да, она сошла с ума. Никому в здравом уме не привидится подобное. Она осмотрелась. Ее квартира изменилась. Теперь эта была не прекрасная квартира Алисы. Эта была мрачная, нагоняющая тоску и унылее жил площадь. Вот от куда не возьмись, из входящей двери повалил густой дым. Казалось, что коридор загорелся, и теперь по всем правилам надо звонить в пожарную охрану. Но это сделать было невозможно, так как телефон не работал. Сотовый телефон тоже не принимал сигнал. Алиса подбежала к входной двери и попыталась открыть ее, но ее попытки были тщетны, дверь не поддавалась. Тогда она отошла от двери и направилась в комнату где спал ее младенец, она взяла ее на руки, и прижав ее к себе на грудь, сказала; -Я тебя спасу. – затем она пробежала ко входной двери и виде что из ее щелей идет дым на все стороны что только можно, она пробежала в кухню и, осмотревшись она не увидела никого. Все, кто там находился исчезли. Тут она услышала, что в ее комнате кто-то кричит. Кричит так, что казалось, что кого-то режут. Режут как сидору козу. Она вместе с ребенком выбежала из кухни пробежала по коридору и оказалась? Где же она оказалась? В мире где все пылало. Все горело алым пламенем. Мир где властвовало безумие. Она стояла на краю обрыва и наблюдала, как в дали пылает город. Город, который она некогда знала, где она жила. Но что с ним стало? Она не понимала, что вообще происходит? Где она? Ведь этот город напоминал ей Москву. Прекрасную златоглавую от ее былого величие ничего не осталось. Она горела. Но горела величаво, как будто показывая всем, всем своим видом, что она жива, что она все равно возродиться из алого пламени. Где она сейчас находилась? В каком из миров? А может это ей только сниться? Кто знает? Может это все что с ней происходит не реально? Может она сошла с ума? Может она только спит? А может все вместе сразу? Этого она не знала. В это мгновение она почувствовала ка кто-то приближается к ней. Она чувствовала чей-то взгляд у себя за спиной. Казалось, что кто-то прожигает ее взглядом. Взглядом неистовой ненависти и злобы. В этот самый миг ее словно столкнули вниз. И она полетела, полетела и ее словно подхватили на крыльях. И она воспарила в верх. Она посмотрела на своего ребенка, и она увидела, что ее ребенка нет. Он попросту исчез. Алиса схватилась за голову и заорала дурным матом. Она смотрела в низ пытаясь высмотреть своего чада, но тщетно. Никого не было. Тут ее словно отпустили, она почувствовала, что летит, но не парит, а летит в низ. В низ с такой скоростью, что самый современный скоростемер не смог бы определить скорость с которой она падала вниз.

–Что это такое? – подумала Алиса. – сколько здесь метров или километров до земли? Кто может знать? А может земли там вовсе нет? А что там? Что там куда я лечу? Да лечу ли я или нет? Это просто невозможно? Лететь с такой скоростью в низ. Такая скорость с какой я лечу просто невозможно. Я попросту умерла. – тут она поняла, что она мыслит. – я мыслю, значит я жива. Значит я… – тут она запнулась. – где я? Что это за место? Почему я здесь. – эти вопросы на которые у нее не было ни какого ответа. Она даже не знала, что сказать, что ответить?

Но вот она словно провалилась в яму, и оказалась дома. Но это был не ее дом, а квартира. Зинаиды, она же Галина. Алиса стояла у окна. За окном было темно. Зинаида сидела за столом и ужинала. На против нее сидел Наир. Он о чем-то разговаривал с Зинаидой и в это время сзади Наира возникла фигура. Эта фигура женщины. Она подошла к Наиру и встала позади него. Она смотрела на Зинаиду, словно разговаривая с ней. Затем она как это было не безумно смотреть со стороны, да возможно это и было полном безумием, женщина проникла в его тело, и вскоре, а может в туже секунду, у Наира случился инфаркт. Он схватился одной рукой за сердце, а вторую руку протянул к Зинаиде и простонав прося помощи, умер. После этого женщина-призрак вышла из тела Наира, а затем подойдя к Зинаиде поцеловала ее любовно в губы.

Смотря на смерть, а, то есть убийство своего отца, Алиса не могла понять, почему ее отец? Она не могла поверить, почему ее отец стал жертвой этой женщины. Она задавала себе один и тот же вопрос, почему мой отец? Она не находила на него ответа.

На ее глазах появились горькие слезы, и она как будто растворилась в этой кухни.

Что дальше? Этот вопрос мы задаем всякий раз, когда мы не знаем, что делать? Когда мы не знаем, что дальше будет.

Алиса появилась из не откуда, она стояла на какой-то горе, с которой был виден лабиринт. Вы спросите, что это был за лабиринт? И почему он возник именно сейчас? Я отвечу на этот вопрос. Этот лабиринт являлся ничем иным, как мозгом человека. Да, это так. Невидящий конца этот лабиринт, мозг, сознание одного человека. Он является запутанным сознанием самой Алисы. В него не было ни входа, ни выхода. Это был одно целое сознание человека.

Почему она оказалась там? Она конечно не знала. Она видела в этом лабиринте лишь непроходимые джунгли, стены и непролазную грязь.

Но вот она снова увидела уже другую картинку. То есть она оказалась на пустой улице, вокруг не было никого. Она была одна. Ни коляски, ни ребенка возле нее не было. Лишь она одна посреди улице без людей. Никого, только она одна. Тут она увидела напротив себя какую-то женщину. Она смотрела на нее добрым нежным взглядом. Протянув к ней руку, она хотела дотронуться до Алисы, но не могла. Ее как бы и не было здесь. Она казалась так реальна, но она была лишь эфемерна. Она словно призрак в нереальной реальности Алисиного подсознание. Кто она? Ее мать. Она смотрела на нее и как бы хотела что-то сказать, о чем-то предупредить. Тут она показала рукой в левою сторону от себя. Алиса посмотрела туда же. Она увидела в дали коляску и в ней маленькую девочку. Алиса сразу же узнала эту коляску, и хотела подбежать к ней, но не могла. Ее как будто что-то сдерживало, что-то не пускало. Кто-то держал ее и не пускал. Алиса обернулась, и она увидела своего отца, Наира. Он держал ее за руку и не давал подбежать к ее дочери. Алиса спросила:

–Почему?

Тот нежно улыбнулся, и сказал.

–Ты видела как я умер. Да, это так. Я умер не своей смертью, меня убила Алиса, твоя дочь.

–Что? – не поняла Алиса. – но как это возможно?

–Власть ее безгранична. – сказал он. – но у нее есть одна слабость, она не может жить среди людей. Ее душа неприкаянна. Она подчиняется лишь украшением Лозань. Она ничто иное как зло.

Алиса удивилась.

–Зло? Она же совсем еще ребенок!?

–Нет. – ответила ее мать. Она не ребенок. Хотя что-то от ребенка у нее осталось. Ей не хватает семьи.

Алиса удивилась.

–Семьи, у нее есть семья, это я.

–Нет. – сказала ее мать. – у нее нет семьи. Это только тело. Оно для Алисы лишь средство перемещение. Она живет в разных телах.

–Как это?

–Она не может жить в одном теле, так как у нее нет собственного тело. Оно для нее лишь средство существование. Сама же она не такая как ты себе ее представляешь. Ты видела убийцу своего отца, эта была Алиса. Точнее один из ее обличиев. Никто не знает как она выглядит по настоящему. Ее истинное лицо никто не знает. Есть легенда, что она потеряла покой, и променяла душу на власть. Цена была неимоверно высокой. Она должна была пожертвовать самым ценным что у нее было, семьей. И она в один прекрасный и солнечный день, она… – в этот миг все изменилось. Алиса увидела что все, где она только что находилась исчезла. Как будто налетев не откуда невероятной мощный и беспощадный ветер-ураган, все смел на своем пути. Все что она только что видела летело в воздухе. Темный и мрачный клуб дыма окутал без проглядной гладью всю улицу, на которой она находилась. Ее мать и отец изчезли в клубах дыма. Их не было видно и слышно. Они словно растворились в этой непроглядной тьме.

Чей-то грозный и зловещий смех доносился из неоткуда. Что-то пугало и страшило ее, что-то напускало страх и ужас в ее сердце. Никто не знал что это такое? Что есть это нечто, что напустило на эту улицу зловещею темноту.

Но вот клубы смертельного и непроглядного дыма растворились в воздухе, так-как и возникли. Появился свет. Но этот свет был не такой какой Алиса видела до этого. Этот свет страшил. Он наводил ужас и вгонял в безумие. Он был ослепительно жарок и горяч. Лицо становилось сухим, влага из тела постепенно пропадала, а глаза сохли от недостатка в них влаги.

Перед ней стояла женщина. Красивая собой. Я не буду ее описывать еще раз, так как мы ее уже знаем.

Алиса спросила:

–Кто Вы?

Женщина зловеще улыбнулась и сверкнув своими злобными глазами спросила:

–Алиса?

Алиса удивилась, ей показалось что женщина не услышала ее вопроса. Она снова спросила:

–Кто Вы?

Женщина усмехнулась. Она спросила снова.

–Как тебя зовут?

Алиса уловлено спросила.

–Этот вопрос я задала первой, Вам и отвечать.

–Уверенна?

–Абсолютно.

–Что ж, это разумно. – она сделала долгую паузу и добавила. – я не буду говорить кто я такая. – она протянула к Алисе руку и словно сжала своими пальцами ее горло. Та чуть дыша прохрипела.

–За что?

–За то, что б отвечала мне. – сказала повелевающем тоном женщина. – ты, мрась, на колени.

Сопротивляясь незнакомой женщине, Алиса пыталась устоять на ногах, и ей это удалось.

Женщина сказала:

–Непокорная!? Ты поплатишься за свою дерзость передо мной.

Алиса прохрипела.

–Кто ты такая? Черт побери.

–Это не так важно. – она посмотрела в даль, и силам притяжение пригнала стоящую не подоплеку детскую коляску в которой лежал младенец, спросила:

–Что ты отдашь за его счастье и жизнь. Хотя жизнь это и есть счастье.

Алиса прохрипела.

–Все!

Женщина повелела.

–На колени. – она силой взгляда подняла коляску в воздух, и приказала еще раз. – на колени.

Алиса спросила:

–А если нет?

–Тогда!? – женщина подняла коляску выше и сказала, будто надсмехаясь над ней. – полетаем?

Алиса внимательно посмотрела на нее и сказал:

–Алиса. – это имя пришло ей в голову совершенно спонтанно. Она смотрела на женщину, и не могла поверить. Да, перед ней стояла Алиса. Та самая Алиса что она видела ее не так давно в своем из одним ведением. Да, эта была Алиса, убийца ее отца, Наира. Она задавалась вопросом, зачем она здесь? Почему видит ее? Что вообще происходит? – нет. – думала она. – ты не уронишь эту коляску, ведь она тебе нужна?

Алиса спросила:

–Твое решение?

Алиса, дочь Наира ответила.

–Да будь ты проклята! Ты не уронишь эту коляску.

–Почему?

–Тебе она нужна, нужна моя дочь.

–Зачем? Если она мне нужна, с чего ты это решила?

Алиса, дочь Наира простонала.

–Убийца.

В этот момент хватка Алисы ослабла. Она отпустила Алису и ее дочь лежащею в коляске.

Чей-то голос позади нее крикнул.

–Отпусти ее, сука!

Алиса обернулась, и ее лицо изменилось. Она увидела ее, свою мать. Поседевшую от горя, но такую же красивую и привлекательную.

Алиса прошипела.

–Отстань от меня. – прорычала Алиса. – она моя!

–Нет. – крикнула та. – она не твоя.

Тут мать Алисы набросилась на свою дочь, и прижав ее к земле своим телом, крикнула что было мочи.

–Беги-и-и-и…!!!

Алиса встала с земли, и схватив коляску побежала прочь, прочь со всех ног. Подальше от сюда, где царствовала власть Алисы и ее приспешников.

Но вот она уже лежит в своей комнате, в кровати, спит, видит сны. Что же она видит? Какие сны сняться ей? Видит она следующее. Из зеркала что стояло в комнате, вышла мать Алисы. Она вышла не одна. За руку она держала свою дочь. Маленькую девочку со светлыми волосами. Она смотрела на нее и словно говорила, успокаивая ее. – все будет хорошо. Я защищу тебя от нее. Тут маленькая девочка зловеще улыбнулась. В ее улыбки не было ничего хорошего. Она словно пыталась сказать, что все равно то что принадлежит ей, будет ее. Ее и никто от нее это не отнимет.

Но тотчас с ее лица эта зловещая улыбка пропала, это ее мать, дав ей подзатыльник повелевающем тоном своего голоса сказала:

–Перестань. – а не то ты знаешь, что с тобой будет?

Девочка посмотрела на свою мать и сказала:

–А что ты мне сделаешь? Посадишь под замок? Наденешь цепи? Хм, проходили.

–Нет. – сказала ее мать. – я этого больше не сделаю.

–Тогда что?

И тут ее мать сказала.

–Я уничтожу тебя.

Алиса возразила.

–Нет не сможешь!

–Смогу. – она взяла ее на руки и прислонив ее к своей утробе, сказала. – вот и все, кончено. – Алиса пыталась сопротивляться, но ее попытки были тщетны.

Утроба ее матери словно всосала Алису внутрь. Туда от куда она родилась, где получила жизнь. Теперь она оказалась там. В ее чреве, в чреве ее матери. И ничто не могло ее оттуда извлечь.

Алиса поинтересовалась:

–Это конец?

–Надеюсь, что так оно и есть. – ответила та. – она там где была создана. – она посмотрела на свой живот и дотронувшись до него сказала. – я думала что у меня будет дочь, а оказалась что это чудовище. – на ее глазах появились горькие слезы. – прости меня Алиса. Но так надо. Мне не суждено иметь, так пусть будет так.

Алиса недоуменно спросила:

–Теперь ты будешь на сносях?

–Да. – ответила она. – на сносях. Я буду беременна, но больше не рожу. Со временем живот исчезнет, но всякий раз, один месяц в году, я буду рожать. Этот процесс будет длиться лишь тот период, в котором я родила. Но не бойся. Это проклятие лишь мое и больше ничье. Алиса больше не родиться. Я уверяю тебя, Алиса. Алиса больше твою семью не потревожит. Но все же чтоб быть абсолютно уверенной в этом, найди Зинаиду или Галину. Это одно и тоже лицо. Тебе нужно остановить ее. Она станет ее искать, и выйдет на тебя. Впрочем, это убийство твоего отца было намеренно спровоцировано Алисой. Ей нужен твой ребенок. Он и есть ее целью.

Алиса спросила:

–Зачем ей нужен ей мой ребенок?

–Чтобы жить. – ответила та. – чтобы жить.

Тут Алиса проснулась. Она огляделась и тотчас встав с постели проверила свою дочь, все ли с ней в порядке, и убедившись, что так оно и есть спокойно вздохнула, и пройдя на кухню увидела. За столом сидела женщина. Она тотчас узнала ее. Эта была Светлана. Она поинтересовалась.

–С тобой все в порядке?

ГЛАВА-25

Это было какое-то наваждение. После всего что она видела, что слышала? Не могла поверить своим глазам. Она стояла в кухни, а за столом сидела знакомая личность, как она здесь оказалась? Алиса спросила:

–Как Вы вошли?

Светлана встала со стула и подошла к Алисе. Она смотрела в ее глаза и видела, что в них горе. Горе и непонимание. Она видела в ее глазах, что Алиса просто не могла понять, что вообще происходит. Она как будто запуталась? Принемая вымысел за реальность, и реальность за вымысел. Да это и понятно. Кто как не она знала, что такое спутанное сознание мышление человека. Оно так шатко. Психика человека не стабильна, и в какой-то момент дает сбой. Светлана спросила:

–Ты считаешь это реально? То, что с тобой сейчас происходит?

Та не могла ответить на поставленный ей вопрос. Она не получила ответ заданной Светлане. Что говорить обо всем остальном. – конечно это вымысел. – думала она. – да, этого в принципе быть невозможно. Я, я сплю. Сплю и все это мне только лишь сниться. Да, это так. Да и как иначе можно объяснить это безумие?

–Сплю. – ответила она. – конечно я сплю, да и как все это можно объяснить? – смеялась она, и на ее лице появился истерический смех. – в реальности все это просто невозможно. – она впала в безумие. На ее лице была видна неподдельный истерический смех. Безумие овладело ею. – это безумие какое-то?

Смотря на Алису, Света сразу же поняла, что все что с ней приключилось, отразилась на ее психическом состоянии. Сейчас она считала, что все что с ней произошло эфемерно, не реально. Это с ней вообще не должно было произойти. Все что с ней произошло ни что иное как фантазия, иллюзия одного человека. Но эта фантазия была реалистичной. Реалистичной и не эфемерной. Она существовала на самом деле. В реальности, реальности которую нельзя было опровергнуть.

–Нет. – ответила Света. – ты ошибаешься. – все то что ты видела реально. Это все был не вымысел. Ты просто спала. Мы погрузили тебя в транс, и ты уснула. Все то, что ты видела в этом трансе реально.

Алиса не понимала. Она тупо смотрела на Свету пытаясь понять, что вообще происходит? Что с ней произошло? И не фантазия – это вообще.

Света продолжала.

–Если ты не веришь мне, то поверь этой женщине. – Света указала рукой на стоявшею позади них женщину. Алиса обернулась и увидела Женивьеву. Ту самую Женивьеву с кем разговаривала с ней в парке. – она все объяснит.

Алиса обернулась. Ее сердце трепетало от страха. Страха перед неизбежным. Она боялась то, что могла сейчас услышать. То, что все что с ней происходит не реально. То, что ее нет на этом свете, и то, что все то, что с ней произошло реально. Но реально ли это? Что вообще происходит с ней в эти последние дни, она не знала.

–Вы? – удивилась Алиса. – но как? Мы же с Вами расстались в парке?

–Да. – подтвердила Женивьева. – расстались. – она сделала длинную паузу, как будто готовя Алису, к вопросу которой она не ожидала услышать, а потом спросила. – Вы помните что произошло, когда Вы ушли со скамейки? – Женивьева села за стол, и пристально посмотрев на Алису потребовала ответ. – отвечайте, Вы помните или нет?

Алиса пыталась вспомнить, но ее усилия были тщетны. Все что она помнила, это было как она встала со скамейки, и обернувшись к двум собеседницам Женивьеве сказала; -Да пошла ты, сука драная. Ушла прочь вместе со своей дочерью. Больше она ничего не помнила. У нее был провал в памяти. Следующее что она помнила, эта ее кваритира, двое в кухни, а затем, пустая улица, и все то, что произошло с ней далее. Все это написано в двадцать четвертой главе этой истории.

–Я ничего не помню. – сказала Алиса. – ну хоть убейте, ничего. – она села за стол и Света тоже. – скажите, что происходит?

Женивьева пристально смотрела на нее как будто пытаясь понять, что представляет собой эта женщина? Считает ли все то, что здесь происходит реальностью или вымыслом? Если она считает все то, что с ней происходит вымыслом, и она считает, что все то что с ней сейчас происходит не реально? То возможно ее сознание не может принять ту действительную реальность, в которой она живет в данный момент. Но если она рассматривает все происходящее с ней как факт ее самосознание и его принятие таким каким оно есть, то реальность, ее самосознание реальная субстанция ее подсознание, ее рационального мышление. Кто она такая? Алиса – рациональная или Алиса – не адекватная в своих действиях и принимающая свой вымысел за реальность.

–Я ничего не помню.

Женивьева уточнила:

–Так уж ничего?

–Да. – заверила ее Алиса. – ничего. Странно, я должна помнить все то, что произошло со мной, но я это не помню. Будто все то что произошло со мной вылетело из головы, и этого вообще не было.

Женивьева поинтересовалась.

–Так может этого вообще и не было? Может все то что с Вами произошло всего лишь сон. Ваш личный кошмар?

Алиса задумалась. Она пыталась понять, что вообще с ней произошло? Что послужило тем самым толчком ее психики, что она ничего не помнила? Вообще, что с ней происходит? И происходит ли вообще? Это не больная фантазия ее мозга. Ее второе я? Не взяло ли оно над ней верх? Вряд ли? Она, как и все люди понимала, что в данный момент с ней происходит. Происходит то, что она понимает. Она мыслит, мыслит рационально. Значит она не безумна! А это уже хорошо. Одно ей так не было ясно, как Света и Женивьева оказались в ее квартире?

–Все же скажите, пока я не вызвала полицию, как Вы оказались здесь, в моей квартире?

–Женивьева.

Света посмотрела на Алису, а затем на Алису и начала рассказ.

–Когда Вы ушли от нас, мы долго рассуждали над тем, как Вам помочь.

Алиса бросила.

–С чего Вы считаете, что мне нужна Ваша помощь?

–Не перебивайте. – попросила Женивьева. – я все объясню. – она продолжила свой рассказ. – я знаю, что в тот же вечер Вы познакомились с одним человеком.

–Откуда Вы это знаете?

–Этот человек работает со мной. Я его попросила познакомиться с тобой и узнать кое-что.

–Что же?

–Мы хотели узнать, подвержены Вы воздействию своей дочери или нет.

–В каком смысле?

–Мы пытались понять, кто такая Ваша дочь?

–В каком смысле?

–Мы рассказывали Вам историю проклятых украшений Лозань?

–Возможно, я эту историю слышала, хотя нет, я…– тут она запнулась. Она не знала что сказать. Она не помнила, как она вообще могла слышать эту историю? Она была уверенна, что эта история вымысел. Она возможно где-то читала эту историю или от кого-то ее слышала. Но она не помнила ничего. -…я эту историю не знаю.

Света поинтересовалась.

–А отец ее не рассказывал?

–Нет. – ответила Алиса. – не рассказывал. Хотя и изучал эти украшение, но ни с кем не делился.

–Хорошо. – сказала Света. – продолжим.

Женивьева продолжила свой рассказ.

–И так, после того как Вы ушли из парка. – повторялась она. – вечером Вы встретили одного мужчину. Не знаю, как Вы провели время, да это и не наше дело. Дело совсем ни в этом. Дело в том, что после того как Вы пригласили его к себе домой мы потеряли Вас из виду, и основываться на дальнейшем рассказе я буду на основании его слов.

Алиса, спокойно, словно безразлично сказала:

–Продолжайте.

Она считала, что все что с ней происходит, это лишь очередной сон, ее фантазия. Фантазия, и больше ничего. Сон, который она воспринимала как должное. Сон, который на протяжении этих суток преследовал ее по всюду где она ни была. Теперь она считала, что она все еще спит. Спит, потам что считала, что все что с ней происходит не может происходить в реальности. Это просто невозможно и только. Впрочем, невозможное есть возможное, так считала после длительных путешествий по лабиринту своего разума, и его сонного состояние Алиса. Она уже привыкла ко всему к чему можно было привыкнуть, и это ей сейчас казалось реальностью. Если б кто-то сейчас наблюдал за ней, а это так оно и есть. За ней сейчас наблюдала Женивьева и Света. Они сказали, что все то, что сейчас с ней происходит, все это в порядке вещей для ее состояния. Все то что она видела, ощущала, было эфемерно. Так по крайне мере ей казалось, да и казалось ли?

После разговора с Алисой, где она узнала, что произошло в парке, и последующее ее действие она сказала.

–Это меня не удивляет.

Женивьева спросила:

–Не удивляет, почему?

–Каждая мать, если она мать, защитить свое чадо, чтобы-то ей это не стоило.

–Это так. – согласилась Женивьева. – но у Вас произошел некий сбой в Вашем подсознании, и этот сбой дал Вам возможность рационально мыслить.

–Вы считаете, что сейчас происходит это нормально?

Светлана поинтересовалась.

–А Вы как считаете?

На секунду она призадумалась. В этом заданным ей вопросе очевидно скрывался подлог.

–Вы считаете меня идиоткой?

–Нет. – поспешила ответить Женивьева. – не в коем случае, это не так.

–Тогда как?

Женивьева сказала.

–Нам просто надо знать, считаете что сейчас происходит с Вами, это по вашему реальность или нет?

–Зачем это Вам?

–Знаете, человеческое сознание всегда преподносит нам сюрпризы. – Света достала из кармана куртке фото и протянула ее Алисе. – Вы знаете этого человека?

Алиса взяла фотографию из рук Светы. Посмотрела на нее и увидев некую женщину она сказала.

–Нет, я ее не знаю.

–Это человек. – тут Женивьева сделала паузу. – он хотел познакомиться с Вами. – продолжала она. – мы уже рассказывали как все произошло.

–Да. – сказала Алиса. – рассказывали. – Вы говорили что его убили.

–Да. – подтвердила она. – убили. Убийство произошло так же, как и два предыдущих убийства. Его нашли в одном из дворов города Москвы. Все думают, что это самоубийство, но я знаю точно, это не так. Его убили.

Алиса поинтересовалась.

–Кто?

–Вы. – уверенно и без всяких колебаний ответила Женивьева. – да, это сделали именно Вы. Точнее не сами Вы. – поправилась Женивьева.

–Кто же тогда?

–Ваше второе я. – ответила. Женивьева. – Ваша дочь, Алиса.

Тут Алиса чуть не взбесилась. Она тотчас заявила, что это невозможно, и что Женивьева просто хочет завидует ей, завидует, потому что у той, у самой нет детей, и она хочет разлучить ее с ее Алисой. Но она этого не позволит. Она будет бороться за нее до конца.

–Это право у Вас никто не отнимает. – сказала Женивьева. – но ответьте на последний вопрос.

Алиса оскалилась, и сквозь зубы прорычала.

–Какой?

Светлана спросила:

–Где сейчас Ваша дочь?

–Как где? – удивилась Алиса. – дома.

–Вы уверенны?

От этих слов у Алисы пробежала дрожь по всему телу. Она испугалась. Где ее чадо? В комнате, где же еще ей быть. Не ужели она не там? Ее Алиса, ее дочь? Она вскочила со стула, на котором сидела и, что было мочи побежала в комнату где в коляске лежала ее дочь. Она посмотрела в коляску, и, что же она увидела? В коляске вместо ее дочери лежала кукла. Большая кукла с человеческий рост младенца. Да, это была не ее дочь, а проста кукла. Алиса упала на колени и заплакала горькими слезами. Ее горе не было предела. Она была неутешна в своем горе. Словно хищница она бросила взгляд на подошедших к ней двух женщин и, оскалив свою зловещею улыбку, бросила. – где моя дочь? – при этом она сама стала похожа на нечто, что могло в любую секунду расправиться с ними.

Женивьева спросила:

–Вы уверенны что Ваша дочь находилась все время при Вас?

–Что за вопрос? – Возмутилась она. – конечно. – а затем она снова потребовала от женщин ответа. – где моя дочь? Отвечайте.

Сейчас Алиса была готова вцепиться в этих людей, избить их, и всеми возможными и не возможными способами узнать, где ее девочка? Где Алиса?

Женивьева поинтересовалась.

–Значит Вы ничего не помните, после того ка Вы покинули парк?

Но Алиса будто ничего не слышала. Она сидела на полу, прислонив куклу к своей груди, и что-то говоря ей, смотрела на женщин словно на них смотрел шакал. Шакал готовый наброситься на них и разорвать на мелкие части их тело. Ее глаза озверели. Она смотрела на них взглядом хищницы вот-вот нападшей на них. В ее глазах можно было прочесть ненависть, ненависть к этим двум женщинам. Она не испытывала ни жалости ни сострадание. Да и какое могло быть сострадание, если они, по ее мнению, разлучили ее с ее дитя. В этот самый момент она хотела разорвать их на части, чтобы от них ничто не осталось. Так она и сделала. Набросившись на Женивьеву, она повалила ее на пол, и вцепившись в ее лицо обеими руками, пыталась разорвать его на куски. Вырвать из ее глазниц ее глаза, откусить ухо, да и вообще изуродовать ее так, чтоб та на всю оставшеюся жизнь запомнила, как оно? Воровать чужих детей. Но вот она почувствовала боль где-то в задний части ее тело. Это Света. Она вкалола ей успокоительное, и та отключилась.

–С тобой все в порядке?

–Да. – ответила Женивьева. – я в порядке. – она посмотрела на Алису, потрогала свое горло, и не обнаружив на нем никаких ран спросила. – как она?

–Все в порядке. Она в отключке.

Женивьева встала с пола, прошла в ванную комнату, и посмотрев в зеркало обнаружила, что ее лицо в синяках. Во время драки Алисе все же удалось причинить Женивьеве боль. Теперь ее лицо было в сенниках. Она вы ругнулась.

–Вот сука, твою мать!

Света подошла к ней, и осмотрев ее синяки, посмотрела на лежащею на полу Алису.

–Что ты хочешь? Она считает, что мы виноваты в ее горе.

–Но это не так?

–Ты права Женивьева, мы в этом не виноваты.

–Куда ее?

–А ты не знаешь?

–А, да!? – она сделала паузу. – другого варианта нет?

–Нет.

Снова та же комната где спала Алиса. Сегодня она проснулась на рассвете. На часах было около семи часов утра. За окном стояла прекрасная погода. Солнце пробивалась в окно ее комнаты, говоря о том, что пора. Пора вставать. Она встала с постели, подошла к окну, и открыла форточку. Свежий чистый воздух ударил в ее лицо. Он прошел в комнату, а затем и во всю квартиру. Хорошо! Алиса вздохнула полной грудью, и тотчас замерла на месте. Она неожиданно вспомнила, что ей снился сон. Сон или быль. Она видела что ее дочь Алиса куда-то пропала. Видела двух женщин, и четко помнила, что с одной она даже подралась. Что это было? Сон? Правда? Что? Этого она не знала. Она быстро прошла в комнату где спал ее ребенок, посмотрела в детскую кроватку, и убедившись, что ее Алиса крепко и безмятежно спит, вздохнула спокойно.

–Фу. – обтерла она вспотевший свой лоб. – это был лишь сон. Сон и ничего кроме сна. – а как иначе? Ведь если б эта была бы правда, то это было безумие, да и только? Да, безумие, да и только. А как иначе? Ведь все что происходило здесь, если это было правдой, это было безумием, да и только. Да, это был только сон. – решила она. – только сон, и больше ничего. – она взяла свою Алису на руки и прижав ее к своей груди, сказала. – я тебя никому не отдам, никому, никому.

Тут она почувствовала что ее тело как будто воспламенилась. Оно горело, горело алым невидимом пламенем. Она положила свою дочь обратно в коляску, и направилась в ванную комнату. Там она приняла холодный душ, но это не помогло, ее тело горело. Горело пуще прежнего. Оно просто плавилось.

«-ЧТО ЭТО СО МНОЙ? Я ЧТО ГОРЮ? НО ТОГДА ПОЧЕМУ Я НЕ ВИЖУ ПЛАМЯ? ЧТО ЭТО?»

Она не знала что это? Что вообще все это значит? Тут она увидела что входная дверь открылась и, на пороге появилась женщина и мужчина. Она тотчас узнала его. Это был ее отец, Наир.

–Он же умер? – Алиса не понимала почему она его видит, кто он? – почему она его видит? – задавала она сама себе этот вопрос и не находила на него ответа. – она не могла найти на этот вопрос никакого ответа. Тут она поняла, что сидит на полу. Ее волосы прикрывали ее лицо, поэтому ее вошедшие к ней ее не видели. Они что-то говорили, а затем ушли. Алиса. Не понимала что происходит, она встала и вышла из квартире в коридор. Там она услышала как две женщины разговаривают друг с другом. Она вышла на лестничную площадку, увидела двух женщин. На одной из них был надет халат, а другая была одета в черное платье. Что эти были за женщины она не знала. Она ни разу не видела их в доме. Она вообще их не знала. Что они говорили? Алиса не могла разобрать, и она ушла с лестничной клетки, и направилась в свою квартиру. Но вот она услышала позади себя чей-то голос. Она обернулась, и увидела стоявшую напротив нее ее. Да, эта была она. Алиса. Она смотрела на нее и на ее лице просматривалась зловещая улыбка. Она словно говорила своему второму я, что она ее не победит, что она эта она, и никто не помешает ей сделать то, что ей надо. Затем она протянула ей свою руку, и схватила Алису за запястье. Внутри Алисы произошло следующее. Ее тело стало огненным. Ее органы словно полыхали изнутри. Она была вся в огне. Но огонь не причинял ей беспокойство. Он просто убивал ее. Тут она воспламенилась, и сгорела. Сгорела изнутри, превратившись в жалкое подобие ее былой величие. Она стала безумна. Алиса дочь Наира и ее дочь воссоединились вместе. Создав одно целое. Сейчас, идя по лабиринту своего разума, она не могла определить, где ее реальность, а где реальность Алисы. Они стали одним целом, и это факт.

Смотря в маленькое окошко двери палаты номер тринадцать, где не было ни окон, ни кровати, доктор Разышпель говорила, что эксперимент не удался. Больной стало хуже.

Около него стояла медсестра, та еще штучка.

–Она умрет?

–Нет, но человеком уже не станет.

–Значит она у нас на всегда?

–Совершенно верно Раиса, на всегда.

Глава-26

-Где я сейчас нахожусь? Это что? Белая комната. Как снег, белая. Я сплю? Сплю и вижу сны? Что со мной происходит? Где я нахожусь?

Эти вопросы мучили женщину сидящею в белой комнате. Вокруг не было ничего кроме пустоты. Пустоты, которую ничем не заменишь. Пустоты, которую ничем не измеришь. Она бездонная, как колодец в котором невидно ни дна ни чего. Кроме пустоты. Пустоты, в которой нет ни света ни чего. Только мрак, и ничто кроме мрака.

Где же оказалась эта женщина? Где же находиться сейчас она, Алиса? Сейчас она лежит в отдельной палате. Одна, и никого больше. Ее ребенок был отнят у нее. Суд постановил, что Алиса в связи со своей болезнью не способна воспитывать ребенка. И девочку передали в детдом. Алису-мать, положили в психоневрологический диспансер. Сейчас, очнувшись после долгого сна, она считала что все что происходит, это только сон, сон и ничего больше. Вот, она сейчас очнется и все, сон прекратиться. Этот кошмар, который она все еще считала за вымысел. Да, это был для нее лишь только вымысел, вымысел и только.

Она встала с белого пола, и оглянулась.

–Что это? – думала она. – где это я? – она подошла к одной из стен и потрогав ее определила, что это мягкий материал. Похожий на поролон. Им был обит вся палата. Палата без окон, и без дверей. – что со мной происходит? – она не понимала ничего кроме того, что она сейчас находиться в этой комнате. Она не знала, что вообще происходит? Тут она услышала у себя в голове чей-то голос. Он говорил, что она там, где ей и надо быть.

–Я звал тебя к себе, и ты пришла ко мне.

–Кто ты?

–Ты знаешь. – сказал все тот же голос в ее голове. – знаешь кто я?

Тут Алиса подумала, что этого в реальности быть совершенно не может. Это все сон, сон, который ей только сниться, и ничего больше. Но то ли чей-то голос слышал ее мысли, то ли он знал, о чем она думала, но чей-то голос сказал.

–Я знаю все, ведь ты знаешь кто я таков. – голос в ее голове сделал паузу, а затем продолжал. – Алиса – любовь моя! Ты прекрасна. Кто может сравниться с твоей красотой? Никто. Лишь Я! И только Я! Ты моя, любовь моя!

Эти слова подбодрили Алису. Как любой женщине ей было приятно.

–Спасибо.

–Не за что.

–Так кто же ты?

–Ты так и не догадалась?

–Нет.

–Подумай. – сказал чей-то голос в ее голове. – ты меня знаешь.

–Нет не знаю.

–Нет знаешь. – продолжал утверждать все тот же голос. – ты меня знаешь, я всегда был с тобой. Ты возжелала меня, так же как и я тебя.

Алиса удивилась.

–Я возжелала тебя? Какая чушь! Я тебя даже и не знаю, кто ты?

–Ты всегда хотела меня. – продолжал говорить все тот же голос. – я, пришел к тебе, моя прелесть. – Тут он перевел дыхание и неожиданно поинтересовался. – Алиса, как поживает моя дочь? Алиса?

Алиса удивилась.

–Ты знаешь мою дочь? Алису? От куда?

–Я ее отец.

–Отец? – удивилась Алиса. – у нее нет отца. – говорила она. – я ее родила только для себя. Для себя и не для кого больше.

–Конечно. – согласился голос внутри ее головы. – это так оно и есть, но согласись, кто-то все же участвовал в процессе ее зачатие по мимо одной тебя?

Алиса запнулась. Она ведь действительно не знала кто отец Алисы. Она просто нагуляла ее, нагуляла и все.

–Я понимаю. – с чувством глубокого непонимание ответила она. Действительно, кто был отец Алисы? Кто тот человек, который был причастен к ее рождению? Ведь даже она не знала, кто ее отец? Она поинтересовалась. – у тебя есть лицо? Я хочу его видеть.

–Видеть? Что ж, я могу показать свой лик, но понравиться ли он тебе или нет?

Алиса заявила.

–Это мне решать.

–Что ж, смотри.

В туже минуту в палате погас свет. Все стало темным-темно. Мрак и ужас охватил Алису. Она чувствовала, что кто-то смотрит на нее, смотрит огненными глазами. Она подняла взгляд, и; -О! БОЖЕ! Кто же это таков? Перед ней стояло нечто. Нечто с ало огненными глазами. Оно смотрела на нее и в его взгляде читалось что-то жуткое, что-то омерзительное, что-то нагоняющее ужас.

Сердце Алисы встрепенулось, она не на шутку испугалась, испугалась и ее сердце забилось чаще. Она чувствовала страх, страх не только за свою жизнь, на которую ей было по сути наплевать, она чувствовала страх за будущее своей дочери. Что с ней станется, если ее не станет, а это, что так пристально на нее смотрит алым взглядом, ее отец? То, кто же ее вырастит? Это? Она поинтересовалась за тая дыхание, и прижавшись к стенке.

–Ты кто?

–Я? – усмехнулся он. – отец Алисы. А ты ее мать.

Алиса не понимала, что вообще происходит? Кто это? Чьи алые глаза смотрят на нее?

–Этого не может быть. – сказала она. – это невозможно.

–Что так? Я давно за тобой слежу. – сказал он. Ты мне подходишь.

Алиса все еще не понимала, да и не могла она понять, что нечто нужно от нее.

–Подхожу к чему?

На этот вопрос нечто ответило не так однозначно, как можно было показаться. Но оно ответило кратко и точно.

–К продолжению.

Алиса так и не поняла.

–Продолжению чего?

Нечто прошипело.

–Жизни. Моей жизни не твоей.

Эти слова привели Алису в недоумение. Она не понимала, что нечто имеет ввиду? То, что было сейчас сказано, никак не вязалось с тем, что она хотела услышать. Это все было против ее правил. Она тут же спросила.

–Что это значит? – и тотчас она потребовала ответ. – говори.

Тут она поняла, что она одна в комнате. Все исчезло. Нечто не хотел отвечать на поставленный вопрос, и он исчез. В палате снова горел свет, и она казалась светлой. По середине палаты стояла маленькая девочка. Она смотрела на Алису маленькими голубыми глазами. Тут она протянула ей руку и крикнула что было у нее мочи. – МАМА! – да, именно это слово, мама. Она крикнула и ее лицо стало хмуро. Она словно была зла на что-то, что сделала с ней ее мам. Мама Алиса. – зачем ты убила меня?

Тут Алиса вздрогнула от таких слов. Она смотрела на девочку, свою дочь, и ей хотелось броситься к ней, обнять, прижать к своей груди, и сказать, что все будет хорошо. Но она этого сделать не могла. Какая-то невидимая сила не пускала ее к ней. Она смотрела на нее и плакала. Плакала потому, что не могла обнять ее. Все то что она видела было для нее эфемерно. Ничего реального того что она видела с ней не происходило. Вот все, конец надеждам, она сидит в этой белой комнате и никого нет рядом. Никого кто мог сказать ей доброе слово, никого кто мог ее утешать. Она не помнила, как вообще произошло так, что она оказалась здесь. Последнее что она помнила, это то, что она ушла из парка, где вела разговор с Женивьевой и с ее спутницей Изабеллой. Дальше пустота. Темное пятно. Что произошло тогда, с ней, это Алиса не помнила.

В это мгновение, ее как будто кто-то отпустил, и она освободившись от невидимых оков сжимающих ее руки, подбежала к своей дочери. Она хотела ее обнять, но тщетно. Она растворилась в пустоте.

Снова Алиса услышала тот же голос.

–Хорошая девочка. – сказал он. – вот жаль. – будто насмехаясь над ней ухмыльнулся голос. – жаль что мертва.

–Мертва? – задалась вопросом Алиса. – нет она не мертва! Я ее вижу и чувствую, она жива.

Голос усмехнулся.

–Разве?

–Да. – продолжала утверждать Алиса. – она жива, и я ее найду.

–Я не сомневаюсь.

Тут голос из ее головы исчез, дверь палаты открылась, и в нее вошла доктор. Она поздоровалась и поинтересовалась.

–Как мы себя чувствуем?

Алиса не поняла, она переспросила.

–Что?

Она представилась.

–Меня зовут доктор Разышпель. Я Ваш лечащей врач. – затем она снова задала тот же вопрос. – как Вы себя чувствуете?

Та, не понимая почему ей задают этот вопрос совершенно спокойно ответила.

–Нормально. – затем она поинтересовалась. – скажите, где я нахожусь?

Доктор Разышпель ответила.

–У нас, в психоневрологическом диспансере.

Та тупо посмотрела на доктора. Эти слова, произнесенные доктором Разышпель звучали как приговор. Она не понимала, почему она находиться в психоневрологическом диспансере. Она считала, что ей все это сниться, и она вот-вот проснется. Проснется и все исчезнет. Она снова будет в своей квартире, вместе со своей дочкой Алисой. Она не на шутку испугалась.

–Что происходит?

–Ничего. – ответила та. – вы помните как здесь оказались?

–Нет. – ответила та. – не помню.

Алиса осмотрелась снова. Она увидела те же белые стены, комната без окон и без дверей. Ничего нового. Она тупо смотрела на смотрящею на нее женщину-доктора, и не могла понять, как она здесь оказалась. Ведь она должна была быть сейчас вместе со своей дочкой Алисой. Постойте, где же она? Где Алиса? Где ее дочка? Где ее ненаглядное чадо? Где она? Она посмотрела тупым и непонимающим взглядом не доктора Разышпель, спросила:

–Это сон?

–А как Вы считаете?

Тут Алиса подползла к доктору Розышпель, и схватив за ноги, ощупала их, и затем все ее тело.

–Живая! -воскликнула она. И пулей отскочив от нее и перекрестившись трижды, воскликнула. – этого не может быть! Это лишь сон и не больше. Тут она закрыла глаза, отсчитала с пяти до нуля, и открыв глаза снова, увидев стоящею перед ней все туже женщину, закрыла глаза рукой, и выкрикнула что было мочи. – НЕ-Е-Е……Т.

На этот крик в палату вбежали двое мужчин в белых халатах. Они надели на Алису смирительную рубашка, и повязав длинные рукава у нее за спиной, усадили ее на пол, и встали возле нее.

Алиса заплакала. Она не знала что происходит? Она не знала почему она здесь? Кто ее сюда определил? И вообще? Тут она вспомнила, что у нее есть дочь. Дочь которой здесь нет. Нет рядом с ней. Где она?

–Скажите, где моя дочь?

Доктор Разышпель тотчас поинтересовалась.

–Какая дочь?

Алиса умоляющим взглядом посмотрела на доктора, и словно из глубины души выкрикнула.

–Моя дочь, где она? Скажите, умоляю!

Было видно, что Алиса не в себе, у нее была истерике.

Но доктор Разышпель стояла на своем. Она утверждала, что здесь нет ее дочери. Не было и нет.

–Как не было? – неиствовала Алиса. – она моя дочь! – ревела она горькими слезами. – я ее родила. – она посмотрела на доктора глазами голодного волка что охотиться за своей добычей, и спросила. – у Вас есть дети?

–Есть.

–Тогда почему Вы не говорите мне, где моя Алиса? Скажите. – потребовала она от доктора ответ. – где она? Моя дочь? Моя Алиса?

–Ее нет. – ответила доктор Разышпель.

Алиса что есть мочи взревела от негодования.

–Что? – ее рев был похож на рык, зверя, который только что потерял своих детей. – как нет? Что Вы такое несете?

–К сожалению эта правда. – ответила доктор Разышпель. – Вашей дочери нет.

–Нет здесь?

–Нет. – с грустью ответила доктор. – ни здесь, ни где бы то ни было ее нет.

Алиса была в недоумении. Ей казалось, что все то, что с ней сейчас происходит сон. Все это не реально. Но она ошибалась. Все то, что с ней происходило было реально. Реально как никогда. Она видела все то, что с ней происходило, и все это было реально.

–Как нет? – удивилась она. – вы что убили ее?

–Нет.

–Тогда что?

Доктор Разышпель не хотелось говорить правду. Правда была очень жестока. Она спросила.

–Что Вы помните перед тем как попасть сюда?

Женщина задумалась. Она почти ничего не помнила, что произошло с ней незадолго до того, как она оказалась здесь.

Доктор Разышпель задала наводящий вопрос.

–Что Вы вообще помните из последних мгновений перед тем как Вы оказались у нас? Может что-то, что поможет Вам вспомнить находиться по близости? В глубине вашего мышление?

Алиса задумалась. Она помнила скорее ничего чем много. Впрочем она последний момент из той жизни запомнила. Этот момент был как нельзя лучшем ответом на ее вопрос. По крайне мере она так думала.

–Да. – ответила она. – я помню.

–Что?

–Квартира. – Алиса сделала паузу пытаясь вспомнить все то, что с ней произошло. – женщина, нет две женщины. Обеих я их знаю. Одну зовут Света. Она когда-то помогла мне найти моего отца. Вторую зовут. – тут она сделала паузу, пытаясь вспомнить как зовут вторую женщину. – кажется ее зовут, Женивьева. – она снова сделала паузу. – мы познакомились в парке Изабелла.

Доктор Разышпель поинтересовалась.

–Кто такая Изабелла?

–Просто женщина, мы познакомились с ней в парке, а она познакомила меня с Женивьевой.

–Ясно. – доктор Разышпель сделала паузу, а затем поинтересовалась. – Когда Вы в последний раз видели свою дочь?

Та незамедлительно ответила.

–Что за глупый вопрос? Конечно я ее видела у себя дома, она лежала в… – тут она задумалась. Ей конечно хотелось ответить на этот вопрос, но она просто не могла этого сделать. Она просто не знала, точнее забыла, где и при каких обстоятельствах она видела свою дочь. Она помнила лишь то, что ей укололи какой-то препарат, и она уже очнулась здесь. – я не помню. – призналась она. – хоть убейте не помню. – она сделала паузу затем умоляющем взглядом посмотрела на доктора Разышпель и произнесла. – скажите, где моя дочь? Где моя Алиса?

Доктор Разышпель спросила ее.

–Если мы снимем с Вас смирительную рубашку, Вы хорошо себя будите вести?

Алиса посмотрела на двух стоящих возле нее санитаров и, кивнув головой в знак согласие, сказала.

–Да, хорошо.

Доктор Разышпель сказала.

–Снимите.

Два санитара сняли с нее смирительную рубашку.

Доктор заверила Алису.

–Вы получите ответ на свои вопросы.

–Получу? – тупо произнесла она. – когда?

–Скоро.

Алиса оскалилась.

–Но Вы обещали сейчас? Что Вы свои обещание не выполняете?

Доктор легонько улыбнулась.

–Жду Вас у себя в кабинете. – сказала она. – там и продолжим.

ИЗ МЕДКАРТЫ АЛИСЫ:

-«Сегодня первый день пребывание пациентки Алисы в клинике. Она считает все реальное за вымысел и наоборот. Из разговора с ней стало ясно, что ничего что могло восстановить ее память она не помнит. Живет фантазиями о ребенке Алисе. Считает ее своей дочкой. По нашем сведениям у нее не могло быть никакой дочки, она бесплодна. Заключение гинеколога подтверждает этот диагноз. Отсюда можно сделать вывод, что она попросту создала образ своей дочери и назвала ее Алисой. Возможно она удочерила Алису? Но на этот счет из службы опеки никаких сведений не поступала.»

Глава-28

ИЗ ДЕЛО №-13

-«Сегодня двадцать первого августа нашли труп новорожденной девочки. Ей примерно месяцев четыре. На ее теле обнаружены следы удушение. Возбуждено дело по факту убийство.»

-Вы как считаете, она могла убить ее?

–Не знаю Дмитрий Георгиевич. Может быть она и могла ее убить?

Ромашов поинтересовался.

–Как Вы считаете, Ваше личное мнение?

Доктор Разышпель сказала:

–На первый взгляд она конечно безумна, но это только первый осмотр. Завтра я проведу второй осмотр, тогда я пойму, что она за субъект.

–Информируйте меня.

–Конечно.

Этот разговор состоялся после первого предварительного осмотра пациентки Алисы. Ромашову поручили дело номер тринадцать, тук как произошло то, что произошло с Алисой, а точнее у нее пропала ее собственная дочь, и единственным подозреваемым была она сама. Дмитрий Георгиевич не мог ничего поделать с тем, что та оказалась в психлечебнице. Он думал, что после того как она совершила это злодейское преступление, если докажут что она была вменяема, ей грозил срок. Но если будет доказано, что та сделала это когда та была не в своем уме, то вместо тюремного срока, ей обеспечено место в психушке. Теперь хотел после смерти Наира, понять то, почему произошло то, что произошло, и кто в этом виноват. Его расследование было не гласным. Почти никто из ФСБ не знал о нем. Только посвященные. Но об этом в свое время.

«НЕУЖЕЛИ ОНА ТАК ОПАСНА? ОПАСНА И ЕЩО РАЗ ОПАСНА!?»

Он думал о проклятых украшениях Лозань, и был уверен абсолютно в том, что это именно они так действуют на Алису. Но как от них избавиться? Он не знал.

Доктор Разышпель сидела за письменным столом в своем кабинете. В дверь постучали.

–Кто там.

Грубый голос санитара сказал:

–Пациентка Алиса.

–Пусть входит.

В кабинет вошла Алиса.

Не прекращая писать что-то в медкарте пациента доктор Разышпель сказала:

–Садитесь.

Алиса села на стул прикрепленной к полу.

Доктор Разышпель отложив ручку в сторону, посмотрела на Алису и спросила:

–Как Вы себя чувствуете?

Алиса ответила.

–Нормально.

–Кошмары были?

–Нет.

–Как Вас зовут, Вы помните?

Алиса усмехнулась.

–Конечно, что за глупой вопрос?

–И как же?

–Алиса.

–Вы в этом уверенны?

–Абсолютно.

–У вас есть дети?

–Да, есть. Алиса – моя дочь.

–Где она сейчас?

–Не знаю.

В этот момент доктор Разышпель вытащила из ящика письменного стола несколько фото, и положив их на стол, поинтересовалась.

–Среди этих детей есть Ваша дочь?

Алиса встала со стула и подошла к столу. Посмотрев на лежащие на нем фотографии, она указала на одну единственную фото, и сказала дрожащим голоском.

–Моя дочь.

Посмотрев на выбранное ей фото младенца, доктор Разышпель поинтересовалась.

–Вы в этом уверены?

–Абсолютно. – она сделала паузу, с призрением посмотрела на доктора Разышпель, и положив руки ладонями на стол, спросила. – где она? – в ее глазах доктор Разышпель почла гнев. Вот-вот она наброситься на нее и вытрясет всю душу. Но этого не случилось. Доктор Разышпель успела нажать на кнопку экстренного реагирование, в кабинет вбежали стоявшие за дверью санитары. Они надели на Алису смирительную рубашку и, усадив ее на стул прикрепленной к полу, завязали ей руки, обвязав их при этом за спинкой стула, и сами встали позади него. – что? – неиствовала Алиса. – я все поняла…

Доктор ее перебила.

–Что Вы поняли?

–Это Вы! Вы сделали так, что моя дочь не со мной.

Доктор Разышпель легонько улыбнулась.

–Что же мы по-Вашему сделали?

–Вы отняли ее у меня. – утверждала она. – отняли, и… – тут она запнулась.

–Ну, договаривайте.

…-отняли и, что-то с ней Вы сделали?

–Что же?

–Не знаю. – ответила она. – но я все равно это выясню.

–Что ж, выясняйте.

Что можно здесь сказать? Только одно. Безумие, граничащее с реальностью, опаснее чем само безумие людской психологии, ее реальных помыслов.

Что может быть хуже чем собственные воспоминание. Они держат нас за наше сознание, не давая никому забыть о том, что с ними произошло в определенный момент их жизни. Их сознание поглощает воспоминание того, чего они хотят не примерно забыть. Но иногда это сознание берет верх над тем, что человек тек долго не вспоминал. Он все еще пытается оградить себя от сознание которого он желает не вспоминать. Но оно как бумеранг возвращается к нему. Он невольно вспоминает то, о чем хотел бы забыть. Но это совершено невозможно. Это прошлое берет верх над нашим сознанием, и на какое-то время мы вспоминаем то, о чем желаем забыть. О чем мы хотим больше не вспоминать. Как-то раз человек попал в историю, он потом спросил доктора.

–Это когда ни будь забудется?

Доктор ответил.

–Со временим все то что произошло будет постепенно забываться, а потом все пройдет, и только изредка мозг будет напоминать о том, что произошло. Эта так оно и есть. Человеческая природа психоанализа, человеческого самоанализа, идут по одной прямой. Если один из этих анализов возьмет верх над другим, и если Вы не в состоянии справиться самостоятельно с возникшей проблемой, то Вам нужно обязательно обратиться к психоаналитику.

Да, возможно доктор был прав. Но в некоторых случаях человек способен сам анализировать то, что с ним происходит. Он рационально мыслит.

Но что если человек в этом случае не может муслить рационально? Что если он способен лишь воспринимать желаемое за действительное? Он видит то, чего нет. Не существует и не существовала никогда. Тогда у него появляется некая фантазия, которая осуществляет желаемое. Он живет в мире этих фантазий. Как ему кажется, реальных фантазий. Фантазий, которые не осуществимы.

Что же происходит с Алисой? Что сейчас она видит? А, вот что? Я пробрался в ее мозг и, что я там увидел? Алиса видела сидящею подле нее свою дочь, Алису. Тихо спала в своей кроватке, улыбалась. Алиса почувствовала, что смирительная рубашка в котором она находилась исчезла, исчез и стул, на котором она сидела. Вообще все изменилось. Теперь она находилась в своей квартире, рядом со своей дочерью. За окном стояла глубокая ночь. Настенные часы пробили половина первого ночи. Вокруг было тихо. Можно было услышать, как тишина покойно вошла в этот дом, и тихо убаюкала его всех обитателей. Тишь и больше ничего.

Алиса посмотрела на свою дочь лежащею в кроватке, и поцеловав ее в лобик, сказала:

–Спи, тебя от меня теперь никто не отнимет.

Тут я должен еще кое-что объяснить. Алиса действительно родила ребенка, но? Этот ребенок был плодом некой невидимой силы, которую она приняла после того как узнала о украшениях Лозань. Она нашла их, и теперь получив свое, она жила в своем мире, мире фантазий и иллюзий. Кто знает, что она хотела по-настоящему? Счастье? Ребенка? Что? Приняв Алису как свою дочь, она подчинилась ее воле, и теперь та, полностью овладев ей, управляла ей как могла. Никто не знал где ее новорожденная дочь? Разговор с Женивьевой и Изабеллой в парке, это последняя ее общение со своей дочкой. Что произошло с ней потом? Об этом я расскажу потом. А сейчас Алиса находилась в своей квартире рядом с дочкой. Что произошло дальше?

Тут она услышала голос в своей голове. Он спросил:

«-Что делаешь?»

Алиса осмотрелась, и никого не обнаружив поинтересовалась.

–Это ты?

«-Я.»

–Что тебе нужно?

«-Чтобы ты выслушала меня.»

–Выслушала? – задумалась она. – зачем мне тебя слушать?

«-Потому что, только я могу сделать так, что ты никогда больше не расстанешься с Алисой. Те люди хотят отобрать ее у тебя.»

–Отобрать!?

«-Да, отобрать. – подтвердил голос. – они хотят отобрать твою дочь, они хотят использовать ее в своих целях.»

–Каких целях?

«-Они хотят чтобы Алиса работала на них. Она обладает силой, которая им не подвластна. Они хотят присвоить эту силу. Силу, которая им никогда не будет подвластна.»

–Что же эта за сила?

В это мгновение Алиса-дочь проснулась, она протянула свои маленькие ручонки к маме, и дотронулась до ее запястья, и показала ей то, что в принципе показать невозможно. Что же Алиса-мать увидела?

О том, что можно было б написать, что показала Алиса-дочь, Алисе-матери, можно было писать гораздо больше чем можно было предположить. Я напишу лишь то, что действительно могло быть реально. Ни только в безумии, но и в реальной жизни.

Что показала Алиса своей матери, что?

Она шла по улице, везла коляску. После разговора с Женивьевой и Изабеллой, Алиса была не в себе от гнева.

Она думала.

–Что это такое? Какая-то, будит учить как ей жить? Будет говорить что мой ребенок зло? Что от него надо избавиться? Да кто вообще они такие чтобы говорить на такую тему? У самих-то дети! Что ж они их держат при себе и не избавляются от них? Другим хорошо говорить, когда твой ребенок не твой, и давать советы можно на право и на лево. Хрень какая-то? Как можно давать советы другим, когда сами нуждаются в совете? Кто они такие? Кто такая Женивьева? Кто такая Изабелла? Они что хотели, чтобы я сомневалась? Очевидно так оно и есть. Но зачем им все это? Зачем заставлять меня сомневаться? Может все же есть на то причина? – тут она вспомнила что не так давно она видела ни то за правду, ни то за вымысел, ни то просто это был сон, но это было. Она вспомнила женщину. Женщину, появившуюся из зеркала. – что она там говорила? Никто не помнит? Она кажется предупреждала ее кое о чем. О чем же она ее предостерегала? – тут она неожиданно вспомнила. – да, Алиса. Она говорила, что моя Алиса эта ее дочь. Какая глупость? – Она посмотрела в коляску на дочь, и ласково улыбнувшись сказала. – как моя дочь, может быть и чьей-то дочерью еще. Это возможно только в одном случае, если я ее удочерила. Но это не так! Я ее родила. Родила сама, без всякой на то помощи. Значит от сюда можно сделать простой и закономерный вывод. Эта моя дочь. Да моя и больше ничья. А чья же она еще может быть? Этот вопрос конечно глуп. Она моя, и только моя. – убеждала она сама себя. – а кто считает иначе, тот мне не товарищ и не подруга.

Тут она присела на скамейку. Было уже довольно поздно. Солнце погасила свой последний луч за горизонтом, на улице зажглись фонари, Москва погрузилась в ночную жизнь.

–Где я? – подумала Алиса. – сколько сейчас время? – она посмотрела на наручные часы. – одиннадцать вечера. Поздно, пора домой. Да. – решила она. – время позднее, а до дома мне еще добираться. – тут она осмотрелась. – где же я нахожусь? – тут она поняла, что находиться далеко от дома. Как она попала сюда? Непонятно? Где же она находилась? На чистых прудах или как их еще называют на Патриарших. Их освещали фонари, по дорожке шли люди, но это были ни те люди, которых Алиса привыкла видеть. Они были иными. Они были из другой эпохи, эпохи как ее называли Николая первого. На них были платья девятнадцатого века. Кто они были? Кто были эти люди? Этого Алиса не знала.

Вот к ней подошла высокая женщина. Она была одета во все черное. Лицо ее не было видно, его скрывала вуаль. Она села рядом с Алисой и, посмотрев в коляску в которой лежал ее ребенок, воскликнула.

–Алиса!!! Ты вернулась, Алиса!

Алиса подняла взгляд, и посмотрела на женщину в черном. Она сидела возле нее и, смотрев на ее дочь что-то говорила. Алиса не могла понять что говорила ее дочери эта женщина в черном платье. Та говорила тихо чуть слышно. Алиса удивленно спросила:

–Что Вы делаете? Эта моя дочь.

Женщина в черном платье посмотрев на Алису тихо ответила.

–Не Ваша, моя.

–Что Вы черт возьми несете? – возмутилась Алиса. – эта моя дочь. – утверждала она.

–Нет. – снова ответила женщина в черном. – моя.

–Да как Вы смеете!??? – неиствовала Алиса. – какая подлая ложь?

–Эта не ложь. – сказала женщина в черном. – эта правда.

Алиса пристально посмотрела на женщину в черном. В ее голосе звучал привкус сожаление за что-то, что возможно она когда-то сделала и потом пожалела об этом. Ей казалось, что эта женщина действительно считает, что этот ребенок ее, ее и ничьей больше.

–Что? – вопросила Алиса. – что Вы имеете ввиду, когда говорите, что это Ваш ребенок? С чего Вы это взяли? – тут она снова осмотрелась. – и вообще, где я нахожусь?

Женщина в черном ответила.

–Много вопросов.

Алиса потребовала ответа.

–Что ж. – сказала женщина в черном. – я расскажу Вам историю, а Вы сами решите, что в ней ложь, а что правда.

–Говорите.

Женщина в черном начала свой рассказ. Кто знает что она действительно поведала Алисе об Алисе. Это вряд ли до поделено мы когда-нибудь узнаем. Да мне кажется это и не надо. Жестокость дочери-Алисы, не было предела. Она порождение проклятых украшений Лозань. Женщина в черном поинтересовалась:

–Вы находили эти украшение?

–Да. – ответила та. – находила.

–Где же они сейчас?

–Это важно?

–Да. – подтвердила женщина в черном. – важно.

–Тут Алиса почувствовала что ей стало дурно. Голова закружилась, и ей тотчас захотелось спать. Что это было? Алиса не знала. Она посмотрела на свою дочь лежащею в коляске, и, легонько улыбнувшись, упала на лавку и, погрузившись в глубокую дремоту, полностью ее сознание отключилось.

Что это было? Гипноз? Подчинение своей воле волю иного человека? Воспользовавшись им как чем-то что можно потом выбросить на помойку и забыть об этом? Конечно это так оно и есть. Мне кажется что гипноз позволяет всем кто им владеет вершить свои черные дела. Другого варианта просто нет.

Что же увидела Алиса? Много можно было б написать об этом. Но в итоге, после всей грязи и пустоты, мы оказываемся к железной дороги, которая завет нас в даль. Некоторые из нас оказывается на берегу море или океана. Смотря на горизонт заходящего солнца, мы успокаиваемся. Наша душа и тело гармонирует друг с другом. Все для нас прекрасно, все печали и радости остаются в прошлом. Впереди покой.

Алиса видела в своей дочери то, что могло бы решить ее вопрос. Кто она Алиса, ее дочь? Кто она такая на самом деле. Злая всевластная маленькая леди, пытающаяся подчинить себе все и вся, и повелевать этим. А может она просто маленькая девочка. Которая просто спит в коляске? Всякий видит все это по-своему. Видит, как сам того желает. И никто у нее это не отнимет. Что увидела Алиса в своей дочери можно обсуждать до бесконечности. Она увидела просто сгусток грязи. Кучу грязи ее детского самосознание. Самосознание, властвующее над другими. Подчиняющее себе сознание других. Как могло это вообще произойти? Как маленькая девочка смогла подчинить себе все и вся. Неужели с помощью самовнушение и внушение всем тем кто с ней был в контакте, что она и есть то прекрасное что каждой женщине надо. Но это был самообман. Алиса не была прекрасным ребенком. Она была убийцей. Как это могло быть? Неужели всем виной украшение Лозань? Вы скажите что это чушь!? Я не соглашусь. Это вполне возможно. Проклятие реально. Может здесь есть небольшой вымысел, но где произведениях не бывает немного фантастики. А реальной фантастики тем более.

Тут Алиса почувствовала что больше не может здесь находиться, что она не властна над своим сознанием, и все будто стало испаряться. Все стало превращаться в дымку, сквозь которую чей-то детский голосок прокричал.

–Не бросай меня, мама!!! Куда ты? Зачем ты оставляешь меня здесь?

Все эти вопросы звучавшие в голове Алисы, мучили ее сознание. Она хотела выкрикнуть, что-то прокричать, но не смогла. Все то, что происходило сегодня на Патриарших, было ни что иное как старание обрести смысл, поверить в то, во что поверить было невозможно. Да кто вообще поверит в то, что их отрок монстр?

Следующая сцена произошла на реке. Алиса сидела и смотрела на окружающую ее природу. Высокие деревья, водопад. Рядом с ней пели птички. Душа была спокойна. Тут кто-то сзади окликнул ее. – Алиса. – та обернулась. Возле нее стоял молодой красивый мужчина, в самом рассвет сил. Он не был высок, и низок тоже не был. Лицо его было продолговато, волосы коротки. Какой нации принадлежал этот мужчина? Этого никто не знал. Одно было ясно, что он не похож ни на европейца, ни на кавказца. Кто он был таков? Никто не знал. Да кто мог знать? Ведь его как бы и не существовала на свете. Это было всего лишь воображение Алисы. Она мечтала об идеале, и вот он, ее идеал. Впрочем, идеал у каждого свой, поэтому я не возьмусь сейчас описывать свой или кого бы там ни было идеал. Будь то мужчина или женщина. Алиса поинтересовалась.

–Вы кто?

Незнакомец представился.

–Меня зовут Роб. А Вас?

Та ответила.

–Алиса.

–Добрый день Алиса, разрешите присесть.

Они проговорили до самого вечера, а затем переспали. Алиса забеременела, и родила Алису.

Когда Алиса пришла в себя на патриарших прудах, она помнила все то что с ней произошло. Эта встреча запечатлелась в ее голове. Она была там, когда все это с ней произошло. Там и нигде где можно было оказаться.

Но вот еще одна сцена, но уже из жизни Роба. Там, в той жизни, он был некто, у кого была жена. Но она не могла зачать ребенка. Однажды к ней пришла старая женщина и дала ей надежду. В чем она заключалась? Можно было и догадаться. Женщина дала им украшение Лозань. Она сказала:

–Все будет прекрасно. У Вас будет дочь, но ей потребуется вся Ваша любовь. Чтобы она стала человеком.

Женщина тогда поинтересовалась.

–А кем она будет? Она же человек?

–Это так. – согласилась старая женщина. – но кто знает? Кто вырастет из нее? Вы согласны принять то, что произойдет? И любить ее чтобы то там не случилась?

–Согласны.

–Согласны.

–Вот и хорошо. – сказала старая женщина, и отдав им украшение исчезла.

А вот и третье ее ведение. Ведение от которого становиться страшно.

Что может быть хуже, чем то, что можно потерять кого-либо. И еще хуже то, что ты сама, пусть даже и невольно причастна к этому.

Сидевшая в кабинете доктора на приеме Алиса, воскликнула что было мочи.

–Это ужасно!

Она опустила голову, и закрыла ладонями глаза.

Сидевшая на против нее доктор, как могла успокоила Алису, и спросила:

–Ужасно что? Что Вы имеете ввиду?

Мне сниться один и тот же сон. – сказала Алиса. – в этом сне я вижу свою дочь мертвой. Она лежит ода, где-то в поле, и зовет меня снова и снова. А я смотрю и не могу понять, от куда доносится этот крик? Недалеко я вижу болота, и понимаю, что моя дочь там, в этом болоте.

Доктор спросила:

–Это как?

–Я подхожу к этому болоту, и вижу в дали, что кто-то стоит в дали. Кто-то, кто мне знаком. Я приглядываюсь и понимаю, что это маленькая девочка, по очертаниям напоминающая мою дочь. – Алиса задумалась. Казалось, что она сейчас была не времени, она находилась в абстрактном из миров, который был открыт только ей, ей и никому больше.

–Где сейчас Ваша дочь?

–Где? – задумалась Алиса, и тотчас ответила. – я не знаю. – она сделала паузу. – последний раз я видела ее в коляске. Я прогуливалась с ней.

–И?

–Ко мне подошел мужчина.

–Какой мужчина?

–Мужчина. – ответила Алиса. – его звали Роб.

–Кто такой Роб?

–Знакомый.

–Что было дальше?

–Он мы поговорил.

–О чем Вы говорили?

Алиса призналась.

–Я не помню.

–Но вы же о чем-то говорили?

Алиса подтвердила:

–Говорили.

–О чем же?

Алиса задумалась. Она пыталась вспомнить то, что произошло с ней там. В ее прошлой жизни, до того, как она попала в эту палату. Но ничего ей не приходило в голову. В ней был полный провал. Как будто что-то или кто-то отключил ее сознание и переключил ее сознание на сознание кого-то другого, и забрали ее воспоминание, вычеркнув ее жизнь из жизни ее жизни, ее определенную часть.

–Я пытаюсь вспомнить. – ответила плача Алиса. – но я не могу. В моей голове нет воспоминаний о том, что произошло со мной, и с моей Алисой.

–Вы уверенны?

–Абсолютно.

–Что ж. – сказала доктор. – я не тороплю Вас с Вашими выводами по поводу Вашей дочери. У нас есть время. Время чтобы Вы вспомнили.

Алиса вопросила.

–Вспомнила что?

–Что произошло с Вами и Вашей дочерью Алисой, и так же Вы должны сами вспомнить, почему Вы здесь?

Тут Алиса не выдержала и что было мочи воскликнула.

–Умоляю, скажите, где моя дочь? – она встала на колени и умоляюще воскликнула. – скажите! Я прошу Вас как мать и женщина. – тут в кабинет вбежали санитары, и надев на Алису смирительную рубашку усадили ее на стул.

Доктор однозначно ответила.

–Нет, я этого Вам не скажу.

Алиса воскликнула что было мочи, и в ее взгляде промелькнула что-то нечеловеческое, что-то жестокое, что-то такое кто зовет этот взгляд, взглядом ненависти и призрение. Иначе не сказать.

–ДА БУДЬТЕ ВЫ ВСЕ ТРИЖДЫ ПРОКЛЯТЫ!!!

Доктор жестока усмехнулась. В ней не было ни сочувствие ни каких-либо иных чувств. Она приказала санитарам.

–Отведите ее к ней.

Оказавшись у себя в палате без окон без дверей, Алиса сидела на полу. Она не могла поверить, что с ней сейчас происходит. Она думала что возможно все это сон, сон и ничего больше. Вот-вот она проснется и весь этот кошмар закончиться. Но это было совершенно не так. Она находилась в этой палате, ей кололи лекарство и давали разные таблетки. Она даже на могла понять, что все то что здесь происходит, все это реально, реально не сон. Впрочем, для тех кто не может определить такую простую закономерность, тем все равно что происходит. Они живут в своем мире, мире грез.

Реально то, что мы видим. Но что если то что мы видим совсем ни-то что мы видим а совсем иное. Что-то что мы когда-то видели и посчитали это за реальность? На самом деле это был навязанное нам иллюзорное воспоминание о нас?

Алиса. Что произошло с ней? Почему она не могла ничто вспомнить? Лишь вспоминала свою дочь. Как я уже писал, она родила ее. Но где же она сейчас? Где ее дочь?

Ей снился с недавних пор страшный сон, будто ее дочь стоит посереди болото, и просит помочь ей. Она умоляет взять ее с собой, а затем идет в трясину, и та утягивает ее на дно.

–Алиса, Вы знаете где сейчас Ваша дочь – спрашивала ее доктор. – мы не знаем где она? Может Вы нам скажите?

–Она здесь. – утверждала Алиса. – она всегда была и будет со мной. Видите, вот она. – и показав рукой на воображаемую дочь, сидящею у нее на коленях, сказала. – разве Вы ее не видите? Вот она.

Какое потрясение произошло с Алисой? Что случилось с ней? Об этом сейчас я расскажу. Но для начала вернемся в квартиру где жила Алиса. На некоторое время назад.

Глава-29

Алиса очнулась в своей квартире. Она не помнила, что с ней произошло? Тотчас она подбежала к кроватке где спала ее дочь. Она находилась в кроватке. Да, с ней ничего не случилось, и повода для беспокойства нет. Вообще стоит поменьше говорить с незнакомцами. Кто знает, что у них на уме. Впрочем, никогда она больше не заговорит с незнакомцами. Кто знает на какую подлость они способны?

Эти рассуждение Алисы конечно были верны. Ведь никто не знал, и не знает, что у других на уме? Может ничего, а может что-то?

Зазвонил звонок. Алиса открыла входную дверь. В коридоре стояла знакомая женщина. Она знала ее по своей работе. Когда женщина увидела Алису, она не на шутку испугалась, и сделав удивленное лицо, спросила.

–Что с тобой? На тебе лица нет?

Алиса удивлена посмотрела на женщину, и дотронувшись до своего лица ладонью, поняла, что ее лицо горит.

–Заходи. – сказала она пришедшей женщине, не понимая, что с ней происходит? Женщина вошла в квартиру и заперла за собой дверь.

Что сказать о этой женщине? Звали ее Лариса. Ей было около сорока лет. Высокая блондинка, с длинными волосами. Лицо у нее было продолговато. Глаза голубые. Она работала вместе с Алисой, и была ее подругой. Сейчас, когда Алиса была в декретном отпуске, Лариса часто ее навещала. Вот и сегодня, когда Алиса так и не отвечала на звонки Ларисы, та пришла к ней.

Алиса прошла в ванную комнату, посмотрелась в зеркала, и ей показалось что на нее смотрит совсем другая женщина. Она ее не знала, да и не могла знать. Волосы у нее были растрепаны, сама выглядела она так, что если б кто-либо ее сейчас увидел, то воскликнул бы изо всех сил. – О! БОЖЕ? КТО ЭТО? И действительно. На нее смотрела ни та красивая и сексуальная женщина, которую она всегда видела, а попросту лахудра. Лица было краснее помидора.

–Кто это? – испугано вопросила она и тотчас подумала, что это не может быть? Эта не может быть она? Она не такая?

Лариса поинтересовалась.

–Ты вчера не пила?

Та удивлено ответила.

–С чего ты это взяла Лариса?

–Чувствуешь, запах алкоголя, как будто кто-то пил?

Алиса принюхалась, и поняла, что Лариса не лжет. Алкоголь действительно присутствовал в этой квартире. Алиса прислонила руку ко рту, и дыхнула. – Фу!!! Что за черт? Я же не пью? – она тупо посмотрела на Ларису. – ты не знаешь, что со мной вчера произошло?

–Нет. – ответила та. – не знаю.

Алиса снова посмотрела на себя в зеркало и сказала с отвращением – ну и рожа!? – затем она истерично рассмеялась и сказала Ларисы. – вот бы сейчас меня мой отец увидел? Удивился? – тут она почувствовала, как Лариса залепила ей горячую пощечину. Алиса пришла в себя, и поблагодарив Ларису за пощечину попросила. – пока я буду принимать ванну, посмотришь за Алисой?

Лариса ответила.

–Конечно.

Что произошло дальше? Я не буду описывать помощь Ларисы Алисы в принятии ей ванны. Да это и не интересно. Перейдем к следующему. После того как Лариса помогла Алисе принять ванну, она уложила Алису на кровать, и та уснула крепким сном. Она просто устала от бесконечных оберегание своей дочери. Всякий раз, когда она смотрела на нее, она видела в ней саму чистоту добродетели, впрочем, какая мать не скажет того же?

Сейчас, когда Алиса спала, Лариса сидела в ее комнате, и смотрела в зеркало. В то самое зеркало, в котором когда-то Алиса видела мать Алисы, ее дочери. Что это было тогда с ней? Неужели она видела в этом зеркале настоящею ее мать? Кто вообще был тогда в том зеркале? Этого возможно мы никогда не узнаем. Впрочем, можно предположить, что это была некая сущность некой женщины, которая когда-то была как и Алиса матерью, и которая так же как и Алиса найдя украшение Лозань, не замечая ничего кроме любви своей дочери, была вынуждена пожертвовать собой ради нее.

Что сейчас видела в зеркале Лариса? Сидя в полу мрачной комнате? Лариса смотрела в зеркало, и в какой-то момент ей показалось, что там, за той стороной зеркало кто-то ходит? Чья-то тень промелькнула в зеркале. Лариса обернулась чтобы убедиться, что никого в комнате нет. Затем она встала с кресло и подошла к зеркалу. Осмотрев его, она ни каких признаков того, что оно какое-то ни такое, какое-то особое не обнаружила. Да, что же вообще можно было найти в зеркале? Скорее на нем. Но ни на нем, ни в нем ничего не было. Все было так, как в зеркале. Ничего лишнего. Впрочем, ничего не было того, чтобы напоминало ей о ней самой. Ее словно притягивало это зеркало. Она не могла налюбоваться на свое отражение в нем. В нем она выглядела еще сексуальней и привлекательной. Все было при ней. Все и даже больше. То, о чем она и мечтать не могла. Ее сексуальность. Смотрясь в зеркало, она не могла поверить, что это ее отражение. Оно как будто манила ее, звала к себе. Тут она сделала глотательное движение, она смотрела на свое отражение в зеркале и не могла поверить, это она! Да, именно, эта Лариса. Тут она увидела по ту сторону зеркало женщину. Она смотрела на нее любовным взглядом, как будто говоря ей, что все спокойно, она может не волноваться ни за что. Да, все было для Алисы покойно. Ей захотелось что-то нового, что-то, чего она раньше не делала. Она хотела ее, эту женщину, ту, что была там, в зеркале. Она словно манила ее к себе, говорила; -иди ко мне, забудь о всех хлопотах и заботах. Со мной тебе будет хорошо. Лариса осторожно оглянулась, она не хотела, чтобы ее подруга проснулась. Затем она тихо подошла к зеркалу ближе, и она и женщина в зеркале ладонями дотронулись до зеркало. И вот, женщина по ту сторону зеркало вышла из него, она обняла Ларису, и их уста соединились в жарком поцелуе страсти. Лариса поинтересовалась:

Как тебя зовут? ДОРОГАЯ!

Незнакомка представилась.

Евгения, можно просто Женя. А меня Лариса.

–Мне очень приятно с тобой познакомиться, Женя.

–И мне. – она подошла к Алисе. Она лежала на кровати, посмотрела на нее и тяжело вздохнула. Затем она посмотрела на Ларису и поинтересовалась. – она долго в таком состоянии?

Лариса ответила.

–Нет, около часа. – а затем добавила. – очевидно она погуляла вчера вдоволь, вот и результат на лицо.

–Ты права. – согласилась Женя. И глубоко вздохнув добавила скрепя сердцем. – результат.

Кто знает, к чему приводит результат того или иного поступка в нашей жизни? Для одних – это просто забава, для других часть жизни. Все в этом мире не однозначно. Все эфемерно. Кто знает, к чему приводят результаты наших действий? Особенно когда они необдуманные. Необдуманные и спонтанны.

Тут Женя неожиданно посмотрела на закрытую дверь, за которой в комнате лежала дочь Алисы, Алиса. Она прошла в эту комнату и увидела, комната была не похожа на детскую. Вообще она не была похожа на комнату. Скорее всего она была похожа на сумасшедший дом. Все в этой комнате вертелось словно вихорь. Словно ураган был в ней. По середине комнаты стояла детская кроватка, в ней лежала маленькая девочка. Лежала и улыбалась. Со стороны казалось, что она и управляет этим безумием. Безумием, что творился сейчас в этой комнате.

Подошедшая к ней Алиса поинтересовалась.

–Что происходит?

–Это Алиса. Она здесь управляет всем.

–Эта малютка?

–Да, она.

–Но она совсем еще младенец? – не понимала Лариса. – как это вообще возможно?

Женя посмотрела на Ларису, и тяжело вздохнув сказала:

–Я конечно хотела б чтоб это было не так, но это так. Алиса. – она показала рукой на маленькую девочку. – эта девочка монстр.

–Но она ребенок?

Женя усмехнулась.

–Ребенок? Этот ребенок живет на свете дольше чем мы с Вами.

Лариса все еще на понимала.

–Живет дольше чем мы с Вами? Это как?

Тут Алиса протянула руку к кроватке где лежала Алиса, и приказала.

–Хватит. Стоп.

В тот же момент все прекратилось. Вихрь стих. Все вещи были на своих местах. После этого чей-то женский монотонный и очень грозный голос спросил.

–По что ты потревожила меня?

Женя сказала.

–Я не допущу чтобы ты кому-либо испортила жизнь. Хватит.

Голос зловеще усмехнулся. Казалось, что он просто издевается над своей собеседницей.

–И как позволь спросить у тебя это получиться?

Женя повелевающим тоном сказала.

–Оставь эту семью в покое, а то?…

Тут голос перебил Женю.

–…а то что? Уничтожишь меня? Пыталась уже, не вышла.

Женя заявила.

–Теперь выйдет.

Голос зловеще рассмеялся.

–И как это у тебя удастся?

–Увидишь.

–Ну?

Тут Женя вошла в комнату. Она не обращала внимание ни на что. Ни на преследующий ее сгусток неудач, не на сгущающийся над ней столб энергии. Энергии сжимающею ее голову. Сжимающею так, что казалось, что она вот-вот расколется на две части, треснет пополам как скорлупа от яйца.

–Ну? – сказала угрожающим тоном голос, а затем выкрикнул что было мочи. – не можешь подойти ко мне? Ты знаешь, что я бессмертна!

Тут Женя воскликнула что было мочи.

–Нет! – в ее голосе прозвучала тревога за кого-то. Она почувствовала, что что-то происходит. Она обернулась, и? Что за черт? Лариса. Она стояла позади нее и готова была наброситься на Женю. Да! Эта она! Лариса. Но что с ней произошло? Почему она стала такой? Просто в нее вселился дух Алисы. Алисы, ее дочери.

–Да. – со злобой и ненавистью в глазах сказала Лариса. – эта Я! Алиса. Что не ожидала подвоха? Ты знаешь меня не хуже кого либо, и думаешь меня так просто убить? – тут она сделала короткую, но длительную паузу. А затем с ненавистью и с призрением в глазах произнесла сквозь зубы. – МАМА.

Женя была как мраморная. Она не могла произнести ни слова. Она стояла как вкопанная, смотря на свою дочь или на ее внутреннее я, и думала. Она думала не о материнской любви матери к дочери и дочери к матери, а о том, как уничтожить эту энергию? Как позволить ей обрести покой? Единственный способ был. Он заключался в том, что Женя должна была умереть. Да, Вы не ослышались, она должна была умереть. Но не просто умереть, ее должна была убить собственная дочь, то есть ее духовное начало.

–Что ж? – говорила Женя своей дочери. – убивай. – она смотрела в ее глаза и видела, что в них не было ни грамма сочувствие. Только призрение и ненависть. Но что это такое? Тут Женя увидела в глазах Ларисы, в ее духовном начале, той которой в ней была удивление. Не понимание, и смятение. Она смотрела на нее и не понимала, что она имела ввиду? Неужели она говорит правду? Неужели она хочет, чтобы Лариса действительно убила ее? Та кричала что было мочи. – ну что же ты медлишь? – провоцировала она ее на свое убийство. – или что? Кишка тонка? Алиса?

Та жестока рассмеялась. Лицо стало не человеческое. Она была похожа на самого черта, сатану в юбке.

Что дальше? Извечный вопрос писателей. Все что не происходило, все имело свое логическое завершение. Завершение и с Алисой можно сказать уже близко.

Лариса, она почувствовала, как кто-то или что-то укололо ее в ее мягкое место. Затем кто-то или что-то будто выдернуло ее из того состояние, в реальности которой она находилась. Все. Чтобы то ни было там, она оказалась одна. Что-то заставило ее воспарить в небо, а затем она словно летела в низ. Все ниже и ниже, в глубину своего подсознание. Кто бы там чего не говорил, все было словно на яву. Она чувствовала что ее мозг сплющился и стал на столько тяжелым, что казалось что она под его тяжестью летит все быстрее и быстрее, в низ, в глубокую и бездонную бездну. Бездну своего подсознание. Она слышала чьи-то голоса, кто-то как ей казалось разговаривал с ней. Но она не знала, кто с ней разговаривал, и от куда шел этот разговор. Тут она словно приземлилась на что-то. Что-то твердое. Она посмотрела на пол, и поняла, что ее ноги на полу. Затем она осмотрелась и у видя себя привязанную к креслу подумала, что черт возьми происходит? Где я? Она осмотрелась, никого. Никого кто бы мог объяснить ей, что вообще с ней происходит?

Тут она увидела, как чья-то тень подошла к ней, и затем она почувствовала, как игла вонзилась в ее руку. Что-то показалось ей знакома. Она почувствовала, как кто-то взял ее за плечи и она словно поплыла в даль. Она не понимала, да и не могла понять, что с ней происходило она была во власти сна. Лишь сон и больше ничего овладел ей. Ее мозги были словно в тумане. Тяжелая голова, тупая реакция на окружающей ее мир.

Ее положили на кровать, привязали к кровати ремнями, и ушли.

–Что это такое? – думала она. – где это Я?

Глава-30

И так, пора объяснить положение Ларисы. Я специально сделал так, что это все, что происходило с Алисой было не так понятно как должно было быть. Да и что за произведение без того, что мы называем путаницей. Все хотят понять, что произойдет дальше, и кто виноват в произошедшем. Мы не можем контролировать свое сознание. При определенных ситуациях оно не поддается никакой логике. Да, это так. Никакой из логик ничто не поддается. Это просто не объяснимо, почему с человеческим мозгом происходит то, что происходит при определенных ситуациях. Он может выдать полную беззащитность перед другим его сознанием или пойти на пролом, защищая все и вся. Считая, что кто-то причастен к тому, что кто-то хочет причинить боль тому или иному человеку. Он в этом случае способен на невозможное. Защищая все то, что ему дорого. Человек в этом случае исполняет лишь его волю. Да, я не оговорился, это не человек способен на подвиги, а его мозг. И это факт. Ведь никто иной как мозг человека защищает его от боли и, сподвигнет его на подвиги. Так произошло и с Алисой. Она когда-то потеряла ребенка, и теперь родив другого встала на защиту своего дитя. Но как это часто бывает, Алиса спутала реальность с действительностью. Это украшение Лозань были тому виной. Считается что некоторые камни приносят счастье. Те украшение и камни, что подарены от чистого сердца. Но те, которые были украдены, и на которых есть человеческая кровь, считаются проклятыми. Они ищут своего первоначального владельца, и не находя их, они мстят за кровь, пролитую когда-то ради того, чтобы владеть ими.

Но вернемся к Ларисе. Кто-то она вообще такая эта Лариса? Почему она здесь, в психлечебницы. Да, эта отдельная палата психиатрической больницы. Я не могу сказать где она находиться, да это и не так важно где? Важно почему она оказалась здесь, а не Алиса? Двойственное сознание человеческого разума, вот причина по которой она здесь. Она всегда была одна, одна Алиса. Ее все отвергали, и она создала себе иную реальность. Реальность, в которой она счастлива. Там нет никого только она и все. Ее родители были там, хотя они были мертвы. Она и ее желание обрести счастье, счастье которого она была лишена. Где же сейчас она. Лариса. Вымышленная подруга Алисы. Вот она, в кабинете у врача. Доктор Разышпель сидела за своим столом и что-то писала в медкарту. Она закончила писать, отложила ручку в сторону, и посмотрев на Алису спросила:

–Как Вы себя чувствуете?

Алиса передернулась, затем тупо посмотрела на доктора, а затем вокруг себя, и не узнав место где она находится задала несколько вопросов.

–Где я? Где моя дочь? Где Лариса? – она снова посмотрела вокруг себя, и увидев стоящих сзади мужчин в белых халатах поинтересовалась, не понимая, что происходит. – Вы кто?

–Я уже это говорила.

–Что-то не припоминаю.

–Забыли?

–Нет, Вы мне это не говорили.

Доктор Разышпель посмотрела на санитара. Тот сказал:

–По-видимому действие лекарств еще не прошло.

–Ясно.

Она снова обратилась к женщине.

–Что Вы помните перед тем как попасть сюда?

Тупо смотря на доктора Разышпель. Она просто не понимала, что вообще происходит. Ей казалось, что все что сней происходит лишь сон, кошмарный сон. Сон ее страхов и кошмаров. Ничего не могло быть так ужасно как эта ситуация. Ситуация в которой она сейчас оказалась.

Впрочем, что есть реальность? Лишь то, что мы понимаем. Реальность – это рациональное мышление человека. Его понимание и рациональности мышление, и его вывода.

Лариса, она же Алиса, не могла отличить свою реальность от реальности другого человека. Она считала, что она и есть та кто она есть, и никто другой. Она простонала.

–Где Я?

–Вы? – сказала доктор Разышпель. – конечно здесь?

–Где здесь?

Доктор улыбнулась.

–А Вы как думаете, где Вы находитесь?

Алиса снова оглянулась вокруг себя, и ничего не понимая спросила:

–Где моя дочь? Где Алиса?

Доктор Разышпель тяжело вздохнула.

–Вы не помните?

–Не помню, что?

Доктор взяла со стола снимки и отдав их подошедшему к ней санитару сказала:

–Вам сейчас дадут снимки…

Санитар подошел к Алисе, и отдал ей снимки.

–…Посмотрите на эти снимки, Вам они ничего не напоминают?

Алиса взяла снимки в руки и посмотрела на них. На них было изображен маленький сверток, в котором что-то лежала. При пристальном изучении других фотографий, она увидела, что это был труп маленькой, новорожденной девочки. Пациентка спросила:

–Зачем Вы показываете мне эти снимки?

–Что или кого Вы на них видите?

Женщина что было мочи снова посмотрела на снимки. Она не понимала, почему ей показывают эти снимки? Почему именно ей? Она почувствовала, что возможно это то, что объяснит ей, почему она здесь? В этом помещении? Где ее дочь? Где Лариса?

Смотря и пересматривая эти фотографии, она не могла отвести взгляд от них. Ей казалось, что она где-то уже видела это дитя. Она чувствовала, что эта чадо и есть ее Алиса. Но как это могло быть? Ведь она была всегда с ней, ее дочь, Алиса. Где же она сейчас? Алиса? Где ее плоть и кровь? Она подняла голову и пристально посмотрела на доктора Разышпель. Ее глаза сверкали гневом, казалось, что она вот-вот, да и нападет на доктора Разышпель, вцепилась в ее горло и придушит ее к чертовой матери. Сквозь зубы она прошипела:

–ГДЕ МОЯ ДОЧЬ? ГДЕ МОЯ ДОЧЬ?

Эти слова были произнесены так, у доктора Разышпель пропали все эмоции с лица. Она смотрела на пациентку и на ее лице был страх, страх за свою жизнь. Казалось, что она вот-вот набросится на нее как кошка, и вцепиться ей прямо в горло. Одно успокаивало, стоящие возле нее санитары. Они держали ее за плечи, что бы она не могла разорвать кожаные ремни, которыми она была привязана торсом к стулу на мелкие части.

–Успокойтесь. – сказала доктор Разышпель. – что Вы волнуетесь? Это просто Фотографии.

Но Алиса снова стояла на том, чтобы та ответила, где же ее дочь? Она задавала этот вопрос снова и снова. Но не получала на него ответа. Она думала, что ее дочь здесь, возле нее. Она видела ее и разговаривала с ней. Вот она, лежит в коляске возле нее, и держит ее за руку. Как же она могла быть где-то там? Раз она здесь, здесь, возле нее. Она смотрела на свою дочь лежащею в коляску, качала ее коляску, и говорила.

–Я тебя никогда никому не отдам.

Сидя сейчас в парке, на скамейке, она думала, что все же так прекрасно снова побывать на природе. Вот она та чистота, в которой человек наслаждается и умиротворяется.

Тихо и шуршит листва на деревьях, падая на землю, стеля ее желтом ковром. Спокойно и умиротворенно. Где-то стучит дятел, кукует кукушка. Все в порядке. Тишь.

Часть–      III

Глава-31

Консилиум.

Да, эта консилиум. Обсуждение болезни того или иного человека. Его собирают довольно часто, обсуждение состояние болезни того или иного человека.

Эту главу я напишу от первого лица. Спросите почему я это делаю? Ответ прост, это просто разговор и обсуждение болезни и ее причины. Впрочем, мы увлеклись. Вот и доктора. Я с ними Вас познакомлю.

Вот доктор Разышпель. Она сидела не подоплеку от главврача, Медсестра Раиса. Она седела рядом с доктором Разышпель. На против них сидел Ромашов Дмитрий Георгиевич, а также Наир. Лечащие врачи, Женивьева и Изабелла. В кабинет зашел мужчина в пиджаке. Ему было около шестидесяти лет. Уже в годах, он всю жизнь прослужил в этом заведении, и не жалел об этом. Начиная свой путь от санитара, и кончая главврачом психоневрологической лечебнице. Звали его Наумов Наум Наумыч. Он сел за свое место главврача, и посмотрев на стол, на котором были уже разложены массовые заключение по поводу пациентки Алисы, взяв одно заключение и вытащив из кармана пиджака очки, надев их, и прочитав заключение доктора Разышпель, сказал:

НАУМОВ: -Приступим. Чье слово первое? Доктор Разышпель, прошу Вас.

РАЗЫШПЕЛЬ: -Уважаемые коллеги. Я наблюдала пациентку Алису много времени, и могу с твердостью заявить, что эксперимент провалился. Препарат QS-2551/13; не эффективен. Пациентка ничуть не поправилась, наоборот, ее состояние ухудшалось, и теперь оно стабильно тяжелое.

НАУМОВ: -Вы считаете что поправка ее здоровье не возможно?

РАЗЫШПЕЛЬ: -Да Наум Наумыч, ее состояние желает желать лучшего.

НАУМОВ: -Что произошло такого, что ее состояние ухудшилось?

РАЗЫШПЕЛЬ: -Она потеряла ребенка.

НАУМОВ: -И?

РАЗЫШПЕЛЬ: -Она заменила его воображаемым ребенком.

НАУМОВ: -Объясните?

РАЗЫШПЕЛЬ: -После того как она потеряла ребенка, правда до сих пор непонятно как это произошло, в ней проснулась сожаление о случившимся. Она долго не могла понять, как она могла сделать такое, избавиться от ребенка, и в конце концов, мозг выдал ей информацию о ее ребенке. Она стала считать, что ее ребенок находиться рядом с ней, и никогда она его никуда не бросала. Она стала заботиться о нем, защищать ото всех неприятностей.

НАУМОВ: -И кто заменил ее ребенка? Ее фантазия или некая кукла?

РАЗЫШПЕЛЬ: -Скорее всего то и другое. Она входит в свой мир, и там найдя куклу, считает ее за свое дитя.

НАУМОВ: -Ясно, что скажет лечащий врач?

ЖЕНИВЬЕВА: -Я как лечащий врач пациентке Алисы считаю, что Алиса не способна рационально мыслить. Она считает себя кем угодно, но не самой собой.

НАУМОВ: -Поясните.

ЖЕНИВЬЕВА: -Недавно она считала, что она повинна в смерти своего отца, присутствующего здесь Наира. Но это совсем не так. Наир не был убит. Это происходило лишь в ее снах.

НАУМОВ: -Снах?

ЖЕНИВЬЕВА: -Да именно, в снах. В ее фантазиях, ее только известном ей мире ее грез.

РОМАШОВ: -Разрешите мне.

НАУМОВ: -Да, слушаю Вас Дмитрий Георгиевич.

РОМАШОВ: -Ни так давно мы узнали, что некая женщина нашла некие украшение, «ПРОКЛЯТЫЕ УКРАШЕНИЕ ЛОЗАНЬ» Тогда мы заинтересовались этими украшениями, и получили приказ с верху, чтобы во чтобы то ни стало заполучить эти украшение.

НАУМОВ: -Да, это мне известно.

РОМАШОВ: -И так, мы изучили легенду про эти украшение, и выяснили, что они находятся по некому адресу в Москве. Когда наша организация наведалась по этому адресу, мы выяснили, что по этому адресу уже этих украшений нет. Там произошло убийство. Дело оказалось громким и запутанным. Никто не мог понять ничего. Где? Что? Когда? Впрочем, мы не так долго были в неведении, нам удалось выйти на некого Карыстолюбова Эдуарда Вельяминовича. Он нам признался, что давно охотился за этими украшениями, но после убийство они исчезли, и где они, этого он не знал. В прочем это сейчас не так уж важно.

НАУМОВ: -А что важно?

РОМАШОВ: -Важно лишь то, что мы так и не выяснили, где сейчас находятся эти проклятые украшение Лозань? Чертовщина которая твориться со всеми этими украшениями, наводят на мысль, что их вовсе нет.

НАУМОВ: -Нет?

РОМАШОВ: -Да, нет. Это лишь игра воображение и ничто больше.

НАУМОВ: -Вы так считаете?

РОМАШОВ: -Да, я так считаю. Это подтверждает то, что эти украшение никогда не будут найдены. Это все лишь миф.

НАУМОВ: -Ху. Это конечно разумно, но у нас есть доказательство, что это не так.

РОМАШОВ: -Какие доказательства?

НАУМОВ: -Изабелла, прошу Вас.

ИЗАБЕЛЛА: -Да, это так. У нас есть человек который может доказать это.

НАУМОВ: -Кто это?

ИЗАБЕЛЛА: -Ее зовут Мария.

НАУМОВ: -Кто это?

ИЗАБЕЛЛА: -Мать Алисы и жена Наира.

НАУМОВ: -Это так?

НАИР: -Совершено верно.

НАУМОВ: -Где она?

ИЗАБЕЛЛА: -Здесь, в коридоре ждет.

НАУМОВ: -Хорошо, пригласите.

Изабелла вышла изо стола и подошла к двери, открыла ее и пригласила сидящею на скамейке у двери кабинета женщину. Та вошла в кабинет главврача.

НАУМОВ: -Кто Вы?

МАРИЯ: -Мое имя Мария, я мать Алисы и жена Наира. Здравствуй Наир.

НАИР: -Здравствуй.

НАУМОВ: -Садитесь пожалуйста.

Мария села за стол и Изабелла тоже.

Изабелла открыла лежащею перед ней папку истории болезни Марии и сказала:

ИЗАБЕЛЛА: -Мария была нашей пациенткой несколько месяцев. Ее обвиняли по статье №105 УКРФ, часть вторая.

НАУМОВ: -И?

ИЗАБЕЛЛА: -Руководствуясь статьей №104 УКРФ, частью второй, она была помещена в наше лечебное заведение.

ИЗАБЕЛЛА: -Ясно. – он обратился к Марии. – Вы себя сейчас хорошо чувствуете?

МАРИЯ: -Да, хорошо.

НАУМОВ: -Как состояние Мари?

ИЗАБЕЛЛА: -Если Вы имеете ввиду способна она адекватна мыслить и отдавать своим словам отчет, то она в этом отдает себе отчет.

НАУМОВ: -Что произошло тогда, почему Вы убили свою подругу?

МАРИЯ: -Я ее не убивала.

ИЗАБЕЛЛА: -А кто же ее убил, как ее звали? Женя если не ошибаюсь?

ИЗАБЕЛЛА: -Совершенно верно, ее звали Женя.

МАРИЯ: -Ее убили камни. Украшение Лозань.

Наумов посмотрел на Изабеллу.

ИЗАБЕЛЛА: -Да, она в этом уверенна.

ИЗАБЕЛЛА: -Чем она руководствует свои выводы?

ИЗАБЕЛЛА: -Она просто в это верит.

Наумов посмотрел на доктора Разышпель.

НАУМОВ: -Объясните.

РАЗЫШПЕЛЬ: -Это дело было запутанное, и остается запутанном до сих пор.

РОМАШОВ: -Подтверждаю, дело было запутанным. Мы не сразу разобрались в нем. Но убийца украшение, это слишком?

НАУМОВ: -Я с вами согласен Дмитрий Георгиевич. – он обратился к доктору Разышпель. – продолжайте, прошу Вас.

РАЗЫШПЕЛЬ: -Да, я продолжу. Дело в том, что присутствующая здесь пациентка является ни кем иным как Алисой.

НАУМОВ: -Это как?

РАЗЫШПЕЛЬ: -Проведенной с ней долго часовые беседы подтвердили ее диагноз

НАУМОВ: -Какой же?

РАЗЫШПЕЛЬ: -У нее раздвоение личности, и не только. Ее сознание не адекватно.

НАУМОВ: -Что Вы имеете ввиду?

РАЗЫШПЕЛЬ: -У пациентки диссоциативные растройства ее личности.1 Вызванные потерем ее ребенка.

НАУМОВ: -Это есть в карточке. Но если она эта Алиса, то как возможно что Алиса сейчас сидит в другом помещении, и кто может мне доказать, что присутствующая здесь пациентка, эта Алиса или Мария?

РАЗЫШПЕЛЬ: -Мне кажется мы сейчас это узнаем. Посмотрите на пациентку. Она как Вы видите считает себя Марией, матерью Алисы. Но эта не Мария. Эта Алиса. Та женщина, которая сидит в палате, не существует. Она здесь, перед Вами. Сидит и…

Тем временем, как доктор Разышпель доказывала, что Мария и Алиса одно и тоже лицо, она думала, что все то что здесь происходит, ничто иное как цирк. Театр, а присутствующие лишь только актеры.

Она видела себя в своей квартире, она сидела возле кроватки своей дочери, и напевала ей колыбельную. Для нее все было в прошлом. Она не видела, да и не хотела видеть, что произошло вокруг нее. Это ей было без разницы ее мозг жил одним, заботой о ее ребенке.

Но вот она сказала:

МАРИЯ: -Сегодняшний консилиум по поводу Алисы можно считать закрытом.

НАУМОВ: -Почему Вы так считаете?

МАРИЯ: -Вы считаете что Мария повинна в гибели Алисы. Но я считаю, что это Вы довели ее до того, что она мертва. Она не могла вынести всех издевательств, которые ей причиняли. В какой-то момент она не смогла больше терпеть то, что Вы с ней делали. Экспериментировали над маленькой девочкой, выясняли ее способности к телекинезу. Вам все было мало, и она отомстила Вам. Я очень рада, что она освободилась. Освободилась от Вас! Тиранов.

НАИР: -Ты ошибаешься.

МАРИЯ: -А ты вообще заткнись, ублюдок. Ради славы и этих камней Лозань, ты пожертвовал ею, Алисой.

НАИР: -Я ей не жертвовал.

МАРИЯ: -Нет, ты не только ей пожертвовал, это мягко для тебя сказано, ты предал ее.

НАИР: -Я ее не придавал.

____________________________________________________________

Диссоциативное расстройства личности1. Это очень редкое [битая ссылка] психическое расстройство из группы [битая ссылка] диссоциативных расстройств, при котором [битая ссылка] личность человека разделяется, и складывается впечатление, что в теле одного человека существует несколько разных личностей (или, в другой терминологии, эго-состояний). При этом в определённые моменты в человеке происходит «переключение», и одна личность сменяет другую. Эти «личности» могут иметь разный [битая ссылка] пол, [битая ссылка] возраст,[битая ссылка] национальность, [битая ссылка] темперамент, [битая ссылка] умственные способности, [битая ссылка] мировоззрение, по-разному реагировать на одни и те же ситуации[битая ссылка] [4]. После «переключения» активная в данный момент личность не может вспомнить, что происходило, пока была активна другая личность.

МАРИЯ: -А кто же ее отдал на этот эксперимент, еще деньги получил!

НАИР: -Это не так Мария, ты ошибаешься.

МАРИЯ: -Где здесь Мария? Ты даже мое имя позабыл.

НАУМОВ: -Как же Вас зовут?

МАРИЯ: -А что, забыли?

НАУМОВ: -С этим консилиумом?

Она зловеще ухмыльнулась.

МАРИЯ: -Стыдно что Вы не помните мое имя.

НАУМОВ: -Скажите же его.

МАРИЯ: -Жанна.

НАУМОВ: -Жанна?

МАРИЯ: -Именно.

Наумов посмотрел на доктора Разышпель.

РАЗЫШПЕЛЬ: -Да, ее зовут Жанна. По крайне мере сейчас.

МАРИЯ: -Что значит сейчас? Я Жанна.

НАУМОВ: -Конечно Вы Жанна. А что Вы здесь делаете?

МАРИЯ: -Сижу, слушаю Вас.

НАУМОВ: -И?

МАРИЯ: -Что И?

НАУМОВ: -Вы не хотите нам по мере ругательств в наш адрес, ничего не хотите нам сказать?

МАРИЯ: -Вы о чем?

НАУМОВ: -Не о чем, а о ком. Расскажите нам о Алисе? Где она сейчас? Вы знаете?

МАРИЯ: -Да, знаю.

НАУМОВ: -И где она сейчас?

МАРИЯ: -Там, куда Вам не добраться, она свободна! Свободна и счастлива!

НАУМОВ: -Где же она?

МАРИЯ: -Там, где Вам ее не достать.

НАУМОВ: -Она мертва?

Тут неожиданно Мария сказала.

МАРИЯ: -Нет, я жива.

Наумов быстро поменял свою тактику. Он понял, что личность Марии была нестабильна. Она заменила свое я на другое. Заменила только что, без видимых на то причин. Хотя причина всегда найдется.

НАУМОВ: -Жива? Где ты?

Мария усмехнулась.

МАРИЯ: -Где я? Да там куда вам не пробраться, там, где покой.

НАУМОВ: -Где же это место?

Мария облегченно вздохнула она встала со стула и принялась танцевать. Казалось, что эта женщина была счастлива. Счастлива и радостна. У нее было все что ей было нужно и ничего лишнего.

РАЗЫШПЕЛЬ: -Вот видите, перед Вами типичный случай диссоциативного расстройства личности.

НАУМОВ: -Да, я вижу.

РАЗЫШПЕЛЬ: -В истории ее болезни есть много фактов ее диссоциативного расстройства личности. В одном случае она Алиса, в другом Галина или ее сестра, Зинаида.

НАУМОВ: -Конечно. Что ее такой делает?

РАЗЫШПЕЛЬ: -Вы имеете ввиду как происходит ее изменение личности?

НАУМОВ: -Да.

РАЗЫШПЕЛЬ: -Изабелла.

ИЗАБЕЛЛА: -Ее внутренние изменение ее личности как человека происходит путем желания уйти от действительности. Ее мозг способен изменить сознание человека.

НАУМОВ: -Объясните?

ИЗАБЕЛЛА: -Мы все знаем историю девочки по роману Стивена Кинга ВОСПЛОМЕНЯЮЩАЯ ВЗГЛЯДОМ. В этом романе речь идет о девочке, которая была способна внушать людям по средствам телекинеза внушать другим людям то, что она хотела им внушить.

НАУМОВ: -Да, мы знаем эту историю.

ИЗАБЕЛЛА: -Так вот, перед Вами человек не из книги. Мария способна внушать свои мысли другим людям. Но при этом она защищает себя по средствам того же телекинеза. Она блокирует сознание людей, которые хотят, по ее мнению, причинить ей вред.

НАУМОВ: -И как она это определяет?

ИЗАБЕЛЛА: -Это пока не ясно. Но в одном мы абсолютно уверенны.

НАУМОВ: -В чем же?

ИЗАБЕЛЛА: -Она всегда говорит о украшениях Лозань, будто они направляют ее и делают такой, какой она есть.

Мария закончила танцевать. Она села за стол.

МАРИЯ: -Кто сказал об украшениях Лозань? Их просто не существует.

НАУМОВ: -Уверенны?

МАРИЯ: -Абсолютно. Их нет. Это вымысел, миф да и только. Вы со мной не согласны?

НАУМОВ: -Согласны.

АВТОР: -Что есть защита разума и его безумие. Одно от другого не разделимо. Мы видим перед собой одну из форм этого безумства. Скажи, ты безумна?

МАРИЯ: -Я не безумна!?

АВТОР: -Конечно, Вы не безумна. Просто Вы сейчас находишься на отдыхи, где-то на Гавайях.

МАРИЯ: -Нет, это Вы в отпуске на Гавайях. Наслаждаетесь горячим солнцем, лежите на пляже, и смотрите на море. Что Вы видите?

АВТОР: -Закат.

МАРИЯ: -Что еще?

АВТОР: -Ко мне подходит красивая женщина.

МАРИЯ: -Что она делает?

АВТОР: -Ложиться возле меня.

МАРИЯ: -Затем?

АВТОР: -Мы разговариваем.

МАРИЯ: -Разговариваете, о чем?

АВТОР: -Она приглашает меня на свидание, сегодня.

МАРИЯ: -А Вы?

АВТОР: -Соглашаюсь.

МАРИЯ: -Что дальше?

АВТОР: -Мы в ресторане, полумрак, играет музыка. Вот она приглашает меня на танец. Мы встаем изо стола, выходим в центр зала, танцуем.

МАРИЯ: -Что дальше?

АВТОР: -Она что-то шепчет мне на ухо, мы целуема. Мне хорошо. Еще мне никогда не было так хорошо. Хорошо и приятно. Я чувствую, что она хочет меня, а я хочу ее. Мы едим в ее квартиру, и там мы вместе. Да, нам хорошо.

МАРИЯ: -Вы считаете, что она Вас любит?

АВТОР: -Да.

МАРИЯ: -И не хочет удовлетворение на одну ночь?

АВТОР: -Нет.

МАРИЯ: -Как он представился Вам?

АВТОР: -Елена.

МАРИЯ: -А Вы как ей представились?

АВТОР: -Рихард.

МАРИЯ: Почему Вы Рихард?

АВТОР: -Не знаю, наверное, я в своих фантазиях ни та, кто я здесь.

МАРИЯ: -А кто Вы здесь? Как Вас зовут?

На этот вопрос автор так и не ответил. И не потому что не мог или не хотел сказать, он просто не знал кто он? Не знал почему он здесь и сейчас. Он смотрел в зеркало и видел лишь свое отражение. Он не знал кто этот человек? Почему он смотрит на него? И что вообще происходит?

НАУМОВ: -Что с Вами, Дмитрий Георгиевич?

РОМАШОВ: -Ничего, просто голова закружилась.

Наумов посмотрел на Марию. Та смотрела на Ромашова как будто пытаясь понять, что он за человек, и не просто понять, а внушить ему что-то? Что-то, что ей было необходимо. Наум Наумыч тотчас перевел взгляд на доктора Разышпель.

НАУМОВ: -Что это такое, черт Вас побери!? Как болит голова! Она ноет!

Он схватился руками за голову, которая болела и в ней была чувство, что по ней проехал трактор, и теперь трактор бурит и стучит в нутри. Голова внутри горела алым пламенем. Вскоре и присутствующие почувствовали тяжесть и боль в голове.

РАЗЫШПЕЛЬ: -Прекрати, АЛИСА.

МАРИЯ: -Нет, пускай познают боль. Мою боль. Ту боль которой страдала я.

Вскоре все было кончено. Мария внушила всем присутствующим свою боль. То есть она отдала им ее. Теперь они расплатятся за всю ту боль, боль которую они причинили ей и ее дочери.

Но что такое? Все встало на свое место. Мария сидела за столом. Во круг нее сидели люди. Она их помнила. Смотрела на них с призрением, и в ее душа кипела местью. Да, она отомстит. Если не она, то Алиса. Алиса и больше никто.

Тем временем доктор Разышпель заканчивала свою речь. Я снова пишу ее начало, дабы Вы не забыли, где я ее прервал. Вот начало ее речи, которая была прервана размышлениями Марии. – мне кажется мы сейчас это узнаем. Посмотрите на пациентку. Она как Вы видите считает себя Марией, матерью Алисы. Но эта не Мария. Эта Алиса. Та женщина, которая сидит в палате, не существует. Она здесь, перед Вами. Сидит и…

РАЗЫШПЕЛЬ: …-таким образом пациентка являются диссоциативные расстройства ее личности. Это все что я хотела сказать.

НАУМОВ: -Спасибо доктор Разышпель. Кто выскажется по этому поводу?

ИЗАБЕЛЛА: -Я

НАУМОВ: -Слушаю Вас Изабелла.

ИЗАБЕЛЛА: -Я хочу добавить… – не закончив и даже толком ни начав свою речь, Изабелла тупо посмотрела на Марию. Она смотрела на нее пристальным взглядом, как будто внушая ей что-то? Что-то, что было нужно только ей. Тут Изабелла посмотрела на Наумова и сказала. – все в порядке.

НАУМОВ: -Что добавить?

Изабелла посмотрела на Ромашова.

ИЗАБЕЛЛА: Я считаю, что Марию стоит выписать.

НАУМОВ: -Как это, выписать?

ИЗАБЕЛЛА: -Мария хоть убийца, она не может находиться здесь.

НАУМОВ: -Вы уверены?

ИЗАБЕЛЛА: -Абсолютно. Ее стоит поместить в один из пансионатов.

РАЗЫШПЕЛЬ: -Это невозможно! Посмотрите на Марию, видите ее, она внушает это Изабелле.

Наум Наумыч посмотрел на Марию. Та пристально смотрела на Изабеллу.

НАУМОВ: -Изабелла, очнитесь.

ИЗАБЕЛЛА: -Что?

Тут она очнулась. Она будто встряхнулась от забытья. Она снова была в порядке.

РАЗЫШПЕЛЬ: -Видите, эта воздействие на психику путем телекинеза Марией.

Мария пришла в себя не сразу. Она тупо осмотрела на сидящих за столом, пытаясь вспомнить, что вообще с ней произошло, и кто эти люди, сидящие за столом.

НАУМОВ: -С Вами все в порядке?

Тут она пришла в себя. Ее голова не болела, она ломилась от боли, боли причиненным ей Марией.

ИЗАБЕЛЛА: -Да, в порядке. А где Мария?

Все присутствующие посмотрели на стул, где как они думали находилась Мария. Но ее там не оказалась, да и вообще ее не было нигде, ни в этой комнате, ни в самой больницы. Внушив присутствующим, что она все еще находиться здесь, в кабинете главврача где проходил консилиум, она просто на просто покинула этот кабинет. Внушив всем присутствующим что-то что, они хотели видеть сами, она вышла из больницы в одежде одной из медсестер, села в ее машину и, выехав за ворота уехала в неизвестном направлении. Вот и ищи ее теперь.

НАУМОВ: -Где она? Где пациентка?

Доктор Разышпель тяжело вздохнула.

ИЗАБЕЛЛА: -Очевидно сбежала.

НАУМОВ: -Но это невозможно!?

РАЗЫШПЕЛЬ: -Для нее нет, это возможно.

Глава-32

Мария ехала по оживленной машинами улице. Она ехала вместе с медсестрой Раисой. Она сидела рядом с ней, и не просто рядом, она вела авто.

–Спасибо тебе что помогла мне покинуть это заведение.

–Не за что. Я просто не хотела, чтобы все это безумие продолжалось.

Мария ласково, почти любовно посмотрела на Раису.

–В том и другом случае спасибо тебе.

Та положила свою руку к ней на ногу, и та дотронулась до ее пальцев.

–Я же сказала, не за что.

Мария снова поблагодарила Раису.

–И все равно спасибо. Спасибо что не оставила мою дочь без присмотра. С ней все в порядке?

–Да, она жива здорова, и хочет встречи с тобой.

–Так мы сейчас едим к ней?

–Совершенно верно, к ней.

–Как она?

–В порядке.

–Курить хочется.

–Там, в бардачке, возьми.

Мария открыла бардачок авто и вытащила из него пачку сигарет и зажигалку. Затем она извлекла из пачки одну сигарету, прикурила, и положила все обратно в бардачок машины. Затем она сделала глубокую затяжку, а затем спросила у Раисы.

–Ты куришь?

–Иногда, да. Курю. А ты?

–Нет. Но сейчас не закуришь? Вся на нервах.

Раиса посмотрела на Марию.

–Да, ты права. – говорила она. – от такой жизни ни то что закуришь, вообще чокнуться можно

Мария тяжело вздохнула. Она всегда хотела счастье, а получила? Горе и разочарование. Никто не просил ее наделять этим даром, даром телекинеза. Но он у нее был.

Она спросила:

–Где сейчас Алиса?

–Там, где и должна быть, у себя дома.

–И никто за ней не присматривает?

–Присматривают.

–Кто же?

Да, кто же? Кто же охраняет Алису, охраняет ее от самой собой. Где вообще она Алиса? Что с ней? Ведь если Мария эта не Алиса, а Алиса эта не Мария, и не на оборот. То кто знает, что вообще происходит?

Впрочем я могу наконец сказать правду. Пора. Всякий родитель защищает свою семью, а если речь идет о их отпрысках, то они готовы на все, лишь бы защитить свое чадо от зла. Зла причиняемое ему. Так и произошло с Марией. Она не могла смотреть как ее дочь Алису в буквальном смысле насилуют. Выжимают из нее все то, чем она живет. Да, она не такая как все. Ей дар перешел от ее матери, и она стала не такая как все. Что из того? Не убивать же ее за этот дар. Дар который стал для Алисы проклятием. И дело не в злополучных украшениях Лозань, нет, дело в природе человеческой натуры. Она страшиться если что-то идет не так как должно идти. Видит то, что не подвластно самому ему пониманию. Пониманию человеческого видение, своего сознание, в разуме человеческого страха. Страха перед неизбежным.

–Я. – ответила Раиса. – за ней присматриваю я.

Мария удивилась.

–Ты?

–Да я. – подтвердила Раиса. – все это время за ней присматривала я.

–А где она сейчас? Сейчас же никто за ней не присматривает?

–Нет. – возразила Раиса. – сейчас за ней присматривает моя сестра. Мы как две капли воды похожи друг на друга.

Мария докурила сигарету, выбросила окурок в окно автомобиля, затем задумалась. Она не так давно видела в своем ведении что некая женщина убила свою сестру, и заняла ее место. Она пыталась вспомнить как их звали. И наконец вспомнила. Их звали Галина и Зинаида. Да, именно, Галина и Зинаида. Это она видела в своих ведениях. Она так же видела, что одна сестра убила другую и заняла ее место. А затем она расправилась с Наиром. Да Наир мертв, но кто тогда сидел там, в кабинете главврача? Рядом с неким Ромашовым Дмитрием Георгиевичем? Кто этот за тип? Мария попыталась понять, кто был этот мужчина? Она применила свои способности, но все было тщетно. Она ничего не видела. Только стена. Непробиваемая стена из кирпичей, и больше ничего.

Заметив, что Мария погрузилась в транс, Раиса расслабилась, она вытащила из бардачка авто пачку сигарет и зажигалку, и вытащив из пачки сигарету, прикурив ее, забросила пачку сигарет обратно в бардачок авто.

–Знаешь, что-то мне есть хочется. – неожиданно сказала Мария. – давай заедим в Макдональдс. Раиса удивилась. Она ехала к дочери Марии, Алисы. Она должна была по мнению Раисы ехать к своей дочери. Но, поесть? Хотя есть тоже надо, особенно после больницы.

–Хорошо. – согласилась Раиса. – вон как рас Макдональд, заедим.

В этом Макдональде находилась авто кафе. Мы заехали в него, и заказав две кока-колы, два гамбурга, и две мясных шницеля, Раиса заплатила за заказ, и они поехали дальше.

–Расскажи мне о ней. – попросила Мария. – как она сейчас?

Раиса ответила.

–Неплохо. За все то время как она живет под моей опекой, она живет лишь в своем мире.

–Как это? – не поняла Мария. – объясните?

–Она. – она сделала долгую паузу. – как бы это сказать. – не знала что сказать Раиса. – она все в себе, она никогда и ни с кем не общается.

–Объясните?

–Как бы это сказать. – подбирала Раиса слова. – она сама в себе. – наконец ответила она. – ни с кем не общается. Только сама в себе.

–И? – строго спросила Мария. – она что? Только… – догадалась она. – она что, создала свой мир?

–Это так.

Мария закурила сигарету.

–Вот ублюдки. – выругнулась она. – до чего довели мою девочку. – она сделала паузу, а затем словно плюнула. – сволочи.

–Это так. – согласилась Раиса. – сволочи.

–Она в таком состоянии сколько времени?

–С тех пор как Вас осудили.

Мария затянулась сигаретным дымом, и запив кока-колой сказала.

–Я хочу видеть свою дочь. Мы скоро будем на месте?

–Через пять минут.

–Хорошо. – сказала она, а затем добавила. – надо купить подарок для моей дочери.

Раиса согласилась.

–Тут не по далеку есть магазин.

–Заедим?

–Конечно.

Магазин для детей, Детский мир находился на одной из улиц неподалеку от улицы Новый Арбат. Этот магазин находился на так называемый Арбатской стене, как я ее назвал бы. На ней есть казино корона, театр Вахтангова. Мы вошли в него и, наши взгляды разбежались. Здесь было все. Все что можно себе представить. Игрушки ЛЕГО, танки и прочие. Не было лишь только одного, русских кукол. Их просто не было, только лего и больше ничего. Чем играть девочки или мальчику? Ну а цены? Боже?

–Да. – протянула Раиса. – никакой нормальной игрушки, а еще говорят что наши дети вырастают убийцами и насильниками. Посмотри, здесь только оружие, ни одной нормальной игрушки?

–Да ты права. – согласилась Мария. – что ж куплю шоколадку.

–И то верно. – согласилась Раиса. – шоколадка, самый лучший подарок ребенку.

ГЛАВА-33

Кладовая знаний это всегда хорошо. Особенно это хорошо, когда эта кладовая знаний у ребенка, который еще не знал, что такое азбука.

В случае с Алисой, тут все было иначе, хотя и все так, как и должно было быть. Девочка, о которой идет речь, была особой и, всегда не заметной для окружающих. Эта девочка обладала пара нормальными способностями. Она была способна внушать людям то, чего не было и в помине. Кто знает кем она была на самом деле, дочкой дьявола или кем-то еще? Этого мы не узнаем. Сама же она говорила, что она была рождена при лунном затмении. По восточному календарю, это знак того, что этот ребенок будет всю жизнь страдать. Но, это было совершено не так. Алиса не считала себя страдалицей. Она обладала способностью телекинеза, а эта способность дана не каждому. Сейчас когда она ждала свою маму, она точно знала, что скоро все будет кончено. Она воссоединиться со своей семьей.

Звонок в дверь. Кто это? Конечно Раиса. Она привезла к ней ее Маму. Маму, которая позаботиться о ней. Алиса подошла к двери. Нажала кнопку на висящем на стене видеодомофоне, посмотрела на пришедших. Да, эта были они, Раиса и Мария. Алиса открыла дверь и женщины вошли в квартиру.

Увидев Алису, у Марии перехватило дыхание, она бросилась к своей дочери, взяла ее на руки, прижала ее к себе, и заплакала. Она была счастлива. Вот она ее дочь, они снова вместе. Вместе навсегда, и больше никто ее от нее не отнимет. Она будет с ней на всегда.

–Как я рада тебя видеть.

–Я тоже мама рада тебя видеть. – на лице Алисы были слезы, слезы радости. Она, так же, как и ее мать, не могла сдержать свои слезы радости. Радости возвращение своей мамы домой. – ты теперь от меня никогда не уйдешь?

–Нет – ответила Мария. – теперь нас никто не разлучит.

–Ты обещаешь?

–Обещаю. – заверила ее мама. – теперь мы не расстанемся никогда. Мария достала шоколадку и отдала Алисе. – это тебе.

–Спасибо. – взяв шоколадку, ответила Алиса.

–Ну ладно, пойдемте пить чай. – сказала Раиса. Она была рада, что семья воссоединилась, и эта была от части ее заслуга. – остынет.

И вот они сидят за столом и пьют чай. Все было спокойно. За столом была спокойная беседа.

–Что Вы собираетесь делать дальше? – отпивая из чашки глоток горячего чая спросила Раиса.

–Уедим. – ответила Мария. – уедим к чертовой матери ко всем чертям туда, где нас не достанут.

–Куда же?

–Почем я знаю, еще не решила.

Раиса обратилась к Алисе.

–А ты что думаешь по этому поводу?

–Вы, о чем?

–Об отъезде?

–Согласна. – сказала она. – все лучше чем здесь.

–Да. – согласилась Раиса. – вам надо уехать, они Вас в покое не оставят.

–Посоветуешь куда уехать?

Раиса задумалась. У нее было много мест куда можно было поехать отдохнуть, но укрыться? Такого места не было. Она сказала:

–Надо подумать.

ГЛАВА-34

Тем временем в психиатрической клинике, от куда сбежала Мария, царил хаос. Все доктора медучреждение были подняты по тревоги. Они искали по всей больнице Марию, но не могли ее найти. Она как будто бы испарилась, провалилась сквозь землю. Так же не могли досчитаться и одной медсестры. Раиса так же исчезла как и Мария. Никто ничего не знал. Все были в замешательстве. – как могло вообще такое произойти? Как вообще такое возможно? Что бы медсестра помогла пациенту сбежать? Этот случай был беспрецедентный. Впрочем? Может они сейчас под гипнозом. Мария внушила им то, что ее здесь нет и Раисы тоже. Но это было совершенно не так. Раисы и Марии не было нигде, и эта была не иллюзия и не внушение Марии. Эта была реальность.

–Вот черт. – вы ругнулась доктор Разышпель. – что за черт? Не могла же Раиса… – она запнулась. – тетерь, когда все стало боле менее понятно, доктор Разышпель не сомневалась, что заслуга того, что Марии не было в клиники, эта заслуга Раисы.

–Эта Ваша работа? – строго поинтересовался Наумов. – в его взгляде читалась ярость и гнев. Гнев за то, что он не смог вовремя распознать Раису. Ее коварный план. То та она работала по две смены и была всегда наведу. Теперь он знал, почему?

–Не корите себя. – ответил Ромашов. – он как нельзя знал лучше других, что представляет собой Мария. – доктор Разышпель не виновата. – оправдывал он ее. – мы знаем Марию достаточно давно, и я скажу Вам, что она так же как и мы жертва обстоятельств.

–Каких еще там обстоятельств – пробурчал Наум Наумыч. Одна сбежала, а другая помогла ей, вот и все тут, какие еще обстоятельства?

–Давайте поговорим не здесь. – предложил Дмитрий Георгиевич. – а не в коридоре.

–А где?

–У Вас в кабинете.

Наумов согласился.

В кабинете.

–Слушаю Вас Дмитрий Георгиевич.

–Наум Наумыч. – начал Дмитрий Георгиевич. – как Вы знаете Мария не обычная пациентка. У нее как мы знаем есть уникальная способность. Она обладает телекинезам.

–Это мы знаем. Что дальше?

–Так вот, у Марии есть дочка. Как мы считаем, у нее есть точно такой же дар. – объяснял Ромашов. – мы считаем, что этот дар передался ее дочери по наследству.

Наум Наумыч заметил.

–Этот телекинез может передаваться не по наследству. Сколько я работаю на этом самом месте, еще ни один человек не обладал такой силой как Мария. Но этот дар не наследственный.

–Я с Вами согласен. Но согласитесь с тем, что если человек обладал таким даром, и он передался по наследству, то он может быть гораздо мощнее, и человек который им обладает, может быть гораздо опаснее чем его родитель.

–Вы рассуждаете так же как Стивен Кинг!?

Ромашов заявил.

–Да я читал роман Стивена Кинга ВОСПЛОМЕНЯЮЩАЯ ВЗГЛЯДОМ. Мы считаем, что ее дочь такая.

–То есть сильнее своей матери?

–Совершенно верно.

–И?

–Я попросил Раису помочь мне и она согласилась. – объяснил Дмитрий Георгиевич. – я считаю, что она выведет меня на Алису.

–Но Алиса эта Мария?

–Нет. – с полной уверенностью заявил Ромашов. – Алиса и Мария, эта два разных человека.

Да. Так ошибиться в человеке? И не просто в человеке, а в пациентке, это что-то? Наум Наумыч анализировал всю создавшеюся ситуацию вокруг него, и не мог понять. Когда Ромашов пришел к нему и попросил о помощи, он не мог даже предположить, что эта дело настолько серьезное. Знай он это тогда, он не взялся за него. Но теперь? Теперь пути назад не было, и так-как он теперь знал больше положенного, он достаточно был осведомлен о возможных дальнейших действиях спецслужбы.

–Я работаю на правительство уже достаточно много лет. – сказал он. – и мне никогда не было страшно. Вы говорите такое!? – он сделал долгую паузу. А затем добавил. – если это правда, а не доверять мне Вам я оснований не имею. С этого момента я должен знать достаточно больше чем знаю на данный момент.

–Хорошо. – согласился Ромашов. – мы в дальнейшем это все обсудим. Но как Вы понимаете, то что Вам будет известно в дальнейшем, будет закрытая информация.

–Да, я понимаю.

–И Вы, и так же доктор Разышпель если она продолжит сотрудничество, должны понимать, что разглашение этой информации чревато… – он сделал паузу и не однозначно посмотрел на доктора Разышпель. – Вы понимаете?

Та понимающе кивнула головой.

–Хорошо. – одобрительно сказал Дмитрий Георгиевич. – рад что Вы понимаете. – он снова посмотрел на Наум Наумыча. – что ж сейчас я расскажу Вам историю о неких украшениях Лозань, и причем здесь Мария и ее дочь Алиса.

И вот Ромашов начел свой рассказ. Он говорил долго, не упускал ни единую деталь. Закончив ее доктор Разышпель и Наум Наумыч не могли поверить собственным ушам. Им казалось что это вымысел. Но это было не так. Доктор Разышпель уже слышала какую-то часть этой истории от Марии, но не могла принять ее как реальность. С точки зрение психиатрии она была вымыслом, а Мария безумна. Но после истории, поведанной ей Ромашовым она поверила в сказанное Марией.

–Потрясающая история!

–И ужасная. – добавил задумчивый Наумов.

Ромашов согласился.

–Это точно.

ГЛАВА-35

Снова квартира медсестры Раисы.

–Квартира в полном твоем распоряжении. – сказала Раиса Марии. – чувствуй себя как дома.

–Спасибо что вытащила меня из психушки.

–Не за что.

Мария ласково посмотрела на Алису. В ее глаза была видна любовь, та любовь которая есть между матерью и ее ребенком.

–Скажи. – спрашивала она у своей дочери. – ты когда ни будь пользовалась своим даром?

–Да. – призналась та. – пользовалась.

–И?

Алиса сначала не поняла, что ее мать имеет ввиду. Она пользовалась этим даром раза два три за всю ее жизнь. И никто не спрашивал ее об этом?

–Что И? – не однозначно поинтересовалась Алиса.

–Что ты ощущала, когда создавала иную реальность?

Алиса удивилась.

–Ничего не ощущала. – она тупо смотрела на свою мать и, ее глазах было видно непонимание. – «Зачем она спрашивала ее об этом? Зачем ей знать?» – я просто делала это и все.

–Ладно. – ответила Мария. – я рада что у тебя не проснулась та злость которая… – Мария запнулась. Она не могла сказать ни слова. Она просто пыталась забыть, вычеркнуть прошлое из своей памяти. Но прошлое жестокая штука. Оно всегда возвращается. Возвращается бумерангом, тогда, когда этого совсем не ждешь.

–Мама. – видя, что Мария задумалась, окликнула ее Алиса. – которая, что? – Алиса ждала ответа. Ответа на вопрос, ответ на который она уже знала.

Мария хотела что-то сказать. Что-то выкрикнуть. Но не могла. Она смотрела на Алису и не могла поверить, что в этой маленькой девочке скрывается зло, зло которое неуправляемо. Мария пыталась обуздать ее, но в конце концов сдалась. Она не могла бороться с собственной дочерью, с ее даром, который той перешел от ее матери, а той от ее.

Алиса взялась своей рукой руку своей матери и заверила ее.

–Не бойся, теперь все в порядке, мы вместе, и никто нас больше не разлучит.

Мария ласково смотрела на свою дочь. На ее глазах были видны слезы. Эти слезы были слезами радости. Да, эта ее дочь. Дочь, которая обладает пара нормальными способностями. И что из того? Ведь она ее дочь, плоть и кровь. Что еще надо.

–Да. – ответила Мария. – мы вместе, а это самое важное в жизни.

Видя, что женщины плачут, Раиса желая что бы те как можно скорее пока слезы не затопили кухню где они сидели и пили чай, сказала:

–Ну вот, фонтан скоро зальет всю кухню. – она улыбнулась посмотревшем на нее женщинам и добавила. – Алиса права, что бы не было в Вашей жизни, каких бы горестей не выпала на Вашу долю, Вы вместе, а это главное.

Обе женщины посмотрели друг на друга, рассмеялись.

Наступил вечер. За окном смеркалось. В начало сентября было уже прохладно. На небе собрались грозовые тучи. Скоро прольет дождь. Да, дождь. Прекрасный дождь. Мы любим его, ждем с нетерпением. Ведь после него наступает рождение нового чудо, чудо жизни чистого воздуха.

Алиса подошла к окну, раздвинула шторы и открыла форточку. Затем она спросила у сидящей в кресле мамы.

–Скажи мне, как ты не сошла с ума в этом аду?

Мама уточнила.

–Ты про лечебницу?

–Да, про нее.

–А что рассказывать? – тяжело вздохнула Мария. Она взяла со стола пачку сигарет и зажигалку, закурила. – рассказывать нечего, в психушки не сладко приходиться всем. – она сделала глубокую затяжку. – одно у меня было спасение. Я просто меняла реальность. Сидя в палате без окон и дверей, я была всегда не одна. Я была всегда с кем-то, кого я когда-либо знала. Это и помогло мне выжить в психушки.

–Ты создавала другую реальность? – удивилась Алиса. – но как?

Мария сделала глубокую затяжку, и выдохнув выпустила длинный струйку дыма.

–Разве ты никогда не чувствовала мое незримое присутствие?

Алиса задумалась. Она всегда ощущала незримое присутствие своей мамы здесь, в этой квартире, но всегда она считала, что все это ей просто казалось. Но она всегда надеялась, что это не так. Она всегда ждала свою мать, и никогда не сомневалась, что когда-нибудь она к ней обязательно вернется. Затем она подошла к ней, обняла ее, и сказала:

–Как я рада, что ты со мной.

Та нежно дотронулась до ее детской руки, и посмотрев на Алису сказала:

–Я тоже рада что все закончилось. Теперь мы будем всегда вместе. – она докурила сигарету, и потушив ее спросила. – а как ты жила все это время пока меня не было?

–Я? – вопросила Алиса. Она ждала этого вопроса, но не хотела на него отвечать. Все это время она проводила как ей было угодно. Она называла это простым словом, развлечение. Создав сама себе образ защитницы самой себя, она играла с людьми, заманивала их в ловушку и…? Что и? Тут ее мысли сосредоточились. Она не могла понять, как произошло так, что Раиса помогла ее маме? Она что, заставила ее помочь ей, и внушив ей это заставила сделать то, что та сделала? Но в этом случае почему она этого не чувствует? Она лишь ощущает некое не привязь к этой женщине. Теперь она чувствует, что она не та за которую она себя выдает, и ее интерес к Марии не без бескорыстный. Что-то ей надо было от нее, но что? Этого она понять не могла. Она попросила маму, переведя разговор на иную тему. – расскажи о Раисе. – и как бы умоляюще произнесла. – пожалуйста.

Мария ничего не сказала. Она задумалась.

–«АЛИСА ПРАВА. ПОЧЕМУ РАИСА ПОМОГЛА МНЕ? ВЕДЬ ОНА МЕНЯ ДАЖЕ НЕЗНАЛА. ПРОСТО БЫЛА МОЕЙ МЕДСЕСТРОЙ?» – она спросила. – зачем тебе о ней что-то знать?

–Я не доверяю ей. – сказала Алиса. – она не похожа на медсестру.

–С чего ты это взяла?

–Я ей не доверяю. – сказала Алиса. – с тех пор как она переступила порог этой квартиры, я не говорила, но я чувствую какую-то не привязь к ней, и это дело не только во мне. Ты знаешь, человек мне всегда нравиться или нет.

–А она?

–С ней совершенно иное. – сказала Алиса. – она наводит на меня ужас, как будто она что-то хочет от нашей семьи. Она хочет сделать что-то плохое. – Алиса на секунду задумалась и, в ее глазах возник панический ужас. Да! Именно так оно и есть. – она хочет разлучить нас. – высказала предположение Алиса. – да, она хочет разлучить нас.

На лице Марии было заметно недоумение, переходящее в ужас. Она быстро закурила сигарету, и нервно поинтересовалась:

–С чего ты это взяла?

–Скажи, как тебе удалось сбежать из лечебницы?

Мария рассказала, как медсестра Раиса устроила побег. Она рассчитала все верно. И то что я смогу изменить существующею реальность и выйти из клиники без препятствий. И то, как можно было усыпить бдительность охраны…

–Стоп. – перебила ее Алиса. – скажи, была ли вообще охрана?

Мария задумалась. Она сама не видела охрану, когда они уезжали из лечебницы.

–Я не помню. – сказала она в очередной раз делая затяжку. – и в самом деле. – была сбита с толку она. – не помню.

–Вот видишь. – сказала Алиса. – ты не помнишь. Так может ее вообще не было?

–К чему ты клонишь?

–Я хочу понять, почему тебе удалось сбежать? Ведь изменение реальности в помещении, это ни то что изменение реальности на улице. Тут что-то одно. – она сделала паузу. – скажи, ты попросила о помощи или Раиса предложила сама свою помощь?

Мария задумалась. Делая в очередной раз очередную глубокую затяжку, она не помнила ничего, что было связано с тем, кто ей предложил или она кому-то предложила свою помощь. У нее возникло ощущение, что ей кто-то внушил, что ей нужна помощь. Кто-то очень сильный. Сильнее ее самой экстрасенс или человек обладающий способностью к телекинезу так же как она сама.

–Знаешь. – с ужасом в глазах призналась она. – я не помню. – она потушила сигарету. – действительно не помню. – она была в ужасе, в панике от того, что она не помнила ничего из того, что казалось ей на первый взгляд она должна была помнить, помнить в малейших деталях, но она ничего не помнила.

Алиса, видя что ее мать в ужасе, как бы успокаивая крепко обняла ее, сказала:

–Не вини себя ни в чем. Это не твоя вина. Ты просто хотела домой.

–Да. – сказала Мария. – я просто хотела увидеть свою дочь.

Алиса села рядом на ее колени, прильнула к ней на грудь, и сказала ей, как бы ее успокаивая.

–Главное мы вместе. А это самое главное. А что касается твоей подруге…? -она сделала паузу. – ей все равно не удастся разлучить нас. – тут в ее мозгу созрел коварный план, и она зловеще улыбнулась, при этом подумав. – «ЗРЯ ТЫ СВЯЗАЛАСЬ СО МНОЙ, ПОЖАЛЕЕШЬ.»

Тем временим Раиса сготовила ужин и войдя в комнату где находились Алиса и Мария, у видя их вместе, улыбнулась, а затем сказала:

–Я понимаю, что Вы хотите побыть вместе, но ужин ждать не будет.

Мария ответила.

–Сейчас идем. – она обратилась к дочери. – иди. Сказала она – я сейчас.

–Что дальше? – задавая этот вопрос самой себе Раиса не могла ответить на этот поставленный ей самой вопрос. Она просто не знала на него ответа. С одной стороны, она должно была выполнить данное ей задание, а, то есть привести Алису в то место, где ей было не сладка. Она может и понимала, что Алиса уникальный в своем роде человек, но кто знал, что было у нее на самом деле на уме? – что дальше? – задавала Раиса сама себе вопрос. – что дальше?

Они сидели за обеденным столом и о чем-то говорили. Что-то обсуждали, и только одна Алиса знала, что от Раисы надо избавиться как можно скорее. Да, она чувствовала, что Раисе от нее что-то надо. Что-то, что она боялась. Кто она эта Раиса? И почему Алиса относилась к ней с недоверием?

–Пирог будите? – спросила Раиса после ужина.

–Конечно. – сказала Алиса, и тотчас же поинтересовалась. – а с чем пирог?

–С яблочным вареньем. – Раиса легонька улыбнулась и добавила. – очень вкусно, попробуй. – она отрезала от пирога большой кусок и протянула Алисе.

Алиса взяла кусок пирога, и откусила от него кусок.

–Очень вкусно. – сказала она, спросила. – научите?

–Разумеется. – заверила ее Раиса. Она отрезала себе кусок пирога, и разлив чай по чашкам села за стол.

Алиса спросила:

–Почему Вы нам помогаете?

Раиса посмотрела на Алису, и тут в ее глазах все поплыло. Она не могла увидеть ни одного очертание предмета. Все было как в тумане. Голова ломилась на двое, ощущение было такого, что в ней бил молот по наковальне. Кошмар да и только.

–Что со мной? – не понимала Раиса. – что черт возьми со мной происходит? – она посмотрела на расплывчатый силуэт Алисы. – ты? – оскалилась она. – это все твоих рук дело? Гадкая дрянная девка. Погоди, доберусь я до тебя?

–Нет. – с твердой решимостью сказала Алиса. – не доберешься.

В кухню вошла Мария. Она посмотрела на лежащею на столе Раису, а затем на свою дочь.

–Зачем ты это сделала? – с укором поинтересовалась она. – она подошла к Раисе, посмотрела на нее и спросила. – она жива?

–Да. – ответила Алиса. – живехонька.

–Что ты задумала?

–Ничего особенного. Просто я хотела знать, на нашей она стороне или нет?

–Узнала?

–Нет. – ответила она. – но сейчас выясню.

–Хочешь залезть в ее сознание?

–Да, хочу.

–Но ты обещала больше этого не делать?

–Да. – согласилась Алиса. – обещала. Но сейчас особые обстоятельства. Наша жизнь в опасности. Впрочем, я уже это говорила. Говорила, но ты как всегда не слышала меня. Слушала и не слышала.

–Ты права. – согласилась Мария. – я пекусь только о твоем благополучие, другого мне не надо. – она бросила взгляд на Раису, и тут ей стало не по себе. Она вдруг почувствовала неприязнь к этой женщине. От нее исходила некая негативная энергия.

–Чувствуешь?

–Чувствую.

–Теперь ты мне веришь?

–Верю. – она сделала паузу и, посмотрев в глаза своей дочери, Мария ужаснулась. Она только что чуть не потеряла свою единственную дочь. Затем, она извинилась перед Алисой, и предложила ей свою помощь. – давай вместе войдем в ее сознание.

–Давай.

–Отнесем ее в комнату, положим на постель и начнем.

Так они и сделали. Отнесли Раису в комнату, положили на кровать, и сев подле нее начали работать над ее сознанием.

Мария спросила у своей дочери.

–Готова?

–Готова.

–Тогда начнем.

Они прикоснулись руками к ее холодной голове. Казалось, что ее кровь вообще не циркулировала в ее теле.

–Айсберг, ни иначе.

–Ты права, айсберг. – она посмотрела на Алису. Та была готова. Она, и глубоко вздохнув добавила. – начали.

Глава-36

-Кто это передо мной? Как я здесь оказалась? Где я? Что вообще происходит?

Эти вопросы задавала сама себе Раиса. Очутившись в не ком мире, которого она не знала или не хотела знать. Все то что она видела перед собой она воспринимала как что-то ненормальное.

–Это не может быть со мной на самом деле? Это просто невозможно чисто рационально? Ведь я только что была у себя в квартире? – рассуждала она. – да, я находилась у себя в квартире, в кухни, и почивала Алису и ее мать. – тут она насторожилась. – ах! Что за сволочь эта Алиса. – она вдруг почувствовала страх. Да, это был страх. Но страх не такой какой бывает у обычного человека. Этот страх был особый. Он пронзил ее тело на сквозь, как стрела пронзает молнию, и та летит в человека, и затем ударяя его разрядом, проходит по его всему телу и уходит в землю. Она с трепетом обернулась. Сзади нее стояла Алиса. Но эта была не та Алиса, которую она видела у себя дома. Эта была Алиса совсем иная. Она выглядела медуза-Горгона. Ее взгляд напоминал бурю недопонимание, казалось, что она чем-то укоряет ее. Что-то хочет сказать. Ее растрепанные волосы развевались на ветру, хотя ветра не было. Ее лицо напоминало нечто похожие на змею. Она смотрела на Раису, и казалось, что она как будто шипит. Шипит, и требует немедленного ответа на какой-то вопрос. – Алиса!? – ужаснулась Раиса. – это ты?

–Да. – услышала она чей-то ответ. – это она.

Раиса оглянулась. Никого. Только сгусток некой грязи окружал ее. Она вгляделась, и в этом сгустке грязи она смогла различить женский силуэт. Тут она предположила.

–Мария? Это ты?

–Да. – ответила та. – это я. А эта. – она указала на девочку. – Алиса, моя дочь.

Раиса осмотрелась. Она не понимала где она находиться. Ничего кроме некой сгустке грязи, и больше ничего.

–Где я? – задавала она вопросы. – как я здесь оказалась? Что вообще происходит?

–Ты между своим и нашим сознаниями. – ответила Мария. – она в этот самый момент обрела человеческие очертание, и продолжила. Она задала Раисе вопрос. – ты знаешь зачем ты здесь?

Раиса задумалась.

–Нет, не знаю.

Мария посмотрела на свою дочь, а та в свою очередь на Раису. Мария против своей воли посмотрела в глаза Алисы, и та как будто произнесла, задавая вопрос. Но вопрос этот был задан телепатически.

–«ПОЧЕМУ ТЫ ПОМОГЛА МОЕЙ МАМЕ СБЕЖАТЬ ИЗ ЛЕЧЕБНИЦИ? ВЕДЬ ЭТО НЕВОЗМОЖНО?»

Что в это время происходило в голове Раисы? Заглянем? Там как уже было написано творилось нечто. Мозг горел и раскалывался на две части. Что-то жало на него, и Раиса с трудом стояла на ногах. Ко всему прочему у нее было высокое давление, и она была готова на все, лишь бы сейчас оказаться дома принять лекарства, и лечь спать.

Но вот к своему удивлению она поняла, что не обладая никаким из даров, она понимала то, что сейчас сказала ей эта девочка. Сказала телепатически.

–«Я ПРОСТО ПОМОГЛА ТВОЕЙ МАМЕ.» – тут она поняла, что ответила Алисе так же телепатически. Она никогда не могла общаться ни с кем, так запросто. С помощью телепатии. – «О БОЖЕ! Я МОГУ СЛУШАТЬ ТВОИ МЫСЛИ?»

–«ДА, МОЖЕШЬ.»

–«ЧТО ЭТО ЗА МЕСТО?»

–«ОБ ЭТОМ ПОТОМ. ОТВЕТЬ ЧЕСТНО НА ВОПРОС, И ТЫ ПОЛУЧИШЬ ЭТОТ ДАР.»

–«КАКОЙ ВОПРОС?»

–«ПОЧЕМУ ТЫ ПОМОГЛА МОЕЙ МАМЕ И МНЕ?»

На этот вопрос Раиса уже ответила, но ей показалось что она так и не говорила никому. Она что-то хотела сказать, но не могла. Ее язык словно не владел ей. Он хотел сказать то, что Раиса не хотела говорить. А ее тело хотело домой в пастель, и это противоборство между самой-собой.

–«Я ЧУВСТВУЮ, ТЫ ХОЧЕШЬ ДОМОЙ.» – говорила телепатически Алиса. – «СКАЖИ, И ТЫ ПОПАДЕШЬ ДОМОЙ, ЛЯЖЕШЬ В ЧИСТОЮ КРОВАТЬ, БОЛЬ ПРОЙДЕТ, И ЗАВТРА ТЫ ОБО ВСЕМ ЗАБУДЕШЬ.»

–«ЗАБУДУ?»

–«ЗАБУДЕШЬ.» – заверила ее Алиса. – «ОБЕЗАТЕЛЬНО ЗАБУДЕШЬ.»

Тут что-то в сознании Раисы изменилось. Она смотрела на Алису и, что-то чувствовала по отношению к ней. Что-то, что никогда не ощущала. Никогда не ведала, была лишена. Это было ощущение материзма. Да, она в свои года еще никогда не была матерью. Не была и не могла забеременеть. Диагноз, который поставили ей врачи, это обсаленная недееспособность ее марки. Все что в ней могло когда-либо быть, она отвергала. Ее яичники были не дееспособны. Все, о чем могла мечтать когда-либо она, это лишь о усыновлении. Но здесь тоже было множество нюансов. Во-первых, длинная очередь, во-вторых не хотение чиновников помочь ей. Каждый раз все новые и новые справки, и никаких собеседований. Казалось, что всем начихать на всех и вся. И только когда к ним приезжали иностранцы, отдел по усыновлению принимал их с простертыми объятиями, и уже максимум через три дня, они становились новоиспеченными родителями. А Раисе говорили, ждите. Что она и делала, ждала. Ждала пока не отчаялась ждать.

Она вдруг почувствовала, что у нее есть ребенок. Да, вот он. Лежит в кроватке и мирно спит. Раиса вскрикнула от счастья, ее лицо святилось от счастья. – вот он, мой ребенок. – думала она, и на ее глазах появились слезы. Слезы радости. – да, эта он, мой ребенок, моя девочка. Ах, как я всегда хотела девочку, но не могла забеременеть. Да, она моя, и больше ничья. – Раиса протянула к ней руку, и в этот самый момент чей-то голос сказал ей. И ни то чтобы сказал, а жалобно произнес.

–Помоги, мама.

Эта был голос ее ребенка. Она почувствовала она говорит с ней. С ней и больше ни с кем. Да, эта говорила с ней ее дочь. Она это знала. Знала потому что чувствовала, что это был ее ребенок. Ее и больше ничей. Она протянула к ней руку, и, в эту самую секунду, в тумане забвение все растворилась. Ее дочь исчезла, а она стояла протянув руку и горько плакала. Затем она как будто не выносив то, что она только что увидела прорыдала.

–Это жестоко. – она посмотрела на Алису и простонала. – как ты могла?

Алиса ответила.

–Ты видела что могло бы быть. Эта твое прошлое.

–Прошлое? – удивилась Раиса. – у меня нет прошлого?

–Нет оно есть. – утверждала Алиса. – оно есть у каждого, и от него не от махнутся.

Раиса вытерла слезы ладонями своих рук, и сказала.

–Я не могу иметь детей.

–Это так. – согласилась Алиса. – но если б могла, то что?

Тут неожиданно Раиса поняла, что она разговаривает с Алисой по-прежнему. Не как прежде телепатически, а нормально, разговорной нормальной для человека речью. Тут она бросила взгляд полным безразличие на Алису, и потребовала.

–Объясни.

–Хорошо. – ответила Алиса. – сейчас все поймешь. – она приняла вид человека, и протянув руку Раисе, сказала. – возьми мою руку. Пойдем со мной, и я тебе покажу.

–Что покажешь?

–Увидишь.

Раиса взяла за руку Алису и оглянулась.

–А где Мария?

–Ее здесь нет.

–А где она?

Алиса посмотрела в даль. Там в дали сквозь тучи, была видна звезда. Светлая, мерцающая, звезда. Вокруг было тихо и спокойно. Берег, ночной прибой, шум океана. Тихо и безмятежно было вокруг. К ним подошла женщина, сказала:

–Я здесь.

Раиса посмотрела на женщину. Та была в красивом черном платье украшенным блесками, переливающимися в ночном свете.

–Я здесь.

Раиса была удивлена, и еще больше недоумение, когда она увидела себя в платье. Оно было красиво словно сшито по ней. Оно так же переливалось в лучах небесных звезд, появляющихся на ночном небосводе.

Алиса была красивее обеих женщин. Ее ночное платье ни то чтобы переливалось в ночи, оно просто сверкало под небосводом. Казалось, что оно ей было подарено самим морем.

Мария сказала:

–Сегодня замечательная ночь.

–Да. – согласилась Алиса. – ночь просто замечательная.

Лишь Раиса, не понимая что происходит, спросила:

–Где это мы? Что вообще происходит?

Алиса посмотрела на Раису.

–Ты хотела знать. – сказала Алиса Раисе. – здесь все ответы.

–Раиса? – вдруг услышала она чей-то до боле знакомый голос позади себя. – это ты?

Раиса оглянулась. Ее удивлению не было границ. Она увидела того человека, который умер два года тому назад. Этот человек был ее братом. Его звали Эдуард.

–Эдуард? – ее удивлению не было придела. Она видела человека, которого похоронила два года тому назад. – это ты.

Она чуть не упала в обморок. Но Эдуард успел подбежать к ней и схватить. Та упала на руки брата. После чего она пришла в себя и спросила:

–Но как? – не понимала она. – ты же умер?

–Да. – подтвердил Эдуард. – я умер. Но здесь я жив. – он распростер руку к морю. – посмотри. – говорил он. – какая красота. – луна вышла из-за горизонта и, осветила покойное тихое море. – тишь и благодать. – он посмотрел на нее и продолжал. – эта место покое и тишины.

–Я не понимаю. – с трепетом говорила она. – что ты имеешь ввиду?

–Эта мир сплетение реальности прошлого и настоящего. – он сделал паузу. – здесь мы можем встретиться с нашими близкими людьми. С людьми, с которыми мы даже не знали. – он снова сделал паузу. – сон. – сказал он тихим голосом. – к сожалению, это возможно только во сне.

Раиса удивилась. Она не могла поверить в слова Эдуарда. – сон, это лишь только сон. Но как это возможно? – задавала она сама себе один и тот же вопрос. Как это возможно? Я что сплю? Но если это так, как это вообще возможно? – она спросила у брата.

–Я что сплю? Но я не сплю.

–Ты это точно знаешь?

–Нет, я не уверенна. – сказала она. – здесь Алиса и Мария.

–Кто?

Мария осмотрелась. Вокруг не было никого. Только они двое.

–А где они?

–Кто?

–Мария и Алиса.

–Они здесь?

–Нет. – ответила Раиса. – их здесь нет.

Эдуард посмотрел вокруг и, не обнаружив никого он предположил.

–Очевидно они оставили нас вместе, чтобы мы побыли одни.

–Ты так думаешь?

–Да.

Тут они услышали женский голос, этот голос Раиса сразу же узнала. Это был голос Марии.

–Эй! Идите сюда.

Раиса и Эдуард обернулись. В дали стояли двое. Эта были Алиса и Мария. Их силуэты были видны на возникшем в дали дом. Это был даже не дом, а усадьба. В окнах горел свет, при входе в дом были видны посажены возле дома пальмы и цветы.

–Идем. – сказал Эдуард. – сегодня бал.

Раиса уточнила.

–В этом доме?

Эдуард подтвердил.

–Да, там. Идем, потанцуем.

Раиса задумалась. Ее еще никто за ее жизнь не танцевала. У ее брата никогда не было времени отвести ее на танцпол, и сам он не умел танцевать. Почему же сейчас он пригласил ее на танцы? Ведь он лишь только ее брат, брат и не больше. Она не могла представить себе, что она будет танцевать с собственным братом. Хотя, может быть он не будет ее партнером. Возможно он имеет ввиду, что она будет танцевать с кем-то еще? Она уточнила.

–Ты собираешься танцевать со мной?

–Да. – ответил тот, и как будто в дополнение к сказанному, добавил. – конечно мы будем танцевать с кем пожелаем.

–Но ты хотел танцевать со мной. – уточнила она. – не так ли?

Поняв, что он что-то сказал не так, Эдуард поспешил исправить ситуацию. Он сказал.

–Да, я хочу провести с тобой все то время, которое нам отпущено здесь, но танцевать, это другое дело. Я считаю, что сестра с братом может танцевать ни все танцы.

Раиса посмотрела брату в его карие глаза. Она увидела в них любовь и нежность. Ах. Как долго она не видела этот взгляд, как ей его ей не хватало. Она согласилась с ним и тихим, чуть беззвучным голоском вымолвила.

–Да, с сестрой многие танцы не потанцуешь. – тут на ее лице появилась улыбка, первая улыбка за многое время, пока она не видела своего брата. – она сказала. – пойдем, потанцуем.

–Пойдем.

Глава-37

Они подошли к крыльцу, затем поднялись по лестнице, Эдуард открыл дверь и пропустив женщин в дом, вошел за ними. Они очутились в холе. На потолке висела красивая хрустальная люстра, на стенах висели картины разных художников, это был Моне и Мане, Пикассо и Леонардо Да Винчи, Васнецов и многие другие произведение искусства.

По середине стоял стол. За ним сидел некое похожие на человека существо. У него были алые глаза, вьющиеся волосы, нос похожий на орлиный с горбинкой по середине. У него был маленький и довольно омерзительный рот. Его руки, были довольно красивы, единственное у него были вместо пяти, шесть пальцев на каждой кисти. Он посмотрел на пришедших и спросил монотонным, глухим голосом.

–Чем могу помочь?

Эдуард ответил:

–Нас пригласили. – он вытащил из кармана черного пиджака пригласительные и отдал сидящему за столом. Тот взял их, посмотрел на имена, и записав их в журнал посещений отдал их Эдуарду. – Вас ожидают.

Эдуард взял пригласительные и вместе с женщинами прошел к единственной двери. Он открыл ее, и они вошли внутрь. Там стояла веселье. Каждый танцевал в свое удовольствие. Делая ритмичные па, они наслаждались танцем и, звуками оркестровых скрипок. Играли Вальс Иоганна Штрауса «СКАЗКИ ВЕНСКОГО ЛЕСА.»

–Прекрасная музыка!

–Да, – согласилась Мария со своей дочерью. Музыка прелестна.

А вот и хозяин этого бала. Он подошел к вновь пришедшим.

Его лица не было видно. На нем был черный плащ, а лицо скрыто маской.

–Я рад видеть Вас на балу. – сказал он. – добро пожаловать на бал полнолуние. – он обратился к мужчине. – Эдуард, представь мне своих спутниц.

–Мария, Алиса, Раиса. – затем она добавил. – знакомьтесь Роберт.

–Очень приятно. – сказала Раиса.

Тот пристально посмотрел на нее.

–Мне тоже.

–Заметив этот взгляд, Раиса спросила:

–Что-то не так?

–Нет. – поспешил ответить тот. – все в порядке, просто я вспомнил об одном важном деле. – поспешил оправдаться Роберт. Он посмотрел на Эдуарда. – нам надо поговорить.

–Как скажешь.

Роберт попросил одну из гостей представить женщин здешнему обществу. Та согласилась.

Раиса спросила Эдуарда.

–Ты скоро?

–Да. – заверил он ее – мгновение.

–Поторопись. – попросила она его. – а то получиться так, что ты нас всех здесь бросишь.

–Нет. – заверил он ее. – этого не случиться.

Они ушли, а женщины остались. Женщина познакомила их с присутствующими, и те найдя себе партнера по танцу, закружились в головокружительном вальсе.

Придя в свой кабинет, мужчины сели за стол. Роберт спросил:

–Что здесь делает Зинаида Евгеньевна Даброз?

–А как сам думаешь?

–Что я думаю? – Роберт усмехнулся, сейчас, когда он знал предполагаемый ответ на поставленный им же вопрос. Сейчас он не понимал одного, почему сейчас он встретился с ней. Он помнил ее красивой и умной женщиной, до тех самых пор, как она стала одержима Алисой. – я думаю, что она здесь не случайна.

–Да. – согласился Эдуард. – после того как она убила Наира, ее упрятали в психушку. Там она и пробыла несколько лет.

–А что она делает здесь?

–Наслаждается жизнью. Она все еще уверенна, что она никого не убивала. Создала себе личность, защитив себя от прошлого.

–Это я понимаю, но что она делает здесь?

–Я объясню. Дело в том, что после того как она убила Наира, она сказала тогда мне, что ни сядет из-за этого убийства в тюрьму. Она долго создавала образ матери, и так произошло, что она сама поверила, что она Алиса, и у нее есть ребенок. Я не стал ее в этом разубеждать, да это мне было не надо. Просто я посчитал, что мне следует знать причину ее безумие, она тогда бредила некими украшениями Лозань, и, наведя дополнительные справки, я выяснил, что эти украшение действительно существуют. За ними охотятся многие спецслужбы, но никто не знает, с чего начать. Тем временем в Москве произошло убийство. Был убит некий Опустов Петр Карлович. Он работал на правительство. Но дело в том, что по сведению неких лиц, он оказался двойным агентом, и его устранили. Как Вы думаете, какое задание у него было?

Роберт предположил:

–Искал украшение Лозань?

–Да. – подтвердил собеседник. – он искал их. – он сделал паузу, а затем продолжил. – теперь неважно, важно другое, Зинаида стала Алисой. Она сделала себе образ. Образ маленькой девочки, способной изменять судьбу. Это конечно из области фантастики, но все же, после того как она убила свое новорожденное дитя. Считая его злом, она попросту посчитала, что убив этого ребенка, она обретет силу невинности. Это скажем у нее получилось. Невинная дитя было погребенного заживо, а она обрела его силу.

–И?

–Ее нашли в скором времени. Она казалась сумасшедшей. Да, впрочем, так оно и было. Она сошла с ума. Говорила о некой женщине, показавшейся ей из зеркала, о некой картине, на которой, по ее мнению, была изображена Алиса. Конечно все знают портрет мальчика, который выходит из картины по ночам. Я думаю, что эта история и послужила ей прототипом Алисы, безумие Зинаиды. Врет ли сейчас кто ни будь будет утверждать, что это так а и иначе. Да дело совсем не в том. Все то, что было с ней, эта просто ее воспаленная психика. Она просто дала толчок к ее фантазиям.

–Понимаю.

–Так вот. – продолжал Эдуард. – все двигалось своим чередом, пока она не вообразила себя и свою дочь в коляске.

–Это как?

–Все довольно просто. Она не могла жить с мыслью о том, что ее ребенок никогда не родиться. Она была бесплодна. Ее мозг защитил ее от этого напасти, он дал ей ребенка которого она убила.

–То есть ее сознание изменила ее реальность?

–Совершенно верно. – подтвердил Эдуард. – ее сознание было изменено. – он сделал паузу. – и тут возникает вопрос?

–Какой вопрос?

–Как ее сознание изменилось в такой короткий срок.

Роберт предположил:

–Может у нее шизофрения? – он сделал паузу. – знаешь, за то время которое я с ней правел, я видел многое, но одно мне все же непонятно, кто тебе рассказал о картине? О ней знал только я и она.

Эдуард улыбнулся. Его улыбка была похожа на усмешку. Усмешку, которая преследовала Роберта с тех самых пор, как он познакомился с Зинаидой. Она была жестокой и надменной.

–Я же ее брат. – сказал он. – она мне говорила.

–Но каким образом? Ведь Вы с ней последние два года не общались, ты даже сделал так, что стал мертвецом. Скажи, зачем тебе это по надобилось?

–Я хотел защитить ее. – признался Эдуард. – я знал что она в опасности, и решил уйти.

–Так она пострадала из-за тебя?

Эдуард тяжело вздохнул.

–Возможно. – сказал он. – я не буду с себя снимать вину. Я виноват что она сошла с ума.

–Ты? – удивился Роберт. – ты это о чем?

–О моей работе. – сказал тот. – ты же знаешь какая у меня работа.

–Знаю. Ты мне говорил, что работаешь в каком-то институте.

АВТОР: -Я не буду писать в каком институте работал этот герой, я лишь скажу, что его тема была связана с подавлением и изменение психики человека, о которой так много говорят из средств массовых информаций. И так продолжим.

–Да. – сказал Роберт. – ну и дела? – он сделал паузу, пристально посмотрел на Эдуарда. Теперь он начел что-то понимать, раньше он этого не понимал, впрочем, он даже и не знал, о чем идет речь. Теперь ему стало ясно, что происходило с Зинаидой. – хочешь сказать, что эта просто эксперимент?

–Возможно.

–Добровольный или ее принудили?

Эдуард задумался. Он не знал, что сказать. Это было в не его компетенции. Да и зачем он сказал все это Роберту? Он не знал. Не знал и того, что вообще происходит. Он был жив, жив, но очень далеко от всех, чтобы его можно было найти.

–Этого я не знаю. – признался Эдуард. – впрочем, никто не знает, что происходит там, за стенами сильных мира всего. Мы работаем на них, но их цели нам не известны.

–Это так. – согласился Роберт. – мы не знаем, что нам уготовлено, но мы знаем одно.

–Что же?

Роберт усмехнулся.

–Скажи. – спросил он у Эдуарда. – где ты сейчас находишься?

Эдуард растерялся. Он не знал, что ответить на этот вопрос. Да и что он мог ответить, когда он сам не знал, что происходит. Ему словно сказали, чтоб он пошел сюда, в это место, и встретился с Раисой. Но как это было возможно? Он отчетлива осознавал, что этого в принципе не может быть?

Заметив его сомнение, Роберт поинтересовался.

–Что-то случилось?

–Нет. – ответил Эдуард. Он встал со стула и подошел к окну. Посмотрев в даль, он увидел, ночное море, блистающее под луной. На небе звезды, из так много, их свет казался игривым и прекрасным. В танце любви сливались они. Тут он увидел совсем иную картину. Он увидел бал. Тот самый бал где сейчас танцевали Мария, Раиса и Алиса. – «НО КАК ЭТО ВОЗМОЖНО?» – думал он. Ведь он здесь, а бал? Он посмотрел на Роберта и подумал, что возможно не она, а он сошел с ума. Он тот кто и есть то, что мы называем безумием. Он безумен. Ведь разве только безумцы могут принять на веру действительность своего самообмана. – «МОЙ МОЗГ ВЫДАЛ ТО, ЧТО Я ХОТЕЛ ОБРЕСТИ. Я ЖДАЛ КОГДА Я АСТРЕЧУСЬ С НЕЙ, И МОЕ СОЗНАНИЕ ДАЛО МНЕ ТАКУЮ ВОЗМОЖНОСТЬ. ДА, ЭТО ВОЗМОЖНО. НАШ МОЗГ СПОСОБЕН НАМ СДЕЛАТЬ ПРИЯТНОЕ, А ИНОЙ РАЗ НЕТ. ВОТ ОН И ЗАХОТЕЛ СДЕЛАТЬ МНЕ ТО, ЧТО МНЕ ХОТЕЛОСЬ. НО ВТАКОМ СЛУЧАЕ ГДЕ Я НАХОЖУСЬ СЕЙЧАС ФИЗИЧЕСКИ? ГДЕ ТА МОЯ СУЩНОСТЬ, ЧТО ЗАВЕТСЯ ТЕЛОМ ЧЕЛОВЕКА. И ГДЕ Я?» – эти вопросы не давали ему сейчас покоя. Ему было неприятно. Неприятно и жутко. Жутко от того, что он не знал где находиться на самом деле. Чье это сознание? Сознание или сон? Чей он?

Заметив, что Эдуард задумался, Роберт подошел к нему и ток же как он посмотрел в окно. Он смотрел в окно и видел, квартира, он сидит рядом с лежащей на постели Зинаидой. Та лежала безмолвна. Чей-то голос окликнул ее, Роберт обернулся. Перед ним стояла девочка. Он сразу узнал ее. Эта была девочка с портрета, Алиса. Та самая Алиса, которая довела до сумасшествие Зинаиду. Роберт смотрел на нее и не мог пошевелиться, ни мог ничего сказать. Алиса подошла к Зинаиде, взобравшись на кровать, легла вместе с ней. Затем она ее крепко обняла, и исчезла. Со стороны казалось, что она вошла в нее.

Вот они снова в зале для танцев. Как они тут оказались, не знаю? Что происходит? Просто это мысли, мысли определенного человека. Человека, которого возможно никогда не существовало. А может он существовал, но его никогда не было. Он просто был закрыт от посторонних глаз. Мысли человека, эта сложный процесс. Процесс состоящий из рационального и не рационального мышление. Но кто поймет, где та рациональность, которая нам необходима. Мы принимаем решения, и тут же отвергаем их. А потом принимаем другие решения, и так далия. Кто знает, кто их нам преподносит, наше сознание или наша логика. Но мы иной раз поступаем не логично. Кто поймет нас, почему мы поступаем так или иначе. Все что мы видим, что выдает нам мозг, все эфемерно. Кто знает, где грань реальности и вымысла?

–Мы видим то, что хотим видеть, то что мы желаем видеть, то что нам дают видеть, и ничто другого.

–Ты это о чем?

–Скажи Эдуард, то что ты сейчас видишь, ты считаешь это реально?

Эдуард усмехнулся.

–Конечно нет. – ответил он. – будь это реальностью, мы не разговаривали.

–А где ты сейчас по-твоему?

–Не знаю. – ответил Эдуард. – я честно говоря не знаю как я здесь оказался, и почему тебе рассказал об эксперименте?

Роберт поинтересовался. – ты уверен? – он показал рукой на зал где проходили танцы. – это лишь мысли, мысли человека.

–Мои?

–Нет.

–Чьи же?

–А как ты сам думаешь?

Эдуард посмотрел в залу, вот женщины с которыми он пришел в этот дом. Сейчас они наслаждались в безумном танцы. Роберт сказал.

–Ты думаешь они настоящие, нет, они лишь плод твоего воображение. Это лишь мысли, фантазии, и больше ничего.

–Этого не может быть?

–А я по-твоему реален?

Эдуард посмотрел на Роберта. Он глядел на него пристальным взглядом, и словно изучал его, и анализировал ситуацию, пытаясь понять, то что ему говорит Роберт, реально или нет. Если нет, то где сейчас он, что сейчас с ним происходит? Тут он почувствовал, что у него закружилась голова, в его мозгу словно образовалась пустота, и он полетел в низ. Летел он долго, и ему казалось, потоки направленные с низу, сдерживали его, и его тело, и в частности его мозг стал тяжелым. Затем он повалился в глубокий колодец. По крайне мере у него было такое ощущение. Он упал на пол. У него болела голова. Точнее не болела а ныла, раскалывалась от боли. Что с ним произошло? Никто не знает. Где он сейчас? Он не знал.

Вот он увидел очертание человека подошедшего к нему. Он приподнял голову, но его голова раскалывалась на две части. Он не сразу пришел в себя, но когда его мозг как ему казалось, стал рационально мыслить, он увидел в очертаниях подошедшего к нему человека, Алису. Она нагнулась, пощупала его горло, и убедившись, что у него есть пульс, вздохнула спокойно.

Эдуард поинтересовался:

–Что происходит? Где я? Где Роберт? Где Мария? Рита? – он пригляделся к силуэту, и узнав в нем Алису, удивился. – ты? А где все?

Тс,с,с…. – закрыв губы большим пальцем. – ты в порядке?

–Конечно. – тихо, чуть слышно, ответил Эдуард, и поинтересовался. – что происходит?

Алиса сказала:

–Ничего. – она щелкнула пальцем правой руки над глазами Эдуарда, и тот исчез. Все было закончено. Снова та же квартира, где находились Мария Алиса и Раиса. Женщины вывели Раису из-под их гипноза. Теперь достаточно, чтобы решить, что делать дальше. Когда у Раисы прошла голова, Алиса спросила. – кто такой Эдуард?

Глава-38

-Вот все мы узнали. – сказала Мария Алисе. – теперь мы знаем, что происходит.

–Да? Эта какой-то нонсенс. – сказала Алиса. – эксперимент? Что за чушь? Мы не давали никакого разрешение на этот эксперимент. – она бросила взгляд на Марию. Она смотрела на нее, стараясь понять, причастна ли она к данному эксперименту. Затем она строга спросила. – а ты?

Тут они услышали голос Раисы. Она проснулась после затяжного сна. – что со мной произошло? – она огляделась, лежа на постели, она ничего не понимала. Ее голова болела, разламывалась на две части. Она помнила что танцевала в большом зале с каким-то человеком. – где я? – она встала с постели, но не успев сделать ни единого шага, упала на постель.

Мария смотрела на Раису. Она видела, что происходило с Раисой. Ей было совсем не было жалко ее. Она предала их, и этим все было сказано.

–Не вставайте с постели. – сказала Мария. – Вам нужен отдых. – затем она подошла к ней, пристально посмотрела на нее, спросила. – скажи, кто такой Эдуард. – она знала ответ на этот вопрос, но хотела уточнить, права ли она или нет.

–Кто? – сквозь просыпающеюся дремоту спросила она. – о чем ты это?

–О Эдуарде?

Раиса дотронулась обеими руками до головы.

–Черт, как болит. – она приподняла голову, и увидев смотрящею на нее Марию спросила. – это ты?

–Да, я.

Раиса снова осмотрелась. Она начла приходить в себя. – сквозь чуть сонные, полудремотные глаза, она видела, очертание фигур. Вот она услышала чей-то до более знакомой голос. Он говорил:

–Она приходит в себя.

Тут она услышала второй голос.

–Это безумие.

Третий голос сказал.

–Я всегда была против подобных мер.

–Да, но доктор Разышпель говорила, что это возможно сработает.

–Да, но медсестра Раиса утверждала обратное, не так ли Дмитрий Георгиевич?

–Это так Наум Наумыч. Но мне кажется что мы переборщили, посмотрите на нее Наум Наумыч, в таком состоянии она ни на что не годиться, разве лишь уборщицей, да и то вряд ли?

Это так оно и было, женщина лежала привязанная к кровати. Она была безумна. Она все бредила о своей дочери, о каких-то украшениях, принадлежащих ее семье, и о каких-то злодеях, пытавшихся украсть эти украшение.

–Доктор Разышпель, объясните нам, что происходит?

–Ничего Дмитрий Георгиевич. Очередной приступ Алисы, был довольно сильный. У нее диссоциированная расстройство ее личности.

–Что это значит?

–Она видит себя в разных ипостасях своей личности, то она Алиса-мать, то она Алиса-дочь, то она кто-то еще.

–Понимаю. – Дмитрий Георгиевич посмотрел на Наум Наумыча, спросил. – а Вы что скажите?

Наум Наумыч задумался. Он не был до подлинно убежден, что у пациентки диссоциированная расстройство ее личности. Он считал, что у нее простое помешательство. Да, именно, простое помешательство. Но ее лечащий врач была доктор Разышпель, а он ей доверял. И сомневаться в ее компетенции у него не было права.

–Ее лечащий врач доктор Разышпель а не я.

Да, это было так. Наум Наумыч не был лечащем врачом этой пациентке, им была доктор Разышпель.

Если я не ошибаюсь, к ней была представлена для ее безопасности медсестра Раиса?

Доктор Разышпель подтвердила:

–Совершенно верно.

–Я хотел бы с ней поговорить.

В палату вызвали медсестру Раису.

–Что Вы можете сказать по поводу этой больной?

–Дмитрий Георгиевич. – начала свой рассказ медсестра Раиса. – эта пациентка безумна.

–Что Вы имеете ввиду?

–Как Вы знаете. – продолжала она. Мне поручили наблюдать за этой пациенткой, все то, что я видела потрясло меня. Я не знаю с чего все это началось, но мы и не узнаем об этом ничего и никогда. Начнем с того, что Алиса, когда мы ей позволили ей покинуть это заведение я отвезла ее к себе домой, и попросила свою дочь, которая учиться в мединституте на кафедре психологии, помочь мне в этом деле. Она выдала себя за дочь Алисы, и та приняла ее, став при этом Марией. Как она говорила ее матерью. Что бы все выглядело реалистично, моя дочь, подсказала Марии следующее. Она с ней погрузит меня в некое гипнотическое состоя, чтобы узнать мои мысли, это сработало. Она – медсестра Раиса показала рукой на пациентку. – она купилась, на это, и вскоре по нашему плану она сделала это. Она вместе с моей дочерью стала меня гипнотизировать. – она сделала паузу. – и тут стоп.

Ромашов быстро поинтересовался.

–Что? – у него было озабочено заинтересованное выражение лица. – что дальше?

–Вовремя погружение в гипноз, диссоциированная расстройство ее личности, не заметно для нее мы погрузили в гипноз саму Марию, и тем самом узнали все то, что нам было нужно.

–Как?

–Мы дали ей препарат, подавляющий общее состояние организма. Мы надеялись, что все пройдет хорошо, но, все же не все так гладко как нам хотелось.

–Что Вы имеете ввиду?

–Она вошла в свое сознание и, поставила блокиратор. Все наши усилия были почти в пустую. Она попросту поняла, что эта ловушка. Она приняла нашу игру, и, постаралась отвлечь нас от мыслей, наших дел.

–И что, никаких результатов?

–Почему же никаких. – возразила медсестра Раиса. – результаты конечно есть.

–Говорите какие?

Медсестра Раиса рассказала Ромашову про встречу Роберта с Эдуардом. – она пристально посмотрела на Дмитрия Георгиевича. Казалось, что она в чем-то его укоряет. – скажите, когда Вы начали свой эксперимент, Вы знали, что? – она указала рукой на пациентку. – она расскажет кому-нибудь об этом?

Ромашов пожал плечами.

–Нет.

–А она рассказала.

–Кому?

–Не знаю. – честно призналась она. – если бы знала сказала.

–Что черт возьми тут происходит. – выругался Наум Наумыч. – меня что за дурака держат?

–Что происходит? Где я?

Все присутствующие обратили внимание на пациентку. Она пришла в себя. Сидя на полу, она старалась вспомнить, что с ней произошло. Увидев присутствующих, она схватилась за раскалывающеюся на две части свою голову. Сказала.

–Как болит голова, раскалывается на две части. – затем она задала вопрос присутствующим. – кто Вы?

Первый ответил Наум Наумыч. – Вы у нас, здесь.

–Где здесь? – не понимала она. Тупо смотря на говорящего с ней. Она спросила. – здесь, это где?

–У нас. – Наум Наумыч попросил всех присутствующих удалиться, затем он спросил у пациентки. – как Вас зовут?

Этот вопрос заставил задуматься женщину. Она не знала кто она, все то, что когда-либо она помнила, она забыла напрочь. У нее была амнезия. Но, была ли у нее амнезия? Может это было что-то иное, например, защитной реакцией организма на потенциальную опасность. Она ответила:

–Меня зовут Мария.

Доктор осмотрел ее, приоткрыл ее веки, и, никто не мог даже подумать, что будет дальше. Он увидел в ее глазах, то что не мог увидеть в других глазах пациентов. В них ничего не было. Ни единой эмоции, ни страха, ни сочувствия. Ничего. Пустые, опустошенные глаза, и больше ничего. Пустошь пустоши, как сказал бы простой не понимающий ничего в медицине человек.

У Наум Наумыча по телу пробежали мурашки. Что-то необъяснимое, что-то сверхъестественное смотрело на него. Какое-то нечто, что он никогда не видел за свою долгую практику. Он дрожал от страха, но не теряв самообладание, и реальность происходящего спросил:

–Вы знаете где находитесь?

–Да. – ответил чей-то монотонный голос. – знаю, а Вы?

Наум Наумыч почувствовал, что кто-то или что-то стоит у него за спиной. Он не знал что, и поэтому переборов свой страх, обернулся. Никого.

«-ЧТО ЭТО ТАКОЕ?» – думал он. – «МНЕ ВСЕ ЭТО КАЖЕТЬСЯ ИЛИ ВСЕ ПРОИСХОДИТ НА САМОМ ДЕЛЕ?» – он спросил. – кто здесь?

Ответа не последовало. Голос молчал. Но что-то поменялась что-то, что невозможно было понять, ощутить, что-то, что было неуловимым для человеческого глаза. Наум Наумыч не в шутку испугался. За всю его многолетнюю практику, он не сталкивался с подобным случаем.

Палата изменилась. Теперь он находился в какой-то комнате, в ней было лишь одно окно. Ни двери, ни чего. Только одно маленькое окно, из которого струился маленький лучик света. Под этим окном стоял стул и стол. За ним сидела девочка. Она что-то писала. Затем она посмотрела на Наум Наумыча, и зловеще улыбнувшись продолжила что-то писать.

Вдруг Наум Наумыч почувствовал, что что-то вонзилась в его левый бок. Что что-то пронзило его. Он посмотрел на свой бок, и увидев в своем боку рукоятку от ножа, посмотрел на Мари. Та зловеще улыбалась, будто говоря; -все кончено. В ее глазах не было ни капли сочувствия. Ничего. Только бездонный пустой взгляд. Наум Наумыч простонал.

–Безумная!

Он вместо ответа получил еще два удара в сердце. Упав замертво, он успел подумать, что все то что здесь произошло, ничто иное как простой телекинез. Все это не реально. Но он ошибался. Его смерть была реальной. Он был мертв.

В палату вошли.

–Что здесь черт возьми происходит?

–Не знаю Дмитрий Георгиевич. – доктор Разышпель подошла к лежащему на полу Наум Наумычу, нагнулась, прощупала пульс. – мертв.

Медсестра Раиса удивилась.

–Мертв?

–Да. – подтвердила доктор Разышпель. – мертв. – она осмотрела его тело. Никаких признаков насильственной смерти она не обнаружила. – очевидно инфаркт.

Ромашов поинтересовался.

–А где пациентка?

Все присутствующие осмотрелись. В палате кроме них никого не было. Тут дверь закрылась, и они оказались в ловушки.

Дмитрий Георгиевич вы ругнулся.

–Провела, сучка.

–Да – подтвердила медсестра Раиса. – как дураков.

Доктор Разышпель спросила:

–Ну и как будем выбираться?

–У меня есть сотовый.

–Здесь Дмитрий Георгиевич сеть не ловит.

–И что Вы предлагаете? Ждать?

–Нам это только и остается, ждать вечернего или утреннего обхода или пока там, на верху, не понадобиться кто ни будь из нас.

–Вот влипли?

–Да. – согласилась с Ромашовым медсестра Раиса. – влипли.

Глава-39

Вернемся к Марии. Что же произошло? Все было так, как Мария хотела чтобы было. Когда она осталась наедине с Наум Наумычем, наверное Вы догадались, что она сделала это намеренно, внушив всем присутствующим, чтобы они оставили их наедине. Реальность, она изменчива. Мы видим то, что мы хотим увидеть. А если это можно еще внушить, то можно делать все что угодно. Правда не все поддаться внушению, на многих оно просто не действует. Но к глубокому сожалению Наум Наумыча, хоть он и знал всю эту технологию гипноза и телекинеза, что не одно и тоже, он был подвержен этому. Кто знает, от куда пришла к нам эта теория о самовнушении и гипнозу, а также телекинез. Люди, которые способны на это утверждают, что это к ним пришло по наследству. Но кто знает, у кого было первоначальный этот дар? Может и правда, мы произошли не от обезьяны? Может нас заселили на эту планету ради эксперимента? Заселены кем-то, кто наблюдает за нами, и эти люди которые обладают этими способностями, являются наблюдателями за этой планетой и ее обитателями. Они не дают нам вспомнить от куда мы. Эта теория вполне возможна. Поэтому Наум Наумыч не мог понять, природу этих даров. Его мозг был задан определенной целью, но что-то произошло. Система дала сбой. Он не мог понять, что с ним происходило, и обратившись к своему психологу, рассказал ей обо всем. Выслушав Наум Наумыча, психолог сказала:

–Ваши страхи понятны. Вы считаете, что в этом мире не так устроено как Вам бы хотелось, но мир таков каков он есть. Но теперь Вы понимаете, что это не так. Мир не таков. Эту теорию Вы внушили себе сами. Хотя в каком-то смысле Вы правы. Мир изменчив. Но в Вашем случае? – она сделала паузу. – общаясь со своими пациентами, Вы погружаетесь в их мир.

–Вы хотите сказать, что я схожу с ума?

–Нет. – заверила его психолог. – это не так. Вы просто принимаете их болезнь как свою.

–Но я же не болен?

–Я этого не говорила. – поспешила ответить она. – Вы просто выбрали ни ту профессию. С Вашей неустойчивой психикой, не способной принять реальность за действительность, Вам следует было выбрать другую профессию.

Наумов задумался. Его еще никто не называл сумасшедшем. Впрочем, он не был таковым, по крайне мере ему так казалось.

–Я не сумасшедший. – с осторожностью сказал он. Вы ошибаетесь коль думаете так.

–Я так не думаю.

–Но считаете именно так?

–Нет. – заверила его психолог. – Вы ошибаетесь.

Впрочем, кто знает ошибалась ли психолог или нет. Ведь мы знаем, что от безумия до гениальности лишь один шаг.

Что есть безумие? Что есть гениальность? Эти понятие не разделимы. Так что же произошло в палате, и кто есть кто? Все очень просто. Дело в том, что Наумов Наум Наумыч, был человеком не адекватном. За все то время как он работал в клиники для душевно больных, он постепенно сходил с ума. В конце концов он совершенно спятил. Стал видеть то, чего на самом-то деле не существовала. Врачебный персонал клиники решил, что все будет по-прежнему. Если главврач сошел с ума, это не значит что стоило его отстранять от его должности. И хоть главврача все же заменили, Наум Наумыч остался верен своей профессии и делу. Он принимал все то что видел за действительность. Однажды в палату, где он находился привезли пациента. Точнее пациентку, в которой он сразу увидел родственную душу. Вы спросите, где та грань, что разделяет приличие. Ее в этой больницы не было. Точнее она не относилась к больным, которым было все равно где и что с кем делать. Они не видели приличие, разницу меж полами. Все эти пациенты считали себя наивысшими существами, примитивными до уровня не зверей, а нечто. Вы думаете что это не возможно? Конечно разумный человек. Но это не так. Люди не понимающие что есть реальность, не способны различить реальность от своей же собственной фантазии, в которую они погружаются и, не могут найти путь обратно. Им нравиться жить в той реальности, которую они придумали сами себе. У других реальность эта абстрактное представление о реальности. Они считают, что их реальность реальной той, которая есть на самом деле. Впрочем, это все сводиться одним словом, «ШИЗОФРЕНИЯ.»

Вы спросите, – сошел ли Наумов с ума? Да сошел. Психолог не смог ему помочь, и он сошел с ума.

–А женщина? Кто она?

–Ее настоящее имя Мария. Кто она так нам и не известно. Родственников нет, да и никого кто бы позаботился о ней у нее нет. За все то время как она находиться у нас, она лишь твердила о каком-то ребенке, Алисе. Мне кажется что она сама ее убила. Молода была, и ее психика не смогла принять реальность. Мы провели свое расследование, и обнаружили, что Наум Наумыч и Мария были знакомы до,…

–Вы имеете ввиду до попадания сюда?

–Да Дмитрий Георгиевич, до попадания сюда.

–Наир Гургенович, от куда эта информация?

Назеридзе достал из верхнего ящика рабочего стола фото и протянул Ромашову.

–Вот доказательство.

Ромашов взял фото, посмотрел на изображение, и удивился. На него смотрела счастливая семья. Женщина была в положении, ее муж стоял рядом с ней. Ромашов тотчас узнал тех, кто был изображен на этом фото. Это была Мария и Наум Наумыч они были молоды и счастливы.

Ромашов поинтересовался:

–Что же с ними произошло?

–У нее был сложный период в ее жизни. На шестом месяце она потеряла ребенка. Произошел выкидыш. Врачи сказали что у нее никогда не будет детей. Сами понимаете, от такой новости можно сойти с ума. Она лечилась, но полное выздоровление так и не настала, хотя была попытка оплодотворить искусственно, но в какой-то у нее произошел нервный срыв. Тогда она первый попала в больницу. Пролежав у нас месяц, ее выписали, и тогда же она каким-то чудом забеременела. Но родив, она не смогла забыть о выкидыше, она видела в ребенке свою нерожденную девочку, и она назвала свою дочь, так же как хотела назвать свою нерожденную дочь,

Алисой. – Наир Гургенович сделала паузу. – вот тут снова возник Наумов. Он стал приходить к ней, и они кажется даже назначали день свадьбы, как вдруг, ее ребенок умер. Точнее его убили. Это было понятно когда его нашли в снегу. Установили, что его удушили, а затем зарыли в снег. Кто это сделал нам не известно. Возможно она, а может и он. Впрочем, какая разница? После этого она попала к нам вторично. Ее мозг создал воображаемую дочь, с которой она общалась. Может она не виновата, может это ее муж убил ее дочь? Очевидно мы этого не узнаем никогда. Нам ясно одно. После того как она попала к нам, она жила в своей реальности, реальности созданной ей ее воображаемой дочерью Алисой. Она защищала ее от как оно говорила, зла. Все то, о чем она нам говорила было вымыслом. Вымыслом и больше ничем. Ее мозг выдал ей защитную информацию, и блокировал ее реальность. В этом я убедился когда беседовал с ней. Она говорила со мной, но не как Мария, а как другие женщины. Все это в совокупности можно было ее безумием, ее и только ее.

–А Наум Наумыч, что с ним?

–Он руководил ее безумием. Он был ее тотализатором ее безумие. Он руководил ею, и она его убила. Убила потому, что считала, что в ее бедах виноват он.

–Может эта Алиса сказала ей убить его?

Наир возразил:

–Алисы нет, не было и не будет никогда.

–Что вы нервничаете?

Наир возразил:

–Я не нервничаю, с чего Вы это взяли?

–Нет. – возразил Ромашов. – Вы нервничаете, я в этом абсолютно уверен. Вот видите как у вас трясутся руки, даже стакан воды из графина Вам сложно налить, не правда ли Наум Наумыч.

Наир возразил:

–Вы ошибаетесь. Меня зовут Наир Гургенович Назеридзе

Ромашов встал изо стола, подошел к окну, затем посмотрел на Назеридзе.

–Что? – спросил Наир Гургенович. – Вы же не считаете меня сумасшедшем? Это просто нонсенс какой-то? Я не сумасшедший!?

–Вы так считаете?

–Да.

В это самое время, в кабинет вошли двое санитар. Они подошли к Назеридзе, скрутили его и увели прочь.

А теперь посмотрим, что же произошло в палате. Оставив Наум Наумыча наедине с Марией все выйдя из палаты, закрыв за собой дверь, доктор Разышпель сказала облегченно вздохнув.

–Наконец-то все кончено. Он сейчас встретится со своими демонами.

Ромашов поинтересовался:

–А она?

–Посмотрим.

Теперь надо дать объяснение. Дело в том, что Наир, как было уже сказано выполнял одну из поставленных ему задач поставленным перед ним Ромашовым. Все было сделано как нельзя лучше. Наир принял в свое заведение некую пациентку. Он ее не знал, да и не мог знать кто была эта женщина. Он поместил ее к себе в клинику, и стал за ней наблюдать. Проводя с ней несколько дней, он старался оберегать ее. Защищать. Все бы было хорошо, но было то, что Наир не мог вообразить. Считая, что он лечит пациентку, он лечил самого себя. Занимался самообманом своей личности. Он был и Робертом, и Эдуардом, и Наум Намечем. Он был всеми этими людьми. Видя то, чего не существует, он жил жизнью совсем не похожею на обычную. Скажите, что он сумасшедшей? Возможно? Во всяком случае никто не знал степень его помешательство.

Сейчас, когда он находился в палате, он видел эту пациентку. Он считал ее своей подругой. Не зная, как ей помочь, он пытался понять ее. Но ее понять было просто нельзя. Это был просто образ созданным Наиром. Он видел в ней некое чудовище. Чудовище способное убить кого оно хотело. Может он был прав, и эта пациентка была чудовищем, но кто ее такой сделал? Сознание Наира? А может это было ее личным сознанием? Возможно это был телекинез, Гипноз? Кто знает? Безумие и больше ничего.

Наир стал не просто врачом, а главврачом психоневрологического диспансера. Возможно он создал образ Алисы, внушив его этой женщине. Женщине, которая ему напомнила о его горьком разочаровании. – Скажите, возможно так? – оказывается возможно. Иногда люди ненавидя самих себя мстят за свои же ошибки, не понимая, что это их ошибки, а не тех, на кого они вымещают свою беспомощную злобу.

Созданный Наиром образ, ничем не отличался от безумия. Находясь один в этой палате, он видел человека, который был с ним на протяжении многих лет. Видя бич судьбы, образ их нарожденной девочки, он стирался вернуть все назад, но это у него не получалось. Оно наоборот, уничтожило мое прошлое, оставив ему только настоящие. Это и было его смертью в палате.

–А что с украшениями Лозань?

–Для каждого они свои доктор Разышпель.

–Что Дмитрий Георгиевич Вы имеете ввиду?

–У каждого, свой придел мечтаний. Создавая нечто, что помогает человеку жить, он создает свои драгоценности, и живет с ними всю свою жизнь.

Сидев на лавочки, в парке, они мирно беседовали, дул тихий осенний ветерок. Все было тихо и спокойно во круг.

Глава-40

Я сидел дома у окошка. За окном дул тихий осенний ветерок. Все было тихо и спокойно во круг. Тихо и спокойно было вокруг. Возле меня сидела моя жена и дочь.

–Тишина.

–Да. – согласилась Раиса. – деревня прекрасна. Чистый воздух, покой, что еще надо?

–Ничего. – ответил я. – ничего.

Дочка попросила рассказать какую-то историю, и я согласился рассказать историю из своей жизни или не из своей. Во всяком случае я начал так.

–В одном городе или в деревне жила девочка, звали ее Алисой…

Раиса пристально посмотрела на меня, дав понять, что эта не история для детских ушей.

–Ты что, других историй не знаешь?

На секунду я задумался.

–А эта чем тебе плоха?

–Дим, ей рано еще.

Я усмехнулся.

–Она уже эту историю слышала много раз. – я посмотрел на Алису. – не правда ли?

–Да. – ответила дочка. – я эту историю уже слышала.

Раиса тяжело вздохнула.

–Только без подробностей.

–Разумеется. – заверил ее я. – без подробностей. – я продолжил.

– …жила она одна…

КОНЕЦ.

Content

Боррони Дмитрий Георгиевич Проклятие украшений Лозань. Алиса