Влада Ольховская

Огненный король

Пролог

Вершина мира

Пальцы немели, Дана едва чувствовала их. Плотная ткань перчаток больше не защищала от мороза, она лишь не давала соскользнуть вниз – пока. Девушка понимала, что еще чуть-чуть, и все будет кончено. Прямо под ее ногами распахнулась ледяная пасть чудовища, ловушка вечного холода, в которой она не выживет, а ее тело не то что не найдут, искать даже не будут.

Ледяной выступ на краю пропасти, за который удалось зацепиться Дане, оказался совсем не спасителем. Он остановил падение ненадолго, словно знал, что у нее не хватит сил подтянуться. Вместо быстрой и неожиданной смерти она получила бесконечные минуты, полные страха и надежды на то, что ей все-таки помогут.

Надежда постепенно угасала: к обрыву никто не спешил. Ее руки замерзали, пальцы вот-вот должны были разжаться.

А ведь все так хорошо начиналось!

Дана наконец добралась до очередного пункта в списке «Попробовать хоть раз в жизни», – альпинизма. Вызов себе она бросала не первый раз, после дайвинга с акулами и прыжков с парашютом ее знакомые даже не были удивлены новому хобби. На фоне ее прошлых развлечений, прогулка по горному склону казалась мелочью.

Вот только Дану не интересовали простые прогулки. Ей нужно было подняться к самой вершине мира, не меньше. Потому что без риска, без адреналина, без преодоления собственных страхов жить было скучно.

Начать она решила с Эльбруса. Хотя нет, решили за нее – сама Дана без сомнения бросилась бы покорять Эверест, но опытные альпинисты брать ее с собой отказывались. И пришлось вместе с группой таких же новичков, как она, штурмовать Эльбрус под руководством инструктора.

Дана даже расстроилась немного – слишком уж легко все получалось. Погода выдалась чудесная, солнышко, небо синее, группа в целом неплохо подготовлена, народ подобрался общительный, подкалывали друг друга, смеялись.

Правда, один тип, уверенный в собственной мужской неотразимости, слегка портил Дане общее впечатление. Пару раз она с трудом удерживалась от хорошего пинка, но такая радость – пинок – сейчас была недоступна, потому что все они были связаны между собой страховочным тросом, и упади этот рыжий – мало не покажется остальным.

Когда до вершины оставалось совсем чуть-чуть, погода резко испортилась; такое часто бывает в горах, старик Эльбрус, видно, проснулся в дурном настроении. И, несмотря на дружный протест, инструктор развернул подопечных обратно к лагерю.

Группа, связанная одной веревкой, начала спуск – никто здесь не был готов отдать жизнь за эту гору. Дана видела, что ее спутники устали, тех, кто хотел продолжить движение вверх, оставалось человека три, а остальные хорошо если вниз спустятся самостоятельно. Поэтому она и не любила становиться частью группы, ей привычнее было достигать своих целей одной, всегда. Однако в альпинизме одиночки выживают редко.

Первым шел инструктор, за ним двинулись остальные. Внезапно оказалось, что спускаться гораздо сложнее, чем подниматься. Это противоречило привычной логике, но факт оставался фактом. Идеальная белизна снега слепила людей, они нервничали, неуверенно шагали, и кошки порой соскальзывали со снежного пласта. Атмосфера в группе постепенно накалялась. Напряжение, казалось, звенело в воздухе, усиливаемое ветром, и всем хотелось только одного: быстрее попасть в лагерь. Покорение Эльбруса оказалось не тем безобидным приключением, которого они все ожидали, ну ее к дьяволу, эту гору!

Дана почти поверила, что все завершится хорошо и скучно, когда за спиной у нее раздался крик и тот специфический звук, с которым тело скользит по заледенелому насту.

Рыжий альпинист, который всю дорогу задирал Дану, не удержался на склоне. Похоже, он ступал слишком мягко, неуверенно, и металлические шипы просто не закрепились на льду. Теперь мужчина грузно сорвался вниз, готовясь увлечь за собой всю цепочку.

Время как будто остановилось. Умом Дана понимала, что все происходит быстро, и ей полагается просто застыть в шоке, покорно принимая неизбежное.

Но – нет. Не ее случай.

Память безжалостно подкинула историю о такой же цепочке, которая сорвалась здесь много лет назад. Люди могли бы выжить, но в панике, связанные одной веревкой, изрезали себя своими же кошками и ледорубами. Сейчас будет то же самое, группа слабо подготовлена, новички устали. Оставался только один шанс избежать этого: сделать так, чтобы упали не все.

У нее было одно мгновение, и был нож – она без него ни в один поход не выбиралась. Дана успела перерезать веревку.

Однако сделать это у себя за спиной девушка не могла, массивная куртка сковывала ее движения. Ей только и оставалось, что отсечь от общей цепочки себя и соскользнувшего мужчину. Поэтому рыжий, падая вниз, увлек ее за собой, резким рывком сбивая с ног.

Мир завертелся вокруг них, белый, лишенный неба и земли. Дана видела, как инструктор отчаянно попытался остановить их, помочь, но он был слишком далеко и его по-прежнему сдерживал страховочный трос.

Спасти себя могли только они сами. Увы, рыжий этого делать явно не собирался. Несмотря на многочасовую болтовню о своей мужественности, сейчас Мистер Крутой больше походил на истеричную бабу. Он визжал и дергался, угрожая в любой момент задеть девушку шипастыми ботинками. А пропасть была все ближе, она ждала, жадно сглатывая осыпающийся снег.

Дана не знала, каким чудом не выпустила нож. Видно, инстинкты помогли. Собрав остатки сил, она перерезала веревку и оттолкнула рыжего от себя. Она видела, как мужчина влетел в обледенелый сугроб; пару костей наверняка сломал, но одну жертву пропасть упустила.

Поэтому у второй не было ни единого шанса…

Дана делала все, чтобы удержаться на краю, но руки беспощадно соскальзывали с ледяного выступа. Ей удалось остановить падение, вогнать замерзшие пальцы в твердый снег, не больше. Уставшая, с тяжелым снаряжением, она бы ни за что не выбралась обратно сама. Но кто мог ей помочь? Рыжий валялся в снегу без сознания, а неуклюже пробиравшийся сквозь снег инструктор двигался слишком медленно.

Она хотела дождаться его, держалась только ради этого – даже теперь она не могла поверить, что ее жизнь закончится так глупо. Но территория вечного холода не собиралась ее отпускать, израненные пальцы сдались онемению, больше ничто не держало ее на краю – и обрыва, и мира живых.

Последним, что запомнила Дана, был исчезающий кусочек голубого неба над головой. А потом осталось только бесконечное падение в бездну.

Пропасть удовлетворенно вздохнула – она получила свою жертву.

Глава 1

Вам всем крупно повезло

Дану разбудил непривычный звук: мерное приглушенное подвывание. Это было не похоже на будильник из ее комнаты, да и на другие звуки, которые она обычно слышала по утрам. Разве что соседская собака чудит… Но собака заперта за два этажа отсюда, а звук слишком громкий и близкий.

И все же Дане не хотелось открывать глаза и проверять, что происходит. Даже после сна она чувствовала себя уставшей. Еще бы, не каждую ночь снится, что ты срываешься в пропасть, прямо на безжалостные ледяные пики! Ничем, кроме кошмара, это быть не могло. После такого падения она должна была умереть, навсегда погрузиться в темноту, а не лежать тут, в уютной постели.

Но мысли о ледяном склоне отказывались покидать ее. Слишком четко она все помнила! Как готовилась к поездке, проходила акклиматизацию в лагере, как раздражал ее наглый рыжий попутчик. Это слишком много для сна, слишком реально. Поездка была на самом деле! Но чем тогда она кончилась? Падение – не вариант, раз она все еще жива, а как все было на самом деле, Дана понять не могла. Путь от промерзшего лагеря на Эльбрусе до постели словно прошел мимо нее.

Сонливость слетела окончательно, и девушка открыла глаза. Прямо над собой она увидела белый потолок, расписанный золотыми и серебряными цветами, и сияющие хрустальные люстры. Это точно не ее квартира! Да и, судя по высоте потолка, вообще не квартира. В среднестатистической «панельке» сложно повесить люстру размером с лошадь!

Все еще не понимая, что здесь творится, Дана приподнялась на локтях и осмотрелась по сторонам.

Она лежала на высокой кровати, предназначенной для одного человека. Рама была металлической, застеленной непривычными массивными перинами, сразу двумя. Постельное белье из мягкого хлопка украшала ручная вышивка, изысканная и однозначно дорогая. От ткани пахло степными травами.

Одежда, в которой Дана падала в пропасть, исчезла, ее и поблизости не было. Вместо этого на девушке была длинная ночная рубашка из тонкой ткани, похожей на лен. Больничные распашонки таким изяществом ни в одной стране мира не отличаются! Да и потом, слишком многое вокруг Даны указывало, что это никакая не больница.

Просторный зал занимали ряды кроватей. Все они были похожими, но не одинаковыми: их различали декоративная ковка у изголовья и вышивка на постельном белье. Каждую из кроватей занимала молодая девушка, одетая в льняную рубашку, такую же, как у Даны.

Почти все девушки спали, раньше Даны проснулась только одна. Она сидела на кровати, обхватив руками колени, и мерно подвывала в явном шоке. Лицо девушки было опущено, закрыто волосами, поэтому она не заметила, что Дана пришла в себя. А может, не хотела замечать.

Помимо кроватей, здесь не было ничего: ни столиков, ни медицинского оборудования, ни окон, и это было самым странным для такого огромного зала. Дана не могла даже приблизительно узнать, где находится здание с пятиметровыми потолками, в котором она оказалась. Вот это как раз напоминало сон, но синяки и ссадины, покрывавшие ее кожу, болели слишком сильно, чтобы быть иллюзией.

Значит, все это было… падение было! Хотя нет, синяки она получила, когда катилась по склону. Само падение должно было превратить ее в лепешку, и как она оказалась в этом месте – непонятно. А главное, зачем?

Впрочем, рыдать Дана не собиралась. Это ей ни разу в жизни не помогло. Ей нужно было действовать, вернуть хоть какой-то контроль над ситуацией.

Она уже видела, что дверь в комнате есть, и всего одна – из красного дерева, обитого металлическими пластинами. Очередная странная черта этого здания, под стать всему остальному. Ответы можно было получить только там; обращаться к шокированной девушке не имело смысла.

Дана сдвинула одеяло в сторону и осторожно опустила ноги на мраморный пол. Она все еще прислушивалась к своим ощущениям, опасаясь более серьезных травм. Но нет, дальше синяков дело не зашло. Судя по состоянию открытых ссадин, она их получила день-два назад. А так быть не могло, она же только что упала! Или могло? Но почему тогда она не помнит эти дни? Может, головой ударилась? Дана запуталась и с выводами не спешила.

– Эй!

Голос, гораздо более громкий, чем подвывание, заставил ее вздрогнуть. Дана не ожидала, что кто-то еще проснется так скоро, они ведь только что лежали неподвижно! Хотя поводов для страха вроде как не было: судя по всему, они в одном положении, не враги друг другу.

Обернувшись, Дана увидела, что на нее смотрит миниатюрная блондинка, занимавшая кровать в соседнем ряду. Несмотря на кукольную внешность, девушка беспомощной не выглядела: у нее был ясный взгляд, и плакать она точно не собиралась. Хотя вряд ли она понимала больше, чем Дана.

– Что здесь происходит? – спросила блондинка.

– Самой хотелось бы знать! – отозвалась Дана.

– Это кто? – Ее собеседница провела рукой по кругу, намекая на других девушек.

– Понятия не имею.

– Я должна в это поверить?

– Дело твое, – пожала плечами Дана. – Но я могу задать тебе те же вопросы! Хочешь знать, как я тут оказалась? Полезла на Эльбрус, свалилась в пропасть и проснулась здесь!

– Так это же бред какой-то! – нахмурилась блондинка.

– Да? Ну а ты что же, легла в эту постель добровольно?

На этот раз быстрого ответа не последовало. Девушка, очевидно, пыталась вспомнить, как пришла сюда, но получалось не лучше, чем у Даны.

– Меня похитили, – наконец сказала она. – Нас всех, похоже, похитили!

– Не многовато ли? – поинтересовалась Дана. Она уже успела насчитать в комнате тридцать пять девушек. – И почему не связали? Что это вообще за место? Так, давай по порядку. Меня Дана зовут.

– Елизавета Маркелова, – представилась блондинка. – Сержант полиции!

– Ну, это многое объясняет… А просто Лиза можно?

– Можно, – позволила сержант полиции.

– Вот и славно. Так что ты помнишь?

Как оказалось, у Лизы, несмотря на профессиональную выдержку и хорошую память, объяснения ситуации тоже не было. Ее не должны были похищать, она никому не была нужна! Занималась в основном бумажной работой, а в момент исчезновения вообще не в полицейском участке находилась.

Она ночевала у младшей сестры. Та завела очередного проблемного обожателя, который грозился доказать свою любовь не словом, а делом, и останавливаться перед простым «Нет» не собирался.

– Дашка у меня всегда такая была, – усмехнулась Лиза. – Дурноватая! Нормальные мужики – это не для нее, она сплошь уголовников каких-то подбирала. Вот и сейчас охмурила наркомана – то ли бывшего, то ли убежденного. Когда он стал добиваться больше, чем поцелуев в щечку, сестрица ударила по тормозам. Только вот у него тормозов не было!

Неудавшийся Ромео стал угрожать возлюбленной расправой. Даша, совершенно не умевшая решать проблемы сама, позвала на помощь сестру-полицейскую. Лиза оставила ее в своей квартире, присматривать за маленькой дочерью, а сама направилась по адресу незадачливой родственницы.

– Она живет в частном секторе, в доме подруги. Я знала, что он придет ночью. Мы с сестрой похожи, в темноте он бы принял меня за нее – и получил по зубам! Я просто хотела его припугнуть.

– Ты не боялась? – удивилась Дана.

– Дрыща такого – чего бояться? – хмыкнула полицейская. – В общем, я хотела покончить с этим, чтобы больше не слушать нытье Дашки. Где-то в районе полуночи услышала, как кто-то скребется под окнами. Пошла туда, думала, он сам полезет. А он в подворотню рванул. Я злая была, пошла за ним… Только его там не было.

– А кто был?

– В том-то и дело, что никого, – покачала головой Лиза. – Там в подворотне – тупик, света фонарей хватает, чтобы все осмотреть. Я точно видела, что там никого нет! Я собиралась уходить, когда кто-то огрел меня по затылку, и крепко. Проснулась я уже здесь.

На то, что воспоминания ее не подводят, указывала шишка на затылке, скрытая под светлыми волосами. Лизу похитили – да и всех остальных, скорее всего, тоже.

Но зачем? Условия, в которых их держали, не давали никакого намека на цель похищения: слишком роскошно для рабства или торговли органами. К тому же, Дана не представляла, как ее сюда доставили. Она должна была умереть, падение началось, и ни одна сила на Земле не могла его остановить!

И все же она проснулась здесь, живая, и только это имело значение. Сначала ей нужно было выбраться, а потом задавать вопросы.

Обстоятельства плану побега не способствовали. Одна за другой начали просыпаться другие девушки – то ли разбуженные их голосами, то ли из-за того, что время пришло. Очень скоро от тишины и спокойствия не осталось и следа.

Реакция была разной. Многие мгновенно начинали паниковать, и скоро к расписному потолку поднимался стройный хор рыданий. Другие злились, пинали подушки, били кулачками в дверь. Были и те, кто сохранял относительное спокойствие, и к ним Дана старалась держаться поближе. Но что делать дальше – никто не знал, им оставалось только ждать.

Их похититель был умен. Он знал, что толпу рыдающих девиц унять гораздо сложнее, чем толпу уставших девиц. Он выжидал, пока они угомонятся. И лишь когда пленницы, утомленные и успокоившиеся, расселись по кроватям, в зале зазвучал равнодушный голос.

– Юные леди, возьмите себя в руки. Вас ждет очень серьезный разговор.

Источника у голоса не было, он звучал, казалось, отовсюду. Но Дана, как ни присматривалась, не могла понять, где скрыты колонки. А они должны быть! Как еще можно достигнуть такого эффекта?

Голос был женский, вопреки ее ожиданиям, бархатистый и немного хриплый. В нем звучала абсолютная уверенность, которой так не хватало всем остальным. Это был голос человека, привыкшего отдавать приказы.

– Я знаю, что у вас очень много вопросов. Но выкрикивать их просто так нет смысла. Я сообщу вам все, что вы должны знать, когда вы будете готовы слушать.

– Что нам нужно для этого сделать? – спросила Лиза, нервно оглядывая потолок. Она тоже искала колонки.

– Каждая из вас должна занять свое место на кровати. Сидите там и не вставайте. Тогда я войду к вам, чтобы говорить. Если вы попытаетесь броситься на меня или просто встать с кровати, я уйду. Следующий контакт будет через час. И так – каждый раз, когда вы откажетесь подчиняться. В ваших же интересах следовать правилам сразу.

Дана чувствовала, что это не блеф. Их похищение было организовано слишком идеально, тут точно не новичок действует. Даже если к ним войдет один человек и покажется, что можно справиться с ним и бежать, это ни к чему не приведет. Они ведь не знают, что за этой дверью!

Поэтому Дана была одной из первых, кто вернулся на свою кровать. Ложиться она не стала, но ноги одеялом закрыла. Под рубашкой ничего не было, и думать о том, как ее переодевали, ей не хотелось.

– Хорошо, – объявил невидимый голос, когда все девушки заняли свои места. – Пока вы ведете себя правильно. Думаю, вы будете отличной партией! Настало время нам познакомиться поближе.

Дверь из красного дерева открылась. В зал медленно, по-королевски грациозно вошла женщина. Глядя на нее, Дана не могла поверить своим глазам.

Дело было даже не в странном платье, скрывавшем ее тонкую фигуру, хотя и оно заслуживало отдельного внимания. Длинное, со шлейфом, из тяжелой ткани, похожей на бархат, расшитое жемчужинами, оно было абсолютно новым, и все же от него веяло чем-то средневековым, чужеземным. Дана даже в музеях такого не видела! Но и платье меркло на фоне своей обладательницы.

Женщина была высокой и стройной, с точеным лицом и длинными волосами, собранными в высокую прическу. Поначалу Дане показалось, что корона из ветвей на ее голове просто поддерживает темно-зеленые пряди. Но постепенно девушке пришлось признать, что ветви росли прямо из черепа незнакомки. Кожа женщины была светло-оливковой, с крупными коричневыми пятнами, подозрительно похожими на древесную кору и идеально симметричными. Вместо бровей и ресниц на ее лице зеленели тонкие травинки, под которыми мерцали желтые глаза.

Дана не сомневалась, что это грим. Должен быть грим! Как же иначе? Таких людей не бывает… И все же непонятно, почему женщина лет пятидесяти, ухоженная, с царской осанкой, вдруг вздумала переодеваться в персонажа подростковых комиксов! Это делало ситуацию еще более странной. Дана никогда не видела такого совершенного грима: он идеально адаптировался под каждое движение женщины, словно действительно был частью ее.

Между тем, незнакомка снова заговорила, и не осталось сомнений, что звучавший ранее голос принадлежит ей.

– Вы спокойны – и это достойное поведение. Выполняйте правила, и вам будет хорошо в новой жизни, а старая жизнь в любом случае кончилась. Меня зовут мадам Колинэ, и я пришла сообщить, что вам всем крупно повезло.

* * *

Чистота крови – это тоже товар, и товар дорогой. Потому что достать его сложно, да и клиенты требуют от продавца только лучшее.

Нет, конечно, в мире магии тоже была свобода выбора. Люби кого хочешь, в супруги выбирай кого угодно. Однако в основном такой привилегией пользовались представители слабых и средней силы кланов. Что им терять-то? Их сила и так разбавлена, для них это шанс создать более сильного колдуна, доверившись природе.

Магические существа и вовсе не видели смысла себя ограничивать. Они знали, что в конечном итоге в ребенке победит геном одного из родителей. И в союзе оборотня и вампира, достойном слезливой подростковой книжки, родится либо оборотень, либо вампир. Загадочные и мистические полукровки, меняющие мир, маловероятны.

Другое дело – те, кто наделен настоящим могуществом. Такие кланы стремились всеми силами сохранить свой дар, ведь чем чище кровь, тем талантливей будет потомство. Поэтому они отказались даже от стратегических союзов через брак с магами из других семей, а уж о любви и речи не шло.

При этом заключать браки исключительно с другими представителями своего клана они опасались. Здесь реальность была к ним так же жестока, как к людям: кровосмешение привело бы к вырождению, от которого никакая сила не защитит.

Поэтому они выбирали в супруги «нейтральных проводников». То есть, людей, напрочь лишенных магических способностей. Пустой сосуд, в котором возродится любое могущество. А в обязанности мадам Колинэ входил подбор таких сосудов.

Ее задача никогда не была простой, ведь кланы платили по-настоящему большие деньги только за значимых невест. Не старше тридцати, без детей. Здоровых умом и телом. Образованных и неглупых. Кому-то хотелось безвольных и слабых девочек, кому-то – сильных личностей, поэтому приходилось обеспечивать разнообразие. Объединяло их только одно: когда мадам Колинэ выбирала их, они могли забыть о прошлой жизни, и их мнение никого не интересовало.

Глядя на нынешнюю партию, она не сомневалась, что их удастся продать быстро. В Красный гарем слетелось немало женихов в этом году. Кланы и нелюди будут довольны.

– Вы сейчас находитесь в Красном гареме, – объявила она. – Так называется этот замок и прилегающий к нему городок. Вы здесь, чтобы начать новую жизнь. Для внешнего мира вы мертвы. Кто-то сгорел на пожаре, кто-то погиб во время ограбления, кто-то упал с обрыва. Ваши близкие не сомневаются, что это вы – они уже нашли тела и готовятся похоронить их.

Она никогда не допускала ошибок. Если одну из выбранных ею девушек начнут искать, серьезных проблем это не принесет, однако для защиты своей репутации мадам Колинэ избегала даже мелких неприятностей. Ее клиенты должны были доверять ей. К счастью, простые смертные не могли отличить настоящий труп от магической подделки.

– Вы здесь для того, чтобы выйти замуж. Вашими мужьями станут мужчины из очень влиятельных родов. Ваша главная задача – рожать наследников. В остальном же, ваш образ жизни и перспективы будут зависеть от мужа, который вам достанется. Кому-то позволяют работать, благотворительностью заниматься… но это редко. В основном, те, кто покупает невест у меня, не хотят, чтобы вы свободно шатались по миру. Ваша жизнь будет проходить в одном из поместий клана. Но не переживайте, это не тюрьма. Вероятнее всего, это более спокойная и гармоничная жизнь, чем та, что ожидала вас изначально.

Вряд ли они все так быстро поняли ее. Скорее, молчали из удивления и страха. Им наверняка казалось, что она разыгрывает их, что на самом деле это какое-то шоу; человеческий разум долго цепляется за привычную реальность. Мадам Колинэ было все равно, что они там себе придумают. Она знала, что они услышат ее, запомнят ее слова, и потом это поможет им.

– Какие невесты ценятся нашими заказчиками? Чаще всего – красивые, молчаливые и покорные, – продолжила она. – С красотой все в порядке, я никого просто так не отбираю. Вы разные, но и вкусы у моих клиентов разные. А вот как вы себя подадите – другой вопрос. Тут все зависит от вашей старательности. У вас будет несколько попыток удачно продать себя. Но с каждой неудачной попыткой шансы снижаются.

– Что это будут за попытки? – поинтересовалась Инга Кузнецкая.

Всех своих подопечных мадам Колинэ знала по именам – с памятью дриады это было несложно. Успела она и составить определенное мнение о каждой из них. Например, Ингу она считала жемчужиной в этой партии. Высокая, стройная, словно из мрамора выточенная, с идеальным, эльфийским почти лицом и длинными льняными волосами… А уж за эти чувственные губы наверняка цену поднимут до небес!

Важно было и то, что Инга оставалась спокойна с самого пробуждения. Не потому что верила мадам Колинэ или приняла ситуацию как неизбежность. Просто она, успешная модель, умела приспосабливаться. Скорее всего, она надеялась, что ей удастся сбежать или ее спасут. Но на всякий случай она прощупывала почву, не исключая, что ей придется остаться.

– Это будут аукционы, – пояснила мадам Колинэ. – Первый пройдет уже завтра. Вас, новую партию, представят влиятельным женихам. От вас ничего не будет нужно – просто стоять и хорошо выглядеть. Остальное им сообщу я. Как правило, на первом аукционе уходят лучшие и худшие. С лучшими все понятно: их спешат забрать пораньше.

– Ну а худшие? – всхлипнула Лиля Савушкина.

Милейшее создание – невысокая, приятной полноты, очень женственная. Таких любят! Ее мадам Колинэ надеялась продать в числе первых, прикинула даже, кого может заинтересовать обладательница роскошной золотой косы и нежнейшей молочно-белой кожи.

Тем не менее, на вопрос она ответила:

– Худшие мне не нужны. Я не храню заведомо неудачный товар. Всем остальным, кого не купят сразу, я дам еще одну попытку… Да нет, даже не одну. Вы будете жить в моем дворце, изучая танцы, этикет, правила поведения. На следующем аукционе вы сможете проявить себя и даже поговорить с женихами. Старайтесь, девочки! Чем раньше вас заберут, тем лучше сложится ваша судьба. До четвертого аукциона включительно я еще распродаю будущих жен. С пятого продаю оставшихся девушек на роль наложниц, куртизанок и даже уличных проституток. Не хотите такой судьбы? Повторяю: старайтесь! Ваше будущее во многом зависит от вас. Те, кого я не смогу продать и на пятом аукционе, будут считаться худшими, и дальше я вас не потащу. Но не переживайте, чаще всего и до пятого аукциона никто не доходит! Вы – хорошая партия, я сразу вижу. Обычно у новичков уходят сутки, чтобы успокоиться и выслушать меня. Вам хватило нескольких часов. Это замечательное начало нашего сотрудничества.

– Вы так и не сказали, что происходит с теми, кого вы считаете худшими, – заметила Елизавета Маркелова.

Этой здесь вообще быть не должно. Для очередной партии мадам Колинэ наметила ее сестру – воздушную и беззаботную Дарью Маркелову. А Елизавета… в ней много «слишком»: слишком серьезная, слишком сильная, слишком старая в свои тридцать лет. Да еще и с ребенком! Она уже считалась бракованным товаром.

Тем не менее, мадам Колинэ решила допустить ее к первому аукциону. Елизавета по-прежнему красива, да и выглядит моложе своих лет – вдруг найдется любитель укрощать строптивых? А если нет, избавиться от нее будет несложно, дриада ничем не рисковала.

– Что обычно делают с вещью, которую не могут продать? – усмехнулась мадам Колинэ. – Утилизируют, конечно. Не выбрасывают, нет, именно уничтожают! Поэтому я и советую вам хорошенько постараться. Можете считать, что вы в безопасности, только когда вы получили мужа. Никто вас домой не отпустит. Тут теперь ваш дом! Забудьте все, что было раньше, вот вам мой совет. Вы не в своей привычной жизни и даже не в своем мире. Все ваши планы и ожидания ничего не значат.

– Так это же нечестно! – вспылила Дана Ларина. – А что делать тем, кто не хочет быть приставкой к мужу?

– Умирать, – холодно ответила мадам Колинэ. – Если бы тебе не дали эту возможность, ты уже была бы мертва. И ты это знаешь.

Дана отвернулась, и чувствовалось, что в ней все еще пылает гнев. Но она промолчала.

Таких, как она, в каждой партии всегда было один-два человека. Ее красота подкупала: не мягкая, как у Лили, а острая, необычная, и запоминающаяся. Одни глаза чего стоили: голубые, кристальные, как вода в горном озере! И волосы красивые, почти как у Инги светлые, но с теплым медовым отливом. Однако характер в ней все равно сквозит особый, это для тех, кто любит опасность. Их среди женихов мало, но они бывают. Если в этот раз не будет – опять же, убрать ее совсем несложно.

Мадам Колинэ не выбирала Дану специально, горе-альпинистка случайно попалась одной из ее дочерей, отдыхавшей на горном склоне. Но раз уж так произошло, почему бы не извлечь из этого выгоду?

– Никому не нужна вечно недовольная жена, – предупредила мадам Колинэ. – И уж тем более жена-мятежница, которая постоянно норовит сбежать. Могу ли я удержать вас здесь силой? Да, конечно. Но не буду. Вы должны добровольно забыть о прошлом и принять свою новую жизнь, какой бы она ни была.

– Вы серьезно считаете, что мы это сделаем? – поинтересовалась Елизавета.

– Сделаете, если жить хотите. Сейчас вы все думаете о людях, которых оставили. Но вы для них мертвы и они для вас – тоже. Дороги в прошлое больше нет. Вы не сбежите ни от меня, ни от своих мужей, даже если захотите, просто потому что вам некуда бежать. Но вот попытками бегства вы будете раздражать. Прежде чем я продам вас уважаемым людям, я должна быть уверена, что вы не доставите им хлопот. Так что первое испытание ждет вас уже этой ночью.

– Какое же? – тихо спросила тонкая брюнетка с очаровательной россыпью веснушек на смуглом личике.

Свете Костиной предстояло стать одним из лучших лотов этой партии. Самая молодая из всех – и девственница. Такое многие любят. Да еще покладистая, смирная, просто мечта!

– Вот эта дверь останется открытой. – Мадам Колинэ указала на дверь из красного дерева за своей спиной. – Всю ночь. Если вы хотите, можете выйти из общей спальни. Возможно, даже из замка сбежать, но тут уже вам попытаются помешать. Есть шанс, что вы преуспеете, и тогда вам повезло. Если же вас поймают – ваша жизнь только усложнится.

Те, кто слушал ее внимательно, могли уловить, что побег из Красного гарема просто невозможен. Мадам Колинэ не собиралась повторять или объяснять, что именно с ними произойдет. Ей действительно нужно было испытать их покорность и благоразумие.

– Отдыхайте, – бросила она напоследок. – Завтра вас ждет первый аукцион. Постарайтесь, чтобы он стал для вас последним!

Они не пытались задержать ее, а она не хотела оставаться. Верная своему слову, мадам Колинэ просто притворила за собой дверь, не запирая ее. Если она все рассчитала правильно, никто из них не должен делать глупостей, это хорошая партия. А если нет… проще узнать, с каким товаром проблема, сразу.

Из общей спальни она направилась в зал аукциона. Ей нужно было проверить, все ли готово. Когда она пересекала коридор, две дочери присоединились к ней, вынырнули из темноты неслышно, как тени. Мадам Колинэ не обратила на них внимания. Это человек не увидел бы их, она чувствовала свои порождения на расстоянии.

Как и следовало ожидать, зал аукционов встречал ее идеальной чистотой, здесь провели подготовку. Ряды кресел украшали букеты цветов, деревянную сцену увивали гирлянды из разноцветных листьев, в воздухе витал сладкий аромат сандала. Первый аукцион новой партии – это всегда очень красиво, так должно быть.

Мадам Колинэ поднялась на сцену, и одна из дочерей последовала за ней. Вторая осталась у двери; значит, этой нечего сказать.

– Разведка закончена? – осведомилась мадам Колинэ.

– По женихам? Да, мама.

– Будет ли кто-то из представителей Великих Кланов?

– Трое, мама.

– Двух я знаю, – усмехнулась мадам Колинэ. – Они нас не интересуют. Амиар Легио отбывает повинность перед семьей, он никого не выберет и в этот раз, потому что не хочет. Катиджан Инанис не собирается жениться еще лет десять, он сам об этом кричит на каждом углу. В лучшем случае, купит очередную наложницу на пятом аукционе. Кто еще?

– Представитель клана Арма, мама. Прибыл в город на прошлой неделе.

– Ах да! – встрепенулась мадам Колинэ. – Как я могла забыть? Это очень, очень хорошая возможность для нас. Вторая ветвь! Лорд Арма еще молод, и в будущем его влияние лишь возрастет. Для нас станет большой честью, если он выберет себе жену из наших девочек.

– Мама, вы считаете, что в этой партии есть достойные его варианты? – удивилась дочь.

– Безусловно, ты знаешь, как я их отбираю. Я думала о юном лорде Арма, когда готовила товар. Мы поможем ему с выбором! Да и без Великих Кланов, будет много достойных покупателей.

– У нас есть девушки, которые оказались здесь случайно… как быть с ними?

– Как обычно, – отмахнулась Колинэ. Она не хотела думать о бракованном товаре, ее интересовало кое-что другое. – Есть какие-нибудь новости про Огненного короля?

– Нет, мама, – дочь отвела взгляд в сторону. – Мне жаль…

– Нестрашно. Дело пока терпит, и я даже не уверена, что это реальная угроза. А если и так, нас есть кому защитить.

Мадам Колинэ чувствовала, как пульсирует живое дерево под ее ногами. Она повела рукой перед собой, заставляя сеть корней, образовывавших сцену, сдвинуться в сторону. За ними скрывался глубокий, непроницаемо черный провал. Дно находилось так далеко, что даже свет ламп, закрепленных под потолком, не долетал до него.

Темнота ничего не значила для мадам Колинэ. Она все равно видела движение, мелькавшее внизу – настолько быстрое, что ей едва удавалось уследить за ним.

– Они нервничают, – отметила ее дочь. – Это нормально, мама?

– Нет, но ситуация не выйдет из-под контроля.

Она прекрасно знала, что их тревожность порождает голод. Им придется потерпеть до завтра.

А там уже она сделает им первый подарок…

Глава 2

В серебре

– Мы должны бежать отсюда! – уверенно заявила Лиза.

Дана тоже думала об этом, но говорить так громко не решилась бы. О том, чтобы остаться здесь до утра и принять участие в аукционе, и речи не шло. Ей только нужно было набраться смелости, чтобы встать и выйти за дверь.

Она не поверила тому, что рассказала им мадам Колинэ. Какая магия, какие кланы? Это лишь попытка запутать их, сделать беспомощными! Наверняка их похитили, чтобы устроить извращенное костюмированное шоу. Одно только верно: кто-то в этих игрищах может не выжить. Поэтому бежать нужно было при первой возможности.

Дана не сомневалась, что, несмотря на открытую дверь, просто так их никто не отпустит. Другие девушки тоже понимали это и тихо плакали на кроватях. Дана была уверена, что ей придется действовать одной, поэтому объявления Лизы никак не ждала. Очевидно же, что за ними следят!

– Ты что, отряд спецназа формировать собралась? – презрительно фыркнула Инга. Эта точно никуда бежать не хотела. Она видела, с какой благосклонностью на нее смотрела мадам Колинэ, и ее все устраивало.

– Нет, – отозвалась полицейская. – Просто группу тех, кто не хочет превращаться в игрушку. Ну а ты что? Решила стать хорошей женой?

– А меня спасут! Я, в отличие от вас, кому-то нужна!

– Я тоже кому-то нужна, – парировала Лиза. – Именно поэтому я не собираюсь оставаться здесь! Кто со мной?

Дана знала, о ком она говорит. У Лизы была маленькая дочь, которая теперь осталась под опекой сестры. Дана тоже скучала по своим родным, но в ее прошлом не было человека, который не выжил бы без нее. У Лизы ситуация совсем другая.

Вряд ли в этой комнате была хоть одна девушка, которая поверила мадам Колинэ. Да и кто будет доверять тетке, которой зачем-то полено на голову приклеили? Их по-прежнему страшила неизвестность – но меньше, чем гнев похитителей. Поэтому призыв Лизы остался без ответа.

Соблазн остаться тут был велик и для Даны – или бежать самой, в одиночку. Но она так не могла, ей хотелось убедиться, что Лиза вернется домой. Да и потом, вдвоем все же не так страшно!

– Я с тобой, – после недолгой паузы сказала она. – Только надо действовать быстро.

Неизвестно, на самом деле с той стороны ночь или нет.

Отсутствие окон сбивало с толку. Им сказали, что сейчас ночь, и приглушили свет в зале. Иного способа узнать время суток у них попросту не было. Но стоит ли доверять тем, кто их похитил?

– Вы сумасшедшие, – уверенно заявила Инга. – У вас ничего не выйдет!

– Если ты побежишь стучать, то, конечно, не выйдет! – отозвалась Лиза.

Дана тем временем разорвала наволочку и обмотала ноги тканью. Это была не полноценная замена обуви, но все лучше, чем босиком бежать. Другие девушки наблюдали за ней с опаской, Инга откровенно насмехалась.

– А если я правда расскажу, что вы собрались делать? – полюбопытствовала она. – Что тогда?

– Если нас вернут, я тебе челюсть сломаю, – пообещала полицейская.

– Это если ты жива будешь!

– На чьей ты вообще стороне?!

– Она вам не помешает, – вклинилась Света. – Я прослежу, чтобы она не побежала выдавать вас. Я… я не могу бежать с вами. Знаю, что у меня сил не хватит. Но я считаю, что вы правы.

– Спасибо, – улыбнулась ей Лиза. – Наш побег – не только для нас! Мы приведем помощь, я обещаю, тогда этот карнавал извращенцев вообще закроют!

– Я буду ждать вас…

От них действительно многое сейчас зависело, начиная с их собственных жизней. Жалко, что это не давало им никаких преимуществ. Постаравшись отгородиться от собственного страха, Дана первой направилась к двери.

Замок не заперли, хоть в чем-то им не соврали! Не без труда открыв тяжелую дверь, Дана обнаружила, что по ту сторону скрывается темный узкий коридор, едва освещенный редкими лампами. А больше – ничего. Поблизости не было ни окон, ни других дверей.

Как будто тех, кто хотел бежать, нарочно направляли в ловушку.

– Нам туда! – Лиза уверенно указала направо, и уверенность эта сейчас поражала.

– Откуда ты знаешь?

– Преимущество того, что я сейчас без обуви! Пол под нами не совсем ровный, он в ту сторону наклоняется. Думаю, там и выход!

Дана сильно сомневалась в практичности такой логики, но спорить не стала. У нее вообще предложений не было.

Планировка этого здания все больше напрягала. После роскошной спальни коридор с землистыми стенами, по которому едва могли пройти два человека одновременно, казался крысиным лазом. Тем не менее, потолок здесь был такой же высокий, погруженный в темноту – лампы размещались ближе к полу. Дане не нравилась эта темнота. Ей казалось, что там кто-то двигается, прямо над ними…

Однако никто не попытался их остановить, и охраны в коридоре не оказалось. Они просто бежали вперед, так, словно всех обманули.

– Подожди! – Дана остановилась у одного из светильников. Лиза по инерции сделала еще несколько шагов и тоже замерла.

– Ты с ума сошла?! – недовольно спросила она.

– Здесь что-то не так…

– Серьезно? В замке, где несколько десятков украденных женщин, а на людях киношный грим, что-то не так?!

– Прибереги иронию, – отмахнулась Дана. – Тебе не кажется, что грим был слишком… совершенным? А эта сфера… что это вообще?

Светильник в форме шара наполнял коридор мягким белым светом. Поначалу казалось, что это просто лампочка в плафоне из белого стекла, но постепенно Дана понимала, что центра у светильника нет, свет льется с его поверхности. С люстрами в спальне тоже было так: сияли кристаллы, из которых они были сделаны, а не электрические лампы.

Здесь вообще не было ни намека на электричество. Никаких проводов и выключателей… А камеры наблюдения где? Не может быть, чтобы их тут не установили!

Перспектива остаться здесь Дану не привлекала. Но еще больше ее нервировала возможность побега в никуда. Скорее всего, она и Лиза сейчас устраивают представление, которого их похитители и ждали.

– Нам надо бежать, – четко произнесла Лиза. Ее голос звучал странно, как будто сдавленно, но Дана не обратила на это внимания, все еще увлеченная светильником.

– Да подожди ты! Надо разобраться…

– Поверь мне, сейчас на это нет времени.

– Почему?

– Посмотри наверх…

Еще не зная, что увидит, Дана почувствовала укол тревоги. Медленно, словно пытаясь отсрочить неизбежное, она перевела взгляд на потолок.

Здесь света было больше, чем в других участках коридора, и движение наверху уже не казалось таким призрачным. На потолке, нарушая все законы гравитации, замерли две женщины, укутанные в серые плащи. Их лица были частично закрыты тканью, но в том, что они живые, сомневаться не приходилось: непроницаемо черные глаза наблюдали за беглянками.

Лиза опомнилась первой. Она схватила Дану за руку и потащила за собой, дальше по коридору. У них больше не было времени разбираться, где они находятся и как такое вообще возможно, оставалось только бежать.

Женщины на потолке двинулись за ними, но вниз спуститься не попытались. Они перемещались странно: нечеловечески ловко, на четвереньках, не как люди и даже не как животные… больше всего их движения напоминали Дане насекомых.

Она была уверена, что впереди их ждет тупик или засада. Иначе и быть не могло. А вместо этого они оказались перед воротами, да еще и открытыми! Оттуда веяло свежим ветром, их встречал серебристый, прозрачный свет раннего утра. Звезд на небе уже не осталось, но и солнце пока не взошло, а значит, у них был шанс ускользнуть незамеченными.

Это было слишком просто. Настолько просто, что у ворот Дана даже замедлилась.

– Они хотят, чтобы мы вышли! – крикнула она. Однако Лиза даже не думала останавливаться.

– Значит, они нас недооценивают! Если мы начали, надо продолжать, пути назад нет!

Тут она была права. Даже если бы они вернулись в спальню, вряд ли им удалось бы обойтись без наказания. Да и потом, второго шанса на побег может и не быть.

Покинув дворец, они оказались на вершине холма. Перед ними раскинулся небольшой городок, вереница каменных домиков в три-четыре этажа. Его расчерчивали извилистые улицы, настолько узкие, что здесь не поместилась бы даже легковая машина. А машин и не было – ни у одного из домов. Вместо асфальта улицы закрывали крупные гладкие камни, образовывавшие крутые ребристые склоны. Вдалеке, за крышами домов, виднелись массивные мосты над бурным потоком реки, а дальше начинался невысокий лес.

Дана не знала, что это за город. Она точно никогда не была здесь раньше, не видела его на фотографиях, даже отдаленно не представляла, где он находится. Эльбрус тут и близко не стоял, чтобы доставить ее сюда, нужен был не один день, и это многое говорило о возможностях их похитителей. К тому же, на чужой земле лучше быть осторожными.

Лиза расставляла приоритеты иначе, она даже не пыталась понять, где они и как сюда попали. Разобраться можно и потом, а пока нужно двигаться.

– Нам к мосту, – объявила она. – Тому, что поближе!

– Может, попробуем позвать на помощь? – неуверенно предложила Дана.

– Сдурела? Слышала, что сказала та деревянная баба? Этот город принадлежит им!

– Как им может принадлежать весь город?

– Не знаю и знать не хочу! Бежим!

В принципе, Лиза была права. Дворец находился в центре города, без какой-либо ограды. Если похищения происходят не первый год, жители должны хотя бы догадываться о том, что здесь происходит. Узнав о побеге девушек, их просто вернут мадам Колинэ, никто не станет защищать их.

Когда они убегали, Дана позволила себе обернуться, лишь на секунду. Ей хотелось знать, преследуют ли их те женщины. Они не отставали, но и не бежали: два серых силуэта взмыли в небо, расправляя широкие, как у мух, крылья, и скрылись в вышине.

От неожиданности Дана даже зажмурилась: ей показалось, что у нее начались галлюцинации. Сейчас это оказалось плохой идеей, она чуть не сорвалась вниз с крутого склона и удержалась только благодаря Лизе.

– Смотри под ноги! – велела полицейская. – Если рухнешь здесь, кости переломаешь, а я из-за тебя не останусь! Тебя мне жалко, но мой ребенок дороже!

– Я не уверена, что мы все делаем правильно… Это их игра! Лиза была настроена оптимистичней:

– Ерунда, они нас просто упустили! Нам повезло!

Город, по которому они бежали, казался вполне мирным. Он спал перед рассветом, на улицах не было ни души. Здесь ничто не указывало на логово преступников: на окнах стояли горшки с цветами, по пути попадались то кованые беседки, то скульптуры. Казалось, что это какой-то курорт в центре Европы!

Ощущение подвоха не покидало Дану ни на секунду. Но Лиза права: если это действительно удача, то, остановившись, они спугнут ее, позволят догнать себя. Раз им выпала такая возможность, нужно было идти до конца.

Мост, к которому привела их изогнутая улица, был огромным, с каменными арками ворот по обе стороны. На массивных перилах стояли мраморные статуи, и далеко не все они изображали людей. Реалистичность монстров напрягала, как и то, что их, казалось, восхваляли тут! Да еще и в небе над девушками то и дело слышался шум крыльев.

Теперь уже сложно было не верить, что мадам Колинэ говорила правду. Но Дана гнала от себя эти мысли, девушке казалось, что они способны свести ее с ума.

Когда они пересекли мост, можно было бежать по дороге, но они выбрали другой путь, сразу свернули в лес. Так проще оторваться от погони, если она все-таки есть! С вершины холма они не видели других городов, а значит, нужно бежать, пока что-нибудь не появится.

Вот только этот замысел, такой простой на первый взгляд, сорвался. Пробежав несколько рядов деревьев, они вынуждены были остановиться.

– Что за черт… – еле слышно произнесла Лиза.

А у Даны и вовсе не было слов. Она не знала, как на такое реагировать.

Перед ними зависла серебряная пелена. Она закрывала все обозримое пространство, как стена, уходила вверх и сливалась с небом. Серебро отражало мир перед собой, почти как зеркало, поэтому они не заметили его с холма, решили, что это лес тянется до горизонта. Но горизонта не было! Только странная преграда, похожая на застывшую воду – не лед, а именно воду, которая почему-то зависла в пространстве.

– Это какой-то трюк! – нахмурилась полицейская. – Так не бывает!

– Но ты же это видишь… – заметила Дана. – И я вижу… Вот почему они не сдерживали нас! Они позволили нам поверить, что побег возможен, раз дверь открыта. Но им не нужно было закрывать дверь. Они знали, что эта сеть, или что это вообще, остановит нас!

Словно в подтверждение ее слов, с неба донесся странный звук – крик птицы, переплетенный со змеиным шипением. Значит, ей не почудилось! Те женщины из замка летели за ними.

Женщины, которые умеют летать. Серебро, застывшее в воздухе. Хозяйка замка, покрытая древесной корой. Это не мир людей… Это то, чего не может быть!

Перед новой реальностью, постепенно открывавшейся перед ней, Дана чувствовала себя беспомощной. Лиза – нет. Она вытянула вперед руку и осторожно коснулась серебряной преграды; под ее пальцами пошли круги ряби, какие бывают на поверхности озера в сильный дождь.

– Она холодная! – прошептала Лиза. – И мягкая… Если нажать сильнее, пальцы сквозь нее проходят!

– Не надо! – Дана перехватила ее руку за запястье. Лиза тут же вырвалась.

– Почему это?

– Помнишь, что говорила та тетка? Отсюда не убегают. Если бы они не были уверены в этой защите, они бы не позволили нам приблизиться к ней!

– А может, они как раз на трусость и рассчитывали? – прищурилась полицейская. – Твою, например! Иначе зачем предупреждать нас?

– Это не трусость, я чувствую – что-то не так! – настаивала Дана. – Нельзя туда соваться!

– Не оправдывайся. Они хотели остановить тебя и остановили, но я… Твою мать!

Над ними зависли две тени. Подняв головы, Лиза и Дана увидели тех самых женщин в сером, круживших над ними. Это они кричали, как птицы, готовясь напасть.

– Ты видишь это? – Дана указала на два темных силуэта, скользивших по серебристому небу. – Мы не в своем мире! Я пока не знаю, что происходит… Но нам нужно остаться!

– Нет, – твердо произнесла Лиза. – Мой ребенок на той стороне.

– Ты не знаешь этого! Ты вообще не знаешь, что на той стороне! Для твоего ребенка будет лучше, если ты выживешь здесь… Посмотри на этих двоих, они не нападают на нас, они дают нам шанс пройти через пелену! Это не может быть милосердием!

– Решай как знаешь. Но я рискну!

Лиза прижала руку к серебряной завесе и осторожно, медленно, толкнула ее внутрь. Ее пальцы прошли через преграду, потом последовала кисть, запястье. Судя по выражению лица, Лиза ждала, что будет больно, однако боли не было. Когда ее рука исчезла в серебре по локоть, она улыбнулась.

– Преграда совсем тонкая! Сантиметр, наверно… А на той стороне воздух, я чувствую его! Я…

Договорить она не успела. Тело Лизы резко дернулось и сорвалось с места, увлекаемое невидимой силой. Создавалось впечатление, что на той стороне кто-то схватил ее и потянул на себя. Только что она стояла здесь – а через пару секунд ее уже не было. Лиза даже крикнуть не успела, и Дана запомнила лишь ее шокированный взгляд.

С той стороны серебряной пелены не доносилось ни звука.

Прежде чем Дана успела опомниться, ее одиночество было нарушено. Женщины, парившие в небе, наконец соизволили приземлиться. Они сложили крылья за спиной, и те вновь казались не более чем полами плаща.

– Нам надоело ждать, – заявила одна.

– Ты можешь пойти за ней, – сообщила вторая.

– Что там такое? – спросила Дана, дрожащей рукой указывая на пелену.

– Твой шанс на побег. Последний. Давай! Или обратно. Но мама будет не рада.

Дана прекрасно знала, что мадам Колинэ вряд ли простит ей этот побег. Она не представляла, какое наказание полагается за такое, и знать не хотела. Но здесь хотя бы была жизнь… а от серебряной пелены веяло смертью.

Однажды она уже падала в пропасть. Второй раз удача может не подыграть ей. Девушка обреченно вздохнула и подняла руки над головой, показывая, что сдается.

* * *

Света с самого начала знала, что их план обречен на провал. Но она верила, что у них получится, потому что хотела верить. Это ведь надежда для всех! Те две девушки казались такими сильными, уверенными… Если кто и справится, то только они.

Не вышло. Не в этот раз. Убежали две, вернулась одна, уставшая, в перепачканной землей рубашке, с потерянным взглядом. Второй девушки нигде не было, и, судя по выражению лица первой, убежать ей не удалось.

Всех остальных заставили выстроиться в один ряд у стены. Света не протестовала – и никто не протестовал. Даже Инга, которая только что рассказывала, как за ней чуть ли не самолет президента прилетит, притихла. Ситуация становилась пугающе серьезной.

Беглянку, Дану, поставили напротив них. Рядом с ней постоянно находились две женщины в серых плащах, хотя Света считала это лишним. Было очевидно, что Дана слишком устала, она еле на ногах стоит, куда ей бежать.

Мадам Колинэ не заставила себя долго ждать. Она остановилась в центре зала, ближе к Дане, чем к остальным. Одна из женщин в сером, охранявших Дану, вышла из спальни.

– Это было обязательно? – равнодушно поинтересовалась мадам Колинэ. – Этот ваш нелепый побег. У вас всего одна жизнь, и она стояла на кону. Оно того стоило?

– Что случилось с Лизой? – тихо спросила Дана.

– Ну а как ты думаешь? Здесь ее нет.

– Она мертва?

– Может, еще нет, – пожала плечами мадам Колинэ. – Но все в конечном итоге придет к этому. Ты не о ней беспокойся! Беспокойся о себе. То, что ты здесь, не значит, что ты выжила и тебе больше ничто не угрожает.

– Хотите показательную казнь устроить?

То, как держалась Дана, поражало. Света на ее месте уже не смогла бы сдержать слез, молила бы о пощаде! Да и Дане, видно, было страшно. Но она все равно стояла, расправив плечи, и смотрела собеседнице в глаза.

– В этом нет необходимости, – отозвалась хозяйка дворца. – Я давно завела себе правило: уничтожай товар, только если это необходимо и другого пути нет. То есть, пока есть шанс тебя продать, я буду пытаться сделать это. Между тем, ты мне не нравишься, и не только из-за побега. Тебя спасли, а ты вместо благодарности нарушила мой приказ. Слишком наглая! Я хочу тебя убить. Что же делать? Вот дилемма.

– Действительно, – криво усмехнулась Дана. Она больше не могла скрывать нервную дрожь. – И как вы планируете ее решить?

– Так, как мне удобно, разумеется. До начала аукциона остается два часа. Знаешь, что будут делать в это время девушки, которые послушались меня? Выбирать платья, заплетать волосы, украшать свои лица. Но ты… Ты останешься в той же одежде, что и сейчас, и я не позволю тебе смыть грязь с кожи. Ты заслужила быть такой. Есть и еще кое-что…

Женщина в сером, покидавшая зал, вернулась с большим золотым кубком, который передала мадам Колинэ. Дана покосилась на сосуд с подозрением.

– Я не буду это пить! – предупредила она. – Лучше убейте сразу!

– Пить? – с показательной наивностью переспросила мадам Колинэ. – О нет, пить – это последнее дело. Твое согласие не требуется.

Не дожидаясь ответа, она грациозным жестом выплеснула содержимое бокала в лицо Дане. Девушка вскрикнула, подавшись назад, закрылась ладонями, но было уже поздно. Судя по тому, что крики лишь нарастали, в кубке была далеко не вода.

Света с ужасом ждала, что будет дальше. Ее воображение рисовало кровавые сцены из американских фильмов – с растворяющейся кожей и белесыми слепыми глазами. Девушке казалось, что стоит ей увидеть это, и она умрет на месте от шока.

Но на деле все было не так чудовищно. Когда Дана наконец затихла и убрала руки от лица, стало видно, что ее в прошлом идеальная кожа покраснела, покрылась мелкими волдырями, какие бывают после ожога крапивой.

Похоже, мадам Колинэ была довольна результатом. Ее прислужницы тут же внесли в зал большое зеркало, позволяя Дане увидеть себя.

– Эффект не постоянный, – сообщила хозяйка замка. – Нормальный вид вернется к твоей коже через сутки. Но это если ты будешь жива… А будешь ли? Кто захочет купить тебя такую, когда рядом столько нормальных девушек? Кто будет знать, какой ты была раньше?

Доля истины в ее словах была. Дана сейчас выглядела не лучшим образом: потрепанная, грязная, с покрасневшим лицом, припухшим и деформированным. Она и на женщину-то не была похожа! И Дана, какой бы храброй она ни была, прекрасно понимала, что это конец. Женихи, собравшиеся на этом аукционе, вряд ли отличаются добротой, они не станут тратить деньги на помощь ей. Сама попытка продать ее превратится в фарс.

– Могли бы сразу казнить, – только и сказала она, сжимая кулаки.

– А ты могла бы не сбегать, – рассмеялась мадам Колинэ. – Видишь? Это вопрос точки зрения. Девочки, а вы на это пугало не засматривайтесь! У вас не так уж много времени. Помните: чем лучше вы выглядите сегодня, тем больше у вас шансов дожить до завтра. Вперед! Дана осталась на месте, а вот остальные поспешно последовали за женщинами в сером.

Свете было жаль девушку, однако сказать это она не решилась. Тут такая ситуация, когда каждый сам за себя.

Их привели в соседний зал, по размеру превосходящий их спальню. Здесь все было занято вешалками с одеждой, такого количества платьев и обуви Света в жизни не видела! Она ожидала, что все вещи будут напоминать наряд мадам Колинэ – и ошиблась. На разнообразие жаловаться не приходилось, тут было собрано все: от скромных, монашеских почти одеяний до крохотных вещиц, подозрительно напоминающих нижнее белье.

У них была свобода выбора – только в этом, но все же. Каждой из них предстояло подать себя так, как девушка сочла бы нужным. У стены пристроились столики с большими зеркалами и странной, непривычной косметикой, размещенной по маленьким фарфоровым баночкам. Все это было чужим, незнакомым, неприятным даже. То, что все вещи новые, не избавляло от ощущения гадливости. Они ведь действительно были товаром здесь!

Света поспешно отогнала эти мысли. Гордость ей жизнь сейчас не спасет; она не хотела исчезнуть так, как исчезла Лиза.

Краем глаза девушка заметила, что Инга уже натягивает полупрозрачное, мерцающее кристаллами платье. Значит, решила сделать ставку на откровенность… Кто б сомневался! Многие считали, что это самый простой путь. Света так не могла.

Она не стеснялась собственного тела, но знала, что она может хоть в одних трусах бегать – это ее в роковую красотку не превратит. Света не видела смысла идти против природы. После недолгих размышлений она взяла с вешалки скромное платье простого кроя, молочно-белое с мелкими красными цветами.

– Отличный выбор, – прозвучало у нее за спиной.

Обернувшись, Света встретилась взглядом с желтыми глазами мадам Колинэ. Девушка почувствовала, как страх льдом расползается по ее телу, сковывая мышцы, останавливая кровь.

– Ну же, дитя, не надо так, – улыбнулась хозяйка дворца. – Ты все делаешь правильно. Ты плачешь?

– Хочу плакать, – признала Света.

– Не стоит. Надень это платье. Оно пойдет тебе. Иди к зеркалу и вели моим дочерям заплести твои волосы в косы. Тогда, возможно, уже сегодня ты найдешь того, кто тебя спасет.

– А Дана… с ней что будет?

Слова сорвались с губ прежде, чем Света успела остановить себя. Она знала, что это опасный вопрос, и ей не следовало поддаваться беспокойству, но было уже поздно.

– Она – подруга тебе? – прищурилась мадам Колинэ.

– Нет, но… мне кажется, она хорошая…

– А мне так не кажется. Видишь? Мнения обманчивы. Я слишком давно работаю, чтобы ошибаться. У тебя есть будущее в новой жизни. Твоя старая жизнь была совсем короткой, ты легко забудешь ее! Но Дана… она подписала свой приговор сама. Я дам ей шанс, вот только вряд ли в Красном гареме найдется хоть один мужчина, который способен ее желать.

Глава 3

Торги Красного гарема

Всю жизнь надеяться только на себя, чтобы потом мечтать выйти замуж за час – в этом была определенная ирония. Хотя какие тут мечты? Здравый смысл был безжалостен к Дане: никто ею не заинтересуется.

Она бы и сама не заинтересовалась! Она по всем параметрам была похожа на чучело: грязная, как будто в алкогольных парах всю ночь под забором спала, перекошенная, взгляд побитой дворняги… Да если бы конкуренток не было, ее б все равно никто не выбрал!

А конкурентки были, и выглядели они великолепно. Прислужницы мадам Колинэ, надо отдать им должное, знали свое дело: девушки преобразились. На их фоне Дана выглядела еще хуже.

Появлялись шальные мысли: может, кинуться на охрану и тогда ее убьют одним махом? Не нужно будет бояться, просить милости, унижаться… Однако такое решение Дана принять не могла, несмотря на очевидность ее будущего, она отказывалась сдаваться. Вдруг все-таки получится? Падая с ледяного склона, она тоже не надеялась выжить, а оказалась здесь. Если повезет, кто-нибудь спасет ее еще раз.

Впрочем, когда они пришли в зал торгов, она уже не была уверена, что захочет принять это спасение. Лишь часть мужчин, собравшихся там, была похожа на людей. Остальные поражали массивными размерами, странными пропорциями тела, пылающими глазами, клыками, жабрами, звериными шкурами… Держаться за версию о том, что все это грим, уже не получалось.

Ей оставалось либо умереть, либо жить всю жизнь с мужчиной, который даже не человек. Дана покосилась на массивного типа, подозрительно напоминавшего немытого борова, и почувствовала, как у нее все переворачивается внутри. Если ей попадется кто-то такой, может, она еще будет завидовать Лизе!

Торги проводились на сцене, сделанной из причудливого переплетения древесных корней. Дана понятия не имела, как это построили, но смотрелось эффектно. Зрители наблюдатели за сценой из украшенного цветами зала. В углу торговой зоны было приготовлено резное кресло с высокой спинкой, которое заняла мадам Колинэ. Девушки пока оставались в небольшой клетке за сценой, оттуда они видели зал, но заметить их со зрительских мест не позволяли грамотно расставленные светящиеся сферы.

– Это конец! – всхлипнула Оля. – Мы все умрем здесь!

Это она разбудила Дану своим подвыванием. С тех пор она немного успокоилась, но не до конца. Ее веки оставались опухшими от слез, она хлюпала носом, словно выбирая момент для новой череды рыданий. И этим она немало вредила себе – высокая, статная Оля от природы была красавицей, но сейчас об этом оставалось лишь догадываться.

– Не конец это, – Дана попыталась ее подбодрить. – По крайней мере, не для тебя.

Оля ничего не ответила, но демонстративно отодвинулась в сторону. Несмотря на тесноту клетки, вокруг Даны образовалось пустое пространство. К ней, как к прокаженной, боялись прикасаться – то ли из-за зелья, которое на нее вылила мадам Колинэ, то ли из-за ее грядущей смерти.

Исключением стала самая юная из девушек, Света. Она не только осталась рядом, но и взяла Дану за руку.

– Да мне не страшно! – заверила ее Дана.

– Мне страшно. Можно я рядом с тобой останусь? Только ты и спокойна сейчас!

До спокойствия Дане было далеко, однако она кивнула. Она старалась принять свою судьбу, чтобы можно было хоть какое-то достоинство сохранить перед этими чудовищами. Девушка понятия не имела, как долго у нее получится держать себя в руках, ее нервы уже искрились от напряжения, а ведь аукцион только начался.

Первой в центр сцены вывели Ингу. Она стояла прямо, словно на подиуме, осознание собственной красоты придавало ей сил. Она даже улыбаться сумела!

– Инга Кузнецкая, двадцать три года, – представила ее мадам Колинэ. – В браке никогда не состояла, детей нет. В сексуальном контакте бывала, но число партнеров не превышает десяти, и это не повлияло на ее физиологию.

Улыбка медленно сползла с лица Инги. Дана понимала ее: это не те сведения, которые ты ожидаешь о себе услышать! Унизительно, странно, ненормально… И непонятно, как мадам Колинэ узнала такие интимные подробности. Но чего еще ожидать от женщины, у которой из головы ветки растут?

– Получила высшее образование, работает моделью, востребована, – продолжила хозяйка дворца. – Здорова, в семье нет серьезных генетических заболеваний. Не имеет никаких магических способностей, абсолютно нейтральный вариант. Она подарит вам идеального наследника. Делайте ваши ставки!

Это был аукцион – самый настоящий. Мужчины выкрикивали суммы, горячились, спорили друг с другом. Желающих получить Ингу хватало. А она, поначалу обескураженная и растерянная, решила, что дела ее не так уж плохи. В ее взгляд вернулась гордость принцессы, за которую бьются короли.

Только она рано расслабилась, позволила себе забыть, что она ничего не решает. Тот, кто в итоге назвал самую большую сумму, вряд ли был рыцарем из ее девичьих грез.

Хотя на человека он был похож, уже это радовало. А точнее, на высокого, массивного человека с бугристыми мышцами, которыми он определенно гордился. Иначе зачем ему было так плотно обтягивать их черной кожей? На голове у мужчины волос не было, но это уравновешивала буйная растительность на лице и руках. Глаза жениха мерцали красным цветом, указывая, что он все же не из рода людского. Словно желая подтвердить это, он ухмыльнулся, демонстрируя белые клыки.

– Новый владелец Инги – Ройфус Дебрис! – объявила мадам Колинэ. – Поздравляю с удачным приобретением.

Инга, очевидно, считала, что удача к этой ситуации не имеет никакого отношения. Когда будущий супруг поднялся к ней на сцену, она замерла, как косуля под прицелом. Бросаться ему на шею или просто идти с ним она не хотела, а Ройфуса ее мнение интересовало не больше, чем мадам Колинэ. Он бесцеремонно подхватил девушку, перекинул через плечо и унес со сцены.

Пока все наблюдали за участью Инги, в клетку вошли две женщины в сером. Они выбрали ту, кто стоял ближе всех к двери, – Олю. И ее это точно не устраивало.

– Не надо! – взвизгнула она, пытаясь отбиться от рук в серых перчатках. – Вы что делаете?

Почему я? Я не готова!

Однако на ее протест не обратили внимания. Вырывающуюся девушку вытащили в центр сцены. Когда Оля сообразила, что на нее сейчас устремлены десятки глаз, она затихла, но плакать не перестала. Напротив, когда женщины в сером отошли, она опустилась на колени и разрыдалась. Ее красота поблекла: лицо покраснело, сквозь тонкую ткань платья проступал пот, тело дрожало.

– Что же она делает… – прошептала Света. – Она себя погубит!

– Мы ей не поможем, – покачала головой Дана. – Она нас даже не услышит оттуда.

Надеюсь, они и так смогут разглядеть, что она красавица.

– Ольга Онуфриева, двадцать лет. – Мадам Колинэ следовала установленному порядку, но на Олю смотрела с нескрываемым презрением. Это лишь усиливало общее гнетущее ощущение.

– У нее высшее образование, работает администратором в отеле. Не замужем, детей нет, имела только одного сексуального партнера. Абсолютно здорова, способна дать жизнь даже многоплодному потомству.

– Вы что?! – взвыла Оля. – Не надо! Я не хочу!

– Можно я успокою ее? – Дана обратилась к одной из серых охранниц, дежуривших у клетки. – Пожалуйста! Я просто сделаю это и вернусь сюда!

– Не положено, – безразлично отозвалась та.

– Но она же умрет там сейчас от разрыва сердца!

– Значит, так тому и быть.

Между тем рыдания Оли разносились в звенящей тишине: никто не предложил заплатить за нее. У мужчин в зале она вызывала лишь смех или раздражение, они ждали, когда Олю уберут и покажут им кого-то вроде Инги.

Дана надеялась, что это не конец. Мадам Колинэ ведь сама говорила, что будет несколько попыток! Но не для всех. Очевидно, тратить свое время она успокоение Оли хозяйка дворца не собиралась.

– Что ж, значит, Ольга не принесет никому радости как жена, – сказала она. – Но все мы знаем, кому она нужна!

Зал одобрительно загудел. Дане это не нравилось.

Сцена, на которой стояла Оля, внезапно начала двигаться. Корни расплетались, как живые, уходили в сторону, открывая путь в темноту. Под ними ничего не было, деревянный настил находился над ямой, настолько глубокой, что увидеть дно из клетки было нереально.

Олю готовились сбросить вниз, и когда она поняла это, было слишком поздно. Девушка попыталась подняться, но запуталась в длинной юбке, упала – и опора просто ушла у нее из-под ног. Она с криком полетела вниз, а корни мгновенно сомкнулись у нее над головой, не позволяя увидеть, что с ней стало.

Крик очень быстро оборвался. При этом звука падения Дана не слышала.

Мужчины в зале в большинстве своем довольно кивали. То, что произошло на сцене, не удивило их, а значит, они такое не раз видели. Им было не жаль Олю, они вряд ли запомнили, как ее звали. И вот за этих существ им всем предстояло выйти замуж, да еще и считать это большой удачей?

– Да, бывают и не лучшие образцы, – как ни в чем не бывало заявила мадам Колинэ. – Давайте сразу с ними покончим… У нас есть еще один неудачный лот.

То, что речь идет о ней, Дана поняла лишь когда женщины в сером начали вытаскивать ее из клетки. Она без труда стряхнула с себя их руки.

– Не надо. Сама пойду.

Она понятия не имела, откуда у нее столько уверенности и выдержки. Дана не тешила себя иллюзией, что ей удастся выжить. Если Олю, молоденькую, красивую, отлично одетую, не взяли, то куда уж ей! Она вышла на сцену, как на эшафот, замерла, ожидая неизбежного. Сейчас исчезнут корни, и она узнает, что скрывается под сценой.

Впрочем, для начала мадам Колинэ нужно было соблюсти условности, чтобы создать хоть какую-то видимость справедливости. Дана предпочла бы обойтись без этого – без публичного оглашения подробностей ее личной жизни, однако девушку никто не спрашивал.

– Дана Ларина, двадцать пять лет. Ранее имела всего двух сексуальных партнеров, что компенсирует солидный возраст, – с явной издевкой объявила хозяйка дворца. – Два высших образования, сделала хорошую карьеру в сфере рекламы. Занималась гимнастикой и альпинизмом. Здорова, из чистой семьи, способна родить нескольких наследников.

Пока мадам Колинэ говорила, Дана смотрела в зал. Свет, бьющий в лицо, мешал ей разглядеть всех собравшихся, но многих она видела. Тут попадались и обычные люди! Она заглядывала им в глаза, без слов молила о помощи, но жалости не видела. Она знала, что это бесполезно, и все равно пыталась.

Она очень хотела жить.

– Я заранее извиняюсь за этот товар, но таковы правила, – развела руками мадам Колинэ. – Мы должны предложить вам все, что привезли сюда. Ну что, есть желающие? Ставки? Принимается любая сумма! Нет? Может, кто-то хочет обменять ее на кусок хлеба?

Естественно, это не было попыткой помочь Дане. Мадам Колинэ не собиралась отпускать ее так просто, как она отпустила Олю. Она хотела унизить ее, сделать примером для других девушек, чтобы после этого у них пропали даже мысли о свободе.

Утекали последние секунды ее жизни. Дане хотелось что-нибудь сказать, сделать, но она не знала, что. Оля плакала и молила – а разве ей это помогло? У тех, кто собрался здесь, сердец нет. Они думают о выгоде и продолжении рода. Ее смерть для них – просто устранение препятствия перед тем, как продолжатся торги.

– Совсем никому она не нужна? Не смотрите, что она ничтожна, от нее будет толк!

– Рот уже закрой! – не выдержала Дана. – Хочешь убить – убей, только избавь меня от своего трепа! Болтливое бревно – это только мне так повезет!

– Что ж, я понимаю тех, кто даже на грязь ее не обменяет, – фыркнула мадам Колинэ. Она была задета за живое, однако это было сомнительной местью. Дане уже ничто не могло помочь.

Она почувствовала, как дрогнули корни под ее ногами. Она хотела быть сильной и смелой до конца, да только в душе уже поднималась волна звериного ужаса. Мгновение, два – и все исчезнет…

– Я заберу ее.

Голос прозвучал негромко, но на фоне тишины, наступившей перед казнью, показался Дане раскатом грома. Она даже решила, что ей чудится, что это собственное сознание пытается успокоить ее перед смертью, но нет – движение корней под ее ногами остановилось.

– Кто-то ошибся? – Мадам Колинэ вглядывалась в зал, стараясь понять, кто говорит с ней. – Наверно, вы имели в виду другую девушку?

– Эту. Я заберу ее у вас.

От злости хозяйку дворца перекосило, но она быстро взяла себя в руки. Да и потом, удивление в ее глазах сейчас было сильнее гнева. И не только потому, что Дану все же спасли. Девушка чувствовала: ее выкупил кто-то необычный, тот, с кем мадам Колинэ не решалась спорить.

– Значит, так тому и быть, – признала хозяйка дворца. – Дана становится собственностью лорда Амиара Легио! Мои поздравления.

Весь зал застыл в том же изумлении, что сковало хозяйку дворца. И лишь один мужчина не был шокирован – тот, кто направлялся к сцене. Кто спас ее!

Настал черед Даны удивляться нереальности происходящего. Не зря ей показался знакомым его голос! Она понятия не имела, кто такой Амиар Легио, но она узнала мужчину, который теперь стоял перед ней.

* * *

Никто не ожидал такого исхода – такого везения! Если бы Инга была здесь, она бы наверняка уже волосы рвала от зависти. Потому что на сцену к Дане, которую все считали обреченной, поднялся не просто человек, а красивый человек. Если бы каждой из них удалось остаться с таким, и проблем бы не было!

Мадам Колинэ это не только удивляло, хозяйка дворца была в ярости. Света же радовалась за Дану, безо всяких «но». Теперь она надеялась, что повезет и ей.

Мужчина был молод – около тридцати на вид, если и больше, то немногим. Когда он стал напротив Даны, стало видно, что он на полголовы ее выше. В его случае, спортивная фигура была вполне гармоничной, в отличие от того комка мышц, который представлял собой жених Инги. Русые волосы мужчины на ярком свету давали пепельный, седой почти отблеск, а стальные глаза смотрели на окружающих уверенно и спокойно. Зрители были растеряны, он – нет, и это давало ему преимущество.

К тому же, он, в отличие от многих здесь собравшихся, не напоминал участника маскарада. Мужчина явился в дорогом, но вполне современном деловом костюме. Как на обычный аукцион! Он был из их мира…

Это подтверждалось и выражением лица Даны. Она смотрела на своего неожиданного спасителя не с изумлением или благодарностью, а с узнаванием. Похоже, она даже имя его знала, да только сказать не решалась.

При всем своем недоумении, мадам Колинэ быстро вспомнила, что работа есть работа, и натянула на лицо широкую улыбку.

– Лорд Легио, поздравляю! Вы умеете разглядеть скрытую жемчужину!

– А вы умеете ее скрыть, – отозвался мужчина. – Будьте любезны, почините ей лицо.

– О, это всего лишь временный ожог! Завтра его уже не будет!

– Я в курсе. Но если вы подниметесь с этого своего декоративного стула и займетесь делом, его не будет уже сейчас. Я прекрасно знаю, что это и как было сделано. Зачем – не представляю, но это ваше дело. Я покупаю у вас жену, и она должна быть в соответствующем состоянии. Все понятно?

– Как вам будет угодно, – процедила сквозь сжатые зубы мадам Колинэ. Ее улыбка теперь больше напоминала спазм. Вряд ли хозяйке дворца нравилось, что ее отчитывают перед всеми собравшимися.

А мужчине не было дела до ее эмоций. Он спрыгнул со сцены и покинул зал, Дану тоже увели. Больше Света их не видела, а спустя пару минут аукцион продолжился.

Надо сказать, что неожиданное спасение Даны придало сил всем остальным девушкам. Рядом со своим покупателем она смотрелась жалким, грязным зверьком. А ее все равно выбрали! Значит, для них, молодых, красивых, и ухоженных, уготована лучшая судьба.

Но такая логика в этом месте не работала. Все чаще на сцену поднимались существа, которые были людьми в лучшем случае наполовину. Их будущие жены к такому оказались не готовы: некоторые пятились, плакали, однако в этом мире для брака не нужно было их согласие. Как и в случае с Ингой, их уводили силой.

Были и девушки, которых продать не удалось. Но никого больше под сцену не сбрасывали, им давали второй шанс.

Света наблюдала, как Лилю Савушкину уводит со сцены здоровяк, рост которого наверняка превышал два метра. Он не был аномально высоким – настолько, что считался бы уродом среди людей, – но он мог без труда привлечь к себе внимание. Казалось, что та магия, о которой тут все говорят, вдруг взяла и превратила медведя в человека.

Маленькая Лиля, рост которой был ниже среднего, вряд ли радовалась такому союзу. Но она вела себя спокойно, похоже, смирилась и проявила неожиданное благоразумие.

После нее и настал черед Светы. Выходя на сцену, девушка молилась о том, чтобы ее не тронули, оставили здесь. Это временная победа, но все же! Вдруг Дана вспомнит ее, придумает, как ей помочь? Однако просить об этом она не рисковала: в памяти еще свежа была участь Оли.

– Светлана Костина, девятнадцать лет, – представила ее мадам Колинэ. – Сексуальных партнеров не было – большая удача! Девушка абсолютно чиста и, конечно, здорова. Она учится…

Но дальше ее уже не слушали. Весть о том, что на торгах девственница, вызвала в зале нездоровое оживление, от которого Свете стало тошно. Что, это и все, что в ней важно? Тогда можно не питать иллюзий относительно ее роли в жизни будущего мужа.

За нее торговались. Первую ставку сделали, как только мадам Колинэ закончила говорить, и дальше сумма только поднималась. По сути, торги за нее шли гораздо активней, чем за Ингу и других красавиц, только Свете это не льстило. Она поняла лишь одно: ее заберут сегодня. Ее судьба будет зависеть от одного человека… и ей хотелось, чтобы это был человек, а не очередной монстр!

Ее взгляд скользил по залу, стараясь найти хоть кого-то, кто ей понравится. Сейчас это было проблематично: воздух искрился от азарта, глаза, устремленные на нее, видели приз, а не живое существо. Тут победа была двойной: получить престижную жену и обойти всех остальных. О том, что в браке есть чувства и любовь, в этом мире вряд ли слышали.

На фоне этой истерики одно спокойное лицо не могло не привлечь внимание. Когда Света заметила его, чувство было странное: словно сквозь ее тело невидимая вспышка прошла. Такое уже бывало раньше, когда она в институте засматривалась на симпатичного одногруппника. Девушка и сама знала, что легко влюбляется…

Однако здесь было нечто большее. Сейчас она не скучала на очередной паре, она оказалась на переломном моменте своей жизни! И почувствовать притяжение к кому-то в таких условиях дорогого стоило. Она вдруг четко поняла: ей нужно, чтобы этот человек забрал ее отсюда.

Он был немногим старше ее – лет на пять, наверно, а то и меньше. Не такой высокий и атлетичный, как покупатель Даны, более тонкий и гибкий, однако ему это даже шло. В полумраке зала его волосы казались черными, и каким-то чудом Свете удалось разглядеть необычный оттенок его глаз – светло-карий, чайный почти. Ей хотелось, чтобы эти глаза тоже смотрели на нее.

Но молодому человеку не было никакого дела до того, что происходило на сцене. Он в торгах не участвовал, да и не похоже, что ему нравилось находиться здесь. Он не отвечал на немые мольбы Светы хотя бы потому, что не видел их.

А ведь он мог ее купить! На нем был необычный костюм, расшитый золотом, его окружала прислуга. Он точно был из богатых, они тут легко узнавались. Если бы он только посмотрел на нее…

– Продано!

Голос мадам Колинэ вернул ее к реальности. Света так сосредоточилась на беззвучном призыве того молодого мужчины, что упустила ход торгов. Теперь она даже не знала имени того, кто должен был стать ее судьбой!

Да и не хотела знать. Она вообще не хотела, чтобы он был здесь! То, что он человек, не спасало. Мужчина был старше ее раза в три, высокий и худой, но с массивным тугим животом. Его фигура казалась еще более нелепой из-за халата из парчи и бархата, расшитого на азиатский манер, в котором он поднялся на сцену. Его голова была лысой на макушке, но вокруг этого пятна свисали длинные черные волосы. Лицо было одутловатым – не от возраста, а, скорее, от проблем со здоровьем.

От страха и отвращения Света просто замерла на месте, не зная, что сказать, что сделать. Ей не хотелось никуда идти с этим мужчиной – но и оказываться под сценой тоже не хотелось.

Похоже, мадам Колинэ поняла ее терзания. Да только ей дела не было! Она была довольна тем, как продала товар, и, словно издеваясь, объявила:

– А теперь можете поцеловать невесту!

Глава 4

Выхода нет

Последний раз они пересекались где-то с полгода назад, на вечеринке после презентации. Формальная часть, на которой Дана была одним из организаторов, закончилась, и девушке хотелось просто отдохнуть. Ему тоже хотелось отдохнуть, но по-другому. Он привык к тому, что все представительницы прекрасного пола в таких местах доступны, и действовал решительно. А под влиянием выпитого – даже слишком решительно. Дана поддалась раздражению и сдерживаться не стала.

Она влепила ему пощечину на глазах у всех, оттолкнула. Он спьяну не удержался на ногах, неудачно ударился о край столика при падении и заработал глубокий порез на лице. Дело могло закончиться плохо для Даны, если бы он стал предъявлять обвинения. Никто не разбирался бы, как и что, уволили бы или даже под суд отдали!

Но он об официальные разбирательства руки марать не стал. Объявил только, что она ведьма и стерва, и вопрос был закрыт. Дана больше его не видела, да и не ожидала увидеть – учитывая ту крайнюю степень неприязни, на которой они расстались.

И вот он оказался перед ней в колдовском мире. Он спас ее! Дана не сомневалась, что не ошиблась, потому что и он узнал ее, она видела. Только говорить о прошлом он не стал, и здесь его звали другим именем. Девушка понятия не имела, позволено ли ему бывать в мире людей, из которого она пришла, можно ли упоминать это. Она решила, что им лучше обсудить все наедине.

Но этого еще нужно было дождаться. Он заплатил за нее и покинул дворец один. Дану же увели в душевые, позволили наконец отмыться, надеть нормальное платье и туфли на плоской подошве, отлично подходящие для здешних мостовых. Когда она вышла из душа, на лицо ей нанесли легкий слой мази, и проклятое жжение наконец ушло. Она не видела, как меняется ее кожа, но чувствовала это.

– Тебе очень повезло, – сказала одна из женщин в сером.

– Почему? Меня не швырнули в яму неизвестно с чем? Ага, повезло, – проворчала Дана. Охранница иронию то ли не заметила, то ли не поняла:

– Не только поэтому. Лорд Легио – представитель одного из Семи Великих Кланов. Ты теперь аристократка!

Дана сомневалась, что ее будущее действительно так безоблачно, но спорить с ними не стала. Ей просто хотелось уйти из этого проклятого дворца и никогда не возвращаться.

Ее отпустили не с пустыми руками. Для девушки собрали целую дорожную сумку одежды, украшений и косметики. Очевидно, здесь это было «приданым» для будущей жены.

У ворот дворца ее ждал паланкин. Дана в жизни не сидела в таких, и поначалу было неудобно. Однако выскочить и убежать она не пыталась. Зачем? Она уже пробовала, и ни к чему хорошему это не привело. К тому же, глупо было бы бежать сейчас, когда у нее появился такой союзник.

Ее доставили в центральную часть города. Здесь, в непосредственной близости к дворцу, располагались самые богатые дома. Тот, к которому привезли Дану, возвышался на пять этажей над землей и гордо мерцал медной крышей в свете солнца…

Солнца, которого не было. Дана лишь сейчас поняла это. Небо над ее головой было одинаково голубым, как в ясный день, и солнечные лучи падали на улицу. Причем даже под углом, как и полагалось при нормальном движении солнца. Только самого огненного шара нигде не было видно. А такое сложно упустить!

Впрочем, у нее давно уже не было сомнений, что она не в своем мире. Она не знала, чего здесь можно ожидать, поэтому не ожидала ничего.

Женщины в сером отнесли ее вещи в дом и удалились. Дана осталась одна в просторном холле.

Внутри дом не отличался ничем подозрительным и уж тем более колдовским. Напротив, здесь все выглядело современной классикой, проработанной хорошим дизайнером – от кованых люстр до массивной деревянной мебели. Не было только следов цивилизации: телевизоров, компьютеров, даже лампочек. Как будто интерьер из двадцать первого века вдруг перенесли в какое-то средневековье!

Пока она оглядывалась по сторонам, хозяин дома наконец соизволил появиться. Он спустился по лестнице, и Дана увидела, что он уже успел переодеться – сменил костюм-тройку на джинсы и майку. Тоже не та одежда, в которой ожидаешь колдуна увидеть! Да и был ли он колдуном?

– Никита, что происходит? – Она наконец задала вопрос, который не покидал ее с самого аукциона.

Никита Грабовский был типичным представителем той целевой аудитории, с которой она работала в своем родном мире. Сын богатых родителей, успешный предприниматель, с отличным образованием, звезда тусовок. Он был из тех, кому ее компания продавала дорогие аксессуары и развлечения. Потому что развлечениями он и жил! Светский мажор, красивый, а потому наглый вдвойне. На нем девицы гроздьями висли, а он ни в чем серьезнее тусовки не нуждался.

Дане казалось, что она знает его, потому что знает таких, как он. В нем не было ничего глубокого, благородного или непредсказуемого. И вот он стоит перед ней на сцене, а на него с почтением смотрят чудовища!

– Во-первых, не Никита. – Он остановился на лестнице, на второй ступеньке, разглядывая свою гостью. В его глазах не было и тени симпатии, одно лишь раздражение. – Это имя забудь и никогда здесь не упоминай. Меня зовут Амиар, как ты уже слышала. Во-вторых, вопросы задаю я.

– Еще чего не хватало! – оскорбилась Дана.

Она понимала, что он прав. Он ее спас, выкупил… Он в этом мире хозяин, она – вообще никто. Но одно дело знать, другое – принимать. А принимать такое Дана отказывалась.

Он протест не оценил. Скрестив руки на груди, мужчина поинтересовался:

– Хочешь обратно отправиться? Я могу это устроить. Только отправишься ты не на торги, а прямиком в пасть шершеннам. Колинэ на тебя за что-то взъелась, я видел. Зная тебя, я даже могу предположить, за что. Так что не нарывайся, если, конечно, жить не надоело.

– Ты меня не знаешь!

– Я знаю ровно столько, сколько нужно. Мне плевать на твой богатый внутренний мир, мне нужны факты.

– Никита…

– Последний раз повторяю: не Никита, – прервал он. И по его тону было понятно, что это действительно последний раз. – Если тебе так легче понять, Амиар – это мое настоящее имя, и в Красном гареме должно звучать только оно. Никита Грабовский – имя для моей светской жизни среди людей. А теперь будь любезна, расскажи, какого хрена ты здесь делаешь! Как ты вообще сюда попала?

– Упала с Эльбруса, – буркнула девушка.

– Ты вообще можешь без шуток обойтись?

– Я могу, судьба – нет, – рассудила Дана. – Я действительно спускалась с Эльбруса, сорвалась и полетела в пропасть. Думала, что умру, но вдруг очнулась в какой-то общей спальне. Со мной заговорило бревно, представившееся хозяйкой положения, и сообщило, что теперь я в колдовском мире. Стало втюхивать что-то про чистоту крови и продажу какому-нибудь дядьке. Я видела, как люди умирают! Я в последние сутки много чего видела… Будь моя воля, я бы давно вернулась домой. Но я здесь, и я пока слабо понимаю, что происходит!

Некоторое время Амиар молчал, разглядывая ее. Казалось, он пытался понять, врет она или нет. Дана выдержала этот взгляд без труда – она сказала правду! Пока не всю, но ведь он дал понять, что все ему и не интересно.

Она не была уверена, что может доверять ему.

– Пойдем на кухню, – наконец сказал Амиар. – Если хочешь есть – приготовь себе что-нибудь, и поговорим о том, что будет дальше.

Предложение оказалось весьма своевременным. Других невест во дворце кормили, однако для Даны голод был частью наказания. Теперь, войдя на кухню, она обнаружила вполне современную меблировку и даже некое подобие холодильника – правда, здесь он больше напоминал наполненный льдом сундук.

Похоже, для Амиара кто-то готовил, потому что блюд здесь хватало, а сам он не походил на мужчину, который будет возиться с кастрюлями и сковородками. Зато прислуга в этих интерьерах пришлась бы к месту. Пока Дана наполняла тарелку чем-то вроде густого сырного супа, Амиар наблюдал за ней, и взгляд его был тяжелым.

– Дай догадаюсь… ты не рад, что я здесь? – не выдержала Дана.

– Нет.

– Тогда почему ты купил меня?

– Эмоциональная несдержанность, – усмехнулся Амиар. – Мне почему-то показалось, что ты не заслуживаешь превращения в фарш. И вот теперь мы с тобой здесь, и у обоих проблемы.

– Забавно… те серые тетки, что привели меня сюда, считали, что все наоборот. Сказали, что ты представитель какого-то там супер-клана великолепной семерки…

– Одного из Семи Великих Кланов, – поправил Амиар. – И это тоже часть проблемы.

– Слушай, хорошо, ты здесь босс и все такое… – признала Дана. – Но ты можешь хотя бы условно объяснить, что происходит? Раз ты говоришь, что у обоих проблемы, давай попробуем решить их вместе!

На этот раз Амиар спорить не стал и ответил ей.

Мадам Колинэ говорила правду. Мужчины действительно приезжали в Красный гарем либо за женами, либо за развлечениями. Амиар предпочитал последнее. Как представитель одного из сильнейших кланов колдовского мира, он обязан был участвовать в аукционах – его родня настаивала на этом. Но никто не мог заставить его выбрать жену. Считалось, что это делается один раз и навсегда.

Сам Амиар жениться не собирался, у него были другие планы на ближайшие годы. Но тут вопрос внезапно стал остро: либо он спасает Дану, либо она умирает. И он неожиданно для себя дал слабину.

– Если бы у меня было больше времени на анализ ситуации, я бы не стал этого делать, – холодно заявил он. – Ты принесешь мне слишком много проблем. Но что сделано, то сделано. Колинэ наверняка сообщит моей родне, и начнется подготовка к свадьбе. Это займет от нескольких месяцев до года, и все это время ты обязана жить в Красном гареме.

Дана понимала, что он вряд ли воспылал бы к ней нежными чувствами за пять минут. Но слышать такое все равно было обидно.

– Если ты так не хочешь жениться на мне, почему не вернешь во дворец?

– Потому что тебя там убьют.

Хотелось бросить в ответ что-нибудь вызывающее вроде «Ну и пожалуйста!», однако Дана не рисковала; она не была уверена, что он этого не сделает.

– А ты не можешь просто отпустить меня? – осторожно поинтересовалась она. – Ты купил, ты хозяин…

– Так не делается. Это правило Красного гарема, которое не могут нарушить даже представители Великих Кланов. Женщина, которая уже знает об этом мире, не может вернуться к прежней жизни.

Ситуация пока складывалась печальная, но Дана не привыкла сдаваться просто так. Она карьеру построила на том, что находила нестандартные решения! Вот и теперь, когда хотелось просто забиться в угол и заплакать, она сдерживалась, продолжая перебирать варианты.

– Хорошо, а если ты женишься на мне, а потом разведешься? Мол, не сошлись характерами…

– Ты не путай этот брак с добровольным, – посоветовал Амиар. – Всем плевать на твой характер, ты должна быть такой, какой я скажу. Развод в данном случае означает твою смерть, но уже от рук моей родни. Да и мне достанется за то, что выбрал такую. Единственным способом сохранить свободу для меня был отказ от выбора жены. Но из-за тебя это больше не вариант.

– Та-а-ак… А если я сбегу до свадьбы? При твоем содействии, конечно, но вроде как ты не знал…

– Это Красный гарем, у тебя не хватит ни сил, ни знаний, чтобы сбежать отсюда без моей помощи, – возразил он. – За нарушение правил в сочетании с попыткой обмануть клан меня и казнить могут. А тебя точно найдут и казнят.

– Почему точно найдут? Я умею прятаться!

– Рад, что перспектива моей смерти не заставила тебя отказаться от этого плана! – фыркнул Амиар. – Но ты теперь уже никуда не скроешься. Тебя найдут, хоть ты на край земли беги.

– Почему?

– Да потому что ты помечена. Колинэ помечает всех девиц, которых притаскивает на свой аукцион. Подойди к зеркалу и посмотри на свой лобешник.

На стене кухни была закреплена декоративная зеркальная плитка. Дана подошла к ней, осторожно убрала в сторону светлую челку – и ничего не увидела. А ведь у нее даже сердце замерло от мысли о том, что ее изуродовали навсегда!

– Ты издеваешься? – возмутилась девушка.

– Смотри ровно в центр лба, – посоветовал Амиар. – И ты увидишь цветочный рисунок.

Она не верила, что это возможно, – пока не увидела. На ее лбу начали проявляться тонкие сияющие белые линии. Три треугольника, переплетенные лианами из листьев, и похожий на орхидею цветок между ними. Это оказалось настолько неожиданно, что Дана невольно отшатнулась от зеркала. Но когда она снова заглянула туда, рисунок не исчез.

– Ты что сделал? – нахмурилась Дана.

– Вот дурной характер у бабы, – раздраженно закатил глаза Амиар. – Во всем я виноват по умолчанию! И все потому, что я один раз в клубе тебя за задницу схватил?

– Не уходи от темы!

– Я и не ухожу. Это магическое клеймо. Оно позволяет отследить тебя, где бы ты ни находилась – хоть в этом мире, хоть в другом. Это такая фишка Колинэ, своего рода гарантия качества для покупателей. Знаешь, как собак чипируют?

– Спасибо за сравнение!

– Пожалуйста.

Это многое объясняло, на самом деле. Мадам Колинэ оставила дверь в спальню открытой и позволила им сбежать, зная, что ничем не рискует. Даже если бы ее прислужницы потеряли их из виду, она бы легко вычислила их по клейму. Она не давала им шанс на побег, она просто играла с ними!

И эта игра обошлась Лизе очень дорого.

– Почему я раньше не видела эти каракули? – спросила Дана. – Я смотрела в зеркало!

– Рад за тебя. Но такова особенность любого магического клейма или печати, – пояснил он.

– Увидеть их можно, только если точно знаешь, где они находятся и как выглядят. Все! Будь ты хоть трижды великий маг, иначе ты эту штуку не найдешь. Я про клеймо знаю, потому увидел сразу. Ты тоже знаешь и уже не перестанешь видеть. Но все, кто не знает, не увидят никогда.

– Но я не хочу так ходить, – пожаловалась Дана. Несмотря на то, что клеймо было почти всегда закрыто челкой, ее не радовала перспектива всю жизнь проходить меченной. Не говоря уже о наблюдении со стороны мадам Колинэ! – Ты можешь это убрать?

– Я – нет.

– А кто может? Мадам Колинэ?

– Тебе уже без разницы. Просить ее я ни о чем не буду. Привыкнешь! Считай это добровольной татуировкой. И мы отвлеклись от темы.

– От такой темы не грех и отвлечься, – вздохнула Дана. – Обсуждаем, как тебе не хочется на мне жениться, а надо! Моя самооценка прям до небес на этом фоне взлетела.

– Дело не только в женитьбе как таковой. Подобные браки заключаются не ради удовольствия, а для продолжения рода. После того, как мы станем мужем и женой, ты должна будешь родить мне наследника, а я этого не хочу.

– Ты не поверишь, у нас тут полное совпадение интересов!

– Опять же, все зависит не только от нас, – напомнил Амиар. – Если в течение года ты никого не родишь, моя родня начнет интересоваться, что с тобой не так. Тебя будут лечить. Если и это не поможет, через пять лет после брака ты будешь казнена, а от меня потребуют новой свадьбы.

– Равноправие во всей красе! – поморщилась Дана. Он сочувствовать не собирался:

– Ты еще не поняла? Здесь нет равноправия, по крайней мере, не для тебя. Это мир магии. У тебя магических способностей нет, ты считаешься существом второго сорта, созданным для выполнения одной задачи.

– Рожать?

– Вот-вот. А поскольку это не надо уже мне, мы оказываемся в ситуации, из которой нет выхода.

– И как быть? – растерялась девушка.

– Не знаю. Я еще буду думать об этом. А пока обустраивайся тут – и ни шагу без меня за порог. Твоя комната на втором этаже, за белой дверью.

Он поднялся со стула и уверенно направился к выходу. И что-то подсказывало Дане, что он не собирался помогать ей с сумками.

– Ты куда? – удивилась она.

– А какая разница? То, что ты как бы моя невеста, не значит, что мы друзья. Я еще не решил, как быть. Просто сиди в доме и все.

Она слышала, как он пересек холл, как хлопнула входная дверь. Дана не пыталась пойти за ним, и на то, чтобы исследовать дом, у нее не было сил. Слишком много произошло за последние сутки… Побег, исчезновение Лизы, эти унизительные торги и ощущение того, что сейчас у нее под ногами разверзнется бездна. Она действительно могла умереть пару часов назад, а никому и дела нет! Тех, кого эта смерть обрадовала бы, гораздо больше, чем тех, кто желает ей добра.

Она осталась одна в чужой реальности, а мимолетная надежда на помощь оказалась ложью. Утопающий хватается за соломинку – но у Даны и соломинки больше не было. Девушка прижалась к прохладной стене и, опускаясь на пол, наконец дала волю слезам.

* * *

Амиар понятия не имел, зачем влез в это. Нужно было просто додержаться, буквально минуту – и все, она бы полетела в нору шершенн, и дело было бы кончено! Она бы умерла, и ему не пришлось бы больше сомневаться. Так нет же, он решил поиграть в доброго самаритянина, выкупил ее… И разрушил собственную спокойную жизнь.

Ирония заключалась в том, что Дана Ларина ему никогда не нравилась. Их знакомство началось с конфликта, она относилась к тем женщинам, которых он на дух не переносил. Собственно, после столкновения на вечеринке он и не думал о ней, пока не увидел на аукционе. Он был несколько удивлен тем, что узнал ее в таком состоянии. Должно быть, она здорово разозлила Колинэ, если дошло до использования магии. Да и на сцене она в выражениях не сдерживалась! Это плюс, их перепалка даже позабавила Амиара. А больше плюсов не было.

– Я не понимаю, чего ты паришься! – заявил Рин. – Классная ж телочка оказалась! Нет, поначалу она действительно напоминала ошпаренное авокадо. Я не мог понять: нафига тебе этот фрукт? Но я видел ее потом, когда ее подлечили. Секси блондинка, все норм. Да и ты уже не мальчик, чтоб брака бояться! Ты чего завис?

– Ты знаешь, почему.

Рин Интегри был одним из немногих, кого Амиар считал другом. То, что они происходили из разных кланов, не имело никакого значения. В своих семьях они были примерно в одинаковом положении, а это сближало.

Когда ты далеко от верхушки, легко забыть про все эти традиции и условности. Им обоим ближе была жизнь среди обычных людей.

К тому же, Рин всегда отличался простым отношением ко всему, поэтому рядом с ним легко было находиться: послушаешь его болтовню час-другой, и кажется, что проблем нет вообще. Именно это и нужно было Амиару – да еще темная бутылка, которую они уже открыли. Коньяк в ней по выдержке мог сравниться с тем, что люди считали чудесами света.

– А ты не слишком на эту жижу налегаешь? – полюбопытствовал Рин, указывая на бутылку. – Напьешься ведь!

– Этого и хочу.

– С каких пор ты так решаешь проблемы? Ты ж у нас крутой.

– Крутым я побуду завтра, – мрачно отозвался Амиар. – Сегодня буду пьяным. Я вообще этот день помнить не хочу!

– Допустим. А дальше что? Напьешься – протрезвеешь, а решение от этого не появится.

– У меня уже есть решение. Просто оно мне не нравится.

Они сидели в баре, полном холостяков, которые о покупке жен пока и не помышляли. Эти маги приезжали в Красный гарем, чтобы позабыть о проблемах мира людей, и в спальнях на втором этаже их ждали молодые, ни к чему не обязывающие красотки.

Амиар тоже хотел вернуться в ряды беззаботных прожигателей жизни. Поспешное спасение Даны было ошибкой.

– Я знал, что ты что-нибудь придумаешь! – довольно кивнул Рин. – Что решил-то?

– Отдам ее обратно.

– Чего?! Друг, ты с ума сошел? Это же не бродячая собака, а человек!

Амиар залпом осушил очередной стакан. Можно подумать, ему это решение легко далось!

– Знаю я, что она человек. Но этот человек может разрушить мою жизнь.

– Ее ведь убьют без тебя!

– А меня могут убить из-за нее. Если ты такой добрый, выкупи ее у Колинэ сам. Как и следовало ожидать, пыл Рина мгновенно угас.

– Э, нет, мне жениться пока рано! Я вообще не знаю, буду ли, мне и так хорошо!

– Ну вот. Может, к тому моменту, как я ее верну, гнев Колинэ поостынет, и она снова выставит ее на продажу. Тогда довольны будут все, а мне с этой девицей не по пути.

– Может и так…

Они оба знали, что на самом деле этого не будет. Тут сказать проще, чем поверить! Старая ведьма, Колинэ, всегда была известна своей злопамятностью. Для Даны это неминуемая смерть. Но все же… Амиар понимал, что лучше сделать это сейчас, пока он не знает ее толком, не привязался к ней. Дальше – хуже.

А ничего хорошего из брака с ней не выйдет, это даже не вариант.

Ему оставалось лишь надеяться, что в нужный момент у него хватит решимости. Еще и в клане с расспросами полезут… Эти дни придется просто пережить, вслепую, а лучше – пьяным. Поэтому стакан надолго пустым не остался.

– Притормозил бы ты, что ли, – неуверенно предложил Рин. – А то до завтра не протрезвеешь и никуда ее не отдашь!

– Отдам. Сначала буду выслушивать проклятья от нее, потом – от моих родственничков.

Все ведь знают, как мне лучше жить, кроме меня самого!

– Твоим родственникам не до того сейчас. Кланы реально озадачились этой фишкой про Огненного короля!

– Какой еще фишкой? – удивился Амиар.

– Ты не знаешь?

– Впервые слышу. Я в принципе за модными темами не слежу.

– Ну и зря. Мой клан эту утку запустил, – не без гордости объявил Рин. – Ну как – утку… Предсказание. Моя бабка их выдает редко, но метко. На этот раз такого навещала, что все семь кланов на ушах стоят! Прикинь? Из-за байки одной старушенции!

– Это потому что твоя бабка – не «одна старушенция», а матриарх клана Интегри и оракул, – напомнил Амиар.

– А то я не знаю! Просто раньше ее грозные обещания того, что все будет плохо, такой реакции не вызывали. Теперь же она вроде как не сказала ничего особенного, а все скачут так, будто им хвосты прижгли.

Отдаленные слухи до Амиара доходили, но в подробности он не вдавался. Зачем? Он всегда считал, что его настоящая жизнь – среди людей. В магическом мире он просто отбывал повинность.

Но раз даже Рин в курсе, значит, тема серьезная.

– Что именно она сказала?

– Что Огненный король грядет. И все! Представляешь? А такой звон поднялся!

– Она только это сказала или ты только это запомнил? – уточнил Амиар.

– Обижаешь… Она только это сказала, остальное – додумали, кто-то что-то припомнил, сочинил. Короче, опасаются, что этот Огненный король придет и взбаламутит воду. Мол, он такой крутой, что может пошатнуть существующий порядок. А нынешние большие шишки существующий порядок любят. Поэтому их страшит идея, что кто-то заберет у них табуретку и вкусный пряник.

– Как всегда. Есть что-нибудь конкретное? Что за Огненный король, откуда идет?

– Нет, все мистично до писка.

– Тогда – фигня.

Амиар не сомневался, что слухи на этот раз пусты. В клане Интегри были талантливые оракулы, но даже они собственные предсказания не всегда понимали. А могли и перепутать видение с обычным сном!

Но механизм запускался безошибочно. Тут же припоминались какие-то древние пророчества и байки, рисовались портреты жутких диктаторов, народ начинал паниковать.

А ради чего все? Никогда вести о конце колдовского мира не оправдывались.

– Думаю, чистая «утка» на этот раз, – заключил Амиар. – Скорее всего, клан Арма хочет поднять цену на оружие, а объективных оснований нет. Вот и приплатил твоему клану, чтобы пошли крики о приближении загадочного Огненного короля.

Рин на такое предположение не обиделся.

– Очень может быть. Моя бабуля от хорошего заработка никогда не отказывалась. Хотя если ты жениться все-таки соберешься, это будет новость погромче Огненного короля! В вашем клане, кажется, уж лет пять свадеб не было…

– Перестань, – поморщился Амиар. – Этот вопрос решен.

– Мне девочку жалко.

– Жалко – купи, а не ной под ухом.

– Я не ною, я буду расписывать тебе ее достоинства! Ты уже пьяный, а будешь вообще в слюни. Ты не запомнишь толком, о чем мы сегодня говорили, но в подсознании отложится, что она хорошая и отдавать ее нельзя.

– Да ты стратег, – хмыкнул Амиар.

– А то! – кивнул Рин. – Когда-нибудь ты поблагодаришь меня за это. Я тебе как внук прорицательницы говорю: эта девушка – для тебя. Ты с ней еще будешь счастлив!

– Странно… Пьяный я, а бредишь ты.

– Вот посмотрим!

Амиар только тяжело вздохнул, а спорить не стал. Бутылка почти опустела, тело уже подчинялось с трудом, но сознание оставалось болезненно ясным.

На душе было так тяжело, что ему даже опьянеть не удавалось. Однако в том, что он должен вернуть ее, Амиар не сомневался.

Другого выхода и правда нет…

Глава 5

Ветви великого дерева

Поплакать – это хорошо иногда. Помогает избавиться от лишнего негатива и собраться. А после слез, как после дождя, и воздух свежее, и дышится легче.

О том, чтобы полностью сосредоточиться на жалости к себе, Дана даже не помышляла. Обстоятельства ее не радовали, но никто ведь не сказал, что они безнадежны! Пускай Амиар не собирается ей помогать, надеяться все равно лучше только на себя.

Для начала она решила изучить дом, на ближайшие дни это будет ее мир, а свой мир надо знать. На первом этаже располагались кухня, столовая и гостиная. Второй этаж был полностью отдан гостевым спальням – включая ту, где предстояло жить ей, холодную и неуютную. На третьем находились два рабочих кабинета, библиотека и тренажерный зал. Комнаты на четвертом этаже были заперты, а ломать замки она не собиралась.

В целом, в доме не было ничего мистического. Даже отсутствие электричества и техники можно было понять – в деревнях так бывает. Но Дане все равно было не по себе.

Ее не покидало ощущение, что кто-то за ней следит. Объективных причин для этого не было, она не слышала шагов, никого не видела. Но то и дело по коже шли неприятные мурашки, она чувствовала на себе чей-то настороженный взгляд. Порой девушке даже казалось, что на периферии ее зрения, на самом краю, мелькает что-то темное.

Она решила, что виной всему расшатанные нервы.

Постепенно Дана добралась до пятого этажа. После четвертого она ожидала и там обнаружить запертые замки, но нет. Первая же дверь по коридору поддалась, пропуская ее внутрь.

Она оказалась в чьей-то спальне – судя по мебели, женской. Здесь, в отличие от гостевых комнат, чувствовалось присутствие хозяйки. Тяжелая деревянная кровать под балдахином была застелена расшитым подсолнухами покрывалом ручной работы, в магазине такое чудо не найдешь. С ним гармонично сочетались желтые шторы и плед, брошенный на кресло у письменного стола. Сам стол выглядел так, словно его забрали из кабинета писателя века эдак девятнадцатого: много бумаг, графики и даже баночек с чернилами.

Рядом с письменным столом располагался комод, полностью отданный под фарфоровые сосуды с косметикой. В этой части комнаты сильно пахло жасмином, и запах успокаивал, пьянил даже.

Стену напротив занимали кованые полки. На них, помимо книг, размещались милые безделушки – от небольших мягких игрушек до музыкальных шкатулок. К комнате примыкали две двери, одна из которых вела в просторную гардеробную, вторая – в ванную комнату. Вода в доме, в отличие от электричества, была, и холодная, и горячая.

В спальне Дану больше всего заинтересовали фотографии, развешанные на стенах. На многих из них мелькали одни и те же мужчина и женщина. Мужчина был рослым, статным и удивительно похожим на Амиара – или Амиар был похож на него? Фотографии, судя по всему, были старыми. Женщина же была совсем молодой и нереально красивой – словно совершенная статуя вдруг ожила и заняла свое место в мире людей.

На фотографиях, где эти двое оказывались рядом, оба смотрелись счастливыми. Дана обнаружила и свадебные снимки, сделанные, похоже, в Красном гареме. Но это не выглядело постановочной свадьбой – слишком искренней была любовь, светившаяся в глазах молодой женщины.

Комнату наполняла атмосфера умиротворения и уюта, которой остальной дом мог лишь позавидовать. Здесь у Даны не было ощущения, что за ней следят. Напротив, она инстинктивно понимала: пока она в этих стенах, она в безопасности.

В комнате сохранился идеальный порядок, и все же чувствовалось, что здесь давно уже никто не живет. Все вещи просто замерли на своих местах, как вечная память…

Дана подошла к окну и отодвинула в сторону занавеску. Отсюда открывался великолепный вид на город, который водопадом стремился вниз с вершины холма до мостов. На первый взгляд, мирное тихое место – где в небе нет солнца, а серебряная стена не дает убежать, пожирая горизонт.

Но женщина с фотографий была счастлива здесь. Может, Красный гарем не так плох? Дане хотелось верить в это, раз уж она застряла тут.

Ее размышления были прерваны стуком в дверь, настолько громким, что он без труда долетел до пятого этажа. От неожиданности девушка даже подпрыгнула на месте. Она замерла, надеясь, что это случайность, но стук повторился. Кто-то стоял на крыльце!

Это точно не Амиар – с чего бы ему стучать в свой собственный дом? А больше Дана здесь никого не знала и открывать не собиралась. Это вообще может быть проверка со стороны ее «мужа»!

И все же в ней просыпался интерес к жизни, поначалу задавленный страхом. Дане было любопытно, кто пришел сюда. Это ведь и ее дом тоже, не только Амиара, пусть и временно. Поэтому девушка тихо, чтобы не выдать себя, спустилась вниз и прильнула к окошку, расположенному возле двери.

Казалось бы, после всего, что уже произошло, она должна была потерять саму способность удивляться. Но нет, когда она увидела, кто стоит у порога, изумление накрыло ее очередной волной.

С этим человеком она не была знакома лично, но лицо его все равно знала. Слишком часто оно мелькало на страницах журналов – и профессиональных, и гламурных. Григорий Серов был владельцем крупной сети ночных клубов, пары ресторанов и фитнес-центра. Если Амиар был простым тусовщиком, каких много, то этот – звездой для определенной публики. Ухоженный, стильный, идеальное воплощение метросексуала. По мнению Даны, слащавый, но в этом мнении она явно была одинока, ведь Серова не раз включали во всевозможные списки самых сексуальных мужчин.

И самых завидных холостяков. Это, несмотря на шок, объясняло, почему он в Красном гареме. Но поверить, что он тоже не человек, оказалось непросто… В ее окружении вообще нормальные люди были?!

Теперь Григорий Серов стоял на крыльце ее нового дома, держал в руках букет роскошных роз и уходить не собирался.

– Я знаю, что ты там, – сказал он. – Я, видишь ли, маг, поэтому прекрасно тебя чувствую. Просто открой дверь и возьми цветы, если мое общество тебе неприятно. А если есть минута – познакомимся.

Пока что он отнесся к ней добрее, чем все остальные, обратился как к нормальному человеку, и это много значило для нее. Да и потом, если Никита может быть Амиаром, то почему Григорий Серов не может оказаться магом? Они, если задуматься, из одной тусовки…

Не похож он был на маньяка, который врываться в чужой дом будет. Поэтому после недолгих колебаний она все же открыла дверь.

– За цветами или поговорить? – очаровательно улыбнулся мужчина.

– Поговорить, – отозвалась она. – Для начала можешь сказать, как ты нашел меня.

– Для начала я вручу цветы и представлюсь. – Он передал ей букет и поклонился. – Катиджан Инанис, к твоим услугам.

– Дана. Заходи, поговорим. Дом не мой, но другого нет…

– Заманчивое предложение, и все же скажу нет. Хозяин этого дома может не одобрить мое присутствие, да и потом, это не самое уютное место для разговоров. А вот если мы пройдем на задний двор, обстановка будет гораздо спокойней.

– Здесь есть задний двор? – удивилась Дана.

– Ты не знала?

– Не успела еще осмотреться толком… Только внутри. К тому же, Амиар сказал мне не выходить.

– Не муж, а тиран и деспот, – подмигнул ей Катиджан. – Но я ведь не на прогулку по городу тебя забираю – хотя мог бы. Задний двор считается этим же домом.

Они обошли здание и оказались на небольшой изумрудной лужайке. Здесь и правда было уютно: кованная лавочка и подвесные качели были установлены друг напротив друга, в стороне шелестел декоративный фонтан, окруженный пестрым ковром цветов. Не похоже, что Амиар часто бывал тут – трава не выглядела вытоптанной. Тем не менее, за двором точно ухаживали.

Дана села на качели и демонстративно положила рядом с собой букет, давая понять, что определенная дистанция между ними должна быть. Не из-за ее верности будущему мужу, просто потому, что она никому в этом мире не доверяла. Катиджан не стал настаивать и занял лавку.

– Мне сообщили о том, что произошло на аукционе, – сказал он. – Сожалею об этом. Если бы я был там, то остановил бы это раньше.

– А тебя там не было?

– Нет, – покачал головой мужчина. – Я не собирался искать жену в этих местах… Я здесь для развлечения, не скрываю. Но аукционы я посещаю редко. Не думал, что мне когда-нибудь доведется пожалеть об этом!

– Действительно, с чего тебе жалеть? – удивилась Дана. – Ты ведь даже не знаешь меня!

– Это не совсем верно. Я знал твое имя до того, как ты назвала его мне. Мы с тобой не общались, но виделись. В июле на презентации фотовыставки, потом в октябре, на книжной ярмарке. По крайней мере, я тебя видел.

Он был полон сюрпризов. Дана не помнила его на тех мероприятиях – и не подозревала, что он ее знает, что обратил внимание в толпе. Она-то по обложкам журналов не прыгала!

– Все решилось благополучно, меня не швырнули под сцену непонятно к кому, так что нормально, – заявила она.

– Решилось ли? – многозначительно посмотрел на нее он.

– Что ты имеешь в виду? Я ведь жива!

– Твое окончательное выживание связано с браком, – напомнил Катиджан. – Меня поражает то, что Амиар так кардинально поменял свое отношение к этому!

– Не уверена, что понимаю тебя…

– Он не сказал тебе?

Чувствовалось, что он явился сюда далеко не с добрыми намерениями. Скорее всего, у него были какие-то давние счеты с Амиаром. Но отказываться от его помощи Дана все равно не собиралась. Амиар не спешил рассказывать ей правду об этом мире, а потом и вовсе, как говорят в криминальных новостях, скрылся в неизвестном направлении, хорош жених! Ей нужны были ответы, чтобы спастись, и срочно.

– Он мне мало что сказал. Зато ты, очевидно, пришел говорить, – заметила она. – Я не знаю, зачем тебе это…

– По доброте душевной, – усмехнулся он. При этом в его льдистых глазах, настолько светлых, что они казались прозрачными, не было ни намека на милосердие.

– Может быть, мне все равно. Я знаю, зачем эти сведения мне, так что говори.

– Умна и с характером, все как я люблю, – рассмеялся Катиджан. – Вот поэтому я и считаю, что ты должна знать. Ты отличаешься от тех телок, которых обычно продает Колинэ, и заслуживаешь большего.

Его лесть была настолько очевидна, что пока внушала лишь неприязнь.

– Ты не обо мне пришел говорить.

– Ах да, отвлекся… Так вот, наш дорогой Амиар. Тебе уже наверняка сообщили, что он из очень влиятельного клана. Но что ты знаешь об этом клане?

– Ничего, как и обо всем, что связано с магией, – вздохнула Дана. – Послушай… Ты и Никита… то есть, Амиар… Вы привыкли к такой двойной жизни. Я это вижу. Но я – нет. Я никогда не хотела оказаться здесь, не готовилась к такому! Но раз меня не спросили и притащили сюда, я попытаюсь выжить. За помощь буду признательна.

– Выживешь, – кивнул мужчина. – Такие, как ты, всегда выживают. Но давай вернемся к Великим Кланам. Это – элита колдовского мира. У каждого клана есть своя фишка, уникальные способности, с которыми можно только родиться. Эта сила позволяет кланам жить в мире и уважении друг к другу, вроде как оружие, которое намекает, что войну лучше не начинать – помрут все.

– Ну и какова фишка твоего клана? – полюбопытствовала девушка.

Он замер на полуслове. Похоже, Катиджан считал, что контролирует не только свою историю, но и ее реакцию. Теперь она сделала первый неожиданный ход.

– Как ты?.. – только и смог проговорить он.

– Как я узнала, что ты тоже из Великого Клана? Да очень просто. Амиар тебе не нравится, но это не неприязнь подчиненного к руководителю. Вы соперники. Это ставит вас на один уровень.

– Ловко, запиши еще пару баллов на свой счет! – кивнул он. – Мы с ним не совсем ровня, кстати, но ты этого знать не можешь. Давай вернемся к общим сведениям о кланах. Поскольку каждый клан существует уже много лет, народу в нем скопилось нехило. Все они не могут считаться магами одного уровня. Их сила зависит исключительно от врожденных способностей. Лидер – тот, кто обладает самой большой силой.

– Типично… кто сильнее, тот и прав!

– Естественный отбор, в некотором смысле, – пожал плечами Катиджан. – От судьбы не убежишь. Каждый представитель клана – элита для всех остальных, внутренняя иерархия внутренней и остается, но, тем не менее, она существует. Каждый клан – это великое дерево с десятью ветвями. Первая ветвь – это лидеры клана, и чем ближе ветвь находится к ним, тем сильнее ее представители. Я повторюсь, для обывателей это не имеет никакого значения. Они знают: бросил вызов одному представителю клана – бросил вызов всему клану. Неважно, какой ветви.

– Но внутри кланов иерархия очень важна, не так ли? – прищурилась Дана. – Из какой же ветви ты?

– Из третьей, – обыденно ответил Катиджан. Хотя догадаться, насколько это важно для него, было несложно. Петь ему дифирамбы Дана не собиралась, ей не до того сейчас было.

– Понятно, – только и сказала она. – А Амиар?

– С Амиаром отдельная история. Именно поэтому я и волнуюсь за твое будущее. Судьба его клана связана с его личной клятвой никогда не заключать официальный брак.

– Не путай, говори нормально, – попросила девушка. Ей и без его иносказаний приходилось нелегко: она пыталась понять, врет он или нет.

– Как тебе будет угодно. Родовая линия Амиара много лет была первой и сильнейшей за всю историю клана Легио. Еще его отец возглавлял клан и славился феноменальными способностями. Чтобы сохранить их, жену он взял в Красном гареме, выбрал полностью нейтральную человеческую женщину. Она должна была воссоздать эту силу. Однако до рождения ребенка глава клана не дожил. Когда он умер, Эмилия Легио переехала сюда, в этот дом, и жила здесь полгода до родов. При рождении Амиара она умерла, его взяли на воспитание другие ветви клана. Оказалось, что со способностями у него беда, и большая. Об уровне его отца речи вообще не идет. Амиар настолько слаб, что проиграл бы в битве даже средненькому магу не из Великих Кланов. Когда он достиг совершеннолетия, его род сдвинули, сделав десятой ветвью. Соответственно, бывшая вторая ветвь стала первой, третья – второй…

– Принцип я поняла, – прервала Дана. – С Амиаром-то что?

– Для него это, понятное дело, был позор. И личный, и фамильный, так сказать. Получается, он один подвел всех своих великих предков, оказался выродком в клане. Он решил, что искупить позор он может только одним способом: прервать род. Поэтому он публично заявил, что брать жену не намерен. Его решение не одобрили, да и не поверили ему. Родственники регулярно присылают его сюда. Им кажется, что традиция важнее. Но до настоящего времени Амиар был настроен решительно. Он считал, что возрождать такие слабые способности, как у него, не имеет смысла, вот так-то.

Дана, выросшая в другом мире, не могла полностью понять такие чувства. Но могла предположить. Возможно, иерархия и не должна была иметь значения для обывателей – только вряд ли это на самом деле было так. Все знали истинный уровень силы Амиара. Его почитали только за то, что он часть клана. Реального уважения к нему не испытывали. А он… он гордый, это видно. Проживая год за годом в лучах славы своих предков, он не мог не думать о том, что было бы, если бы он получил их уровень силы.

То, что она права, доказывала и его реакция на возможную свадьбу. Понятно, почему он разозлился! Выживание Даны означало наследника, которого он не хотел. Для него это было не мелочью, а уже принятой истиной. И тут появилась она – и все испортила.

– Я беспокоюсь за тебя, – мягко произнес Катиджан. – Если Амиар вдруг сменит решение, ты можешь умереть.

– Слушай, мы с тобой будто десять лет дружим! – не выдержала Дана. – А ведь сегодня ты впервые со мной заговорил. Ты не отличаешься сентиментальностью пятилетней девочки, так что давай по делу. В чем причина твоей истинной заинтересованности во мне? И только не надо ссылаться на мои красивые глаза!

Она видела, что одновременно разозлила и заинтриговала Катиджана. Он размышлял, сказать ей правду или нет, но принять решение не успел – со стороны крыльца донесся знакомый уже голос:

– Межклановые терки, вот что его привело. Лично к тебе это не имеет никакого отношения. Догадаться, что Амиар пьян, было несложно. Причем не «чуть-чуть», а «конкретно» пьян.

Он шел, покачиваясь, его взгляд стал мутным, да и речь звучала не так четко, как раньше. Однако упрекнуть его в невменяемости было сложно, он прекрасно знал, кто перед ним и о чем речь.

Катиджан такую выдержку не оценил. Он поднялся и презрительно усмехнулся.

– Ты опускаешься все ниже.

– Твое какое дело?

– Ты не заслуживаешь такую жену. Поэтому я хочу выкупить ее у тебя.

– Да конечно, жену он пожалел! – рассмеялся Амиар. – Плевать тебе на нее три раза. Ты просто хочешь скандал. Клан Инанис отнял невесту у клана Легио. И всем до лампочки, что за невеста, у кого отняли. Просто оскорбление для клана. Я прав? И очередной штрих в мой портрет неудачника!

– Может, это и моя мотивация, но лично моя. А для нее, – Катиджан указал на Дану, – это жизнь. Ты ведь не можешь оставить ее, не так ли? Ты хочешь искупить позор своего рода, завершив его. А для этого нужно ее отдать. Разве не это ты собирался сделать?

– Тебя это не касается! – огрызнулся Амиар. Но «нет» не сказал. Дана это запомнила.

– Ее убьют, и это будет на твоей совести, – отметил Катиджан. – Так продай ее мне! Девицу, не совесть – совесть твоя мне даром не нужна. Для тебя это просто еще немного позора, к которому ты привык. А для нее – спасение от смерти!

– Мы с ней разберемся сами.

– Ты-то? Ты со своей жизнью разобраться не можешь, а уже за чужую взялся!

– Да пошел ты…

Амиар резко подался вперед, явно собираясь ударить – он все же был пьян, и это сказывалось на его решениях. Но он не сумел удержать равновесие и чуть не повалился на землю. Дана едва успела поддержать его, подставляя плечо.

– Уходи, пожалуйста, – попросила она Катиджана. – Ты же видишь, что сейчас он говорить с тобой нормально не может.

– Зато может тебя отпустить. Не дури! Я на твоей стороне. Какое тебе дело до причин?

Главное, я помогу тебе выжить!

Он все говорил верно. И все-таки было и в нем, и в самой ситуации что-то неправильное… что-то, с чем Дана не хотела связываться.

– Уходи, – повторила она. – Прошу.

– Глупо. И ты об этом пожалеешь.

– Может быть.

Дана действительно не отрицала, что совершает ошибку. Но пока она верила, что раз судьба привела ее сюда, к этому человеку, какой-то смысл в этом есть.

* * *

Его звали Туко Редике, и Света так и не поняла, кем он был на самом деле. Выглядел человеком, никакими магическими способностями похвастаться не мог, но его опасались. Он путешествовал с внушительной свитой, которая сама по себе представляла угрожающее зрелище. Однако эта свита боялась своего лидера – несмотря на его грузную фигуру и почтенный возраст.

Света тоже боялась, но по совсем другим причинам. Поначалу покупатель, который теперь считался ее женихом, не говорил с ней, ее вообще в отдельной карете везли. Но девушка чувствовала: это не от избытка уважения. Она для него была просто удачной инвестицией, как породистая собака или скаковая лошадь.

Он купил ее не чтобы убить. По крайней мере, не сразу. Но его планы могли оказаться такими, что и смерть померкла бы на их фоне.

Его дом, большой, хоть и расположенный на окраине, сиял роскошью – в самом прямом смысле слова. Позолота здесь была нанесена на все, что только можно. Ткани использовались в основном красные, светильники и декоративные вставки на дверях переливались хрусталем. Каждый элемент интерьера по отдельности был не так уж плох, чувствовалось, что это не подделки, а оригиналы, добротные и дорогие. Но все вместе они создавали чувство аляповатости и нагромождения. Варварский шик – иначе и не скажешь.

Первые сутки Света провела в своей комнате. К спальне примыкала ванна, так что острой необходимости выходить не было, а еду ей приносила прислуга. При этом говорить с девушкой никто не собирался, а она ни о чем не спрашивала. Знала, что это бесполезно.

Ночью она не сомкнула глаз, не раздевалась даже, так и лежала на постели в платье с аукциона. Это было глупо: он бы взял свое в любом случае, ему не нужно ее согласие, а защитить себя она не могла. Однако расслабиться и принять свою судьбу у Светы все равно не получилось бы.

Он пришел к ней на следующую ночь. Перед этим дом ненадолго затих: ушла вся прислуга. Уже это было дурным знаком. Света сильно сомневалась, что этот человек (человек ли?) способен чего-то стесняться. И истинные причины их уединения пугали ее еще больше.

Он снова явился в халате, на этот раз темно-синем, расшитом белыми птицами. Халат держался только на тонком поясе, и было видно, что под блестящей тканью ничего нет. Видимо, сам Туко находил это соблазнительным. Свете было настолько страшно и тошно, что ей едва удавалось оставаться в сознании.

Когда он появился на пороге ее комнаты, девушка невольно попятилась, пока не уперлась ногами в кровать.

– Рано еще, – хмыкнул Туко. – Хотя до этого мы сегодня дойдем! Но сначала – подарок. Он держал в руках среднего размера шкатулку из лакированного дерева.

– Что это? – Света попыталась улыбнуться.

Больше всего ей хотелось кинуться к двери, оттолкнуть старика и бежать, бежать куда угодно, лишь бы не быть здесь… Но она знала, что он ее не выпустит. И ей нужно было оставаться вежливой, усыпить его бдительность, чтобы не упустить шанс на спасение.

– Подойди и посмотри, – подмигнул ей мужчина.

Свете понадобилась вся сила воли, чтобы заставить себя двинуться к нему. Ее била мелкая дрожь, колени не гнулись, руки едва слушались. Она чуть не уронила шкатулку. Он видел, какой эффект производит на девушку, и явно гордился этим.

В шкатулке, на подушечке из черного бархата, лежали два тонких золотых браслета, украшенных изящной гравировкой. Туко достал их и велел:

– Дай руки. Просто протяни ко мне.

Нервно кивнув, Света отложила шкатулку на кровать и протянула ему руки. Она старалась действовать медленно, а он не торопил. Ему так было даже веселее. Все равно она ничего не могла изменить!

Браслеты не просто застегнулись на ее руках. Они изменили размер, практически вплотную прилегая к коже девушки, а замки исчезли. Теперь никто не смог бы снять их, даже если бы захотел.

Света испуганно одернула руки, но было уже поздно.

– Что произошло? – прошептала она.

– Ты стала моей женой, – заявил Туко.

Не дожидаясь ее ответа, он притянул девушку к себе и поцеловал ее. Впрочем, это даже поцелуем не было. Он просто прижимался губами к ее лицу, нисколько не смущаясь тем, что она не отвечает. Чувствовалось, что ему только и нужно, что чувствовать ее кожу, запах, тело. Света застыла в его руках, как неживая, она сейчас даже сопротивляться не могла.

Насладившись первой пробой, Туко просто откинул девушку в сторону. Света неловко упала на кровать, пытаясь отдышаться, и в первую очередь брезгливо вытерла с лица слюну. Тошнота усиливалась.

– Таков наш брачный обычай, – пояснил он. – Все эти балы, приглашения, посредники – не для нас. Мой народ ценит честное слово. Я объявляю тебя моей женой, отныне и навсегда.

– А это… обручальное кольцо? – Света подняла закованную в браслет руку.

– Это больше, чем кольцо! Кольцо – ничто, оно не имеет власти и силы. Это браслеты жены. Жена – это дом. Посмотри на эти стены! Полюби их. Дальше ты не пойдешь.

– Как это?

– Браслеты не выпустят тебя! – расхохотался Туко. Его горло при этом дрожало, как мешок, наполненный водой. – Каждый шаг за порог этого дома заставит тебя пожалеть о побеге. Не важно, где нахожусь я. Ты должна быть внутри! Жить здесь, вынашивать моих детей, воспитывать. Когда они подрастут, я заберу их туда, во внешний мир. Но не тебя. Ты мне нужна только в Красном гареме.

– И вот так… навсегда? – еле слышно произнесла Света.

– Твое навсегда, – уточнил мужчина. – Ты нужна мне, пока ты рожаешь и вскармливаешь моих детей, заботишься о них. После этого в тебе нет смысла. Но не переживай… насчет тебя деревянная старуха не обманула, ты сильная. Ты сможешь родить много детей, а значит, проживешь долго! Первого мы сделаем этой ночью.

Света вскочила на ноги, повинуясь инстинкту самосохранения, но дальше не сделала ни шагу. Она не знала, куда бежать.

Она всегда относилась к браку серьезно. Надеялась, что ей повезет, что она встретит кого-то, влюбится… Света понимала, что это наивные мечты, но они грели ее душу. И уж точно она не представляла той реальности, которая в итоге ее настигла!

– На тебе слишком много одежды, – раздраженно отметил Туко. – Надень что-нибудь из вещей, которые висят в шкафу, а это платье выбрось. Отныне не наматывай на себя так много ткани! Я не хочу докапываться до твоего тела через все эти тряпки. В моем доме тепло, тебе не нужно так закутываться.

Девушка уже успела посмотреть, что висит в шкафу, и переодеваться в это точно не рвалась. Это не белье даже, а мечта извращенца. Там не нашлось ничего похожего на приличную вещь! Она надеялась, что это шутка, что будет что-то еще… Она ведь знала, что во дворце ей дали с собой одежду. Однако та одежда, очевидно, не устраивала Туко.

– Давай-давай, – поторопил он. – Я жду. Я хочу посмотреть, как ты разденешься, что выберешь… А потом я помогу тебе.

Ей нужно было уйти отсюда. Света знала, что не выдержит такую жизнь. Она и одну ночь не выдержит! Чтобы остаться собой, она должна была сбежать.

А способа не было. Ее спальня находилась на втором этаже, и она не рисковала прыгать в окно. Проход к двери надежно перегораживал Туко.

Он терпением не отличался. Промедление в пару секунд – и вот он уже нахмурился.

– С тобой еще придется повозиться, прежде чем ты станешь тем, что меня устраивает. Тебе не нужно больше думать! Тебе даже нельзя это делать. Ты должна выполнять то, что я тебе говорю, быстро и сразу. Сначала будешь рыдать и сопли лить, это понятно. А потом, если ты достаточно умна, то научишься наслаждаться этим. А что? Вариантов все равно нет, так хоть удовольствие получишь!

Его слова сейчас не имели для нее значения, Света едва слышала их – ее сердце колотилось так быстро и громко, что заглушало все остальные звуки. Но Туко и не надеялся на такую быструю покорность. Он перешел к делу.

Одной рукой он схватил девушку за волосы, удерживая ее, второй рванул на себя платье. Плотная ткань поддалась – мужчина был гораздо сильнее, чем предполагала Света. Теперь платье было безнадежно испорчено; убедившись в этом, Туко отпустил ее. Девушка отчаянно попыталась стянуть разорванные лоскуты рукой, чтобы прикрыться, но это было временной мерой.

– Прекращай, – строго велел мужчина. – У тебя красивое тело. Я заплатил за то, чтобы видеть его, а не тряпки. Новичкам позволено немного поупрямиться, но ты переходишь все границы. Мне бы не хотелось портить твою кожу синяками. Хотя… в этом даже есть своя прелесть! Я все равно хорошо проведу эту ночь, а твои ощущения зависят только от твоей покорности!

Она так не могла. Теперь уже казалось, что даже в окно кинуться проще… Только вряд ли это убьет ее. Разве что покалечит, прикует к кровати, лишит возможности сопротивляться – собственно, это Туко и нужно.

Она была не в состоянии его остановить. Отвлечь – тоже. Свете хотелось плакать от бессилия, но до этого не дошло. Представление, которое проходило по сценарию Туко, прервал звук со стороны.

Звук этот был громким и настораживающим: где-то внизу, на первом этаже, разбилось стекло. А вернее, хрусталь – простого стекла Света там не видела. Судя по звону, удар был солидный.

Она испугалась, Туко – нет. Да и не удивительно, при той силе, которую она почувствовала!

– Какого черта, – прорычал он. – Не лучшее время для шуток… Ты, оставайся здесь! Я сейчас вернусь.

Света подчинилась его команде, но ровно до того момента, пока он не скрылся из виду. Как только она услышала, что Туко добрался до первого этажа, она бросила к двери.

План был хаотичным и отчаянным, а ничего другого ей не оставалось. Она слетела с лестницы, лишь чудом не упав, и бросилась к главной двери. Если бы там не оказалось ключа, все было бы кончено… Но тут ей повезло: дверь запиралась на засов, открыть ее было несложно.

Девушка не знала, заметил ли Туко ее побег. В холле его не было, он ушел куда-то в сторону кухни, но наверняка слышал, как открылась дверь. Ей было все равно. Света знала, что ей нужно бежать – куда угодно, и подальше, лишь бы ее оставили в покое!

Он не обманул ее насчет браслетов. Следовало догадаться, что не обманет. С первых шагов за порог девушка почувствовала болезненное жжение, исходящее от них. Постепенно на нее накатывала слабость, голова болела и кружилась, в глазах темнело. Казалось, что в ее теле стремительно развивается вирус, готовый свалить ее с ног.

Если бы не адреналин, вызванный страхом, она бы давно упала. Но мысли о том, что ждет ее в этом доме, наполняли Свету силой. Она надеялась, что ей удастся пересечь некую черту, за которой власть браслетов просто перестанет действовать.

Такой чертой казался мост. Может, это было наивно со стороны Светы, но ничего другого ей не оставалось. Туко жил на одной из крайних улиц, до моста тут было рукой подать, и даже сквозь нарастающую боль и онемение она могла бы добраться туда.

Если бы на ее пути не появилось живое препятствие. Белый силуэт вынырнул из темноты, и Света понятия не имела, где высокая стройная женщина скрывалась раньше. Она была молода и красива, с роскошными волнами каштановых волос и тонким, как фарфоровая маска, лицом. И таким же безжизненным. Понять ее эмоции было нереально, но в том, что она смотрит прямо на Свету, девушка не сомневалась.

Женщина не сказала ни слова, она лишь указала в сторону от моста, на одну из улиц. Она словно намекала, что бежать прямо нет смысла, это не повлияет на браслеты, а вот если свернуть туда, что-то еще может получиться.

И Света поверила ей. Она сама не знала, почему. Браслеты отнимали ее энергию, она не знала, гонится ли за ней Туко или кто-то из его прихвостней. Она в любой момент могла потерять сознание, а на улице не было ничего, кроме домов, где ее никто не ждал.

Но в той женщине чувствовалось что-то особенное, странное… В темноте ночи, лишь местами рассеянной фонарями, казалось, что кожа незнакомки светится сама по себе. В ней сквозила уверенность человека, который ничего не боится, покровителя. Только в этом и нуждалась Света, хотя когда она обернулась, женщины возле моста уже не было.

Это было не важно. Слабость дошла до того уровня, когда Света и думать связно не могла. В ней оставались силы лишь на самые простые действия: бежать, смотреть под ноги… дышать.

Она бежала столько, сколько могла. Когда Света почувствовала, что ее энергия вот-вот закончится и мир погрузится в темноту, она свернула к ближайшему дому.

Это был глупый и отчаянный шаг. Она понятия не имела, захотят ли те, кто живет здесь, помочь ей. Смогут ли? Даже если они согласятся защитить ее, вряд ли снять браслеты, которыми сковал ее Туко, так просто! Если хозяева дома вообще догадаются, что умирает она из-за украшений. А она не сможет рассказать о заклинании: голос ее уже не слушался.

Она стучала немеющей рукой по двери, но не слышала звука. Все вокруг исчезало. Впрочем, что-то у нее получалось, потому что дверь все-таки открылась, и на девушку хлынула волна света.

Она не успела разглядеть, кто стоит перед ней. Света попросту достигла своего предела.

Она упала вперед, в дом, где ее совсем не ждали.

Но удара об пол не было. Человек, открывший дверь, подхватил Свету на руки, и это было последним, что она почувствовала.

Глава 6

Поверь мне

Дане казалось, что она застряла между мирами – или просто сошла с ума. Может, это на самом деле привычная ей реальность, в которой она выдумывает магов и монстров?

Ответа у нее пока не было, и оставалось лишь плыть по течению. К немалому удивлению девушки, ночь в этом доме прошла спокойно. Она настолько вымоталась накануне, что организм просто отключился. Пришла бы за ней толпа чудовищ – и то не проснулась бы.

Утро принесло успокоение, и ее положение не казалось уже таким безнадежным. Даже при том, что ее судьба продолжала зависеть от чужой воли. Но пока она не могла решить глобальные вопросы, Дана решила сосредоточиться на мелочах.

А мелочи в этом доме завораживали. Даже без привычного порядка вещей она сумела разобраться, что к чему, на кухне. Нужно было прикасаться к разноцветным кристаллам, чтобы в печи появилось пламя, а продукты здесь и вовсе были самые обычные, будто деревенские. Хотя оно и понятно: Эмилия, мать Амиара, была человеком, и чтобы жить здесь, ей нужно было соответствующее окружение.

Дана проснулась первой, успела обжарить тосты и даже обнаружить запасы фруктового джема, когда у нее появилась компания. Вид у Амиара был мрачный и болезненный. Да и не удивительно! Она понятия не имела, что пьют маги, но это точно был не обычный алкоголь – запах оказался совершенно незнакомый. Накануне, после разговора с Катиджаном, Дана помогла хозяину дома добраться до спальни, там и оставила.

Сейчас он, похоже, успел побывать в душе, но бодрости это ему не прибавило. Амиар занял один из высоких стульев у барной стойки.

– Кофе будешь? – поинтересовалась Дана.

Она твердо решила обойтись без ссор. Не потому что собиралась заискивать перед ним и уж тем более соблазнять. Просто Амиар пока был единственным, кто вел себя честно с ней – даже в своей антипатии. Это значило больше, чем сладкие песни Катиджана, который и правда затеял свою игру.

– Чай. Черный. Крепкий. Без сахара.

– Сейчас будет.

Проснувшись, она ожидала, что появится кто-то из прислуги – она видела, как к другим домам направлялись люди в униформе. Но сюда так никто и не пришел. Получается, домашние хлопоты были на ней… этот момент им с Амиаром еще предстояло обговорить, иначе ее рабство становилось слишком буквальным.

Некоторое время мужчина просто наблюдал за ней: то ли подвох искал, то ли скандал ожидал. Не дождался, сдался первым.

– Вчера сюда приходил Катюша, не так ли?

– Если ты о Катиджане, то да. Не думаю, что такая форма его имени ему понравится.

– Да клал я на то, что ему нравится… – Амиар болезненно поморщился, прижимая руки к вискам. – Дьявол… Он хотел, чтобы я тебя продал?

– Ага.

– А я продал?

– Нет, – покачала головой девушка. – Ты заявил, что воспылал страстною любовью и готов биться за мою честь до последнего.

– Не пиз…

– Без грубости! – прервала Дана. – Шуток не понимаешь. Ты меня не продал. Но, сдается мне, ты всерьез собирался меня вернуть деревянной Колинэ. Что, как мы оба знаем, означает мою незамедлительную смерть.

– Пересобирался, – буркнул маг. – Ты остаешься здесь.

Девушка наполнила чаем высокую белую чашку и поставила ее перед Амиаром. Тосты предлагать не стала – видела, что до еды ему еще в лучшем случае пара часов. Она взяла собственную чашку с кофе и села напротив хозяина дома.

– То есть, пьяным ты хотел меня убить, а протрезвел – и вдруг я уже занимаю не так много места?

– Не совсем так. Места ты занимаешь одинаково в любом моем состоянии, – фыркнул Амиар. – Я принял решение вернуть тебя Колинэ по личным причинам. Нажрался, чтобы было проще объявить тебе об этом. Все равно не смог. Пьяным еще понял, что ты должна остаться. Протрезвел и укрепился в этой мысли. Исчерпывающий отчет?

– Вполне.

Дана ждала, что он продолжит, но Амиар смотрел в окно, то и дело кривился от боли и пил чай. Чай определенно не помогал.

– Катиджан многое рассказал мне, – наконец призналась девушка.

– Кто б сомневался. Подели его треп на два и сбрызни святой водой – тогда, может, что приличное и останется.

– Он говорил о твоей матери…

Амиар едва заметно вздрогнул и перевел взгляд на собеседницу. В солнечном свете казалось, что его глаза сияют стальным блеском.

– Что именно сказала Катенька? Давай по существу.

– Он рассказал, почему ты не хотел заводить жену – что тебе не нужен наследник. Ты хочешь, чтобы эта ветка клана прервалась на тебе. Поэтому мое выживание конкретно мешает твоим планам.

На секунду у него был такой вид, будто он собирался ее ударить. Дана невольно сжалась, ожидая нападения; Амиар, заметив это, тяжело вздохнул.

– Да успокойся ты. Мои членовредительские мысли сейчас с Катенькой связаны. Интересно мне, откуда эта белобрысая крыса столько знает! Язык ему пора укоротить в любом случае. И вот еще что… Знаю, он наверняка тебе говорил, что делает это все ради тебя. Хочет выкупить, чтобы спасти, потому что ты неимоверно прекрасна. Было такое?

– Было в том же ключе.

– Так вот, врет как дышит. Во-первых, это дела кланов. Официальные войны сейчас не идут, но все друг другу шпильку вставить норовят. Во-вторых, у нас с ним личные счеты. Может, он и представился принцем на белом коне, но по факту, он собирается сделать тебя разменной монетой.

– Ты не поверишь, но я догадалась, – усмехнулась Дана. – Я не собираюсь с ним связываться – меня всегда настораживали мужчины, которые подходят под определение «красотка» больше, чем я. Я все еще надеюсь, что нам с тобой удастся сработаться. У меня даже план есть! Вернее, предложение по плану.

Она много думала об этом, все ждала удачного момента, чтобы объявить. А потом Дана поняла: удачного момента не будет, только не в этой ситуации. Нужно было открывать все карты сразу.

– Излагай, – позволил Амиар, морщась. – Мать твою, чтоб я еще раз так нажрался…

– Мать мою в это не вмешивай, она тебя даже не знает.

– Говори свой план, шутница!

– Нам нужно сыграть эту свадьбу, но не жертвовать твоими интересами, – заявила Дана. – Твое решение оборвать ветвь… Оно меня не касается. Это твое право, я даже не буду обсуждать, хорошо это или нет. Я понимаю, что ради меня ты не можешь отказаться от того, что было смыслом твоей жизни. Ты меня не любишь, я тебе вообще никто… И я готова принять, что так будет и дальше. Но мы можем изобразить, что мы следуем традициям.

– Я уже говорил тебе, что…

– …Что если я через год не рожу ребенка, начнутся вопросы. Я помню. Но если мы будем жить вместе, не скрывая, что мы – чужие, вопросы начнутся еще раньше. Давай выиграем хотя бы этот год! Тогда к тебе перестанут приставать на предмет наследников, а я смогу подумать, как выкрутиться. Я тебе торжественно обещаю, что пальцем до тебя не дотронусь, так что ни о каких наследниках и речи не идет.

– Спасибо, осчастливила! – рассмеялся Амиар. – Я прям нежной пятнадцатилетней девственницей себя чувствую!

Дана и глазом не моргнула:

– Свои странные ощущения оставь при себе. Сам ведь говорил – только по делу! Благодаря Катиджану я знаю твои мотивы. А ты знаешь, что я от тебя завишу. Мы в одной лодке! И мы оба хотим свалить, а не строить ячейку магического общества. По-моему, у этой стратегии есть шансы на успех. Что скажешь?

Он не спешил с ответом, а она терпеливо ждала. Дана не упомянула это, но они оба понимали: осталось всего два пути. Либо он принимает ее условия, либо возвращает ее обратно мадам Колинэ. А ее дальнейшая судьба тогда и вопросов не вызывает…

Со стороны казалось, что ее план выгоден только Дане, тогда как Амиар будет заниматься чистой благотворительностью. Но девушка интуитивно чувствовала: все не так просто. Он привык быть один, оставаться изгоем в этом мире… может, не так уж плохо ему будет получить компанию?

– Ладно.

Он сказал это так обыденно, что Дана сначала решила, будто ей послышалось.

– Что – ладно?

– Ладно, попробуем действовать по твоему плану, – пояснил Амиар. – Чую, уже сегодня начнутся звонки от той родни, которую я даже в лицо не знаю. Можно будет им сказать, что свадьба состоится. Дальше все зависит от того, как быстро они подготовят это дело, им оно нужно больше, чем мне. Но пока нас не поженят официально, ты должна будешь оставаться в Красном гареме.

– Этого я как раз ожидала, – вздохнула Дана. – Теперь, когда мы решили ключевые моменты, ты не мог бы мне толком рассказать, что это за место?

– Нет.

Вот такого она ожидала. В ее понимании, после заключения этого договора они должны были стать хотя бы друзьями. Но Амиар сдавать позиции не собирался.

– Что значит – нет?!

– То и значит. Тебе нужно знать только то, что ты не должна выходить за границы города и переходить мосты.

– Я была там! – с вызовом бросила Дана. – Я видела серебряную пелену… Видела девушку, которую туда засосало! Что это было? Она умерла?

– Вот, значит, за что Колинэ на тебя злилась, – отметил маг. – Мне следовало догадаться.

Чтоб ты да сбежать не попыталась… Когда это было?

– В ночь перед аукционом.

– Тогда тебе лучше не думать больше о той девушке.

– А я не могу не думать! – возразила Дана. – О ней, об этом мире, о небе без солнца! Это параллельная вселенная? Другая планета? Соседнее измерение?

– Нет, нет и нет. Не пытайся, ты все равно не угадаешь. Слушай… я молчу не потому, что не доверяю тебе. Просто я уверен: узнав, где ты находишься, ты почувствуешь, что контролируешь ситуацию, снова начнешь схему побега сочинять. Даже если сейчас ты веришь, что это не так. Но этот мир нельзя взять нахрапом, чтобы понять его, нужно жить здесь, и не один день!

– Сплошь оправдания! – надулась Дана. Она не собиралась признавать, что он прав. – Ты ведь не знаешь меня…

– Уже узнал достаточно, чтобы не подталкивать тебя к побегу. И держись подальше от серебряной стены! Сунешься туда – и даже я не смогу помочь тебе. Я согласился на твое предложение о равноправии, но в этом мире другие законы. Перед посторонними ты должна изображать мою покорную жену. Поняла?

Ответить язвительное «Да, хозяин» она не успела: их разговор был прерван стуком в дверь.

Амиар бросил на нее предостерегающий взгляд:

– Сиди здесь и не высовывайся!

Дана кивнула. Сейчас у нее не было никакого желания связываться с жителями этого города – у нее до сих пор кружилась голова от тех знаний, которые она уже получила. Тем не менее, когда Амиар покинул кухню, она подобралась ближе к двери, чтобы подслушать разговор.

Голос, обращавшийся к магу, был ей незнаком, но в нем звучало почтение, а значит, это пришел кто-то низшего звания.

– Лорд Легио, простите, что беспокою, но в городе есть проблема, требующая вашего внимания.

– Моего? – изумился Амиар. – К чему меня уже успели приплести?

– Этой ночью был убит уважаемый гость Красного гарема. Правила требуют, чтобы место смерти посетили все представители Семи Великих Кланов, которые сейчас находятся в городе.

– Я понял. Жди меня у ворот, мне нужно кое-что взять.

Входная дверь закрылась, а через секунду маг уже заглядывал на кухню.

– Что ты подслушивала – я даже не сомневаюсь, – подмигнул он Дане. – Не думаю, что там что-то серьезное, скорее всего, пьяная драка, или у очередного старика сердце не выдержало, но проверить и правда надо. Пока меня не будет, никому не открывай дверь.

– Даже Катиджану?

– Особенно Катюше! И сама на улицу не высовывайся. Я скоро вернусь.

Ответа он не дождался, поспешил к выходу. Дана наблюдала, как он уходит в компании людей в одинаковой форме. Девушке не было страшно – по крайней мере, за него.

А вот ей снова было неуютно здесь одной. Казалось бы: это чувство должно уже пройти. Она достигла понимания с Амиаром, провела ночь в своей новой комнате и убедилась, что ничего с ней не случится. Что еще нужно?

Но инстинкты отказывались прислушиваться к гласу рассудка. Дом следил за ней, и наедине с ним ей было гораздо хуже, чем с Амиаром.

К счастью, она знала способ избавиться от этого чувства. Дана поспешила наверх – к спальне, которая, как она теперь знала, принадлежала Эмилии Легио.

Здесь она чувствовала себя спокойней. Как будто комната и остальной дом были из двух разных пространств! Никто не запрещал ей входить сюда, поэтому в спальне Дана и собиралась дождаться возвращения мага.

Пока же она осматривала содержимое полок, осторожно касалась изящных сувениров, чтобы отвлечься. Книги и вовсе были сокровищем для нее: Эмилия, которая стала таким же новичком в Красном гареме, как и Дана, собрала в своей спальне немало материалов о магическом мире. Нелюди, колдовские животные, базовые заклинания… Все это завораживало. Дана осторожно взяла одну из книг, чтобы изучить ее. Уже на уровне переплета это издание было шедевром, плотные страницы пожелтели от времени, но текст и иллюстрации легко просматривались.

Девушка не успела ничего прочитать. Она только начала листать книгу, когда на пол выпал конверт, до этого скрывавшийся между страниц.

Самый обычный, по крайней мере, на вид, и определенно очень старый. Все указывало на то, что его здесь оставила сама Эмилия. Дана почувствовала, как вдоль позвоночника пробегает холодок. Это не было страхом, скорее, нервным возбуждением. Что если она, сама того не зная, нашла тайное послание?

Она не собиралась сразу передавать конверт Амиару. Никакого адреса на нем не было, имени – тоже, внутри вообще могло быть пусто! Сначала она хотела проверить, с чем столкнулась.

В конверте обнаружился сложенный вдвое лист мягкой бумаги цвета слоновой кости. А на нем Дана прочитала всего одну фразу: «Не доверяй зеркалам».

Лишь теперь девушка сообразила, что в этой комнате, идеальном женском будуаре, нет ни одного, даже самого крошечного зеркала. Зато остальной дом зеркалами переполнен… И спокойно Дане было лишь там, где их нет.

* * *

Браслеты исчезли. Это было первым, что заметила Света, проснувшись. Оковы, которые Туко гордо называл непреодолимыми, не оставили на ее коже и следа, а вместе с ними рассеялся и их эффект. Девушка чувствовала себя абсолютно здоровой, только это и утешало ее. Она понятия не имела, где находится.

Она лишь знала, что это самая необычная комната из всех, что ей доводилось видеть – даже в пределах этого нового мира. Пол здесь был из темного дерева, а вот стены, дверь и потолок покрывали тонкие медные листы. Под потолком замерли стеклянные сферы, которые сейчас не светились, но их назначение не вызывало сомнений. Их не удерживали ни опоры, ни провода, сферы просто парили в воздухе.

Мебель в комнате была из металла и кожи, причудливой формы, незнакомого Свете стиля. Помимо основ вроде кровати, стола и стульев, здесь хватало и необычных предметов. На подоконнике размещался глиняный горшок, из которого поднималось растение, полностью сделанное из металлических шестеренок. Оно ловило солнечный свет и отражало его блестящими листьями, наполняя лучами комнату. По стенам ползали металлические существа, похожие на что-то среднее между пауком и стрекозой. Они были бы пугающими, если бы не пестрый узор из разноцветной глазури на их телах, дававший понять, что это не оружие – по крайней мере, в это Свете хотелось верить. Даже дверь здесь была сделана в форме огромного закрытого цветочного бутона.

Создавалось впечатление, что она оказалась внутри музыкальной шкатулки. Света осторожно поднялась с кровати и обнаружила, что вместо порванного платья на ней сейчас длинная белая рубашка, великоватая ей и вполне скромная. Мысль о том, что кто-то переодевал ее, не радовала, но девушка не сомневалась: больше ничего с ней не произошло. Тот, в чей дом она постучалась посреди ночи, просто спас ее! Хотелось верить, что подвоха не будет, но полностью расслабляться Света не решалась, только не после всего, что уже произошло.

Пока она соображала, что делать дальше, дверь открылась. Лепестки цветка распались в стороны мягко и беззвучно, словно были настоящим растением. Света ожидала увидеть на пороге человека, но вместо этого в комнату запрыгнул белый кролик.

Он был вдвое больше, чем полагалось такому зверьку природой, но это не удивляло. Света сразу разглядела, что это игрушка, пусть и очень сложная. Кролик двигался на задних лапах, а в передних держал большие часы.

– Ты же из «Алисы в Стране Чудес!» – поразилась Света. – Что это? Я сплю?

– Уже не спите, – отозвался кролик. Голос был кукольный. – Но раз вы проснулись, надо спешить.

– Куда?

– Куда угодно. В этом доме всегда нужно спешить. Это ведь было так грубо: войти, не сказав, кто вы!

– Я знаю, – смутилась девушка. – Мне очень жаль. Я могу объяснить…

– Не нужно объяснять мне. Нужно объяснять тому, в чей дом вы пришли. Я провожу вас.

– Можно мне хотя бы переодеться?

– Надо спешить!

Не до конца веря, что это действительно происходит с ней, Света последовала за белым кроликом. Весь дом нисколько не уступал спальне, но этого и следовало ожидать. Пространство здесь переполняли незнакомые ей механизмы, парящие сферы, куклы в человеческий рост и причудливая мебель, будто отраженная кривым зеркалом.

Света понимала, что, теоретически, это может быть опасно. Если бы цветок вздумал закрыться, когда она пересекала порог, ей бы не поздоровилось! Но девушка не боялась – она и сама не знала, почему.

Кролик проводил ее к металлической двери, которая выглядела относительно нормальной.

По крайней мере, Света легко узнала в расписном прямоугольнике дверь.

– Спешите, – велел зверек. – Вас ожидают!

– Спасибо… наверное.

Она с сожалением наблюдала, как кролик ускакал. С ним было бы легче! Когда он скрылся за поворотом, девушка постучала в дверь.

Ответа не последовало, но преграда просто исчезла с ее пути, мягко скользнув в сторону. Помещение, скрывавшееся за ней, было предсказуемо странным, и все равно его предназначение угадывалось сразу. Света попала в мастерскую.

Большая часть пространства здесь была занята полками, уходившими под высокий потолок. На них располагались ящики, шкатулки и стеклянные банки с деталями, подставки с инструментами, предметы, назначения которых девушка не знала. У большого окна находился длинный стол, за которым и велась работа.

Стол сейчас был занят. В кожаном кресле, приставленном к нему, сидел молодой человек. Он, несомненно, слышал, что Света вошла, но не обернулся к ней, а она все равно сумела узнать его.

Это был тот самый мужчина, на которого она засматривалась на аукционе. Она так хотела, чтобы именно он забрал ее оттуда, а он даже не взглянул на нее! Но теперь она стоит в его доме… каким-то непостижимым образом. Разве это не чудо?

Но если у Светы от такого совпадения замирало сердце, то он особых эмоций не демонстрировал.

– Начинай говорить, – бросил мужчина через плечо.

– Что говорить? – растерялась Света.

– Кто ты такая. Как ты попала сюда. Я видел тебя на аукционе… Ты сбежала из дворца или была куплена?

Он даже это не запомнил, не говоря уже об имени… Но он хотя бы узнал ее! Света решила, что уже и это – много.

– Меня купили в тот день… Человек по имени Туко…

– Он не человек, но продолжай.

– Это не такая уж длинная история, – признала девушка. – Он надел на меня браслеты, сказал, что пока они на мне, я из дома не выйду. Он считал, что эти браслеты делали меня его женой… У его народа так принято. А что принято у моего – его не интересовало. Он хотел… ну… переспать со мной, так, наверно, правильно сказать. Но тут в другой комнате что-то разбилось, и он пошел посмотреть. Я воспользовалась тем, что он отвлекся, и выбежала на улицу.

– Ты знала, что это навредит тебе, Туко наверняка предупредил тебя, – заметил мужчина. Он слушал ее рассказ равнодушно, так и не обернулся, продолжая работать над чем-то. – Даже если ты не поверила ему, ты должна была почувствовать. Почему ты бежала? Умереть?

– Этого мне не хотелось… Но если выбирать между смертью и жизнью с ним, то смерть казалась не таким уж плохим вариантом.

– Звучит благородно. Но как ты догадалась, что бежать нужно ко мне – единственному человеку в Красном гареме, который мог снять с тебя брачные браслеты?

Он наконец развернул кресло, чтобы посмотреть на нее. Света почему-то ожидала увидеть на его лице специальные очки для работы с металлом – она и сама не знала, почему. Но нет, на нее смотрели все те же чайные глаза, которые она увидела во время аукциона.

– Ты что-то недоговариваешь, – добавил он. – Как ты узнала, где мой дом?

– Я не знала… Я даже не знаю, кто вы!

– Наристар Арма.

Судя по тону, он ожидал какой-то особой реакции с ее стороны. Может, в этом мире его имя имело большой вес, но Свете оно ничего не говорило.

– Простите, мы с вами правда не знакомы. Меня Света зовут… Спасибо, что сняли браслеты! Туко сказал, что это невозможно, что они всегда будут на мне…

– Они и были бы, и убить тебя могли, если бы ты попросила о помощи кого-то другого, – сообщил мужчина. – Я не верю в такие совпадения. Мой дом не на одной линии с домом Туко. Откуда ты знала, где находится поместье клана Арма?

– Да не знала я! – заверила его девушка. – Я бежала к мосту, это казалось самым логичным.

Потом на моем пути появилась та женщина…

– Какая еще женщина? – прервал Наристар.

– Не знаю, но одета она была в богатое платье, и на аукционе я ее не видела… Значит, из местных. Она не дала мне побежать на мост, указала, куда идти. Когда я почувствовала, что теряю сознание, постучала в первый попавшийся дом. В ваш дом! Наверно, для вас это звучит как полный бред…

Он не собирался лгать из вежливости или поддерживать ее, сказал прямо:

– Примерно так.

– Но я, правда, не вру! – воскликнула Света. – Слушайте, вы же маг! Неужели вы не можете проверить это? Доказательств у меня нет. Так что вам остается или заколдовать меня, или поверить мне.

Он смотрел на нее изучающе и ничего не говорил. Света напряглась, она не знала, колдует он или нет. Она понятия не имела, что такое настоящая магия, как работают заклинания. Надеялась только, что это не больно.

Наконец он покачал головой.

– Ты понятия не имеешь, что происходит. Это глупо, но честно. У тебя сейчас есть проблемы посерьезней, чем мое доверие или отсутствие такового.

– У меня кроме проблем и нет ничего, – признала Света.

– Ответ неверный. Твоя главная проблема – Туко мертв. И ты, похоже, последняя, кто видел его живым. Твое главное преимущество – я верю, что ты не имеешь к этому отношения.

– Что? – от неожиданности Света невольно сделала шаг назад, сама не зная, зачем. – Он… мертв?

Пожалуй, ей не следовало так удивляться. Она же слышала звон – кто-то был в доме! Да и потом, только вмешательством третьей стороны можно было объяснить тот факт, что Туко не погнался за ней. Она, измученная, двигалась медленно, он должен был поймать ее!

Но причину случившегося можно было найти и позже. Сначала ей требовалось понять, как быть дальше. В убийстве мужа всегда подозревают в первую очередь жену, и магический мир не мог стать исключением.

– Откуда вы знаете все это?

– Я первым узнаю, что происходит в городе. Посмотри туда. – Наристар кивнул на окно.

Снаружи, на подоконнике, устроился голубь. Механизм был выполнен так безупречно, что его истинную природу можно было разглядеть не сразу. Тончайшие металлические нити напоминали перья, стеклянные глаза блестели, как живые. Но живым он точно не был, хотя двигался вполне свободно.

– Что видят они, то вижу и я, – пояснил мужчина. – От них я знаю, что Туко нашли этим утром. Его загрыз крупный зверь. Но это не ты. Когда ты прибыла сюда, я проверил – ты человек. Тем не менее, то, что ты исчезла, вызвало подозрения. Все обеспокоены.

– И что… будет теперь? – прошептала Света.

Туко ей не нравился – и это мягко сказано! Однако смерти ему девушка не желала. Ей было страшно от самой мысли о том, что и она едва ушла от неведомого зверя. Что если хищник пришел за ней, а Туко просто случайно оказался на пути?

– Я уже вызвал сюда всех, кого нужно, – отозвался Наристар. – Всех руководителей этого города. Всех, чье мнение имеет вес.

– Они заберут меня… или убьют!

– Могли бы. В целом, это и полагается, даже при том, что ты Туко не убивала. Он тебя купил, а не я. Но они тебя не заберут.

– Вы уверены?

– Я не позволю.

– Они же, как вы сказали, руководители города, – напомнила Света.

– А я – вторая ветвь семьи Арма.

Он снова ожидал от нее понимания, которого не было и в помине. Неужели так сложно запомнить, что это не ее мир, она тут вообще ничего не знает и все эти разговоры про ветви делу не помогут?

Однако Света была благодарна ему. Ее жизнь превратилась в хаос, и она нуждалась в Наристаре с его спокойствием, чтобы не сойти с ума.

– Не спеши радоваться, – посоветовал он. – Я не собираюсь спасать тебя просто так. Но и жена мне не нужна.

Час от часу не легче! Да, он казался безобидным. Но здесь ведь все по-другому, и внешность может быть обманчива.

– Тогда зачем я вам? – удивилась Света.

– Я ведь сказал тебе, что вижу все, – напомнил Наристар. – Днем и ночью. Красный гарем – город мужчин. Даже уважаемым женщинам здесь не дозволено гулять по ночам. Ты говоришь, что одна ходила, и даже направила тебя ко мне. Но я ни разу не видел, чтобы кто-то из женщин нарушал комендантский час. А ты не врешь, я вижу, ты видела ту женщину. Я не понимаю, что происходит. Во всем, чего я не понимаю, я должен разобраться.

Глава 7

Повелитель льда

Это была удивительная женщина. Чем больше времени Дана проводила в ее комнате, тем сильнее убеждалась в этом.

Начать следовало хотя бы с того, что многочисленные платья в ее гардеробной лишь на первый взгляд казались обычными. Когда Дана взялась рассматривать их, она обнаружила нечто невероятное: каждое из них было настоящим трансформером. Под длинными пышными юбками скрывались кожаные брюки, шорты или удобные укороченные штанишки. Корсет можно было ослабить без помощи служанок, вернув свободу движениям. Кружевные цветы убирались, оставались только плотные, защищающие руки рукава. Во многих платьях были тайные карманы, расположенные во внутренней части юбки. К тому же, подол во всех нарядах был достаточно длинный, чтобы скрыть мягкие кожаные сапоги, заменявшие туфли на каблуке. Вне всяких сомнений, Эмилия Легио все это сшила сама – или, правильнее сказать, сконструировала. С помощью этих платьев она могла выйти на улицу уважаемой дамой, а если возникала угроза, избавиться от лишних тряпок и убежать или защитить себя.

Скорее, защитить, потому что оружие у нее тоже было. Только скрывалось оно не в ножнах, а в коробке с украшениями. Браслеты таили в себе лезвия, серьги превращались в отмычки, а из длинного многослойного ожерелья при желании можно было сделать полноценный и вполне опасный хлыст.

– Кем же ты была?… – задумчиво произнесла Дана, рассматривая портрет на стене.

Эти вещи предназначались не для беременной, потому что Дане они подходили идеально. Сейчас это было очень кстати, и она благодарила свою неизвестную предшественницу за то, что та дала ей возможность обойти законы Красного гарема.

А еще – за подсказки. Записка про зеркала была первой, но далеко не единственной в этой комнате. Так, в кармане одного из платьев был спрятан клочок бумаги со словами: «Узнай, откуда приходит их сила».

Дана сильно сомневалась, что записки предназначены ей – они с Эмилией разминулись лет на тридцать. Но и говорить о них Амиару она пока не собиралась: раз он не заходил в комнату матери, значит, не готов был принять ее прошлое.

Девушка даже не была уверена, что ей можно здесь находиться. Они это не обсуждали. Просто когда Амиар покидал дом, она приходила в спальню. Ей казалось, что она достаточно осторожна: хлопок двери предупредит ее, что он вернулся, и она успеет замести следы.

Однако она определенно недооценила мага. Он вошел в комнату как раз в тот момент, когда она закончила застегивать длинное бежевое платье, расшитое подсолнухами – эти цветы часто мелькали в окружении Эмилии.

– Так и знал, что ты здесь, – усмехнулся Амиар. Он, похоже, не злился, так что начало было не худшее.

– А мне нельзя?

– Думаю, раз я тебе не запретил, то и возмущаться нет повода.

– Здесь было не заперто…

– Я привык жить один.

– Это не мешает тебе запирать другие комнаты, – заметила Дана.

– Потому что там ворам есть чем поживиться. А тут – нет. Это просто место памяти.

Да уж, плохо он знал свою мать… Дана лишь укрепилась в решении не говорить ему про записки.

– Надеюсь, ты не сердишься, что я надела ее платье? – спросила она.

– Да мне без разницы. Не приписывай мне лишнюю сентиментальность, я просто знаю, что это вещи моей матери. Я ничего не чувствую по этому поводу. Тут оставили эту комнату, потому что так она просила в завещании – ее единственная воля. Мне несложно, свободного места и так хватает! Так что забирай ее платья. И вот это забирай.

Он небрежно бросил ей небольшую деревянную коробочку, которую Дана лишь чудом не уронила. Несмотря на пренебрежительное отношение мага, внутри скрывалось удивительной красоты кольцо: из белоснежного металла, с нежно-голубым камнем, на дне которого словно застыла радуга. Было видно, что оба цвета достигнуты не искусственно, это работа природы, хотя ничего подобного Дана раньше не видела.

На пару секунд она замерла, заворожено рассматривая украшение. Амиар не торопил. Он наблюдал за ней, прислонившись плечом к двери.

– Это подарок? – наконец сумела произнести девушка.

– Вынужденный. Сегодня я официально подтвердил клану, что беру тебя в жены. С этого дня ты моя невеста, будешь носить кольцо. Оно традиционное, моя мать носила его до свадьбы, так что это не конкретно для тебя.

– Ты такой милый, что я аж дышать не могу, – пробурчала Дана.

Кольцо было маленьким, игрушечным казалось. Девушка сомневалась, что оно подойдет ей, пока не надела – и оно оказалось ровно впору. Скорее всего, без магии тут не обошлось, потому что металл был теплым.

Она знала, что это просто условность и не имеет никакого значения, но все равно улыбнулась. Вроде как договор, втайне заключенный ими, был подписан; Амиар доказал, что он на ее стороне.

– Я могу осмотреть город? – полюбопытствовала она, не сводя глаз с кольца.

– Это обязательно?

– Сам попробуй несколько дней взаперти сидеть!

Тут она преувеличила: она находилась здесь всего два дня, да и то ей было чем заняться. Но постепенно замкнутое пространство начинало давить. Сюда даже слуги не приходили! Правда, на состояние дома это никак не влияло. Каждое утро комнаты были прибраны, а кухня – наполнена едой. Дану незримое присутствие посторонних несколько напрягало.

Но не пугало. Она привыкала к новой жизни, хотя не готова была признать, что это навсегда. Город манил ее все больше, ей недостаточно было того, что она видела за окном.

– Я могу походить одна, если ты не хочешь меня сопровождать, – предложила девушка.

– Плохая идея, чего и следовало ожидать.

– Эй! Я же теперь официально невеста!

– Поверь мне, я это знаю лучше других, – усмехнулся Амиар. – Но, во-первых, ты неуправляема. Во-вторых, в городе недавно убили нелюдя, и пока мы не знаем, кто это сделал. Лучше одной не шататься.

– Тогда ты погуляй со мной. Я же вижу, никто взаперти не сидит! – Дана указала на окно, за которым прогуливались жители Красного гарема.

– Если я откажу, ты ведь не отстанешь, не так ли?

– Нет, – с готовностью подтвердила девушка.

– И, скорее всего, попытаешься выйти сама, несмотря на мои запреты?

– Есть такая вероятность, – уклончиво ответила Дана. – Видишь? Тебе проще быть со мной, чтобы ты точно знал, что я делаю.

– Ладно, – с видом мученика согласился Амиар. – Собирайся. Но это ненадолго!

– Как скажешь, любимый!

– И не глумись.

Сборы как таковые ей были не нужны. Поскольку маг позволил ей забрать платья Эмилии, Дана была вполне готова идти в том, что сейчас было надето на ней. Она сомневалась, что Амиар знает о необычных свойствах этих платьев, но и говорить ему не спешила.

Они покинули дом вместе. Дана сама прильнула к нему, взяла под руку, словно была влюблена до безумия. Маг выглядел равнодушным, но девушка уже усвоила, что это просто хорошая маскировка, которая положена представителю Великого Клана.

Теперь она могла разглядеть город, который во время побега из дворца видела лишь мельком. Дома здесь были похожими, но не одинаковыми – все из камней теплого цвета, в упрощенном средневековом стиле. Сады при них если и были, то крохотные, и различие между статусом владельцев определялось в большей степени тем, где находился дом. Чем ближе к дворцу – тем больше власти.

У домов росли цветы, а на некоторых перекрестках располагались зеленые парки, фонтаны и искусственные озера. Здесь многие жители отдыхали, и сейчас, в разгар дня, город смотрелся вполне мирно. Если, конечно, не поднимать глаза к небу без солнца…

Дана хотела снова спросить об этом, но вовремя остановила себя. Она знала, что Амиар не ответит.

Даже при том, что земли было мало, а камней – много, зелени в Красном гареме хватало. Лианы разных оттенков увивали стены, почти все подоконники были заняты цветами. Когда между ними мелькали птицы и бабочки, Дана не придавала этому большого значения.

Пока не подошла поближе и не увидела, что бабочки искусственные. Они были сделаны из ажурных, тонких, как бумага, шестеренок, двигались легко и даже взлетали в воздух. Одну из них Дана попыталась поймать, но Амиар перехватил ее руку.

– Все нужно цапнуть? Как ребенок, честное слово.

– Я посмотреть хотела, а ты все испортил, – пожаловалась девушка.

– Без пальцев останешься – не до зрелищ будет. Это бабочки клана Арма. И они тут не для украшения.

– Что здесь вообще для украшения?

– Женщины.

– Сексист! – заявила Дана.

Хотя и понимала, что он прав. За время их прогулки она не увидела ни одной женщины, гуляющей без сопровождения. Мысль о том, что ей предстоит провести здесь несколько месяцев, не радовала.

Но ведь Эмилия как-то справлялась! Да еще и беременная, и совсем одна…

– Расскажи о своей матери, – тихо попросила Дана.

– Это еще зачем?

– Пожалуйста! Мы с ней вроде как оказались в одинаковом положении… Судя по ее комнате, она была необычным человеком.

– Тут мне сказать нечего, я ведь говорил тебе, что не помню ее, – вздохнул Амиар. – И то, что я знаю, я знаю от других людей. Что толку от таких сведений?

– Все равно, это лучше, чем ничего! И нет, просто так я не отстану.

Он бросил на нее укоризненный взгляд, но отказывать не стал. Дана не ожидала, что победа будет такой легкой, и была рада этому.

Имя Эмилия Легио мать Амиара получила в день свадьбы. Как ее звали до этого – он не знал, да и не интересовался. Зато ему было известно, что до Красного гарема у нее была не очень счастливая жизнь. Родной брат лишил ее квартиры, родители не стали заступаться, и она порвала отношения с семьей. Чтобы спастись, выскочила замуж, быстро забеременела.

Тот ребенок был единственным живым существом, которое она любила, в отличие от случайного мужа. Поэтому когда она потеряла малыша на пятом месяце беременности, горе подвело ее к грани безумия. Она решила, что жить дальше просто нет смысла. Поддавшись отчаянию, Эмилия попыталась покончить с собой, прыгнув с моста.

А оказалась в Красном гареме. Она была достаточно молода и красива, чтобы дочери мадам Колинэ выбрали ее. А еще у нее нашлось одно огромное преимущество перед другими девушками: она никого не оставила в прошлой жизни, ни по кому не тосковала. Поэтому она радовалась новому старту, шла на аукцион с гордо поднятой головой.

То ли в награду за это, то ли по чистой случайности ей повезло. Ее выкупил глава дома Легио, Амарканд. Чаще всего такие браки заключались по необходимости, но их случай стал уникальным. Эмилия сразу была наделена всеми привилегиями представительницы Великого Клана. Муж любил ее, что было большой редкостью для Красного гарема.

Но счастье долго не продлилось – Амарканд погиб совсем молодым. Как и почему это случилось, его сын рассказывать отказался, а Дана не стала давить. Она ведь не жена ему, да и не будет настоящей женой… Она решила уважать его секреты.

Лишившись покровителя, Эмилия быстро поняла, что в доме Легио ей не рады. Она сама вызвалась переехать обратно в Красный гарем, потому что знала, что туда представители этого могущественного клана приезжают редко. Тут она и жила до родов – в доме, где когда-то была счастлива.

В день, когда родился Амиар, она умерла. По сути, они так и не встретились.

– Неужели не было такой магии, которая могла бы ее спасти? – возмутилась Дана. – И не магии даже… двадцать первый век все-таки!

– Тогда был двадцатый. А магия – это не божественное провидение. Тот, кто должен умереть, все равно умрет.

– Ты говоришь так, будто тебе не жаль!

– Не вижу смысла жалеть о том, что от меня никогда не зависело, – рассудил Амиар. – Она умерла, а я… не оправдал надежд, скажем так. Что случилось дальше – ты в общих чертах знаешь от Катеньки. Он, конечно, трепло знатное, но суть должен был передать правильно.

– Надеюсь, я не обидела тебя?

– Нет.

Вряд ли все было так однозначно, но делиться с ней переживаниями он точно не собирался.

Перед ними уже возвышался мост. Они дошли до окраины города, и теперь оставалось только спуститься вниз с крутого холма, чтобы попасть туда.

Дана хотела этого. Было определенное торжество в том, чтобы оказаться на этом месте снова, уже свободной… почти свободной. Была и легкая грусть при воспоминании о Лизе, а еще – надежда узнать хоть что-то о серебряной пелене.

Амиар не возражал против такого маршрута, просто принял его как данность. Но попасть к мосту они все равно не успели, потому что наперерез им с соседней улицы двинулась светлая фигура.

Не узнать Катиджана было невозможно – и благодаря любви к белоснежной одежде, и за счет расслабленной походки, которая мгновенно запоминалась. Он двигался и вел себя как хозяин всего города, что наверняка раздражало окружающих.

– Просто проходи мимо, – мрачно посоветовал ему Амиар.

– Как же так? – показательно удивился второй маг. – Это было бы ложью. Я намеренно подошел к вам, чтобы увидеть прекрасную Дану!

– Посмотрел? Теперь вали отсюда.

– Не жадничай, друг мой. Ты должен быть счастлив, что она досталась именно тебе, – отметил Катиджан. – Это определенно больше, чем ты заслуживаешь. Но я уважаю мнение Даны, хоть и считаю, что она не права.

Он смотрел только на девушку, но говорил для Амиара. Дану его сомнительные комплименты не радовали, однако она продолжала улыбаться. Ей ведь положено изображать смиренную невесту!

– Вы помолвлены? – Катиджан указал на ее обручальное кольцо. – Уже? Хотя понимаю, понимаю, я бы тоже не стал тянуть с таким. Лучших невест чаще всего крадут!

Амиар даже не пытался следовать его примеру и изображать вежливость:

– Шел в бордель? Вот и иди.

– Я шел к вам, потому что хочу сделать подарок Дане. Раз ей предстоит прожить жизнь в компании не самого приятного человека, хороший старт ей не повредит!

– Что за подарок?

– Я готов убрать клеймо с ее лба. Мы оба знаем, что ты на это не способен. А я могу!

Прямо сейчас, здесь.

– Да пошел ты…

– Потом пойдет, – встряла Дана. – Мое мнение кого-то интересует? Я бы хотела избавиться от клейма!

В замысле Катиджана могла быть корысть. Демонстрация своего превосходства над Амиаром – как минимум. А еще они все знали, что если убрать клеймо, отследить Дану при похищении будет нереально.

Она все понимала и принимала риск. С тех пор, как Амиар научил ее видеть клеймо, она больше не могла смотреть на себя в зеркало.

– Ты не примешь мой подарок твоей невесте? – Теперь уже Катиджан перевел взгляд на Амиара. – Что это, комплексы от того, что ты не можешь сделать сам? Ты на этом примере запомни: если ты чего-то не можешь, это не значит, что прекрасная Дана этого не получит!

– Отставить провокационные высказывания! – велела девушка. – Если можешь убрать метку, делай это быстро и молча. Если нет – дай нам пройти. А то странные у тебя какие-то подарки: танцевать за них надо!

– Вовсе нет. Готов все сделать!

Он подошел вплотную к Дане, а вот Амиар отступил. Чувствовалось, что он напрягся и едва сдерживается. Но он молча ждал, когда все закончится. Дана не надеялась на такое понимание и была признательна за него.

– Будет немного больно, – предупредил Катиджан. – Но не слишком. Я заморожу те клетки твоей кожи, на которые нанесена магическая печать, потом сожгу их быстрой огненной вспышкой.

– Звучит не слишком безопасно! – поежилась девушка.

– Верь мне – я не причиню тебе зла. Я говорю это просто для того, чтобы ты не боялась. Мой род много веков управляет температурами. Огонь, лед – это то, с чем я живу. Я знаю, что делаю.

– У меня ожога на лбу не останется? Тогда уж лучше эта полуневидимая татуировка!

– Ожога не останется, – заверил ее маг. – Будет красное пятно, но оно пройдет до завтрашнего утра. Если ты не согласна, я могу ничего не делать.

– Согласна!

Катиджан осторожно коснулся ее лба кончиками пальцев. Кожа у него была странно прохладная – Дане это напоминало прикосновение тени в жаркий день. Пока ощущение было приятным, но девушка не забывала, почему он касается ее. Она зажмурилась, ожидая неизбежного.

Он не обманул – больно действительно было. Но не слишком, да и прошло все быстро – она разве что ойкнуть успела. Сначала ее обжог лед, обволакивая кожу и притупляя чувствительность, потом была огненная вспышка, которую она едва почувствовала. Дана инстинктивно попыталась отшатнуться, но Катиджан удержал ее за талию. А через пару секунд все было кончено.

Однако отстраняться маг не спешил. Он провел пальцами по ее лицу, медленно и нежно, заглянул в только что открывшиеся глаза, улыбнулся ей.

А спустя мгновенье невидимая сила отшвырнула его на несколько метров назад, вниз по склону холма. Чтобы остановить падение, Катиджан ловко припал на четвереньки, тут же поднялся на ноги, а вместе с ним взмыли к небу острые ледяные пики. Воздух вокруг них мгновенно стал очень холодным.

Дана не сразу поняла, что именно произошло. А когда поняла, едва поверила себе. Судя по абсолютной уверенности Амиара, это он отбросил от нее другого мага. Но и Катиджан не собирался просто принять это. Он хотел унизить соперника, касаясь его жены, а вместо этого был унижен сам. Его отшвырнули в сторону, как щенка! Это его не обрадовало; рядом с ним продолжали разрастаться ледяные цветы.

– Я думала, ты не умеешь колдовать, – прошептала Дана.

Рядом с Амиаром видимых проявлений силы не было, но девушка чувствовала магию: воздух вокруг него почти искрился.

– Это Катюша тебе такое сказал? У меня сюрприз для вас обоих!

– Я сказал ей правду, – возразил Катиджан. – Ты умеешь колдовать – на уровне циркового трюкача! А что такое настоящая магия, я тебе сейчас покажу!

– Жду с нетерпением.

Ситуация становилась опасной. Они не шутили: представители двух сильнейших кланов действительно готовы были сцепиться посреди улицы! Однако Дана не собиралась это допускать; она решительно стала между ними.

– Катиджан, я тебе очень благодарна, клеймо мне действительно мешало. И я буду рада снова увидеть тебя. Но не сейчас – сегодня будущий муж обещал мне прогулку по всему Красному гарему. Не лишай меня этого удовольствия!

Он понял ее настоящую просьбу, уловил между строк, – она по глазам видела, что понял.

Амиар не извинился бы перед ним, поэтому Дана предлагала свой путь примирения. И Катиджан его принял; лед растаял, растекаясь по улице искристыми ручьями.

– Действительно, не хочу портить впечатления от своего подарка. Удачной прогулки! – подмигнул он Дане.

Он не уходил, зато Дана не стала медлить. Она взяла Амиара за руку и потащила за собой. До моста они дошли в тишине. Дане было немного не по себе рядом с ним, она знала, что Амиар не благодарен ей за эту сцену. Неизвестно ведь, кто их видел! Бабочки там точно кружились…

Поэтому она предпочла думать не о нем, а о своей цели. Маг же понял, куда они идут, только когда перед ними мерцала стена, проявлявшая свой серебристый цвет лишь вблизи.

– Не начинай задавать вопросы, – простонал он.

– Я не могу узнать, как эта штука убьет меня?

– Не можешь. Просто знай, что убьет.

– Лизу она сразу не убила… Лиза успела коснуться ее!

В подтверждение своих слов Дана действительно коснулась дрожащей серебристой поверхности. Вещество оказалось мягким и тягучим на ощупь, но не липким, и той же температуры, что и воздух вокруг них.

– Что ты делаешь? – нахмурился Амиар.

– Проверяю. Вдруг это путь к спасению?

– Поверь мне, ты не хочешь такого спасения!

– Как знать? Может, тебе стоит просто все мне объяснить? Как я должна доверять тебе, если ты даже такие вещи от меня скрываешь?

– Это что, шантаж?

Дана и сама не знала, что это. Ей хотелось проверить, как она может повлиять на него, а еще хотелось знать, что скрывается за стеной. Она надавила сильнее, заставляя свою руку пройти через серебро.

Лиза была права: преграда оказалась до смешного тонкой. А за ней чувствовался воздух, настоящий, прохладный…

– Хватит! – велел Амиар. – Это опасно!

– А что не опасно? Я в мире, где меня даже бабочки убить могут, и ничего вообще не знаю!

Разве это справедливо?

– Я помогаю тебе. Это больше, чем получают остальные.

– А я хочу…

Чего она хочет – Дана сказать не успела. Она почувствовала ту тягу, что забрала из этого мира Лизу.

Ей почему-то казалось, что это будет чья-то попытка схватить ее за руку, которую она успешно избежит. Но нет, здесь было нечто большее. Ее словно втягивал вакуум, забирал, не давал сопротивляться.

Она могла попасть в эту ловушку. У нее было не больше времени, чем у Лизы – всего-то пара секунд. Но ей, в отличие от Лизы, помогли.

Амиар схватил ее за вторую руку и просто отшвырнул в сторону, подальше от стены. Девушка неловко приземлилась на траву, поспешно осмотрела свою пострадавшую руку. То, что держало ее, никаких следов не оставило, и только ее кожа стала очень холодной.

– Господи, сколько же с тобой проблем! – закатил глаза Амиар. – Почему ты не можешь запомнить, чего делать нельзя? Собака бы уже поняла! Нельзя шляться по городу одной, нельзя флиртовать с Катей, нельзя соваться за стену… Представить не мог, что от тебя будет столько головной боли! Лучше б позволил тебе умереть тогда, возни было бы меньше!

Он сказал это на эмоциях, она видела. Дане хотелось верить, что он просто испугался за нее и сейчас извинится, поймет, что ляпнул лишнего.

Но нет. Он зашагал обратно к городу, даже руку ей не подал. Дане только и оставалось, что последовать за ним – проходить через серебряную пелену она больше не хотела.

* * *

Он долго надеялся, что все еще обойдется. До совершеннолетия Амиар ждал, что его сила проявит себя, просто потерпеть нужно чуть больше, чем остальным. В истории такое случалось! Маги, получившие дар одними из последних, потом становились легендами.

Он обязан был стать сильным. Слишком много историй ходило о его отце. Амарканд – не просто глава клана Легио, а сильнейший из магов, когда-либо порожденных этой семьей, и все его предки обладали уникальными способностями. Амиар убеждал себя, что не в кого ему становиться слабаком.

Но у природы, видно, тоже есть чувство юмора, и совсем не доброе. Иногда ему казалось, что он чувствует в себе силу – безграничную, как океан, готовую сокрушить все на своем пути. Однако когда он пытался дотянуться до нее, то быстро понимал, что это всего лишь иллюзия. Источник его энергии был слишком нестабилен.

Он нашел выход – в некотором смысле. Те заклинания, которые его родне давались без труда, Амиар изучил во всех деталях, выполнял филигранно, поэтому использовал меньше сил для получения того же результата. Хотя для титанов, теперь представлявших верхние ветки клана, его усилия, должно быть, были забавны. К чему мастерство, когда сила кипит в тебе и никогда не будет ограничена?

Постепенно Амиар смирился, научился принимать свою судьбу. Он даже заставил клан уважать себя! Он стал главным казначеем Легио – человеком, контролирующим все финансы семьи. Это вынудило представителей других ветвей обращаться к нему с искренним почтением. Как бы могущественны они ни были среди магов, для жизни в мире людей им требовались деньги, а тут Амиару не было равных.

Хотя это не то… неверный путь к уважению для мага. Амиар и рад был бы все изменить, но не знал, как. Он приучил себя жить в мире с этим, принял решение не продолжать свою ветвь и на том успокоился. Тратить свои дни на постоянный гнев – не лучшее решение.

У него все получалось неплохо, пока не появилась она. Спокойствие, которое Амиар создавал столько лет, дало трещину.

– Не понимаю, почему ты злишься! – заявил Рин. – Ну, женишься и женишься. Она же согласилась принять любые твои условия!

– Я знаю. Не в этом дело.

Амиару было не по себе от того, что обсуждать его личную жизнь приходилось в борделе. Они пока находились на первом этаже, который больше напоминал ресторан, однако полуголые девицы, прогуливавшиеся вдоль стен, не давали забыть об истинном назначении этого здания.

Сюда попадали те невесты из дворца, на которых не нашлось покупателя, но которые были достаточно красивы, чтобы остаться в живых. Скорее всего, Дану ожидала бы та же судьба, если бы не ее вздорный характер.

О грядущей свадьбе Амиара многие уже знали, но его присутствие в таком месте никого не удивляло. Во-первых, пока еще он был свободен. Во-вторых, даже после свадьбы хранить верность полагалось только жене. Мужу позволялись любые развлечения, которые не приводили к появлению незаконных наследников – вот за такое могли серьезно наказать, особенно представителя Великого Клана.

– Так в чем тогда дело? – допытывался Рин.

Он был одним из немногих, кому Амиар мог доверять. Хотя несерьезное отношение друга к жизни сейчас не помогало.

– Я не знаю… Но ее появление точно не принесло мне ничего хорошего!

Рядом с Даной он вспомнил о том, что он слаб. Потому что с ней ему хотелось быть сильным! Он большую часть времени проводил среди людей, и на том фоне его способности были непревзойденными. Но стоило появиться уродцу вроде Катиджана – и Амиару снова пришлось вспомнить свое истинное положение. Десятая ветвь не сравнится с третьей, как ни крути.

Самое смешное заключалось в том, что до появления Даны даже соперничество с Катиджаном шло на совершенно другом уровне. Они оба пересекались в мире людей и жили по тем правилам. А там Амиар побеждал во всем…

– Она задела тебя за живое, – заметил Рин. – Так-то ты у нас человек-скала, что смотрит на всех свысока. А тут появилась она и показала тебе, что ты, вообще-то, не мертв внутри. Вот ты и бесишься!

В целом, он угадал. Для Амиара стало колоссальным открытием то, что Дана способна напугать его. Когда она едва не провалилась в серебряную пелену, он испугался! Это было глупо, и он должен был злиться… Он, собственно, и злился. Но не по тому поводу, который назвал ей. Амиар считал, что победил в себе любой страх, однако возможность потерять девушку так быстро и глупо вернула это чувство.

Ты не боишься за людей, которые тебе совсем не нужны. Ты боишься за тех, кто тебе небезразличен. Амиару не нравилась та дорога, на которой он оказался.

А вот Рин его опасений не разделял.

– Ой, да расслабься ты! Зачем злиться на нее, если можно извлечь максимум выгоды из положения? Она красивая, а значит, будет хорошо смотреться рядом с тобой. Она умная, ты можешь с ней договориться. Ты ведь сам жаловался, что твой клан в последнее время насел на тебя с требованием наследника. Вот ты и решишь эту проблему!

– Да уж, за счет проблемы побольше!

– Перестань, мы оба знаем, что она тебе нравится. Если ты прекратишь дергаться, ситуация станет намного лучше.

– Ты просто плохо ее знаешь…

– А ты – хорошо? – полюбопытствовал Рин. – Я в курсе, как ты людей узнаешь! Наблюдаешь и делаешь выводы, частенько – неверные. Я сам с этим боролся, помню твою дурную привычку! Считаешь, что ты – самый умный. А ты попробуй поговорить с ней, спросить, какой была ее жизнь раньше, что она думает, о чем мечтает. Может, ты уже неправ!

– Если ты такой знаток женщин, почему все еще слоняешься по борделям и не заходишь ни на один аукцион?

– Потому что я точно знаю свои приоритеты! – ухмыльнулся Рин. – Вот, кстати, идет приоритет на сегодня!

К ним действительно приближалась одна из здешних девушек. Очевидно, распознала, из каких они кланов, и теперь решила попытать счастье. У нее были основания для самоуверенности: гибкая фигура с тонкой талией, плавной линией бедер и впечатляющей грудью, подчеркнутой полурасстегнутым платьем, ураган медных кудрей, небесно-голубые глаза и та удивительно нежная кожа, которую природа изредка дарит рыжим. Девушка шла к ним медленно, покачивая бедрами, и переводила взгляд с одного мужчина на другого.

Выбор она сделала неверный – попыталась устроиться на коленях у Амиара, но получила ледяной ответ:

– Сверни направо, притормози у соседнего стула. Так твоя рабочая ночь пройдет гораздо выгодней.

Он действительно не хотел ее, не сегодня. И не из-за того, что был помолвлен. Его сознание заполняли тяжелые мысли и нерешенные проблемы, у него не было никакого желания кувыркаться с проституткой.

– Как грубо! – Девушка надула губки, обильно смазанные блестящей коралловой помадой, но его указание все же выполнила, к немалой радости Рина.

Амиар не собирался здесь задерживаться. Он направился к выходу, а Рин и не думал его останавливать. Оба знали, что разговоры на сегодня закончены.

Ночь в этом городе была теплой, как всегда. Немного не хватало звезд, но грамотно расставленные маленькие фонарики и яркие фонари на перекрестках не давали Красному гарему погрузиться во мрак. Амиару нравилось гулять здесь в такое время – когда улицы наконец пустели. Никто не отвлекал его, не мельтешил перед глазами, и можно было остаться наедине с собой. Движение создавала разве что игра теней от изредка налетавшего ветра да крупные ночные мотыльки, державшиеся поближе к свету.

Одного из них Амиар бесцеремонно перехватил за крылышки.

– Хватит на меня пялиться, – заявил он. – Мне плевать, из второй ты ветки клана или из сто второй. Если продолжишь за мной следить, будут проблемы.

Мотылек ничего не ответил, но когда Амиар разжал пальцы, все насекомые в округе разлетелись в разные стороны. Это к лучшему. Значит, юный наследник клана Арма не так уж глуп.

Вот теперь он был действительно один, в тишине и покое… Впрочем, ненадолго.

Крик раздался с одной из боковых улиц, где стояли дома поменьше, тесной и плохо освещенной. Кричала женщина, и страх в ее голосе перевешивал все остальные эмоции. Она не притворялась, там действительно случилось что-то такое, что подтолкнуло ее к черте абсолютного ужаса.

Медлить или звать на помощь Амиар не собирался. Это ведь не соревнование кланов, тут важно только то, что у него есть сила! Что бы там ни произошло, его способностей должно хватить, чтобы исправить это.

Он свернул на улицу, с которой доносился крик. Там он едва не столкнулся с женщиной, старавшейся убежать подальше. Она была в длинной ночной рубашке, перемазанной кровью – но не ее кровью, на ней Амиар не видел никаких ран.

Он перехватил ее за руки, без труда удержал, хотя она рвалась на свободу изо всех сил.

– Что случилось?

– Там… оно! – с трудом произнесла женщина. Ее колотило от страха, взгляд не фиксировался. – Оно убило… убило его! Разорвало в клочья! Там сам дьявол!

Ничего толкового она не сказала, но ведь это было не первое нападение в городе. Амиар прекрасно помнил тело Туко, которое ему довелось осмотреть. Там действительно орудовал крупный хищник, шальной, с которым и босс подземной мафии не справился.

Уже после смерти Туко они предположили, что существо вернется. И не ошиблись.

– Беги до ближайшего перекрестка, – велел он женщине. – Туда, где побольше света.

Рассказывай о том, что случилось, даже если никого нет рядом, поняла?

Она судорожно кивнула, и Амиар отпустил ее. Женщина тут же кинулась прочь: чувствовалось, что она готова делать что угодно, лишь бы не быть здесь. Он не сомневался, что его указания она выполнит. Она была слишком напугана, чтобы мыслить самостоятельно, ей проще было принимать указания.

Дальше вся надежда была на Арму. То, что этот малолетка следит за городом, теперь казалось не таким уж плохим обстоятельством.

Дожидаться помощи Амиар не собирался, он продолжил движение к дому. В прошлый раз существо сбежало, скорее всего, не останется оно тут и теперь. Несмотря на варварские методы нападения, оно умное, умеет планировать.

Дверь в дом, из которого выбежала женщина, осталась распахнутой. Пересекая порог, Амиар уже чувствовал запах крови, повисший воздухе. А сквозь него пробивался другой, землистый, который маг пока не мог опознать.

Он не видел ни хищника, ни трупа, но ручьи крови на лестнице и алые следы, оставленные женщиной, указывали, что тело на втором этаже. Туда Амиар и собирался подняться, когда во всем доме внезапно пропал свет.

Магическое освещение – это не электричество, отключить его одним движением не так просто. Зверь не должен такого уметь! Амиар замер, пытаясь понять, с кем имеет дело.

Времени на размышления ему не дали. Массивная туша сорвалась со второго этажа, налетела на него, камнем придавила к стене. Амиар видел пылающие глаза, видел длинные изогнутые клыки, но при недостатке света не мог толком рассмотреть, кто перед ним.

Сейчас ему было не до того. Клыки щелкали перед его лицом, когтистые лапы пытались дотянуться до горла и уже оставили глубокие линии порезов на груди. Амиару требовалась вся человеческая сила, чтобы сдержать это существо.

А магической силы просто не было! Источник решил подвести его в самый неподходящий момент, энергии не было вообще. Он стремительно слабел, его противник – нет. Погибнуть так глупо, когда это никому не было нужно… какой позор!

Да и потом, если он погибнет, что будет с Даной? Она останется одна, ее вернут во дворец – Катиджан ведь только придуривается, утверждая, что она нужна ему. Когда Дана перестанет быть трофеем, он отвернется от нее. И тогда девушка погибнет! Получается, будут отняты две жизни сразу…

Этого Амиар допустить не мог! Энергия, которую он так долго искал, вспыхнула в груди сама собой. Он оттолкнул зверя и в одно движение обрушил на него потолок комнаты. Зная, что этого недостаточно для такого крупного существа, он заставил медные светильники на стенах распрямиться, обернуться пиками и прошить гору обломков в нескольких местах. Не было ни шанса, что хотя бы одна из них не попала в цель!

Амиар сейчас не задумывался, откуда у него взялась такая сила. Кровь кипела от адреналина, он даже не чувствовал боли от оставленных зверем порезов. Он ждал, что будет дальше.

Хищник превзошел его ожидания. Он с воем пробился из-под обломков, на ходу вырывая из себя медные прутья. Они попали в него, вошли глубоко в тело, но крови не было – ни единой капли. Амиар не представлял, как такое возможно.

Зверь не утратил свою удивительную скорость. Он бросился к выходу, в движении оттолкнул Амиара с пути. Мага откинуло к стене, на пару секунд перед глазами помутнело. Если бы хищник снова напал в этот момент, Амиар не смог бы себя защитить.

Но зверь не нападал, он спешил к выходу, не обращая внимания на недавнего соперника. А значит, Амиару все-таки удалось ранить его.

Глава 8

Соблюдая все приличия

– Кто вы такой и что делаете в этом доме?

Дана понятия не имела, как у нее получилось произнести это так уверенно и смело. На самом деле, сердце замерло, хотелось сжаться и убежать. Но она не могла – она же хозяйка дома, должна вести себя соответствующе. Да и куда ей бежать отсюда?

У нее и так хватало поводов для волнения после того, что случилось ночью. Амиар только перед рассветом вернулся домой, мрачный, злой, в порванной и испачканной кровью одежде. Увидев, что она не ложилась спать и ждала его, маг все же сменил гнев на милость и соизволил рассказать, что произошло.

В городе второй раз напали на одного из «женихов» с последнего аукциона. И снова мужчина погиб, а женщина осталась невредимой. Да еще и Амиар был ранен! Но в магическом городе такое решается быстро, и Дана этих ран даже не увидела.

Зато настроение страха в Красном гареме укрепилось. Если первое убийство еще можно было списать на личных врагов Туко, то теперь стало ясно, что где-то в городе охотится крупный хищник. Две его жертвы не знали друг друга, не были связаны ничем, кроме аукциона. Это внушало определенные опасения Дане: из-за нее Амиар тоже оказался в списке возможных жертв.

А он и не думал бояться. Он вместе с представителями других кланов участвовал в обсуждении предстоящей охоты, туда и отправился утром. Дане Амиар привычно велел ждать его дома и никому не открывать двери. Это она и собиралась делать!

Да только не помогло. Услышав странный шум на первом этаже, она спустилась вниз и обнаружила в холле рослого массивного мужчину.

Она уже видела его раньше. Это был тот самый лысый здоровяк, который выкупил на аукционе Ингу Кузнецкую. Ройфус, кажется… Теперь он стоял в чужом доме как ни в чем не бывало и смотрел на Дану с легким презрением.

– Хозяина позови, – приказал он.

– У меня хозяина нет, а хозяин этого дома сейчас занят. Еще раз повторяю, как вы сюда попали? Дверь была заперта!

– А меня запертые двери никогда не сдерживали, – усмехнулся он, демонстрируя пугающе острые клыки. – Я хотел увидеть Легио, но на стук в дверь никто не отвечал.

– То, что никого нет дома, не рассматривалось как вариант?

– Я чую жизнь внутри, только не знаю, чья она. Думал, это кто-то из прислуги, а оказалась ты. Что, в общем-то, одно и то же. Где он?

– Я не знаю. – Дана скрестила руки на груди. Ей было неуютно под его взглядом. – Поищи.

– Не дерзи!

– С чего бы? Ты вломился в чужой дом – в дом одного из Великих Кланов. У тебя проблемы, не у меня.

Он не был смущен:

– Да плевал я на ваши Великие Кланы! Я представляю всех вампиров, собранных в этом городе. Это больше, чем очередной выскочка из рода Легио без толковой магии!

– Рада за тебя. А теперь вали отсюда, моего мужа все равно нет.

– Жениха, а не мужа, – напомнил Ройфус.

– Это что-то меняет?

– Это меняет все!

Он двинулся к ней. Медленно, уверенно, как хищник, заметивший добычу. Дане отчаянно хотелось броситься прочь из дома, но она знала, что это ошибка. Одно дело, если он нападет на нее на территории клана Легио, другое – на улице. Там он сможет сказать, что принял ее за проститутку! Если он действительно возглавляет сообщество вампиров, дело спустят на тормозах.

Так что ей нужно было остаться внутри, тянуть время и надеяться, что Амиар скоро вернется. Дана до сих пор не могла поверить в наглость этого вампира: сломал замок и чувствует себя здесь как дома!

Ройфус остановился перед ней, демонстрируя превосходство в росте. По сути, он сейчас нависал над девушкой. И как бы Дана ни старалась скрыть свой страх, было видно, что вампир его чувствует.

– Что дальше? – холодно осведомилась девушка.

– Ты мне скажи. Хочешь побыть радушной хозяйкой?

– Нет. Вали отсюда.

– Как грубо, – ухмыльнулся Ройфус. – Ничего, та человеческая девочка тоже была грубой, когда я ее купил. Наглой! Но я умею указывать самкам их место. Хочешь узнать свое?

– Мне и тут неплохо. Одной!

Несмотря на свою первоначальную неприязнь к Инге, теперь Дана могла только посочувствовать ей. Вряд ли здесь был вариант хуже, чем этот вампир! В нем не было той грации и мистичности, какую обычно приписывали этому виду. Только наглость, простая, как пушечное ядро.

Она до последнего надеялась, что Ройфус просто блефует, запугивая ее. Но вот он толкнул ее в плечо, пока не сильно – по его меркам. Для Даны этого было достаточно, чтобы повалиться на диван в гостиной.

– Вот теперь ты ближе к тому месту, где должна быть, – заявил Ройфус. – Хорошая девочка. Предлагаю продолжить урок.

Он собирался сделать это – Дана видела нужную уверенность в его глазах. Вряд ли он действительно остался бы безнаказанным, но вампир был то ли слишком смел, то ли слишком глуп, чтобы бояться. Девушке от этого легче не становилось. Какое бы наказание он ни понес, ей это не поможет!

Но продолжить ему не дали – и не Амиар, на которого Дана так надеялась. Мужской голос, донесшийся со стороны холла, был незнаком ей.

– Предлагаю на этом остановиться. Господин Дебрис, вы нарушаете все приличия. А в доме Легио соблюдать их надлежит неукоснительно.

Приподнявшись, Дана смогла рассмотреть незнакомца. Им оказался мужчина средних лет, высокий и худой, в пепельно-сером деловом костюме, который не лучшим образом оттенял его бледную кожу. Черные волосы мужчины были зачесаны назад, а глаза почти того же тона равнодушно рассматривали Ройфуса.

Угрожающим мужчина не выглядел, но вампир тут же отошел от Даны. Правда, извиняться или убегать он не собирался.

– Канцелярская крыса дома Легио, – хмыкнул Ройфус. – Как не вовремя! Мужчина проигнорировал оскорбление.

– Я могу вам чем-то помочь, господин Дебрис?

– Я ищу Амиара.

– Думаю, вы уже убедились, что его здесь нет.

– Убедился, – кивнул вампир. – Но его девочка любезно пригласила меня остаться, и я не смог возразить!

– При всем моем уважении к вам, господин Дебрис, я знаю, что вы говорите неправду. Вы можете дождаться лорда Легио здесь или поискать его в другом месте. Но к будущей леди Легио я вас прошу не приближаться.

– Леди! Кто подороже – те леди, кто подешевле – те шлюхи, – расхохотался вампир. – Забавный мир! Не собираюсь я здесь сидеть.

– Всего доброго, господин Дебрис.

Мужчина в сером костюме проводил вампира к выходу и запер за ним дверь. Дана за это время успела подняться и поправить платье.

– Спасибо за помощь, – улыбнулась она. – Хотя, если честно, я не очень рада тому, что этот дом превратился в проходной двор!

– Уверяю вас, я, в отличие от господина Дебриса, имею право находиться здесь. Хотя, конечно же, я бы постучал, предупреждая вас о своем визите. Но когда я пришел к дому, дверь была открыта, а это не совсем нормально. Я поспешил проверить, что происходит, и обнаружил эту неприятную сцену.

– И еще раз, спасибо. Но вы, собственно, кто?

– Меня зовут Нерио Грис, и я – секретарь семьи Легио, – представился мужчина. – Я был послан сюда для того, чтобы помочь вам в подготовке со свадьбой. Я работаю на клан много лет, поэтому мне и доверяют такие дела.

Дана заставила себя кивнуть. Наедине с незваным гостем ей было не по себе, даже при том, что она была склонна верить ему и он только что спас ее. Да, он работает на клан Легио, но это не значит, что он относится к ней с симпатией.

Ну а в том, что он не человек, девушка даже не сомневалась. Человека вампир не испугался бы.

– Я прошу у вас прощения за господина Дебриса, – смиренно произнес Нерио. – Несмотря на его самоуверенность, я уверяю вас: последствия будут.

– Это правильно… наверно.

– Вы очень достойно вели себя с ним. Так и должна вести себя будущая леди Легио – соблюдать все приличия, чтобы не опозорить клан.

– Откуда вы знаете, как я себя вела? – удивилась Дана. – Вы что, пришли сразу за ним и слушали весь разговор?

– Нет, что вы, я бы не подверг вас такому стрессу своим ожиданием! Ваше поведение отразилось на реакции господина Дебриса. Это хорошо, что вам не чуждо целомудрие. Вы станете частью очень важной семьи.

Он изучал ее, как изучают товар или животное. Нерио обладал безупречными манерами, но его взгляд говорил о многом. Дана почувствовала, как в душе закипает раздражение. Однако она вынуждена была улыбаться и дальше – в этом мире ни с кем нельзя ссориться опрометчиво.

– Значит, вы теперь будете жить здесь? – поинтересовалась она.

– Нет, что вы. Это резиденция Легио, прислуга может посещать ее, но не проживать здесь.

Я пришел, чтобы поговорить с вами, познакомиться. Госпожа Дана Ларина, не так ли?

– Так, – кивнула девушка. – Но раньше люди обходились без «госпожа».

– Вы достойны лучшего обращения. Хотя, конечно, в день свадьбы вы выберете себе новое имя, или лорд Легио вам его даст – на ваше усмотрение. Я рад, что мы встретились вот так, без лорда Легио. Это позволит мне объяснить вам, какая семья готовится принять вас, как родную.

Уходить он явно не собирался. Дана села в ближайшее кресло и сложила руки на коленях, как прилежная школьница. Всем своим видом она показывала, что готова слушать, хотя преобладало пока желание разбить ему об голову вазу.

– Семья Легио – один из сильнейших кланов в существующем мире, – сообщил Нерио.

– Я знаю, – кивнула Дана. – Один из Семи Великих Кланов.

– Приятно, что вы осведомлены. Особенность клана Легио – манипуляция окружающим пространством. Они могут воздействовать на любой неживой предмет: могут перемещать его, менять его форму, разрушать его и снова восстанавливать. Сильнейшие представители этого клана в свое время меняли ландшафт планеты. Более того, Красный гарем в том виде, в каком он существует сейчас, был построен кланом Легио.

– Впечатляет.

– Я говорю вам это сразу по нескольким причинам, – пояснил секретарь. – Вы должны уважать семью, в которую вступаете, это раз. Вы обязаны соблюдать все приличия, всегда, чтобы не опозорить этот клан, это два.

– Три будет? – не выдержала Дана.

– Будет. Три – это понимание того, какими способностями в потенциале будет обладать ребенок, которому вы подарите жизнь. Ведь вы же родите лорду Легио ребенка, не так ли?

* * *

Чудо, а не женщина. Провела его, как младенца. Но оно того, признаться, стоило.

Об этом думал Рин, рассматривая резной полоток комнаты в борделе. Он знал это место, привык просыпаться здесь, чувствуя рядом с собой тепло женского тела и тонкий запах ее волос. На сей раз тепла и тонкого запаха не было. Тела – тоже. Ночь прошла на редкость скучно.

Ему следовало насторожиться уже когда он увидел ее: таких красавиц обычно раскупали на первом же аукционе. Кто позволил бы ей стать проституткой? К тому же, она была умна и легко поддерживала беседу. Хотя говорили они совсем мало… Вскоре после ухода Амиара они поднялись наверх.

Рин по опыту знал, что здешние куртизанки изобрели бесчисленное множество трюков, которые позволяли им выглядеть в платье лучше, чем без него. Но к ней это не относилось. Под тканью скрывалась бархатистая кожа, которую он так желал увидеть, прохладная от природы – и разгорающаяся под его губами. У девушки, которая была рядом с ним, все было идеальным – длинная шея, аккуратной формы груди, тонкая талия и длинные ноги. Она изгибалась от каждого его прикосновения, и он чувствовал – ей нравится, она рада быть здесь, с ним.

Он успел раздеть ее до пояса – просто спустить платье с плеч. Где-то на этом моменте он и отключился. Теперь Рин не спешил в панике вскакивать с постели, чтобы проверить свои карманы и сумку. Он и так знал, что там ничего нет, зачем дергаться?

Такие, как она, использовали зелья либо чтобы убить, либо чтобы ограбить. Так что ему повезло! А денег Рин не жалел. Он бы, в принципе, и так отдал ей почти все, что принес с собой. Но это за ночь – а в том и подвох, что ничего не было!

Она заинтриговала его. Должно быть, использовала травы, потому что любую магию он бы почувствовал. Но как же ловко она это сделала! Он и не подозревал, что все закончится так…

Точнее, прервется так. Он не был уверен, что это конец. Если бы она была чуть менее красивой, не так страстно поддавалась его ласкам, он бы поставил точку в этой истории. Девчонка его обманула, он заплатил за это и получил свой урок – все честно.

Однако она была особым случаем. Эта девушка воплощала в себе все, что он ценил в женской красоте. Он хотел еще раз остаться с ней наедине – не чтобы наказать, а чтобы дать второй шанс им обоим. Она ведь хотела его не меньше, чем он ее!

Он даже имя ее запомнил – а такое в отношении проститутки случалось с ним впервые. Уника. Ей подходит, надо сказать… Если она еще не покинула Красный гарем, они должны были встретиться, город не такой уж большой.

Ближе к полудню Рин наконец покинул бордель. Заскочил в свой дом, чтобы переодеться и пополнить личный бюджет. Он не любил сидеть дома просто так – его напрягала тишина. Гораздо больше его привлекала идея обыскать лабиринты этих улиц в надежде снова увидеть рыжеволосую красотку.

– Рин!

Он сначала не заметил на улице Амиара, но теперь, когда его позвали, игнорировать не мог. Он подошел ближе к группе, остановившейся пока на перекрестке. Помимо Амиара, в нее входили Катиджан Инанис, глава городской стражи, представительница дворца, замотанная в серые тряпки, и секретарь дома Арма. А вот Наристара Армы поблизости не наблюдалось, юный наследник опять игнорировал свои обязанности.

– Что-то случилось? – полюбопытствовал Рин.

– У нас появился подозреваемый в деле о ночных убийствах.

– Убийствах? Уже во множественном числе?

– Хорошо проводишь ночи, – укоризненно посмотрел на него Амиар. – Я чуть третьей жертвой не стал!

– Уж лучше проводить ночи так, как я, чем жертвой становиться, – парировал Рин. Страха за друга он не чувствовал, он лучше всех знал, что Амиар гораздо крепче, чем кажется. – И чего вы тут собрались?

– Лорд Легио считает, что это был мультиморф, – пояснил глава городской стражи.

– Очень на то похоже, – добавил Амиар. – Крупный хищник, не имеющий четкой формы, да и стиль убийства к этому подталкивает.

Если вторую жертву убили так же, как и первую, Рин понимал, о чем речь. Звериная ярость в сочетании с человеческим умом, умение быстро перевоплощаться и исчезать без следа – да, это похоже на мультиморфа.

Тогда подозреваемого определить нетрудно: в городе сейчас всего один представитель этого вида. Только Рин сильно сомневался, что это на самом деле он. Маг знал Лексиса Идальго не один год, мультиморф был одним из самых спокойных и уравновешенных существ в его круге общения.

Да, Лексис был огромным и в совершенстве владел своим даром. Ну и что с того? Не всякая сила может быть использована во вред!

– Это не он, – уверенно заявил Рин.

– Почему ты так считаешь?

– Лекс классный. Тут у всех бешенство начнется, а он один спокойный стоять будет, как скала.

– Это не аргумент, – указал Катиджан. – Ты знаешь, где он был в ночь убийств?

– Ну… С женой, наверно! Он же купил кого-то на том аукционе… Да и с чего ему начинать такую дурь? Если бы он захотел поохотиться, то просто уехал бы из Красного гарема!

– Никто не собирается предъявлять ему обвинения, – сообщил Амиар. – Но не вижу ничего плохого в том, чтобы поговорить с ним. Ты с нами или нет?

Заниматься допросом, который он заведомо считал тратой времени, Рин не хотел. Все его мысли по-прежнему были сосредоточены на том, как найти Унику, однако мечты о рыжей красотке пришлось отложить. Не все в этой импровизированной группе следователей адекватны: если Катиджан посчитает Лексиса виновным в чем-то, он и заморозить может просто так, без суда.

– С вами, – подтвердил Рин.

Это не должно отнять много времени. Потом можно будет вернуться к основной цели.

Дом мультиморфа располагался ближе к границе города. Особняк даже не принадлежал ему: Лексис был обеспечен, но не настолько, чтобы позволить себе жилье в Красном гареме. Такие, как он, обычно снимали дома или делили их с кем-то.

На этот раз здесь жил только он. Однако дверь им открыл не Лексис, а молодая девушка, невысокая, приятной полноты, с роскошными золотыми волосами. Не очередная роковая красавица, а домашняя курочка – вполне в духе мультиморфа, он за такой женой и приехал сюда.

– Ой! – только и сказала она.

Видимо, они все, собравшиеся тут, представляли собой довольно пугающее зрелище.

Чтобы разрядить обстановку, Рин поинтересовался:

– А Лексис выйдет?

– Что? – удивленно моргнула девушка.

– А скиньте мяч!

– Хватит, – Амиар незаметно толкнул его локтем в бок и обратился к девушке: – Мы пришли за Лексисом Идальго.

– Как это – за ним?

– Просто поговорить, – заверила ее представительница дворца. Она, как и следовало ожидать, знала имя девушки. – Лиля, твой муж здесь?

– Да, конечно… Проходите…

Дом был обставлен нейтрально и не слишком дорого, как и полагалось съемному жилью. Лиля проводила их в гостиную и отправилась на кухню, заваривать чай, хотя никто ее об этом не просил. Ее присутствие больше не требовалось: Лексис уже вышел к ним.

Мультиморфы в принципе не были маленькими, а этот получился у родителей особенно солидным. Рин рядом с ним просто карликом себя чувствовал! В случае Лексиса, такие габариты были залогом выживания: он мог перевоплощаться только в пределах своего реального веса.

Несмотря на природное добродушие, сейчас Лексис не собирался притворяться, что рад им.

Он кивнул только Рину, от остальных постарался сесть подальше.

– Такой набор персонажей не предвещает ничего хорошего, – проворчал он.

– А вам есть, чего опасаться? – осведомился глава городской стражи.

– Я слышал об убийстве Туко. Его порвали на кусочки. Когда такое бывает, винят либо оборотней, либо мультиморфов. А оборотней в городе нет.

– Вот ведь совпадение, а? – прищурился Катиджан. – Характерное убийство – и всего один подозреваемый!

– О том и говорю: сразу ко мне прибежали. А что указывает на мою причастность, кроме того, что я мультиморф?

– То, что никто другой этого сделать не мог.

– Вы не знаете, кто в этом городе, – покачал головой Лексис. – Сюда ведь не только за женами приезжают. Многие просто хотят развлечься. Я прибыл официально и зарегистрировался, хотел показать, что я уважаю закон и со мной проблем не будет!

– Вас и не обвиняют, – заверил его глава городской стражи.

– Я вижу, как вы просто пылаете доверием ко мне.

– А мы видим враждебность, – указал Катиджан.

– Я враждебности не вижу, – вмешался Рин. – Давайте не будем додумывать. Лекс, просто расскажи нам, где ты был в ночь того убийства и этой ночью, и разойдемся. Мне лично есть, чем заняться!

– Дома я был. Вот тут! – развел руками мультиморф. – Ночью спал преимущественно. Я не охотился, если вы об этом. И никто из вас не сможет доказать обратное, потому что этого просто не было.

– Подтвердить ваши слова кто-то может?

– Жена может. Она рядом со мной спала!

Словно почувствовав, что о ней заговорили, Лиля вернулась в комнату. Она принесла несколько одинаковых глиняных чашек на большом серебряном подносе.

По проданным женщинам обычно можно было быстро понять, как с ними обращаются новые мужья, и у Лили определенно все сложилось хорошо. Она выглядела ухоженной, расслабленной, смотрела на Лексиса без страха. Она с готовностью приняла свою новую жизнь. Если бы рядом с ней находился дикий зверь, она почувствовала бы это. Ее расслабленность Рин принял как очередное доказательство невиновности Лексиса.

А вот Катиджан с выводами не спешил. Он принял у хозяйки дома чашку, дунул на горячий напиток, и чай тут же покрылся тонкой корочкой льда.

– Свое угощение предпочитаю холодным, – усмехнулся он. – Ну что, дорогая, готовы вступиться за мужа?

– Как вступиться? – изумилась Лиля. – Что он сделал?

– Вы нам скажите.

– Лиля, просто скажи им, была ли хоть одна ночь, которую я проводил вне дома. С того момента, как мы поженились, – спокойно попросил Лексис, не сводя глаз с Катиджана.

– Нет, конечно! По ночам мы оба тут, и мы… – Бледные щеки Лили мгновенно выдали густой румянец. – В общем, мы были заняты. Он никуда не выходил!

– Может, вы видели кровь? – допытывался глава городской стражи. – Следы грязи в прихожей?

– Нет… ничего такого не было. Лексис вообще редко выходит из дома!

– Если бы не правило, предписывающее всем новым женам месяц оставаться тут, мы бы давно уехали из Красного гарема, – сообщил мультиморф. – Я могу уйти в любой момент, один, но я остаюсь, потому что у меня все под контролем.

– Это мы понимаем, но все же…

– Я, пожалуй, пойду, – Рин поднялся на ноги. – Я услышал все, что хотел. Вот вам мое мнение: Лекс невиновен. Учтите это, если будет голосование, и да, я готов за него поручиться. Бывай, Лекс.

– До скорого.

Мультиморф с готовностью пожал его руку.

Здесь Рин не узнал для себя ничего нового, и можно было вернуться к поискам.

Он ожидал, что будет просто, но ошибся: осмотр борделей и баров ничего не дал. Стучать в каждый дом он не мог, поэтому ему только и оставалось, что надеяться на общественные места. Если Уника покинула Красный гарем, шансов снова увидеть ее и вовсе нет.

Но Рин убеждал себя, что вероятность этого невелика. По крайней мере, ему такой исход не нравился.

Он бродил по городу до поздней ночи. И когда надежды почти не осталось, вдалеке мелькнули рыжие кудри.

Уника торопилась куда-то в сторону от борделя, на ходу застегивая платье. Понятно, еще кто-то попался на ее чары! Неведомого брата по несчастью Рин не жалел: тут каждый сам за себя, купился на красоту проститутки – плати. А вот охотница ему была гораздо интересней.

Он последовал за ней. Девушка, видно, обладала неплохой интуицией. Она то и дело оборачивалась, подозрительно прищуривалась, глядя в темноту. Но, конечно же, никого не видела.

Призрака вообще сложно увидеть. Особенно если ты не маг.

Они дошли до одной из самых темных улиц, когда Уника наконец остановилась.

Порывшись в сумке, она достала талисман, нейтрализующий магию.

– Лучше покажись сам, кто бы ты ни был, – предупредила она. – Я тебя все равно увижу.

Игра становилась все более забавной. Рин материализовался прямо перед ней, буквально в шаге.

– Меня этим амулетом не выявить, – сказал он. – Но даже если бы у тебя получилось, что это изменило бы? Это амулет для обнаружения, а не для защиты.

Уника испуганно вскрикнула и попробовала отвесить ему пощечину, однако ее рука прошла сквозь воздух. Рин умел быстро переходить в состояние призрака. Большой силой представитель девятой ветви похвастаться не мог, но свои трюки знал отлично.

– Ты из клана Интегри! – догадалась она.

– А ты сообразительная. Тебе следует собирать больше информации о тех, кого ты грабишь.

Девушка попыталась бежать, но Рин не был настроен и дальше гоняться за ней. Он материализовался у нее на пути, вынуждая Унику остановиться.

– Дальше что? – поинтересовалась она, глядя на него злой кошкой. – Хочешь деньги свои вернуть?

– Очень надо! – фыркнул Рин. – Деньги можешь оставить себе, как бонус за ловкость.

– Тогда что тебе нужно?

– Узнать тебя поближе хочу.

– Изнасилования в Красном гареме запрещены!

– А это единственный способ тебя узнать? – удивился маг. – Серьезно? Да и потом, хотя официально они запрещены, все мы знаем, что происходит после аукционов.

– Это угроза?

– Угомонись! Почему я вообще должен оправдываться? Ты меня ограбила, а я стражу не зову. Спасибо бы сказала!

– Просто оставь меня в покое!

Он сосредоточился на ней, эмоции усиливались. Он даже не обратил внимания на то, что взгляд Уники переместился куда-то за его спину.

Когда Рин понял, что утратил контроль над своим окружением, было уже поздно.

Грандиозной силы удар, обрушившийся на его голову, не позволил магу обернуться.

Глава 9

Кто-то смотрит

– Тебе не кажется, что сейчас не лучшее время для поездок? – возмутилась Дана. – Мог хотя бы подождать, пока я тут адаптируюсь!

– Ты уже не адаптируешься больше, чем сейчас, – парировал Амиар. – Ты осмотрела город, узнала, как он устроен. А к обитателям Красного гарема невозможно привыкнуть, потому что они все время меняются.

– Тут по улицам убийца бродит, а в дом уже вламывался долбанутый вампир с комплексом Наполеона!

– Я устранил эту проблему, – заверил ее маг. – На всех дверях новые замки, вскрыть их нереально. Ройфус свое получил и больше не полезет.

– А убийца? Вы ведь не задержали того парня! – не сдавалась Дана.

– Потому что мы не были уверены, что это действительно сделал Лексис Идальго. Следовательно, оснований для его задержания не было. Повторюсь, я увеличил охрану дома. Сюда ни одно существо без твоего приглашения не проникнет. А ты не приглашай кого не надо, да и сама не выходи! Я вернусь завтра, до этого момента ничего плохого не случится.

Время его отсутствия действительно казалось ничтожным, но в этом городе день за два идет. К тому же, некоторым существам хватит пары минут, чтобы ее убить!

Тем не менее, спорить Дана не стала, видела, что это бесполезно. У Амиара были определенные обязательства перед кланом, он следил за всеми финансами Легио. Раз его срочно вызвали домой, значит, так нужно.

Хотя закон о том, что ей необходимо оставаться в Красном гареме до свадьбы, она все равно находила дурацким. Город-то странный!

Ее смирение повлияло на Амиара: злиться он перестал, пошел на попятную.

– Ты будешь не одна в городе, за тобой присмотрят. Я попросил Нерио проверять, как ты.

– Сомнительная радость, – буркнула девушка.

– Я знаю, что он человек непростой… Но он верен клану Легио, а значит, верен и тебе, – сообщил маг. – К тому же, к тебе может зайти Рин.

Дана радоваться не спешила:

– Тот, который по башке ночью получил? Он теперь мой защитник?

– Прекрати. Мы не знаем, кто на него напал, к тому же, Рин в порядке. Он сильный, как и все представители Великих Кланов.

– Верю, что и он, и Нерио – просто ангелы, – вздохнула Дана. – Даже не буду возражать против того, чтобы они ко мне заходили. Но ты уверен, что этого достаточно? Я ведь не смогу позвать их на помощь, если что-то случится!

– Ничего не случится, это раз. Если кто-то проникнет в дом силой, Нерио быстро узнает, это два. И три – за городом следят. На фоне появления такой угрозы, как этот ночной убийца, безопасности уделяется особое внимание. Так что успокойся. Мы прощаться будем дольше, чем моя поездка продлится.

– Ну и иди, – надулась Дана. – Мое ж позволение тебе не нужно…

– Как-нибудь обойдусь.

Ей не хотелось ссориться с ним, но общение уже пошло по не самой приятной спирали. Девушка демонстративно ушла в зал – хотя было желание обнять его. Дана посчитала это глупым: они не настолько близки! Они вообще не близки, если задуматься.

Она слышала, как он ушел. Подождала с минуту, а потом бросилась к двери и лично проверила, что все замки заперты. Стало спокойнее, но ненамного. Впереди ее ожидали очень одинокие сутки.

Дана в жизни с таким не сталкивалась. В прошлом она привыкла к одиночеству, даже любила его. И уж точно не боялась! Но теперь дела обстояли по-другому. В ее прошлом не было чудовищ, разрывающих людей на части, и вампиров, считающих себя хозяевами жизни.

Она пыталась отвлечься на книги, изучение картин и даже уборку, только это не спасало. В голову лезли не самые приятные мысли, и ей казалось, что кто-то наблюдает за ней из темноты за окном.

Здесь занять себя было совершенно нечем, впервые в жизни Дана скучала по телевизору и интернету. День тянулся невыносимо долго, и когда раздался стук в дверь, она не знала, радоваться или пугаться.

Причин для беспокойства точно не было. Она поняла это, когда увидела, что на крыльце стоит Рин. Дана была толком не знакома с ним, но знала, что это друг Амиара и представитель одного из Великих Кланов. К тому же, он выглядел гораздо более безобидным, чем тот же Катиджан.

– Привет, – улыбнулся ей маг. – Зашел проверить, как ты тут выживаешь. В холостяцкой берлоге Амиара можно сдохнуть от тоски!

– Раз ты пришел, заходи нормально! – Дана открыла перед ним дверь.

– Жених не приревнует?

– А будет к чему?

– Справедливо, – кивнул Рин. – Дружеские чувства во мне сильнее тяги к прекрасному. Тем более что до прекрасного в Красном гареме можно дотянуться и без такого риска.

– Тебе поэтому чуть голову не проломили?

– Не будем о грустном.

Рин был немногим выше ее, отличался худощавым жилистым телосложением. Чувствовалось, что он не слаб, но его сила была не так очевидна, как у Ройфуса. Однако маг был полностью расслаблен и не испытывал смущения ни по поводу собственной комплекции, ни из-за низкого положения в клане. Он адаптировался к этому гораздо лучше, чем Амиар с его скрытой болью.

Рядом с ним было комфортно находиться, и это окончательно успокоило Дану. Она решила испытать удачу и спросить его о том, о чем она не решалась спросить Амиара.

Записка, найденная в комнате Эмилии, до сих пор не давала ей покоя.

– Я ненадолго, – предупредил Рин. – Думаю, кто-то заметил, как я входил сюда. Если я просижу тут больше часа, а тем более после заката, поползут неприятные слухи. Они не нужны ни моему клану, ни клану Легио.

– Не буду спорить. Я уже поняла, что тут все замешано на репутации. Тогда давай хоть этот час используем нормально!

– Ничего себе претензия, – присвистнул маг.

– О чем бы ты ни думал, прекрати! Явно тебя не в ту сторону понесло. Я просто хотела узнать чуть больше о мире, в котором оказалась. С Амиаром особо не поговоришь…

Это было похоже на прогулку по тонкому льду: приходилось очень внимательно подбирать слова, чтобы не провалиться. Если Рин решит, что Амиар намеренно что-то скрывает от нее, он тоже будет молчать – из солидарности с другом.

Однако маг был настроен более демократично. Он, очевидно, считал, что раз она обручена с кем-то из клана Легио, то имеет право на многое.

– Да, в общительности Амиара упрекнут немногие. Но ты его не вини. У него есть свои причины для того, чтобы вести себя так.

– Я и не виню его, – заверила собеседника Дана. – Я ведь не про него спрашиваю, а просто про этот мир!

– И то верно. Что ты хочешь знать?

– Хочу знать, как у вас магия эта получается. Откуда вы берете силу? Почему ты можешь колдовать, а я вот не могу? Потому что ты родился с какой-то особой энергией?

Эмилия не зря выделила этот вопрос. Ответ должен быть очень важен.

– Выпить есть чего? – полюбопытствовал Рин.

– Поройся в холодильнике – или как тут эта штука называется. Я, если честно, никогда не знаю, что там лежит.

Маг не стал отказываться. Он открыл сундук со льдом и, не прекращая поиски, ответил Дане.

– Так вот, по твоему вопросу… Строго говоря, мы не рождаемся с силой. Мы рождаемся со связью. Это своего рода канал, который объединяет нас с непосредственным источником, позволяя черпать оттуда энергию. Чем стабильнее и больше канал, тем сильнее маг.

– И куда ведет этот канал? Где источник?

– У каждого клана он свой. Например, клан Инанис черпает силу из атмосферы Земли. Поэтому Катьке и его родне проще всего: источник близко. Но он и не слишком велик. Их огромная сила обусловлена только малым расстоянием, и другие кланы могут обойти их, если источник по сути своей больше, конечно же.

– Например?

Она спрашивала не потому, что верила. Поверить в такое оказалось очень тяжело, поэтому Дана просто отстранилась от этих мыслей, не пыталась анализировать их – время еще будет, когда Рин уйдет.

Пока же ей хотелось узнать у него как можно больше.

– Например, энергия Солнца и пылающих звезд, – пояснил маг. – Именно оттуда берет силу клан Легио. Их энергия практически не ограничена. Поэтому они и действуют по методу дубинушки: бросают заклинания небрежно, полагаясь только на свою силу. Тонкое мастерство – удел далеких ветвей, от восьмой до десятой включительно.

– Но Солнце же тоже близко! – заметила Дана. – Почему тогда Амиар считается слабым?

– Потому что связь с источником плохая. Нестабильная. Он может быть крут в один день и вообще ни о чем – в другой. Он это знает. Поэтому научился работать с доступным ему минимумом силы. Так он уверен в том, что у него есть, на что он может рассчитывать. Если будет больше – хорошо, меньше – он и так справится.

Рин наконец вернулся за стол, хотя уже у сундука наполовину осушил темную бутылку. Дана понятия не имела, что там, но предполагала, что пиво. Этикеток на здешних сосудах не было, и она до сих пор не знала, откуда берутся продукты в Красном гареме.

– Только ты не слушай Катьку и остальных, – задумчиво добавил Рин. – Когда они говорят, что Амиар беспомощен. Они не знают, насколько он силен. По правде сказать, никто не знает! Он был рожден в первой ветви и слетел в десятую. Его сила скачет, как счетчик Гейгера на Чернобыльском поле. С ним трудно…

– А с тобой?

– Со мной все просто! – рассмеялся маг. – Я рожден в девятой линии, в ней и остаюсь, без сюрпризов. Мой клан берет силу у движения планет солнечной системы. Первая ветвь вообще крута: свободно путешествует сквозь пространство и время. Поэтому мы и прославились как оракулы. Но ко мне это не относится. Я всю жизнь получал крошки от общего пирога, что греха таить. Так всегда будет. Как думаешь, расстроен я по этому поводу?

– Расстроенным ты не выглядишь, – признала Дана.

– И не зря! Подростком я, может, еще и психовал. Амбиции перли через край! Но я повзрослел и понял, что слабость – это хорошо.

– Неужели?

– Конечно! – уверенно ответил Рин. – Герои долго не живут. А я со своей девятой веткой могу кайфовать вдали от серьезных конфликтов, мне и так хорошо. От меня никто ничего не ждет и не требует. Это прекрасно!

Он определенно не был до конца честен с ней. Рину хотелось изображать из себя вечно довольного шута, но… грусть из глаз так просто не скроешь. Не все его мечты умерли со временем.

Давить на него, требуя искренних ответов, Дана не собиралась. Не считала, что имеет на это право.

– Ты говоришь о солнечной системе, Земле, Солнце… то есть, это не параллельный мир? – уточнила Дана. – Где именно мы сейчас находимся? Что за серебряной пеленой?

– Так, засиделся я тут! – Рин поспешно отставил бутылку в сторону. – Но нельзя же так злоупотреблять гостеприимством!

– Что, это настолько секретная информация?

Рин быстро кивнул и направился к двери. Дана проводила его в прихожую.

– Спасибо, что зашел.

– Без проблем, – улыбнулся маг. – Отдыхай и ничего не бойся. Знаю, Амиар искусно изображает бесчувственное бревно, но он помнит о тебе. Завтра он постарается вернуться как можно раньше.

– Надеюсь на это…

Маг ушел, и девушка снова осталась одна. За окном совсем стемнело, и без звезд спасали только фонари. Нужно было идти спать, но в таких условиях сон не шел.

Особенно при том, что прямо напротив ее кровати висело зеркало. На фоне записки, найденной в комнате Эмилии, это нервировало, однако передвинуть его девушка не могла: поднять массивную раму ей было не по силам.

Чтобы успокоить себя, Дана набросила на зеркало платок. Глупо, конечно, но кто увидит?

Ей самой так было проще.

После душа она улеглась и даже выключила свет, нажав на кристалл у изголовья кровати, хотя инстинкты совсем по-детски требовали оставить его на ночь. Однако Дана твердо решила, что не поддастся панике. Ей в этом мире придется прожить некоторое время. Нельзя, чтобы ее победили так просто!

Долго ее решимость не продлилась. Ровно до того момента, как она услышала шорох – совсем близко, в своей комнате! Девушка подскочила, как взведенная пружина, поспешно включила свет, едва не опрокинув лампу.

В комнате никого не было. Она видела лишь свое отражение в зеркале – которое снова было открыто. Платок валялся возле него на полу.

Он не мог упасть просто так, Дана надежно закрепила его на раме, да и ветра в комнате не было. К тому же, поверхность зеркала сейчас казалась ей какой-то мутной, дрожащей, как будто кто-то двигался с другой стороны…

На принятие решения у девушки была всего пара секунд, и медлить она не стала. Дана птицей слетела с кровати и бросилась прочь. Страх не настолько овладел ей, чтобы выгнать на улицу, она помнила, что там все же опасней. Но и оставаться наедине с зеркалами она больше не желала. Она ведь не знала даже, можно ли их разбить!

Оказавшись на пятом этаже, она скользнула в комнату Эмилии и захлопнула дверь за своей спиной. Доверять одному замку Дана не собиралась, поэтому поспешно передвинула к двери комод. Ей казалось, что пока она делает это, скрежет мебели заглушает чьи-то шаги в коридоре. Ей давно не было так страшно… Пожалуй, с той ночи, когда погибла Лиза! Дана была совершенно одна в этом городе. Если она исчезнет сегодня, вряд ли кто-то будет скучать. Кровь с досок отмоют и все!

Поддавшись панике, она скользнула под кровать и затаилась там, старалась не выдать себя даже дыханием. Ничего не происходило, и в дверь никто не ломился, но здесь, на холодном полу, она чувствовала себя гораздо спокойней, чем в теплой постели.

Постепенно ее глаза стали привыкать к темноте, она успокоилась. Тогда Дана и заметила одну странность, которую сложно было упустить даже в таком состоянии…

На досках кровати были выцарапаны крупные символы: «Ю826». И ничего больше.

* * *

Инга научилась молчать. Группироваться так, чтобы уменьшить вред от ударов. Таиться в дальних углах без движения, чтобы ее лишний раз не заметили. Если бы кто-то всего неделю назад сказал ей, что так будет, она бы лишь посмеялась.

Но судьба ее не пожалела. Теперь она в другом мире, совсем одна, избитая и затравленная.

Ирония заключалась в том, что поначалу Инга, в отличие от других девушек, не сильно испугалась. Она привыкла к тому, что способна приспособиться к любому окружению. Она всегда была мастерицей выживания! Она находила общий язык с любыми мужчинами, и ей казалось, что в этом плане нелюди не должны так уж сильно отличаться от людей.

Ее ожидало чудовищное разочарование. По человеческим меркам, Ройфус Дебрис был садистом и извращенцем. Природная красота Инги не интересовала его, если он не чувствовал запах крови. И он делал все, чтобы жена оставалась «привлекательной».

Жена! Это лишь подчеркивало безнадежность ее положения. Инга была пленницей, мученицей, но при этом ходила без оков. Они были не нужны: все равно здесь некуда бежать. Она слишком хорошо помнила, к чему привел ночной побег Даны и Лизы. Она ведь тогда смотрела на них с насмешкой и презрением… Теперь ей было стыдно за это.

Ей вообще много за что было стыдно, впервые в жизни. Перестав быть хозяйкой положения, Инга по-другому взглянула на свои поступки в прошлом, но изменить их она уже не могла.

Она знала, что ночь будет бурной. Ройфус ходил где-то весь день, оставил ее одну. Это было своеобразной передышкой, однако Инга такие передышки воспринимала как затишье перед бурей. Никогда еще он не возвращался в хорошем настроении!

Девушка пыталась, как могла, смягчить свою участь. Она убирала дом, готовила еду, выбирала лучший наряд из тех, что были в ее распоряжении. Она ждала его так, будто его возвращение доставляло ей радость.

Он никогда не попадался на это трюк. Вот и теперь Ройфус смерил ее брезгливым взглядом:

– Что, боишься?

– Нет, я…

– Правду говори! – рявкнул вампир. Блеск его белых клыков, как всегда, заставил девушку вздрогнуть; он рассмеялся. – Вот, это уже ближе к истине! Ты думаешь, я убью тебя?

– Надеюсь, что нет…

– Правильно. Потому что я не убью. Если бы мне просто нужна была шлюха, от которой можно избавиться, я бы не стал столько платить. Колинэ тебя явно переоценила! Но ты уже куплена. Ты будешь носить моих детей, а не подыхать тут, успокойся!

Успокоение было откровенно слабым. Даже если Ройфус не собирался убивать ее, он мог сделать это случайно, просто не рассчитав свою силу. Только вряд ли он осознавал это.

– Иди сюда, – велел вампир. – Я голоден.

– Там ужин… есть…

– Дуру из себя не изображай, слишком удачно получается! Если я велел тебе подойти сюда, просто сделай это!

Она знала, к чему все идет. Хотела возразить, но смелости не хватило, и Инга покорно двинулась к нему.

Когда он впервые укусил ее за шею, сделал первые глотки ее крови, Инга думала, что это конец. Она за свою жизнь посмотрела достаточно фильмов о вампирах, знала, к чему такое приводит! Прошлое будет потеряно навсегда, а она превратится в чудовище.

Однако самыми страшными последствиями, с которыми она столкнулась, были синяк на шее и головокружение от потери крови. Ройфус, наблюдая ее удивление, расхохотался тогда и соизволил пояснить, что обратиться в вампира не так просто, и ей это не грозит. Чтобы выносить ему нормальных детей, она должна остаться человеком, и уж он об этом позаботится! Синяк на шее с тех пор не сходил. Инге едва хватало времени, чтобы восстановиться, прежде чем муж нападал на нее снова. Вот и теперь, как только она оказалась рядом, он притянул ее к себе, заставил наклонить голову так, чтобы ему было удобно.

Фильмы и про это врали. Не было в укусе вампира ничего эротичного. Скорее, это напоминало нападение дикого животного, безжалостно вгрызающегося в свою жертву. Инга знала, что ей удается выжить только благодаря особым свойствам вампирьей слюны, которая блокировала потерю крови и частично заживляла ткани.

Хотя к лучшему ли это? Инга сильно сомневалась. Каждый раз, когда он это делал, ей было больно, страшно и омерзительно. А знание о том, что это теперь навсегда, до самой ее смерти, делало ее положение еще хуже. Она понимала, что плакать бесполезно, и все равно не смогла сдержать слезы. Ошибка, конечно… когда она плакала, ей едва удавалось дышать.

Он видел, что она плачет, но не прервался. Ройфуса это, казалось, забавляло. Если бы жертва впала в апатию, ему было бы скучно, а перед ее беспомощностью он был королем, и это ему льстило.

Но, как оказалось, ситуацию он контролировал не идеально. Это стало ясно, когда вокруг них погас свет.

Теперь Ройфус не мог не оторваться от нее. Он раздраженно отшвырнул от себя девушку; Инга, прижимая руку к шее, отползла за диван. Если бы вампир хотел вернуть ее, он без труда сделал бы это. Однако его внимание пока было сосредоточено не на ней.

– Кто здесь? – прорычал Ройфус. – Покажись!

Ответа не последовало, но кто-то мелькнул за окном, в тусклом свете фонарей. Судя по тому, что туда повернулся и вампир, Инге не почудилось.

– Я знаю, кто ты… Ты нападаешь по ночам. Но сюда ты пришел зря! Мне плевать, кто ты, оборотень или мультиморф. Я убивал оба вида – и многие другие тоже! Если хочешь выжить – вали отсюда!

На секунду Инге показалось, что неизвестный соперник решил послушаться вампира. Движение прекратилось, и в темной комнате стало очень тихо. Чтобы ее рыдания не нарушали тишину, Инга была вынуждена зажать себе рот испачканной кровью рукой.

Ройфус, до этого напряженный и собранный, торжествующе расправил плечи. Тоже, значит, решил, что все кончилось. Только зря. Потому что в это же мгновение большое окно разбилось под ударом массивной туши. Зверь, до этого круживший вокруг дома, оказался внутри.

В том, что это зверь, Инга не сомневалась, хотя и не могла толком разглядеть его в темноте. Ей хватало массивного силуэта, покрытого густой шерстью, и пылающих глаз. Девушка сжалась в комок, закрыла голову руками, хотя и знала, что это не спасет ее. Она лишь надеялась, что ее убьют быстро, без боли.

Хищник видел ее. Она чувствовала: пылающие глаза были устремлены прямо на нее, и он точно знал, что она здесь.

Но он не напал. Точнее, напал не на нее. Существо безо всяких сомнений бросилось на Ройфуса.

Человек стал бы жертвой мгновенно, но вампир – другое дело. В оценке его силы фильмы точно не ошиблись! Может, даже недооценили… Ройфус и сам сейчас был диким зверем. Он отшвырнул нападавшую на него тушу с такой силой, что стена, в которую врезался зверь, разлетелась на куски.

Только чудовище это не остановило, не замедлило даже. Оно с воем вырвалось из горы обломков и атаковало вновь, с большей яростью. Оба были вооружены когтями и клыками, оба били без жалости – и иногда наносили удачные удары. Но кровь шла почему-то у одного Ройфуса. Порезов, которые получил зверь, было недостаточно, чтобы пробить его шкуру, только так Инга могла это объяснить.

– Да что ты вообще такое? – поразился вампир. – Кто ты?

Зверь не ответил, даже если понял вопрос. Ему не нужно было говорить с Ройфусом, он ничего не пытался доказать. Он пришел сюда, чтобы убить, и выполнял свою миссию без сомнений.

На вампире раны затягивались, но медленно, гораздо медленней, чем на его сопернике. Глубоких порезов становилось все больше, и Ройфус уставал быстрее, чем раньше. Из его движений пропадали скорость и грация, он стал неуклюжим. Это должно было рано или поздно подвести его – и подвело.

Хищник поймал его, рванул когтями так, что брызги крови долетели и до девушки, заставив ее вскрикнуть от ужаса. Когда Ройфус перестал сопротивляться, зверь поднял его над полом, зажав голову вампира между передними лапами.

Инга знала, что сейчас будет. И она не хотела этого! При всей своей неприязни к Ройфусу, ненависти даже, она никогда не желала ему такой жуткой судьбы. А на то, чтобы вмешаться, у нее не хватило бы решимости. Страх наконец взял свое, и девушка почувствовала, как теряет сознание…

К своему удивлению, она проснулась. Одна. В комнате было светло, но не от вернувшихся сияющих сфер – просто снаружи наступил рассвет. После нападения прошло несколько часов, и если бы зверь хотел убить Ингу, она уже была бы мертва.

Но она лежала на полу, живая и невредимая. Среди разгромленной мебели, засохшей крови и крупных хлопьев пепла, в которые, согласно легенде, обращались мертвые вампиры…

Глава 10

Нужно держаться вместе

Она улыбалась, встречая его. Без демонстративного восторга, но и без жалоб. Дана хотела, чтобы все выглядело нормальным, чтобы он не заподозрил ее волнение раньше срока.

Потому что она ни о чем не собиралась рассказывать Амиару в этом доме. Эмилия была права: нельзя доверять зеркалам. Внутри них что-то есть… Может, магу и известно об этом. Но если нет – проблема у них обоих.

Ее радовало уже то, что Амиар вернулся раньше обещанного: Рин оказался прав.

– Обнять тебя можно? – спросила Дана.

– Зачем? На нас никто не смотрит, не нужно спектакля.

– Какой ты примитивный…

Она все-таки обняла его. Амиар, естественно, не стал ее отталкивать, но девушка почувствовала, как он напрягся при ее прикосновении. Значит, снести эту стену гордого одиночества будет не так просто, как она надеялась, однако сдаваться она не собиралась.

На кухне его встречал завтрак, Дана по-прежнему изображала идеальную хозяйку. Потому что зеркал на первом этаже хватало.

– Как прошла поездка? – поинтересовалась девушка, перехватывая жменю орехов из миски.

– Нормально. Проблема решена и теперь, скорее всего, мне не придется больше уезжать до свадьбы.

– Я рада. Без тебя, знаешь ли, мне отсюда не выйти, а прогуляться хочется… Очень даже!

Он бросил на нее вопросительный взгляд, который Дана без труда выдержала. Кажется, он начал о чем-то догадываться! С одной стороны, девушке было не по себе от этого нового понимания, эмоциональной связи между ними. С другой, в их ситуации оно полезно.

Она лишь надеялась, что для того, кто скрывается в зеркалах, их намеки не слишком очевидны.

Пока он завтракал, Дана переоделась, заплела волосы в косу. Всем своим видом она показывала, что ей не страшно находиться перед зеркалом. То, что было ночью, – всего лишь дурной сон, а теперь все отлично!

Амиар не подвел ее, вывел на прогулку сразу после завтрака. Они прошли вниз по улице, свернули за угол, и только там маг спросил:

– Может, расскажешь мне, что происходит?

– Что-то не так с зеркалами! Что именно?

Это был очень смелый ход с ее стороны. Дана понятия не имела, можно ли доверять ему, она еще плохо знала мага. Но если не ему, то кому же? Никто в Красном гареме не был ей так же близок, как он!

– Что ты имеешь в виду? – нахмурился Амиар. – Что с ними?

– Ты не знаешь?

– Нет.

– Совсем? Ты хочешь сказать, что зеркала в доме самые обычные?

– Конечно! Слушай, то, что это мир магии, не значит, что тут все заколдовано!

Он верил своим словам, Дана видела. Это не означало, что он прав. Возможно, и его обманули!

Если задуматься, это вполне логично… Амиар нужен семье Легио. Он – казначей, которому нет равных. Если вдруг он решит взбунтоваться, он лишит клан львиной доли их состояния. На такой риск они пойти не могли, поэтому все время держали его под наблюдением.

Маг отвлек девушку от ее размышлений:

– Чего затихла? Начала – так продолжай уже!

– А ты поверишь? Если ты сразу будешь настроен на неверие, ничего не выйдет, – указала Дана.

– Ты хочешь, чтобы я тебе веру пообещал? Звучит глупо, и ты это знаешь. Выкладывай, что ты насочиняла!

Дана бросила на него возмущенный взгляд, но отмалчиваться не стала. Она рассказала ему обо всем, что обнаружила в комнате Эмилии, своей страшной ночи, зеркале, сбросившем платок. Амиар не перебивал ее, но и, казалось, не слушал. Он смотрел по сторонам, девушку ни о чем не спрашивал, будто провоцировал на скандал. Дана сдерживалась изо всех сил, заставляя себя говорить спокойно.

Когда она закончила, он не стал смеяться. Уже это было хорошо. Но и отвечать он не спешил.

– Так ты веришь мне или нет? – не выдержала Дана.

– По правде говоря, не должен, потому что все это звучит как наркотическая галлюцинация…

– Эй!

– Погоди, я не закончил. Есть одно обстоятельство, о котором ты должна знать: мою мать в клане Легио не любили. Не кричали об этом открыто, но чувство было настолько сильным, что они не могли скрыть его даже при мне. Уж не знаю, чем она им не угодила, тут нужно было постараться. Раньше я не понимал эту нелюбовь вообще, как ни пытался. Но то, что сказала ты… Это приносит в ситуацию определенную логику. Если она действительно что-то расследовала, лезла в их секреты…

– Так ты мне веришь? – обрадовалась девушка.

– Тебе обязательно спешить с выводами? – нахмурился Амиар. – Прямо сейчас я тебе не верю – но и не могу сказать, что ты на сто процентов не права. Я буду думать об этом.

Дана в раздражении закатила глаза. Речь идет о его матери, что тут думать? А с другой стороны, вовлечена вся его семья, так что выводы ему сделать непросто. Поверить ей значило признать, что враг рядом – среди своих.

Она решила все же дать ему время. Но кое-что нужно было уточнить сейчас…

– «Ю826» – это тебе о чем-нибудь говорит? – осведомилась она. – Я нашла этот номер в комнате твоей матери.

– Называй ее просто Эмилия, прошу, – поморщился маг. – Я не привык воспринимать кого-то в роли своей матери.

Дана не была уверена, что это правильно, но спорить не стала, не до того сейчас было.

– Ладно, я нашла в комнате Эмилии эти цифры… и букву. Ты знаешь, что это?

– Нет.

– Совсем?

– Фрагментарно, – фыркнул Амиар. – Я знаю, что эти цифры и буква значат по отдельности! Хотя… предположение у меня все-таки есть. Так обычно нумеруются книги в библиотеке дворца: буква, означающая сектор, потом – цифра с номером книги.

– Ты говоришь о том дворце, о котором я думаю?…

– О дворце невест, – подтвердил он. – Да, там есть библиотека. Само здание – это больше, чем дом аукционов. Когда-то оно было храмом, так что артефактов внутри хватает.

– Это как-то связано с той жутью, что сидела под сценой? – поежилась Дана.

– Это были шершенны, – уточнил ее спутник. – И да, это связано с ними напрямую. Теоретически, Эмилия могла иметь доступ в библиотеку, когда жила тут… уже после смерти отца. Она оставалась частью клана Легио, что давало ей определенные преимущества. Но делала она это или нет – не знаю.

– Узнаем! – уверенно заявила девушка. – А кто такие шершенны?

– Ты можешь хоть немного помолчать? Мне нужно подумать.

– Да пожалуйста! Хрупкий у тебя мыслительный процесс, если его голосом нарушить можно.

Он недовольно хмыкнул, но больше ничего не сказал. Видно, ему действительно было непросто сейчас.

Они продолжали медленно прогуливаться по городу, залитому рассеянным солнечным светом. Амиар смотрел только себе под ноги, заточенный в собственном мире. Дана с любопытством оглядывалась по сторонам. Поэтому именно она и заметила весьма странную деталь…

В одной из подворотен скрывался мужчина. Он не прятался там намеренно, видно, просто свернул, когда ему стало плохо. Он тяжело дышал, опираясь на стену, его бледную кожу покрывала испарина. Правая рука мужчины была покрыта кровью.

Может, и следовало подумать об осторожности, особенно в Красном гареме, но жалость в этот раз преобладала. Дана отпустила руку мага и поспешила в подворотню. Амиар, растерявшийся от неожиданности, последовал за ней лишь через пару секунд.

– Простите! – позвала она. – Господин… или как тут к людям обращаются… Вам плохо? Мужчина поднял на нее темные, пылающие в лихорадке глаза и нервно улыбнулся.

– Что вы, все в порядке… Просто голова закружилась, это пройдет!

– Что здесь происходит? – поинтересовался Амиар.

– Видишь, человеку плохо? Или не человеку…

– Человеку, – заверил ее бледный мужчина.

– Он человек, – подтвердил маг. – Что в этом городе довольно странно.

– Да почему же странно? Меня зовут Андрес Тил, я работаю тут… Вы ведь знаете, что в зону магического нейтралитета приглашают на работу людей…

– Знаю, – кивнул Амиар. – Но обычно здоровых!

К этому моменту Дана успела разглядеть, что источником крови на руке мужчины был глубокий, на всю ладонь, порез. Получается, он ни на кого не нападал, он сам жертва.

– Я и был здоров, – пояснил Андрес. – Но работы в последнее время много, идет подготовка к балу во дворце. Я был неловок, порезался… Я не болен, это просто недостаток сна!

– Тогда вам следует отдохнуть. – Дана сняла с шеи тонкий шарф и без сомнений перевязала руку мужчины.

– Леди, вы очень добры…

– Она – да, я – нет, – предупредил Амиар. – Иди отсюда. Если кто-то в городе узнает, кого Колинэ нанимает на работу, будут проблемы и у тебя, и у нее. Пусть тебя не видят, пока ты не начнешь выглядеть прилично.

– Простите…

Мужчина съежился и поспешил уйти. Дана проводила его сочувствующим взглядом. Она повернулась к Амиару, чтобы возмутиться, однако запнулась на полуслове. Маг только казался спокойным, увидеть гнев в его глазах было несложно.

– Что, по-твоему, ты делаешь? – процедил сквозь сжатые зубы он.

– Помогаю человеку, – растерялась Дана. – Что тут плохого? Это мое личное дело!

– Это если бы ты в Москве по улице маршировала и бомжу лейкопластырь подарила, было бы твое личное дело. Но ты в Красном гареме, ты вот-вот примкнешь к клану Легио. Ты вообще ни с кем без моего разрешения говорить не должна!

Он не шутил, он действительно был разгневан. И его злость понемногу передавалась Дане.

– Ничего себе заявочки! Гулять – с тобой, говорить с другими – с твоего разрешения. Я не ребенок и не комнатная собачка! Что если я не хочу следовать всем этим дурацким правилам?

– Тогда ты проживешь даже меньше, чем Эмилия, – холодно ответил Амиар.

* * *

Чтобы выжить в таком городе, нужно было стабильно удерживать свое место в пищевой цепи. А желательно – вне ее. Уника знала об этом, когда решилась приехать в Красный гарем.

Именно поэтому она не собиралась верить даже доброте. Ее кто-то спас, когда она не нуждалась в спасении, и благодарить неведомого покровителя она не собиралась. Да, тот рыжий колдун преграждал ей путь, однако опасным его Уника не считала. Она не заметила, как кто-то подкрался к нему, но видела, как ударил. Ведьма воспользовалась этим, чтобы убежать.

Чувство, что следили не за колдуном из рода Интегри, а за ней, не покидало Унику ни на минуту. А значит, ей нужно было узнать, что за человек привязался к ней. Хотя какие тут люди?

Она не отличалась поразительной магической силой, но следопытом была хорошим. В ее случае, это был навык, а не врожденная способность. Даже тогда, в панике убегая с ночной улицы, она успела запомнить общие черты нападавшего, а главное, запах. Смесь горных трав и сосновой смолы. Кому-то этого было бы мало, но ведьме – достаточно.

Дальше выслеживание неизвестного врага было вопросом времени и техники, и он почувствовал это, так что прятаться друг от друга стало бессмысленно. Для встречи Уника выбрала бар, который в обеденное время оставался полупустым. Тем не менее, свидетелей здесь хватало, городской стражи – тоже, и это успокаивало.

Уника пересекла зал и, не обращая внимания на подмигивания потенциальных клиентов, направилась к дальнему столику.

За ним сидела женщина. Причем даже здесь, в Красном гареме, где женщин хватало, она смотрелась лишней. Во-первых, она путешествовала одна, на что решатся немногие. Во-вторых, она выглядела настолько угрожающе, что городская стража не рисковала делать ей замечания об отсутствии спутника. Рослая, мускулистая, как мужчина, она угрюмо озиралась по сторонам и словно надеялась на драку. На стуле рядом с ней лежал меч, который она, судя по перевязи, обычно носила на спине.

Не спрашивая разрешения, Уника села на стул напротив нее. Незнакомка перевела на нее мрачный взгляд вишнево-красных глаз.

– Ты ведь знаешь, кто я, не так ли? – спросила Уника.

– Да и нет.

– Конкретней можно?

– А зачем мне это? – ухмыльнулась женщина, отбрасывая назад толстую косу. Всего таких кос у нее было три, и в тусклом свете магических сфер ее черные волосы напоминали блестящих змей. – Что мешает мне вышвырнуть тебя через окно? Стража за тебя не вступится.

– Не факт. Но даже если так, тебе стоит поговорить со мной мирно.

– Почему?

– Потому что вчера на улице ты огрела по голове Рина Интегри, а ты знаешь, что бывает за нападение на представителя одного из Великих Кланов.

– Это было не нападение, – отмахнулась воительница. – Он потом очухался и ушел, он не ищет меня.

– Ты и о нем знаешь, и за мной следила… Вот об этом мне тоже можно ему рассказать?

Думаешь, это никого не заинтересует?

– Дерзкая ты больно, – оценила женщина. – И к шантажу склонная. Последний раз по своей инициативе помогаю ведьме, честное слово!

Уника быстро оглянулась по сторонам, чтобы проверить, не наблюдает ли за ними кто-то. Ей бы не хотелось, чтобы город узнал о ее истинном происхождении! Притворяться человеком куда выгоднее.

– То есть, ты знаешь, что я ведьма, – указала Уника. – Что еще?

– На этом все, вообще-то.

– Как тебя зовут?

– Исла, – отозвалась женщина. Она то и дело демонстративно поглядывала на меч. А Уника тем временем пыталась понять, к какому виду существ принадлежит ее собеседница.

– Так вот, Исла, я тебе не верю. С чего тебе следить за мной, если ты не знаешь, кто я такая?

– Знаю, что ведьма, и этого достаточно. Ваше сестринство опознать легко! Но ты не из общины, ты сама по себе, значит, слабая. Легко предположить, что ты из тех одиночек, которые решаются на авантюрные вылазки в Красный гарем, чтобы подзаработать денег. Вы знаете, что здесь хватает богатых магов и нелюдей. Используя свое сходство с людьми, вы прикидываетесь проститутками, заманиваете клиентов и обчищаете их карманы. Вы никого не убиваете и делаете ставку на то, что вас не будут искать, чтобы не объявлять никому о своем позоре. Я права?

Возразить Унике было нечего. Исла только что предельно точно изложила суть ее работы здесь. Ведьме оставалось лишь озадаченно кивнуть.

– Откуда тебе столько известно?

– Не первый день на свете живу! – хмыкнула Исла. – Вы предсказуемы. Как, говоришь, тебя зовут?

– Уника меня зовут.

– Ай, не очень это важно. Так вот, не следила я за тобой, пока не заметила, что тебя колдун ищет. Я следила за ним, потому что знаю, как колдуны с ведьмами поступают. Оказалось, не ошиблась. Я помогла тебе один раз, больше помогать не буду. Нужно тебе что-то еще или на этом разойдемся?

Тут Уника могла возразить. Например, сказать, что Рин точно не знал, что она ведьма, и искал ее по совершенно другой причине, известной им обоим. Но зачем Исле слышать это? Ту историю с ночной улицы можно считать завершенной.

Однако прощаться было рано. Воительницы вроде Ислы не приезжают в такие места просто так.

– Я благодарна тебе, – сказала ведьма. – И прошу простить меня за поспешные выводы. Как она и ожидала, Исла быстро сменила гнев на милость.

– Проехали. Таким, как мы, нужно держаться вместе.

– Таким – это каким же?

– Женщинам, которые никому не принадлежат, – с готовностью уточнила воительница. – Я не осуждаю то, что ты делаешь здесь. Ты не отдаешь им свое тело, вот что важно! А что крадешь у них… Они это заслужили. Такое место, как Красный гарем, вообще существовать не должно.

– Тебе тут не нравится.

– Это точно!

– Тогда почему ты здесь? – изумилась Уника.

– Работа.

– Какая еще работа?

– Та, которая тебя не касается, – отрезала Исла, поправляя украшенный камнями ошейник.

– Я тебя спасла, ты меня отблагодарила. Мы квиты. Больше рядом со мной не бегай, а то я буду не так благородна.

– Может, я помочь хочу!

– Это лишнее.

Исла всем своим видом показывала, что разговор им лучше не продолжать. Унике пришлось принять ее условия: ссориться им пока не следовало. Ведьма осмотрела стол, прикидывая стоимость заказа собеседницы, и оставила нужную сумму.

– Считай это моей благодарностью, чтоб действительно квиты были, – улыбнулась она. – Оставлю тебя одну, если тебе так хочется. И еще раз спасибо!

– Встретимся еще, я так думаю.

– Буду рада!

На самом деле, Уника была совсем не уверена, обрадует ее эта встреча или нет.

Она так и не сумела понять, кем Исла является на самом деле. Магической ауры вокруг женщины Уника не почувствовала, а значит, она не ведьма и не из Великих Кланов. Красные глаза указывали, что воительница из нелюдей. При этом ошейник на ее шее обладал четкой магической аурой, это была не простая побрякушка, он сдерживал ее силу, а свободные нелюди такого не любят.

Словом, воительница представлялась странным существом. Непонятный враг порой заслуживает большего внимания, чем предсказуемо сильный.

Исла ненавидит мужчин, собравшихся в Красном гареме. За чем бы она ни пришла, это явно им не на пользу.

Покидая бар, Уника почему-то вспомнила Рина Интегри. Взгляд его этот бесовской, улыбку и прикосновения… Не нужно было вспоминать, конечно. А снова пересекаться им точно нельзя! Ведьма и сама не могла понять, откуда берутся эти мысли.

Она решила отвлечь себя работой, а там и Рин забудется. Что толку думать о нем? Ведьмам с магами из Великих Кланов не по пути. Ни к чему, кроме гибели, это не приведет.

Глава 11

Мы

Их договор рисковал потерять силу в любой момент. По крайней мере, в таком виде, как сейчас.

Они не разговаривали с момента возвращения с прогулки. Амиар вел себя спокойно, будто ничего и не случилось – но при этом не обращал на свою будущую жену внимания. Дана же просто не рисковала вести разговоры о чем-то серьезном в доме, увешанном зеркалами. Она знала, что мага сейчас все устраивает.

Но так же нельзя! У нее времени не так уж много, а они даже не начали обсуждать план побега.

Проблема была не в том, что Амиар не разговаривал с ней здесь, а в том, что он закрылся от нее эмоционально, она чувствовала это. Без его доверия их договор не имел ни смысла, ни будущего.

Она не знала, как поступить; обида, нарастающая в ее душе, мешала мыслить здраво. После того, как он намекнул на ее истинное место в его жизни, как можно было с ним нормально разговаривать? Просить у него помощи было все равно что подтвердить: она полностью зависит от него. Поэтому сейчас Дана искала способ справиться со всем сама.

Решения у нее не было, и даже помощь, которую она сквозь время получила от Эмилии, оказалась не так уж ценна. Амиар куда-то уходил, потом вернулся, но ей ничего не пояснил. Так и вышло, что к вечеру она сидела на пятом этаже, он – на первом, и оба делали вид, что они дома одни.

Но один плюс в том, что он дома, все-таки был: Дана не сомневалась, что хотя бы этой ночью ей удастся спать спокойно. Его присутствие само по себе было надежной защитой, к тому же, она хотела попросить его вынести зеркало из ее спальни. Просто так, как женский каприз, раз он ей не верит!

Для этого Дана и вышла из комнаты, но тут же забыла о своей цели. Потому что прямо перед ней в коридоре стоял монстр.

Он был больше ее и, приподнявшись на задние лапы, упирался в потолок могучими, как у быка, рогами. Его силуэт напоминал медвежий: массивная туша с длинными передними лапами и темно-бурой шерстью. При этом размер когтей на лапах в сравнении с ним превращал любого медведя в безобидное травоядное – это существо было вооружено настоящими клинками.

Его морда и вовсе не была похожа ни на один из известных Дане видов: плоская, будто скошенная, наполовину занятая огромной пастью. Но даже там не помещались два ряда изогнутых клыков, по которым скользкой паутиной сочилась слюна. Непроницаемо красные, лишенные видимых зрачков глаза существа были устремлены на нее.

Они застыли друг напротив друга, не двигаясь. Умом Дана понимала, что прошло немногим больше минуты, но ей это время показалось вечностью. Она не знала, мерещится ей это существо или нет, как оно попало сюда, зачем пришло…

А потом она поняла, вспомнила убийства, о которых рассказывал Амиар. Кто-то охотился на женихов, выкупивших девушек из последней партии, – включая ее!

Это воспоминание привело ее в чувство, словно ледяной водой обдало. Дана двинулась к лестнице, чтобы предупредить Амиара, сбежать с ним, позвать на помощь. Но существо оказалось быстрее. Одного его удара хватило, чтобы Дана с криком полетела вниз по лестнице – на один пролет, пока стена не остановила ее.

Она ушиблась, больно, но не опасно. Пока она лежала там и приходила в себя, Дана не могла не думать о том, что существо сдержалось. Оно ударило ее, как кошка бьет игрушку – мягкой лапой, не стараясь убить. А ведь с такими когтями оно могло пополам ее разорвать!

Значит, не хотело. И в предыдущих случаях девушки выжили. Оно просто пришло не за ней!

– Дана, в чем дело? – прозвучал снизу голос Амиара. Маг уже поднимался к ней.

– Не ходи сюда! – крикнула девушка. – Прочь из дома, сейчас же! Со мной все будет в порядке!

Но он не послушался. То ли не понял, о чем она, то ли не воспринял ее всерьез. Скоро он уже был на четвертом этаже.

Догадка Даны оказалась верной: увидев его, существо с торжествующим ревом кинулось вниз. Оно и думать забыло про девушку, перед ним сейчас был единственный значимый противник.

Амиар не был готов к этому, но и шоку не поддался. Одно движение его руки – и перед чудовищем поднялась завеса из досок, только что образовывавших пол. Пока оно пробивалось через преграду, маг без сожаления разбил ближайшее зеркало и направил на существо крупные острые осколки. Они со свистом рассекли воздух, вонзаясь в темную тушу.

Это была эффективная техника боя… которая не помогала. Осколки попадали в чудовище, но, похоже, не наносили ему никакого вреда. По крайней мере, Дана не видела ни одной капли крови. Такие атаки замедляли зверя, однако остановить его не могли.

Амиар, в отличие от нее, был далек от паники. Он отступал, потому что был вынужден это делать, но он подбирал новые способы нападения на чудовище. Мир вокруг него оживал, двигался, подчиняясь воле мага.

Катиджан действительно соврал насчет него. Дана в жизни не видела такой силы! Он был великолепен в этом искусстве: принимал решения быстро, действовал четко, оставался собран и спокоен. В поединке против такого примитивного врага он должен был победить, причем быстро!

А вот не получалось. При всей своей предсказуемости, чудовище оставалось несокрушимым. И далеко не глупым: оно училось на своих ошибках и подбиралось к магу все ближе.

Дана оставалась рядом с ними, но близко подойти не решалась, беспомощная и потерянная.

– Амиар, уходи отсюда! – не выдержала она. – Не упрямься!

– Оба мы не уйдем так быстро, а одну я тебя не брошу, – отозвался маг. Он говорил так спокойно, будто ничего особенного и не происходило!

– Одну меня оно не тронет!

– Ты не можешь быть уверена в этом.

– Оно не тронуло других девушек!

– Потому что получило то, за чем пришло. Если оно не достанет меня, может выплеснуть злость на тебе.

Разговор отвлек его, сбил дыхание, и существо воспользовалось этим. Оно прорвалось сквозь завесу из хрустальных осколков и дерева, полоснуло противника наотмашь. Три кровавые полосы пересекли лицо Амиара, заставили пошатнуться и пропустить еще один удар, откинувший его к стене.

Когда он отлетел туда, девушка решила, что существо просто толкнуло его – как и ее когда-то. И лишь когда маг не смог встать, она поняла, что все гораздо серьезней.

В момент удара когти зверя вошли в живот его жертвы, оставив глубокую вспоротую рану. Теперь Амиар, зажимавший разрез рукой, боялся пошевелиться. Знал, что еще немного, и травма станет смертельной. Он попытался открыть пролом в полу под хищником, чтобы не подпустить его к себе, да только этот трюк не сработал. А для чего-то более серьезного маг сейчас был слишком слаб.

Существо перепрыгнуло через яму и направилось к поверженному противнику. Дана прекрасно понимала, чего оно хочет: это не человек, который пришел говорить, это тварь, не знающая пощады. Еще немного, и Амиара просто не станет…

Дана не могла этого допустить. Даже при том, что он не был ей настоящим мужем и другом, даже после их ссоры. Амиар оставался единственным, кто не покинул ее в трудную минуту, спас ее! Она не имела права просто переступить через его смерть и притворяться, что ничего не было.

Не до конца понимая, что делает, Дана бросилась наперерез зверю. В этот момент ее не могли задержать ни искореженный пол, ни длинное платье. Мгновение – и она оказалась между магом и приближающимся чудовищем.

– Что ты делаешь? – с трудом произнес Амиар.

– Я тебя не оставлю!

– Беги отсюда, дура! Оно не трогает тебя, потому что ты не путаешься под ногами. Уйди, мне ты не поможешь…

Он не смог договорить: поперхнулся кровью и закашлялся. Существо было совсем близко, и одного взмаха когтей было бы достаточно, чтобы снести Дане голову.

Однако этот взмах не последовал. Хищник замер в паре шагов от девушки, глядя на нее пылающими глазами. Казалось, что он удивлен…

– Уйди прочь, – четко и медленно проговорила Дана. – Мне плевать, почему ты убиваешь мужчин, выбравших нас. Этот – мой, и он мне нужен. Я не отдам его тебе!

Зверь продолжил смотреть на нее. В этот момент он напоминал Дане разъяренного бродячего пса, который притих лишь потому, что увидел нового противника. Видимо, ее неожиданное вмешательство показало существу, что она может быть сильной. А иначе зачем ей рисковать жизнью? Как только оно сообразит, что никакой силы у нее нет, все будет кончено.

– Дана… – только и смог сказать Амиар. А что добавить – не знал, потому что в глубине души понимал, что никакие уговоры на нее не подействуют. Она не собиралась отступать.

Но и бездействие не имело большого смысла. Существо уже показало, что может причинить ей вред, если захочет. А Дана… что ей оставалось? Она видела все атаки, которые эта тварь отразила. Ее скромные человеческие силы против этого казались еще более ничтожными!

Ее решение было плодом отчаяния в чистом виде. Дана подхватила один из осколков, лежащих на полу, и ударила существо в грудь. Это было глупо, наивно, и она ждала незамедлительной расплаты – да только не дождалась.

Хищник взвизгнул, как раненый пес, и отступил на шаг назад. Крови по-прежнему не было, но девушка чувствовала, как под ее рукой сыплется песок. У Даны не оставалось времени размышлять, что это и как на это реагировать, нужно было держаться за неожиданный шанс на победу.

Она ударила несколько раз, тем же осколком. Ее рука, державшая зеркало, давно уже кровоточила, изрезанная собственным оружием. Да только Дане не было до этого дела, и боли она не чувствовала. Она видела, что старается не зря: на груди, лапах и морде существа оставались выбоины. Ему было больно и оно отступало!

Теперь уже бежать нужно было ему. Хищник бросился к пролому, который создал Амиар, и спрыгнул вниз. Дана не собиралась его преследовать; вскоре она услышала, как разбивается в щепки входная дверь.

Он удрал! Тот, кто уничтожил нескольких нелюдей и только что чуть не убил представителя Великого Клана, убежал от нее! Это было слишком странно, чтобы поверить…

Праздновать победу она не собиралась, у нее сейчас были проблемы посерьезнее. Дана поспешила вернуться к Амиару, опустилась рядом с ним на колени и оторвалась часть подола своего платья.

– Вот, – она прижала ткань к ране на его животе, – держи сильнее, ты кровь теряешь!

– Сумасшедшая ты все-таки, – Амиар устало улыбнулся, глядя на нее из-под полуопущенных век.

– Эй, не вздумай засыпать, тебе нельзя сейчас!

– Я не буду… Все хорошо. Эта рана не смертельна для мага… если я не встану, конечно.

Тогда кишки вывалятся.

– Прекрати немедленно! – прервала Дана.

– А что такого? Это же забавно!

Она видела, что на самом деле ему совсем не смешно. Амиару было страшно, но он изо всех сил старался скрыть это за бравадой. Девушка осторожно обняла его, почувствовала, что он дрожит.

– Я с тобой, – прошептала она ему на ухо. Ей самой хотелось плакать, но она каким-то чудом сдерживалась. – Я отойду только на минуту, нужно позвать кого-то, чтобы тебе помогли!

– Не нужно. Нерио, думаю, уже спешит сюда… кто-то точно спешит. Останься… Рядом с тобой теплее.

– Я никуда уже не уйду, – заверила его Дана. Она сжала его руку, не зная, кому сейчас больше нужна поддержка: ему или ей. – Мы это пройдем вместе. Понял? Поэтому и важно, чтобы были мы, а не ты и я! Надеюсь только, что оно не вернется…

– Точно не вернется. Об этом можешь не беспокоиться.

– Почему ты так уверен в этом?

– Я, кажется, начинаю понимать, кто это был.

Проследив за его взглядом, Дана обнаружила, что он смотрит на то место, где только что стоял зверь. Там, на горке из пепельного песка, остался локон золотых волос.

* * *

Таня понимала, что дела ее плохи. Четыре аукциона остались позади, и девушек, живущих во дворце, давно уже предупредили, что пятый станет последним. Их, скорее всего, заберут… но уже не потенциальные мужья.

Осталось ведь немного «товара» – пять человек. Никто из них не хотел идти в местные бордели, но это все равно было лучше, чем отправиться в темноту под сценой. Когда они только попали сюда, Таня сочувствовала тем девушкам, которых купили сразу. А теперь она поняла: им повезло больше всех.

Правда, это везение оказалось выборочным. Инга, главная красавица, недавно вернулась к ним. Только теперь она такой красавицей не была: сильно похудевшая, покрытая синяками, измученная, с затравленным взглядом. На ее шею и вовсе смотреть было страшно: один сплошной синяк, в центре которого темнели небольшие круглые ранки.

Инга пока ни с кем не разговаривала. Казалось, она вообще не соображает, что происходит вокруг нее. Таня понятия не имела, что ей довелось увидеть, да и не хотела знать. Если Инга не оправится, ей даже бордель не светит… Только и останется, что упасть вниз.

Туда, где существует кто-то еще. Таня теперь понимала это предельно четко. Она не видела этих существ, но слышала странные звуки по ночам, видела, как женщины в сером носили ведра порубленного мяса куда-то в подвал. Она не решалась спросить, что это за животные, и вряд ли ей позволили бы узнать. Но на их фоне даже бордель казался не худшим вариантом!

Если Ингу не трогали, позволяя восстановиться, то других девушек в ожидании аукциона заставили работать. Они помогали женщинам в сером на кухне, убирали в комнатах, мыли бесконечные коридоры замка. Таня не стала исключением. Благодаря спортивному прошлому, ей было даже проще, чем остальным: выдержка не подводила. Она знала, что когда придет время, ее снова сделают привлекательной. Косметики и платьев тут хватало!

А пока она сама себе казалась Золушкой в лохмотьях. Сегодня ее послали мыть полы в подвалах – куда, похоже, давно уже уборщицы не добирались. И вот теперь Таня размазывала тряпкой липкую серую грязь и думала о том, как все было прекрасно в ее прошлой жизни.

Она ведь даже не помнила, как попала сюда! Ей стало тоскливо дома, она отправилась с подругами в клуб, хотя спортивный режим для этого пришлось отбросить. Но на душе кошки скребли, и ей хотелось отвлечься от собственного одиночества любой ценой.

Ее подруги были скучными в тот день. Пили совсем мало по сравнению с ней, а в какой-то момент и ее попросили остановиться. Таня послала их к черту, ей впервые за долгое время было хорошо. Наконец они обиделись и ушли, а она пила еще. Дальше воспоминания стали совсем смутными: она с кем-то разговаривала, куда-то шла, садилась в какую-то машину. А потом цепь событий просто оборвалась до того момента, как она проснулась здесь.

Скорее всего, мадам Колинэ сказала правду. Для внешнего мира все, кто попал сюда, мертвы. Может, и правда мертвы? А это не другой мир, это чистилище, где все отвечают за ошибки прошлых лет… Но какое-то оно странное!

За этими мыслями Таня и сама не заметила, как оказалась в большом зале подвала. Она никогда раньше не была здесь, убирала только коридоры. Зато она видела, как в эти двери уходили женщины в сером, приносившие сюда сырое мясо.

Сейчас в зале не было ни мяса, ни тех, кто мог его поглотить. В стороне стояли ведра, железные инструменты, назначения которых Таня не знала, но на этом все. Огромное пространство пустовало, его лишь изредка рассекали колонны, поддерживавшие низкий потолок.

И на фоне этой серой пустоты было несложно разглядеть темную дверь на другом конце зала.

Таня подозревала, что лезть к этой двери ей нельзя, но любопытство оказалось сильнее. Она успокаивала себя тем, что имеет право находиться в подвале – мадам Колинэ сама направила ее сюда. Так что если ее и поймают тут, наказание будет не слишком суровым.

Оставив ведро и тряпку у входа, Таня направилась к темной двери. Преграда была внушительная: из крепкого материала, подозрительно похожего на камень, с металлическими петлями. Такое не каждый день увидишь! Со стороны зала дверь укрепляли два замка и засов.

Но вот что было странно: в обоих замках оставались ключи. Такое не делают, когда хотят спрятать что-то за дверью, да и засов не устанавливают. Как правило, такие меры предпринимаются, чтобы удержать кого-то внутри.

Девушка прильнула к двери, прислушиваясь, но не смогла различить ни звука на той стороне. Дверь смотрелась опасной, и Таня безо всяких запретов знала, что ей туда нельзя. Но вдруг мелькнула шальная мысль: что если именно там заперты все девушки, которых мадам Колинэ сбросила под сцену во время аукциона? Что если они живы и томятся там, в темноте, а истории о хищниках – всего лишь обман?

Это же все меняет! Если бы Тане удалось освободить их, получилась бы солидная группа, с которой и сбежать отсюда можно. Да, это риск, но… что она теряет? Во время следующего аукциона под сцену вполне могут отправить ее! К тому же, женщины в сером ходили сюда без оружия. Что бы там ни находилось, оно не такое уж страшное. Поэтому Таня, несмотря на испуг, все же решилась войти.

Выполнить этот замысел оказалось не так просто. Уже открытие замков было серьезным испытанием для ее силы. Дверь эта… Она весила, пожалуй, целую тонну! По крайней мере, ощущения были такие.

Кто-то другой на месте Тани не справился бы, да и она уже подумывала сдаться. Однако спортивная подготовка дала о себе знать. Дверь все же поддалась, и в образовавшуюся щель Таня с трудом, но пролезла.

По ту сторону преграды ее встречала кромешная тьма, и это не радовало. Ей пришлось вернуться в главный зал, чтобы поймать одну из сфер, паривших в воздухе, и взять с собой. Достать получилось только самую маленькую, так что освещение откровенно подводило, но это было лучше, чем ничего.

С первых шагов за дверь Тане захотелось уйти оттуда и забыть подземелье навсегда. Это было хуже, чем она представляла! Девушка попала в просторный коридор, от пола до потолка оплетенный древесными корнями. И там, на корнях, висели человеческие кости…

Туда не просто бросили ненужные останки, это было нечто большее. Скелеты разобрали, создавая из них новые формы. Черепа свисали с потолка гроздьями винограда, ребра образовывали лепестки жутких цветов, крупные бедренные кости создавали причудливый геометрический узор. А дерево служило для этого основой, слишком четкой и правильной, чтобы это было случайностью или работой природы. Казалось, что корни кто-то специально так выстроил, чтобы они дали нужную опору. Только это, конечно, невозможно… Нереально просто!

Идти дальше становилось все сложнее, девушку бил озноб, хотя на самом деле в коридоре, лишенном окон, было совсем не холодно. Скорее, наоборот: воздух здесь висел теплый и тягучий, пропахший мокрой землей.

Она и сама не знала, зачем идет вперед. После всего, что она уже увидела, надеяться на выживание тех девушек не приходилось, скелеты сами по себе не появляются. Но Таня была слишком шокирована, чтобы рассуждать здраво. Она продолжала двигаться по инерции, шаг за шагом, не в силах ни остановиться, ни развернуться.

Пока не уткнулась в решетку. Решетка здесь тоже была сделана не из досок или металла, а из переплетенных древесных корней, преграждавших путь в просторный зал. И уже там, за ними, в темноте, что-то шевелилось.

Таня подняла сферу повыше над головой, надеясь, что свет упадет туда. Бесполезно. Слишком уж велико было пространство, раскинувшееся перед ней. Но пока она смотрела в темноту, кто-то смотрел на нее оттуда.

Это стало ясно, когда на решетку бросилось странное существо. Оно атаковало быстро, всего за пару секунд, и так же быстро отступило. Но там, где девушка видела блеск клыков, на дереве остался внушительных размеров разрыв.

Движение на той стороне усилилось – похоже, она кого-то побеспокоила. В полумраке Таня все четче видела быстрый танец тел и понимала, что это не одно большое существо. Эта стая неизвестных ей тварей, способных обглодать человека до костей.

Она была не уверена, что деревянная решетка удержит их, если они нападут все сразу. Скорее всего, женщины в сером успокаивали их, когда приносили еду. Но Тане нечего было им дать, и едой могла стать она сама.

Эта мысль наконец вернула девушку к реальности. Таня развернулась и бросилась прочь, к выходу. Вслед ей неслось свистящее шипение, но она не оборачивалась. Даже остановиться не осмелилась: покинула подвал, взлетела по лестнице и только на первом этаже, у спальни, перевела дух.

Она не помнила, закрыла ли за собой каменную дверь. Скорее всего, нет, это было бы не так просто. Но возвращаться ради этого девушка не собиралась, решив, что это уже не ее проблемы.

Глава 12

Время выбирать

– Ну и зачем мы потащили ее с собой? – недовольно поинтересовался Катиджан. – Людям здесь не место!

– Мы не знаем, какой это тип голема, – пояснил Амиар. – Скорее всего, наших объединенных сил хватит. Но если его защита лучше, чем я предполагал, понадобится помощь Даны. Она остановила его один раз, остановит и второй.

Дане было приятно, что ее взяли с собой – и что ее воспринимают всерьез. По крайней мере, Амиар. Катиджан был, как всегда, уверен только в себе, а о чем думает молодой представитель клана Арма – она вообще не представляла.

Ее это и не касалось. Ей было достаточно, что Амиар теперь на ее стороне.

Они не обсуждали ночное происшествие – времени не было. Прибыл Нерио, как и ожидал маг, помог им добраться до больницы. Там их разделили, девушке тоже нужна была помощь. Рану на ее руке залечили легко и быстро, и теперь, глядя на безупречно ровную кожу, было невозможно догадаться, что там пару часов назад был глубокий порез.

С Амиаром все оказалось сложнее. Его продержали в операционной несколько часов, и Дана даже начала волноваться. Однако он вышел оттуда сам, как ни в чем не бывало. Сказал, что им пора домой.

В нем что-то изменилось после того случая. Сразу и кардинально, хотя Дана не могла толком объяснить, что именно. Он по-другому смотрел на нее, больше говорил, даже улыбаться, как ей показалось, стал искренней. Значит, оценил все-таки то, что она могла умереть за него!

А до девушки этот простой факт только в больнице дошел. В момент нападения приходилось действовать быстро, без размышлений. Она и сама не могла понять, почему готова была сделать так много для человека, который сожалел о спасении ее жизни, но тогда желание защитить его победило все, включая инстинкт самосохранения.

В их доме сейчас шла уборка, организованная Нерио, там они не задержались. Амиар лично собрал совет, на котором готов был объяснить, что произошло. Дане посещать такие встречи запрещалось – но ее все равно пропустили по настоянию мага. Даже при том, что его поступок не понял никто. Амиара их мнение не волновало.

Так Дана и узнала, что на них напал голем. Магическое существо, которое никогда, по сути, не было живым. При должном уровне мастерства голема можно было создать так, чтобы он ничем не отличался от обычного человека. А значит, это чудовище прошло бы все проверки во дворце мадам Колинэ.

Его продали как невесту, оно затаилось. Когда голем привык к своему новому окружению, проснулась его основная способность – перевоплощение. Существо жило одной целью: убить как можно больше магов, участвовавших в аукционе, пока оно само не будет разоблачено и уничтожено.

– Я все равно не понимаю… откуда он мог взяться? – недоумевала после собрания Дана.

– Один колдун такое не создаст, голем получился слишком сильным и умным. Исходя из этого, можно предположить, что это плод совместных усилий сообщества ведьм. Некоторые ведьминские шабаши сегодня имеют такую же власть, как и Великие Кланы. Соответственно, они могут конкурировать с нами и хотят это делать.

Не все ведьмы готовы были вступать в борьбу с Кланами за власть в магическом мире. Чтобы убедить большинство, их лидерам приходилось придумывать благородные причины для атаки. Например, освобождение женщин, которые содержались в Красном гареме, именно поэтому голем мог убивать только мужчин и был уязвим к атакам женщин. Ведьмы просто не представляли, что найдется хотя бы одна невеста, которая решится напасть на это чудовище.

– Но это же глупый план! – возмутилась Дана. – Вот освободили они тех жен… И они отправились обратно во дворец на повторный аукцион!

– Зато урон был нанесен, – пожал плечами Амиар. – Такие решения, как отправка голема, никогда не приносят глобального эффекта. Это своего рода диверсия, предупреждение, демонстрация силы, которая сохраняет привычный баланс. Мол, смотрите, какая участь постигла других – не покупайте больше невест в Красном гареме. Они действуют как террористы в мире людей. В этот раз, как видишь, они едва не убили представителя Великого Клана. Это их особо порадовало бы.

– Но не убили же! А «почти» не считается.

Голема нужно было уничтожить, и срочно. Однако в городской страже работали только мужчины, сражавшиеся с помощью магии, они были слишком уязвимы перед этой тварью. Женщины из дворца Колинэ вмешиваться отказались, объяснив это тем, что голем больше не их ответственность. Нужен был способ избавиться от угрозы быстро и с минимальным ущербом для города.

Представителям Великих Кланов, как бы они друг к другу ни относились, пришлось на время позабыть о разногласиях и объединиться. Амиар, Катиджан и Наристар – их совместных сил должно было хватить. Они хотели привлечь и Рина, но не сумели его найти. Никто даже не мог точно сказать, что он все еще в Красном гареме.

Зато с группой отправилась Дана. Она сама хотела увидеть, как все обернется, могла их подстраховать и… Она бы никому не призналась в этом, но ей нужно было лично убедиться, что с Амиаром все будет в порядке. После такого серьезного ранения ему следовало отдохнуть, а он сразу в бой ринулся. Девушку это беспокоило.

Она видела, что Катиджана ее присутствие раздражает, поэтому пока держалась за спинами мужчин, изображая покорную жену, хотя внутри все кипело. А ведь как он заливал, что восхищается ею! Куда это делось? Или врать уже стало не так выгодно?

Они пришли к особняку на дальней улице, небольшому по сравнению с тем домом, где жила Дана, постучали. При свете дня все казалось таким мирным и цивилизованным, что мысли о предстоящей битве невольно казались шуткой.

Правда, атмосфера стала менее расслабленной, когда дверь все же открылась. На пороге стоял гигантских размеров мужчина, который был им точно не рад.

Дана уже знала, кто это. Лексис Идальго, мультиморф. И его, по словам Амиара, тоже следовало опасаться.

– Снова вы? – вздохнул он. – Теперь чего? Я опять стал подозреваемым?

– Мы не к тебе, – отмахнулся Катиджан. – Где твоя жена?

– Лиля? Что вам от нее надо?

Как и он, Дана до сих пор не могла поверить, что это Лиля, хотя Амиар назвал ей имя сразу. Они же разговаривали во дворце, еще до аукциона! Лиля была обычной – испуганной, смущенной, настоящей!

Легко было слушать рассказы о том, что големы, созданные ведьмами, ничем не отличаются от людей. Но как соотнести это с человеком, которого ты знаешь… у которого есть имя!

Для Лексиса это был не просто человек. Это была его жена. Мультиморф заметно напрягся, и даже при том, что она пришла в сопровождении трех представителей Великих Кланов, Дане стало не по себе под взглядом этого гиганта.

– Позови ее – и узнаешь. – Амиар вел себя гораздо спокойней, чем остальные. – Тебе можно быть рядом, когда мы будем говорить с ней…

– Вы не будете говорить с ней! – прервал Лексис. – Я не позволю.

– Давай-ка кое-что проясним, – опасно прищурился Катиджан. – Клан Инанис, третья ветвь. Клан Арма, вторая ветвь. Клан Легио, десятая ветвь, но тем не менее. И с нами ты будешь спорить?

Лексис и бровью не повел:

– Буду. Потому что это – Красный гарем, нейтральная земля, а не ваша территория.

– А если мы будем настаивать?

– Мне ничего не останется, кроме как защитить мой дом и мою семью. По закону я имею на это право.

– Право имеешь… а выжить хочешь?

Ситуация продвигалась совсем не в ту сторону, на которую они надеялись, Дана чувствовала это. Поэтому она вынуждена была вмешаться:

– Что плохого в том, что мы увидим Лилю? Вы можете остаться рядом с ней, если хотите!

Но нам это нужно, мы не уйдем, не поговорив с ней.

Судя по всему, присутствие женщины успокоило Лексиса. Он решил, что раз ее взяли с собой, никаких серьезных действий предпринимать не будут. Снова побеседуют и уйдут, как в прошлый раз.

Дана ничего не обещала ему, а значит, не обманывала. Но у нее все равно было такое чувство, будто обманула.

Они прошли в гостиную, остановились у стены – их группа. Лексис тоже не спешил садиться, и когда пришла Лиля, остался рядом с ней.

Только этот момент и был нужен Дане, чтобы понять: Амиар не ошибся. Одного взгляда в глаза Лиле хватило. Это были те же красивые, обрамленные пушистыми ресницами глаза – но без души, мерцающей в них. Несмотря на очевидный финал, Лиля оставалась спокойна.

Она не надеялась выжить. Но, скорее всего, она собиралась забрать побольше жертв с собой, прежде чем ее не станет.

– Говорите, зачем пришли! – поторопил их Лексис. Он один пока не понимал, что происходит. – А будете глубокомысленно молчать – пойдете делать это на улице!

– Зачем? – не удержалась Дана, не сводя глаз с лица Лили. – У тебя же как раз все было неплохо, тебе достался отличный муж! Зачем понадобилось делать это?

– Твой вопрос для нее – пустые слова, – усмехнулся Амиар. – У нее нет понимания того, что такое мотивация и самостоятельный выбор. Она делает то, ради чего и была создана. Она не представляет себе другой жизни.

– Да что, черт возьми, творится? – Мультиморф злился все больше. – По-моему, я упустил момент, когда Кланам стало позволено все!

Того, что произошло дальше, не ожидал ни он, ни окружающие. Дане почему-то казалось, что на перевоплощение Лиле потребуется время. Разница между ее нынешним хрупким телом и тем монстром, что напал на них ночью, была колоссальной! Да и Амиар с остальными тоже были в этом уверены, иначе не вели бы себя так расслаблено.

Лиля сумела удивить их. Она подбросила вверх пригоршни песка, которые до этого скрывала в сжатых кулаках. Мутное облако мгновенно распространилось, окружая ее, скрывая от посторонних глаз. А когда оно рассеялось, перед ними стояло совсем другое существо. Между этим моментом и первым движением Лили прошло слишком мало времени, чтобы понять, что происходит, и приготовиться.

А для Лексиса это и вовсе стало шоком. Он стоял перед чудовищем, появившимся прямо перед ним, и не мог вымолвить ни слова.

Голем прекрасно контролировал ситуацию. Лиля понимала, что три мага, стоящие рядом, очень опасны для нее, атаковать их бессмысленно. А вот мультиморф – другое дело. Он один, в человеческом облике, да и морально он не готов драться с ней. Именно поэтому она напала на него.

Сейчас она была больше, чем Лексис. Однако он все равно оставался воином, и, несмотря на свою растерянность, успел перехватить массивные лапы до того, как они дотянулись до его горла. Противники сплелись, покатились по полу, они сейчас были так близко, что Дана даже взглядом не могла их разделить.

– Началось! – раздраженно закатил глаза Катиджан. – Говорил же я: надо было пойти на штурм сразу, без всей этой вежливой болтовни! Нам обязательно спасать его?

– Это в приоритете, – ответил Наристар. – Но если не получится, можно и не спасать. Амиар эту беседу не поддержал. Он только бросил Дане:

– Держись пока в стороне, чтобы мне не нужно было беспокоиться о тебе!

Не дожидаясь ответа, он шагнул вперед. Быстро осмотревшись, он направил руку к металлическим полкам, висевшим на стене. Повинуясь его жесту, металл распрямлялся и менялся, превращаясь в сплошное тонкое полотно.

Оно было настолько гибким, что со стороны казалось жидким. Даже Дана, ничего не смыслившая в магии, могла догадаться, какой безупречный контроль для этого требуется. А ее спутники и вовсе были поражены.

– С каких пор этот чудик стал таким сильным? – присвистнул Катиджан. – Это точно десятая ветка?

– Нам какое дело? – отозвался Наристар. – Быстрее бы покончить с этим…

Металл скользнул сквозь воздух к телам противников. Они так и не отпустили друг друга, но препятствие между ними все равно появилось: полотно действительно было жидким! Оно вклинилось между ними, а потом резко распрямилось, откидывая мультиморфа и голема друг от друга.

Лиля собиралась снова броситься на мужа как на самую вероятную добычу, когда вокруг нее выросла клетка из толстого льда.

– Пора и нам вступить, – заметил Катиджан. – А то усну тут со скуки!

Голем все еще казался неуязвимым. Из ледяной клетки, как и следовало ожидать, он вырвался в один миг. Но теперь, когда противников было трое, и все отличались значимой силой, его умений было недостаточно.

Его сковывали льдом и обжигали огнем, под ним проваливался пол, в него летели заостренные металлические колья. Вокруг него парили черные птицы, подчиняющиеся Наристару, которые то и дело резали его острыми крыльями. Повреждения, нанесенные магами, заживали быстро – но теперь уже недостаточно быстро, их было слишком много, и постепенно они накапливались.

– А бабенки-то эти растут! – фыркнул Катиджан. – Ведьмы, в смысле. Того и гляди, что-то путное сумеют сделать. Но не в этот раз.

Они покончили бы с големом быстро – если бы не появилась новая угроза. С другой стороны комнаты на них бросился окровавленный черный волк. Он казался огромным: вдвое, а то и втрое больше, чем этих животных создавала природа.

Раны не могли остановить его, двигался он быстро и отчаянно. Даже при идеальной реакции воинов, лед успел сковать его за секунду до того, как его челюсти впились в Наристара.

– Вот дебил, – вздохнул Катиджан. – Он все еще верит, что это его жена. Остынь, Лекси! Это не заколдованная красотка, которую ты можешь спасти. Никакой Лили, или как там ее, не было, ведьмы обвели тебя вокруг пальца!

Волк не ответил ему. Он продолжил рычать, пытаясь вырваться. И у него получалось, пусть и не так ловко, как у голема. Лед вокруг него постепенно трескался.

– Убить этого придурка проще, чем вразумить, – покачал головой ледяной маг.

– Не надо никого убивать, разберемся так, – отмахнулся Амиар.

Он заставил медные перила слететь с лестницы, изогнуться в воздухе, принимая форму гигантского паука, и кивнул Наристару. Тот понял намек, коснулся фигуры, всего на секунды три, но этого было достаточно.

Теперь пауком не нужно было управлять, металлическое существо жило своей жизнью.

Оно решительно бросилось на волка.

Это было сделано вовремя, потому что лед наконец разлетелся в крошку. Лексис успел бы напасть на магов, если бы паук не скрутил его медной клеткой.

– Мягкотелые вы оба, – вздохнул Катиджан. – А убить – оно всегда надежней.

– В этом сейчас нет необходимости, – возразил Амиар. – Он просто не понимает, что его действия ничего не значат для нее.

А вот Дана была в этом не уверена. Пока они отвлеклись на Лексиса, она наблюдала за Лилей. Голем замедлился! Вместо того, чтобы использовать отвлекающий маневр, невольно созданный мультиморфом, Лиля просто смотрела на него и ждала.

Прежде чем на нее успели напасть снова, Дана выбежала вперед, оказавшись прямо перед големом.

– Да какого… – разозлился Катиджан. – Этот цирк сегодня закончится?!

Она ожидала, что все трое будут недовольны ее поступком, однако Амиар молчал, не пытаясь оттащить ее. Дана оценила это, но сейчас ей было не до него, она смотрела в пылающие глаза Лили:

– Они ведь неправы, да? Про то, что ты ничего не соображаешь и не чувствуешь. Ты все прекрасно понимаешь, иначе ты не училась бы на своих ошибках.

Лиля не ответила. Но то, что она не ударила, хотя могла бы, значило больше любых слов.

– Так давай покончим с этим! – предложила Дана. – Да, ты уже натворила много бед… Но если ты поможешь найти ведьм, которые тебя сделали, это искупит твою вину! У тебя еще будет нормальная жизнь, с ним, только помоги нам!

Голем лишь покачал головой. Амиар подошел ближе, и девушка почувствовала, как он обнимает ее за плечи.

– Она не может, – тихо сказал маг.

– Но почему? Можно же договориться!

– Не в этом дело. Голем живет до тех пор, пока выполняет свою миссию. Если она откажется от убийств, исчезнет сила, поддерживающая в ней жизнь. Ей тогда останется несколько часов, не больше, и она умрет. Какой бы выбор она ни сделала, это приведет к ее смерти.

– Не может быть! – Дана бросила на него недоверчивый взгляд. – И это нельзя остановить?

Вы же из Великих Кланов!

– Я уже говорил тебе, что магия может не все.

Если он прав, решающий выбор действительно казался безнадежным, но Лиля все равно сделала его. Песок волнами хлынул с ее тела на пол. Оно уменьшалось, меняя форму, и скоро перед ними снова стояла девушка, которая встретила их в доме.

Лиля сейчас смотрела не на них. Ее взгляд был устремлен на волка, скрученного на полу.

– Смерть тоже бывает разной, – печально улыбнулась она. – Уйдите. Оставьте нас. Дайте мне эти часы с ним.

– Это трюк! – заявил Катиджан. – Так мы и купились!

– Да не трюк это, – покачал головой Амиар. – Сворачиваемся. Нам действительно нет смысла оставаться здесь.

– Вообще-то, есть, – заметил Наристар. – Я могу попробовать изменить энергию, поддерживающую ее тело. Клан Арма тоже умеет создавать големов. За это придется принять предложение девушки Легио и рассказать нам о ведьмах, заключим сделку. Но, я думаю, все получится.

Они смотрели на него с надеждой – Лиля и Лексис. Катиджан презрительно фыркнул, но возражать не стал. Он был не настолько одержим убийствами, чтобы настаивать на казни. Амиар тоже хотел, чтобы у них все получилось, Дана чувствовала это.

Но им не дали даже попробовать. Все решила массивная стрела, которая пробила окно и вонзилась в грудь Лили. Девушка успела только охнуть и в последний раз взглянуть на Лексиса – а потом ее не стало. Голем, так долго сопротивлявшийся магии, исчез в один миг, остались только глиняные осколки и песок, который подхватил ветер.

Мультиморф вернул человеческую форму, и паук отпустил его, но было уже поздно. Ему только и оставалось, что упасть на колени перед горкой пепельного песка.

Катиджан, Амиар и Дана бросились к окну одновременно. Было ясно, что стреляли оттуда, и все трое хотели увидеть нападавшего – если не поймать сейчас, то хотя бы запомнить.

Но они опоздали. Тот, кто сделал это, был великолепно подготовлен. Улица перед домом Лексиса оказалась пуста.

* * *

Свете было хорошо и спокойно в этом доме. Сначала ее волновало то, что Наристар не общается с ней. Она думала, что его раздражает ее присутствие: вломилась, живет себе, да еще и после смерти своего мужа! К тому же, ему так и не удалось обнаружить ту женщину, о которой она говорила, и Света опасалась, что он вот-вот обвинит ее во лжи.

Но ничего подобного не случилось, и наконец девушка поняла, что в ней проблемы нет. Проблемы вообще нет. Просто Наристар такой сам по себе: тихий, задумчивый и не слишком общительный. Судя по существам, которых он создавал, в его голове существовал отдельный мир, однако делиться этим миром с окружающими он не хотел.

Это была не худшая жизнь, безопасная и свободная от всех переживаний. Света больше не шарахалась от механических игрушек, наполняющих дом. Ей нравилось хозяйничать тут, и она даже попросила Наристара убрать часть служанок, чтобы ей было чем заняться. А владелец особняка привыкал к ней, и они общались все больше.

У нее не было никакого желания уходить. Она даже не думала, что придется: Света усвоила, что семья Наристара пользуется большим уважением, и никто не посмеет ему перечить.

Поэтому когда в дверь постучали, она открыла без промедления. Ей было разрешено это делать, да и потом, за окном было светло. Чего ей бояться? Наристар сказал, что скоро вернется.

Однако на пороге стоял не он. За дверью Света увидела женщину, которую никогда прежде не встречала в этом городе. Высокая, мускулистая, затянутая в наряд из бронзовой кожи, да еще и с заплетенными в три косы волосами, она напоминала воительницу из какого-нибудь комикса. Меч за ее спиной, колчан со стрелами на бедре и арбалет в руках лишь дополняли картину.

– Пойдем! – уверенно заявила женщина. – Я тебя спасу!

– Чего?… – только и смогла произнести Света.

– У нас нет времени, демон скоро вернется!

Она попыталась схватить девушку за руку, но Света вывернулась и отступила назад, в прихожую. Хотелось захлопнуть дверь, но она понимала, что женщина сильнее ее, можно даже не пытаться.

– Я вас не знаю и никуда с вами не пойду!

– Я – Исла, а теперь давай, ты нас обеих погубишь!

– Уходите без меня! – потребовала Света. – То есть, просто уходите! Не знаю, за кого вы меня приняли, но вы точно ошиблись! Здесь хватает девушек, которых нужно спасти, и я не из их числа, у меня все хорошо!

– Всегда так, – вздохнула Исла. – Ничего, потом ты меня отблагодаришь!

Уходить одна она точно не собиралась. Эта сумасшедшая ворвалась в дом, пытаясь поймать Свету.

Незамеченным это действие не прошло. Механизмы, населявшие резиденцию Арма, бросились на помощь. Слуги, птицы, бабочки и даже растения напали на незваную гостью, пытаясь заставить ее уйти.

Но они не были ни оружием, ни охраной. Если они кого и могли остановить, то только Свету, Исле от них не было вреда.

Женщина продемонстрировала, что не просто похожа на воительницу – она воительницей и была. Одной стрелы, выпущенной ею, было достаточно, чтобы уничтожить трех-четырех механических существ. Ее меч скользил сквозь воздух так быстро, что за ним невозможно было уследить. Разрубленные шестеренки летели во все стороны, и защитников у Светы оставалось все меньше.

Девушка могла бы убежать наверх, спрятаться там и надеяться, что Наристар придет раньше, чем эта сумасшедшая до нее доберется, но Света остановила себя.

Она не хотела, чтобы маг встречался с Ислой. Кем бы ни была эта женщина, она пришла сюда не просто так, она знает, что делает. Что если она навредит Наристару? Этого Света допустить не могла. По ее вине ничего плохого не случится, только не с тем, кто спас ей жизнь… не с ним!

– Погоди! – взмолилась девушка. – Я пойду с тобой, только прекрати!

– Уже начинаешь умнеть. Но веры тебе нет. Первое время будешь пленницей.

– Ты мне можешь хотя бы объяснить, что происходит?

– Я тебя спасаю, – раздраженно повторила Исла. – Разве я неясно сказала?

– Но зачем? От кого? И почему меня? Я же не просила!

– Ты и не сможешь попросить сейчас. Ты под влиянием одного из демонов, худших демонов этого проклятого города. А всего их тут четыре, вместе с твоим. У двух демонов женщин нет вообще. Один таскает свою женщину с собой, до нее не доберешься. Но тебя-то я спасти сумею!

– Не уверена, что понимаю…

Света разговаривала с ней не просто так. Урезонить воительницу она и не надеялась, понимала, что это нереально. Девушка тянула время.

Незаметно для собеседницы, она складывала из обломков шестеренок, упавших на стол, слово «спаси». Она понятия не имела, есть ли в этом какой-то смысл. Скорее всего, нет. Наристар и так был достаточно добр, позволяя ей спрятаться в своем доме. Но тратить силы на преследование и спасение, да еще после того, как по ее вине тут случился погром… Не в его это стиле.

И все же Свете важно было передать ему одно: она ушла не добровольно. Она не хотела оставлять его дом!

Исла начинала терять терпение:

– Хватит уже! Моя работа выполнена, а значит, меня ищут.

– Разве тебе не проще будет спастись одной, без меня? – с надеждой спросила Света.

– Проще. Но с тобой это будет лучшая работа.

Тянуть время и дальше смысла не было. Света покорно подошла к воительнице и протянула ей руку. Исла перехватила ее за запястье и потащила за собой. Лишь теперь девушка сумела разглядеть, что у ее «спасительницы» темно-красные глаза.

Похоже, Исла успела неплохо изучить город. Она вела Свету окольными маршрутами, пустыми дворами, узкими улочками, на которых не было прохожих. Поэтому даже разгар дня не был для нее помехой. Всего несколько минут – и они покинули черту Красного гарема, направляясь к мосту.

– Туда нельзя! – испугалась девушка. – Там люди умирают, мне рассказывали… Эта серебряная пелена опасна!

– Еще как, – согласилась Исла.

– Тогда почему мы идем к ней?

– А мы идем не к ней. Я спрячу тебя так, чтобы ты не смогла навредить себе. Это потом ты будешь меня благодарить, пока ты опасна для себя. Мне еще нужно кое-кого найти… а если повезет, и кое-кого убить.

Глава 13

Лимит силы

Если бы не возможность попасть в библиотеку, Дана никогда не согласилась бы на это. У нее не было ни малейшего желания видеться ни с мадам Колинэ, ни с ее прислужницами. Да и потом, ей снова предстояло изображать хорошую жену, а это ее не радовало. Но она готова была рискнуть, потому что более удачного повода добраться до книги могло и не появиться.

Правда, Дана не была уверена, что номер, найденный ею под кроватью в комнате Эмилии, действительно обозначает книгу. Но другого объяснения она придумать не могла, а так у нее появлялся хоть какой-то след, и она чувствовала, что он важен и для нее, и для Амиара.

Она снова позаимствовала платье у Эмилии, на этот раз – серебристое, струящееся, мягко блестящее кристаллами в свете магических сфер. Оно придавало ее коже призрачное мерцание, которое и Дану делало непохожей на обычного человека, под стать всем, кто населял Красный гарем.

Судя по взгляду Амиара, она производила неплохое впечатление. Она была рада этому – больше, чем, пожалуй, следовало бы. План о равнодушном отношении к нему трещал по швам все чаще.

– Надеюсь, там не будет тех, с кем мы и так в последнее время видимся слишком часто? – полюбопытствовала она.

– Если ты о Катеньке, то, скорее всего, он там будет, и в первых рядах, – отозвался Амиар, не сводя с нее завороженного взгляда.

– Чтобы тебя позлить?

– Не только. Ради таких развлечений он и приезжает в Красный гарем.

Бал был действительно организован для всех. Семейные пары приглашали туда больше для рекламы: мадам Колинэ хотела показать, какими счастливыми делают покупателей «ее девочки», и под это настроение распродать тех, кто засиделся в общих спальнях.

Это не означало, что купленные на балу девушки тоже стали бы женами. Кого-то из них брали очередной наложницей в частный гарем, кого-то – пополнением в бордель, но это, наверно, все равно была лучшая судьба по сравнению с тем, что скрывалось под сценой.

– Ты так и не сказал мне, кто такие шершенны, – заметила Дана, когда они покидали дом.

– И сейчас не скажу.

– Почему это?

– Потому что, официально, женщинам не полагается знать об этом, – пояснил Амиар. – Если кто-то услышит, как я рассказываю тебе о таком, могут и не понять. А неофициально, тебе будет спокойней во дворце, если ты не будешь знать, кто они и где они.

– Так и живу в неведении, – вздохнула Дана.

Обижена она не была. Она чувствовала: отношения налаживаются. Скоро Амиар сам про этот мир рассказывать начнет, без вопросов!

По улицам города двигались небольшие, украшенные цветами повозки, доставлявшие гостей ко дворцу. Расстояние от резиденции Легио до аукциона Дана могла бы пройти и сама, но нарушать этикет не собиралась. Ей вообще невыгодно было привлекать к себе внимание перед тем, что она задумала.

Они прибыли одними из первых. Женщина в сером провела их в просторный зал, стены и потолок которого были увиты белоснежными розами. Тонкий аромат в воздухе и нежные лепестки, то и дело срывавшиеся вниз, доказывали, что цветы живые. Где-то в стороне шелестел фонтан, а на столах у стены были подготовлены напитки и угощения. Пока свободного пространства было больше, чем занятого гостями, но – очередь из повозок у ворот дворца лишь увеличивалась.

Дана уже видела знакомые лица в толпе. Вот Инга, наконец оправившаяся от шока, гордая и красивая, в ярко-алом платье. На нее оборачивались, и сомнений в том, что она во дворце не задержится, не оставалось.

Здесь же мелькала и Таня, но она вела себя гораздо скромнее. Девушка в нежном розовом платье держалась у стен и нервно оглядывалась по сторонам. Если она продолжит вести себя так и дальше, ничего хорошего бал ей не принесет.

– Лорд и леди Легио, какая честь!

От голоса мадам Колинэ до сих пор мурашки шли по коже. Этот звук приносил не больше радости, чем скрежет пенопласта по стеклу. Тем не менее, Дана заставила себя улыбнуться так же приветливо, как улыбалась ей хозяйка дворца.

– Мы еще не женаты, – напомнил Амиар. – Но это просто вопрос времени. Я благодарен вам.

– Вы счастливы с ней? – Мадам Колинэ бросила на него удивленный взгляд. – Правда? И не хотите ее вернуть?

Вот ведь стерва! Прежде чем Дана успела высказать ей все, что думает, Амиар обнял девушку за плечи и бережно прижал к себе. Он действовал настолько осторожно и нежно, что гнев Даны невольно угас. Она к такому с его стороны не привыкла. Пришлось напоминать себе, что это лишь игра на публику, и не нужно относиться к ласке с его стороны серьезно – хотя от этого было обидно.

– Более чем счастлив, – ответил он. – Я не ожидал такого.

– Каждому свое, видимо, – пожала плечами мадам Колинэ. – Наслаждайтесь этим вечером.

Вы – мои почетные гости.

Она ушла от них, явно разочарованная его ответом. Дана только хмыкнула ей вслед, потом повернулась к своему спутнику:

– Это ты-то счастлив со мной? Серьезно?

Она ждала очередной колкости, но он остался спокоен.

– Почему нет?

– Да хватит тебе! Конечно, мы на публике, но сейчас на нас никто не обращает внимания.

Так что на «Оскара» можешь не работать, ДиКаприо!

– Не в этом дело, не в публике… – задумчиво произнес он, потом снова сдержанно улыбнулся, словно опомнился. – Неважно. Ты еще не передумала?

Она рассказала ему о своем плане, потому что другого пути не было. Без него она бы не справилась. Амиар ее затею не поддерживал, но и останавливать не собирался.

Они вынуждены были ждать. Для того чтобы Дана смогла уйти незамеченной, нужна была большая наполненность зала, настоящая толпа, которая скрыла бы ее. В ожидании других гостей они просто прогуливались вдоль цветочных гирлянд.

– Ну так… как вышло, что ты семью не создала? – как бы между делом поинтересовался Амиар.

– Я даже не знаю, что меня удивляет больше… То, что ты проявил интерес ко мне, или что спросил именно об этом. То есть, отсутствие у меня мужа и детей кажется более невероятным, чем то, что я упала с Эльбруса?

– Да. Падение с Эльбруса – предсказуемый исход при твоем характере.

– Спасибо! – фыркнула Дана. – А отсутствие мужа?

– Парадокс при твоей внешности.

– Ого! Комплимент? От тебя?

Смутить его было невозможно, как она ни пыталась. За намеренной иронией Дана старалась скрыть скорее собственное смущение. То, что он, наконец, начал ею интересоваться, льстило девушке.

– Да просто так вышло… Это же не от меня зависит, как повезет! – заметила она.

– Если бы ты захотела, то нашла бы кого-то, – указал Амиар.

– А зачем? Просто чтобы кто-то был? Два раза пробовала, оба раза неудачно.

– За что они бросали тебя?

– Я бросала, – рассмеялась Дана. – Что, так сложно в это поверить? А бросала, потому что не любила. Проживать с кем-то жизнь без любви тоскливо.

– По-моему, такие убеждения автоматически должны исчезать в шестнадцать лет.

– Ну и зря. В чем радость, если нет любви? В комфорте? Мне и одной неплохо. В деньгах? Я нормально зарабатывала. В одобрении общества? Так меня всегда за что-то осудят, мне поводов не жалко!

– То есть, ты готова была всю жизнь прожить в одиночестве? – изумился маг.

– Пока – да. Может, с годами я изменила бы свое решение. Но пока я не была к этому даже близка. Что тут такого удивительного? Разве ты не собирался сделать то же самое?

– У меня причина есть, – помрачнел Амиар. – Которая от меня не зависит.

– Которую ты сам выдумал, – возразила девушка. – Та причина, о которой ты говоришь, не означает обязательное одиночество. Но тебе хотелось наказать себя, не так ли? Обречь на это за слабость, за неоправданные ожидания… Я права?

Он отвернулся. Дана испугалась, что перестаралась с этой своей честностью, оттолкнула его. Если он снова замкнется, им обоим будет только хуже!

Однако Амиар все же ответил:

– Бесит меня, когда ты делаешь это.

– Что?

– Угадываешь то, что никто знать не должен.

– А разве это не привилегия жены? – подмигнула ему Дана. – Как насчет того, чтобы пригласить меня на танец?

– В прошлый раз это аукнулось мне разбитым глазом.

– В прошлый раз ты лапал меня за задницу, даже не узнав мое имя!

– Можно подумать, что если бы я тогда узнал твое имя, а потом схватил тебя за задницу, это изменило бы мою участь, – хмыкнул Амиар. – Хорошо, буду придерживаться более традиционных способов приглашения. Миледи, вы позволите?

– Ну конечно, лорд Легио! – со всем смирением, на которое она была способна, ответила Дана.

Танцевать медленные танцы она не умела, но сейчас был не лучший момент, чтобы признаться в этом. Она понадеялась на него – и не зря. От нее требовалось просто отключиться от собственных мыслей и чувствовать его тело. По началу движения угадывать, что будет дальше, и вторить ему; это оказалось поразительно легко, словно они уже много лет танцевали в паре.

– Ты расслабилась, – отметил Амиар. – Это хорошо. Не слишком приятно, когда ты напряжена рядом со мной.

– После нашего общения в прошлой жизни, я и подумать не могла, что ты умеешь так танцевать!

– Ну и зря. Как говорила моя бабка, если представитель клана Легио позорит себя неумением танцевать, нет причин не сломать ему ноги.

– Да уж… в эту семью мне хочется влиться все больше! – хмыкнула Дана.

На самом деле, его семья ее сейчас не беспокоила. Как и предстоящая свадьба, и даже вылазка в библиотеку. Дана позволила себе думать только о настоящем моменте – не испорченном грузом прошлого и будущего.

А в настоящем, рядом с Амиаром, было тепло и спокойно. Ей повезло с ним… кто бы мог подумать!

Музыка постепенно затихала, и когда танец заканчивался, была недолгая пауза, во время которой можно было не двигаться, но и не расходиться. Дана использовала этот момент, чтобы прижаться к нему, опустить голову ему на плечо, наслаждаясь разницей в росте. Она улыбнулась, хотя и знала, что он не увидит.

– Ты в порядке? – тихо спросил Амиар.

– Просто рада быть здесь.

– Да неужели?

– Представь себе. А теперь иди и пригласи на танец Ингу.

Ей и самой не хотелось этого, но она помнила, зачем пришла во дворец.

– Ты серьезно? – От неожиданности маг даже отстранился. – С чего бы? И кто такая Инга?

– Инга – это девушка в красном платье, вдова Ройфуса.

– Я думал, она тебе не нравится…

– Терпеть ее не могу, – подтвердила Дана.

– В чем тогда подвох?

– Она яркая и красивая. Если ты пригласишь ее, на вас будут смотреть. Первое время и на меня: вроде как что испытывает брошенная невеста? Но я буду тихонько плакать в уголке, и про меня быстро забудут. На вас смотреть станет интересней. Вот этот момент я и использую, чтобы смыться из зала. Библиотека же на этом этаже?

– Иди до конца коридора, пока не упрешься в дверь, – кивнул Амиар. – Я надеялся, что ты откажешься от этой затеи! В ней же смысла особого нет…

– Но и вреда тоже. Я просто проверю, есть ли там книга с таким номером, и все. Мы даже не рискуем ничем!

– Это да. Все равно, будь осторожна.

Он не стал спорить. Когда музыканты сменили мелодию, он направился к Инге. Та, конечно, такого не ожидала, но приглашение приняла с радостью. То ли она не знала, чей он жених, то ли, наоборот, наслаждалась победой.

План Даны работал именно так, как она и ожидала. Рослый и привлекательный маг в паре с тонкой девушкой, яркой, как цветок мака, мгновенно стал центром внимания. Этих двоих обсуждали, ими восхищались… А про Дану словно забыли.

К своему удивлению, девушка почувствовала укол ревности. Он был некстати, не к месту и не ко времени, однако игнорировать его она не могла. Что ж, этого, наверно, стоило ожидать.

Она стряхнула с себя ненужные чувства и направилась к выходу. Дана старалась двигаться вдоль стен, чтобы ее не заметили – и чтобы не смотреть лишний раз на Амиара с этой выскочкой. Видеть его с другой женщиной оказалось чертовски неприятно, даже если она сама все затеяла.

После шумного, заполненного людьми зала коридор казался оглушающе тихим. Дана на всякий случай посмотрела на потолок, помня историю своего побега, но никого не увидела. В другое время дворец охранялся лучше, однако сейчас охрану выставили в основном по периметру. Женщины в сером были готовы к тому, что на территории много посторонних.

Дана даже придумала оправдание на случай, если ее поймают в библиотеке. Увидела будущего мужа с другой – расстроилась – захотела побыть одна. Чем плохо?

Нужную дверь она нашла без труда. Замка здесь вообще не было, что делало ее оправдание на крайний случай еще более правдоподобным. Даже если бы она не искала это место намеренно, она все равно была бы заворожена им.

Здешняя библиотека была огромной. Дана думала, что после залов, которые она уже видела, ее невозможно будет удивить – и ошиблась. Пространство перед ней тянулось далеко вперед, и лишь где-то на горизонте просматривалась стена. Девушку встречал настоящий лабиринт из деревянных полок, уставленных тысячами книг. Здесь легко было заблудиться, а найти что-то казалось нереальным.

Это если бы у нее не было номера. А номер был. Дана быстро разобралась, как расположены секторы библиотеки, и направилась к тому, на который указала Эмилия. За книгой 826 пришлось подниматься на лестницу, и все же спустя пару минут нужное издание было у нее в руках.

Книга оказалась старой и массивной, в добротном кожаном переплете с декоративным золотым тиснением. Названия на ней не было, но… от страниц пахло жасмином.

Точно такой же запах витал в комнате Эмилии. Это не могло быть совпадением, это часть послания!

Окрыленная легким успехом, Дана поспешила спуститься вниз. Ей нужно было вынести эту книгу отсюда, и как можно скорее, чтобы изучить в безопасности своей комнаты. Еще и Амиару показать! А для этого она должна была уйти из библиотеки, пока ее не обнаружили.

Громкое шипение остановило ее, когда она уже спустилась на пол. Оно нарушило ее торжество, заставило медленно и осторожно обернуться. Дана надеялась, что ей почудилось, но напрасно.

Потому что источник шипения находился всего в паре метров от нее. Это был червь – около метра в длину и полуметра в ширину. Его плоское тело прижималось к полу, но голова была приподнята, демонстрируя огромную клыкастую пасть, из которой рвался звук. Тело существа было покрыто короткой черной щетиной, среди которой терялись десятки блестящих глаз. Дана не сталкивалась раньше с подобными тварями, но инстинктивно понимала: стоит этим челюстям сомкнуться на ней, и вырваться уже не удастся.

Шипение слышалось еще с трех сторон. Существа двигались по коридорам, образованным книжными полками, приближаясь к ней. Они заметили ее, почувствовали единственную жертву в огромной библиотеке.

Она оказалась в западне.

* * *

Сначала он опасался, что принимает желаемое за действительное, но быстро понял, что не ошибся. Амиар не один заметил это: Катиджан теперь тоже косился на него с подозрением. Ну и пусть. Важнее было то, что рост его способностей продолжился.

Объяснить это Амиар не мог – как не мог не заметить, что все началось с появлением в его жизни Даны. Чем ближе они становились, тем быстрее возрастала его сила. Лимит все еще был, и не настолько далекий, чтобы считать, что он вышел за пределы возможностей десятой ветви семьи. Но… раньше-то такого не было!

Заключая этот договор, Амиар ни о чем подобном не думал, а теперь не хотел, чтобы это заканчивалось. Дана мечтает о побеге из Красного гарема, и это понятно, но… Уже сейчас он не хотел представлять, какой станет его жизнь, когда она исчезнет.

Поэтому ему нужно было наслаждаться моментом, пока она рядом. И хотя весь зал сейчас смотрел на красавицу блондинку, танцующую с ним, Амиар думал далеко не о ней. Ему хотелось, чтобы этот проклятый танец быстрее закончился. Он не видел Дану, не был уверен, что она в безопасности, и это его напрягало.

Спустя целую вечность музыка стихла.

– Благодарю, добрый господин, – проворковала Инга. – Буду рада видеть вас вновь…

– Это вряд ли. Но спасибо за танец.

Синяки, оставленные на ее шее Ройфусом, не до конца сошли, и магу было жаль ее. Но девочка хорошо адаптировалась, такая не пропадет!

Амиар покинул площадку для танцев и вернулся в толпу, пытаясь найти Дану. А ее не было! И это настораживало: они ведь договорились, что она проверит свою теорию и вернется. Что могло ее задержать? Если только поимка. Эти проклятые женщины-мухи, подчиненные Колинэ, тут повсюду.

К счастью, у него был способ проверить, где сейчас девушка. Амиар не мог чувствовать ее, он был слишком слаб для этого. Зато он с легкостью обнаружил ее обручальное кольцо, магический амулет соединял их.

Она все еще находилась в библиотеке. Она что, читать там села? Вроде как все прояснилось, но Амиару по-прежнему было неспокойно. Он поспешил к выходу, не заботясь о том, видит его кто-то или нет. Пусть попробуют остановить!

Дурное предчувствие заставило его ускориться, двигаться быстрее, чем полагалось лорду Легио. Но он не пожалел об этом. Потому что еще с середины коридора он услышал ее крик – и то низкое шипение, которое способны издать только шершенны.

Они были с ней в библиотеке. Это не могло случиться, он к такому не был готов! Колинэ сама побаивалась этих тварей, она бы никогда не выпустила их даже в качестве охраны. Но факт оставался фактом: они добрались туда и теперь они рядом с Даной.

Вот и все, что имело значение. Магическая сила, непривычная пока, по-своему новая, закипала в душе. Амиар был рад ей – он точно знал, что должен сделать все для спасения девушки.

Ворвавшись в библиотеку, он не сразу увидел Дану, но шел на звук ее голоса. И на шипение… черви, как и следовало ожидать, собрались возле нее, другой добычи у них здесь не было.

Дана не могла защищаться от них, но она не растерялась. Девушка успела забраться по лестнице, приставленной к полкам, наверх. Шершенны не сумели догнать ее так быстро, они, порождения подземелья, с трудом отрывались от пола. Однако голод заставил их победить собственную природу. Две твари медленно, но неотвратимо продвигались вверх по книжным полкам, еще три хищника замерли внизу, готовясь к подъему.

Только теперь это не имело значения. Раз он здесь, все закончится быстро. Еще недавно Амиар не был бы в этом уверен, не рискнул бы один противостоять пяти шершеннам сразу. Однако теперь он не сомневался, что справится. У него появилась для этого достойная причина. Ближайший к нему червь сорвался с места, прыгнул высоко и быстро. Кого-то другого это могло застать врасплох и даже погубить, однако Амиар готов был к такому, он знал повадки этих существ.

Он заставил лестницу рассыпаться на несколько кольев и все их вогнал в тело червя. Перед ним на этот раз был не голем, и атака сработала. Кровь брызнула на древние книги, шершенна изогнулась последний раз и затихла навсегда.

Под другими двумя он открыл пролом в каменном полу. Когда они были внутри, Амиар заставил плиты снова сдвинуться, оставив от червей лишь бесформенное месиво. Последние хищники на этом свете тоже не задержались: маг стряхнул их с полки, чтобы они были подальше от Даны, и обрушил на них самую крупную из осветительных сфер. Черная кровь дымилась, расплываясь по полу…

Все было кончено за пару минут. Как бы критично он к себе ни относился, Амиар понимал, что это не уровень десятой ветви. Но сейчас ему было не до того, он должен был убедиться, что девушка не пострадала.

– Дана! – позвал он. – Ты ранена?

– Напугана и в шоке, – она постаралась улыбнуться, но ничего не вышло. Ее голос заметно дрожал. – А так – порядок… Можешь поискать другую лестницу? Эту ты использовал как осиновый кол.

– К черту лестницу, прыгай.

– Ты с ума сошел? – возмутилась Дана. – Тут метров пять, я же разобьюсь!

– Разбилась бы, если бы прыгала на пол. Но я тебя поймаю.

– Шутишь? Давай лучше лестницу!

– Я поймаю тебя, Дана.

Он и сам не знал, почему, но ему было важно, чтобы она доверилась ему сейчас. Если бы она попросила лестницу третий раз, он бы не стал настаивать. Но… было бы обидно.

Она не разочаровала. Дана тяжело вздохнула и наконец улыбнулась.

– Ладно, уговорил! Не урони будущую жену, она хрупкая.

Зажмурившись, девушка спрыгнула вниз. Очевидно, она до последнего не верила, что ее можно поймать. Напрасно. Вес у нее был птичий, и Амиар справился бы, даже если бы не был магом. Он подхватил ее легко и осторожно, чтобы не причинить боль. Держать ее сейчас на руках, живую и невредимую, было высшей наградой, какую он мог представить.

Не сразу, но она все же рискнула открыть глаза. Смутилась, что беспокоилась из-за такой мелочи, и обвила руками его шею. У них был только этот момент, короткий, но Амиар чувствовал: что-то важное уже произошло, что-то изменилось. В нем. Он только не заметил, когда…

Времени на разговор по душам у них не было: из коридора стали слышны шаги. Маг опустил девушку на пол, и она тут же спряталась у него за спиной.

Колинэ вошла в зал в сопровождении четырех стражниц. Амиар не собирался скрываться от нее, он сам шагнул ей навстречу.

– Что здесь происходит? – удивленно спросила дриада.

– Вы мне скажите, – холодно отозвался маг. – Моя жена вышла из зала, случайно свернула сюда – и на нее напали шершенны.

– Что?!

Судя по абсолютному изумлению Колинэ, она действительно не знала, что черви разгуливают на свободе. Получается, ловушкой это не было, по крайней мере, не с ее стороны.

– Посмотрите сами, – Амиар указал на коридор, из которого они с Даной только что вышли.

– Я убил пятерых, но сколько их тут еще – я не знаю. Шершенны – ваша ответственность, мадам Колинэ. Не далее как месяц назад вы убеждали главу моего клана, что их популяция под контролем.

– Так и есть…

– Да? Тогда как понимать эту атаку?

– Я не знаю… – растерянно пробормотала Колинэ. – Должно быть, кто-то забыл закрыть дверь в клетку… случайно…

– Вы понимаете, насколько жалко это звучит?

– Да, я понимаю, лорд Легио. Что бы ни стало причиной побега, это все равно моя вина. Я искренне приношу свои извинения вам и леди Легио. – Колинэ почтительно поклонилась им обоим.

– Извинения приняты – на первый раз. Но я настоятельно рекомендую вам остановить бал, эвакуировать гостей и обыскать замок. А мы уезжаем немедленно.

Амиар сильно сомневался, что она действительно остановит бал и признается гостям, что шершенны сбежали. Это было бы чудовищным ударом по ее репутации!

А вот уговаривать его остаться Колинэ не стала. Напротив, ей сейчас было выгодно, чтобы они ушли.

Они покинули дворец в молчании. Дана старалась вести себя так, будто ничего не случилось, но он видел, что шершенны напугали ее. Даже больше, чем голем. Отчасти это можно было объяснить их внешностью – они действительно были редкими уродцами. Но Амиар подозревал, что во многом ее страх связан с тем, что она осталась с ними одна. С големом они тогда сражались вдвоем!

В ее одиночестве был виноват он. Амиар понимал это, сожалел, но признаться не мог. Ему только и оставалось, что тоже изображать спокойствие.

Повозка доставила их сквозь спящие улицы города к резиденции Легио. Оказавшись внутри, Дана поспешила в свою комнату. Скоро Амиар услышал, как шумит вода в ванной.

Он знал, что она плачет. Не слышал это, не видел, не ощущал магически; просто знал.

Он впервые столкнулся с таким чувством на душе. Если одна из тех девиц, с которыми он проводил ночи, решала порыдать, Амиар просто отстранялся от нее. Сделать это было до смешного легко – тогда. Но не сейчас.

Из-за этих мыслей он не мог заснуть, как и лежал в постели, разглядывая потолок сквозь темноту. Хотелось пойти к ней. Он не мог выдумать повод, боялся напугать ее, разрушить их договор.

Но Дана пришла к нему сама. Он услышал ее легкие шаги в коридоре и открыл дверь до того, как она успела постучать.

Вид у девушки был потерянный, и все равно она старалась казаться беззаботной.

– Можно я побуду с тобой? Немного… И еще эти зеркала дурацкие… – прошептала она, отводя взгляд.

– У меня в комнате тоже зеркала… Но я уберу их.

Это не было проблемой. Зеркало в его комнате было всего одно, большое, на стене. Амиар просто вынес его в коридор. Он не понимал, зачем это, однако не видел ничего плохого в ее маленьком капризе.

Пока он возился с зеркалом, Дана ждала у окна, обхватив себя руками. Она пришла к нему босая, в одной лишь тонкой рубашке. Видно, девушка легла спать, но не смогла успокоиться.

– Спасибо, – кивнула Дана, когда он закрыл дверь в коридор. – Это глупо?

– Все нормально.

– Я имею в виду, я сама нарвалась, ничего не случилось… Не знаю, почему я так испугалась… Но мне теперь кажется, что эти черви по моей комнате ползают!

На слове «черви» она не выдержала, снова расплакалась. Сдерживаться и дальше Амиар не мог. Он быстро пересек расстояние, разделявшее их, и обнял ее. Перед ее приходом он не успел даже рубашку накинуть, только брюки натянул, и теперь чувствовал ее слезы на своей коже.

Впрочем, рядом с ним Дана быстро успокаивалась. Дрожь утихла, она перестала плакать, но отстраняться не спешила. Девушка подняла голову, чтобы посмотреть на него. В ночной темноте ее глаза казались бездонными, как отражение другой реальности.

– Спасибо, – прошептала она.

– За что? – так же тихо спросил Амиар. Он не знал, почему понизил голос, ведь кроме них в доме никого не было, но по-другому не получалось.

– За то, что не оставляешь меня…

Она поднялась на цыпочки, чтобы их лица были на одном уровне, и поцеловала его. Амиар этого не ожидал. Хотел – но не ожидал. Он так часто повторял себе, что между ними ничего быть не может, что почти поверил в это.

Но теперь ее губы касались его губ, и это было самым естественным ощущением на свете. Как будто так и должно быть, так и было задумано кем-то в самом начале, и он просто не знал об этом раньше.

– Ты уверена? – только и спросил он, когда они ненадолго отстранились друг от друга.

– Я хочу быть с тобой… Прости, я забыла, – смутилась Дана. – Забыла, что ты…

Он не дал ей договорить. Пусть это и было его требование, теперь оно звучало абсолютной глупостью.

Он был осторожен с ней, и это тоже стало новым. Обычно его ночи проходили жарко для тела, без сложных эмоций, в удовольствие. Душа не имела к этому никакого отношения. Он не всегда знал имена девушек, с которыми делил постель.

Сейчас это воспоминание было лишним. Он хотел, чтобы все произошло медленно. Хотел осторожно освобождать ее тело от тонкой ткани, видеть впервые и изучать руками, губами. Чувствовать, как она изгибается под его прикосновением, как без слов требует большего, и слышать, как тишину вокруг них наполняет ее мягкий голос.

Он знал, что это только начало для них. Жар и страсть будут, но потом. Сейчас он хотел просто раствориться в ней.

Глава 14

Двое против всех

Ей следовало раньше догадаться, что к этому все придет. Их же сразу было двое против всех – в этой их договоренности работать вместе, в неприятии традиций, которые им навязали. Но самолюбию Даны было приятней тешить себя иллюзией, что она лишена эмоций, и нет в ее душе никакого притяжения к этому мужчине. Он – просто меньший враг, чем все остальные, и она с легкостью рассталась бы с ним в нужный момент.

Но этой ночью, направляясь в его комнату, Дана уже знала, чем все закончится. Ради этого и шла! Встреча с теми червями повлияла на нее, заставила почувствовать себя на волосок от смерти. И в этот момент ее не устраивало одиночество, она хотела разрушить его.

Сейчас ей сложно было сказать, что она сделала бы, если бы Амиар оттолкнул ее. Она даже не думала о таком всерьез. Пожалуй, на подсознательном уровне они оба знали, что это неизбежно… и оба были слишком упрямы, чтобы сразу признать свои чувства.

Но теперь, лежа рядом с ним, Дана понимала, что все прошло правильно. Ей было хорошо и спокойно, не хотелось уходить. Она проснулась первой и просто прильнула к нему, тихо, стараясь не разбудить. Ей нравилось, что он способен расслабиться рядом с ней, доверяет ей, позволяет находиться здесь в момент, когда он не может себя защитить.

Она не знала, сколько длился этот момент, не следила за временем. Она просто заметила, что он просыпается, и прижалась к нему сильнее. Она боялась сожаления с его стороны, даже понимая, что это глупо.

– Надо же… – Амиар лениво приоткрыл один глаз, улыбнулся. – Не приснилось.

– Жалеешь?

– А похоже?

– Кто тебя знает, – фыркнула Дана. – Но раньше мне было запрещено входить в твою спальню под страхом дихлофоса.

– Очень смешно. С тобой как с вампирами: сам пустил, сам и ответственность несу. Как ты? Я имею в виду не нашу приятную ночь, а то, что ей предшествовало.

– Лучше, – признала девушка. – Когда я вечером пришла к себе в комнату… Мне показалось, что стоит мне только выключить свет – и они бросятся на меня. Эти, как их…

– Шершенны, – подсказал Амиар.

То, что ночью казалось воплощением ужаса, при свете дня выглядело лишь оправданием ее слабости. Дане оставалось только верить, что он поймет ее правильно.

– Они самые. А я на них и так насмотрелась… Понимаю, сейчас это звучит глупо, но тогда я была уверена, что если я останусь одна еще немного, то просто умру там. Мне нужно было к тебе…

– Я рад, что ты пришла.

Дана надеялась, что он скажет еще что-то, подтвердит, что их ночь – не случайность. Но Амиар смотрел на нее молча и улыбался.

И все же из постели он выбрался первым.

– Думаю, после такого завтрак за мной.

– Не вижу никакой логики в этих рассуждениях, но согласна, – кивнула Дана.

– Можешь пока остаться здесь, минут через пятнадцать спускайся.

– Шутишь? Чтобы я пропустила такое зрелище, как представитель Великого Клана за готовкой? Нет уж! Сейчас только надену что-нибудь приличное и приду.

– Обязательно приличное?

– По настроению, – уклончиво ответила девушка.

Ни она, ни Амиар еще не освоились с новыми ролями в жизни друг друга. Но обоим эти роли нравились.

Дана вернулась в свою спальню, чтобы переодеться. Уже там, увидев на стуле свое серебристое платье, она вспомнила о книге.

Ради этого она и пробралась в библиотеку. Книга была настолько важна, что даже столкнувшись с шершеннами, девушка не выпустила свой трофей. Здесь оказались очень кстати скрытые карманы в платье Эмилии.

Так что книга покинула дворец вместе с ней. Но Дана была слишком подавлена и испугана, чтобы изучить ее сразу, а дальше было не до того. Теперь же она могла вернуться к этому уже без страха.

Книга была полна иллюстраций, описание к которым шло на латыни. Дана знала этот язык весьма поверхностно, и в первый день своего пребывания в Красном гареме ни за что не догадалась бы, о чем здесь речь. Однако теперь определенный опыт у нее был, и он помог.

Книга была посвящена магическим печатям. Здесь Дана обнаружила точную копию того клейма, которое Катиджан убрал с ее лба. По сравнению с другими рисунками, это клеймо было сущей мелочью. Последние главы рассказывали о печатях, занимавших все тело.

В том, что такая книга хранилась во дворце мадам Колинэ, не было ничего странного, от старой ведьмы и не такого ожидать можно. Но вот зачем она понадобилось Эмилии?

А она указывала именно на эту книгу, Дана не сомневалась. Номер, аромат жасмина – совпадало все. Мать Амиара хотела, чтобы на книгу обратили внимание. Если так, то она должна была оставить дополнительные подсказки.

Позабыв о том, что обещала спуститься вниз, Дана осматривала страницу за страницей. Ей казалось, что иногда запах жасмина становится сильнее, иногда – слабее, однако обнаружить причину этого она долгое время не могла.

Помог момент, когда одна из страниц оказалась на свету. Он ничего не показал, но Дана почувствовала, что это тоже важный вариант проверки: как иначе найти тайный код? Она начала изучать так все страницы поочередно.

И на одной из них были два крохотных пятна. Увидеть их невооруженным глазом было почти невозможно, плотная бумага давно впитала их, а заметить на свету – не так уж сложно. Когда Дана поднесла книгу к носу, ее догадка подтвердилась: на страницу капнули жасминовым маслом.

Причем так была помечена всего одна страница на всю книгу. А значит, Эмилия указывала на одну конкретную иллюстрацию.

Картинка изображала стилизованное человеческое тело, полностью расчерченное сложным клеймом. Это была не настоящая татуировка, а белые линии, которые Дана когда-то видела на собственном лбу.

Только к чему это? Эмилия не занималась магией, и вряд ли она училась ставить магические печати! Да еще такие сложные…

– Эй! – Амиар заглянул в ее комнату. – Где ты пропала? Я уже решил, что ты снова заснула!

Дана перевела взгляд на него – и поняла. Как он там сказал? Магическое клеймо видно только если ты знаешь, как именно оно выглядит и где должно быть. Теперь она знала; Эмилия показала ей.

Девушка до последнего надеялась, что ошиблась, что это лишь плод ее воображения. Но нет, когда ее сознание соотнесло рисунок с фигурой Амиара, забыть это уже было невозможно. Подчиняясь ее новому знанию, белые линии печати проступали на его коже во всей красе.

От удивления она не могла вымолвить ни слова. Но ее взгляда было достаточно, чтобы Амиар нахмурился.

– Что случилось?

– Зер…ка… ло…

– Что?

– Зеркало! – Дана подскочила с постели, но книгу из рук не выпустила. – Нам нужно зеркало!

– Я думал, ты их боишься.

– Боюсь! Но не сейчас! Оно не мне, а тебе нужно!

– Дана, что происходит? Я видел себя в зеркало сегодня, так что шутка не удастся!

– Да какая тут шутка…

Она поставила его перед зеркалом в своей комнате. Тем самым, которое терпеть не могла; но теперь оно оказалось полезным.

– Ну и? – Амиар удивленно изогнул бровь. – Что именно я должен увидеть?

– Вот это! – Дана поднесла книгу к его лицу.

– Ты что, сперла книгу у Колинэ?

– Да забудь ты про Колинэ и книгу! Смотри! Это – на тебе! Ты должен знать об этом… Тогда ты увидишь…

Ее решение было эмоциональным и спонтанным. Дана не думала о том, стоит ли ему видеть это, можно ли, просто поддалась порыву. Обратного пути уже не было.

Сама она больше не могла видеть Амиара без клейма, а значит, ей не почудилось, оно действительно там было. И судя по взгляду, он тоже заметил белый рисунок, даже если не хотел этого.

– Что это?.. – Маг потрясенно коснулся рукой своего лица, провел пальцами по одной из линий. – Что это такое?

– Я не знаю, но… я тоже это вижу.

– Конечно, видишь! Это же проклятая магическая печать! Но как… я не понимаю…

Ей нечего было сказать ему, чтобы поддержать и утешить. Дана понимала ситуацию не лучше, чем он. Да, у них была эта книга. Возможно, она даже хранила в себе часть ответов. Однако пока они оба были не в состоянии спокойно искать эти ответы.

Девушка прижалась к Амиару и тоже перевела взгляд на зеркало. Послания Эмилии наконец начинали обретать смысл.

* * *

Она вернулась, и это настораживало. Уника была уверена, что их общение с Ислой закончено, каждая пошла своей дорогой. Поэтому когда воительница снова начала мелькать в ее окружении, ее появление принесло лишь тревогу.

До определенного момента ведьма надеялась, что это совпадение. Город не такой большой, вот они и пересекаются. Однако когда Уника свернула к своему временному жилищу, Исла все равно оставалась рядом.

С этим нужно было заканчивать. Ведьма решительно остановилась посреди улицы, обернулась. Сообразив, что она никуда больше не двинется, Исла тоже вышла из подворотни. Вид у воительницы был такой же невозмутимый, как при их первой встрече.

– Что тебе нужно? – осведомилась Уника. – Я думала, мы решили этот вопрос: ты занимаешься своими делами, я – своими. Зачем ты здесь?

– Пришла за тобой, – равнодушно пояснила воительница.

Это было плохим началом для их разговора. Уника прекрасно знала, что не все сообщества ведьм жалуют одиночек вроде нее. Если Исла разболтала им о том, что видела, они могли отдать воительнице новый приказ.

– Не припомню, чтобы я звала тебя. – Уника старалась казаться спокойной, а сама прикидывала, что может сделать, чтобы спастись. С вариантами было туго.

– Выбор сейчас не за тобой. Чтобы тебе было легче, могу сказать, что это в твоих интересах.

– А если я не поверю?

– Тогда тебе не будет легче, – рассудила Исла. – Все очень просто, на самом-то деле. Но ты должна пойти со мной. Желательно – добровольно, чтобы у нас было поменьше проблем. Однако можешь сопротивляться, если тебе так проще.

– Ты объяснишь толком, зачем я тебе понадобилась?

– Это я тебе понадобилась. И хватит болтать.

Исла двинулась к ней, и ведьма поняла, что переговоры действительно ни к чему не приведут. Это не означало, что она готова была сдаться. Уника достала из потайного кармана на поясе несколько шариков и бросила себе под ноги.

Пелена дыма мгновенно обволокла улицу, увидеть что-либо сквозь нее было невозможно.

Пользуясь моментом, Уника заскочила в ближайшее здание и бросилась вверх по лестнице.

Она могла попробовать бежать прямо, к широким улицам, но не была уверена, что сможет двигаться быстрее, чем та мускулистая бабища. Поэтому Уника сделала ставку на неожиданность, хотела спрятаться, переждать, потерять преследовательницу здесь. В версию о помощи она не верила и не сомневалась, что это другие ведьмы велели похитить ее.

Дом, в который она свернула, пустовал, и она это знала. Такие особняки обычно снимали мужчины, которые хотели развлечься в Красном гареме, но не жить здесь постоянно, и этот лишь дожидался хозяев. Поэтому она смогла незаметно пройти сквозь него и подняться на крышу.

Но затаиться там не получилось. Когда Уника добралась до крыши, воительница уже поджидала ее наверху.

– Дешевый трюк, – отметила Исла. – Не магия даже, а примитивная смесь трав с магически заряженным порохом. Как я и предполагала, ты практически беспомощна.

– Да чего же ты ко мне прицепилась? – угрюмо поинтересовалась Уника. – Кому из ведьм я нужна?

– Никому. Говорю же, я действую тебе во благо.

– Не надо мне такое благо!

На этот раз Уника напала первой – выжидать она не видела смысла. Ведьма метнула в противницу три заостренные спицы, смазанные ядом, которые всегда прятала в рукаве. Воительница отбила их одним ленивым движением меча.

Уника отступила назад, открыла тайник в массивном браслете и выдула в воздух желтый порошок, хранившийся там. Облако, образованное им, уже не было таким безобидным, как то, отвлекающее, на улице, и оно полностью подчинялось воле девушки. Уника направила его на противницу.

Ее план был прост: Исла была достаточно опытна, чтобы распознать, что это. Она бы отступила, и Уника снова попыталась бы бежать. Однако все пошло не так.

Исла даже двигаться не собиралась. Она убрала меч в ножны, позволяя облаку окружить себя. Воительница спокойно вдохнула его – и ничего не случилось.

– Иммунитет, – холодно пояснила Исла. – Но спасибо, что пыталась парализовать меня, я это запомню. Ты закончила свое маленькое представление? Потому что нам пора идти.

Идти с ней было последним, что собиралась делать Уника. Теперь уже точно. Она понимала, что ее весьма скромных умений ведьмы не хватит, чтобы сбежать, если она отбиться не смогла! Исла – не человек, и неясно, какого она вида, раз на нее не подействовал яд. С пленницей она могла сделать что угодно.

Нужно было спасаться, однако у ведьмы не осталось путей к отступлению. С другим противником она бы еще поборолась, но что делать тут – понятия не имела. Пока Уника отчаянно перебирала в уме заклинания, воительница направилась к ней. Судя по выражению лица, Исла как раз точно знала, как следует поступить.

Однако и ей не повезло. Она едва преодолела половину пути к ведьме, когда на пути у нее появился мужчина. Исла и опомниться не успела, как он одним ударом отбросил ее назад к краю крыши. Ей даже пришлось вогнать в камни меч, чтобы предотвратить падение.

Не было ничего удивительного в том, что они обе упустили прибытие Рина. Его способности не были заклинанием как таковым – он родился с этой магией, существовал на ином энергетическом уровне.

– Не зря я за тобой следил, – подмигнул он Унике. – Как знал, что понадоблюсь!

– Еще один! – закатила глаза девушка. Она не собиралась показывать, что рада ему. – Хоть кто-нибудь в этом городе за мной не следит?!

– Я тебе помочь хочу! – заявила Исла. Она не позволила себе обмануться показной расслабленностью Рина; ее рука уже лежала на рукояти меча. – А он – демон!

– Даже близко нет, – покачал головой маг. – Не путай виды! Мне тоже интересно: что тебе от нее понадобилось? Я следил за ней, а не за тобой, а потому не знаю, чем ты занималась раньше.

– Просто уйди!

– Зачем? Сдается мне, она с тобой идти не хочет.

– Не хочу, – подтвердила Уника. – С тобой тоже!

– Это мы обсудим позже, – фыркнул Рин. – А пока предлагаю проводить самочку Шварценеггера вниз с крыши!

Сейчас Исле следовало бы уйти. Она знала это, умела оценивать противников. Однако она после некоторых сомнений все равно бросилась вперед. Что бы ни заставляло ее преследовать Унику, причина должна быть очень серьезной.

Она попыталась ударить мужчину мечом, однако лезвие рассекло лишь воздух – маг исчез. Появился он через мгновение, уже за спиной у Ислы, и бесцеремонно пнул ее пониже поясницы. Реакция воительницы была молниеносной, она обернулась за долю секунды, но мага рядом больше не было.

В этот момент Уника могла бы снова попытаться сбежать – но не хотела. Надоело. Все равно кто-нибудь из этих двоих будет таскаться за ней, а то и оба! Нужно было решить все сейчас. Поэтому она стояла у лестницы и наблюдала за их поединком.

Рин определенно превосходил противницу, и это было так странно, ведь раньше Уника не воспринимала его как угрозу! Ей казалось, что раз он из девятой ветви клана, да еще и был так расслаблен с ней при всех встречах, он не может быть силен.

А сейчас она получила наглядное подтверждение того, что он просто сдерживался. Если бы он хотел наказать ее за ту кражу, он бы это сделал. Она была бы мертва раньше, чем успела бы вспомнить хоть один магический трюк. Его бы даже не осудили! Но он позволил ей уйти… позволил ей выжить.

Исла была посильнее ведьмы, однако не настолько, чтобы причинить ему вред. Рин просто вымотал ее, а когда она устала, появился рядом и одним движением выбил у нее меч. Как и следовало ожидать, он добрался до оружия быстрее, чем воительница.

– У кого вот эта железяка, тот и прав? – полюбопытствовал маг. – Так, кажется, это у вас работает?

– Ты – демон!

– Говорил же, что нет.

– Я пришла, чтобы спасти ее! – объявила Исла. – Дай мне это сделать, и разойдемся с миром!

Угроза на Рина не подействовала.

– А если не дам, не разойдемся вообще? Это, кстати, вариант. Ты уже достаточно натворила, чтобы передать тебя городской страже, чем я и собираюсь заняться.

Однако Ислу такое развитие событий не устраивало. Она достала из кармана сферу, похожую на те, что использовала раньше Уника. Только этот артефакт был куда выше по уровню, поэтому дымовое облако, созданное им, оказалось плотнее.

Маг на всякий случай растворился, опасаясь атаки из темноты – которой не было. Исла не планировала продолжать борьбу, она сбежала.

Рин появился из воздуха рядом с ведьмой, с любопытством разглядывая меч.

– Не хочешь пойти за ней следом? – поинтересовалась Уника. – Она может быть опасна!

– Не моя проблема. И не «может быть», а действительно опасна. То, что она проиграла сейчас, не значит, что у нее пары козырей в рукаве не осталось. Лично я не намерен загонять ее в угол.

– А что ты тогда намерен делать? – подозрительно покосилась на него Уника. – Снова меня преследовать?

– Если ты перестанешь от меня бегать, мне не придется тебя преследовать. Давай уже сядем, как взрослые люди, поговорим, познакомимся толком. Заодно и расскажешь мне, от чего она так отчаянно хотела тебя спасти!

Ответ на этот вопрос Унике хотелось бы получить самой.

Глава 15

Послания для невесты

Эта печать должна была полностью блокировать его силу, вот что им удалось выяснить после изучения книги. Дана все надеялась, что они ошиблись, упустили что-то, и смысл совсем другой, но нет. Клеймо, которое кто-то на него поставил, называли клеймом изгоя.

– Но ведь ты все-таки можешь колдовать чуть-чуть! – Девушка надеялась найти хоть какой-то способ подбодрить Амиара. – Значит, клеймо нанесено неправильно и его будет проще снять!

Он улыбнулся ей и ничего не ответил. Нет, держался он неплохо: не поддавался гневу и рассуждал здраво. Но Дана все равно видела, насколько ему тяжело.

Еще бы! Сейчас, прямо у нее на глазах, переворачивалась вся его жизнь. Он привык считать себя паршивой овцой клана, тем, кому природа не дала должных способностей. Безо всякой причины, просто стечение обстоятельств, и ему оставалось лишь смириться.

А ситуация оказалась гораздо менее естественной. Кто-то манипулировал его силой и всей его жизнью, украл то, что предназначалось ему по праву рождения. Амиар даже не догадывался об этом, мог никогда и не узнать.

Книга, увы, была посвящена возможностям каждой печати и особенностям нанесения рисунка. В ней ни слова не говорилось о том, кто мог поставить такую печать и как ее снять. О том, зачем это сделано, книга тоже сказать не могла. Магическая печать была всего лишь инструментом, который каждый использовал по-своему.

– Нам нужно убедиться, что это не иллюзия, – вздохнул Амиар.

– Что именно?

– Печать эта… Что она есть на самом деле. Возможно, это какое-то наваждение!

Дана сильно сомневалась, что все может быть настолько просто. С тех пор, как она узнала о клейме, она постоянно видела его на Амиаре – словно мужчина был покрыт сплошной сетью белых татуировок.

Но она не хотела лишать его этой недолгой надежды. Пусть держится за нее, возможно, ему просто нужно время, чтобы привыкнуть.

Во всем Красном гареме был лишь один человек, которому Амиар мог доверять. Поэтому они, забрав книгу, отправились к Рину Интегри. Дана была даже рада, что они уходят – ее смущала необходимость обсуждать все в окружении зеркал.

Конечно, Эмилия, скорее всего, указывала на то, что зеркала не выдают им правду. Однако Дана слишком хорошо помнила ту ночь, когда зеркало само скинуло платок. Нет, их тайна – это нечто большее, чем просто скрытое клеймо.

У клана Интегри, как и следовало ожидать, был собственный особняк в центре города, они ничего арендовать не собирались. Рина вполне могло здесь не быть, потому что в последнее время мало кто знал, где он вообще шатается. Это был бы неприятный исход.

Однако дверь им все же открыли, и довольно быстро. Правда, не Рин. На пороге стояла высокая красивая девушка с медными кудрями. И Амиар, кажется, узнал ее.

– Ты? Что ты здесь делаешь? – удивился он.

– Гостья я тут, – усмехнулась она, сдувая с лица рыжую прядь. – А других гостей мы не ждали.

– Рина позови.

– Зачем?

– Позови, – повторил Амиар. – И быстро. Не до тебя сейчас.

Девушка возмущенно фыркнула, но спорить не стала. Она посторонилась, пропуская их в дом.

Они как раз прошли в гостиную, когда Рин присоединился к ним. Он спустился со второго этажа, заканчивал одеваться на ходу, и несложно было догадаться, для чего он привел сюда эту девушку. Дана уже привыкла, что в Красном гареме это нормально.

Подвох заключался в том, что девушка не собиралась уходить. Она устроилась рядом с хозяином дома и наблюдала за гостями с легким любопытством. Вряд ли здешним проституткам было такое позволено.

– Это Уника, – представил ее Рин. – Она теперь живет здесь. По крайней мере, пока мы оба в Красном гареме.

– Рад за вас, – устало бросил Амиар. – А теперь не могла бы Уника прогуляться куда-нибудь? Разговор серьезный.

– Она имеет право слышать все, что слышу я, такой у нас договор.

– Рин, не глупи. Я действительно пришел по важному делу, и я не хотел бы обсуждать его при уличной шлюхе.

– А я не проститутка, – невозмутимо возразила Уника. – Я ведьма.

Судя по выражению лица Амиара, заявление было как минимум смелым. Хотя Дана не понимала, чему тут удивляться: маги, вампиры, големы… чем ведьма хуже?

Но все же это Красный гарем, где независимых женщин не слишком жалуют. Вот и вся причина.

– Если ты ведьма, я бы все равно не хотел, чтобы ты слышала это, – настаивал Амиар. – Но уже по совсем другим причинам.

– Я одиночка, не принадлежу ни к какому шабашу, поэтому и секреты твои не выдам, – заверила его ведьма.

Дана видела, что Рин настроен серьезно. Непонятно, что у него с этой девушкой, но расставаться в ближайшее время они не намерены. Ситуация могла зайти в тупик, и Дане пришлось вмешаться:

– Да пусть слушает. Может, и лучше, если сразу два человека нам все подтвердят. А знания ведьмы тут будут не лишними!

Амиар окинул ее задумчивым взглядом и кивнул. Дану радовало, что он готов прислушиваться к ее мнению. Он хотя бы знает, что не один сейчас!

Он все рассказал Рину в общих чертах. Показал иллюстрацию в книге. Он ни о чем не спрашивал, достаточно было посмотреть на лица Рина и Уники, чтобы понять: они тоже это видят.

Значит, никаких иллюзий и заговоров. Два мага из Великих Кланов и ведьма – невозможно обмануть их всех сразу. Клеймо действительно существует. Оно было с Амиаром всю жизнь, но он не знал… и никто не знал.

Хотя нет, кому-то об этом было известно. Тому, кто поставил печать.

– Эмилия точно что-то знала, – отметила Дана.

– Что она могла знать? – удивился Рин. – Эмилия Легио умерла больше тридцати лет назад!

– Так ведь и клеймо должно было быть поставлено примерно тогда же, – указала ведьма. – Сам посуди: такие печати – штука чрезвычайно сложная и трудоемкая. Как ее могли нанести на взрослого так, чтобы он не заметил? Без шансов. А вот на младенца – легко. Чаще всего их на детей и наносят. Во-первых, размер тела меньше, значит, и соблюсти параметры печати проще, а это очень важно. Во-вторых, в самом юном возрасте сила лучше поддается блокировке.

– И что, печать росла вместе с ним? – удивилась Дана.

– Да, и это нормально. Все магические печати так действуют: они остаются на всю жизнь.

Так что Эмилия эта или как там ее… она могла знать.

– Допустим, – кивнул Амиар. – Но почему она понадеялась на такие странные подсказки?

Почему не оставила нормальное послание?

– Может, боялась, что его найдет кто-то, кому об этом знать не полагается? – предположила Уника.

– Но она должна была понимать, что ее подсказки, возможно, никто не найдет! Например, номер книги Дана обнаружила случайно… Откуда Эмилия могла знать, что она под кровать заберется? Что кто-то вообще туда полезет?

– На удачу понадеялась, – пожал плечами Рин. – Знала, что рано или поздно у тебя появится невеста, и невеста эта полезет в ее комнату. Женщины мимо таких вещей не проходят!

– Эй! – Уника возмущенно толкнула его локтем.

– Что? Правду говорю! И вообще, нам не о том думать надо.

– Согласен, – кивнул Амиар. – Я готов пропустить урок истории и перейти сразу к настоящему моменту. Эту штуку нужно удалить! И я подозреваю, что сделать это будет сложнее, чем стереть клеймо со лба Даны. В книге ничего не сказано…

– В книге ничего и не будет сказано, – встряла Уника. – Несмотря на то, что рисунок клейма остается неизменным, метод нанесения зависит от заклинателя. Чтобы понять, как убрать печать, нужно узнать, кто ее ставил. А потом – пойти к этому магу и получить ответы.

– Если бы это было так просто! – проворчала Дана. – Там, вообще-то, не написано «Сделано в Китае», мастер подписаться забыл!

– Вот поэтому вы и должны радоваться, что у вас есть я! – заявила ведьма. – Как правило, клеймо ставят женщины… Ведьмы, если быть точнее. Вы в своих Великих Кланах до такого не опускаетесь. А чтобы поставить настолько грандиозное клеймо, нужна очень сильная ведьма. Я могу попытаться распознать ее почерк, если мне позволят осмотреть клеймо поближе. Кстати, предположение у меня уже есть, но я хочу быть уверена!

– Тогда действуй. – Амиар решительно поднялся на ноги. – Мне все равно, как ты это сделаешь. Жить с этой дрянью на коже я больше не могу.

– Понимаю, – кивнула Уника. – Нам нужно выйти на открытый солнечный свет…

– Ну не на улицу же!

– На улицу и не надо, идите на крышу, – посоветовал Рин. – Там солнца хватает, да и птички Армы не летают, побаиваются. Мы с Даной подождем вас здесь.

Последняя реплика точно была не к месту. Дана не понимала, с чего она должна отсиживаться тут, пока какая-то малознакомая девица будет осматривать тело Амиара. Наедине! Рину, который тоже был заинтересованной стороной, это не должно было нравиться.

Однако встретившись взглядом с глазами мага, девушка прикусила губу до того, как успела возмутиться. Все было не так просто… Рин предложил это не для уединения Уники и Амиара. Это он хотел остаться наедине с Даной.

– Ага, мы подождем, – кивнула она. – Будет странно, если с улицы заметят большое собрание магов на крыше. Тогда и голубки Арма не заставят долго себя ждать!

– А если там мужчина и женщина наедине, то все вроде как ясно, – фыркнул Амиар. – Особенно с учетом того, что мужчина раздевается. Но вы оба правы, согласен. Мы быстро.

Дана проводила их тоскливым взглядом. Когда они скрылись на лестнице, она снова повернулась к Рину.

– Надеюсь, это важно!

– Роувен Интегри, – произнес маг. – Тебе знакомо это имя?

– Нет. Но по фамилии рискну предположить, что это какой-то твой родственник.

– Представитель клана Интегри, да, догадаться несложно. Роувен Интегри – это история, которую в нашей семье не афишируют. Отчасти – чтобы избежать войны с кланом Легио.

– Да ладно! – присвистнула Дана. – Амиар знает?

– Нет, и не должен. Уж он-то точно не должен! Потому что суть конфликта сводится к отношениям Роувена Интегри и Эмилии Легио.

– Становится все интересней…

– Еще бы! – хмыкнул маг. – Вот что… Болтать об этом я не собирался, да и сейчас говорить Амиару не хочу. Но ты сказала кое-то важное… И, возможно, Роувен имеет к этому отношение.

– Говори уже, не томи!

Оказалось, что Роувен Интегри был представителем второй ветви клана. Родился он и вовсе в первой ветви, унаследовав всю ее мощь. Однако он с юности отличался эксцентричным характером и свободолюбием. Такой маг не мог возглавить клан, он и сам это понимал. Поэтому когда ему исполнилось тридцать пять, он принял единственно важное стратегическое решение в своем правлении: поменял местами вторую и первую ветвь.

С тех пор правление перешло к другим представителям семьи, а он был свободен. Обзаводиться семьей он не собирался, просто потому что это не было ему интересно. Он много путешествовал – и в магическом мире, и в мире людей. Заглядывал и в Красный гарем, такие развлечения ему были не чужды.

В один из этих визитов он познакомился с Эмилией Легио. Она тогда уже была вдовой, вынашивала ребенка. Роувен стал ее единственным близким другом в Красном гареме, они много времени проводили вместе.

– Все им приписывали роман, – сообщил Рин. – Версия распространяется так активно, что я даже сам верил в это какое-то время. Их часто видели вместе, и оба клана просто кипели.

– Почему? Она же была вдовой, а он не был женат!

– Тут все сложнее. Хоть Эмилия и родилась человеком, она вошла в клан Легио, вынашивала наследника. Никто не мог позволить, чтобы она вышла замуж за представителя клана Интегри, и у Амиара появился сводный брат с такой кровью. Нарушение традиций, позор и все такое.

– Варварские обычаи, – заключила Дана.

– Как есть. И Эмилия, и Роувен свои кланы не слишком любили, а потому продолжили общаться.

– Ты говоришь, что сам долго верил в историю с их романом… Но теперь не веришь?

– Нет, – покачал головой Рин. – Как-то я гостил в главном доме нашей семьи. Пробрался в библиотеку, нашел архивы… Там, среди прочего, хранились некоторые письма Роувена Эмилии. Из них все было предельно ясно.

– И что же тебе было ясно?

– Он ее любил. Она его считала другом. О том, что Эмилия и Амарканд Легио любили друг друга, говорят не просто для красивой легенды, это действительно так. Роувен понимал, что у него нет шансов затмить ее покойного супруга. Не так важно, что Амарканда больше не было рядом. Он все равно жил в душе Эмилии, и думала она только о нем. А Роувен оставался рядом, принял роль друга, чтобы видеть ее хотя бы так. Когда она умерла, он исчез, больше его никто не видел. Через десять лет официально было принято решение, что он мертв, и его ветвь была закрыта. О нем не то что забыли, просто стараются лишний раз не говорить.

– Грустно, – прокомментировала Дана. – Но зачем мне знать это? Чтобы увеличить риск того, что я случайно проболтаюсь Амиару?

– Амиару пробалтываться не надо, ни случайно, ни осознанно. Я думал о том, что ты сказала… Вполне возможно, что Эмилия не надеялась на удачу с этими своими посланиями неведомой ей невесте. Она могла знать, что это будешь ты, куда ты пойдешь, куда заглянешь. Эти послания были оставлены специально для тебя, Дана.

– Как это? – потрясенно прошептала девушка. – Как она могла знать?

– Через Роувена. Не забывай: он представлял вторую ветвь, а родился в первой. На таком уровне маги из моей семьи могут проходить сквозь пространство и время, видеть будущее и прошлое. Возможно, с его помощью Эмилия и узнала, что на Амиара будет нанесено клеймо. Она решила, что кто-то должен ему помочь, и выбрала тебя. Она точно знала, куда ты в этом доме пойдешь, была уверена, что ты заглянешь под кровать и все поймешь правильно. Только так и можно повлиять на будущее.

– Почему тогда она предупредила меня, а не Амиара?

– Потому что за ним ей наблюдать было сложнее, – пояснил Рин. – Законы времени действуют так, что один и тот же человек не может находиться в разных временных промежутках. То есть, она не могла наблюдать за Амиаром и связываться с ним, потому что на момент знакомства с Роувеном он уже был в ней. Амиар уже существовал. А ты – нет. Не только в этом мире, но и вообще. Повторяю, это моя теория. Амиар не должен о ней узнать, это принесет ему больше вреда, чем пользы. Но ты имеешь право…

Дане не слишком хотелось хранить эту тайну. А с другой стороны, есть ли смысл беспокоить Амиара, если все еще неточно?

Она хотела обсудить это, когда с лестницы послышались шаги: Амиар и Уника возвращались.

– Ну как? – полюбопытствовал Рин таким беззаботным тоном, словно ничего важного они тут и не обсуждали. – Удалось вам что-то найти?

– Девяносто процентов вероятности, что печать ставила Колинэ, – отозвалась Уника. – В этом и была моя главная теория. Это ее стиль…

– Но ведь печать сделана с нарушением, – возразила Дана. – Ну, если я правильно понимаю… Если бы она была нанесена как надо, Амиар вообще не мог бы использовать свою силу, так в книге написано, а он чуть-чуть может. Колинэ – главная тут, явно сильная ведьма. Как она могла допустить такой промах?

– Тридцать лет назад, подозреваю, она была чуть послабее, – заметил Амиар. – А даже если нет, магические печати такого уровня – тонкое искусство, ошибку допустить легко. Она это сделала, Дана. Вряд ли по собственной воле, но сути это не меняет. Только она знает, как убрать с меня этот проклятый знак.

* * *

Ислу где-то потрепали, это было видно. Она вернулась раздраженная, вывалянная в пыли, со следами крови на лице. Куда-то исчез ее меч, с которым она обычно не расставалась. К тому же, она пришла одна, хотя, по ее же утверждению, отправлялась за «еще одной сестрой».

Все вместе это должно было обрадовать Свету – но не радовало. Девушка была близка к отчаянию.

Воительница заперла ее в башне одного из мостов – в пустом и темном зале. Судя по планировке, конструкцию задумывали как оборонительную. Но с тех пор многое изменилось, и башню покинули.

Света понятия не имела, сколько времени она провела здесь. Исла связала ей руки, но милостиво оставила возможность перемещаться по залу – иначе часы ожидания были бы еще более мучительными. Воительница прекрасно знала, что ничем не рискует. У Светы никогда не хватило бы сил на то, чтобы открыть каменную дверь – да еще и, похоже, запертую снаружи. Девушка пыталась кричать, но ее голос улетал куда-то высоко вверх, к сводам башни.

Собственно, в башне он и оставался. Снаружи никто не слышал ее мольбы о помощи.

– Собирайся! – велела Исла.

– Ты издеваешься?

– Хочу, чтобы ты морально подготовилась и не орала по пути! Никто тебя здесь не спасет, мы покинем остров сегодня же.

– Остров? – удивленно переспросила Света.

– Заткнись и иди со мной!

Исла торопливо повесила на плечо дорожную сумку, схватила Свету за локоть и потащила за собой. Девушке в длинном платье, да еще и связанной, двигаться было не очень удобно, однако воительнице было на это плевать. Чувствовалось: если нужно, она вообще перекинет Свету через плечо и потащит, как мертвый груз.

Они покинули башню, однако подниматься на мост не спешили, даже при том, что Света никого там не видела. Женщины спустились вниз вдоль искристой реки, к более узкому ее участку, почти полностью скрытому от города кронами деревьев.

Здесь была мель. Совсем небольшая, не очевидная, но Исла точно знала о ней. Она подтолкнула Свету в ледяную воду, направляя ее, сама пошла следом.

– Ты не говоришь мне, куда мы идем… хотя бы скажешь, от кого мы бежим? – поинтересовалась Света.

– Не болтай.

– Но ты же похищаешь меня!

– Я спасаю тебя. Когда ты это усвоишь?

– Когда получу хоть одно доказательство, что это действительно помощь, а пока их нет! – заявила Света.

Исла не была впечатлена:

– Тогда можешь идти со мной и не верить!

Они пересекли реку. Света замерзла, а вот на Ислу ледяная вода вообще не влияла.

Воительница казалась существом, способным пережить что угодно.

На другом берегу построек не было, людей – тоже. Молодой лес, вроде как настоящий, казался безжизненным и покинутым.

Впрочем, недолго. Сначала Света заметила легкое движение неподалеку, такое призрачное, что оно показалось ей фантазией. Однако чем дальше они продвигались в лес, тем чаще движение мелькало рядом с ними.

Воительница тоже его уловила. Она зло пробормотала что-то себе под нос и остановилась. Исла достала из сумки перевязь с ножами и быстро закрепила на поясе. После этого она толкнула Свету на землю.

– Жди здесь, – велела она. – Похоже, просто так нас никто не отпустит. Эй, ты, покажись! Она не обращалась ни к кому конкретно, но реакция все же была. Металлические бабочки, до этого кружившие среди листвы, вылетели ближе к поляне. Они мельтешили повсюду, кружили сияющими воронками в воздухе. При этом даже Свете, далекой от военного дела, было ясно, что их крылья острее любой бритвы, а значит, это не беспомощные маленькие лазутчики.

Не стал таиться и Наристар. Он вышел на поляну медленно и уверенно, в сопровождении двух слуг, которых Света никогда раньше не видела. Оба напоминали мужчин – сделанных из металла.

– Я уж надеялась, что ты достаточно умен, чтобы не прийти, – оскалилась Исла.

– Не понимаю, как это указывает на мой ум.

– Зачем тебе рисковать ради нее? Она тебе никто!

– Начнем с того, что я не рискую, и этим же закончим, – отозвался Наристар. – Она хочет помощи. Мне несложно помочь ей.

– Ты так уверен в этом?

– Абсолютно. Ты уже устала, я вижу, ты дралась с кем-то и проиграла. Ты лишилась меча.

Что за воин лишается меча?

– Это не делает меня беспомощной, – огрызнулась она. – Не советую тебе проверять это!

– Но я все же посмею.

Сам Наристар сражаться не собирался, это было не в его стиле, да и совсем не шло ему. Для такой работы он привел с собой механических людей.

Они серьезно отличались от прислуги в его доме, которую наблюдала Света: двигались быстрей, сражались лучше, четко знали, что делают. Они не нуждались ни в каком дополнительном оружии: детали их тел быстро перестраивались, создавая лезвия, копья и даже метательные дротики.

Однако Исла держалась против них более чем достойно. Света не представляла, как такое возможно, ведь речь шла о скорости, которая ни одному человеку не доступна. Хотя нужно ли здесь вообще говорить о простых людях?

Со стороны их сражение отдаленно напоминало танец: чтобы поддерживать заданный темп, соперникам приходилось постоянно двигаться. Даже без меча Исла была хороша: она великолепно владела ножами и не боялась близкого боя.

В одиночку она все равно была лучше, чем двое механических воинов. Несколько раз Исле удавалось ранить их, и весьма серьезно. Однако тут свою роль сыграло то, что они не были людьми. Шестеренки в их телах менялись, перекатывались, блокировали повреждения, насколько это было возможно, и отступать стражи не собирались.

Исла была недостижима для них, но она уставала. Кто-то измотал ее еще до того, как она добралась до башни, и теперь ситуация становилась для нее все хуже. Еще чуть-чуть, и она должна была проиграть; воительница чувствовала это.

Свете потребовалось несколько минут, чтобы оправиться от наваждения, вызванного сражением. Она не имела права оставаться простой зрительницей, ведь все это началось из-за нее!

Девушка наклонилась к сумке, брошенной Ислой на землю, и почти сразу нашла что искала: небольшой нож. То, что руки ей связали спереди, а не завели за спину, оказалось большим плюсом, теперь избавиться от веревки не составило труда.

По краю поляны Света перебежала к своему спасителю. Наристар видел это, двигаться ей навстречу не стал, но позволил обнять себя.

Исла побег тоже заметила. Это окончательно ее разозлило.

– Что ты делаешь, дура?! Почему ты так противишься сохранению своей жизни?

– Отступи, – велел ей Наристар. – Если ты оставишь нас сейчас, я не буду преследовать тебя, я просто дам тебе покинуть Красный гарем. Но – в одиночестве. Света не хочет сопровождать тебя.

– Потому что она ни черта не знает! Но она перестанет упрямиться, когда ты будешь мертв.

Видят боги, я этого не хотела, вы сами заставили меня!

Исла резким движением сорвала с шеи ошейник – и начала меняться. Ее косы, до этого лежавшие на спине тяжелым весом, взмыли в воздух живыми змеями. Глаза полыхнули красным, но Исла опустила взгляд до того, как Света успела их рассмотреть.

Наристар заметно напрягся; это было плохо. Света не представляла, какая сила может заставиться его нервничать.

– Давно Горгон не видел, – только и сказал он.

– Что, уже не так смел? – рассмеялась Исла. – И не зря!

– Повода для паники нет. Из всех Великих Кланов, клан Арма лучше всего оснащен для борьбы с тебе подобными.

– Клан – да. Я не могу обратить в камень ваши игрушки! Но мне плевать на машины. Я просто хочу уничтожить тебя!

Она оттолкнулась от земли и поднялась в воздух. Это был не полет, просто очень ловкий прыжок, который позволил ей перескочить через механических воинов и оказаться прямо перед Наристаром.

У нее была всего секунда до того, как металлические бабочки изрезали бы ее на куски. Исла знала об этом. Ее план был прост: обратить Наристара в камень раньше, чем он отдаст приказ. И тогда все будет кончено!

Света не могла этого допустить. Она не хотела умирать, боялась смерти – и все же его смерть пугала ее больше, чем ее собственная. Так будет справедливо. Наристар пришел сюда, чтобы помочь ей, он не должен пострадать. Он маг и важен для этого города. А она… ну что она? Всего лишь очередная человеческая девушка, которую Красный гарем быстро забудет.

Решение пришлось принимать быстро, за один миг. Этого оказалось достаточно, потому что Света ни в чем не сомневалась. Она оттолкнула Наристара в сторону и сама оказалась перед Ислой в тот момент, когда воительница подняла глаза, встречаясь с ней взглядом.

Мир вокруг полыхнул красным – и исчез в темноте.

Глава 16

Без предупреждения

Дана понимала, что лучшего решения сейчас не было: разговаривать с дриадой Амиар отправился без нее. Она человек, она слаба, она может всем помешать. Если кто и станет заложником во дворце Колинэ, то непременно она. Лучше не дергаться, переждать дома.

Но понимание не означало спокойствие. Ей было бы проще находиться рядом с Амиаром, чем наблюдать в окно за пустой улицей, зная, что в ближайшие часы он точно не появится.

К тому же, ей по-прежнему было не по себе в особняке. Дана привыкла к нему, научилась воспринимать как свой временный дом, однако это давалось ей просто, когда Амиар был рядом. Но вот он ушел – и вернулось чувство беспомощности вместе с подозрением, что за ней все же следят.

Она уже привыкла связывать это ощущение с зеркалами. Кто знает, что там находится… Иногда возникало желание просто взять и разбить их, все до единого. Однако она не была уверена, что от этого не станет хуже.

Долго девушка не выдержала. Сделав себе чашку чая с травами, Дана направилась наверх, в комнату Эмилии. Только там, за запертой дверью, ей было по-настоящему спокойно. Чтобы скрасить ожидание, она снова и снова перечитывала книгу, украденную из дворца. Она все надеялась, что ответ там есть, просто они упустили его, а на самом деле ситуацию можно решить легко и быстро.

От этого занятия ее отвлек незнакомый женский голос:

– Не надейся. Там больше ничего ценного нет, вы узнали из книги все, что могли. Она описывает заклинание, остальное зависит от вас.

Дана, уверенная, что она здесь одна, от неожиданности вздрогнула и выронила чашку. Темное чайное пятно расползлось по полу, едва коснувшись изящных туфелек незваной гостьи.

Дана никогда прежде не встречала эту женщину – но узнала сразу. Ее лицо было почти на всех фотографиях, украшавших эту комнату.

– Эмилия… – потрясенно прошептала Дана. – Вы живы?!

На призрака эта женщина точно не была похожа. Эмилия Легио стояла посреди комнаты, в свете магических сфер, и сомнений, что это именно она, не оставалось. Свободное платье почти идеально скрывало, что она беременна – но если знать об этом, заметить можно.

– Пока – да, – усмехнулась Эмилия. – Но до твоих дней точно не дотяну. Время – очень тонкая материя, ограниченная и вместе с тем бесконечная. Мое время давно истекло, твое продолжается.

– Что? Как?… Роувен? – догадалась Дана.

– Именно. Я знала, что ты сможешь выяснить, кто он такой. Ты смышленая, я сразу поняла.

Амиару повезло с тобой.

– Или мне с ним… Но где сам Роувен?

– Все его силы сейчас уходят на то, чтобы обеспечить мое перемещение, – пояснила женщина. – Я не из клана Интегри, я человек, поэтому ему очень тяжело. Я здесь, живая, только потому, что он поддерживает мое существование. Так что нам с тобой лучше понять друг друга быстро.

Это было слишком нереально, чтобы быть правдой – и все же Дана кивнула. Она не могла отказаться от такой возможности!

– Лучше бы вы появились, когда Амиар был здесь… – только и сказала она.

– Не выкай, – поморщилась Эмилия. – Я сейчас не старше тебя. Я не успела стать матроной… Понимаю, тебе сложно поверить в это, учитывая, что ты уже переспала с моим сыном. Но для меня-то он не родился!

Она осторожно коснулась рукой живота, и Дана вспомнила, что говорил Рин, догадалась, почему Эмилия пришла именно сейчас. Два Амиара из разных времен не должны находиться рядом, так что любые беседы с Эмилией предстояло вести ей.

И да, ей сложно было связать младенца в животе Эмилии и мужчину, с которым она делила постель.

– У времени много своих законов, – продолжила гостья. – Я не сторонница жестких правил, но эти вещи даже я не могу нарушать. Если что-то будет сделано неправильно, все мои усилия пойдут прахом. А это недопустимо! Я должна спасти Амиара.

– Я тоже этого хочу…

– Верю. Поэтому я и выбрала тебя. Когда я смотрела его будущее… Это так странно! Видеть взрослым мужчиной того, кто еще растет в тебе. Но мне пришлось принять это. Роувен сразу сказал мне, что мое время на исходе. Естественно, он это говорил не ради драматичного эффекта, он хотел меня спасти, забрать из Красного гарема, дать мне новую жизнь. Но если бы я жила, умер бы Амиар. Я не могла на это пойти. Я уже потеряла одного ребенка… это не повторится, больше никогда.

Она говорила о собственной смерти спокойно, без лишних эмоций… вообще без эмоций! А ведь для нее это не было пройденным этапом. Ей еще предстояло принять финальное решение, у нее было несколько месяцев на размышления.

Впрочем, Дана подозревала, что для Эмилии вряд ли что-то изменится.

– Бедный Роувен, – печально улыбнулась Эмилия. – Я ведь знаю, что он меня любит. Он всегда любил, а я всегда знала, такая у нас связь. Думаю, если бы мы встретились в другое время и при других обстоятельствах, у нас бы все получилось. Но в моей жизни до него уже был Амарканд, и я ни о чем не жалею. Ты удивлена моей решимостью, я вижу. Это сложно понять… То короткое время, что я провела с мужем, искупает любую смерть. Возможно, ты когда-нибудь почувствуешь то же, что и я. Но сейчас не об этом.

– Вы хотите, чтобы я помогла Амиару, – кивнула Дана.

– Нет… В смысле, да, но и не с этого будет начинаться наш разговор. Зеркала. Ты ведь уже почувствовала, что в них кто-то живет, не так ли? В семье Легио не все так просто. Тот, кто живет в зеркалах, имеет право находиться здесь. Ни ты, ни Амиар о нем не знаете – и не будете рады. Заставь его выйти, и он расскажет тебе очень много.

– Прямо сейчас?

– Нет, – ответила гостья. – Сейчас у нас нет времени. Роувен силен, но не настолько, чтобы я надолго оставалась здесь. Наш приоритет – это печать на теле Амиара. Это его проклятье и защита одновременно.

– Защита? – эхом повторила Дана. – Но прямо сейчас он отправился снимать печать! Она хотела броситься к двери, однако Эмилия стала у нее на пути.

– Успокойся. Я знаю, куда он пошел. Но это ничего не изменит, Колинэ не сможет ему помочь.

– Это не она нанесла печать?

– Она. И, как вы правильно догадались, она знает, как снять печать. Но это знание ничего не значит, у нее нет такой власти.

– А у кого есть? – нетерпеливо поинтересовалась Дана. – Подождите… Тот, кто живет в зеркалах, не сможет нас подслушать?

– Нет. Я многое сделала для того, чтобы не смог. Это его бесит, я знаю. Но раз тридцать лет спустя он ничего изменил, значит, над этой комнатой он по-прежнему не властен. И все же прежде, чем я начну говорить, ты должна кое-что сделать.

Эмилия подошла к комоду и нажала на кнопку, скрытую за зеркалом. Повинуясь команде, из стены появился небольшой тайник, о существовании которого Дана даже не догадывалась, хотя изучала комнату часами.

Оттуда Эмилия достала стеклянную шкатулку, наполненную маленькими темно-зелеными шариками. Видом и цветом они напоминали прессованную траву.

– Вот, двух должно быть достаточно. – Эмилия вложила два шарика в ладонь Даны. – Ты должна их съесть.

– Серьезно? Я, если честно, отрицательно отношусь к незнакомым травам…

– И не напрасно, – фыркнула гостья. – Скажу честно: тебе не понравится эффект. Примерно через сорок минут ты потеряешь сознание. Проснувшись, ты не будешь помнить ничего, что произошло после принятия таблетки. То есть, ты будешь помнить меня, указание про зеркала, но не дальнейший разговор.

– Ну и к чему это все? – изумилась Дана. – Проще вообще ничего не говорить!

– Это не совсем верно. Мои слова останутся у тебя в памяти, но вспомнишь ты их только под влиянием очень сложных обстоятельств. То есть, когда они смогут спасти тебе жизнь. Это необходимо для того, чтобы ты не начала действовать раньше срока. Мы ведь говорим о времени! Попытка отвратить беду слишком рано может привести к тому, что ситуация лишь усугубится.

– Значит, беда все-таки идет?

– Да. Поэтому ты должна верить мне.

Верить было сложно. Дана даже не знала наверняка, ложь это или нет! Но что еще ей оставалось? Неведение было слишком опасно, и не для нее одной, ради Амиара она должна была принять условия Эмилии. Поэтому девушка вздохнула и выполнила указание гостьи.

На вкус шарики были пресными и немного тягучими. Дана пожалела, что в комнате нет воды, но выходить за ней на кухню она не хотела – там по-прежнему находились зеркала.

Ее время теперь было ограничено. Она пока не чувствовала никаких перемен, однако не сомневалась, что Эмилия сказала ей правду хотя бы об этом.

– Хорошо, – кивнула гостья. – Я рада видеть, что ты готова пойти на такие меры ради Амиара. Это внушает мне оптимизм относительно вашего будущего.

– Ты пошла ради него на большее, – заметила Дана.

– Это другое. Я его мать, и от этой безусловной любви нельзя уйти. Вот чего не мог понять Роувен. Амиар… он должен был умереть в день своего рождения. В первый день. Я знала это. Такова судьба клана Легио…

– Вы могли бы убежать от них – я имею в виду, вы… то есть, ты, Амиар и Роувен!

– Ты не поняла меня, – покачала головой Эмилия. – Клан Легио не виноват в том, что случилось, осознанно. Амиар родился с этой бедой. Нельзя убежать от того, что внутри тебя. Я отдала свою жизнь… Точнее, отдам ее, чтобы выиграть ему время. Но я видела его будущее… Он не свободен сейчас. И он никогда не будет свободен, пока есть те, кто хочет держать его на цепи. Они скорее убьют его, чем отпустят! Это очень могущественные маги. Один он с ними не справится. У него есть ты, и это начало, а нужно больше… Намного больше.

– Если эти враги такие сильные… есть ли шанс, что он справится с ними?

Дана не хотела сомневаться в Амиаре, а не сомневаться не получалось. Слишком часто он повторял, насколько он слаб. Десятая ветвь – а над ним еще девять! Если они и есть враги, о которых говорила Эмилия, то ситуация становится весьма мрачной.

Однако сама Эмилия была настроена гораздо спокойней:

– Будут друзья, желающие помочь вам, не только враги.

– Сразу?

– Не сразу. Но и до этого у вас будет величайший защитник из всех. Он – ваша опора, но из-за него вас будут бояться еще больше. Огненный король приближается. Об этом в Красном гареме сейчас все говорят. Но немногие знают, что он приближается, чтобы защитить Амиара и тебя.

– Я слышала о нем, – признала Дана. – Но я не знаю толком, кто это…

– Не только ты, почти никто не знает, кроме по-настоящему могущественных чародеев. Все остальные выдумывают. Но мне удалось узнать наверняка… и я расскажу тебе.

* * *

Беда висела в воздухе, дрожала, как капли воды на ветру, готовясь сорваться вниз, обволакивала все вокруг туманом. За долгие годы, проведенные на острове, Колинэ не могла такого припомнить. Было ли вообще? Да, по сути своей, Красный гарем всегда был опасным местом, просто многие гости об этом не знали. Угрозу не уничтожили, ее лишь усыпили на много лет, и теперь дурное предчувствие вернулось.

Колинэ не сомневалась, что все шершенны, которые вырвались из клетки, уже уничтожены. Она даже нашла причину их побега! Одна из глупых девчонок, Татьяна, из любопытства полезла к ним, потом бежала, не закрыв дверь. Наказание понесли все: и дочери Колинэ, опрометчиво оставившие ключ в замке, и Татьяна. Ее продали в один из борделей; она, кажется, рада была покинуть дворец, даже такой ценой.

Да и в целом, это был маленький несчастный случай, он не стоил той тревоги, которая пожирала Колинэ изнутри.

– Дворец чист и защищен, – доложила одна из ее дочерей, вернувшаяся с обхода. – Все в порядке, мама?

– Не знаю. Мне кажется, что-то приближается. Стражница ее беспокойством не прониклась.

– Никаких вестей из города не поступало, там спокойно, у нас – тоже. Должно быть, это Луна беспокоит вас…

– А что с Луной? – удивилась Колинэ.

– Во внешнем мире полнолуние, мама. Воздух кипит магией.

– Меня это давно уже не тревожит. Ни Луна, ни внешний мир.

– Может, королева волнуется?

– Королева спит, – заверила ее Колинэ, осторожно касаясь груди. – И будет спать дальше.

Шершенны не реагируют на Луну, и их королева – тоже.

– Тогда причины может и не быть…

– Я знаю. Ступай.

Нельзя сказать, что слова дочери повлияли на Колинэ – они вообще не имели особой ценности. Она привыкла доверять только себе, поэтому снова искала причину происходящего.

Слухи об Огненном короле витали над городом уже давно. Колинэ даже знала, кто распускает их – семья Интегри. Так ведь не первый раз уже! Сама Колинэ не верила им, потому что точно знала: это невозможно.

Но что если в этот раз все сложилось? Что если Огненный король действительно приближается? Это объяснило бы ее беспокойство…

Колинэ тряхнула головой, отгоняя дурные мысли. Нет этого и быть не может. Ответ должен скрываться где-то еще.

Она направилась вниз, к клетке шершенн. Она знала, что там все заперто надежно, но хотела еще раз убедиться в этом. Колинэ надеялась, что тогда ей удастся расслабиться. Она не нуждалась в сне, поэтому и бессонницей не мучилась; она просто устала от непрекращающейся тревоги.

На этот раз нарушений не было. Ключ забрали, но у Колинэ был свой. Она прошла внутрь, миновала ряды костей и остановилась перед решеткой из корней. Она знала, что это более серьезная преграда, чем казалось на первый взгляд. Она же и создала эту решетку!

На кого-то другого шершенны уже набросились бы, а на нее не обратили внимания. Они продолжали ползать по полу, жадно обгладывая оставленные им кости. Мяса там давно не было, но их голод не прекращался, и они надеялась хотя бы так заглушить его.

– Вы ведь не знаете, что происходит? – задумчиво произнесла Колинэ. – Как жаль… Немного разума – и ваша сила пошла бы в совсем другое русло.

Звук ее голоса произвел на них не больший эффект, чем ее появление. Тяжело вздохнув, она на всякий случай укрепила решетку и направилась обратно в свои покои.

В такое время дворец должен был затихать. Пленниц запирали по их спальням, ее дочери занимали наблюдательные посты, а гостей и вовсе не впускали до рассвета. Колинэ не ожидала никого увидеть, а потому была вдвойне удивлена, обнаружив, что в просторном зале подвала ее ожидает посторонняя.

Она точно не была невестой, но и на воровку, пробравшуюся сюда за сокровищами, не походила. Скорее, она выглядела одной из аристократок – красивая, молодая, стройная, в дорогом платье, с копной роскошных каштановых волос. Ее лицо, обращенное к Колинэ, было лишено любых эмоций.

Колинэ была уверена, что они не были формально представлены, да и на балу эта женщина не появлялась. Вместе с тем, ее лицо показалось хозяйке дворца смутно знакомым, будто они встречались когда-то – много лет назад…

– Я могу вам помочь? – поинтересовалась Колинэ. Она решила для начала быть вежливой, на случай, если это действительно заблудившаяся гостья. – Здесь никому нельзя находиться.

– Прошел полный цикл, – ледяным голосом произнесла женщина. – И я вернулась.

– Не уверена, что понимаю…

– Мое имя – Юлисса Тил. Ты помнишь мое имя, ведьма?

Воспоминание молнией прошло через Колинэ, заставив понять, где она видела это лицо раньше. Сколько бы лет ни прошло, такое не забывается…

Хозяйка дворца привыкла относиться к невестам, которых продавала, без лишней сентиментальности. Так было проще, особенно с учетом того, что живой товар она иногда была вынуждена отправлять шершеннам. Тем не менее, Колинэ обладала исключительной памятью и легко запоминала имена своих пленниц.

Юлисса Тил попала в гарем случайно. Она была представительницей магического рода, в прошлом сильного, а к настоящему времени растерявшего почти все свои способности. Такое бывает: природа ведет ветвь к забвению, и никто не знает, почему это происходит. Если одни представители рода Тил еще могли колдовать, то Юлисса – нет. Поэтому дочери Колинэ и перепутали ее с простой смертной.

После некоторых размышлений Колинэ решила продать ее на аукционе. Возвращать Юлиссу было слишком опасно, шума было бы больше, чем пользы. Поэтому красивую девушку сделали очередным товаром. Ее купили на первом же раунде, почти не торгуясь.

А через неделю Юлиссу нашли мертвой. Ее тело было изуродовано так сильно, что молодую женщину едва удалось опознать.

Выяснилось, что через подставного агента Юлиссу выкупили несколько представителей Великих Кланов, и вовсе не для создания семьи. Они откуда-то узнали, что она – родственница ведьм, и решили развлечься. Несколько дней ее насиловали и пытали в одном из особняков Красного гарема. А когда Юлисса наконец умерла, ее тело просто выбросили на улицу, как сломанную игрушку, даже не пытаясь скрыть свое преступление.

Да и зачем им было скрывать? Они гордились тем, что сделали. Им это сошло с рук, их семьи были слишком влиятельны, чтобы привлекать их к ответственности. Останки женщины были брошены шершеннам, и про Юлиссу просто забыли.

С тех пор прошло двенадцать лет. Полный цикл, она правильно сказала.

– Но… как? – потрясенно прошептала Колинэ. – Тебя никогда не видели… Мне бы доложили!

– Меня видят те, кто этого заслуживает, – спокойно пояснила Юлисса. – Не ты. Ты ответишь, как и все, кто виновен.

Она не была простым призраком, тут без вариантов. И не только потому, что выглядела сейчас материальной. Обычное привидение не способно скрываться по своей воле, а она могла… Видно, какие-то магические способности у нее все же были, скрытые глубоко в ее душе. В сочетании со страданиями, которые она перенесла, они дали пугающий результат, превратив ее душу в чудовище.

– Не я убила тебя, – напомнила Колинэ.

– Все верно. Но ты продала меня. Ты позволила им уйти. Меня убили не отдельные маги, а это место. Его создала ты. Без тебя оно существовать не будет.

– Ты надеешься убить меня?

– Я и убью, – кивнула Юлисса. – Сегодня, когда Луна на моей стороне.

Больше она ничего не говорила. Лицо девушки начало меняться, ее нежные черты стирались, превращаясь в звериный оскал. Тело оставалось прежним, но пальцы обратились в длинные серповидные когти.

Теперь Колинэ точно знала, кто перед ней. Призрак полнолуния. Особая форма жизни – не живая, но вместе с тем гораздо более могущественная, чем просто неприкаянный дух. Юлисса обитала на этих улицах двенадцать лет, и энергией каждого полнолуния насыщала себя, пока не достигла расцвета своей власти.

Когда это случилось, она пришла к тому, кого считала врагом. Она не отступит… не может отступить. Вся ее сущность соткана из страдания. Оно держит ее в этом мире. Не станет Колинэ – появится другая мишень, и так до тех пор, пока не утихнет ее боль. А говорить с ней бесполезно, она слушать не станет.

Это не означало конец всего. Колинэ не собиралась сдаваться так просто: она ведь тоже не беспомощна! Она управляла Красным гаремом много лет, здесь все пронизано ее силой. И несмотря на то, что она не слишком хорошо знала возможности призраков полнолуния, страха она не чувствовала.

На острове многое от нее зависит. Ей нельзя умирать.

– Это ведь тебя я чувствовала? Тревога, которую передавал мне остров… она от тебя?

Юлисса не ответила ей. Демон, в которого она обратилась, не желал больше ждать, и с воем кинулся на жертву.

Если бы она была материальна, хотя бы отчасти, она бы в ту же секунду была мертва. Корни и лианы, появившиеся прямо из камней, ударили с нескольких сторон, пронзая ее насквозь. Однако для призрака атака не имела такого уж большого значения. Юлисса лишь немного замедлилась, проходя через преграду. Это было мелочью, которая не давала ее жертве преимуществ.

Теперь Колинэ понимала, как чувствовали себя ее пленницы, которым она позволяла поиграть в побег. Они в какой-то момент верили, что сумели перехитрить судьбу, что шанс на спасение есть… а потом все замирало, заканчивалось. Приходило осознание неизбежности.

Правда, для беглянок эта неизбежность была очевидней, чем для Колинэ. Хозяйка дворца никак не могла поверить, что кто-то способен быть сильнее ее. Она направляла на эту битву всю силу, что была у нее, – свою и королевы. Очень скоро зал подвала, до этого пустой, превратился в настоящие джунгли.

Только вот самой Колинэ это вредило больше, чем ее сопернице. Она путалась среди корней и лиан, теряла направление, а призрак не знал усталости.

Хозяйка дворца могла бы позвать своих дочерей, но не хотела этого. Она понимала, что это бесполезно, они только погибнут зря. Так зачем им умирать?

Несмотря на гнетущую определенность ситуации, Колинэ не представляла, как это будет – как призрак нанесет последний удар. Оказалось – без предупреждения…

Юлисса не пробиралась к ней через заросли. Она просто исчезла на секунду, а появилась уже перед Колинэ. Замахнулась, ударила, и хозяйка дворца почувствовала, как когти пробивают ее насквозь.

Она знала, что даже ее сил теперь не хватит, чтобы вылечить такую рану. А с ее смертью был обречен и весь Красный гарем…

Глава 17

Душа

Пробуждение было неожиданным – потому что его не могло быть. Когда ее сознание угасало, Света четко знала: она умирает. Ради Наристара, потому что так нужно, и без сожалений. Но все равно умирает! У нее не было ни единого шанса вернуться в этот мир.

А оказалось иначе. Она открыла глаза и увидела потолок, залитый солнечным светом. Знакомый потолок! Она снова находилась в резиденции Арма, словно и не было никакого похищения.

Но оно было. И то, что произошло при столкновении Наристара и Ислы, ей не почудилось. Света знала это наверняка, потому что чувствовала себя странно. Она очнулась, и тело подчинялось ей, однако ощущения были не те, что раньше. Девушка не могла сказать, холодно в комнате или тепло, не представляла, на чем она лежит. Ей казалось, что кожа и мышцы онемели.

Света не знала, как это понимать, и не была уверена, что готова узнать ответ.

– Вы проснулись! – Механическая гувернантка, дежурившая у ее кровати, радостно всплеснула руками. – Вот радость-то! Позову хозяина!

– Подождите! – попыталась остановить ее Света. Голос был ее, прежний, но во рту застыл странный вкус… а точнее, отсутствие вкуса. Такого прежде не бывало. – Что произошло? Как я оказалась здесь?

Но гувернантка с прежней жизнерадостностью отмахнулась от нее:

– Все вопросы – к хозяину, он мудрый, объяснит лучше, чем я. Я сейчас позову его!

Гувернантка убежала прежде, чем девушка успела произнести хоть слово. Света хотела разочарованно вздохнуть – и обнаружила, что у нее не получается. Она вообще не дышала! Не только сейчас, с момента ее пробуждения воздух не входил в ее легкие и не покидал их.

Уже предчувствуя беду, Света наконец подняла руки и посмотрела на них. То, что она увидела, было невероятно, неправильно – но вместе с тем, объясняло многое.

Ее кожа стала серой и непробиваемо плотной… Как камень. Хотя сравнение здесь было неуместно, ее кожа и была камнем! Идеально гибким, поэтому ее движения и не были скованны, но все же неживым. Света даже не могла определить, теплым этот камень был или холодным, потому что ее новое тело по-прежнему ничего не чувствовало.

Она сама не знала, на что надеялась, когда поспешила встать и подойти к зеркалу. Мелькнула мысль, что, может, хотя бы часть ее тела осталась прежней… Глупая мысль, конечно. Какой в этом смысл? Ей не нужна была часть нормальной плоти, ей нужно было все!

Увы, ее отражение в зеркале успокоения не принесло. Взгляд Ислы не прошел мимо, Света полностью обратилась в камень. Не только ее тело, волосы тоже, и одежда, в которой она была. Теперь, как бы она ни старалась, девушка не смогла бы снять это платье.

Ее шок был непреодолимым. Она просто застыла перед зеркалом, с ужасом впитывая новую реальность. Света уже не была уверена, что ей нужно было выживать. Она приняла смерть, а не такую судьбу!

Скрипнула механическая дверь в спальню, заставляя ее отвлечься от зеркала. Обернувшись, Света увидела Наристара, стоящего на пороге. Он был невозмутим, словно в каменной девушке перед ним не было ничего необычного.

– Что произошло?.. – только и смогла спросить Света.

– Тебе следует успокоиться.

– Шутишь?! Я не могу успокоиться! Я… я даже не знаю, кто я!

– Ты – каменный голем, – пояснил маг.

– Я… что?

– Давай лучше по порядку. Женщина, которая тебя похитила, из рода Горгон. Своим взглядом они могут обратить в камень любое живое существо. Это очень эффективный и редкий вид убийства. Поэтому представители рода чаще всего становятся элитными наемниками. Но эта женщина…

– Исла, – прошептала Света. – Ее звали Исла…

– Допустим. Так вот, я уверен, что Исла прибыла сюда не для того, чтобы похитить тебя. Что ей взбрело в голову – я так и не смог выяснить. Знаю только, что она хотела любой ценой вывести тебя из Красного гарема. Я стал у нее на пути, и она собиралась убить меня. Не думаю, что она хотела так сильно навредить тебе. Ни она, ни я не ожидали, что ты закроешь меня собой. Когда это случилось, Исла была так удивлена, что я смог надеть на нее ошейник, сдерживающий ее силу, и заблокировать его. Сейчас она находится в моем доме. У меня не было времени толком допросить ее, я был занят тобой.

– В смысле?

– Меня не обрадовала перспектива твоей смерти, – вздохнул маг. – Я не мог заставить Ислу расколдовать тебя, я даже не был уверен, что она это умеет. Горгоны не пленяют так, а убивают, освобождать кого-то они не способны. Я решил пойти другим путем: сделать из твоего тела голема для хранения твоей души. Нужно было действовать быстро, пока твоя душа не покинула этот мир окончательно. Только так ты можешь остаться в живых. Эта мера выигрывает время: возможно, есть еще вариант вернуть тебе прежнее тело.

То, что он говорил, было похоже на удары… И в этом чувствовалась определенная ирония: настоящие удары больше не могли причинить Свете прежней боли.

Девушка села на кровать, сама не зная, зачем. Это был жест отчаяния из прошлой жизни. Ее новое тело не дрожало и не чувствовало усталости, но держаться за старые привычки почему-то стало очень важно.

– Лучше бы ты дал мне умереть… – еле слышно произнесла она.

– Это неразумно.

– А что разумно? Ты можешь гарантировать, что вернешь мне нормальное тело?

– К сожалению, нет, – покачал головой Наристар. – Чудо уже в том, что мне удалось создать такого голема. Я сам не ожидал, что получится, это очень ценный опыт.

Он рассуждал о случившемся как ученый, перед которым замаячил шанс открытия. Это давило на Свету еще больше. Его опыты, его эксперименты… и ее жизнь! Хотя нет, не жизнь даже, а тупое существование без чувств, без дыхания, без надежды, чтобы ему было чем развлечь себя!

Поэтому она не собиралась слушать его речи о теории магии. Света крикнула, перебивая его:

– Я хочу умереть! Если ты смог поймать мою душу в этот булыжник, ты можешь и отпустить ее!

– Могу, – согласился маг, подходя ближе. – Но это было бы напрасной тратой сил.

– Да плевать мне на твои силы! Это моя душа… и мое право на смерть! Я умерла за тебя – разве я этим не заслужила хотя бы капли уважения? Ты был добр, когда приютил меня. Но я искупила это, я больше не в долгу, и я требую, чтобы ты отпустил меня!

Ей казалось, что ее слова вообще не имеют на него никакого влияния. И снова ирония… Камнем была она, а по уровню эмоций казалось, что он.

На фоне выражения лица мага, безразличного ко всему, его следующий жест еще больше поразил Свету. Не говоря ни слова, Наристар опустился перед ней на колени, взял ее руки в свои. Потрясенная этим, девушка замолчала.

– Я сделал это в первую очередь ради себя, – признал он. – Не только Исла была шокирована тем, что случилось. Я тоже. Я не хотел, чтобы ты занимала мое место.

– Я должна была… Ты пришел, чтобы спасти меня. Было бы нечестно, если бы ты умер из-за этого!

– В смерти нет честности. Я принял риск, на который пошел. У меня было больше шансов пережить атаку. Я не представлял, что из-за меня кто-то может… Я не знаю, как правильно назвать это. И сохранить твою душу мне важно было не для того, чтобы показать свою силу. Я не хочу, чтобы ты исчезала. Эта душа, возможно, единственная, кто готов отдать за меня все. Просто за меня, не посягая на влияние и власть моей семьи. Такого еще не было, и я не уверен, что будет. Поэтому я прошу тебя: останься со мной.

– Как кто? – горько усмехнулась Света. – Очередная неживая прислужница? Украшение дома? Садовый гномик? Я не человек теперь, я предмет!

– У тебя есть душа, а значит, ты человек. У слуг, которых ты видела в моем доме, нет собственной души. Они – механизмы, в которые я копировал личности реально живущих людей. Это не делает их полноценными живыми существами, они всего лишь копии. Но ты… ты уникальная. Я не знаю, как у меня получилось оживить тебя, но я очень хотел это сделать. Поэтому я прошу тебя быть моей почетной гостьей и дать мне шанс спасти тебя. Мне это нужно больше, чем тебе, Света… Потому что ты готова принять свою смерть, а я не готов тебя отпустить.

Он впервые говорил с ней открыто и честно, впервые так смотрел ей в глаза. Неожиданно Света почувствовала тепло в груди. Не такое как раньше, и все же это было важное чувство.

Оно давало надежду, что для нее еще не все потеряно.

– Я не знаю, сколько я смогу это выносить. – Света осторожно пошевелила пальцами. Осторожность была излишня: ее тело сохранило идеальную гибкость. – Но пока могу – я буду с тобой.

Он сел на кровать рядом с ней. Чувствовалось, что Наристар абсолютно не умеет показывать свои эмоции. Но то, что ради нее он попытался это сделать, уже много значило.

Сейчас будущее казалось Свете зыбким и неясным. Но, по крайней мере, ей предстояло пройти через это не в одиночестве.

– Я бы хотела увидеть Ислу, – сказала она.

– Ты уверена, что это нужно тебе сейчас? Что ты готова?

– Прошу…

– Как скажешь, – кивнул Наристар. – Хотя я сильно сомневаюсь, что она может что-то изменить.

Света понимала, что он прав, – и все равно надеялась. Исла ведь изначально относилась к ней лучше, чем к магу! Возможно, она что-то намеренно скрыла от Наристара, а теперь скажет.

Наристар провел ее вниз по лестнице, мимо первого этажа в подвал. В какой-то момент Света испугалась, что ее встретит угрюмое, заросшее плесенью подземелье с цепями и полуразложившимися скелетами заключенных. Однако все было не так драматично.

Подвал резиденции Арма действительно был оборудован для содержания пленников. Однако камеры оказались светлыми и чистыми, никаких следов крови Света не увидела, не говоря уже о мертвых телах.

Сейчас в подвале была заточена единственная узница. Исла находилась за решеткой, да еще и была прикована к стене цепями. Ошейник на ее шее немного изменился: металл выглядел искривленным и оплавленным.

При виде Светы воительница удивленно приподняла брови, но не более. Это была не самая эмоциональная реакция на встречу с человеком, в смерти которого она была виновна.

– Надо же… тебе удалось сделать голема, – признала Исла. – И поймать душу?

– Ему действительно удалось, – ответила за Наристара Света. – Но это не та жизнь, о которой я мечтала, мягко говоря!

– Привыкай. По-другому уже не будет.

– Это все, что ты можешь сказать?

– После взгляда Горгоны не выживают! – жестко заявила воительница. – То, что этот мальчишка оживил тебя, – чудо. Но так ли оно хорошо?

– В таком состоянии – нет, – уверенно ответила Света. – Но это не предел…

– Ошибаешься.

– Не похоже, что ты хочешь помочь!

– Мое желание тут ни на что не влияет, – отозвалась Исла. – Взгляд Горгоны обращает в камень навсегда. Я это не выбирала, да и мой род тоже. Это просто факт, с которым я смирилась. И тебе придется смириться.

– Это вовсе не обязательно, – вмешался Наристар. – Кто-то придумал амулет, сдерживающий твою силу. Я буду тем, кто придумает обратное превращение.

– Похвально, но ты ничего не успеешь.

– Почему это?

Его Исла смутила, а вот Света догадывалась, о чем речь. Ведь тогда, в самом начале этой истории, воительница пришла в дом Наристара не просто так.

– Ты хотела меня спасти! – напомнила Света. – От чего? Это та же причина, по которой у Наристара не хватит времени найти лекарство для меня?

– От взгляда Горноны нет лекарства. Но в целом, ты права.

– От чего ты хотела меня спасти? – повторила девушка. – Это все еще может угрожать нам?

– Теперь уже не важно, – Исла откинулась спиной на стену и прикрыла глаза. – Обеспечивать ваше выживание у меня нет никакого желания. Свое, кстати, тоже, этим вы меня не смутите. Все вместе умрем тут. Обратный отсчет уже начался, и скоро весь город захлебнется в огне.

* * *

Пробраться во дворец было легко, и это расслабляло. Им даже не пришлось никого убивать: дочери Колинэ были не так уж опасны. Если эти мухи замечали посторонних, достаточно было лишь хорошо приложить их об стену, чтобы они затихли.

Амиар прекрасно понимал, что справиться с самой Колинэ будет не так просто. Дриада по рождению и хозяйка Красного гарема – такой враг слабым не бывает. Однако отступать маг не собирался.

Вся его жизнь перевернулась с ног на голову – так же, в принципе, как и у Даны. Он-то был уверен, что все понимает! Да, он был слаб, и не радовался тому, в каких обстоятельствах родился. Но это было просто и объяснимо, такое прежде случалось – внезапное понижение уровня силы. Он услышал это от своего клана, а потому поверил.

Раньше. Теперь уже нет. Есть странные послания, оставленные непонятно зачем его матерью, есть клеймо, есть связь с Колинэ… Игнорировать все это он не мог.

Он знал, что Рин пойдет с ним. Доверие Амиара не было слепым, если он кого и звал другом, то не без причины. С Уникой была другая история. Ведьма не знала их толком, не обладала должной силой и до смерти боялась Колинэ.

Собственно, она это и не скрывала.

– Зачем только я с вами поперлась? – ворчала она себе под нос. – Что мне на свете спокойно не жилось? Нужно было валить отсюда после первого же прокола с тобой, Интегри!

– Солидарен, со мной связываться не стоит, – с готовностью кивнул Рин.

– Ты смеешься надо мной?!

– Что ты! Просто поддерживаю во всем, дорогая.

Амиар не пытался их утихомирить, потому что, несмотря на свою болтовню, они не теряли связь с реальностью. Рин, как правило, первым замечал и оглушал стражниц. Уника умело использовала травяные смеси, чтобы усыпить их, не причиняя вреда. Эти двое быстро сработались!

Но расслабляться было рано. Колинэ не оказалось ни в зале аукционов, ни в спальне. Это настораживало – в такое время она должна быть там! Хотя нет, дриада ее уровня, пронизавшая дворец корнями своих растений, обязана заметить их вторжение, выйти, узнать, в чем дело. Почему она медлит?

– Ты чувствуешь ее? – спросил Амиар, обращаясь к Унике.

– С чего бы?

– Потому что ты тоже ведьма.

– Эй! Это расизм! – возмутилась девушка.

– Чувствуешь или нет?

– Просто так не чувствую, – признала Уника. – Но могу попытаться найти.

Она достала из сумки небольшой мешочек и с помощью собранного в нем порошка начертила символ на каменном полу. Это была простая, немного неуклюжая магия – но достаточно эффективная. Потому что через минуту ведьма уже могла дать им ответ.

– Она внизу, под нами. Только это так странно…

– Что именно?

– Она там одна – и вместе с тем не одна. Я чувствую, что она сражается с кем-то. Но не могу выделить человека, который нападает на нее…

– Да потому что это не человек, – фыркнул Рин. – Это ж Красный гарем, здесь люди почти не встречаются!

Амиар знал, что находится под ними. Он понятия не имел, на какую глубину вниз тянется логово шершенн, но что вход расположен в подвале дворца – это без вариантов. Если кто-то напал там на Колинэ, это существо должно обладать небывалой наглостью!

Учитывая это, Амиар был уверен, что готов ко всему, что ждет его там. Однако реальность все равно поразила его.

Каменный зал превратился в джунгли, паутина корней, лиан и ветвей почти не оставляла там свободного места. И это без открытой земли! Из всех известных Амиару дриад, только Колинэ была способна на такое, она всегда отличалась нетипичной для своего рода силой.

Только теперь это ее не спасло. Она проиграла битву в момент, когда Амиар вошел в зал. Он видел, как странное, похожее на девушку в саване существо нанесло решающий удар. Кровь фонтанами брызнула во все стороны, а Колинэ, зажимая чудовищную рану на груди и животе, подалась назад.

– Проклятье! – присвистнул за его спиной Рин. – Это же призрак полнолуния! Откуда здесь эта тварь?

– Ты можешь убрать ее? – Амиар не сводил глаз с существа. Оно пока не заметило их, наслаждаясь агонией дриады.

– Брат, я не знаю…

Рин не был трусом, и если он в чем-то сомневался, значит, предел его сил был пугающе близко. И Амиар не хотел злоупотреблять его помощью – однако отступить не мог, только не теперь, другого шанса у него не будет.

– Хотя бы отвлеки ненадолго, – попросил он. – Колинэ осталось совсем немного, я должен успеть поговорить с ней!

– Ладно… Черт…

Судя по тому, что призрак не получил ни одной раны за время отчаянной битвы, коснуться его было не так просто. Но не для представителя клана Интегри. Рин доказал это, когда налетел на девушку в саване, оттолкнул ее. Она зашипела, демонстрируя иглы клыков, однако отступила. Видно, она впервые столкнулась с таким противником и теперь решала, что делать.

У Амиара не было времени наблюдать за ними, это могла сделать и Уника. Как только путь был открыт, он бросился к дриаде.

Колинэ все еще была жива и, как ни странно, оставалась в сознании. Однако белоснежная кровь, хлеставшая из ее раны, и не думала останавливаться.

– Как тебе помочь? – спросил Амиар, осторожно поддерживая ее за плечи.

– Никак… Хорошо, что ты здесь… – Колинэ закашлялась, дышать ей было все сложнее, а кровь белыми ручьями стекала по подбородку. – Не знаю, зачем пришел… Но ты должен выслушать…

– Я пришел, чтобы узнать о своей матери… И о клейме, которое ты на меня поставила! Он ожидал, что она будет изумлена. Однако губы Колинэ тронула легкая улыбка.

– Значит, ты знаешь… Я не сомневалась, что однажды ты выяснишь… Ты умен, как твой отец…

– Мне нужна правда!

– Она всем нужна… Но сначала – не о тебе… Моя смерть – только начало… Ты должен предупредить всех…

– О чем предупредить?

Он не затем сюда пришел, однако ситуация уже вышла из-под контроля. Ему только и оставалось, что слушать.

– Этот остров… Он не всегда был Красным гаремом, знаешь… Его изолировали когда-то из-за шершенн. Такие опасные, дикие… Мы изловили их королеву и заперли здесь. Но когда это место было храмом, оно вызывало подозрения… Были попытки узнать, что мы прячем… Мы должны были создать маскировку. Мы выдали остров за один из гаремов. Шершенны были под контролем… Здесь было много магов, нелюдей, представителей Великих Кланов… Все решили, что королева шершенн умерла, и это место больше не имеет цены как оружие… Его оставили в покое…

Амиар знал, что шершенны – очень опасный вид. По отдельности каждую из них уничтожить легко, но их королева – другое дело. Это бессмертное создание, которое порождает новых хищников с такой скоростью, что способна создать армию за считанные часы.

Поэтому она и считалась ценным оружием – раньше. По официальной версии истории, дриады нашли способ уничтожить королеву шершенн несколько веков назад!

Теперь Колинэ признала, что это ложь:

– Мы хотели убить ее… Но не могли… Мы нашли способ остановить ее. Ее сознание всегда было связано с верховной дриадой Красного гарема… Со мной… Мой разум подавлял ее разум. Она спала, а я использовала ее силу… Увеличивая свою собственную… Когда пришел бы мой черед уходить, я бы передала эту связь другой дриаде… Я не должна была умереть сегодня… Здесь нет другой дриады, Амиар. Никто не примет мою ношу, и королева проснется.

– Но это значит…

Он начал и не смог договорить, эта мысль казалась слишком дикой, чтобы произнести ее вслух. Однако Колинэ подтвердила его худшие опасения:

– Это значит, что Красный гарем будет разрушен. Но они не выберутся, остров защищен хорошо…

Она не сказала, что защита имеет две грани. Амиар и так об этом знал.

Как только шершенны доберутся до серебряной пелены, Красный гарем будет заблокирован. Никто не сможет не только попасть сюда, но и выбраться. Может, кому-то из Великих Кланов и удастся преодолеть барьер с той стороны, однако это потребует времени, которого у них нет.

– Предупреди всех… – попросила Колинэ. – До того, как шершенны будут на свободе… Я уже не смогу…

– Пожалуйста… Я должен знать о клейме!

Он видел, что ее жизнь готова оборваться в любую минуту. Он не знал, есть ли в этом мире еще кто-то, кому доверена его тайна.

– Как все не вовремя… – вымученно улыбнулась Колинэ. – Может, и следовало сказать тебе раньше, но… Я боялась. Все мы боимся…

– Кого?

– Клана Легио… Это ведь они начали это… Новый глава клана сопровождал Эмилию, когда она прибыла в Красный гарем. Он сказал, что на вновь рожденное дитя я должна буду поставить сильнейшую из известных мне печатей блокировки… Но была проблема… Я сразу сказала им, но они не послушали меня…

– Какая проблема?

Весь мир для Амиара сейчас перестал существовать. Значение имела только дриада.

– Для сильнейшей печати нужно принести в жертву жизнь… Жизнь одного из родителей… Потому что только одна сила способна управлять клеймом: абсолютная любовь… Твой отец уже был мертв, и оставалась одна Эмилия… Чтобы печать держала, нужна была ее жизнь… Она приняла это. Она слишком любила тебя, чтобы отступить… Все месяцы беременности она жила здесь… Мы стали друзьями… Я пыталась отговорить ее от этого, заставить пожертвовать тобой… Но она и слушать не желала… Она была очень смелой, твоя мать… И так любила тебя, так любила…

– Для чего нужна была эта печать? – с трудом произнес Амиар. – Какой смысл в такой жертве?

– Я не знаю… Они не сказали мне. Но и глава клана, и Эмилия были убеждены, что иначе нельзя… В день твоего рождения я смешала свою кровь с кровью Эмилии… Она умерла. Но клеймо было поставлено…

Амиар посмотрел на белые линии на своих руках, которые теперь видел постоянно. В этот момент ему казалось, что они жгут его кожу.

– Я хочу снять печать! Как мне это сделать?

– Никак, – ответила Колинэ после очередного приступа кашля. Эти приступы усиливались, ее взгляд становился мутным. Амиар был поражен уже тем, что она способна мыслить здраво в таком состоянии. – Ты не можешь… Печать слишком сильна…

– Но она не совершенна! В книге было сказано, что такая печать полностью блокирует силы. А я могу колдовать! Слабо, но… достаточно для десятой ветви! Значит, вы допустили ошибку, печать уже нарушена, ее можно снять!

– Я не допускаю ошибок, только не в этом… Печать идеальна…

– Тогда почему моя сила пробивается через нее? – настаивал Амиар.

– Виновата не печать… Это… Огненный король…

– При чем тут старая легенда? Кто он? Колинэ?.. Колинэ!

Она прикрыла веки, и ему показалось, что она отдыхает, собирается с силами перед самым важным ответом. Амиар хотел в это верить – и верил до последнего.

Но вскоре даже он был вынужден признать, что дриада умерла.

Глава 18

Человек в зеркалах

Мысли путались в голове, девушку подташнивало, и поначалу она не решалась встать с кровати – боялась, что снова упадет. И все же Дана прекрасно помнила, почему она здесь и что произошло накануне. Забылась только та часть рассказа, в которой было самое важное.

За окном уже наступил рассвет, и Дана осталась в спальне одна. Эмилия исчезла… точнее, вернулась туда, где и должна быть. Она сделала все, что могла.

Но почему в доме так пусто и тихо? К этому моменту должен был вернуться Амиар… еще ночью должен был!

Волнение заставило Дану подняться с кровати, направиться к окну. Город казался спокойным, дворец по-прежнему гордо возвышался на вершине холма. Не было ощущения, что там произошло нечто важное. Красный гарем еще дремал в привычной неге, и тревогу этим утром чувствовала только Дана.

Хотелось отправиться туда, бежать, помочь… Но она не знала, куда именно – «туда». Во дворец? Так он огромный, нужно еще понять, куда пошли Амиар и остальные. Да и потом, что могла сделать она, простой человек, такого, что не сделали два мага и ведьма?

Ей нужно было остаться здесь, чтобы не стало еще хуже. Как бы тяжело ей ни было, Дана должна была соблюдать свою часть уговора.

Что, впрочем, не означало, что она готова сидеть без дела. Она многое узнала, а хотела знать еще больше, и сделать это можно было только одним способом.

Девушка не была уверена, что выбрала правильную стратегию. Подозревала даже, что заблуждается. Но поступить иначе она не могла, боялась, что тогда чувство неопределенности сожжет ее изнутри.

Она взяла одну из бронзовых статуэток, украшавших полки, и решительно направилась к выходу. Увидев перед собой зеркало, Дана размахнулась и ударила по нему, разбивая на осколки. Семь лет потенциального несчастья ее нисколько не волновали – эти семь лет еще нужно прожить! А это уже достижение в Красном гареме.

Останавливаться на достигнутом девушка не собиралась. Она проходила по этажам, уничтожая каждое зеркало на своем пути. Поначалу она боялась, что сила, живущая там, окажет сопротивление. Оно ведь двигалось ночью, скинуло с себя платок!

Но то было ночью, и раньше, когда Дана была скована ужасом. Новая решительность и солнечный свет меняли ситуацию. Все больше и больше осколков мерцало на полу, и лишь теперь девушка поняла, как много тут зеркал. Они были везде, от них нигде нельзя было скрыться! Теперь-то уже нет, сегодня все закончится…

Она остановилась лишь когда за ее спиной прозвучал знакомый голос.

– Думаю, вы сделали достаточно, леди Легио… Точнее, будущая леди Легио.

Обернувшись, Дана увидела перед собой того, кого и ожидала увидеть – Нерио Гриса. Секретарь клана Легио смотрел на нее с нескрываемым осуждением. Да оно и понятно! Эта ее атака на зеркала, должно быть, смотрелась варварски.

– Вы снова без приглашения? – проворчала Дана.

– Это моя работа. Вы не могли бы объяснить мне, что здесь происходит? – поинтересовался он.

– Так нужно.

– При всем моем почтении, не могу сказать, что это правдоподобный аргумент.

– Я должна уничтожить все зеркала! – отмахнулась от него Дана. – Амиар не будет против.

– Я в этом не уверен.

– Тогда найдите и спросите его! А мне не мешайте.

– Дана, я настоятельно прошу вас остановиться.

– А я настоятельно прошу вас оставить меня в покое! Ну, или помочь. В этих зеркалах… Она начала объяснять ему и запнулась на полуслове. В компании Нерио девушка как раз дошла до первого этажа – и с лестницы увидела, что входная дверь по-прежнему заперта изнутри. Как она и оставила, после вторжения Ройфуса она особое внимание обращала на замки! Были, конечно, и дополнительные входы, однако Нерио появился с основной лестницы.

Дана покосилась на него с недоверием:

– А как… как именно вы сюда вошли?

– Это очень хороший вопрос, – усмехнулся секретарь. – Пожалуй, лучший с начала этого разговора.

– Вы не входили… – ошеломленно прошептала девушка. – Вы были здесь с самого начала…

– Верно подмечено.

– Как странно, вы появились… мне даже не пришлось бить для этого все зеркала!

Понимание истины пришло в тот момент, когда Дана произнесла это; как будто сказала – и сама себе поверила. Она старалась казаться уверенной, насмешливой даже. Она понятия не имела, чего от него ожидать. Сама мысль о том, что он постоянно наблюдал за ней, видел все и всегда, напрягала. Но сейчас Дане требовалось отстраниться от этого, чтобы сохранить здравое мышление.

Он уже застал ее врасплох. Она думала, что ее невидимый надзиратель неразрывно связан с зеркалами, а он сумел выйти в реальный мир.

– Нет смысла в таком радикальном подходе, – покачал головой Нерио. – Уже после семи разбитых зеркал стало ясно, к чему все идет.

– Кто вы такой?

– Как я и говорил, секретарь клана Легио. Я был направлен сюда, чтобы наблюдать за леди Эмилией Легио.

– Следить, чтобы она не сбежала? – предположила Дана.

– И это тоже. А также отслеживать все ее связи, включая лорда Роувена Интегри. К сожалению, когда леди Легио вычислила, кто я и где нахожусь, работать стало сложнее. Но я не жаловался. Работу не выбирают!

– Вы… человек вообще?

– Это так наивно, что почти мило, – рассмеялся Нерио. – Ну где вы видели, чтобы люди жили в зеркалах, душа моя? Хотя толика истины в ваших словах есть. Я был когда-то человеком. После моей смерти моя душа была поймана семейством Арма и заточена в зеркало. Так создаются сильнейшие артефакты этого клана. После меня приобрел клан Легио для слежки за леди Эмилией. Я выполняю то, для чего был создан.

– Без жалости и симпатии к тем, за кем вы следите?

– Жалость… – задумчиво повторил он. – Давненько я не чувствовал ничего подобного! И не уверен, что почувствую. С тех пор, как завершилась моя человеческая жизнь, многое изменилось. Я буду выполнять свою миссию до конца.

– И в чем же заключается ваша миссия теперь, когда Эмилия мертва? В слежке за Амиаром?

– Моя миссия гораздо шире – безопасность клана Легио. И устранение любых угроз. Вы правы в одном: я обязан наблюдать за лордом Амиаром. Но сообщать вам детали я не планирую.

В его словах не было прямой угрозы, однако она сквозила в его взгляде и голосе. Дана уже жалела о том, что не дождалась Амиара.

Может, теперь и не удастся дождаться…

– Вы ведь не можете допустить, чтобы я рассказала Амиару правду, так? – спросила девушка, осторожно отступая. – Он до сих пор не знает, что вы здесь…

– И не узнает. Способности лорда Амиара сильно ограничены. В целом, только представители второй и первой ветви имеют шанс почувствовать мое присутствие, так что лорд Амиар тут не виноват. Тем не менее, узнать обо мне он не должен. Вы и так сообщили ему слишком много.

– Про клеймо?

– Вот именно. Я понятия не имею, как вы сами узнали о нем. Но раскрывать секреты клана и дальше я вам не позволю. Мне очень жаль, – холодно сообщил Нерио.

– И как вы объясните это Амиару? То, что я мертва?

– У клана Легио всегда было много врагов… Но тут не понадобятся и они. Если все пройдет удачно, ваша смерть будет похожа на несчастный случай. Пожалуйста, не сопротивляйтесь. Тогда все закончится быстро и безболезненно. Умирать не страшно, это я знаю наверняка.

Он не иронизировал, Нерио действительно верил, что она будет стоять и ждать, пока он ее прикончит. Проявлять такое сомнительное благоразумие Дана не собиралась. Она знала, что не справится с ним – кого попало на эту миссию не послали бы, он силен. Однако ей не требовалось побеждать его, достаточно было продержаться до тех пор, пока не вернется Амиар. Ей оставалось только бежать. Когда она резко двинулась с места, она была уверена, что Нерио погонится за ней. К своему удивлению, шагов она не услышала, но и оборачиваться не стала – это могла быть ловушка.

Дана бросилась к двери, однако добраться туда не смогла: одно из зеркал блеснуло белым светом, и вот уже Нерио появился у нее на пути.

Он не проявлял никаких эмоций. Не только жалости или симпатии, злости – тоже. Возможно, он был недоволен ее попытками спастись, но не более. На настоящие чувства он, казалось, был просто не способен.

Дана не знала, как именно он хочет убить ее, и выяснять не собиралась. Она побежала на кухню, потому что знала: там есть запасная дверь. Правда, при этом она совершенно забыла про зеркала, и быстро поплатилась за это.

На сей раз Нерио появился рядом с ней, попытался схватить, но она вырвалась. От его пальцев на запястье девушки остался глубокий кровоточащий порез. Дане потребовалось несколько минут, чтобы понять: его руки острее бритвы. Он словно весь был сделан из зеркальных осколков!

В попытке защититься Дана схватила со стола нож и ударила нападавшего в грудь. К ее удивлению, лезвие мягко вошло в плоть, совсем как в настоящего человека, – только крови не было. Да и не похоже, что он почувствовал боль. Нерио лишь изумленно посмотрел на оружие, безразлично достал его из раны и выбросил прочь.

Это не дало девушке ничего, кроме паузы. Пока он убирал нож, Дана направилась наверх, к лестнице. Она надеялась, что если у нее получится добраться до комнаты Эмилии, ей удастся спастись.

Она уже пряталась от него там, и Нерио усвоил урок. Он появился из небольшого зеркала, которое она в спешке пропустила, и без лишних слов столкнул девушку вниз.

Пролететь пришлось всего один этаж, но и это было много. Мир кружился вокруг Даны, она никак не могла остановить собственное падение, и ей оставалось лишь испуганно сжаться и надеяться, что ей повезет.

В некотором смысле, так и было. Лежа у первой ступеньки, девушка попробовала осторожно пошевелиться и почувствовала, что тело подчинятся ей. Похоже, ничего не было сломано – но количество синяков она и угадать не бралась, а кровь, лившаяся из пореза, оставила на лестнице темный след.

Нерио больше не использовал зеркала, он неспешно спускался к ней. Он знал, что от боли она не сможет двигаться быстро, к тому же, он дал ей понять, что бежать от него некуда.

– Я ведь предупреждал, что сопротивление только усложнит ситуацию, – заметил он. – Но я ценю вашу жажду жизни, поэтому не буду осуждать за эту попытку.

– Ты ведь не живой, так? – поинтересовалась Дана, раздраженно стирая с лица кровь.

– Формально, нет. Какой странный вопрос. Я ожидал, что вы будете убеждать меня не убивать вас.

– Не дождешься! Так вот… раз ты не живой, ты и мир вокруг себя не чувствуешь?

– Ровно настолько, насколько мне нужно, – нахмурился Нерио. – А что?

– Ничего. Был бы живой, заметил бы уже, насколько здесь стало холодно!

Температура вокруг них действительно стремительно понижалась, хотя снаружи по-прежнему светило невидимое солнце. Дана особенно остро поняла это, когда дыхание стало вырываться из ее рта облаками пара.

Девушка могла найти этому только одно объяснение…

Она и Нерио посмотрели на входную дверь одновременно, не сговариваясь. Та уже была покрыта плотной коркой льда, от которой и шел холод. Под их взглядами лед треснул и разлетелся на куски, уничтожая дверь. Когда эта преграда была устранена, в дом медленно вошел маг.

Дана по-прежнему мало смыслила в колдовстве, но сейчас это было и не нужно. Она видела энергию, искрившуюся вокруг Катиджана. Внешне он был спокоен, однако понять, что творится у него в душе, было несложно.

– А ведь я чувствовал, что-то не так, – заметил Катиджан. – Начал догадываться, когда впервые тебя увидел. Да и следовало ожидать, что Легио не доверят такую роль независимому существу, которое сможет уйти, которое могут подкупить другие кланы. Другое дело – живой артефакт.

– Лорд Инанис, почему вы здесь? – поразился Нерио.

– Потому что что-то непонятное зависло над городом. Угроза, которую я не понимаю, и меня это бесит. Я решил походить по улицам, проверить… И в вашем окошке увидел любопытнейшее шоу.

– Простите, но это внутреннее дело семьи Легио!

– Да? Тогда я, пожалуй, подожду, пока вернется Амиар и подтвердит это.

Со стороны казалось, что они общаются дружелюбно, но Дана не позволила себе обмануться. Мужчины оставались на своих местах, Катиджан не спешил помогать ей, а Нерио – нападать. Потому что они прекрасно понимали, что в любой момент могут стать соперниками.

– Лорд Инанис, я настоятельно рекомендую вам уйти, – заявил секретарь. Угрожать Катиджану было бесполезно, он это воспринимал как вызов:

– Или что?

– Мной был получен приказ ликвидировать леди Дану, – пояснил Нерио так, словно зачитывал письмо. – И я сделаю это любой ценой, даже через сопутствующие жертвы.

– Ты что, пытаешься меня запугать? – расхохотался Катиджан. – Меня, третью ветвь клана Инанис? А не слишком ли много ты на себя берешь, стеклянный человечек? Дана пойдет со мной. Амиару передай, что он может забрать ее сам из моего дома.

– Боюсь, я не могу этого допустить.

– А кто твое мнение спрашивает?

– Мне жаль, но вы не оставили мне выбора!

Нерио кинулся на мага. Ему не нужно было оружие, Дана прекрасно помнила, какой остротой отличаются его руки. Он был близко, и казалось, что Катиджан ничего не успеет сделать…

Но он успел. Все зеркала, остававшиеся в доме, разбились одновременно. Нерио, отвлеченный разговором, не заметил, как их обволакивает тонкая пленка льда. Катиджан подготовился к атаке заранее, ему только и нужно было, что финальное усилие, чтобы холод уничтожил все, разбил зеркала на осколки.

Теперь, когда это случилось, Нерио замер в движении. Он успел лишь перевести взгляд на Дану и прошептать:

– Мне очень жаль…

А потом его не стало. Там, где только что стоял секретарь семьи Легио, на пол хлынул дождь из зеркальных осколков.

Вот теперь Катиджан поспешил к девушке, помог ей подняться на ноги.

– Я только что убил важного слугу клана Легио, – указал он. – Они наверняка об этом узнают, скандал будет нехилый. Так что в качестве компенсации за мою будущую головомойку, будь добра, расскажи, какого черта здесь творится!

* * *

Рин подозревал, что представители высших ветвей его клана легко справились бы с этой угрозой. В такие моменты он и жалел о своем положении в семье, потому что силы, к которой он привык, для борьбы с призраком полнолуния отчаянно не хватало.

Да и как можно победить того, кто уже мертв?..

Он мог достойно сопротивляться ей только в те моменты, когда сам переходил в состояние призрака. Но если эта девушка все время существовала в такой форме, то Рину для перехода требовалось усилие, которое его утомляло.

А стоять перед ней в человеческом теле – и вовсе не вариант. Она могла порвать его на куски, а он и оттолкнуть ее не успел бы!

Рин почти сразу перешел к отступлению. Ему ведь не нужно было обязательно уничтожить это существо, достаточно было отвести его от Амиара и Колинэ. А что будет дальше – он не представлял. Призрак полнолуния всегда считался могущественным врагом, и он только что доказал это, убив одну из сильнейших дриад в мире. Что этому можно противопоставить?

Зал был оплетен корнями, и материальным существам было тяжело по нему двигаться. Духам – нет. Рин и сам сейчас был призраком рядом со своей соперницей, ему удавалось вернуться в материальную форму, чтобы отдохнуть, все реже.

Он увел ее из подвала, поднявшись на этаж выше. Ему нужно было убедиться, что когда его силы иссякнут и он не сможет больше сдерживать эту тварь, она будет далеко от остальных.

Так они попали в библиотеку. Рин никогда раньше не бывал здесь, и ему тяжело было ориентироваться среди многочисленных полок, тянувшихся к потолку. Эти книжные лабиринты даже мешали ему: здесь призраку полнолуния легко было затаиться и напасть в самый неожиданный момент.

Пока что Рин не получил ни одного ранения, но силы его достигли предела. Он устал, у него кружилась голова. Он в любой момент мог потерять контроль над собственной формой и вернуться в материальное тело. Тогда призрак своего не упустит, это существо вообще не знает усталости!

Помощи ждать было неоткуда, Рин надеялся только на себя – пока не увидел, что Уника тоже поднялась в библиотеку. Она сделала это через лестницу, а не через потолок, и убегать не собиралась. Напротив, она была при деле: чертила на полу символ травяной смесью.

Перехватив его взгляд, Уника крикнула:

– Приведи ее сюда, в круг! Сам не заходи!

– Ты с ума сошла?! – возмутился Рин. – Это же призрак полнолуния! Ты ей в жизни не навредишь, просто беги!

– Сделай это! – настаивала ведьма. – Когда ты ослабнешь, она доберется до нас обоих, так что помоги мне!

– Это я тебе помогаю?! Ты ничего не перепутала?

– Хватит болтать, работай!

Возмущению Рина не было предела, но ситуация спорам не способствовала. Он понятия не имел, на что делает ставку ведьма, хватит ли у нее сил, однако он вынужден был принять ее правила.

Собрав остатки сил, он сам перешел в наступление, впервые с начала поединка. Призрак, не ожидавший такого, замедлился, пытаясь понять причину перемен. Рин использовал свое временное преимущество, чтобы вытащить противницу из лабиринта на площадку у двери – туда, где Уника уже подготовила круг.

Рин втолкнул туда призрака и тут же отстранился. Хоть сам он и не был мертв, ему не хотелось испытывать судьбу.

На первом этапе, ловушка не подвела: призрак полнолуния попытался вырваться, но не смог преодолеть невидимую преграду. Это уже приносило облегчение, Рин смог наконец вернуть себе материальную форму. Он тяжело дышал, пот заливал все тело, а мышцы горели и отказывались слушаться. Он никогда еще такого не делал!

Хотелось верить, что все закончилось, да только Рин в этом сильно сомневался. Призрак продолжал с отчаянным воем бросаться на стены своей камеры, Луна, оставшаяся где-то во внешнем мире, давала ему силу.

Однако и Уника не сидела без дела. Девушка опустилась на колени перед рисунком на полу, закрыла глаза и что-то тихо шептала. Рин не слишком хорошо знал магию ведьм, но подозревал, что для такого заклинания требуется немало сил. И он понятия не имел, есть ли они у Уники.

Он видел, что ей тяжело, хотел помочь, но не знал, как. Рин подозревал, что это вообще невозможно: слишком уж разной была по своей природе магия, которой они пользовались.

Но что бы ни делала сейчас ведьма, это точно работало. Призрак замер внутри клетки – и снова начал меняться. Вместо искаженного яростью демона на них смотрела обычная девушка, красивая и бесконечно печальная.

– Мне очень жаль, – Уника подняла на нее полные слез глаза. – Мне жаль, что это случилось с тобой… Но я не могу позволить тебе остаться!

Призрак медленно кивнул, и Рину показалось, что это существо даже радо наконец уйти. Выбора у нее все равно не было. Символ на полу вспыхнул белым пламенем, таким ярким, что Рин был вынужден зажмуриться. Когда он открыл глаза, призрак исчез, как и линии на камне. Осталась только Уника, тихо плакавшая на полу.

Он не смог даже встать, чтобы подойти к ней, пришлось ползти. Но они все равно оказались вместе, и только это имело значение. Рин обнял ее, пытаясь закрыть от мира, однако он подозревал, что угроза в этом случае идет не извне.

Уника подтвердила его догадки:

– Я видела… видела все, что с ней делали! Столько боли… Это место не должно существовать!

– Ты освободила ее.

– Да. Но где гарантия, что такое не повторится, не случится с кем-то еще? Это возможно, пока стоит Красный гарем!

– Теперь уж недолго осталось, – горько усмехнулся Рин. – Колинэ мертва, и… Я понятия не имею, что будет дальше.

Им нужно было бежать отсюда, но у обоих не было сил – ни физических, ни моральных.

Им только и оставалось, что ждать здесь, на каменном полу, прижавшись друг к другу.

Амиар не подвел: он сам нашел их.

– Где она? – Он с беспокойством переводил взгляд с Уники на Рина. – У вас все в порядке?

– Она ушла, – всхлипнула ведьма. – Думаю, она в покое теперь…

– Она-то да, а мы – нет. Королева шершенн вот-вот пробудится.

– Что? – недоверчиво посмотрел на него Рин. – Ты шутишь?

– А тебе кажется, что настало время феерического веселья? – раздраженно отозвался маг.

– Королева шершенн мертва, дриады убили ее!

– Оказалось, что нет, и это долгая история. Она вот-вот проснется и начнет плодить этих уродцев, – объявил Амиар. – Мы должны предупредить всех, эвакуировать город! Если шершенны опередят нас, никто не спасется.

– Как можно предупредить целый город?

– Например, призраком по нему пролететь…

– Не вариант, – покачал головой Рин. – Я на пределе, Уника – тоже. Я не уверен, что выйти отсюда смогу, не говоря уже о беседе с целым городом!

Амиар не стал спорить, он быстро предложил другой вариант:

– Тогда нам нужно найти человека, для которого поговорить с городом не составит труда.

– Арма? – мгновенно сообразил Рин.

– Именно так. Вы сможете добраться до него и объяснить ситуацию?

Смысл в этом был, механическое зверье клана Арма разбросано по всему городу. Обычно оно просто шпионит за всеми подряд, но может быть использовано и для переговоров. К тому же, Наристару, представителю второй ветви, поверят быстрее, чем представителю девятой!

Но это если Наристар сначала поверит им. Может и не поверить, он непредсказуем, и все же попытаться стоило.

Резиденция Арма располагалась недалеко от дворца, поэтому Рин не сомневался, что даже в ослабленном состоянии они с Уникой дойдут туда. Его сейчас интересовало другое:

– А что собираешься делать ты?

– Разве это не очевидно? Я должен вернуться за Даной, – отозвался Амиар. – Судьба всего города волнует меня лишь в определенной степени. В первую очередь, я должен спасти ее.

Глава 19

Кто-то должен остаться

– Что здесь происходит?!

Этого вопроса в их ситуации и следовало ожидать. Дверь разрушена, повсюду лужи растаявшего льда и осколки зеркал, на руке его невесты – кровавые бинты, а в доме находится маг, которого Амиар привык считать врагом. Другой бы на его месте уже драку начал, так что он еще неплохо держался!

Дана и рада была бы предупредить его заранее, уменьшить шок, но способа не знала.

Пришлось разбираться по ходу дела.

Для начала – предотвратить попытку представителей двух Великих Кланов вцепиться друг другу в горло. Для Амиара такая реакция была естественна, а Катиджан в принципе от драки никогда не отказывался. Поэтому только девушка, ставшая между ними, могла спасти положение.

Амиар переключился на нее: повел в гостиную, где хранилась аптечка. Пока он обрабатывал ее руку мазью, под которой рана мгновенно затягивалась, Дана успела рассказать ему о том, что произошло между ней, Нерио и Катиджаном.

Сам Катиджан уходить не спешил. Он, правда, остался на кухне, чтобы не подслушивать их разговор, но вел себя как дома. Его и не гнали: неприязнь могла подождать, сила Катиджана им явно понадобится.

– Готово, – объявил Амиар, убирая банку с мазью в сторону. – Подожди минут пять, рана исчезнет. Так как ты вычислила, что Нерио скрывается в зеркалах? Даже я этого не знал… Хотя логика есть, конечно.

– Где ты тут видишь логику? – удивилась Дана.

– Колинэ сказала, что печать на меня приказали поставить представители моего клана. Если это действительно так, было бы логично с их стороны прислать сюда надзирателя. А ведь, если задуматься, я никогда не видел Нерио ни в одном из поместий нашей семьи, кроме Красного гарема! Мне стоило догадаться…

Он не выглядел опечаленным смертью секретаря. Дану это не удивляло: похоже, Нерио ни с кем не сближался. А Амиар не мог слепо симпатизировать тому, кто был послан за ним следить.

Да и сам Нерио, как показалось девушке, был счастлив наконец покинуть этот дом.

Впрочем, узнать наверняка она уже не могла.

– Так как ты поняла, кто он? – напомнил про свой вопрос Амиар.

– Я не знала, что это именно Нерио Грис.

– Хорошо, тогда как ты догадалась, что нужно бить зеркала? Что там кто-то есть? Что ж, настало время самой сложной части…

– Мне сказала твоя мать.

– Ты нашла очередную записку? – оживился Амиар.

– Нет… Я поговорила с ней. Она была здесь, когда ты ушел.

Дана старалась объяснить все как можно скорее, чтобы не мучать его ожиданием. Маг слушал ее с непроницаемым лицом, и догадаться, о чем он думает, было невозможно. Он привык скрывать свои чувства, а в присутствии вечного соперника и вовсе не собирался расслабляться.

Все звуки на кухне затихли, Дана прекрасно знала, что Катиджан сейчас подслушивает, однако прогонять его не спешила. Если он останется с ними, он должен понять, с чем имеет дело.

– То есть, ты не помнишь ничего из того, что она сказала тебе после той таблетки? – уточнил Амиар. – Ничего по-настоящему важного?

– Извини…

– Пустое. В принципе, то, что она сказала, совпадает с рассказом Колинэ. А если Колинэ знала часть правды, должен знать и кто-то еще.

– Как минимум тот, кто послал сюда Нерио, – кивнула Дана. – И приказал поставить эту печать.

– Вот именно. Я найду ответ. Но сейчас есть проблема посерьезнее – у всего города.

– Если есть проблема посерьезнее, самое время мне присоединиться к этой беседе, – заметил Катиджан, входя в гостиную.

– Можно подумать, что до этого ты ничего не слышал, – усмехнулся Амиар. – Но ты и правда в кои-то веки можешь быть полезен. Ладно, запоминай.

После того аукциона Дана испытывала к Колинэ далеко не теплые чувства, но смерти дриаде она не желала. Особенно при том, что ее исчезновение должно было заполнить улицы города сотнями, а потом и тысячами плотоядных червей!

Доказательством опасности, в которой они оказались, стало и молчание Катиджана. Он просто слушал второго мага, иногда кивал, но шутить и иронизировать больше не пытался. Город действительно оказался на краю гибели, и они вынуждены были признать это.

Однако главная странность заключалась в том, что Дану не покидало ощущение дежавю. Она не знала о том, что рассказывал сейчас Амиар, – и вместе с тем ей казалось, что кто-то уже говорил с ней об этом. Соотнести две реальности сейчас было сложно, но важно, Дана чувствовала это.

– Главы кланов должны узнать о том, что тут творится, – заявил Катиджан. – Немедленно!

– Начинай звонить, – бросил ему Амиар. – Только, думаю, они уже знают или вот-вот узнают. Связь – это одна из стихий клана Арма, и Наристар со всем справится гораздо лучше, чем ты. Лучше подумай, как сам спасаться будешь! Мы с тобой оба знаем, что кланы сюда не сунутся. Узнав про угрозу, они будут думать, как ее устранить, а не как нас спасти.

– Я из третьей ветви! Амиар не был впечатлен:

– И что? Четвертая ветвь будет рада твоей смерти, а второй ветви плевать, кто там за ней.

Никто не придет за тобой.

Чувствовалось, что Катиджану хотелось возразить, но он просто не мог. Потому что знал, что Амиар прав.

– Тогда нужно покинуть остров, – пожал плечами Катиджан. – Если первым веткам плевать на нас, то и нам плевать на них. А шершенны – это, в первую очередь, их проблема. Город предупредят, наше дело сделано.

Амиар был с ним согласен. Ну а то, что оба они знали выход из Красного гарема, Дану не удивляло: они-то тут были не пленниками.

И все же когда маги направились к дверям, она осталась на месте. Им потребовалось несколько секунд, чтобы заметить это.

– Ты чего? – изумился Амиар. – Плохо себя чувствуешь? Я могу понести тебя.

– Не надо меня нести, – отказалась девушка. – И уходить тоже не надо.

– В смысле?

– Кто-то должен остаться здесь и сдержать шершенн.

– Ага, и стать для них праздничным ужином, – фыркнул Катиджан. – Не глупи, пойдем отсюда!

Амиар относился к ней серьезней, но и он, чувствовалось, не понимал, что происходит. А Дана не желала отступать. Ей казалось, что она повторяет чужие слова, но она никак не могла вспомнить, когда и кем они были сказаны.

– Если мы бежим сейчас, проблема разрастется, – заметила девушка. – Вы знаете, что серебряная пелена не будет держать шершенн вечно. Они вырвутся – и станут реальной угрозой для мира людей. Нужно остановить шершенн и их королеву здесь, пока их еще мало.

– Само слово «остановить» подразумевает, что есть способ покончить с этим, – указал Катиджан. – А его нет! Если уж дриады не смогли убить королеву шершенн, то никто не сможет.

– Сможет, – уверенно возразила Дана.

– Кто же?

– Огненный король.

– Даже не начинай…

– Это факт, – настаивала она. – Все боялись его, потому что верили, что он идет, чтобы уничтожить Красный гарем. Но посмотрите на это через нынешнюю ситуацию! Что если с самого начала он знал, что произойдет?

– Ну и где он?

– Я не знаю… Но он придет сюда! Нужно только подождать…

– Я – пас! – Катиджан поднял руки в нарочитой капитуляции. – Я не готов рисковать жизнью, а уж тем более отдавать ее, в надежде, что меня спасет миф.

– Дело твое, беги! – отмахнулась от него Дана. – Но если я права, то бежать ты будешь недолго. Потому что некуда будет! Если здесь останусь только я, ничего не изменится, потому что у меня нет силы. Вообще. Но с вами… мне кажется, у города еще есть надежда. Что скажете?

* * *

Поверить в то, что это не ложь и не ловушка, было несложно. Не требовалась даже проверка, Наристару было достаточно просто взглянуть на Рина Интегри и его спутницу.

Как все странно и дико вышло… Свой первый визит в Красный гарем Наристар представлял совсем не так. Он не рвался сюда, но и не слишком противился, когда семья заставила его поехать. Иначе от него бы не отстали! Он не знал, как объяснить им, что пока не готов завести семью.

Потом пошло, поехало. В его доме появилась Света, и только он стал привыкать к ней, как ее похитили. А когда он попытался ее спасти, она пожертвовала ради него жизнью. Он даже не думал, что такое возможно, что кто-то готов будет отдать за него все! Границы его мира расширялись, связывая его с другими людьми, и Наристар был такому не рад.

А теперь вот случилось это. Должен был рухнуть сам город. История полна сюрпризов…

– Я все сделаю, – кивнул Наристар. – Это будет легко.

С ним никто не спорил. Его гости сейчас разглядывали Свету, которая старалась лишний раз от него не отходить. Чувствовалось, что девушке их внимание не слишком приятно, но она терпела. Видимо, понимала, что иначе нельзя. Теперь так долго будет, может, всегда – каменные големы даже в колдовском мире встречались очень редко.

Ему пришлось отвлечься от этого, сосредоточиться на более глобальной проблеме. Наристар идеально контролировал механизмы, которые создал, но обычно ему проще было оставлять их в «подвешенном» состоянии, не тратить лишнюю магическую энергию, если у него не было конкретной цели для них. Теперь цель появилась.

– Я прошу всех слушать меня внимательно, – произнес Наристар, закрывая глаза. Он знал, что его голос сейчас доносится из каждого созданного им существа. – Мое имя Наристар Арма, я – наследник второй ветви клана Арма. Я обращаюсь к вам от имени клана и со всей присущей ситуации серьезностью. Красный гарем сейчас под угрозой. Через несколько часов город будет полностью захвачен шершеннами. Вполне возможна магическая блокировка. Поэтому я настоятельно рекомендую вам отправиться домой. Чем дальше вы будете от города, тем лучше. Повторяю, это проверенное, подтвержденное во дворце предупреждение. Далее ваши жизни в ваших руках.

Он не знал, что сейчас происходит в домах, и не хотел знать. Наристар понимал, что большая часть города благодаря его предупреждению спасется. А остальные виноваты сами, у них был шанс.

Когда он открыл глаза, Рин и Уника уже направлялись к выходу.

– Пора и нам уезжать, – пояснил Рин. – От меня толку уже не будет, я с ног валюсь… А умирать тут я не намерен.

– Можешь воспользоваться порталом Арма, – предложил Наристар.

– Ага, конечно! – хохотнул Рин. – Меня родня за это в жизни не простит. Это ж мы с тобой нормально общаемся, а там, во внешнем мире, кланы по-прежнему друг на друга зубы скалят. Бывай, брат, счастливо добраться.

– Вам тоже.

Они ушли, а Наристар пытался понять, что делать дальше. Проще всего было вернуться домой, да только… Во-первых, он не был уверен, что его семья правильно воспримет Свету. Во-вторых, ему и самому было унизительно бежать от угрозы.

Пока он размышлял, входная дверь неожиданно открылась. В дом вернулись Рин и Уника – и вернулись поспешно.

– Забыли что-то? – удивилась Света.

– Если бы! Там ад! – Рин указал за дверь.

Выглянув в окно, Наристар убедился, насколько точно это сравнение. Вместо того, чтобы спокойно покинуть город, маги и нелюди метались по улицам, ссорились и, казалось, были готовы в любой момент напасть друг на друга.

– Что происходит? – нахмурился Наристар.

– Порталы не работают!

– Как это?

– А никак! Ни один портал в городе не работает, мы все застряли в Красном гареме!

Такого никогда еще не случалось, да и случиться не могло. На магический остров не ведут обычные дороги, только порталы. Они поддерживают здесь жизнь!

И вот теперь, когда шершенны могли в любой момент напасть, заклинания перестали работать. Это доказывали толпы на улицах; раздражение росло, подстегиваемое страхом, крики и угрозы звучали все чаще.

Таких совпадений не бывает, а шершенны разрушить порталы не могли, мозгов не хватило бы. Значит, постарался кто-то еще.

– За мной, – скомандовал Наристар, направляясь к подвалу.

– Думаешь, в твоем доме что-то будет по-другому? – спросил Рин.

– Должно быть!

Почти все порталы в городе были изготовлены кланом Арма. Поэтому естественно было ожидать, что в их доме все будет лучше, чем в других, себе они всегда оставляли самые могущественные артефакты. Этот портал был шедевром, идеальным сочетанием магии и технологии. По сути, воспользоваться им мог кто угодно, даже колдовской талант не требовался.

Однако теперь не работал и он. Врата, установленные в подвале, превратились в бесполезную груду металла. Наристар застыл перед ними в растерянности, не зная, как быть дальше.

– Что, поняли наконец, о чем я говорила? – донеслось со стороны.

Клетка, в которой была заточена Исла, находилась далеко от портала, и воительница не могла разглядеть, что они тут делают. Но догадаться было несложно.

– Это что у вас за брачные игры? – удивился Рин, заметив ее. – А я все думал, куда эта стероидная баба пропала!

Не обращая на него внимания, Наристар направился к клетке и остановился возле решетки.

– Это ты? – холодно спросил он. – Ты это сделала?

– Как я могла это сделать, если я тут сижу?

– Но ты что-то знала! – напомнил Наристар. – Как ты догадалась, что шершенны нападут на город?

– Шершенны? – смутилась Исла. Впервые за долгое время с ее лица сошла самодовольная ухмылка. – При чем тут шершенны?

– Ты не знала? Весь город бежит от них!

– Еще и шершенны, – фыркнула воительница. – Вот теперь вам точно конец!

– А тебе?

– Мне тоже, но я с этим давно смирилась.

Ее смирение Наристара не волновало. Ему нужно было понять, почему не работают порталы. Это можно было проверить несколькими путями, однако время не позволяло использовать их все. Сейчас каждая минута была на счету!

– Если нужно, я выбью из тебя ответ, – предупредил Наристар. – Хотя я терпеть не могу это делать.

– Ты? Выбьешь? Хотелось бы на это посмотреть!

– Ты еще и почувствуешь это, если продолжишь в том же духе.

– Достаточно, – вмешалась Света. Она мягко отстранила Наристара от клетки. – Позволь мне поговорить с ней.

Маг не был уверен, что это хорошая идея, но все же кивнул. Он открыл перед ней клетку. Беспокойства он не чувствовал: в своем нынешнем состоянии Исла ничем не могла навредить каменному голему. Она уже сделала все, на что была способна!

Света остановилась перед пленницей. Исла смотрела на нее с равнодушием, граничащим с насмешкой.

– И что теперь? – осведомилась она. – На жалость будешь давить?

– Нет. Предложу тебе сделку, а точнее, два варианта. Сделка – это первый. Ты говоришь нам все, что знаешь об угрозе городу, а мы тебя отпускаем. Знаю, Наристар этого не хочет, но он поймет. А я прощаю тебя.

– Очень благородно. А вариант номер два?

– Я делаю то, что обещал Наристар. То есть, выбиваю из тебя признание.

– Ты-то? – расхохоталась воительница. – Девочка моя, да ты…

Света не дала ей закончить. Она безразлично пнула Ислу ногой под колено. В прошлом это было бы мелочью, не оставившей даже синяка. Но теперь девушка обладала совершенно иной силой; звук ломающейся кости разнесся по подвалу, а за ним последовал вой Ислы, упавшей на пол.

– Я предупреждала, – отметила Света.

– Сука!

– Не без этого. Но ты сделала меня такой. Если задуматься, мне не за что тебя жалеть. Я не люблю причинять людям боль, это совершенно не мое. Однако если ты и дальше будешь молчать, как упрямая ослица, может пострадать Наристар. А я не позволю этому случиться. Может, сама я и труп, но он еще жив, а значит, я буду охранять его жизнь, как свою.

Наристар заворожено наблюдал за ней, не в силах сказать ни слова. Он точно знал, что она не была такой, когда вошла в его дом. А почему стала – он сказать не мог и не осуждал ее за это. Его никогда не влекло к женщинам так, как к ней.

Желание вернуть ей человеческое тело лишь окрепло.

Но пока им всем нужно было спастись, а это во многом зависело от разговорчивости воительницы.

К счастью, Исла была достаточно впечатлена переменами в Свете, чтобы сдаться.

– Андрес Тил, – буркнула она.

– Что?..

– Ведьмы наняли меня, чтобы наблюдать за созданным ими големом, подброшенным на аукцион. Чистой воды разведка, в общем-то, но чтоб с таким справиться, нужно замечать все детали. Тогда я и увидела на улицах Андреса Тила.

С колдуном Исла познакомилась несколько лет назад во внешнем мире. Она была крайне удивлена, обнаружив его в Красном гареме, потому что он всегда заявлял, что терпеть этот город не может. По слухам, именно здесь погибла его сестра, много лет назад пропавшая без вести.

– Андрес узнал, что те слухи были правдой, – пояснила воительница. – Про его сестру. Ее продали в Красном гареме с аукциона, потом пытали и убили. И никто не был наказан, поэтому он решил заняться этим сам. Он тут уже много дней, дольше меня. Все это время он расставлял по городу магические метки. Те, что я видела, призваны сжечь Красный гарем дотла. Другие, похоже, блокировали ваши порталы. У нас с Андресом никогда не было ссор, поэтому он рассказал мне о своем плане и велел бежать. Моя миссия была выполнена, я могла уйти, вот только, дура, решила еще и вам помочь! Вывести беззащитных идиоток отсюда, чтобы за чужую вину не погибали. Моя ошибка.

– Еще бы, – кивнула Света. – Нужно было поверить в самое первое «Нет», которое я тебе сказала. Если этот Андрес подожжет город, он ведь сам умрет!

– Он и так умрет, причем до пожара. У него нет таких сил, чтобы провернуть это и уйти на своих двоих. Поэтому он израсходовал на заклинание энергию собственной жизни.

– Ты знаешь, где он? – спросила каменная девушка.

– Понятия не имею. Но увидев, что вы засуетились из-за порталов, он ускорит выполнение плана, так что ждите огонька.

– Нужно остановить его! – решительно заявил Рин. – Если мы разделимся, то…

– Нет, – прервал его Наристар. – От тебя сейчас толку не будет, как и от твоей спутницы – вы слишком устали. Я сам найду его. А вы следите за порталом… Как только он заработает, отправляйтесь в резиденцию Арма, просите о помощи. Возможно, они что-то и сделают…

Наристар понимал, что шансы на такой исход невелики. Но ему нужно было подобрать оправдание, которое позволило бы Рину и Унике уйти отсюда без угрызений совести, а не путаться под ногами в наивной попытке помочь.

– Ты уверен, что справишься один? – нахмурился Рин.

– Он будет не один, – заверила его Света. – Я иду с ним.

Возражать не было смысла. Они оба знали, что если Наристар погибнет, ее жизнь точно не будет прежней: никто другой ей тело не вернет.

Прежде чем уйти из клетки, Света без особых усилий порвала цепи, сдерживавшие Ислу.

– Уходи, – велела она. – Мне плевать, куда ты пойдешь, лишь бы нам на глаза не попадалась!

И снова Наристар ничего не сказал. Он лично блокировал ошейник Ислы, сама она его снять не сумеет. Пока она не найдет кого-то, кто починит замок, воспользоваться своим главным оружием она не сможет.

Исла и сама понимала это, она поспешила к лестнице, заметно подволакивая сломанную ногу.

Она больше не имела для Наристара значения. Сейчас ему нужно было найти Андреса Тила – до того, как вспыхнет пламя.

Глава 20

Знак неминуемого пожара

Город был охвачен паникой, которая со временем лишь нарастала. Мало кто оставался в домах, все метались по улицам, искали врага – и не могли найти. Помимо представителей Великих Кланов, здесь не было никого по-настоящему сильного или влиятельного. Следовательно, и возглавить толпу никто не мог.

Перед Наристаром пока расступались, однако чувствовалось, что это ненадолго. Если эмоции продолжат закипать и дальше, он со своей силой превратится в раздражающий фактор, а от былых законов не останется и следа.

На Свету смотрели с изумлением и страхом. Она ожидала, что это ее обидит, однако теперь девушка с удивлением обнаружила, что ей все равно. Значение имели только возможности, которые приносило это тело: она могла повлиять на ситуацию, спасти тех, кто рядом с ней, она больше не была беспомощна. Все остальное отходило на второй план.

Она не испытывала никаких угрызений совести из-за того, что случилось с Ислой. В прошлом, еще до попадания сюда, Света пришла бы в ужас от необходимости причинить кому-то такую боль. Но теперь приоритеты поменялись, и звук ломающейся кости больше не вгонял ее в панику. Она сделала то, что нужно было сделать.

Ей важно было сберечь Наристара, чтобы не сойти с ума. Не только потому, что лишь он мог вернуть ей нормальное тело, просто он один видел в ней человека с самого начала.

– Меня вообще можно убить? – тихо спросила Света. – Я чувствую новую силу… и не знаю, где она заканчивается.

– Убить можно, но это будет очень трудно, не каждый справится.

– Какой самый простой способ, например?

– Убить меня, – усмехнулся Наристар. – Именно моя энергия удерживает твою душу в этой оболочке.

– Даже не вариант, ты не умрешь. Меня в гравий раздробить проще будет!

– Почему ты так уверена? – удивился он.

– Просто знаю, – улыбнулась Света. – Я никому не позволю добраться до тебя. С сегодняшнего дня считай меня своим телохранителем!

Он отвернулся, однако девушка не была обижена этим. Она уже усвоила, что магу тяжело принимать искреннюю заботу о себе. Она понятия не имела, почему так сложилось, но догадывалась, что причина вряд ли была хорошей.

Она собиралась все исправить, дать ему то, чего никто не смог, даже в его роскошном дворце или где там жили Великие Кланы. А сейчас, чтобы не вгонять его в краску, Света сменила тему:

– Ты знаешь, где прячется этот Андрес Тил?

– Да, мои шпионы засекли его, – кивнул маг.

– Откуда ты знаешь, как он выглядит?

– Я и не знал раньше, просто он выдает себя поведением. Он не знает, что его разыскивают, поэтому не пытается скрыться. Исла оказалась права: ситуация в городе повлияла на него. Он завершает огненное заклинание.

– Так что оно делает, это заклинание? – полюбопытствовала девушка. – Просто вызывает пожар? Но он очень быстро потухнет, тут же сплошные камни, гореть нечему!

– В том-то и дело, что это будет не обычный пожар. Это огонь, который нельзя потушить. Он горит не за счет чего-то, а уничтожая все на своем пути. Заклинание очень сложное и трудоемкое, слишком сложное для такого колдуна, как Андрес Тил. Но если он готов пожертвовать жизнью, это все меняет.

– Он просто хочет отомстить за сестру…

– Я знаю, – отозвался Наристар. – И я не говорю, что он не прав. Мне самому это место не по душе. Но мы с тобой сейчас находимся здесь, порталы блокированы, а значит, пожар будет совсем некстати!

Они добрались до окраины города, до улиц, где стояли дома поменьше и победнее. Здесь было пусто: почти все обитатели направились в центр. Им, вероятно, казалось, что там будут сильные маги, способные найти решение проблемы. Им и в голову не приходило, что причина блокировки находится у них под носом!

Андрес Тил почувствовал их приближение. Когда они свернули на улицу, где он находился, колдун замер посреди дороги, ожидая их.

Он не был стар – Света сильно сомневалась, что ему исполнилось хотя бы сорок. Вместе с тем, мужчина выглядел едва живым. Он пошатывался, его кожа стала зеленовато-бледной, ее покрывали кровавые раны. Особенно досталось рукам до локтя: там живого места не было. Не оставалось сомнений, что он потерял много крови. Света понятия не имела, что с ним случилось, какая болезнь может довести до такого, да и знать не хотела. Он сам навлек это на себя.

Несмотря на слабость, глаза колдуна оставались живыми и ясными. Он точно знал, зачем пришел сюда и чего хочет достичь. Все остальное было для него лишь сопутствующими обстоятельствами, и даже боль не могла его остановить.

– Мы знаем, кто ты, – предупредил Наристар.

– Я предполагал, что кто-то узнает, – ответил Андрес. Его голос звучал тихо и хрипло, словно он давно уже ни с кем не разговаривал. – В тот момент, когда я позволил Исле уйти живой, я сам допустил это. Я решил, что ей можно верить, раз она тоже ненавидит Красный гарем… Но инстинкты не обманывают. Не важно. Она продержалась достаточно долго.

Наристар не стал оскорблять его или взывать к жалости. Он спокойно предупредил:

– Я здесь, чтобы остановить тебя.

– А уже слишком поздно. Подготовка закончена!

Андрес развел руками, и Света только сейчас заметила на некоторых домах странные рисунки. Темные линии были неровными, смазанными, и девушка не сразу поняла, что нанесены они кровью, а не краской. Некоторые были совсем свежими.

Никто не нападал на Андреса. Он сам изрезал свои руки, ему нужна была кровь. Он не заботился о выживании и мог действовать решительно.

Казалось, что они действительно опоздали. Однако Наристар не выглядел взволнованным:

– Не дури. Цепь не замкнута. Даже при том, что ты торопился, ты физически не мог успеть все за такой срок.

– И что? – оскалился Андрес. Зубы были желтыми, прогнившими – показатель разрушения, которое началось в его теле уже давно. – Мы оба знаем, что пожар можно начать и без замкнутой цепи!

– Верно. А еще мы оба знаем, что цепь нужна не для заклинания как такового. Она всего лишь позволяет очагам зажигать друг друга, эффект домино. Если же цепь не замкнута, каждый очаг нужно разжигать отдельно. На это у тебя не хватит сил. Ты изначально не отличался особым могуществом, это раз. Часть твоей силы уже уходит на поддержание блокирующего заклинания, это два. Ты не справишься.

– Я зажгу столько, сколько будет нужно! Городу этого хватит!

– Не нужно все заканчивать так, – покачал головой маг. – Я пришел сюда не чтобы убить тебя. Просто скажи нам, где находится символ, блокирующий порталы. Я сам уничтожу его и позволю тебе уйти. Никто ничего не узнает.

– Я уже мертвец!

– Еще нет. Если ты вернешься во внешний мир и залечишь свои раны, у тебя будет целая жизнь.

Наристар не блефовал сейчас, Света знала его достаточно хорошо, чтобы определить это. Он не был заинтересован в мести, он действительно готов был отпустить Андреса и сохранить его тайну.

Вот только колдун не собирался принимать его предложение. Он рассмеялся, жестко и зло.

– Целая жизнь? А зачем мне эта жизнь? Я уже двенадцать лет не живу! Я умер вместе с Юлиссой… С тех пор все, что я делал, было просто дорогой сюда. Больше мне ничего и не нужно!

– Я знаю, что твоя сестра была убита здесь, и мне очень жаль. Но те, кто сделал это, скорее всего, уже давно покинули Красный гарем. Местью нам ты ничего не добьешься.

– Вы – их братья, друзья, близкие, – возразил Андрес. – Там были представители Великих Кланов… клан Арма тоже был! И нелюди были. Я теперь все знаю наверняка … Я двенадцать лет к этому шел! Даже те, кто не участвовал в той резне… они достойны смерти уже за то, что пришли сюда!

– Я не хочу тебя убивать, но мне придется.

– А ты уверен, что можешь?

Продолжение разговора было не в интересах Андреса: он слабел на глазах, мог в любой момент потерять сознание. Он и сам понимал это, потому и перешел к действию.

Огонь вспыхнул сразу с нескольких сторон. Он лился из символов на стене, постепенно наполняя улицу. Движение пламени не было хаотичным, наоборот, в нем чувствовалась тонкая стратегия. Огненные круги замкнулись вокруг Андреса и Наристара. Колдун знал, что противник опасен, и поспешил оградиться от него.

Умом Света понимала, что вокруг сейчас ад. Воздух плавился, пламя ослепляло, огненные столпы с воем поднимались к небу. И ведь это только начало! Если так загорится весь Красный гарем, в пламени не выживет никто.

– Его нужно убить… – начал было Наристар, но закашлялся, закрывая лицо рукавом.

Он, в отличие от Светы, оставался живым существом, а значит, на него окружение влияло.

Каким бы сильным магом он ни был, противостоять этому огню он не мог.

Так что последнее слово было за ней. Света не хотела становиться убийцей, эта мысль ужасала ее, однако новая миссия значила для нее гораздо больше, чем старые убеждения. Если кто-то должен умереть сегодня, это будет не Наристар.

– Ты уверен? – только и спросила она.

– Абсолютно…

– Хорошо. Найди способ выбраться в безопасное место, остальное я сделаю сама.

– Света…

Но она не стала отвечать. Она не могла допустить, чтобы в городе появились новые очаги пожара.

Теперь казалось, что само провиденье подставило ее под взгляд Горгоны. Только в своей нынешней форме Света могла идти сквозь огонь. Ее одежда, волосы, тело – все было сделано из камня и ничто не горело.

Андрес, увлеченный магией, не сразу заметил ее приближение, а когда заметил, было уже слишком поздно. Света перехватила его за горло и без труда подняла над землей.

– Я даю тебе последний шанс остановить все это, – предупредила она. Он смотрел на нее с ненавистью, пылавшей ярче окружающего их огня.

– Демонское отродье…

– Не совсем. Пожалуйста, остановись.

– Этот город не будет существовать!

В конце улицы вспыхнул новый очаг пламени. А значит, даже так, пойманный, Андрес мог зажигать их, он и не думал останавливаться. Это решило его судьбу.

– Я не хотела этого делать, – только и сказала Света.

Одним быстрым, решительным движением она бросила его в огонь, который он и принес сюда. В этот момент Света поняла: все мосты в ее прошлое сожжены.

* * *

Стражницы даже не пытались уйти из дворца. Они только собрались у ворот, растерянные, а кто-то и вовсе сохранил былые позиции наблюдения, на которые их направила Колинэ.

– Они что, не понимают, что умрут? – поразилась Дана.

– Понимают. Но они не умеют жить, – пояснил Амиар.

– Они ж мухи, – хмыкнул Катиджан.

– Как это – мухи?

– Ну, это очень обобщенное определение, но факт, – подтвердил Амиар. – Колинэ была дриадой. Считай – растением. Своих прислужниц она делала из существ, имевших ген насекомых, отсюда их крылья и нелюбовь к свету. Они жили за счет ее энергии. Теперь, когда она умерла, они тоже долго не протянут. Может, день-два…

Учитывая такую судьбу, спокойствие стражниц дворца казалось каким-то потусторонним. Они готовились принять то, что им уготовано: убить столько шершенн, сколько успеют, зная, что рано или поздно они проиграют. Они понимали, что Даны и ее спутников во дворце быть не должно, однако не пытались напасть на них. Похоже, для стражниц ситуация была очевидна.

Настроение обреченности парило в воздухе, и заразиться им было очень просто. Однако Дана отказывалась сдаваться. Глубоко в ее душе жило чувство, что все это не напрасно и не случайно. Они должны находиться здесь.

Они уже знали, что порталы не работают – находясь в центре города, не заметить нарастающую панику было сложно. И это делало их задачу еще более важной.

– Ладно, приступим, – вздохнул Катиджан. Он обратился к одной из стражниц: – Ты! Возьми трех помощниц, выведите из дворца всех оставшихся пленниц и прислугу. Направьте их к южному мосту, там есть крупный портал, которым вы сможете воспользоваться, когда он заработает. Отправитесь вы с людьми во внешний мир или нет – меня не волнует, но за их безопасностью проследите. Все остальные, распределитесь по периметру. Схема простая: видишь шершенну – убиваешь шершенну. И так до бесконечности.

Он держался уверенно, поэтому его слушали. Катиджан был слишком умен, чтобы не осознавать, какая опасность ему тут угрожает. Если бы он забаррикадировался в своем доме, он протянул бы дольше, может, и сбежал бы, если бы порталы открыли. А он пришел сюда, с ними… Дана не до конца понимала его мотивы, но была ему благодарна.

Ей было велено оставаться за спинами мужчин. Она не возражала, потому что ничего не могла сделать, но и отсиживаться в стороне, в каком-нибудь из домов, она не собиралась. Если им всем суждено умереть сегодня, лучше быть вместе с ними, чем одной!

Они втроем вошли в пустой дворец, оставив стражниц охранять стены и выходы в город. Хотелось верить, что шершенны еще в подземелье, что их держит решетка, созданная Колинэ, но нет. Когда дриада умерла, дерево перестало самовосстанавливаться, и существа легко перегрызли оковы. Теперь темные коридоры были наполнены гулким эхо шипения и скребущими звуками тел, выползающих на волю.

– Ты в порядке? – тихо спросила Дана, касаясь плеча Амиара.

– В норме. Просто будь все время там, где я тебя вижу! Мне так спокойнее.

– Хорошо…

Ожидание встречи было нервным, звенящим от напряжения, но долго оно не продлилось.

Очень скоро они оказались в одном зале с шершеннами.

Эти существа не умели ждать, потому что не умели думать. Они проголодались, их злило долгое бездействие, поэтому в атаку они бросились мгновенно, едва завидев возможную добычу, и в ту же секунду оказались закованы в огромную глыбу льда.

Катиджан был хорош. Только теперь Дана поняла, каково оно – могущество третьей ветви семьи. Он использовал все свои способности грамотно, с максимальной эффективностью, и точно сочетал их. Он заключал шершенн в лед, разбивал ледяные глыбы, осколками резал других червей. То и дело рядом с ним мелькали вспышки пламени, но они уступами холоду; все же пламя было не его стихией.

Амиар тоже не отставал. Он использовал свое окружение, чтобы давить шершенн камнями, пронзать пиками, украшавшими стены, разрывать осколками магических сфер. Его сила была не так абсолютна, как у Катиджана, но и слабым его бы никто не назвал.

Однако даже при их успехе создавалось ощущение, что итог этой битвы предрешен. Шершенны были лишены сложных эмоций, они нападали и умирали с одинаковой яростью. Из глубин дворца прибывали все новые существа, и казалось, что им не будет конца. Используя другие коридоры, они уже добрались до ворот, и оттуда доносились отголоски боя.

Нельзя было поддаваться отчаянию, но и сохранять уверенность уже не получалось. В свете того, как все развивалось, их приход сюда казался Дане затянутым самоубийством… А ведь она настояла на нем! Теперь она и сама не понимала, почему.

Рядом что-то блеснуло, заставив девушку вздрогнуть. Если бы сюда добралась шершенна, она бы избавилась от Даны до того, как маги успели бы помочь!

Но нет, существо, зависшее в воздухе рядом с Даной, уступало червю в размере и вообще не было живым: сквозь открытое окно в коридор влетел один из механических голубей. Прежде чем девушка успела сообразить, зачем он здесь, из металлического тела птицы донесся голос Наристара Армы:

– Порталы разблокированы. Вы можете уходить.

– Так и знал, что Рин ни о чем молчать не станет, сдаст тебе, где мы, – фыркнул Амиар, не глядя на птицу. Ему сейчас нельзя было оборачиваться: шершенн становилось все больше, они заставляли людей отступать обратно к воротам. – В чем была причина блокировки?

– Диверсия.

– А конкретней нельзя?

– Как пожелаешь.

Он рассказал им о том, как они вышли на Андреса Тила, – и что теперь колдун мертв. У Наристара не получилось потушить созданные им очаги пламени. Однако далеко пожар распространиться не успел, горела всего одна улица, а значит, ситуация пока не вышла из-под контроля.

Главным здесь было то, что удалось открыть порталы. Маги, люди и нелюди спешили покинуть Красный гарем, пока была такая возможность. И, в принципе, представители Великих Кланов должны были сделать то же самое.

Просчитывая ситуацию, Дана понимала, что должны. Да только что-то внутри противоречило здравому смыслу, требовало остаться здесь. Часть ее чувствовала: это план, который приведет их к успеху. Вот только чей это план?

На нее и магов сейчас наступала живая волна из хищных тварей, и девушке страшно было подумать, что будет, если шершенны вырвутся во внешний мир. Если их королева туда вырвется!

Она знала, что на помощь никто не придет. Рин и Уника были слишком ослаблены, они уже покинули город. Наристар дал понять, что оставаться не собирается, Красный гарем почти опустел.

– Мы должны убить королеву… – Как только Дана произнесла это, все стало на свои места. Убить королеву шершенн. Только так внешний мир будет в безопасности. Красный гарем, скорее всего, уже не восстановят, да и не стоит он того, слишком много горя он породил. Но они должны сделать главное, убрать угрозу, способную отнять тысячи жизней.

– Ты в своем уме? – Катиджан бросил на нее раздраженный взгляд. – Слушай, я пошел за тобой, чтобы помочь другим, это благородно и все такое… Но на смерть я не подписывался! Знаешь, скольких я уже убил? Сотни две, я считал! А это им повредило? Нет, они из воздуха родятся! Мы сделали, что могли, пора сваливать!

– Я и не о тебе говорю, – покачала головой Дана. – Ее должны убить мы с Амиаром.

– Да конечно! Десять раз у вас получится!

Амиар тоже мог бы посмеяться над ней, но не стал. Видно, чувствовал, что она права.

– Я не прошу тебя присоединиться к нам, – тихо сказала девушка. – Ты уже и так достаточно помог. Спасибо. Но кое-что ты сделать можешь… Это не будет опасно для тебя, я уверена.

Хоть он и старался изображать безразличие, Дана знала, что он переживает за них, иначе не пришел бы сюда. Катиджан и теперь не отступал:

– Просто в порядке бреда: что ты задумала? Я не верю, что у тебя получится, кстати, потому что в этой ситуации ничего сделать нельзя. Но послушать любопытно!

– Я хочу, чтобы ты активировал огненные печати, оставленные Андресом Тилом. Ты ведь сможешь, не так ли?

– Да ты со страху совсем двинулась! – присвистнул Катиджан. – Тогда все будет так, как хотел тот психопат, город утонет в огне!

– А без этого он утонет в шершеннах, – парировала Дана. – Огонь может их сдержать, и довольно эффективно. И огонь, в отличие от них, не попытается вырваться. Ты сможешь или нет?

– Поджечь смогу, – признал он. – Потушить – нет. Андрес Тил тоже не смог бы, это не тот тип заклинания!

– Я не просила тебя тушить их. Просто начни этот пожар – и беги. Порталов хватает, все они свободны, ты успеешь вырваться. Другого выхода все равно нет.

Они устали – он и Амиар. Не до такой степени, чтобы валиться с ног и сдаваться на милость червей, но они были близки к этому. Шершенны уже оттеснили их к стенам дворца, и стало очевидно, что все стражницы давно мертвы, а хищники расползаются по городу.

Красный гарем должен был пасть, все уже решено. Дана хотела, чтобы это закончилось здесь, а не распространилось дальше.

– Оба вы психи! – заявил Катиджан. – Ты хоть ее останови, десятая ветвь, вместе уйдем!

– Не собираюсь, – отозвался Амиар. – Делай, что она говорит.

– Два идиота… Чтоб вас! Не думайте, что я буду вас спасать и умирать тут с вами! Но… Сражаться рядом с вами было забавно. Если вдруг выживете, судьба же любит шальных, можете разыскать меня.

Дана знала, что он убегал не из трусости, тут все было сложнее. Наристар упоминал, что Андрес Тил не смог разжечь пожар не из-за душевных терзаний, а потому что у него банально не хватило сил. Катиджан был намного могущественней, однако он устал. Вероятнее всего, активация символов отнимет у него остаток энергии. Как воин он станет слаб, практически бесполезен. Побег – единственное разумное решение в такой ситуации.

Но со своим заданием он справился блестяще. Примерно через минуту после его ухода огонь вспыхнул повсюду, яркий, обжигающий. Сплошная стена пламени, окружившая дворец, сумела даже отпугнуть шершенн назад в подземелье.

Это была недолгая передышка: они могли вернуться в любую секунду, подгоняемые голодом. Поэтому Амиар и Дана поспешили воспользоваться затишьем, чтобы пробраться внутрь дворца, ближе к центральным залам.

– Ну и какой у нас план? – осведомился маг. – Кроме как умереть…

– Умирать не надо. Надо убить королеву шершенн. Только сначала узнаем, где она…

– Это я и так знаю. Говорил же, я сильнее, чем ты думаешь!

– Тогда нам надо к ней, – уверенно заявила Дана. Она слышала эти слова раньше, они появлялись в памяти сами собой, вели ее вперед.

– Она убьет нас… Ты это и сама знаешь.

Даже окруженный червями и пламенем, он оставался невозмутимым и собранным. Амиар не страдал от излишнего оптимизма, он вполне здраво оценивал их шансы на выживание. Но, как и Дана, он доверился тому, что неизбежно.

Его жизнь, которую он знал и которой, как ему казалось, управлял, зашла в тупик. А раз так, то нужно было либо начинать все с нуля – либо завершать совсем.

Королева уже покинула подземелье. Она была в зале аукционов, и Дана лишь теперь осознала, что это она скрывалась под сценой. Не простые черви, а она – спящая разумом, но не телом. Именно ей приносили в жертву несчастных девушек, так и не нашедших новый дом в Красном гареме.

Шершенны сами по себе пугали, но королева выводила понимание страха на новый уровень. Она была огромной и напоминала сгусток червей – несколько черных, скользких тел, обвивающих друг друга. При этом центр тела был один, и там располагалась бездонная круглая пасть, заполненная рядами клыков. Глаза же были хаотично разбросаны по всей туше – и все сейчас смотрели на них.

Увидев людей, она сразу же напала, совсем как ее дети. Ее тело постоянно покидали новые черви, отслаивавшиеся от ее шкуры. А значит, ее голод не утихал, она была в ярости от того, что не могла его потушить. Ей нужны были жертвы, и она их получила.

Черные щупальца метнулись к ним, и Амиару лишь чудом удалось отбить их, использовав разбросанные ряды металлических кресел. Он мог обороняться – но не нападать. Потому что нападать на нее было бесполезно. Любое повреждение на теле королевы мгновенно затягивалось.

А между тем жар нарастал. Пламя за пределами замка пожирало все вокруг, и оставшийся воздух прогревался, обжигая легкие. Дым пробирался даже сюда, ослепляя их, и за окнами коридора Дана уже видела языки пламени.

Это был конец. Предел всего. Они остались одни в городе, полном огня и чудовищ. У них не было сил, чтобы преодолеть это, и никто не спешил им на помощь.

Но именно здесь, на грани жизни и смерти, Дана все вспомнила… Эмилия сказала правду: воспоминания возвращаются тогда, когда они нужны больше всего.

– Что теперь? – спросил Амиар. – Может, мне и не сопротивляться дальше? Ради чего мы здесь?

– Чтобы убить ее, – теперь Дана могла проговорить это с уверенностью, которой не было раньше.

– Как же? Дождемся твоего мистического Огненного короля? Или что еще сделаем?

Королева попробовала атаковать их снова. На этот раз Амиар в порыве злости смог не только оттолкнуть ее, но и отсечь щупальце острым металлическим брусом. Только к серьезному результату это не привело: щупальце появилось вновь.

– Огненный король – это не конкретный человек, – объяснила Дана. Она слово в слово повторяла то, что сказала ей Эмилия Легио, и знала об этом. – И точно не легенда. Это термин.

– Какой еще термин?

– Обозначение, которое используют только представители Великих Кланов. Именно они скрыли его, чтобы уменьшить угрозу. Огненным королем называют мага, который рождается со способностями всех Семи Великих Кланов. Не важно, кто он по рождению. Его дар охватывает их особые силы и превосходит их. Все Великие Кланы когда-то происходили от одного прародителя – первого Огненного короля. Эти силы спят в ваших генах, и редко, очень редко просыпаются. Дитя, рожденное с такой силой, узнается сразу, слишком ярко пылает его дар. Как бы его ни прятали, он все равно вырвется наружу. Нам не нужно было ждать, когда Огненный король придет. Нам нужно было дождаться, когда он проснется.

– Ты хочешь сказать, что это?.. – шокировано прошептал Амиар.

– Ты, – уверенно кивнула девушка. – И всегда был ты. Уже твой отец обладал огромной силой, равной которой в клане Легио не было не только в его времена, но и до него. Твоя мать, выросшая среди людей, обладала скрытыми магическими способностями – она не умела ими управлять, однако они у нее были. Все вместе это повлияло на тот дар, который должен был получить ты. Изначально семья Легио хотела уничтожить тебя, устранить угрозу, которую несло им твое могущество. Они не смогли контролировать твоего отца, поэтому не сомневались, что не смогут подчинить и тебя, убийство казалось более надежным вариантом. Но это вызвало бы слишком большой шум среди других Кланов – многие знали, что Эмилия беременна. Клану Легио, уже ослабленному потерей главы и смещением ветвей, это было не нужно.

– И они решили прибегнуть к магической печати, – догадался Амиар.

– Да. Они обратились к Колинэ, потому что она создавала лучшие печати, самые сильные. Но даже ее энергии, даже жизни твоей матери, принесенной в жертву, было не достаточно, чтобы полностью сдержать твою силу. С печатью все в порядке, она сделана правильно. Просто дар, с которым ты родился, так силен, что он прорывается даже через печать. В этом и есть сила Огненного короля: она настолько огромна, что никакое заклинание не может ее подавить.

Ему было сложно поверить ей, Дана видела это. Она и сама сомневалась, что верит. Но Эмилия не стала бы лгать…

– И что теперь? – Амиар еле успел увернуться от прыгнувшего на него червя. – Колинэ не сказала, как снять печать… А эта сила нужна мне, сейчас!

– Колинэ не сказала, зато сказала Эмилия. Печать можно снять только так, как она была нанесена.

– И как же? Моя мать мертва, как можно снять печать без нее?

Отвечать Дана не стала. Потому что от Амиара сейчас ничего не зависело – ключом была она.

Клан Легио поставил Эмилию перед фактом: либо убивают ее сына, либо умирает она. Это не было делом принципа для семьи, просто они знали, что такую печать может сотворить и закрепить лишь исключительная сила: сила абсолютной любви. А Эмилия была единственным человеком, любившим новорожденного беззаветно.

Печать была основана на ее крови. Это означало, что кровь другого человека, который любит его, снимет ее. Так сказала Эмилия.

Обдумывать эту теорию у Даны не было времени. Девушка решительно подняла с пола осколок стекла и разрезала ладонь своей левой руки. Боли она сейчас не чувствовала, все меркло рядом с желанием спасти их обоих.

– Что ты делаешь? – поразился Амиар.

– Просто верь мне…

Она подошла к нему вплотную и осторожно коснулась его лица. Вокруг них метались хищники, бушевала королева, пожар подбирался все ближе. Однако в то мгновение все это перестало иметь значение. Либо получится, либо они исчезнут вместе, иначе – никак.

Огненный король должен был освободиться.

Глава 21

Огненный король

Не было больше границ и пределов. Было только море силы, безбрежное и бездонное. Амиар ожидал, что это собьет его с толку, захлестнет водоворотом, сделает беспомощным, но он ошибался. Эта сила давалась ему легко и естественно. Она была частью его самого.

Магическая энергия стирала все, что давило на него раньше: усталость, боль, разочарование и злость на самого себя. Казалось, что когда-то его вырвали из привычной среды, а теперь вернули, и он мог сделать все, что только хотел.

И даже монстр, который пару минут назад казался непобедимым, теперь стал лишь не в меру большим червяком. Амиару достаточно было взглянуть на королеву шершенн – и вот уже ее туша вспыхнула багровым пламенем. Ее называли бессмертной? Как наивно и глупо! Он не сомневался, что огонь, призванный им, сожрет ее без следа.

Амиар с удивлением перевел взгляд на свои руки. На них больше не было белых полос татуировки – все исчезло под кровью Даны, и он не знал, почему. Теперь его кожа была охвачена белым мерцанием, силы было так много, что она рвалась наружу, выдавала себя этим светом.

Считалось, что никто не способен уничтожить королеву шершенн. Но он внезапно стал тем, кто сможет.

Конечно, она сопротивлялась. Прекратив порождение новых хищников, она все свои силы бросила на исцеление. А те черви, которых она успела выпустить, кидались на Амиара, распознав в нем главный источник угрозы.

Все это было отчаянным шагом, последней попыткой сопротивления, на которую были способны эти примитивные твари. Амиару больше не приходилось напрягаться, чтобы уничтожить их. Он, столько лет обучавшийся тонкому контролю, позволяющему использовать даже жалкий минимум силы, теперь работал с бесконечностью. Эта власть окрыляла его – и поглощала.

И королева сгорела. Ее сила, сплетенная из чистой энергии природы, была велика. Но огонь, существовавший с ней в одной реальности, оказался сильнее. Это ведь не было заклинание, действие амулетов или усилие. Это была естественная способность Амиара, одна из многих. Чудовище, которое веками считалось несокрушимым, наконец обернулось хлопьями пепла.

Это не убило всех червей, порожденных королевой, но они не имели такого значения, как она. Они даже не сообразили, что остались совсем одни – им для этого просто не хватало разума. Они сражались с прежней яростью, и так же умирали.

Амиар не испытывал по отношению к ним никаких чувств. Да и в целом, эмоции стирались, уступая место абсолютной эйфории. Все кусочки мозаики наконец сложились. Именно к этому он шел столько лет, сам того не зная.

Он не забыл о том, что с ним Дана. Первым делом он окружил ее защитным полем, оберегающим ее от жара и атак червей. Но этой заботы пока было достаточно. Сила отнимала все его внимание, постепенно заслоняя собой окружающий мир.

Когда с червями было покончено, он направился в город. Ему даже не нужно было идти, энергии было так много, что она сама двигала его вперед, позволяя парить по воздуху туда, куда он пожелает.

Он услышал крик – и не обратил на него внимания. Не понял даже, о чем он. Сейчас для Амиара не было угрозы, а значит, он мог себе позволить не раздумывать над такими мелочами.

Красный гарем по-прежнему пылал. Город был почти уничтожен, остались только каменные контуры домов, но и они должны были рано или поздно пасть под волной жара. Так много силы, так много света… Человеческий разум не мог все это охватить, и нужно было довериться инстинктам.

Пожар пылал отчаянно. Не так важно, что активировал очаги Катиджан Инанис. Они были начерчены кровью Андреса Тила, пропитаны его яростью. Именно его энергия пылала в них сейчас. Отчасти, Амиар восхищался этим желанием отомстить за того, кто был колдуну дорог, – но оставлять без внимания все равно не собирался.

Не из жалости к Красному гарему, к этому городу он никогда не чувствовал особой симпатии. Скорее, Амиар хотел испытать себя, убить огонь, который считался непобедимым. Он искал предел своего дара и не находил.

Крик снова прилетел со стороны, и снова Амиар проигнорировал его. Не время отвлекаться!

Огонь, вызванный болью и проклятьем, не желал поддаваться контролю. Это был дикий зверь, который пришел разрушать, и приручить его было нельзя. Но чем сложнее задача, тем лучше! Амиар уже не думал о той магической теории, которой его обучили. Она гласила, что такое заклинание невозможно разрушить. Но ведь она же назвала его слабым, а Огненного короля сделала бессмысленной легендой!

Теория – просто красивое название для лжи. Верить ей и дальше Амиар не собирался. Его ждал новый мир познания, чистого, с нуля.

А еще – месть. Клан Легио все знал, но скрывал от него! Обращался с ним, как с уродцем, выродком семьи, зная, кто он такой на самом деле! Ярость, вспыхнувшая при мысли об этом, увеличила силу Амиара, позволяя наконец покорить пожар.

Пламя понемногу затихало. Небо было светлым, но после сияния огня казалось, что наступила ночь. Огонь уходил, ничто не восстанавливалось, и скоро Амиар остался один на один с огромным пожарищем, которое раньше было городом развлечений.

Оно и к лучшему. Не все находили здесь радость и веселье. Многие умирали… пора бы и им получить могилу.

Вид сгоревшего прошлого усмирил его гнев, позволил услышать крик, доносившийся до него. Криком было его имя.

Амиар лишь теперь осознал, что поднялся высоко вверх, метров на десять над землей. И Дана, которая не могла туда добраться, вынуждена была звать его с земли.

Она не пострадала, разве что наспех замотанная рука все еще кровоточила, но это он легко мог исправить. А приближаться к ней… Это, пожалуй, лишнее. Амиар понимал, что энергия, окружающая его, разрушительна для девушки.

Но Дана хотела совсем не исцеления.

– Печать нужно вернуть! – отчаянно крикнула она.

– Что?.. – растерянно спросил Амиар. Не могла же она предлагать такое всерьез! Однако Дана отказываться от своих слов не собиралась.

– Она нужна тебе! Печать не только сдерживала твою силу, но и защищала тебя! Именно поэтому Эмилия согласилась пожертвовать собой, а не сбежала с Роувеном! Она знала, что ты выживешь только с этой печатью! Сила Огненного короля слишком разрушительна, и живое тело не способно полностью принять ее! Только посмотри на себя!

Она говорила правду. Амиар понял это, когда перевел взгляд на свои руки.

Его ни разу не ранили, шершенны даже близко не смогли подобраться к нему. Тем не менее, сейчас его кожа была покрыта крупными язвами. Они не кровоточили, потому что окружающая его энергия мгновенно прижигала их, и боли Амиар не чувствовал. Но он знал: Дана права. Это только начало разрушения.

Сколько бы силы он ни использовал, она все равно не иссякала. Ей было тесно в той клетке, которую представляло собой его тело, и она хотела снести этот барьер. Дело было даже не в том, что никто не научил его управлять этой властью. Ею просто невозможно было управлять!

Поэтому Огненные короли и появлялись так редко: природа сразу знала, что они обречены.

– Позволь мне помочь! – настаивала Дана. – Я могу вернуть печать!

– Не можешь. Энергия поглотит тебя, как только ты приблизишься ко мне… Ты умрешь, Дана. И не допустить этого я могу только одним способом: не касаясь тебя.

Но девушка не хотела понимать его:

– Я справлюсь! Эмилия выбрала меня для этого!

Она хотела произнести это уверенно, но не получилось. Исход не мог предугадать никто: ни она, ни Амиар, ни Эмилия.

– Моя мать умерла, чтобы поставить эту печать, – напомнил Амиар. – А ведь тогда я был младенцем…

– Она умерла, потому что это было нужно. – Дана плакала, но истерике не поддавалась. – Она готова была пойти на такой шаг, потому что любила тебя! И я тебя люблю… Это объединяет ее и меня. Поэтому она доверяла мне, оставляла подсказки! Она знала, что я тебя люблю. У меня есть шанс! Я не буду наносить печать с нуля, я восстановлю то, что было. Мы оба будем жить!

– Ты не знаешь этого…

– Ну и пусть! – крикнула девушка. – Если ничего не получится, я лучше умру тут, быстро, чем вернусь к жизни без тебя! Если бы все было наоборот сейчас, если бы мы поменялись местами, разве ты бы не хотел попытаться?

В ее взгляде упрямство боролось с отчаянием, надежда – с бессилием. Дана не пыталась его впечатлить, она верила каждому слову, которое говорила.

Меньше всего на свете Амиар хотел причинить ей вред. Она сейчас была единственным человеком в мире, которому он мог доверять. Но Дана сказала верно: он бы на ее месте рискнул жизнью без сомнений, лишь бы спасти ее. Потому что это было бы нужно ему, будущего без нее просто нет! Разве она не заслуживает такого права?

Амиар медленно опустился на землю. Он старался обуздать энергию, хотя бы уменьшить ее, но без толку. Силы были слишком много…

Он ожидал, что девушка начнет сомневаться, увидев, во что он превратился. От нее, по сути, требовалось ступить в пылающий костер! Однако Дана не медлила ни секунды. Как только его ноги коснулись земли, она подошла к нему.

Маг не представлял, больно ей или нет. Надеялся, что нет, хотя видел, как сияние переметнулось на нее. Он не знал, переживут ли они это, да и не пытался предугадать. Они оба оказались запертыми в водовороте пламени, поглощающего все вокруг.

* * *

Дана понимала, что у нее будет совсем мало времени. Меньше минуты, пожалуй… А потом она умрет. В этом девушка как раз не сомневалась. Приближение к нему было похоже на вход в преисподнюю, жар был настолько сильный, что она даже боль чувствовать не могла, это было за гранью всех ощущений. Однако Дана знала, что иначе нельзя. Когда она приняла это, стало легче. Она смотрела ему в глаза и думала о том, для чего все это.

Она была совсем не уверена, что у нее получится, хотя и пыталась внушить такую уверенность Амиару. Она помнила, как Эмилия ей рассказывала о линиях, которые нужно начертить на его лице кровью, чтобы печать вернулась.

Но много ли знала Эмилия? Она все это выяснила из книг, скрытых в библиотеке дворца, сама никогда не пробовала. Она не имела права утверждать, что есть какие-то гарантии. Однако одно она поняла верно: Дана любила его достаточно сильно, чтобы попытаться.

Она старалась до последнего, до тех пор, пока могла двигаться, видеть, что происходит. Однако свет вокруг них становился все ярче, и в какой-то момент Дане показалось, что она находится в центре взрыва, готового уничтожить вселенную.

После света наступила кромешная тьма. Дана знала, что это или смерть, или потеря сознания. Она ожидала первое. Не хотела, просто понимала, что это самый вероятный исход после всего, что произошло.

Однако, к своему удивлению, она очнулась. И даже не в параллельном мире – а в знакомом окружении.

Она лежала среди углей, оставшихся от города. Над ней раскинулось ночное небо, лишенное луны и звезд. Девушка была выпачкана сажей, у нее болела порезанная рука, от потери крови кружилась голова … Но не более. Она не умерла и уж точно не была изуродована пламенем.

Дана осторожно приподнялась на локтях, осмотрелась. Что-то произошло… Видно, все-таки взрыв энергии! Потому что Амиар лежал вдали от нее, пока без сознания, а сверху на него навалилась одна из каменных глыб, оставшихся от дворца. Его кожа больше не сияла… Энергия была подавлена, но вот смертью или печатью – Дана не знала.

Девушка бросилась к нему. Впрочем, даже издалека она увидела, что он дышит, шевелится, он тоже приходит в себя! Его кожу снова покрывали белые полосы.

Она упала рядом с ним на колени и обняла; он притянул ее к себе, насколько мог в таком положении.

– Дурацкая плита… – проворчала девушка.

В этот же момент камень отлетел в сторону так легко, словно вообще не имел веса. Причем Дана и Амиар теперь смотрели на глыбу с одинаковым изумлением.

Девушка опомнилась первой:

– Это ты?

– Нет…

– А кто тогда?!

Амиар перевел на нее полный удивления взгляд:

– Ты…

– Да ладно!

Она хотела спорить с ним – и не могла. Дана лишь теперь, полностью очнувшись, начинала чувствовать в себе новую энергию. Это было странно и непривычно… Сила, поселившаяся в ее теле, была готова воплощать ее мысли в реальность. Отлетевшая каменная плита – всего лишь мелочь по сравнению с тем, на что она теперь была способна. Девушка понятия не имела, откуда это взялось и что с этим делать.

– Это не моя магия, – только и сказала она.

– Знаю, – кивнул Амиар. – Она моя… Эта новая печать работает иначе. Моя сила ограничена, но меньше, чем раньше. А та энергия, которая должна была сжечь тебя, просто передалась тебе в чистом виде. Не зря ведь говорили, что люди – нейтральный сосуд, хороший проводник для любой магии.

Сравнение было удачным. Дана действительно чувствовала себя сосудом, до краев заполненным неизведанной силой. И она понятия не имела, что будет дальше. Эта сила исчезнет? Или нет? Как ей управлять?

Она прибыла в Красный гарем человеком, а стала ведьмой. Дана не была уверена, что готова принять это.

– Что нам теперь делать? – растерянно спросила она. Амиар, в отличие от нее, уже полностью оправился.

– Бежать.

– Это понятно, не здесь же оставаться! Но… куда? Как?

– Не через портал так точно, – отозвался он. – Здесь не так важно, что почти все порталы уничтожены – починить я могу любой. Но какой бы мы ни использовали, нас можно отследить, а это плохо. Клан Легио поймет, как была уничтожена королева шершенн, вспомнит былую истерику перед появлением Огненного короля, нас не оставят в покое… да и я их оставлять в покое не собираюсь. Поэтому будем действовать иначе: скроемся, чтобы эффект неожиданности в будущем был за нами. Пусть верят, что мы сгорели здесь!

– Так я ведь не спорю, что бежать надо, я просто не понимаю, как! – усмехнулась Дана.

Несмотря на окружающий их хаос, его спокойствие понемногу передавалось ей.

– Ну… тут потребуется полное доверие с твоей стороны! – признал Амиар.

Она ждала пояснений, но их не было, Амиар просто повел ее через сожженный город. Особняк Легио его больше не интересовал; они миновали то, что осталось от улиц, пересекли мост и шли дальше, пока не оказались перед серебряной пеленой.

Она от огня как раз не пострадала, да и вряд ли это было возможно. Главная граница Красного гарема была совершенна.

– Только не говори мне… – начала Дана и запнулась.

– Да.

– Но это же смерть!

– Ты не знаешь, что это, – напомнил Амиар.

– Ты сказал, что Лиза умерла там!

– Да, и мне очень жаль.

– Но мы не умрем?

– Мы очень постараемся этого не делать.

– Лучше бы ты все объяснил! – заметила Дана.

– Долго. Взять и сделать проще. Ты только держись за меня и, что бы ни случилось, не отпускай.

Дане такой подход не слишком нравился, однако она решила не спорить. Ведь не так давно она просила его довериться ей… Отступать было некуда. Да и потом, ее новая сила тоже что-то да значит, убить ее будет не так просто, как раньше.

Девушка прижалась к своему спутнику, опасаясь даже смотреть на серебряную пелену. А вот Амиар, похоже, ни в чем не сомневался. Он сделал последний шаг за них обоих, уверенно пересекая черту.

И оба упали. С этой стороны завесы был не только холод, но и серая пустота, увлекающая их вниз. Вокруг бушевали ветры, от которых становилось тяжело дышать. Дана крикнула, но ее голос утонул в общем гуле, потерялся, и Амиар вряд ли услышал ее.

Она ждала неминуемого падения. Когда-то полет должен был закончиться! Судя по времени, они падали с огромной высоты, и выжить после такого было просто нереально.

А потом холод сменился теплом – и падение действительно было. В воду. Инерция полета загнала их на глубину, но Амиар почти сразу создал вокруг них воздушную сферу, позволявшую спокойно дышать.

Их окружала синева, которая под ногами становилась все темнее. А где-то наверху, над их головами, сквозь толщу воды пробивалось солнце. Настоящее солнце, знакомый огненный шар, а не рассеянные лучи!

– Где мы? – спросила девушка, не в силах поверить своим глазам. Она и так знала ответ, но хотела, чтобы Амиар подтвердил ее догадки.

– Если мне не изменяет память, в Атлантическом океане.

– Что?!

– Ты ведь сама удивлялась тому, что Красный гарем называют островом, – пояснил Амиар.

– Теперь ты знаешь, почему. Это действительно остров, который подняли на несколько сотен метров над уровнем моря и со всех сторон окружили защитным полем. Поэтому ты могла видеть там солнечные лучи, но не солнце: поле пропускает свет только в таком виде, а солнце, луну и звезды заслоняет.

– То есть, это был не параллельный мир?

– Это отдельный мир внутри внешнего мира, – уточнил маг. – Кластерный мир. Совершенная клетка, из которой не могли вырваться шершенны… Теперь уже и не смогут. Никто не входит и не выходит через внешнюю оболочку, для перемещения есть порталы.

– Никто, кроме нас, – заметила Дана.

– Факт. Но именно благодаря этому мы недоступны для них, наш побег нельзя отследить.

Это место находится вдалеке от судоходных маршрутов, обитаемой земли поблизости нет.

– Звучит как приговор, – оценила девушка. Она знала, что должна испугаться, но страха в душе не было, только не рядом с Амиаром. – Мы только что выбрались из сгоревшего города, мы черт знает где, никто об этом даже не подозревает, и у нас нет и случайного шанса на помощь. Мы остались вдвоем, и либо спасаемся, либо умираем. Так, получается?

– Примерно, – подтвердил Амиар. Он тоже ничего не боялся, словно в Красном гареме они переступили через само понимание страха. – А теперь добавь тот факт, что магическая сила есть у нас обоих, да и причин выжить не в пример больше, чем раньше.

Он, конечно же, был прав – особенно о причинах жить. На этом фоне казалось мелочью даже то, что они остались одни в сердце океана. Они против всех – зато они есть друг у друга. Судьба оказалась к ним более милостива, чем к Амарканду и Эмилии когда-то.

Мысль о том, что к своему прошлому она не вернется, больше не печалила Дану. Впереди ее ожидала новая жизнь.

Content

Влада Ольховская
Огненный король

Пролог Вершина мира

Глава 1 Вам всем крупно повезло

Глава 2 В серебре

Глава 3 Торги Красного гарема

Глава 4 Выхода нет

Глава 5 Ветви великого дерева

Глава 6 Поверь мне

Глава 7 Повелитель льда

Глава 8 Соблюдая все приличия

Глава 9 Кто-то смотрит

Глава 10 Нужно держаться вместе

Глава 11 Мы

Глава 12 Время выбирать

Глава 13 Лимит силы

Глава 14 Двое против всех

Глава 15 Послания для невесты

Глава 16 Без предупреждения

Глава 17 Душа

Глава 18 Человек в зеркалах

Глава 19 Кто-то должен остаться

Глава 20 Знак неминуемого пожара

Глава 21 Огненный король