Гаев Сергей Алексеевич

Гаев Алексей Михайлович

Планета незаходящего Солнца

Книга – 1

Пролог.      Группа учёных Химической физики, сделали открытие, которое коренным образом изменило жизнь на земле и проложило дорогу для человечества в космос, они разработали технологию расщепления атома, не затрачивая при этом колоссальных энергий. Научились менять количество протонов и нейтронов в атоме, тем самым изменять материю.

На основе этой технологии, создали установку, расщепляющую на атомы всё, что в неё отправишь. Из атомов, установка выращивает, новые материи, по заданной программе, от продуктов питания, до антивещества, которое, научились хранить, в магнитном поле.

Эту установку назвали, Материализатором. Первые установки Матириализации, были очень большими. Они занимали целые кварталы, но в скором времени, бытовые Материализаторы, стали помещаться в простой комнате.

Когда материальные блага всех жителей Земли уровнялись и не стало, на земле нищих и голодных. Пришло время решать, чем занять людей, чтобы от беззаботной жизни человечество не разучилось думать.      Созванный Объединенный Совет Земли решил.

Рабочие руки и умные головы землян, направить на изучение планет солнечной системы.

Началось строительство, космических кораблей. И здесь не обошлось без Материализаторов. Учёные создали программу, по которой, Материализатор, космические корабли стал выращивать.

Особо прочный материал, из которого растили корабли, не плавился и не резался, при любых температурах. Люди на этих кораблях добрались до внешних планет нашей солнечной системы. На Зене, планете солнечной системы, был установлен радиотелескоп очень большой мощности. Вокруг него, под прочным куполом, вырос город, над которым зажгли искусственное солнце. Большой Материализатор создаёт на этой планете атмосферу.      Одним из первых, людям покорился ближайший сосед нашей земли, планета Марс. Установленные там Материализаторы, создали атмосферу идентичную земной и началось его заселение.      В те времена было много споров вокруг спутника нашей земли. Много влиятельных людей обращалось в совет земли, с проектами применения Луны в развитии цивилизации, но Луну, решено было не трогать, чтобы она всегда оставалась такой, как есть, для грядущих поколений.      Изобретённые ракетные двигатели, работавшие на распаде антивещества, давали неограниченную возможность скорости. Ускорение космического корабля зависело, только от степени выносливости экипажа, к перегрузкам. Для безопасности полётов, на кораблях устанавливалась блокировка, не позволяющая превысить допустимое ускорение. У человека появилась возможность достичь, световой предел скорости, и даже превысить его, в несколько раз.      Для космических десантников, разработчики вырастили Космо-десантные скафандры, таким же образом, как и корабли. Этот скафандр, фактически был роботом, в нутрии которого комфортно располагался человек, управляя им.

Управление скафандром, осуществлялось сигналами мозга и мышечными рефлексами десантника. У каждого десантника, на запястье руки, надет браслет с заложенной в него программой. В программе указан вес, рост, ширина плеч, длинна рук и ног. С помощью браслета открывается скафандр, а внутренности подгоняются под параметры входящего. При погружении в скафандр, раздеваются, оставаясь только в специальной униформе космонавта, которая легко впитывает в себя субстанцию скафандра, не препятствуя её работе и также легко и полностью, освобождается от неё при выходе десантника из скафандра. Субстанция, в которую погружается десантник, обволакивает всё тело и следит за гигиеной, рассасывая все выделения организма. Материализатор выращенный, вместе со скафандром, перерабатывает их.

В скафандре, воздуха и питания, а также воды и энергии, хватит на неограниченное количество лет. Ранцевый двигатель, вполне может доставить десантника с земли до луны и назад с постоянным ускорением, без подзарядки.

Для сохранения воздушной среды от вредных примесей, возникающих при старте космических кораблей с поверхности земли, также, для экономии топлива, затрачиваемого на преодоление земного притяжения, Совет Земли принял решение, строить орбитальное кольцо, вокруг земли.

На орбите земли был собран Материализатор, способный растить кольцо, имеющее внушительные размеры не только по своей протяженности. Для снабжения Материализатора сырьём, в космосе работали корабли с установленными на них специальными ловушками для микрочастиц. Они собирали пылевые скопления, на около земной орбите и орбитах других планет, солнечной системы. Часть кораблей отправилась на орбиту скопления астероидов.

Космические корабли подходили к крупным астероидам, команда десантников высаживалась на поверхность и устанавливала, маршевые ракетные двигатели, и несколько рулевых. Получались управляемые объекты, которые покидали свою орбиту и двигались к Земле, где вставали на орбиту постройки кольца. На орбите их раскалывали на мелкие части, которые шли на зарядку Материализатора. Таким образом, было доставлено, нужное количество строительного материала, для постройки орбитального кольца, не используя ресурсы земли.

На земле построили магнитные станции, вырабатывающие мощные магнитные поля, которые синхронизируют вращение кольца с землей. Синхронность движения, позволила соединить землю с орбитальным кольцом, полыми, силовыми полями, в центре которых, установлены подъемные платформы. Эти платформы, как скоростные лифты, поднимают и опускают грузы и людей на кольцо. Силовые поля, сохраняют давление атмосферы в нутрии, где движется платформа в норме и не пропускают вредные для здоровья излучения. Что позволяет подниматься на платформе без средств защиты. Так как силовые поля прозрачные, то при подъеме, люди могут наблюдать как земля, удаляясь, открывает свои просторы. Для тех людей, которые не связаны с космосом, посещение кольца стало незабываемым событием. Человек, получил возможность своими глазами увидеть и понять что такое космос.

С земли, орбитальное кольцо, выглядит как темная полоса, шириной с ладонь вытянутой руки, протянувшаяся от горизонта до горизонта. Вечером и утром, когда солнце подсвечивает его снизу, кольцо сверкает как чистый бриллиант, окаймленный голубым небосводом. Когда солнце уже опустится за горизонт, кольцо еще долго блестит в ночи, отражая его лучи. На самом верхнем уровне орбитального кольца, на его крыше, обращенной к звёздам, располагаются посадочные площадки, для космических кораблей.

Там, где строительство орбитального кольца завершилось, возвышается самый большой, в солнечной системе Материализатор. Теперь, когда выращивание орбитального кольца закончилось, на строительной площадке растили, два новеньких звездолёта.

Четыре нижних уровня в кольце, заняты скоростными дорожками. На каждом уровне, по пятьдесят дорожек двигающихся с разной скоростью в одну сторону. Первая дорожка двигается со скоростью десять километров в час, последующие дорожки, на десять, быстрее, предыдущей.

С тридцатой дорожки, установлены кресла для отдыха. Пятидесятая дорожка, на втором уровне и первая на третьем, двигается вместе с прозрачной боковой стеной. Через которую, открывается прекрасный вид. Такая же прозрачная стена, на четвертом и пятом уровнях.      Каждая дорожка отделена от соседней, силовым полем, которое разделяет воздушные потоки, поэтому, воздух движется со скоростью дорожки. Благодаря этому, находясь на четвертом уровне, на пятидесятой дорожке и двигаясь со скоростью двух тысяч километров в час, сопротивления ветра не ощущаешь. Чтобы попасть на пятый уровень, где находится центр отдыха, надо проделать весь путь в обратном порядке, чтобы сбросить скорость передвижения и      на эскалаторе подняться на пятый уровень, минуя дорожки разгона. В центре отдыха расположены, кинотеатры, видеосалоны, голографические бары. Множество точек выдачи продуктов питания, и закусочных. Вдоль прозрачных боковых стен, установлены телескопы и подзорные трубы. Отсюда хорошо видно глубину космоса. Крупные не мигающие звезды притягивают взгляд. Люди с древних времен смотрят на звезды. Поэты пишут стихи о звездах. О звёздах слагают песни. Люди изучают их, а они в свою очередь, помогают людям мыслить шире, масштабней. Профессор Лесков со своей группой разработал уникальный метод обучения. Уникальность заключается в том, что обычное обучение дублируется повторением программы под воздействием гипноза. Одновременно эта программа записывается на разработанный, этой же группой учёных «чип» который вживляется обучаемому. После многочисленных экспериментов установили оптимальный возраст, дающий наибольший успех в обучении. Первая группа детей, начала обучение в пять лет.

Часть – 1

Начало пути.

Космический центр, освоения глубокого космоса, располагался в небольшом городке, затерявшемся где-то на одном из материков. В этом центре, проходили обучение многие известные землянам космонавты и космодесантники.

Теперь пришла пора покорять ближайшие звездные миры. Для этой цели, с разных континентов нашей земли привезли сюда самых способных детей пятилетнего возраста, из них будут отбирать первую звездную команду, для которой уже выращивают два звездолета.

Профессор Лесков не удержался и приехал в центр, чтобы лично познакомится с документами и посмотреть на ребят, которые первыми будут обучаться по его методу.

В кабинет, где расположился Лесков, заводили ребят и он с ними беседовал, читая при этом личные дела, заведенные на каждого малыша, как только его направляли из детского сада в центр обучения.

После этого знакомства, он вместе со старшим воспитателем поднялись на балкон и сверху, долго наблюдали за малышней.

– Дети у нас все уникальные, но нам надо выбрать самых способных, возможности которых будут неограниченны, ведь они будут представлять собой человечество, там, куда они отправятся. Возможно, им повезет и они, наконец, найдут внеземной разум вдали от нашего светила.

Профессор говорил, и было видно, что он мыслью уже там, куда детям еще предстоит отправиться.

– Они должны быть готовы ко всему. Разум, это далеко не всегда благо. Он порой может быть жесток и обманчив. Возможно, нашим ребятам придется противостоять ему.

Профессор Лесков, глубоко вздохнул и продолжил.

– Надо обратить внимание на взаимовыручку и самопожертвование, ради общего дела.

Старший воспитатель, слушая профессора, молчал, но в душе зарождалось сомнение, которое он, не удержавшись, высказал.

– Но им, всего по пять лет! По-моему профессор, вы слишком многого хотите от этих детишек.

– Ничего подобного! Я знаю, чего жду от них, – не дав продолжить, ответил профессор. – Нам надо выявить задатки к желаемому, а дальше, будем развивать, растить способности, вместе с их телами, на протяжении всего обучения, с фанатичным блеском в глазах, сказал профессор.

Он указал в зал:

– Смотрите, вон, девочка и мальчик сидят на кушетке, они все время держатся вместе. У них очень высокий потенциал и чтобы он продолжал расти, надо их постараться разлучить. Порознь, они будут развиваться лучше и быстрей. Но, сделать это надо, осторожно, чтобы вмешательство со стороны, было не заметно. Они проявили себя еще на родине, в детском саду. В отчетах указано, что они лучшие, но это их от испытаний не спасет, даже наоборот, надо максимально их усложнить. Испытайте их на бесконечной лестнице, а потом на тропе страха.

– Но, это только для курсантов старших групп, на тропу страха, не посылаем даже первогодок обычного возраста!?

Профессор улыбнулся:

– Ничего, они должны справиться, – ответил он, направляясь к выходу.

Старший воспитатель в недоумении пожал плечами, глядя профессору в след:

– Что значит не свои, на родных бы не испытывал, – в пол голоса, сказал он, направляясь за профессором.

На следующий день, Серёжу и Женю, привели в большой кабинет, где за широким столом, сидел мужчина лет сорока.

Увидев ребят, он встал и подошел к ним:

– А, вот вы и пришли, – заговорил он приятным голосом с улыбкой на лице. – Проходите и садитесь за мой стол, будем знакомиться.

Серёжу и Женю покорил, тихий, приятный голос и ясная улыбка, которая сразу, располагала к себе.

– Я, ваш старший воспитатель и если у вас будут просьбы или предложения, можете обращаться ко мне, – произнес он официальную фразу, но вложив в нее шуточную интонацию.

Он поднял верх вытянутый указательный палец:

– Видите, здесь много ваших ровесников, вам надо доказать, что вы лучше всех.

Женя удивленно вскинула глаза и спросила.

– А, зачем нам доказывать? – нечего и никому я не хочу доказывать!

Старший воспитатель был не готов к такому ответу. Пристально посмотрев на обоих по очереди, он спросил.

– Вот, из вас кто самый сильный и ловкий?

Дети, посмотрели друг на друга:

– Я, не знаю, – сказал Серёжа протяжно, с раздумьем.

Женя, тоже, в нерешительности пожала плечами.

– Вот и хорошо, давайте, сейчас это и проверим. Вам предстоит испытание, которое вы обязательно должны пройти.

Двери в кабинет распахнулись и вошли люди в белых халатах. Они закрепили на теле Серёжи и Жени датчики и удалились.

Женя, тихонько толкнула в бок Серёжу:

– Серёж, давай не будем проходить и тогда вернемся домой.

Серёжа, пару секунд подумав, отрицательно покачал головой:

– Нет Жень, тогда они будут думать, что мы с тобой, хуже всех.

– Серёжа, я боюсь, – зашептала Женя, прижавшись к нему, будто ища защиты. Они хотят, чтобы мы дрались, да? – спросила она, стараясь заглянуть ему в глаза. – Я не буду с тобой драться, – громко сказала она и по голосу было понятно, что это окончательное решение.

– Я тоже не буду, – ответил Серёжа, обняв ее за плечи, чтобы немного успокоить. – Когда мы уезжали, твой папа просил, чтобы я тебя защищал и был всегда рядом, поэтому, ты не бойся, если надо, я буду всех бить, защищая тебя.

Женя, с интересом посмотрела на Сережу и сказала.

– А твой папа, просил меня о том же.

Подошёл сотрудник и пригласил ребят следовать за ним. Ребята взяли друг друга за руки и пошли за взрослым, с интересом поглядывая по сторонам. Сотрудник завёл их в светлое помещение. В центре помещения, была глубокая яма, закрытая металлической решеткой. Посередине ямы, широкая лестница, уходящая вниз.

Серёжа, тихонько толкнул Женю и шепотом произнёс.

– Наверное, нас заставят спускаться в эту яму.

В помещении, действительно, нечего не было, кроме кабинки лифта, расположенной рядом с ямой.

Ребят, завели в лифт и они стали быстро опускаться в низ. Через прозрачные стены лифта, было видно лестницу, которая уходила вниз, в темноту. Лифт двигался очень быстро, но все равно спускались долго. Когда лифт остановился и они вышли, края ямы, в которую спустились, еле различались далеко вверху. Сопровождающий ребят сотрудник, с жалостью в глазах, посмотрел, на перепуганных детишек:

– Не знаю, кто придумал послать вас сюда, но раз вы тут, значит, слушайте задачу. Вы должны, в полной темноте, дойти до лестницы и по ней подняться наверх. Я, снизу буду наблюдать за вами и разговаривать вот через этот динамик, – он указал ребятам на вмонтированный в стену громкоговоритель. Над ним, горела красная панельная лампочка.

– Это, единственный кусочек света, который вы будите видеть внизу, – сказал он улыбаясь.

– Мы готовы, крикнул сотрудник, кому-то, невидимому и выключил освещение.

Ребята, потихоньку, на ощупь, стали двигаться вперед.

– Иди за мной, шепнула Женя, я запомнила направление к лестнице.

– Давай, разойдемся пошире и вытянем свободные руки, – посоветовал Серёжа, не выпуская руку Жени.

Так, разойдясь друг от друга, на длину своих рук, они пошли к лестнице. Вскоре Женя свободной рукой, нащупала её.

– Вот она! – громко вскрикнула Женя. – Еще чуть и мы, прошли бы мимо, – радостно сказала она.

– Молодцы, – раздался голос сопровождавшего их, сотрудника. – Первый этап вы прошли, теперь, осталось лишь подняться.

– Я, наверное, не смогу подняться, – со страхом в голосе, прошептала Женя. – Очень далеко надо подниматься, а лестница сделана, для взрослых.

– Почему, ты, так решила? – спросил Серёжа.

– Потому, что между перекладинами можно стоять и нам, на каждую, надо взбираться, – обиженным голосом произнесла Женя. – Они, наверное, нас сюда специально привели, чтобы мы заплакали и сели тут, в темноте.

– Жень, но мы же, не будем плакать? – а постараемся залезть, – с надеждой в голосе спросил Серёжа. – Ты помнишь, как мы с тобой, забирались по пожарной лестнице, на крышу нашего дома, там тоже было высоко, – напомнил Сережа, чтобы немного успокоиться и успокоить Женю.

– Тогда было светло, а здесь все на ощупь, – ответила Женя. – Ты, только будь всегда рядом, чтобы я, тебя могла потрогать, когда напугаюсь, – попросила Женя, начиная подъем.

Лестница, действительно, была предназначена для взрослого высокого человека. Между перекладинами было сантиметров пятьдесят и сами перекладины были толстые, не удобные для маленьких детских рук. Чтобы забраться на следующую ступень, надо сначала достать до нее коленкой, дотянувшись перед этим руками до верхней перекладины.

Для детского тела, эта задача была очень сложной, а для некоторых детей, даже не выполнимая. Но, Серёжа и Женя, хоть и с большим трудом, все же, взбирались вверх.

– Мы, наверное, выше нашего дома забрались, – послышался голос Жени в кромешной темноте. – Красный огонек на дне, еле видно.

– Ты Жень, вниз лучше не смотри, голова закружится и ты можешь упасть, – посоветовал Серёжа.

– Я и так скоро упаду! – Руки не держат и ноги трясутся, – ответила Женя, затрудненным, от тяжелого дыхания голосом.

– Давай немного отдохнем, предложил Серёжа. – Ты Жень, зажми перекладину подмышкой и тогда можно немного размять пальцы, – предложил Серёжа, на ощупь, помогая ей удержаться.

– Не останавливаться! – раздался голос снизу. – Продолжать подъем!

Несмотря на страшную усталость и боль в ещё не окрепших, детских мышцах, окрик заставил ребят оторваться от перекладин, и продолжить изнурительный подъем.

Серёжа, глядя вверх, с тоской в голосе, произнес.

– Нет, нам туда, не за что не добраться.

– Я и вниз не смогу спуститься, если только не упаду, – ответила Женя, и по голосу было слышно, что она плачет.

Женя, поднималась вверх с большим трудом, пальцы на руках страшно болели и удержаться за перекладину, она могла, лишь загибая за нее ладонь. Ноги тряслись и в любую секунду, она могла сорваться.

Женя продолжала подниматься, лишь только на самолюбии. Очень не хотелось отстать от Серёжи.

А Серёжа, тоже, давно бы остановился, но он не мог сделать это первым.

И, в тот момент, когда они оба готовы были признать свое поражение, снизу донеслась команда.

– Все, хватит, можете остановиться!

Сережа, не поверил своим ушам и спросил у Жени.

– Нам крикнули остановиться, или мне показалось?

Женя глянула вверх. До заветной решетки перекрывающей яму, было еще далеко. В голове пронеслась мысль.

– Если я остановлюсь, то больше не смогу даже пошевелится, – но подмышка, уже зажала перекладину. Она понимала, что не сможет заставить себя, как продолжать подъем, так и спускаться. Ноги дрожали и не желали больше слушаться.

Серёжа остановился рядом, тяжело дыша:

– Все, я больше не полезу, – сказал он, в изнеможении навалившись на перекладину грудью.

Глубоко внизу, послышался голос.

– Вы, выполнили вторую задачу. А теперь! – вы должны переборов свой страх, прыгнуть вниз.

– Что! – в один голос вскрикнули дети.

– Как, это прыгнуть, мы же разобьемся, – проговорила Женя возмущенным голосом.

Серёжа смолчал, его мучил вопрос, – зачем это надо?

– Прыгайте! Это приказ, – донеслось снизу.

Ребята, наоборот, крепче прижались к перекладинам. Выполнять такой нелепый приказ они не хотели.

– Лучше домой, чем прыгать, – тихо сказала Женя, в темноте.

– А я, Жень и прыгать боюсь, и спускаться тоже, – ответил Серёжа, и в его дрожащем голосе чувствовался панический страх. – Буду здесь сидеть, пока не снимут, – добавил он.

Снизу вновь, раздался голос.

– Так! Посмотрим кто из вас самый трусливый. Кто прыгнет последним, тот трус.

Последняя фраза, была произнесена зря, дети уже прыгнули.

Полет оказался не таким продолжительным, как ожидали Серёжа и Женя. Не успели они до конца осознать, чем кончится для них этот прыжок в кромешную темноту, как они упали на мягкие маты и зажёгся яркий свет.

Приземлившись на маты, Серёжа и Женя удивленно посмотрели друг на друга:

– Что это! – воскликнула Женя. – Ведь мы, так долго поднимались вверх? Как так случилось, что пол рядом!?

На все эти вопросы, Серёжа смог лишь пожать плечами и развести в стороны руки, показав таким жестом, что сам в недоумении. Он в замешательстве вертел головой, стараясь понять, как так могло случиться. Потратить столько сил на подъем, боясь при этом, в любую секунду сорваться и разбиться на смерть и вдруг такое приземление.

Удивление у ребят переросло в шок, когда рядом с ними распахнулись створки дверей и на них полился дневной свет.

Глядя на струящийся из проема яркий свет, Серёжа произнес.

– По-моему нас обманули!

В помещение зашли люди в белых халатах, с двумя каталками. До ребят еще не дошло, как это получилось, а их уже везли прочь от этой страшной лестницы.

Через распахнувшийся проем, их вывезли в длинный коридор, где с обеих сторон были огромные окна, через которые, было видно двор, по которому гуляли дети.

Проведя пару дней под наблюдением врачей, Серёжа с Женей вышли к остальным детям.

Первый месяц, мальчики жили в большом просторном помещении. Кровати стояли вдоль стен, а в центре этой просторной залы, была игровая. У девочек была отдельная комната, но там они только спали ночью, а остальное время проводили вместе со всеми.

Детям, в свободное от общественных развлечений время, была дана полная свобода, как передвижения по территории, так и в выборе себе друзей. Но, воспитатели, делали всё, чтобы свободного времени у детей было как можно меньше.

Среди девочек Женя сразу завоевала авторитет. Она жалела плачущих, как Мама, а если кто из мальчишек обижал ее девочек, Женя разбиралась за Папу. И, плохо было обидчикам, если они не успевали убежать.

Серёжа, первые дни был в плохом настроении. Женя была занята новыми подружками, а он впервые остался один.

Однажды, он столкнулся с группой мальчишек, которые сплотились вместе и вели себя независимо, отбирая у ребятишек все, что им понравилось.

Случайно, или нет, Серёжа, стал обладателем единственной и очень увлекательной игры, на глазах у независимой компании. Ребята из этой компании, конечно, захотели ей завладеть. Так, после перебранки и небольшой драки, у Серёжи появились друзья, правда, немного побитые им.      Проводя время с новыми друзьями, Серёжа обратил внимание на то, что вокруг, детей становилось всё меньше и меньше. В один солнечный день, мальчиков и девочек собрали вместе и построили в шеренгу. Оглядевшись вокруг, Серёжа удивился. Оказалось, что их осталось всего, двенадцать мальчиков и одиннадцать девочек.

К ребятам вышел старший воспитатель. Окинув долгим взглядом собравшихся, он сказал.

– Вот мы и подошли к последнему и самому решающему испытанию. Кто не пройдет его, оставит наши, уже порядком поредевшие ряды и отправится домой. Он еще раз, будто гипнотизируя каждого, обвел всех взглядом и добавил.

– Девочки могут не переживать, что вам положено уже прошли, а вот вам! – он погрозил указательным пальцем, насупившимся мальчикам, – еще предстоит попотеть.

– Те, кто справится с заданием, покинут карантинную зону. Наденут форму и вольются в сплоченный коллектив, курсантов, нашего учебного заведения, – он перевёл дух и продолжил.

– Остальные курсанты с вашего потока, конечно, постарше, но это вас пусть не волнует. В обиду мы вас не дадим, а через годик, другой, вы их, должны догнать и обогнать.

Старший воспитатель на секунду замолчал, потом откашлялся в свой кулак и добавил.

– Я имею в виду, что обгоните по образованию, ну, а в росте, конечно, вам еще далеко до них. Он весело улыбнулся, сделал рукой прощальный жест и удалился.

Его помощники, подошли к ребятам и стали объяснять, что надо будет сделать, чтобы пройти испытание.

Эти объяснения были коротки, но убедительны.

– Надо побороть в себе страх, и преодолеть последнее и самое главное испытание. От того, пройдешь или нет, зависит, будишь учиться в этом заведении или тебя отправят обратно домой, – такими словами, закончил свое наставление один из помощников старшего воспитателя.

Серёжа, настроил себя на то, что он обязательно не испугается, ведь Женя, как и остальные девочки, не участвует в этом, а значит, уже зачислена.

– Я, не могу провалить испытание и оставить Женю одну. Я, обязан выполнить обещание, что буду всегда защищать её, – мысленно убеждал себя Серёжа, подходя к зданию, где расположена тропа страха.

Для прохождения тропы страха их разделили парами. Пара стартует одновременно, но каждый по своей тропе. Они отделены друг от друга прозрачным, звуконепроницаемым стеклом. Видишь своего соперника, но не слышишь, что там происходит.

Серёжу, поставили в пару с Нестеровым Алексеем. Это обстоятельство, тоже требовало особого настроя на победу. Серёжа и Леша являлись лучшими в своей сплоченной группе и ревностно относились к победам и поражениям друг друга.

Перед тем как запустить внутрь, предупредили, что там, на старте уже есть курсанты из взрослого набора, первыми пойдут они, а вы посмотрите, как надо себя вести.

Прежде, чем войти в помещение, Серёжа бросил взгляд на стоящих в сторонке девочек и поймал на себе настороженный Женин взор.

Увидев, что Серёжа глянул в её сторону, вскинула руку и помахала ему.

Серёжа, зашёл в помещение, где проходила его тропа и встал у стартовой полосы. Перед ним разминался, готовясь к старту, большой парень. Когда прозвучала команда, он ринулся вперед.

Тропа была извилистой, надо бегать от стены к стене, чтобы попасть в створки прохода на следующий уровень. А впереди, целая стая монстров пытающаяся поразить тебя, стреляя огненными шарами. Это, Серёжа понял, наблюдая за стартом старшего претендента на победу.

Взрослый курсант бежал, стараясь увернуться от летящих навстречу огненных шаров. Уклониться было не просто, шары летели плотной массой. А в воздухе, в добавок к огненным шарам, появился летающий змей, пытающейся ухватить добычу своими длинными и острыми зубами. Он вился над парнем, мешая сосредоточится на летящей навстречу опасности.

Не успел курсант пройти и двух поворотов, как один из огненных шаров, угодил в него. Раздался взрыв, огненный шар превратился в пламя, охватившее бедного парня. Он дико кричал, сгорая на месте, пока летающая тварь, не ухватила его своей огромной пастью, да так, что из пасти торчали только ноги.

Улетая, змей дергал головой как чайка, заглатывая целиком свою добычу.

Серёжа смотрел на происходящее и волосы на его голове вставали дыбом. Он не мог поверить своим глазам.

Когда дали команду бежать, он увидел, что появился новый змей, еще больше и страшней прежнего.

На трясущихся от страха ногах, он начал свой забег. В глазах стояла картина гибели парня, в ушах слышался его крик, а на него, уже летели огромные огненные шары. Серёже не дали время переработать увиденную информацию, понять, что случилось и что может произойти с ним, если он отвлечется и не успеет увернуться.

Шары летели настолько плотно, что продвигаться вперед было почти невозможно, Серёжа прыгал то вправо, то влево. Наконец, он сумел под одним шаром проползти на животе и выиграть первый поворот. Змей, летал неподалеку все время, отвлекая на себя внимание.

Теперь, когда Серёжа стал проползать под некоторыми шарами дело пошло быстрей. Он достиг того места где на взрослого товарища напал змей. В голове промелькнула мысль.

– Его здесь съели, а я ещё живой! Так, может быть, я смогу дойти до конца?

Эта мысль, предала немного уверенности. Серёжа, даже смог выбрать момент и глянуть через стекло. Алексей был впереди, поворота на два. Это открытие подстегнуло Серёжу и он стал продвигаться быстрей, чуть не попав при этом в сложную ситуацию, когда шар прижал его к стене, а летающий змей, пронесся прямо над головой и теперь находился сзади. Продвигаться вперед, стало еще сложней. Надо уворачиваться от шаров и оглядываться на змея, который занял позицию с тыла.

Монстры, стреляющие огненными шарами, стали смещаться, вставая по краям, оставляя в середине проход. Петляющая тропа выпрямилась. Проходы сместились ближе к центру. Теперь, больше приходилось ползти, чем передвигаться на ногах, но конец этого лабиринта был уже виден.

Пару раз, Серёже пришлось, уклоняться от цепких когтей летающего змея, прежде чем выбежать из этого жуткого помещения, с другой стороны.

К Серёжиному удивлению Алексей ещё не вышел, а ведь был недавно впереди. Удивление переросло в тревогу за товарища, но надо было ждать.

Серёжа смог пару минут постоять и перевести дух, прежде чем выбежал Алексей на своей половине.

Серёжа был рад, что его друг остался жив.

Приветственно махнув Леше, Серёжа вошел в следующую комнату. Она оказалось совершено пустой, только противоположная стена была занята огромной трубой, в которой крутились лопасти вентилятора. Серёжа насчитал пять вентиляторов. Лопасти у них, крутились в разные стороны. Между вентиляторами были небольшие промежутки, проскакивая на которые, между лопастей, можно продвигаться вперед.

Даже смотреть, на эти здоровенные лопасти, со свистом разрезающие воздух, было очень страшно.

– Но, если я не пройду, меня отправят домой, а Женя останется одна, – подумал Серёжа и от этой мысли холодный пот выступил на лбу. – Нет, надо обязательно побороть страх и начать этот ужасный переход, – принял решение Серёжа.

Только он настроил себя, как увидел Алексея, вошедшего в соседнюю комнату за стеклом. Лёша, долго думать не стал и сходу пошел на приступ. Неудачное движение, привело к тому, что лопасть ударила Алексея. Он, налетел на лопасти, двигающиеся в другом направлении. Его, словно куклу, рвануло в другую сторону. Кровь брызнула на стекло.

Что происходило дальше, Серёжа не видел, так как глаза закрылись сами. Переживание за друга и жуткий страх прокрались в душу, и не было от него спасения.

– Ну как же так, – кипело возмущение в душе. – Погибло два человека и он третий, которого ждёт такая же участь.

«Надо остаться здесь, идти через лопасти нельзя, – билась мысль в голове. – Но, тогда Женя останется одна, – пришла новая мысль». Серёжа открыл глаза, слезы текли ручьем, из груди вырвался страшный крик, а ноги понесли его к вентиляторам.

Остановившись, перед первым и выбрав момент, он шагнул вперед. Потом еще раз. Крик, вырывающийся сам по себе, не прекращался, а мысль о том, что надо пройти, обязательно надо, вела его вперед. Так, с криком на устах и слезами на глазах он выскочил на другую сторону.

Секундой позже, дико крича и плача, из другого прохода выскочил Леша. Увидав Серёжу, он застыл на месте и даже крик замер на устах. Немного успокоившись, он трясущимися губами выговорил.

– Тебя же, вентилятором ударило! Я видел кровь.

Они стояли и с изумлением, смотрели друг на друга, пока не подоспели люди в белых халатах. Ребят уложили на каталки и покатили на проверку здоровья.

Так они познакомились с методом испытания страхом. После этого испытания в строю осталось девять мальчиков и одиннадцать девочек.       По настоянию родителей, комиссия решила Евгению Пилюгину и Лугова Сергея, зачислить в одну группу. Так Женя стала единственной девочкой, изучающей мужскую профессию. Ей было доверено возглавлять группу из девяти мальчиков, с чем она отлично справлялась, несмотря на то, что ее группа состояла из забияк и драчунов. Среди них, гроза всех пятилеток, Нестеров Лёша.

Он был невысок ростом, но напорист и силен. Только светло зеленые глаза, выдавали скрытую доброту в его душе. Лёша сумел впервые дни пребывания в Центре, сплотить вокруг себя, отчаянных ребятишек. Таких, как братья Смирновы, Денис и Юра.

Высокие ростом, на голову выше остальной малышни, с серыми глазами и светлым волосом, они никогда не давали себя в обиду, но задираться не любили, поэтому всегда старались держаться рядом с Нестеровым.      Миронов Юра, не числился драчуном, но с детства много балагурил, вызывая смех. Его голубые глаза и рыжий цвет волос, делали его всегда заметным, несмотря на средний рост.      Громов Олежка, был не только высок, но и крепко сложен. Карие глаза и светлый волос, выдавали в нем доброту и скромность. Он держался всегда особняком, пока не встретил Лугова Серёжу. Они сошлись характерами и с первой встречи стали друзьями. Сомов Миша, отличался от остальных, тем, что был самым полным из всего набора, но несмотря на свою полноту, был подвижен и весел. Дробышев Гена. Среднего роста, худощавый, глаза серые волос черный. С каждым из группы мог найти тему для разговора, всем был верным товарищем.      Носов Вася. Среднего роста, темный волос, голубые глаза. Немножко трусоват, но когда рядом кто-нибудь из группы, ведет себя дерзко и вызывающе. Все вместе, они были самой лучшей группой в Центре. На всех интеллектуальных соревнованиях, между группами, они занимали первые места. И в учебе группа была впереди, на отлично выполняя данные им задачи. А задача группы состояла в том, чтобы в совершенстве изучить все космические профессии.

Такую возможность давал специальный чип, вживленный каждому курсанту при поступлении.

Курс обученья делился на недельные циклы. В конце каждой недели курсант подвергался гипнопедии, во время которой, весь недельный цикл ускоренно повторялся под гипнозом и записывался на чип. В последствии, по мере необходимости тех или иных знаний, импульс мозга открывал в чипе нужный цикл и информация мгновенно освежала память.

Благодаря уникальному методу обучения, дети учились быстро и с отличными результатами. На третьем году обучения, все в группе, прошли школьную программу. Изучили высшую математику. Защитили диплом: по химии, физике, и по всем естественным наукам.

Напряжённый график обучения, компенсировался активным отдыхом.      На территории центра, работал отличный спортивный комплекс. Театры, от кукольного, до балетного, видеосалоны и танцевальные залы. Сам центр располагался на окраине города в ухоженной тайге. Недалеко была одинокая скала, метров триста высотой, а рядом со скалой, бежала небольшая речка.

Дети с воспитателями часто ходили в ночные походы по таёжному краю. Любимое место ночевки было на берегу речки, у скалы.

Очень часто скала использовалась как природный инвентарь, для тренировок.      Серёжа и Женя, со своими друзьями, в свободное от занятий время, любили пробираться в спец-зал, куда взрослые космонавты приезжали осваивать Космо-десантный скафандр.

Наблюдать за взрослыми было очень забавно. Надевая Космо-десантный скафандр взрослые дядьки, превращались в беспомощных, не умеющих ходить, детишек. Видя эту сцену, ребята хохотали от всей души и того не зная, набирались опыта. Потом, когда пришло время изучать скафандр им самим, этот опыт пригодился.

После трёх лет обучения ребята стали вылетать в космические командировки, где выполняли задания наравне с взрослыми. Конечно по мере своих сил, а они, когда находишься в Космо-десантном скафандре, уравниваются.      Космо-десантный скафандр, это робот, в котором есть место для человека. Перед тем как занять это место, к специальному датчику на скафандре прислоняют браслет десантника, где хранятся все параметры погружаемого. Такой браслет имеют все космонавты с допуском к использованию Космо-десантного скафандра

Датчик считывает информацию и автоматически подгоняет по параметрам место погружения. Когда человек погрузился, скафандр начинает выполнять все движения тела.

Для работы в таком скафандре, надо иметь большой опыт.      Необходимо потратить немало времени и сил, прежде чем научишься делать первые шаги. Со временем, привыкаешь к нему так, что скафандр становится полностью тобой. Даже походка человека передаётся Космо-десантному скафандру.

Только сила скафандра не зависит от физической подготовки человека. Поэтому дети, находясь в Космо-десантном скафандре, не отличались этим от взрослых.

Для экипажей, в которые курсанты направлялись на практику, они так и остались детьми. Взрослые их всерьез не принимали и старались от всех сложных заданий отстранить. Ведь у многих на земле были свои дети такого же возраста. Родительский инстинкт всегда брал верх. С ними делились всем вкусным и опекали как родных. Поэтому курсанты частенько возвращались в Центр, с излишним весом, который, инструктора с ожесточением выгоняли на полигоне.

Не успели курсанты отдохнуть после месячной практики на Венере, как группу, по тревоге подняли в четыре утра. Заспанные курсанты выскочили из казармы. Шёл мелкий, холодный дождь. Курсанты сразу стали похожи на мокрых продрогших цыплят.

Группу построили на плацу и объявили, всем срочно надо быть на борту космического корабля, находящегося в данный момент на орбите.

Тёмное, затянутое облаками небо озарилось светом, и на мокрый плац, приземлился космический челнок. Крышка люка, бесшумно опустилась, образовав собой трап.      Ребята поспешили внутрь. На борту челнока, курсантов пригласили занять места в Космо-десантных скафандрах, затем рассадили парами. Челнок взмыл в воздух и полетел к кораблю.      В стратосфере, у курсантов на мониторе скафандра, загорелся сигнал аварии. Ребята забеспокоились, но объявили учебную тревогу.      Поступил приказ, срочно покинуть борт и в течение трех суток, прибыть в космический Центр. Прыгали парами, в предрассветную тьму. Парой Серёжи, как всегда, была Евгения. Выпрыгнув из челнока, Серёжа сразу потерял Женю, она растворилась в темноте. Следить за направлением её полёта время было недостаточно, появились непредвиденные обстоятельства. При отделении от челнока, двигатель на Космо-десантном скафандре должен заработать немедленно, но этого не произошло. От инерции прыжка и встречных потоков воздуха, скафандр закрутило, и пришлось приложить немало труда и умения, чтобы в полной темноте выровнять полет. Когда полет стабилизировался, пришло время думать.

«Раз двигатель не запустился, значит в него заложен таймер, – пронеслась мысль в голове у Серёжи. – В таком случае, надо запустить самому. Для этого под правым указательным пальцем, есть кнопка запуска. Чем быстрее произведешь запуск, тем выше бал».

По истечении заданного времени, запуск производится автоматически, но курсант в этом случае считается погибшим, а это может повлечь за собой серьёзное наказание.

С ручным запуском обошлось без проблем. Как только заработал двигатель, падение прекратилось. Автоматика выровняла полет, но скафандр не отвечал на мысленное управление полётом. Двигатель просто замедлял падение.

«С первым заданием справился, теперь можно немного оглядеться», – радостно подумал Серёжа. Но тут, обнаружилось, что обзорный монитор не работает и ночное видение отсутствует. Серёжа сделал прозрачным шлем, но это большого результата не принесло. В предрассветной мгле под ногами просматривались неровности поверхности.

«Приземляемся в горной местности», – по рельефу определил Серёжа.

Он угодил в расщелину между скал.      Это он понял, когда перед глазами замелькала скальная порода. Мысленно дал команду подняться, но ноги уже коснулись поверхности, и двигатель перестал работать. Скафандр наполнился тишиной.

– Вместе с двигателем отключили и передатчик, а особый сплав скафандра поглощает все наружные звуки, – понял Серёжа, окунувшись в полную тишину.      Попытка заполнить безмолвие музыкой, успехом не увенчалась, музыкальный кристалл, тоже отсутствовал. Оглядевшись, Серёжа увидел, что на завтрак тоже можно не рассчитывать. Блок питания испарился:      – Хорошенькие делишки, – произнёс вслух Серёжа, и замолчал.

Он подумал, обратная связь может быть исправной, и его могут слышать. А шизофреником, который разговаривает сам с собой, он слыть не хотел.

Расщелина, в которую угодил Серёжа, была погружена во мрак. Рассвет ещё не добрался сюда, хотя, небо над головой уже имело светлые тона, а тучи стали реже.      Сверившись с компасом, Серёжа определил, что направление к космическому центру, преграждала вертикальная стена, метров пятьдесят высотой:      «Как жаль, что не работает двигатель, в два счёта, был бы на верху!» – подумал Серёжа, и приступил к подъему, цепляясь за неровности и выступы.

Жене, повезло больше: она приземлилась невдалеке от той расщелины, куда угодил Серёжа. Внезапная тишина, обрушившаяся на неё, заставила мгновенно пробежаться взглядом по приборам. Женя, так же как и Серёжа увидела, что очень многого лишилась.      С тишиной, Женя стала бороться тем, что стала напевать модные мелодии.

На мониторе скафандра, высвечивались яркие точки, которые обозначали нахождение участников этого учебного выброса. Евгения, быстрым шагом направилась к ближайшей точке, она должна обозначать Серёжу:

«Мы прыгали вместе и он должен оказаться ближе всех», – рассуждала Женя. Рассвет начался, но было ещё темно.

«Местность незнакомая, надо продвигаться осторожней», – решила Женя, и сбавила шаг.      Когда она подходила к краю расщелины, заря уже окрасила половину неба. Вершины гор, как будто плыли в расплавленном золоте. Зацепившиеся за вершины облака, ожидали появления солнца.

Женя подошла и заглянула вниз.

Серёжа был уже рядом. Перед ним, был участок гладкой стены, но если немного подпрыгнуть, можно ухватиться за выступ, подтянуться и победа! – стена пройдена.

Серёжа увидел Женю, помахал рукой. Женя жестом попросила его подождать, но Серёжа прыгнул и ухватился за выступ. Однако он, оказался не прочным и вывернулся из стены. Серёжа полетел вниз, держа в перчатке скафандра камень.

В голове Серёжи мелькнула мысль:      «Всё, это конец!»      Падая, он увидел испуганное лицо Жени, как она метнулась к нему, но перехватить не успела. Серёжа понимал, что пролетев такое расстояние, он разобьется. Представил лица мамы и папы, когда они получат известие, о его смерти. Стало очень жалко родителей.

Ещё он подумал. «Надо бы, прежде чем взбираться, закрепить страховочный линь». Вспомнив о лине, Серёжа направил пусковой аппарат в сторону скалы и нажал пуск. Так как он падал спиной в низ, выстрел линя был удачный, но запоздалый. В этот миг, заработал двигатель, выравнивая падение и скафандр совершил мягкую посадку. «Я живой», – мысленно кричал Серёжа, даже в такой ситуации не забыв о прослушке. Сердце стучало, разрывая грудь. Обильный пот заливал глаза, смешиваясь с выступившими слезами:

«Какой же я глупый, полез на стену, а про страховку забыл», – запоздало корил себя Сергей. Повторный подъем был гораздо быстрей и легче. Евгения опустила спасательный линь, Серёжа закрепил за него скафандр, и очень скоро, они стояли вдвоем наверху. Взглянув на Женю, он увидел, что она что-то очень энергично говорит, забыв в пылу, что скафандр звуконепроницаемый. В этот момент Серёжа был рад, что связь отключена.

Направление к Космическому Центру было в противоположную сторону от гор, это немного радовало. Идти на спуск, в скафандре, намного трудней, чем на подъём, но это всё же легче, чем взбираться на скалы и спускаться с них. По монитору было видно, что все ребята собрались парами и двигаются к намеченной точке встречи. Серёжа и Женя пошли тоже.      Вскоре, на склоне стали встречаться редкие деревья. Чем ниже спускались, тем лес становился гуще. Намеченное место встречи, оказалось в самой чаще.

Ребята подходили, весело махая руками. Общаться приходилось с помощью азбуки Морзе и фонаря освещения, который находится на верхней части скафандра. Немного отдохнув, двинулись дальше.      Был конец лета, в лесу встречалось очень много спелой ягоды. Сочные грозди привлекали внимание и вызывали очень сильное чувство голода. Растения со съедобными кореньями, просто, путались в ногах, но выйти из скафандра и что-то сорвать, чтобы утолить голод, было запрещено.      Курсанты должны представлять, что движутся по каменистой поверхности Венеры или другой планеты, где нет растительности и воздух насыщен ядовитыми газами, а пища и отдых их ждут на базе.      К вечеру лес закончился и ребята вышли к болоту, тянувшемуся в обе стороны. Пришлось остановиться и осмотреться по сторонам, пытаясь увидеть проход. Только Дробышев Гена, не останавливаясь, пошёл в затянувшуюся ряской воду, решив преодолеть препятствие с ходу, не тратя время на поиски. С первого шага погрузился по грудь и стал погружаться дальше. Гена знал, что в Космо-десантном скафандре не утонешь, но ощущение было неприятное.

Когда вода стала закрывать обзор, страх начал закрадываться к сердцу. Гена сумел развернуться лицом к берегу, чтобы подать знак просьбы о помощи и увидел, что на него никто не смотрит. Спасать его было некому, все крутили головами, осматривая окрестности. И тогда, страх поборол его, он закричал, уже не понимая, что его никто не слышит.

Никто из ребят не ожидал от Гены такой прыти, обычно спокойный и рассудительный, он некогда и ничего не делал наспех, а сегодня, вдруг, решил показать товарищам как надо с ходу преодолевать такие препятствия. Ребята стояли и смотрели в разные стороны, пытаясь увидеть проход. Вдруг, какое-то неизведанное чувство, заставило всех повернуться и взглянуть на болото. Ещё какой-то миг, и никто бы не узнал, куда делся товарищ по имени Гена.

Серёжа Лугов, увидев погружающегося в топь товарища, выхватил из инструментального отсека, на скафандре, магнитную насадку на линь. Быстро надел её и выстрелил в уходящий под воду скафандр. Общими усилиями Дробышева вытянули из болота. Гена жестами сообщил товарищам, что с ним всё в порядке, но ещё долго лежал на берегу не поднимаясь.      Посовещавшись, ребята решили отдыхать до утра, а с рассветом начать искать место, где можно переправиться.

Терзаемые голодом, ребята долго не могли уснуть, но всё же усталость взяла своё и сон овладел ими.      Проснувшись рано утром, стали искать место, где редкие деревья на болоте располагались бы так, чтобы можно было использовать для зацепки гарпуна, который будут выстреливать с линем.

Пройдя с километр вдоль болота, такое место нашли. Небольшие островки, как специально поднимались из болота, на доступном для выстрела расстоянии. На каждом из них, росло по нескольку деревьев. Все островки, будто по команде, вытянулись поперек болота.      На линь закрепили наконечник с гарпуном и стали выстреливать в ближайшее дерево на островке. Выстрел увенчался успехом у Громова Олега, ему и представилась возможность идти первым.

Закрепили, на всякий случай, за его скафандр, страховочный линь. Если линь, закинутый на остров, сорвется с дерева, то Олега можно будет притащить назад, а если не сорвется, то этот линь пригодится для следующего.

Космо-десантный скафандр весит прилично, хотя изготовлен из самых легких и прочных материалов. Поэтому, сделав несколько шагов, Олег скрылся в болотной ряске. Его продвижение можно отследить только по страховочному линю, который, медленно погружался в болото.

Время тянулось нескончаемо долго. Все находились в страшном напряжении. Опасное дело, всегда легче выполнять самому, чем ждать возвращения друга. Громов Олег погружался в болотную жижу, стараясь сохранить правильный наклон скафандра, для первого шага.

Полная тишина в непроглядной тьме болотных недр, у нетренированного человека могла вызвать панику. Но многочасовые тренировки, проводимые с курсантами в центре, научили Олега заглушать древний инстинкт самосохранения. То, что скафандр связан страховочным линем с командой, предавало дополнительную уверенность.      Двигаться было очень сложно. Каждое резкое движение, могло опрокинуть скафандр. Потому, все действия, старался делать медленно и обдумано. Для лучшего продвижения, Олегу пришлось, опуститься на четвереньки и двигаться, работая ногами и руками, раздвигая головой, многолетние слои перегнивших трав.      Когда Олег появился у дерева, все вздохнули с облегчением. Он помигал фарой на скафандре, сообщив, что все в порядке, можно двигаться за ним. Ребята быстро зацепились друг за друга линем, и пошли по проторенному пути. Громов помогал им продвигаться, наматывая линь на барабан лебёдки и подтягивая их. Когда у дерева собрались все, стали стрелять линем в следующее дерево.

На этот раз повезло Дробышеву, он зацепился за очередной островок, первым. Но так как он днем раньше уже побывал в болоте в качестве первопроходца, его линь, вместе с лебёдкой отсоединили от скафандра и поменяли на лебёдку Лугова Серёжи.

Закрепив лебёдку Дробышева на своём скафандре, Серёжа окунулся в топь, вместо него. Ступив с берега в болотную жижу, Серёжа сразу почувствовал, как скафандр своим весом продавливает болотную хлябь, увязая в густом донном иле. Сделав пару шагов, Серёжа погрузился по грудь и продолжал погружение. Чтобы не увязнуть до самого дна, пришлось активно работать ногами, чувствуя при этом, что продвижение в перед очень слабое. Тем не менее, погружение продолжалось, и солнечный свет заменила непроглядная тьма. Руки стали разгребать болотную массу, стараясь не дать скафандру завалиться назад. Наступившая темнота, вызвала чувство одиночества в этой среде, но мысль о лине, связывающим его с друзьями, успокоила его.      «Не паникуй! – мысленно приказал себе Серёжа, продолжая барахтаться в густом иле. Надо что-то придумать! Надо найти способ передвижения, – билась в голове, мысль.      Я как клин вбиваюсь в дно! Надо руками завалить скафандр в перёд, чтобы увеличить площадь распределение веса», – думал Серёжа, из всех сил работая руками и ногами. Подтягивать себя линем, зацепленным за дерево на острове, было страшно. Если линь сорвется, придется всё начинать сначала, или продвигаться на ощупь. А можно вообще, сбиться с курса и начать путешествие вдоль берегов, до тех пор, пока не выловят. Очень уж не хотелось, чтобы друзья тащили назад, как застрявший якорь. Мысль о не удаче, предала Серёже сил и, заработав руками агрессивней, он сумел завалить себя горизонтально. Серёжа, как огромная лягушка, работая руками, поджимал ноги, а потом резко их выпрямлял, создавая ботинками скафандра, давление на густой ил. В таком положении продвигаться стал быстрей.

Основную работу выполнял скафандр, но всё же усталость брала свое. Обильный пот попадал в глаза, раздражая слизистую оболочку, и вместе со слезами капал на обзорный монитор скафандра, где медленно рассасывался гигиенической субстанцией. Вскоре усердный труд принёс свои плоды, Серёжа уперся в островок. Линь, за который он держался, устремился к солнцу. Теперь уже не боясь обрыва, подналёг на него и выбрался на поверхность. Встав в полный рост и повернувшись к ребятам, он помахал им рукой, давая понять, что всё в порядке. Ребята весело махали ему в ответ, готовясь последовать за ним.

К последнему дереву все вышли уже затемно. До твердой земли оставался еще один выстрел линем. Но, уставшие ребята решили заночевать на острове.

Все выбрались на мягкую травку и собрались устроить привал, но не вышло. Под весом скафандров маленький остров, стал постепенно погружаться в болото вместе с деревом.      Чтобы не спать стоя, по грудь в воде, пришлось побороть усталость и продолжить свой путь. Когда утренний туман растаял под лучами поднимающегося солнца. На берег где спали измученные курсанты, опустился космический челнок, доставивший их на базу.

За время обучения, таких вылетов у ребят было не мало, и с каждым годом, они были все трудней и опасней.

Готовя ребят к продолжительному и не предсказуемому полету, преподаватели стремились научить их всему необходимому. Они учились, как налаживать и поддерживать контакт с возможными обитателями далеких миров, так и к возможности оказать физический отпор, если дело дойдет до конфликта, при котором надо будет защищать свою и товарищей жизнь.

Так, день за днём, преодолевая все поставленные задачи и набираясь при этом опыта, и знаний, маленькие ребятишки детсадовского возраста, за десять лет обучения, превратились в подростков. Подростков, имеющих за своими, еще юными и не сильно широкими плечами, богатый опыт и отличные знания в той профессии, к которой их готовили.

Возвращение домой.

Настало утро, когда отзвучал последний сигнал побудки, известивший о наступлении последнего дня десятилетнего обучения. Сегодня курсанты покинут Космический Центр освоения

глубокого космоса.

Центр, который десять лет, был для них домом, провожал курсантов.

На торжественном построении, курсантам вручили удостоверения, в которых значилось, что они получили право называть себя, Космонавтами-десантниками глубокого космоса, высшего допуска. Им, выдали нагрудные знаки отличия, имеющие форму квадрата, на котором изображены два треугольника составляющих ромб, а также застежки на браслеты десантников, такой же формы. Это обозначало, что уровень допуска повысился, от стандартного, до высшего, миновав средний уровень, обозначавшийся ромбом.

Как только церемония закончилась, ребята побежали собирать вещи. Хотелось скорей отправиться домой, где давно их ждут родные люди.

Пассажирский транспорт быстро перемещался по намеченной траектории, высоко в небе. У остановки он опускался к земле, взять пассажиров и выпустить приехавших, а потом вновь, набирая скорость, поднимался вверх и, летел к следующей остановке. Люди, между собой, называли его кузнечиком. Взвод юных космонавтов-десантников , одетый в парадную форму, весёлой толпой стаял на остановке, когда к ним подходили Серёжа и Женя.

– Наконец-то, наш очаровательный командир Евгения и её правая рука Серёга, присоединились к нам! – весело сказал Миронов Юра, театрально, раскинув руки.

Он был самым веселым в группе и даже в трудные и опасные минуты, мог поднять настроение. На его острые шутки, давно никто не обижался.

– Юра, ты еще скажешь несколько слов, и лишишься, парочки, своих ещё молочных зубиков, – шутя, сделав резкий замах для удара, сказала Женя, подходя.

Все дружно расхохотались      – Молчу, молчу, мне зубы ещё пригодятся, – смеясь, ответил Юра, обеими руками закрывая лицо. – Мальчики, вы хоть понимаете, что мы расстаёмся и больше, не встретимся до самого старта? – спросила Женя, обводя всех печальным взглядом. Я буду очень скучать, ведь вы так долго были моим взводом. Нестеров Алексей подошёл к Жене и взял её за руку:

– Ты Жень права, надо прощаться.

Он смущённо потряс ей руку, а Женя, притянув его к себе, поцеловала в щёку.

Серёжа стоял рядом, с интересом наблюдая за ребятами. Он был удивлён, увидев, что Нестеров растерян.      Широкоплечий в свои пятнадцать лет, ростом средний, но сильный, Алексей Нестеров никогда не стеснялся и не смущался. Он всегда был уверен в себе. Серёжа вспомнил, как впервые дни пребывания в центре, он познакомился с ним.      «Серёжа проходил мимо воспитателя, который остановил его, и дал переносной компьютер с закаченными в него разнообразными играми. Обрадованный, таким приобретением, Серёжа пошёл искать Женю, чтобы показать ей, но дорогу ему преградили четверо. Решительно настроенный, Нестеров Лёша, молча, ухватился за компьютер и потянул на себя.

Серёжа сопротивлялся, крепко держа игру.

Вася Носов громко сказал.

– Отдай, побьем! – а близнецы стали заходить с тыла.

Серёжа испугался, что может действительно потерять игру и это, ему придало сил. Он дёрнул на себя и вырвал из рук Лёши компьютер. От сильного рывка его развернуло и он, с маху, углом компьютера ударил по голове близнеца, который заходил справа, а Лёша, не ожидавший такого рывка, зарылся носом в землю.

Носов Вася, увидев, что предводитель лежит в пыли, отбежал в сторону, а близнец, кинулся успокаивать плачущего брата».

Серёжа, улыбнулся, вспомнив этот случай и посмотрел на близнецов. Теперь они отличались друг от друга. На лице Дениса у левого уха остался небольшой, но заметный шрам.

Когда приехали в аэропорт, все быстро попрощавшись, разбежались по своим рейсам. Серёжа и Женя пошли на регистрацию своего.

Парадную форму космонавтов-десантников глубокого космоса ещё никто не видел и появление ребят, не осталось незамеченным. Со всех сторон на ребят были устремлены любопытные взгляды. Первый выпуск, в какой-то мере даже эксперимент, привлекал много внимания.

Когда сели в Винталёт, стюардессы в салоне, тоже поглядывали с интересом, но вопросов задавать не стали.

– Мы с тобой как белые вороны, на нас все смотрят, – сказала Женя.      – Не переживай, приедем домой, снимем форму и будем как все.

– Зря ты так думаешь, дома, наши родители не дадут нам форму снять.

Серёжа с Женей специально не сообщили родителям что едут, хотели сделать сюрприз, заявиться внезапно, «как снег на голову». Поэтому были сильно удивлены, увидев, что все родственники встречают их в порту.

Как Женя и предполагала, сразу форму снять им не удалось, они были центром внимания не только своих пап и мам, но и всего города.

Городское управление, устроило настоящий праздник в честь первых выпускников Космического Центра. Будущих покорителей далеких космических простор и первооткрывателей новых солнечных систем.

Вечером, после торжественной встречи, все отправились погулять по городу. Солнце уже зашло и в небе стали зажигаться, весело подмигивая, первые звезды. Лёгкий, вечерний ветерок ласкал своим прикосновением.

Над головой, наряду со звездами, под лучами зашедшего за горизонт солнца, блистало как бриллиант, Орбитальное кольцо. – Какой прекрасный вечер, – сказала Инна Борисовна, мама Евгении:      – Я так счастлива, мы опять все в месте, как раньше.      – Нет, как раньше, но не так, – исправила Татьяна Егоровна, мама Серёжи:      – Раньше, мы своих детей вели за ручку и боялись, чтобы они не падали, а сейчас… – Посмотрите какие они у нас… Женя и Серёжа шли впереди, взявшись за руки и о чем-то беседуя.      Мама Жени, глядя в след детям, сказала.

– Что осталось неизменным, будто и не было десяти лет, так это Женькино пристрастие к мужскому стилю одежды. В детский сад ходила, говорила.

– Хочу одеваться как Серёжа, – и сейчас идут как два брата близнеца.

– Да, наши дети выросли, а вкусы остались прежними. – произнёс Виктор Викторович, папа Евгении и нежно обнял жену.

– Какие планы на завтра, – вдруг, спросил Алексей Михайлович, папа Серёжи.

Все переглянулись:      – Что!? – о завтрашнем дне еще не думали? – а ведь это будет первый свободный день, от общественных мероприятий.      – Мы с Серёжей, хотели подняться на орбитальное кольцо, – обернувшись, сказала Женя.

– Может, поедем все в месте? – поддержал Женю, Серёжа.

– Мы не против! – воскликнули хором мамы и переглянулись.

Так у них слаженно получилось, что все улыбнулись.

– Ну, нам мужчинам тогда перечить не стоит, – сказал Алексей и посмотрел на Виктора.      – Решение принято, – заключил Виктор. – Завтра едем на кольцо.

Улицы были заполнены горожанами, отдыхающими после жаркого дня. Всевозможные рекламы предавали городу праздничный вид. Из ресторанов и кафе, доносилась музыка, там тоже, отдыхали горожане.

Родители и их повзрослевшие дети, в честь которых, устраивали митинг, гуляли по городу долго, любуясь им.

В городе жили люди, съехавшиеся со всех континентов земли. Разнообразная архитектура, предавала ему особую красоту. Широкие улицы, утопали в тропической зелени и благоухании разнообразных цветов и цветущих кустарников. Музыкальные фонтаны и искусственные водоемы, наполняли воздух влагой.

На Винталёте, до подъемника добрались быстро, но ещё с воздуха было видно, что желающих посетить орбитальное кольцо, очень много. Платформы взмывали в небо через каждые пять минут, унося с собой двадцать человек, но люди все прибывали и прибывали. Винталёты то и дело приземлялись, выпуская из себя новых желающих.      – Да, я представляю, что творится там, – сказал Виктор:

– На земле тысячи подъемников, и все они только поднимают. Смотрите! – вниз спускаются все пустые.      – Сегодня первый день посещения, – ответил Алексей:

– Мне кажется, что нам лучше пока подождать с осмотром орбитального кольца. – Кстати здесь неподалеку есть небольшое озерко, можно начать отдых с него? После короткого совещания решили так и поступить. Небольшое озерко, оказалось вполне приличных размеров. На берегу располагалась, база отдыха.      На базу решили не устраиваться. Взяли там только палатки и спальные принадлежности, и устроили свой собственный лагерь, неподалёку от базы, на свежей, зелёной травке.      Неделя, проведенная на природе, никаких результатов не дала. Народу на подъемнике стало еще больше.      Добавились люди, уже посетившие Орбитальное кольцо. Они с восторгом отзывались об этом чуде технического прогресса.

На орбитальное кольцо, Серёжа с Женей выбрались, но вдвоем. Взрослые хотели быть ближе к земле и воде.      По началу, ребята никак не могли понять, как это можно не хотеть посетить кольцо. Родители упорно находили много интересного на озере, хотя вечерами частенько поглядывали в небо, где блистало кольцо. Разгадка этого поведения взрослых пришла случайно.

Обычно родители о работе никогда не говорили, а дети никогда не спрашивали, только знали, что их работа тоже как-то связана с космосом.      Однажды вечером Серёжа с Женей возвращались с прогулки. Было темно, родители собрались у костра и о чём-то сосредоточено разговаривали.      Женя предложила.

– Давай подойдем тихо и напугаем.      Серёжа поддержал. – Давай напугаем! Подошли так близко, а они не обращают внимания!

Дети стали подкрадываться. Когда подкрались совсем близко, из разговора родителей поняли причину, почему они не хотят подниматься на орбитальное кольцо.

Разгадка оказалась проста. Родители Серёжи и Жени были инженеры-строители, этого кольца.      – Так, теперь понятно! – громко сказала Женя. Родители вздрогнули от неожиданности.      – Ну, Женька ты даёшь! – так и заиками можно всех сделать, – воскликнула Инна, узнав дочь.

Папа Жени, который доставал, в это время котелок с кипятком из костра, вздрогнув от неожиданности, пролил кипяток себе на ногу:      – Ох! – вскрикнул он. – Женька я из-за тебя ногу обжог! И что это значит? – твоё «Так, теперь понятно»?

Взрослые повернулись к детям, неожиданно возникших, из темноты.

– Понятно то, почему мы с Серёжей не можем вас уговорить подняться на кольцо, – произнесла Евгения, подходя к костру.

– Пока нас с Женей тут нет, вы тайное собрание устроили? – смеясь, спросил Серёжа, выходя из темноты вслед за Женей. Татьяна, до сих пор молчавшая, спросила.      – И что, молодые люди вам стало понятно?      – Вы нас извините, – ответил Серёжа, – подслушивать вас мы не хотели, но подходя, из вашего разговора поняли, что ваша работа связана с кольцом, и вы, много раз бывали на нём.

Взрослые дружно рассмеялись, а дети смущенно стали устраиваться у костра.      – Утром, мы с Женей пойдем на подъём, – громко, чтобы слышали все, сказал Серёжа. Орбитальное кольцо.

Когда первый солнечный луч прорвался из-за горизонта, Серёжа и Женя были уже возле подъемной станции. Несмотря на раннее время, у входа стаяли желающие посетить орбитальное кольцо.

– Я, надеялся, что мы будем первыми, – сказал Серёжа, окидывая взглядом собравшихся людей.

– Они все так, наверное, думали, – ответила, смеясь, Евгения, – потому и пришли ещё с вечера.

– Надеюсь, нас пропустят без очереди? – как ты думаешь, Жень.

– Я, надеюсь, что наши браслеты космонавтов-десантников, нам откроют все двери, пойдем к охране.

Когда Серёжа и Женя, протиснулись, через очередь к охраннику, тот, преградил им дорогу:      – Куда собрались молодые люди?      Вы что, не знаете, что на кольцо до восемнадцати лет можно только с родителями?

– На нас это не распространяется! – сказала Женя, подойдя вплотную к охраннику.

Серёжа встал рядом и негромко произнес.

– Мы, офицеры флота и вы нас обязаны пропустить, с уверенностью произнес он.

Люди в очереди притихли, с интересом наблюдая, что произойдёт.      Охранник сделал надменное лицо и с ехидцей в голосе, сказал.

– Не смешите народ! – встаньте в очередь, если здесь присутствуют ваши родители.

Охранник попытался рукой отстранить их от входа.

Серёжа остановил его руку и вытянул, ближе к его глазам свою. Женя сделала так же.

У охранника выкатились глаза из орбит, от удивления.

На запястьях у ребят, он увидел, браслеты космонавтов-десантников с квадратной застёжкой. Такой знак отличия указывал на то, что перед ним офицеры с высшим допуском.

Выражение его лица, говорило о том, что он растерян и не знает как поступить

Ему на помощь пришел другой охранник, стоявший в стороне, и внимательно наблюдавший за происходящим.

– Пропусти их, это ребята из Центра освоения глубокого космоса. У них недавно был первый выпуск.

Охранники встали смирно, как положено перед офицерами, но по их веселым лицам и по тому, как они тянулись, как будто перед ними генералы, было видно, что, это их забавляет.      Серёжа и Женя, молча, прошли мимо: «Не хотят принимать нас всерьез», – подумала Евгения.      Серёжа, как будто услышав её мысли, сказал.      – Не обращай внимания на их зубоскальство. – Ты помнишь? На Венере один тоже зубоскалил, пока мы с тобой не спасли ему жизнь, вытащив из завала.      – Да… – произнесла Женя, вспомнив этот случай. – А ведь мы могли и сами остаться там, спасая его.

Это случилось в первый их с Серёжей вылет к другим планетам.

Вылетели они как всегда, все десять курсантов, но уже на орбите Венеры их разбросали по отрядам, которые разлетелись от орбитального корабля во всех направлениях, выполнять свои задания.      Женя с Серёжей полетели к поверхности Венеры с отрядом геологов. Отряд состоял из четырёх человек. Командиром отряда был уже пожилой космонавт-десантник, его все уважительно звали, за глаза Дед, а обращались к нему Сан Саныч. Вторым по старшинству была женщина. Она была средних лет, чуть полноватая, но добрая. У неё была учёная степень. Все задания по работе получали, лично от неё. В отряде было ещё два помощника, молодые парни лет по двадцать пять. Сан Саныч к ним обращался обобщённо, «сынки», а когда появились Женя с Серёжей, стали для него «детки».

Женщина, её звали Ольга Борисовна, своих помощников называла ласково, одного Олежеком, а другого Вадиком.      Ещё когда находились на орбитальном корабле, а там время исчисляется по-земному, Женя с Серёжей попались на космический прикол.

К ним подошёл Сан Саныч и предложил, на выбор, дежурить сутки здесь, или же половину суток там, на Венере, когда спустятся. Женя с Серёжей естественно выбрали там, на Венере где половину суток. Сан Саныч, довольно улыбаясь, вписал их в график.

Они с Серёжей совсем забыли, что сутки на Венере равны двести сорока трём земным суткам.

Когда сели на Венеру, Сан Саныч и два помощника, Вадик и Олежек стали готовиться к выходу на планету.

Ольга Борисовна у приборов, а она с Серёжей как дежурные должны остаться на борту. Было конечно понятно, что их просто оберегают, но обидно, тем более что Вадик с Олежеком смеялись:      – Не горюйте, всего половина суток и вы в работе. Задача отряда была в том, чтобы изучить сейсмически неустойчивую зону. Для этого Дед, Вадик и Олежек с грузовым роботом, отправились расставлять датчики по заранее намеченной карте.

Женя и Серёжа выполнив свою, пустяковую работу, бесцельно бродили по кораблю, прислушиваясь к звуковому кристаллу, из которого доносились переговоры отряда. Когда отряд вернулся, отдохнул и стал собираться вновь. Женя и Серёжа стали проситься с ними. На что Сан Саныч ответил.

– Детки, ну куда вы спишите, успеете ещё поработать, жизнь у вас только начинается. Отдыхайте, пока есть возможность, я ведь знаю, как вам достаётся, там в центре. Когда-то, сам проходил подготовку в подобном. Так что, детки, слушайте музыку и Ольгу Борисовну.

Сан Саныч весело рассмеялся, вынимая из кармана график дежурств:

– Тем более вы сами изъявили желание дежурить на Венере половину суток.

Последовал, громкий смех. Теперь смеялись все.

После того как смех утих, Сан Саныч подошел к ним и дружески обнял:

– Не обижайтесь на старика, я ведь так, шутя. – Ждите, мы установим датчики, заодно изучим обстановку, а проверять их работу пойдёте с нами.

И вот настал этот момент. Женя и Серёжа вошли в Космодесантные скафандры. Женя включила внешнюю и внутреннюю связь.

Серёжа, надев Космодесантный скафандр, стал таким же большим, как остальные. Отличался только номер на скафандре, да ещё Дед заставил их включить световой маяк, который постоянно мигал, меняя цвета. Вот пройдена компрессионная камера и они с Серёжей делают первые шаги по другой планете.

Местность, куда они опустились, была скалистой. Высокие горные кручи, окружавшие со всех сторон, упирались в темную, быстро летящую облачность.

Дул очень сильный встречный ветер. Приходилось идти, почти, лёжа на нём. Когда сила ветра внезапно менялась, а ветер часто изменял направление, если сразу не сориентироваться падаешь на все четыре опоры. Легче всего было грузовому роботу, он шёл на шести членистых, как у паука, лапах и ветер не причинял ему столько неприятностей. Весь отряд поэтому, старался идти рядом, держась за борт.

Был день, но солнца было невидно. Над головой неслась сплошная облачность, из глубины которой, раздавался грохот, как будто там работали, огромными молотами великаны, разбивающие горные вершины. Очень часто, то там, то тут, врезались в скальный грунт огненные стрелы молний. Инстинктивно организм ощущал сырость и холод от этих туч. Но всё вокруг качалось в густом, знойном мареве. Температурный датчик показывал, что за тонкой оболочкой Космо-десантного скафандра выше пяти сот градусов жары. Сан Саныч с помощниками, шли, буднично разговаривая друг с другом. Серёжа, молча, двигался за ними, то и дело, вращая головой. Жени, тоже разговаривать было некогда. Вокруг столько необычного, страшного и в тоже время притягательного.

Так они прошли с проверкой по всем датчикам, оставался последний, который был установлен у самого подножия высокой скалы. Как что-то предчувствуя, Дед оставил всех у грузового робота, а сам пошёл один, дав команду ждать. Когда дед склонился над прибором, почву тряхнуло, со скалы полетели камни. Ощутив угрозу, Дед ринулся к грузовому роботу, разбрасывая мешающие продвигаться камни. В этот миг от скалы оторвалась огромная глыба, сбила его с ног и зажала. Дед руками пробовал вытянуть себя из-под глыбы, но камень не выдерживал нагрузки, лопался и превращался в пыль под сверхпрочной рукой скафандра.

Прозвучал страшный грохот и огромная скала стала разваливаться на две части, будто её разрезали огромным ножом. Одна половина падала на Деда и ребят.

Олежек с Вадиком стали отступать, бросив робота и курсантов. Женя, от страха, вцепилась в борт так, что прочный метал, скрипел под пальцами скафандра.

Она увидела, что Серёжа бросился к скале. Олежек и Вадик в голос крикнули.

– Куда! – Назад! – Задавит, – но Серёжа уже пробирался к Деду, раскидывая мешающие камни. Женя, видела, как скала медленно заваливается, покрываясь трещинами, но бросить под ней Серёжу, она не смогла и кинулась ему на помощь. Дед лежал вниз головой и не видел что происходит. Но он слышал крик помощников, поэтому тоже стал кричать, чтобы все уходили от завала.      Камни летели градом, но под скалой, где завалило Деда их, было меньше, так как скала уже нависала над ним. Вдвоём курсанты раскидывали камни, пытаясь добраться до края плиты прижавшей Деда. Падающие со скалы камни то и дело стучали по скафандру. Один булыжник, сбил Сергея с ног, но он быстро поднялся и продолжил работу. Наконец они добрались до края плиты, и совместными усилиями скафандров, приподняли её, дав возможность, Деду высвободится.

Когда они бежали от скалы, за спиной творилось что-то невероятное. Фильтры, не пропускающие с наружи чрезмерно громкие звуковые вибрации, были перегружены. Под ногами трясло так, что камни подпрыгивали, норовя сбить с ног. Пробегая мимо робота, не останавливаясь, дали команду следовать за ними, но пока робот разворачивался, его завалило. Понадобилось трое земных суток, чтобы его откапать. Камни летели с такой скоростью, что все внутренности от ударов, у робота оторвались, и он вышел из строя.      Когда Серёжа и Женя прошли внутрь подъёмной станции, они оказались в просторной комнате, стены которой излучали мягкий свет. Зеркальный потолок, увеличивал объем комнаты. Откуда-то сверху, лилась тихая успокаивающая музыка. На мраморном полу была нанесена разметка, указывающая как надо подойти к движущейся дорожке, которая спускалась с левой стороны, проходила через центр комнаты и поднималась справа.

В комнате находился дежурный, для того чтобы помогать посетителям, правильно разместиться на дорожке. Когда зашли Серёжа и Женя, дежурный глянул на них и спросил.

– Надеюсь, вам не надо рассказывать, как пользоваться…

– Разберемся! – перебил его Серёжа, вставая с Женей на дорожку. Дорожка была поделена на квадраты, которые у стены размыкались и поднимались вверх, как вертикальный эскалатор, который, наверху снова собирался в движущуюся дорожку.

Стены и потолок верхнего этажа были полностью прозрачны. Сквозь них, было видно, как сверху опускается платформа. Другая платформа, уже заполненная людьми, стояла, ожидая старта.

Когда платформа опустилась. Заполненная людьми, плавно пошла вверх, набирая скорость, и очень скоро растворилась в голубом небе. Прибывшие пассажиры, шумной, веселой толпой, покинули платформу и направились к выходу. Серёжа смотрел, как опустевшая платформа ушла вниз и под полом скользнула в силовое поле подъема. Здесь она снова поднялась до шлюза посадки. Когда шлюз открылся, Сережа заглянул в него. Платформа имела прозрачный купол, на котором сверху крепился металлический конус.      Серёжа спросил, у проходящего мимо дежурного.

– Что это такое на верху, – и указал на конус.

Дежурный, глянув вверх, сказал. – Там находится аварийный парашют. – Спасибо, за подсказку.

– Да не за что, – ответил дежурный и пошел дальше.      Серёжа продолжил осмотр.      Пол на платформе был занят креслами, с ремнями безопасности. Кресла крепились по кругу, чтобы всем был хороший обзор.

– Серёжа иди сюда, – позвала его Женя. Когда Сергей подошел, Женя показала взглядом в угол:

– Смотри, какое чудо техники. Сергей посмотрел, куда показала Женя. В углу стояла, ничем не приметная, урна для мусора, закрытая крышкой.

Он удивленно посмотрел на Женю:

– Не понял! – урна, и что?

– Смотри внимательней, – сказала Женя, бросая фантик от конфеты на пол.

Урна вдруг зашевелилась, у нее показались маленькие ножки, она на них поднялась и подбежала к бумажке. Ловко схватила ее манипулятором и засунула себе под крышку, развернулась и побежала в свой угол.

– Ну! – ты видел? какая прелесть! – весело смеясь и хлопая в ладоши спросила Женя.

Серёжа, не ожидал от урны такой прыти. Он покопался в своих карманах, но ничего подходящего, чтобы бросить на пол не нашёл. Ему помогла Женя, дав ему      фантик от конфеты. Дежурный, увидев, чем они занимаются, подошёл к ним:

– Вы ведёте себя так, как будто никогда не видели      их!? – с какой планеты свалились? Этой модели уже лет двадцать, еле дышит, а вы её гоняете.

Ребятам стало неловко.

– Извините, мы действительно видим такое впервые, – ответил Серёжа.

Дежурный удивлённо пожал плечами и отошёл.

– Серёжа, по-моему, нам с тобой надо вести себя поскромней, похоже, за время учёбы мы много чего пропустили из обычной жизни. Такого, что не касается космоса. Вот как ему объяснишь, что мы, мусорные вёдра не изучали!?

На посадку стали подниматься пассажиры, все были возбуждены предстоящим подъемом. Взволнованно расспрашивали дежурных, как это будет происходить. Дежурные вежливо отвечали на вопросы, объясняя при этом правила поведения, во время подъема.

Прозвучал сигнал посадки, пассажиры стали занимать свои места. Когда расселись, дежурный прошел и проверил правильность посадки:

– Товарищи пассажиры, – В целях вашей безопасности, прошу во время подъема не отстегивать ремни и не подниматься из кресел, – объявил дежурный.

Делая объявление, он шёл по кругу, ещё раз осматривая пассажиров:

– Орбитальная платформа снабжена парашютом, – продолжал он. Корпус платформы герметичен, поэтому, ни в космосе, ни в воде, «если попадём туда при аварии», с вами нечего не случится, – говорил дежурный, с сарказмом. – За спинками ваших кресел находится Материализатор, настроенный, на вырабатывание пищевых продуктов и воды. Также на платформе установлен радиомаяк, очень высокой мощности. – Бояться и переживать не надо, желаю вам всем счастливого пути! – закончил свою речь дежурный и вышел, закрыв шлюз.

Зазвучала легкая мелодия, и сквозь неё пошёл обратный отсчет времени до старта.

– Мне кажется, он этим объявлением только больше напугал людей, чем успокоил – сказала Женя      – Да точно! – подхватил Сережа. – Не бойтесь, если вы разобьетесь, то вас обязательно найдут! – произнёс голосом дежурного Сережа, и они тихо рассмеялись.      На слове «старт», платформа мягко тронулась с места и, набирая скорость, устремилась к далекому орбитальному кольцу.

Вокруг воцарилась тишина, все затаив дыхание, наблюдали как земля всё быстрей и быстрей удаляется от платформы.

Вдруг платформа врезалась в молочное облако, окутавшее силовое поле подъема. Это произошло так неожиданно, что у всех вырвался вскрик, но уже через мгновение платформа вырвалась на волю и понеслась дальше, ввысь. Белые облака, остались, далеко внизу. Пассажиры с восхищением наблюдали как земля, постепенно, превращается из огромной и плоской, в большой шар. Сколько продолжался полет, никто не следил, все были увлечены красотой открывшейся им при подъёме. Вдруг кто-то вскрикнул.

– Ой, смотрите, кольцо! Оно уже рядом! – и все перевели взгляд от земли, на приближающееся орбитальное кольцо. Оно, как и земля, завлекло своим величием.

Опять воцарилась тишина, только слышно возгласы восторга и удивления.

Платформа мягко вошла в приемный блок кольца и остановилась напротив шлюза. Дежурные приемного блока, открыли шлюз и разрешили выходить. Пассажиры платформы сразу почувствовали изменения в своем весе. Вставая с кресел, они начинали приседать или подпрыгивать, чтобы проверить свои новые способности.       Серёжа и Женя, с изменением веса были знакомы, потому отнеслись к этому спокойно, с интересом наблюдая за поведением пассажиров.

– Здесь прекрасное место для толстых людей, – сказала Женя. – Те, кто на земле не могут ходить, из-за своего веса, здесь будут чувствовать себя очень хорошо. – Мне верится, что многие из таких людей, постараются остаться здесь навсегда.

– Что толку! – ответил Серёжа. – На радостях, они и здесь, снова отъедятся так, что не смогут подняться.

Пассажиры шумной толпой заспешили на скоростные дорожки. Серёжа и Евгения немного задержались, чтобы настроить счетчик расстояния до объекта, друг на друга. После настройки, любой из них легко сможет определить, на каком расстоянии друг от друга они находятся и в каком направлении. Такой прибор имеет каждый космонавт-десантник, он вмонтирован в браслет десантника. Еще имеется комплект микро маячков, на которые тоже можно настроить прибор, что сейчас ребята и сделали, закрепив маячок у входа. Все это они сделали быстро и аккуратно, как их учили в Центре.

Войдя в отсек, где двигались скоростные дорожки, Серёжа с Женей удивились тому, насколько тихо работали механизмы. Слышно было только легкий шелест, как будто колышется листва на деревьях в лесу. Это ощущение усиливал запах воздуха, его состав был подобран так, как будто находишься в сосновом бору.

Воздух был настолько чист, что даже немного пьянил.

Освещение было яркое, хотя светильников не видно, казалась, что светится сам воздух.

Женя глубоко вздохнула и сказала.

– Запах воздуха знакомый, я такой аромат всегда делала в спальной каюте на корабле, когда летали на практику.       – А я почему-то любил запах березового леса, – ответил Серёжа.

– Странно, – удивилась Женя. – Я первый раз слышу, что наши вкусы в чем-то разошлись. – Ты не любишь хвойный лес? – спросила она.

– Почему не люблю? Люблю! – Даже очень люблю, но и березовые рощи мне тоже нравятся, особенно весной, когда набухают березовые почки, уже готовые выпустить листочки.

Серёжа представил этот аромат, глубоко и шумно, втянул в себя через нос воздух, от наслаждения прикрыв глаза.

– Серёжа, тебе не кажется странным, такое воспоминание у человека, родившегося на берегу Амазонки? – спросила Женя, стараясь придать голосу серьезность.       – Ты тоже родилась, где и я, но почему-то любишь запах хвои, а не запах пальмы, – смеясь, ответил Сергей.             – Ну, хорошо, разберемся потом, – сказала Женя, улыбаясь. – А сейчас поехали.

– Не отставай! – крикнул Серёжа и сделав шаг в сторону движения дорожки разгона, побежал, лихо, перескакивая с одной на другую.      Женя побежала следом.

Так, не сбавляя темп, они с ходу преодолели дорожек двадцать.

Остановившись, Сережа огляделся. Движения совсем не ощущалось. Высокий потолок, стоял на месте.

– Значит, движется вместе с нами, – подумал Серёжа. Воздух вокруг тоже был без движения. Увидеть с какой скоростью передвигаешься в данный момент, можно было лишь, взглянув в сторону, откуда бежали. Там, стена, быстро уносилась назад.

– Совсем не видно людей, – сказала Женя, подбегая к Серёже. – Это, дорожки разгона, – ответил Серёжа. – Люди тут не задерживаются. Они, наверное, будут встречаться на четвертом этаже.

– Ну, тогда рванули дальше! – крикнула Женя и побежала, наискось поднимаясь по дорожкам. Серёжа чуть задержался и сразу увидел, как Женя стала резко от него удаляться. Он, тогда побежал немного круче, чтобы обогнать количеством пройденных дорожек и, находясь на более быстрой, догнать её.

Начиная с тридцатой дорожки, стали попадаться кресла, закрепленные на дорожках. Чем выше, тем кресел становилось больше.

На пятидесятую дорожку, они забежали, находясь рядом.

Серёжа, всё же смог забежать выше Жени и таким образом догнал её.

– Вот мы и достигли последней дорожки на этом уровне, – сказала Женя, остановившись. – Здесь где-то должен быть эскалатор на второй уровень. – Где он?

– Нам надо немного спуститься вниз и подождать его, – ответил на вопрос Серёжа. – Он по быстрой дорожке нас догонит.

Они спустились на пять дорожек ниже и сели в кресло, чтобы отдохнуть, пока ожидают. Кресло было мягкое и удобное. Вскоре вдалеке показался эскалатор. Ребята подождали его и поднялись на следующий уровень.

На этом уровне тоже было пусто.

– Странно! Все платформы работают, людей везде толпы, а здесь пусто как в пустыне, – говорила Женя, вертя головой. Словно отвечая на этот вопрос, вдалеке показалась группа людей. Было видно, что они уже подходят к пятидесятой дорожке. Группа была разрозненна скоростными дорожками и растянулась километров на пять, но они быстро пронеслись мимо и опять Серёжа с Женей остались одни:

– Да, – продолжила Женя, проводив взглядом людей. – Кольцо очень большое и мы здесь даже не как в пустыне, а еще намного дальше. – Если взять площадь этих скоростных дорожек, да еще умножить на четыре уровня, таких же дорожек, то общая площадь, получается больше всей суши на земле. – Люди, в основном находятся на пятом уровне, где расположена зона отдыха. – Так, что Серёжа, это большая удача, что мы встретили сейчас этих людей.

– Это всё конечно верно, но ты Женя, не учла тот фактор, что мы находимся хоть и в пустыне, но на оживленной дороге и к тому, довольно узкой, вон вдалеке видно край этой дороги.

– Ты прав! – только поэтому, мы ещё иногда встречаем здесь народ.

Возле эскалатора находился Материализатор делающий продуктовые заказы. Рядом, стояло три стола с креслами, на которых можно отдохнуть и заодно перекусить. Дальше, были, душевые и туалетные комнаты.

Ребята решили немножко отдохнуть и перекусить.

– Я видела душевые кабинки, пойду умоюсь и переоденусь, – сказала Женя удаляясь.

В ожидании заказа Серёжа решил пройтись посмотреть, что находится за дверями, которые были за душевой. Дверей было много. Насколько хватало зрения, через равное расстояние в стене были двери.

Серёжа, подошел к первым дверям и попробовал открыть. Дверь распахнулась без труда, и Серёжа оказался в просторной комнате. В центре стоял круглый стол и четыре мягких кресла. В стенках комнаты, были вмонтированы выдвижные кровати.

«Странно, – подумал Серёжа. – для чего столько комнат»?

Он вспомнил, что такие двери были и на первом уровне.      Серёжа подошёл к следующей двери, она открылась также легко. Он оказался, точно в такой комнате. Пройдя ещё несколько комнат, Сережа убедился, что комнаты везде одинаковы.

– В таком количестве комнат, можно разместить всех жителей нашей планеты, – вслух произнес Серёжа, и в этот момент его осенила мысль.

– А ведь и верно! – это сделано для эвакуации людей с земли, в случае опасности.

Эта догадка подтверждалась тем, что подлетая к кольцу, Серёжа обратил внимание на огромный двигатель, расположенный недалеко от подъема, с внутренней стороны кольца.

Вернувшись к Материализатору, Серёжа увидел, что кофе и булочки уже находятся в отсеке готовой продукции, а Женя, всё ещё не вышла. Он подошёл, взял заказ и перенёс на стол, а сам сел дожидаться Женю. Завтракать одному что-то не хотелось.

Ждать пришлось довольно долго, Серёжа стал терять терпение, когда появилась она.

Белое платье, до колен, из тонкого шёлка, струилось по её стройной фигуре, предавая женственность девичьему телу, ещё только начинающему своё отличительное превращение. На красивых загорелых ножках были элегантные босоножки. Светлое личико озаряла задорная улыбка, а глаза сияли нежным светом.

Появившись, Женя завораживающе двигаясь, демонстрировала свой наряд, пытаясь по выражению Серёжиного лица определить эффект своего возникновения.

Демонстрация наряда, вызвала у Серёжи странное и непонятное чувство, заставившее горячую кровь хлынуть к лицу.

Чтобы не выдать своего смущения, Сережа перешел к наступлению.

– Женя! Ты что там? уснула! – Я уже собрался идти тебя будить, это же надо! пошла, умыться и переодеться! Кофе совсем остыл, теперь надо заказывать новый.

– Серёжа, ну что ты шумишь? – Да, я пошла просто умыться, но там настоящая сауна с бассейном и я не удержалась, немножко поплавала. – Ведь мне все равно, пришлось бы ждать, когда Материализатор изготовит мой заказ. – Ты что, не видишь, я в новом платье! – возмутилась Женя.

– Прекрасно вижу! но у тебя и та одежда была не старой.

– Да! – не старой! – но она мне уже надоела, – громко выкрикнула Женя, но тут же взяв себя в руки, спокойно произнесла.

– Серёжа, ты сходи и посмотри, я тебе, тоже заказала комплект, а пока ты ходишь, я закажу свежий завтрак.

Серёжа, попытался возмутиться.

– Я что! тебя просил? – и осекся на полуслове.

– Ну хорошо, пойду, гляну что ты мне заказала! – продолжил он, выдержав паузу.

Через полчаса они снова бежали по скоростным дорожкам.

Серёжа злился на себя за то, что разговаривал с Женей так грубо, но поделать с собой в тот миг он ничего не мог, в волнении слова сами вылетали из его уст.

Он всегда любил Женю, любил как свою сестру, как верного друга, а там, у столиков, с ним что-то произошло, в его груди, вдруг проснулось, новое, ещё не изведанное, странное и в тоже время удивительное чувство. Оно, как слабый луч света, наполнило организм новым восприятием происходящего. Чувство было хрупкое, не окрепшее, казалось, дуновения ветерка хватит, чтобы оно улетучилось, но с каждым мигом, оно росло, открывая новые ощущения, приводившие Серёжу в смятение. Это чувство, заставляло сердце биться громче и мощней, наполняя вены горячей кровью, и вызывая в теле заметную дрожь.

Это раздражало, заставляло скрывать происходящие, но в тоже время где-то там далеко в груди разгоралась пламя, его тепло и свет были чудесны.

Хотелось подойти, схватить Женю, поднять на руки и кружить. Смеяться от нахлынувшего вдруг счастья до слез, кружа еще и еще. В тоже время, другая мысль не покидала голову.

– А ты уверен! – что это ей понравится? Вдруг она тебя не поймёт! – ведь это чувство только твоё?

С этим новым ощущением, и запретными мыслями, Серёжа бежал вслед за Женей по дорожкам разгона.

Борьба, происходящая в душе, вызывала чувства, которых раньше он не знал. Было интересно и страшно одновременно. Появился страх! Страх нечаянно обидеть. Обидеть не только словом, но и взглядом.

Теперь, он удивлялся тому, как это он мог смотреть на неё и не чувствовать страха.

На третьем уровне они постояли у прозрачной стены, полюбовались красавицей Землей, с космической высоты. На дорожках было пусто, только где-то посередине скоростных дорожек, проехал механический уборщик, так сильно похожий на урну с ножками, только больше в размерах. Женя указала на него рукой:

– Смотри, это, наверное, мама наших знакомых.

Серёжа засмеялся и спросил.

– Почему ты решила, что это мама? А может это их папа, собственной персоной!?

– Не знаю, может и папа, разницы нет! – просто сразу видно, что это их родственник,      – ответила Женя.

Поднявшись на четвертый уровень, наконец-то они увидели людей. Группами и по одиночке, люди двигались на последней дорожке. Некоторые стояли около прозрачной стены орбитального кольца.

Находясь на начальной дорожке, было видно разницу в скорости. Люди неслись как на скоростном экспрессе.

– Серёж, давай подгадаем так, чтобы выйти к конечной дорожке там, где больше народу, что-то я уже соскучилась по людям, пока поднимаемся.

– Тогда нам надо спешить, видишь вдалеке большая группа, – ответил Серёжа.       Выбежав на пятидесятую дорожку, Серёжа и Женя, с разбегу прильнули к прозрачной стене.

Перед ними распахнулся бескрайний космос. Казалось, можно сделать шаг – и полетишь в пустоте.

Кольцо висело над землей, на таком расстоянии, где атмосфера была настолько разряжена, что хорошо было видно её, эту грань, – черту, где голубое окаймление земного шара, переходило в космическую черноту, в которой, даже в эти дневные часы, было видно, яркие, не мигающие, как будто замерло над ними время, звезды.

Внизу, окутанный голубой лентой, медленно вращался большой глобус, на котором хорошо просматривался континент, а за ним начинался бескрайний океан.

Орбитальное кольцо проходит по экватору, потому под ним больше водных просторов, чем суши.

Многие из присутствующих к прозрачной стене не подходили близко, любовались издалека, а стоять на краю дорожки, никто не решался вовсе.

Когда дети, выбежав с разбегу, уперлись руками в пустоту, вокруг раздался громкий возглас. Присутствующие рядом, посетители кольца, инстинктивно испугались за жизнь детей.

Четвертый уровень, отличался от нижних уровней, своим убранством. Если внизу стены были украшены рисунками, и только возле эскалаторов, то здесь висели картины. В красивых рамах, а между картинами, затейливый орнамент, по всей стене. На скоростных дорожках кресел стаяло больше, и были они, мягчи. Люди встречались часто. Многие из них, ехали, отдыхая в креслах. Чуть угадывалась тихая симфоническая музыка, часто прерывающаяся громкими сообщениями о месте нахождения данного отрезка орбитального кольца над землей.

Серёжа и Женя долго задерживаться у обзорной стены не стали. Зарядившись энергией от бурного внимания окружающих и от красоты за бортом, они побежали обратно, на первый уровень. Чтобы там, минуя разгонные дорожки, на эскалаторе подняться на пятый уровень.      Заварский.

Пока Серёжа и Женя, знакомились с орбитальным кольцом. В главном управлении космонавтики решались вопросы в дальнейшем изменившие судьбу этих подростков.

В управление был вызван опытный космонавт – десантник, Заварский Эдуард Павлович.       В восемь часов утра Заварский подошёл к кабинету и попросил секретаря доложить о его прибытии. Заварский был высоким, крепким мужчиной, сорока лет. Он с детства занимался спортом. Прошёл все борцовские дисциплины. Увлёкся боксом. Очень скоро получил первый юношеский разряд. К окончанию школы, был уже кандидат в мастера спорта. Увлечение спортом, ему не помешало окончить школу с отличием.

Когда подошло время решить, куда пойти учиться дальше. Судьба свела с человеком, который смог убедить его, что здоровье и крепкие кулаки, как раз то, что нужно космонавту-десантнику. Эта специальность, позволит ему увидеть космические просторы, посетить множество красивых и в тоже время опасных мест, на разных планетах, окружающих землю.

Перспектива, ощутить опасность, от которой будет стынуть кровь в жилах, для Заварского показалась заманчивой и он пошёл учиться этой профессии.

Поработав космонавтом-десантником, Заварский поступил на курсы навигаторов.

Так, шаг за шагом, к сорока годам, он освоил все ведущие профессии в космонавтике.       Сейчас, стоя у дверей управляющего, Заварский старался предположить, зачем его вызвали, но ничего правдоподобного придумать не мог. Официально, он находился в отпуске, в котором не был уже лет десять и чтобы его отозвать, должны быть веские причины.       Секретарь пригласила войти. Заварский одернул на себе черный, строгого покроя костюм, и вошел в кабинет.

Управляющий, – высокий, грузный, уже порядком поседевший мужчина, поднялся на встречу из-за стола:

– Здравствуй мой дорогой! давно мы с тобой не встречались.

– Здравствуйте Василий Игнатьевич. – ответил Заварский, протягивая руку для приветствия. – Хотел бы увидеть, давно бы вызвал, – пошутил он. Забыли своего стажёра, сидя в мягком кресле.

– Как видишь, Эдуард Павлович, не забыл. Проходи, садись, – поздоровавшись, сказал управляющий, жестом руки показывая место. – Садись ближе, у нас с тобой будет разговор долгим. Ты, наверное, слышал, что космический центр освоения глубокого космоса, из своих стен выпустил первый поток молодых космонавтов – десантников, способных управлять галактическими кораблями?

Заварский, мотнул головой в знак согласия.

– Им, предстоит отправиться к нашей ближайшей соседке, – продолжил, Василий Игнатьевич. – Звезде, из созвездия Альфа Центавра. – Галактические корабли, для этой цели, выращены на Материализаторе орбитального кольца.

Управляющий выдержал паузу, внимательно наблюдая за выражением лица Заварского:

– Кстати, подготовка к старту уже на завершающей фазе. Генеральный штаб земли, разрабатывает проект перелёта, и намечает план работ, по прибытию. – По личному согласию, назначаются участники этого проекта. Глаза Заварского загорелись, он вскинул голову.

– Я вызвал вас, для того чтобы предложить, принять участие в этой экспедиции, – сказал управляющий, с улыбкой глядя на Заварского. Заварский, услышав это предложение, вздрогнул, пот мгновенно пробился сквозь поры, крупные капли побежали по лбу и щекам. Он в волнении расстегнул верхнюю пуговицу воротника рубашки, как будто ему не хватило воздуха. Опершись руками о стол, поднялся из кресла.

– Сразу можете не отвечать. Подумайте, взвесьте всё, посоветуйтесь с близкими, – продолжил, официальным тоном управляющий.

– Василий Игнатьевич! Я согласен! Я давно об этом думаю! Я согласен лететь, – внезапно охрипшим от волнения голосом, быстро заговорил Заварский.       – Вы согласны? Даже не зная, в качестве кого вас хотят отправить, – удивился управляющий.       – Мне разницы нет! хоть простым механиком, – перебил его Заварский. – Вы же знаете, я холост. Родители погибли на Зене. Поэтому, советоваться мне не надо. Я живу только космосом, – взволновано заговорил Заварский, продолжая держаться за стол, как будто боясь упасть, от нахлынувшего волнения.

– Успокойтесь, Эдуард Павлович, и садитесь, мы еще не все с вами решили, – сказал Управляющий. – Комиссия еще будет работать над назначением тех, кто согласился. Но вам, могу сказать, что вы уже были выбраны комиссией, заочно.

У Заварского, округлились глаза от такой новости.

– Почему-то, не у кого не возникло сомнения в том, что вы согласитесь, – улыбаясь, сказал управляющий. – Вы, назначены руководителем исполнения проекта, ну и естественно с сегодняшнего дня вы член комиссии.       – Спасибо за доверие! – гаркнул Заварский, резко поднявшись из кресла, и встав по стойке смирно.       – Это вам спасибо, за ваш безотказный труд, на благо земли, – сказал управляющий, встав и пожав, Заварскому руку:

– Садитесь, это ещё не всё. – К полету готовятся два космических корабля. Для управления ими, вы должны выбрать два командира корабля и два штурмана. Для этой цели, я назначаю к вам, лучших, из выпуска.

Управляющий указал на дверь:

– За дверями этого кабинета дожидается приема молодая женщина, она космический Хирург-наставник, с большим опытом работы в космосе. Ее зовут, Елена Романовна Строгова. Она тоже в составе комиссии. Ее задача, набрать медицинский штат и поступить в ваше распоряжение, – управляющий говорил, улыбаясь и дружески подмигивая Заварскому:        – Я вас лично познакомлю, но позже, – продолжил он.

– А сейчас, займемся с тобой Эдуард Павлович следующим и безотлагательным вопросом.

– К нам обратились за помощью научные сотрудники из обсерватории наблюдения солнца. Они несколько лет изучают странный всплеск солнечной активности. Выброс солнечной массы в одном и том же месте и через равный промежуток времени. Очередной выброс, не доступен для наблюдения с земли, так как будет на обратной стороне солнца. Надо доставить туда группу ученых.       – Твоя задача Эдуард Павлович, наблюдать за доставкой ученых к месту солнечной активности. Управлять кораблем, будут выпускники Центра освоения глубокого космоса. Возложишь на них одинаковые обязанности и составишь график исполнения. В общем, проведешь отбор, для дальнейшей, проф. пригодности.

– Слушаюсь! Будет исполнено.

– Ну вот, вроде всё! Основные вопросы решили, теперь перейдем к более приятному, – улыбнувшись, сказал Василий Игнатьевич.

Он нажал на столе кнопку вызова. Дверь открылась и в кабинет вошла секретарь.

– Полина Дмитриевна, – обратился к ней управляющий. В приёмной, должна ожидать вызова молодая женщина, будьте любезны, пригласите её.

Секретарь вежливо поклонилась и тихо вышла.       Дверь не успела закрыться, как на пороге появилась, высокая, стройная женщина, с короткими тёмными волосами. На привлекательном лице, было решительное выражение. Женщина сделала один шаг от двери и встала смирно:       – Я, Хирург-наставник высшего допуска Строгова Елена Романовна, – хорошо поставленным, приятным голосом, начала доклад Строгова.       Выслушав доклад, управляющий, встал и вышел из-за стола. Заварский тоже поднялся.       – Прошу вас проходите, – предложил Василий Игнатьевич, вежливо отодвигая кресло от стола, чтобы было удобней сесть.

Строгову, такая забота высокого начальника немного смутила. Она прошла к столу. Решительное выражение на лице сменилось на смущённую улыбку. Заварский слегка поклонился Строговой, поймав её изучающий взгляд.       – Прошу вас познакомиться, сказал управляющий. С этой минуты вам предстоит работать вместе. Строгова и Заварский, представились и пожали друг другу руки.       – Ну, будем считать, что торжественная часть на этом окончена, прошу всех садиться, – сказал управляющий, подходя к своему креслу.

Заварский с интересом наблюдал за Строговой. На её привлекательном лице не было никакой косметики, только слегка подкрашены губы. Смущенное выражение лица, предавало ей обвораживающую привлекательность.

– Сегодня мы объявим экстренный вызов выпускникам Центра освоения глубокого космоса. – Будем распределять их по экипажам, – продолжил Василий Игнатьевич, садясь в кресло. – Вы Елена Романовна займётесь группой медиков-космонавтов. Вам надо познакомиться с личными делами девочек. Потом, познакомиться лично, чтобы знать до старта, нужны вам такие специалисты или нет. Они вместе с вами войдут в экипаж отправляющейся к звезде под номером один. – Под таким номером она зарегистрирована в бортовых журналах      звездолетов, на которых вам предстоит перелёт, напомнил Василий Игнатьевич.

– Так как, вы не сможете находиться на двух звездолетах одновременно, вам Елена Романовна, предоставляется право взять себе помощника, из хорошо проверенных вами кадров. Строгова внимательно слушала, утвердительно кивая головой.       – После отбора участников экспедиции, проведёте врачебный осмотр экипажа и обработку звездолетов. – Будет сделано Василий Игнатьевич, – заверила Строгова.       – Старт запланирован через два месяца, – продолжал Управляющий. – Для лучшего знакомства с пилотами и штурманами кораблей, предлагаю вам поучаствовать в доставке учёных к солнцу. Заодно проверите своих подопечных медиков-космонавтов на деле.      Всех брать ненужно, возьмите с собой четверых, на ваш взгляд лучших. Оставшимся, мы найдём работу.

Строгова, почувствовав, что её задачи озвучены, встала и слегка кивнув головой, направилась к выходу.

Заварский тоже поднялся.

Управляющий дождался когда дверь за Строговой закрылась, дружески подмигнул Заварскому и сказал.

– Хочу тебе, как своему бывшему ученику подсказать.      Строгова Елена Романовна, как и ты, ушла вся в работу и до этих пор ещё не замужем. Возьми себе на заметку этот факт. Вам, надо как-то исправляться! – жизнь коротка. Управляющий улыбнулся и встав протянул руку.

– Критику принимаю! Буду исправляться, – отрапортовал Заварский прощаясь.

Встреча.

Спустившись опять на первый уровень, Серёжа и Женя оказались точно у такого подъёмника, на котором они поднялись на кольцо. Серёжа, чтобы убедить себя в том, что они далеко от своего подъёмника, кинул взгляд на свой браслет. Сигнал от оставленного маяка, был красным, давая своим цветом понять, что не стоит смотреть расстояние, оно велико.

Видимо, недавно прибыла платформа и навстречу ребятам, шли люди, с интересом рассматривая всё вокруг себя.

Один из поднявшихся, «мужчина лет пятидесяти» увидев ребят, спросил.

– Вы уже возвращаетесь? – как там?

– Нормально, вам понравится – ответил Серёжа, не останавливаясь.

Женя дернула Серёжу за руку:

– Откуда у тебя такая убежденность? По-моему, он настолько напуган, что ему не до возвышенных чувств.

Серёжа, на ходу, глянул на мужчину, тот, в нерешительности стоял у первой разгонной дорожки.

Ребята подошли к эскалатору, поднимающему всех желающих в зону отдыха, намереваясь ступить на него, как вдруг, десантные браслеты подали сигнал срочной связи.

Официальный голос диспетчера сообщил, что они немедленно должны прибыть в управление.       – Да! Дела, надо срочно спускаться на землю и бежать предупредить родителей, что мы улетаем, – сказала Женя.

– Нет, это у нас не получится, мы с тобой сейчас находимся на обратной стороне земли, над Африкой, – ответил Серёжа. – Нам будет быстрей спуститься на ближайшей платформе, позвонить родителям и сообщить, что нас отозвали из отпуска. Если мы будем снова подниматься на четвертый уровень и ехать к своей платформе, получится очень долго.       – Хорошо, бежим на платформу, – согласилась Женя. – Мы что, пока здесь ходили, сделали полтора оборота вокруг земли.

– Да, немножко прокатились, – Жаль не успели осмотреть всё. Ну, ничего, в следующий раз обязательно поднимемся в центр отдыха, – мечтательно произнес Серёжа.

– Никогда не загадывай на будущее, а если загадал, то не произноси это вслух. – Моя мама говорит, что загадывать на будущее плохая примета. Там, на самом верху, – Евгения ткнула пальцем вверх, – могут услышать и сделать так, чтобы этого не произошло.

– Это где, на самом верху? – У бога что ли! – засмеялся Серёжа. – Ты думаешь, Жень, ему есть время заниматься такой ерундой?       – Не знаю, на что у него хватает время, а на что нет, но примета такая есть, я знаю точно, – ответила Женя, нахмурив брови.

– Хорошо, согласен, больше не буду, – смеясь, сказал Серёжа, беря Женю за руку, и они побежали на платформу.

Когда занимали свои места, Женя толкнула Серёжу и глазами указала на соседнее кресло. Там сидел мужчина обратившийся с вопросом к Серёже.

– Да, Женя, ты права, не смог товарищ преодолеть свой страх, а жаль, столько интересного не увидит – тихо сказал Серёжа, окидывая мужчину печальным взглядом.

Ребята спустились на землю на Африканском континенте. Возле подъёма также как и там где поднимались на кольцо, было людно. – Надо сообщить, где мы находимся, – сказала Женя. – Серёжа, давай отойдём в сторонку, я поговорю через браслет.

– Нет Жень, у тебя ничего не выйдет, через браслет ты попадешь в центр обучения. Ведь мы ещё не ставили на учёт свои браслеты в управлении. Нам надо добраться до ближайшего аэродрома, а там сообщим через авиа диспетчера.

Свободных Винталётов было достаточно, они то и дело садились, выпуская из себя новых желающих посетить орбитальное кольцо. Освободившись от пассажиров, они по бетонным дорожкам переезжали на взлётные площадки, которые находились неподалёку и замирали в ожидании пассажиров.

Прилетев в аэропорт, Серёжа сразу отправился на поиски связи с управлением, чтобы сообщить место нахождения.

Пока Серёжа ходил в диспетчерскую, Женя прошла на взлётное поле и там легла на зелёную травку, раскинув руки.

На душе было тревожно:

«Ушли рано утром, не разбудив родителей, а теперь ещё и улетели, не простившись, – думала Женя. – Самое неприятное то, что связаться нет возможности. Когда уезжали на отдых, родители специально оставили средства связи дома, чтобы никто не беспокоил».

Серёже, чтобы найти Евгению, пришлось пользоваться браслетом. – Нам с тобой повезло, – сказал Серёжа, подходя, – через пятнадцать минут прилетит челнок и заберёт нас.

– Вот, Серёжа! Надо было всё же ехать до своего подъёма. С родителями попрощались бы, да и форму с вещами взяли. – Как я в этом наряде появлюсь в управлении.

– А я, что лучше выгляжу? На мне вон тоже … Серёжа похлопал руками по шортам:

– Мальчишка, в коротких штанишках. – Для Африканского климата твои штанишки подходят на сто процентов, – ответила Евгения улыбаясь. – Хорошо Жень, не будем спорить. Всё же! – прибыть не по уставу одетым, это лучше, чем, в форме, но с опозданием.

– Я согласна, – сказала Женя вставая. – Идём на посадочную площадку, а то по нашему пеленгу, челнок сядет прямо на взлётную полосу.       Челнок приземлился ровно через пятнадцать минут, недалеко от ребят, стоявших на посадочной площадке.

Люк, плавно опустился на землю, образовав собой трап для подъёма на борт.      Пилот, молодой парень, лет двадцати, лихо выскочил из челнока:       – Вы космонавты – десантники из центра, – спросил он, подбежавших ребят.

Серёжа и Женя показали свои браслеты.       – Тогда я за вами. – Вы, садились по пеленгу наших браслетов? – поинтересовалась Женя.

– Да.

– Зачем тогда спрашиваете, кто мы? – спросила Женя, поднимаясь на борт.       – Ну, это так, для порядка, – смущённо произнёс пилот, окидывая ребят изучающим взглядом:

«Совсем ещё зелёные, а браслеты такого высокого уровня допуска, – с завистью, думал пилот челнока, наблюдая, как ребята занимают места в отсеке».

– Вас приказано доставить к месту сбора, – сказал пилот, направляясь к своему креслу.

– Ну, раз приказано, доставляй, – подмигнув пилоту, весело сказал Серёжа.        Когда челнок приземлился на посадочную площадку управления, Серёжа и Женя, выпрыгнув из челнока, сразу попали в объятия своих однокашников, Громова Олега и Миронова Юры.

– Вот и вас отловили, непоседы. – Говорят, вы успели на орбитальное кольцо улизнуть, – смеясь, как всегда, шутил Юра, обнимая друзей.       – Да, немного времени не хватило, чтобы добраться до зоны отдыха, – ответил Сережа, перебивая Юру:

– Ты лучше скажи, что случилось, зачем нас отозвали из отпуска?      – Мы с Женей летим сюда прямо с орбитального кольца, не успев даже проститься с родителями, которые сейчас нас ждут недалеко от подъема. Вы представляете, как они будут волноваться, не дождавшись нас.

– Мы ещё сами толком не знаем, – ответил за Юру Громов Олег. – Мы, только что прилетели. Кстати, я тоже не успел проститься с родителями, а Юрка вообще, еще до своего дома не добрался, он у меня был в гостях.       – Да, это точно, нехорошо получилось, – смущенно добавил Юра. Мои родители меня не простят, если эта канитель, затянется надолго.

Громов Олег, был выше всех ростом в группе, имел широкие развитые плечи, и очень скромный характер. Обычно он не вступал в разговор, пока его не спросишь. Вот и сейчас, ответив на вопрос, он отвёл взгляд, опустив голову, как будто извиняясь, что вмешался в разговор.

Юра, отступив от Евгении на шаг, артистично развёл руки:

– Ах, какая красавица, ну почему ты не моя соседка по этажу. Везёт тебе Серёга.

Женя, улыбаясь, взяла его за ухо и чуть крутанув, сказала.

– Юра, это твоё счастье, что я не твоя соседка, давно бы ходил, вставной челюстью брякая. – Ты лучше говори что знаешь, – продолжая крутить ухо, спрашивала Евгения. Например, кто вон тот дядька, что стоит вон там? – она указала рукой на стоящего невдалеке мужчину, с любопытством, наблюдающего за ними.

Юра, глянув, куда указывает Женя, перестал смеяться. Освободив своё ухо от цепких Жениных пальцев, тихо сказал.

– Этот дядька, по ходу событий, наш командир.

– По ходу событий! – передразнила его Женя.       – Вы что, не представлялись? – спросил Сережа. – Нет, не подходили. Но он, нас встретил и велел ждать остальных, – ответил Юра.       – Хорошо, стойте здесь, – сказал Сережа. Жень, пойдём, доложимся.

Мужчина был одет в гражданскую одежду, поэтому Сережа и Женя, подойдя, просто поздоровались. По очереди назвали свои фамилии, звание и откуда прибыли.       – Очень хорошо, что прибыли, – ответил мужчина, набирая код на браслете. – Сейчас должен сесть ещё один челнок, и мы тогда все познакомимся.

Мужчина отвернулся и стал разговаривать по браслету.

Женя нахмурилась.

Сережа потянул её за руку, но она вырвалась и обратилась ещё раз, повысив голос. – Может, вы соизволите представиться, или это ниже вашего достоинства?

Мужчина повернулся к ребятам, отложив разговор. Увидев, решительно настроенную Евгению и остальных ребят успевших подойти ближе, он стал представляться. – Я руководитель полёта, и зовут меня …

Тут разговор прервал выскочивший из-за тучи челнок. Магнитные ускорители несли его быстро и бесшумно, слышно было, только, свист рассекаемого им воздуха. Пилот челнока старался показать своё мастерство. Он с виража зашел на посадку и замер в нескольких метрах от стоявших на площадке людей. Крышка люка плавно легла на землю, образовав при этом трап для спуска пассажиров.

Первой спустилась на площадку, высокая, стройная молодая женщина, в форме медика-космонавта наивысшего допуска. Следом выскочили четыре девочки, весело щебеча друг с другом. Они были в форме медиков-космонавтов высшего допуска. Увидев Евгению, девочки побежали к ней. Женщина медик хотела остановить их, но мужчина подал знак, чтобы она оставила их и подошла к нему.

Женя тоже обрадовалась встрече. Во время прохождения обучения в Центре, они были очень дружны, а когда Женя уезжала домой по окончанию учёбы, то не смогла с девочками простится, так как они все были в командировке и на последнее построение не успели вернуться. Девочки медики, готовые в любой момент выполнить самую сложную операцию, любили всегда подтянутую и общительную Женьку. Она для них была как старшая сестра, всегда готовая прийти на помощь.

Молодая женщина, подойдя к мужчине в гражданской одежде начала доклад, но он её остановил:

– Елена Романовна, не надо доклада, мы теперь должны быть как одна семья, а среди своих, можно просто.

Строгова, вначале немного растерялась от такого обращения, но сразу взяла себя в руки и на ее лице появилась улыбка:

– Как скажите, можно и просто, я не против.

– Ну вот и хорошо. Надеюсь, вы привезли самых лучших?       – Лучше не бывает, ответила Строгова:

– Я сама, когда нахожусь рядом с ними, чувствую себя молодой и глупой. – Вот видите, девочку с темными волосами. Она, стоит в профиль к нам. Это Логинова Инна. На Венере, в походных условиях, она оперировала оторванную ногу попавшему под завал десантнику, да так, что на Земле хирурги не нашли изъяна.      – А чуть в сторонке, видите? Стоят две девочки. Это Ершова Светлана и Покусова Рита. Они на Марсе оперировали сорвавшегося со скалы геолога, внутренности которого от удара разорвались. Собирали по крупинкам сердце, печень, перебрали весь кишечник и спасли ему жизнь. Я много лет провела за операционным столом, но за такую операцию, не взялась бы, да и мои коллеги, я думаю тоже.

Заварский удивлённо вскинул брови, повернувшись к Строговой.

– Елена Романовна, вы рассказываете удивительную историю. Я об этой операции слышал, но мне казалось, что её провели опытные хирурги. – Так и есть, о них говорят как об очень опытных хирургах.       – Девочка с рыжими волосами, отличилась тем, что проводит все операции в очень высоком темпе и с отличным качеством. Её зовут Оля Румянцева. – Вы действительно отобрали самых лучших, – сказал мужчина в гражданке, с восторгом наблюдая за девочками, окружившими Женю Пилюгину.

Строгова, чуть зардевшись от похвалы, тоже смотрела на девочек.

Чтобы не стоять без дела мужчина в гражданке подозвал к себе пилота челнока, доставившего медиков, и дал ему нагоняя, за очень лихое вождение. – Я всё предусмотрел, – оправдывался пилот. – Риск был минимальным. – Молодой человек! без нужды риска не должно быть вообще, – ответил мужчина.

Пилот челнока, виновато опустил голову.

Мужчина, подошел к нему ближе и положил руку на плечо:

– Мне нужны пилоты, умеющие хорошо летать, и если ты согласен, я имею право зачислить тебя в свою группу без лишних проволочек? – сказал он, слегка потрепав за плечо.

Пилот, только что думавший, что его отстранят от полётов, был в шоке, от такого предложения. Он несколько секунд беззвучно раскрывал рот, как будто вытащенная из воды рыба, не находя нужных слов. Потом, наконец, придя в себя, он вытянулся по стойке смирно. На взволнованном лице стала пробиваться счастливая улыбка: – Я согласен! – выкрикнул он. – Конечно, согласен! Я буду очень рад работать с вами.

– Ну, вот и хорошо, – перебил его суетливую речь мужчина. Будем считать этот вопрос решенным. С этого момента ты поступаешь в моё распоряжение. О твоём зачислении в мою группу я доложу сам. Пилот челнока весело шагал к своему аппарату, но тут ему преградили дорогу трое подростков. Двое из них были в форме космонавтов-десантников. Нашивки на форме и знак на браслете указывали, что перед ним космонавты высшего допуска. Третий, крепкий светловолосый парнишка, был в шортах и спортивной майке, но на руке тоже был браслет с таким же допуском:       – Извини, можно тебя спросить? – обратился к нему парнишка в шортах. – Кто тот мужчина в гражданке, с которым ты только что разговаривал?

Пилот челнока удивленно взглянул на ребят:

– Как! – вы не знаете Заварского? Да это самый известный Навигатор на нашем континенте!

Пилот, обижено раздвинул ребят, загораживающих ему дорогу и, не оборачиваясь, пошел к челноку.       – Да! Похоже, мы его сильно обидели своим незнанием этого космонавта, – сказал Серёжа, провожая пилота челнока взглядом.

Юра усмехнулся в ответ и сказал.

– Он тебя Серёга чуть не поколотил. Да и нам досталось, прошёл сквозь нас, как лось на водопой.

– Он нас не поколотил! – а мы, всё же, раздобыли ценную информацию. «Фамилия Заварский и его все уважают», а это значит, что он человек хороший, – рассуждал вслух Серёжа.

Заварский повернулся к Строговой:       – Елена Романовна, постройте группу.       Через пару минут, Заварский подошел к строю. Глаза, замерших в строю ребят, были устремлены на него. Шеренга выглядела необычно.

Высокая Строгова, стоящая первой, на пол корпуса выше молодых ребят. Замыкающим стоял высокий пилот челнока, тоже возвышаясь над ребятами.

Этого пилота Заварский приметил давно. Кравцов Пётр Павлович двадцать лет. Несмотря на молодость, побывал в трёх экспедициях на Марс. Всегда подтянут, собран и за полёты не одного замечания, – вспомнил анкетные данные Заварский.

Он немного лукавил, когда говорил Кравцову что переведет его в свою группу. На самом деле, он уже переговорил с начальством и пилот уже был зачислен к нему.

Заварский представился группе, представил Строгову и вкратце рассказал о задании, поставленном перед группой.

Ребята слушали его, затаив дыхание, ведь это их первое, настоящие задание и первый командир.

– Ну что, товарищи, пора отправляться. С этой минуты мы все составляем единый экипаж.

– С нами нет только одного члена экипажа. – сказал Заварский повернувшись к Строговой. – Я надеюсь его встретить на корабле?

– Мой заместитель задерживается с Нептуна. Боюсь, что она опоздает на этот ознакомительный вояж, – ответила Строгова:

– По прибытию она займётся подготовкой медицинского оборудования к работе на первом и втором звездолетах.

– Хорошо, будем надеется, что она не опоздает к основному старту, – сказал Заварский, глядя на Строгову с легкой улыбкой на лице.

– А теперь за мной! – выкрикнул он, лихо, взбегая по трапу в челнок.

Экипаж последовал за ним. Последним, вбежал пилот челнока и люк закрылся. Через пару секунд челнок, плавно набирая скорость, устремился к стоявшему на орбитальном кольце звездолету.      Подготовка к старту.

Звездолёт, на котором предстояло отправиться к Солнцу, был выращен на Материализаторе одним из первых, ещё на земле и был способен взлетать и садиться на любую планету. Его корпус был выращен из материи, которую, было невозможно расплавить, или согнуть. Тысячи микроскопических видео датчиков, выращенных по всему корпусу, создавали в рубке управления круговой обзор. Когда включены все экраны, пульт управления в рубке, как будто зависает в пространстве. Такой обзор и привлёк внимание учёных наблюдающих за Солнцем, к этому звездолёту.

В челноке, экипаж переоделся в специальную униформу, заранее подготовленную для каждого индивидуально. Эта униформа изготовлена из специального материала, позволяющая погружаться в Космо-десантный скафандр, не снимая ее. Она легко входит в субстанцию скафандра, и выходит, оставаясь такой же, как до погружения. На униформу надели, лёгкий космический скафандр.

Челнок сел напротив звездолёта, на котором предстояло отправиться в первый полёт. По прибытию, экипаж был готов к выходу из челнока в космос.

Когда вышли на поверхность орбитального кольца, все замерли, устремив взор на звездолёт, гордо возвышающейся на посадочной площадке.

Поднимающееся из-за горизонта солнце, освещало его поверхность первыми лучами. На чёрном, наполненном, яркими звёздами пространстве, его корпус блистал как изумруд, обласканный рассветными всполохами Солнца. Корабль был чем-то похож на кита, покинувшего морские глубины и устремившегося к звёздам. Только в место хвоста, для скорости, нацепил на себя три больших, мощных, ускорителя, да три малых, вместо плавников. Рост у этого кита за сто метров, да и объём приличный.       Экипаж замер, напротив корабля. Легкие космические скафандры, не скрывали что это ещё совсем юные покорители космоса.

Заварский и Строгова стояли чуть в сторонке, молча, наблюдая за ними.

Женя легонько толкнула Серёжу, чтобы он обратил на неё внимание:

– Серёж, смотри какая красота, – прозвучал её голос в звуковом кристалле скафандра.

– Да, очень красиво, – ответил Серёжа, только сейчас обратив внимание, что вокруг тишина. Все присутствующие, зачаровано смотрели на корабль. В эфире слышалось только взволнованное дыхание.

– И мы, на таком красавце, скоро полетим! Ребята вы хоть понимаете, это же наш первый самостоятельный полёт! – зазвучал в эфире голос Громова Олега.

Тут и девочки, медики, пришли в себя, защебетали наперебой о красоте, о счастье попасть сюда.

– Ну что! – молодёжь, нравится? – раздался голос Заварского. Вы тут немного полюбуйтесь и поднимайтесь на борт, – продолжил он, не дожидаясь ответа:

– Елена Романовна, а вы со мной, нам с вами надо кое-что утрясти.

Заварский подошел к ребятам и официальным тоном, громко произнёс.       – Космонавт-десантник Лугов, вы назначаетесь командиром корабля.

Выдержав небольшую паузу, продолжил.

– Своих товарищей, назначишь по собственному усмотрению.

– Приступаю к обязанностям, – ответил громко Лугов, чуть дрогнувшим от волнения голосом.       – Эти обязанности, Сергей Алексеевич, возложены на вас, ровно на сутки, потом поменяетесь с товарищами, надо вам всем, учиться командовать, – добавил Заварский.

– Извините! – «выйдя чуть вперёд» сказала Рита Покусова, – у нас есть командир, и всегда был, это Евгения Пилюгина.

Собравшийся уходить, Заварский остановился и повернувшись к ребятам спросил.

– Кто решился опровергнуть мой приказ!?      Доложись!

Покусова сделала шаг вперёд и громко произнесла.

– Космо-хирург, Покусова Рита Олеговна.

Заварский обратился к Строговой.

– Елена Романовна! – не забудьте объяснить своим подчиненным медикам, что нельзя подвергать сомнению приказы старших по званию.

– Слушаюсь! Информация будет доведена! – ответила Строгова, помахав кулаком возле шлема Риты.

– Мы тогда бросим жребий, чтобы решить, кто следующий, – вмешался в разговор Миронов Юра.

– Что вы бросите, решит ваш командир, – ответил Заварский уходя.

Скафандр, скрыл от товарищей ту радость и гордость, которые переполняли Сережу первые секунды после объявления его командиром. Он готов был, прыгать как ребёнок от счастья. Понадобилась сила воли, чтобы побороть в себе необузданность и спокойным голосом произнести.

– Ну, что экипаж, слышали кто ваш командир, так вот, слушайте мою команду. – Всем подняться на борт, снять скафандры и привести себя в порядок, а через час общий сбор в рубке управления.

Женя, ободряюще похлопала Серёжу по плечу и хотела заглянуть ему в глаза, но обзорное стекло скафандра было затемнено.       – Ах, ох, как обидно, что командир не я! Погодите! – наступит мой черёд! – прозвучал в скафандре весёлый голос Юры Миронова.

– Ты, балагур помолчи, – вмешался в разговор Громов и подтолкнул Миронова к кораблю, – лучше топай быстрей. Логинова Инна, подошла к Громову и Миронову, обняла их обоих за талию скафандра и повела к звездолету: – Мальчики, нам нет разницы кто из вас командир, – говорила она, тиская их. – Мы девчонки, всё равно вас любим одинаково, так что не ссорьтесь. Ершова Света, которая шла за ними, громко рассмеялась и сквозь смех проговорила.

– Вот придёт к власти наша подружка, тогда мы вам покажем!

Все весело рассмеялись и дружно зашагали к звездолёту. Когда через час Серёжа поднялся в рубку управления, все были в сборе. Заварский и Строгова тоже были здесь. Они сидели в дальнем конце и делали вид, что их не касается то, что будет происходить.

Серёжа догадался, что весёлый трёп перед кораблем, слышали все, кто был подключен к внутренней связи экипажа, а таких, наверное, немало.

Он ещё раз смущённо окинул всех взглядом. Кроме своих, в рубке находились ещё трое посторонних. Они капались в приборах, развешанных по внутренней обшивке рубки и кучей сваленных на палубе:

– Мне кажется, нам лучше перейти в другое место, чтобы не мешать людям, работать. Например, в библиотеку или столовую, – оценив обстановку, предложил Серёжа.

Заварский, сидевший со скучающим лицом, оживился.

– Это правильное решение, – сказал он вставая. Мы можем поговорить в другом, более удобном месте.

Серёжа вздохнул с облегчением:

«Хорошо, что поддержал, – подумал он. Неудобно как-то командовать своими друзьями, тем более в первый, самый запоминающийся, для всех день».

Серёжа всё это время, не мог решить, кого куда назначить, чтобы не обидеть. Но, в конце концов, решил воспользоваться советом Юры, просто бросить жребий.       Заварский направился к лифту, все поднялись и пошли следом. Кабина лифта была просторная, места хватило всем.

Заварский громко произнёс.

– Бэби доставь нас в блок питания.       – Слушаюсь Эдуард Павлович, – послышался звонкий детский голос из звукового кристалла и лифт плавно скользнул в низ.       – Эдуард Павлович, а почему его зовут Бэби? – спросила Евгения.        – Я не знаю почему, но знаю, что имя всегда даёт, первый экипаж, которому достался этот корабль после постройки. Просто, они так решили, – ответил Заварский.

– Наверное, потому, что у него детский голос, – предложила свой вариант Покусова Рита.       – Ну, это не факт, голос компьютеру можно настроить любой, – напомнил Серёжа.       – Нет, тут ты Сергей Алексеевич не прав, – сказал Заварский.       – На старых звездолётах, выращенных ещё на Земле, голос также настраивал первый экипаж и он запоминался навсегда. Экипаж составлял ему легенду земной жизни, которая закладывалась в память. Так, что Бэби член экипажа. – Да, я ваш друг и помощник, – произнёс Бэби.      Все в лифте улыбнулись, такому беззаботному ответу.       Створки лифта бесшумно распахнулись, и они оказались в просторном помещении. Палуба была покрыта мягким, имитирующем траву, покрытием. Напротив выходящих, находился самый главный предмет этого помещения, пищевой Материализатор. Панель заказа пищи, которого, была широкая, дающая возможность одновременного заказа на пять человек. Рядом с ним, стояли столики разной конфигурации, для приёма пищи, и изящные сиденья к ним.       Дальше, был виден край бассейна, заросшего разнообразной декоративной зеленью. За бассейном высажена небольшая зелёная роща, усыпанная цветущими бутонами разноцветных цветов. Воздух был наполнен запахом цветочного разнообразия.

Бывшие курсанты, с удивлением разошлись по помещению, разглядывая его обстановку.       Заварский и Строгова прошли к столикам и сели, с интересом наблюдая, за удивлёнными лицами ещё мальчишек и девчонок, первый раз попавших на звездолёт, старой конструкции. Женя подошла к Серёже и ухватилась за его руку, как будто боялась проснуться и упасть:       – Серёжа, смотри какая красота, – тихо говорила она, прижимаясь к нему. – Я как будто сплю и вижу дивный сон. – Так, тебя разбудить или не надо? – улыбнувшись, спросил Серёжа, подхватив её за талию.       Они подошли к неглубокому бассейну, в нём плавали красивые рыбки. С противоположной стороны бассейна, была возведена нависающая над водой гора, «из материала, имитирующего природный камень» с которой, весело журча, сбегал ручей.       Пройдя за бассейн и рощу, Серёжа с Женей подошли к большому, украшенному цветущей зеленью иллюминатору. Заглянув в него, с удивлением увидели, высокие, с белыми шапками снега на вершинах, горы.      В голубом, потоке струящегося воздуха, плавно плыли облака. У подножья гор, раскинулось красивое озеро, утопающее в лесном раю.

– Вот здорово, – выдохнула с восхищением Женя. – Это, просто сказка.

– Да! очень красиво, я с удовольствием побывал бы там! – ответил Серёжа, разглядывая пейзаж.

На другом конце помещения, куда ушли остальные члены экипажа, послышались возгласы удивления.      Женя потянула Сережу:       – Пойдём, посмотрим что там. Они пошли по кругу, держась за изящные перила, отделяющие помещение от корпуса корабля, на котором, голографическое изображение, имитировало продолжение цветущего сада.

За декоративной горой и бассейном, было уединённое пространство, а там, стояла широкая скамья, на которой можно спокойно посидеть и отдохнуть. Рядом стол и мягкие сиденья возле него, и еще одна цветущая клумба с разнообразными цветами.

Проходя мимо, Серёжа показал взглядом на уединенную скамью Евгении:

– Надо не забыть сюда зайти.       Женя в ответ на его слова, загадочно улыбнулась, но ничего не ответила.       Ребята стояли гурьбой у противоположного иллюминатора и весело беседовали, поглядывая в него. Перед иллюминатором стояли столы разнообразной формы с сиденьями. По краям иллюминатора, стояло по два игральных автомата, но они никого не заинтересовали.

– Что вы здесь интересного увидели? – Спросила Женя, подходя к ребятам и заглядывая в иллюминатор.

Юра, раскинув руки, загородил своим телом иллюминатор:

– Женя! Нет, не смотри! Может закружиться голова и потом очень захочется туда попасть! А, нам надо лететь, выполнять поставленное перед нами задание.

Серёжа, аккуратно, отодвинул Юру в сторону: – Идите, посмотрите, какие там красивые горы. Серёжа показал рукой в противоположную сторону. – Вам всем, очень понравится.

Девчонки, услышав слова Серёжи, весело побежали к другому иллюминатору, ребята последовали за ними.

Женя и Серёжа остались вдвоем.

За бортом было земное, очень красивое теплое море с прекрасным пляжем. Вода кипела от купающихся в ней ребятишек и взрослых. Золотистый песок пляжа, был заполнен отдыхающими. Они загорали, кто стоя, кто лежал, а некоторые играя в пляжный волейбол. Между ними сновали роботы разных модификаций, предлагая охладительные напитки. По волнам сновали моторные лодки и глиссеры. Чуть подальше от берега, ходили под парусами бригантины, шхуны и яхты, построенные по старинным чертежам. От иллюминатора дул прохладный, наполненный вкусом моря воздух.

– Глядя на море, можно забыть, что находишься на орбите, – сказала Женя.       – Да, действительно, – ответил Серёжа, но в его голосе Женя уловила тревогу.       – Море, пляж, это хорошо, но мне надо выполнять свои обязанности, – тихо произнес Серёжа. Жень, ты помоги собрать мне эту, праздную толпу. По-моему, все забыли, зачем пришли. Посмотри на Заварского, мне кажется, он скоро не выдержит и начнёт всех рассаживать с помощью подзатыльников.

Женя повернулась и посмотрела.

Заварский увлечённо что-то говорил Строговой, а она внимательно слушала.

– Ты Серёжа наговариваешь на человека. Как я вижу, ему вообще сейчас не до нас. Но ты прав надо собирать народ.       Распределив всех по должностям, методом, кто какую вытянет, а также наметив план текущих работ, до старта, Серёжа отправил всех выполнять поставленные задачи, а сам сел за столик у материализатора. Женя села рядом и спросила.

– Чем займемся мы? – мой командир!

Пропустив шутку, мимо ушей, Серёжа ответил серьезным тоном.

– Сейчас, пару минут посижу и пойду делать обход владений, ну а ты, изучай приборы управления в рубке. Нам с тобой предстоит управлять этим красавцем.

Заварский, увидев, что Сережа и Женя остались одни, «проводив Строгову до лифта», вернулся к ним. Заняв, свободное сиденье, рядом с ребятами спросил.

– Ну, как вам этот звездолет, понравился?

– Впечатляет, – ответил Серёжа.

– А вы не задумывались, для чего, на сравнительно небольшом звездолете, разместили два бортовых компьютера? – спросил Заварский, с интересом поглядывая на ребят.

– Нет, такой вопрос нас не посетил, а что, должны были задуматься? – усмехнувшись, спросил Серёжа.

Женя повернулась к Заварскому и спросила.

– К чему вы, завели этот разговор? Ведь неспроста, да?

– Да, не к чему, просто захотелось рассказать вам о корабле, на котором, вам предстоит лететь к солнцу. Вы, как я думаю, мало что знаете о нем?

Серёжа и Женя, переглянулись.

– Нас, никто не инструктировал по этому поводу! – да, я думаю, что это и не обязательно. Ведь, полёт на этом звездолёте краткосрочен и не стоит, изучать его больше чем положено, – ответил Серёжа.

Заварский усмехнулся и сказал.

– А кто знает, сколько положено? Сегодня это не важно, а завтра, может быть, уже поздно узнавать!

– Эдуард Павлович, вы заинтриговали нас своим вступлением, – веселым тоном заговорила Женя, перебив Заварского. Хочется узнать эту тайну! может быть, на этом звездолете всё, дублируется? И он сам, окажется трансформером, способным изменять свою форму!

Серёжа засмеялся, а у Заварского округлились глаза от удивления.

– Так значит вы в курсе! – а я хотел вас просветить, разочаровано, заговорил Заварский. Это, древняя модель. Изготовлен он, в единственном экземпляре для изучения Юпитера. Не понятно, как вы про него могли узнать!

На этот раз, пришла очередь округлять глаза от изумления, ребятам.

Серёжа оборвал свой смех и уставился на Заварского, широко раскрытыми глазами. Женя, тоже, была удивлена тем что её шутка попала в цель.

– Мы, ничего не знаем, но очень хотелось бы, – сказал Серёжа.

Женя сидела, молча, но по выражению лица было видно и без слов, что она удивлена.

Заварский, хлопнул себя руками по коленям и вскочил на ноги, глядя на ребят, сверкающими от переполнивших его эмоций, глазами.

– Евгения Викторовна! – по-моему, вы обладаете даром ясновидения. Так точно описать звездолёт, о котором ничего не знаешь. Это просто удивительно! – Да, действительно с одного можно сделать два. Носовая часть этого корабля, отделяется, и может спокойно летать самостоятельно на рулевых двигателях.

– И, как велика эта часть? – спросил Серёжа, удивленным голосом. Когда челнок прибыл и мы вышли, я долго разглядывал звездолёт и нигде не видел места стыковки. Ведь, если носовая часть отделяется, то, должно быть видно место стыковки? Заварский, успокоившись, сел на прежнее место и улыбнувшись, сказал.

– И не увидишь, все соединения на молекулярном уровне. Разделение происходит под рубкой управления. Лифт остается в низу, а его шахта перекрывается пластинами.

Сережа поднялся с места и, подойдя к Заварскому вплотную, сказал.

– Эдуард Павлович, что-то ваш рассказ похож на сказку! Рубка управления улетела, а основная часть осталась. Так, это не два звездолета, как вы говорите, а один, имеющий спасательный комплекс?

Заварский, тоже поднялся и, подойдя к Материализатору, заказал чашечку кофе. Он, молча, ждал свой заказ, чувствуя при этом, с каким нетерпением ждут его разъяснений в этом вопросе. Только, после того как чашечка с горячим кофе оказалась у него в руках, он стал говорить.

– Если вы еще помните, наш разговор начался с моего вопроса, по поводу двух бортовых компьютеров на одном звездолете. Эти компьютеры расположены на разных уровнях. Один на верхним, другой на нижним. Работают они вместе, но могут и по отдельности. Работать с ними можно как из рубки управления, так и из каюты для отдыха капитана звездолёта. Когда, носовая часть отделяется, следовательно, остается каюта капитана. А то, что на основном звездолете не будет рулевых двигателей, это не проблема. Три, основных двигателя, прекрасно справятся с полетом. Немножко сложней, но это же, не нам, а компьютеру! Заварский, одним глотком выпил кофе и поставив чашечку, сказал.

– Вот и всё что я хотел вам сказать, а теперь извините, мне надо идти работать. Не успели, Серёжа и Женя, вставить словечко, как створки лифта проглотили собеседника.

Проводив Заварского взглядом, Серёжа, повернувшись к Жене, сказал.

– Он, так быстро ушёл, что я не успел спросить! – почему об этом звездолете мало кто знает? Ведь должна же быть причина!?

Женя, встала и, развернув Серёжу к лифту, сказала.

– Пошли работать, а спросить еще успеем, теперь ему от нас не скрыться.

Серёжа, отправился делать общий обход звездолёта.

«Можно конечно осмотреть весь корабль у монитора, не вставая с кресла, но всё же, живой взгляд будет надёжней», – мысленно рассуждал Серёжа, спускаясь в реакторный отсек. Серёжа был очень удивлён, когда створки лифта в реакторном отсеке не раскрылись.

– Бэби, в чём дело? Ты меня слышишь? – обратился он к компьютеру.              – Вы находитесь в отсеке с высоким уровнем допуска, пожалуйста, подтвердите свой статус, – произнёс Бэби.

Серёжа окинул взглядом кабинку лифта. С правой стороны, он увидел считывающее устройство и поднёс к нему руку с браслетом.

Бэби в туже секунду произнес.

– Большое спасибо, ваш допуск подтверждён.

В тот же миг, створки лифта распахнулись. – Давно бы так, – сказал Серёжа, выходя из лифта. Освещение, в отсеке, было яркое и в тоже время мягкое, не раздражающее глаз. Свет был кругом, казалось, светится сам воздух. У окружающих предметов, «по этому», не было теней.

Всё свободное пространство было занято агрегатами, между которыми неширокие проходы.

Так как все механизмы были отключены, стояла тишина, только тихо жужжал главный компьютер, всегда находящийся в режиме полной готовности.       По документации Серёжа знал, что за всем, в этом царстве, следят роботы, состояние которых и надо проверить.

В отсеке десять роботов. Пять, работают, а пять дублирующих, стоят в резерве, на зарядке.

Серёжа, шёл к резервным роботам, когда из-за угла выкатил один из работающих. У него, ноги как у человека, только ступни на гусеничном ходу.      Он может, подниматься по лестнице, идти по ступеням, а на ровной поверхности ехать. Яйцеобразной формы туловище, имело два гибких манипулятора, оканчивающихся, приспособлением, на которое надеваются нужные для работы, разнообразные насадки.      Набор насадок находится в специальном отсеке, расположенном на груди. Чуть выше отсека для насадок, имеется два оптических прибора, выполняющих роль глаз. Ещё один глаз, похожий на настоящий, находился на выдвижной, гибкой штанге. Он внимательно смотрел на Серёжу, хлопая длинными ресницами. У этого глаза, также, было два длинных и гибких манипулятора.

Серёжа с интересом осмотрел робота. Это был, робот механик и по совместительству, уборщик. Такое конструктивное решение, глаз совместно с манипулятором, на выдвижной штанге, в помещении с очень высоким оборудованием, было очень разумное. Не обнаружив в этом роботе никаких повреждений, Серёжа пошёл осматривать остальных.        Тем временем, Женя поднялась в рубку управления, чтобы ознакомиться с приборами.

Выйдя из лифта, Женя поздоровалась с учёными, которые работали в рубке управления. Они как пауки, постепенно затягивали экранирующую обшивку корабля, сетью своих приборов. Которые, скоро будут слушать, снимать, наблюдать и запоминать всю информацию об этом странном солнечном феномене.       Научные деятели были увлечены своей работой так, что на приветствие не обратили внимание.       Женя, подошла к панели управления и окинула взглядом свое новое рабочее место.       По сравнению с современными кораблями, на этом старичке было всё довольно просто, но в тоже время, во всём была видна любовь создателей к своему творению. Женя, села в кресло пилота, которое находилось в силовом магнитном поле и со стороны выглядит так, будто просто висит в воздухе. На удобных подлокотниках расположено управление креслом, с помощью которого можно передвигаться в любом направлении и на любой высоте. Это очень удобно, если брать во внимание то, что панель управления имеет большую рабочую зону, расположенную вокруг шахты лифта. Женя, подплыла в кресле к главному монитору, на котором красовался, хорошо заметный, красный круг с восклицательным знаком в середине. При прикосновении к этому знаку пальцем, тепловые датчики запускали панель управления. Чтобы не произошло случайного запуска, от нечаянного прикосновения, этот значок находился под крышкой. Женя подняла крышку и приставила палец. Перед ней вспыхнул экран с надписью, пожалуйста, уточните свой допуск.       – Бэби, ты, что не знаешь меня? – спросила Женя, ища глазами считывающее устройство.       Бэби не отзывался, пропустив вопрос, мимо своих электронных ушей. Когда браслет с правой руки совместился с устройством, снимающим информацию, панель управления ожила и голос Бэби произнёс.

– Вы выполнили действия установленные правилами. – Да, да, я всё поняла! – перебила его Женя, – теперь я думаю, мы можем начать работать?       Мои сенсоры настроены, можем работать.       – Ну, вот и хорошо, займёмся предполётной проверкой звездолёта, – сказала Женя, приступая к работе.

Закончив осмотр реакторного отсека, Серёжа поднялся в грузовой.       Кравцов, работающий здесь, как раз закончил погрузку последнего вездехода и стоял, разглядывая его. В руке у него был проспект. – Ну, как дела? – обратился к нему Серёжа, подходя. – Всё, вот последнего погрузил. Смотрите, какой красавец, последняя модель, – он нежно погладил вездеход по броне. – В инструкции написано, что пробег миллион километров, до первой заправки. Передвижение в жидкой среде, от, минус пятисот градусов, до двух тысяч жары.      Мы на таком по солнцу проедем и не вспотеем.

Серёжа не удержался и тоже провёл рукой по броне. Она была, гладкая и теплая, как будто гладишь по живой коже: – А как насчёт вооружения? Что мы тут имеем? Кравцов развернул проспект и углубился в чтение:      – Броня пульсирует лучами, уничтожающими всё биологическое, на расстоянии пятисот метров. Пульсация настраивается, от одного импульса в минуту, до одного в секунду. Лазерная пушка, – сообщал Кравцов, отрываясь от чтения. – Миномет с комплектом мин, с анти зарядом.

– Я думаю не слабо, с такой мощью, можно пробиваться через скалы и отбиваться от инопланетных хулиганов, – сказал Серёжа, обходя вездеход вокруг.       – Десять метров длинной, четыре шириной и в высоту три метра. – добавил Кравцов, шагая следом. – Таких монстров, здесь три. Ещё три Винталёта и три космических челнока.       Вся техника современная, новая. Ту, что стояла здесь до нас, техники вчера вывезли. Отработала свой срок службы.

Кравцов сделал печальное выражение на своём лице, вздохнул и сказал. – Только вот жаль, нам этой техникой не попользоваться. Облетим вокруг солнца и назад, а потом уйдём на другой звездолёт.       – Что ты грустишь зря, на наших звездолётах, наверное, техника покруче будет, – успокоил его Серёжа.

– Всё равно обидно, я тут мучаюсь, устанавливаю, креплю, а пользоваться кто-то другой будет. Серёжа остановился, повернулся к Кравцову и внимательно посмотрел на него.

Кравцов, здоровый парень, как гора возвышался над Сергеем, на его добродушном лице пробивалась смущённая улыбка.

– Хорошо, давай я тебе помогу крепить и устанавливать. Может, тогда обида твоя уменьшится, – спросил Серёжа, забирая из рук Кравцова документацию на новую технику и оборудование.

– А это, я почитаю потом. Хорошо? – Хорошо, – ответил Кравцов и      смущённо замялся:       – Сергей Алексеевич, можно я вас просто по имени буду называть, – спросил он.

– Что, Пётр Павлович. Рост мешает вам? – вопросом на вопрос спросил Серёжа. Он, снизу вверх , внимательно смотрел на Кравцова:

– Я тебя прекрасно понимаю и даже вижу ситуацию твоими глазами, – добавил Серёжа. Давай будем на ты. Тебя как лучше называть, Петя, Пётр, Петро, или Петруха. Подумай и скажи, – предложил Серёжа, протягивая ему руку для пожатия.

Кравцов, в конец, смутившись, пожал Серёже руку, сказав. – Зовите просто Пётр. – Хорошо, Пётр так Пётр, запомню.

– Пойду крепить Винталёты, – сказал Пётр и пошёл, виновато опустив голову.

Винталёты, которыми укомплектован звездолёт, отличаются от тех, что работают на земных рейсах, только своими небольшими размерами. Своё скромное название этот аппарат получил от наличия выдвижных винтов, которые помогают плавно взлететь и набрать первичную скорость. Дальше, вступает в работу Анти-ускоритель, способный развить неограниченную скорость. А винты, складываются и убираются под обшивку, до посадки.      Небольшие крылья по бокам, помогают в управлении аппаратом. Винталёт берёт на борт четыре десантника, в Космодесантных скафандрах, или шесть человек, в простых скафандрах.

Серёжа пошёл было за Кравцовым, чтобы помочь, но передумал:

«Впереди ещё много отсеков, которые надо осмотреть до старта», – подумал он и направился к лифту. Поднявшись на следующий уровень, Серёжа попал в сказку, где много цветов и плодовых деревьев. Прямо от лифта начиналась песчаная дорожка, по которой можно обойти всё это царство благоухающей зелени и цветов. Дорожка плавно заворачивала по кругу вокруг лифта, уходя всё глубже и глубже в этот чудесный сад. Серёжа, шёл по дорожке, вдыхая свежий воздух, наполненный, разнообразными ароматами и восхищался этой гармоничной красотой, сотворенной человеческими руками.

Дорожка его вывела к небольшому заросшему лилиями водоёму, на берегу которого стояла небольшая беседка.

Серёжа скинул с себя одежду и вошёл в прохладную воду, было не глубоко, но освежиться вполне хватило.

В воде плавали маленькие очень красивые, золотистые рыбки. Они, стали кружиться вокруг Серёжи, привлечённые теплом его тела. Попытка поймать хоть одну с первого раза не удалась, и Серёжа задался целью, изловить хоть одну и рассмотреть поближе:

– Ах вы, мелюзга, сейчас я вас поймаю, – весело кричал Серёжа, плескаясь в воде. Шум, который он производил своим плесканием и весёлым смехом, привлёк к водоёму здешних обитателей, ухаживающих за этим садом.       Когда, наконец, Серёжа сумел всё же, поймать одну зазевавшуюся рыбёшку, то с удивлением обнаружил, что это не живая рыбка, а искусственная, работающая на энергии, выделяемой из воды при её движении. На ладони без соприкосновения с водой она лежала, не шевелясь. Внешний вид у неё как у живой, но материал, из которого она сделана, на ощупь сразу себя выдаёт. Рыбка на ладони была твёрдая как камень, живыми выглядели, только её глаза. Они неестественно для рыбки, всё время пытались не выпускать Серёжу из вида, будто запоминая своего обидчика:

– Не волнуйся рыбка золотая, выпущу я тебя в море, даже желания не буду загадывать, – говорил ей Сережа, поглаживая и опуская её к воде. Когда ладонь с рыбкой опустилась в воду, она снова ожила и стала гибкой. Шустро заработала хвостом, и уплыла. Серёжа глянул вверх. Над головой летали птички и весело щебетали. Он проводил одну из них взглядом, и задумчиво произнёс.

– Может быть и вы! – такие же живые, как и рыбки?

Когда Серёжа повернулся к берегу, чтобы выйти из воды, то от неожиданности вздрогнул. На берегу стояли два незнакомых ему человека. Только приглядевшись к ним внимательней, он понял, что перед ним Андроиды, «искусственные люди». Как раз, ради них Серёжа и пришёл сюда, чтобы осмотреть в каком они состоянии, но не ожидал увидеть здесь, на старом звездолёте современную модель.

Они были одеты как весь экипаж, в униформу, только поверх одежды был фартук с карманами, в которых находился мелкий садовый инструмент. Серёжа вышел на дорожку, попрыгал на одной ноге, наклонив голову, чтобы вытекла из уха вода, потом, не спеша, оделся. Андроиды всё это время стояли, молча, наблюдая за ним.       Искусственное солнце ярко светило над головой, снабжая этот замечательный сад, теплом и светом. Оно как настоящее, вставало в пять утра, на одной стороне сада и садилось, в двадцать три часа в другой. По положению солнца на искусственном небосклоне можно точно определить текущее время.

Серёжа посмотрел на часы, потом на солнце, запоминая его положение в этот час, и только после этого подошёл к Андроидам.       – Вы знаете, кто я? – спросил он. – Да, мы знаем. У нас постоянная связь с центральным компьютером, – ответил Андроид.      Второй добавил.

– Здесь его зовут Бэби, через него мы получаем всю необходимую информацию.

– Раз вы меня знаете, будет ещё проще. – Я пришёл осмотреть вас.

Серёжа обошел их вокруг, осматривая. На шее у каждого Андроида был серийный номер.

– У вас есть повреждения, сбои программы или другие поломки?       – Поломок, сбоев программы и повреждений у нас нет, – ответили одновремённо Андроиды. – Хорошо, но я всё же должен проверить, – сказал Серёжа, достав из кармана активатор.

Набрав код, поставил его на дорожку.

– Развернуть экран, – произнес негромко Серёжа.

Из активатора вырвались лучи, которые образовали экран с голографическим изображением.

Назвав серийные номера Андроидов, Серёжа дал команду отключить память. После отключения памяти, в Андроидах можно ковыряться как в любом механизме.       Когда он уже заканчивал осмотр. Браслет на руке стал вибрировать и покалывать, давая понять, что идёт вызов.

Серёжа включил связь.

– Серёжа, ты, где пропал? – Мы все в блоке питания, ждём только тебя, – послышался голос Жени.       – Я сейчас буду, мои ноги уже бегут в сторону блока питания, – пошутил Серёжа и отключил связь.

Когда он, поднялся в блок питания, все принимали пищу. Звон посуды и голоса за столом, приглушала плавная мелодия, которая лилась сверху, равномерно наполняя весь отсек.

Женя помахала ему рукой, чтобы обратить его внимание и крикнула.       – Серёжа, иди к нам, я тебе обед взяла.       Он махнул ей в ответ, дав понять, что слышал. Но идти не спешил, стоял и думал куда направиться.

За столиками, которые стояли у Материализатора, сидели научные сотрудники, рядом Заварский и Строгова.

Заварский разговаривал с кем-то по браслету, не выпуская из руки ложку, видно разговор оторвал его от обеда. Ребята расположились у иллюминатора с видом на морской пляж. Девчонки на противоположной стороне, выбрали себе горный пейзаж.

– Серёга, иди к нам, – нарочно звали его ребята, зная, что ему обед взяла Женя, но видя его нерешительность. – Не слушай их, садись с нами, – наперебой кричали девчонки.

После короткой заминки, Серёжа направился к столику, где его ждала Женя, но сесть он не успел.

Вдруг мелодия оборвалась, и по громкой связи послышался голос Заварского.       – Извините, что прерываю обед, но поступил новый приказ.       Весёлый смех сразу оборвался, ребята с тревогой повернулись к Заварскому. – В связи с тем, что поменялась задача, данная нашему экипажу, время вылета назначено, сегодня в полночь. Прошу всех ускорить выполнение своих работ, чтобы уложиться к сроку. Космонавтов высшего допуска прошу немедленно подняться в рубку управления. – Не понял! – что это может означать? Война миров разразилась вдруг? – спросил громко Серёжа.       – Это значит, что ты Серёжа уже поел, – сказала Женя, поднимаясь. Ты долго думал, куда сесть обедать, вот теперь за это останешься голодным!

К столикам, где сидели медики, подошла Строгова:

– Девочки, быстро по своим местам!

– Что случилось, Елена Романовна? – заговорили девчонки, перебивая друг друга.

– Я сама толком не знаю, но нечего страшного. Просто надо торопиться, у нас много работы и мало времени. Давайте девочки бегом и без вопросов.

Медики быстро побежали в кабину лифта. В другой кабине стоял Заварский, ожидая ребят, чтобы вместе подняться в рубку.

Когда поднялись, Заварский предложил всем сесть, а сам нервно ходил по рубке, не находя себе места, о чём-то мысленно рассуждая.

Ребята, молча, сидели и наблюдали за ним, понимая, что произошло что-то расстроившее его.

Наконец он остановился напротив ребят, сидящих в перегрузочных креслах.

– Дело в том, что эти научные деятели, что будут наблюдать за солнцем, очень быстро установили своё оборудование, – стал раздраженно говорить Заварский.

– В свободное время, до старта, стали изучать характеристики Звездолета, на котором предстоит лететь.       – И что, испугались!? – перебил Заварского Юра Миронов, как всегда, веселым беззаботным тоном. Громов Олег зло глянул на Юру:       – Тихо ты! не мешай, видишь что-то серьезное.

Заварский, подождал пока, закончится перебранка, между Юрой и Олегом и продолжил.       – Нет, Юрий Иванович, они не испугались. Они даже наоборот, сочли возможным изменить задачу.        Женя обвела всех удивленным взглядом:

– Как это изменить задачу, – спросила она? – Мы что, не летим к Солнцу?

Заварский подошел к ней в плотную и положил руку на плечо:

– Летим! – еще как летим! – Прочитав в инструкции об особой жаростойкости нашего Звездолета, они решили приблизиться к Солнцу до самой короны, чтобы вовремя выброса взять в ловушку солнечную материю. – Но наш звездолет тогда захватит солнечная гравитация и, мы не сможем вырваться, – возмущенно сказал Серёжа.

Заварский отпустил плечо Евгении и обратился к Серёже.

– Да, совершенно верно, это большой риск. И я, был не согласен, но Майкл, руководитель научных сотрудников, обратился в управление космонавтики и добился там разрешения. Из управления пришел приказ, разработать новую траекторию полета для подхода к солнцу.       – Это, какую надо развить скорость, чтобы удержаться на орбите, при таком расстоянии, – сказал, рассуждая вслух, Громов Олег и в задумчивости стал чесать свой затылок.

Юра, и в этой напряженной ситуации не удержался, шепотом спросил у него.

– Олежек, а ты случайно не знаешь, чем отличается умный от глупого? Олег, отмахнулся от него рукой:

– Не мешай Юрок!

Услышав, слова Олега о скорости, Заварский обратился к нему. – Кстати, Олег Васильевич, на ваш вопрос вам придется искать ответ всем вместе. Разработку траектории подлета, приказано произвести вам, выпускникам космического центра освоения глубокого космоса.       Заварский повернулся к Серёже и Жене, сидевших, рядом друг с другом:       – Этим займетесь вы Сергей Алексеевич и Евгения Викторовна.      А вас, – он обратился к Олегу и Юре, – я, попрошу идти отдыхать. В одиннадцать пятнадцать примите Звездолет в свое управление и проверите траекторию.

Евгения возмутилась.

– Это что, вы нам не доверяете Эдуард Павлович?        – Я, так прошу не считать! – перебил её Заварский.      – Знаете, как говорят с древних времен? «Доверяй, но проверяй», а в нашем положении, надо проверять и ещё раз перепроверять. Мы будем делать то, что не делал ещё никто. Такой близкий подход к звезде очень опасен.

Заварский опять стал мерить шагами пространство между ребятами и креслом пилота.

Немного походив молча, он остановился напротив Серёжи и Жени, и ещё раз сказал.

– Я лично! – прошу вас, отнестись к этому заданию очень серьезно.

На первой линии всего два кресла, пилота и штурмана. Только они могут перемещаться непосредственно возле пульта управления, на расстоянии, с которого можно управлять кораблем. Заварский подошел к креслу пилота и сел в него. Положил руки на подлокотники, на которых находятся приборы управления креслом. Кресло плавно приподнялось над палубой и развернулось к ребятам, которые сидели в креслах расположенных на второй магнитной линии и внимательно наблюдали за ним.

Развернувшись, Заварский окинул ребят взглядом, в котором кипело негодование. Во взгляде присутствовала боль. Боль, чего-то не высказанного. Еще, где-то глубоко, был запрятан страх.

Этот взгляд, пойманный ребятами, был секундным. Потом, он сменился на обычный, внимательный и теплый. Но, этой секунды хватило, чтобы собраться и приготовиться к чему-то неприятному.

Взгляд сменился, а прозвучавшие слова, остались от того, неприятного взгляда.

– Если честно, я не понимаю, почему такую ответственную разработку траектории полёта. И, управление звездолётом, в экстремальной ситуации, доверили вам. Вам! ни разу не управлявшим самостоятельно.

Ребята переглянулись, у всех на лице была тень смущения. Было ясно, что Заварский им не доверяет.

Заварский сказал это, и задумался, взволновано перебирая составные части браслета, надетого на запястье правой руки. От этого перебора браслет вращался на руке с такой скоростью, что казалось скоро пойдёт дым от кожи под браслетом.

Это занятие видно его успокаивало. Постепенно скорость вращения браслета замедлялась. Чем тиши вращался браслет, тем спокойней становилось его выражение лица.

Ребята, молча, наблюдали за ним. Когда вращение браслета прекратилось, он хлопнул себя руками по коленям и встал:

– Хорошо, – раз это поручили вам, значить так надо. Будем заниматься каждый своими делами. Заварский, еще раз окинул всех взглядом и направился к лифту. На этот раз, в его взгляде кроме печали, ничего не было.

– Что Юра, ты слышал? Нам с тобой не доверяют, – обратился Олег Громов к Миронову, вставая.

– Да Олежка ты прав, нам с тобой не доверяют. И не только Эдуард Павлович, но и наши друзья, в лице Серёги и Евгении, – ответил Юра, поглядывая на Серёжу и Женю хитрым взглядом. – Поэтому, мы с тобой, наверное, обидимся и пойдем отдыхать, – добавил Юра, поднимаясь следом за Олегом.

Они подошли к лифту, Юра повернулся и сказал.

– Но вы не расслабляйтесь! – мы скоро вернемся и проверим, что вы тут наработаете! Евгения махнула им в след рукой: – Давайте топайте себе! – топайте балагуры.

Было слышно, как в закрывающемся лифте весело смеялись Олег и Юра. – Ты заметила, Жень? Как тесное общение Олега с Юрой влияет на его характер, теперь он тоже начал шутить.

Женя усмехнулась:       – С кем поведешься от того и наберешься, – сказала она, вставая и пересаживаясь в кресло из которого поднялся Заварский. Серёжа занял вторе кресло на первой линии:

– Ну что Жень, начнем работать, – сказал он, придвигаясь ближе к пульту управления. – Да время действительно мало, надо работать, – ответила Евгения. Заварский спустился в оздоровительный центр и, не заходя в медпункт, встал на беговую дорожку. На пульте управления набрал пятнадцать километров в час и расстояние десять километров.

Он бежал, а в голове саднила одна мысль.

«Сорвался! Я сорвался и обидел ребят».       Заварский бежал так, как будто старался убежать от своих размышлений, но они догоняли и вновь теснились в голове.

Пробежав заявленное расстояние, он направился в свою комнату отдыха и там принял душ. Переоделся в новую форму из Материализатора, а использованную бросил в Утилизатор. Энергичный бег и вода привели его в рабочее состояние.

Заварский занимал отсек для отдыха командира Звездолёта. В этот отсек, поступает информация со всего корабля. Отсюда, можно управлять звездолётом.       При необходимости, стена, где стоит рабочий стол, превращается в многоканальный монитор, на котором можно увидеть, что происходит внутри звездолета и за бортом.

Выполнив еще несколько упражнений на восстановление дыхания, он сел за рабочий стол. Тут же стена, гармонично соответствующая окружающей среде, превратилась в рабочий экран, а стол в пульт управления. – Бэби выведи мне на экран результаты работы командиров, в рубке управления, – запросил Заварский. – Результаты отсутствуют, – сообщил компьютер. – Как отсутствуют! – удивленно вскрикнул Заварский.      – Бэби, показать рубку управления. На экране появилась рубка управления. Камера, которая передавала изображение, находилась за спинами сосредоточено работающих, Серёжи и Жени.

– Так! – произнес Заварский. Работают, а почему нет результатов работы?

Он посидел, некоторое время, наблюдая за ребятами, настроив камеру так, чтобы видеть, что они делают.

– Странно, они работают, не пользуясь центральным компьютером.

В голове у Заварского, пронеслась ужасная мысль.

– Они, просто не понимают, что такой расчёт невозможно сделать правильно, без помощи Бэби:       «По-моему! – предстоящий старт под угрозой»! – подумал он, а вслух произнес.

– Надо браться самому. Заварский углубился в работу, загружая Бэби программами. Опыт, в выполнении таких расчётов, помогал ему работать быстро, рационально используя оставшееся до старта время. Юра остановил лифт в библиотеке.       Удивленный Олег спросил его.

– Ты что? Неужели, решил взять книгу? Тогда, тебя надо вести лечиться! – тыльной стороной ладони, потрогал у Юры лоб, чтобы определить, насколько велик перегрев. – Нам, приказано отдыхать, а ты куда направился? Усмехнувшись, Юра ему ответил.

– Я и пошел отдыхать. Если хочешь, пойдем вместе.       – Куда, если не секрет? – поинтересовался Олег. – Здесь находится очень богатая фильмотека с компо-фильмами и есть компо-проектор.

У Юры заблестели глаза от представления чего-то приятного:

– К нему можно подключиться одновременно десятерым. – Представляешь! – Весь наш экипаж в виртуальности?

– Я представил, это просто кошмар! – сказал Олег засмеявшись.

– А я, хочу выбрать интересный фильм и отдохнуть в этом кошмаре. Пошли, вдвоем будет интересней.

– Нет спасибо, – ответил Олег. – Я лучше отдохну в своём отсеке. Я туда, принес одну старинную книгу, с напечатанным текстом на бумаге. На земле, такие можно встретить только в музее, а здесь их полно.

– Ну, как желаешь, спускайся, читай свою книгу, – обиженным голосом сказал Юра и вышел из лифта.

В библиотеке, Рита Покусова и Ершова Света, как раз заканчивали санитарную проверку, когда из лифта вышел Юра.

Рита, увидев его, весело замахала руками:

– Юра иди к нам! – мы по тебе соскучились!

Света ухватилась за руку Риты:       – Ты зачем его зовёшь, ведь мы ещё не выполнили свою задачу, – тихо заговорила она.       Рита, освободившись от руки и не отрывая взгляд от Юры, сказала.       – Ну что ты, мы поговорим немного, а потом закончим то, что не успели. Ведь он такой славный. Рита повернулась к Светлане и улыбаясь, спросила.

– А тебе что, Юра не нравится?       – Нравится. Он очень хороший товарищ, – ответила ей Света, стараясь скрыть свое смущение.

– Ой, точно! я совсем забыла, ведь ты за ним ухлестывала еще там, в центре, – продолжала Рита, делая вид, будто только что вспомнила. – Ну, Рита, скажешь тоже, ухлестывала! Я же молчу, как ты бегала за Олегом, – перешла в наступление Света.

– Всё, всё, тихо, Света, он уже близко, – зашептала Рита.

– Ах! – вот как! Боишься, что услышит, тогда и ты молчи, ото всё сейчас скажу, – полушутя, полусерьёзно, зашептала Света, на ухо Рите.

– Девчонки, здравствуйте ещё раз. Каким ветром вас сюда занесло? – начал весело разговор Юра. Рита Покусова его перебила.       – Нет, это тебя к нам каким-то ветром занесло, а мы здесь уже давно трудимся, скоро заканчиваем.

– А ты, случайно, не к нам пришёл на помощь? Света уже устала носить приборы, надо бы помочь, – кокетливо, заговорила она.

– Почему бы, не помочь, я всегда готов, – ответил Юра, подойдя к девчонкам.       – Молодец Юра, ты у нас настоящий космонавт, – сказала Рита и поцеловала его в щеку. Света сделала вид, что не заметила этого. А Юра, смутился и потерял инициативу.

Рита продолжала наступать.       – Юра, ну ты что! Застеснялся что ли? Я тебя таким, в первый раз вижу, ну, давай! веселей.

– Ох, Рита! – язык твой без костей. Ты говоришь, даже больше чем я. Дай мне хоть со Светой поздороваться, может она тоже хочет меня в щечку чмокнуть.

Света с благодарностью глянула на Юру, за то, что не дал Рите оттеснить её на второй план.       Она подошла к Юре и заговорила серьёзным тоном.       – Юра, ты скажи, что у вас произошло? Почему старт изменили? Елена Романовна говорит, что нечего страшного, но она и сама толком нечего не знает. Рита, услышав вопрос Светы, тоже стала серьезной.       Юра обнял их обоих и прижал к себе:       – Вы девчонки не волнуйтесь. Все хорошо. Во время старта, я буду стоять у штурвала, этого огромного корабля, а это значит, что вам бояться нечего.

Юра, развернул их к себе лицом:

– У меня, к вам, есть одно предложение.

– Какое? – спросили одновременно Рита и Света.

Юра повернул их в сторону прохода:

– Вон видите, где библиотека переходит в фильмотеку?

– Ну, видим, – ответила Света.

Рита вывернулась из объятий Юры и встала к ним лицом:

– Говори Юрочка, не тяни, я так хочу узнать твое предложение, – заговорила она смеясь.

– Там находится компо-проектор. С его помощью зритель становится участником событий происходящих в фильме. Я его осмотрел, он позволяет подключение одновременно десяти человек. Но нам будет интересно и втроем, если вы согласитесь, – говорил Юра, стараясь вновь привлечь к себе Риту. – Вы представляете, как интересно оказаться в неизведанном мире, с известными героями, а возможно и самому занять их место. Найдем фильм, где есть женские и мужские персонажи…

– Знаю я, эти фильмы, засмеялась Рита. Виртуальный мир хорош для любовных утех. Ты поэтому хочешь нас позвать?

Юра смутился:

– Рита, почему сразу так. Ну, давайте я даже не буду знать, в кого вас загрузит компо-проектор. Рита обратилась к Светлане.       – Как ты думаешь? – Мы сможем выкроить часок, чтобы не обидеть этого мальчика?

– Хорошо, но компо-фильм мы будем выбирать сами, – сказала Света, обращаясь к Юре. – Нет проблем! Идите выбирать, а я пойду готовить компо-проектор, – обрадовано сказал Юра.

– Юра, ты только поставь таймер, чтобы через час выйти из вертуалки, нам надо еще работать, – попросила Рита.

Все, в спешке, покинули блок питания, задержался только Кравцов Пётр, да научные сотрудники.      Сотрудники сидели за одним столом и разговаривали между собой. Разговор был, похоже, не простой. Они часто и раздраженно жестикулировали, но Кравцов к ним не прислушивался.

Он не спеша, закончил обед. Поразмышляв, чем заняться дальше, он остановился на том, что надо спуститься на кольцо, и посетить центр отдыха. Когда ещё выпадет свободное время. Сегодня он своё дело выполнил, а нового, ему никто не назначил.

Кравцов спустился в каюту, принял душ и переоделся. Он заказал в Материализаторе черный костюм, черные туфли и белую сорочку с красным галстуком в черную косую полоску. Подойдя к зеркалу, он осмотрел себя и остался увиденным, доволен.       Выйдя из каюты, вызвал лифт:

– Бэби доставь меня в грузовой отсек, надо попасть в шлюзовую камеру, чтобы спуститься на кольцо, – обратился он к бортовому компьютеру. – Хорошо Пётр Павлович, опускаемся в грузовой отсек, – ответил ему детский голос.

На современных звездолётах, лифт корабля стыкуется с выдвижной шахтой кольца, и на лифте можно спуститься на любой уровень кольца. Этот корабль такой связи не имел, но к нему был закреплен грузовой шлюз, через который загружали новую технику и оборудование. Когда Пётр подошёл к створкам грузового шлюза, Бэби ему напомнил.

– Двадцать три сорок пять грузовой шлюз будет отсоединён от звездолёта, если вы хотите им воспользоваться для возвращения, постарайтесь прийти раньше.

Кравцов мысленно был на кольце и объявление Бэби, пропустил мимо ушей.

Он стоял, дожидаясь, когда откроются створки шлюза и, весело напевал модную песенку, которая называлась «На краю вселенной». В этой песне говорилось о том, как одна красивая девчонка, проводила своего любимого на край вселенной добыть для людей неизведанное счастье и с нетерпеньем ждала его возращения. Но пришла весть, что на краю вселенной с любимым случилась беда.

Девушка обратилась за помощью к Солнцу, и оно дало ей крылья любви, на которых она достигла края вселенной и спасла любимого.

Мелодию этой песни можно услышать везде, где собирается молодежь и взрослые, имеющие дело с космосом.

Попав в центр отдыха, Кравцов окунулся в беззаботную, суету. Веселая музыка лилась со всех сторон. Толпы нарядных людей двигались во всех направлениях.

Вот стайка молодых девчонок, весело разговаривая, пробежала мимо. Кравцов поймал на себе несколько заинтересованных взглядов, а одна из девушек даже помахала ему рукой.

Настроение резко из рабочего, превращалось в праздничное:

«Поначалу, надо заглянуть в бар, выпить чего-то веселящего», – решил Кравцов и направился на розыски такого заведения. На земле, давно уже не употребляют для увеселения напитки на основе спирта. Ученые разработали искусственный заменитель, «Лидий». Не уступающий спирту, но не вызывающий привыкания и не разрушающий организм.

Свое название он получил от имени разработчика.

Этот напиток стал пользоваться широким спросом среди молодежи, в дискотеках и танцевальных залах.       Более взрослое население, тоже было, не прочь, его попробовать, тем боле, что действие Лидия на организм легко можно прекратить, употребив, антидот.        Кравцова привлекла реклама над входным проёмом, в который, стайками стекались молодые девушки и юноши.

Реклама гласила, что перед ним врата в райский сад.       Войдя туда, Кравцов действительно попал в сад. Цветущий весенний сад! Между экзотических, хорошо ухоженных деревьев, располагались столики, за которыми при желании можно отдохнуть. Сейчас они практически все, были пустыми. Входящие двигались к небольшой сцене, расположенной в глубине сада.

На сцене, виртуозный диск-жокей, окруженный группой артистов и танцоров, выдавал современный Хоп-данц. Вокруг сцены, молодежь в экстазе выплескивала свою бурную и не одержимую энергию. Тут же, неподалеку, находилась стойка, за которой работал тоже виртуоз. Подойдя к ней можно с интересом понаблюдать за работой бармена. А так же, зарядиться энергией, употребив разнообразные напитки, на основе Лидия.

Чем Кравцов и воспользовался.

После двойной дозы, он гармонично влился в эйфорию танцующих. Закончив расчеты, Заварский ещё раз поинтересовался у Бэби, – есть ли у него результаты работы командиров корабля и, получив отрицательный ответ, окончательно убедился в правильности своего решения, продублировать расчет.

Взглянув на экран монитора, он убедился, Серёжа и Женя еще работают.      Заварский посмотрел на часы. Они показывали, что до старта осталось ровно час.

– Пойду, гляну, как у них идут дела, – сказал Заварский вслух, поднимаясь.

Он сделал несколько упражнений, чтобы размять затекшие мышцы после долгого сиденья за рабочим столом и пошёл к лифту.

Когда он вышел из лифта в рубку управления, Серёжа загружал Бэби расчётами, а Женя подходила к Материализатору, чтобы заказать кофе.

Увидев Заварского, она спросила.       – Эдуард Павлович, что вам заказать кофе или чай. – Спасибо, мне ничего не надо. Давайте лучше займемся работой.       – У нас всё готово, – ответил ему Серёжа. – Вот гружу, последние данные и будем ждать результат.

– Ну и на какой результат вы рассчитываете? – спросил Заварский, подходя и садясь в кресло пилота. Женя уловила в его словах ноту сарказма: – Школу мы закончили с отличием, а там мы прокладывали курс полёта звездолётов в разных экстремальных ситуациях, в том числе и между двойных звёзд, массой в сотни раз больше солнечной. Так что, я надеюсь на хороший результат. – Это вам не школа, здесь надо работать на сто процентов…       – Эдуард Павлович, насколько я знаю, компьютер некогда не выдает сто процентный результат при прокладке курса. У него, всегда есть два, три процента для корректировки, – вступил в разговор Серёжа.

– Ты, прав, девяносто пять, считается стопроцентным результатом, – ответил Заварский. – Я, в начале вашей работы, понаблюдал за вами и пришёл к выводу, что надо вас продублировать, а теперь я сравню ваши результаты, с моими.

– Это ваше право, но мне кажется, было бы лучше потратить это время на более, нужные цели, перед стартом, – перебила его Женя, подавая, Серёже кофе.

Заварский сердито глянул на Женю. Ему вдруг, тоже захотелось выпить чашечку ароматного чёрного кофе, но после того как уже отказался от напитка, было неудобно вставать и идти заказывать себе порцию.      Серёжа закончил загрузку компьютера и теперь, взяв в руки, чашечку с горячим кофе, поданную Женей, стал ожидать результат, наслаждаясь напитком.       Заварского, раздражало это время бездействия, и он дал команду Бэби, вывести на экран результат своего расчета. На мониторе засветилась цифра девяносто пять.       – Боюсь, вам не попасть и в девяносто, с вашим методом вести сложные расчеты, – сказал он, удобней устроившись в кресле. – Я долго наблюдал, как вы работали, и у меня возник вопрос к вам. Почему вы не пользовались бортовым компьютером при расчетах?

Женя и Серёжа удивленно глянули на Заварского и промолчали, но спустя несколько секунд, Евгения не выдержала его настойчивого взгляда и ответила.

– Просто, нам так было удобней.

Заварский с сарказмом в голосе, произнес.

– Удобней говоришь, ну, ну.

Через некоторое время Бэби сообщил, что загрузка данных окончена.

– Результаты на монитор, – первой дала команду Женя, с легким волнением в голосе.       Заварский не меняя положения, рассеяно поглядывал на экран. Когда рядом с его цифрой, девяносто пять, появилась другая, у него от изумления стала постепенно отвисать нижняя челюсть. – Ничего не понимаю! – воскликнул в растерянности он, смотря то на экран, то на ребят.       Девяносто восемь! Такой результат бывает только на околоземных орбитах! Как вы смогли добиться такого результата, не применяя для расчета бортовой компьютер!?

Заварский откинулся к спинке кресла и прикрыл глаза, мысленно заставляя себя успокоиться. В такой позе он посидел с полминуты и поднялся. Прошелся вдоль пульта управления.

Серёжа и Женя, всё это время стояли молча, с лёгкой улыбкой на лицах, ожидали что ещё скажет Заварский.

– Ну, теперь я понимаю, почему вы, а не я, – сказал Заварский, немного, успокоившись.

Он подошел к ребятам:

– Прошу вас, извинить меня за недоверие к вам и от всей души поздравляю, – сказал он, протягивая руку для пожатия.

Серёжа и Женя, скромно улыбаясь, стояли вместе, взявшись за руки.

– Какие могут быть извинения, Эдуард Павлович, все в порядке. Мы, выпускники Космического Центра освоения глубокого космоса, давно уже привыкли, что к нам относятся как к детям малым, – сказал Серёжа, пожимая ему руку.

– Да, всё хорошо. Только вот плохо то, что вы Эдуард Павлович, говорите совсем без смущения о том, что за нами наблюдали. Мне совершенно не нравится чувствовать себя как на витрине, – продолжила разговор Женя.        – Это работа, – стал оправдываться Заварский. – Я наблюдал за рабочим процессом в рубке управления, а не в вашей комнате отдыха.

– Ну, там бы вы не наблюдали, а подглядывали, – перебила его Женя.       Заварский, больше не найдя слов, молча помотал головой, показывая этим свое не согласие, потом, махнул на Евгению рукой и сделал вид что его заинтересовали приборы на пульте управления.

Постояв у пульта и немного успокоившись, Заварский подошёл к креслу пилота, но садится, не стал.

– Бэби, убрать первый расчёт в накопитель, – громко приказал он, а тихо, для себя, добавил, «я в свободное время еще над ним поработаю». – Расчёт с результатом девяносто восемь процентов загрузить в программу полета.

– Расчёт с наибольшим результатом загружен, – доложил Бэби через пару секунд. В это время створки лифта открылись и в рубку вошли Юра и Олег. Они быстро подошли к Заварскому. – Извините, Эдуард Павлович, немного задержались, – сказал Олег. – Не задержались, а опоздали, – поправил Заварский.

– Да нет! – просто, мы хотели, чтобы наши друзья, – Женечка и Серёжа, – немножко побольше побыли командирами. Как-то неудобно, утром заступили, а вечером уже отстранили, – веселым тоном заговорил Юра.

– Отставить шутки! – перебил его Заварский.

– Время до старта осталось мало, так что начинайте сразу вникать в работу.        Улыбка на лице Юры, сменилась на серьезное выражение. – Извините, Эдуард Павлович, я просто хотел поднять всем настроение. Заварский, взял его за плечи и подвел к креслу пилота:

– Вот твое место, Юрий Иванович, садись и начинай выполнять свои обязанности.        Женя и Сережа, стояли рядом, с интересом наблюдая за вхождением своих друзей в должность.

Олег Громов, не стал дожидаться, когда его тоже, поведут усаживаться в кресло, быстро подошёл к креслу штурмана и сел. Протянул руку с браслетом к считывающему устройству. – Статус подтверждён, произнес Бэби.

– Доложить о состоянии готовности звездолета к старту! – приказал Олег.

Бэби начал доклад.

Услышав действия Олега, Заварский прервал разговор с Юрой и резко развернулся к Громову: – Олег Васильевич, прошу вас встать. – Бэби прерви доклад! – приказал Заварский, приближаясь к креслу.

Бэби, замолчал на полуслове.

Олег, в недоумении, посмотрел на Заварского. Потом перевёл взгляд на Женю и Серёжу, которые, стояли не понимая, что происходит. На его вопросительный взгляд, Женя, пожала плечами, а Серёжа, развел в стороны руки, показывая этим, что не в силах помочь.

Юра, глядел на происходящее, из-за широкой спины Заварского, не понимая смысла в его действиях.

Не получив от друзей подсказки, и не зная что случилось, Олег поднялся из кресла.        Заварский, подойдя, взял Олега за плечи, как недавно брал Юру и подвел к креслу, в котором разместился Миронов:

– Юрий Иванович, прошу вас подняться и освободить кресло, – сказал Заварский. Юра быстро встал и отошел в сторону.        Заварский подвел и усадил Олега в освободившееся кресло. – С этого момента в вашей смене вы, Олег Васильевич, командир корабля.

Заварский, повернулся к Юре, с большим усилием сдерживая смех, и напуская на себя строгость, сказал. – Извините, похоже, вы уже покомандовали, попробуйте себя теперь на должности штурмана.

Серёжа, поняв в чем дело, рассмеялся и, давясь от смеха, сказал.

– Юра, ты командовал ровно десять секунд! Это рекорд! В истории космонавтики такого, наверное, ещё не было. Я хочу первым взять у тебя автограф. Ты, наверное, не будешь против?       – Я тоже в очереди за автографом, – сказала Женя, поглядывая на Юру, искрящимися от смеха глазами. – Только ты, Юрочка, пожалуйста, поставь свою подпись на автопортрет. Я его на стол поставлю.

Сконфуженный смехом друзей, Юра, шёл к креслу штурмана, смущенно улыбаясь. Ему хотелось перевести всё в шутку, но как назло, на ум не шли слова. Всё случилось так быстро, что он не понял, когда начался миг его правления, а когда закончился.

Наконец, собравшись с мыслями, он сказал. – Какая разница где сидеть, главное, чтобы голова правильно думала, а руки правильно делали.

На что Заварский ответил.

– Всё верно, разница в креслах небольшая. Просто одно кресло имеет преимущество перед другим во время передвижения. Главное, чтобы голова соображала быстро, а у тебя, по-моему, быстро работает только язык.

Заварский, дружески похлопал ладонью Юру по плечу и добавил.

– Не обижайся, но в данный момент, Олег Васильевич оказался быстрей и сообразительней. На этом, давайте закончим ваше вступление в должность и продолжим подготовку к старту.

Заварский повернулся к Серёже и Жене:

– Вы можете отправляться отдыхать, а мы тут ещё поработаем.       – А можно мы к старту подойдём? В такой момент спать нет желания, – спросила Женя у Заварского. – Ну, какой разговор! Евгения, рубка управления ваше рабочее место, и находиться здесь вам никто не запретит. Приходите, может, найдётся и для вас дело.

Спустившись на лифте в отсек отдыха. Женя и Серёжа разошлись по своим каютам. Договорившись, к старту встретится в рубке управления.

Два звездолёта, похожих друг на друга как две капли воды, стояли на орбитальном кольце в ожидании своего первого старта. Вся основная работа, по подготовке их к полету была сделана. Оставались лишь, мелкие косметические недоработки, с которыми и занимался экипаж.

На первом звездолете работали: Смирнов, Дробышев и Сомов. На втором: Носов, Нестеров и Смирнов.

В конце рабочего дня, ребята с первого и второго звездолёта, не пошли на кольцо, в зону отдыха, где каждому была выделена каюта, а собрались на звездолете номер один.

Сегодня, в двадцать четыре часа, друзья, с которыми прошло всё детство, отправлялись в первый самостоятельный полёт, и ребята очень за них волновались.

На связь решили выйти перед отлетом, чтобы не мешать им, готовиться к старту.

– Ну, чем займемся? – спросил Носов Вася. – Не будем же мы вот так, сиднем сидеть, весь вечер у экрана.

– А что ты предлагаешь? – вопросом на вопрос, спросил Нестеров Алексей. – Я вам предлагал ещё там, на рабочем месте, что надо сходить на фильм или на концерт, а потом перед связью собраться здесь. – Нам и так в этом отсеке ещё лет пять париться.

Алексей с улыбкой на лице, подошёл к Васе, похлопал его дружески по плечу и сказал.

– Проходи, садись и успокойся. Сейчас стюард подаст ужин. На сытый желудок, говорят, умные мысли приходят. Мы с тобой здесь в гостях и не будем создавать проблем хозяевам. Возможно, у них есть свой план, как скоротать время до связи.

Пока ребята спорили между собой, Смирнов Юра подошел к своему брату Денису и, они вдвоем отправились осматривать корабль.

– Эй, братья, вы куда! – крикнул им вслед Сомов Михаил. В ответ, Денис отмахнулся рукой.

– Не приставай ты к ним! – оборвал Сомова, Дробышев.      – Ты же знаешь, что они всегда вдвоем были, а тут их назначили в разные экипажи. – Я, даже не представляю, как они будут переносить разлуку во время полёта.

Ребята сели за стол, к ним подошёл робот стюард, чтобы принять заказ.

– А ты назначение видел? – спросил Алексей Нестеров. Там Женьку с Серёгой тоже разбросали по разным звездолётам, а они вообще друг без друга свихнутся.

– Наверное, решили, что так будет справедливей, всем одинаковые условия, – сказал Носов.

Нестеров от возмущения, подскочил с кресла, в которое только что сел:

– Какая тут справедливость! Просто, они там… не ведают, что творят! – сорвался на крик Алексей. – Нас как всегда и везде… считают детьми, и наши чувства не принимают в расчёт, – продолжал он.      – Ты Вася, говоришь одинаковые условия, но не учитываешь того, что мы будем далеко не в одинаковых условиях! Нас, приучили жить вдали от родственников, уже давно, а их разлучат, перед самым стартом.

– Что ты на меня взъелся! Я же, просто сказал то, что считают там! – где назначали, а не то, что я думаю, – обиженным голосом ответил Вася Носов.

– Тогда скажи то, что думаешь сам! – напирал на него Алексей.       – Да хватит тебе Леха возмущаться, всё равно ты этим некому не поможешь! Только настроение всем испортишь, – сказал Дробышев, удобней устраиваясь за столом. – Серёгу и Женю разлучили, назначив командирами Звездолётов и это назначение правильное, потому, что они самые достойные на эту должность,

Дробышев пристально посмотрел на Алексея      :

– Может быть, ты считаешь, что среди нас есть более достойный?      Так я тебе отвечу, что нет! И в управлении так решили. А то, что они будут страдать, грустить и всё остальное, для управления не важно! Для них, важна подготовка. Ты, конечно, можешь поехать, объяснить ситуацию и предложить на место кого ни будь из них, свою кандидатуру, но это будет выглядеть очень глупо и подозрительно.

Немного помолчав, Алексей согласился с доводами Гены:

– Да, ты прав. От наших разговоров толку нет, а идти и разбираться с начальством, как ты говоришь, смысла нет, только выставишь себя в глупом цвете.

Три робота стюарда быстро накрыли стол для ужина. Роботы знали, что заказывают на ужин Дробышев и Сомов, потому стол был накрыт по вкусу хозяев.       Поужинав, ребята перешли за другой столик, здесь стаяли готовые к сражению шахматные фигуры. В эту, очень древнюю игру любили играть все.

– Ну что? Посмотрим, кто на этот раз победит! Мы, экипаж первого вызываем вас на сражение, – официальным тоном заявил Сомов.

– Я не против, – сказал Нестеров Алексей, усаживаясь за стол. Давай Васёк, покажем им, как играет экипаж звездолета два.

– А что им показывать, всё равно будет как вчера, наши начинают и выигрывают.

– Ты что говоришь, – возмутился Дробышев Гена, – вчера была ничья!

– Все равно, наши круче, – улыбаясь, сказал Вася.

Ребята увлеклись игрой так, что не заметили, как подошло время связи.

Остановили игру Денис и Юра:

– По-моему, у вас опять ничья! – сказал Денис, сваливая фигуры.       – Ты что делаешь!? – возмутились игроки. – Всё! – хватит, пора на связь, – ответил Денис.

Носов Вася, поднимаясь из-за стола, обратился к стоящим вместе братьям.

– По-моему правильно делают, что направляют вас на разные звездолеты, вместе вы очень опасны для окружающих. Пару часов провели вдвоем и уже буяните.      А Нестеров, между прочим, хочет идти хлопотать за вас перед начальством! Ох, и глупый же он!? Как вы думаете?

Денис глянул на брата, улыбнулся и ответил.

– Мы и сами решили разделиться, надо же за вами приглядывать там, и тут.      Без нас! – вы, даже сейчас уже проспали бы время связи.

Ребята весело рассмеялись и пошли на встречу с друзьями.

– Интересно! – кто у них будет производить старт? – рассуждал вслух Дробышев, шагая в рубку управления.

– А ты как думаешь? – спросил Нестеров, услышав Дробышева.       – Я думаю, что у пульта будут, Женя и Серёга.       Смирнов Юра взял брата за плечо и сказал.       – Мы с Денисом, тоже так считаем.      Денис высвободил плечо:

– Зря ты Юра сейчас сказал за меня, я лично, вообще не считаю нужным загадывать. Они, все там молодцы! – и кто бы ни сидел за пультом, все равно будет правильно.       – Молодец Денис! Очень мудро сказал! Хвала Денису! – весело закричал Нестеров Алексей.       В рубку управления ребята вошли, в хорошем настроении.

Современные музыкальные инструменты, работали на пике своих возможностей. Переборки огромного помещения вибрировали под натиском звуковых волн. Голографический преобразователь музыкальных ритмов, выдавал фейерверк цветных фантазий. Современная молодежь, отрывалась в замысловатом танце.

Среди Разгоряченной танцем молодежи, танцевали такие же красивые и веселые, но холодные, фантомы, что придавало танцу экстравагантность. Очень часто, парень или девушка знакомились с симпатичным партнером по танцам, а партнер после знакомства, под общий смех окружающих, громко лопался, как мыльный пузырь.

Уставшие от танца молодые люди, собирались у стойки бара, заказывали себе прохладительные напитки, а желающие, могли заказать наоборот, горячительные, с добавкой Лидия.       Среди отдыхающих от танца молодых людей, у стойки бара, набирался сил и Кравцов Пётр Павлович. Его окружала стайка молодых девушек, которым он с увлечением рассказывал о своих героических походах по неизведанным планетам.       Девушки слушали, затаив дыхание. Не каждый раз выпадает случай, познакомиться с настоящим космическим волком. Своё красноречие Кравцов поддерживал на высоте, периодически выпивая коктейль, с добавлением Лидия.       Выпив ещё порцию, Петя продолжил рассказ, о своих подвигах. – Я, в данный момент, с моими друзьями отправляюсь к солнцу. Наша задача, доставить туда ученых, которые будут изучать природный феномен. Этот сложный полёт доверили лучшим космонавтам, способным преодолеть страх навеваемый нашим светилом.

Одна из слушающих его девиц, ехидно усмехнувшись, показала всем на большой экран монитора за спиной бармена. Там, как раз в это время показывали отправление экспедиции к Солнцу. Петя стоял спиной к экрану и нечего не видел.

– Ты очень интересно путешествуешь, – громко заговорила она. – Смотрите девочки, осторожней, он наверное, летает не отходя от стойки. Так нечаянно и мы можем с ним улететь прямо на Солнце.       Все вокруг Пети рассмеялись. – Это его тело перед нами, а дух давно уже там, на звездолете, – выкрикнул кто-то из присутствующих рядом.

Вновь, вокруг раздался дружный смех. Петя, замутненным сознанием стал понимать, что его рассказ всех смешит. – Но почему? Ведь только что, его слушали с восхищением.

В растерянности, он повернулся к стойке, чтобы заказать очередную порцию, и тут его взгляд остановился на экране. Там показывали двух Андроидов, которые, подходили к звездолету, а диктор в это время сообщал, что осталось только отсоединить грузовой шлюз и звездолет отправится к нашей, всем хорошо знакомой и родной звезде.

Организм встряхнуло мощным разрядом, посланным затуманенным мозгом. На мгновение сознание очистилось. Он услышал голос диктора.       – Осталось восемнадцать минут до старта.       Пётр понимал, что это сообщение связано с чем-то важным, но с чем? Что так его взволновало.

Мысли вязли в тумане, стучались об него как о стену. Вдруг в сознании промелькнули слова сказанные детским голосом.

– В двадцать три сорок пять грузовой шлюз будет отсоединен от корабля. Если вы хотите им воспользоваться, то постарайтесь пройти раньше.       Эти два сообщения столкнулись друг с другом, сплелись и закружились, разгоняя туман в голове. Ещё один разряд, посланный мозгом, заставил его вздрогнуть. Обильный пот побежал по коже, очищая сознание.

Мысли хлынули лавиной, прорвав липкий туман, наперебой стараясь достучаться до сознания пьяного хозяина.

– Старт!

– Звездолёт готовится к старту!       – Я должен лететь!       – Я должен быть там! Грузовой шлюз отсоединят от корабля, без пятнадцати! Кравцов глянул на часы, но который час, уловило только подсознание. В голове пронеслась мысль.       – Надо бежать, чтобы успеть.       Вдруг он понял, что уже бежит, расталкивая по сторонам встречающихся на пути.       Рефлекс, выработанный за годы службы в космонавтике, опережал заторможенные мысли.       Рука на бегу скользнула в карман костюма, пальцы собрали в горсть, приличное количество таблеток антидота. Эти таблетки выдаются по одной, с каждой порцией напитка, имеющего Лидий в своем составе. Таблетка, попав в организм, мгновенно прекращает действие Лидия на него.

Кравцов добежал до лифта. Рука из кармана автоматически потянулась к кнопке вызова, таблетки при этом рассыпались по палубе.       Надо нагнуться, поднять, но распахнулись створки лифта и ноги занесли его внутрь. В голове билась мысль. – Скорей! Скорей! – надо успеть!

Скоростной лифт, ползет как черепаха с больными ногами, а секунды, быстро превращаются в минуты. Лифт остановился на техническом уровне. Уже рядом! – прямо над головой, стоит звездолет. Осталось добежать до грузового шлюза. Створки декомпрессионной камеры уже видны.

Рефлекс продолжал опережать заторможенные мысли.      Кравцов увидел над створками шлюза горящую красным, надпись, «НЕ ОТКРЫВАТЬ: ВАКУУМ» но, пока суть надписи дошла до сознания, рука уже потянула стопорный рычаг. В это время два Андроида на поверхности кольца, отсоединили грузовой шлюз от звездолета. Открыли шлюзовые створки и вошли в него, вместе с космическим вакуумом. Один из Андроидов, закрыл створки, и в это время, створки шлюза на техническом этаже открылись, заполняя вакуум воздухом с технического уровня. Кравцов успел остановиться и сделать пару шагов назад, когда створки распахнулись. Эти пару шагов, спасли ему жизнь. Стоял бы он у шлюза, его разорвало бы в клочья, внутренним давлением организма.

Его вместе с воздухом, понесло в шлюзовую камеру.

В голове мелькнуло:

– Всё! – конец, не успел!

Сознание наполнилось ужасной болью и растворилось в непроглядной темноте.

За десять минут до старта, Серёжа и Женя вышли из лифта в рубку управления. Увидев их, Заварский сидящий в кресле второй магнитной линии, помахал рукой, приглашая подойти к нему. Женя, заметившая машущего Заварского, потянула Серёжу за руку. Он, зайдя в рубку, направился к Юре и Олегу, занятых подготовкой корабля к старту. – Серёжа нас Заварский зовёт, – сказала она ему на ухо, увлекая за собой. – Садитесь ближе, – сказал Заварский подошедшим ребятам, указывая на свободные кресла. – У меня есть неприятные новости для вас.       – Что за неприятные новости? – спросил Серёжа.

– Вы садитесь, включайте гравитационное поле, а после я вам сообщу. Заинтересованные таким заявлением, ребята заняли указанные кресла и придвинулись, на креслах, к нему. – Вы в курсе, где сейчас находится и чем занимается Кравцов Пётр? – спросил Заварский, поглядывая по очереди то на Серёжу, то на Женю, и взгляд его не предвещал ничего хорошего.

– Нет! – я не знаю, – ответила Женя.

– Когда мы все покидали блок питания, он оставался там, за столом, ведь его никто не пригласил, – немного подумав, сказал Серёжа. – А позже, когда вы работали здесь, он с вами связывался?

– Нет! – больше мы его не видели, ответила Женя. – А в чем собственно дело? Что случилось?

– Дело в том, что Кравцов без разрешения покинул корабль и отправился на кольцо. Видите ли! – ему захотелось посетить зону отдыха! Там он увлекся напитками с добавлением Лидия и забыл вовремя вернуться, а когда вспомнил, то бежал, не отдавая отчета за свои действия.

Серёжа вспомнил, как он разговаривал с Кравцовым      в грузовом отсеке и сказал.

– Странно такое слышать! Я, с ним немного пообщался, в грузовом отсеке и мне показалось, что он парень грамотный, и самостоятельный. Немного амбициозен, но не глуп.

Заварский вскинул глаза на Серёжу:        – Говоришь, не глупый! – а умудрился открыть грузовой шлюз, наполненный вакуумом. Хорошо, Андроиды успели закрыть выход на поверхность кольца. На пару секунд открыл бы раньше, вылетел в космос, опередив нас!

Услышав от Заварского, что Кравцов попал в беду, Женя испугалась за его жизнь:

– Что с ним!? – Он живой? – взволновано спросила Женя.

– Живой, но его сильно порвало внутренним давлением. Ведь он находился в рабочей зоне, где по технике безопасности носят скафандр, в выходном костюмчике.

– Где он сейчас? – В данный момент, он находится в госпитале. – Слава всевышнему! – с облегчением выдохнула Женя. – Как-то нехорошо, начинать экспедицию с потерь. – Надо ему передать от команды привет.

– Я ему передам! Много приветов передам, вот только вернёмся! Он от моих приветов быстро ума наберётся, – сказал Заварский, руками показывая, как он будет передавать эти приветы. – Ох, и жестокий вы человек, Эдуард Павлович, – сказал Серёжа улыбаясь. Заварский хотел продолжить, но створки лифта распахнулись и в рубку управления стали входить остальные члены экипажа и научные сотрудники.

Строгова подошла к Заварскому. Девочки медики, подошли, вслед за ней, смущенно улыбаясь и стреляя глазками.

– Эдуард Павлович, разрешите я с девочками по присутствую здесь при старте? – Будем рады! присутствуйте, места всем хватит. Садитесь сюда ближе, – он указал на ближайшее кресло. – И вы, девушки, располагайтесь поудобней.

Заварский глянул на Серёжу и Женю, они продолжали сидеть в креслах возле него:

– Мы еще с вами поговорим, ну а сейчас можете заниматься предстартовыми вопросами.

Заварский глазами дал понять, что надо освободить место возле него.

– Елена Романовна, подплывайте в кресле ближе ко мне, я вас введу в курс событий, заговорил Заварский, после того как Строгова заняла освободившееся кресло.        – Научные сотрудники, вошли в рубку управления как к себе домой. Старший из них, высокий и очень худой мужчина лет шестидесяти, африканской наружности, сразу стал давать команды своим подчиненным. Подчиненные беспрекословно кинулись их выполнять. Но их остановил громкий и властный голос командира корабля.

– Всем занять места и включить гравитационное поле кресел. – Минута до старта, – объявил по громкой связи Громов Олег.       Научные сотрудники быстро разбежались по свободным креслам. Бэби, начал громко вести обратный отсчет времени.

В это время раздался вызов и на мониторе перед Олегом, появились ребята оставшиеся готовить звездолеты к полету. Они весело махали руками, передавая приветы и, проталкивались к камере. Всем хотелось быть ближе. Олег улыбнулся и переключил картинку на Голографический проектор. Рубка управления, заполнилась веселыми голосами шестерых голографических парней. Они толкались, стараясь пробиться ближе к камере, которую настраивал Смирнов Денис.

Олег посоветовал Денису тоже перейти на голографию:

– Вы, кстати, у нас прямо посередине рубки управления устроили свалку.

Денис повернулся к ребятам:        – Успокойтесь, всем хватит места. Олежка правильно посоветовал. Сейчас всех увидим, включаю голографический проектор. Как только Денис включил проектор, компьютеры обоих кораблей обработали сигналы и, на кораблях появилось четкое голографическое изображение. Каждый, стал видеть остальных, с того места, где находится его изображение.

Первым заговорил Нестеров Алексей, он оказался проворней остальных: – Здравствуйте все, мы вышли на связь, чтобы поздравить с первым самостоятельным полётом. – Не совсем самостоятельный конечно, – перебил его Юра Миронов и глазами указал на Заварского.

– У нас есть, кому пресекать самостоятельность.       Заварский сделал вид, что не понял намека, хотя внимательно наблюдал за ребятами.

– Это не важно! – главное вы летите, а мы за вами наблюдаем, – продолжил Алексей. – Пусть как говорится « пространство вас убережет от бед и свежего вам воздуха».

– Спасибо вам за пожелание, – от всех поблагодарил Олег. Смирнов Юра обратился к Юре Миронову. – Я вижу, за пультом управления сидите вы с Олежкой, а это значит, что я проиграл.

– Как это проиграл? – удивился Миронов.

– Мы тут поспорили, кто из вас будет управлять кораблем во время старта, ты с Олегом, или Серёжа с Женей.

– Так, не успели мы улететь, как вы стали делать на нас ставки! – Погодите, вернёмся, я с вами разберусь! – стал возмущаться Юра. – Скажи, а кто из вас выиграл? – обратился к Денису Олег. – Это уже не важно, – ответил Денис, улыбаясь. – У вас неприятности на борту, – заговорил Смирнов Юра. – Примите наши соболезнования. – Мы не знали Кравцова, но то, как он попал в беду, наводит на мысль, что ему просто не надо было лететь, или просто не судьба.

– Да, может быть ты прав, – сказал Олег. – Гадать не будем.       – Хочу от имени всех поблагодарить вас за поздравление и извиниться, за то, что пора отключаться. – Через пару секунд будет старт, всем привет.

Пока ребята разговаривали, Румянцева Оля, Встала из кресла и подошла к голографии Сомова Михаила. Они стояли напротив друг друга и тихо разговаривали. Руки их стремились на встречу, но натыкались на пустоту. Когда голография пропала, Оля с грустью на лице вернулась в кресло.

Заварский и Строгова, молча наблюдающие за ребятами, переглянулись, проводив Олю взглядом.       Юра выключил освещение и включил круговой обзор. Палуба и корпус корабля пропали. Кресла с экипажем и панель управления зависли в пространстве. Члены экипажа с восторгом наблюдали открывшуюся картину.

Прямо над головой, во всей своей красе светилась огромная Луна. Обрамленная яркими не мигающими звёздами, она создавала сказочную картину. Её вид завораживал взгляд.

Под её мягким светом, орбитальное кольцо, тоже имело фантастическую расцветку, особенно на фоне земного шара, вокруг которого, сиял голубой ореол, от лучей Солнца, находящегося на обратной стороне земли.

Но, эта красота совсем не радовала научных сотрудников. Они сидели, изо всех сил вцепившись в подлокотники кресел и от страха закрыв глаза. Оказаться в открытом космосе, высоко над орбитальным кольцом, да еще в креслах, парящих в пространстве, отдельно друг от друга, было для них страшной пыткой. Успокоение не давали даже приборы, установленные ими же, в большом количестве оплетающие пространство. Все находились, как будто в коконе, из проводов и приборов, только под ногами была пустота.

Пустота, озарилась яркими вспышками заработавших двигателей.

Орбитальное кольцо стало медленно удаляться от корабля, набирающего скорость.

Полет к Солнцу.

– Ребята поздравляю всех с началом экспедиции на солнце! – громко воскликнул Юра.

– Выключите экраны! Я не могу терпеть, голова идёт кругом! – заголосил один из сотрудников.

– А я, по-моему, обмочил свою спецовку и, руки затекли! Верните хотя бы палубу, чтобы не видеть эту дыру, – запричитал другой. – Ой, зачем я только сюда пришёл, – продолжил он, таким тоскливым голосом, что даже у испуганных взрослых пробилась улыбка, а молодежь дружно рассмеялась.

Заварский громко спросил, тоже сквозь смех, но серьезным голосом.

– Интересно, как вы собираетесь работать? Ведь вы должны здесь находиться со своими приборами, а они требуют прозрачности. К тому же, там, на рабочем месте, будет не просто дыра, а огненная пропасть. – Дайте хотя бы освещение в рубку! Что хохочите, нечего смешного нет! – продолжил тот же голос.

– Олег Васильевич! Пожалей людей науки, выключи экраны, пусть немного передохнут, – попросил громко Заварский.

Олег отключил камеры и включил освещение. Научные сотрудники вздохнули с облегчением и стали разминать, затекшие от перенапряжения конечности. – Внимание!

– Звездолёт вышел на постоянное ускорение. – Можно покинуть кресла, – объявил Бэби.

Один из сотрудников, встал и быстро пошёл на выход, стараясь меньше попадаться на глаза экипажа и своих. Увидев его, Женя толкнула сидевшего рядом Серёжу и указала на удаляющегося сотрудника:

– Смотри! – видать, он не шутил, на счёт обмоченных штанишек. – Да, страху они натерпелись. Кто бы знал, что они боятся открытого космоса. Трудно им будет выполнять задание, – сказал Серёжа, провожая взглядом озабоченного сотрудника. – Ничего, пока долетим, привыкнут. Надо только почаще им устраивать темную, в рубке, – сказала Женя.

– Темная теперь уже не получится, мы вышли из тени нашей земли, а солнце с каждым мгновением будет всё больше и больше, пока не займет половину обзора. Вот где будет страх.

– Серёжа! – если честно, то я и сама боюсь. Как представлю! – мы летим на солнце, как мотыльки летят на свет. Знаю возможности корабля, знаю, что солнечная температура ему не страшна, но его масса! Я уже сейчас начинаю чувствовать тяжесть на душе.

Женя высказалась и замерла, в ожидании реакции на свое признание.

– Жень, не принимай близко к сердцу. Старайся об этом не думать, – ответил ей ласково Серёжа.

Он встал, подошел к Евгении и нежно потеребил её за плечи:

– Знай, что такие чувства сейчас у всех, просто никто этого не показывает. С этими чувствами надо бороться.

Женя, с благодарностью посмотрела на Серёжу.

Сказав ему о своих ощущениях, Женя, в глубине своей души боялась, что Серёжа посмеётся над ней, или скажет, что он не имеет этого постыдного для космонавта чувства. Тем самым унизив её. Услышав же его слова, она ещё раз поняла, что рядом с ней, настоящий человек, которому можно доверить всё без оглядки.

Майкл, подошёл к Заварскому, всё ещё разминая пальцы на руках:

– Никогда не думал, что есть страх, который нельзя побороть. Я терпел до конца. Говорил себе, что я в корабле, но глаза убеждали мой мозг в обратном. Моё нутро сводило от ужаса, не смотря на мои попытки не сдаваться.

Заварский поднялся из кресла навстречу Майклу. Ему стало неудобно сидеть перед старшим по возрасту:

– Из вашей группы хоть кто-нибудь летал в космос? – спросил он.

– Лично я, не летал даже на самолётах, всё как-то не было времени, да и работа моя, больше связана с землёй. Наше светило и с земли хорошо видно, а если нужно, то есть, беспилотные корабли, напичканные разнообразной аппаратурой. Всегда пользовались ими, – ответил Майкл.

Заварский, удивленно вскинул брови, взглянув на ученого:

– Вот как! Значит, наш полет для вас не представляет важности?

– На этот раз, мне предложили посмотреть на солнце своими глазами, так как у них там, появилась возможность мне это устроить. Они просто решили проверить молодёжь в деле, а важность полета, представляется только для меня, – продолжил Майкл. – Увидеть вблизи, своими глазами, эту раскаленную звезду, очень интересно и с научной стороны полезно.

Майкл, вздрогнул всем телом:

– Но очень страшно! Выброс, к которому мы летим, уникален лишь тем, что происходит в одно и тоже время на протяжении нескольких лет. По нему можно сверять часы, а это, понимаете ли странно.

– Мои сотрудники в космосе тоже впервые. Трудно будет привыкать, но за время полёта я думаю, привыкнем. – Будем чаще посещать рубку и устраивать себе испытания.

Майкл протянул Заварскому руку:

– А сейчас, прошу меня извинить, я вас покину. Надо перевести дух.

– Ну что ж, не буду вас задерживать, – сказал Заварский, пожимая ему руку. – Надеюсь, вы и ваши помощники, справитесь, с поставленной перед вами задачей.

Девочки медики, уже имеющие практику полетов на космических кораблях, открытый космос перенесли без жалоб и стонов. Но когда после разрешения встать, они подошли к Олегу и Юре, чтобы поздравить их с началом полёта, ребята увидели на их лицах бледность.

– Ну что девчонки, страшно было? – обратился к ним Юра. – Вижу по вашим лицам, что боялись.

– Нет Юра! – ты не правильно о нас подумал, – вступилась за всех Оля. Когда включился наружный обзор, окружающая красота увлекла нас! – это был просто восторг! – жаль, немного портили картину приборы, закрывающие обозрение. Забыл, наверное!? что мы окончили то же заведение что и ты, а полетов на звездолётах и на простых кораблях, у нас даже больше чем у тебя!

Юра, услышав такой отпор на свои слова, успокаивающе замахал руками:

– Всё! – всё! беру свои слова обратно. Вы, самые смелые девчонки. А если кто и испугался, так это я!

Олег, стоящий рядом, загородил своей широкой грудью товарища и произнёс.

– Молодец! Оля, не дала себя и девочек в обиду, а я уже хотел вступиться за вас.

– Не верю! – по-моему, ты тоже считаешь нас трусихами!? Вы думаете, что мы не в курсе, как вы пугали бедных учёных? Ведь, по правилам, освещение в рубке вы должны были выключить только после привыкания наблюдателей к окружающему за бортом пространству.

Вперёд вышла Рита. Она, встала напротив Юры и Олега, уперла руки кулаками в свои бока и, делая очень серьёзным, выражение своего лица, заговорила.

– Ну что! – мальчики! – доигрались? Мы, можем обвинить вас в нарушении устава! Вам, придется забыть о звёздах!

Она сделала паузу и продолжила.

– Но! – мы, не такие кровожадные. Да девочки!? – обратилась она к остальным.

– Ну конечно! – мы добрые, – заверила, от имени всех, Инна.

– Так вот! – вступила вновь в разговор Рита. – С вас, за наше молчание, требуем выполнения одного желания!

– А, скажите, пожалуйста, милые дамы, что за желание мы должны будем исполнить? – спросил Олег.

– Наше желание, вы узнаете только после того, как дадите слово космонавта, исполнить его,      – ответила Рита.

Юра, от такой наглости со стороны подруг, схватился за голову и сказал.

– Олежка, по-моему, мы с тобой крепко влипли!

Все дружно рассмеялись.

На веселый смех подошла Строгова:

– Хватит девочки, повеселились и, довольно! Не будем с первых дней нарушать режим. Кто не на вахте, быстро отдыхать, – приказным тоном сказала она.

– И вам! как врач, советую отдыхать, – громко, чтобы слышали все, сказала она, обращаясь к Серёже и Жене, подходивших, в это время к ребятам.

– Мы, воспользуемся вашим советом Елена Романовна, вот только поздравим ребят с первым самостоятельным стартом, – официальным тоном заверила Строгову Женя, обнимая подруг и виновников веселья.

Звездолёт, вышел на орбиту вокруг земли и, сделав неполный оборот, устремился к солнцу.

Электромагнитный луч, вырывающийся из носовой части корабля, уходил далеко вперед, по курсу следования, чтобы выявить и устранить препятствия, в виде космической пыли и мелкого странствующего в пространстве, строительного материала, из которого создавались планеты.

Луч, раздвигает препятствия по сторонам, освобождая пространство для свободного движения космического корабля. Центральный компьютер, автоматически следит за сигналами электромагнитного луча, усиливая или уменьшая его напряжение, в зависимости от степени засоренности пространства. В случае попадания в коридор полета, крупных фрагментов, которые луч не в состоянии переместить в сторону, в работу вступает пушка, уничтожающая препятствие.

Строительство орбитального кольца, благоприятно отразилось на космическом пространстве солнечной системы. Его основательно почистили, отправив весь мусор в Материализатор. Поэтому, индикатор напряжения электромагнитного луча, был почти на нуле, борясь лишь только с постоянно усиливающимся солнечным ветром.

Кроме электромагнитного луча, пространство вокруг корабля, просматривалось и охранялось, другими приборами, обеспечивающими безопасность полёта.

Все данные с этих приборов, выводились на большой монитор, за которым, постоянно следили находящиеся на вахте пилот и штурман.

Один из них, мог отдыхать, находясь рядом у пульта, разложив для удобства кресло. Другой же, бодрствовал, под чутким наблюдением Бэби, который по ритму сердца определял состояние и иногда при необходимости, посылал импульс, восстанавливающий бдительность.

Эту первую ночь полета, Олег и Юра провели бодрствуя. Спать не хотелось.

Когда рубка управления опустела, Ребята снова включили экраны наружного наблюдения и потушили освещение.

С грустью на сердце они наблюдали как родная планета

становилось меньше и меньше, пока не превратилась в одну из звезд, а солнце к этому времени даже не стало больше, как будто удалялось от земли вместе с кораблём.

В шесть часов утра по земному времени, на корабле вновь проснулась жизнь.

После гимнастики, пробежки и душа, легкий завтрак. Затем экипаж корабля преступил к выполнению работ по расписанию.

Заварский отправился в рубку управления, чтобы наблюдать за работой вахтенных.

Строгова и её помощницы, занялись проверкой и настройкой медицинского оборудованья, чтобы организовать постоянное наблюдение за обитателями корабля, а так же, наведением порядка.

Строгова учила девушек простой истине, что лучше предупреждать болезнь, чем её лечить. Чтобы эта истина претворялась в жизнь, девочкам приходилось много трудиться и трудиться не по назначению. Специалисты высокого класса, занимались на корабле, банальной уборкой, протиранием приборов обеззараживающей жидкостью и прочими работами, которые на современных кораблях, выполняют роботы уборщики. Но, девчонки не роптали, чётко выполняли все указания.

За сутки, проведенные на корабле, Строгова успела завоевать авторитет у своих подчинённых. Стать им старшей подругой, к которой можно прийти и доверить сокровенное.

Без работы остались только Серёжа и Женя. Менять товарищей в двадцать три, а до этого надо отдыхать, чтобы не заснуть на вахте.

Выполнив утренние процедуры и приняв душ, Серёжа поднялся в блок питания.

Заказав завтрак, он обратился к Бэби.

– Передай Евгении Пилюгиной, что я жду в блоке питания.

– Пилюгина Евгения поднимается в лифте, сейчас будет здесь, – ответил Бэби. В это время створки лифта распахнулись, и из него вышла Женя.

Серёжа помахал ей рукой, приглашая за стол.

– Здравствуй Серёжа, ты уже всё заказал? А я немного задержалась, – виноватым тоном произнесла Женя, усаживаясь за стол. – Мы с тобой самые последние завтракаем?

– Да, все уже работают, только мы сегодня два лодыря.

– Чем загрузим свой отдых? – спросила Женя.

– Я собираюсь спуститься в грузовой отсек. Надо пока летим, получше ознакомиться с техникой. На борт поступили усовершенствованные модели. Теперь, когда Кравцов вышел из строя, не знаю, кого назначат. Надо, на всякий случай, учиться, самому управлять.

– Серёжа! ты говоришь о себе, а я тебя спрашиваю, чем займемся мы?

– Хорошо, пошли вместе. Ты любишь возиться с техникой? Мне с тобой, будет веселей.

– Вот! – ты опять говоришь «мне», а надо, чтобы было весело «нам».

– Женя! Ну что ты придираешься к словам? – не выспалась? Давай будем делать то, что скажешь ты!

В это время из лифта вышел Громов Олег. Приветственно махнув рукой, подошел к Материализатору и заказал завтрак. Получив заказ, он подсел к Жене и Серёже.

– Как у вас дела? – спросила Женя.

– У нас, всё в порядке, висим в пространстве. И земли нет и Солнце не приблизилось, – ответил Олег, приступая к завтраку. – А как у вас, всё нормально?

– Мы вот думаем, куда пойти и чем занять день, – ответил Серёжа.

– Это не проблема! – если надо, я могу подсказать, чем можно занять время, – предложил Олег. – Вчера, побывал в библиотеке, – продолжил он, не дожидаясь согласия на подсказку. – Там, такие интересные книги! Таких книг, не было даже у нас в Центре, а там вы сами знаете, какая библиотека! Завтра, после того как отдохну, обязательно пойду опять. Надо кое-что дочитать.

– И что тебя заинтересовало? – спросила Женя.              – Читаю различные документы и воспоминания живших, с двадцатого века и по двадцать второй. Этот период жизни человечества, считается самым опасным. Жизнь на земле стояла на грани самоуничтожения. Противостояние ведущих стран, сдерживалось только страхом. Каждая страна знала, что начало войны, будет с применением атомного и бактериологического оружия, а это, конец жизни на земле.

Но, этот же страх, мог подтолкнуть, любую из стран, к началу войны, в надежде на первый удар.

– Знаете! – читаю, а у самого волосы на теле и голове, дыбом встают, жизнь как на лезвии бритвы была. Воровство, бандитизм, коррупция!      Чиновники назначали себе баснословные заработные платы и пенсии по окончанию трудового стажа, тогда как рабочие еле-еле сводили концы с концами. Одна половина общества, ломала голову, куда потратить деньги, а другая, «большая часть общества», ломала голову, где их взять, чтобы выжить!

Разговор о книге увлек Олега на столько, что он отложил ложку в сторону и у него загорелись глаза от возбуждения.

– Страны были заражены религиозными расколами, которые, подливали масла в огонь. Раскол был как между странами, так и в нутрии каждой. Религиозные деятели, прекрасно зная, что бог для всех един, ради собственной наживы, морочили очень доверчивым людям головы. Настраивали людей друг на друга, из-за незначительных несовпадений в трактовке слова божьего. Простые, словесные перебранки между иноверцами, перерастали в террористические нападения, которые раскачивали и так неустойчивый мир, между странами и религиями.

– Олег прервал свою речь, и снова взялся за ложку: – Что я вам рассказываю, вы и сами знаете, а если не знаете то вам надо идти в библиотеку, – сказал Олег, приступая к завтраку. – Олежка, зачем нам идти в библиотеку, если ты нам уже всё так красочно рассказал, – сказал Серёжа смеясь. – Теперь, мы точно, пойдем в грузовой отсек! – как ты думаешь, Жень? – повернувшись к Жени, спросил Серёжа, надеясь, что она поддержит его.

– Не понял! – причём тут грузовой отсек? – удивленно спросил Олег.

– Да это так! – тебе не понять, – ответила Женя. – Просто, Серёжа решил идти осваивать новую технику, что стоит у нас в грузовом отсеке, он хочет поработать в будущем на месте Кравцова. Ему надоело управлять звездолётами.

– О, круто! Это надо иметь большую силу воли, чтобы принять такое, я бы сказал, оригинальное решение! – сказал Олег ухмыляясь. – Жень, значит можно передать Юре, что менять нас, ты придешь одна, а Серёга уже сменит квалификацию?

Олег привстал и через стол, дружески похлопал Серёжу по плечу:              – Мне, эта твоя затея нравится, – продолжил он. – Представь Жень! Серёга будет лежать на боку, пока мы не прилетим к звездной системе, а лететь туда будем лет пять. Хитро придумано,

Олег, погрозил указательным пальцем в воздухе, вздохнул и добавил.

– Была бы, эта идея моей, я всю библиотеку за это время выучил наизусть, а ты Серёга, отрастишь за это время на своем животе, большой мозоль.

– А, почему ты решил, что я буду лежать? – спросил Серёжа, обиженным тоном, подыгрывая Олегу.

– Ну, как! – Ты что, пять лет будешь изучать новую технику, или ездить на вездеходе по грузовому отсеку будешь? – Нет, я ещё и летать на Винталёте буду иногда, – поддержал шутку Серёжа. – Вот как! Тогда, я буду иногда к тебе приходить. Надеюсь, ты своих друзей прокатишь? – спросил Олег.

Серёжа, на миг задумался, а потом с раздумьем в голосе ответил.

– Не знаю? Надо над этим вопросом еще подумать! хотя, если будут хорошо просить, то, наверное, кого-нибудь из экипажа прокачу.

– А я, буду выписывать пропуска желающим покататься и, очередь буду устанавливать, – нашла себе занятие в новом проекте Женя.

– Правильно Жень, выписывай пропуска всем, кроме пилотов и штурманов, они и так катаются на звездолёте, – сказал Серёжа, давясь от смеха. – Вот вы значит как! – шутя, нахмурившись, удивился Олег.

– Тогда, мы с Юрой, вас тоже катать не будем и высадим, где-нибудь неподалеку от солнечной системы, будите своим ходом добираться.       Женя уперла руки в бока и повернулась к Олегу:              – Ох, жестокий ты мальчик, Олеженька, такое наказание придумал. Буду, надеется, что Юра тебя не поддержит и не высадит нас! – А! Напугал я вас!? – воскликнул Олег, вставая из-за стола. – Ну да ладно, забудем, я сегодня добрый. Кстати, сейчас в рубку должны прийти научные сотрудники, будут проходить курс привыкания к пространству.

– Откуда такие сведения? спросил Серёжа. – Старший, интересовался, кажется Майклом зовут. Спрашивал, можно ли подняться.

– Так, они, наверное, там уже, – сказала Женя.

– Нет, Майкл сказал, что подойдут минут через двадцать, тридцать, а прошло всего минут пятнадцать. Женя обратилась к Серёже: – Пойдём, посмотрим на наше светило, может мы, заметим разницу в размерах с первого взгляда.

Серёжа закончил завтрак и поднялся:       – Нет Жень, мне что-то не хочется, я лучше пойду, как и намечал в грузовой отсек. А ты, если есть желание, можешь подняться к ребятам.       Женя рассмеялась, глядя на Серёжу:

– Спасибо Серёжа, за разрешение, так и быть я им воспользуюсь! Пойдем Олежка, – сказала Женя, вставая и увлекая Олега к лифту.

Серёжа посмотрел им в след и с недоумением пожал плечами, пробурчав себе под нос.

«Не понял, что я не так сказал! На что обиделась»?

Спустившись в грузовой отсек, Серёжа сразу подошёл к винталётам. Их было три, как и вездеходов. Забравшись в кабину одного из них, Серёжа осмотрелся.

Бортовой компьютер, установлен самой последней модели. Двигатель запускается голосом. Для этого надо лишь перед запуском произнести пару слов в запоминающее устройство. Удобное кресло пилота. Вместительный салон.

Серёжа, визуально прикинул, четыре человека в Космодесантных скафандрах поместятся свободно, а в простых и восемь, может разместиться.

Салон изготовлен из прозрачного материала, который, при желании можно затемнить, до полной не прозрачности. Вооружение стандартное, пушка, стреляющая электрическими разрядами.

Корпус испускает импульсы, которые убивают на расстоянии пятисот метров, если сразу почувствовав воздействие лучей, не убраться из зоны действия подальше. На земле, эти импульсы, предназначены, для отпугивания птиц от аэропортов и машин, идущих на посадку. Эффективность этого импульса регулируется.

Серёжа сел в кресло пилота, произнес слова и запустил двигатель. Теперь, чтобы поменять пилота, нужно заглушить двигатель и освободить кресло. Серёжа попробовал выпустить винты, но компьютер предупредил, что предполагаемая зона расположения      винтов занята, а отъезжать Серёжа не стал. Заглушил двигатель и перешёл к вездеходам.

Они стояли рядом и черная броня вездеходов, манила к себе. Матовый оттенок брони, придавал ей живой вид. Ощущение живой кожи усиливалось после того как прикоснёшься к броне руками. Она теплая и чувствуешь так, будто броня под рукой мягкая. Конечно, это ощущение, ошибочное, броня на вездеходах не пропускает через себя, ни холод, ни жару, она выдержит любой взрыв и подводой на вездеходах, можно ездить месяцами.

«В тех местах, где на гусеницах не пройти, можно выпустить паучьи лапы и бежать на них, хочешь вверх, хочешь вниз. На паучьих лапах, присоски как у спрута. Где не удастся присосаться, там, они приклеятся», – эти мысли крутились у Серёжи в голове, пока он открывал люк, чтобы войти в салон.

Серёжа, прошелся по просторному салону, заглянул в камеру декомпрессии и дезинфекции. Через эти камеры, можно выходить на поверхность планет, где нет воздуха или он не пригоден для дыхания.

– Да, красота! – произнёс Серёжа вслух, не выдержав нахлынувших чувств. – Такой простор! – здесь, можно жить! – воскликнул он, оглядывая внутренности вездехода и садясь в кресло водителя.

Серёжа, запустил двигатель и одним нажатием на клавишу, сделал салон, полностью прозрачным. Непрозрачным, остались лишь, сан-отсек и декомпрессионная камера. Серёжа, достал инструкцию и почитал её, сидя в удобном кресле. Ему понравился способ заправки Материализатора.

Вовремя движения, между гусениц, опускается заборное приспособление, раскрывается его зев, и поверхность, по которой движется вездеход, наполняет его. Насытившись, зев скрывается в Материализаторе. Этот способ заправки рассчитан для планет, на которых отсутствует атмосфера и вода. Где они есть, Материализатор использует для заправки жидкости.

В рубке управления, несмотря на заверения Олега, научные сотрудники уже занимали места в креслах. У каждого, в глазах был страх, но рассаживались, молча, стараясь, этот страх подавить. Майкл, помогал своим сотрудникам, удобней устроиться, давал наставления и как мог, успокаивал.      Можно было подумать, что он имеет богатый опыт и совсем не боится.

Заварский, как обычно сидел в кресле на второй линии и наблюдал за всеми, но не вмешивался.

Увидев Евгению, приветственно махнул ей рукой и показал, чтобы она подошла к нему. Женя сразу приметила, что он в приподнятом настроении, весь светится, будто в груди бушует нерастраченная энергия:

– Что, Евгения Викторовна, не выдержала до начала своей вахты, пришла взглянуть? Проходи, садись рядом, сейчас посмотрим пространству в глаза. Вот только, Строгову Елену Романовну подождём, она обещала подойти.

– Спасибо за приглашение, но я лучше, не буду вам мешать, да и мальчишки меня уже ждут. Я заменю Юру, пока он сходит в блок питания.

– Воля твоя, не буду задерживать, – сказал Заварский, улыбнувшись.

В это время из лифта вышла Строгова, в сопровождении своей медицинской команды. Девчонки весело побежали к пульту управления, где находились Олег и Юра, а Строгова, загадочно улыбаясь Заварскому, подошла и села рядом с ним.

Женя, увидев, что ребят окружили девчонки, повернулась к Заварскому:

– Ну вот, Эдуард Павлович, пока я тут с вами разговаривала, моих друзей окружили медицинские работницы. Сегодня, наверное, Юрий Иванович останется без завтрака.

Строгова, глянув на своих помощниц, весело сказала, переведя взгляд на Евгению.

– Надо Женя делиться! Не будь такой жадной. Ведь это твои подружки.

– Э, нет! – я своих мальчишек ни кому не отдам, даже своим подругам, – стараясь сохранить серьёзный тон, сказала Женя, направляясь к ребятам.

Строгова проводила её взглядом и повернулась к Заварскому:

– Удивительно слышать столь взрослую речь от пятнадцатилетних подростков. Я, никак не могу привыкнуть, воспринимать их как взрослых, а ведь их интеллект на уровне двадцати лет, а если принять во внимание микро чип, вживленный при поступлении, то еще старше.

– Подожди, о каком микро чипе идёт речь! Они, что не люди?

Заварский был сильно удивлен таким открытием. Он смотрел на Строгову, широко раскрытыми глазами.

– Мне, ничего об этом не говорили.

– Нет, нет, это совсем не то, о чём ты сейчас говоришь. Они отличаются от нас только тем, что информация, полученная за время обучения в центре, по мере надобности мгновенно передаётся в мозг, освежая память.

– Почему только та, что получена в центре? – удивленный таким разъяснением, спросил Заварский.

– Потому, что она закреплялась в сознании ребят, с помощью гипноза, одновременно поступая на чип. Об этом чипе, знают только медики, выполнявшие эту операцию, да те, кто это придумал. Правда, в конце обучения, о чипе сказали носителям, посоветовав при этом, не распространять информацию.

– А зачем тогда сообщили? – удивился Заварский.

– Затем, что они должны знать о себе всё, это их право.

– И как они восприняли это?

– Как и должны воспринимать дети. Они, просто этому не придали значения. Свою уникальность, они ощутят со временем, сравнивая себя со своими сверстниками.

Заварский взял руку Строговой и нежно погладил:

– Ты сказала, что об этом никто не знает, а почему, знаешь, ты? – спросил он.

Строгова удивленно посмотрела ему в глаза и, улыбнувшись, сказала.

– А ты, попробуй догадаться с первого раза.

К Заварскому подошёл Майкл, и прервал разговор:

– Мы готовы, можно начинать.

– Готовы? – А вы сами, почему не в кресле?

Майкл, замахал панически руками:

– Нет, нет, с меня довольно! Я второго раза не перенесу

Он, немного успокоился и продолжил.

– Может быть в следующий раз, чуть попозже, а сейчас я лучше пойду, подожду их в блоке питания. Надеюсь после этой процедуры, они все захотят перекусить.

Майкл виновато улыбнулся и быстро пошёл к лифту.

Заварский, глядя на удаляющегося руководителя проекта, пожал плечами и произнес.

– Я думаю, вам видней, как надо поступать. Дождавшись, когда створки лифта закрылись, Заварский через браслет вышел в громкую связь корабля и объявил.

– Все желающие в сборе, можно приступать.

Строгова, резко вырвала свою руку из рук Заварского:

– Как приступать! А мои девочки? Они ещё не садились.

– За них не беспокойся, – сказал Заварский, успокаивающим тоном, – если надо, ребята посадят сами. В конце концов, они на борту командиры, а я, так, только даю советы, да и их у меня никто не спрашивает.

Юра, обратился к девочкам, веселой стайкой, толпившихся возле командирских кресел.

– Я прекрасно помню, что вы очень смелые девчонки, но мне интересно узнать! – Как вы хотите смотреть на Солнце, стоя, или всё же пойдете и сядете?

Логинова Инна, Ершова Света, Покусова Рита и Румянцева Оля, пойманные таким вопросом врасплох, стали переглядываться друг на друга, не зная как ответить. Всем хотелось доказать свою смелость и остаться стоять рядом с ребятами, но каждая из них уже ощутила, этот страх, от которого леденеют внутренности. Девчонки переглядывались, ожидая, кто первый сдастся и скажет, что надо сесть. Но, такой смелой трусишки, среди них не находилось, поэтому молчание затянулось.

На помощь своим подружкам, пришлось прийти Жене:

– Что мы будем стоять, когда можно прекрасно всё видеть в креслах. Пойдём, сядем, ведь правильно говорят, что в ногах правды нет.

С облегчением вздохнув, девушки разбежались по креслам. Женя села вместе с ними.

– Внимание! Выключаю освещение, – объявил Олег. Всё погрузилось в кромешную тьму, только мигали разноцветные светодиоды на панели управления. В, рубке, воцарилась тишина, даже дыхание у зрителей замерло в ожидании предстоящего представления.

Чтобы все ощутили световой контраст, Олег с Юрой, договорились отключить сначала освещение, а потом включить обзорные экраны.

– Внимание! Включаю обзорные экраны, – объявил ещё раз Олег. В рубку, ворвался солнечный свет. Не смотря на то, что количество пропускаемого света всегда контролируется приборами эффект контраста сработал. По, рубке, прокатился вскрик. Вскрикнули все, кто от страха, кто от восторга, а кто и просто для того чтобы было интересней. Когда глаза немного привыкли к свету, Женя глянула на солнце и с первого взгляда, действительно определила, что размер диска стал немного больше. Женя, повернулась туда, где должна быть земля и обнаружила звездочку, которая мерцала сине-голубым светом.

Научные сотрудники, на этот раз, вели себя спокойней. С интересом смотрели по сторонам. Солнечный свет освещал панель приборов и кресла, находящиеся в рубке, да и их собственные приборы, опутавшие обзорные экраны уменьшали страх.

Когда включили освещение и выключили экраны, сотрудники, расходились довольные своей победой над страхом.

– Теперь, при солнечном свете, совсем не страшно, – сказал один из помощников Майкла, проходя мимо Заварского.

– Когда солнце будет занимать половину обзора, мы посмотрим, страшно или нет! – громко сказал Заварский, чтобы слышали все.

Звездолёт стремительно продвигался к цели, набирая запланированную скорость, чтобы приблизиться к объекту как можно ближе. Все расчеты были произведены и заложены в компьютер. Бэби, следил за полётом, а экипаж мог отдыхать пока звездолёт не подойдет к круговой орбите.

Как не велика скорость звездолёта, но время свидания с Солнцем состоится еще не скоро и чтобы это время провести с пользой для экипажа, Заварский решил свободное время заполнить небольшими учениями.

Первый свободный день полёта, Заварский посвятил на закрепление знаний обращения с оружием.

После завтрака, Серёжа, Женя, Юра и Олег, под его руководством, спустились в грузовой отсек. Там, уже стояли столы, на которых были разложены все виды оружия находящегося на звездолете, – а там, где располагается люк выхода из грузового отсека, – висела мишень, выполненная из высокопрочного материала.

– Я, здесь уже все приготовил для провидения показательных стрельбищ. Надеюсь, вы все, умеете пользоваться оружием? – спросил Заварский, подходя к столу. Он взял Лучемёт, – небольшое, удобное оружие с оптикой и лазером для прицеливания. Почти не целясь, произвёл выстрел по мишени. Короткий, ярко– красный луч ударил в мишень, немного не дотянув до центра. В том месте, куда попал луч, образовалась яркая, быстро остывающая точка.

– Хороший выстрел, – сказал Юра. – А вы не боитесь, что кто-нибудь промажет в мишень и повредит обшивку звездолета!? – спросил он, как всегда с улыбкой на лице.

Заварский улыбнулся и ответил.

– Это исключено! Во первых, обшивка этого корабля, выдержит выстрел любой мощности, скорей, нас снесёт взрывной волной, чем мы сможем навредить кораблю, а во вторых, я поставил регулятор напряжения луча, на минимум. Мне, не нужны яркие эффекты! – главное, попадать в цель.

– Этому нас учили, – сказала Женя, забирая из рук Заварского Лучемёт. Она, тоже, не целясь, с разворота, послала короткий луч в мишень. Результат был, как и у Заварского.

– Это я без тренировки! – а немного поднабью руку и в яблочко! – сказала Женя, передавая Лучемёт Серёже.

– Верю! – выстрел хороший, – похвалил Заварский.

Серёжа, взял Лучемёт в две руки и сделал четыре выстрела подряд. На мишени, вспыхнули четыре яркие точки, расположившись вокруг центра.

– Молодец, ставлю зачет, – сказал Заварский.

Женя, захлопала в ладоши и радостно запрыгала на месте:

– Поздравляю тебя с хорошим выстрелом! – громко вскрикнула она и поцеловала Серёжу в щеку.

– А меня поцелуешь! – если выстрел будет удачный? – спросил Юра, забирая у Серёжи Лучемёт.

Женя, засмеялась и ответила.

– Юра, да я тебя два, раза поцелую! только ты не подведи и в цель метко попади!

– Да, это запросто! – воскликнул Юра и также как и Серёжа, – с двух рук,      – сделал один выстрел, но      затяжной.

Яркий луч лег ровным кольцом вокруг центра мишени.

– Ну вот, готово! – сказал Юра, опуская оружие и любуясь своим выстрелом. – Два поцелуя от Жени заработал, а как насчёт оценки?      – обратился он к Заварскому.

– Замечательно! видно, что вы не зря пять с половиной лет штаны в Центре подготовки протирали! – улыбаясь, ответил Заварский. – Осталось посмотреть, что придумает Олег Васильевич. Я вижу, вы, продемонстрировали каждый свой подчерк стрельбы?

Олег, взял Лучемёт и, – улыбнувшись, вскинул его на руке. Потом, – резко повернувшись к мишени спиной, произвел короткий выстрел из под левой руки.

Заварский, захлопал в ладоши и веселым голосом, произнёс.

– Браво! Браво! – все получилось очень эффектно! – но не эффективно! Ваш выстрел Олег Васильевич, едва попал в мишень.      Придётся стрелять ещё, чтобы получить хорошую оценку.

Олег, молча, не целясь, вскинул Лучемёт и выстрелил ещё раз. Центр мишени, засветился яркой точкой.

– Ну вот, совсем другое дело! – высший бал! – оценил выстрел Заварский      и, повернувшись к Жени, весело подмигнув, сказал.

– Евгения Викторовна! – я, как ваш наставник, предлагаю, – тот поцелуй, который у вас выпросил Юрий Иванович, переадресовать победителю! – по-моему, это будет справедливо.

– Что! Да это грабеж! Вы подстрекаете молодежь на совершение преступления! – возмущенно, закричал Юра. – Женя, не слушай его, это не честно! Мой выстрел тоже был хорош!

Серёжа и Олег, стояли, давясь от смеха, наблюдая за поведением Юры      . Проявляя своё возмущение, он производил много смешных движений и его гримаса на лице, ежесекундно менялась, – как у настоящего артиста, – реагируя, на каждое сказанное слово.

Женя, вскинула руки вверх, чтобы привлечь к себе внимание и громко, произнесла, обращаясь к Юре.

– Не горячись! Ты совершенно прав, твой выстрел тоже, заслуживает награды! Поэтому, я поступлю по справедливости.

С этими словами, она подошла и поцеловала их обоих по разу в щеку:

– Надеюсь это справедливо? Обратилась она к Заварскому.

– Безусловно! Вы мастер, по разрешению конфликтов, – ответил Заварский, улыбаясь. Он сделал небольшую паузу и добавил.

– Теперь, когда с наградами покончено, перейдём к другому виду оружия.

После этих слов, молодежь сразу успокоилась и приготовилась слушать.

Заварский оценил, столь быстрый переход, от игры к делу и удовлетворенно кивнув головой, продолжил.

– Перед нами лежит более грозное оружие, чем Лучемёт, – сказал он, подходя к столу с приготовленными экземплярами. – Это, Пульсар. Он стреляет сгустками энергии, способными нагреть материю до такой степени, что она взрывается, мгновенно испаряясь и образовывая при этом, мощную взрывную волну, которая, в свою очередь, тоже, наносит урон.

– Мы будем стрелять из него? – спросила Женя.

– Нет! Стрелять мы больше не будем! Я уже убедился в том, что вы это делать умеете. Хочу теперь, посмотреть и услышать от вас, как это оружие заряжать, разряжать, и хранить при транспортировке.

– Это, мы всё проходили, когда учились стрелять, – вставил Олег.

Заварский, строго взглянул на него и сказал.

– То, что вас учили! – я не сомневаюсь, но хочу проверить как вы это выучили! Вы, видели прототип этого оружия, но исполненного для применения находясь в Космодесантном скафандре? – спросил он, окинув всех взглядом.

– Нет! – все вместе выдохнули ребята.

– Вот видите! А я, полжизни проходил с ним!

– Мы, не видели! – но изучали его, как и все остальное оружие, применяемое при разведке новых планет, – дополнил Серёжа, ответ, произнесенный хором.

– Он отличается только размером и своим не подъёмным весом, – смеясь, добавил Юра.

– Не только! – сказал Заварский. – Мощь этого оружия, пропорциональна размеру.

Заварский на секунду задумался, соображая, чем ещё можно удивить, этих, не по возрасту умных детей.

– А, вы знаете, что Космодесантный скафандр имеет своё, автономное оружие? – спросил он.

– Знаем, – ответил Серёжа, – но, ни разу не применяли его. На наших скафандрах, оно было отключено и даже, панель, закрывающая его на наружной стороне ладони, не открывалась.

– Совершенно верно! – она и не должна открываться, пока старший группы, не наберет специальный код, – ответил Заварский, обрадованный тем, что нашёл не изученную тему. – В данный момент, этот код знаю только я.

– Это не правильно! Вдруг, с вами что-нибудь случится, в самый ответственный момент и вы не успеете набрать код, а оружие скафандра будет необходимо для спасения? Что тогда? – высказала свое возмущение Женя. – По-моему, это излишняя перестраховка.

– Это, правило, которое мы должны соблюдать и не стоит его обсуждать! – отрезал Заварский.

– Обсуждать конечно не стоит, – громко сказал Серёжа, беря со стола Резак, – но менять, некоторые, устаревшие, правила уже пора.

– Все оружие имеет свой код, на запрет применения. – продолжил говорить Заварский, не обратив внимание на сказанную Серёжей, реплику. – Вы, сейчас брали по очереди Лучемёт и производили выстрелы. Думаете, что смогли бы вы это сделать, не набери я специальный код, разрешающий пользоваться им не надев вот это!

Заварский, взял со стола и поднял над головой, браслет, надеваемый на руку при стрельбе.

– Без него, всё это оружие, просто большие фонарики. Он, ещё раз окинул всех взглядом, пытаясь понять, до каждого ли, дошли его слова.

– Вас эта страховка не возмущает! – так почему не нравится код на скафандре?

– Эдуард Павлович, речь не о том, нравится или не нравится, просто у скафандра уже есть один код, – сказала Женя и подняла руку, показав браслет космонавта-десантника. – Разве его не достаточно!? Неужели в эти ряды берут таких людей, от которых надо прятать оружие? – спросила Женя и сама ответила на него.

– Конечно, нет! Вот и приходит на ум такая мысль, – что это от нас, маленьких, не совсем умных детишек! А это обидно!

Заварский, не смог быстро найти слова, чтобы возразить и перевёл разговор на другую тему.

– Между прочим, этот образец, который, Сергей Алексеевич, у вас в руках, не является оружием. Резак, – инструмент, для отделения геологических пород от общей массы, для сбора образцов.

Серёжа, покрутил резак в руках, примеряя к своей ладони, пару раз подкинул, закручивая и ловко хватая с лету, потом, положив его на место, сказал.

– Это, мы тоже знаем!

Заварский развел руки в стороны и возмущенно сказал.

– Ну, раз вы всё про оружие знаете! – на этом сегодня, закончим. В следующий раз будем знакомиться со стационарным вооружением.

Обрадованная, таким решением молодежь, весело смеясь и толкая, друг друга, направилась к лифту. Заварский, провожая их взглядом, покачал головой и тихо, произнес.

«Совсем ещё дети! – как я, буду с ними справляться в длительном полете!?»

Поднявшись в спальный отсек, ребята, разошлись по своим каютам.

Отсек для отдыха состоял из четырех блоков, отделенных друг от друга проходами, расположенными вокруг лифта. В каждом блоке было семь кают. Шесть кают, своим входом были обращены, по три, в свой проход, а седьмая в центральный, круговой.

При заселении отсека, четыре каюты, вход в которые расположен в центральном, круговом проходе, достались, Заварскому, Строговой, Серёже и Жене, а девочки, Юра и Олег, заняли каюты, выходом обращенные в разделяющий блоки, проход, между каютами Строговой и Жени. Причем, проявив галантность, Юра и Олег, заселили, самые дальни каюты.

Майкл и его помощники, облюбовали каюты в проходе, расположенном между каютами Сережи и Заварского.

Выйдя из лифта, Сережа вместе со всеми, пошёл в сторону прохода, заселенного ребятами и девочками.

Махнув им на прощание рукой, Серёжа, проводил Женю до её входа и после того, как она зашла в каюту и закрыла за собой дверь, отправился к себе.

С хорошим настроением, насвистывая веселый мотивчик, он открыл свою каюту и вошёл.

Вдруг, сверху, на него обрушился целый поток, холодной воды, в миг, сделав его, до нитки, мокрым.

– Ну, подруги, держитесь! – сразу догадавшись, чьих это рук дело, – произнес Серёжа. – Я вам, тоже, устрою холодный душ!

Он, не успел в мыслях представить, что им сделает, как к нему в каюту, влетели Юра и Олег.

Вид у них был, ни чем не лучше Серёжиного.

– Серёга! – ты представляешь, нам с Олегом, устроили ловушки! Целый водопад вылился мне на голову, когда я вошёл в каюту. Олег, тоже пострадал, – с ходу, начал возмущаться Юра, но увидев Серёжу, зашёлся от смеха.

– Значит, нам всем, досталось от медицинского персонала! – сказал Олег, трясясь от распирающего грудь хохота. – Надо срочно придумать ответный ход! – ото, они вечно, будут над нами смеяться, – предложи он.

– Ты прав! – воскликнул Юра, оборвав свой смех.

– Прав то он прав, но нам, сначала, надо всем переодеться, – предложил Серёжа. – Потом, найти какие-то ёмкости, для воды. Мы устроим им водный бой!

– Согласен! – поддержал идею Юра, – переодеваемся и в бой. Постоим за свою подмоченную честь!

С этими словами, он бросился в свою каюту за свежим бельём. Олег последовал за ним.

Серёжа, не стал переодеваться, – а так, в мокрой одежде, – отправился в каюту Жени.

Увидев Серёжу, Женя, сразу всё поняла и, сдерживая, вырывающейся наружу смех, спросила.

– Юра с Олегом, тоже, в таком виде? – и не дожидаясь ответа продолжила. – Молодцы, девчонки! – показали вам, что рано расслабляться и терять форму.

– Женя! – твоё поведение, наводит меня на мысль, что ты была в курсе того, что нас ждало, по возращению?

Женя, громко засмеялась и сквозь смех произнесла.

– Нет! – я, не в курсе, но мне забавно видеть тебя в таком виде! – жаль, что Юра с Олегом не зашли. Я, надеюсь, что на них тоже воды хватило!?

– Так ты, с нами или нет? – спросил Серёжа.

– Я, буду соблюдать нейтралитет! – ответила Женя.

– Что ж, нам будет не хватать одного воина, но это, с рук им так просто не сойдет! Сейчас, переоденемся и отомстим за попранную честь! – смеясь, сказал Серёжа и побежал переодеваться.

Собравшись, опять вместе, мужская половина, отправилась искать средства, для транспортировки водяных боеприпасов.

В блоке питания, они, заказали большие пакеты, наполнили их водой и вернулись опять, в спальный отсек.

С воинским кличем, ворвались в каюту Риты, но там никого не было. Проверили остальные каюты, в которые заселились девчонки, результат тот же.

Тогда, Серёжа, обратился за помощью к Бэби.

Бэби, сообщил, что девчонки в данный момент находятся в зелёной зоне, отдыхают у воды.

– Вот плутовки! – опять обвели нас вокруг пальца! – возмутился Олег.

– Мы сами виноваты, бегаем как кипятком ошпаренные, а нет, чтобы сразу спросить у Бэби, где они, – сказал Серёжа. – Весь боевой дух пропал, пока искали!

– Хорошо! – вы с Олегом, пока отдыхайте и набирайтесь сил, а я пойду на разведку, – предложил Юра. – Узнаю, чем они там занимаются!

Инна, Света, Рита и Оля, в это время, спокойно нежились под искусственным солнцем звездолёта, в самом просторном отсеке, специально отведенном для выращивания плодовых деревьев, кустарников, ягодников и прочих огородных культур, значительно увеличивающих питательный рацион космонавтов.

Когда-то, очень давно, этот отсек был важным звеном жизнеобеспечения на звездолете, а сейчас, – когда всё это может производить Материализатор, – служит прекрасной зоной отдыха экипажа и пассажиров.

Небольшой бассейн, искусно превращенный в красивое, заросшее лилиями, озеро, имел песчаный пляж, на котором и отдыхали девочки.

Юра, стараясь не попасться на глаза отдыхающим, подкрался, собрал всю одежду, аккуратно, лежащую в беседке и удалился, неся свой бесценный груз.

Вернувшись к ребятам, Юра, смеясь, показал свою добычу и сказал.

– Теперь, надо как-то договориться с Бэби, чтобы он позволил сделать ложную тревогу, слышимую лишь только в зеленой зоне.

– Нет ничего проще, – сказал Олег. – Я, поднимусь в рубку управления и наберу код учебной тревоги. Тогда он выполнит все наши приказы.

– Выполнить то он выполнит, но об этой тревоге доложит Заварскому. После этого, у нас будет не ложная, а настоящая тревога! – предупредил Серёжа.

– Да, это проблема, – задумчиво произнес Юра, – но рискнуть придётся. Будем надеяться, что они появятся перед нами раньше, чем Заварский и Строгова. Отомстим! – а потом, будь что будет!

– Я согласен, – сказал Серёжа. – Иди, Олежка, поднимай тревогу и быстро к нам, на помощь. Надо их как следует промочить!

Женя, наблюдающая за приготовлениями со стороны, – не вмешиваясь в происходящее, – громко объявила.

– Я, пойду в рубку управления и объявлю учебную тревогу, а вы, встречайте!

Юра, громко рассмеялся:

– Вот, теперь я вижу, что наш командир опять с нами! Женя, ты молодец! Ребята! – качать её!

Женя, с трудом вырвалась из цепких рук своих друзей и заскочила в лифт, а на прощанье крикнула.

– Не забывайте, у меня, нейтралитет. Для меня, вы все, друзья и подруги!

Строгова, в это время, находилась в гостях у Заварского.

Они, – с интересом, наблюдали, как молодежь развлекается, – даже не подозревая, что Бэби, исполняет приказы с ведома наставников.

Вот уже, который день, на звездолете не слышно смеха и веселых шуток, а также беззлобных розыгрышей друг над другом. Все это, осталось в начале пути.

Когда звездолёт приблизился к Солнцу, на столько, что оно закрыло собой половину обзора, Заварский объявил, что пришла пора возобновить дежурство у пульта управления.

Серёжа, Женя, Юра и Олег, вместе с Заварским поднялись в рубку управления.

Помощники Майкла и он сам, были на своем рабочем месте. Они теперь, редко покидали отсек. Расположившись в креслах третий линии, постоянно что-то писали, рассчитывали, то и дело, сверяя свои расчеты с данными приборов. Экраны были постоянно включены и его величество, – Солнце, – заполняло собой пространство вокруг панели управления. Световые фильтры, пропускали сюда ничтожно малую часть света, но и его хватало, чтобы показать величие, – рядовой желтой звезды, среднего размера.

Заварский, повернулся к ребятам и сказал.

– Звезда рядом и что она может выкинуть в любой момент! – не знает никто, – поэтому, вы должны быть постоянно готовы к любым сюрпризам.

– По графику, сегодня наша смена, – сказала Женя. – Мы с Серёжей остаемся здесь, а остальные, могут покинуть пост.

Юра повернулся к Жени и сказал.

– Не гони нас так сразу, давай посмотрим на нашу звездочку с близкого расстояния!

Звездолёт, в это время достиг солнечной короны и протуберанцы, выбрасываемые бушующей, раскаленной поверхностью солнца, поднимались выше орбиты звездолета, заходящего на круговую орбиту, по которой, он с каждым кругом будет опускаться всё ниже и ниже! Набирая при этом скорость вращения, чтобы противостоять колоссальному притяжению Солнца и не свалиться с орбиты в пекло.

Звездолёт врывался в выбросы, разрезая раскаленные газы своим корпусом. От быстрого движения, корпус звездолёта был раскалён, – на многосильнее, – чем окружающая его среда и это вызывало восхищение и гордость за человечество, сумевшее создать такой материал, противостоящий сверхвысокой температуре.

Вглядываясь в бушующую огненную стихию, Олег задумчиво произнёс.

– Солнце, не просто раскалённая, яркая звезда, а наша родная звёздочка! Отсюда хорошо видно, что оно живое, ворочается, дышит. То, вздымает могучие протуберанцы, – сердясь! – то, закручивает раскаленную массу в громадную воронку, – о чём-то задумавшись.

Олег указал рукой направление:

– Вон, видите? – в дали! Видно как раскаленная материя закручивается в веселом танце! – это видно, чья-то радость проявилась здесь! Ребята, весело улыбаясь, повернулись к Олегу, а он, не обращая внимание на их смех, продолжил.

– Солнце, всегда разное! Оно отражает в себе человеческие чувства, – счастье и горе, радость и беду! В нём, видна мощь! – способность поглотить всё, что до этих пор грело! – и доброта! – ласкающая и обогревающая. Солнце, наше родное светило, дающее всему жизнь! Без его тепла, не будет и жизни!

– В тебе, Олежка, пропадает прекрасный писатель, или поэт, – с серьёзным выражением лица, сказал Юра. – Ты во всём находишь светлые стороны! – возвышенность чувств! – красоту. Зря, тебе избрали такой путь! – на земле ты нужней.

Олег, глянул на Юру, скромно улыбнулся и дружески толкнув его в бок, сказал.

– Мои таланты меркнут, в сравнении, с твоими! – ты, мог бы быть прекрасным артистом!

– Мальчики! – перестаньте расхваливать друг друга! – вмешалась в их спор Женя. – Слушая вас, приходят на ум слова из древней басни. Той, – где питух хвалит кукушку, – за её чудесный голос и умение петь.

Юра, вскинул руки вверх и повернувшись к Жене, сказал. – Я, поражён вашими знаниями…! Не дав ему докончить монолог, Женя, развернула его в сторону лифта и слегка подтолкнув, сказала. – Иди! – пока не стал, поражён моим действием! Я на рабочем месте и могу применить к посторонним эффективные средства защиты! Заварский, широко улыбнувшись, взял Юру и Олега под руки и сказал. – Пошли ребята, ото и мне перепадёт ненароком!

Космический корабль достиг своей цели. Набирая обороты вокруг Солнца, он вышел на рассчитанную орбиту и стал дожидаться момента, столь загадочного выброса солнечной материи.

По расчётам, до выброса оставалось десять часов.

Все приборы, закрепленные в рубке на обзорных экранах, работали на полную мощь, впитывая в себя информацию, об этом великом горне, бушующем, вокруг корабля.

Кончились те дни и ночи, – по земному исчислению, – когда, солнце занимало половину обзора, а другая половина пространства, была черная и усеяна звёздами, которые своим существованием успокаивали напряженные нервы.

Сейчас, бушующая плазма была вокруг корабля и трудно с первого взгляда определить, где заканчивается основная масса Солнца, а где начинается корона.

К этому знаменательному дню, научные сотрудники не подвели. Загнали свой страх так далеко, что он им больше не мешал выполнять свою работу, при включенных, обзорных экранах. Даже Майкл, поначалу боявшийся входить в рубку, сейчас свободно передвигался по ней, среди солнечной бури. Только пот крупными каплями сбегавший по его лицу, говорил о том напряжении, которое он сдерживал в себе.

Майкл вторые сутки не покидал рубку. Позволил себе только два часа сна, прямо здесь, на перегрузочном кресле третьей магнитной линии.

Женя и Серёжа, управлявшие в эти сутки кораблём, смотрели на него с восхищением:

– До выброса ещё далеко, а он уже трудится без сна. Представляю, какой аврал будет, когда настоящая работа начнётся, – сказала Женя, сочувственно поглядывая на учёного.

– Да, тогда засуетятся! – если к тому времени Майкл не заснёт, – веселым тоном сказал Серёжа.

– Ну, разве можно так шутить над ответственным человеком, – сказала Женя, вставая из-за пульта. – Пойду, перекушу немного. Надеюсь, пока меня нет, ты, не свернёшь куда-нибудь?

– Иди не бойся! – всё будет как вчера, – ответил Серёжа, провожая её взглядом.

Майкл в это время, ходил от прибора к прибору, наблюдая за результатами. Его лицо становилось всё напряженней. Наконец он не выдержал и подошел к Серёже:

– Я бы хотел, чтобы вызвали Заварского, – сказал он.      По его лицу было видно, что он чем-то озабочен.

– Может быть я, вам смогу помочь? – спросил Серёжа.

– Нет, мне надо посоветоваться с Заварским, и прошу с вызовом поспешить. По-моему, у нас мало времени.

– Хорошо, нет проблем! – сейчас вызову, сказал Серёжа, включая громкую связь.

– Внимание! Заварский Эдуард Павлович, срочно подымитесь в рубку управления.

– В чём дело? – отозвался Заварский по браслету.

– Вас, вызывает старший научный сотрудник.

– Сейчас буду!

Серёжа повернулся к Майклу:

– Ваша просьба исполнена, Заварский сейчас будет здесь.

Серёжа, окинул Майкла изучающим взглядом.

– Я вижу, что вы чем-то озабочены, – если не секрет, скажите, – в чём дело? – поинтересовался Серёжа. – Это связано с выбросом?

– Да! – вы правы, дело в выбросе, – ответил Майкл, устало, потирая виски. – Он начался на десять часов раньше, и как показывают приборы, выброс гораздо мощней предыдущих.

От догадки, чем это может грозить, у Серёжи округлились глаза:

– И вы молчали! – возмутился он. – Молчали, столько времени! Невероятно!

Серёжа быстро включил громкую связь:

– Женя, Олежка, Юра, срочно в рубку! – с волнением в голосе, закричал Серёжа. – Эдуард Павлович, я принимаю решение на немедленное ускорение! Включаю двухминутный отсчёт времени, всем приготовиться к перегрузке!

Серёжа, стал быстро набирать команды на клавиатуре.

Майкл, удивленный таким решением, обратился к Серёже.

– Вы, принимаете, ответственное решение, не посоветовавшись?

– Некогда советоваться! – ответил Серёжа.

Он, в упор посмотрел в глаза Майклу:

– Вы, что не понимаете! – ваше молчание может обвернуться катастрофой! Курс рассчитан по вашим старым данным, с тем расчётом, чтобы пройти над выбросом, чуть коснувшись его и заполнить ловушку массой.

– Да, я в курсе, – перебил его Майкл, и хотел ещё что-то сказать, но Серёжа продолжил, повысив тон.

– По вашей просьбе мы должны взять образец плазмы с этого выброса. А сейчас! Раз выброс мощней! – он нас поглотит, сбивая скорость при каждой встрече с ним. Мы начнём сходить с орбиты к солнцу!

– Вы так думаете? А я считаю! – что подъёмная сила выброса, – наоборот, – вытолкнет звездолёт с орбиты.

– Теперь, некогда разбираться! – рассаживайте своих людей по креслам, – гневным голосом, приказал Серёжа.

В рубку, из лифта, выбежали Заварский и ребята.

– В чем дело? – подбегая, спросил Заварский.

– Объяснять некогда, быстро в кресла и включайте поле, надо срочно набирать высоту.

Заварский не стал спорить, быстро пошёл и сел в кресло, Олег и Юра за ним.

– Майкл направился к Заварскому, чтобы объяснить, зачем вызывал, но Заварский рыкнул на него.

– Вы что не поняли! Приказ был, всем в кресла!

– Майкл остолбенел от такого возгласа, не зная как поступить, а Заварский взяв себя в руки, произнёс спокойней.

– Садитесь рядом, я хочу знать, в чём дело.

Серёжа кратко рассказал суть дела, быстро занявшей, свое место Жене. Выслушав, она, приступила к расчёту новой траектории полёта, сняв для этого показания с приборов, установленных на экранах.

Бэби, предупредил.

– До ускорения осталось десять секунд, и продолжил отсчет.

– Серёжа, а ты видел сам, в каком состоянии выброс? – спросила Женя, не отрываясь от расчётов.

В это мгновение, обитатели корабля ощутили рывок. Все не закрепленные вещи взлетели вверх. За рывком, легкость, близкую к невесомости. Взметнувшиеся вещи, плавно, как в замедленном кадре, опустились на свои места. Это состояние было кратким, все вновь обрели свой вес.

– Эх, не хватило всего несколько секунд, – с досадой сказал Серёжа, потянув на себя рычаг ускорения. К своему удивлению, он ощутил, что рычаг не хочет двигаться так быстро как хотелось бы. Блокировки, управляемые компьютером, не позволяли выполнять необдуманные поступки.

Бэби, ощутивший через рычаг, поспешное желание Серёжи, сказал.

– Чрезмерное ускорение звездолёта, может привести к гибели экипажа и пассажиров.

– Бэби! надо быстро вывести звездолёт на максимальное ускорение, – закричал в отчаянии Серёжа, продолжая тянуть рычаг.

– Чрезмерное ускорение звездолёта, может привести к гибели экипажа и пассажиров, – повторил Бэби, удерживая рычаг.

Началось ускорение. Всё тело налилось свинцом и вдавилось в кресло, которое амортизировало, погасив резкий переход. Двигаться стало тяжело, чтобы поднять руку, надо применить огромное усилие. Грудная клетка, сдавила легкие, дышать стало трудно, но тренированное тело справлялось с перегрузкой. В Центре готовили переносить различные тяготы космоса, в том числе и перегрузки.

Научные работники, в этот момент, были самые уязвимые. Без подготовки, без какого-либо опыта работы в космосе, им приходилось тяжелей всех. Единственный плюс, это молодой и здоровый организм.      Чего не скажешь, – о Майкле, – у него не было даже этого плюса.

Серёжа повернул голову, чтобы их увидеть:

– Как дела у науки? – громко спросил он.

– Тяжело, но жить будем! – пошутил один из помощников, кое-как шевеля губами.

«Раз шутят, значит не всё ещё потеряно», – подумал Сережа, убедившись, что и другой, старается улыбнуться. Взглянув на Майкла, он пришёл к выводу, что можно без особого ущерба для здоровья увеличить тягу, но Бэби видно думал по другому.

Серёжа повернулся к Жене, сидящей рядом и с волнением наблюдающей за сражением человека с роботом:

– Надо добавить тягу, все чувствуют себя хорошо! Но Бэби блокирует рычаг, – с отчаянием в голосе, сказал Серёжа.

Женя, – в свою очередь, – попыталась убедить Бэби, но он и к её словам не прислушался.

– Эдуард Павлович! – обратилась Женя к Заварскому.

– Столкновение с выбросом, привело к тому, что нашего ускорения не хватает, для того чтобы преодолеть притяжение Солнца и отойти на более высокую орбиту! Более того, мы сваливаемся с орбиты к Солнцу! Надо добавить тягу, но Бэби на все наши просьбы отвечает отказом! Что нам делать? – взволнованным голосом говорила Женя.

– Если мы сможем увеличить ускорение, – хотя бы для того, – чтобы остаться на орбите, то, у нас есть шанс, дождаться, когда выброс рассеется и мы сможем уйти, – вмешался в разговор Серёжа.

– Надо что-то делать! – громко воскликнула Женя и в её голосе были слышны нотки паники. – Вы опытный космонавт, придумайте что-нибудь.

Все присутствующие в рубке, с надеждой ждали от Заварского ответа, устремив на него свой взор. Но, как назло, толковой мысли у него не было. Беда пришла так быстро, что он к ней был не готов.

В эти, последние дни, его голова была полна совсем другими мыслями, далекими от управления звездолётом. Он, вдруг, встретил человека, который сумел проникнуть в его, давно зачерствевшую душу, растопить лёд, мешавший общению с противоположным полом. Ощущение близкого счастья, заполняло его целиком.

Сейчас, в эти секунды, когда Женя требовала от него действия и все присутствующие смотрели на него, как на человека способного изменить ситуацию, он был не готов думать и принимать оптимально правильные решения.

– Выведите на монитор медицинский отсек и включите связь. Надо узнать как там дела, – сказал Заварский, чтобы оттянуть время для принятия решения.

После соответствующей команды, произнесенной Серёжей. Бэби, – спросив разрешения на включение камер у Строговой, – дал изображение на монитор.

Медицинский персонал, сидел в своих перегрузочных креслах. Несмотря на перегрузку, они беззаботно разговаривали.

Заварский спросил.

– Как у вас дела?

Строгова ответила вопросом.

– Что вы там за эксперименты ставите? То тормозите, то стартуете, как будто вас пчёлы жалят!

Заварский тоже, не стал отвечать на заданный вопрос, а просто заметил.

– Вижу у вас всё в порядке, не буду мешать, – и дал команду на отключение связи.

Когда связь прервалась, он громко сказал.

– Не будем посвящать их в подробности.

Но, в это время, на громкую связь вышла Строгова и попросила разрешения подняться в рубку управления:

– Наши кресла свободного перемещения по кораблю, и мы можем в них подняться к вам, если можно конечно? – спрашивала она. – Мне не терпится узнать, зачем вы интересовались нашим здоровьем.

Серёжа и Женя, прежде чем ответить, повернулись к Заварскому:

– Ну, раз им скучно, то пусть поднимаются, – ответил Заварский, немного подумав. – Нам, всё равно надо говорить им правду, так пусть они её узнают сами.

Через несколько минут, лифт распахнулся, и из него стали выплывать кресла, неся на себе, вдавленных перегрузкой, но веселых девочек и Строгову.

Строгова направила свое кресло к Заварскому.

Покусова и Ершова, полетели к Юре и Олегу.

Логинова и Румянцева, направились к пульту управления, где работали Женя и Серёжа.

Появление медиков, внесло в рубку оживление и громкий смех, но он быстро растаял, не найдя себе поддержки.

Присутствие Строговой, помогло Заварскому собраться и принять решение:

– Надо попробовать отключить Бэби, – сказал он. Для этого надо подняться к малому компьютеру. Он следит за выполнением инструкций и не позволит их нарушить.

Сказав это, Заварский сделал попытку подняться из кресла, но сразу понял, что его усилий хватит только на то, чтобы свалиться на палубу. Можно по палубе доползти до вертикальной лестницы, которая находится у створок лифта, но подняться по ней к крышке люка, при такой перегрузке невозможно. Заварский понял, что принял не реальное решение.

– Серёга, Жень, – подал голос Юра. – Может можно изменить угол полёта, чтобы увеличить отрыв?

– Я, ввела самое оптимальное положение звездолета на орбите, – ответила ему Женя. – Без усиления перегрузок нам не вырваться.

Строгова с удивлением прислушивалась к разговорам в рубке, понимая, что происходит что-то серьёзное. Оказавшись рядом с креслом Заварского, она дотянулась до его руки и нащупала пульс. Ритм сердца говорил, что даже это усилие, затраченное на попытку подняться, далось ему нелегко.

– Эдик, что случилось? – тихо спросила она. Почему все так напуганы? Зачем надо отключать компьютер? – Я, начинаю волноваться, это какой-то психоз! – продолжала она, теребя его за руку. – Девчонок моих напугали. И вообще, куда мы так стремительно убегаем, что даже задницу от кресла оторвать невозможно?

Ответы на вопросы стали приходить сами, как только она их задала. Опыт работы в космосе, позволял ей делать выводы из окружающей обстановки.

Заварский с грустью смотрел на Строгову, даже не пытаясь отвечать. Он видел, по выражению её лица, что она догадалась сама.

– Мы падаем? – тихо спросила она.

– Да! – Бэби блокирует двигатель, не позволяя увеличивать перегрузку, увеличивая тягу только для преодоления выброса, да и там запаздывает. Ты чувствуешь эти секунды облегчения от перегрузки? – Так вот, за каждой из них, стоят сотни утраченных километров.

– Сколько нам осталось?

– Не знаю, это зависит от того, как поступит Бэби.

Поняв, что больше сделать нечего нельзя, Серёжа повернулся к Жене и девочкам, – Логиновой Инне и Румянцевой Оле, – тесно прижавших, свои перегрузочные кресла к креслу Жени.

– Выброс на десять часов раньше произошел, а они молчали! Значит, всё это время он поднимается к нам. Научные сотрудники его фиксировали приборами, определили, что скорость выброса гораздо больше заложенной в расчт орбиты корабля, но молчали! – Я просто не понимаю, о чем они думали.

– А я знаю о чем, – сказала Женя. – Майкл, захотел взять пробу в ловушку, не с верху выброса, как наметили, а окунуться поглубже. Он знал, что скажи нам раньше, мы уйдем на более высокую орбиту.

– Вот гад! – рисковать жизнью из-за какой-то пробы! – возмутился Серёжа.      – И сейчас! – смотри, что-то втирает Заварскому.

– Не зря говорят, что люди науки, это фанаты своего дела, – продолжила Женя. Не раз, в истории, ради неё, свою жизнь ставили под угрозу смерти.

– Свою жизнь! – воскликнул Серёжа. – Это право каждого, распоряжаться своей жизнью. Но ставить под угрозу, чужие жизни! По-моему, это перебор!

Майкл, вжатый в кресло перегрузкой, прервал разговор с Заварским. Ему, трудно было дышать, руки как пудовые гири, даже пальцами шевелить тяжело.

Заварский смотрел на него сочувственно, но помочь было нечем, кроме совета:

– Не расслабляйся, напряги мышцы, вздохни глубоко и старайся грудную клетку удерживать в этом положении при дыхании, – советовал он Майклу.

– Легко вам это говорить, Эдуард Павлович, – с трудом проговорил Майкл. – Долго это продлиться? – спросил он.

– Судя по тому, что мы уже столкнулись с выбросом и, будем сталкиваться каждые пятнадцать минут. То я думаю, в этом состоянии мы пробудем долго, – ответил Заварский. А если выброс нас затормозит на столько, что мы начнем снижаться, о чем, кстати, нам говорит Пилюгина Евгения! – тогда, считайте, что это ваши последние вздохи!

Майкл, затратив немало сил, повернул голову, чтобы видеть Заварского, на лице у него была обида за то, что Заварский так шутит.

Увидев, что Заварский серьёзен, он сказал.

– Мы, снижаться не будем! Мощный поток выброса, через каждые пятнадцать минут будет выталкивать нас от солнца! Я хочу надеяться, что ловушка сработала и у меня теперь будет образец, которому, – нет равных, – по значимости!

– Вы, не берете во внимание, скорость нашего корабля, – перебил его Заварский. Даже будь ваш выброс в десять раз мощней, он не сможет изменить курс, своим подъемом. А вот препятствие на пути, он создает огромное! Я просто не понимаю, о чем вы думали, не сообщая о начале выброса и его амплитуде? – спросил Заварский раздраженно.

Майкл на вопрос отвечать не стал, ему стало очень плохо и не только от перегрузки. Он вдруг осознал, какому риску подверг себя и экипаж. Этих, совсем еще молоденьких мальчишек и девчонок, заставил так сильно переживать. Если Заварский прав, то он всех подверг смертельной опасности.

Майкл обвел присутствующих взглядом.

Увидел напряжение экипажа и непонимание обстановки, во взгляде своих подчиненных. Они с надеждой на разъяснение, смотрели на своего руководителя, пытаясь понять, кто здесь прав, а кто заблуждается.

Ему стало стыдно смотреть в глаза, окружающим его людям. Он вдруг ощутил свою некомпетентность в этом вопросе, и затравленно закрыл глаза.

Майкл, вспомнил, как его помощника Севу Нилова провожала семья. Маленькую дочурку он нёс на руках, а два мальчика, погодка, бежали за ним следом, стараясь не отстать от папы. Как он успокаивал его жену, говоря, что всё будет хорошо.

Второго помощника, совсем ещё молодого аспиранта Сашу Крымова, провожала его старенькая мать. Как она, будто чувствуя беду, тянула к сыну руки и кричала в след.

– Возвращайся сынок!!

Как теперь! – ему уже прожившему жизнь и вырастившему детей, смотреть им в глаза?

Следующие столкновения с выбросом, были еще мощнее и продолжительнее. Они приносили с собой кратковременное облегчение от перегрузки, но забирали взамен, последнюю надежду вырваться из солнечного плена.

– Эдуард Павлович! – раздался взволнованный голос Серёжи Лугова. – Бэби отключил панель управления!

Заварский указал головой в сторону Серёжи:

– Вот и ответ на все вопросы! – сказал громко Заварский, чтобы слышала его Строгова и Майкл. – Раз Бэби решил управлять сам, значит всё кончено!

Строгова удивленно спросила.

– Почему ты так в этом уверен?

– Да уж, поверь моему опыту. Компьютер будет стремиться исправить положение. Будет бороться с перегрузкой, а это можно сделать, только перестав сопротивляться.

Не успел Заварский закончить фразу, как все почувствовали облегчение.

Серёжа, внимательно наблюдающий за приборами, сообщил.

– Бэби уменьшил тягу!

– Ну вот, об этом я и говорил! Теперь нам осталось совсем мало. – Началось свободное падение, которое по мере погружения в солнечную массу будет гаситься и компьютеру придется, для нашего спасения опять добавлять тягу и лететь в сторону ядра.

–Мы сгорим? – дрожащим от волнения голосом спросила Строгова.

– Никто этого не проверял, потому что на земле такой температуры создать невозможно, но теоретически, материал, из которого выращен защитный слой нашего корабля, должен выдержать и не расплавиться, а если он выдержит, то температуры нам можно не бояться, так как он через себя ничего не пропустит.

– Значит, мы не погибнем? – с надеждой в голосе, воскликнула Строгова?

– Мы уже погибли! – разве можно считать жизнью вечное заточение в Солнечном ядре, – ответил ей Заварский.

– Нас спасут! – обязательно спасут! Нельзя поддаваться панике! – надо верить в лучшее, – заговорила Строгова убедительным голосом.

Заварский с грустью посмотрел на Строгову:

– Лена, ты права, нам нельзя поддаваться панике, мы должны верить в успех, для того чтобы заставить верить их. Заварский указал глазами на ребят, собравшихся у панели управления:

– Нам надо быть примером.

Как только экипаж и пассажиры приобрели свободу в передвижении, Майкл поднялся из кресла и не поднимая глаз, направился к лифту.

Его помощники, Нилов Сева и Саша Крымов, последовали за ним.

Заварский проводил Майкла взглядом. В душе кипела злоба на этого человека, ведь всё происходит именно из-за него и в тоже время, было его жалко. Заварский понимал, какая тяжесть свалилась на этого, уже не молодого ученого, после осознания своей ошибки.

Строгова тоже видела, что Майкл очень расстроен:

– Надо бы дать ему, что ни будь успокаивающее, – сказала она.

– Надо, обязательно надо, но, сначала нам с тобой следует поговорить с ребятами, видишь, они тоже волнуются.

Молодежь собралась у пульта управления, который не подавал признаков жизни. Все контрольные приборы замерли.

Серёжа с досадой отвернулся от пульта, – что за командир корабля без управления, – думал он.

А Женя, все ещё пыталась наладить отношение с Бэби, который как капризный ребёнок, не поддавался не на какие уговоры.

Ответ был один:

– Жизнь экипажа под угрозой, принимаю управление на себя.

Искусственный интеллект и какие-то инструкции, заложенные в память, давали ему право так поступать.

Ребята окружили Женю и, затаив дыхание, наблюдали, за поединком человека и созданием, рук человеческих.

В конце концов, Женя, тоже, прекратила борьбу, и повернулась к окружающим:

– Ну вот, девочки и мальчики, кажется, мы отлетались!

Румянцева Оля заплакала, причитая, сквозь рыдания.

– Как отлетались!? – не может этого быть! Женечка! Сережа! – мальчики, ну сделайте, что ни будь, я не хочу так помирать.

Женя подошла к ней и обняла, успокаивая:

– Оля возьми себя в руки и успокойся. Мы все знали куда летим и, если уж судьба заставила нас это испытать, то давай последние часы проведём с честью и без слез.

К ним в объятия кинулись, Покусова Рита, Ершова Светлана и Логинова Инна.

Девочки, стояли обнявшись, успокаивая друг друга.

Юра и Олег стояли рядом, не зная как поступить. Кинуться к ним в объятия и тоже поплакать или подождать когда они успокоятся.

Подошёл Серёжа:

– Вы чувствуете? Наш корабль выполняет кокой-то маневр. И заметьте, Бэби даже нас не предупредил, будто мы для него уже не существуем.

Олег вступился за Бэби.

– Но, тем не менее, он сохраняет гравитацию в привычном для нас режиме, если бы он нас не брал в расчёт, то давно уже летел к земле. Для него не составило бы труда, вырвать корабль из плена, не думай он о нас.

– Да, в этом ты прав, пока что он нас спасает, только вот очень странно спасает, отправляя на переплавку, – сказал Юра.

Серёжа кивком головы указал на девочек:

– Нам надо что-нибудь придумать. Как-то успокоить их, да и самим надо отвлечься от мыслей о смерти.

– У меня на счёт нас есть план, а вот как быть с Заварским и Строговой?

– Ну, об этом, нам думать не надо, – сказал Серёжа, – чем занять эти последние часы, я думаю, они найдут. Вы посмотрите, как они друг на друга смотрят. Нам, надо придумать так, чтобы им, не пришлось заботиться о нас.

– Я, про такой способ и говорю! Мы, все пойдем в фильмотеку выберем хороший фильм, желательно чтобы он был подлинней и подключимся к виртуальности. Нам сколько осталось? Часа три – четыре, – заговорил Юра убедительным тоном.

– А ты что об этом думаешь? – спросил Серёжа Олега.

– Я думаю, что план не плохой, лучше нам не придумать. Тем более, Юра уже водил туда кое-кого из противоположного пола, сказал Олег, насмешливо поглядывая на Юру.

– Да водил, а ты откуда знаешь?

– Юра, ты забываешь, что я часто посещаю библиотеку, а там очень трудно не заметить три божьих создания с глупыми улыбками на лицах.

– Сам ты с глупой улыбкой, – огрызнулся Юра.

– Ну, тогда пойдём к Заварскому, скажем где мы будем, чтобы он за нас не переживал.

В это время, к девочкам подошла Строгова. Она вклинилась в плотный клубок обнявшихся тел. Девочки приняли её к себе.

– Как вы? – спросила Строгова, обнимая девочек. – Не переживайте, мы что-нибудь придумаем, обязательно придумаем!

Женя перебила Строгову.

– Елена Романовна, вам не надо тратить последние часы на нас, мы сами придумаем что-нибудь. У вас есть о ком позаботиться и без нас. – Мы хотя и молодые, но не глупые, видим, что с вами происходит.

– Вы о чем? – с удивлением спросила Строгова, через секунду становясь пунцовой.

– Да, да, Елена Романовна, Женечка права, мы сами справимся. Вот смотрите, Оля уже успокоилась. У неё просто был нервный срыв, – заговорили наперебой, Светлана, Инна и Рита.

– Наш долг, в трудную минуту быть с вами. Я, не могу бросить вас. Мы, с Эдуардом Павловичем, будем всегда рядом.

– Какой долг? – Елена Романовна! – спросила Женя. – Мы сейчас ничего не должны друг другу. Судьба распорядилась так, что нам надо самим искать решения, как закончить эти последние часы.

Женя говорила, уверенным тоном, давая понять, что они в силах перенести это горе. А душа разрывалась на части и хотелось плакать и рыдать, как только подумаешь, что им предстоит. Но Женя знала, если сорвётся она, то девочек будет не остановить и тогда они просто потонут в своих слезах.

У Строговой, слезы навернулись на глазах, она почувствовала решимость девочек самим бороться с горем, выпавшим на их долю.

– Ну хорошо, я пойду, ото сама заплачу. Может, это ещё не конец, может быть, нас спасут, – говорила она, целуя на прощание каждую из девочек.

Проводив Строгову, девочки подошли к ребятам.

– Вы решили, что будем делать, в эти последние часы жизни?      – обратилась Женя к Серёже. – А-то, мы, Строгову отправили заниматься своими проблемами, сказав, что о нас позаботитесь вы!

– Надо же, какое совпадение! – воскликнул Юра, раздвигая товарищей и подходя к девочкам. – Мы, Заварскому сказали тоже самое!

– Как понять, твое, тоже самое?      – перебила его вопросом Женя. – Вы сказали Заварскому, что о вас позаботимся мы!?

Женя, сверлила его своим жгучим взглядом, дожидаясь ответа. А Юра, суетливо замахал руками, стараясь объяснить, но сбитый вопросом с мысли, никак не мог найти подходящих слов.

Наблюдающие за ними, забыли о несчастье и весело рассмеялись. Смех друзей ещё больше, смутил Юру.

А, Женя продолжила наступление.

– Значит, вы, сказали Заварскому, что о вас будут заботиться девочки! И он этому поверил?

Женя повернулась к подругам.

– Вот видите девочки, нам некогда расслабляться, на наши хрупкие плечи хотят взобраться, три здоровых парня!

– У нас есть план..! – выкрикнул Олег, желая заступиться за Юру.

– Видишь Женя, они оказывается, всё это спланировали заранее! – громко смеясь, сказала Рита, не дав Олегу закончить фразу.

Серёжа, отстранил Юру и Олега в сторону, сказав при этом.

– Давайте я объясню. Что-то у вас, стало плохо получаться и повернувшись к девочкам сказал.

– Женя, ты зря набросилась на Юру, он хотел сказать, что мы тоже, отправили Заварского заниматься своими делами и не заботится о нас. Мы заверили его, что не оставим вас, девчонок без внимания. Ведь в панике, вы можете навредить себе и окружающим.

Юра и Олег, соглашаясь со словами Серёжи, закивали головой, широко, улыбаясь при этом.

– Вы так плохо о нас думаете? спросила Женя, и снизив тон, добавила. – Ну хорошо, выкладывайте свой план, что вы придумали?

– Мы решили, часы неизвестности провести, войдя в виртуальный мир.

– Этот план, хоть и не ахти какой, – заметил Юра, – но лучше никто не придумал.

Девочки, отошли в сторону и встав в круг стали тихо советоваться.

Через минуту, Женя подошла к ребятам и объявила о согласии так поступить.

В фильмотеке, на всякий случай, зарядили в проектор сразу три длинных фильма подряд.

– Если и это нам не поможет, – сказала Покусова Рита, – у меня есть еще один сто процентный план.

– Она достала из кармана ампулу и пневмо-шприц.

– Пока вы спускались сюда, я забежала в наш центр здоровья и взяла немного яду. Думала только себе, но могу поделиться.

Серёжа погрозил Рите кулаком:

– Ты не вздумай! если надо, смерть сама тебя заберёт, нечего ей в этом помогать.

– А что? Я, как настоящий специалист в этом деле, могу лечить, а могу и на оборот, – нервно рассмеявшись, сказала Рита.

– Может быть и пригодится, – задумчиво произнес Олег, заканчивая подготовку голографического проектора к работе.

Улучив момент, Серёжа и Женя отошли в сторонку. Женя уткнулась ему в грудь носом и тихо зашептала.

– Вот и кончилось наше счастье Серёжа, кончилось, даже не начавшись. Наши родители умрут с горя, а мы, даже не попрощались уезжая.

– Успокойся Жень, может быть, всё обойдется.

Женя заглянула Серёже в глаза.

– Я мечтала, что скоро мы с тобой сможем перейти черту отношений. Я так хотела этого и боялась. – Ты меня понимаешь?

Серёжа ласково обнял её за плечи и поцеловал. Первый раз поцеловал по настоящему, отбросив стеснение и сомнение в сторону. Женя ответила ему тем же. Жар её нежных губ, проник до самого сердца и расплавил его как воск. Он целовал её ищущие наслаждения губы, щеки шею и опять возвращался к губам. В душе, бушевал ураган эмоций и чувств. Мысль о том, что это первый и возможно последний миг счастья, разрывала грудь.

– Куда пойдем, к тебе, или в мою каюту? – спросил Заварский у Строговой, когда они покинули центр управления.

– В принципе, это не имеет большого значения, но прежде, мне надо навестить Майкла, по-моему, ему надо дать успокаивающего.

– Хорошо, ты зайди к Майклу, а я, проведаю его подчиненных.

Заварский взял Строгову за руки и притянул к себе:

– Леночка, ты только не задерживайся, я буду ждать тебя у себя.

– Я не знаю, может надо ещё проверить девочек.

– Это не обязательно, твои девчонки сейчас вместе с ребятами уходят в виртуальный мир в фильмотеке. Я им на это дал добро.

– Ты думаешь, что это выход?

– Я думаю, что это хороший способ, пережить эти несколько часов, во время которых произойдет одно из двух, или мы мгновенно погибнем, либо будем болтаться в центре солнца вечность. Я не вижу способа, как нас можно отсюда вытащить, – закончил Заварский.

– Эдик, значить ты думаешь, что мы можем остаться живыми?

– На девяносто процентов. Я боюсь только за светопроводящие волокна. Благодаря им, наш корабль имеет такую уникальную обзорность. Они очень малого диаметра, но их тысячи, а жаростойкость мне неизвестна. Если они прогорят то нам конец.

Строгова на секунду задумалась и сказала.

– Раз, до этих пор они держат, то будем надеется. Хорошо, отпускай меня. Я быстро, только успокою его. Скажу, что ещё не все потеряно, – добавила она, осторожно выбираясь из объятий. Освободившись из крепких рук Заварского, она нежно погладила его по щеке и добавила.

– Там, на земле, конструкторы точно знают, что и как делали. Значит, если мы не сгорим, то нас будут искать, верней, будут искать способ как нас спасти.

Успокоенная этой мыслью, поцеловав Заварского Строгова направилась в каюту Майкла.

На стук, ответа не последовало. Строгова постучала ещё и легонько толкнула дверь. Она оказалась не закрыта.

– Можно к вам? – спросила Строгова и, не дождавшись ответа, вошла.

Увиденное, её ошеломило. Она закрыла себе рот руками, чтобы не закричать. Немного успокоившись, она вызвала Заварского.

– Да Лена, слушаю?

– У нас беда! – срочно зайди в каюту Майкла, – позвала Строгова.

Заварский, в это время разговаривал с Севой Ниловым и Сашей Крымовым.

Когда к ним зашел Заварский, они спокойно, как будто ничего не случилось, играли в шахматы. На удивленный взгляд Заварского ответил Сева.

– Мы решили, нечего дергаться, погибнем, так погибнем, а будем жить, еще лучше.

После вызова Заварский сказал.

– С вашим шефом что-то случилось, я пошёл.

– Мы с вами, сказали вместе Сева и Саша, вставая.

– Не возражаю, пойдемте.

Каюта Майкла была недалеко от кают Севы и Саши, поэтому, как только вышли, увидели Строгову. Она стояла у проёма, поджидая Заварского. На вопрос, Что случилось, молча показала кивком головы на каюту. Лицо у Строговой было бледным и измученным. Заглянув в каюту, Заварский тоже сник.

– Как же так, ведь никто его не обвинял, зачем он это сделал, – сказал Заварский. Сева и Саша, стояли рядом с каютой, не решаясь туда заглянуть.

– Что с ним? – спросил у Строговой Саша.

– Он, покончил с жизнью, задушив себя полотенцем, – ответила Строгова.

Звездолет – 1

Известие о том, что Звездолёт, отправленный к Солнцу, не вышел из короны в расчётное время, заставило всех жителей планеты волноваться за судьбу экипажа и пассажиров. Люди, с замиранием сердца, ждали новых сообщений. Все, надеялись, что это временная задержка, ведь звездолёт на котором отправилась экспедиция, в космо-флоте земли, считался самым приспособленным, для полета на планеты с высокой гравитацией. Температура Солнца, тоже ему была не страшна.

Ребята, готовящие Звездолет первый к старту, три дня не отходили от радиостанции, взявшей на себя ответственность сообщать свежие новости о пропавших. Три дня они отказывались от еды и питья, ожидая вестей.

Обеспокоенные таким поведением, медицинские службы, пригрозили им, что отменят полёт, если они и дальше будут голодать. После этого они приступили к работе, но были очень расстроены.

Спустя неделю после положенного срока возращения, правительство объявило о возможной гибели экипажа и пассажиров. Заявив при этом, что вероятно они живы, но находятся в пленении, из которого в данный период технологического развития спасти их нет возможности. Но, учёные всего современного мира, будут работать над этой проблемой.

Нестерова Алексея, назначили командиром Звездолёта, но быть командиром, не зная о судьбе друга и настоящего командира, – «поскольку его никто официально не отстранял», – для Алексея было очень сложно, морально. У него было чувство, что он занял чужое место.

Поэтому, никому не говоря, он отправился на землю, в управление космонавтики. Там, в кабинете управляющего, он познакомился с новым Руководителем исполнения проекта, назначенного вместо Заварского.

Когда Алексей вошёл в кабинет, Управляющий, разговаривал с мужчиной, не высокого роста, но видно, что крепким. В нём угадывалась кровь японца, или китайца, но как и все на земле он чисто говорил на русском.

Его внезапное появление прервало разговор.

Управляющий с недовольным взглядом и металлом в голосе, спросил.

– Вы, молодой человек, кто, и по какому вопросу?

– Я хочу отказаться от назначенной мне должности, командира корабля номер Один! Так как, считаю неправильным, занимать её, тогда как, Лугов возможно жив, – быстро, заговорил Алексей, не дожидаясь других вопросов, которые могли сбить его с главной мысли, которая мешала ему работать.

Управляющий, удивленно посмотрел на Алексея, потом перевёл взгляд на внимательно слушавшего мужчину:

– По этой, насыщенной эмоциями речи могу догадаться, что как по заказу, к нашему разговору, появился Нестеров Алексей Иванович.

Управляющий вновь повернулся к Алексею:

– Алексей Иванович, вам не кажется, что несерьезно, врываться в кабинет к управляющему без приглашения, да ещё с таким заявлением? Мне, докладывали, что ты, смышленый парень!

– Ну, раз ты здесь, проходи, знакомься. Это, как и ты, вновь назначенный, Руководитель исполнения проекта, Зуев Иван Алексеевич. Ваше с ним предназначение, поддерживать дисциплину на корабле во время длительного полета и готовить экипаж для четкого исполнения поставленных перед вами задач. А, про отставку забудь. Лугов и все остальные, я уверен! – что живы, но они находятся в плену у нашей звезды. Помочь им мы пока ничем не можем, но поверьте, все учёные, инженеры и прочие специалисты земли, сейчас думают над этим вопросом.

Управляющий встал, прошёлся по кабинету, подошёл к Алексею, – продолжавшему стоять у входа в кабинет, – положил ему руку на плечо и дружески потрепал:

– Поверь, нам всем сейчас тяжело. Вот, перед тобой Зуев, он много лет работал с Заварским, был его близким другом, так что!? – ему тоже следует отказаться от должности? А кого тогда назначить? Подумай и успокойся. Я, буду считать, мне показалось, что ты ворвался без приглашения, а на самом деле тебя я вызвал для беседы. Готовьте звездолет к старту. Чем раньше вы управитесь, тем быстрей отправитесь в экспедицию. В связи с таким неприятным для землян, происшествием, пышных проводов не будет. Ваши родственники и знакомые вас проводят на орбитальном кольце.

Управляющий повернулся к сидевшему за столом Зуеву:

– Займите ребят делом, чтобы некогда было думать о пленённых на Солнце. Так будет лучше.

Алексей, спорить не стал, на душе сразу стало легче и он, попрощавшись, вернулся на кольцо. О своей поездке никому говорить не стал,

Подготовка к старту велась в спешном порядке, ребята валились с ног от напряжения.

Сомов Михаил, наконец-то добрался до своей каюты. От усталости гудели ноги. Не раздеваясь, свалился на кровать и закрыл глаза, но мысли продолжали роиться в голове.

«Прошло семнадцать дней, как пропал звездолёт, отправленный к солнцу. (Дни, которые превратились в трудовое наказание). Руководитель полётов как специально, – чтобы отвлечь экипажи от думок о пропавших, – нагружал всех работой. Пришёл приказ, из двух, теперь уже неполных экипажей, сделать один укомплектованный. Срочно готовили звездолёт Первый к старту, а Второй оставался на кольце. Всё оборудование, которое загрузили на Второй, снимали и доставляли на Первый, забивая им, все свободные места.

Назначенный вместо Заварского руководитель исполнения проекта, взялся за подготовку корабля основательно. С его появлением кончилась спокойная жизнь. Он всем находил работу и следил, чтобы выкладывались полностью, без остатка. Кто филонил, получал нагоняй. Спали по три, четыре часа в сутки и самое главное все в разное время. Не было возможности, встретится и поговорить, поразмышлять, что же все-таки, могло случиться с кораблём.

Инженеры, растившие звездолёты, утверждают, что сгореть он не может. Наружный слой, толщиной в атом. Но, несмотря на свою тонкость, он не пропустит через себя температуру. Шлюзовые стыки тоже подогнаны на атомном уровне. Значит, теперь они блуждают где-то в центре солнца».

Вдруг, Миша увидел, как Серёжа бежит к Жене, она стояла у пульта управления пытаясь выправить крен корабля, на ней горел комбинезон. Серёжа на ходу сорвал огнетушитель, и стал тушить Женю, а у самого, кожа на лице вздувается волдырями от высокой температуры.

Открылись двери лифта и из него стали выбегать, панически крича, девчонки медики, а следом Юра и Олег.

В след за ними, вырвался огонь и потекла раскаленная лава, быстро захватывая свободное пространство. Все в панике прижались к противоположной переборке. Девчёнки плакали и тянули к нему руки, моля о помощи.

Миша пытался сорвать с переборки огнетушитель, чтобы бороться с огнём, но почему-то не мог справиться. Он изо всех сил дергал огнетушитель, краем глаза видя, как сгорают его друзья.

– Ну, что ты гад! – не берёшься! – закричал Сомов, и из последних сил рванул на себя.

И, в этот миг проснулся, весь в холодном поту. Несколько секунд не мог прийти в себя, мышцы болели от перенапряжения, частое дыхание сбивалось с ритма.

– Ох, какой ужас! – воскликнул Михаил, соскакивая с кровати, – прилёг отдохнуть называется!

Вместо Строговой, пришла Вулканова Раиса Петровна и привела за собой девочек, которые учились в центре вместе с ребятами. Кондратьеву Светлану Станиславу. Холь Людмилу Петровну. Зеленову Ларису Павловну. Лер Зою Аркадьевну. Макарову Елену Владимировну и Некрасову Елену Анатольевну. Девчонки были очень рады попасть к своим знакомым мальчикам по космическому центру, где они проходили обучение в одном потоке.

Утро как всегда началось с гимнастики, прохладного душа и похода в блок питания, чтобы удовлетворить потребности организма в пище. Там же, – в блоке питания, – когда все соберутся, Зуев, проводил разнос, тем, кто не отличился в предыдущий день.

Братья Смирновы, вчера, не вовремя сели передохнуть и теперь, им идти на завтрак почему-то не очень хотелось. Они знали, что Зуев их обязательно пропесочит.

Стало ещё неприятней, когда поднялись в блок питания. Выйдя из лифта, они застыли на месте, увидев за столиками знакомых девочек.

В чувства их привела, опоздавшая к завтраку, Люда Холь. Она налетела, на застывших, на месте, Юру и Дениса, выходя из лифта:

– Ой, – мальчики! как я рада вас видеть! Вы, что тут стоите? Тоже опоздали? – спросила Люда и не дожидаясь ответа, всплеснув руками, воскликнула вновь.

– Юрочка, Дениска, как я соскучилась, не видя вас.

Люда Радостно обнимала то Юру, то Дениса, не давая им произнести ни слова. Обняв и поцеловав каждого, по несколько раз, Люда весело побежала к девочкам, на прощанье, позвав их за собой.

Юра, с довольной улыбкой пошёл за ней, но его остановил Денис:

– Ты что забыл? – нам ещё от Зуева нагоняй получать. Неудобно перед девчонками, пошли к своим, – зашептал на ухо Денис.

Вспомнив про нагоняй, Юра сразу сник и поплелся за братом.

Зуев, видно оценил ситуацию и на сей раз изменил своей привычке. Как бы то ни было, но завтрак прошёл без разборок. Ребята и девчонки, весело разговаривали, вспоминали школу. А потом, кто-то вспомнил, про Серёжу и Женю.

Смех и шутки улетучились.

Оканчивался завтрак в полной тишине. Каждый вспоминал своё.

Было очень жаль экипаж, пропавший на солнце. Юра и Денис искренне переживали за них, но то, что это послужило объединению экипажей, их радовало. Теперь они опять работают рядом и лететь к звезде будут на одном звездолёте.

Позавтракав, стали ожидать, когда Зуев и Алексей дадут задание на день, но они что-то тянули с этим.

Но вдруг створки лифта распахнулись и все увидели Кравцова Петра. Он вышел из лифта со смущенной улыбкой на лице.

Молодежь весело загомонила, поздравляя его с возращением, девчонки захлопали в ладоши.

Ободренный таким приёмом, Кравцов подошёл к Зуеву:

– Явился по назначению управления космонавтики, – начал доклад Кровцов.

– Что явился, это очень хорошо, но обратился ты не к тому, я могу только опять тебя послать, «на работу в смысле» – пошутил Зуев.

Сидевший рядом Нестеров Алексей, взмахом руки, остановил повернувшегося к нему Кравцова:

– Не надо доклада, я всё слышал. Завтракай и слушай разнарядку.

– Я сыт!

– Ну, раз сыт! – сказал Зуев вставая – а мы тоже не голодные, начнём знакомство с предстоящей работой,.

– Сегодня предстоит самая важная процедура, надо заправить рабочий Материализатор нейтроно-протоновым стержнем. С виду стержень очень легкий, но нам всем придется потрудиться, чтобы вытянуть, его из Материализатора, а потом поднять над Звездолетом вертикально и вставить в направляющие. Этот стержень, толщиной с иголку, а весит треть нашего корабля.

– Мы собственно в курсе, что это такое, и сколько весит, – с места, перебил Зуева, Носов Василий и пригнул голову, чтобы он не понял, кто его прервал.

Зуев, окинул ребят взглядом, «все сидят и внимательно слушают». Он не стал уточнять, к кому обращаться и продолжил.

– Я знаю, что мне предстоит полет с очень умными, хорошо подготовленными членами экипажа, это залог успешного выполнения поставленных перед нами задач. Но это не повод, к тому, чтобы перебивать старшего по возрасту и званию, к тому же, более опытного. Надеюсь, среди вас, никто не будет оспаривать, что практический опыт выше теоретических знаний.

– Лично я, выполнял эту работу несколько раз. Могу заверить. Вам будет чему научиться во время выполнения работы, – говорил он, стараясь сдерживать себя и не перейти на крик.

– Хочу добавить. Нехорошо, перебивать человека, а потом прятаться за коллективом. Давайте, сразу договоримся, чтобы не спорить во время полета, – Есть мнение, говори прямо, открыто, а сомневаешься, то лучше посиди, подумай, прежде чем высказываться, чтобы не пришлось и в дальнейшем жить за чужими спинами.

Мужская половина экипажа заволновалась, ребята стали перешептываться друг с другом.

Зуев, стаял и молча, ждал результата.

Нестеров Алексей, сидевший рядом с Зуевым, тоже молчал, хотя прекрасно знал по голосу, кто говорил из ребят.

– Что я! – я ничего, просто сказал! – что мы знаем, – стал оправдываться, вставая, Носов Вася.

Он покраснел и покрылся испаринами пота, как будто только что вышел из парной.

– Извините, Иван Алексеевич, я не думал, что вас это так расстроит, – сказал он, опустив голову и окидывая всех затравленным взглядом.

Ребята улыбались, переглядываясь друг с другом.

Девчонки, были молчаливы, они смотрели на него и было видно, что им его очень жаль.

Эта жалость, больнее всего, била по самолюбию.

Вулканова на него не смотрела, она наблюдала за поведением своих подчиненных, стараясь как можно больше, понять каждую из них.

Один Нестеров Алексей, смотрел ободряюще, давая понять взглядом, что он доволен тем, что Вася нашёл силу воли, чтобы подняться и извиниться.

Зуев, показал Васе рукой, чтобы он садился и сказал всем.

– Надеюсь! – что мы поняли друг друга и извлекли урок? – сказал и направился к выходу. – Раз всем, всё понятно, одеваемся и вперёд, – продолжил он на ходу.

Когда мужская половина экипажа покинула блок питания, Вулканова обратилась к девочкам.

– Ну что, мои дорогие! – я надеюсь, вы слышали, что сказал Иван Алексеевич Зуев. Это касается и вас тоже.

Она обвела всех взглядом, девчонки сидели молча, желающих ответить не было.

– Ну, раз всем всё понятно, мы тоже отправимся выполнять свои обязанности. Нам девочки, надо навести на звездолёте порядок и идеальную стерильность, ведь это теперь наш дом.

Светлана Кондратьева, девочка среднего роста, стройная, с длинным, темным волосом, наморщила нос на симпатичном личике:

– Стоило учиться столько лет, получать звание хирурга, чтобы выполнять потом работу уборщиц, полотеров и мойщиков оборудования, – сказала она недовольным тоном.

– На борту звездолета, мы с вами, будем выполнять работу, не только уборщиц. Наша задача, не допустить на борт корабля болезнь и мы это сделаем, – ответила ей Вулканова. – Тем более, в нашем распоряжении большой штат, Андроидов и роботов, которые нам будут помогать.

– Так мы разучимся делать то, чему учились, – вступила в разговор, Люда Холь, «полненькая девочка, с голубыми глазами» кокетливо дернув плечиками.

Лер Зоя, рассмеялась:

– Ты же слышала, у нас есть куча роботов, будем практиковаться на них.

– Зачем портить роботов, – вмешалась в разговор Зеленова Лариса, обратившись к Зое. – Будем практиковаться друг на друге. Утром я режу тебя, а вечером наоборот, я тебя зашиваю, – сказала она смеясь.

– Ну, всё хватит! – нашли над чем смеяться, – прервала девочек Вулканова. – Мы все готовы и резать, и шить, но лучше, чтобы нам этим не пришлось заниматься. Но раз разговор зашёл о практике, то я вам кое-что покажу. Идите за мной.

Вулканова повела девчонок на уровень, где располагался медицинский пункт, на ходу объясняя цель похода.

– Наш звездолёт отправляется в очень длительный поход, поэтому, на борту корабля имеется собственный морг. Вот, я вас с ним и ознакомлю. Там холодно, но ничего, мы ненадолго, – предупредила Вулканова, открывая проход и уступая дорогу в морг.

Первой прошла, Холь Люда, и замерла, когда включилось освещение:

– Что это? Что это за люди? – обратилась она к Вулкановой, быстро выйдя назад.

Вулканова молчала, наблюдая за поведением девчонок.

Любопытство разобрало и остальных. Они вместе, вошли в морг и тоже замерли.

На холодной палубе, без какой либо подстилки, лежали голые, человеческие тела. Их было много, они были навалены друг на друга кучей. Среди взрослых тел, разного пола, были и детские тела, разного возраста и пола.

Не успела Вулканова войти, как девчонки выскочили назад. Испуга на лицах у них не было, они были привычны видеть мертвые тела, но глаза у всех горели возмущением. Они, молча, смотрели на Вулканову, ожидая разъяснения.

Не выдержав, Вулканова засмеялась и сквозь смех произнесла.

– Я надеюсь, вам хватит материала для отработки навыков?

– Что? Эти тела специально для нас? – возмущенно спросила Кондратьева Светлана.

– Нет, не специально, кто бы решился тащить столько трупов для вашей забавы.

– А для кого тогда, – осипшим голосом спросила Люда.

Вулканова перестала улыбаться, видя, что девочки на взводе, ещё чуть и у кого ни будь, случится срыв.

Куча голых тел произвела на них впечатление.

– Успокойтесь, всё совершенно не так как вы думаете.

Во-первых, вы не смогли с первого взгляда, определить, что перед вами не настоящие тела.

Во-вторых, вы проявили испуг, при виде своего рабочего материала, а как медики, вы должны спокойно переносить вид изорванной, в крови, человеческой плоти. Здесь же, перед вашим взором, чистенькие, новенькие, копии человеческих тел, всех возрастов и наций. В дальнейшем, вам предстоит изготовить для них одежду в соответствии с полом и расой и перевести их на место постоянной прописки, а она у них в музее. То, что они в холодильнике, пусть вас не смущает, просто сработал стереотип, у тех, кто их сюда заносил. На самом деле, температура им не страшна.

– Ну и, в-третьих. Для чего они здесь. Конечно, их можно использовать для вашей практики, так как они имеют все внутренние органы, включая и костный скелет. Грузили их на корабль, на случай встречи с другими разумными существами. Предмет для изучения, так сказать.

Услышав это, девчонки успокоились:

– Что ж они так не аккуратно их сложили, это просто свалка какая-то получилась, – возмутилась Света Кондратьева. – Попробуй тут разберись, люди это или куклы, я как вошла, чуть не описалась от такого сюрприза.

Все громко рассмеялись.

– Вы, ввалились толпой, а представьте, каково было мне, когда я одна вошла, – сказала Люда, когда все немного успокоились.

– Что, у Светы чуть, а у тебя случилось, – вновь рассмеялась Макарова Марина, небольшого роста, зеленоглазая девочка с темным, вьющимся волосом.

Её шутку, дружно поддержали подруги.

Посмеявшись вместе со всеми, Вулканова сказала.

– Всё на этом Звездолёте загрузили наспех, поэтому, я вас и прошу, везде проверить, обработать и сложить аккуратно. Вулканова закрыла морг и повернувшись к девочкам, сказала.

– На этом знакомство с холодильной камерой окончено, пошли девочки работать.

Пробуждение

Фильмы закончились. Гипнотическое воздействие компо-проектора на ребят прекратилось и они стали приходить в себя.

Первое что ощутил Серёжа, при пробуждении, это тишина. Реальность заполняла сознание. Серёжа прислушался к ощущениям и понял, что не хватает той, слегка уловимой вибрации, от работающих двигателей. Он открыл глаза и осмотрелся.

Все, как и он, приходили в себя и тоже прислушивались к своим ощущениям, не веря в реальность происходящего. Ведь, каждый из ребят, садясь в кресло компо-проектора, уже попрощался с друзьями и со своей жизнью. Надежда на то, что корабль выдержит солнечную температуру, была слабой.

Серёжа, глубоко вздохнул, ощутив при этом, что воздух имеет обычную температуру и влажность.

«Значит, защитный слой выдержал! – пронеслась радостная мысль, – будем жить! – а это самое главное. Время покажет, может быть, настанет день, когда нас спасут».

Серёжа, прислушался к тишине.

Было понятно, что звездолёт с неработающими двигателями, но что это значит? Они достигли центра солнца и теперь замерли без движения? Или, может быть, они ещё летят, к центру солнца, по инерции? Если это так, что произойдёт дальше? Как поведет себя, эта последняя крепость в дальнейшем? На все эти вопросы ответа пока не было, а очень хотелось бы, знать.

«Самое главное, мы до сих пор живы и температура на корабле нормальная. Значит, ещё не все потеряно», – думал Серёжа.

Он повернулся к Жене:

– Поздравляю с возращением, – улыбаясь, сказал он, видя, что она пришла в себя и как все, пытается понять, сон это, или впрямь, жизнь продолжается.

– Ты слышишь? Двигатели молчат. Что это значит? И какой-то наклон палубы странный, почему автоматика не исправляет крен корабля? – ответила Женя вопросами, отстегивая био-контакты с головы, рук и ног.

На что Серёжа, только пожал плечами, показывая этим, что не знает ответа.

Первым поднялся с кресла Олег, он постоял, потом попрыгал на месте и заявил.

– Ребята, по-моему, я стал весить килограмм на двадцать больше.

– Да действительно, вес увеличился, – поддержал его Серёжа, поднимаясь и проделывая туже процедуру, что и Олег.

Юра, отсоединив контакты, решительно заявил.

– Надо подняться быстрей в рубку управления, там мы найдём все ответы. Этот наклон меня раздражает, произнес он, направляясь к лифту.

Серёжа Женя и Олег, последовали за ним.

– Ребята вы куда!? – подождите нас, мы не будем оставаться здесь одни! – подала голос, за всех девочек Рита. – Мне кажется, я чувствовала во время фильма, какой-то сильный рывок, добавила она.

– Да, да! – я тоже это чувствовала, у меня, наверное, от него синяки на заднице, – быстро заговорила Оля, выбираясь из кресла и потирая ушибленное место.

– А сколько время прошло, может мы долго были в другом мире? Я, кстати, победила и стала главой города Снарков! – радостно, объявила Светлана.

Все автоматически подняли браслеты к глазам.

– Всё, как задумано, – ответил Юра. – Я и рассчитывал часов на шестнадцать когда ставил фильмы.

– Ожидая у створок лифта, Серёжа крикнул.

– Девчонки! – если хотите вместе с нами, давайте быстрей! Надо срочно найти Заварского, он, наверное, знает что случилось.

– Идём, идём, без нас не уезжайте, – ответила Рита, освобождаясь от био-контактов.

– Куда едем? – спросил Юра, когда все зашли в лифт.

– Я думаю, что мы его найдем в центре управления, – сказала Женя. – Он, возможно, не оставил звездолёт без присмотра! Это мы, убежали, бросив пост.

– Женя, ты зачем это говоришь сейчас!? – возразил ей Олег. – Да, мы убежали! – убежали потому, что были уверены в необратимости ситуации, То, что ситуация изменилась, не должно нам ставиться в укор.

– Не спорьте, сейчас всё узнаем, – сказал Серёжа.

В рубке управления Заварского не оказалось. Но зато, ребята нашли здесь, беззаботно спящих, помощников Майкла. Они мирно спали прямо на палубе, собрав под себя свои коврики.

Серёжа хотел их разбудить, но Женя остановила его:

– Пускай спят, нам они всё равно не помогут, а мешать! – будут. Наверняка переживали за свою жизнь, – пожалела их Женя. – Интересно, зачем они сюда пришли? – ведь вся программа у них закончилась.

Серёжа сел за пульт управления. Он, как и до фильма, не подавал признаков жизни. Все приборные индикаторы не освещались. Даже, ранее работающий, блок связи с бэби, сейчас был без питания. Серёжа, нажал пару раз на кнопку вызова Бэби, но он, не отозвался.

– Ребята, Бэби почему-то не работает, – удивленно произнес Серёжа. Он, без надежды, просто для проформы, щелкнул тумблером запуска ручного управления. Раньше, этот тумблер блокировал Бэби и он не включался, а сейчас сработал! Панель озарилась разноцветными огнями.

– Женя! – Олежка! – Юра! – идите скорей сюда! Работает! – панель управления заработала, – закричал радостно Серёжа, даже не обратив внимания, что все и так стоят за спиной.

Ребята собрались у пульта управления, всем хотелось немедленно что-то делать, куда-нибудь лететь.

Серёже пришлось их успокаивать.

– Тише! Тише! – не вздумайте, что-нибудь запускать, – говорил он, руками прикрывая главные приборы.

Это возмутило Юру:

– Что ты нас отгоняешь? – будто мы только что из детского сада? – конечно, мы ничего не включим! Хотя, надо запустить генератор гравитации. Надоело, носить на себе, лишний вес.

– Прежде чем включить генератор, надо выяснить, откуда и почему, появился здесь этот лишний вес, – сказал Серёжа.

– Я предполагаю, что мы, не добрались ещё до центра солнца, поэтому нас притягивает, а в центре, вес будет равен нулю, – сказал Олег.

– Согласен, но девчонки говорят, что звездолёт сильно обо что-то ударился. Это что!? Плюс постоянный наклон. Получается центр солнца твердый, и имеет довольно внушительные размеры, судя по притяжению, – рассуждал Серёжа.

Олег, рассмеялся:

– Про внушительные размеры, ты, говоришь зря! Благодаря давлению, которое в центре Солнца, эти внушительные размеры могут сводиться, к размерам яблока. Но здесь, как и во внешнем мире, вокруг твердого центра, могут вращаться фрагменты, имеющие размер гораздо больший, чем центр. Олег раскинул руки и прикрыл глаза, – «было видно, что эту картину он видит в нутрии своего сознания»,      – представляете! – такая же планетарная система, в жидкой раскаленной массе гелия.

Юра, потряс его за плечо:

– Олежа! – вернись из грёз в реальность, пока что, мы знаем точно, в жидкой раскаленной массе, болтается наш звездолёт! – а планеты, это просто фантазия.

Серёжа встал и отошел от панели управления:

– Короче, надо пригласить Заварского, а потом вместе сядем и подумаем.

Логинова Инна подошла к Жене и спросила.

– Может быть, мы сначала пойдём в блок питания и что-нибудь перекусим? Что-то, кушать хочется.

Женя, повернулась к девочкам:

– Вы идите и перекусывайте, а мы идём к Заварскому. Мне кажется, что я знаю, где мы его найдем, – сказала она улыбаясь.

Юра, услышав слова Жени, повернулся к ней и сказал.

– После того, что мы тут видим, – «он указал рукой на спящих помощников», – трудно будет угадать, что здесь могло произойти и где кого, можно найти.

– А что нам его искать, сейчас вызовем по браслету, – сказал Олег.

– Бесполезно, я уже несколько раз вызывала, – ответила Женя.

– Тогда по громкой связи, – настаивал Олег.

– Чтобы включить громкую связь, надо будить Бэби, а он уснул видно надолго, – ответила Женя.

– Да, ты Жень права, Бэби надо будить, без него мы как без рук, – сказал Серёжа.

– И без глаз, вдобавок, – вставил Юра.

– Ну, в общем так! – сказал громко Серёжа, обведя всех собравшихся серьёзным взглядом.

– Слушайте задачу! – продолжил он, обращаясь к товарищам.

– Наша медицина, идет готовить всем пропитание. Женя искать Заварского. Вы, Олег и Юра, наводите здесь порядок. Будите спящих и расспрашиваете, что они знают. А я, поеду вниз, к главному компьютеру. Там, их обслуживает длинношеей робот механик. Привезу его сюда, пускай восстанавливает Бэби.

В образовавшейся тишине подал голос Юра.

– Ну вот, теперь видно кто у нас старший и нам…

Женя, строго на него взглянула и он умолк на полуслове.

Все стали расходиться по своим местам.

Серёжа спустился в реакторный отсек. На этот раз створки лифта раскрылись без использования браслета. В отсеке работало аварийное освещение. Когда входит человек, оно должно, было, смениться на нормальное освещение, но этого, не случилось.

– Да, Бэби, без тебя неудобно, придется включать самому, – сказал Сережа вслух, чтобы заполнить тишину.

«Главный компьютер работает, это уже хорошо, значит, двигателя будут в исправности», – подумал он, услышав характерное, тихое гудение из недр компьютера.

Серёжа прошёл к месту зарядки роботов. Одноглазый, с длинной шеей, стоял на зарядке. Серёжа, подошёл к нему, открыл панель управления и на клавиатуре набрал задание.

Робот, подошёл к главному компьютеру и подключился к нему. Сережа, дал задание главному компьютеру, проверить Бэби и дать указание роботу, что исправить. Через мгновение ответ был получен и робот, заспешил выполнять поставленную перед ним, задачу.

– Только и делов! – сказал вслух Серёжа, провожая робота взглядом.

На обратном пути, он заглянул в зеленый уголок. Здесь, было видно, что столкновение было с чем-то приличным по массе. Много деревьев, лежало на боку, выставив напоказ, свои корни. Андроиды трудились над наведением порядка.

– «Хорошо, хоть бассейны перед вхождением в солнечную корону осушили», – подумал Серёжа. – Был бы, потоп местного значения.

Он, не стал подходить с расспросами к Андроидам.

«У них и без меня проблем хватает, – решил он.

Да и, что они могут мне сказать, когда связи у них, даже с бэби нет. А что случилось, хотелось бы знать».

У Серёжи, голова постоянно была занята ребусом, который, он должен разгадать.

«Что случилось с кораблём, пока они смотрели фильмы? Почему всё, выглядит так, как будто, звездолёт находится не в солнечной массе, а прилёг, где-то на твердой поверхности. Об этом говорит, двадцати градусный наклон, плюс к нему, увеличившийся вес».

Все предположения на эту тему, родившиеся в голове и ставящие всё на свои места, рассыпались в пух и прах, упираясь в закон построения вселенной, в физику тел и просто в жизненный опыт.

«Мы, если не сгорели, то должны находиться в центре солнца, а там не должно быть притяжения! Должна быть огромная температура и давление! – от которого изменяется структура атома, и рождаются новые материи».

«Ага, новая материя!», – мозг зацепился, за ещё одно предположение.

«Получается, что под воздействием давления и температуры образовалась материя с новыми свойствами. Она противостоит температуре и сохраняет свою твердость».

«Надо обязательно взять образец и передать Майклу. Наверное, он будет безумно рад, узнав, что изучает то, чего не было в природе. Конечно, если не брать в расчёт, что произвели люди своими руками и силой своей мысли. Как, например этот звездолёт. Ведь это удивительно, находиться там, где даже атом под давлением меняет структуру, а звездолёт выдерживает.

Интересно, будут ли работать двигатели? ведь при остановке, сопла подверглись давлению плазмы. Возможно, запуск приведет к катастрофе. Надо обязательно об этом подумать, прежде чем принять решение.

А может быть и не надо думать, запустить, и будь что будет. Всё равно, нам от этих двигателей нет прока, даже если они будут работать, куда мы на них улетим. Удаление от центра будет отражаться на нашем весе. Корабль выдержит, а вот мы, нет. Даже генератор гравитации не справится с такой разницей. Будем мы теперь, вечные странники солнечных недр.

Интересное выражение. Надо попробовать писать стихи. А, что здесь ещё, можно делать», – рассуждал Серёжа, делая свои дела.

Пока Серёжа проверял нижние уровни звездолёта, Женя нашла Заварского и Строгову. Они лежали в постели у Строговой в каюте, крепко обняв друг друга, как будто боялись, что смерть их сможет разлучить. На её стук в дверные створки каюты, никто не ответил.

«Так было и у каюты Заварского. Женя долго стучала, а войдя, обнаружила пустую каюту».

К Строговой, она стучалась меньше.

Женя, вышла из каюты и ещё раз громко их позвала. Она хотела, чтобы проснувшись, они думали, что их никто не видел.

Жене казалось, так будет им удобней.

Они не отозвались и Жене стало страшно.

«Вдруг они решились умертвить себя»!

Она вбежала в каюту и сразу проверила пульс. Заварский и Строгова спали, но сон у них был искусственный. На столе возле кровати, Женя обнаружила, пустую упаковку от сильнодействующих снотворных.

Женя через браслет связалась с Логиновой Инной:

– Давай, подруга, быстро в каюту Строговой и прихвати, что-нибудь от передозировки снотворного, на два человека. Да, и ещё! Хочу тебя попросить. Сделай, это молча, никому ничего не объясняя.

– Женя, ты меня обижаешь, конечно, всё сделаю, как ты просишь. Уже бегу! – ответила Инна, поднимаясь из-за столика в блоке питания, где она сидела с подругами.

– Что там? Куда она тебя послала? Говори, просто так мы тебя не отпустим, – начала допрос Ершова Светлана, ухватив Инну за руку.

– Светик, отпускай меня скорей, всё равно ничего не скажу, с меня Женя слово взяла.

– Вот как! – это интересно, значить Женя их нашла! – сказала Покусова Рита, улыбаясь.

– Кого нашла? Ты про что говоришь? – спросила Румянцева Оля.

– Ты, что как маленькая, сама не можешь догадаться? Ну? Кого, пошла, искать Женя!? – вопросом на вопрос ответила Рита.

Света, догадавшись, хлопнула в ладоши, отпустив при этом Инну:

– Точно! она нашла Елену Романовну, а с ней, наверное и Заварский, – весело рассмеявшись сказала она.

Инна побежала к лифту.

– Стой! – закричала Света вдогонку, смеясь. Говори нам сейчас же, права я или нет.

– Спросите у Жени, крикнула им Инна из лифта и уехала.

В каюте Строговой, Инна ввела препарат, прекращающий действие снотворного, а Женя написала записку. Вкратце описав, что происходит на борту и что их ждут в блоке питания.

– Они скоро прейдут в себя? – спросила Женя у Инны.

– Можно разбудить, сейчас, но лучше пускай проснутся сами. Минут через десять должны прийти в блок питания. После снотворного всегда хороший аппетит, – ответила Инна.

– Ну и хорошо, там мы их и будем ждать, – сказала Женя, прикрывая за собой створки каюты.

Серёжа в блок питания заходить не стал, а поднялся в рубку. Робот механик был уже здесь, он стоял у вертикальной лестницы, ведущей к вспомогательному компьютеру. Одноглазая голова, на гибкой выдвижной штанге, скрылась в отсеке, он производил там ремонт.

Серёжа занял кресло пилота и стал ждать, что скажет механик. Чтобы не сидеть без дела, он запустил генератор гравитации. Через пару минут после запуска, вес стал приходить в прежние параметры, а из лифта выскочили члены команды. Впереди всех бежала Женя:

– Гравитация вновь изменилась, что произошло? – спросила Женя, подбегая к Серже.

– Я, запустил генератор гравитации, – ответил Серёжа.

– Мы же, договорились, собраться и обсудить положение, а потом производить какие-то действия! – недовольным тоном спросила Женя.

– Я, был внизу, и всё проверил. Генератор исправен, просто был выключен, вот я и решил, что провести обсуждение мы можем и при нормальном весе, – ответил Серёжа. Ты считаешь, я не прав? – спросил он.

Женя, не стала спорить с Сережёй, похлопала его по плечу и натужно улыбнулась:

– Конечно прав, но ты, напугал всех. Мы решили, что начались изменения вокруг корабля.

Серёжа встал, обнял Женю и обратился к подбежавшим друзьям.

– Ребята, всё в порядке, это я запустил генератор гравитации.

– Фу-у-у, слава тебе космос, мы думали, что вновь начались какие-то катаклизмы, – с облегчением выдохнул Юра.

– Теперь, вот так и будем бегать, после каждого шороха, – сказал Олег, занимая кресло штурмана. Девчонки расположились на местах второй линии.

– Надо что-то делать, не будим же мы всегда, ходить по кораблю, как слепые котята, – громко сказала, Румянцева Оля. Должен же быть, какой-то выход?

Рита, дернула ее за руку и тихо прошептала.

– Оля, не мешай ребятам думать, своим нытьем ты не поможешь. Для нас, самый лучший выход, это сидеть тихо и смотреть что происходит.

В рубку зашли Сева Нилов и Саша Крымов.

Юра махнул им рукой:

– Ребята, идите сюда! – расскажите, что вы знаете.

– Мы, как и вы, ничего не знаем, – начал рассказ Сева, – но когда это случилось, были у себя в каюте и играли в шахматы. Вдруг, произошел сильный рывок, нас буквально вдавило в кресла, а потом, мне кажется, корабль закрутило. Нас кинуло из одной стороны в другую и вновь вдавило в палубу, на которую, выкинуло из кресел. Давило минут пять, мы с трудом заняли свои кресла и пристегнулись. Потом, рывок, сильный удар и корабль замер в таком положении. Вот и всё, – закончил Сева.

– Всё! А как вы оказались здесь, в рубке, – спросил Юра.

– Мы решили, что это вы, управляли звездолетом и пошли узнать, что случилось, – ответил Саша Крымов. А когда, оказалось, что здесь никого нет и даже освещение включено аварийное, решили ждать здесь, когда придёт конец.

– По рассказам ребят, получается, что мы куда-то сели, – сказал Олег. – Хоть и не очень удачно, но сели.

– Сели! Но куда мы могли сесть, если находимся в центре солнца? – обратился ко всем Юра.

В это время лифт распахнулся и в рубку вошли Заварский и Строгова. Строгову сразу окружили девчонки, а Заварский подошел к ребятам:

– Вот вы где, а мы, согласно записке, ищем вас в блоке питания, – сказал Заварский, подходя. – Раз вы заступили на вахту, вам и объяснять, что случилась. Почему у звездолета такой крен? Где мы сейчас находимся? – спрашивая, Заварский глазами бегал по приборам, пытаясь визуально, выяснить ответы на заданные вопросы.

Женя высвободилась из Серёжиных объятий и повернулась к Заварскому:

– Эти вопросы и нас очень беспокоят! Думаем, что теперь, когда вы снами, сообща чего-нибудь придумаем.

– А что сообщил Бэби? – спросил Заварский.

– Бэби вышел из стоя – сказала Женя.

– Этого не может быть! – воскликнул Заварский. – Такие устройства, на звездолетах, проходят строжайшие испытания. Я на своем веку ещё ни разу о таком не слышал.

Серёжа махнул рукой в сторону механика с длиной шеей. Он всё ещё капался в отсеке, где находится Бэби.

– Не может, но случилось, вон, механик полчаса уже копается.

– А, что за бортом, вы включали обзор? – спросил Заварский.

– Серёжа и Женя уставились на него, не понимая, шутит он или издевается.

– Я же сказал, Бэби сломан! Вышел из строя, какой может быть обзор, – ответил Серёжа недовольным тоном.

Юра, внимательно слушавший разговор, весело рассмеялся, поглядывая на Заварского. Олег тоже, стоял с ухмылкой на лице.

Заварский внимательно оглядел всех. Постоял с задумчивым выражением и тоже заулыбался:

– Я все понял – сказал он. – Вы, наверное, не в курсе, потому, что не изучали такие старые космические корабли, – он сделал небольшую паузу, наблюдая, как действуют на молодежь, его слова.

– Но, это выражение, вы должны понимать, – Бэби вспомогательный, компьютер. Это значит, что он кому-то помогает, а не работает самостоятельно!

Молодежь сникла, чувствуя, что где-то они прокололись, а Заварский продолжал.

– А если он кому-то помогал! То, надо обратиться к нему и сказать, что помощника нет, работай сам.

С этими словами, Заварский подошел к пульту управления и набрал на клавиатуре код.

– Главный компьютер на связи, – мелодичным женским голосом объявил компьютер.

– Что случилось с Бэби? – спросил Заварский.

– Программа, заложенная в компьютер, не соответствовала обстановке. Совокупность теорий, не совпала, с математическими и логическими выводами, что привело к перегреву блока памяти при принятии решения.

Все присутствующие в рубке, буквально остолбенели, переваривая выданный ответ. В мыслях у всех, вертелся вопрос, – что могло произойти, чтобы совершить сбой, веками оттачиваемой программы?

В создавшейся тишине, голос Юры прозвучал как выстрел:

– О, космос! Если есть такие ситуации, то получается, что программа не совершенна! – а человечество полностью положилось на неё!

Чувство незащищенности человечества перед ситуациями могущими привести к катастрофе посетило каждого.

«Раз это произошло с нами, значит, может произойти и с другими, – думали все».

– Надо включить обзор, – с волнением произнесла Женя.

Заварский потянулся к пульту управления, чтобы выполнить просьбу.

– А, что это нам даст! Вокруг раскаленная плазма. Так, только, нервы себе взбудоражить, – сказал Юра.

Заварский, опустил руку, решив, что на этот раз Юра полностью прав. Ничего приятного, за бортом не увидишь.

Серёжа оглядел присутствующих и спросил.

– А, где наш благодетель, который нас сюда опустил?

– Где ваш, старший наставник, Майкл? – спросил он у Севы Нилова и Саши Крымова, стоявших немного в стороне от всех.

Сева вздрогнул, услышав вопрос, кинул на Серёжу грустный взгляд и отвернулся. Саша тоже стоял молча.

– В чем дело? – что молчите? – настойчиво продолжал спрашивать Серёжа.

– Я, отвечу за них, – громко, чтобы слышали все, сказала Строгова.

– У нас, на корабле случилась трагедия, мы увлеклись своим горем и не заметили, что человеку очень плохо. Хуже чем нам. Ведь он чувствовал, что основная вина лежит на нём. Очень переживал, а мы не протянули руку помощи, не успокоили. В общем! – среди нас, не стало человека по имени Майкл.

– Вот, уже начались первые жертвы этого солнечного плена, а что будет дальше, кто будет следующим? – в образовавшейся тишине заговорил Юра. – Что с ним, не выдержало сердце?

– Не будем уточнять, что с ним, будем просто помнить о нем. Нам будет тяжело без его знаний, в этом трудном для нас положении, – ответила Строгова.

– Да, нехорошо получилось, – сказал Серёжа, обращаясь к помощникам Майкла. – Извините ребята.

– Всё нормально, зачем извинения, – ответил Саша Крымов, нерешительно переминаясь, с ноги на ногу.

Юра, подошел к Севе и Саше и пожав им руки, сказал.

– Ребята, не сторонитесь нас, теперь мы одна команда. У нас общие проблемы и давайте решать их вместе.

Сева и Саша, переглянулись.

Как часто бывает с людьми, которые давно общаются друг с другом, встретившись взглядом, они обменялись своими мыслями.

Сева повернулся к ребятам и сказал.

– Нам, неудобно перед вами, ведь, мы знали про ранний выброс. Знали, что Майкл хочет, пролетая через него, захватить в ловушку солнечную материю. Ведь, изучив её, мы могли многое понять, в происходящих процессах на солнце.

– Понимаете! Это наша работа и мы хотели её выполнить, раз подвернулся такой случай.

Женя, слушала Нилова и понимала, что обижаться на них не надо, ведь они поступали, как подсказало сердце, это была работа, ради которой они сюда летели.

Чтобы отвлечь мысли, она, повернулась к пульту управления и стала разглядывать приборы. Голова была полна противоречащими друг другу мыслями.

«С одной стороны, она злилась на этого самовлюбленного ученого, который решил, что может принимать самостоятельные решения, не согласуя их с основным экипажем. Видите ли, он был уверен, что поднимающийся из глубины выброс, вытолкнет их от Солнца и его затея пройдет не замеченной. А, после удачного захвата солнечной материи, можно будет, гордо заявить о своем поступке. Совершенно не думал этот человек, о том, что может ошибаться. Гордость затмевала разум»!

С другой стороны, ей было его жаль. Женя представляла, какие душевные муки он перенёс, чувствуя свою вину, перед экипажем и своими сотрудниками. Эти, тяжкие муки, привели его к безвременной кончине.

Размышляя, Женя медленно шла по кругу, автоматически снимая показания приборов.

Вдруг, она ощутила какое-то несоответствие в показаниях. Она остановилась, сосредоточив мысли и взгляд на приборах.

Первый привлёкший взор, показывал давление за бортом Звездолёта. По его показателям получалось, что можно надеть легкий скафандр и выйти из звездолёта. Тем более что второй прибор показывал температуру около восьмидесяти градусов. Переведя взгляд на приборы, показывающие лучевое воздействие, на корпус корабля, говорили что оно в пределах номы, тогда как, при подлёте к Солнцу, они все зашкаливали от массированной лучевой атаки.

– Ребята, по-моему, главный компьютер тоже неисправен, – громко, чтобы все слышали, сказала Женя.

Такое заявление, привлекло всеобщее внимание. Забыв о Саше и Севе, пошли смотреть, что случилось.

– Смотрите, если верить показаниям приборов, то можно предположить, что мы находимся на какой-то планете, да еще и с атмосферой. Это полнейший бред! Хотя, так хочется в него поверить, – мечтательным тоном произнесла Женя.

Подойдя к Жене, Олег осмотрел показания:

– Не может быть! – это точно что-то с компьютером, – вдруг, отчего-то осипшим голосом, прохрипел он.

Олег, как и Женя, вдруг на миг позволил себе поверить показаниям, хотя это было не реально.

Преисподняя, в которую они сваливались, имела в своем арсенале, огромное давление и невообразимую температуру. Это просто удивительно, что они до сих пор ещё живы. Если только, – пока они проживали искусственную жизнь в фильмотеке, – с кораблем не произошло что-то фантастическое.

Олег, любил читать фантастику и ему легко представилось, что центр Солнца, имеет выход в другое измерение, через которое, получает подпитку, для своего существования. И, их космический корабль, имея большую скорость, прорвался через этот выход в другой мир.

Эта, внезапно, промелькнувшая в голове мысль, вызвала дрожь в голосе, но здравый разум, взял верх и вернул в реальность.

Юра повернулся к Заварскому:

– А вы, говорите, что за свою жизнь, не слышали о неисправностях вычислительной техники! – с ехидцей в голосе сказал он. – Две неисправности и за один раз!

Серёжа, с трудом пробрался к приборам, через столпившихся возле Жени товарищей. Окинув показания изучающим взглядом, он обратился к Жене.

– Тебе не кажется, что очень уж странно они вышли из строя? Давление, температура, влажность, здесь внутри в норме! – а за бортом, земные условия! Вот только, давление атмосферы, великовато для земли.

– Мне, тоже это кажется странным, – ответила Женя, изучая показания.

Инна, ухватила Женю за руку и дрожащим от волнения голосом, заговорила.

– Женечка, ребята! – может быть, пока мы были отключены от происходящего здесь на звездолёте, нас, кто-нибудь спас и вернул на землю? Ведь был толчок! Наш корабль стоит на чем-то твердом. Хоть криво, но стоит!

Она, с надеждой заглянула Жене в глаза и продолжила.

– Жень! – ну скажи, что это может быть правдой!?

Женя, обняла её, успокаивающе и тихо сказала.

– Всё может быть, даже и то, что нас спасли. Вот, только жаль, что это может произойти, лишь в наших мечтах. На самом деле, нас спасти невозможно.

Инна, прижалась к плечу Жени и тихо заплакала.

Заварский громко крикнул, от волнения не совладав с голосом.

– Обзор! Включить наружный обзор! Компьютер, включить все камеры!

Экипаж замер в ожидании. Выполнит компьютер команду или нет, а если выполнит, что им всем предстоит увидеть.

Женя, отыскала Серёжину руку, ухватилась за неё обеими руками, с тревогой в голосе зашептала ему на ухо.

– Как ты думаешь, что там? Неужели компьютер показывает правильно и мы сейчас увидим! Я, даже не знаю, что мы тут на солнце можем увидеть.

– Сейчас мы всё узнаем, ответил Серёжа, тоже, с тревогой, ожидая прозрачности рубки. Юра в ожидании поднялся в самую высокую точку палубы и замер там в ожидании. Девочки медики, собрались вместе, взявшись за руки с трепетом ожидали лезультат. Олег стоял рядом, положив свои руки на плечи Риты, стараясь успокоить её волнение. Строгова, прижалась к Заварскому, ища защиты от предстоящей неизвестности. Сева и Саша стояли возле Заварского, напряжёфнно ожидая результат

И вот! – в рубку управления ворвался свет, – но не тот, ослепительно белый, что был здесь, когда работали учёные, – а ярко красный, будто плеснули кровью. От неожиданности, у всех вырвался вскрик!

Звездолёт стоял на твердой почве. Одной стороной корабль навалился на горный уступ. Нос корабля, каким-то образом попал под нависающий над ним карниз.

Горный массив, на который упирался корабль, уходил в обе стороны, насколько хватало видимости. Вершина массива терялась в высоте. Свободное, абсолютно ровное пространство, было залито красным светом. Кровавое небо нависло над звездолётом.

Все, с замиранием сердца смотрели, на то, что находилось за бортом корабля. Было видно, что они действительно находятся на какой-то планете.

Минут пять, в рубке была тишина, никто не разговаривал. Информация, которую принимали глаза, была настолько противоположна, тому, что должно быть, вокруг корабля, что удивлению не было предела. Слышно было, только напряженное дыхание, вздохи, возгласы удивления и опять люди замирали, там, где стояли, не в силах оторвать взгляд.

Абсолютно ровная поверхность планеты, на которую опирался звездолёт, уходила вдаль, теряясь в воздушном мареве.

Видно было, как колышется атмосфера, то поднимаясь вверх, то опускаясь вниз, медленно закручиваясь. Чувствовалось, что атмосфера очень плотная. Плотность атмосферы, сокращала обзор. Видимость была, метров на пятьсот, а потом, все расплывалось в мареве.

Первым, членораздельно заговорил Олег.

– Куда мы попали!? Что это, за бортом!? Как могло случиться, что мы вдруг вырвались из солнечного плена, и оказались на какой-то планете? Невероятно! – я просто, не могу поверить своим глазам!

Олег говорил не к кому, не обращаясь и не отрывая взгляда от странного пейзажа за бортом.

Серёжа, услышав Олега, сказал.

– Мы, не могли улететь дальше центра солнца. Это просто, не реально.

– А то, что мы видим, это реально? – спросил Юра.

Серёжа глянул на Юру, стоящего, опершись обеими руками в прозрачный экран корабля на самой верхней точке палубы и как бы парящего в красном мареве:

– Теперь, это реальность и нам надо будет к ней привыкать.

– Но как это могло случиться? Если мы на солнце, то здесь, все должно сгореть, откуда взялась атмосфера? – спрашивал Олег, разводя в непонимании руками. Я. Читал в книжках, что в центре звезды может находиться проход в другое измерение, через который она получает дополнительную энергию. Может быть, мы как раз через него и попали на эту планету!? Возможно, мы теперь очень далеко от нашей галактики.

Серёжа, не отрывая взгляда от неизвестной планеты, ответил.

– Олежка, если бы я не знал того, что ты очень сильно увлекаешься старинной фантастикой, то твоё сообщение привело меня в крайнее смятение. Мы, изучали серьёзные науки, прежде чем отправиться в полёт и верить в звёздные проходы нам не положено! Надо думать! – что могло случиться, пока мы оставили звездолет без присмотра!

Юра повернулся к ребятам и сказал.

– Что толку из того, если бы мы остались у пульта управления! – всё равно, кораблём управлял Бэби. Итог был бы тот же!

Заварский, громко спросил.

– Компьютер, какая температура за бортом?

– За бортом, восемьдесят градусов, – ответил компьютер, безразличным к человеческим тревогам голосом.

– Температура слишком Низкая, для Солнца! Но где тогда мы находимся? – с возмущением, произнёс Заварский. Я, повидал не мало, но нигде не встречал такую загадку природы.

Строгова, с интересом разглядывая местность сказала.

– В нашем положении, надо радоваться, что за бортом такая температура. Возможно здесь, мы найдём, какую ни будь форму жизни. Надо, обязательно, взять пробу воздуха, а если можно то и грунта. Для меня, так это лучше, чем всю жизнь торчать на звездолёте.

Её слова, привели всех в чувства, каждый подумал.

«Теперь, это наше место обитания, надо к этому привыкать».

Женя оторвала взгляд от неизвестной планеты и повернувшись сказала.

– Вы посмотрите на небо! – оно всё сияет! Нет сомнений, мы находимся внутри Солнца! Вот только не понятно, откуда здесь могла появиться атмосфера!

– О чем вы говорите!? – вступил в разговор Сева Нилов.

– Если мы на солнце, то здесь не возможна жизнь в любых формах. Солнце, источник таких излучений! – что даже на земле не будь озонового слоя, всё сгорело бы, – а земля находится на значительном расстоянии, по сравнению с этим куском твердого камня. Атмосфера! – будь она в тысячу раз толще земной! – все равно ей не удержать и половины вредных для органики проявлений солнечной активности! Я, не знаю, где мы оказались! – но, то, что не на солнце, уверен!

Заварский пожал плечами:

– Не знаю, кто прав, кто нет, но пробу воздуха и грунта мы обязательно возьмём, нам необходимо знать, что находится в этом воздухе. Надо выйти и осмотреться, узнать, что с опорой, проверить состояние двигателей.

Женя обратилась к Заварскому:

– Выйти мы сможем, но не сразу. Разница в давлении сильно большая, надо её уровнять. За это время, мы подготовим оборудование и технику.

– Да Евгения вы абсолютно правы, надо сравнять давление и подготовиться, – ответил Заварский, но, говорить, что мы не сможем выйти сейчас, это не верно! Для чего тогда на звездолёте Космо-десантные скафандры?

Женя с улыбкой на лице, ответила.

– Космо-десантный скафандр, это такой же космический корабль, только меньше размером! – какой же это выход?

Инна, Оля, Рита и Света, подошли к Юре, продолжающему стоять на возвышении.

Света взяла Юру за плечи и прижалась к нему:

– Юр, ты, что застыл как врос? – спросила она, шепча ему на ухо.

Юра повернулся к ней, в глазах у него была печаль:

– Я просто смотрю и стараюсь привыкнуть, ведь это теперь наше место под солнцем, – он глянул на девочек, стоящих в сторонке, но с интересом прислушивающихся к ним:

– Нам, суждено здесь жить до старости, а я мечтал лететь к звездам, открывать новые планеты! Наши друзья, наверное, уже полетели, не будут же они нас ждать…

– Юра! – перебила его Света, – мы и так открыли новую планету! Мы нашли планету, про которую не знает никто! – и даже представить не могут о её существовании!

Света, вновь потянулась к нему и взяла за руки.

– Ты знаешь, а я счастлива, что кончилось всё хорошо. Ведь, я думала как, – что всё, жизнь кончена! – а я, даже не успела сказать тебе, что ты мне нравишься.

Света сделала паузу и продолжила.

– Я с удовольствием проживу до самой старости, здесь, с тобой рядом.

Сказав эти слова, Света заглянула в Юрины глаза, ища в них ответ на сказанное.

Рита, услышав признание Светы, громко, обратилась к Инне, и Оле.

– Вот девочки! – что делает солнечная радиация. Наша Света признаётся в любви!

Инна, посмотрела на Риту с укором и сказала.

– Ритуля! – кажется, у нас есть дела, пошли к Елене Романовне, и ты Оля, не отставай.

– Оля, поддержала Инну.

– Да девчонки, нам пора! – а ты Света, не обижай нашего Юрочку, он хороший и нам тоже нравится.

Девочки, рассмеялись и направились к Строговой.

Юра проводил их взглядом:

– По-моему девчонки уже адоптировались к обстоятельствам, – сказал он.

– Мы, как и вы, за время обучения на многих планетах уже побывали, поэтому, посадка для нас привычное дело, – ответила Света обиженным тоном. Она легонько тронула Юру за плечо:

– Ты, что, не слышал, о чем я тебе говорила?

– Слышал.

– И, что? Тебе нечего сказать мне? – произнесла тихим, обиженным тоном Света, от волнения не зная, куда деть свои руки.

Юра взял её за плечи, строго посмотрел ей в глаза, и сказал.

– Света, у меня есть что сказать, но не сейчас! Поговорим потом, хорошо?

Света вырвалась из его рук, круто, развернулась и пошла к своим девочкам.

Юра, непонимающе пожал плечами, и вновь замер, окидывая взглядом место посадки.

Серёжа обратил внимание на робота механика. Он закончил осмотр и его длинная шея собралась. Глаз с манипулятором, вернулся на место. Робот стоял у лифта, дожидаясь дальнейших распоряжений.

Подходя к нему, Серёжа спросил.

– Что с бэби, он исправлен?

– Вспомогательный компьютер исправить не удалось, – ответил механик.

Дальше, он стал называть детали, которые надо заменить. Серёжа остановил его.

– Все что нужно заменить, передай в центральный компьютер и приступай к своей работе, – сказал он, отправляя робота вниз к реакторам.

Серёжа, подошел к Заварскому:

– Мы потеряли бэби, чтобы восстановить его, нет запасных блоков памяти. Да и вообще нет никаких блоков, – сказал, раздраженно Серёжа.

– Заварский улыбнулся:

– Я же говорил, эта техника никогда не выходит из строя и запчасти не предусмотрены.

– Надо предусматривать, – заметил Серёжа.

– Ну, Сергей Алексеевич, если поступать, по-вашему, то надо ещё один звездолет возить с собой, для разбора на запчасти, – с усмешкой сказал Заварский.

Серёжа, на миг, задумавшись, наморщил лоб:

– Надо запасаться, но не так основательно конечно, – сказал он, улыбнувшись.

Ожидание, когда сровняется давление, казалось вечностью. Подготовку к выходу закончили за сутки, а потом слонялись по кораблю без дела.

Только Олег не унывал. Он как всегда, засел за книги. Ему казалось, что сможет найти ответ в старинных, ещё на бумажной основе, книгах. Может быть, когда-то, упоминалось о солнце, что ни будь такое, от чего, может пролиться свет на эту загадку природы.

Но, найти ответ он не смог и там.

Девочки и Строгова, изучали взятые пробы воздуха. Воздух, не имел вредных примесей. Более того, он по своему составу, был идентичен земному.

– Это невероятно! – говорила Строгова. – Такие совпадения, на планете, которой вообще существовать не должно. Стерильная планета! – Нет даже намека на жизнь, а воздух, как в цветущем саду, – говорила она девочкам, изучая пробы. – Может быть, мы просто попали в такой район, где нет жизни, а там, где-то в дали, действительно есть? Но воздух не имеет в себе даже намек на влагу, это говорит о том, что жизнь здесь невозможна.

Рита повернулась к Строговой:

– А мы, докажем этой планете, что жизнь здесь быть должна и расплодимся так, что места мало будет.

Строгова и девочки засмеялись.

– Ты, что Рита, решила рекорд по рождаемости здесь побить? – Кого выбрала производителем? – смеясь, спросила Оля.

– А, что вы сразу, на меня одну смотрите, я про всех думала. Вон, Елена Романовна с Заварским начнут, а мы нянчить будем, – улыбаясь, стала оправдываться Рита.

Девочки засмеялись, а Строгова погрозила Рите пальцем:

– Рано вам ещё о детях думать, – стараясь сделать серьезное лицо, заметила Строгова.

– Вы нас, совсем за детей принимаете! – возмутилась Рита.

Рано нам своих заводить! А думать о них, нужно всегда, – убедительным тоном добавила она.

Немного пошутив с девочками, Строгова вернулась к работе. Её заинтересовала странная молекула, в одиночестве плавающая среди молекул воздуха. Изловив её и поместив под электронный микроскоп Строгова приступила к её изучению.

Показав свою находку девочкам, Строгова сказала.

– По-моему, мы на пороге открытия, я не помню молекулы с таким строением атомов. Девочки, откройте каталог и поищите. Если её там нет, значит, она не известна науке.

– Надо узнать, не является ли, она для нашего организма ядом, – сказала Инна.

– Сейчас, компьютер определит, из каких химических элементов она состоит и будет понятно, что от нее ждать, – ответила Строгова, запуская программу

Строгова и девочки, замерли в ожидании результатов.

Компьютер, на несколько секунд задумался и ответил.

– Молекула состоит, из трех, неизвестных, химических элементов.

Рита, запрыгала на месте, весело и громко крича.

– Мы, открыли новую материю! – девочки! – Елена Романовна! – мы молодцы!

Веселье Риты передалось всем.

Девочки и Строгова, кинулись обнимать друг друга и поздравлять с открытием.

Немного успокоившись, Строгова сказала. – Всё девочки! – повеселились и хватит, у нас впереди, очень много работы. Надо создать установку, которая будет улавливать эти молекулы из потока воздуха. Собрав достаточное количество, мы приступим к изучению свойств этого газа.

– Сборку установки давайте поручим Олежке, – предложила Оля.

– Почему именно Олежке!? – возмутилась Света. Это может сделать и Юра! – он талантливый.

Оля, засмеялась и сказала.

– Света! – ну, что ты сразу талантлив! Наши мальчишки, все талантливые, а Олежка, просто засиделся, по-моему, в библиотеке, пусть немного сменит обстановку. – Что ты этим хочешь сказать! – поднялась на Олю, Рита…

Строгова, поняла, что без её вмешательства этот спор может перерасти в скандал и внесла своё окончательное решение.

– Тихо! – тихо, девочки! – не надо спорить. Эту установку мы соберём сами. Я думаю, что пока нам не стоит сообщать о находке. По крайней мере, до выхода из Звездолёта. Да и сообщать нам пока ещё нечего. Давайте, дружно, приступим к работе, а рот, пока, на замок!

Первый шаг.

Когда давление наконец сравнялось, Серёжа, Женя и Заварский, спустились в декомпрессионную камеру, там находилась и арсенальная, в которой хранилось всё оружие и прочее оборудование применяемое при выходе на изучаемые планеты, так же, Космо-десантные и простые скафандры.

Надев простой скафандр, Серёжа открыл арсенал и остановился в размышлении, что из оружия взять.

Подошёл Заварский, окинул взглядом запас оружия и сказал.

– Оружие нам не пригодится, лучше мы возьмем оборудование для сбора образцов. Наша задача осмотреть звездолёт, увидеть в каком состоянии сопла двигателей и узнать, что случилось с опорой, почему корабль стоит боком.

– А вдруг, что-нибудь не так? – спросил Серёжа.

Заварский рассмеялся:

– На этой планете, – вдруг, – не живёт. Ты же видишь, совершенно пустая планета.

Женя, поддержала Заварского:

– Действительно, мы обойдёмся и без оружия, а если тебе,

Серёжа страшно, то держись рядом со мной.

Ребята, которые находились в рубке и следили за действием разведывательной команды, дружно расхохотались.

– Молодец Женя, так его, – сквозь смех сказал Юра.

– Ну хорошо, уговорили, пойду без оружия, но знайте, я без него как голый, – сказал Серёжа, закрывая арсенал.

– Ничего Серёжа, я тебя прикрою, – пошутила Женя.

– Ты Женя, не той комплекции, чтобы за тобой можно было прятаться, – сказал Серёжа, похлопав ее по плечам.

Заварский, окинул взглядом Серёжу и Женю и убедившись, что они готовы, сказал.

– Готовы? Тогда идем в грузовой отсек, Олег Васильевич откроет нам люк. Пощупаем эту планету руками.

Приготовиться! Открываю грузовой люк, – объявил Олег, си девший за пультом управления.

К счастью, люк был не зажат скалой, на которую навалился звездолет, но выходить оказалось сложно. Двадцати градусный наклон корабля, не позволял трапу опуститься на поверхность планеты, он завис, метрах в тридцати.

Стоило покинуть грузовой отсек и шагнуть на трап, как незнакомая планета заставила играть по её правилам. Вес увеличился, а звуковые кристаллы в скафандрах, сошли с ума. Шумы разной тональности, заполнили эфир. Чтобы не оглохнуть, пришлось уменьшить звучание.      Ярко красное небо, заполняло пространство цветом крови, что само по себе, уже вызывало неприятные чувства.

Разведчики, остановились на краю трапа.

– Что будем делать? – спросила Женя. – Будем прыгать?

Заварский задумался, а Серёжа предложил.

– Давайте спрыгнем на вездеходе, тем более что на нём и прыгать не надо. Не зря же он называется, «Паук». Шесть выдвижных, членистых лап, нас должны спустить плавно и аккуратно. Не просто так, я ходил в грузовой блок, а учился управлять этим монстром, – Серёжа указал на стоящий отдельно от остальных вездеход.

– Идея хорошая, – сказал Заварский. – Давай, покажи, чему научился.

– Кстати, я на вездеходе могу и без оружия, в нем своя огневая мощь превосходная, – сказал Серёжа, направляясь к Пауку.

Десяти метровый вездеход, выглядел солидно. Матовый отлив брони, завораживал взгляд, хотелось обязательно, погладить по ней рукой.

– Стоя рядом с ним, уже чувствуешь себя защищенным, а находясь за его броней, как в доме родном, – говорил Серёжа, открывая водительский люк.

Женя и Заварский стояли у трапа, наблюдая, как оживает вездеход. Он совершенно бесшумно, плавно, тронулся с места, развернулся и подъехал к трапу.

– Да, солидная техника, – похлопав по броне, с восхищением сказал Заварский, поднимаясь в салон.

– Ты Серёжа молодец, такого зверя приручил, – похвалила Женя, подходя и садясь рядом.

– Рано хвалишь, я ещё не пробовал на лапы вставать, сейчас, как свалюсь с трапа, вот буду молодцом.

Вездеход аккуратно подъехал к краю трапа, из носовой части, стали выдвигаться конечности и опускаться за край. Конечности, из средней и задней части, уперлись в трап. С легкостью, приподняли вездеход и вынесли его за край.

– Что ты делаешь! – в ужасе закричала Женя, хватаясь за поручни кресла. – Мы сейчас, точно свалимся!

– Не бойся, теперь уже не свалимся. Средние и задние конечности крепко держатся за трап, – сказал Серёжа, не отрываясь от монитора, на котором было четко видно картинку с каждой конечности. – Сейчас, нам, надо нос вездехода опустить в низ, так как, передние конечности немного не достают до поверхности, – продолжал комментировать свои действия Серёжа, чтобы не пугать своих пассажиров.

Заварский, тоже боялся, что вездеход упадёт, но делал, это молча, сохраняя улыбку на лице. Хотя, лица все равно, видно не было, через светофильтры скафандра.

Вездеход успешно достиг поверхности и встал на гусеницы, паучьи лапы, исчезли за броней.

– Ну, вот и всё, – сказал Серёжа. – Дело сделано, можно выходить.

– Я, знаете, о чем подумала, – сказала Женя направляясь к выходу, – ведь бэби прав, в том, что отстранил нас от управления. Мы, не смогли бы, выдержать такой режим скорости, при столкновении с выбросом, как он. Одно дело, вести корабль в пустом пространстве и соблюдать скоростной режим, и совсем другое, если вокруг масса разной плотности.

Серёжа остановил всех, перед выходом из вездехода:

– Теория у тебя правильная, я и сам думаю так же, но сейчас давайте, подумаем о предстоящем. Мы, сейчас впервые ступим на неизведанную планету, – Серёжа окинул присутствующих взглядом. – Первый шаг! Понимаете? – спросил Сережа, загораживая люк и пытаясь объяснить важность происходящего.

– Что там у вас происходит? – сквозь треск и шум, послышался голос Олега. – Мы вас не видим и связь плохая. Какой там у вас шаг? Объясните толком.

– Всё в порядке, – громко, заговорила Женя, чтобы, её услышали на корабле. – Мы выходим и Серёжа, хочет сделать первый шаг, для истории.

– А, понятно, сейчас слышно. – Давай Серега, делай, мы все стоим и наблюдаем.

Серёжа, посмотрел на Женю. Лица, за темным стеклом не видно, но было видно, как она сотрясается от смеха, поглядывая на него.

– Ну, зачем ты так, я же просто напомнил, – с укором в голосе сказал Серёжа.

Люк открылся и Заварский, подтолкнул Серёжу к выходу:

– Давай Сергей Алексеевич, впёред. Ты напомнил, тебе и делать этот первый шаг.

Серёже стало обидно, что его серьезное мероприятие, Женя и Заварский, превратили в шутку:

– Ну, раз так, то я сделаю. Я сделаю много шагов, – с обидой в голосе сказал Серёжа.

Он, вышел из вездехода и, не дожидаясь остальных, пошёл к выдвижной опоре звездолёта.

Женя пошла за Серёжей, а Заварский, задержался у люка:

– Мы выходим и возможно, связи не будет вовсе, но вы нас не теряйте, далеко мы не пойдем. Будем в приделах видимости, – сообщил он наблюдателям.

– Понятно, Мы вас видим, – ответили с корабля.

Ступив на планету, Заварский огляделся. Поверхность планеты, была покрыта толстым слоем пыли, в которой, четко было видно, первые шаги Сережи и Жени.

«Видать, эта пыль снова села после нашего падения, – подумал он. – Вот он, первый след на этой планете, след от падения».

Заварский, нагнулся, разгреб пыль. Достав пробник, решил взять образец почвы. Это, оказалось не так легко, почва по своей прочности не уступала металлу, но было видно, что это не металл. Острейшее сверло, из самых прочных материалов, за две минуты работы, нашлифовало нужное количество.

– Думаю, что для анализа достаточно, сказал Заварский, убирая пробник, на место. – Теперь понятно, почему нет осыпи, с таких высоких и крутых гор, – говорил он вслух, больше для себя, чем для тех, кто наблюдает и слушает.

«Надо бы, туда подняться, посмотреть, на какой высоте они заканчиваются», – подумал Заварский, глянув вверх.

Красное небо над головой, меняло свой цвет, от ярко– красного, прямо над головой, до темно-красного ближе к горизонту.

Стены скал, почти, вертикально уходили ввысь, теряясь в воздушном мареве. Материал, из которого состояли скалы, был монолитный, не единой трещинки, как будто, они только что появились и не испытали на себе, разрушительную работу времени.

Заварский, переключил звуковой кристалл на внешние звуки и постучал по скале молоточком. Скала отозвалась глухим звуком, будто, стучишь по твердой резине.

Женя, идя к Серёже, заодно осмотрела сопла двигателей. Они были абсолютно чистые, как будто и не работали вовсе. Материал, из которого выращен звездолет, был на столько, плотным и гладким, что к нему не приставала даже пыль.

– Что здесь у тебя? – спросила она, подходя к Серёже.

– У меня, абсолютно нечего, с обидой в голосе сказал Серёжа. – Да и у корабля тоже, ничего страшного.

Обида жгла ему сердце, хотелось встать и сказать ей что ни будь резкое. «Но он знал, что никогда не сможет этого сделать. Стоит ему подняться и взглянуть на неё, – даже в скафандре с затемненным стеклом, – как сердце вновь застучит не в такт, и он ей всё простит».

Немного повозившись с опорой, он повернулся к Жене, продолжавшей стоять возле него:

– Вот, смотри, – Серёжа указал на след в пыли, – тянувшийся от опоры, метров на пятьдесят. – Удар был, на том конце следа, сюда, корабль скользил, амортизируя на опоре. Значит, эта опора, спасла нам жизнь, взяв на себя весь вес звездолета при посадке.

– Верней сказать при нашем падении, – исправила Серёжу, Женя.

– Да, при падении, – согласился Серёжа. – Так вот, – продолжил Серёжа объяснять ситуацию, – амортизируя, опора почти полностью задвинулась погасив сколько смогла скорость, звездолет накренился и в таком положении закатился под этот навес. Этот навес теперь, не дает опоре выровнять корабль. И, надо было так случиться, что наш звездолёт угодил именно в неё, в эту нишу! Просто, закатился сюда! Теперь, взлететь на корабле, мы сможем только когда, его отсюда вытянем. Вот только непонятно, как мы это сделаем.

– Вытянуть мы его не сможем, – сказал, подходя к ребятам Заварский. – В нём, столько веса, что стронуть с места нет возможности, если только он сам не тронется. Давайте посмотрим, что сделать, чтобы выровнять его.

– Ну, это просто, сказала Женя. Опоры, на которых он стоит, втянем, и крен уменьшится.

– В том и дело, что уменьшится, а вот как сделать, чтобы его вообще не было? – спросил Заварский.

– Встать прямо, ему мешает навес, стал рассуждать Серёжа. – Значит, надо сделать так, чтобы звездолет опустился вниз, а для этого, надо под ним выбрать почву.

– Правильно! – сказал Заварский, – надо выбрать, но будем это делать не под, а над звездолётом, чтобы освободить носовую част, которая зажата.

– Как вы это себе представляете? – спросила Женя. – ведь высоко!

– Ну, высота для нас не беда, для этого у нас есть Космо-десантный скафандр и пульсар для него. Но этим займемся попозже, а сейчас, я предлагаю совершить небольшую прогулку по окрестностям.

– Надо предупредить ребят, – сказала Женя.

– Не надо, – ответил Олег. – Мы вас слышим. Плохо, но слышим. Можете ехать, только ненадолго, знайте, что мы переживаем за вас.

Серёжа обратился к Олегу.

– Раз вы нас слышите, тогда, давай попробуем опустить корабль. Втяните опоры до придела.

– Вы, сначала, выйдите из под корабля. А потом, давайте такие команды, – ответил Олег.

– Ну, естественно, мы сейчас убежим, – сказал Серёжа, не показывая вида, что Олег заставил его смутиться.

Когда опоры втянули, крен уменьшился, но не намного. Нос корабля упирался в нависавшую над ним скалу.

– Надо отметить на карте направление движения, – сказал Заварский.

– Да надо, – ответила Женя, – но как? Вы взгляните на компас, разве по нему можно ориентироваться.

Заварский, взглянул на браслет, в котором встроен компас. Стрелка компаса, которая показывает север, задралась вверх, и дрожала, будто ее сильно напугали.

– Так, очередной прибор, который здесь не годится, сказал Заварский. – Ну, что ж, будем двигаться вдоль скалы. Посмотрим, что это нам даст.

Проехали километров двадцать. Никаких изменений. Идеально ровные, – словно их шлифовали, – скалы, уходили ввысь, теряясь там, в дрожащем от зноя, кровавом воздухе

– Что дальше? – спросил у Заварского Серёжа. – Будем двигаться вперед, или вернемся?

– Давай вернемся, только, держись от скалы на расстоянии видимости, а в следующий раз, будем держаться на расстоянии видимости от следа. Так мы сможем и без компаса держаться правильного направления, – высказал свое предложение Заварский.

– А я возражаю, – повысив голос, сказала Женя. – Раз уж мы поехали, то должны иметь какой-то результат. Давайте найдём проход, ведь не может же эта скала тянуться бесконечно.

– Женя, нас ждут, – напомнил Серёжа.

– Подождут! Нам всё равно надо будет ехать, так какой смысл откладывать на потом, если можно делать сейчас. Тем более, что день у нас неограничен, ночи мы не дождемся, – сказала Женя.

– Ну, что ж, раз поступило такое предложение, я его поддерживаю, сказал Заварский. – Давайте продолжим, только ты Серёжа, отодвинься от скалы, как говорили, на расстояние видимости.

Серёжа с сокрушенным видом посмотрел на обоих, пару секунд посидел, размышляя и пожав плечами, надавил на газ.

Через пару часов, Серёжа остановился вновь:

– Я думаю, достаточно? – надо не забывать, что нас ждут.

– Да, возвращаемся, согласилась Женя.

Заварский не ответил, его сморила дорога и он безмятежно спал, опустив голову на могучую грудь.

Пока вездеход отмерял километры по неизведанной планете, Строгова, фильтруя забортный воздух, собрала нужное количество новых молекул и провела опыты, которые показали что этот газ пропускает через себя определённое количество света во всех диапазонах, отражая излишки. Выяснив это, она собрала своих девочек и рассказав итог опытов предложила.

– Надо срочно взять пробу воздуха из верхних слоёв атмосферы.

– Как мы это сделаем, если не хотим пока говорить о своём открытии, – спросила Рита.

– Надо послать кого-нибудь из мальчишек за пробой, – предложила Строгова.

– Они, без разрешения Заварского не полетят, – сказала Инна.

Строгова поморщилась и сказала,

– Надо уговорить, я знаю Заварского, он будет проверять, опасно это или нет, думать, взвешивать, а мне результат нужен уже вчера.

– Давайте, я поговорю с Олегом, – предложила Рита.

– Нет, – сказала Строгова, – Олег Васильевич, не пойдёт на уговоры, а вот тебе Света, по моему удастся уговорить Юру. Я думаю, он согласится.

– Я, тогда полечу вместе с ним!? – сказала Света.

– Хорошо! – уговоришь, значит летишь.

Света радостно сорвалась с места и убегая крикнула.

– Готовьте контейнер, я обязательно его уговорю.

Юру, действительно, долго уговаривать не пришлось. Как только он уловил суть эксперимента и то, что на это есть разрешение Строговой, пошёл выгонять из Звёздолёта винталёт.

Когда Серёжа на вездеходе вернулся к Звездолёту, винталёт стоял на месте, а Строгова и девочки изучали пробу, доставленную Светой и Юрой.

Вторую поездку на вездеходе, подготовили основательно. Укомплектовали разведывательную экспедицию, медиком. В дорогу отправилась Ершова Светлана, прихватив с собой медицинские инструменты, необходимое для длительной поездки. Вместо Заварского, отправился Юра. Сева Нилов сказал, что ему надо обязательно тоже поехать, чтобы проверить свои предположения и ему дали добро. Серёжа, как всегда, водитель, а Женя, рядом с ним за штурмана.

Серёжа настоял на том, чтобы каждый, взял с собой Резак.

Во время экспедиций на планеты, резак применяется для отделения образцов пород, от общей массы, для исследования, но эффективность его режущего луча такая, что для самообороны он очень подходит. Тем более, у него рукоять, хорошо ложится в ладонь подростка. При желании, на расстоянии двадцати метров, им можно разрезать толстое дерево пополам. Луч у резака, настолько тонкий, что его не видно, поэтому, для наводки, у него имеется лазерный прицел.

Резак работает в руке, на которую одет специальный браслет, без браслета, резак работает только как фонарь.

Когда все забрались в вездеход, Женя предложила использовать для дыхания, воздух планеты.

– Надо попробовать его на вкус, всё равно мы будем к нему привыкать, так давайте начнём, прямо сейчас.

Серёжа и Юра, повернулись к Светлане,

– Что нам на это скажет медицина? – спросил у Светы, Юра, веселым голосом.

– Медицина не против. Атмосфера пригодная для дыхания, – ответила Света. – Только надо его немного остудить.

– Ну, за этим дело не встанет, сейчас мы из него сделаем прохладный, – сказал Серёжа, переведя кондиционер на холод.

Воздух, взятый за бортом, был неотличим от того что производит Материализатор. Правда, проходя через кондиционер, он получил в свой состав влагу, которой в нем не было.

– Совсем другое дело, теперь можно снять скафандры, – сказал Юра.

– Снять скафандр, тебе никто не запрещал и раньше, самое главное в этом процессе, состоит в том, чтобы ты не забыл его снова надеть, когда будешь выходить, – пошутил Серёжа.

– А что здесь страшного, подумаешь, немного позагораю. – Как здесь с ультрафиолетом? – обратился Юра к Нилову Севе. Этого добра здесь хватит для загара, но я не понимаю, почему другие, более жесткие излучения отсутствуют, а если есть, то не в таком количестве как должно быть, исходя из того, где мы находимся.

Юра посмотрел на него и веселым голосом сказал.

– Это же хорошо, надо радоваться тому, что их мало. Ведь, теперь нам с тобой здесь жить.

– Я радуюсь, но не понимаю, почему так происходит. Моё мнение такое, что мы вовсе не в нутрии солнце, как вы все думаете, а где-то в другом месте. Я не могу сказать где, но уж точно не в солнце. Понимаете, на солнце, существует много таких излучений, которые не удержит наличие атмосферы. Для них нет преград, и будь мы на солнце, нам бы не выжить.

Света, слушая Нилова, улыбнулась, но промолчала, хотя, только она и из присутствующих знала ответ, почему нет жестких излучений.

К этому моменту, девочки и Строгова уже выяснили свойства нового газа, – который, не пропускал через себя все виды излучений и создавал препятствие магнитным волнам.

– Ты знаешь, когда то очень давно, люди были уверены что Земля плоская. Может быть и с Солнцем, произойдёт так же! Пройдут годы и возможно люди скажут, – Это удивительно, как наши предки могли не видеть, что Солнце обитаемо! – это же явно видно! – и для губительных лучей найдется объяснение, – ответил ему Юра, улыбаясь.

Сева, замотал головой, показывая свое несогласие.

Пока ребята обсуждали вопрос, где находятся, вездеход весело ехал вперед, рассекая густой воздух и оставляя позади себя километры пройденного пути. След от прошлой поездки, виднелся с левого борта, а с правого и впереди вездехода, не за что зацепиться взглядом. Ровная, покрытая пылью поверхность, не единого бугорка.

– Ох, как же мы будем жить здесь, ведь это не просто пустыня, это мертвая планета. Вы посмотрите, здесь даже ветров нет, пыль лежит веками без движения, – с грустью на лице, сказала Света.

Юра сел с ней рядом, обнял за плечи и прижал к себе. Потом, отстранил от себя и заглянул в глаза, весело улыбаясь:

– Не грусти, Светик, мы ещё здесь понастроим. Такой сад разведём, что закачаешься. Птички петь будут.

Серёжа оторвался от управления и повернулся к Юре:

– Ты имеешь в виду, тех механических птичек, что летают в саду на звездолете? – спросил он.

– Как! Они механические? – удивился Юра.

– Как и рыбки в водоемах, – ответил Серёжа.

– И рыбки тоже! – воскликнул удивленно Юра. Ты Серёга меня убиваешь! Я хотел нарисовать Светлане радужную картину, нашего будущего, а ты все обоср… в общим испортил.

– Что ты Юра расстроился, нечего страшного. Механические птички и рыбки механические, ещё и механических ребятишек наделаем, вот и будет, полная гармония, – наморщив лоб, сказала Света.

– О космос! – о чем ты Света говоришь, – зачем нам механические дети? В этом плане, мы что ни будь, придумаем, это тебе не птички! У нас ещё не всё потеряно, мы только выехали на разведку! Возможно, – мы сегодня увидим, что ни будь такое, – от чего сердце зайдется в груди.

– Вот этого, не надо, – перебила его Света. – Про сердце лучше молчи. На этой планете, больных держать мы не будем. Нечего переводить лекарства.

– Вот тебе раз! А зачем тогда нам здесь врачи? Или ты хочешь сказать, что врачи переквалифицируются в палачи? – возмутился Юра.

Света ничего ответить не успела, вездеход остановился, и все обратили свое внимание на Серёжу. Он повернулся к своим друзьям и предупредил.

– Мы добрались до места вчерашнего разворота, с этого момента, все внимательно осматривают окрестности. Возможно, сегодня, мы найдем проход в этих скалах, или на равнине появятся какие-нибудь изменения.

– Не бойся Серёга, мы тебя не подведём! – состроив серьезную гримасу, чопорно, произнес Юра. – Трогай, мы все на чеку.

Серёжа, вновь приблизился к скале, на расстояние видимости и на небольшой скорости, продолжил путь, вдоль скалы, уходящей в ярко красное небо. Так, они проехали еще часа два. Никаких изменений не произошло. С одной стороны, отвесная скала, с другой, совершенно ровный ландшафт. Серёжа остановил вездеход и повернулся к друзьям:

– Ну что! – я думаю, пора сделать остановку и перекусить, что-то, живот к спине прилипать стал, надо вставить пищевую прокладку.

– Ты Серёжа, мои мысли прочитал, – сказала Женя, – я, только что, хотела это предложить. Наше путешествие, наверное, затянется надолго. – Серёжа! Может, после обеда, мы не будем плестись как черепахи, а пройдем быстрым маршем, пока не увидим хоть какие-то изменения.

– Верно, надо побыстрей, надоело это однообразие, – поддержал Женю, Юра.

– Как скажете, надо быстро, будет вам быстро, мне тоже надоело сдерживать, рвущегося вперед паука. Но, сначала, меня накормите.

Во время обеда Юра, не умолкая, сыпал анекдотами, а к концу заявил, что такими темпами, на разведку этой планеты, уйдёт вся жизнь.

– И что ты предлагаешь? – спросила его Женя.

– Я, предлагаю, разведку вести сразу тремя вездеходами. За один заезд, мы смогли бы, осмотреть площадь в три раза шири, а это значит, что время на разведку уйдет, настолько же меньше.

– Предложение хорошее, может быть в следующую поездку мы так и сделаем, а сейчас, продолжим пока на одном, – сказал Серёжа, усаживаясь в кресло водителя.      Буду ехать быстро, смотрите внимательно.

Не успел Серёжа разогнаться как, Женя, сидевшая рядом, закричала, срывая голос.

– Серёжа стой! Тормози! Впереди, что-то есть.

Когда вездеход остановился, ребята бросились вперед, стараясь увидеть то, что привлекло Внимание Жени. В постоянно движущемся перегретом, густом воздухе, ребята увидели, четыре похожих на человека существа. Видимость в густом мареве была плохая но, то, что к четырем существам приблизилось пятое, было видно.

– Похоже, они имеют разум, – шепотом произнесла Женя. – Видите, как внимательно они куда-то смотрят.

– Плохо видно, надо подъехать ближе, – тихо, сказал Юра.

– Ближе нельзя, они могут нас увидеть, а что они тогда предпримут неизвестно, – возразила Женя.

– Смотрите, вон, у одного в руке какой-то предмет, похожий на палку, – прошептал Сева.

– Все застегните скафандры и приготовьтесь, я немного подъеду, – предупредил Серёжа.

– Ой, ребята, может лучше уехать, посоветоваться с остальными, а потом знакомиться, – зашептала испуганным голосом Светлана. – Что-то мне не нравится тот, с палкой.

– А тот, что подошёл последним, смотрите какой здоровый, – сказал Юра, доставая из кобуры резак и одевая на правую руку, специальный для стрельбы браслет.

Нам здесь жить.

Проводив разведчиков, Заварский поднялся в рубку управления. Олег сидел в кресле пилота и читал книгу. На панели управления, светился красным, большой экран. Камеры показывали горы, вдоль которых ушёл вездеход. – Олег Васильевич, у меня к тебе рабочее предложение, – обратился к Олегу Заварский. Чтобы время бежало быстрей, вовремя ожидания, я предлагаю, немного поработать. Верней, я одену Космо-десантный скафандр, возьму из арсенала пульсар и поработаю над скалой, которая не дает кораблю встать прямо.

Олег, отложил книгу в сторону и поднялся из кресла:

– В чем заключается моя работа?

– Тебе надо включить наружный обзор и наблюдать, как идут дела. Может со стороны, что-нибудь подскажешь. Посмотришь, как работает пульсар.

– Всё ясно, буду наблюдать, – сказал Олег, включая обзор.

В камере декомпрессии, Заварский погрузился в Космо-десантный скафандр, взял пульсар и вышел по трапу на планету. Ранцевый двигатель скафандра, легко поднял его к нависающей над звездолетом скале.

С первого выстрела из пульсара, Заварский понял, что это не на наружных планетах, где от секундного выстрела, сгорало куба три массы в которую ударял луч. Здесь результат был в десяток раз меньше. Плотность этой планеты была велика, но не настолько, чтобы противостоять, появившемуся на ней человеку.

Заварский, не спеша, метр за метром, сжигал нависший над кораблем карниз. Через три часа работы, Заварский попросил Олега выровнять звездолёт.

– Ну вот, стоит, как положено, – сказал Заварский, когда звездолет встал ровно.

Выровняв звездолет, Олег поднялся из кресла и направился к лифту, чтобы выйти к Заварскому, но ему на встречу, выбежали испуганные девочки и Строгова.

– Что случилось!?      – наперебой закричали они, окружив Олега плотным кольцом.

– А что произошло? – почему вы так всполошились? – вопросом на вопрос ответил Олег, сразу не поняв, что виновником переполоха является он сам.

– Как что! – ведь корабль вновь пришел в движение! – сказала Строгова возмущенным голосом.

– Ах, это! – протянул Олег. – Просто, мы с Заварским выровняли крен корабля.

– Просто выровняли крен!      – передразнила Олега Строгова. – А вы знаете, что за такое выравнивание, на земле, я легко могу настоять о снятии с вас звания? Вы, разве не учили, что любые действия на корабле, выполняют только после предупреждения членов экипажа?

Олег вытянулся перед Строговой по команде смирно.      Он понял, что действительно совершил ошибку.

– Вы, Олег Васильевич, решили таким способом заигрывать с моими девочками? Даже не подумав о том, что они в этот момент, могли выполнять сложнейшую операцию, где каждое движение, это игра со смертью!

Рита вступилась за Олега. Она встала между ними, рискнув, этим, вызвать на себя, гнев своего руководителя.

– Елена Романовна, ну зачем вы так! – ведь ничего не случилось. Олежка, просто забыл. Да и знает, что операций мы не проводим, – стала она, оправдывать действия Олега.

– Не надо Рита, заступаться за него! – разнос, пойдёт ему на пользу! В следующий раз, не будет забывать, – сказала Строгова, уже спокойным голосом, с улыбкой на лице.

Заварский, в это время, отошёл от звездолета подальше, чтобы было видней, результат своего труда. Звуковой кристалл он выключил совсем, чтобы помехи не мешали думать. Поэтому, происходящее в рубке управления он не слышал.

Рита, Инна и Оля, окружили Олега, наперебой, стараясь успокоить его.

Строгова, постояла, – наблюдая за этой процедурой, – покачала головой и нечего больше не сказав, подошла к прозрачному корпусу звездолета, и стала смотреть, чем занимается Заварский.

– Девчонки! – что вы в самом деле! – отбивался от девочек Олег, – да не переживаю я и вам не советую. Давайте лучше пойдем, наденем скафандры и выйдем к Заварскому. Может быть, надо ему помочь, – говорил Олег, смущенно улыбаясь.

– Конечно, мы тебя не бросим, – смеясь, ответила Рита. – Идем к Эдуарду Павловичу! – посмотрим, можно теперь взлететь или нет.

Переодевшись в легкие скафандры, они вышли на поверхность планеты и подошли к Заварскому.

Увидев их, он включил связь:

– А, молодежь! – решили подышать свежим воздухом? – А, я вот, – пока Космо-десантный скафандр на мне, – хотел взлететь, посмотреть, на какой высоте заканчиваются горы.

– Летите! – а мы вас, здесь подождём, – сказала Инна. – Интересно, что там. Вы только долго не задерживайтесь, знайте, мы вас ждём.

Заварский, протянул Олегу пульсар, одобряюще, взмахнул рукой и запустив двигатель, устремился ввысь.

Ребята стояли, задрав головы вверх, когда подошла Строгова.

Она с удивлением спросила.

– А, где же Эдуард Павлович?

– Заварский, изучает вершины этих гор, – ответила ей Рита, повернувшись.

– О! – воскликнула она, – кажется, наш вездеход возвращается.

Все, повернулись в сторону, откуда вездеход отправился на разведку и ничего не увидели.

– Да вы не туда смотрите, – сказала Рита, – вон же он, вдалеке. Только он почему-то стоит.

– Олег рассмеялся:

– Заехали с другой стороны и хотят, наверное, нас напугать. Молодец Рита, вовремя заметила. Как ты только смогла увидеть их, так далеко?

– Рита, довольно хмыкнула:

– Ответ банально прост, – я их заметила случайно, – смотрю, что-то стоит, а что может здесь стоять, если не наш вездеход.

– Логично! – здесь, кроме нас никого, – сказал Олег. – Давайте стоять, как стояли, как будто мы нечего не видим. Интересно, что они предпримут?

– Не будем забывать, что мы на незнакомой планете и в игрушки играть не стоит, – строгим голосом сказала Строгова. – Надо узнать, у них, почему стоят, может случилось что-нибудь.

В это время, с небес, спустился Заварский.

– Я поднялся на двадцать километров, и только тогда, смог увидеть на какой высоте находится перевал через эти горы. Но подняться туда в Космо-десантном скафандре, я думаю невозможно. Уже там, где я находился, скалы были раскалены до белого цвета, – сообщил Заварский, подходя. – Он повернулся к стоявшему в дали вездеходу и спросил.

– Вы не в курсе, что они там остановились? Может, нашли что-нибудь?

– Скорей всего, просто хотели нас разыграть, – заехали с другой стороны, – но Рита их заметила, – ответила Строгова. – Как ты думаешь, что там за горами? – спросила она.

– Гадать не буду, – что там я не знаю, – но теперь, могу сказать точно, что мы действительно находимся на планете, которая в нутрии солнца. А ещё, судя по вездеходу, скажу с точностью на сто процентов, что мы находимся на дне давно остывшего вулкана, в его кратере! Это невероятно, но от фактнеа некуда денешся.

– Заварский указал на вездеход:

– Они, вас не разыгрывают, просто, он поехал в одну сторону, а прибыл с другой.

Слышно было, как Заварский засмеялся и сказал.

– Я знаю, почему они остановились!

– Почему? – вместе, спросили Олег и девочки.

– Они, не могут понять, как так получилось, что приехали туда, откуда выехали.

Заварский помахал рукой, дав этим понять, что их видят.

Вездеход тронулся и, не останавливаясь, возле приветственно машущих ребят, по трапу, заехал в грузовой отсек корабля.

Когда Заварский и сопровождающие его члены экипажа, поднялись в декомпрессионную камеру, – разведчики с вездехода уже переоделись.

Сняв скафандры, Олег и девочки, подошли к команде разведчиков, стоявших у лифта о чем-то, тихо, друг с другом беседуя.

– Что это вы, не остановились? Игнорируете пешеходов! – или, глаза пылью забило? – спросил Олег.

Рита, положила руку Олегу на плечо, – обратив на себя его внимание, – и сказала. – Нет! – Олежка, с глазами у них всё в порядке, просто, наверное, они сделали какое-то открытие и теперь важничают, набивают себе цену.

Команда разведчиков, действительно, стояла, загадочно, улыбаясь. А Женя, вообще, едва сдерживала распирающий, её смех. Юра, чтобы не отвечать, что-то, сосредоточено, разглядывал вверху. Света, никак не могла справиться со своей одеждой, то и дело, распрямляя не существующие складки. Сева, Нилов, вообще, отвернулся к створкам лифта. Один лишь Серёжа, смотрел прямо в глаза, каждому, из подошедших, но, тоже молчал как партизан на допросе.

Женя, всё-таки не выдержала и громко рассмеялась, прикрывая рот руками. Она, повернулась к своей команде и сквозь смех предложила.

– Давайте расскажем, я не могу молчать!

– Женя! – мы же, договорились! – сказал Юра, прервав изучение потолка.

– Рита, ты права! – воскликнула Инна, – они что-то от нас скрывают!

– Ну-ка, Женечка, подружка наша! – давай выкладывай! – о чем молчите, – сказала Оля, теребя Женю за плечи.

Заинтересовавшись происходящим, к молодежи подошли, Заварский и Строгова.

Юра, посмотрел строго на Женю, потом на Серёжу и Свету, улыбнулся и сказал.

– Деваться некуда, придется рассказать! – но, давайте начну я.

– Конечно ты! – сквозь смех, сказала Женя.

– Мы, встретили существ, очень похожих на людей, – начал говорить Юра.

– Что! Не может этого быть! – выдохнула из себя Строгова, мгновенно потеряв голос.

Заварский, обнял её за плечи и прижал к себе, тихо прошептав.

– Не волнуйся, это просто шутка.

– Мало того, – продолжил Юра, – эти существа, показались нам разумными!

Рита, Инна и Оля, от удивления, открыли рты, с трепетом в душе, слушая Юру, а он, продолжил.

– Мы приготовились выйти с ними на контакт…

Женя, наконец, рассмеялась в полный голос, говоря.

– Юра, это для лучшего контакта, ты надел браслет для стрельбы из резака?

– Резак, это просто для уверенности, а не для защиты, тем более что эти разумные существа оказались на очень высокой ступени развития, – ответил Юра. – Когда мы, уже решили выйти из вездехода для наведения контакта, один из них спустился с небес, в Космо-десантном скафандре.

Услышав концовку Юриного рассказа, все буквально покатились со смеху.

– Вы, действительно, приняли своих товарищей за местных разумных существ!? – спрашивал Заварский, преодолевая спазмы смеха.

– Мы, стояли далеко и силуэты расплывались в воздушном мареве, – оправдываясь, сказал Серёжа. – Я, до сих пор, не могу понять, как так получилось, что мы вернулись назад? Получается, мы, ехали по кругу!

– Да! Ты, Сергей Алексеевич прав. Вы, действительно ехали по кругу, так как наш звездолёт находится в жерле громадного вулкана, – справившись со смехом, ответил Заварский.

– О космос, мы в жерле вулкана! А как его состояние? Он не собирается вновь приступить к работе? – громко воскликнул Юра, – и было непонятно, он действительно испугался, или как всегда шутит. Нам надо поскорей убираться отсюда. Судя по размерам, если он проснётся нам мало не покажется!

– Когда мы первый раз вышли на планету, я брал пробу грунта. Сверлил застывшую пробку этого вулкана. Она состоит из очень твердого материала, и выбить её будет не очень легко, – ответил Заварский. – Ты, Юрий Иванович прав, нам надо убираться, но прежде надо решить как.

– Что здесь решать, – сказал Олег. – Вы, освободили сегодня корабль, так надо на нем и взлетать.

Заварский взмахнул руками, возмутившись.

– Как у вас всё просто! Взлететь не проблема, а вот, куда потом садиться будешь!? Ты уверен, что там за этими горами мы сможем сесть? Не надо забывать, где мы находимся. Может быть, это единственное место, где еще осталась не расплавленной материя.

– Этого не может быть. – вступила в разговор Строгова. – Состав атмосферы говорит о том, что здесь должна быть биологическая форма жизни.

Экипаж корабля заволновался, все повставали с мест и начали разговор. Юра, что-то доказывал Олегу, Строгова и Заварский, спорили о возможностях появления биологической среды, девочки, сбились в кучу и тоже спорили друг с другом.

Серёжа обратился к Жене:

– Я думаю, что единственный способ, выбраться из кратера, это пробивать тоннель.

– Да, это так, – согласилась с ним Женя, но вот вопрос, куда его направить?

– Не понял, что это значит, куда направить? Надо пробивать его, а в какую сторону это делать, разницы большой здесь нет, – ответил Серёжа.

– Нет! – это ты, меня не понял! В какую сторону идти, для нас, сейчас, разницы нет, но вот с каким уклоном вести проходку, большая разница, – возразила Женя. – Раз, стены кратера уходят в высоту на такое большое расстояние, а здесь, в кратере, атмосфера под таким большим давлением, то можно предположить, что мы находимся ниже поверхности планеты. Значит, если не хотим вечно рыться в недрах планеты, надо вести проходку в плюс. Но, вулкан может быть, как и на земле, – выше уровня планеты, – тогда, надо идти в минус. Вот о чем я думаю.

– Значит, у нас есть единственный, правильный путь, – подумав, сказал Сережа, с улыбкой на лице.

– Какой? – спросила, Женя удивленно.

Серёжа, смотрел на неё, ожидая, когда она сама придет к правильному решению.

Женя, в этот момент, была возбуждена разговором и выглядела так завораживающе, что ему захотелось подойти к ней и поцеловать, но так как вокруг было много посторонних глаз, он просто, сделал губами жест поцелуя, нежно глядя ей в глаза.

Женя, улыбнувшись, погрозила ему пальцем:

– Серёжа, я с тобой говорю о серьезных вещах, а ты о чем думаешь?

– Я, думаю о тебе и это тоже серьёзно, – ответил Серёжа улыбаясь. – Жень, зачем нам с тобой, плюсы или минусы, мы будем идти прямо, и это самое лучшее решение.

– Да! Ты так считаешь? – произнесла Женя, задумавшись.

Она, окинула взглядом присутствующих – все продолжали разговаривать.

– Хорошо, я тебя поддерживаю. пойдём, поговорим с Заварским, передадим ему наши с тобой соображения, – сказала она, поцеловав Серёжу в губы. – Все равно, решение принимать будет он.

– Жень, иди одна, а я поговорю с ребятами, по-моему, ты на него умеешь надавить.

– Хорошо, я попробую.

Серёжа, проводил её взглядом и направился к Олегу и Юре. Хотелось поделиться с ними своими соображениями.

Заварский, выслушав Женю, сказал.

– Мы с Еленой Романовной тоже обсуждали эту тему и пришли к выводу, что пробиваться надо с небольшим подъёмом.

Строгова, стоявшая рядом, глубоко вздохнула и на её лице появилась счастливая улыбка. Было видно, что она осталась довольная тем, что Заварский не забыл упомянуть её причастие к решению. Чтобы закрепить свою значимость в жизни коллектива, она не удержалась и сказала.

– Мне хочется показать вам, наше небольшое открытие, над которым, мои девочки и я, работали последнее время. Эта наработка, сможет приоткрыть тайну, существования этой планеты. Строгова, произнеся эти слова, окинула присутствующих взглядом, оценивая произведенное впечатление, от такого заявления и продолжила.

– Но, для этого, надо всем подняться в медицинский отсек.

Заварский, глянул на Строгову, удивленными глазами:

– Открытие! – тайна существования планеты! – все это звучит очень громко, – а мне нечего не сказала!?

– Раньше, удивлять вас было нечем, так, только догадки, а сейчас есть результат, – ответила она, скромно, улыбнувшись.

В медицинском отсеке, Строгова подвела всех к аппарату, собранному вокруг диагностического компьютера. Он был весь увит проводами и трубками разного диаметра. Выделялся из общей массы, лишь только куб, изготовленный из прозрачного материала: но, наполнен он был, веществом, абсолютно чёрного цвета.

Заварский подошёл и постучал по кубу пальцами, разглядывая конструкцию.

– Как мог не заметить! – ведь я к вам захожу очень часто? – произнес он удивленно.

– Для этого, здесь стаяла ширма, скрывающая его от посторонних глаз, – улыбаясь, ответила Строгова.

Рита, с нотками гордости в голосе, сказала.

– Эту установку, мы, собрали собственными руками!

– Что в этом кубе? – спросил Серёжа, подходя.

– В этом кубе, находится то, ради чего я вас сюда пригласила, – ответила Строгова.

Все, окружили куб, пытаясь увидеть, что находится в нём.

– Для чего вы его покрасили в черный цвет? Да ещё изнутри, – спросила Женя.

– Куб, совершенно прозрачен, краски на нём нет со всех сторон, – загадочно улыбаясь, ответила Инна.

– Как ты думаешь, что там? – спросила Оля у Жени.

Женя, ещё раз, внимательно оглядела куб.

– Какая-то жидкость, имеющая чёрный цвет.

Оля засмеялась, собираясь что-то сказать, но её перебила Строгова.

– Давайте девочки, не будем больше смущать зрителей и перейдем к демонстрации, – сказала она, – специальными щипцами, – беря со стоящего рядом столика, чистую, прозрачную плоскодонную колбу, – и подходя с ней к одной из трубок, на окончании которой, имелся небольшой клапан.

– Если сказать честно, я поторопилась сообщать вам о результатах. То, что находится здесь, мы сами ещё не видели отдельно от этого куба, – говорила она, выполняя работу, четкими, профессиональными движениями. – Все анализы и опыты, проводил компьютер, мы только наблюдали и помогали, исполняя его указания.

Строгова, перевернула колбу к верху дном, поднесла к клапану.

Присутствующие, после слов Строговой, затаили дыхание, с волнением, наблюдая за её действиями.

Когда клапан открылся, – из него, заструилась черная лента, – заполняя собой пространство колбы, вытесняя оттуда воздух.

– Как видите, это не жидкость, а газ. Этот газ, гораздо легче всех остальных газов, к тому же, он абсолютно не прозрачен. Опыты показали, что через него не проходят даже рентгеновские лучи, не говоря уже об остальных излучениях.

Когда колба наполнилась, Строгова закрыла клапан на трубке, а колбу, завинтила крышечкой, на резьбе. Закупорив, перевернула донышком вниз и поставила на столик.

Первым, нарушил молчание Сева Нилов.

– Значит, благодаря этому газу, излучения глушатся? Что это за газ! Я о таком слышу впервые.

– На Земле его в природе нет, или он просто не обнаружен, – ответила Строгова. – Мы его тоже, обнаружили случайно.

– Значит, этот газ где-то там, вверху, создает защитный слой? Точно так же как на земле, озоновый, – высказал свое предположение Олег.

– Я, и девочки, много размышляли на эту тему, и пришли именно к такому выводу, – кратко ответила Строгова, ожидая следующего вопроса, но их больше не последовало. Все, зачаровано смотрели на колбу. Она, как магнит, притягивала к себе пытливые взгляды.

Не отрывая глаз от конструкции, Заварский обратился к Строговой.

– Мне очень интересно узнать, – как вы смогли переработать очень большое количество планетного воздуха, – чтобы наполнить этот куб? Я, не видел, чтобы вы, сооружали воздуховоды, или ещё какие устройства, для закачки воздуха?

– Нам не понадобилось проводить воздуховод: обошлись, местной системой вентиляции звездолета. Женя, помогла нам изолировать два воздухопровода, в нужных местах. Один, для забора воздуха из грузового отсека. Благо он у нас всегда открыт. А другой, отправлял, очищенный воздух в декомпрессионную камеру, а там, по общей схеме.

Заварский, вопросительно, посмотрел на Женю.

Женя, в ответ на взгляд, насмешливо улыбнулась и сказала.

– Все мои действия, занесены в бортовой журнал. Я же, не виновата, что вы, его стали редко просматривать. Поступил заказ, я исполнила, ведь вентиляция, контролируется медицинским персоналом.

– Все понятно! Это мой недосмотр, да!? – спросил Заварский у Жени.

– Почему ваш недосмотр? Всё по уставу! Ведь на звездолете, мы командиры! – и отчитываться не обязаны. Вы же! – просто наблюдающий, за нашими действиями! – дерзко ответила Женя, продолжая улыбаться.

Заварский, не нашёл слов для ответа: просто, покачал головой, – непонятно, осуждая или соглашаясь, – и отвернулся.

– Елена Романовна, можно взять колбу в руки? – спросил Юра. – Хочется подержать в руках это чудо.

Строгова, пожала плечами и сказала.

– Я думаю, что можно, какой здесь может быть запрет, это же просто газ. Он не имеет запаха и Компьютер в нем, не выявил вредных воздействий на организм.

– А почему тогда, вы, держали колбу не рукой, а щипцами? – спросил Юра настороженным голосом.

Строгова, несколько секунд стояла, удивленно глядя на Юру, а потом громко рассмеялась. Глядя на неё, засмеялись и её подчиненные, девочки, медики.

– Юрий Иванович, не бойтесь! – сказала она, смеясь. – Я пользуюсь щипцами, просто по привычке, заложенной, многолетней практикой работы с разными по свойству растворами.

С этими словами, Строгова, протянула руку и взяла колбу.

Поставив ее на ладонь, она приподняла колбу над головой, чтобы видели все:

– Вот, эта невидаль, случайно попавшая нам на глаза! – с гордостью в голосе, сказала она.

Окружавшие её, члены экипажа, громко сделали вдох удивления и застыли, пристально глядя на колбу.

Вначале Строгова подумала, что всех впечатлил её театральный жест, – но, несколькими секундами спустя, – она, поняла, что происходит что-то странное, заставившее всех удивляться.

Опустив колбу на уровень глаз, Строгова поняла причину удивления.

Колба, с совершенно не прозрачным газом, стала слабо светиться Розовым оттенком.

– В колбе появилось свечение! – запоздало воскликнул Заварский, – Лена! – поставь её на место!

Строгова, быстро исполнила приказ и отошла на пару шагов назад.

Присутствующие повторили её движение.

– Что это может быть? – спросила Строгова, ни к кому не обращаясь. – Откуда появилось это свечение?

Она, бросила взгляд на куб, – там, по-прежнему царил мрак.

Женя, изумленная происходящим, повернулась к Серё же и воскликнула.

– Ты видел!? Колба стала светиться, как будто в ней появилась энергия! Интересно, что в ней происходит?

– Если, это не шутки твоих подружек! – то там, – действительно появилась энергия, – а попасть в колбу она могла, лишь из рук Елены Романовны.

– Ты думаешь? – от волнения, почти шепотом, произнесла Женя.

– Здесь и думать нечего! Возможно, газ, так реагирует на тепло, от ладони.

Стоявший рядом Юра, – услышав слова Серёжи, – вышел вперед.

– Сейчас проверю, прав ли ты!

С этими словами, он подошёл к колбе и, взяв её в руки, обхватил ладошками, – согревая содержимое.

Колба, стала светиться насыщенней.

– Ты, Серёга прав! это происходит от нагревания газа, – громко, сказал Юра, поднимая колбу над головой.

– Странное свойство, – сказала Строгова, подходя к Юре и устало зевая, при этом.

Присутствующие, осмелев, вновь окружили колбу со всех сторон.

Заварский, протянул свою руку:

– Дай-ка мне, я тоже погрею. Я, сегодня, столько камня над звездолетом нагрел, – до сих пор, руки горят от напряжения.

Колба, к великому удивлению присутствующих, в руках Заварского, свое свечение утратила.

Как он не грел ее, эффекта не было.

– Чудеса, да и только! Дайте мне погреть, – сказал, смеясь, Олег, забирая колбу из рук Заварского.

Медицинский отсек, вновь, наполнился возгласами удивления.

В руках Олега, колба вновь, стала светиться.

Колба пошла по рукам, каждый решил попробовать, как она будет реагировать на его руки.

Обойдя всех, по нескольку раз, газ в колбе, стал светиться, слабым устойчивым светом, не на кого не реагируя.

Вновь, завладев колбой, Строгова поставила ее на столик и сказала.

– Хватит играться, материал требует серьезного изучения. Мне непонятен этот феномен. Одно могу сказать точно, – этот газ аккумулирует в себе нашу энергию.

– Почему ты так решила? – спросил Заварский.

– Я, почувствовала изменение в своем состоянии, – ответила Строгова. – Когда, я, первый раз взяла колбу в руки, и она засветилась, – появилась усталость, – на которую, я сильного внимания не обратила, списав это на стресс от происходящего.

– Когда колба вновь, попала мне в руки, она уже светилась. После моих рук, – свечение угасло, – а я почувствовала вновь, подъем энергии в организме.

– Точно! – воскликнул Заварский. – Теперь, я тоже понял, от чего произошли перемены в состоянии. Я был уставший, после работы, а сейчас…

Строгова вновь подняла колбу, над удивленными слушателями:

– А сейчас! – судя по цвету! – у нас всех, одинаковое состояние.

Найденный, группой медиков газ, произвел впечатление на всю команду. Каждый, понимал, что этот газ, несёт в себе большой потенциал. Уже то, что он накапливает в себя жизненную энергию, ставит его очень высоко.

Молодёжь, расходилась, бурно, обсуждая увиденное. Строя перспективные проекты его применения в будущем.

Заварский хотел задержаться и поговорить о дальнейших действиях, но Строгова, извинившись, отправила его вслед за его командой.

– Мне надо побыть одной и подумать, – сказала она ему, провожая. – Кажется, я уже вижу, достойное, ему, применение.

Шагая рядом с Серёжей, Женя, рассказала ему о результате своей беседы с Заварским, по поводу тоннеля.

Серёжа, услышав от Жени, решение Заварского, пришёл в ярость.

– Я, не собираюсь выполнять его указания! Если он, не примет наше предложение, то ему, придется вести свою проходку вдвоем со Строговой! Я разговаривал с Юрой и Олегом, они будут на моей стороне!

– На нашей стороне! – поправила его Женя.

– Извини! На нашей, – исправился Серёжа.

Следующий рабочий день, – по просьбе Заварского, – начался с общего собрания, на котором он, собирался объявить свое решение, о начале работ по строительству Тоннеля, который будет вестись с небольшим подъемом:

Но, стоило ему сказать, – я, подумал и решил, – как, Серёжа поднялся и громко заявил о своем не согласии.

– Я уже в курсе, что вы решили, но у нас другие соображения по этому поводу:

С этими словами он, начал высказывать точку зрения молодёжи.

Завязался жаркий спор. Строгова, встала на сторону Заварского, напугав всех, возможностью выхода в раскаленную магму планеты.

В итоге, было решено, всем голосовать, – за и против, – что привело к победе, Серёжиного проекта.

Час спустя, вездеход, – взяв на свой борт всех желающих посмотреть, как будет вестись проходка, – отъехав от звездолета на пятьдесят метров, сделал первый выстрел, из лазерной пушки, – снаряд у неё, начинен магнитными ловушками, в нутрии которых, антивещество.

В скале, куда был направлен лазерный луч для прицела, возникла ниша, метров пять глубиной.

Образовавшийся при распаде материи газ, произвел вокруг вездехода пылевой ураган. Пыль, веками копившаяся в кратере, поднялась и закружилась в плотном воздухе.

Произведя еще пару выстрелов, пассажиры вездехода направились посмотреть, на результат. Остались только, Серёжа и Женя.

Серёжа сидел в водительском кресле, а Женя, в кресле штурмана и им, все было видно не выходя.

Заварский, произвёл замер и остался доволен им:

– Хороший результат, – сказал он. – Немного подправить пульсаром и можно свободно продвигаться вперед.

Тоннель получилась идеально круглой формы, пять метров высотой, с гладкими, оплавленными сводами. В некоторых местах, сверху, свисали сосульки застывшей, после высокой температуры материи.

– Ну, сколько метров мы уже прошли? – спросил Юра у Заварского, когда тот, закончил замер.

– Результат хороший, три выстрела двадцать метров. С такой скоростью, должны пройти быстро. Вот, только, непонятно куда мы выйдем! Кто бы сказал, что там, впереди? – с тревогой в голосе, произнес Заварский, вглядываясь в проделанный проход.

Подождав, пока все осмотрят рабочее место, Заварский, обратился к столпившимся у тоннели ребятам.

– Все! – показательные выстрелы прозвучали, результат увидели и теперь лишний народ может удалиться. Пойдемте, я вас провожу, мне все равно надо возвратиться на корабль, чтобы взять пульсар.

– Серёж, давай пока Заварский ходит за пульсаром, еще углубимся. Ты поставь вездеход ближе к входу, чтобы цель точней навести.

– Сейчас сделаю, – сказал Серёжа и заехал в тоннель.

Серёжа, остановил вездеход, когда тот, наполовину корпуса был там.

– Давай наводи, – сказал он, заглушив двигатель и поставив вездеход на тормоз.

Женя навела лазерный прицел точно в середину и произвела выстрел.

Когда Заварский вышел из звездолёта, неся в руках пульсар, то увидел, что вездеход лежит недалеко от тоннеля, кверху гусеницами. Он бросил пульсар и побежал к вездеходу.

– Что случилось! Как это могло произойти! Что там с экипажем? – проносились в голове мысли, пока он преодолевал расстояние.

– У нас беда! – закричал он, включив связь на полную мощь. – Лена, быстро сюда!

– Что случилось! – отозвалась Строгова.

– Не знаю! – вездеход валяется около тоннеля перевернутый, бегу туда, – ответил Заварский на ходу.

Строгова, успевшая уже переодеться, вновь облачилась в скафандр и схватив медицинские принадлежности, побежала к вездеходу. Ребята тоже кинулись к Скафандрам.

Заварский, в панике, – бегал вокруг вездехода, надрывно, зовя Серёжу и Женю, – но в ответ, в кабине вездехода стояла тишина. В эфире были слышны голоса возбужденных ребят, дыхание бегущей к месту происшествия, Строговой, треск, и писк планеты.

Люк у вездехода оказался высоко и открыть его, Заварскому не удавалось.

– Ребята! – наденьте кто-нибудь десантный скафандр, – закричал Заварский, – надо подняться в воздух, чтобы открыть люк.

Олег, выбежавший уже на трап, бросился назад, переодеть скафандр.

– Что там? – спросила Строгова, подбегая.

– Не знаю! – они молчат, а люк высоко! Надо ждать того, кто оденет Космо-десантный скафандр.

Подбежал Юра и девочки.

– Что ждать! – закричал Юра, – подсадите меня, я открою.

Заварский ухватил его за ноги и приподнял, девочки и Строгова, ему помогли.

Юра, смог дотянуться до запирающего механизма и открыл люк.

Серёжа и Женя, лежали на прозрачном, – из нутра, – куполе, без движения.

Поднявшись в вездеход, Строгова, попросила Юру, закрыть люк и осторожно снять с Ребят скафандры. После чего, она осмотрела пострадавших.

Девочки и Заварский, стояли возле вездехода и с замиранием сердца вслушивались в то, что происходит там.

Они Живы! – объявила Строгова, – только без сознания. Переломов нет, всё хорошо.

Вздох облегчения заполнил эфир.

Подбежал Олег в Космо-десантном скафандре.

– Чем я могу помочь? – обратился он к Заварскому.

– Давай-ка, медленно, переворачивай вездеход на гусеницы. Только смотри, не урони, им и так досталось.

– Эдуард Павлович, что произошло? Почему вездеход перевернулся? – спросила, Румянцева Оля, с тревогой заглядывая в люк.

– Давайте, быстро все от вездехода! – пока ещё кто-нибудь не травмировался. Сейчас перевернём и я, вам всем расскажу, что произошло. Вы и сами, если немного подумаете, можете догадаться, – говорил Заварский, помогая Олегу переворачивать вездеход.

Олег, в Космо-десантном скафандре, выглядел великаном, напротив, ребят в простых скафандрах. Он подошёл к вездеходу. Упершись в грунт, стал медленно перекатывать его с купола на бок, а потом, осторожно навалил его на гусеницу. Заварский, подставил под него распорку, а Олег, зайдя со стороны гусениц, потянул на себя и опустил вездеход на обе гусеницы.

– Чтобы, вам удобней было догадываться, скажу, – они произвели выстрел, заехав перед этим в тоннель, – сказал Заварский, освободившись.

Молодежь, устремилась внутрь. Быстро, достали носилки, уложили на них Серёжу и Женю.

Когда все направились в звездолёт, Заварский остановил Сашу Крымова:

– Александр, ты задержись, будешь мне помогать.

Увидев удивление в глазах Крымова, он добавил.

– Чтобы не случилось, а работа должна продолжаться и делать ее, будем мы с тобой.

– Да! – я же, нечего не умею, – залепетал Александр.

– Ничего, научишься, все когда-то нечего не умели, а стали делать и научились. Вот и ты, поработаешь со мной и станешь специалистом.

Заварский, дружески, похлопал Крымова по плечу и направляясь к вездеходу, сказал.

– Сбегай-ка к звездолёту. Там, у трапа, должен валяться пульсар. Принеси его мне, я буду в тоннеле.

Крымов, хотел ещё что-нибудь возразить, но Заварский уже шагал к опустевшему вездеходу.

Махнув с досады рукой, Крымов, поплелся искать пульсар.

Девочки, Строгову к пострадавшим больше не подпустили, всю работу взяли на себя. Убедившись, что сотрясение мозга, это единственное нарушение в работе организма, девочки предприняли необходимые действия и дали им успокаивающего, чтобы они смогли как следует отдохнуть. Дежурили возле них, по очереди, ни на минуту не оставляя одних.

Приходили справится о здоровье товарищей, Юра и Олег. Сева и Саша, тоже, навестили больных.

В дежурство Риты, в очередной раз зашёл проведать больных Олег. Убедившись, что товарищи ещё не пришли в себя, он обнял Риту и они, – чтобы не мешать, – уединились в соседнем отсеке.

Появление Олега, привело к тому, что Рита, пропустила пробуждение Серёжи.

Когда она, зашла к больным, – Серёжа сидел на кушетке, где лежала Женя и склонившись над ней, нежно гладил её волосы, цвета спелой пшеницы, – тихо говоря при этом, слова любви.

От нежного прикосновения и капелек слез, что упали нечаянно на лицо, Женя тоже пришла в себя, и открыла глаза.

– Серёжа, ты что, плачешь? Не надо, все хорошо, – прошептала она, придя в себя от сна.

Счастливый Серёжа, сгреб её в свои объятия и долго не отпускал, покрывая горячими поцелуями.

Рита застыла у входа, боясь своим присутствием помешать ребятам.

Освободившись от крепких Серёжиных объятий, Женя поднялась и села на край кушетки.

– Странно, я себя чувствую прекрасно, будто ничего не было.

Женя тряхнула головой, светлые волосы, красиво вспорхнули, ожив после долгого пребывания без движения.

– Видно, нас, успели хорошенько подлечить, голова не болит, не кружится. А как нас тряхнуло! – воскликнула Женя, вспомнив что с ними произошло. – Хорошо хоть шлем с головы не успела снять.

Она посмотрела на Серёжу.

– А ты как себя чувствуешь?

– Я? – хорошо! – вот только кушать хочется, будто сутки не ел.

– Точно! – и я тоже, не против хорошего обеда.

Рита, наконец, решилась выдать свое присутствие:

– Ребята! Вы поднялись? Как я рада! – воскликнула она, появившись перед глазами друзей. – Я нечаянно услышала вас, когда заходила, – говорила она, подходя. – То, что вам хочется кушать, это естественно, ведь, вы проспали сорок восемь часов.

– Как!? – Нам было так плохо? – удивилась Женя.

– Да нет! Просто, мы вам дали немного отдохнуть.

Серёжа поднялся и обратился к Рите, – постучав себя по голове.

– Скажи честно, там всё нормально, или как?

Рита, погладила его по голове и подмигнула:

– Не бойся! всё нормально, но вновь заряжать себя, вместо снаряда не советую.

Серёжа, засмеялся, поглядывая на Женю:

– Да! – зарядились, – чуть живы остались. Ты Рита, пока мы будем собираться, расскажи, что на корабле творится, кто, чем занимается?

Рита, весело рассмеялась и сквозь смех приступила к рассказу.

– Ну, чем занимались мы, медики, ты Серёжа, наверное, догадаешься?

Заварский, продолжает обстреливать гору. Уже два километра прошел.

– Стоп, стоп! – не так быстро. Давай вернемся к вам, медикам, – остановил её Серёжа. – То что, вы ухаживали за мной и Женей, я, конечно догадался. Но! – у вас, насколько я помню! – есть интересная научная тема. Которую, вы, – кстати, – от нас с Женей скрыли!

Женя, молча, закивала головой, подтверждая свое согласие со словами Серёжи.

– Не могли мы говорить на эту тему! – воскликнула Рита, мгновенно перестав улыбаться. – Елена Романовна, с нас взяла честное слово, что будем молчать. Молчать, пока не исследуем этот газ по всем параметрам.

Рита, оправдываясь покраснела, будто, ей стало стыдно, за свое молчание.

– С нас, слово взяла, а сама, не удержалась и все рассказала! – с обидой в голосе, произнесла Рита.

– А как, с газом дела продвигаются сейчас? Есть какие-нибудь результаты? – спросила Женя. – Я, до этих пор, не могу понять, как вы, умудрились набрать, пол кубометра чистого газа, через вентиляцию Звездолета? Ведь, Строгова сказала, что его практически нет в составе планетарного воздуха?

Рита, вновь заулыбалась, почувствовав, что владеет информацией, которая всех интересует.

– Ты, Женя права. Если бы мы, прокачивали воздух через вентиляционные проходы, улавливая этот газ, – для получения этого объема, понадобилось бы, лет сто! – сказала Рита и замолчала, с улыбкой наблюдая как подействуют ее слова.

– Ну, и в чем секрет? – спросила Женя, вопросительно глядя на подругу.

– Рита, не тяни, говори правду, ото, мы с Женей, обидимся на тебя и поколотим немножко, – сказал Серёжа, с улыбкой на лице, показывая кулаки.

– Секрет простой! – за двое суток фильтрации атмосферы, – нам удалось поймать с десяток молекул. Потом, мы провели секретную операцию, суть которой я вам сказать не могу. После нею молекул у нас стало достаточно, чтобы материализатор смог их определить и воспроизвести подобные.

Серёжа, хлопнул ладожской себя по лбу:

– Точно! – как я сам не догадался, ведь, это самый эффективный способ.

Рита рассмеялась.

– Потому и не догадался, что простой! Искал сложные решения. Мы, тоже, не сразу догадались, применить давно испытанный способ.

– Так может, это проявление газа, просто побочный эффект воспроизводства? – спросила Женя.

– Вряд ли! – ответил Серёжа. О побочных явлениях при материализации нет упоминаний не в одном научном труде.

Серёжа, мечтательно возвел глаза к верху:

– Если, у Елены Романовны получится! – и она, найдёт способ заряжать этот газ! – это же, можно будет работать, не уставая. Не надо, будет, тратить полжизни на сон! – подержал в руках заряженный флакон с газом! – и вновь бодрый, – мечтательно произнес Серёжа. – Вы, представляете такое!?

– Елена Романовна, представляет, – ответила Рита. Она об этом, только и говорит. О нас вспоминает, лишь только тогда, когда надо провести эксперимент. У нас на звездолёте нет мышей и хомячков, поэтому, в место них, мы!

Женя подошла к Рите и, обняв ее, спросила.

– Вы что, обижаетесь на нее?

– Нет! Что ты! – мы же понимаем, что это надо.

Рита вновь засмеялась:

– Я, иногда вместо себя, на испытания привожу Олежку. Он, идёт на риск, доказывая этим, свою любовь ко мне.

Женя повернулась к Серёже и сказала.

– Мне кажется, мы с тобой проспали целую вечность, столько произошло! – а мы не в курсе. Рита, давай дальше, – рассказывай как дела у остальных.

– Я, уже сказала, что Заварский углубляется в каменную стену нашего кратера. Олег, как всегда, если не у пульта управления, то в библиотеке, а вот Юра! – вы не поверите, – увлекся строительством.

– Что строит? – спросила Женя.

– Пообещал Светлане, сад возле звездолёта посадить, теперь строит купол, да такой громадный, целый город под ним можно укрыть.

– Один строит?

– Да! Взял в помощники одного робота из реакторного отсека.

– А ты, не в курсе, как Заварский от выхлопа, – который чуть нас не убил, – спасается? – спросил Серёжа.

– Конечно в курсе! – улыбнувшись, ответила Рита. – Он, для вездехода выработку делает, – оттуда и стреляет, пять раз. Для следующих выстрелов, – выработку делает с другой стороны.

– Почему, с другой стороны? – спросил Серёжа удивившись.

– От выстрелов с боку, – тоннель уходит в сторону. Поэтому, приходится стрелять, меняя направление.

– Ясно, и самое главное, доходчиво. Можно даже не смотреть и так всё видно, – сказал Серёжа, направляясь к выходу.

– Куда ты? – спросила Женя.

– Я чувствую, что нам с тобой, надо срочно попасть в блок питания, пока ещё ноги держат.

– Хорошо, давай жизнь начнем с хорошего обеда, сказала Женя, направляясь за Серёжей.

– А как же я! – возмущенно спросила Рита. – Меня, подождите! Только мне, сначала, надо сообщить девочкам о вашем пробуждении.

Внимание! Экстренное сообщение для всех обитателей звездолета, – раздался, по громкой связи корабля, веселый голос Олега.

– Сережа и Женя, выздоровели! – поднялись и направились в блок питания. Желающие могут разделить с ними трапезу. Кстати, хочу сообщить лично для Жени, что, сейчас, не обед, а ещё завтрак.

Рита, закружилась на месте, окидывая взглядом все камеры видеонаблюдения:

– Ты подсматриваешь за нами Олежка! Подслушиваешь разговор? Ну погоди! – я до тебя доберусь.

– Я не подсматриваю, а веду запланированный осмотр помещений, – весело ответил Олег.

Серёжа приветственно поднял вверх руку, а Женя, улыбнувшись, сказала.

– Спасибо Олежка за подсказку, теперь буду знать, что заказать на стол.

Серёжа и Женя, не успели покинуть свою больничную комнату, как их окружили девочки. Они, весело щебеча, повисли на Жене, стараясь первой обнять и поцеловать её. Серёжа, тоже не избежал такой участи. Зашла Строгова и поздравила ребят с возвращением в строй.

– Эдуард Павлович уже уехал, – сказала она. Ото бы, он, вас тоже поздравил.

– И Юра ушёл, – сказала Оля, оправдывая его отсутствие. – А вне корабля, он отключает связь.

Олег, встретил Серёжу и Женю, в блоке питания:

– Проходите, садитесь, я вам уже всё заказал и поставил на стол, завтракайте не стесняйтесь, – говорил Олег, любезно отодвигая кресло от стола, чтобы Жене было удобней садиться.

– Спасибо Олежка, ты, очень галантен, – сказала Женя, садясь.

Ребята, приступили к завтраку, а Олег, улыбаясь, молча, наблюдал как они утоляют свой голод, ему, было приятно видеть своих друзей живыми и здоровыми. Когда, с завтраком было покончено, он, любезно, поинтересовался их здоровьем.

– Спасибо Олежа, всё хорошо, – ответила Женя.

– А как ты? Чем занимаешься? – спросил его Серёжа.

– С тех пор, как вы все, тихо отстранились от несения вахты у пульта управления кораблем, этим занимаюсь я, – ответил Олег. Мне ведь, все ровно, где читать книжки, – в библиотеке или у пульта. Вам, удобно заниматься своим делом и мне хорошо.

– Значит ты, Олежка, ради всего коллектива пожертвовал собой? – смеясь, спросил Серёжа.

– Да ну, что ты! – какая жертва, мне просто так удобней. Каждый выбирает себе дело по душе, вот и я выбрал.

Олег, ещё раз окинул друзей изучающим взглядом, – будто не веря в то, что они здоровы, – и сказал.

– Мне пора на службу, буду страховать ваши жизни от разных случайностей. С этими словами, он, повернулся и пошёл к лифту.

Серёжа, с минуту, посидел за столом молча, о чем-то задумавшись, потом, резко встал и обратился к Жене.

– Пойдем со мной, я тебе кое-что покажу.

Серёжа, повёл её в зеленую зону, на ходу объясняя свой план дальнейших действий.

– Жень, ты понимаешь! – пока мы болели, ребята взялись за работу, создали свои рабочие звенья, в которых мы будем лишними, даже если они нас и позовут к себе. Нам надо начинать своё дело.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Женя.

– Мы, начнём пробивать ещё один тоннель, только в другом направлении, ведь нам неизвестно, возможно Заварский идёт вдоль горной цепи. Мы же пойдем, на девяносто градусов изменив курс.

– Понимаю! – ты Серёжа молодец, правильно придумал, – поддержала его идею Женя. – Вот только, как быть со связью, нам же придется уехать далеко от Звездолёта?

– Это не проблема, проложим кабель.

– Где ты его возьмешь?

Серёжа, остановился и, улыбаясь, посмотрел на Женю.

– Жень, что-то ты стала плохо соображать, видать последствия аварии сказываются?

– Ты Серёжа, сильно не умничай, а рассказывай пока слушаю, – сказала Женя, толкнув его, чтобы не останавливался.

– Кабель, мы вырастим на Материализаторе, задав ему нужные параметры.

Не останавливаясь, Серёжа, повернулся к Жене и улыбаясь, подмигнул ей:

– Я, тебя, веду в сад, чтобы показать одного робота. Он стоит там без дела. Этот робот на гусеничном ходу, – как раз то, что нам нужно. Мы, его разберём. Нам понадобится только его ходовая часть, ну и кое-что из управления.

Женя остановилась:

– Подожди. Ты, расскажи толком, для чего тебе это нужно? Что ты придумал?

– Жень, мы с тобой, создадим, маленького, вооруженного до зубов робота, который будет быстро двигаться и пробивать тоннель, не создавая помехи для отработанных газов. Сейчас, спустимся в сад и я тебе все нарисую.

Вернувшись      из зеленой зоны, Серёжа и Женя, расположившись в грузовом отсеке, увлеченно взялись конструировать робота, для проходки тоннеля. Для ударной части сняли с запасного вездехода лазерную пушку и установили на гусеничный ход. Собрали крутящийся, – вовремя движения, – барабан, в нем, закрепили два пульсара. Все это центровали так, чтобы вовремя движения пушка пробивала проход, а пульсары выравнивали оплавления и помогали своим огнем пушке.

Однажды, Заварский выйдя из тоннеля, застал ребят за работой и поинтересовался, что они делают. После объяснений он покачал головой и сказал.

– Делать вам нечего! Лучше, пришли бы ко мне. В две смены работа шла бы быстрей.

Выглянув наружу, он посмотрел на пылающее ярко-красным, небо и добавил.

– Хотя, куда нам здесь торопиться, – махнул с досады рукой и удалился.

Испытания проходческого агрегата проводили там, где по расчету, стена кратера поворачивала на девяносто градусов от первой проходки тоннеля.

Небольшие размеры позволили агрегату двигаться вперед, несмотря на ураган, вырывающийся из под расщепляющих материю лучей и распада, после встречи с антивеществом.

Немного повозившись с настройками и замерив, пройденное расстояние, Серёжа сообщил.

– Наше детище, двигается вперед, со скоростью пешехода и скоро нам будет трудно его контролировать.

– Я, знаю, что надо сделать, – сказала Женя. – Привезем сюда Андроида, садовника. Он, в скафандре, будет идти рядом и контролировать агрегат.

– Его, снесет выхлопом, – сказал Серёжа.

– Не снесёт! – он пригнётся и будет идти за агрегатом, прикрываясь им. Надеюсь, он, не будет после этой работы страдать хондриосом позвоночника, – засмеявшись, сказала Женя.

– В таком случае, надо к агрегату приделать поручни, он будет держаться за них и при необходимости, поправлять агрегат, – внес, конструктивное изменение Серёжа.

– Правильно, так и поступим, – согласилась Женя.

Приемная комиссия, в составе, Серёжи, Жени и коллектива медиков, – назвала агрегат, «Рудоплав».

Рудоплав получился компактным и имел эстетические формы.

Рита, взглянув на Рудоплав, улыбнувшись, произнесла.

– С первого взгляда, на это, ваше творчество, видно, что в разработке проекта, участвовала особь женского пола.

Серёжа, с возмущенной интонацией в голосе, спросил.

– Рита! – по-твоему, если бы я делал один, Рудоплав стал бы похож на урода с гусеницами?

Рита, нежно погладив Рудоплав по металлической конструкции, ответила.

– Ну, не совсем конечно на урода, но, не был бы таким красивым.

Серёжа, в ответ, погрозил ей указательным пальцем.

Девочки медики, наперебой хвалили создателей этого шедевра, способного идти через твердые породы с удивительной скоростью.

Оля, обняла Женю и весело смеясь, сказала.

– Заварский узнает, что ваше изобретение работает, да ещё с такой производительностью, с ума сойдет от ревности.

Услышав Олю, Серёжа повернулся к ним и сказал.

– Это, как раз и нежелательно! – надо вам девушки постараться, на звездолёте сильно о Рудоплаве не распространятся, лучше вообще делать вид, что вы не в курсе, что у нас тут происходит.

Девочки замолчали, удивленно глядя на Серёжу.

– Зачем такая конспирация? – спросила Инна.

– Надо меньше вести разговоров, чтобы не раздражать взрослых. Вы же чувствуете, как они переживают, видя свое отставание в умственных способностях по сравнению с нами.

Серёжа, окинул всех взглядом и добавил.

– Надо стараться, меньше выделятся.

Инна весело засмеялась:

– Серёжа! – ты настоящий психолог, знаток душ человеческих, – произнесла она, сквозь смех.

– Знаток или не знаток! – но я, чувствую, что так будет лучше, – серьёзным тоном ответил Серёжа.

Женя, поддержала Серёжу:

– Да! – девочки, будет лучше, если вы, свои эмоции придержите. Мы, ещё не знаем, как Рудоплав поведёт себя в дальнейшем. Как бы, не перехвалить.

– Хорошо, хорошо! ответила за всех Оля. – Мы, вас поняли и постараемся быть скромней.

– Ну уж нет! – Взбунтовалась Рита. – Что!? Вы, мне, прикажете врать! – говорить какие они пушистые и мягкие!? Пускай видят, что мы умней. Это так и должно быть! Мы, новое поколение и они знают об этом! Нам, доверили отправиться первыми, в межзвездную экспедицию. А, из-за них! – взрослых, – эта наша экспедиция, закончилась пленом на родной звезде!

Решительный и эмоциональный всплеск, у Риты, закончился слезами. Она кинулась к Жене, уткнулась своим скафандром, ей в грудь и затряслась в рыдании.

Женя, обняла её и, поглаживая по спине, успокаивающе сказала.

– Нечего не надо врать, просто, надо говорить тогда, когда тебя об этом спросят. А, насчёт сорванной экспедиции ты права, но частично! Мы, с Серёжей, тоже виноваты в том, что находимся здесь. На нас, была возложена ответственность. Мы, должны были следить за работой ученых и не допускать таких ситуаций. Если уж обвинять, так вини и нас, представителей нового поколения.

Рита перестала трястись в рыдании, подняла голову и заглянула Жени в глаза. Увидев там, боль и сострадание, сказала.

– Нет, Женечка, вы не виноваты, вы же не знали…

Женя, не дала ей закончить предложение и громко сказала.

– Раз уж мы, не виноваты, то Заварский и Строгова, тем более. А ученые Солнца, так вообще герои. Ради своего дела они рискнули своими жизнями.

Женя, обвела всех взглядом и громко произнесла.

– Нам! – ещё многому надо учиться! – чтобы быть похожими на своих отцов и матерей, умеющих жертвовать собой, во имя общего дела.

Рита вновь обняла Женю и заговорила

– Прости меня, я просто сорвалась. Конечно, ты права! – нам ещё, многому надо учиться!

Ершова Света, подошла к Рите и Жене:

По-моему, нам пора возвращаться на звездолёт и не мешать ребятам, работать.

Она, обняла Риту и увлекла за собой к вездеходу:

– Девочки! Нам пора! – не останавливаясь, крикнула Инне и Оле.

Повернувшись к Серёже, попросила.

– Серёжа, отвези нас.

– Почему только Серёжа? – возмутилась Женя смеясь. – Я, тоже поеду вместе с вами. Надеюсь, Рудоплав тут, – без нас, – не пропадёт. А на корабле, у нас есть дела, – добавила она, взглянув на Серёжу.

– Какие? – если не секрет, – спросила Оля.

– Никаких секретов, – ответил Серёжа. – Надо изготовить кабель, для связи Рудоплава с кораблём. Вам же, захочется иногда, поговорить с нами. Поинтересоваться, как у нас с Женей, идут дела?

Оля засмеялась.

– Ну конечно! – нам будет интересно.

Инна, раскинув руки, закружилась на месте, устремив свой взор ввысь:

– Глядя на небо, можно подумать, что над нами светит еще одна звезда, – заговорила она. – Смотрите! – прямо над головой, яркий круг, который, постепенно теряет свое свечение, приближаясь к горизонту. Ведь, похоже, что в центре звезда?

Оля, ухватила её за плечи и толкая к вездеходу, подтвердила.

– Конечно, похоже, ведь над головой, слой атмосферы тоньше всего, потому и ярче светит. А, где-то там, в вышине, расположился слой газа, который мы обнаружили. Он, как защитный экран, спасает этот мир.

– Теперь и нам, придется жить под этой защитой, – сказала Инна, садясь в вездеход.

Серёжа остановился и обратился к Оле.

– Ты произнесла слово обнаружили! – просто так? – или мы с Женей чего-то не знаем?

Оля от этого вопроса растерялась и остановившись стала искать поддержки у подружек, молча поворачиваясь то к одной, то к другой.

– Ну вот! –проговорилась! – Сказала Света. Давай, рассказывай теперь!

– Я, – нечаянно! – Женя, Серёжа, Строгова хотела, чтобы Заварский не знал, а вы, просто с ним были.

Женя подошла к Оле, обняла её и тихо предложила. – Успокойся! И рассказывай что не должен знать Заварский?

Оля, повернулась к Светлане:

– Говори ты! – я не знаю что сказать.

Я смотрю, здесь какой-то заговор за нашими спинами! – сказал Серёжа. – Никакой это не заговор, просто, пока вы на вездеходе уехали исследовать местность, мы с Юрой, на винталёте летали за пробой воздуха.

Света, ткнула пальцем вверх. Серёжа и Женя переглянулись и вместе произнесли.

– Вы так долго скрывали от нас!?

Женя развела руками:

– Ну ладно девочки! Но Юра! Он, почему нам не сказал?

Олег тоже знает? – спросил Серёжа обратившись к Рите.

– Он не виноват! – Я с него взяла слово, что будет молчать!

С вами девочки всё ясно! Сказала Женя, поехали Серёжа.

Когда вездеход остановился возле звездолета, Женя и девочки, побежали к трапу, а Серёжа направился к Юре, колдовавшему у Материализатора, – который, он, установил возле звездолета, – для того, чтобы растить крупногабаритные детали.

– Здравствуй друг мой Юра! Придумал ты, себе мороку, сутками стоишь у Материализатора. Устал, наверное? – насмешливым тоном, заговорил Серёжа, подходя.

Юра, повернулся и протягивая руку для приветствия воскликнул

– А, путешественники вернулись! Надеюсь, ваш робот супермен, вас не подвел? А-то, повезли за триста километров, не испытав на месте.

– У нас, всё в порядке, – работает, – ответил Серёжа.

– Ты, извини, что я, не поехал с вами на испытание, – своими проблемами голова забита, – сказал Юра.

– Ничего, я не в обиде, – ответил Серёжа. – Но тебе, за это, придется нам с Женей, уступить Материализатор.

Увидев, – растущее на лице Юры, – возмущение, Серёжа добавил.

– Всего на несколько дней, а ты, это время немного отдохнешь. На тебе лица уже нет, от забот.

Юра, хотел что-то ответить, но только рассмеялся.

– Я вижу, ты хитёр! – сказал Юра посмеявшись.

– В чем хитрость? – спросил Серёжа.

– Это, сколько мне вас ждать!? Вряд ли, я доживу, хотя бы до первого вечера, а о следующем дне, на этой планете вообще, говорить не стоит!

Поняв, над чем смеётся Юра, Серёжа поправился.

– Нам, хватит, пожалуй, сорок восемь часов. Столько, ты, сможешь подождать?

– Да не вопрос! – для друга, сколько угодно, – весело, ответил Юра.

– Ну и хорошо, значит договорились. Я, подойду через пару часов. Надеюсь, к этому времени ты закончишь свой заказ? – спросил Серёжа, уходя.

Кабель связи, получился тонким, легким и очень прочным.

Серёжа, поставил на вездеход специальную катушку и кабель с Материализатора сразу наматывался на неё.

На всякий случай, заказали кабеля с лихвой, ведь не известно какое расстояние надо будет пройти, чтобы вырваться из этого жерла вулкана. Судя по высоте отвесных стен, на быстрое окончание работы можно не надеяться.

Материализатор, справился со своим заданием за двенадцать часов, – которые, для Серёжи и Жени, казалось, тянулись вечность. Им не терпелось скорей приступить к работе. Мысль, о том, что они могут опоздать, – и Заварский пробьет тоннель, прежде чем они приступят к работе, – не давала им покоя. Поэтому, когда с прокладкой кабеля было покончено, а Рудоплав, начал вгрызаться в твердый камень, – они, ощутили большое удовольствие.

Обслуживание Рудоплава, состояло в том, что после каждых десяти часов работы, надо сменить пульсары и заодно сделать до-зарядку пушки.

Рудоплав, со скоростью два километра в час, стал удаляться от места связи с кораблем и вездеходом. Тоннель, после него был, идеально круглой формы, с гладкими сводами.

Андроид, привезенный ребятами с корабля, – в скафандре, чтобы защититься от высокой температуры, – склонился над Рудоплавом, следя, чтобы он не сбился с курса. Когда он, и Рудоплав, растворились в раскаленном выхлопе, вырывающемся из тоннеля, Серёжа попробовал пойти следом, но, тугая струя раскаленного воздуха валила его с ног. Подбежала Женя. Ухватившись друг за друга, они, повторили попытку. С большим трудом, прошли метров пять, – ежесекундно, рискуя быть выброшенными наружу, и вернулись.

– Через десять часов работы, надо будет менять пульсары, а мы с тобой не можем войти, – сказал Серёжа. Придётся останавливать процесс, для перезарядки. Хорошо хоть, кабель связи с андроидом, тянется следом, можно передать приказ.

– А, что если, мы с тобой, изготовим на Материализаторе, магнитную дорожку? По ней, мы, свободно будем передвигаться на магнитных роллерах, – предложила Женя.

– Мысль хорошая! Но, для её исполнения, придется вновь, возвращаться к звездолёту и просить Юру, уступить нам материализатор. Потом, надо будет, эту дорожку разматывать и крепить к почве.

– Ты, думаешь, он, будет возражать?

– А ты, как повела бы себя, если тебе, постоянно мешать, выполнять задуманное?

Женя пожала плечами:

– Не знаю. Во всяком случае, на друзей, сильно не обиделась бы.

– Да! А я, разорвал бы в клочья! – того кто помешает. Но, будем надеяться, что он поступит, по-твоему.

Не будем терять время, садись в вездеход, поехали.

Юра, увидев подъезжающий вездеход, приветственно замахал руками, в звуковом кристалле скафандра послышался его веселый голос.

– Серёга! Женя! Наверное, вы прожгли проход в новый мир и теперь едите об этом сообщить всем!? – Не беспокойся на этот счет, как только сделаем проход, тебе сообщим первому, – ответила ему Женя.

– Значит, я ошибся, прохода нет! Тогда, другой вариант! Вам срочно понадобился материализатор, который я установил у трапа, – высказал новое предположение Юра.

Серёжа громко засмеялся и сказал.

– На этот раз ты попал в точку, мы за этим и приехали.

– Попробуй только скажи, что он у тебя занят! – добавила Женя.

– Нет! – не занят, вы приехали вовремя. Я вышел, чтобы ввести новую программу. Будь вы на пятнадцать минут позже, пришлось бы ждать двое суток. А вы, насколько рассчитываете его занять? – спросил Юра.

Женя, заговорила, возмущенным голосом. – Ты, Юра, что, не знаешь!? Сначала встречают, кормят, поят, а только потом задают, всякие, каверзные вопросы. Я смотрю, вы здесь совсем становитесь дикими. Забываете о культуре поведения! Придётся мне здесь задержаться, провести пару воспитательных бесед.

– Женя, я тебя понял! – воскликнул Юра. Прошу, заезжайте в грузовой отсек, выходите. Я, вас, там встречу, и провожу на корабль.

– Давно бы так! – сквозь смех, процедила Женя. – На корабль нам подниматься некогда, но за предложение спасибо.

– Раз материализатор свободен мы сразу займемся программой, а потом поговорим, – добавил Серёжа.

Пока материализатор изготавливал магнитную дорожку, Серёжа собрал, что-то наподобие магнитных самокатов, себе и Жени.

– В Космо-десантных скафандрах, – с их мощными двигателями, – нам будет легко и быстро передвигаться, управляя новым транспортом, – объяснил Сережа товарищам, назначение своего изобретения, – когда их провожали.

Рудоплав, двигался вперед, все глубже и глубже вгрызаясь в стену кратера. Каждое мгновение Серёжа и Женя ждали сообщения от андроида, что проход пробит, но этого всё не происходило. Вот уже, шестой раз, отправились ребята менять огневую мощь Рудоплава, а прохода всё нет. С каждым разом, вера в успех улетучивалась, уступая дорогу сомнениям, – верно ли выбрано направление и уклон проходки.

Серёжа и Женя, добираясь до Рудоплава, всегда устраивали гонки, по уложенной магнитной дорожке, каждый раз добавляя к ней по пятьдесят километров. Серёжа разматывал и крепил дорожку, а Женя устанавливала освещение. Им, хотелось, чтобы путь к неизведанному, был светел.

В Тоннеле, треск и шум в звуковом кристалле был меньше и ребята могли свободно общаться, мчась, на высокой скорости, – весело смеясь, – обгоняя друг друга. Эти гонки, помогали забыть, то трудное положение, в которое попал звездолёт. Даже, раскаленный, плотный, воздух, не мешал им радоваться жизни.

На этот раз, остановив Рудоплав и сменив вооружение, Серёжа не стал запускать его вновь:

– Жень, давай вернёмся на звездолёт и посоветуемся с ребятами, – предложил Серёжа, грустным голосом. – Может, нам стоит, изменить направление? Ведь, это никуда не годится, столько пройти и безрезультатно!

Женя, протяжно вздохнула, окинула взглядом раскаленные своды Тоннеля и ответила.

– Давай съездим, хотя, мы и без постороннего совета видим, что надо, что-то менять. Обидно конечно, столько пройти и без результата.

Вернувшись на звездолёт, Серёжа и Женя, поднялись в рубку управления.

Громов Олег, увидев их, очень обрадовался и оставив свои дела поднялся им на встречу.

– Женя! Серёжа! – вы вспомнили что я жив и решили навестить! – воскликнул он, подходя, но взглянув на лица друзей, осекся.

– Вижу, у вас, что-то случилось? – сочувствующем тоном, спросил он.

– В том-то и причина, что ничего не случилось, – ответил Серёжа, проходя и садясь в кресло.

Женя последовала за ним.

– Нас, гложет разочарование, – сказала она, садясь рядом с Серёжей.

– Разочарование!? – вас? Я, этому не могу поверить! В чём причина?

– Причина в нашей работе. Мне кажется, надо всё начинать сначала, – грустным голосом ответил Серёжа. Вот, приехали, чтобы посоветоваться. Верней, просто настроится, перед тем как ломать уже сделанное.

– Да! Начинать всё заново неприятно. Я, вас понимаю, – сочувствующе сказал Олег, – но, не надо принимать всё так близко к сердцу. Отнеситесь к этому как к должному. Возможно, когда-нибудь, ваш Тоннель понадобится. В жизни, ничего не делается просто так.

– Спасибо Олежка, успокоил! – перебила его Женя. Нам! – результат нужен сейчас, а не через годы. Вы, я вижу, уже никуда не рветесь, возводите с Юрой Хоромы. Скоро звездолёт как экспонат для будущих поколений будет стоять под сводом. А Мы, с Серёжей! – не хотим здесь киснуть! Не получится с проходом, перелетим через стену на звездолёте. Я, хочу точно знать что там, а не догадываться.

Олег, продолжавший стоять перед ребятами, обиженно нахмурился:

– Я, тоже готов лететь! – пробивать скалы, искать новые места обитания! А сижу здесь, лишь для того, чтобы вы, могли это делать, не отвлекаясь на службу!

Женя, поднялась и подошла к Олегу, желая примеряющее, обнять его:

– Извини, я не хотела тебя обидеть. Конечно, мы все готовы идти вперед, для этого и учились. Спасибо тебе, что прикрываешь нас. Не обращай на мои слова внимания, это от дурного настроения.

Олег, улыбнувшись, отстранился от объятий, сказав при этом.

– Не надо извинений, я понимаю как вам обидно.

Женя, облегченно вздохнула и сказала.

– Раз мы поняли друг друга, то мне можно вас покинуть. Пойду, проведаю девчонок, – добавила она, обращаясь к Серёже.

– Хорошо, встретимся за ужином.

– Мы прошли триста километров и не вышли из кратера, а это означает, что идём не в том направлении, или, надо идти с постоянным подъёмом, – объяснял причину остановки, Серёжа, когда все члены экипажа собрались в блоке питания.

– Я, вам это предлагал! – с довольной ухмылкой на лице, сказал Заварский.

– Надо пробовать на противоположной стороне, – продолжил Серёжа. – Если и там неудача, то будем подниматься вверх.

– Зачем тогда, бегать из угла в угол, – сказал Юра. – Начинайте пробиваться там же, только с подъемом, а при неудаче, уйдете на противоположную сторону.

Женя, всё это время сидевшая молча, – понуро опустив голову, – повернулась к Серёже:

– Он прав! – не будем метаться, пойдем рядом и с подъемом, – Женя вскинула голову, карие глаза, наполнились блеском:

– Мы вырвемся! Обязательно вырвемся! – даже если потом, – может быть, – придётся вернуться.

После этих слов, она встала, окинула всех взглядом.

– Мы, ведь, не знаем в данный момент, где лучше, там или здесь! Вполне, может быть, что это единственный уголок на этой планете, где ещё можно жить.

Заварский, кашлянул, чтобы привлечь к себе внимание и в полголоса, – будто бы сам себе, – сказал.

– И об этом, мы вас предупреждали!

Женя, резко повернулась к нему, желая ответить на его слова, но, взяв себя в руки, она села, – отвернувшись от Заварского, – покраснев от возмущения.

Заварский, и без слов понял, – что хотела сказать ему Женя, – ещё раз кашлянув, поднялся и ушел.

На следующее утро, – по земному времени, – Серёжа и Женя, вышли из звездолёта, собравшись отправиться к своему Тоннелю. Спустившись с трапа, Серёжа остановился, окидывая взглядом строительство.

Над головой уже стоял каркас из несущих балок, который Юра, вырастил на Материлизаторе.

Звездолет, который по высоте имеет где-то за ста метров, теперь, стоял под навесом, а то место где каркас упирается в грунт, слабо различалось в колышущемся, густом, мареве воздуха.

Юра, колдовал возле Материлизатора и, увидев друзей, приветственно замахал им рукой:

– Ну, как вам моё детище! – впечатляет? – весело, спросил Юра, взмахом руки, окидывая свое творение.

– Да! – впечатляет, – ответил ему Серёжа, а Женя, показала ему, большой палец, сжатой в кулак перчатки скафандра. «Этот жест, удовлетворения увиденным, был понятен всем и без слов».

Серёжа указал на несущую конструкцию над головой и спросил.

– В ней, наверное, уйма веса? Как ты умудрился её поставить?

– Нет! – конструкция на вид только громоздкая, а внутри пустотелая. Мне помог Олежка. Он, в Космо-десантном скафандре взлетал, поднимая балки на нужную высоту, а я приклеивал к скале.

– Скоро закончу обвязку, натяну «регулирующий проходимость света» купол, – и можно будет здесь, ходить без скафандров.

– А, правда, что это ты делаешь сад для Светы? – спросила Женя, весело, улыбаясь.

Юру, этот вопрос застал врасплох, ему понадобилось время, чтобы найти на него ответ.

Серёжа, повернулся к Жене и дернул её за руку:

– Ты зачем смущаешь человека! Он, делает для всех, а кому посвятит, это дело его, – выручил друга с ответом Серёжа.

– Я тоже хочу, чтобы мне посвятили, что-нибудь такое, – заявила Женя, смеясь.

– Я, тебе Жень, посвящу Тоннель, что мы проходим, – ответил Серёжа.

– Да! Это ту, которую мы сейчас поедем закрывать? – спросила Женя.

– Да! Совершенно верно, её. Я там посажу цветы. Своды заплетут зеленые растения и будет там, аллея для влюбленных, имени Жени Пилюгиной.

Таким ответом, Женя была удовлетворена и не стала больше возмущаться:

– Пойдем работать, садовник! – сказала она, ухватив Серёжу за руку и уводя к вездеходу.

Серёжа и Женя, сели в вездеход и покатили вдоль кабеля, соединяющего звездолёт и Тоннель.

Окно в новый мир.

На этот раз они отправились к Рудоплаву на вездеходе, оставив магнитные самокаты на въезде.

Тоннель был освещён лампами с ярким матовым светом.

Доехав до конца Тоннеля, Серёжа и Женя вышли из вездехода и стали готовить Рудоплав к погрузке.

Свод тоннеля к этому времени уже остыл и воздух очистился от угарных газов. Приборы в скафандре показывали, что воздух пригоден для дыхания и температура внутри скалы нормальная.

Серёжа нарушил герметизацию скафандра, – откинув шлем назад, – за спину и вдохнул воздух планеты.

Женя, увидев это, испуганным голосом спросила.

– Ты, не боишься получить отравление, или заражение? Ведь в скальной породе могут находиться инородные бактерии, которые, с большим удовольствием, сменят место жительства, заселив твой организм?

– Эта порода, прошла температурную обработку и если даже и жил здесь кто, то сейчас не живёт. Так что, снимай и ты шлем, хватит слушать этот вечный треск в ушах, давай немного постоим в тишине.

Серёжины доводы, убедили Женю в безопасности такого поступка. Тем более, что постоянный треск в звуковом кристалле, действительно порядком надоел.

Женя, тоже, откинула шлем.

Воздух, ещё имел в себе своеобразный запах, напоминающий о недавнем огненном штурме, под напором которого таили и превращались в атомы, твёрдые породы этой планеты, но сознание того, что ты дышишь вольным воздухом, предавало ему, вкус свободы.

Вдохнув воздух, Женя, закружилась на месте, разглядывая своды:

– Серёж, а ведь мы, можем построить себе прекрасное жилье прямо в теле этих скал. Окна и балконы будут выходить в прекрасный сад, посаженный Юрой, а гулять будем здесь. Ведь ты уже подарил этот грот мне? – обратилась она к Серёже, кружась перед ним, в танце.

– Да Жень, это теперь твоё, – можешь забирать, – или тебе, прежде надо завернуть подарок в красивую упаковку? – пошутил Серёжа, зачарованно, смотря на неё.

В этот миг, – где-то очень далеко, едва ощутимо ухом, – донесся звук, как будто огромным молотом крушили горы. Этот звук, длился с пол минуты и стих.

Женя прекратила свой танец, вслушиваясь в тишину.

Серёжа, тоже прислушался.

– Может, что ни будь, случилось, – у наших, – в лагере? – с волнением в голосе спросила Женя, взглянув на Серёжу тревожным взором.

– Нет, мы от них далеко, а звук, где-то здесь. Едва слышный, но здесь. Мне кажется, он доносился с этой стороны, – он указал на глухую стену, изъеденную Рудоплавом.

Женя, прислушалась к своим ощущениям и, немного постояв в тишине, сказала.

– Да, мне тоже так кажется. Но что это было?

Серёжа пожал плечами, в глазах у него читалось недоумение:

– Не знаю. Давай постоим молча, послушаем, может, ещё повторится.

Он с тревогой посмотрел на Женю:

– Надо не забывать, что мы находимся на неизведанной планете, да ещё и в жерле вулкана. Хоть и не похоже на то, чтобы он оживал, но может, он ещё проявляет признаки жизни, вот такими раскатами, там в глубине.

– Вот! – ты это правильно сказал, в глубине! – а ты куда показал, откуда доносился шум?

В это время послышалась новая серия звуков, ещё мощней и продолжительней.

– Вот, слышишь? Вскрикнула в волнении Женя.

– Да-Да! слышу. Это там! – Серёжа вновь, указал на стену, которую они плавили, проходя тоннель.

– Да! – Серёжа это там, и совсем рядом, раз мы это слышим. Но что это? Похоже на раскаты грома, воскликнула Женя.

Вдруг, их обоих осенила догадка. Они смотрели друг на друга, не решаясь её произнести вслух. Время для них остановилось.

Наконец, Серёжа, первым прервал молчание и воскликнул.

– Женя! – это может значить только одно, – мы с тобой, рядом с выходом, и там идёт гроза.

– Гроза! – ты, хочешь сказать, что там, есть какие-то испарения, взвешенные в воздухе?

– Да! Жень. Возможно это настоящая вода! – воскликнул Серёжа мечтательно.

– Это уж слишком! – сказала Женя. – Мало того, что в центре Солнца атмосфера, планета с вулканом, а теперь ещё и вода! Такое может случиться лишь только во сне.

Серёжа, окрыленный своей мыслью, – о том, что близко мир, в котором есть какая-то жидкость, – не слушал Женю, – в голове вертелась мысль, от которой, мурашки бежали по коже.

«Ведь, если бы не гроза и не желание вдохнуть свежего воздуха! – они бы, везли сейчас Рудоплав на исходную позицию, начинать всё по новой! Как велика в этом мире, роль, простой случайности. Стечение случайных обстоятельств, порождает направление, выводящее к нужной цели. В таких случаях, трудно не поверить в сверхъестественные силы, двигающие происходящие жизненные процессы».

Жень, давай в вездеход, я сейчас переоденусь в Космо-десантный скафандр и буду стрелять.

– Что! Опять стрелять, – вскрикнула Женя, устремив испуганный взгляд на Серёжу. – Тебе мало того выстрела, после которого чуть живы остались? – спросила она гневно.

– Нет Жень, я не буду стрелять как в тот раз, с вездехода, а попробую поработать пульсаром, – успокоил он Женю. – Да не бойся ты, я начну с малого импульса и буду добавлять по усмотрению. Выход рядом, раз мы слышим! Я сгораю от нетерпения, увидеть что там!

В вездеходе, Женя села в кресло водителя, а Серёжа направился в салон, где вдоль борта были закреплены Космо-десантные скафандры. Войдя в свой, вышел из вездехода, снял с Рудоплава один пульсар.

Серёжа принялся за стену, ведущую к загадочному шуму, – так похожему на раскаты грома.

Женя, с замиранием сердца наблюдала за происходящим. От волнения, она, то и дело соскакивала с водительского кресла и металась по салону, не зная чем себя занять. Походив и успокоившись, возвращалась вновь в кресло.

Серёжа стрелял в центр стены, выплавляя в ней небольшое отверстие. Ему важно было прожечь, как можно глубже, чтобы убедиться есть там близко выход или нет.

И вот! – когда руки уже устали держать пульсар, а желание стрелять стало катастрофически падать, – вдруг, из проделанной дыры, вырвалась струя воздуха. Ощущение было такое, будто прорвалась паровая труба, так много влаги вылетало из отверстия.

– Есть! – закричал Серёжа, бросая пульсар и бегом направляясь к дыре. Не обращая внимания, на раскаленные края, он, втиснулся, – насколько позволил скафандр, – в проделанное отверстие, желая поскорей разглядеть, что там, но кроме белой пелены, ничего видно не было.

– Женя, иди скорей сюда, я сделал отверстие! Приборы показывают, что воздух имеет такой же состав! Ещё, в нем есть много влаги. Женя, ты меня слышишь? Здесь есть вода! – кричал Серёжа, заглядывая в проделанное отверстие.

Женю не надо было звать, она как увидела, что Серёжа бросил пульсар, сразу кинулась к выходу.

– Эх! – жаль, что здесь нет связи с кораблём, – думала на ходу Женя. – Надо бы, сообщить на звездолёт, обрадовать ребят.

Отстранив Серёжу, она заглянула в дыру, но там мало что можно было увидеть.

Женя повернулась к Серёже:

– Давай, дальше будем по очереди расширять проём, – сказала она, первой схватив пульсар и направив на цель.

Серёжа остановил её.

– Женя, ты сначала, одень Космо-десантный скафандр, а я ещё поработаю. Теперь трудиться стало как-то легче и веселей, – сказал Серёжа, забирая у нее пульсар.

Волнуясь так, что всё тело било мелкой дрожью, ребята заканчивали проём, через который можно подойти и заглянуть в новый мир. Женя стреляла, а Серёжа стоял за спиной, переминаясь с ноги на ногу, теряя терпение ждать, когда Женя отбросит пульсар в сторону и можно будет подойти к заветному краю.

Из проделанного выхода, дул, сильный ветер, в котором было много влаги. Из-за неё, своды тоннеля стали мокрыми, а видимость ухудшилась. Было слышно, что там, сильная гроза. Раскаты грома почти не прекращались, менялась только сила звука, в зависимости от расстояния, до разряда молнии.

С того места, откуда стреляла Женя, видимости никакой не было, струя врывающегося через дыру воздуха, была насыщена влагой до такой степени, что увидеть место куда попадал выстрел можно было лишь когда происходил взрыв. Волна испаряющейся материи выталкивала влажный воздух в отверстие, давая возможность увидеть результат своей работы, но через мгновение, туман врывался вновь, застилая собой обзор.

Наконец и Женя не выдержала, – соблазн заглянуть, победил её, – и не доплавив ещё немного, она бросила пульсар, и устремилась к проходу.

«Что ждет их там!? Какие тайны раскроются за этой скалой?» – такие мысли роились в головах подростков, стоящих, на краю Тоннеля, выходящего в новый мир

Строгова, через каждых двенадцать часов, делала забор воздуха для проведения анализа:

– Планета очень странная и на ней, может случиться всякое. Сегодня нет жизни в воздушной среде планеты, а завтра, может появиться, – рассуждала она, делая свою работу. – Надо всегда быть начеку. Молодежь стала пренебрегать защитными средствами, надеясь на то, что воздух абсолютно чистый, а то, что горячий, – так не на столько, чтобы не дышать, – думала она.

Строгова, запретила категорически, подниматься на звездолёт, не пройдя обработку в Дезинфекционной камере:

– Хватит с них грузового отсека, постоянно открытого, для любой планетарной заразы.

Молодежь, пробовала возмущаться против таких строгостей, но Строгова заявила.

– Я, как старший медицинский чин, – имею полное право в этом вопросе давать приказы, – которые, обязаны исполнять все! – даже командир звездолета. Не будете подчиняться! – введу в главный компьютер корабля, специальный код и лифт будет открываться, только со стороны Дезинфекционной камеры, – на всякий случай, пригрозила она.

Такой ультиматум подействовал и все дали слово, выполнять приказ.

Обходя в очередной раз, приборы слежения за наружной атмосферой, Строгова обратила внимание на то, что датчик регистрирующий давление воздуха в кратере, стал отмечать повышение. Прибор показывал сотые доли, – но всё же, – оно поднималось!

Строгова, сразу подумала о Тоннеле, который проходили Серёжа и Женя, – но вспомнила, что они поехали настраиваться на новое место:

– Значит, это удалось Заварскому! – с гордостью за него, подумала она.

Строгова, забыла о своих делах, – такое событие взбудоражило нервы. – Хотелось прыгать как маленькая и петь, а может быть просто, кричать… Ведь это здорово… Жаль, что нет с ним связи.

– Надо поздравить его.

– Она, окинула рубку управления взглядом, – за пультом управления сидел Громов Олег и читал книгу. Больше на корабле никого не было. Девчонки убежали помогать Миронову Юре с его затеей, построить большой купол и под ним посадить сад.

Строгова, подошла к Олегу:

– Кто-то, из наших проходчиков сделал сквозной проход, – сказала она.

Олег, от такой новости, резко хлопнул книгой, закрывая её и отложив в сторону, вскочил с кресла:

– Елена Романовна, кто!? – радостно спросил Олег, с нетерпением заглядывая ей в глаза.

– Я, ещё не знаю кто! – но, то, что проход есть, мне говорят приборы. В кратере стало меняться давление, – ну, а это может происходить, только если появился проход.

– Надо сообщить Юрке, девчонкам! – воскликнул Олег и смутившись спросил.

– Они может быть, уже знают?

– Нет! – ты первый! – если не считать меня и тех, кто сделал этот проход.

Олег взглянул на пульт управления:

– Можно, я сообщу ребятам эту новость? – спросил он.

Строгова, посмотрела на Олега понимающим взглядом, улыбнулась, машинально поправила прическу:

– Сообщи! А я, выйду и подожду победителей у корабля. Ведь они должны появиться, чтобы сообщить эту весть. Они же не знают, – что мы и без них узнали.

Говоря эти слова, Строгова думала о Заварском.

– Эх, – сокрушенно выдохнул Олег. – Я бы, тоже вышел, да не могу бросить пост!

Он, с завистью посмотрел в след Строговой, и стал вызывать Юру.

Когда Строгова вышла из корабля, к ней подбежали девочки.

– Елена Романовна, – застрекотали они хором. – Мы, уже, бегали к проходу, где работает Заварский, там движения воздуха нет, идет только выхлоп, когда они стреляют.

Эта весть, Строгову, немного расстроила, ведь всё это время она надеялась, что проход открыл Заварский и была горда за него.

Не подавая вида, что она в смятение, Строгова обняла девочек и сказала.

– Девочки, ищите Юру, пускай он, готовит вездеход. Мы, поедем к нашим героям. Мне, не терпится увидеть, что там за этими горами.

– Давайте с ними свяжемся! – ведь Серёжа провел туда кабель связи, – напомнила всем Оля.

В разговор вступил Олег, находящейся на борту корабля, куда была проведена связь от Тоннеля.

– Я, уже давно пытаюсь с ними связаться, по кабелю, что проложил Серёжа, но безрезультатно, – на связь они не выходят.

– Надо ехать, – сказал Юра, подходя к Строговой. – Связь, протянута до Тоннеля, а они, ушли в глубь на триста километров. Надо ехать! – или просто ждать! – когда они выйдут на связь сами, – добавил он.

Строгова, повернулась к Юре:

– Вот, ты Юра, представь себя на месте Серёжи, или Жени. Представь и теперь ответь. Ты, поехал бы, чтобы сообщить, когда перед тобой открылся новый, не изведанный мир?

Строгова спросила и сама ответила.

– Мне кажется, что нет! – они не свяжутся пока не разведают.

Светлана, не вступавшая до этого времени в разговор, – а с нетерпением слушавшая, – стала оттягивать Юру от собравшихся и разворачивать в сторону трапа:

– Юрочка! – хватит разговаривать, пойдем за вездеходом, – говорила она, толкая Юру.

Юра, сильно не сопротивлялся, только напомнил.

– На оставшемся вездеходе, Сережа, кое-что снял, когда собирал Рудоплав, но будем надеяться, что он на ходу.

Раскаты грома не прекращались, а в Тоннель врывался, наполненный водяными парами воздух, сквозь который ничего не видно.

Серёжа и Женя, стоявшие на краю Тоннеля, напрасно всматривались, пытаясь, что ни будь разглядеть.

– Судя по тому, как мало проходит сюда света, можно сделать вывод, что выше нас огромная толща туч, их нижний край должен быть где-то рядом, – сказала Женя.

– Давай спустимся, – попробуем опуститься чуть ниже тучи, чтобы увидеть хоть что-нибудь, – предложил Серёжа.

– Я, могу слетать туда, прямо сейчас, ведь Космо-десантный скафандр на мне?

– Я, тебе не запрещаю и сама спущусь вместе с тобой, но только на лине. Использовать ранцевый двигатель, конечно удобней и быстрей, но при такой видимости и с маяком, который глушат атмосферные помехи, это опасно. Чуть промахнешься, когда будешь подниматься назад и всё. – Ты уверен, что этот дождь здесь вообще кончается? Я думаю, что нет! Будешь летать до старости, ища эту дырку в скале.

Женя, повернулась и пошла к вездеходу, решив приготовиться к спуску.

– Ай! – Женя! Конечно, ты права! – на все, сто процентов права! Но ты понимаешь, как трудно стоять и ждать! – когда перед тобой проход в новый мир, – ответил ей Серёжа, с нетерпением заглядывая вниз.

– А ты Сережа не жди, а помоги мне, я хочу взять с собой побольше кассет с Линем.

Через несколько минут она вышла из вездехода, неся с десяток кассет.

Увидев её, Серёжа вспылил.

– Ну, куда ты столько набрала? Мы, что? – собираемся ими опутать весь белый свет! Хватит и одной! – ещё одну, на запас и всё.

Женя, глядя на Серёжу, улыбнулась:

– Что, тебе трудно положить пару лишних кассет? Не ты будешь их нести, а скафандр, или боишься, что он у тебя надорвётся? – пошутила она.

– Ничего я не боюсь, просто всё это зря, а я не люблю таскать, лишние вещи! – уперся на своем Серёжа.

– Ну как знаешь, не хочешь, не надо! А я возьму, сколько влезет в инструментный отсек, – сказала Женя, набивая отсек кассетами с линем

Серёже, стало неудобно перед Женей, – ведь действительно, кто знает, на какой они высоте, а он отказался брать запас линя, –

но, показать девчонке, что он был неправ, Серёжа не мог.

– Тогда, она не будет его уважать, а ещё хуже, посмеется над ним, – мелькнула в голове мысль.

– Я, лучше возьму с собой пульсар, вдруг пригодится, – сказал Серёжа.

Женя, засмеялась:

– Вот, что не пригодится так это твой пульсар! – только будет мешать.

– Мне оружие не в тягость.

– Тебе, что? – мало спаренного пульсара на тыльной стороне перчаток скафандра? – с сарказмом в голосе, спросила Женя, повернувшись к Серёже.

– Это, просто пуколка, по сравнению с тем, что я беру, – ответил Серёжа, цепляя пульсар к скафандру.

Они прикрепили линь к вездеходу и поставили подвеску на верхней части свода тоннеля. Закинув на неё линь, Сережа удовлетворенно потёр руками:

– Так будет удобней подниматься, – сказал он, глядя на Женю, которая, то пропадала, то вновь возникала, в клубах густого тумана. Сильный сквозняк врывался в Тоннель, неся с собой водяные пары, наполняя кратер дополнительной порцией атмосферы.

Женя, окинула его оценивающим взглядом и спросила.

– Готов? – и я, готова! – можно начинать спуск.

Женя, посмотрела вглубь Тоннеля, куда стремился воздух и сказала.

– Скоро наши друзья узнают, что мы пробили проход и приедут сюда.

Серёжа удивился. Как они узнают? – ведь связь далеко и пока мы не сообщим…

Женя перебила Серёжу.

– А, первой узнает, знаешь кто?

– Кто?

– Первой, узнает Строгова Елена Романовна. Ты, не догадываешься почему?

Когда Женя произнесла имя Строговой, до Серёжи, наконец, дошло, как Строгова сможет узнать о проделанной работе.

Он посмотрел на часы:

– Да! – ты права, она, уже сняла замеры с приборов и увидела разницу в давлении.

– Молодец, догадался! – засмеялась Женя, я думала, тебе нужны будут ещё подсказки.

Серёжа, взял Женю за плечи и, притянув вплотную к своему скафандру, заглянул через прозрачную оболочку ей в глаза:

– Ты, считаешь меня таким тупым? – спросил он, улыбаясь.

Женя, рассмеялась и сквозь смех заговорила.

– Нет! – Серёжа, не считаю! Ты очень умный! – вот, догадался взять с собой пульсар. Вдруг там, – Женя указала в сторону выхода в новый мир, – дикие звери нападут!

Серёжа, отпустил Женю, повернулся и пошел к выходу, отвечая на ходу, недовольным голосом.

– Звери, не звери, а всё может быть! Может, надо будет им поработать! – ведь все-таки, в новый мир спускаемся! Мы же не знаем, какой будет спуск? Отвесная стена впереди или с препятствиями, которые надо будет срезать! Я, хочу быть готовым к разным неприятностям.

Серёжин ответ, заставил Женю, признать правильность такого решения, но чтобы не сдаваться она перевела разговор на другую тему.

– Ну, кто первый? – спросила она.

– Давай ты! У тебя же, запас линя, будешь наращивать, – ответил Серёжа, пропуская Женю вперед.

Юра и Света, поднялись по трапу в грузовой отсек и подошли к вездеходу.

– Ты Юра, управлять им хоть умеешь, – спросила Света, смеясь и толкая Юру вбок. – А-то завезешь нас…

– Не бойся Светик, справлюсь! Я умный, разберусь, – шутя, говорил Юра, открывая люк в салон вездехода.

– Светик, ты, посиди пока в салоне одна, а я, схожу, одену Космо-десантный скафандр. Чувствую, что он мне пригодится.

Олег, в это время, ходил по рубке вслушиваясь в разговор товарищей и стараясь представить, что происходит за бортом звездолёта. Сейчас он проклинал тот день, когда пойдя на уступки, согласился дежурить у пульта за себя и Юру, чтобы тот мог спокойно строить купол для своего сада.

Тогда, он считал, что это его устроит. Тем более, он, читал интересную книгу, а сейчас она валялась на кресле.

Мыслями Олег, был с друзьями, готовящимися к поездке.

Ему, хотелось бросить всё и ехать, но Звездолёт нельзя оставлять. По инструкции, у пульта всегда должен быть пилот, который при не предвиденных обстоятельствах, должен принимать решение как помочь тем, кто за бортом.

Услышав, что Юра идет за скафандром, Олег, обратился к нему.

– Юрий Иванович! – между прочим, сегодня твоя смена дежурить, а я, должен одеть Космо-десантный скафандр и ехать к Тоннелю.

– Я хочу расторгнуть договор, – он был действителен на строительство, а не на экспедицию. Тем более, я умею водить вездеход, а в тебе, люди сомневаются.

– Что ты! – что ты! – Олеженька, я совсем не сомневаюсь. Это я так, для порядка спросила! – быстро, заговорила Света.

А у Юры, к этому моменту, вдруг, нарушилась связь.

Он, настойчиво звал Олега.

– Олежка! – я тебя не слышу! – ты пропадаешь. Олежка! – ответь! В чем дело? – всех слышу, а тебя нет! Связь испорчена, помехи тебя глушат.

– Попробую выйти на связь, когда одену скафандр. Может в нем, связь будет исправна, – говорил Юра, стараясь голосу придать правдивый оттенок.

– Я, понял! – это не связь, – это, тебе надо прочистить уши, – чем я и займусь, когда вы, вернетесь, – пообещал Олег и отключился.

Юра, облачившись в Космо-десантный скафандр, пришел в вездеход, неся в руках легкий скафандр. Здесь, встав в специальную ячейку для Космо-десантных скафандров, он вышел из него и вновь надел легкий скафандр:

– Жаль, что нельзя входить в десантный скафандр, не снимая этот, – сказал Юра, усаживаясь в кресло водителя. – Столько время напрасно теряется, пока занимаешься переодеванием.

Света, села с ним рядом и ответила.

– Это, Юра не проблема, вот, что по-настоящему жаль, так это то, что у нас медиков, их совсем нет!

Юра, выехал по трапу из звездолёта и, подъехав к ждущим, крикнул.

– Загружайтесь! – транспорт для передвижения, подан!

Строгова, Нилов Сева и девочки, поспешили в салон, настроение у всех было праздничное, ведь, этого дня ждали все с нетерпением. И не важно для них кто первый дошёл до выхода, Серёжа и Женя или Заварский и Саша Крымов, самое главное, теперь они смогут узнать, что их ждёт, – там, за перевалом.

Оля Румянцева, поднявшись в вездеход и закрыв люк, заняла место в самом конце салона, подальше от веселого гомона. Последнее время, веселые разговоры подруг её стали раздражать. Ей хотелось остаться одной и погрузиться в воспоминания. Вспомнить дом, маму, папу и сестренку Катю.

Катя в этом году поступила, как и Оля, в Космический центр освоения глубокого космоса. Перед стартом Оля, разговаривала с ней, – Катя была рада.

– Лучше, поступила бы в гражданский университет и после окончания, жила дома, – думала Оля, переживая за родителей. – Им будет очень тяжело потерять еще и её.

«Космос, очень жесток и за полученные знания о нём, заставляет платить человеческими жизнями. Хотя, эти знания, очень часто, не доходят до человечества, как в данный момент. Кто на земле будет знать об этой планете? Да никто! Ради чего, мы подвергли себя заточению на ней? Для чего я живу, если всё считают нас погибшими!» – такие мысли разрывали душу, молодой, ещё не закаленной невзгодами девочке, заставляя слезы наворачиваться на ресницы.

«Девчонки и здесь, весело смеются, делятся секретами про своих мальчиков, а мой мальчик, сейчас, наверное, уже летит к другой звёздной системе. Видит мириады красивейших звёзд и, наверное, в свободное время вспоминает наше расставание.

– Как бы хотелось, хоть на секунде, увидеть его! – сообщить, что живая и помню о нем»! – думала Оля, с тоской.

Сомов Миша, ещё тогда, – впервые годы обучения, – был не равнодушен к Оле. Волочился за ней как хвостик, стараясь быть всегда под рукой, когда ей, надо подать или принести. Мальчишки смеялись над ним, а он не обращал на их шутки внимания, продолжая волочиться за Олей.

Она же, пользовалась его услугами, принимая их как должное, даже иногда не говоря ему спасибо.

Так продолжалось всегда, вплоть до последнего расставания, когда сердце подсказало ей, подойти к нему в голографическом изображении. Только тогда, она почувствовала, что ей его не хватает.

Инна, заметила, что подруга загрустила и подсела к ней:

– Оля, в чем дело? Почему такое грустное выражение лица, ведь у нас хорошие вести?

Оля, улыбнулась и прижалась к Инне:

– Не обращай на меня внимания, я просто вспомнила наших ребят, которые сейчас, наверное, уже летят к звезде. А мы, застряли здесь навсегда и кроме этого огненного неба не увидеть нам ничего.

Строгова, услышав, – через звуковой кристалл, – слова Оли, громко сказала.

– Ну-ка! – прекращайте эти разговоры! Что случилось, то случилось и теперь лучше для нас всех, забыть старое, и начать жизнь с нового листа. Мы, живы и это самое главное. Давайте, лучше, что ни будь споем?

Предложив спеть, Строгова на пару секунд замолчала, перебирая в мыслях песни которые знает и, подбирая наиболее подходящую в данной ситуации.

Когда она запела, все поразились чистоте её голоса и умению петь. Прослушав пару куплетов, девочки подхватили ритм и стали подпевать.

Юра, управляющий вездеходом, улыбнулся и хотел, было, пошутить, но передумал. Он, незаметно, включил все бортовые камеры, чтобы сохранить на память эту поездку.

Строгова знала много песен, как современных, так и старинных. Весь путь, от звездолета до тоннеля, песни не прекращались, отвлекая девчонок от грустных мыслей.

Звездный маршрут

Оля ошибалась, думая, что ребята уже летят к звёздам. Они, в это время были ещё на кольце, готовясь принимать гостей, которые, поднимались, чтобы проводить ребят в далекий, трудный и опасный путь.

По распоряжению сверху, проводы были организованы только для родных и, близких родственников, улетающих в экспедицию.

Для торжественной части, подготовили технический уровень под звездолетом, – откуда, после прощания ребята поднимутся на лифте в Звездолёт, который на долгие годы станет им, домом, уносящем их от родной звезды в неизведанные просторы космоса.

Не смотря на конфиденциальность мероприятия, людей было много. В ожидании начала, собравшиеся прохаживались по отведенной для мероприятия территории, ведя непринужденные беседы, знакомясь друг с другом.

Нестеров Лёша, подошел к братьям Смирновым:

– Денис, Юра, я хочу сообщить вам неприятную новость, – начал свой разговор Лёша, волнуясь от возложенной на него миссии.

Заметив, что Лёша старается подобрать правильные слова и не может, Денис пришёл ему на помощь.

– Лёша, не тяни, говори что хотел! Если ты хочешь сообщить нам о том, что на проводах не будет наших родителей, то знай, что мы в курсе. Мама и Папа с нами уже попрощались. Мы, только что из центра голографической связи.

Алексей вздохнул с облегчением:

– Это хорошо! Можно считать, что полдела уже сделано, – сказал он.

Юра вскинул на него глаза:

– Полдела, говоришь! Значит, ещё какая-то беда на наши головы сейчас свалится?

– Ну, я бы не сказал, что это беда. Так, небольшая просьба, – вновь замялся Алексей.

– Говори, не тяни, – вместе крикнули братья! – начиная терять терпение.

– Мне сообщили, что на проводах будут присутствовать родители Серёжи и Жени. Поручено, их встретить, а у меня своих родственников поднимется много, вот я и решил попросить вас, – начал объяснять ситуацию Лёша.

Юра, положил ему на плечи руки и заглянув в глаза, сказал.

– Всё понятно, не волнуйся! – встретим и будем их развлекать. Мы ведь, уже свободны.

Лёша, обрадовался, – перевалив эту ношу на чужие плечи, – и поблагодарив братьев, побежал встречать своих.

Сомов Миша, Дробышев Гена, Носов Вася и девочки медики, знакомили своих родственников друг с другом.

Миша, увидев Алексея, крикнул.

– Лёша! Встретишь своих, идите сюда, наши все здесь!

Родители мальчиков и девочек, встречаясь друг с другом, дружески жали руки и обнимались, чем озадачили молодёжь, собравшуюся знакомить своих родителей.

За пять с половиной лет учёбы своих детей, родители давно уже были хорошо знакомы.

Взрослые, были взволнованы близостью момента расставания, но старались не подавать вида, весело разговаривая о разных пустяках, когда сердца, разрывались от чувств.

С одной стороны, чувство гордости за своих детей, первыми отправляющимися на покорение космоса, заставляло гордо поднимать голову, отвечая на поздравления со стороны провожающих.

С другой стороны, нервы звенели от напряжения, при мысли о расставании.

О том, что экипаж отправляется в полёт, не в полном составе, старались не говорить. Очень уж, нехорошая примета у Космо-десантников, терять своих товарищей из команды в самом начале пути. А ребята, потеряли костяк своей команды, товарищей, которые были связующим звеном в коллективе.

– Теперь им предстоит вновь притираться друг к другу, пока не появится лидер, считало командование, а это, в одиночном плавании среди звёзд, – может быть опасными не предсказуемым!

Многие из руководителей Космо-флота, настаивали на том, чтобы отложить полёт на год, пока из стен Центра обучения, не выйдет новая команда, где уже есть сложенная годами, сердцевина.

Всё же, после пристального наблюдения за оставшимися членами команды, было решено не терять год, тем более, что лидер, в лице Алексея Нестерова, в команде появился.

Пригласительные были отправлены всем родителям, дети которых, участвуют в проекте полёта на ближайшую, к солнечной системе, звезду. Включая, родителей, дети которых попали в плен к собственной звезде. Но, из их числа, прибыли только родители Сережи, Жени, и мама Оли Румянцевой.

Когда они поднялись на уровень, Юра и Денис, окружили их своей заботой. В первую очередь, повели их к родителям своих друзей и помогли им познакомиться. Затем, стали знакомить с окружающей обстановкой.

Татьяна Егоровна, «мама Серёжи» не удержалась и поинтересовалась у Дениса.

– Почему здесь нет ваших родителей?

– Наши родители сейчас, несут вахту на самой крайней точке, солнечной системы и бросить станцию без присмотра они не могут, а замена прилетит, лишь через год, – ответил Денис. – Нам, с Юрой, пообещали, когда мы будем пролетать мимо, они смогут на челноке, совершить посадку в шлюзовой порт нашего Звездолета. Тогда у нас будет ровно час, чтобы попрощаться.

Мама Серёжи, вспомнила сообщение в новостях планеты.

– С радиотелескопа, который будет следить за полётом, на борт Звездолета прилетят родители, проводить детей. Только после этого, Звездолёт начнет набор скорости:

– Значит, ваши родители сейчас наблюдают за вами с радиотелескопа, – уточнила она свою догадку.

– Да, они на радиотелескопе. Мы с братом, просили дать нам добро, на полёт к ним на челноке с нашего звездолёта.

– О, смелое предложение, – удивился Алексей Михайлович «папа Серёжи».

– Да какая тут смелость, обычный полёт. У нас, было бы, больше времени побыть с родителями, – ответил Денис.

– Правильное решение! – сказал Виктор Викторович «папа Жени» и почему вы ещё здесь?

– Нам отказали, – ответил за Дениса Юра. – Представляете! – сказали, что так не экономично. А я думаю, просто испугались! Не могут поверить в то, что мы, «ещё дети, по представлению взрослых» сможем совершить такой перелет, – возмущенным тоном, сказал Юра. – Удивляюсь, как нас вообще, решили отправить в столь трудную экспедицию, – добавил он.

– С глаз долой, а там, летайте сколько угодно, – сказал Денис.

– Ну, мальчики, так нельзя, – сказала Инна Борисовна «мама Жени» обнимая и тиская братьев в объятиях. – Разве можно обижаться на заботу о вашей безопасности. Вы сейчас, не просто дети, своих мам и пап, а дети нашей солнечной системы. Вам выпала честь, представлять собой всех землян!..

Виктор Викторович, не дал Инне Борисовне продолжать монолог, прервав её.

– Инна, то, что ты хочешь им сказать сейчас, они услышат, вон с той трибуны, у которой собирается народ. Я думаю, нам тоже пора туда подтягиваться.

Мама Жени, сделала вид что возмутилась:

– Вот, так всегда! – не дает говорить умные вещи. Находит тысячи причин, чтобы прервать мою пламенную речь, – сказала она, смеясь и окидывая всех озорным взглядом.

– Это просто, мужской деспотизм! – поддержала подругу, Татьяна.

Денис и Юра, были рады, что им удается поддерживать разговор и не давать взрослыми повода грустить.

Мама Оли, в разговор не вступала, слушала ребят, иногда улыбаясь их шуткам. Отвечала на вопросы родителей Серёжи и Жени, коротко, без интереса. Было видно, что мысли витают где-то далеко и ей, трудно сосредоточится на происходящем вокруг.

Миша Сомов, перед открытием торжественного вечера, улучил момент и покинув своих родственников, подошел к Олиной маме.

Он, не знал что скажет, но просто чувствовал, что надо подойти.

Увидев его, Олина мама, первой заговорила с ним.

– Ты Миша? Оля много говорила о тебе. Говорила, что ты верный товарищ и всегда был рядом в трудную минуту, а теперь вот и ты, далеко от неё.

С этими словами, она обняла Мишу и зарыдала, не сумев сдержать своих чувств. – Не надо плакать, – сказал Миша, охрипшим голосом от смущения. – Они живы! – и обязательно вернутся! – успокойтесь, пожалуйста.

Татьяна Егоровна, – мама Серёжи, – подошла к ним, обняла Олину маму и прижала к себе, показав Мише, чтобы он шел к своим.

С этой минуты и до конца проводов она была всегда рядом с мамой Оли, помогая ей перенести печаль.

Позже, когда сказали с трибуны все напутственные слова и стали прощаться, Денис обратился к родителям Серёжи и Жени.

– Мы, сожалеем, что Серёжа и Женя не с нами. Нам их будет не хватать. Они были настоящими друзьями всем нам и очень любили друг друга. Надеемся, что в скором времени найдут способ спасти их.

– Спасибо мальчики, – ответила им Татьяна Егоровна. – Мы тоже надеемся, что они живы и здоровы. Хочу верить, что когда вы вернетесь, они вас будут встречать на земле.

Прощание родителей с детьми, описывать не буду, были там, печаль и слезы, и много страдания с обеих сторон.

Наконец лифт закрылся и молодые звездолётчики вместе с взрослыми наставниками, поднялись на борт корабля. Этот борт, на долгие годы, будет единственным родным уголком в бескрайних просторах космоса.

Звездолёт, Первый и Второй, были самыми современными. Выращенными специально для межзвёздного перелёта. Они ещё ни разу не покидали места своего рождения, стояли на стапелях, «подставках» дожидаясь своего часа.

Звездолёт был настолько огромен, что самостоятельно оторваться от стапелей не мог. Для этой цели понадобилось десять космических челноков. Они, подлетели под звездолет и уперевшись в специальные места, плавно подняли его, и вывели на орбиту.

Космос, место его постоянного пребывания, опускаться на планеты он не рассчитан. Для связи с планетами, на борту этого гиганта, собственная флотилия космических челноков, которыми управляют Андроиды.

В огромных ангарах звездолёта, стоит разнообразная строительная и военная техника. Ведь никто не знает, что ждёт экипаж, когда он прибудет в неизведанный мир. Надо будет строить или защищаться от местных обитателей.

Для обслуживания техники и, для других целей, в ангаре звездолёта,«в дремлющем состоянии» стоит тысяча Андроидов, способных выполнять любые задачи, вплоть до военных.

То, что там, – в районе звезды, куда отправляется экспедиция, – нет развитой цивилизации, три года назад, доложил посланный туда разведывательный, беспилотный звездолёт. Он, на постоянном ускорении, долетел до звезды. Используя её гравитацию, – сбросив лишнюю скорость, – сделал разворот и устремился обратно.

Все-то время, что он находился внутри звёздной системы и в непосредственной близости от неё, – бортовые приборы, снимали и слушали окружающий мир. Очень хотелось обнаружить братьев по разуму. Но, эфир был пуст и следов разумной деятельности не было видно. Но, не исключено, что они просто не поднялись на технологическую ступень развития, потому их ещё не слышно.

Звездолёт имеет три палубы. Первая, занята техникой и оборудованием.

Вторая палуба, имеет шесть шлюзовых портов, через которые, можно принимать космические челноки и десантников, в Космо-десантных скафандрах. Порты расположены, по три с каждой стороны.

Третий уровень, полностью оборудован для работы и отдыха экипажа.

Звездолет имеет, километр длинны и полкилометра ширины. Такие размеры позволят экипажу, – долгие годы перелёта, – работать и отдыхать, не ощущая себя в замкнутом пространстве.

Поднявшись в Звездолёт, ребята направились в рубку управления, но Зуев их остановил и обратился к Алексею.

– У вас был тяжелый день, поэтому, предлагаю всем разойтись по каютам и хорошенько выспаться. Я знаю, как тяжело переносить эту, процедуру прощания.

– Пока звездолёт будут выводить на орбиту, у нас, есть десять часов, в течении которых в рубке управления справится с работой и один человек.

Зуев, положил руку на плечо Алексея и улыбнувшись добавил.

– Предлагаю эти десять часов поделить пополам. Первую половину дежурю я, а вторую, ты.

Алексей, ответил улыбкой на улыбку и произнес.

– Большое спасибо, я, постараюсь сменить вас, раньше намеченного срока. Ведь вы, тоже, как и мы прощались с семьей и родственниками.

– Но! – у меня, эти проводы не первые и я, к ним уже привык, – ответил Зуев, и по его взгляду было понятно, что он оценил, ответ Алексея.

Ребята обрадовались такому предложению, – разойтись по каютам.

Зуев, был прав, проводы всех вымотали, каждому, хотелось остаться в одиночестве, чтобы дать свободу своим чувствам.

– Пожалуй, мы, с девочками, тоже возьмем десяти часовой перерыв на отдых, – сказала Вулканова.

Девочки, не произнеся не слова, направились по каютам. Вулканова, проводила их долгим взглядом и пошла следом.

Отдохнув четыре часа, Алексей явился в рубку управления. Зуев, сидел за пультом наблюдая за работай двигателей. Их на Звездолете три. Один главный на корме и два ближе к носовой части. Главный двигатель, легко мог бы сорвать этот громадный звездолет с места и создав гипер-скорость за несколько минут достичь скорости света, а два рулевых двигателя, развернувшись на встречу движения корабля, так же легко его остановят. Проблема была в том, что человечество ещё не придумало, как эффективно бороться с перегрузкой. Магнитные поля, создавали на звездолётах, при необходимости искусственную гравитацию и анти-гравитацию, позволяющую передвигаться внутри солнечной системы, с довольно высокими скоростями, но для такого путешествия, в которое отправился звездолёт – Первый, – этих скоростей мало.

Если сравнивать Звездолет с кем-нибудь из земных обитателей, то для сравнения подойдёт черепаха, – которую, отправили в сто километровый марафон и переживают, дойдет она, или умрёт от старости в дороге.

Видно, прогресс в области гравитации где-то, дал сбой и далеко отстал от прогресса в области двигателей.

Увидев Алексея, Зуев поднялся ему на встречу:

– Я вижу, ты исполнил своё обещание прийти пораньше? Благодарю. Занимай место за пультом управления. Звездолёт находится в стадии разгона. Когда придёт время и нужная скорость будет достигнута, помощники сами покинут нас, пожелав счастливого пути. Я, начал рассчитывать траекторию подлета к станции. Ты Алексей проверь и продолжи дальше, пока есть свободное время.

– Хорошо Иван Алексеевич, можете отдыхать, я всё сделаю, – заверил его Алексей, усаживаясь в кресло пилота.

Мама и Папа, братьев Смирновых, сегодня были в приподнятом настроении. Им предстояла небольшая экспедиция на пролетающий мимо звездолёт. Не каждый год, выпадает счастье, увидеть за время дежурства живого Человека, а в этот раз, они посетят своих единственных и самых родных сыночков.

Они вышли на связь с кораблем и договорились, что вылетят со станции, наберут попутную скорость, и когда корабль будет проходить мимо, догонят его, и залетят в открытый шлюзовой порт.

От волнения им не сиделось на месте и они вылетели на десять минут раньше намеченного срока, решив свести эту разницу скоростью.

Весь экипаж – Первого – собрался в рубке управления, чтобы понаблюдать как прибудут на борт звездолёта родители Юры и Дениса. С минуты на минуту бортовой компьютер должен сообщить о приближении к объекту. Но вместо этого, раздался нудный аварийный писк и компьютер сообщил.

– Неопознанный объект, приближается параллельным курсом.

Все собравшиеся в рубке, плотней придвинулись к большому экрану монитора. Алексей, управляющий в это время, кораблем, быстро уточнил.

– Есть угроза столкновения?

– Угрозы столкновения нет, – ответил компьютер.

– Вывести на экран, не опознанный объект, – приказал Алексей.

– Это он станцию слежения не опознал, наверное – высказала свое предположение Кондратьева Светлана. На лицах собравшихся промелькнула улыбка. Но, на мониторе, подсвеченный яркими звездами, появился неопознанный объект.

Это была, большая глыба камня, неправильной формы с острыми выступами.

– О! – какой не прошенный гость, залетел в нашу систему, – в полной тишине, послышался голос Носова Василия. – Откуда только он взялся? – на сотни тысяч километров вокруг солнечной системы, даже пыль собрали! – Лёш! Давай его расстреляем! – добавил он.

– Не надо! – заголосили хором девчонки, – пускай летит.

– Вы представьте, сколько он таких галактик повидал за своё существование, – мечтательно произнесла Холь Людмила. – И ещё, сколько предстоит увидеть, – добавила она. – Если мы его не остановим! – вставил реплику Вася.

– Ну что ж, пускай летит, воля ваша, – ответил Алексей, убирая руку от прибора наводки, Молекулярной пушки на цель.

– Впереди справа по курсу космическая станция слежения, – сообщил компьютер.

– Вывести её на монитор и увеличить, – дал задание Алексей. – Сейчас мы увидим, как будут покидать своё жилище, родители наших друзей, – веселым голосом добавил он.

Денис, стоявший вместе с Юрой у кресла пилота, посмотрел на часы:

– Осталось две минуты до запланированного старта, – сказал он.

В это время, бортовой компьютер, красивым мягким голосом Люды Холь, – по праву первого экипажа, ребята выбирали сами, чей голос будет у компьютера, – объявил.

– Через две секунды произойдет столкновение не опознанного объекта и станции слежения.

– Что она сказала! – мгновенно охрипшим голосом, в полной тишине спросил Юра, поворачиваясь к брату. Денис, вцепился в плечи брата, одеревеневшими пальцами рук, не отрывая взгляд от монитора.

– Этого не может быть! – прошептал он. – Он что! – шутит?

В это время, у всех на глазах, глыба камня врезалась в радиотелескоп. Клубы пыли и мгновенно испаряющейся от удара материи взметнулись во все стороны, закрыв собой обзор.

Денис и Юра, не в силах смотреть на монитор, кинулись друг другу в объятия, и зарыдали.

Вулканова, бросилась к ним, чтобы утешить, но её остановил Зуев:

– Не надо! – пусть так, они сами успокоят друг друга, – сказал он с грустью глядя на ребят.

Алексей соскочил с места, потрясая кулаками:

– Ведь я его держал на прицеле, миг и всё было бы по-другому! Ну почему я вас послушал!

– Я как чувствовал, когда тебе предлагал стрелять, – подал голос Носов Вася.

Девочки окружили Дениса и Юру, успокаивая их. В этот миг, компьютер вновь подал свой голос:

– Впереди по курсу с меньшей скоростью, небольшой космический корабль. С его борта идет голографическая передача.

– Включить голографическое изображение нашей рубки управления, – дал приказ Алексей. В душе у него промелькнул луч надежды и он оправдался.

В рубке появились родители Юры и Дениса. Они сидели за пультом управления челноком и увидев ребят радостно заулыбались. Мама ребят, моментально оценила обстановку и с волнением в голосе спросила.

– Дениска, Юра! – в чем дело? – на вас лица нет, вы не заболели? Папа тоже, смотрел на сыновей с тревогой в глазах.

– Мам, Пап, не расстраивайтесь, – заговорил Юра, ещё не придя в себя от пережитого потрясения. – Догоняйте нас и поднимайтесь на борт. Мы с Денисом, вас встретим на выходе из порта.

Компьютер объявил.

– Радиосвязь с землей.

– Соединить с рубкой управления, – приказал Алексей.

– Борт звездолёта – Первый – на связи, – громко произнес Алексей.

– Борт – Первый, – доложите, что у вас там произошло! Видим взрыв, что случилось? – послышался взволнованный голос из кристалла связи.

– Взрыв!? – какой взрыв? – удивленно спросил Папа Дениса и Юры. Мама тоже насторожилась, прислушиваясь к разговору.

Мам, Пап, нечего страшного, – засуетился Денис. – Подниметесь на борт, все узнаете. Лёша отключай, – сказал он Нестерову.

Мама хотела ещё что-то спросить, но связь прервалась.

К кристаллу связи подошел Зуев, и стал докладывать на землю о случившемся.

Когда в шлюзовом порте давление нормализовалось, Денис и Юра вбежали в шлюз. Там, блистая металлом, стоял чистенький, только что после бактериологической обработки, челнок.

Люк откинулся, – образуя собой трап – и по нему спустились счастливые родители.

После, не продолжительных, обниманий и целований, папа обратился к сыновьям, стараясь сохранять серьезность своего лица.

– Ну-ка, дорогие мои сыночки, выкладывайте на чистоту! Что это за взрыв у вас произошёл? Почему вы отключились?

– Вы нам, разрываете сердце, – продолжила мама. – Только отправляетесь в экспедицию, а уже получаете запрос с земли, доложить о случившемся!?

Юра и Денис улыбнулись. Денис, положил маме руки на плечи, ласково посмотрел ей в глаза и стал говорить.

– Это не мы вам рвем сердце, и взрыв произошел не у нас. Вы ещё просто не понимаете, как вам повезло, что вы раньше запланированного вылетели со станции.

– Кстати, а почему вы вылетели, раньше запланированного? – спросил Юра.

Родители взглянули друг на друга, нечего не понимая.

– Дети, говорите прямо, что случилось, от ваших загадок всё, ещё больше осложняется.

– Если, без загадок! то, в вашу станцию слежения попал астероид и сейчас на её месте, находится большое облако от испарившегося металла и камня. Так что, вы сейчас остались без работы и жилья!

Папа и мама на секунду потеряли дар речи. Они стояли, смотрели друг на друга и молча, шевелили губами. Наконец мама произнесла.

– Наша станция!

– Это, невероятно! – произнёс папа.

И вновь, они зашевелили губами, но на этот раз они смотрели на своих детей и мысленно, им что-то говорили.

– Мы, думали, что вы погибли! – сказал Юра.

– Ведь, по времени вы должны были быть ещё там, – добавил Денис.

Теперь только, до родителей дошло, почему они увидели своих детей в таком состоянии, когда вышли на связь с кораблём.

Мама вновь кинулась в объятия к своим детям:

– О, мои дорогие сыночки! – вам, пришлось переживать за нас! – говорила она, целуя и тиская, Юру и Дениса.

Папа стоял, смотрел на них и чесал затылок:

– Как так могло произойти? – чтобы в бескрайнем космосе, смогли встретится – три, совершенно разных тела, в одном месте и в одно время?! Мы с тобой, Мать, – благодаря нашим детям, – остались жить. Надо подняться в рубку управления и поискать нашу станцию.

Юра высвободился из материнских объятий и подошел к отцу:

– Папа, ты думаешь, что от нее что-то осталось?

– Я, не думаю, а уверен! – наша станция просто, от удара сошла с орбиты. Ее растили из того же материала, что и ваш звездолет. Конечно, в самой станции, все не закрепленные предметы пришли в негодность.

Мама огорченно вздохнула:

– Наши детки, теперь тоже погибли.

– О каких детках ты волнуешься? – спросил Денис.

Мама, взглянула на отца и получив от него молчаливое согласие стала рассказывать.

– Два года назад, нам предложили заказать для станции двух помощников. В это самое время, вы приезжали на каникулы и мы с отцом, не посвящая вас в происходящее, «вы должны это помнить», – возили вас в медицинский центр для обследования.

– Да! я помню, – сказал Денис, – нас с Юрой, заставили голышом, бегать под ярким светом и читать наизусть стихи.

– Да, совершенно верно, в тот раз, с вас сняли голографическую картинку и матрицу памяти. По этим вводным, изготовили две ваши копии.

– Вы хотите сказать, что по вашей станции, бегают два Андроида, похожих на нас!? – догадавшись, спросил Юра.

– Да, совершенно верно, – ответила мама. – Так нам было легче, переносить разлуку с вами, а теперь, наверняка, нам придётся их сдавать в утиль.

Папа, чтобы сменить тему разговора обратился к детям.

– Вы будите, приглашать нас к себе на корабль, или так и простоим здесь у челнока?

– Ну, конечно будем! – прошу следовать за нами, – Весело, сказал Юра, а Денис ухватил родителей под руки.

Пробный спуск.

Серёжа и Женя начали спуск. Опустившись метров на сто они попали в зону капле-образования. Клубящийся вокруг густой туман, стал собираться в дождевые капли и чем глубже они опускались, эти капли становились все больше по размеру. Вскоре, они оказались в плотном дождевом потоке. Казалось, что они находятся под струями водопада.

– Обрати свое внимание на дождевые капли, – сказал Серёжа – Они, раз в пять крупней земных! Что! – это из-за большего – чем на земле – давления?

– Возможно, – ответила Женя, – а может быть это из-за гравитации планеты, или сильного магнитного поля. Вариантов много и пока их не изучишь, точного ответа не получишь.

– Женя, ты представь, если бы мы, были без скафандров. От таких тяжелых капель, вся шкура бы слезла.

Постоянный рокот грома, подсвечивался вспышками молний. В сплошном потоке дождя, показалась горизонтальная поверхность.

Женя, находящаяся ниже Серёжи заметила первой и радостно закричала.

– Внизу почва! Мы достигли поверхности!

Женя, коснувшись поверхности, сразу отстегнула линь и пока Серёжа опускался, сделала пару шагов, от отвесной стены и полетела в пропасть.

Только вовремя сработавший двигатель на Космо-десантном скафандре спас её от беды. Вернувшись быстро назад, она остановила Серёжу, тоже отстегивающегося от линя.

– Не надо этого делать, это просто карниз, можно свалиться с него.

– А ты, зачем отстегнулась? – спроси Серёжа.

Поняв, что Серёжа ничего не видел, Женя не стала говорить о своем падении.

– Я, передумала и пристегиваюсь обратно. Продолжим спуск.

Им, пришлось, несколько раз, вертикальный спуск на лине прерывать, чтобы в потоках воды пробираться к очередному спуску.

– Елена Романовна переживала, что планета очень сухая, – говорил Серёжа, в очередной раз, пристегиваясь линем к Жениному скафандру, – представляешь, как она удивилась бы, попав сюда к нам.

– Да! – ты прав, это удивительно. Кому сказать, так не поверят! Солнце и вода! Две противоположности и в одном флаконе, – ответила Женя, заряжая новую кассету с линем.

– Ты представь, что мы с тобой, вдруг, оказываемся на земле. Собирается конференция, – известные люди, пресса. Мы выходим и начинаем рассказывать, как мы спускаемся в тумане и дожде.

– Женя громко засмеялась, представив эту сцену. – Мне кажется, дальше, нам рассказывать пришлось бы, только врачам, лечащих от душевного расстройства.

– Жень, ты хочешь сказать, что вырвавшись отсюда, нам прямая дорога в психушку?

– Конечно! А ты думаешь, нам кто-нибудь поверит? К стати, надо включить наружную запись, ото, нас и здесь могут запереть, расскажи им это.

Спускаясь в очередную бездну, Серёжа осмотрелся и сказал.

– По-моему, мы достигли края дождевых туч, туман становится реже.

– Да Серёжа, ты прав, я уже вижу сквозь дождь поверхность. До неё рукой подать, а угол нашей горы, меняется на сорок пять градусов. Придется дальше топать ножками, держась за линь.

Уперевшись в почву ногами, Серёжа сел на колени, вглядываясь в то, на чем сидит:

– Жень, смотри! – это трава, настоящая трава!

Женя, опустилась на колени рядом с Серёжей, разглядывая и стараясь погладить по траве:

– Как хочется дотронуться до неё руками, ощутить её мягкость.

– Ты думаешь, она мягкая? – спросил Серёжа. – Или просто прогибается под пальцами наших скафандров?

– Я не думаю, я хочу, чтобы она была мягкая, – ответила Женя.

– Жень, ты смотри, какая она странная. Я вначале подумал, что она наполовину завяла и пожелтела, но теперь вижу, она вся такая. Наружные два листочка большие и разного цвета, один зелёный а другой желтый. Внутри, два маленьких листочка и тоже разного цвета.

– Я, тоже подумала, что она гибнет под дождём, но нет, видно, что листья крепкие. Как она вообще, смогла вырасти на голом камне. Женя поднялась и вгляделась вдаль:

– Там одна вода. Надо подниматься назад.

– Нет, только не это! Жень, ведь мы только начали спуск, впереди столько интересного, – поднимаясь, стал уговаривать изменить решение Серёжа.

– Ты посмотри вниз, там сплошная вода и сверху вода. Вернемся, когда кончится дождь. Тем более у меня закончились кассеты с линем, – солгала Женя, чтобы уговорить Серёжу вернуться.

Серёжа, огорченно потоптался на месте и зная что с линем он сам дал маху, согласился.

– Давай, натянем линь покрепче и закрепим здесь за камень, – сказал он, приступая к работе. – Потом, держась за линь, полетим на двигателях.

– Я, с тобой полностью согласна, – улыбнувшись, ответила Женя.

Как только вездеход остановился у входа в Тоннель, пассажиры и водитель выбежали из него. Они как зачарованные, не могли отвести глаз от входа, из которого вырывался густой туман и мгновенно растворялся в сухом и горячем воздухе.

Первой, преодолела ступор Рита, она сорвалась с места и побежала к кабелю связи:

– Олежка! Ты меня слышишь? – в волнении закричала она, взяв в руки кристалл связи.

– Да, я на связи! Что случилось? Почему ты такая взволнованная? – спросил Олег, чувствуя волнение в её голосе.

– Ничего не случилось! Я тебе сообщаю, что мы уже на месте. Ты представляешь! Здесь, целый ураган и пар валит как из парной! На этой планете есть вода! По-моему, даже, очень много воды. Наверное, она там кипит, раз, здесь такой пар валит, – быстро, в захлёб, сообщала Рита.

Строгова, не веря, своим глазам, зачарованно, смотрела в сторону Тоннеля. Автоматически, руками, собирая переносную мини– лабораторию, для того, чтобы узнать какие сюрпризы принесёт им эта влага.

Девочки и Юра, весело смеясь, побежали к Тоннелю, чтобы окунуться в вырывающуюся из него влагу.

– Фантастика! – кричал Юра, – вода на Солнце!

– Погодите радоваться! – крикнула Строгова, – может быть, это и не вода вовсе! И, не вздумайте, выходить из скафандров.

– Вода! – конечно, это вода! Я, это и без приборов вижу! – ответила радостно, Ершова Света. Этот туман и есть вода!

– Юра! – ищи меня, я сейчас спрячусь, – крикнула она, забегая в самую густоту.

Сева, сдерживая радость, стоял рядом со Строговой, дожидаясь точного результата. Хотя, душой он чувствовал, что ребята правы, этот туман из воды.

Прозондировав туман лучом прибора и взглянув на результат, – Строгова сказала.

– Вы правы! Поздравляю, это вода! Вода и без вредных примесей.

– Ура! – закричали ребята, весело бегая в густом тумане. – Собрав прибор, Строгова подошла к Тоннелю, с улыбкой на лице, наблюдая за молодёжью:

«Им, будет легко, начать новую жизнь на неизведанной планете. Если нас не спасут, то, здесь зародится раса, которая превратит эту планету в сказку».

Дав, молодежи как следует повеселиться, Строгова крикнула.

– Девочки! Юра! – пора ехать дальше. Быстро по местам, ото мы, уедем без вас!

Когда все, заняли свои места и Юра, тронул вездеход с места, – толкая перед собой густой туман, – из Тоннеля выскочил вездеход Серёжи и Жени. Он, резко затормозил и развернувшись, остановился:

– Вижу, вы уже здесь! – раздался веселый голос Серёжи в звуковых кристаллах скафандров. – Тем лучше, не придётся тащиться к звездолёту.

– Тащиться! – воскликнул Юра. – Вы, только что, чуть не погубили восемьдесят процентов мыслящего населения этой планеты! Это, была бы не авария, а целая катастрофа! – уничтожение генофонда планеты.

– Я просто не думал, что генофонд планеты, так быстро явится сюда, – смеясь, ответил Серёжа.

– Рассказывай, что там! Я уверен, вы уже там побывали, – спросил Юра.

– Юра! – ты слишком нетерпелив, – сказала Женя, – Давай, сначала выйдем из машин, поздороваемся, а потом все вопросы.

– Мои пассажиры свободны, встречайте, – сказал Юра, выходя из вездехода.

Серёжа и Женя, выйдя из вездехода, направились к прибывшим друзьям и не успели они встретится, как из знойного марева вырвался – третий вездеход.

Он на полном ходу приблизился к стоявшим и в самый последний момент резко затормозил. Из вездехода выскочил Заварский и Саша Крымов.

Юра не дав Заварскому начать разговор, весело улыбаясь, сказал.

– Эдуард Павлович, я помню как-то недавно, вы отчитывали пилота за лихость в вождении, а сейчас, сами проявляете те же качества. Это ваш стиль вождения, или просто бравада перед женщиной?

Заварский смутился, не зная как ответить. Наглое поведение Юры, злило, но ясная улыбка на лице, говорила, что он шутит.

– На эту тему, мы поговорим потом, а сейчас меня интересует другой вопрос, – ответил Заварский, устремив свой взор на Тоннель, из которого, всё ещё вырывался воздух, несущий в себе много влаги.

Он обратился к Серёже.

– Что там? Огонь, лава, кипит вода?

– Там, обыкновенный дождь, с грозой, – ответил Серёжа, улыбнувшись.

– А это? – Заварский указал на водяной туман.

– Наш проход, на уровне грозовых облаков, вот их и всасывает, сказал Серёжа.

– Там, за перевалом, давление на этом уровне больше, – добавила Женя.

– Понятно. Значит, там есть жизнь?

– Мы с Сережёй спустились, но не до конца. Внизу была вода, да и сверху лило, пришлось вернуться. Но, мы видели под ногами траву! – она, растёт прямо из камня!

Это сообщение поразило всех.

Строгова подошла к Жене:

– Вы, взяли с собой образец?

– Нет, но у нас есть видеофильм и мы вам покажем.

– Какие фильмы! – надо немедленно спускаться и увидеть самим, – сказал Юра, от волнения не находя себе места.

Заварский положил ему руку на плечо:

– Юрий Николаевич, успокойся. Спустимся, обязательно спустимся, но вам, надо вернуться на звездолет и приступить к своим обязанностям. Насколько я знаю, Громов Олег Васильевич, работает без замены.

Юра, от такого поворота событий, потерял дар речи. Он закрутился под тяжелой рукой Заварского, ища оптимальный выход из создавшейся ситуации. Повернулся к Жене, Серёже, к окружающим его товарищам. Все стояли не в силах ему помочь.

– Эдуард Павлович, – обратился он к Заварскому, умоляющим голосом, – один спуск, – я гляну, что там творится и сразу назад?

– Даю, честное слово, сразу еду сдаваться Олежке. У нас с ним договор, он ждёт.

Заварский повернулся к Серёже:

– И это называется дисциплина!?

– Они, разберутся! – ответил Серёжа.

Заварский отпустил Юру, махнув на него рукой:

– Разбирайтесь сами! Я просто наблюдатель.

– Уже нет! – вступила в разговор Женя. – Мы на этой планете застряли надолго! – если не на всегда и вы, как старший член команды, должны принять командование на себя. Я думаю, что меня поддержат все.

Женя окинула всех взглядом:

– Как сказал мой товарищ Юра. Здесь, присутствует восемьдесят процентов мыслящего населения этой планеты и мы можем принять это решение, не откладывая на потом.

– А чего здесь принимать, Женя права, – сказал Юра и повернулся к Заварскому:

– Теперь! – как глава нашего рода, – вы, разрешите мне, один спуск?

Заварский, смущенный, таким поворотом событий, предложил.

– Давайте это обсудим, собравшись все вместе за обеденным столом. Для этого, я предлагаю, организовать здесь у Тоннеля центральную базу.

– А как звездолёт? – спросила Строгова.

– Звездолет, сядет здесь.

– Как же мой сад, под куполом? – поникшим голосом спросил Юра, зная наперед ответ.

Заварский глянул на Юру:

– Уезжая сюда, я осмотрел твое творение. Самое главное, что центральные балки, не помешают взлету, а это значит, они будет целыми. Придёт время, займемся и садом.

Заварский повернулся ко всем:

– Ну что? – если возражений нет, тогда ты, Серёжа, иди, давай команду на взлёт, а мы, подготовим площадку для посадки.

– Будет сделано! – сказал Серёжа и пошёл к передатчику.

– Олежка, здравствуй! – Поздравь нас! Мы, с Женей прошли Тоннель!

– Поздравляю, молодцы!

Серёга! – скажи, что там? Рита, говорила, идёт сильный пар из Тоннеля. Так что!? – там действительно пекло? – Нет! Там никакого пекла нет. Идёт обыкновенный грозовой дождь, а что до пара из Тоннеля, так это просто грозовое облако засасывает сюда в кратер. Наш проход, находится на уровне местной облачности.

– Да! – что я тебе, рассказываю! – когда ты сам всё скоро увидишь. Заварский дал тебе, добро на взлёт.

– Что! – мне взлетать? – и куда лететь? – взволнованно спросил Олег, ещё не веря услышанному.

– Олежа! – к нам лети, к нам! Когда перелетишь Юркино творение, сразу снижайся, лети, в зоне видимости поверхности и помни, что носовых, рулевых двигателей нет. Если, сильно, завалишься, то грохнешься всей массой. Я, на вездеходе, выеду тебе на встречу. Встану, километров в двадцати от противоположной стены. Как меня увидишь, сразу начнешь боковое скольжение останавливать. Думаю, этого расстояния тебе хватит, чтобы остановиться.

Серёга! То, что ты меня встретишь, это хорошо, а остальному можешь не учить, у нас школа одна!

Олежка, ты не обижайся, – я говорю, на всякий случай, – вдруг, ты, забыл. Давай трогай и я выезжаю.

Олег, хоть и сказал, – не учи, – но был благодарен Серёже. Знание никогда не заменит практику, – а её как раз в таком экстремальном скольжении и не было. Выполняли раз или два, боковые подлеты к точке приземления, так не болеё ста метров в сторону и очень тихо, а здесь, надо лететь триста километров на боковом скольжении.

От одной только мысли о таком перелёте, у Олега, выступил липкий пот и затряслись колени.

Олег, включил круговой обзор и начал искать оптимальный вариант видения обстановки.

– Надо убрать лишний обзор, чтобы не отвлекаться, – думал Олег, включая и выключая экраны до тех пор пока не нашел устраивающий его вариант.

Закончив с обзором, он запустил двигатели. Звездолёт, утонул в пылевом вихре. Пришлось, долго продувать, прежде чем появилась видимость.

Три рулевых сопла и одно центральное, легко подняли звездолет над почвой. Постояв на огненных столбах, – привыкая к балансу корабля, – прибавил тягу и поднялся над балками будущего сада.

Олег, медленно, стал заваливать звездолет набок, чтобы начать скольжение. От волнения пот заливал глаза, руки и ноги, предательски тряслись, а губы неустанно повторяли одну фразу, – хоть бы не упасть, хоть бы не упасть.

Обзору мешала поднимающаяся пыль, которая, веками лежала на протяжении всего пути. Когда звездолёт сместился в сторону Тоннеля, километра на два, с улетной стороны появился просвет, а встречная пыль, стеной отступала перед громадиной корабля, раздуваясь по сторонам и поднимаясь высоко вверх.

Постепенно, дрожь в конечностях успокоилась и мышцы рук, – работающих с управлением корабля, – размякли. Пролетев так с полчаса, Олег стал наращивать скорость, дышать стало легче, теперь он, был уверен, что справится с заданием.

Потом, когда звездолёт благополучно встал на новое место стоянки, Олег, никому не сказал о своём состоянии в начале пути.

Всё ровно не поймут, пока не испытают сами.

Приняв за обеденным столом все важные, для выживания на этой планете, законы и предложения, заодно, как следует, подкрепившись вкусной и полезной пищей, Заварский поднялся и объявил.

– Всем членам экипажа, даю десять часов на отдых, а я за это время подготовлю выход, чтобы можно было спуститься на вездеходах.

Строгова, как школьница, подняла руку.

– Эдуард Павлович можно мне с вами?

– Не возражаю, улыбнувшись, ответил Заварский.

– Я тоже с вами! – поднялся из за стола Саша.

Сева, – сидевший с ним за одним столом, – потянув его за рукав, заставив сесть.

– Что тебе надо! – огрызнулся на него Саша.

– Подрастешь, поймёшь, чего от тебя надо, а сейчас сядь и продолжай обед, – на ухо прошептал ему Сева, – а вслух произнес.

– Он, передумал! – у нас с ним, есть кое-какие вопросы по поводу солнца.

Заварский повернулся к Севе и Саше:

– Жаль, что нет рядом с нами Майкла, но и вы, – я думаю, – сможете поделиться с нами, своими соображениями по поводу происходящего здесь. Скажите нам, как так могло случиться, что внутри нашего светила, образовалась планета с собственной атмосферой? Да ещё и с водой. Я лично, стараюсь об этом не думать, чтобы не свихнуться. В мою, много где побывавшую голову, не приходят здравые мысли.

В блоке питания образовалась полнейшая тишина, даже дыхание старались производить тише. Этот вопрос мучил всех. Каждый из присутствующих здесь, задавал себе этот вопрос и не найдя ответа, старался, как и Заварский, не думать о нём.

Сева Нилов, поднялся из-за стола, откашлялся, больше для того, чтобы дать себе пару лишних секунд на ответ и заговорил.

Вы все конечно знаете, как учёные объясняют рождение нашей вселенной. На этот вопрос, до этих пор нет однозначного ответа, но есть много различных гипотез. Одна из них, большой взрыв, где говорится, что однажды чрезвычайно горячий плотный шар дошёл до сингулярной точки. «Проще до точки взрыва,» осколки выброшенного в космос вещества «материи» – с большой скоростью стали расширяться и постепенно охлаждаться. Несколько миллионов лет спустя из неё стали образовываться звёздные скопления.

Сейчас, находясь вместе с вами здесь на солнце я вижу не состоятельность этой теории. Многие ученые изучающие солнце, да и просто люди, рассуждающие о его образовании, не правы, считая, что Солнце это фрагмент раскаленной материи от большого взрыва мега звезды.

Хочу поздравить тех, – а их меньшинство, – кто считает солнце накопителем, – находясь здесь, мы точно знаем, что они правы.

Имея изначально большую массу, оно притягивало к себе пылевые скопления, осколки материи, небольшие планеты, начинающие также свой рост.

Как вы знаете, большинство астероидов и других космических тел, состоят в основном изо льда. Спрессовываясь под нарастающем давлении, лёд превратился в пар, а потом, под нарастающим давлением в нечто другое.

В то время, строительного материала в округе было много, масса росла, создавая своим весом тепло. Тепло превращалось в жар. Измененная спрессованная вода, превратилась в раскаленную магму.

Солнце двигалось по своей орбите, встречая и захватывая в свои объятия новую материю. Где-то на своём пути оно собрало на себя, материю, не стабильную при давлении. Продолжая свой рост, солнце покинуло зону нестабильности и отправилось в дальнейшее свое путешествие.

Когда критическая масса солнца привела к тому, что нестабильная масса взорвалась, ядро солнца, получило свободу. Вода и газы заполнили свободное пространство. Но, сохраняя свою массу, ядро не дало возможность взорвавшейся части материи покинуть себя и притянуло назад.

Взрыв поменял магнитную полярность той материи, что разлетелась от взрыва, а трение при ее сборе назад к ядру, привело к термоядерной реакции. Наружная оболочка превратилась в ядерный котел, а внутреннее ядро, отделенное от наружного магнитной полярностью и толстым слоем атмосферы остыло.

Оболочка безвоздушного пространства защищает от прямого воздействия тепла, а атмосфера глушит лучевую энергию.

Ну, а как эта планета защищается от жестких излучений, я не знал до тех пор, пока Строгова Елена Романовна не нашла на планете уникальный газ, через толщу которого не проходят, даже жесткие излучения. Раньше, глядя на светило, я удивлялся тому, что не вижу солнечной активности. Теперь понял, – мы видим не Солнце, а этот газ, заряженный до такой степени, что он, ярко светится, излучает тепло.

Строгова, услышав такое объяснение происходящему, удивленно ахнула, и погрузилась в собственные размышления.

Выслушав Нилова, Заварский обвёл всех взглядом и сказал.

– Теперь, у нас есть основа теории возникновения Солнца! Есть над, чем поломать голову. Но всё же, будет гораздо лучше, если вы все хорошо выспитесь. Покинув кратер, мы, возможно, нескоро поднимемся вновь.

После обеда Юра отправил Олега на отдых, а сам направился в рубку.

– Таким образом, через десять часов я смогу пойти в разведку и никто не сможет отправить меня назад, – думал Юра, шагая на пост.

Обитатели звездолёта стали расходится по своим каютам, а Серёжа, возбужденный рассказом Нилова задержался. В голове билось чувство неудовлетворенности от этого объяснения.

Как Нилов, объяснил возникновение отдельного и изолированного от внешнего слоя, – ядра, – его устраивало, но этот большой взрыв, вызывал сомнения.

Подошла Женя:

– Серёжа, пошли, что ты задумался? Надо успеть отдохнуть, ведь впереди неизвестность.

– Жень, ты иди, отдыхай, а я немного задержусь. У меня, не только впереди неизвестность, но и в голове тоже. Пойду к Нилову, надо кое-что поставить на своё место.

– А что к нему ходить! – вон он, сидит за своим столом, тоже видно задумался о великом.

Женя похлопала Серёжу ладошкой по плечу и уходя сказала.

– Как хочешь! – решай свои проблемы, – а я пошла! – до-свидания.

Серёжа подошёл к Нилову:

– Я не помешаю? – спросил он, опускаясь в соседнее кресло.

Нилов, удивленно глянул на Серёжу и спросил.

– Что-нибудь не понятно?

– Знаешь, попав на эту планету, которая расположена в центре нашего солнца, невольно задумываешься, не сошел ли ты с ума. Очень уж отличается то, чему учили с детства, да и сам видел каждый день, от реальности, в которой мы находимся, – начал разговор Серёжа. – Мы, выпускники Космического центра освоения глубокого космоса, в самый трудный час, когда решалась наша судьба, спрятались от реальности, отправившись в компьютерный мир, жить искусственной жизнью. Так вот, мне кажется, что мы, до сих пор из неё не вышли.

Я выполняю работу, которая требует моего вмешательства, разговариваю с товарищами, а голова заполнена другими мыслями.

До сегодняшней беседы, я не осознавал конкретно, чем занят мой мозг, а сейчас чувствую. Я не согласен с идеей большого взрыва, вследствие которого, стала расширяться наша галактика.

Я сторонник, как вы сказали, накопительной теории возникновения галактических звездных скоплений.

Нилов, по началу беседы, не очень прислушивался к тому, что говорил Серёжа. Такое ощущение, – «нереальности происходящего», – он испытывает сам. Но когда Серёжа заговорил о не согласии с идеей большого взрыва, Нилов прислушался.

Заглянув Серёже в глаза, он спросил.

– Хорошо! – ты не согласен с идеей взрыва, – значит, у тебя есть своя?

– Да! – ответил Серёжа, не колеблясь. – После вашего объяснения, у меня всё сложилось.

Серёжа перевел дух и удобней устроился в кресле.

– Почему! – все учёные, возникновение вселенной, привязывают к большому взрыву первичной звезды?! – не объясняя при этом, как эта звезда образовалась, а самое главное, из чего!?

– Нилов улыбнулся и перебив Серёжу ответил.

– По этому поводу, только что хорошо сказал Заварский, «Я лично, стараюсь об этом не думать, чтобы не свихнуться».

– Точно также поступают учёные, только для того, чтобы не забивать себе голову и думать о более насущном.

– Я же, вижу этот процесс совсем по-другому, – продолжил свою мысль Серёжа.

– Пустота, это тоже материя, – только более тонкая, – пустота везде! – каждый атом нашего тела в космосе пустоты. Земля, Солнце, все планеты и звёзды пронизаны пустотой. Она имеет свой вес во вселенной и сопротивляется частицам и материи образовавшейся из них.

– Представьте Вселенную, абсолютно пустой. Она заполнена пустотой и эта пустота, выделила осадок. Этот осадок в миллион раз меньше кварка и имел такое же ничтожное защитное поле вокруг себя. Вселенная стала заполненной осадком разделённым друг от друга пустотой. Возможно, это было идеальное строение вселенной. Нет движения, температура ноль, нет никаких излучений и времени тоже нет.

– Не будем гадать почему, но появилось ничтожно малое движение.

– С этого момента во вселенной появилось время.

Один осадок сдвинулся и, продавив своим весом пустоту, соединился с другим. Слившийся осадок заимел вокруг себя защитное поле в два раза мощней, чем у окружающих. Этим полем, он толкнул рядом находившегося.

– Началась цепная реакция движения.

– От движения, осадок начал сливаться в более тяжёлые фракции, которые, расталкивая мелких, увеличивали скорость слияния. От движения создалось трение, что привело к поднятию температуры.

– Температура, породила излучение и свет.

– Так же, температура привела к тому что осадок стал расширяться, перерождаясь в то, из чего стали образовываться частицы.

– Они, в свою очередь в материю, имеющую своё магнитное поле разной полярности. Полярность привела к тому, что одна материя сливалась, другая отталкивалась.

– Материя стала закручиваться в спирали, бурлить, взрываться, выплёскивая температуру и новые виды соединений.

– Так, начался хаос, породивший вселенную.

Материя, закручивалась в спирали, эти спирали вращались в разных направлениях. Сталкивались друг с другом и разлетались, пока не разделились на отдельные облака из бурлящей материи.

– Впоследствии облока превратились в галактики!

– Галактики, делились на звёздные скопления, – которые в свою очередь, – на планетарные.

Серёжа умолк, наблюдая за реакцией Нилова на услышанное.

Видя, что Нилов задумался, переваривая информацию. Серёжа добавил.

– Я считаю, это самая правильная теория возникновения нашей вселенной. Сейчас вселенная ещё очень молодая и в ней происходят столкновения и взрывы, но со временем она приобретет форму идеальной сферы, вокруг которой будет защитное магнитное поле.

– Почему именно сферическая форма галактики? – спросил Нилов.

Серёжа посмотрел на него удивленными глазами:

– Это же, просто! Вся материя в галактике состоит из атомов, молекул, имеющих сферическую форму, – значит, галактика будет стремиться к сфере, при своем построении.

– Космическая пустота, которая, как я сказал, имеет свой вес, будет подпитывать галактику своими осадками, а она взамен, будет выделять из себя, – сверхтонкую материю, – биологическую энергию, способную накапливать в себе информацию.

– Мы, живые существа, являемся переработчиками грубой материи в сверхтонкую

– Возможно, когда космическая пустота окончательно очистится и осадков не будет, наша вселенная начнёт сжиматься, перерабатывая свою материю и выделяя за пределы своего защитного поля. Что происходит со сверхтонкой материей, я гадать не буду, но и ежу понятно, что она не исчезает бесследно, а где-то и кем-то используется.

– Человеческий разум, здесь, в этом мире разрознен и слаб, а где-то там! – он будет жить и творить новые миры. Не зря же много веков люди говорят о существовании Творца».

Нилов пришёл в себя, соскочил с кресла и подошел к Серёже.

– Сергей Алексеевич, вы построили идеальную схему развития вселенной и указали её предназначение. Это удивительно! Жаль, что мы не на земле. Ваша теория, получила бы признание.

Серёжа коротко засмеялся:

– Ну, это уж слишком, с меня хватит и вашего признания, – сказал он, сквозь смех и быстро став серьезным, добавил. – Спасибо что выслушали, теперь я могу спокойно отдохнуть.

Через десять часов, Олег понял, что Юра его снова обставил и ему придется заступать на дежурство вместо похода.

Покусова Рита, сказала, что плохо себя чувствует и тоже осталась. Остальные, загрузились в вездеход и поехали к выходу.

Заварский десять часов потратил не зря. Когда приехали ребята, выход был подготовлен для спуска на вездеходах. Сквозняк был едва заметен и дождь прекратился. Ребята, выйдя из вездехода, побежали к проходу, глянуть что там. Строгова, крикнула им в след.

– Осторожней! – край, срезанный с уклоном, можно упасть!

Дождь закончился, воздух был чист, но увидеть ничего не получилось. Только солнце, а где оно растворялось в толще атмосферы, синее небо.

Content

Гаев Сергей Алексеевич и др Планета незаходящего Солнца